Стайн Роберт Лоуренс

Вам меня не напугать!

Вам меня не напугать!

1

Мысль напугать Кертни пришла нам в голову в день, когда мы с классом поехали в лес.

Наш учитель мистер Мелвин вместе с учительницей шестого класса миссис Принс пересчитывали нас, пока мы садились в жёлтый школьный автобус.

Кертни, как всегда, была первой в очереди. Кертни всегда лезет из кожи вон, чтобы быть первой. Её подруга Дениз села в автобус сразу следом за ней.

День был пасмурный. Тёмные грозовые тучи плыли над нашими головами и закрывали солнце. Парень по радио сказал, что скорее всего будет дождь.

Мне было наплевать. Я был рад выбраться из школы.

Я толкнул своего приятеля Шляпу на парня, который стоял перед ним. Его настоящее имя — Херби, но все зовут его Шляпой. Это потому, что мы ни разу не видели его без бейсбольной кепки на голове. Я дружу со Шляпой с четвёртого класса, но, кажется, так и не знаю, какого цвета у него волосы.

Парень впереди развернулся и пихнул Шляпу на меня.

— Эй, дайте передохнуть! — заорал Шляпа и сильно ударил меня в плечо. — Из-за тебя, Эдди, я проглотил жвачку.

— Ребята, спокуха, — сказал мистер Мелвин, набрасываясь на нас. Он всегда говорит слова вроде «спокуха» и пытается вести себя, как будто он нам ровня, но он всё равно хороший учитель.

И он часто вывозит нас на загородные прогулки, что клёво.

— И зачем тащиться в лес? — пробурчал Шляпа, запихивая очередную пластинку жвачки в рот. — Что мы там потеряли?

— Деревья, я думаю, — ответил я. Я не помнил, зачем мы направлялись в Зелёный лес. Я помню только, что мы должны были там что-то записывать.

— Эдди, хочешь жвачку?

Я обернулся и увидел мою подружку Чарлин, которая стояла в очереди прямо за мной. Она и моя другая подружка Молли остервенело жевали большие куски виноградной резинки.

— Молли, как ты можешь жевать эту штуку, когда у тебя скобы? — спросил я.

Она оскалилась, показывая мне зубы:

— К ним не слишком липнет.

Скобы у Молли красного и голубого цвета и она ими хвастается. Почему, я не знаю.

Молли и Чарлин очень похожи, почти как сёстры. У обеих короткие тёмные волосы и карие глаза. Обе примерно моего роста — пять футов, два дюйма. Она всегда ходят в линялых джинсах и майках большого размера. Единственное различие между ними в том, что Молли носит очки и скобы, а Чарлин — нет.

— Я защищу вас в дремучем тёмном лесу, если на вас нападут блохи или ещё кто-нибудь, — сказал я.

— Эдди — настоящий мачо, — заметил с ухмылкой Шляпа и сильно ударил меян по плечу.

Я сделал вид, что мне не больно.

— У вас обоих блохи, — сказала Чарлин.

— Мы защитим тебя, Эдди, — предложила Молли. — Там, наверное, есть зловредные черви!

Молли поддразнивала меня с тех пор, как мы вчетвером отправились рыбачить на Мутный ручей и мне никак не удавалось насадить червя на крючок.

— Я не испугался этого червяка, просто он был скользкий, — завопил я. — Он просто был скользкий, вот и всё.

Я злобно посмотрел на Молли, хотя на самом деле я вовсе не сердился. Я привык к тому, что меня дразнят. Ребята всегда смеялись над моими веснушками и рыжими волосами, а мой старший брат Кевин называет меня кроликом Багзом Банни, потому что у меня торчат два передних зуба.

— Багз, спрячь зубы! — дразнит меня Кевин. Он и его приятели считают, что это очень смешно.

Я влез в автобус и стал пробираться вслед за Шляпой, чтобы занять место у окна. Кертни и Дениз, конечно, уже сидели на передних местах. Кертни расчёсывала свои длинные светлые волосы, смотрясь в окно автобуса, как в зеркало. Дениз что-то писала в блокноте.

Шляпа толкнул меня, и я пролетел вперёд по проходу. Он быстро плюхнулся на сиденье и придвинулся к окну.

— Эй, это не честно! — заорал я.

Он пронзительно загоготал и осклабился. Шляпа мой лучший друг, но я должен признать, что вид у него глуповатый. Он всегда склабится как гном Дупи из мультфильма про Белоснежку и семь гномов. У него очень большие уши, которые торчат из-под бейсбольной кепки. Он хороший парень. Постоянно смешит нас.

— Я сяду у окна на обратном пути, — сказал я и плюхнулся на сиденье рядом со Шляпой.

Чарлин, проходя мимо, взъерошила мне волосы.

— Почему он называется Зелёный лес? — спросил Шляпа. Он прижал нос к стеклу и наблюдал, как оно запотевает от дыхания. — Почему не синий лес или не крсный?

— Он принадлежал малому, которого звали Зелёный, — ответил я. — Он завещал лес городу после своей смерти.

— Я знаю, — сказал Шляпа.

Какой же он врун.

Я перевернул кепку на его голове козырьком назад. Он ненавидит это. Но он заслужил наказания, потому что захватил моё место у окна.

Вскоре школьный автобус уже трясся по направлению к Зелёному лесу, а ещё через несколько минут мы вывалились из него и уставились на высокие деревья, стволы которых уходили высоко вверх в тёмное, покрытое тучами небо.

— Разделите тетрадную страницу на две колонки, — объясняла миссис Принс, — одну — для животных, вторую — для растений.

— Про тебя я напишу в колонке «Жизнь растений», — сказал я Чарлин.

В ответ она высунула язык, на кончике которого красовался красный шарик жвачки. Шляпа сильно хлопнул её по спине и шарик упал.

Чарлин попыталась ударить его в ответ, но он успел увернуться. Он был слишком проворен для неё.

Учителя разделили нас на группы, и мы начали исследовать лес. Мы шли по узкой, покрытой грязью тропинке, извивающейся между деревьев.

— Что это там зелёное на деревьях? — спросил Шляпа, указывая на ствол. — Это мох? А мох — это животное или растение?

— Сам должен знать, — ответил я, — он растёт у тебя на спине!

Молли и Чарлин рассмеялись, а Шляпа даже не улыбнулся.

— Можете вы хоть иногда быть серьёзными? — О писал что-то в блокноте.

Я заглянул в свою тетрадь. Там не было ещё ни одной записи. Я хочу сказать, что до сих пор я не заметил ничего, кроме деревьев и травы. А что про них писать?

— Звери прячутся, — рассказывала миссис Принс ребятам, которые шли впереди нас, — ищите, где они могут скрываться, осматривайте норы в земле и дупла. Ищите спрятанные гнёзда.

Я посмотрел на кроны деревьев. Листва была слишком густа, чтобы можно было рассмотреть гнезда. Мы подошли к валунам и я только собрался сказать Шляпе, чтобы он их исследовал, как кто-то сзади громко прошипел:

— Тиххххо! Смотрите, олень!

Мы обернулись, чтобы посмотреть, кто нас окликнул. Конечно, это была Кертни. Кто ещё мог первым заметить оленя? Они с Дениз застыли как изваяния, уставившись в узкий проход между деревьями. Кертни прижала палец к губам, призывая всех молчать.

Мы все четверо побежали к ним, чтобы посмотреть на оленя.

— Ничего не вижу, — сказал я.

— Уже убежал, — сказал Кертни.

— Ты упустил его, — добавила Дениз.

Я смотрел, как она пишет слово «олень» в блокноте. У неё в списке уже было три животных, у меня же — ни одного.

— Ты заметил спящую летучую мышь? — спросила меня Дениз.

— Летучую мышь. — Я не люблю летучих мышей. Они такие уродины. А если она укусит?

— Она висела вот на том дереве, — сказа Кертни указывая наверх. — Как ты её проглядел?

Я пожал плечами.

— А вон берёза, — сказала Дениз Кертни.

— А вон там бук. Внеси его в список.

Шляпа, Молли и Чарлин ушли вперёд, и я бросился вдогонку, Кертни и Дениз слишком, на мой взгляд, усердствовали. Загородные прогулки существуют для того, чтобы валять дурака и развлекаться.

Мы медленно шли по лесу. Вскоре показалось солнце, и деревья осветились жёлтым светом. Я хотел было толкнуть Шляпу в куст, но он увернулся, и я плюхнулся рожей в грязь. Я стал отряхиваться, и тут увидел змею.

Прямо рядом с левой кроссовкой.

Змея была большая и ярко-зелёная.

У меня перехватило дыхание.

Я чуть было не наступил на неё.

Пока я бессильно пялился на змею, она выгнула шею, открыла пасть и бросилась вперёд, чтобы укусить меня за ногу.

Я открыл рот, чтобы закричать, но не смог.

2

Змея бросилась на меня. Я зажмурился и ждал укуса.

— Ооо! — завопил я испуганно, но тихо.

Я открыл глаза и увидел Кертни, которая держала змею в руке.

— Кертни, ой… ой, — забормотал я.

— Эдди, ты что испугался этого? — спросила Кертни и поднесла змею к моему лицу. Её черные глаза смотрели прямо на меня, а пасть была открыта.

— Это безобидный уж, Эдди, — сказала Кертни, — как ты можешь бояться ужей!

Я услышал за спиной хихиканье Дениз.

Кертни играла со змеёй, гладила её, пускала ползать по рукам.

— Ух… на самом деле я вовсе не испугался, — пробормотал я дрожащим голосом.

Кертни наверняка мне не поверила.

— Безобидный уж, — повторила она и опустила змею на землю.

Я отскочил. Мне показалось, что змея опять хочет на меня напасть, но она бесшумно исчезла в траве.

Шляпа засмеялся визгливо и нервно.

Дениз презрительно пожала плечами.

— Внеси ужа в список, — сказала ей Кертни, — получится семь животных.

— Надо бы ещё вписать птенца, — сказала Дениз, глядя на меня. — Тогда будет восемь.

— Пик, пик, — ответил я с досадой и дал знак друзьям следовать за мной. Мы быстро двинулись по тропе. Сзади раздавался смех Кертни и Дениз.

— Не расстраивайся из-за того, что они выставили тебя идиотом, — сказал Шляпа, похлопывая меня по плечу.

Молли рассмеялась, а Чарлин — нет.

— Кертни просто выпендривается, так, для разнообразия, — сказала мне она.

— Жалко, змея не укусила её хорошенький носик, не сделала там маленькой дырочки, — добавила Молли.

— Я действительно не испугался, — упорствовал я, — просто удивился. Я знал, что она безобидная.

— Ну да, конечно, — сказал Шляпа, закатывая свои глаза-бусинки.

Я хотел сбить с него кепку, но промахнулся.

— Дорогу! Дорогу! — раздался голос Кертни.

Они с Дениз проскользнули мимо нас, размахивая блокнотами. Дениз обернулась и зашипела на меня, как змея. Кертни рассмеялась.

— Боюсь, они будут дразнить меня из-за этой змеи ближайшие сто лет, — сказал я со вздохом.

— Мы все будем дразнить тебя ближайшие сто лет, — пообещала Молли.

Я плёлся с несчастным видом по тропе. Золотой солнечный свет струился между стволами, но настроение у меня от этого не улучшилось. Симпатичная белка с красным мехом перебежала тропу, но меня это нисколько не интересовало. День был испорчен.

Испорчен из-за Кертни и этого проклятого ужа.

Я слышал, как впереди ребята смеялись над этой историей. Когда я смотрел на Шляпу, он ухмылялся, как бы говоря: «Ну, Эдди, ты и прокололся сегодня».

Пустяки, убеждал я себя. Ну, я испугался змеи, и Кертни меня спасла. И что дальше?

— Смотри, Эдди, гусеница! Она кусается! — крикнул кто-то из ребят из зарослей.

— Давайте устроим перерыв, — ответил я злобно.

Я шёл по тропе и лес казался мне однородной ярко-зелёной массой. Другие ребят всё время что-то записывали в тетрадки, но я не видел ничего, что было достойно внимания. Воздух стал жаркий и сырой. Майка прилипла к спине. Мелкие белые мошки кружились перед лицом.

Я был очень рад, когда тропа кончилась и мы вышли к парковке. Мы сделали полный круг. Школьный автобус стоял у кромки травы, и дверь его была гостеприимно открыта.

Однако никто не садился в автобус.

К своему удивлению, я увидел кучу ребят, окруживших что-то в нескольких шагах от автобуса. Они безмолвно стояли и глядели перед собой.

— Что, что случилось? — спросил я Чарлин, которая устремилась к ним.

— Это Кертни! — отозвалась она.

Я тоже побежал.

Ребята стояли так тихо. Никто не шевелился.

Может быть, с Кертни случилось что-то ужасное?

3

Что с ней случилось? Может, упала в обморок? Или её покусал какой-нибудь лесной зверь?

Я протолкался сквозь круг ребят. И увидел Кертни. Она стояла в центре и улыбалась.

Я ошибся. Ничего ужасного с Кертни не случилось. Она опять выпендривалась. Её рука была поднята ладонью вверх, и по ладони ползали два огромных шмеля.

У меня перехватило дыхание, и я уставился на неё вместе с остальными. Кертни заметила меня и заулыбалась ещё шире.

Один шмель переполз через её запястье и двинулся вниз по руке. Второй замер прямо в центре ладони.

Мистер Мелвин и миссис Принс стояли напротив Кертни. Мистер Мелвин улыбался. Миссис Принс нервно заламывала пальцы. Похоже, она волновалась сильнее мистера Мелвина.

— Пчёлы не кусаются, если их не провоцировать, — сказала Кертни мягко.

— Каковы они на ощупь? — спросил кто-то из ребят.

— Щекочутся, — ответила Кертни.

Большинство ребят прятали глаза, кое-кто охал и дрожал.

Шмель полз по руке Кертни по направлению к рукаву её майки. Интересно, что она будет делать, если шмель туда заберётся. Испугается? Совсем одуреет, завизжит и станет трясти рукой, пытаясь вытряхнуть шмеля?

Нет. Кто угодно, только не Кертни.

Спокойная, уравновешенная Кертни никогда не впадёт в панику.

Второй шмель медленно пополз по её руке.

— Щекотно, правда щекотно, — захихикала она. Её светлые волосы сверкали на солнце, голубые глаза возбуждённо мигали.

«Давай, шмель, ужаль её! УЖАЛЬ!» — молча заклинал я шмеля. Интересно, кто-нибудь ещё тайно мечтал об этом?

Согласен, это была низкая мысль. Но Кертни явно напрашивалась.

— Ну, давай же, ужаль её хоть немножко! — повторял я одними губами, пытаясь сконцентрировать на нём всю свою волю.

Шмель дополз до рукава майки, развернулся и медленно двинулся назад к локтю Кетни.

— Пчёлы, правда, очень милые, — спокойно проговорила Кертни.

Теперь оба шмеля оказались у неё на ладни.

Кертни улыбнулась мне. Я почувствовал дрожь в ногах. Как она это делает?

Я был вынужден признаться себе, что боюсь пчёл. Я боюсь их с тех пор, как меня совсем маленького укусила пчела.

— Кто-нибудь хочет попробовать? — спросила Кертни.

И, прежде чем я успел крикнуть или увернуться или хоть что-нибудь предпринять, она замахнулась и кинула шмелей прямо в меня!

4

Я вскрикнул и отскочил назад.

Вокруг раздался вопль. Один шмель ударился о моё плечо и упал в траву. Второй оказался на груди у Шляпы и повис на его майке.

— Стряхните его, стряхните! — вопил Шляпа. Он тряс свою майку обеими руками и подпрыгивал в дигой, пугающей пляске.

Кто-то тоже закричал, однако большинство ребят принялись хохотать.

Я уставился на шмеля, который упал в траву. Он взлетел с громким жужжанием и полетел мне прямо в лицо.

— Ай! — завопил я и, закрыв голову руками, упал на колени.

Сквозь смех ребят я услышал голос мистера Мелвина:

— Думаю, пора назад в школу.

* * *

Кертни самодовольно ухмыльнулась мне, когда я проходил мимо неё по автобусу. Я сделал вид, что ничего не заметил и ускорил шаг.

Некоторые ребята жужжали, изображая пчелу. Другие шипели, как змея. Все сочли полным безобразием, что мы со Шляпой оказались такими сопляками.

Я со вздохом плюхнулся на самое последнее сиденье. Шляпа сел радом и опустил кепку на глаза. Заднее сиденье было в ширину автобуса. Молли и Чарлин присоединились к нам. Чарлин яростно жевала жвачку. Молли пыталась отлепить свою от скоб.

Никто из нас не произнёс ни слова, пока автобус не тронулся. Тогда мы начали тихо ворчать по поводу Кертни и её выпендрёжа.

— Она думает, что самая крутая, — пробормотал Шляпа с несчастным видом.

— Она ведёт себя так, как будто ничего не боится, — сказала Чарлин. — Как суперменша.

— Кинуть шмелей в Эдди было плохой шуткой, — добавила Молли, которая никак не могла справиться с жвачкой.

— Она прекрасно знает, что Эдди — сопляк, — сказал Шляпа. — Она сказала, что он завопит и поведёт себя как трус.

— Ты ничем не лучше! — закричал я, не боясь показаться младенцем.

— Да ладно, я же на твоей стороне! — ответил Шляпа и пихнул меня.

Я тоже толкнул его. Я был очень зол, прежде всего, на себя.

— Я знаю, чего Кертни правда испугается, — сказала Чарлин задумчиво.

Автобус остановился на красный свет. Я посмотрел в окно и увидел, что мы ехали по дороге, ведущей к Мутному ручью.

— Может она боится Грязных монстров? — предположил я.

Мои друзья горько усмехнулись.

— Уж точно нет, — сказала Чарлин. — Теперь никто не верит в Грязных монстров. Это глупая старая сказка.

Нет, Кертни их не боится.

5

В нашем городе существует легенда о Грязных монстрах, будто те живут в глинистых берегах ручья и в полнолуние вылезают из земли и охотятся на людей, которых утаскивают за собой в грязь.

Это хорошая история. Я верил в неё, когда был маленьким. Мой брат Кевин часто водил меня в лес рядом с ручьём и там рассказывал про монстров. Потом он начинал дрожать и говорил, что видит их. Я пытался делать вид, что мне не страшно, но получалось плохо. Я всегда начинал вопить и убегал!

— Твой брат до сих пор снимает этот фильм про Грязных монстров? — спросил Шляпа.

Я кивнул:

— Да, надо видеть костюмы, которые они с друзьями соорудили. Жуткие!

Кевин вместе с друзьями-одноклассниками снимал на видео ужастик под названием «Грязные монстры Мутного ручья».

Я умолял его взять и меня тоже, но он сказал, что не может рисковать.

— А что если Грязные монстры действительно существуют? — спросил он меня с улыбкой.

Я пытался убедить его, что уже взрослый, и что этой чуши уже не боюсь, но Кевин всё равно не брал меня на съёмки.

Автобус дёрнулся и поехал. Я посмотрел вперёд и увидел, что Кертни с Дениз обернулись и, ухмыляясь, пялятся на меня.

Я повернулся к своим друзьям.

— Нужно придумать, как испугать Кертни, — сказал я с ненавистью. — Мы должны.

— Эдди прав, — согласился Шляпа. — Мы должны придумать, как напугать Кертни перед всем классом. Иначе она всегда будет напоминать про сегодняшний день.

— Но она смелая и совершенно ничего не боится, — сказала Чарлин, качая головой от умственных усилий.

Я увидел, как по губам Молли проскользнула злая улыбка. Она приподняла очки. Я увидел воодушевление в её карих глазах.

— Кажется, я придумала, — прошептала Молли. — У моего брата есть омерзительная резиновая змея. — Она ухмыльнулась ещё шире.

Мы скучились на краю заднего сидения. При каждом толчке автобуса мы чуть не падали на пол.

— Кертни не боится змей, — прервал её Шляпа. — Ей нравится играть с ними. Помнишь?

— Так то был идиотский уж, — прошептала Молли. — У моего брата есть большая чёрная резиновая змея с открытой пастью, из которой торчат большие белые зубы. И выражение у неё страшное и …

— Она похожа на настоящую? — спросил я.

Автобус тряхануло, и мы все плюхнулись на пол.

— Не отличить, — ответила Молли, и глаза её сверкнули за стёклами очков. — А на ощупь она тёплая и склизкая.

— Клёво! — воскликнула Чарлин и скорчила рожу.

— Брат пугал меня ею множество раз, — призналась Молли. — Она такая настоящая и противная, что я каждый раз попадалась. Один раз он подложил мне её под подушку, так я плакала потом почти час. Никто не мог меня успокоить.

— Прекрасно! — объявил Шляпа.

Я, однако, сомневался:

— Вы правда думаете, что Кертни завопит?

Молли кивнула:

— Она правда страшная, очень страшная. Эта резиновая змея настолько страшная, что может напугать настоящую змею!

Мы громко рассмеялись. Некоторые ребята обернулись, чтобы посмотреть, что там такое смешное происходит. Кертни и Дениз сидели на переднем сидении и что-то писали в блокнотах. Наверное, переписывали свои заметки набело. Им важно быть первыми во всём.

— Как мне не терпится напугать Кертни, — сказал я, когда автобус подъехал к школе. — Молли, ты уверена, что можешь позаимствовать змею у брата?

Молли ухмыльнулась:

— Я знаю, в каком ящике он её прячет. Я просто возьму её, а потом положу на место.

— А что мы с ней сделаем? — спросила Чарлин. — Как мы напугаем Кертни, куда спрячем змею?

— В её пакет с завтраком, — ответила Молли.

Мы вылезли из автобуса, довольно улыбаясь.

Пакеты с завтраками хранились на книжной полке у задней стены класса. Мы всегда завтракаем прямо в классе. Школа у нас маленькая, и буфет так и не построили. Пакет Кертни найти не трудно — он самый большой.

Мать даёт ей всегда два бутерброда и два пакета сока, а ещё пакет картофельных чипсов, яблоко, сырные палочки, а иногда и фруктовый рулет.

Я не знаю, почему мама даёт Кертни столько всего на завтрак. Кертни столько не съедает и делится с ребятами, которым мало даю. Во время завтрака она становится настоящей героиней.

На следующее утро я слегка опоздал в школу. Пакеты с завтраками уже лежали на полке. Я увидел, как Кертни запихивает свой коричневый бумажный пакет с краю.

Я осмотрел пакет Кертни, пока пристраивал свой на другом конце полки. Удалось ли Молли подсунуть змею?

С виду было непонятно. Однако на лице Молли всё было написано. Оно было ярко-красного цвета. Молли нервно поглядывала в мою сторону.

Да.

Ей удалось.

Теперь нужно было сосредоточиться на чём-либо ещё? Я всё время оборачивался и смотрел на пухлый пакет Кертни.

Я представлял себе, как это произойдёт, и рисовал в своём воображении эту сцену снова и снова. Вот Кертни, как всегда, сидит за столом напротив Дениз и болтает с подругой. Вот она запускает руку в коричневый бумажный пакет… Её лицо искажается… Она громко визжит!.. Я представлял себе, как змея с разинутой пастью и горящими глазами выскакивает из пакета.

Я воображал, как Кертни затрясётся от ужаса, а весь класс будет смеяться над ней. Я представлял себе, как пройду мимо развязной походкой и подберу змею с пола. «Чего ты вопишь, она же резиновая, — скажу я. — Не надо бояться резиновых змей. Они безобидны! Совершенно безобидны!»

Вот это победа!

Всё утро Шляпа, Молли, Чарлин и я заговорщицки переглядывались. Наверное, мы не запомнили ни одного слова из того, что говорил мистер Мелвин. Я не помню, что было написано на доске, какие примеры по математике мы решали. Для меня они были просто набором букв и цифр.

Мы все постоянно поглядывали на часы. Наконец пришло время завтрака. Мы не спускали глаз с Кертни, которая вместе с Дениз подошла к полке с завтраками. Кертни наклонилась и сначала передала Дениз её пакет, затем взяла свой.

Потом они направились к столу, за которым обычно сидели, отодвинули стулья и уселись друг напротив друга.

«Сейчас будет!» — подумал я.

У меня перехватило дыхание.

Наступила великая минута.

6

Мы с друзьями поспешили за нашими завтраками. Ни к чему было, чтобы ребята удивлялись, почему мы стоим и пялимся на Кертни.

Мы сели за наш обычный стол. Я не мог не смотреть на Кертни. Я нервничал в предвкушении взрыва.

Кертни начала было разворачивать пакет. И тут с другого конца класса раздался стон мистера Мелвина:

— О нет! Я забыл свой завтрак!

— Ничего страшного, — отозвалась Кертни и позвала его.

Мистер Мелвин подошёл к её столу и, что-то говоря ей, наклонился. Я не слышал, о чём они разговаривали. В классе во время завтрака всегда шумно. Все разговаривают, смеются, шуршат пакетами и бумагой, в которую завёрнута еда.

Только мы четверо сидели тихи и смотрели на Кертни и мистера Мелвина.

— О чём это они говорят? — прошептал Шляпа. — Почему они не открывают пакет?

Я пожал плечами, не отрывая взгляда от Кертни. У неё было задумчивое выражение лица. Она улыбнулась учителю. Передала ему пакет с завтраком.

— Да нет, всё в порядке, — сказала она мистеру Мелвину. — Вы можете брать, что хотите. Мама всегда кладёт мне слишком много всего.

— О нет! Только не это! — прохрипел я. Мне стало дурно.

— Может его надо предупредить? — спросил меня Шляпа.

Было слишком поздно.

Склонившись над столом Кертни, мистер Мелвин открыл пакет и запустил в него руку. Его глаза сузились от изумления.

Он издал пронзительный крик и вытащил большую чёрную змею.

Пакет с завтраком упал на пол. Резиновая змея какой-то момент извивалась в его руке.

Молли была права. Она очень была похожа на настоящую.

Мистер Мелвин вскрикнул ещё раз, и змея упала на пол.

Класс наполнился воплями.

Кертни вскочила со стула и, оттолкнув учителя, принялась яростно топтать змею.

Героически топтать.

Через несколько секунд она подобрала змею и победно улыбнулась мистеру Мелвину. Змея разломилась на две части. Она оторвала ей голову.

— Брат убьёт меня! — простонала Молли.

* * *

— Ну ладно, по крайней мере мы напугали мистера Мелвина, — сказала Чарлин, когда мы вышли из школы. Чарлин всегда всё видит в лучшем свете.

— Представляете, он весь оставшийся день пытался выяснить, кто подсунул змею в пакет! — воскликнул Шляпа.

— Кертни всё время поглядывала в нашу сторону, — сказал я. — Думаете, она нас подозревает?

— Не исключено, — ответил Шляпа. — Я рад, что мы не влипли в эту историю.

— А мистер Мелвин забавно вопил, — заметила Чарлин.

Молли молчала. Наверное, думала, что сделает с ней брат, когда узнает, что змея пропала.

Мы шли ко мне домой.

Мы решили собраться и придумать новый план против Кертни.

Стоял прекрасный тёплый день. До этого дожди шли целую неделю. В Южной Калифорнии в это время сезон дождей, но сегодня солнце сверкало на безоблачном небе.

Каждый из нас думал, что чудом отделался, и вынашивал планы напугать Кертни.

Мы проиграли, а Кертни опять стала героиней.

— Плохая была идея со змеёй, — пробормотал Шляпа, когда мы переходили улицу.

— Ну, повтори ещё раз, — проворчала Молли, закатывая глаза.

— Кертни на подделке не проведёшь, — продолжал Шляпа. — Чтобы её напугать, нужно что-нибудь настоящее, живое.

— Что-нибудь живое? — переспросил я.

Шляпа начал отвечать, но его перебил женский голос.

Я обернулся и увидел нашу соседку миссис Радольф, которая бежала к нам со всех ног. Её светлые волосы были в беспорядке, а лицо испугано.

— Пожалуйста, помогите! — кричала она.

7

Дрожь пробежала у меня по спине. Миссис Радольф имела такой испуганный вид.

— Что стряслось? — спросил я запинаясь.

Она показала в небо.

— Можете помочь мне?

— Что? — посмотрел я наверх. Через несколько секунд я понял, что она указывала не на небо, а на ветку дерева.

— Там мой кот Мутли, — сказала миссис Радольф. Одной рукой она прикрывала глаза от солнца, другой продолжала указывать на ветку.

— А вот, вижу, — сказал Шляпа. — Вот там на ветке, которая наклонилась.

— Я не понимаю, как он убежал из дома, — сказала миссис Радольф. — Он никогда не лазает по деревьям. Мутли каким-то образом туда забрался и не может слезть.

Я всматривался в густую листву. Теперь я видел Мутли. Очень высоко. Он жалобно мяукал и цеплялся за тонкую ветку.

Мы стояли и смотрели на испуганного кота.

Вдруг я почувствовал руку миссис Радольф на своём плече:

— Эдди, ты не мог бы залезть и снять его?

Я сглотнул слюну. Я не самый лучший в мире лазальщик по деревьям. Честно говоря, я ненавижу лазать по деревьям. Каждый раз царапаю себе руки о кору или сдираю кожу на животе.

— Быстрее, пожалуйста! — умоляла миссис Радольф. — Мутли так напуган. Он же может упасть.

«Ну и что, если он упадёт! Разве у котов не девять жизней?» — подумал я, но миссис Радольф не сказал. Вместо этого я что-то пробормотал про то, что кот уж больно высоко забрался.

— Ну ты ведь прекрасно лазаешь по деревьям! — сказала миссис Радольф. — Я хочу сказать, что все мальчики твоего возраста лазают по деревьям. — Она смотрела на меня изучающее. На её лице было написано явное неодобрение.

«Она считаем меня сопляком, — сообразил я. — Если я не залезу на дерево и не спасу её проклятого кота, она скажет маме, что я слабак. Все соседи будут говорить, что миссис Радольф попросила Эдди о помощи, а он стоял как последний трус и что-то бормотал в своё оправдание».

— Я немного боюсь высоты, — признался я.

Кот над нами пронзительно мяукал. Звук был, как будто ребёнок плачет. Его хвост был поднят столбом.

— Эдди, ты можешь это сделать, — сказала Чарлин, глядя на кота.

— Быстрее, пожалуйста, — умоляла миссис Радольф. — Мои дети будут в отчаянии, если с котом что-нибудь случится.

Я колебался, глядя на высокий ствол, покрытый грубой корой.

Кот опять заорал.

Ветка задрожала, задние лапы кота задёргались в воздухе. Вот-вот он упадёт.

8

Мы все вскрикнули.

Ветка качалась вверх-вниз. Кот цеплялся за неё передними лапами.

— О нет, нет! — повторяла соседка, закрыв лицо руками.

Кот вопил от ужаса.

Ему как-то удалось опять взобраться на качающуюся ветку. Мяуканье было похоже на детский плач.

Миссис Радольф отняла руки от глаз и посмотрела на меня с презрением.

— Наверное, лучше вызвать пожарную команду, — сказала она.

Я понимал, что должен обхватить руками ствол и полезть вверх. Но я правда боюсь высоты. Я плохо лазаю по деревьям.

Миссис Радольф безнадёжно вздохнула и затрусила по направлению к своему дому. Она остановилась, услышав девичий крик:

— Эй, что там у вас случилось?

Кертни ехала по боковой дорожке на блестящем красном гоночном велосипеде. Она остановилась, и опустила велосипед на землю. На Кертни был белый джинсовый костюм и жёлтая футболка.

— Что происходит, ребята? — спросила она, подбегая к нам.

— Мой кот… — сказала миссис Радольф, показывая на дерево.

Кот отчаянно мяукал.

Кертни посмотрела на раскачивающуюся ветку.

— Я сниму его, — сказала она и начала проворно карабкаться вверх.

Кот замяукал и снова чуть было не сорвался.

Кертни лезла быстро, легко обхватывая ногами ствол и подтягиваясь на руках.

Через несколько секунд она уже добралась до ветки, одной рукой схватила кота поперёк живота и прижала его к себе, а затем ловко спустилась на землю.

— Вот ваш бедный зверь, — сказала Кертни, ласково поглаживая кота. Она передала его миссис Радольф.

Белый костюм Кертни и футболка были в грязи и кусках тёмной коры. В светлых волосах запутались обрывки листьев.

— О, спасибо, — выговорила миссис Радольф и обняла всё ещё мяукающего кота. — Огромное спасибо, дорогая. Ты такая замечательная!

Кертни отряхнула одежду.

— Я люблю лазать по деревьям, это правда здорово, — сказала она миссис Радольф.

Миссис Радольф повернулась ко мне, и её улыбка исчезла.

— Я рада, что в округе есть хоть кто-то храбрый, — сказала она презрительно.

Она ещё раз поблагодарила Кертни и отправилась вместе с котом по дому.

Мне было плохо. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Туда, к червям. Я хотел исчезнуть и больше никогда не появлялся.

Однако я стоял здесь, руки в карманы.

И здесь же стояла Кертни и ухмылялась, глядя мне в глаза. Она злорадствовала. Самодовольство было написано на её лице.

Шляпа, Молли и Чарлин не сказали ни слова. Когда я взглянул на них, они отвели глаза. Я знал, что они расстроились из-за меня и из-за того, что Кертни опять утёрла нам нос.

Она подняла велосипед, перекинула ногу через раму и села в седло. Потом неожиданно обернулась ко мне:

— Эдди, это ты положил чёртову змею в мой пакет?

— Конечно нет, — воскликнул я и пнул траву кроссовкой.

Она внимательно смотрела на меня своими голубыми глазами.

Я чувствовал, что краснею. Я чувствовал жар на щёках, но ничего не мог с этим поделать.

— А я подумала, что это ты, — сказала Кертни, поправляя волосы на плечах. — Я подумала, ты хотел мне отомстить за того ужа.

— Да что ты, Кертни, конечно нет.

Мои друзья смущённо переминались. Шляпа начал что-то насвистывать.

Наконец Кертни поставила ноги на педали и укатила.

— Мы всё-таки должны придумать, как её напугать, — сказал я сквозь зубы, когда она исчезла из виду. — Мы должны!

— Может быть посадить ей на спину живого тарантула? — предложил Шляпа.

9

План был прост.

У нашего естественника мистера Доллинлжера жили в клетке в лабораторной комнате на втором этаже два тарантула.

Мы со шляпой должны были в четверг после школы пробраться в лабораторию, похитить одного из тарантулов и спрятать его на ночь в моём шкафчике.

В пятницу первым уроком у нас была физкультура. Над спортивным залом шёл узкий балкон, где хранились всякие спортивные снаряды. Мы со Шляпой должны были пробраться с тарантулом на этот балкон.

Молли и Чарлин заговорят с Кертни и, как бы невзначай, подведут её к балкону, а кто-нибудь из нас сбросит ей тарантула на голову.

Она начнёт вопить, а тарантул запутается в волосах, ей не удастся его стряхнуть, она завопит ещё громче, впадёт в истерику, а мы хорошо посмеёмся.

Вот такой просто план. Мы были уверены, что он сработает. Что могло помешать?

* * *

В четверг сразу после уроков Молли и Чарлин пожелали нам удачи. Мы со Шляпой направились в мастерскую, якобы что-то мастерить из дерева. На самом деле мы ждали, пока школа опустеет.

Вскоре всё стихло. Я выглянул из мастерской. Пусто.

— Ну, давай, Шляпа, — я знаком велел ему следовать за мной. — Давай быстро всё закончим.

Мы выбрались в зал. Под ногами скрипел паркет. Пол в школе всегда скрипит, когда все уходят. Всё было спокойно.

Проходя мимо приоткрытой двери учительской, я услышал голоса. Наверное, какой-нибудь педсовет.

«Чудесно, — подумал я. — Если все учителя собрались на совещание внизу, в лаборатории никого не будет».

Мы тихо, прячась за перилами, поднялись по лестнице. Лаборатория была в конце коридора на втором этаже. Мы прошли мимо двоих восьмиклассников, с которыми не были знакомы. Никого больше мы не встретили. Вроде бы никого из учителей не было. Наверное, все были на совещании.

Мы заглянули в лабораторию. Вечерний солнечный свет проникал через окно. Нам нужно было проскользнуть мимо длинного ряда лабораторных столов.

— Мистер Доллинджер! — позвал я, чтобы убедиться, что комната пуста.

Никто не ответил.

Мы попытались вместе протиснуться в дверь, но это не получилось. Шляпа рассмеялся своим нервным визгливым смехом. Я поднёс палец к губам, чтобы он заткнулся. Я не хотел, чтобы нас услышали.

Я двинулся по центральному проходу. Шляпа шёл следом. Сердце стучало у меня в груди. Я внимательно осматривал комнату.

Солнце, казалось, стало светить ещё ярче. Стена за столом мистера Доллинджера была увешена нашими акварелями, изображавшими тропический лес. Справа от нас из лабораторного крана капала вода. Кап. Кап. Кап.

Высокая железная дверь кладовки, где хранились подсобные материалы была открыта. Я показал на неё Шляпе.

— Это значит, что он, наверное, вернётся сюда после собрания, — прошептал я.

Мистер Доллинджер — не растяпа. Он не оставит дверцу открытой на ночь.

Шляпа ткнул меня в бок:

— Надо поторапливаться.

— Не толкайся, — проворчал я.

Мы подошли к клетке с тарантулами, которая стояла на металлическом столе у стены. Это был прямоугольный фанерный ящик с проволочной сеткой наверху.

За спиной раздался громкий стук. Я замер. У меня перехватило дыхание.

— Что это было? — повернулся я к Шляпе.

Звук повторился.

Мы одновременно поняли, что это жалюзи бьются от ветра об оконное стекло.

Я вздохнул с облегчением. Мы со Шляпой посмотрели друг на друга. Он нервно поправил кепку на лбу.

— Послушай, Эдди, может, это была плохая идея? — прошептал он. — Может лучше смыться отсюда?

Я уже был готов согласиться с ним и рвануть к двери, но вспомнил самодовольную улыбку Кертни, когда она слезла с дерева с котом.

— Давай действовать по плану, — сказал я.

Я правда хотел напугать Кертни. Хотел этого больше всего на свете.

Мы со Шляпой уставились сквозь сетку на тарантулов. Большой полз вдоль стенки клетки. Тот, что поменьше, замер в противоположном углу.

— Да, — сказал я тихо. — Они правда большие.

Их лапы были покрыты шерстью, а тела похожи на омерзительные коричневые волосатые мешки.

— Давай возьмём того, которые покрупнее, — предложил Шляпа и потянулся к крышке клетки. Он ухмыльнулся — Представляю, с каким плюхом он упадёт Кертни на голову.

Мы рассмеялись. Шляпа смешно изобразил плюх.

Он снял проволочный верх клетки и протянул руку, чтобы поймать тарантула. Затем остановился, и ухмылка исчезла с его лица.

— У нас кое-какая проблема, — сказал он.

— Что ещё такое? — Я нервно посмотрел на дверь.

Никого.

— Куда мы его посадим? — спросил Шляпа.

У меня даже челюсть отвисла. Действительно, куда?

— Мы совсем не подумали, куда можно его посадить, — Теперь тарантулы медленно ползли друг к другу.

— Да, нам нужен пакет или что-нибудь вроде этого, — сказал я, оглядывая столы.

— Пакет не подойдёт, — недовольно ответил Шляпа. — Тарантул может прогрызть пакет.

— Да, ты прав.

— И почему мы про это раньше не подумали? — повторил Шляпа. — Почему мы такие идиоты? Нельзя же посадить тарантула в карман джинсов!

— Успокойся, — сказал я и сделал ему знак, чтобы он говорил тише. Я чувствовал, что Шляпа начинает паниковать. — Сейчас найдём, куда посадить тарантула.

— Правда глупо, — проворчал он. — Неужели ты думал, что я посажу его в карман?

— Подожди, — сказал я ему. На соседнем столе я обнаружил пластмассовый контейнер с крышкой, размером с коробку для творога. — То, что надо, — сказал я, показывая ему контейнер. — А сверху я проделаю дырки для воздуха.

— Давай быстрее, — торопил меня шляпа. Он снял кепку и почесал затылок.

Я проделал при помощи ручки несколько дырок в крышке и поднёс контейнер к клетке.

— Держи, — сказал я Шляпе и всучил ему контейнер.

— Нет, ты держи, — ответил он. — Я не могу одновременно держать контейнер и ловить тарантула.

— Ой, — вздохнул я. Мне вовсе не хотелось приближаться к тарантулу.

Руки мои слегка дрожали, но я держал контейнер вплотную к клетке и был готов закрыть его, как только Шляпа посадит в него этого омерзительного паука.

Шляпа открыл клетку и запустил в неё руку. Он правда храбрый. Он схватил пальцами большого паука и даже не покривился.

Это произвело на меня впечатление.

Я чуть было не выронил контейнер, когда Шляпа опустил в него тарантула. Руки у меня тряслись, однако мне удалось совладать с собой.

Тарантул забегал по контейнеру, выбрасывая лапы в стороны и скользя по пластмассе.

— Ему здесь не нравится, — сказал я дрожащим голосом.

— Плохо дело, — ответил Шляпа, закрывая клетку. — Эдди, давай закрывай быстро контейнер.

Я начал возиться с крышкой. Когда мне это почти удалось, за дверь послышались шаги. У нас со шляпой перехватило дыхание. Мы поняли, что мистер Доллинджер вот-вот войдёт в лабораторию.

10

Я слабо захрипел. Яркий солнечный свет вдруг стал ослепительным. Пол закачался у меня под ногами.

Я почувствовал, что ужас охватывает меня. Тело как будто налилось свинцом.

Я слышал, как мистер Доллинджер разговаривает с другим учителем прямо у двери в лабораторию. Через секунду он войдёт, и тогда…

— Быстро под стол! — прошептал Шляпа. Его глаза полезли от страха на лоб.

Я полез вслед за ним под стол, но сообразил, что там не спрячешься. Мистер Доллинджер заметит нас, как только подойдёт к своему столу.

— Не сюда! — прохрипел я. — Не сюда…

Мой взгляд блуждал по комнате. Где можно спрятаться? Где?

— В кладовку! — вскрикнул я и, схватив Шляпу за руку, потащил его за собой.

Кладовка была достаточно велика, чтобы спрятаться вдвоём.

Успеем ли мы?

Мы забрались, пихая друг друга в кладовку. Я закрыл железную дверь. Она щёлкнула как раз в тот момент, когда Доллинджер входил в лабораторию.

Мы со Шляпой стояли в темноте и дрожали от страха, слушая приближающиеся шаги. В руке я крепко сжимал контейнер с тарантулом.

Мистер Доллинджер тихонько что-то напевал. Я услышал, как он остановился прямо перед кладовкой.

Сердце у меня забилось так сильно, что я боялся, что учитель услышит сквозь дверь. Я попробовал пошевелиться и наткнулся на Шляпу. В кладовке было слишком тесно. Я слышал прерывистое дыхание Шляпы. Он был напуган не меньше меня.

А что если мистер Доллинджер решит открыть дверь?

— Пожалуйста, пожалуйста, просто выключи свет и иди домой, — молча молил я.

Было слышно, как учитель перекладывает бумаги на столе, как он открыл и закрыл ящик. Как захлопнул книгу. Раздались шаги. В умывальнике потекла вода.

Учитель выключил воду. Он по-прежнему что-то напевал. Опять шаги. Щелчок выключателя. Потом тишина. Только стук моего сердца. Тишина. Ни звука голоса, ни шагов.

Мы со Шляпой стояли в полной тьме и прислушивались.

— Он ушёл, — сказал я прерывающимся голосом. — Шляпа громко вздохнул.

— Вылезаем отсюда, — просипел я и начал шарить по металлической двери в поисках защёлки. Я нащупал тонкую металлическую пластину и надавил на неё. Дверь не поддалась.

— Эй, — вскрикнул я. Я медленно водил рукой по двери, пытаясь нащупать защёлку или что-нибудь ещё в этом роде.

— Быстрее открывай эту проклятую дверь, — поторапливал меня Шляпа. — Тут душно.

— Сам знаю, — ответил я. — Но я ничего не могу найти.

— Должна быть щеколда или что-нибудь ещё, — сказал я нервно.

— Ценное замечание, — прорычал он и начал барабанить по двери кулаком.

Я схватил его за руку:

— Прекрати. Так ты её не откроешь, а к тому же кто-нибудь услышит.

— Ну ты, попробуй ещё, — приказал он пищащим испуганным голосом.

Я с трудом дышал. В горле стоял ком. Сердце билось так, что казалось, оно выпрыгнет из груди. Я с остервенением искал хоть что-нибудь, за что можно было бы ухватиться, но не мог нащупать ничего, что помогло бы открыть дверь.

— Я сдаюсь. Мы заперты, Шляпа, — пробормотал я.

— Не верю, — просипел он.

Контейнер начал выскальзывать. Я ухватил его обеими руками, и в этот момент сделал потрясающее открытие: крышка слетела.

— О нет! — прошептал я.

— Что ещё? — спросил Шляпа.

Я глубоко вдохнул и потряс контейнер. Он был пуст. Тарантула не было.

Я попытался объяснить Шляпе, что тарантул убежал, но язык меня не слушался. Я мог только сипеть.

И в этот момент я почувствовал покалывание возле щиколотки. А потом снова покалывание, похожее на булавочный укол, уже немного выше.

— Шляпа, это тарантул, — прохрипел я. — Он ползёт по моей ноге.

11

Я чувствовал, как тёплое лохматое тело тарантула касается моей кожи.

— Он меня сейчас укусит, — простонал я.

— Не шевелись, — посоветовал Шляпа. Похоже, он испугался ещё больше меня. — Главное — не шевелись.

Лапы паука впивались мне в кожу, как острые иглы.

— Мне нужно выбраться отсюда, — простонал я и чисто механически навалился на дверь всем телом. Что-то щёлкнуло, и она открылась. Я с криком вывалился наружу, упал на бок, и пустой контейнер покатился по полу.

Я вскочил тяжело дыша и принялся яростно трясти ногой. Тарантул упал на пол и пополз по линолеуму.

— Лови его, лови! — завопил я.

Шляпа выбрался из кладовки и нетвёрдым шагом двинулся за тарантулом.

Я подобрал контейнер и подскочил к нему. Шляпа поднял тарантула высоко в воздух. Паук яростно махал лапами и вырывался, но Шляпа держал его крепко.

Он положил его в контейнер.

— На этот раз закрой плотно, — предупредил он.

— Не волнуйся, — простонал я. Руки у меня тряслись, но я плотно закрыл крышку и несколько раз её проверил.

Вскоре мы со Шляпой спускались вниз, чтобы положить тарантула на хранение в мой шкафчик. Хотя я знал, что тарантул не укусил меня, я всё ещё чувствовал покалывание в ноге.

— Ух, как было страшно! — заявил Шляпа. — Очень страшно.

— Значит в остальном план сработает идеально, — заверил я его.

* * *

На следующий день, около девяти часов утра мы со Шляпой спрятались на узком балконе над спортивным залом.

Пока все остальные переодевались для урока, мы тихонько выскользнули из раздевалки. Шляпа спрятал контейнер с тарантулом под майкой, и мы устремились к балкону.

Мы все четверо по много раз ночью перезванивались, чтобы уточнить детали операции. План действительно был очень прост.

Молли и Чарлин должны были заманить Кертни под балкон. Затем Шляпа кидает тарантула ей на голову, и мы ждём, когда она начнёт вопить как резаная.

Всё очень просто.

— А что, если Кертни не испугается — спросила меня Молли по телефону. — Что если она просто стряхнёт паука и спросит, не потерял ли кто тарантула?

— Это невозможно, — ответил я. — Кертни, конечно, невозмутимая, но не настолько же. Она, конечно, завопит и одуреет, когда тарантул закопошится в её волосах. Если нет, она — не человек. Значит, она — статуя или что-нибудь в этом роде.

— Готов, Шляпа? — спросил я, выглядывая с балкона.

Он торжественно кивнул, глядя на натянутую вниз волейбольную сетку.

Он аккуратно открыл контейнер и ухватил тарантула, который болтал лапками.

Внизу раздавались голоса. Несколько девочек вышли из раздевалки. Одна из них взяла баскетбольный мяч и попыталась забросить его в кольцо. Мяч ударился о край и отскочил.

— Пригнись, тебя могут заметить, — прошептал Шляпа.

Я пригнул голову. На балконе было жарко, гораздо жарче, чем в зале, и я вспотел.

Мы стояли на коленях. Шляпа держал контейнер с тарантулом обеими руками прямо перед собой.

Снизу послышались новые голоса. Несколько мальчишек стучали мячом по полу и делали друг другу пассы.

— Ты видишь Кертни? — прошептал Шляпа.

Я слегка приподнялся и посмотрел вниз.

— Да!

Кертни шла между Чарлин и Молли. Они что-то оживлённо обсуждали, но слов я разобрать не мог.

Кертни покачала головой, рассмеялась, потом опять покачала головой. На ней была свободная ярко-красная футболка и белые шорты в обтяжку. Её светлые волосы были собраны сзади в пучок.

«Прекрасная цель», — подумал я со злорадством и кивнул Шляпе. Мне всё это нравилось. Очень нравилось. Я поднял глаза и увидел, что наш преподаватель физкультуры мистер Рассо разговаривает в дверях с другим учителем.

«Хорошо», — подумал я. Нам ни к чему, чтобы мистер Рассо дал свисток к началу игры в волейбол до того, как мы разберёмся с Кертни.

Кертни по-прежнему стояла между Молли и Чарлин. Они продолжали болтать. Чарлин и Молли потихоньку подталкивали её к нужному месту.

— Ещё несколько шагов, и Кертни окажется прямо под нами, — шепнул я Шляпе. — Сейчас всё произойдёт. Действительно произойдёт.

Я был так взволнован, что казалось, вот-вот лопну. Пот катился с меня градом и заливал глаза. Я вытерся рукавом футболки и посмотрел вниз.

Да!

Молли и Чарлин удалось! Они подвели Кертни под балкон. Они втроём стояли прямо под нами. Прекрасно!

— Шляпа, давай! — шепнул я.

Шляпа долго не раздумывал. Ни секунды. Это было великолепно. Просто великолепно!

Не отрывая взгляд от девочек, он достал из контейнера лохматого тарантула. Затем перегнулся через балкон, тщательно прицелился и разжал пальцы.

12

Мы со Шляпой перевесились через перила и смотрели, как падает тарантул. Когда он с мерзким хлюпом упал на голову Молли, мы оба вскрикнули от ужаса.

— Шляпа, ты промазал! — завопил я.

Однако Молли вопила громче всех. Её лицо стало красным, как помидор, а глаза выскочили из орбит. Она визжала так, что уши закладывало, и исполняла при этом странный танец — подскакивала как безумная и махала руками.

Ребята подбежали к ней с испуганными и озадаченными лицами.

— Что с Молли? — воскликнул кто-то.

— Зачем она это делает?

— Что с ней стряслось?

Я так сильно перегнулся через перила балкона, что чуть было не последовал вслед за тарантулом.

Молли продолжала скакать, вопить и рвать на себе волосы.

У меня вырвался вздох облегчения, когда ей, наконец, удалось отодрать тарантула. Она зачем-то стала подбрасывать его на ладони и чуть не уронила. Затем, продолжая вопить, сунула тарантула в руки Чарлин!

Шляпа, стоявший рядом со мной, засмеялся. Мне было не до смеха.

Как мог Шляпа промахнуться с такого расстояния?

Чарлин завопила так, что задребезжала крыша. Она стала перекидывать тарантула из одной руки в другую, а затем уронила его себе под ноги. Не переставая кричать, она отскочила в сторону и закрыла лицо руками.

Весь класс столпился вокруг неё. У некоторых был смущённый вид, другие смеялись. Несколько девочек пытались успокоить Молли, у которой волосы на голове стояли дыбом.

— Ой, ой! — повторяла она, тряся головой.

Я схватился за перила обеими руками и наблюдал, как Кертни нагнулась и аккуратно подняла тарантула с пола. Она посадила его на ладонь и, похоже, что-то ему тихонько говорила.

Ребята обступили Кертни. Когда она поднесла паука к лицу, все замерли.

— Да это же просто тарантул, — сказала Кертни и погладила его пальцем по спинке. — Тарантулы редко кусаются, а когда кусаются, это не очень больно.

Ребята в очередной раз заговорили о том, какая Кертни храбрая. Молли и Чарлин утешали друг друга в уголку. Чарлин приглаживала волосы, та продолжала вздрагивать.

— Откуда мог свалиться этот тарантул? — спрашивала Кертни.

Я заметил, что Молли злобно посмотрела на нас и погрозила кулаком.

Я пригнулся и спрятался за перилами балкона.

— План плохо сработал, — пробормотал Шляпа.

Он что, мастер делать краткие замечания?

Мы не понимали, что катастрофа ещё не закончилась.

— Давай выбираться отсюда, — прошептал я.

Но было поздно. Мы обернулись и увидели мистера Рассо, стоявшего у выхода на балкон. Взгляд его не предвещал ничего хорошего.

— Что это вы здесь делаете? — спросил он подозрительно.

Я повернулся к Шляпе. Он смотрел на меня пустыми глазами. Убедительного ответа у нас не было.

— Ну-ка спускайтесь вниз, — сказал ласково мистер Рассо, придерживая для нас открытую дверь. — Пойдём подробно обо всём поговорим.

* * *

Я думал, что всё будет ещё хуже.

Конечно мы со Шляпой должны были в течение двух недель ежедневно после уроков убирать лабораторию. Конечно нам пришлось написать сочинение размером в тысячу слов на тему, как нехорошо воровать живых существ и кидать их людям на головы.

И уж конечно Молли и Чарлин объявили нам бойкот.

Однако всё могло быть гораздо хуже.

Например, мы могли остаться запертыми в кладовке. А что может быть хуже?

Вечером того же дня я улёгся в кровать в мрачном настроении и размышлял о провале нашего плана.

Это Кертни во всём виновата, говорил я себе, прокручивая пальцем дырку в одеяле. Она отошла на шаг в последний момент. Конечно, она отошла. Шляпа не мог так плохо прицелиться.

Я тяжело вздохнул, вспомнив, как Кертни спокойно подняла с пола тарантула. Она сказала «Это просто тарантул» с таким чувством превосходства, так самоуверенно. «Это просто тарантул. Они редко кусаются».

Почему он не укусил её за руку? Вся её гордость тогда бы мигом улетучилась.

Ну почему она такая храбрая?

Кертни действительно заслуживает того, чтобы её по-настоящему напугать. Это собьёт с неё спесь, думал я, но счастливей себя от этого не чувствовал. Я продолжал терзать одеяло, и маленькие дырки постепенно превращались в большие.

Она действительно хочет, чтобы её напугали, напугали до смерти.

Но как, как, как?

Я сидел на кровати ссутулившись и опустив голову. Настроение было мрачное. Я безотчётно продолжал рвать одеяло.

Я опять представил себе, как Шляпа ронял тарантула.

Как он упал на голову Молли.

Нет! Нет! Нет!

Я опять вспомнил, как Молли плясала свой ужасный танец.

Вдруг я почувствовал, что не один в комнате. Мрачные мысли моментально улетучились. Я взглянул на дверь и окаменел от ужаса.

Я увидел огромного тощего монстра с окровавленной мордой, который, раскачаиваясь, приближался ко мне.

13

Огромный монстр склонился надо мной и протянул ко мне свои измазанные глиной руки.

— Пошёл вон, Кевин! — завопил я. — Ты испачкаешь грязью весь пол!

— Это не настоящая грязь, а краска, — сказал мой старший брат Кевин и опустил руки.

— А мне плевать! — ответил я злобно и, вскочив с кровати, сильно ударил его в живот. — Она всё равно капает на пол.

Он рассмеялся:

— Ну что, правда испугался?

— Нисколько! — заявил я. — Я знал, что это ты.

— Ты решил, что это Грязный монстр, — сказал он, осклабившись сквозь толстый слой жидкого коричнево-оранжевого грима, капавшего с его лица. — Ведь так, дурила?

Я ненавижу, когда он называет меня дурилой. Он поэтому это и делает.

— Ты совсем не похож на Грязного монстра, — сказал я мрачно. — Ты похож на мусорную кучу.

— Сегодня вечером мы напугали малышей, которые гуляли по лесу, — самодовольно сказал Кевин. — Надо было видеть их рожи. Они бросились наутёк с жалобным воем, а двое из них даже расплакались. — Кевин захихикал.

— Пошёл отсюда! — пробормотал я и толкнул его к двери. На руках остался коричнево-оранжевый след от краски.

— Фильм почти готов, — сказал он и вытер руки о мою тетрадь с домашним заданием по математике. — Может быть, я тебе его покажу.

— Не прикасайся к моим вещам! — сказал я злобно, но потом вспомнил, о чём хотел спросить его и сменил тон. — А я могу поучаствовать в съёмках? — умоляюще спросил я. — Ну пожалуйста! Ты говорил, что может быть, вы меня возьмёте. Помнишь?

— Нет, нет, дурила. — Он отрицательно покачал головой. — Ты перепугаешься до смерти.

— Чего?

Он что, смеётся надо мной?

— Ты испугаешься, Эдди, — повторил он, почёсывая измазанный краской затылок. — Один в глухом тёмном лесу, где разгуливают три Грязных монстра… Ты уделаешься. Точно уделаешься.

— Эй, послушай! — злобно закричал я. — Это не смешно, Кевин. Ты же обещал…

— Нет, не обещал, — заявил Кевин. Здоровая капля коричневой краски скатилась с его плеча и упала на пол.

— А тебе придётся мыть пол, — сказал я с гнусной ухмылкой. — Ты у меня его вылижешь! — орал я, скрестив руки на груди.

Он только смеялся в ответ.

Неожиданно мне в голову пришла мысль.

— Слушай, Кевин, поможешь мне сделать одну шутку? — спросил я задумчиво.

— Наверное, нет, — ответил он, ухмыляясь.

— А в чём дело?

— Ты не можешь придумать, как напугать кое-кого? — спросил я.

Он внимательно посмотрел на меня, и показал свой коричнево-оранжевый костюм:

— А это недостаточно страшно?

— Нет. То есть я хочу спросить, может, ты знаешь ещё какие-нибудь способы напугать кое-кого, — спросил я, не зная, как объяснить, в чём дело. Наконец я решил выложить всё начистоту: — Мы с друзьями пытаемся напугать девочку по имени Кертни.

— Зачем? — спросил он и положил свою измазанную руку на мой туалетный столик.

— Да так, шутки ради, — сказал я.

Он кивнул.

— Но нам никак не удаётся её напугать, — продолжал я. — Что мы ни делаем, всё впустую. — Я плюхнулся на кровать.

— А что вы уже испробовали? — спросил Кевин.

— Да так, пару штучек. Змею и тарантула. Но она не испугалась, — сказал я.

— Мелко, — пробормотал он и отошёл от столика, на котором осталось грязное пятно.

— Что значит «мелко»? — спросил я.

— Мелко — это значит, что вы пытаетесь испугать её при помощи всякой мелкой дряни. Вам нужно попробовать напугать её чем-нибудь большим. Например, чем-нибудь, что больше неё.

Я задумался. Похоже, он прав.

— А что ты называешь большим? — спросил я. — Что-нибудь вроде слона?

Он нахмурился и покачал головой:

— Эдди, ну где ты достанешь слона? Я говорю о чём-нибудь вроде большой рычащей собаки.

— Собака? — переспросил я, почёсывая затылок.

— Ну да. Представь себе: девчонка вроде твоей Кертни идёт по улице или по лесу и вдруг слышит злобное рычание. Она оборачивается и видит огромную собаку с открытой пастью и торчащими клыками, которая бежит прямо на неё. Она испугается. Это факт.

— Недурно, — сказал я задумчиво, — недурно, Кевин, ты гений. Правда.

— Можешь мне это не говорить, — ответил он и вышел из комнаты, оставляя на полу грязные следы.

«Огромная рычащая собака», — думал я.

Я представил себе эту собаку. Она была размером с волка и выла на луну, задрав голову.

Потом я представил себе, как Кертни, ничего не подозревая, идёт по тёмной улице. Она слышит странный звук. Тихое рычание. Её глаза наполняются страхом.

«Что это за звук?» — думает она.

И тогда она видит её. Самую огромную, злобную и громкую собаку на свете с красными горящими глазами. Собака открывает пасть и показывает страшные острые клыки.

С рычанием, от которого дрожит земля, она бросается на Кертни и хочет вцепится ей в горло.

Кертни зовёт на помощь, потом поворачивается и, пытаясь спастись от верной гибели, бежит вопя и рыдая, как младенец.

«Ко мне, малыш», — зову я зверя.

Собака останавливается и подбегает ко мне, виляя хвостом. Кертни продолжает плакать и дрожать всем телом, а собака лижет мне руку.

«Это просто собака, — говорю я ей. — Собаки кусаются, только если чувствуют, что их боятся!»

Я захохотал и вскочил с кровати.

«Действительно стоит попробовать, — подумал я. — Обязательно надо попробовать».

Остаётся только узнать, у кого есть огромная злая собака.

14

Вечером в субботу мы собрались на заднем дворе у Чарлин, чтобы опробовать новый крокет, который ей подарил папа. Был ненастный день. Высокие облака закрывали солнце и отбрасывали серые тени на лужайку.

Мы с трудом слышали друг друга из-за шума соседской газонокосилки, но я всё же рассказал Молли, Чарлин и Шляпе про то, как мой брат предложил запугать Кертни.

— Большая злая собака — это правда страшно, — быстро согласился Шляпа и, сильно ударив молотком по зелёному шару, отправил мяч в кусты.

Молли имела хмурый вид. Она так и не простила мне случай с тарантулом, хотя я тысячу раз перед ней извинялся. Она одёрнула жёлтую футболку и приготовилась к игре.

— Нам нужна собака, которая была бы действительно страшной на вид, — сказала Молли. Она не попала в ворота и сбила шаром деревянный колышек.

— Мне кажется, моя собака Лютик вполне подойдёт, — предложила со вздохом Чарлин.

— Кто? Лютик? — воскликнул я удивлённо. — Не шути, Чарлин. Баттеркап — большой симпатичный увалень. Его даже мухи не боятся.

Издевательская улыбка заиграла на лице Чарлин:

— Лютик вполне справится.

— Конечно, — сказал я, закатывая глаза. — Он и правда лютый. За это его и прозвали Лютиком.

— Твоя очередь, — сказала мне Молли и кивнула в сторону моего шара, лежавшего далеко от ворот.

— Это такая занудная игра, — пожаловался я. — И как она может кому-то нравится?

— А мне нравится, — сказал Шляпа. Он выигрывал.

Чарлин сложила руки рупором и закричала:

— Лютик! Лютик! Иди сюда, лютый зверь!

Через несколько секунд из дома неуклюжей походкой вышел большой сенбернар и направился к нам, виляя пушистым хвостом так сильно, что вся его спина ходила из стороны в сторону. Его розовый язык вывешивался из пасти.

— Ой, мне страшно! Ой, как мне страшно! — саркастически закричал я.

Я выронил крикетный молоток и принялся дрожать и трястись.

Лютик не обратил на меня никакого внимания. Он подбежал к Чарлин и стал лизать ей руки, тихонько подмяукивая наподобие кота.

— Ну, он и правда крутой! — воскликнул я.

Шляпа надвинул кепку на глаза и подошёл ко мне.

— Чарлин, это большой милый сенбернар, — сказал он, наклонился к Лютику и почесал его за ухом. — Он совсем не страшный. Нам нужен волк или огромный доберман.

Лютик лизнул Шляпе руку.

Шляпа скорчил недовольную мину:

— Ненавижу слюнявых собак.

— Где же нам найти настоящую агрессивную собаку? — сказал я, склонившись, как лоза над крикетным молотком. — У кого может быть сторожевая собака?

Чарлин по-прежнему ухмылялась, как будто знала что-то, чего мы не знаем:

— Дайте Лютику шанс. Возможно, вы будете удивлены.

Солнце опять скрылось за тучей. Похолодало, и серые тени заскользили по траве.

Газонокосилка за изгородью замолкла. На заднем дворе воцарилась тишина.

Лютик лёг на траву и принялся кататься на спине, болтая лохматыми лапами в воздухе.

— Не слишком впечатляет, — смеясь сказал Шляпа Чарлин. Собака имела действительно глупый вид.

— Я вам ещё не показывала наш маленький фокус, — ответила Чарлин. — Смотрите.

Она повернулась к собаке и засвистела. Однотонный свист без модуляций.

Большой сенбернар среагировал незамедлительно. Заслышав свист, он сразу вскочил на лапы. Хвост его стал прямым, как палка. Всё тело напряглось, а уши встали торчком.

Чарлин продолжала негромко, но пронзительно свистеть. К нашему удивлению, Лютик зарычал зло и угрожающе.

Он оскалился и показал огромные острые зубы.

Потом он зарычал ещё громче. Глаза налились кровью, спина напряглась. Лютик выгнул шею и приготовился к нападению.

Чарлин глубоко вздохнула и, глядя в глаза рычащей собаке, свистнула ещё раз:

— Лютик, взять Эдди! Убей! Убей!!!

15

— Нет! — завизжал я и отшатнулся назад.

Собака предостерегающе зарычала и кинулась на меня.

Я поднял руки к лицу, чтобы защититься, и ждал удара.

Я ждал и ждал.

Когда я медленно опустил руки, то увидел, как Чарлин обнимает собаку за шею. Она сладко улыбалась. Лютик лизнул её лоб.

— Получил, Эдди! — объявила Чарлин. — Это тебе за тарантула!

Молли смеялась:

— Молодец, Чарлин.

— Ох, — тихо простонал я. Моё сердце стучало как маятник, лужайка плыла перед глазами.

— Клёвый фокус, — сказал Шляпа Чарлин. — Как ты его этому научила?

— Я не учила, — сказала Чарлин. Она ещё раз обняла пса и отпустила его. — Это произошло случайно. Однажды я свистнула и Лютик примчался ко мне стрелой. Она начал ворчать, рычать и скалить зубы.

— Наверное, ему не нравится, как ты свистишь, — сказал я, приходя постепенно в себя.

— Он вообще ненавидит этот звук, — ответила Чарлин, стряхивая собачью шерсть с обрезанных джинсов. — Может быть он раздражает его слух. Не знаю, но вы выдели, что с ним происходит. Он совершенно дуреет, когда слышит свист.

— Здорово! — сказал Шляпа.

— Он действительно может напугать Кертни, — сказала Молли.

Мы смотрели, как пёс плетётся к дому, высунув язык чуть ли не до земли.

— Он ненавидит Калифорнию из-за жары. Ему было хорошо в Мичигане, но мы ведь оттуда переехали.

— Здорово, что вы его не бросили, — сказал я с воодушевлением. — Теперь-то мы уж точно напугаем Кертни до смерти!

Молли тихонько ударила молотком по шару. На лице у неё было написано беспокойство.

— Но мы же не причиним Кертни вреда? — сказала она. — Я хочу сказать, что Лютик её на самом деле не покусает. А если он выйдет из под контроля?..

— Да нет, конечно, — поспешно ответил Чарлин. — Он прекращает рычать, как только я перестаю свистеть. Правда. Он сразу становится добрым и милым.

У Молли отлегло от сердца. Она пробила шар сквозь ворота, а потом подтолкнула его обратно.

Мы потеряли всякий интерес к игре. Придумывать, как мы напугаем Кертни с помощью Лютика, было гораздо увлекательней.

Солнце показалось из-за облаков. Мы собрали молотки и уселись в тени большого грейпфрутового дерева, которое росло посреди двора.

— Надо напугать Кертни у того домика на дереве, который они с Дениз построили у Мутного ручья, — предложил я и растянулся на траве. — Это идеальное место. Представьте: она и Дениз вдвоём в лесу. Больше никого. Вдруг на них выскакивает рычащая собака. Они неделю после этого будут плакать!

— Да, здорово, — согласился Шляпа. — В лесу полно мест, где можно спрятаться и незаметно наблюдать. Чарлин может спрятаться за кустом или ещё где-нибудь и свистеть оттуда во всю мочь. Мы тоже спрячемся. Кертни никогда не узнает кто это сделал.

Молли сидела скрестив ноги и задумчиво жевала губами. Она приподняла очки:

— Мне так не нравится. Не интересно пугать, когда никто не видит. Если мы напугаем Кертни в лесу и никто об этом не узнает, какой от этого прок?

— Но мы же увидим! — заспорил я. — Мы увидим. А это главное. Мы будем знать, что нам в конце концов удалось её напугать.

— А может быть, нам выпрыгнуть из кустов и завопить: «Попалась!» или что-нибудь ещё в этом роде, чтобы она поняла, что мы знаем, что она испугалась, — предложила Чарлин. — А потом мы расскажем об этом всей школе.

— Мне нравится, — сказал Шляпа.

— Ну и когда мы это сделаем? — спросила Молли.

— А давайте прямо сейчас, — предложил я и вскочил на ноги.

— Что, прямо сейчас? — удивлённо переспросила Чарлин.

— А почему бы и нет? — завопил я. — Давайте пойдём в лес. Может быть, нам повезёт, и мы застанем Кертни и Дениз в их домике на дереве. Они часто там бывают по выходным. Гуляют, читают или что-то в этом роде.

— Ну, так пошли! — Шляпа вскочил и хлопнул меня по спине. — К делу!

— Я схожу за поводком для Лютика, — сказала Чарлин. — Думаю, ждать незачем. — Она посмотрела на Молли.

— У меня есть идея получше, — сказала Молли, вынимая травинку из волос. — Прежде чем бежать сломя голову в лес, неплохо бы убедиться, что Кертни в домике.

— А как это сделать? — спросил я.

— Очень просто, — ответила она. И сказала, подражая голосу Дениз: — Алло, Кертни. Давай встретимся у домика на дереве через десять минут. Договорились?

Это было невероятно! Она действительно говорила, как Дениз!

Мы посмотрели на неё с изумлением.

— Молли, а я и не подозревала в тебе такой талант, — сказала смеясь Чарлин.

— Я тренировалась, — ответила Молли. — Я могу подражать любым голосам.

— Молли, наверное, ты сможешь озвучивать мультфильмы, когда вырастешь, — предположил я. — Ты сможешь изображать Даффи Дакка. Ты и так уже говоришь почти как он!

Шляпа рассмеялся. Молли показала мне язык.

— Давайте зайдём в дом и позвоним Кертни, — нетерпеливо сказала Чарлин и распахнула входную дверь. — Если её нет у себя, значит она скорее всего в домике на дереве. Тогда мы возьмём Лютика и пойдём туда. Если же она дома, Молли притворится Дениз и договорится о встрече.

Мы направились на кухню. Чарлин передала Молли телефон и принесла другой радио телефон, чтобы мы могли слышать разговор.

Молли набрала номер Кертни, и мы стали затаив дыхание слушать гудки.

Один гудок, второй…

Кертни взяла трубку.

— Алло? — сказала она.

Молли заговорила голосом Дениз:

— Кертни, привет, это я.

Голос было не отличить. Я думаю, даже мама Дениз попалась бы на удочку!

— Мы можем встретиться в лесу? Там, у домика? — спросила Молли голосом Дениз.

— Кто это? — услышали мы голос Кертни.

— Да это же я, Дениз! — ответила Молли.

— Странно, — сказала Кертни. — Как это может быть Дениз, если Дениз сейчас стоит передо мной?

16

— Ой, я ошиблась номером, — сказала Молли и быстро положила трубку.

Звонить Кертни оказалось не самой лучшей идеей.

Наш план пока дал осечку, но в том, что мы сможем напугать Кертни, мы не сомневались. Надо было только в нужный момент подкараулить её в лесу.

Всё воскресенье лил дождь. Я очень расстроился.

Мой брат Кевин стоял рядом со мной у окна. Дождевые капли барабанили по стеклу. Он тоже был расстроен. Они с друзьями надеялись доснять в лесу фильм про Грязных монстров.

— Сегодня мы собирались снимать финальную сцену, в которой Грязные монстры вылезают из грязи, — сказал он.

— Может быть, дождь перестанет… — сказал я.

— Это уже не важно. Мы всё равно не сможем снимать.

— Почему? — спросил я.

— Уж больно грязно, — ответил он.

* * *

Неделя тянулась медленно. Дожди шли почти ежедневно.

В субботу после полудня выглянуло солнце. Чарлин взяла Лютика на поводок, и мы устремились в лес.

— Кертни должна быть там. Должна быть! — заявил я.

— Кто-нибудь должен пойти в разведку, — сказала Молли. — Прежде чем пускать Лютика, мы должны убедиться, что Кертни и Дениз в домике.

— Я пойду! — сказали мы со Шляпой в один голос.

Все рассмеялись. Мы были в хорошем настроении. Думаю, мы предчувствовали: нам наконец удастся проучить Кертни.

Лес начинался неподалёку от дома Чарлин. День был чудесный. Первый хороший день за всю неделю. Воздух после дождя был свеж и прозрачен.

Лютик останавливался на каждом шагу и обнюхивал цветы, кусты и прочие растения. Чарлин приходилось буквально тащить его за собой. Это было нелегко. Трудное дело тащить за собой сенбернара, когда он упирается!

— У меня во рту пересохло, — пожаловалась Чарлин, когда мы подошли к лесной опушке. — Надеюсь, что свистеть я всё же смогу.

Свист больше походил на сип, но Лютика это не смутило. Он тотчас поднял морду. Его уши встали торчком, а хвост распрямился.

Чарлин старалась изо всех сил, но получалось не особенно хорошо.

Живот Лютика начал подрагивать. Тихое ворчание переросло в рык. Лютик кровожадно оскалился.

— Чарлин, остановись! — закричал я. — Не трать сил попусту.

Чарлин прекратила свистеть. Собака расслабилась.

— У кого-нибудь есть жвачка? — спросила Чарлин, держась за горло. Во рту совсем пересохло.

Молли протянула ей пластинку.

— Лютик готов! — с довольным видом заявил Шляпа, когда мы вошли в лес.

Тени от листвы плясали на земле. Сверкающие лучи солнца пронизывали лес. Сухие ветки и листья шуршали под ногами.

— Ну давай же, Лютик, пошли! — громким шёпотом повторяла Чарлин.

Пёс не слушался. Он постоянно останавливался и обнюхивал всё подряд. Лютик дёргал поводок и явно хотел вырваться на свободу и гулять самостоятельно. Наверное, вокруг было слишком много интересных запахов. Он вилял хвостом и громко пыхтел.

Мы углубились довольно далеко в лес и приближались к ручью. Стало прохладно. Тени сгустились.

— Я разуюсь неподалёку от домика и посмотрю, там ли Кертни и Дениз, — прошептал я и передал коричневый бумажный пакет, который нёс с собой, Шляпе. — Подержи минутку. Я сейчас вернусь.

Шляпа подозрительно покосился на пакет.

— А что в нём?

— Увидишь, — ответил я и отправился в разведку.

Согнувшись, я пробирался среди кустарника.

Я обернулся.

Мои друзья окружили Лютика, который улёгся на траву и принялся грызть большую палку.

Я шёл по узкой грязной дорожке, и сердце у меня учащённо билось. Я вдруг понял, что волнуюсь: сегодня мы победим Кертни!

Её домик был сооружён на дереве на противоположной стороне небольшой, заросшей травой поляны. Я подошёл ближе и услышал тихое журчание ручья.

Я двигался между деревьев, стараясь держаться в тени. Я не хотел, чтобы Кертни или Дениз меня заметили. Это бы испортило всё дело.

Я подумал, как они скоро испугаются, и непроизвольно улыбнулся. Только бы они были здесь…

Я остановился у края поляны и осмотрелся. Высокая трава была местами помята. На ней были заметны следы. Я подумал, что Кевин с друзьями, должно быть, снимали здесь сцену из своего фильма про монстров.

Держась деревьев, я начал обходить поляну.

Домик Кертни на нижней ветке старого дуба был похож на большую деревянную корзину. Я заметил свисающую вниз верёвочную лестницу.

Но где же Кертни и Дениз?

* * *

Я прошёл ещё несколько шагов, раздвигая руками высокую траву. Что-то кольнуло меня в плечо. Я сорвал с футболки два репья.

Чем ближе я подходил к домику, тем тише старался двигаться.

И тут я услышал девчачьи голоса.

Я остановился.

А потом увидел Дениз и Кертни. Они шли в сторону леса. Я спрятался за густым кустом. Они были всего в нескольких метрах от меня. Неужели заметили? Нет.

Девочки о чём-то возбуждённо спорили. Притаившись, я наблюдал за ними. На обеих были одинаковые синие лифчики от купальников и белые джинсовые шорты. Близняшки.

Они медленно удалялись от меня, срывая по пути цветы и травинки.

«Здорово! — подумал я. — Замечательно!»

Я знал, что сегодня мой день!

Я поспешил вернуться к своим.

Они были на том же месте.

— Лютик, за работу! — закричал я на бегу.

— Ты хочешь сказать, что они там? — удивлённо спросил Шляпа.

— Да, там! — я запыхался от бега. — Они там и ждут, чтобы их напугали.

— Клёво! — воскликнули Чарлин и Молли.

Чарлин потянула за поводок, пытаясь поднять Лютика с земли.

— Подождите, — сказал я и взял бумажный пакет из рук Шляпы. — Давайте сначала намажем его вот этим.

Я вытащил пену для бритья, которую купил заблаговременно.

— А это ещё зачем? — спросил Шляпа.

— Мы измажем ему морду кремом, — объяснил я, — будто он бешеный. У бешеных собак морда всегда бывает в пене. Когда Кертни и Дениз увидят, что на них несётся взбесившийся огромный пёс, они от страха упадут заметрво!

— Гениально! — закричала Молли, хлопая меня по спине. — Это правда гениально!

Все поздравляли меня. Должен признаться, иногда меня посещают гениальные идеи.

Лютик встал на лапы и потащил Чарлин в сторону лужайки.

— Пусть подойдёт к ним поближе. — сказала Чарлин громким шёпотом. Пёс трусил между деревьев, волоча хозяйку за собой. — Тогда мы намажем ему морду пеной и отпустим.

Мы с Молли и Шляпой шли следом и вскоре оказались на краю поляны. Мы спрятались за высоким кустом — там нас невозможно было заметить.

Кертни и Дениз стояли на поляне среди высокой травы и что-то обсуждали.

Их голоса были слышны, но слов разобрать было нельзя. Где-то дальше журчал ручей.

— Лютик, покажи, на что ты способен! — сказала Чарлин и отцепила поводок. Она стояла к нам спиной. — Как только они двинутся, я засвищу.

Я открыл тюбик и выдавил пену на руку.

Вдруг позади раздался шум и треск, как будто кто-то бежал по сухим веткам и опавшей листве. Из леса выскочила белка и Лютик её увидел. Только я протянул руку, чтобы измазать ему морду, как он сорвался с места.

Я упал лицом вниз. Падая, я успел заметить, как Лютик вслед за белкой скрылся среди деревьев.

Мои друзья вскочили на ноги.

— Лютик, Лютик, ко мне! — кричала Чарлин.

Я поднялся. Вся майка была в пене для бритья. Я бросился в лес вслед за ребятами.

Они убежали уже довольно далеко. До меня доносился крик Чарлин:

— Лютик, вернись! Лютик, где ты?

17

Я бежал что было сил и вскоре догнал ребят.

— Где, где Лютик? — спросил я задыхаясь.

— Где-то там, я думаю, — ответила Чарлин, указывая на лесную чащу.

— Нет, мне кажется, что он там, — сказал Шляпа, указывая в противоположном направлении.

— Мы не можем его потерять. Он слишком большой, — сказал я, переводя дыхание.

— Я даже не предполагала, что он умеет так быстро бегать, — сказала Чарлин огорчённо. — Ему правда захотелось поймать белку.

— Надо было держать его на поводке. Теперь нам ни за что не поймать этого олуха, — простонала Чарлин.

— Да нет, непременно найдём! — сказал я уверенно. — Он вернётся, как только белка убежит.

Моя футболка была в грязи и листьях, которые налипли на пену. Я попытался счистить грязь рукой, но только размазал.

Мы всматривались в лесную чащу. Лютика нигде не было видно.

— Нам лучше разделиться, — сказала Чарлин. Она была очень встревожена. — Мы должны найти Лютика, пока он не попал в беду — он не знает леса!

— Может быть, он у ручья? — предположила Молли, потирая очки.

Я вытащил из её волос ветку.

— Хватит болтать, лучше пойдём искать его, — нетерпеливо сказал я.

Я всегда верю в лучшее.

— Нам бы хоть найти его, — пробормотала Чарлин. У неё было напряжённое выражение лица. — Если с Лютиком что-нибудь случится… — Она была слишком расстроена, чтобы договорить.

Мы разделились. Я побежал по тропе, которая вела к ручью.

— Лютик, Лютик! — звал я пса шёпотом.

Как могла эта тупая собака так всё испортить? Разве можно быть таким безответственным?

На бегу я зацепился за колючую ветку ежевики и остановился, чтобы осмотреть царапину. На запястье выступила капля крови.

Наплевав на царапину, я продолжил поиски.

— Лютик, Лютик! — звал я пса.

Мне казалось, что ручей должен быть уже где-то рядом, но журчания воды не было слышно.

Может, я сбился с пути? Может, я где-нибудь свернул в сторону?

Я побежал дальше по лесу, перепрыгивая через упавшие стволы. Почва стала болотистой. Под ногами хлюпала вода. Кроссовки увязали в жидкой грязи.

Ведь поляна должна быть прямо передо мной!

Разве ручей не с этой стороны поляны?

Я остановился и согнулся, упёршись руками в колени, чтобы восстановить дыхание. Я осмотрелся вокруг и понял, что заблудился.

Чтобы сориентироваться, я попытался определить, с какой стороны светит солнце, но его не было видно за стволами деревьев.

— Я заблудился, — громко произнёс я.

Я был скорее озадачен, чем испуган. «Неужели я действительно заблудился в лесу?»

Я огляделся в поисках хоть какой-то приметы. Деревья окружали меня стеной со всех сторон.

— Эй, кто-нибудь меня слышит? — испуганно закричал я. — Кто-нибудь слышит меня?

Я орал, что было мочи.

Никто не откликался.

— Ау! Шляпа! Молли, Чарлин! — Я несколько раз повторил их имена.

Ответа не было.

Дрожь пробежала у меня по спине.

— Я заблудился! — орал я. — Эй, кто-нибудь!

Неожиданно слева я услышал хруст веток и тяжёлый топот. Шаги быстро приближались ко мне.

— Эй, это вы, ребята? — крикнул я и прислушался.

Ответа не было. Шаги всё приближались.

Я вглядывался в тёмные деревья.

Раздался крик птицы и хлопанье крыльев.

Совсем близко хрустнула ветка. Я решил, что это собака и двинулся на звук.

— Это ты, Лютик? Лютик, иди сюда!

Я увидел собаку и остановился.

— Лютик?

Нет.

На меня смотрели налитые кровью глаза совсем другого пса. У меня перехватило дыхание. Это была огромная чёрная собака с длинной шерстью. Размером она была с пони. Она наклонила голову и зарычала. Глаза её злобно сверкали.

— Хорошая собачка, — произнёс я слабеющим голосом. — Хорошая собачка…

Пёс оскалил пасть и грозно зарычал. Потом он сорвался с места и бросился мне на горло.

18

— Эй! — раздался сзади взволнованный голос.

Собака замерла в прыжке. Глаза её горели, как раскалённые угли. Она тяжело приземлилась на четыре лапы.

— А ну, пошёл прочь! — раздался крик.

Я обернулся и увидел Шляпу, который бежал ко мне, размахивая длинной палкой.

— Пошёл прочь! — повторил он.

Пёс наклонил голову и, глядя на меня, зарычал. Он неохотно отступил на шаг. И ещё один.

— А ну, пошёл вон! — заорал я. — Пошёл прочь!

Я не знаю, что на него подействовало, то ли то, что нас теперь было двое, то ли палка, которой размахивал Шляпа, но гигантская зверюга неожиданно развернулась и скрылась в лесу.

— Ой, — застонал я. — Вроде пронесло.

Я понял, что всё это время не дышал. У меня заболела грудь. Я выдохнул.

— Ты в порядке? — спросил Шляпа.

— Вроде бы да, — ответил я неуверенно. — Спасибо, ты спас мне жизнь.

Он посмотрел в сторону чащи, где скрылась собака.

— Это была собака или лошадь? — спросил он. — Ужасно страшная, правда?

Я кивнул. Во рту у меня пересохло настолько, что язык еле ворочался. Я понял, что эта зверюга будет мне сниться по ночам.

— Вы нашли Лютика? — проговорил я.

Шляпа пнул поваленный ствол:

— Нет. Пока нет. У Чарлин слегка крыша поехала.

— Я понимаю, каково ей, — пробормотал я.

Я смотрел в сторону зарослей. Мне показалось, что жуткая собака возвращается. Но это был просто ветер, колыхавший листву.

— Давай лучше вернёмся, — сказал Шляпа и ещё раз пнул бревно.

Я шёл за ним по извилистой тропе. Вскоре начался спуск. В траве шуршали какие-то звери. Я подумал, что это, наверное, бурундуки.

Я решил не обращать на них внимания. Перед глазами у меня стояло это огромное рычащее чудовище, готовое вцепиться мне в горло.

Вскоре мы встретили Молли и Чарлин. У них был жалкий вид.

— Что же нам делать? — Хныкала Чарлин. Она засунула руки в тесные карманы джинсов. На глаза у неё навернулись слёзы. — Я не могу вернуться домой без Лютика! Не могу!

— Клянусь, что твоя собака вернётся, — сказала Молли. — Я уверена, что она уже дома.

Чарлин немного успокоилась:

— Ты так думаешь? Она не заблудилась в лесу?

— Собака не может заблудиться, — сказал я. — Только люди сбиваются с пути.

— Он прав, — согласился со мной Шляпа. — Собаки чуют, куда надо идти. Лютик наверняка уже дома.

— Пойдём проверим, — предложила Молли и положила руку на плечо Чарлин, чтобы утешить её.

— А что, если его там нет? — спросила Чарлин жалобно. — Что тогда?

— Тогда мы позвоним в полицию и попросим помочь найти Лютика, — ответила Молли.

Ответ, похоже, убедил Чарлин. Мы понуро побрели в сторону дома.

Мы вышли из леса и направились к дому Чарлин. И тут на перекрёстке увидели Кертни и Дениз. Рядом с ними было две собаки.

Лютик стоял слева от Кертни, а огромная чёрная собака-чудовище сидела справа.

Мы бросились к ним.

— Привет! — сказала Кертни. — Это ваша собака?

Я остановился и не мог поверить своим глазам.

Лютик лизал одну руку Кертни, а чёрная собака — другую.

— Это мой сенбернар! — закричала Чарлин.

— Надо было держать его на поводке. Он заблудился, когда мы его нашли, — сказала ей Кертни и отдала поводок Лютика.

Чарлин поблагодарила её.

— Какая она всё-таки душка! — сказала Кертни и поцеловала чёрное чудовище в нос.

И в этот момент я сдался.

Я увидел, что Кертни испугать невозможно. У нас это никогда не получится.

Пришло время признать собственное поражение, сказал я себе.

Тогда я и представить себе не мог, какие страшные события ждут нас впереди.

19

Ледяные руки, руки смерти схватили меня за горло. Я закричал. Чарлин рассмеялась.

— Эдди, у тебя проблемы? Ты как-то напряжён.

— Почему у тебя такие холодные руки? — спросил я, почёсывая шею.

В руках у неё была банка колы:

— Я только что вытащила её из холодильника.

Все рассмеялись.

* * *

Прошло несколько дней. Мы вчетвером сидели у Чарлин и обдумывали, что делать дальше. Был вечер четверга. Четверть девятого. Мы сказали родителям, что будем вместе готовиться к экзамену по математике.

— Я думаю, придётся сдаться, — сказал я мрачно. — У нас не получится напугать Кертни. Просто не получится.

— Эдди прав, — согласился Шляпа.

Он сидел рядом с Молли на коричневом кожаном диване. Я развалился в большом кресле напротив. Чарлин лежала на пушистом белом ковре.

— Но ведь должен быть способ, — настаивала Чарлин. — Кертни — не робот. Чего-нибудь она должна бояться.

— Я в этом не уверен, — сказал я и покачал головой.

В это мгновение в комнату, виляя хвостом, ввалился Лютик. Он подошёл к Чарлин и лизнул ей руку.

— Пошёл вон, предатель! — резко сказала она.

Лютик поднял морду и посмотрел на меня долгим печальным взглядом.

— Лютик, ты слышал? Ты предатель, — сказал я ему холодно.

— Он всего лишь собака, — вступилась за пса Чарлин. Она обняла его и уложила рядом с собой на ковёр.

— Похоже, собаки любят Кертни, — отозвалась Молли.

— Змеи и тарантулы тоже её любят, — сказал я с горечью. — Кертни ничего не боится. Ничего.

На лице Молли заиграла дьявольская ухмылка:

— Хотите посмотреть на что-то по-настоящему страшное? — Она протянула руку и сорвала бейсбольную кепку с головы Шляпы.

— Ой! — заорали хором. — Ой, как страшно!

Тёмные волосы Шляпы были как будто приклеены к голове. Они были похожи на кору. На лбу у него был красный след от кепки.

— Эй! — рассердился Шляпа. Он выхватил кепку у Молли и напялил её себе на голову.

— Ты когда-нибудь моешь голову? — спросила она.

— А зачем? — спросил Шляпа. Он встал и подошёл к зеркалу, чтобы поправить кепку.

Мы ещё порассуждали о том, как можно напугать Кертни. Ситуация в целом была удручающая. Нам ничего не приходило в голову.

…Весь день шёл дождь. Было прохладно и сыро. Газоны перед домами были освещены мутным светом фонарей.

Я жил в нескольких кварталах от Чарлин. Жаль, что у меня не было велосипеда. Я не люблю ходить по ночам один. Некоторые фонари вообще не горели, другие едва светили.

Ладно, ладно, признался я себе. Конечно, я трусливей Кертни.

Достаточно прикоснуться ко мне сзади холодными руками, чтобы у меня душа ушла в пятки.

Может быть, это подействует на Кертни?

Я брёл по тротуару.

Ледяные руки вокруг её горла…

Я проходил мимо пустыря, заросшего деревьями. Краем глаза я заметил какое-то движение.

Мрачная тень метнулась на жёлто-сером фоне. Что-то мчалось прямо на меня.

Я тяжело дышал. Во рту у меня пересохло. Я ускорил шаг.

Тень плавно подбиралась ко мне.

Я услышал тихий стон.

Может быть, ветер?

Нет. Похоже на человека.

Снова раздался стон. Затем крик.

Деревья раскачивались и шелестели. Тень быстро приближалась.

Сердце у меня сжалось. Я побежал. Пересёк улицу.

Но тень всё наступала. Вот-вот она меня настигнет.

Я никогда не попаду домой.

20

Я бежал изо всех сил. Тёмные деревья и кусты плыли у меня перед глазами. Кроссовки громко чавкали по мокрому асфальту. Кровь стучала в висках. Наконец показался дом. Желтый фонарь на крыльце ярко освещал газон перед домом.

Уже близко. Совсем близко. Пожалуйста, я хочу домой!

Через мгновение я свернул на дорожку, ведущую к крыльцу. Я стрелой пролетел по ней и ввалился в дверь.

Из последних сил я захлопнул за собой дверь и запер замок.

Я долго стоял, согнувшись в три погибели, держась за ручку двери, и пытался отдышаться. Во рту у меня пересохло. Горло болело.

Скоро я понял, что никто за мной не гнался. Мне только показалось. Больное воображение.

Такое со мной уже случалось.

Много раз.

Почему я такой трусливый, спросил я себя.

Дома было хорошо и спокойно.

Я стоял посреди кухни. Сердце постепенно успокаивалось. Я подумал, что мы с самого начала делали всё неправильно. Я понял, почему мы не могли напугать Кертни.

— Это ты, Эдди? — из гостиной раздался мамин голос.

— Да.

Я проскочил через прихожую и заглянул в гостиную.

— Мне надо позвонить, — сказал я маме.

— Но ты уже дома, — запротестовала она.

— Всего один звонок, — крикнул я ей с лестницы, поднимаясь на второй этаж.

Я вбежал в свою комнату, бросился к телефону и позвонил Чарлин. Она взяла трубку после второго гудка.

— Алло?

— Мы всё делали неправильно! — сказал я задыхаясь.

— Эдди, ты уже дома? Ты что, бежал?

— Мы всё делали неправильно, — повторил я. — Кертни нужно пугать ночью! Ночью! Не днём. Ночью всем страшно!

В трубке было слышно дыхание Чарлин. Она обдумывала мои слова. Наконец она сказала:

— Так, Эдди. Но мы до сих пор ничего не придумали. Не можем же просто наскочить в темноте на Кертни и закричать У-У-У!

Она была права. Ночь, конечно, самое лучшее время, чтобы напугать Кертни. Но нужен был план. Хороший страшный план.

Странным образом идею подала сама Кертни.

21

На собрании перед уроками мы рассуждали про монстров.

Каждый день в школе начинается с такого собрания. Мистер Мелвин обычно сидит за своим учительским столом или пишет что-нибудь на доске. А мы обсуждаем свои дела. В классе даже есть отведённое для этого место. Но в тот день площадку занимали трое ребят. Остальные делали вид, что слушают, и пытались продрать глаза.

Главным спорщиком, конечно, была Кертни. Она всегда готова высказываться по любому поводу.

Сегодня мистер Мелвин рассказывал нам про то, что люди верили в чудовищ с давних пор.

— Люди сами придумывают монстров, — рассказывал он. — Это нужно для того, чтобы реальный мир не казался таким страшным. Монстры, которых мы выдумываем, страшнее, чем мир, в котором мы живём.

Он довольно долго распространялся на эту тему. Похоже, его никто не слушал. Было ещё слишком рано. Никто ещё толком не проснулся.

— Про монстров сочиняют множество мифов, историй и кинофильмов, — говорил мистер Мелвин. — Однако нет никаких доказательств того, что они существуют. Они существуют исключительно в нашем воображении.

— Неправда! — прервала его Кертни. Она, не задумываясь, перебивает кого угодно.

Густые брови мистера Мелвина изумлённо поднялись вверх:

— Кертни, у тебя есть доказательства того, что монстры существуют?

— Кертни сама монстр, — шепнул кто-то.

Кое-кто захихикал.

Я сидел у окна. Утреннее солнце приятно грело спину. Молли сидела рядом и пыталась отлепить жвачку от скоб.

— Мой дядя — учёный, — сказала Кертни. — Он сказал мне, что Лохнесское чудовище действительно существует. Оно живёт в глубоком озере и похоже на морскую змею. Есть его фотографии.

— Фотографии ещё не доказательство, — начал было мистер Мелвин.

Но Кертни не унималась. Она никогда не замолкает, пока не договорит до конца:

— Мой дядя сказал, что снежный человек тоже существует. Он видел фотографии следов снежного человека, сделанные в Гималаях.

Вокруг зашептались.

— Люди не просто выдумывают монстров, — завершила Кертни свою речь. — Они действительно существуют, просто люди их так боятся, что предпочитают считать, что их нет.

— Очень интересная теория, — сказал мистер Мелвин, почёсывая затылок. — Кто согласен с Кертни? Кто ещё верит в монстров?

Несколько человек подняли руки.

Кертни верит в монстров, говорил я себе. Она действительно считает, что они существуют.

Мысль начала медленно оформляться.

Монстры… Монстры в ночи. В темноте…

Благодаря Кертни у меня в голове созрел великолепный план, который должен сработать.

22

Я попросил Кевина помочь мне, но он отказался. Тогда я привёл с собой Шляпу, Молли и Чарлин, и мы все вместе принялись его умолять.

— Короче, — сказал Кевин недовольным тоном. — Вы хотите, чтобы мы с друзьями надели костюмы Грязных монстров и напугали в лесу какую-то девчонку?

— Не какую-то, а Кертни, — нетерпеливо сказал я.

— Она заслуживает этого, — поспешила добавить Чарлин. — Она правда напрашивается.

Был субботний вечер. Мы стояли на заднем дворе нашего дома. Кевин держал в руках шланг. По субботам он много возится в саду. Сейчас он поливал клумбу с цветами.

— Фильм закончен, — сказал он, направляя струю на цветы. — И мне совсем не хочется опять напяливать костюм и мазаться этим проклятым гримом.

— Ну, пожалуйста! — ныл я.

— Это будет так здорово! — сказал Шляпа. — Правда, здорово!

Вода из шланга перестала течь.

У тебя шланг перегнулся, — сказал я Кевину. — Давай я распрямлю. — И нагнулся, чтобы развязать узел на шланге.

— У Кертни и её подруги Дениз есть домик на дереве. Прямо у Мутного ручья, — сказала Чарлин.

— Я знаю, — ответил Кевин. — Мы там снимали кино и использовали домик в нашем фильме. Грязные монстры забирались в домик, чтобы убить одного парня. Очень клёво получилось.

— Здорово! А как насчёт дубля? — закричала Молли.

— Ну, пожалуйста! — опять заныл я.

С тех пор, как у меня возник план, я всё время упрашивал Кевина.

— Вы хотите, чтобы мы встроём караулили вашу Кертни ночью в лесу? — спросил Кевин.

Я наконец справился со шлангом. Вода брызнула прямо на кроссовки Шляпы.

Он с визгом отскочил. Мы рассмеялись.

— Извини, — сказал Кевин. — Это случайно.

— Ну да. Вы с друзьями будете ждать в лесу, а когда совсем стемнеет, выйдете и напугаете Кертни до смерти!

— Ты хочешь сказать, что мы должны будем бегать вокруг домика со страшным воем, кидаться грязью и делать вид, что охотимся за ней? — спросил Кевин. Было видно, что идея Кевину начала нравиться.

— А как вы собираетесь заманить её ночью в лесной домик? — спросил он.

Хороший вопрос. Я как-то об этом не подумал.

— Я это сделаю, — неожиданно сказала Молли, которая сегодня была не слишком разговорчива.

— Ты прикинешься Дениз? — спросил я. — В прошлый раз у тебя не слишком-то хорошо получилось.

— Сейчас это не нужно, — загадочно сказала Молли. — Я приведу её в лес.

Кевин направил струю вверх и облил угол дома. Он стоял ко мне спиной. Трудно было догадаться, о чём он думал.

— Ну что, сделаете? — начал я было снова его упрашивать. — Друзья тебе помогут?

— А что мне за это будет? — не поворачиваясь спросил Кевин.

— Ну… — я стал быстро соображать. — Предположим, я буду твоим рабом целую неделю. Буду косить газон, поливать цветы, полоть и… каждый вечер мыть посуду. И подметать у тебя в комнате.

Он прищурившись посмотрел на меня:

— Не говори глупостей.

— Да нет, я серьёзно! — настаивал я. — Я буду настоящим рабом. Всю неделю!

Он сильней отвернул шланг.

— А как насчёт месяца? — спросил он.

Да. Месяц — это долго. Целый месяц делать за Кевина всю чёрную работу, каждый раз вскакивать по его команде… Целый месяц…

А стоит ли? Стоит ли превращаться в жалкого раба на целый месяц ради того, чтобы напугать Кертни?

Конечно, стоит!

— Хорошо, — сказал я. — Договорились на месяц.

Он ухмыльнулся и мы ударили по рукам. Его ладонь была влажная. Он передал мне шланг:

— Держи, раб.

Я взял шланг и забрызгал себе джинсы.

— Когда должны появиться Грязные монстры? — спросил Кевин. — Когда ты хочешь напугать Кертни?

— Завтра ночью, — ответил я.

23

Я точно не знаю, как возникла легенда про Грязных монстров. Впервые я услышал её от одного мальчишки, когда был маленьким. Он очень хотел меня напугать, и это ему удалось.

Легенда гласит:

Первые поселенцы, обосновавшиеся на месте нашего города, были слишком бедны, чтобы строить настоящие дома. Поэтому они соорудили себе небольшие хижины в лесу на берегу Мутного ручья.

Ручей был в те времена гораздо шире и глубже. Это теперь он стал таким жалким.

Люди работали не покладая рук. Вскоре на берегу выросла целая деревня. Однако жители соседнего города не любили поселенцев и никак им не помогали, а городские власти отказывались проводить в деревню водопровод. Владельцы магазинов ничего не продавали им в кредит.

Многие жители деревни голодали, многие болели, но горожане им не помогали. Всё это было сто лет назад, а может быть, ещё раньше.

Однажды ночью разразилась ужасная гроза. Дул ураган, а дождь лил стеной. Ручей вышел из берегов, и люди не успели уйти в безопасное место.

Потоки чёрной грязи превратились в огромную волну, которая захлестнула всю деревню. Волна накрыла все дома и людей в них. Все они оказались погребены под грязью, как под вулканической лавой.

На утро от деревни не осталось и следа. Ручей нёс свои мутные воды. В лесу было пусто и тихо. Деревня и все её жители исчезли.

Однако не совсем.

Легенда рассказывает, что раз в году в полнолуние они появляются из грязи. Но это уже не люди, а монстры. Они полуживые и полумёртвые одновременно. Их и называют Грязными монстрами.

Так вот. Раз в году они вылезают из своих могил и пляшут при луне, а ещё они мстят горожанам, которые отказывались им помогать.

Вот такая легенда.

Это, конечно, всё неправда, но история, мне кажется, хорошая. Её у нас передают из поколения в поколение. И пугают ею детей. Меня тоже пугали.

И завтра ночью Кевин со своими друзьями-монстрами напугают Кертни — девочку, которая ничего не боится.

* * *

Было начало восьмого. Кевин был в ванне. Он приводил в порядок свой костюм монстра. Лицо и волосы он измазал коричнево-оранжевой грязью. На нём была чёрная рубашка на выпуск и драные чёрные джинсы. Вся одежда тоже была заляпана грязью.

Я стоял на пороге и смотрел, как он мажет волосы какой-то жидкой гадостью.

— Действительно, страшный вид, — сказал я.

— Спасибо, сопляк, — ответил он. — Посуду помыл?

— Да, — проворчал я.

— А ты собрал мои грязные вещи и положил их в корзину для белья?

— Да, — пробормотал я.

— Да, мой господин, — поправил он меня. — Раб должен быть вежливым.

— Да, мой господин, — повторил я.

Он буквально загонял меня с тех пор, как я согласился стать его рабом. Невероятно, сколько грязной работы он для меня придумывал!

Но час моего торжества был близок, а это стоило месяца унижений.

Кевин повернулся ко мне:

— Ну и на кого я похож?

— На ком грязи.

Он улыбнулся:

— Спасибо.

Я последовал за ним в прихожую.

Он взял со столика ключи от машины.

— Я заеду за друзьями, — сказал он, красуясь перед зеркалом. — А потом мы найдём укромное местечко в лесу. Тебе подвезти?

— Нет, спасибо. Мне сначала нужно зайти за Молли. Нам надо кое-что обсудить.

— Что именно? — спросил Кевин.

— Как заманить Кертни в лес.

24

— Привет, Эдди. Ну что там у вас? — спросил папа Молли.

Мы стояли у Молли на кухне. Её отец открыл холодильник и достал банку эмбирного тоника, потом принялся шарить по полкам.

— Да ничего интересного, папа, — ответила Молли. — Так, время проводим.

Он повернулся к нам:

— Хочешь, поиграем в «Эрудит»?

— Нет, спасибо. Не сегодня.

Я посмотрел на часы, висевшие на кухне. Было поздновато. У нас не было времени на разглагольствования с папой Молли. Надо было заманить Кертни в лес.

— Может быть, в картишки перекинемся? — сказал папа и опять полез в холодильник. — ВЫ просили, чтобы я научил вас играть в покер. Я сегодня свободен…

— Нам с Эдди надо кое-что обсудить, — сказала Молли. — Да, и ещё позвонить ребятам…

Папа, похоже, обиделся. Он вытащил из холодильника колбасную нарезку и принялся сооружать сэндвич.

— Есть не хотите?

— Нет, — отрезала Молли. Она потащила меня в свою комнату.

— Нам надо торопиться, — прошептал я.

— Сама знаю, — сухо сказала Молли. Она опустила очки на нос. — Вот телефон. Ты можешь слушать, о чём мы будем говорить. А я поднимусь наверх и позвоню Кертни. Плохо, что приходится всё делать в последний момент.

— А что ты ей скажешь? Надеюсь, ты не станешь изображать Дениз?

Я начал нервничать. Надо было позвонить Кертни заранее, а мы тянули до последней минуты.

Молли загадочно улыбнулась.

— Сейчас увидишь, — сказала она и вышла.

Я мерил шагами комнату Молли, выжидая, пока она наберёт номер. Потом я осторожно взял телефонную трубку и прижал её к уху.

Молли уже разговаривала с Кертни.

— Кто это? — спросила Кертни.

— Это Молли.

Я старался не дышать. Неужели Молли выложит ей всю правду? Только не это. Это будет полный провал. План рухнет. Кевин убьёт меня.

— Я наверное пойду, — говорила Молли. — Нет, у тебя есть шанс увидеть настоящих монстров, но если ты боишься — оставайся дома.

— Что ты сказала? — раздражённо спросила Кертни.

— Я сказала, что если ты боишься, то не надо идти в лес, — повторила Молли.

— Это я-то боюсь? — почти заорала Кертни. — Молли, я не боюсь никаких Грязных монстров. Встретимся через десять минут, если ты сама не боишься.

— Да нет, лучше оставайся дома, — резко ответила Молли. — Мы не хотим за тебя отвечать. Если ты запсихуешь или…

— Я буду ждать тебя там, — сказала Кертни и повесила трубку.

Молли вошла в комнату, довольная.

— Разве я не гений? — сказала она.

25

По мере того как мы приближались к Мутному ручью, я чувствовал себя всё более неуютно. Было холодно и влажно. Полная луна, висевшая высоко над деревьями, периодически скрывалась за тучами.

— Я так волнуюсь, — сказала Молли, вглядываясь в тёмные стволы деревьев. — Неужели мы наконец напугаем Кертни!

— Я тоже в это не верю, — признался я. — Просто интересно, что помешает на этот раз.

— Всё будет в порядке, — успокоила меня Молли. — Не падай духом. Сегодня наша ночь!

Чарлин и Шляпа уже ждали нас на опушке. Молли увидела их первой и помахала рукой. Мы побежали им навстречу.

— Вы видели брата и его друзей? — спросил я, косясь на тёмный лес.

— Нет, — ответил Шляпа.

— Зато мы видели Кертни, — доложила Чарлин. — Они с Дениз шли в сторону лесного домика.

— Она взяла с собой Дениз? — завопил я. — Гениально! Мы и Дениз напугаем.

— Они вас заметили? — спросила Молли Чарлин.

— Не могли, — ответила Чарлин. — Мы спрятались вон там. — Она показала на большой куст.

Выглянула луна. Лес осветился мутно-жёлтым цветом.

Подул ветер, и деревья зашелестели, как будто кто-то шептал в лесу.

— Брат с друзьями должны были спрятаться возле ручья, — сказал я. — Пошли. Нельзя упустить момент.

Мы старались двигаться тихо, но сухие ветки и листья предательски хрустели под ногами.

Вдруг раздался тихий стон. Я вздрогнул.

Так может стонать только привидение.

Я остановился и прислушался. Снова раздался стон.

— Что это? — прошептал я испуганно.

— Похоже на птицу. Может быть, голубь, — сказала Чарлин.

Опять стон. Конечно, это голубь. Вон там на дереве.

— Ты что, уже рехнулся? — спросил Шляпа. Он изо всех сил хлопнул меня по спине. — Нужно держаться вместе старик.

— Мы и так вместе, — пробормотал я.

Я расстроился из-за того, что испугался этого идиотского голубя. Хорошо, что в темноте они не могли заметить, как я побледнел.

Я перевернул кепку на голове у Шляпы. Просто чтобы забыть про голубя.

— Прекрати! — злобно прошипел Шляпа.

— Тссс! Тихо! Кертни с Дениз могут нас услышать, — прошипела Молли.

Мы быстро шли к домику.

Лес становился всё гуще и темнее.

Деревья шелестели.

Было страшно.

Мы молча жались друг к другу.

Опять раздались стоны.

Потом крик.

Я пытался не обращать внимания на страшных ночных птиц.

Казалось, мы шли уже целый час, хотя я знал, что прошло всего несколько минут. В горле у меня пересохло. Коленки дрожали. Я думаю, от волнения.

— Ой! — закричал я.

Я обо что-то споткнулся. О камень или об упавшее дерево. Я упал лицом в грязь.

Шляпа с Чарлин помогли мне подняться.

— Ты в порядке? — прошептала Чарлин.

— Да, всё хорошо, — пробормотал я, отряхиваясь.

Я ушиб локоть и дрожал, как осиновый лист.

— Хватит пугать нас, — приказала мне Чарлин.

— Да я и не пытался, — запротестовал я.

Потирая ушибленный локоть, я поплёлся вслед за ними по тропе.

Мы остановились у поляны и пытались разглядеть во тьме домик Кертни.

Он был скорее похож на помост с перилами, чем дом. То есть он был без крыши.

Кертни и Дениз сидели там, облокотившись о стену.

Луна ярко светила, и их было хорошо видно.

Кертни держала в руках бинокль.

Дениз светила фонариком на деревья. На шее у неё висел фотоаппарат.

«Чудесно! — подумал я. — Изображают из себя учёных. Странно, что они не взяли с собой тетради, чтобы делать записи о Грязных монстрах, когда те появятся. В графе „Животные“.»

Мы спрятались за высоким кустом и стали наблюдать за ними. Кертни и Дениз о чём-то болтали, пристально вглядываясь в лес. Слов я не мог разобрать.

— Скорей бы! — прошептал Шляпа, наклонившись ко мне. Его глаза горели от нетерпения под козырьком кепки. Он яростно жевал жвачку. — Ну, где же твой брат? — спросил он.

Я вглядывался в стену деревьев на берегу ручья с противоположной стороны поляны.

— Никого не вижу, — прошептал я в ответ.

Они с друзьями должны быть где-то там.

Они могут появиться с минуты на минуту.

— Ну и весело будет! — заулыбался Шляпа.

— Ещё бы! — согласился я.

Но меня начали одолевать сомнения и страх.

Ну, где же Кевин с друзьями?

Где они?

И тут я увидел тень, которая двигалась по поляне за домиком.

26

Я схватил Шляпу за рукав.

— Смотри! — прошептал я, показывая рукой на тень. Сердце у меня заколотилось.

Но в этом не было нужды. Он тоже увидел её. Все увидели.

Кертни и Дениз смотрели в противоположную сторону и не подозревали, что происходит у них за спиной.

Затаив дыхание, мы вглядывались в темноту.

Тёмная фигура медленно двигалась по направлению к домику.

Сзади я увидел ещё одну фигуру. Похоже, она вылезла из грязи. Вскоре из темноты показалась ещё одна тень.

Да!

Три Грязных монстра!

Кевин с друзьями сделали это для нас!

Кертни и Дениз всё ещё ничего не замечали. Кертни смотрела в бинокль, облокотившись о стенку домика, а её подруга светила фонариком в противоположном направлении.

Теперь я мог хорошо разглядеть Кевина и его друзей. Они выглядели роскошно! Головы их были покрыты мокрой грязью, одежда висела лохмотьями.

Они двигались вперёд, вытянув руки, как зомби. Грязь стекала с них ручьями.

Они всё ближе и ближе подходили к домику.

Ну, обернитесь же! Обернитесь! — пытался внушить я Кертни и Дениз.

Ну, оборачивайтесь и начинайте вопить!

Но они не оборачивались. Они даже не подозревали, что три ужасных Грязных монстра подкрадывались к ним сзади.

Пока я разглядывал монстров на лужайке, за моей спиной раздалось шуршание.

Хрустнула ветка. Шаги приближались.

Да. Это были шаги.

— Эй, кто там? — удивлённо воскликнул я и обернулся.

Передо мной стояли три Грязных монстра.

— Нет! — я хотел крикнуть, но не смог.

Шляпа, Чарлин и Молли тоже обернулись. Монстры подходили всё ближе.

Среди них я узнал Кевина.

— К-Кевин! — пробормотал я, запинаясь.

— Прости, сопляк. Шина спустила, — прошептал он.

227

— Мы что, опоздали? — спросил Кевин.

Я не ответил. Язык у меня прилип к нёбу.

Я повернулся к поляне. Три монстра стояли прямо за домиком. Их запавшие глаза сверкали в темноте, грязь лилась с них ручьями.

А потом стали появляться другие монстры.

Из грязи показывались сначала руки, потом головы. Они бесшумно вылезали из земли и раскачиваясь двигались по поляне, шлёпая по грязи босыми ногами. Теперь их уже было несколько десятков. Их тощие, оборванные, облепленные глиной тела пошатываясь двигались в сторону домика. Из земли продолжали вылезать всё новые и новые монстры.

— Бегите! — закричал я и выскочил из-за куста. — Дениз, Кертни, бегите!

Они сначала не поняли, в чём дело, но потом увидели ужасных монстров.

Пронзительный вопль Кертни огласил поляну.

Она кричала от ужаса. Кричала не переставая.

Дениз тоже завопила.

Вот он миг нашей победы. Наш триумф. Но ликования я не чувствовал.

Девчонки душераздирающе кричали.

И тут я понял, что мы все кричим.

Я видел, как Кертни и Дениз спрыгнули на землю и с криками побежали прочь.

Я тоже побежал сквозь тёмные деревья. Мы что было мочи бежали из леса.

Бежать, бежать и бежать. Бежать от этих покрытых грязью монстров, которых я никогда не забуду, как бы далеко я ни убежал.

* * *

Это случилось две недели назад.

Кошмар закончился. Всё было позади.

Однако я стараюсь пореже выходить из дома. Мои друзья тоже.

Вчера Кевин спросил, не хочу ли я посмотреть фильм про Грязных монстров.

— Мы уже всё смонтировали и закончили, — сказал он.

— Нет, спасибо, — ответил я. Мне совсем не хотелось смотреть этот фильм.

После этой ночи в лесу нервы у меня были не в порядке. У моих друзей тоже. Мы пережили страшное потрясение.

Все, кроме Кертни.

Знаете, чем занималась Кертни? Она теперь приставала ко всем и говорила, что была права, что монстры действительно существуют.

Она всех достала рассказом о том, как она доказала их существование, что она видела их живьём.

Она стала совершенно несносной.

* * *

Нам с друзьями очень хотелось напугать Кертни.

Нам хотелось напугать её раз и навсегда.

Но мы не могли.

Мы были слишком напуганы.

Content

Стайн Роберт Лоуренс Вам меня не напугать!

Вам меня не напугать!

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

227