Улисс Мур

Лавка забытых карт

Вниманию читателя

Наш сотрудник сумел наконец расшифровать код и перевести вторую тетрадь Улисса Мура. Но тайна Килморской бухты и её обитателей пока ещё не раскрыта. По этой причине он решил задержаться в графстве Корнуэлл и провести дополнительное расследование.

Редакция «РИПОЛ классик»

Дорогие мои!

Пишу вам из Сент-Ива, чудесного городка в графстве Корнуэлл. Фантастическое место! Если не возражаете, я бы задержался тут ещё на несколько недель.

Мне удалось перевести и вторую тетрадь, и, должен сказать, сюрпризов предостаточно. Более того, выясняется уйма интересного… Но не буду забегать вперёд.

Работаю день и ночь и чувствую себя совсем разбитым. Вчера, например, чуть не ослеп от яркого света, когда ненадолго вышел на улицу. Спасибо хозяевам гостиницы — это они заставили меня прогуляться по воздуху, иначе я так и сидел бы в комнате, разбирая немыслимый почерк Улисса Мура.

Вообще, хозяева очень славные люди. Я рассказал им, чем занимаюсь, и теперь они относятся ко мне, как к родному.

Завтракаю я вместе с ними. Вы когда-нибудь пробовали пшеничные лепёшки? Потрясающе вкусно с кофе с молоком! Потом сажусь за стол, открываю записную книжку и роюсь в бауле в поисках чертежей и фотографий, которые могут подтолкнуть меня к разгадке.

Самое забавное, что в конце дня хозяева просят прочесть им вслух то, что я перевёл, и мы горячо обсуждаем этот отрывок.

Знаете, очень странно, но хозяйка «Замка на скале» слышала про Килморскую бухту, только не представляет, как туда добраться.

Так или иначе, у меня мало времени, чтобы путешествовать.

Прежде чем попрощаться, сообщу кое-что для вашего сведения. Я обнаружил некую Обливию Ньютон, успешную предпринимательницу, которая занимается продажей домов, туризмом и отдыхом. Как вы думаете, это та же особа, что в записках?

Ещё нашёл в лондонском телефонном справочнике множество разных Кавенантов и охотно позвонил бы им всем.

Но, увы, Килморской бухты нет нигде, и это меня удивляет — настолько, что я даже хочу обратиться за информацией в мэрию Сент-Ива. Или же поищу какую-нибудь старую дорожную схему или очень подробную туристическую карту, чтобы найти это странное поселение.

Время поджимает, мне нужно идти.

До скорого.

Сергей.

Тетрадь вторая

Глава 1

Суббота в Килморской бухте

Дождь лил как из ведра, небо чернотой напоминало школьную доску. На скалистый берег обрушивались огромные пенистые волны. Кроны деревьев в парке встревоженно перешёптывались. Из-за сильных порывов ветра свет в башне то и дело мигал.

Нестор, садовник, уже не в первый раз за сегодняшний вечер пошел проверить, все ли окна закрыты. Он хорошо знал каждый уголок дома, потому что преданно служил здесь долгие годы.

Прихрамывая, он обходил комнату за комнатой, стараясь не задевать в темноте старинную мебель. Со стен за ним наблюдали индийские и африканские маски, казавшиеся зловещими в ярких сполохах молний. Чтобы пройти под старинной венецианской люстрой в гостиной, ему пришлось пригнуться.

Миновав лестницу, Нестор задержался у бронзовой рыбачки, чинившей сеть, и посмотрел за окно. Там, где обычно синело море, темнота была особенно густой и… какой-то тревожной.

Пытаясь согреться, садовник потёр руки и стал подниматься по лестнице мимо портретов прежних владельцев дома. Осмотрев записи и коллекцию судов в башне, он спустился на первый этаж, прошёл в каменную гостиную и наконец включил свет.

На полу валялись скомканные листы — он понял, что ребятам не так-то просто было разгадать тайну замка.

Волк. Хамелеон. Олень. Дятел.

Как бы то ни было, они всё-таки открыли дверь…

Нестор провёл рукой по двери. Тёмное дерево покрывали царапины, местами виднелись подпалины. Разумеется, теперь она была заперта, наглухо заперта. Дверь времени… Мало кто знает, что она так называлась…

— Будем надеяться, у них всё в порядке, — проговорил Нестор вслух и посмотрел на тяжелый хронометр, подарок старого друга — часовщика; длинные, тонкие стрелки двигались медленно. — Наверное, уже добрались. — В его голосе слышалось волнение.

Глава 2

За Дверью времени

Откинув с глаз мокрые волосы, Джейсон пояснил:

— Тут коридор.

— И немного света, — добавила его сестра.

Рик, стоявший сзади, на всякий случай достал из кармана огарки свечей и добавил:

— Мне кажется, здесь теплее.

Они еще немного прошли по коридору, кутаясь в одежду, которую нашли на судне: брюки и рубашки не по размеру. На ногах у ребят были неудобные деревянные сандалии.

Вскоре им стало жарко. Тут и в самом деле было намного теплее, чем в гроте, где стояло судно «Метис».

Джейсон наклонился, желая понять, что под ногами.

— Песок, — сказал он. — Всюду песок.

Джулия потрогала каменные стены из тёмного известняка, непохожего на тот, что им уже приходилось видеть.

— Кажется, мы входим в вулкан, — пошутила девочка.

Рик обернулся. Дверь, в которую они вошли, скорее угадывалась, чем была видна. Ну, не страшно… Поправив на плече моток верёвки, он зашагал дальше.

Джейсон нервно присвистнул.

— Осторожней, смотри, куда ступаешь… — посоветовала сестра. — А то ещё угодим в какую-нибудь ловушку.

Ребята свернули за угол и оказались в тесном коридоре с узкой лестницей, ведущей куда-то вверх. Через решётку в потолке пробивался солнечный свет. Джейсон поднял голову и зажмурился — лучи падали прямо на него.

Джулия обрадовалась:

— Наконец-то хоть немного солнца!

Рик покачал головой.

— Не может быть, — растерянно проговорил он. — Мы же не всю ночь провели в гроте…

Только тут Джулия заметила, что её часы стоят.

— Наверное, светает? — растерянно предположила она.

— Ну, думаю, солнце уже высоко поднялось, — взглянув на решётку, сказал Рик. — Иначе лучи не попали бы в люк вертикально. Невероятно. Неужели столько времени прошло? Нет, не может быть!

— Кто-нибудь из вас представляет, где мы находимся? — спросила Джулия, подходя ближе к друзьям.

— Я думаю всё ещё под Солёным утёсом. Может, чуть подальше от виллы Арго, — ответил Рик.

— Остаётся только убедиться в этом, — заключил Джейсон и стал подниматься по лестнице.

Его сестра и Рик двинулись за ним, но тут из-за решётки донеслись голоса:

— …груз смолы лучшего качества.

— Надеюсь, ты уже отправил его на рынок возле мастабы?

— Конечно, но сегодня трудно двигаться из-за всех этих проверок!

— Что ж, придется поблагодарить фараона за визит…

— А как же! Поблагодарю, и ещё как, если в следующий раз останется дома!

Голоса зазвучали неразборчиво, затем совсем стихли, и ребята в растерянности переглянулись.

— Вы тоже слышали? — спросила Джулия.

— Да… они говорили отчётливо, — ответил Джейсон.

— И слово… «фараон»?

— Да… Так называют цесарок, или фараоновых кур… Но…

— А ты, Рик?

Рыжеволосый мальчик открыл «Словарь забытых языков» и принялся листать его.

— Минутку, Джулия. Хочу понять, что такое мастаба.

Джейсон взбежал по лестнице и остановился перед кирпичной стеной.

— Ты, случайно, не знаешь, что такое мастаба? — спросила Джулия, поднимавшаяся вслед за братом, и, увидев стену, добавила: — Только не вздумай уверять меня, будто отсюда нет выхода.

Мальчик постучал костяшками пальцев по кирпичу:

— Выхода здесь и в самом деле нет. Но это… это ложная стена.

— Мастаба, — заговорил Рик с волнением в голосе, — египетская гробница в виде усечённой пирамиды. Внутри может быть украшена фресками. Вход в могильную камеру скрыт, чтобы в неё не проникли расхитители гробниц.

У Джулии округлились глаза:

— Египетская гробница? Могильная камера? Расхитители гробниц! — Она не могла поверить. — Джейсон, ты слышал?

Рик закрыл словарь.

— Скажите, что мне всё это снится… — восторженно проговорил он.

— Джейсон! — снова окликнула Джулия. — Джейсон, не молчи!

Джейсон недоверчиво улыбнулся.

— Так, значит, сработало… — пробормотал он, прислонившись к кирпичной стене. Там, на палубе «Метис», он всей душой пожелал попасть в… Египет!

Рик сразу понял друга:

— Всё ясно. Это не Килморская бухта. Килморской бухтой это быть не может.

— В каком таком смысле — быть не может? — рассердилась Джулия. — Что вы имеете в виду?

Рик указал на решётку над головой:

— Ты слышала разговор этих людей? Смола, мастаба, фараон.

Джейсон почувствовал, как радостно заколотилось его сердце.

Джулия повернулась и направила на брата указательный палец:

— Джейсон, ну-ка, теперь ты.

Она не закончила фразы, потому что в этот момент кто-то тихонько постучал в стену.

Над Килморской бухтой продолжала бушевать гроза. В такую погоду вряд ли кто-нибудь выйдет в море, однако маяк все равно работал. На башне горел ровный оранжевый свет, хорошо заметный издалека, работали и прожекторы: два белых конуса, медленно перемещаясь, шарили в ночной темноте.

Посёлок внизу спокойно спал, и только одна машина стремительно неслась по пустынным улицам — огромный чёрный автомобиль, один в один как в гангстерских фильмах. Новенькие дворники скользили по лобовому стеклу, словно конькобежцы по льду. На крутом повороте затенённые стёкла не смогли задержать яркого луча прожектора, и ослеплённый водитель остановил машину.

С заднего сиденья тут же раздался сердитый женский голос:

— Никогда больше не делай так!

Водитель что-то буркнул в ответ и снова нажал на педаль газа.

Машина проехала мимо каменного мола, оставив маяк позади, и свернула в узкую, кривую улочку, поднимавшуюся от моря.

— Здесь не проехать, — недовольно заметила женщина.

— Зато быстрее, — ответил водитель.

Женщина хмыкнула и откинула назад светлые волосы. В зеркале заднего вида блеснули её длинные фиолетовые ногти.

Машина выехала на круглую площадь, в центре которой высилась конная статуя. Несколько чаек укрывались от дождя под брюхом бронзового коня.

— А, понятно теперь, для чего нужно искусство, — усмехнулся водитель и направил машину в переулок. Здесь было так много воды, что, казалось, лимузин плывет по маленькой бурной реке, преодолевая течение.

— Ну, кажется, приехали, — наконец сказал водитель, выехав из переулка и остановив машину у двухэтажного дома с террасой, увитой цветами. Дом был чуть больше остальных, с красивым слуховым окном и наклонной черепичной крышей.

— Прекрасно! — пропела пассажирка, щедро полила себя духами и открыла дверцу. — Пошли, быстро!

— Мне тоже идти?

— Ты забыл, что должен делать, Манфред? — прошипела Обливия Ньютон (это была она) и направилась к старому дому, не потрудившись закрыть дверцу за собой.

Глава 3

Стена

Стук повторился.

Удар. Два удара. Удар. Два удара.

— Вернёмся… — прошептала Джулия, но Джейсон жестом велел сестре замолчать.

Удар. Два удара…

Лёгкий стук, словно кто-то с другой стороны хотел убедиться, что стена и в самом деле существует.

— Зачем они стучат? — шёпотом спросила Джулия.

— Наверное, кто-то слышал наш разговор, — ответил Рик, — и теперь проверяет толщину стены, как только что сделал твой брат.

Джейсон приложил ухо к стене.

— Что слышно? — нетерпеливо спросила Джулия.

— Помолчи, я только тебя и слышу! — буркнул мальчик и дважды постучал по стене.

Джулия ойкнула:

— Джейсон, что ты делаешь?!

— Не видишь, что ли? Стучу в ответ.

Рик покачал головой:

— Может, не стоит? Не уверен, что нам следует сообщать о своём присутствии.

Из-за стены послышались два удара, потом ещё один, более громкий. Джейсон ответил так же.

— Джейсон… — испуганно прошептала девочка. — Ты слышал, что сказал Рик?

— Тсс! Там что-то делают.

До ребят донеслись какие-то странные звуки, потом наступила тишина, и наконец раздался сильный скрежет.

— Ты слышал?

— Да, да…

— Что это было?

— Похоже, орудуют чем-то железным. Царапают камень…

Ребята снова прислушались. Вдруг в помещение вырвалась сильная струя воздуха.

Джейсон попятился и закричал:

— Прочь! Бегите! Бегите!

Его слова утонули в оглушительном грохоте. В воздух взметнулась туча белой пыли. Окутанная этой пылью, Джулия бросилась вниз по лестнице.

— Джулия, беги! Беги! — слышала она голос брата.

Рик бежал за ней. Он тоже кричал:

— Беги! Беги!

Кирпичи наверху продолжали осыпаться.

Лестница осталась позади. Джулия свернула в коридор, домчалась до двери, потянула её на себя, шагнула и тут же оказалась в кромешной темноте. Споткнувшись обо что-то, она потеряла равновесие и упала…

…на ковёр.

Ковёр?

Обернувшись, девочка увидела — вернее, услышала, — как Дверь времени закрылась с лёгким щелчком. Джейсона и Рика рядом не было.

Она вскочила, словно пружинка.

Дверь времени? Как странно, откуда ей известно это название?

Куда она попала?

Ковёр, столик, шкаф, сдвинутый в сторону, диван и кресла… Дождь барабанит в окно…

— Это вилла Арго? — громко спросила она, потом увидела чью-то тень и в страхе закричала.

Услышав вскрик, Нестор отбросил бумаги, которые читал.

— Джулия? — удивленно спросил он. — С тобой всё в порядке?

Девочка открыла рот, но ответить не смогла. Она смотрела на Дверь времени, на пыль, покрывавшую одежду, и ничего не могла понять.

— А… твой брат… Рик… где они? — в голосе Нестора слышалось удивление.

Джулия покачала головой. Дверь времени была закрыта. Те же царапины… Те же подпалины… Ромб замочных скважин казался ей насмешливой физиономией.

Рика нет. Джейсона нет. Она одна, одна…

— Не знаю, — наконец проговорила она. — Не знаю.

Миссис Клеопатру Бигглз, которая все свои шестьдесят пять лет прожила в Килморской бухте, разбудил стук. Нащупав в темноте выключатель лампы, стоявшей на тумбочке у кровати, она зажгла свет.

— Что происходит, Антонио? — спросила пожилая дама у одного из своих котов, спавших в ногах. — Ты что-нибудь слышал, малыш?

Антонио лениво прыгнул на подоконник и посмотрел в окно. Другой кот продолжал спать как ни в чём не бывало.

— Мне жаль будить тебя, Цезарь. Но, думаю, кто-то стоит за дверью.

Миссис Бигглз протёрла глаза и взяла с тумбочки будильник-луковку. Посмотрев на циферблат, она обнаружила, что уже далеко за полночь.

— Да кто же это может быть в такой час?

Кто бы там ни был, но в дверь по-прежнему громко и требовательно стучали.

— Иду! Иду! — проворчала миссис Бигглз, нашаривая ногой домашние туфли. При этом она наступила на хвост третьему коту, который, испустив вопль, тотчас вскочил на кровать. — Ох, извини, Марк Аврелий!

Поправляя худыми руками растрёпанные волосы, она стала спускаться по деревянной лестнице на первый этаж, обходя дремавших на ступеньках животных.

— Прочь, ребята, прочь! Дайте пройти! — Всего у неё было двадцать котов самого разного возраста, и, надо сказать, характер большинства из них был прескверный.

На улице раздался оглушительный громовой раскат. Миссис Бигглз с сожалением подумала, что все вазы на террасе будут залиты. Как бы не погибли её бегонии…

Сквозь стекло входной двери проникал слабый свет, очерчивая чей-то силуэт. Совсем как в детективе, недавно показанном по телевизору… Миссис Бигглз поёжилась и неохотно приоткрыла дверь на ширину цепочки.

— Миссис Ньютон, это вы? — воскликнула она в полнейшем изумлении, как только поняла, кто перед ней. — Но… но что случилось?

— Так вы откроете или нет? — холодно улыбнулась Обливия Ньютон, кутаясь в плащ леопардовой расцветки. — Тут просто конец света!

Сбросив цепочку, миссис Бигглз наконец впустила гостью. Обливия звонко простучала острыми каблучками по паркету. Увидев её, коты, дремавшие на лестнице, недовольно шипя, попрятались по углам.

— Миссис Ньютон, мне очень неловко, что я в таком виде, но я не ждала вас! В доме беспорядок и... — Миссис Бигглз хотела закрыть дверь, но чья-то крепкая рука не позволила ей сделать этого.

Яркая вспышка молния осветила безобразную физиономию Манфреда. Пожилая дама в испуге зажала рот руками, хорошо ещё, что рядом оказались Марк Аврелий с Антонием!

— Миссис Ньютон! Этот человек с вами? Что, что это значит?

Но Обливии в прихожей уже не было. Решительно прошагав по коридору, ведущему в кухню, она остановилась у двери в подвал и принялась, дюйм за дюймом, ощупывать стену.

— В это доме, что, нет света? — негодованию её не было предела, и только тут она услышала голос хозяйки:

— Миссис Ньютон!

— О чёрт, Манфред! — вполголоса выругалась Обливия и крикнула: — Да, да, миссис Бигглз, позвольте войти и моему водителю.

Немного успокоившись, миссис Бигглз отступила.

Манфред со злостью посмотрел на двух котов, стоявших позади пожилой дамы. Они явно были готовы броситься на него в любую минуту.

— Ненавижу котов, — сказал он и принялся отряхивать с себя воду.

В доме было душно, и Обливия Ньютон сбросила плащ. Одета она была модно, пожалуй, даже чересчур: сумасшедшие сандалии со шнуровкой по всей голени, льняная юбка выше колен, верёвочный пояс, пышная кофта с манжетами из шкуры леопарда и такими же пуговицами. Длинную шею украшало великолепное ожерелье с пластинами из настоящего золота.

Глядя на неё, миссис Бигглз невольно стала поправлять волосы и разглаживать ночную рубашку в голубой цветочек.

— Миссис Ньютон, у вас великолепный… — «Вкус», хотела сказать она, но Обливия перебила её:

— Свет! Зажгите свет!

Миссис Бигглз послушно щёлкнула выключателем. В люстре зажглись только две лампочки из трёх, но и этого хватило.

— Наконец-то! — сказала Обливия, что-то рассматривая на двери. — Наконец-то мы добрались!

Услышав её возглас, коты выпустили когти, и миссис Бигглз попыталась усмирить своих любимцев.

— Простите, что? — вежливо переспросила она.

Обливия провела рукой по замочной скважине, затем собрала с пола несколько песчинок.

— Ничего особенного, моя дорогая… — ответила она притворно ласково. — Ничего особенного… Почему бы вам не пойти спать?

Эти слова послужили сигналом Манфреду, стоявшему позади миссис Бигглз. Он тотчас поднёс платок с хлороформом к её носу.

Пожилая женщина вытаращила от изумления глаза и тут же упала на руки водителя при общем недовольстве котов, которые ничего не могли сделать.

— Увидимся, Манфред! — прошипела Обливия Ньютон. — Ты знаешь, что делать.

Она извлекла из кармана миссис Бигглз ржавый ключ с головкой в виде кота, вставила в замочную скважину и попробовала повернуть.

Щёлк! — звякнула замочная скважина.

Глава 4

Гости

Когда пыль осела, первое, что увидел Джейсон, — страшную морду каменной собаки, смотревшую на него из груды кирпичей.

Он без труда узнал Анубиса, бога-шакала Древнего Египта. Бога мёртвых, если быть точным.

Пробив стену, статуя рухнула на лестницу.

— Джулия! — позвал Джейсон, поднимаясь.

Он попытался определить, где находится, но вокруг ещё клубилась пыль.

— Рик!

Его рыжеволосый друг стоял внизу у лестницы, только теперь его волосы были не рыжими, а белыми от пыли.

— С тобой всё в порядке?

— Да. А с тобой?

— Вроде нормально, ничего не сломал. А где Джулия?

— Не знаю, — ответил Рик, прокашлявшись. — Она бежала впереди меня. Наверное, добралась до двери и вернулась в грот. Надо пойти посмотреть.

— Подожди! — остановил его Джейсон, прислушиваясь. Ему показалось, будто наверху, за стеной, кто-то тихо зовёт на помощь. — Там, кажется, кто-то есть!

Друзья подошли к упавшей статуе и осторожно заглянули в образовавшуюся брешь. Там, среди осколков битых амфор, лежала девочка примерно такого же возраста, как они.

— По… помогите! — простонала она.

— Чёрт побери, Рик! Похоже, ей нужно помочь… — воскликнул Джейсон, разгребая кирпичи.

Вдвоём ребята быстро вызволили девочку. На ней была туника, ещё минуту назад белая, но теперь грязная и рваная. Голова девочки почти вся была выбрита, но сбоку свисала длинная чёрная коса.

Ребята помогли девчонке подняться, она отряхнула одежду и убедилась, что цела.

— Кажется… кажется, я что-то натворила! — прошептала она.

Ребята с таким любопытством осматривались по сторонам, что даже не ответили ей.

Они оказались в тесном помещении, загромождённом ветхой деревянной мебелью странной формы. Тут же была какая-то огромная каменная нога, стояли баулы в виде крокодила, несколько столов с ножками, похожими на птичьи лапы, а весь пол усыпан красноватыми черепками амфор.

Девочка выпрямилась, упёрла руки в бока и, сощурившись, взглянула на брешь, пробитую в стене.

«Она близорука», — подумал Рик.

— Откуда вы? — потребовала ответа девочка.

От неё исходил сильнейший цветочный аромат, хотя вся кожа была в красных пятнах от ударов черепками и осколками кирпича.

— Оттуда, — ответил Джейсон и показал рукой за спину.

— А что там?

Ребята переглянулись.

— Да ничего. Там ничего нет. Ну, примерно то же, что и здесь. И конечно, немало пыли.

— Какой ужас! — простонала девочка. — Если папа заметит, я пропала!

— Надо полагать, заметит, — вздохнул Джейсон.

Рик промолчал, поджав губы.

Девочка посмотрела на упавшую статую Анубиса и спросила:

— А зачем вы стучали в стену?

— Э… — заговорил Джейсон, — просто так, без всякой цели. Мы с другом стояли, разговаривали о том о сём и между делом постучали по стене. Хотелось узнать, крепкая ли она.

— Эта стена тонкая, как себа. Я сразу услышала ваш стук.

— Ну да, конечно, тонкая, как… как эта, себа, — решительно кивнул Джейсон.

Рик за его спиной быстро пролистал «Словарь забытых слов» и шепнул на ухо:

— Себа — зонт от солнца. — И с тревогой добавил: — Джейс, это древнеегипетское слово!

Девочка принялась рассказывать, что случилось:

— Я искала какой-нибудь подходящий остракон и вдруг услышала ваши голоса…

— Остракон — глиняный черепок; обычно используется для написания шуток или проклятий, — снова подсказал Рик и снова добавил, еще более тревожно: — А это слово из Древней Греции.

— …подошла, чтобы постучать, — продолжала девочка. — Сначала я подумала, что ослышалась, но, когда вы ответили на мой стук, решила поискать что-нибудь подходящее и нашла статую Анубиса. Она уже давно у нас стоит… Я хотела пробить с её помощью стену, но, как видите, всё рухнуло и…

Джейсон понимающе улыбнулся.

— Я вовсе не собиралась устраивать ничего подобного, но… но мне стало интересно. Я подумала, что случайно открыла какой-то тайный проход, или… или что-то в этом роде.

— И случайно обнаружила нас, — засмеялся Рик.

— Да, — кивнула девочка и замолчала.

— Послушай, тебе этот вопрос может показаться странным, но… не могла бы ты объяснить, где мы сейчас находимся? — осторожно спросил Джейсон; он никак не мог решить, можно ли доверять девчонке.

— На складах Гостиного двора, — быстро ответила она.

— Ты ведь думала, что открыла тайный проход, но на самом деле это не так, потому что коридор там, внизу, это… это тоже склады Гостиного двора, — сказал Рик. — И мы с другом… — Он незаметно дёрнул Джейсона за край одежды.

— И мы с другом пришли оттуда, — подыграл ему Джейсон.

— А что вы там делали? — спросила девочка.

— А. Мы. Ну. Мы. Мы гости, естественно!

Девочка радостно хлопнула в ладоши:

— Гости? То есть вы хотите сказать, что прибыли с последним судном?

Джейсон дважды мотнул головой — сначала в знак отрицания, затем в знак согласия.

Рик поддержал его:

— Да, всё именно так и обстоит: мы прибыли с последним судном.

— Потрясающе! Я и не знала, что на корабле есть мои сверстники, мне-то казалось, там одни только дряхлые придворные. Но всё равно видно, что вы иностранцы, — лукаво улыбнулась она. — Я сразу догадалась! И одежда у вас какая-то странная, и выговор смешной, я такого никогда не слышала.

Разговор принял опасный поворот, но Рик успел вмешаться.

— Послушайте, а может, нам стоит закрыть эту брешь? — предложил он.

Все трое дружно принялись за работу. Конечно, и речи не было о том, чтобы восстановить кирпичную кладку. Из-под груды разбитых амфор они вытащили длинную доску с полулунием на загибающемся конце, которая, как объяснила девочка, была старой, выброшенной за ненадобностью кроватью, и, поднатужившись (доска оказалась довольно тяжёлой), приставили её к стене. Затем собрали с полу черепки и осколки кирпича, сложили в угол, прикрыли рогожкой и немного подмели.

К счастью, пока они прибирались, в комнату никто не зашёл. А раз так, то и повода для беспокойства пока не было.

Правда, Джейсона тревожило отсутствие Джулии, но он не решался заговорить об этом с Риком в присутствии незнакомой девочки.

— Отлично, — заявила она, когда работа была закончена. — Дыру не видно. Ну, или почти не видно… Во всяком случае, пока кто-нибудь не вздумает отодвинуть кровать… А если мы поскорее уйдём отсюда, то нас вообще никто не станет ругать… Вы как, пойдёте со мной?

Джейсон решил немного потянуть время.

— Конечно, — сказал он. — Иди вперёд. А мы... Нам надо собрать вещи. Соберём и догоним тебя.

Как только девочка вышла, Рик положил в рюкзак «Словарь забытых языков», проверив заодно, на месте ли дневник Улисса Мура. Ему захотелось вытащить его и перечитать, но сейчас надо было не читать, а действовать.

— Рик, как по-твоему, Джулия вернулась в грот? — донесся до него шёпот Джейсона.

— Не знаю… Я бежал за ней, но потом споткнулся и упал. Она легко могла попасть в грот, ведь мы только прикрыли дверь, но… Чтобы выбраться отсюда, из любого места... Боюсь, это может быть слишком рискованно.

— Ммм… Не думаю, чтобы моя сестра оказалась в опасности. Наверное, она просто не может вернуться сюда.

— Почему ты так считаешь?

— Я же её брат. Чувствую, вот и всё. Давай оставим для неё письмо, — предложил он, указывая на глиняные черепки.

— Письмо? — удивился Рик.

— Ну да. Черепком можно написать на стене… Или на доске… Вон у тебя под ногами острый валяется.

В комнату заглянула девочка-египтянка:

— Так вы идёте или нет?

— Идём, идём! — направляясь к ней, воскликнул Джейсон. В дверях он обернулся и выразительно посмотрел на друга.

Рыжеволосый мальчик тут же подобрал с пола черепок, подошёл к доске, закрывающей проём в стене, и написал на ней огромными буквами:

НИКУДА НЕ УХОДИ. МЫ СЕЙЧАС ВЕРНЁМСЯ!

И добавил ниже:

P. S. Думаю, мы в Египте.

Нестор с трудом уговорил Джулию присесть на диван. Девочка всё ещё не могла опомниться. Она одна прошла через Дверь времени, а её друзья остались там…

Там? Где — там? Почему она убежала? Там, где они оказались, что-то...

— Ты хочешь сказать, там что-то взорвалось? — спокойно поинтересовался Нестор.

— Д-да… А откуда вы знаете? Там была лестница у стены. Джейсон сказал, что эта стена ложная. Ну, знаете, бывают такие тонкие-тонкие стены… Похоже, за стеной кто-то стоял, кто-то стучал по ней. Джейсон ответил на стук. А потом раздался ужасный грохот, поднялась туча пыли. Джейсон крикнул, чтобы я бежала, я и побежала. Добралась до двери, открыла её, и оказалась тут. По другую сторону.

Джулия вдруг обнаружила, что у неё в кармане лежат ключи — четыре ключа, которыми они открыли дверь за шкафом. Когда она выкладывала их на стол перед собой, руки у неё слегка дрожали. Она не помнила, как выбралась из грота. Просто шагнула… и сразу попала в эту комнату.

— Странно, — проговорил садовник, в волнении прохаживаясь по комнате.

— Постойте… — прервала его Джулия. — Вы говорите «странно». Что вы имеете в виду?

Нестор покачал головой:

— То, что случилось с тобой, моя дорогая.

Потрясённая внезапной догадкой, девочка вскочила:

— Так вы всё знали? Вам было известно, что находится по ту сторону двери!

Вместо ответа Нестор спросил:

— Хочешь чаю?

— Нет! Что это за дверь, говорите! Мы действительно перенеслись в Египет, как думал Джейсон? Почему я вернулась сюда, а мои друзья остались там? Почему?!

— Я всё-таки пойду приготовлю чай. Уверен, он не будет лишним, — сказал Нестор и поспешно вышел из комнаты.

— Куда вы? Нестор! Нестор! Не хочу я никакого чая! Лучше объясните толком, что происходит!

Схватив ключи, девочка бросилась к таинственной двери.

— Сейчас, сейчас, погодите, — бормотала она. — Волк, Хамелеон, Олень, Дятел. ВХОД. Слово «ВХОД». Чёрт, ничего не получается!

— Бесполезно! — донёсся до неё голос Нестора. — Не откроется!

— Это мы ещё посмотрим! — Джулия налегла на дверь плечом, но та не поддалась.

Убедившись, что все попытки тщетны, девочка медленно побрела на кухню, ей не хотелось оставаться одной.

Нестор задумчиво смотрел в окно, в медном ковше на огне закипала вода.

— Вы, кажется, сказали «не откроется»? Почему? Что вам известно про эту дверь? Где сейчас Джейсон и Рик? И где мы были за несколько минут до того… до того, как стена упала?

Нестор пожал плечами:

— Ты задаёшь слишком много вопросов, моя дорогая. Я не могу ответить сразу на все. Конечно, если бы я мог это сделать… но ты не должна ни в коем случае придавать этому значения.

Джулия подвинула к столу табурет, накрытый стёганым красно-белым чехлом, села и обхватила голову руками.

— Нестор, вы говорите какими-то загадками… Что я вам плохого сделала? Ведь там мой брат остался… и Рик… — Она почувствовала, что сейчас расплачется.

Нестор погасил конфорку, взял из чайницы бело-голубого веджвудского фарфора горстку чая и бросил его в ковш.

— Ничего не сделала, напротив. Я рад, что ты здесь, вернулась живая и здоровая.

— Живая и здоровая? А что, разве?..

Нестор вздохнул. Вода в ковше сделалась цвета меди.

— Я рад, что ты вернулась оттуда, куда вы решили отправиться, — помолчав, заключил Нестор.

Глава 5

Ночные откровения

Когда ребята подошли к лестнице, ведущей наружу, девочка сказала:

— Кстати… Меня зовут Марук.

— Очень приятно. Я — Джейсон, а моего друга...

Рик наконец нагнал их.

— А моего друга зовут Рик! — с облегчением закончил мальчик.

— Какие странные у вас имена. Вы что, нубийцы? — Марук стала подниматься по крутым каменным ступеням.

— Не-ет, — в один голос ответили друзья.

— Что ж, хорошо, — улыбнулась Марук. — Мой отец говорит, что все нубийцы — воры. А если учесть, как мы познакомились...

— Ну, мы тоже могли принять тебя за нубийку. Ещё неизвестно, с какой целью ты стену пробила, — пошутил Джейсон.

Марук не обиделась и продолжила:

— Так откуда же вы приехали, если не секрет? Кожа у вас и в самом деле чересчур светлая для нубийцев. Наверное, вы финикийцы или с острова Минос, а может, семиты, ливийцы?

— Вообще-то… — заговорил Рик. — Это довольно трудно объяснить. Скажем так, прибыли мы издалека, очень, очень издалека.

— Я англичанин, а он — ирландец, — коротко пояснил Джейсон.

— Илландец?

— Ир… Ир-лан-дец. С буквой «р», а не «л». Ирландия — это остров. Я тоже живу на острове, только мой остров намного больше. Великобритания называется.

Девочка покачала головой, её явно забавляло всё это.

— Никогда не слышала о такой земле.

— Что-о? Ты никогда не слышала про Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии? — в свою очередь удивился Рик.

— Если ты имеешь в виду Верхний и Нижний Египет, то всё понятно. Но, признаться, я не слишком сильна в географии.

— А о клубе «Манчестер Юнайтед» ты что-нибудь слышала? — спросил Джейсон. — Ну, о футбольном.

Марук пожала плечами, и мальчик посмотрел на друга, как бы говоря: «Неужели нашёлся человек, который никогда не слышал про нашу команду, не видел, как она играет?»

Однако от его спеси не осталось и следа, когда они поднялись наверх и вышли наружу.

Перед ними простирался тропический сад — такой они видели только на картинках. Сбоку тянулась высокая стена, выложенная из красных камней. Цвет был настолько яркий, что даже в глазах зарябило. По верху стены тянулись бойницы, но пушек мальчики не разглядели. Высоко в небе кружили чайки, что говорило о близости воды.

— Какой уж тут «Манчестер Юнайтед»… — восхищённо присвистнул Рик.

Марук всё это, понятно, не удивляло. Она уверенно шла по саду, в тени пальм и фиников. У бассейна девочка ненадолго задержалась, зачерпнула пригоршню воды, ополоснула лицо (ребята последовали её примеру) и направилась дальше. Обогнув тростниковые заросли, она свернула в аллею, вдоль которой выстроились каменные сфинксы, чудовища с телом льва и головой человека.

Джейсон и Рик с волнением следовали за ней.

— Джейс, ущипни меня, может, мне это снится? — шепнул Рик, когда аллея вывела их на просторную лужайку, по которой спокойно расхаживали цапли и ибисы с длинными, изогнутыми книзу клювами.

— Сам не верю, — в растерянности проговорил Джейсон. — Надо порасспрашивать девочку, она единственная, кто может объяснить всё это…

— Если не возражаете, я зайду на минутку к своему учителю, — обернувшись, сказала Марук. — А потом представлю вас своему отцу, Великому мастеру Скрибу. Так у нас называют Великого писца, чтоб вы знали.

— Хорошо, — кивнул Джейсон и с тревогой взглянул на Рика. — Мы будем очень рады познакомиться с твоим отцом.

Марук остановилась возле высокой, в несколько метров, статуи: человек с головой павиана и пером в руке.

— Это бог Тот, покровитель наук, — пояснила девочка, поклонилась статуе и направилась к квадратному зданию, видневшемуся за спиной божества.

Рик прочитал в словаре:

— Тот — бог Луны в Древнем Египте; научил людей письменности и счёту; согласно мифам, вёл запись земных деяний человека; обычно изображается в виде человека с головой ибиса или павиана.

— Всё это, конечно, интересно, — сказал Джейсон, — но получается, что мы вернулись на тысячи лет назад только для того, чтобы оказаться в школе! Куда она пошла, спрашивается!

— Ладно, не заводись, — осадил друга Рик.

Фасад здания украшали яркие цветные иероглифы.

— Дом Скриба… — без малейшего затруднения прочитал Рик. — Но… Джейсон!

— Не спрашивай меня, как это получается! — развёл руками мальчик. — Я тоже почему-то всё понимаю!

В Доме Скриба оказалось темно.

При появлении девочки и её друзей люди, находившиеся в просторном зале, склонились в поклоне.

Мальчики смутились и неловко закивали головой в ответ. Потом Рик отважился спросить Марук:

— Если, как ты говоришь, твой отец — Великий мастер Скриб, то он, наверное, очень важная фигура здесь?

Марук улыбнулась и откинула назад свою чёрную косичку.

— Я бы сказала, что после фараона и Главного жреца это самый важный человек в Египте.

Ребята переглянулись и пошли дальше. Марук вела их по узкому коридору, стены которого сплошь исписаны иероглифами. Наконец они оказались у бассейна, выложенного голубыми плитками. Бассейн наполняла вода, лившаяся из множества отверстий в потолке.

— Это Зал воды, — объяснила Марук. — А дальше — Зал каллиграфии. За ним — цветущие бассейны. Наверху, если подняться по лестнице, устроена терраса. Подождите меня там, я сейчас вернусь.

Нестор протянул Джулии чашку с дымящимся чаем. Девочка с наслаждением сделала маленький глоток. Только сейчас она почувствовала, как устала.

— Я всё больше убеждаюсь, что мы попали в Египет. Во всяком случае, очень похоже… — задумчиво произнесла она.

— Египет? Да, конечно, — кивнул садовник. — Но как вы туда попали? Ты помнишь?

Прихлебывая чай, Джулия стала рассказывать. Она старалась не упустить ни одной детали: как они открыли замок, как попали в круглую комнату, как летели по жёлобу, как оказались в гроте, освещённом светлячками, как увидели «Метис»…

— Джейсон повернул руль и…

При этих словах Нестор улыбнулся.

— Конечно, Джейсон. Я так и думал! А потом, когда вы вошли в дверь, над которой была черепаха, что было потом?

— Там оказался коридор, на полу песок. Мы поднялись по лестнице и упёрлись в стену. За стеной кто-то стучал, потом она обрушилась, я побежала и… В общем, я попала сюда, а ребята остались там.

— Да-а, дела… — произнёс Нестор.

— Мне кажется, это вас нисколько не удивляет, — сказала Джулия. — Почему?

Садовник пожал плечами:

— Не знаю. Наверное, воспитание сказывается. Нам, англичанам, несвойственно выставлять чувства напоказ.

— Ну, это уж слишком! — вскипела Джулия. — Терпеть не могу, когда надо мной издеваются!

— Что ты собираешься делать? — спросил Нестор, сдерживая улыбку.

— А вам-то какое дело? Оставьте меня в покое!

Девочка решительно поставила чашку на стол и выбежала из кухни.

За стенами виллы по-прежнему бушевала гроза. Дождь яростно хлестал в закрытые окна. Удары грома были оглушительными.

Ноги сами принесли Джулию в гостиную. Включив свет, она подошла к круглому столику, на котором стоял телефон.

— Что я собираюсь делать? Сама не знаю… И что скажу родителям? О господи, Джейсон… — Её тонкие пальчики дрожали, пока она набирала номер лондонской квартиры. Больше всего ей сейчас хотелось услышать мамин голос. Она расскажет маме всё, и мама посоветует хоть что-то.

На телефонный аппарат закапали крупные слёзы.

Наконец девочка услышала первый гудок и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

В эту минуту в гостиную вошёл Нестор. Он взял со стола какие-то предметы и показал их Джулии.

— Голова покойника, — сказал он. — Приобретена на базаре в Верхнем Египте. Ей около трёх с половиной тысяч лет. Мистер Мур привёз её домой из своего третьего путешествия в Египет на борту «Метис».

Джулия открыла от изумления рот и оторвала трубку от уха.

— А вот в этой коробке лежат иллюстрации к «Книге мёртвых», — продолжил садовник. — Религиозный текст, которого сегодня уже не найти. Ему пять тысяч лет. Иллюстрации приобретены после долгих переговоров мистера Мура во время шестого путешествия в Египет. Шестого, если ты не слышала. — Он бережно положил предметы на стол и спросил: — Теперь ты понимаешь, почему я так спокоен?

Джулия шмыгнула носом и положила трубку на рычаг.

Глава 6

На террасе

Следуя совету Марук, Джейсон и Рик вышли на террасу. Вид отсюда был захватывающий. По ту сторону высокой стены виднелось множество квадратных домов, стоявших в хаотичном порядке. Город тянулся вдаль, к широкой реке.

— Это, наверное, Нил… — восхищённо сказал Джейсон.

Голубая вода блестела на солнце, отражая небо, в речных волнах тут и там виднелись треугольные паруса.

Ребята с изумлением оглядывались, не веря собственным глазам.

— Слушай, Джейс, ты что-нибудь понимаешь? — спросил Рик.

Джейсон почесал затылок и ответил:

— Ну, мы с тобой оказались в Древнем Египте. Это, конечно, странно, но и ты, и я умеем читать иероглифы…

— Нет, я другое имел в виду, — сказал Рик, листая дневник Улисса Мура. — Почему мы попали именно сюда? Может, так пожелал прежний владелец виллы?

На одной из страниц мелькнул рисунок маски Тутанхамона с пометкой «Сокровище фараона».

— Смотри! — воскликнул Джейсон. — Думая об этом рисунке, я повернул руль там, в гроте…

— Фараон-ребенок, — проговорил Рик. — Он стал властителем Египта, когда ему было двенадцать лет. Ну, «властителем» — это громко сказано…

— Здесь должна быть какая-то связь, — перебил его Джейсон. — Я подумал о рисунке и повернул руль… Но при чем тут прежний владелец виллы? Мне бы хотелось выяснить это!

Рик перевернул страницу и увидел несколько зарисовок, сделанных Улиссом Муром. «Город Пунто» — гласила надпись. Карандашный эскиз воспроизводил аллею сфинксов, по которой ребята прошли к Дому Скриба.

— Ого, так он был тут… — проговорил Рик. — Ну да, был…

— Я ещё в гроте подумал, что Улисс Мур и его жена приезжали сюда на «Метис». Мы повторили их путь.

Рик кивнул и стал листать дневник дальше:

— Владелец виллы пишет, что фараоны очень любили этот город за его красоту и часто наведывались сюда. Ммм. Вот послушай: «Пунто — это исчезнувший город, его так и не смог найти ни один археолог».

— А он ничего не пишет об этих красных стенах?

Рик перевернул страницу:

— Пишет! Не очень понятно, правда. Вот смотри: «Стены ограждают самое большое богатство Пунто. Это лабиринт из лестниц и коридоров, колодцев и башен, галерей и переходов, в самых разных направлениях». Под землей тоже есть лабиринт.

Джейсон с удивлением посмотрел на стены.

— Лабиринт?

Рик нетерпеливо мотнул головой:

— Дай дочитать. А, вот! Где-то в этом саду имеется вход в лабиринт, а также в храм под названием «Дом жизни». Этот храм посвящен богу Тоту, мы с тобой видели его статую. В лабиринте хранится «Коллекция» — здесь так и написано, в кавычках, видишь? Эта «Коллекция» содержит все знания Древнего мира, накопленные за тысячу лет до создания Александрийской библиотеки.

Джейсон в изумлении присвистнул:

— Александрийская библиотека? Она была создана в третьем веке до нашей эры. Потом её сожгли римляне, часть книг вывезли в Константинополь.

Рик продолжал читать:

— «Коллекция» — желанная и недостижимая цель всех исследователей древности. В городе Пунто можно найти всё что угодно. В порту или на базаре, где сходились караванные пути, каждый день обменивался самый разный товар: папирусы, смола, янтарь, золото, слоновая кость, пигмеи. — Он внезапно остановился. — Как это понимать — пигмеи?

— Думаю, низкорослые люди, ну, они ещё до сих пор в джунглях живут, в тропической Африке, — ответил Джейсон.

— Смотри, тут изображено что-то вроде примитивной карты города! — вскрикнул Рик.

— Покажи.

Мальчики склонились над карандашным рисунком. Какие-то места на карте были помечены кружочками.

На соседней странице ребята увидели странную, явно сделанную наспех запись:

ЧТОБЫ СОРИЕНТИРОВАТЬСЯ, ТЕБЕ ПОНАДОБЯТСЯ УДАЧА И ДВЕ ХОРОШИЕ ЗВЕЗДЫ. ИЩИ КАРТУ В БАШНЕ ЧЕТЫРЁХ ПАЛОК.

— Эй, где вы там? — раздался звонкий голосок Марук.

Рик спрятал тетрадь в рюкзак и спросил:

— Ну, что будем делать?

— Пока пойдём за ней, — ответил Джейсон, — а там увидим.

Все трое вышли из Дома Скриба. Девочка пояснила, что днём её отца можно найти в Доме жизни. Услышав это, мальчики переглянулись.

Пока шли по саду, Джейсон пытался расспросить Марук о «Коллекции» и прочих вещах, описанных в дневнике (разумеется, без ссылки на него), но она отвечала как-то неопределенно, словно ей было скучно говорить о том, что и так всем известно.

Дом жизни оказался очень красивым сооружением. Крышу его поддерживали огромные статуи, ступени из гладкого камня были окрашены в разные цвета.

Внутри сновал народ, Джейсон даже подумал, что в лондонском метро в час пик бывает не меньшее столпотворение.

Онемев от удивления, мальчики рассматривали гигантский зал, в центре которого находился огромный колодец без воды — как шахта, пытался подобрать сравнение Джейсон; раньше ничего подобного ни ему, ни Рику видеть не приходилось. На внутренних стенах колодца разместились сотни лестниц, ведущих во внутренние помещения. Кроме этого, вверх и вниз двигались веревочные подъёмники, перевозившие свертки папирусов и людей.

В самом зале на немыслимую высоту возносились бесчисленные ярусы-галереи, также соединенные лестницами.

Жаркий и пыльный воздух был напоён ароматами. Пахло шкурами, подгнившим папирусом, коричным деревом, мускатным орехом и ещё чем-то.

— Добро пожаловать в нашу «Коллекцию». — Торжественно произнесла девочка.

— Так это и есть «Коллекция»? — удивился Джейсон. — Эй, Рик, осторожней, — крикнул он другу, который, засмотревшись на подъёмник, едва не свалился вниз.

— Ну да. Здесь хранятся папирусные свитки, таблички. Всё, что написано разными людьми. Ещё всякие вещи, мебель, инструменты, монеты. Их отдают сюда на хранение. А кое-что жрецы приказывают сберечь для будущего…

Джейсон ещё раз оглянулся по сторонам и наконец-то понял, на что это похоже: на муравейник. Гигантский муравейник в городе Пунто, затерявшемся во времени…

— И твой отец управляет всем этим? — спросил Рик в растерянности.

— Да, — с гордостью ответила Марук. — Пойдемте!

Она подвела мальчиков к двум мужчинам в длинных красных одеждах; их головы мужчин украшали голубые тюрбаны с белыми перьями, немного напоминавшие индийские. Укрывшись в спокойном углу за статуями, они пили красный чай, каркаде. Увидев ребят, мужчины вскочили и неуклюже поклонились.

— Уважаемые указатели, — обратилась к ним Марук, словно не замечая поклона, — нам необходимо повидать Великого мастера Скриба, то есть мне с друзьями нужно пройти в его покои.

При слове «указатели» Джейсон чуть не рассмеялся, хорошо хоть Рик вовремя толкнул его в бок.

Один из мужчин, повыше и посуше (склонный к сравнениям Джейсон счёл его похожим на тростник), немного помявшись, ответил:

— Мне жаль, юная дочь, но Правило тридцать два не позволяет мне и моему помощнику исполнить твое желание.

Другой, толстячок поменьше ростом, с огорчением покачал головой.

Марук нахмурилась:

— А что это за Правило тридцать два?

— Оно предписывает не замечать и не обижать детей.

Марук уставила руки в бока:

— Но я — дочь Великого мастера Скриба!

Высокий мужчина прищурился, словно желая рассмотреть её получше:

— Думаю, ты права, прости меня. И всё же просьбу твою выполнить невозможно.

— Почему это?

— Правило четыре гласит: безопасность. Говорят, с минуты на минуту сюда может прибыть фараон. Разве ты не заметила, какое сегодня столпотворение в Доме жизни? Вот-вот, все они надеются на встречу с правителем. Однако задача указателей — следить за выполнением Правила двенадцать: ни один человек не должен входить во внутренние покои до особого распоряжения.

Толстячок согласно покивал, хотя лицо его выражало сочувствие.

— Вообще-то не видно, что вы убивались на работе, — ехидно заметила Марук, кивая на каркаде.

— Мы не… — хотел что-то сказать толстячок, но его остановил грозный взгляд напарника.

— Так или иначе, я и мои друзья должны немедленно пройти к отцу, — топнула ногой Марук.

— Да, конечно, конечно! Но дело в том, милое дитя, что согласно Правилу...

— Меня не интересует, что там говорит ваше дурацкое правило! — рассердилась девочка. — Какие могут быть правила, когда речь идёт о моём отце!

Высокий мужчина потёр руки и с важным видом заявил:

— Хорошо, ты — это понятно. Но твои друзья останутся здесь.

— Почему?

— Потому что никто не отменял Правила двенадцать. Вынужден повторить: во внутренние покои вплоть до особого распоряжения входа нет.

— Вот я и даю вам это распоряжение: пропустите!

— В таком случае… — проговорил мужчина. — Пепи, объясни.

— Правило восемь, — звонким голосом заговорил толстячок. — Гость всегда должен иметь пропуск. Верно, Мичерино?

— Верно, верно, так и есть, — ответил высокий, явно довольный.

Марук вспыхнула и повернулась к Рику и Джейсону:

— Они всегда такие зануды! Ладно… — Это уже относилось к указателям. — У моих друзей действительно нет пропуска. А если бы был, вы могли бы пропустить их со мной?

Указатели стали что-то обсуждать друг с другом. Ребята слышали номера каких-то правил и параграфов, потом Мичерино ответил:

— Вообще-то могли бы…

— Но есть правило, которое не позволяет проходить посторонним, — строго добавил Пепи.

— И есть ещё одно правило, указывающее на особые случаи.

— Отлично! — воскликнула Марук, останавливая их. — Осталось узнать, где можно получить пропуска?

— Правило сорок один: иногда достаточно попросить пропуск у указателя, — с готовностью ответил Пепи.

Мичерино нахмурился, но ничего не сказал.

— Мне нравится Правило сорок один, — просияла девочка. — Замечательное правило! Будьте так любезны, выдайте нам пропуска!

— Большинство вещей в этом доме, — сказал Нестор Джулии, — привезены из путешествий Улисса Мура и его жены. Как ты уже знаешь, свои путешествия они совершали на судне «Метис».

— А Вы никогда не ездили с ними? — спросила девочка, поглядывая на Дверь времени.

Нестор ответил не сразу:

— Нет. Я оставался на вилле и занимался всем остальным.

— Они, что же, никогда не приглашали тебя с собой?

— Ещё как приглашали, — усмехнулся садовник. — Особенно Пенелопа, жена Мура. Она всё время упрашивала меня подняться с ними на борт. Конца не было этим разговорам, так она хотела, чтобы я составил им компанию. Но я отказывался. Мне и в Килморской бухте хорошо, я люблю это место. По крайней мере, здесь всё стабильно. Мистер Мур понимал меня. Он всегда говорил: «Только когда стоишь на месте, замечаешь, сколько людей вокруг движется беспрестанно и понапрасну».

— Но сам-то он не сидел на месте, — заметила Джулия.

— Мистер Мур был путешественником, — покачал головой садовник. — Путешественники путешествуют, это совсем другое. Как бы тебе объяснить… Чтобы отправиться в путешествие, нужно иметь исходную точку — место, откуда отправляешься в путь и куда возвращаешься, чтобы подготовиться к новому путешествию. Не может быть путешествия без возвращения. Это не мои слова, это слова Улисса Мура. Правда, есть ещё одно путешествие, и я не уверен, что из него возвращаются…

— Вы говорите о смерти? — тихо спросила Джулия.

— Да, о смерти…

Джулии захотелось сменить тему:

— Скажите, а что за человек был этот Улисс Мур?

Нестор ответил не сразу:

— Очень образованный и умный. Этот дом он любил больше всего на свете. Этот дом и свою жену.

— Пенелопу? Расскажите о ней!

— Чудесная женщина! Приветливая… Добрая… Мечтательница…

Джулия кивнула.

— А вы? Вы давно здесь работаете?

Нестор пожал плечами:

— Теперь и не вспомнить. Кажется, что вся жизнь тут прошла. Или, вернее, там, в моём домике. Хотя на самом деле большую часть времени я проводил в этих комнатах… когда супруги Мур отправлялись в путешествие. Знаешь, они отсутствовали долго — десять, пятнадцать дней. А иногда и несколько месяцев. Я следил за садом, ну и за домом, разумеется. Вытирал пыль с мебели, со скульптур, со всех вещей, которые принадлежали им… Поддерживал порядок в гостиных, библиотеке, в спальнях, на чердаке. В некоторых случаях сам решал, как обставить комнаты, а всё остальное… Всё остальное делала Пенни, то есть… миссис Мур.

— В каком смысле?

— Она решала, куда поставить или поместить то, что они привозили из путешествий. «Вот здесь это будет отлично!» — говорила она. Мистер Мур в таких случаях смотрел на меня, как бы говоря: «И чтобы никогда не убирать эту вещицу отсюда!» Конечно, как и всякой женщине, миссис Мур иногда хотелось всё переделать. Она решительно брала быка за рога и… через неделю-другую виллу было не узнать!

— Должно быть, они были очень своеобразной супружеской парой.

— Не то слово!

— Хотелось бы взглянуть на них. У вас не осталось фотографии или портрета? Кстати, там, на лестнице, недостаёт как раз портрета Улисса Мура. Не знаете, куда он делся?

Нестор развёл руками:

— Думаю, на чердаке лежит, а может, в другом месте. Улисс Мур не любил этот портрет. Говорил, что всякий раз, когда смотрит на него, ему начинает казаться, будто он уже мёртв. А потом случилось так, что его жена умерла…

— Каким образом? — спросила Джулия.

— Упала с утёса, — сказал Нестор после долгого молчания.

Глава 7

«Коллекция»

Пепи и Мичерино, указатели из Дома жизни, всё-таки вручили ребятам пропуска — два чёрных каменных скарабея,[1] с которыми можно было свободно передвигаться повсюду. Затем они повели гостей по узкой лестнице с истёртыми ступенями на верхний ярус огромного зала. Там немного постояли, предоставив ребятам возможность отдышаться (лестница была крутая, и подниматься по ней оказалось не так-то просто), после чего свернули в коридор с низким потолком и наклонным полом.

— Мы с Пепи знаем более короткие пути, о которых большинство даже не догадывается, — с гордостью заметил Мичерино (когда он поднимал голову, белое перо на чалме задевало потолок). — Сюда, уважаемые гости. Мы немного проводим вас и вернёмся к своим прямым обязанностям.

Свет — довольно скудный, надо сказать — проникал в коридор с помощью хитрой системы бронзовых зеркал. В окрашенных буроватой охрой стенах виднелись ниши самых разных размеров, заполненные папирусными свитками, какими-то деревянными дощечками и небольшими статуэтками, покрытыми пылью.

Рик заметил, что каждая ниша помечена либо символом, либо номером, а иногда и тем, и другим. Он решил, что с помощью этих знаков хранители «Коллекции» систематизируют материалы.

Вскоре все пятеро вошли в большую круглую комнату. Задрав голову, мальчики обнаружили высоко над собой голубое небо: потолка в комнате не было. Отсюда шёл только один коридор, шире чем те, где они уже побывали. Его пересекали два других коридора; Мичерино, шагавший впереди, миновал их и уверенно свернул вправо. Джейсон подумал, что здесь запросто можно заблудиться.

— А в чём конкретно заключается ваша работа? — обратился Рик к Пепи. — Вы обеспечиваете безопасность?

— Правило семнадцать гласит: о безопасности должна заботиться стража, — ответил вместо напарника Мичерино, даже не обернувшись. — Наша задача — напоминать, где что находится в «Коллекции». — Указатель показал на ниши по обе стороны коридора. — Как вы уже заметили, в каждой из этих ниш что-нибудь лежит, и только мы знаем, где отыскать нужное. Свои знания мы передаём ученикам.

— Устно? — уточнил Рик.

— Естественно, — усмехнулся Мичерино. — Записи захламляют память.

Рик с сомнением покачал головой:

— Но здесь же, наверное, сотни тысяч ниш! Неужели вы всё помните? Всё-всё?

— Конечно нет! Такое невозможно, — ответил Мичерино. — В ведении каждого указателя определённое количество коридоров и залов, что в других, он не знает.

— А сколько всего залов в этом месте?

— Параграф первый Правила два гласит: «Коллекция» разделена на двадцать два отсека. В каждом отсеке по двадцать два зала. В каждом зале двадцать два коридора. И в каждом коридоре...

— Двадцать две ниши? — предположил Рик.

— Почему именно двадцать две? — не понял Мичерино. — В коридоре может быть пятьдесят две ниши, или сто четыре, или сто пятьдесят шесть.

— Вот чудаки, разве не проще было придумать что-нибудь вроде десять на десять? — шепнул Джейсон приятелю.

— Всё это касается только верхней «Коллекции», — продолжил Мичерино. — Но есть ещё подземные коридоры. Их много больше. Больше, чем... — Внезапно он остановился. — Так или иначе, дальше мы не пойдём, потому что нам нужно вернуться — вдруг ещё кому-нибудь понадобится помощь. Чтобы добраться до комнат Великого мастера Скриба, уважаемые гости, достаточно, никуда не сворачивая, пройти по этому коридору. В конце окажетесь у Пирамиды. Ты там уже бывала, — сказал он девочке.

Прежде чем распрощаться, Мичерино предупредил:

— Помните Правило девять: в отсутствие указателей в нишах ничего трогать нельзя!

— Это понятно, — улыбнулась Марук.

— И самое важное. Правило девятнадцать гласит: услышав, что трубят стражники, немедленно покидайте Дом жизни!

— Тут столько переходов, — заметил Джейсон, когда указатели ушли. — Настоящий лабиринт!

— Это верно, — согласилась Марук. — Иногда я и сама сворачивала не туда.

— А кто-нибудь из указателей знает всё-всё, что хранится в «Коллекции»?

— Наверное, мой отец знает, — ответила девочка, — и то, думаю, какая-то часть ему неизвестна. Тут есть коридоры, в которые никто не заходил многие годы. Их называют Покинутые коридоры.

Марук нарисовала в воздухе какой-то знак, словно заклинание.

— Наверное, они под землей, — предположил Рик. — В том колодце.

— О нет, там совсем другое. Покинутые коридоры как раз наверху.

Марук остановилась и с волнением заговорила:

— Некоторое время назад в Покинутых коридорах случился пожар, много людей погибло… Двоих указателей, мужа и жены, так и не нашли. Как думает мой отец, они сгорели вместе со всем, что хранилось в их секции.

— Весёленькое дельце… — в растерянности пробормотал Джейсон.

Марук двинулась дальше.

— У нас есть «Баллада о влюблённых». В ней говорится, что они бродят по этим коридорам вот уже сотни лет. Хотят найти друг друга, но никак не могут встретиться. Когда я её слышу, всегда думаю о тех, погибших…

— Но мы… — Джейсон вздрогнул. — Мы-то ведь знаем, куда идём?

— Более или менее… — улыбнулась Марук.

По счастью, указания Мичерино оказались верными. Шагов через сто коридор вывел ребят в просторное помещение, они оказались внутри пирамиды с квадратным основанием.

— Уф, пришли! — облегчённо выдохнула Марук. — Это и есть покои моего отца!

Помещение выглядело и роскошным и скромным одновременно. Два широких проёма в стенах прикрывали длинные льняные занавеси, спускавшиеся от потолка. В самом центре размещались четыре стола со множеством каких-то вещей. Возле столов — низкие диваны. У дальней стены ребята увидели ниши — такие же, как и в коридорах, помеченные иероглифами. В нишах лежали свитки папируса. Вдоль стен размещались гигантские катушки, на них тоже был намотан папирус.

— Папа! — громко позвала Марук, пройдя по комнате.

Никто не ответил. Девочка снова позвала, но так и не дождалась отклика.

— Может, нам стоит поскорее уйти отсюда, пока её отец не увидел нас? — шепнул Джейсон другу.

Но тут в комнате появилась какая-то женщина.

— Марук! — воскликнула она. — Что ты здесь делаешь?

Марук повернулась к мальчикам и махнула рукой, приглашая подойти. Друзья чуть ли не на цыпочках прошли по полу, выложенному синим лазуритом (это было очень красиво), и остановились у стола.

— Твоего отца нет, — произнесла женщина. — Он отправился встречать фараона.

Египтянка была хороша собой. На ней был белый длинный калазирис — обёрнутое вокруг тела полотнище, зашитое с боков и перехваченное золотым пояском. Левая рука женщины лежала на перевязи.

— Это помощница моего отца, — тихо сказала Марук. — После того пожара, о котором я рассказывала, у неё рука парализована. Но это ещё не всё. Похоже, из-за удара по голове она утратила память. Поэтому не удивляйтесь, если услышите что-нибудь странное. Когда вернётся отец? — громко спросила она.

— Не знаю. Если хочешь подождать его тут, можешь познакомиться с Тутанхамоном, — ответила женщина.

— С Тутанхамоном? — переспросил Джейсон, невольно шагнув вперёд. — Вот это да! Что я тебе говорил, — обернулся он к Рику. — Выходит, верно, что существует какая-то связь между ним и этим местом!

Женщина мягко улыбнулась:

— Марук, а кто твои друзья?

— Гости Дома жизни. Они прибыли на судне.

— С королевским флотом?

— Д-да, — запинаясь, ответил Джейсон. — Скажи, Рик…

Рик засмотрелся на женщину. Она была средних лет, черты лица тонкие и правильные. Глаза тёмные, почти чёрные…

— Эй, Рик, ты меня слышишь? — незаметно толкнул друга Джейсон.

— А, да… Конечно, конечно. Мы прибыли вместе с флотом.

— Замечательно, — обрадовалась женщина. — А на каком именно судне? — Здоровой рукой она указала Рику на стол, возле которого стояли мальчики.

Только сейчас они заметили, что на нём размещалось множество моделей фелюг и кораблей.

Заметив удивление друзей, Марук пришла на помощь:

— Нравятся? Это всё сделал мой отец. Он настоящий мастер!

Рик совсем растерялся. Окидывая взглядом флотилию, заполнявшую стол, он не мог не сравнить её с той, что видел в башне на вилле Арго.

— Мы… мы приехали на этом… — Он указал на судно, которое выглядело точной копией «Глаза Нефертити»; изящная модель была собрана из множества тонюсеньких тростинок.

— В таком случае это было замечательное путешествие! — воскликнула женщина, подходя ближе. Её длинное платье прошуршало по лазуритовому полу.

— Да, вы правы, чудесное путешествие, — с волнением согласился Рик.

Он взял модель судна и передал Джейсону, который растерянно проговорил:

— Не может быть… Невероятно…

Женщина рассмеялась:

— Великий мастер Скриб обрадуется, когда узнает, что вам понравилось.

— И давно Великий мастер строит эти кораблики? — поинтересовался Рик.

— Всю жизнь! — гордо ответила Марук. — Когда выпадает свободная минута, он садится за стол и берётся за инструменты. Папа говорит, что, когда работает над маленькими вещами, думает о больших. Правда? — обратилась она к женщине.

Та снова улыбнулась:

— Твой отец говорит также, что ему хотелось бы подольше прожить, чтобы закончить флотилию. Вот уже многие месяцы — что-то около года — ему не удаётся закончить одну модель. Хотите взглянуть?

Мальчики кивнули, и женщина прошла к рабочему столу, в центре которого стояла модель, накрытая тканью. Одной рукой она осторожно приподняла покрывало.

При виде судна у Рика сердце ушло в пятки.

— Разве не чудесный корабль? — спросила женщина.

На столе Великого мастера Скриба мальчики увидели незавершённую модель «Метис».

— Расскажите про дверь, — попросила Джулия садовника.

Нестор задумчиво потёр лоб над бровями.

— По правде говоря, мне известно лишь то, что я слышал от супругов Мур. Когда-то здесь высилась старинная башня. Стена, на которой находится дверь, некогда была её частью. Башню построили ещё до захвата Англии римлянами. Да что там римляне — раньше, чем тут появились кельты. А возможно, ещё до того, как построили Стоунхендж, то есть примерно в 1900 году до нашей эры.

Джулия скрестила руки на груди, словно выражая сомнение:

— Вот как? И кто же её возвёл?

— Не знаю, — ответил Нестор. — Мне кажется, даже Мур не знал. И я думаю, они с женой путешествовали на «Метис» с целью выяснить это.

— Вы хотите сказать, что эта дверь находилась тут всегда?

— Возможно.

— Скажите мне правду!

— Я не знаю, моя дорогая, не знаю… Мистер Мур не первый, кто жил здесь. На Солёном утёсе всегда было какое-то жильё: башня, замок, что-то ещё… Если хочешь, посмотри в библиотеке генеалогическое дерево. Но предупреждаю: во всех этих ветвях легко запутаться.

— Генеалогическое дерево? К какому времени оно восходит?

— Не могу сказать. Я видел его всего лишь пару раз, когда Пенелопа доставала папку, чтобы стереть пыль. Оно такое разветвлённое… И знаешь, я заметил, что когда-то фамилия её мужа писалась иначе — Мор.

— По-английски это значит «больше»…

Нестор покачал головой.

— Это не английская фамилия. Это латинское слово, пишется mos или moris, и означает оно «обычай», «традиция», «старинный обычай». Можешь уточнить в «Словаре забытых языков».

— Словарь у Рика, — огорчилась Джулия и тут же решительно произнесла: — Я просто обязана войти в эту дверь!

Нестор поднялся.

— Уже поздно, моя дорогая. Думаю, самое время отправиться наверх и лечь спать.

Джулия вытаращила глаза:

— Что-о? Мой брат и Рик ещё в Египте, где-то в...

— В городе Пунто, — уточнил Нестор как бы между прочим.

— Вот именно! Они, значит, в городе Пунто, а я должна спать? Нет, я должна вернуться и помочь им! Вдруг они в опасности?

— Что ж, благородная цель, — согласился Нестор. — Но ты не можешь сделать этого.

— Почему?

— Пока они там, дверь с этой стороны будет закрыта.

— Не верю!

Нестор показал ей подпалины и царапины на тёмном полотнище.

— Её невозможно открыть, пока путешественники не вернутся домой или пока не смогут больше вернуться. Трое путешественников вышли отсюда, и все до одного должны вернуться, прежде чем дверь снова откроется. Мне жаль, но она работает только так. Нам остаётся ждать…

— Ты хочешь сказать, что её можно открыть… только… — расстроилась Джулия.

— Только с той стороны, да, — подтвердил Нестор.

Глава 8

Чертёж на тетрадном листе

Мальчики смотрели на модель, и их обуревали десятки мыслей. Сомнений не было: на столе перед ними в Древнем Египте оказалась точная копия судна, на котором они пересекли водное пространство в гроте. А «Глаз Нефертити» в башне на вилле ничем не отличался от «Глаза Нефертити» в руках Джейсона.

В Килморской бухте хранилась частица Древнего Египита, а в Древнем Египте — частица чего? Женщина сказала, что Великий мастер Скриб работает над «Метис» около года… Он видел это судно? Сколько вообще людей знает о нём?

— И в самом деле очень странный кораблик, очень… — с трудом проговорил Рик. — Я никогда не видел такого.

— Да, — кивнула женщина. — Думаю, это воображаемое судно, созданное фантазией мастера… Не знаю, чем ещё объяснить, что он никак не закончит его.

— Вообще-то папа делает модель по чертежу, — сказала Марук.

Мальчики в волнении переглянулись.

— По чертежу? Ты уверена? А можно посмотреть?

— Какие любопытные у тебя гости! — воскликнула женщина с явным удовольствием и прошла к стеллажу в глубине комнаты.

Немного поискав там, она вытащила папирусный свиток и развернула его:

— Вот чертёж, о котором говорит Марук.

Мальчики вытаращили глаза. Внутри папируса оказался… обыкновенный тетрадный листок в клеточку. Похоже, его вырвали из дневника Улисса Мура.

— Но это же чертёж У… — не удержался от восклицания Джейсон. Хорошо ещё, Рик успел наступить ему на ногу.

— Вы знаете человека, который сделал чертёж? — спросила женщина.

— Нет, нет, что вы, — поспешил заверить её Рик. — Мой друг хотел сказать, что это у… уникальный чертёж! В самом деле уникальный!

Марук улыбнулась:

— Мы тоже так думаем. Правда, красивый?

Египтянка вместе с девочкой отошла, чтобы положить папирус на место, и Джейсон спросил у друга:

— Каким образом, чёрт побери, этот листок попал сюда?

— Не знаю и знать не хочу, — ответил Рик. — Послушай, ты не забыл о Джулии? Может, нам нужно поспешить к ней на помощь, прежде чем...

— Подожди минутку, — остановил его Джейсон. — Марук ведь сказала, что в Дом жизни сдают на хранение вещи. Так может, прежний владелец виллы...

Он улыбнулся, и Рик с ходу уловил его мысль:

— Ты хочешь сказать, что Улисс Мур приехал сюда чтобы что-то спрятать?

— А почему бы и нет? Он вполне мог побывать в этой комнате и поговорить с Великим мастером Скрибом! Мог на время взять модель судна «Глаз Нефертити», чтобы сделать точно такую же, и оставить чертёж «Метис». Это многое объясняет, разве не так? В частности, и то, почему мы оказались тут.

— Не понял…

— Он мог… послать нас сюда, чтобы мы забрали вещь, отданную на хранение в «Коллекцию»!

— В этом мог бы быть какой-то смысл, — кивнул Рик. — Но ты не забыл, что прежний владелец виллы умер?

— Это ты так считаешь, — возразил Джейсон, вспомнив о звуках, которые слышал на вилле.

— О чём вы тут шепчетесь? — прервала их разговор Марук.

— Мы обсуждали один вопрос, — улыбнулся Рик. — Ты говорила, что в Дом жизни поступает очень много вещей.

— Совершенно верно. Со всего света, — подтвердила девочка.

— Выходит, любой человек может отдать сюда что-нибудь на хранение?

— Конечно. Достаточно передать вещь кому-нибудь из указателей, назвать своё имя и оплатить услугу. Цена, насколько я знаю, зависит от того, что именно хранится и как долго.

— В таком случае, — продолжил Рик, — назвав имя человека, можно узнать, что он попросил сохранить…

— Наверное, для этого нужно обратиться к кому-нибудь из указателей? — развил его мысль Джейсон.

— Нет, не нужно, — вмешалась в разговор помощница Великого мастера (она слышала их разговор). — Все имена записываются на папирусах и хранятся вот в этих нишах.

Ребята подошли к нишам, помеченным иероглифами. По мере того как они читали, иероглифы превращались в привычные буквы алфавита.

Джейсон нашёл букву «М».

— Мур. Думаю, где-то здесь, — шепнул он Рику.

— Вам помочь? — поинтересовалась женщина.

— По правде говоря, нет. Мы просто так... К тому же нам не хочется отнимать у вас время, — ответил Джейсон, краснея. — Если позволите, мы сами поищем, а потом всё положим на место.

— Конечно, конечно! Если захотите, вам Марук поможет, — улыбнулась женщина и отошла в сторону.

В нише лежали десятки свитков, обёрнутых в плотную ткань. Каждый свиток содержал столько же имен, сколько современный телефонный справочник. Однако современный телефонный справочник указывает только номер абонента, здесь же напротив каждого имени аккуратным почерком была вписана какая-нибудь короткая фраза, шутка или пословица. Марук пояснила, что это помогает указателям найти нишу, где хранится предмет.

— Куда проще записать «Ниша номер 16 459», — проворчал Рик. — Кому нужны все эти перлы? Смотри, Джейс: «Сумасшедший ищет две одинаковые чаши, чтобы поднять тост»!

Но вскоре Рик понял, что подобные фразы действительно помогают. Всегда проще запомнить какую-нибудь забавную историю или шутку, чем длинный порядковый номер.

В трёх первых свитках ребята не нашли никакого Улисса Мура и уже начали сомневаться в своих догадках. Внезапно Рик обратил внимание на тёмное пятно посередине четвёртого свитка.

— Есть! — воскликнул он, не в силах сдержать волнения.

Вглядевшись, он прочитал имя прежнего владельца виллы. Иероглифы перечеркивали густые чёрные линии, отчего разобрать их было трудно.

— Невероятно… — пробормотал Джейсон, осторожно поднимая папирус и рассматривая его на просвет. — Ничего не прочесть… кроме… да… Улисс Мур. И вот ещё одно слово… ка… кар… карта! Карта! Ты видишь, Рик? Тут написано КАРТА!

Рик задумался. Может быть... Наверное, Джейсон прав. Скорее всего, незнакомец, пытавшийся избавиться от записи, очень спешил, поэтому остались всего три слова.

Улисс Мур. Карта.

Это всё, что удалось разобрать. Но этого оказалось достаточно, чтобы понять: в «Коллекции» нужно искать какую-то карту…

Уложив свитки на место, мальчики попрощались с помощницей Великого мастера Скриба, и Марук повела их к выходу из Дома жизни.

Вскоре они оказались в низкой комнате с тёмным полом, откуда в разные стороны расходилось несколько коридоров. Девочка свернула туда, где стояла статуя, державшая над головой что-то вроде звёздного небосвода.

— Ты и в самом деле знаешь, куда ведут все эти коридоры? — спросил Рик. — Интересно, почему ты решила, что свернуть нужно именно сюда, а не туда, например? — Он показал на статую льва с огромными клыками.

— Потому что сюда — правильно, — ответила Марук. — Это Коридор звёзд. Вообще-то расположение этих коридоров — самый большой секрет, оберегаемый указателями.

— Ну да, они же используют разные фразы, чтобы запомнить, где что лежит, — засмеялся Рик. — Например, «После жреца иди в коридор, ведущий в комнату со звёздами». Или же. «Ниша под звёздами». А что, красиво… — Осмотрев скульптуры, он продолжил: — А как вам такое: «Сверни в коридор, ведущий к башне»?

— Ты сказал — к башне? — перебил его Джейсон.

Рик внимательнее осмотрел скульптуру, которую только что назвал башней.

— Башня, ну да! А что ещё это может быть? Маяк? Узкое высокое здание?

— Башня, башня… — повторял Джейсон, копаясь в рюкзаке на спине у Рика. — Подожди минутку.

Он достал дневник Улисса Мура, полистал его и громко прочёл:

— «Чтобы сориентироваться, тебе понадобятся удача и две хорошие звезды. Ищи карту в башне четырёх палок».

— А тебе не кажется, что это похоже на одну из фраз указателей? — спросил Рик.

Марук с интересом заглянула в дневник:

— Ой, а что это такое? Где вы это нашли?

— Потом объясню, — сказал Джейсон, захлопнул дневник и обратился к Рику: — Послушай, наверное, прежний владелец виллы передал карту на хранение…

— Вернулся на виллу, — подхватил мальчик. — И…

— И записал в своём дневнике слова… Ну, допустим, слова Великого мастера Скриба.

— Наверное, он оставил подсказку, опасаясь, что кто-то вздумает сыграть с ним злую шутку..

— Всё может быть.

Марук смотрела на них, ничего не понимая:

— Над чем вы тут голову ломаете?

— Скажи, а ты можешь отвести нас к Пепи и Мичерино? — спросил Джейсон. — Мы хотим узнать, связана ли эта фраза с нишей.

Марук нахмурилась:

— Нет, не получится. Сегодня у нас тут такое столпотворение, сами видели…

— Это верно… фараон… — покачал головой Джейсон и снова обратился к Рику: — А если «Ищи карту в башне» означает, что искать её нужно именно в этом коридоре… ну, там, где башня?

— Слишком просто, Джейс, — возразил Рик.

Но друг уже не слушал его.

— Я сейчас! Подождите здесь! — крикнул он и бросился в узкий коридор.

— Джейс, вернись! — рассердился Рик. — Не хватало ещё, чтобы и ты исчез, как твоя сестра!  А, ладно, — махнул он рукой и бросился вслед за Джейсоном.

— Сестра? Какая сестра? — вслух удивилась Марук, догоняя ребят.

Через несколько метров коридор немного расширился. Мальчики сбавили ход и принялись внимательно осматривать символы на нишах, которые тянулись по обеим сторонам в два ряда. На одних было изображение чаши, на других — изображение меча. Чуть дальше они увидели изображения монеты и палки.

— Палка! — обрадовался Рик. — Нам нужно найти четыре палки!

Как ни странно, следующая ниша с палкой обнаружилась очень скоро. Она была с правой стороны внизу.

— Вот это да! — удивился Джейсон, заглянув в неё. Ему даже наклоняться не пришлось, чтобы понять — ниша Четырёх палок совершенно пуста.

Рик отправился дальше по коридору, считая вслух:

— Пять палок, шесть, семь, восемь, девять палок, десять палок и… чёрт возьми!

— Что у тебя? — подошёл Джейсон.

— Я думал увидеть одиннадцатую палку, а тут… что-то вроде ребёнка, опирающегося на палку.

— А дальше?

— Сейчас посмотрю, — ответил Рик и вскоре исчез за поворотом.

Марук не вытерпела:

— Здесь никто ничего понять не может. Только указатели знают, где что лежит. А они умеют хранить секреты.

— Тут ещё женщина с ребёнком! — крикнул Рик. — А дальше мужчина с бородой! А еще дальше коридор кончается.

— Эй, вернись! — позвал Джейсон.

Рик послушался.

— Теперь понятно, почему в каждом коридоре пятьдесят две ниши, — сказал он, подходя к ребятам.

— Ну-ка, ну-ка, объясни. — В глазах Джейсона зажёгся интерес.

— Представляешь колоду игральных карт? Сначала карты идут под номерами от одного до десяти, потом следуют валеты, королевы и короли. Примерно как и тут! От одной до десятой ниши — палки, потом ребёнок, женщина и человек с бородой. Я проверил: ребёнок, женщина и мужчина повторяются!

Услышав такое объяснение, Джейсон задумался.

— В картах ведь ещё и масти существуют… Допустим, чаши соотносятся с червами, шпаги — с пиками… цветы — с трефами и… монеты — с бубнами. Всё равно не понимаю, что это значит. Я-то думал, раз монеты на нише нарисованы, значит, там деньги лежат.

— Наверное, ты прав, — усмехнулся Рик.

— И с чем же связан ваш секретный код? С колодой карт? — обратился Джейсон к Марук.

— Я ни слова не понимаю из того, что вы говорите…

— А разве ты никогда не играла в карты?

Марук покачала головой:

— Я даже не знаю, о чём вы говорите.

— А во что же вы играете… ну, когда погода плохая и заняться нечем?

— В шашки или шары, — ответила девочка и зашагала дальше.

Рик и Джейсон растерянно переглянулись и последовали за ней.

— Она права, Джейс, — заговорил Рик. — Тут никто никогда не играл в карты, потому что они ещё не изобретены. Где-то я читал, что карты появились в десятом веке в Китае. М-да… Ниши, помеченные игральными картами, хотя они понятия не имеют, что это такое! Ничего себе загадка!

Коридор закончился ещё одним залом. Здесь также было несколько скульптур, в том числе и похожая на башню. Рик поковырял её пальцем, на лице его отражалось недоумение.

— Чёрт, сколько тут башен… Хоть мы и обнаружили, что ниши пронумерованы, как карты, но что означают эти скульптуры?

— Может, всё-таки двинемся дальше? — предложила Марук, явно теряя терпение.

И тут внезапно пронзительно зазвучало множество труб.

— Скорее! — вскрикнула девочка, дергая ребят за руки.

— Что случилось?

— Правило девятнадцать: опасность! Когда зазвучат трубы, все должны немедленно покинуть «Коллекцию»!

У входа в Дом жизни один из указателей оживлённо разговаривал с посетительницей.

— Речь может идти о какой-то карте, это верно, мисс, но… — улыбнулся Пепи, надеясь, что напарник придёт ему на помощь, однако Мичерино как назло куда-то отошёл.

— И эта карта здесь, не так ли? — Обливия нетерпеливо откинула полы леопардового плаща.

— Ну да… да, конечно… — проговорил Пепи, явно растерявшись. — Но дело в том, что, согласно Правилу четыре…

Обливия Ньютон прервала его, схватив за руку.

— В чём ещё дело? — прошипела она.

Толстяк вытаращил глаза и попытался высвободить руку.

— Но… дело в том, что сейчас невозможно во… во… во…

— Войти? — договорила за него женщина.

— Да, да, совершенно верно. Сейчас все ожидают прибытия фараона, и… И нам приказано прервать все разговоры до тех пор, пока Божественный не осмотрит «Коллекцию».

Пальцы с длинными фиолетовыми ногтями ещё сильнее сжали его руку.

— Должен заметить, вы делаете мне больно, — простонал Пепи.

Обливия внезапно ослабила хватку.

— Уж не хотите ли вы сказать, что я приехала сюда напрасно? Что я проделала весь этот путь лишь для того, чтобы услышать отказ? Как это — нельзя войти? Не смешите меня! Может, вам надо заплатить?

Пепи испуганно отстранился.

— Я… нет… нет… спасибо… Я вас понимаю и сделаю всё возможное, чтобы вы остались довольны… Но…

Обливия Ньютон не спускала с него горящего взгляда:

— Мне нужно войти! Мне нужно найти эту карту! Мне! Нужно! Найти! Эту! Карту! Понял, толстяк?

Пепи почти утратил дар речи:

— Я… я… не имею права. Я всего лишь помощник и… потом… сейчас начнёт действовать Правило девятнадцать. Оно очень простое… поверьте… Все должны выйти из помещения, и мы… мы не можем никого впустить.

— Вот как? И до каких пор «Коллекция» будет закрыта?

— Пока фараон не уедет.

— Но мне достаточно только взглянуть! — Обливия Ньютон придвинулась к Пепи и жарко задышала ему в лицо: — Ты не представляешь, как щедро я могу отблагодарить. Ммм… Очень щедро!

Пепи уже готов был уступить, но в этот момент пронзительно зазвучали трубы. Вдобавок ко всему толстяк увидел Мичерино, который вместе с толпой двигался к выходу.

— Мне очень жаль, но сюда нельзя войти! — проговорил толстяк как можно громче. — Нельзя!

Заливаясь краской, он поспешил вдогонку за напарником.

Обливия Ньютон со злостью топнула ногой.

— Но ведь должен быть какой-то способ… — прошептала она и вдруг заметила молодого человека. Он стоял в тени колонны и улыбался ей. «Уж не смеётся ли он надо мной?» — в сердцах подумала Обливия.

— Чего тебе надо? — крикнула она.

— Я слышал, вы что-то ищете? — спросил он, приближаясь. Взглянув в глаза незнакомца, Обливия поняла, что совесть отнюдь не входит в число его добродетелей.

— Возможно, и ищу, а тебе-то что?

— Вроде бы речь идёт о какой-то карте…

— С чего ты взял? — Обливия раздраженно запахнула полы плаща. — Спасибо за участие, милейший, но не думаю, что карта, которую я ищу, лежит у тебя в кармане. Эта карта существует в единственном экземпляре. Вон там, к сожалению, — показала она рукой куда-то вверх.

— Мне кажется, я знаю, как пройти туда и поискать, если вам примерно известно, где находится ваша карта.

Снова зазвучали трубы. Людские толпы торопились к выходу. И тут возле колодца что-то сломалось — очевидно, подъёмник. Раздались крики, и стражники бросились на помощь. Более подходящего момента, чтобы незаметно проникнуть в «Коллекцию», и придумать было трудно.

— Можешь сейчас же отвести меня туда? — спросила женщина молодого человека.

Он улыбнулся ещё шире:

— Если заплатите мне сразу и… щедро.

Глава 9

Нашёл!

Ребята бежали, пока не оказались у винтовой лестницы, которая привела их в огромный, уже опустевший коридор. Потом они долго шли по какому-то совершенно тёмному проходу, после чего поднялись по другой винтовой лестнице и спустились в большую комнату, потолок которой был расписан звёздами, а окна выходили в сад.

Снова и снова звучали трубы, от чего ребята спешили всё больше.

А потом Рик неожиданно остановился.

— Надо бежать! — затеребила его Марук. — Сейчас фараон прибудет!

— Минутку, всего минутку… — взмолился Рик, оглядываясь. Он не чувствовал усталости. Напротив, бег придал ему сил. «Когда не знаешь, что делать, беги. Это лучший способ напитать мозг кислородом», — вспомнил он слова отца.

Рыжеволосый мальчик скинул с плеч рюкзак и достал из него «Словарь забытых языков».

— Что ты делаешь? — удивился Джейсон.

— Ищу кое-что. А ты… отвлеки её.

Джейсон кивнул и попытался заслонить книгу от Марук.

— Марук, послушай, ты умеешь хранить секрет? — спросил он. — Вот послушай: мы прибыли сюда вовсе не с королевским флотом… — неожиданно вылетело у него.

Рик тем временем открыл словарь и задумался. А что, собственно, нужно искать? Его взгляд упал на статуи неподалёку. Одна изображала человека, висевшего на дереве вниз головой, другая, похоже, представляла Смерть. Мальчик стал просматривать оглавление. Наконец его палец замер на словах «Языки Древнего Египта».

Джейсон между тем продолжал:

— Мы сказали тебе, что прибыли с королевским флотом, потому что иначе ты бы нам не поверила. А на самом деле. — Он оглянулся на Рика. — На самом деле мы прибыли на совсем другом судне. Вообще-то сложно сказать, как мы тут очутились… Это долгая история. Но ты можешь помочь нам. Прошу тебя — поверь нам. Ещё немного.

Марук заглянула за спину Джейсона:

— А что это делает Рик? И что у него такое на коленях?

— «Словарь забытых языков»… — рассеянно ответил Рик, листая книгу.

— Нет, вы мне объясните! — рассердилась Марук.

— Очевидно, Рик пытается разгадать код «Коллекции», — улыбнулся Джейсон. — Как только разгадает, мы сможем найти карту. Карту четырёх палок.

Марук сердито возразила:

— Но сейчас мы не можем её искать! Сейчас нужно уйти отсюда!

— Если мы уйдём, — сказал Рик, отрываясь от книги, — то, скорее всего, у нас больше не будет случая вернуться сюда.

— Почему? Разве нельзя прийти завтра? — удивилась Марук.

Джейсон покачал головой:

— Мы не можем остаться надолго. Нам нужно возвратиться к Джулии.

— К Джулии?

— Это моя сестра… Она осталась там… Но прежде нам нужно кое-что сделать.

— Что?

— Мы ещё точно не знаем. Но это важно.

— А кто вас послал сюда?

— Точно мы не знаем. В покоях твоего отца мы наткнулись на след. Имя, которое мы искали в папирусах… Это… это один наш друг. И похоже, кто-то не хочет, чтобы мы помогли ему.

— Кто?

— Не знаем, — ответил Джейсон.

— А вы вообще хоть что-нибудь знаете? — рассердилась Марук.

Мальчик покачал головой и рассмеялся:

— По правде говоря, нет. Поверь, это в самом деле так. Всего несколько часов назад мы находились...

Стены Дома жизни содрогнулись от пронзительного звучания труб. Марук схватила Джейсона за руку и потащила за собой.

— Не знаю, где вы были несколько часов назад, но, если сейчас мы не убежим отсюда, неприятностей не оберёмся. Нельзя не повиноваться приказам королевской стражи.

— Нашёл! — воскликнул Рик.

— Что?

— Кажется, я нашёл…

Зевнув, Манфред отшвырнул в сторону бог знает какой по счёту журнал о вязании крючком и потянулся. Он сидел в гостиной Клеопатры Бигглз.

Миссис Бигглз спала на диване, открыв рот, с блаженным выражением лица, а коты кружили вокруг неё, словно львы вокруг дрессировщика.

Манфред отогнал их сердитым жестом:

— Пошли вон, паршивцы!

Голод погнал его на кухню. В холодильнике оказались только варёные овощи и пакетик шоколадных вафель. В жестяной банке на полке обнаружилась карамель, в другой — твёрдое, как камень, печенье. И всё решительно несъедобное!

Водитель огляделся. Чайный сервиз в цветочек, пара подносов в цветочек, гардины в цветочек и, наконец, огромный кочан цветной капусты в центре стола. Видимо, миссис Бигглз собиралась его отварить.

Не найдя для себя ничего интересного, Манфред перешёл в гостиную и принялся рассматривать содержимое старомодного серванта. Всякие безделушки, ангелочек, четыре номера журнала «Ридерс дайджест», какая-то книга, ещё в целлофане, и жестяная банка, полная шпилек.

Когда он укололся, ему показалось, что коты рассмеялись.

— Прочь! Прочь отсюда, паршивцы! — раздражённо вскричал здоровяк.

Пососав палец, он взглянул на часы. Машина стояла недалеко от входа. Его плащ, лежавший на батарее, ещё не просох, но он надел его и вышел на улицу. Поскольку дверь осталась открытой, все коты миссис Бигглз выстроились на пороге и провожали взглядом каждое его движение.

— Ненавижу, ненавижу котов… — прошипел он сквозь зубы и включил зажигание.

Глава 10

Разгаданные арканы

Джейсон опустился на пол рядом с Риком. На открытой странице «Словаря забытых языков» он увидел таблицу с рисунками, пронумерованными от нуля до двадцати одного.

— Старшие, или Главные, арканы Тарокки… — прошептал Рик. — Как же я раньше не догадался.

Словарь объяснял, что Тарокки, или Таро, — это самые древние игральные карты в мире. Было указано, что некоторые исследователи считают: Тарокки — это Таблицы знаний, с помощью которых египетский бог Тот обучил людей письменности, арифметике, музыке и множеству других полезных вещей. По этой причине каждая карта Тарокки называлась Арканом, что означает тайна, загадка.

Рик торопливо прочитал:

— В наши дни Тарокки делятся на пятьдесят шесть Малых арканов и двадцать два Главных аркана. В древности существовало пятьдесят два Малых аркана. Каждый Аркан состоит из четырёх мастей: жезлы (трефы), чаши (черви), мечи (пики) и пентакли (бубны). Вместо пентаклей может быть изображение динариев, то есть денег… Ух ты, — оторвался он на минутку от текста, — мы же это видели в коридорах. Только жезлы я принял за цветы, а мечи — за шпаги. Так, что там дальше? Масти являются Столпами стихий: чаши — Вода, жезлы — Огонь, мечи — Воздух и пентакли — Земля.

— А двадцать два Главных аркана, — продолжил Джейсон громко, — имеют сложное символическое значение. Например, двадцать один — это Мир, двенадцать — Повешенный, тринадцать — Смерть! — Мальчик поднял голову и взглянул на статуи. — Так вот же они!

— Теперь понимаю, почему говорят, будто число тринадцать несчастливое, — улыбнулся Рик, вставая. — Ну-ка прочти еще раз запись Улисса Мура.

Джейсон открыл дневник:

— «Чтобы сориентироваться, тебе понадобятся удача и две хорошие звезды. Ищи карту в башне четырёх палок».

— Выходит, — сказал Рик, рассматривая таблицу в словаре, — теперь нам нужно...

— Бежать отсюда, и как можно скорее! — со слезами в голосе потребовала Марук.

Но Рик, словно не слышал её, продолжал рассуждать:

— Мичерино сказал, что «Коллекция» поделена на двадцать две секции, каждая из них имеет двадцать два зала и по двадцать два коридора. Двадцать два… Столько же, сколько Главных арканов.

— Ребята! Не понимаю, о чём это вы, но...

Джейсон ещё раз заглянул в дневник и горячо произнёс:

— Минутку, Марук! Нам нужно найти карту в Башне четырёх палок. Четыре палки могут служить номером ниши…

— Башня: Главный аркан, номер шестнадцать, — прочитал Рик. — Но у Мура написано: чтобы найти её, нужны удача и две хорошие звезды. Кажется… кажется… Удача — это Аркан под номером десять, его ещё называют Колесо Фортуны, Звезда — номер семнадцать. Всё совершенно ясно! Сначала, когда мы вошли в коридор, ведущий к Башне, мы ошиблись! Карта действительно находится в коридоре, ведущем к Башне, но идти нужно из комнаты со звёздным потолком по коридору Удачи. Там мы и найдём нишу Четырёх палок. Всё просто, не так ли?

Девочка открыла от удивления рот.

— Не беспокойся! — расхохотался Джейсон. — Он всегда так объясняет. Главное, чтобы сам понимал.

Рика, однако, не смутило подкалывание друга. Осмотревшись, он сказал:

— Хорошо бы ещё знать, где именно мы находимся. Что скажешь, Марук?

Девочка пожала плечами:

— Если я ничего не перепутала, это и есть секция Удачи…

— Здорово! — обрадовался Джейсон. — Угадали! И что же дальше?

Рик подошёл к скульптуре, изображающей Смерть — Главный аркан номер тринадцать, — и посмотрел на потолок, расписанный золотыми звёздами.

— Похоже, мы и в самом деле близко. Осталось только найти нужный коридор…

Джейсон в тревоге осмотрелся.

— Вон туда… — указал Рик.

И тут египтянка топнула ногой:

— Нет! Нам нужно в противоположную сторону, к выходу! И нужно успеть, пока не пришла стража.

Ребята с мольбой посмотрели на неё.

— Пожалуйста! — взмолился Рик.

— Это очень важно! — добавил Джейсон.

Марук с трудом сдерживала возмущение:

— Вы меня и так уже обманули! Почему я должна слушаться вас?

— Потому что мы просто славные ребята! — улыбнулся Джейсон.

Марук вздохнула:

— Хорошо, я провожу… Но только до следующего сигнала труб. Поняли?

Они пустились бежать. Звуки их шагов эхом отдавались под сводами. Марук точно знала, куда нужно идти. Сначала в коридор, возле которого стояла скульптура ангела, потом в другой коридор, где их ожидал крылатый демон. Здесь они принялись считать ниши:

— Одна палка, две палки, три палки. Четыре палки! Вот! Это здесь!

Перед ними были две ниши. В нише Четырёх монет (внизу) лежали папирусы и свитки. Такую же нишу над ней затягивала паутина.

Рик достал свечной огарок, зажёг его спичкой, отчего Марук пришла в полнейшее изумление, и передал Джейсону.

— Посмотри, что там! — Потом он сплёл пальцы и подставил руки, чтобы друг встал на них. — Ты давай там поторопись, вряд ли я удержу тебя долго.

— Но… я… я ничего не вижу… — сказал Джейсон.

Ниша, похоже, пустовала многие годы. Она была пуста! Джейсон уже хотел спрыгнуть на пол, как вдруг заметил в дальнем углу небольшой свиток папируса и потянулся за ним.

— Есть!

Как раз в этот момент Марук схватила Рика за плечо и испуганно шепнула:

— Нас обнаружили! Бежим!

Мальчик покачнулся, и Джейсон свалился на него с папирусом в руках.

Марук припустила по коридору, шаги приближались.

— Скорее! Туда! — шепнул Рик, указывая на нижнюю нишу.

Он забрался в неё поглубже и потянул за собой Джейсона.

— Далеко ещё? — недовольно спросила Обливия Ньютон, следуя за молодым египтянином.

— Ты очень нетерпелива, женщина. И слишком шумишь, — упрекнул её провожатый. — Если хочешь найти карту, положись на меня и помолчи.

— Тебя когда-нибудь учили вежливости? — рассердилась красотка.

Молодой человек остановился посреди комнаты со звёздным потолком.

— Послушай, что я тебе скажу. Если бы кто-то учил меня вежливости, я не вёл бы тебя сейчас тайком к твоей карте.

Обливия метнула на него злобный взгляд:

— Послушай, парень, я ведь заплатила тебе не за то, чтобы ты так обращался со мной.

— Чего ещё можно ждать от женщин, — усмехнулся египтянин. — Если не замолчишь, нас найдут. Думаю, тебе не понравится гнить в сырой камере, полной мышей.

При упоминании о мышах Обливия сжалась:

— Я вовсе не хочу в камеру.

— Помолчи и следуй за мной. Мы почти пришли.

Они свернули в коридор, ведущий к Башне, и наконец остановились.

— Вот эта, — сказал молодой человек.

Обливия грубо оттолкнула его и с волнением спросила:

— Которая? Внизу?

— Нет, другая. Выше.

Обливия приподнялась на цыпочках.

— Победа! — воскликнула она. И добавила: — Ну вот тебе и конец, Улисс! Слово Обливии Ньютон!

В эту минуту послышался какой-то странный шум.

— Что ты сказал? — спросила Обливия.

— Я? Я ничего не говорил.

Обливия покачала головой:

— Странно. Мне послышалось...

Египтянин настороженно осмотрелся.

— Бери что искала, и побыстрее. Нужно уходить отсюда!

— Я столько лет ждала этого момента… — проговорила она, снова приподнимаясь на цыпочки, чтобы заглянуть в нишу. Потом достала зажигалку и щелкнула.

Египтянин отпрянул.

— Не может быть… — проговорила мисс Ньютон спустя несколько секунд. — Там… там ПУСТО! Только огарок свечи!

— Тише! — шепнул её провожатый. — Или сюда сбежится вся стража фараона.

Лицо Обливии покрылось красными пятнами, даже в полумраке это было заметно.

— Нет! — растерянно проговорила она, швыряя на пол свечной огарок. — Карты нет!

— Я ухожу, — рассердился молодой человек.

Но Обливия вцепилась в него, прежде чем он успел сделать первый шаг.

— Стой! Куда собрался? Посмеяться надо мной решил? Ты куда меня привёл?

— Куда просила, — ответил тот, стараясь высвободиться.

Но хватка Обливии оказалась крепкой.

— Не вздумай шутить со мной, сопляк! — взревела она и прижала египтянина к стене. — Отвечай, почему здесь нет карты Килморской бухты?

В нижней нише зашуршали папирусные свитки, но Обливия этого не слышала.

— Какая Килморская бухта? Мне ничего о ней не известно. Я… я привёл тебя в то место, которое ты сама указала.

Обливия пригвоздила его взглядом, не зная, стоит ли верить.

Издалека раздались чьи-то шаги. Судя по звону щитов и стуку копьев, это была стража.

— Видимо, нас услышали… — испуганно пробормотал молодой человек.

Обливия Ньютон вспомнила о камере с мышами и отпустила его.

— Хорошо, — сказала она, подбирая с полу свечной огарок. — Готова поверить тебе. А теперь выведи меня отсюда.

Глава 11

Преграды

В коридор вбежали стражи фараона. Быстро потыкав копьями во все углы, они о чём-то поспорили и поспешили дальше. Вскоре наступила полная тишина.

Джейсон и Рик сидели в нише, боясь шелохнуться, и только спустя несколько минут (им казалось, прошла целая вечность) отважились разгрести папирусы и выглянуть наружу.

В коридоре не было ни души.

— Ты тоже слышал? — спросил Рик. — Или мне почудилось? Как это возможно, чтобы мисс Обливия Ньютон оказалась здесь?

Потянув носом, он почувствовал сильный запах духов, напомнивший о первой встрече с Обливией, — когда её машина чуть не сбила его по дороге на виллу.

Джейсон рассматривал папирус, обнаруженный в нише.

— Нам здорово повезло, Рик… Мы всего на минуту опередили её, — заметил он.

Развернув папирус, мальчики обнаружили запись, сделанную теми же буквами, что и послания, которые они нашли в коробке и в почтовой посылке у Калипсо.

— Но это же знаки Диска Фесто! — воскликнул Рик.

— Как видно, охота продолжается.

— Как бы то ни было, нам некогда сейчас переводить этот текст. Стража может вернуться в любую минуту. Надо выбираться отсюда.

Мальчики дошли до конца коридора и осторожно заглянули за угол. Там никого не было. Тогда они решили вернуться в комнату со звёздным потолком. Жаль, что Марук убежала, придётся выбираться без её помощи.

По дороге они перешёптывались.

— Послушай, а кто такая эта Обливия Ньютон? — спросил Джейсон.

— По правде говоря, не знаю, — ответил Рик. — Я никогда не видел её раньше… ну, до того, как она появилась на вашей вилле. Надо будет спросить у мамы, она, наверное, знает. А ещё лучше спросить у Гвендалин, парикмахерши. Мама говорит, если к нам хоть одна новая муха залетит, Гвендалин точно будет в курсе.

— Обливия Ньютон… — протянул Джейсон. — В Египте.

— До сих пор не могу поверить, — отозвался Рик.

Ребята свернули в коридор, вход в который охранял крылатый демон.

— Ты слышал, что она сказала? «Тебе конец, Улисс. Слово Обливии Ньютон!»

— Слышал, слышал, — кивнул Джейсон. — По каким-то причинам Обливия ненавидит прежнего владельца.

— Помню, когда я приехал на виллу Арго, она крепко поссорилась с садовником, — сказал Рик.

— Из-за чего?

— Я не понял, но, кажется, речь шла о вилле…

— Ты думаешь, Обливия может знать о двери, гроте и о судне? — От такого предположения Джейсон вздрогнул.

— Возможно, — согласился Рик. — А теперь пора выбираться отсюда!

Они шли, внимательно прислушиваясь к каждому звуку и останавливаясь у поворотов.

Джейсон продолжал размышлять. Ему не давало покоя слово «покинутые». Покинутые коридоры… Нет, не то… А если подобрать синонимы? Брошенные, забытые… Он вспомнил потемневшую от времени дверь, скрытую за шкафом, почтовую посылку, за которой никто не приходил, подземный ход, частично разрушенный, грот, дневник капитана «Метис», в котором тот описывал своё последнее путешествие.

— Ты только подумай, Рик, — произнёс он. — Стена, в которую упиралась лестница… Перечёркнутая запись в папирусе, пустая ниша… Всё закрыто, словно что-то такое, что не должно быть обнаружено. Что-то опасное.

Вилла содрогалась от порывов бури. Джулия стояла внизу и смотрела в окно. Нестор тихо подошёл к ней и стал наблюдать, как лучи прожекторов, установленных на маяке, обшаривают окрестности.

— А что, прожекторы каждую ночь включают? — спросила Джулия.

— Нет, только когда Леонардо вспомнит, — ответил садовник.

— Леонардо? А кто это?

— Смотритель маяка. Он слеп на один глаз. — Нестор подождал, пока белый луч пройдётся по краю сада и затеряется в море. — Он пережил схватку с акулой.

Джулия вздрогнула.

— Такое в море случается, — со вздохом проговорил садовник.

— Если хотите, оставайтесь ночевать в доме, — предложила Джулия, но ответа не дождалась.

Спустя некоторое время она оглянулась и обнаружила, что Нестор ушёл. Бросив взгляд на статую рыбачки, девочка прошла к лестнице. Портреты хмуро смотрели на неё со стены. Внезапно она услышала какой-то шум и замерла.

Наверху, в её комнате, что-то стукнуло.

— В этом доме никого нет, — вздрогнув, напомнила себе Джулия.

Перед ней тянулась анфилада комнат нижнего этажа. Всюду было темно.

— Нестор! — позвала она. — Нестор, вы где?

Дождь ещё сильнее застучал по стёклам и крыше.

Девочка снова услышала какой-то шум. Она взялась за перила и поднялась на ступеньку.

— Нестор?

Сделав ещё несколько шагов, она увидела свет, мелькнувший в окне, и услышала шум мотора.

Джулия заволновалась и бросилась вниз.

— Нестор! — закричала она громче. — Нестор!

Во двор виллы Арго въехал автомобиль.

Глава 12

Процессия в саду

Рик и Джейсон внезапно остановились. Тишину Дома жизни взорвал резкий звук труб и барабанов, следом, где-то совсем рядом, возникла шумная овация.

Ребята осторожно заглянули за угол и увидели огромную, совершенно жёлтую комнату, дверь из которой вела в сад.

Рик закусил губу. Очевидно, они не туда свернули.

И всё же, подгоняемые любопытством, мальчики подошли к двери. По саду разлилась огромная толпа. Под её восторженные возгласы двигалась золочёная карета. Карету везли породистые чёрные рысаки. На крупах лошадей играло солнце. Лёгкий ветерок развевал разноцветные знамёна.

— Это фараон! Тутанхамон! — воскликнул Джейсон, увидев мальчика, стоявшего в карете.

Юный фараон, одетый в белые с золотом одежды, широким жестом приветствовал своих подданных. Поводья держал крепкий мужчина с белой бородой.

— А это, должно быть, отец Марук, — заметил Рик.

Если бы им удалось поговорить с Великим мастером Скрибом! Возможно, он был знаком с Улиссом Муром…

Джейсон смотрел на процессию с невероятным волнением. Ему хотелось оказаться там, в саду, встретиться взглядом с фараоном...

— Думаю, самое время идти, — потянул его за руку Рик. — Иначе мы никогда не доберёмся до комнаты со звёздами.

— Тсс! — раздалось вдруг совсем рядом.

— Ты что-то сказал? — спросил Рик.

— Я ничего не говорил.

— Мне послышался какой-то свист.

— Может быть, оттуда. — Джейсон показал на сад.

— Тсс!

Рик вздрогнул и оглянулся.

— Я опять слышал свист.

— Теперь и я слышал, — кивнул Джейсон.

— Тише, ребята! Это я, Марук!

Девочка пряталась в нише у дверей.

— Стража ушла? — спросила она.

— Марук! — воскликнул Рик. — Куда ты пропала?

Высунув голову, девочка внимательно осмотрела комнату. Только после этого она решилась выбраться из своего укрытия.

— Нас едва не арестовали! — сердито произнесла она, поднимаясь и стряхивая с одежды паутину. — Я же вам говорила.

Нетрудно было представить, что произошло. Заслышав приближающиеся шаги, Марук бросилась бежать. В конце концов она спряталась в этой нише. Как оказалось, Обливия со своим спутником тоже побывали в жёлтом зале.

— Ты слышала, о чём они говорили? — спросил Рик.

— Конечно! Странно одетая женщина, похоже, очень сердилась. А молодой египтянин, напротив, старался успокоить её. Они собирались пойти в Лавку забытых карт. Это за пределами Дома жизни.

— Хорошо бы ещё узнать… — пробормотал Джейсон, но Марук перебила его.

— Пожалуйста, давайте уйдём отсюда поскорее! — сказала она, теребя косицу.

Поблизости от зала ребята обнаружили крутую лестницу и спустились по ней к неприметной двери. Открыв её, они вышли в сад. Возгласы толпы слышались далеко впереди. Ни Обливии, ни её спутника поблизости не оказалось.

Осмотревшись в поисках тени, ребята присели возле карликовой пальмы. Рик и Джейсон в два счёта перевели надпись на папирусе.

— P. S. Я ПРЕДПОЧЁЛ ПЕРЕЛОЖИТЬ КАРТУ В НАДЁЖНОЕ МЕСТО — В КОМНАТУ, КОТОРОЙ НЕТ, — вслух прочитал Рик.

— Так вот, значит, куда мы теперь пойдём, — улыбнулся Джейсон. — В Комнату, которой нет.

— Не думаю, чтобы эта подсказка вам помогла.. — заметила Марук. — Подозреваю, ваш друг просто посмеялся над вами.

— Почему? — удивился Джейсон.

— Если он спрятал карту в Комнате, которой нет, значит, он уничтожил её.

— Не понимаю.

Марук рассмеялась:

— Комната, который нет, — это такое образное выражение. Положить что-то в Комнату, которой нет, означает выбросить вещь, ведь этого места не существует.

— Ты уверена?

— Совершенно! Я слышала «Балладу о влюблённых»… ну, помните, я рассказывала… муж и жена заблудились и бродят в надежде встретиться. Так вот, там было это выражение.

— Но наш друг пишет, что предпочёл переложить карту в надёжное место. Здесь что-то не так.

— Я думаю, нет надёжнее способа спрятать вещь, чем уничтожить её. Может, именно это и хотел сообщить ваш друг?

— Ну нет, — проговорил Джейсон. — Нам известно, что здесь, в Египте, спрятана карта Килморской бухты. Это очень важно. Может быть, там раскрывается загадка Двери времени и «Метис». В любом случае, нам нужно найти эту комнату, прежде чем туда попадет Обливия Ньютон.

— Иными словами? — хотел уточнить Рик.

— Иными словами — вы сумасшедшие! — заключила Марук. — А эта ваша Обливия Ньютон ещё более сумасшедшая, чем вы! Искать Комнату, которой нет, всё равно что искать песчинку посреди пустыни. Пожалуйста, начинайте. — Она показала в сторону Дома жизни. — Чтобы отыскать эту комнату, вам жизни не хватит.

— Но у нас и нет столько времени… — пробормотал Рик. — У нас даже нескольких часов нет.

— Знаете что, — тряхнула головой Марук. — Мне кажется, сейчас самое время рассказать всё по порядку — кто вы такие и откуда приехали.

Джулия замерла за статуей рыбачки. Возле виллы остановилась чёрная машина. Как раз в эту минуту по двору скользнул луч прожектора, и девочка увидела мужчину в тёмных очках.

Он открыл дверцу, вышел из машины, подошёл к входной двери, но… не постучал. Джулия слышала, как он дёргает ручку. Потом мужчина отошёл в сторону и растворился в ночи.

В эту минуту чья-то рука крепко зажала Джулии рот.

— Тише, ни звука… — прошептал Нестор, постепенно ослабляя хватку. — Пусть думает, будто нас нет дома.

— Кто это?

— Тсс!

Садовник увлёк её в тёмный угол у лестницы. Они оба молчали. Вдруг за окном сверкнула молния, и Джулия снова увидела незнакомца. Мужчина прижался носом к стеклу и смотрел внутрь.

Девочка затряслась от страха.

— Он ничего не увидит… — шепнул ей Нестор. — Это особые стёкла.

Мужчина стал сильно дергать ручку, пытаясь открыть дверь.

— Заперта. Всё заперто. Он не войдёт, — доносился до Джулии шёпот садовника.

Судя по звукам, незнакомец пошёл вдоль дома, пробуя открыть другие двери.

— А чёрный ход? — испугалась Джулия.

— Заперт. Я всё запер. Он не сможет войти.

— Окно в каменной гостиной! — всплеснула руками Джулия. — Я открыла его, чтобы посмотреть, идёт ли дождь.

— Побудь здесь, не уходи никуда… — приказал Нестор и исчез в темноте.

Джулия молча слушала затихающие шаги Нестора и следила за незнакомцем, который дёргал ручки всех дверей.

Заперто…

Заперто…

Заперто…

Человек медленно направился к последней двери. Дождь размывал его силуэт и скрывал лицо. И всё же Джулии казалось, что, несмотря на шум ливня, она слышит его шаги.

Человек подошёл к четвёртой двери и толкнул её.

Джулия не поверила своим глазам.

Дверь открылась.

Незнакомец лишь приоткрыл её, впустив в дом холодный ветер, и успел заглянуть внутрь.

Даже не задумываясь над тем, что делает, девочка выскочила из своего укрытия.

— Нет! — закричала она и ударила человека головой в живот.

Молния осветила небо за его спиной. И тут Джулия со всей силы хлопнула створку в лицо человеку.

Послышался звон разбившихся очков, человек упал, схватившись за нос, и покатился по траве.

Джулия подскочила к двери и повернула ключ в замке.

Тут за спиной раздался голос Нестора:

— Джулия, что случилось? О, нет.

Он увидел за окном Манфреда — тот стоял на коленях в мокрой траве, из его носа текла кровь.

— Ты разбила мне нос! — закричал водитель Обливии, пытаясь подняться. — И ты заплатишь за это!

Манфред поднялся, шатаясь, и всем телом обрушился на дверь.

Бум!

Нестор с Джулией отступили, но дверь не поддалась.

— Я разломаю тут всё! Всё разнесу! — в неистовстве кричал злодей, стоя под дождём.

— Спокойно, — приободрил девочку Нестор. — Всё хорошо. Он ничего не сможет сделать.

Бум! — повторился удар.

— Вы мне заплатите за это! — продолжал вопить Манфред.

Луч прожектора скользнул по саду, и Джулия спросила:

— Нестор, что это за человек? Что ему надо?

Садовник поморщился:

— Видимо, хочет войти.

Глава 13

В городе

Ребята направились к выходу из сада. По дороге они рассказали Марук, как прибыли в Пунто, предварительно заставив её поклясться, что она будет держать язык за зубами. Рассказали и про Джулию, про то, как она исчезла за Дверью времени. Разумеется, сообщили и о прежнем владельце виллы. Джейсон поделился своими предположениями. Ему казалось, что Улисс Мур жив. Возможно, он находится в Килморской бухте, не исключено, что в плену.

Марук так расстроилась от всего услышанного, что даже ничего не могла сказать. Она с самого начала догадывалась, что мальчики что-то скрывают от неё, но при всём своём богатом воображении и предположить не могла такое… И всё-таки эти ребята внушали ей доверие.

Троица остановились у лестницы, ведущей к складам Гостиного двора. Надо было обдумать, что делать дальше.

В сущности, у них имелось только два варианта: либо вернуться к разрушенной стене, а оттуда — в грот, где, возможно, их ждала Джулия, либо отправиться в город, искать Лавку забытых карт.

— Если пойдёте искать лавку, я не смогу составить вам компанию, — сказала Марук. — Мне запрещено покидать окрестности Дома жизни.

— Да, запутанное дельце, — пробормотал Рик и посмотрел на Джейсона.

— Вот что, — решительно произнёс Джейсон. — Нам надо действовать быстро. Найдём Лавку забытых карт — и сразу в грот!

Рик с сомнением покачал головой. Где её искать, эту лавку? У них было только одно указание: Я ПРЕДПОЧЁЛ ПЕРЕЛОЖИТЬ КАРТУ В НАДЁЖНОЕ МЕСТО — В КОМНАТУ, КОТОРОЙ НЕТ. Ну что? Марук считает, что карта выброшена. Может, она права? Кстати, все предыдущие подсказки, полученные ещё в Килморе, были рифмованными, а эта… Какая-то невыразительная, деловая, но от этого не менее загадочная…

— Послушайте, — сказала Марук, — можно сделать так. Я останусь здесь, возле складов, ожидать Джулию. Вдруг она вернётся сюда, а вас не будет… Вы только подскажите, как объяснить ей, что я ваш друг.

Это и в самом деле казалось неплохим решением.

— Хорошо, — согласился Джейсон, немного подумав. — Давайте так и сделаем. Если Джулия вернётся, то придёт именно к стене. Вернее, к тому, что от неё осталось.

— Это я поняла, — улыбнулась Марук.

— Можешь сказать ей, что… что мы с Риком ушли по делу. Добавь, что ей не следует беспокоиться, что с нами всё в порядке.

— И что вы тревожитесь за неё.

— Да, — кивнул Джейсон. — Мы беспокоимся. И обязательно скажи, чтобы в следующий раз Джулия не убегала так быстро. — Он протянул Марук руку: — Спасибо, ты настоящий друг.

— Кстати, Джулия — точная копия Джейсона, — добавил Рик. — Ты её сразу узнаешь, ведь они близнецы. Только она... — Он хотел сказать «гораздо симпатичнее», но вместо этого произнёс совсем другое: — Только она немного выше ростом.

Ни слова ни говоря, лишь молча показывая стражам своих жуков-скарабеев, служивших пропуском, ребята отправились дальше в город. На тесных улицах соперничали между собой сотни лавок. Тут продавалось всё: животные, которые мычали, блеяли, били копытами, скулили и щебетали в ивовых клетках; разрисованные статуи и тарелки из алебастра; благовония; кувшины с маслами; горы хрустящих хлебцев; плетёные из тростника корзины с инжиром и финиками; ковры; шерстяные накидки; яркие ткани; украшения из драгоценных камней… Гвалт, толкотня, даже ругань — одним словом, настоящий восточный базар!

Джейсон шёл мимо этого изобилия, ни на что не обращая внимания, а Рик, наоборот, то и дело останавливался, чтобы получше рассмотреть какую-нибудь вещицу. Смуглые продавцы, пользуясь этим, хватали его за рукава, привлекая к себе.

В центре небольшой площади стоял чернокожий гигант, стороживший полуголых людей.

Скованные цепями, они сидели на земле, понурив головы.

— О нет! — простонал Рик, вспомнив, что читал в дневнике. — Это же невольничий рынок!

Немного подальше улица сильно сужалась, словно пробиралась между двух кривых домов.

— Рик… — окликнул друга Джейсон. — Смотри, лавка. Может, это она?

Он указал на приземистое здание, построенное из кирпичей. Наружные стены были исписаны иероглифами, изображающими море, небо и ночной путь Солнца.

Стела у входа оповещала:

ЛАВКА ЗАБЫТЫХ ГЕОГРАФИЧЕСКИХ КАРТ

Скорее уникальная, чем редкая, возможность вновь отыскать путь

— Думаю, это она, — восхищённо ответил Рик. — Давай попробуем войти.

Мальчики спустились на четыре ступеньки вниз и приподняли занавеску. От жаровни в углу пахнуло ладаном. С потолка на серебряных цепочках свисали сотни карт. Большой низкий стол также заполняли карты. Выполненные на папирусах, они выглядели очень и очень старыми.

Продавца мальчики не заметили. Помявшись немного у порога, они решили пройти вглубь тесного помещения. Внимание Джейсона привлекли карты с атлантами. Он вспомнил, что атланты считаются прародителями египтян. Рик засмотрелся на выбеленные дощечки, покрытые письменами. Как он понял, путешественники описывали на них свои приключения. Здесь также висела очень подробная карта Вавилона — города, где говорили на всех языках мира, и даже план Ура — самого древнего города на земле.

На стене справа — план Чёрных стен — проклятого города, возведенного людьми очень необычной внешности: с рогом посреди лба. На стене слева ребята увидели карту Небесной страны. Как следовало из пояснения внизу, добраться туда можно только зимой, «когда дождь превращается в лёд» и образуются «ледяные лестницы».

На всех картах, где обозначались реки, длинный извилистый Нил занимал больше всего места. Названия рек давались египетской скорописью либо иероглифами. На некоторых картах пометки были сделаны на языке финикийцев. Джейсон вспомнил, что рассказывали им на уроке истории. Финикия находилась на восточном побережье Средиземного моря. Удобное географическое положение позволяло жителям этой страны вести оживлённую торговлю с Месопотамией и Египтом. Что же касается финикийского письма, то оно считается одним из самых древних в мире.

В лавке также были карты, надписи на которых мальчики не могли разобрать. Как зачарованные, они переходили от одной карты к другой. Им казалось, — они слышат плеск волн, завывание ветра и видят не нарисованные, а настоящие горы, над которыми кружатся кондоры. Сколько же интересных историй могли рассказать составители этих карт!

Джейсон осторожно тронул шероховатый лист. Это оказался план какого-то здания, сотни комнат которого соединялись множеством коридоров и лестниц. Внимание Рика привлекла карта на деревянной пластине. Видимо, это был порт: в бухте между скал неизвестный путешественник отметил причалы и подходы к ним. Может быть, здесь швартовались пираты?

Вдруг раздался чей-то глухой и низкий голос:

— Вы пришли сюда только посмотреть или хотите купить какую-нибудь карту?

Джейсон вздрогнул и обернулся. В углу у входа, утопая в подушках, сидел старик. Ноги его стояли в тазу с горячей водой, от воды поднимался пар. А рядом находилось скульптурное изображение крокодила, почему-то привязанное к креслу толстой верёвкой.

— З-здравствуйте, мистер, — проговорил Джейсон и шагнул вперед, намереваясь подойти поближе… и тут же замер — то, что он принял за скульптуру, ожило. На мальчика смотрели два жёлтых огромных глаза, поделённых чёрной вертикальной полоской.

— Так эта штука живая? — пролепетал Рик, стоявший позади друга.

Старик усмехнулся:

— Живая. — На шишковатую голову рептилии легла рука в перстнях. — Молодой человек спрашивает, живой ли ты, Талос?

Талос, оскорблённый таким вопросом, широко распахнул пасть, демонстрируя острые зубы, расположенные в три ряда.

Ребята в испуге попятились.

Крокодил громко щёлкнул челюстями, а его хозяин как ни в чём не бывало помешал ногой воду в тазу.

— Итак, молодые люди, что привело вас в мою лавку?

— Мы… э… — пролепетал Рик, косясь на Талоса.

— Достаточно посмотреть на кончики ваших носов, чтобы понять: вы иностранцы, и, возможно, персы, — продолжил старик. — Значит, в каком-то смысле, вы оказались в нужном месте.

Джейсон глубоко вздохнул и ответил:

— Нет, мистер, вы ошибаетесь. Мы не иностранцы и уж точно не персы. Мы… живём в Пунто… и ищем одну важную вещь. Скажи, Рик… — обратился он за поддержкой к другу.

— Совершенно верно. Э… Мы ищем… одну карту.

— Карту! Ха-ха! — рассмеялся хозяин лавки, поёрзав в своём кресле. — В таком случае мне очень повезло. Могу ли я поинтересоваться, какую именно карту вы ищете?

— Карту Килморской бухты, — поколебавшись, ответил Джейсон.

— Клянусь богами Верхнего и Нижнего Египта, — воскликнул старик, поглаживая Талоса, — это и в самом деле счастливый день для меня! Вот уже два человека спрашивают одну и ту же карту! Должно быть, это какая-то очень важная карта, если её ищут и женщины, и дети.

Мальчики переглянулись:

— Вы хотите сказать, кто-то ещё приходил к вам за картой Килморской бухты?

— Ха-ха! Именно так! — Старик вытащил ногу из воды, внимательно осмотрел её и снова опустил в таз. — Один из моих помощников привёл сюда женщину… Вы бы видели её: какая-то безумная жрица, она сразу вывела Талоса из себя. Имейте в виду: малыш не любит слишком нервных людей.

Обливия Ньютон… Она опередила их…

— И что вы ей сказали?

— То же, что скажу вам: у меня нет этой карты. Не думаю, что она вообще существует. Если бы кто-то поместил её в «Коллекцию» и если бы она имела хоть какую-то ценность, один их моих помощников непременно сообщил бы мне об этом. Или хотя бы сделал копию.

— Но вы всё же предпочитаете воровать оригиналы? — без обиняков уточнил Джейсон.

— Ха-ха! А у тебя острый язык, юноша! Но будь осторожен: кто стремится отрезать слишком много, может и пораниться. — Талос при этих словах угрожающе пошевелил хвостом. — И потом, что за некрасивое слово — воровать. Разве не глупо, что некоторые карты гниют в Доме жизни, когда есть люди, готовые заплатить столько золота, сколько весите вы оба, лишь бы завладеть ими?

— Но Дом жизни открыт для всех, — заметил Рик. — Насколько я понял, любой может прийти и посмотреть то, что его интересует.

— Здесь есть свои тонкости, юноша. Карты созданы для тех, кто умеет их читать. У каждого человека своя карта. У каждого человека своя тропинка, которую следует найти. — Старик коротко хохотнул.

— Мы, однако, верим, что карта Килморской бухты существует, — сказал Джейсон.

— Безумная жрица сказала мне то же самое. Ха-ха! Я ответил ей — пусть в таком случае сама ищет эту карту. Может быть, она лежит в Захороненных архивах. Там находятся вещи, которые ещё не занесены в каталог или за хранение которых просрочена плата. Пусть обратится к указателям. Мой человек поможет ей, но при условии, что она заплатит…

— Не думаю, что эта карта находится в Захороненных архивах и указатели вряд ли скажут ей что-либо, — заметил Джейсон.

— О да, я предупредил её об этом. Но она была такая злая и ей так хотелось заплатить за помощь в поиске, что я не мог не взять деньги. Ха-ха!

— Нам известно, что карта находилась в «Коллекции», — сказал Рик. — Но кто-то перенёс её в другое место.

— Ха-ха! И куда же?

Джейсон вздохнул:

— Её перенесли в Комнату, которой нет.

Старик внезапно перестал смеяться. Он наклонился вперёд, и лицо его оказалось на свету.

— Что ты сказал, юноша?

— Её перенесли в Комнату, которой нет, — дрогнувшим голосом повторил мальчик.

— Ах вот как! — Старик тяжело откинулся на спинку кресла. — Тогда это совсем другое дело.

— Почему?

— Вы слишком молоды, юноши, чтобы начинать этот поиск. Уходите, уходите отсюда быстро! Найдите сверстников и отправляйтесь с ними пускать камушки по воде. Или возьмите шахматную доску и сыграйте в сенет. Играйте в бабки, делайте что хотите, но забудьте про эту карту! И самое главное — забудьте про Комнату, которой нет.

— Это слишком важно для нас, и мы не отступимся.

— Важно только одно, — прохрипел хозяин лавки. — Время! У вас оно есть! Не следует тратить драгоценное время на поиски того, что не существует. Прочь! Вон отсюда! ВОН!!!

Вынув ноги из таза, он отвязал Талоса, и крокодил ползком двинулся вперёд.

Таз с грохотом опрокинулся. Джейсон отпрыгнул в сторону, а Рик замер на месте. Челюсти Талоса щёлкнули у самого его носа, но мальчик не шелохнулся.

— Хватит, Талос, хватит, — строго произнёс старик, и животное с неохотой отползло к его ногам.

Рик и сам не понимал, почему проявил такую храбрость. Возможно, он не верил, что этот крокодил, заменяющий старику собаку или кошку, способен съесть его. Но скорее всего, к полу его пригвоздил страх.

Так или иначе, привязав Талоса, старик, пошатываясь, направился к рыжеволосому мальчику. На его морщинистом лице отразилось неподдельное восхищение.

— Клянусь богами Верхнего и Нижнего Египта, ха-ха! — воскликнул он. — Клянусь моей матерью, да восславят её Анубис и боги потустороннего мира, — я никогда не видел ничего подобного. Кто ты такой, юноша? Герой или сумасшедший?

Рик моргнул. Оцепенение, охватившее его, постепенно проходило. Он начал понимать, что на самом деле могло произойти секунду назад.

Джейсон выбрался из своего угла. Убедившись, что Рик цел и невредим, он отряхнул с себя пыль и встал рядом с другом.

Старик и на него взглянул с восхищением.

— Острый Язык и Бесстрашное Сердце, — сказал он. — Никогда не видел ничего подобного! Ха-ха! Молодцы! Вы нравитесь мне!

Прошаркав к своему креслу, он сел и сунул ноги в пустой таз.

Джейсон посмотрел на бледного Рика, кажется готового грохнуться в обморок, и на всякий случай подвинул к нему скамейку.

— С вашего позволения, мы присядем, — проговорил он. — Так что же. Продолжим разговор?

— Острый Язык и Бесстрашное Сердце, — пропел старик, поглаживая крокодила по голове. — Ещё никто не проявлял такой выдержки! Вижу, я ошибся в своём суждении о вас. Скажите, а вы бы не хотели поработать со мной? Мне давно уже пора расстаться кое с кем из моих помощников.

— Нам это не нужно, обойдёмся, — решительно ответил Джейсон, подумав, что уж если его называют Острым Языком, надо оправдывать прозвище. — Мы пришли сюда, чтобы узнать, как найти Комнату, которой нет.

— Ха-ха! Эта комната — моё наваждение. Всякий раз, когда слышу о ней, словно снова чувствую запах дыма и вижу языки пламени, уничтожающие годы и годы трудов. — Последние слова он произнёс совсем тихо.

— О каком пожаре вы говорите? О том, что случился в «Коллекции» несколько лет назад?

Лицо старика неожиданно оживилось:

— Так ты, выходит, знаешь эту историю, юноша?

— Отчасти, — ответил Джейсон и сжал руку Рика, который всё еще не мог прийти в себя.

— Чёрт бы вас всех побрал! — закричала Обливия Ньютон, когда у неё сломался каблук.

— Добро пожаловать в Захороненные архивы, — улыбнулся молодой египтянин.

Подчёркнутая вежливость привела Обливию в бешенство. Она сняла туфли, отшвырнула их и окинула помещение покрасневшими от пыли глазами.

Они находились в подземелье. Коридор освещали лампады с касторовым маслом. Провожатый Обливии зажигал их по мере того, как они продвигались дальше. С потолка и стен время от времени сыпался песок, заставляя думать о том, что своды могут обрушиться. Песок покрывал груды каких-то вещей, валявшихся на каменном полу.

— Фу, какая гадость, — фыркнула Обливия, стараясь идти на цыпочках, ей не хотелось ступать на каменный пол всей ступней. — И как тут можно что-то найти?

— За каждый вопрос... — усмехнулся египтянин.

Обливия жестом остановила его:

— Знаю, знаю: за каждый вопрос нужно платить.

Покидая Килморскую бухту, она прихватила с собой десятка два зажигалок и потом продала их на базаре в Пунто. Торговец, который увидел, как они работают, выложил ей целую гору дебен, местной валюты, в полной уверенности, что совершил сделку года. Теперь этими дебенами она оплачивала услуги проходимцев.

Осторожно следуя за египтянином, Обливия вспомнила о свечном огарке, который нашла в нише. Кто-то, должно быть, опередил её. Кто-то, у кого оказалась при себе современная свеча китайского производства. Но кто это мог быть? И когда незнакомец побывал в «Коллекции»?

— Пришли, — произнёс молодой египтянин, отвлекая её от размышлений. — Знакомьтесь, это наш человек.

— Человек? — удивленно переспросила Обливия.

Существо, стоявшее перед ними, имело бесформенное туловище, голова походила на грушу, глаза цвета скисшего молока гноились.

— О, не следует пугаться его облика, — шепнул египтянин. — Он родился и вырос тут, в подземелье. И кроме того… он очень тщеславный.

Обитатель подземелья не столько смотрел на Обливию, сколько обнюхивал. Когда она протянула ему руку, он не пожал её, а принялся рассматривать, как какую-то вещь. Обливия постаралась скрыть отвращение, убеждая себя в том, что без помощи этого отвратительного существа ей не обойтись.

— Так что же вы конкретно ищете? — просипел уродец.

Обливия объяснила, несколько раз повторив название: Килморская бухта.

Уродец долго молчал, покачивая головой.

Египтянин знаком показал Обливии, что пора доставать деньги. Руки уродца молниеносно схватили монету с ладони Обливии. «Интересно, на что он тут тратится?» — машинально подумала она.

— Возможно, кое-что для вас найдётся… — многообещающе сказал уродец, ловко пробираясь среди сваленных в кучу вещей.

Они прошли мимо обезглавленных статуй, мимо нагромождений мебели, мимо каменных ящиков с папирусами, в которых шебуршали мыши.

— О боже… — пробормотала Обливия, внезапно осознав, что ступает по полу босыми ногами.

— Мыши, мыши… — довольно просипел уродец. — Здесь много мышей, много превосходных мышей. К тому же… идёмте, идёмте… это отличные толстые мыши.

Египтянин с насмешкой взглянул на Обливию, но она сделала вид, будто ничего не слышала. Бледная как покойница, она шла вперёд, думая только о своей цели.

И тут она вспомнила о Манфреде. Надо было взять его с собой. Манфред защитил бы её от мышей.

Обливия сжала свечной огарок, лежавший в кармане, и вдруг остановилась: перед расставанием Манфред сказал ей, что видел огни на Солёном утёсе, под виллой Арго. И карта Килморской бухты исчезла из ниши, где должна была находиться…

Возможно ли такое совпадение?

Глава 14

Тайна пожара

Постукивая ногами по пустому тазу, старик начал свой рассказ:

— Когда-то я слыл одним из самых опытных указателей. Многие крупнейшие учёные хотели иметь дело со мной, и только со мной. С моей помощью они могли найти старинные рукописи, карты самых далёких мест, чтобы узнать секреты подлунного мира. Так продолжалось до тех пор, пока однажды ко мне не явился один человек. Ха-ха! Я до сих пор прекрасно помню его! Как же забыть! Этот человек много лет изучал Папирус, в котором рассказывалось об основании города Пунто, о жизни первых людей, прибывших сюда морем и построивших с помощью богов Дом жизни. Ха-ха! Да, юноши, Дом жизни — самое старое здание в Пунто, древнее песка, который появился здесь многие годы спустя, нанесённый завистливым ветром… Но… в Папирусе была ошибка.

— Какая ошибка? — хором воскликнули мальчики.

— Папирус содержал список всех помещений Дома жизни, из которого следовало, что в нём на одну комнату больше, чем на самом деле. Эту комнату никто никогда не видел. Даже Великие мастера не бывали в ней. Вы ещё не забыли о том учёном, что пришёл ко мне? Так вот, он настаивал, что такая комната существует, просто вход в неё оберегается с помощью какой-то загадки. Но загадки-то никакой не было, ха-ха! Никакой загадки! Понимаете, юноши, загадки и быть не могло — ведь не было и самой комнаты. О-шиб-ка! Ошибка в Папирусе, только и всего. Комната, которой нет… — Старик задумчиво почесал нос и продолжил: — Я надолго забыл об этом разговоре. Но потом учёный вернулся и сказал, что нашёл эту комнату и разгадал загадку, оберегавшую её. «Какую загадку?» — спросил я. Ха-ха! «Она у всех на устах и на виду!» Вот так он и заявил мне. И знаете почему? Потому что вздумал бросить мне вызов! Я слыл одним из лучших указателей, а в поисках этой комнаты превратился в больного старика, коротающего дни в обществе крокодила.

— А как же тот учёный заставил вас поверить, будто нашёл Комнату, которой нет? — спросил Джейсон.

— Ха-ха! Он заявил: «Когда найдёшь комнату, увидишь в ней изображение трёх черепах. Вот тогда и поймёшь, что я сказал тебе правду».

— Трёх черепах? — переспросил Джейсон, вспомнив, что над дверью в гроте видел одну черепаху. Может быть, это как-то связано?

— Тебя что-то насторожило, Острый Язык? — спросил старик.

— Нет, ничего, — соврал мальчик.

— Я искал этих черепах долгие годы, но так и не нашёл их. Мне… мне хотелось найти Комнату, которой нет, только для того, чтобы доказать этому человеку... Что? Что я не хуже него? Что я — лучший следопыт в мире? Дни и ночи я тратил на бесконечное обследование бесконечных коридоров Дома жизни. Глупец! Сколько времени я на это потратил… Правда, я зарисовал каждый проход, каждую лестницу и узнал там все входы и выходы… — Старик продолжал свой рассказ, не останавливаясь. — Благодаря этому я знаю Дом жизни, как свои карманы. Но… у меня нет ни жены, ни детей… Ноги мои ломят, и я не желаю ничего больше знать об этих секретах. Ха-ха! При желании я могу послать в Дом жизни своих помощников, и они разыщут что угодно. За деньги, за деньги, юноши… Но одно я вам наверняка гарантирую: Комнаты, которой нет, не существует!

— А пожар? Он как-то связан с этой историей? — спросил Джейсон.

Хозяин лавки потряс головой, словно вопрос был ему неприятен.

— Вы должны знать, юноши… Однажды я подумал, что нашёл разгадку. Она у всех на устах, сказал тот человек. Я стал прислушиваться и понял, что было у всех на устах. Разумеется, я сразу поспешил в Дом жизни… Ха-ха! Мне казалось, я знаю, что нужно делать! Я был уверен, что нахожусь всего в шаге от разгадки! — Его голос вдруг зазвучал глухо: — Я провёл в Доме жизни ночь и дождался рассвета. На рассвете я повернул зеркала. Зеркала поймали солнце, и… его лучи воспламенили папирусы. Вот так начался пожар. Да, это я был виновником пожара… Как только загорелись первые папирусы, злой ветер раздул пламя, и оно гуляло по коридорам, от ниши к нише… Горела целая секция «Коллекции». ГОРЕЛА! — Старик немного помолчал, а потом заговорил шёпотом: — Мне пришлось навсегда покинуть Дом жизни. Я обосновался в городе и создал свою собственную коллекцию загадок. Или, если хотите, коллекцию разбитых надежд, дабы потрошить таких же сумасшедших мечтателей, как я. — На его губах заиграла недобрая улыбка: — Деньги многое значат в нашей жизни. Если кто-то готов платить за свои поиски, я всегда помогу.

Хозяин лавки замолчал, и ребята долго не решались нарушить тишину.

— А в чём же состояла загадка? — спросил Рик. Он уже чувствовал себя вполне нормально.

— Ха-ха! — поёрзал в кресле старик. — Бесстрашное Сердце слушает, но не понимает. Не существует никакой загадки. И не существует никакой Комнаты, которой нет!

— Вы же сказали, что тот человек нашёл её.

— НЕ НАШЕЛ ОН НИКАКОЙ КОМНАТЫ, ПОТОМУ ЧТО ОНА НЕ СУЩЕСТВУЕТ! — закричал старик так громко, что верёвка, которой был привязан Талос, задрожала.

— Но ведь вам казалось, что вы нашли разгадку, — настаивал Рик. — Вы сами только что сказали: «Я был уверен, что нахожусь всего в шаге от разгадки», разве не так?

— Ты всё-таки слишком глуп, юноша, — вздохнул старик. — Не было никакой загадки, и не было никакой разгадки. Не было!

Джейсон поднялся:

— В таком случае мы только отнимаем у вас время. Спасибо за рассказ. Думаю, нам следует почитать Папирус, в котором рассказывается об основании города.

— Ха-ха, не сможете! — рассмеялся старик. — Этот Папирус сгорел во время пожара, как и все прочие сведения о Комнате, которой нет. Кроме одного, — хитро добавил он, когда мальчики были уже в дверях, но ещё не успели выйти.

— Открывайте немедленно! Открывайте! — Манфред колотил во все двери, безуспешно пытаясь проникнуть в дом.

— Почему он кричит? — зажала уши Джулия. — Что мы ему сделали? Кто он такой, Нестор?

Садовник молчал. Он был слишком стар для того, чтобы прогнать водителя. Для этого требовалась сила, а сил у него не было.

Наконец крики и стук прекратились, но спокойнее от этого не стало. Судя по тому, что машина по-прежнему стояла у дома, злодей был где-то поблизости.

— Может, он всё-таки ушёл? — рискнула спросить Джулия. — Оставил машину и… Хотя нет, под таким дождём он вряд ли пойдёт пешком.

— Давай поднимемся в башню, — предложил Нестор. — Оттуда хорошо просматривается сад. Правда, в такую темень трудно что-нибудь разглядеть.

Поднявшись по лестнице, они вошли в комнату, где стояли модели. Окно было плотно закрыто. Джулия заметила, что в сломанную задвижку кто-то вставил колышек. Ей показалось, будто на чердаке что-то скрипнуло. Она подняла голову и прислушалась. Нет, тихо…

— Так что же это за человек, Нестор?

— Это старая история.

— Расскажите.

— Не сейчас.

— Расскажите! — потребовала девочка.

Ветер за окном свистел так, будто хотел сорвать башенку и унести.

— Это была ошибка… — вздохнул Нестор. — Ошибка миссис Мур. Она пожелала внести некоторые новшества…

— Новшества? Когда мы приехали сюда, нам с братом показалось, будто попали в позапрошлый век! У вас тут время остановилось…

— Мне жаль разочаровывать тебя, но это не так, — усмехнулся Нестор. — Время, к сожалению, всегда летит как сумасшедшее, его не остановишь. Давай-ка спустимся вниз, посмотрим в другие окна.

Они прошли в комнату родителей. Нестор поднял рольставни, дождался, пока появится луч прожектора, и осмотрел двор.

Джулия присела на кровать под большим балдахином. Как бы она хотела, чтобы сейчас здесь были мама и папа… И Джейсон.

— А вы не могли бы рассказать подробнее… Ну, о миссис Мур, — сказала она.

Нестор некоторое время смотрел в окно, потом ответил:

— Миссис Мур решила пригласить гостей на чай. Мистер Мур возражал, но Пенелопа… Ах, она была так наивна! В общем, хватило одного визита, чтобы от некоторых людей невозможно было избавиться…

— Понимаю, — кивнула Джулия. — Этот человек, что ломился в дом, — один из них?

— Он не был гостем, он водитель, да… Смешное пугало, во всяком случае, я так думал… Он много раз бывал здесь… вместе с Обливией Ньютон. Что же касается Обливии, то после первого раза её больше не приглашали. Она… она хотела купить этот дом.

Джулия встала и подошла к старому садовнику.

— Мы скажем об этом папе с мамой, Нестор. Не тревожься. Мы никогда не продадим этот дом.

— Хорошие слова, девочка. Очень хорошие…

За окном послышался грохот.

— Сарай с инструментами! — вскрикнул Нестор. — Он пытается проникнуть туда!

Глава 15

Снова в городе

На улице Рик воскликнул:

— Джейсон, второй такой встречи с крокодилом я не переживу!

Джейсон в эту минуту рассматривал план города Пунто, зарисованный в дневнике Улисса Мура.

— Может, перестанешь ныть и поможешь мне разобраться? Ничего тут не понимаю. Давай сюда свой дурацкий рюкзак, я сам его понесу.

— Спасибо, не развалюсь. Между прочим, в этом дурацком рюкзаке лежат уникальные вещи. Из другого мира, считай. Очень возможно, что через несколько тысячелетий какой-нибудь археолог отроет его в песке и будет долго ломать голову, откуда он тут взялся!

— Ну ты и разошёлся! — рассмеялся Джейсон. — Совсем как моя сестра.

— У твоей сестры, в отличие от тебя, в голове есть хоть немного мозгов.

— Мы же близнецы.

— Ну и что?

— А то, что мозгов у нас поровну.

— Сомневаюсь, — проворчал Рик, поправляя на плече рюкзак, который после визита к старику стал заметно тяжелее.

— Ладно, как только увижу сестру, скажу ей.

— Рискуешь, Джейсон! — воскликнул Рик.

— А ты будь осторожен. Слышал, что сказал хозяин лавки?

— Конечно. Он сказал «Ха-ха!» и сплюнул в таз. Ладно, давай вместе разберёмся.

Мальчики склонились над планом. Мимо проходили мужчины и женщины в пёстрых одеждах, не обращая на них внимания.

— Где же мы сейчас находимся? — пробормотал Рик. — Ага, кажется, здесь. — Его палец упёрся в круглую площадь, от которой расходились четыре улицы.

— Ха-ха! — ответил Джейсон, желая поддразнить друга.

Рик поддержал игру:

— Ха-ха! Как ты думаешь, Талос, может, у нас сыщется неплохая работка для этих молодых людей?.. Ну ладно, если мы только что проходили похожую площадь, то порт должен быть вон там.

С хозяином лавки договорились просто: они отнесут в город два свёртка, а он даст им единственную подсказку, которая, может быть, окажется полезной в поисках Комнаты, которой нет.

— Это займёт у вас немного времени, и можете оставить себе чаевые, — сказал старик. — Ха-ха! Раз уж вы действительно местные ребята.

Один свёрток предстояло вручить капитану финикийского судна, которое на днях должно было отплыть в Микены. Второй предназначался сему, то есть врачу; он собирался отправиться на поиски новых трав для своих лекарств и нуждался в карте.

Отыскать порт оказалось нетрудно. Ребята шли, обгоняя телеги, запряжённые волами. Воздух становился всё свежее, дышалось легче. Лица овевал приятный ветерок. Именно этот ветерок и вызвал у Джейсона некоторое сомнение.

— Он солёный, — сказал мальчик, облизывая губы. — Почему? Ветер с реки не должен быть солёным.

Рик не ответил. Он поглядывал по сторонам, боясь свернуть не туда.

Вскоре они вышли на берег… моря.

— Куда там впадает Нил? — спросил Рик. — В Средиземное море, кажется. Или в Красное?

— В Средиземное, географию надо знать, — засмеялся Джейсон.

Финикийское судно, куда следовало доставить свёрток, чем-то напоминало «Метис». Капитан, ливанец с длинными чёрными волосами, весело рассмеялся, когда ребята подошли к нему:

— А, новые рассыльные из лавки! Выходит, старику всё же удалось подправить наши карты.

— У вас красивое судно, мистер, — сказал Рик, окинув взглядом мачты.

— А куда вы направляетесь? — поинтересовался Джейсон.

— В залив Арголикос. Вообще-то нам надо доставить груз в Микены, но, поскольку там нет водных путей, придётся кое с кем договариваться. — Развернув карту, ливанец заметил: — Хорошо-хорошо. Отличная работа!

В руки ребят из его карманов переместилась горстка дебенов. Почти сразу они обменяли монеты на два, как бы сейчас сказали, сэндвича — между пресными лепёшками лежали дымящиеся куски баранины, приправленные острыми специями.

Позволив себе передохнуть, мальчики уселись на причале, свесив ноги. Пока ели, рассматривали пироги, которыми управляли длинными деревянными шестами, и флотилию фараона, расположившуюся в центре противника.

— Видишь эту штуку на носу? — показал Рик на одно из судов. — Это таран. Им пробивают корабль противника.

Лепёшки с бараниной оказались необыкновенно вкусными, но после них хотелось пить. Страдая от жажды, ребята направились в квартал, где жил доктор.

Рик обнаружил, что ориентироваться в Пунто проще простого: высоченные стены Дома жизни были видны с любого перекрёстка. Улицы шли под прямым углом, самые широкие из них делили город на кварталы. В глиняных домах жили торговцы, в тростниковых — люд попроще и победнее, немногочисленные дома из кирпича-сырца (иногда в два-три этажа) занимали вельможи и чиновники.

На одной из площадей мальчики натолкнулись на уличных музыкантов. Один весь в белом, даже лицо выбелено, другой — в чёрном. Вдвоём они заменяли целый оркестр. Первый, в белом, играл на каком-то щипковом инструменте и время от времени на деревянной флейте. Второй, в чёрном, отвечал за ударные: выстукивал ритм на барабанах, с силой ударял в медные тарелки и сопровождал пение трещоткой.

Послушав немного, мальчики поняли, что речь идёт о влюблённых — вероятно, тех самых, что потерялись в Доме жизни, когда начался пожар.

— Не понимаю, почему песни о любви непременно должны быть такими драматическими, — заметил Джейсон. — Нет, чтобы спеть о счастливой любви.

Рик промолчал. Он хорошо помнил, как горевала его мать, когда отец пропал в море, и подумал, что ей совсем не нужна была тогда эта красивая песня о любви.

Дом врача они узнали сразу: во дворе толпились мужчины и женщины, терпеливо дожидавшиеся своей очереди на лечение.

Мальчики объяснили, что они принесли пакет для доктора, и прошли в дом.

В комнате, где они оказались, за порядком следили двое юношей с бритыми головами. На столах теснились сосуды с водой, горшки с самыми разными растениями и множество банок. В коробках и коробочках лежали квасцы, медь, уголь, железо, известняк, сода, сера, мышьяк (все коробки были помечены иероглифами). В других сосудах находились забродившее пиво, мёд, спинной мозг и жидкая глина.

Доктор, полноватый, пышущий здоровьем человек, готовил припарку для женщины со ссадиной на голени. Развернув папирус, протянутый ему Джейсоном, он радостно воскликнул:

— Карта! Уф, я уж думал, что никогда не дождусь! — и сразу углубился в её изучение.

Джейсон несколько раз выразительно покашлял, чтобы напомнить о себе.

— Нам сказали, что за доставку получим чаевые, — наконец не выдержал он.

— Чаевые? — удивился доктор, и лицо его порозовело. — Чаевые за незаконченную карту. Доставленную к тому же с такой задержкой? Скажите спасибо, что не велю выпороть вас! Вон отсюда!

Взглянув на бритоголовых помощников врача, мальчики поспешили удалиться. Выйдя на улицу, Джейсон сообщил собравшимся в очереди, что они могут войти к доктору все сразу и что лечить их будут бесплатно.

— Послушайте, неужели так уж необходимо перебираться на другую сторону? — спросила Обливия Ньютон, содрогаясь от ужаса.

Обитатель подземелья вывел их к широкому колодцу — дальше пути не было. На внутренних стенах колодца, уходивших далеко вниз, смутно виднелись проходы в галереи, но никаких подъёмников поблизости не наблюдалось. Чтобы перебраться на противоположную сторону, нужно было совершить поистине цирковой номер: забраться в деревянную люльку с невысокими бортиками, оттолкнуться и пронестись над бездной.

— Как видите, другого средства передвижения у нас нет, — сказал уродец и добавил, подмигнув слезящимся глазом: — То, что вы ищете, на той стороне колодца. Однако за переправу нужно платить.

Обливия с негодованием повернулась к молодому египтянину, но тот криво улыбнулся:

— Вам лучше отправиться туда без моего сопровождения. Сэкономите, по крайней мере.

— И сэкономлю, — пробормотала Обливия, ища дебены.

Уродец схватил их с ловкостью тарантула, ловящего мошкару:

— Д-да, теперь можно и в путь.

Когда Обливия ступила в люльку, та скрипнула и опасно накренилась.

— Чёрт! Да она не выдержит меня!

— Ещё как выдержит. Хватайся за верёвку, — прошипел обитатель подземелья. — А теперь поехали!

Люлька, постанывая, полетела над колодцем. Обливия зажмурила глаза, мысленно прощаясь с жизнью.

Прежде чем вступить в тёмный коридор, она оглянулась. Египтянин махнул ей рукой. Обливия не видела его лица, но была уверена, что он улыбается.

Уродец потянул носом, словно соображая, куда идти, и наконец протиснулся между двумя рядами терракотовых кувшинов.

— Эй, ты там, будь осторожна, смотри, куда ступаешь, — сказал он.

— Без твоих советов обойдусь, — буркнула Обливия и тут же почувствовала, как по её ногам кто-то пробежал. — Ай, — вскрикнула она, чувствуя, что сейчас грохнется в обморок.

— Не бойся, — засмеялся уродец. — Мыши здесь пугливые — когда быстро идёшь, прячутся. А вот пауки… пауков нужно просто давить, и всё.

— Я… — только и смогла вымолвить Обливия. Ей казалось, что её окружают тысячи отвратительных существ.

— Бедные, бедные животные! Всю жизнь проводят под землей. У нас тут точно не разжиреешь — всё время ищут, что бы поесть, — продолжал уродец. — Но они не опасны, нет… Укусы быстро заживают.

— Я хочу немедленно уйти отсюда! — слабеющим голосом заявила Обливия.

— Хе-хе, — засмеялся уродец и снял крышку с одного из кувшинов. — Ну вот! Похоже, это то, что нужно!

Но Обливия его не слышала, лишившись чувств.

Когда она вновь открыла глаза, то первым делом завизжала, вообразив, что по ней ползают мыши. Затем осмотрелась и поняла, что каким-то образом оказалась на той стороне колодца, где остался египтянин. Он стоял в двух шагах от неё и отсчитывал дебены подземному обитателю.

— Всё в порядке? — спросил он, увидев, что Обливия очнулась.

Она постаралась сделать вид, будто ничего не произошло.

— Ну… в общем… Не выношу мышей!

— Несчастные животные… — прошептал уродец, подходя к ней. — Такие маленькие.

— Да иди ты! — отпрянула Обливия, потом порылась в карманах и обнаружила, что денег у неё больше нет.

— А что вы хотите, — пожал плечами египтянин, предвидя её вопрос. — Пришлось оплатить возвращение. Но ведь путешествие оказалось полезным? — Он протянул ей свёрток, помеченный красными иероглифами.

— Источник: Килморская бухта, — прочла Обливия и с изумлением уставилась на уродца, который почёсывал свою похожую на грушу голову.

— Ну да, я знал, что-то там есть, в Захороненных архивах…

Обливия торопливо развернула свёрток. Под несколькими слоями папируса обнаружился тонкий листок… Визитная карточка.

— Вы это искали? — спросил молодой египтянин.

Обливия перевернула слегка подпаленную визитку.

— Нет! — вскричала она. — Я ищу совсем не это! Вы думаете, я пережила кучу неприятностей ради дурацкой штуки? Ради этой жалкой визитки?! Адрес Гвендалин я и так знаю, для этого мне не нужно было переноситься в Египет!

— Так или иначе, это всё, что есть в архивах… — пробормотал уродец; при большом желании в его голосе можно было услышать сочувствие.

— Всё, что есть в архивах? Визитная карточка парикмахерши?!

Обливия сжала кулаки. Какая же она наивная: надеялась без особого труда найти карту Килморской бухты! Эта визитка ещё раз доказывала, что супруги Мур не однажды побывали в Доме жизни, в самых тёмных его коридорах. Да это же просто насмешка с их стороны!

Кипя злобой, она обернулась к молодому египтянину:

— Идём отсюда! Немедленно! Мне надо поговорить с твоим хозяином! Сейчас же!

Глава 16

Подсказка

Джейсон и Рик прошли через весь город и вернулись в Лавку забытых карт. Солнце уже спустилось к горизонту.

Старик ожидал их в кресле. Рядом недвижно лежал Талос.

В помещении на сей раз пахло не ладаном, а гнилью и какими-то сильными духами. На всякий случай Рик принюхался, но аромат показался ему незнакомым.

Доложив, что посылки доставлены по адресам, Джейсон потребовал от хозяина лавки подсказки. Собственно, за этим они и пришли.

Старик глубоко вздохнул. Ему явно не понравилось, что ребята так быстро справились с поручением.

— Ха-ха! Похоже, вы и в самом деле местные… Но и местные, знаете ли… Других пошлёшь, так они полдня плутают. Мда… Ладно, что вы хотите знать?

— Только то, что обещано. Как найти Комнату, которой нет.

— Ха-ха! Вы всё ещё убеждены, что ваша карта находится там? — Старик покашлял и шумно сплюнул в таз, полный воды.

— Да, убеждены!

— А вам не приходило в голову, что я мог солгать… только для того, чтобы вы согласились поработать на меня? Ха-ха! Противному старику ничего не стоит обмануть. А может, я всё ещё не оставил мысли найти эту комнату? Или… Или что я продам свой секрет тому, кто заплатит побольше, а?

— Я думал об этом, — сказал Джейсон, — но пришёл к выводу, что… что вы уже слишком старый для того, чтобы отправляться на поиски. А продать… У вас и так есть что продавать. К тому же в Пунто не так много желающих покупать кота в мешке.

— Ха-ха! Хорошо сказано, Острый Язык. Кота в мешке… Нет, мне это нравится!

Рик опасливо покосился на Талоса, шевельнувшего хвостом. Крокодил сидел на привязи, но это ничего не значило.

— Да, юноша, ты прав… Я действительно слишком стар, и… я устал. Я хранил этот секрет так долго, что теперь это уже не имеет никакого значения… Вам приходилось слышать «Балладу о влюблённых»?

Вспомнив уличных музыкантов, мальчики кивнули.

— Ну да, конечно, — продолжил старик. — Здесь, в Пунто, все её знают. Так вот, я думаю, что подсказка кроется в последней строфе баллады. Ха-ха!

Мальчики вскочили, готовые умчаться.

— Но будьте осторожны, — крикнул им вслед старик. — Потому что, думая, будто последняя строфа — это путь, по которому следует идти, я и устроил пожар в Доме жизни…

Едва за ребятами опустилась занавеска, тут же поднялась другая — над дверью в небольшую комнатку, откуда вышли Обливия Ньютон и её сопровождающий.

— Фу, я чуть не умерла от этого запаха! — скривила губки Обливия.

На лице старика появилось презрительное выражение.

— Ты слышал, Талос? — прохрипел он, почёсывая крокодила между глаз. — Этой женщине не понравились твои апартаменты.

Обливия подошла к входной двери, осторожно приподняла занавеску и вздохнула всей грудью.

— Воздуха! — воскликнула она.

Талос забил хвостом, явно недовольный.

— Ха-ха! Не советую делать резких движений, — предупредил хозяин лавки. — Видели ребят? Что скажете?

Обливия кивнула:

— Это они. Но их должно быть трое. Недостаёт девчонки. Сестры-близняшки того, что поменьше.

— Сестра-близняшка Острого Языка. Ха-ха! — повторил за ней старик.

— Его зовут Джейсон. Джейсон Кавенант. А другой… другой Рик Баннер, сопляк из посёлка, сын рыбака.

— Поосторожней в выражениях, жрица! — предупредил старик. — Мы с Талосом тоже дети рыбаков! Не так ли, дорогой?

Крокодил распахнул пасть и громко защёлкнул её.

— Они украли у меня карту из-под самого носа! — пожаловалась Обливия.

— Я так не думаю, — заметил молодой египтянин. — Судя по тому, что мы только что слышали, они всё ещё ищут её.

— А тебя никто не спрашивает!

— Ха-ха! — усмехнулся старик, с удовольствием наблюдая за их перепалкой. — Ну и ну. Жрица-истеричка и человек, который мнит себя очень сильным. Знаешь, Талос, об этом можно будет вспоминать как о самом интересном событии года. — Наконец ему надоело слушать, и он хлопнул в ладоши: — Вам не хватает организованности… друзья. А также пары туфель для женщины, если хотите поспешить за ребятами. Острый Язык и Бесстрашное Сердце убеждены, что карта находится в Комнате, которой нет. И они отправились на её поиски.

Обливия взглянула на него с недоумением.

— Ты хочешь сказать, что дал им верную подсказку?

— Ха-ха! Клянусь богами Верхнего и Нижнего Египта, эти иностранцы не понимают ни одного иероглифа! Сколько раз повторять это! Нет никакой подсказки, потому что Комната, которой нет, не существует!

Глава 17

«Баллада о влюблённых»

— Ну конечно, я в этом уверена! Это всего лишь песня, и ничего больше! — воскликнула Марук.

Ребята сидели у фонтана, откуда могли наблюдать за выходом из Гостиного двора — не появится ли оттуда Джулия, и за Домом жизни — не выйдет ли случайно отец Марук.

Пока мальчики были в городе, Марук убедилась, что доску, которой они прикрыли проём в стене, никто не сдвигал. Теперь она уверяла, что подсказка старика — сущая ерунда.

— Ты же сама говорила, что Дом жизни полностью никто не осматривал. Там тысячи коридоров и залов, почему бы среди них не быть и Комнате, которой нет?

— Если говорить точно, — заметил Рик, что-то подсчитывая на листке, — там должно быть десять тысяч шестьсот сорок восемь помещений. Двадцать две секции по двадцать две комнаты, по двадцать два коридора… Чтобы осмотреть их все, нам нужно...

— Ты забыл о тайных переходах, — перебил его Джейсон. — Старик уверяет, что их сотни, даже тысячи! Такую громадину наверняка строили в несколько приёмов, и каждый строитель мог внести что-то своё: добавить какую-нибудь нишу, лишнюю лестницу.

— Это вполне вероятно, — согласилась Марук.

— Пятьсот пятьдесят три тысячи шестьсот девяносто шесть ниш, а может, и больше. Даже если потратить на каждую по минуте… — в ужасе прошептал Рик.

— Ну и что? — сказал Джейсон скорее по инерции.

Марук улыбнулась, теребя косу:

— Если бы вы поговорили об этом с моим отцом, то убедились бы, что Комната, которой нет, не существует. Но в любом случае, я не могу поверить, будто единственный способ отыскать её — внимательно прослушать «Балладу о влюблённых». Или перечитать — ведь есть же списки. Ой, да о чём это я? Старик, который дал вам эту подсказку, — преступник и вор. Причём из худших. Услышав его имя, любой тут же сделает знак против сглаза. Его у нас называют Мрачным Указателем. Он сжёг целую секцию с документами! Его должны были казнить, но, благодаря связям, он остался в живых. А кроме того, посудите сами, разве такое возможно? «Баллада о влюблённых» — это всего лишь баллада. Ну да, её знают практически все, но мало ли других баллад!

— Известно же, что иногда лучший способ спрятать что-то — оставить у всех на виду… — возразил Джейсон.

— Чтобы найти Комнату, которой нет, нам потребуется семьсот шестьдесят восемь дней только на очень и очень ограниченную часть, — воскликнул Рик, продолжавший считать. Заметив растерянность друзей, он добавил: — Так что вы говорили?

— В «Балладе о влюблённых», — пояснила Марук, — рассказывается о молодых людях, которые отправились в Дом жизни, чтобы узнать… в чём смысл жизни. Начав поиски, они пошли по разным коридорам и с тех пор блуждают, так и не встретившись.

— Это означает одно: смысл жизни найти невозможно, — заключил Джейсон.

— Предлагаю другой вариант, — сказал Рик. — Невозможно найти в одиночку. Ну хорошо, а как заканчивается баллада?

— Влюблённые верят, что рано или поздно они встретятся. И произойдёт это в Комнате, которой нет.

Джейсон посмотрел на Рика:

— Вот именно!

— Но в балладе не говорится, что они нашли эту комнату, — пожала плечиками Марук.

— Потому что это любовная песня, — заключил Джейсон. — А на самом деле, я убеждён, что комната существует. И что там кто-то спрятал карту, которую ищем и мы, и Обливия Ньютон.

— Было бы замечательно, — тряхнула головой Марук, — но, думаю, вы ошибаетесь.

Тем не менее она отправилась к своему учителю музыки, чтобы спросить у него текст. Ждать её долго не пришлось.

— Вот! — Девочка расстелила на земле длинный папирус. — Мой учитель сказал, что это самый точный список «Баллады о влюблённых».

Три пары глаз тотчас устремились к последней строфе, которая гласила:

У нашей комнаты звучащий ключ.

На пороге появляется свет,

И виден он, когда смыкается час

Тех, кто любит и вечно следует

Друг за другом.

— Что он делает? — спросил Нестор у Джулии, полагаясь на её молодые глаза.

Они стояли в ванной комнате на третьем этаже — сарай с инструментами был виден только отсюда.

— Он не смог войти, — ответила Джулия. — И похоже, смирился с неудачей. Ходит туда-сюда и весь промок.

Погрозив кулаком в сторону виллы, Манфред закричал:

— Всё равно войду! И очень скоро!

Потом он пропал из поля зрения.

Джулия и Нестор прошли в комнату напротив ванной, надеясь увидеть водителя с другой стороны дома.

— Нет, не видно… — проговорила девочка.

И тут они услышали громкие удары внизу — Манфред безуспешно пытался взломать одну из дверей.

— Зато слышно, — улыбнулся Нестор, внимательно посмотрел на Джулию и заключил: — А знаешь, ты молодец!

— Знаю, — ответила она, не отходя от окна.

Потолкавшись во все двери, Манфред сел в машину и включил свет в салоне.

— Может, уедет всё-таки, — понадеялась Джулия.

С улицы загрохотала рок-музыка — динамики автомагнитолы работали на полную мощность.

— Уезжай, уезжай, — заклинала девочка.

Свет в салоне мигнул, но не погас, это не ускользнуло от Нестора.

— Понятно, с другой стороны вышел… — сказал он. — Хочет обмануть нас…

— Обмануть? Но он всё равно не сможет войти…

Вдруг Нестор поспешил вниз.

— Что вы собираетесь делать? — встревоженно спросила девочка, спускаясь вслед за ним. — Пожалуйста, не уходите! — взмолилась она, когда садовник подошёл к двери и взялся за ручку. — Не оставляйте меня одну!

— Что бы ни произошло, что бы ты ни увидела из окна — НЕ ВЫХОДИ! — приказал он. — Этот человек не должен войти сюда, понимаешь? Этого ни в коем случае нельзя допустить. Джулия, ты молодец! Я уверен, что могу положиться на тебя. Рику и твоему брату очень нужно, чтобы ты оставалась в доме… и помешала этому негодяю подойти к Двери времени.

— Пожалуйста, не оставляй меня!

— Ты не одна, — сказал садовник, распахнул дверь и исчез в темноте.

Джулия быстро заперла за ним дверь и поспешила наверх, к окну.

— Мама, папа! Джейсон! Рик! — шептала она, словно молитву, поднимаясь по лестнице, вдоль которой висели портреты.

Сад осветил луч прожектора, и Джулия увидела в окно, что между деревьями кто-то бежит.

Глава 18

Острый Язык и Бесстрашное Сердце

Перечитав последнюю строфу «Баллады о влюблённых», Джейсон проговорил:

— Отлично. Теперь твоя очередь, Рик.

Тот с удивлением посмотрел на него:

— Как это понимать?

— Это ты у нас мыслишь логически, я же полагаюсь на интуицию и готов рисковать. Но тут явно нужно поразмыслить, значит, твой черёд. — Обращаясь к Марук, мальчик добавил: — Он это быстро сделает, вот увидишь.

— Джейсон, перестань! — рассердился Рик. — Лучше постарайтесь помочь мне.

— А тебе самой эта строфа ничего не говорит? — спросил Джейсон у девочки. — Нет ли тут какой-нибудь связи с чем-то хорошо тебе знакомым… В Доме жизни или... Ну, не знаю. Нет ли связи с какой-нибудь другой легендой, которую знают все в Пунто? Подумай как следует.

Марук пару раз перечитала строфу и сказала:

— Нет, ничего не приходит в голову.

— И всё же, — настаивал Джейсон. — Именно эта строфа объясняет, как попасть в эту комнату…

— Если и в самом деле так, — проговорил Рик, — тут должно быть сказано, где находится это место и, возможно, откуда в него можно попасть.

— Верно.

— Я думаю, тут должно быть сказано и то, когда туда можно попасть, — заметила Марук. — Смотрите, тут написано: когда смыкается час.

— Смыкается час, — повторил Джейсон. — А час разве смыкается? Вообще-то что обычно смыкается?

— Магнит и кусок железа, — ответил Рик.

— Пазлы… Пальцы руки…

— Нижние и верхние зубы.

— Зубы? По крайней мере, в большинстве случаев! — проявила осведомлённость Марук.

— Что-то смыкающееся. Что? — проговорил Джейсон.

— Все верно, — рассудил Рик. — Чтобы что-то сомкнулось, нужно иметь по крайней мере две вещи. Две вещи смыкаются, когда так или иначе связаны друг с другом. А час, сам по себе, не может смыкаться.

— Верно. Но влюблённых-то двое. И встретятся они, когда сомкнётся час… Идеальный час, — заключил Джейсон.

— Точно! — воскликнула Марук, хотя ничего не поняла.

Ребята прочитали всю балладу от начала до конца, но так и не нашли ничего, что могло бы приблизить их к разгадке.

— В комнате нет двери, — сказал, помолчав, Джейсон. — Есть… есть только световой порог. А порог это то, что находится под дверью. Перейдёшь порог, считай, вошёл в комнату. Выходит, нам нужно только найти комнату в идеальный час.

— Может быть, имеется в виду солнечный луч? Может, комната тёмная, и луч доходит до порога?

— Или наоборот. В балладе говорится «появляется свет». Что значит «появляется»? Возможно, это только кажется, а на самом деле никакого света нет.

— Как мираж?

— Как мираж. Или как призрак.

— Но «появляется» может также означать вполне реальную вещь. Явление чего-то, чего прежде не было, — возразил Джейсон.

Мальчики задумались.

Потом Марук спросила:

— А если двери нет, зачем тогда ключ?

— Нет двери, но есть ключ. К тому же звучащий.

— Звучащий ключ. То есть какой-то шум…

— Или музыка.

— Или что-то вроде скрипичного ключа! — загорелся Джейсон.

— Ну нет, скрипичный ключ отпадает. Ноты для записи музыки — ну, как письменные знаки, нотная линейка и скрипичный ключ будут изобретены только через несколько веков. А вот звучащий ключ… он должен быть настоящим.

Марук, молча слушавшая их, поднялась и потянулась.

— Мальчики, я устала думать! Предлагаю устроить перерыв. К тому же солнце вскоре зайдёт и станет холодно.

— Что ты сказала? — переспросил вдруг Джейсон.

— Скоро станет холодно, — пояснил Рик. — Вблизи пустынь очень большой перепад дневных и ночных температур.

— Вот что означает «смыкается час»! Есть! — воскликнул Джейсон. — Как же мы сразу не догадались?

Его друзья растерянно переглянулись.

— Может, объяснишь? — сказал Рик.

— Это же просто! Мы всё время думали о влюблённых из баллады как о людях. Но что, если это не молодые люди, как мы их представляем — живые и реальные, а что-то совсем другое. Например. Солнце и Луна. Или Солнце и Земля.

Рика, словно молния, поразила догадка:

— Вечные влюблённые, которые не могут встретиться. «Кто любит и вечно следует друг за другом…»

— Но это не Солнце и Луна, — возразила Марук, — потому что тогда это были бы Амон-Ра и бог Тот. И даже не Солнце и Земля, потому что Земля — это бог Геб.

— У Геба тоже есть пара — богиня неба Нут. И в поэзии они вполне могут быть влюблёнными.

— Будь так, — заметил Джейсон, — но что ты скажешь про час, который смыкается? Ведь это и есть то время, когда мы можем найти Комнату, которой нет.

— Рассвет! — воскликнула Марук.

— Или закат, — предположил Рик. — В балладе нет уточнений. Но старик из лавки проговорился. Помнишь его рассказ, Джейсон? Он провёл в Доме жизни ночь и передвинул зеркала.

— На рассвете… — с волнением прошептал Джейсон.

— Он надеялся, что на рассвете увидит освещённый солнцем порог, но ошибся. Солнечный луч поджёг папирусы и вызвал пожар, в котором погибла часть «Коллекции». Выходит, час, который смыкается, не рассветный, а закатный. И наступит он вот-вот!

— Вот-вот… — заволновалась Марук.

Все трое подумали о том, что Комнату, которой нет, следует искать только в одном месте, там же, где её пытался найти хозяин лавки, там, где вспыхнул пожар… Покинутые коридоры!

Джейсон и Рик посмотрели на Марук.

Только она знала дорогу туда.

Глава 19

Покинутые коридоры

Массивная дверь в Покинутые коридоры открылась, вызвав эхо в огромном пустом зале. На ребят пахнуло застоявшимся воздухом.

— Никто не входил сюда многие годы, — прошептала Марук, останавливаясь на пороге. — С тех самых пор, как случился пожар.

Окружённые пугающей тишиной, ребята неуверенно сделали несколько шагов. Здесь пахло страданием, пахло утраченными вещами… Стены и потолок покрывали чёрные полосы, походившие на гигантские крючковатые руки. Статуи богов, когда-то украшавшие зал, теперь казались уродливыми. Даже большое окно, выходившее во внутренний двор, казалось бесполезным — свет через него не проникал.

Рик на всякий случай достал из рюкзака «Словарь забытых языков» и сунул его под мышку. Джейсон зажёг масляную лампаду и заглянул в ближайший коридор. Длинный ряд чёрных ниш по обеим сторонам наводил ужас.

— Словно какое-то подземное кладбище или катакомбы, — произнёс мальчик, стараясь не вспоминать ужастики, в которых из таких ниш обычно появляются костлявые руки или ещё что похуже.

Марук стояла у порога, не решаясь пройти. Она привыкла считать Покинутые коридоры запретным местом, где нет ничего, кроме пепла и мрака.

— Пойдёшь с нами? — спросил Джейсон, заметив, что она медлит.

— Не знаю, смогу ли… — ответила девочка. — Сегодня я нарушила все правила Дома жизни. Если отец узнает…

— В таком случае ещё одно отступление от правил ничего не изменит, — приободрил её мальчик, протягивая руку.

Марук закрыла глаза и шагнула вперёд. Она ожидала, что земля под ней разверзнется, но ничего такого не произошло. Перед ней по-прежнему стоял Джейсон. На его лице играли блики от лампады. А рядом вырисовывался силуэт Рика на фоне гаснущего дня.

— Солнце садится, — осмелев, заметила девочка. — Куда пойдём?

— Пока не знаю, — ответил Джейсон. — Сейчас выясним. — Желая поддержать Марук, он крепко сжал её руку.

Рик прошёл к одной из статуй, смахнул с неё паутину и обнаружил, что она изображает Мага — первую карту Главного аркана. «Маг несёт в себе две составляющие, — прочитал он в словаре, — уверенность и силу».

— Есть идея? — спросил Джейсон.

— Насчёт Мага нет, — ответил мальчик, — хотя уверенность и сила — хорошие для нас напутствия. Мы уже выяснили, что Дом жизни устроен по принципу колоды карт. Простых игральных карт, карт Таро… Ну да, карт Таро в первую очередь… Если наши предположения о смыкающемся часе верны, то имеются по меньшей мере три зала, вблизи которых можно поискать нужную нам комнату. Я говорю о залах Луны — Главный аркан номер восемнадцать, Звезды — Главный аркан номер семнадцать, и Солнца — Главный аркан номер девятнадцать.

— Кто любит и вечно следует друг за другом, — напомнил Джейсон.

— Вот-вот, — кивнул Рик. — Влюблённые — Главный аркан номер шесть. Ну что, куда пойдём?

Джейсон ещё крепче сжал ладошку Марук.

— Пойдём к Залу Влюблённых, — решительно сказала она.

Ребят двинулись по коридору. Джейсон шёл впереди, освещая дорогу мерцающей лампадкой. Вблизи ниши казались ему распахнутыми чёрными ртами.

При каждом пересечении коридоров Рик проверял по словарю номер Аркана, выбирая нужное направление.

Под ногами скрипели головешки, кое-где в нишах лежали обгорелые папирусы. Вскоре глаза стали слезиться от пыли и пепла.

— Не прикасайтесь ни к чему и глаза не трите… — предупредил Рик, вспомнив советы отца. Потом добавил, желая приободрить друзей: — Думаю, мы уже близко.

Вдруг Джейсон остановился. Что-то мешало ему пройти дальше. Он поднял лампаду повыше. Марук вскрикнула и схватила его за руку.

Сбоку, у стены, сидели сплетённые в объятии скелеты.

Джейсон, однако, не испугался. Наверное, потому, что с самого начала думал о том, что увидит нечто подобное.

Он мягко высвободил руку, подошёл поближе и поднёс лампаду.

На костях кое-где держались обрывки одежды. Скелет покрупнее, мужской, обнимал, словно оберегая, скелет поменьше, женский. Да, это пугало и вместе с тем поражало какой-то удивительной нежностью. Джейсон представил этих людей живыми, окружённых огнём, обнявших друг друга в ожидании конца.

— Их души не могут найти покоя, — прошептала Марук, стоя позади Джейсона, — потому что они не подготовились к путешествию в загробный мир. У них нет с собой скарабея, который провёл бы их к богу Тоту и весам Маат, чтобы взвесить земные деяния.

Джейсон смотрел на неё, не совсем понимая.

Марук опустилась на колени, сняла с шеи ожерелье и начала молиться, перебирая и сжимая бусинки, словно чётки.

Мальчики молча ждали, пока она закончит. Потом достали из карманов своих скарабеев и положили на скелеты.

— Обретите покой… — прошептал Рик.

Ещё немного постояв, ребята двинулись дальше.

Они шли очень долго, пока коридор не вывел их в большой зал, где стояли две огромные статуи, в три человеческих роста, не меньше, совершенно чёрные от сажи.

— Кажется, это здесь, — прошептал Рик, оглядываясь в поисках знака Старшего аркана — Влюблённых.

Марук облегчённо вздохнула и поспешила к окну, выходящему во двор Дома жизни. Оттерев сажу, она увидела оранжевое закатное небо.

— Уф, словно к жизни возвращаюсь… — сказала девочка, не оборачиваясь к друзьям. А если бы обернулась, то увидела бы, что, испачканные сажей, они походили на негров.

Паутина, свисавшая со статуй, колыхалась, словно тонкое покрывало.

— Мне почему-то кажется, что пожар начался тут, — сказал Джейсон, осторожно ступая по головешкам, покрывавшим пол.

— Я не очень хорошо представляю, как распространяется пожар, — ответил Рик, — но, несомненно, в этом зале он бушевал особенно яростно.

— Знать бы ещё, не здесь ли старик начал свои эксперименты…

Они подошли к окну и стали смотреть на солнечный диск, который уже почти коснулся горизонта.

— Так или иначе, вряд ли у нас будет другой случай, — сказал Джейсон.

— Другой случай? Что ты хочешь сказать?

— Нам нужно сделать то, что сделал старик…

— Да, — кивнул Рик. — Он сказал, что сдвинул какие-то зеркала, и что солнечный луч воспламенил папирус. Если это та комната, тут должны быть зеркала… — Мальчик оглянулся. — Если зеркала отразили солнечный луч, то они должны находиться напротив этого окна. Солнце заходит на западе, здесь. А встаёт в противоположной стороне — вон там. Зеркала, если они есть, должны быть возле статуй.

— Изиды и Осириса, — прошептала Марук.

— Что?

— Статуи в этой комнате — это Изида и Осирис, влюблённые. Когда Сет предательски убил Осириса и разрубил его тело на части, Изида отправилась в долгое путешествие по Нилу в поисках этих частей. Нашла и сложила их вместе. Так она создала первую мумию. Изида стала лечить Осириса, он ожил и вернулся к жизни. — Марук сбросила слезинку со щеки и горько, как взрослая, улыбнулась: — Как странно… может быть, это и есть секрет жизни, который искали влюблённые из баллады: любовь побеждает смерть.

— Думаю... Думаю, ты права, — с волнением произнёс Рик.

Джейсон подошёл к статуям, стараясь рассмотреть их. Подняв лампаду повыше, он догадался, что богиня Изида — та, что справа, ему даже удалось рассмотреть скрытое в полумраке гордое женское лицо, обращённое в сторону окна.

Осирис, стоявший рядом, смотрел на свою любимую.

Поставив лампадку на пол, Джейсон стряхнул пепел со ступней статуй и обнаружил, что из трещин выбиваются слабые зелёные ростки. «Жизнь попирает смерть», — подумал он.

Посмотрев вверх, мальчик заметил, как на голове Осириса что-то блеснуло, отразив свет.

— Рик, — взволнованно позвал он. — Зеркало! Зеркало! Я нашёл его: оно на голове Осириса!

Солнце бросало последние лучи, перед тем как покинуть землю.

— Я знал, что она нам понадобится! — прошептал Рик, доставая из рюкзака верёвку.

Он ловко связал петлю и накинул её на голову Осириса.

— Будем надеться, Осирис простит нам такую бестактность, — пробормотал Джейсон, прежде чем полезть вверх. — Марук, помолись за меня!

— А ты будь осторожен! — ответила девочка.

— Шутишь? Это проще простого.

Каменный выступ, на который успел подняться Джейсон, вдруг откололся с сухим треском.

Мальчик упал, но тут же вскочил, устыдившись своей неловкости, затем снова взялся за верёвку, подтянулся и полез вверх. Добравшись до сложенных рук Осириса, он уселся на них, повернувшись к лицу божества. О том, что руки могут отвалиться, он старался не думать. Затем, оторвав кусок ткани от своей одежды, он стал протирать голову статуи.

— Джейсон! — позвала снизу Марук. — Поторопись, солнце сейчас зайдёт!

Мальчик ещё быстрее принялся очищать статую. Вокруг поднялось такое густое облако сажи, что он то и дело чихал.

В конце концов его упорство было вознаграждено: он увидел, как на лбу статуи что-то блеснуло.

Под толстым слоем сажи действительно находилось зеркало!

— Точно такое же должно быть и у Изиды! — крикнул Джейсон друзьям, снял верёвку с шеи Осириса и сбросил её на землю.

Рик, не теряя времени, забрался на вторую статую. Как и Джейсон, он оторвал от одежды кусок ткани и стал торопливо очищать голову богини. Догадка Джейсона оказалась верной: на красной короне вскоре блеснуло зеркало.

— Есть! Есть! — обрадовался мальчик.

Как раз в этот момент на Осириса упал последний луч солнца. На какое-то мгновение Джейсон загородил его. Поняв это, он прижался к плечу статуи, но ничего не произошло.

Марук, наблюдавшая снизу, поняла, в чём ошибка.

— Они же не смотрят друг на друга! Поэтому зеркала не отражают света!

И в самом деле: солнечный зайчик плясал на плече Изиды, не попадая на корону.

— Зеркало Изиды невозможно повернуть. Оно заблокировано! — крикнул Рик, пытаясь сдвинуть его.

— Тогда нужно двигать не зеркало, — догадался Джейсон. — Нужно сдвинуть саму статую!

Ухватившись за руки Осириса, мальчик повис на них. Повисев немного, спрыгнул на землю и бросился к статуе богини.

— Ты должна повернуться! Должна, — твердил он, налегая всем туловищем на основание статуи. — Посмотри. Посмотри в лицо своему возлюбленному!

Но солнечный свет по-прежнему светил в зеркало Осириса, не отражаясь в зеркале Изиды.

— Быстрее! — вскричал Рик. — Солнце уходит!

Марук поспешила к Джейсону и стала помогать ему.

И тут произошло невероятное. Очень медленно статуя сдвинулась с места.

Красавица Изида повернулась на чудом сохранившихся деревянных полозьях и… взглянула в лицо своего возлюбленного.

Солнечный зайчик, отразившийся в ее зеркале, тут же улетел в темноту, поглощённый ночью.

Но Рик, стоявший на коленях богини, успел увидеть, куда упал солнечный зайчик.

Нестор прихрамывая шёл по саду, не обращая внимания на хлеставший дождь. Из машины Манфреда, стоявшей посреди двора, в спину ему летела музыка.

Садовник увидел, что дверь в его домик распахнута, внутри горит свет. Он забыл запереть её.

— Чёрт, — пробормотал Нестор, понимая, что входить не следует.

Когда сад осветил луч прожектора, он увидел свою тележку. Тележка стояла за японской вишней, там, где он и оставил её днём.

В тележке лежала лопата. Это, конечно, не оружие, но выбора у него не было.

Войдя в дом, он увидел, что Манфред роется в ящиках письменного стола.

— Немедленно убирайся отсюда! — потребовал садовник, грозно поднимая лопату. — Уходи сам, а не то я вышвырну тебя отсюда!

Манфред опустил что-то в карман и повернулся.

— А, это ты… Тебя что, не учили гостеприимству?

— Положи на место то, что взял.

— А что я, по-твоему, взял?

Нестор взмахнул лопатой.

— Положи откуда взял.

Злодей дурашливо поднял руки:

— Эй, эй, не горячись, старикашка. — С его плаща на стол и лежащие на нём бумаги стекала вода.

Нестор почувствовал, что у него кончается терпение.

Манфред показал на свой нос:

— Видел, что сотворила твоя подружка? Она покалечила меня!

— Тебя покалечишь, как же. Вон отсюда! И положи на место, что взял!

В руках Манфреда появился ключ. Старый и ржавый, похожий на те, что открывали Дверь времени.

— Ты имеешь в виду вот это? — Злодей покачал головой и усмехнулся. — Нет, не отдам. Мне почему-то кажется, что моя хозяйка будет очень довольна. Эй! Осторожнее со своей лопатой!

— Вон! — вскричал Нестор и занёс лопату для удара, но Манфред успел отпрыгнуть.

— Твоя подружка сделала мне очень больно, — издевательским тоном сказал он. — А я всего-то хотел навестить вас, выпить чашечку чая.

— Положи ключ на место!

— А то что?

— Положи на место, говорю!

Оказавшись спиной к двери, Манфред стал пятиться к порогу.

— Хорошо, хорошо. Положу, ну и что? Я теперь знаю, где ты его прячешь. Приду в другой раз и заберу. — Он уже спускался по ступеням в сад. — Вернусь, пожалуй, когда все тут соберутся, что скажешь, а?

— Положи ключ на землю. Иди к своей машине и уезжай отсюда.

— А ты, может, скажешь, где детишки? Или ты их запер в доме? Но сдаётся мне, что ты их куда-то отправил. По следам Улисса Мура, да?

Нестор в гневе стукнул лопатой о землю. Манфред метнулся к нему, вырвал лопату и сильно толкнул.

Садовник покатился по траве и ударился о камень; ему показалось, что у него хрустнули все кости.

Стоя над Нестором, водитель опустил ключ в карман своего плаща.

— Жаль мне тебя, старикашка. Но…

Пытаясь подняться, садовник успел заметить, что лопата вот-вот опустится ему на голову. Он еле успел уклониться от удара.

— О! Для твоего возраста у тебя хорошие рефлексы! — засмеялся Манфред и тут же получил ногой в живот.

— Вот этого не следовало делать, старик! Вот теперь ты действительно разозлил меня.

Злодей снова поднял лопату, но в этот момент музыка, ревевшая из машины, вдруг умолкла.

Глава 20

Звучащий ключ

Трое ребят, перепачканных сажей и пеплом, выскочили из зала на улицу и побежали к полупустому квадратному бассейну, в центре которого возвышалась статуя Хатор — богини любви, женственности и красоты, покровительницы музыки; у неё были рога и коровьи уши, ибо, как пояснила Марук, Хатор считается «священной небесной коровой, каждый день рождающей солнечный диск».

У самого бассейна ребята остановились перевести дух.

— Ты уверен, что это здесь? — спросил Джейсон Рика.

— Совершенно уверен. Солнечный луч упал точно вот сюда! — Рик наклонился и раздвинул траву, росшую у основания каменной чаши. — Кажется, есть, нашёл! — воскликнул он, запуская руки в мягкую землю.

Марук и Джейсон, опустившись на колени, принялись помогать ему. Вскоре под землей обнаружилась круглая каменная решётка, очень похожая на водосточное отверстие.

— Это и есть солнечный порог! Я видел: отразившись от зеркала Изиды, луч упал именно сюда!

Рик взял небольшой камушек и бросил его между прутьями решетки. Камень стукнулся обо что-то и отскочил. Слышно было, как он подпрыгнул ещё трижды.

— Там лестница… — догадался Джейсон и наклонился, чтобы посветить внутрь.

Марук поднялась и осмотрелась. Они находились в самом отдалённом участке сада. Сюда уже давно никто не заглядывал, потому что рядом находились Покинутые коридоры.

— И в самом деле, у всех на виду… — проговорил Рик. — Но никто бы и не догадался, что здесь есть что-то. Обычный водосток, вот и всё.

Света от лампадки хватило, чтобы рассмотреть проход — такой узкий, что в него с трудом мог протиснуться человек.

Джейсон попытался поднять решётку. Она, однако, не поддавалась, только как-то странно позвякивала.

— Должно быть, крепко вогнана, — заметил мальчик. — Похоже, её сто лет никто не открывал!

После четвёртой попытки он сдался и лёг на траву.

— Может, решётку чем-то прочно опечатали? — предположил Рик.

— Слышали этот звон? — вдруг спросила Марук. — Помните, в балладе говорится о каком-то звучащем ключе.

Пытаясь понять, откуда исходит позвякивание, Рик ещё раз посветил лампадкой и обнаружил, что внутри с решётки что-то свисает. Он просунул руку в щель, и воздух наполнился лёгким перезвоном.

— Ничего не пойму, — сказал мальчик. — Ну, звенят и звенят, а замка никакого нет. И задвижки нет…

Поставив лампадку на решётку, Рик стал вглядываться в полумрак. Оказалось, к решётке были подвешены диски-бубенчики, они-то и издавали мелодичные звуки.

— Чёрт возьми, что бы это значило? — задумался Джейсон.

Марук встрепенулась, явно собираясь что-то сказать, но потом прикусила губу и покачала головой.

Рик продолжал рассматривать бубенчики: подвешенные на медные кольца, все они свободно перемещались вдоль прутьев решётки. Он сосчитал их: шестнадцать, по два на каждом.

— Ничего не понимаю, — вздохнул он. — Не понимаю, что тут можно сделать…

— Может быть... Может, это большой систр? — неуверенно заговорила Марук. Она впервые видела своих друзей такими растерянными. А ведь загадка была совсем простой.

— Что? — переспросил Джейсон.

— Систр. Музыкальный инструмент, — повторила девочка и указала на статую. — Богиня Хатор держит в руках систр… Видите? Этот инструмент можно по-разному настроить, в зависимости от того, для какой песни нужен аккомпанемент. Играть на нём легко — надо просто встряхивать в такт, и кольца начинают звенеть…

— А ты умеешь настраивать? — спросил Джейсон.

— Я давно не занималась музыкой, но это нетрудно.

Марук подошла к решётке и посмотрела, как расположены бубенцы.

— Так под какую песню нужно настроить? — на всякий случай уточнила она.

— Для «Баллады о влюблённых», конечно! — хором ответили ребята.

Марук легла на решётку и начала передвигать диски-бубенцы. В конце концов она осталась довольна звуком.

— Ну вот, кажется, готово, — сказала девочка, вставая.

— Готово? — удивился Джейсон. — Но ведь ничего не произошло.

Рик наклонился, взялся за решётку и потянул её вверх. Бубенцы нежно зазвенели, но… решётка осталась на месте.

Когда мальчик уже хотел отпустить её, она вдруг поддалась.

От неожиданности Рик чуть не упал.

— Ура! — закричал Джейсон и помог другу перенести решётку на траву.

Перевернув её, ребята поняли, как работал хитроумный замок. Диски соединялись между собой сложной системой верёвочек и противовесов. При определённом положении, то есть при правильной настройке, высвобождалась главная, толстая верёвка, крепко державшая решётку снизу.

— Здорово придумано, — восхитился Рик, с интересом рассматривая конструкцию.

Джейсон взял лампадку и посветил в открывшийся проход. Сердце у него стучало как барабан.

— Назло всем, кто не верил нам! Пошли!

Ступив на узкую ступеньку винтовой лестницы, высеченной в камне, он почувствовал, как кто-то тронул его за плечо.

— Ты молодец! — сказала ему Марук.

— Это ты молодец со своим систром.

— Ну, в таком случае мы все молодцы, — весело заключила девочка.

— А я думаю, нам просто повезло, — усмехнулся Рик.

— Да, повезло! — заметил Джейсон, повыше поднимая лампаду. — Ведь нам сопутствовала Удача — Старший аркан под номером десять.

— И в самом деле, — удивилась Марук.

— Это ещё как сказать. Другое значение этой карты — Колесо Фортуны. Как я понимаю, Фортуна переменчива, удача сменяется неудачей и наоборот, — возразил Рик.

— В песне, однако, про это ни слова, — проворчал Джейсон, спускаясь.

Лестница оказалась очень крутой. На скользких ступенях едва хватало места, чтобы поставить пятку, к тому же все ступеньки были разной высоты, так что каждый шаг превращался в своего рода прыжок в неизвестность.

Пахло плесенью. В тусклом свете колыхались густые заросли паутины. То и дело слышался шорох, сопровождаемый тревожным попискиванием — кого-то потревожило неожиданное вторжение. Наверное, прошли многие годы с тех пор, как сюда спускались в последний раз.

— Пришли! — вдруг сказал Джейсон, обнаружив, что ступеньки закончились. — Мы на самом дне!

Он поднял лампаду и осветил Комнату, которой нет.

Джулия, стоявшая у окна, видела, как Нестор упал. Не раздумывая, она выбежала из дома и бросилась к машине Манфреда. Девочка сделала единственное, что пришло в голову: открыла дверцу и выключила музыку. А потом спряталась за бампером.

— О, похоже, кошечка выбралась из своего закутка! — довольно воскликнул Манфред.

— Нет, Джулия, нет! — что есть силы закричал Нестор. — Вернись в дом! Запри дверь! Не впускай его!!!

Джулия замешкалась.

— Запри дверь! Запри!!!

Отшвырнув лопату, Манфред кинулся к дому, намереваясь войти.

Когда он пробегал мимо машины, девочка отважно сделала ему подножку.

Не успев сообразить, что произошло, злодей кубарем покатился по мокрой траве. Открыв глаза, он обнаружил, что лежит посреди лужи у крыльца. В метре от него тускло поблёскивал ключ, при падении выпавший из кармана.

Он потянулся к нему, чтобы схватить, но его опередила Джулия. Девочка наклонилась, подобрала ключ и… застыла на месте. Она не могла войти в дом — для этого ей бы пришлось перешагнуть через водителя Обливии.

— Джулия! — крикнул Нестор. — Уходи оттуда! Беги!

Подстёгнутая криком, девочка побежала со всех ног, но не к дому, а к обрыву. Она слышала, как Манфред помчался за ней.

Возле лестницы, ведущей на пляж, Джулия остановилась и высоко подняла ключ над головой. Манфред был уже в нескольких прыжках от неё.

— На, бери, если он тебе нужен! — крикнула девочка. — Возьми, если хватит смелости!

Ветер взъерошил ей волосы.

Манфред помедлил, оглянувшись на открытую дверь виллы Арго. В мокром плаще он походил на бегемота.

— Джулия! Джулия! Отойди оттуда! — Нестор поднялся с земли и, покачиваясь, пошёл к обрыву.

Манфред наконец принял решение.

— Отдай ключ! — направился он к Джулии.

Джулия улыбнулась, хотя на самом деле сердце её разрывалось от страха.

— Отдай ключ, соплячка, — потребовал Манфред, стараясь перекричать раскат грома.

По волнам заплясал луч прожектора.

— Ещё шаг, и твой ключ будет в море! — спокойно заявила девочка.

Манфред остановился.

— Будь осторожна, не то… — пригрозил он.

— Это ты будь осторожен, — ответила Джулия, небрежно держа ключ двумя пальцами. — Я ведь могу и выронить.

— Джулия! — позвал Нестор из-за спины водителя.

— Иди, детка, тебя дедушка зовёт, — усмехнулся Манфред. — Что ж ты ему не отвечаешь?

— Потому что разговариваю с гадкой свиньёй и только время трачу понапрасну, — ответила она.

Манфред, взбешённый, метнулся к ней. Но Джулия чувствовала себя хозяйкой положения. Всё-таки она Джулия Кавенант, чемпионка района по художественной гимнастике, лучшая бегунья в школе и бессменная звезда волейбольной команды.

Слегка посторонившись, она бросила ключ.

Луч прожектора ушёл в сторону…

… и Манфред полетел с обрыва вниз.

Глава 21

Комната, которой нет

Джейсон очертил круг горящей лампадой.

Комната, которой нет, оказалась узкой и длинной. Мрачное помещение, вырубленное в скале и затянутое паутиной… Еле мерцавший огонёк (в подземелье было слишком мало кислорода, чтобы он разгорелся поярче) осветил длинный ряд золотых саркофагов, стоявших вертикально вдоль стен, наподобие часовых.

Проход между саркофагами вёл к некоему подобию алтаря, который был уставлен покрытыми пылью предметами.

— Кто здесь похоронен? — спросил Джейсон, освещая крышки саркофагов, выполненные в виде человеческих фигур.

— Это Основатели, — объяснила Марук. — Те, что пришли с моря, чтобы построить Дом жизни…

Мальчикам стало не по себе. Казалось, Основатели сопровождают взглядом каждое их движение. Каменные руки вытянуты вдоль тела, ноги опираются на панцири черепах…

— Смотрите. Хозяин лавки не солгал! — вскрикнул Рик, наклоняясь. — Он рассказывал нам об учёном, заставившем его поверить в то, что комната существует. Я запомнил фразу: «Когда найдёшь комнату, увидишь в ней изображение трёх черепах…» Так вот же они, черепахи!

Мальчик смахнул пыль с фигур у лестницы: три черепахи из слоновой кости. Точь-в-точь такие же, как над дверью в гроте. Но там была одна, и Джейсон разгадал эту загадку. Малое порождает большее. Черепаха заставила проделать их этот путь, чтобы найти… что? Он снова окинул взглядом Комнату, которой нет.

— Наверное, нужно подойти к алтарю, — вслух произнёс Джейсон и шагнул вперёд.

Ему показалось, будто он провалился в снег — на самом деле нога по щиколотку увязла в мелком песке.

По каменным лицам на саркофагах плясали тени; казалось, Основатели недовольно хмурятся. Что, что будет дальше?

Марук двинулась вслед за Джейсоном. Девочка взялась за ожерелье и так крепко сжала его, что у неё даже пальцы побелели от напряжения.

Настороженно оглядываясь, Рик замыкал цепочку. Здесь, в подземелье, он чувствовал себя неуютно. Ему казалось, что они нарушают сон Основателей.

Ребята медленно, шаг за шагом, продвигались к алтарю. Песок поглощал звуки их шагов. Вдруг откуда-то послышался приглушённый свист. Рик насторожился. Нет… вроде тихо… Хотя… Снова свист…

— Мы почти пришли… — прошептал Джейсон и вдруг остановился.

— Марук, ты что? — спросил он.

— Ничего, а в чём дело? — удивилась девочка.

— Тогда убери руку с моего плеча. Сейчас это мешает.

— Но я не клала руку тебе на плечо.

Лампадка в руках Джейсона слегка колыхнулась.

— Если это не твоя рука… тогда… тогда что же у меня на плече?

— Подними лампаду, Джейсон. Я ничего не вижу, — попросила Марук и тут же завизжала: — О нет! Нет, Джейсон, нет!

Джейсон скосил глаза. У самого его уха что-то зашипело и уставилось на него жёлтыми крупными, как орех, глазами…

…змея!

Дёрнув плечом, Джейсон вскрикнул. Змея упала на песок и, извиваясь, уползла в темноту.

— Уф… обошлось! — облегчённо вздохнул мальчик.

Но радоваться было рано. В свете лампады ребята увидели, что змеи кишат повсюду: падают с потолка, скользят по песку, выползают из-за саркофагов и стараются ускользнуть во мрак. Похоже, их разбудило появление незваных гостей.

— Рик! — шёпотом позвал Джейсон. — Что делать?

Змеи вокруг них свивались в клубки.

— Рик!

— Погоди… Я… я думаю.

— Можешь побыстрее?

Марук что-то шептала совсем тихо.

— Змеи. Они глухие… глухие, — бормотал Рик, припоминая всё, что знал о пресмыкающихся. — Их тревожит только вибрация.

— Выходит, мы не должны вибрировать, так что ли?

— А ещё они боятся огня и, наверное, света.

— Жаль, фонарика нет!

Джейсон очертил лампадой круг у своих ног, вспугнув шипящий клубок. Марук в испуге закричала.

— Думаю, нам нужно убираться отсюда как можно скорее, — решительно заявил Рик. — Пока что эти милашки ещё в некотором оцепенении, но...

— Они ядовитые, как ты думаешь?

— Не знаю. Возможно.

— Я всё-таки дойду до алтаря! — решительно заявил Джейсон. — Я уже совсем близко.

Рик вытаращил глаза:

— Нет, Джейсон! Не сходи с ума! Нужно отступить к лестнице и бежать отсюда со всех ног, пока живы!

— Рик, до алтаря чуть больше метра.

— Но тут всё кишит гадюками! — воскликнула Марук.

— Может, они не ядовиты, — сказал Джейсон. — А вы стойте и не двигайтесь с места!

— Джейсон!

Мальчик шагнул вперёд. Теперь он видел, что на алтаре стоят глиняные кувшины, полные драгоценностей, покрытые пылью каменные статуэтки, лежат свёрнутые в трубочку папирусы, какие-то деревянные коробочки.

«Думай, думай! — приказал себе мальчик, приблизившись ещё на шаг. — Карта Килморской бухты наверняка спрятана под грудой этих вещей».

Марук ойкнула, и Джейсон, обернувшись, кивнул ей, чтобы ободрить.

Следующий шаг.

«Вспомни папирус, который ты нашёл в нише. Что там было написано? „P. S. Я ПРЕДПОЧЁЛ ПЕРЕЛОЖИТЬ КАРТУ В НАДЁЖНОЕ МЕСТО — В КОМНАТУ, КОТОРОЙ НЕТ“. Скорее всего, карта помещена сюда недавно. Несколько лет назад, наверное. Не больше…»

Джейсон принялся ощупывать ту часть алтаря, где, ему показалось, пыли и паутины было поменьше.

Коробка, какая-то заколка, позолоченная статуэтка.

— Джейсон! — позвал Рик. — Быстрее! Они ползают вокруг нас..

Мальчик шарил по пыльному алтарю. Карта… Карта Килморской бухты… Где она? В НАДЁЖНОМ МЕСТЕ.

«Может быть, человек который принёс её сюда, хотел ввести в заблуждение тех, кто вздумает отыскать её? Думай, Джейсон! Или совсем не думай — доверься инстинкту».

— Джейсон! — опять позвал его Рик.

Но он не ответил. Закрыв глаза, мальчик пытался представить, что сделал бы, если бы задумал спрятать тут карту. Важную карту… Карту, которую не должна найти Обливия Ньютон…

— Я нашёл тайную комнату… Комнату, которой нет… Мне надо спрятать карту… Чёрт, сколько же тут змей… Надо действовать быстро… быстро…

Джейсон наклонился и просунул руку под алтарь. Там он чего-то коснулся и слегка надавил.

Щёлк.

Что-то лёгко отделилось от алтаря и опустилось ему на ладонь.

Дощечка… Плоская дощечка величиной со стандартную фотографию…

Мальчик посветил на неё лампадой.

Это оказалась карта. Внизу выделялась надпись:

ПЕРВАЯ И ЕДИНСТВЕННАЯ ТОЧНАЯ КАРТА ТОГО СЕЛЕНИЯ В КОРНОВАЛЬЕ, КОТОРОЕ НАЗЫВАЛОСЬ КИЛМОРСКАЯ БУХТА

От изумления Джейсон открыл рот. Потом посмотрел на друзей и закричал:

— Я нашёл её! Нашёл! Мы нашли карту Килморской бухты!

И в этот самый момент лампада, отставленная на алтарь, мигнула и погасла.

Глава 22

Расплата

В полнейшей темноте Джейсон прижимал к груди карту, Рик кричал, а Марук громко читала вслух молитву, которую до сих пор только шептала.

Ребят окружал свистящий мрак.

— Не двигайтесь! — воскликнул Рик, что-то ища в своём рюкзаке.

— А кто тут двигается? — удивилась Марук, прервав на мгновение молитву.

Рик ещё немного порылся в рюкзаке и наконец зажёг спичку, осветив своё испуганное лицо.

— Нам нужно снова зажечь лампаду! Джейсон, передай её Марук, быстрее!

Пока Джейсон на ощупь искал лампаду, спичка погасла, и Рик торопливо зажёг вторую.

— Не проще ли было передать спички мне? — проворчал Джейсон и протянул лампаду девочке.

— Скорее! — поторопила она.

Вторая спичка тоже погасла, и Рик стал искать третью. Он до смерти боялся оставаться в темноте.

— Теперь, Марук, давай мне.

Договорить Рик не успел. Прямо на голову Марук упала змея. Девочка пронзительно закричала и с помощью лампады сбросила с себя мерзкую тварь. Но при этом лампада стукнулась о саркофаг, стоявший поблизости. Раздался глухой звук. Совсем перепугавшись, Марук бросилась к лестнице, увлекая Рика за собой.

— А-а-а! — закричал Джейсон, бросаясь за ними.

Вопя от страха, ребята пулей пронеслись вверх по лестнице и, живые и невредимые, выбрались в сад.

Однако на этом их злоключения не окончились. У каменного бассейна, поигрывая ножом, стоял молодой египтянин.

— Советую слушаться, дети, — пригрозил он Марук и Рику, ставя их спиной к бассейну. Потом схватил Джейсона, который последним выбрался из колодца и подтолкнул его к ребятам.

— Да-да, слушаться! — раздался голос Обливии Ньютон. Она направилась к Джейсону, прятавшему за спиной драгоценную карту. — Молодой Джейсон Кавенант? О, не верю своим глазам! Какая неожиданная встреча, не правда ли?

— Что вам надо? — ответил мальчик, отступая.

Обливия хищно наклонилась к нему:

— А ты и в самом деле ещё не понял? — и жестом приказала египтянину забрать карту.

— Нет! — гневно вскричал Джейсон, сопротивляясь всеми силами, но, получив удар по голове, свалился на землю.

— Ах ты, гад! — возмутился Рик и бросился на парня. Тот, однако, оказался сильнее, и мальчик упал рядом с Джейсоном.

— Воровка! — с презрением бросила Обливии Марук.

— А ты кто такая? — рассмеялась Обливия и выхватила карту из рук египтянина. — Та самая Джулия? Кто тебе голову обрил?

— Я — Марук, дочь Великого мастера Скриба! — с достоинством сказала девочка.

— Ах, чёрт побери, прошу прощения за ошибку! — рассматривая карту, Обливия даже не взглянула на неё.

— Это и есть то, что вы искали? — спросил египтянин.

— Да, та самая карта! Карта Килморской бухты! Единственная, не имеющая цены и, наконец-то, моя!

— Воровка! — повторила Марук.

— Утопи её! — спокойно распорядилась Обливия. — А этих придурков отправь на съедение змеям.

Свернув карту, она спрятала её под плащ.

Египтянин занёс нож и двинулся к Марук. Джейсон лежал без сознания, но Рик попытался подняться.

— Стой! — прозвучал вдруг властный голос.

Из тени, пошатываясь, вышел хозяин лавки.

— Ты не забыла договор? — обратился он к Обливии. — Тебе — карта, мне — ребята.

— Делай с ними что хочешь, старик, — пожала плечами Обливия. — Мне же пора уходить.

— Ха, ха! Великолепно! В самом деле великолепно. Если хочешь знать, мы с Талосом очень надеемся никогда больше тебя не увидеть. Утопить девочку, ха! — Старик гневно взглянул на египтянина. — Да как ты смеешь нарушать правило? Это же дети. Ха! Правило тридцать два гласит: не замечать и не обижать детей! Разве тебя не учили этому?

Обливия Ньютон, услышав это, рассмеялась.

— А ты не смейся, жрица. Ха! Разрешаю тебе унести эту карту лишь потому, что моё слово ещё кое-что значит в этом городе. — Старик коснулся ногой лежащего на земле Джейсона. — Ха! И потому, что Острый Язык ещё жив!

— Прикажи своему слуге вывести меня отсюда, — потребовала Обливия, — и мы с тобой никогда больше не встретимся.

Хозяин лавки сделал небрежный жест, и молодой египтянин вместе с Обливией Ньютон удалились.

Старик наклонился к Рику:

— Эй, Бесстрашное Сердце, как дела?

Рик закашлялся, прежде чем ответить:

— Зачем ты позволил ей уйти?

— Я дал ей слово, ха! И она заплатила мне за поиски.

Марук тем временем зачерпнула воды из бассейна и брызнула в лицо Джейсона.

— Твоему другу крепко досталось, но… — продолжил старик.

Вода подействовала, мальчик открыл глаза.

— Ха! Я вижу, ты жив, мой друг.

— Куда они подевались? — спросил Джейсон, приподнимая голову и оглядываясь.

— Убежали с картой… — вздохнув, ответила Марук.

Увидев перед собой хозяина лавки, мальчик удивился:

— А вы что тут делаете? А, теперь понимаю. Это благодаря вам Обливия Ньютон отняла у нас карту!

Старик поднял руки, как бы защищаясь:

— Ха! Вижу, крепкий удар не сделал твой язык менее острым. Я не отнимал у тебя карту. Я всего лишь посредник. За хорошие деньги согласился помочь в поисках. За деньги я сделаю что угодно, ха-ха. — Внезапно лицо его исказила гримаса боли. — Ха! По ночам ноги мои болят всегда сильнее, уж поверьте! — Хромая, он подошёл к люку. — Вы… вам удалось сделать такое, чего я никак не мог ожидать… У фонтана богини Хатор! Кто бы мог подумать! Ха-ха!

В городе Обливия Ньютон отпустила своего провожатого и поспешно свернула в переулок.

Чтобы убедиться, не преследуют ли её, она несколько раз оборачивалась.

Покружив по ночному Пунто, Обливия направилась в квартал, где жили врачи.

Больше всего ей хотелось рассмотреть во всех подробностях карту Килморской бухты, однако на это не было времени. Рассмотрит, обязательно рассмотрит, когда вернётся домой…

В конце улицы стояло безликое двухэтажное здание, видимо, знававшее лучшие времена. Обливия оглянулась и вошла в дом.

В доме царила тишина. Прежде здесь размещалась контора сборщика налогов, но несколько лет назад его посадили в тюрьму, и теперь здание пустовало.

В подвале за грудой битых глиняных кувшинов и связок тростника таилась деревянная дверь. В свое время Улисс Мур постарался скрыть её.

— Вот теперь я найду всё… — прошептала Обливия, крепко сжимая карту.

Она отодвинула стол, загораживавший путь, подошла к двери и вынула из кармана плаща ключ с головкой в виде кота. Вставлять его, однако, не пришлось — дверь оказалась открытой.

«Выходит, ключ нужен только для прохода сюда» — отметила про себя Обливия. Это показалось ей весьма опасным обстоятельством. В дом сборщика налогов может залезть кто угодно. Что будет, если этот человек обнаружит дверь?

Она решила подумать об этом позже, толкнула створку, переступила порог и в ту же секунду оказалась в доме миссис Клеопатры Бигглз.

Коты шипели, как сумасшедшие, пока Обливия шла по комнатам и звала:

— Манфред!

Миссис Бигглз всё ещё спала на диване с открытым ртом, в изгибе её локтя уютно пристроился Цезарь.

Дождь за окном поубавился, но всё ещё лил.

— Манфред! — снова позвала она, направляясь к выходу.

Машины Манфреда на улице не было.

— Чёрт возьми! Можно узнать, куда ты провалился?

Обливия готова была разораться на всю улицу, но вовремя вспомнила о карте. Она развернула её и стала смеяться.

Она смеялась всё громче и громче, похоже совсем забыв о Манфреде.

Потом она вернулась в комнату, сняла с миссис Бигглз туфли и надела их. Уходя, не забыла погасить свет:

— Спокойной ночи, миссис Бигглз…

Обливия вышла на дорогу и зашагала по мокрому булыжнику.

Несмотря на дождь и туфли не по размеру, она пребывала в отличном настроении.

Глава 23

Домой!

Джейсон, Рик и Марук подождали, пока хозяин лавки удалится, и поспешили к Гостиному двору. По саду в обратную сторону двигался кортеж фараона, поэтому никто не обратил на них внимания.

Посмотрев на тёмный силуэт Дома жизни, все трое спустились в складские помещения.

Марук провела их в комнату, где они встретились в начале этого дня.

Ребята отодвинули доску, и перед ними открылся проём.

Мальчики молчали, только сейчас до них дошло, что с Марук предстоит попрощаться.

— Думаю… — проговорила девочка, — думаю… нам нужно попрощаться здесь.

Джейсон дотронулся до головы, которая всё ещё болела.

Рик в смущении уставился в пол:

— Похоже, так…

— Ну, хорошо. В таком случае... — Марук сняла с шеи своё драгоценное ожерелье и с улыбкой протянула его ребятам. — Не знаю, кому из вас дать его. Но я хотела бы, чтобы вы взяли это с собой.

— Нет, Марук, — возразил Джейсон. — Для тебя это очень важная вещь. — Он вспомнил, как девочка молилась, перебирая бусинки.

Марук приложила палец к губам:

— Тсс… Этой мой подарок. Глаз Гора спасёт вас от неудач и поможет в жизни, как помог нам в Комнате, которой нет.

Джейсон опять возразил, но Марук не слушала его:

— Берите с собой, куда бы ни отправились!

Рик опустил на землю свой рюкзак.

— Подарок требует ответного подарка, — сказал он, доставая из рюкзака коробок со спичками. — Это тебе на память о нас. И чтобы удивлять друзей. Конечно, не сравнить с твоим ожерельем, но у нас нет ничего другого, разве что ещё несколько метров верёвки.

Марук приняла спички как самую драгоценную вещь в мире.

Друзья помолчали, каждый думал о том, что произошло в этот невероятный день.

— Увидимся? — спросила Марук.

— Можешь рассчитывать на нас, — ответил Джейсон.

Рик улыбнулся:

— Мы скоро вернёмся.

Вся троица обнялась.

— Мне жаль, что так получилось с картой… — проговорила Марук.

— Забудь об этом.

— Мы найдём её!

Они искали прощальные слова и не находили их.

— Идите, идите! Сестра ждёт тебя, Джейсон. А ты, Рик, не очень-то слушай, что он говорит, ладно?

— Можешь рассчитывать на нас, Марук. Будь осторожна и оберегай это место, как сумеешь.

— Идите, ну же… — поторопила девочка. — А то ещё захочу уйти с вами в эту дверь.

Мальчики шагнули в проём, спустились по лестнице, свернули в длинный коридор и подошли к двери, с которой всё началось.

— Пришли… — сказал Рик.

Джейсон посмотрел на дверь и вдруг рассердился:

— Знаешь, что меня больше всего бесит во всей этой истории?

— Что?

— Что после стольких трудов мы даже не знаем, почему эта карта так важна. Это была карта Килморской бухты со множеством странных названий. Но я так и не понял, зачем понадобилось прятать её тут. Подумать только, ведь всего чуть-чуть не хватило удачи… Колесо Фортуны, никуда от этого не деться…

— На самом деле нам здорово повезло, вспомни змей. Что же касается удачи, она ещё придёт…

Джейсон кивнул.

— Игра продолжается, — сказал Джейсон, кладя руку на Дверь времени. — Если, конечно, эта дверь приведёт нас домой.

— Конечно, — согласился Рик, — игра продолжается.

Глубоко вздохнув, они переступили порог.

Нестор увёл Джулию с обрыва.

— Пойдём домой, — предложил он.

— Вам больно?

Садовник покачал головой.

— Нет, не очень. А ты как?

— Испугалась немножко.

— Ну, ничего.

— Как вы думаете, он погиб? — проговорила девочка, глядя в сторону моря, по которому шарил прожектор. — Упасть с такой высоты.

Нестор промолчал.

— По-вашему, я не должна была так делать? — настаивала она. — Считаете, я виновата?

По-прежнему не отвечая, Нестор прошёл к машине Манфреда и открыл дверцу.

— Нестор! — позвала Джулия с порога. — Ответьте!

— Не погиб он, не волнуйся. У таких людей девять жизней, как у котов.

Садовник сел за руль.

— Что вы задумали?

— Уберу её отсюда.

Девочка вошла в дом, дрожа от озноба, опустилась в кресло и подобрала под себя ноги.

Она слышала, как машина уехала, а потом провалилась в короткий сон.

Разбудил её Нестор.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Где вы оставили машину?

— Внизу, близ утёса. Пусть стоит.

У Джулии слипались глаза.

— Мы никому ничего не скажем, верно? — прошептала она.

— Никому.

— Хорошо. Нужно только дождаться возвращения Рика и моего брата, тогда... Они ведь вернутся, да?

— Конечно вернутся.

Внезапно Джулия почувствовала себя лёгкой, как пёрышко. Кто-то поднял её и понёс наверх. Потом она ощутила прохладу простыни и приятное тепло одеяла.

Как же она устала…

Вскоре ей приснилось, что Дверь времени открылась и её брат воскликнул: «Ну вот мы и дома!»

Потом раздались голоса Рика и Нестора. И хотя она так и не смогла открыть глаза, всё же поняла, что буря закончилась.

Глава 24

Конец бури

На рассвете буря, бушевавшая над Килморской бухтой, утихла. Тучи поредели, сквозь них начали пробиваться первые бледные лучи солнца. Чайки низко кружили над волнами, выхватывая рыб. Море нехотя успокаивалось.

Кроме водорослей и ракушек прибой выбросил на песок почерневшие куски дерева, обрывки сетей, сломанную мачту и кусок паруса с какого-то корабля.

Чуть поодаль лицом вниз лежал босой человек в тёмном плаще. Над ним с любопытством летали чайки, надеясь чем-нибудь поживиться — чайки известные воровки.

Вдруг человек пошевелился, затем сел, откашлял воду и разразился потоком гневных слов.

Когда его красноречие иссякло, он подвигал сначала одной ногой, потом другой, после чего с опаской ощупал рёбра. Ему казалось, он весь переломан, хотя на самом деле был в полном порядке.

Правда, болела правая рука. Она была вся в крови и крепко сжимала что-то. Настолько крепко, что разжать пальцы удалось только с помощью другой руки.

Он ещё покашлял, потом улыбнулся.

Манфред сжимал ключ…

С головкой в виде льва…

Вот некоторые фотографии:

Примечания

1

Скарабей — изображение священного для древних египтян жука Scarabaeus Sacer (подсемейство навозников). Чтобы поесть, скарабеи скатывают шарики из навоза. В скатывании шарика египтяне видели символ движения Солнца по небу. «Корона» на голове жука отождествлялась с солнечными лучами. Учитывая, что в Древнем Египте существовал культ бога Солнца — Атона, к жукам скарабеям было особое отношение. — Примеч. ред.

Content

Улисс Мур
Лавка забытых карт

Вниманию читателя

Тетрадь вторая

Глава 1 Суббота в Килморской бухте

Глава 2 За Дверью времени

Глава 3 Стена

Глава 4 Гости

Глава 5 Ночные откровения

Глава 6 На террасе

Глава 7 «Коллекция»

Глава 8 Чертёж на тетрадном листе

Глава 9 Нашёл!

Глава 10 Разгаданные арканы

Глава 11 Преграды

Глава 12 Процессия в саду

Глава 13 В городе

Глава 14 Тайна пожара

Глава 15 Снова в городе

Глава 16 Подсказка

Глава 17 «Баллада о влюблённых»

Глава 18 Острый Язык и Бесстрашное Сердце

Глава 19 Покинутые коридоры

Глава 20 Звучащий ключ

Глава 21 Комната, которой нет

Глава 22 Расплата

Глава 23 Домой!

Глава 24 Конец бури

Примечания