Великий Василий

Гомилия на Святое Рождество Христово

Василий Великий

Гомилия на Святое Рождество Христово

1. Давайте почтим молчанием первое, особенное, Рождество Христово, свойственное Его Божеству. Более того, давайте положим себе за правило вообще не исследовать и не любопытствовать об этом с помощью наших понятий. Ибо что может вообразить себе ум там, где не были посредниками ни время, ни век, где образ не представим, где не было никакого зрителя, и где нет никого, кто мог бы рассказать [об этом]? Или как язык поможет разумению? Но был Отец, и Сын родился. Не спрашивай: когда? но просто оставь в стороне сам вопрос. Не исследуй, как [это было]? Ибо сам ответ невозможен. Ведь вопрос «когда» относится ко времени, а вопрос «как» неизбежно ведет к тому, чтобы представлять себе рождение телесным образом. Я могу представить доказательства из Св. Писания, что [Сын рождается] как Сияние от Славы (Евр 1:3) или как Образ от Первообраза. Но поскольку такой ответ не позволяет тебе любопытствовать своими помыслами, я обращаю твое внимание на неизреченность этого представления и признаю, что образ Божественного Рождения непостижим для мысли и невыразим в человеческих словах. Не говори: «Если Он родился, то [до этого] Его не было», и не присоединяй к коварным словам невежественные рассуждения, искажая истину примерами, относящимися к здешнему миру, и оскверняя богословие. Я сказал: «Он родился», для того, чтобы показать Его Начало и Виновника, а не чтобы обличить Единородного в том, что Он позднее [по происхождению], чем время. И пусть не оступается твой ум, ложно предполагая, что древнее Сына века, которые [ранее] не существовали и которых не было. Ибо как творения могут быть древнее Сотворившего их? Однако я не заметил, как, следуя логике рассуждения, непроизвольно отвлекся на то, чего хотел избежать. Итак, оставим рассуждения об этом вечном и неизреченном Рождении, осознавая, что и ум ниже тех предметов, [о которых размышляет], и слово недостаточно [для выражения] этих мыслей.

2. Итак, нам предстоит выяснить, какую часть истины можно отразить в этом рассуждении, даже если ум не в состоянии приблизиться к природе непостижимого, и слову затруднительно выразить природу, которая соответствовала бы тому, что хоть как-то доступно для мысли. Бог [явился] на земле, Бог [жил] среди людей, беседуя с ними уже не «из огня» (Исх 3:2), не «во [гласе] трубном» (Исх. 19:6), не на «дымящейся горе» (Исх 19:18), не «во мраке» (Исх. 20:21), не в «буре» (Евр. 12:18), приводящей в трепет души внимающих законодателей, но посредством [Своего] тела кротко и ласково, [как] с родными. Бог [явился] во плоти, действуя уже не на расстоянии, как [это было] с пророками, но сделав человеческую природу сросшейся и соединенной с Самим Собой и, таким образом, возведя к Себе все человечество через посредство сродственной нам Своей плоти. Но могут сказать, как это через одного Источник света пришел ко всем? Или каким образом Божество [явилось] во плоти? А вот так, как и огонь в железе: не переменяя место, но уделяя [свою силу]. В самом деле, огонь не переходит туда, где находится железо, оставаясь на своем прежнем месте, но уделяет ему свою собственную силу, так что и сам не умаляется от этой передачи, и всецело наполняет собой то, что становится ему причастным. Вот таким образом и Бог Слово одновременно и не удалился от Самого Себя

«и обитал с нами»
(Ин 1:15), не претерпел никакого изменения,
«и Слово стало плотью»
(Ин 1:15). И небо не опустело от Содержащего [его], и земля восприняла в свое лоно Небесного. Не примысливай [здесь] какого-то ниспадения Божества, ибо Ему не свойственно переходить с места на место, подобно телам. И не воображай себе, что Божество изменилось и превратилось в плоть, ибо то, что бессмертно, неизменно. Но могут спросить, почему же Бог Слово не преисполнился телесной немощью? На это мы ответим: так же, как и огонь не воспринимает свойств железа. Железо черное и холодное, тем не менее, когда его накаливают, оно принимает форму огня, само становясь светоносным, но не делая огонь черным, становясь пылающим, но не охлаждая пламени. Так же и человеческая плоть Господа сама стала причастной Божеству, но не сообщила Божеству своей немощи. С другой стороны, не следует считать, что Божество действует совершенно так же, как и этот чувственный огонь. Но ты воображаешь себе [какое-то] страдание у Бесстрастного, которое происходит от человеческой немощи, и недоумеваешь, каким это образом тленная природа остается нетронутой из-за приобщения к Богу? Узнай же Таинство. Бог [явился] во плоти для того, чтобы умертвить гнездившуюся [в ней] смерть. Ибо как спасительное лекарство, усвоенное телом, побеждает губительные [яды], или как царящая в помещении тьма рассеивается при внесении света, так же и господствовавшая над человеческой природой смерть уничтожилась присутствием Божества. И как лед в воде, все время, пока ночь и тень, подчиняет себе водное естество, когда же пригреет солнце, он тает от [его] лучей, так же и смерть царствовала до пришествия Христова. Когда же воссияла «благодать Божия и спасительная» (Тит. 2:1), и взошло «Солнце правды» (Мал. 4:22), тогда «поглощена была смерть победою» (1 Кор. 15:54), не выдержав приближения Истинной Жизни. О, глубина благости и человеколюбия Божия! Но вместо этого превосходящего человеколюбия [Божия] мы противимся быть Его рабами. Люди исследуют причину, почему Бог [явился] среди людей, хотя им следует [прежде всего] поклониться благости [Творца].
3. Что же нам с тобой делать, человек? Ты не искал Бога, пока Он пребывал в вышине. Но даже когда Он сходит к тебе и беседует с тобой посредством плоти, ты все равно Его не принимаешь. Рассмотри же хотя бы причину того, как ты стал родственным Богу. Знай, что Бог [явился] во плоти потому, что следовало этой проклятой плоти освятиться, немоществующей обрести силу, отчужденной от Бога сродниться с Ним, изгнанной из Рая взойти на Небо. И что за орудие этого Дмостроительства? Тело святой Девы (Лк 1:27). А что за причина Рождения? Дух Святой и осеняющая Сила Всевышнего (Лк 1:35). Но лучше послушай сами Евангельские слова:

«По обручении Матери Его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святого»
(Мф 1:18). Итак, была избрана одновременно и Дева, и обрученная мужу, способная послужить этому Домостроительству, чтобы и девство было почтено, и брак не остался в пренебрежении. В самом деле, девство было избрано как достойное освящения, а посредством обручения были восприняты и начатки брака. И то и другое вместе для того, чтобы Иосиф был собственным свидетелем чистоты Марии и чтобы, имея обручника в качестве стража жизни, она не была выдана клеветникам как осквернившая девство. Я могу высказать и другую мысль, ничуть не хуже, чем предыдущие: именно тогда настало время, подходящее для Вочеловечения Господа, которое было предопределено и предустановленно издавна, еще до создания мира, и в которое надлежало, чтобы Дух Святой и Сила Всевышнего образовала эту богоносную плоть. Но поскольку родословная Марии не соответствовала ее [личной] чистоте, чтобы [сделать ее достойной] воспринять действие Святого Духа, то вместо нее через обручение была заимствована [родословная Иосифа]. [Поэтому, когда] была избрана блаженная Дева, обручение нисколько не повредило [Ее] девству. Кроме того, кто-то из ранних [отцов] высказал и другую мысль, что обручение с Иосифом было устроено для того, чтобы скрыть девство Марии от князя века сего. В самом деле, Лукавый в своей гордыне обратил внимание только на внешнюю форму обручения Марии; ведь он давно следил за девами, поскольку знал слова пророка:
«Се, Дева во чреве приимет и родит Сына»
(Ис 7:14). Таким образом, посредством обручения был обманут зложелатель девства. Ибо он знал, что явление Господа во плоти будет концом его собственной власти.
4.

«Прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святого»
(Мф 1:18). Иосиф обнаружил сразу и то, и другое: и беременность, и [ее] причину, ибо [сказано]: «От Духа Святого». Поэтому он, испугавшись называться мужем такой жены,
«захотел тайно отпустить Ее»
(Мф 1.19), не дерзнув предать огласке Ее положение. Поскольку же он был праведным, то сподобился того, чтобы ему было открыто это Таинство. Ибо
«когда он помыслил это, — се, Ангел Господень явился ему во сне и сказал: «Не бойся принять Марию, жену твою»
(Мф 1:20). [Этим он как бы говорит:] «И не помышляй о том, чтобы скрыть грех неуместными подозрениями. Ведь ты назван праведным, а праведному мужу не подобает молчанием покрывать беззаконие». «Не бойся принять Марию, жену твою», — [говорит ангел]. Это показывает, что [Иосиф] отнюдь не пришел в негодование или исполнился презрением, но он испугался Ее потому, что она была исполнена Духа Святого.
«Ибо родившееся в Ней есть от Духа Святого»
(Мф 1:20). Из этого ясно следует, что тело Господа произошло не по общему естественному закону плоти. В самом деле, Носимый во чреве мгновенно достиг совершенного состояния плоти, не проходя постепенного развития во времени. Об этом говорят сами [Евангельские] слова, ибо сказано не «зачатое», но «родившееся». Итак, эта плоть, будучи образована от Святости, была достойна того, чтобы соединиться с Божеством Единородного.
«Родит же Сына, и наречешь имя Ему: Иисус»
(Мф 1:21). Мы знаем, что имена, намеренно даваемые кому-нибудь, выражают лежащую в их основе природу, как, например, [имена] Авраам, Исаак, Израиль. Имя каждого из них скорее выражает достигнутую ими личную добродетель, чем телесные особенности. Это же относится и к имени «Иисус», то есть «Спаситель народа». И вот уже приоткрывается тайна, предопределенная прежде веков и проповеданная издавна пророками:
«Се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Еммануил, что значит: "С нами Бог"»
(Мф 1:23). Здесь открывается смысл этого древнего имени, [заключающего в себе] все Таинство [явления] Бога среди людей, ибо, как сказано, имя «Еммануил» означает «С нами Бог». И пусть никого не приводят в смущение коварные ухищрения иудеев, которые утверждают, что у пророка [Исайи] сказано не «дева», а «молодица»: «Се, молодица во чреве приимет». Прежде всего, было бы крайне неразумно полагать, что то, что должно было стать знамением, данным от Господа, представляет собой обыденное явление, согласующееся с природой вещей. Ибо что говорит пророк?
«И продолжал Господь говорить к Ахазу, и сказал: проси себе знамения у Господа, Бога твоего; проси или в глубине, или на высоте. И сказал Ахаз: не буду просить и не буду искушать Господа»
(Ис. 7:10-12). И немного далее:
«Итак, Сам Господь даст вам знамение: Се, Дева во чреве приимет»
(Ис 7:14). Для того Ахаз не стал просить знамения или в глубине, или на высоте, чтобы ты узнал, что
«нисшедший в преисподние места земли, Он же есть и восшедший превыше всех небес»
(Еф. 4:9-10), Сам Господь дал знамение. Знамение же было удивительное и страшное, намного превосходившее естественный порядок вещей: Одна и Та же — Жена, Дева и Матерь, сохранившая святость девства и сподобившаяся благословения чадородия. Если же некоторые переводчики еврейское слово вместо «дева» перевели как «молодица», то от этого смысл данного выражения ничуть не страдает. В самом деле, мы часто встречаем в Св. Писании обыкновение употреблять вместо слова «дева» слово «молодица», например, во Второзаконии: «Если кто-нибудь встретится с девицею не обрученною, и схватив ее, ляжет с нею, и застанут их, то лежавший с нею должен дать отцу молодицы пятьдесят дидрахм» (Втор. 22:28-29).
5.

«И встав, [Иосиф] принял жену свою»
(Мф. 1:24). Он взял [к себе] жену с расположением, любовью и всяческой усердной заботой о супружестве, но воздерживался от выполнения своих супружеских обязанностей. Ибо сказано:
«И не знал Ее до тех пор, пока Она не родила Сына Своего первенца»
(Мф. 1:25). Эти слова могут [кому-то] дать повод считать, что после того, как Мария Своей чистотой послужила рождению Господа, совершившемуся благодаря Святому Духу, Она не отказалась от выполнения обычных супружеских обязанностей. Хотя [от такого понимания] и не может оскверниться данное благочестивое рассуждение, <ибо девство было необходимо только для того, чтобы послужить [целям] Домостроительства, а то, что было впоследствии, уже не столь важно для смысла Таинства>, но мы все-таки не будем оскорблять слух христолюбивых слушателей заявлениями, что Богородица когда-то перестала быть Девой, и будем считать, что достаточно следующих свидетельств. Относительно слов: «И не знал Ее до тех пор, пока Она не родила Сына Своего», следует сказать, что выражение «до тех пор»? часто может обозначать некоторый ограниченный период времени, но на самом деле указывает на бесконечность. Это, например, имел в виду Господь, когда сказал:
«И вот, Я с вами во все дни до скончания века»
(Мф. 28:20). В самом деле, ведь Господь вовсе не собирался разлучаться со святыми после этого века, но возвещение настоящего указывает на непрерывность, а не на прекращение в будущем. И мы говорим, что точно таким же образом следует понимать выражение «до тех пор» и в данном месте. Относительно же выражения «первенец» следует сказать, что оно не всегда стоит в связи с последующим потомством, но первенцем называется тот, кто первый разверзает ложесна. Кроме того, то, что Мария до конца оставалась Девой, ясно из рассказа о Захарии. До нас дошло предание о том, что Захария был убит иудеями между Храмом и жертвенником за то, что он поместил Марию в число дев уже после того, как Она родила Господа, и был обвинен толпой за то, что таким образом указал на это чудесное и достохвальное знамение: Дева рождает и девство не повреждается.
«Когда же Иисус родился в Вифлееме иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с Востока и говорят: Где родившийся Царь Иудейский?»
(Мф. 2:1-2). Маги — это персидский народ, искусный в предсказаниях, заклинаниях и неких природных противоядиях. Корме того, они занимались наблюдениями за небесными явлениями. Подобными предсказаниями занимался, возможно, и Валаам, посланный Валаком для того, чтобы с помощью какого-то чародейства проклясть Израиль. В своей четвертой притче он говорит о Господе:
«Человек видящий, слышащий слова Божии, имеющий ведение Всевышнего, который видит видение от Бога во сне; открыты очи его. Укажу Его, но еще не сейчас, ублажу Его, но Он еще не близко. Восходит звезда от Иакова, и восстает Человек от Израиля»
(Числ. 24:15-17). Поэтому [волхвы], вспомнив древнее пророчество, стали искать место в Иудее и пришли разузнать, где родившийся Царь Иудейский. Возможно также, что благодаря явлению Господа сопротивные силы были, наконец, ослаблены, и волхвы, почувствовав, что их сила упразднена, пришли засвидетельствовать великую Силу Родившегося. Поэтому они нашли Младенца и принесли Ему дары. Маги, этот отдаленный от Бога и чуждый Заветам народ, первыми удостоились прийти поклониться, потому что свидетельства, данные врагами, более достойны доверия. Ибо если бы первыми поклонились иудеи, то считалось бы, что они почтили [Господа] по причине родства [с Ним]. Ныне же те, кто не имели на то никаких оснований, поклоняются [Ему] как Богу, чтобы осудить соплеменников, распявших Того, Кому поклонились иноплеменники. Поскольку же они занимались наблюдением за движениями небесных тел, они не напрасно созерцали это удивительное небесное явление — новую и необычную звезду, восшедшую во время рождения Господа.
6. И пусть никто не связывает восход этой звезды с астрологической псевдонаукой. Ибо те, кто связывает рождение [человека] с изначально существующими звездами, полагают, что определенное расположение звезд является причиной всех жизненных обстоятельств для каждого [человека]. По этой причине ни одна из уже существовавших звезд не могла обозначить это царственное Рождество. Это была необычная звезда. В самом деле, те [звезды], которые были сотворены изначально, или совершенно неподвижны, или непрестанно движутся. А эта явившаяся [звезда], кажется, обладала одновременно этими обеими особенностями: она и двигалась, и останавливалась. И из числа уже существовавших [звезд] те, которые закреплены на одном месте, никогда не движутся, а планеты никогда не прекращают своего движения. Поскольку же эта [звезда] имела оба свойства: и движение, и покой, ясно, что она не относится к этим двум [разновидностям звезд]. В самом деле, она двигалась с востока до Вифлеема и

«остановилась над тем местом, где был Младенец»
(Мф. 2:9). Поэтому и волхвы, следуя за звездой, двинулись с востока и, придя в Иерусалим, встревожили своим появлением весь город, так что на иудейского царя напал страх. Когда же они нашли Того, Кого искали, они почтили Его дарами — золотом, ладаном и смирной (Мф. 2:11). Возможно, и в этом они последовали пророчеству Валаама, который сказал о Христе:
«Преклонился, лежит как лев и как львенок, кто поднимет его? Благословляющие Тебя благословенны, и проклинающие Тебя прокляты»
(Числ. 24:9). Ибо слово «лев» указывает на царское достоинство, слово «преклонение» — на страдание, а «сила благословения» — на Божество. Поэтому волхвы, следуя пророчеству, принесли [Христу] как царю — золото, как смертному человеку — смирну, а как Богу — ладан. Но нельзя согласиться с теми, кто с излишним любопытством исследует обстоятельства Рождества и утверждает, что эта звезда была подобна кометам, которые, как принято считать, появляются на небе как раз для того, чтобы указывать на смену царей. Ведь они по большей части неподвижны, представляя собой воспламенение, заключенное в каком-то определенном месте. Ибо кометы бывают различного вида, [например], в виде бревна или в виде ямы, и имеют соответствующие им названия. Происхождение же их всех таково. Когда избыток воздуха, находящегося около земли, скапливается и перетекает в эфирную область, его плотные и мутные слои, испаряясь отсюда, становятся как бы материей для огня и принимают явный облик звезды. Но та [звезда], которая появилась на востоке и побудила волхвов отправиться на поиски Родившегося, вскоре исчезла из виду и второй раз появилась уже в Иудее, когда волхвы пребывали в недоумении. Из этого [можно сделать вывод], что она слушалась чьих-то [приказаний], служила кому-то и появилась ради кого-то. В самом деле, она
«пришла и остановилась над тем местом, где был Младенец»
(Мф. 2:9). Поэтому и волхвы,
«увидев ее, возрадовались радостию весьма великою»
(Мф. 2:10). Восприимем же и мы в сердца наши эту великую радость. Именно эту радость благовествуют Ангелы пастырям (см. Лк. 2:10). Итак, приидите, поклонимся вместе с волхвами, воздадим славу вместе с пастырями и будем ликовать вместе с Ангелами.
«Ибо ныне родился вам Спаситель, Который есть Христос Господь»
(Лк. 2:11).
«Бог Господь и явился нам»
(Пс. 118:27), не в «Образе Божием», чтобы не привести в трепет немощное [человеческое естество], но в «образе раба» (Филип. 2:6-7), чтобы освободить это порабощенное [естество]. Кто же так медлителен душой, кто так неблагодарен, чтобы не возрадоваться, не возликовать и не возвеселиться из-за этих событий? Это — общий праздник всей твари, который дарует миру то, что превосходит мир, посылает Архангелов к Захарии и Марии, являет Ангельские лики, восклицающие:
«Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человецех благоволение»
(Лк. 2:14). Звезды сходят с небес, волхвы выходят из [среды] языческих народов, земля приемлет в пещере. И пусть никто не устраняется [от этого], пусть не будет неблагодарных. Выразим же и мы наше ликование в словах; назовем наш праздник Богоявлением. Будем праздновать спасение мира и день рождения [нового] человечества. Ныне отменено осуждение Адама. Уже не [имеет силы Божественный приговор]:
«прах ты, и в прах возвратишься»
(Быт. 3:19), но [человек] через соединение с Небесным (1 Кор. 15:48) вознесен на Небо. Не [имеет силы и другой Божественный приговор]:
«в болезни будешь рождать детей»
(Быт 3:16), ибо блаженно [чрево], носившее Еммануила, и сосцы, питавшие [Его] (Лк. 11:27).
«Ибо Младенец родился нам, Сын дан нам; владычество Его на раменах Его»
(Ис. 9:6). Сердце мое расцветает, мысли мои бьют ключом, но неискусен язык, и не хватает слов для того, чтобы выразить столь великую радость. Итак, представляй себе вочеловечение Господа подобающим Богу образом. Считай Божество чистым и не оскверненным, даже если [Бог] соединился с материальной природой. Страстное [естество] исправляется, но Божество остается бесстрастным. Разве ты не видишь, что столь славное Солнце является в грязи, но остается незапятнанным, светит оскверненным, но не испытывает зловония. Напротив того, с кем Он достаточное время пребывает во общении, тех избавляет от гниения. Почему ты боишься признать, что бесстрастное и чистое Естество не воспринимает от нас никакой скверны? Он для того родился, чтобы очистить тебя через сродственное [с тобой естество]. Он для того возрастает, чтобы сделать тебя родным через тесное общение. О, глубина благости и человеколюбия Божия! Вместо этой превосходящей щедрости мы не верим Благодетелю; вместо великого человеколюбия Владыки мы противимся быть Его рабами. О, это неуместное и лукавое безрассудство! Волхвы поклоняются, а христиане исследуют причину, почему Бог [явился] во плоти? в какой плоти? была ли человеческая природа воспринята во всей полноте, или частично? Да умолкнут в Церкви Божией все излишние вопросы. Давайте будем славить то, во что уже уверовали. Не будем проявлять излишнее любопытство к тому, о чем следует молчать. Итак, присоединись к тем, кто с радостью ожидает Господа с небес. Представь себе мудрых пастырей, пророчествующих священников, радующихся женщин, когда Гавриил научил Марию радоваться (Лк. 1:28), когда [младенец] Иоанн взыграл во чреве Елизаветы (Лк. 1:44). Анна [пророчица] благовествовала (Лк. 2:38), Симеон [Богоприимец] взял на руки (Лк. 2:28) — все они в малом Младенце поклонялись Великому Богу, не обращая внимания на видимое, но славословя величие Его Божества. Ибо Божественная Сила, как свет сквозь прозрачную среду, воссияла через человеческое тело, просвещая тех, у кого чисты очи сердца, в числе которых хорошо бы оказаться и нам, открытым лицом отражая Славу Господню, чтобы и нам преображаться из славы в славу (2 Кор. 3:18) благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, Которому слава и держава во веки веков. Аминь.

Content

Великий Василий Гомилия на Святое Рождество Христово

Василий Великий Гомилия на Святое Рождество Христово