Элли Блейк

БЕРЕГ ЛЮБВИ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Высокий молодой мужчина Том Кэмпбелл небрежно захлопнул дверцу старенького фургончика марки «ют» и осмотрелся по сторонам.

Да. Местечко что надо. И свою колымагу нечего запирать на замок. Кто же позарится в Портси на полуразвалившуюся машину какого-то чудака? Здесь явно ездят на авто покруче. Ведь повсюду роскошные виллы, высокие заборы, за заборами наверняка теннисные корты, бассейны, подстриженные газончики и ухоженные цветники… Словом, все то, что непременно прилагается к жизни богатеньких господ.

А их в Портси, сказочном пятачке на полуострове Морнингтон, было предостаточно.

Вот в эту сказку и попал Том. А если конкретнее, то направлялся он в особняк с громким названием «Бельведер».

Подойдя к его воротам, Кэмпбелл подтянул повыше пояс, набитый инструментами, перекинул через плечо наволочку со старыми тряпками и вошел на территорию виллы. И что же увидел молодой человек?

Увы, не райские кущи. Покрытые мхом деревья, заросший сорняками и кустами ежевики участок, поникшие цветы и обветшалый старый дом под серой черепичной крышей. В контурах дома просматривалась чудовищная эклектика, словно много лет назад его строили полдюжины архитекторов с самыми разными вкусами.

Дом будто жмурился в ужасе от своего собственного вида. Наверное, поэтому давно закрылись как бы сами собой все его бледно-зеленые ставни, скрепленные проржавевшими петлями.

Да. Странно. Вокруг такая роскошь. А этот особняк будто бельмо на глазу. И почему в положение дел на таком неухоженном участке не вмешался местный Совет? Ведь обычно представители подобных организаций пытаются следить за состоянием старинных особняков и территории вокруг них. В данном случае, видимо, произошел какой-то сбой.

Но кто же будет связываться с леди Брайс, хозяйкой этого огромного и внушающего какой-то непонятный страх особняка? Да она и близко сюда никого не подпускала, стерегла свою обитель днем и ночью, не желая видеть посторонних.

Тогда что здесь будет делать Том Кэмпбелл? Как что? Он ведь мастер на все руки. Вот и рвется после звонка леди покрасить ее дом, привести в порядок сад, отремонтировать забор. Разве можно оставлять рядом с роскошными виллами такую развалину? Ни в коем случае.

Том давно собирался сказать об этом леди Брайс. Но они ведь не были знакомы. И он боялся вмешиваться в чужую жизнь. По крайней мере, Мэгги Брайс его об этом до своего звонка не просила. Однако Кэмпбелла все равно влекла к особняку загадочной женщины какая-то неведомая сила. И он ничего не мог с собой поделать.

Том улыбнулся. Леди Брайс. Именно так ее стали однажды называть сестры Барклей, давно живущие в Портси. Они очень не любили надменную дамочку. Владелиц местного галантерейного магазина раздражало высокомерие Мэгги. Безобразие. Никогда не заходила в их превосходное заведение. И кого из себя корчит? Сестры были обижены.

Но Брайс вообще практически ни с кем не общалась, вела замкнутый образ жизни. А Кэмпбелл видел ее лишь несколько раз, и то мельком. Она иногда проезжала по главной улице городка на своем черном джипе. Леди в больших солнцезащитных очках управляла машиной как заправский водитель. Том, помнится, даже удивлялся. Справиться ведь с джипом может не каждый. А потом Кэмпбелл удивился еще раз. Мэгги Брайс однажды позвонила ему и обратилась с просьбой помочь отремонтировать ее дом. И пришлось Тому собирать инструменты. Правда, сначала он долго думал. Выбрать рыбалку или скучную работу у какой-то по разговору слишком взвинченной женщины? Однако даме он, естественно, отказать не решился. Вот и приехал в «Бельведер», нескромно сравнивая себя с рыцарем в сверкающих доспехах, бросившимся спасать беспомощное существо.

Пройдя на территорию особняка, Кэмпбелл остановился у высокой парадной двери.

А это что за чудо? Навстречу Тому рванулся лохматый охотничий пес рыжеватого окраса. Позванивая брелком на ошейнике, собака принялась обнюхивать незнакомца.

— Эй, Смайли, я хороший, — заверил псину Том. — Тебя ведь зовут Смайли? Твоя кличка отлично просматривается на брелке…

Старый пес устало поднял голову и моргнул глазами, будто понимая, о чем говорит человек. Но он не собирался выказывать восторга по поводу визита нежданного для него гостя. Пес резко отвернулся от пришельца.

— Ну, Смайли, будь поприветливее. — Том погладил собаку по голове. — Но где же твоя хозяйка, дружище?

Внезапно откуда-то изнутри послышалась неподходящая для изысканной леди ругань. Том понял, что происходит неладное.

— Привет! Вам нужна помощь? — крикнул Кэмпбелл в единственное распахнутое окно.

На него обрушилась неожиданная тишина.

Том, не найдя дверного звонка, толкнул дверь, смело перешагнул через разлегшегося на пороге, потерявшего всякую бдительность пса и осмотрелся по сторонам.

Первое, что он увидел: прямоугольное пятно на стене. Очевидно, здесь раньше висела картина, подумал Кэмпбелл. А вот гора почему-то не распечатанных писем. Том с недоумением окинул взглядом конверты, лежащие на ободранном журнальном столике, затем приподнял лист увядшего папоротника в керамическом горшке. Да. Полнейшее запустение. В этом доме не чувствуется жизни.

Хотя нет. Чувствуется. Том услышал очередное проклятие в чей-то адрес. И молодой мужчина пошел в направлении голоса. Отступать было поздно.

Через минуту он оказался в огромной комнате с двустворчатыми окнами. Вид из них открывался просто прекрасный. Казалось, что к дому практически вплотную подступает морской залив Порт-Филлип. Именно поэтому особняк можно было сравнить со старинным кораблем, готовившимся отправиться в плавание.

Кэмпбелл прикрыл глаза. Его фантазия разыгралась не на шутку.

Ах, если бы он был хозяином этого дома… Превратил бы его не только в корабль — в сказочный дворец.

Том покачал головой. Но как же хозяйка особняка довела все до такого состояния?

Полы облезлые, занавески на окнах выцветшие, ни одной приличной картины. Практически ничего. Ничего, кроме бежевого шнура допотопного телефонного аппарата, тянувшегося через середину комнаты к дальней стене, нескольких ободранных стульев и старого расшатанного стола, на котором стояли банки с окрашенной водой и кистями разных размеров. Да. Том еще вспомнил про журнальный столик в прихожей.

Впрочем, в комнате, куда попал Кэмпбелл, стоял еще и мольберт. Возле него-то он и увидел босую, в забрызганных краской джинсах, стройную молодую женщину. Натуральная блондинка? Трудно сказать. Испачканная бандана почти полностью закрывала волосы художницы.

Том прокашлялся.

— Мисс Брайс?

Она повернулась так быстро, что алая краска с ее кисти брызнула на холст, где уже были изображены синеватые облака.

— Ну и ну! — хрипло воскликнула художница, снова взглянув на еще не оконченную до конца картину. — Черт, испортила свое творение. — На ее скулах выступил румянец, в светло-серых глазах мелькнул огонек раздражения.

Том же был совершенно спокоен. И, кстати, довольно улыбался. Вот повезло-то, думал он. Пришел в дом к такой красотке.

— Кто вы такой, черт возьми? И что вы делаете в моем особняке? — Мэгги воззрилась на Кэмпбелла с недоумением.

Да. Не слишком приветливая особа. Том слегка нахмурился. Очевидно, он не произвел на нее приятного впечатления. Но надо как-то выправлять ситуацию. Ведь в этом доме ему предстоит еще работать. Значит, с хозяйкой надо подружиться.

Но она выглядела так воинственно. Обычную кисть в своей руке держала как смертоносное оружие. Однако придется отстреливаться.

— Пожалуйста, успокойтесь, мисс. Воевать мне с вами совершенно не хочется. Я — миролюбивый человек. А зовут меня Том. Том Кэмпбелл. Ремонтирую по случаю практически все, что попросят, занимаюсь мелкими поделками… — Он растянул губы в милейшей улыбке, которая часто выручала его в сложных ситуациях, а затем развел руками: — Вы, наверное, забыли. Но ведь сами позвонили мне несколько дней назад и попросили о помощи. Говорили, что вам надо привести в порядок особняк…

Растерянная женщина моргнула длинными ресницами.

— Ах да, верно. Господи, я действительно забыла про свой звонок. Так вы и есть тот самый Том Кэмпбелл, которой славится на всю округу золотыми руками? Угу. Отлично. — Она повертела кисть в руке, снова повернулась к рабочему столу, погрузила свое орудие труда в банку с водой и в очередной раз чертыхнулась. — Большая синяя картина с красными брызгами. Ничего оригинального. Проклятие!

Том снова улыбнулся. Он вспомнил о сестрах Барклей. Если бы они слышали, как ругается эта особа, сразу бы перестали называть ее леди. Даже с иронией.

Однако лексикон лексиконом, но в целом Мэгги Брайс смотрелась как весьма изысканная дама, несмотря на забрызганную краской одежду.

Походка художницы была изящна, как у балерины, нежная кожа так и притягивала взор, а серые глаза походили на глубокие озера, цвет которых вдруг неожиданно переходил в голубоватый.

Очаровательная женщина, подумал Том. Он наблюдал за Мэгги с восторгом.

А она как бы и не замечала своего гостя.

Сдернула с головы бандану, развязала ленту на длинных волосах, потом машинально собрала их в низкий пучок…

Мэгги все делала будто по привычке. Ее движения были четкими и быстрыми и, скорее всего, не рассчитанными на то, чтобы произвести на кого-то какое-то впечатление.

Однако Тома жесты мисс Брайс взволновали. Какая грациозная особа. И очень сексуальная. Он просто остолбенел от восхищения. Через пару секунд пришел в себя. Не стоит поддаваться чарам этой загадочной женщины. А что, если она колдунья? Том не мог объяснить, почему ему в голову пришла столь дурацкая мысль, но продолжал строить самые фантастические догадки.

Мэгги Брайс — ведьмочка. Заманивает к себе разного рода простаков, использует их в своих целях, а потом сбрасывает несчастных с утеса, где угнездился ее дом, на острые камни или закапывает искателей приключений прямо возле своего зловещего особняка…

Господи, какая чушь. Кэмпбелл усмехнулся. Нечего больше смотреть ужастики. Вредно.

Но что же от него хочет эта экзальтированная дама? Вызвала лишь для того, чтобы он привел в порядок ее «дворец»? Пока непонятно.

Увидев, что Мэгги куда-то направляется, Том двинулся вслед за ней.

Они очутились в огромной кухне.

Здесь также царило полное запустение. Холодильник ободранный, на подоконнике ни одного горшочка с цветами, нормальной посуды не видно…

Странно все это. Кэмпбелл нахмурился. И какого черта он сюда вообще приехал? Лучше бы отправился на рыбалку. Такая великолепная погода. Словом, если в ближайшие десять секунд леди Брайс не предоставит ему работу, он обязательно уйдет. Но надо узнать поконкретнее, зачем же она все-таки его позвала в свой кошмарный дом.

— Мисс Брайс, я не понял. Вы нуждаетесь в моих услугах или нет? Долго вы будете молчать?

Она поставила чайник на плиту, потом повернулась и окинула уже начинавшего злиться мужчину пристальным взглядом. Ее глаза казались неподвижными, но очень проницательными.

— Мэгги, — вдруг произнесла она. — Мне бы хотелось, чтобы вы называли меня просто Мэгги.

Он растерянно кивнул.

— Ну хорошо. Как скажете. Тогда называйте меня Томом. — Он дружелюбно протянул ей руку.

Мэгги спокойно ответила на крепкое рукопожатие.

А Кэмпбелл разволновался. Он вдруг уловил запах чудесных духов, исходящий от женщины. Восхитительный парфюм. «Соня Ракель». Том был в этом уверен. Однажды он купил флакончик этих духов по совету миловидной продавщицы в шикарном универмаге Сиднея. На Рождество подарил духи своей любимой сестре. Правда, глупышка, в общем-то равнодушная к парфюмерии, практически ими не пользовалась. Но Мэгги Брайс точно обожала этот нежный аромат. Или он исходил непосредственно от ее бархатистой кожи и духи тут ни при чем? Может, и так.

Но главное для Тома уже заключалось в другом — нужно завязать более близкое знакомство с этой красивой женщиной. А почему бы и нет? Непродолжительный легкий роман. Берег моря. Жаркие объятия. Сказка. Оставалось только влюбить в себя хозяйку дома.

— Значит, ты живешь здесь совершенно одна? — Том, решившись, начал атаку.

Мэгги слегка нахмурилась, услышав фамильярное «ты», но не стала возмущаться по этому поводу вслух, лишь спокойно произнесла:

— Я живу не одна. У меня есть Смайли. Разве вы не встретились у парадной двери?

— О да. Конечно, встретились. У тебя отличный друг.

Она взглянула Тому прямо в глаза.

— По крайней мере, он никогда не предаст меня. Это я знаю точно.

Кэмпбелл поежился. Ясно. Мэгги Брайс сразу занесла его в список предателей. Значит, придется завоевывать ее доверие. Любыми способами.

Но какова штучка! Когда он жил в Сиднее, женщины не разговаривали с ним подобным образом. А в Портси ему почему-то не везет. Только выбрал объект для воздыханий, тут же почувствовал некое сопротивление. Ведь тон Мэгги был таким дерзким.

Однако Кэмпбелл решил укротить мисс Брайс.

— Я, конечно, ценю твое трепетное отношение к Смайли, но ведь песик не умеет пользоваться инструментами. Наверное, поэтому ты и обратилась за помощью к знаменитому мастеру, то есть ко мне. — Том хитро прищурился.

— Только не пользуйся моим безвыходным положением, — вспылила Мэгги, также перейдя на «ты». — Ой, вода-то в чайнике кипит вовсю. — Она быстренько перевела разговор на другую тему. — Давай заварим кофе. Без этого напитка трудно жить.

— Давай.

Том усмехнулся и вдруг подумал: а интересно, за кого она его принимает? Очевидно, за обычного, какого-нибудь полунищего плотника. А может, с таким, на ее взгляд, простеньким парнем и хочет проводить время? Ведь некоторым одиноким дамам страсть как надоедают нудные богатые денди. Вот и ищут они своеобразное противоядие от них, связываются с так называемым плебсом. Но Мэгги Брайс, скорее всего, ни за что не будет общаться с бедняком, каким бы он красавцем ни был.

Но тогда что же делать?

Выронить как бы случайно перед ее носом чековую книжку или намекнуть на то, что леди имеет дело с не очень простым человеком? Может, тогда и разгладится суровая морщинка на ее лбу, может, тогда и засверкают ее холодные серые глаза веселым блеском?

Нет, раскрываться пока рано. А вдруг он через некоторое время придет к выводу, что Мэгги Брайс, в общем-то, не в его вкусе. Да, она хороша собой. Но слишком высокая, слишком резкая. Том предпочитал женщин небольшого роста, обладающих более мягким характером.

Так, может, сразу оставить Мэгги в покое?

Не получится. Она притягивала к себе как магнит.

Брайс поставила перед ним чашечку с ароматным кофе.

— А ты сможешь задержаться в моем доме надолго? — вдруг спросила она. — Здесь столько работы… — Мэгги дунула на поверхность черной жидкости.

— Ну, как тебе сказать. — Том сделал задумчивый вид. — Вообще-то, у меня много клиентов. Одни сестры Барклей чего стоят. Если им понадобится сменить лампочки в магазине, не потерпят никаких задержек.

— Велика работа — менять лампочки… — Брайс презрительно хмыкнула.

— Ты предлагаешь мне другую? Впрочем, лучше помолчи. Я и так вижу, что дел в твоем доме невпроворот. А что творится с садом! Ежевика совсем распоясалась, заполонила практически всю территорию, другие кусты и вьющиеся растения так переплелись, что превратили это место в настоящие джунгли. И до пляжа не доберешься. Полное безобразие. Ни искупаться, ни позагорать…

— Да уж. Полностью с вами согласна, мистер. — Мэгги перешла на ироничный тон. — Такая знойная пора, а без пилы на пляж не доберешься. Или нужно запрыгивать туда с шестом? Но я не спортсменка. Так кто же меня спасет? Ведь очень хочется понежиться на ласковом солнышке и окунуться в морскую пену.

— Милая, а кстати, ты давно здесь живешь? — Кэмпбелл вопросительно посмотрел на Мэгги. — Что-то я раньше тебя не видел в этих местах.

— Я приехала сюда из Мельбурна несколько месяцев назад, но практически никуда не вылезаю.

— Понятно. Решила стать затворницей.

— Да ничего тебе не понятно. Впрочем, это неважно. Лучше пойдем со мной.

Она повела Тома к черному ходу.

Через минуту они оказались в маленьком внутреннем дворике, полностью заросшем сорняками.

— Это еще ничего. Смотри туда, — Мэгги обреченно махнула рукой вправо.

Кэмпбелл ужаснулся. Он увидел мощную стену из живых лиан, через которую пройти было просто невозможно. Устрашающую картину дополняли заросли папоротника, разросшегося на всю катушку.

— Ну, как тебе обстановка? — Мэгги развеселилась. — Хотя папоротники просто замечательные. Я получила это чудо в нагрузку к дому. Слушай, а может, посадить тут и другие растения? Впрочем, я плохо разбираюсь в садоводстве.

— Это чувствуется. И что ты еще собираешься здесь сажать? И так пройти невозможно. — Том хмыкнул, сбросив с себя какие-то листики. — И лучше вообще не лезь в эти дела.

— Значит, ты хочешь сказать, что я никогда не стану приличным садовником? — шутливо спросила Брайс.

— Никогда. Ты слишком изысканна. Тебе ни к чему ковыряться в земле.

Мэгги улыбнулась, потому что ей понравилось то, что сказал Кэмпбелл. Ее сравнивают с утонченной аристократкой? А кому не понравится такое сравнение? Щеки молодой женщины порозовели, глаза засверкали, из-за губ блеснули аккуратные белые зубки.

— Знаешь, Том. А ты, по-моему, прав. В саду должен трудиться сильный мужчина с крестьянскими навыками. Надеюсь, ты не откажешься от такой работы?

— Конечно, нет. У меня появилась возможность осуществить мечту всей моей жизни: поработать косой, — язвительно произнес Кэмпбелл.

Мэгги, как бы не заметив его легкого раздражения, мило улыбнулась, кокетливо пожав плечами.

— Не часто приходится видеть, как у кого-то сбывается мечта всей жизни.

— Зрелище будет потрясающим. Обещаю. — Том гордо вскинул голову.

— И сколько же времени тебе понадобится на покос?

— Вопрос сложный. Но к концу дня, думаю, управлюсь. Возможно, и раньше.

— Тогда начинай работать. Сарай вон там. — Мэгги указала в угол сада. — Правда, не знаю, есть ли там коса…

— Как? Здесь нет косы? И здесь нет шеста для прыжков? Кошмар. Выжить невозможно. — Том рассмеялся.

Однако Мэгги на этот раз не оценила его юмора. Ее серые глаза снова стали холодными.

— Невозможно выжить? А я выживаю. С помощью кофе, например. — Она как-то обреченно моргнула и отвернулась от Кэмпбелла. Потом тихо произнесла: — Кофе, конечно, ни при чем. Выжить мне помогает другое…

Том молчал. Боялся ляпнуть что-нибудь невпопад. Тем более что для леди Брайс он ведь обычный работяга. Вот и нечего лезть со своими утешениями и домыслами.

Кэмпбелл лишь спокойно посмотрел на свою работодательницу, ожидая дальнейших распоряжений.

А Мэгги больше не сказала ни слова. Она, вдруг внезапно помрачнев, пошла в дом.

Какие стройные ноги, отметил Том. Только почему-то они никак не хотят идти в его сторону. Ну да ничего. Время меняет многое.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Через несколько часов Мэгги снова захотелось взбодриться и выпить кофейку. Она направилась в кухню и открыла банку «Джемейкэн Роуст». Этот кофе ей нравился больше всего. Только нужно его умело заварить.

Дожидаясь, когда закипит вода в чайнике, молодая женщина присела на кухонную скамью и чисто машинально потерла шею. Брайс поморщилась. Кажется, растянула мышцу. В Мельбурне непременно бы отправилась на массаж к Морису. А здесь на такие процедуры не хватает денег. До сих пор приходится расплачиваться за дом.

Мэгги задумалась над своей жизнью, но через пару минут вздрогнула.

Откуда-то из зарослей донесся непонятный шум, нарушивший привычную тишину, постоянно царящую вокруг «Бельведера».

Может, что-нибудь случилось со Смайли? Не дай бог. Мэгги просто обожала свою собаку.

Брайс подошла к окну и с тревогой посмотрела в глубину сада.

А, вспомнила художница. Там же, наверное, суетится ее новый знакомый. Видимо, ищет приложение своим силам.

Интересно, что он за человек? Мэгги его совершенно не знала, просто нашла телефон Кэмпбелла в справочнике и позвонила. Ей требовался мастер по ремонту особняков, а также опытный садовник. В справочнике Том Кэмпбелл так и представлялся.

И вот он появился в «Бельведере».

Кстати, Мэгги Брайс была очень удивлена. Почему-то думала, что приедет нудный и некрасивый старикан, на пороге же появился стройный и симпатичный мужчина лет тридцати пяти. Вел он себя очень уверенно и раскованно, а его улыбка могла бы согреть самое холодное из сердец.

А еще Мэгги поразило, что Кэмпбелл был охвачен каким-то невероятным энтузиазмом. Даже не отказался от работы по обрезке колючих кустов. Хотя дело тут, видимо, не в энтузиазме. Просто, скорее всего, этот парень очень нуждается в деньгах. Вот и берется практически за все.

Брайс прикусила губу. Но сколько же он попросит за свои услуги? В саду ведь разгребаться и разгребаться. Ну да ничего. Может, ей повезет, может, Том Кэмпбелл сделает хоть какую-то скидку? В противном случае придется туго. Ее деньги таяли, как льдинки на солнце.

Мэгги схватилась за кружку с кофе и пошла к черному ходу. Надо все-таки узнать, что творится в саду. Брайс решила сделать это исподтишка. Лучше не висеть над душой у мастера. Вдруг ему это не понравится?

Она облокотилась на перила заднего крыльца и осмотрелась.

Стоп. Ее взгляд зафиксировал следующую картинку: Том активно размахивал садовыми ножницами. В результате интенсивных движений его тонкая серая футболка пропиталась трудовым потом.

Мэгги посмотрела на Кэмпбелла с уважением, но от созерцания увиденного ее неожиданно отвлек Смайли. Он уткнулся носом в руку хозяйки и жалобно заскулил.

— Эй, приятель, что случилось?

Смайли, конечно, ответить не мог. Но он был явно недоволен появлением в их доме крутого парня.

— Только не сердись, дружок. — Мэгги потрепала его за ухо. — Этот человек находится тут временно. Скоро он покинет наш дом, и мы снова останемся одни.

Старый пес тяжело опустился на пол, прямо на ноги хозяйке. Он очень боялся, что она бросит его.

— Я не предам тебя никогда. Успокойся и не терзай мне и себе душу. Понятно? — Мэгги, будто прочитав мысли животного, дружелюбно ему улыбнулась, а потом снова вдохнула аромат «Джемейкэн Роуст».

Отличный все-таки напиток. Она не спеша, растягивая удовольствие, сделала несколько глотков. Горячий кофе разлился внутри будто лава. Но не сжигающая все дотла.

Мэгги бросила взгляд в сторону Тома. А ему-то, наверное, тоже хочется кофе или поесть. Может, отнести работяге сандвич?

Она направилась в кухню. Через пять минут вышла оттуда с подносом. Впервые за последние полгода приготовила еду не только для себя и Смайли, но и для другого субъекта. Вот дела-то.

Художница поспешила в сад.

Том, увидев хозяйку дома, заулыбался. Отбросив назад темную прядь волос, он расправил мощные плечи и одернул футболку.

— Я подумала, что ты проголодался, — голос Мэгги стал неожиданно мягким. — Вот и приготовила для тебя кое-что…

— Спасибо. Я просто умираю с голоду.

Мэгги протянула ему поднос с чашкой кофе и бутербродами. Но вдруг обратила внимание на черную полоску грязи, испачкавшую лоб мужчины.

— Ой. Ты весь извозюкался. — Она засмеялась. — Сейчас ты похож на трубочиста.

— Ничего удивительного. Работа в саду оставляет свои отпечатки. Но лучше посмотри на себя. Грязнуля. — Он беззлобно усмехнулся.

Брайс, поймав его взгляд, посмотрела вниз. Черт, ее стройные ножки практически полностью забрызганы синей краской. Ногти же выглядят просто ужасно. А ведь когда-то она делала педикюр каждую неделю.

— Но я ведь художница, — попыталась оправдаться Мэгги. — Все время имею дело с красками. Так сказать, производственная необходимость…

— А здорово работать на природе, верно? Ты ведь пишешь в основном пейзажи? И чистым воздухом заодно дышишь. Полезно для здоровья, избавляет от стрессов. В большом городе все по-другому. Смог и суета… — Том ждал, что скажет на это Мэгги.

Она как-то растерянно моргнула.

— Да. Действительно, в большом городе жить тяжеловато. Но мне так не хватает его ритма.

— Серьезно?

— Более чем. Я привыкла к шуму транспорта, к завыванию сирен, к огням рекламы… Но некоторые меня не понимают. Знаешь, у меня есть подруга по имени Фрея. Она почему-то считает, что я должна благодарить судьбу за то, что мне представилась возможность попасть на практически дикое океанское побережье. Только глупышка Фрея не понимает одной вещи: для городского человека нет ничего хуже, чем оказаться в некоем замкнутом пространстве, где тишина просто давит на уши. И потом, мой график работы… Спи сколько хочешь. Никто не контролирует твой распорядок дня. Нет, это мне не подходит. Можно окончательно разлениться. И еще. Чем здесь заниматься помимо творчества? Не собирать же без конца раковины… Скукотища. — Мэгги замолчала.

Диалог продолжил Том:

— А знаешь, в принципе я тебя понимаю. Когда я приехал в эти места из Сиднея, то первые несколько недель чувствовал примерно то же самое.

— Так ты из Сиднея?

Том еле заметно поклонился, как бы заново представляясь.

— Я там родился, там воспитывался. С тех пор прошло достаточно много лет. А теперь я живу недалеко от Портси. Ничего. Постепенно привык. — Он улыбнулся. — Привыкнешь и ты.

Щеки Мэгги порозовели.

— Ты хочешь меня как-то успокоить? Вряд ли получится. Скажи, а в Сиднее ты занимался примерно такой же работой? — Она решила переменить тему.

Том немного помолчал.

— Ну, как тебе сказать? Я занимался там реставрацией.

— Домов?

— Да. А точнее, реставрацией зданий, представляющих историческую ценность.

— О, таких в Сиднее много. Здесь — меньше. Но почему ты все же переехал в это сонное царство?

— Я часто проводил здесь лето, когда был ребенком. А мой двоюродный брат Алекс по-прежнему живет у пирса Рай.

— Ясно. Однако что касается реставрации, то здешние жители, по-моему, скорее снесут старинные постройки, нежели попросят их восстановить. Но возможно, я и ошибаюсь. — Мэгги задумчиво посмотрела на Тома. — Кстати, реставратор — такая прекрасная профессия…

— Но я больше не занимаюсь этой работой.

— И почему же?

Кэмпбелл немного помолчал.

— После смерти моей любимой сестренки Тесс я изменил свой образ жизни…

— О! — вырвалось у Мэгги. — Ради бога, прости. Я ведь не знала о твоем горе. Я сочувствую…

— Спасибо, — печально произнес Том. — А знаешь, моя сестра тоже, как и ты, писала картины. Она умело управлялась с кистью, но… слишком мало прожила. Бедная девочка. Когда она умерла, я и принял решение переехать в Сорренто. Не мог оставаться там, где мы вместе резвились в детстве… — Том немного помолчал. — Кстати, некоторые мои иностранные коллеги думают, что я поселился в Италии. Они даже не знали, что и в Австралии есть местечко под названием Сорренто. Я постоянно твержу им, что такой городок находится рядом с Портси. Надеюсь, мои друзья это усвоили.

Мэгги ждала, что Том скажет еще.

Через пару секунд Кэмпбелл вдруг неожиданно спросил:

— Скажи, а ты слышала когда-нибудь, как по ночам поют волны?

— Поют волны? — Мэгги удивленно вскинула брови. — Я слышала только их без конца повторяющиеся, действующие на нервы всплески.

— Нет, ты не понимаешь. Настройся лучше на мажорные ноты. И увидишь, тебе сразу станет легче жить. Ведь звуки океана — это своего рода панацея от всех душевных терзаний. Крики чаек, шум прибоя, гудки морских лайнеров — какая романтика. Не зря многие люди стремятся поселиться недалеко от побережья…

На красивом лице Тома появилась улыбка.

Но Мэгги оставалась серьезной, не разделяя восторгов нового знакомого.

— Тоже мне романтика. Ну ты сказал. Да я порой не могу заснуть из-за этих противных шумов…

— А другие специально покупают компакт-диски с записями звуков океана и под эти звуки погружаются в сладкий и крепкий сон.

— Я за них искренне рада, — усмехнулась Брайс и надула губки.

— Только не надо сердиться по пустякам. — Том был настроен весьма доброжелательно. — И чем ты недовольна? Такая красота вокруг. Уютные бухты, отличные пляжи, склоны, покрытые нежной зеленью… Настоящий рай. Живи и радуйся. — Карие глаза мужчины сверкнули задорным огнем, но потом подернулись какой-то загадочной дымкой.

Мэгги насторожилась. Чего хочет от нее этот человек?

Том резко шагнул в ее сторону.

Молодая женщина вздрогнула и отшатнулась. Чуть не упала. Она задела пяткой край ступеньки крыльца, но вовремя схватилась за перила.

— Осторожно! — вскрикнул Том. — Извини, ради бога. Я не хотел тебя пугать. Просто хотел попросить еще пару сандвичей…

— О, конечно, конечно. Бери. — Она, успокоившись, схватила поднос со снедью и передала его Кэмпбеллу.

Мужчина поел с удовольствием, потом запил все кофе и с облегчением вздохнул.

— Ну, теперь можно работать дальше…

Мэгги вспомнила о своей картине и чертыхнулась. Она-то что простаивает? Нет вдохновения? Это не оправдание. Надо трудиться, экспериментировать, совершенствовать мастерство… Вот и ее агент Нина уже в нетерпений. В недавнем письме интересовалась, когда наконец у Мэгги появятся приличные работы для выставки? Брайс не знала, что и ответить. Ее преследовали неудачи. Ничего достойного внимания публики не получалось. Художница лишь штамповала какие-то непонятные расплывчатые пейзажи в мрачноватых, темно-синих тонах. И ее даже не подстегивало письмо Нины, которая намекала, что они могут распрощаться навсегда. Мол, зачем иметь дело с неудачницей?

Но Мэгги не могла ей всего объяснить. Художница находилась в мучительном творческом поиске. Брайс были нужны какие-то необычные впечатления.

Однако ее гложет такая тоска!

А может, выручит Том Кэмпбелл? Может, покажет ей сказочные уголки, в которых она еще не бывала, где не ступала ее нога. Природа ведь вокруг действительно потрясающая. Только одной как-то боязно бродить по диким местам. Да, кстати, если Том расчистит пляж под горой, в нишу которой встроен «Бельведер», это тоже порадует ее. Не придется далеко ходить, чтобы искупаться в океане.

В общем, надежда только на Кэмпбелла. Парень сильный, работящий. Быстренько все приведет в порядок. Вот пусть и действует.

Она доброжелательно посмотрела на Тома.

— Можешь смело заглядывать в мой холодильник. В любое время. Твоему организму нужна постоянная подпитка. Хорошему работнику — хорошую еду.

Художница засмеялась. Ее настроение вдруг резко улучшилось. Ведь теперь у нее появился помощник.

Мэгги вдохнула ароматы, исходящие от разросшихся в саду растений, и слегка потянулась под лучами палящего солнца. А жизнь не так уж и плоха, подумала она. Только бы не рушились намеченные когда-то планы.

К концу дня Том Кэмпбелл закончил очередную схватку с заполонившей садовую территорию ежевикой и с ужасными сорняками, портящими вид зеленой лужайки.

После трудовой смены мужчина направился в дом.

Свою работодательницу он увидел у мольберта.

Мэгги внимательно разглядывала синий холст. Она была похожа на философа, пытающегося ответить на вопрос «В чем смысл жизни?».

А Том думал о более приземленных вещах. После работы в саду у него заболели мышцы. Ему хотелось отдохнуть, расслабиться, выпить холодного пива…

Он снова посмотрел на Мэгги. Нет, она сейчас вряд ли поймет его. Молодая художница полностью погрузилась в творчество. Охваченная вдохновением, она даже что-то напевала.

Том подошел поближе.

Мэгги резко повернулась. У нее в зубах была зажата кисть.

— На сегодня я свою работу закончил, — спокойно доложил Кэмпбелл.

Брайс вытащила кисть изо рта и посмотрела на Тома, будто на пришельца из другого мира. Мол, что здесь делает этот субъект?

Хороша благодарность! Том даже слегка разозлился. Вкалывал, вкалывал, а его как бы не узнают. Тем не менее он сообщил:

— Двор за домом я смогу полностью привести в порядок недели за две. Мне потребуются еще кое-какие инструменты. Обращусь, пожалуй, к Алексу. Он держит неподалеку отсюда магазин скобяных изделий.

— Отлично. Покупай все, что понадобится. — Мэгги наконец вернулась в реальность. — А если ты хочешь, чтобы я заплатила вперёд… — Она залилась румянцем, нервно поправила растрепавшиеся волосы. — Я могу только выписать чек. Вчера я истратила на краски последние наличные…

Кэмпбелл хитро улыбнулся.

— Сойдет и чек. Но не будем пока говорить о деньгах. Работу я еще не завершил. Если сделаю все на отлично, тогда и отблагодаришь меня… Никуда не денешься. Ведь я запомнил твой адрес на всю жизнь. — Том игриво подмигнул художнице.

Но Мэгги не слишком понравилась его фамильярность. В ее больших серых глазах появился огонек раздражения. Этот парень ведет себя слишком развязно, подумала Брайс. Надо поставить его на место.

Однако Том не собирался злить молодую женщину. В данный момент он вдруг вспомнил о Тесс. Что бы сказала его сестренка по поводу сложившейся ситуации? Наверное, беззлобно посмеялась бы над ним. Зачем, мол, флиртуешь с этой особой? Столь утонченная леди не для тебя. И легкого курортного романа она не допустит. Птица высокого полета. Обычные любовные интрижки ее не интересуют.

И Тесс оказалась бы права. Том понимал это.

Мэгги Брайс, несмотря на свой рабочий вид, выглядела как настоящая, гордая аристократка. Породистая красавица. И запах от нее исходил умопомрачительный. Духи «Соня Ракель» просто кружили голову.

Да. В отношениях с этой дамочкой надо соблюдать дистанцию. Ягодка не для него. Том потер висок. Впрочем, почему это не для него? Он тоже не лыком шит. Кэмпбелл расправил плечи.

— Завтра я приеду к десяти утра. Нормально?

— В принципе мне все равно. Я-то буду рисовать спозаранку, А ты приезжай, когда хочешь. — Она вдруг улыбнулась Тому очень нежно.

Интересно, что бы это значило, подумал он, но мгновенно подавил свое волнение. Лишь спокойно произнес:

— До встречи, Мэгги.

— До встречи, Том.

Он вышел за дверь, миновал самого грустного в мире пса, обернулся и посмотрел на дом Мэгги Брайс.

Сама судьба привела меня сюда, подумал молодой мужчина. Знакомство с красивой художницей не было случайностью. Кэмпбелл знал это уже точно.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Следующим утром, ровно в десять, Том припарковался за домом Мэгги. Его грузовик был забит до отказа. Накупил кучу инструментов у Алекса.

У парадной двери Том снова столкнулся со Смайли. Впрочем, пес уже начал привыкать к знакомому своей хозяйки.

Том почесал его за ухом.

— А где наша Мэгги?

Смайли засеменил в дом, увлекая за собой Кэмпбелла.

Леди Брайс разглядывала свою новую картину, можно сказать, любовалась ею.

А Том залюбовался художницей.

Она отлично смотрелась. Ей очень шли и желтая курточка с капюшоном, и красная бандана, и стильные джинсы.

Оценив вид Мэгги, Том воззрился на ее картину. Она выглядела точно так же, как совсем недавно. Но почему тогда настроение мисс Брайс изменилось в лучшую сторону? Да какая разница! Лишь бы она вышла из депрессии. Надоел ее мрачный вид.

Но откуда браться хорошему настроению? Молодая, красивая женщина, а живет в таком уединении. Существование скрашивает лишь преданный пес. Но разве Мэгги Брайс не хочет изменить свой образ жизни, разве ей не хочется общаться с друзьями, родственниками, разве не хочется обрести семью, наконец, обставить дом хорошей мебелью? Кстати, а почему в особняке ее практически нет? Непонятно.

— Доброе утро, мисс, — громко произнес Кэмпбелл, словно пытаясь разбудить хозяйку дома.

— Доброе утро.

Он заметил у нее под глазами темно-серые полукружья. Может, не спала всю ночь? И конечно, выпила много кофе.

— Мэгги, не слишком ли ты увлекаешься этим напитком? — Он показал рукой на кофейные чашки.

— Нет, не слишком, — заявила она спокойно.

— Ну, тогда я тоже не откажусь от чашечки. Заваришь мне кофейку?

Она пошла в кухню, бросив на ходу:

— Конечно. Ради бога.

Пока грелась вода, Брайс и Кэмпбелл стали обсуждать текущие дела. Разговор сам собой перешел на щепетильную тему. Том назвал примерную сумму денег, которую собирался потребовать за работу в «Бельведере».

Мэгги остолбенела. Она не ожидала, что этот милый мужчина такой крохобор. Но своего возмущения не выказала, лишь вытащила чековую книжку из ящика обшарпанного стола.

Том поднял руки.

— Только не суетись, пожалуйста. Никаких чеков мне пока не нужно. И вообще, чем меньше говоришь про деньги, тем лучше отношения. Верно? Мы же должны стать друзьями? Как ты считаешь?

— Ну, если ты этого хочешь… — Мэгги закрыла чековую книжку. — Я… мы… Мы действительно могли бы подружиться…

— И, к примеру, вместе отобедать. Как ты относишься к такому предложению?

Она широко раскрыла глаза.

— Да нормально в принципе.

— А знаешь, мы с моим братом Алексом и его женой Мэрианн раньше устраивали такие пирушки, накрывали такие столы… Было очень весело…

— Понимаю. Здорово, — отчего-то печально произнесла Мэгги.

В этот момент на ноги Тома плюхнулся тяжелый пушистый ком.

— Смайли, хватит. — Мэгги щелкнула пальцами. — Ты зачем беспокоишь гостя?

Но хитрый пес сделал вид, будто ничего не слышит.

— Извини, — обратилась Мэгги к Тому. — Порой эта собака бывает очень упрямой. Гони ее во двор.

Не тут-то было. Смайли, положив морду на передние лапы, будто превратился в сфинкса. Пес был неподвижен и никуда не собирался уходить. Он уже привык к Тому.

Кэмпбелл, почувствовав расположение Смайли, дружелюбно улыбнулся.

— Лежи, лежи, псина. Никто тебя никуда не прогонит.

Но Мэгги снова защелкала пальцами. Ей вдруг захотелось… побыть с Томом наедине. Она подошла к молодому человеку поближе.

И Кэмпбелл разволновался. Его снова окутал аромат духов Мэгги.

А может, пригласить ее еще и на ужин? Кажется, неплохая мысль. Только время они должны провести наедине друг с другом. Без свидетелей. Разговоры при свечах, поцелуи при лунном свете, нежные объятия… Том прикрыл глаза, погружаясь в свои фантазии.

«Разбудил» его голос Мэгги.

Она все-таки согнала собаку с ног Кэмпбелла. Но Смайли не обиделся. Устроился в дверях кухни.

Том инстинктивно рванулся к художнице. Ему так хотелось прижать эту очаровательную женщину к своей груди. Но он вдруг резко остановился. Успеет еще нафлиртоваться, а сейчас нужно вернуться к работе.

К тому же вряд ли он сумеет до конца завоевать сердце этой дамочки. Она слишком надменна, слишком язвительна, вспыльчива, по натуре явно нигилистка. С ней будет трудно общаться. Том все это прекрасно понимал. Но если бы порывы наших душ были хоть наполовину благоразумны!

Кэмпбелл допил кофе, вымыл кружку, поставил ее возле раковины и вышел из кухни. Он будто пытался убежать от леди Брайс.

— В котором часу ты предпочитаешь ленч? — Мэгги не хотела отпускать его.

Он повернулся и, слегка волнуясь, произнес:

— Тогда же, когда и ты.

Затем Том поспешил к черному ходу. Больше возбужденный мужчина не оглядывался. Но он чувствовал за своей спиной пристальный взгляд огромных серых глаз. Значит, Мэгги Брайс к нему неравнодушна? Кэмпбелл не мог в это поверить.

Работа у Мэгги шла медленно. Но ведь художница практически каждый день с утра и до вечера созерцала один и тот же пейзаж. За своими окнами. Так что откуда взяться вдохновению? И вообще, она ведь не Микеланджело и не Леонардо да Винчи. Шедевров не создаст. Но надо стремиться к вершинам мастерства всеми Силами.

Кстати, портреты у нее получаются очень даже неплохо. Первый, между прочим, написала в четыре года. Изобразила своего папочку. Все были в восторге.

А потом, повзрослев, Мэгги поступила в художественную школу, затем стала выставляться в известных галереях. Но что-то пошло не так.

А уж в Портси пребывающая в депрессии Мэгги сникла окончательно. Хорошо хоть избавилась от нескольких типов, портреты которых ей ну совершенно не хотелось писать. Брайс взялась за пейзажи. Однако создать хоть одну стоящую картину бедняжке никак не удавалось.

Мэгги потерла уставшую от напряжения шею. Настроение молодой женщины снова ухудшилось. Но вдруг Брайс услышала энергичную мелодию. Музыка доносилась откуда-то из сада.

Хозяйка дома пошла на звук. Ее тянуло вперед будто магнитом.

А потом она увидела Тома, сидящего на платформе своего грузовичка. Молодой мужчина точил садовые ножницы. Рядом же стоял маленький радиоприемник, по которому передавали одну из первых песен группы INXS.

Мэгги спряталась в тень и стала исподтишка наблюдать за Томом.

Он так профессионально работал. Вот уж действительно мастер. И такой деловитый, такой уравновешенный.

А она вот совершенно другая. Слишком эмоциональная. И никакое успокоительное, никакая лечебная гимнастика, ничего не помогает. Как же снимать стресс? Порой Мэгги хотелось или мчаться по шоссе на безумной скорости, или орать со страшной силой на судей во время какого-нибудь матча. Да. Именно такой она была женщиной. Кстати, по мнению ее подруги Фреи, Мэгги следовало винить во всем своего отца. Это якобы он испортил характер своей дочери излишней заботой. Сама же Мэгги частенько отшучивалась в разговорах с приятельницей. Говорила, что страдает в основном из-за разлуки с булочками, набитыми вишнями, и белым шоколадом, которые она часто покупала в кафе, находившемся под их квартирой.

Но к чему вспоминать о прошлом? Мэгги снова взглянула на Тома.

Этот парень из Сиднея такой обаятельный. Однако и загадочный.

Почему вдруг переехал в маленький, провинциальный городок? Только ли из-за смерти бедняжки сестры?

Она снова потерла уставшую от работы шею, и в этот момент под ее ногой хрустнула ветка.

Том резко поднял голову, затем повернулся.

Мэгги вышла из укрытия.

В карих глазах мужчины сверкнул игривый огонек. Кэмпбелл расправил плечи и улыбнулся.

— Привет!

— При-вет! — с придыханием произнесла Мэгги.

— В чем дело?

Она подошла к нему, стараясь не наступать на валявшиеся повсюду колючки.

— Я услышала бодрящую музыку.

Том шутливо закрыл один глаз, а другим покосился на стерео.

— Слишком громко?

Она покачала головой.

— Нет, нет. Все нормально. Тем более что я очень люблю эту песенку. Давно не слышала ее.

Том включил приемник еще громче. И Мэгги почувствовала, как напористый ритм отдается в ее венах.

Однако Брайс все-таки предпочитала классические произведения.

— Знаешь, когда я раньше работала, то всегда одновременно слушала симфонии композиторов прошлых веков. Не выключала музыку до позднего вечера. Правда, всем остальным это действовало на нервы…

Она ждала, что Том спросит, кто же это «все остальные», но он только молча глядел на нее, беззаботно улыбаясь.

Но какое же у парня красивое лицо, вдруг подумала она. И глаза. Такие умные глаза. Нужно написать портрет Кэмпбелла. Хотя еще недоработан пейзаж…

Мэгги в очередной раз осмотрелась. Нет, надо как-то выбираться из замкнутого пространства. Для картин не хватает фактуры.

— О чем ты думаешь? — Том слегка приглушил музыку. — А хочешь, я дам тебе этот компакт-диск напрокат? — спросил он.

— Спасибо. Не откажусь. Отличная мелодия. Хотя и слегка тревожащая…

Мэгги замолчала. Она вдруг вспомнила, как покидала Мельбурн, как торопилась в дорогу. Очень хотела распрощаться с прошлым…

Но ведь практически распрощалась. Живет на новом месте, пишет новые картины. Черт, только ничего не получается. Брайс прикусила губу.

— Мне кажется, тебя что-то угнетает.

— У меня ничего не выходит… Мои картины — примитивная мазня. Ох, не могу поверить, что произнесла это вслух. До сих пор я никому не рассказывала о своих творческих неудачах.

— Значит, не было рядом умного человека, с которым ты могла поговорить по душам.

— У меня весьма образованные, мудрые подруги. Но… Я всегда чувствовала себя такой одинокой. А сейчас и вовсе попала в сложное положение. Родственники далеко, мои приятельницы приезжают лишь раз в неделю. К тому же, я почти разорена. Так получилось, что у меня практически не осталось денег…

— Допиши картину, продай ее.

Мэгги тяжело вздохнула.

— Да кто же купит такое…

— Кто-нибудь купит обязательно. Кстати, мне твой синий пейзаж очень нравится. — Том жестом пригласил Мэгги подняться в кузов грузовичка. — Но что ты там стоишь? Залезай сюда. Ведь на расстоянии неудобно разговаривать. — Он протянул руку и помог художнице взобраться наверх. — Вот теперь можно беседовать нормально.

Но Мэгги разволновалась. Молодой красивый мужчина с темно-карими глазами находился от нее слишком близко. Однако она старалась не выдавать своих эмоций. Разговор продолжила спокойным тоном:

— Моя последняя работа не заслуживает внимания. Картина получается слишком мрачной…

— Ну, ты не права. Мне так совсем не кажется. В синем цвете такая философская глубина. И вовсе он не мрачный. И вообще, синий — мой любимый цвет. Если тебе это, конечно, интересно. — Он мило улыбнулся. — Правда, пока, ты уж извини, я не совсем понял, что ты пытаешься изобразить на своей картине, но со временем-то пойму. Не совсем дурак.

Мэгги рассмеялась, немного расслабившись.

— Я пытаюсь запечатлеть вид, открывающийся из моего окна.

Художница лукавила. Она с помощью кисти пыталась материализовать свои мысли, свои мечты, свои размышления. Господи, как трудно все объяснить этому парню. Разве он сможет действительно понять ее?

— Значит, тебе нравится синий цвет? — как-то отрешенно спросила она. — Ну что ж. Может, я когда-нибудь подарю тебе эту картину…

— Отлично. Вот таким образом и расплатишься за работу, которую я выполню на территории твоего особняка. Вместо денег — «Большая синева». Меня такой вариант устроит.

Мэгги открыла рот, собираясь возразить. Мол, как же так? Она ведь должна оплатить труд мастера наличными. Иначе какой смысл ему тут вкалывать? Но раз он сам отказывается от денег, значит, ему есть на что жить. Почему бы тогда не согласиться на предложенную сделку?

— Но вдруг я не смогу дописать картину? — пролепетала она. — Мне не хватает вдохновения… — Мэгги, смутившись, прикрыла глаза.

— А ты возьми себя в руки, сосредоточься. Кстати, ты дала мне две недели на расчистку двора вокруг твоего дома. Даю тебе такой же срок. В смысле завершения работы над картиной. Договорились?

— При моих темпах я могу возиться с красками года два…

— Понятно. Тебя некому подгонять. Ты раньше ведь работала под чьим-то контролем?

Мэгги съежилась.

— Неужели я тебе об этом говорила?

— Говорила, говорила. В общем, я понял одно: тебя нужно держать в ежовых рукавицах, тогда и будет толк. И хватит постоянно глушить кофе. Чтобы плодотворно работать, тебе нужно как следует высыпаться. А ты принимаешь бодрящий напиток на ночь. Знаешь, милая, я берусь за твое воспитание. Вот такой я смельчак. Что же касается синей картины, надеюсь, скоро повешу ее в своем скромном доме в Сорренто. Но если твоя работа над ней действительно затянется, в любом случае подожду окончательного результата. А понадобится для этого два года — не беда. Многие шедевры создавались и дольше…

Мэгги растерянно моргнула.

Странно. И зачем Тому Кэмбпеллу ее картина? На любителя живописи он как-то не очень похож. И зачем он хочет поддерживать с ней знакомство? Неужели у такого красавца нет подруг?

Брайс вспомнила… о своем муже. У того-то было полно любовниц. Последняя — совсем молоденькая. Ну да бог с ним. Есть воспоминания другого, положительного плана. Ведь некоторое время назад Мэгги Брайс буквально носили на руках. Она была настоящей героиней Мельбурна. Ее картины продавались моментально. Мэгги входила в число самых лучших художников Австралии. Правда, потом, когда семейная жизнь молодой женщины стала рушиться, у нее исчезло вдохновение. Брайс впала в депрессию. Очухаться не могла до сих пор…

Мэгги тяжело вздохнула. Господи, сколько она пережила за последнее время!

Но может, хватит кукситься? Слабые духом люди вызывают лишь раздражение.

Художница сжала губы. Она обязательно поднимется, она возьмет себя в руки.

Молодая женщина прислушалась к крику чаек. Этим птицам ведь порой тоже бывает нелегко, но они расправляют крылья и живут во имя своих целей.

А какие цели у тебя, Мэгги? — задала себе вопрос Брайс.

Написать очередную потрясающую картину, потом другую, и еще, и еще.

Но как же личная жизнь?

Видимо, с этим ничего не получится. Мэгги вздохнула. Отношения с мужчинами у нее не ладились.

Брайс вылезла из грузовичка Кэмпбелла и направилась к дому. И с этим парнем у нее ничего не получится, подумала она. Пусть лучше уезжает отсюда побыстрее.

Но Том пока не собирался покидать территорию особняка.

— Леди, вы бросаете меня? Но я ведь еще не закончил свою работу. Так что терпите мое присутствие. — Он сверкнул темными глазами.

Она обернулась.

— А ты терпи мою несостоятельность. Неужели ты веришь в то, что я смогу дописать эту картину за две недели? У меня нет моральных сил…

Он широко улыбнулся.

— Однажды кто-то мне сказал, что назначенный предельный срок для выполнения какого-либо задания автоматически вызывает вдохновение и заставляет полностью собраться. По-моему, так оно и есть.

Мэгги неопределенно кивнула.

— Знакомые у тебя, конечно, мудрые. Но в творчестве не все так просто. Ладно, продолжай свою работу, а я пойду. — Она махнула рукой. — И постарайся не беспокоить меня. А то я измажу тебя краской.

— Не понимаю, из-за чего ты так нервничаешь? Это ведь замечательно.

Мэгги заморгала, пытаясь отвлечься от созерцания холста. Золотистые мазки вперемешку с облаками цвета индиго вызывали у нее легкое головокружение.

Том принес художнице малюсенькую чашечку крепкого ароматного кофе.

— Сейчас тебе это не повредит. До вечера еще далеко.

— Спасибо за заботу, — кивнула Брайс.

Она сделала один глоток и снова схватилась за кисть.

— Все так мило получается. — Кэмпбелл попытался приободрить художницу.

И Мэгги почувствовала, что вдохновение вновь коснулось ее своим волшебным крылом. Картина стала преображаться. Дело продвигалось вперед.

Художницу даже не отвлекало то, что рядом стоял очень красивый мужчина. Впрочем, не отвлекало до поры до времени. Когда Том подошел к ней чуть ли не вплотную, Мэгги вздрогнула. Она словно почувствовала невероятное тепло, исходящее от загорелой кожи Кэмпбелла. Леди Брайс растерялась. Молодой человек не сводил глаз с картины, но будто заглядывал в душу ее автора.

Мэгги испытала глубокое волнение.

— Твоя работа мне нравится все больше и больше, — спокойно сообщил Том. — Она обязательно украсит интерьер моего домика.

У Мэгги вырвался нервный смешок.

— Если ты собираешься повесить эту картину в каком-нибудь дальнем углу, то наша сделка расторгается.

— Значит, расторгается? Мэгги, ты — глупышка. — Том вдруг решил слегка позлить леди Брайс. — Да скажи спасибо, что хоть я заберу у тебя этот пейзаж. Думаешь, найдется много желающих?

Мэгги сморщила лоб.

— Вот ты и раскрылся. Значит, все твои утешения — сплошная игра. Ты просто издевался надо мной. Что ж. Бог тебе судья. Добавлю только одно: хорошо, что эту мазню не увидит мой агент.

— А у тебя и агент есть?

Она окинула Тома свирепым взглядом.

— Вот идиотка-то, поверила, что ты считаешь меня действительно уважаемой всеми художницей.

Он рассмеялся.

— Извини. Но к нам в Сорренто приезжают художники не хуже. Рисуют такие закаты! Однако потом никак не могут продать свои творения…

Мэгги пожала плечами.

— И зачем ты все это мне говоришь?

Том заглянул ей в глаза.

— Затем, чтобы ты не обольщалась на предмет собственной гениальности. Это мешает в работе…

— Возможно, ты и прав. — Она повертела в руках кисть.

Кэмпбелл немного помолчал, а потом вдруг попросил:

— А дай попробовать и мне. Дай и я сделаю пару мазков.

Мэгги автоматически уронила кисть на его раскрытую ладонь.

— Какая длинная. Наверное, ею не слишком удобно рисовать, — сморщился Том.

— Профессиональные художники справляются с этой задачей.

— Но я-то ведь не Рафаэль и не Веласкес…

— Тогда учись. — Мэгги взяла другую кисть и нанесла на холст несколько сочных штрихов.

— Потрясающе. Вот это класс!

Молодая женщина внимательно посмотрела своему новому знакомому в глаза.

— Опять издеваешься? — Ее рука задрожала.

— Нет, конечно. И до твоей картины дотрагиваться не буду. Только все испорчу.

— А хочешь, покажу свой коронный номер?

Мэгги вдруг захотелось порезвиться.

— Давай.

Она взмахнула кистью, подбросила ее в воздух и поймала у себя за спиной.

Кэмпбелл захлопал в ладоши.

— Ты еще и циркачка. Какое мастерство! Но концерт ведь окончен? Мне пора идти работать по-настоящему.

Мэгги сразу сникла.

— Иди. Только прими хотя бы одну кисточку в дар. Тебе нужно практиковаться.

В глазах Тома появилось вопросительное выражение.

— Но я ведь не собираюсь становиться великим художником. Зачем мне эта кисть?

— Пригодится.

— Ну хорошо. Спасибо за подарок. В ответ я приглашаю тебя на завтрашний ленч.

— Согласна, — просто ответила Мэгги.

Том отсалютовал ей кистью-подарком и вышел из комнаты.

Мэгги обреченно вздохнула. Она поняла, что теперь будет думать о Томе Кэмпбелле постоянно. Она влюбилась в него? Брайс очень боялась признаться себе в этом.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Том подошел к двери своего роскошного «бунгало» и открыл ее. Оказавшись в коридоре, он бросил ключи от машины в маленькую деревянную вазу на антикварном столе эпохи королевы Анны и тут же вспомнил об убогой скамейке, стоящей в прихожей у Мэгги.

Да. Леди Брайс явно не стремилась к богатству. Но ведь у нее были другие цели. Стать великой художницей, И Том Кэмпбелл отдавал ей должное. Он ведь сразу зауважал эту талантливую молодую женщину.

Очень привлекательная особа. Образованная, остроумная, сообразительная, красивая. И забавная. Вот такое интересное сочетание.

Том усмехнулся. Сможет ли он завоевать сердце Мэгги Брайс? По крайней мере, надо попытаться.

Он прослушал записи на автоответчике. Несколько человек просили перезвонить, предлагали выгодную работу. Но Том не мог ответить им согласием. Мастер будет очень занят в текущем месяце.

Том щелкнул клавишей на стене, и в просторной комнате зажглось несколько больших ламп. Золотистый свет коснулся удобных кожаных диванов, приставных столиков из красного дерева, добротного деревянного пола и коллекции произведений искусств.

Да. Мэгги жила гораздо скромнее. Но Том Кэмпбелл не мог отказать себе в роскоши. Он ведь был очень богатым человеком, раньше возглавлял крупную реставрационную компанию. Кстати, свое состояние нажил честным, упорным трудом. И не стеснялся того, что стал миллиардером.

Однако что же мешало леди Брайс поставить в своем доме хоть какую-то более-менее приличную мебель? А впрочем, это не его дело.

Том потянулся. На него вдруг навалилась усталость. Пожалуй, надо слегка расслабиться, подумал он. Принять душ, поужинать, выпить холодного пивка, посмотреть телевизор… Но для начала он зашел в свой кабинет. Нужно было проверить кое-какие бумаги.

— Добрый вечер!

Том чуть не подпрыгнул от неожиданности.

У его компьютера сидел слегка сгорбившийся мужчина.

— Господи, Алекс! Как ты меня напугал. В следующий раз предупреждай о своем появлении.

— Извини, кузен. В моем офисе завис компьютер, а мне нужно срочно сделать пару заказов. Надеюсь, ты не будешь возражать?

— Да нет, конечно. — Том уже успокоился. — Слушай, а давай попьем пивка.

— С удовольствием.

Том, вернувшись из кухни с напитком, открыл сразу несколько бутылок.

— Как поживаешь? — обратился он к двоюродному брату.

— В последнее время наслаждаюсь игрой Доры на трубе, — засмеялся Алекс. — Но часто убегаю из дома. Меня утомляют давящие на мозги звуки. Однако дочке надо заниматься…

Теперь уже рассмеялся Том. Он понял, что Алекс пришел не из-за проблем с компьютером, а просто отдохнуть и поболтать с родственником.

— А скажи-ка мне, как у тебя дела с леди Брайс? — Алекс начал разговор на щепетильную тему без особых предисловий. — Какая она? Действительно живет затворницей? Или просто слишком высокомерна, не хочет общаться с людьми не ее круга?

— Вообще-то, ничего такого нет. Мэгги Брайс весьма дружелюбная особа. К тому же она очень талантлива.

— Я услышал в твоем голосе нотки восхищения. Удивительно. Ты ли это?

— Именно я, дорогой Алекс. И почему ты считаешь, что я не могу восторгаться женщиной? Моя работодательница прекрасна во всем.

— И она, конечно, очень страстная. — Алекс усмехнулся.

— Если ты имеешь в виду постель, то не знаю. И вообще мне не хотелось бы разговаривать сейчас на пикантные темы. Скажу только одно: мне действительно нравится Мэгги Брайс. Но она, понимаешь, какая-то слишком загадочная…

— Понятно. А для «Плейбоя» красотка не снимается?

— Алекс, хватит нести чушь. — Том глотнул пива. — Мэгги — слишком утонченная особа…

Брат Тома вдруг посерьезнел.

— Мне почему-то кажется, что она напоминает тебе… Тесс.

Том пожал плечами.

— Возможно. Ведь наша Тесс тоже очень любила живопись, правда, была таким сорванцом. Но одно другому не мешает… Не мешало… — Том загрустил, вспомнив о сестре. — Кстати, Мэгги по натуре тоже весьма неуправляема. Она порывистая и дерзкая. Тесс всегда нравились такие девушки. Они бы наверняка подружились.

— Слушай, а ты не хотел бы узнать о Мэгги Брайс побольше? — Алекс прищурился. — Интересно ведь, как она жила раньше.

— Гмм… — Том задумался. — Да. Интересно.

Алекс повернулся к компьютеру.

— Что ты сейчас делаешь? — спросил Том.

— Смотрю, что есть о леди Брайс в «Google». Итак, внимание! Мэгги Брайс. Вариант номер один: тринадцатилетняя чемпионка по скейтбордингу из Канберры. Вариант номер два: девяносточетырехлетняя владелица конезавода из Ирландии. Да. О нашей художнице ни слова.

— А можно мне? — Том пониже склонился над лэптопом.

— Да пожалуйста. — Алекс уступил место брату.

Том добавил к параметрам поиска «мельбурнская художница» и… нашел то, что искал.

Вот она. Нынешняя владелица особняка «Бельведер». Только немного помоложе.

С экрана компьютера на мужчин смотрела девушка лет двадцати. Она лучезарно улыбалась. Ведь за свои талантливые работы получила премию Арчибальда.

Том откинулся на спинку кресла.

Он не сомневался, что видит на экране свою новую знакомую. Те же белокурые волосы, те же огромные серые глаза.

Алекс присвистнул.

— Говорят, премия Арчибальда — это очень высокая оценка труда художника. Значит, твоя красавица, можно сказать, гениальна?

— Я уже в этом не сомневаюсь, — серьезно произнес Том и через минуту нашел другое фото Мэгги.

На втором снимке она была уже постарше. Взгляд задумчивый и печальный, вид усталый…

— А ты знаешь, друг мой, твоя художница очень красива. — Алекс вдруг расщедрился на комплимент. — Она похожа на богиню.

— Полностью с тобой согласен. — Том продолжил поиск.

Следующий вариант. Мэгги Брайс на открытии галереи в Армидейле. В галерее выставлено несколько картин Мэгги. На продажу. Все ушло за астрономическую сумму.

Алекс от удивления аж закашлялся, озадаченно посмотрел на Тома.

— Вот это да! Том, ты видишь, сколько она получила денег! Не случайно купила поместье в Портси. А еще фотографии есть? Давай продолжим следствие.

Очередной снимок.

Белокурая художница рядом с импозантным седовласым мужчиной. Она касается его руки… Том закрыл лэптоп.

— Ну, хватит. Теперь мы многое знаем о леди Брайс. И основное, что она — замечательная художница.

Алекс улыбнулся.

— А что ты так разволновался? Впрочем, понятно. Надменная Мэгги держит тебя за обычного работягу. Этакий слесарь, или садовник, или электрик…

— Не вижу ничего плохого в данных профессиях. И я действительно был несколько лет назад совершенно простым парнем.

— А ты еще не рассказал Мэгги, кем являешься сейчас? Как заработал свое огромное состояние?

— Кое-что начал рассказывать, но полностью карты не раскрыл. И вообще, у нас мало времени для болтовни. Она пишет картину, а я вкалываю в саду.

— И долго ты будешь заниматься ерундой? Молодой миллиардер с лопатой и садовыми ножницами. Потрясающе! — Алекс сморщился. — Лучше вернись в свой бизнес. А то пташка Брайс быстро улетит от тебя. Зачем ей простенький дурачок? — Брат Тома опустился в плюшевое кресло рядом с письменным столом. — Дружище, леди Брайс — важная персона, и лучше не играйся с ней. Выйди из своей пещеры, в которой ты спрятался от полноценной жизни.

— А мне нравится быть простым человеком. Что ты ко мне пристал? — Том схватился за пульт, собираясь включить телевизор. — И мне нравится помогать Мэгги. И я приведу территорию ее особняка в полный порядок и дом отремонтирую. Раньше-то я ведь реставрировал старые здания.

Алекс хлопнул его по спине.

— Ты старался ради Тесс. Ради нее и создал компанию «Кэмпбелл Дизайнз». Да. Для лечения девочки были нужны огромные деньги. Жаль, что ничего не помогло…

Том сжал кулаки.

— Все мои усилия пошли прахом, но теперь я буду жить ради другой…

— Ты влюбился в Мэгги?

— Не задавай бестактных вопросов.

— А она тебе уже что-то пообещала? — не унимался Алекс.

Том наконец улыбнулся.

— Пообещала. Но ты слишком любопытен. Мой секрет останется при мне.

Не мог же он сказать Алексу, что вместо поцелуя в губы получит от молодой женщины в дар холст с синими пятнами. Вот посмеялся бы братишка.

Утром у парадной двери особняка Мэгги появились ее подруги — Фрея, Сандра и Эшли.

Раздраженный болтовней женщин, Смайли поспешил удалиться. Собачке хотелось тишины. Пес спрятался в саду.

Но и там он слышал, как щебечет самая суетливая подруга его хозяйки, вертлявая Сандра.

Однако, что касается внешности, эта особа была очень даже хорошенькой.

Темные вьющиеся волосы, синие глаза, пушистые ресницы. Мужчины обожали Сандру. Правда, они ей быстро надоедали. С подругами девушке было общаться гораздо приятнее.

Она протопала тяжелыми модными ботинками по деревянному полу.

— Доброе утро, Мэг. Извини, что мы опоздали. Это все из-за Фреи.

Последняя возмутилась:

— Вечно я хожу в виноватых. Какая несправедливость! Мать-одиночку может обидеть каждый. Но подрастут мои дочурки-близнецы, они вам покажут… — Фрея засмеялась, взбивая короткие рыжие волосы. — Лучше похвалите меня. Я привезла с собой много вкусной еды. А это — теплый шотландский плед. Ведь в «Бельведере» даже нечем укрыться.

Мэгги насупилась.

— Хватит критиковать меня.

— Ладно, не буду, — миролюбиво произнесла Фрея. — Кстати, я привезла тебе почитать «Код да Винчи». Своеобразная книга, но требует внимания. Не правда ли, Эшли? — Она обратилась к самой старшей подруге.

Эшли, которая когда-то преподавала Мэгги теорию изобразительного искусства, согласно кивнула. Пятидесятилетняя дама была не слишком разговорчивой. Кстати, может, ей было и не пятьдесят, а больше. Никто толком не знал ее возраста. Эшли умело скрывала дату своего рождения. А еще она была достаточно строгой. И если уж кого-то хвалила за успехи, то это считалось чем-то невероятным.

Мэгги всегда с замиранием сердца ждала ее визита. Что скажет ученая леди по поводу новых работ своей бывшей ученицы?

Эшли с невозмутимым видом подошла к мольберту. Ее пронзительные глаза так и впились в картину Брайс.

Дама немного помолчала, а потом бесстрастно произнесла:

— Мило, мило. Такая загадочная синева…

Мэгги вся сжалась, а потом от волнения перевела разговор на другую тему:

— А не выпить ли нам вина?

— Отличная идея! — Фрея пошла на кухню за бутылочкой и бокалами.

Сандра вынула из пачки французскую сигаретку. Пристально глядя на картину Мэгги и выпуская изо рта дымок, она серьезно спросила:

— Так что ты хочешь сказать этой картиной?

— Если честно, то не знаю толком и сама, — призналась Мэгги. — Но название для нее уже есть: «Большая синева».

Сандра снова выпустила дым.

Брайс слегка возмутилась.

— Слушай, иди покури на улице. И так голова кругом.

— Ладно, ладно. Только не ворчи. — Сандра вышла на веранду.

Мэгги и Эшли переглянулись.

— Она до сих пор похожа на дерзкого подростка, — констатировала Мэгги. — И на вид такая юная.

— А вот я уже совсем старуха, — неожиданно кокетливо произнесла Эшли.

— Глупости. Ты выглядишь замечательно, — подбодрила ее вернувшаяся Фрея и разлила по бокалам вино. — Мэгги, так над чем ты работаешь сейчас? — спросила она. — Я еще не видела твоего последнего шедевра.

Мэгги указала рукой через плечо.

Фрея повернулась и увидела синюю картину.

— Оригинально.

Затем обе женщины как-то виновато взглянули на Мэгги.

Они боялись сказать ей, что считают картину не слишком удачной. Они боялись обидеть Брайс. Подруги. Близкие люди. Они всегда заботились о душевном спокойствии своей любимицы. И особенно в последнее время. Ведь в личной жизни Мэгги потерпела полный крах. Но несчастная держалась, как могла.

— Да. Этот пейзаж весьма необычен, — бодро заявила она. — Но мне хочется создать что-нибудь другое, более жизнеутверждающую вещь.

Фрея улыбнулась.

— Обязательно попробуй. — На ее веснушчатых щеках от волнения появился румянец. — Ты ведь очень разносторонняя художница. Тебе надо постоянно экспериментировать. — Фрея взяла Мэгги за руки. — А может, тебе вернуться к портретам? Ты в этом деле настоящий мастер.

— С портретами у меня теперь вряд ли что получится. Я ведь практически ни с кем не общаюсь. Писать не с кого…

Фрея снова улыбнулась.

И тут в разговор вступила Сандра. Приоткрыв пошире двустворчатую дверь, девушка крикнула:

— А ты нарисуй вот этого парня! Какая фактура! — Сандра указала вниз тлеющей сигаретой.

В тишине раздался звук пилы. Том работал в поте лица.

— О, вот незадача… — смутилась Мэгги. — Забыла вам сказать, что у меня появился отличный работник. Приводит в порядок территорию сада.

Эшли, Фрея и Сандра поспешили во двор. Им не терпелось познакомиться с молодым мужчиной. Мэгги пришлось последовать за ними.

— Какой красавец! — У Сандры аж загорелись глаза.

— Да. Хорош, — серьезно произнесла степенная Эшли. — Фигура как у греческого атлета.

— Господи, так я же знаю этого парня! — воскликнула Фрея. — Том Кэмпбелл из Сорренто. И что он здесь делает?

Мэгги, смутившись, позвала подруг в дом. Ей почему-то не хотелось, чтобы они отвлекали Тома от работы.

Брайс нежно взглянула на Кэмпбелла. Трудолюбивый мужчина. Таких еще поискать.

— Девочки, ну хватит глазеть на человека, — строго произнесла она. — А то мой помощник не успеет выполнить задание.

Ее подруги нехотя поплелись к крыльцу. Лишь Сандра слегка задержалась.

— Сандра! — Эшли щелкнула пальцами. — Ну нельзя же так откровенно рассматривать мужчин. Безобразие.

Сандра потушила сигаретку в горшке с папоротником и тяжело вздохнула. Томно взглянув на Кэмпбелла, она все же отправилась вслед за подругами.

Вернувшись в дом, Мэгги бросила на пол несколько подушек.

— Девочки, устраивайтесь поудобнее. Мебели-то у меня нормальной нет.

— Зато теперь у тебя появился энергичный помощник по хозяйству. Невероятный красавец. — Сандра хитро прищурилась.

— Но мне пришлось нанять этого парня. — Мэгги будто оправдывалась. — Неужели вы можете представить, что Я работаю пилой? А в саду такие заросли. Надо здесь все привести в порядок. Вот я и нашла в справочнике телефон мастера на все руки. Думала, что появится какой-нибудь старичок, а приехал настоящий мачо.

— Твой рассказ просто тронул меня, — хихикнула Сандра.

— Мэгги, а тебя не будет отвлекать от творчества мускулатура этого красавца? — серьезно спросила Фрея. — Вот свяжешься с Кэмпбеллом, потом пожалеешь.

Черт побери, да не собираюсь я ни с кем связываться!

Мэгги хотелось закричать.

Она чувствовала, что уже никого не полюбит по-настоящему. После семейных передряг ее душа была сожжена полностью. Брайс теряла смысл жизни. Даже творчество не помогало.

— Фрея, значит, ты считаешь этого мужчину красавцем? — не унималась Сандра. — Полностью с тобой согласна. А что ты знаешь о нем? Ведь заявила, будто кое-что знаешь.

— Например, то, что он провел прошлое лето с одной взбалмошной американкой, которая постоянно рассказывала здесь всем, что при разводе она получила в свое распоряжение компанию «Морнингтон Мэнор» и собирается продать свой домик в Портси, а затем вернуться в Калифорнию. Говорят, дамочка уже уехала.

— Значит, у них ничего не получилось. — Сандра довольно хмыкнула. — Ну и замечательно. А то, что американка отказалась от дачки на сказочном полуострове, — это ее проблемы. Зато у нашей Мэгги здесь классный особнячок.

Мэгги Брайс глотнула вина и промолчала.

— Во всяком случае, наша Мэг уж точно не продаст этот дом и никогда не вернется в Мельбурн. Зачем ей видеть там своего предателя-мужа? Столько нервов помотал. Только пусть он подпишет необходимые бумаги для развода… — Фрея вся кипела.

И снова Мэгги промолчала.

Она боялась признаться подругам, что, наоборот, подумывала о продаже купленного недавно дома. Только американка сделала это, поддавшись эмоциональному порыву, а у Брайс просто не было иного выхода. Ее финансовое положение становилось критическим.

Однако сегодня Мэгги не желала думать о плохом. Ей хотелось хорошего вина, вкусной еды, веселой компании. Молодая женщина устала от проблем. Мэгги было необходимо расслабиться.

— Так. Все отлично. Том Кэмпбелл с американкой расстался. Он сейчас наверняка в поиске. — Сандра снова перевела разговор на волнующую ее тему. — Мэгги, а давай возьмем его в оборот!

— Сандра! Ты успокоишься или нет? — возмутилась Фрея.

— Мне просто жаль нашу гениальную художницу. Ушла в работу, а о развлечениях забыла. Мэгги, жизнь-то проходит…

Брайс кивнула и вспомнила прошлое.

Она была очень хорошей женой, все делала для своего мужа, про себя частенько забывала. И что? Ее предали во всех отношениях. Какая несправедливость!

Мэгги загрустила.

— Только не надо делать такое несчастное лицо. — Фрея погладила руку подруги. — У тебя все наладится.

— Возможно, с помощью Тома, — снова хихикнула Сандра.

— Хватит говорить об этом человеке! — приказала Мэгги. — Он всего лишь нанятый мною работник.

Сандра обиженно надула губы.

— Только не надо на меня кричать.

— Ладно, не обижайся. Дорогие, — обратилась Мэгги затем ко всем подругам, — а давайте-ка лучше подумаем, чем мы займемся на следующей неделе. Я имею в виду наш досуг. — Она улыбнулась.

— Надо придумать что-нибудь поинтереснее, — серьезно произнесла Эшли.

Том выключил электропилу и медленно разогнулся. У него болели мышцы, он сильно вспотел. И от работы, и от нещадно палящего солнца.

Кэмпбелл очень устал, но был доволен собой. Сделал немало. И… сильно проголодался.

Уже перевалило за полдень. Однако где же Мэгги? Почему не появляется? И кофе не предложила, и бутерброды не принесла. Странно. Наверное, проводит время с кем-нибудь подостойнее. Том сморщился.

Он вытер руки старой тряпкой, поправил футболку и пошел к дому. Надо все-таки выяснить, где хозяйка особняка?

А может, пригласить ее к себе? Накормить деликатесами, показать коллекцию произведений искусств. И обязательно Сидни Нолана. Вот удивится-то. Работы этого мастера есть не у каждого, только у очень состоятельных людей.

Том улыбнулся. Приятно все-таки быть миллиардером.

Он смело вошел в дом Мэгги Брайс.

Молодые женщины потягивали красное вино.

— Добрый день, дамы.

Услышав его голос, Мэгги моментально вскочила.

— О, Том! Привет. А который час? Неужели уже за полдень?

— Желудок говорит мне, что да.

— Такого мужчину нельзя оставлять голодным, — томно произнесла Сандра. Встав, она протянула Кэмпбеллу руку. — Разрешите представиться: Сандра Клейн.

— Очень приятно. Том Кэмпбелл.

— Ах, извини, я должна была сразу познакомить тебя со своими подругами. — Глаза Мэгги заблестели от волнения. — Но ты был весь в работе.

Ее щеки раскраснелись. И от возбуждения, и от выпитого вина.

— Том, вот Сандра. Она — художник-карикатурист.

— Ее работы можно увидеть в разделах комиксов?

— Нет, не там, — раздраженно бросила Сандра.

— У нее свой юмористический журнал. Пользуется огромной популярностью, — объяснила Мэгги. — И вообще, мои талантливые приятельницы занимаются, в том числе и в Портси, очень серьезной работой. Они не рисуют примитивные пляжные хижины, а создают настоящие шедевры…

Да, с такими дамами нужно быть предельно вежливым, подумал Том.

— Когда-то мы работали в одной группе. Но наш творческий союз по некоторым причинам распался, — произнесла светловолосая женщина, что постарше. — Правда, общаться мы не прекратили.

— О! Я понял. Вы — Эшли Карадерс, — выпалил Кэмпбелл. — Я видел ваш портрет в одном журнале. — Том слукавил. Он не стал говорить, что, разыскивая по Интернету сведения о Мэгги Брайс, наткнулся и на Эшли, на ту фотографию, где Мэгги вручали премию и где Карадерс стояла на заднем плане. — А знаете, один мой старый знакомый из Сиднея — большой поклонник ваших скульптур. — Том решил польстить даме. — Он даже приобрел две ваши работы из серии «Человеческие трагедии». Ваши скульптуры заставляют поволноваться, и они выполнены мастерски.

— Вот как? — Эшли зарделась. — Мне приятно слышать такое. — Она благодарно пожала Тому руку.

— А это наша способная Фрея. — Мэгги продолжила давать характеристики. — Большая ваза у моего дома — это одна из ее работ. Керамические штучки от Фреи продаются во многих магазинах.

Том снова вежливо улыбнулся. В принципе он не особо любил керамику, но заявил следующее:

— Творения Фреи наверняка всем очень нравятся. Я даже в этом не сомневаюсь.

Фрея закатила глаза.

— Умеете вы поднять настроение. Будем надеяться, что делаете это искренне. В общем, спасибо за похвалу, но пора и чего-нибудь поесть. Ведь человек живет не только духовной пищей.

— Ты, как всегда, права, — констатировала Мэгги. — Том, надеюсь, ты присоединишься к нам?

Кэмпбелл бросил взгляд в сторону кухни.

— Даже не знаю, что и сказать. Боюсь помешать вашей трапезе. И задерживаться здесь не могу. Меня ждет работа. Извини.

У Мэгги поникли плечи.

— Ну что ж. Придется блаженствовать без мужчин.

Но в душе она порадовалась. И действительно. Пусть Том сейчас уходит. А то западет на одну из ее подруг. Вот беда-то будет. Брайс уже начинала ревновать этого парня.

Он, словно чувствуя это, ретировался. Правда, предварительно забрал из холодильника коробку с готовыми макаронами.

— Рад был с вами познакомиться, милые дамы. — Том раскланялся. — Но… труба зовет. Слишком много дел.

Прошло около трех часов.

Наконец Мэгги стала прощаться с подругами.

— Поцелуй за меня своих детишек, — попросила Брайс довольную приемом Фрею. — Всего тебе хорошего, Эшли. А ты, Сандра, будь немного поскромнее. — Мэгги рассмеялась.

Сандра тоже решила поддеть приятельницу.

— Если позволишь, на прощание дам тебе один совет. Проверь, действительно ли у твоего мастера золотые руки. Вдруг это неправда?

— Ну и хулиганка же ты.

Фрея пыталась заставить Сандру помолчать. Но та весело несла всякого рода милые пошлости.

Самое забавное, что все это слышал Том. Он сидел на корточках за своим грузовичком и ждал, когда же наконец дамочки уедут.

— Ну все, Мэгги! — крикнула Эшли. — За нами примчалась волшебная колесница. До встречи!

Три богемные особы окончательно попрощались и уселись в такси.

На участке воцарилась тишина. А через минуту Том выбрался из своего укрытия.

Он внимательно посмотрел на Мэгги.

— Проводила?

— Проводила. — Она сунула руки в задние карманы джинсов. — Мы отлично повеселились.

— Я очень за тебя рад. Но для меня превыше всего дело. — Том сделал серьезное лицо. — Без умолку болтать, обсуждать что-то несущественное — пустая трата времени.

Мэгги залилась румянцем.

— Но надо ведь когда-то и отдыхать…

Голос Кэмпбелла стал помягче.

— Я предпочитаю отдых наедине с женщиной. С одной-единственной.

ГЛАВА ПЯТАЯ

В пятницу вечером Том не нашел Мэгги на привычном месте. У мольберта. Куда же она подевалась?

Он не спеша направился к лестнице. Может, Брайс где-то в другой комнате?

Том приступил к обследованию дома. Интересно, как он выглядит внутри полностью? Имеет ли спальни с высокими потолками? Есть ли тут комнаты для гостей?

Стоп. Неприлично лазить без ведома хозяйки по ее особняку.

Кэмпбелл вернулся в помещение, где ему уже разрешали бывать.

Он снова остановился у синей картины, рассматривая ее с некоторым недоумением. Том даже присвистнул. Картина изменилась кардинально.

Молодой мужчина стал вглядываться в нее очень пристально и… вдруг за синевой сказочного сада и разорванных облаков увидел на холсте слегка размытое лицо.

В испуге он отшатнулся. Но как только моргнул, портрет исчез. Мистика. Том снова видел на картине лишь странные синие пятна. Он потер глаза. Да. Перетрудился. После тяжелой работы и не такое привидится…

И тут вошла Мэгги. Просмотрев достаточно объемную пачку нераспечатанных писем, она бросила их на скамейку.

— Мэгги, как хорошо, что ты пришла. А то я тут не могу кое в чем разобраться. Скажи, а ты уверена, что эта картина — пейзаж?

— И пейзаж и натюрморт одновременно. Синие деревья, синие облака, синие яблоки…

— Но я только что видел на картине какое-то лицо…

— Лицо? — Мэгги удивленно вскинула брови.

— Да. Но может, я просто схожу с ума в твоем старом диком саду?

Леди Брайс потерла шею тонкими пальцами и спокойно произнесла:

— Ты, очевидно, перенапрягся. Но сейчас, если честно, мне не до тебя. Болит голова…

— Что-то случилось?

— Да нет. Обычная мигрень, — простонала Мэгги. — И шея не ворочается. Наверное, продуло.

Том чисто автоматически протянул руки к художнице, хотел помассировать ей плечи и тут же отскочил от Брайс подальше. Она бросила на него такой взгляд, что мужчине и в голову бы больше не пришло подходить к ней близко.

Мэгги нахмурилась.

— Что? Испугался? Держи дистанцию, супермен.

Кэмпбелл нервно рассмеялся. Да. Тяжело иметь дело с такой особой. Не забалуешь. Но ему так хотелось прикоснуться к этой богине. Желание было просто нестерпимым. Глаза Тома подернулись сексуальной дымкой.

Мэгги раздраженно отвернулась. Она снова принялась разглядывать свою картину.

— Я пришел сказать, что па сегодня работу закончил и собираюсь уходить, — хрипло произнес Кэмпбелл.

— Понятно. — Мэгги не оборачивалась. — А может, немного задержишься? Я угощу тебя пивом.

— У тебя в холодильнике есть пиво? Странно. И когда ты только успела съездить в магазин?

— Вот успела.

— Ну, тогда я остаюсь… На полчасика…

— Иди на балкон. Там посвежее воздух. А пиво я принесу сама.

— Хорошо. — Том кивнул. — Жду тебя с нетерпением.

Мэгги отправилась в кухню.

Молодая женщина сунула голову в холодильник, наслаждаясь прохладой. День был очень жарким.

Взяв несколько бутылок, Мэгги облегченно вздохнула. Ведь у нее теперь появились деньги. На разного рода угощения хватит. Мисс Брайс получила письмо из одного солидного банка. В послании говорилось, что на ее счет поступил приличный гонорар от одного британского календаря, в котором были напечатаны репродукции ее картин. Кроме того, несколько ее работ продали в престижной художественной галерее.

Мэгги почувствовала себя почти счастливой. Теперь-то «Бельведер» можно и дальше приводить в порядок. Средств, кажется, хватит. И от мужчин финансовая поддержка не нужна. Она не попросит у Тома взаймы ни пенни.

И хватит грустить. Лучше вовсю трудиться. Мэгги почувствовала прилив вдохновения. Настала пора избавляться от хандры.

Молодая женщина улыбнулась и вышла из кухни.

Том стоял на балконе и рассматривал местный пейзаж.

Мэгги залюбовалась его фигурой. Вот это мужчина! Высокий, стройный, подтянутый.

Леди Брайс разволновалась. Ей хотелось подойти к Тому и прижаться к его спине. Но нет. Кэмпбелла можно таким образом спугнуть. Мужики не любят навязчивых дамочек.

Мэгги тяжело вздохнула, а потом тихо произнесла:

— Эй, я принесла пиво. И чипсы. Не откажешься?

Он повернулся и внимательно посмотрел на художницу. Взгляд его был каким-то загадочным.

Мэгги разволновалась еще больше, но все же подошла к Тому. Практически вплотную.

Забирая из ее рук пивную бутылочку, Кэмпбелл как бы невзначай коснулся пальцев молодой женщины.

У Мэгги подкосились колени. Она опустилась в самодельное железное кресло и бросила пакет чипсов на стол с мозаичной крышкой, который нашла однажды во дворе за домом.

В общем-то, практически все, что можно было увидеть в особняке Мэгги Брайс, состояло из находок. Однако и без исключений не обошлось.

Это работала она в пустой комнате, а наверху, в ее спальне, стояла широкая кровать, которую Мэгги пару месяцев назад привезли из Мельбурна. Брайс разорилась, заказала ее в достаточно дорогом магазине. Для чего? Надеялась, что, укрывшись мягкими простынями из египетского хлопка, будет спать на ней крепким сном.

Не тут-то было. Мэгги постоянно мучила бессонница.

Но может, ей купить у Тома стерео и включать убаюкивающую музыку?

Она взглянула на своего работника.

Да не продаст он дешево приемник. Пожалеет. Но неужели парень жадный? Не похоже.

Том, почувствовав, что его внимательно рассматривают, поднял голову. В заходящем солнце сверкнули бронзой его темные волосы.

Он сделал большой глоток пива, а потом довольно улыбнулся.

— Великолепный напиток. Спасибо. Кстати, мне очень понравились твои подруги, — внезапно произнес Кэмпбелл. — Милые дамочки.

— Надеюсь, они тебя ничем не шокировали?

— Ну что ты. Дамы вели себя очень вежливо. Правда, кажется, я не очень понравился рыжеволосой. Почему, понять не могу.

— Не обращай внимания. Фрея просто чересчур бдительная. И она боится, что кто-то обидит близких ей людей. Вот и все.

— Понятно. Но вот Эшли Карадерс как-то поспокойнее. Кстати, я и представления не имел, что встречу ее здесь. Не она ли случайно помогла тебе найти этот дом?

— Да нет. «Бельведер» я приобрела… по собственной глупости. Из-за неурядиц в семейной жизни решила куда-нибудь переехать. Вот риэлторы и подсунули мне этот дряхлый особнячок в Портси. Но я согласилась на сделку моментально. Даже толком не осмотрела коттедж. Это несерьезно. Понимаю.

— Да уж. Ты поступила легкомысленно. Однако ты ведь не Сандра. Вот она мне показалась, извини, не слишком умной, что ли. А расскажи-ка мне о ней побольше.

Мэгги насторожилась.

— Зачем? Ах, она тебе понравилась внешне. Но Сандра для тебя слишком молода.

Том расхохотался.

— Но я-то тоже не старик. Сколько, по-твоему, мне лет?

Мэгги внимательно посмотрела на Тома.

Дерзкие глаза с огоньком, яркий румянец на щеках, мальчишеская челка. Да. До пенсионного возраста Кэмпбеллу явно очень далеко. Мужчина в самом соку. И с характером.

Леди Брайс нравились такие крутые парни, но ей не слишком нравилось, как был одет Том. Наверное, он даже и не знает, что это такое — приличный дорогой костюм и модный галстук. Она вздохнула.

— Итак, на чем мы остановились? А, на твоем возрасте. Мне кажется, тебе где-то около сорока. Ой, только не сердись. Думаю, тебе тридцать. Или? Неужели девятнадцать? — Брайс рассмеялась. — За последнее предположение ты должен поцеловать мне ручку. А за первое — плеснуть пивом в личико.

Его глаза озорно сверкнули.

— Я не расстанусь и с каплей этого замечательного напитка.

Том уселся в кресло, которое недавно освободила Мэгги, и вытянул вперед длинные ноги.

— Но более утонченные люди предпочитают, например, «Мерло»… — робко заметила Брайс.

Том снова расхохотался.

— Но я-то обычный работяга. Что с меня взять? Попиваю ежедневно после трудового дня лишь пивко, какие уж там изысканные вина…

— Да. Действительно. — Она указала на его джинсы. — В такой дешевке и с бокалом дорогого вина — зрелище будет диким.

Том густо покраснел. Ему не понравилось последнее высказывание леди Брайс. Но он постарался не выдавать своих эмоций.

А Мэгги уже пожалела о выданной на-гора фразе. Ведь она отлично понимала, что дело в принципе не в одежде. Парень в красивом дорогом костюме может оказаться преступнее всех на планете, а человек, одетый очень просто, — самым порядочным и надежным.

Брайс попыталась исправить положение:

— Но, несмотря на свой скромный прикид, ты производишь на людей достаточно приятное впечатление. А поскольку, как мне кажется, тебе понравилась моя «Большая синева», хотя еще и не законченная, я отмечу следующее: ты разбираешься в произведениях искусства. И это меня радует.

Он окинул Мэгги каким-то жадным взглядом. Будто и ее оценивал, как, в общем-то, понравившуюся ему синюю картину. Но когда он заглянул мисс Брайс в глаза, то сразу растерялся. И, видимо, поэтому начал дерзить.

— Только не надо со мной разговаривать таким снисходительным тоном. Хотя понимаю. Ты великая художница, а я обыкновенный мужик. И, вот кошмар-то, вместо вина пью пиво. А знаешь, еще я обожаю жареную картошку. Ты-то, конечно, предпочитаешь омаров…

Мэгги засмеялась.

— Угадал.

— А я омаров не ел уже давно…

— Бедняга. Так скажи, чем же ты питаешься кроме картошки?

— Рыбой. Ловлю ее сам. А потом на костре варю уху. А чем ты занимаешься помимо создания своих шедевров?

Мэгги молчала. С тех пор как она приехала сюда, в основном стояла у мольберта. Но такая ведь у нее работа. А развлечений не было никаких. Это в Мельбурне она достаточно часто ходила на вечеринки, бегала по бутикам, отрывалась с многочисленными друзьями. В доме же на океанском берегу она пребывала в практически полном одиночестве и ни с кем, кроме Смайли и своих подруг, наезжающих по средам, не общалась.

От тоски и уныния леди постоянно пила кофе, иногда без всякой необходимости выезжала на машине в город, а потом снова возвращалась к своей работе. Но кисть выписывала на холсте что-то все не то.

Леди Брайс вновь загрустила. А может, бросить все к чертовой матери, может, найти себе другое дело?

Том, будто почувствовав ее состояние, спросил:

— А после того, как ты уехала из Мельбурна, твоя жизнь сильно изменилась?

Мэгги на нервной почве тоже схватилась за пиво. Встряхнув бутылку с золотистой жидкостью, художница тихо произнесла:

— О да. Моя жизнь изменилась кардинально. Теперь я полностью самостоятельный человек. Меня никто не контролирует. Я могу вытворять все что угодно. — Она как-то странно усмехнулась. — А хочешь, я тебе кое-что расскажу? Когда мне было шестнадцать лет, мой папа внезапно исчез. Он бросил нас с мамой. И что, ты думаешь, я сделала? Поступила достаточно подло. Тоже распрощалась с мамочкой. Переехала в дом к своему бойфренду. Потом меня Бог за это наказал. Но как, неважно. Главное — я люблю свободу. И никто не сможет мною помыкать.

— Так, значит, ты не зря сюда приехала. Делай что хочешь. Уходи, приходи, когда тебе вздумается. Живи, с кем тебе нравится. Ни перед кем не отчитывайся. Классный вариант, не так ли?

— Возможно. Но мне не хватает человека, который бы постоянно подгонял меня. В смысле творчества. Я слишком много времени трачу впустую. Я смотрю за горизонт и растворяюсь в бесконечности. Но как же мои картины?

— Будущее покажет… — Том резко посерьезнел. — И вообще, я смотрю на жизнь по-другому. Я научился не ждать от нее чего-то невероятного. Я довольствуюсь малым. У меня есть дом, есть работа. Ну и хорошо. Что же касается женщин, их всегда можно найти… — Он откинулся на спинку кресла и скрестил руки за головой.

Мэгги залюбовалась его мускулами. Этот мужчина явно занимался в своей жизни только физической работой. За письменным столом точно не сидел.

Она продолжала рассматривать Кэмпбелла, но он не обращал на это никакого внимания.

— Когда я впервые поселился один, мне тоже чего-то не хватало. — Он посмотрел куда-то вдаль. — Но я быстро привык к одиночеству.

— Одиночество. Одиночество. Какое печальное слово. — Мэгги покачала головой. — Но, слава богу, я не совершенно одна. Ко мне раз в неделю приезжают подруги. У меня есть Смайли. И теперь еще есть… ТЫ.

Услышав последнюю фразу, Том с удивлением воззрился на художницу.

Она смутилась.

— Я имею в виду, что уже привыкла к твоему присутствию. И ты — замечательный работник.

А про себя Мэгги подумала: может, они с Томом почаще будут проводить вместе свободное время? Ей тоже хочется порыбачить или, к примеру, сыграть в боулинг…

Да какая там рыбалка, какой боулинг! Нечего себя обманывать. Мэгги Брайс мечтала о другом: броситься в объятия этого парня и почувствовать тепло его тела.

Том видел, что молодая женщина вдруг сильно разволновалась. Он догадывался почему, но прикинулся ничего не понимающим лопушком. Кэмпбелл схватился за пакет с чипсами.

— Хочешь немного?

Мэгги взяла несколько хлопьев и улыбнулась.

— А как ты думаешь, я сделала глупость, купив этот старый дом? — Она решила поговорить о недвижимости, стараясь выглядеть как можно беззаботнее.

— Недвижимость — лучшее из возможных капиталовложений. А если, не дай бог, конечно, что-то случится с этим домом, у тебя останется несколько соток земли, где можно будет заново отстроиться…

— Надеюсь, «Бельведер» выстоит. В принципе это сооружение мне нравится. Только вот комнаты требуют ремонта и в спальне обои отстают. А вдруг за ними какая-нибудь дыра? Вдруг дом уже начинает рушиться…

Том рассмеялся.

— Ну, ты преувеличиваешь опасность. Твоя махина простоит еще лет двести. Однако домик действительно нужно серьезно ремонтировать. — Том взглянул через открытую дверь балкона на деформированный деревянный пол. — Страшно смотреть на это безобразие.

Мэгги вздохнула. А может, уехать отсюда? Бросить свое жалкое имущество на заднее сиденье «джипа» и отчалить. Не любит она всяких ремонтов, да и денег на это потребуется куча. Есть ли смысл тратиться? Зачем? Чтобы потом снова проводить здесь время в одиночестве? Нет, лучше уж вернуться в шумный город.

— Знаешь, Том…

Он не дал ей договорить.

— Знаю. Особняк нужно обязательно привести в порядок. Ведь дом-то, в общем, уникальный. Только неухоженный. Требуются умелые руки мастера. Как мои, например… — Он неожиданно провел пальцем по лбу Мэгги и заправил ей за ухо прядь волос.

Молодая женщина вздрогнула. Нежное прикосновение Тома возбудило ее. Ей захотелось уткнуться в его руку и больше не отрываться от этого мужчины.

Но Том вдруг быстро пошел к выходу. Затем, на минуту остановившись, произнес:

— Уже стемнело. Мне пора домой. Спасибо за угощение.

— Пожалуйста, — расстроенно произнесла Мэгги.

Ей очень не хотелось оставаться одной. Она ведь уже не представляла своей жизни без Тома Кэмпбелла. На нее нахлынули такие чувства! Быстро, неожиданно. Но в этом была какая-то особенная прелесть. Однако неужели Том к ней совершенно равнодушен?

Он доказал обратное. Не смог уйти. Развернувшись, бросился к Мэгги. Взглянув в ее широко раскрытые глаза, ласково провел пальцами по ее щеке.

У Мэгги перехватило дыхание.

Она приложила свою руку к груди Тома и почувствовала, как сильно бьется его сердце.

Боже, как их влекло друг к другу! Но стоит ли вот так легкомысленно бросаться в омут страсти? Мэгги-то мечтала о настоящей любви.

Но физическое влечение одолевало. Леди Брайс с ужасом понимала, что не может справиться с собой.

Нет, надо быть осторожнее. Ведь она столько пережила за последние два года. Из-за этих мужчин сплошные проблемы. Но перед Томом Кэмпбеллом устоять просто невозможно. Парень — неотразим.

— Мэгги, как ты приятно пахнешь…

И голос у него такой бархатистый.

Художница просто таяла.

А Том наклонил голову и прикоснулся губами к ее шее. Потом с придыханием произнес:

— Я просто схожу с ума от аромата твоих превосходных духов.

— А красками от меня не пахнет? — пробормотала, волнуясь, она. — Мне кажется, они въелись в мою кожу навсегда.

— И эти запахи мне очень нравятся. — Взгляд Тома подернулся какой-то загадочной дымкой. — И мне очень нравится твоя безумная синяя картина…

Мэгги улыбнулась.

— По-моему, сейчас ты говоришь искренне. Или я ошибаюсь?

Ее влечение к Тому усиливалось с каждой секундой.

— Нет, ты не ошибаешься, — заверил он и вдруг слегка отстранился.

У Мэгги все похолодело. Этот парень просто играет с ней? Не может быть. Его глаза горят таким страстным огнем… У Брайс уже не оставалось никаких сомнений, что скоро должно произойти САМОЕ ГЛАВНОЕ.

Боже, как Мэгги хотела, чтобы Том поцеловал ее в губы, а потом… Но разум призывал ее не поддаваться соблазнам. Разве можно связываться с малознакомым мужчиной?

— Том, только не уходи, — прошептала она вопреки всему.

Кэмпбелл снова рванулся к ней.

— Ты хочешь, чтобы я остался?

— Да. Но… — Она нерешительно его оттолкнула.

— Что «но»?

— Я должна сказать тебе одну вещь, раскрыть один секрет.

— И какой же?

— Том, я… ЗАМУЖЕМ.

Кэмпбелл был очень удивлен. Почему-то леди Брайс ассоциировалась у него с исключительно свободной птицей.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Том демонически расхохотался.

— Значит, ты замужем?

Мэгги кивнула.

— И я не шучу.

Кэмпбелл разозлился. А он-то рассчитывал на серьезные отношения. Болван!

Мэгги Брайс нервно моргнула. Ее серебристые глаза заблестели как-то виновато.

А Том пребывал в гневе. Эта милая, хрупкая и очень красивая молодая женщина принадлежала другому. Кэмпбелл почувствовал себя трагическим героем любовного романа.

Но как же он, простофиля, не догадался сразу, что мисс Брайс на самом деле миссис? А сюда она приехала немного отдохнуть от семейной жизни. Вот и все.

Однако почему тогда Мэгги такая грустная, почему ее мучает, как она говорила, бессонница, почему у нее пропало творческое вдохновение? Значит, у Брайс какие-то серьезные проблемы? Дама попала в беду? Том скривился. Но он-то явно не тянет на рыцаря в сверкающих доспехах, который может вызволить бедняжку из плена душевных терзаний.

Он нервно провел рукой по темным волосам.

— Но где же сейчас твой муж?

— Карл живет в Мельбурне.

— Ах, вот как. И долго вы в разлуке?

Мэгги не ответила. Она так волновалась, ее руки дрожали.

Тому вдруг захотелось подойти к ней и обнимать эту женщину до тех пор, пока она не успокоится. Но он сдержался.

Черт! И почему ему так «везет»? Только по-настоящему понравится женщина, а она, оказывается, несвободна. Доступные же девицы его совершенно не интересовали. Он общался с ними исключительно для удовлетворения своих естественных потребностей. Но Том мечтал о БОЛЬШОЙ ЛЮБВИ. Он уже решил, что эта художница и есть его идеал, что он сможет создать с ней семью. Но не тут-то было. Мэгги Брайс — замужняя дама. И нечего к ней подбираться.

— Значит, твой супруг сейчас в Мельбурне… А ты прохлаждаешься здесь. — Том от злости скрипнул зубами.

Мэгги вся сжалась.

— Я не прохлаждаюсь, а работаю…

— Конечно, конечно. Я понял. Скажи, а это такая разновидность современного брака? У мужа бабенки в большом городе, а жена ищет любовников на океанском побережье. Вот одного потенциального ухажера уже нашла. Правда, я практически нищий работяга, но ты ведь не побрезгуешь для разнообразия и таким. Верно?

Леди Брайс резко отшатнулась от Кэмпбелла. Будто он ударил ее наотмашь.

Но Том снова шагнул к ней навстречу.

Она остановила его решительным жестом.

— Если тебе интересно, то у моего мужа не много бабенок, а в последнее время одна, — произнесла Мэгги ледяным тоном. — Эта особа — его постоянная любовница.

Том сделал глубокий вдох и возрадовался, что Карл сейчас не здесь, а в Мельбурне. В противном случае началась бы разборка. Впрочем, в чужую жизнь влезать нельзя. Том прекрасно понимал это. Но… Он уже считал Мэгги Брайс близким для себя человеком.

— А кем работает твой муж? — как можно спокойнее спросил Кэмпбелл.

— Карл — адвокат. Его любовница — тоже. — У Мэгги на глазах появились слезы. Ей было неприятно говорить о похождениях супруга. Но бедная женщина продолжила: — Она ждет от него ребенка. Мы с мужем решили развестись. А из Мельбурна я уехала, чтобы забыть весь этот кошмар… Кстати, мне сообщили, что документы для развода уже готовы.

Том сжал пальцы в кулаки.

— А для чего тебе нужен я? Хочешь отомстить неверному супругу?

— Я не видела Карла уже полгода. У меня не осталось к нему никаких чувств. А мое отношение к тебе не имеет ничего общего с местью…

Том нахмурился.

— Знаешь, давай пока не будем ничего выяснять. Сейчас нам лучше расстаться. Хотя бы на время. Мне пора идти, Мэгги.

— Да, да. Конечно.

— А ты правильно сделала, что рассказала мне о Карле. По крайней мере, теперь я не буду выглядеть в глазах окружающих полным идиотом. Скажу, что знал о твоем замужестве, но связался с тобой просто от скуки… — Он сбежал по ступенькам и направился к своему грузовику.

Том думал только об одном: надо поскорее забыть об этой художнице. Вот доделает свою работу в саду и уберется отсюда.

Настроение у Мэгги окончательно испортилось. Она снова впала в депрессию.

«Большая синева» оставалась в той же стадии. Правда, Мэгги сделала еще несколько мазков, но до завершения картины все равно было далеко. Мэгги никак не могла сосредоточиться.

Черт побери! Она бросила кисть в банку с водой. Ну ничего не получается.

Молодая женщина побрела наверх, открыла дверь спальни. Может, немного поваляться? Она поправила измятую простыню и легкое одеяло, взглянула на подушки. Их две. Зачем? Все равно приходится спать одной. Мэгги горько усмехнулась.

Она была примерной супругой. И что? Карл по непонятным причинам игнорировал ее как женщину, практически не дотрагивался до нее. А еще он часто не ночевал дома. Пропадал, как выяснилось впоследствии, у своей любовницы. Мэгги терпела, терпела, но потом сорвалась. Словом, впереди — развод. Но как же хочется найти мужчину, который будет любить ее по-настоящему. Видно, не судьба.

Мэгги отправилась в душ. Может, вода смоет печальные мысли?

Расстроенная женщина схватила кусок мыла с запахом корицы и принялась энергично намыливать все тело. От таких процедур становится легче. Мэгги знала это.

Но интересно, а где же сейчас Том? Ловит рыбу или что-нибудь мастерит? И, скорее всего, совершенно не думает о своей работодательнице. А если и думает, то, конечно, плохо.

Господи, подвернулся такой шанс. Построить отношения с умным и красивым мужчиной. Но теперь он не поддастся на «провокации». Кэмпбелл явно скоро сбежит навсегда. Ему ведь не хочется быть мальчиком для развлечений.

Однако Том все понял неправильно. И как вновь завоевать его симпатию? Мэгги, выйдя из душа, долго думала об этом.

Надо что-то предпринять. И главное — не сидеть постоянно дома. Все равно проклятая картина не пишется.

А может, отправиться в магазин? Ведь она собиралась купить стерео. И продукты кончаются.

Мэгги надела стильные джинсы, симпатичную кофточку и легкие туфли без каблуков. Она уселась за руль своего джипа и рванула в район Портси-Хилл.

Народу здесь было предостаточно. На отдых приехало множество иностранцев. Все хотели погреться на солнышке. Приморский городок стал местом настоящего паломничества.

Поставив свою машину на укромную стоянку, Мэгги отправилась по магазинам.

Для начала зашла в известную лавку, где продавались керамические изделия от Фреи. Мэгги сразу же присмотрела себе набор симпатичных кофейных чашечек. Но ее кто-то опередил. Чек был уже выписан.

Ну да ничего, подумала Брайс. Пойду тогда в магазин электроники.

Однако, взглянув на цены в нем, молодая женщина заколебалась. Стоит ли тратиться на такое дорогое стерео? Да. У нее появились деньги. Но ведь еще нужно ремонтировать дом…

Мэгги сморщилась. Что же делать? Ее настроение снова испортилось.

А, была не была. Брайс все-таки купила музыкальный агрегат. Но на что же она поставит стереосистему?

Тут же леди предложили большую тумбу красного дерева. А эта ниша для чего? Кажется, под телевизор. Мэгги в азарте прикупила и его.

Спустя некоторое время она на своей машине двинулась в сторону дома. Брайс чувствовала легкое головокружение. Сколько денег-то потратила. Но бог с ними. Надо же как-то развлекаться.

У подножия холма Мэгги остановилась. Ей вдруг безумно захотелось есть. Говорят, в кафе под названием «Сорренто Си Кэптин» продают жареную картошечку с очень вкусной рыбой. Почему бы не зайти туда?

В кафе было полно экскурсантов, прибывших полюбоваться местными достопримечательностями. Но и старожилы потягивали пивко. Какие-то люди помахали ей руками в знак приветствия. Мэгги стало стыдно. Ее ведь некоторые знают, а она не удосужилась познакомиться даже со своими соседями.

Стоя в дверях, Мэг почувствовала неловкость. Может, убраться отсюда, пока не поздно? И шум такой вокруг. Резкий скрип стульев, стук бильярдных шаров, громкий хохот. Брайс отвыкла от такого. В последнее время ее окружала лишь тишина.

У Мэгги заболела голова. Нет, уж лучше вернуться к своей живописи. Ведь только у мольберта она чувствовала себя спокойно. Ерунда. И в этом случае ее терзали не совсем веселые мысли… Брайс решила остаться в пабе.

— Вам столик на одного? — Худенькая молоденькая официантка в неоднократно стиранном переднике с нетерпением ждала ответа. И одновременно жевала резинку. — Мэм? Вы витаете в облаках?

Брайс тряхнула головой.

— Ох, извините. Задумалась. Столик на одного? Это было бы здорово. Просто потрясающе. — Мэгги скривилась.

Девица посмотрела на нее с недоумением. Странная какая-то клиентка. Видно, сама не знает, чего хочет.

Том вышел из местного кафе «Сорренто Батс», где его попросили подкрасить стены на первом этаже, и направился к своей машине.

Он слегка потянул ноздрями. Из другого кафе на углу пахло явно чем-то жареным.

Кэмпбелл чисто автоматически остановился и взглянул на столики, выставленные в ряд на улице.

За одним из них сидела… Мэгги Брайс. Она сосредоточенно изучала меню.

Несмотря на то что у Тома было впереди много дел, он все же решил задержаться.

Кэмпбелл быстро подошел к столику Мэгги и уселся напротив. От неожиданности леди Брайс даже покраснела. В ее огромных серых глазах появилось смятение. Но она так обрадовалась. Не придется сидеть в одиночестве.

— Том, что ты здесь делаешь? А я думала, ты на рыбалке…

— Я уже успел и порыбачить, и полежать в гамаке у пляжной хижины, и побегать трусцой, и перечитать один из романов Дика Фрэнсиса, а также поиграть с девочками Алекса. И все для того, чтобы отвлечься от своих грустных мыслей. Но мои мысли — это мои мысли. Тебе не надо о них знать. Кстати, ты уже сделала заказ? Или пока ничего не выбрала?

— Выбрала. Только сижу без еды уже около двадцати минут. Может, обо мне забыли? Пойду узнаю, в чем дело. Посмотри за моей сумочкой. Я мигом… — Она поспешила внутрь кафе.

Том бросил ей вслед:

— Пожалуйста, закажи еще рыбу в сухарях. Для меня. И непременно с дольками лимона.

Кэмпбеллу вдруг захотелось, чтобы за ним поухаживали. Пусть Мэгги слегка посуетится.

— Ты собираешься здесь обедать? — развернувшись, спросила Брайс. — А ты никуда не спешишь?

— Спешу, но… В общем, действуй.

— И пиво заказать?

— Обязательно.

Через пару минут все стояло на столике.

Том довольно улыбнулся, а затем с иронией произнес:

— Рыба, жареная картошка, обед в обычном городском кафе. Никакой романтики. Мэгги, ты меня удивляешь все больше и больше. Ведь с мужем-то, наверное, привыкла ходить по шикарным ресторанам…

Она нахмурилась.

— Знаешь что? Мне надоели твои подколы. Обедай-ка лучше один. Ты мне испортил настроение. — Мэгги быстро встала и пошла прочь.

Том, вздохнув, посмотрел ей вслед. Какая фигура! И бедра покачиваются, будто лодочки на воде.

Он потер руками лицо. Как же непросто с этой художницей. С другими женщинами он быстро находил общий язык. Но так же быстро и расставался с ними. А вот с Мэгги Брайс ему хотелось иметь длительные отношения.

Так, может, потому, что у них пока еще ничего не было? Скорее всего, именно поэтому. Охота порой интереснее окончательного результата. Остается только прикупить бинокль и ружьишко.

Том надрывно рассмеялся. Несколько человек повернули к нему головы. И чего это парень веселится в одиночку? Он через силу улыбнулся своим знакомым, старикам Клементсам, и даже подмигнул им. Мол, все отлично, друзья. Поглощайте свою пищу дальше.

Клементсы снова склонились над тарелками, а Кэмпбелл отпил из бокала немного пива. На душе было препогано.

Тома постепенно охватывало отчаяние. Он научился обходиться без многого в жизни. Но ему хотелось большой любви. Надоели временные романчики и легкомысленные алчные девицы. Кэмпбеллу была нужна Мэгги Брайс.

— О! Какой грустный мальчик! И что это с ним стряслось?

Том поднял глаза и увидел своего двоюродного брата.

— Привет, Алекс. А ты сюда зачем пожаловал?

— Как это зачем? Пришли всей семейкой отведать жареной рыбки. Моя жена Мэрианн и мои дочурки обожают это блюдо.

Том помахал дамам рукой.

— Прямо как я.

— А хочешь, угадаю, почему ты один? — не унимался Алекс. — Ты поссорился с леди Брайс. Кстати, она ведь замужняя женщина. Знаешь об этом?

Том снова рассмеялся. Но очень зло.

— Знаю, знаю. А тебе-то кто это сообщил?

— Сестры Барклей. Пару дней назад я кое-что выбирал в их магазине для Мэрианн. Почему-то зашел разговор о Мэгги. Вот меня и посвятили во все…

— А тебе не пришло в голову сразу поделиться информацией со мной?

Алекс пожал плечами.

— Я не думал, что ты… серьезно влюбился в художницу. Не думал, что ее жизнь в целом представляет для тебя интерес…

— Мэгги разводится.

— Развод — нехорошее дело, мальчик Томми. Он выбивает людей из колеи. Думаю, что леди Брайс после развода долго будет приходить в себя. Сможешь ли ты спасти ее от депрессии?

— Не знаю, — тихо произнес Том. — Меня бы кто-нибудь спас.

— Так вот же этот человек! — Алекс хлопнул в ладоши.

В кафе вернулась Мэгги. Улыбаясь, она шла к столику, где расположились братья.

Том Кэмпбелл был ошеломлен. Он никак не ожидал, что леди Брайс снова появится здесь.

— Только не наломай дров, — посоветовал, вставая, Алекс. — Ну, я пошел к своим. Держись.

Том кивнул. А Мэгги уже уселась на освободившееся место.

— Мне стало без тебя немного скучно, — честно объявила она.

Кэмпбелл растерянно улыбнулся. Он даже не знал, что и сказать.

Не мог же сразу раскрыть все тайны: как после знакомства с Мэгги не смыкал глаз по ночам, почему забросил свою любимую рыбалку, почему у него в последнее время все валилось из рук…

Том был по-настоящему ВЛЮБЛЕН.

Он просто не мог нормально дышать без Мэгги Брайс. Но у нее есть муж. Развод еще не состоялся. А может, и вовсе его не будет? И такой вариант не исключен.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Том постарался взять себя в руки. Не стоит выдавать своих эмоций. Конечно, он очень обрадовался, что Мэгги вернулась в кафе, но он будет общаться с ней как с другом. Вот и все.

Они проболтали целый час. Говорили обо всякой ерунде.

Обсуждали погоду, цены в магазинах, привычки местных жителей, даже слегка покритиковали Алекса за излишнюю суетливость. А затем Том рассказал Мэгги несколько новых анекдотов. Художница изо всех сил делала вид, будто ей весело. Но эта игра ей не слишком удавалась.

Думала-то молодая женщина о предстоящем разводе.

Скорее бы все завершилось, ведь она встретила на своем пути такого мужчину!

Том в мягком свитере оливкового цвета выглядел невероятно притягательно. Его глаза сверкали страстным огнем, его взгляд говорил о многом. И Мэгги Брайс уже понимала: никакие уловки не помогут Тому скрыть ЖЕЛАНИЕ. Он хотел ее. Мэгги это чувствовала каждой клеточкой своего тела. И ей тоже не терпелось броситься в объятия Кэмпбелла.

И чем дольше они задевали друг друга ногами под столом, тем сильнее разгорался огонь взаимного физического влечения. Но это не было обычной похотью. Их души также готовились к воссоединению.

Наконец Мэгги не выдержала:

— Том, нам нужно поговорить.

Как бы защищаясь, он театрально застонал и положил голову на стол.

Мэгги рассмеялась, но напряжение не отпускало ее.

Том поднял голову и провел рукой по лицу. Потом внимательно посмотрел на Мэгги.

— «Нам нужно поговорить». Дорогая, разве ты не знаешь, что это те слова, которых мужчины боятся больше всего? В этой фразе содержится некая угроза… А вот еще замечательный вопрос: «Милый, о чем ты сейчас думаешь?». — Том скривился. — Нас, мужиков, просто бесит набор этих словечек. Запомни это, Мэгги. Но только не обижайся. — Он широко улыбнулся.

А у леди Брайс от волнения аж загорелась кожа. Черт возьми! Какой дерзкий тип. И она, замужняя женщина, влюбилась в этого самовлюбленного нахала. Но отступать поздно.

— То-о-ом, — протянула она, — может, уйдем отсюда? Здесь так много народу…

Он понимающе кивнул.

— Да. Не самое лучшее место для близкого общения. — Он подмигнул внезапно появившейся парочке. — Столик сейчас освободится. Просим.

Том и Мэгги вышли на залитую лунным светом улицу. Кэмпбелл слегка приобнял Мэгги и потянул ее в сторону пляжа.

Через пару минут они оказались на тропинке, ведущей к побережью.

— Ты слышишь, как шумят волны? — Том остановил Мэгги и страстно прижал ее к себе.

— Том, не надо… Мы не готовы…

— Но ты мне очень нравишься, Мэг. Мне нравятся твои глаза, твои губы, твои волосы. Мне даже понравились те ужасные сандвичи, которыми ты меня накормила недавно… — Он тихо рассмеялся, а потом серьезно добавил: — А еще мне очень хочется поцеловать тебя. Разве ты этого не чувствуешь?

Мэгги прикусила губу. Ей, конечно, было приятно слышать такие слова. Ей тоже очень хотелось поцеловать Тома. Но разум сдерживал молодую женщину. Она резко отстранилась от Кэмпбелла.

— Ах, понимаю. Ты ведь замужняя женщина. И ты, наверное, по-прежнему, любишь своего супруга. Ну что ж. Тогда давай распрощаемся навсегда. Нам не стоит больше общаться.

Мэгги занервничала. Между ними ничего не произойдет? Отлично. Но ей было непонятно одно: как можно сначала изображать пылкую страсть, а через минуту превратиться в холодный айсберг? Ох уж эти мужчины.

Брайс решила вернуться домой.

— Ну давай погуляем еще. Куда ты так торопишься? — Том вдруг засуетился. — Только не покидай меня.

Она наигранно равнодушно произнесла:

— Ладно. Морской воздух полезен всем.

Том указал в сторону пирса:

— Смотри, сколько там чаек. И какая романтическая обстановка повсюду. Корабли, яхты, лодки…

Они ступили на дощатую поверхность пирса.

Мэгги сняла парусиновые туфли. Ей вдруг захотелось почувствовать прохладу старого дерева.

Том слегка поддерживал ее под локоть. Не дай бог, поскользнется и упадет.

Они молча дошли до конца пирса.

Мэгги взглянула в сторону, где высился ее «Бельведер».

— Мой дворец виден издалека.

Она пристально рассматривала скалистый берег.

— А какой пляж внизу! — закричала художница. — Но я никак не могла продраться к нему сквозь заросли. И смотри, какой там песочек. Просто райское местечко. Том, а свой особняк ты видишь отсюда? — спросила она взволнованно.

Кэмпбелл махнул рукой в направлении утесов справа:

— Мой скромный дом в той стороне…

Его загадочный тон насторожил Мэгги.

Том от нее явно что-то скрывает. Кстати, она ведь о нем ничего практически не знает. Где он точно живет? С кем? Есть ли у него постоянная подруга? Мэгги нахмурилась. Сплошные секреты.

— Но где же все-таки твой дом? — Брайс хотела это узнать немедленно. — Рассказывай…

Том молча посмотрел вдаль.

— Слушай, хватит напускать на себя таинственность. Ты ведь явно не живешь в каком-нибудь жалком бунгало под пальмой. Наверное, в большом коттедже? Говори.

У него дернулась щека.

— А может, ты женат и у тебя десяток детишек?

— Я не женат, и у меня нет детей, — спокойно произнес он.

— Понятно. — Она снова посмотрела в сторону утесов. — Ты предпочитаешь свободу.

— Мэгги! Зачем тебе все знать обо мне? Ну к чему этот разговор? — Том мило улыбнулся. — Лучше расслабься и дыши морским воздухом.

— Хорошо. Больше я тебя доставать не буду. — Она взглянула на небо.

Какие великолепные краски, подумала художница.

Небо было похоже на абстрактную картину. Темно-синий, абрикосовый, серый — все эти цвета перемешались и радовали глаз своими оттенками. Дополняли захватывающее зрелище деревья, растущие вокруг утесов. В сумерках они казались загадочными великанами, однако какими-то грозными.

Мэгги поежилась.

— Тебе холодно? — заботливо спросил Том.

— Да нет. — Она отрицательно качнула головой.

— А мне кажется, ты озябла. — Том взял ее за руки и принялся растирать их.

У Мэгги от блаженства закружилась голова. Прикосновения Тома ей были очень приятны.

Он продолжал осторожно массировать ее ладони.

Мэгги прикрыла глаза и невольно погрузилась в божественную негу.

Как же хорошо, и на душе вдруг стало легче. С Карлом она никогда не испытывала подобных ощущений. И вообще, ее брак изначально был ошибкой. Она вышла замуж не за того человека.

Но… Мэгги вздрогнула. Надо быть настороже. Нет, она, конечно, не собирается снова связывать себя брачными узами, однако в очередную ловушку попасть может. Главное — не принять обычное мужское внимание за великую любовь. Ошибется — будет очень больно. Нового удара судьбы она не переживет.

А что же Том Кэмпбелл?

Он рискнул погладить Мэгги плечо.

— Ты согрелась, дорогая? — Его голос был нежным.

— Да. Мне сейчас очень хорошо, — призналась она. — Но… мне пора домой…

Том вздохнул.

— Я, естественно, провожу тебя.

Когда они подошли к ее джипу, он хотел сесть в салон машины, однако Брайс не позволила ему сделать это.

— Том, я поеду одна. Спасибо за прогулку. Все было замечательно. Мы прекрасно провели время…

Он улыбнулся.

— И картошечки с жареной рыбкой поели. Классно, да?

Она засмеялась.

— Лучше блюда нет.

— Ну, до встречи, Мэгги. Увидимся в понедельник. — Том не стал больше надоедать художнице.

— Договорились, — спокойно сказала она. — Буду ждать тебя с нетерпением.

Том развернулся и пошел в сторону одного из холмов.

Ой! Его ботинок будто за что-то зацепился. У Мэгги перехватило дыхание. Только бы парень не упал. Но он продолжил свой путь.

Куда? К дешевому отелю, к какой-нибудь заброшенной машине, где ночевал, к навесу в здешнем лесу? Мэгги терялась в догадках. Нет, такой мачо не может не иметь приличный собственный дом. Что-то Брайс подсказывало, что Том Кэмпбелл не из разряда бедняков.

Мэгги яростно отперла дверцу автомобиля. Но ей-то какое дело до этого таинственного мастера? Не хочет раскрывать своих секретов, и не надо. Лучше думать о собственной жизни. И работа простаивает. Закончить «Большую синеву» просто необходимо. Потом она рассчитается с Кэмпбеллом и распрощается с ним навсегда. Ей не стоит продолжать общаться с Томом. Ведь она наняла его только для того, чтобы парень расчистил заросли ежевики и проложил дорожку к пляжу. Вот и все. А то, что они совсем недавно смотрели вместе на закат, нежно держась за руки, — это ничего не значит.

В понедельник Мэгги изо всех сил старалась не обращать на Тома внимания. Но к звукам музыки, вырывающимся из его стерео, прислушивалась. Мелодии были заводными. Даже над картиной работалось легче.

«Большая синева» стремительно преображалась.

Мэгги энергично водила по холсту кистью и даже тихо запела.

— «Bright Eyes». Замечательная вещь. Ты знаешь песенку про блестящие глаза?

Мэгги чуть не подпрыгнула от неожиданности. Том появился рядом внезапно.

Она повернулась к нему, прижимая одну руку к груди.

— Что ты говоришь? Я не совсем поняла.

— Я говорю, что «Bright Eyes» — отличная композиция. Песня Гарфанкела радует душу.

Мэгги кивнула.

— Согласна. А знаешь, отец пел мне эту песню, когда я была еще маленькой девочкой. А потом, когда рисовала его портрет…

Том медленно подошел ближе к мольберту и окинул взглядом «Большую синеву».

— А это чье лицо? — Он вопросительно посмотрел на Мэгги. — Оно такое печальное.

— Это лицо одной страдающей дамы, — прошептала художница. — Она никак не может смириться с тем, что родной отец когда-то покинул ее…

Том взял Мэгги за дрожащую руку.

— Дорогая, только не стоит волноваться. У всех у нас свои беды. А твой папа обязательно вспомнит о тебе.

Кэмпбелл сжал ее руку сильнее. Мэгги тихонько охнула. Но не от боли в руке, а от боли в сердце. Молодой женщине столько пришлось пережить. Но и Тому, видно, порой приходилось несладко.

— Извини. А ты часто вспоминаешь свою сестру? — сочувственно спросила Брайс.

— Конечно. Бедняжка Тесс. Мне ее так не хватает. Никакие врачи не помогли. Она умерла слишком рано. Когда это случилось, я тоже не хотел жить. Но потом как-то взял себя в руки. Однако решил уехать из города, где мы вместе провели детство и юность. Я все распродал, оставил свой бизнес и прибыл в тихий австралийский городок с итальянским названием Сорренто. Специально подобрал место, где меня практически никто не беспокоит…

У Мэгги сжалось сердце.

— Но отшельником жить трудно. Разве не так?

— Я уже привык. Кроме того, мне некогда скучать. У меня много заказчиков, а соответственно и много работы.

— И у тебя появились новые впечатления.

— Безусловно. Скажи, а твой отец хорошо относился к Карлу? — Том вдруг неожиданно переменил тему. — Просто интересно.

— Они не были знакомы. Так получилось. — Мэгги прикусила губу. — Хотя мне кажется, папа и Карл могли бы стать друзьями. Оба — среднего возраста. Оба энергичны, красивы, богаты. И даже похожи внешне…

— Говорят, что девушки часто увлекаются мужчинами, напоминающими отцов. Мэгги, а ведь ты, наверное, не хочешь окончательно расставаться с Карлом. Верно?

— Да. Сделать это будет нелегко. Но я не смогу простить его за предательство.

Том засомневался.

— А ты уверена? Многие жены закрывают глаза на похождения мужей…

— Я не из таких. Но давай прекратим разговор на эту тему. В конце концов, я и сама во многом виновата. Не только Карл. Порой я бываю чересчур эгоистична.

— Зато ты прекрасная художница. Потрясающая. И в данном факте я убеждаюсь все больше. Твоим новым шедевром скоро восхитится весь мир!

Мэгги чуть не расплакалась.

— Ты же издеваешься надо мной. Зачем?

— Я? Издеваюсь? Неужели вы, мадам, держите меня за монстра? Посмотрите, какое у меня искреннее и доброе лицо. А вот на вашей гениальной картине личико все-таки слишком печально. — Том пытался хоть как-то развеселить Мэгги.

Но, кажется, он переборщил с последней шуткой.

— Не говори чепухи. Ты толком и не разбираешься в творчестве… Ты — обычный работяга. Слесарь или плотник? — Брайс сжала губы.

Однако и Кэмпбелл разозлился.

— Эй, думаешь, нарисовала синее лицо и добилась вершин мастерства? А ты случайно не была исследователем в Арктике? Может, на тебя повлиял жуткий холод? Или синий-синий иней?

— Том, хватит, это уже не смешно. Ты переходишь границы дозволенного…

— Тогда больше никогда не серди меня. Ведь, если честно, я очень хорошо отношусь к тебе. — Он приветливо улыбнулся и поцеловал Мэгги руку. Потом прижал губы к женской ладони.

Эти прикосновения будто обожгли кожу художницы.

И Брайс вдруг заплакала. Глотая соленые слезы, она не поднимала глаз.

— Мэгги, ты что? — Том заключил ее в объятия, стал гладить по волосам, по спине. — Дорогая, успокойся. Все будет в порядке. Ведь ничего плохого не случилось. — Он поцеловал ее в макушку.

Брайс шмыгнула носом, а потом слегка отстранилась от Тома. Плакать прекратила. Слезы быстро высохли.

— Ну, вот так-то лучше, — произнес Том. — И чтобы больше этого не было.

— Есть, сэр, — попыталась отшутиться Мэгги. — И спасибо.

— За что?

— За то, что ты первый мужчина в моей жизни, который проявил ко мне сострадание.

Карие глаза Тома сверкнули как-то странно. В ответ на признание леди Брайс он промолчал.

У Мэгги вновь появились подозрения. Кэмпбелл явно играет ее чувствами. Что-то тут не так.

Она снова начала сомневаться в самой себе, а именно в своей притягательности. Вот и этот человек сбежит от нее. Как пить дать. И он по натуре вообще, кажется, путешественник.

Мэгги спросила, который час. Ей вдруг захотелось немедленно выпроводить Кэмпбелла из своего дома.

— Уже десятый? Том, так тебе уже пора. Извини, что задержала.

Он сунул руки в задние карманы джинсов и задал довольно-таки дерзкий вопрос:

— А может, ты хочешь, чтобы я остался?

Она улыбнулась.

— Да нет. Увидимся завтра.

Он обиженно взмахнул рукой и пошел к выходу.

Мэгги вернулась к своей картине.

Она снова стала внимательно рассматривать «Большую синеву». А ведь Том прав, подумала художница. Лицо, изображенное на картине, было действительно слишком унылым. Но впадающие в депрессию люди именно так и выглядят. Мэгги, по крайней мере, в последнее время вообще практически не улыбалась. Лишь изредка. И то натянуто.

Брайс чертыхнулась. Но что же все-таки делать с синей картиной? Она сняла ее с подрамника и отложила в сторону. Пора приступать к созданию новой.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Во вторник было жарко и солнечно. Чувствовалось, что наступает лето.

Том снял футболку. Можно обойтись и без нее. Он потер заболевшую от работы спину. Эх, пора бы и душ принять, подумал «садовник».

Но сначала нужно кое-что выяснить.

Он поднялся на этаж, где работала Мэгги, по лестнице с черного хода.

— Дорогая, ты дома? — вкрадчиво спросил Том.

Через секунду услышал тихое «да».

— А ты готова к ленчу?

— Дай мне еще немного поработать. На меня напало такое вдохновение…

Том вытер ботинки о коврик и вошел.

От изумления аж рот раскрыл.

Мрачная «Большая синева» исчезла.

На ее месте был натянут новый холст. Травянисто-зеленый и абрикосовый цвета сразили Кэмпбелла наповал. В хорошем смысле этого слова. Новая яркая картина ослепляла, но и улучшала настроение. Том даже почувствовал какой-то невероятный прилив сил.

А Мэгги-то как необычно выглядит. Красная бандана лихо заткнута за пояс, светло-каштановые волосы распущены, футболка с кремовым воротником игриво приподнята. А что это там вместо джинсов? Вот это да! Совсем коротенькие шорты цвета хаки. Такими шортиками не прикроешь длинные и стройные ноги. И не надо. Пусть мужчины полюбуются на красоту.

— Привет! — Мэгги вытерла руки старой тряпкой. — Ты какой-то растерянный. В чем дело?

— Да все в порядке, — произнес обалдевший Том.

Мэгги хитро улыбнулась.

— А почему ты покраснел?

— Просто сегодня очень жарко.

— Да? А у меня здесь прохладненько. Располагайся.

Он кивнул. И снова уставился на Мэгги.

Сногсшибательная женщина! Нет, ее красота сразу привлекла Тома. Но сегодня Мэгги была просто неотразима. И так сексуальна.

Кэмпбелл сглотнул.

— А что ты так нервничаешь? Не успеваешь с работой? — продолжала издеваться Мэгги. — На ее полных губах снова появилась улыбка.

И Том начал отбиваться. В качестве оружия отражения он выбрал безобидный, слегка пошловатый флирт.

— Милая, ты так хороша. У тебя такая гладкая кожа. Ты побрила ноги ради меня?

— Прошу прощения? — Мэгги вспыхнула.

— Я говорю, что впервые увидел твои ноги. Супер.

Леди Брайс нервно хмыкнула.

— Мои ноги — это мои ноги.

— Я очень рад, что ты наконец выставила их на обозрение.

Она скривила губы.

— Но ведь скоро лето. Вот я и поменяла форму одежды. Ты-то вообще ходишь без футболки.

Том поднял руки.

— Ой, только не ругайте меня за бескультурье, тетенька. Мне просто очень жарко. — Он виновато потупил взор.

Ее бледные щеки покрылись румянцем.

— Нечего тут играть своими мускулами. Хочешь соблазнить несчастную художницу? Ничего не выйдет, остряк ты наш. И что это ты отлыниваешь от работы? Мне такие помощники не нужны.

— Я уже сделал очень много. А сейчас неплохо бы и поесть. Лучше на свежем воздухе.

Мэгги опустила кисть в банку с водой и собрала волосы в высокий пучок.

— Но ведь сегодня стоит такая жара. Может, лучше отобедать в доме?

— Нет. Устроимся на природе. Так романтичнее. Я жду тебя во дворе. — Он быстро покинул особняк.

Когда Мэгги окончательно привела себя в порядок и вышла из коттеджа, Том невольно потянул ноздрями, вдыхая опьяняющий аромат женских духов.

Он не удержался, подошел к Мэгги совсем близко и слегка приобнял ее за талию. Молодого мужчину вдруг охватило неистовое желание. Ему захотелось расцеловать эту очаровательную леди, захотелось немедленно овладеть ее телом.

Мэгги закрыла глаза. Она ведь понимала, что происходит.

Том выхватил из-за пояса ее шорт красную бандану и обвязал ею лицо художницы.

— Эй! — воскликнула она. — Что ты делаешь?

— Начинаю одну захватывающую игру. — Он слегка подтолкнул художницу вперед. — Шагай, шагай. И не задавай никаких вопросов.

— Но может, ты собираешься столкнуть меня с утеса. Я должна сопротивляться. Я не хочу погибать. А для того, чтобы избавиться от душевных терзаний, достаточно лишь хорошо поплакать…

Том тихо произнес:

— Только не надо плакать. А то у меня от сострадания разорвется сердце.

Он окинул Мэгги вожделенным взглядом.

Ее шелковистые волосы, изящная шея, ее аккуратная грудь и длинные стройные ноги возбудили его донельзя. Но он боялся спугнуть женщину своими прикосновениями, лишь робко держал ее за руку и вел вперед.

Через несколько минут Том предложил:

— А теперь сними повязку. Сама.

Мэгги сорвала с глаз бандану и… открыла рот от изумления.

На зеленой траве лежало одеяло для пикника, рядом с которым стояла корзина, наполненная разнообразной снедью.

Том выложил на симпатичную скатерть экзотические сыры, королевские креветки, свежеиспеченный хлеб, выставил бутылки с очень дорогим вином…

— Вот это да! — охнула Мэгги. — Такое могут себе позволить лишь богатые люди. — А там что? — она указала на расчищенную тропу. — Ты и это успел сделать? Вырубил самые колючие кустарники?

— Ну я же не болтался здесь без дела…

Мэгги посмотрела на него с восхищением, а затем пошла к краю утеса.

Вид оттуда открывался потрясающий.

Слева и справа высились загадочные горы, внизу блестела серебристая вода, небольшие волны ласково касались кромки чистейшего песчаного пляжа…

Леди Брайс пришла в неописуемый восторг, она даже почувствовала себя счастливой. Ради такой красоты и жить стоит.

Мэгги улыбнулась и бросилась обнимать Тома.

— Ты такой молодец! Ты провел титаническую работу. А я думала, что заросли в моем саду разодрать невозможно…

— Я очень способный и сильный. — Том прижал Мэгги к себе.

Но она вдруг внезапно отстранилась и высвободилась из его объятий, будто чего-то испугавшись.

Том, удивленно взглянув на нее, отошел в сторонку. Он сунул руки в задние карманы джинсов и с досады пнул ногой пучок травы.

— И что ты шарахаешься от меня? Я похож на монстра? — спросил Кэмпбелл хриплым от волнения голосом. — Нет чтобы поощрить усердного работника. Ну ладно. Больше я к тебе не прикоснусь. Пошли лучше поедим.

Мэгги кивнула:

— Пошли.

Она удобно устроилась на одеяле, подложив под локоть небольшую подушечку.

Том разлил по бокалам вино.

Они выпили, потом еще. Поели креветок, полакомились нежным сыром…

Но ведь надо было и о чем-то поговорить.

— А ты знаешь, что такое бельведер? — неожиданно спросила Мэгги, взглянув на свой огромный, но неухоженный дом.

— Это башенка на доме или постройка на возвышенном месте. — Том четко процитировал выдержку из архитектурного словаря.

Казалось, Мэгги и не удивило, что парень знает такие вещи.

Она спокойно продолжила:

— А еще бельведерами называют некоторые дворцы. В Ватикане, Вене, Праге… Вот только мой особняк под категорию дворцов ну никак не подпадает. — Мэгги вздохнула.

— Но ты же обратилась ко мне за помощью. Вот я и наведу здесь порядок.

Она бросила на Тома тревожный взгляд. Мол, зачем все это нужно слишком занятому мужчине? У него ведь и без нее заказчиков хватает.

Леди Брайс, неожиданно разволновавшись, опустила глаза и снова попросила вина. Затем произнесла:

— А может, мне продать «Бельведер» и снова вернуться в большой город? Буду работать там, смогу преподавать… — Она улыбнулась. — Дела в мегаполисе всегда найдутся.

Том расстроился. Если Мэгги уедет, он не переживет этого. И что ее ждет на прежнем месте? Снова станет замотанной деловой женщиной, у которой день расписан по минутам. Нет. Нужно как-то ее остановить.

— Мэгги, ты не можешь уехать отсюда. — Том пытался говорить спокойно. — Только здесь можно создавать действительно гениальные картины, только здесь такие фантастические пейзажи… А какая на полуострове кухня! Лучше не бывает. А рыба в «Сорренто Си Кэптин»? Мэгги, ты уже не сможешь обойтись без этого замечательного блюда. — Он как-то грустно рассмеялся. — Нет, ты не уедешь. Ты еще не все места здесь изучила.

Мэгги схватилась за аппетитную креветку и вдруг весело заявила:

— А действительно. Зачем мне уезжать? В Портси и в Сорренто я уж точно с голоду не умру. Верно, Том?

— Верно. — Он облегченно вздохнул. — Я буду подкармливать тебя периодически.

Она снова улыбнулась.

— Тогда я не пролезу в дверь.

— Ничего. Пролезешь. Если будешь делиться со мной. Смотри, умяла почти все креветки.

— Ой, — Мэгги рассмеялась. — Но тебе тоже кое-что осталось. — Она указала на пару ракообразных. — Ешь, пока не поздно.

Но Тома уже охватили другие желания. Ему не терпелось запустить пальцы в мягкие, слегка растрепавшиеся волосы Мэгги, заглянуть в ее огромные серые глаза, поцеловать ее в мягкие губы… Он подвинулся к молодой женщине поближе, и тут… раздался громкий телефонный звонок.

Мэгги посмотрела в сторону дома. Ведь звук шел из открытого окна.

— Черт! Придется сбегать.

— А как, по-твоему, кто это может быть? — волнуясь, спросил Том.

Мэгги поднялась и поправила короткие шортики.

— Представления не имею. Вроде в это время никто мне звонить не должен. Наверное, ошиблись номером. Пойду узнаю.

Телефон продолжал звонить.

Леди Брайс рванулась в дом.

И что это она так засуетилась? Том нахмурился. А может, звонит ее муженек? Наверняка.

Кэмпбелл отбросил в сторону недоеденную креветку. У него сразу пропал аппетит.

Мэгги быстро поднялась по лестнице на второй этаж.

— Слушаю. — Она сжала в руках телефонную трубку.

— Миссис Брайс, это Констанс из мебельного магазина. Хочу вам кое-что сообщить. Гарнитур кофейного цвета, который вы недавно рассматривали на выставочном подиуме, поступил в продажу. Ведь именно его вы хотели приобрести? В общем, приезжайте и забирайте.

Мэгги широко улыбнулась и прислонилась к краю оконной рамы. Известие ее порадовало.

Она посмотрела на то место, где Том убирал в корзину оставшееся после пикника.

Какой хозяйственный, подумала Брайс. Ей нужен именно такой человек. Но нельзя же его принимать в практически пустом доме. Так что хорошая мебель ей не помешает.

— Спасибо, Констанс. Вы мне очень угодили. Всего доброго. — Мэгги повесила трубку.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

В среду к дому Мэгги Брайс подъехал длинный грузовик. О своем прибытии водитель известил протяжными гудками.

Что за дела? Кто нарушает покой художницы? Том бросил на землю защитные очки и перчатки, а затем поспешил к распахнутым настежь воротам.

Здесь он увидел какого-то парня и ликующую Мэгги, у ног которой крутился Смайли.

— Том, у меня сегодня замечательный день. Иди сюда. — Она схватила его за руку. — Познакомься. Это сотрудник мебельного магазина Род Джонсон. Он мне кое-что привез.

Энергичный мужчина открыл задние дверцы фургона.

Внутри стояла новая мебель.

Том облегченно вздохнул. Значит, Мэгги не собирается продавать «Бельведер». Отлично.

— Здравствуйте, — Род пожал Тому руку. — Принимайте товар.

Джонсон и его напарник бросились выгружать из кузова широкий коричневый диван.

— Поставьте его в большой комнате, — попросила Мэгги и… подтолкнула Тома к грузовику. — Давай и ты поработай. — Она засмеялась. — Вместе с диваном я заказывала и кресла…

Том схватил ее за руку.

— Госпожа, но в нашем контракте не оговорено, что я должен работать грузчиком.

— При чем тут контракт? — бросила Мэгги. Ее глаза сияли. — Ты мне должен помочь как ДРУГ.

— Ммм. Как друг. Впрочем, я счастлив, что ты присвоила мне такое звание.

Мэгги снова подтолкнула его к грузовику.

— Ну не стой, действуй. Надо побыстрее все перетащить в НАШ особняк.

Вскоре грузовик уехал.

Мэгги поспешила в дом.

— Теперь здесь гораздо уютнее. — Она хлопнула пару раз в ладоши. — Том, смотри, какая прелесть. — Брайс с восторгом оглядела свои приобретения. Ее глаза блестели от радости.

— Да. Мебель отличная, — заявил Кэмпбелл. — Но не слишком ли дорогая? По виду — даже очень.

Мэгги, пожав плечами, вздохнула.

— Недавно я получила за свои труды приличный гонорар. Вот и потратилась…

— Ну, в принципе это твое личное дело.

Она слегка нахмурилась.

— Да. Это дело только мое. У тебя же своя жизнь?

— Естественно. У каждого человека своя жизнь.

Мэгги прикусила нижнюю губу. Настроение у молодой женщины резко ухудшилось. Значит, Том Кэмпбелл дистанцируется от нее. Да ради бога. К проблемам с мужчинами ей не привыкать. Такова уж судьбина.

А Том думал о другом. Какая же непредсказуемая эта художница. То приветлива, то резка, то весела, то мрачнее тучи. Очень сложная натура. Но тем и интереснее. Вот только бы она не уехала отсюда. Хватит ли у нее денег содержать такой огромный дом?

Размышления Тома нарушили женские голоса.

Так ведь сегодня среда. Очевидно, приехали подруги Мэгги.

— Дорогая, ты чем-то огорчена?

Этот вопрос задала приятельнице Фрея.

— Да нет. У меня все в порядке. — Мэгги улыбнулась.

— Ух ты. Смотрите! — воскликнула Сандра. — Какая роскошная мебель!

— Просто замечательная, — добавила Эшли и погладила спинку коричневого дивана. — А кресла, наверное, очень удобные. И новый коврик достаточно симпатичный…

— Дамы, а почему бы вам не присесть? — Том держал в руках бутылочку вина и открывалку. — Вы же должны обмыть приобретение подруги. А я пока вас оставлю. Хочу взять на себя обязанности… повара. — Он удалился.

Мэгги слегка удивилась, но не стала его задерживать. Она уселась за стол и взглянула на подруг.

— Ну, девочки, сейчас немного повеселимся…

Фрея посмотрела в сторону кухни.

— Ты заставила Тома готовить?

— Даже и не думала, — хмыкнула Мэгги. — Он всегда сам проявляет инициативу.

Через пару минут дамы стали принюхиваться.

— Какой аппетитный запах. — Эшли потянула носом.

— Просто умопомрачительный. — Сандра закатила глаза.

— Твой друг — очень хозяйственный, — констатировала Фрея.

— Ну наконец-то ты отозвалась о нем хорошо. — Мэгги засмеялась. Ее настроение снова улучшилось.

— Нет, серьезно, Мэг, — продолжила Фрея. — На этого парня, очевидно, можно положиться. Ты ведь кулинарка никакая. Только травишь нас обычно какой-то ерундой…

— Фрея, заткнись и расслабься. Не волнуйся. Скоро поешь как следует. Но для начала я пойду и проверю, что там мой помощник вытворяет в кухне.

Мэгги удалилась.

И что же она увидела?

Том приготовил макароны в томатном соусе.

У нее потекли слюнки.

— Пахнет потрясающе.

— Надеюсь, что тебе и твоим подругам понравится это блюдо. — Том был доволен своей стряпней.

— А где ты научился готовить? — спросила Брайс.

— Разве это так важно? — Кэмпбелл хитро прищурился.

— Я хочу знать о тебе все, — игриво произнесла Мэгги. — И мои подруги твоей персоной интересуются.

— Они такие любопытные?

— Они бдительные. А еще очень милые. И я хочу, чтобы ты с ними окончательно подружился.

— Для тебя это так важно?

— Мои друзья должны ладить между собой…

— Ах, значит, я всего лишь друг.

— Конечно. Был бы врагом, я бы не позволила тебе пользоваться моей драгоценной кастрюлей… — Мэгги засмеялась. — Ты зачем ее вытащил из шкафчика?

— Чтобы приготовить в ней еду для самых очаровательных дам на свете. — Том подмигнул хозяйке особняка. — Ну хватит разглагольствовать. Бери тарелки и неси их в свою столовую.

— Как прикажете, шеф. — Мэгги повиновалась, а через минуту снова услышала голос Фреи:

— Не могу поверить, что наша экономная подруга сразу истратила столько денег. Мэгги, ты стала миллионершей?

— Просто получила солидный гонорар, — тихо сообщила Брайс. Не хотела, чтобы их разговор слышал Том.

— Замечательно. Значит, ты сможешь вылезти из долговой ямы? Собираешься остаться здесь?

— Ну… Я еще точно не знаю… Но мне хочется создать в этом доме уют. Хотя бы на время. В уютной обстановке легче работать…

— Мэгги, ты чего-то недоговариваешь…

— Слушай, Фрея, оставь Мэг в покое, — возмутилась Сандра. — Ее жизнь — это ее жизнь. Ее деньги — это ее деньги. Пусть распоряжается ими как хочет. Вот приклеит купюры к своей очередной картине — и получится нечто авангардное. Увидим новый шедевр.

— Спасибо за поддержку, Сандра. А то Фрея сегодня какая-то слишком агрессивная.

— Просто у меня на все есть свое мнение. И лучше бы ты купила не коричневую мебель, а красную. Больше бы выделялась. Коричневый же цвет немного мрачноват.

— А что думаешь о моем приобретении ты, Эшли?

— Мне лично все нравится. — Эшли слегка похлопала Мэгги по щеке. — И вообще, тебе давно пора начинать новую жизнь.

Мэгги кивнула.

— Согласна. И моя новая жизнь уже началась.

В комнате повисла тишина.

Дамы с интересом взглянули на подругу. Впрочем, они уже давно все поняли. У Мэгги и Тома явно роман.

— Только не забудь поставить вон в том углу керамическую вазу. — Фрея решила не затрагивать тему любовных отношений. В конце концов, она ведь воспитанная леди. — И почему в доме нет цветов? Они улучшают настроение. — Фрея пристально взглянула на Мэгги.

— Я обязательно учту твою критику и все твои советы. — Брайс обняла подругу. — А сейчас давай лучше пообедаем. — Том, присоединяйся! — Мэгги пригласила к столу главного повара. — Герой дня не должен оставаться голодным.

Компания наелась до отвала. Разморенные дамы лениво болтали, но Том не хотел терять время попусту. Он резко встал.

— Мне было очень приятно посидеть рядом с вами, однако пора работать…

— Мастер, вы такой талантливый, — протянула Сандра. — Замечательно готовите. Мне бы такого парня…

Том улыбнулся, бросил многозначительный взгляд на Мэгги и затем вышел.

— Я слышала, вы в субботу провели с Томом романтический вечер? — Фрея снова стала донимать Мэгги.

— И кто же тебе такое сказал?

— Неважно. Мэг, а ты уже с ним переспала? — Фрея, забыв про деликатность, с нетерпением ждала ответа. У нее аж заблестели глаза.

— Нет, я не спала с Томом, — спокойно произнесла Брайс.

Фрея разочарованно покачала головой.

— Но вы хоть целовались?

— Слушай, отстань. — Мэгги разозлилась.

— А я кое-что знаю! Наша Мэг по-настоящему влюбилась! — Сандра хлопнула себя по губам. Будто пыталась сама себя наказать за несдержанность.

Мэгги покраснела.

— Девочки, что вы от меня хотите?

— Получить ответ на наш вопрос, — не отставала Сандра. — Ну скажи наконец честно: да, я влюбилась в Тома Кэмпбелла.

Брайс прикусила губу.

— Дорогая, только не молчи, — Сандра продолжала атаку. — А знаешь, я тебя понимаю. Оставаться равнодушной к такому мужчине практически невозможно. Какие мускулы, какая фигура! И повар знатный… — Подруга Мэгги хихикнула.

— Том просто помогает мне по хозяйству, не больше, — прошипела Мэгги. — А сейчас он ремонтирует лестницу со стороны черного хода…

Сандра вскочила, захлопала в ладоши, а потом обняла Мэгги так крепко, что та чуть не задохнулась.

— Вот, вот. Парень уже взялся приводить в порядок твой дом. Значит, собирается осесть здесь надолго.

— Кстати, а сколько времени прошло после вашего знакомства? Недели две? — строго спросила Фрея.

— А тебе сколько времени потребовалось, чтобы влюбиться в отца твоих близнецов? — парировала Мэгги.

Бледные щеки Фреи покрылись красными пятнами, и она замолчала.

А Мэгги охватила паника. Все думают, что она влюбилась в Тома Кэмпбелла. Но этого не было. Ей просто нравилось, что он постоянно находится где-то поблизости, ей нравилось разговаривать с ним, обсуждать разные темы, иногда бродить вместе по саду. Но о каком-то большом чувстве с ее стороны не было и речи. Мэгги Брайс пыталась обмануть саму себя. Ладно, она признается подругам во всем.

— Внимание! Я хочу сделать заявление. Во избежание дальнейших сплетен и домыслов. Итак, слушайте. Я, Мэгги Брайс, схожу с ума по Тому Кэмпбеллу. Я действительно влюблена в него и не могу жить без этого человека. Ну что? Довольны?

— Мне кажется, он такой страстный! — воскликнула Сандра. — Дорогая, ты должна побыстрее узнать, права ли я…

— Сандра, ты можешь угомониться? — Эшли надоели вопли экзальтированной подруги. — Ты всем надоела.

В разговор снова вступила Фрея:

— Мэгги, а как же Карл? Быстро ты забыла про него…

— Господи, ты ведь знаешь, что мы разводимся. О чем тогда речь?

— Но этот парень не сможет заменить тебе твоего изысканного супруга. Карл — денди, а Том, мягко говоря, слишком прост. И от него, извини, конечно, слегка попахивает потом… — Фрея опустила глаза.

А Мэгги расхохоталась.

— Фрея, от Карла тоже иногда пахло потом. Все мы люди. Бывает…

— Но Том Кэмпбелл человек не твоего круга. Пойми ты это. Мы ведь беспокоимся за тебя. Да, Карл поступил с тобой ужасно. Однако он понимал тебя, заботился о тебе…

— Заботился? Ты несешь чушь, Фрея, — возмутилась Эшли. — Карл думал и думает только о себе. Он предал нашу подругу.

Фрея замолчала, потому что больше сказать ей было нечего.

После некоторой паузы в разговоре Мэгги произнесла:

— А знаете, пусть Карл живет как хочет. Мне уже все равно. Кстати, эта самая изысканность в нем, о которой говорила Фрея, меня порядком раздражала. К тому же он всегда был таким рассудительным и вроде бы как во всем положительным. Однако завести любовницу все-таки ухитрился. Ну и черт с ним. Теперь я буду общаться с простым парнем Томом Кэмпбеллом. Да мне уже сейчас хочется броситься в его объятия и не расставаться с ним никогда.

Фрея хмыкнула, а Сандра вздохнула.

Эшли же посмотрела на Мэгги с умилением.

— Девочка моя, поступай, как подсказывает сердце. Нравится Том? Ну и действуй. Он умен, обаятелен, красив. Мимо таких мужчин проходить не стоит…

Сандра кивнула.

И Мэгги окончательно успокоилась.

— А знаете, девчонки. Обычно, когда я знакомилась с мужчинами, мне было так страшно. Я тряслась постоянно. Вдруг обидят, вдруг бросят. И такое, увы, случалось. А с Томом все как-то по-другому. Он внушает мне полное доверие. Нет, он не покинет меня. Я уверена.

Мэгги улыбнулась. Она хотела еще рассказать о недавнем совместном пикнике в обществе Тома, но не рискнула. К тому же не собиралась расстраивать несчастную Фрею, которая потерпела полное фиаско в любви. Пусть Фрея думает, что и у других не все так уж ладно. Может, ей от этого станет легче жить? Мэгги вздохнула. Она жалела подругу.

— Девочки, а что это мы совсем забыли об искусстве? — снова встрепенулась Сандра. — Мэг, где твоя «Большая синева»? И что там, собственно, изображено? В прошлый раз мы не совсем поняли…

Эшли сжала Сандре бедро, только бы та замолчала.

Но Мэгги не обиделась на Сандру, а лишь тихо произнесла:

— Эта картина — мой автопортрет. На холсте изображена именно я. Вот, посмотрите.

— Да, действительно похожа, — неуверенно произнесла Фрея.

Сандра охнула.

— И как мы сразу не увидели твое личико? Наверное, помешали синие облака и эти синие деревья… Тут все так абстрактно.

Мэгги пожала плечами.

— А вот Том быстрее вас нашел мое лицо на холсте. Он наблюдательный… Он — необыкновенный…

Фрея вдруг опустилась перед Мэгги на колени и взяла ее за руки.

— Мэг, пожалуйста, будь осторожнее. Не доверяйся полностью этому парню. Том — неоднозначная личность. Я кое-что узнала о нем. У него было много женщин. Он разбивает сердца, как орешки. А еще у Кэмпбелла куча денег. Больше, чем когда-то было у царя Мидаса. Поэтому твой «садовник» может купить любую дамочку, в том числе и тебя. Однако наиграется и бросит…

— Фрея, замолчи. Ты совершенно не знаешь Тома. — Голос Мэгги дрожал. — Замолчи, а то я за себя не ручаюсь.

Фрея вздрогнула, а леди Брайс поспешила к балкону.

— Мне нужен воздух, — пробормотала она на ходу.

Эшли последовала за ней.

— Успокойся, дорогая. Мы накажем Фрею за все. Рыжая бестия совсем распоясалась. А знаешь, я тоже когда-то была так влюблена! — Эшли закатила глаза. — Я общалась с таким мужчиной…

— Ты была влюблена? — Мэгги слегка удивилась. — Ой, извини, мы считали, что ты всегда думала только о работе.

— Какая глупость. Я что, не человек, не женщина? Ну так слушай. Мне было под тридцать, и я познакомилась с Робертом. Высокий, стройный, с умными васильковыми глазами, которые пронзали насквозь. Признаюсь, я держалась недолго. И, конечно, упала в его постель. Полгода призрачного счастья, а затем туман рассеялся. Роберт был женат.

— О, Эш. — Мэгги покачала головой. — С женатыми лучше не связываться.

— Знаю, но так получилось. Кстати, после нашего расставания прошло больше двадцати лет, а я… до сих пор люблю Роберта. Вот так. Ничего не изменилось.

— Да. Могу тебе только посочувствовать, — тихо произнесла Мэгги. — Но вдруг и мы с Томом все же расстанемся? Мне страшно думать об этом. Ведь я действительно серьезно влюблена в него. Может, потому, что ничего о нем толком не знаю? К загадочным людям всегда влечет…

— А по-моему, Кэмпбелл — порядочный человек. Ох, пообщаться бы с таким парнем! — Эшли засмеялась и дотронулась пальцем до щеки Мэгги. — Тебе повезло, моя милая.

Мэгги кивнула как-то растерянно.

И тут их диалог нарушили:

— Извините, что прерываю вашу беседу, но хочу пригласить всех на чашечку кофе. Как вам мое предложение?

Леди Брайс не возражала. Фрея и Сандра также выразили готовность испить кофейку. Только Эшли заказала чай. Его она любила больше.

Том взялся хлопотать на кухне, подруги продолжали болтать, но вдруг все одновременно услышали, как протяжно, где-то у парадной двери, заскулил Смайли.

Мэгги вздрогнула. Что случилось? В чем дело?

Смайли никогда не издавал таких звуков. И вообще он был никудышным сторожем. Так что надо самой проверить, кто нарушил покой в «Бельведере». Но Том не позволил ей выйти одной. Мало ли что. Он вызвался сопровождать художницу.

Мэгги открыла парадную дверь и остолбенела.

Смайли забился куда-то в угол.

На пороге стоял… Карл.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Мужчина в дорогом костюме и модном лиловом галстуке явно нервничал. Проведя рукой по волосам с сильной проседью, он натянуто улыбнулся.

Мэгги схватила его за рукав пиджака и потянула во двор. Смайли поплелся вслед за ними. Парадная дверь захлопнулась.

Том остался в доме. Подойдя к окну, он вдруг вспомнил, где видел супруга Мэгги Брайс. На фото в Интернете. Сайт картинной галереи.

Да, точно. Именно там. Том хмыкнул. И этот мерзавец заставил страдать такую женщину! Из-за него Мэгги проплакала все глаза. Из-за него она постоянно находилась в депрессии. Вот подонок.

Том, скрипя зубами, пошел к столу, где сидели подруги хозяйки особняка.

Надо как-то отвлечься. А то выскочит во двор и набьет физиономию этому негодяю.

— Ну, девочки, как настроение? — Том старался не выдавать своих эмоций.

Фрея нахмурилась и смахнула со стола крошки.

— Лучше не бывает.

Сандра скривилась, а Эшли, взглянув на Тома, печально улыбнулась.

— К Мэгги приехал муж, — резко бросил Кэмпбелл.

Эшли кивнула.

— Мы сразу так и поняли.

Тома бросило в жар.

— Интересно, зачем он сюда пожаловал?

— Зачем, зачем! Поиздеваться над бедной Мэгги, — прошипела Сандра. — Бросил бедняжку, разбив ей сердце, лишил ее практически всех денег и снова мотает ей нервы. Сам не знает, чего хочет. Преследует нашу девочку по непонятным причинам. Ну, я ему покажу!

Рассудительная Эшли попыталась охладить пыл своей младшей подруги:

— Только сильно не расходись. Ладно?

Сандра замолчала.

А Том от злости аж вонзил ногти в свою ладонь.

Вот о чем сейчас говорят Мэгги и этот тип? И зачем он мучает милую, просто очаровательную женщину? Нет, надо с ним разобраться.

Мэгги отвела Карла подальше от парадной двери.

— Как Бекка?

— Она в больнице. Случились преждевременные роды. На несколько недель раньше. Но с нашим мальчиком все в порядке. Только он родился очень маленьким. — Карл нахмурился.

Мэгги автоматически протянула руку, чтобы в знак утешения погладить мужа по плечу, но тут же резко ее отдернула. Карл причинил ей такую боль, а она еще собирается его успокаивать. Нет уж. Не дождется.

Дальше Мэг стала разговаривать с мужем лишь из вежливости.

— Ну а ты как? В целом счастлив?

Карл еле заметно пожал плечами.

— Бекка подарила мне сына. Конечно, это счастье. — Он откинул назад волосы изысканным жестом, поправил галстук.

Мэгги усмехнулась. Карл выглядел великолепно. Все такой же импозантный и утонченный.

— Значит, у вас родился мальчик… — Она прикусила губу.

— Такой же хрупкий, как Бекка, — продолжал он, даже не понимая, что творится на душе у Мэгги. — Забавно. Я ждал богатыря. Но мой ребенок еще наберет вес. Врачи сказали, он скоро обязательно окрепнет.

— Да… Конечно, окрепнет…

— Мэгги, а что это ты такая мрачная? Я ведь приехал поговорить по душам. Вдруг захотелось пообщаться. Я понимаю, что поступил с тобой жестоко. Но ведь я тоже многое из-за тебя пережил…

— И что же? Что ты имеешь в виду? — Мэгги вспыхнула.

— В последние годы нашего брака я чувствовал себя чисто психологически очень плохо. Когда ты добилась больших успехов в своем творчестве, я стал тебе вроде бы и не нужен. Ты использовала мои связи, мои деньги, а потом вдруг решила, что сможешь обойтись без меня, без моей поддержки…

— Карл, ты говоришь неправильные вещи.

— Нет, я прав. Впрочем, сам во всем виноват. Мне сразу было нужно искать другую жену, с более мягким характером. А ты все время стремилась к независимости.

— Значит, ты меня бросил именно по этой причине? Мой нрав показался тебе слишком крутым?

Мэгги тяжело вздохнула. Она прожила с этим мужчиной десять лет, а он так и не понял, с кем имеет дело. Ей хотелось кричать. Какая там независимость! Мэгги мечтала лишь о том, чтобы ее окружили теплом и любовью, чтобы к ней относились как можно бережней. Но Карл был с ней порой даже груб и, очевидно, не любил ее по-настоящему.

Она зажмурилась от душевной боли.

Через секунду Мэгги внимательно посмотрела на Карла и неожиданно произнесла:

— А что мы, собственно, здесь стоим? Раз приехал, пошли в дом.

Карл взглянул на венецианские окна особняка.

— Хорошо, пошли. Хоть увижу, как ты живешь…

Подруги Мэгги встретили пару настороженными взглядами.

Сандра нервно махнула льняной салфеткой, Фрея стиснула пальцы рук, а Эшли поджала губы. Том же, пытаясь казаться ко всему равнодушным, схватился за чашечку с кофе. Взгляд Кэмпбелла был каким-то рассеянным.

Мэгги улыбнулась компании и демонстративно нежно посмотрела на Тома.

Карл перехватил взгляд жены.

— Кто этот парень? — резко спросил он.

— Это — мой добрый друг, — выдохнула Мэгги.

В синих глазах Карла промелькнула злая искорка. Значит, его супруга завела себе любовника? Значит, начала новую жизнь? И обходится без законного мужа, и у нее наверняка есть деньги. Что ж. Тогда пришло время развестись официально. Сам бог велит.

— Карл, у меня к тебе большая просьба. — Мэгги усмехнулась. — Ты ведь уже все понял. Вот и подпиши документы о разводе. А мой адвокат сам оформит Свидетельство о расторжении нашего брака. Подпиши документы и поезжай к своей подружке и к своему ребенку. Живите счастливо. И знаешь, я искренне хочу, чтобы у тебя в будущем было все хорошо.

Карл неожиданно подскочил к Мэгги и обнял ее.

— Значит, ты отпускаешь меня? — взволнованно спросил он. — И не держишь на меня зла?

— Отпускаю. Зла не держу. И передай Бекке, что я буду молиться за вас и за вашего сына.

Карл был потрясен.

— Мэгги, ты благородная женщина. У меня нет слов.

Она посмотрела на него прощальным взглядом.

— Может быть, когда-нибудь и увидимся. А сейчас, Карл, тебе пора. Доброго пути.

Карл выходил из особняка совершенно растроганным.

А Мэгги, глядя ему вслед, облегченно вздыхала. Наконец и она спокойно начнет новую жизнь.

Как только Карл исчез, Эшли встала из-за стола.

— Девочки, пора удалиться и нам. — Она многозначительно посмотрела на подруг.

Фрея и Сандра вскочили с мест.

— Том, спасибо за ленч. Еда была первоклассной, — прощебетала Сандра. — А можно я тебя поцелую на прощание? — Она поднялась на цыпочки и чмокнула Кэмпбелла в щеку. — Только ведите себя здесь с Мэгги хорошо, — хихикнула взбалмошная особа. — Ну, до встречи.

Затем с Томом стала прощаться Фрея.

— Я слышала, что вы отлично отремонтировали беседку Джеймсонов, пострадавшую в результате урагана. Приятно находиться в обществе с хорошим мастером. — Фрея боялась даже посмотреть на Тома. Ведь совсем недавно отзывалась о нем не слишком лестно, но теперь крепко пожала ему руку. — Надеюсь, увидимся.

— Вы мне очень нравитесь, Том, — прямолинейно заявила Эшли. — Вы просто потрясающий. Да мы не сможем без вас теперь жить. — Она засмеялась, бросив на Кэмпбелла кокетливый взгляд.

— Вы тоже мне нравитесь, Эшли Карадерс, — Том склонил голову. — И мы еще погудим, извините за жаргонное словечко, в одной компании.

— Ммм. Только ведите себя так, чтобы мое мнение о вас не изменилось к худшему.

Том улыбнулся.

— Я вас не разочарую, мадам.

Мэгги с нетерпением ждала, когда ее обожаемые подруги покинут особняк. Брайс очень любила их, но ей не терпелось остаться с Томом наедине.

Молодая женщина мечтательно улыбалась. Ведь теперь она свободна и может делать, что захочет.

Том смотрел на художницу с восторгом.

Как прекрасно выглядит хозяйка особняка, какой страстный блеск в ее глазах, какие томные движения…

Распрощавшись с приятельницами, Мэгги не вошла — вплыла в свою обитель.

Она распустила волосы и нежно взглянула на Тома.

Но он был каким-то напряженным. И в ногах чувствовал невероятную тяжесть, будто надел ботинки со свинцовыми подошвами.

— А ты рассталась с Карлом навсегда? — тихо спросил он у Мэгги. — Трудно в это поверить.

— И почему же?

— Ммм. Он очень красивый мужчина. Я бы даже сказал, эффектный.

— Ну, здесь ты прав. — Глаза Мэгги сузились. — Не случайно на него западают дамочки и даже совсем молоденькие девицы.

— И ты будешь думать о нем? И будешь вспоминать, как вы жили вместе?

Мэгги скрестила на груди руки и пристально посмотрела на Кэмпбелла.

— У нас игра «Двадцать вопросов»?

— Может, и так. Но отвечай на мои вопросы честно. Лучше не хитри. А то…

— Ты мне угрожаешь?

— Да нет, конечно. Я просто пытаюсь понять, как ты смогла принимать здесь человека, который разбил тебе сердце, жизнь. Надо было сразу гнать его отсюда. А ты даже улыбалась ему…

— Я должна была вцепиться в его шевелюру? Так, по-твоему? — Ее щеки порозовели от волнения.

— По крайней мере, не стоило желать ему счастья.

— Но мы же интеллигентные люди. Я предпочла расстаться с Карлом по-хорошему. Что ты-то бесишься? — Она вскинула тонкие брови.

Том пришел в смятение. Он никак не решался признаться Мэгги в любви. Лишь подошел к художнице поближе, снова вдыхая запах ее потрясающих духов.

— Мэгги, мне просто жаль тебя, — тихо произнес Том. — Ты столько пережила. Но ты заслуживаешь другой, счастливой доли. И пусть Карл узнает, что теперь у его практически бывшей жены все хорошо. Он еще пожалеет о своем поступке. Бросил такую женщину! И пусть когда-нибудь увидит «Большую синеву». Ты создала настоящий шедевр, а твой Карлуша наверняка бездарь во всем. Уж он бы точно никогда не написал такую серьезную картину. И вообще, нет этому типу прощения.

— Но я простила его, Том. Ведь в жизни бывает всякое. Он что, постоянно должен мучиться угрызениями совести?

— Должен.

— Ты слишком суров. Так нельзя. Ты ожесточился после смерти своей сестренки? Понимаю, для тебя это было тяжелым ударом. Ты был зол на весь мир. Но ты должен освободиться от ледяного панциря, который сковал твое сердце. Том, надо быть мягче…

— По отношению ко всякого рода мерзавцам не могу. Извини.

— Том! — Мэгги взяла его за руку. — А может, тебе вернуться в большой город? Мой переезд сюда из Мельбурна — это одно, а твое бегство в сонный уголок под названием Сорренто — совсем другое. Я чувствую, ты погибаешь. Такому парню нужна цивилизация. По-моему, ты привык к другому темпу жизни. А сейчас занимаешься какой-то ерундой, превратился в обычного садовника, сидишь с удочкой над водой, варишь макароны… По моим сведениям, ты переехал в эти места из самого оживленного города Австралии. Думаю, Тесс не понравилось бы, что ты забился в какую-то нору…

— Сейчас разговор не обо мне.

— И о тебе тоже. Я многое узнала о Томе Кэмпбелле. Ты потерял родную сестру. Считая себя косвенно виноватым в ее смерти, мол, недостаточно сделал для спасения девочки, ты впал в жуткую депрессию. Потом бросил любимую работу — перестал заниматься реставрацией уникальных зданий, потом перебрался в глушь и превратился в обычного работягу, ждущего случайных вызовов.

Не разговаривала ли она с Алексом? Том прищурился. Уж больно много узнала.

— А мне нравится мое нынешнее положение, — с вызовом произнес он. — Мне нравится быть плотником, рыбаком, садовником…

— Чепуха. Я в это не верю. Ты предназначен для большего. — Мэгги наконец отпустила его руку. — И ты не сможешь долго оставаться здесь. Отработаешь на моем участке и умчишься в любимый город. И я не буду удерживать тебя. Пожелаю лишь счастливого пути. А потом буду вспоминать своего мастера. Ты ведь для меня сделал немало и на время стал моим ангелом-хранителем. На Смайли-то надежды никакой…

Том выпрямился. Его сердце колотилось со страшной силой.

— Значит, ты намекаешь мне, чтобы я отсюда побыстрее уезжал?

— В твоих же интересах…

— Хорошо. Я уеду. Но сначала доделаю работу на твоем участке…

— Тогда поторопись. Том вышел из дома.

Никогда еще Кэмпбелл не пребывал в таком смятении.

Вечером Том отправился в местный бар. Расстроенному парню захотелось выпить. Что называется, с горя. Ведь художница, кажется, его отвергла.

Том заказал уже третью бутылку пива, когда в бар ввалился Алекс. Он уселся на табурет рядом с братом.

— Что случилось, Том? Зачем ты вызвал меня сюда?

— Мне срочно нужен совет. Насчет Мэгги Брайс.

— Том…

— Я не знаю, что мне делать. Она разбила мне сердце. И она раскритиковала в пух и прах мою нынешнюю жизнь…

— Но ведь ты действительно был некоторое время назад всеми уважаемым реставратором и архитектором, зарабатывал много денег. А теперь что? Водишь потрепанный «ют» и ездишь по участкам, где нужно сменить крышу на какой-нибудь беседке или вырубить в саду колючий кустарник? Братец, зачем тебе это нужно?

Том шмыгнул носом и отхлебнул еще пива.

— Но я очень зол на Мэгги. Она, можно даже сказать, унизила меня.

— Ах, мисс Надменная, о ужас, обидела нашего мальчика…

— Да в принципе она не надменная, — пробормотал Том.

— Какая же тогда?

Какая? Две недели назад Кэмпбелл вообще ее не знал. Она была для него всего лишь дамочкой, слишком быстро гоняющей на своем огромном джипе. Теперь же Мэгги казалась ему богиней, самой потрясающей женщиной на свете.

— Так что ты хочешь от этой художницы? Я так и не понял. — Алекс ждал ответа.

— Уже ничего. Сегодня мы практически разругались. — Том медленно выдохнул.

— А хочешь, дам все-таки несколько советов? — Алекс посмотрел на брата с состраданием.

— Хочу.

— Постарайся понять одно: ты не виноват в смерти Тесс. И прекрати терзать себя. Знаю, ты очень скучаешь по сестре. Черт возьми, и я тоже. И мы ее никогда не забудем. Но ведь надо жить дальше. И не стоит все время впадать в депрессию. Измучаешь свое сердце, оно не выдержит нагрузки. А ведь тебе еще нужно создавать семью, и настоящая любовь, кажется, тебя настигла. Связь с художницей — как это романтично…

— Мой братик заговорил о романтике. Потрясающе. — Том хмыкнул.

Алекс посмотрел на него с обидой и одним глотком допил пиво. Затем бросил на стойку десятидолларовую купюру и слез с высокого стула.

— Слушай, пожалуй, я пойду. Нам, не романтикам, нужно суетиться. Мой бизнес не должен простаивать. И мои крошки ждут меня. Любимая женушка и любимые дочки. А ты погибай тут в одиночестве. Глупый отшельник.

Том засмеялся.

— Ничего, не погибну.

Он посмотрел вслед Алексу с некоторой завистью. Счастливый семьянин.

Весь следующий день Том работал на участке Мэгги как одержимый. Он даже не сделал перерыва на ленч.

В результате титанического труда от зарослей практически ничего не осталось. С горы теперь открывался восхитительный вид на океан.

Том довольно щурился на солнце, а Мэгги в это время упаковывала свои последние картины. Потом она позвонила курьеру с просьбой отвезти холсты ее агенту. Только бы Нина все продала. Хотя бы по сто долларов за каждую. Тогда Мэгги продержится в «Бельведере» еще.

Она вздохнула и посмотрела на свою самую последнюю картину. Вот ее-то продавать совсем не хочется. Такая жизнеутверждающая вещь.

Залив, освещенный абрикосовым солнечным диском, чайки над водой, белые кораблики в порту и стройный мужчина, обнимающий молодую женщину сильными руками.

Мэгги считала свою последнюю работу просто замечательной. Но разве она могла хвалить сама себя? Может, похвалят другие. Художница на это надеялась.

На закате Том пришел прощаться.

— Я все закончил, леди.

— Все закончил на сегодня?

— Навсегда. Я выполнил условия контракта полностью. Заросли в ваших джунглях расчищены, тропинка к пляжу проложена. Могу провести вас вниз.

— Но уже становится темно. Давай лучше утром. И Смайли возьмем с собой.

— Утром? — Том немного подумал. — Ну хорошо. Утром так утром.

— А когда ты заберешь «Большую синеву»? Я ведь обещала отдать тебе эту картину.

— Но где остальные?

— Да неважно. Отправила на рынок.

— Понятно. Значит, «Большая синева» осталась в доме. Но я не могу принять от тебя эту вещь. Картина слишком личностная. На ней же твой автопортрет.

— Рембрандт тоже раздавал автопортреты. Хотя я, конечно, не имею и малейшего права сравнивать себя с этим великим художником.

Том медлил.

— Так, значит, эту картину ты мне отдаешь в качестве оплаты за мой труд, остальные продаешь на рынке…

Она кивнула.

— Том, ты что, осуждаешь меня? Но ведь у бедной художницы практически нет денег. И если я не продам некоторые картины, то пойду по миру с сумой и мне придется уехать из этого дома. Том, перестань так сердито смотреть на меня. Лучше пожелай удачи!

— Желаю, — сухо произнес Кэмпбелл, взял под мышку «Большую синеву» и на прощание бросил: — Ну, завтра увидимся.

— Мне бы этого хотелось, — искренне заявила Мэгги.

Том быстро покинул территорию особняка.

Оставалось только догадываться, о чем он думал по дороге. Ушел очень мрачным.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

На следующее утро Мэгги получила письмо, которое давно ждала.

В послании от ее адвоката сообщалось, что она разведена официально.

Мэгги облегченно вздохнула, почувствовав себя окончательно свободной.

Теперь она могла делать все, что хотела.

И Мэгги, не дожидаясь визита Тома, поехала к нему сама. Ведь она уже точно знала, где он живет. Адрес Кэмпбелла раздобыла шустрая Сандра.

Ох, как не терпелось художнице увидеть дом загадочного мужчины.

Через двадцать минут Мэгги выехала на длинную подъездную аллею, ведущую к жилищу Тома.

У молодой женщины захватило дух.

Шикарно. Справа — теннисный корт, слева — огромный бассейн.

Территория поместья в идеальном порядке.

Мэгги полюбовалась стройными эвкалиптами. Деревья прекрасно вписывались в общий пейзаж.

Ну а дом какой чудный! Просто великолепный.

Но где же охрана? Никого. И ворота распахнуты настежь. Мэгги въехала на частную территорию беспрепятственно. А может, Том ждет какую-нибудь свою подругу? Мэг нахмурилась. Ничего, сейчас все выясним.

Она остановила машину рядом с явно очень дорогим особняком, из окон которого наверняка открывался вид на океан.

Райское местечко, подумала Мэгги и вышла из машины, прихватив пакет с фруктами и бутылочкой красного вина.

Она направилась к парадной двери.

«Ушел на рыбалку».

Мэгги, увидев эту записку, улыбнулась. Она почему-то была уверена, что Том Кэмпбелл дома.

Поправив узкую бретельку топа, художница постучала в дверь.

За дверью послышалась какая-то возня.

Том не один? Мэгги уже хотела сбежать, но медлила.

Дверь резко открылась.

— Здравствуй! Это я. Не ждал?

Том, одернув серую футболку, удивленно воззрился на гостью.

— Мэгги? Как ты разыскала меня? И зачем приехала? Что-то случилось?

Она глубоко вздохнула и воскликнула:

— Ура! Том, я свободна! Я разведена официально! Мы должны это отпраздновать. — Она помахала перед его носом письмом от адвоката. — Здесь все и сказано.

В глазах Тома появилась радость. Он протянул Мэгги руку, и художница вошла в его дом.

Кэмпбелл закрыл парадную дверь и повел молодую женщину в гостиную.

Она с восторгом рассматривала интерьер.

Дорогие картины, экзотические комнатные растения, прекрасная мебель. Так живут только богатые люди. Значит, Кэмпбелл — не простой парень. Впрочем, Мэгги это поняла уже через несколько дней после их знакомства.

Но что это Том такой задумчивый? Или не рад ее появлению?

Мэг не понимала некоторых вещей.

Кэмпбелл был просто ошарашен.

Мэгги, неприступная Мэгги, сама приехала к нему. И она развелась с мужем, и она здесь, и появилась внезапно…

Том спохватился. А в спальне-то не убрано. Хотя вряд ли Мэг бросится в его объятия, вряд ли ляжет с ним рядом. Скорее всего, она приехала просто поболтать, приехала к нему, как к другу…

Но тогда почему так оделась?

Топик без бюстгальтера, узкие джинсы, обтягивающие бедра. Достаточно вызывающе.

Мэгги своим видом давала понять, что ей хочется интима? Или это глупая ошибка? Сейчас ведь так одеваются многие.

Том запутался в своих мыслях.

Но его уже охватило неистовое желание. Дотронуться до гладкой кожи этой леди, вдохнуть запах ее шелковистых волос — вот было бы блаженство. Все. Он ни за что теперь не отпустит от себя эту женщину. Он влюблен в нее по-настоящему.

Мэгги остановилась рядом с камином, над которым висела… «Большая синева».

Художница была поражена.

— Ты повесил мой портрет на самом видном месте. И освещение здесь идеальное… Том, мне очень приятно… — Мэгги повернулась к Кэмпбеллу. — Но здесь же наверняка висела другая вещь.

— Пейзаж Драйздейла, — спокойно произнес Том.

— Серьезно? Но это же один из самых лучших художников Австралии. Зачем ты убрал его работу?

— Не волнуйся, шедевр не пропадет.

Мэгги снова посмотрела на «Большую синеву».

В этот момент Кэмпбелл неожиданно прошептал:

— Я обожаю эту женщину в синем облаке. Мэг, а хочешь увидеть кое-что еще? У меня в спальне есть картина Нолана…

Мэгги широко раскрыла глаза.

— Нолана? Ну и ну. Да ты обладатель сокровищ.

Однако художница вдруг покраснела. Что это Том заговорил про спальню? Ах, хочет соблазнить разведенную особу. Впрочем, Мэгги вздернула изящный подбородок, она же сама к нему приехала. Чего уж тут ломаться. И все-таки Мэг боялась сблизиться с Томом окончательно. Бросит ее после секса, она не переживет…

Мэгги осмотрелась. Но сколько же шедевров в этом доме! Да Том, очевидно, миллиардер.

— Если я не ошибаюсь, — указала она на скульптуру, стоящую в углу комнаты, — это статуя работы Родена. Копия?

Том отрицательно покачал головой.

— Но тогда она практически бесценна!

— Мне повезло. Несколько лет назад я ухитрился ее купить за вполне приемлемую цену. Знаешь, я хотел подарить это чудо своей сестре. Тесс страстно любила искусство, а еще ей очень нравилась моя работа…

— В Сиднее ты занимался реставрацией старинных зданий?

— Да. А по профессии я архитектор. И создал очень продвинутую и успешную компанию. Перед тем же, как переехать в Сорренто, я все продал. Правда, получил огромные деньги…

— А этот дом ты, наверное, проектировал сам?

Том кивнул.

— Последний полет моей фантазии…

— И надо сказать, удачный. Том, ты очень талантливый человек. Но зачем же ты отказался от своей профессии?

— Потому что мне все надоело. И мне все время казалось, что я прохожу мимо каких-то более важных вещей. Постоянное пребывание в большом городе утомляло меня. Суета, интриги, стрессы. Я устал. А сюда переехал, чтобы начать новую жизнь. Более спокойную, что ли. Здесь такая умиротворяющая обстановка. И солнце даже светит как-то по-другому.

Мэгги подошла к окну. Она посмотрела на ухоженный двор и глубоко вздохнула.

— Да. Здесь замечательно. И так тихо.

Том приблизился к Мэгги и обнял ее.

— Значит, тебе нравится мой особняк и то, что вокруг?

— Нравится.

Ее голос прозвучал немного печально.

— Тогда почему у меня такое чувство, будто ты чем-то разочарована?

— Есть немного. Ты можешь облениться в этих хоромах.

Он рассмеялся.

— Я не привык слоняться без дела.

— Однако на бездельника похож, — игриво поддела его Мэгги. — И у тебя такие смешные шортики. Красненькие, да еще и в клеточку. — Она расхохоталась.

— Ну, знаешь ли, — Том сделал вид, будто обиделся. — Когда ты разъезжаешь по здешним местам в бандане и в потертых джинсах, ты тоже выглядишь не очень. А ведь могла бы одеваться и посолиднее. Ты ведь одна из самых выдающихся художниц страны.

— Богема к одежде относится равнодушно. У нас другие интересы…

— И какие же? Уточните, мадам.

Она повернулась и взглянула ему в глаза.

— В данный момент, например, меня волнует один субъект.

Том хитро прищурился.

— А я его знаю?

— Конечно. Такой высокий темноволосый мужчина. Мне очень хочется прижаться к нему.

В ее глазах сверкнул огонек желания.

Том обхватил ладонями лицо Мэгги, наклонился и поцеловал ее в губы.

Она тихо простонала. Ее охватила дрожь. Мэгги погладила плечо Кэмпбелла. Том коснулся ее спины.

Какая бархатистая кожа!

Он обнял Мэгги так крепко, что у нее уже не осталось никаких сомнений относительно его чувств к ней. Том начал осыпать Мэгги страстными поцелуями. Он все сильнее желал ее, окончательно потеряв голову.

— Том, Том, — прошептала она. — Только не спеши…

— Мэгги, дорогая, я хочу тебя… — Он нежно провел рукой по ее теплой щеке. — Мэг, я влюбился в тебя практически с первого взгляда. Ты — самая лучшая женщина на свете, и ты такая сексуальная…

Ее щеки залил румянец.

— Том, ты тоже нужен мне. И разве можно устоять перед таким мужчиной? — Она провела пальцем по его губам. — Том, я твоя…

Он поднял ее на руки и понес в просторную спальню.

* * *

Поправив постельное белье на кровати, Кэмпбелл осторожно положил на нее Мэгги.

Она, увидев картину Нолана, воскликнула:

— Настоящий шедевр!

— Ты тоже великая художница, Мэг. И у тебя такое будущее… — Том с нежностью посмотрел на возлюбленную.

Мэгги медленно стянула с себя топ и отбросила в сторону.

Том чуть не задохнулся от восторга. Ее грудь была великолепна.

Они слились в объятиях страсти. Они долго не могли оторваться друг от друга.

Свершилось то, что должно было свершиться.

Мэгги проснулась, почувствовав запах отварных кальмаров.

Она томно потянулась.

Открыв глаза, попыталась сообразить, где она находится.

В доме Тома Кэмпбелла. Где же еще!

Мэгги медленно провела рукой по вмятине на подушке, где недавно покоилась голова Тома. Как же она любила этого мужчину.

Утомленная ласками молодая женщина бросила быстрый взгляд на дверь, затем выскользнула из постели и обнаженная побежала в душ.

Мэгги нежилась под теплыми струями и вспоминала те несколько часов, которые провела в объятиях Тома.

Было очень хорошо. Но Мэгги вдруг разволновалась. А не слишком ли быстро после развода с Карлом она отдалась другому?

Из рук Мэгги выскользнуло мыло.

Господи, а что, если Том подумает о ней плохо?

Она выключила воду и вышла из душа, посмотрелась в зеркало.

— Ну что, грешница? — вслух произнесла Мэг. — Захотелось острых ощущений? Сама приехала в дом к мужчине. Какой стыд. И… какое блаженство нежиться в объятиях Тома.

Мэгги закрыла глаза. Она вспомнила, о чем мечтала практически с самого начала знакомства с Кэмпбеллом. О том, чтобы его сильные руки касались ее тела, чтобы Том страстно целовал ее в губы, чтобы ласкал ее грудь, ее самые сокровенные места…

И это свершилось.

Но любит ли ее Том? А если нет?

Мэгги зажмурилась от ужаса. Тогда она бросится с утеса в океан.

Разволновавшаяся женщина быстро оделась. Надо поговорить с Томом, подумала она. Из разговора все станет ясно.

Мэг поспешила в кухню, откуда доносились аппетитные запахи.

Том колдовал над блестящей кастрюлей.

На нем были стильные джинсы и та самая серая футболка, в которой он открыл Мэгги дверь.

Художница улыбнулась. А где же клетчатые шорты?

— Привет, — робко произнесла она.

— Привет, — кивнул Том.

Ее охватило смущение. Но что она нервничает? Ведь десять лет была замужем. Надо быть как-то поувереннее.

Она подошла к Тому совсем близко.

— Хочешь есть? — тихо спросил он.

— Я просто умираю с голоду, — хрипло ответила она.

— Тогда садись. — Он махнул ложкой в сторону двух табуретов.

Она послушно уселась за стол.

— А знаешь, этих кальмаров я поймал сам.

Том выключил плиту и пошел с кастрюлькой к Мэгги.

— Я приготовил их в особом соусе. — Он сел рядом с ней. — Вот, попробуй. — Том смотрел на свою гостью с нежностью.

— Восхитительно, — сказала она, прожевав кусочек. — Лучше ничего не ела.

— Я тоже, — засмеялся Том и предложил Мэгги запить блюдо вином. — Так будет еще лучше.

Она сделала несколько глотков и отставила бокал.

— Том, нам надо поговорить…

— Никаких разговоров. — Он поцеловал ее в губы, провел рукой по ее груди…

Они снова отправились в спальню.

Позже, засыпая в объятиях Тома, Мэгги уже понимала, что они теперь ни за что не расстанутся. Кэмпбелл был таким нежным и таким внимательным, каким может быть только любящий мужчина.

Мэг почувствовала себя счастливой. Кажется, она действительно нужна этому красивому человеку.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Том проснулся утром слегка утомленным. Ведь они с Мэгги занимались любовью практически всю ночь.

Но где же Мэг? Куда она подевалась?

Кэмпбелл с недоумением посмотрел на пустую подушку рядом.

Художница сбежала? Но этого не может быть. Она бросила его? Нет. Женщины с ним никогда так не поступали.

Том тряхнул головой. Бред какой-то. Что за черт? Снова жить одному? Хватит.

И тут до Кэмпбелла дошло. Мэгги уехала, потому что боялась быть отвергнутой после интимной близости с ним. Ведь так случается. Переспали, а потом мужчина дает партнерше от ворот поворот. Но неужели Мэгги не поняла, что ее ЛЮБЯТ по-настоящему! Том разволновался. Надо срочно вернуть беглянку.

Том вскочил с постели, оделся и бросился к машине.

Мэгги сидела на краешке своей кровати и печально смотрела в окно.

На дереве рядом с домом свила гнездо какая-то разноцветная птица.

Она постоянно таскала корм своим птенцам и хлопала крыльями, отпугивая врагов.

Мэгги вздохнула. Настоящая мать. Не даст детишек в обиду.

А вот у нее родится ли когда-нибудь малыш? Мэг вдруг очень этого захотела.

Но сейчас нужно решать другие проблемы.

Она никак не могла полностью расплатиться за «Бельведер». Господи, что же делать? Мэгги с отчаянием взглянула на стену, где торчал наполовину оторванный кусок обоев. Черт! Надо довести дело до конца. Мэг рванула бумагу и оторвала всю полосу. Под обоями увидела слой штукатурки. Хорошо хоть никаких дыр в стене нет. Художница вздохнула. Тишина. Дом от манипуляций хозяйки не рухнул. Но дальше-то с ним что делать?

— Мэгги, — позвал снизу знакомый голос. — Ты где?

Ее сердце забилось в несколько раз быстрее.

Неужели Том? И как он сюда попал?

Ах, забыла закрыть дверь.

Мэг снова чертыхнулась. Нельзя же быть такой рассеянной.

Она подскочила к лестнице. По ней уже на второй этаж действительно поднимался Том Кэмпбелл.

— Мэгги, что ты натворила? — В его карих глазах читался упрек. — Ты почему уехала?

— Том, Том… Я… — Она не знала, что сказать.

— Ты бросила меня.

— Но может, нам не стоит общаться? Мне почему-то страшно. И разве я нужна тебе?

— Мэг, ты что, издеваешься? Да я не могу жить без тебя! — закричал Кэмпбелл, а затем взял ее руки в свои. — Мэгги, любимая, когда вчера вечером ты появилась в моем доме, я подумал, что грежу. А когда узнал, что ты разведена и я оказался первым мужчиной, с которым ты пришла поделиться этой новостью, то и вовсе чуть не запрыгал от радости. Значит, я по-настоящему нужен тебе. — Он глубоко вздохнул. — Мэгги, мы не должны расставаться.

— Том, но у меня проблемы. Я практически разорена. Зачем тебе нищенка?

Том прижал ее руки к своей груди.

— Я знаю, что ты не возьмешь от меня денег. Но… Я связался с твоим агентом. И я выкупил у Нины все твои картины. По максимальной рыночной цене. Так что теперь она должна передать тебе кругленькую сумму.

Мэгги открыла рот от изумления. Она хотела высказаться, однако Том не дал ей такой возможности. Он нежно поцеловал ее.

Потом Кэмпбелл произнес:

— Ты ведь видела мой дом. Твои картины в нем будут смотреться великолепно. Одна там уже есть.

Мэгги кивнула.

— Да. Мой портрет в синем облаке. Но остальные полотна разве тебе нужны? У тебя есть вещи и посерьезнее.

— Но ничто все равно не сравнится с тобой, — улыбнулся Том. — Ты — моя главная драгоценность.

— Я обычная разведенка, — усмехнулась Мэгги.

— Разведена, значит, свободна. Значит, сможешь начать новую жизнь. Со мной. И я буду обращаться с тобой так бережно, так нежно, что ты никогда не захочешь уйти от меня. Я буду любить тебя вечно, Мэг.

У художницы от волнения подкосились ноги. Она опустилась на ступеньку.

Том сел немного ниже.

— Мэгги, с тобой все в порядке? — участливо спросил он.

— Немного кружится голова. Ведь ты сейчас признался мне в любви?

Он улыбнулся.

— Да. И я знаю, что ты меня тоже любишь.

— Откуда ты знаешь?

— Но ты ведь шептала мне это всю ночь…

Она обвила руками его шею.

— Я была немного не в себе. Ты так страстно ласкал меня…

— Можно повторить, мой ангел.

Мэгги взглянула ему в глаза.

— О, Том. У тебя такие руки… Ты просто необыкновенный мужчина. Я мечтала о тебе всю жизнь…

Он поцеловал ее в губы.

— Но может, теперь пройдем в твою спальню? — хрипло произнес Кэмпбелл.

— Только не это! — вскрикнула Мэгги. — Если ты увидишь, в каком состоянии там обои, то упадешь в обморок.

— Ничего. Не упаду. Потом приведу все в порядок. Я же отличный мастер. — Он поднялся и помог встать любимой женщине. — Мэг, ну веди меня в свои хоромы.

Она повиновалась.

Спустя час Том принес Мэгги кофе.

Он сел на краешек кровати и протянул художнице поднос:

— Ваш любимый напиток, сударыня.

Она села, взяла с подноса чашечку и сделала небольшой глоток.

Кофе был восхитительным.

— Прелесть. — Она мило улыбнулась Кэмпбеллу.

— А не спуститься ли нам на твой замечательный пляж? — спросил Том.

— Пляж! Я совсем про него забыла. — Мэгги вскочила с постели. — Чего мы медлим? Пошли.

Том поставил поднос на тумбочку.

— Смайли! Где ты? Откликнись! — крикнула Мэгги. — Мы с Томом идем гулять! Ты с нами?

Пес почему-то не появлялся.

Прыгая по комнате и натягивая джинсы, Мэг снова позвала собаку. Тишина. Лишь Том слегка поскребывал пальцем по стене, с которой были сорваны обои.

— Слушай, а может, тебе продать этот дом и окончательно переехать ко мне?

Мэгги застыла на месте.

— Вряд ли его купят. Только я могла клюнуть на такую рухлядь.

— Ну, в принципе из любой рухляди умельцы могут сделать конфетку. А, пусть твой особнячок остается в твоей собственности. Я приведу его в порядок. — Том вздохнул. — Будем жить и здесь, и у меня.

Мэгги бросилась его обнимать.

— Но пока люби меня именно здесь. До твоего дома еще доедем.

Они снова повалились на постель. О пляже на время забыли.

После бурного секса влюбленные вышли во двор.

— Ты в моем саду отлично поработал, Том. — Мэгги взглянула на Кэмпбелла с одобрением. — Никаких зарослей.

Он взял ее за руку, и они стали спускаться по каменистой тропинке к пляжу. Смайли поспешил за ними. Он наконец вылез из своего укрытия. Ранее не хотел беспокоить парочку.

Через несколько минут компания очутилась на небольшом песчаном пляже.

Мэгги осмотрелась.

— Потрясающе! Здесь так здорово.

Она вдохнула морской воздух.

— Класс!

Смайли весело залаял и вильнул хвостом.

— И нашему старичку здесь нравится. — Мэгги почесала пса за ухом.

Но он вдруг вырвался и куда-то побежал.

— Деликатная собачка, — засмеялся Том. — Не хочет мешать нашему общению. — Он снова поцеловал Мэгги в губы. — А может, приляжем? Песок чистый и горячий.

Они опустились на песок.

— Господи, как же мне хорошо с тобой, Мэг, — прошептал Кэмпбелл. — Только никуда не уезжай из этих мест. Посмотри, как красиво вокруг.

Мэгги нежно улыбнулась.

— Волшебный берег. Поэтому к нам и пришла ЛЮБОВЬ.

— Но мы же мечтали об этом. А мечты хороших людей сбываются. — Том крепко прижал к себе дорогую его сердцу женщину.

Внезапно в воде что-то блеснуло.

— Смотри, по-моему, нас приветствует огромная рыбина! — закричал Кэмпбелл.

Мэгги заливисто рассмеялась.

— Как хорошо, что ты забыл свою удочку. А то бы поймал бедняжку и зажарил.

— Но я ведь готовлю великолепно, верно? — Он вопросительно посмотрел на Мэг.

— О, да, — произнесла она. — Ты такой хозяйственный. И поэтому я тебя никому не отдам.

Том улыбнулся и снова поцеловал Мэгги в губы. Оторвавшись на минуту, заявил:

— Я буду очень хорошим мужем. Вот увидишь.

Мэгги чуть не разрыдалась от счастья.

Content

Элли Блейк
БЕРЕГ ЛЮБВИ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ