ДЖЕКИ БРАУН

КУРОРТНЫЙ РОМАН

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Морган Стивенс сидела в красиво обставленной приемной корпорации «Уинди Сити Индастриз». Она вцепилась в ручку роскошного кресла и принялась часто и тяжело дышать, стараясь вести себя как можно более осторожно.

Дыши, тренировала себя Морган. Вдохни… выдохни… и еще раз.

Когда она начала приходить в себя, в приемную вернулась секретарша. На ее письменном столе стояла дощечка с именем — Бритни. Оно идеально подходило ей. Она была молодой, привлекательной, стройной, как фотомодель, эффектно одетой. На ней был облегающий черный костюм, шелковая блузка с четким рисунком и изящные туфли-лодочки на каблуках. На ее фоне Морган тут же почувствовала себя замарашкой: в бесформенном костюме для беременных пастельного цвета и в удобных открытых плоских туфлях — единственных, которые могла носить.

— Сожалею, но мистер Кэлиборн занят. Он не сможет вас принять, — сказала Бритни, фальшиво улыбаясь. — Вам нужно заранее записаться к нему на прием. Какой день вас устроит?

Зачем? Чтобы он мог заранее продумать пути отступления? Или просто не явиться на встречу? Сказать, что у него совещание? Какой смысл? Морган пыталась связаться с Брайаном Кэлиборном в течение нескольких месяцев… Безуспешно. Она положила руку на свой огромный живот. Около девяти месяцев. В ответ на свои сообщения Морган получила только письмо от его юрисконсульта, в котором сообщалось о том, что мистер Кэлиборн ставит под сомнение тот факт, что именно он является отцом ее ребенка. Более того, Брайан передал ей, опять же через своего адвоката, что даже не припомнит, чтобы они где-то встречались. Он считал, что ее требования — не что иное, как вымогательство, и если она будет продолжать в том же духе, ей будет предъявлен иск о возмещении морального ущерба.

Прочитав письмо, Морган была глубоко оскорблена и обижена. Даже если Брайан не желал иметь с ними ничего общего и не собирался принимать участие в жизни ее и ребенка, — не надо. Но говорить подобные вещи, да еще и передавать их через третьих лиц… Трудно представить себе, что он способен на такую жестокость. Нужно было просто сразу сказать об этом, и она не стала бы рассчитывать на его помощь. И как же она не поняла, что за человек перед ней! Брайан ведь достаточно умен и сообразителен. Он наверняка понимает, что достаточно сделать анализ ДНК, который подтвердит, что Морган говорит правду и это действительно его ребенок.

Неуклюже поднявшись на ноги, женщина ответила секретарше такой же натянутой улыбкой:

— Прекрасно. Я с удовольствием поговорю с мистером Кэлиборном, как только он освободится.

— Одну минуту, пожалуйста… Я сначала проверю его расписание, — сказала Бритни, которая явно не собиралась пускать настырную посетительницу дальше приемной.

Нужно увидеться с Брайаном во что бы то ни стало!

Бритни неторопливо обошла письменный стол и стала рыться в бумагах. В это время Морган направилась к двери, из которой та вышла минутой раньше. Она полагала, что это кабинет Брайана. Но, открыв дверь, внезапно для себя обнаружила за ней конференц-зал, где шло совещание. За столом вишневого дерева сидели сотрудники компании. Все они были одеты в деловые костюмы и застегнуты на все пуговицы. Перед ними лежали раскрытые папки, но служащие не видели перед собой колонок с цифрами. Они в изумлении уставились на Морган, но та смотрела вовсе не на них. Ее внимание привлек к себе мужчина в дальнем конце зала.

Красивый? Нет. Скорее, эффектный. Темные, почти черные волосы и такого же цвета глаза, резко очерченные скулы и нахмуренные брови, плотно сомкнутые губы и нос с горбинкой.

Морган нервно сглотнула. Даже когда он сидел за столом, было видно, что он высокий и мускулистый. Ей никогда не нравились такие — темноволосые и уверенные в себе мужчины, но этот притягивал к себе как магнит.

Его лицо кажется знакомым…

Но когда мужчина заговорил, она поняла, что ошиблась. Они не были знакомы. Ей показалось, будто в комнате прогремел раскат грома, когда он спросил:

— В чем дело?

— Прошу прощения… — начала Морган. Она отступила на шаг назад и столкнулась с секретаршей, которая взяла ее за руку чуть выше локтя. Ей показалось, что девушка хочет скорее задержать ее, чем помочь сохранить равновесие. Этого было достаточно, чтобы разозлить Морган, и она сказала: — Я ищу Брайана Кэлиборна. Мне нужно поговорить с ним… немедленно. Он случайно не здесь?

— Здесь. — Все перевели взгляд на высокого мужчину в дальнем углу зала. Он поднялся из-за стола. Его рост был около шести с лишним футов. Казалось, все его существо излучает силу. У нее снова возникло странное чувство, будто она с ним знакома, но тем не менее Морган испытала шок, когда он сказал: — Брайан Кэлиборн — это я.

— Нет. — Морган покачала головой, уверенная, что она ослышалась. — Вы не…

Она не закончила предложение. У нее отошли воды, и на блестящем паркетном полу образовалась лужа. Секретарша выпустила руку Морган и отскочила назад, чтобы не намочить свои туфли-лодочки от Марка Джейкобса. Сидящие за столом люди охнули. На их лицах отразился такой ужас, будто Морган была заразной. Мужчина, который назвался Брайаном, тихо выругался и направился к ней.

— Извините, — прошептала Морган, хотя чувствовала себя скорее униженной, чем виноватой.

Ей следовало уйти, но в этот момент у нее начались схватки. Женщина надеялась добраться до дивана в приемной. Она сделала всего один шаг, после чего схватилась за дверную ручку и обмякла. Поддерживая другой рукой живот, Морган старалась не заплакать. Все ее планы полетели к черту. Она и раньше никогда не могла ничего предвидеть заранее, но сегодня…

— Бритни, вызовите «скорую», — резко сказал Брайан. — Как я понимаю, вы рожаете, — обратился он к Морган.

Рожает? Ее разрывало изнутри. Она кивнула, боясь, что если попытается заговорить, то не только заплачет, но и закричит во весь голос.

Нужно сесть, подумала Морган, и не успела опуститься на пол, как почувствовала, что чьи-то сильные руки подхватили ее. В мгновение ока она оказалась в соседнем кабинете.

Брайан уложил ее на кожаный диван и через минуту вернулся. В руках у него был какой-то предмет, отдаленно напоминающий скомканный плащ, и стакан воды. Он положил плащ на подлокотник ей под голову и протянул стакан. Но Морган не хотелось пить. Господи! Да она не сможет сейчас выпить ни капли воды! Ее просто вывернет наизнанку. Однако у Брайана был настолько свирепый вид, что Морган послушно взяла стакан и притворилась, будто отпила глоток. При взгляде на этого человека становилось ясно — он привык, чтобы ему подчинялись. Откровенно говоря, Морган всегда бесило, когда ею командовали, но сейчас она вряд ли смогла бы поставить его на место.

— «Скорая помощь» вот-вот будет здесь, — сказала Бритни, заглядывая в приоткрытую дверь.

— В этом нет необходимости… — начала Морган. Не говоря уже о том, что это было бы неоправданной роскошью для скромной школьной учительницы музыки, которая неделей раньше осталась без медицинской страховки и без работы, добавила она про себя.

Почувствовав себя немного лучше, женщина спустила ноги с дивана. Теперь надо уходить. Главное — добраться до стоянки, где она оставила свою машину, и доехать до Северо-Западной Мемориальной больницы Чикаго. Это должно занять не более двадцати минут. Конечно, при условии, что на дороге не будет пробок и ее маленький капризный автомобильчик не заглохнет где-нибудь в пути.

Морган осторожно поднялась с дивана, шагнула к двери и остановилась. Ее внимание привлекла фотография в рамке, висящая на стене. На нее смотрели двое мужчин: строгий темноволосый красавец и веселый обаятельный шатен. Морган застыла на месте. Она узнала эти улыбающиеся глаза, короткие, зачесанные вперед каштановые волосы и беззаботное выражение лица. Очаровательный сорванец. Это и был тот мужчина, с которым она провела на Арубе семь прекрасных и — что было для нее совсем не типично — беспечных дней.

Брайан.

Наверное, она произнесла это имя вслух, потому что мужчина, который выдавал себя за Брайана Кэлиборна, нахмурился и тоже стал внимательно разглядывать фотографию, сжав губы.

— Вы и правда с ним знакомы, — сказала Морган и кивнула на снимок. В ее голосе отчетливо прозвучали обвиняющие нотки. — Вы действительно знаете Брайана Кэлиборна.

— Я и есть Брайан Кэлиборн, — объявил он во второй раз. — Это Диллон, мой младший брат.

Диллон…

Брат…

Она медленно осознавала то, что только что услышала. В глубине души ей бы очень хотелось усомниться в его словах, но доказательство было перед ней — настоящий Брайан Кэлиборн стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нее отнюдь не дружелюбно.

Брайан… то есть, как теперь выяснилось, Диллон — мужчина, который был отцом ребенка Морган, — представился ей чужим именем. Она спросила себя, в чем еще он ей солгал.

— Я хочу его видеть. И не смейте говорить, что мне нужно будет заранее записаться у секретаря и мне назначат дату и время. Если вы заметили, я не в состоянии ждать даже час, не говоря уже о неделе или двух.

— Это невозможно, — резко ответил Брайан. Женщина хотела сказать ему в ответ что-нибудь обидное, но прежде, чем она успела открыть рот, он произнес: — Диллон умер.

— Как вы сказали?..

Удивительно, но Морган больше не чувствовала гнева. Ее будто окатили ледяной водой. У нее даже немного закружилась голова… Очень уж неожиданной была эта новость. Морган снова присела на диван.

— Он умер?

Брайан кивнул.

— Но как? Когда? — Морган задавала вопросы, ответы на которые теперь уже не имели никакого значения. Ну, узнает она, что случилось с этим человеком, и что это изменит? Сейчас важно лишь одно — его больше нет. Она станет матерью-одиночкой, ребенок которой никогда не увидит своего отца. Более того, до этого момента Морган даже не знала его настоящего имени.

— Шесть месяцев назад. С ним произошел несчастный случай, когда он катался на лыжах, в Вайле, штат Колорадо.

— Я… я не знала.

— Поверьте, я тоже ничего не знал о вашем существовании, а уж тем более… Он ни разу и словом не обмолвился о том, что вы… — Брайан бросил многозначительный взгляд на ее живот. — Где вы познакомились с Диллоном?

— На Арубе. В прошлом году, в августе.

Она поехала туда одна, по путевке, которую купила для своих родителей на тридцатую годовщину свадьбы. У них никогда не было медового месяца. Морган хотела сделать им сюрприз и подарить пусть и весьма запоздалое, но все же «свадебное путешествие». Но с ними произошел несчастный случай. Они погибли дома, отравившись угарным газом. Заводить курортные романы было отнюдь не в ее правилах. Она до сих пор не могла понять, как могло случиться, что она, рассудительная, серьезная женщина, так быстро уступила ухаживаниям молодого ветреного красавца. Морган была в отчаянии и, кроме того, одинока. Он был невероятно хорош собой, так красиво ухаживал, шутил…

— И вы… провели свой отдых с моим братом? — Брайан скептически изогнул бровь, снова бросив взгляд на ее живот.

— Да.

Морган почувствовала себя еще более неловко. Она встала, собираясь уйти, чтобы попробовать самостоятельно добраться до больницы. Сейчас у нее не было ни дома, ни семьи, ни работы. Она была одна в чужом городе, где совсем никого не знала.

Морган собиралась выйти из кабинета, но в этот момент вошли два медика. Перед собой они толкали больничную кровать-каталку.

Она подняла руку:

— О, на самом деле в этом нет необходимости. Я могу добраться до больницы без посторонней помощи. Между схватками не такие уж короткие промежутки.

Как только Морган это сказала, началась очередная схватка. Когда же была последняя? Сколько минут прошло? Взглянуть на часы она побаивалась.

— Необходимость есть, — возразил Брайан. — Если предположить, что вы говорите правду, то этот ребенок — один из Кэлиборнов.

— Если предположить, что я говорю правду?.. — У Морган перехватило дыхание, и вовсе не из-за схваток. В другой ситуации она бы просто вышла из комнаты, но не сейчас. К ней приблизился один из медиков, пожилой седовласый мужчина с усами. Глаза его сияли добротой. Он взял ее за руку.

— Для начала нужно вас осмотреть. Кроме того, в вашем положении добираться до больницы одной небезопасно. Мало ли что может случиться. В это время на Мичиган-авеню часто бывают пробки. Вы ведь не хотите, чтобы ваш ребенок родился в дороге?

Он напомнил Морган ее отца. Только поэтому она и осталась.

Как только она уселась на диван, один из врачей достал из своей сумки аппарат для измерения кровяного давления. Во время процедуры Морган бросила взгляд на Брайана, который в ответ пристально посмотрел на нее. Его суровое, надменное лицо было словно высечено из камня. Постепенно она начала узнавать это выражение. Нетрудно было догадаться, о чем он думает.

Черт бы побрал Диллона! Так ловко все обставил! Господи! И как мог произойти этот несчастный случай?

Брайан был все еще не в силах осознать, что Диллона нет с ними. Умом он понимал — брат умер, но в душе тот оставался для него живым. Его похоронили рядом с бабушкой, дедушкой и их тетей. У Брайана до сих пор еще не укладывалось в голове, как такой человек мог умереть? Веселый, общительный, полный жизни. Брайану нередко хотелось думать, что его младший брат просто пустился в очередную авантюру, а ему, старшему, придется расплачиваться за то, что Диллон весело провел время.

Его братишка поступал так довольно часто после того, как к тридцати годам истратил свой трастовый фонд. Вайль был его последним сумасшедшим поступком. Когда компания, выдавшая кредитную карточку, позвонила Брайану, чтобы он подтвердил расходы, тот пришел в ярость. Братец всегда выбирал себе, что повкусней, — самый лучший гостиничный номер, элитный ресторан, обслуживание по. высшему разряду… Вот и на этот раз Диллон остановился в роскошном отеле, в номере люкс, что обошлось Брайану в немалую сумму, и брат оставил ему гневное сообщение.

— Когда же ты, наконец, повзрослеешь? — прокричал он в трубку. — Тебе тридцать лет, а ведешь себя как неразумный мальчишка! Ты не забыл, какую должность занимаешь в компании? И при этом ни дня в своей жизни не работал! Единственное, что у тебя хорошо получается, так это тратить, притом не свое, а чужое. Ты живешь за чужой счет! Нет! Развлекаешься! Тебе нужно начать зарабатывать самому, а не брать каждый раз деньги у меня. Клянусь, Дилл, еще одна подобная выходка, и я вызываю полицию.

Конечно, Брайан никогда бы этого не сделал. Но он был в такой ярости!

Теперь ему придется ликвидировать последствия легкомысленного поведения брата. Он еще раз посмотрел на женщину. Ей было страшно, но надо признать, что вела она себя достойно. Несмотря на боль, она спокойно отвечала на вопросы медиков. В общем, все шло как обычно. Теперь Брайан должен был разобраться в том, что натворил его брат. Он это делал всю жизнь, сколько себя помнил, пока Диллон был жив. Но даже после его смерти Брайану предстояло решать проблемы, которые этот мальчишка оставил после себя.

При мысли об этом он нахмурился. Тут дело серьезное. Похоже, подачкой от нее не отделаешься. Конечно, если допустить мысль, что Морган говорит правду и отец этого ребенка — действительно Диллон. Да, Кэлиборны не бедствуют. Их семья одна из самых состоятельных в городе. Вероятно, когда эта женщина приехала сюда, она рассчитывала на то, что получит от них много денег. Если учесть, что состояние финансов его брата оставляет желать лучшего, ее ждет большое разочарование. В этой ситуации докопаться до истины не так-то легко, как если бы Диллон был жив. Тогда можно было бы сделать анализ ДНК и таким образом подтвердить или опровергнуть отцовство. А теперь Диллона нет и проверить это уже невозможно. Хотя нет… Есть один способ. Чтобы установить биологическую связь между ребенком и Кэлиборнами, можно использовать ДНК Брайана. Но боже мой! Неужели ему придется пройти через это… снова?!

Надо признать, что Дилл, как правило, не встречался с такими, как Морган Стивенс. Его брата всегда привлекали ослепительные женщины. Кого только у него не было! Миниатюрные блондинки, брюнетки с пышными формами, огненные рыжеволосые красавицы… И все они считали, что быть в курсе текущих событий означает листать журналы мод, пока парикмахер в салоне красоты делает им прическу. Когда в прошлом году Дилл как-то привел на семейный обед одну из своих дамочек, она была в полной уверенности, что слово «Австрия» — это сокращенный вариант от «Австралия».

Морган, напротив, производила впечатление умной, рассудительной женщины и была крайне вежлива. Об этом можно судить хотя бы по телефонным сообщениям и письмам, которые от нее приходили. Ее нельзя было назвать модницей. Нет. Одевалась она весьма скромно. Видимо, ничего более приличного просто не могла себе позволить. И даже если бы эта женщина не была на последнем месяце беременности, Брайан все равно бы понял, что ее фигуру нельзя назвать совершенной.

Странно, чем она могла заинтересовать Диллона? Ведь его такие никогда не привлекали. Сколько Брайан себя помнил, вокруг его младшего братца вечно крутилась какая-нибудь красотка.

Брайану незачем спрашивать себя, что Морган нашла в Дилле. Он был красивым, обаятельным и, кроме того, сорил деньгами, нимало не заботясь о том, откуда они берутся и как достаются тому, кто их на самом деле зарабатывал, — Брайану.

Аферистка.

Сейчас это довольно редкое слово, но за последние несколько лет Брайану пришлось иметь дело со многими женщинами, которых только так и можно было назвать. И они совсем не обязательно будут выбирать звезду экрана, чтобы потом жить припеваючи. Такие женщины прекрасно понимают, что не менее хорошо обеспечены политические деятели. Единственное, что привлекает в мужчинах женщин такого типа, — это их финансовые возможности. Наличные деньги, кредитные карточки, недвижимость, драгоценности…

Брайан невольно вспомнил свою бывшую жену, Камиллу. Через некоторое время после их свадьбы она родила сына. Более того, так ухитрилась заморочить голову Брайану, что какое-то время он даже считал его своим.

В Чикаго еще долго говорили об этом скандале. Результаты анализа ДНК были опубликованы в городских газетах даже раньше, чем их увидел Брайан.

После развода с ним она вышла замуж за техасского нефтяного магната, который был в несколько раз состоятельней всех членов семьи Кэлиборн, вместе взятых.

Его размышления прервал протяжный стон. Мужчина перевел взгляд на Морган. Ее дыхание стало учащенным и тяжелым. Она закрыла глаза, лицо ее исказилось. Она вдруг показалась ему совсем юной и напуганной, особенно когда, задыхаясь, прошептала:

— Я не… думаю, что смогу… это сделать.

Обычно Брайан терпеть не мог, когда люди проявляли слабость, чего-то боялись. Ему самому все это было чуждо. Но ее ранимость тронула его. Да так, что захотелось подойти к ней, взять за руку, погладить по голове и сказать, что все будет хорошо.

Что за бред? Это ведь совсем чужая, незнакомая женщина! Так с чего это он вдруг расчувствовался? Нет, надо срочно взять себя в руки.

Брайан демонстративно скрестил руки на груди и облокотился о край письменного стола.

— Конечно, вы сможете. У вас все будет в порядке, — успокоил ее врач. — Я бы посоветовал вам прилечь. Мне нужно снова вас осмотреть, чтобы убедиться, что все идет как положено.

Брайан выпрямился. Однажды ему уже довелось побывать в подобной ситуации, и он знал, что означают эти слова.

— Я буду за дверью, — коротко бросил он и вышел из кабинета.

Когда Брайан оказался в приемной, он принялся расхаживать туда-сюда. Что же ему теперь делать? Может быть, стоит позвонить родителям за границу и сообщить им?.. Что именно он должен был им сказать? Поздравляю, может быть, вы скоро станете бабушкой и дедушкой?

Джулии и Хью Кэлиборн было нелегко смириться со смертью Дилла. На мгновение Брайан представил, как поведет себя его мать, когда услышит о ребенке Морган. Она перенервничает, разрыдается и постарается сделать все, чтобы увидеть и воспитать этого малыша — частицу Диллона. Без сомнения, мама окружит ребенка любовью и вниманием. Обеспечит ему все самое лучшее — воспитание в семейных традициях, учебу в университете, успешную карьеру и достойную жизнь. А заодно будет заботиться и о Морган. Именно так его мать относилась к бывшей жене Брайана Камилле и ее малышу, которого считала своим первым внуком, хотя на самом деле это было не так. Еще задолго до того, как должен был родиться ребенок, Джулия Кэлиборн обустроила детскую. Она отвела для нее одну из гостевых комнат у себя в доме. Вместе с Камиллой поехала в больницу, а когда узнала о рождении внука, плакала от счастья. Когда мама и малыш вернулись домой, Джулия пригласила в гости родных и друзей. Это был настоящий семейный праздник — с поздравлениями и торжественным вручением подарков, шутками и весельем. А спустя полтора года, когда они узнали, что маленький Кейден Александр Кэлиборн — вовсе не сын Брайана, его мать была сама не своя. И она, и Брайан долго не могли прийти в себя от пережитого потрясения.

Он сжал кулаки. Эта женщина утверждает, что Диллон Кэлиборн — отец ее ребенка. И, похоже, она говорит правду. Ясно одно — до тех пор, пока у него не будет доказательств обратного, он должен ее защищать и помогать ей. И в первую очередь ему нужно позаботиться о том, чтобы до поры до времени о ней и ее ребенке не узнали ни его родители, ни журналисты. Брайан подошел к столу секретаря, намереваясь переговорить с Бритни с глазу на глаз, пока в приемную не нагрянули очередные посетители.

— Запомните. О том, что произошло, нельзя говорить ни слова ни здесь, ни где бы то ни было. Вы меня понимаете? Если у кого-нибудь из сидящих в конференц-зале возникнут вопросы относительно того, кто эта молодая женщина или зачем она сюда приехала, направляйте людей прямо ко мне, — сказал он.

— Конечно, мистер Кэлиборн. Вы во всем можете рассчитывать на меня… — Ее улыбка была слишком личной. Брайану это не понравилось, но он сделал вид, что не обратил внимания. Что касается работы, Бритни была активной, исполнительной и аккуратной. Если не считать того, что при каждом удобном случае она делала ему недвусмысленные намеки, заигрывала и явно на что-то рассчитывала. Брайан же, напротив, всячески показывал ей, что между ними возможны чисто деловые отношения и ничего более.

Когда он обернулся, то увидел, что врачи вывозят Морган из его кабинета на каталке. Она подняла голову. Ее лицо было бледным как полотно.

— Вы поедете с нами в больницу? — спросил пожилой доктор. — В машине есть место.

— Почему я?

— Ну, обычно мужчина всегда хочет поехать в больницу вместе с женой, чтобы быть рядом.

С женой?

Брайан услышал, как охнула Бритни, и про себя чертыхнулся. Еще один слух, который он должен будет рассеять.

— Она мне не жена, — резко сказал он, вспомнив, чем закончился его недолгий брак. Брайан взглянул на свой безымянный палец. Раньше он носил золотое обручальное кольцо, которое всегда было для него символом любви и верности. Только когда Камилла попросила его о разводе, он понял, что ни его любовь, ни верность не значили для нее ровным счетом ничего. Нет. Для такой, как она, это был пустой звук.

— Ну, тогда вы, может быть, захотите ее посещать. Даже если она пробудет в больнице всего несколько дней, ей понадобится помощь близких, — словно сквозь сон, услышал Брайан голос врача.

Он кивнул и бросил взгляд на Морган. Глаза ее были закрыты.

— Нужно сообщить вашим родственникам, как вас разыскать. Я позвоню, кому нужно, чтобы они вас навестили и…

— Некому звонить, — перебила она его. — И навещать меня тоже некому.

— Как насчет вашей семьи, родителей? Дайте мне номер их телефона, и Бритни свяжется с ними немедленно. Они ведь будут вас искать…

Не открывая глаз, Морган разрыдалась. Слабость, подумал он. Его снова тронула ее ранимость. Прежде чем Брайан успел понять, что делает, он протянул руку и вытер ей слезы.

Когда он к ней прикоснулся, Морган открыла глаза, и Брайана ошеломил их цвет. Ярко-зеленые. Цвета изумруда. Он отдернул руку и закашлялся.

— Дайте мне номер телефона ваших родителей. Надо с ними связаться, — настаивал он.

— Это невозможно. — Брайан почувствовал непривычную боль в груди, когда Морган прерывисто прошептала: — Мои родители умерли. У меня никого нет. Я одна.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Семью часами позже Брайан расхаживал по коридору приемного отделения городской больницы Чикаго, прихлебывая давно остывший кофе. Он взглянул на большие круглые часы на стене. Прошло уже бог знает сколько времени, но Морган до сих пор не родила.

Что он делает в больнице? Почему торчит здесь столько времени? Чего ждет? Почему его так волнует этот ребенок? Ведь вполне возможно, что он не имеет к семье Кэлиборн никакого отношения. Брайан и сам не понимал, почему он все еще здесь, а ведь давно уже мог отдыхать дома. Конечно, его удерживало чувство долга. Он прекрасно помнил письма, которые писала ему Морган, и чувствовал, что обязан разобраться в ситуации.

И именно поэтому ты распорядился, чтобы Бритни отменила все твои сегодняшние встречи, вскочил в свой «лексус» и погнал в больницу как сумасшедший! Исключительно из чувства долга! Неужели ты влюбился в нее?

Всю дорогу перед его глазами стояло залитое слезами, изможденное лицо Морган. Брайан думал о том, как быстро она расстраивается, как переживает из-за всего… Кроме того, у нее ведь никого нет. Она сама ему об этом сказала. Эта женщина совсем одинока.

В такой момент возле нее кто-то обязательно должен быть. И теперь этот кто-то — Брайан.

Он допил кофе и выбросил стаканчик. Кто бы мог подумать, что это так затянется! У него ведь куча дел. А ему приходится торчать тут весь день вместо того, чтобы работать. Если бы знать, что это будет длиться так долго, он бы задержался в кабинете или, по крайней мере, захватил с собой ноутбук. Чувство долга, снова подумал Брайан. В компании «Уинди Сити Индастриз» он занимал должность вице-президента операционного отдела, а вскоре ему предстояло возглавить фирму. Работы у него было выше крыши.

— Мистер Кэлиборн?

Услышав голос медсестры, он обернулся. Женщина еле заметно улыбалась. Это был хороший знак.

— Мальчик.

Брайан вздохнул с облегчением.

— Все в порядке? — с тревогой спросил он.

— Прекрасно. Ребенок совершенно здоров и весит семь фунтов одиннадцать унций.

Он замялся.

— А как она? С ней все в порядке?

— У нее все хорошо, если учитывать обстоятельства. Роды были тяжелыми, особенно под конец. Врачи даже опасались, что придется делать кесарево сечение, но все обошлось.

— Я знаю, что сейчас уже поздно, но… можно мне увидеть малыша?

Это все, чего он хотел: увидеть новорожденного, который вполне мог оказаться сыном его брата и единственным наследником Кэлиборнов. Дело в том, что Брайан вовсе не собирался вступать в брак во второй раз. Ему вполне хватило и одного. Видит бог, он любил Камиллу всем сердцем, а она его просто использовала. Нет, хватит. Брак и отцовство были для него закрытой темой.

— Я думаю, это можно устроить. — Медсестра улыбнулась и ушла.

Прошло минут сорок, прежде чем она вернулась, и они с Брайаном направились подлинному коридору в палату Морган.

— Малыш сейчас с мамой, — сказала женщина. — Не задерживайтесь слишком долго, — попросила она. — Морган действительно нужно отдохнуть.

Брайан поднял руку и постучал, спрашивая себя, что скажет. Он ожидал, что Морган пригласит его войти. Вместо этого дверь распахнул незнакомый мужчина. Он стоял на пороге палаты и широко улыбался.

— Выкурите сигару, — сказал он и протянул Брайану тонкую дешевую сигару в целлофановой упаковке.

На вид ему было около тридцати лет. Значит, все это время он тоже провел в больнице, лихорадочно соображал Брайан. Значит, «совсем одинока и никого нет». Ему было все ясно. Брайан повернулся к. выходу. Он был противен самому себе потому, что снова попался на удочку и так легко поверил женщине. Каждое ее слово было ложью. Причем хорошо продуманной.

— Эй, постойте! — Мужчина схватил егоза руку. — Как я понимаю, вы пришли повидать другую молодую маму.

Другую молодую маму?

Брайан заглянул в палату. На кровати лежала брюнетка, по-видимому жена этого мужчины, и держала запеленутого малыша. В вазе на тумбочке благоухали цветы. Под потолком висел огромный воздушный шар. За кроватью виднелась занавеска, разделявшая палату.

— Я, пожалуй, вернусь, — сказал Брайан. Он уже чувствовал себя неловко, а тут еще и зрители…

— Входите! — Мужчина дернул Брайана за руку. Понизив голос, он добавил: — По-моему, ей не помешает чье-нибудь общество. Я случайно услышал разговор двух медсестер. Они сказали, что у нее никого нет и никто не будет присутствовать при родах. И будто бы мужа у нее тоже нет. — Он замялся. — Вы этому ребенку не…

— Нет.

Брайан высвободил руку, вошел в палату и отдернул занавеску. Морган лежала на кровати с закрытыми глазами, и он невольно залюбовался ею. Ее золотистые волосы были спутаны, лицо покрыто пятнами, но даже сейчас она была невероятно красива. Брайан не мог оторвать от нее взгляда. Он не чувствовал себя виноватым. С какой стати? Ведь это не его ребенок. И ей он никто. Но он испытывал что-то еще. Восхищение? Пожалуй. Конечно, ей пришлось несладко. Бедняжка… Столько времени добивалась с ним встречи, думая, что он и есть Диллон. Приехала в офис… Во сне она морщила лоб. Почему-то ему снова захотелось погладить ее по голове и попытаться утешить.

За ширмой мужчина тихо разговаривал со своей женой. Брайан не мог разобрать ни слова. Ему показалось, будто он слышит воркование двух голубков. Брайан тут же вспомнил, что, когда Камилла родила ребенка, он скупил все цветы, продававшиеся в магазине около больницы, и осыпал жену подарками, среди которых были бриллиантовое ожерелье и серьги.

Та часть палаты, где лежала Морган, была пустой. Ни цветов, ни воздушных шаров, ни подарков от любящего отца. Ни одного посетителя. Морган лежала на больничной кровати одинокая и потерянная.

Он попытался представить Дилла в роли молодого отца. Как его брат сопровождает Морган в больницу, держит за руку, говорит ей ласковые слова… И не смог. Невозможно было представить себе Диллона в роли верного мужа и любящего отца.

Что он сказал, когда узнал, что Брайану предстоит стать отцом? Поздравив брата, он добавил: «Хорошо, что ты, а не я!»

До чего же горькая ирония!

В этот момент из маленькой плетеной кроватки донесся слабый крик. Услышав этот звук, Морган

немедленно открыла глаза, и на ее губах заиграла улыбка.

— Я здесь, — мягко сказала она, довольно неуклюже перебираясь на край кровати. — Мама идет.

Только тут она заметила Брайана.

Он неловко откашлялся, чувствуя себя так, будто его поймали на месте преступления, но вместо извинений сказал:

— Здравствуй!

Перешел на «ты», отметила про себя Морган.

— Привет! Я не знала, что ты здесь. Должно быть, я на минуту задремала, — в тон ему ответила она и провела рукой по спутанным золотистым волосам. Ее щеки порозовели.

— Я пришел ненадолго и вовсе не хотел тебя будить… Если бы я знал, что ты спишь… — Он пожал плечами. — Хотел увидеть ребенка и… Тебе что-нибудь нужно?

— Нет. — Она вздохнула. — Ну, перед тем как отправиться к вам в офис, я собрала маленький чемоданчик, который планировала взять с собой в больницу. — Она усмехнулась.

— Где он? Я пошлю за ним кого-нибудь.

— В моем мотеле.

— Что за мотель?

Когда она произнесла его название, Брайан недовольно скривился. Морган это заметила и обиженно сказала:

— Очевидно, он не соответствует твоим высоким стандартам.

Да уж, он и в самом деле им не соответствовал. Это место было немногим лучше ночлежки. Он не стал ничего говорить вслух, но при одной мысли о том, что она будет жить в этом мотеле одна с новорожденным младенцем, по его спине пробежал неприятный холодок.

— Утром я попрошу Бритни привезти твои вещи.

— Спасибо. — Когда Брайан уже собрался уходить, Морган сказала: — А ты разве не хочешь взглянуть на малыша?

Именно для этого Брайан Кэлиборн и явился к ней в палату, хотя здравый смысл и говорил ему, что это дурная затея. На мгновение он остановился. Брайан не мог понять почему, но его пугало то, что он мог увидеть. Мужчина подошел к детской кроватке.

Малыш лежал на спинке и с удивлением его разглядывал.

— Посмотри на его волосики, — сказала Морган.

Брайан увидел несколько темно-каштановых прядей, выбивавшихся из-под чепчика. На долю секунды ему даже показалось, что малыш улыбнулся.

Диллон.

Брайан почувствовал себя так, словно его ударили кувалдой в солнечное сплетение. Глядя на это личико, он увидел своего брата. Сходство с Диллоном нельзя было назвать очевидным, потому что черты лица малыша были слишком мелкими. Но стоило только Брайану взглянуть на него, как все сомнения отпали. У него даже дыхание перехватило от волнения. Впервые в жизни он не мог попять самого себя и недоумевал: то ли перед ним и правда маленький Диллон, то ли он просто выдает желаемое за действительное.

Именно такое с ним однажды и произошло. И чего ему стоило сначала поверить, а потом понять, что его обманули! Камилла ведь тоже уверяла его, что говорит правду. А что вышло на деле? Грандиозный скандал на весь Чикаго, шумный развод, да еще и ребенок, которого он с таким нетерпением ждал, как оказалось, был от другого человека.

— Как ты его назовешь? — холодно спросил он.

— Брайс Диллон Стивенс.

Брайан ничуть не удивился, что она собирается назвать ребенка в честь его брата. Но ему было интересно, почему Морган решила дать ребенку свою фамилию. Потому, что она не замужем, или из-за того, что на самом деле малыш не имеет отношения к Кэлиборнам? Забавно, но, когда Камилла родила ребенка, выдавая его за одного из Кэлиборнов, у нее даже не возникло подобной мысли. Когда они оформили развод, она назвала ему имя отца этого малыша. После рождения ребенка Камилла провела с Брайаном несколько месяцев. За это время она смогла убедить своего нынешнего мужа, нефтяного магната, в том, что он отец ее сына.

Вспомнив об этом, Брайан ехидно усмехнулся.

— Ты собираешься указать в свидетельстве о рождении, что отец ребенка — Диллон?

— Да. А ты что, мне не веришь?

Он оставил ее вопрос без внимания.

— Мне пора. Отдыхай. — Открыв бумажник, он достал оттуда свою визитку и протянул ей. — Если тебе понадобится что-нибудь еще, позвони мне. На обороте указан мой личный телефон.

— Спасибо… — ответила Морган и взяла визитку. — Только я не буду тебе звонить. У меня… — Она взглянула на ребенка. — Не волнуйся. У нас все будет хорошо.

Но как только Брайан вышел из палаты, Морган начали одолевать сомнения.

У нас все будет прекрасно.

Но так ли это? Кем она будет работать, где поселится? Кто поможет с малышом?

Когда Морган собиралась в Чикаго, то планировала в первую очередь встретиться с Диллоном. Конечно, она не рассчитывала на то, что отец ребенка возьмет на себя все расходы. Морган не нуждалась в благотворительности. У нее были деньги, ведь она получила от родителей небольшое наследство. Однако, приехав в Чикаго, она обнаружила одну неприятную для себя вещь — уровень жизни здесь был намного выше, чем в ее родном Висконсине, и потому Морган истратила гораздо больше денег, чем ожидала. Поэтому она надеялась, что Диллон хотя бы предложит ей оплатить услуги врачей и ее пребывание в больнице. А уж после этого пусть сам решает, будет ли он участвовать в жизни ее и сына: приезжать в гости, ходить с малышом на прогулки, играть, оплачивать счета.

И вдруг она обнаружила, что Диллон не только представился ей чужим именем, но и погиб в результате несчастного случая, который также невозможно было предвидеть, как и тот, который унес жизни ее родителей. Глядя на маленького сына, мирно посапывающего в своей кроватке, Морган испытывала смешанные чувства. Обижаться на Диллона за его бессовестный обман было бессмысленно. Он умер. Кроме того, ей совсем не хотелось верить в происходящее. Она ведь действительно рассчитывала на то, что их с Брайаном (вернее, с тем человеком, который представился ей этим именем) ждет совместное будущее, что у них будет свой дом, семья. Подумать только, ведь маленький Брайс никогда не увидит отца, не узнает, каким он был, не поговорит с ним, не назовет его папой. Морган обожала своих родителей, но особенно близка была с отцом. И ей очень хотелось, чтобы такая же семья была и у Брайса.

Она не могла горевать по Диллону так, как если бы он был ее мужем или просто близким человеком, ведь они были почти незнакомы. В сущности, ведь она знала его только с одной стороны, вдруг подумала Морган, и ей стало стыдно. Когда она уезжала отдыхать, последнее, что ей было нужно, — это заводить курортные романы. Да это было и не в ее правилах. Может быть, поэтому она и забеременела в тот единственный раз, когда сделала глупость и забыла об осторожности. Возможно, подсознательно Морган, напротив, мечтала об этом ребенке, о малыше, которого она будет любить и воспитывать, о том, кто поможет ей заполнить в душе пустоту, которую она ощущала после смерти родителей.

Какой бы ни была причина того, что произошло, Морган ни капли не жалела об этом. Наоборот, глядя на своего новорожденного сына, она чувствовала себя счастливой.

— Я люблю тебя, — прошептала она, нагнулась и поцеловала его.

По другую сторону занавески мужчина и женщина обсуждали, кто станет крестным их малыша. Судя по количеству имен, им предстоял нелегкий выбор. У Морган были дальние родственники, но все они жили довольно далеко. В Висконсине работали ее друзья. Кое-кто из них уговаривал ее остаться в городе даже после того, как она потеряла работу.

Ее подруга Джен Вулуорт, тоже учительница, особенно просила Морган не уезжать.

— Дорогая, тебе ведь совсем скоро рожать. Тебе не стоит сейчас отправляться в такую дальнюю дорогу, не говоря уже о том, чтобы переезжать на новое место. Останься здесь, с нами, — уговаривала она.

Но в доме, где жила семья Джен, и так было очень тесно. Там нет места для еще одного взрослого, не говоря уже о ребенке. Когда только выяснилось, что Морган беременна, Джен предложила ей сразу после родов перебраться к ним. Одну из комнат у себя в доме она планировала отвести под детскую для своих сыновей, а в другой поселить Морган и ее малыша. Правда, эта комната была совсем крохотной, но все же это лучше, чем ничего.

Ребенок заволновался, прервав ее размышления. После нескольких тщетных попыток Морган удалось покормить его.

Когда она укладывала Брайса в его плетеную кроватку, ей принесли цветы — огромный букет из нежных маргариток, благоухающих лилий и высоких ирисов. Морган даже подумала, что ей принесли его по ошибке. Ведь он стоил целое состояние. Никто из ее друзей и знакомых в Висконсине не знал, что Морган родила, а даже если бы и знали, никто из них все равно не смог бы ей прислать его. У них были слишком скромные возможности. А здесь, в Чикаго, у нее никого нет. Ну, почти никого, за исключением… Нет, такого не может быть.

В самой середине букета виднелся маленький белый конвертик. Она вытащила его и вскрыла. Внутри лежала поздравительная открытка, в которой значилось: «От настоящего Брайана Кэлиборна».

Она мигнула. Кому бы пришло в голову, что этот суровый, строгий человек может быть таким заботливым? Часом позже к ней зашли санитары, чтобы перевезти ее и ребенка в отдельную палату. Она оказалась гораздо просторней, чем та, в которую их с малышом поместили сразу после родов. Здесь были большая удобная кровать, роскошное кресло-качалка, кабельное телевидение. На стенах висели репродукции картин в рамках.

Морган была ошеломлена и тронута его заботой, но Брайан тут же испортил о себе все впечатление одним росчерком пера.

В то утро, когда Морган должны были выписать из больницы, к ней приехала его секретарша. Та, которая так неприветливо встретила ее в приемной корпорации Кэлиборнов, а несколько дней назад привезла к ней в больницу ее чемодан. Бритни. Эта молодая женщина приехала сразу после того, как Морган надела бесформенное платье очень большого размера. Конечно, на ее фоне Бритни выглядела очень эффектно в облегающем пиджаке, мини-юбке, открывающей ее стройные ножки, и модельных туфлях на высоких каблуках.

— Это для вас. — Бритни положила ей на кровать большую сумку и протянула Морган письмо.

Ей было жутко любопытно, что же находится в сумке, но еще больший интерес у нее вызывало содержание письма. Она молча развернула сложенный вчетверо лист бумаги и прочитала:

«Морган, я прислал машину, чтобы отвезти вас с ребенком на новую квартиру, — где ты можешь поселиться до тех пор, пока не уедешь из Чикаго. Твой счет в мотеле полностью оплачен, и я позволил себе распорядиться, чтобы твои вещи собрали и перевезли на новое место.

Бритни отвезет тебя из больницы домой. Я свяжусь с тобой ближе к вечеру, чтобы узнать, что у тебя есть все необходимое и ты ни в чем не нуждаешься.

Брайан».

«Домой… ни в чем не нуждаешься», — повторяла Морган про себя, снова и снова пробегая глазами строки письма. Эта новая квартира никогда не станет домом ни для нее, ни для маленького Брайса. И она терпеть не могла, когда ей указывали, что делать, пусть даже это решение было продиктовано искренней заботой о ней и малыше. Ее глубоко возмутил его поступок. Подготовить для них квартиру, привезти ее вещи, даже не спросив, нужно ли ей это. И как можно говорить о том, что она ни в чем не нуждается, когда в ее жизни нет главного — любви, семьи, близкого человека.

И все же, несмотря ни на что, Морган почувствовала облегчение. В сущности, ведь это письмо было ответом на ее молитвы. Но она никак не могла понять, почему Брайан так поступает. Зачем ему это? Для чего ему заботиться о ней и ребенке? На самом ли деле он ей верил или просто не хотел упускать из вида? Она перечитала письмо, но так и не нашла в нем ключ к разгадке.

Кроме того, Морган всегда сама выбирала для себя одежду, не интересуясь ничьим мнением по поводу того, что носить. Она подумала об этом, когда Бритни передала ей сумку и сказала:

— Мистер Кэлиборн распорядился, чтобы я выбрала для вас подходящий костюм.

— У меня есть одежда, — возразила Морган.

Бритни с сомнением посмотрела на нее и продолжала:

— Поскольку мистер Кэлиборн так сказал, я купила для вас несколько костюмов на выбор. Не знала, какой у вас размер, поэтому постаралась подобрать одежду попросторнее.

— У меня есть все необходимое, — повторила Морган.

— Мистер Кэлиборн полагает, что в новой одежде вам будет удобнее.

— Можете ему передать… — Морган уже собиралась сказать какую-нибудь грубость, но в этот момент Бритни вытащила из сумки изысканное платье из набивной ткани. «Боже! Надеюсь, я не слишком поправилась и оно на мне застегнется».

Бритни изогнула брови.

— Так что мне сказать мистеру Кэлиборну?

— Что я очень ему признательна. И возмещу все расходы, как только смогу.

Платье и вправду оказалось впору. Морган была вынуждена признать — уж в чем, в чем, а во вкусе Бритни не откажешь. Эта женщина не только хорошо разбиралась в моде, она нашла для Морган такую одежду, которая скрывала недостатки и в то же время подчеркивала достоинства ее фигуры.

— Гораздо лучше, — сказала Бритни, когда Морган переоделась.

В ее голосе Морган уловила удивление, но обижаться было невозможно, ведь именно Бритни подобрала ей этот наряд. Морган была с ней согласна. Платье действительно было ей к лицу.

— Спасибо.

Кивнув, Бритни взглянула на часы.

— Я попросила санитара привезти инвалидную коляску. Вы подписали документы, связанные с выпиской?

— Да, перед тем, как вы приехали.

Она снова кивнула, достала сотовый телефон и набрала номер.

— Ноа, это Бритни. Подайте машину к главному входу через пятнадцать минут.

Точь-в-точь Золушка. И карета к крыльцу вот-вот подъедет. Жаль только, Бритни совсем не похожа на фею-крестную, и, конечно, Морган уж точно не встретит прекрасного принца.

Бритни покачала головой и сказала в трубку:

— Если увидите журналистов, немедленно позвоните мне, и мы перейдем к плану В.

— Журналистов? — спросила Морган, как только Бритни отключила телефон.

— Папарацци. Мы никому не говорим ни о вас, ни о вашем сыне, но тем не менее осторожность никогда не помешает. Сами понимаете.

— Боюсь, что нет.

Бритни вздохнула.

— Семья Кэлиборн занимает в этом городе довольно высокое положение. Эта фамилия не сходит со страниц газет и журналов, будь то статьи о бизнесе или благотворительности. Журналисты всегда стремятся повысить объем продаж своего издания, а легче всего это сделать с помощью громких статей. Вот они и печатают всякие сплетни. Можете себе представить, какой разразится скандал, если о вас и вашем ребенке станет известно пресс-службам?

Отлично. Теперь Морган должна бояться слухов и газетных пасквилей. В каком-нибудь журнале для бизнесменов будет помещена статья, построенная на догадках: кто же отец ее ребенка? На самом ли деле это был Диллон? Или малыш не имеет к нему никакого отношения? Неудивительно, что Брайан постарался как можно быстрее переселить ее с малышом из неприглядного мотеля в новую квартиру. Нетрудно предположить, что напишут в газетах о семье Кэлиборн, если они с маленьким Брайсом останутся там. Богатые родственники бросили беспомощную женщину с новорожденным ребенком на произвол судьбы! Конечно! Зачем им делать себе такую «рекламу»? Они должны сохранять «лицо». А так, даже если газетчики что-то и пронюхают, Кэлиборны предстанут перед читателями с лучшей стороны, ведь это для них главное — блюсти реноме. Все довольны и счастливы. Все, кроме нее. Она грустно усмехнулась про себя.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Морган вошла в холл квартиры вслед за Бритни и охнула. Она не ожидала, что ее новое жилище окажется пентхаусом, из окон которого будет видно озеро Мичиган и Морской причал.

В огромной гостиной преобладали бежевые тона. Мебель высшего качества и подобрана со вкусом, при виде рояля Морган сразу же захотелось поиграть на нем. Но при этом квартира была обставлена со вкусом, но была холодной и неуютной. Казалось, в ней никто не жил.

— Кто владелец этой квартиры? — спросила Морган. Она могла бы поклясться, что слышит эхо.

— Она принадлежит мистеру Кэлиборну, — ответила Бритни, закатив глаза.

— Он здесь живет? — Это удивило Морган. В его характере явно проскальзывали командный настрой и напористость. Ей казалось, что его жилье должно выглядеть по-другому. Значит, любит комфорт. Вещи дорогие, добротные, красивые, но домашним уютом здесь и не пахнет. Может, он для этого пригласил ее пожить здесь? Надеется, что она поможет ему немного изменить обстановку? Глупости, строго оборвала она себя. И с чего это ему, преуспевающему бизнесмену, вокруг которого наверняка увиваются женщины, стремиться побыть в ее обществе? Взять хотя бы эту Бритни. Стройная, ухоженная, красивая… Одним словом, есть на что посмотреть. Чего не скажешь о ней.

— Мистер Кэлиборн купил ее три года назад, после того, как развелся с женой. — Бритни иронично подняла брови и язвительно спросила: — Что? Квартира не соответствует вашим запросам?

Боже! Да она просто злится на меня, изумилась про себя Морган, но вслух произнесла:

— Дело не в этом. Она просто кажется мне немного… безликой. Здесь нет ни фотографий, ни личных вещей. Идеальный порядок.

— По-вашему, аккуратность является недостатком? Кроме того, если вы заметили, мистер Кэлиборн не сентиментален.

А вот в этом Морган как раз сильно сомневалась. И причиной тому была фотография Диллона, которая висела на стене в кабинете Брайана. Кроме того, она вспомнила, что там же видела фотографию пожилой пары, скорее всего их родителей. А когда Морган лежала в больнице, он прислал ей цветы. Она рассказала об этом Бритни.

— Не будьте такой наивной, мисс Стивенс. Для человека, который занимает его положение, важно соблюдать внешние приличия. Это обычные меры предосторожности, которые необходимо было принять на тот случай, если пресса когда-нибудь узнает о вас и вашем… положении. И новое платье для вас он попросил меня выбрать на случай, если какой-нибудь пронырливый журналист все же успеет сделать снимок, когда вы будете выходить из здания больницы.

Прежде чем Морган успела ответить, Бритни прошла мимо нее, цокая высокими каблуками по мраморному полу. Ей ничего не оставалось, как пойти следом. Миновав столовую, она догнала Бритни на кухне.

— Холодильник битком набит продуктами. Мистер Кэлиборн просил передать, чтобы вы угощались и составили список всего, что необходимо помимо этого. У него есть домработница, которая приходит сюда два раза в неделю, чтобы убраться и постирать. Кроме того, Хильда закупает продукты на неделю.

— А как же мистер Кэлиборн? Где он будет жить, пока мы с малышом не подыщем себе другое жилье?

Если он позволит нам с Брайсом переехать куда-то еще, подумала Морган.

— Его родители уехали отдыхать за границу. Пока они в отъезде, мистер Кэлиборн поживет у них дома в Лейк-Форесте. — Бритни бросила на Морган торжествующий взгляд. — Правда, из-за этого вынужденного переезда ему придется затрачивать намного больше времени на дорогу в офис… Что ж… Очевидно, он полагал, что здесь вам будет удобнее, чем в том занюханном мотеле.

Последние слова она произнесла с явным оттенком пренебрежения.

Конечно, Морган и малышу будет гораздо лучше в большой просторной квартире, чем в крохотном гостиничном номере. Нечего и говорить. Но тем не менее она была вовсе не в восторге от мысли, что из-за нее Брайан вынужден был уехать из собственного дома и поселиться у родителей. Получилось, что они с малышом выгнали его из собственной квартиры и нарушили его привычный распорядок. Как только Бритни уедет, надо будет непременно позвонить ему, поблагодарить за гостеприимство и обсудить варианты их дальнейшего проживания. Возможно, ей не стоит принимать его щедрое предложение, и они с Брайсом все же подыщут себе другое жилье.

— Увидите, вам и вашему малышу здесь будет спокойно, — продолжала щебетать Бритни. — Даже если репортеры пронюхают о вас, швейцар их не пропустит. И ради бога, не вздумайте давать никаких интервью на улицах, — картинно закатывая глаза, сказала она.

В эту минуту Брайс пошевелился во сне и начал просыпаться. Морган сняла с него чепчик. Поцеловав малыша в макушку, она прошептала:

— Что, соня, проснулся, наконец?

Бритни перевела взгляд на ребенка. На ее лице отразилась брезгливость.

— Вы хотели бы когда-нибудь родить ребенка? — спросила ее Морган.

Бритни наморщила лоб.

— Господи, конечно же, нет! Хотя теперь я вижу, что иногда незапланированная беременность превращается в весьма выгодное предприятие.

— Что вы хотите этим сказать?

— Только то, что вместе с ребенком от достойного человека можно получить путевку в жизнь, — бесцеремонно заявила секретарша.

Морган недоумевающе взглянула на нее.

— Оглядитесь по сторонам, и вам сразу все станет ясно, — ответила та.

— Вы думаете, что мне от мистера Кэлиборна нужны деньги?

— Я не думаю. Знаю. Да это и так всем понятно, — заявила Бритни. — Позвольте дать вам один совет. Не привыкайте к образу жизни Кэлиборнов. Вне всякого сомнения, Брайан — человек в высшей степени порядочный и ответственный, но поверьте мне… — в этом месте она сделала паузу и скептически оглядела ее располневшую фигуру, — вы не в его вкусе.

Слушая Бритни, Морган отчетливо осознала две вещи. Во-первых, девушка всерьез полагала, что отцом ребенка был Брайан, а во-вторых, она, похоже, не на шутку влюбилась в своего босса.

Что ж, Морган не собиралась перед ней оправдываться. Раз уж Брайан не счел нужным объяснить ей ситуацию и она ничего толком не знала о происходящем, то и Морган ничего рассказывать не станет.

У нее чуть было не сорвалось с языка, что и он тоже не в ее вкусе. Суровый, строгий, направо и налево раздающий распоряжения и требующий беспрекословного подчинения.

Бритни вышла из кухни, цокая каблуками. Морган опять ничего не оставалось, как пойти за ней следом.

— Спальни здесь, — продолжала Бритни свою экскурсию. — Комната мистера Кэлиборна — в конце коридора. Вы с ребенком будете жить в комнате для гостей.

Что она пытается продемонстрировать? Что знает наизусть планировку его квартиры? Наверняка не раз здесь бывала, и отнюдь не для обсуждения рабочих вопросов.

Бритни распахнула дверь гостевой комнаты. Она была просторной и светлой. На кровати лежало огромное пуховое одеяло. Стены были оклеены светлыми обоями. Возле дальней стены стояли детская кроватка, стол для пеленания и диван. Голубые подушки и стеганое одеяло выделялись на фоне остальных вещей ярким пятном.

Пока Морган разглядывала комнату, Бритни сказала:

— Как видите, мистер Кэлиборн заказал все необходимое для ребенка. Конечно, по высшему разряду. — Она кивнула в сторону мебели.

— Но у меня уже есть детская кроватка и стол для пеленания. — Ее подруга Джен подарила их ей. Пока что они стояли в разобранном виде. Морган еще не успела распаковать и собрать все это.

Бритни пожала плечами.

— Теперь у вас их два. В ящиках стола вы найдете все, что понадобится для ребенка, — подгузники, гигиенические салфетки и прочее.

— Он даже это предусмотрел, — прошептала Морган. Не важно, по какой причине Брайан так поступил. Важно, что он подумал об этом.

— Да. Мой босс отличается тем, что всегда и обо всем думает заранее, — заявила Бритни и гордо вскинула голову.

Девушка взглянула на часы, ей явно не терпелось уйти.

— Я оставляю вам номер моего сотового телефона. Если вам что-нибудь понадобится, звоните в любое время.

— О, в этом нет необходимости.

— А мистер Кэлиборн думает, что есть. — С этими словами Бритни ушла, с силой захлопнув за собой дверь.

Мистер Кэлиборн думает…

Мистер Кэлиборн полагает…

Мистер Кэлиборн решил…

При других обстоятельствах Морган точно бы взбесилась. Но сейчас она была настолько одинока и беспомощна, что ей нужен был хоть кто-нибудь. Кроме Брайана, ей просто не на кого было рассчитывать.

Нужно постараться как можно скорее найти работу и переехать на другую квартиру. И все же, несмотря ни на что, ей придется смирить свою гордость и подумать не только о собственных амбициях, но и о благополучии сына.

В девятом часу вечера. Морган сидела на диване в гостиной. По телевизору показывали комедийный сериал, но она не следила за событиями, которые разворачивались на экране. Ее больше беспокоила ситуация, в которой оказались они с сыном. Что им делать? Как правильней поступить?

В это время в дверь позвонили. Посмотрев в глазок, Морган увидела Брайана и открыла дверь. Виду него был мрачный. Он молча стоял, скрестив руки на широкой груди.

— Привет, — сказала она.

Темные глаза смотрели на нее изучающе. На ней была огромная рубашка и спортивные штаны. Брайан недовольно оглядел ее с ног до головы.

— Надеюсь, я тебе не помешал? Я забыл бритву, когда собирал вещи.

— О! Конечно. — Она шагнула назад, приглашая его войти.

— Ребенок спит?

— Пока спит, — насмешливо сказала она. Если ей повезет, у нее есть еще один час до тех пор, пока Брайс не проснется и не потребует, чтобы его покормили.

Брайан кивнул.

— Бритни говорит, что все тебе здесь показала. Как я понимаю, тебе здесь понравилось.

— Да. — Она переплела пальцы. — Она упомянула о том, что ты остановился в доме своих родителей в Лейк-Форесте, поскольку они отдыхают за границей.

— У них есть вилла на юге Франции. Теперь, когда мой отец собирается отойти от дел, они проводят там много времени.

— Вообще-то мне хотелось бы с ними встретиться и познакомить их с Брайсом. В конце концов, он их внук.

— Возможно, когда ты в следующий раз приедешь в Чикаго, я познакомлю тебя с ними, — пожав плечами, предложил он.

Морган решила пока не говорить Брайану о том, что она приехала в Чикаго насовсем и уезжать отнюдь не планирует. Морган ведь полагала, что малышу лучше жить поближе к своим единственным родственникам, они же наверняка захотят принять участие в его судьбе.

— Они так до сих пор и не знают обо мне? — предположила она.

— Нет.

— И ты не собираешься им рассказывать?

— Пока еще нет.

Незачем спрашивать, чего он ждет. Очевидно, ему требовалось доказательство того, что отец Брайса — Диллон. Она ожидала, что он попросит сделать анализ на установление отцовства. Но как ни странно, Брайан об этом даже не заикнулся, и Морган решила сменить тему:

— Я хочу возместить тебе расходы на продукты. Ты купил мне цветы, оплатил мое пребывание в больнице и это платье, в котором я приехала из больницы домой. Бритни упомянула, что ребенок и я будем отличной пищей для журналистов и поэтому тебе пришлось все это сделать, чтобы соблюсти приличия.

Брайан нахмурил темные брови, но отрицать ее слова не стал.

— Нет необходимости в том, чтобы ты возмещала мне расходы. Я хотел купить тебе все это. Вот и все.

— Тогда я буду платить тебе за жилье. Я же снимаю у тебя квартиру… — Она замолчала, понимая, что проживание в пентхаусе фешенебельного района Чикаго, из окон которого открывается такой удивительный вид на озеро, заметно превышает ее ограниченный бюджет. Но она не собиралась задерживаться здесь надолго, а гордость не позволяла ей жить за чужой счет. Особенно потому, что Брайан понимал — идти ей некуда и не к кому. — Я полностью возмещу тебе расходы на коммунальные услуги за следующий месяц.

— В этом нет необходимости. Считайте, что вы у меня в гостях.

Можно подумать, что Брайан Кэлиборн всю жизнь только и мечтал, чтобы у него дома поселилась молодая мамаша с новорожденным младенцем.

— Ты планируешь вернуться домой, в штат Висконсин, не так ли?

— Я вряд ли возвращусь туда. — В Висконсине жили ее друзья, но это уже не для нее. Как бы она ни скучала по Джен, она никогда бы не смогла позволить себе жить за ее счет, так же как и за счет Брайана.

— А что у тебя с работой?

— У меня ее больше нет. Меня уволили.

— Понятно. — Его темные глаза сверкнули недобрым огнем. Было похоже на то, что он заподозрил с ее стороны какой-то подвох.

Морган даже стало обидно.

— Я получила извещение об увольнении совершенно неожиданно для себя. Всегда любила свою работу и добросовестно ее выполняла. Директор школы был против того, чтобы я уходила, но прошли массовые сокращения.

— Ты преподаешь в школе?

— Я учитель музыки. — Она кивнула в сторону гостиной. — У тебя прекрасный рояль. Ты на нем играешь?

— Нет.

— О! — Ей было жаль, что такой инструмент простаивает без дела.

Очевидно, Брайан догадался, что ей хочется помузицировать.

— Ты ведь любишь музыку… Морган кивнула.

— Ты можешь играть на нем, — предложил он.

— Думаю, его надо настроить. Если будешь вызывать для этого специалиста, расходы я тебе возмещу.

Брайан вздохнул и покачал головой. Можно подумать, она говорила какие-то глупости.

— Хорошо, только давай условимся. Я не желаю больше слушать об оплате ни за квартиру, ни за продукты. Эта тема закрыта.

Морган не стала спорить. Когда она уедет, то просто оставит на столе в гостиной чек на сумму, которая покроет ее расходы. Пусть знает, что она может быть такой же упрямой, как он. И все же ей хотелось спросить о том, что ее волновало больше всего:

— Тебя все еще волнуют приличия? Беспокоишься, что будет, если обо мне узнают? Я никому ничего не скажу. Об этом можешь не беспокоиться.

— Меня волнует не только это, — уклончиво ответил Брайан. Он так внимательно изучал ее, что Морган стало не по себе. Интересно, что еще, подумала она.

— Я должна поблагодарить тебя за приют, хотя мне очень неловко из-за того, что мы заняли твою квартиру. Это неприлично.

— Ерунда, — решительно оборвал ее Брайан. — Чувствуйте себя как дома.

— Только знаешь, еще до того, как мы с Брайсом переселились в твою квартиру, ты почему-то решил, что имеешь право диктовать мне, что делать, а теперь и чувствовать. И меня это бесит. Я не выношу, когда мной командуют.

Он выразительно поднял брови. Видно было, что Морган не на шутку его рассердила.

Ясно! Босс не привык, чтобы с ним разговаривали таким тоном.

Она ждала бури. Но вместо того, чтобы ответить что-нибудь обидное, Брайан театрально поклонился и с усмешкой ответил:

— Прошу прощения.

— Я бы тебя простила, если бы ты извинялся искренне и готов был изменить свое поведение.

— Сомневаешься в моей искренности?

Если бы на ней были туфли, то на каблуках она не казалась бы себе такой маленькой. Но сейчас Морган стояла в домашних шлепанцах, и Брайан был на голову выше ее. Тем не менее она расправила плечи и подняла подбородок.

— Да, ты ведь каждый день командуешь. А привычка — вторая натура.

— Боже, ты до того… — он нахмурился, силясь подобрать подходящее слово, — занятная! Правда-правда. Необычная. Ты совсем не похожа на женщин, с которыми мне приходилось иметь дело.

— А с какими тебе приходилось? С фотомоделями, у которых ноги от ушей? Вроде этой воблы из приемной?

— А, Бритни… Она мой секретарь. Отлично выполняет свою работу. На пять с плюсом. Других не держу.

— Я заметила, — презрительно заявила Морган и усмехнулась.

Ему показалось, что в ее голосе прозвучала обида.

— Служащая. Ничего более.

— Оно и видно. Она-то, судя по всему, рассчитывает на что-то еще.

— Вообще-то это ее трудности. Мне все равно. А тебя что, это задевает?

— Еще чего! — вспыхнула она. — Мне нет никакого дела до твоих романов. Ты можешь встречаться с кем хочешь.

— Спасибо, — язвительно сказал Брайан. На его лице заиграла усмешка.

Боже! Сытый, довольный, сам собой любуется! Ни дать ни взять мартовский кот!

— С тобой так трудно договориться, — честно ответила Морган

Он фыркнул от смеха.

— Хорошо, Значит, мы квиты, потому что мне с тобой тоже.

По долгу службы Брайану приходилось иметь дело с разными людьми, и за много лет работы он научился почти безошибочно угадывать, кто перед ним. Но Морган, несмотря на ее прямоту, оставалась для него загадкой. Чем больше времени он проводил в ее обществе, тем больше удивлялся и приходил в замешательство. И тем любопытнее ему становилось.

— Я просто возьму бритву и уйду.

Когда Брайан вернулся в гостиную, она сидела за роялем и играла — тихо, потому что в соседней комнате спал ребенок. Судя по звуку, было ясно, что рояль расстроен.

— Как, на ваш взгляд, его можно будет настроить?

Она подняла глаза.

— Надеюсь. Но, конечно, довести инструмент до такого состояния равносильно преступлению.

— Я бы мог извиниться и за это, но ты наверняка опять обвинишь меня в неискренности.

— Издеваешься?

— Только самую малость.

— Знаешь, это почти так же невыносимо, как и то, что ты не веришь ни единому моему слову, купил для меня одежду и пригласил пожить у себя, как будто я сама в этой жизни уже ни на что не способна.

— Ничего себе «не способна». Я бы сказал, что с малышом ты справляешься на отлично, а на данный момент это и есть твое главное дело.

— Перестань! — вскрикнула Морган. — Мне не нужны твои деньги! Почему ты не желаешь это понять?

— Поверь мне, я слышал пафосные речи такого рода от многих женщин. И что в результате?

Она с грохотом захлопнула крышку рояля, на мгновение забыв о том, что нужно соблюдать тишину.

— Подумать только! Я даже расчувствовалась из-за того, что ты нам помогаешь! Я бы давным-давно забрала Брайса и уехала куда глаза глядят, если бы моя машина до сих пор не находилась на стоянке у твоего офиса.

— «Куда глаза глядят»… — насмешливо повторил Брайан ее слова. — Ты забываешь о том, что тебе некуда ехать. Увы. И на руках у тебя новорожденный младенец. Думаешь, это хорошая идея — везти маленького ребенка неизвестно куда?

Морган смотрела на него во все глаза. Видно было, что он взбешен. Брайан знал, что позже пожалеет о своих словах, но не удержался и добавил:

— Кроме того, не забывай, что работы у тебя тоже нет. Именно поэтому ты и приехала в Чикаго.

Ее глаза засверкали. Голос стал хриплым.

— Поверить не могу! В жизни бы не подумала, что у Диллона может быть такой брат, как ты! Я ни о чем тебя не просила. Это ты настаивал на том, чтобы мы с малышом переехали к тебе, и при этом ты меня подозреваешь в том, что мне нужны твои деньги! Какая наглость!

— Ты права, Морган. Дилл и я — очень разные люди. Тебе лучше об этом помнить, — тихо сказал он, и в его голосе явственно прозвучали интимные нотки. — И тем не менее есть вещи, которые я умею делать не хуже, чем мой брат.

Морган вскочила со стула. Ее всю трясло от возмущения.

— Вон! Сейчас же вон отсюда! — закричала она.

Брайан хотел было сказать ей, что выгонять человека из его же собственного дома — не лучший способ наладить с ним отношения, но вдруг понял, что она к этому вовсе и не стремится. Он уже ненавидел самого себя за то, что наговорил ей, и даже не понимал, как такое могло сорваться у него с языка. Но было уже поздно. Брайан молча повернулся на каблуках и вышел из комнаты.

Брайан сидел за письменным столом у себя в кабинете. У него было много работы, но думал он отнюдь не о делах. Его мысли занимала Морган.

Прошло около месяца с тех пор, как он видел ее и говорил с ней в последний раз. В глубине души Брайан знал, что должен перед ней извиниться за свое непростительное замечание, но никак не мог себя заставить это сделать. Вчера он нанял частного детектива, чтобы тот раскопал что-нибудь о ее прошлом. Надо бы побольше узнать об этой Морган Стивенс. Дело было не в том, что Брайан не мог доверять ей, хотя отчасти и в этом. Ему было трудно поверить в то, что в реальной жизни она именно такая, какой себя представляет.

Полчаса назад Морган позвонила Бритни и попросила ее передать мистеру Кэлиборну, что сегодня она уезжает из пентхауса, поскольку не желает больше его стеснять. Он может вернуться домой, когда ему будет удобно.

Необходимо понять, что заставляет ее так поступать. Брайан встал из-за стола, собираясь уходить. Ему нужно было докопаться до сути.

Двадцатью минутами позже он уже подходил к двери пентхауса. Звонить он не стал. Открыв дверь своим ключом и войдя в квартиру, Брайан споткнулся о сумку с вещами, которая стояла в холле.

Значит, она собрала вещи и готова уехать хоть сейчас. Проклятье!

Ага! Она немного поменяла обстановку.

На бежевом диване в беспорядке валялись красные подушки, на кресле лежало покрывало такого же цвета. За те три недели, что Морган здесь жила, квартира приобрела совсем другой вид. Здесь стало так уютно, что Брайану уже не хотелось возвращаться в дом к родителям. Он бы с удовольствием остался здесь. С Морган.

Господи! Что это с ним? За последние три года ни одна женщина не вызывала у него подобных мыслей.

Но Брайан вынужден был признать одну простую истину. Пока он сам жил здесь, ему не удалось придать квартире хоть немного обжитой вид. Она была холодной, пустой и неуютной. Ему не хотелось приходить сюда по вечерам, проводить здесь свободное время, звать к себе в гости друзей, отдыхать, лежа на диване с книгой или сидя перед телевизором. Его жилище не было домом. Может быть, именно благодаря этой женщине все изменилось? И это в ней причина того, что ему хочется остаться? Может, поэтому Брайан и думает, как удержать ее? Ему будет так не хватать Морган! Но он лучше умрет, чем в этом признается!

Ведь раньше он приходил в эту квартиру только для того, чтобы переночевать. Брайан перестал мечтать о родном доме в тот день, когда узнал, что в действительности у него нет ни жены, ни сына.

На журнальном столике он увидел конверт, на котором было четко выведено: «Брайану Кэлиборну». Внутри лежал чек, выписанный на его имя. При виде суммы он покачал головой. Одно из двух: эта женщина либо очень хорошая актриса, либо чересчур горда и самолюбива. По его понятиям, сумма была невелика, но, видимо, для учительницы музыки это было немало. Выругавшись, он разорвал чек пополам и положил его в карман.

В этот момент в соседней комнате заплакал ребенок. Брайан вышел в коридор и остановился перед открытой дверью в гостевые апартаменты. Морган стояла спиной к нему возле стола для пеленания. Она заметно похудела. Волосы ее были завязаны в хвост. С этой прической она скорее напоминала школьницу, чем молодую маму. Малыш пронзительно кричал, но Морган, казалось, не обращала на это никакого внимания. Она переодевала его и приговаривала:

— Ну, ну! Тише, Брайс. Все не так уж плохо. Мама с тобой.

Ребенок затих. Она взяла его на руки, и он принялся разглядывать Брайана поверх ее плеча.

А он заметно подрос!

Брайан откашлялся. Услышав его, Морган обернулась.

— Не пройдет и часа, как я уеду, — сказала она. Как сразу изменился ее голос! А все из-за его прихода.

— Тебе незачем уезжать.

— Думаю, есть, — ответила она.

— И куда ты поедешь?

— Какое это имеет значение?

Брайан не знал ответа на этот вопрос, но сама мысль о ее скором отъезде приводила его в дикую ярость. Ему бы, напротив, следовало радоваться тому, что они больше не увидятся. Больше не придется беспокоиться о том, что напишут в газетах… Вот только…

— Послушай, Морган, я должен перед тобой извиниться. То, что я сказал тебе в прошлый раз… Это было… грубо.

— Да, отвратительно, — согласилась она. — Но мне придется уехать не поэтому. Я собиралась остаться здесь до тех пор, пока не найду работу, и я ее нашла.

Это его удивило.

— Ты искала работу?

Морган закатила глаза.

— Я знала, что тебе будет трудно в это поверить, но я всегда была независимой и предпочитаю такой оставаться.

— И что за работа?

— Учителем в школе.

— Значит, тебя попросили вернуться в школу в Висконсине?

Нет, это ни на что не похоже! Он волновался, как на экзамене.

— Нет. Я останусь в Чикаго, по крайней мере пока.

У него словно гора с плеч свалилась.

— А что это за школа?

— На самом деле я буду преподавать не в школе. — Она подняла подбородок. — Это культурно-спортивный центр в южной части города. Буду давать детям дополнительные уроки после основных занятий. Буду работать в рамках программы, которую финансирует «Фонд Темпест Хэрримен».

Глаза Брайана сузились.

— Это ведь не постоянная работа? Что будет, когда программа закончится? Кроме того, за такой труд платят гроши. Этого будет недостаточно, чтобы покрыть твои расходы.

— По-моему, тебя это не касается, — резко сказала Морган.

Он пожал плечами и, хотя это была только отговорка, напомнил ей:

— Приличия.

— Приличия! Если бы я не держала, на руках Брайса, я бы подробно объяснила, куда тебе пойти со своими приличиями.

— Не церемонься. Он еще маленький и все равно не поймет. Дети в его возрасте только улавливают интонацию.

— Ты так хорошо разбираешься в детской психологии? Это хорошо, что ты не веришь, будто он один из Кэлиборнов. Я бы не хотела, чтобы мой сын вырос похожим на тебя. Знаешь, как смешно выглядят со стороны люди с завышенной самооценкой?

Подойдя к Морган, Брайан заметил:

— Уехав отсюда, ты сделаешь хуже не только себе, но и малышу. И все это только ради того, чтобы досадить мне. Не думаю, что это разумно.

— Я уезжаю вовсе не поэтому.

— Почему же? Ты собираешься увезти своего сына, которому едва исполнился месяц, из огромного комфортного пентхауса и согласилась на работу за гроши на другом конце города. Как насчет медицинской страховки?

Морган промолчала. Брайан пригляделся к ней чуть внимательней и увидел, что она часто-часто моргает, тщетно стараясь сдержать слезы.

— Никаких пособий. А где вы будете жить, Морган? В какой-нибудь дешевой грязной гостинице? Опомнись!

— Я приняла твою помощь и была тебе за нее благодарна. Ну, и что в итоге? Ты сам сказал, что делаешь все это не ради нас, а просто боишься, что скажут люди. И ты не веришь, что отец моего ребенка — Диллон. Ты считаешь меня бог знает кем!

Последние слова она прокричала во весь голос.

— Пожалуйста, только не плачь.

— Не указывай мне, что делать, — всхлипнув, ответила Морган. — Уйди, Брайан. Мы скоро уедем и больше не станем тебе мешать.

Но он подошел ближе.

— Останься, Морган. Пожалуйста. Не ради приличий.

— Почему же тогда?

Потому что я хочу, чтобы ты осталась, подумал он. Я хочу получше узнать тебя. Нет, она все равно ему не поверит. И вслух Брайан сказал:

— Потому что ты должна подумать о малыше.

Она ссутулила плечи и опустила подбородок. Брайан подошел к ней почти вплотную. Через секунду Морган вздохнула.

— То, что ты делаешь, просто отвратительно. Манипулируешь моими чувствами к сыну.

Он невесело рассмеялся.

— Да, мы уже выяснили, что я ублюдок.

Морган подняла на него глаза.

— Не ругайся в присутствии ребенка.

— Извини.

— Я останусь, но только до тех пор, пока не вернутся твои родители. Они все еще не знают о Брайсе, не так ли?

— Нет.

Она покачала головой.

— Почему-то меня это не удивляет.

— Им и так сильно досталось. Не забывай — они перенесли смерть младшего сына.

— А теперь еще и я преподнесла им очередной сюрприз… Так ведь?

Брайан отступил на шаг назад и отвернулся.

— У меня есть причины соблюдать осторожность, — медленно произнес он. Брайан не мог себя заставить рассказать ей про Камиллу. А если бы на месте Морган был кто-то другой, он бы тем более не стал ничего объяснять.

— В любом случае, если ты не хочешь так и остаться на всю жизнь одиноким, тебе придется научиться доверять людям, — сказала она в ответ.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Брайан сидел за столиком в дорогом французском ресторане напротив женщины, с которой у него было назначено свидание. Он потягивал виноградное вино «Пино нуар» и делал вид, будто слушает, что ему говорит Кортни, а между тем вспоминал о разговоре с Морган, который произошел тремя неделями раньше в его пентхаусе.

«Если ты не хочешь так и остаться на всю жизнь одиноким, тебе придется научиться доверять людям».

Она ошибалась. Он не был одинок, заверил он себя. Напротив.

— Ты согласен, не так ли? — спросила Кортни.

— Конечно, — кивая, ответил Брайан, хотя не слышал ни слова из того, что она сказала.

У него было все, что нужно. Кортни Бэнкс была практична, богата, а после своего скандального развода стала такой же циничной, как он, особенно во всем, что касалось противоположного пола. Она не собиралась вступать в брак во второй раз и не нуждалась в деньгах. Вскоре после его развода она и Брайан стали встречаться. Им обоим была нужна компания. Вот почему он позвонил ей сегодня вечером. Но единственной женщиной, о которой он сейчас думал, была та, которую он поселил в своей квартире. О ней было глупо даже мечтать, хотя именно про нее он думал всю прошлую ночь.

— Ты меня не слушаешь, — весело поддела его Кортни.

— Прошу прощения? — моргнув, сказал Брайан.

— Ты только что согласился со мной в том, что бейсбольный клуб «Уайт Сокс» гораздо лучше, нежели «Чикаго Кабз», а я ведь знаю, какой ты яростный фанат «Чикаго Кабз».

Он вздрогнул.

— Извини. Я просто задумался.

— Если бы я не знала, что у тебя никого нет, то могла бы начать ревновать.

Брайан грустно улыбнулся.

— Ты не из ревнивых. — Не говоря уже о том, что у них были свободные отношения и они не питали насчет друг друга никаких иллюзий. Не связывали себя обязательствами. Не были влюблены.

Кортни пожала плечами.

— Возможно, я и не ревнива, но, когда нахожусь в обществе интересного мужчины, мне хочется, чтобы он принадлежал мне.

— Ты этого заслуживаешь, — согласился Брайан. Однако сегодня вечером он не был способен ухаживать и расточать комплименты. — Ты не обидишься, если я уеду чуть пораньше? Я сегодня не самая веселая компания.

— Неподходящее слово. Нет, не обижусь. Но буду разочарована, и ты тоже. Я надела что-то очень красивое. Тебе понравится… — При этих словах Кортни многообещающе улыбнулась. Раньше это бы непременно подействовало, но сейчас не произвело никакого эффекта.

— Я много теряю, — вежливо сказал Брайан.

— Да, и я рада, что ты это понимаешь. — Она многозначительно подняла брови.

Он оплатил счет, и они вышли из ресторана. После того как Брайан высадил Кортни на Лейк-Шор-Драйв, где она жила, он собрался было ехать дальше на север по 41-й стрит до Лейк-Форест, но вместо этого повернул обратно на юг. К своей квартире. Чтобы увидеть Морган.

Когда он подошел к двери, был уже десятый час. Брайан колебался, не решаясь позвонить, и почему-то нервничал. Может, надо было предупредить ее. Черт возьми, что он вообще здесь делает? Зачем приехал на ночь глядя? Надо бежать отсюда, не раздумывая!

Он уже собирался уйти, но тут дверь распахнулась и на пороге появилась Морган. На ней были джинсы и футболка. Ногти на ногах выкрашены в розовый цвет. Она, как и в прошлый раз, завязала волосы в хвост. И ни грамма косметики, если не считать прозрачного блеска на губах.

Брайан вдруг почувствовал, как у него перехватило дыхание. Лучше бы он не приходил!

— Вот так сюрприз! — сказала Морган.

— Уже поздно, мне следовало сначала позвонить, — ответил Брайан, повторяя вслух свои мысли. — Извини.

— Все в порядке. Я еще не ложилась спать.

— Я хотел взять кое-что из одежды. — Это было явной ложью. — Можно, я войду?

— Это твой дом. — Она пожала плечами и шагнула назад. — Не похоже, что ты приехал из офиса.

— Нет. Я… обедал со своей знакомой.

Губы ее дрогнули.

— Ходил на свидание?

Ему показалось или она и правда обижена?

— Давай я повешу твой пиджак.

Он снял пиджак и отдал его Морган. Пока она вешала его в шкаф, Брайан ослабил узел галстука. Потом принялся расстегивать ворот рубашки, и в этот миг она обернулась. Секунду они смотрели друг на друга, но Морган тут же отвела взгляд.

— Я тебя смущаю?

— Нет. Но мне будет спокойней, если ты перестанешь на меня так смотреть… Мне неловко, — прямо сказала она.

— На то и рассчитано. — Он смущенно рассмеялся, но предпочел сменить тему. — Как малыш?

— О, чудесно. — При упоминании о сыне выражение ее лица смягчилось. — Так быстро растет. Набрал еще два фунта с тех пор, как мы в последний раз были у врача.

— А ты, напротив, похудела… — Брайан опустил глаза, стараясь не выдать своего интереса к ней.

— Я старалась, — призналась она. — У меня так много одежды, которую снова хочется носить. Может, тебе и трудно в это поверить, но я ношу не только мешковатые рубашки. — Она смущенно одернула край футболки.

— Тебе все идет, даже это.

В ответ на его слова Морган покраснела.

— Принести тебе выпить?

— Шотландское виски с содовой. — Когда она наморщила лоб, он сказал: — Я принесу сам.

Брайан прошел к бару в углу комнаты. Наполнив стакан льдом и содовой, он добавил немного виски и обернулся. Морган сидела на диване, поджав под себя ноги, а перед ней были разложены листы бумаги — ноты.

— Что ты делаешь? — спросил Брайан, подойдя ближе.

— Хочу выбрать песни для некоторых продвинутых учеников.

Брайан был озадачен.

— Ты работаешь?

Она подняла глаза.

— В культурно-спортивном центре в южной части города, о котором я тебе говорила.

— Мы, кажется, уже обсудили, что тебе не стоит там работать.

— Нет. Мы решили, что я буду жить здесь до тех пор, пока твои родители не вернутся домой.

— И на кого ты оставляешь ребенка? — спросил он.

— Я беру Брайса с собой. Это всего на несколько часов, Днем. — Морган улыбнулась. — Обычно большую часть занятий он спит. А если не засыпает, мне всегда есть на кого оставить его. И ребята, и учителя обожают Брайса.

Ее объяснение еще больше сбило его с толку.

— Но для чего тебе это? У тебя же есть все необходимое.

— Я должна работать в любом случае. У меня же нет такого счета в банке, как у тебя. Я рассылаю резюме, стараюсь устроиться на полный рабочий день. Мне нравится преподавать музыку, несмотря на то что большинство инструментов в центре расстроено.

— Никаких кабинетных роялей?

— Какое там… Я перевезла в центр свое пианино, чтобы играть на хорошем инструменте. Знаешь, детишки ходят на занятия с таким удовольствием… — Ребенок начал плакать. Морган со вздохом встала. — Извини меня.

Ожидая, когда она вернется, Брайан потягивал виски и расхаживал по квартире, то тут, то там замечая новые детали. В столовой стоял букет цветов в вазе. Он осознал, что никогда не обедал в этой комнате, а, как правило, либо жевал что-то на ходу, либо ел перед телевизором. Брайан только сейчас понял, как скучал по семейным обедам, во время которых все собирались за столом и общались. У них с женой этого не было. Брайан думал, что после рождения Кейдена все изменится. Но произошло вовсе не то, чего он ждал.

На каминной полке в гостиной стояли свечи. Что, если их зажечь? В комнате станет… уютно. Романтично. Интимно.

Он отпил еще один глоток виски. Его внимание привлекла фотография в рамке на столе. На ней была Морган, а рядом с ней стояли пожилые мужчина и женщина. Морган была одета в черную мантию и академическую шапочку с плоским квадратным верхом. Она сжимала в руке диплом и широко улыбалась. Брайан взял фотографию, чтобы внимательней ее рассмотреть.

— Это снимали, когда я окончила колледж.

Он повернулся и обнаружил, что Морган стоит у него за спиной.

Как ей удается так бесшумно появляться?

— Это твои родители?

— Да. — Дрожащими руками она взяла у него фотографию и помрачнела. — Они так гордились мной!

— Ты упоминала, что они умерли.

— Да, оба.

— Извини, — сказал Брайан. Она поставила карточку на место. — Я вижу, ты тут кое-что добавила.

— Надеюсь, ты не возражаешь.

— Нет. Мне нравится. Стало так уютно.

Ему и правда нравилось. Да так, что не хотелось уходить.

— Почему же ты сам не покупал ничего такого? Ни одной фотографии, никаких личных вещей. Как-то тут было… холодно.

Брайан пожал плечами.

— Не знаю. Какой смысл?

— Но ты жил здесь три года. С тех пор, как развелся. — Когда он поднял брови, Морган добавила: — Мне рассказала об этом Бритни.

Он подошел к дивану и уселся. Надо будет сделать ей внушение!

— Что она еще сказала?

— Больше ничего, — прямо признала она. — Может, расскажешь остальное?

— Нечего рассказывать. Я был женат несколько лет, но потом мы расстались.

Морган опустилась на диван рядом с ним.

— Это и есть та причина, по которой ты мне не доверяешь?

Брайан отпил глоток виски, прежде чем ответил:

— Да.

Он отнюдь не собирался раскрывать перед ней душу.

— Она разрушила твой мир, — сказала Морган. Это было не вопросом, а утверждением. — Мне жаль.

Не хватало еще, чтобы она начала мне сочувствовать.

— Я с этим покончил.

— Вот как?

Секунду назад Брайан не торопился уходить, но теперь встал.

— Мне пора идти. Ты, наверно, устала.

— Не хочешь говорить об этом? — спросила она. — Не бойся. Расскажи. Тебе незачем убегать.

— Я этого и не делаю. — Он заставил себя снова сесть и признался: — Мне неприятно об этом вспоминать.

— Всем неприятно вспоминать о своих ошибках. Может, все-таки скажешь мне, что случилось?

Да поможет ему Бог, он почти согласился. Брайан так долго носил в себе эту тяжесть. Но он не станет делиться этим даже с ней.

— Нет. Спасибо.

— Как хочешь.

Внезапно Брайан спросил:

— Ты его любила?

Женщина отвела глаза. Ее щеки порозовели, и она призналась:

— Я была с ним знакома всего неделю.

Семь дней и столько же ночей. У Брайана сжалось сердце.

— Ну, бывает же любовь с первого взгляда…

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Что ты хочешь услышать? — спросила Морган. — Что я увидела Диллона на другом конце зала и обомлела?

— Нет! Это не имеет значения. Твои отношения с Диллом меня не касаются.

— Вообще-то меня нельзя назвать легкомысленной, — тихо сказала она.

Ее лицо запылало. При мысли о том, что несколько недель назад он нанял частного детектива, чтобы разузнать о ее прошлом, Брайану стало стыдно.

Он провел рукой по волосам.

— Дилл умел быть неотразимым, — признал Брайан.

— Брось. В другой ситуации я бы сумела дать ему отпор. Но только не тогда, — быстро сказала она.

— Ты жалеешь?

— Как я могу? У меня есть Брайс, — напомнила ему Морган. — Если бы не Диллон, у меня бы не было сына. Он лучшее, что со мной когда-либо случалось.

Брайан молча кивнул.

— Я, пожалуй, пойду.

— Твоя одежда…

— Я заберу ее в другой раз. — Направившись к двери, он признался: — Мне не следовало приходить.

— Тогда почему ты здесь? — спросила Морган.

Когда они вышли в холл, Морган вытащила из шкафа его пиджак и отдала ему. Их пальцы соприкоснулись, и между ними будто пробежал электрический разряд.

Надо держаться от нее подальше!

— Я напрасно приехал, — повторил он.

— Почему?

— Тебе лучше этого не знать, Морган.

— Скажи.

— Поэтому.

Он уронил пиджак на пол, обхватил ее лицо ладонями и страстно поцеловал в губы, чувствуя, как она уступает.

Они стояли и пристально смотрели друг на друга. И поскольку все, чего ему хотелось, — это снова потянуться к ней, Брайан поднял пиджак, распахнул дверь и вышел.

Морган не могла поверить, что это произошло. Она ответила на его поцелуй! И еще уверяла его, что не легкомысленна! Как будто это не она только что сходила с ума в его объятиях!

Но главное — то, что ей даже не было стыдно за свое поведение. Уже засыпая, Морган переживала только из-за одного — он так и не смог открыть ей свою душу, а значит, все еще не доверял ей.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Брайан не звонил ей в течение нескольких месяцев. Морган уже не знала, грустить ей или радоваться. Когда она вспоминала их прощальный поцелуй, ее бросало то в жар, то в холод.

Интересно, он тоже об этом думает?

Морган старалась не задавать себе этот вопрос, но снова подумала об этом в пятницу вечером, когда раздался телефонный звонок.

— Морган, это Брайан, — сказал он, хотя мог бы и не представляться. Его голос она бы не перепутала ни с чьим другим. — Ты свободна сегодня вечером?

Господи! Что он задумал?

— Почему ты спрашиваешь?

— Нам нужно кое-что обсудить.

Голос его звучал угрожающе. Морган даже заволновалась. Он что, хочет пригласить ее на свидание?

Это все из-за поцелуя. А может, он решил сделать анализ и выяснить, был ли Диллон отцом Брайса?

— Ты уже обедала?

Она взглянула на часы. Было около семи.

— Два часа назад. Если тарелку хлопьев можно считать обедом.

Наступила небольшая пауза. Потом он сказал:

— Ты любишь китайскую кухню? Я мог бы заказать все в ресторане и привезти. Что скажешь?

— Я люблю курятину. И закажи, пожалуйста, шлифованный рис, а не жареный.

— Увидимся через полчаса.

К сожалению, Брайан сдержал слово и приехал именно тогда, когда она закончила кормить Брайса, который пронзительно закричал почти сразу же после того, как она повесила трубку. Поэтому у нее не осталось времени на то, чтобы привести себя в порядок.

Держа на руках Брайса, Морган открыла входную дверь. Мужчина перевел взгляд на ребенка, и взгляд его смягчился. Может, он заметил сходство с братом? Морган казалось, что ребенок скорее похож на Кэлиборнов, чем на Стивенсов.

Или Брайан вспомнил, как в прошлый раз они стояли в холле и целовались? Теперь он смотрел па нее… а именно на ее губы. Она ждала, что он заговорит об этом, но Брайан промолчал, и Морган не знала, что ей чувствовать: облегчение или разочарование.

В руках у него был коричневый бумажный пакет.

— Будем есть на кухне?

Она кивнула.

Когда они накрыли на стол, Брайан спросил:

— Я могу предложить тебе выпить?

— У меня все есть. — Она усадила Брайса на детский стульчик и налила себе стакан молока. — Хочешь? Или тебе принести виски?

— Не нужно. Я выпью воды.

Морган подождала, пока они сядут за стол, а потом спросила:

— Итак, что ты хотел обсудить?

— Несколько моментов. — Он взял одну из упаковок и достал вилкой немного риса. — Во-первых, фирма «Уинди Сити Индастриз» хотела бы сделать благотворительный взнос в развитие культурно-спортивного центра.

— Щедрый жест.

— Составь список музыкальных инструментов, которые нужны для обучения детей в вашем центре. Мы позаботимся о том, чтобы их купили и доставили как можно скорее.

— Не знаю, что и сказать. Конечно, помимо «спасибо». — Она счастливо улыбалась. — Ты не представляешь, какой это будет подарок для детишек.

— Это не я, Морган. «Уинди Сити Индастриз» делает пожертвование.

— Что ж, тогда передай мою благодарность компании. — Морган снова улыбнулась. Он мог сколь угодно делать вид, что не имеет к этому никакого отношения, но они оба знали, что это была его инициатива.

— Теперь поговорим вот о чем. — Брайан откашлялся. — Мои родители возвращаются в Чикаго через две недели, в пятницу, если только их планы не изменятся.

— О!

— Когда они приедут…

Морган широко раскрыла глаза.

— …тебе понадобится квартира.

Именно так они договаривались. Она была уверена, что платит ему за жилье, ведь он получил от нее чек.

— Тебе незачем спешить, — сказал он.

Морган отложила вилку. Она искала новое жилье и уже нашла несколько однокомнатных квартир, которые могла себе позволить.

— Когда мы должны уехать?

— Я тебя не тороплю.

— Только не говори мне, что тебе нравится оставаться в той комнате, где ты жил в детстве, — поддразнила она.

Брайан пожал плечами.

— Вообще-то у моих родителей есть домик для гостей. Дилл иногда в нем останавливался. Я живу там с тех пор, как ты здесь поселилась. Это довольно удобно, особенно потому, что рядом бассейн и ванна.

— Что ж, если тебя это устраивает… — Морган снова взяла вилку и принялась за курятину. — Когда Бритни привезла нас с Брайсом сюда, она сказала, что теперь тебе приходится ездить на работу через весь город.

Он нахмурился.

— Она слишком много рассказывает.

— Наверное, я не должна говорить об этом, но, по-моему, она видит в тебе не только босса.

Ей показалось, что Брайан покраснел, хотя, возможно, это объяснялось освещением. Видно было, что ему не по себе.

— Кроме того, что Бритни моя секретарша, я вообще не склонен сейчас заводить романы с кем бы то ни было. И потом она не в моем вкусе.

— Она сказала то же самое обо мне. Что это я не в твоем вкусе.

Он пристально посмотрел на нее, его взгляд стал пронизывающим. Потом Брайан взял салфетку и принялся ее складывать.

— Я привык знать, чего хочу, — тихо сказал он. — Ты сбиваешь меня с толку. Удивляешь. Обескураживаешь.

Морган знала, что он имеет в виду. Ее тоже никогда в жизни не привлекали мужчины его типа. Высокий, темноволосый, строгий…

Его тихий голос вырвал ее из раздумий:

— Насчет пентхауса. О переезде можешь пока не думать. Ты меня не выгоняешь. Что касается моих родителей, я объясню им все, как только они вернутся. И мы организуем нашу встречу.

— Я предпочла бы, чтобы ты пригласил меня в гости, — поправила она. — Если мы увидимся где-то в людном месте, значит, будем обсуждать дела. А это значит, речь пойдет о деньгах. Я бы не хотела, чтобы твои родители сочли меня меркантильной. Так хочется, чтобы у Брайса была семья — бабушка и дедушка, раз уж мои родители до этого не дожили. — Морган наклонила голову набок. — Кроме того, было бы здорово, если бы у Брайса был дядя. Я, например, была единственным ребенком в семье. У меня нет ни братьев, ни сестер. А со стороны Диллона… Ты понимаешь.

Да поможет ему бог, Брайан начинал понимать. Недоверие, которое она вызывала у него раньше, пошло на убыль. Морган была такой искренней! И думала о будущем своего малыша. Да что там говорить! Этот ребенок стал главным в ее жизни. Не удержавшись, Брайан выпалил:

— Что, черт возьми, ты нашла в моем брате?

Морган смотрела на него широко раскрытыми глазами:

— Я… я…

— Не отвечай. Несмотря на все его недостатки, он был хорошим человеком.

И Брайан скучал по нему. Видит бог, как он скучал!

— Я тоже так думаю. Расскажи мне о нем, — внезапно попросила она. — Ведь когда Брайс подрастет, он будет спрашивать про своего папу.

— Когда Диллон погиб, в полиции что-то перепутали, и моим родителям сообщили о смерти Брайана Кэлиборна. Поскольку в тот момент я был с ними, сразу стало понятно, что случилось. Но, несмотря на то что все было ясно, мы надеялись, что это ошибка и Дилл скоро приедет.

— Мне так жаль!

— Я полетел в Вайль, чтобы его опознать. — Брайан вздрогнул, вспомнив, как приехал в морг и увидел Диллона… Нет. Его тело.

— Боже мой! Какой ужас!

— Да, но лучше я, чем мама или папа. Ни один человек не должен хоронить своих детей. А им пришлось.

— Это противоестественно.

У него засосало под ложечкой. Вероятно, Морган почувствовала его состояние. Она легонько тронула его за руку, и Брайану показалось, будто бабочка коснулась его своим крылышком.

— Вероятно, ты никак не можешь взять в толк, почему Диллон представился тебе моим именем. — Когда Морган кивнула, он решил ей рассказать. Она имела право знать. — Дилл был почти разорен.

Если эта новость разочаровала Морган, она этого не показала. Выражение ее лица осталось прежним.

— У него был трастовый фонд, довольно большой, который ему оставили наши дедушка и бабушка, так же как и мне. Большую часть своего капитала я инвестировал. А он свой растратил. К тому времени, когда Диллон окончил колледж, большей части его капитала уже не было.

— Разве он не работал? — Морган выглядела разочарованной.

— У него была должность в семейной корпорации. Отец с удовольствием назначил бы Дилла даже вице-президентом, если бы тот проявлял хоть какой-то интерес к делу. Но он появлялся на работе настолько редко… Дилл был… На самом деле он так и остался ребенком.

— И ты позволял ему выдавать себя за тебя и тратить твои деньги? — В ее голосе чувствовались недоверие и осуждение.

— Он был моим братом. Я присматривал за ним… — Брайан почувствовал себя виноватым, когда вспомнил то последнее телефонное сообщение, которое оставил ему. Возможно, именно поэтому его голос дрогнул, когда он добавил: — Еще с той поры, когда мы были детьми.

— Может быть, именно поэтому он так и не смог повзрослеть, — тихо ответила Морган. — Ему ведь не приходилось ликвидировать последствия своих поступков.

— Я, кажется, не просил тебя высказывать свое мнение, — резко сказал Брайан, хотя и сам прекрасно понимал: она только произнесла вслух то, о чем он и так знал. Что бы Дилл ни захотел, ему это тут же преподносилось на блюдечке с голубой каемочкой.

— Извини, — сказала она. — Ты прав. У всех нас есть недостатки, и, как ты сказал, несмотря на них, Диллон был хорошим человеком. — Она перевела взгляд на Брайса. — Я буду рассказывать ему про его отца только хорошее.

— Спасибо.

— Хочешь подержать его на руках?

Реакции не последовало.

— Почему ты так боишься проявлять свои эмоции? — спросила Морган.

Его спасло от ответа только то, что Брайс срыгнул на пижаму.

Морган скривилась.

— Извини, — сказала она Брайану и, повернувшись к малышу, строго спросила: — И когда же ты научишься вести себя за столом, маленький грязнуля?

Она так серьезно выговаривала малышу, будто он все понимал, а тот в ответ лишь удивленно смотрел на нее голубыми глазенками. Это выглядело настолько комично, что Брайан не смог сдержать улыбку.

Морган склонила голову набок.

— Нет, правда, извини за такое безобразие.

— Прекрати. Он еще слишком мал.

— Обычно мужчин раздражают такие вещи. К этому относятся спокойно только те, у кого есть маленькие дети. — Морган вытерла салфеткой пижаму Брайса, а потом взяла ребенка на руки. Ее мимолетное замечание попало в цель. У Брайана и в самом деле пропал аппетит.

Когда она вышла из кухни, он взял свою тарелку и выбросил остатки обеда в мусорное ведро. Брайан даже засобирался домой раньше времени. Вдруг Морган опять придет в голову задавать вопросы по поводу его неудавшейся личной жизни?

Брайан уже хотел откланяться, как вдруг в дверь позвонили. Он слышал, как в детской Морган разговаривает с Брайсом. Поскольку она была занята, а это все-таки был его дом, он решил открыть дверь.

На пороге стояла Кортни. На ней было черное платье с глубоким вырезом и туфли на шпильках.

— Швейцар сказал, что ты дома. Ничего, что без предупреждения? Я отмечаю пятую годовщину развода. — Кортни протянула ему бутылку «Дом Периньон». — Может, вместе отпразднуем? Не хочу пить в одиночестве.

Брайан бросил взгляд через плечо, чувствуя, что начинает нервничать.

— Вообще-то я собирался уходить.

— Давай ненадолго задержимся. — Она прошла в холл, оставив его стоять на пороге.

— Извини, сегодня ничего не получится.

Но от Кортни не так-то легко было отделаться.

— Ладно. Мы можем поехать ко мне, — не унималась она.

Соглашайся, приказал он себе. Езжай вместе с ней и забудь обо всем, хоть на время. Именно так он всегда и делал. Но сейчас лишь покачал головой.

— В другой раз.

— Проблемы на работе? — Кортни подняла брови, поставила на стол бутылку шампанского, а рядом бросила сумочку. — Может, все-таки передумаешь?

Она потянулась к нему с явным намерением обнять, но Брайан схватил ее за руки. Он поднес их к

губам и поцеловал, но продолжения не последовало. Брайан ждал, когда она уйдет. Кортни поняла это даже раньше, чем он сказал:

— Извини.

Она на секунду обомлела, но потом натужно рассмеялась.

— Ты бы хоть сказал, кто она! Надеюсь, это не та секретарша, которая готова убить меня каждый раз, когда я прихожу к тебе в офис?

— Ты ее не знаешь.

Кортни отступила на шаг назад.

— Что, правда такая сногсшибательная? — спросила она, сгорая от любопытства.

Он бросил тревожный взгляд в направлении спальни.

— Неважно.

Но Кортни так не считала.

— Да ты из-за нее просто сам не свой!

— Поговорим в другой раз, — сказал Брайан вместо ответа.

Он взял Кортни за руки, поднес их к губам и поцеловал в знак извинения.

Впрочем, именно Морган произнесла вслух то, о чем они оба подумали.

— Прошу прощения.

И он, и Кортни обернулись. Морган держала на руках Брайса, которого только что переодела. Она стояла с широко раскрытыми глазами и, казалось, готова была заплакать.

Неужели я ей небезразличен?

— Вот это да! — обратилась Кортни к Брайану. — Теперь мне ясно, почему ты так спешил увести меня отсюда.

— Кортни Бэнкс, это Морган Стивенс. Она — моя… она приходилась моему покойному брату… — Он сделал жест рукой, не зная, как правильно выразиться.

Увидев ребенка на руках у Морган, Кортни, очевидно, поняла.

— А! Ясно.

— Я не хотела тебе мешать, — пояснила та, избегая его взгляда. — Просто хотела сказать, что собираюсь укладывать его спать.

— В любом случае я собирался уходить, — сообщил Брайан, чувствуя себя последним мерзавцем. Ему было нечего скрывать. Он ничего плохого не сделал. Брайан вдруг вспомнил, как поцеловал Морган.

Лжец!

— Что ж, спасибо за обед. Приятно было познакомиться, Кортни.

— Мне тоже. — Она забрала бутылку и сумочку.

Он ведь не собирался ехать с ней, но между тем Брайан понимал, что именно так все и выглядит. Может быть, это и к лучшему?

— Я позвоню тебе, когда получу известие от родителей, — сказал он Морган.

Последнее, что увидел Брайан перед тем, как закрыть дверь, была ее натянутая улыбка.

— Я провожу тебя до машины, — сказал Брайан Кортни, когда они вошли в лифт.

Она молчала, и он был благодарен ей за это. Меньше всего ему сейчас хотелось отвечать на вопросы. Они подошли к ее машине.

— Будь осторожен, Брайан. Не повторяй прошлых ошибок.

— Ты же знаешь, что это исключено.

— И тем не менее ты бы хотел сблизиться с ней.

Брайан открыл дверцу машины.

— Похоже, я уже ничего не хочу.

— Возможно, но обидеть можно любого, даже самого черствого человека. И тебя, и меня. Не позволяй это делать никому, даже ей. Нам обоим пришлось многое пережить. Именно поэтому мы с тобой и спелись. Это было безопасно.

— Более чем, — подчеркнул он, желая смягчить их расставание.

Кортни со смехом уселась за руль.

— Должна признать, нам было хорошо вместе. Может быть, я даже буду скучать по тебе. Если что-то пойдет не так, как тебе хотелось бы, позвони. Конечно, эта бутылка будет уже пуста, но я куплю новую,

Брайан улыбнулся, но не стал ее напрасно обнадеживать. После развода он перестал давать обещания женщинам. Или ему просто не встретилась такая, которая заставила бы его передумать. До сих пор.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Морган с тревогой ждала звонка Брайана. Она уверяла себя: это вовсе не потому, что она ждет каких-то объяснений по поводу произошедшего. Как можно было так целовать ее и даже не заикнуться о том, что у него есть подружка? Неужели для него нет никакой разницы, кого он держит в своих объятиях? Нет, для нее это совсем неважно. Ей просто хотелось узнать, разговаривал ли он с родителями и как они себя повели, когда он рассказал им о Брайсе.

Морган и раньше со страхом ждала встречи с Кэлиборнами, но теперь ее трясло как в лихорадке.

Господи! На что это похоже? Она зачала ребенка от одного из их сыновей во время отпуска на Арубе, а теперь, спустя всего несколько месяцев после родов, обнаружила, что ее влечет ко второму.

Как они встретят ее? Как отнесутся к ее сыну? Неужели они тоже не поверят в то, что отец малыша — Диллон? А, может быть, даже потребуют сделать анализ?

Приближался день возвращения старших Кэлиборнов. Морган сильно нервничала. Единственное, что отвлекало ее от грустных мыслей, — это работа. Потому она и решила сегодня задержаться. Нужно было помочь одной ученице разучивать гаммы. Карле было десять лет, и она начала заниматься по программе всего неделю назад.

Девочка заиграла на старом пианино Морган. Карла пропустила пару нот, потом вернулась к ним и поморщилась, услышав, что сфальшивила.

— Извините.

— Ничего. Попробуй с самого начала. Поверь мне, я смогла научиться только потому, что тренировалась много лет.

— Как вы думаете, я смогу когда-нибудь играть так же хорошо, как вы?

— Возможно, даже лучше. Конечно, если ты будешь продолжать регулярно заниматься. Когда будешь давать концерт в «Карнеги-Холл», не забудь меня пригласить.

— А вы действительно там играли?

— Дважды. А теперь сыграй-ка еще разок.

Девочка широко улыбнулась Морган и начала. На этот раз она сделала только пару незначительных ошибок. Когда Карла закончила играть, у Брайса, который сидел на детском стульчике рядом с пианино, вырвался восторженный крик.

— Видишь, ему тоже понравилось.

— Спасибо, мисс Стивенс.

— В этот раз у тебя получилось лучше, чем в прошлый… За тобой кто-нибудь приедет?

— Моя мама.

— Вот и чудесно. Хороших выходных!

Девочка вышла из кабинета. Морган тоже поднялась и стала собирать ноты. Когда она' повернулась, то увидела Брайана. Он стоял, прислонившись к двери, и молча наблюдал за ней.

— И давно ты тут стоишь?

— Достаточно. А ты и правда дважды выступала в «Карнеги-Холл»? Должно быть, ты очень хорошо играешь.

— Ты что, пришел на урок?

— Это зависит от того, чему ты собираешься меня обучать.

Услышав его слова, Морган покраснела и отвела взгляд.

— Кроме пианино, я играю на гобое и кларнете. И еще немного на сексо… саксофоне.

Брайан иронично поднял брови, услышав ее «оговорку по Фрейду», но Морган с радостью отметила про себя, что он не стал комментировать. Брайан подошел к ней ближе и сказал:

— Мои родители вернулись. Я разговаривал с ними вчера вечером. Им не терпится увидеть Брайса и, конечно, познакомиться с тобой.

— Когда и где?

Он присел на скамеечку.

— Они предоставили решить это тебе.

Морган тяжело опустилась рядом с ним. Скамейка была маленькой, и женщина случайно задела его бедром. Его одеколон источал волнующий аромат. От неожиданности у нее даже закружилась голова. Это был тот самый запах, который она вдыхала в тот день, когда Брайан поцеловал ее. Морган вздохнула.

— Чем скорее…

— …тем лучше, — закончил он за нее и посмотрел на ее губы. Она могла бы поклясться, что на секунду Брайан придвинулся ближе, а потом поднялся на ноги и отошел в сторону. — Мои родители сказали то же самое.

— Как насчет следующей субботы? — И у нее будет целая неделя на то, чтобы подготовиться: продумать, как себя вести, во что одеться.

— А где?

— Ну, я не могу пригласить их к тебе домой, хоть они и знают, что я там поселилась, ведь ты живешь у них в домике для гостей.

— Да. Они знают, как я великодушен, — хвастливо сказал он.

— Я могу только догадываться, что они обо мне думают, — сухо заметила Морган. Она повернулась к пианино и заиграла один из своих любимых концертов. — Думаю, мы можем пообедать в ресторане, хотя это немного безлично. И потом, наш разговор могут подслушать. — Она улыбнулась Брайану и добавила: — Возможно, моя фамилия не так хорошо известна, как твоя, но я точно так же, как и ты, не стремлюсь, чтобы она попала в скандальную статью.

— В таком случае я предлагаю тебе взять с собой Брайса и приехать к моим родителям.

Ее пальцы замерли. Морган перестала играть.

— Считаешь, это разумно? Может, мне еще сказать твоей матери, что подать к столу?

Он расхохотался.

— Если ты этого хочешь.

— Я говорю серьезно, Брайан.

— Я тоже. Встретиться у моих родителей будет разумнее всего, раз уж ты так против моего пентхауса.

Она вздохнула.

— Хорошо.

— Я им передам. — Он сунул руки в карманы брюк. — Ты едешь домой?

Она кивнула.

— А ты?

— Я подумывал сначала перекусить где-нибудь.

Брайан перевел взгляд на ее губы, и ему вспомнился тот поцелуй. При виде этой женщины он испытывал небывалое волнение, и это ему совсем не нравилось. Более того, его это пугало.

— Кортни и я… мы больше не встречаемся.

— Вот как? — Она подняла брови. — Мне жаль.

— Ты говоришь серьезно? — тихо спросил Брайан.

Морган отвела взгляд.

— Конечно. Она показалась мне… милой. И… она очень эффектная. Вы были красивой парой.

— Вот как?

— Да. Как долго вы с Кортни были вместе?

— Мы начали встречаться вскоре после моего развода.

— Значит, несколько лет. Похоже, у вас были серьезные отношения.

— Нет. Не совсем так. Вообще-то мы виделись с ней довольно редко. — Он нахмурился.

— Ну, я надеюсь, вы расстались не из-за того, что она застала меня у тебя в доме? Мое присутствие можно было истолковать неверно…

— Нет. — Хотя на самом деле так оно и было. Брайан понимал, что они расстались именно из-за этого и редкие встречи тут были ни при чем. Он насупился еще сильнее. — Я никак не могу понять… В тебе есть что-то такое…

— Что?

Он не стал заканчивать предыдущую мысль и вместо этого произнес:

— Ты не соответствуешь ни одному образцу.

— А что, должна? — неожиданно спросила Морган.

— Нет, но есть разные типы женщин. Ты не подходишь ни под одну категорию.

— Разве обязательно относить меня к какому-то типу? А ты не пробовал просто доверять людям? — В ее взгляде был вызов.

— В последний раз мне это дорого обошлось. — Он наклонил голову набок.

— Почему ты мне не веришь?

О! Тому есть тысячи причин!

— Ты слишком опасна.

Она удивленно моргнула.

— Кто? Я?

Да, подумал Брайан. С того самого дня, как они познакомились, он места себе не находил. Брайан хотел покоя. Но еще больше он хотел… ее.

Ему следовало уехать. Черт возьми, не надо было сюда приезжать. Он мог позвонить Морган и договориться о встрече с родителями по телефону. Или передать ей это через Бритни. Но Брайан до безумия хотел ее увидеть. И тогда он решил, что встретиться в центре будет безопасней, чем у него на квартире.

То же самое и с рестораном. Что может случиться в людном месте, где они будут обедать за столиком в присутствии официантов и других посетителей?

— Как ты смотришь на то, чтобы нам пообедать всем вместе? — спросил он у нее, указывая на Брайса.

— Сейчас?

— Да, в ближайшее время.

— Я не могу. Извини. У нас почти не осталось с собой подгузников, и его скоро кормить.

Брайан кивнул.

— Я понимаю.

— Может, сходим в другой раз?

Он пожал плечами.

— Конечно.

Брайан вернулся к родителям спустя час. Стояла жара. Он направился в домик для гостей, переоделся в плавки и вскоре нырнул в бассейн. Окунувшись, он почувствовал блаженную прохладу. Через двадцать минут Брайан вышел из бассейна. Мать протянула ему полотенце.

Она подождала, пока он вытрется и переведет дух, а потом спросила:

— Ты поговорил с ней?

— Да. Я предложил, чтобы она приехала сюда.

Джулия кивнула.

— Вот и чудесно. Если только ее это не смущает.

Он расхохотался.

— Да нет. Она будет только рада.

— Вот как?

— Мы назначили встречу на следующую субботу. Я подумал, что насчет времени сначала спрошу у тебя.

— Хорошо. Узнай, удобно ли ей в час дня, и скажи, что мы с твоим папой приглашаем ее приехать к нам на ланч вместе с малышом. Ты случайно не знаешь, что она предпочитает? В еде?

Когда Брайан услышал вопрос матери, у него вырвался смешок. Это напомнило ему замечание Морган.

— Нет, но я могу у нее спросить, если хочешь.

— Да. Я хочу, чтобы все было идеально. О боже мой! — Джулия на секунду прикрыла рот рукой. — Я все еще не могу в это поверить.

— Мама… — осторожно начал он, не зная, как сказать. — У нас нет никаких доказательств того, что она говорит правду.

— Ты уже говорил об этом, когда мы вернулись и узнали, что она приехала еще в мае. — В ее голосе прозвучало осуждение и немалая обида. Джулию расстроило то, что он не рассказал им о Морган и Брайсе. Его отец тоже был недоволен, хотя умом Хью и понимал, почему Брайан так поступил.

— Вы ведь уже знакомы какое-то время. Ты бывал у них, и ты видел ребенка. Скажи мне, как тебе кажется, это может быть ложью?

— Нет. Она говорит правду.

— Но ты ей все же не веришь.

«Вообще-то меня нельзя назвать легкомысленной…»

Невозможно было представить себе, что она лжет. Тогда почему бы не прекратить расследование? Брайан не мог ей поверить потому… Потому что жутко боялся разочароваться во второй раз.

И откровенно говоря, его безумно пугало дикое желание, которое вызывала в нем Морган.

— Я больше не знаю, кому можно верить, а кому нет, мама.

Джулия коснулась рукой его щеки.

— Должно быть, тебе очень тяжело, Брай.

— Это вызвало множество воспоминаний, — признался он. — И не самых приятных. Прошло столько времени с тех пор, как мы в последний раз видели Кейдена. Знаешь, я все еще вспоминаю его.

— Я тоже.

— Самым счастливым днем в моей жизни был тот, когда он родился. Я был первым, кто взял его на руки, когда этот малыш появился на свет, — хрипло прошептал Брайан.

И он же стал одним из последних, кто узнал об измене своей жены благодаря результатам анализа ДНК. Зато об этом стало почти сразу известно журналистам.

— Мы тоже его любили, — напомнила ему мать. — То, как поступила с тобой Камилла… не только с тобой, но и со всеми нами… Это было ужасно. Жестоко. Но с тех пор прошло много времени. Ты должен перестать думать о том, что случилось, и продолжать жить. Мне больно видеть тебя таким одиноким.

— Я не одинок, — возразил он.

За последние несколько недель его во второй раз назвали одиноким и сказали, что нужно жить дальше. Будто пожалели. Ему это не нравилось.

Мать снова погладила его по щеке, печально улыбаясь, и, несмотря на то что она не сказала ни слова, было ясно — она ему не верит.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

На следующей неделе Морган с Брайсом на руках объехала половину магазинов Чикаго. Она искала подходящий костюм для встречи с Кэлиборнами. Ни одна вещь в ее шкафу не годилась для этого. Если не считать платья, которое для нее купила Бритни. Но ей не хотелось его надевать.

Кроме того, она похудела в талии на несколько дюймов. Поэтому Морган хотела купить себе что-нибудь новенькое. В последние несколько месяцев она много занималась йогой. И ей приходилось много ходить пешком. Дело в том, что пару недель назад у ее старого малолитражного автомобиля окончательно заглох двигатель.

Это происходило и раньше, но обычно его удавалось завести снова всего за пару минут. А теперь ее машина находилась на ремонте в автосервисе.

Однако сейчас Морган волновало другое. Она ломала себе голову, не зная, в чем пойти на встречу. Одеть Брайса оказалось легко, и она смогла себе это позволить. Одна из сотрудниц подарила ей для малыша прелестный матросский костюмчик. Он был ему немного великоват, но малыш выглядел в нем чудесно. Гораздо сложнее оказалось найти что-то для себя.

Брайан позвонил ей несколько дней назад и сказал, что его родители ждут ее с Брайсом в час дня, в субботу у себя дома в Лейк-Форесте. Если не будет дождя, можно расположиться в саду. Она почему-то сомневалась, что они соберутся за столом для пикника и будут есть сосиски с фасолью. Скорее всего, Кэлиборны подадут маленькие сэндвичи с чем-нибудь вроде огурцов и кресс-салата.

— Сомневаюсь, что это вкусно, — пробормотала Морган, тщательно исследуя вешалки с одеждой в магазине «Дэнбери'с».

Это был уже третий универмаг, где она успела побывать за сегодняшний день, и он будет последним, поскольку вечером ей еще предстояло работать. Теперь ее машина в автосервисе, поэтому им с Брайсом придется воспользоваться надземной железной дорогой, после чего они пересядут на автобус, а потом пройдут пешком три квартала до культурно-спортивного центра.

Внезапно Морган увидела на одном из манекенов костюм цвета мха. Пиджак был коротким, на нем в два ряда нашиты перламутровые пуговицы. Фасон юбки наверняка пошел бы ей. Она подвезла к манекену коляску с Брайсом и, затаив дыхание, потянулась к ценнику.

— О боже мой! Вероятно, у них все равно нет моего размера.

Но он был.

— Наверное, мне это не пойдет, — сказала она.

— Могу я отнести его в примерочную?

Морган повернулась и увидела, что рядом с ней стоит продавщица.

— Я- я… — она кивнула, застенчиво улыбаясь. Костюм оказался ей как раз, и смотрелась она в

нем потрясающе.

— Как у вас там дела? — спросила продавщица из-за занавески.

— Замечательно. Все подошло. Но есть одна проблема.

Да уж, если не считать цены.

Морган уставилась на свое отражение в зеркале.

— Мне нужны туфли.

В результате она купила костюм, туфли-лодочки с открытым мысом и сумочку, расплатилась кредитной карточкой и ушла из универмага с твердым намерением заглянуть туда на следующий день. Морган даже не хотела думать о том, что истратила деньги, которые хранила на крайний случай.

Вечером, когда Брайс уже спал в своей кроватке, Морган сидела на кухне, прихлебывая травяной чай и подсчитывая убытки. Когда она вернулась домой, то получила сообщение от механика, который как раз заканчивал ремонт ее машины. Ей предстояло заплатить ему не намного меньше, чем за покупки в «Дэнбери'с». Это означало, что ей снова придется потратить часть денег с кредитки, а ведь это была заначка на случай непредвиденных обстоятельств.

В самое ближайшее время Морган нужно обязательно найти постоянную работу на полный день. Ей действительно было жаль расставаться с детьми, с которыми она уже нашла общий язык. Она прививала им любовь к классической музыке, да и малыши с удовольствием приходили к ней на занятия.

Как правило, во время обеда Брайан не отвечал на телефонные звонки, но когда он увидел номер абонента, то извинился перед родителями и вышел из-за стола, виновато взглянув на мать, после чего направился в кабинет отца. Ему звонил Гил Роджерс, частный детектив, которого он нанял, чтобы тот разузнал о прошлом Морган. Сегодня днем Брайан оставил ему сообщение.

— Добрый день, Гил! Спасибо, что позвонили.

— Вы сказали, что это важно.

— Да. Я… в общем, я решил, что не нужно ничего узнавать насчет мисс Стивенс. Я заплачу вам за ваши услуги.

— Вы уверены? — У детектива вырвался смешок. — Если бы не ребенок, я спросил бы себя, не воспитывалась ли эта женщина в монастыре. Если не считать пары бойфрендов в колледже и редких свиданий, кажется, ничего серьезного.

— Значит, в то время, когда она ездила в отпуск на Арубу, у нее никого не было?

— Нет, по словам людей, с которыми я разговаривал. — Гил сделал паузу. — Я узнал кое-что еще. Это не имеет почти никакого отношения к отцу ее ребенка, но я подумал, вам это может быть интересно.

— Продолжайте.

— Ее родители скончались.

— Да, я знаю.

— Они погибли вместе у себя дома в Бруксайде. Если верить газетным статьям за тот период, Стивенсы отравились угарным газом. Печное отверстие было повреждено.

— Боже! — Брайан был потрясен. Он опустился на диван.

— Их обнаружила мисс Стивенс. Ее родители все еще лежали в кровати. Очевидно, они заснули накануне вечером и так и не проснулись. В статье, которую я прочитал, опубликована фотография, на которой мисс Стивенс без сознания. Когда она падала в обморок, ее подхватил на руки один из пожарных.

Брайан закрыл глаза, представляя, каково ей пришлось.

«У меня никого нет».

Она сказала это несколько месяцев назад, когда была у него в кабинете.

— Когда это произошло?

— Год назад, прошлой весной, — ответил Гил.

Выходит, Морган приехала на Арубу всего через несколько месяцев после похорон родителей. Одинокая, печальная… ранимая.

В отличие от Дилла, она всегда несла ответственность за свои поступки. Морган ведь не стала уверять Брайана, что влюбилась в его брата, и не пыталась вызвать у него сочувствие. Она в одиночку справлялась со всеми трудностями, которые появились в ее жизни с рождением малыша.

Брайан вспомнил тот чек, который она выписала ему в качестве платы за жилье. Он порвал его, но после этого она прислала ему еще два. Вероятно, за каждый месяц проживания. Диллон же воспользовался его именем и приятно провел с ней время, предоставив Брайану расплачиваться за это. А Морган никак не желала пользоваться его гостеприимством. Возможно, потому что она заметила, что он не доверяет ей.

— Хватит, — резко оборвал Брайан рассказ детектива.

— Прошу прощения?

— Больше ничего не нужно. Спасибо, — сказал он Гилу.

— Я пришлю вам отчет о проделанной работе.

Закончив разговор, Брайан налил себе из графина шотландского виски. Он выпил его залпом и сжал кулаки. Ужасная смерть ее родителей потрясла его. Здесь он был бессилен.

— Брайан? — В дверях стояла мать. Она явно была встревожена. — В чем дело? Что случилось?

Проблема в том, что после истории с Камиллой Брайан больше не доверял своей интуиции. А ведь она подсказывала ему, что Морган говорит правду и она вовсе не охотница за чужим богатством, как он себе это внушил. Но был слишком упрям, чтобы это признать. Из-за лжи прошлого он не видел правды настоящего.

Он пристально посмотрел на пустой стакан, который держал в руке, и вдруг понял, что надо делать.

— Нет ничего такого, что нельзя было бы исправить.

Морган не ожидала, что в субботу Брайан появится на пороге своего пентхауса, чтобы забрать ее и малыша. Но когда он позвонил ей накануне и сказал, что заедет за ними, она не стала спорить.

Когда в дверь позвонили, Морган почувствовала, как застучало ее сердце. Как только она открыла дверь и увидела Брайана, то могла бы поклясться, что на секунду оно остановилось. Он всегда производил на нее сильное впечатление и был опасно красив. Сегодня на нем были широкие бежевые брюки и белая рубашка, что придавало ему весьма юный вид.

Брайан улыбнулся. Он явно пребывал в хорошем настроении. Раньше она его таким не видела. И бог мой, до чего же он хорош собой!

— Вот это да!

Он вопросительно поднял брови, и тут только Морган осознала, что произнесла это вслух.

— Точность — вежливость королей, — сказала она, посмотрев на часы.

— Я никогда не опаздываю.

— Да. — Но Морган все же надеялась, что Брайан опоздает.

Она шагнула назад, чтобы позволить ему войти, а когда закрыла дверь и повернулась, то увидела, что он наблюдает за ней. В самом деле, он смотрел на нее так, будто никогда раньше не видел.

— Я купила новый костюм, — на всякий случай сказала Морган. — Подумала, раз уж мы едем знакомиться с твоими родителями, нужно надеть что-нибудь новенькое. Как тебе? — И прежде чем он успел ответить, добавила: — Тебе лучше сказать, что мне идет, учитывая то, сколько я за него заплатила.

Брайан не улыбнулся в ответ на ее шутку. Вместо этого он очень серьезно сказал:

— Повернись, Морган.

Она медленно повернулась.

— Что?

— Ты сделала другую прическу.

— Я немного подрезала волосы. Решила сменить имидж.

— И стала выглядеть более… элегантно.

Волосы обрамляли ее лицо, спускаясь на плечи и слегка завиваясь.

— Это выглядит… просто… Ты очень красивая. Потрясающая.

Видно было, что он сильно взволнован, и на секунду ей показалось, — и, да поможет ей бог, она так этого хотела, — что он хочет снова поцеловать ее. Но Брайан отступил на шаг назад и отвел взгляд.

— Нам нужно ехать.

Дом Кэлиборнов в Лейк-Форесте оказался больше, чем здание начальной школы в Висконсине, где преподавала Морган. Брайан выбрался из машины, подошел к дверце с ее стороны и открыл ее. Морган не была трусихой, но при виде этого особняка ей почему-то сразу захотелось притвориться больной и попросить Брайана отвезти ее обратно в город. Он взял у нее спящего Брайса и помог выйти ей самой. Казалось, он понял ее состояние, потому что прежде чем выпустить руку Морган, сжал ее, пытаясь подбодрить.

— Не бойся. Они замечательные люди, — тихо сказал он и передал ей малыша. — И им тоже пришлось многое пережить.

Переживания. Во множественном числе. Прежде чем она успела спросить, что он имеет в виду, из-за дома показалась стройная женщина лет шестидесяти, в рабочих перчатках и с лопаткой в руке. Как только она их заметила, у нее тут же вырвалось взволнованное восклицание, и она заспешила к ним.

— Мама! — Лицо Брайана расплылось в улыбке. Когда она подошла, он нагнулся и поцеловал ее.

Мама? Морган ожидала, что мать Брайана окажется седовласой пожилой дамой, которая встретит их в чем-нибудь сверкающем от «Шанель» и на каждом пальце ее будет сверкать по бриллианту. А вместо этого увидела приветливую обаятельную женщину. Ее лицо обрамляли коротко подстриженные волосы серебристого оттенка, а глаза были такими же темными, как у Брайана.

— Это Морган и Брайс, — сказал Брайан. — Морган, это наша с Диллоном мама, Джулия Кэлиборн.

— Здравствуйте, миссис Кэлиборн. — Морган протянула ей руку.

— Пожалуйста, называйте меня Джулией. — Она протянула лопатку вместо руки, но почти сразу же ее отдернула, смущенно рассмеявшись. — Подумать только! Извините за непрезентабельный вид, — сказала она Морган. — Ты рано приехал, — обвинила она Брайана.

В ответ он лишь хитро прищурился. В глазах его заплясали веселые искорки. В этот момент Брайан скорее напоминал расшалившегося мальчишку, чем взрослого мужчину.

— Мы приехали вовремя, мама. Ты просто снова заработалась в саду и забыла о времени.

Джулия посмотрела на Морган и улыбнулась.

— Я занялась прополкой сорняков сразу после завтрака.

— «Сразу после завтрака», — насмешливо передразнил ее Брайан. — Моя мама скромничает. Дай ей волю, она будет работать в саду сутки напролет. Цветы — это ее давняя страсть.

Джулия перевела взгляд на спящего ребенка, которого Морган держала на руках.

— Я бы попросила разрешения его подержать, но сначала мне надо привести себя в порядок, — почти шепотом сказала она.

Глаза ее наполнились слезами, и Морган мгновенно передалось ее состояние. Обе женщины расплакались. Готовясь к этой встрече, Морган понимала, что это будет нелегко, но не представляла, насколько близко к сердцу воспримут Кэлиборны появление ее малыша.

— Я предлагаю пройти в дом. Пока мама будет приводить себя в порядок, я познакомлю тебя с отцом. — Брайан протянул матери носовой платок, одной рукой обнял ее за плечи, и они направились к парадной двери.

— Твой отец, вероятно, у себя в кабинете. Вы можете зайти к нему, а я пока переоденусь. Я ненадолго.

Они вошли в холл, и Джулия поднялась по лестнице. Брайан и Морган с Брайсом на руках миновали гостиную и столовую. Обе комнаты были красивы настолько, насколько можно было себе представить: изысканная мебель, чудесная посуда, великолепные картины. Там было уютно и тепло, и, как подозревала Морган, этот дом был отражением характеров и интересов его владельцев. Это сильно отличалось от безликого пентхауса Брайана.

Морган почувствовала себя более раскованно, но, когда они вошли в кабинет, ее снова охватило смущение. У окна спиной к ним стоял мужчина. Он был такого же высокого роста, как Брайан, хотя и не такой широкоплечий. На вид ему можно дать лет шестьдесят. У него были седые волосы с серебристым отливом. Когда он повернулся, Морган увидела, что у него такие же карие глаза, как у Диллона.

— Папа, это Морган Стивенс. Мой отец, Хью Кэлиборн.

— Очень приятно познакомиться, сэр.

— Морган! — Мужчина кивнул и неуклюже сделал шаг вперед, как будто не знал точно, что будет правильней — пожать ей руку или поцеловать. В конце концов он не сделал ни того, ни другого. Вместо этого он сказал Брайану: — Мама уже знает, что ты здесь?

— Да. Она вышла к нам сразу, как только мы приехали. Работала в саду. — Мужчины обменялись понимающими взглядами. — Мама пошла наверх переодеться.

Хью кивнул. Потом взглянул на ребенка на руках у Морган.

— Брайан сказал, что вы назвали ребенка Брайсом Диллоном.

— Да. — Она стояла, затаив дыхание. Морган даже не знала, чего именно она ждала.

— Красивое имя, — сказал Хью и замолчал.

— Я тоже так подумала.

Мужчина еле заметно улыбался.

— Он ведь еще совсем кроха, не так ли?

— Да, но уже все понимает, — задумчиво сказала Морган.

Хью понимающе кивнул. В его улыбке чувствовалась печаль отца, который пережил своего ребенка.

— Давайте присядем, — предложил Брайан.

Брайан и Хью расположились в креслах у камина, а Морган присела на диван. У них завязался разговор, а спустя пятнадцать минут к ним присоединилась Джулия, которая только что приняла душ и переоделась.

— Хью, неужели ты не догадался предложить нашим гостям выпить?

Морган покачала головой:

— О нет, спасибо.

— Я был бы не прочь выпить стакан чаю со льдом, — сказал Брайан.

— Кувшин — в холодильнике. Почему бы тебе не принести стаканы и для остальных — на тот случай, если кому-нибудь захочется? — предложила Джулия.

Морган едва не открыла рот, когда Брайан встал, чтобы принести чай. Должно быть, она выглядела потрясенной, потому что после того, как он вышел, Джулия повернулась к Морган и спросила:

— Что-нибудь не так, дорогая?

— Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь отдавал Брайану распоряжения… И чтобы он кого-то слушался. — Она почувствовала, что у нее пылает лицо, и замялась. — Я хотела сказать, что обычно он сам говорит, кому и что делать. Впервые вижу, чтобы кто-то говорил с ним вот так…

Мать Брайана улыбнулась и понимающе посмотрела на Хью.

— Браю гораздо лучше удается отдавать приказы, чем выполнять их. Вот почему я регулярно даю ему задания. А иначе он станет слишком властным. Он всегда так себя вел. В отличие от Диллона. Вместо того чтобы требовать, Дилл всегда старался добиться всего, чего хотел, с помощью обаяния. Разве Морган этого не знала?

— Да-да, — согласился с ней Хью. — Родные братья, а такие разные! Иногда мы с Джулией спрашивали себя, может, они специально договорились быть полными противоположностями друг другу, чтобы нас позлить? — Он хохотнул. — Несмотря на разные характеры, они были закадычными друзьями. Сделали бы друг для друга все что угодно.

— Я по-прежнему не могу поверить, что Дилла больше нет! — Джулия замолчала.

В кабинете воцарилась тишина, но в этот момент проснулся Брайс. Он принялся с довольным видом что-то лепетать и бойко размахивать кулачками.

— Похоже, у вас на руках боксер-профессионал, — со сдавленным смехом сказал Хью.

— Он очень энергичный ребенок.

— Могу ли я… Вы не возражаете, если я его подержу? — спросила Джулия.

— Вовсе нет.

Брайан вернулся в комнату как раз в тот момент, когда Морган передавала Брайса его матери. Ей даже стало интересно, о чем он подумал, когда увидел, как Джулия прижалась щекой к щечке ребенка и со вздохом закрыла глаза. Секундой позже Хью поднялся с кресла и уселся на ручку дивана.

— Боже, это все равно что снова увидеть маленького Дилла, не так ли, Джулия? — взволнованно спросил Хью.

— У него такой же вихор на макушке, — сказала та и погладила малыша по голове.

И в эту секунду Морган поняла — у них нет никаких сомнений в том, что отец этого ребенка — Диллон. В их голосах не было и тени сомнения, только трепет и нежность. И когда Морган поняла это, она испытала огромное облегчение. Она так боялась, что ее будут в чем-то подозревать или отнесутся к Брайсу равнодушно, но теперь, когда она увидела, как Джулия обнимает маленького Брайса, все ее опасения рассеялись.

В дверях появилась кухарка и объявила:

— Миссис Кэлиборн, ланч будет готов через пятнадцать минут. Накрыть столик на улице?

— Да. Спасибо, Мэй, — сказала Джулия. — Брайан, поставь стаканы с чаем на поднос и отнеси во дворик.

Джулия все еще держала малыша на руках, когда они с Хью вышли из кабинета, предоставив Морган и Брайану следовать за ними. Во внутреннем дворике уже стоял накрытый стол, на котором была расставлена фарфоровая посуда и лежали салфетки.

— Вы, наверное, устали его держать. Я возьму его, если хотите, — предложила Морган Джулии. — Конечно, он еще маленький, но уже довольно тяжелый.

— О нет, что вы! Дети — это такое чудо! — Джулия рассмеялась. — Смотрите, как бы не пришлось отбирать его у меня, когда вы с Брайаном соберетесь уезжать. Знаете, если вам когда-нибудь захочется провести вечер с друзьями или куда-то сходить, я буду счастлива присмотреть за ним.

— Большое спасибо! Я буду только рада.

— Мне очень хочется его побаловать. — Она нагнулась к малышу и прижалась к его щечке. Ребенок начал весело лепетать что-то в ответ.

У Морган вырвался вздох. Именно так повела бы себя на месте Джулии ее мать. Впервые с тех пор, как Морган приехала в Чикаго, она поняла, что поступила правильно и может надеяться на что-то хорошее. Она взглянула на Брайана, спрашивая себя, что он думает о замечании его матери, и только теперь увидела, какая боль была в его глазах.

— Брайан рассказал нам, что после рождения ребенка поселил вас у себя, — произнес Хью.

— Да. Я говорила, что ему нет нужды уезжать. С его стороны было великодушно позволить мне там остаться, но ведь я могла найти себе другое жилье. Теперь, когда вы вернулись, я так и сделаю.

— Это ни к чему, — сказала Джулия. — Я рада, что Брайан живет здесь.

— Да, но дорога в офис занимает у него столько времени… — Морган искоса взглянула на Брайана.

— Она права.

— Брайан! — строго сказала Джулия.

— Я предпочел бы вернуться в пентхаус, но ты зря смотришь на меня так, будто я собираюсь вышвырнуть Морган и моего племянника на улицу.

Он впервые назвал Брайса своим племянником!

Морган даже рот открыла от удивления. На секунду ей показалось, что она ослышалась, но когда посмотрела на него, то увидела его виноватый взгляд. Почему он изменил свое мнение?

Она так глубоко задумалась, что не обратила внимания на следующие слова Брайана. Поэтому и не поняла, почему Джулия вдруг воскликнула:

— Это замечательная идея! Не понимаю, почему мне первой не пришло это в голову. Что скажете, Морган?

— Насчет чего?

— Я предложил вам поменяться местами. Вы с Брайсом переберетесь в домик для гостей, а я снова перееду в пентхаус, — предложил Брайан.

— О нет! Я не могу на это согласиться. Однажды ты уже пригласил нас с Брайсом, и все это время мы жили у тебя дома. — Она обвела взглядом сидящих за столом и снова посмотрела на Брайана. — Не могу же я до бесконечности пользоваться твоей добротой… Это нечестно.

— Не говорите глупостей, Морган. Мы были бы очень рады, если бы вы с Брайсом сюда переехали, — сказал Хью. — Вы можете жить в домике для гостей сколько пожелаете.

— И мне будет гораздо ближе ездить до офиса, — криво улыбаясь, напомнил ей Брайан.

Но самым трогательным оказался аргумент Джулии:

— Кроме того, мы ведь теперь одна семья.

Морган почувствовала себя так, будто ее обняли. После того как она потеряла родителей, ей было очень одиноко. И вот теперь эти люди, которые знают ее меньше часа, предлагают ей не только жилье, но и семью.

— О, это… это так… — Ее глаза наполнились слезами, и Морган вскочила на ноги. — Извините.

Она не знала, куда себя деть. Ей просто нужно было побыть одной, чтобы успокоиться. Ее внимание привлек тихий плеск воды. Морган направилась в ту сторону, откуда доносился этот звук. Она прошла по одной из дорожек, выложенных плиткой, через увитую розами беседку и увидела маленький водопад над прудом. Морган опустилась на каменную скамейку, уронила голову на руки и разрыдалась. Когда она пришла в себя, то увидела Брайана. Он подошел и сел рядом с ней.

— Я пришел посмотреть, все ли с тобой в порядке, — сказал он. — Дать тебе носовой платок?

Морган вытерла слезы и улыбнулась.

— Извини. Я просто не могла себе позволить при всех разреветься.

— Ничего. Все в порядке.

— Твоя мать так добра и… — Она перевела взгляд на воду. Журчание водопада убаюкивало. Присутствие Брайана тоже действовало успокаивающе. — Когда у тебя нет семьи, чувствуешь себя никому не нужным. У меня есть тети, дяди, двоюродные братья и сестры, но наше общение ограничивается вручением друг другу рождественских открыток. Другое дело — родители. Когда они были живы…

— Я понимаю.

Повернувшись к нему, Морган сказала:

— Мне всегда нравилось быть единственным ребенком. У меня были замечательные родители. Я могла рассказать моей матери о чем угодно, а мой отец и я… — Она замолчала, собираясь с духом. — Когда они умерли, я почувствовала себя так, будто наступил всемирный хаос. Вдруг стало ясно, что в воскресенье мне некуда пойти. Негде провести отпуск, не к кому обратиться за советом.

— Представляю, каково тебе пришлось.

Морган перевела дыхание.

— Когда я узнала, что беременна, моей первой реакцией было не потрясение и не отчаяние. — Она пожала плечами. — О, конечно, я очень переживала что стану матерью-одиночкой; особенно когда меня уволили с работы и я лишилась медицинской страховки. Но в глубине души я была рада, что теперь уже не буду одинокой.

— Ты не одинока.

— Я знаю. У меня есть Брайс.

— У тебя есть нечто большее. — Брайан протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Когда она встала, он все еще держал ее за руку. — Если ты не хочешь оставаться на ланч, я отвезу тебя домой. Мои родители поймут.

— Нет. Я останусь. Я никогда не бросаю начатые дела.

— Да, это не в твоих правилах.

— Ты так хорошо меня изучил?

— Я мало что о тебе знаю, — заявил Брайан. — Но достаточно, чтобы понять, что я должен перед тобой извиниться.

— Спасибо.

— Идем?

Он все еще держал ее за руку, и в этот миг она почувствовала, что они близки, как никогда. Все еще не отпуская ее руки, Брайан повел ее обратно к столу, но Морган чувствовала себя так, будто они только что перешли по шаткому мосту через пропасть.

Через некоторое время Мэй подала ланч во внутренний дворик: жареную семгу с овощами и булочки. В это время из дома вышла молодая женщина. Должно быть, горничная, подумала Морган и увидела, что в руках у нее белая плетеная кроватка. Женщина подошла к столу и поставила ее на скамейку между Морган и Джулией.

— Спасибо, Кармен. — Обратившись к Морган, мать Брайана заметила: — Брайан и Дилл спали в этой кроватке, когда были детьми. И Кейден тоже. — Джулия покраснела и виновато посмотрела на Брайана.

Кем был Кейден?

Морган не стала спрашивать. Даже если бы она захотела это узнать, ей бы не удалось. Джулия и Хью буквально засыпали ее вопросами, желая узнать как можно больше о ней и Брайсе.

Женщина почувствовала себя неловко, только когда заговорила о том, что ей приходится зарабатывать на жизнь уроками. Морган не хотелось, чтобы ее жалели.

— Я — учительница. Как это ни прискорбно, но у меня нет сейчас постоянной работы, — призналась она.

До сих пор Брайан молчал, хотя каждый раз, когда она бросала на него взгляд, ободряюще кивал.

— Морган дает уроки музыки. До знакомства с Диллом она работала в школе в Висконсине, но там прошла волна сокращений.

— Мне очень жаль. А на каком музыкальном инструменте вы играете? — спросила Джулия.

— Я обучалась игре на нескольких, но предпочитаю пианино.

— И еще она умеет играть на саксофоне. — Выражение лица Брайана было непроницаемым, но в его глазах заплясали веселые огоньки.

Откашлявшись, Морган с достоинством сказала:

— Я получила классическое образование. Мои родители мечтали о том, чтобы я стала пианисткой и играла на концертах. Они откладывали каждое пенни, чтобы отправить меня на учебу в музыкальную школу Джуиллиард.

— Джуиллиард? — спросил Брайан и добавил, обращаясь к родителям: — И она дважды играла в «Карнеги-Холл».

— Нам бы очень хотелось когда-нибудь послушать, как вы играете, — сказала Джулия.

— Я очень давно не давала концертов. Сейчас, вместо того чтобы играть Бетховена или Моцарта, я большей частью провожу время за пианино, помогая детям разучивать ноты и гаммы. Каждый будний день я работаю по нескольку часов в культурно-спортивном центре. — Она улыбнулась Брайану. — Фирма «Уинди Сити Индастриз» недавно заявила, что собирается сделать центру щедрое пожертвование в виде инструментов.

Хью одобрительно кивнул.

— Брайан недавно упоминал об этом за обедом.

Джулия добавила с озадаченным видом:

— Он не сказал нам, что вы там работаете.

— Это хорошее дело, — пожимая плечами, заметил Брайан.

— Очень хорошее капиталовложение, — согласилась Джулия.

— Мне очень нравится работать в центре.

— Правда, на жизнь этого не хватает, — как бы между делом заметил Брайан.

— Не будь грубым, — осадила его Джулия.

Морган отпила глоток чая со льдом.

— Ничего. Тем более, что это действительно так. Вот почему я все еще рассылаю свое резюме.

— Ищете работу в одной из школ Чикаго? — с надеждой спросила Джулия.

От волнения Морган задержала дыхание.

— Не только. Как оказалось, здешний прожиточный минимум выше, чем в других городах. Так что мне в любом случае нужна работа.

— Тут нет никакой проблемы, — неожиданно для нее сказал Брайан. Отложив вилку, он полез в задний карман брюк и вытащил мятый конверт. — Возьми.

— Что это такое?

— Вскрой.

Когда Морган разорвала конверт, то застыла на месте. Внутри лежал чек на ее имя на сумму в два миллиона долларов.

Брайан наблюдал за тем, как Морган напряженно вглядывается в цифры. Когда она пришла в себя, то недоуменно сказала:

— Я не понимаю.

— Это от полиса страхования жизни Диллона. Он назначил меня своим бенефициаром. Условия договора были такими: если с ним произойдет несчастный случай, я получаю эти деньги.

Морган покачала головой.

— Я не могу это принять. — Она протянула ему чек, но Брайан накрыл ее руку своей.

— Но эти деньги по праву принадлежат тебе.

— Я не собираюсь брать чужое. — Морган перевела взгляд на Джулию и Хью. — И приехала в Чикаго вовсе не для того, чтобы что-то требовать. Я не собиралась…

Брайан сжал ее руку, и она замолчала.

— Морган, мы это знаем.

— И ты тоже?

— Да.

Ее глаза блестели, и она кивнула.

— И все-таки я не могу взять это.

— Но это не мои деньги. Если хочешь знать, они должны принадлежать Брайсу, ведь он сын моего брата.

— Он прав, Морган, — сказала Джулия.

Хью выразился более прямолинейно:

— Дилл безответственно обращался со своими финансами. Тогда как Брайан инвестировал трастовый фонд, который ему оставили мои родители, Диллон свой растранжирил. По правде говоря, меня удивило, что он подумал о том, чтобы застраховать свою жизнь и получить страховой полис. Вероятно, Дилл поступил так только потому, что отец девушки, с которой он встречался в колледже, был владельцем одной большой чикагской страховой компании. — Хью замялся, но через секунду продолжил: — Однако, по какой бы причине он так ни поступил, я считаю, что это было правильное решение. Действительно, пусть эти деньги достанутся Брайсу.

Морган повернулась к Брайану. Он по-прежнему держал ее за руку и чувствовал, как она дрожит.

— Но Диллон назначил тебя своим бенефициаром. Он оставил эти деньги тебе.

— И тем не менее ему следовало оставить их Брайсу. Надеюсь, что именно так он бы и поступил, если бы знал, что ты беременна. Его сын имеет право на эти деньги, Морган.

Наконец она медленно кивнула.

— Ладно. Я возьму их, но только ради Брайса.

— Хорошо. Я буду рад дать тебе совет по поводу инвестиций, — сказал ей Брайан.

— О да. Это было бы чудесно. Спасибо. — Она улыбнулась. — Наверное, мне больше незачем беспокоиться о его фонде для колледжа.

— Это просто замечательно, что вы заранее думаете о его будущем, — сказала Джулия. — Но это

вовсе не означает, что весь его капитал должен быть неприкосновенным. Часть этих денег вы вполне можете тратить на повседневные расходы. Вы ведь берете не столько для себя, сколько для него.

Брайан видел, что она все еще возражает. Ведь те деньги, о которых шла речь, лежат в банке у него на счету. Наконец Морган тихо спросила:

— Ты уверен, что я имею на это право?

— Уверен, — ответил Брайан. На его взгляд, это было единственное верное решение.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Морган пробыла вместе с Брайсом у Кэлиборнов гораздо дольше, чем планировала. И задержалась она там не из-за того, что считала себя обязанной, а потому, что впервые за долгое время почувствовала тепло и уют родного дома. И, конечно, ее глубоко потрясло то, как они восприняли появление Брайса.

— Что ж, думаю, нам пора, — сказал Брайан, вставая из-за стола.

— Жаль, что этот день не может продолжаться вечно. — Джулия взглянула на ребенка, который сонно заворочался в кроватке. — Я так рада нашему знакомству. Приезжайте еще.

— Возможно, мы увидимся даже скорее, чем вы думаете, — пообещала Морган.

— Ждем с нетерпением. Нам было приятно с вами познакомиться. Вы мне очень понравились. Думаю, каждая мать мечтает о том, чтобы рядом с ее сыном была такая женщина.

Морган улыбнулась, но промолчала. Если бы Диллон был жив, разве бы они были сейчас вместе? Вряд ли. Ведь до того, как он уехал в Вайль кататься на лыжах, он не сделал ни одной попытки связаться с ней. Они занимались любовью, но никогда не говорили о серьезных отношениях. Интересно, а если бы Диллон был жив, они бы смогли жить с ним одной семьей, растить ребенка? И смогла бы Морган, приехав в Чикаго, влюбиться в его брата?

— Вероятно, на эти деньги вы захотите купить свой дом, — сказал Хью. — Но пока вы будете его искать, мы с Джулией по-прежнему были бы рады, если бы вы с Брайсом поселились у нас в домике для гостей.

— О да! Пожалуйста, скажите, что вы согласны, — добавила Джулия. — Обещаю, что не стану вам надоедать. Я бы только заходила к вам раз вдень, чтобы поиграть с малышом.

— Я буду очень рада, если этот «раз в день» придется на два часа ночи, когда он снова решит, что уже утро, — широко улыбаясь, пошутила Морган.

— Это означает «да»?

— Да.

Женщины обнялись.

— Я так счастлива!

Джулия обернулась к Брайану и проговорила:

— Почему бы тебе перед отъездом не показать Морган домик для гостей?

— Хорошо.

— Не торопитесь. Я побуду с малышом, — успокоила их Джулия и взяла ребенка на руки.

— Хорошо, если мы уедем отсюда до полуночи, — добродушно проворчал Брайан, когда они вышли в сад и направились к домику для гостей. А затем добавил уже серьезно: — Я рад, что ты согласилась остановиться здесь, пусть даже на время. Родители хотят получше познакомиться с Брайсом и быть поближе к нему. Они были очень обижены на меня за то, что я так долго ничего им не рассказывал.

— Ты поступил так, как счел нужным.

— Только держи ухо востро! А не то они избалуют его дальше некуда.

Он открыл дверь и пропустил Морган вперед.

Домик для гостей оказался гораздо меньше, чем пентхаус Брайана, но в нем было тепло и уютно. Кухня была отделена от гостиной. На обеденном столе лежала газета, а около нее стояли чашка кофе и тарелка с остатками тостов.

Рядом находились ванна и душ. Кивнув на дверь с другой стороны, он сказал:

— В этой комнате две двери. Туда можно попасть из коридора или из спальни.

Войдя в спальню, он отдернул шторы, и в комнате стало гораздо светлее. Довольно просторно, хотя придется переставить мебель, чтобы сюда поместились детская кроватка и стол для пеленания, подумала Морган. И Брайан сразу это понял.

— Ты не мог бы передвинуть письменный стол, а кровать поставить вон к той стене? Тогда здесь освободится место для кроватки и стола для пеленания.

На письменном столе, о котором шла речь, были навалены груды папок и стоял ноутбук.

— Ты что, работаешь в свободное время?

— Компания расширяется. Поскольку мой отец собирается отойти отдел, мне приходится работать с менеджером проекта.

— Да, но ведь иногда надо и отдыхать. Бывать где-нибудь, общаться с людьми.

— А кто говорит, что я этого не делаю?

Морган скрестила руки на груди.

— Ты хочешь сказать, что нашел себе кого-то вместо Кортни?

— А тебя это волнует?

— Да, — быстро ответила она, после чего часто заморгала, стараясь сдержать слезы, и внезапно поняла, что ее это и правда волнует. Очень. При одной мысли о том, что Брайан будет целовать другую женщину так, как он целовал ее в тот раз в холле, Морган хотелось закричать во все горло. К счастью, когда она снова заговорила, ее голос уже опять звучал как обычно. — Ты когда-то сказал, что отношения у вас были… свободные.

— Да. Это то, чего я хочу.

Из-за развода? Наверное, да. Неужели ему было так больно?

— Ну, я считаю, что ты заслуживаешь лучшего.

Он расплылся в улыбке.

— Думаешь?

— Ты очень хороший, Брайан.

— Уверена?

Ей трудно было судить о нем, когда они встретились впервые, но сейчас она это знала. Как он ни старался, а все же не смог скрыть от нее себя настоящего. И Брайан был впечатлительным и справедливым.

— Да. Ты замечательный и…

Морган не договорила, но он понял. Уголки его губ поползли вверх.

— Прошу тебя, продолжай.

Но она молчала, и Брайан спросил ее в ответ:

— Как насчет тебя? Ты тоже хороший человек. Потрясающий… и так далее. Разве ты не заслуживаешь большего?

— Я перестала думать о том, чего я заслуживаю, когда у меня родился Брайс. Я ведь несу за него ответственность, и у меня есть обязанности, которые я должна выполнять. Теперь я мать.

— Даже матери должны время от времени наряжаться и ходить на свидания, Морган.

Она покачала головой.

— Это не мой случай.

— Почему?

Когда он смотрел на нее так, ей было трудно сосредоточиться.

— Я нужна Брайсу.

Брайан понизил голос. Он спросил обольстительным шепотом:

— А кроме этого, тебе разве ничего не нужно?

Вопрос был опасным. Ответ, который пришел ей в голову, оказался еще опаснее. Она перевела взгляд на его губы. То, что ей хотелось сделать, было запрещено, и Морган это понимала. Она не могла себе позволить еще одно безрассудство. Что, если из их отношений ничего не выйдет? Как быть? Ведь ей по-прежнему придется с ним видеться. Морган не была в родстве с Кэлиборнами, но ее сын приходился им родственником. Она не могла себе позволить рисковать.

Поэтому ответила:

— У меня есть все, что мне нужно.

Брайан заметил, что она дрожит. Ее тон казался решительным, но то, как она уставилась на его губы, говорило о волнении.

— У меня тоже, — сказал он.

И оба солгали.

Когда они подъехали к дому, где находился пентхаус, на улице стемнело. Брайан отыскал место для парковки. Морган не удивило то, что он, выйдя из машины, подошел к дверце с ее стороны и открыл ее. Но она была потрясена, когда он взял на руки Брайса с детского сиденья. Как будто они были одной семьей и это был его ребенок.

— Я отнесу его, — сказал Брайан, когда она потянулась к ребенку. — Конечно, если ты не возражаешь.

— Пожалуйста. — Она смотрела, как доверчиво малыш прижался к Брайану, сидя у него на руках, когда они шли к дому. — Знаешь, я никогда не замечала этого раньше, но у вас с Брайсом брови очень похожи.

Он выглядел удивленным.

— Вот как?

— Ну, не тогда, когда ты делаешь так.

Брайан остановился.

— Делаю как?

— Хмуришься. — Морган подняла руку и разгладила его бровь, но почти сразу же отдернула руку. Пытаясь скрыть свое волнение, Морган насмешливо сказала: — Ты часто так делаешь.

— Правда?

— Интересно, сможет ли он устрашать людей одним взглядом, когда вырастет.

— Чтобы совершенствоваться, нужно практиковаться несколько лет. Я должен буду заняться его обучением.

Ей бы очень хотелось, чтобы Брайан действительно принимал участие в жизни ее сына. На это она надеялась, когда осталась в Чикаго.

Когда лифт замер на верхнем этаже, Брайан заметил:

— По-моему, кое-кому нужно переодеть штанишки.

— Дай его мне. Я сейчас достану чистые.

— Все в порядке. Я сам это сделаю.

Морган понимала, что открыла рот, но, казалось, не могла его закрыть, когда наблюдала, как Брайан направляется по коридору в спальню. Она так и осталась стоять в коридоре с открытым ртом.

Между тем Брайан положил малыша на стол для пеленания и закатал рукава.

— Только не дерись, хорошо?

Ребенок принялся сучить ножками.

— Отлично. Так я и знал.

Последние несколько месяцев Брайан старался не брать малыша на руки и не прикасаться к нему, хотя очень часто ему хотелось его подержать. Одно то, что он находился поблизости от Брайса, вызывало у него слишком много воспоминаний, и даже самые приятные из них причиняли ему боль. Но в то же время он всегда помнил, что приходился дядей этому мальчику, ведь это был сын его брата. Морган и ребенок нуждались в нем. Намного сильнее его пугало другое — Брайан и сам скучал по ним.

— Между прочим, мне уже приходилось иметь дело с такими вот карапузами, — серьезно сообщил он малышу.

Ребенок смотрел на него во все глаза.

— Эй! Да ты, похоже, не удивлен.

На этот раз Брайс зевнул и отвернулся. Брайан аккуратно пригладил ему волосики.

— Похоже, у нас общие не только брови. Уши тоже, — деловито сообщил он малышу. — Мои немного больше твоих. У папы тоже были такие уши. Возможно, тебе повезет и, когда вырастешь, ты научишься шутить так же смешно, как он. У твоего папы это неплохо получалось. Он всегда говорил мне, что шутит за нас двоих. Я правда такой зануда или он ко мне придирался? Что скажешь?

Он скучал по Диллу. И по Кейдену.

— Знаешь, я так хотел, чтобы ты оказался его сыном. С самого начала я мечтал, чтобы ты оказался Кэлиборном. Знаешь, ты напоминаешь мне Кейдена.

— Брайан? — Морган стояла в дверях. — Я пришла посмотреть, как у тебя дела.

Он откашлялся.

— Хорошо.

— Тебе не нужна моя помощь?

— Нет. Пару раз в жизни мне доводилось менять подгузники, — сказал Брайан, переодевая малыша.

— Наверное, ты действительно когда-то делал это, — заметила Морган.

— Ты во мне сомневалась?

Она кивнула.

— Извини. Простоты не похож на мужчину, которому доводилось возиться с малышами.

— Я это делал какое-то время.

— Долго? — осторожно спросила Морган.

— Достаточно. — Он взял малыша на руки и прижал к себе. — Невозможно забыть ощущение, которое испытываешь, когда держишь на руках ребенка.

— Кто такой Кейден? — тихо спросила она.

Брайан закрыл глаза.

— Сын моей… бывшей жены.

— О! — Морган нахмурилась. — Я решила, что он твой сын.

Он резко рассмеялся.

— Я тоже так думал.

Брайан начал говорить. Морган не перебивала. Она терпеливо слушала. Его рассказ не на шутку взволновал ее.

— Мне так жаль, Брайан, — прошептала она и вытерла его слезы. Только теперь он понял, что плачет. Раньше его бы это смутило. Еще бы! Мужчины не плачут. Но сейчас он почувствовал себя так, будто сбросил тяжелую ношу. На душе у него стало легко легко. — Жаль, что ты не рассказал мне об этом раньше.

Странно. Он подумал то же самое.

— Я ни с кем не говорил об этом.

— Я ценю твое доверие.

Морган подошла ближе и прижалась щекой к его плечу. Брайан переместил малыша к другому плечу, и они простояли так долго-долго. Трое. Семья.

— Я могу остаться? — тихо спросил он. — Только чтобы переночевать.

— Да.

Вечером, когда Морган сидела в кресле и кормила Брайса, она слышала, как в соседней комнате Брайан ходит из угла в угол. Вскоре он пошел в душ и включил воду.

Морган дала малышу отрыгнуть и уложила его в кроватку. Она вспомнила рассказ Брайана. Ей было больно за него. Видно, что он безумно любил жену и доверял ей. Как же она могла так жестоко обмануть его? После этого трудно кому-то довериться. Ясно одно — его душевная рана затянется еще очень не скоро. Неудивительно, что поначалу Брайан показался ей таким циником. Теперь становится понятным, почему он больше не желает связывать себя обязательствами и встречается с такими, как Кортни. Сможет ли он когда-нибудь снова поверить женщине?

Морган легонько коснулась щеки Брайса и вышла из комнаты. Она должна запретить себе мечтать об этом человеке.

Было около девяти часов, когда Брайан босиком вышел в гостиную. Его волосы были влажными после душа. На нем были бежевые брюки, которые Морган уже видела раньше, и белая хлопчатобумажная футболка.

По телевизору показывали старое кино. Морган сидела перед экраном и грызла попкорн.

— Ты не хочешь поесть? — спросила она. — Я могу сделать тебе бутерброд или что-то в этом роде.

Брайан уселся на диван рядом с ней.

— Нет, спасибо. Что это за фильм?

— Точно не знаю. Я смотрю не с самого начала. Хочешь попкорн? — Когда он кивнул, она поставила тарелку между ними.

— Ты переставила телевизор, — сказал Брайан. — И диван.

— Да. Так гораздо удобней. Когда я перетаскивала телевизор, диван тоже пришлось передвинуть. Перед отъездом обещаю все вернуть на место.

— Не надо. Так лучше. — Он огляделся по сторонам и удовлетворенно кивнул. — Здесь стало намного… уютней.

Поскольку Морган не знала, что на это сказать, она спросила:

— Раз уж мы заговорили о переезде, то давай решим, когда мы поменяемся местами?

Брайан потер подбородок.

— Давай назначим переезд на следующий уикэнд?

— Конечно. — Морган вытерла пальцы салфеткой. — Мы будем свободны.

Они доели попкорн и досмотрели фильм. Когда стали показывать титры, Морган взглянула на Брайана. Неудивительно, что он так долго молчал. Он сидел, откинувшись на спинку дивана, и спал. Она щелкнула пультом и выключила телевизор. Позади у них был долгий и полный переживаний день.

Я должна его разбудить, подумала она. Пусть он ляжет в свою удобную постель.

Морган протянула руку и выключила свет. В темноте она почувствовала, как Брайан обнял ее одной рукой, будто не желая отпускать. Она снова опустилась на подушку, позволив ему притянуть ее к себе. Женщина приказала себе уйти, но оставалась именно там, где находилась, до тех пор, пока через пять с половиной часов ее не разбудили крики Брайса.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

В понедельник с самого утра зарядил дождь. Морган выскочила из дома с Брайсом на руках и поспешила к своей машине мимо лотков с прессой.

Как хорошо, что ее уже починили, а не то пришлось бы добираться своим ходом!

По пути ее внимание привлекла первая страница какой-то газеты.

На черно-белом снимке были она, Брайс и Брайан. Они стояли на улице возле дома, где находился его пентхаус. Морган прикасалась к лицу Брайана. И тут она вспомнила, как разглаживала его бровь, которая так напоминала бровь ее сына. На этом фото ее прикосновение выглядело гораздо более интимным.

На самом верху страницы красовался скандальный заголовок: «Еще один сомнительный Кэлиборн? На этот раз богатый отпрыск «Уинди Сити Индастриз» не торопится признать ребенка наследником».

Не веря своим глазам, Морган на ходу выхватила газету у продавца. Когда она бегло просмотрела статью, ее возмущению не было предела. Автор не только высказывал свои догадки относительно того, кто бы мог оказаться отцом Брайса, но и позволил себе недвусмысленные намеки по поводу ее проживания в пентхаусе Брайана. В заметке снова муссировали неприятные подробности его развода, в который раз повторяя, что Кейден не его сын.

Морган с ужасом подумала, как Брайан отреагирует на то, что его личную жизнь снова выставили на всеобщее обозрение.

Она расплатилась с лоточником и сунула газету в пакет. Ей нужно во что бы то ни стало показать это Брайану. Если он уже видел ее, то наверняка вне себя от бешенства. Когда она подошла к машине, ее волосы были влажными от дождя. Она быстро пристегнула Брайса на его сиденье сзади и села за руль. Затем попыталась завести машину, но у нее ничего не получилось.

— Не сегодня! — закричала она.

Колотя ладонями по рулю, Морган лихорадочно соображала. Брайан наверняка уже в офисе. Надо найти номер его телефона и предупредить его. Но тут она поняла, что забыла дома свой мобильный. Но ведь Брайан как раз сегодня собирался заехать к ним. Наконец машина тронулась.

Проезжая мимо станции надземной железной дороги, Морган вспомнила, что офис Брайана находится не далее чем в двух милях отсюда. Мотор снова заглох. Приняв решение, она вышла из машины и вытащила оттуда малыша. Вынув из пакета еще одно одеяло, она укутала им Брайса и бросилась бежать.

Когда Брайан вышел из лифта, настроение у него было хуже некуда. Обычно он приезжал в офис не позже половины восьмого, но сегодня он завтракал в «Ротари», на противоположном конце города, после чего у него была назначена встреча со служащими банка, а потом Брайан намертво застрял в пробке на Стейт-стрит. На часах было около десяти, и меньше чем через пятнадцать минут ему предстояли международные телефонные переговоры в связи с проектом расширения компании в Лондоне.

Бритни вошла в кабинет следом за ним, чтобы сообщить о телефонных звонках. За окном зарядил дождь, издалека донеслись раскаты грома. Понедельник — день тяжелый, решил про себя Брайан, а секундой позже ему бросился в глаза заголовок в одной из газет: «Еще один сомнительный Кэлиборн?..»

Мужчина грязно выругался, на что Бритни сказала:

— Извините, мистер Кэлиборн, но я подумала, вы захотите это увидеть.

Нет, лучше бы он не видел эту газету. Но Брайан все-таки прочел заголовок до конца и в бешенстве выкрикнул:

— Позвоните моему адвокату!

Молодая женщина кивнула, но с нерешительным видом задержалась в дверях.

— Что-нибудь еще?

— Да. Вам звонила мисс Стивенс. Дважды за последний час. Наверное, она тоже увидела эту газету, — холодно сказала Бритни.

Брайан закрыл глаза и вздохнул.

— Свяжите меня с ней.

— Но она не оставила номера телефона.

Он нахмурился.

— Ее не было дома?

— Нет. Она звонила по телефону-автомату. Конечно, это не мое дело, мистер Кэлиборн, но, возможно, сама мисс Стивенс и была одним из неофициальных источников.

— Что?

— Автор статьи упирает на то, что информация была получена им из неназванных источников, — повторила Бритни.

— Вы всерьез полагаете, что мисс Стивенс сознательно сделала себя и своего ребенка предметом пересудов? — резко спросил он.

— Я не знаю. Некоторые люди получают удовольствие от дурной славы и внимания. Вы ведь помните, она приехала сюда перед самыми родами, ворвалась в конференц-зал. — Она деликатно кашлянула. — Кроме того, газетчики могли неплохо ей заплатить.

— Вы думаете, что Морган продала эту историю «Сити Ток»? — Брайан не сердился, но чувствовал, как к нему возвращается недоверие.

— Надеюсь, что нет. Если я могу что-нибудь сделать, чтобы вам помочь, что угодно, буду рада. Но я подумала, что нужно предупредить вас об этом, ведь многое из того, что здесь напечатано… никому не известно. Кто еще, кроме нее, мог знать, что вы поселили ее и ребенка в вашем пентхаусе, хотя поначалу вы и сами не верили, будто этот ребенок — Кэлиборн?

— На что вы намекаете?

— Вы наняли частного детектива, чтобы он выяснил, с кем она водила шашни.

Когда он поднял брови, Бритни сказала:

— Я видела счет-фактуру, которую Гил Роджерс прислал на прошлой неделе вместе с докладом.

А для того, чтобы узнать, что он выяснил, ей нужно было прочитать сам доклад. Что она и сделала.

Брайан поднял руку:

— Стоп! Эти подробности знают несколько человек. И вообще все, что написано в этой статье, — грязная ложь. Морган в жизни не стала бы рассказывать им эту историю. Здесь же переврали все факты. Что касается денег, то Морган заработала их сама.

— Как? Так значит, это правда?

— Да. Но я согласен с тем, что информация поступила из внутреннего источника. Когда я узнаю, кто несет ответственность за эту историю, а я обязательно выясню, этот человек больше не будет здесь работать. Посему для него было бы лучше заблаговременно написать заявление об увольнении и освободить свой рабочий стол раньше, чем я об этом попрошу.

Ему показалось или она действительно побледнела? Похоже, ему не придется искать предателя.

— Если Морган перезвонит, немедленно соедините ее со мной.

— Но международные переговоры по телефону… — начала Бритни.

— Прервите меня, если понадобится. Это важнее.

Начались переговоры, но Морган все не звонила. Брайану это не нравилось. Где она? К несчастью, ему оставалось только ждать.

За его спиной послышалось деликатное покашливание.

— Подождите минуту, Джон. — Он прикрыл телефон рукой. — Она позвонила?

— Мисс Стивенс здесь.

Он почувствовал облегчение.

— Предложите ей чашку кофе или чая, что она захочет, и скажите, что я освобожусь через несколько минут.

Но прошло около получаса, прежде чем он освободился. Когда Брайан вышел в приемную и увидел Морган, то обомлел.

— Боже мой! С тобой все в порядке?

— У меня все хорошо. — Но выглядела она ужасно. С волос капала вода, одежда промокла насквозь. На руках она держала Брайса, завернутого в теплое одеяло. Похоже, он прекрасно себя чувствовал, чего нельзя было сказать о его маме. Малыш с довольным видом потягивал сок из бутылочки.

— Что случилось? — спросил Брайан, как только за ними закрылась дверь кабинета.

— Мне нужно было тебя увидеть.

— Морган, ты промокла насквозь. — И замерзла, подумал он, когда увидел, что она дрожит. Брайан помог ей снять мокрую куртку и накинул на плечи пиджак. Они уселись на кожаный диван, на тот самый, где всего несколько месяцев назад ее осматривали врачи.

— Я попала подд-дождь. У меня снова с-слома-лась машина. Но я здесь не поэтому, Брайан. — Ее зеленые глаза встревоженно смотрели на него. — Я не знаю, как тебе об этом сказать, но…

— Ты увидела статью в «Сити Ток». на вздрогнула.

— Ты знаешь.

— Бритни принесла мне экземпляр. — Он нахмурился. — Вот почему ты бросилась сюда, несмотря на проливной дождь!

— Я пыталась позвонить из кафетерия, а потом со станции надземной железной дороги, но мне казалось, что о таких вещах нужно говорить с глазу на глаз. Мне так жаль!

— Это не твоя вина. Черт возьми, вы с Брайсом — такие же жертвы, как и я. Неизвестно еще, кому из нас хуже. Ты оказалась в этом замешана только потому, что связалась с Кэлиборнами.

Морган наклонила голову набок.

— Это хорошее имя. Оно стоит того, чтобы его защищали. Всегда отвечай ударом на удар, Брайан.

— Именно это я и собираюсь сделать. Я уже разговаривал со своим адвокатом насчет того, чтобы предъявить издателю иск о клевете. Они напечатали полуправду и отвратительную ложь, даже не потрудившись проверить факты.

— Из-за них я выгляжу как какая-то… — Недоговорив, она покачала головой.

Теперь настала его очередь извиняться. Он притянул ее к себе и поцеловал в висок.

— Мне жаль, что твое имя оказалось запятнанным.

— Думаю, я с этим справлюсь.

— Ты — да. — Но такая женщина, как она, этого не заслуживала. Брайан встал и помог ей подняться на ноги. — Вас с Брайсом нужно срочно отвезти домой, чтобы вы могли переодеться в сухое.

Морган не ожидала, что Брайан останется после того, как отвезет ее и ребенка в пентхаус. Но он не уехал, а предложил свои услуги в качестве няни для малыша, чтобы Морган могла принять горячий душ и переодеться.

За то время, что он был с Брайсом, она успела привести себя в порядок и сделать прическу «конский хвост». Ей не хотелось заставлять Брайана ждать слишком долго, ведь ему наверняка нужно было вернуться в офис. Но когда она вошла в гостиную, малыш спал, а Брайан, похоже, вовсе не собирался уходить.

Он сидел на диване, положив одну ногу на журнальный столик. Как только они приехали, Брайан скинул пиджак, а теперь ослабил узел галстука и закатал рукава белой рубашки.

— Скоро ланч. Не хочешь перекусить? — спросила она.

— Не очень. А ты?

— Нет. — Морган плюхнулась на диван рядом с ним.

— Я позвонил родителям, чтобы предупредить их, но оказалось, что они уже знают. Их сосед как раз купил эту газету и рассказал им.

Состроив гримасу, Морган спросила:

— Как они отреагировали?

— Ну, они были недовольны, но скорее встревожились из-за меня. — Он улыбнулся ей. — И из-за тебя. Они так рады, что ты собираешься переехать в их домик для гостей. Там вы с Брайсом будете в безопасности. Мама и папа об этом позаботятся. Они хотят созвать пресс-конференцию, Морган.

— Не понимаю… — рассеянно протянула она.

— Они хотят официально заявить о том, что Брайс — один из Кэлиборнов. Пусть все знают, что мы ничего не скрываем и этот малыш — действительно их внук. — Брайан повернулся и погладил ее по щеке. — Но это только предложение. Решение принимать тебе.

Морган отвела взгляд,

— Все это так низко. Я имею в виду газетную статью. То, что пишут о нас эти люди.

— Ты не обязана рассказывать им свою историю во всех подробностях. Брайс — сын Диллона, и ты приехала сюда, чтобы связаться с семьей своего ребенка. Тут нечего стыдиться.

— Ты полагаешь? — иронично спросила Морган. Она поднялась и подошла к своему спящему сыну. Взяв малыша на руки, она поцеловала его в лоб. — Я уложу его в кроватку.

Когда Морган вернулась, Брайан все еще сидел на диване.

— Мы не обязаны ни перед кем оправдываться, — сказал он ей. — Если не хочешь, можем не делать этого. Мои родители поймут.

— Нет. — Она покачала головой. — Я сказала тебе, чтобы ты защищал свою фамилию, отвечая ударом на удар. Я тоже должна это сделать. Твои родители правы. Если не сделать этого сейчас, про нас и дальше будут писать мерзкие пасквили.

Брайан встал с дивана и подошел к ней. Положив ей руки на плечи, он сказал:

— Ты уверена?

— Да. Я не позволю, чтобы о моем сыне ходили слухи.

Брайан обнял ее. Морган подняла руки и судорожно сжала его плечи. Ее волнение передалось ему. Он погладил ее щеки, шею, а потом начал расстегивать на ней блузку. Когда он расстегнул последнюю пуговицу и провел пальцами между ее грудей, она застонала от восторга.

—Ты не…

— Не в себе, — договорила Морган. Она отшатнулась и принялась застегивать блузку. Ее волосы растрепались, из хвоста выбилось несколько прядей.

Брайан тяжело вздохнул. Он собирался сказать: «невероятная», но она его перебила:

— Я… Мы не можем так поступать!

Брайан едва не возразил. Он был уверен в противоположном, но Морган была непреклонна.

— Мы можем сделать вид, будто ничего не было? — жалобно спросила она.

Они уже это сделали после того, как он поцеловал ее в первый раз. Не помогло. Но Брайан все равно кивнул:

— Если это то, чего ты хочешь.

— Ты ведь хорошо знаешь, что бывает, когда даешь волю чувствам.

Брайан взял пиджак. И хотя все существо кричало об обратном, вслух он произнес:

— Что ж, если тебе так спокойней, считай, что ничего не было.

Когда он ушел, Морган в изнеможении опустилась на диван. Ей было стыдно за свое поведение. Подумать только, она сама выставила себя на посмешище! А как она его целовала! И реагировала на его прикосновения! При воспоминании о них Морган вся покрылась гусиной кожей, а на глазах выступили слезы.

Однажды она уже позволила себя соблазнить. Сейчас она была в таком же смятении, но у Брайана нет необходимости ее обольщать. Женщина не понимала, когда и как это могло произойти, но знала одно — она по уши влюбилась в Брайана Кэлиборна.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Кэлиборны созвали и назначили пресс-конференцию на следующий же день. Морган понимала, что нет смысла ее откладывать. Но из-за того, что произошло между ней и Брайаном двадцатью четырьмя часами раньше, ее нервы никуда не годились. А теперь она должна будет во всеуслышание заявить, что между ней и Брайаном ничего нет и их связывает только Брайс.

Она выбрала для выступления перед репортерами костюм, который купила для встречи с Кэлиборнами во время прошлого уик-энда. Вряд ли ей хватило бы времени присмотреть что-то новое. Морган спросила себя, заметит ли кто-нибудь, что на фотографии она была одета точно так же. Что касалось Брайса, то его одежда вряд ли имела значение. Надо будет укутать его в одеяло и как можно меньше показывать.

В назначенный день Брайан прислал за ней машину. Пресс-конференция была назначена на десять часов, она должна была состояться в одном из служебных помещений «Уинди Сити Индастриз». Морган приехала в начале десятого, и ее быстро провели в тот же конференц-зал, где она впервые увидела настоящего Брайана Кэлиборна. Сегодня он стоял за тем же длинным столом. Перед ним находилось несколько микрофонов. Он был таким же красивым и властным, как в день их знакомства. Только теперь при виде Морган уже не хмурился, как тогда, а улыбался. Его глаза сияли.

Джулия и Хью уже были в зале. Джулия обняла Морган и взяла на руки сонного Брайса. Хью тоже обнял ее.

Брайан подошел к Морган и протянул ей чашку чая. Он не стал ее обнимать, но сжал ей руку и спросил:

— Нервничаешь?

— Да. У меня ведь нет опыта в подобных делах. Это моя первая пресс-конференция.

— Мне уже приходилось выступать перед журналистами, но я тоже волнуюсь. Я предпочел бы говорить о бизнесе, а не о своей личной жизни, — печально сказал он. — Ты читала записи, которые я прислал вчера вечером?

Она кивнула. Вчера Брайан действительно переслал Морган по электронной почте примерные вопросы, которые, по его мнению, могли задать ей репортеры, и подходящие ответы. Главное — быть честной и говорить кратко, предупредил он ее.

— Запомни: не говори им того, о чем они не спрашивают. Кроме того, ты можешь не отвечать на вопросы, которые тебя смущают, — сказал Брайан.

В дверь постучали, и секунду спустя молодая женщина заглянула в конференц-зал.

— Все в сборе. Могу я пригласить гостей сюда, мистер Кэлиборн?

— Дайте нам еще пять минут, — сказал он.

— Кто это? — спросила Морган.

— Моя новая секретарша. — Брайан сжал губы.

— А где же Бритни?

— Она приняла единственно верное решение — уволиться.

Они встали в дальнем конце комнаты. Морган держала на руках Брайса, по обе стороны от нее расположились старшие Кэлиборны. Брайан стоял перед ними около микрофонов. Секретарша открыла дверь в конференц-зал и пригласила войти собравшихся в приемной.

Несмотря на то что репортеры и фотографы держались от нее на почтительном расстоянии, Морган видела по их лицам, что им не терпится услышать подробности. Когда шум стих, Брайан откашлялся и произнес заранее подготовленную речь:

— Я благодарю всех гостей за то, что почтили нас своим присутствием. Вы знаете, в «Сити Ток» недавно напечатали рассказ о моей семье. Эта история содержала много косвенных намеков, непроверенных фактов и лжи. Мой адвокат намерен подать от моего имени иск о клевете. Мы пригласили вас в этот зал, чтобы внести ясность. Во-первых, ребенок, о котором идет речь, — один из Кэлиборнов.

Со всех сторон засверкали вспышки фотокамер, репортеры начали выкрикивать вопросы. Брайан не обратил на них внимания и продолжал:

— Его зовут Брайс Диллон Стивенс. Он сын моего покойного брата.

Брайан дал слово одной из журналисток.

— Лесли Майклсон, «Сити Ток», — представилась женщина. — Эту статью, которая появилась в нашей газете, написала не я. Из неофициальных источников моим коллегам стало известно, что этот ребенок — ваш. Вы ведь не отрицаете, что мисс Стивенс в течение нескольких месяцев пыталась связаться с вашей компанией и искала с вами встреч в связи с ее беременностью?

— Мисс Стивенс действительно связалась со мной, когда искала отца своего ребенка. Но на тот момент Диллона уже не было в живых, поэтому я попросил моего адвоката лично заняться этим вопросом.

— Вопрос предназначается мисс Стивенс, — вмешался в разговор еще один репортер. — Как вы познакомились с Диллоном Кэлиборном?

— Я познакомилась с ним, когда была в отпуске. Он был очень обаятельным человеком, и я с большим сожалением узнала о его смерти.

Мужчина открыл рот, собираясь продолжить, но прежде, чем он успел это сделать, Брайан кивнул следующему репортеру, предоставляя ему право слова.

— Мистер и миссис Кэлиборн, есть ли у вас хоть какое-то сомнение в том, что ребенок мисс Стивенс ваш внук?

— Абсолютно никакого. — Джулия улыбнулась лучезарной улыбкой.

— Он явно один из Кэлиборнов, — согласился с ней Хью. — Если бы Брайс мог это сделать, он бы давно поставил вас об этом в известность вместо того, чтобы слушать ваш вздор.

В зале раздался неловкий смех. Репортер обратился к Брайану:

— Чтобы установить отцовство сына, которого зачала ваша бывшая жена, когда была замужем за вами, вы сделали анализ ДНК. А был ли он сделан сейчас? Иначе как установить отцовство?

Морган бросила взгляд на Брайана. Несмотря на его непроницаемое лицо, она поняла, сколько боли причинил ему этот вопрос.

— В этом не было необходимости. Я доверяю мисс Стивенс.

— Поэтому вы наняли частного детектива, чтобы он разузнал о ее прошлом и сообщил вам о других мужчинах, с которыми она могла встречаться в то время, когда был зачат этот ребенок?

Морган не ждала этого вопроса. Она еле слышно охнула и откашлялась, чтобы замаскировать свое удивление.

— Я отвечу на этот вопрос, — сказала она.

Репортеры снова начали делать снимки. Она подошла к микрофону, держа ребенка спиной к фотокамерам.

— Это была моя идея. — Морган не спрашивала себя, почему ей пришло в голову сымпровизировать, но она была уверена, что поступает правильно. — Кэлиборны сразу же приняли моего сына и меня. Они были на редкость добры к нам. Но, учитывая, через что прошла их семья, мне не хотелось, чтобы они сомневались в моих утверждениях. Даже несмотря на то, что они не видели надобности в анализе на установление отцовства, мне хотелось, чтобы у них было как можно больше фактов.

— Вы по-прежнему живете в пентхаусе мистера Кэлиборна? — спросил кто-то из зала.

— Сегодня я переезжаю, а он вернется в свой пентхаус. Мистер Кэлиборн был очень добр, когда пригласил меня пожить там. И я благодарна ему за гостеприимство.

— Куда вы переедете?

— Вы действительно думаете, что я дам вам свой новый адрес? — с улыбкой спросила она.

В зале раздался смех. Затем им задали еще несколько ожидаемых вопросов из зала, на которые они с легкостью ответили.

— Хотите узнать что-то еще? — спросил Брайан.

— Мистер Кэлиборн, как именно вы относитесь к мисс Стивенс?

Если бы этот вопрос задали Морган, она бы не нашлась, что ответить, но Брайан повел себя иначе. Он, не колеблясь, сказал:

— Мое отношение к мисс Стивенс очевидно. Ее сын — мой племянник, и, поскольку моего брата больше нет в живых, я чувствую, что обязан о них заботиться.

Его слова вторили тому, что Бритни сказала Морган, когда она переехала в пентхаус: «Мистер Кэлиборн очень серьезно относится к своим обязанностям».

Мужчина записал ответ в блокнот, а Морган выглядела заметно расстроенной. Неужели единственное, что держит около нее Брайана, — это чувство долга?

Когда репортеры вышли из конференц-зала, Джулия со вздохом опустилась в кресло.

— По-моему, все прошло хорошо.

Морган прислонилась к стене, укачивая ребенка и уставившись на ковер. Она была спокойной, даже слишком, и Брайан подозревал, что знает причину.

— Мама, не могли бы вы с папой отнести Брайса ко мне в кабинет? Мне бы хотелось минуту поговорить с Морган наедине.

Когда за его родителями закрылась дверь конференц-зала, он повернулся к Морган.

— Это было довольно жестоко. Как ты?

— У меня все хорошо.

Лгунья, подумал он.

— Послушай, Морган, насчет частного детектива… — начал Брайан.

Она покачала головой, пресекая его дальнейшие объяснения.

— Не надо, Брайан. Тебе незачем оправдываться. Я не знала, что ты нанял его, но понимала, что ты мне не доверяешь. Ты так явно это демонстрировал.

— Поначалу — да. Но это было до того, как…

До того, как они смогли лучше узнать друг друга и он увидел, что она честная, порядочная, потрясающая женщина.

До того, как поцеловал ее и его мир полетел в тартарары.

До того, как в нее влюбился.

Любовь? Боже мой! Брайан даже не мог этого предвидеть.

Морган наблюдала за ним и ждала, когда он продолжит.

— Я позволил прошлым обстоятельствам моей жизни взять верх над чувствами к тебе. Когда я сказал репортерам, что ты совсем не похожа на мою бывшую жену, то говорил искренне. Мне следовало понять это сразу.

— Я не сержусь.

— Тебе, наверное, было жутко обидно, а тем более — учитывая твое состояние. Я знаю, через что тебе пришлось пройти. Твои родители…

— Детектив?

Он виновато кивнул.

— Я даже не могу себе представить, каково тебе пришлось. Если бы не мое упрямство, ты познакомилась бы с моими родителями на несколько месяцев раньше.

Но больше всего Брайан жалел не об этом. Он до сих пор не мог простить Диллону, что тот солгал Морган, очаровал, обольстил, а потом бросил ее тогда, когда она больше всего в нем нуждалась, была такой ранимой и беспомощной. Диллон погиб, а она осталась одна с ребенком на руках. Нет. Больше всего Брайан злился на брата за то, что тот познакомился с ней первым.

— Все в порядке. В конце концов, все прошло так, как мы планировали. — Она указала на дверь и спросила: — Как ты думаешь, это все?

— Надеюсь, что да. Я пытался объяснить факты как можно яснее, чтобы никто не стал раскапывать дальше.

Морган заулыбалась.

— Что ж, значит, задача выполнена.

Сразу после пресс-конференции Морган и Брайс переехали к родителям Брайана в домик для гостей, а Брайан вернулся к себе домой. Он с грустью вынужден был признать, что после их отъезда в доме стало пусто. Когда он пришел с работы, квартира показалась ему большой и неуютной. Без Морган там стало тоскливо.

Брайан был одинок.

Через несколько недель ему стало ясно, что их отношения с Морган стали другими. Он вспомнил, как поцеловал ее и они решили не продолжать. Морган тогда попросила его вести себя так, будто между ними ничего не было. Неужели она обо всем забыла? В отличие от Брайана, который думал о ней постоянно. Каждую ночь он лежал без сна, мучая себя воспоминаниями о том, что было, и мечтами о ней. Но каждый день Морган давала ему понять, что близкие отношения между ними невозможны. Она улыбалась, но при этом держала его на почтительном расстоянии.

Это его убивало. А Морган, казалось, ничего не замечала.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

В середине ноября Морган выбрала дом. Она влюбилась в него с первого взгляда. Это был двухэтажный старинный особняк в тюдоровском стиле в тихом зеленом районе всего в нескольких милях от дома родителей Брайана. По сравнению с их особняком он был маленьким, но Морган понимала, что четырех спален и трех ванных комнат для них с Брайсом будет более чем достаточно.

Рядом с домом был большой сад, где росло несколько дубов. Бывшие владельцы уже освободили особняк, и Морган с малышом могла переехать туда сразу после оформления документов. Если все пойдет так, как она запланировала, они с Брайсом смогут вселиться туда ко Дню благодарения или, самое позднее, к Рождеству. Эта идея привлекала Морган. Несмотря на то что ей очень нравилось жить в домике для гостей и Кэлиборны ее не беспокоили, она мечтала о собственном доме, о месте, где она могла бы обустроить все по своему вкусу.

Сегодня Брайан собирался подъехать, чтобы осмотреть дом. Она попросила его об этом, потому что хотела знать его мнение. Дом стоил довольно дорого, а расплачиваться за него она собиралась деньгами, которые унаследовал Брайс. Морган ждала Брайана на подъездной аллее в своей новой машине. Она была куплена через несколько дней после того, как сломалась старая и Морган вместе с ребенком вымокла под проливным дождем.

Брайан подъехал на своем «лексусе» к обочине и вышел. С деревьев падали золотые листья. Морган тоже выбралась из машины и подошла к Брайану. Он стоял на мощенной кирпичом дорожке, которая вела к парадной двери. В своем темном костюме Брайан был невероятно красив.

Значит, приехал сюда прямо из офиса.

Его одежда была деловой, а улыбка — интимной. В ту же секунду Морган почувствовала, как застучало ее сердце.

С тех пор как прошла пресс-конференция, они еще ни разу не оставались наедине. Морган об этом позаботилась.

Надо расстаться с ним как можно скорее. Ни к чему все это.

Ее агент по недвижимости опаздывала, но вот-вот должна была подъехать. Агент впустит их в дом и ответит на вопросы. Но Морган все равно спрашивала себя, не совершила ли она ошибку, оставив Брайса на попечение родителей Брайана. Трудно делать глупости, когда у тебя на руках маленький ребенок.

— Здравствуй, Морган!

— Привет! — Они посмотрели друг на друга, им обоим стало неловко. После чего она спросила: — Ну, и как тебе нравится этот район?

Сунув руки в карманы брюк, Брайан огляделся по сторонам.

— Он считается престижным. — И выразительно посмотрел в сторону ее машины. — Разве Брайс не с тобой?

Морган покачала головой.

— Он у твоей матери.

Через некоторое время подъехала агент по недвижимости. Извинившись за опоздание, она отперла парадную дверь и жестом пригласила их войти.

— Если вы не возражаете, я останусь на улице, — проговорила агент, — и сделаю пару телефонных звонков, а вы пока покажете дом мистеру Кэлиборну.

Морган вынуждена была согласиться. Когда за ними закрылась дверь, она указала на комнату сбоку:

— Почему бы нам не начать осмотр со столовой?

Брайан послушно ходил по комнатам следом за Морган, терпеливо слушая и проявляя немалый интерес к ее планам относительно отделки. Но думал он отнюдь не об этом. Ему было ясно, что Морган влюбилась в этот дом. Брайану он тоже нравился. Несмотря на то что еще не было ни мебели, ни новых обоев, здесь было уютно.

Брайан на секунду представил себе, как Морган сидит в гостиной у камина и строго говорит Брайсу, чтобы он держался подальше от огня. Как печет печенье на кухне или пьет какао, сидя за столом. Как в библиотеке они свернулись калачиком вместе с Брайсом на мягком диване и смотрят книжку с картинками.

А потом он увидел, как она лежит на большой кровати в спальне наверху, одетая в белый атлас, улыбается и смотрит на него зовущими глазами.

— Что случилось?

Ее вопрос вернул Брайана из мира грез.

— Извини?

— Ты хмуришься. Разве тебе не нравится дом?

— Дело не в этом. Дом идеален. И он тебе подходит.

Проблема была в том, что Брайан слишком хотел оказаться здесь вместе с Морган и Брайсом. И с другими детьми, которые могли бы у них родиться. После развода он не допускал даже мысли о том, чтобы снова завести семью, детей. Слишком сильна была боль потери. Но теперь все изменилось. Жаль только, что Морган в нем уже не нуждалась. Она просто шла вперед навстречу заветной цели.

— Так как ты думаешь, мне стоит его купить?

— Да. Это хорошее вложение средств, хотя, учитывая нынешнюю ситуацию на рынке недвижимости, я предложил, бы более низкую цену, чем та, которую назначили.

— Мне тоже показалось, что это дороговато, — ответила она. — Тем более, что владельцы уже уехали и хотят поскорее продать дом.

Брайан замялся.

— Кстати… На следующей неделе я лечу в Лондон.

— Проект расширения компании? — догадалась Морган. Она довольно часто слышала, как его отец говорил об этом.

Он кивнул.

— На сколько дней ты планируешь уехать?

— Думаю, на месяц. Я буду скучать…

Брайан больше не мог это выносить. Ему так хотелось прикоснуться к ней. Он подошел ближе и погладил ее по щеке.

— По ком? — мягко спросила Морган.

— По Брайсу. Дети так быстро меняются. — Он перевел дыхание. — И по тебе, Морган. Я буду скучать по тебе.

Брайан нагнулся и поцеловал ее в губы. Поцелуй был нежным, она могла бы прервать его, если бы захотела. Но Морган его не остановила, и тогда Брайан вложил в него все чувства, о которых не мог сказать вслух. В отличие от него Диллон умел красиво говорить и в совершенстве владел искусством убеждения. Кроме того, его брат был непосредственным и никогда не думал о завтрашнем дне. Брайан был другим. Он всегда смотрел прежде, чем прыгнуть. Но умел убеждать по-своему.

У него появился план. Правда, на его осуществление потребуется время… Двадцать четыре часа.

— Мне скоро уезжать, Морган. Могу я завтра вечером зайти к тебе в домик для гостей?

— Хорошо, — медленно сказала она.

— Попроси мою мать снова побыть с Брайсом. Нам нужно кое-что обсудить.

Морган выдохнула. Она ходила взад и вперед по гостиной, надеясь хоть немного успокоиться. Она уже отнесла Брайса к Кэлиборнам и передала Джулии молоко и готовую смесь для малышей. Морган ждала Брайана с минуты на минуту. Она переодевалась три раза, прежде чем остановила свой выбор на коричневом свитере и брюках из твида. Морган вспомнила, как он смотрел на нее после того поцелуя.

Да, Брайана было трудно понять. Но когда они стояли в пустом доме и смотрели друг другу в глаза, она могла бы поклясться, что в его темных глазах светилось гораздо более глубокое чувство, чем желание заботиться. Морган была сама не своя, особенно после того, как Брайан признался, что в Лондоне он будет скучать по ним с Брайсом, хотя позже, когда пообещал, что заедет к ней вечером, он, как обычно, вел себя сдержанно.

Когда Морган стояла перед зеркалом и красила губы, в дверь постучали. Она взглянула на часы. Было еще рано. Морган распахнула дверь.

— Здравствуй!

— Привет! — Она поздоровалась самым небрежным тоном, на какой только была способна, и шагнула назад, чтобы позволить ему войти. — Давай я повешу, — добавила она и убрала его куртку в шкаф.

Он прошел в комнату и поставил на стол бутылку «Мерло», которую принес с собой. Морган до сих пор еще кормила Брайса и обычно не разрешала себе ни капли спиртного, но сегодня решила позволить себе немного вина.

Брайан откупорил бутылку и разлил вино по бокалам. Когда он взял свой, то вместо того, чтобы отпить из него, поставил на стол, а после расправил плечи, словно готовясь к битве. Он заговорил твердо и уверенно, и его слова скорее напоминали приказ, чем просьбу:

— Я хочу, чтобы вы с Брайсом поехали со мной в Лондон.

— Ч-что? — Услышав это, Морган чуть не расплескала вино.

Он взял у нее бокал и поставил его на стол для закусок рядом со своим.

— Я знаю, что уеду ненадолго, не больше чем на месяц, но хочу, чтобы ты поехала со мной.

— Вот как?

— По правде говоря, я не просто хочу взять тебя с собой в Лондон, я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, Морган.

Сердце в ее груди забилось как сумасшедшее. Она ожидала, что он объяснится ей в любви, но вместо этого Брайан произнес:

— Это имеет смысл по ряду причин.

— Как?! Брак имеет смысл? — спросила Морган. Ей показалось, что она ослышалась.

— Именно. — Он кивнул, заложил руки за спину и принялся расхаживать перед диваном, на который уселась Морган. Брайан начал быстро перечислять эти причины. Его голос звучал очень убедительно, но в нем не чувствовалось страсти, которую женщина ожидает услышать от мужчины, предлагающего ей руку и сердце. — Брайс — один из Кэлиборнов. Он является преемником одной из самых крупных компаний в стране. Я не жду, но надеюсь, что, когда Брайс достигнет совершеннолетия, он займет свое место в компании, которую основал его прапрадед. Я люблю Брайса. Знаю, мне потребовалось слишком много времени, чтобы это признать, но я говорю правду.

— У тебя были на то причины, — мягко сказала она.

— Я сделал бы для него все что угодно. — Так же, как когда-то для Диллона? — Я хочу заботиться о нем, Морган. — Как в свое время пытался заботиться о Диллоне? — И о тебе тоже. — Потому что Диллон никогда не смог бы этого сделать?

Ответственность, обязанность, долг. Морган выглядела разочарованной. По ее понятиям, обычно мужчина делает женщине предложение совсем по другим причинам.

— Но брак — это…

— Идеальное решение.

Поскольку Брайан употребил слово «решение», он явно имел в виду проблему. У Морган заныло сердце. Боль стала еще сильнее, когда он сказал:

— Мы с тобой совместимы. Я с удовольствием провожу время в твоем обществе. У нас схожие

вкусы — во всяком случае, в том, что касается еды и домашней обстановки.

Ее глаза сузились.

— Ты всерьез полагаешь, что китайская еда и отделка комнаты — хорошая основа для того, чтобы связать себя узами брака на всю оставшуюся жизнь?

— Я не это имел в виду. Просто дело в том, что многие знакомые мне пары поженились потому, что их влекло друг к другу.

— А это плохо?

— Нет, но этого мало. Чтобы брак был прочным, у людей должно быть нечто общее.

Пусть так, но он ни слова не сказал о любви, а между тем это единственная причина, по которой женщина выходит замуж!

— Я никогда не стану изменять тебе. Конечно, и ты тоже будешь хранить мне верность. И, конечно, я буду поддерживать тебя во всем. Например, если ты хочешь продолжать преподавать музыку в культурно-спортивном центре — пожалуйста.

— Вот как? Спасибо, что разрешил.

Брайан продолжал:

— У меня есть средства, на которые ты можешь создать собственный центр или что-то другое. Ты сможешь обучать молодежь музыке. Кэлиборны часто занимаются благотворительностью.

— Очевидно, им также свойственна властность. — Морган встала с дивана. Она услышала достаточно. Более чем. Еще парочка подобных заявлений, и она не выдержит.

Скрестив руки на груди, она вскричала:

— Какое ты имеешь право указывать мне, что делать? Да еще ждешь, что в браке я буду довольствоваться совместимостью? Когда я выйду замуж… если я когда-нибудь это сделаю… это будет по любви.

— Но…

Немного успокоившись, Морган продолжала:

— Что касается Брайса, тебе нечего тревожиться о том, что я лишу его наследства. Думаю, надо оставить ему фамилию Стивенс, хотя я помню, что он один из Кэлиборнов.

— Я не намеревался…

— Что? Оскорбить меня? Оскорбить меня и унизить? Что ж, ты этого добился. Я думала… — Она покачала головой и попыталась скрыть обиду за гневом. — Теперь это уже не имеет значения. Я ошибалась.

— Скажи мне.

Морган указала пальцем на дверь:

— Уйди, Брайан. Сию же минуту. Хоть ты и считаешь, что у нас очень много общего, мне что-то ничего не приходит в голову.

— Морган…

Она подошла к двери и распахнула ее.

— Может быть, твой отъезд даже к лучшему. Отдохнем друг от друга. Когда ты вернешься, мы с Брайсом уже переедем в новый дом, и каждый из нас будет жить своей жизнью.

Брайан остановился на пороге. Судя по его виду, он был в смятении.

— Ты на меня сердишься.

— И я очень разочарована. Когда делаешь предложение руки и сердца, не стоит объяснять это здравым смыслом и логикой, Брайан. Брак должен быть связан с любовью. Мужчина обычно мечтает жениться на женщине, потому что хочет быть с ней всю жизнь, а вовсе не потому, что ему пора остепениться и создать семью.

Морган захлопнула дверь раньше, чем он успел ответить. Она не желала больше слушать его холодные, разумные доводы.

Он все испортил. Брайан уселся в шезлонг у бассейна и стал вспоминать их разговор. Он изложил ей свои доводы в точности так, как планировал. Они казались ему разумными, когда он репетировал свою речь сегодня утром перед зеркалом.

Он опустил голову, потом почесал в затылке. Разумными. Боже, он вел себя как идиот.

«Если я когда-нибудь выйду замуж… это будет по любви».

Любовь. Это было единственное, о чем он ни слова ей не сказал, даже когда просил ее руки. Как холодно, должно быть, он говорил все это, подумал Брайан, когда садился в машину и заводил двигатель. Черт возьми, должно быть, его слова звучали так, будто он предлагал ей не женитьбу, а деловое сотрудничество.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Следующие несколько дней Морган старалась не думать ни о Брайане, ни о его предложении руки и сердца, потому что это «имело смысл». Она была обижена и сердита на него. Кроме того, Морган разочаровалась в самой себе, потому что после того, как он ушел, ее разобрали сомнения: а не стоило ли ей сказать «да»? Ведь на самом деле она любила его и хотела быть его женой.

Чтобы не думать ни о его предложении, ни о своем глупом отказе, Морган решила как можно скорее заняться переездом. Она уже обо всем договорилась с бывшими владельцами. Ей оставалось только закончить оформление документов и уложить вещи. Морган с нетерпением ждала, когда ей доставят новое пианино, которое она купила. Когда Морган жила в пентхаусе, она играла на рояле Брайана, а в последующие несколько недель — в центре на занятиях с детьми.

Но прежде, чем переехать, в новом доме предстояло сделать небольшой ремонт. Если все пойдет по плану, она и Брайс смогут съехать от Кэлиборнов в начале декабря.

К тому времени Брайан уже будет в Лондоне. Морган уселась за стол, пытаясь не думать о том, что, сегодня он уже уедет.

Она подняла глаза и увидела его за дверью, которая вела во внутренний дворик. Брайан постучался. Морган слезла с табурета, подошла к двери и открыла.

— Что ты здесь делаешь? — Она взглянула на часы. — Твой самолет вылетает меньше чем через три часа. Разве ты не должен сейчас ехать в аэропорт?

— Я не мог уехать, не попрощавшись.

У Морган заколотилось сердце. Она шагнула назад и пригласила его войти. В конце концов, он приходился дядей ее сыну.

— Ты приехал просто потому, что тебе захотелось меня увидеть, или есть что-то еще?

— Я здесь, чтобы извиниться.

— Хорошо. Я слушаю.

Брайан выдохнул. Он нервничал, что было для него нехарактерно.

— О, черт возьми, у меня это плохо получается.

— Что именно?

— Говорить. В тот вечер, когда я пришел сюда, я знал, чего хочу, но я неправильно себя повел. После моих слов у тебя осталось впечатление, будто моя конечная цель — обеспечить тебя и Брайса.

— А разве это не так?

— Нет. Ну, да. Конечно, я хочу тебя обеспечить. Но я ведь не поэтому… — Он снова выругался. — Я хочу жениться на тебе, Морган, потому что больше не желаю возвращаться домой в блеклый пентхаус. У меня блеклая жизнь. Я хочу, чтобы в ней появился цвет. Я одинок, но больше не хочу таким оставаться. И причина этому ты. Ты нужна мне, и я боюсь тебя потерять, потому что люблю тебя, Морган. Тебя и Брайса. И я хочу, чтобы мы были настоящей семьей.

Она зажала рот рукой, чтобы заглушить рыдания. Брайан любил ее. В его голосе была страсть.

— Ничего не хочешь мне сказать? — спросил он.

Морган подошла к нему. Впервые с тех пор, как они познакомились, Брайан не казался ей ни властным, ни строгим. От его искренности у Морган перехватило дыхание. Возможно, именно поэтому она так долго молчала.

— Ну? — Он напоминал человека, который стоял в зале суда и ждал объявления приговора.

И Морган положила конец его страданиям.

— Я могу сказать тебе только одну вещь. — Она встала на цыпочки, обвила руками его шею и прежде, чем прикоснуться губами к его губам, прошептала: — Похоже, нам придется созвать еще одну пресс-конференцию.

Content

ДЖЕКИ БРАУН
КУРОРТНЫЙ РОМАН

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ