Ирина Игоревна Ильина

Затерянный Материк

Земля. Затерянный Материк. Август 3905 года.

Затерянный Материк на самом деле — небольшой скалистый остров посреди кипящего океана. Почти вся площадь этого куска суши закрыта полусферами стекла и бетона. Небольшой участок земли между зданием и водой покрыт толстым слоем соли. Две смазливые землянки расположились за столиком уютного кафе, сразу около окна-хамелеона. Рассеянные паром солнечные лучи, нещадно спалившие всю зелень на скалистых берегах Затерянного Материка, почти не проникали в помещение. Кипящий океан с веселыми барашками волн сквозь толщу темного стекла казался тяжелым и стальным. Периодически ветер усиливался, и на стекла попадала вода, которая тут же испарялась, оставляя следы соли. При попадании брызг на окно обе инстинктивно сжимались, а потом начинали хохотать. Сквозь соломинку они медленно потягивали коктейль ядовито-зеленого цвета, сделанный из синтетической травы и искусственного алкоголя, поэтому и дешевый. Обе были страшно довольны выпавшей возможностью отдохнуть в санатории искусственного климата.

— Ой, Аннго, — смеясь, говорила одна, — раскопки продвинулись так далеко! Представь, мы нашли целые дома с обстановкой, с тканями!

— Что такое ткани? — спросила вторая.

— Это они делали такие полотна из травы или нефти.

— Из травы! — восхитилась слушательница, — я представляю из нефти, но из травы! Где же они ее столько брали?

— Аннго, после отпуска поедешь со мной. Я все тебе покажу. Хотя здесь, в нашем номере, на стене висит картина. Помнишь?

Аннго, наморщив лоб, старательно вспоминала убранство номера, согласно кивнула.

— Так вот, это не фантазия сумасшедшего художника. Представь, тогда на Земле так и было. Были леса, поляны с травой и ягодами.

— Льен, как это может быть? Я всегда считала, что трава и деревья растут в специальных ангарах с искусственным климатом!

— Ты просто не учила историю в школе.

— Да, я от нее отказалась еще в первом классе.

— А зря! Знала бы, что когда-то на Земле были ледники и разные удивительные звери, птицы, рыбы. А еще, на земле бывали зимы. Тогда падал снег, замерзали реки, люди надевали шубы и катались на коньках и лыжах.

— Какая ты умная, Льен, — с легким восторженным придыханием воскликнула Аннго, — ты так много знаешь! Я же, кроме программирования, ничего и ни в чем не смыслю.

— Зато ты гений в своем деле. Ты не распылялась на ненужные науки.

— Да, не распылялась, — поправляя оплывающую складку ярко-голубой желеобразной массы около тонкой розовой шейки, ответила Аннго, — кстати, у тебя такой интересный костюм, — с ноткой зависти добавила она.

— А это из тех же раскопок. Представляешь, мы нашли такие штучки, наш профессор назвал это журналами, они сделаны из бумаги.

— Настоящей?! — восхищенно перебила Аннго.

— Да, — улыбаясь слегка покровительственно, продолжила Льен, — из настоящей бумаги. И там такие красивые рисунки, профессор сказал, что в те времена голограмм не было, а делали фото. Так вот, он объяснил, что это журналы мод, и так одевались модницы в то время. Там еще были совсем старые, кажется, восемнадцатого века изображения, на них вообще такие наряды! Но те платья просто не воплотить: слишком много секрета потребуется.

Льен осторожно прошла пальцами по мягко обрамлявшему лицо серому капюшону, поправила драпировку на груди.

— Да, еще, знаешь, у них была шерсть! Профессор сказал, что это называлось волосы. Они у них были разноцветными, и желтыми, и белыми, красными, некоторые носили даже черные. Они росли у них на голове. А у мужчин еще были под носом и на подбородке, но не у всех. Видимо, тут уже началась эволюция, и постепенно все волосы исчезли.

— Волосы, ткани, — задумчиво произнесла Аннго, — это так сложно. Сейчас хорошо. Утром проснулся, придумал фасончик, выделил себе секрета, какого хочешь цвета и все. Вечером — смыл.

— Да, так лучше, но все-таки у них такие гардеробы! Представляешь, самые различные одежды!

— А ты любишь наряжаться, — заметила с улыбкой Аннго.

— Да, люблю, пойдем уже в номер. Отдохнем и на дискотеку.

— Льен, а это не очень опасно? Раскопки? Не слишком ли близко к поверхности? Вдруг, океан размоет?

— Нет, там, где работаем мы, опасности почти нет. Иначе не разрешали бы экскурсии.

Скоростной лифт быстро опустил подруг на нужный этаж. Номер блистал чистой белизной. Вся мебель была белоснежной, ярким пятном выделялась на стене огромная картина с изображением чудесного изумрудного леса и ложные окна с видом на океан, над которым носились чайки.

— Льен, ты переоденешься? — спросила Аннго, рассматривая внимательно полотно.

— Нет, немного трансформирую, поменяю цвет и добавлю какой-нибудь аромат.

— Почему? Ты же любительница приодеться?

— В этом основное неудобство моего наряда — на него ушел почти весь суточный запас секрета. Самое большее, что я могу — это топик и шорты. Слишком экстравагантно получится.

— Да уж, это точно! Весь день ходить в длинном балахоне с покрытой головой, а вечером выйти в топике и шортах, — Аннго весело расхохоталась.

— Это называется платье с капюшоном.

— Откуда ты знаешь?

— Так я же читала.

— Что, и прочесть можно?

— Да, абсолютно читабельно. И письменность та же, которой пользуемся мы. Есть, конечно, устаревшие словечки, но в основном понятно.

— Слушай, как интересно! Может, там еще есть какие-то книги?

— Да, конечно, много чего есть…

— Вот бы почитать, — мечтательно произнесла Аннго, — устрой мне это, а?

— Обязательно! Как только вернемся домой. Я уже с профессором говорила о тебе.

— Льен, а нам не влетит за то, что мы не пошли на процедуры?

— Надеюсь, нет. Надоело уже, солярий, криокамера, шум моря, пение птиц, аромат цветов. Мне дома все это надоело. Я приехала сюда только из-за настоящих окон.

— Я тоже.

— Ладно, отдохнем и — танцевать! — завершила диалог Льен и, как была в платье, бухнулась на кровать.

* * *

— Это не может быть Земля, — который раз громким шепотом повторяла Алиса, глядя в иллюминатор.

— Успокойся, — грубо оборвал ее Антонио, — это не может быть не Земля.

— Нет, — мы сбились с курса.

— Когда? Отвечай! Когда мы сбились с курса? И что ты уставилась туда? Иди, проверяй навигацию, ищи, где ошибка, а я пока полетаю над этой планетой.

Алиса оторвалась от иллюминатора:

— Понимаешь, мы не могли сбиться. Но я не хочу верить, что такой стала наша Земля.

— Веришь, не веришь, а надо садиться. Все равно энергии в обрез.

Капитан корабля произнес в микрофон:

— Стив, зайди в рубку.

Стальные двери почти сразу же и открылись. Стив, выпучив испуганные глаза, спросил Антонио:

— Капитан, что это?

— Я знаю столько же, сколько и ты. Надо взять образцы воды, и вообще, посмотреть, насколько здесь глубоко. В общем, найти место для приводнения, отправь робота. Пока что я заметил слишком маленькие островки. Туда сесть мы не сможем.

— Как там Зиар и Бенни? — вмешалась Алиса.

— Они в ужасе. Всем почему-то захотелось вдруг жить. И захотелось на Землю.

— Ну, это-то понятно, — ответила боцман, — мне тоже вдруг жить захотелось, да, видимо — негде!

Антонио злобно оглянулся:

— Хватит! Алиса, проверь навигацию, а ты — отправь робота!

— Слушаюсь, капитан! — неожиданно браво ответил Стив.

Он почувствовал удивительное облегчение, понял, что это не конец, что капитан на месте и не сложил с себя свои обязанности, и они еще поборются. А Антонио продолжал круг за кругом облетать маленькую голубую планету. Он проследил взглядом за роботом: "Как хорошо, что ты у нас есть! — подумал он, — сколько раз выручил! Вообще никого не осталось бы, а так — нас пятеро из всей команды, не считая тех, кого оставили на других планетах. Надеюсь, у них все хорошо", — к горлу подкатил комок.

— Алиса, подойди, — позвал он.

— Да, капитан, — отозвалась боцман.

Она заглянула в иллюминатор. Посреди бескрайнего — от горизонта до горизонта, — океана был небольшой островок. И на нем постройка. Огромное, на весь остров здание из стекла и бетона.

— Это Земля, Алиса, — утвердительно произнес Антонио, — это — Земля. Стаяли все ледники.

— Больше не было суши? — спросила Алиса.

— Была, но островки гораздо меньше этого. Возможно, что там — горные вершины. Там не сесть. Сейчас получим сведения от робота и тогда соберем совет, будем решать, что делать. Пока зависнем здесь на экономном режиме.

В рубку вошел Стив:

— Капитан, вот данные осмотра и анализы воды.

Он протянул лист бумаги. Капитан присвистнул:

— Да, измененьица произошли! Собираемся на совет! Заодно и поедим. Робот не поврежден?

— Нет, уже на борту.

В кают-компании висела напряженная тишина. Стив, голубоглазый и светловолосый мужчина в форме первого помощника капитана, изучал какие-то бумаги. Зиар и Бенни, смуглые курчавые брюнеты, чем-то очень похожие между собой, стояли около иллюминаторов, неотрывно глядя на бушующий океан. Алиса, зеленоглазая блондинка, единственная, кому позволялось не надевать форму, в узких клетчатых брюках и широкой серой рубашке, изучала меню. Когда вошел капитан, робот уже успел заставить стол необходимыми приборами.

— Приятного аппетита, — сказал Антонио, усаживаясь.

Принялись за еду. Этого самого аппетита не было ни у кого. Всем надоели полуфабрикаты. Все мечтали по возвращении поесть свежего мяса, фруктов. Теперь неизвестно — состоится ли это возвращение вообще. Покончив с едой, подождали, пока робот уберет со стола. Пустая тара пойдет в топку. У них безотходное производство. Правда, эти тюбики — капля в море, энергии дают мало, но — дают. Капитан не торопился начинать совещание, казалось — он сомневается в его целесообразности. Наконец, Антонио решился:

— Вы все знаете результаты анализов, проведенных роботом, — то ли спросил, то ли подтвердил он, — понимаете, что ни приводниться, ни приземлиться мы не можем. Температура воды — сто градусов по Цельсию, высок уровень радиации. Суши практически нет. Один островок с постройкой. Скорее всего — это единственное место, где есть жизнь на Земле.

— Что вы предлагаете, капитан? — спросил Зиар нетерпеливо.

— Предлагаю сесть на это здание, осторожно, стараясь не повредить.

— Может, лучше уйти на планету Грион, это недалеко, — вмешался Стив.

— Планета Грион, то место, куда мы отправимся потом. Здесь жить нельзя. Сами видите — океан кипит, в результате чего солнца практически нет, все затянуто паром, а нам надо зарядить батареи. Значит, как минимум сутки мы должны провести здесь, — уверенно ответил капитан, — садиться будем осторожно. Это единственное сооружение на планете. Там должны быть люди.

— Но почему нельзя не рисковать? — спросила Алиса.

— Мы посланы были этой планетой. Здесь и должны отчитаться. Вот если не найдем, кому докладывать результаты нашей экспедиции, тогда и улетим. Все, собрание окончено. Приступайте к работе, — заключил он.

Корабль и команда в дальней дороге свыклись друг с другом. Любой приказ выполнялся безоговорочно, сразу. Казалось, механизм отвечал послушанием не только движениям рычагов, не только нажатиям кнопок, а даже мыслям людей. Да и астронавты, перенесшие не один экстраординарный случай, не одну катастрофу за время путешествия, сроднились, как семья. Каждый чувствовал боль и нужду другого, каждый готов был прийти на помощь по первому требованию. Поэтому они и выжили. Сейчас, плавно снижаясь на крышу непонятного здания, капитан переживал за всех сразу. Они уходили в этот поход почти тысячу лет назад. Они надеялись вернуться на голубую планету победителями и увести с собой на новые места обитания жителей остывающей и умирающей Земли. И вот — планета кипит. Что здесь произошло? Узнают ли они? Первые сто лет связь с руководством сохранялась, и они знали, что ледники быстро тают, сообщили координаты трех планет, пригодных для проживания землян. На одной даже были первобытные племена. Считалось, что остывающее солнце не растопит все льды. И потепление климата остановится. Капитан, сажая свой межпланетный лайнер, слишком отвлекся на воспоминания. Именно поэтому и произошел толчок. Роковой толчок, корабль грузно сел на стеклянную крышу здания и провалился на полкорпуса. Произошло непоправимое. Наблюдая за планетой, изучив анализы, выполненные роботом, Антонио понимал, что если здесь и осталась жизнь, то только в особых условиях — в закрытом пространстве. Он боялся повредить целостность здания, и повредил! Действовать было необходимо быстро. Как всегда, в тяжелую минуту, Антонио собранно и четко отдавал приказы. Робот был отправлен наружу, обследовать повреждения, туда же в скафандрах вышли и Зиар и Бенни. Они были механиками, соображали живо, работали слаженно. Капитан надеялся, что разрушения, нанесенные кораблем зданию, удастся скоро исправить. Каким путем, не важно. Сам, тоже в скафандре, вышел внутрь поврежденного помещения. Стив и Алиса остались на корабле.

* * *

Аннго и Льен сладко спали в чистом и светлом номере, когда раздался жуткий грохот, и задрожали стены. Они подскочили.

— Авария! — испугалась Льен.

Аннго бросилась к настенному компьютеру. На мониторе высветилась надпись: "Несанкционированное проникновение! Разгерметизация! Опасность! Опасность! Опасность!" Они со страхом смотрели на экран в ожидании инструкций. Но их не было.

— Я не хочу умирать, — прошептала Льен.

— Я тоже, — эхом отозвалась Аннго.

Она подошла к панели компьютера. Все попытки выйти на связь с кем-нибудь из знакомых, родных, начальства, оказались напрасными. Тогда Аннго достала свой персональный компьютер, повторила попытки.

— Нет, они нас отрезали, — произнесла уверенным и спокойным тоном.

Пока Аннго пыталась наладить связь, Льен беспорядочно носилась по номеру. Попытки открыть дверь из номера не удались. Открыть отдушины тоже не получилось: они оказались герметично закрытыми. Ужас и страх заполнял души заживо погребенных в чреве курорта девушек. Обе прекрасно понимали, что это значит: в ответ на несанкционированное проникновение, все шахты лифтов заполняются морской водой. Таким образом, малочисленное человечество защищает себя от окончательной гибели. Никто за ними не придет. Это сказки для взрослых — переждите какое-то время, и мы вас спасем. Еще никого не спасли. И каждый раз одно и то же: "Попытки проникнуть в заблокированное помещение не удались. Приносим соболезнование семье и близким безвременно ушедших". Теперь они обе поняли, что означает эта фраза и почему на единственный климатический курорт с видом планеты так дешевы путевки. И почему здесь так мало людей.

— А мама не хотела меня отпускать, — со слезами произнесла Льен.

— Погоди, что это? — воскликнула удивленно Аннго.

На экране появилось изображение. Картинка двигалась. Льен подбежала и разочарованно произнесла:

— Да нет, это же кафе, где мы были.

— Кафе-то кафе, — согласилась Аннго, — но там нет вебкамер. Изображение идет через сеть интернета с другого компа. Причем, очень устаревшего! Там кто-то ходит и камера на нем. Она двигается. Смотри!

На экране появился расколотый стеклянный потолок, посредине которого свисало нечто покрытое ржой, корявое, с множественными выщерблинами, царапинами. Между неизвестным предметом и стеклом видна зияющая щель, сквозь которую проникали клубы пара и рассеянные лучи уже заходящего солнца. Вебкамера обходила щель вокруг, показывая масштабы разрушений.

— Ужас! Что же теперь будет? — спросила Льен.

— Попробую связаться с хозяином компа. Это — наша единственная надежда на спасение, — ответила Аннго, — смотри! Щель уменьшается! Ее заваривают снаружи.

— Точно!

Как зачарованные девушки наблюдали, как уменьшается зияющая дыра. Кто-то старательно приваривал остатки стекла к непонятному предмету.

— Что это может быть? — спросила Льен.

— Ты же у нас учила историю, — с некоторой насмешкой ответила Аннго, — около тысячи лет назад, когда Земля была еще такой, как на картине, но начинала "остывать", несмотря на таяние ледников, в космос были отправлены несколько межгалактических кораблей с заданием — найти пригодную для проживания планету.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Льен, — даже мне такое неизвестно.

— Командир одного из кораблей мой предок. У нас даже фото сохранилось.

— Как? Все бумаги были изъяты, как опасность по возгоранию.

— Да ладно, чего они возгорятся? Они были изъяты, как опасные по вольнодумству. Чтобы меньше было известно. У нас это фото хранится в очень тайном месте. Не найти. А легенду о предке передают из уст в уста! Что называется — народное творчество!

Во время разговора Аннго что-то все время делала в своем компе. Наконец, раздалось:

— Хорошо, очень хорошо! Не торопитесь. Так же тщательно продолжайте заваривать. Очень хорошо!

— Антонио, — присоединился женский голос, — в компе появились сильные помехи.

— Пусть! Не важно. Я обхожу помещение. Ты видишь?

— Да, картинка хорошая.

— Вот и славно! Посмотрю дальше.

Камера показала внутреннее убранство кафе. На полу битые стекла, на полках запотевшие бутыли. Столики и стулья тоже покрыты капельками влаги. Камера приблизилась к двери лифта. Попытки нажать кнопку — безрезультатно, дверь в подсобное помещение — закрыта наглухо.

— Антонио, — снова прозвучал женский голос, — что там у тебя? Ребята и робот вернулись.

— Все закрыто наглухо, видимо, сработала защита на разгерметизацию. По типу перекрывания шлюзов. Подождем, что будет после восстановления температуры.

— Вас зовут Антонио? — командир даже вздрогнул, услышав незнакомый девичий голос.

— Да!

— Я Аннго, со мной еще Льен. Моя подруга.

— Где вы?

— Мы этажом ниже. Но, боюсь, что шахта лифта заполнена водой.

— У вас есть вода и пища? — деловито поинтересовался командир.

— Не знаю, мы можем не есть и не пить сутки — двое, это не опасно, лишь бы температура не повышалась. Сейчас посмотрим.

— Мы вас вытащим. Может, восстановится климатический профиль, и двери откроются сами? Есть ли еще кто-то здесь?

— Мы не знаем. Мы не пошли на процедуры, остались в номере. А потом все случилось.

— Связаться с другими номерами можете?

— Нет, нас отрезали. Боюсь, даже стерли. Чтобы никто не узнал, как мы погибли.

— Успокойтесь! Вы не погибнете. Мы вас достанем. Только надо подождать. Не уходите из эфира.

— Это не эфир, это — интернет.

— Да, я понимаю, — ответил Антонио.

* * *

В кают-компании вокруг круглого стола расположилась вся команда. Но из динамиков не доносилось ни звука.

— Льен, Аннго, — упрямо, раз за разом повторял Стив, — выйдите на связь, выйдите на связь!

— Черт, я же только что с ней общался, — возмутился Антонио.

В ответ висела все та же тишина.

— Ждать нельзя, — задумчиво произнес Стив, — надо идти.

— Да, ты остаешься за главного, — приказал Антонио, — со мной пойдет Зиар и робот.

— А я? — спросил Бенни.

— Ты тоже, но только в кафе. Может, там открылись какие-нибудь двери? Внутрь не заходить, осматривать снаружи. Хоть климат и состав воздуха почти восстановились, все равно, надень скафандр. Если что с нами, попытаешься помочь. Но тоже, не кидайся сломя голову, а хорошо подумай. Это ты умеешь, — он ободряюще улыбнулся, — Пошли!

— Очень интересно, — вдруг вмешалась Алиса, — а ведь мы здесь никаких голосов, кроме ваших, не слышали. Вам не кажется это странным?

— Может быть, а что?

— Вдруг это — ловушка?

— Алиса, тебе не хочется рисковать? Пойми, мы нарушили целостность здания, мы проникли сюда, если девушки там есть, они погибнут по нашей вине!

— А планета Грион так близко, — мечтательно произнесла Алиса.

— Вот и займись расчетом пути туда, — отрезал командир.

В это время в номере затопленного санатория билась в истерике Льен:

— Они бросили нас, понимаешь? Они сейчас взлетят и все! Ты понимаешь?

Она бегала по номеру, с ее плеч ошметками слетала желеобразная субстанция и размазывалась грязными склизкими пятнами по стенам номера. Аннго же не отходила от компа, пытаясь наладить связь. Она набирала какие-то знаки, стирала другие, перезагружала компьютер, снова вызывала командира корабля. Все без толку, наконец, она не выдержала:

— Да успокойся ты! Развела здесь болото! Поэкономь силы. И зачем, спрашивается, им надо было заваривать брешь в потолке, если они сразу собирались взлететь. Нет, они нас спасут!

Льен отшатнулась, как от пощечины. Ей стало стыдно, но успокоиться она уже не могла. Тихо сползла по стене на пол и горько, по-детски заплакала. Аннго продолжала свои попытки связаться с кораблем.

Первым за борт ступил командир. Как только он сделал шаг наружу, в наушниках зазвучал нервный голос Аннго:

— Антонио, Антонио, откликнитесь!

— Да, да, Аннго, мы идем за вами. Слышишь, Алиса? Они снова на связи. Видимо, это защита корабля. Но раз уж мы вышли, будем доставать девушек. Бенни, не трать время, осматривай помещения. Если где кого увидишь, сообщи!

Капитан в тяжелом, неуклюжем скафандре прошел к лифту. За ним двигались Зиар и робот. Аннго и Льен внимательно смотрели на экран. Нажатие на кнопку, конечно, лифт не вызвало. Двери открыть не удавалось. Вступил робот: он прорезал дверь щупом, как нож режет кусок сыра. Звука падающей в шахту лифта двери не услышал никто, как и раздавшегося через несколько минут всплеска.

— Интересно, где вода? — подумала вслух Аннго.

— Сейчас узнаем, — ответил ей Антонио.

Он нажал какую-то кнопку на скафандре, слегка поднялся вверх, а затем, через взломанные двери влетел в шахту лифта, за ним так же Зиар и робот. На экране компьютера Аннго было видно каждое движение Антонио. В шахте воды не было. Спустились на этаж вниз.

— Это наш этаж. Номер сто семьдесят семь. Нет, в другую сторону, кажется.

Наконец Аннго и Льен увидели собственную дверь со стороны коридора. Робот поднял щуп.

— Девушки, в стороны отойдите!

— Да, мы ушли.

Через несколько минут Антонио и Зиар с удивлением разглядывали странные фигуры, обернутые в желеобразную студенистую массу.

— Что это у вас? — спросил капитан, пытаясь пальцем в скафандре пощупать странную субстанцию.

— Это секрет, — ответила Льен, — Аннго, а это ткань, — она дотронулась до скафандра.

— Даже мне не откроете?

— Что открыть? — спросила Льен.

— Свой секрет.

Девушки захохотали. Им стало легко и спокойно рядом с этими большими, неповоротливыми мужчинами.

— Это секрет не в смысле — секрет, а секрет в смысле секрет, — это вызвало уже смех и у командира корабля.

Казалось, даже робот смеется, он и объяснил капитану:

— Вместо одежды они секретируют слизь, а потом она застывает в виде желе.

— Что только не видел, а такое — впервые, — отозвался на это заявление капитан.

Наверх по шахте лифта девушек подняли легко. В помещении кафе было гораздо теплей, чем внизу. Студенистая одежда Аннго и Льен стала быстро подсыхать. Они почувствовали неприятное покалывание на коже. Местами желеобразная масса превращалась в жесткую корку и отваливалась. Обе девушки поеживались от неприятных ощущений, но ни Антонио, ни Зиар этого не замечали. Они обследовали подсобные помещения кафе. В одном из них Бенни уже обнаружил девушку в строгом черном наряде из той же подсохшей массы, без сознания, и вынес ее в общий зал. Здесь же обнаружили мужчину, он был мертв. Заменяющая одежду масса у него была совершенно высохшей, почти по всему телу отскочила. Кожа под ней стала пурпурно-красной и вздулась.

— Он умер от перегрева, — сказала Льен.

— И обезвоживания, — добавила Аннго.

Только теперь капитан корабля обратил внимание на подсыхающую одежду девушек.

— Зиар, быстро их на корабль. Видишь — они сохнут потихоньку.

* * *

На корабле изумленная Алиса разглядывала и ощупывала удивительное одеяние землянок.

— Надо бы холодной воды, — робко спросила Аннго, указывая на девушку без сознания.

— Бенни, — окликнула Алиса, — тут вода нужна, холодная.

Бенни принес воду. Аннго и Льен смачивали подсохшие корочки на теле третьей жертвы. Набравшись жидкости, корочки снова превращались в желе, наконец, когда сухих корочек почти уже не осталось, девушка пришла в сознание. Из кафе поднялись остальные. Все устали и все хотели поговорить. Кают-компания впервые за пол тысячелетия была полна народа. К всеобщему облегчению, выяснили, что питаются новые жители Земли тем же, чем и старые, и тоже полуфабрикатами и полусинтетикой, воду пьют ту же. Робот провел анализы, согласно которым биохимический, биофизический спектры, хромосомный набор оказались очень близкими.

— Значит, направляемся на Грион, — решил капитан.

— Я хочу к маме, — заявила девушка из кафе.

— Деточка, — вмешалась Алиса, — это невозможно. Понимаешь, все шахты лифтов заполнены океанской водой.

— А связь они оборвали сразу. Они боятся, что кто-то узнает, как гибнут люди. Они ничего не делают для спасения. Мама рассказывала, как погиб отец, когда создавали подобный санаторий. Лет через десять они начнут что-то делать, — добавила Аннго, — не раньше. Как тебя зовут?

— Ингелика, — сообщила девушка и расплакалась.

— Что делать, — философски вставил Стив, — жизнь продолжается. Через десять лет, может, и мы вернемся.

— Мы вернемся раньше, — вставил капитан, — на Грион остались наши люди, туда должны были отправиться экспедиции с Земли еще тогда.

— Отправились, — вставила Льен, — и туда и еще на две планеты. Переселенцы уходили караванами. С роботами, мини заводами. Там должна быть цивилизация.

— Льен, ты-то откуда знаешь? — удивилась Аннго, — это в школе не преподают!

— На раскопках читала, очень много.

— И не рассказывала?

— Я подписку давала, о не разглашении.

— О, Земля! Какая ты была, такая и осталась, — с горечью произнес Стив.

— Все, отчаливаем, по местам! — приказал командир, — как там батареи?

— Батареи заряжены полностью. Энергии хватит, — ответил Стив.

Звездолет медленно поднялся в воздух, сделал круг над островом и ушел за облака пара. В кают-компании тихо плакала Ингелика, грустно смотрели в иллюминаторы остальные члены команды, прощаясь с отчим домом, кто навсегда, кто на время. Аннго и Льен свято верили, что еще вернутся. Стив, Бенни и Зиар тоже надеялись на возвращение. У каждого была своя цель. Один хотел разобраться, что же случилось с планетой, почему кипит океан, второй мечтал починить единственное наземное здание и тем самым вернуть к жизни курорт с искусственным климатом, а третий очень хотел проникнуть в толщу земли и узнать, как же там живут и чем дышат такие странные новые земляне.

В капитанской рубке Антонио и Алиса внимательно всматривались вдаль. Антонио уже мечтал, как наладить импорт энергии на Грион с Земли, тем более, что там она дармовая. А Алиса мечтала об отдыхе. Об отдыхе и детях. Может, еще успеет?

21.08.2010

Content

Ирина Игоревна Ильина
Затерянный Материк