Сергей Владимирович Дыбов

«Нормандия-Неман»

Подлинная история легендарного авиаполка

Автор выражает благодарность ассоциации MEMORIAL NORMANDIE-NIEMEN за помощь в написании книги.

Первое впечатление от названия должно быть — как? Еще одна книга о «Нормандии-Неман»?! Но эта невероятная история, обозначенная в названии, заслуживает еще одну книгу. Но книгу, отличную от остальных, в которых исторические анекдоты, иногда комичные, нередко трагичные, затушевывают реальную историю…

Кристиан-Жак Энренгардт, главный редактор «Аэро-Журнала», автор книги «Нормандия-Неман»

Существует множество книг, статей, фильмов, телепередач, как по-французски, так и по-русски о подвигах и самоотверженности пилотов «Нормандии-Неман» на русском фронте. Но множество белых пятен до сих пор скрывают сложную историю создания этой истребительной группы…

Начальник 2-го отдела ВВС «Свободной Франции», капитан Альбер Мирлес, «Де Голль и эскадрилья „Нормандия-Неман“»

Вступление

В июле 2009 г. из Франции пришла печальная новость — в соответствии с планами реформирования Вооруженных сил Франции был расформирован авиаполк «Нормандия-Неман». Аналогичное сообщение в ноябре пришло из России — в городе Галенки Приморского края прошли прощания с расформированным 18-м гвардейским авиаполком, с 1992 г. носившим почетное наименование «Нормандия-Неман». Чуть позже стало известно, что с 2010 г. министерство вооруженных сил Франции прекращает субсидирование музея авиаполка в Лез Анделизе.

Знаменитое и легендарное в России, но до сих пор малоизвестное широкой публике во Франции по истории Великой Отечественной войны подразделение. Пример братства по оружию между нашими странами, показывающий, что мы воевали вместе. В России всегда было особое отношение к Франции. Любовь, невзирая ни на что. Поэтому авиагруппа «Нормандия-Неман» не просто воинская часть, а нечто много большее. Отсюда и горечь, вызванная известиями о том, что она больше не существует.

Авиагруппа «Нормандия» была сформирована в 1942 г. и просуществовала 67 лет, пережив и славу Победы, и горечь холодной войны. Во Франции шесть авиабаз носят имена пилотов «Нормандии-Неман»: «Морис де Сейн» в г. Оранж, «Майор Тюлян» в г. Тур (была перенесена из г. Оран, Алжир), «Капитан Прециози» на Корсике, «Младший лейтенант Монье» в Истре, «Братья Маэ» в Таверни и база «Капитан Литольф», которая была закрыта в 1999 г. Еще одна авиабаза носит имя полковника Константина Розанова, командира эскадрильи «Лафайет» и испытателя первого французского реактивного самолета, который к «Нормандии-Неман» отношения, к сожалению, не имеет, хотя и подавал летом 1943 г. рапорт о переводе в СССР. Всего во Франции на сегодняшний день 36 военных авиабаз, из которых 7 подлежат сокращению. В том числе авиабаза Кольмар-Мейнхейм имени майора Рене Пепена, где был расположен авиаполк.

Сокращения начались в 2008 г. и первыми коснулись другого прославленного французского авиасоединения — «Эльзас», во время войны носившего название авиагруппа № 1. Сама «Нормандия» была авиагруппой № 3. Когда авиасоединение «Эльзас» было расформировано как боевая единица и слито с полком «Нормандия-Неман», это было воспринято как желание сохранить более прославленную и легендарную часть. Расформирование же и самой «Нормандии» вызвало волнения среди ветеранов полка.

Все, кто знаком с историей полка, вольно или невольно воспринимают роспуск как вырывание страницы русско-французской истории, страницы истории французской авиации, страницы борьбы с фашизмом и становления 4-й французской республики. Именно такие чувства это сообщение вызвало у меня, несмотря на последовавшие обещания восстановить часть в будущем.

Памятник «Нормандии-Неман» в столице провинции Нормандия городе Ран. (Фото автора)

Франция перед войной, «странная война» и оккупация Франции

При упоминании истории появления в рядах Красной Армии французской воинской части обычно выстраивается ряд — генерал де Голль решил, летчики приехали, проявили героизм, эскадрилья переросла в полк, Сталин подарил самолеты.

Ряд условный и сильно укороченный. В нем выведены за скобки такие важные моменты — кто был де Голль в 1942 г., почему СССР строил отношения с ним, а не с Анри Жиро или Морисом Торезом. На каких условиях согласились принять летчиков, почему отказались от французских механиков. Факт службы в «Нормандии» детей эмигрантов и белоэмигрантов, среди которых были достаточно значимые фигуры. Кроме того, обычно обходится стороной история становления группы «Нормандия» в СССР. Летные и военные качества пилотов, формальная база существования, высылки французов с фронта, попытки вывода из СССР. Фактический саботаж, сорвавший формирование второго авиаполка «Париж», а формирование авиадивизии «Франция» в целом хотя и было завершено, но уже в июне 1945 г., после окончания войны.

Прежде всего необходимо сделать отступление в историю франко-советских взаимоотношений перед Второй мировой войной. Они в силу разных причин складывались не просто, но были определяющими для общеевропейского баланса сил.

В целом, со времен Петра I между Россией и Францией складывались союзные дружественные отношения, прерываемые только войной 1735 г. за польское наследство, 15-летним периодом Наполеоновских войн и Крымской войной. Тесный союз до и во время Первой мировой войны был прерван революцией. Франция наполнилась русскими эмигрантами, враждебно настроенными к новой власти в России, и вооруженным путем пыталась участвовать в Гражданской войне. Но затем в 1924 г. признала СССР и установила дипломатические отношения.

В 1932 г. русский эмигрант Павел Горгулов убил французского президента Поля Думера. Это вызвало обострение отношений, грозившее разрывом, и даже поговаривали о войне. Однако кризис Версальской системы в Европе, приход к власти в Германии реваншистов, попытка переворота в самой Франции в 1934 г. напомнили о необходимости союза. 2 мая 1935 г. Франция и СССР заключили пакт о взаимопомощи в случае агрессии со стороны третьих стран, который оказался кстати, поскольку в 1936 г. началась гражданская война в Испании.

К сожалению, тесного сотрудничества не получилось. Буржуазные круги Франции боялись роста влияния компартии в связи с кризисом и потери власти. События в СССР в 1937–1938 гг. тоже не способствовали укреплению авторитета Советского Союза. За восемь лет с 1932 по 1940 г. правительство во Франции сменилось 16 раз. Во власти находились представители диаметрально противоположных политических течений, как лебедь, рак и щука, тянувших страну в разные стороны. Подобная нестабильность не могла не сказаться отрицательно. В итоге метания европейской политики привели к Мюнхенскому пакту 1938 г. 6 декабря 1938 г. было подписано франко-германское соглашение Боннэ — Риббентропа, которое в СССР было воспринято как предлагающее Германии Восточную Европу в обмен на отказ от претензий на Эльзас и Лотарингию.

В 1939 г. новый посол Франции в СССР Поль-Эмиль Наджиар попытался разрядить напряженность в отношениях двух стран после Мюнхена. Но в марте 1939 г. Германия захватила Чехословакию и Мемель, а Италия — Албанию. В мае начались бои между СССР и Японией на Халхин-Голе. Англия и Франция выразили протест Германии и заявили о гарантиях Польше. СССР, опасаясь двусмысленности их политики, чтобы обезопасить себя, начал искать сближения с Германией. Французы пришли к пониманию того, что, даже если направить германскую агрессию на восток, она рано или поздно придет и на запад. Во Франции был принят закон о всеобщей воинской обязанности и начата мобилизация резервистов. Именно тогда началась военная служба для многих пилотов «Нормандии-Неман».

В СССР была направлена торговая делегация и начаты военные консультации, а затем и переговоры с участием Великобритании, которая одновременно вела консультации с Германией, все активней подбирающейся к Прибалтике.

Переговоры, к сожалению, закончились ничем. Камнем преткновения оказались территории, отторгнутые от России в результате Первой мировой и Гражданской войны, на которых Запад поспешил создать так называемый санитарный кордон против большевизма — ряд независимых буферных государств. А также аннексия Польшей Западной Украины и части Белоруссии[1].

Отметим, что Франция, в отличие от Великобритании, в конце концов согласилась подписать военное соглашение[2]. Об этом генерал Думенк сообщил Ворошилову вечером 22 августа, но уже после того, как было объявлено, что 23 августа будет подписан советско-германский договор о ненападении.

Во Франции известие о подписании германо-советского договора было встречено весьма отрицательно и вызвало волну антисоветизма и антикоммунизма. Впрочем, и в СССР оно было встречено с недоумением, невзирая на всю мощь пропаганды, разъясняющей его необходимость.

Военно-воздушный атташе Франции в СССР подполковник Шарль Люгё, впоследствии один из организаторов «Нормандии-Неман», 29 августа 1939 г. представил доклад в министерство иностранных дел Франции, в котором анализировал ситуацию и делал вывод, что СССР вынужденно пошел на подписание соглашения с Германией, ввиду отсутствия ясной позиции Франции и Англии в ситуации, когда война с Польшей в Германии уже была решена. И предлагал усилить работу французской военной миссии по выработке военного соглашения с СССР. Глава французской военной миссии генерал Палас в донесении от 4 сентября 1939 г. писал, что отсутствие четкой позиции Франции и Англии и явная подготовка Германии к нападению на Польшу, которая категорически отказывается от соглашения с СССР, вынудили его пойти на соглашение с Германией.

Германия также понимала вынужденность и недолговечность соглашений с СССР и уже неделю спустя после их подписания поспешила напасть на Польшу. 3 сентября 1939 г. Англия и Франция объявили войну Германии и сообщили Польше, что начнут наступление против Германии[3]. США объявили о нейтралитете. Началось то, что принято называть «странная», или «сидячая», война.

* * *

Несмотря на грозные слова, реальных шагов со стороны Франции было сделано мало. Пересечение немецкой границы в Сааре и продвижение в глубь территории Германии на расстояние до 8 километров до так называемой линии Зигфрида. Немцы сопротивления не оказывали и организованно отступили. Правительство Франции рассчитывало на мирную конференцию с Германией и военных действий не открыло.

14 сентября Франция проинформировала Польшу, что прямой военной помощи от союзников она не получит. Польское правительство отдало приказ об эвакуации во Францию[4] и покинуло страну. 17 сентября СССР заявил, что, поскольку Польское государство больше не существует, Советский Союз берет под свою защиту жителей Западных Украины и Белоруссии. В тот же день нота о вводе войск была разослана всем дипломатическим представительствам иностранных государств в Москве. Особо подчеркивалось, что СССР сохраняет нейтралитет в польско-немецком конфликте.

27 сентября Вермахт вошел в Варшаву. Несколько окруженных польских группировок держались до 5 октября. 4 октября Франция вывела войска из Германии с линии Зигфрида, так и не сделав ни одного выстрела. Но «странная война» продолжалась. Во Францию прибывали английские и польские воинские части, были эвакуированы жители приграничных районов Эльзаса и Лотарингии, а также ряд учреждений и музеев из Парижа. Всемирно известная «Джоконда» была вывезена из Лувра в замок Шамбор, а затем до конца войны оставалась в Пиренеях, где одно время ее прятали в пещерах.

Во Франции была запрещена деятельность компартии. Одновременно французский МИД проанализировал ситуацию и пришел к тому же выводу, что и подполковник Люге, — германо-советские отношения носят вынужденный, временный характер. Было решено возобновить активные контакты с СССР. Посол выразил позицию Франции и среди прочего вспомнил, что Версальским договором 1919 г. восточной границей Польши была признана так называемая линия Керзона. Т. е. именно та линия, на которую и вышли советские войска в сентябре 1939 г.

Но в ноябре советские войска были введены в Прибалтику, и началась финская война. Франция вновь сменила позицию. В декабре вместе с Великобританией добилась исключения СССР из Лиги Наций. В Париже французские власти арестовали счета и ценности советского торгпредства и провели обыск в его помещениях.

В январе 1940 г. начались репрессии против депутатов, членов коммунистической партии Франции. В феврале в Алжире началось формирование 13-й полубригады Иностранного легиона, предназначенной для участия в войне на стороне Финляндии против СССР, в которую к марту влилось 2249 добровольцев, в том числе белоэмигранты. В частности, командиром одной из рот, а с октября 1941 г. командиром самой полубригады был князь Дмитрий Зедгинидзе-Амилахвари, родной брат которого позднее был знаменосцем Антибольшевистского Французского легиона, сражавшегося на стороне Германии против СССР во время Великой Отечественной войны. Также формировалась бригада из польских добровольцев. Рассматривались планы ввода флота в Черное море. Совместные с Великобританией военные действия на Кавказе и десант в Мурманске. Рассматривались планы бомбардировки советских нефтепромыслов в Баку. По иронии судьбы, их проведение планировалось с авиабазы Раяк в Сирии, на которой два года спустя будет сформирована авиагруппа «Нормандия».

В марте советско-финская война закончилась неожиданно для французов. Подразделение Иностранного легиона, высаженное в Норвегии, оказалось не у дел[5]. Правительство Даладье, осуществившее также крупные военные поставки в Финляндию, было вынуждено уйти в отставку. Новое же начало с крупного скандала с СССР, в результате которого были отозваны послы обоих государств, а подготовка к военным действиям активизирована.

* * *

За планами против России Франция пропустила развитие ситуации в Европе. В апреле Германия напала на Данию и Норвегию. 10 мая началось наступление германских войск во Франции и Бенилюксе. «Странная война» вступила в последнюю стадию.

В Великобритании, обиженный недоверием, подал в отставку лорд Чемберлен, человек, который еще 10 месяцев назад заявлял на весь мир, что Мюнхен-38 обеспечил мир в Европе как минимум для целого поколения. Вместо него премьер-министром избран Уинстон Черчилль. Это знаковое событие для развития Второй мировой войны, люди, виновные в запутывании ситуации, ушли, европейская политика стала меняться в сторону реализма под ударами германской армии.

11 мая капитулировал Люксембург, 14 мая — Нидерланды. 19 мая министр обороны Франции 68-летний генералиссимус Морис Гамелен был заменен на вызванного из Сирии 73-летнего генерала Максима Вейгана, благодаря советам которого Юзеф Пилсудский в свое время смог отстоять Варшаву от наступления Красной Армии. До этого Вейган занимался подготовкой армий на Ближнем Востоке к атаке на СССР.

16 мая Вермахт, оставив Бельгию к северу и линию Мажино к югу, вторгся во Францию у Седана, разрезав надвое англо-французскую группировку. 21 мая было принято решение контратаковать немецкие части из Бельгии, но в тот же день погиб командующий 1-й группой французских армий генерал Гастон Бийотт, создатель французских танковых частей и соратник Вейгана по службе в Польше. Сын генерала чуть позже попадет в плен, из которого бежит в Советский Союз.

24 мая германская армия, повернув на север, взяла порт Булонь-сюр-мер, из которого еще 19 мая началась эвакуация английских частей с континента, окружила Кале и выдвинулась на Дюнкерк, отрезав Францию от поставок из Великобритании. 26 мая началась поспешная эвакуация британских частей из Дюнкерка. США отказались вступить в войну. Великобритания направила в Москву посла с «особой миссией».

28 мая капитулировала Бельгия. В тот же день крупнейшее французское танковое соединение 4-я кирасирская дивизия под командованием полковника де Голля было переброшено из Лотарингии под город Абвилль, где французская армия и спешно собранные плохо вооруженные части ополченцев пытались преградить путь немцам на Париж по рубежу реки Сомма, одержав небольшую кратковременную тактическую победу, единственную удачу французской армии в 1940 г.

30 мая Франция начинает попытки срочно восстановить отношения с СССР и отправляет нового посла, взамен отозванного после финской войны. 8 июня министр авиации Франции отправил в правительство предложение срочно проработать вопрос о поставках военных самолетов из СССР. Уже 14 июня новый посол Франции Эрик Лабонн был принят Молотовым.

10 июня войну Франции объявляет Италия.

11 июня французское правительство эвакуировалось из Парижа в Тур. В Бриаре началась конференция, на которую прилетел Черчилль с целью удержать Францию от заключения сепаратного мира. В работе конференции принимал участие генерал де Голль, только что повышенный в чине и введенный в состав министерства обороны.

16 июня в Париже произошла последняя смена правительства — наступило время маршала Петена. 17 июня он обратился к Германии с просьбой о перемирии и отдал приказ армии прекратить сопротивление. 18 июня из Лондона генерал де Голль призвал к обратному — к Сопротивлению. При поддержке англичан им был создан комитет «Свободная Франция», которому были подчинены французские воинские соединения, оказавшиеся у англичан.

22 июня 1940 г., через 44 дня после начала боев, в Компьене Франция подписала мир с Германией, фактически капитуляцию. Франция была разделена на две части — оккупированную и свободную. Правительство переехало в город Виши. На севере Франции была создана так называемая Красная зона, подчиненная Брюсселю, где велись приготовления к войне с Англией и куда был запрещен возврат беженцев. 55 % территории Франции оккупировалось Германией. В оставшейся так называемой свободной зоне Франции разрешалось держать армию численностью не более 100 тысяч человек и около 50 тысяч в силах правопорядка. Запрещалось иметь авиацию[6]. Количество танков и артиллерии значительно сокращалось. Батареи ПВО разрешалось держать только против Англии. Франция должна была взять на себя содержание оккупационных частей.

24 июня Франция заключила перемирие с Италией, по которому несколько альпийских италоязычных департаментов и Монако были заняты итальянской армией[7]. Верхняя Савоя и город Ментона были аннексированы, для жителей ввели обязательный итальянский язык и итальянские паспорта. Стоит отметить, что этим Италия пыталась вернуть территории, уступленные Франции в обмен на признание независимости Италии в 1861 г.

За полтора месяца боев Франция потеряла убитыми 123 тысячи военнослужащих и 21 тысячу гражданских жителей. 1,8 миллиона пленными, из которых 51 тысяча позднее погибла в плену. Союзники Франции потеряли около 15 тысяч убитыми и 70 тысяч пленными. Число беженцев составило 10 миллионов французов и 1,5 миллиона бельгийцев[8].

Во Франции капитуляцию встретили без воодушевления. Процитирую пилота «Нормандии-Неман» Константина Фельдзера из его книги «Вперед!»: «Франция открыла двери врагу в 1940 г., подписала военный альянс против союзников и сражалась с ними при любой возможности[9]». Страна фактически распалась. Осталась основная реальная материковая Франция, частично оккупированная, с правительством в Виши, и другая виртуальная «Свободная Франция», не покорившаяся оккупации и намеревавшаяся сражаться до конца за освобождение страны.

К счастью для Франции, в столь острый момент ее истории нашелся такой человек, как генерал де Голль.

В мире стремительный разгром государства, считавшегося одним из наиболее сильных, тоже вызвал растерянность. А также продемонстрировал рациональность соглашений, заключенных СССР с Германией. Великобритания, лишившаяся фактически единственного союзника, осталась один на один с Германией.

Польские воинские части французской армии должны были эвакуироваться в Англию. Туда же направились частным образом те, кто знал о призыве де Голля и не желал смириться с поражением. Многие пилоты «Нормандии-Неман» получили первый боевой опыт в боях за Францию. Некоторые, переодевшись в польскую форму, вместе с поляками в эти дни отправились в Англию.

3 июля Великобритания провела операцию «Катапульта» по уничтожению французского флота. Погибло около 2 тысяч человек. Этой операцией Великобритания серьезно подорвала авторитет де Голля и снизила количество французов, желающих бороться против Германии.

Новое правительство Франции, избранное 17 июня 1940 г. под руководством маршала Петена, было вынуждено покинуть оккупированный Париж и обосновалось в городе Виши. Название, под которым оно и вошло в историю. Как легитимное правительство Франции оно было признано 32 государствами, включая СССР и США. Еще 30 мая Франция, желая восстановить отношения с СССР, направила нового посла в Москву. Им стал Эрик Лабонн, бывший до этого Генеральным резидентом (наместником) Туниса. Выбор был не случаен. Франция активно искала дружбы с Советским Союзом и посылала лиц, знавших и любивших Россию и вызывающих доверие в Кремле. Эрик Лабонн в 1905 г. был военным корреспондентом в Маньчжурии. Затем работал во французских дипломатических миссиях в России. В Первую мировую войну был офицером связи французского командования при штабе Русского Экспедиционного Корпуса во Франции. После установления дипломатических отношений между Францией и СССР был советником посольства в Москве.

СССР не сразу, а только в ноябре 1940 г. тоже отправил своего представителя. И не в ранге посла, а всего лишь в ранге поверенного в делах во Франции. Им стал один из видных дипломатов, заведующий Западным отделом Наркомата иностранных дел Александр Богомолов. Главной задачей посольства стала репатриация польских пленных, ставших советскими гражданами, бойцов испанских интербригад и вопрос о золоте Прибалтийских республик, ставших советскими. Франция была заинтересована в возобновлении торговых отношений, в транзите в Индокитай и в покупке военных самолетов.

В феврале 1941 г. Франция разморозила все советские активы. И согласилась на возврат золотого запаса Латвии и Литвы. В ответ советский полпред был произведен в ранг посла. Но от военных поставок СССР уклонился. Золотой запас, несмотря на соглашение, не удалось вывезти в связи с началом Великой Отечественной войны. Впоследствии он попал в Великобританию и уже после перестройки был возвращен вновь ставшим независимыми Литве и Латвии.

В это же время в СССР из немецкого плена бежало уже несколько сот французских военных, интернированных в лагере в Козельске. Среди них находились такие известные в будущем люди, как Пьер Бийотт, министр обороны в 1955–1956 гг. Ален де Буасьё Дин де Люинье, в будущем женатый на дочери де Голля, генерал армии, канцлер ордена Освобождения, который содействовал открытию музея «Нормандии-Неман» в Анделизе. Карикатурист Луи Миттельберг, известный под псевдонимом Тим. Французы требовали их отправки не во Францию, а к генералу де Голлю. Французский посол же требовал их тюремного заключения. Пьер Бийотт встречался с Морисом Торезом в Москве. Во время встречи, по словам организатора «Нормандии-Неман» Альбера Мирлеса, он вел себя вызывающе, обвинял коммунистов в сговоре с фашистами. Французские пленные были отправлены в Лондон только в сентябре 1941 г. после разрыва отношений с Францией Виши. Причем около 40 из них остались в СССР и были использованы как для партизанской работы во Франции, так и для работы с французскими пленными из Вермахта в СССР. Двое были переводчиками в «Нормандии».

В апреле 1941 г. Виши направили в СССР нового поела, Гастона Бержери. Неординарная личность, чьи взгляды менялись от левых до правых. Он успел побыть и коммунистом и троцкистом, националистом и фашистом. В первом браке он был женат на дочери Леонида Красина. Ему было суждено стать последним послом 3-й республики в Москве.

В мае правительство Виши подписало Парижские протоколы с Германией и согласилось оказать военную помощь против Англии, а также в Тунисе и на Ближнем Востоке. Германии передавались порты Бизерта и Дакар, железная дорога Бизерта — Габес. Франция согласилась поставить оружие иракским националистам, в то время боровшимся с англичанами за независимость.

Начало Великой Отечественной войны

22 июня 1941 г. началась Великая Отечественная война. Расклад сил в Европе оказался окончательно определенным без двусмысленностей — наши и не наши.

29 июня Франция объявила о разрыве дипломатических отношений с СССР. Посольству предложили покинуть территорию Франции. Одновременно в Москве посол Франции Гастон Бержери передал официальное уведомление в Наркомат иностранных дел о том, что он обязан покинуть СССР. Впрочем, посольство было задержано в Москве до того момента, когда стало ясно, что советским дипломатам во Франции ничего не угрожает, и они покинули страну.

4 июля посольство СССР, передав защиту интересов СССР во Франции посольству США, выехало из Парижа. К сентябрю через Италию, Болгарию и Турцию оно прибыло в Москву. Посольство Франции также выехало из СССР через Стамбул.

10 июля Германия впервые бомбила английские города. Италия вошла в Сомали и Египет.

14 июля правительство Виши послало ноту правительству Германии с просьбой о принятии Франции в Тройственный союз Германии, Италии и Японии и о готовности объявить войну Великобритании и СССР, в обмен на гарантии территориальной целостности. Этот демарш не был поддержан Гитлером, уже считавшим себя победителем и не желавшим переводить Францию из категории побежденных в категорию союзников.

«Свободная Франция»

Когда говорят о генерале де Голле во время войны, на него обычно возлагается та слава и то положение, которое он занимал в конце и после войны. Говорят, что де Голль это и есть Франция. В начале же войны он был мало кому известным начинающим политиком. Он даже не был генералом. В генералы он был произведен во время боевых действий 1 июня 1940 г. ВРЕМЕННО[10]. 6 июня его отозвали в Париж в распоряжение премьер-министра на должность военного секретаря, отвечающего за взаимодействие с английскими союзниками. 10 июня де Голль покинул Париж для участия в конференции в Бриаре, а 17-го уехал в Лондон. 18 июня он выступил по радио со знаменитым призывом к Сопротивлению. 26 июня он был уволен из армии, а производство в генералы отозвали в связи с его самовольным выездом за границу.

Пилот «Нормандии-Неман» Герой Советского Союза Ролан де ля Пуап так написал о первой встрече с де Голлем в Лондоне 5 июля 1940 г.: «Глава „Свободной Франции“ произвел на нас впечатление своим ростом и статью, в униформе цвета хаки… Отныне мы знали в лицо того, чье имя повернуло нашу судьбу и заставило пересечь Ла-Манш, переодевшись в польских солдат. Но де Голль представлял только надежду, символ. В июле 40-го за ним не стояло никаких реальных сил»[11].

27 июня 1940 г. де Голль создает комитет «Свободная Франция» и в качестве его главы объявляет о непризнании правительства Петена за коллаборационизм, открыто продемонстрировав амбиции на создание правительства в изгнании. Великобритания, поддержав амбиции генерала, тем не менее не пошла на признание его в качестве главы правительства, а только в качестве главы «всех свободных французов, где бы они ни находились». В это время численность «Свободной Франции» составляет около 500 человек из числа военнослужащих и гражданских, эвакуированных из Франции британцами. В конце июня к ним присоединяется уже знакомая нам 13-я полубригада Иностранного легиона. В течение июня и июля частным образом в Англию, откликнувшись на призыв де Голля, прибудут еще несколько сот человек, в том числе около 500 летчиков, техников и обслуживающего персонала авиации. 13 летчиков примут участие в воздушных боях над Англией.

8 июля 1940 г. создаются ВВС под временным командованием адмирала Мюселье, командующего ВМФ «Свободной Франции».

Адмирал Эмиль Мюселье был первым из старших офицеров, примкнувшим к де Голлю. Это он предложил в качестве символа «Свободной Франции» лотарингский крест, как символ, отличный и от свастики, и от прусского креста. В 1919 г. он участвовал в интервенции в Россию и в качестве капитана авизо «Скап» участвовал в обороне Мариуполя против Красной Армии.

4 июля военный трибунал в Тулузе заочно приговорил «ПОЛКОВНИКА де Голля» к 4 годам тюрьмы и денежному штрафу в размере 1000 франков. 14 июля де Голль проводит в Лондоне парад своих войск. В ответ 2 августа 1940 г. во Франции он был приговорен к смертной казни и конфискации имущества. 7 августа британское правительство заключило договор с де Голлем о формировании и финансировании необходимых военных и гражданских структур «Свободной Франции», численность которой к этому времени составляла уже 7000 человек.

23–25 сентября армия де Голля вместе с британцами впервые участвовала в военной операции в Дакаре. Британия силой хотела подтолкнуть французские колонии к выходу из подчинения Виши. Дакар занимал важное стратегическое положение на Атлантическом побережье, особенно после его передачи Германии. Для сил «Свободной Франции» это был первый серьезный экзамен — французы под командованием де Голля должны были сражаться с французами Петена. Английская эскадра, в составе которой был один авианосец и 20 боевых кораблей при участии трех французских, одного польского, двух голландских судов и четырех транспортных кораблей, перебросила в Дакар две с половиной тысячи солдат генерала де Голля. В операции принимала участие 13-я полубригада Иностранного легиона и 1-я смешанная авиагруппа под командованием подполковника Мармье. Шесть пилотов группы в будущем летчики «Нормандии-Неман». А со стороны вишистов воевала эскадрилья под командованием капитана Дельфино, в будущем командира «Нормандии-Неман».

Миссия закончилась крупной неудачей. Катер с парламентерами под началом адмирала Тьери д'Аржентльё был обстрелян, и сам адмирал был ранен. Со стороны союзников была выслана группа на двух самолетах под командованием одного из наиболее опытных французских летчиков, кавалера Военного креста с пальмой Жюля Жуара, будущего пилота «Нормандии-Неман», для переговоров с вишистами. Группа была арестована, и де Голль предложил прекратить операцию. Британское командование попыталось атаковать порт с моря, но атака была отбита французским флотом.

В результате провала операции де Голль и командующий ВМФ и ВВС «Свободной Франции» адмирал Мюселье разругались между собой. Позднее адмирал был арестован Скотленд-Ярдом по обвинению в шпионаже. Авторитет войск де Голля и его самого был подорван, а у Черчилля сложилось мнение, что любой секрет, доверенный де Голлю, становится известным Виши, а от них Германии. Из-за этого до конца войны многие важные операции союзники будут проводить, не уведомляя де Голля. Но, к счастью для «Свободной Франции», Черчилль посчитал, что лучше плохая альтернатива Виши, чем никакой.

В это время на сторону «Свободной Франции» перешел генерал армии Жорж Катру[12]. Наиболее крупная по званию фигура французской армии. Генерал был знаком с де Голлем по плену в Баварии. В 1920 г. генерал-губернатор Сирии, создавал специальные части из кавказских народов для борьбы с арабскими сепаратистами. Затем занимал ряд дипломатических должностей и перед войной был назначен генерал-губернатором Индокитая. Черчилль предложил ему, как старшему по званию, принять руководство «Свободной Францией» вместо оскандалившегося в Дакаре де Голля. Однако генерал Катру отверг это предложение, заявив, что де Голль уже стал символом и потому он полностью подчиняется ему, младшему по званию.

После Дакара де Голль направился со своими силами в Африку, которая еще в августе при участии спецгруппы капитана Леклерка[13], через два звания произведенного в полковники и назначенного генерал-губернатором Камеруна и всей Центральной Африки, заявила о присоединении к «Свободной Франции».

Чад, Камерун и Конго добровольно, а Габон после бомбардировки его столицы присоединились к «Свободной Франции». Затем из Камеруна через Чад силы «Свободной Франции» под командованием полковника Леклерка смогли совместно с союзниками осуществлять действия в Ливии против Африканского Корпуса Роммеля.

27 октября был создан «Совет Освобождения Французской Империи», в который вошли французские колонии Чад, Конго, Камерун, Габон, Таити, Новая Каледония и Индийские фактории, губернаторы которых отказались признать правительство Виши. Также была учреждена награда «Свободной Франции» орден Освобождения — высшая награда Франции де Голля времен Второй мировой войны. Им было награждено 1038 человек, 5 городов и 18 воинских частей, включая «Нормандию-Неман». К награждению представлялись только лица, доказавшие преданность движению генерала де Голля.

К декабрю 1940 г. силы де Голля насчитывали 27 тысяч человек, 24 военных судна и около ста летательных аппаратов различных типов, за счет частей и мобилизации в Африке. К этому времени относятся первые контакты и попытки установить взаимоотношения между СССР и «Свободной Францией». Гастону Палевскому, в то время директору по политическим делам «Свободной Франции», удалось установить контакт с Иваном Майским, послом СССР в Великобритании, что говорит о том, что уже в конце 1940 г. де Голль оценивал СССР как союзника ПРОТИВ Германии.

В 1941 г. в ответ на разрешение Виши использовать французские базы в Сирии против Англии в Ираке Великобритания захватывает Сирию. Части «Свободной Франции» участвуют в операциях британской армии. После Дакара это была вторая крупная операция союзников против французской армии Виши, в которой в то время против Великобритании и де Голля сражалась немалая часть будущих пилотов «Нормандии-Неман», в частности будущий Герой Советского Союза Жак Андре.

Здесь успех был на стороне союзников. 21 июня 1941 г. Дамаск капитулировал. Генерал Катру был назначен Верховным комиссаром Франции в Леванте и от имени де Голля признал независимость Сирии и Ливана. Французские части, попавшие к британцам, получили выбор — вернуться к Виши или встать на сторону де Голля. Многие предпочли вернуться к Виши, считая это меньшим позором, чем служба англичанам. Из тех, кто согласился перейти к де Голлю, стали формироваться части «Свободной Франции», которые целиком и полностью во всем зависели от британцев. Де Голль получил достаточную материально-техническую базу для организации боеспособных частей. Впрочем, французы демонстрировали открытое недовольство Англией, поскольку британское командование им не доверяло.

Авиация «Свободной Франции»

Французские ВВС были официально созданы 1 июля 1941 г. адмиралом Эмилем Мюселье. Летчики были одной из наиболее заметных составляющих «Свободной Франции». С риском для жизни они бежали из оккупированной Франции уже с первых дней. Британские ВВС, или Королевские Воздушные Силы RAF, нуждались в летчиках.

Они размещались на двух полигонах — Сант-Атам в Кардиффе и Сюттон Бридж в Линкольншире. Англичане осуществляли довольно жесткий отбор уже подготовленных пилотов, и первым критерием было знание английского языка минимум на уровне, достаточном для понимания радиопереговоров. Немало французов не смогли поступить в Британские Королевские ВВС только из-за незнания языка. Затем пилоты проходили курс обучения и тренировки.

В сентябре из французских летчиков была сформирована 1-я смешанная группа, состоящая из двух эскадрилий истребителей и двух эскадрилий бомбардировщиков по шесть самолетов. Группа участвовала в операции в Дакаре, а затем в Камеруне и Габоне. Первоначально располагалась в порту Дуала в Камеруне, где самолеты, прибывшие из Англии в разобранном виде, монтировались. Затем истребители были переведены на аэродром Криби, который подготовили под руководством будущего героя Советского Союза Ролана де ля Пуапа. В ноябре летчиков-истребителей отозвали в Англию. Бомбардировщики передислоцировали в Чад. Их командиром был капитан Астье де Виллят, позднее командующий ВВС «Свободной Франции» на Ближнем Востоке, один из организаторов группы «Нормандия». В конце 1940 г. вся авиация де Голля состояла из двух эскадрилий общим числом в 16 самолетов, не считая французских пилотов, задействованных в составе британских ВВС, и нескольких самолетов в Эфиопии. Эти части участвовали в составе «колонны Леклерка» в захвате оазиса Куфра в Ливии.

В марте 1941 г. в Лондон прибыл командующий ВВС «Свободной Франции» полковник авиации Марсиаль Вален, которого де Голль произвел в генералы. Вален получил ранение при посадке неисправного самолета незадолго до начала Второй мировой войны и был переведен в состав военного атташата Франции в Бразилии. Брат Марсиаля Валена участвовал в работе делегации по заключению военного соглашения с СССР в 1939 г.

Марсиаль Вален фактически и создал авиацию де Голля, сумев договориться с англичанами о создании чисто французских подразделений в составе RAF. Именно он ввел обычай называть авиаобъединения по названию французских провинций, а авиаэскадрилий по названию городов этих провинций, чтобы отличаться от традиционных номерных названий частей, как это происходило собственно во Франции.

На авиабазу Раяк в Сирии, ставшую с июля 1941 г. основной авиабазой «Свободной Франции», были выведены остатки эскадрильи № 1, участвовавшей в операции в Дакаре, затем в Габоне, Египте и Греции. Эскадрилья № 1 первой из частей «Свободной Франции» была награждена орденом Освобождения, созданным генералом де Голлем в ноябре 1940 г. На ее счету уже было 12 сбитых самолетов противника.

На ее основе в сентябре 1941 г. генерал Вален создал истребительную группу № 1, получившую название «Эльзас», состоявшую из двух эскадрилий «Страсбург» и «Мюлюз (Мюльхауз)» под командованием майора Тюляна, впоследствии командира «Нормандии». В октябре вся бомбардировочная авиация «Свободной Франции» была сведена в группу «Лотарингия» под командованием майора Корнильон-Молинье[14], также состоящую из двух эскадрилий «Нанси» и «Мец».

В январе 1942 г. генералу Валену удалось договориться с британцами о формировании в рядах британских ВВС истребительной группы № 2 «Иль де Франс» в составе двух эскадрилий «Париж» и «Версаль» под общим командованием морского летчика капитана третьего ранга Филиппа де Скитиво, в которую были сведены французские пилоты, ранее вступившие в RAF.

В ноябре 1941 г. было принято принципиальное решение, а в феврале 1942 г. начато формирование Группы № 3, затем ставшей «Нормандией». И в январе 1943 г. завершилось формирование группы бомбардировщиков «Бретонь» с эскадрильями «Нант» и «Ренн». В 1943 г. ее планировали вывести в СССР для формирования вместе с «Нормандией» авиадивизии «Франция».

Признание «Сражающейся Франции»

Начало войны против СССР де Голль застал в Дамаске, за день до этого занятом английскими частями. Как и все, он моментально понял значение вступления СССР в войну против Германии. Для всего мира и для своей организации в частности. Он тут же отдал указание своим заместителям в Лондоне вступить в контакт с советским посольством: «Национал-социализм, переродившийся в жестокий милитаризм, и большевизм, все больше и больше превращающийся в национализм, различаются только нюансами. Это не на идеологической почве, а совершенно ясно и просто, что на национальной столкнулись нынче Рейх и Советы. И вопрос не в том, кто победит — национал-социализм или большевизм, а в том, будет ли Россия независимым государством или превратится в вассала Рейха. Даже если Рейх ведет идеологическую войну… — мы не можем забыть, что он остается нашим врагом. В той трагической ситуации, в которой находится Франция, мы должны приветствовать любое содействие. Любой, кто сражается против Германии, в то же время сражается за освобождение Франции… Не забудем пример… III-я Республика, благодаря союзу, заключенному с царской Россией, смогла победить в битве на Марне и спасти страну в 1914 г.»[15].

Таким образом, де Голль уже в первый день войны сделал заявление об отказе учитывать идеологические различия с СССР в борьбе против фашизма. То, что никак не могла сделать дрейфовавшая в мировую войну Франция в 30-х годах.

Он тут же отдал распоряжения представителям в Лондоне и Стамбуле сообщить о поддержке советского народа и предложить военную помощь. СССР не ответил, поскольку имел отношения с Францией Виши. Кроме того, в СССР относились к де Голлю настороженно по разным причинам. Как по причине его взаимоотношений с компартией, так и поскольку де Голль был советником в Варшаве в 1920 году и учил поляков воевать против Красной Армии. Кроме того, он был знаком с Тухачевским, с которым во время Первой мировой войны в плену в Баварии он сидел в одной камере, а затем встречался в Париже в 1936 г. Одна из первых характеристик де Голля, данная советским послом Александром Богомоловым: де Голль разговаривает «…в тоне „Франция — это я“, с невероятной самоуверенностью и самомнением»[16].

Французская коммунистическая партия была крупной организованной силой, в прямом подчинении Коминтерна, а генеральный секретарь французской компартии Морис Торез находился в Москве. В отличие от де Голля и его сил, компартия действовала в самой Франции, где имела крупную централизованную подпольную сеть. В течение всей войны силы партизан под руководством компартии были более многочисленны, чем силы де Голля.

Однако компартия потеряла время с момента подписания германо-советского договора о ненападении до начала Великой Отечественной войны. Это время, следуя политике Коминтерна, компартия, как и СССР, сохраняла нейтралитет. «Свободная Франция» де Голля стала тем, что объединило всех, не признавших капитуляцию Франции. Имя де Голля стало символом для тех, кто не хотел покориться врагу. Хотя силы его были слабы и находились в полной зависимости от Великобритании. Фактически только несколько африканских колоний составляли территорию «Свободной Франции». Летчик «Нормандии-Неман» Жан де Панж вспоминал после войны, что в то время в Африке они полушутя-полусерьезно обсуждали возможность создания государства Новая Франция на островах в океане.

Сильной стороной де Голля было его стремление к восстановлению статуса Франции как великой державы. То, что не одобряли союзники. США не видели в де Голле главу Франции практически до конца войны. Более того, в 1943 г. они были готовы признать в качестве главы Временного правительства адмирала Дарлана, одного из главных действующих лиц коллаборационизма, инициатора капитуляции в 1940 г. и создания антибольшевистского легиона. Де Голль вошел в историю благодаря поддержке СССР, а «Нормандия-Неман» оказалась не последним фактором этой поддержки.

29 июня 1941 г. Франция разорвала дипломатические отношения с СССР. После выезда советских дипломатов из Франции из Москвы были отпущены французские дипломаты. 13 августа СССР выразил готовность установить отношения с движением генерала де Голля. 31 августа из СССР были отпущены французские военнопленные, ранее бежавшие из немецкого плена. Через Мурманск и Шпицберген они выехали в Лондон, где были встречены с триумфом. Британское правительство, опасаясь признания де Голля в качестве главы правительства в изгнании, обратилось к СССР, который в ответ согласился признать «Свободную Францию» на тех же условиях, на которых это сделала Великобритания.

24 сентября 1941 г. в Лондоне был создан Французский национальный комитет освобождения, который, кроме Великобритании, признали правительства в изгнании Бельгии, Польши и Чехословакии.

26 сентября де Голль прибыл в Лондон, и в тот же день в посольстве СССР состоялся обмен письмами. Советский Союз признал движение «Свободная Франция» и выразил готовность обменяться представителями. Де Голль выразил признательность и готовность сражаться на стороне СССР и его союзников против общих врагов. А также согласился установить отношения с компартией Франции, а коммунисты выразили готовность признать любую организацию, деятельность которой направлена на борьбу против Германии. В устной беседе де Голль выразил острое недовольство англичанами, которые затягивали вопрос с открытием второго фронта в Европе и настояли на независимости Сирии, хотя де Голль был за «единую и неделимую» Францию. Это вызвало конфликт и в окружении де Голля.

Сближению позиций СССР и де Голля способствовала общая позиция по вопросу открытия второго фронта во Франции. СССР надеялся, что «Свободная Франция» окажет соответствующее давление на союзников, а де Голль нуждался в признании со стороны коммунистической партии Франции, которая организовала серьезное сопротивление врагу в метрополии, где влияние самого де Голля было весьма незначительным.

27 сентября французское радио из Лондона с ликованием сообщило о признании «Свободной Франции» Советским Союзом. Де Голль лично прокомментировал свой успех: «…со стороны СССР это обязательство восстановить величие Франции и ее независимость… и он не требует от нас ничего другого… кроме как продолжать борьбу до окончательной победы, любыми средствами и возможностями»[17].

Эта фраза де Голля показывала, чем была «Свободная франция» в 1941 г. и насколько важно для нее было признание со стороны СССР. Будущее Франции в то время рисовалось в гораздо большем тумане, чем исход войны, и позиция Советского Союза, занятая с самого начала, в конечном итоге привела к тому, что Франция стала великой державой и одним из победителей во Второй мировой войне, а де Голль ее главой. Во время войны разные политические силы объявляли политические проекты послевоенного устройства Франции — от монархии до различных типов республики и до ликвидации независимости западноевропейских государств и объединении их в Западно-Европейскую Конфедерацию. Не вспоминая болезненный вопрос границ, ведь все западноевропейские государства, как и восточноевропейские, после войны изменили границы.

В тот же день британский МИД сообщил, что Великобритания, признавая де Голля главой Французского Национального Комитета, не может тем не менее обменяться с ним дипломатическими представителями, так как это будет обозначать признание его главой государства. Первой страной, с которой де Голль обменялся представителями, стал Советский Союз.

Представителем «Свободной Франции» стал Роже Гарро, опытный дипломат, симпатизировавший Советскому Союзу. В 1923 г. он работал в Китае и занимался вопросами КВЖД, которую французское правительство намеревалось захватить за царские долги. После признания Францией СССР работал в посольстве в Москве. Его заместителем стал кадровый разведчик Раймон Шмитлейн, который до войны работал в Прибалтике. Во время ввода советских войск в Латвию он был арестован НКВД за фотографирование расположений частей РККА и выдворен в Швецию, где решал вопросы, связанные с организацией присутствия там французских экспедиционных сил. В 1941 г. он занимался весьма важными вопросами, связанными с наличием французских частей на Ближнем Востоке, и был военным атташе у Верховного комиссара Леванта генерала Катру, который категорически возражал против перехода Шмитлейна. Но, как курьез, кандидатура Шмитлейна, известного в СССР разведчика, была одобрена советским МИДом из списка, предложенного де Голлем.

В декабре 1941 г. функции представителя от Советского Союза были возложены на бывшего посла во Франции Александра Богомолова, который в то время был Чрезвычайным и Полномочным Послом СССР при Союзных Правительствах в Лондоне (Польша, Норвегия, Югославия, Греция).

Таким образом, Советский Союз стал первым государством, признавшим притязания де Голля на власть. И толчком послужило предложение послать в СССР французские воинские части «Свободной Франции».

Формирование авиагруппы № 3

После занятия англичанами Сирии и вступления СССР в войну первой совместной операцией союзников был ввод советских и британских войск в Иран, что способствовало укреплению положения как Великобритании, так и де Голля, где он из числа пленных Франции Виши создавал собственные военные части. По воспоминаниям авиамехаников, перешедших на сторону де Голля и позднее служивших в «Нормандии», французы неохотно шли к де Голлю и, пользуясь тем, что Великобритания не удерживала их в плену, возвращались на службу к Виши.

Одним из вопросов, обсуждавшихся генералом де Голлем в беседе с послом СССР Иваном Михайловичем Майским, после обмена письмами о признании «Свободной франции» был вопрос о возможности отправки в СССР нескольких английских дивизий из Сирии. Сталин просил 25–30. Великобритания, ссылаясь на ограниченные людские ресурсы и военные действия в Ливии, предлагала меньше. В конечном итоге это предложение не было реализовано, поскольку Великобритания предлагала ввести войска на Кавказ, а СССР — использовать английские дивизии на Северном и Южном фронтах[18]. Великобритания также предлагала заменить своими или польскими подразделениями советские войска в Иране, но Советский Союз на это не пошел. Однако идея посылки союзнических войск в СССР прозвучала.

Генерал де Голль изначально не верил в ее реализацию, поскольку в 1941 г. США в войну еще не вступили, а британских войск было не так много. Сам де Голль в то время сумел создать в Сирии две легкие дивизии общей численностью около 8 тысяч человек. И две авиагруппы численностью около 40 самолетов. Эти силы хотя и числились французскими, но находились на английском содержании и в полном подчинении у английского командования.

В сентябре 1941 г. после выезда советского посольства из Франции советский пароход доставил в Стамбул персонал французского посольства в СССР. В составе посольства был уже ранее нами упоминавшийся военно-воздушный атташе подполковник Шарль Люге. В сентябре 1941 г. Гастон Бержери, бывший посол в СССР, был назначен Петеном послом в Турции, но часть персонала отказалась продолжать службу Виши. Подполковник Люге из Стамбула уехал в Лондон, где примкнул к де Голлю вскоре после признания последнего Советским Союзом.

Он приехал не с пустыми руками, а с рапортом о состоянии дел в СССР, где подробно анализировал ситуацию, в которой находилась Красная Армия, отступавшая перед Вермахтом, и состояние советской промышленности. Он делал вывод, что имеющийся промышленный, военный и людской потенциал позволит СССР выиграть войну, даже если Москва будет занята гитлеровцами. Шарль Люге проработал в Москве три года, владел русским языком и был поклонником Сталина. Но прославился он тем, что его анализы и прогнозы труднейшей ситуации во франко-советских отношениях до и после заключения советско-германского пакта полностью оправдались. Он был фактически единственным французским дипломатом в Москве, который смог правильно оценить ситуацию и предсказать ее развитие. Поэтому его рапорт был встречен с большим вниманием.

Зная о предложении Великобритании послать войска в СССР, Шарль Люге предложил де Голлю сделать то же самое, но не в составе британских войск, в которых фактически находились французские части, а в качестве самостоятельных единиц. Он считал, что, используя традиционные дружеские чувства русских, Советский Союз согласится на это, что, в свою очередь, позволит укрепить положение «Свободной Франции» и даст ей независимость от Великобритании.

Окружение генерала в то время было достаточно разношерстно. В нем находились как разумные деятели, так и антибританисты и антисоветчики. Поэтому новым начальником Генерального штаба «Свободной Франции» стал генерал Эрнест Пети. Его назначение имело первой задачей военное сотрудничество с СССР. Генерал был известен своими прокоммунистическими взглядами. После войны он станет депутатом Национальной Ассамблеи (парламента) Франции от коммунистической партии и одним из инициаторов выхода Франции из командования НАТО. Кроме того, он был хорошо знаком с де Голлем, вместе с которым учился в военном училище и вместе находился в плену во время Первой мировой войны. Эрнест Пети один из немногих, с кем де Голль общался на «ты». Позже он станет военным представителем де Голля в СССР и будет заниматься вопросами отправки войск, организации авиаполков «Нормандия» и «Париж», авиадивизии «Франция» и большим и сложным вопросом французских военнослужащих Вермахта, попавших в плен в СССР.

25 ноября 1941 г. в частной беседе с Александром Богомоловым генерал де Голль сказал, что, поскольку в Советском Союзе сейчас решается судьба мира, он хотел бы, чтобы французы сражались в рядах Красной Армии против Германии. Богомолов проинформировал Москву, и 7 декабря телеграммой от Молотова было выражено согласие принять представителей «Свободной Франции».

8 декабря 1941 г. генерал де Голль проинформировал Богомолова о составе своего представительства и озвучил предложение о военном участии «Свободной Франции» на советском фронте: «послать в распоряжение командования Красной Армии одну из дивизий, которые он имеет в своем распоряжении в Сирии. Эта дивизия состоит из шести батальонов с полным комплектом вооружения, запасом патронов и снарядов на 5–6 месяцев. В дивизии имеются орудия, танки и пулеметы, полный комплект грузовиков. Де Голль может перебросить ее собственным транспортом из Сирии в Тавриз». Впрочем, он оговорился, что его дивизии находятся под английским командованием и будет необходимо согласовывать этот вопрос с Великобританией. Он также предупредил, что 40 % личного состава составляют сенегальцы и что их переброской лучше заниматься в теплое время года[19].

Морской летчик капитан третьего ранга Андре Жюбилен получил приказ составить список французских летчиков из состава британских ВВС, готовых добровольно отправиться в СССР в составе французской авиагруппы. С Ближнего Востока были отозваны капитаны Тюлян и Литольф, назначенные заместителями Жюбилена, который объехал основные полигоны в Англии, где базировались французские летчики.

Фактически в то время, когда в СССР решался вопрос с 1-й польской армией, на выводе которой настаивало польское правительство в Лондоне, генерал де Голль предложил прямо противоположный маневр — вывести французскую дивизию под командованием генерала Казо с английского фронта в Советский Союз. 27 декабря 1941 г. СССР выразил согласие принять французскую дивизию в состав Красной Армии. Генерал Пети был назначен для ведения переговоров по этому вопросу. Одновременно де Голль, находившийся на содержании у правительства Великобритании, обратился с просьбой доставить его представителей в СССР за счет Советского Союза через Архангельск.

О том, что эти вопросы взаимосвязаны, говорит и тот факт, что в качестве одного из помощников военного представителя «Свободной Франции» в СССР предполагалось послать Гастона Палевского, француза с польскими корнями, который в начале 1941 г. был Директором политических дел де Голля. Против его кандидатуры активно возражал капитан Мирлес, открыто обвиняя его в шпионаже в пользу польского правительства в Лондоне. Позднее по этой же причине СССР официально откажется его принимать в качестве посла де Голля.

* * *

Из-за сложностей с транспортировками северных караванов представители «Свободной Франции» прибыли в СССР только в апреле 1942 г. Первым через Тегеран прибыл Раймон Шмитлейн, который вместе с дипломатами других государств обосновался в Куйбышеве. Генерал Пети остался в Москве, где находилось командование Красной Армии во главе со Сталиным, после личной встречи с которым он с дочерью получил в распоряжение «Свободной Франции» особняк на Кропоткинской набережной в Москве, в котором и организовал миссию с помощью секретаря-переводчика, предоставленного советскими властями. Географическая разделенность военной и гражданской миссий привела к их изолированности и разобщенности. А прямой контакт военной миссии с де Голлем через голову главы дипломатической миссии вызвал конфликт. Глава миссии Гарро оказался изолированным в Куйбышеве, в переполненной гостинице, лишенной удобств. Не имевший возможности руководить военной миссией, а иных в его распоряжении не было.

Он сразу же стал требовать усилить его штаты, которые уже в начале 1943 г. выросли до 7 человек. То, как действовало дипломатическое представительство де Голля во время войны в СССР, как росли его штаты, когда Франция была оккупирована и никаких дел с СССР не имела, — это отдельная большая и интересная история.

* * *

Для демонстрации дружеского отношения СССР освободил 84 гражданина Франции, проживавших в СССР, которые были интернированы в ответ на аресты советских граждан во Франции. Среди них был освобожден молодой писатель Жан Катала, работавший атташе по культуре посольства Франции в Эстонии и отказавшийся возвращаться во Францию после вхождения Эстонии в состав СССР. До войны он вместе с Раймоном Шмитлейном написал историко-географическую книгу о Прибалтике, а после войны он, единственный из дипломатов де Голля в Москве, оставил мемуары[20]. Шмитлейн нашел его фамилию в списке интернированных и вызвал в Куйбышев из Караганды, куда он в то время был эвакуирован.

Вот как сам Катала писал об этом: «Войдя в вестибюль „Гранд отеля“, служившего тогда резиденцией иностранных миссий, эвакуированных из Москвы, я узнал от телефонистки, что меня примет поверенный в делах „майор Шмитлейн“… Это было столь поразительно, что я попросил повторить фамилию. Но мне тут же подтвердили это… Речь шла действительно об офицере „Второго бюро“[21], которого я знал в Прибалтике в период „странной войны“ как одного из наиболее активных подпольных деятелей плана агрессии против СССР с севера… поддерживал самые дружеские отношения с начальником разведывательной службы Риббентропа во Франции — Отто Абецом… его жена, по происхождению немка, отмечена как „подозрительная“. Шмитлейн, не зная о том, что мне известны эти подробности, открыто хвастался, что продолжает поддерживать письменную связь с этой женщиной, оставшейся в оккупированной Франции, и даже посылает ей деньги с каждым курьером…»[22] В шпионаже Катала также обвинял и целый ряд других работников представительства, в частности капитана Мирлеса, который, во-первых, официально был главой «Второго бюро» ВВС «Сражающейся Франции», и не только был знаком с Отто Абецом[23] по работе в комитете франко-германской дружбы, но и гостил в его доме в Карлсруэ до войны, и доктора «Нормандии» Георгия Лебединского. Впрочем, заявления Каталы необходимо принимать весьма критически. Сталинист в годы войны и после, просоветчик более чем советские граждане, он в 1972 г. уехал из СССР, в котором прожил более 30 лет, во Францию, где резко изменил взгляды. Стал переводить Солженицына и преподносить себя как жертву режима, прошедшую сталинские ГУЛАГи. В его мемуарах Sans fleurs ni fusil, изданных в 1981 г., уже нет ни слова о разведывательной деятельности французской дипломатической миссии в СССР в 1942–1944 гг.

* * *

К тому времени, когда миссия прибыла в Москву, многое изменилось. В войну вступили США, и действия союзников активизировались. Но американцы не шли на признание лондонского сидельца де Голля, а, наоборот, строили отношения с правительством Виши в надежде на его отход от Германии. У де Голля вышло серьезное обострение отношений с США из-за островов Сан-Пьер и Микелон, находящихся у берегов Канады, переходу которых в «Свободную Францию» США пытались воспрепятствовать. Представители де Голля были готовы оказать вооруженное сопротивление попытке взять острова под контроль, тем самым чуть было не начав войну с Америкой.

В январе 1942 г. английское командование приняло решение задействовать французские дивизии в Ливии и было крайне удивлено и раздосадовано просьбой отправить одну дивизию в Россию. Смелое заявление о том, что дивизия способна своим ходом дойти до Тавриза, сразу же рассыпалось. Англичане были готовы отпустить дивизию, но отказались обеспечивать ее транспортировку в СССР, а самому Советскому Союзу в то время было не до переброски единственной дивизии из Сирии под Москву или Ростов. Тем не менее генерал де Голль был настроен решительно и ставил условие, что, если союзники его не пустят в Тунис, 15 марта 1942 г. дивизия будет отправлена в СССР. При дивизии будет находиться истребительная группа в составе 2 эскадрилий и 40 летчиков.

2 февраля МИД Великобритании проинформировал посла Советского Союза, что возражает против отправки французской дивизии по причинам финансового и организационного характера. На этом проект посылки французских военных мог бы и закончиться, если бы не Люге и не командующий ВВС де Голля генерал Вален.

В январе уже сложилась неформальная группа: генерал авиации Вален, Шарль Люге, произведенный в полковники авиации, и капитан авиации Альбер Мирлес, привлеченный для организации французской авиагруппы на русском фронте и назначенный начальником второго отдела ВВС (разведка). Впоследствии именно Альбер Мирлес вынес всю организационную работу по формированию и функционированию «Нормандии» в начальный период.

* * *

19 февраля полковник Люге по своим дипломатическим каналам организовал неформальную встречу генерала Валена с военным атташе СССР в Великобритании полковником Пугачевым в ресторане «Савой» в Лондоне. На встрече присутствовали полковник Люге, капитан Мирлес и майор Швецов.

Генерал Вален выдвинул несколько измененное предложение — если англичане не согласны на отправку в СССР уже созданных частей и их материально-технической базы — создать новое подразделение из летчиков добровольцев, которые при согласии советских властей могли бы воевать на советской военной технике[24]. Полковник Пугачев попросил передать ему письменное предложение, которое он сможет переслать по инстанции.

Я обращу внимание читателей, что вопреки широко распространенной легенде уже на самой первой встрече, посвященной созданию будущей эскадрильи «Нормандия», шла речь о ее оснащении СОВЕТСКОЙ авиатехникой. Капитан Мирлес в записках говорит о том, что его задачей было не допустить вооружение группы английской или американской техникой, которую союзники в начале 1943 г. уже поставляли в СССР.

25 февраля 1942 г. список, негласно составленный капитаном третьего ранга Жюбиленом, из 30 человек, совместно с проектом посылки одних только пилотов в СССР, был передан полковнику Пугачеву. Не считая Мирлеса, в списке фигурировало еще трое российских эмигрантов.

* * *

Тем временем военный представитель де Голля в Москве генерал Пети попал в двусмысленную ситуацию. По приезде в Москву советские власти уже были проинформированы о том, что англичане не согласились на отправку в Советский Союз французской дивизии, а ни он, ни глава миссии Гарро — нет. Кроме того, задача его миссии была именно в этой дивизии на советском фронте, а без нее он становился не у дел. Вопрос о налаживании обменом разведданных тоже не состоялся из-за того, что у генерала не было этих данных. Они приходили из Лондона весьма нерегулярно и в разрозненном виде.

27 марта полковник Пугачев проинформировал генерала Валена, что французское предложение об отправке летчиков в Россию принято. 30 марта генерал де Голль писал генералу Пети: «Посылка нашей легкой мотомеханизированной дивизии в Россию в настоящих условиях невозможна, учитывая операции в Ливии. Прошу вас действовать так, чтобы у советских властей не создалось впечатление, что эта посылка может быть осуществлена в ближайшее время и что мы берем на себя такое обязательство. Наше желание помочь военным операциям в России не подлежит сомнению. Но нам нужно выполнить насущные задачи и обязанности. Зато мы готовы послать в Россию значительное число хороших летчиков-истребителей»[25].

Несмотря на то, что этот вопрос, казалось, был близок к решению, он вновь застопорился. Генерал Вален убыл на Ближний Восток для организации авиагрупп. Полковник Люге был послан в качестве представителя де Голля в США, с которыми отношения у «Свободной Франции» складывались крайне тяжело. А весь персонал советского военного атташата в Лондоне погиб в авиакатастрофе. Новый военный атташе полковник Скляров не был готов взять на себя вопрос, связанный с Францией, ведь это было посольство в Англии. Только 8 апреля о вопросе посылки французских пилотов в СССР был проинформирован Богомолов, то есть уже после благоприятного ответа из Советского Союза.

* * *

Капитан Мирлес остался один. Человек, который больше других заслуживает памятника. Ведь только благодаря его настойчивости «Нормандия» появилась на свет, прибыла в СССР и оставалась там до конца войны, несмотря на ряд попыток ее отзыва. Сын революционеров из России, родившийся уже в Париже. Одноклассник дочери Ильи Эренбурга. Закончил Сорбонну. Его отец был расстрелян во время войны фашистами. Сам Мирлес пытался поступить в армию в 1939 г., но не был принят по здоровью. До войны и некоторое время во время войны занимался научными разработками, связанными с проблемами обледенения самолетов. Изобрел приспособление для обрезания канатов аэростатов. Его первые аппараты были установлены на самолетах короля Англии и премьер-министра Черчилля, позднее ими были оборудованы все бомбардировщики союзников. В 1940 г. вместе с двумя будущими пилотами «Нормандии» Жаном де Панжем и Михаилом Шиком на польском транспорте «Собеский» бежал в Англию. Участвовал в операции в Дакаре, где был ранен. Проделал всю административную работу по организации авиагруппы № 3 и в августе 1942 года был назначен заместителем военного представителя в СССР генерала Пети и убыл в СССР, где сам посетил места дислокации группы, решил вопросы размещения, питания и обмундирования. Выбрал самолет для «Нормандии» и сам встречал прибывающих пилотов, а затем решал вопросы пополнения.

С советской стороны вопросами организации французских частей в СССР занимался начальник ГРУ Генерального штаба РККА генерал-майор Панфилов. Он же занимался и вопросами, связанными с организацией 1-й польской армии под командованием генерала Андерса.

Далеко не все в окружении де Голля относились с энтузиазмом к идее посылки войск в СССР. Когда выяснилось, что хотя посылка пехотной дивизии не состоится, тем не менее готовится отправка летчиков, полковник Кусте, исполнявший обязанности начальника Генерального штаба после отъезда генерала Пети в Москву, подал докладную записку на имя де Голля, что вывод французских пилотов из британского подчинения и их отправка в СССР — неразумная затея, которая может привести к напряженности в отношениях с Великобританией. И поставил вопрос об отмене отправки. В это время в Лондоне находился только Мирлес. Ему удалось через ближайшего помощника де Голля профессора Касена добиться аудиенции у генерала и убедить его, что бросить проект в то время, когда советские представители в Лондоне и советские власти в Москве уже дали на него согласие, будет еще большей неразумностью, прежде всего в плане независимости французского руководства сейчас и как следствие Франции после войны. Он обосновал, что полковник Кусте пользовался данными посла Гарро, который находится в Куйбышеве, тогда как генерал Пети и советские органы, с которыми необходимо согласование проекта, в Москве. Между ними более тысячи километров.

Для более тесного взаимодействия между командованиями капитан Мирлес был назначен заместителем военного представителя в СССР. МИД Советского Союза ответил согласием. Нельзя забывать, что Мирлес также являлся начальником разведки. Срыв посылки воинских частей грозил срывом возможности для сбора и обмена разведданными. Службы де Голля поставляли разведданные в СССР о положении дел в оккупированной Франции.

К тому же у генерала Пети в то время уже появилась новая задача. В декабре 1941 г. — январе 1942 г. под Москвой был разбит Французский Добровольческий Антибольшевистский легион, отправленный правительством Виши в Вермахт. Часть легиона предпочла советский плен холодным немецким окопам. Остатки легиона гитлеровцы вывели в Смоленск на переформирование. А из пленных в ведомстве генерала Пети возникла идея сформировать французские части в составе Красной Армии.

* * *

В мае произошел острый конфликт де Голля с Великобританией по поводу оккупации Мадагаскара. Де Голль готовился к участию в этой операции, но в итоге не был не только привлечен, но даже проинформирован о ней. Он обвинял Черчилля в сговоре с Петеном и грозил переездом своего Комитета в Москву. В ответ Великобритания намекнула, что великие державы обойдутся без Франции для организации послевоенного мира. Де Голль просил содействия СССР, и конфликт был улажен.

В это же время генерал Вален подал прошение государственному секретарю по вопросам авиации Великобритании лорду Синклеру о переводе французских летчиков из состава Британской Авиации (RAF) в СССР, что вызвало новый скандал. Великобритания потратила много времени и средств на обучение пилотов не для того, чтобы их потерять. Командование RAF даже угрожало прекратить тренировки всех французских пилотов и ликвидировать французские авиагруппы.

Генералу Валену пришлось употребить связи и личную дружбу с Арчибальдом Синклером, чтобы выправить ситуацию. Французские летчики действительно имели слабую подготовку, несмотря на то что для получения летного свидетельства им приходилось иметь налет 300 часов. Многие пилоты не имели ни специального образования, ни военного. В авиацию они приходили через народные аэроклубы, организованные правительством социалистов перед войной. Французские принципы воздушных боев базировались на опыте Первой мировой войны, тогда как англичанам уже пришлось их сильно модернизировать. В Англии те пилоты, которые были отобраны для RAF, проходили дополнительное обучение и тренировки, прежде чем попасть в действующие части. Теперь же французы решили отозвать пилотов, и выходило, что Великобритания зря занималась их обучением.

В конце концов английское командование согласилось отпустить только молодых летчиков, не имевших серьезного боевого опыта. В том числе не был отпущен капитан Жюбелен. Встал вопрос о командире группы. После очередного инцидента с майором Тюляном, которого за грубое нарушение дисциплины в военное время подвергли аресту на 30 суток, его назначению командиром группы воспротивилось командование ВВС «Свободной Франции» на Ближнем Востоке. Подполковник Астье де Вилятт писал: «Я опасаюсь, что Тюлян, не имеющий опыта ведения современной войны, со своей горячностью и неумением командовать приведет группу № 3 либо к неудаче, либо к результативности за счет высоких человеческих потерь…»[26]

К сожалению, так все и вышло впоследствии. Летчики «Эльзаса» по неопытности составили первые потери «Нормандии», включая и майора Тюляна, уже ставшего к тому времени ее командиром.

* * *

Командиром авиагруппы был назначен майор Пуликен, который в то время был заместителем Тюляна в авиагруппе «Эльзас». В «Нормандии» они поменялись ролями. Любопытно, что майор Пуликен в годы Гражданской войны участвовал в интервенции в Россию и принимал участие в боях с Красной Армией. Остальных летчиков пришлось отбирать на Ближнем Востоке. Часть пилотов, как и командир группы Жозеф Пуликен, перешли из истребительной группы № 1 «Эльзас».

Жан Тюлян спокойно перенес назначение командиром своего заместителя. Он сказал, что его цель не командирский пост, а борьба с врагами Франции.

В апреле 1942 г. был составлен и передан советским представителям для получения визы новый список группы, в котором от первого состава осталось только 9 человек.

Капитан Мирлес отбыл в СССР с печально знаменитым конвоем PQ-17, который был рассеян немецким флотом. Мирлес вместо Мурманска оказался в Рейкьявике, где случился новый инцидент. Он обнаружил, что в Москву направлен еще один заместитель военного представителя Гастон Палевский. Официально это было сделано по просьбе Роже Гарро, находящегося в Куйбышеве, который потребовал для себя еще одного военного атташе, поскольку генерал Пети в Москве действовал самостоятельно. Мирлес посчитал это назначение акцией саботажа, поскольку Палевский, как поляк, имел тесную связь с польским правительством в Лондоне и наверняка имел задачу по сбору разведданных о поляках в СССР, что не могло не вызвать раздражение Москвы. А значит, разрыв с де Голлем.

Мирлес вернулся в Лондон, а оттуда на бомбардировщике отправился через Африку и Ближний Восток, где посетил Раяк и переговорил с ближневосточным командованием по вопросу пополнения списка группы № 3 пилотами, а также о наборе авиамехаников. Кроме того, он встретился с де Голлем в Бейруте и поставил его в известность о миссии Палевского, оставшегося ждать отправки в СССР с караваном из Рейкьявика. Де Голль сделал вид, что не был проинформирован об этой миссии, и согласился с Мирлесом в ее негативном эффекте.

В это время в Лондоне за Мирлеса оставался маркиз де Панж, в то время штурман, младший лейтенант авиации, кавалер Военного Креста, позднее пилот связного самолета У-2 «Нормандии-Неман». Жан де Панж — одна из ярких фигур, выходец из дворянской лотарингской семьи, стоявшей у истоков объединения Европы. Находившейся в родстве с родом Брогли, давшим целую плеяду маршалов, один из которых Виктор Брогли после Великой революции формировал в России воинские части из французских эмигрантов для борьбы с республиканцами.

В отсутствие Мирлеса ему удалось пополнить список группы врачом Георгием (Жоржем) Лебединским, сыном эмигрантов из России, что было удачей — врач группы был, таким образом, двуязычным, и в острой ситуации не только не нуждался в переводчике сам, но и мог по необходимости исполнять его обязанности. А также де Панж включил в список группы Александра Георгиевича Стаховича, внука и сына белых офицеров (его дядя — один из основателей русской церкви в пригороде Парижа Аньере, названной в честь взорванного в Москве храма Христа Спасителя), женатого на внучке видного деятеля русской эмиграции, бывшего члена Государственной думы Петра Струве. Александр имел французское гражданство, но проживал с семьей в Аргентине, откуда прибыл в Лондон, откликнувшись на призыв генерала де Голля. К авиации никакого отношения не имел, но вцепился в де Панжа мертвой хваткой для зачисления в группу для борьбы с фашизмом на Родине. Он был зачислен третьим переводчиком.

Первым переводчиком был назначен коренной москвич Михаил (Мишель) Шик. Он вместе с Мирлесом и де Панжем бежал из Франции в Англию на польском транспорте «Собеский» в 1940 г. Затем они вместе участвовали в операции в Дакаре. Пытаясь стать пилотом, Шик поступил в летную школу в Англии, откуда капитан Мирлес забрал его в «Нормандию». К чести Михаила, он единственный из всех тех, кто хотел стать истребителем, им все-таки станет. К концу войны выполнит все нормативы и примет участие в нескольких боях.

* * *

В июне в Лондон для подписания англо-советского договора прибыл Молотов. Состоялась его встреча с де Голлем, во время которой генерал много жаловался на англо-американцев, по поводу задержек с открытием второго фронта. В конце встречи де Голль подтвердил желание послать в СССР дивизию с Ближнего Востока, как только отпадет угроза германо-итальянского вторжения в Сирию. И просил ускорить вопрос с принятием французских летчиков и направить советского дипломата к генералу Катру в Бейрут.

Черчилль обещает Молотову открытие второго фронта во Франции в августе — сентябре 1942 г. Любопытно, что во время встречи Молотова с Черчиллем последний предложил отправить в СССР шесть эскадрилий RAF для действий в районе Мурманска, что, возможно, было реакцией на французские инициативы или желание их возглавить.

* * *

11 июня на авиабазе Раяк начали собираться пилоты группы № 3. Первыми прибыли Жан Тюлян, Ноэль Кастелен, Раймон Дервилль, Альбер Прециози и Андрей Познанский из группы «Эльзас», находившейся в Ливии. Чуть позже к ним присоединился командир эскадрильи «Мюлюз», которая участвовала в операциях союзников на острове Крит, капитан Альбер Литольф, на тот момент лучший пилот группы № 3, имевший 7 индивидуальных побед и 7 в группе.

* * *

В июле 1942 г. США признали Комитет Национального Освобождения Франции, со специальной оговоркой, что признают его «как символ», а не как правительство. Англичане предложили де Голлю пост главнокомандующего армиями в Египте. «Свободная Франция» завершила переговоры с коммунистической партией Франции. Было принято решение о создании совместного руководства, два коммуниста были введены в состав руководящих структур де Голля, «Свободная Франция» отныне стала называться «Сражающаяся Франция». Де Голль форсировал события, поскольку СССР колебался и был готов раньше всех остальных союзников признать структуры де Голля временным правительством Франции в изгнании.

Август 1942 года оказался очень тяжелым. Несмотря на успехи британо-голлистских войск при Бир-Хакейме и Эль-Аламейне, Роммель взял Тубрук, Суэцкий канал и приблизился к Александрии. Положение союзников было нелегким, и вопрос об отправке каких-либо войск с Ближнего Востока в СССР уже не стоял. Теперь Черчилль обещал вернуться к вопросу об отправке своих войск в Советский Союз после разгрома Роммеля. Более того, союзники по согласованию со Сталиным задействовали в Африке ряд американской военной техники, предназначавшейся к поставкам в СССР по ленд-лизу[27].

В СССР в это время пал Севастополь, и Вермахт приближался к Сталинграду, где имел значительное превосходство в воздухе. Де Голль угрожает Черчиллю: «Если Вы не откроете сейчас второй фронт во Франции и Советский Союз будет разбит — вы погибнете. Если СССР победит без вашей помощи — вы погибнете тем более». Новый начальник штаба «Сражающейся Франции», вернувшийся из немецкого плена через СССР, капитан Бийотт разработал план высадки союзников на побережье Па-де-Кале в начале 1943 г.

12 августа Черчилль едет в Москву для встречи со Сталиным. Советская дипломатия приглашает де Голля для организации совместного франко-англо-советского обсуждения вопросов второго фронта, но затем меняет решение. Французская редакция «Радио Москвы» усиливает вещание на Францию с призывами ко всем формам сопротивления режиму Виши. Сталин публикует жесткий меморандум в адрес британского правительства из-за его отказа в открытии второго фронта в Европе.

14 августа Черчилль в ответ на меморандум Сталина информирует его о подготовке операции «Факел» — высадке союзников во Французской Африке: Алжире, Марокко и Тунисе и отвлекающей операции на севере Франции.

19 августа союзники проводят операцию «Юбилей» — 250 десантных судов произвели высадку около 6000 десантников на восьми пляжах Нормандии в районе города Дьепп. 74 эскадрильи истребителей и бомбардировщиков RAF приняли участие в операции, изначально запланированной на поражение. Союзники потеряли 3623 солдата и 111 пилотов, в том числе погибли 3 французских и 3 польских летчика[28]. Среди них командир эскадрильи «Версаль» капитан Эмиль Файоль.

Неудачей заканчивается попытка союзников захватить Мальту, которая была им необходима для операций в Северной Африке, что вынудило перенос начала высадки в Африке.

* * *

9 августа из СССР началась эвакуация 1-й польской армии, закончившаяся 1 сентября. А 16 августа французские пилоты из состава британских ВВС (RAF) и другие лица, включенные в состав истребительной группы № 3, всего 12 человек, были собраны в Шотландии. Два пилота группы «Иль де Франс»: Марсель Альбер и Альбер Дюран. Три пилота ночных истребителей RAF: Жозеф Риссо, Ив Маэ и Дидье Бегин. И три пилота из различных английских эскадрилий: Ролан де ля Пуап, Марсель Лефевр, и Ив Бизьен. А также Жан де Панж, Михаил Шик, Александр Стахович и Георгий Лебединский. Они должны были отправиться с одним из французских транспортов в составе северных конвоев в Мурманск. Однако Великобритания после возвращения Черчилля из Москвы прекратила отправку конвоев северным путем и отказала французам в транспортировке летчиков до осени. Опасаясь новых препятствий со стороны британских властей, де Голль решил отправить летчиков из Англии в Сирию на авиабазу Раяк, где их ждали остальные участники группы, частным образом. 29 августа на пакетботе Highland Princess, везущем военные грузы в Африку, английская часть будущей «Нормандии» отплыла из Глазго. Первой операцией вновь созданной группы, отправившейся в холодную Россию, стала… вакцинация от тропических заболеваний.

Генерал де Голль и командующий ВВС «Сражающейся Франции» на Ближнем Востоке подполковник Корнильон-Молинье и группа пилотов добровольцев истребительной группы № 3 «Нормандия». Слева направо: Жан Тюлян, Альбер Литольф, Альбер Прециози, Раймон Дервилль. (Фото мемориала Нормандия-Неман)

После долгого пути 19 сентября группа прибыла в Нигерию, откуда самолетами с массой пересадок добралась До Каира. Из Каира поездом до Хайфы, откуда уже на грузовиках 1 октября 1942 г. после сорокашестидневного пути из Лондона летчики прибыли в Раяк, где их уже 4 месяца ждали остальные члены группы. И группа авиационных механиков под командованием лейтенантов Мишеля Алекса и Луи Дюпра.

1 сентября 1942 г. окончательный список пилотов и Механиков группы № 3, еще до прибытия «англичан», был представлен де Голлю, находившемуся на Ближнем Востоке, который подписал окончательный приказ о создании самостоятельной истребительной авиагруппы № 3.

* * *

Группе нужно было придумать имя. Как я уже писал выше, для отличия авиационных частей «Сражающейся Франции» от частей Виши было принято решение давать им наименования французских провинций. В русскоязычной литературе распространено утверждение, что название «Нормандия» дано авиагруппе в честь наиболее пострадавшей от войны французской провинции. Провинция Нормандия, состоящая из четырех департаментов, действительно сильно пострадала от войны, но только в 1944 г. во время открытия союзниками второго фронта.

По всей видимости, эта ложная версия тянется от неверной интерпретации фразы командира «Нормандии» Пьера Пуяда в его статье, опубликованной в Москве в августе 1944 г. в журнале «Война и Рабочий класс». Он писал: «…„Нормандия“ получила свое наименование в честь одной из самых богатых и веселых французских провинций, тяжело пострадавших от фашистского вторжения»[29]. Статья была написана после открытия второго фронта, когда в результате боев в июне 1944 года были разрушены главные города Нормандии Каен, Баё, Гавр, Шербур, Авранш и другие, что вызвало гибель около 50 тысяч мирных жителей.

Первые сформированные авиачасти «Свободной Франции» получили названия «Эльзас» и «Лотарингия» в память об аннексированных германоязычных провинциях, которые французы считают своими. Третьей отторгнутой от Франции провинцией и де-факто присоединенной к Бельгии была часть исторической провинции Фландрия, разделенной между Францией и Бельгией. Было предложено новую авиачасть — истребительную эскадрилью № 3 назвать «Французская Фландрия». Название не вызвало симпатии своей неблагозвучностью. Просто «Фландрия», с одной стороны, могло указывать на французские территориальные амбиции, с другой — легион «Фландрия» уже существовал в Вермахте. Название «Бретонь», которое летчикам нравилось особенно, уже было дано бомбардировочной авиагруппе № 2. Командир эскадрильи бретонец майор Пуликен предложил назвать эскадрилью «Нормандия» в честь провинции соседки Бретони. Это название всем понравилось благозвучностью и как память о недавних событиях в Дьеппе.

Так, 21 октября 1942 г., еще за два года до разрушения провинции Нормандия, группа стала называться этим именем.

Эмблемой эскадрильи стали два леопарда на красном поле. На арабском рынке в Дамаске чеканщиком-кустарем в маленькой мастерской было изготовлено 60 значков с эмблемой «Нормандии», которые были вручены 24 октября 1942 г. на торжественной церемонии, посвященной созданию авиачасти подполковником Корнильон-Молинье.

Эмблема авиагруппы

В ожидании отправки группа приступила к тренировкам на двух оставшихся на ходу еще с довоенных времен самолетах Давуатин D520. Все понимали, что группа имеет символическое значение для Франции и что они не должны упасть в грязь лицом. При тренировках сразу стала видна слабая подготовка большинства пилотов вообще и тех, кто не проходил обучения в Англии в частности. Майор Пуликен сделал все от него зависящее, чтобы пилоты смогли налетать максимально возможное количество часов.

Ролан де ля Пуап писал в воспоминаниях: «…мои коллеги, как и я, прибывшие из RAF, сразу же заметили значительную разницу между нами и нашими товарищами, обучавшимися согласно правилам французской авиации. Среди прочих отличий… французы остались верны устаревшим доктринам…»[30]

К сожалению, сторонниками французской тактики были пилоты, пришедшие из «Эльзаса», и среди них оба заместителя командира «Нормандии» капитаны Тюлян и Дитольф. Оба были великолепными пилотами и считали зазорным учиться у англичан. Впоследствии пилоты «Эльзаса» составили первые потери «Нормандии». И ни один из сторонников французской тактики не вернулся с войны.

Тем временем в Москве переговоры о создании французской истребительной группы в составе ВВС Красной Армии еще не были завершены. По прибытии капитана Мирлеса в Москву в августе они даже не продвинулись дальше деклараций. Генерала Пети впоследствии серьезно обвиняли в бездеятельности. За время после его прибытия в Москву он дважды встретился с генералом Панфиловым, оба раза сообщив тому одну и ту же новость — Франция готовит отправку летчиков. Оба раза генерал Панфилов письменно подтвердил, что СССР давно готов их принять и ждет с нетерпением. Когда генерал Пети явился в третий раз с тем же самым известием, генерал Панфилов отправил его к заместителю и никогда больше уже не принимал.

Капитан Мирлес был вынужден фактически начать переговоры с начальной точки тогда, когда пилоты уже были в Раяке. К счастью, советское командование во всем шло навстречу и не было настроено на волокиту и бюрократизм. Мирлес, как капитан авиации, а не дипломат, не был стеснен рамками протокола и не нуждался в переводчике.

Вместо генерала Панфилова, после вывода польской армии из СССР переведенного в армию, вопросами французских формирований в РККА занимались летчики: полковник Левандович и генерал Фалалеев.

* * *

Незаслуженно забытый тандем Левандович — Мирлес — подлинные крестные отцы «Нормандии-Неман». Именно они сделали все необходимое для существования «Нормандии». Полковник, а с мая 1943 г. генерал Степан Тимофеевич Левандович с 1942 г. руководил импортными поставками самолетов и авиатехники для ВВС РККА и осуществлял связь с иностранными военными миссиями. Организовывал южную, через Иран, и восточную, через Аляску, линии ленд-лиза. В 1943 г. вручал первые советские награды французским летчикам, сам был отмечен орденами Почетного Легиона и Военным Крестом. Капитан Мирлес советскими наградами отмечен не был.

Капитан Мирлес и генерал-майор Левандович на аэродроме Хатенки, июль 1943 г.

В то время как английская часть группы двигалась по земному шару навстречу ливанской, Мирлес и Левандович определяли формулу взаимодействия, место дислокации французских частей, финансирование и снабжение. Советское командование согласилось с тем, чтобы группа № 3 была самостоятельной боевой единицей, в подчинении у Французского Национального Комитета Освобождения, во французской военной форме, под французским флагом. То есть по тому же принципу, по которому в составе РККА формировались польские и чехословацкие части[31]. Это отличалось от того, что представляли собой французские части у англичан, где пилоты носили английскую форму и фактически были английскими номерными частями, являясь французскими лишь формально. Реально де Голль даже не смог перевести французских пилотов из британских ВВС в советские без согласия командования RAF. Он даже не мог инспектировать французские части без предварительного согласия британского командования.

Для французов это были шаги навстречу — иметь на советском фронте французскую часть во французской форме, особенно на фоне французских частей в Вермахте, носивших немецкую форму.

Жан Катала писал в 1950 г.: «Советские люди… оказали самый сердечный и теплый прием этим людям, как своим боевым товарищам. Этот прием чуть не заставил нас всех позабыть о том, что предательство вычеркнуло нашу родину из списка независимых наций. „Никогда нас нигде так не принимали“, — часто говорили мне офицеры из первой смены „Нормандии“. Дело в том, что в других странах люди, носящие форму „французских свободных сил“, были только „де-голлевскими людьми“. В СССР знали лишь французский народ и знали, что, несмотря на свое жалкое положение, он вовсе не погиб. Поэтому и принимали как братьев тех, кто пришел от его лица»[32].

* * *

В октябре англо-американские союзники предлагают Сталину 20 эскадрилий для отправки под Сталинград. Предлагаются 9 эскадрилий истребителей, 5 бомбардировщиков, 3 тяжелых бомбардировщика и 3 транспортных, как только они освободятся в Египте. Для обсуждения вопроса в ноябре в Москву направлен американский генерал Эдлер и британский маршал Дреммонд. В то же время с конвоя PQ-19 снимаются 154 истребителя Аэрокобра, предназначавшиеся Советскому Союзу, для использования их в Африке[33]. 8 ноября союзники начинают высадку в Северной Африке, и самолеты из Египта уже никогда не освободятся.

* * *

19 ноября, когда пилоты «Нормандии» уже ждали отправки в Тегеране, в Москве были согласованы последние Детали их участия в войне на советском фронте. В частности, в ответ на просьбу французской стороны предоставить лучший советский самолет советское командование предложило Як-1, лучший самолет на тот момент, и согласилось в случае принятия на вооружение других лучших типов переобучить пилотов. Первоначально, до прибытия в Москву капитана Мирлеса, в результате нечетко сформулированной задачи, французскую эскадрилью пред полагалось вооружить штурмовиками Ил-2. Французская военная миссия даже выполнила перевод технической документации штурмовика на французский язык, а среди 40 человек французского вспомогательного технического персонала было 15 бортстрелков.

Советская сторона обязалась предоставить обмундирование и табельное оружие, а также специальные удостоверения личности Красной Армии для иностранных офицеров. Чтобы, в случае необходимости, не понимающие русского языка французы не были арестованы как шпионы. Изготовление удостоверений задерживалось, что позднее вызвало недовольство французов, поскольку без них им почти месяц не разрешали выход из расположения части.

Удостоверения личности капитана Альбера Мирлеса и пилота связи лейтенанта Жана де Панжа

Был найден эквивалент для соотношения званий советской и французской армии. Поскольку в советской армии все пилоты имели офицерский статус, капитан Мирлес предложил для соответствия статуса, чтобы французам, откомандированным в СССР, которые не имели офицерских званий, было присвоено временно звание аспирантов, которое во французской армии соответствует кандидату в офицеры. Многие французские летчики, из тех, что становились пилотами в результате окончания летных курсов, а не училищ, имели звания от капрала до старшего сержанта. Позднее эта уловка Мирлеса, призванная поднять статус французских пилотов до советского уровня, использовалась до конца войны для набора добровольцев в «Нормандию». В Африке у французских летчиков не было ни самолетов, ни продвижения в званиях, а в «Нормандии» они сразу получали новейший истребитель и офицерское звание.

В Красной Армии звания аспиранта не было. А во французской армии не было звания старшего лейтенанта. Поэтому аспирантов французской армии считали равными младшему лейтенанту Красной Армии, младших лейтенантов французской армии лейтенантам Красной, и лейтенантов — старшим лейтенантам. От капитана и выше было полное соответствие воинских званий Франции и СССР.

Иногда можно встретить утверждение, что французским летчикам в Красной Армии присваивалось звание на ступень выше, отсюда идет путаница. Никакого присвоения звания на ранг выше не было и не могло быть, не считая того, что тем пилотам, которые во французской армии имели сержантские звания, присваивали звание аспирантов, чтобы поднять их статус до советского уровня. Было просто проведено соответствие званий младшего офицерского состава двух армий. Поэтому в удостоверении Жана де Панжа можно увидеть запись — «звание: лейтенант — старший лейтенант», то есть указано французское звание и его советский эквивалент, чтобы это не было принято как повышение в звании. В удостоверении капитана Мирлеса этого уже нет, поскольку звание капитана и во французской армии и в советской равнозначно.

Любопытно также отметить, что в Советский Союз французы прибыли со своим оружием через множество границ. У Жана де Панжа также записан второй табельный пистолет TT, положенный ему как летчику Красной Армии.

Капитан Тюлян в советской военной форме образца 1942 г. с петлицами. На правой половине груди значок действующего пилота ВВС Франции, слева награды и значок «Нормандии». Посредине нашивки капитана авиации. Аэродром Полотняный Завод, апрель 1943 г. (Фото мемориала Нормандия-Неман)

Французская сторона обратилась с просьбой о нанесении на самолеты отличительных знаков авиации «Сражающейся Франции», которые представляли собой белый круг с лотарингским крестом. В этом знаке было отказано, чтобы не создавать путаницы при определении с земли, свой или чужой самолет. Для советских ПВО любой крест был знаком врага. Предложение о нанесении трехцветного знака вызвало сомнения у генерала Фалалеева, и было предложено изучить дополнительно. Позднее было разрешено нанесение трехцветного круга цветов французского флага размерами не более 50 см у кабины пилота и трехцветная раскраска носа самолета.

В связи с тем, что французы не могли обеспечить собственное снабжение военной формой, им было предоставлено советское обмундирование. В особенности зимнее. На советской форме, предоставленной французам, было разрешено ношение наград и знаков французской авиации.

Позднее пошив французских форменных курток, которые носили в сочетании с советскими галифе и сапогами, был налажен военной миссией во время переформирования полка в Туле и Москве. Некоторым пилотам удалось сохранить до конца войны куртки, в которых они приехали в 1942 г.

* * *

Был составлен график подготовки французских летчиков для полетов на советских самолетах, обучения средствам коммуникации, подготовки перевода инструкций и регламентных документов, курсы русского языка и подготовка карт районов полетов с написанием названий крупных населенных пунктов по-французски.

Отдельно оговаривался вопрос применения части. Французы просили использовать «Нормандию» для борьбы с авиацией противника и не использовать для сопровождения бомбардировщиков, поскольку так привычнее французам и при сопровождении бомбардировщиков необходима высокая точность взаимодействия, что по причине языка должно быть проблематично. Этот вопрос был оставлен на конкретную фронтовую ситуацию. Советское командование не возражало против выхода французских летчиков на «свободную охоту», но не считало это основным видом деятельности.

Красная Армия полностью брала на себя вопросы финансирования французской воинской части. Летчикам и механикам выплачивалось денежное довольствие в соответствии с действующими в Красной Армии окладами. Часть денежного довольствия конвертировалась в фунты стерлингов и переводилась в Лондон для выплаты семьям летчиков. Поскольку денежный вопрос был особенно чувствителен для Французского Национального Комитета, который сам находился на британском содержании, для французов было важно не выглядеть наемниками, приехавшими на заработки. Поэтому денежное довольствие было договорено выплачивать от имени Французского Национального Комитета в счет кредита, который должен будет возмещен после войны.

Вскоре после совещания капитан Мирлес уехал в Тегеран для встречи и отправки группы «Нормандия» в Советский Союз. Любопытно, что все совещание целиком и полностью вел заместитель главы французской военной миссии в СССР капитан французской авиации Альберт Львович Мирлес на русском языке, изредка переводя для генерала Пети отдельные фразы и сообщая в ответ советскому командованию, что генерал доволен ходом переговоров.

Конец 1942 г. и прибытие в СССР

28 сентября 1942 г. Советский Союз признал движение «Сражающаяся Франция» и Национальный Комитет Освобождения под руководством Шарля де Голля как ЕДИНСТВЕННУЮ организацию, представляющую интересы Франции в Советском Союзе. Эта формула признания отличалась от английской и американской, которые признавали их только символом. И было весьма важно для Комитета, поскольку в самой Франции произошли изменения. Оговорка «ЕДИНСТВЕННАЯ» тоже не случайна, поскольку ряд деятелей правительства Петена, осознав, что военные действия в России развиваются не так, как планировало германское руководство, поняли, что поставили не на ту силу, и начали искать контакта с союзниками.

8 ноября 1942 г. американская армия начала операцию «Факел», оказавшую серьезнейшее влияние на положение «Сражающейся Франции», генерала де Голля и чуть было не поставившую крест на судьбе авиагруппы «Нормандия». Состоялась высадка во Французской Африке — Алжире и Марокко. Для организации этого союзники активно работали с Сопротивлением на месте, которое, однако, ни к де Голлю, ни к компартии отношения не имело. Иногда его называют вишистское сопротивление, а североафриканские власти в течение всей войны пилотами «Нормандии» назывались «вишисты».

Руководство Алжиром союзники планировали передать генералу Анри Жиро, который до войны был командующим 3-й армией и непосредственным начальником подполковника де Голля, которого как раз Жиро и произвел в полковники. Затем Жиро был членом Высшего Военного Совета, а в начале войны командующим 7-й и 9-й французскими армиями. Был взят в плен в мае 1940 г. В апреле 1942 г. он с группой других генералов бежал из плена в свободную зону Франции. Правительство Виши приняло его в качестве личного гостя маршала Петена, но просило вернуться в Германию, поскольку его побег вызвал гнев Гитлера, ужесточение режима содержания для французских военнопленных и расстрел генерала Месни, который был пойман после побега. Жиро соглашался вернуться в плен только при условии освобождения не менее 500 тысяч французов. Де Голль и его сторонники подозревали, что побег Жиро инсценирован и через него Виши и Гитлер пытаются войти в сговор с США.

Американское командование предложило Жиро участие в высадке в Северной Африке, тогда как де Голля вновь не поставили в известность. Однако Жиро потребовал пост главнокомандующего всех сил союзников, в чем ему, естественно, отказали. Высадкой командовал генерал Эйзенхауэр. Жиро из-за этого отказался участвовать в операции.

Группа из 400 французских добровольцев высадилась в Алжире, захватила стратегические узлы и арестовала руководителей Алжира генерала Жуана и адмирала Дарлана, последний был правой рукой Петена и якобы оказался в Алжире случайно, приехав навестить больного сына. Заговорщики распространили призыв к населению по радио от имени генерала Жиро примкнуть к союзникам. Вишистские власти попытались ликвидировать мятеж и прозевали начало операции союзников, которые осуществили высадку десантов в Алжире, Оране и по всему побережью Марокко. Французская армия и флот оказали сопротивление. Оран был захвачен к вечеру 9 сентября, в самом Алжире боев почти не было. Марокко оккупировали целиком, кроме Касабланки, которую взяли к вечеру 10 ноября. В Тунисе французам удалось отбить высадку американцев, и к ним на помощь стали перебрасывать немецкие и итальянские войска с Сицилии.

Союзники вступили в переговоры с адмиралом Дарланом, который согласился перейти на их сторону с условием назначения его на пост губернатора Алжира и отдал приказ армии от имени законного французского правительства прекратить сопротивление англо-американским войскам. Благодаря этому части, оказавшие сопротивление американцам, прежде всего в Тунисе, перешли на сторону союзников.

Это вызвало бурную реакцию. Петен уволил Дарлана из состава правительства и разжаловал генерала Жиро в рядовые. Германия отменила перемирие с правительством Франции и совместно с Италией оккупировала всю территорию Франции. Де Голль был в гневе и отказался признать созданное союзниками правительство Алжира, в руководство которого, ввиду репутации Дарлана как одного из самых главных вишистов, был введен генерал Жиро в качестве главнокомандующего французскими вооруженными силами Северной Африки.

Де Голль уже 12 ноября посетил советского посла и заявил, что американцы, не считаясь с ним, англичанами и СССР, заключили союз с Виши, на общей платформе антибольшевизма и опасения социалистической революции во Франции. Союзники не позволяли де Голлю и его движению участвовать в событиях в Алжире и Марокко, что грозило ликвидацией его Комитету. Он просил поддержки Советского Союза и личной встречи со Сталиным.

СССР, который был в курсе операции, одобрил политику США. Но собственное отношение к Дарлану обещал сформировать в зависимости от поведения последнего. Высадка союзников в Северной Африке не была открытием второго фронта в Европе. Но она вынудила Германию и Италию использовать оккупационные войска во Франции для операций в Тунисе и Ливии. И это в то время, когда уже шли тяжелые бои в Сталинграде. Уже 14 ноября, шесть дней спустя после начала высадки союзников в Африке, Сталин писал Черчиллю, что немецкое наступление на Владикавказ удалось остановить. А 19 ноября Красная Армия повела наступательную операцию «Урал» и 23-го замкнула кольцо окружения вокруг 6-й армии Вермахта генерала фон Паулюса.

* * *

Из Алжира союзники повели наступление на Тунис. Все французские воинские формирования, находившиеся на Ближнем Востоке и в Африке, в том числе «Сражающейся Франции», были переданы под командование, расположенное в Алжире, где сохранились все действующие структуры и фигуры Виши.

И в том числе авиагруппа «Нормандия», пилоты которой были приговорены Виши к смертной казни за дезертирство.

14 ноября ничего не ведавшие о подковерных интригах члены группы на трех транспортных самолетах армии США вылетели из Раяка в Багдад, а оттуда продолжили путь поездом до Персидского залива, откуда автотранспортом прибыли в Тегеран 20 ноября. Американцы разрешили взять на борт только по 10 килограммов багажа на человека, поэтому брать пришлось только самое необходимое.

Маленькая пылинка отважных в бурном море войны и политики, которой Франция отказывала в существовании. Ими двигало одно — защитить поруганную Родину. Сражаться с врагом в настоящем бою, а не в редких военных миссиях в Англии или Египте. У этих людей был выбор — остаться во Франции, спокойно пережить оккупацию, остаться в Англии или на Ближнем Востоке, где боев было мало и они не были так жестоки, но они выбрали борьбу. Борьбу вместе с Красной Армией.

Свой выбор пилоты первой группы «Нормандии» сделали в то время, когда враг стоял у порога Москвы и Сталинграда, когда немецкое командование уже назначило командующего Каспийским флотом и готовило переброску судов железной дорогой до Махачкалы. Когда исход войны еще не казался однозначным. Во Франции они были приговорены к смертной казни и в случае попадания в плен должны быть расстреляны. Но все они, люди самых разных социальных слоев, от аристократов до рабочих, рвались в нашу страну, потому что только здесь, по их мнению, шла НАСТОЯЩАЯ борьба с фашизмом. Это именно то, что связало нас во время войны.

Мы забыли французам все — интервенцию, Версальский мир, двусмысленную политику 30-х годов, Мюнхенский сговор, попытки интервенции 1940 г., коллаборационизм 1940–1944 гг., французский легион Вермахта и французскую дивизию СС «Шарлемань», до последнего оборонявшую бункер Гитлера в апреле 1945 г. И мы помним только «Нормандию-Неман». Тех людей, которые плечо к плечу воевали с нашими дедами за свободу. Как сказал Герой Советского Союза, самый результативный французский летчик Второй мировой войны Марсель Альбер в интервью в 2007 г.: «Русские были великолепные пилоты. Они сражались за свою Родину и не думали ни о чем другом. У меня самые теплые воспоминания о них».

* * *

Тем временем в Москве только 25 ноября было подписано окончательное соглашение между командованием ВВС Красной Армии и военной миссией «Сражающейся Франции» об участии французской эскадрильи на советском фронте. Соглашение имело гриф «Секретно», содержало 14 пунктов и было составлено в двух экземплярах, оба на русском языке[34]. На французском оно никогда не публиковалось.

Сразу после подписания соглашения капитан Мирлес вместе с представителем ВВС РККА капитаном Бондаревым, назначенным офицером связи между летчиками и советским командованием, вылетели в Тегеран за группой, которая попала в оазис мирной жизни.

По прибытии в столицу Ирана их встретили как героев. Французская диаспора под руководством энергичной Барбары Адле, супруги личного хирурга шаха, профессора медицины Адле, организовала им самый радушный прием и размещение в лучшей гостинице. Позднее ею вместе с другой француженкой из Египта Мод Периго был создан комитет поддержки «Нормандии», который организовал сбор вещей и продуктов и их пересылку в СССР. Всю войну летчики получали посылки из Ирана и Египта, которые позволили им разнообразить фронтовой рацион.

25 ноября группа получила выездные визы из Ирана, а 26-го — въездные визы в СССР. Для лиц без гражданства, которыми являлись пилоты «Нормандии», это было особенно важно. Как можно обратить внимание — на советской визе Марселя Лефевра в графе «гражданство» написано СРАЖАЮЩАЯСЯ ФРАНЦИЯ. Любопытно также, что на иранской выездной визе написано не СССР, а Советская Россия.

При получении виз возник инцидент, Михаил Романович Шик счел нужным сделать заявление: «Я русский, родом из Москвы. Мой отец был арестован ВЧК в 1918 г, за антибольшевизм. Я сам не коммунист, но я хочу быть вашим союзником и другом на то время, что я вместе с вами буду сражаться за мою Родину»[35]. Капитан Бондарев, который не был готов к подобным кульбитам, был вынужден звонить в Москву для получения инструкций. Они были получены, поскольку кандидатуры «русских нормандцев» Мирлес специально согласовывал ранее с полковником Левандовичем. Михаил получил визу в числе остальных.

Как позднее отмечал Альбер Мирлес: «…не было ни одного отказа в визах до июля 1943. После было несколько редких случаев, когда в визах было отказано». Хотя майор Пуликен в своих воспоминаниях пишет, что двое механиков визы не получили[36]. Никаких ограничений со стороны СССР для французов российского происхождения не выдвигалось, хотя после нескольких отказов военный атташе Франции в Тегеране в ноябре 1943 г. составит специальную инструкцию по набору русскоязычного персонала для группы «Нормандия».

28 ноября 1942 г. первая, самая легендарная группа пилотов из легендарной авиагруппы № 3 «Нормандия» на трех советских пассажирских самолетах Ли-2 вылетала из Тегерана в Баку и затем в Иваново — место базирования. Майор Пуликен распределил по одному переводчику на каждый самолет.

Перед вылетом советские представители вручили каждому овчинные полушубки, поскольку у французских пилотов не было ничего, кроме летней парадной формы, полученной в Раяке. В Баку, во время дозаправки самолетов, пилотов «подогрели» традиционным алкогольным напитком, после чего они продолжили путь до Астрахани, где группа была шокирована видом настоящей русской зимы — метель, обслуживание аэродрома в валенках и массивных тулупах и… верблюды среди многометровых сугробов, используемые в качестве гужевого транспорта.

Сразу несколько человек в своих воспоминаниях претендуют на роль того француза, который первым вышел из самолета. Порывом ветра у него сдуло фуражку, погнавшись за которой, он увяз в сугробе. Теперь уже не установить, кто это был на самом деле и был ли такой факт.

После вылета из Астрахани метель разогнала самолеты. Два приземлились в Уральске, а один в Гурьеве (ныне казахстанский Атырау), где произошел любопытный случай. Один из механиков, Дени Ларриве, родился и вырос в Стамбуле, где его отец работал во французском посольстве, и знал турецкий язык. В Гурьеве он наткнулся на группу людей, говоривших на казахском языке, который принадлежит к тюркской группе. Обрадованный, что его знания могут быть полезны, он пытался претендовать на роль переводчика.

Следующая краткая посадка была в Москве, где генерал Пети в советской папахе приветствовал прибытие французских пилотов. И затем группа прибыла в Иваново. Началась главная часть легенды, жизни и истории «Нормандии-Неман».

Визы Марселя Лефевра на въезд в СССР и на выезд из Ирана. (Фото мемориала Нормандия-Неман)

Смертный приговор Марселя Лефевра. (Фото мемориала Нормандия-Неман)

«Французская республика. Военный трибунал,

ПРИГОВОР

именем французского народа… 6 ноября 1941 г. объявляет сержанта ЛЕФЕВР Марселя из эскадрильи 1/3 базы ВВС в Оране, в его отсутствие заочно ВИНОВНЫМ:

1. ИЗМЕНА

2. Дезертирство за границу с отягчающими обстоятельствами и участие в заговоре.

…ввиду вышесказанного Трибунал приговаривает: к СМЕРТНОЙ казни… лишению воинского звания и конфискации всего имущества как нынешнего, так и будущего, в соответствии со статьями…

также трибунал приговаривает означенного Марселя Лефевра вместе с двумя другими его сообщниками к оплате судебных издержек, как этого процесса, так и будущих…»

Первый состав «Нормандии»

Первый состав группы «Нормандия» прибыл в Иваново на трех самолетах 29 и 30 ноября 1942 г.

4 декабря приказом командующего ВВС генерала армии Новикова группа «Нормандия» была включена в состав советской авиации в качестве эскадрильи. И поставлена на довольствие в соответствии с нормами, установленными в РККА. Пунктом 3 данного приказа эскадрилья «Нормандия» вооружалась самолетами Як-1[37]. Персонал получил форму и зимнюю одежду.

Группа состоит из 14 боевых пилотов, 2 пилотов связи, 1 переводчика, 1 врача и 25 техников и 15 бортстрелков. Пятнадцатый пилот младший лейтенант Геган, который должен был отправиться с группой из Англии, не прибыл к отправке судна и к группе в Раяке не присоединился. Возможно, передумал. Большая часть технического состава появилась позднее в декабре 1942 и январе 1943 г. Как минимум семеро в этом составе были эмигранты из России во втором поколении. Это им, пионерам «Нормандии», уделяется основное внимание в книгах, фильмах и рассказах о легендарном полке. Слава бежавших из оккупированной Франции к де Голлю, чтобы сражаться за Родину, накладывается на последующие пополнения, большая часть которых спокойно ожидала, чем все кончится в Алжире. Из них, из 14 боевых пилотов, только трое вернутся с войны и еще один из плена. И трое из 4 Героев Советского Союза тоже в их группе:

Жозеф Пуликен, административный командир группы, майор, 1897 года рождения[38].

Жан Тюлян, тактический командир группы, майор, 1912 года рождения.

Альбер Литольф, заместитель командира группы, капитан, 1911 года рождения.

Лейтенант[39] Дидье Беген, родился в 1918 г. в Париже. В 1940 г. проходил обучение на летчика. После оккупации франции с пятью сослуживцами бежал на транспортном самолете в Англию. После курса обучения служил в RAF. Осуществил 207 боевых вылетов, из них 67 ночных. Один из первых добровольцев для перевода в СССР. Позднее капитан, командир эскадрильи «Гавр». Кавалер ордена Красного Знамени и Отечественной войны. В феврале 1944 г. после психологического срыва будет отправлен в Англию, где после курса реабилитации в июне вновь вернется в RAF. С октября 1944 г. командир эскадрильи «Страсбург» в авиагруппе «Эльзас», погиб в ноябре 1944 г. в Голландии.

Лейтенант Раймон Дервилль, родился в 1914 г. в Рубэ. Пилот гражданской авиации. Во время службы в армии в 1935 г. получил свидетельство военного летчика. В 1940 г. был мобилизован в качестве офицера резерва. После капитуляции бежал в Англию на польском транспортном судне. Окончил летные курсы в Англии, переведен на Ближний Восток в состав авиагруппы № 1 «Эльзас», где участвовал в боевых действиях в Ливии. В мае 1942 г., после объявления набора летчиков для группы № 3, записался добровольцем. 13 апреля 1943 г. сбил один самолет противника, но сам был подбит и приземлился на территории противника, где был расстрелян как французский летчик.

Лейтенант Андрей Познанский, самый младший пилот «Нормандии»[40], родился в 1921 г. в Австрии.

Корсиканец лейтенант Альбер Прециози, 27 лет[41].

Аспирант Ив Бизьен, родился в 1920 г. в Дьеппе. Перед войной закончил аэроклуб. После начала войны зачислен курсантом в летную школу в Ванн. После капитуляции командир учебной группы старший сержант Басти вывез всю свою группу, 20 человек, на рыбачьем судне в Англию. Поступил в RAF под именем Джеймс Велкер. Закончил обучение в мае 1941 г. и был задействован как пилот-инструктор. Среди первых записался на русский фронт. 13 апреля 1943 г. был среди трех первых сбитых летчиков «Нормандии». Его самолет загорелся и упал. Дальнейшая судьба неизвестна. Позднее другому французскому летчику Иву Маэ в плену предъявляли его документы и говорили, что он жив, но тяжело ранен и находится в госпитале. Но никто никогда больше его не видел. Не исключено, что был расстрелян. В сентябре 1943 г. его родители и два брата были арестованы во Франции и депортированы в лагерь Дора, а затем в Бухенвальд как родственники пилота «Нормандии». Только один из братьев вернулся после войны.

Аспирант Ноэль Кастелен, 1917 года рождения. Обучался в летной школе в Аворде. На норвежском судне школа была эвакуирована в Марокко, откуда он на польском транспорте «Анадырь» уехал в Англию. Один из первых был зачислен в RAF. Участвовал в операции в Дакаре. Затем в Камеруне и Египте. В группе «Эльзас» с момента ее образования. Участвовал в военных действиях в Греции, откуда был переведен в Ливию и Египет. В составе «Нормандии» сбил шесть немецких самолетов. Награжден орденом Отечественной войны. Пропал без вести 16 июля 1943 г. под Орлом.

Аспирант Альбер Дюран, 1918 года рождения. Закончил аэроклуб в Провансе. В 1938 г. призван в истребительную авиацию. В 1940 г. сбил четыре самолета противника.

После перемирия переведен в Алжир. В октябре 1941 г. с двумя друзьями, будущими пилотами «Нормандии» Героями Советского Союза Марселем Альбером и Марселем Лефевром, бежал в Гибралтар. При приземлении сел на испанской территории, но сумел взлететь. Позже их прозвали «три мушкетера». После тренировок в Англии включен в состав группы «Иль-де-Франс». С первого дня среди добровольцев для отправки в Россию. В СССР сбил пять немецких самолетов сам и два в группе. Орден Отечественной войны. В сентябре 1943 г. пропал без вести под Ельней.

Аспирант Ролан Польз д'Ивуа де Ля Пуап, 1920 года рождения. Ныне здравствующий полковник запаса ВВС Франции, Герой Советского Союза[42].

Аспирант Марсель Лефевр, 1918 года рождения, Герой Советского Союза посмертно.

Аспирант Ив Маэ, 1919 года рождения. Был сбит, провел в плену 2 года. После войны командир авиаполка «Нормандия-Неман».

Аспирант Жозеф Риссо, 1920 года рождения. После войны генерал авиации.

Лейтенант Жан де Панж, пилот связи, 1917 года рождения.

Младший лейтенант Георгий Лебединский, врач и переводчик группы, родился в 1912 году в Киеве.

Аспирант Михаил Шик, пилот связи, переводчик группы, родился в 1918 г. в Москве.

Аспирант Александр Стахович, радист-переводчик, родился в 1914 г. в Петербурге.

Лейтенант Алекс Мишель и аспирант Луи Дюпра командовали группой из 40 французских механиков, среди которых предположительно было около трех русских.

Эскадрилья была включена в состав 6-й запасной авиабригады под командованием полковника Шумова.

Пилоты эскадрильи «Нормандия» в Иваново, в советской военной форме. Слева направо: стоят: Марсель Лефевр, Раймон Дервилль, Альбер Прециози, Жан Тюлян, Альбер Мирлес, Альбер Литольф, Андрей Познанский, Ноэль Кастелен. сидят: Марсель Альбер, Александр Стахович. (Фото мемориала Нормандия-Неман)

Подготовка к боям

Пилоты приступили к тренировкам на спаренном учебном самолете Як-7, на котором обучались пилотированию, и на биплане Ут-2 для обучения ориентации. Кроме того, им было предоставлено три Як-1.

Советское командование предложило план тренировок, который майор Тюлян переделал по-своему. По его предложению, все пилоты совершили по пробному самостоятельному полету с инструктором на двухместном Як-7, по результатам которого они были разделены на пять групп по 3 человека — один более подготовленный и два менее. Это позволило лучше организовать подготовку и полностью избежать проблем с языковым барьером.

Механики приступили к изучению матчасти. К их радости, на самолетах Як-1 стоял двигатель Климова M105, представлявший собой модернизированный мотор Испано-Сюиза 12Y, который до войны производился в СССР по французской лицензии и был им знаком. Бортстрелкам пришлось осваивать профессию оружейников. Переводчики готовили техническую документацию на французском языке. Кроме того, Александр Стахович давал уроки русского пилотам и механикам. Впоследствии некоторые из французов овладели языком довольно сносно. По воспоминаниям Марселя Альбера, Жана де Панжа и Альбера Анри, летчики первых групп могли объясняться по-русски без помощи переводчиков[43].

Инструктором был назначен капитан Павел Друзенков, свободно говоривший по-французски. Пилотам для прохождения обучения требовалось совершить 40 полетов с инструктором и 15 самостоятельно. Среди прочего капитан Друзенков обучил их языку летных жестов, что было особенно необходимо для иноязычных пилотов.

Капитан Мирлес первое время находился в «Нормандии» и «утрясал» различные вопросы: обустройство, обмундирование, оружие, питание, жилье, порядок тренировок, сроки выхода на фронт.

Французам был предоставлен офицер связи, который осуществлял контакт между пилотами и советским командованием. Первый офицер — капитан Бондарев — плохо владел французским языком и был вынужден вести общение через Михаила Шика, с которым у него сложились натянутые отношения еще после инцидента с получением виз в Тегеране. Кроме того, он сразу вызвал неприязнь и манерами поведения, и выражением лица, расцененным пилотами как «злобное». Кроме Шика, он также общался через доктора Лебединского, который имел неосторожность «похвалиться», что брат его матери служил у Деникина. В результате настороженность со стороны советского капитана возросла. Посчитав, что он приставлен от НКВД, французы по инициативе все того же Михаила Шика, испытывавшего острый дискомфорт от необходимости общаться с Бондаревым, обратились в военную миссию в Москве.

Мирлес обратился к Левандовичу, и французам прислали нового «связного» — лейтенанта Кунина, обаятельного молодого человека, владевшего французским, который сразу стал другом эскадрильи. Хотя, если НКВД кого-то и приставляло, это должен был быть человек как раз подобных качеств. Не будем осуждать Михаила Шика, чей отец натерпелся в ЧК, а сам он вырос в эмиграции, наслушавшись о коварстве советских спецслужб. Он приехал сражаться вместе с Красной Армией, когда исход войны еще был не очевиден.

Важным вопросом стал самолет. В легендах о «Нормандии-Неман» отмечается, в том числе самими летчиками, что выбор самолета осуществлялся майором Тюляном из представленных американских, английских и советских машин. Как было отмечено выше, изначально проект посылки французских летчиков содержал просьбу оснащения части советскими самолетами. Выбор самолета Як-1 зафиксирован в протоколе встречи французской военной миссии в лице генерала Пети и капитана Мирлеса с командованием ВВС Красной Армии в лице генерал-лейтенанта Фалалеева и полковника Левандовича и закреплен приказом командующего авиацией Красной Армии генерала Новикова от 4 декабря 1942 г.

Действительно, при первом ознакомлении французских летчиков с Як-1 на аэродроме в Иваново майору Тюляну предложили подняться в воздух на Яке и сравнить его с английскими Харрикейном и американской Аэрокоброй. После полета Тюлян рассыпался в восторгах по качеству самолета, и выбор был закреплен окончательно. Несмотря на то, что во времена холодной войны французов часто упрекали в выборе советского самолета, они никогда не раскаивались.

Вот что написал по поводу Як-1 Ролан де ля Пуап: «Более легкий, чем „Спитфайр“, Як сразу показался более быстрым и легким в управлении. Он быстро взлетает и очень маневренный. Побывав в боях в Англии, я знаю, насколько важны эти два качества, которые в бою становятся определяющими. Взлететь как стрела, чтобы скрыться за солнцем, и вылететь как можно быстрее, чтобы зайти в хвост противнику: в жестокой дуэли против опытного врага это важное преимущество… он был идеально приспособлен к снегу, дорожной грязи и безграничным русским полям. Сделанного из дерева, материи и дюраля, его было легко ремонтировать. Его колеса… позволяли садиться на самые неважные аэродромы. Ничего заумного в кабине, в отличие от „Харрикейна“ или „Спитфайра“. Только самые необходимые инструменты… и видимость! Лучший обзор, который я когда-либо видел у истребителей…»[44]

Возможно, что, если бы французы попросили английские самолеты, на которых им уже приходилось летать, они бы их получили. Но пилоты изначально настроились на советский самолет, и Як-1 в то время превосходил по качеству уже морально устаревшие английские и американские самолеты, поставлявшиеся в СССР. Хотя французский историк Энренгард в своем труде, первом труде, где, кроме легенд, приведена попытка анализа истории авиаполка на основе архивных документов, считает, что этот выбор был политическим, чтобы сделать «приятное русским»[45].

Англичане также изначально рассчитывали, что пилоты, прошедшие выучку в RAF, предпочтут английские самолеты, тем более что де Голль был во всем зависимым от Лондона.

Присутствовавшие во время первого полета на Як-1 американские представители доложили, что французская эскадрилья будет летать на советских истребителях. Капитан Мирлес был фактически вызван в посольство США, где перед американским и британским военными атташе его попросили объяснить выбор самолета французами. Американцы считали, что это наносит ущерб их поставкам по ленд-лизу и планируемым поставкам американских истребителей в Алжир. Французу русского происхождения Мирлесу пришлось объяснять, что Яки более современные самолеты, тогда как английские Харрикейны уже уступают немецкой авиатехнике и не адаптированы к российским условиям. А с американской техникой французы не знакомы, так же как и русские, и ее изучение потребует лишней траты времени.

Закончить разговоры о выборе самолета можно цитатой из отчета генерала армии Рене Буска, в июне 1943 г. принявшего командование над объединенной французской союзной авиацией:

«В июне 1943 г. военно-воздушные силы „Свободной Франции“ составляли:

— в Великобритании — две группы истребителей и две группы бомбардировщиков. Оснащены английской техникой, сравнительно современной.

— в Африке и Леванте несколько легких пограничных частей и полиции, вооруженных устаревшей британской авиатехникой.

— в Северной Африке, 25 групп, переведенных из Франции после перемирия 22 июня 1940 г., вооруженных старыми самолетами, снятыми с производства.

— в России, группа „Нормандия“, вооружена современной русской техникой»[46].

* * *

Конец 1942 г. Немецкая армия стоит у стен Ленинграда и Сталинграда. Нацелена на Москву. Оккупировала всю францию. Идут бои в Тунисе, где Германия отчаянно пытается закрепиться в Африке. Алжиром, вставшим на сторону союзников, управляет вишист № 2 Дарлан. Дальнейшая судьба движения де Голля в тумане.

— Не знаю, чем все это кончится, — сказал однажды Марсель Лефевр, — но никто никогда не сможет нас упрекнуть, что мы спешили встать на сторону победителей.

* * *

К удаче де Голля, адмирал Дарлан 24 декабря 1942 г. был убит в Алжире двадцатилетним фанатиком-монархистом. Да, в то время еще не было известно, чем станет Франция после войны, республиканско-демократические тенденции боролись с монархическими. Главой Алжирской Франции стал генерал Жиро, тут же расстрелявший юного фанатика. Следующими на очереди стали главные действующие лица переворота, приведшего к американской оккупации Северной Африки, что не прибавило популярности Жиро, которая и так была невысока. Генерал Бержере, министр военно-воздушного флота Виши, тот самый, который подписал капитуляцию в 1940 г., стал его заместителем. Через Жиро, проводившего провишистскую политику на оккупированных США французских территориях, американцы продолжали вести контакты с режимом Виши, одновременно начав переформирование и перевооружение французской армии в Африке, подготавливая ее к открытию второго фронта. Главной идеей союзников в этом вопросе в то время было подготовить и высадить во Франции французскую армию из Алжира.

1943 год начался для союзников благополучно. Великобритания возобновила проводку северных конвоев, пользуясь тем, что Германия перебросила самолеты из Норвегии в Африку. Англо-американские войска вели бои против германо-итальянских частей в Тунисе. СССР заканчивал ликвидацию окруженной армии Паулюса в Сталинграде.

В Касабланке состоялась конференция, на которой под давлением союзников де Голль и Жиро заключили союз и объявили о создании объединенного комитета. Генералы с такой ненавистью отнеслись друг к другу, что их рукопожатие фотографам удалось снять только с пятого раза, так быстро они отталкивали руку друг друга. Жиро был недоволен, что союзники признают его слабые организаторские способности. Де Голля возмущало, что его ставят на одну доску с вишистом. Тем не менее это было лучшее решение — объединение «Сражающейся Франции» и Африканской Франции. Однако оно создало крупные административно-бюрократические трудности, не считая политических. Прежде всего было объединено командование вооруженных формирований. Авиационное было подчинено командованию, расположенному в Алжире. Тому самому, от которого пилоты «Нормандии» бежали в Гибралтар и Лондон. То, что приговаривало их к лишению гражданства и смертной казни за дезертирство.

* * *

Пилоты «Нормандии» были далеки от этой бюрократии. В Иваново они продолжали тренировки и готовились к боям. Первый самый трудный месяц в СССР — декабрь 1942 г. — они преодолели. Новый год был встречен дружной пьянкой с участием французского пресс-атташе Шампенуа и корреспондента «Красной Звезды» Ильи Эренбурга. Впервые французы понесли «потери» от традиционного русского напитка — капитан Литольф, не имеющий пристрастия к выпивке, неожиданно напился и уснул за столом и под дружные голоса был вынесен доктором Лебединским. Ролан де ля Пуап писал: «Здесь в эту зиму 1942–1943 гг. началось зарождение духа „Нормандии“. В этот первый Новый год в России мы почувствовали вкус того невероятного братства с советскими воинами, который объединял нас до конца войны»[47].

Командованием 6-й запасной авиабригады в «Нормандию» были включены 17 советских механиков. Таким образом, общее количество технического персонала достигло 57 человек, т. е. примерно по 4 человека на истребитель. Началось привыкание к новым условиям жизни — снег, мороз и питание. В соответствии с нормами снабжения авиации Красной Армии суточное довольствие было определено согласно приложению № 7 к приказу ГКО № 312 от 22 сентября 1941 г. для боевых расчетов экипажей самолетов, находящихся на казарменном положении. Но как писал все тот же Кристиан-Жан Энренгард: «…французы не были бы французами, если бы не стали жаловаться на питание»[48]. На которое они, кстати, жаловались и в Англии.

Во французской армии нормы отличались в соответствии с воинским званием и были одинаковыми в тылу и на фронте. В СССР тыловые части кормили иначе, чем фронтовые, что вызвало удивление французов, которым наполнены все мемуары. Михаил Шик писал, как однажды они наблюдали, как за соседним столиком питались военврач тылового госпиталя и рядовой фронтовой части, которого кормили лучше, чем офицера. Французским офицерам, выросшим в условиях классового общества, это было в диковинку.

Несмотря на то, что нормы снабжения продовольствием в воюющем СССР были почти ВДВОЕ ВЫШЕ, чем в оккупированной Франции[49] и на Ближнем Востоке, где о тяжелом положении со снабжением продовольствием Черчилль лично писал Сталину[50]. Французы плохо приняли каши, которыми их кормили, и многие так и не смогли к ним привыкнуть.

Французы даже пожаловались в военную миссию по поводу гречневой каши, которую они не желали принимать и называли «птичьим кормом». Что, кстати, странно. Гречневая каша известна во Франции и прекрасно употребляется в Бретони, а в «Нормандии» были бретонцы. Неудовольствие французов даже дошло до Калинина. По словам Мирлеса, у которого в Москве проживала тетя, которая была дружна с Калининым, всесоюзный староста на это ответил словами Наполеона: «Солдаты всегда бурчат, но идут». Положение конца 1942 — начала 1943 г. отнюдь не располагало к разносолам. По воспоминаниям Георгия Лебединского, французов, как и нефранцузов, кормили в обед борщом или супом, а утром и вечером жидкой кашей с кружком колбасы или котлетой. Иногда давали американские консервы, которые бывали протухшими и он запрещал их принимать в пищу[51].

Французские механики также были приняты на довольствие как офицеры[52]. Но обмундированием снабжались как солдаты. В частности, их неудовольствие вызвало то, что летчикам полагались унты, а им, работающим на морозе, нет. Мороз был главной проблемой для всех, а для механиков особенно. Многие были мобилизованы на Ближнем Востоке, где прожили всю жизнь и вообще не знали, что такое холод. Теперь каждый день им приходилось разбирать и собирать авиационные моторы на морозе. Как и пилоты, которые проводили весь день на улице, так как майор Тюлян требовал присутствия всех на взлетной полосе во время тренировок.

* * *

В середине января капитан Мирлес убыл в Лондон для отчета о состоянии дел с организацией «Нормандии». Де Голль одобрил состояние дел: выбор самолета, самостоятельность «Нормандии», форму одежды и подчиненность французской военной миссии. Кроме того, необходимо было решить ряд вопросов — функционирование в новых условиях, снабжение военной формой, которое было оставлено на распорядительность миссии в Москве, конфликт между военной и дипломатическими миссиями «Сражающейся Франции», формирование второй эскадрильи, второго истребительного полка и перевод в СССР бомбардировочной группы «Бретонь».

Мирлес попросил отозвать командира «Нормандии» Пуликена, возраст которого не позволял выполнять полеты и полноценно командовать эскадрильей. Наличие двух командиров, при котором административный, Пуликен, не мог летать и водить часть в бой, а тактический, выводящий летчиков в бой, является подчиненным первому, вызвали недопонимание как советского командования, так и самих французов. Пожилой летчик-бомбардировщик, прибывший как действующий летчик, но не планирующий участие в боях, кроме того, демонстрирующий неприятие советской идеологии и часто хвалившийся своим участием в интервенции, вызвал серьезные подозрения у советского руководства. Вдобавок Пуликен и сам испытывал психологические трудности, не найдя контакт с остальной, более молодой, частью «Нормандии».

Предлог для решения вопроса возник сам собой. Во время тренировочного полета у майора Жозефа Пуликена произошло смещение позвонка в результате ранения, полученного в Первую мировую войну. Он был доставлен в госпиталь в Москве. В результате все командование перешло к майору Жану Тюляну и его заместителю Альберу Литольфу. Пуликену после выхода из госпиталя было объявлено, что его административная задача выполнена, эскадрилья стала на ноги. Он был сначала оставлен в распоряжении миссии. А в марте 1943 г. отправлен в Лондон, где был назначен командиром группы «Лотарингия».

С пополнением, однако, вопрос был в полном тумане. Уже раньше англичане отрицательно смотрели на отзыв персонала из RAF, а со сменой власти в Африке стал проблематичным и набор на Ближнем Востоке, как в связи с тем, что летные части там больше не были в подчинении де Голля, так и в связи с начавшимся наступлением немцев в Тунисе. Было решено направлять пилотов, пробиравшихся в Лондон поодиночке, не в Раяк, а напрямую в Москву, в распоряжение военной миссии. С техниками же, которых требовалось намного больше, чем пилотов, определенности было еще меньше. Мирлесу было необходимо согласовать вопрос о предоставлении советского технического персонала, а также о создании французской авиадивизии. Де Голль с Валеном, невзирая на нехватку офицеров, намеревались развернуть «Нормандию» в дивизию. Для чего предполагалось сформировать второй истребительный полк «Париж» и вывести группу бомбардировщиков «Бретонь», которая осенью 1942 г. была выведена в Сирию и находилась вне боев, в Советский Союз.

* * *

Кризис во взаимоотношениях военной и гражданской миссий тем временем стал перехлестывать через край, наложившись на общий кризис Комитета де Голля. После решения о создании объединенного комитета освобождения с Африканской Францией и по причинам расхождения по ближневосточным вопросам де Голль сменил комиссара по иностранным делам, просоветски настроенного Мориса Дежана[53] на проанглийского Рене Массигли, который был послом Франции в Турции. Он перешел на сторону де Голля в конце 1942 г. после операций союзников в Сирии и Алжире[54]. В дипломатических кругах ходили слухи, что де Голль предполагал поменять Дежана и Роже Гарро местами.

Генерал Пети письменно отказался подчиняться Гарро, напомнив, что военная миссия задумывалась как автономная структура, хотя и не отказывался информировать о своей деятельности. Более того, он фактически сорвал намерение Гарро посетить расположение «Нормандии» в конце февраля. Ни тот ни другой не смогли двинуться дальше Москвы в отсутствие Мирлеса, которого де Голль решил оставить в Лондоне, посчитав, что его миссия выполнена — французская летная часть в СССР создана и функционирует.

Пилоты тем временем стали роптать, что их долго держат в тылу и используют только для пропаганды. Летчики часто выступали по франкоязычному «Радио Москвы», и к ним постоянно наведывались различные корреспонденты, в том числе иностранные.

Первоначально отправка «Нормандии» на фронт была запланирована на 23 января 1943 г. Однако была задержана на три недели из-за непогоды и снежных заносов. В это время Мирлес уехал в Лондон, а из-за трений внутри французских миссий советское командование отказалось вводить «Нормандию» в бой в его отсутствие. Генерал Пети отправил три отчаянных депеши в Лондон, умоляя скорее прислать Мирлеса обратно.

* * *

Мирлес вернулся временно произведенным в майоры[55]. И был назначен военным атташе дипломатического представителя «Сражающейся Франции» в СССР и одновременно специальным представителем де Голля перед командованием ВВС СССР. Фактически ему предназначалось примирить две стороны, хотя Пети воспринял это как немилость. Надо отметить, что в связи с высадкой союзников в Африке и созданием в Алжире еще одного центра, претендующего на роль французского правительства, все с тревогой ожидали, чем закончится период двоевластия де Голля и Жиро.

Советское командование отказалось до выхода «Нормандии» в бой и прибытия второй группы пилотов присвоить ей статус полка. Налаживание взаимоотношений де Голля и Жиро, выразившееся в обмене представителями, причем со стороны де Голля был направлен из Бейрута генерал армии Катру, убедило союзников в скором достижении согласия. Хотя и окончательно стало ясно, что вторая группа пилотов не прибудет в срок и дальнейший набор технического состава на Ближнем Востоке невозможен. Однако без Мирлеса все застопорилось, и только после его возвращения из Лондона эскадрилья стала готовиться к отправке на фронт.

* * *

В конце февраля летчикам устроили трехдневную экскурсию в Москву. Они отметили, что город незначительно пострадал от бомбежек благодаря эффективной противовоздушной обороне. Пилоты посетили Большой театр, Кремль, Красную площадь и собор Василия Блаженного. А также Парк культуры, в котором были выставлены образцы немецкой техники, захваченной Красной Армией. Здесь французские пилоты впервые увидели Фокке-Вульф 190, с которым им вскоре предстояло сражаться на фронте. А также встретили французские танки «Сомуа», использовавшиеся Вермахтом под Москвой.

В марте все члены группы, ранее задержанные в Тегеране, прибыли на место службы. Группа получила 14 боевых самолетов Як-1. Их носы были раскрашены в цвета национального флага Франции, и у кабины пилота была нарисована круглая трехцветная эмблема. Некоторые пилоты рисовали собственные символы-талисманы. Марсель Лефевр изобразил профиль легендарного персонажа выпивохи Папаши Маглуара, якобы бывшего секретарем Робеспьера и прославившегося различными комическими историями. Ролан де ля Пуап и Альбер Дюран на воздухозаборнике нарисовали акулью пасть, которую они переняли у американской эскадрильи «Летающие Тигры». У Леона Куффо позднее появился утенок Дональд из мультфильма. Луи Керне нарисовал бретонского пастушка в национальном костюме.

За неделю до отправки на фронт прибыл связной самолет У-2, на котором летали Жан де Панж и Михаил Шик.

19 марта в распоряжение «Нормандии» прибыли генерал Пети, полковник Шумов, майор Пуликен, майор Мирлес, полковник Левандович и Илья Эренбург. 20 марта впервые в расположении «Нормандии» был поднят французский государственный флаг с эмблемой «Сражающейся Франции» — лотарингским крестом посредине. Летчики сдали своеобразный экзамен, по итогам которого подготовка двух пилотов — Марселя Альбера и Раймона Дервилля — была оценена на «отлично», четверых — Ролана де ля Пуапа, Марселя Лефевра, Ива Маэ и Дидье Бегена — на «хорошо» и остальных — на «удовлетворительно». Было признано, что эскадрилья готова к отправке на фронт. После длительного застолья и катания генерала Пети на самолете над Иваново эскадрилья получила приказ к отправке.

22 марта часть перелетела на аэродром базирования Муковнино у города Полотняный Завод. Эскадрилья «Нормандия» была включена в оперативное подчинение 204-й бомбардировочной дивизии под командованием полковника Андреева, который вместе с командующим 1-й воздушной армией генерал-лейтенантом Худяковым лично встречали французов.

* * *

Местность совсем недавно была освобождена Красной Армией. Аэродром располагался возле наполовину сожженной деревни, и летчики поселились в уцелевших избах.

Германское командование отреагировало на появление французской авиачасти на советском фронте приказом маршала Кейтеля, которым попавшие в плен французы расценивались как партизаны и подлежали расстрелу на месте. Еще ранее Виши приняло аналогичный приказ против французов, вступивших добровольцами в ряды антигитлеровской коалиции. Они подлежали расстрелу, имущество конфискации, а семья аресту.

После двух дней тренировочных полетов эскадрилья приступила к сопровождению бомбардировщиков Пе-2 261-го авиаполка под командованием майора Дымченко, с которым располагалась на одном аэродроме, на Смоленск, Ельню и Витебск. Первый вылет состоял в прикрытии бомбардировщиков, бомбивших железнодорожный мост на дороге Смоленск — Спас-Деменск.

* * *

В Москве тем временем генерал Пети с майором Пуликеном отбыли к де Голлю для решения вопросов, связанных с расширением французского военного присутствия в СССР.

Майор Пьер Пуяд, прибывший в Лондон, проделав кругосветное путешествие из Индокитая, приступил к формированию второй группы пилотов «Нормандии».

В Лондоне в беседе с послом СССР Александром Богомоловым Шарль де Голль признал, что западная граница Советского Союза должна идти по линии Керзона[56]. СССР сделал крупный шаг по укреплению позиций де Голля и фактически признал аннексированные Германией провинции Эльзас и Лотарингию французскими. Для закрепления этой крупной победы и придания ей необходимого пропагандистского эффекта дипломатическая миссия в лице Раймона Шмитлейна стала прорабатывать с советскими властями вопрос о создании французских частей из числа пленных эльзас-лотарингцев. Эта мысль пришла на смену идеи оправки частей с Ближнего Востока.

Первоначально советское руководство ответило отказом. Французские военнопленные вначале были представлены добровольцами антибольшевистского легиона, большинство из которых в плен попало не по своему желанию. И их количества было недостаточно. Но после того как Северная Африка попала под контроль союзников, в руках французской администрации оказались освобожденные советские пленные. В Африку была направлена советская военная миссия по репатриации под началом секретаря советского посольства при Союзных государствах в Лондоне Ивана Авалова. Во время боевых действий в Тунисе союзники освободили несколько сот советских пленных, использовавшихся фашистами на тяжелых работах. Одновременно в Алжире правительством Виши содержалось несколько сот советских военнопленных, бежавших из плена в Германии, Бельгии и Северной Франции в Южную Францию, где они были задержаны полицией. Кроме того, в Италии в руки союзников стали попадать как советские пленные, так и сформированные из них легионы. Был предложен обмен. Французы в качестве жеста доброй воли позволили советской миссии вывезти всех советских пленных из Африки.

Мирлес привез из Лондона проект формирования пехотной бригады из жителей Эльзаса и Лотарингии. В случае признания Эльзаса и Лотарингии французскими жители этих двух провинций автоматически признавались жителями Франции, насильно мобилизованными Германией. Любопытно, что это было точное копирование немецкого шага 1940 г., когда после победы над Францией и возвращения этих провинций, которыми Германия владела до Первой мировой войны, жители Эльзаса и Лотарингии были признаны немецкими властями насильно мобилизованными Францией и отпущены из плена безоговорочно.

Вездесущий майор Мирлес добился встречи с Лаврентием Берией. Он так описывал эту встречу: «Берия меня принял в огромном кабинете, разместившись в дальнем углу, и мне пришлось пересечь весь кабинет. Он создавал впечатление паука, расположившегося в центре своей паутины. Он сразу же сказал по поводу эльзас-лотарингцев, что может считать таковыми только тех, кто сами перебежали или сдались Красной Армии. Те же, кого захватили силой и с оружием в руках, должны считаться немецкими пленными. Я на это возразил — наоборот, с их стороны это демонстрация воли к победе над немцами, раз они оказались в руках Красной Армии с оружием, которого, таким образом, они лишили немцев. Берия рассмеялся и сказал, что раз так, то дело решено»[57].

Берия отдал приказ на сбор эльзасцев и лотарингцев, который начался в октябре 1943 г. в специальном лагере номер 188 под Тамбовом. По просьбе французских представителей, у пленных французов немецкая форма была заменена на советскую для отличия их от немецких пленных.

Теперь лагерь французских военнопленных в СССР является объектом политических спекуляций. Содержавшиеся там пленные Вермахта, признанные СССР гражданами союзной Франции и освобожденные от работ и наказаний, выдвигают претензии, что их содержали в лагере, а не на курорте. Во Франции существует ассоциация «узников Тамбова» и воздвигнуто несколько памятников «замученным в Тамбове». В самом лагере воздвигнут монумент «тысячам замученных эльзасцев и лотарингцев». У некоторых очень короткая память! Строительство памятника было оплачено Германией в счет средств по уходу за немецкими воинскими захоронениями во Франции. Утверждается, что в лагере замучены от 14 до 80 тысяч французов, тогда как по официальным данным максимальная численность заключенных этого лагеря составляла около 9 тысяч. Они были освобождены от всех работ, кроме работ по поддержанию и обеспечению функционирования самого лагеря[58].

Проектом предусматривалось создание бригады «Сражающейся Франции» под названием «Эльзас-Лотарингия». Раймон Шмитлейн выразил желание возглавить эту часть. С отзывом Мирлеса и Шмитлейна из СССР этот проект не был завершен. А в мае 1944 г. по просьбе Временного Правительства Франции не менее 1700 французских военнопленных были отправлены советскими властями в Северную Африку, где они были включены в состав 1-й французской армии под командованием генерала де Латра де Тасиньи. Большинство пленных, среди которых были и идейные сторонники нацизма, предпочли остаться в России. В июле 1944 г. во время знаменитого марша немецких военнопленных по Москве колонну замыкали французы.

Начало 1943 г.

Первые бои

Придание «Нормандии» бомбардировочной авиацией вызвало осложнение, так как при заключении соглашения о создании французской части оговаривалось, что французы не будут заниматься сопровождением. Пилотам «Нормандии» разъяснили, что главной задачей истребительной авиации на настоящий момент является сопровождение бомбардировщиков. При этом на них возлагается задача по обороне аэродрома в случае налета, и не исключается возможность для вылетов на «свободную охоту», решение о которых оставлено на командира «Нормандии» майора Тюляна в зависимости от обстановки.

Пилоты и техники после прибытия на передовую линию стали получать фронтовой паек, больший по сравнению с тыловым, что, впрочем, не умерило роптания, поскольку каша из рациона не исчезла. Из Киргизской Республики им прислали несколько ящиков мороженых куропаток, которые они сначала приняли с восторгом, но затем, приевшись, вновь стали стенать. Один из механиков, у которого открылась язва желудка, был госпитализирован в Москву.

Если пилоты квартировали в теплых избах, то механикам пришлось жить в землянках ближе к самолетам, которые им приходилось прогревать к приезду летчиков. Жан Тюлян, как верный командир, также остался в землянке на аэродроме и каждый день вместе с механиками встречал пилотов. Апрель хотя и весенний месяц, но по ночам стояли морозы, а днем стала наступать новая беда — грязь.

* * *

4 апреля впервые была поднята в воздух по тревоге пара Дервилль — Дюран на поиски самолета разведчика.

5 апреля 1943 г. эскадрилья вступила в первый бой. Во время сопровождения самолета-разведчика на Ельню он был атакован парой фокке-вульфов, не заметивших истребителей сопровождения, которые шли намного выше. Дебют был удачным — два пилота эскадрильи Альбер Прециози и Альбер Дюран открыли счет сбитым самолетам противника. По возвращении на аэродром оба истребителя выполнили традиционный для победителя элемент «бочку» и были встречены с ликованием. Несмотря на то, что после боя самолеты покинули бомбардировщики, которые они сопровождали, командир 261-го авиаполка майор Дымченко лично приехал поздравить французов с первой победой. Генерал Худяков прислал телеграмму Тюляну. Также французы с удовольствием ознакомились с советским обычаем выдавать победителю по 100 граммов водки за сбитые самолеты противника.

Следующие несколько дней были насыщены. На сопровождение бомбардировщиков приходилось выходить по несколько раз в сутки. Несколько вылетов по тревоге закончились без стычек с врагом.

13 апреля 1943 г. майор Жан Тюлян решил вывести пилотов на «свободную охоту» над Спас-Деменском. Три пары истребителей вылетели во второй половине дня: Дюран — Познанский, Маэ — Бизьен и Тюлян — Дервилль. За линией фронта они были атакованы двенадцатью самолетами противника. Альбер Дюран и Ив Маэ сбили по одному самолету, но Ив Маэ потерял ведомого. Аспирант Ив Бизьен стал первой боевой потерей «Нормандии». Его самолет был подбит, загорелся и упал. Жан Тюлян отдал приказ отходить, кто как сможет. Это и была та самая «французская» тактика, критиковавшаяся даже самими французами в Раяке.

Через несколько минут был подбит самолет Андрея Познанского. Он был самым молодым в эскадрилье. Только 21 год. Начинал боевой путь ведомым у капитана Тюляна в группе «Эльзас» в Ливии. Он был одним из самых неопытных, но ему так хотелось открыть счет победам на родине предков, что Тюлян взял его в этот полет.

Самолеты вернулись поодиночке. Только ведомый Тюляна, Раймон Дервилль, возвращался в паре с Ивом Маэ. На подходе к линии фронта их атаковали три истребителя противника. Раймон Дервилль не успел уйти на вираж и был сбит.

Черный день «Нормандии». В первом же вылете на «свободную охоту» и всего лишь во втором бою эскадрилья потеряла трех из четырнадцати пилотов. Их судьба навсегда осталась неизвестной. Если самолет Ива Бизьена загорелся и упал, что позволяло предположить гибель пилота, то самолеты Раймона Дервилля и Андрея Познанского, хотя и были подбиты, но могли сесть на землю. По имеющимся данным, утверждается почти наверняка, что Раймон Дервилль был расстрелян фашистами. Скорее всего, та же судьба постигла Андрея Познанского. Хотя позднее Иву Маэ, попавшему в плен, фашисты предъявляли документы всех трех пилотов и утверждали, что они живы. Но они не вернулись. И никто больше их никогда не видел. Через полгода семья Ива Бизьена была арестована и депортирована вишистами за его службу в СССР. Только один из братьев был освобожден советской армией в лагере Равенсбрюк и вернулся после войны. Отец Раймона Дервилля был арестован, но затем отпущен после допроса, на котором он заявил, что потерял связь с сыном еще до войны. Судьба семьи Андрея Познанского не известна, по-видимому, они тоже не пережили войну.

Советским командованием было засчитано два сбитых самолета Альбера Дюрана и Ива Маэ, и один самолет авансом был засчитан в качестве групповой победы трем погибшим пилотам, тем самым число побед «Нормандии» достигло 5 самолетов противника.

Потеря трех пилотов за один день вызвала сильное беспокойство как советского командования, так и французской военной миссии. Майор Мирлес с полковником Лeвандовичем выехали на фронт для изучения и решения вопроса на месте с командующим 1-й Воздушной армией генералом Худяковым.

«Нормандия» как символ стоила намного больше, чем как боевая единица, и обе стороны не были заинтересованы в потере этого символа. На заседании Военного совета 1-й Воздушной армии было решено передать «Нормандию» из подчинения 204-й бомбардировочной дивизии в оперативное подчинение 303-й гвардейской авиадивизии под командованием генерал-майора Захарова. Для освоения необходимых навыков ведения воздушного боя и перенимания опыта советских истребителей.

Уже 16 апреля группа была переведена с аэродрома Полотняный Завод на аэродром в Мосальск-Василевское, где располагалась недавно созданная дивизия, в которой французы уже останутся до конца войны.

В состав дивизии входили 18-й гвардейский истребительный авиаполк, 20-й, впоследствии 139-й гвардейский истребительный авиаполк, 523-й истребительный авиаполк и 168-й истребительный авиаполк. Чуть позже в состав дивизии вошла эскадрилья «Латышский стрелок» на самолетах, построенных на деньги, собранные латышами, проживавшими в СССР. На фюзеляже ее самолетов были нанесены белые молнии. Впоследствии эти стрелы стали символом 303-й авиадивизии и навсегда — символом «Нормандии-Неман».

Все авиаполки, включенные в дивизию, к тому времени уже покрыли себя славой. «Нормандия» была подключена к 18-му авиаполку под командованием полковника Голубова. Генерал Худяков, по воспоминаниям генерала Захарова, изначально планировал включить французов в состав 303-й дивизии, которая сама только что была сформирована и оказалась не готова к их приему в марте[59]. Теперь же не было выбора. 18-му полку, по сути, поручили опеку над неопытными иностранцами.

17 апреля «Нормандия» вылетела на первое задание в составе дивизии вместе с самолетами 18-го гвардейского авиаполка, которыми командовал Семен Сибирин. Общее командование совместной группы из шести французских и шести советских истребителей было поручено Жану Тюляну. Миссия закончилась успешно. Было обеспечено сопровождение бомбардировщиков и обстрел аэродрома противника, во время которого на земле было уничтожено 4 самолета.

К первым потерям и первому больному прибавился первый раненый. При чистке пулемета один из братьев Залиба, Бенуа, не поставил оружие на предохранитель и не разрядил его. Случайно нажав на гашетку, он получил ранение кости правой руки и был отправлен в полевой госпиталь, а затем на Ближний Восток, став первым высланным из Советского Союза. Это был первый инцидент с французским техническим составом, которые после этого будут только множиться вплоть до их отправки из СССР.

Апрель закончился без новых потерь и без побед.

Середина 1943 г.

Вторая группа пилотов

Начало мая 1943 г., Вермахт готовит наступление под Курском — операцию «Цитадель». Красная Армия принимает контрмеры, в частности бомбардировки транспортных коммуникаций противника. «Нормандия», как и вся советская авиация, участвует в ежедневных вылетах. Марсель Лефевр и Альбер Дюран открыли счет победам, причем первый сбил два самолета. Ролан де ля Пуап, в то время ведомый Лефевра, в первом бою в СССР, удачно маневрируя, зашел в хвост немецкому истребителю и упустил его. На земле выяснилось, что от волнения он забыл снять оружие с предохранителя и был осмеян своими товарищами.

В Москву начало прибывать пополнение. С Мадагаскара прибыли младший лейтенант Адриен Бернаво и аспирант Морис Бон, и неделю спустя к ним присоединился Александр Лоран. Они были отправлены в «Нормандию» вместе с капралами Ноэлем и Трюко[60], двумя из сорока французских военнопленных, бежавших из немецкого плена в Советский Союз и отказавшихся ехать к де Голлю в Лондон в сорок первом. За время пребывания в СССР они успели выучить русский язык и направлялись в качестве переводчиков для помощи французским механикам. Еще один, Эдмон Мирабов, остался в распоряжении военной миссии в Москве. Около 10 человек оказались в лагере для французских пленных в Тамбове. Некоторые другие были переброшены к партизанам во Францию, в том числе для нелегальной работы.

Советское командование, желая упредить немецкое наступление, объявило об усилении воздушных операций и в частности об одновременном «нападении на все основные аэродромы авиации противника, на которых установлено скопление самолетов».

6 мая шесть воздушных армий, в том числе 1-я, одновременно атаковали 17 аэродромов противника на участке фронта протяженностью свыше тысячи километров — от Смоленска до Азовского моря. В атаках, кроме бомбардировщиков, принимали участие и истребители, расстреливавшие аэродромы со стоящими на них самолетами. В актив «Нормандии» было записано 2 бомбардировщика, шесть истребителей, 43 грузовика, 2 автомобиля и одна цистерна, уничтоженные на земле[61].

Первое пополнение «Нормандии», май 1943 г., на балконе французской военной миссии в Москве, слева направо: Александр Лоран, Адриен Бернаво и Морис Бон. (Фото мемориала Нормандия-Неман)

7 мая «Нормандия» вместе с 20-м авиаполком в 3 часа утра участвовала в налете на немецкий аэродром в Спас-Деменске. Аспирант Ив Маэ был подбит зенитным орудием, но сумел вернуться на аэродром. Их оставалось 11 летчиков, непарное число. Жан Тюлян выводил пять пар, одиннадцатый летчик оставался на земле. После первого налета на немецкий аэродром они ушли на второй. Ив Маэ упросил своего однополчанина и взял его самолет вместо своего поврежденного. Во время второго налета он опять попал под очередь зенитки, охранявшей аэродром. Мотор самолета остановился, и он был вынужден посадить самолет на опушке леса. Ив Маэ был записан в потери. Только после войны выяснилось, что, пытаясь выйти к своим, но попал на группу детей, которые приняли его за немецкого летчика и привели патруль. Он провел остаток войны в плену как советский военнопленный и был освобожден в 1945 г. Красной Армией[62].

* * *

В начале июня десять оставшихся самолетов «Нормандии» перелетели на новый аэродром Хатёнки, куда 9 июня прибыл майор Пьер Пуяд с пополнением. Включая трех ранее прибывших пилотов, их было 12 в этой второй группе. Также с ними прибыл переводчик Анатолий Коро. Сын обрусевших французов из Иркутска, доктор наук, он бросил работу в крупном французском банке в Гонконге и прибыл воевать за свою родину.

Вторая группа пополнения французских пилотов наименее известна. Ей не досталось славы первых, ни почестей последних, увешанных наградами, с триумфом вернувшихся после войны. Так же как и первая, они проделали долгий путь, начав его в Шотландии. Им повезло, они не плыли морем. Самолет Глазго — Мараккеш вылетел 14 мая 1943 г. Далее Алжир — Каир — Тегеран, получение виз, Баку — Москва, с посадкой в Сталинграде, где французам довелось побывать на месте недавних боев и воочию увидеть, что там происходило.

Союзники, с трудом завершив операцию в Тунисе, сообщили, что в 1943 г. второй фронт открыт не будет. А 10 июня 1943 г. началась битва за Орел. Пилоты после месяца тренировок сразу включились в бои. 8 из 12 пилотов второй группы пополнения «Нормандии» погибли в первые три месяца, и только три пилота этой группы вернулись с войны.

Вторая группа прибыла на фронт 9 июня, «всего» за 40 дней пути, против полугода первой.

Командовал группой майор Пьер Пуяд, который закончил Сен-Сир вместе с Жаном Тюляном[63]. Во время боев 1940 года сбил один немецкий самолет и сам был сбит и ранен. Затем переведен в Индокитай, откуда сбежал в Китай на американскую военную базу, а уже оттуда через весь земной шар прибыл в Лондон. Предполагалось, что он возглавит вторую эскадрилью, но ему пришлось возглавить «Нормандию» и превратить ее в крепкую и жесткую структуру. Закончил войну командиром французской авиадивизии «Франция» в СССР.

Капитан Поль де Форж. 31 год. Служил под началом генерала Валена, когда в декабре 1939 г. был сбит во время разведывательного полета над Германией. В 1941 г. освобожден из плена по состоянию здоровья для лечения ранения во Франции. Бежал через Испанию в Гибралтар, а оттуда в Лондон, где вступил в «Свободную Францию». Из-за незнания английского не был принят в RAF, что вынудило оставаться не у дел. По предложению Валена начал формировать вторую группу пополнения, которую затем возглавил Пуяд. После назначения Пуяда командиром «Нормандии» стал его заместителем. Пропал без вести 31 августа 1943 г., успев сбить три самолета противника. Останки его самолета были найдены в 1999 г. в болоте вблизи деревни Бывалки Смоленской области.

Лейтенант Анри Бубэ, 37 лет. Один из наиболее опытных пилотов. Службу начал в 1927 г., но не участвовал ни в каких боях. С 1937 г. служил в Марокко в учебном центре Мекнесс. В январе 1941 г. после третьей попытки бежать в Англию задержан и осужден на 15 лет каторжных работ. Освобожден через 2 года в результате оккупации Северной Африки союзниками. Затем вывезен англичанами в Лондон, где и поступил к де Голлю, отправившему его в СССР. Пробыл в «Нормандии» меньше всех, 4 месяца. В сентябре 1943 г. выслан в Дамаск под предлогом болезни. В январе 1944 г. восстановился в ВВС. Продолжал службу в армии до 1954 г. Скончался в 1960 г.

Лейтенант Жерар Леон. Родился в 1919 г. в Париже. Встретил начало войны курсантом летных курсов. С польскими частями эвакуировался в Англию. В течение года проходил подготовку в центре RAF Одихем. Переведен в Сирию и с августа 1941 г. включен в состав группы «Эльзас», с которой участвовал в боях в Ливии. С октября 1942 г. готовился в состав второй эскадрильи «Нормандия», в связи с чем выехал в Англию до высадки союзников в Африке. С августа 1942 г. командир второй эскадрильи «Нормандии». За два месяца четыре сбитых самолета. Награжден орденом Отечественной войны. Сбит 4 сентября 1943 г. над Ельней.

Лейтенант Жан де Тедеско. 23 года. В мае 1940 г. закончил курсы военных летчиков и был произведен в младшие лейтенанты. Переодевшись польским военным, на египетском судне выехал в Англию. После прохождения тренировки включен в эскадрилью «Париж» авиагруппы «Иль-де-Франс». Сбил два немецких самолета над Францией. Награжден Военным крестом из рук де Голля. В марте 1943 г. получил отпуск, из которого ушел в «Нормандию». Погиб первым из второй группы, 14 июля на 35-й день пребывания в СССР в битве за Орел. Посмертно награжден французским орденом Освобождения.

Младший лейтенант Лео Барбье. 35 лет. Военный пилот с 1932 г. Во время боевых действий 1940 г. был сбит. Выжил единственный из экипажа. После перемирия переведен со своей частью в Алжир. Затем устроился на работу в гражданский аэропорт во Франции. В сентябре 1942 г. уехал в Испанию и при содействии посла Великобритании в Мадриде перебрался в Лондон и записался добровольцем в «Нормандию». Погиб 15 октября 1943 г., имея 3 сбитых лично и 1 в группе немецких самолета и орден Отечественной войны.

Младший лейтенант Адриен Бернаво. Родился в 1912 г. в Лионе. В 1939 г. получил летное свидетельство. В кампанию 1940 г. имел три подтвержденных и три неподтвержденных сбитых самолета. Затем служил под началом Пьера Пуяда в Индокитае, вместе с ним бежал, но его самолет потерпел аварию и упал в джунгли, из которых он вышел пешком и в конце концов добрался до Ближнего Востока. Сумел связаться с Пуядом, который забрал его с собой в «Нормандию». Первым прибыл в СССР из второй группы. Пропал без вести 16 июля 1943 г. во время своего первого вылета.

Аспирант Морис Бон. 1920 г. рождения. В 1938 г. закончил аэроклуб в Кимпере (Бретонь), в 1939 г. призван в армию. После перемирия 1940 г. демобилизован, а в 1941 г. призван в армию Виши. Служил в Дакаре, затем был переведен на Мадагаскар. Получил Военный Крест за участие в боевых действиях против Великобритании. После оккупации острова англичанами записался в авиацию «Свободной Франции» и добровольцем в авиагруппу «Нормандия». 2 сбитых лично, 4 сбитых в группе и 2 неподтвержденных самолета противника. 13 октября 1943 г. сбит в бою. Его самолет упал у города Городец, где летчик был похоронен местными жителями в братской могиле у деревни Стефаново. Посмертно награжден орденом Отечественной войны 2-й степени. Его именем назван аэродром в Кимпере и воздвигнут памятник с надписью «Погиб за Францию в небе России».

Аспирант Александр Лоран. Родился в 1918 г. в Бресте. Войну встретил на Мадагаскаре. Отказался воевать против Великобритании и был арестован. После занятия острова британцами записался добровольцем в Россию. Единственный из всех французов вернулся во Францию с русской женой. Скончался в 1957 г. в результате обострения болезни, полученной во Вьетнаме после войны[64].

Аспирант Андре Балку. Родился в 1920 г. в Париже. В 1939 г. закончил летные курсы и был переведен на Мадагаскар. После занятия острова англичанами вступил в авиацию «Свободной Франции» и затем в «Нормандию». Сбил один самолет в группе с Жозефом Риссо. Погиб 20 сентября 1943 г. под Ельней. В 1953 г. его прах перезахоронен в г. Безье на юге Франции.

Аспирант Жак Матис. Родился в 1914 г. в Сантьяго-де-Чили, где работал его отец. В 1935 г. поступил в армию, закончил летные курсы. Служил инструктором в Экс-ан-Провансе, а затем был переведен в Дакар, где участвовал в отражении попытки де Голля захватить Сенегал. В 1941 г. вернулся во Францию и демобилизовался. В декабре 1942 г. со своим другом Фирмином Вермей сбежал в Испанию, а затем в Лондон, где оба записались добровольцами в «Нормандию». 2 сбитых самолета и 2 неподтвержденных. Был сбит 9 августа 1943 г. Выпрыгнул с парашютом и, несмотря на тяжелые ожоги, сумел добраться до советских войск. Награжден орденом Отечественной войны. После лечения отправлен на восстановление в Англию. Вновь в строю с июля 1944 г. Разбился 31 августа во время учебного полета. Похоронен в г. Бруквуд в Англии. Посмертно награжден орденом Освобождения.

Аспирант Фирмин Вермей. 29 лет. В армии с 1934 г. Инструктор школы пилотов. С 1939 г. пилот эскадрильи пикирующих бомбардировщиков в Марокко. После поражения Франции еще в 1940 г. вступил в Сопротивление. В 1942 г. вместе с Жаком Матисом сбежал в Лондон и записался в «Нормандию». Пропал без вести 17 июля 1943 г. вместе с командиром «Нормандии» майором Жаном Тюляном. Посмертно награжден орденом Освобождения.

Капрал Андре Трюко, 24 года. Работал продавцом в магазине. Член коммунистической партии Франции. Был призван в 1939 году и в начале германского нападения на Францию попал в плен. Был размещен в одном из лагерей на территории Польши. Бежал из плена в СССР. Находился в лагере для интернированных французских пленных в так называемой группе капитана Бийотта, которая осенью 1941 г. была переправлена советскими властями в Лондон в распоряжение комитета «Свободная Франция». Андре Трюко был одним из тех, кто отказался ехать в Лондон. Был направлен в Уфу, где вместе с Эме Ноэлем работал сначала в колхозе в деревне Кухнаренково, а затем был переведен в представительство Международного Красного Креста.

Капрал Эме Ноэль, 35 лет, до войны был автомехаником. Так же как и Трюко, член компартии Франции, был мобилизован, попал в плен в начале войны, бежал в СССР и отказался ехать в Лондон. Узнав, что в СССР появились французские дипломаты, Ноэль и Трюко добились встречи с Роже Гарро, который на основании доклада Бийота обвинил их в дезертировании из армии и предложил отправить в Сирию как гражданских лиц. Они обратились к находившемуся в Москве секретарю Коминтерна французу Андре Марти, который направил их к Альберу Мирлесу. По представлении Мирлеса глава французской военной миссии генерал Пети принял обоих капралов в состав «Сражающейся Франции» задним числом от даты их освобождения из плена. И направил в качестве переводчиков в «Нормандию-Неман». Андре Трюко стал постоянным переводчиком у командира «Нормандии» Жана Тюляна и техников, обслуживающих его самолет. Капрал Ноэль стал переводчиком у Пьера Пуяда и его техников и сам, как бывший механик, помогал обслуживать его истребитель. Осенью 1943 г. Ноэль и Трюко были выведены в Раяк вместе с французским техническим персоналом. Продолжали военную службу в Ливане.

«Сражающаяся Франция» и алжирская Франция

Попытка вывода «Нормандии» из СССР

Битва за Орел, наверное, одна из труднейших в боевом пути «Нормандии». В это время вылеты шли один за другим. До пяти-шести в сутки. Рос счет сбитым самолетам противника. 5 июля Вермахт начал наступление на Курск.

Пополнение позволило разделить «Нормандию» на две эскадрильи. Командиром первой стал майор Пуяд, прибывший в СССР 9 июня 1942 г., и второй — капитан Литольф. Группа получила двенадцать истребителей Як-9, тем самым в строю стало 22 самолета.

По сравнению с Як-1, Як-9 был более скоростной, высотный и устойчивый. Он имел электрическое оружие, в отличие от пневматического на Як-1, но был более тяжелым и менее маневренным.

Директивой Генерального штаба Красной Армии эскадрилья «Нормандия» стала полком под командованием майора Тюляна. Развертывание истребительной авиагруппы № 3 в две эскадрильи с существенной затяжкой, но было завершено. В то же время, ввиду нехватки персонала, штаб полка был полностью сформирован из советских офицеров. Начальником штаба «Нормандии» был майор Шурахов, позднее майор Вдовин. Состав штаба десять-одиннадцать человек, в том числе один офицер связи и три переводчика.

Впервые эскадрилья «Нормандия» была упомянута в приказе советского командования. Пять офицеров получили советские награды. Жан Тюлян и Альбер Литольф были награждены орденом Отечественной войны 1-й степени, а Альбер Дюран, Марсель Лефевр и-старший техник Луи Дюпра — орденом Отечественной войны 2-й степени. Выдалось три дня, свободных от полетов, и майор Мирлес с уже генералом Левандовичем прибыли для награждения.

11 июня начались новые бои с участием пополнения.

Однако два летчика были отправлены в госпиталь в Москву. Ролан де ля Пуап повредил барабанную перепонку во время боя 12 июня, а Марсель Лефевр заболел желтухой. Оба провели в госпитале месяц.

14 июля, в перерывах между боями, «Нормандия» провела построение, посвященное государственному празднику Франции[65]. Новый командующий 1-й Воздушной армией генерал Громов прислал приветственную телеграмму. Сразу после построения летчики вылетели на задание, с которого не вернулся Жан де Тедеско. Пилот второй группы пополнения, пробывший в СССР всего месяц.

* * *

В то же время положение самой Франции относительно нормализовалось. Хотя о временном правительстве за ее пределами договориться не удалось, лондонские структуры де Голля и алжирские структуры генерала Жиро объединились официально в качестве Французского Комитета Национального Освобождения, руководимого совместно генералами де Голлем и Жиро. В состав Комитета каждая сторона ввела по два своих представителя и пятым стал всех устраивавший генерал армии Катру, впоследствии посол в СССР. Хотя это и не сняло напряжения между членами «Сражающейся Франции» и остальными, которых голлисты обвиняли в проамериканизме и вишизме и среди которых было немало сторонников монархии. Сам Жиро вел переговоры с претендентом на престол графом Парижским. Кроме того, через Жиро американцы вели переговоры с Петеном. Разговоры о том, что Петен перейдет на сторону союзников и переедет из Виши в Алжир, шли весь 1943 г., что вызвало озабоченность в рядах Сопротивления и рост влияния де Голля.

Жиро был вынужден пойти на уступки. Стала разрешена деятельность компартии, и на свободу вышли арестованные коммунисты. Кроме того, отправился в отставку заместитель Жиро генерал Бержере, вместо которого был назначен адмирал Мюселье, командовавший в 1940 г. попыткой де Голля высадиться в Дакаре и затем обвиненный британцами в шпионаже. Кроме того, несмотря на попытки США, СССР отказался признавать иные французские организации, кроме де Голля. Во Франции был создан Совет Сопротивления, объединяющий различные ветви сопротивления в различных регионах, в котором преобладали коммунисты и который признавал де Голля в качестве главы.

В Африке американцы формировали новую французскую армию, названную Армией Освобождения Франции, состоящую в основном из африканцев, для открытия второго фронта. Таким образом, вместе с ней в начале 1943 г. существовало четыре французские армии — армия «Сражающейся Франции» де Голля, армия Северной Африки генерала Жиро и армия метрополии Виши.

Отсутствие согласия между генералами Жиро и де Голлем, поддержка США генерала Жиро, который не определился во взглядах на послевоенное устройство страны и был окружен бежавшими функционерами Виши, сорвало открытие второго фронта во Франции в 1943 г. В беседе с заместителем наркома иностранных дел СССР Роже Гарро сказал, что «„Сражающаяся Франция“ не хочет, чтобы реакционные генералы во главе трехсоттысячной армии арабов, берберов и негров вступили во Францию и навязали свою волю французскому народу»[66]. Этого не хотели также и СССР и Великобритания, которые отказались поддержать Жиро, что вызвало трения между союзниками.

В самой Франции оккупационные власти начали призыв населения на обязательные работы в Германии, что вызвало рост недовольства и побеги уклонистов от работ в партизанские отряды. Для укрепления положения де Голль использовал поддержку Советского Союза и усилил переговоры по развертыванию «Нормандии» в дивизию и по созданию бригады «Эльзас-Лотарингия» из числа французских военнопленных.

* * *

Во время встречи Гарро с Молотовым последний сказал, что на вопрос о создании бригады из французских военнопленных советскими властями уже был дан ответ. Оправдание Мирлеса, что он не успел проинформировать посла, поскольку был вынужден уехать на фронт заниматься вопросами реорганизации «Нормандии», Роже Гарро не принял. А узнав, что вопрос уже решен через его голову с Берией, впал в гнев.

Дело существенно осложнилось тем, что 15 июля майор французской авиации и начальник ее 2-го отдела Альбер Мирлес, находясь на фронте по приглашению Ванды Васелевской, не поставив в известность руководство, по собственной инициативе принял участие в принятии присяги первой польской дивизией имени Тадеуша Костюшко. В его честь после принятия присяги и исполнения польского гимна дивизия спела «Марсельезу».

Это был разгар польско-советского скандала. Германская пропаганда запустила и по сей день печально знаменитое «катынское дело». Польское правительство в Лондоне, не задумываясь, приняло геббельсовскую версию событий, что вызвало разрыв с Советским Союзом. Хотя де Голль, как и остальные руководители союзников, был уверен, что «катынский вопрос» — дело рук фашистской пропаганды, в чем его так же искренне заверял и Роже Гарро, разрыв СССР с польским правительством показал шаткость не только польского, но и французского, и вообще всех правительств в изгнании, показав, что их существование зависит от воли сверхдержав. Однако, несмотря на поддержку СССР, де Голль также зависел от Великобритании и не был готов признавать параллельные польские структуры, созданные Советским Союзом. А присутствие официального представителя французского дипломатического корпуса, каким был Альбер Мирлес, на принятии присяги польской дивизией могло быть расценено именно как готовность к признанию.

Роже Гарро написал эмоциональный донос де Голлю на Мирлеса, в котором обвинил последнего в работе и на СССР, и на США. А по прибытии Мирлеса в Куйбышев устроил публичный скандал в присутствии представителей иностранных держав. Майор Мирлес направил де Голлю письмо, в котором, ссылаясь на публичный скандал, отказался работать с Роже Гарро.

Де Голль был вынужден констатировать, что примирение двух миссий — военной и дипломатической — не только не состоялось, но стало еще более проблематичным. Ввиду важности работы, которую вел Мирлес по укреплению французской авиачасти, созданию пехотной бригады, сбору разведывательной информации, де Голль предложил заменить представителя в СССР Роже Гарро на Гастона Палевского. Это предложение было официально отвергнуто Советским Союзом, который отказался принимать француза польского происхождения. СССР пришлось покинуть Альберу Мирлесу, который сначала выехал в Алжир, где регулировал вопросы, связанные с интеграцией «Нормандии» в новый состав французской авиации и ее пополнения летным составом, а затем был переведен в Лондон. За свою миссию в СССР он был награжден Военным крестом с пальмовой ветвью.

К сожалению, его уход вызвал существенное торможение в вопросах формирования авиадивизии «Франция» и бригады «Эльзас-Лотарингия». По существу, ни та, ни другая часть так и не появились на фронте.

* * *

Роже Гарро, а через него и движению де Голля был сделан еще один жест — СССР согласился передать «Сражающейся Франции» бывший особняк посольства Франции в СССР. Гарро, страдавший от дискомфорта в Куйбышеве, получил возможность, как и генерал Пети, расположиться по-барски в особняке в центре Москвы. В сложнейший момент существования двух «свободных Франций» де Голль получал укрепление своих позиций со стороны Москвы.

В Лондон советскому послу при союзных правительствах Александру Богомолову была направлена следующая телеграмма:

«Сообщаем Вам для ориентировки и руководства, что в вопросе об отношении к де Голлю и Жиро Вам следует держаться следующей установки. Первое. Мы даем предпочтение де Голлю, так как он является непримиримым к правительству Виши и гитлеровской Германии, тогда как у генерала Жиро отсутствует такая непримиримость. Второе. Мы предпочитаем поддерживать де Голля, так как он твердо отстаивает политику восстановления республиканской Франции с ее демократическими традициями, тогда как генерал Жиро проявляет враждебность в отношении республиканско-демократических традиций Франции и боится иметь тесный контакт с народными массами»[67].

* * *

В Алжире состоялось окончательно объединение североафриканской армии и войск «Сражающейся Франции». В том числе 3 июля 1943 г. приказом № 3929 генерал-лейтенант Марсиаль Вален передал командование авиачастями «Сражающейся Франции» генералу армии Рене Буска.

Рене Буска родился в 1891 г. в г. Тюир в Пиринеях. В Первую мировую войну воевал в пехоте. С 1917 г. в авиации. Командующий французской авиацией в Мавритании. В 1930 г. был самым молодым министром аэронавтики Франции. В 1936 г. произведен в генералы. Командовал авиационной школой. С 1940 г. командующий авиацией Франции в Северной Африке. Новый командующий ВВС, к своему удивлению, обнаружил среди семи авиагрупп авиации де Голля группу № 3 «Нормандия», сражающуюся в России и состоящую на содержании Советского Союза, и узнал о необходимости ее пополнения добровольцами для развертывания в дивизию.

В июне 1943 г. после слияния всех французских антифашистских авиачастей под общим командованием в Алжире генералом Буска был предложен так называемый План VII, предусматривающий восстановление французской авиации при помощи союзников. Было оговорено количество создаваемых авиагрупп, необходимое количество самолетов и финансовое участие Великобритании и США. СССР в формировании французских частей в Африке никак не участвовал, и его участие планом первоначально не было предусмотрено.

Командующий ВВС Французского Комитета Национального Освобождения поставил вопрос об отзыве «добровольцев-интернационалистов» из России и расформировании части. Он посчитал, что летчики-коммунисты отправились воевать в СССР тем же манером, каким добровольцы воевали в Испании. Не разделяя коммунистическую идеологию, он посчитал невозможным, чтобы пилоты, официально числящиеся на военной службе, на самом деле воевали в составе интербригад. Соответствующая директива пошла в Москву. Генерал не знал, что дипломатическое представительство находится в Куйбышеве. В Москве она попала к майору Мирлесу, в отсутствие генерала Пети обладавшему всей полнотой военной власти в представительстве. По прибытии в Алжир он занялся урегулированием вопроса.

Генерал Буска был честным человеком. В 1945 г. под его командованием будет организована триумфальная встреча «Нормандии-Неман» в Ле Бурже. А в начале 1944 г. уже он пресечет вторую попытку отзыва «Нормандии» из СССР. Мирлес объяснил ситуацию и необходимость в наличии французского военного присутствия в СССР. Что среди пилотов вообще нет коммунистов и, наоборот, присутствуют дворяне и «белые русские». Состоялась встреча Мирлеса с Буска и де Голлем, во время которой генерал Буска понял политические причины наличия французской части в России. Он отдал приказ о наборе пополнения, и несколько пилотов отобрали с участием Мирлеса.

Эта третья группа пополнения, состоящая из 9 пилотов, прибудет в Россию в начале августа 1943 г. и будет самой слабой из всех. А в Африке, несмотря на достигнутые соглашения, со стороны генералитета будет развернут саботаж по набору пилотов для «Нормандии».

В 1943 г. в Алжир из Франции сбегутся все те, кто ранее активно поддерживал Петена. В том числе и те, на ком держалось правительство Виши. Созданный американцами французский центр будет представлять бурлящий улей.

В августе 1943 г. в утвержденном уже Плане VII будет фигурировать два авиаполка на советском фронте. Любопытно, что со стороны США контроль за исполнением плана вел полковник армии США Георгий Артамонов.

* * *

В это время две французские эскадрильи отчаянно, как вся Красная Армия, сражаются против фашистского наступления под Курском. Даже сейчас, по прошествии стольких лет, они не в курсе всех драм, сложностей и интриг, проходивших за их спиной. Той борьбы, которая велась за их присутствие на советском фронте.

За четыре дня проведено 112 вылетов, сбито 17 самолетов. С начала боев потеряно 5 пилотов. Однако, несмотря на опасность, французы остаются верны своим привычкам — вылетая в бой группой, они возвращаются поодиночке. Завидев пролетающий немецкий самолет, не задумываясь, бросают задание и устремляются за ним. Сначала это позволило увеличить число побед, но обеспокоило советское командование. Генерал Захаров поставил на вид Жану Тюляну, что ради индивидуальных счетов невозможно поступаться поставленным заданием. Одиночные погони за самолетами опасны и непредсказуемы последствиями. Жан Тюлян довел до сведения летчиков, но не озаботился выполнением, хотя пилотов, оторвавшихся от группы, стали символически наказывать.

16 июля новый трагический день. Три пилота — Адриен Бернаво из второй группы, Ноэль Кастелен и Альбер Литольф из первой, погнавшись за одиночными самолетами, не вернулись из полетов.

Альбер Литольф, командир второй эскадрильи, заместитель командира «Нормандии», один из лучших французских летчиков-истребителей, самый результативный на тот момент пилот «Нормандии», погиб. Его останки будут найдены после войны и перезахоронены в Марселе.

В тот же день Жан Тюлян и его ведомый Фирмин Вермей вернулись поодиночке, потеряв друг друга в погоне за немецкими самолетами. Оба сумели сбить по мессершмитту, а потому махнули рукой на взыскание, которое Тюлян вписал сам себе и своему ведомому. Уже на завтра ситуация повторилась. Оба погнались за самолетами и поодиночке нарвались на группу немецких самолетов. «Нормандия» потеряла своего командира. За два дня потери выросли вдвое.

Еще несколько дней спустя погиб Альбер Прециози. От двух эскадрилий в строю осталось восемь пилотов. Одиннадцать ушли навсегда. Трое были на лечении. Один — лейтенант Бубэ — в полетах не участвовал.

На счету полка было 30 сбитых самолетов врага.

Реорганизация полка и замена механиков

Командование полком «Нормандия» принял Пьер Пуяд.

В первый же просвет между боями, наступивший только 28 июля, командир дивизии генерал Захаров вызвал Пуяда к себе и категорически запретил ему самому участвовать в боях, без личного разрешения Захарова. Они вдвоем занялись реорганизацией полка.

Пьер Пуяд так писал об этом в своих воспоминаниях: необходимо было решить несколько вопросов. «Первый — дисциплина полетов. Или скорее разница между советской и французской концепциями воздушных операций. Генерал считал, что индивидуализм, который он приписывал французскому темпераменту, нас толкает на рассеивание во время полета и никчемному риску, и даже выходу из боя». Пуяд считал, что это из-за недостаточности опыта и молодости пилотов. Из-за того, что пилоты прошли разные программы обучения: гражданские аэроклубы, полевые курсы, военные школы — уровень подготовки очень разнился. «Вторая проблема — французские механики. Их количество было недостаточно. Кроме сорока французов, командование было вынуждено добавить СОТНЮ советских механиков под командованием капитана Агавеляна. Кроме того, они доставляли множество проблем, к которым добавлялись языковой барьер и невозможность пополнения французским техническим персоналом. Генерал и я пришли к заключению, что единство языка и командования предпочтительнее в сложившейся ситуации. Генерал Захаров предложил заменить французский технический персонал на советский, добавив, что в случае необходимости он всегда сможет предоставить механиков, числом до 10 человек на самолет. Я согласился с этим предложением»[68].

В целом вопрос о замене французских механиков на советских был решен майором Мирлесом и маршалом авиации Новиковым за месяц до этого, в рамках переговоров о создании авиадивизии «Франция», ввиду того, что французы не смогли организовать набор для комплектования дивизии, было решено иметь однородный состав механиков[69].

Из-за отъезда Мирлеса и гибели Тюляна это решение не было корректно доведено до французов, затем сгинуло в архивах Мирлеса и стало объектом домыслов.

До сих пор существует масса различных версий, в последнее время склоняющихся к той, что французских механиков в СССР вообще не кормили, заставляли работать на морозе по 20 часов в сутки, по 3–4 человека на самолет, тогда как сменивших их «морозостойких» и «стойких к голоду русских» было по 7–8 на истребитель.

Герой Советского Союза Ролан де ля Пуап в своей замечательной книге «Эпопея „Нормандии-Неман“», в которой он много и с любовью писал о России, о русских друзьях, о военных воспоминаниях юности, в разделе, касающемся вопросов высылки французских механиков из СССР, не моргнув глазом, пишет: «Если нас кормили более-менее соответственно… то механики были предоставлены сами себе. То, как обращались с механиками, по сравнению с пилотами, было весьма далеко от того, к чему они привыкли во французской армии. Именно поэтому некоторые дошли до того у что свернули шею коту, чтобы немного улучшить ежедневный рацион, что было крайне негативно встречено русскими»[70].

Ситуация с тем, что в вопросах питания «механики были предоставлены сами себе», не подтверждается ими самими. В 1972–1974 гг. французский журнал, посвященный истории авиации «Икар», издал шесть номеров воспоминаний ветеранов «Нормандии-Неман». Второй из этих выпусков содержит множество воспоминаний механиков, в том числе и Раймона Троллье, который, собственно, и совершил этот поступок, когда французы съели кота, жившего в летной столовой. А также воспоминания механика командира «Нормандии» Жана Калобра, который пишет: «…одной из проблем был вопрос званий. Французские механики все были сержанты и старшины… тогда как у русских нас приняли как офицеров»[71]. Он принял это с неудовольствием, поскольку посчитал, что к офицерам русские относятся как к тем, кто умеет командовать, но не умеет работать.

Механики действительно были поставлены на довольствие как офицеры. Русская кухня им была не привычна, а в условиях 1942–1943 гг. СССР имел ограниченные возможности. Голодали многие на всей территории страны. Разница между рационами пилотов и механиков во время тренировок в Иваново была минимальна, если вообще была. Однако при передислоцировании на фронт летчики стали получать фронтовой паек, тогда как механики, как не принимающие никакого участия в боях, продолжали питаться как тыловые служащие. Несмотря на то, что уже в это время в «Нормандию» стали приходить посылки из Ирана. Но после вмешательства Мирлеса механики тоже стали получать фронтовой паек.

Главное недовольство вызывала каша, к которой вообще все французы так никогда и не привыкли. Могу понять. В моей жизни тоже был момент, когда в армии я не мог есть перловую кашу и за месяц похудел почти на 10 килограммов. Однако никоим образом не могу сказать, что меня в армии не кормили. Один мой приятель за то же время, на той же каше, значительно располнел. Поэтому обвинения в том, что механиков не кормили вообще, — неправомочны.

Французский технический персонал, как и летчики, тоже был разнороден. В основной массе это мобилизованные рабочие, жители французских ближневосточных колоний, довольные, что в военное время в армии им досталось безопасное место. Были среди них и такие, кто, как и летчики, бежали к де Голлю сражаться за родину и, не имея летных навыков, были зачислены механиками. Многие из них не являлись добровольцами и были отправлены в СССР в приказном порядке, как уже упоминавшийся нами Жан Калобр, который отказался ехать в СССР, но был вынужден уступить приказу, поскольку Жан Тюлян хотел взять с собой своего механика.

Изначально многие не имели мотивации воевать, да еще в России. Незнакомые с российскими холодами, дорогами, питанием, они попали в ситуацию морального дискомфорта, из которой большинство не смогло выбраться.

Не считая других причин, в частности, технической подготовки. Из 40 французских техников 17 набирались как бортстрелки. Из остальных — 12 были новичками и не имели подготовки. Кроме того, если летчики демонстрировали отсутствие дисциплины в воздухе, то механики — на земле.

В апреле 1943 г., в самом начале боев, командир механиков лейтенант Мишель писал в рапорте во французскую миссию в Москве: «Из общего числа механиков „Нормандии“ только 15 имеют достаточную квалификацию. Лейтенант Дюпра и я, мы сами вынуждены заниматься подготовкой самолетов к вылетам». Личные характеристики некоторых содержали рекомендации к отправке из СССР[72]. Это уже в апреле 1943 г.

Механики стали доставлять проблемы сразу по прибытии в Россию. Еще до получения удостоверений личности двое из них самовольно отправились за пределы части без документов. Они были задержаны милицией и доставлены через два дня, после того как была установлена их личность. Эти два дня они провели в подвале ивановской комендатуры. К их счастью, они не были расценены как шпионы. По возвращении в «Нормандию» они провели еще по 4 дня в подвале ивановского Дома офицеров, где жили летчики. Жан Тюлян был крут в гневе.

После размещения «Нормандии» в Полотняном Заводе произошел схожий случай. Один из механиков во время боевых вылетов провел несколько дней с жительницей соседней деревни, за что был отправлен на гаупвахту на восемь суток. Любопытно, что если верить Иву Курьеру, то в момент, когда его забирали солдаты советского комендантского взвода, он кричал: «Товарищи! Французские буржуи оговорили коммуниста!»[73] Потребовалось вмешательство лейтенанта Кунина.

Во время боев за Орел один из механиков вдруг стал требовать отпуска для поездки в Дамаск, под предлогом того, что давно не получал известий от невесты. Его не поняли не только советские, но и французские летчики, совершавшие тогда до шести вылетов в день. Взбешенный Жан Тюлян приказал посадить его в яму. В прямом смысле слова. Была вырыта яма, в которую посадили нарушителя и сверху закрыли досками. Через два дня он якобы одумался. Жан Тюлян угрожал передать его в советский трибунал для расстрела.

Один из техников во время регулировки пулемета самолета сделал несколько пристрелочных очередей в сторону леса, за которым находилась деревня. В результате погиб мальчик 10 лет. Еще один по неосторожности ранил из пулемета сам себя. Двое других при старте самолета, удерживая его за хвостовое оперение, не отпустили машину вовремя и взлетели вместе с самолетом. К счастью, свалились в болото, а не на твердую землю, и даже не получили ранений. Один обморозил ноги. Механик Ролана де ля Пуапа Жорж Марселей дважды оставлял его без самолета из-за неисправностей, допущенных по неосторожности.

По воспоминаниям Жана Калобра, механики действительно просили отпуска, и Жан Тюлян даже был вынужден согласиться на предоставление трем из них отпусков после окончания боев, которые не были утверждены французской военной миссией. В разгар Орловско-Курской операции ни о каких отпусках и речи не могло идти. Тем более в самом начале боевого пути французской эскадрильи. Майор Мирлес совершенно справедливо полагал, что в условиях, когда прибытие второй эскадрильи сорвано, набор пополнения летчиков и механиков не ясен, советское командование может ответить высылкой всего капризного подразделения из СССР.

Еще во время тренировок в Иваново «Нормандии» были приданы 17 советских механиков, и при вхождении в состав 303-й авиадивизии, и с поступлением на вооружении самолетов Як-9 к ней прикомандировали инженера капитана Агавеляна с ротой «обслуги», чтобы обеспечить техническую исправность самолетов.

С поступлением на вооружение самолетов Як-9 положение еще больше усугубилось. В отличие от Як-1, Як-9 не имел французского мотора. Переучивание в боевых условиях при незнании русского языка создавало объективные трудности для французов.

Ко всему добавилось демонстративное неприятие советской пищи французскими механиками. Если ситуация, когда некоторые из них разграбили находившуюся недалеко животноводческую ферму и наворовали там кормовых бобов для приготовления их в пищу, была принята с удивлением, но сошла с рук, то история, когда французы поймали и съели кота, спокойно жившего в столовой, вызвала сильный скандал. Когда же французы у всех на виду нарвали и стали есть одуванчики, потрясенные буфетчицы решили, что они посходили с ума, и вызвали доктора Лебединского, объяснившего, что одуванчики во Франции являются съедобным растением.

Раймон Троллье, один из участников события с котом и одуванчиками, сам описал это в воспоминаниях, понимая, наверное, что столь громкое гадкое событие необходимо как-то загладить[74]. По иронии судьбы, Раймон Троллье — тот самый француз, который служил в Западном Берлине и попал в автомобильную аварию в советской зоне в 1963 г. В этой аварии погибли его дочь и племянник. Сам он остался жив. Для решения вопроса, связанного с пересечением советской зоны французом, собрались представители всех четырех оккупационных зон. Американцы хотели забрать француза, но советский представитель остался крайне недовольным происшествием и был намерен предъявить претензии. У Раймона Троллье с собой среди документов оказалось удостоверение личности механика «Нормандии». Как только советский офицер его увидел, инцидент был моментально исчерпан, а Раймона Троллье, его жену и двоих детей тут же перевезли в советский военный госпиталь, что вызвало недовольство американского представителя. В госпитале его встретили как героя, и он даже удостоился визита командующего Группой советских войск в Германии.

А тогда, в начале августа 1943 г. французское и советское командование решили отпустить французских техников и заменить их на советских. «Французские техники были уставшие, деморализованные, в нервной депрессии, неспособные на позитивные действия»[75]. Ввиду предполагаемого увеличения численности французских пилотов и их вооружения новыми моделями самолетов это было единственное решение в той ситуации.

Пятнадцать человек из технического состава подали рапорты с просьбой оставить их в СССР и обучить на пилотов. Формирование школы пилотов численностью 50 человек входило в планы французской военной миссии по формированию авиадивизии и было одобрено советским командованием. Проблема с набором пилотов, их подготовкой решалась проще в случае, если бы их готовили на месте. Советское командование, как всегда, согласилось. Однако в связи с организацией Комитета Национального Освобождения в Алжире и реорганизацией французского военного командования кандидатов для школы не удалось набрать к осени 1943 г. 15 механиков «Нормандии», надеявшиеся стать пилотами, пробыли в Москве до октября и затем выехали на Ближний Восток.

Генерал Эрнест Пети обращался с просьбой наградить механиков советской наградой в память об их пребывании в СССР. Эта просьба была отклонена. В то время в СССР не существовало юбилейных наград, а вручение боевой в качестве сувенира считалось недопустимым. Позднее механики были награждены колониальной медалью со специально сделанной для них планкой «Россия». А после войны — советской медалью «За победу над Германией».

Неожиданное возвращение механиков на Ближний Восток, без наград и славы, в середине войны, также вызвало многочисленные слухи, разговоры и домыслы.

Вместе с ними, под предлогом состояния здоровья, был отправлен пилот второй группы Анри Бубэ. Никакой подробной информации мне найти не удалось. Этого пилота не вспоминает никто. Его нет ни в одних воспоминаниях ветеранов, в том числе доктора полка Георгия Лебединского, достаточно подробно описывающего все случаи болезней в части.

Третья группа пополнения

30 июля в «Нормандию» прибыл аспирант Андре Ларго. Он был одним из группы Пуяда. В пути заболел, и его пришлось оставить для лечения в Каире. А 3 августа прибыло пополнение в составе девяти пилотов, набранных в Алжире капитаном Мирлесом.

Третья группа повторила судьбу второй. Ей также не досталось славы, а пришлось с колес пойти в бой. При этом в группе были наименее опытные пилоты и трое подделавших документы для того, чтобы попасть на фронт.

Жак де Сан-Фаль, Жан Рей и Жан де Сибур. Все трое встретили войну курсантами летных школ. Под предлогом потери документов выдали себя за летчиков, завершивших обучение, и записались в «Нормандию». Пьер Пуяд был обязан выслать их из СССР. Но не сделал это. Острая нехватка людей и сантименты. Он писал после войны: «Я не смог поступить против моего сердца, против мужества и самоотверженности юных неопытных добровольцев, нечестным путем прибывших на самый кровавый фронт Второй мировой войны, чтобы бороться за свободу своей родины»[76].

Жан Рей, 23 лет, погиб первым из них, даже не долетев до фронта, в связном У-2, пилотируемым младшим лейтенантом Луи Астье. Жан де Сибур вернулся из первого боевого вылета, и навсегда ушел во второй. Ему был 21 год, и он провел в СССР всего 28 дней. Оба посмертно награждены орденом Освобождения.

Жак де Сан-Фаль был подбит в первом же бою, но сумел перетянуть за линию фронта и сел «на брюхо». Ему повезло закончить войну и вернуться живым. Из третьей группы пополнения их вернулось только трое. В октябре 1944 года Жак де Сан-Фаль сбил свой единственный Фокке-Вульф над Неманом. Кавалер ордена Красной Звезды. Войну закончил инструктором авиадивизии «Франция». После войны был командиром Боинга-747 в Эр Франс. Умер 15 июня 2010 года.

Остальные члены группы:

Младший лейтенант Луи Астье, родился в 1909 г. Во время службы в армии прошел подготовку на пилота гидросамолета. Затем работал в гражданской авиации. Перед войной стал пилотом-инструктором в военной школе в Версале. В конце 1942 г. примкнул к «Свободной Франции» и находился в Лондоне, где не был принят англичанами на переподготовку на истребителя. Был назначен пилотом самолета связи У-2 вместо Жана де Панжа, отозванного в распоряжение военной миссии в Москве. В первом же полете 28 августа 1943 г. вместе с Жаном Реем с аэродрома Городечно на аэродром Спас-Деменск сбился с дороги и залетел за линию фронта, где был обстрелян. Жан Рей погиб. Луи Астье был ранен, но сумел сориентироваться и привел самолет на советский аэродром. Был выслан из «Нормандии» и улетел на Ближний Восток. Позднее закончил курсы подготовки к полетам на американских бомбардировщиках и закончил войну в составе группы «Бретонь». Умер в 1949 г. в результате тропической болезни во Вьетнаме.

Лейтенант Дени Роже, 24 года. Перед войной поступил в Политехнический институт в Париже. С началом боевых действий поступил в школу авиации в Версале, но после перемирия вернулся в институт. В конце 1942 г. призван в армию Виши и произведен в лейтенанты. В марте 1943 г. бежал из Франции. Сбил один самолет лично и один в группе. 13 октября 1943 г. был подбит, выпрыгнул с парашютом, который не раскрылся. Посмертно награжден орденом Отечественной войны.

Аспирант Ив Фору, 25 лет. Жил в Алжире. Перед войной закончил курсы военных летчиков. В октябре 1942 г. бежал в Гамбию, в то время британскую колонию. В СССР сбил один самолет противника, был ранен. Награжден орденом Отечественной войны. После войны продолжал службу в авиации, участвовал в колониальных конфликтах и вышел в отставку в звании подполковника. Умер в 1978 г.

Аспирант Анри Фуко, 35 лет. Служил пилотом бомбардировщика, затем 9 лет был пилотом-инструктором в аэроклубе. В 1940 г. призван из запаса и зачислен инструктором в военно-воздушную школу в Версале. После окончания военных действий демобилизован. Занимался спортивными полетами. Установил несколько рекордов Франции на дальность и продолжительность полетов. В феврале 1943 г. вместе с Жаком де Сан-Фаль бежал из Франции. Сбил 4 самолета лично и 5 в группе. Один не подтвержденный самолет. Погиб 21 апреля 1944 г. во время тренировочного полета. Выполняя «бочку» над аэродромом, его самолет упал и разбился. Был похоронен в Москве.

Лейтенант Пьер Жаннель, родился 1 августа 1920 г. в Париже. Закончил Сен-Сир и летные курсы. Служил в Раяке, после перехода которого на сторону де Голля переведен во Францию. В марте 1943 г. понял, что был не прав, и бежал из Франции. В первом бою был сбит над Смоленском. Успел выпрыгнуть с парашютом, купол которого оказался пробит. Упал и повредил позвоночник. Упал на поле боя, по которому наступали советские танки. Танкист увидел падение летчика с парашютом и объехал его. Шедшая сзади пехота позвала санитарку. Та не смогла вытащить его с повреждениями позвоночника во время боя, и он пролежал на поле до утра. Ночью, чтобы он не замерз, она накрывала его собой, пытаясь согреть. Утром его вывезли в госпиталь в Москву, где он провел 6 месяцев. Затем был пилотом самолета связи. В конце 1944 г. произведен в капитаны и вернулся к полетам на истребителе. Одна подтвержденная индивидуальная победа, одна неподтвержденная, и два самолета сбил в группе. Орден Отечественной войны 2-й степени. В 1948 г. был задействован в миссии ООН в Палестине во время создания государства Израиль. На легком самолете с функционерами ООН совершал полеты по приграничной территории. 28 августа 1948 г. его самолет был по ошибке подбит силами ПВО Египта и сел в поле, где всех, кто был в самолете, включая пилота, растерзали исламские фанатики.

8 августа «Нормандия» была пополнена новыми самолетами, три пилота, находившихся на лечении, вернулись в строй. Полк вновь состоял из двух эскадрилий, которые теперь получили названия по двум городам Нормандии «Руан» и «Гавр». Первой стал командовать лейтенант Леон, второй — лейтенант Бегин.

Полк был переведен на аэродром Городечно, а затем в Спас-Деменск, на бывший немецкий аэродром, над которым «Нормандия» потеряла своих первых пилотов.

Конец 1943 г.

Признание Советским Союзом Французского Комитета Национального Освобождения в Алжире

Первые награждения

26 августа 1943 года СССР признал Французский Комитет Национального Освобождения в Алжире под совместным председательством генералов де Голля и Жиро, которые договорились наконец-то о разделе власти. Де Голль получал в свое ведение все гражданские вопросы. Жиро все военные.

Признание было адресовано на имя представителя «Сражающейся Франции» в СССР Роже Гарро. Советский Союз согласился обменяться представителями. Но соглашался признать в качестве французского представителя только Роже Гарро, что было недвусмысленным жестом поддержки генерала де Голля. Без него СССР не желал признавать новую структуру.

Генералы Жиро и де Голль — два претендента на руководство Францией. Схожие ситуации во время войны.

Де Голль был «сделан» Англией в 1940 г. Труднейший год, когда Великобритания осталась с Германией один на один. Когда ей было нужно иметь хотя бы символического союзника и крайне важно помешать Франции полностью стать на сторону Германии. Число сторонников де Голля было невелико, и во Франции к ним относились с презрением за службу Англии. Но они были, и в безнадежной ситуации сделали все, что могли, для победы над фашизмом. Де Голль, вопреки собственному положению у союзников, делал все возможное, чтобы Францию считали союзником по антигитлеровской борьбе. Чтобы ее считали Великой страной и считались с ней после войны.

Генерал Жиро тоже волей случая оказался во главе Африканской Франции по желанию США. В отличие от де Голля, в Африке были сосредоточены остатки французской армии, авиации и флота. Если у де Голля было 200 военных летчиков, то у Жиро их было 1500. Армия Жиро многократно превосходила численность «Сражающейся Франции». Взгляды союзников на Францию разнились, но не были определяющими в их отношениях во время войны. Очевидно, что они не стали бы ставить свои взаимоотношения в зависимость от того, кто будет руководить «свободными французами». Жиро, имея поддержку США, мог легко добиться поддержки Великобритании, и СССР вынужден был бы поддержать союзников, тем более что у него в запасе был Торез. И, мне кажется, при Жиро возможности коммунистической партии Франции прийти к власти были бы сильнее. Но Жиро не искал расположения союзников и, даже более, вел себя заносчиво, словно фигура, равная Черчиллю, не считаясь с работой, которую проделал де Голль в 1940–1942 годах.

Если бы Жиро вместо того, чтобы ставить вопрос о выводе «Нормандии» из СССР и саботировании ее пополнения, пошел по пути де Голля, используя свои возможности, которых у него было намного больше — отправить несколько частей в СССР, развернуть «Нормандию» до дивизии уже в 1943 г., тогда бы сейчас никто не помнил о де Голле, как мало кто знает сейчас о том, кем был генерал Анри Жиро. У де Голля, по сравнению с Жиро, был крупный козырь — поддержка СССР. И потому он стал национальным героем и спасителем чести Франции.

В результате разногласий между различными французскими центрами была сорвана подготовка к открытию второго фронта во Франции. В Северной Африке фактически находились три французские армии. В распоряжении генерала Жиро около 50 тысяч, в распоряжении де Голля около 30 тысяч. Была начата мобилизация в четвертую армию — Армию Освобождения Франции, в которую американские оккупационные власти надеялись призвать около 300 тысяч. Авиация Франции состояла из шести групп в Англии и одной в СССР. В Африке авиация фактически создавалась заново на американских самолетах, но имела персонал двадцати пяти групп. То есть в четыре раза больше, чем у де Голля. И если летчики де Голля воевали в Великобритании и Советском Союзе, летчики Жиро загорали на пляжах Средиземноморья из-за отсутствия самолетов. Для обучения пилотов полетам на американской технике в США было открыто две школы для французских летчиков. Остатки французского военного флота отказались объединяться с де Голлем и англичанами и были выведены в США.

Союзникам удалось высадиться на Сицилии, что вызвало переворот в Италии. Французам удалось воспользоваться волнением итальянских частей на Корсике, которая стала первой территорией страны, освобожденной после Африки. Генерал Жиро через голову союзников отправил на Корсику свои части, которые прибыли к шапочному разбору. На освобожденном от немцев острове власть захватили коммунисты при участии голлистов. Жиро стал терять авторитет у американцев.

В сентябре в Советский Союз вернулись из Лондона Роже Гарро и генерал Пети, утвержденные в ранее занимаемых должностях.

15 сентября 1943 г. состоялась встреча генерала Пети и Сталина. Генерал благодарил советское правительство за поддержку, выраженную де Голлю, а также просил обеспечить прямую радиосвязь между структурами де Голля и партизанским движением во Франции. И обеспечить советскими самолетами прямую воздушную связь между Алжиром и Москвой. (Для этого СССР пришлось установить дипломатические связи с добивающимся признания независимости Египтом.) Принять 10 французских офицеров для обеспечения работы военной миссии, целью которой явилось бы развертывание авиагруппы «Нормандия» до дивизии и создание пехотной бригады из числа французских пленных и гражданских лиц, задействованных фашистами на объектах организации Тодт. Сталин ответил согласием по всем вопросам. Генерал Пети поблагодарил Иосифа Виссарионовича и сказал, что в других местах, где воюют французы, они не встречают к себе такого хорошего отношения, как в Советском Союзе. Сталин ответил, что люди — это главное, а самолеты дело второстепенное. Если понадобиться, СССР может предоставить столько машин, сколько нужно, поскольку французы в России зарекомендовали себя храбрыми воинами и достойными людьми.

Закончилась беседа любопытным диалогом, который, на мой взгляд, заслуживает, чтобы о нем напомнить:

«Пети говорит, что французы чувствуют и помнят, что они многим обязаны Советскому Союзу.

Сталин отвечает, что Франция в будущем снова возродится и тогда у французов изменится тон.

Пети повторяет, что французы весьма признательны Советскому Союзу и маршалу Сталину за помощь.

Сталин отвечает, что мы и впредь будем помогать французам. До тех пор… пока нам самим не понадобится помощь»[77].

Функции представителя при Французском Комитете Национального Освобождения были переложены все на того же Александра Богомолова, который переехал в Алжир. А послом СССР при Союзных правительствах в Лондоне стал Виктор Лебедев.

* * *

Вскоре началось советское контрнаступление под Курском.

«Нормандия» участвовала в наступлении на Ельню и Смоленск. Снова интенсивные бои и непрерывные вылеты. Новые победы и потери.

К ноябрю полк сбил еще 12 немецких самолетов, но и в строю осталось только 9 летчиков. Среди оставшихся возникло недовольство своим командованием из-за того, что к концу 1943 г. они не были отмечены ни наградами, ни повышениями в званиях. Погибшие не получили орденов. Это была серьезная недоработка военной миссии. Летчики написали петицию новому командующему ВВС в Алжир. Это дошло до советского командования, которое, не поняв, в чем дело, решило, что пилоты в виду хаоса и неразберихи во французском руководстве решили выйти из «Сражающейся Франции» де Голля и присоединиться к генералу Жиро. На подобный политический демарш советское руководство пойти не могло.

СССР не ответил на настойчивые просьбы де Голля о личной встрече со Сталиным. На проходившую в ноябре — декабре 1943 г. конференцию союзников в Тегеране французы не были приглашены, что вызвало неудовольствие де Голля и негативные высказывания в адрес Советского Союза.

Одновременно в Алжире от высланных механиков и пилотов стали распространяться слухи о том, что полк «Нормандия» состоит из неопытных пилотов, неспособных полноценно воевать, что обусловливает высокие потери. Окружение генерала Жиро и до этого активно саботировало набор пополнения для «Нормандии». А теперь еще и сам генерал потребовал вывода авиаполка «Нормандия» из СССР в Алжир.

Сложилась ситуация, когда и советские власти, и оба французских председателя Национального Комитета могли вывести «Нормандию» из России.

В начале ноября остатки «Нормандии» были направлены с фронта в Тулу. Началось тягостное ожидание решения судьбы полка.

Капитан Мирлес, напуганный поворотом событий, из Алжира обратился к Илье Эренбургу за помощью. Писатель встретился с наркомом иностранных дел Вячеславом Молотовым и разъяснил, что демарш летчиков не содержит ничего, кроме желания получить награды. Одновременно в Алжире Мирлес встретился с де Голлем и Буска и ускорил процесс награждения.

* * *

В это время генерал Пети в очередной раз отказал генералу Валену в организации его поездки в СССР для инспекции «Нормандии», прямо написав в телеграмме, что боится, что тот получит негативное впечатление от увиденного[78].

В часть прибыли поодиночке два пилота Ив Мурье и Жюль Жуар, освобожденные из плена. Мурье находился в плену в Турции. Жуар был хорошо знаком пилотам из той части «Нормандии», которые участвовали в 1940 г. в попытке де Голля высадиться в Дакаре. Как помним, попытка была отбита французами, в то время служившими Виши. Жюль Жуар был пленен во время попытки ведения переговоров.

Ив Мурье закончит войну командиром эскадрильи, кавалером ордена Красного Знамени и погибнет в 1948 г. во время тренировочного полета. Жюль Жуар — один из опытных военных летчиков, отметившийся во время кампании 1940 г., к сожалению, не сможет поучаствовать в боях в СССР. Он погибнет в Туле через 2 месяца во время тренировочного полета. Будет похоронен в Москве.

Общим приказом командующего ВВС Франции № 25 14 летчиков «Нормандии» были отмечены благодарностью и награждены Военным Крестом. Четыре советских офицера, три техника и связист, капитан Агавельян, лейтенанты Кунин, Даниленко и Шилинг были награждены Военным Крестом с золотой звездой. Переводчики полка Михаил Шик и Александр Стахович, а также доктор Георгий Лебединский были награждены Военным крестом с бронзовой звездой[79].

Лейтенант Дидье Бегин получил звание капитана, оба Марселя — Альбер и Лефевр — стали лейтенантами. А аспиранты Риссо, Матис и Михаил Шик произведены в младшие лейтенанты.

4 ноября в полк прибыл декрет де Голля от 11 октября о награждении полка французским орденом Освобождения. «Нормандия» стала первой воинской частью, получившей эту награду. В декрете говорилось:

«Авиагруппа, задействованная с 1943 г. на восточном фронте под командованием майора Тюляна, погибшего 17 июля 1943 г., а затем под командованием майора Пуяда, с 1 апреля по 4 сентября 1943 г. записала в свой актив 50 подтвержденных сбитых самолетов противника, 4 возможных, 14 поврежденных. И потеряла 17 пилотов…»

Таков был результат первых месяцев в России.

* * *

Для вручения наград в «Нормандию» прибыл полковник Лионель Мармье, бывший первый командир авиационных частей де Голля. Он прибыл в СССР для переговоров об открытии линии воздушного сообщения Москва — Алжир на собственном самолете, чтобы лично пройти трассу[80]. С ним прибыли два новых переводчика Игорь Эйхенбаум и Павел Пистрак[81]. А еще он привез шестьсот килограммов посылок, собранных Мод Периго в Каире и Барбарой Адле в Тегеране. Это разнообразило рацион пилотов, которые в июле 1943 г. даже обратились в Алжир с просьбой о выплате дополнительного денежного довольствия, а затем, когда выяснилось, что это невозможно, так как «Нормандия», в соответствии с соглашением, оплачивается Советским Союзом, попросили прекратить перевод части зарплаты в Лондон, откуда она должна была пересылаться их семьям. Отправка денег семьям, до освобождения Франции, стала проблематичной. Пилоты писали, что в результате сложностей с привыканием к русской кухне и недостатком питания вынуждены покупать продукты на рынке, что стоит очень дорого, и они не имеют для этого достаточно средств[82].

Генерал Буска разрешил французской военной миссии не отправлять деньги в Лондон, а выдавать их пилотам.

Любопытно, что в то же самое время пилоты, узнав, что их советские механики отказались получать премиальные за сбитые самолеты и перечислили их в Фонд Обороны, совершили аналогичный жест. «Мы не наемники, а добровольцы. Мы приехали сражаться за Родину, а не зарабатывать деньги»[83]. Французские пилоты передали в Фонд Обороны 82 тысячи рублей. Летчики последующего пополнения уже не отличались подобными действиями.

Со стороны де Голля и советского командования вопрос о дальнейшем использовании полка в СССР решился положительно, хотя Пьер Пуяд был вынужден лично, вместе с полковником Мармье, отправиться в Алжир для решения вопросов существования части и пополнения ее личным составом. Он встречался с генералом Буска, с которым был близко знаком по службе и у которого он даже жил во время этой поездки. И с генералом Жиро. В результате блестящего доклада о состоянии дел в «Нормандии», о ее подвигах генерал Жиро наградил майора Пуяда Военным крестом с пальмовой ветвью и привел его в пример всей французской авиации. Авиаполку «Нормандия» за боевые успехи был разрешен к ношению аксельбант цвета ленты ордена Военного креста — сплетенный из желтой и зеленой нити[84].

Саботаж с пополнением

Вот что рассказывает про этот период один из «русских» пилотов «Нормандии» Константин Фельдзер, который провел в тюрьме в Тунисе около двух лет за неудачную попытку бежать к де Голлю. После высадки американцев в Северной Африке он участвовал в боях в Тунисе и над Сицилией, где сбил один мессершмитт. После окончания боев с июня 1943 г. он пытался попасть в СССР в полк «Нормандия». На первый рапорт о переводе командованием части ему было сообщено об отказе со стороны СССР принять его, как сына белоэмигранта. После чего он был переведен инструктором летной школы в Марокко.

Приехав за назначением в Алжир, он узнал, что практически все пилоты, с которыми он был знаком, подавали рапорты о переводе в «Нормандию» и получили отказы: «…двум братьям Амарже сообщили, что СССР не принимает близнецов… Розанову, Носовичу и де Бертрену сообщили, что СССР не принимает детей белоэмигрантов… Роже Соважу сообщили, что русские не принимают темнокожих… Бертран, Карбону Дешане, Сан-Марсо и де Сейн получили отказы без объяснения причин… всем говорили только „русские то, русские се“, все должны были знать, что это русские ответственны за ситуацию…»[85]

Константину Фельдзеру это показалось странным. Затем ему стало известно, что в Алжир прибыл советский представитель и тут же находится первый заместитель наркома иностранных дел Андрей Вышинский, прибывший на конференцию министров иностранных дел СССР, США и Великобритании. Знакомые арабские жулики, с которыми он вместе сидел в тюрьме, узнали и сообщили ему, в каком отеле поселились советские дипломаты. Терять было нечего, и он решил с ними встретиться.

Сначала, не выдавая своего киевского происхождения, он говорил через переводчика, которым выступил Виктор Авилов, советник Богомолова:

— Каковы условия для вступления в полк «Нормандия»?

Консул был удивлен вопросом и стал говорить более сухо:

— Мы набираем пилотов, которые хотят воевать против фашистских завоевателей. За свободу вашей и нашей страны. Я не понимаю ваш вопрос.

— Я задал его потому, что на сегодняшний день множество просьб о переводе в «Нормандию» были отклонены.

— Какие просьбы? Я еще не видел никаких обращений, кроме обещаний французских властей. Среди вопросов, порученных нашей миссии, набор летчиков в «Нормандию» стоит среди приоритетов первой значимости. В Северной Африке имеется множество опытных французских пилотов, которые не задействованы в армии. Ни одна просьба о визе в СССР на сегодня не была отклонена, потому что не было никаких просьб[86].

Так, к своему удивлению, Константин Фельдзер открыл, что набор летчиков в «Нормандию» саботировался французскими властями в Алжире. Он взялся сформировать группу.

Этот период омрачился другим событием — два французских летчика из французской эскадрильи «Лафайет», которой командовал Константин Розанов, перелетели к немцам. Было объявлено, что пилоты настолько истосковались по семьям во Франции, что не выдержали. Однако на самом деле считалось, что это акция немецкой разведки с целью деморализации французов, оказавшихся «освобожденными» англо-американскими войсками и среди которых был большой процент англофобов. Это стоило Розанову того, что в «Нормандию» он не попал. А жаль! Подполковник Константин Розанов, впоследствии первый французский пилот, преодолевший звуковой барьер, имел шанс стать командиром либо самой «Нормандии», либо авиадивизии «Франция». А в этом случае резонанс даже трудно представить: сын белоэмигрантов, бывший юнкер — командир французской части в СССР.

Константин Фельдзер очень боялся, что в сформированной им группе окажутся агенты вишистов или абвера, потому что это будет не только конец «Нормандии», это будет конец франко-советским отношениям и серьезный удар по де Голлю. Его активность даже смутила Богомолова, который уже знал, что Константин Фельдзер уроженец Киева — и прекрасно владеет русским языком:

«— Нас нисколько не интересуют политические взгляды французских пилотов, сражающихся рядом. Это их дело, они могут быть республиканцы, роялисты, коммунисты или убежденные бонапартисты. Мы от них просим одного — сражаться с гитлеровской Германией, и сражаться честно. С другой стороны, если вдруг французские пилоты, сражающиеся на нашей стороне, станут радоваться нашим неудачам и, наоборот, восторгаться успехами противника, это могут плохо принять их собственные товарищи…

Затем консул добавил:

— Если же вдруг вы или французские пилоты вздумают восстановить на троне царя, это не представит никаких проблем для нас, потому что сто миллионов русских этого не захотят»[87].

* * *

Константин Фельдзер собрал и представил Пьеру Пуяду, прибывшему в Алжир, группу в составе 21 пилота, которая прибыла в СССР в конце декабря 1943 г. и начале января 1944 г. Отдел кадров Главного штаба ВВС пересылал ему списки подавших рапорты о переводе в «Нормандию», из которых он отбирал кандидатов.

Когда группа была сформирована больше чем наполовину, произошло еще одно событие. В состав группы, минуя Фельдзера, был включен некий майор Дали с двумя адъютантами русского происхождения, один из которых не был ни летчиком, ни военным. В кампанию 1940 г. майор, тогда капитан, был пилотом ночного бомбардировщика, затем демобилизовался. Публично поддержал де Голля, но затем уехал в Африку и служил при штабе генерала Буска.

Нимало не сомневаясь, в первое же появление майор безаппеляционно заявил, что имеет звание выше, чем у Пьера Пуяда, и он направляется в СССР, чтобы принять командование авиаполком «Нормандия». Его появление и заявление вызвали ощущение, что через него генерал Жиро намеревается оттеснить голлистов от руководства авиачастями в России. Свое беспокойство он донес до советского руководства, которое устранилось от участия в вопросах формирования авиачастей в СССР, заявив, что это дело самих французов.

Константин Фельдзер с друзьями перебрали несколько вариантов, пытаясь избавиться от этой «троицы». Они «забыли» их в Алжире во время отправки, но подполковник Дали нагнал группу в Каире. «Мистическим» образом в Тегеране майору Дали[88] и двум его адъютантам отказали в визах для въезда в СССР.

Позднее выяснилось, что это была инициатива не самого Жиро, а его заместителя генерала Жирардо. Кроме того, он оказывал давление на пилотов аристократического происхождения, а также русских эмигрантов из дворян, убеждая их не ехать в страну большевиков. Ряд пилотов в результате отказались от перевода в «Нормандию»[89].

Желание ехать в Россию объяснялось тем, что французская авиация в Африке в связи с условиями перемирия с Германией уничтожила большую часть самолетов. Оставшиеся были устаревшие и физически, и морально. Союзники взялись перевооружить авиацию для участия в высадке во Франции, но этот процесс очень затянулся. Тогда как в СССР в то время не было недостатка в самолетах, и прибывшие пилоты сразу получали машину и звание на ступень выше.

По просьбе Богомолова, Фельдзер обратился к французскому военному атташе в Тегеране подполковнику Жювелю, который направил в адрес Главного штаба ВВС специальные рекомендации по набору русскоязычных кандидатов в группу «Нормандия», в которых говорилось:

«Стало известно, что многие командиры частей заявили подчиненным, что военнослужащие, владеющие русским языком, не могут быть направлены в группу „Нормандия“, находящуюся в СССР. Эта информация совершенно не соответствует действительности. Напротив, наши советские союзники с удовольствием принимают военнослужащих французской армии, владеющих русским. Отказ может быть предъявлен только к отдельным лицам, кого советские власти сочтут белоэмигрантами, и не распространяется на следующие категории:

a) любое лицо, покинувшее Россию до 1920 г.

b) дети белоэмигрантов, имеющих родственников в России.

c) лица, выехавшие из СССР законным порядком.

d) лица российского происхождения, оказавшиеся после войны 1914-18 гг. на территориях бывшей Российской империи, не вошедших в состав СССР. Например, русские из Польши не расцениваются как белоэмигранты.

Замечу от себя, относительно вышесказанного, что крайне полезно для французских войск в России иметь большое число персонала, владеющего русским языком»[90].

Начало 1944 г.

Четвертая группа

Организация командования французскими ВВС в СССР

Итак, четвертая, самая многочисленная группа пополнения прибыла в конце декабря 1943 — начале 1944 г.

Прежде всего закончился первый, самый трудный и переполненный событиями год в истории «Нормандии». Первые бои, первые победы, первые потери. Труднейшая политическая неопределенность Франции, не менее тяжелая, чем в 1940 г. Все было преодолено.

Четвертая группа, как и первая, прибыла в конце года и получила всю зиму для тренировок. Первоначально полк выводился в Тулу на месяц, но из-за разного рода организационных пертурбаций месяц затянулся на полгода. Зима 1943/44 г. была уже не та, что предыдущая. Проблемы с питанием были относительно разрешены. Французские механики покинули СССР.

Главной особенностью четвертой группы было то, что пилоты в большинстве не бежали из Франции и не вступали в «Сражающуюся Францию» де Голля. Многие из них, включая Героя Советского Союза Жака Андре, служили Виши в Африке и участвовали в боях против Великобритании и даже французов де Голля.

Если первые пилоты думали только о борьбе за свободу своей родины, то, начиная с четвертой группы, стали появляться те, кто искал славы и продвижения по службе. Если во Франции многие пилоты имели сержантские звания, то оправлявшиеся в СССР сразу же получали звание аспиранта и за пять боевых вылетов производились в офицеры. Во Франции такого продвижения можно было ждать годами.

Между этими группами отношения оставались сложными и во время войны, и после. Некоторые откровенно враждовали. Хотя у тех, кто, исполняя присягу, служил Виши до конца и только затем записался добровольцем в СССР, тоже был достаточно простой выбор — французская кухня и средиземноморские пляжи в Алжире или каша, землянки и немецкие пули в России. Те из пилотов, кто не остался в Советском Союзе навсегда и вернулся домой, на всю жизнь остались переполнены добрыми чувствами к России.

«Нормандия» уже набралась опыта, и потери уже не были столь высоки. Большая часть этого пополнения вернулась после войны. Французское командование в Алжире с великим скрипом и нервозностью стало переходить от интриг к делу.

Приказом генерала Буска № 7152 от 29 декабря 1943 г. с 1 января 1944 г. группа «Нормандия» была реорганизована в Истребительный Полк R «Нормандия», состоящий из четырех эскадрилий. Буква R означала — Россия[91]. О переброске группы бомбардировщиков «Бретонь» забыли. Но переговоры о формировании французской авиадивизии на базе «Нормандии» не были прекращены, хотя, к сожалению для всех французских проектов в России, капитана Мирлеса перевели в Лондон, где он вернулся к руководству Вторым отделом, то есть разведки, а затем возглавил новый отдел — научной разведки. Занимался сбором разведданных, связанных с массированными бомбардировками Франции союзниками и ракетным оружием рейха. Участвовал в захвате спецгруппой Вилли Мессершмитта и технической документации его бюро. Войну закончил в США в подкомитете ООН по атомной бомбе. Четвертая группа уже не была с ним знакома.

Первыми прибыли семь человек:

Аспирант Константин Фельдзер. Родился в 1909 г. в Киеве. В кампанию 1940 г. служил в истребительной авиации, был сбит. После капитуляции переведен в Алжир. В конце 1940 г. неудачно бежал в Гибралтар, был арестован и просидел в тюрьме два года. Был амнистирован и вновь арестован за публичное одобрение высадки американцев в Алжире. Вновь освобожден, после перехода Французской Африки на сторону союзников. Участвовал в боях в Тунисе и Сицилии. Сбил два самолета противника. В СССР провел около 40 боевых вылетов. 1 августа 1944 г. был подбит в районе Кенигсберга и выпрыгнул с парашютом. Получил сильные ожоги, в результате которых на несколько дней лишился зрения. Его подобрал патруль эстонских полицаев, благодаря чему он избежал расстрела на месте. Сбитый вместе с ним, его ведомый Роже Пино был застрелен немецким солдатом в кабине самолета, из которой он не мог выбраться из-за ранения. Содержался в плену с советскими летчиками. Сумел бежать с двумя из них.

Лейтенант Морис Амарже, 33 года. Военную службу начинал механиком, потом закончил курсы штурманов, а затем пилотов. Мобилизован в 1939 г., служил в Алжире. Участвовал в боевых операциях против «Свободной Франции» и Великобритании. В СССР сбил 4 самолета лично, 4 в группе и 1 неподтвержденный. Орден Отечественной войны. Погиб 19 марта 1946 г. во время тренировочного полета.

Лейтенант Жан Бертран, 37 лет. Служил авиамехаником. После окончания службы поступил в школу пилотов, которую окончил в 1930 г. Служил в группе высшего пилотажа, предшественнице современной группы «Патруль де Франс». В кампанию 1940 г. воевал вместе с будущими «нормандцами» Ивом Мурье и Альбером Литольфом, с которыми в группе сбил три немецких самолета. Был сбит и тяжело ранен. В 1942 г., пытаясь бежать из Франции, был арестован и провел 3 месяца в тюрьме в Испании, затем добрался до Марокко. 26 августа 1944 г. при возвращении с боевого задания вместе с Роже Марши, лучшим мастером воздушной акробатики в «Нормандии», стали заниматься выполнением сложных фигур. Як-9 Бертрана в пике на большой скорости потерял крыло и разбился.

Лейтенант Леон Кюффо, 33 года. Одна из наиболее ярких фигур французской авиации и полка «Нормандия-Неман»[92].

Аспирант Жак Андре, 24 года. Чемпион Европы 1936 г. по легкой атлетике, участник легкоатлетических соревнований Франция — Германия 1937 г., трехкратный чемпион Франции в 1936–1938 гг., участник Олимпийских игр 1948 г. Перед войной закончил летную школу. После поражения Франции выехал в Алжир. Вместе с Кюффо служил в Сирии и участвовал в боевых действиях против Великобритании. После поражения Франции в Сирии отказался поступать в «Свободную Францию» и демобилизовался. Сбил лично 11 самолетов противника, 4 в группе и 4 неподтвержденных. Третий по результативности, несмотря на неполный год на фронте, летчик «Нормандии-Неман». Герой Советского Союза. После войны служил в «Нормандии-Неман». Полковник в отставке. Скончался в 1988 г. и похоронен в пригороде Ниццы[93].

Аспирант Жак Казанёв, 23 года. Закончил школу летчиков в 1938 г. В кампанию 1940 г. сбил три немецких самолета. Сам был сбит, спрыгнул с парашютом, получил тяжелые ожоги лица. Был взят в плен и помещен на лечение. Сбежал из немецкого госпиталя и добрался до своей части в Алжире. Воевал против Великобритании в Сирии. В составе «Нормандии» сбил один самолет. Погиб 26 июня 1944 года.

Аспирант Ив Карбон, 32 года. Призван в 1939 г., закончил школу пилотов. В кампанию 1940 г. сбил два самолета противника и три возможных. После перемирия его часть была расформирована, а сам он демобилизован. В 1943 г. бежал в Испанию, а оттуда в Алжир к союзникам. В СССР сбил 5 самолетов лично, 3 в группе. После войны капитан, летчик-инструктор военной школы в Мекнесе. Разбился во время тренировочного полета 25 октября 1949 г.

После Нового года, в январе 1944 г. продолжалось прибывание личного состава. Прибыло еще 16 человек, что позволило начать формирование третьей эскадрильи.

Капитан Морис де Сейн. 29 лет, из дворян. Закончил летное училище в 1936 г. В кампанию 1940 г. сбил два самолета противника. Награжден Военным Крестом. Затем переведен в Мариньяк и после расформирования части демобилизован. В составе «Нормандии» участвовал в боях над Витебском, Оршей, Борисовом и Минском. 14 июля 1944 г. при перебазировании на новый аэродром летел вместе со своим механиком в грузовом отсеке. В результате поломки бензопровода пары бензина попали в кабину, от интоксикации потерял ориентировку. Вернулся на старый аэродром. Отказался прыгать, поскольку его механик не имел парашюта. При попытке посадить самолет погиб[94]. Похоронен в Париже.

Лейтенант Бруно де Тьери де Фальтан. 27 лет, из дворянской семьи. В армии с 1938 г., закончил школу пилотов в 1939 г. Служил в Тулузе. В 1941 г. произведен в лейтенанты. В апреле 1943 г. бежал из Франции в Алжир. 30 июня 1944 г. его самолет в результате аварии сел в поле. Был эвакуирован связным самолетом У-2, но затем вернулся на двухместном учебном самолете со своим механиком Сергеем Астаховым, чтобы попытаться починить истребитель. Починить самолет не удалось. При возвращении самолет был подбит, и пилот с механиком погибли. Посмертно награжден орденом Отечественной войны. Похоронен в Москве на Введенском кладбище[95].

Лейтенант Жан Соваж, 26 лет. Перед войной закончил летные курсы в армии и получил свидетельство военного пилота. В 1940 г. служил в составе франко-чехословацкой эскадрильи. Сбил один самолет лично и 2 в группе. Военный Крест и звание лейтенанта. После капитуляции переведен в Алжир. Участвовал в боях в Тунисе и сбил 2 немецких самолета в группе. В составе «Нормандии» сбил один самолет. В 1946-м демобилизовался в звании майора запаса. Работал пилотом Эйр Франс. В настоящее время проклеивает в Париже.

Лейтенант Марк Вердье, 27 лет. После действительной службы в авиации закончил летные курсы офицеров запаса. Участвовал в кампанию 1940 г. Затем демобилизован. В 1943 г. пытался попасть в Лондон через Испанию. Был задержан, провел два месяца в тюрьме, затем попал в Алжир. Пропал без вести 22 сентября 1944 г.

Группа Константина Фельдзера в Каире: слева направо: сидят: Жак Казанев, Рене Мартен, Ив Карбон, Франсуа де Жоффр, Робер Делен; стоят: Азиз Фармаян, Константин Фельдзер, Жак Андре, Роже Марши, Леон Кюффо, Жан Бертран, Пьер Дешане, Роже Соваж, Гастон де Сан Марсо, Фернан Пьерро. (Фото из коллекции Эрве Пьерро)

Аспирант Пьер Дешане, 32 года. В 1932 г. после действительной службы на аэродроме пошел на сверхсрочную. За выслугу лет произведен в капралы. Использовал звание для окончания летных курсов в 1938 г. В 1939 г. мобилизован в качестве пилота. В 1940 г. сбил один немецкий самолет. После боев переведен в Алжир. В составе «Нормандии» сбил 3 самолета лично и 3 в группе. Ордена Красного Знамени и Красной Звезды. Продолжал службу в «Нормандии-Неман» до 1947 г. Затем инструктор летной школы резерва. Капитан запаса. Скончался в 1966 г.

Аспирант Франсуа де Жоффр, 23 года, из семьи баронов, получивших титул во времена империи Наполеона. Закончил аэроклуб и поступил на службу в авиацию. В 1940 г. переведен в Алжир. Неудачно пытался бежать в Гибралтар. После высадки американцев в Алжире служил в эскадрилье «Лафайет» на американских самолетах. Переведен в летную школу в Мекнес. Чтобы попасть на фронт, записался в «Нормандию». Сбил 2 самолета лично, 5 в группе, 2 неподтвержденных. Прославился тем, что был подбит в марте 1945 г. и упал в Балтийское море. Несколько часов провел в воде. Советское подразделение пошло в наступление, чтобы вытащить его, после чего о нем узнал весь фронт. Ордена Красного Знамени и Красной Звезды. После войны служил в гражданской авиации. Автор нескольких книг о «Нормандии-Неман». «Воспоминания военного летчика» — единственная, переведенная на русский язык. Скончался в 1970 г.

Аспирант Робер Делен, 27 лет. Закончил летные курсы перед войной. Служил на авиабазе Оран в Алжире. В составе «Нормандии» сбил 1 самолет лично и 2 в группе, 2 неподтвержденных. После войны переведен в Министерство ВВС. С 1949 г. капитан в действующей армии. Служил в Германии и участвовал в боевых действиях во Вьетнаме и Алжире. Демобилизовался в 1970 г. в звании полковника и перешел на работу директором банка. Проживает в Мон-де-Марсан.

Аспирант Пьер Дуарр, 29 лет. Закончил летные курсы и служил в бомбардировочной авиации в Дижоне. Участвовал в кампании 1940 г., затем был переведен в Алжир. В составе «Нормандии» имеет две победы в группе. После войны служил командиром эскадрильи легкой авиации. В 1948–1950 гг. военный атташе в Польше. Затем занимал несколько командных должностей в авиации. С 1963 г. в отставке, полковник. Скончался в ноябре 2009 г.

Аспирант Робер Марши, 24 года. Закончил летные курсы и летное училище перед войной. В 1940 г. служил в воздушной разведке. Переведен в Алжир и оттуда в «Нормандию». Лучший мастер воздушной акробатики в «Нормандии-Неман». Сбил шесть самолетов лично и семь в группе. Ордена Красного Знамени и Красной Звезды. Разбился в июле 1946 г. во время показательных полетов.

Аспирант Рене Мартен, 28 лет. Закончил летные курсы и служил в эскадрилье «Аисты». Участвовал в кампании 1940 г. Сбил 5 самолетов в группе. После переведен в Тунис. Участвовал в боях 1942–1943 гг. В составе «Нормандии» сбил 3 самолета лично и 5 в группе. Орден Отечественной войны. После войны продолжал службу в авиации. В 1953 г. переведен в испытательный центр в Ле Бурже. Участвовал во встрече Никиты Хрущева в Дижоне, который провел с ним беседу, заметив советские военные награды. В 1968 г. вышел в отставку в звании подполковника. Занимался животноводством. Умер в 1982 г.

Аспирант Габриель Мертизен. 30 лет. Закончил летные курсы и служил в Алжире. В кампанию 1940 г. его часть была переведена во Францию, а затем возвращена в Алжир. В 1941 г. участвовал в боевых действиях против Великобритании в Сирии. Сбил один английский самолет. Был подбит английской зенитной артиллерией, но смог вернуться на свой аэродром. Затем служил в береговой авиации в Алжире. Сбил один немецкий самолет. В составе «Нормандии» сбил четыре самолета. Сам был сбит, но остался жив. Орден Отечественной войны. После войны служил в транспортной авиации. Участвовал в войне в Индокитае. В 1951 г. был завербован Раймоном Шмитлейном для проведения разведывательной миссии против СССР. Погиб во время ночного тренировочного полета.

Аспирант Роже Панверн. 24 года. В 1940 г. учился в летной школе, с которой был эвакуирован в Алжир. В составе «Нормандии» 2 личные победы и две в группе. Сбит 5 февраля 1945 г. Орден Отечественной войны посмертно.

Аспирант Гастон де Сан-Марсо, 29 лет. В кампанию 1940 г. пилот бомбардировщика. Подбит и уволен из армии. В 1941 г. восстановился пилотом легкой авиации в Ниме. В ноябре 1942 г. перелетел в Алжир. В СССР один сбитый самолет противника. После войны на дипломатической работе. Военно-воздушный атташе в США, СССР, ФРГ, Великобритании и при НАТО. Демобилизовался в 1965 г. в звании генерал-майора. Скончался в Париже в 1986 г.

Аспирант Роже Соваж. 26 лет. Сын солдата с Мартиники, погибшего в Первую мировую войну до рождения сына. Закончил летные курсы и служил пилотом в Страсбурге. В кампанию 1940 г. был сбит по ошибке британским пилотом. После падения в самолете потерял память на несколько дней. После выздоровления служил в Ниме. После высадки американцев в Алжире уехал туда, встретил своего друга Константина Фельдзера, который уговорил его поступить в «Нормандию». Один из наиболее результативных летчиков — 9 личных побед и 7 в группе. Орден Отечественной войны и орден Александра Невского. Представлялся к званию Героя Советского Союза. Продолжал службу до 1950 г. Демобилизовался в звании капитана. Автор двух книг — «Жажда воздуха» и «Один из „Нормандии-Неман“». В Литве живет его дочь. Скончался в 1977 г.

Капитан Эманюэль Бриэ, 30 лет. Летчиком, как большинство других, стал во время службы в армии. Был пилотом бомбардировщика в Бордо, затем инструктором летных курсов в Сен-Сире. После кампании 1940 г. переведен в Алжир. Летчик-инструктор военной школы в Марокко. В составе «Нормандии» сбил один самолет в группе. После войны летчик-испытатель. В том числе испытывал немецкий реактивный самолет Ме-262. В отставке с 1968 г. Скончался в 2004 г. В его память перед мэрией города Глагеон, где родился пилот, установлена стела в форме крыла самолета Як.

Аспирант Фернан Пьерро, 23 года. Перед войной закончил летные курсы в армии и был пилотом-инструктором на юге в Монпелье. Переведен в Алжир. В СССР сбил Два самолета. Служил в «Нормандии-Неман» до 1947 г. Затем в других подразделениях. С 1958 г. переучился на пилота вертолета. Служил в Алжире и ФРГ. 5 апреля 1964 г. подполковник Пьерро погиб в автомобильной аварии.

* * *

Продолжались переговоры о создании французской авиадивизии. Генерал Пети не имел мобильности капитана Мирлеса, был менее искусен в ведении переговоров и шел более долгим путем через командование Красной Армии. По вопросам создания авиадивизии он вел переговоры с первым заместителем начальника Генерального штаба генералом армии Алексеем Антоновым[96]. Французы предложили перевести в СССР группу бомбардировщиков «Бретонь», ограничить численность «Нормандии» тремя эскадрильями и создать второй истребительный полк «Париж».

Авиагруппа «Бретонь» была выведена из Африки и ожидала приказа в Раяке. Ей командовал Жан Маэ, старший брат Ива Маэ, пропавшего без вести под Спас-Деменском. Первоначально группа была переведена в Тунис в распоряжение RAF, но не была задействована в боях из-за устаревших самолетов. Представители де Голля продолжали заявлять, что располагают необходимым количеством пилотов и ТЕХНИКОВ для формирования трех эскадрилий истребителей и одной бомбардировщиков.

Советское командование не разделяло идею об объединении в одну дивизию истребителей и бомбардировщиков. Французы настаивали на том, что если французские истребители могут сопровождать советские бомбардировщики, то ничего не изменится, если бомбардировщики будут французскими. Советское командование не отказывалось, но сомневалось в целесообразности объединения боевых разноцелевых авиационных частей под общим командованием.

В Алжире 15 января 1944 г. во исполнение приказа № 7152 было сформировано командование французских ВВС в СССР. Генерал Вален, передавший командование французскими ВВС генералу Буска, был назначен комиссаром по аэронавтике. Затем, после ввода в состав Национального Комитета Освобождения двух коммунистов, один из них, Фернан Гренье, стал комиссаром по аэронавтике. А генерал-майор Марсиаль Вален стал командующим французских ВВС в Великобритании и инспектором французских ВВС в СССР. Командующим французских авиационных частей в Советском Союзе стал полковник Корнильон-Молинье. Тот самый, который провожал первую группу «Нормандии» в ноябре 1942 г. в качестве командующего ВВС «Свободной Франции» на Ближнем Востоке.

Вместе с ним в состав командования намечалось ввести 19 человек, из них трое белоэмигрантов — сержанты Козлов и Смолин и аспирант Анатолий Коро, переводчик второй группы пополнения «Нормандии», который был переведен в Алжир и выехал вместе с механиками в октябре 1943 г. Один француз русского происхождения, капитан Эмиль Рублёв, родившийся в Париже в 1901 г., имел задачей вернуться к вопросу организации школы пилотов на месте. Доктор Робер Ано, служивший под псевдонимом Мартен, должен был составить компанию Георгию Лебединскому. Начальником штаба ВВС Франции в СССР назначался подполковник Шассен, его заместителем майор Лионетти[97]. Двадцатым членом миссии полковник Корнильон-Молинье приглашал Антуана де Сент-Экзюпери[98]. Кроме того, в одном из списков личного состава миссии фигурирует капитан Мирлес.

Этот проект не был реализован по недостатку финансов. Действующие французские воинские части в СССР содержались за счет Красной Армии, тогда как штабную структуру Национальный Комитет Освобождения должен был финансировать сам. Уже в апреле 1944 г. проект был отложен и персонал французской военной миссии в Москве сокращен на три человека из-за отсутствия средств на его содержание[99]. Целесообразность же раздувания штатов не обсуждалась вообще.

* * *

Формирование третьей эскадрильи было завершено. Французы получили 11 новых самолетов Як-9Т, вооруженных 37-мм пушкой.

Некоторые из вновь прибывших пилотов выразили недовольство, что, несмотря на заявления, что «Нормандия» воюет во французской форме, их снабжают советской с серпом и молотом на пуговицах. Они обратились к своему командованию в Алжире, и обмундирование было оперативно доставлено. Но это была та форма, которой в то время снабжали французские части в Африке — форма американской армии. Приходилось выбирать или — или. Хотя несколько женщин, работавших во французской военной миссии в Москве под руководством Люсетт Моро[100], в это время уже вечерами шили французскую форму, украшенную нашивками «НОРМАНДИЯ» на русском языке.

* * *

В феврале прибыли еще 10 пилотов из Лондона для формирования авиаполка «Париж».

Лейтенант Андре Муане, 22 года. Сын крупного промышленника, добровольцем вступил в армию в 1939 г. и был направлен в летную школу в Тарб. После капитуляции франции тайно, под видом польского военного, бежал в Англию. В составе истребительной группы № 1 участвовал в миссии в Дакаре, Камеруне, Чаде и Габоне. С мая 1942 г. пилот группы «Иль-де-Франс» в составе RAF. В составе «Нормандии» сбил лично шесть самолетов и два в группе. Награжден орденами Красного Знамени и Отечественной войны 1-й и 2-й степени. В феврале 1945 г. в звании капитана переведен из «Нормандии» командиром летной школы в Тулузе. Кавалер ордена Освобождения. В 1946–1967 гг. независимый депутат Национальной Ассамблеи от департамента Саон-и-Луара. 1954–1955 гг. министр по делам молодежи. 1962–1967 гг. президент Комиссии по Обороне, руководил выходом Франции из военного командования НАТО. В 1951 г. закончил курсы повышения квалификации и произведен в звание майора. В 1956 г. участвовал в боевых действиях в Алжире, совершил 76 боевых вылетов. Полковник. С 1971 г. мэр города Био на Лазурном Берегу. Скончался в 1993 г.

Младший лейтенант Эмиль Ле Мартело, 32 года. Служил военным летчиком с 1930 г. В кампанию 1940 г. сбил один мессершмитт и сам был тяжело ранен. Летом 1943 г. через Португалию попал в Лондон. Сбил один самолет вместе с Пьером Лорийоном. 25 сентября 1944 г. сбит над Ригой. После лечения отправлен во Францию. Летчик-испытатель после войны. Участвовал в войне в Корее в качестве наблюдателя. Погиб в июне 1952 г. во время испытания реактивного самолета. По иронии судьбы, самолет разбился у города Анделиз, родного города Марселя Лефевра, где до 2010 г. находился музей полка «Нормандия-Неман». На месте катастрофы сооружен обелиск.

Аспирант Жак Баньер, 27 лет. Во время службы в армии прошел обучение на курсах пилотов, которые закончил перед войной. Вместе с друзьями Филиппом Скитиво (будущий командир группы «Иль-де-Франс») и Ноэлем Кастеленом из первой группы «Нормандии» готовился бежать в Англию, но не решился оставить больную мать. В 1941 г. провел 2 месяца под арестом за проявление нелояльности к Виши и затем уволен из армии. В январе 1943 г. бежал в Испанию, где был арестован и содержался в тюрьме вместе с Жюлем Жуаром. При содействии посольства Великобритании оба были переправлены в Лондон. В 1945 г. вместе с Эмилем Ле Мартело и Михаилом Шиком направлен на курсы пилотажа в США, по возвращении вышел в отставку. Работал в компании по добыче нефти. Умер в 1981 г.

Аспирант Морис Бурдье, 24 года. В 1940 г. служил механиком морской авиации на ремонтном судне «Дилижент» у берегов Голландии. Его часть прикрывала эвакуацию из Дюнкерка, где он был дважды ранен и награжден Военным крестом с бронзовой звездой. В Англии вступил в «Свободную Францию» и проходил подготовку в нескольких летных школах RAF, но так и не получил разрешения на полеты. Перешел в «Нормандию». Погиб 18 марта 1944 г. во время тренировочного полета в Туле, столкнувшись в воздухе с самолетом Жюля Жуара. Оба пилота погибли и были похоронены сначала в Туле, затем в Москве.

Аспирант Робер Ирибарн, родился в 1918 г. в стране басков (Гасконь). Обучался в институте коммерции в Бордо. В 1938 г. был призван в авиацию. Войну встретил сержант-пилотом в Алжире. В «Нормандии» был ведомым Героя Советского Союза Марселя Альбера. Лично сбил четыре и три самолета в группе. Ордена Красной Звезды и Отечественной войны. 11 февраля 1945 г. пропал без вести в Восточной Пруссии. Его документы позднее были переданы немецкими летчиками Пьеру Блетону. В стране басков сооружен памятник Роберу Ирибарну в форме крыла самолета Як с красной звездой.

Аспирант Альбер Лебра, 25 лет. Футболист, чемпион Франции в составе команды города Канны. Призван в авиацию в 1936 г. В 1940 г. пилот эскадрильи ночных бомбардировщиков принимал участие в боевых действиях, затем переведен в Алжир. Бежал в Испанию и через посольство США попал в Марокко. Служил в береговой авиации в Алжире, где был ведомым Габриеля Мертизена, вместе с которым пошел в «Нормандию». В СССР сбил два немецких самолета. Продолжал службу в «Нормандии-Неман» до 1947 г. Получив отказ от Эйр Франс, вернулся в армию и участвовал добровольцем в войне в Индокитае. В 1963 г. вышел в отставку и перешел в Европейский Центр Космических Исследований. Участвовал в подготовке и запуске первых французских спутников. Участвовал в организации аттракциона Маринеланд, организованном Героем Советского Союза Роланом де ля Пуапом. Ныне подполковник запаса, проживает в Антибе, на юге Франции.

* * *

В конце февраля в Тулу прибыли четыре последних пилота во главе с майором Дельфино, командиром полка «Париж». Группа была доукомплектована самолетами в полном составе.

Майор Луи Дельфино, 32 года. Один из лучших французских летчиков. В кампанию 1940 г. сбил шесть немецких самолетов над Парижем. Переведен в Дакар. Участвовал в отражении франко-британского вторжения в Дакар. Сбил английский самолет[101]. После перевода Пьера Пуяда командиром авиадивизии «Франция» командир «Нормандии-Неман». Его появление не всеми было встречено однозначно. Жюль Жуар, который был арестован при участии Луи Дельфино в Дакаре, пытался сорвать с него майорские погоны. Несмотря на то, что Луи Дельфино был отличным командиром, ставшим генералом авиации, многие из первого пополнения сохранили к нему неприязнь до наших дней.

Лейтенант Марк Шаррас, 28 лет. Сын офицера, служившего во Вьетнаме, в 1938 г. поступил в военное училище Сен-Сир. В результате объявления войны Германии переведен в действующую армию, где записан на летные курсы. Служил на юге Франции. После полной оккупации Германией в 1942 г. бежал в Испанию, где был арестован. Освобожден по просьбе Великобритании и включен в состав авиации Северной Африки. В СССР сбил два самолета лично и пять в группе. Дважды был сбит зенитной артиллерией и дважды возвращался в строй. В 1945–1947 гг. представитель французских ВВС при командовании Группы советских войск в Германии. В 1948 г. капитан Шаррас вернулся в «Нормандию-Неман», с которой участвовал в войне в Индокитае, где и погиб 30 июля 1949 г.

Младший лейтенант Робер Кастен, 25 лет. Начал службу в авиации в 1936 г., войну встретил в летной школе в Бордо, из которой был переведен в Мекнес. Участвовал в боевых действиях против «Свободной Франции» в Дакаре и Камеруне. В начале 1942 г. переведен в Бамако, откуда вместе с Луи Дельфино отправился в СССР. Сбил пять самолетов лично и четыре в группе. Ордена Красного Знамени и Отечественной войны. Сбит в феврале 1945 г. Сумел посадить самолет и после лечения выехал во Францию. По окончании войны служил в «Нормандии-Неман» до 1948 г. Затем был заместителем командира базы ВВС в Салон-ан-Провансе. Из-за ранений не смог продолжать службу и в 1958 г. демобилизовался. Создал завод по производству подшипников. Умер в 1979 г.

Аспирант Шарль Монье, 23 года, по прозвищу Попов. Объект вечных шуток и трагикомических происшествий. Служил в группе «Иль-де-Франс» в составе RAF. В СССР сбил один самолет сам и один в группе. Орден Отечественной войны. Погиб 13 марта 1953 г. во время испытания реактивного самолета[102].

Аспирант Жозеф Шондорф, 24 года. Перед войной был призван в авиацию. Проходил подготовку в летной школе в Лa-Рошели, с которой был эвакуирован в Раяк. Участвовал в действиях против Великобритании в Сирии. Затем переведен в Алжир. В СССР сбил один самолет в группе и один лично. Служил в «Нормандии-Неман» до 1946 г., затем был переведен руководителем наземных служб, обеспечивающих безопасность полетов различных аэропортов. Вышел в отставку в Париже в 1965 г. Скончался в 1970-м.

В то же время еще один пилот покинул СССР и уехал в Англию. Капитан Дидье Бегин стал страдать неврозами, перешедшими в депрессию, от которой он не избавился до конца войны. Пытаясь себя преодолеть, он вернулся в авиацию в 1944-м. В ноябре 1944 г. в миссии над Антверпеном из нескольких сотен английских самолетов немецким зенитным орудием был сбит один-единственный самолет. Самолет Дидье Бегина.

Прибытие пополнения сопровождалось напряжением, поскольку стали прибывать пилоты, воевавшие за Виши. А некоторые и не просто за Виши, а и против «Свободной Франции». Было отмечено несколько конфликтов. Особенно среди тех, кто участвовал в операции в Дакаре с двух сторон. Нетрудно понять неприязнь тех, кто бежал с риском для жизни к де Голлю, чтобы воевать за родину, к тем, кто, напротив, верно служил режиму Виши в тот момент, когда Франция фактически была союзником Германии и была в полушаге от вступления в Тройственную Ось. И особенно тех, кто сражался лицом к лицу.

Бывших пилотов Виши, участвовавших в сражениях против голлистов, таких как Жак Андре, Луи Дельфино, Леон Кюффо, Робер Кастен, Жорж Лемер, Габриель Мертизен и других, понять сложнее, хотя при желании можно.

Можно относиться к ним скептически или признать, что все-таки главное то, что они в конце концов завоевали прощение. Они отправились воевать с фашизмом в Россию. Где, хотя Сталинград и Курск были позади, жестокость боевых действий отнюдь не ослабела. И пули были настоящие. Все они показали себя прекрасными пилотами и храбрыми бойцами, получив в награду советские ордена, а Жак Андре даже стал Героем Советского Союза.

* * *

Тренировки в Туле, как и в первую зиму в Иваново, сопровождались и успехами, и авариями. И блужданиями над заснеженными равнинами.

Первый самолет на тренировках разбил Жюль Жуар, поздно выпустив шасси. Через две недели сразу двое пилотов — Фару и Ирибарн заблудились над снежным полем и не нашли дорогу на аэродром. Оба, после того как кончилось горючее, плюхнулись «на брюхо» в поле и были вывезены затем на У-2 смотревшим на них свысока Жаном де Панжем, ничего им не рассказывавшим о собственных полетах на снегу.

18 марта 1944 года был один из самых памятных дней «Нормандии». В Тулу прибыло первое пополнение из пятой группы. Эта группа уже целиком была набрана в Алжире. В ее составе прибыл Жорж Лемер, сослуживец Дельфино, вместе с которым он воевал против голлистов в Дакаре. Жюль Жуар, который плохо встретил Луи Дельфино, с Лемером также чуть было не подрался у трапа самолета. Его даже не успокоил прибывший из Москвы приказ о его производстве в младшие лейтенанты. Пьер Пуяд отправил его в тренировочный полет для обучения неопытных Бурдье и Михаила Шика, который заканчивал тренировки и надеялся принять участие в боях в качестве летчика-истребителя.

При отработке полета в паре самолеты Жюля Жуара и Мориса Бурдье в подъеме столкнулись и развалились на части. Жюль Жуар успел выпрыгнуть с парашютом, но попал под обломки собственного самолета. Михаил Шик, у которого на глазах случился этот инцидент, от волнения при посадке забыл выпустить шасси и разбил свой самолет. Это ему стоило участия в кампании 1944 года.

30 марта 1944 г. в расположении Нормандии проходил парад с участием командующего 1-й Воздушной армией генерала Громова, генерала Захарова, французского министра авиации Пьера Кота, заместителя военного представителя Франции капитана Фуше и писателя Ильи Эренбурга, который завершился демонстрацией воздушной акробатики и торжественным пролетом всего полка. Последним садился Шарль Монье, который сообщил по радио, что у него отказал двигатель. Прыгать он отказался, чтобы спасти самолет, предположив, что сможет дотянуть. Но не дотянул нескольких метров и врезался в лес, которым был окружен аэродром. Его самолет развалился на куски на глазах у всех участников торжества, которые были уверены, что летчик не выжил, но он отделался только легкой царапиной. Любопытно, что несколько иначе этот момент описывают советские свидетели. У Монье, в процессе посадки остановился двигатель, потому что он забыл переключиться на другой бензобак. Времени прыгать уже не было, и он попытался сесть на полосу, но врезался в единственное дерево у взлетной полосы.

Последнее происшествие случилось 21 апреля. Аспирант Фуко при возвращении с тренировки над взлетной полосой проделал «бочку» на низкой высоте. Внезапно, когда самолет был повернут вниз спиной, его нос круто пошел вниз, и самолет разбился. Причины не ясны, предполагают, что, возможно, какая-то деталь одежды зацепилась за рычаги.

* * *

Тяжелый 1943 год остался в прошлом, но 1944-й тоже начинался тяжело. Трое погибших на тренировках. Все они были похоронены у аэродрома в Туле и позднее перезахоронены в Москве.

Еще одним погибшим и первым похороненным в Москве стал рядовой Эдмон Миробов. Один из бежавших из плена в СССР в 1941 г., сын русских эмигрантов, он остался в СССР и отказался ехать к де Голлю. В 1943 г. был прикомандирован к французской военной миссии и погиб в Москве в автомобильной аварии. Его могила до сих пор находится на Введенском кладбище.

Тула, могилы Жюля Жуара, Мориса Бурдьё и Анри Фуко. Позднее были перенесены в Москву. В 1953 г. по просьбе родственников были перенесены во Францию. (Фото мемориала Нормандия-Неман)

Обелиск на месте могил французских летчиков на Введенском кладбище в Москве. (Фото М.Чинякова)

Пятая группа

Последнее пополнение в начале 1944 года составили И пилотов, прибывшие 18 марта. Все они бежали из Франции в 1943 г. через Испанию, где были арестованы и после некоторого времени, проведенного в испанской тюрьме, были переданы французским властям в Северной Африке. Все вместе они записались в «Нормандию». И еще шесть пилотов прибыло 3 апреля, за два месяца до выхода в бой.

Капитан Рене Шалль, 31 год. В 1937 г. закончил военное училище Сен-Сир и в 1938-м летную школу в Версале. В 1940 г. лейтенант командир эскадрильи сбил два немецких самолета, сам был сбит и тяжело ранен, выпрыгнул с парашютом. В 1943 г. вместе с братом Морисом бежал в Испанию, после двух месяцев тюрьмы были выданы французам в Марокко. В СССР Рене Шалль, командир эскадрильи «Каен», а с декабря исполняющий обязанности командира первой эскадрильи «Руан» сбил пять самолетов сам и один в группе. Орден Красного Знамени. В 1945 г. член Временного правительства Франции. С 1947 г. возвращается в авиацию, командир эскадрильи «Шампань». В 1950 г. заканчивает курсы Генерального штаба, командир военно-воздушной базы, командир авиадивизии. С 1960 г. инспектор ВВС. С 1964-го в отставке в звании полковника. Скончался в 2006 г.

Аспирант Морис Шалль, 33 года. Старший брат Рене Шалля. После службы в армии закончил летные курсы в Истре. С 1940 г. пилот-инструктор в летной школе в Марокко. В 1942 г. демобилизовался и выехал во Францию, откуда в 1943 г. бежал с братом назад в Марокко. Сбил пять самолетов противника лично, пять в группе и два неподтвержденных. Орден Красного Знамени и Отечественной войны. Морис Шалль печально известен роковой ошибкой, когда он сбил самолет лейтенанта Архипова. Желая загладить вину, ввязывался во все возможные бои. Погиб 27 марта 1945 г., в одиночку атаковав несколько немецких самолетов. Последний пилот «Нормандии-Неман», погибший в бою.

Аспирант Жан Эмоне, 29 лет. Закончил летную школу перед войной. Участвовал в боевых действиях против итальянцев на юге Франции. Был сбит в октябре 1944 г., сумел выпрыгнуть с парашютом, но при падении получил тяжелые ранения и многочисленные переломы. Прошел курс лечения в Москве и уехал во Францию. После войны служил инструктором в Марокко. В 1949 г. погиб в авиакатастрофе.

Аспирант Жак Гастон, 23 года. Призван в авиацию в 1939 г. Служил в Алжире в звании сержанта авиации. В 1940 г. разжалован в рядовые за публичные высказывания в поддержку де Голля. Восстановлен в звании в мае 1943 г. и переведен в летную школу в Марокко, откуда ушел добровольцем в «Нормандию». Пропал без вести в бою над городом Борисовом.

Аспирант Пьер Жене, 28 лет. В авиации с 1935 г. Потерпел аварию и был ранен во время ночного полета в начале 1939 г. В 1943 г. бежал в Марокко через Испанию. Четыре сбитых в группе самолета в составе «Нормандии». Пропал без вести в январе 1945 г.

Аспирант Жан-Жак Мансо, 25 лет. Призван в авиацию в 1939 г. После кампании демобилизован. В 1943 г. бежал в Северную Африку через Испанию. В составе «Нормандии» сбил один самолет лично и пять в группе. Подорвался на минном поле и скончался в госпитале в Москве.

Аспирант Лионель Меню, 27 лет. Закончил аэроклуб в Аббвилле. С 1940 г. военный пилот. Во время кампании 1940 г. инструктор в летной школе. В 1942 г. уезжает в Марокко, пилот эскадрильи «Лафайет». В СССР два сбитых самолета в группе. Погиб в январе 1945 г. над Кенигсбергом. Его именем назван аэропорт в Аббвилле.

Аспирант Шарль Микель, 23 года. В кампанию 1940 г. закончил летные курсы. Затем переведен в Дакар. Демобилизовался в 1942-м. В 1943-м выехал в Марокко и затем записался в «Нормандию». Два самолета, сбитых лично, и четыре в группе. Ордена Красной Звезды и Отечественной войны. Погиб в январе 1945 г. над Кенигсбергом.

Аспирант Марсель Перрен, 24 года. В авиации с 1938 г. В 1943 г. уезжает в Марокко, пилот эскадрильи «Лафайет». С 1944 г. в СССР. Семь сбитых лично и шесть в группе самолетов противника. Ордена Красного Знамени, Красной Звезды и Отечественной войны. После войны летчик-испытатель, один из первых испытателей вертолетов. Разбился в 1957 г. при испытаниях транспортного самолета.

Аспирант Роже Пино, 28 лет. В авиации с 1934 г. Начало войны встретил в Бельгии. Сбит над Сен-Кентеном. С 1942 г. в Африке. С 1944 г. в СССР. Сбит в августе 1944 г. над Гумбиненом. На Нюрнбергском процессе был представлен эпизод, что подбитый самолет Роже Пино упал на «брюхо». Немецкий унтер-офицер поднялся к кабине и застрелил летчика выстрелом в затылок.

Аспирант Луи Керне, 23 года. Пилот аэроклуба в Бретони. Призван в 1939 г. Служил на юге Франции. В 1943 г. бежал в Северную Африку через Испанию. В составе «Нормандии» сбил один самолет в группе. Пропал без вести 25 сентября 1944 г. над Тильзитом.

Капитан Пьер Матрас, 30 лет. В армии с 1935 г. В авиации с 1938 г. В 1940 г. сбил один самолет и сам был сбит. Инструктор летной школы до 1942 г. В 1943 г. бежал в Северную Африку через Испанию. В составе «Нормандии» сбил три самолета лично и пять в группе. Орден Красного Знамени и орден Александра Невского. После гибели Марселя Лефевра командир эскадрильи «Шербур». С января 1945 г. командир полка «Аквитания», в отсутствие Пьера Пуяда — исполняющий обязанности командира авиадивизии «Франция». В 1945–1946 гг. командир авиаполка «Нормандия-Неман». В 1953–1955 гг. командир округа ПВО в Версале, затем командир базы ВВС в Камбрэ. С 1958 г. член объединенного командования ВВС НАТО в Европе. В 1961–1962 гг. заместитель командующего войсками в Сахаре. В отставке с 1969 г. в звании генерал-майора. Умер в 1998 г.

Аспирант Жан Байсад, 31 год. В авиации с 1931 г. После 1940 г. в Тулузе. Участник Сопротивления, член группы Жорж-Франс. После раскрытия группы гестапо бежал в Испанию, где был арестован. В декабре 1943 г. выдан французам в Африке. С 1944 г. в СССР. Сбит в июле 1944-го, прыгнул с парашютом, несмотря на тяжелые ранения. Попал в плен. Содержался в лагере для советских летчиков вместе с Константином Фельдзером. Вместе бежали, но потеряли друг друга. Байсад был схвачен и отправлен в лагерь в Бад-Орб, где его освободили американцы в апреле 1945 г. После войны служил в авиации до 1960 г. и вышел в отставку в звании майора. Умер в 1983 г.

Лейтенант Шарль Анфревилль де Журке де ля Салль, 30 лет. Граф. Закончил Сен-Сир младшим лейтенантом пехоты. С 1938 г. в летной школе в Версале. В 1940 г. лейтенант. С 1942 г. демобилизован. Участник Сопротивления. В составе «Нормандии» сбил два самолета лично и два в группе. Орден Отечественной войны. В 1946 г. командир «Нормандии-Неман». В 1969 г. был арестован по обвинению в шпионаже в пользу румынской и советской разведок. Во время обыска на его квартире выбросился в окно[103].

Аспирант Пьер Лорийон, 26 лет. Окончил аэроклуб. Перед войной призван в авиацию. В 1938 г. поступил по конкурсу в летное училище в Истре. С 1940 г. находился в Северной Африке. В СССР сбил пять самолетов лично и три в группе. В горячке боя лоб в лоб столкнулся с немецким самолетом, совершив таран. Несмотря на потерю левого крыла и повреждение правого, сумел посадить остатки самолета. Орден Красного Знамени. После войны служил в Шотландии. В 1950 г. воевал во Вьетнаме. Вьетнамский крест «За отвагу». В 1960–1961 гг. участвовал в войне в Алжире — пальмовая ветвь на Военный Крест. Вышел в отставку в 1969 г. в звании майора. Ныне проживает на Корсике. Участник парада в Москве в 2010 г.

Аспирант Гаэль Табюре, 24 года. Призван в авиацию перед войной. После кампании 1940 г. служил в Африке. С 1944 г. в СССР. Два сбитых лично самолета, три в группе и четыре уничтожено на земле. Ордена Красной Звезды и Красного Знамени. После войны до 1951 г. служил в «Нормандии-Неман». Участвовал в военных операциях в Индокитае и Алжире. Командующий базой ВВС в Оранже. Вышел в отставку в 1963 г. в звании полковника. Проживает в Париже.

Аспирант Роже Версини, 24 года. Проживал в Алжире, где и был призван в авиацию перед войной. С 1944 г. в «Нормандии». Два сбитых лично и один в группе самолет противника. Служил в «Нормандии-Неман» до 1946 г. В результате ранения во Вьетнаме в 1950 году был вынужден покинуть действующую армию в звании капитана. Скончался в 1966 г.

Вторая попытка отзыва «Нормандии» из СССР

Бои 1944 г.

Итак, к маю 1944 г. было сформировано 4 эскадрильи.

Первая, «Руан», под командованием лейтенанта Марселя Альбера в составе лейтенантов Амарже, Бертрана, Кюффо, младшего лейтенанта де ля Пуапа и аспирантов Дешане, Ирибарна, Роже Соважа, Баньера, Фару, Марши, Казанёва и Сан-Фаля.

Вторая, «Гавр», под командованием лейтенанта Мурье, в составе капитана Бриэ, лейтенантов де Сейна, де Фальтана, Вердье, де Сан Марсо, младшего лейтенанта Риссо, аспирантов Карбона, Лорана, Меню, Делена, Лебра, Верзини, Фельдзера и Мартена.

Третья, «Шербур» под командованием лейтенанта Марселя Лефевра, в составе лейтенантов Дуарра, Муане, Жана Соважа, младшего лейтенанта Ле Мартело и аспирантов де Жоффра, Монье, Табюре, Андре, Пенверна, Мертизена и Пьерро.

Ввиду того, что к началу отправки подразделения на фронт формирование полка «Париж» не было завершено, советское командование предпочло включить созданную для него эскадрилью в состав «Нормандии». Она получила название «Каен», и ее командиром был назначен капитан Рене Шалль. Майор Дельфино был назначен заместителем командира «Нормандии» майора Пуяда. В состав четвертой эскадрильи вошли лейтенанты Шаррас, де ля Салль. Младшие лейтенанты Шондорф и Гастон. Аспиранты Эмоне, Лорийон, Перрен, Байсад, Жене, Мансо, Пино, Морис Шалль, Керне.

Одновременно произошла еще одна попытка со стороны штаба генерала Жиро вывести французских летчиков из СССР. Финансовый предлог в данном случае не срабатывал, так как французских летчиков целиком содержал СССР. Предлогом стала слабая летная подготовка пилотов, послужившая основой больших потерь в 1943 г. Если в первой попытке вывода инициатором был генерал Буска, то во второй он уже боролся за сохранение французских частей на Восточном фронте.

В апреле 1944 г. в состав Французского Национального Комитета Освобождения по инициативе де Голля были введены два видных деятеля коммунистической партии Франции. Один из них, член ЦК компартии Франции Фернан Гренье[104] стал Военным Комиссаром по аэронавтике. Рене Буска адресовал ему рапорт:

«Некоторые слухи, пришедшие бесспорно из России, пытаются привлечь внимание к тому, что пилоты полков „Нормандия“ и „Париж“ имеют низкий военный и технический уровень. Что их набор осуществлялся без должной заботы.

…32 пилота, задействованные ныне на месте (последнее пополнение было осуществлено представителем полка „Нормандия“), имеют в среднем налет 300–400 часов. Некоторые намного больше. Только двое имеют налет 250 часов (что нашими союзниками расценено как сверхдостаточно). Почти все они прошли подготовку в летной школе в Мекнесе…

…В заключение хочу отметить, что пилоты этих двух полков в целом по уровню подготовки превосходят других пилотов Французских ВВС»[105].

Военный Комиссар принял к сведению рапорт генерала, и больше попыток вывода французских летчиков из СССР не проводилось никогда.

* * *

25 мая 1944 г. авиаполк «Нормандия» под командованием майора Пуяда, имея на вооружении 51 истребитель Як-9, 2 учебных самолета Як-7, один транспортный Як-6 и один самолет связи У-2, вылетел на фронт. Боевой состав — 58 пилотов.

Полк был расквартирован на аэродроме Дубровка. В деревне Дубровка пилоты обнаружили холм, который местные жители называли «Французская гора» и который, возможно, был братской могилой французов, погибших при отступлении из Москвы в 1812 году. В деревне, по рассказам жителей, до войны был музей Великой Армии Наполеона, созданный местным священником, который сделал в округе немало различных находок вещей, оставшихся от французов. Музей был сожжен немцами в 1941 г[106].

На аэродроме Докудово по соседству с «Нормандией» базировалась 3-я гвардейская истребительная дивизия под командованием полковника Василия Сталина, который пригласил полковника Пуяда и генерала Захарова на посиделки. Пуяд взял с собой Михаила Шика в качестве переводчика, который затем вспоминал, что в процессе возлияния Василий Сталин сказал Пуяду, что он ему нравится и, если что, он может перевести «Нормандию» в свою дивизию. Пуяд, с присущей французам дипломатией, отшутился, что им и так хорошо. Тем не менее иногда попадаются совершенно фантастические спекуляции на эту тему. Это была первая и последняя встреча «Нормандии» с Василием Сталиным. Только Жан де Панж позднее еще раз встречался с сыном генералиссимуса.

Бои начались крайне неудачно. В самом начале, 28 мая во время ознакомительного полета вдоль линии фронта, в самолете командира эскадрильи «Шербур» лейтенанта Марселя Лефевра произошла авария. Из-за неисправности мотора бензин начал брызгать в кабину. Марсель Лефевр и его ведомый Франсуа де Жоффр вернулись на аэродром. В этот момент, по радиодокладам Лефевра, он был уже весь мокрый от бензина. Почему-то он решил садиться, не выпуская шасси, чтобы их выпуск не спровоцировал возгорание[107]. Самолет благополучно приземлился, но в момент, когда Марсель Лефевр открыл кабину, он вспыхнул как факел и стал кататься по земле, чтобы сбить пламя. Боеприпасы в самолете Лефевра от огня стали взрываться и вызвали пожар в избах, в которых жили пилоты.

Солдаты боевого охранения аэродрома помогли потушить огонь, и когда подбежали другие пилоты с доктором Лебединским, Марсель Лефевр был в сознании и разговаривал. Георгий Лебединский сразу констатировал, что площадь ожогов слишком велика. Ноги обгорели полностью, что грозило закупоркой почек. Он организовал его отправку в госпиталь в Москву[108].

5 июня, за сутки до начала долгожданной высадки союзников в Нормандии, лейтенант Марсель Лефевр скончался на руках у Луи Дельфино, дежурившего в госпитале последние три дня. Французской военной миссией в Москве были организованы торжественные похороны. Марселя Лефевра похоронили на Введенском кладбище возле памятника французам, погибшим в Москве в 1812 году.

Он был первым пилотом, похороненным в Москве. На церемонии присутствовали генералы Пети, Захаров, Левандович и семь человек, оставшихся в живых из первой группы. Отпевание проводил священник из католической церкви Москвы.

Командиром эскадрильи «Шербур» стал капитан Пьер Матрас.

8 июня в своем первом воздушном бою над станцией Рудня младший лейтенант Морис Шалль в суматохе боя сбил советский самолет лейтенанта Архипова. Два французских истребителя ввязались в бой с двумя фокке-вульфами, к которым на помощь пришли еще два. К французам на помощь пришли истребители из 18-го гвардейского авиаполка. В лобовой атаке Морис Шалль обстрелял и подбил немецкий самолет, который задымил и стал снижаться. Морис совершил разворот, увидел другой самолет, который уходил вниз и из которого шел дым. Он дал по нему очередь и успел заметить место, где самолет упал. В полной уверенности, что это был тот же самый немецкий самолет, он заявил о своей победе. Игорь Эйхенбаум и Жан де Панж вылетели на место для подтверждения падения самолета и обнаружили там советский самолет[109]. Для Мориса Шалля это стало трагедией, которую он нес все десять месяцев, остававшихся ему до конца жизни. Полковник Голубов потребовал его высылки из СССР, но генерал Захаров посчитал, что этого не стоит делать.

Роже Соваж пишет в своей книге «Один из „Нормандии-Неман“»:

«Шалль, заходя на посадку, крутнул „бочку“, означающую победу. Мы подбежали к нему. Он доволен:

— Надеюсь, что мне его засчитают. Он упал на нашей стороне фронта.

Вся эскадрилья его поздравляет. Капитан Шалль заключил брата в объятия. Игорь берет джип и едет к самолету де Панжа, чтобы поскорей получить подтверждение.

— А вот и шеф! Он еще не в курсе!..

Точно, это прибыл Пуяд. Но что-то он выглядит не так, как всегда. Он колеблется, затем подзывает капитана Рене Шалля, вместе они зовут молодого Шалля. Тот держит грудь колесом. Затем издали мы видим, как он замирает и, можно сказать, каменеет. Отступает на один шаг. Полковник его отпускает. Молодой Шалль стоит как пораженный молнией. Старший медленно подходит к нам и говорит:

— Як! Это был Як!

Вечером Пуяд и „старики“ уезжают в 18-й полк для участия в похоронах советского аса, имевшего восемь побед, лейтенанта Архипова.

Морис Шалль безнадежно хранит молчание. Его глаза покраснели. В тот же вечер он обратился к Пуяду с заявлением, что готов добровольцем участвовать в любой смертельной миссии…»[110]

Морис Шалль погиб в самом конце войны. По воспоминаниям Пьера Лорийона, семь истребителей «Нормандии-Неман» под командованием Роже Соважа встретили группу не менее пятидесяти самолетов противника и стали уходить. Только Морис Шалль не подчинился приказу, и один ушел навстречу немецким самолетам. Он был тут же расстрелян несколькими из них[111].

6 июня 1944 г. началась высадка союзников во Франции, а 23 июня началось наступление советских войск, знаменитая операция «Багратион». За один день 26 июня «Нормандия» совершила 73 боевых вылета, сбив 8 самолетов противника и потеряв одного пилота. Смена тактики давала свои плоды, потери французских летчиков уменьшились, хотя и сократилось число побед. За время боев в июле — августе «Нормандия» потеряла 6 пилотов.

26 июня пропал без вести Жак Гастон.

30 июня 1944 г. погиб Бруно де Фальтан со своим механиком Сергеем Астаховым. Его самолет был поврежден во время боя. Пытаясь дотянуть до аэродрома, он был вынужден сесть в чистом поле. Жан де Панж вывез его в расположение на самолете У-2, а Бруно де Фальтан на спарке Як-7 с механиком вылетел к своему истребителю, чтобы попробовать его починить. Затея не удалась, и они стали возвращаться. Согласно воспоминаниям Жана де Панжа, Як-7 по какой-то причине тоже пришлось аварийно сажать на поле, и самолет попал колесами в окопы. Оба были тяжело ранены, но Бруно Фальтан еще успел позвать на помощь советских артиллеристов, которые и похоронили затем пилота со своим механиком в Дубровенском районе Витебской области. На могиле был установлен крест с именами офицеров и их фотографией[112]. В 1967 году их перезахоронили в Москве на Введенском кладбище. В селе Рыленки Витебской области установлен памятник.

Бруно де Тьери де Фальтан единственный французский пилот, чей прах по решению родственников остался похороненным в России. Брат Бруно де Фальтана, Ги де Фальтан, провел почти шесть лет в немецком плену в Раве-Русской.

Могилы Бруно де Фальтана и Сергея Астахова на Введенском кладбище в Москве. (Фото В. Беляева)

* * *

15 июля при перелете на новый аэродром случилась поломка в самолете Мориса де Сейна. Пары бензина стали проникать в кабину, и летчик ослеп. В грузовом отсеке самолета находился механик де Сейна Владимир Белозуб, у которого не было парашюта, поэтому пилот отказался прыгать с парашютом, вернулся на прежний аэродром и попытался посадить самолет. На глазах у всех, кто находился на аэродроме, он несколько раз заходил на посадку, несмотря на отчаянно повторяемый Михаилом Шиком по радио приказ генерала Худякова прыгать. Французский аристократ разбился из-за русского крестьянина в своем багажнике.

Капитан Морис де Сейн — одна из наиболее знаменитых легенд «Нормандии-Неман». Ныне его именем названа военно-воздушная база французских ВВС в городе Оранж, на которой установлен памятник — взлетающие рядом Як и Мираж.

Школа в пригороде Парижа Даммари-ле-Лис носит имя де Сейна.

Морис де Сейн и Владимир Белозуб были похоронены в одной могиле в селе Дубровка. В 1953 г. останки Мориса де Сейна по просьбе его матери были перезахоронены в Париже.

По всей видимости, к гибели Мориса де Сейна и Марселя Лефевра привели конструктивные недостатки самолета Як-9, когда по каким-то причинам бензин начинал попадать в кабину. Схожий случай произошел с командиром 18-го авиаполка полковником Голубовым. Так же как Марсель Лефевр, он был вынужден вернуться в результате неисправности и был весь забрызган бензином. Не успевая посадить самолет, выпрыгнул из кабины летящего самолета. Кроме ожогов, получил множественные переломы, но остался жив. Его доставили в госпиталь в Москву и смогли вылечить.

* * *

29 июля полк перебазировался в Литву на аэродром Алитус. Первоначально планировалось перелететь на аэродром Докудово, куда были отправлены Жан де Панж и переводчик Павел Пистрак, которым пришлось договариваться с Василием Сталиным о совместном размещении. Тот согласился и освободил часть аэродрома. Но французы прождали безрезультатно две недели, и полк был переброшен вслед отступающим гитлеровцам в Прибалтику. За несколько дней фронт продвинулся на двести километров, и приходилось поспевать за ним.

Опять трудное начало. 30 июля был сбит и попал в плен аспирант Жан Байсад. Вместе с ним сбит Шарль Монье, который вернулся в полк невредимым, провисев два дня на дереве, с которого его сняла советская пехота.

Первого августа сбиты Константин Фельдзер и Роже Пино.

12 августа «Нормандия» стала перевооружаться самолетами Як-3, который по сравнению с Як-1 и Як-9 был более легким, более маневренным и более скоростным. Для набора высоты в 5000 метров ему было нужно только четыре минуты. С его появлением советские самолеты уже ни в чем не уступали немецким. Хотя у самолета был существенный недостаток — он не выдерживал высоких скоростей. Два пилота Жан Бертран и Марк Вердье погибли из-за этого конструктивного недостатка самолета Як-3. Оба — в схожих условиях, Бертран при атаке колонны грузовиков, а Вердье при атаке железнодорожного состава. При атаке с большой высоты на наземные объекты, при скорости выше 800 км/час самолет начинал разваливаться. У обоих отвалилось крыло, и машины на большой скорости врезались в землю. У Робера Марши случился аналогичный случай, но он не успел набрать скорость, потерял только фонарь и сумел сесть. После этих случаев летчикам приказом генерала Захарова запретили летать на скорости выше 750 км/час.

24 августа в полк пришла новость об освобождении Парижа. Вся 303-я дивизия, вся 1-я воздушная армия и весь участок фронта дружно праздновали победу. Зенитная артиллерия освещала салютами местность всю ночь.

В сентябре выдалось затишье.

Группа поменяла два аэродрома и в начале октября располагалась на аэродроме Антоново. В часы затишья пилоты гонялись по окрестным лесам за бродившими там немцами и брали их в плен. По воспоминания Роже Соважа, немцы, убедившись, что русские не расстреливают пленных, частенько группами выходили в расположение советских частей, и летчики от безделья забавлялись тем, что брали в плен численно превосходящие их группы и водили сдавать за три километра в расположение 8-го пехотного полка.

По воспоминаниям Игоря Эйхенбаума, однажды им попалась группа французских добровольцев Вермахта, которую французы расстреляли в лесу[113].

Однажды в «Нормандию» явился освобожденный советской армией француз Поль Луазо. Он работал на строительстве немецких укреплений в Восточной Пруссии. Узнав, что у русских сражается французская часть, он пришел к ним и прожил несколько дней до того, как его смогли отправить с Жаном де Панжем в Москву в распоряжение французской миссии.

В начале октября в «Нормандию» пришло утвержденное генералом Буска в честь освобождения Парижа разрешение на отпуск для 15 человек, находившихся в СССР с конца 1942 — начала 1943 года. Счастливые отпускники праздновали несколько дней вместе с друзьями из 18-го авиаполка. Отправка была запланирована на 12 октября, за день до начала наступления в Восточной Пруссии. 11 ноября в «Нормандию» прибыл генерал Захаров и сообщил Пуяду, что планируется наступление на Кенигсберг. Ввиду стремительного продвижения Красной Армии на запад все решили, что это последнее наступление Второй мировой войны. Генерал попросил пилотов принять участие в наступлении, но не приказывал и не настаивал.

Жан де Панж так описал это в своих мемуарах:

«Пилоты провели в раздумьях всю ночь. Все страшно скучали по семьям, которые покинули в трагической обстановке 40-го года, и в то же время никто не хотел пропустить последнее наступление. Наступило утро, но никто не решался заговорить первым, пока Марсель Альбер не вымолвил: „Пока мы тут сидим, они там выпьют за Победу всю нашу водку“. И вопрос был решен»[114].

«Французский вопрос» — признание Временного правительства Франции

Во Франции в это время союзные армии, высадившиеся в Нормандии, вели наступление на восток.

3 июня было создано Временное правительство Франции, которое возглавил де Голль единолично. Цель, к которой он шел четыре года, реализовалась. «Французский вопрос» достаточно долго обсуждался союзниками при участии СССР с осени 1943 г. Решалось, как относиться к франции после открытия второго фронта — как к оккупированной стране или как к освобожденной. Союзники склонялись к первому варианту, уже принятому в Алжире, не считая Французский Национальный Комитет Освобождения правительством. Особое раздражение французов вызывало то, что американцы напечатали для Франции 80 миллиардов оккупационных франков, тогда как даже немцы не меняли деньги в побежденной ими Франции.

«Французский вопрос» обсуждался и на конференции союзников в Москве в конце октября 1943 г. В связи с тем, что на нем не было принято решение, французы посчитали, что это произошло по инициативе СССР. Кроме того, неудовольствие вызвало то, что их не включили в состав Европейской Консультативной Комиссии по послевоенному урегулированию. Де Голль открыто выражал неудовольствие Советским Союзом, который всегда во время войны ставил его выше, чем союзники, и угрожал не признавать решения Комиссии, если в нее не включат Францию.

В конце ноября французы предприняли попытку ликвидации независимости Ливана и Сирии, к признанию которых их вынудили англичане. Правительство Ливана было арестовано французскими войсками. Великобритания направила ультиматум де Голлю и Жиро, а Рузвельт в Тегеране предложил Сталину передать правление Францией генералу Жиро. Де Голль понял свою ошибку и, используя обострения отношений с США, стал искать сближения с СССР. Советским представителям в Алжире было предложено заключить франко-советский договор о дружбе и взаимопомощи. И о признании Французского Национального Комитета Освобождения как правительства. То же самое предложение было сделано Великобритании.

В январе 1944 г. французский комитет обратился с меморандумом по поводу намерений англо-американских союзников восстановить монархию в Италии. Одновременно французский представитель в Москве Роже Гарро в беседе с Молотовым убеждал, что аналогичную политику США проводят и во Франции, не считаясь с Комитетом и намереваясь устроить правительство Франции по собственному усмотрению. Советский посол в США Андрей Громыко сообщал, что США имеют намерение создать в освобожденной Европе блок из полностью послушных им государств, в связи с чем их не устраивает вечно строптивый де Голль, который как раз в это время направил союзникам в некоторой мере ультимативный меморандум об участии французских вооруженных сил в планируемой высадке в Нормандии.

В то же время вновь стал подниматься вопрос о границах. Посол СССР Богомолов был вынужден вынести протест де Голлю по поводу того, что в Алжире стали издаваться карты Европы с границами СССР по состоянию на 1939 г.

Морису Торезу де Голль отказал во въезде в Алжир, и он был предупрежден, что согласно французским законам числится дезертиром и будет арестован, как только прибудет во Францию. Любопытный шаг со стороны де Голля, ведь он сам согласно тем же законам являлся полковником, приговоренным к смертной казни. Только во время визита де Голля в Москву Торез был официально амнистирован и получил возможность вернуться во Францию.

Де Голль стал готовить признание своего Комитета правительством в одностороннем порядке. В мае де Голль сделал следующее предложение советскому дипломатическому представителю Александру Богомолову:

«С конца XIX века Франция встала на естественный для нее путь союза с Россией на континенте Европы. Русские, долго заигрывавшие с Германией, окончательно убедились в невозможности серьезного и прочного блока с ней и пошли на союз с Францией… Результатом этого союза явился для Франции выигрыш войны 1914–1918 гг., хотя Россия и вышла из этой войны в 1917 г. в результате своей революции.

Революция в России послужила предлогом для разрыва франко-советского союза и переориентировки Франции. Французское правительство пошло на сближение с Англией и оппозицией, принося при этом ряд жертв. Основной жертвой была потеря союза с Россией на континенте. Такие события, как Локарно-39 и Мюнхен-38, явились уступками Франции английской политике. Так постепенно Франция втянулась в орбиту англо-американской политики на континенте Европы…

После этой войны Франция должна вернуться к франко-русскому, или франко-советскому союзу»[115].

9 июня 1944 г. СССР был официально проинформирован о создании Временного правительства Французской Республики. В тот же день он был признан правительствами в изгнании Бельгии, Польши и Чехословакии. Первым актом Временного Правительства был протест правительствам Великобритании и США по поводу ввода во Франции в обращении оккупационных денег.

7 июля СССР и военное представительство Временного Правительства Франции подписали конвенцию о французских военнопленных, содержащихся в СССР. 1700 человек, отобранных для формирования воинских частей на советском фронте, в конечном итоге по просьбе де Голля были отправлены в Алжир в распоряжение генерала де Латтра де Тасиньи. Официально просьба мотивировалось тем, что во французской армии слишком много африканцев, неофициально — тем, что у де Голля в распоряжении только пять дивизий, тогда как у Жиро их одиннадцать под американским контролем. Стоит добавить, что французская авиация крайне медленно снабжалась американскими и английскими самолетами и большинство пилотов были не у дел, что вызвало волну добровольцев в «Нормандию» и авиадивизию «Франция».

В Париж был направлен генерал Голиков для организации репатриации советских граждан, оказавшихся во время войны на территории Франции. Советских военнопленных, гражданских лиц, угнанных на работы и разного рода «власовцев» на территории Франции было около двухсот тысяч. Около 30 тысяч остались навсегда во французской земле. Военнослужащие формирований Вермахта из числа советских военнопленных по требованию советского правительства рассматривались как освобожденные советские граждане, а не как пленные немецкой армии. Де Голль предоставил советской комиссии широкие полномочия на территории Франции.

25 августа 1944 г. был освобожден Париж. Союзники спешили на восток и не намеревались брать город, несмотря на вспыхнувшее восстание. По требованию де Голля дивизия генерала Леклерка при поддержке американских частей вошла в Париж уже после его освобождения отрядами Сопротивления под командованием коммунистов и при участии советских партизан.

26 августа де Голль вступил в столицу и был встречен с триумфом. Ему удалось объединить разрозненные группы сопротивления на разных политических платформах в так называемую Внутреннюю Армию (FFI), из которой ускоренно стала формироваться регулярная армия. Значительная часть территории, которую союзники не стали освобождать, спеша подойти к Берлину раньше советской армии, была освобождена самими французами. Ряд городов, таких как Бордо, Ним, Арль, были освобождены силами советских партизанских отрядов, а ряд крупных городов с их участием.

Тем не менее союзники не решились на признание Временного правительства Франции, причем обвиняя в этом друг друга. Англичане кивали на СССР, СССР на англичан. США вообще не собирались участвовать в дискуссии. Однако первым иностранным дипломатом, нанесшим визит де Голлю как главе Франции, был советский посол Богомолов, хотя де Голль боялся прорусских настроений во Франции и укрепления влияния коммунистической партии. 26 августа при триумфальном шествии де Голля по Елисейским Полям, недалеко от него шла группа советских партизан с государственным флагом СССР, что вызвало стрельбу с крыш по толпе. Группа была выведена боковой улицей. 29 августа де Голль провел в Париже парад американской армии, желая показать, что он не намерен устанавливать советскую власть во Франции и опирается на всех союзников.

22 октября Великобритания признала Временное правительство Франции. 23 октября, по взаимному согласованию, это сделали одновременно СССР и США. В тот же день НКИД СССР обратился к де Голлю с нотой о том, что к освобожденным советским гражданам во Франции часто обращаются несправедливо. В ответ Франция обратилась с просьбой об освобождении ее пленных, содержащихся в СССР. Советский Союз выразил готовность освободить французских пленных без дополнительных условий. Одновременно на Ближний Восток была отправлена вторая группа французов из лагеря Тамбов-Рада.

Де Голль поставил вопрос перед союзниками о включении Франции в качестве четвертой державы — участника Европейской Консультативной Комиссии по послевоенному урегулированию. Великобритания вела переговоры о подписании военно-экономического соглашения со странами Бенилюкса. СССР тут же выразил готовность допустить Францию в состав Комиссии и подписать франко-советский договор в Москве.

12 ноября 1944 г. союзники согласованно ввели Францию в состав Комиссии, и она стала четвертой союзной державой. 14 ноября де Голлю было передано приглашение Молотова прибыть в Москву для встречи со Сталиным. Де Голль намеревался поехать в конце ноября, но задержался на несколько дней из-за встречи с министром иностранных дел Бельгии Полем-Анри Спааком, который, по иронии судьбы, есть родной брат Шарля Спаака, соавтора сценария знаменитого художественного фильма «Нормандия-Неман». На встрече обсуждался вопрос об аннексии Францией Рейнско-Вестфальской области. Великобритания соглашалась на расширение территории Франции, де Голль согласовывал вопрос с Бельгией и Голландией, которым тоже предлагалось часть территорий, и намеревался поставить его перед СССР.

25 ноября он выехал в СССР через Тегеран. 27-го он приземлился в Баку, откуда поездом с проездом через Сталинград 2 декабря генерал де Голль впервые в своей жизни прибыл в Москву.

Шестая группа

12 октября Красная Армия начала наступление в Восточной Пруссии. «Нормандия» вернулась в бои.

Ситуация конца 1944 года никак не напоминала ни 1940-й, ни 1941-й, ни даже 1943-й. Немецкая авиация, действовавшая в это время против «Нормандии», была совершенно беззубой. Французы сбивали самолеты один за другим, за неполный месяц почти удвоив число побед.

16 октября рекордный день «Нормандии» — за один день было сбито 28 самолетов противника.

17 октября в полк прибыла шестая группа пополнения, последнее пополнение во время боев. К ветеранам присоединились еще семь пилотов:

Младший лейтенант Морис Гидо, 29 лет. Во время службы в армии закончил летную подготовку и был пилотом-инструктором нескольких летных школ. После поражения Франции переведен в Марокко, а затем в Алжир, где встретил высадку союзников. В 1943 г. был переведен инструктором в летную школу Касба-Тала в Марокко, где он встретил Луи Дельфино, который уговорил его вместе с ним отправиться в СССР. Ввиду отсутствия боевого опыта Морис Гидо решил пройти дополнительную подготовку по стрельбе, в результате чего он прибыл в «Нормандию» на полгода позже Дельфино. Сбил четыре самолета в группе. Орден Отечественной войны. После войны служил в нескольких группах высшего пилотажа, затем пилотом-инструктором. Вышел в отставку в 1962 г. Скончался в 1983 г.

Аспирант Пьер Блетон, 25 лет. Родился во Вьетнаме. В 1938 г. закончил летную школу. Служил в Северной Африке. После поражения Франции покинул часть и работал учителем физики. В 1941 г. вернулся в часть и был арестован как дезертир. После высадки союзников освобожден и служил в авиации береговой охраны. С 1944 г. в СССР, после трехмесячной тренировки в боях сбил 4 лично и 3 в группе самолета противника. 20 февраля 1945 г. был сбит капитаном Иохимом Бренделем из знаменитой немецкой эскадрильи «Мёльдерс» и по его приказу был подобран пилотами эскадрильи, которые держали его как пленного в своей части, скрывая от выдачи в гестапо. Они же передали Пьеру Блетону документы сбитого девятью днями ранее Робера Ирибарна. В конце войны с тремя советскими летчиками был эвакуирован под Гамбург, куда они прибыли в момент окончания войны. Союзники предложили эвакуировать Блетона во Францию, но он отказался в знак солидарности с советскими летчиками, вместе с которыми на грузовике доехал до Польши, а затем самолетом вернулся в «Нормандию». Первый французский пилот, вернувшийся живым из плена. После возвращения Пьер Блетон попал в расположение 18-го авиаполка, который передал его генералу Захарову. Генерал по телефону объявил построение в «Нормандии-Неман» и отправил Блетона на своем самолете Лa-5. Пилоты выстроились у взлетной полосы по стойке «смирно», думая, что прилетел генерал. В день возвращения во Францию произведен в лейтенанты. Служил в «Нормандии-Неман» до 1947 года. В составе авиагруппы «Шампань» участвовал в войне в Индокитае. С конца 50-х годов командир эскадрильи вертолетов. В 1966 году французский атташе на базе американской авиации в ФРГ Рамштейн. Вышел в отставку в 1967 г. в звании подполковника. Скончался в 1996 г.

Аспирант Жорж Анри, 24 года. В 1938 г. пошел в армию добровольцем и был зачислен в летную школу в Ла-Рошели, затем в Шартре. После падения Парижа школа переведена в Алжир, где он и закончил обучение. После высадки американцев в Африке участвовал в боях с германо-итальянскими частями в Тунисе и Южной Италии. Затем поступил добровольцем в «Нормандию». Два сбитых лично и три в группе самолета противника. Последний самолет сбил 12 апреля 1945 года. Это был самолет капитана Гюнтера Шака из «Мёльдерс», за которым числится 174 сбитых самолета противника. После приземления пошел на радиостанцию, чтобы получить подтверждение на сбитый самолет. В это время начался артобстрел аэродрома. Жорж Анри стал последним пилотом «Нормандии-Неман», погибшим на войне.

Аспирант Морис Монж, 26 лет. В 1939 г. поступил в армию на летные курсы. В 1940 году был переведен в летное училище в Салон-ан-Провансе, которое закончил в 1942 г. и был распределен в Алжир, а затем переведен в Марокко, откуда он отправился добровольцем в Советский Союз. Погиб 26 марта 1945 г.

Аспирант Леон Углов. Родился в 1919 г. в подмосковном Троицке. Начало войны встретил в Алжире. Служил под началом Константина Розанова в эскадрилье «Лафайет». В СССР сбил один самолет лично и четыре в группе. Летал в паре с Роже Соважем, из-за чего их дразнили «Черный и Белый», намекая на цвет кожи одного и происхождение другого. Награжден орденом Отечественной войны. Погиб в авиакатастрофе в 1947 г.[116]

Аспирант Жан Пикено, 26 лет. Закончил аэроклуб в Шербуре. После призыва в армию пошел в авиацию. В 1939 г. пилот воздушной разведки в Амьене. После немецкого наступления часть выведена на юг Франции. В декабре 1941 г. переведен в Марокко. Погиб 17 января 1945 г. в одном из первых боевых вылетов.

Аспирант Шарль Ривершо, 24 года. В 1938 г. поступил в летную школу, которую окончил в 1943 г. в Алжире. Был сбит в первом вылете в составе «Нормандии», но без последствий. Через месяц был сбит вторично, тяжело ранен и потерял ногу. После войны служил военным авиадиспетчером. Вышел в отставку в 1966 году в звании майора. Скончался в 1975 г.

Визит де Голля в Москву

Подписание франко-советского договора

К сожалению для французского командования и летчиков, наступление не удалось. Гитлеровцы сражались в Восточной Пруссии на совесть. На укрепление немецкой авиации была переброшена авиагруппа «Мёльдерс».

Прибыл приказ Сталина, подписанный в сентябре, о присвоении полку почетного наименования «Неманский».

Два пилота, командир эскадрильи «Руан» лейтенант Марсель Альбер и командир эскадрильи «Гавр» лейтенант Ролан де ля Пуап получили звание Героя Советского Союза.

Кроме того, летчикам сообщили о визите в СССР де Голля, который планирует посетить полк «Нормандия-Неман» на фронте. Однако разыгралась непогода, не позволившая де Голлю прибыть из Баку в Москву самолетом и выехать на фронт. Сталин посчитал это небезопасным и запретил. Пилоты были вызваны в Москву. Также из-за непогоды им пришлось ехать поездом, который специально был прислан за ними.

9 декабря 1944 г. в помещении французской военной миссии в Москве произошло то, что Ролан де ля Пуап назвал «дождь из медалей». Пилоты получили из рук де Голля ранее им присвоенные французские награды и новые советские. Самое значительное событие — первое в истории присвоение звания Героя Советского Союза французам — бывшему слесарю Марселю Альберу и графу Ролану де ля Пуапу.

Полк «Нормандия-Неман» и четыре пилота — Марсель Альбер, Ролан де ля Пуап, Жозеф Риссо и Пьер Пуяд были награждены высшей французской наградой — орденом Освобождения.

Многие другие получили Военные кресты и Почетные Легионы. В том числе пятнадцать советских офицеров. Генералы Левандович и Захаров были награждены Офицерским крестом Почетного Легиона.

После награждения генерал де Голль со своей свитой и подполковником Пуядом отправились в Кремль на переговоры со Сталиным о заключении франко-советского договора о союзе и военной помощи.

Несмотря на то, что основные положения договора были оговорены и согласованы, возникло два новых момента, которые осложнили положение настолько, что подписание чуть было не сорвалось и состоялось только из-за настойчивости Сталина, посадившего де Голля в отдельную комнату и не выпускавшего, пока приемлемые формулировки не были найдены. Пока де Голль согласовывал формулировки, Сталин разговаривал с Пьером Пуядом о «Нормандии-Неман» и о состоянии французской авиации.

Франция пыталась поднять вопрос о расширении границ до Рейна с присоединением к Франции Пфальца и Рейнланда. Сталин настаивал на признании просоветского польского правительства. Именно это вызвало отторжение у де Голля. В конечном итоге в более завуалированной форме де Голль все равно признал Польшу так, как хотелось СССР, но о расширении границ Франции вопрос больше никогда не поднимался. Союзники позднее приняли об этом общее решение.

Жан Катала, работник французской миссии, так писал в своих воспоминаниях:

«Я не понимал, как человек, который вчера с такой высоты взирал на карту мира, мог опуститься сегодня до примитивного антикоммунизма. Однако обе стороны медали были присущи де Голлю, и только после долгого отсутствия на политической сцене он обрел взвешенность во внутренней политике: в 1958 году ему достало ясности ума и мужества, чтобы публично высказать сожаление о том, что он называл французских коммунистов „сепаратистами“. В 1944 году генерал был еще слишком молод…

Когда я в „Метрополе“ одевался для вечернего приема в Кремле, почти все в нашем посольстве считали, что договор не будет подписан.

…Мы очутились в залитом светом множества люстр огромном зале… уходил вдаль бесконечный накрытый стол с сидящими за ним гостями… Краем глаза я замечаю де Голля, Гарримана в белом галстуке, пенсне Молотова… чьи-то маршальские погоны и, наконец, Пуяда, незаметно указывающего мне пальцем на пустой стул справа от него. Я надеялся увидеть Сталина. Впрочем, его отсутствие объяснимо: поскольку договор не будет подписан… неожиданно, как из-под земли, появляется приземистый мужчина с совершенно седыми волосами и усами с проседью. Да это же Сталин! Значит, он присутствует на приеме?

Сталин провозглашает несколько тостов подряд… внезапно становится серьезным: „В газетах по поводу и без повода пишут о героизме. Только на фронте знают, что такое настоящий героизм. Фронтовики говорили мне, что французские пилоты — герои. Я пью за летчиков полка „Нормандия-Неман“. Я пью за вас, полковник Пуяд, командира этого полка и вскоре, я надеюсь, дивизии“. Тяжело ступая, Сталин подходит к дальнему концу стола, где мы сидим. Пуяд встает, идет ему навстречу. Сталин продевает свою руку с бокалом под руку Пуяда, выпивает шампанское и целует полковника. Таков ритуал тоста „на брудершафт“, после которого можно переходить на „ты“. Из всех присутствующих одному Пуяду выпала такая честь.

…Впереди меня Сталин то и дело поворачивается к сидящему рядом де Голлю… Де Голль встает, затем, нерез мгновение — Сталин, и весь зал поднимается, как по команде. Де Голль громко благодарит, говорит, нто уже поздно, что его поезд уходит нерез несколько часов, величественно произносит: „До свидания, господин маршал“, протягивает руку. Сталин говорит почти просительно: „Есть еще один фильм“, берет протянутую руку в свою, долго жмет ее, задрав голову и глядя в глаза ледяного гиганта. Сцена завораживает: два великих политика оценивают друг друга, возможно, испытывают уважение или зависть друг к другу: один — потому, что у него никогда не будет абсолютной власти, другой — потому, нто абсолютная власть не позволяет ему познать ничего другого. В течение нескольких секунд что-то произошло между французским генералом и азиатским деспотом…

…Сталин обращается к Пуяду: „Сколько дивизий сейчас в вашей армии?“ — „Восемь“. — „У великой нации 1793 года всего восемь дивизий?“ Он поднимает бокал: „Выпьем за восемьдесят дивизий французской армии! За великую Францию!“ Всего лишь клише? Но они трогают меня: все-таки они напоминают о престиже, которого, правда, мы больше не заслуживаем, но надежда на возрождение не погасла и после разгрома 1940 года.

Снова заходит Молотов. Короткие переговоры со Сталиным. Затем диалог с Пуядом возобновляется. Довольна ли „Нормандия-Неман“ самолетами? Пуяд говорит о технических достоинствах самолетов Як. Рядом Яковлев пьет молоко. Сталин настаивает: в СССР есть самолеты, огневая мощь которых возрастает за счет сорокамиллиметровых пушек… Пальцем он осторожно снимает пепел с ордена „За боевые заслуги“ на груди Пуяда: „Ты молодец!“…

Снова тенью появляется Молотов. Он держит в руках какую-то бумагу. Сталин читает, далеко отставив лист, кивает в знак согласия, возвращается к нашей группе: „Господа, франко-советский договор скоро будет подписан“.

Позднее Гарро рассказал мне о том, что происходило за кулисами. В комнате, где велись переговоры, Молотов выдвигал всё более примирительные формулировки признания Люблинского Комитета. Во французском посольстве де Голль, сидя за столом у холодного камина, ждал сообщений, читал текст, доставленный из Кремля Дежаном или Гарро, правил его, зачеркивал некоторые фразы и отсылал обратно… Документ, который Молотов давал читать Сталину в свой последний заход, просто назначал дату — 28 декабря, когда газеты должны были объявить о прибытии в Польшу Фуше, без указания какого-либо иного его титула, кроме военного звания.

„Ваш генерал упрям, я тоже. За это я его и уважаю“, — сказал нам Сталин, покидая прием.

„Партия была выиграна в тот момент, когда я покинул Кремль“, — ответил де Голль на мои почтительные поздравления по возвращении в посольство»[117].

Договор был подписан в 5 утра. Он действовал до 1955 г. и был денонсирован СССР в ответ на отмену западными державами оккупационного режима в ФРГ и ее вступление в НАТО.

Любопытен обмен мнений, произошедший до подписания договора:

«Де Голль говорит, что, в сущности, причиной несчастий, постигших Францию, было то, что она не была с Россией, не имела с ней соглашения, не имела эффективного договора. Во-вторых, Франция не была в таком географическом положении, которое дало бы ей хорошую позицию против Германии. Короче говоря, французы были отброшены на плохие границы».

И по поводу трений по польскому вопросу:

«Если бы позиция Французского правительства в 1939 г. была более уступчивой в польском вопросе, то немцы не были бы во Франции, а Советский Союз не был бы вынужден вести четвертый год эту войну»[118].

Франция была включена союзниками в состав Европейской Комиссии и стала четвертой державой, участником послевоенного урегулирования. Рейнские области были оккупированы, но не аннексированы и управлялись французами до 1955 г., так же как Саарская область, которая существовала в виде протектората до 1957 года. Французские войска были расквартированы в Германии до 1989 г. Ныне на территории Германии располагается один французский батальон в составе франко-германской бригады.

Среди других вопросов, решенных Сталиным и де Голлем, был вопрос завершения формирования французской авиадивизии в СССР:

«Сталин спрашивает, достаточно ли у де Голля летчиков.

Де Голль отвечает, что у него очень мало летчиков, а те летчики, которые находились во Франции, нуждаются в переобучении, так как они четыре года не летали, а кроме того, не знают современных самолетов.

Сталин говорит, что на нашем фронте хорошо сражается авиационный полк „Нормандия“, укомплектованный французскими летчиками.

Де Голль говорит, что ему это известно и что французы гордятся своими летчиками, сражающимися в России против немцев.

Сталин говорит, что это хорошие летчики и что если де Голль нуждается в летных кадрах, то мы могли бы возвратить этих летчиков во Францию.

Де Голль говорит, что, сражаясь здесь, в России, эти летчики приносят большую пользу общему делу.

Сталин говорит, что если бы было достаточно кадров, то мы развернули бы из этих летчиков дивизию.

Де Голль говорит, что он может дать для этого людей.

Гарро добавляет, что во Франции большое количество молодых людей, которые хотели бы научиться летать.

Сталин говорит, что, вероятно, во Франции мало летных школ.

Де Голль отвечает, что там мало школ, а кроме того, мало материальной части»[119].

Тем самым среди прочих вопросов Сталин прекратил дискуссию между советским и французским командованием по поводу формирования французской авиадивизии, которая велась с 1943 г. Дивизию было решено создавать в форме, предложенной французами, — два полка истребителей и один бомбардировщиков.

16 декабря 1944 г. генерал Пети телеграммой уведомил командованием ВВС в Париже, что «Маршал Сталин лично утвердил структуру воинской части»[120].

Пятнадцать человек, ранее получившие отпуска, получили разрешение все-таки отправиться во Францию. И среди них подполковник Пуяд, с поручением обсудить условия формирования авиадивизии в штабе ВВС. Командование полком «Нормандия-Неман» было передано Луи Дельфино, произведенному в подполковники.

К сожалению, в Париже Пьер Пуяд попал в аварию, как раз тогда, когда ехал в штаб ВВС на заседание, посвященное формированию дивизии.

Начало 1945 г.

В связи с убытием пилотов, состав полка сократился до 35 летчиков, перегруппированных из четырех в три эскадрильи под командованием капитанов Рене Шалля, Гастона де Сан Марсо и Пьера Матраса. Пьер Матрас в январе 1945 г. передал командование эскадрильей Шарлю де ля Саллю и отправился в Тулу в качестве исполняющего обязанности командира дивизии. В Тулу стали прибывать новые пилоты.

В Париже к марту 1945 г. была утверждена структура дивизии «Франция» — три полка. Командир дивизии — подполковник Пуяд. Истребительный полк «Нормандия-Неман», командир подполковник Дельфино. Истребительный полк «Аквитания», командир майор Матрас. Бомбардировочный полк «Лангедок», командир майор Леонетти.

Каждый полк состоял из трех эскадрилий по десять самолетов в каждом. Полк «Лангедок» предполагалось вооружить бомбардировщиками Пе-2.

Каждому полку предполагалось придать по 3 переводчика. Кроме того, в дивизию был направлен священник Робер Лепутр, который прибыл в апреле в «Нормандию-Неман».

* * *

В январе 1945 г. началось новое наступление советских войск в Восточной Пруссии. Последние бои. Последние победы и последние потери.

23 января было завершено окружение Кенигсберга, и полк «Нормандия-Неман» с неразлучным 18 ГИАП перебазированы на аэродром Либау. Начались последние операции над Кенигсбергом и Пилау.

Полк потерял еще нескольких пилотов и был награжден орденом Красного Знамени.

27 марта полк потерял последнего сбитого в небе пилота, Мориса Шалля. Он, насколько смог, искупил свою ошибку, в результате которой погиб лейтенант Астахов. Пять немецких самолетов лично, пять в группе, один неподтвержденный и один уничтоженный на земле. Ордена Красного Знамени, Отечественной войны, Почетного Легиона и Военный крест.

9 апреля Кенигсберг пал. Семь пилотов получили звание капитана. Аспирантов произвели в младшие лейтенанты.

12 апреля «Нормандия-Неман» уничтожила свой последний самолет на Восточном фронте. Аспирант Жорж Анри сбил капитана Гюнтера Шака из «Мёльдерс», за которым числилось 174 сбитых самолета союзников. После приземления Жорж Анри с Луи Дельфино пошли в радиобудку, чтобы получить подтверждение на сбитый самолет. В это время береговые батареи Пилау начали обстрел аэродрома. Пилоты успели укрыться в окопе на краю аэродрома, кроме Дельфино и Анри. Снаряд попал в радиостанцию, погибла радистка, осколком убило Жоржа Анри. Луи Дельфино, который шел последним, повезло. Несколько самолетов было разбито в результате обстрела. Генерал Захаров приказал перевести полк на аэродром Альтхов, возле Эйлау, откуда советская авиация должна была вылетать уже на Данциг.

21 апреля стало известно, что Красная Армия вошла в Берлин. 27-го союзники соединились на Эльбе. 30 апреля из Франции вернулись отпускники, которым уже не пришлось принять участие в боях. Вместе с ними вернулся Константин Фельдзер, бежавший из плена, добравшийся до Франции и вернувшийся, несмотря на возражения Пуяда, который считал, что сначала ему нужно поправить здоровье.

9 мая война кончилась.

Победа!

Седьмая группа

25 апреля 1945 года в «Нормандию-Неман» прибыло последнее пополнение. 14 новых самолетов и 13 новых пилотов.

Пилоты этой группы успели повоевать за освобождение Франции в 1944 г., но не успели повоевать в России. Зато им довелось вернуться в составе «Нормандии-Неман» во Францию и получить свою долю триумфа в Ле Бурже за всех тех, кто не вернулся с войны.

Капитан Марсель Веррье, 38 лет. В авиации с 18 лет. Пилот-инструктор перед войной, в 1940 г. пилот эскадрильи «Лафайет», был сбит, обгорели ноги, чудом избежал ампутации. После выздоровления служил в Касабланке. После высадки союзников в Африке вновь в эскадрилье «Лафайет» под началом Константина Розанова воевал в Тунисе. Получил травму позвоночника в результате аварии самолета. Участвовал в высадке на Корсике и сбил один немецкий самолет, сам был подбит и упал в море. Его вытащили немецкие моряки, но сумел от них сбежать и спрятаться в горах до полного освобождения Корсики. После возвращения в Ле Бурже продолжал службу в авиации до 1960 г. Подполковник. Скончался в 1986 г.

Лейтенант Жан Ришар, 34 года. Летчик-испытатель. В 1944 г. фашисты расстреляли его сына вместе с другими детьми из его класса. Участвовал в боях во Франции, а затем перевелся в СССР. Из-за технической неисправности его Як не долетел до Ле Бурже. После войны демобилизовался и держал магазин радиотоваров, продолжая летать на планерах. Разбился в 1971 г.

Младший лейтенант Люсьен Абади, 24 года. Уроженец Алжира. В армии с 1942 г. Один из пилотов, повредивших свой Як и не долетевших до Ле Бурже. Демобилизовался в 1946 г.

Младший лейтенант Жан-Жак Дешепп, 23 года. Мобилизован в 1940 г. В 1943–1944 годах проходил обучение в США на Аэрокобрах. С 1944 г. пилот-инструктор в Марокко. Демобилизовался в 1946 г., но продолжал службу в резерве. Первый из резервистов преодолел звуковой барьер. Подполковник запаса. Скончался в 1994 г.

Младший лейтенант Доминик Пензини, 31 год. В авиации с 1936 года. В кампанию 1940 г. в составе франко-чехословацкой эскадрильи сбил три немецких самолета лично и шесть в группе. Участвовал в отражении английской атаки на французский флот в Мерс-эль-Кебире. Затем служил в Африке. Чемпион Марокко 1941 г. по прыжкам с шестом. Участвовал в отражении американской высадки в Марокко в 1942 г. В 1943 г. уже на стороне союзников участвовал в кампании в Тунисе. В 1944 г. участвовал в высадке в Провансе и в боях над Францией и Италией. Служил в «Нормандии-Неман» до 1947 г. После гибели Робера Марши был лучшим мастером воздушной акробатики в полку. Демобилизовался в 1952 г. в звании капитана. Умер в 1979 г.

Аспирант Жан Барбье, 24 года. В авиации с 1939 г. Служил в Алжире. Военный крест за боевые действия во Франции в 1944 г. После войны был штурманом гражданской авиации. Умер в 1994 г.

Аспирант Рене Бускейно, 26 лет. В авиации с 1939 г. При возвращении во Францию столкнулся на взлетной полосе с Яком младшего лейтенанта Абади. Служил в «Нормандии-Неман» до 1949 г., затем летал на вертолетах. Воевал в Индокитае и Алжире. Проживает в Лотарингии.

Аспирант Луи Делашеналь, 25 лет. В армии с 1939 г. Служил в «Нормандии» до 1953 г.

Аспирант Эдмон Жилль, 24 года. Пилот с 1939 г. Служил в группе легких бомбардировщиков в Алжире. В 1943 г. проходил подготовку в США, участвовал в боях во Франции в 1944 г. Служил в «Нормандии-Неман» до 1947 г. Участвовал в войнах в Индокитае, Алжире, арабо-израильском конфликте в 1956 г. В отставке с 1961 г. Проживает на юге Франции.

А также аспиранты Жорж Барботье, Антуан Фабби, Пьер Гийю, Арман Реми.

Пилоты для формирования дивизии «Франция» прибывали еще в течение всего мая 1945 г. Всем им не удалось ни повоевать, ни стать ветеранами знаменитого подразделения. Их не приглашали на торжественные встречи и не вручали советские медали.

Возвращение во Францию

1 июня 1945 г. прозвучал последний звонок — по настоянию де Голля всех пилотов «Нормандии-Неман» было решено отпустить во Францию. Де Голль настаивал, что во Франции ему нужна боеспособная часть. Учитывая его натянутые в то время отношения с союзниками, агрессивные аппетиты на Саар и Рейнланд, ему действительно нужна была армия. А учитывая взаимоотношения между союзниками и то, что во Франции стояла американская армия, и СССР не мешала лояльная французская часть.

По возвращении во Францию полк предполагалось укомплектовать французскими самолетами или самолетами союзников.

Пилоты отправились в Москву. Отправка была запланирована на 11 июня из Москвы через Тегеран — Каир — Тунис — Алжир — Марсель в Париж. Пилоты дивизии «Франция», находившиеся в Туле, должны были быть отправлены по маршруту Бухарест — Вена — Париж.

По просьбе французской военной миссии еще два летчика Жак Андре и Марсель Лефевр посмертно были награждены званием Героя Советского Союза. Представление на звание Героя для Роже Соважа не было утверждено под предлогом, что он лично, а не в группе сбил только 9 самолетов, при необходимом минимуме в 10. Роже Соваж и Пьер Матрас были награждены орденом Александра Невского.

Также орденом Боевого Красного Знамени был награжден генерал Эрнест Пети, глава французской военной миссии в СССР в течение войны.

Указом от 4 июня 1945 г. полк «Нормандия-Неман» был награжден орденом Александра Невского. Все пилоты были награждены медалью «За победу над Германией» и те, кто принимал участие в последних боях, медалью «За взятие Кенигсберга».

По неизвестной причине не была удовлетворена просьба французской военной миссии о награждении орденом Александра Невского командира полка «Нормандии-Неман» подполковника Дельфино и командира дивизии «Франция» подполковника Пуяда. Оба они получили орден Александра Невского только в 1965 году в честь 20-летия Победы.

5 июня пилотам объявили о решении Верховного Главнокомандующего Красной Армии об отправке полка «Нормандия-Неман» во Францию на своих боевых самолетах Як-3. Самолеты передавались советской стороной в качестве подарка.

«Президенту Временного Правительства Франции

Ваше послание от 2 июня получил… Французский авиационный полк „Нормандия-Неман“ находится в Москве и готов к отъезду во Францию… Я считаю естественным сохранить за полком его материальную часть, которой он пользовался на Восточном фронте мужественно и с полным успехом. Пусть это будет скромным даром Советского Союза авиации Франции и символом дружбы наших народов.

Прошу принять мою благодарность за хорошую боевую работу полка на фронте борьбы с немецкими войсками.

Иосиф Сталин. 5 июня 1945 г.»[121]

Кроме того, Сталин сделал еще один жест — долг Франции СССР, которым по просьбе французской стороны было принято денежное довольствие, выплачиваемое пилотам во время войны, был аннулирован. И сверх того, всем пилотам и семьям погибших летчиков было выплачено денежное вознаграждение, равное 100 % их денежного довольствия за время службы в СССР. Общая сумма выплат составила 236 тысяч долларов. На содержание полка во время войны было потрачено около 4 миллионов рублей[122].

Сын Жана Тюляна Франсуа рассказывал, что их семья получила от имени Советского Союза вознаграждение за службу Жана Тюляна в виде золотых монет, которые помогли семье в первое время после войны, а также помогли ему и его сестре закончить школу. Бесплатно в то время в школе учили только в СССР.

Добавлю также, что это не помешало пилотам востребовать причитающееся еще и с Франции за годы службы во французском подразделении с 1942 по 1945 год.

11 июня при содействии советских властей и нового французского посла генерала Катру Александр Лоран сочетался законным браком с гражданкой СССР Маргаритой Лаува, создав единственную франко-советскую пару в «Нормандии-Неман». В тот же день пилоты вылетели на аэродром Эльбинг для отправки во Францию.

15 июня 1945 г. «Нормандия-Неман» на 42 самолетах Як-3, 40 боевых и двух командных, покинула СССР, завершив героическую эпопею Второй мировой войны. Самолеты были специально подготовлены к вылету, носы раскрашены в цвета французского флага, а на борту всех машин была нанесена белая стрела.

Из воспоминания Героя Советского Союза Ролана де ля Пуапа:

«…15 июня, Эльбинг. В этот раз всё: прозвучал звонок к отправлению. Час прощания боевых товарищей. Русские нас обнимают, дарят подарки. В 13 часов генерал Захаров приспустил красный флаг — взлетает первая эскадрилья, ведомая Марселем Альбером, первым асом „Нормандии-Неман“ с 23 белыми крестами на фюзеляже. Затем вторая, ведомая Риссо… Я поднимаю третью… Следом взлетают две „Дакоты“ с русскими механиками. Несколько минут затем, не скрывая эмоций, генерал Захаров дает старт самолету Дельфино. Командир 303-й дивизии с трудом сдерживает слезы, когда взлетает последний Як его друга Пуяда.

40 Яков уже скрылись из виду, а начальник радиостанции Луничкин продолжает получать последние прощания на частоте „раяк“, закрепленной за Frantzousy из „Нормандии-Неман“.

Через 45 минут мы приземляемся в Познани… обедаем… и летим дальше. Через час мы в Праге, где впервые увидели развевающийся французский флаг рядом с советским. В Праге к нам прибыл советский офицер из посольства и вручил каждому из нас по 500 долларов от имени своего правительства.

Прибытие в Штутгарт было грандиозным. „Главный Визирь“ генерал Де Латтр де Тасиньи нас встречал как глав государств, окруженный „табором“ своих марокканцев. В Штутгарте в то время базировалась 1-я группа „Эльзас“, и мы впервые увидели иных французских пилотов, кроме „Нормандии“, которые с интересом разглядывали нас и нашу технику, раскрашенную по-иностранному. Яки казались маленькими и грубыми рядом с их металлическими Спитфайрами. Я их быстро остудил: „Парни, хихикать будете после того, как увидите, что он может“.

Марши поднялся в воздух и показал такую акробатику, что наши коллеги, привыкшие к Спитфайрам, разинули рты и вспоминали это очень долго.

20 июня перелет в Сан Дизье, где нас встречали высокие персоны. После обеда с ними — последний перелет. В Сан Дизье мы потеряли три самолета. Двое так торопились домой, что столкнулись на полосе, а у третьего случились неполадки. И вот в 17.30 37 оставшихся приближаются к Ле Бурже.

Мы проходим Mo, и через несколько минут я замечаю Нотр-Дам, Сену и Эйфелеву башню. В радио мы слышим парижский говорок моего приятеля Альбера: „Да, други, как все-таки приятно снова увидеть эту груду металлолома!“»[123]

В Штутгарте на самолетах были закрашены красные звезды на хвостах и нарисован знак «Сражающейся Франции» Шарля де Голля — лотарингский крест. В Париже полк встречали командующий ВВС генерал армии Буска, министр аэронавтики и вооружения коммунист Шарль Тиллон, посол СССР во Франции Александр Богомолов и многие другие.

Несмотря на домыслы последних лет, никакой хитрости или пропаганды в жесте Сталина, подарившего самолеты Франции, не было. Полк не предусматривалось расформировывать. Во Франции в то время было совсем мало боеспособных авиационных частей, тем более министром аэронавтики был коммунист.

Если же нужен был пропагандистский жест, то отправить на своих самолетах всю авиадивизию «Франция» тоже не составило бы большого труда.

Это был действительно жест уважения к французским пилотам, не побоявшимся прибыть в Россию и честно сражавшихся здесь за свою родину.

Александр Богомолов писал перед встречей в Ле Бурже: «…де Голль одновременно послал в Лондон и Москву письма с просьбой вернуть во Францию полк бомбардировщиков „Лотарингия“ из Англии и „Нормандию“ из СССР. В письме, адресованном английскому командованию, де Голль просил продать бомбардировщики, на которых французские летчики летали… в течение почти 5 лет. Английское военное министерство согласилось продать самолеты, но запросило очень высокую цену.

Ответ англичан пришел незадолго до послания Сталина, и контраст этих двух ответов взбудоражил все воздушное министерство. В министерстве хотят организовать торжественную встречу „Нормандии“ на аэродроме Бурже»[124].

* * *

К сожалению, «Нормандия-Неман» вылетела из СССР за 9 дней до Парада Победы на Красной площади в Москве.

В то время, когда летчики гостили 3 дня в Штутгарте, в Париже прошел свой Парад Победы, который был проведен 18 июня, в день 5-летия знаменитого теперь воззвания де Голля к Сопротивлению. По Елисейским Полям прошли в пешем строю по девять пилотов от каждого прославленного соединения французской авиации времен Второй мировой войны: «Эльзас», «Лотарингия», «Иль-де-Франс», «Бретонь» и «Нормандия-Неман».

Над Парижем в форме лотарингского креста пролетела бомбардировочная группа «Лотарингия», за десять дней до этого выведенная из Голландии, под руководством бывшего командира «Нормандии» Жозефа Пуликена.

Улица и мемориальный знак «Нормандии-Неман» в г. Дюньи, на территории которого находится аэропорт Ле Бурже. (Фото автора)

Население ДЮНЬИ

Героическим Авиаторам

группы истребителей

«НОРМАНДИЯ-НЕМАН»

за их Подвиги

против нацистского ига.

Прибытие эскадрильи

«НОРМАНДИЯ»

В СОВЕТСКИЙ СОЮЗ В ИВАНОВО

28 ноября 1942 г.

Возвращение полка

«НОРМАНДИЯ-НЕМАН»

ВО ФРАНЦИЮ В ДЮНЬИ

20 июня 1945 г.

Боевые успехи и память

Всего французские летчики на советско-германском фронте совершили более 5249 вылетов, провели 869 воздушных боев, сбили 273 и повредили 80 самолетов противника. Четверо пилотов Марсель Альбер, Ролан де ля Пуап, Жак Андре и Марсель Лефевр (посмертно) были удостоены звания Героя Советского Союза.

Тридцать четыре пилота «Нормандии» погибли, восемь пропали без вести, девять получили тяжелые ранения. Четверым повезло вернуться из плена. Пятнадцать пилотов погибли уже после Второй мировой войны.

Для сравнения, авиагруппа № 1 «Эльзас», созданная на год раньше «Нормандии-Неман», за войну совершила 4500 боевых вылетов, сбив 32 самолета противника.

Авиагруппа № 2 «Иль-де-Франс», сформированная в январе 1942 г., совершила 6029 боевых вылетов, сбив 35 самолетов противника.

Всего французская авиация «Сражающейся Франции» с 1940 по 1945 г. сбила 344 самолета противника, из них 273, или 80 %, на счету «Нормандии-Неман».

И о потерях. «Нормандия-Неман» за годы сражений в СССР потеряла 42 пилота из 96. «Эльзас» 21 из 87, «Иль-де-Франс» 37 из 78. То есть при сопоставимой численности соединений, количестве боевых вылетов и потерь, результативность «Нормандии-Неман» на порядок выше.

Авиаполк «Нормандия-Неман» — самое титулованное подразделение французских ВВС, награжденное французскими орденами Почетного Легиона, Военным крестом с пальмовой ветвью, Военной медалью и советскими орденами Красного Знамени и Александра Невского. 21 пилот и само подразделение были награждены орденом Освобождения — особой наградой де Голля, учрежденной в 1940 г.

6 авиабаз французских ВВС носят имена пилотов «Нормандии-Неман».

25 памятников и мемориальных знаков установлено во Франции. Улицы и площади носят имена пилотов «НорМандии-Неман».

В 1992 г. в честь 50-летия французского авиаполка, почетное наименование «Нормандия-Неман» было присвоено российскому 18-му гвардейскому авиаполку, который во время войны воевал бок о бок с французами.

В 2007 г. в честь 65-летия полка памятники «Нормандии» президентами России и Франции были установлены в Лe Бурже и в Москве. Всего в России и Белоруссии существует около 20 памятников «Нормандии-Неман».

После долгих попыток, начавшихся в 1974 г., по инициативе председателя совета ветеранов «Нормандии» майора Игоря Эйхенбаума, в 1992 г. в родном городе Марселя Лефевра Лез-Анделизе в Нормандии был открыт музей «Нормандии-Неман», перед которым установлен современный «Мираж» французского полка «Нормандия-Неман» и макет самолета Як-3 Марселя Лефевра. К сожалению, этот музей тоже не пережил пертурбаций последних лет и закрыт в 2010 году. Экспозиция должна быть перенесена в Ле Бурже, где ныне находится единственный сохранившийся подлинный Як-3 «Нормандии-Неман», и частично в другие музеи.

Кроме того, 11 действующих моделей Як в раскраске «Нормандии-Неман» ныне летают во Франции, 2 в Германии и 1 в США. Один из них, действующий и регулярно принимающий участие в различных фестивалях, находится в авиамузее авиабазы Ля-Фёрте-Але. Его можно увидеть в кинофильме «Рыцари Неба».

Единственный подлинный Як-3 находится в музее Ле Бурже. Согласно легенде, его уберег от отправки в металлолом тогдашний директор, бывший русский пилот «Нормандии-Неман» Константин Фельдзер. Он был выставлен в музее авиации в Медоне под Парижем с бортовым номером 18. После перевода музея в Ле Бурже в 1975 г. бортовой номер сменился на 4, под которым летал Герой Советского Союза Ролан де ля Пуап, оставивший в нем свой автограф на приборной доске.

Вопреки легенде известно, что этот самолет находился при музее авиатехники на авиабазе Оранж имени Мориса де Сейна, откуда был передан в дар музею в Медоне в 1967 году.

После войны

История «Нормандии-Неман» не заканчивается в 1945 г.

По возвращении во Францию полк на самолетах Як-3 располагался на авиабазе в Лe Бурже.

Поскольку полк обслуживался советскими механиками, то они тоже были вынуждены последовать за полком во Францию, где некоторые продолжали службу до начала 1946 года. Кроме того, с ними прибыло 24 инструктора, 6 электриков, 6 радиотехников и 6 механиков, которые должны были подготовить французские кадры для замены. К августу 1945 г. было подготовлено 34 специалиста, и большая часть советских механиков вернулась домой. Но поскольку французских было недостаточно, последние вместе с капитаном Агавельяном — бессменным главой технической службы полка вернулись только в январе 1946 г. Все советские механики были награждены орденом Военный крест Франции.

Сразу по возвращении полк начал турне по Франции с показательными выступлениями. Уже в июне 1945 г. показательные полеты были проведены в Тулузе, Ницце, Мариньяне, Казо, Лионе.

14 июля 1945 г., в день Национального Праздника Франции, авиаполк «Нормандия-Неман» показывал воздушный парад над Елисейскими Полями.

До конца августа каждые выходные в одном из городов Франции пилоты «Нормандии-Неман» показывали воздушную акробатику на своих Яках с красными звездами на крыльях.

20 сентября 1945 г. полк «Нормандия-Неман» был введен в структуру округа ПВО французской столицы и вернулся к боевой службе. От множественных воздушных представлений, прозванных пилотами, естественно, «цирком», в строю осталось только 32 Як-3. Полк был реформирован в группу из двух эскадрилий по 16 Як-3 в каждой.

В связи с тем, что в результате интенсивных перелетов и показательных полетов парк Як-3 стремительно изнашивался, встал вопрос о поставках в «Нормандию» новых самолетов. Несмотря на наличие министра аэронавтики, члена коммунистической партии, советские самолеты было решено не приобретать. Французы сохранили производство военных самолетов в городе Краван, созданное немцами во время оккупации. Этот завод выпускал те самые фокке-вульфы, с которыми воевали пилоты «Нормандии-Неман». После войны Франция продолжала их выпуск под названием NC 900.

С ноября 1945 г. переименованные фокке-вульфы стали поступать на вооружение «Нормандии-Неман».

Их появление встретили недружелюбно, прежде всего из-за того, что это был вражеский самолет. Затем пилоты убедились, что самолет уступает Як-3. Пьер Лорийон, поднявшись в воздух на NC 900 один-единственный раз, сказал:

«Хороший самолет, более тяжелый и более прочный, но менее маневренный, чем Як. Мне, как пилоту, все равно, на чем летать, на фокке-вульфе или мессершмитте, только и тот и другой в бою всегда проиграют Яку»[125].

В ноябре полк получил 8 бывших фокке-вульфов, 16 Спитфайров, а также несколько допотопных «кукурузников» Моран-Солинье 500 и Стамп.

Проблемы с NC 900 начались с первого же дня. При перегоне самолетов с завода Жозеф Риссо вынужден был вернуться на аэродром и сесть на «брюхо» из-за перебоев в моторе. Чуть позже, при отработке фигур высшего пилотажа, у двух самолетов, на которых летали Жилль и Перре, произошли взрывы в моторе. Число больших и мелких неполадок в NC 900 росло до марта 1946 г., когда в Марокко на этом самолете погиб кавалер ордена Отечественной войны 2-й степени майор Морис Амарже.

В январе 1946 г. на базе «Нормандии» была сформирована новая авиагруппа № 6, в которую перешли некоторые пилоты полка под командованием полковника Дельфино. Группа несла службу во французской зоне оккупации Германии.

«Нормандия-Неман» под командованием майора Матраса была переформирована в три эскадрильи. Их возглавляли капитаны де ля Пуап, Риссо и Веррье. И была переведена из Ле Бурже, в то время главного пассажирского аэропорта Парижа, на аэродром Тусу-ле-Нобль. В это время на тренировках было разбито еще два Яка. К апрелю 1946 г. на ходу оставалось 35 Як-3 и 3 машины были в нерабочем состоянии из-за отсутствия запчастей.

17 июля 1946 года произошла новая трагедия — на показательных выступлениях разбился лучший ас «Нормандии-Неман» лейтенант Робер Марши. В последний день полетов он поднялся в воздух на биплане Стамп со своим другом, который до этого никогда не летал на самолетах. При смене эшелона высоты самолет свалился в штопор и врезался в землю. Оба погибли. Расследование показало, что пассажир Марши от страха блокировал управление и помешал вывести самолет из штопора.

С января 1947 г. «Нормандия-Неман» стала вооружаться британскими самолетами Москито FB VI. Оставшиеся на ходу Як-3 были сняты с вооружения, списаны из армии и переведены в авиационное училище в Туре, где последние из них использовались еще в начале 50-х годов для тренировок курсантов. Несколько самолетов было переведено вместе с «Нормандией» в Марокко в качестве связных.

С началом холодной войны в апреле 1947 г. полк был переведен в Марокко в город Рабат. Многими это было воспринято как реванш «вишистов». Из ветеранов «Нормандии» ушли в отставку или в другие части все пилоты первой и второй групп. Константину Фельдзеру критика «вишистов» стоила службы в армии, и он оказался заместителем директора авиамузея в Медоне.

В течение года стали проявляться недостатки и самолетов Москито.

24 июля 1947 г. в Марокко погиб Леон Углов, последний русский, продолжавший службу в «Нормандии-Неман». Несколькими днями позже погиб еще один пилот, и Москито сняли с полетов.

С осени 1947 г. полк принял на вооружение американские самолеты Белл Р-39 Аэрокобра, на которых летал до 1951 г.

В 1949 г. он был переброшен в Сайгон и до 1951 г. участвовал в войне в Индокитае, где погиб ветеран полка, капитан Марк Шаррас. За боевые действия во Вьетнаме полк получил почетное знамя Французской Республики.

В 1951 г. полк был переведен в Алжир.

В 1962 г. переведен во Францию, где базировался сначала в Оранже, затем в Реймсе, и с 1993 г. в Кольмаре. Полк принимал участие в боевых действиях в Руанде, Чаде, Боснии. В 1999 г. принимал участие в агрессии НАТО против Югославии.

В 2012 году полк обещают сформировать заново и вооружить истребителями Рафаль на авиабазе Мон-де-Марсан имени Константина Розанова.

Командиры «Нормандии-Неман»

Андре Жюбелен

Первый командир, составлявший списки добровольцев для отправки в СССР. Морской летчик, капитан третьего ранга.

Родился в 1906 г. в Тулоне в старинной морской семье.

В 1925 г. поступил в военно-морское училище в Тулоне, где попал в группу гидросамолетов. После окончания распределился в морскую артиллерию.

Прославился в качестве главного канонира на торпедоносце «Брестуа» в начале 30-х годов во время ночных стрельб с помощью сконструированного им простейшего прибора ночного видения.

Переведен во Вьетнам главным канониром крейсера «Ламот Пике», который в 1942 г. был потоплен американцами. Капитан-лейтенант. После поражения Франции и в ответ на призыв де Голля из Лондона в ноябре 1940 г. с двумя товарищами на легкомоторном биплане бежал в Сингапур. В процессе побега впервые использовал дозаправку самолета в воздухе из канистр. Из Сингапура был доставлен англичанами в Лондон и представлен де Голлю, который произвел его в капитаны третьего ранга и включил в состав ВМФ «Свободной Франции».

В феврале 1941 г. Жюбелен назначен капитаном крейсера «Курбе», стоящего на приколе в Портсмуте и использовавшегося англичанами как склад. В мае 1941-го, после сдачи крейсера в металлолом, назначается командиром первой французской морской авиаэскадрильи, существующей только теоретически. Сам Жюбелен в июне 1941 г. был включен в состав 118-го британского авиаполка с личным разрешением носить нашивки Fleet Air Arm — британской морской авиации. Участвовал в ночных полетах над Францией и носился с идеей ночного полета на Париж с выбросом французского флага над Триумфальной аркой, которую англичане реализовали без участия французов. Тем не менее он успевает до августа 1941 г. сбить четыре немецких самолета. В августе его отзывают в распоряжение генерала Валена, командующего ВВС «Свободной Франции».

После нападения Германии на СССР, осенью 1941 г., капитан третьего ранга Жюбелен получил секретное задание набрать группу добровольцев из числа французских Пилотов РАФ для формирования авиационных частей на советском фронте.

В декабре 1941 г. был сформирован список добровольцев из 19 человек. Пилоты знали только то, что из них будет сформирована полностью французская часть.

В феврале 1942 г. советское командование согласилось принять группу и выдать визы. 25 февраля де Голль утвердил список пилотов, направляемых на авиабазу Раяк в Сирии для формирования эскадрильи № 3 в составе 30 пилотов и 30 техников под командованием капитана третьего ранга Жюбелена, которому по прибытии в СССР был обещан чин полковника авиации. Была поставлена задача сформировать две эскадрильи, для чего нужно было иметь не менее 40 пилотов. Для их набора он оставался в Англии, когда группа выбыла в Сирию.

Дело получило огласку и контрреакцию союзников. В мае 1942 г. английское адмиралтейство выразило неудовольствие тем, что французский флот формируется медленно, и в условиях острой нехватки морских офицеров офицер высшего ранга переводится в армию, где используется как «квартирмейстер», рыскающий по английским гарнизонам в поисках французов. После дипломатической возни 2 августа 1942 г. капитан третьего ранга Жюбелен приказом де Голля вопреки возражениям Валена, назначается командиром торпедоносца «Саворран де Вразза» в Индийском океане. На счету корабля проводка 27 конвоев, 2 сбитых немецких бомбардировщика и 2 потопленные подводные лодки.

В начале 1944 г. производится в капитаны второго ранга и переводится в Европу, где готовится к операциям и Италии, в частности к освобождению Рима. Но тут же отзывается и с 1-й канадской армией высаживается в Нормандии, где ему поручается организация французских военных портов от Шербура до Гавра.

1945 г. — командир крейсера «Триумфатор», который после победы над Японией переводится во Вьетнам.

1948 г. — капитан первого ранга, командир авианосце! «Арроманш».

1953 г. — контр-адмирал, военно-морской атташе Франции в США.

1954 г. — один из первых французских пилотов, поднявших в воздух вертолет. Закончил курсы вертолетчиков в США и получил летное свидетельство из рук Игоря Сикорского.

1955 г. — командующий военно-морской авиацией Средиземноморья. Первый французский чиновник высокого ранга, начавший использовать вертолет в качестве служебного транспорта.

1960 г. — морской префект города Брест.

1961 г. — вице-адмирал, командующий Средиземноморским флотом.

1963 г. — адмирал флота Франции, Главный инспектор ВМФ.

С 1967 г. в отставке. Работал экспертом в компаниях по страхованию авиаперевозок. Член административного совета авиаконцерна «Дассо-Авиасьон». Журналист газеты «Телеграмм де Брест». Опубликовал 4 книги об авиации, в Частности «Я был пилотом „Свободной Франции“», где рассказал о своем участии в формировании «Нормандии-Неман».

Андре Жюбелен — один из самых титулованных и насажденных морских офицеров Франции времен Второй ^мировой войны. Скончался в 1986 г. и похоронен в Санари-сюр-мер.

Жозеф Пуликен

Командир, который сформировал первую группу пилотов и механиков и который и дал ей это название «Нормандия». Майор.

Родился 20 ноября 1897 года в Сан-Мало.

В 1915 году поступил добровольцем в экспедиционный Корпус в Дарданеллах. Оттуда в 1916 г. в звании капрала был направлен на стажировку в военную школу Сен-Сир, а затем переведен в части, стоявшие на Марне. Был тяжело ранен в боях в Шампани и по здоровью комиссован из пехоты. В ноябре 1917 г. окончил курсы авиации и летал на бомбардировщике «Брегет-14».

В 1919 г. участвовал в интервенции в России. Осуществил около 20 боевых вылетов против Красной Армии.

После войны проходил службу в Тулузе и Орли. В 1939 г. перевелся на Ближний Восток, где служил командиром военно-воздушной базы Пальмир в Сирии. После поражения Франции в 1940 г. демобилизовался в звании капитана запаса. Вернулся в Сан-Мало, занятое фашистами, затем переехал в Лион, где работал в газете «Пари-суар». От имени газеты он уехал в командировку в Африку, где перешел на сторону «Свободной Франции» генерала де Голля. Направлен в первую истребительную группу «Эльзас», стоявшую в Бейруте, где был заместителем майора Тюляна. Принимал участие в обороне Хайфы. В январе 1942 г. назначен командиром группы «Эльзас» вместо Тюляна, назначенного заместителем Жюбелена. Затем переведен командиром бомбардировочной группы «Лотарингия», которая после боев была отправлена на отдых, и он вернулся в «Эльзас».

В марте 1942 г. произведен в майоры, группа «Эльзас» под его командованием в составе RAF принимала участие в боях за Бир-Хакейм, в боях в Ливии и в обороне Александрии против германо-итальянского корпуса Роммеля.

В сентябре 1942 г. назначен командиром группы, формирующейся для отправки в СССР. Под его командованием французские пилоты прибыли в СССР и приступили к обучению на советских истребителях. Оставался в СССР до весны 1943 г., когда был отозван в Лондон, и передал командование Тюляну.

С июня 1943 года командир эскадрильи бомбардировщиков «Лотарингия». В 1944 г. адъютант командующего французскими ВВС в Великобритании, ответственный за координацию действий между французами и англо-американцами во время высадки в Нормандии.

В марте 1945 г. произведен в подполковники и вновь командует группой «Лотарингия», с которой до окончания боевых действий в апреле 1945 г. осуществляет пять боевых вылетов на Бремен и Гамбург, f. В 1946 г. ушел из армии и работал антикваром на юге Франции. В 1974 г. вернулся в Сан-Мало. В 1980 г. получил титул почетного гражданина города. Последние годы жизни тяжело болел и находился на лечении в Париже, где и скончался в 1988 г. Похоронен в пригороде Сан-Мало, а в самом городе на крепостной стене была установлена мемориальная доска в его память.

Мемориальная доска Жозефа Пуликена из Сан-Мало (фото автора):

В память ЖОЗЕФА ПУЛИКЕНА,

Родившегося в Сан-Мало, 1897–1988

Доброволец армии «Свободная Франция»,

Большой офицерский крест Почетного Легиона

Орден Освобождения,

1-й командир эскадрильи «Нормандия-Неман»,

Почетный гражданин города

Жан Тюлян

Формально третий, но фактически первый боевой командир «Нормандии-Неман» и единственный, погибший на войне.

Родился 27 ноября 1912 г. в семье бретонского офицера. Его отец кавалерист во время Первой мировой войны перешел в авиацию, а после войны служил в только что аннексированной Францией Лотарингии. Затем был переведен в Луару, где Жан закончил школу. Во время Первой мировой войны отец будущего командира «Нормандии-Неман» служил в Югославии, где участвовал в формировании авиации страны, а затем командовал 1-м округом ВВС Сербии. В 1918 г. был прикомандирован к французской военной миссии у адмирала Колчака, которую покинул в том же году зимой, своим ходом через Казахстан. Он разбился в октябре 1929 г., когда вел самолет, возвращавшийся с торжественных мероприятий в Белграде во Францию.

1933 г. — младший лейтенант, закончил военное училище в Сен-Сире, где учился в одной группе с другими командирами «Нормандии» Пьером Пуядом и Луи Дельфино. Вместе же они поступили в летное училище в Версале. После окончания получил назначение в полк бомбардировщиков в Аводе.

1937 г. — лейтенант, переводится в истребительную авиацию в Дижон.

1938 г. — инструктор в летном училище в Салон-ан-Провансе.

1939 г. — капитан, переведен в Тунис, командир эскадрильи.

1940 г. — переведен на авиабазу Раяк в Сирии (ныне Ливан), затем на базу Бекаа. Подал рапорт о переводе во Францию для участия в отражении германского нападения, но Франция сдалась раньше, чем он получил ответ. В июне 1940 г. несколько пилотов эскадрильи Тюляна перелетели к британцам в Палестину. Сам он был обвинен в попустительстве мятежникам, отстранен от полетов и, провел несколько дней под домашним арестом. В декабре 1940 г. во время тренировочного полета симулировал технические неполадки самолета и падение в Средиземное море. Пока его искали, перелетел в Иерусалим, где был зачислен в состав британских ВВС, и принимал участие в боевых действиях против итальянцев в Тубруке.

Его переход имел большой резонанс. Виши всерьез решили, что он погиб, о чем было сообщено семье, а в католическом соборе Бейрута прошло торжественное богослужение в память по погибшему. Для де Голля это был один из первых переходов командира действующей воинской части, о чем «Радио Лондона» тут же радостно раструбило, и теперь Виши уже заочно приговорило воскресшего капитана Тюляна к смертной казни.

В феврале 1941 г. он произведен в майоры и назначен начальником Штаба ВВС «Свободной Франции» на Ближнем Востоке, который располагался в Каире. Занимался формированием летных частей. На штабной должности отметился несерьезным отношением к бумажкам, и как результат, возникли трения с начальством.

С сентября 1941 г. принял командование эскадрильи № 1 «Эльзас», с которой участвовал в боевых действиях Великобритании против Роммеля в Египте и Ливии. Награжден Военным Крестом, Колониальной медалью за Ливию и медалью «За Левант».

В январе 1942 г. передал командование «Эльзасом» капитану Пуликену и отозван в Лондон, где был назначен заместителем капитана третьего ранга Жюбелена для формирования французских авиационных частей для Советского Союза. В июле капитан Жюбилен предпочитает остаться во флоте, и встает вопрос о командире. Де Голль предполагает назначить Тюляна, но командование ВВС «Свободной Франции» на Ближнем Востоке возражает, Мотивируя тем, что у Тюляна полностью отсутствует опыт европейской войны. Командиром эскадрильи № 3 назначается Пуликен, для этого произведенный в майоры. Тюлян остается заместителем.

С декабря 1942 г. в СССР.

В феврале 1943 г. майор Жан Тюлян утвержден в должности командира авиагруппы «Нормандия».

В марте 1943 г. вывел группу из Иваново на фронт.

Апрель 1943 г. первые бои, первые победы и первые потери. Сам Тюлян сбивает 3 немецких самолета.

Июнь 1943 г. — прибыло первое пополнение, которое позволило сформировать вторую эскадрилью — 11 пилотов, 3 из них погибнут в первый же месяц, а еще 5 в следующие два. Первый состав группы к этому времени уже потерял 4 пилота.

Апрель — июль 1942 г. — период самых высоких потерь — 7 пилотов первого состава и 4 второго. В том числе 17 июля 1943 г. не вернулся с боевого задания и пропал без вести командир авиагруппы «Нормандия» Жан Тюлян. Посмертно награжден Офицерским Крестом Почетного Легиона. Также награжден орденом Освобождения и орденом Отечественной войны 2-й степени.

В 1960 г. орловская учительница Галина Малюченко после разговоров с местными жителями смогла узнать, что 17 июля 1943 г. вблизи деревни Каменка упал советский истребитель с французским летчиком, которого похоронили местные жители. Якобы по фотографиям опознали Жана Тюляна.

В 1964 г. останки французского летчика были перенесены на Введенское кладбище в Москве. На церемонии присутствовали родственники Жана Тюляна, родственники погибших тогда же Адриена Бернаво, Фирмина Вермейля и Андре Ларго. Бывшие командиры «Нормандии», однокашники Тюляна по Сен-Сиру генералы Пьер Пуяд и Луи Дельфино. Герои Советского Союза Ролан де ля Пуап и Жак Андре.

В связи с тем, что достоверно личность пилота установлена не была, он похоронен как Неизвестный французский летчик. Орловские следопыты тем не менее по сей день настаивают, что это был майор Жан Тюлян. На месте падения самолета и на месте могилы были установлены памятные стелы.

Одна из военно-воздушных баз Франции в Алжире носила его имя. После предоставления Алжиру независимости имя майора Жана Тюляна было присвоено базе ВВС в Туре.

Пьер Пуяд

Родился 25 ноября 1911 г. в Бургундии, в семье офицера.

В 1931 г. поступает в Сен-Сир, который заканчивает в; 1933 г. в одном выпуске с двумя другими командирами V «Нормандии» — Жаном Тюляном и Луи Дельфино. Вместе они поступают в летное училище в Версале, после окончания которого в 1935 г. Пьер Пуяд в звании лейтенанта попал в истребительную эскадрилью в Шартре.

В 1939 г. — капитан 4-го авиасоединения в Реймсе.

Во время войны 1940 года командовал эскадрильей ночных истребителей. Сбил один самолет. 2 июня 1940 г. сам был сбит, получив ранения. После излечения переведен в Индокитай, оккупированный союзной Франции Японией.

В октябре 1942 г. на своем самолете перелетел в Китай, где сел на американском аэродроме. Проделав кругосветное путешествие через Индию, Африку, Америку, в феврале 1943 г. прибыл в Лондон, где вступил в авиацию «Свободной Франции». Произведен в майоры.

Первоначально предполагался к назначению на пост ответственного за Индокитай, но в одной из бесед с де Голлем и командующим авиацией генералом Валеном узнал о группе «Нормандия» в СССР. Забыв про все, уболтал обоих генералов и получил назначение командиром второй эскадрильи группы «Нормандия» с задачей набрать в Лондоне необходимое количество французских летчиков. С задачей справился блестяще, лучше всех остальных командиров «Нормандии», вместе взятых. Уже 9 июня 1943 г. Пьер Пуяд приземлился в Москве во главе группы пополнения 11 человек (считая его самого), которая сразу же была брошена в бой.

18 июля, всего через 40 дней после прибытия, Пуяд вынужден заменить своего друга и однокашника Жана Тюляна во главе «Нормандии». До конца года на его счету 5 сбитых самолетов. Под его командованием группа превратилась в полк, научилась выполнять поставленные задачи, сведя потери к минимуму.

В 1944 г. с началом формирования в СССР авиадивизии «Франция» предлагался французским командованием в качестве командира дивизии. Это встретило возражения со стороны советского командования, считавшего, что майор Пуяд недостаточно опытен для дивизии. В декабре 1944 г. во время визита де Голля в Москву произведен в подполковники и на приеме в Кремле был представлен Сталину, который похвалил как полк, так и самого Пуяда.

В декабре же Пуяд убывает в Париж для получения назначения. Его машина попадает в аварию, когда он едет на заседание коллегии министерства обороны, посвященного формированию авиадивизии «Франция» в СССР. Назначение он получает в госпитале, в котором из-за тяжелых травм с повреждением позвоночника остается почти до конца войны.

По возвращении в СССР вступает в командование дивизией, что тем не менее вновь встречает противодействие маршалов Антонова и Фалалеева. Французский посол, генерал Картру, вынужден вновь обратиться лично к Сталину, который обвиняет своих маршалов в перестраховке и утверждает назначение Пуяда во главе дивизии. Де Голль, однако, ввиду окончания войны решает не использовать французские авиачасти против Японии. Уже набранные три полка будущей дивизии возвращаются во Францию через Турцию и Румынию. Сам Пуяд вместе с Дельфино сопровождает полк «Нормандия-Неман» на подаренных Яках в Лe Бурже.

После войны — генеральный инспектор авиации. Президент Ассоциации ветеранов «Нормандии-Неман».

В 1947–50 гг. — военно-воздушный атташе при Президенте Франции Винсенте Ориоле.

1950–53 гг. — военный атташе Франции в Аргентине.

1953–56 гг. — инструктор курсов повышения квалификации НАТО.

В 1956 г. — вышел в отставку в звании бригадного генерала. Советник Синдиката французских промышленников в области авиа- и космического строения по связям с СССР.

В 1966–73 гг. — депутат Национальной Ассамблеи от UPR. Член президиума Ассоциации «Франция — СССР».

С 1975 г. член официальной делегации Президента Франции для празднования 30-летия Победы в Москве.

В 1977 г. Получил Ленинскую премию Мира.

Скончался 5 сентября 1979 г. В соответствии с завещанием, его прах был развеян в море на траверсе Тулона.

Во время Второй мировой войны в СССР сбил лично и: в группе 8 самолетов противника. Награжден двумя орденами Боевого Красного Знамени, орденом Александра Невского 2-й степени (1965), медалью «За победу над Германией». Также Большой крест Почетного Легиона, орден Освобождения, Военный крест с 13 пальмовыми ветвями, медаль Аэронавтики и медаль «Сопротивления». Кроме того, командор ордена Виктории (Великобритания), Военный крест Чехословакии, Орден Черной Звезды (Бенин), Орден Аннанского Дракона (французский колониальный орден).

Прототип майора Марселена из фильма «Нормандия-Неман» 1960 г.

Луи Дельфино

Последний командир «Нормандии-Неман» во время войны.

Родился 15 октября 1912 г. в Ницце.

Семья бедствовала, поскольку отец Луи погиб во время Первой мировой войны, тем не менее он смог закончить школу, а затем, в 1933 г., с отличием окончил пехотное училище в Сен-Сире, где учился вместе с другими командирами «Нормандии» Жаном Тюляном и Пьером Пуядом.

1938 г. — старший лейтенант, переведен в эскадрилью 1/4, расположенную в Реймсе. В той же эскадрилье служат два других будущих пилота «Нормандии»: Жюль Жуар и Жорж Лемер.

Август 1939 г. — произведен в капитаны.

11 мая 1940 г. второй день войны и первый бой эскадрильи 1/4, в котором он сбивает свой первый и первый сбитый французами немецкий самолет. 17 мая переведен командиром 4-й эскадрильи авиагруппы 2/9 для обороны Парижа. Первым из французских летчиков-истребителей начинает наносить рисунки на фюзеляже самолета. Себе он нарисовал римский меч и руку с большим пальцем, опущенным вниз, — жест, которым отправляли на смерть гладиаторов. Сбивает 6 самолетов противника над Парижем. Награжден Военным Крестом. После капитуляции Франции его часть 2/9 одна из немногих, которая не была расформирована.

В 1940–42 гг. капитан Дельфино продолжает военную службу в ВВС Виши в Дакаре.

С мая 1942 г. заместитель командира эскадрильи 1/4. Участвовал в боевых действиях против англичан и лично сбивает один английский самолет, за что получает пальмовую ветвь на Военный Крест.

В январе 1943 г. генерал де Голль посещает Дакар, эскадрилья дает присягу генералу и переводится в Бамако. Луи Дельфино произведен в майоры и награжден орденом Почетного Легиона. Занимается подготовкой пилотов для полетов на английских самолетах. Его самого англичане отказались принимать в RAF.

В январе 1944 г. подает рапорт о переводе добровольцем в СССР.

Февраль 1944 г. прибывает в СССР, где ему в рамках формирования военно-воздушной дивизии «Франция» поручается формирование истребительного полка «Париж». Из-за нехватки пилотов и дискуссии между советским и французским командованием, каким должен быть второй полк — истребительным или бомбардировочным, формирование полка «Париж» приостанавливается. Пилоты в качестве четвертой эскадрильи «Каен» включаются в состав «Нормандии-Неман», и майор Дельфино назначается заместителем командира полка. Во время боев 1944 г. сбивает 4 самолета. Офицер Почетного Легиона и орден Отечественной войны 2-й степени. В Советском Союзе он сменил рисунок на своем самолете, который он продолжал носить и при Виши, на два соединенных нуля.

«Дубль зеро» — Двойной ноль — бортовой знак самолета Луи Дельфино

Надо сказать, что появление вишиста Дельфино в полку было воспринято неоднозначно, и при первой встрече у него пытались сорвать майорские нашивки с погон.

В декабре 1944 г. майор Пьер Пуяд получает назначение на пост командира авиадивизии «Франция», майор Дельфино утверждается в должности командира полка «Нормандии-Неман». Сбивает еще 3 самолета противника.

Во время визита генерала де Голля в Москву производится в подполковники и офицеры Почетного Легиона. Орден Боевого Красного Знамени. Французская военная миссия обращается с просьбой отметить командира авиаполка более высокой наградой, однако наградная комиссия отказывается. Награжден самой высшей среди пилотов степенью Почетного Легиона — Большим крестом. Военный крест с 12 пальмовыми ветвями и 3 звездами.

В июне 1945 г. подполковник Дельфино командует перелетом полка на самолетах, подаренных Франции, в Ле Бурже. Уже в июле назначен командиром 1-й истребительной эскадрильи, выделенной из состава «Нормандии-Неман» во Фридрихшафене в Германии, тогда как «Нормандия-Неман» на Як-3 расквартировывается под Парижем.

1949 г. — начальник Генерального штаба ПВО Франции. Крестный отец Мишель Тонини. В 1992 г. третий французский летчик-космонавт Тонини на «Союзе ТМ-15» брал с собой в орбитальный полет портрет Луи Дельфино.

1951 г. — инспектор истребительной авиации.

1954 г. — командующий округом ПВО.

1957 г. — генерал-майор, почетный президент авиаучилища в Салон-ан-Прованс.

1960 г. — командующий округом ВВС в Акс-ан-Прованс.

1961 г. — генерал-лейтенант, ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ ВВС Франции.

1964 г. — генерал авиации, главный инспектор ВВС. Присутствовал в Москве на перезахоронении останков Неизвестного французского летчика «Нормандии-Неман» на Введенском кладбище.

1965 г. подает в отставку, от партии голлистов избирается заместителем мэра города Ницца.

11 июня 1968 г. генерал авиации Луи Дельфино скончался от разрыва сердца в возрасте 56 лет.

В его честь выпуск 1970 г. авиаучилища в Салон-ан-Провансе был назван его именем.

В Ницце один из бульваров носит его имя, а в парке «Нормандии-Неман» установлен бюст. На доме, где он жил, висит мемориальная доска. Генерал похоронен на кладбище Кокад в Ницце, на памятнике из множества высоких должностей за время его службы в авиации упомянута лишь одна — Командир Полка «Нормандия-Неман».

Русские в «Нормандии-Неман»

Совершенно не открытая страница, которая только благодаря нашим скромным усилиям в последнее время получила некоторую огласку. Между тем в «Нормандии-Неман» было немало детей русских эмигрантов, с честью сражавшихся за свою Родину.

Прежде всего это, конечно, капитан Мирлес.

Альберт Львович Мирлес

Родился 26 февраля 1914 г. в пригороде Парижа Сюрен. Его родители бежали во Францию из России в 1908 г. после революции 1905 г., в которой принимали активное участие. Во Франции его отец стал одним из ведущих инженеров «Рено», а мать пианисткой. В эмиграции родители принимали участие в революционном движении в России, встречались с Троцким и Лениным.

Альберт Львович Мирлес

В школе Альберт учился в одном классе с дочерью Ильи Эренбурга Ириной, через которую позднее в Москве он привлек знаменитого писателя к участию в судьбе «Нормандии-Неман».

Закончил летную школу в 1932 г., затем поступил в Сорбонну.

Кроме русского, в совершенстве владел немецким. В 30-х годах активно участвовал в различных обществах франко-немецкой дружбы. Ездил в Германию в 1934 г. В Карлсруэ жил у президента общества Германия — Франция Отто Абеца, будущего посла рейха во Франции во время войны. После прихода к власти Гитлера и развития политики антисемитизма в Германии становится убежденным антифашистом.

В 1936 г. в качестве научного сотрудника был откомандирован в распоряжение ВВС. Занимался ракетами и проблемами обледенения самолетов.

В 1940 г. в звании старшего лейтенанта пытался вступить в армию и получил отказ по здоровью. После капитуляции уехал в Бордо, откуда на польском судне «Собеский» вместе с будущими пилотами «Нормандии-Неман» Жаном де Панжем и Михаилом Шиком выехал в Лондон, где примкнул к де Голлю, сменив фамилию на Мирле.

В 1940 г. участвовал в неудачной экспедиции в Дакар, был ранен, избежал плена, оказался в Камеруне, где познакомился с Леклерком. Подхватил тропическую лихорадку и был вывезен для лечения в Лондон. Затем переведен в Британское министерство авиастроения, где занимался инженерными разработками. В частности, работал над проблемой обледенения крыльев самолетов в полете и разработал принцип срезания немецких аэростатов от тросов крепления, что позволяло самолетам преодолевать воздушные заграждения. Его первые аппараты были установлены на самолетах короля и премьер-министра Англии. А затем ими были оборудованы все бомбардировщики англо-американских союзников.

В начале 1942 г., как в совершенстве владеющий русским языком, произведен в капитаны и назначен начальником 2-го отдела ВВС (разведка), получив задачу — формирование французской авиачасти в составе Красной Армии в СССР. Вступил в контакт с советскими дипломатами и военным атташе в Лондоне. Целиком разработал проект, рекомендации и документацию по формированию авиагруппы.

В августе 1942 г. направляется в СССР в качестве заместителя генерала Пети по формированию эскадрильи. Первоначально отправился в Мурманск с английским караваном PQ-17, который был рассеян немецким флотом, сам Мирлес, к счастью, оказался в Исландии. Второй раз он отбыл через Ливан — Иран, в Ливане лично переговорил с каждым из пилотов, вступившим в «Нормандию». В Москве среди прочего встречался с Молотовым, Берией и Морисом Торезом, попутно работал над выявлением агентов НКВД в составе французской военной миссии.

Участвовал в выборе места базирования французской эскадрильи и лично встречал пилотов, прибывших в СССР в декабре 1942 г. Именно он отказался от того, чтобы эскадрилья воевала на иностранных самолетах и потребовал для ее вооружения лучший советский истребитель. И отстоял это решение даже тогда, когда дело дошло до того, что его вызвали в американское посольство и потребовали объяснений. Кроме того, пытался неофициально продвигать свои работы по антиобледенению самолетов.

В начале 1943 г. был отозван в Лондон, как выполнивший задачу по созданию французской части на советском фронте. Но по просьбе советского командования вернулся в апреле 1943 г. в ранге личного представителя де Голля при командовании ВВС Красной Армии. Находился в эскадрилье при ее первых боевых вылетах.

Неурегулированность вопросов субординации между военной и гражданской французскими миссиями породили неудовольствие дипломатического представителя де Голля в СССР Роже Гарро. В июле 1943 г. Роже Гарро обвинил Мирлеса в нелояльности и шпионаже в пользу СССР по причине его присутствия на принятии присяги Войском Польским в СССР, тем самым официализировав французское присутствие с коммунистической стороны Польши. При личной встрече Гарро публично оскорбляет Мирлеса, в результате чего тот подает заявление де Голлю о невозможности работать вместе с ним.

Любопытно, что для улаживания конфликта де Голль предпочел заменить посла. Однако замена Гарро на Гастона Палевского не состоялась, поскольку СССР отказался признать нового посла в случае замены Гарро. И одновременно выставил счет за аренду дипломатических зданий, не оплаченный с 1940 г. Кроме того, СССР соглашался только на Гарро в лице дипломатического представителя Французского Комитета, что было крайне важно для укрепления власти де Голля.

Осенью 1943 г. капитан Мирлес уезжает в Алжир, где первоначально занимается вопросами пополнения «Нормандии», а затем возвращается в Лондон в качестве начальника второго отдела ВВС.

Среди других вопросов, решавшихся при его участии в СССР, было формирование французской авиадивизии и наземной бригады из французских военнопленных Вермахта, для чего он встречался с Берией. Фактически ни тот ни другой вопрос в его отсутствие не были доведены до конца.

В августе 1944 г. был направлен генералом де Голлем для занятия Штаба ВВС в Париже.

В первой половине 1945 г. переведен в отдел научной разведки. Во главе спецгруппы был переброшен в Германию, где организовал захват Вилли Мессершмитта и важной технологической документации из его конторы.

Войну закончил членом подкомитета ООН по атомной бомбе.

После войны вновь меняет фамилию с уже всем ставшей известной Мирле на настоящую — Мирлес в память об отце, расстрелянном в 1942 г. в Париже на Мон-Валериен.

В 50-х годах, совместно с бывшими одесситами Жаком Бержье (во время войны организовал группу из русских эмигрантов, занимавшихся сбором информации по ФАУ в Па-де-Кале, после войны капитан службы промышленного шпионажа и один из соавторов фильмов про Джеймса Бонда) и Владимиром Гавронским создал компанию Recherches et Industrie, в которой занимались изучением и применением секретных немецких разработок, захваченных в начале 1945 г. у Германии. А также разработкой оружия с использованием немецких наработок по тяжелой воде.

В начале 60-х пять лет был экспертом ООН по научно-техническому взаимодействию. Затем работал в Индии.

В 1993 г. участвовал в празднованиях 50-летия «Нормандии-Неман» во Франции и в РФ.

Скончался 12 апреля 1999 г. в Женеве, где провел последние годы жизни. Похоронен в Париже.

Михаил Романович Шик

Родился 24 мая 1918 года в Москве.

Его родители уехали во Францию еще до Гражданской войны. В июне 1940 г. готовился поступать в Высшую Школу Политических Наук в Париже. Бежал в Англию на польском пароходе, на котором познакомился с курсантом летной школы Жаном де Панжем, впоследствии тоже пилотом «Нормандии».

Поступил в авиацию «Свободной Франции» под именем Мишель Германт. Участвовал в операциях в Дакаре, Камеруне. В Ливии занимался воздушной разведкой. Из Ливии был направлен в школу пилотов в Великобритании. Не успел проучиться и полгода, как был отправлен переводчиком «Нормандии», но упросил капитана Мирлеса записать его как пилота связи. Произведен в аспиранты. Осуществлял связь между советским командованием и «Нормандией», вел радиопереговоры во время боевых вылетов. Выполнял полеты на самолете У-2. В самом конце войны сумел выполнить норматив и получил разрешение летать на самолетах Як. Успел совершить несколько боевых вылетов ведомым у Жана Ле Мартело в 3-й эскадрилье. В декабре 1944 г. произведен в лейтенанты. Во время визита де Голля в Москву сопровождал маршала Жуана в качестве переводчика. Награжден орденами Почетного Легиона, Военным крестом, орденом Красной Звезды.

1945–46 гг. преподавал в летной школе для французских пилотов в США.

1946 г. заместитель директора Управления по экспорту авиационной техники в США и Северную Америку.

1951 г. генеральный директор дома моделей «Жак Фат».

1962 г. член правления текстильного комбината в Рубэ, затем президент рекламной компании Мик-Макс.

Скончался в 1995 г. Похоронен в пригороде Парижа. На могиле написано: «Пилот „Свободной Франции“» и перечислены его боевые награды.

Прототип переводчика Гастона из фильма «Нормандия-Неман», с той только разницей, что коренной москвич Михаил Шик говорил по-русски без акцента.

Александр Георгиевич Стахович

Второй переводчик «Нормандии-Неман», родился в 1914 году в Санкт-Петербурге в знатной дворянской семье Елецкого предводителя дворянства, покинувшей Россию после Февральской революции 1917 года и получившей французское гражданство.

А. Г. Стахович

Получил образование в Париже. Затем переехал в Аргентину, где женился на Марине Глебовне Струве, внучке философа Петра Струве, автора «Манифеста РСДРП», начальника управления иностранных дел в правительстве Врангеля.

Его дядя был среди основателей русского храма Христа Спасителя в парижском пригороде Аньере, названный так в честь храма Христа Спасителя, снесенного большевиками в Москве.

В 1941 г. приехал в Лондон, где проживал у своего тестя Глеба Струве. Как французский гражданин вступил в «Свободную Францию» генерала де Голля. Случайно познакомился с Жаном де Панжем, которого в отсутствие Мирлеса уговорил включить его в списки «Нормандии», несмотря на то что к авиации никакого отношения не имел. Был зачислен радистом. В СССР давал пилотам уроки русского языка. По воспоминаниям ветеранов, пилоты первых групп могли объясняться по-русски.

Занимался переводом технической литературы, осуществлял связь с советским командованием, дежурил на рации и выезжал на фронт за подтверждениями сбитых самолетов. Был основным переводчиком между французскими и советскими механиками. Другой переводчик, Анатолий Коро, вспоминал, как однажды они летели в самолете в районе Ельца, и Александр Стахович сказал:

«Знаешь, эта земля там, внизу, принадлежала нашей семье.

Затем, помолчав, добавил:

— Теперь это неважно. Все-таки это моя страна, и я счастлив, что она выигрывает войну»[126].

Покинул СССР вместе с механиками в октябре 1943 г.

После войны был депутатом Европарламента. Погиб в 1972 г. в авиакатастрофе в Аргентине. В его честь был назван один из залов Европейской комиссии в Брюсселе. После перестройки здания в 1991–2004 гг. этаж, где находился зал, был перепланирован, и зал имени Александра Стаховича исчез.

Георгий Лебединский

Бессменный доктор полка и третий переводчик. Летчики называли его на французском военном жаргоне «тубиб», что на арабском языке означает «колдун». Родился в 1912 г. в Киеве в семье инженера. В 1920 г. семья покинула Россию. После попытки обосноваться в Германии его отец нашел работу в Париже.

Во Франции Георгий закончил медицинский институт. Отец уехал работать в нефтяную компанию в Мексике, а его мать переехала в Ниццу, где жила в одном доме с матерью Романа Гари. В 1940 г. был призван в армию и направлен в Тунис. После капитуляции Франции демобилизовался и вернулся к матери. Как еврей попал под запрет на профессию врача. Мать Романа Гари познакомила его с группой поляков, с которыми вместе они решили нанять судно и бежать в Лондон. Попытка была пресечена французской полицией. При помощи одного из своих друзей, чей отец был депутатом в правительстве Виши, получил легальное разрешение на выезд за границу под предлогом поездки к отцу в Мексику. Добрался до Кубы и оттуда через Нью-Йорк уехал в Лондон, где записался в армию де Голля военным врачом. Работал в госпитале в Кемберли. Узнав о формировании «Нормандии» от Жана де Панжа, сумел убедить своего начальника и Альбера Мирлеса, что без доктора, к тому же русскоязычного, им никуда, и был включен в состав группы.

Георгий Лебединский

Первым начал работать, проведя вакцинацию отправляющихся еще в Англии. В СССР от безделья следил за качеством питания, поскольку, по его воспоминаниям, американские консервы, знаменитый «Второй Фронт», которым их кормили в Иваново, бывали протухшими. Благодаря своевременно принятым им мерам по прививкам группа избежала тифа в начале 1943 г.

Во время боев помогал Шику и Стаховичу на радиостанции и в поездках на фронт за подтверждениями на сбитые самолеты, за которыми часто приходилось летать без парашюта в грузовом отсеке истребителя. Дежурил на передовой линии на посту ближнего обнаружения, откуда при необходимости звонил в «Нормандию» и поднимал в воздух истребители. Помогал механикам и офицерам с переводами. По его собственным словам, так много помогал механикам, что сам стал разбираться в авиационных моторах.

Как врачу ему пришлось поработать не много. В основном оказание первой помощи и отправка раненых в госпиталь. Оказывал первую помощь Пьеру Жанелю, повредившему позвоночник, Жану Монсо, подорвавшемуся на минном поле и Марселю Лефевру, обгоревшему при посадке.

Покинул подразделение вместе с механиками осенью 1943 года, но затем по настойчивым просьбам генералов Захарова и Пети вновь вернулся в «Нормандию». У новых групп пилотов приходилось больше оказывать внимания психологическому состоянию. Так, капитан Бегин был при его содействии отправлен в Лондон из-за нервного срыва.

После войны продолжал службу в «Нормандии-Неман» до 1946 г. Затем работал хирургом в Париже. Награжден орденом Почетного Легиона, Военным крестом, Военной медалью, а также орденом Боевого Красного Знамени, орденом Отечественной войны, медалями «За победу над Германией» и «За взятие Кенигсберга». Был одним из активистов ассоциации ветеранов «Нормандии-Неман». Скончался и похоронен в Нюйи-сюр-Сен.

Андрей Борисович Познанский

Родился 30 июня 1921 г. в Австрии в семье эмигрантов из России. Позднее родители переехали во Францию, где он закончил летное училище. В 1940 г. в звании младшего лейтенанта принимал участие в боях во Франции. 7 июля с группой французских пилотов вместе с эвакуировавшимися польскими частями покинул Францию в Порт-Вендре. Ныне там установлен памятник этой эвакуации, на котором нанесено имя Андрея Познанского.

В Лондоне вступил в «Свободную Францию» и был зачислен в 32-й эскадрон RAF. В январе 1942 г. переведен на Ближний Восток в авиагруппу № 1 «Эльзас». Участвовал в боях в Египте.

Когда в Раяке было объявлено о наборе группы пилотов в СССР, в связи с тем, что англичане отпустили не всех добровольцев, записался среди первых. Произведен в лейтенанты. Андрей Познанский был среди трех первых погибших пилотов «Нормандии» 13 апреля 1943 г.

Анатолий Коро

Переводчик второй группы пилотов.

Родился в 1908 г. в Иркутске в семье обрусевших французов.

После Гражданской войны его родители выехали к родственникам во Францию. В 1932 г. защитил диссертацию в Льежском университете. Доктор экономических наук. До войны работал в банках в Индокитае. В 1942 г. оставил высокооплачиваемую работу и уехал в Лондон, где поступил в «Сражающуюся Францию». Попал к Пуяду, формировавшему вторую эскадрилью для «Нормандии», и поступил к нему переводчиком. С ним же поехал в декабре 1943 г. в Алжир за пополнением и был зачислен в штат командования французскими ВВС в СССР полковника Корнильона-Молинье.

После войны был директором представительства London Films на Ближнем Востоке.

Оставил небольшие воспоминания о службе в «Нормандии», полные ностальгии о потерянной родине.

Игорь Всеволодович Эйхенбаум

Родился в Женеве 2 сентября 1910 г. Его родители — видные члены партии эсеров, участвовали в революции 1905 г. и были приговорены к пожизненной ссылке в Сибирь. Отец Игоря знаменитый революционер Всеволод Эйхенбаум, известный по псевдониму Волин, бежал из ссылки в 1907 г. и обосновался в Париже. Его мать Татьяна Салопова эмигрировала в начале 1908 г. Революционная активность заставляла родителей много ездить между Францией и Швейцарией.

После смерти матери Игорь жил некоторое время в Ницце. Его отец женится вторично. После Февральской революции Всеволод Волин возвращается в Россию, где принимает участие в движении анархистов и тесно сотрудничает с Нестором Махно. Его семья последовала за ним, и в день своего семилетия, 2 сентября 1917 года, Игорь впервые оказался в России, не зная ни слова по-русски. Они приехали к отцу после Октябрьской революции, когда Всеволод Волин участвовал в «защите Октябрьской революции от наступающих немцев». По воспоминаниям Игоря, первая фраза, которую он научился говорить по-русски, была «Вся власть Советам!».

И. В. Эйхенбаум

В начале 1918 г. его отправили в Елец в семью друзей отца, где он прожил четыре года, ничего не зная о своей семье. В январе 1922 г. вместе с отцом, братом и сводной сестрой уехал в Германию. Где его с братом оставили у товарищей отца, у которых он прожил в Берлине три года и еще два в небольшом городке Соммерда в Тюрингии. В это время он забыл все остальные языки, кроме немецкого. Ходил в школу возле аэродрома и после уроков смотрел на взлетающие самолеты. Плохо ладил с людьми, у которых жил, и в 1926 году отец забрал его с братом в Париж, где ему пришлось заново осваивать французский. Отец, в соответствии с политическими взглядами, заставил братьев окончить ремесленное училище в Монтруже для получения пролетарской профессии. После окончания училища Игорь работал механиком на заводе Рено.

Год занимался парашютным спортом. Из-за слабого зрения не был принят в аэроклуб. В 1931 г. призван в армию авиационным механиком. Служил в Ливане, затем был переведен на Мадагаскар, где был арестован за проголлистскую агитацию и, чтобы избежать тюрьмы, в декабре 1941 года отправился добровольцем в Джибути, где вишистский гарнизон был блокирован английскими войсками. Прибыл на крейсере «Бугенвилль», который пытался переагитировать перейти к де Голлю. Моряки категорически отказались служить Лондону. В мае 1942 г. англичане блокировали крейсер и предложили сдаться. Французы отказались, и союзники потопили крейсер. В декабре с одним из своих товарищей перелетел на территорию, контролируемую «Свободной Францией», где попал к Роберу Мюллеру, позднее командиру русского отряда французского Сопротивления, а после войны — заместителю Генерального секретаря ООН. За побег заочно приговорен к смертной казни. Был включен в десантный отряд, действовавший в Абиссинии, когда пришла заявка на набор авиамехаников для «Нормандии».

В июне 1943 г. прибыл в Лондон для формирования группы механиков для второй эскадрильи. Группа прибыла в Тегеран, где была распущена, поскольку к этому времени в СССР французских механиков заменили на советских. Ехать переводчиком он отказался, но его не без труда уговорил лично Мирлес. Вместе с Павлом Пистраком 18 сентября 1943 г. он прибыл в СССР, где оставался до конца войны. Провел месяц в Москве, где встречался со своим дядей Борисом Эйхенбаумом, видным советским литературоведом. В октябре произведен в младшие лейтенанты. Прошел всю трудную работу фронтового переводчика. В январе был радионаводчиком на передовой во время прорыва 2-го гвардейского Тацинского танкового корпуса под командованием генерала A.C. Бурдейного в Восточной Пруссии.

После войны с полком «Нормандия-Неман» вернулся во Францию. С 1945 г. сразу после вывода полка во Францию и до конца своих дней был секретарем ассоциации ветеранов «Нормандии-Неман», где в основном занимался перепиской с советскими организациями, переводами писем и прочей канцелярией. Был инициатором создания музея полка. Собрал фотоархив «Нормандии-Неман», фотографии из которого представлены в этой книге. Участвовал в работе обществ франко-советской дружбы. Дважды сопровождал Гагарина в поездках по Франции. Неоднократно посещал Советский Союз. Племянница Игоря Эйхенбаума Елизавета была замужем за Олегом Далем.

В отставку вышел в звании майора. Был награжден офицерским крестом Почетного Легиона, Военным крестом с пальмой и серебряной звездой, орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны и медалями. Скончался в 1987 г.

Ростислав Львович Углов

Родился 4 октября 1919 г. в Троицком. Его отец военный следователь деникинской армии в 1920 г. с семьей эвакуировался из Крыма в Турцию. В Турции семья прожила 9 лет в надежде, что советская власть падет и им удастся вернуться в Россию.

В 1929 г. семья переехала к родственникам во Францию. В 1933 г. отец Ростислава получил французское гражданство, что дало возможность двум сыновьям и дочери учиться. Бывший старший следователь по особо важным делам Лев Углов трудился рабочим на химическом заводе Пешине в Сант-Обане на юге Франции.

Ростислав Львович Углов

Ростислав с 1937 года занимался в аэроклубе и после призыва в армию в 1939 г. попал в авиацию. При поступлении в армию из-за того, что французам было сложно произносить его имя Ростислав, записался под именем отца — Леон. Закончил летное училище в Истре. После начала войны училище было переведено в Оран в Алжире. После высадки союзников в Африке служил в Марокко в эскадрилье «Лафайет» под началом Константина Розанова.

В мае 1944 г. под именем Леон Углов перевелся в авиацию «Сражающейся Франции» и записался добровольцем в «Нормандию». Несмотря на два отказа командования, добился перевода. В октябре 1944 г. произведен в аспиранты и прибыл в СССР. Летал в эскадрилье «Руан» под началом Марселя Альбера, ведомым у Роже Соважа. Первую победу одержал 16 января 1945 г., сбив сразу два самолета противника, один лично и один в группе. Всего в СССР сбил 1 лично, 1 неподтвержденный и 4 самолета в группе. В мае 1945 г. произведен в младшие лейтенанты. Возвращался в составе «Нормандии-Неман» в Ле Бурже. Награжден орденом Почетного Легиона, Военным крестом и орденом Отечественной войны, медалями «За победу над Германией» и «За взятие Кенигсберга».

С ноября 1945 по сентябрь 1946 г. служил пилотом-инструктором в Туре. 25 сентября 1946 г. произведен в лейтенанты и вернулся в «Нормандию-Неман», переведенную в Марокко.

27 июля во время патрулирования в районе города Темара на малой высоте зацепился за телефонную линию и разбился. Похоронен в Аньере.

Одна из улиц в Сан-Обане носит его имя. На аэродроме аэроклуба Сан-Обана установлена мемориальная доска 3 его честь.

Константин Львович Фельдзер

Родился 12 октября 1909 года в Киеве.

В 1918 г. семья через Одессу выехала в Париж, где жила сестра его отца. Учился в одной школе с Альбертом Мирлесом и в одном классе с Анри Труайа. Его отец Лев Фельдшер в Париже занимался различными видами коммерческой деятельности между Францией и РСФСР. В частности, он открыл филиал киностудии Патэ — «Патэ-Норд» в Москве и вместе с Игорем Сикорским занимался открытием авиалинии Москва — Париж. Скончался в 1929 году, не успев определиться с вопросом — жить во Франции или вернуться в Россию.

Старший брат Вадим уехал в Тулузу, где поступил в политехнический институт, а два младших брата Константин и Алексей стали военными летчиками.

Алексей разбился во время тренировок в 1938 г. Константин в 1939 году был переведен в эскадрилью 3/10 на севере Франции. Перед отправлением венчался в храме Александра Невского в Париже с Бланш Бертье, с которой затем прожил всю жизнь.

С первых дней участвовал в кампании 1940 г. Сбил один немецкий самолет. 14 мая 1940 г. сам сбит и объявлен погибшим. Выйдя из окружения, добрался до своей части, которая была переведена в Клермон-Ферран. Узнав о капитуляции Франции, самостоятельно с несколькими польскими и французскими пилотами выезжает в Алжир. После роспуска части и демобилизации пытается добраться на яхте до Гибралтара. Из-за шторма был выброшен на испанский берег, арестован и выслан во Францию. В военном трибунале попадает на знакомого военного юриста, который помогает смягчить приговор и возвращает его в распоряжение командования ВВС в Алжир.

За вторую попытку побега в Гибралтар вновь арестовывается и содержится сначала в Алжире под домашним арестом, а затем военным трибуналом в Тунисе осужден на год тюрьмы за оставление части во время войны. По его воспоминаниям никогда не был религиозным. За всю жизнь трижды посещал церковь, когда крестился, когда отпевали его младшего брата Алексея и когда сам венчался. В Тунисе перед судом он стал регулярно посещать русскую церковь в Бизерте.

В тюрьме получил личное приглашение от Пьера Костантини вступить в антибольшевистский легион в обмен на свободу. Пьер Костантини, один из организаторов легиона французских добровольцев, воевавшего против СССР в составе Вермахта, в то время пытался создать летную часть в составе подразделения.

Отсидев, был восстановлен в армии и служил в Тунисе. В ноябре 1942 г. был дежурным по аэродрому. Во время попытки высадки американцев помог им использовать свой аэродром, за что вновь был арестован после того, как французы отбили американскую атаку. После перехода Туниса к союзникам освобожден и вернулся в авиацию.

Участвовал в боях в Тунисе и Сицилии. Сбил второй самолет. С марта 1943 г. пытался попасть добровольцем в «Нормандию». После отказа переведен инструктором в Марокко. Узнав о саботаже командования набора пилотов в «Нормандию», сам в Алжире начал заниматься формированием группы пополнения, с которой прибыл в СССР Э декабре 1944 г.

Участвовал в боевых действиях в Восточной Пруссии. 1 августа 1944 г. сбит над Кенигсбергом, выпрыгнул из горящего самолете и получил тяжелые ранения с временной потерей зрения. Был объявлен погибшим, и его жене во второй раз была отправлена «похоронка». Посмертно награжден орденом Освобождения. Но он попал в плен, где провел восемь месяцев. Содержался вместе с другим пилотом «Нормандии» Жаном Байсадом в лагере для военнопленных советских летчиков. Байсад тяжело переносил условия плена, в результате чего они решили обратиться в Красный Крест, чтобы перейти к французским военнопленным. Комиссия Красного Креста отказалась их признать французами по факту службы в Красной Армии. Тогда они решили бежать. При побеге потеряли друг друга. Байсаду бежать не удалось, а Константин Фельдзер с двумя советскими офицерами бежал из плена.

Добрался до Парижа. По его воспоминаниям, в штабе ВВС отказались говорить о восстановлении в армии и не имели никаких документов о его службе в армии после 1943 г., производстве в офицеры и переводе в «Нормандию». Зато имелись две «похоронки», полученные его «вдовой», и пенсии на погибшего, которую его попросили немедленно вернуть. Попытка провести взаиморасчет между полученной уже пенсией на погибшего летчика и неполученной задолженностью по зарплате не увенчалась успехом, поскольку в штабе имелись документы, по которым он числился сержантом в Алжире, а не младшим лейтенантом в СССР. На его удачу попал к генералу Валену, одному из организаторов «Нормандии» в 1942 г. Был восстановлен в армии в звании лейтенанта. Потребовал возвращения в «Нормандию», несмотря на категорический отказ, находившегося в Париже Пьера Пуяда, который считал, что ему требуется лечение после плена. С отпускниками «Нормандии» вернулся в часть.

После окончания войны пытался поступить добровольцем в Красную Армию для участия в войне против Японии. И из-за острых конфликтов с руководством ВВС Франции в 1945 г. был вынужден покинуть армию в звании капитана запаса.

Был заместителем директора авиации в Медоне. Участник нескольких обществ франко-советской дружбы. Не однократно бывал в СССР. В 1948 году вместе с супругой совершил путешествие на автомобиле «Ситроен 2CV» от Парижа до Красноярска. В конце 60-х годов работал корреспондентом журнала «Международная авиация» в Москве. Работал во внешнеторговой горно-металлургической компании Карбонаж де Франс по связям с СССР. Занимался продвижением французских разработок в СССР и советских во Франции. Благодаря его участию, СССР построил несколько доменных печей во Франции, последнюю, под Марселем, уже при перестройке. А также способствовал советскому участию в строительстве тоннеля под Ла-Маншем.

Имел друзей в Театре на Таганке и участвовал в его гастролях во Франции. Был знаком с Мариной Влади и Владимиром Высоцким.

Принимал участие в работе ассоциации «Нормандия-Неман», дружил с Жозефом Пуликеном.

Скончался в 1988 году в Париже. Похоронен на Пер-Лашез. За службу в военной авиации был награжден офицерским крестом Почетного Легиона, орденом Освобождения, Военным крестом с пятью пальмами, двумя орденами Отечественной войны. Медалями «Сопротивления», «За ранение», «За побег из плена», «За победу над Германией».

Младший сын его брата Вадима, погибшего в Сопротивлении, Жерар Фельдзер ныне является директором музея авиации и космонавтики в Ле Бурже, в котором установлен Як-3 полка «Нормандия-Неман» и который ныне занимается вопросами, связанными с переносом музея из Анделиз.

Павел Пистрак

Шестой переводчик полка «Нормандия-Неман».

Родился 13 июля 1916 года в Петрограде. Во время Гражданской войны родители переехали к родственникам в Париж.

Служил в авиации, из-за перелома руки не смог летать, Поэтому стал авиамехаником. После высадки союзников в Африке выехал из Франции через Испанию в Алжир, где поступил в авиацию «Сражающейся Франции», и затем выехал в Лондон, где был включен в состав второй группы авиамехаников для «Нормандии». Как и Игорь Эйхенбаум, после отказа «Нормандии» от французских механиков рыл произведен в аспиранты и зачислен переводчиком. Вместе с Эйхенбаумом прибыл в СССР и оставался до Оконца войны в «Нормандии-Неман», выполняя всю трудную работу переводчика.

Вместе с «Нормандией-Неман» вернулся в Ле Бурже. Был награжден Военным крестом, орденом Красной Звезды, медалями «За победу над Германией» и «За взятие Кенигсберга».

После войны служил в авиации. Погиб 4 мая 1951 г. в автомобильной аварии.

Жорж де Фридэ

Седьмой переводчик. Как и Анатолий Коро, сын обрусевших французов из Севастополя, где он родился 16 сентября 1916 г. Родители уехали во Францию во время Гражданской войны.

В 1935 г. поступил в военную авиацию.

После освобождения Франции был направлен в «Нормандию-Неман» в качестве переводчика. Прибыл в СССР 1 октября 1944 г. Вместе с полком вернулся во Францию и продолжал в нем службу до 1947 г. Затем служил переводчиком в представительстве французских ВВС при командовании Группы советских войск в Германии.

В отставку вышел в 1968 г. в звании майора. Скончался в 2006 г.

В составе группы командования военно-воздушными силами Франции в СССР под началом полковника Эдуарда Корнильон-Молинье, которую планировалось отправить в СССР в течение 1944 года, входили четверо русских:

— капитан Емельян Матвеевич Рублев, 1901 года рождения, Париж, начальник летной школы по подготовке французских пилотов в СССР;

— адъютант командующего аспирант Анатолий Коро, служивший в «Нормандии» до 1943 г.;

— Генрих Смолин, родился в 1901 г. в Чернигове, старший сержант, переводчик;

— сержант Козлов, переводчик.

* * *

В составе авиадивизии «Франция», сформированной в СССР к лету 1945 года, было предусмотрено 12 русских переводчиков, по 3 на каждый полк и три при штабе дивизии. Из них к марту 1945 г. были зачислены в штат:

— младший лейтенант Беленко, переводчик командования дивизии;

— аспирант Соколов, переводчик штаба дивизии;

— аспирант Пономаренко, переводчик полка «Нормандия-Неман»;

— аспирант Чистоганов, переводчик полка «Аквитания».

Герои Советского Союза из «Нормандии-Неман»

Марсель Альбер

Родился 25 ноября 1917 г. в Париже. В юности — простой рабочий на заводе Рено.

Летать учился в аэроклубе. В июле 1938 г. получил первое летное свидетельство и звание капрала военно-воздушных сил Франции. Служил в Шартре, откуда и ушел на фронт в феврале 1940 г. Сбил 2 немецких самолета.

Марсель Альбер на аэродроме в Техасе перед действующей копией своего самолета Як-3 из «Нормандии-Неман» с бортовым номером 6. (Фото Лорана Лекомта, 2009 г.)

После капитуляции служил в Алжире. Принимал участие в отражении английской атаки в рамках операции «Катапульта» на французский флот в Мерс-иль-Кебире 3 июля 1940 г. 14 октября 1941 г. с двумя друзьями Альбером Дюраном и Марселем Лефевром дезертировал и бежал из Франции в английский Гибралтар. С этого эпизода начинается знаменитый фильм Жака Древилля «Нормандия-Неман», в котором Марсель Альбер послужил прототипом лейтенанта Бенуа. А трех беглецов прозвали «три мушкетера».

В Англии вступил в авиагруппу «Иль-де-Франс», с которой совершил 48 боевых вылетов. Одним из первых вступил в «Нормандию» в октябре 1942 г. В декабре получил звание младшего лейтенанта. 16 июня 1943 сбил первый Немецкий самолет над городом Сухиничи. Всего одержал 23 победы (считая и две во Франции). Второй по результативности французский летчик Второй мировой войны. После гибели лейтенанта Леона командовал первым звеном, затем эскадрильей «Руан».

В ноябре 1944 г. произведен в капитаны. После войны военный атташе Франции в Праге.

Награды: Большой крест Почетного Легиона, орден Освобождения, Военный крест с 15 пальмовыми ветвями и 3 звездами, медаль «Сопротивления», орден Отечественной войны 1-й и 2-й степеней, два ордена Красного Знамени, орден Ленина, медаль «За победу над Германией», чехословацкий Военный крест.

В сентябре 1948 г. вышел в отставку и переехал в США, где женился и занимался гостиничным бизнесом. Скончался 23 августа 2010 г. Похоронен во Флориде.

Ролан Польз д'Ивуа де ля Пуап

Родился 28 июля 1920 г. в семье аристократов, имеющих графское достоинство.

Его отец, офицер запаса, был призван в армию в 1939 г. и погиб в 1940 г. во время оккупации Франции Германией. Сам Ролан поступил добровольцем в 131-й воздушный батальон в Мане в декабре 1939 г. в возрасте 19 лет. Зачисленный, как ученик пилота, в феврале 1940 г. произведен в капралы, в марте — в старшие капралы.

После капитуляции Франции в июне 1940 г. нелегально на польском пароходе переправился в Англию. В августе 1940 г. зачислен в ВВС «Свободной Франции» в Плимуте в звании сержанта.

Участвовал в операции в Дакаре, а затем в Габоне и Конго. В феврале 1941 г. переведен в Англию и зачислен в 602-ю эскадрилью RAF. Старший сержант. Принимал участие в боях над Лондоном. В августе 1942 г. сбил свой первый мессершмитт. Одним из первых записался в эскадрилью № 3 для отправки в СССР, куда прибыл 14 ноября 1942 г. в звании аспиранта.

С октября 1943 г. — заместитель командира 3-го звена эскадрильи.

В декабре 1943 г. произведен в лейтенанты. Участвовал в боях за Орел, Брянск, Ельню, Смоленск, Витебск, Оршу, Борисов, Минск.

В ноябре 1944 г. получил звание Героя Советского Союза.

25 февраля 1945 г. в возрасте 25 лет произведен в капитаны и назначен командиром 2-й эскадрильи авиационного полка «Нормандия-Неман». На его счету 125 боевых вылетов, 7 сбитых лично и 9 в группе немецких самолетов.

После войны зачислен в Генеральный штаб ВВС Франции.

В 1947 г. уволился из армии. Занимался сельским хозяйством, в котором добился успехов, открыл фирму по производству пластмассы, изобрел легкую упаковку для шампуней, создал автомобиль «Мехари» и, наконец, открыл знаменитый Маринеленд, дельфинарий в Антибе.

Прототип маркиза де Вильмон из х/ф «Нормандия-Неман».

Ныне полковник запаса. Председатель комитета ветеранов «Нормандии-Неман», член совета ордена Освобождения. Автор книги воспоминаний «Эпопея „Нормандии-Неман“».

Награды: Большой крест Почетного Легиона, орден Освобождения, орден Ленина, Герой Советского Союза, орден Красного Знамени, орден Отечественной войны 1-й и 2-й степеней, орден Знак Почета, медаль «За победу над Германией», Военный крест с 12 пальмовыми ветвями, Военный крест Чехословакии.

Жак Андре

Родился 25 февраля 1919 г. в Париже, в семье известного авиатора и спортсмена Жоржа Андре, который участвовал в четырех Олимпийских играх, был членом французской сборной по регби, обладатель рекордов Франции и Европы в беге и прыжках в высоту. Во время Первой мировой войны Жорж провел год в плену, бежал и воевал затем в знаменитейшей эскадрильи «Аисты» Гинемера. Во время Второй мировой войны Жорж Андре воевал в Тунисе и погиб в мае 1943 г. при штурме Бизерты.

Все детство Жака прошло под ореолом отца, в 15 лет он уже имел права на управление планером. В 16 лет инструктор по полетам на планерах. Летное свидетельство получил в 18 лет.

Чемпион Европы 1936 г. по легкой атлетике, участник легкоатлетических соревнований Франция — Германия 1937 г., трехкратный чемпион Франции в 1936–1938 гг., участник Олимпийских игр 1948 г.

В апреле 1939 г. поступает в ВВС, проходит курс обучения полетам на военных самолетах в Эстампе. В феврале 1940 г. после окончания курса — пилот-инструктор. Эвакуируется вместе с частью на юг Франции. В последние дни войны пилот конвоя. В его задачу входило отыскивать брошенные военные самолеты и обеспечивать их доставку на аэродром в По. После заключения перемирия с Германией отец убеждает его в необходимости покинуть Францию, и они вдвоем улетают в Алжир.

В Алжире друг отца по регбийной сборной устраивает Жака Андре в истребительную эскадрилью, с которой в середине 1941 г. он попадает в Сирию. Ирак поднимает восстание против Англии, угрожая лишить последнюю нефти. Франция Виши разрешает немецким самолетам использовать французские базы в Сирии для поддержки иракских повстанцев. Жак Андре в составе ВВС Виши в течение июня и июля 1941 г. участвовал в воздушных боях с британскими самолетами.

В сентябре 1941 г., после занятия Сирии Британией, уезжает во Францию в бессрочный отпуск. В войну вступил СССР, и дело стало пахнуть по-другому. Многие из французов теперь озаботились мыслями о дальнейшем исходе войны. В середине 1942 г. с группой пилотов принимает решение бежать в Гибралтар и для начала вернуться в свою часть в Алжир. Момент оказался неудачным. Союзники высаживаются в Алжире 8 ноября 1942 г. Случайно эскадрилью Жака Андре не подняли в воздух и не уничтожили на земле. Эмиссары генерала де Голля предложили летчикам примкнуть к «Свободной Франции». Несмотря на то, что немалая часть пилотов отказалась, некоторые примкнули и были включены в состав английской авиации. В начале 1943 г. поступило предложение записаться в авиагруппу «Нормандия». Это совпало с гибелью отца Жака Андре в Тунисе, и он не стал раздумывать. Пятеро пилотов эскадрильи, включая Жака, в декабре 1943 г. прибыли в СССР.

После подготовки к полетам на самолетах Як-3 участвовал в боях с июля 1944 г. по апрель 1945 г. Сбил лично 11 самолетов противника, 4 в группе и 4 неподтвержденных. Третий по результативности, несмотря на неполный год на фронте, летчик «Нормандии-Неман».

4 июня 1945 г. младшему лейтенанту Жаку Андре присвоено звание Героя Советского Союза.

Кроме того, награжден орденом Боевого Красного Знамени, орденом Отечественной войны 1-й степени, медалями «За победу над Германией» и «За взятие Кенигсберга», орденом Почетного Легиона и Военным крестом. Был знаменосцем «Нормандии-Неман».

После войны, некоторое время колеблясь между гражданской и военной авиацией, решил остаться в «Нормандии-Неман».

В 1948 г. участвовал в Олимпийских играх в Лондоне, где занял 4-е место в беге на 400 метров.

1957–1960 гг. — командующий учебным полигоном в Казо.

1960–1962 гг. — командующий РЛС в Драшенбронне.

1963–1965 гг. — командующий базой ВВС в Каене.

1965–1967 гг. — командующий базой ВВС Ивато (Мадагаскар).

В 1968 г. вышел в отставку в звании полковника.

Скончался 2 апреля 1988 г. и похоронен в пригороде Ниццы.

Марсель Лефевр

Родился 17 марта 1918 г. в Нормандии, в многодетной рабочей семье. Отец погиб на производстве в 1923 г., а старший брат в 1926 г. в железнодорожной катастрофе во время службы в армии.

В 16 лет, не имея средств для оплаты учебы, оставил школу и начал работать в банке курьером. Вечерних школ в капиталистических странах не существовало, и он учился сам по книгам вечерами. А после работы стал ходить в аэроклуб.

В 1937 г. получил летное свидетельство и через год был призван в армию. В августе 1938 г. получает свидетельство военного летчика, а в декабре производится в сержанты и назначается инструктором. В этой должности и звании он встретил и войну 1940 г.

В январе 1941 г. демобилизовывается и возвращается домой. Но затем, в апреле 1941 г. вновь вступил в армию Виши. Его назначают в эскадрилью 1/3 в Оране в Алжире. Там судьба сводит его с Марселем Альбером и Альбером Дюраном. Они пройдут вместе всю войну от Алжира до Витебска. Везде их будут дразнить «три мушкетера». Двое из них станут Героями Советского Союза, и только один вернется с войны.

14 октября 1941 г. во время тренировочного полета они втроем улетели в Гибралтар. При посадке Марсель Лефевр ошибся и, не долетев до английской территории, сел на испанской части Гибралтарского пляжа, но, увидев подбегающих испанских карабинеров, в невероятной ситуации сумел взлететь и сесть уже там, где приземлились его товарищи, войдя в легенды авиации «Свободной Франции».

В декабре они прибыли в Лондон и вступили в авиацию де Голля. Становятся аспирантами. После четырех месяцев тренировок на Спитфайрах в начале 1942 г. в составе RAF охраняли небо над Лондоном и участвовали в операциях над Ла-Маншем.

Во Франции его приговаривают к смертной казни.

В июле 1942 г. Лефевр отбыл в Ливан в составе эскадрильи «Нормандия» и в конце ноября 1942 г. в СССР. Немцы стоят у Сталинграда.

25 февраля 1943 г. Марсель Лефевр выступил на французской волне «Радио Москвы», где сказал: «…мой идеал — сражаться за Францию на русском фронте, который стал бессмертным… прием, который нам оказали советские люди, убедил меня, что я на правильном пути… Злоключения НАПОЛЕОНА заставляют нас думать, что лучше быть с русскими, чем против них!»

В марте 1943 г. — младший лейтенант. Уже в ноябре — один из наиболее результативных летчиков «Нормандии», сбивший лично и в группе 11 самолетов. Один из тех, кто сумел освоить русский язык на достаточном для общения уровне. За 10 месяцев боев — ордена Почетного Легиона, Освобождения, Военный крест, Боевого Красного Знамени и Отечественной войны 1-й степени.

В декабре 1943 г. при формировании полка «Нормандия» Марсель Лефевр — лейтенант и командир 3-й эскадрильи «Шербур».

28 мая 1944 г. во время патрулирования линии фронта в районе Витебска в паре с Франсуа де Жоффром у него случилась техническая неполадка — проявилась течь бензина, который стал брызгать в кабину. Он сумел вернуться и посадить самолет на аэродром, но в тот момент, как открыл кабину, самолет вспыхнул как факел. Солдаты аэродромного охранения смогли оттащить Марселя Лефевра и сбить пламя, несмотря на то что в его самолете стали рваться боеприпасы. Несмотря на тяжелые ожоги ног и тела, он был в сознании.

В ночь с 5 на 6 июня 1944 г. в момент начала высадки союзников в Нормандии он скончался в присутствии майора Дельфино. Первым из французов был торжественно похоронен в Москве на Введенском кладбище у подножия обелиска французам, погибшим в Москве в 1812 г.

Лейтенанту Марселю Лефевру посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Приказом министра обороны СССР Маршала Малиновского № 160 от 1 июля 1965 г. навечно зачислен в состав 18-го гвардейского истребительного авиаполка.

Прототип лейтенанта Леметра из фильма «Нормандия-Неман».

Мемориальный знак на улице, на которой он жил:

«Улица Марселя Лефевра, командира эскадрильи в полку

„Нормандия-Неман“.

Погиб за Францию»

Марсель Лефевр — родился в Анделизе 17 марта 1918 г.

Летчик истребитель командир эскадрильи «Шербур»

авиаполка «Нормандия-Неман»

погиб на поле брани на Восточном фронте

5 июня 1944 г.

Рыцарь Почетного Легиона, Орден Освобождения, Герой Советского Союза

В 1953 г. по просьбе родственников и настоянию властей Франции прах французских летчиков, похороненных в Москве, был перевезен во Францию. Марселя Лефевра похоронили в семейном склепе с родителями и старшим братом. После долгих попыток, начавшихся в 1974 г., по инициативе председателя совета ветеранов «Нормандии-Неман» майора Игоря Эйхенбаума, при активном участии младшего брата Марселя Лефевра, в 1992 г. в городе Лез-Анделиз был открыт музей полка, у входа в который установлен макет Миража и макет Яка Марселя Лефевра. Один из его племянников, тоже Марсель Лефевр, командир пассажирского корабля Эйр-Франс на линии Москва — Париж.

Несколько избранных биографий

Марсиаль Вален

Генерал авиации Франции, командующий FAFL (ВВС «Свободной Франции»), один из инициаторов создания «Нормандии-Неман». Единственный генерал французской авиации, не вышедший в отставку по возрасту и остававшийся на службе до конца своих дней.

Родился 14 мая 1898 г. в Лиможе.

В апреле 1917 г. был призван в кавалерию. В то же время его отец заставил сдать вступительные экзамены в училище Сен-Сир, куда он перешел в мае 1917 г. Вышел в феврале 1918 г. в звании аспиранта и был распределен в 3-й полк африканских егерей. Участвовал в боях в Шампани. Конец войны встретил в госпитале, куда он попал после отравления газами. Награжден французским и бельгийским Военным крестом.

После войны младший лейтенант в 16-м драгунском полку. Восстановился в Сен-Сире. Затем в 1920 г. закончил школу кавалерии в Сомюре. 1920–1925 гг. лейтенант, служил в марокканской кавалерии в Ливане, Константинополе, Марокко. Участвовал в войне против марокканцев в Рифе.

1926 г. переведен во Францию в 4-й гусарский полк в Рамбуйе. В том же году перевелся в авиационное училище. В январе 1928 г. получил летное свидетельство пилот эскадрильи ночных бомбардировщиков.

1929 г. — капитан, командир эскадрильи.

1930 г. — пытался внедрить в практику ночных бомбардировщиков полеты без освещения и посадку без фар. Рыцарь Почетного Легиона.

1935 г. — переведен в штаб 12-й авиабригады, а затем в 3-й отдел Генерального штаба ВВС Франции.

1938 г. — майор, командир 33-й эскадрильи главного разведывательного управления. Во главе эскадрильи встретил Вторую мировую войну.

1939 г. — в марте травмирован при посадке аварийного самолета. Подполковник, переведен в штаб ВВС Северо-Восточной армии.

1940 г. — полковник, член французской военной миссии в Бразилии. После получения известий о капитуляции Франции и организации де Голлем «Свободной Франции» в Лондоне отправил последнему поздравительную телеграмму от имени дипломатической миссии. Один из первых офицеров, откликнувшихся на призыв де Голля к Сопротивлению.

1941 г. — британская полиция арестовала по обвинению в шпионаже командующего ВВС и ВМФ «Свободной Франции» адмирала Мюселье. Де Голль вызвал Валена в Лондон, куда он прибыл в марте. 10 июля назначен командующим ВВС «Свободной Франции» с производством в генерал-майоры авиации и награждением офицерским крестом Почетного Легиона.

Активно занимался созданием военно-воздушных сил де Голля. Ввел обычай называть авиачасти «Свободной Франции» для их отличия от авиации Виши по названиям французских провинций. Первые созданные эскадрильи получили названия «Эльзас», «Лотарингия» и «Иль-де-Франс». В ноябре 1941 г. совместно с генералом Люге, бывшим военным атташе Франции в СССР, и генералом де Голлем принимает решение о создании авиагруппы № 3. Кроме того, занимался созданием воздушно-десантных частей.

Все, что называется FAFL — военно-воздушные силы «Свободной Франции», было создано генералом Валеном, в конце 1941 г. назначенного Государственным Комиссаром Авиации.

С 1942 г. ВВС ведут бои над Великобританией, Францией, Африкой и на Ближнем Востоке. В том числе с авиацией Виши. В ноябре 1942 г., после высадки союзников в Северной Африке и постепенного отвоевания Туниса и Алжира, создается армия ВВС Северной Африки, которая в 1943 г. реорганизуется в Командование ВВС «Свободной Франции» с подчинением всех действующих частей. Генерал Вален становится начальником Генерального штаба ВВС и командующим французских авиачастей в Великобритании.

В 1944 г. — генерал-лейтенант, участвовал в планировании бомбардировок Северной Франции и подготовке к высадке в Нормандии. 4 августа 1944 г. лично участвовал в бомбардировках в качестве бортстрелка. Затем, после высадки, организовал взаимодействие с партизанами для похода армии Леклерка на Париж. Занимался организацией министерства авиации, с декабря начальник Генерального штаба. Командор Почетного Легиона.

В 1945 г. стал генерал-полковником авиации, командующим 2-м округом ПВО. Получил орден Освобождения.

1946 г. — глава военной миссии Франции при ООН. Большой офицерский крест Почетного Легиона.

1947–57 гг. — Генеральный инспектор ВВС.

1950 г. — Большой крест Почетного Легиона.

4 августа 1954 г. зачислен пожизненно в состав Генерального штаба Франции.

Скончался 19 сентября 1980 г. Прощальная церемония прошла в Соборе Инвалидов в Париже. Похоронен в Лиможе.

Был награжден 11 французскими орденами и 7 медалями. Кроме того, советским орденом Дружбы народов, британским Орденом Бани, американским «За заслуги», два бельгийских, два чехословацких и два югославских ордена.

Его именем назван бульвар в Париже. Из 23 бульваров маршалов в Париже 21 носят имена наполеоновских маршалов и только два генералов других эпох — генерала авиации Марсиаля Валена и генерала армии Жана Симона, командующего Иностранным легионом.

Шарль Люге

Родился 6 июня 1896 г. в Савойе. После окончания школы учился в политехническом институте. В 1915 г. призван в армию. Первую мировую войну встретил артиллеристом, за успехи получил Военный крест, Рыцарский крест Почетного Легиона и производство в аспиранты.

1 января 1916 г. переведен в авиацию, младший лейтенант.

1918 г. — лейтенант, командир эскадрильи.

1920 г. — закончил курсы пилотажа в Истре, командир эскадрильи воздушного наблюдения.

1925 г. — командир эскадрильи воздушной разведки.

1926 г. — капитан.

1929–33 гг. преподаватель в школе авиации в Фонтенбло.

1933–35 гг. — высшая школа ВВС, майор, офицер Почетного Легиона.

1936 г. — переведен в ВВС морского флота.

1937–38 гг. — командир эскадрильи истребителей в Ле Бурже.

с 1938 г. — подполковник, военно-воздушный атташе посольства Франции в СССР.

В 1939 году предоставил доклад, выражавший понимание необходимости заключения СССР пакта с Германией и восхвалявший Сталина.

Шарль Люге

В 1941 г. — после разрыва дипломатических отношений между Францией и СССР вместе с другими членами дипломатической миссии выслан на родину. После доставки дипломатов советским транспортом в Стамбул покинул миссию и выехал в Лондон, где примкнул к генералу де Голлю, которому подал обстоятельный рапорт о ситуации в СССР. В своем донесении подполковник Люге доказывал, что у Германии нет никаких шансов на победу, что СССР обязательно выиграет войну и что перелом наступит уже в конце 1941 г., даже если Москва падет. Так же обстоятельно анализировал военно-промышленный потенциал СССР и эвакуацию главных промышленных предприятий с оккупированной территории за Урал. Предполагается, что это окончательно укрепило де Голля в мысли как можно скорее вступить в союз со Сталиным. Эту миссию и поручили Шарлю Люге, произведенному в полковники и назначенному командующим Генеральным штабом ВВС «Свободной Франции».

В 1942 году, как владеющий русским языком, по дипканалам вступил в контакт с советскими представителями в Лондоне. Изложил суть предложения де Голля — посылку в СССР моторизованной дивизии и двух авиаэскадрилий. Вел первые переговоры с военными представителями СССР. В паре с командующим ВВС «Свободной Франции» Марсиалем Валеном отстоял возможность посылки в СССР одной эскадрильи в ожидании решения вопроса по пехотной дивизии. После получения согласия СССР передал вопрос организации эскадрильи начальнику своего 2-го отдела капитану Мирлесу, участвовавшему в переговорах с первой неофициальной встречи с советскими дипломатами в лондонском ресторане «Савой».

В 1943 году стал главой военной миссии «Сражающейся Франции» в США, генерал майор. А в 1944-м — военно-воздушным атташе посольства Франции в США.

В 1945 году получил звание генерал-лейтенанта. Скончался от рака в госпитале Нью-Йорка.

Эрнест Пети

Родился 20 февраля 1888 г. в деревне Помбеф в семье почтового служащего. После окончания средней школы в Нанте в 1906 г. поступил в Сен-Сир, который закончил с отличием в 1909 г. Это время реваншизма во Франции, нагнетания напряженности по поводу необходимости возврата Эльзаса и Лотарингии, и единственный союзник, поддерживающий Францию в то время, Российская империя. Систематические визиты царя во Францию и участие сен-сирцев в его встречах. Эрнест Пети был одним из них, награжденных русской медалью «За усердие» во время встречи Николая II.

После окончания Сен-Сира Эрнест Пети в звании младшего лейтенанта поступает в военную академию в Париже.

Во время Первой мировой войны — капитан, командир батальона. В 1916 г. попал в плен при Вердене. После попытки к бегству содержался в форте Инголштад в Баварии вместе с такими лицами, как капитан де Голль, Ролан Гаррос, генерал Катру, будущий посол Франции в СССР, и Михаил Тухачевский, вместе с которым в конце 1917 г. Эрнест Пети бежит из плена. По возвращении во Францию произведен в майоры. Конец войны встретил в Германии в звании подполковника. Военный крест с пальмовой ветвью.

После войны пошел по дипломатической части. В 1937–1940 гг. дивизионный генерал — глава военной миссии в Чехословакии. С 1940 г. в Парагвае, где встречает известие о капитуляции Франции. Де Голль назначает его начальником Генерального штаба «Свободной Франции». Один из немногих, с кем де Голль был на «ты».

Один из инициаторов отправления частей «Свободной Франции» в СССР. Он же способствовал признанию со стороны де Голля коммунистического Сопротивления во Франции, после чего СССР выразил согласие признать де Голля и согласился принять и обеспечить материально-технической базой одну мотострелковую дивизию и одну истребительную эскадрилью.

Известный прокоммунистическими взглядами, Пети направляется в СССР в качестве главы военной миссии для организации французских воинских частей в составе Красной Армии.

С женой и дочерью прибывает в СССР в Куйбышев в марте 1942 г. Ведет переговоры с военными о формировании французских воинских частей на Восточном фронте. После встречи со Сталиным получил в свое распоряжение особняк бывшей французской военной миссии в Москве.

25 ноября 1942 г. генерал Пети от имени «Свободной Франции» подписывает соглашение с командованием ВВС Союза ССР о формировании французской авиаэскадрильи в составе Красной Армии.

1-я бригада «Свободной Франции» была задействована англичанами в боевых действиях в Ливане. Генерал Пети выдвинул инициативу сформировать дивизию в составе Красной Армии из французских военнопленных Вермахта, которая сначала не породила энтузиазма со стороны советского командования. Затем было принято решение собрать французских и франкоговорящих бельгийских и люксембургских пленных в специальном лагере для формирования из них бригады «Эльзас — Лотарингия».

По просьбе де Голля 17 июля 1944 г. было подписано соглашение об отправке французских военнопленных из Тамбовского лагеря в Северную Африку.

Затем генерал Пети занимался формированием в СССР авиадивизии «Франция».

За большой вклад в развитие франко-советского боевого содружества 4 июня 1945 г. генерал был награжден орденом Боевого Красного Знамени.

После прибытия в СССР генерала армии Картру Пети вернулся на родину. Командор Почетного Легиона. Несмотря на вклад в дело признания Франции со стороны СССР и, как следствие, включение в состав держав-победителей, не был награжден французским орденом Освобождения.

В 1945–1946 гг. командующий 3-м военным округом в Руане, а 1946–1947 гг. командующий 1-м военным округом в Париже. Генерал армии.

В 1947 г. переведен в министерство обороны. В связи с обострением, вызванным началом холодной войны, вступал против разрыва и за стратегический альянс с СССР. В 1948 г. избран в Национальную Ассамблею депутатом департамента Сена от коммунистической партии Франции. Член комиссии по иностранным делам и комиссии по обороне. Инициатор дискуссии в Национальной Ассамблее против вступления в НАТО. Президент Ассоциации «Франция — СССР».

В 1952 г. Государственный секретарь по экономическим вопросам. Занимался вопросами, связанными с военным присутствием Франции в Германии и Индокитае. Выступал за уход из Вьетнама. С 1958 г. активно выступал против военных действий Франции в Алжире и за вывод французских войск. Голосовал против конституционных реформ и против избрания де Голля президентом.

В 1959 г. в качестве президента Ассоциации «Франция — СССР» посещал Советский Союз. Соавтор закона, позволяющего французским офицерам-мусульманам продвижение в званиях.

В 1966 г. один из инициаторов и реализаторов выхода Франции из командования НАТО.

С 1968 г. на пенсии. Скончался 29 мая 1971 г.

Георгий Нефедович Захаров

Родился 24 апреля 1908 года в Самарской области в крестьянской семье.

В 1930 году призван в ряды Красной Армии. Окончил 7-ю военную школу летчиков в Сталинграде и курсы при Военной академии Генерального штаба.

В 1936–1937 гг. участвовал в войне в Испании под псевдонимом Энрике Лopec, где познакомился с некоторыми будущими «нормандцами». В Испании сбил шесть лично и четыре в группе самолета противника. Кроме того, ему приписывают инцидент, когда республиканская авиация по ошибке сбила французский гражданский самолет, в результате чего погиб журналист Луи Делапре.

В 1938 г. воевал в Китае, где сбил еще три самолета.

Г. Н. Захаров

В 1941 г. генерал-майор, командир 43-й истребительной авиационной дивизии. После неудач и отступлений начального этапа войны дивизия была расформирована, а сам генерал Захаров направлен начальником Забайкальской военной школы пилотов.

В 1942 г. командир новосформированной 303-й истребительной авиационной дивизии, в которую был включен французский полк «Нормандия». Все имеющиеся мемуары французских пилотов переполнены добрыми словами в адрес генерала Захарова.

За годы Великой Отечественной войны совершил 153 боевых вылета и лично сбил 10 самолетов противника. Летал на Ла-5 с белой зигзагообразной стрелой и гербом с Георгием Победоносцем.

Герой Советского Союза, командор ордена Почетного Легиона, почетный гражданин Парижа. Кроме того, Военный крест с двумя пальмами, три ордена Ленина, четыре ордена Красного Знамени, ордена Кутузова, Александра Невского, Отечественной войны, два ордена Красной Звезды.

После окончания Великой Отечественной войны продолжал службу в армии. В 1950 году окончил Военную академию Генерального штаба. Командовал первой в СССР дивизией реактивных самолетов. Активно участвовал в деятельности ассоциации ветеранов «Нормандии-Неман», неоднократно посещал Францию. Автор книги «Я — истребитель».

Скончался в 1996 году. Похоронен в Москве на Кунцевском кладбище.

Ив Маэ

Родился 21 ноября 1919 г. в Нанте, в семье художника-декоратора. После окончания школы работал фотографом в ателье отца, одновременно посещая аэроклуб.

Во время мобилизации, в октябре 1939 г., принят на летные курсы пилотов ВВС в Истре, которые окончить не успел. В июне 1940 г. ввиду немецкого наступления училище переведено в Алжир. Оттуда угоняет самолет с тремя товарищами и улетает в Гибралтар. С самой первой группой французских пилотов прибывает в Лондон.

После завершения обучения в сентябре 1941 г. вступает летчиком в 253-ю эскадрилью RAF на ночное патрулирование английской территории. В апреле 1942 г. становится командиром звена. В ночном бою 29 апреля сбивает два немецких самолета над Йорком, за что город провозглашает его своим почетным гражданином.

Ив Маэ

В начале 1942 г. среди первых добровольцев для формирования французской эскадрильи для СССР. Включен в первую группу 14 пилотов, прилетевших в СССР в ноябре 1942 г. После подготовки к полетам на самолетах Як-1 «Нормандия» вступила в бои за г. Орел.

13 апреля 1943 г. черный день, три французских самолета не вернулись на аэродром. В этот день младший лейтенант Ив Маэ сбил свой первый и последний немецкий самолет в СССР — одна из первых побед «Нормандии».

7 мая 1943 г. эскадрилья «Нормандия» потеряла четвертого пилота — летчик Ив Маэ пропал без вести при атаке на немецкий аэродром в Спас-Деменске.

Самолет Маэ был подбит зенитной артиллерией и упал за линией фронта. Пилот при падении самолета ранил голову. Покинул машину и пытался уйти пешком за линию фронта, но заблудился. Вышел на группу детей, которые в ответ на просьбу о помощи привели немецкий патруль. Был доставлен в Смоленск, где, по его словам, его держали в относительно комфортных условиях и пытались вразумить, что он заблуждался, примкнув к де Голлю. Также ему предъявили документы трех других французских пилотов, сбитых ранее, утверждая, что они в плену, но никто их больше никогда не видел.

Затем был переведен в лагерь для советских военнопленных, где француз, воюющий за Красную Армию, произвел фурор. 28 мая 1943 г. вместе с пленным советским доктором, переодевшись в его форму, бежал в сторону Брянска, надеясь найти партизан. Через две недели блужданий по лесам обессиливших от голода их задержал отряд полицаев.

Был отправлен в лагерь для советских летчиков в Лодзь, где он провел более двух лет. Пленные прозвали его Иван Май и учили его русскому языку, который, несмотря ни на что, ему давался с трудом. В 1944 г. ввиду советского наступления лагерь был эвакуирован в Германию. По дороге пытался бежать. Другую попытку побега осуществил в Германии. В августе 1944 г. за несколько попыток к бегству приговорен к смертной казни. Узнав о приговоре, при провождении в камеру смертников сбежал от патруля и спрятался на территории лагеря, где заключенные его тайно подкармливали. Сумел прятаться в течение девяти месяцев до освобождения лагеря Красной Армией в апреле 1945 г.

После освобождения был назначен офицером связи при советской комендатуре, а затем стал заместителем начальника советского репатриационного лагеря Торгау. Помогал осуществлять репатриацию французских пленных.

В августе 1945 г. был отправлен во Францию в распоряжение полка «Нормандия-Неман», где был встречен с триумфом как пришелец с того света. Произведен в лейтенанты и восстановлен в составе полка.

Награжден орденом Почетного Легиона, орденом Освобождения, Военный крест с 6 пальмовыми ветвями, медаль «Сопротивления», медаль СССР «За победу над Германией».

1949 г. — заместитель командира «Нормандии-Неман», участвует в боевых операциях в Индокитае, награжден медалью.

1952 г. — командир авиаполка «Нормандия-Неман». Под его командованием полк участвует в боевых операциях в Тунисе и Алжире.

1956 г. командир 5-го истребительного полка на авиабазе «Капитан де Сейн».

Подполковник Ив Маэ погиб 29 марта 1962 г. во время демонстрационного полета в Бельгии.

Его старший брат Жан Маэ был командиром авиаэскадрильи «Бретонь», которая предполагалась в соединении с авиаполком «Нормандия-Неман» для формирования авиадивизии «Франция», погиб в авиакатастрофе гражданского самолета, на котором он отправлялся в отпуск в 1946 г. Третий брат Клод Маэ был пилотом разведывательного самолета и погиб в 1943 г. над Па-де-Кале. В честь братьев Маэ в 1988 г. была названа авиабаза № 921 в Таверни.

Жан де Панж

Маркиз, представитель наиболее яркого аристократического рода в составе «Нормандии-Неман». Родился 29 марта 1917 г. в Париже.

По отцовской линии потомок герцога Шуазеля, одного из наиболее выдающихся французских министров иностранных дел во времена Людовика XV. Среди его потомков генерал Наполеона Жорж Мутон, за взятие Вены в 1809 г. получивший титул графа Лобау и проведший 1813 год в плену в России.

Жан де Панж

Брат отца видный историк, специалист по королям Арагонии, был женат на графине Полине Брогли, родной сестре нобелевского лауреата по физике 1929 г. Луи Брогли и праправнучке фельдмаршала Российской империи Виктора-Франсуа Брогли, который формировал в России армию из французских эмигрантов против республиканцев и чьи сыновья остались служить в России. Имена двух из них начертаны на стенах храма Христа Спасителя, и в их память стоит обелиск в парке Монрепо в Выборге. Дядя лейтенанта был автором более двадцати исторических трудов, в основном посвященных Эльзасу и Лотарингии и его философским идеям о Единой Европе. В 1940 г. активно поддержал предложение Черчилля о создании единого англо-французского государства, идеями о котором впоследствии «бомбил» де Голля и во время войны и после.

Семейство де Панжей водило дружбу с Робертом Шуманом, Конрадом Аденауэром, Отто Габбсбург-Лотарингским и генералом де Голлем.

Любопытно, что один из предков по отцовской линии Жан-Баптист Тома в 1704 г. приобрел руины средневекового замка в г. Панж возле Меца. Титул маркиза он получил уже из рук польского короля Станислава Лещинского, по причине недоразумений военного характера с Российской империей из королей Польши трансформировавшегося в герцоги Лотарингии. В 1812 г. в их усадьбе останавливалась Мария-Луиза, покидавшая Францию навсегда с Наполеоном II.

Отец авиатора был выпускником Сен-Сира. Родители развелись, когда ему было семь лет, и каждое лето он проводил у дяди. По окончании школы и достижении 20-летнего возраста Жак де Панж, как многие из будущих пилотов «Нормандии», закончил аэроклуб в Версале вместе с Марселем Альбером и получил свидетельство летчика-любителя.

В октябре 1937 г. был призван в армию и по его просьбе включен в состав авиационного батальона в Мурмелоне. Ничтоже сумняшеся он предъявил свое свидетельство летчика-любителя с аттестатом о налете 11 часов. Последнее обстоятельство вызвало смех командира части, и Жан де Панж был зачислен кашеваром. Чтобы вырваться с кухни, сдал экзамены на поступление на курсы штурманов в надежде побыстрее стать военным летчиком. Прошел при конкурсе 11 человек на место. По окончании курсов год служил в По и в 1939 г. получил звание младшего лейтенанта запаса. И вот тут оказалось, что офицеров запаса не принимают в школу пилотов. После долгих и нудных попыток перевода Жан де Панж явился к командиру части и бросил свои офицерские погоны с просьбой о разжаловании в сержанты для поступления в летную школу в Истре. Ему отказали и демобилизовали. Но он даже не успел уехать из По, как вновь был мобилизован по плану общей предвоенной мобилизации 1939 г.

Их часть перебросили в Шампань. Жан де Панж служит штурманом на бомбардировщике. Незадолго до капитуляции он получает Военный крест. После капитуляции он оставляет свою часть и на польском пароходе отбывает из Франции в Англию, где записывается к де Голлю. На пароходе он знакомится с двумя «русскими» из будущей «Нормандии» Михаилом Шиком и Альбером Мирлесом.

В Англии его вновь отказались перевести в летчики и зачислили штурманом. Он принимал участие в неудачной операции в Дакаре. Затем в освобождении Либревилля и Куфры. В составе эскадрильи «Лотарингия» участвовал с союзниками в операциях в Эфиопии и Джибути, где он был штурманом командирского самолета, перевозившего Леклерка и де Голля.

В начале 1942 года вернулся в Лондон, где встретился с Мирлесом, который уже вовсю готовил отправку пилотов в СССР и по дружбе записал Жана в качестве пилота связи. Лейтенант был помощником Мирлеса и старшим при формировании группы и ее переезде в Сирию. В ноябре первая группа пилотов и французские механики прибыли в СССР.

Получив удостоверение и не получив еще своего У-2, от безделья он изучал русский язык и довольно сносно овладел. Часто уходил в город. Оставил любопытное свидетельство, что в Иваново в эту пору конца 1942 — начала 1943 г. все зрелищные учреждения — цирк, театр, кино — всегда были переполнены. У него сложилось мнение, что русским важнее зрелище, чем хлеб.

В марте 1943 г. за неделю до вылета на фронт «Нормандия» получила вспомогательный У-2. Де Панж радовался как дитя, что наконец-то имеет свой самолет. После 3,5 часов тренировок на двухместном Як-7 он был допущен к полетам вместе с другим пилотом связи и переводчиком Михаилом Шиком, который, в отличие от маркиза, таки добился к концу войны перевода в истребители.

Задача де Панжа была вспомогательная. Связь с Москвой, куда ему приходилось вылетать по два раза в месяц, с советским командованием, доставка грузов, поиск и доставка сбитых или совершивших вынужденную посадку летчиков. Также вместе с русскоязычным доктором Лебединским вылетал на переднюю линию в поисках подтверждений сбитых «Нормандией» самолетов.

Первый вылет он совершил в поисках Марселя Альбера, который заблудился и сел в поле после того, как у него кончилось горючее. Однажды у него самого случился отказ двигателя, и он сел возле какой-то деревни, откуда моментально явились два советских автоматчика. И, невзирая на его советские документы и попытки говорить на ломаном русском, молча арестовали. Так он повстречался с «суровым НКВД», которое, впрочем, уже через пару часов установило его личность и сбыло с рук близлежащему авиаполку, где в ожидании Михаила Шика его весь вечер донимал расспросами о парижском метро какой-то русский полковник, владевший французским языком.

В конце 1943 г. при реорганизации группы в авиаполк и отправке французского техперсонала из СССР был отозван в распоряжение миссии в Москве. Его место занял младший лейтенант Астье, до войны бывший пилотом Фармана и инструктором авиаклуба в Версале, в котором учился летать де Панж. Уже в первом полете Астье сбился с пути и залетел за линию фронта, где его У-2 обстреляли зенитки. Сам он был ранен, а его пассажир аспирант Жан Рей убит. Несмотря на то, что раненый Луи Астье сумел вернуться и посадить самолет, он был отчислен из «Нормандии» и выслан из СССР, а Жан де Панж вернулся на свой самолет.

В начале 1944 г. самолет был разбит по неосторожности другим пилотом. Он плакал как дитя над потерей своего первого самолета. Это произвело впечатление на генерала Захарова, так что в считаные дни де Панж получил совершенно новый У-2 с французской трехцветной кокардой на борту.

Однажды в июле 1944 г. он приземлился на одном из советских аэродромов в Докудово для подготовки переезда полка на этот аэродром. Узнав, что сел француз, к нему подошел офицер и сказал: «Вас приглашает Сталин». Чуть позже обомлевший француз узнал, что это был Василий Сталин, командовавший полком истребителей. С ним де Панж пропьянствовал двое суток и вынес впечатление — «приятный человек и собеседник, но столько, как он, не каждый выпьет». Одна из фраз в его дневнике по итогам этой встречи ныне широко известна в форме анекдота: «Пил весь день с русскими летчиками — чуть не умер. Пил второй день с русскими — лучше бы я умер вчера».

В декабре 1944 г., после визита де Голля в Москву, пилотам первой группы, в том числе де Панжу, разрешили выехать в отпуск в освобожденную Францию. Там он попал к Мирлесу, который забрал его к себе в отдел научной разведки. Вместе они остаток войны ездили по Германии в поисках технологических и научных секретов. Участвовал в захвате профессора Бертольда и Вилли Мессершмитта.

Участвовал в параде 18 июня 1945 г. на Елисейских Полях в колонне «Нормандии-Неман».

После войны Жан де Панж демобилизовался в звании капитана и работал во Французском управлении по экспорту авиаоборудования. Награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны, медалью «За победу над Германией». Французские награды — Военный крест, орден Почетного Легиона, колониальная медаль, медаль «Сопротивления», Боевая медаль. Скончался в 1999 г., похоронен в своем имении де Панж в Лотарингии, где открыт музей их знатной фамилии. Одна из комнат музея посвящена «Нормандии-Неман».

Александр Лоран

Знаменит тем, что единственный из авиачасти вывез из СССР русскую супругу…

Родился в 1918 г. в Бресте. Как многие другие пилоты Нормандии, после школы посещал аэроклуб. В 1937 г. завербовался в армию сроком на 5 лет. Служил на базе ВВС в Дюньи, затем на нескольких других базах в Реймсе, Лионе, Рошфоре. В 1939 г. был переведен в Бретонь в Роан, где получил летное свидетельство и был произведен в сержанты авиации.

В 1940 г. переведен на базу ВВС в Салон-ан-Провансе. С началом войны включен в состав эскадрильи 565 и получил назначение на Мадагаскар. Служил в частях Виши, участвовал в боевых действиях против Великобритании. В сентябре 1942 г. за неблагонадежное поведение выведен с фронта, а затем в ноябре арестован и заключен в тюрьму. Освобожден после занятия острова союзниками и вступил в ВВС «Свободной Франции» де Голля. В январе 1943 г. записался добровольцем на советский фронт.

В мае 1943 г. произведен в аспиранты и прибыл в полк. Вместе с младшим лейтенантом Бернавоном и аспирантом Морисом Боном, приехавшими на несколько дней раньше, составили первое пополнение «Нормандии».

После прибытия группы под командованием майора Пуяда включен в состав второй эскадрильи. Во время одного из первых тренировочных полетов он потерял своего ведущего майора Пуяда, затем потерял ориентировку и заблудился. После того как стало подходить к концу горючее, он приземлился в поле и был эвакуирован жителями близлежащего колхоза, в котором не было телефона. Председателю пришлось ехать в центр, откуда связались с командованием. Только на четвертый день его вывезли на самолете связи. За это время Александр Лоран, увлекавшийся оперным пением и имевший прекрасный голос, настолько понравился селянам, что они не хотели его отпускать и вышли провожать всем колхозом, что произвело большое впечатление на всю «Нормандию».

Во время одного из первых боев 31 августа 1943 г. он был сбит, но сумел выпрыгнуть с парашютом и в тот же день вернулся в часть. А в октябре ему удалось сбить сразу два фокке-вульфа. Награжден Военным крестом и орденом Отечественной войны и произведен в младшие лейтенанты.

В ноябре 1943 г. «Нормандия» выводилась для переформирования в Тулу. Там французские летчики имели возможность посещать Дом Красной Армии в городе, чем они и пользовались. А их появления в этом Доме пользовались широкой популярностью у молодых тульчанок. Французы с удовольствием флиртовали с девушками, но только один из них, Александр Лоран, вознамерился закрепить свои отношения. Впрочем, он всерьез влюбился и потерял голову от комсомолки, спортсменки и просто красавицы Риты. Надо заметить, что комсомолка Рита голову не потеряла и отказалась сочетаться раньше, чем закончится война.

Александр и Рита Лоран

В январе 1944 г. Лоран перегонял на авиазавод в Москву неисправный Як для ремонта. Самолет отказал в воздухе, ему с трудом удалось посадить его «на брюхо» в чистом поле. При посадке летчик был ранен и потерял сознание. Он был доставлен в госпиталь в Сокольники, откуда сбежал на следующий день и своим ходом, чуть было не попав под арест как шпион, добрался до Тулы, чтобы быть ближе к невесте. Надо сказать, что Александр Лоран никогда не владел русским языком, а его возлюбленная еще не скоро выучит французский, и для встреч ему всегда был нужен кто-то третий, чем он затеррорезировал всю русскоязычную часть группы «Нормандия». Переписку с Ритой он вел через французскую военную миссию в Москве при помощи советской француженки Люсетт Моро, которая позднее стала крестной матерью их сыновей.

Александр Лоран провоевал в полку «Нормандия-Неман» до конца войны. Был награжден орденом Почетного Легиона, который ему вручили во время последней поездки французских летчиков в Москву на торжественное заседание во французской военной миссии в начале июня 1945 г. Тогда же стало известно, что принято решение о возвращении «Нормандии-Неман» во Францию на своих Яках. При содействии нового французского посла генерала Картру, обратившегося лично к Сталину, брак Лорана с Ритой был заключен 15 июня 1945 г. за 10 минут в одном из московских ЗАГСов за несколько часов до того, как Лоран покинул Москву навсегда. При содействии того же генерала Картру Рита смогла оформить документы и выехать к мужу спустя несколько месяцев.

После возвращения во Францию у Александра Лорана открылось нервное расстройство, которое не позволило ему продолжать службу летчиком-истребителем. В начале 1946 г. он был произведен в лейтенанты и переведен пилотом самолета связи в Марокко, где у него родился сын Жан-Поль. Затем во французскую оккупационную зону в Германии, где у них с Ритой родился второй сын Серж.

В 1952 г. произведен в капитаны. В 1954 г. переведен во Вьетнам, где заразился амебиазом. В 1956 г. переведен во Францию заместителем командира эскадрильи резерва легкой авиации в Виллакубле под Парижем.

11 июня 1957 г. в результате обострения болезни, полученной во Вьетнаме, скончался в возрасте 39 лет. Пьер Пуяд и генерал Картру помогли его вдове, оставшейся одной с двумя детьми, с жильем и устроили работать в книжный магазин.

Альбер Литольф

Родился 23 октября 1911 года в многодетной семье в небольшом горном городке Корнимон на границе с Эльзасом. Отец, директор ткацкой фабрики, рано ушел из жизни, и он, как второй по возрасту из восьми детей в семье, в 14 лет был вынужден оставить школу и пойти работать, чтобы прокормить братьев и сестер.

В 1931 г. получил стипендию на обучение в летной школе в Шалон-сюр-Саоне, по окончании которой начал службу военным пилотом в Дижоне. Закончил курсы военных пилотов в Истре. Сержант.

1936 г. Старший сержант. Как отличный пилот был переведен в группу воздушной акробатики на авиабазе в Дижоне, с которой он в течение трех лет участвовал в многочисленных воздушных парадах.

В 1939 г., после объявления мобилизации, переведен в 7-ю эскадрилью истребительной группы 111 в Дижоне. Одна из лучших французских истребительных частей, укомплектованных новейшими истребителями. С 1940 г. в группе служили чехословацкие пилоты.

Альбер Литольф

С первых дней нападения Германии на Францию участвует в боях. На второй день войны сбил свой первый вражеский самолет. К моменту капитуляции Франции индивидуально и в группе сбил 7 немецких самолетов. Произведен в старшины. Награжден Военной медалью и Военным крестом с шестью пальмами. После поражения Франции его часть переведена в Тулузу. Оттуда на своем истребителе с двумя сослуживцами 25 июня 1940 г. перелетел в Англию. С августа младший лейтенант авиации «Свободной Франции». В RAF не был принят из-за слабого знания английского.

Сентябрь 1940 г. Включен в состав авиагруппы № 1 и принимал участие в операции против вишистов в Дакаре. После провала операции радио Виши в течение нескольких дней зачитывало смертный приговор Альберу Литольфу за измену Франции и угрожало репрессиями семье. С октября 1940 г. участвует в операциях в Камеруне, Габоне, Чаде и Ливии.

После реорганизации авиации «Свободной Франции» и создания авиагруппы «Эльзас», лейтенант, командир 2-й эскадрильи «Мюлюз».

С декабря 1941 г. один из первых добровольцев для отправки в СССР. Отозван в Лондон в качестве второго заместителя командира группы Андре Жюбилена. Произведен в капитаны. В связи с затягиванием вопроса о формировании группы весной 1942 г. возвращается на Ближний Восток, где участвует в операциях союзников в Ливии, Тунисе и на острове Крит. В июне, после получения подтверждения об отправке пилотов в СССР, прибыл в Раяк для формирования авиагруппы № 3 «Нормандия». В это время на его счету 7 сбитых лично и 7 сбитых в группе самолетов противника — на тот момент, самый результативный французский летчик-истребитель.

После прибытия «Нормандии» в СССР занимался организацией тренировок пилотов. После отправки Пуликена и назначения командиром «Нормандии» Жана Тюляна — первый заместитель командира. С июня 1943 г. командир второй эскадрильи. В СССР сбил два самолета противника лично и два в группе. Награжден советским орденом Отечественной войны 1-й степени, французскими Почетным Легионом, Военный крест с 10 пальмами, высшей наградой «Свободной Франции» орденом Освобождения.

16 июля при сопровождении группы бомбардировщиков погнался за немецкими истребителями и пропал без вести вместе со своим ведомым Ноэлем Кастеленом. Тело было обнаружено в июле 1960 г. и по просьбе родственников было перевезено во Францию и похоронено в Марселе. На месте гибели Альбера Литольфа в Орловской области установлен обелиск. Одна из военно-воздушных баз Франции носила имя капитана Литольфа.

Жозеф Риссо

Единственный из пилотов «Нормандии-Неман», с которым мне довелось пообщаться какое-то время, Жозеф Риссо родился 23 января 1920 г. в семье шахтера на юге Франции. После окончания средней школы в 1938 г. по конкурсу поступил в летное училище. Военную службу начал через год, в связи с началом Второй мировой войны, в звании капрала. В 1940 г. его полк был переведен в Алжир, где и встретил известие о капитуляции Франции.

Жозеф Риссо

В июне вместе с двумя товарищами угнал самолет с целью перелететь к англичанам в Гибралтар. Это был первый побег французских летчиков из Северной Африки к англичанам. Испанские самолеты не позволили приземлиться на английской территории, закончилось горючее, и он был вынужден приземлиться на пляжной отмели, где все трое были арестованы и приговорены к высылке во Францию. В Мадриде французский военный атташе помог друзьям бежать и снабдил их фальшивыми документами, по которым Риссо выехал в Англию.

3 сентября 1940 г. он зачислен пилотом в ВВС «Свободной Франции» генерала де Голля. В то время ему 20 лет и всего 250 часов полетов. После летных курсов в Одихейме в августе 1941 г. его зачисляют в 253-ю эскадрилью ночных истребителей RAF, которая осуществляет боевое охранение военно-морской базы. Одним из первых в августе 1942 г. записывается добровольцем в 3-ю истребительную группу «Свободной Франции», вошедшей в историю под названием «Нормандия-Неман». В первой группе 14 летчиков в ноябре 1942 г. лейтенант Риссо прибыл в СССР.

В составе полка он совершил 196 боевых вылетов, одержал 5 воздушных побед лично, 4 неподтвержденных и 6 в группе. Войну закончил в звании капитана. С полком вернулся во Францию и продолжал нести службу в «Нормандии-Неман» до 1948 г.

Награды: орден Красного Знамени, орден Отечественной войны 1-й и 2-й степени, орден Александра Невского 1-й степени, медаль «За победу над Германией», Большой крест Почетного Легиона, орден Освобождения, Большой крест Ордена «За заслуги», Военный крест с 10 пальмовыми ветвями, медаль «Сопротивления», орден Комбатант Волонтер, Чехословацкий военный крест.

В 1948 году служил в штабе 5-й воздушной армии в Алжире. С 1949 г. инструктор в летном училище в Марокко. С 1952 г. — начальник военно-воздушного полигона Казо, Франция.

1954–1956 гг. — заместитель командира полка.

1956–1958 гг. — командир 13-го военно-воздушного истребительного полка.

1958–1965 гг. — на различных командных должностях в ВВС Франции.

1965–1966 гг. — аудитор учебного Центра Обороны НАТО.

1966–1968 гг. — член Военного Совета Франции.

1970 г. — бригадный генерал ВВС.

С 1971 г. в отставке, председатель ассоциации французских ветеранов полка «Нормандия-Неман». Скончался 24 ноября 2005 г.

Леон Кюффо

Леон Кюффо родился 20 января 1911 года недалеко от Парижа в семье аристократов. В возрасте 6 лет во время прогулки с родителями в Винсенском лесу на их глазах упал самолет, потерпевший аварию, что пробудило в нем интерес к авиации. Друг семьи, участник Первой мировой войны полковник Моро, совершил с ним первый полет на самолете.

Леон Кюффо

В 1930 г. призван в армию, служил на авиабазе Оран в Алжире в качестве бортстрелка. После окончания службы в 1934 г. по конкурсу поступил в сержантскую школу пилотов в Истре, которую закончил в 1935 г. и прошел 4-месячные курсы летчиков-истребителей в Этампе. В 1936 г. служит в Тунисе, одновременно обучает летчиков в гражданском аэроклубе в Бизерте. В сентябре 1937 г. дважды участвовал в перегоне в Испанию республиканцам французских самолетов. В Испании познакомился с Андре Мальро, в то время командующим республиканской авиацией и советским капитаном Захаровым, будущим командиром 303-й авиадивизии, в которую входила «Нормандия-Неман».

С началом Второй мировой войны произведен в младшие лейтенанты, проходит курсы усовершенствования в Казо и переводится в Дижон. В ноябре 1939 г. в составе истребительной авиагруппы II/6 участвует в охране франко-германской границы в районе Саарбрюкена. В групповом бою 22 ноября сбивает два немецких истребителя, вторгшихся на французскую территорию. 7 декабря 1939 г. его самолет терпит аварию, а сам он с ранением госпитализирован в Нанси и вынужден покинуть свою часть.

С марта 1940 г. командир эскадрильи в учебном центре в Шартре. После капитуляции Франции по собственной инициативе без приказа командования переводит самолеты центра на авиабазу Оран в Алжире. Затем служит в эскадрилье II/3 вместе с будущим Героем Советского Союза Жаком Андре. Принимает участие в патрулировании территории и в стычках с английской авиацией.

Летом 1941 г. его эскадрилья переведена в Сирию, где участвует в отражении английского вторжения. В боях с пилотами австралийских ВВС французская эскадрилья была уничтожена. Леон Кюффо был сбит и раненым попал в плен. Отказался вступать в «Сражающуюся Францию» генерала де Голля и в декабре 1941 г. вместе с Жаком Андре вернулся в Алжир, находящийся под властью правительства Виши. Командир военно-воздушной базы Тикджа. На базе свободно принимали и слушали английское радио. За это по доносу был наказан и переведен в Марокко.

Во время высадки армии США в Северной Африке в качестве гида сопровождал одну из американских колонн. Американский орден «Серебряной Звезды». Затем переведен в Алжир. В 1943 г. подал рапорт о переводе в СССР.

С декабря 1943 г. по декабрь 1944 г. в «Нормандии». За месяц в сентябре — октябре 1944 г. в группе и лично сбил тринадцать немецких самолетов. Награжден орденами Красного Знамени и Александра Невского. Французским Военным крестом с 17 пальмами и орденом Почетного Легиона.

В декабре 1944 г. переведен в Генеральный штаб ВВС Франции. Один из организаторов встречи авиаполка «Нормандия-Неман» в Ле Бурже в 1945 г.

1945–1947 гг. в комитете по делам вооружений кабинета министров.

В 1947–1948 гг. командир полка «Нормандия-Неман», после его перевода из Франции в Марокко.

1948–1951 гг. командующий авиабазой в Бомако, Мали.

В 1951 г. по просьбе командующего ПВО Франции, бывшего командира «Нормандии-Неман» Луи Дельфино переведен командиром учебного центра ВВС в Казо.

1953–1956 гг. участвует в боевых действиях в Индокитае и Алжире.

1957–1959 г. командующий ПВО Западной Французской Африки и Того.

20 января 1962 г. вышел в отставку в звании генерала-майора авиации.

1962–1982 гг. директор Французского Аэроклуба.

С 1983 г. пилот-инструктор летных курсов для инвалидов.

Скончался 18 сентября 2002 года. Похоронен в Шарантон-ле-Пон.

Жюль Жуар

Родился 29 августа 1914 г. в Рубэ, рабочем пригороде столицы Фландрии городе Лилль. Осенью 1934 г. был призван в армию и проходил службу в летной школе г. Истра. В 1935 г. закончил курсы пилотов и поступил в эскадрилью 1/4.

После демобилизации работал в банке, продолжая посещать аэроклуб в Лилле. Мобилизован в связи с подготовкой к Второй мировой войне в августе 1939 г. и в звании сержанта включен в свою эскадрилью 1/4, переведенную в Реймс.

С началом германского наступления на Францию в мае 1940 г. совершил около 80 боевых вылетов над территорией Франции, Голландии, Бельгии. Сбил 6 самолетов противника. Награжден Военным крестом с пальмовой ветвью. 25 мая 1940 г. был сбит над Бовэ. С двумя пулевыми ранениями эвакуирован в тыловой госпиталь, затем перевезен в Бретонь. Отказался признавать капитуляцию Франции и, несмотря на ранения, уехал в Англию в команде лейтенанта Пино, бывшего механика знаменитейшего Гинемера, эвакуировавшего в Англию около 100 курсантов летных школ Франции.

Жюль Жуар

22 июня 1940 г. вступил в ВВС «Свободной Франции» де Голля. После обучения полетам на английских самолетах включен в состав 1-й французской эскадрильи и на борту авианосца «Арк Роял» отбыл в Африку, где участвовал в операции в Дакаре против Франции Виши. 23 сентября 1940 г. вылетел с борта авианосца для переговоров с вишистами в надежде на их переход на сторону де Голля. Был арестован и приговорен к расстрелу. После занятия частями «Свободной Франции» Габона де Голль пригрозил в случае расстрела летчиков расстреливать пленных вишистов. Жюль Жуар после двухмесячного содержания в тюрьме выслан во Францию. Освобожден под подписку о невыезде в январе 1941 г. Вернулся к работе в банке.

В 1943 г. после Сталинградской битвы, когда стремления французов к освобождению от фашистов резко активизировались, пытался через Испанию бежать в Гибралтар. Был арестован франкистами. Бежал из-под ареста и в мае 1943 г. через Гибралтар добрался в Алжир, где записался добровольцем на советский фронт.

В октябре 1943 г. прибыл в СССР. Полк в это время был переведен на переформирование в Тулу. 18 марта 1944 г. произведен в младшие лейтенанты с включением в состав эскадрильи «Гавр». В тот же день во время тренировочного полета столкнулся с самолетом аспиранта Бурдье, всего месяц назад прибывшего в СССР. Успел выпрыгнуть с парашютом, который был поврежден обломками его собственного самолета. Оба пилота погибли, не успев принять участие в боях на советском фронте, и были похоронены на Введенском кладбище в Москве.

В 1953 г. по настоянию родственников французские военные власти добились перезахоронения младшего лейтенанта Жуара на родине, где он был похоронен в скромной могиле на военном кладбище города Туркуан рядом с братом, командиром полка марокканской кавалерии, погибшим в том же 1944 г.

Кроме Военного креста с пальмовой ветвью и медали за ранение, посмертно награжден орденом Почетного Легиона и орденом Освобождения.

Шарль Монье

По прозвищу Попов, он же Непромокаемый, он же Обманувший смерть, родился 3 января 1920 г. в рабочей семье.

Традиционно для французских пролетариев пошел работать в 14 лет на завод Рено. С пятнадцати занимался в аэроклубе. В 1938 г. получил свидетельство пилота гражданской авиации. В 1939 г. призван в армию, в марте 1940 г. получил свидетельство военного пилота и перевелся на курсы летчиков-истребителей. На момент капитуляции Франции — сержант-пилот.

Вместе с другими курсантами через Испанию и Марокко в июне 1940 г. прибыл в Лондон. В 1941 г. в составе французской авиагруппы № 1 «Эльзас» под командованием Жана Тюляна принял участие в боевых действиях в Ливии и Египте. Произведен в аспиранты и переведен во французскую авиагруппу № 2 «Иль-де-Франс», участвующую в налетах на Францию.

В начале 1944 г. попал в авиагруппу № 3 «Нормандия». В июне 1944 г. сбил первый самолет противника. В июле получил прозвище Попов (русский персонаж французского фольклора типа Иванушки-дурачка), после того как был сбит и двое суток провисел на дереве, ожидая русской атаки.

Шарль Монье

Шарль Монье вошел в историю полка и французской авиации тем, что пять раз (!) выходил живым из безнадежной ситуации.

В 1941 г. в центре подготовки пилотов RAF во время учебного полета он не рассчитал высоту и вышел на высоковольтную линии, уклоняясь от которой пролетел на полной скорости под проводами и врезался в ангар, где стоял старый биплан.

Во время боевых действий на Ближнем Востоке у него отказал мотор, и самолет упал в Тибериадское озеро, но он сумел выплыть.

После перевода в группу «Иль-де-Франс» во время тренировочного полета от нехватки кислорода он потерял сознание, и его самолет стал падать в пике. Перед землей он пришел в себя и сумел выправить самолет в нескольких метрах от земли.

В июле 1944 г. он был сбит в бою, сумел выпрыгнуть уже недалеко от земли. Як взорвался, а сам он повис на парашюте на сосне, на которой провисел двое суток, пока его не сняли советские пехотинцы.

И наконец, самый громкий инцидент с ним произошел в Туле в марте 1944 г. 30 марта в расположении полка проходил парад с участием командующего 1-й воздушной армией генерала Громова, генерала Захарова, французского министра авиации Пьера Кота, писателя Ильи Эренбурга, который завершился демонстрацией воздушной акробатики и торжественным пролетом всего полка. Последним садился Шарль Монье, который сообщил по радио, что у него отказал двигатель. Прыгать было поздно из-за малой высоты. Он не дотянул нескольких метров до полосы и врезался в лесок, которым был окружен аэродром. Его самолет развалился на куски на глазах у всех участников торжества, которые были уверены, что летчик не выжил, но он отделался только легкой царапиной.

В декабре 1944 г. он был переведен из «Нормандии-Неман» во Францию в штаб ВВС, имея на счету 1 сбитый лично, 1 сбитый в группе, 1 неподтвержденный самолет и орден Отечественной войны 1-й степени.

После войны служил как летчик-испытатель. Произведен в лейтенанты и награжден орденом Почетного Легиона.

В 1947 г. демобилизовался и перешел испытателем в гражданскую авиацию.

1949 г. переходит в компанию «Марсель Дассо» в группу полковника Константина Розанова, испытывавшую первые французские реактивные самолеты на аэродроме в Истре (Прованс). Участвовал в испытаниях самолетов «Ураган», «Мистэр 2», «Мистэр 4а». Один из первых французов, преодолевших сверхзвуковой рубеж.

13 марта 1953 г. по просьбе французского правительства и родственников из Москвы во Францию был возвращен прах 5 французских пилотов, погибших во время войны в СССР. Шарль Монье должен был участвовать в торжественной церемонии. Полковник Розанов согласился изменить график полетов, предусмотренных в марте, при условии, что Шарль Монье проведет более широкую программу во время полета 3 марта. Вечером, во время испытательного полета, «непотопляемый» Шарль Монье не смог вывести из пике свой самолет. На этот раз без всяких «но».

Военно-воздушная база французских ВВС в Истре носит имя «Лейтенант Шарль Монье», на месте гибели самолета установлена мемориальная плита, а у входа на базу установлен памятник с надписью: «Шарль Монье-„Попов“, сержант-пилот FAFL в 1940–1943, младший лейтенант „Нормандии-Неман“ в 1944–1945, летчик испытатель в 1947–1953, погиб во время испытательного полета на базе ВВС Истра 3 марта 1953 г.».

Один из выпусков французской школы пилотажа для иностранных пилотов носит его имя.

Альбер Анри

Ныне здравствующий механик авиагруппы «Нормандия-Неман», родился в 1919 г. под Парижем. С 1936 г. занимался планерным и парашютным спортом. Призван в 1939 г., служил в Сирии на авиабазе Раяк. Член коммунистической партии Франции.

В 1940 г. участвовал в действиях против немецкой авиации, осуществлявшей прикрытие переброски в Багдад и Иран немецких войск. Был арестован вишистами, приговорен к расстрелу, но сумел бежать. В 1941 г. перешел на сторону «Свободной Франции», служил в эскадрилье «Лотарингия», принимал участие в боевых действиях в Египте и Ливии.

В 1942 г. добровольно записался в группу № 3 «Нормандия».

В 1943 г. один из пытавшихся остаться в СССР для переучивания на летчиков, после отправки французских механиков на Ближний Восток.

В 1944–1945 гг. служил в Алжире. После войны работал экспертом по авиаоборудованию. Кавалер колониальной медали с надписью «Россия».

Альбер Анри

Из его воспоминаний:

«Мы покинули Бейрут в ноябре 1942 г. там в это время можно нежиться в волнах Средиземного моря. И раз, мы приземляемся в России, минус 30 по Цельсию!

Нас отвели в небольшое здание при аэродроме. Внезапно через порывы метели мы услышали гул винтов самолета. После вылета из Тегерана мы уже имели возможность оценить мастерство русских летчиков, но в этот раз — в слепую метель! Тем не менее самолет показался из-за снежных вихрей и благополучно приземлился. Пилот вылез из кабины и направился в наше убежище. Войдя, он снял шлем и встряхнул волосами — это была девушка…

Русские обращались с нами не столько как с союзниками, сколько как с друзьями. Они обходились как со своими. Это было настолько не похоже на других — англичан, например. В Ливии они нам дали старые самолеты, и мы, механики, занимались тем, что разбирали один самолет, чтобы заменить изношенную деталь на менее изношенную. В России нам предоставили новые самолеты и поставляли в течение войны, в то время когда каждый истребитель был на счету.

Конечно, советское командование понимало, что наши пилоты умеют сражаться и Яки не будут стоять на приколе. Кроме того, тот факт, что французы сражаются вместе с ними, являлся определенным элементом пропаганды. Но ведь для англичан было совершенно то же самое!

Разница в обхождении с нами англичан и русских была поразительной.

Во время моей службы в „Лотарингии“, во время увольнения в город, если мы начинали заигрывать с девушками в баре, нужно было обязательно готовиться к драке с англичанами, которые воспринимали это как ущемление их интересов. Ничего подобного в России. Девушки были свободны в выборе с кем быть — с французом или нет. Это не потому, что нам оказывалась честь, а потому что они не делали различий между нами и своими, с того момента, когда мы прибыли сражаться вместе с ними»[127].

Эдуард Корнильон-Молинье

Родился в семье нотариуса 23 января 1898 года в Ницце, где ныне часть всемирно известного Английского Променада носит его имя. С отличием закончил среднюю школу.

В 1915 г. вопреки воле отца записался добровольцем в Альпийские стрелки, откуда тут же перевелся в авиацию. После окончания летной подготовки в октябре 1916 г. переведен сержантом авиации в Италию. Неделю спустя сбивает сразу два австрийских аэроплана над Адриатическим морем. В 1917 г. его часть переводят в Венецию, и он участвует в боях над Истрией. Первую мировую войну он заканчивает в чине младшего лейтенанта. По настоянию отца демобилизовывается и заканчивает юридический факультет в Париже и одновременно факультет изящной словесности. Не прекращает полеты на самолетах в аэроклубах, где однажды знакомится с Андре Мальро, вместе с которым он отправляется на поиски приключений в Индокитай. После ареста Мальро за антиколониальные выступления путешествует по Африке со знаменитым английским пилотом Джимом Моллисоном. После возвращения во Францию поступает репортером в журнал.

Эдуард Корнильон-Молинье

В 1934 г. вновь с Мальро путешествует в Йемене и Эфиопии в поисках королевства Сабы. Из Эфиопии Андре Мальро со своей супругой Кларой уезжает в СССР, где встречается со Сталиным, Горьким, Пастернаком, Эйзенштейном. Где и что делал в это время Корнильон-Молинье — не известно. В 1936 г. они опять вдвоем участвуют в войне в Испании. Мальро был командующим интернациональной авиацией. 8 декабря 1936 г. в то время старший лейтенант (позднее командующий 303-й авиадивизией, в которую входила «Нормандия-Неман») Георгий Захаров по ошибке сбил французский гражданский самолет, в результате чего погиб репортер Луи Делапре. Франкистская пропаганда обвиняла Мальро в сознательных действиях, и ему пришлось оправдываться довольно долго.

В 1927 г. на отцовское наследство Эдуард Корнильон-Молинье купил киностудию «Викторин» в Ницце, на которой после возвращения из Испании он снял первую экранизацию книги Экзюпери «Южный почтовый» и романа Мальро «Надежда».

С началом Второй мировой войны он вновь вернулся в военную авиацию. Сбив 2 немецких самолета, он стал одним из трех результативных французских пилотов, отметившихся и в Первой, и Второй мировой войнах. После капитуляции вернулся в Ниццу, где попытался организовать подпольную деятельность против Виши. В декабре 1940 г. был арестован. В январе 1941 г. освобожден. Уехал в Марокко, затем в США и оттуда в Лондон, где в звании майора поступил в авиацию «Свободной Франции». Участвовал в создании первых авиачастей де Голля.

23 ноября 1941 г. авиагруппа «Лотарингия» под его командованием уничтожила танковую колонну Роммеля, за что он получает Военный крест и звание подполковника.

В результате создания авиагруппы № 3 и вызванных кадровых перестановок стал начальником штаба, а затем командующим ВВС «Свободной Франции» на Ближнем Востоке. Под его руководством закончилось формирование группы и ее отправка. В результате перестроек структур «Сражающейся Франции», а затем ее слияния с авиацией Франции в Северной Африке перевелся в Лондон командующим частями ВВС Франции в RAF. В декабре 1942 г. произведен в полковники. Участвовал в боевых вылетах над территорией Германии.

В январе 1944 г. назначен командующим французской авиацией в СССР, в связи с формированием авиадивизии «Франция». В состав миссии Корнильон-Молинье приглашал Антуана де Сент-Экзюпери. Миссия не состоялась по причинам организационно-финансового характера.

После высадки союзников в Нормандии стал генералом и командующим ВВС Атлантического побережья. Принял участие во взятии Роана и Рошфора. После войны вместе с генералом Валеном воссоздавал французские военно-воздушные силы.

1 августа 1946 г. ушел в отставку в звании генерал-лейтенанта авиации.

Участвует в работе авиационных обществ, заместитель генерального директора киностудии Галимар и депутат парламента. Мэр кантона Рокебилье на Лазурном Берегу. Член голлистского движения за Францию. Никогда не был членом компартии, но активно ее поддерживал, за что часто критиковался и назывался агентом КГБ.

1953–1957 гг. — министр государственного планирования (Госплан Франции) и министр транспорта и туризма.

1957 г. Хранитель Печати и министр юстиции.

1958 г. — министр по делам Сахары.

Член Европейской Парламентской Ассамблеи. Представитель Берега Слоновой Кости во Франции.

Скончался 9 мая 1963 г. в Париже, похоронен в Ницце, где в его честь была переименована часть Английского Променада.

За время службы в армии и государственной деятельности был награжден Большим крестом Почетного Легиона, орденом Освобождения. Кроме того, Военная медаль, Военный крест 1914–1918, Военный крест 1940–1945, медаль добровольца, Колониальная медаль за Ливию, Медаль за спасение, Военный крест Бельгии, орден «За заслуги» Великобритании. Командор польского ордена Polonia Restituta, кавалер югославского ордена Белого Орла с мечами, Военный крест и Военная медаль Италии.

Альбер Прециози

Родился 25 июля 1915 г. в горном селе Виццани, насчитывающем 300 жителей и затерянном практически в центре Корсики, в семье полицейского.

В 1935 г. закончил школу авиации в Салон-ан-Провансе. После окончания попал в автомобильную аварию с повреждением шейных позвонков, тем не менее вернулся в строй в 1938 г. в звании младшего лейтенанта.

Во время оккупации Франции в 1940 г. инструктор летной школы в Мелюне, которая была переведена на запад Франции. Один из немногих, если не единственный из «Нормандии», кто лично слышал по радио призыв де Голля к Сопротивлению. 17 июня 1940 г. вместе с другими пилотами-корсиканцами из своей школы на учебных самолетах перелетел в Англию. После тренировок переведен в Сирию в эскадрилью «Эльзас» под командованием майора Тюляна, с которой принимал участие в боевых действиях в Ливии. В мае 1942 г., когда из-за отказа британского командования отпустить часть французских летчиков из RAF в СССР был объявлен набор в Сирии, одним из первых записался добровольцем в «Нормандию». Лейтенант.

Прибыл в СССР в составе первой группы из 14 пилотов в декабре 1942 г. 5 апреля 1943 г. в паре с Альбером Дюраном совершил первый боевой вылет группы «Нормандия» в СССР и первым сбил самолет противника, открыв число побед французских летчиков на Восточном фронте, за что был произведен в капитаны и награжден орденом Почетного Легиона. После прибытия второй группы летчиков предполагался на пост командира 1-й эскадрильи авиаполка «Нормандия». В группе одержал еще 3 победы. 27 июля 1943 г., во время операции по сопровождению советских бомбардировщиков на Орел, принял бой с шестью истребителями противника и пропал без вести. Посмертно награжден орденом Отечественной войны. Кроме того, имел Военный крест с четырьмя пальмами, медаль «Сопротивления» и колониальную медаль за Ливию.

Альбер Прециози

В Ливии группа «Эльзас», в которой служил Альбер Прециози, летала на старых английских самолетах. Во время одного из вылетов из-за неисправности его самолет упал в пустыне, где его подобрали бедуины. Прециози был объявлен «пропавшим без вести», но он вернулся через месяц. По его словам, его взяла под опеку некая знатная семья, которая ухаживала за ним более трех недель. Тут же родились слухи о красавице дочери в этой семье. По возвращении Альбер Прециози был в плохом состоянии, и его отправили в госпиталь в Каир, а вскоре он уехал в СССР. Столь стремительные перемещения летчика не оставили никаких следов в его личном деле об этой аварии.

В 2007 г. была обнародована версия, что в результате пребывания Альбера Прециози в этой бедуинской семье у него родился сын. Так это или нет, уже никогда не узнать. Однако французский генерал, корсиканец Франсуа Киличини, рассказывал, что в 1974 г., когда он был представителем французской разведки при президенте Нигера, то присутствовал во время встреч президента с Муамаром Кадаффи. По его словам, когда он был представлен Кадаффи, тот заявил ему, что он тоже в какой-то мере корсиканец, так как его отец пилот «Нормандии» Альбер Прециози.

Так неожиданно совсем недавно родилась еще одна легенда о «Нормандии-Неман».

Шарль Анфревилль де Журке де ля Салль

Из старинного дворянского рода, имеющего графское достоинство.

Приходится родственником знаменитому наполеоновскому генералу-гусару Шарлю де Лясаллю.

Родился в 1914 г.

В 1936 г. поступил в военное училище Сен-Сир, которое закончил в 1938 г. с присвоением звания младшего лейтенанта пехоты. В 1939 г. поступил в летную школу ВВС в Версале. 1940 г. лейтенант эскадрильи 1/8, с которой принимал участие в боевых действиях. После перемирия июня 1940 г. продолжал службу в Казо. В 1942 г., после высадки американцев в Алжире и окончательного роспуска французских ВВС, отправлен в бессрочный отпуск.

В 1943 г. участник Сопротивления в Тулузе, занимался сбором разведданных о немецкой авиации во Франции. В ноябре 1943 г., скрываясь от ареста, с ведома руководства Сопротивления, нелегально уехал в Испанию, где был задержан полицией и после двух месяцев тюрьмы выдан англо-американскому командованию в Алжире. Восстановлен во французских ВВС Армии Освобождения Франции, лейтенант, записался добровольцем в полк «Нормандия». В СССР прибыл в мае 1944 г., включен в состав эскадрильи «Каен», после расформирования которой переведен в эскадрилью «Гавр».

В 1945 г. капитан, после назначения майора Матраса командиром авиаполка «Аквитания» и исполняющим обязанности командира авиадивизии «Франция» в отсутствие Пьера Пуяда назначен командиром эскадрильи «Шербур». Участник триумфального возвращения «Нормандии-Неман» во Францию. После назначения подполковника Луи Дельфино командиром созданной на базе «Нормандии» 1-й истребительной эскадрильи во Фридрихшафене в Германии — заместитель командира полка «Нормандия-Неман».

В 1946 г. майор, второй послевоенный командир полка «Нормандия-Неман».

1947–1949 гг. — командир 3-й истребительной дивизии во Вьетнаме, за отличия в войне с которым — командорская степень Почетного Легиона и Колониальная медаль.

1950–1954 гг. — инструктор, затем командир учебной базы Ромили-на-Сене.

1955 г. — подполковник, советник ВВС в Египте.

С июля 1955 г. — командующий базой ВВС Эль-Ауина в Тунисе.

1956 г. — командующий округом ПВО Версаль.

С 1957 г. — полковник, член межсоюзнического командования ВВС НАТО.

В 1961 г. в результате аварии самолета провел полгода в госпитале, затем в центре межсоюзнического командования ВВС в Фонтенбло.

С 1965 г. в отставке. Кавалер ордена Отечественной войны 2-й степени, медалей «За победу над Германией» и «За взятие Кенигсберга». Командор Почетного Легиона, кавалер Военного креста с 8 пальмами, медалей «За побег» и «Участника Сопротивления». Кавалер колониальной медали «За Дальний Восток».

После выхода в отставку работал директором по развитию внешнеэкономических связей компании «Томпсон-электроник» с СССР. В 1969 г. арестован за передачу КГБ технической информации по французской реактивной ракете класса «земля — воздух». После 4-дневного допроса сознался в работе на советскую разведку и предложил показать тайник на своей квартире в Иври-сюр-Сен. По официальной версии, во время обыска, пользуясь невнимательностью агентов DST, выбросился в окно. По версии газет, по характеру травм, самоубийство полковника де ля Салля было инсценировано с целью сокрытия его насильственной смерти, возможно, от пыток. По версии сослуживцев, арест де ля Салля был немотивированным антисоветизмом. Компания «Томпсон» легально работала в СССР, никогда не выдвигала обвинений против Шарля де ля Салля и полностью рассчиталась с его наследниками за комиссионные по контрактам, заключенным им с СССР.

Похоронен в городе Ангон в Альпах.

Фильм о «Нормандии-Неман»

Любопытно, что, несмотря на громкую славу, особенные романтические и героические обстоятельства истории «Нормандии-Неман», большое количество книг, статей и документальных фильмов, до сих пор снят только один художественный о легендарном французском авиаполке, не считая десятиминутного эпизода в киноэпопее «Освобождение».

Это первый совместный франко-советский фильм Раймона Древилля «Нормандия-Неман», вышедший на экраны в 1960 году.

Этот фильм представляет квинтэссенцию легенды о «Нормандии-Неман» и является главным источником ее популярности. До сих пор большинство людей судит об этой группе по этому фильму, и даже слово «эскадрилья» по отношению к полку, состоявшему из 4 эскадрилий, приклеилось из-за этого фильма.

История создания его не менее увлекательна, романтична и трагична, чем история самой «Нормандии-Неман». И заслуживает того, чтобы о ней немного рассказать.

Инициатором и автором первого сценария стала в 1946 г. супруга писателя коммуниста Луи Арагона французская писательница Эльза Триоле. Она же Элла Юрьевна Каган, которая родилась 12 сентября 1896 г. в Москве в семье адвоката и пианистки. С детства увлекалась литературой и поэзией. На одном из литературных вечеров познакомилась с Владимиром Маяковским, который стал за ней ухаживать. Однажды он пришел с новой поэмой, которую написал для нее. Элла привела его в дом своей старшей сестры Лили, которая в то время уже была замужем и носила фамилию мужа — Брик. Маяковский забыл про Эллу и посвятил поэму «Облако в штанах» Лили и остался у нее жить. А Элла вышла замуж за Андре Триоле и уехала с ним во Францию, где стала Эльзой Триоле.

Андре Триоле перевели служить на Таити, где Эльза тяжело переносила тропический климат, и в конце концов они разошлись. Она вернулась в Европу, где погрузилась в мир русской эмиграции. После неудачного романа с Виктором Шкловским в Берлине в 1924 г. переехала в Париж. В 1925 г. вышла ее первая книга, и она впервые встретила Арагона. До встречи с ним и первое время после она писала по-русски. Три ее первые книги вышли в Париже на русском языке. Арагон в то время уже побывал в России и был в восторге от свершений в СССР. Вступил в компартию Франции, что позволяло ему с женой посещать Советский Союз. Женой стала Эльза.

Во время войны она вместе с Арагоном участвовала словом в Сопротивлении. Под чужой фамилией в Ницце они писали воззвания. За написанный в годы войны сборник рассказов о Сопротивлении «За порчу сукна — штраф двести франков» она получила Гонкуровскую премию. В 1946 г. она присутствует на Нюрнбергском процессе. Переводит на французский книги Чехова и стихи Маяковского.

В 1957 г. Арагон получает международную Ленинскую премию, а она премию за роман «Незваные гости», направленный против антисемитизма. В том же году в романе «Монумент» она первый и последний раз критикует Сталина.

В 1963 г. переводит на французский Солженицына. В 1965 г. выступает с заявлениями, что в СССР фальсифицировали биографию Маяковского, и пишет две книги о нем. В 1968 г. вместе с Арагоном подписывает письмо протеста против ввода советских войск в Чехословакию. Скончалась в 1970 г. от сердечной недостаточности. Похоронена в одной могиле с Арагоном в их имении Мулен-де-Вильнев возле Рамбуе. За свою жизнь написала 33 книги и сценарий фильма «Нормандия-Неман»…

Первый вариант сценария она написала в 1947 г. Он не был принят из-за протестов офицеров авиаполка. Видоизмененый вариант сценария приняла к реализации киностудия «Азюр». Далее начался длительный, нервный и трагический процесс согласования.

Прежде всего в 1947 г. началась холодная война. Франция выслала военного атташе СССР и потребовала вывода советских войск с французской территории, а полк «Нормандия-Неман» из Ле Бурже перевели в Марокко. Идея фильма была не совсем своевременна. И в СССР тоже идею фильма приняли не сразу. В сценарии Эльзы Триоле натурные съемки в Советском Союзе занимали большую часть фильма, действие происходило в Москве, Туле, под Орлом и в Прибалтике и заканчивались триумфом в Ле Бурже. Советские власти настороженно восприняли эту идею и предложили снять «натуру» без французов, а затем по сметной стоимости переслать во Францию. Кроме того, опасаясь антисоветской пропаганды, потребовали совместной реализации и включения в состав сценаристов своего автора. Благодаря Илье Эренбургу это все удалось более-менее урегулировать, правда, самому ему в соавторстве отказали и утвердили Константина Симонова.

Теперь уже французы начали опасаться активного скатывания в просоветскую пропаганду. Фильм взяли под контроль министерства иностранных дел обеих стран.

В работу над фильмом включились пилоты, бывшие и действующие, «Нормандии-Неман», и киностудия потребовала согласования с ними сценария. Мнения пилотов разделились поровну. Условно говоря, на «русскую» партию, руководимую киевлянами Фельдзером и Лебединским, при участии Игоря Эйхенбаума. И «французскую» под началом действующего командира «Нормандии-Неман» кавалера орденов Боевого Красного Знамени и Александра Невского майора Матраса и Героя Советского Союза Жака Андре, настроенных категорически против фильма в том виде, как его предлагала Эльза Триоле.

Полковник Дельфино, например, писал в своем отзыве на сценарий, что «в нем русские представлены рыцарями без страха и упрека и без малейшего изъяна. И хотя так оно и было на самом деле, французы в сценарии на этом фоне выглядят весьма уныло».

Капитан Фельдзер, в целом одобряя, считал, что Триоле перегнула с любовными сценами, и просил их убрать. Впрочем, на этом настаивали обе группы хором. Особенно всех огорчил эпизод с гибелью секретаря «Нормандии-Неман» советской девушки Нины Горчаковой, у которой был роман с Марселем Альбером и которая погибла в конце войны. В сценарии сцена гибели выглядела так, что во всем был виноват французский летчик. Эта сцена не была принята никем из пилотов, кроме того, она повлияла на то, чтобы вывести летчиков в фильме под псевдонимами.

Герой Советского Союза Жак Андре писал: «Плачущий пилот это хуже, чем плохой пилот, потому что такого не было. Мы не плакали, когда теряли товарищей во время войны, мы мстили за них. Умирающие в госпиталях пилоты не произносили многословных и бессмысленных монологов»[128].

В одном из эпизодов, по замыслу Эльзы Триоле, появлялась эскадрилья советских Яков с пилотами-женщинами, что тоже вызвало недовольство. Летчики считали, что их пытаются показать легкомысленными ловеласами, которые во время войны только и делали, что «шлялись по бабам», в то время как эти самые «бабы» сбивали за них немецкие самолеты.

Часть считала, что фильм получается слишком документальным и лучше его сделать в стиле американских развлекалок, другие, как майор Матрас, наоборот, полагали, что фильм мало документален и легкомыслен, настаивая на создании киноэпопеи, и требовали включения в состав авторов сценария кого-нибудь из бывших пилотов.

Все кончилось тем, что в 1948 г. киностудия «Азюр» разорвала договор с Эльзой Триоле и прекратила работу над фильмом «до достижения согласия между автором и пилотами». И хотя согласие и было в конце концов достигнуто, эта студия больше не возвращалась к фильму.

Идея была воскрешена в 1957 г. по инициативе «Мосфильма». В этот раз начали с продюсера. Любопытно, что, по инициативе советской государственной киностудии № 1, им стал белоэмигрант Александр Каменка (в русскоязычном варианте фильма его фамилия в титрах отсутствует). Александр Каменка — во время Гражданской войны выехал в Париж, где создал киностудию «Ермольев и Каменка», из которой после переезда партнера в Мюнхен возникла студия «Альбатрос», которая снимала фильмы с участием русских актеров. Она исчезла в конце 30-х, как с выходом в тираж артистов, так и окончательной победой звука — в те времена еще не додумались дублировать одного актера голосом другого.

Эмигрант Каменка хотя и согласился на участие Эльзы Триоле в фильме, нанял другого сценариста бельгийца Шарля Спаака, работавшего с Дювивье, Ренуаром, Фейдером. Кроме того, он родной брат бельгийского премьер-министра, ярого антисоветчика Поля-Анри Спаака, одного из основоположников объединенной Европы, которого обвиняют в несостоятельности предвоенной политики, в результате которой Бельгия была оккупирована в считаные дни. Сам Спаак успел уехать в Лондон, где, в то время как «Нормандия-Неман» сбивала немецкие самолеты в России, руководил правительством Бельгии в изгнании.

Шарль Спаак переписал полностью сценарий фильма, хотя Эльза Триоле не отставала от него ни на шаг, и конфликт был неизбежен.

Каменка также нанял режиссера-постановщика Жана Древилля. С советской стороны был представлен соавтор сценария Константин Симонов, сорежиссер Дамир Вятич-Бережных. Советниками фильма с французской стороны были ветераны полка капитаны Константин Фельдзер и Игорь Эйхенбаум, с советской стороны командир 18-го авиаполка генерал Голубов и полковник Селенчук.

Во время поездки для съемок фильма в СССР Каменка даже не включил Эльзу в список на визу. Она писала Симонову, который устроил приглашение в СССР Арагону, и она приехала как бы невзначай с мужем, но ни на секунду не покидала съемочной площадки.

Жан Древилль был очень доволен тем, что половина сметы была оплачена «Мосфильмом», и в итоге фильм получился в 8 раз дешевле, чем планировалось. Был в диком восторге от комбинированных съемок в СССР, считал, что с этим делом на «Мосфильме» прямо как в Америке, но был недоволен волокитой и бюрократизмом, когда из-за того, чтобы поменять одну декорацию, приходилось ждать сутки. Он лукаво вспоминал: «Сценарий был полностью написан Спааком. С советской стороны был представлен великолепный писатель Константин Симонов. Нам сказали, что он будет подавать идеи. Он действительно появился один раз с какой-то идеей, которую мы отсняли, но потом при монтаже она не вошла в фильм. Что касается Эльзы Триоле, то она только путалась под ногами. Была настолько придирчива, с такой немецкой строгостью и педантичностью, что никакая дискуссия с ней была невозможна»[129].

Эльза действительно была скорее цензором фильма, но многое сделала для того, чтобы в фильме все-таки была показана русская сторона. И на песне в фильме настояла она. Кроме того, Спаак, не владевший русским, не мог использовать советские материалы по «Нормандии», которые для Эльзы собрал Эренбург.

Ей не нравилось, что по сравнению с ее сценарием Россия показана намного меньше, почти никак. Древилль придумал сцену, где французский летчик попадает в немецкий плен, но умирает от ран, что вызывает сожаление немецкого командующего. Это вызвало целую истерику со стороны Эльзы, которая считала, что все немцы нацисты и звери, а Древилль настаивал, что и среди них могут быть рыцари. В итоге по настоянию Эльзы Триоле возник гестаповец, требующий расстрела пленного француза.

Второй крупный скандал был из-за сцены, где пленный немецкий офицер в госпитале отказывается от переливания неарийской крови. Режиссер посчитал это лишним, в очередной раз обидев Эльзу.

Константин Фельдзер вспоминал скандал из-за сцены в несколько секунд, когда на экране французский летчик записывал в дневник: «Орел взят, русские продвинулись на несколько километров, мы перебазируемся на новый аэродром». Эльза Триоле объявила эту фразу фашистской диверсией. Она считала, что фраза должна звучать так: «Орел ОСВОБОЖДЕН. МЫ продвинулись на несколько километров». Для улаживания конфликта пришлось вызывать Симонова, который находился в поездке в Малазию. Слово МЫ не понравилось Древиллю, для которого Красная Армия это не МЫ. В итоге в фильме эта фраза, на которую не каждый-то и обратит внимание, прозвучала так: «Орел освобожден. Русские продвинулись на несколько километров»[130].

Зато, несмотря на мнение пилотов, был включен эпизод, когда французский летчик сбил по ошибке советского.

Любопытно, что персонаж капитан Флавье, списанный с Луи Дельфино, возник не сразу, а появился после приезда на съемки фильма в СССР ветеранов полка. На одном из обедов в их честь два генерала, два боевых командира «Нормандии-Неман» Пуяд и Дельфино, разругались вдрызг из-за того, что последний служил вишистам до конца, а затем, вовремя перейдя в «Нормандию», стал героем.

В ролях в фильме снимались значительные персоны.

В роли лейтенанта Бенуа снялся знаменитый тогда Жорж Ривьер. Пьер Трабо в роли капитана Шарбона, сбившего советского летчика.

Жерар Бюр, приятель Жерара Филиппа, снимавшийся с ним во многих картинах, а в ролях второго плана с Омаром Шерифом, Питером О'Туллом, Аленом Делоном, Марлоном Брандо, Томом Крузом, снялся в роли неказистого капитана де Лиро.

Николя Батай, сыгравший роль переводчика Гастона, по-русски говорил сам. Он закончил драматическую школу Татьяны Балашовой в Париже. У него было несколько ролей русских эмигрантов в кино. А в 1997 г. он поставил спектакль о Маяковском, в котором сам сыграл главную роль.

Для сына эмигрантов Андрея Уманского это был дебют в кино.

В небольшой роли аспиранта Пикара снялся знаменитый художник Мишель де Серевилль. В юности он танцевал в «Русском Балете», но в 1953 г. в результате аварии ему ампутировали ногу. Иллюстрировал множество книг. Проводил несколько персональных выставок в СССР по приглашениям Андрея Вознесенского и Евгения Евтушенко. Проводил выставки в Киеве уже после перестройки. В фильме специально для него Эльза Триоле ввела эту маленькую роль, чтобы он мог приехать в СССР, где Мишель де Серевилль мечтал познакомиться с певцом Иваном Паторжинским. Из-за него он и будет так часто приезжать в Киев.

Несколько ролей сыграли актеры, редко появляющиеся на экране и занимающиеся дубляжем. Ролан Менар, снявшийся в роли маркиза де Вильмон, дублировал Шона Коннери, Марчелло Мастроянни, Алексея Баталова в «Летят журавли». Воплотивший образ Флавье Жан-Клод Мишель дублировал все фильмы с Джеймсом Бондом и Клинтом Иствудом. Марк Кассо, игравший майора Марселена, дублер Пола Ньюмана, ныне дублирует профессора Дамблдора в фильмах о Гарри Поттере.

Роль доктора Лебединского, который появляется в начале фильма по сценарию Эльзы Триоле, а в последующих сценах исчезает в сценарии Спаака, сыграл актер Ролан Шалосс, который в конце 60-х годов был заместителем министра культуры Андре Мальро, а затем директором театра Агора в Лионе.

В роли лейтенанта Леметра снялся Джани Эспозито, актер, поэт, певец и композитор, который, как и Николя Батай, закончил школу Татьяны Балашовой в Париже.

С советской стороны снимались такие звезды, как Николай Рыбников, Виталий Доронин, Владимир Гусев, Юрий Медведев.

В роли полковника Синицына, прототипом которого был командир 18 ГИАП полковник Голубов, снялся Николай Лебедев, который сам воевал, встретил войну в 1941 г. на западной границе, попал в окружение, а затем в плен, в котором пробыл до конца войны.

Напряжение в съемочной группе стало наконец беспокоить и советскую сторону, которая желала завершить первый франко-советский кинопроект в сердечной обстановке. Тем более что Каменка с Дервиллем впоследствии организовали компанию по дублированию и распространению советских фильмов во Франции, и с советской стороны имелся еще и практический интерес.

Симонов и Триоле вместо работы над фильмом обменивались письмами по сложившейся ситуации. Интересно, что в письмах Симонов всегда обращался к ней Элла Юрьевна. В июне 1958 г. уже вся группа написала Симонову письмо о том, что присутствие Эльзы Триоле представляет опасность для фильма. Симонову с участием Министерства кинематографии удалось пригласить Эльзу в Москву, где она все поняла: «…я чувствую себя больной. Меня держат за злую истеричную мегеру. В течение 10 лет я тратила все мои силы на создание достойного, порядочного и честного фильма. Но меня никто не слушает, не верит, не уважают ни мою работу, ни мои седые волосы. Я больше не могу продолжать…»

Она уехала во Францию, и съемки закончили без нее, но фамилия осталась среди авторов.

Фильм вышел на экраны в 1960 г. Был представлен на Каннском кинофестивале. Имел успех во Франции и Бельгии, где получил приз. И способствовал возобновлению дружеских отношений между Францией и СССР после пика напряженности холодной войны.

Во Франции фильм показали за 3 недели перед официальным визитом Никиты Хрущева. Оба события — выход фильма и визит Хрущева (среди прочего установившего мемориальный знак маршалу Малиновскому, воевавшему в Первую мировую войну в составе русского экспедиционного корпуса во Франции) имели такой успех, что в журнале «Экспресс» была помещена карикатура известного французского художника Тима — де Голль и Никита Хрущев в форме пилотов «Нормандии-Неман».

А в фильме осталась песня «Татьяна» на стихи Симонова, на которой настояла бывшая москвичка Элла Каган.

Книги о «Нормандии-Неман»

О «Нормандии-Неман» написано немало книг. Некоторые из них я хотел бы упомянуть в заключение.

Первой книгой о легендарном полку стал «Маршевый журнал»[131], выпущенный в 1946 г. на основе официальных документов боевых действий авиагруппы. Первые экземпляры были пронумерованы и вручены в качестве подарка ветеранам полка. Это основной источник о боевой деятельности подразделения по датам. О составе эскадрилий, прибытии пополнений и других событий, происходивших в годы войны. К сожалению, эта книга никогда не переиздавалась и является ныне библиографической редкостью.

Первой литературой о «Нормандии-Неман» стала книга «В СССР во время войны», написанная от лица пилота Луи Перре. Книга вышла одновременно с «Маршевым журналом» в том же издательстве. Учитывая, что в «Нормандии» не было пилота по имени Луи Перре, существует несколько версий о предполагаемом авторе этой книги. Либо один из пилотов авиадивизия «Франция», не успевший принять участия в боях в СССР, либо один из работников издательства, написавший книгу на основании «Маршевого журнала». Учитывая, что книга посвящена Тамаре Ивановой и несколько сцен написаны от имени командира полка, я лично рискну предположить, что книга написана Пьером Пуядом.

Первым из пилотов стал писать мемуары Роже Соваж, издавший две книги. В 1950 г. к 5-летию победы вышла его книга «Один из „Нормандии-Неман“». Живое описание боев, времени между боями, занятых городов и своих боевых товарищей. Роже Соваж описал события на основе личных впечатлений, в которых ему не удается затушевать обиду на то, что он не получил звания Героя Советского Союза.

Следующим из летчиков стал писателем барон Франсуа де Жоффр, написавший три книги воспоминаний «От школы до эскадрильи», «Человек Балтики» и «Воспоминания военного летчика». Последняя вышла в переводе на русский язык в 1960 г. До сих пор это единственная книга мемуаров французских летчиков, переведенная на русский язык.

Одним из основных источников информации о «Нормандии-Неман» является французский журнал, посвященный истории авиации «Икар», который в 1972–1974 гг. издал шесть номеров воспоминаний ветеранов «Нормандии-Неман». Десятки воспоминаний пилотов, механиков, организаторов, в том числе и советского персонала и командования, хранят бесценные рассказы действующих лиц легендарного полка об их молодости.

Замечательные мемуары написаны другими пилотами «Нормандии».

Константин Фельдзер в 1987 г. выпустил книгу воспоминаний «On у va!»[132] («Вперед»), в которой, кроме истории полка, описывается положение оккупированной Франции и жизнь военных, в результате поражения страны в 1940 г. вынужденных служить в Алжире. Эту книгу предполагалось издать на русском языке, но смерть автора прервала работу.

Жан де Панж в 2002 г. выпустил книгу «Мы столько повидали… 1940–1945, От Куфры до „Нормандии-Неман“»[133], в которой он описывает весь путь летчика «Свободной Франции» от 1940 года до Победы. О войне французов с французами в Африке в 1940–1941 гг. и трудном пути становления французской авиации де Голля в годы войны.

Лучшей и наиболее полной книгой о «Нормандии-Неман», в художественной форме рассказывающей о полке от его формирования до возвращения во Францию, является книга Ива Курьера «Время вести войну — „Нормандия-Неман“», вышедшая в 1979 г.[134].

Ярко и живо написаны мемуары Героя Советского Союза Ролана де Ля Пуапа «Эпопея „Нормандии-Неман“», вышедшая совсем недавно, в 2007 г. Будет жаль, если ее не переведут на русский.

Альбер Мирлес, главный организатор полка, начал готовить книгу об условиях формировании «Нормандии», обо всех трудностях, которые пришлось преодолеть, чтобы часть оказалась и осталась в СССР. К сожалению, он не успел закончить свой труд. Только вышла небольшая статья в журнале «Эспуар» под названием «Де Голль и эскадрилья „Нормандия-Неман“».

Хорошей документальной книгой является небольшой труд Кристиана-Жака Энренгардта «Нормандия-Неман», вышедший в 1989 г. В нем приведены, в том числе, архивные материалы о попытке вывода полка из СССР.

Последней вышедшей является книга летчика Алена Везена «Истребительный полк „Нормандия-Неман“». Она прекрасно иллюстрирована и рассказывает о всем пути «Нормандии» от создания до наших дней.

Архивист мемориала Ив Донжон после кропотливой работы в архивах музея в 1997 году выпустил сборник биографий пилотов полка «Они из „Нормандии-Неман“»[135].

Лучшей художественной книгой на русском языке, на мой взгляд, является написанная летчиками, дважды Героем Советского Союза Владимиром Лавриненко и Николаем Беловолом «Шпага чести». Эта книга по настоянию Альбера Мирлеса была переведена на французский язык.

Значительным произведением о «Нормандии-Неман» является книга Василия Лукашина «Против общего врага».

Генерал Захаров выпустил книгу воспоминаний о своем боевом пути «Я — истребитель», в которой вспоминает и о французской боевой части, находившейся в его подчинении.

В 2007 г. издательством «Деловой ритм» при содействии префектуры Юго-Восточного административного округа г. Москвы была выпущена книга заместителя начальника штаба «Нормандии-Неман» полковника Михаила Профателюка «Сердца и Крылья». К сожалению, Михаил Григорьевич ушел из жизни, не закончив работу над книгой. В изданном варианте присутствует только художественное описание основных боев «Нормандии-Неман» и полностью отсутствует информации о деятельности самого Михаила Профателюка и штаба полка во время войны.

Издательство «Стратегия» в 2007 г. выпустило книгу бывшего советского дипломата во Франции Владимира Горицкого «„Нормандия-Неман“. Документальная история». Она написана на основе «Маршевого журнала», который дополнен некоторыми данными из советских архивов. Достоинством книги является то, что она содержит не только списки французских летчиков, но и полные списки советского персонала — состав штаба «Нормандии» и техников, обслуживающих самолеты, хотя и без их биографий. Кроме того, в эту книгу включен полный дословный, хотя, к сожалению, не очень качественный, перевод биографического сборника Ива Донжона, который тем самым стал доступен для русскоязычного читателя.

Заключение

Будет или нет восстановлен французский истребительный авиаполк «Нормандия-Неман», он останется навсегда как память, как легенда, как символ франко-русской боевой дружбы.

Французам было важно во время войны получить помощь, признание их как силы. Помощь и признание, которые помогли им возродить свою родину как великую державу после войны. Им было важно сознание того, что в годы войны они не сидели по домам, а воевали. И воевали не в Шампани или Бургундии, а в России, на самом значимом фронте Второй мировой войны.

Точно так же это было и остается важным для нас. Видеть и знать, что мы сражались за правое дело. Что мы сражались не одни. Что мы сражались не только за себя, а за весь мир.

И это остается так важно сейчас, когда пересматривают и заново переписывают историю Второй мировой войны.

Закончить я хочу цитатой из книги Героя Советского Союза, кавалера Большого креста Почетного Легиона, полковника в отставке графа Ролана де ля Пуапа «Эпопея Нормандии-Неман»: «При перелете из Иваново на аэродром Полотняный Завод мы сделали промежуточную посадку в Полери под Москвой. На этой базе, где находилось несколько сот советских пилотов, я произвел сенсацию в своей униформе, наполовину русской, наполовину французской. Видя обращенные на меня взгляды моих коллег из Красной Армии, мне казалось, что они глядят на меня как на существо с другой планеты. Я уверен, что Гагарин произвел бы меньшее впечатление на марсиан…

Нас было только четырнадцать. Капля в море. Четырнадцать французских пилотов, которых бросили в гущу миллионов других людей. Вот что такое была „Нормандия“ в начале 1943 г. Скорее символ, чем военная машина… хрупкий, но блистательный символ франко-русской дружбы, закаленный в водовороте из стократно превосходящих его фокке-вульфов и мессершмитов…»[136]

Библиография

На французском языке:

BOUSCAT R., «De Gaulle — Giraud. Dossier d'une mission.», Paris, Flammarion, 1967.

CATHALA J., «Sans fleurs ni fusil», Paris, Albin Michel, 1981.

CATILLON M. «Qui était qui?: mémorial aéronautique», Paris, Nouvelles Editions Latines, 1997.

COURRIERE Y. «Un Temps Pour La Guerre — Normandie-Niémen», Paris, Presses de la Cite, 1979.

Collective, «Journal de Marche officiel du Groupe d'Escadrilles Normandie Niémen du 22 mars 1942 au 20 juin 1945», Paris, Office Français d'édition, 1946.

DONJON Y. «Ceux du Normandie-Niemen», Paris, Astoure, 1997.

EHRENGARDT C-J., «Normandie-Niemen», Cayeux, Heimdal, 1989.

EHRENGARDT C-J., «Naissance de Normandie-Niemen», Aero-Journal, 2002.

FELDZER C. «On y va!», Boulogne, AXIS, 1987.

FREMY D. et M. «QUID.», Paris; Robert Laffont, 2001.

GAUDRIC-DELFRANC M., «Eisa Triolet, Un Écrivain Dans Le Siècle», Paris, Harmattan, 2000.

GLATRE P. «Jean Dréville, cinéaste», Paris, Creaphis, 2006.

JUBELIN A. «Marin de métier, Pilote de fortune», Paris. France Empire, 1951.

KLEIN-GOUSSEFF С. (coordinateur), «Retours d'URSS», Paris, CNRS Editions, 2001.

LACROIX RIZ A. «Faces cachées de la seconde guerre mondiale.», Paris, «Le Monde diplomatique», mai 2005.

LE GROUPE DE CHASSE NORMANDIE-NIEMEN, numéro spécial 14 juillet 2009 du revue «Champs de bataille».

LEVEQUE F. «La place de la France dans la stratégie soviétique de la fin de la guerre en Europe (fin 1942-fin 1945).» Dans revue «Matériaux pour l'histoire de notre temps», № 36, 1994.

MIRLESSE A. «de Gaulle et l'escadrille Normandie-Niemen», Espoir № 99, 1994.

«NORMANDIE-NIEMEN», tt. I–VI, dans revue ICAR №№ 62–65, 67, 70, SNPL, 1972-74.

PANGE de J. «Nous en avons tant vu… 1940–1945. De Koufra au Normandie-Niemen», Metz, Serpenoise, 2002.

PERRET L.J.M. «En URSS pendant la guerre. Par pilot au Normandie Niémen», Office France d'Edition, Paris, 1946.

POYPE de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

RIT C. «Inventaire d'archivé sous-série D», Service Historique de l'Armée de l'Air, Armée. 1993.

SAUVAGE R., «Un du Normandie-Niemen», Givors, André Martel, 1950.

SAINT-EXUPERY A. «Ecrits de Guerre. 1939–1944», Paris, Gallimard, 1995.

SOUTOU G-H, HIVERT E., «l'URSS et l'Europe de 1941 a 1957», Paris-Sorbonne, 2008.

THEYS R., «Le Normandie a Königsberg», dans revue BATAIL № 18, 2006.

VANSSE M. «De Gaulle et la Russie», Paris, CNRS Editions, 2006.

VEZIN A. «Régiment de chasse Normandie-Niemen», Boulogne-Billancourt, ETAI, 2009.

На русском языке:

ГОРИЦКИЙ B.A. Нормандия-Неман. M., «Стратегия», 2007.

ЗАХАРОВ Г.Н. Я — истребитель. М., Воениздат, 1985.

ЖОФФР Ф. Нормандия-Неман. Воспоминания военного летчика (Перевод с французского). М., Воениздат, 1960.

КАРАСЕВА Н.Д. «Штурман экипажа» в сборнике «Слово солдата Победы» М., Патриот, 2005 г.

КАТАЛА Ж. Они предают мир. М., издание «Литературной газеты», 1950.

ЛАВРИНЕНКО В.Д., БЕЛОВОЛ H.H. Шпага чести. М., Воениздат, 1988.

ЛУКАШИН В.И. Против общего врага. М., Воениздат, 1976.

МАКОВ М.А. «Формирование и боевая деятельность истребительного авиационного полка „Нормандия-Неман“». Военно-исторический журнал № 5, 2008.

НИКОЛЬСКИЙ A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-Министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Госполитиздат, 1957.

ПИНЧУК Н.Г. В воздухе Яки. Минск, Беларусь, 1977.

ПРОФАТЕЛЮК М.Г. Сердца и крылья. М., «Деловой Ритм», 2007.

Русский архив. Сборник «Великая Отечественная: Приказы народного комиссара обороны СССР 22 июня 1941 г. -1942 г.». M., ТЕРРА, 1997.

ЧЕЛЫШЕВ И.А. СССР — Франция: трудные годы, 1939–1941. М., РАН, 1999.

ЭРЕНБУРГ И. Люди, годы, жизнь, т. 2. М., Советский писатель, 1990.

Примечания

1

Lacroix Riz A. «Faces cachées de la seconde guerre mondiale»., Paris, «Le Monde diplomatique», mai 2005.

2

Челышев И.А. СССР-Франция: трудные годы, 1939–1941. M., РАН, 1999.

3

Челышев И.А. СССР-Франция: трудные годы, 1939–1941. М., РАН, 1999.

4

Из Польши через Венгрию, Румынию и Прибалтику смогли организованно эвакуироваться во Францию около 43 тысяч военных. Несколько тысяч прибыли частным образом. Включая польских эмигрантов, во Франции была сформирована польская армия численностью около 83 тысяч человек, из которых около 50 тысяч принимали участие в боях июня 1940 г. В том числе авиагруппа «Варшава», сбившая в небе Франции 56 немецких самолетов.

5

Впоследствии в мае 1940 г. 13-я полубригада Иностранного легиона принимала участие в битве у Нарвика в Норвегии. После капитуляции Франции была выведена союзниками в Англию. Одна из первых частей, которая примкнула к движению генерала де Голля «Свободная Франция». Принимала участие в сражениях на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Часть офицеров, в частности капитан Кёниг, который стал командиром, вошли в состав формируемой для участия на советском фронте мотострелковой дивизии — впоследствии 1-я дивизия «Свободной Франции».

6

В 1941 г во Франции будет начат выпуск самолетов Фокке-Вульф, в обмен оккупационные части разрешат построить 600 самолетов для ВВС Виши и 3000 для ВВС Германии.

7

В том числе город Ницца.

8

FREMY D. et M. «QUID.», Paris; Robert Laffont, 2001.

9

FELDZER C. «On y va!» Boulogne, AXIS, 1987.

10

Во французской армии есть такое положение — временное производство в звании на период какой-то миссии. Затем звание может быть как утверждено, так и не утверждено. Производство полковника де Голля в генералы не только никогда не утверждалось, но и было отозвано через 25 дней.

11

POYPE de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

12

В 1945 г. первый послевоенный посол Франции в СССР. Занимался выводом французских частей из СССР

13

Филипп Отеклок, вступивший в «Свободную Францию» под именем Жака Леклерка и вошедший в историю под этим именем. Участвовал в боях в Ливии, Египте и Тунисе, командовал французскими частями во время высадки в Нормандии и взятии Парижа. Затем командовал Французскими частями на Дальнем Востоке, от имени Франции подписывал капитуляцию Японии. Посмертно произведен в маршалы Франции.

14

Эдуард Корнильон-Молинье — летчик, путешественник и писатель. Был дружен с Андре Мальро и Антуаном де Сент-Экзюпери, возвращению которого в авиацию в 1943 г. он активно способствовал. В 1944 г. был назначен главой командования французской авиацией в СССР. См. Биографию в главе «Несколько избранных биографий».

15

Leveque F. «Les relations entre l'Union Soviétique et la France Libre» в сборнике «De Gaulle et la Russie», Paris, CNRS Editions, 2006.

16

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

17

Leveque F. «Les relations entre l'Union Soviétique et la France Libre» в сборнике «De Gaulle et la Russie», Paris, CNRS Editions, 2006.

18

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

19

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

20

Жан Катала, член коммунистической партии Франции, с 1923 г. проживал в Таллине. В совершенстве овладел русским языком. После войны оставался в СССР до 1972 г. Несколько глав из его мемуаров о войне под названием «Ни ружья, ни цветка» были напечатаны в журнале «Звезда» в № 5 за 2004 г.

21

Второе бюро — военная разведка.

22

Катала Ж. Они предают мир. М., издание «Литературной газеты», 1950.

23

Абец, Отто (Abetz), (1903–1958), немецкий дипломат. Родился 26 мая 1903 г. в Шветцингене. С 1935 г. помощник Риббентропа. Отличился на Мюнхенской конференции. С 1939 г. личный представитель Риббентропа во Франции. С 8 июля 1940 (после падения Франции) по 1944 г. — германский посол при правительстве Виши. Контролировал вопросы, связанные с депортацией евреев. После войны в Париже осужден на 20 лет тюремного заключения. Но освобожден в 1954 г. Погиб в автомобильной катастрофе, которую считают делом рук бывших участников французского Сопротивления.

24

Martial Valin, «Ce que voulait de Gaulle», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIÉMEN», t. I, SNPL, 1972.

25

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной Войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

26

Ehrengardt C-J., «Naissance de Normandie-Niemen», Aero-Journal, 2002.

27

Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-Министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М.: Госполитиздат, 1957.

28

По данным Commonwealth War Graves Commission.

29

Маков М.А. Формирование и боевая деятельность истребительного авиационного полка «Нормандия-Неман». Военно-исторический журнал № 5, 2008.

30

Роуре de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

31

Маршал Александр Новиков «Посланцы французского мужества», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

32

Катала Ж. Они предают мир. М., издание «Литературной газеты», 1950.

33

Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-Министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М. Господитиздат, 1957.

34

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной Войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

35

Michel Schick «Chasseur sans brevet», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

36

Joseph Pouliquen «Je les aimais comme mes fils», в revue IСAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

37

Маков М.А. Формирование и боевая деятельность истребительного авиационного полка «Нормандия-Неман». Военно-исторический журнал № 5, 2008.

38

Более подробные биографии командиров «Нормандии-Неман» даны в главе «Командиры „Нормандии-Неман“».

39

Везде в тексте указаны французские звания.

40

Более подробные биографии «русских нормандцев» в главе «Русские в „Нормандии-Неман“».

41

Подробно об Альбере Прециози см. в главе «Несколько избранных биографий».

42

Подробнее о нем в главе «Герои Советского Союза „Нормандии-Неман“».

43

Жан де Панж вспоминал, что в мае 1945 г. встретил группу советских военнопленных в Эльзасе и уже он им помог в качестве переводчика.

44

Роуре de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

45

Ehrengardt C-J., «Normandie-Niemen», Cayeux, Heimdal, 1989.

46

Bouscat R., «De Gaulle — Giraud. Dossier d'une mission.», Paris, Flammarion, 1967.

47

Роуре de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

48

Ehrengardt C-J., «Normandie-Niemen», Cayeux, Heimdal, 1989.

49

Русский архив. Сборник «Великая Отечественная: Приказы народного комиссара обороны СССР 22 июня 1941 г. — 1942 г.» M, TEPPA. 1997.

50

Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-Министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Госполитиздат, 1957.

51

Georges Lebiedinsky «Je soignais aussi leur moral», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

52

Jean Calorbe, «Mécanicien du commandant Tulasne», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

53

Посол Франции в СССР в 1955–1964 гг. Подозревается в работе на НКВД и затем КГБ.

54

Посол Франции в Великобритании в 1944–1955 гг. Сторонник холодной войны и англо-французского союза.

55

В этом звании он пробыл всего полгода. После того как он покинул СССР, ему вернули звание капитана, в котором он и вышел в отставку в 1946 г.

56

Никольский A.B. (под ред.). Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

57

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка Z35857.

58

Klein-gousseff С. (coordinateur), «Retours d'URSS», Paris, CNRS Editions, 2001.

59

Захаров Г.Н. Я — истребитель. М., Воениздат, 1985.

60

Perret L.J.M. «En URSS pendant la guerre. Par pilot au Normandie Niémen», Office France d'Edition, Paris, 1946.

61

Collective, «Journal de Marche officiel du Groupe d'Escadrilles Normandie Niemen du 22 mars 1942 au 20 juin 1945», Paris, Office Francais d'edition, 1946.

62

Более подробная биография Маэ в главе «Несколько избранных биографий».

63

Более подробные биографии командиров «Нормандии-Неман» даны в главе «Командиры „Нормандии-Неман“».

64

Биографию см. в главе «Несколько избранных биографий».

65

В России его называют «Днем взятия Бастилии», несмотря на то, что во Франции он так никогда не назывался.

66

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

67

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

68

Pierre Pouyade, «La campagne de 1943», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

69

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка Z35857.

70

Poype de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

71

Jean Calorbe, «Mécanicien du commandant Tulasne», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

72

Courriere Y. «Un Temps Pour La Guerre — Normandie-Niémen», Paris, Presses de la Cite, 1979.

73

Courriere Y. «Un Temps Pour La Guerre — Normandie-Niémen», Paris, Presses de la Cite, 1979.

74

Raymond Trolliet, «Les Russes n'oublient pas», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

75

Courriere Y. «Un Temps Pour La Guerre — Normandie-Niémen», Paris, Presses de la Cite, 1979.

76

Pierre Pouyade, «La campagne de 1943», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

77

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

78

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D7, документ б/н.

79

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D7, документ C19.

80

Французы хотели объединить две линии Алжир — Дамаск и Тегеран — Москва, но не имели достаточного количества самолетов. СССР соглашался предоставить самолеты и даже пошел на признание независимости Египта, над территорией которого проходила трасса, но линия не была открыта по вине французской стороны, не сумевшей проработать все технические вопросы.

81

Биографии в главе «Русские в Нормандии-Неман».

82

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D10, документ б/н.

83

Poype de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

84

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D7, документ б/н.

85

Feldzer C. «On у va!», Boulogne, AXIS, 1987.

86

Ibid.

87

Feldzer C. «On у va!», Boulogne, AXIS, 1987.

88

Автору не удалось выяснить настоящее имя майора, в мемуарах пилотов «Нормандии» он фигурирует под псевдонимами де Дали, Дила, Видали. И во всех случаях со слов Константина Фельдзера. Не исключено, что речь идет о майоре Дельфино, который до 1943 г. служил Виши и воевал против союзников. В указанный период он направлялся в СССР сразу как командир полка, но не полка «Нормандия», а формировавшегося полка «Париж». Из-за задержки с получением советской визы он прибыл в Тулу только в конце февраля 1944 г. По-видимому, эта история возникла в результате отголосков каких-то конфликтов с Дельфино, которых было несколько.

89

Courriere Y. «Un Temps Pour La Guerre — Normandie-Niémen», Paris, Presses de la Cite, 1979.

90

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D9, документ А7С.

91

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D10.

92

Биография в главе «Действующие лица. Несколько избранных биографий».

93

Подробнее в главе «Герои Советского Союза „Нормандии-Неман“».

94

Биография в главе «Действующие лица. Несколько избранных биографий».

95

Биография в главе «Действующие лица. Несколько избранных биографий».

96

С февраля 1945 г. начальник Генерального штаба РККА, кавалер ордена Победы, единственный из кавалеров, не имеющий маршальского звания. В 1955–1962 гг. начальник штаба Объединенных Вооруженных Сил Организации Варшавского договора.

97

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D9, документ F7C.

98

Saint-Exupery A. «Ecrits de Guerre. 1939–1944». Paris, Gallimard, 1995

99

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D9, документ M8.

100

Люсетт Моро — гражданка СССР французского происхождения, с 1931 г. проживала в Москве. Работала диктором франкоязычной редакции московского радио. Во время войны работала переводчицей во французской военной миссии. Крестная мать детей Александра и Риты Лоран.

101

Более подробные биографии командиров «Нормандии-Неман» даны в главе «Командиры „Нормандии-Неман“».

102

Биография в главе «Несколько избранных биографий».

103

Биография в главе «Несколько избранных биографий».

104

Выходец из семьи батрака, Фернан Гренье вступил в компартию Франции в день ее образования в 1922 г. и стал секретарем комсомольской ячейки в городе Эллемм. В 1924 г. закончил «Школу ленинизма» в Париже и сразу же выдвинулся, став одним из членов Северного обкома. В 1927 г. был арестован на 8 месяцев за участие в антивоенной демонстрации. В 1930 г. отлучен отдел по обвинению в троцкизме. В 1932 г. вернулся к делам и возглавил комитет «Друзей СССР», который в разных его формах он возглавлял до последних дней жизни. В 1933 г. посещал Советский Союз. В 1935 г. после исключения из партии Жака Дорио Фернан Гренье был обязан партией включиться в парламентскую борьбу против Дорио с целью смещения его с поста мэра Сан-Дени, что Гренье и сделал с триумфом в 1937 г. В 1939 г. один из немногих коммунистов в правительстве, кто не дезертировал, не попал под арест и не покинул свой пост. Был мобилизован, но вместо армии ходил в парламент в солдатской шинели. После капитуляции Франции вернулся в Сан-Дени и, пользуясь попустительством оккупационных властей, пытался воссоздать партячейку. Был арестован французскими властями и провел в тюрьме почти год, сбежав за 2 дня до нападения Германии на СССР. Около года занимался организацией подпольной борьбы, а после признания Сталиным де Голля был назначен ответственным за переговоры с генералом и взаимодействие компартии со «Свободной Францией».

105

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D9.

106

Pange de J. «Nous en avons tant vu… 1940–1945. De Koufra au Normandie-Niemen», Metz, Serpenoise, 2002.

107

В мемуарах де Жоффра написано, что Марсель Лефевр при посадке дымил и садился с выпущенными шасси. Однако на фотографиях Георгия Лебединского, сделанных в момент посадки, видно, что самолет сел на «брюхо». В мемуарах Роже Соважа написано, что шасси были сломаны при посадке, поскольку они не вышли полностью.

108

Dr Georges Lebiedinsky, «Je soignais aussi leur moral», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

109

Donjon Y. «Ceux du Normandie-Niemen», Paris, Astoure, 1997.

110

Sauvage R., «Un du Normandie-Niemen», Givors, André Martel, 1950.

111

Pierre Lorillon, «Joie des victoires… douleur des pertes…», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. V, SNPL, 1974.

112

Pange de J. «Nous en avons tant vu… 1940–1945. De Koufra au Normandie-Niemen», Metz, Serpenoise, 2002.

113

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка Z35857.

114

Pange de J. «Nous en avons tant vu… 1940–1945. De Koufra au Normandie-Niemen», Metz, Serpenoise, 2002.

115

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

116

Более подробно в главе «Русские в „Нормандии-Неман“».

117

Cathala J. «Sans fleurs ni fusil», Paris, Albin Michel, 1981. Перевод Эллы Кушкиной, «Звезда», № 5, 2004 г.

118

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

119

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

120

Service Historique de l'Armée de l'Air. Папка 4D3.

121

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

122

Маков М.А. Формирование и боевая деятельность истребительного авиационного полка «Нормандия-Неман». Военно-исторический журнал № 5, 2008.

123

Роуре de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

124

Никольский A.B. (под ред.) Советско-французские отношения во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. М., Политиздат, 1983.

125

Vezin A. «Régiment de chasse Normandie-Niemen», Boulogne-Billancourt, ETA I, 2009.

126

Anatole Corot, «Le bouquet du printemps», в revue ICAR № 62, «NORMANDIE-NIEMEN», t. I, SNPL, 1972.

127

Albert Henry, «Chez les russes, c'était la guerre pour tout le monde», в revue ICAR № 63, «NORMANDIE-NIEMEN», t. II, SNPL, 1973.

128

Marina Arias, «Le travail d'Eisa Triolet sur le scénario du film „Normandie-Niemen“».

129

Glatre P. «Jean Dréville, cinéaste», Paris, Creaphis, 2006.

130

Feldzer C. «On у va!», Boulogne, AXIS, 1987.

131

Collective, «Journal de Marche officiel du Groupe d'Escadrilles Normandie Niémen du 22 mars 1942 au 20 juin 1945», Paris, Office Français d'édition, 1946.

132

Feldzer C. «On у va!», Boulogne, AXIS, 1987.

133

Pange de J. «Nous en avons tant vu… 1940–1945. De Koufra au Normandie-Niemen», Metz, Serpenoise, 2002.

134

Courriere Y. «Un Temps Pour La Guerre — Normandie-Niémen», Paris, Presses de la Cite, 1979.

135

Donjon Y. «Ceux du Normandie-Niémen», Paris, Astoure, 1997.

136

Роуре de la R. «L'épopée du Normandie-Niémen», Paris, Perrin, 2007.

Content

Сергей Владимирович Дыбов
«Нормандия-Неман»
Подлинная история легендарного авиаполка

Вступление

Франция перед войной, «странная война» и оккупация Франции

Начало Великой Отечественной войны

«Свободная Франция»

Авиация «Свободной Франции»

Признание «Сражающейся Франции»

Формирование авиагруппы № 3

Конец 1942 г. и прибытие в СССР

Первый состав «Нормандии»

Подготовка к боям

Начало 1943 г. Первые бои

Середина 1943 г. Вторая группа пилотов

«Сражающаяся Франция» и алжирская Франция Попытка вывода «Нормандии» из СССР

Реорганизация полка и замена механиков

Третья группа пополнения

Конец 1943 г. Признание Советским Союзом Французского Комитета Национального Освобождения в Алжире Первые награждения

Саботаж с пополнением

Начало 1944 г. Четвертая группа Организация командования французскими ВВС в СССР

Пятая группа

Вторая попытка отзыва «Нормандии» из СССР Бои 1944 г.

«Французский вопрос» — признание Временного правительства Франции

Шестая группа

Визит де Голля в Москву Подписание франко-советского договора

Начало 1945 г.

Седьмая группа

Возвращение во Францию

Боевые успехи и память

После войны

Командиры «Нормандии-Неман»

Русские в «Нормандии-Неман»

Герои Советского Союза из «Нормандии-Неман»

Несколько избранных биографий

Фильм о «Нормандии-Неман»

Книги о «Нормандии-Неман»

Заключение

Библиография

Примечания