Сквер Алексей

Работа над ошибками

Алексей Сквер

Работа над ошибками

Виктор опаздывал.

Катастрофически опаздывал домой к новогоднему столу. Засиделся у Жамкиных (старые приятели, ещё по институту — хорошие ребята, уютно у них), провожая старый год, и теперь платил за свою беспечность нервами.

Последнее время их взаимоотношения с женой Галиной полностью зашли в тупик… настолько, что рядом друг с другом они уже явно находились с трудом.

Дело шло к разводу, как корабль под всеми парусами на рифы, не слушаясь руля.

Они пытались спасать брак всеми возможными способами: от поездок за границу, до ужинов при свечах, но…

Было это самое НО.

У них с Галей не было детей.

Всё было — детей вот бог не дал. Точнее давал, но надо было учиться, строить карьеру, какие дети при таких раскладах бешеного ритма жизни? Плодить нищету?? Итак, мир сошёл с ума от этой самой нищеты, развлечений и насилия. Что могут дать ребёнку люди сами не устроившиеся в жизни?? Рассказы о том, как надо жить и пояснения, почему сами так не живут?

Кому нужна такая наука от учителей, которые, судя по жизненным тестам — сами безграмотны!

Это, конечно, всё так, только вот лимит на счастье, видимо, был исчерпан именно в те полунищебродные годы. Когда бог давал, отказывались, а теперь уже и не допросишься, видимо.

На своих двоих он уже точно не успевал, до 12-ти оставалось чуть больше получаса. По-началу, Виктор думал, что спокойно доедет на такси, вызвав его от Жамкиных по телефону. Однако двадцать минут слушанья коротких гудков привели его в чувство. Под Новый Год такси это проблема. Никто не хочет встречать Новый Год в пути.

Уходить от Жамкиных, по совести говоря, не хотелось.

Покидать тёплую атмосферу семьи, где люди любят друг друга и смеются от души, а не с червоточиной цинизма, где Новый Год ощущался, чуть ли не на ощупь, не хотелось на столько, что Виктор начал слишком поздно дозваниваться до диспетчера. И теперь, отчаянно голосовал равнодушно несущимся мимо него автомобилям с людьми, спешащими к своим родным и близким. Времени-то оставалось — всего ничего, а столько надо успеть!! Сказать что-нибудь жёнам, мужьям, детям.

Дети.

У Жамкиных, пятилетнего сына Алёшку уложить спать не получилось. Парень явно шёл на скандал, собираясь ожидать под ёлкой Деда Мороза.

Золотое время. Для него ещё есть Дед Мороз, жизнь просто удивительна и наполнена любовью родителей.

И у них с Галиной могло быть так, но…

Было это самое НО.

Все эти мысли бродили где-то на задворках сознания, едва касаясь рациональной составляющей Виктора, которая уже не на шутку грызла его за беспечность.

Новый Год — семейный праздник. И пусть у них с Галкой нелады — это не повод встречать ему Новый Год в дороге, а ей у накрытого стола одной.

Виктор злился, в основном, на себя.

Говорил ведь, чтобы вместе в гости шли, сейчас бы… Стояли бы сейчас вместе у обочины, жадно всматриваясь, в редко проезжающие мимо машины, наверное. Было бы лучше?? Хотя навряд ли… встречали бы у Жамкиных, как прошлый раз. Разве было плохо??

Они поддали с Николаем, Алёшка с утра прыгал по всем кого нашёл, хвастаясь подарками, и даже похмелье было каким-то праздничным. Детская радость сделала то чего литр кефира или рассола не сделает ни в жизнь.

Ну да понятно, почему Галка не пошла. Слишком хорошо он помнил глаза супруги в то утро.

Озёра Зависти и Боли.

Размышления Виктора прервал жмущийся к обочине жигулёнок, потрепанный жизнью, как та дорога, на которой он подскакивал всеми своими, непонятно на чём держащимися, деталями.

«Есть!! Успеваю!!»

Виктор рванул дверь этой рухляди на колёсах так, что чуть не оторвал её на фиг. Врываясь в рай, грешник вряд ли будет думать о целостности ворот, памятуя о том, где чуть было, не оказался.

— Ээээй, дарагой, ты чиво так рэский такой?? — бомбила-чурка, лет пятидесяти на вид, в кепке, скрывающей залысины, удивлённо — раздражительно начал возмущаться на плюхнувшегося без предварительных договоров в салон машины, пассажира.

Виктор, тут же откинувшись на сломанную спинку такого же убитого, как и вся машина, пассажирского сиденья, торопливо достал пятихатку из кармана джинсов.

— Шеф, опаздываю шописдец, мне Гагарина 33 — еле справляясь с радостным волнением, сравнимым, наверное, с ощущениями рыбы хапнувшей воздух, но сошедшей с крючка и опять оказавшейся на свободе в родной стихии, выдал Виктор — Как проехать знаешь??

«Главное направить его мысли на то, как доехать, а не на то, как я сел… фууух… повезло… бля буду, хачики тоже люди!! Если успеем, год не буду пиздеть на то, что «понаприехали»! Гони родной!!»

Хач так и не успел ничего ответить, у Виктора прорезался мобильник. Чурка только носом покрутил и тронулся с места.

— Ало, Галчонок, я уже еду… Успею… Не переживай… Скоро буду… Уже в машине… ага… Целую… Да трезвый я… Ну всё, скоро буду… пока.

Трезвым он, естественно, был относительно, всё-таки год провожал.

Какое-то время ехали молча по, будто вымершей, улице.

— К дэвушке спешишь??

— К жене… вот тут направо…

— Ээээй… я тут восэм лэт езжу… я знаю куда, да?? Давай я сам рулить буду, да??

— Да тут просто короче…

— Там стройка ужэ год… перекапали всё, шайтан… нэт дарога… тут паедэм… я знаю какой тэбе дарога нужэн, да!?

— Стройка?? Ну, тогда можно по Энгельса…

— Слюшай, если ты такой умный сам и рули!! — чурка отпустил руль движущейся машины и развернулся вполоборота к пассажиру.

Виктор похолодел. Он даже не успел вцепиться в свободный руль, как реальность за окнами машины вдруг начала тускнеть, словно умирающая трубка телевизора.

Довольно быстро картинка стала мглой, да и движение машины перестало ощущаться. Это было сравнимо с тем, что машина зависла где-то в воздухе, причём за окнами было хоть шары выколи, но в машине было достаточно светло, чтобы можно было разглядеть довольно улыбающегося чурку, шмыгнувшего своим носярой и даже подмигнувшего Виктору.

— Ты чего?? — выкрикнул наконец-то Виктор — Ты кто, бля?? — и попытался открыть дверь — тщетно.

— Я то?? Я…ммм… я Дэд Мороз… хм — хачик ухмыльнулся — такие вот дела Витюша, повезло тебе, считай — на чистейшем русском закончил чурка-бомбила.

— Какой, бля, Дед Мороз?? Где мы?? Чё за хуйня?? — срываясь на фальцет, взвыл Виктор, но, видя улыбку, уже падающим голосом так и не успевшим набрать обороты — Я опаздываю… что за шутки??

— Это не шутки Витюша. Я тебя нашёл, тебе нужно Чудо, очень нужно… пропадаешь ведь… А Чудеса — это моя работа. И не дёргайся, домой вовремя попадёшь — гарантирую… папай клынус!! — опять перешёл на ломаный язык чурка. И заржал.

Вот на этом моменте планка у Виктора рухнула окончательно.

С ним такое происходило пару раз в жизни. Моментов подобных этому, конечно, не случалось, но бывало так, что планка рушилась в раз, и дальше он видел мир сквозь красную пелену ярости. Вот и сейчас мысли окрасились красным.

Сказалось всё. И нервозность по поводу опоздания к жене, и общая неустроенность и обычное, в общем-то, желание любого человека найти виноватого в собственных проблемах, да и принятые у Жамкиных граммов триста давали свой драйв.

А тут на фоне ирреальности происходящего крышу снесло, как будто её и не было.

«Ссууукааа… он издевается надо мноооой… твааарь!!!»

Он попытался вцепиться в этого водилу, но почему-то не смог даже сколько-нибудь вменяемо развернуться к хачику, хотя внутри всё клокотало.

Получилось только повернуть голову.

— Ссууукааа….

— Так, стоп!! Прости, что напугал, не хотел, — чурка враз посерьёзнел и перестал гнусно ухмыляться — это действительно правда, я тот самый Дед Мороз, который дарит людям чудеса под Новый Год. Не волнуйся и не злись, я обещаю, что этот Новый Год ты встретишь просто великолепно и успеешь к столу… и…кое-что ещё.

Виктора всё же сбила с толку веская, неторопливая речь водилы, к тому же её содержание вообще выходило за рамки понятного.

В сказки мы перестаём верить настолько в раннем возрасте, что даже порою не помним, как о них мечтать, не то, что в них верить. Мы скорее будем мечтать о чём-то, что нам необходимо сию минуту для повышения статуса или благосостояния, чем думать о, как нам кажется, несбыточном.

— Просто посиди и послушай меня. Вот смотри, мы уже не находимся в городе. Мы вообще вне времени и пространства, если хочешь знать. Гм… ну как бы в некоем кармане реальности, так что для разговора у нас все, что необходимо есть. Есть ты, и есть я. У меня к тебе дело. Такие, как ты, и есть моя работа. От тебя требуется согласие на Чудо. Так уж устроен мир, что при сотворении Чуда для кого-то требуется согласие этого кого-то. Пожелание. Письмо Деду Морозу. Волеизъявление можно называть по-разному. Свобода выбора, подаренная Творцом, тем, кто создан по его образу и подобию, так сказать. Это трудности, проблемы и неприятности приходят без спроса, хотя, ничего странного — они являются следствием неправильного выбора при такой полной свободе уничтожать самих себя и своих близких.

— Чегооо?? — Виктор с трудом понимал, что ему несёт этот кавказской внешности мужичок в кепке, с куда-то девшимся акцентом.

— Если объяснять проще, то я создан Творцом, чтобы можно было исправлять последствия неправильных выборов людей, если они в этом раскаялись и, сожалея о невозможности всё исправить, начинают полное саморазрушение. Я — сказка, если хочешь. Добрый волшебник. Некий антивирус в компьютере, давшем сбой. Называй, как хочешь. Я могу исправить ситуацию так, что всё встаёт на свои места, но с одним условием… нужно получить согласие хозяев своих судеб — людей, на это Чудо.

— Какое, бля, Чудо?? Ты о чём вообще?? Где мы?? Чего тебе от меня надо ваще??? — Виктор оглядел мглистое заоконье и опять перевёл взгляд на этого Деда Мороза — Прекращай, а!?? — полупросительно закончил он. Двигать он по-прежнему мог только головой и челюстью. Тело, как свинцом налитое, не слушалось его практически полностью. Ни рукой, ни ногой пошевелить он так и не смог. Это пугало.

— Такое Чудо. Обыкновенное. Ты вот когда маленьким был, очень даже верил в Чудеса. Только вот, к сожалению, законы существования в вашем безумном мире быстро убили в тебе веру в хорошее, заменив всё это на желание благ и развлечений. Ну да не суть. Объясняю ещё раз. Я Дед Мороз. И если ты мне позволишь, я исправлю в твоей судьбе то, что ведёт тебя к саморазрушению, потому что ты, не проходит и дня, чтобы не сожалел о том аборте, на который отправил жену. И она тоже сожалеет, кстати. И самое главное винит себя, а не тебя. Вы глубоко несчастны тем, что убили своего ребёнка, выбрав карьеру и благосостояние. Вы раскаялись без взаимных обвинений. Вините лишь себя. Таким как вы возможно сотворение Чуда, но только при вашем обоюдном согласии. Твоя жена уже согласилась и дело за тобой. Я могу сделать так, что того аборта не было в природе. Я могу исправить эту ошибку. Стереть её и заменить другой тканью реальности. У вас будет ребёнок. Все кто с вами общаются, получат память об этом, как и вы. Да вы меня и помнить не будете, просто будете жить дальше опять предоставленные сами себе и своему выбору. Но я могу это всё совершить только с вашего согласия, потому что это вмешательство в ваш Выбор и его Последствия. А это, при вашем отказе, пойдёт в разрезах с замыслом Творца — гармония не должна нарушаться.

— Гармония???

— Да, гармония. Замысел творца гармоничен. А что тебя удивляет?? Гармония в том, что вы с Галиной не желали иметь детей столь сильно, что и не имеете. Выбор был сделан и вы живёте в его Последствиях. Всё гармонично, не находишь??

— Пиздец, ваще…

— Верь мне. По-моему, чудес у тебя за окном уже предостаточно.

— А что там??

— Ничто. Смерть. Пустота. Я уже тебе говорил, мы вне времени и пространства.

— Аааа… — стараясь понять, непонятливо протянул Виктор.

Дед Мороз хмыкнул.

— Хочешь почувствовать, что это такое?? — спросил он у Виктора, и тут же сам за него ответил — Хочешь!! Ну, тогда опусти стекло.

Виктор почувствовал, что жизнь вернулась в правую руку, и она вновь его слушается. Вопросительно посмотрев на водилу и, получив ободряющий кивок, он так и поступил. Опустил стекло со своей стороны.

Пустота ворвалась в салон их раздолбанной тачки и заполнила собой каждую клеточку сознания Виктора.

Пустота. Ничто. Сначала умиротворение, Потом по мере заполнения сознания Успокоение или упокоение. Сознание начало задыхаться, как человек без воздуха под водой, и отчаянно цепляясь за реальность мыслями, пыталось сопротивляться, но как-то вяло. Пустота поглощала его как океан моряка. Не замечая жалкого сопротивления.

Равнодушно и неотвратимо.

Наваждение окончилось, и Виктор пришёл в себя. Окно с его стороны было закрыто, а Дед Мороз всё так же чуть улыбаясь, сидел, повернувшись к нему на своём водительском месте.

— Ну что? Как тебе ощущения??

— Что это было??

— Смерть. Полное разрушение личности. Ты растворялся в небытии. Я это остановил. Твоё время ещё не пришло. Но показать я это тебе мог. Было даже интересно, прости уж за цинизм. Нечасто люди просят показать им это. А я, опять-таки прости за цинизм, редко могу развлекать себя подобными экспериментами. Всё ведь зависит от вашего Выбора, а не от моего. Так я уж создан.

— Ни хуя себе…

— Именно. Ну, так как насчёт настоящего Чуда??

— Нуууу… я не знаю… что-то я как-то… так сразу… мало ли… вдруг ты Сатана… как-то мало ты похож на… охуеть… так не бывает. Дед Мороз… бред, бля. — Виктор, закончив свою сумбурную речь, в итоге завис с открытым ртом, на выдохе, безумно вращая перед собой глазами. Пытаясь соединить привычные представления о мире с происходящим с ним, здесь и сейчас, он явно терял рассудок.

— Не веришь? — ухмыльнулся хачик — по-твоему, я непременно должен быть бородат и в красной шубе? И Снегурочка чтобы была?? Ну, хорошо…

Одежда на хачике начала изменения прямо на глазах. Потёртая куртка начала удлиняться, меняя цвет с рыжего на красный, превращаясь в шубу. Лицо водителя тоже претерпевало изменения. На нём росла густая белая борода и тоже прямо на глазах, удлиняясь и закрывая щёки хачика (да уже и никакого ни хачика). Нос из горбатого и длинного рубильника сплюснулся картошкой. Брови и волос побелели и стали густыми, кепка превратилась в шапку красного цвета.

— Ну, штооо… — раскатился по машине добродушный басок Деда Мороза — Снегурка, а где мальчик Витюша, которому мы подарочек хотим сделать??

Виктор глядел на происходящие метаморфозы с открытым ртом и аж дёрнул головой на ответ Снегурочки.

— Да вот он Дедушка, прямо напротив тебя. Вырос Витюша. Но подарок-то всё ж подарить надо! Он заслужил, Дедушка!! — звонкий девичий голосок раздался с заднего сиденья автомобиля.

Виктор, дернувшись, обернулся и увидел классическую Снегурочку. Лет 15 от силы. С длинной толстой косищей, лежащей поверх синего полушубка.

Отсутствие косметики только подчёркивало её необычайную красоту девочки, стремительно превращающуюся в девушку и очаровательной в своём балансировании на этой хрупкой грани переходного возраста, когда детская беззаботность и непосредственность уже соседствует с сексуально привлекательной фигуркой. Она была изумительна, тонкие пальцы перебирали косу, глаза полусолнышки, задорно вздёрнутый носик и улыбка, демонстрирующая прямо таки голливудскую белизну ровных зубок.

— Витюша, не бойся Дедушку, он хоть и Мороз, но добрый… — со смехом сообщила она Виктору.

Рука Деда Мороза легла на глаза Виктору, закрывая от него салон автомобиля и Снегурочку, и тут же, убралась, открывая привычную уже картину хачика в потёртой куртке рыжего цвета. Ни Снегурочки, ни бороды с шубой.

— Что это было??

— Ну, ты хотел классики, я тебе её показал… не бери в голову, обычный фантом, ну а я внешность менять умею на любую. Хочешь, негром стану, гыгыг??? Легко!! У всех народов есть свои Деды Морозы. А вы, люди, для меня не различаетесь цветом кожи и разрезом глаз. Вы все внутри одинаковы. С одной и той же свободой выбора… с одними и теми же страстями, желаниями и ошибками. На то я и Дед Мороз — добрый волшебник, творящий Чудеса. Я для всех один и под Новый Год я могу одновременно быть в огромном количестве мест. Так я устроен.

— Ебануца…

— Хватит уже материться, противно же слушать! Зачем так грязно думать? Тебя этому мама научила? Жизнь? Ты уверен, что такая жизнь лучше Чуда родом из детства? Осознавай уже скорее. Решай… принимаешь подарок или как??

— А если я не принимаю??

— Ты забудешь, о чём мы тут говорили в любом случае. Хачик довезёт тебя до дома, ты расплатишься и войдёшь домой… а дальше…

Если ты согласен, то там тебя будут ждать жена и ребёнок, потому что Галина дала своё согласие уже. Она кстати при первом же намёке на то, что можно всё исправить, согласилась, даже не думая о последствиях… женщина… тебе повезло… она действительно хороший человек… настоящая женщина. Ради ребёнка готова пожертвовать собой. Сначала думала, что я душу просить начну… была готова, кстати. Ну, так вот… если откажешься, то придешь, как обычно домой. Жена ничего помнить не будет, да и ты тоже. Просто у вас будет упущенный шанс на двоих, о котором вы не будете помнить, так что и расстраиваться, потом не придётся. Моё вмешательство в вашу судьбу будет минимальным. А потом вы уж сами разведётесь или нет, чёрт вас знает, что вы там дальше навыбираете… меня уже это касаться не будет.

— Понятно… но как же… она говорит «да» я говорю «нет» к примеру, почему моё слово важнее??

— Оно не важнее. Переговоры были начаты одновременно. Просто она согласилась раньше. Я был и там и тут. Я так могу, у меня работа такая. Функция если хочешь.

— Я правильно тебя понял, что у нас будет ребенок, и память о том, как мы его растили… и у всех знакомых там… детский садик и всё такое…

— Да.

— Не нравится мне всё это… ничего бесплатным не бывает… даже за сыр в мышеловке кто-то платит.

— Выбор за тобой. Я не настаиваю.

Виктор достал сигарету.

— Можно??

— Валяй, вопрос серьёзный… подумай… мы не торопимся. Но учти, право на Чудо даётся один раз. Только тем, кто действительно готов к нему. Многие так и живут всю жизнь не готовые к нему в силу разных обстоятельств. Ты готов.

Виктор закурил.

— То есть, может так статься, что у меня будет ещё шанс на Чудо, но на какое-нибудь другое??

— Хороший вопрос… не знаю. Может быть… Чисто теоретически это возможно. Но я об этом ничего не знаю. Я живу одним годом.

— Это как??

— Долго объяснять… я возрождаюсь заново каждый год, рождение — зима — колыбель. Весна — детство — беззаботное понимание радости жизни. Лето — зрелость — понимание мира и законов бытия. Всё это подготовка к осени — оценка замысла Творца и поиск сбоев в системе… поиск, таких как ты — готовых к Чуду. Ну, и собственно, Новый Год — Чудо. Потом всё заново. Подготовка к работе — работа… и отдых, если хочешь… Весна. Как это не парадоксально Дед Мороз больше всего любит весну. Создатель просто невыразимо гениален. Мир совершенен. И если бы у вас не было такого права на Выбор, думаю, что всё было бы гораздо прекрасней, но он создавал гармоничное, а не прекрасное к сожалению.

— Ты критикуешь замысел Бога?? — удивился Виктор. Правая рука с сигаретой двигалась, тело всё так же было парализовано.

— Нет, просто выражаю сожаление о том, чего до конца не понимаю, всё-таки я не Творец и сужу со своей колокольни.

Виктор докурив, всегда курил быстро, благодаря порывистой натуре, попытался потянуться к окну.

— Стоп.

Виктор закаменел.

— Не надо. Кидай на пол. Я не люблю пустоту. Она… она равнодушная… до… до омерзения. Не люблю смерть.

Способность двигаться вернулась к Виктору полностью. Он послушно бросил бычок на коврик и затушил его ногой.

— Хорошо. Я согласен. Я не знаю почему, но я тебе верю. В конце концов, я так больше жить не могу. Мне… Нам нужен этот ребёнок. Мне нужна моя Галя… и мой сын. Я согласен. Будь, что будет — бесшабашно тряхнул головой Виктор.

— Угагагааааааааааа… — раскатисто рассмеялся Дед Мороз — Сын?? А почему ты решил что сын?? А вдруг дочь??

— А что? Дочь?? — Виктор, как-то уже привыкая к мысли, что у него будет ребёнок, почему-то думал именно о сыне, новизна мысли о дочери его сбила с толку — Дочь… дочка… дочура — улыбаясь, покатал на языке это слово Виктор — ну пусть дочка… какая разница?? Так дочь значит??

— Сам увидишь, я пока не знаю…

— Прыехалы. Какой падъезд??

— А??? — Виктор понял, что какое-то время залипал ни о чём не думая, в то время как хач доставил его по адресу.

— Эээ… падъезд гавару какой?? Минэ ехат нада… решай быстрей, куда тэбэ??

Виктор глянул на часы. Без пятнадцати. Посмотрел на въезд во двор, сплошь уставленный машинами соседей по дому.

«На ногах быстрей».

— Я тут выскочу. Спасибо тебе… брат… денежку я тебе дал, с Новым Годом.

— И тебя брат — странно как-то без акцента ответил чурка, протянув руку на прощание.

Виктор, быстро пожав его ладонь, выскочил из машины в новогоднюю ночь.

«Гыгы… брат… ну я выдал… хотя… выручил ведь… чудо просто какое-то… проебал бы всё… спасибо боженьке, мать его» — думал он, несясь на всех парах к подъезду.

— Где ты пропадал столько? Сумасшедший… — жена деланно сварливо ворчала, пока Виктор раздевался в коридоре.

— Папааа — в коридор выскочил сын — я хочу молозынаааа…

Виктор подхватил сынишку на руки и чмокнул в щёку.

— Щя всё будет, сына…

Мальчуган обнял отца за шею и прижался к его холодной с улицы щеке. Он любил такие моменты. Свежий запах улицы будоражил, и было приятно находиться на этих надёжных руках, умеющих подбрасывать высоко вверх, до сладкого замирания сердца.

— Бабиковы, хорош обниматься и марш за стол, вон президент уже чего-то блекочет…

Виктор посмотрел на жену полными счастья глазами и поставил уже непоседливо ёрзающего сына на пол.

Он стоял, глядя в иссиня-черное небо на обочине дороги, возле убитого жигулёнка.

Ещё один сбой устранён.

Работа над ошибками в мире произведена.

Он был всесилен в эти дни смены старого года на новый. Мог быть в тысяче мест одновременно. Творить чудеса для сотен тысяч людей. Было бы для кого творить. Он был всемогущ.

Было бы для кого.

Сколько тех, кому ничего и не надо!! Убивают погоней за призрачными благами себя. Доводя себя до полнейшего саморазрушения и пустоты.

Пустота.

Как же он её ненавидел.

Ненавидел именно за то, что она прочно поселялась в его сердце ближе к концу осени. Времени, когда количество требуемых устранения ошибок начинало зашкаливать омерзением к этим убогим идиотам — людям.

Надо же… Образ и Подобие… Обалдеть можно.

Люди, способные к творчеству, способные Выбирать (то чего он был начисто лишён, но как хотелось, хоть раз решить что-то самому!!!) предпочитали опускаться до скотского состояния, нежели пользоваться столь щедрым подарком Творца.

Ему почему-то припомнился Виктор… один из кучи исправленных. Ну, неужели ребёнок и семейное благополучие не стоит того, что его карьера успешного менеджера крупной компании, торгующей нефтедобывающим оборудованием, теперь превратилась в карьеру менеджера средней руки впаривающего клиентам бытовую химию?? Или его жена зам. главбуха была счастливей, ездя на Ниссане Микро больше, чем, прижимая сына к груди??

Но прав всё-таки Виктор был… угадал… чем-то всегда надо платить! Это да. Мало того. Это надо делать вовремя. Стяжательство всегда превращается в прах.

Его время истекло. Скоро будет весна. При мысли о весне он улыбнулся и позволил Пустоте, укрывшейся в самой глубине его сердца заполнить собой всего себя.

Через мгновение на дороге осталась только видавшая виды машина, отслужившая своё и никому не нужная.

Content

Сквер Алексей Работа над ошибками

Алексей Сквер Работа над ошибками