Русканд Анна

Трое

Русканд Анна

Трое

Пролог

Дверь открылась и в дом вошла девочка лет пяти. Из ее зеленых глаз медленно текли слезинки, капая на игрушечного мишку, которого она держала в руках. Ее соломенные кудряшки выбились из косы и прилипли к мокрым щекам.

— Андре, это Лаари. Теперь она будет жить с нами — сказал мужчина.

Мальчик смахнул длинную челку, что вечно лезла ему в глаза и, взяв девочку за руку, потянул за собой.

— Пойдем скорей, я покажу тебе твою комнату — сказал Андре, подходя с малюткой к широкой лестнице, которая была устелена ковром. Мокрая обувь девочки оставляла на нем грязные следы, но никто сейчас не обращал на это внимания.

Когда они преодолели последние ступени, за окном сверкнула молния и раздались раскаты грома. Малышка от неожиданности вздрогнула и выпустила из рук своего мишку. Он быстро скатился к основанию лестницы.

— Пойдем, потом его заберешь — сказал мальчишка, но девочка не шелохнулась, А из боковой двери первого этажа вышел юноша. Он поднял игрушку, с легкостью преодолел ступени, и с ласковой улыбкой протянул ее Лаари.

— Спасибо — еле слышно прошептала девочка, робко улыбнувшись.

— Ну, скорее, — сказал Андре и увел ребенка за собой.

— Кристоф, вы должны беречь друг друга, чтобы не случилось, ведь теперь все вы одна семья.

— Я знаю отец — ответил юноша, вспоминая, как он сам попал в этот дом несколько лет назад.

* * *

Через раскрытые окна яркий солнечный свет заливал комнату. Свою веселую песню щебетали птицы. Девушка, лежащая на кровати, не открывая глаз сладко потянулась, затем села и нахмурилась. В этот момент раздался стук, но не успела она ничего ответить, как дверь распахнулась и на пороге появились ее братья. Андре с важным видом внес в комнату красиво завернутую коробку.

— Предупреждаю сразу, если тебе не понравится — покусаю.

— У какой кровожадный — сказала Лаари.

— Посмотрел бы я на тебя после того как ты три часа не могла бы определиться с цветом.

— Он там всех продавцов замучил, — поддержал брата Кристоф.

— Вот-вот — продолжал жаловаться Андре — ненавижу вам девчонкам выбирать подарки.

Лаари, улыбаясь, разворачивала хрустящую бумагу. Внутри лежал плащ цвета молодой травы, расшитый огненной нитью. Он настолько подходил к ее глазам, что девушка даже задержала дыхание.

Быстро вскочив с кровати, она подбежала к зеркалу.

— Он очень красивый.

— Лаари, ты ничего не забыла одеть? — спросил Кристоф.

Девушка с искренним удивлением осмотрела свою ночную сорочку, которая еле доходила до середины бедра, а прозрачность ткани требовала лишь небольшого усилия для дорисовки воображением всего, что находилось под ней. Но Лаари ничего необычного в этом не нашла.

— Кристоф, пол слишком теплый, чтобы надевать тапочки, — сказала она это так искренне, что старший брат не смог больше ничего произнести, зато Андре давился от смеха.

— Ну, что? — с раздражением спросила Лаари, — а если вы про ночнушку, так здесь нет того, кого бы я стеснялась.

И с искренним возмущением девушка отвернулась к зеркалу, продолжая рассматривать подарок.

Налюбовавшись обновкой, она повернулась к братьям, продолжавшим сидеть на ее кровати:

— Вы у меня замечательные, — вернувшись к молодым людям, девушка обняла их, но вдруг взгляд ее погрустнел, а в глазах появились слезы, — мне кажется, что сейчас откроется дверь и…

Договорить она не смогла, мешал комок в горле. За нее закончил Кристоф.

— Войдет отец.

Прошло уже три года, с тех пор как его затоптала лошадь и они остались втроем. Титул перешел к Кристофу, но двух своих других детей отец не обидел и завещал каждому приличную сумму денег, которую они получат после окончания академии, а пока все дела вел старший сын.

Кристоф прекрасно справлялся со своими неожиданно появившимися обязанностями, что не мешало ему преподавать в академии боевую темную магию, так как был достаточно сильным темным магом четвертой ступени. При этом он присматривал за учебой темного элементалиста Андре, который был еще тем шалопаем, обладающим третьей ступенью силы. Спрашивать об успехах Лаари Кристофу никогда не приходилось потому, что восторженные отзывы о ее старательности, внимательности, усидчивости и других достоинствах ему говорили сами светлые маги, однако порой было такое ощущение, что в нее вселялся бесенок и она совершала такие поступки, которых от нее никто не ожидал. Буквально на прошлой неделе травник с возмущением ему рассказывал, как она разбила окно в лаборатории, из-за какого-то спора.

— Напоминаю, что через три дня состоится бал, в честь молодой четы Робинсонов. Хочу упредить дальнейшие вопросы и сказать сразу, наше присутствие обязательно.

— Это же надо, все настроение испортил. Придется идти на эту скукотищу и выслушивать вздохи старых кумушек о том, какие же мы бедные детки, остались без присмотра.

— Лаари, кто бы жаловался? Ты будешь порхать по всему залу, как птичка.

— Ну да, — рассмеялся Андре — все достанется Кристофу, который будет отбиваться от потенциальных невест и их мамаш.

— Давайте оставим эту грустную тему и вернемся к делам насущным.

— Кстати о делах, у меня через полчаса лекция. Я побежал. До вечера, — сказал Андре, поцеловал девушку в щеку, еще раз поздравил и вышел из комнаты.

— На меня можешь даже не смотреть, на занятия я сегодня не пойду. Могу я хоть в свой день рождения пропустить академию?

— Главное не забудь, как в прошлый раз, что праздник длиться один день, а не два. Но я не об этом хотел с тобой поговорить. Одевайся и приходи в библиотеку у меня есть еще кое-что для тебя.

* * *

Лаари обожала сюрпризы и была уверена, брат ее не разочарует, он был всегда такой серьезный хотя, девушка знала, насколько очаровательна его улыбка. Девушек у него было множество, однако он никогда их не афишировал. Только в последнее время как-то задержалась Мишира, темный маг преподавала некромантию, черноволосая красавица с огненным взлядом, как и ее предмет была очень неприятной, впрочем такая 'симпатия' у них с Лаари была взаимной. Терпели друг друга только при Кристофе.

За этими размышлениями девушка не заметила, как дошла до библиотеки.

— Кристоф ты уже здесь? — спросила она, открывая массивную дверь.

Ее брат стоял у окна, рассматривая что-то вдали, мысли настолько поглотили его, что он не заметил, как принял магический облик. У всех магов оборотная сторона соответствовала ступени, которой они владели. У темных сначала появлялись клыки, затем рога, после чего когти и хвост, о четвертой ступени свидетельствовали глаза цвета крови. Пятой, наивысшей ступени достигали лишь единицы, в их королевстве таких было всего лишь четверо это вместе с элементалистами и светлыми магами. У достигших этого уровня появлялись огромные, красивые крылья.

Лаари не понимала почему, но Кристоф в своем облике пугал ее, может от того, что она была светлым магом, а может потому, что владела пока лишь второй ступенью. Девушка непроизвольно сделала шаг назад, когда мужчина обернулся. Кристоф все понял и принял свой обычный вид.

— Не хотел испугать. Извини.

— Просто не ожидала увидеть тебя в облике.

— Не переживай твоя реакция нормальна, ведь не зря темные и светлые маги разного уровня не могут быть вместе.

— Почему? Ведь брак между разноуровневыми светлыми или темными возможен.

— Тьма и свет, противоположные силы. Если маги с разными ступенями, то та магия, которая больше, подавляет вторую и маг умирает. Но я позвал тебя поговорить не об этом. Я хотел отдать тебе кое-что.

Кристоф подошел к сейфу и, набрав код, открыл его. Внутри кроме отчетной документации лежал белый конверт.

— Это письмо отец просил передать тебе в день твоего семнадцатилетия.

Лаари с такой осторожностью взяла его, словно это было сокровище, которое вот-вот рассыплется.

— Ты знаешь, что в нем?

— Нет, но в том письме, которое досталось мне, отец просил помочь, если ты попросишь.

— А можно я его позже открою?

— Конечно, оно ведь твое.

Лаари не спеша поднялась и, прижимая к себе дорогой сердцу конверт, вышла из кабинета.

* * *

Девушка дождалась пока Кристоф уйдет на занятия, и только потом достала письмо из тумбочки, куда она положила его, когда поднялась к себе в комнату.

Лаари аккуратно провела по нему пальчиками, разглаживая невидимые морщинки. На нем сверху было написано:

'моей любимице.'

Слезы, маленькими капельками падали на конверт. Отец был очень дорог ей, ведь и при его жизни она знала, что обожаема им. Он баловал ее и был ласковее, чем порой бывают родные отцы. Лаари никогда не забывала, что она приемная, но лишь для того, чтобы любить за это его еще сильнее. Биологических родителей девушка не помнила, она вообще ничего не помнила до того дня когда ее привели в этот дом, в ее семью.

Набравшись храбрости Лаари вскрыла конверт:

'Дорогая моя девочка, ты уже совсем взрослая и мне жаль, что меня нет рядом с тобой в этот замечательный день, но я уверен, что мальчишки прикладывают все усилия, чтобы ты была счастлива. Я оставил тебя в надежных руках.

Но пришло время тебе узнать кто ты.

Здесь ключ от хранилища. Верни то, что ты найдешь там истинным владельцам, и они вернут тебя себе. Проси помощи у тех кто никогда не оставит тебя одну.

P.S. С днем рождения, моя малышка. '

* * *

Она спешила по коридорам, просачиваясь между студентами, но вот на очередном повороте, не успев затормозить, девушка столкнулась с преподавателем. Когда она подняла глаза, то очень пожалела об этом, потому что перед ней стоял дотошный старый травник. И угораздило же ее столкнуться именно с ним.

— Так, так. Госпожа Лаари, а мне ваш брат сказал, что вы больны и ни сегодня, ни завтра вас на занятиях не будет.

'Какой же Кристоф у меня все-таки умница, на два дня прикрыл.' — подумала девушка.

— Все правильно, мне стало немного лучше, и я решила придти хотя бы на последнюю пару.

— Оказывается вы с такой скоростью на занятия спешили? — Лаари уже готова была кивнуть головой, как учитель добавил — Только светлый факультет находится в противоположной стороне.

'Попалась.'

— Дело в том, что как только я вошла в здание академии меня опять прихватило. Кишечный грипп, а крокулус что-то не очень помог, заваривала как вы учили — в следующий миг девушка схватилась за живот и изобразила новый приступ — ну, вот опять, извините. Побежала уборную искать.

И Лаари со всех ног бросилась вперед, пока противный старикан не прицепился еще к чему-нибудь. Если бы наверно и, правда, плохо стало на занятии, так не поверил бы, пока на него не стошнило.

Оказавшись, перед магической темного факультета, девушка робко постучав, заглянула туда, но день был явно не ее и в кабинете была Мишира со своей подругой такой же язвой, как и она сама.

— Что нужно?

— Ищу Кристофа.

— Зачем он тебе?

— Не знала, что должна отчитываться, Во-первых перед темными, а во-вторых когда ищу брата. Так где он? — Лаари не боялась быть грубой, преподаватели из темного факультета никогда не вели занятия на светлом.

— За твою грубость я могла бы и не сказать, вот только не стану опускаться до твоего уровня. Он в четвертом боксе.

— О, благодарю тебя, благодетельница. — издевательским тоном сказала Лаари, закрывая дверь.

— Не понимаю, почему она так преуспевает в магии, ведь явно сегодня не была на занятиях или это Кристоф так заступничает, ведь он такой душка.

Мишира посмотрела предупреждающим взглядом на подругу, словно говоря, мое трогать не рекомендую и лишь, затем ответила:

— Да нет, говорят дар сильный. Только вот почему-то вторую ступень перешагнуть никак не может, — и злорадно улыбнулась.

* * *

Лаари с трудом нашла четвертый бокс. Она не очень хорошо знала расположение тренировочных боксов темных, ведь они находились в подвальных помещениях, для более безопасного вызова различных умертвий. Любой бокс представлял собой вначале маленькую комнатку с рядом стульев и огромным стеклом, напротив, для наблюдения. В углу была еще одна дверь, которая вела в большой зал, где и происходят вызовы. В этих залах для более легкой ликвидации нечисти были поставлены заклинания, срабатывающие от щелчка пальцев. Однако Кристоф сегодня отрабатывал физические способы умерщвления зомби, для этого он снял мешающие ему плащ и рубашку. Клинки свободно рассекали воздух, и это позволяло отвлечься от всех посторонних мыслей. Адреналин выбрасывался в кровь, сердце казалось, выпрыгнет из груди и это приносило огромное удовольствие. Нечисть приблизилась вплотную, как вдруг чуткий слух сменившего облик Кристофа уловил звук открывающейся двери. На пороге стояла Лаари. Зомби быстро переключились на нее, почувствовав более легкую добычу. Темный маг бросился им наперерез, чьи-то когти полоснули его по груди прежде, чем он успел сделать щелчок. Не обратив на это особого внимания, мужчина уже скосил оружием первый ряд умертвий и лишь тогда сделал заветное движение пальцами, которое в оцепенении ждала девушка.

После чего маг развернулся и вытолкнул ее в переднюю комнату, где зажегся яркий свет, слепящий глаза. Лаари зажмурилась, а когда открыла их, то встретилась с горящими гневом красными глазами.

— Скажи мне — обманчиво тихим голосом спросил Кристоф — о чем ты думала, когда входила в зал, или тебе отказало зрение и стая нечисти перестала быть видна?

Девушка знала, что чем тише говорил маг, тем в большей ярости он был, а сейчас его тон приближался к шепоту, это означало, что нужно говорить только правду и схитрить не получится.

— Нет, я их видела. Просто я, когда вошла, была очень занята своими мыслями и успела лишь подумать, что, несмотря на угрожающий вид, но и в магическом облике ты очень красив, — от ее слов они оба смутились, — Я больше так не буду.

Она это произнесла, словно семилетний ребенок и злость за этот ее безрассудный поступок прошла, остался только страх за то, что могло произойти, если бы он не услышал или не успел. Кристоф обнял ее и прижал к себе. В сравнении с ним она была совсем еще ребенок: маленькая, хрупкая, нежная.

— Ты меня испугала.

— Что я такая страшная? — спросила Лаари, еще теснее прижимаясь к нему.

— Глупышка.

Осознав, что несколько задержал объятия, Кристоф отстранился от светлой магички.

— У тебя кровь. Давай я залечу, — сказала она, прикладывая ладонь к его ране на груди.

— Не нужно, — серьезно сказал мужчина, убирая ее руку, — само прекрасно заживет. И вообще, не хочу показаться грубым, но, что ты здесь делаешь?

— Ах, да. Я по очень важному делу. По поводу письма. Ты должен мне помочь.

Кристоф не спеша надел рубашку, затем небрежно накинул плащ. Видя это, Лаари нахмурилась:

— Не слишком же ты торопишься.

— Если это дело ждало столько лет, то 5 минут ничего не решат. Ну вот, теперь я, кажется, готов тебя выслушать, хотя предлагаю наш разговор перенести в магическую.

— Ну, уж нет. Там в кабинете твоя кобра со своей гадюкой сидят, и обменяться любезностями мы уже за сегодня успели, боюсь, вторая встреча за столь короткий промежуток времени может окончиться дракой.

— Лаари, прекрати.

— Даже не подумаю. Не я первая это начала.

Девушка вспомнила, как имела возможность поближе познакомиться с Миширой, за ужином, на который ее привел Кристоф. Не успели они остаться вдвоем, как весь налет доброжелательности слетел с лица темной, и она, приняв магический облик, принялась угрожать Лаари. Если девушка вначале не хотела вмешиваться в их с Кристофом отношения, то теперь это стало делом принципа. И пусть она не строила грандиозных интриг, но мелких пакостей устраивала немало, а самого молодого человека это, казалось, только забавляло.

— Ладно, ладно. Остаемся здесь.

— Вот письмо, прочти его.

Кристоф взял конверт:

— Ты уверена?

— Абсолютно, читай.

Лаари видела, как мужчина быстро пробежал письмо глазами:

— Он не указывает, что помощь ты должна просить у меня и Андре. Ведь я не ошибаюсь, и ты собиралась попросить его об этом?

— Нет, ты абсолютно прав. А отвечая на твой первый вопрос, могу сказать, что у меня больше никого нет, кому бы я могла безоговорочно доверить свою жизнь. Есть только ты, ну и конечно Андре.

— Тогда я предлагаю сегодня дождаться этого элементалиста, с его очередных 'занятий', и рассказать о письме, а завтра сходить в хранилище.

— С первой частью я согласна, но боюсь, до завтрашнего дня я не доживу. Просто умру от любопытства. Давай сходим в хранилище сегодня.

Темный маг усмехнулся:

— Не могу подвергать тебя такому риску. Идем сегодня. Кстати, завтра можешь не идти на занятия, я…

— Не продолжай, — перебила его девушка, — я уже в курсе о версии про нежданную хворь. Спрашивать, откуда, не нужно. Так получилось, что я встретила этого старикашку.

Лаари в красках описала столкновение со своим преподавателем в коридоре. Когда, наконец, Кристоф отсмеялся, то спросил:

— И каковы твои планы на завтра?

— Не надо давить на больное. Ну, что буду делать? Конечно, пойду на травоведенье, а то я и так, что-то сильно разгулялась. Необходимо осуществить план 'затишье перед бурей', да и мне необходимо подтянуть 'восстановление энергетических и физических сил растений'.

— Это для того, чтобы, когда в очередной раз забудешь поливать дома цветы, особо не утруждаться и потратив немного манны фиалки как новые?

— Ты ужасен. Ну, подумаешь, несколько новых цветочков купили.

* * *

У Кристофа еще были дела в академии, поэтому они договорились встретиться позже. Сама организация 'Хранилище' представляла собой банк, в котором сохраняли только вещи. Располагались ячейки глубоко под землей, где соблюдались определенная влажность и температурный режим. Не каждый мог позволить хранить что-либо в 'Хранилище', так как удовольствие это не дешевое и если там что-то оставляли, то действительно ценное. Забрать из ячейки предмет мог только тот, кто имеет ключ и может ответить на кодовый вопрос. Это немного беспокоило девушку, она никак не могла придумать, что же загадал отец. А вдруг она растеряется и не сможет вспомнить, другой попытки не будет, но с ней пойдет брат, а он точно что-нибудь придумает. Вот только самого Кристофа, почему-то не было.

Неожиданно рядом с девушкой остановилась карета, из нее вышел темный маг и с улыбкой помахал уезжающей Мишире. Обернувшись, он столкнулся с сузившимися глазами Лаари.

— Да, я опоздал и хватит зубы сжимать. Есть нечем будет, — и, не обращая больше внимания на возмущенный взгляд девушки, вошел в здание.

Их встретил огромный холл, в котором, не смотря на царившую за окном жару, было прохладно.

— Здесь так пусто, — негромко сказала девушка, но эхо казалось, разнесло ее слова в каждый уголок помещения.

Не успел Кристоф ничего ответить, как навстречу им вышел мужчина средних лет, одет он был в костюм тройку, идеально отутюженную без единой складочки. ' В нем наверно очень тепло' — подумала Лаари и словно услышав ее мысли Кристоф накинул ей на плечи свой пиджак.

— Чем могу быть вам полезным, молодые люди?

Видя, что Лаари немного растерялась диалог начал Кристоф.

— Отец воспользовался услугами вашего банка и положил для сестры подарок. Мы хотели бы забрать его.

— Для начала необходимо сверить некоторые данные.

Мужчина задал девушке несколько вопросов. При этом ее ответы он никуда не записывал. После опроса, словно из ниоткуда, появилась девушка, одета она была также как и мужчина, костюм тройка серого цвета, волосы убраны в косу. Ничего не сказав, она передала конверт и исчезла также незаметно, как и появилась. Мужчина просмотрел содержимое и, растянув губы в какой-то пустой улыбке, сказал:

— Все верно. Если ключ у вас собой пройдемте.

Одна из стен отодвинулась, и показался лифт. Эта холодная, какая-то не реальная атмосфера пугала Лаари и она поближе подвинулась к Кристофу, ища у него поддержки. Темный маг обнял ее за плечи.

Лифт сначала немного дернулся, а затем резко начал движение, набрав большую скорость. Когда они, наконец, остановились и вышли, девушку, немного, мутило, ей казалось, что сейчас она точно ничего не вспомнит, но это была не последняя неожиданность. Их провожатый сообщил, о невозможности дальнейшего сопровождения Лаари Кристофом. Маг спорить не стал и лишь ободряюще улыбнулся сестре.

Дальнейший путь их был не долог и, завернув за очередной поворот, они остановились в тупике. Служитель банка сделал какой-то жест рукой и вдруг раздался голос отца:

— Все радуются большому дару, но лишь любовь считает это великим наказанием.

Ответ пришел как-то сам собой.

— Крылья, — и вновь, эхо разнесло голос по всему подземелью.

— Ты умница, — последовал ответ отца.

Вдруг все пришло в движение, и прямо из земли показался маленький сверточек. Лаари подняла его, но раскрывать не стала. Сопровождающий повернулся и повел девушку обратно. Она была очень рада вновь увидеть Кристофа, но еще более счастливой почувствовала себя, когда за ними закрылась дверь хранилища, и теплый летний воздух окутал их.

— Ужасное место — сказала магичка, — теперь я понимаю, почему оно такое надежное, мало того, что запутаешься во всех этих переходах и поворотах, так испугаешься самой атмосферы, что царит там, и ни за что грабить не пойдешь. Если бы я была одна, то наверно умерла от страха.

— Не стал тебя пугать заранее, но эта не реальная атмосфера от того, что сокровища охраняют сторожевые духи и при малейшем неверном ответе или движении они приходят в действие.

— Как их только не бояться работники?

— Просто они и есть эти самые духи.

Глаза девушки округлились:

— Ты хочешь сказать, что этот мужчина и женщина и есть стражи? Я очень благодарна тебе за то, что заранее не рассказал. А кому же тогда идут деньги от содержания банка?

— Увы, но никто этого не знает. Мне просто интересно, а как вы с духами на занятии работаете, если ты их так боишься?

— Ну, ты сравнил. Там мы все вместе, да и духи не такие, тоже конечно неприятные, но не до такой степени. Это вы с всякими мрачными субъектами работаете…

Так, болтая ни о чем, они и добрались домой.

* * *

Андре тихо крался по коридору, только бы не потревожить чуткий слух Кристофа. Нет, он нисколько не боялся его, но жутко не любил выслушивать долгие нотации. Молодой человек прекрасно помнил, как в свое время старший брат сам пропадал ночами неизвестно где, но Андре и не спорил с Кристофом, так как знал, что это его обязанность: делать вид, будто он не одобряет халатного отношения к нормам морали. В эту игру почему-то играют все из поколения в поколение. Причем тот, кто в юности балагурил больше всех, потом становится основным блюстителем правил приличия.

Неожиданно под ногами скрипнула половица, дверь гостиной открылась, и на пороге стоял Кристоф.

— Наконец-то. Лаари успела поспать прежде, чем мы дождались тебя.

— Ну, я немного задержался.

— Совсем чуть-чуть. — иронично сказал старший брат, — Ладно проходи, у нас к тебе дело.

Выслушав рассказ Андре был в праведном гневе:

— Как вы могли? Почему обо мне никто не подумал? Ходили в хранилище и без меня! Выпадет ли еще шанс там побывать? Кстати, а что в свертке?

— Мы тебя ждали, чтобы вместе посмотреть.

— Тоесть вы его не разворачивали?

— Говорю же, нет, тебя ждали. Давайте откроем скорей.

Развернув сверток, Лаари разочарованно нахмурилась:

— И кто знает, что это такое?

Все молчали. Отец оставил девушке круглый медальон в центре, которого располагалось солнце, выходящее из-за, увитых плющом, ворот. По кругу были начерчены золотистые руны, а на обратной стороне изображена лестница из пяти ступеней.

— Да, негусто, — сделал вывод Кристоф.

— Не будем отчаиваться и давайте рассуждать логически. Здесь изображено солнце, а это значит свет. Медальон связан со светлой магией. Выглядит он как древний артефакт. Значит необходимо проконсультироваться у какого-нибудь специалиста по светлым древним артефактам.

— Лучше всего у нас в этом разбирается магистр Хаил Иаои, не зря же он ведет 'Светлую историю, мифы, легенды'.

— Ты прав Кристоф, именно к нему и нужно обратиться. Я точно не помню, но, кажется, совсем недавно он что-то рассказывал о похожем знаке и о народе рихой или кихой. Не помню.

— Я думаю Андре, что раса называлась сихой. Это древний северный народ, о нем ходит множество легенд, но нет, ни одного подтверждения. Лаари, твое задание найти завтра Хаила Иаои. Наш общий сбор объявляю на ужин. А сегодня расходимся, не всем завтра к третьей паре. — Кристоф выразительно посмотрел на Андре.

— Вообще-то мне к первой.

— Зная тебя, я уверен, что ты пойдешь к третьей.

* * *

Лаари счастливая бежала по коридору особняка. Девушку настолько переполняла радость, что ею просто необходимо было с кем-то поделиться. Подергав за ручку двери в комнату Андре, она поняла, что его еще нет. Тогда Лаари двинулась дальше. Влетев в спальню Кристофа Светлый маг успела только прокричать:

— У меня потрясающая новость, я… ой, простите.

В комнате Кристоф был с Миширой, при этом она пыталась справиться с ширинкой на его брюках. Сама же Темный маг была одета только в нижнее белье. Лаари видя такую картину, шмыгнула обратно за дверь.

— Скажи мне, тебя не учили стучаться? И ничего, что на входе стояло запирающее заклинание? — мужчина был в ярости.

Девушка понимала, что действительно была не права, но ей так было хорошо, она с таким нетерпением хотела ему рассказать, а теперь это все неважно, он уже не будет за нее рад… а она так ждала этого, а он кричит на нее. Мысли, от жалости к себе, начали путаться и Лаари смогла лишь сказать:

— Я… я его не заметила. Машинально вскрыла и все. Просто я хотела рассказать, теперь у меня третья ступень, — девушку начали душить слезы и она побежала к себе в комнату.

* * *

Кристоф вошел к ней минут через 15. Она слышала, как с ним препиралась Мишира, как она не хотела уходить, говорила, что это послужит мне уроком и совсем не обязательно идти на поводу у соплячки, но он настоял на своем и выпроводил ее за дверь. Затем немного постоял на балконе, собираясь с мыслями, и только тогда пришел к ней.

Лаари горько усмехалась про себя, потому, что в первый раз была согласна с Миширой и также как она считала необходимым побыть одной. Девушке нужно было осознать, что они втроем стали взрослыми, у каждого появились свои дела, круг интересов и в дальнейшем они будут только отдаляться друг от друга. Андре уже трудно застать у себя, он практически ничего не рассказывает. И если у него идет период беззаботной, ни к чему не обязывающей юношеской жизни, о которой младшей сестренке знать не нужно, то Кристоф уже сформировавшийся взрослый мужчина, которому пришло время остепениться и завести свою семью. Совсем неважно будет это Мишира или какая-то другая девушка, главное у него будут свои дела, в которых не останется места для Лаари. Нет, она не сомневалась, что выйдет замуж, но поймет ли ее кто-то, так как братья, будет ли кто-то так же надежен, как Кристоф, девушка не знала. Больше всего ее печалило, что происходящее было вполне нормальным жизненным процессом, но она так не хотела расставаться с тем, что у нее есть.

Мужчина сел рядом с ней на кровать:

— Я не должен был так сердиться.

— Нет, ты все правильно сделал, не отрицай, мы понимаем это оба.

Они замолчали. Тишину нарушил Кристоф:

— Ты нашла Хаила Иаои?

— Нет он уехал в экспедицию. Вернется через три дня.

— Расстроилась?

— Немного. Ты же знаешь любопытство мой главный порок.

— Об этом я знаю очень хорошо, — усмехнулся мужчина, — я помню, как ты выпила зелье, которое кто-то прислал мне.

— Зато я выручила тебя, ведь оно оказалось приворотным. — Лаари нежно улыбнулась воспоминаниям.

— Я рад за тебя. Мне жаль, что так сложились обстоятельства. Давай вечером устроим праздничный ужин в твою честь?

— Спасибо Кристоф, но сегодня всеравно все будет не так радостно, а все из-за глупого недоразумения. Я предлагаю перенести на послезавтра и совместить с днем Темных магов.

— Пытаешься подмазаться под наш с Андре праздник?

— Да, — ответила девушка, продолжая улыбаться- Кристоф, ты сильно обидишься, если я скажу, что очень устала и хотела бы отдохнуть?

— Даже не подумаю — он уже дошел до двери, потом, о чем-то вспомнил и обернулся, — Ты не показала мне самое интересное, свое новое магическое оборотное обличье.

Лаари неуловимо изменилась. На Кристофа смотрели лазурно-синие глаза, из-под волос слегка просматривались заостренные ушки, но самой главной переменой стали сами волосы. Кудри распрямились, а их цвет из соломенно-золотистого стал пепельным. Мужчина подошел к ней, рассматривая.

— Ты прекрасна, — прошептал он, затем дотронулся до ее щеки, словно вытирая не существующую слезинку, — я хочу, чтобы ты всегда помнила: ни один мужчина не стоит твоих слез, даже я.

После чего Кристоф развернулся и вышел за дверь, оставив Лаари в недоумении.

* * *

День с самого утра был суматошным. Вначале Лаари пригласила к себе на дом девушку, которая помогла ей с прической. Затем девушка привела в порядок свои ноготочки, вечно испачканные в чернила. После чего нанесла соответствующий приему макияж и только тогда решила надеть платье.

По правилам на бал незамужняя девушка должна была надевать наряды только белого цвета. Нельзя было сказать, что Лаари этот цвет не красил, однако она более привлекательно смотрелась в одежде других цветов и, чтобы не выглядеть совсем бледной поганкой, девушка мучила себя и брата с целью вживления в платье свежих цветов.

— Лаари, на этом заклинании они долго не продержатся.

— Зато не будут выглядеть, как будто их замариновали. Крепи я тебе говорю и не жалей силы, Андре, ничего, к завтрашнему дню восстановишься.

Когда практически весь корсаж был украшен, в дверь постучали.

— Войдите, — сказала девушка.

— Кристоф, ура! Спаси меня, эта живодерка проводит надо мной пытки. Уже полтора часа мы крепим эти дурацкие цветы и каждый раз ей все не так.

— Тогда я вовремя, — и мужчина положил, что-то на кровать.

Девушка заинтригованная развернула подарок, и в руках у нее оказалось прелестное платье фиалкового цвета.

— Кристоф, они не одобрят.

— С каких пор ты обращаешь внимание на пересуды?

— С тех самых как ты стал главой нашего дома.

— Тоесть ты считаешь, что мне стоит бояться этих чопорных старушек, божьих одуванчиков?

— Только они проглотят тебя и не подавятся, — со вздохом сказал Андре.

Время до приема пролетело быстро и вот уже карета подвозила молодых людей к особняку. Оказавшись в бальном зале Лаари затаила дыхание. Зал поражал своими огромными размерами, окна украшали витражи, на колоннах спиралью вились живые цветы, а пол был настолько вычищен, что казалось в нем можно увидеть свое отражение. Помещение украшали три хрустальные люстры с горящими свечами, которые были зачарованы и не потухнут, пока не прочитается гасящее заклинание.

Войдя в зал, девушка почувствовала, как все взоры обернулись к ней, и пошел неодобрительный шепоток. Лаари всегда удивлялась, как общество смогло пережить такой рудимент прошлого, как компаньонка иначе ей непременно пришлось бы найти оную или же переехать из особняка. В первый год после гибели отца до нее доходили высказывания, о том, что они все-таки не кровные родственники, но ребята решили стойко их игнорировать и вскоре все улеглось. Но вот сегодня девушка вновь в центре не лестного внимания.

После всех произнесенных официальных речей, наконец, начались танцы. И к своему удивлению Лаари заметила, что не обделена сегодня мужским вниманием. Партнер сменялся за партнером, все они пели ей хвалебные оды и говорили как устали от однообразия бледных девичьих лиц, но не одному из них она не верила.

Девушка с нетерпением ждала самой ее любимой и интересной части бала, которая наступала после полуночи. Как только часы пробивали 12, все гости принимали свой магический облик. Было интересно наблюдать, как люди меняются, да и движения в своем истинном обличье становились более грациозными, плавными и легкими. У Лаари складывалось впечатление будто она порхает, как бабочка.

Кристоф смотрел на это движение среди толпы, он слышал осуждающие высказывания в его сторону, о том, что он не может справиться с девчонкой и позволяет ей непростительные вещи. Однако сам понимал, эти старые перечницы просто боятся, что их дочери и внучки останутся без мужского внимания. Взгляд Кристофа не произвольно привлекала мелькающая то тут, то там хрупкая фигурка в фиалковом платье. Смотря на нее, Кристоф вспоминал свое детство.

Когда-то даже в самых смелых снах и мечтах он не мог и надеяться оказаться в таком месте как это. Хотя и мечтать ему было некогда. Своих родителей он не знал. Все первые воспоминания у него связаны с работным домом, в котором ему поручали самую грязную работу. Там ему нужно было просто выжить. День начинался засветло, а заканчивался, когда все уже спали. Кристоф был худощавым, долговязым мальчишкой и его часто отправляли в качестве трубочиста в дома состоятельных людей. Тогда его и увидел отец. Мальчишка был похож на недавно погибшего родного сына, и мужчина решил выкупить и воспитать мальчугана. Первое время Кристоф был диковат, с одной стороны его поражала вся эта роскошь, а с другой он не верил, что иногда люди помогают другим бескорыстно. Но время шло и медленно, но залечивала его раны, а также расширяла границы его магической силы. И вот спустя годы мальчишка трубочист стоит посреди этого великолепия с выражением легкой скуки на лице.

— Сначала он разрешил надеть это не приличное платье, а теперь она танцует с этим баронетом уже третий танец, там смотри они удаляться вместе в отдельную комнату.

— Да, да. Ты абсолютно права, это просто возмутительно! — донеслось до Кристофа.

Он уже и сам заметил этого нагловатого юнца. Вначале мужчине не понравились раздевающие взгляды в сторону Лаари, а теперь и руки баронета не находят себе места. Но вот танец закончился и Кристоф увидел, как девушку пытаются увлечь на балкон.

— Я не думаю, что это хорошая идея, — говорила Лаари, — и мне совсем не душно, я предпочла бы остаться здесь.

— Ну, что вы, там легкий бриз приятно обдувает кожу, — при этом баронет бессовестно пытался заглянуть за корсаж ее платья.

У девушки уже начиналась паника, она взглянула в сторону, где в последний раз видела братьев, но, ни одного из них там уже не было. В голове билась лишь одна мысль, что делать?

— Я думаю вам действительно стоит проветриться, но только одному, иначе, баронет, вы, выйдете вдвоем, но не с девушкой, а со мной, — раздался грозный голос Кристофа, он подошел с противоположной стороны, чем в той, в которой его высматривала Лаари.

В этот момент раздался бой часов и перед ними стоял Темный маг в боевом обличье. Настойчивый же ухажер, оказался элементалистом 1-й степени и затравлено взглянул на Кристофа.

— А теперь, дорогая сестра, я приглашаю вас на вальс.

Мужчина закружил ее в этом дивном танце. Он был самым лучшим ее партнером, только с ним она не следила за своими шагами, потому что начинала учиться танцевать именно с Кристофом. Сейчас она получала истинное удовольствие.

После этого танца воздыхателей у Лаари заметно поуменьшилось.

— Ты своим видом распугал всех моих поклонников.

— Ничего, зато остались самые преданные.

— И кто же это?

— Я и тот тип с красными волосами, карими глазами и кожей с голубым отливом.

Лаари повернулась в ту сторону, куда смотрел Кристоф, и увидела спешащего к ним Андре.

До конца приема Лаари еще несколько раз танцевала с Кристофом, Андре и другими воздыхателями. Они делали ей комплименты, при этом сами косились на выражение лица ее старшего брата.

* * *

Сегодня был день Темного мага, и вся ответственность за подарки ложилась на Лаари, потому что светлым магом в их семье она была одна. Еще за месяц девушка закупила все необходимое. Однако вчера в ее голову пришла идея сделать сюрприз, который братья никогда не ожидали бы, получить от нее. Весь день она готовилась и ждала их, наконец, пришел Андре с новостью разочаровавшей девушку.

Кристоф сидел у камина в квартире Миширы, не спеша, попивая вино. По его телу растекалась теплая жидкость, которая не только согревала, но и успокаивала, унося все тревожные мысли.

— Мне очень понравился твой подарок. Это именно то, что я хотела, — сказала девушка, ставя свою ступню между его ног.

Мишира наклонилась, показывая ложбинку между грудей, в своем открытом декольте.

— Этот кулон действительно очень идет тебе, — оценил мужчина, — прочти на обороте надпись.

Неожиданно он услышал мысленный зов Андре:

— Ты нам нужен. Ей плохо.

Кристоф тут же отпрянул от Миширы, которая тянулась к его губам, но она не хотела его отпускать и потянула за лацкан пиджака:

— Что-то не так? Ты сегодня такой официальный и в тоже время манящий. Я исполню любое твое желание, загадывай.

— Прости, но о ничего не получится. Мне надо спешить, — говорил он, отрывая ее от себя.

— Нет, ты постоянно куда-то исчезаешь, я не отпущу тебя.

— Мишира, что-то случилось с Лаари, — проговорил он, перемещаясь, но она настолько вцепилась в него, что прибыла в дом вместе с ним.

Лаари лежала на диване в гостиной, ее кожа была бледна, а на лбу выступили капельки пота, волосы разметались по подушке, а у кровати на коленях стоял Андре, обтирая ее лицо губкой.

— Что случилось? — спросил Кристоф.

— Сюрприз.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ты утром подарок получил?

Кристоф вспомнил найденный на подушке рядом с ним серебряный браслет с инициалами сестры и запиской, "Чтобы всегда помнил обо мне", и кивнул.

— Еще оказывается нас, вечером ждал сюрприз, но, не дождавшись тебя, она решила сделать все назло и вот результат.

— А что за сюрприз?

— Не поверишь, однако Лаари испекла торт, — Это действительно было шокирующей новостью. Девушка ненавидела готовить и когда они с Андре пытались приобщить ее к этому чисто женскому делу, она не просто высказывала недовольство, а портила блюда до такой степени, что их невозможно было есть: то пересолит, то переперчит, до такого состояния, что слезы из глаз. И тогда посовещавшись, мужчины, решили, что лучше готовить самим, чем переводить продукты понапрасну.

— Я не ослышался? — спросил Критоф.

Андре помотал головой, а Мишира удивленно посмотрела на Кристофа.

— И как она дошла до такого состояния? — спросила женщина.

— Узнав, что Кристофа сегодня не будет, и он забыл о своем обещании, она решила съесть все сама, до последнего кусочка. А результат перед вами.

Кристоф улыбнулся, присаживаясь у изголовья Лаари и гладя ее по влажным волосам:

— Ты совсем еще ребенок. Девочка моя, почему ты не позвала меня?

Но ответ Кристофу был не нужен, он и так прекрасно знал, что гордость не позволила напомнить об обещании. Она всегда была такой, даже если ей будет тяжело и больно, но через свои принципы она не переступит, будет идти до конца, и в тех случаях, когда это принимало такие детские формы.

— Кристоф, давай сварим зелье и вернемся к моему камину.

— Согласен, но мне нужно сосредоточится. Возвращайся без меня, а я потом, как справлюсь.

Андре был безумно удивлен, когда Мишира безропотно послушалась, и еще больше удивился, услышав какое заклинание читает Кристоф.

— Не смотри так на меня. Да я закрываю проход.

— Ты сделал ей дорогой подарок?

— Да и когда ты меня позвал, она должна была прочитать надпись.

— Я представляю, какая сцена будет тебя ждать завтра.

— Несмотря на неуемную энергию, едкость и показную навязчивость, Мишира очень понятливая и она не опустится до скандала. Просто перестанет со мной разговаривать, сделает вид, что меня не существует.

Мишира ждала его. Она, конечно не была безумно влюблена, но в груди он вызывал, какие-то чувства и что так же важно составил бы очень выгодную партию. Однако его все не было, тогда девушка начала рассматривать, подаренный им, кулон. Когда Мишира перевернула его горькое разочарование затопило ее душу. На обороте были выгравированы два знака, означавших: "Прости и прощай". В бешенстве она решила вернуться к нему домой и высказать все, что о нем думает, а когда почувствовала завесу, очень обрадовалась, что не совершила опрометчивый поступок. Затем в ее голову пришла мысль сказать, что потеряла подарок даже не успев как следует его рассмотреть. Но вскоре поняла, что это просто глупо. Глупо навязываться, пытаться вернуть то, чего нет.

Мишира открыла бутылку дорогого вина, взяла с собой фрукты и направилась в спальню, решив разрешить себе час, лишь один час пожалеть себя, а после она вновь превратиться в стерву, которую все бояться за острый язык.

Готовя зелье, мужчина думал о Мишире и всех остальных женщинах, которым делал такие подарки. Это был не знак, не отметка о его присутствии в их жизни, это была благодарность за частичку тепла, которую они ему подарили. Дорогой прощальный подарок, казалось, просил прощение за то, что его хозяин не смог оправдать ожидания.

Он достаточно много раз прощался, но не мог пересилить себя и не хотел портить жизни себе и той, которую он бы выбрал.

Его мысли прервала горячая капля обжегшая руку. Мужчина осторожно перелил содержимое пробирки в чашку и отнес девушке, которую за время его работы в лаборатории Андре переместил в ее комнату.

Дав выпить лекарство, братья увидели, как сразу прилила кровь к щекам Лаари. Ее дыхание перестало быть таким тяжелым, и сон девушки стал более спокойным и умиротворенным.

— Она проспит до утра, — сказал Андре, и мужчины разошлись по своим комнатам.

* * *

Кристофа разбудили раскаты грома. За окном бушевала гроза, ветром клоня деревья почти до земли. Еще одно сверкание молнии осветило комнату мужчины. Он быстро поднялся. С детства Лаари боялась грозы и всегда приходила к отцу. Как-то после его смерти, во время буйства стихии, Кристоф заглянул в ее комнату и увидел трясущийся под одеялом комочек.

И сегодня Темный маг тоже поспешил к ней.

В комнате окно было раскрыто, а Лаари сидела посреди кровати, вздрагивая от нового оглушительного хлопка.

— Что ты делаешь?

— Учусь бороться со своими страхами.

Кристоф улыбнулся и присел рядом:

— Как успехи?

— Пока получается.

Еще один раскат и она уже прижималась к нему.

— Я и вижу.

Мужчина потеплее укутал Лаари в одеяло и уложил на кровать, а затем лег рядом, окутывая своим теплом.

* * *

Свежий, наполненный озоном воздух, витал в комнате. Лучи рассветного солнца падали на лицо спящего Кристофа. Лаари бодорствовала уже давно и, прижавшись теснее к мужчине, рассматривала его лицо. Если бы она не знала о его прошлом, то подумала, что он из благородных, настолько аристократичными были черты. Девушке не хотелось будить Кристофа и она просто любовалась им. Затем осторожно провела рукой по темным, слегка вьющимся, волосам. Нежно дотронулась до ресниц. Кристоф открыл глаза.

Несколько секунд они лежали, просто смотря друг на друга и, вдруг, в воздухе появился маленький рассерженный чертенок и оглушительно прокричал:

— Вставай уже. Сколько можно спать! Занятия через 3 минуты. Ты опоздал.

Кристоф вскочил с кровати:

— Опять! — и побежал к себе в комнату собираться.

О том, что на первую пару можно не спешить, если ее ведет Кристоф, знала вся академия. Он постоянно просыпал, была у него такая слабость. Только в последнее время, наколдовав себе этот будильник, мужчина являлся на занятие минута в минуту. Но сегодня Лаари быстренько развеивала этого чертенка, как только он появлялся, чтобы нарушить сладкий сон хозяина.

Лаари также поднялась и начала одеваться, она была полностью готова, когда за ней пришел Кристоф. Мужчина телепортировал их к стенам академии, так как перемещение в само здание было запрещено, и они поспешили по коридорам, каждый к себе на занятия.

Когда Кристоф подошел к своей аудитории, то был очень удивлен за дверью не слышалось ни звука. Заглянув туда он был еще больше поражен так как у доски стояла Мишира, что-то чертя. Увидев его, она обратилась к темным студентам:

— Как я и говорила, ваш преподаватель просто немного задерживался, — и уже обращаясь к мужчине- я надеюсь вашей сестре уже лучше?

— Да, — ответил ошеломленный Кристоф и сказал, уже уходящей, магичке, — Мишира, спасибо.

— Друзья должны друг другу помогать, — ответила она грустно, улыбнувшись.

Когда за ней закрылась дверь, Кристоф продолжил лекцию, а сам размышлял о том, что не ошибся и она действительно замечательный человек.

* * *

Андре заглянул в лекционную аудиторию и увидел, что Лаари болтает с Каминой, которая была ее соседкой по парте. Камина была интересной девчонкой, как внешне так и в общении, однако у нее был один большой недостаток: большей болтушки юноша не встречал. Даже преподаватели на занятиях опасались ее вызывать, она перескакивала с одной темы на другую, при этом тараторила так, что и слово вставить было невозможно. В этот момент Камина заметила парня и помахала ему рукой:

— О, Лаари смотри к тебе пришел Андре.

— Что-то случилось? — спросила девушка встревожено.

— Только, что я видел Хаила Иаои.

— А зачем вам Хаил Иаои? Он давал вам какое-то задание? — спросила Камина и продолжила — Кстати он вернулся сегодня из экспедиции, говорят привез дивный артефакт…

— Извини, Камина, но мы очень спешим, — с этими словами Андре схватил Лаари за руку и потянул прочь.

Когда они отошли на приличное расстояние, юноша поинтересовался:

— Ответь мне на вопрос, только честно: как ты с ней дружишь?

— Зря ты так ехидничаешь. Камина очень славная девушка, очень добрая, ну немного разговорчивая. Но это не самый большой недостаток.

— В ее случае я не уверен, — с недоверием сказал Андре, — мне кажется, что ее основной прием пыток — это "заговорить до смерти". И, на мой взгляд — очень не гуманный способ.

— Андре, ты невозможен, — со смехом сказала Лаари.

Они остановились у нужной им двери. Войдя в кабинет, молодые люди увидели, умудренного сединами мужчину, который очень увлеченно изучал какой-то древний фолиант, а вокруг было разбросано множество исписанных свитков. В комнате стоял запах старой бумаги, оттого что у каждой стены располагались высоченные шкафы с книгами.

— Что вас привело ко мне? — спросил Хаил Иаои, не отрываясь от своего занятия.

— Дело в том, что на днях Лаари обнаружила у себя в сумке интересную вещицу, ей ее кто-то подбросил. Взглянув на находку, я вспомнил, что о чем-то подобном вы нам рассказывали на одном из последних занятий, однако подробностей я не запомнил.

Лаари достала из своей сумочки медальон и протянула магистру. Он внимательно рассматривал под разными углами предложенную ему вещь:

— Знаете, юная леди, у того кто сделал этот сихойский ключ, просто талант к копированию. Если бы я не был уверен, в том, что сихои всего лишь миф, то подумал, что эта вещь настоящая.

Лаари поспешила забрать медальон из рук магистра.

— Кто такие сихои? — спросила она.

— Есть одна очень старая легенда, — Хаил Иаои снял очки, и устало потер глаза, — Когда-то сихои, еще их называли белыми магами, жили среди нас, однако они хранили втайне какой-то секрет, сейчас он, увы, затерялся. Однажды остальные маги раскрыли его и началось истребление сихоев. Когда их почти не осталось, было сделано пророчество, что они уйдут, и вернуться белые маги лишь тогда, когда тайна вновь забудется, а завесу откроет посланница, дитя их крови.

— А куда они ушли?

— По этой же легенде они поселились на далеком севере, и именно тогда горы Шиира сомкнулись в кольцо.

— Полная ерунда, — сделал вывод Андре, — там невозможно выжить. Ну, кто сможет существовать при температуре минус шестьдесят, не говоря уже о тех страшных духах, которые там обитают?

Магистр улыбнулся:

— Поэтому это всего лишь неподтвержденная легенда.

— Неужели никто не пытался найти сихоев? — спросила Лаари.

— Ну почему же? Туда не раз посылались исследовательские команды и только однажды оттуда вернулось два человека. Но они были лишены разума.

— А для чего медальон?

— Говорят, именно он способен открыть истинный путь.

Молодые люди, поблагодарив магистра Хаила Иаои за интересный рассказ, направились в особняк, чтобы рассказать обо всем Кристофу.

Выслушав их, Кристоф достал карту и внимательно начал изучать маршрут предстоящего путешествия.

— А почему исследователи не могли сразу телепортироваться к горам? — спросила Лаари.

— Там находится северный полюс планеты, который сбивает все координаты и выбрасывает в совершенно разных местах. Ближайший пункт, куда можно переместится, это деревушка Фийс.

— Но от нее до предполагаемого места назначения еще ехать и ехать и вообще мы не знаем правда ли все это, — сказал Андре

— Начнем с того, что не ехать, а идти. Лошади в глубоком снегу будут проваливаться, а во вторых более близкого места телепортации нет. Но ты прав, мы действительно не знаем, быть может это всего лишь сказка.

Братья вдвоем посмотрели на сестру:

— Не знаю как вы, а я отцу верю. Если бы это не было правдой он не оставил бы эту записку.

— Но может у нее есть какой-то другой смысл и передать эту вещь надо кому-то другому. Только ты можешь об этом знать.

— Если не хотите идти, я вас заставить не могу, — сказала Лаари, — но тогда я пойду одна.

— Мы с тобой, — поспешил успокоить ее Андре, — просто Кристоф хотел дать тебе еще одну возможную версию разгадки этого письма и медальона.

Все замолчали, обдумывая что-то свое.

— Раз мы определились, что других версий нет, продолжим обсуждение маршрута, — сказал Кристоф.

— Ты ведь нас сам телепортировать в эту деревушку не сможешь, — констатировала Лаари, понимая, что, не смотря на четвертую магическую ступень, преодолеть такое расстояние Кристоф не в состоянии, — тогда из какого портала мы это сделаем?

— Если учесть, что в наши планы академию мы посвящать не хотим, тогда и телепорт придется искать другой. А похожий есть в столице, куда я и предлагаю отправиться, но только на лошадях, чтобы не тратить лишний раз магическую силу для самостоятельного перемещения.

— Так давайте переместимся туда из академии, — предложил Андре.

— Но о телепортации пойдешь просить сам. И кстати они тебя действительно пошлют, только, боюсь, что на словах. Ради такого мизерного расстояния порт не заряжают, — прокомментировал предложение старший из братьев, — Меня вот беспокоит другое, сможем ли мы втроем справиться. Не думаю, что исследовательские группы были столь малочисленны, однако и они не возвращались. Предлагаю взять с собой кого-нибудь еще.

— У тебя есть кто-то на примете?

— Да, но пока называть их имена не буду.

— И последний на сегодня вопрос, когда отправляемся? — спросила Лаари.

— Вы конечно как хотите, но я смогу только после окончания экзаменационной недели, — высказался Андре и видя с каким удивлением на него смотрят, пояснил, — Если мы вернемся, я же должен буду чем-то заниматься дальше.

Кристоф, улыбнувшись, кивнул:

— Только, лучше сказать не "если", а — "когда".

* * *

Экзаменационная неделя незаметно подошла к концу. На завтра намечался отъезд, вещи все были собраны и составлены в холле. Однако Лаари мучил один вопрос, но неделя была настолько напряженной, что поговорить не получалось. Девушка уже лежала в своей постели, но сон никак не желал приходить. В очередной раз, перевернувшись с бока на бок, Лаари решила больше не бороться с бессонницей и, выбравшись из кровати, вышла в коридор. Спустившись в низ, она к своему удивлению заметила, что в рабочем кабинете горит свет. Приоткрыв дверь, Лаари заглянула туда. На небольшом диванчике, у стены, противоположной окну, расположился Кристоф. Мужчина изучал какую-то книгу.

— Что ты читаешь? — робко спросила девушка, ступая босыми ступнями по мягкому ворсу ковра.

— Да так, решил ознакомиться с мифическими существами севера, — ответил темный маг, показывая обложку книги, — а ты почему не спишь?

— Не могу уснуть. Меня все время мучают мысли о твоих словах, что возможно у загадки есть другой ответ.

— И что ты придумала.

— В том то и дело, я ничего не придумала. Но мне страшно, а вдруг я просто не вижу правильного решения и весь этот поход зря, вдруг мы не вернемся и я никогда уже не увижу этот дом, не поднимусь к себе в комнату?

Девушка, будто, испугавшись своих слов, замолчала.

— Для начала иди сюда, хватит стоять босиком на холодном полу, — и мужчина, подвинувшись, освободил немного места для Лаари. Когда она прилегла рядом и прижалась к его груди, словно ища защиты, Кристоф нежно обнял ее и ласково прошептал на ушко, — Ничего не бойся. Я сделаю все для того, что бы ты вернулась.

Согретая его теплом, и, чувствуя себя защищенной, Лаари, начала погружаться в паутину сна, однако задала последний важный для нее вопрос:

— А ты… ты вернешься?

Погладив ее по голове, он ответил:

— Вернусь, — и когда заметил, что дыхание Лаари выровнялось, добавил, — Может быть.

Еще некоторое время Кристоф гладил ее шелковистые волосы, вдыхал их цветочный аромат, а затем вернулся к изучению того, с чем им предстояло столкнуться. Когда его глаза начали слипаться он осторожно взял девушку на руки и отнес в ее спальню. Еще долго он сидел на полу, у ее кровати и, о чем-то размышлял.

* * *

Тучи затянули небо, с самого утра накрапывал небольшой дождь. Все вокруг казалось серым и безжизненным. Трое подъезжали к перекрестку, который располагался на выезде из города, именно здесь они должны были встретиться с двумя спутниками, которых пригласил Кристоф. Однако на назначенном месте ждал лишь один человек. Это был мужчина лет 27, он обладал достаточно привлекательной внешностью, однако смущала его одежда. Она была из дорогих, требующих хорошего ухода тканей, и никак не годилась для дальней дороги.

— Рад снова тебя видеть Сиом, — сказал Кристоф, протягивая руку для приветствия, — Хочу представить тебе Лаари и Андре. Ребята Сиом мой хороший друг, а так же прекрасный темный маг. Он согласился составить нам компанию в этом не простом путешествии.

Сиом сначала пожал руку Андре, а затем повернулся к Лаари и поздоровался легким наклоном головы, при этом девушке на несколько секунд показалось, что она видит его магическое обличье, равное третьей ступени. И хотя в другом виде Кристоф тоже пугал ее, но в облике Сиома было что-то от хищной птицы, что-то страшное и пугающее. Но очередной взмах ресницами и видение таит, словно ничего и не было. Девушка отбросила все посторонние мысли. Мужчина никак не мог нести угрозу по той простой причине, что ему доверял Кристоф.

Андре начал нетерпеливо оглядываться вокруг:

— А где еще один наш спутник?

— Сейчас будет.

И из-за поворота показалась еще одна фигура и именно ее Лаари меньше всего ожидала увидеть. На мухортом жеребце скакала Мишира.

— У меня наверно галлюцинации, — негромко, так чтобы услышала только сестра, сказал Андре.

— Я думаю они массовые, — поддержала его Лаари.

Когда все тронулись в путь, девушка с Кристофом приотстали:

— Спрашивать как согласилась Мишира даже не буду, я в слишком сильном шоке. Лучше расскажи, а Сиом нас проводит только до телепорта?

— Нет. Он пойдет с нами до конца, а с чего такие вопросы? — увидев как выразительно Лаари смотрит на дорожный наряд Сиома, Кристоф улыбнулся, — А ты об этом? Сиом происходит из семьи зажиточного купца и среди аристократов чувствует себя несколько неудобно и так, одеваясь, он старается сократить расстояние, которое как ему кажется, нас разделяет. Не обращай на это внимание. А на счет Миширы ты зря, я множество раз говорил, чтобы увидеть какая она на самом деле нужно убрать налет стервозности, за которой она прячется.

— Если все, так как ты говоришь, то почему расстался с ней?

Кристоф, сразу как-то замялся:

— Дело ведь не в Мишире, а во мне. Нам нужно поторапливаться, чтобы успеть до темноты, — сказав это мужчина, пришпорил коня и помчался вперед.

* * *

В течение всего путешествия шел сильный дождь и, хотя заклинание Андре сохранило их сухими, настроение было таким же не радостным, как и пейзаж вокруг. Капли стекали с листьев деревьев, словно те оплакивали кого-то. Это сравнение наводило ужас на Лаари, ей казалось, что природа прощается с ними. Она немного слукавила, разговаривая с Кристофом, за свою жизнь девушка нисколько не боялась, ее пугала мысль о гибели остальных путешественников, но они в пути и поворачивать назад уже поздно.

Сама дорога вымотала путников и хотя все они хорошо держались в седле, им уже давно не приходилось совершать столь длительные путешествия, тем более в таком темпе. И когда показались стены города, каждый из них испытал облегчение. При въезде в столицу все отметили, что улицы празднично украшены: разноцветные ленты развивались на ветру, балконы были заставлены разными видами цветов, присмотревшись, молодые люди различили, что все это всего лишь иллюзия.

Это был уже пятый постоялый двор, в котором они пробовали остановиться, он находился на самой окраине города и представлял собой небольшой дом, требующий основательного ремонта: косяк двери в нем изрядно покосился, двор зарос травой, но путешественникам не приходилось выбирать и они заглянули в это захудалое пристанище.

Не смотря на неприглядный внешний вид здания, внутри все было чисто убрано, а уставших, голодных путников встретил радушный хозяин. Это был невысокий, усатый толстячок. Его улыбка как-то сразу располагала и обогревала.

— Чем могу быть полезен, гости дорогие?

— Мы ищем, где бы нам остановиться всего на одну ночь, — сказал Кристоф.

— У нас осталась всего одна комната, да и та только с двумя кроватями.

— Неужели больше ничего нет? — спросила Мишира, — Мы объездили уже все постоялые дворы и они заняты.

— Да неудачное время вы выбрали для путешествий, сейчас в городе самый разгар праздника иллюзий и все съезжаются посмотреть на это чудо. Вот недавно я сам видал, как один маг голубей в небо запускал, да каб он не при нас их сделал, я б подумал, что живые, — но видя с каким нетерпением путники ждут его окончательного ответа сказал, — Не, комнат свободных больше нет, зато есть сеновал. Но я не думаю, что таким уважаемым господам он подойдет.

— Даже очень подойдет, — облегченно выдохнул Сиом.

Было решено, что девушки займут свободную комнату, а мужчины пойдут спать на сеновал. Прежде чем разойтись, молодые люди попросили подать ужин. И пока они его ждали, обсуждая дальнейшую дорогу, к ним вновь подошел хозяин:

— Звиняйте, но среди вас случаем мага не найдется?

— А что? — с подозрением спросил Андре.

— Да дочка у меня болеет. Целителя слишком дорого вызвать, а коль есть маг, так я денег за проживание не возьму, только гляньте ее.

Лечение было профилем Лаари, исцеление поддавалось только светлым магам. Девушка поднялась, но вместе с ней встал и Андре:

— Я пойду вместе с тобой, — Кристоф одобрительно кивнул ему головой.

Никто не знал, что это за постоялый двор и кого он может скрывать. Пройдя по лестнице на второй этаж, они остановились у деревянной двери, на которой была прикреплена веточка лаандра, защищающая от злых духов.

— Чуть меньше года назад упала моя голубка с обрыва и перестала ходить. Одна нога полностью высохла. Местный знахарь говорит, что дух злой в ней поселился и помочь может только маг, — рассказал о том, что случилось хозяин, горестно вздыхая.

Войдя в комнату, Лаари увидела на кровати мирно дремлющую девочку. Ее лицо было бледным от долгого нахождения в комнате с закрытыми ставнями.

— А окна почему закрыты?

— Так чтоб дух злой не вылетел, — объяснил мужчина.

Лаари только усмехнулась, если бы кто-то действительно вселился в девочку, он сам не захотел покидать ее, пока не выпил все силы и не ограничился, лишь одной ногой, но не сталкивающимся с этим людям такие тонкости не были известны, несмотря на, то, что жили они в столице. Склонившись над девочкой, светлая магичка слегка коснулась ребенка рукой, та вздрогнула и, открыв глаза, испуганно вжалась в подушку.

— Не бойся, — попыталась успокоить ее Лаари, — я всего лишь осмотрю тебя.

Девушка аккуратно освободила от одеяла больную ногу, затем провела над ней ладонью, которая засветилась мягким белым светом. Он окутал всю Лаари придавая ей магический облик.

— Это всего лишь перелом, кости не правильно срослись, — поставила она диагноз.

— Лаари, ты вся светишься, — ошеломленно сказал Андре.

— Я знаю, — ответила девушка.

— Но твой свет. Он не такой как у остальных.

— Преподаватели говорят, что это всего лишь индивидуальная особенность. А теперь перестань стоять столбом, и пойдем звать кого-нибудь из темных, мне нужно, что бы они вновь сломали ногу, но только в определенном месте, — видя, какими расширившимися глазами на нее смотрит девочка, Лаари добавила, — ты ничего не почувствуешь. Я обезболю, но вновь сломать- это единственный способ все исправить.

Когда они спустились вниз теперь ошеломленно и с восхищением на нее смотрели уже трое, а Мишира всего лишь сощурила глаза чтобы по ним было не возможно прочитать, о чем она думает.

Лаари объяснила, какая помощь ей нужна, и в помощники тут же вызвался Сиом:

— Хорошо, только ты должен будешь сломать именно в том месте, которое я укажу.

Сиом кивнул, и они поднялись на верх, а Кристоф остался наедине с Миширой:

— Я хочу спросить. Мы можем все вернуть? — задала вопрос темная магичка.

— Не хочу обманывать тебя и давать ложных надежд, поэтому не буду отвечать витиевато, а просто скажу, нет. Мишира я надеюсь, что ты согласилась на мое предложение не из-за надежды на восстановление наших отношений, если это так, я думаю тебе лучше остаться здесь.

— Можешь не переживать, я спросила просто для того, что бы потом ни о чем не жалеть.

— Тогда скажи мне, почему ты согласилась, ведь даже я не знаю, что тебя подвигло на это?

— Только после того как ты объяснишь мне свое приглашение, почему именно я?

— В академии у меня не было более близких друзей, чем вы с Сиомом. Когда аристократы узнали о моем истинном происхождении, только вы не отказались общаться со мной и сегодня, когда мне понадобилась помощь истинных друзей, я позвал вас.

— Но потом несмотря, ни на что, ты стал выше всех этих зануд и они мечтали, чтобы ты их заметил.

— Это не меняет сути. Истинные друзья всегда рядом. Теперь твоя очередь отвечать на мой вопрос.

— Почему согласилась? — Мишира горько усмехнулась, — после расставания с тобой родители сказали, что сами выберут мне жениха, и они уже определились, только под венец мне пока не очень хочется.

— А ты с ним уже встречалась? Может быть, многое теряешь?

— А что мне с ним встречаться? Это мой кузен Генри. Идеал его жены это тихая, смирная и всегда под боком. Я не готова пока такой стать.

Тишина окутала молодых людей.

— Предлагаю выпить за друзей и свободных женщин, — с горечью сказала Мишира, поднимая бокал вина, в котором отражались языки пламени камина.

* * *

Поднимаясь по лестнице за Андре, Лаари чувствовала на себе пристальный взгляд Сиома, идущего позади нее. Девушка уже начала жалеть, что не приняла прежний облик, однако она не захотела тратить оставшееся силы на смену внешнего вида. Выставив из комнаты хозяина постоялого двора, молодые люди принялись за дело.

Когда в третий раз Лаари сращивала сломанные не в том месте кости, ее терпение начало подходить к концу. Она истратила почти весь резервный запас сил, общая усталость не просто давала о себе знать, а вопиюще кричала, что нужен отдых и тогда девушка сказала:

— Сиом, вы, быть может, очень устали и по этой причине направляете силу не совсем туда, куда я прошу.

В этот момент дверь в комнату открылась, и в нее вошел Кристоф:

— Ты звала меня?

— Да, у нас немного не получается. Попробуй ты.

Мужчина стал на колени, рядом со светлой магичкой:

— Показывай.

Девушка взяла его ладонь в свою руку и приложила к необходимому месту. Кристофа окутала тьма, она словно боролась со светом, который излучала Лаари и аура девушки начала отступать. Как только мужчина справился со своим заданием, он тут же отошел, чтобы магия девушки была направлена только на излечение и не тратилась на противостояние с его природой. Закончив, девушка вытерла капельки пота выступившие у нее на лбу от напряжения.

— Все получилось.

Выйдя из комнаты, она обратилась к отцу девочки:

— Мы все исправили. Но мышцы за долгий период без движения атрофировались, и их функцию я восстановлю только завтра, а пока ребенок будет спать до утра.

Хозяин хотел отблагодарить девушку, но не успел он сказать и слова, как Лаари начала оседать на пол, ее тут же подхватил Сиом.

— Я отнесу ее в комнату, — сказал он, обращаясь к Кристофу.

— Не могу оставить вас наедине, это не в правилах приличия, — ответил ему мужчина.

— Ни о чем не волнуйся, иди отдыхать, ты очень устал, а я за всем прослежу, — сказала Мишира.

Войдя в комнату со спящей девушкой на руках, Сиом спросил у Миширы:

— Не понимаю, почему ты все еще так о нем печешься?

— Лучше переживать за него, чем за тебя, ведь мы прекрасно знаем, друг друга, а также в отличие от Кристофа я осведомлена, о твоем истинном отношении к нему. Я говорила тебе уже много раз, бросай дурное дело, оно до добра тебя не доведет, однако ты меня не слушаешь. А теперь укладывай девочку на кровать и свободен.

— Ну, я сначала сорву один поцелуй с этих прелестных губ, а затем пойду, — мужчина уже склонился над Лаари, но рука легла на его плечо.

— Я сказала, выметайся отсюда, — и голос темной магички не предвещал ничего хорошего.

Раздосадованный Сиом бросил на нее огненный взгляд и вышел.

Мишира склонилась над девушкой, горько усмехнулась и тихо прошептала:

— Я конечно не питаюаю к тебе теплых чувств, светлая, но и обидеть этому слизняку, с его гнилой справедливостью, не дам.

* * *

— Хватит спать. Вставай! — эти слова выдернули Лаари из сладких объятий сна.

Слегка приоткрыв глаза, девушка увидела Миширу, расчесывающую свои прекрасные волосы.

— Хватит лежать и так позже всех проснулась. Если не забыла, нам еще предстоит долгий путь.

— Как же, забудешь тут, — проворчала Лаари, поднимаясь.

Быстро умыв лицо и переодевшись, так как вчерашнюю одежду с нее никто не удосужился снять, девушка заплела косу и побежала в комнату ребенка, что бы завершить начатое вчера.

Восстановление всех функций травмированной ноги прошло очень быстро. Девочка попыталась встать, но от долгого отсутствия практики, ее немного покачивало. Однако несмотря ни на что восторг читался у нее в глазах. Отец и мать девушки откровенно плакали от радости. Обняв Лаари, девочка прошептала:

— Спасибо вам. Я уже и не надеялась, что снова буду ходить.

Светлая магичка никогда не чувствовала ничего подобного, новые ощущения, что-то меняли внутри нее. Словно стремились вывести на новый уровень. Но ей не удалось разобраться в себе, необходимо было двигаться дальше.

Путешественники покинули постоялый двор. Благодарные хозяева дали им с собой целую котомку съестных припасов, и наотрез отказались взять хотя бы минимальную плату за проживание. Однако вернувшись со двора, откуда провожали магов, они увидели на столе три золотых.

* * *

Добравшись до телепорта, группа разделилась: Кристоф с Андре ушли оформлять все необходимые бумаги, а Сиом, Мишира и Лаари остались ждать их. Так как до конца праздника иллюзий оставалось еще два дня, то путь для перемещения был свободен, однако при убывании из королевства необходимо было зарегистрироваться. Когда обслуживающий персонал увидел пункт назначения, то был немало удивлен:

— Вы уверены, что вам необходимо именно в Фий?

— Абсолютно. К родственникам едем.

— Интересные родственники у таких господ, — с подозрением заметил проверяющий.

— Очень дальние, — с невозмутимым спокойствием сказал Кристоф.

В это время Лаари решила слезть с лошади и размять затекшие ноги. Прежде, чем она успела сама соскочить на землю, ее тут же обхватили сильные мужские руки и помогли спуститься. Девушка благодарно улыбнулась Сиому, он улыбнулся ей в ответ.

— Лаари, вы наверно очень устали. Для такой молоденькой и хорошенькой девушки это путешествие настоящее бремя. Удивляюсь Кристофу, как он мог втянуть вас ради каких-то своих целей в эту опасную авантюру.

Девушка была предупреждена, что кроме их семьи никто не был посвящен в истинные причины и задачи их путешествия.

— Я его сестра и должна поддерживать в любых начинаниях. Даже когда ему в голову приходят столь странные идеи, как проверить наличие всех этих мифических существ, которые водятся от Фия до гор Шиира.

— Именно поэтому вы нервничаете?

Лаари мысленно отругала себя за то, что ненароком выдала свое беспокойство.

— Нет, вовсе не из-за этого. Дело в том, что я впервые перемещаюсь телепортом на большое расстояние, говорят иногда из него не возвращаются.

Сиом снисходительно усмехнулся:

— Напрасно переживаете. Вам всего лишь нужно идти вперед. Дальнее телепортирование и вправду немного коварно, перемещающихся отвлекают различные образы, пытаются задержать, однако если следовать правилу, то все будет замечательно.

Мужчина успокаивающе положил руку девушке на плечо. Лаари не знала как ей реагировать на это, позади послышались шаги.

— Мы все уладили, — сказал подошедший Андре, — теперь переодеваемся в теплую одежду и в путь.

* * *

Они все стояли в зале перемещения, ожидая, когда же будет дан сигнал. Внезапно вокруг поднялся гул, от которого заложило уши, и трудно было разобрать слова стоящих рядом людей. Круг перемещения охватило голубое пламя. Кристоф первым шагнул в него и исчез, на несколько секунд цвет свечения поменялся на малахитовый, а затем вновь стал голубым. Следующим пошел Сиом и вновь произошла смена окраски пламени, после в круг шагнула Мишира. Когда все вновь засветилось голубоватыми отблесками, пришла очередь Лаари, но девушка вдруг сделала шаг назад, пропуская вперед Андре. Молодой человек попробовал по сопротивляться, однако Лаари с силой толкнула его вперед и он исчез. Глубоко вздохнув, девушка вошла в круг.

Внезапно шум, окружавший ее до этого, оборвался. Свежесть окутала магичку. Открыв глаза, Лаари с трудом могла разобрать, что же находится вокруг, все окутывал плотный, густой туман. Впереди виднелся навесной мост, однако куда он ведет увидеть было очень сложно. У входа на мостовую была еще одна маленькая тропинка, которая уходила вправо. Дойдя до нее, девушка услышала нежную песнь свирели. И хотя она помнила все предупреждения, ноги сами свернули в сторону музыки. Лаари попыталась сопротивляться, но остановиться не получалось, не говоря уже о том, чтобы вернуться обратно. Сосредоточившись, светлая магичка смогла лишь замедлить шаг. Ее борьба казалась вечной, силы уже были на исходе, и возникло желание поддаться очарованию этой мелодии. Воображение начало рисовать бескрайние зеленые холмы в самой дали, которых виднелись снежные горы. Лаари наклоняется к прекрасному цветку, хочет его сорвать, как вдруг резко проваливается куда-то.

Картина вокруг круто меняется: впереди все также стелется густой туман, тропинка едва различима, только девушку кто-то крепко держит за плечо.

— Кристоф, — еле слышно прошептала Лаари, обернувшись.

Мужчина пытался ей что-то сказать, его губы шевелились, но голоса слышно не было.

— Кристоф, ты слышишь музыку? Она зовет меня, я не могу остановиться.

Понимание возникло в глазах темного мага. Без лишних слов он взял девушку на руки и повернул в обратном направлении. У него на груди было необычайно тепло и спокойно. Лаари слышала, как размеренно и сильно бьется его сердце. Впереди вновь показался навесной мост вход, на который был украшен колоннами. Кристоф поставил Лаари на ноги. Его лицо было пепельно-серым, но он дал понять, что все расспросы потом и, взявшись за руки, они прошли до конца, а затем все вновь резко изменилось. Подул морозный ветер, обжигающий щеки, воздух был настолько холодным, что не возможно было вздохнуть. Лаари почувствовала, как разжалась рука Кристофа и он упал, потеряв сознание.

Откуда-то сбоку подбежали люди в меховых одеждах, подхватили мужчину на руки и куда-то понесли. Ничего не понимая, девушка двинулась за ними. Когда они вышли из-под свода храма, который был возведен над телепортом, Лаари зажмурилась. Казалось, кругом был только один снег, сверкающий, словно самоцветы. Девушка осмотрелась, но не увидела, ни одного жилого дома, впрочем, как и не жилого, вокруг никаких построек не наблюдалось, лишь где-то на горизонте виднелась полоска чернеющего в дали леса. Но вот люди, которые несли Кристофа словно исчезли, на секунду светлую магичку охватила паника, она не знала, что будет делать если останется одна. Но присмотревшись, она увидела в нескольких шагах от себя ступеньки, резко уходящие вглубь земли. Осторожно ступая, Лаари думала о том, что жители этого подземелья обладают хорошей координацией движений, так как спускаться по заледеневшим ступеням без опоры было неимоверно тяжело. Но вот наконец спуск был окончен.

Девушка оказалась в просторном помещении. Освещалось оно свисающими сталактитами, исходящий свет отражался от ледяных стен. В правой части холла стояли остальные спутники магички, Кристофа же понесли к арке распологающейся в противоположной стороне. Без раздумий Лаари двинулась следом за ним, однако не успела она сделать и нескольких шагов как путь ей преградили вооруженные копьями люди, они оттесняли девушку, пока она спиной не натолкнулась на Андре. Он тут же закрыл ее собой.

— Что происходит? — спросила светлая магичка у Сиома.

Но вместо ответа тот лишь пожал плечами. Потянулось время ожидания, впрочем, оно было не долгим. Позади стоящих раздвинулись ледяные глыбы, и образовался проход. Преодолев его Лаари рассмотрела стоящий на помосте трон. На нем восседал маленького роста мужчина с кустистыми бровями. Его одежда была богато украшена разных размеров клыками, каких-то животных.

Жестом правитель предложил путешественникам присесть на ледяные пеньки, которые казалось, растут из самого пола. Внутри каждого еле теплился огонек. Все начали с опаской садиться на так называемые "стулья", но ко всеобщему удивлению они оказались теплыми.

Когда все устроились мужчина заговорил:

— Мы всегда рады приветствовать гостей пришедших через Всевидящее Око. В наших краях это большая редкость. Позвольте полюбопытствовать с какой целью вы решили посетить наши края?

Роль главы на себя взял Сиом:

— Мы прибыли из академии. Цель нашей экспедиции — изучить флору и фауну севера вплоть до гор Шиира. От лица нашей группы я прошу приютить нас на несколько дней, пока наш друг не восстановиться, а затем мы покинем вас и продолжим экспедицию.

После этих слов правитель начал рассердиться, в его глазах читалось негодование.

— Вы уйдете только после того как преступника осудят и приговор будет приведен в исполнение, — прокричал мужчина — Виновный должен быть наказан. По закону без разрешения жреца, которое он получает от великих богов, ни один смертный не имеет право покинуть Фий через Всевидящее Око. Ваш друг нарушил запрет, однако боги не дали ему безнаказанно уйти и вернули его. Вот оно доказательство истинной силы и справедливости всевышних!

Мишира попыталась вступиться за Кристофа:

— Но он всего лишь спасал свою сестру! Не использовав ни одного вашего амулета он своей силой зарядил телепорт и…

— Молчать женщина, — лицо правителя побагровело от гнева, — тебе слово никто не давал, но так как ты гостья я прощаю тебя, а ему нет оправданий.

— И каков будет приговор? — спросил Андре.

— Виновному может быть вынесен только один приговор — смерть!

От услышанного в ушах Лаари, что-то зашумело. Она уже не слышала дальнейших слов правителя своей страже, о том, чтобы их устроили на ночлег и обеспечили всем необходимым. Девушек поместили в одной комнате, в которой стояло две высоких кровати, с горой разноцветных подушек, стол и стулья также были изо льда также подсвечиваемые изнутри.

Кинув вещи под кровать, Мишира приготовилась успокаивать приходящую в себя от шока, Лаари. Но когда светлая магичка повернулась, глаза ее были сухими, а лицо серьезным:

— Думала я реветь буду? Пока приговор не вынесен и не приведен в исполнение есть надежда и мы должны, что-то придумать, — сказала она.

В комнате появилась женщина с подносом в руках, поставив его на стол, она поклонилась и ушла. Девушки принялись за еду, аппетита не было, однако каждая из них понимала, что для сопротивления нужны силы. Едва они успели покончить с ужином в комнату вошли Сиом и Андре.

— У вас есть идеи? — без лишних предисловий начала Мишира.

— Пока никаких, — сказал Сиом, — здесь так много переходов и уровней, что боюсь нам не найти ни Кристофа ни выхода отсюда. На мой взгляд они не будут его судить до тех пор, пока он не восстановит свои магические силы, а там я думаю им с ним не справиться.

Андре не мог поверить своим ушам.

— Хочешь сказать, что спасение утопающих дело рук самих утопающих? — презрительно сказал он, — единственное, в чем я с тобой согласен, это в том, что маловероятно проведение судебного заседания раньше, чем послезавтра.

— Соответственно завтра нам нужно разделиться. Мы с Миширой пойдем на поиски Кристофа, а вы с Сиомом пойдете на поиски выхода, через который нас привели, либо какого-то другого. А вечером соберемся здесь и обсудим ночной побег, — договорила за Андре Лаари.

Больше ни у кого других предложений не возникло и все решили ложиться спать. Лаари долго не могла уснуть, она слышала как ворочалась Мишира, беспокойно вздыхая.

— Я никак не могу понять, — решила нарушить тишину светлая магичка, — жители подземелья такие маленькие, а все помещения с два человеческих роста, зачем?

— Незачем. Просто люди эти пещеры не строили, они живут в норе бахрама.

Бахрамы представляли собой червей огромных размеров, они жили в ледяных глыбах и прогрызали путь мощной челюстью.

— Как им удалось уничтожить его? Магией, как я понимаю, они не владеют.

— В том то и дело, все бахрамы — порождения темных сил, истребить их может только маг пятой ступени. Ни один маг достигший таких высот не отправится в Фий, чтобы рисковать своей головой из-за какого-то бахрама. Местные жители, если так можно сказать, договорились с этой тварью: они отправляют ему на съеденье одного человека, после насыщения он засыпает и если его не беспокоить, то проснется только через год. По тому, с каким рвением хотят судить Кристофа, то можно сделать вывод: подходит время кормления.

Лаари содрогнулась от отвращения. Она настраивала себя на то, что завтра после разведки они обязательно, что-нибудь придумают.

* * *

Планам магов не суждено было сбыться. Ранним утром, о котором свидетельствовали часы, Лаари и Миширу будила та же женщина, что принесла вчера еду.

— Вставайте, — тихим голосом проговорила она, — через полчаса состоится суд.

Девушки подскочили с кроватей и непонимающе уставились на хозяйку.

— Почему так скоро?

— Преступник сегодня пришел в себя, и жрец посчитал его состояние удовлетворительным для вынесения приговора.

Лаари была слишком шокирована и не сразу заметила, что пол под ее ногами начал неуловимо дрожать.

Девушек, проводили в тот же зал, в котором они вчера беседовали с правитлем. И если в прошлый раз он был пустым, то сегодня и яблоку негде было упасть. Пустовал трон и небольшое пространство перед ним. Андре и Сиом уже ждали их перед пустующим пространством.

— У нас сегодня билеты в первый ряд, — произнес Сиом с издевкой, однако Лаари его шутка не понравилась.

В их путешествии мужчина был замечательным компаньоном, но иногда он вел себя странно, вызывая раздражение. Девушка не понимала, когда он шутит, а когда говорит в серьез.

От раздумий ее отвлек появившийся на троне правитель. Он подал знак и все замолчали. Под ногами пол начал раскачиваться.

— Не будем тратить время на лишние слова, мы и так знаем, зачем все собрались, — правитель заметно нервничал, — ввести виновного.

Люди расступились и образовался живой коридор, по которому вели еле живого Кристофа. Лаари первый раз видела его таким: черные тени залегли под глазами и заметно выделялись на мертвенно бледном лице, длинные черные волосы, которые всегда были убраны в аккуратный аристократический хвост и повязаны черной шелковой лентой, сейчас просто повисли грязными сосульками.

Мужчину поставили на колени перед троном.

— Ты хочешь что-то сказать? — спросили его.

Вдруг глаза Кристофа стали кроваво красными и оскалившись в страшной улыбке он произнес:

— Слишком поздно.

В следующее мгновение одна из боковых стен начала рушиться, в отверстии показалась челюсть бахрама. Кругом стоял визг, люди толкали друг друга, пытаясь бежать из помещения, но проход не мог пропустить всех сразу и тогда они шли по телам друг друга, каждый боролся за свою жизнь. Но самым страшным было то, что посмотреть на преступника привели и детей. Они кричали зовя своих матерей, пытались подняться, но на них безжалостно наступали и двигались дальше. Лаари казалось, что она слышит хруст каждой косточки.

Четверка магов на несколько секунд замерла в оцепенении. В чувство их привел Кристоф, который из тех сил, что он успел накопить за сутки, плел сдерживающее заклинание.

— Лаари помоги мне, я долго не удержу.

Особенностью светлых магов являлось то, что они не могли убивать преднамеренно, но в целительстве часто приходилось усыплять пациента, чем Лаари и воспользовалась, как только сеть темного мага была брошена на червя. На секунду он задержался, а затем его прошило заклинание девушки. Огромная туша упала на пол, все вокруг в последний раз содрогнулось. Андре применяя потоки воздуха возвращал бахрама туда откуда он выполз. Мишира склонилась над вновь потерявшим сознание Кристофом, а Лаари бросилась оказывать помощь. В первую очередь были дети: первый, второй, третий. Их было так много, что она уже сбилась со счета. Девушка исцеляла каждого ребенка, перед глазами начало двоиться, затем поблекли все краски. Светлая магичка, могла не тратить столько сил и своей живой энергии, для этого необходимо было для каждого перелома, для каждой травмы использовать определенное заклинание, но на диагностику не было времени.

В ушах зашумело, перед глазами все поплыло, сощурив их Лаари пыталась осмотреться вокруг, везде лежали тела только взрослых людей, но вот в самом конце зала еще одно последнее хрупкое тельце. Из последних сил магичка поднялась на ноги, ее шатало. Сиом схватил девушку и попытался увести, но из последних сил она оттолкнула его:

— Я должна.

Перед ней лежал мальчуган лет шести, он сделал свой последний вздох и грудь больше не поднялась. Лаари видела, как цепляется душа за тело и не хочет так рано уходить. С пальцев девушки сорвалась последняя частичка светлой жизненной силы, но понимая, что этого будет мало, Лаари примешала туда кровавую каплю, с которой потеряла несколько лет своей жизни. А дальше пустота и туман.

* * *

Туман рассеялся. Все окрасилось в яркие цвета, вначале они смешивались, образуя причудливые картины, но постепенно прошло и это. Стали появляться очертания предметов, а затем девушка увидела лежащего на соседней кровати Кристофа. Он не спал, а смотрел на нее и нежно улыбался:

— С возвращением.

Не успела Лаари ничего сказать в ответ, как в комнату вошел Андре:

— Ну, ребята, после того как вы стали героями вас охраняют лучше, чем преступников. Я еле к вам прошел.

Только сейчас девушке вспомнилась вся картина происшедшего.

— Андре расскажи, что было после того как я отключилась?

Молодой человек удобно устроившись в ногах сестры начал рассказ.

— Когда бахрам был водворен на место своего обычного пребывания, а вас доставили в лазарет. Состоялись срочные похороны погибших, затем был собран совет, на котором сначала вынесли смертный приговор Кристофу, но после обсуждения героического поступка было решено его отпустить. Они думают, все равно ты погибнешь в этих снегах. Боги не дадут безнаказанно уйти. А вот Лаари, в награду за спасение будущего поколения Фия, решено выдать замуж за старшего сына правителя, естественно с разрешения главы нашей семьи. Кристоф лично я считаю, что давно пришло время избавиться от этой надоедливой девчонки и спокойно вернемся домой. Что скажешь?

Кристоф сделал вид, что задумался, а затем сказал:

— Я думаю это не плохое предложение.

— Даже не думайте от меня так легко отделаться, не выйдет, — предупредила их Лаари, — Андре, а что за письмо у тебя в руках? Любовное наверно?

— Может быть. Только оно не мне, а Кристофу. Сегодня меня к себе вызывала жена правителя и просила передать это старшему брату, только на влюбленную девочку она похожа не была.

Кристоф развернул конверт и вчитался в написанное.

" Здравствуй, мой мальчик.

Я очень виноват перед тобой. Быть может стоило рассказать обо всем раньше, но мне показалось, что так я поступаю более правильно.

Если помнишь к нам погостить приезжал мой старый друг барон Достман. Он был здесь по делам своего кузена, одного из самых сильных темных магов империи, герцога Ланского. Который перешел дорогу главе гильдии воров, утверждая, что маги могут найти любую пропавшую или украденную вещь. И тогда люди гильдии выкрали его двухлетнего сына, оставив лишь записку со словами: " Удачи в поисках". Хотя на тот момент прошло более 10 лет, но Ланской продолжал поиски. Расследование привело в наш академический городок, куда он и отправил Достмана. В тот приезд он ничего не обнаружил, а вот когда я начал расследование твоего происхождения наши пути пересеклись.

Воровская гильдия, постоянно перепрятывая ребенка, нашла еще одного не уступающего Ланскому по силе темного мага и с его помощью запутала нити поиска, а затем ребенка поместили в работный дом, выдав за нищего сироту, именно там мы с тобой и встретились.

Когда я завершил расследование и понял, что к чему, графа ланского с женой уже не было в живых. Она умерла в попытках произвести на свет второго ребенка, а сам герцог, спустя несколько лет, погиб в бою с орками. Узнав об этом я решил пока ничего не рассказывать, а дождаться удобного случая.

Затем, обдумав положение дел с Лаари, пришел к выводу, что став герцогом и под давлением общественности и титула, тебе придется рано жениться и когда придет время путешествия, Лаари не захочет забирать тебя у семьи. Тогда я оформил документы, подтверждающие твое право на титул, и оставил их в "Хранилище".

Мне остается только надеяться, что ты поймешь меня правильно.

Твой отец? "

Для Кристофа не остался незамеченным вопросительный знак в конце подписи. Отец сомневался, простит его старший сын или нет, однако темный маг не медлил ни секунды, и после одного взмаха руки там стояла точка.

* * *

Ознакомившись с содержимым послания, Андре с Лаари не знали, как на это реагировать. Первым в себя пришел элементалист:

— Лаари хватит так удивленно хлопать глазами. Ты лучше представь, мы родственники герцога Ланского! А как за его внимание на балах будут воевать дебютантки с их мамашами? Теперь их не будет пугать даже его боевой облик. Очень хочу на это посмотреть.

Девушка, представив эту картину, рассмеялась, хотя где-то внутри стала колоть маленькая игла, но светлая магичка понимала, что нельзя разрешать себе эти чувства. Она заглушила их, как и тогда когда застала Кристофа с Миширой, а ведь в тот раз сердце просто разрывалось от боли, казалось, будто на него вылили кипящее масло и оно медленно стекает вниз, создавая все новые ожоги. Ей нельзя даже надеяться на чудо.

— С моим происхождением все ясно, о Лаари в общих чертах тоже, если ни мы, ни отец не ошиблись. Теперь осталось разгадать тайну рождения Андре, — сказал Кристоф, — Где-то должно быть послание с ответами и для него.

Молодой элементалист вдруг растерял всю свою веселость и только грустно улыбнулся.

— Никакого послания нет, потому что оно попросту не нужно, — на вопросительные взгляды он ответил, — я и так знаю обо всем. Я всего лишь бастард отца, моя мать была горничной в загородном имении. Когда мне было девять лет, она тяжело заболела, и тогда отец оплатил ей лечение, а меня забрал к себе. К сожалению, мать так и не поправилась, — Андре отвернулся, смахивая постыдно навернувшиеся на глаза слезы.

Повисла гнетущая тишина, которую нарушила Лаари:

— Почему ты нам никогда об этом не рассказывал?

Андре обернулся и посмотрел на сестру:

— А зачем? Разве это что-то меняет? Для меня кто бы ни был нашими биологическими родителями, но вы брат и сестра, а все остальное не важно.

— Нет Андре, это имеет значение, — сказал Кристоф, — Я не понимаю отца, почему он завещал титул мне, ведь ты его сын и бароном Майером должен быть именно ты.

Андре вновь грустно улыбнулся:

— Вы смотрите на положение вещей исходя из знаний о родстве, но когда отец решил официально усыновить всех нас он хотел создать полноценную семью, что у него и получилось. А в обычной семье именно старший сын наследует титул. Я никогда не жалел о том, что все так сложилось, барон Майер это большая ответственность, и она не для меня. А теперь предлагаю закончить этот разговор и оставить все как есть.

— Согласен, — выразил свое мнение Кристоф, — И думаю нашим спутникам пока не нужно знать о сегодняшних открытиях. Всему свое время.

* * *

В ледяной деревне они провели еще несколько дней, пока полностью не восстановили свои силы. В последнее утро к Кристофу пришел правитель в сопровождении жреца, и предложил породниться через брак его сына и отважной магички. Для Лаари обещали создать самые наилучшие условия, а именно: она будет выполнять почетную миссию, заключающуюся в вынашивании детей будущего наследника до тех пор, пока не родиться сын; так же девушка будет прислуживать не всем членам семьи, как это происходит у других, а только своему мужу, ну и конечно как верная супруга она удостоится чести после кончины мужа принести себя в жертву бахраму ради всего ледяного народа. Он говорил это с такой важностью, что темный маг понял: ради такого предложения любая девушка из их деревни сделала бы все, что угодно, Лаари же тихо сидела у стены, ужасаясь услышанному.

Кристоф делал вид, что обдумывает предложение, так как быстрый отказ означал бы неуважение к традициям этих людей и только потом, тщательно подбирая слова, выразил свое мнение. Андре как член семьи, присутствовал при этом и после визита высших чинов этой деревеньки уважительно сказал:

— Кристоф, в очередной раз убеждаюсь, что ты настоящий дипломат. Даже приятно когда тебе так отказывают.

Только сейчас все заметили выступившие бисеринки пота на лбу у темного мага, вытирая их, он ответил:

— Дипломат, как же. Чуть голова не лопнула от напряжения, пока речь сочинял. Все боялся ненароком их обидеть и тогда точно все вместе ждали бы нового пробуждения бахрама.

— А я тебе сразу предлагал не мучиться и соглашаться. На свадьбе бы погуляли, да по домам разъехались, красота.

В этот момент подушка Лаари достигла головы Андре.

* * *

Наступило утро того дня, когда молодые люди собирались покинуть Фий.

Лаари еще пребывала в сладкой неге сна, когда кто-то нежно провел ладонью по ее щеке.

— Кристоф, я посплю еще немножко, — сказала она, не открывая глаз.

Неожиданно девушка почувствовала прикосновение губ к своим губам. Резко распахнув глаза, она увидела склонившегося над ней Сиома.

Лаари резко села, оттолкнув его.

— Что вы себе позволяете?

— Вы так сладко спали, что я не смог удержаться. Неужели не понравилось? Я конечно не знаю как целуется Кристоф, но некоторые считают, что я весьма не плох и не только в поцелуях. И не надо лишнего притворства, я никогда не поверю в то, что красивая девушка, живя под одной крышей с таким человеком, как Кристоф сохранила свое целомудрие.

Лицо Лаари приняло ледяное выражение, и сквозь зубы она сказала:

— Начнем с того, что меня совершенно не интересует, что нарисовало вам ваше больное воображение. но я вынуждена напомнить чему учат магов еще в академии: интимные отношения между разноуровневыми магами противоположных сил невозможны. Кристоф является темным магом 4 ступени, а я — светлый маг третьего уровня. Надеюсь, уяснили. А теперь оставьте меня в покое.

Сиом резко схватил ее за волосы и попытался притянуть к себе, но неожиданно разряд тока пронзил его тело.

— Возможно, я и не могу убить, но отнюдь не беззащитна. Иногда с целью реанимационных мероприятий необходим разряд тока. Надеюсь, мне удалось заставить вашу голову вновь работать.

Оттолкнув Сиома, Лаари поднялась, взяла свою одежду и вышла в другую комнату.

Когда, наконец, все собрались, их снабдили дополнительным провиантом, дали более теплую одежду и проводили к выходу с добрыми напутствиями.

* * *

Выйдя из Фия, первое, что почувствовала Лаари, был холод, несмотря на все шкуры, которые были на ней, девушка все равно замерзла. Если в начале лицо, которое было намазано особым алхимическим средством ничего не чувствовало, то все стало хуже во второй половине дня, когда начал дуть ветер, обжигая своим холодом щеки и нос. Пальцы рук заледенили, не желая сгибаться.

Они шли уже достаточно давно. Кристоф не разрешал делать привал, боялся, что любая остановка грозит им вечным сном. Когда он почувствовал, как ветер начал дуть им в лицо, то сказал всем встать друг за другом и по цепочке двигаться вперед. Сам же он занял направляющую позицию, собой разрезая порывы ледяного воздуха.

Изредка оборачиваясь, темный маг замечал как временами, нарушая цепочку, рядом с Лаари становился Сиом. В глазах Кристофа тут же вспыхивали кровавые огоньки, и он отворачивался, заставляя себя идти дальше. Мужчина старался забыть тот момент, когда заглянул в комнату девушки с намерением разбудить ее, как делал это обычно дома: сначала несколько минут любуясь нежными чертами лица магички, нежно перебирая ее светлые волосы и только после этого поднимая ее на занятия. Но на этот раз его уже опередили и вместо осторожных прикосновений ей дарили поцелуй. Тогда Кристоф вышел обратно, пока его не заметили. От несправедливости мужчина в гневе сжимал-разжимал кулаки.

Она, конечно, его сестра, но только названная. Вот уже несколько лет он маскировал чувства, списывая их на родственную заботу. Кристоф боялся дать себе даже малейшую надежду на что-то. Несмотря на то, что Лаари талантлива, однако она переходит со ступени на ступень силы очень медленно и неизвестно достигнет ли четвертой, а пока магичка развивается, где гарантия, что не найдется какой-то светлый маг или же темный равной ступенью, ради которого девушка бросит все и остановится на достигнутом.

Иногда Кристоф ненавидел свою силу, и пытался забыться в бесконечной череде женщин, сменяющих одна другую.

Солнце начало клониться к горизонту.

Находясь в своих не веселых мыслях и наблюдая за другом, который в один миг стал соперником, Кристоф не заметил, как перестал чувствовать свой нос. Потрогав его, он понял, что дело плохо.

* * *

Кристоф не оборачиваясь, подал знак остановки на ночлег.

Андре отошел в сторону, коснулся снега и тот начал быстро таять, под ним показалась черная земля, затем пробилась молодая зеленая травка и образовалась небольшая летняя полянка, в центре которой заполыхал огонь.

— Я закончил, — сказал молодой человек, снимая шапку и привычным жестом смахивая со лба длинную челку, которая еще не успела из огненной превратиться в привычный темно-русый цвет.

Лаари, Сиом, Мишира и Андре рассаживались около костра, освещающего поляну. Лишь Кристоф не спешил вступать в круг света из сгущающихся сумерек. Первой неладное заметила Лаари:

— Кристоф, подойди к нам ближе.

Когда мужчина сделал несколько шагов, то стало заметно, что нос у него отморожен.

Увидев, как округлились глаза девушки, темный маг сказал:

— Ничего страшного, при прикосновении не болит.

— Конечно, не болит, ведь он уже начал чернеть! Что ты тянешь, садись ближе к костру, мне надо посмотреть успею ли я что-то сделать.

Мишира не смотря на серьезность ситуации, усмехнулась:

— Если магия Лаари не справится, тебе Кристоф помочь сумею только я. Правда мертвая плоть плохо на живых тканях держится, но года на два рассчитывать можешь.

Кристоф бросил на нее злой взгляд. Однако шутку поддержал Андре:

— А, что? На день рождения мы тебе туалетную воду со стойким ароматом подарим, иначе запашек от тебя будет еще тот.

— Хватит болтать, — начала злиться светлая магичка, — лучше ужином займитесь, а я пока осмотрю его.

Лаари привычно окутал белый свет, волны магии начали сканировать поврежденный участок, но девушку отвлекло прикосновение к руке. Она взглянула в глаза Кристофа, которые удивленно и радостно смотрели на ее ладони. Закатав рукава, расстегнув меховую куртку, заглянув под слой свитеров, Лаари убедилась, что светящиеся золотом руны теперь окутывали все ее тело.

— Но когда? Я ведь даже не почувствовала, — растерянно пробормотала она.

Кристоф широко улыбался:

— Скорее всего, это произошло в тот миг, когда ты лечила детей. А в обмороке трудно ощутить переход на четвертый уровень. Очень рад за тебя. Поздравляю!

Лаари опомнилась и вновь начала лечить мужчину. Все оказалось не так плохо, как выглядело со стороны, только ее отвлекали волшебные карие глаза мужчины, из-за которых трудно было сосредоточиться. Когда она закончила, Кристоф нежно коснулся ее щеки там, где теперь на коже был виден рисунок.

— Знаешь, а он жжется, — заметил темный маг.

Лаари накрыла его руку своей и потерлась щекой о широкую мужскую ладонь. Они сидели очень близко друг к другу и наслаждались этим моментом единения, пока остальные спутники были заняты обустройством ночлега. Но эти волшебные минуты подходили к концу, Кристоф уже хотел что-то сказать, но девушка отстранилась, разорвав ту волшебную нить, которая их объединяла, и только искорки боли мелькнули в ее глазах.

В этот момент Мишира повернулась к ним:

— Моя помощь не понадобилась? А жаль. Лаари поздравляю тебя, — Последние слова она произнесла нехотя.

Но Лаа уже как-то свыкласчь с такой манерой общения Миширы, поэтому только улыбнулась.

— Новоиспеченному магу четвертой ступени достается самый лучший кусок вяленого мяса, — сказал Андре.

Промолчал только Сиом, он делал вид, будто ищет, что-то в своих сумках. Но на это никто никакого внимания не обратил.

Когда все утолили свой голод было решено, что дежурить этой ночью будут Андре, Кристоф и Сиом, а девушки будут отдыхать.

— На мой взгляд здесь нам ничего не угрожает, но в любом случае перестраховаться стоит, сказал Кристоф, а вот к завтрашнему вечеру, когда мы достигнем леса необходимо будет быть особенно осторожными.

— Но я считаю, что отдохнуть следует Андре, а не мне, — возразила Мишира, — это именно его магия будет подпитывать эту поляну всю ночь. Иначе завтра он будет еле переставлять ноги, что замедлит наше передвижение. А подежурить могу и я. Некромантка все-таки.

Немного подумав, мужчина с ней согласился и хотя Андре пытался сопротивляться, но брат был непреклонен.

Кристоф первым заступил на дежурство. Срывая травинку такую зеленую, сочную он любовался, как всего в метре от него завывала вьюга и кружила метель. Было ощущение, что он смотрит на буйство природы из окна теплого дома. Прошло немного времени и буря улеглась: крупные снежинки кружили в воздухе, медленно опускаясь на землю. Протянув руку мужчина поймал одну из них, а когда поднес к глазам увидел лишь капельку воды. Вокруг было абсолютно тихо.

Кристоф вздрогнул, когда ему на плечо легла чья-то рука.

— Мне всегда казалось, что тебя невозможно испугать, — прошептала Лаари, присаживаясь рядом с мужчиной.

— Это не так. Не смотря на то, что я маг, но всего лишь обычный человек. Почему ты не спишь?

— Я устала, а уснуть никак не получается, вот и решила рядом с тобой посидеть.

Мужчина укутал девушку в свое одеяло и прижал к себе. Молодые люди не знали, что за ними в этот момент пристально наблюдают.

Кристоф смотрел в изумрудные глаза и не мог отвести взгляд. Сердце хотело сказать многое, но он никак не мог подобрать слова, вместо этого мужчина провел подушечками пальцев по ее розовым, чуть приоткрытым губам. Лаари почувствовала, как на месте его прикосновений закололи тысячи иголочек. Девушка потянулась к Кристофу и его губы коснулись ее даря самый сладкий поцелуй. Пальчики Лаари запутались в густых, черных волосах мужчины. Запах его кожи притягивал и дразнил.

В этот момент у костра во сне начал ворочаться Сиом.

Молодые люди отстранились друг от друга тяжело дыша. Кристоф еще теплее укутал девушку и прижал к своей груди. Помолчав немного, он тихонько позвал:

— Лаари, — но ответом ему была тишина, девушка уже крепко спала, согретая его теплом.

* * *

Как только начала заниматься заря Мишира разбудила спавших путников. Умывшись и заварив чай, Андре заметил:

— С целью избегания повторения вчерашнего случая с обморожением, предлагаю менять направляющего каждый час.

Возражений не последовало.

Уходить с этого места совсем не хотелось, но необходимо было двигаться вперед.

И вновь холодный воздух окутал группу. Первым опять шел Кристоф. Идя следом за ним, Лаари вспоминала, как проснулась в его объятиях и сразу встретилась с ласковым взглядом. Потом теснее прижалась к мужчине, позволила себе полежать так несколько минут и только после этого встала.

Они общались друг с другом только взглядами, казалось, если произнести хоть слово вся магия этих мгновений осыплется словно разноцветное конфетти. Эти счастливые мгновения согревали ее и в то же время приносили столько боли, что сердце останавливалось. Когда-то она дала обещание отцу и теперь не может его нарушить, не может ни о чем рассказать.

Следующей направляющей была Мишира. Не успели сделать они и пары шагов, как сзади раздался голос Сиома, который шел последний. Обернувшись все увидели, что он одной ногой провалился в чью-то нору.

— Не могу подняться, — прокричал он.

Андре с Кристофом принялись вытягивать его оттуда, однако нога прочно застряла. Андре растопил вокруг снег, попытался достать ногу с помощью воздушных потоков, но у него ничего не получилось.

— Ты же элементалист, — говорил Сиом, — сделай разлом в земле.

— Во-первых, я не так силен, а во-вторых, любой разлом ведет к сдвигу земных плит. Ни один маг не возьмет на себя такую ответственность. Необходимо придумать, что-то другое.

В этот моментСиом задергался и закричал:

— Вытаскивайте, вытаскивайте меня скорее! Там кто-то есть, он обвивает мою ногу!

Вчетвером они схватили Сиома и со всей силы потянули вверх. Вытянув его, все дружно упали в снег. Когда отдышались, стало ясно, что сапог остался в норе.

— Обошлись малой кровью. Одевай запасную пару и пошли дальше, — сказал Андре.

Но по выражению лица пострадавшего стало ясно, что он их с собой не взял. Мишира отвернувшись в сторону тихонько выругалась. Еще большее уныние охватило команду, когда выяснилось, что Сиому обувь Андре и Кристофа слишком мала и в ней он далеко не уйдет.

— Ну, что ж, — сказал Кристоф, — придется доставать сапог из норы.

— Я бы этому оболтусу лучше пальцы на ногах отрезала и надела вашу обувь. Если головы на плечах нет, то отсутствие некоторых частей тела ему уже не помешает, — высказалась Мишира в своей обычной манере, однако никто не обратил на ее слова особого внимания.

Кристоф закатал одежду по локоть и опустил в нору свою руку. Голенище сапога он нащупал сразу и ухватившись за него дернул вверх. Едва сапог оказался на поверхности, у края ямы щелкнула огромная пасть.

Кристоф откинулся на снег, предварительно запустив своей добычей в Сиома. Когда сердце немного успокоилось и перестало так бешено стучать, от большого выброса адреналина, мужчина спросил:

— Мы же след в след идем, как ты умудрился провалиться?

Сиом, натягивая спасенный сапог, ответил:

— Сверток из заплечной сумки выпал. Я сделал пару шагов в сторону, чтобы его поднять, результат вы уже видели. Хватит рассиживаться, давайте двигаться дальше, необходимо нагнать время, что потеряли.

Все злобно на него взглянули, но говорить ничего не стали. Только Лаари оглянулась, но никаких следов потерянного свертка на снегу не заметила и она решила, что их затоптали.

* * *

Остаток пути прошел без приключений. Молодые люди к закату достигли леса. В нем с ветви на ветвь огромных исполинов перепрыгивали какие-то животные, они делали это так быстро, что рассмотреть их не удавалось; на снегу были следы какой-то мелкой живности. Сиом подстрелил одну из них. Затем под раскидистыми ветвями сосен, которые были усыпаны шапкой искрящегося снега, было выбрано место ночлега. Андре вновь растопил место для поляны и зажег огонь, Мишира разделала тушку животного, пойманного Сиомом, и приготовила ее. За ужином от усталости не было проронено ни слова.

Лаари удобно устроилась у костра, она слышала, как не далеко от нее лег Кристоф. Девушка знала, что после своего дежурства он обнимет ее, притянет к себе и будет спать, своим дыханием согревая девушку. Рядом с ней он очень чуток и боится во сне случайно толкнуть или ударить ее, а сейчас ему необходимо по-настоящему отдохнуть.

Лаари закрыла глаза, как Сиом ни к кому конкретно не обращаясь, тихо произнес:

— Птицы так замечательно поют.

И действительно, трель небесных певцов была прекрасна. Было ощущение, что находишься утром в поле, когда первые лучи солнца окрашивают горизонт, свежий ветерок обдувает кожу, становиться немного зябко от мокрой росы под босыми ступнями и птицы своей песнью приветствуют наступление нового дня.

Кристоф и Мишира резко сели.

— Зверей я видел, а вот никакого пения не было, — сказал мужчина и перевел взгляд на некромантку.

А тем временем трель начала усиливаться.

— Все поднимаемся! Быстрее! — командовала Мишира.

— Андре гаси костер, — сказал Кристоф.

— В чем дело? — спросил ничего не понимающий молодой человек, вставая и собирая вещи, однако огонь он гасить не стал.

— Делай, что тебе говорят, — начал сердиться Кристоф, — Некогда объяснять.

* * *

Как только пламя было потушено стало очевидно, что они все окружены. Силуэты нападающих видны не были, только свет ярких красных глаз выдавал их расположение. Чем уже становилось кольцо, в которое их замкнули, тем громче и не выносимее для человеческого слуха становился звук и сейчас он уже совсем не был похож на услаждающую слух песнь птиц.

Молодые люди стали спина к спине, образовав свой маленький круг.

— Лаари, стань между нами. Все равно в этой ситуации от тебя не будет пользы, — сказал Кристоф.

Лаари его слова были не приятны, но она спорить не стала и спряталась за спины остальных магов.

Подул ветер и обоняния коснулся запах смрада. Глаза адаптировавшись к темноте различили фигуры мертвецов. Девушка поняла, что старший брат был абсолютно прав, если живым она могла дать хоть какой-то отпор, то вот на нечисть воздействовать никак не могла.

— Необходимо прорываться, — сказал Кристоф, стоя с клинками в руках.

Прочитав заклинание он бросил яркий, горящий алым пламенем, шар в группу умертвий, стоящих прямо напротив него.

Мертвецы вспыхнули, продолжая двигаться, однако через несколько секунд их тела рухнули на землю, превратившись в смолистую черную лужицу, хотя быть может она была и другого цвета, но в темноте рассмотреть это было не возможно.

Всей своей маленькой командой молодые люди двинулись к образовавшейся бреши, однако она начала затягиваться. На место уничтоженной нежити становились новые. Андре схватил слегка ошарашенную Лаари за руку, и с силой потянул за собой. Девушка бежала и все время старалась смотреть себе под ноги, боясь случайно ступить в черные лужи, которые стали уже достаточно большими и заливали практически всю поляну.

Пропустив вперед Андре, Лаари и Сиома, Кристоф с Миширой не давали сомкнуться кругу.

— Мишира, нам тоже пора уходить, — сказал Кристоф, поражая клинками очередного противника.

Бежали все вместе не разбирая дороги. Снег как назло становился все глубже, а ветви больно хлестали по лицу, рассекая кожу, дыхание начало сбиваться.

— Делаем небольшой перерыв, — задыхаясь, сказал Андре, — я больше не могу.

В горле собралось что-то вязкое, чувствовалось, как холодный воздух идет по трахеи, бронхам, легкие горели огнем.

— Кристоф телепортируй нас куда-нибудь, — попросил Сиом.

— Не могу. Всех разбросает по разным частям этой холодной страны. А по одному мы точно не выживем.

Трель издаваемая умертвиями начала приближаться. Вдалеке среди деревьев вновь показался блеск красных глаз.

— Вот заразы, быстро передвигаются, — заметила Лаари.

— Дело в том, что они неутомимы, и в отличие от нас не чувствуют усталости, — сказала Мишира.

— Но откуда они здесь взялись? — спросила светлая магичка.

— Вероятно это все предки жителей деревни Фий. Не будут же они хранить все трупы пока бахрам проснется, а во льдах особо не захоронишь, вот сюда и вывозят. Только они не знают, что земли здесь прокляты, только остается вопрос зачем? Кому было нужно проклинать полосу земли, которая находится при входе в лес, за которым ничего нет? Не понимаю, — удивлялась некромантка.

Кристоф, Андре и Лаари переглянулись между собой. Каждый из них подумал, что это преграда к горам Шиира.

Сиом, вглядываясь в темноту леса, сказал:

— На мой взгляд, пришло время бежать дальше.

Ветер вновь донес запах разлагающейся плоти. Все опять закинули свои мешки за спину, и только Мишира достала какие-то артефакты и начала раскладывать их на снегу.

— Что ты собралась делать? — спросил Андре, — бросай все и пошли.

— Нет, я думаю, пришла пора применить все свои знания. Я задержу их.

— Мишира, перестань мы пойдем все вместе, — запротестовала Лаари.

— Кристоф, бери этих двоих, и уносите ноги. Ты прекрасно понимаешь, что так будет лучше. Я предпочитаю эту компанию, чем замужество, — не весело улыбнулась некромантка, — Не останавливайтесь на сон раньше завтрашнего вечера. За день вы должны будете успеть покинуть проклятые земли.

Кристоф немного поколебавшись, подтолкнул Андре в направлении дальнейшего пути, а сам схватил упирающуюся Лаари, перебросил ее через плечо и двинулся в путь.

Светлая магичка смотрела, как Мишира уверенно чертит, какие-то круги на снегу и создавалось впечатление, что она совсем ничего не боится. И вот темнота и деревья скрыли некромантку, словно окутали черным покрывалом.

— Поставь меня. Я сама пойду, — сказала Лаари, вытирая катящиеся по щекам слезы.

Кристоф выполнил ее просьбу, на секунду прижал к себе, а затем подтолкнул вперед.

* * *

Было уже далеко за полдень, а четверо молодых людей все еще двигались вперед. Если с восходом солнца открылось второе дыхание, то после обеда начала сказываться бессонная ночь.

Они все чаще начали цепляться за ветки, лежащие под ногами. Лаари в очередной раз упала в снег, но девушка хотела быть наравне со всеми, поэтому поднималась и упрямо шла дальше, несмотря на заплетающиеся ноги и сжимающийся в очередном голодном спазме желудок.

Андре словно читал ее мысли. Он на ходу достал кусочек уже слегка зачерствевшего хлеба и протянул светлой магичке.

Они все шли вперед не замечая ничего вокруг. Но терпению Лаари пришел конец в тот момент, когда вновь начал дуть ледяной ветер, мешающий идти вперед. Слезы бессилия перед природой навернулись на глаза и девушка остановилась. Но раскиснуть ей не дал Кристоф. Он в очередной раз подтолкнул ее, призывая тем самым двигаться дальше, и сказал:

— Перестань жалеть себя. Ты выбрала не подходящее для этого время.

И эти немного грубые слова привели Лаари в чувство, и девушка с еще большим упорством пошла вперед.

Иногда в тяжелые минуты нужен именно тот человек, который встряхнет, направит и придаст сил. А жалость к себе порой разлагает и мешает достигать своих целей.

Об этом размышляла светлая магичка, как вдруг наткнулась на спину Андре.

— В чем дело, — возмутилась она и только сейчас заметила, что вызвало такое изумление у спутников.

Впереди было лето. Иначе сказать было трудно. Перед молодыми людьми открылась не маленькая полянка, создаваемая Андре, а полноценный летний лес, в котором бегали уже совсем другие животные и пели вечернюю песнь на зеленых лиственных деревьях настоящие птицы.

— Я бы туда не пошел, — сказал Андре, — надо идти в обход.

— Ты, что элементалист, голову себе отморозил. Какой обход, здесь просто зима заканчивается. Удивительна все-таки природа, — с этими словами Сиом шагнул вперед, обернулся и помахал им рукой.

Лаари доверяла чутью Андре, но сейчас она так замерзла и устала, что без раздумья двинулась в такое манящее тепло.

Кристоф с Андре переглянулись. У них не осталось выбора и они пошли следом.

Прежде чем попасть под теплые лучи заходящего солнца каждый из них преодолел разделительную полосу, которая почувствовалась, как ветер дующий сразу со всех сторон, но это ощущение длилось всего несколько секунд, а затем лето приняло их в свои теплые и даже жаркие объятия.

* * *

Сняв с себя такую тяжелую и даже, казалось удушающую теплую одежду, путники решили не оставаться здесь, а пройти вглубь леса, чтобы выбрать наилучшее место для столь долгожданного отдыха.

Пройдя немного вперед перед ними, предстала большая поляна с одной стороны, которой протекал ручей, а с другой обрыв, под которым раскинулось озеро.

Было решено развести не магический огонь, а обычный костер. За дровами для него отправился Андре, Кристоф пошел на охоту, Сиом раскладывал свои вещи, а Лаари пошла к ручью, ополоснуться.

Девушка сначала попыталась спуститься к озеру, но путь был слишком крутым, и светлая магичка решила не рисковать. Вода в ручье была прохладной, но очень хорошо освежала, а пить ее было одно удовольствие: прозрачная, чистая, она не просто утоляла жажду, а придавала жизненных сил.

Когда Лаари вернулась к месту ночлега, там все еще сидел только Сиом. Общаться с ним девушке не хотелось, и она пошла прогуляться.

Сегодня удача решила сжалиться над уставшим Кристофом, и все время сопутствовала ему. Мужчина подстрелил несколько животных, очень похожих на зайцев, только окраска их шерсти была под цвет молодой травы. Мужчина заметил их случайно, однако был достаточно ловок и меток, чтобы обеспечить свежим мясом всю команду. Также Кристоф нашел кустарник с ягодами, о которых писалось в книге, что он изучал перед отъездом. В ней писалось, что эти ягоды очень редки и полезны.

Вернувшись, мужчина отдал Сиому свою добычу со словами:

— Займись делом. Разделай туши.

Никогда раньше Кристоф не замечал за своим другом привычки жить за счет других и делать все чужими руками, хотя понимал, что все люди с годами меняются и не всегда в лучшую сторону, но сейчас он не хотел об этом думать и огляделся в поисках Лаари. Мужчина заметил девушку на самом краю обрыва. Она сидела, свесив ноги вниз, и о чем-то размышляла.

* * *

Андре нес целую охапку поленьев. Свалив ее у предполагаемого места костра, он сначала развел маленький магический огонек, от которого разгорелось настоящее пламя. Сиом сидел напротив него и с отвращением разделывал тушки животных. Молодой человек перевел взгляд на огонь и задумался.

— От чего грустишь? — неожиданно спросил Сиом.

Анре ответил не поднимая глаз:

— Мне всю дорогу казалось, что Мишира догонит нас. Только сейчас по-настоящему начинаешь осознавать, что произошло.

— Я все время забываю, Андре, что ты очень молод, — тоном умудренного жизнью человека начал говорить Сиом, — Ты еще не понимаешь, я бы даже сказал не осознаешь, что приходит время и маг ощущает насколько большой груз ответственности лежит на нем за жизнь других людей и магов. Понимание этого совпадает со временем окончания академии. Так вот Мишира уже была сформировавшейся личностью и она прекрасно осознавала, на что идет, а главное ради чего…

Не смотря на то, что Сиом продолжал что-то говорить, Андре его уже больше не слушал. Он признавал, что, быть может, находиться под влиянием юношеского максимализма, и отдавал дань Мишире за ее храбрость, но не понимал человека, сидящего напротив него. Самому Андре оставался всего один год до окончания академии, никакого груза ответственности на своих плечах он не чувствовал, однако знал, что поступил бы так же как и Мишира, но не воспринимал эти высокопарные слова, которые произносились без капли грусти, не говоря уже о скорби от потери друга.

От Сиома же веяло каким-то избавлением от давно надоевшей проблемы, что-то в выражении его лица выдавало облегчение, которое испытывал мужчина от отсутствия Миширы. Андре это настораживало, и он решил присмотреться к этому странному человеку, а пока парень рассматривал окрестности. Около обрыва он увидел о чем-то беседующих Лаари и Кристофа.

* * *

Розовое, от лучей заходящего солнца, небо отражалось в воде. Легкий бриз освежал. Девушка слышала, как к ней не спеша кто-то идет. Слегка повернув голову, она увидела, что это Кристоф. Лаари вернулась к созерцанию озера. Мужчина, немного постояв, присел рядом.

— Ты считаешь меня предателем. Я не должен был ее там оставлять? — спросил он.

Немного помолчав, Лаари ответила:

— Нет, я думаю, ты все сделал правильно.

Кристоф обхватил голову руками и нервно растрепал волосы.

— А я в этом не уверен. Временами мне кажется, что должен был остаться вместе с ней прикрывать вас.

Лаари впервые слышала, чтобы мужчина говорил с такой горечью и сомневался в правильности принятых им решений. Девушка повернулась к нему, провела рукой по волосам, поцеловала в щеку, на которой благодаря магии не было ни щетинки, и тихонько зашептала Кристофу на ушко:

— Ты не мог бросить нас. Мы идем за тобой.

Лаари хотела заглянуть ему в глаза, но мужчина прятал взгляд. Девушка поняла, что больше от него ничего не добьется, и просто сжала его руку в своей. Лаари вновь принялась изучать горящий алым цветом горизонт. Через несколько минут мужчина заговорил:

— Лаари, я понимаю, ты достойна признаний в красивой, романтичной обстановке, и я хотел бы дать тебе это…

Девушка резко повернулась к нему, приложила свои пальчики к его губам и серьезно сказала:

— Ничего не говори.

Но Кристоф всегда шел к своей цели и убрав ее руку продолжил:

— Я не знаю, что нас ждет впереди, и поэтому хочу сказать сейчас. Ты мне очень дорога. Я так давно ждал, когда мы будем равны. Не желаю, чтобы ты думала, будто это всего лишь мое минутное увлечение тобой. Мне бы хотелось, чтобы ты стала моей женой.

Он мог еще сказать о многом, о том, как он боится потерять ее, о том, что понимает насколько неожиданно его предложение, но он не стал ничего добавлять к сказанному. У мужчин не принято показывать насколько они волнуются.

Однако Лаари даже не повернулась в его сторону, а голос ее стал каким-то не живым:

— Это не возможно, — все что сказала девушка.

— Почему?

— Объяснять ничего не буду, — светлая магичка встала, — Я связана обещанием.

Лаари двинулась в сторону костра. Кристоф был ошеломлен, ему казалось он знает о ней все. Мужчина подумал, что это злая насмешка судьбы. Он слишком многих обидел, а сейчас сам сидит отвергнутый.

— Лаари, — позвал он, девушка замедлила шаг, но не остановилась, — Даже если я не подхожу тебе, это ничего не меняет, ты всегда будешь нужна мне. Я всегда буду где-то рядом.

* * *

Светлая магичка подошла к костру, села напротив Сиома. Он что-то говорил, но она не слышала его. Лаари прислушивалась к себе, девушка думала, что будет безумно больно, но ничего, она ничего не чувствовала. Пустота была внутри. Лишь последние слова Кристофа грели ее сердце. Кто-то вложил в ее руку кусочек жареного мяса, девушка машинально откусила от него несколько раз, а затем отложила в сторону. Лаари устроилась у огня и смежила веки. Сон не шел, в голове не было ни одной мысли. Чуть приоткрыв глаза, она увидела все так же сидящего на краю обрыва Кристофа.

* * *

Есть сны радостные, приятные, страшные, а иногда сновидения бывают серыми и тяжелыми, после таких нет чувства свежести, а наоборот ощущение будто всю ночь пытался выпутаться из чего-то вязкого и липкого. И хотя ничего не приятного не привиделось, а настроения нет. Именно из такого сна кто-то вытягивал Лаари. Открыв глаза, она увидела Андре, настойчиво трясущего ее за плечо.

— Что случилось? — спросила девушка.

— Ничего особенного, просто не мог тебя разбудить.

— Неприятные сновидения не хотели отпускать. А где Кристоф?

— Он решил искупаться в озере, — ответил Андре, а затем, немного смущаясь, спросил, — У вас с ним что-то произошло? Он сегодня какой-то странный.

Лаари загрустила:

— Нет, все так как и прежде, — а когда молодой человек отошел добавила, — к сожалению все как всегда.

Солнце уже полностью вышло из-за горизонта, освещая все вокруг. Лаари начала чувствовать первые последствия вчерашнего разговора: ее ничего не радовало, вся еда стала абсолютно пресной. Подойдя к обрыву девушка увидела, как Кристоф мощными гребками рассекает гладь воды. Светлая магичка осмотрелась в поиске пути, по которому спускался мужчина, но так ничего и не нашла. Через некоторое время она была этому рада. Ей нечего было сказать Кристофу, а значит незачем делать раны обоих глубже.

Через час все было упаковано и собрано для дальнейшего пути. Не хотелось покидать это чудесное место, на котором они провели столь замечательную, своим спокойствием ночь.

* * *

Когда солнце было в зените, молодые люди сделали привал. Немного отдохнув они вновь двинулись в путь. Уже начали сгущаться сумерки, когда Сиом сказал:

— Кажется, впереди виднеется поляна.

И, правда, присмотревшись среди деревьев все увидели ручей, справа от него было замечательное место для ночлега. Наконец добравшись до ручья, все были очень удивлены.

— Это сон? — спросила Лаари, — я конечно слышала, что в лесу все похоже, но не до такой же степени.

Один из краев поляны заканчивался обрывом, за которым раскинулось озеро.

— Странно, — сказал Кристоф, — Я бы мог поклясться, что это то же самое место, на котором мы останавливались вчера, но где тогда остатки нашего костра?

На том месте, где вчера предположительно полыхало пламя, росла сочная, зеленая трава. Что бы удостовериться в этом Андре даже провел по ней рукой, однако она была настоящей.

— У меня есть два варианта, — произнес Андре, — Либо здесь наложено органическое заклятье, то есть природа, достаточно быстро восстанавливает все живое до момента наивысшего расцвета. Именно поэтому здесь постоянно лето, ведь в основном в этот период большинство животных бодрствует, а растения цветут и плодоносят. Или же все вокруг это и правда всего лишь совпадение.

— И как нам это проверить? — спросила Лаари, — Разведем огонь, а к завтрашнему вечеру убедимся в одном из предположений?

— Нет, — ответил Андре, — Я думаю, нам не стоит терять так много времени. Вдруг это все-таки просто случайность.

— Ты предлагаешь нам пройти весь следующий день, а затем обнаружить, что это чары? — ядовито спросил Сиом.

— Не совсем. По идее если здесь наложено органическое заклятье, а оно действует только на живую природу, то мы к завтрашнему полудню должны на месте дневного привала найти мною случайно забытый там артефакт. Таким образом, к середине следующего дня мы будем знать, что здесь на самом деле происходит, — предложил Андре.

— Я думаю это разумно, — сказал Кристоф.

И вновь спокойная ночь, которая была полна тяжелых серых снов.

Утром опять появилось яркое солнце. На этот раз хотелось поскорее покинуть это место и больше на него не возвращаться.

К полудню молодые люди, как и предполагали, вышли на место своего вчерашнего привала. Оно представляло собой небольшой луг, в северной части которого текла постепенно пересыхающая река. Удивительным было то, что все, обыскав, пропавший артефакт никем не был найден.

— Ничего не понимаю, — сказал Андре, — я был уверен, что забыл его здесь.

— Ну вот, говорил же я вам…

— Подожди, — перебила Сиома Лаари, — мне кажется, я видела, что здесь что-то блеснуло.

Девушка наклонилась к земле, но ничего не нашла, тогда она стала на колени и начала ощупывать траву. Что-то твердое почувствовалось под пальцами. Разорвав растения, которые словно в кокон оплели артефакт, светлая магичка подняла его и протянула Андре.

— Как же я сразу не догадался, — сказал парень, — ведь при органическом заклятии все инородные тела не исчезают, а маскируются окружающей средой.

Глаза Андре светились от возвращения своей потери, от правильности его догадки о заклинании. Однако через секунду, когда первая радость прошла он осознал, что на самом деле на эти земли наложены куда более сильные чары, чем органическое заклятие.

Подняв глаза, он встретился с серьезными взглядами остальных путников.

— Я знаю только один обряд, который может заставить ходить людей по кругу, — сказал Кристоф.

— Это обряд кольца, — продолжил за друга Сиом, — его использовали древние люди, но со временем была утеряна одна из его составных частей и никто до конца не смог восстановить ее. Но способ разорвать кольцо был записан. Я еще в академии удивлялся, зачем изучать снятие обрядов и заклятий, которые никто больше не умеет накладывать. Однако, я думаю, мне удастся разорвать это кольцо.

Несколько минут понадобилось Сиому, чтобы настроить свои магические силы и после чтения нараспев необходимого заклинания, а также определенных пасов руками мужчина открыл глаза, немного постоял, приходя в себя после траты энергии, потому что этот ритуал потребовал много сил и наконец произнес:

— Ну, вот и все.

Кристоф кивнул и сказал:

— Не знаю как вам, а мне задерживаться здесь совершенно не хочется. Предпочитаю не терять время. Поэтому мы быстро перекусим, и если Сиом окончательно придет в себя, то двинемся дальше.

И действительно Сиом выглядел очень бледным и тяжело дышал, однако через двадцать минут после принятия пищи кровь вновь прилила к его щекам, и было принято решение двигаться дальше.

* * *

Невозможно передать насколько сильным было разочарование, когда все увидели очертания уже так надоевшей всем поляны. Оказавшись на ней, Андре с сестрой направили свои укоряющие взгляды на Сиома, но прежде чем кто-то из них успел хоть что-то сказать, заговорил Кристоф:

— Можете так не смотреть на Сиома, он все сделал правильно. Я сам не понимаю в чем тут дело.

Внезапно сознание Лаари помутилось, очертания всех предметов начало расплываться и она провалилась в темноту.

Когда же девушка вновь открыла глаза, рядом с ней сидел Андре и усиленно растирал мочки ее ушей. Оттолкнув его руки, Лаари спросила удивленно:

— Что ты делаешь?

— Говорят это в чувства хорошо привидит, — отозвался Андре обиженно из-за того, что не оценили его усилий.

— Спасибо, но я уже в порядке, — в доказательство последнего девушка начала самостоятельно подниматься, но ноги перестали ее слушаться, и она вновь упала на землю, при этом неудачно вывернув лодыжку.

Лаари тут же попыталась ее продиагностировать, но ничего не получилось, и тогда Кристоф склонился над ней и ощупал поврежденную ногу.

— Всего лишь ушиб. Поднимайся, и пойдем, больше не хочется здесь ночевать.

Оперевшись на его руку, Лаари поднялась, но не смогла сделать и шага, нестерпимая боль окутала лодыжку и светлая магичка вновь оказалась на траве, катаясь по ней словно раненый зверь, когда стало легче Лаари взглянула не Кристофа, возвышающегося над ней.

— Ты уверен, что это только ушиб?

Мужчина и так хмурился, а сейчас в его глазах полыхала ярость.

— Я устал. Устал тебя опекать. Это по твоей милости мы оказались здесь, но я не собираюсь ночевать на этой поляне и тащить тебя на руках тоже не буду. Оклемаешься и завтра нас догонишь, — и уже обращаясь к Сиому с Андре, спросил, — Я ухожу вы со мной?

Сиом кивнул, а Андре, немного поколебавшись, произнес:

— Вы идите, а мы с сестрой потом вас найдем.

Его слова, его тон были какими-то странными, но в настоящий момент главное было не это, а то, что прочь уходил самый дорогой для Лаари человек. Она смотрела на удаляющуюся широкую спину, всегда казавшуюся такой надежной, и не верила своим глазам. А он действительно уходил. Когда Кристоф с Сиомом скрылись среди деревьев, Лаари перевела не понимающий взгляд на Андре:

— Почему?

— Мне жаль, — сказал молодой человек, при этом разводя костер, — Кристоф нам уже достаточно давно начал жаловаться. Он очень жалеет, что ему пришлось стать нашим опекуном. Это очень большой груз ответственности и если я самостоятелен, то ты словно слепой котенок сначала вляпаешься в сомнительное предприятие, а потом тебя приходится из него вытаскивать.

Андре закончил с огнем и подсел ближе к Лаари, а затем продолжил:

— Старший брат совершенно не хотел отправляться ни в какое путешествие, но эта дурацкая записка изменила все. А ведь он пытался отказаться, но ты его словно не слышала.

Лаари действительно вспомнила, как Кристоф пытался направить ее мысли в другую сторону, намекая, что хорошо бы остаться дома и поискать ответ там. Вдруг девушка ощутила, как Андре осторожно заправляет за ушко девушке, выбившуюся из косы прядь волос. Губы молодого человека попытались прикоснуться к губам Лаари, но светлая магичка его оттолкнула.

— Ты, что совсем с ума сошел? — гневно вскричала девушка.

— Я и правда с ума чуть не сошел, когда представлял тебя в своей постели, но после перехода на четвертую ступень наслажусь хотя бы твоим поцелуем.

Мужчина вновь потянулся к ней, однако девушка залепила ему пощечину. Андре схватился за горящую огнем щеку.

— Ну и дурра же ты. Неужели думала, что я просто так с тобой остался. Нет, за все надо платить, а если не хочешь, я тоже уйду. Справляйся сама.

Схватив свои вещи, он очень быстро скрылся в лесу.

Лаари осталась совсем одна. Что бы ни поддаться панике, которая ни к чему хорошему не приведет, девушка несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь.

Достав из мешка бинты, девушка туго перебинтовала ногу. Боль немного уменьшилась. Обдумав ситуацию, светлая магичка решила в пустую не тратить силы и не пытаться найти своих спутников сегодня, а переночевать здесь и с утра пуститься на поиски.

Сон не шел, не смотря на то, что сумерки уже давно сменились непроглядной тьмой. Неожиданно со стороны ручья раздался волчий вой. Тут же сев Лаари быстро собрала все вещи и попыталась встать, но у нее и на этот раз ничего не вышло. Тогда она, встав на четвереньки, поползла в сторону, куда ушли Кристоф, Сиом и Андре. Но достигнув первых деревьев, Лаари поняла, что далеко не уползет, и волки ее настигнут. Тогда девушка выбрала дерево с самыми низко расположенными ветвями и начала карабкаться на него. Магичка не чувствовала от боли, как по ее щекам текут слезы. Порой казалось, что сознание сейчас покинет ее и тогда Лаари собирала последние силы и делала еще один рывок вверх. Забравшись так высоко, как смогла, девушка затаилась. Но ей не удалось спрятаться. Животные шли по ее запаху. Через несколько минут дерево, на котором сидела магичка, было окружено. Яркие зеленые глаза страшно сверкали.

Лаари было безумно одиноко, не хватало надежного плеча, на которое можно опереться, ободряющего слова, которое поддержит и обогреет. Лаари вдруг вспомнила о письме отца, лежащем у нее в нагрудном кармане. Осторожно отцепив одну руку от дерева, достала свернутый вчетверо лист бумаги. И хотя на дворе была ночь, строчки начали сами всплывать в памяти. И вдруг магичка вспомнила главное:

"… Проси помощи у тех кто никогда не оставит тебя одну".

Посмотрев в глаза волков, Лаари мысленно произнесла: " Это все не правда, всего лишь иллюзия".

Все вокруг стихло, и только незнакомый голос звучал в ее голове: "Ты первая кто прошел это испытание, быть может, ты правда избранная, и мы поможем тебе".

Перед глазами появилось видение цветка под колбой.

Вдруг руки сорвались с дерева, и Лаари полетела в темную и густую бездну.

* * *

Лаари открыла глаза и увидела склоненного над ней Андре. За его спиной разгорался рассвет.

— Я очень рад, что ты вернулась к нам. Мы сильно испугались, когда вечером не смогли привести тебя в чувства.

— А где Кристоф и Сиом? — охрипшим голосом спросила Лаари, все еще подозрительно смотря на Андре.

Девушка не могла понять, то, что она пережила этой ночью было явью или сном. Брат кивнул куда-то в сторону:

— Сиом спать лег сразу, а Кристоф сидел рядом с тобой еще половину ночи, но даже его сильному организму нужен отдых. Ведь он не спал и две прошлые ночевки. Когда сознание Кристофа, наконец, само отключилось, я на воздушной подушке перенес его ближе к костру.

— Андре, нужно будить их, потому что я, кажется, знаю, что тут происходит.

Сиом проснулся достаточно быстро, а вот Кристофа пришлось хорошенько потормошить прежде, чем он пришел в себя. Лаари заварила бодрящий отвар и напоила им всех своих спутников.

— Ну, Лаари, и до чего же ты додумалась? — неучтиво спросил Сиом, однако девушка не обратила на это внимания, а спокойно начала говорить:

— Я все время размышляла, почему в таких хороших для сна условиях мне постоянно снятся такие тяжелые сновидения. После них чувствуешь себя еще хуже, чем раньше. И вот сегодня взглянув на бодрствующего всю ночь Андре, я поняла: заклятиям, наложенным на эти места, нужна подпитка и вот когда мы спим магические силы, накопленные нами за день, переходят в эту землю. Сиом отдыхал каждую ночь, и поэтому сил у него было не много, что и потерялось за сегодняшний сон, отчего он и легко проснулся. Кристоф не спал несколько дней, накапливая магические силы, но теряя физические, как следствие разбудить его было очень трудно. И наконец, Андре: он бодрствовал только, сегодня, а значит у него идеально возможный для этих мест баланс физических и магических сил.

Но не это самое интересное, что я вам хотела рассказать, — девушка сделала большой глоток отвара, чтобы смочить пересохшее горло и продолжила, — Этой ночью я получила подсказку о заклятии, наложенном на эти места. Оно представляет собой не кольцо, как мы думали ранее, а колбу.

— Ты хочешь сказать, — начал медленно озвучивать свою догадку Андре, — что нужно не разрушать или разрывать границу, а приподнять ее.

— Точно! — воскликнул Сиом, затем проговорил с недоумением, — необходимо только обнаружить где она проходит, а главное, что собой представляет?

— Кажется, я знаю, как она выглядит, а точнее ощущается, — догадался элементалист, — прежде чем войти сюда каждый из нас чувствовал поток ветра, а значит это и есть граница. Но вот где ощущались отголоски этого ветра?

— На краю обрыва, — не задумываясь, ответил Кристоф, он там провел две ночи и хорошо запомнил, как легкий вечерний бриз переходит в предрассветный шторм, а с восходом солнца утихает, будто ничего и не было.

Когда они все подошли к обрыву, на коже почувствовался едва заметный ветерок.

Быстро переодевшись опять в зимнюю одежду, все начали ждать, когда Андре поднимет стенку колбы. Лаари думала о том, с какой радостью она меняет тепло на холод, который несколько дней назад был так ненавистен ей.

* * *

Ветер начал окутывать ноги, читающего заклинание Андре. Чем быстрее произносились слова, тем неистовее становились потоки воздуха. Когда небольшой смерч окутал молодого человека, тот руками немного расширил воронку, а затем присев, с самой земли начал поднимать, что-то невидимое, но очень тяжелое. И вот под завесой вместо плескавшегося у берегов обрыва озера показался лес, полностью усыпанный снегом. Андре, держа границу на уровне колен, произнес:

— Выше не подниму, не хватает сил. Идите.

Лаари даже не успела не о чем подумать, как Кристоф бросил ее под завесу, следующим выкатился Сиом и последним заколдованные земли покинул старший брат.

— Меня не ждите, я все равно не смогу больше такое повторить. Заклятие не даст второго шанса. Удачи, — это все, что успел сказать Андре перед тем как его руки окончательно устали и он отпустил границу.

— Нееет, — Лаари рванулась назад, но у самого края сильные руки Кристофа схватили ее.

— Если ты шагнешь сейчас туда, я пойду за тобой и тогда ни у Андре, ни у нас шанса остаться в живых не будет, — прошептал мужчина ей в самое ухо.

Лаари затихла, и перестала вырываться. Светлая магичка в последний раз взглянула на Андре.

Молодой человек не видел их, но знал, что они смотрят на него, поэтому с немного грустной улыбкой на губах он помахал им рукой, затем отошел к середине поляны и начал разводить костер.

— Нам нужно идти вперед, чтобы поскорее вернуться за ним, — сказал Кристоф.

Девушка развернулась, и решительно двинулась в направлении гор.

* * *

Они шли вперед уже третьи сутки, после расставания с Андре. В первую же ночь Лаари безапелляционно заявила, что будет дежурить наравне со всеми. Ей дали возможность самой выбрать время своего караула и девушка решила, что это будет середина ночи. После тяжелых переходов в течение дня она спала несколько часов, затем меняла Сиома. После Лаари дежурил Кристоф, он всегда вставал на час раньше своего времени и прогонял девушку спать на свое место. Заползая под его плащ, который еще сохранял запах и тепло Кристофа, Лаари мигом засыпала, наслаждаясь осознанием того, что еще несколько часов ее никто не потревожит.

Единственное беспокойство у оставшихся членов команды начал вызывать вой каких-то животных, который в первую ночь был еле различим. В следующий раз он звучал все еще далеко, но уже значительно громче.

В конце очередного длинного дня молодые люди, коченеющими от холода руками, развели костер, достали из своих мешков еду, немного подержали над огнем, чтобы она оттаяла, а затем принялись ее есть. Сиом при этом сидел и подбрасывал нож, что бы потом поймать его за рукоятку. Смотря на это и хмурясь, Кристоф сказал:

— Советую тебе это прекратить. Калухи и так достаточно близко, нехватало только их еще свежей кровью приманить.

— Кто такие калухи? — спросила Лаари.

— Это животные наподобие снежных барсов, только тело их мощнее раза в два и на нижней челюсти располагается пара бивней. Передвигаются ночью, именно поэтому мы слышим их вой только в это время. Преодолевают не очень большие расстояния, но если почуют запах свежей человеческой крови, то их скорость увеличивается в несколько раз.

Мурашки пробежали по спине у Лаари, когда она представила себе этих тварей. Словно услышав слова Кристофа, раздался вой калух. От неожиданности Сиом поймал нож за острие, и алые капли крови окрасили снег. Все словно зачарованные смотрели на причудливую картину, образовавшуюся на нем. На какой-то миг девушке показалось, будто на нее смотрит кровавая калуха, но моргнув, светлая магичка поняла, что это всего лишь игра ее воображения.

Сиом выругался и сказал:

— Кристоф, это все из-за тебя. Нечего было наговаривать.

— Либо кому-то нужно лучше работать головой, — ответил мужчина и, не давая возможности дальше продолжить спор, начал устраиваться на ночлег.

Лаари вспомнив эпизод между ею и Сиомом в Фии, решила, что ее реанимационные мероприятия для его мозга не удались. Злорадно усмехнувшись, она села ближе к мужчине, взяла его руку и залечила его рану. Вот только на снегу так и остались капли крови.

— Кристоф, а они нас сегодня не догонят? — спросила девушка.

Немного помолчав, послушав вой, мужчина спокойно ответил:

— Этой ночью нет, а вот следующей возможно. Однако я думаю, к завтрашнему вечеру мы доберемся до гор Шиира.

Несмотря на усталость Лаари не могла уснуть, но сон все же взял свое. А вот Кристоф не смотря на то, что попытался своим безразличным тоном успокоить девушку, так и не сомкнул глаз до своего дежурства.

* * *

Утром собрав все вещи молодые люди двинулись в путь. Немного пройдя Сиом остановился.

— Что случилось? — спросил обеспокоено Кристоф.

В мешке, что-то не правильно сложил, в спину упирается. Мужчина неторопливо начал все вынимать.

— Фляга не так лежала, — сказал Сиом, поправляя ее, — Ах, ты…

Молодой человек резко выдернул руку из мешка, и вновь свежая струйка крови упала на снег.

— Я еще и нож плохо завернул.

Пока Лаари лечила Сиома, Кристоф спросил:

— А зачем ты вообще его в сумку положил, он ведь всегда у тебя на бедре висел?

— Боялся упасть на него и как-нибудь пораниться, — очень не уверенно ответил молодой человек.

У Кристофа много вопросов вертелось на языке, но взглянув на солнце, он решил отложить их все на потом так как молодые люди могли не успеть дойти к закату до гор. Лаари сама сложила вещи Сиома в мешок, и они продолжили движение.

* * *

Когда начали сгущаться сумерки, Кристоф выругавшись себе под нос, подал знак остановки. Горы Шиира были не так уж и далеко, однако это в любом случае составило бы несколько часов ходьбы. Мужчина не был уверен, что калухи дадут им это время. Поэтому темный маг принял решение остановиться, оборудовать место своего ночлега.

Около часа молодые люди собирали хворост, чтобы его было достаточно для создания огненного круга, в центре которого разожгли еще один костер.

— Походные сумки разбирать не будем. Я уверен, что спать нам не придется. Сейчас необходимо подкрепиться и успеть нарисовать усиливающие магию пентаграммы, — сказал Кристоф.

Пентаграммы он рисовал собственноручно, не доверяя эту работу никому. Едва он успел закончить, как совсем близко послышался вой калух. Видно их еще не было. Обернувшись, Кристоф увидел Лаари, которая листала небольшой справочник по светлой магии. Мужчина не был уверен, что она там действительно, что-то видит, так как руки ее жутко тряслись. Темный маг понимал девушку, самым страшным всегда было ожидание неизбежного и в начале своей учебы он также волновался, но время делает свое дело и даже страх притупляется, просто устаешь бояться.

Сиом в отличие от светлой магички наоборот держался очень спокойно и уверенно, Кристоф был рад, что хотя бы сейчас он не нуждался ни в чьей помощи. По дороге, когда друг в очередной раз проваливался по пояс в снег темный маг уже начал подозревать, что Сиом специально тянет время, но мужчина не понимал зачем ему это нужно. Ведь если попадут в беду так все вместе.

От не веселых размышлений Кристофа отвлекли слова Лаари:

— Вой затих.

— Зря видимо мы остановились, животные, скорее всего куда-то свернули, почуяв более крупную добычу, предположил Сиом.

— Сомневаюсь, — ответил Кристоф, — я думаю, они затаились перед решающим броском.

И он оказался прав, хруст ветвей под тяжелыми лапами доказал это. Но животных остановила стена огня, окружавшая столь желанную и редкую добычу. Светлая магичка надеялась, что они заготовили достаточно поленьев для поддержания пламя до рассвета. Но случилось непредвиденное, Сиом вылил содержимое котелка на участок защитной огненной полосы, и образовалась брешь, через которую могло пройти сразу две особи.

— Лаари, ко мне за спину, а ты гаденыш, — Кристоф обращался к Сиому при этом, пристально наблюдая за входящими в круг калухами, — только попробуй еще раз подойти к границе. Объясни мне, зачем ты это сделал, если не справимся все равно вместе здесь лежать останемся?

— Ты ошибаешься, — зловещим шепотом ответил Сиом, — за многие годы общения ты обо мне не знаешь главного — я на небольшом расстоянии умею управлять животными, хоть и совсем немного, но мне хватит, чтобы уйти отсюда живым. А назад дорогу найду, не дурнее я тебя, трубочист.

Для Кристофа уменее теперь уже бывшего друга управлять животными действительно было новостью, но сейчас об этом было поздно думать, первый зверь прыгнул вперед.

* * *

Мужчина уже давно перестал считать убитых или оглушенных им калух. Если сначала он пользовался исключительно магией, то вскоре понял, что животных слишком много и начал орудовать клинками. Но как бы ни был искусен боец, а раны от когтей все равно начинали украшать его тело и тогда на помощь приходила Лаари, она на расстоянии лечила его. На такое были способны не многие, но об этом некогда было думать. И вот очередная калуха прошлась когтями по его груди, а затем тут же была поражена клинком в горло. Кристоф сражался в легкой одежде, все меха он снял, чтобы не сковывали движений. Кровь из ран начала пропитывать рубашку, а девушка все ни как не заживляла порезы, которые вызывали значительную боль.

— Лаари! — крикнул темный маг и бросил быстрый взгляд себе за спину.

Девушка лежала на земле, а из раны на ее голове текла кровь. Не далеко стоял Сиом и ехидно улыбался. Кристоф уже собрал смертельный магический сгусток, но уловив боковым зрением прыжок очередного животного, удар пришлось нанести ему.

— Не спеши, — сказал Сиом, — разберись вначале с калухами, кстати, их уже немного осталось, а потом поговорим и о девчонке. Ведь она еще жива, я всего лишь хотел сбить ее с ног, чтобы так не старалась, а она взяла и столь неудачно упала — прямо на камень.

Кристоф действительно сосредоточился на животных. Он был зол и хотел разделаться с ними при помощи остатков усиленной магии, но резко почувствовал, как поддержка пентаграмм пропадает. Это Сиом одну за другой стирает с такой тщательностью начерченные знаки.

Когда последняя калуха упала около него, Кристоф хриплым, уставшим голосом спросил:

— Почему?

— Ты хочешь знать, почему я тебя предал? Так и быть расскажу, а то не красиво умирать, не зная в чем твоя вина, — сказал Сиом, начиная свой рассказ, — Когда мы познакомились в академии, я начал общаться с тобой только из-за того, что ты был, отвергнут этими заносчивыми аристократишками. Мне тогда льстило, что ты трубочист и неважно кто усыновил тебя, а я твой благодетель, протягиваю тебе свою руку помощи. Но ты не оценил по достоинству моего великодушия, а принял его как нечто само собой разумеющееся. Чуть позже к нам присоединилась Мишира, но ее я никогда не мог понять. Потомственная аристократка, красивая, перспективная, вышла бы замуж за ровню и была бы счастлива, но нет, ей не этого надо было. Надеюсь, сейчас она получила все, чего хотела. Но разговор не о ней, а о тебе, о том как все быстро изменилось. На тебя стали обращать внимания аристократки, ты был успешным студентом, без особых усилий и, наконец, скрепя сердцем тебя приняла вся надменная знать. А я так и остался кем-то вечно таскающимся за самим Кристофом Майером.

— Это полный бред, — попытался возразить Кристоф, но видя какое сумасшествие горит в глазах Сиома, понял, что все это бесполезно и он ничего не услышит.

А тем временем, распаленный своей речью Сиом продолжал:

— И когда тебе понадобилось отправиться в эту проклятую, промерзшую до самого центра земли страну, ты не позвал друзей из своего круга, а вспомнил о сыне купца. Вначале я хотел отказаться, но затем решил отомстить. Когда тебя должны были казнить в Фии, я решил, что справедливость восторжествует. Но нет, появился бахрам и все испортил. Я надеялся, что ты пострадаешь при доставании моего сапога из чьей-то норы, и тогда мне хотелось увидеть будет ли девчонка, которая все время так восхищенно смотрела на тебя, любить калеку. Но и здесь тебе повезло. Однако вчера в разговоре о калухах, я понял — вот мой шанс. И тогда я специально порезал руку вечером и утром. А днем нарочно тянул время. И вот ты стоишь весь в крови, изможденный и с каплями магии в запасе. А передо мной лежит твоя любимая Лаари, вы думали никто не видел как вы целовались? Ошибаетесь. И, наконец, чтобы ты ощутил всю полноту одиночества, окружавшую меня столько лет, она умрет первой.

Кристоф видел словно в замедленной съемке, как Сиом делает замах кинжалом, как медленно очень медленно опускает его. Мужчина даже понимая, что не успевает, бросился вперед. Резкая боль пронзила Кристофа между лопаток и сзади взмах делают два, как смоль черных, крыла. Темный маг в последнюю секунду подхватил Лаари и опустился в нескольких метрах от Сиома.

— Ты думаешь это вас спасет? — спросил мужчина с кинжалом, не замечая, как в этот миг сбоку поднялась раненая калуха и прыгнула на него.

Кинжал вонзился в сердце животного, но его пасть уже успела сомкнуться на шее Сиома и из нее фонтаном била кровь.

— Ты все равно не сможешь быть с ней. Вы не равны, — на последнем дыхании произнес мужчина и его сердце остановилось.

Кристоф подошел ближе, склонился над магом и произнес:

— Я скорблю по своему другу, с которым учился когда-то в академии.

Мужчина встал, держа на руках Лаари. Шапка с ее головы слетела, красивые пепельные волосы окрасились в красный цвет и сбились в колтуны. Ее рука безвольно свисала, но с губ срывалось еле слышное дыхание.

Кристоф смертельно устал, но осознавал, что если они не доберутся до места назначения, ни он ни она никогда уже не проснуться и, собрав последние силы пошел вперед. Маг шел, не разбирая дороги, лишь на краю сознания старался придерживаться определенного направления. Много раз хотелось остановиться и сказать, я больше не могу, но мысль о хрупком теле на руках заставляла двигаться вперед. Словно сжалившись над мужчиной, за все время пути по этой земле, на небе показался месяц, освещая путь. Горы когда-то такие далекие, сейчас были прямо перед его взором. Он не знал, что ожидал увидеть, ничего не было. Ни арка не появилась, ни горы не стали прозрачными, ничего не произошло. Неужели это конец и все зря?

Ноги уже не держали Кристофа, он упал на колени и прокричал:

— Я принес ее! Она здесь!

Но ответом ему было только эхо, долгое и безжизненное эхо.

Мужчина положил девушку на снег и лег рядом, нежно обнимая.

* * *

Когда он смежил веки, то услышал хруст снега, вначале Кристоф решил, что это галлюцинации, но звук усилился и тогда мужчина открыл глаза и приподнялся. Словно из ниоткуда из гор Шиира вышли люди. Ни лиц, ни их одежду темный маг не был в состоянии рассмотреть. Один из пришедших поднял Лаари, двое других помогли встать Кристофу. Мужчину ввели в темный и невероятно узкий тоннель, где идти можно было только по одному, что и делал темней маг, держась руками за влажные, сырые стены. Как долго они шли Кристоф не помнил, только облегченно вздохнул, когда увидел впереди свет. Выйдя из темноты, уставшие глаза уже не смогли в ярких красках различить очертания каких-либо строений. Словно слепого Кристофа взяли под руки, и повели куда-то. Шли они не долго, но самым тяжелым было подниматься по нескончаемым ступеням. Куда отнесли Лаари, мужчина не знал, но был уверен, что с ней ничего плохого не случиться, да и что могло быть хуже, чем умирать на снегу.

— Прежде чем что-то объяснять, мы дадим вам время отдохнуть, — сказал один из сопровождающих, а Кристофу показалось, будто прокричали в самое ухо, — здесь о вас позаботятся ваши друзья.

Открылась дверь в какую-то комнату, где горел не яркий свет. Войдя туда, мужчина услышал, как за ним закрылась дверь. Когда зрение начало вновь различать все вокруг Кристоф увидел, что в помещении стояло три тумбочки и три кровати, две из которых занимали улыбающиеся Андре и Мишира.

— Сошел с ума, — сказал мужчина, прежде чем сознание покинуло его.

* * *

Лаари пришла в себя. Когда перед глазами перестал раскачиваться балдахин кровати на которой она лежала, девушка осмотрелась. Комната, в которой находилась светлая магичка, была достаточно просторной, в ней стоял шкаф, комод с резными ножками, на одной из стен весело огромное зеркало во весь рост. С постели взгляд сразу падал на два больших окна обрамленных тяжелыми бордовыми шторами. Подоконники были достаточно широкими, и девушка решила, что по возможности будет сидеть на них и читать книги, как делала это дома, несмотря на то, что Кристоф с Андре все время ругались на нее, мотивируя тем, что через щели может просквозить. И тут внимание зацепилось за два таких родных имени. Девушка резко села, но комната перед глазами вновь начала вращаться и Лаари пришлось упасть на подушки.

В этот момент дверь с левой стороны комнаты открылась и в нее кто-то вошел. Повернув голову светлая магичка увидела девушку лет двадцати четырех в богато украшенном самоцветами платье и розовой лентой в волосах. Она уверенным шагом подошла к кровати:

— Принцесса Лаари, я рада, что вы наконец пришли в себя, — видя удивленный взгляд магички, добавила, — Извените, совсем забыла, что вы не знаете кто я такая. Я интеримарная правительница Сихои королева Ноэль.

— Интери… — не сразу поняла Лаари.

— Интеримарная или временная. Все правители до прихода избранной, которая и является истинной королевой, носили это звание. Но вы, наконец, пришли и скоро эта условность не понадобится.

В голове что-то зашумело, мозг отказывался понимать услышанное. Лаари глубоко вздохнула. Увидев это, королева произнесла:

— Я наверно несколько поторопилась с визитом. Вы еще не восстановились после пережитого. Отдыхайте. Я зайду попозже.

Правительница развернулась и уже почти покинула комнату, как услышала шепотом заданный вопрос:

— Что с Кристофом?

— С ним все хорошо, как и с остальными вашими друзьями.

Лаари успокоилась, хотя и не совсем поняла о каких остальных друзьях шла речь. Но сознание уже увлекло ее в спасительный сон.

* * *

В следующий раз Лаари открыла глаза ровно через сутки. Ее разбудил шорох. На прикроватную тумбочку молодая служанка ставила поднос с едой.

— Который час? — тихо спросила Лаари.

Служанка испугалась, не ожидая, что госпожа проснется.

— Девять часов утра. Время завтрака, истинная принцесса Лаари, — ответила та запинаясь, — Я доложу королеве Ноэль о том, что вы уже проснулись.

И приложив правую руку к груди в области сердца, поспешно вышла из комнаты.

Лаари неуклюже поднялась, сегодня девушка чувствовала себя намного лучше. Съев завтрак и одев, по-видимому, приготовленное для нее платье, светлая магичка подошла к зеркалу, в нем отразилась исхудавшая девушка, с бледным изможденным лицом, но светящимися глазами.

В комнату вошла королева Ноэль, внимательно осмотрев Лаари, она сказала:

— Платье немного великовато, я пошлю за модистками, они ушьют его.

— Ненужно. Через неделю хорошего отдыха и питания я вернусь к своей обычной форме, и платье мне будет в самый раз. Лучше скажите, Кристоф еще здесь или он уже отправился за Андре?

— А зачем за ним отправляться? Я же говорила вам, что с вашими друзьями все в порядке и с Андре и с Миширой и даже с Кристофом. Но здесь их уже нет, они решили отправиться домой.

Лаари совсем запуталась:

— Это наверно какой-то розыгрыш. Кристоф не мог оставить меня здесь, а сам пойти обратно.

— Ну почему пойти? Мы их телепортировали через тот самый порт, через который наши предки попали сюда. К тому же они отправились в свою страну в свой дом, а ваш дом, истинная принцесса, здесь и мы с нетерпением ждали возвращения потомка двух белых магов оставшихся когда-то на большой земле.

Мозаика начала складываться в голове у магички, но все еще не хватало нескольких частей. Королева Ноэль улыбнулась:

— Я предлагаю пройти в сад, вы подышите свежим воздухом, а заодно я расскажу вам все, чтобы вы хотели узнать.

Выйдя из здания, Лаари была поражена. Все строения располагались на парящих в воздухе островах, их было множество. Соединялись они при помощи дугообразных навесных мостов. Выполнены последние были из горного хрусталя и падающий на них солнечный свет поражал буйством красок, получавшихся при отражении. Девушка посмотрела вниз, слегка перегнувшись через перила. Там на земле был один сплошной сад с посадками овощей и фруктовых деревьев. Все было в цвету, здесь царствовала весна.

— Мы можем спуститься прямо отсюда, но думаю, вы мало практиковались и вам привычнее будет воспользоваться лестницей, а для этого необходимо немного пройтись, — сказала королева, понимающе улыбаясь пораженной Лаари.

Перейдя несколько сверкающих мостов, девушка увидела лестницу, ведущую вниз до самой земли. Лаари провели к тенистой беседке, которая была увита плющом. Удобно устроившись девушка начала ждать когда же начнет рассказ королева Ноэль, но та все молчала о чем-то задумавшись. Лаари негромко покашляла, пытаясь вывести собеседницу из задумчивости, та вздрогнула и сказала:

— Если честно, то я даже не знаю с чего начать.

— Я никуда не тороплюсь и с удовольствием выслушаю все с самого начала, — предложила Лаари.

— Ну что ж, тогда начнем с ухода сихоев. Зная о нашей особенности ты понимаешь, что много белых магов существовать не должно. Природа для этого заложила такую особенность, что в браке сихоя и светлого или темного мага, никогда не родиться белый маг, он появиться только у двух сихоев. Когда пришло решение уйти и создать свою отдельную страну, было сделано предсказание, что от двух оставшихся на большой земле белых магов, спустя множество поколений родиться белая магичка. Причем родители оба будут владеть темными силами. Я права?

— Не знаю, — растерянно ответила Лаари, — мне ничего не известно ни об отце, ни о матери.

— Ну это не важно. Далее в предсказании говорилось, что ей в руки попадет истинный медальон нашего народа и она придет на его зов. Мы почувствовали, когда ты его получила и хотели помочь попасть к нам. При твоей телепортации в Фий мы в храме начали играть на священной свирели, но ты не пришла и мы были несколько обескуражены. И тогда совет старейшин решил, что ты подтвердишь свою принадлежность к белым магам если доберешься сюда.

— А все эти проклятые земли, заклятия вы придумали, что бы люди не смогли добраться до вас?

— Конечно, мы не могли допустить, чтобы нас нашли раньше времени. Однако ты не думай так уж плохо о нас. Если мы видели, что люди не могут справиться с нечистью мы спасали их и давали выбор: либо их возвращают на следующую ночь обратно сражаться, либо они навсегда остаются у нас. Так к нам попала Мишира, а затем и Андре.

— Но их, то вы отпустили.

— Да поскольку пришла ты, а значит пора вновь открывать границы и возвращаться на большую землю. С них мы взяли обещание никому не рассказывать о увиденном, до того времени, пока мы не сделаем официальное заявление.

— А что с Сиомом?

— Вы наверно спрашиваете о четвертом вашем товарище. Его к сожалению нам спасти не удалось, его загрызла калуха. Вообще-то эти животные не должны были вас настичь, но они почему-то ускорились в последнюю ночь и когда мы прибыли ваш друг был уже мертв.

— Сам же и попался, — со злорадством еле слышно сказала девушка.

Она вспомнила все, что произошло той ночью, и даже сейчас содрогнулась от ужаса, который Лаари испытывала, когда очередные калухи атаковали Кристофа. Ей казалось, что сейчас они собьют его с ног и им придет конец, а затем магический толчок, она падает, сильная боль и темнота.

Девушка встретилась с вопросительным взглядом королевы:

— Принцесса Лаари, вы что-то сказали?

— Нет-нет. Я лишь хотела попросить вас не называть меня принцессой. Это несколько сбивает, — увидев неодобрение в глазах королевы, девушка добавила, — ну хотя бы наедине.

— Хорошо, но только наедине и при условии, что вы будете звать меня просто Ноэль.

Лаари улыбнулась:

— Я согласна. Ноэль скажи, а никто из моих друзей не навещал меня перед телепортацией?

— Ну почему? Все вместе приходили.

Лаари вроде бы и обрадовалась, но это не совсем тот ответ, который она хотела бы услышать. Настроение вновь пошло на спад и чтобы это не показывать Лаари задала очередной вопрос:

— И что теперь будет дальше?

— Как и предсказано появится истинная королева, которая и откроет для сихоев новый мир. А пока до коронации я буду обучать тебя всем нашим традициям, обычаям и укладу жизни.

— Ты хочешь сказать, что королевой стану я?

— Конечно.

Лаари хотела возразить, но прибежала служанка и сообщила, что к ним пришел гость и их срочно ждут во дворце.

* * *

Как только появилось известие о том, что прибыла посланница, главы аристократических домов, начали прибывать с визитами, чтобы засвидетельствовать свое почтение будущей правительнице и просто удовлетворить свое любопытство. Первую неделю Ноэль удавалось обеспечивать покой Лаари, но когда визитеры пошли по третьему кругу, она поняла, что не справляется. И тогда она решила поговорить со своей подопечной.

— Лаари, я думаю, пришло время начать принимать гостей, если конечно ты себя достаточно хорошо чувствуешь.

Светлая, а теперь правильнее будет сказать белая магичка действительно за прошедшую неделю похорошела: улучшился цвет лица, прошли головокружения, вот только аппетит все никак не возвращался. Однако Лаари знала, что виной всему были сны. Каждую ночь ей снился Кристоф. Они ничего не говорили друг другу, а просто молча сидели рядом, на берегу обрыва той самой заколдованной поляны, где закончилось такое недолгое счастье девушки. Просыпалась магичка вся в слезах, грудь судорожно вздымалась от рыданий. Далее день начинался с приведения себя в порядок, завтрака в огромной столовой, где Ноэль очень деликатно обучала Лаари местному этикету, хотя он не слишком отличался от того к чему привыкла девушка, все таки когда-то сихойцы жили вместе с остальными магами, поэтому магичке все давалось достаточно легко. Вот только жила она по инерции, так как пока не решила, что же будет делать дальше. Хотя выбор у нее был не слишком большой. Там дома, на большой земле, ее никто не ждал, она, конечно, могла вернуться к Кристофу, но Лаари не представляла, как они смогут жить дальше бок о бок и делать вид будто ничего не произошло, а здесь в ней нуждались. И пусть девушка не была великим дипломатом и правителем, но этому народу нужен был символ, дающий возможность развиваться дальше и быть уверенными в том, что все будет хорошо.

Ноэль начала беспокоиться, когда в очередной раз, позвав Лаари, та не отозвалась:

— Я сейчас приглашу докторов.

— Не нужно, — наконец отозвалась девушка, — я все прекрасно слышу и думаю, ты права пора вливаться в местное общество.

— Тогда есть два варианта, как это сделать: либо изо дня в день мы будем принимать посетителей, либо устроим прием в твою честь. Что ты выбираешь?

— Предпочитаю один раз пройти через эту пытку.

* * *

Лаари сидела в библиотеке и читала очередную книгу по истории Сихоев, когда вошла Ноэль. Королева подошла к девушке, которая хмурилась, очевидно что-то не понимая:

— На чем ты остановилась?

Лаари рассеяно оторвала взгляд от страницы и ответила:

— На обустройстве жизни среди гор Шиира, но знаешь я не могу понять, если белые маги равны по степени силы, то почему одни семьи заняли главенствующее положение, а другие стали им прислуживать?

— Все очень банально. Когда произошел переход, у каждой из семей была определенная сумма денег и тем, кому их не хватало, пошли в услужение, а затем с годами образовались кланы. Клан правителей, клан купцов, земледельцев и так далее.

— Ноэль, здесь еще написано, что правитель или правительница не могут иметь детей. Почему? И как тогда у вас происходит престолонаследование?

Королева неторопливо отпила из небольшой фарфоровой чашечки чай, только что принесенный служанкой и продолжила отвечать на вопросы:

— Давай начнем с того, что престолонаследование происходит не у "вас", а у "нас". Если ты так оговоришься при ком-то другом, то будет настоящий скандал и тебя обвинят в неверности своему государству, а сделать это найдется много желающих, — мягко но серьезно поправила Ноэль свою собеседницу, — А отвечая на твой вопрос хочу сказать, что наследником является племянник или племянница правителя. А чтобы не было никаких притязаний, глава Сихойи не должен заключать брак и иметь детей.

Лаари внимательно посмотрела на Ноэль:

— И ты на это согласна?

Королева ласково улыбнулась, словно готовилась неразумному ребенку объяснять прописные истины:

— Принцесса, все дело в том, что мы по разному смотрим на вещи. Пойми, меня с детства воспитывали как будущую правительницу, круг моих интересов всегда заключался в Сихойи и только в ней. Весь мой народ и есть мои дети. Я в ответе за их благополучие и не должна ни на что отвлекаться.

Лаари кивнула, затем поднялась к одному из множества книжных шкафов, заполняющих комнату, и поставила в него взятую ранее книгу. Пока девушка стояла к королеве спиной, она не видела, как на миг стали печальными глаза Ноэль, как та тяжело вздохнула, но затем словно вспомнив какое высокое положение занимает, приосанилась, села ровнее, будто это помогало избавиться от печальных мыслей.

— Лаари, ты можешь не беспокоиться, данные правила относились только к интеримарным правителям, а истинная королева всегда будет чувствовать, что действительно необходимо для ее страны и ей ничего мешать не будет. Но для меня все равно этот запрет останется.

Лаари обернулась и внимательно посмотрела на Ноэль и должна была признать, что во многом уступает ей. И дело вовсе не в красоте, а в природной грации королевы, ее поведении, манере общения. Ноэль воплощала все те качества, которые должны быть у настоящей правительницы.

— Скажи мне честно, Ноэль, неужели тебе совсем не жаль уступать этот пост мне, какой-то сопливой девчонке, которая пришла совершенно из другого мира и ничего не знает о сихоях, о их культуре: даже не знает, почему прислуга всегда прикладывает правую руку к сердцу, перед тем как уйти. Могу лишь догадываться, что это знак уважения.

— Лаари, ты меня не внимательно слушала. Я говорила тебе, что моя жизнь- это мой народ. И если предсказано, что истинная королева, а значит ты, приведешь его к процветанию, то я всегда буду помогать тебе. А по поводу знака уважения, могу сказать, что он означает сердечную преданность королеве и государству. Его оказывают все: и слуги и аристократы. Но я надеюсь, что ты не слишком наивна, потому, что моего дядю отравили и множество покушений совершается и на меня, поэтому советую быть крайне осторожной и не покидать дворец без охраны. А сейчас думаю, пришло время перейти в бальный зал и разучить еще один сихойский танец.

Обе девушки поднялись и покинули библиотеку. Несколько часов Лаари считала шаги, запоминала очередные па и наконец, совершенно уставшая, еле переставляя ноги, добрела до своей комнаты. В дневной сон девушка провалилась мгновенно.

И вновь они с Кристофом сидели и любовались озером. Сегодня девушка решилась спросить:

— Почему ты всегда молчишь?

Но увы ее слова проглотил налетевший ветер, картинка начала таить и Лаари проснулась.

В дверь негромко постучали. Расстроеная девушка разрешила войти. В комнату робко вошла, смотрящая в пол Софи, личная горничная Лаари:

— Истинная принцесса, меня к вам послала королева Ноэль, она просила передать, что с визитом нагрянул герцог Мурский с сыном.

— Герцог Мурский?

— Это двоюродный брат королевы. Она сказала, что не смогла отказать в ему в знакомстве с будущей правительницей. И просила вас предупредить о том, что он не доволен вашим появлением и будет пытаться вас опозорить, вы должны быть очень осторожны.

— А что же его сын?

— Фридриха ничего кроме женщин не интересует. Хотя они сами перед ним расстилаются.

— Он настолько хорош собой?

— Ну конечно не так как мужчина, который вас сопровождал, но очень даже ничего.

— Тогда почему ты отзываешься о нем без особых восторгов?

Софи замялась, комкая в руках белоснежный фартук:

— Со служанками он особо не церемонится и разрешения не спрашивает.

— Он и к тебе приставал? — Лаари нахмурилась.

Софи испуганно сделала шаг назад:

— Нет-нет, что вы госпожа, — и видя, что принцесса внимательно слушает, добавила, — Королева в своей резиденции запрещает ему всякие вольности, но мы все равно стараемся избегать Фридриха.

Лаари села к зеркалу и позволила проворным рукам служанки сооружать невероятно сложную прическу, волосы настолько сильно стягивали, что начинала болеть голова, однако неожиданно магичка схватила девушку за руку, останавливая ее:

— Софи, что за мужчина приходил ко мне?

— Я не впускала его, правда. Он сам как-то вошел, — Софи видимо решила, что Лаари обвиняет ее, но магичка, показывая, что не сердиться дотронулась до холодной руки девушки, и та продолжила. — Я закрыла комнату на ключ, как и приказала королева, опасаясь покушения на вас, и отлучилась на кухню за обедом, а когда возвращалась, увидела, как из вашей спальни вышел темный маг, что сопровождал вас. Он сказал, будто заходил попрощаться и знаете лицо его было такое грустное, что когда я обнаружила вас все еще мирно спящей, то решила, ведь он ничего плохого не сделал и не стала докладывать о его приходе. Принцесса, я не правильно поступила?

Лаари ласково улыбнулась хрупкой девушке, которая была младше ее всего на один год. Ноэль объясняла, что прислуга проходит тщательное обучение и отбор прежде, чем попасть во дворец и очень боится потерять свое место, потому что найдется множество желающих воспользоваться таким шансом. А любая провинность может привести к печальным последствиям. Магичка ответила волнующейся и все еще ожидающей ответа Софи:

— Ничего страшного не произошло, Кристоф мой брат, только тебе нужно было рассказать мне об этом сразу, как я пришла в себя.

Хотя Лаари не знала, что бы ей это дало, может она не чувствовала бы себя такой одинокой. Когда девушка полностью была готова, она покружилась перед огромным зеркалом, улыбнулась себе и с улучшившимся настроением пошла в гостиную, где и ожидали визитеры.

* * *

За окнами ночь накрывала своим темным покрывалом Сихойю и лишь низкие, яркие звезды наблюдали за готовящимися к отдыху людьми. Лаари только, что вернулась с прогулки, на которую ходила после приема гостей. Ей необходимо было подышать свежим воздухом, что бы ветерок унес все те слащавые комплименты, которые так неуклюже делал герцог Мурский, а также раздевающие взгляды его сына, от которых становилось не по себе и хотелось укрыться. Магичка перед тем как войти в гостиную представляла, что увидит грозного старика, но была удивлена, когда обнаружила, что герцог Мурский щупленький седой мужчина, скромно сидящий в уголке роскошного дивана. Единственное, что действительно раздражало в нем это скрипучий голос, а также льстивое выражение лица. И хотя он за весь вечер не сказал ничего неприятного, но вся та энергия, которая была в девушке после разговора с Софи безвозвратно ушла. Лаари немного переживала за несколько ошибок допущеных ею, но затем решила, что они не столь существенны и по одной встрече о человеке не судят, а значит у нее еще будет множество возможностей доказать, что она тоже сихой.

До предстоящего бала оставалось всего несколько дней и девушке необходимо еще многое узнать и сделать. С этими мыслями Лаари погрузилась в сон, после которого не хотелось просыпаться.

На этот раз она у него ничего не спрашивала, боясь, что он вновь исчезнет, а ей так было необходимо насладиться мгновениями рядом с ним, и пусть это всего лишь миражи.

* * *

Оставшиеся дни до бала пролетели незаметно. Лаари пыталась уловить все тонкости этикета, но у нее в любом случае не получалось делать все так же легко и естественно как Ноэль. Мелкие нюансы постоянно вылетали из головы. Девушка понимала, что за какой-то месяц невозможно освоить то, что впитывается сихойцами с молоком матери, но королева была с ней не согласна:

— Никто не примет правителя, не знающего обычаев своей страны. Ты должна сделать все без единой ошибки, — говорила она, отшлифовывая раз за разом поведение девушки в различных ситуациях.

Утром, в день праздника Лаари проснулась и облегченно вздохнула, как бы не сложился сегодняшний вечер, однако ежедневная муштра закончена.

В дверь постучалась Софи. Она одела в халат свою госпожу и проводила в купальню, которая уже была заполнена водой. Одним прикосновением служанка нагрела жидкость до определенной температуры и помогла своей госпоже забраться в нее. Для Лаари было немного горячо, и она сначала постояла, переминаясь с ноги на ногу, и лишь затем полностью погрузилась в ароматно пахнущую воду.

— Истинная принцесса, ароматом какого цветка вы хотели бы сегодня благоухать?

Лаари на несколько секунд задумалась, а затем ответила:

— Лавандой, — этот цветок ей впервые подарил Кристоф, именно этот запах предавал ей уверенности.

Закончив с водными процедурами, девушка была укутана в мягкое, пушистое полотенце. В гардеробной ее уже поджидали мастерицы игольного дела, платье в которое облекли Лаари, было темно-бордового цвета, при этом ткань казалась легкой и летящей. Вышитый золотыми нитками герб Сихойи, красовался на коротких рукавах, а подол наряда по кругу был украшен редкими цветами, на лепестках которых блестели капельки росы. Голову девушки украшала небольшая, но удивительная по своей красоте и тонкости диадема.

А в бальном зале было множество людей. Все они шептались, постоянно взирая на балкон, на котором и должна была впервые показаться истинная принцесса. Все то время с момента оглашения о прибытии столь долгожданной белой магички, общество гадало, почему же она скрывается? Конечно же, ходили предположения, что девушка ужасно не красива или имеет какие-то физические увечья и вот сейчас, когда тайна должна была раскрыться, всех охватило безудержное волнение. Наконец на балкон вышла интеримарная королева Ноэль, все ее противники злорадствовали и радовались скорой отставке. Они были уверены, что смогут повлиять на молодую и не опытную принцессу. А тем временем Ноэль произносила подходящую по случаю речь:

— … Многие поколения ждали посланницу, ждали когда же наконец придет время для перехода Сихойи на новый уровень развития и наконец этот день наступил. Я хочу уступить свое место истинной принцессе Лаари.

Зал замер. Ноэль вошла обратно в комнату и ободряюще улыбнулась девушке. Еще раз, глубоко вздохнув, та сделала шаг вперед, после которого дороги назад не было.

Увидев, наконец будущую владычицу страны, подданные зааплодировали. Звучали приветственные крики. Нет, принцесса не была самой красивой девушкой, которую они когда-либо видели, но она была достаточно миловидна и хороша собой. Ее нежные черты лица умиляли.

Первой ошибкой, которую допустила Лаари было то что она не показала свой магический облик приветствуя публику, об этом она вспомнила лишь после того как покинула балкон. Девушка решила не концентрировать на этом свое внимание и шагнула в зал с гордо поднятой головой. Однако общаясь с одним из высокородных гостей, она перепутала его титул, на что он просто улыбнулся, но глаза полыхнули гневом, отчего Лаари внутренне вся сжалась. И хотя королева сопровождала магичку весь вечер, оберегая от возможных казусных ситуаций, девушка непременно делала что-нибудь не так. Это происходило вовсе не оттого, что она была плохой ученицей или сознательно пренебрегала правилами приличия Сихойи, виной всему было ужасное волнение, которое Лаари испытывала накануне. В голову ничего не приходило и она начала вести себя, так как делала это дома. К концу вечера ей не доставала сильного мужского плеча, в которое можно было бы уткнуться и поплакать. Ужасно хотелось спрятаться от укоряющих взглядов.

После того как дворец опустел Лаари направилась в покои королевы. Робко постучавшись она не сразу услышала разрешение войти. А когда переступила порог комнаты, увидела Ноэль устало сидящую в праздничном платье напротив камина. Королева жестом указала на рядом стоящее кресло, девушка максимально удобно устроилась в нем, разрешив себе, после столь тяжелого дня поджать под себя ноги. В комнате повисла тишина. Когда молчание начало затягиваться Лаари поняла, что не знает как начать разговор.

— Сними улыбку с лица, сегодня она больше не нужна, — негромко сказала Ноэль.

Лаари перестала улыбаться, мышцы лица болели, они не привыкли делать это в течение всего приема, особенно когда хотелось выразить совсем другие эмоции.

— Прости, — чуть слышно прошептала магичка.

— Ты ни в чем не виновата. Я просто слишком многого требовала, забыв научить тебя сосредотачиваться при столь большом внимании. Впереди еще много лет, за которые ты сможешь овладеть всеми необходимыми навыками. Я сейчас думала о другом, — королева на несколько секунд замолчала, — На мой взгляд, тебе необходимо начать выбирать себе пару. Это должен быть мужчина который помог бы удерживать власть и при этом не пытался лезть в государственные дела. Здесь главное не ошибиться.

— И когда я должна огласить свой выбор? — с неохотой спросила Лаари.

Королева от такого вопроса будто очнулась и негромко рассмеявшись, сказала:

— Я никоем образом не принуждаю тебя к такому шагу. Однако на мой более опытный взгляд, удачная партия не позволит никому сместить тебя с трона. И если ты все же примешь такое решение, то во время коронации ненавязчиво выделишь своим вниманием определенного кандидата в короли.

— Я подумаю об этом, — сказала Лаари.

Девушки еще некоторое время сидели, молча, а когда напряжение прошедшего дня окончательно их отпустило, они начали смеяться над реакцией гостей на ошибки магички и над теми неудобными положениями, в которые она их ставила.

* * *

Всю следующую неделю Ноэль самостоятельно отбирала наиболее подходящих и выгодных кандидатов в мужья, затем шла неделя их приема у себя во дворце под различными предлогами, и вот настал последний день перед коронацией. Лаари вместе с Ноэль вот уже третий час не могли из пятерых мужчин выбрать одного. Королева начинала злиться:

— Лаари давай конкретнее. Кого ты выбираешь?

— Ты говорила, что неплох граф Суров. Вот на нем и остановимся.

— До этого ты также останавливалась на всех предыдущих четверых кандидатах. Если хочешь, мы сделаем перерыв на обед, а потом продолжим. В конце концом ты же не выходишь завтра за него замуж.

Лаари резко обернулась от окна, в которое смотрела уже добрых полчаса. Ноэль казалось, что чем чаще они обсуждают эту тему, тем с каждым днем принцесса выглядит все хуже. А сейчас ее лицо вообще было белее мела, глаза красные, словно девушка не отдыхала, а плакала ночи напролет. Лаари вновь отвернулась, продолжая рассматривать удивительный пейзаж за окном.

— Давай не будем делать перерыв, ужасно не хочется все это откладывать.

У Ноэль достаточно давно возникли подозрения, но проверить их она решилась только сейчас. Негромким голосом она спросила у принцессы:

— Тебя не отпускает высший темный маг?

Сначала в комнате воцарилась тишина, а затем вместо ответа Лаари напряженным голосом задала свой вопрос:

— О каком маге ты спрашиваешь?

— О том самом, который принес тебя сюда еле живую. Естественно о Кристофе, бароне Майере.

Влажные глаза принцессы внимательно рассматривали Ноэль.

— А ты уверена, что он высший маг.

— Лаари, каждый ребенок может отличить человека с высшей ступенью. У Кристофа были крылья, я ясно их видела.

Неожиданно магичка улыбнулась, ее глаза засветились:

— Мне надо подумать. Ты что-то про обед говорила? Я ужасно голодна.

Ноэль неуверенная, что все правильно понимает, поднялась и направилась в след за девушкой, стремительно выходящей из комнаты. Неожиданно Лаари остановилась:

— Скажи мне, а мои друзья видели белых магов в магическом обличье.

— Конечно, нет. На дни нахождения у нас чужаков был издан указ, ни в коем случае не меняться.

— Я так и думала, — весело ответила принцесса.

* * *

После приема пищи все пошло веселее. Лаари без раздумий согласилась на графа Сурова, хотя на вкус Ноэль он был несколько навязчив, но она возражать не стала. Прошла последняя репетиция коронации. Все было быстро и легко, однако Ноэль не покидало какое-то смутное чувство тревоги, но она мужественно пыталась его заглушить. Последний день ее правления подошел к концу. Горечь затопила душу, но как настоящая королева она не позволила жалеть себя. Сон, конечно же, не шел, и полночи она ходила по замку не давая спать и своему личному телохранителю, а затем скорее сжалившись над ним, чем над собой пошла в свои покои и легла в постель. Сновидения пришли мгновенно.

А вот Лаари в эту ночь сны совсем не посещали, у нее было слишком много дел, которые необходимо было обдумать до мельчайших деталей.

* * *

И вновь подготовка началась с самого утра. Но на этот раз она приносила одно удовольствие. Лаари счастливо улыбалась и была рада всему происходящему. Перед началом церемонии Ноэль зашла, чтобы поддержать магичку, но видя, что та в этом совершенно не нуждается, в тревоге нахмурилась. Но сколько бы королева не интересовалась у девушки, в чем, же дело, та лишь успокаивала Ноэль тем, что все будет хорошо. И вот слуга доложил, что все уже собрались и ожидают их появления.

Королева Ноэль возглавляла шествие, за ней семенила принцесса, раздавая всем очаровательные улыбки. Поднявшись на помост, Лаари услышала, как торжественно заиграли фанфары. Все присутствующие мужчины стали на одно колено, а женщины просто приложили правую руку к сердцу, тем самым приветствуя правительницу и принцессу. В такой торжественной обстановке Ноэль сняла со своей головы царственную корону, что означало смену власти, и спросила у присутствующих, есть ли им что сказать. Это был древний ритуал, обычно желающих высказаться не было, тогда корона одевалась будущему правителю, тем самым он принимал власть, а главное всю ответственность за Сихойю.

Но сегодня все сразу пошло не так. Вперед выступил герцог Мурский:

— Уважаемые господа, мне хотелось бы обратиться к вам как к людям любящим и почитающим свою страну. — раздался в зале звук его скрипучего голоса, сегодня он напоминал змею, пытающуюся укусить свою жертву, — Множество столетий мы ожидали посланницу, которая откроет новые горизонты для Сихойи, что позволит занять достойное место среди других государств. И вот приходит известие о прибытии избранной. Что же оказывается на самом деле? Королевой должна стать девушка, которая не только не сможет достойно представить Сихойю в мировом сообществе, так еще и опозорит нас. Как можно довериться правительнице, которая успела своим поведением лишь на одном балу поставить в неудобное положение половину присутствующих. Не знаю как у вас, а у меня сложилось впечатление, будто принцесса Лаари сознательно насмехалась над нашими традициями, тем самым показывая свое превосходство и подчеркивая наше невежество. Пусть мы в чем-то и отстали от большой земли за годы изоляции, однако сохранили уважение друг к другу и своей стране. Я опасаюсь за Сихойю и предлагаю вам не оставаться в стороне, а бороться и отстаивать честь нашей страны.

По залу прошелся одобрительный гул голосов, однако никто открыто не спешил высказывать свое мнение, ожидая, что же скажет королева. Ноэль сделала несколько шагов вперед, как ее остановила Лаари.

— Я сама.

Ноэль кивнула соглашаясь, но начала быстро шептать, подсказывая:

— Ты должна сказать, что все промашки были абсолютной случайностью и никаких оскорблений нанести не хотела. Ты просто переволновалась, какието тонкости еще не изучила. Скажи, что будешь драться за интересы Сихойи, словно волчица за своих щенков. Еще…

— Не волнуйся я знаю, о чем буду говорить, — сказала Лаари.

Девушка вышла вперед и начала свою речь тихим, но спокойным и уверенным голосом.

— Я рада приветствовать всех присутствующих и благодарю за оказанную честь: присутствие на коронации. Для каждого правителя это важный этап, который он должен пройти. В жизни каждого человека бывают такие важные моменты, и не всегда они проходят так хорошо как хотелось бы. Иногда мешает волнение, а бывает вмешиваются какие-то нелепые обстоятельства, но главное из всего произошедшего сделать правильные выводы и следовать им в дальнейшем. Я такие выводы сделала и на речь герцога Мурского, который так заботится о Сихойи, — она могла собой гордиться, ни одна нотка в ее голосе не выдала всего презрения, что она к нему испытывала, — могу сказать, что с ним согласна в том, что хорошей королевы из меня не получится. Однако герцог Мурский видимо плохо знаком со сделанным предсказанием, а ведь оно гласит:

"… Придет избранная посланница со знаком Сихойи.

И тогда оденет его истинная королева.

И принесет она в жизнь народа новые законы.

И откроет горы Шиира для большой земли…"

Лаари выдержала небольшую паузу в несколько секунд, что бы присутствующие могли лучше осмыслить услышанное, а затем продолжила:

— Так вот герцог Мурский, лично я здесь не нашла ни единого слова о том, что посланница должна стать владычицей. Зато в этих строках отчетливо говориться о том кто должен надеть медальон Сихойи. Разве истинная королева это не та, что жертвет своим личным счастьем ради других, разве не она примет любое даже причиняющее ей боль решение во имя блага своего народа, своих людей. Так вот герцог Мурский сегодня все собрались здесь, похоже, кроме вас, что бы передать символ сихоев истинной королеве. Королеве Ноэль.

Лаари сняла медальон со своей шеи и одела его Ноэль. А пока ошарашенная девушка смотрела на нее, не осознав всего происходящего, магичка взяла из ее рук корону и увенчала ею ее голову. Все присутствующие стали на одно колено и прижали правую руку к сердцу.

* * *

Две девушки прощаясь стояли у телепорта. Лаари была в том самом платье в котором так опозорилась на балу, но от этого девушка хуже не смотрелась и когда собиралась, однозначно решила, что вернется именно в нем. Ноэль грустно улыбалась:

— Может, передумаешь? Возьму тебя в главные советницы, ну кто еще придумает такую трактовку пророчеству?

— Нет, знаешь это не мое место. Я обычная светлая магичка, студентка академии магии, а все эти интриги и строгие правила не для меня.

— На мой взгляд, просто тебя там ждет, что-то лучшее, вот и не хочешь оставаться.

Лаари вздохнула:

— Я очень надеюсь, что ждет.

Ноэль ободряюще похлопала девушку по плечу и сказала:

— Но если что-то не сложится, знай, у тебя всегда есть куда вернуться, принцесса Лаари. И не надо для этого идти через Фий, а всего лишь следуй за волшебной мелодией свирели.

— Хорошо, я запомню, — ответила девушка.

Телепорт загорелся голубым светом, светлая магичка в последний раз улыбнулась истинной королеве Ноэль и сделала шаг вперед. Свет пламени стал малахитовым, а принцесса исчезла.

* * *

Лаари на этот раз уверенно шагала через окутанный густым туманом мост. Несколько мгновений и она уже в родном доме, доме, где они жили с отцом. В коридоре девушке встретился одетый в ливрею дворецкий. Никогда у них не было прислуги, но многое могло измениться с момента возвращения из Сихойи, поэтому Лаари решила у него прояснить несколько вопросов:

— Барон Майер дома?

Дворецкий был настолько ошарашен появлением неизвестно откуда взявшейся девушки, что, не раздумывая, ответил:

— Барон только, что вышел. Сказал, будет через полчаса.

Не успел слуга ничего добавить, как девушка развернулась и направилась в спальню хозяина.

Лаари уверенным движением толкнула дверь, и оказалось, что в комнате Кристофа находятся чужие вещи. Ничего не понимая, девушка пошла в свою комнату. Каково же было ее удивление, когда оказалось, что там ничего нет. У магички не укладывалось в голове как может быть, что барон Майер есть, а ни его, ни ее вещей нет.

Внизу слегка поскрипывая, открылась дверь, пришел хозяин дома, но это был не Кристоф.

* * *

Кристоф, не спеша, попивая шампанское, скучал на очередном балу, устроенном в честь высокородного аристократа с которым мужчина даже не был знаком. Кругом стояли молодые девушки, в белоснежных нарядах, беседуя со своими мамами, а последние бросали оценивающие взгляды на потенциальных женихов. Кристоф уже давно ушел бы отсюда, но его новое положение обязывало, мало того что просто оставаться здесь так еще и подыскивать себе жену.

Мужчина уже порядком устал от всего, да и дела в академии окончательно вымотали его, поэтому он решил тихонько отсидеться за кадкой с раскидистым цветком. Вроде бы его нет и в тот же момент он здесь. Продвигаясь к заветному месту, занятый своими мыслями, мужчина не сразу расслышал, что его зовут.

— Не пытайтесь скрыться, граф Ланской. Лучше потанцуйте со мной.

Так дерзко пригласить его на танец могла лишь одна девушка. Кристоф, затаив дыхание, обернулся, перед ним собственной персоной стояла Лаари. Она была для него самой красивой. Это платье необыкновенно шло ей. Да и с последней их встречи девушка заметно похорошела. Не успел темный маг что-либо ответить, как Лаари утащила его в круг танцующих пар.

Она не знала как начать с ним разговор, нужные слова не находились и тогда девушка стала говорить первое, что пришло ей в голову:

— Я еле тебя нашла. Представь, возвращаюсь домой, а все другое да еще какой-то не менее меня ошарашенный дворецкий. Хорошо еще Андре вовремя пришел. Я же не знала, что ты отказался от титула в его пользу.

— А зачем мне быть и бароном Майером, и графом Ланским?

— Думаю, не многие с тобой бы согласились. Кстати, я забыла спросить у Андре, а где, теперь, живу я?

— Переезжая я забрал твои вещи к себе. Все-таки опекуном являюсь именно я, однако если ты по каким-то причинам сочтешь это неприемлемым, Андре не откажет и с удовольствием заберет тебя обратно.

Они внимательно смотрели друг другу в глаза. Каждому из них была важна реакция другого. Лаари хотела понять, что подразумевал под своими словами Кристоф, не намекал ли он на ее желательный переезд. Мужчина же с нетерпением ждал, какое решение примет девушка.

— Тогда я думаю, мне стоит осмотреть свой новый дом, — так ничего и, не поняв, сказала Лаари.

Когда они уходили, ни с кем не попрощавшись, множество взглядов, провожало их, но еще больше злого шепотка раздавалось за их спинами. Обсуждали все: от странного наряда неподобающего молодой незамужней девушке, до того насколько близко они стояли в танце, как смотрели друг на друга и куда столь стремительно удалились. Но никто не посмел и не посмеет сказать это им в лицо, слишком высокое положение занимал Кристоф и очень тяжелым стал казаться им его характер после предпринятой экспедиции.

* * *

Экипаж с гербом дома герцога Ланского не спеша вез своих пассажиров по ночным улицам, освещаемых лишь фонарями. Внутри кареты повисла гнетущая, неловкая тишина. Только сейчас Кристоф вспомнил, что не спросил Лаари про Сихойю. В ответ на вопрос девушка лишь улыбнулась.

— Об этом временно рассказывать нельзя? — уточнил мужчина.

— Нет, я думаю тебе можно. Просто не знаю, как начать. Впрочем, я же еще в Фие отказалась стать женой правителя, поэтому я думаю, ты не слишком удивишься, когда узнаешь, что должность королевы меня тоже не слишком привлекла. К тому же там нашелся более достойный для этого человек, и если быть до конца откровенной, то у меня появилась куда более интересная перспектива.

— И что же это?

— Быть счастливой… — Лаари на несколько секунд замолчала, а затем добавила, — быть твоей женой.

Кристоф никак не ожидал такого ответа. Разные чувства сменяли друг друга: от радости и нежности, до безысходности и обреченности.

— Лаари, — расстроенным голосом начал он, — ты еще не знаешь…

Но девушка не дала ему закончить.

— Экипаж останавливается. На мой взгляд, этот разговор лучше продолжить в особняке.

И действительно, карета остановилась у парадного входа в роскошное здание, но Лаари не стала его рассматривать. Все ее мысли сейчас были заняты другим.

Дверь открыл дворецкий, которого хозяин дома тут же отослал спать. Познакомить прислугу с девушкой он решил завтра. Мужчина хотел проводить Лаари в гостиную, но она предпочла выйти на балкон и подышать свежим ночным воздухом.

Она стояла у парапета, глядя вдаль на ночной роскошный сад, окружавший особняк с трех сторон. Не оборачиваясь, магичка спросила:

— Скажи мне, все, что происходило там… это было серьезно? — она сама не замечала, что затаила дыхание.

Кристоф обнял ее за плечи, вдохнул аромат шелковых волос, развивающихся от дуновения легкого, но прохладного ветерка.

— Лаари, все что я говорил это чистая правда, но…

Огромные черные крылья возникли за его спиной и окутали девушку, согревая. Она нежно коснулась их. Мягкое оперение слегка щекотало ладонь. Лаари высвободилась из столь необычных объятий и села на перила, повернувшись лицом к мужчине.

— Я счастлива, — только и сказала она, а затем отпустила руки и подалась спиной назад.

Кристоф ожидал чего угодно, но только не такого поступка. Не было времени размышлять на тему рассудительности его названой сестры, которая похоже решила покончить с собой, и мужчина уже почти перемахнул через парапет, но вдруг в воздухе перед ним появилась Лаари, а за ее спиной равномерно делали взмахи два белоснежных с золотистыми перьями по краям, крыла.

Девушка улыбалась, нервно теребя в руках белый батистовый платочек.

— Это большая тайна всех сихоев. Их особенностью является то, что все белые маги рождаются с маленькими золотистыми крылышками. С взрослением ребенка растут и его крылья, но только белого цвета, а золотистые перышки остаются только по краям.

— Ты с детства обладала пятой ступенью магии? — спросил ошеломленный Кристоф.

— Нет, это происходило постепенно, но все белые маги достигают высшего уровня. Поэтому сихоев очень мало, а при отношениях с другими магами, никогда не рождаются белые. Хотя и бывают крайне редкие исключения и одно из них перед тобой.

— Как ты скрывала крылья? Почему мне не рассказывала?

— Я дала обещание отцу, на первом же занятии, когда он начал учить меня, частично скрывать свой облик. Обещала рассказать правду только мужу и никому другому, хотя тогда, маленькой, мне казалось, что это никогда не произойдет. Не так много у нас высших магов, но, кажется, я своего нашла.

* * *

А в это время, где-то среди гор Шиира, цветущая страна Сихойя готовилась ступить на новый, важнейший этап в истории своего развития.

Конец.

Content

Русканд Анна Трое

Русканд Анна Трое