Джоунс Сандра

Рождественская сказка

САНДРА ДЖОУНС

РОЖДЕСТВЕНСКАЯ СКАЗКА

Джоунс Сандра. Рождественская сказка

Роман/Пер. с англ. Н.Ф. Орловой.

Издательский Дом «Панорама», 2003.

ISBN 5-7024-1542-6

1

И кто это выдумал, будто время лечит? Скоро три года, как Ричарда нет, а она лишь острее чувствует одиночество. Особенно по выходным, да еще в такие погожие дни, как сегодня...

Эмили вырулила на Олбани-стрит. Стояло бабье лето. Вдоль обочины мелькали одетые в золото и пурпур деревья, в окнах встречных машин отражалось по-осеннему глубокое и ясное закатное небо.

У Эмили защемило сердце. Красота природы ласкала глаз и умиротворяла душу. На миг даже почудилось: вот вернется домой, откроет дверь — и вновь увидит Ричарда. Ведь он не умер, а просто уехал...

В тот день тоже светило солнце. Эмили оставалось полчаса до конца смены, когда на посту зазвонил красный телефон. Обычное дело для пятничного вечера — еще одно ДТП. Сначала Эмили даже не узнала мужа, пока не увидела у него на руке браслет с группой крови — свой подарок ко дню Валентина.

Дальше она ничего не помнит. Подруги рассказали, что она дико кричала и забылась только после лошадиной дозы успокоительного. Ирония судьбы: профессиональный гонщик умер от травм, полученных в результате столкновения такси, где он находился в качестве пассажира, с каким-то обкурившимся травки байкером...

Эмили притормозила на оживленном перекрестке и, ожидая сигнала светофора, думала о своем, не замечая, что все сидящие в машинах рядом с ней, обернулись в ее сторону. Внезапно ее видавшая виды малолитражка накренилась и Эмили пробудилась от своих тягостных воспоминаний.

Невесть откуда взявшийся мужчина рванул дверцу и прыгнул на сиденье - прямо на пакеты с покупками. Эмили открыла рот, чтобы выразить протест, но незнакомец обернулся назад, и, болезненно сморщившись, попросил:

— Леди, увезите меня отсюда!

— Куда?! — опешив от изумления, спросила Эмили и, придя в себя, заметила: — Между прочим, это не такси.

— Извините за вторжение! — Он обворожительно улыбнулся и извлек из-под себя пакеты. — Я заметил, что это не такси, но у меня нет выбора.

Незнакомец снова улыбнулся, и Эмили показалось, будто ей знакомо его лицо. Лучистые серые глаза, короткий ежик светло-русых волос, черты лица резкие, волевые... Нет, вряд ли она его знает. Разве что видела мельком в больнице, но только не среди пациентов: такие глаза и такую улыбку она бы точно запомнила.

Загорелся зеленый, но Эмили не сдвинулась с места.

— Вылезайте из моей машины. Повторяю, это не такси.

— Прошу вас! — настаивал он, и его бархатный баритон не мог не внушить доверия. - Посмотрите! — Незнакомец кивнул головой назад.

Эмили с недовольной миной обернулась и только сейчас увидела толпу с телекамерами и микрофонами. Задние машины засигналили и непрошеный пассажир мягко сказал:

— Можно ехать.

Эмили включила передачу и отпустила сцепление, а пассажир с облегчением вздохнул и откинулся на спинку сиденья.

— Ну и куда прикажете? — с ехидцей спросила Эмили. Ситуация уже виделась ей в комическом свете. Судя по толпе корреспондентов, этот тип не маньяк-убийца, а человек из «ящика»: какой-нибудь политик или крупный бизнесмен... Эмили редко смотрела телевизор.

— Все равно куда. — Он засмеялся. — Главное подальше отсюда. Впрочем, коль скоро вы так любезны, поверните налево.

— А вы, часом, не в бегах? — Эмили бросила на него пристальный взгляд.

Одет как преуспевающий адвокат в часы досуга: белоснежная рубашка с расстегнутым воротом, стильный темно-синий пуловер и серые вельветовые джинсы в обтяжку. Высокий — колени чуть ли не упираются в грудь, крупный - широкие плечи, сильные руки с чувственными пальцами... Она вдруг почувствовала, что его присутствие стесняет ее. Как будто вокруг него существует некое поле притяжения...

Незнакомец молчал, а Эмили вспыхнула и, стараясь прогнать смущение, спросила:

— Так вы в розыске? Что им всем от вас нужно?

— А вы не знаете, кто я? — с ухмылкой спросил он. — Нет, ну надо же! Не может быть!

Лучше бы он молчал! Нахальный самовлюбленный тип! — возмутилась Эмили. Она работала медсестрой в больнице св. Варфоломея, и ей частенько приходилось выслушивать подобные высказывания от крутых пациентов.

— А мне все равно, кто вы такой! — не слишком любезно ответила она и резко свернула к обочине.

— Так вы меня на самом деле не знаете? — хохотнул он. - Вот и славно!

Его глаза светились озорством, он сиял улыбкой, но Эмили не была настроена любезничать. Ни с ним, ни с кем-то другим. И все-таки его лицо ей знакомо. Может, он киноартист? Как бы то ни было, пауза затянулась и нужно поскорее выпутываться из этой дурацкой истории.

— Ну ладно, — буркнула она, сдерживая раздражение. — От преследователей вы оторвались, так что теперь можете спокойно возвращаться к себе домой.

— Не могу, — извиняющимся тоном возразил он. — Там меня сразу найдут. Пока мне лучше туда не возвращаться. — И он снова улыбнулся.

И Эмили снова подпала под обаяние его улыбки, но сдаваться не собиралась.

— Это ваши проблемы. — Она упрямо мотнула головой. — Вылезайте.

— А может, поедем к вам?

— Ко мне?! — чуть не задохнулась от возмущения Эмили. — У меня дом, а не ночлежка.

— В таком случае приглашаю вас на обед.

— Спасибо, я не голодна. К тому же для обеда уже поздно.

— Ну тогда на ужин. Какую кухню вы предпочитаете?

— Я не имею обыкновения ужинать с незнакомыми мужчинами.

— Извините, я не представился, — не сразу отозвался он. — Стивен Портер.

Стивен Портер... Это имя ей ничего не говорит. Черт побери, кто же он такой? Она точно видела эту улыбку. Неужели в рекламе зубной пасты?

— Леди, а вы не хотите сказать, как вас зовут? — прервал он молчание.

— Не вижу в этом необходимости.

— Вы смотрите вечерние новости?

— Нет, по вечерам я работаю. А работа у меня такая, что новостей хватает и без телевизора.

Эмили попыталась ответить равнодушно, но он улыбался так заразительно, что у нее помимо воли дрогнули уголки губ.

Стивен кивнул, не сводя с нее гипнотического взгляда серых лучистых глаз. Судя по всему, ее сдержанность ему импонировала.

— Значит, вы не смотрите телевизор... — Он помолчал. — Думаю, вы ничего не теряете. Разве что узнали бы сразу мою физиономию. Дело в том, что я... я произвел сенсацию, — сообщил он. — И теперь за мной охотятся. — Он печально хмыкнул. — Представляете?

Солнце село, и из окна потянуло прохладой. Эмили подняла стекло. Надо ехать домой, а то скоро совсем стемнеет.

— Давайте я отвезу вас в какой-нибудь отель, — предложила она. — Там и переждете.

— Дохлый номер! — Он помотал головой. — Кто-нибудь из обслуги узнает меня и заложит. Меня везде найдут.

Эмили украдкой покосилась на него. Она по-прежнему ощущала его притяжение. Как выражаются в дамских романах, животный магнетизм... Ничего подобного она раньше не испытывала. Даже с Ричардом. И это новое чувство и завораживало, и пугало.

— Знаете что? — прервал затянувшуюся паузу Стивен. — У меня возникла прекрасная мысль. Может, приютите меня на ночь?

— Шутить изволите? — Эмили усмехнулась ему в лицо. — Я же говорила, у меня не ночлежка.

— Я понял. Но ведь гостей у себя в доме вы принимаете? — настаивал он. — А я после всех перипетий мечтаю лишь об одном. Как следует выспаться. Ну, что вы на это скажете?

— Что скажу? — Эмили с сомнением взглянула на него и тронула машину. — В гости я вас не приглашала.

— Ну так пригласите! Я тут распинаюсь перед вами четверть часа...

— Чего ради? — Она самодовольно ухмыльнулась. — Ну ладно, так и быть! Можете переночевать. Все равно сегодня ночью меня дома не будет.

— Спасибо! — обрадовался Стивен. — Постараюсь не доставлять вам хлопот. А вы кем работаете? Прислугой?

Не отрывая глаз от дороги, она помотала головой.

— Нет, я мадам из дома с плохой репутацией. - Она хохотнула. - Сами понимаете, ночью у нас самая работа.

— Экая вы шутница!

Какое-то время они ехали молча. Движение стало менее напряженным, но Эмили охватила внутренняя дрожь - то ли от вечерней прохлады, то ли от соседства со Стивеном Портером.

Нет, какая же она все-таки дурища! Спрашивается, какого черта согласилась приютить незнакомого мужчину у себя в доме?! И что теперь делать? Впрочем, интуиция подсказывала: неожиданный попутчик — человек порядочный и бояться его нет причин.

— Кстати, — нарушил молчание он, — вы еще не представились. Как мне вас величать? Мадам? — пошутил он.

— Нет. Для вас я Эмили, — подыграла ему она. — Эмили Грин.

— Рад познакомиться! Э-ми-ли... — пропел он. — Нет, я не рад. Я счастлив, что встретил вас. Даже не знаю, смогу ли вас должным образом отблагодарить!

И, прежде чем Эмили успела обдумать его последнюю фразу, порывисто взял ее за запястье и нежно сжал. Это был просто жест искренности, но она едва не потеряла управление: ее словно током ударило. Неожиданно для себя самой она оторвала другую руку от руля и, заглянув ему в глаза, погладила его сильные пальцы. Он что-то говорил, а она слушала и не слышала слов благодарности: ей не хватало дыхания.

Господи, да что с ней происходит?! Усилием воли Эмили оторвала от него глаза и сосредоточилась на дороге. Наверное, все дело в том, что она долго живет одна. Надо было выкинуть этого типа из машины у первого попавшегося отеля — и дело с концом!

— Эмили, а где вы живете? — спросил он, когда вокзал Виктория остался позади, и убрал руку с ее ладони.

Она поняла, что пожатие затянулось непростительно долго. И о чем она только думает?

Целый день моталась по городу, вместо того чтобы как следует выспаться.

— В Кеннингтоне, — сказала она. — Клейтон-стрит.

— Вот как? Живописное место...

— Вы не ослышались? Я живу не в Кенсингтоне, а в Кеннингтоне.

— Я понял. Рабочий район на южном берегу Темзы. Там, если не ошибаюсь, крикетный стадион и парк... — Внезапно он замолчал, будто испугался, как бы не сказать чего лишнего.

Эмили взглянула на него и снова была сражена его мягкой улыбкой.

Они въехали на мост Воксхолл. Ну вот, скоро она будет дома.

— Вы правы, у нас тут на самом деле красиво. Только это Лондон не для рекламных открыток, а для жизни простых людей. — Она помолчала. - Зато здесь не бродят толпы туристов.

— У вас дом?

Она кивнула.

— Маленький, с палисадником и живой изгородью. Мы посадили азалии и рододендроны.

После минутной паузы он все же позволил себе уточнить:

- Мы?

Эмили не торопилась с ответом. Ричард купил дом всего за год до смерти. Хотел сделать сюрприз и привез ее туда с завязанными глазами. Эмили отчетливо помнила тот день: гулкую тишину пустых комнат, чуть заметный запах краски, ощущение покоя, но особенно — радостные планы обустройства нового гнезда. Помнила, как в ту первую ночь они спали на полу и занимались любовью на ковре у камина...

— Ну да, мой муж Ричард и я, — еле слышно произнесла она.

— Так вы замужем? — смутился Стивен. — А что подумает ваш муж, когда вы приведете меня в дом? Или вы скажете, что из жалости подобрали под мостом бродягу?

Эмили улыбнулась — ведь она познакомилась с Ричардом на улице. У него тогда дела были плохи: разругался с родителями, потерял работу... Он стоял под деревом в проливной дождь, такой несчастный... Она привела его в больницу. Оказалось, он подхватил воспаление легких. Господи, как давно это было! Словно в другой жизни...

— Не беспокойтесь. Я живу одна.

— В разводе?

Эмили вспыхнула, но, взглянув ему в лицо, не прочла в нем ничего обидного и, усилием воли успокоив себя, ответила:

— Нет, вдова. Ричард погиб. Почти три года назад.

— Извините за бестактные вопросы, — не сразу отозвался Стивен. - Мне очень жаль.

Эмили передернула плечами и, стараясь не выдавать волнения, пробормотала:

— Все в порядке. Ну вот мы и приехали.

Фары осветили знакомые деревья, увитую плющом арку над калиткой, гравиевую дорожку. Стивен вышел и, обойдя машину, распахнул Эмили дверцу. Он стоял, держа в одной руке пакеты с покупками и возвышаясь над ее малолитражкой как скала. Эмили вышла из машины и увидела, что она меньше его на целую голову, а ведь она и сама не Дюймовочка.

— Теперь понятно, почему вы выбрали себе столь миниатюрный автомобиль, — с улыбкой заметил он, глядя на нее сверху вниз. — И где вы только такой откопали? Может, сделали на заказ?

— Угадали. Причем за безумные деньги, — подыграла ему Эмили. — Милости прошу! — Она жестом пригласила его следовать за собой и пошла к крыльцу.

Деревянные ступени прогибались под его тяжестью. Эмили впустила гостя в дом и зажгла свет. Старинная лампа на окне мягко осветила обстановку, свидетельствующую о хорошем вкусе хозяйки дома.

Гостиная была выдержана в приглушенных бежево-розовых тонах, что прекрасно оттеняло благородную гамму цвета дорогого персидского ковра, прикрывавшего добрую половину натертого до блеска дубового паркета. У камина стояли два кресла с высокой спинкой, у стены напротив — диван с горой расшитых шелком подушек. Два стула в стиле принцессы Анны — предмет гордости Эмили — были куплены на аукционе антикварной мебели. А изящный кофейный столик и китайская ваза — подарок Ричарда к годовщине свадьбы. В эркере красовался стильный торшер на бронзовой ноге, эффектно подсвечивая ухоженные комнатные растения.

Эмили поймала свое отражение в зеркале над камином. Рядом с Портером она казалась серой мышкой. Высокая, но хрупкая и узкокостная. Лицо бледное, в больших светло-карих глазах прячется печаль — если не сказать, тоска, — чуть вздернутый нос с веснушками, губы красиво очерченные, но блеклые, словно безжизненные, темно-русые волосы собраны в скромный хвостик... Ну ничего: зато в следующей жизни непременно буду голубоглазой блондинкой с роскошным бюстом! — усмехнулась про себя Эмили.

— У вас очень красивый дом, — негромко сказал Стивен и на миг приобнял за плечи. — И такой уютный!

Подобная фамильярность вывела Эмили из состояния равновесия. У нее было такое ощущение, словно она пытается вспомнить вчерашний сон, но все никак не может. Вернулись лишь чувства, но не образы.

— Спасибо, — с ледяной вежливостью ответила она.

Однако Стивен не придал ее холодности значения. С любопытством обошел гостиную, полюбовался видом из окна, даже заглянул в кухню, а потом вернулся в холл и положил руку на перила лестницы, ведущей на второй этаж.

— Хотите осмотреть весь дом? — с видом утомленного гида спросила Эмили.

Стивен с улыбкой кивнул.

— Если откровенно, меня интересует комната для гостей.

— Комната для гостей по коридору слева. Напротив спальня. А ванная — увы! — всего одна, прямо по коридору. — Эмили помолчала. — Может, хотите кофе? — Заметив в его глазах интерес, она тут же сменила тактику: — Впрочем, раз вы так устали, вам лучше сразу лечь спать.

Он с готовностью кивнул.

— Я так и сделаю. — Он начал подниматься, но остановился и, глядя ей в глаза, тихо сказал: — Спасибо вам за все, Эмили. Я ваш должник.

— Ничего, сочтемся! — Она лукаво улыбнулась. — Давайте мне время от времени чаевые. И побольше.

Стивен смотрел на нее со странным выражением восторга и смущения. И Эмили вдруг осенило: да ведь его история - сплошное вранье. От начала и до конца. Ну и черт с ним! — подумала она, а вслух сказала, как и подобает радушной хозяйке:

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Эмили.

Через полчаса она сидела на кухне, на столе остывал кофе: ей надо было разобраться в своих чувствах. Что с ней происходит? Она привыкла считать себя женщиной уравновешенной и рассудительной. Тогда зачем притащила в дом незнакомого мужчину, да еще позволила остаться на ночь?

Эмили поймала себя на том, что не может ни о чем другом думать. А ведь она даже толком ни о чем с ним не договорилась. Сколько времени он здесь пробудет? И вообще, кто он такой? Что она о нем знает? Да ничего! Какой-то Стивен Портер. Ну и что дальше? Его, видите ли, все знают, потому как он произвел сенсацию. Какую еще сенсацию? И теперь все за ним охотятся. Чушь собачья! Хотя репортеров на самом деле была целая свора...

Эмили прекрасно понимала, что на все ее вопросы мистер Портер отвечал уклончиво. Но самое удивительное в том, что собственное сумасбродство почему-то ее больше не тревожило. Незнакомец определенно внес в ее жизнь свежую струю. После гибели Ричарда она замкнулась в своем одиночестве и сегодняшнее приключение полностью выбило ее из колеи.

Эмили совсем недавно начала смиряться со смертью мужа — и то благодаря усилиям верной подруги Либби и коллеги Эрни Скотта. Она даже стала встречаться с Эрни по субботам, но... Эрни, вне всякого сомнения, отличный малый, но для нее он всего-навсего добрый друг. Не более того. Во всяком случае, в его обществе Эмили никогда не загоралась так, как от прикосновений этого случайного пассажира. А теперь еще и гостя.

Вновь и вновь Эмили искала ответ на вопрос: каким образом Стивен Портер вошел в ее жизнь? Хотя имя у него тоже наверняка вымышленное.

Ну ладно, хватит об этом! — одернула себя Эмили, возвращаясь к недопитому кофе. Пора собираться на работу.

Утро вечера мудренее, уговаривала себя она. И вообще, когда она вернется, никакого Стивена Портера уже не будет. Он исчезнет из ее жизни без следа. Будто его и не было.

Стоило Эмили прийти на дежурство, как ей стало не до Стивена Портера. У нее не было ни одной свободной минуты. Два ДТП, ножевое ранение, попытка самоубийства... Эмили крутилась в самой гуще людских несчастий и к концу смены еле держалась на ногах. Из-за незваного гостя она не успела выспаться, глаза слипались, а ей с Либби еще предстояло заполнить целый ворох медицинских карт.

Эмили попыталась взбодриться с помощью кофе, и, казалось, ей это удалось, но, как только она села за бумаги, ее снова неудержимо стало клонить в сон. Она потрясла головой и взялась за работу. Хорошо еще, что Хилари Стоун, ночная дежурная, по обыкновению зачитывала вслух наиболее интересные, с ее точки зрения, новости светской хроники. Однако силы Эмили были на исходе, и голоса Хилари и Либби доносились до нее словно издалека.

— Вот это да! - заверещала вдруг Хилари. - Нет, вы только посмотрите! С ума сойти!

Эмили выронила ручку и проснулась, тупо глядя на незаполненные бланки.

— Нет, Либби, ты только глянь! Вот это мужик!

— А то я мужиков не видела! — фыркнула Либби.

— Таких точно не видела. Обалдеть!

Либби неохотно встала, заглянула через плечо Хилари в газету и тут же завопила:

— Эмили, иди сюда! Нет, ну этот и впрямь супер! А с новой прической он стал еще симпатичнее, да?

— Не скажи. Лично мне он раньше больше нравился, — возразила Хилари. — У него была такая шикарная шевелюра, усы и борода... Обожаю мужиков с бородой! — Она мечтательно закатила глаза. - Это очень сексуально...

— А я считаю, что так Стиви Стэффорд еще красивее. И мужественнее.

Эмили стоически боролась с зевотой, слушая вполуха, но неугомонная Либби втянула в разговор и ее:

— Эми, а ты что скажешь? Как тебе новый имидж красавчика Стиви?

— А кто это? — рассеянно отозвалась она.

— Как это кто?! — возмутилась Хилари. — Ты что, не знаешь, кто такой Стиви Стэффорд?

— Не знаю.

— Ну тогда посмотри!

Эмили со стоном поднялась и подошла к другому плечу Хилари. Красный ноготок Либби упирался в колонку «Публичные люди».

— Он сбрил бороду и постригся для нового проекта. Снимать будут где-то на островах. Не то в Полинезии, не то на Мальдивах... Одним словом, «Затерянный рай». - Хилари перевела дух. - Я прямо обалдела. Ну просто другое лицо! А с бородой ему все-таки лучше!

Эмили перевела взгляд на фотографию — и ноги у нее подкосились. Хорошо еще, что рядом оказался свободный стул. Ни Либби, ни Хилари ничего не заметили: они с упоением обсуждали своего кумира. Во рту у Эмили пересохло, перед глазами поплыли темные круги.

В популярном телеведущем она узнала своего ночного гостя.

2

Эмили возвращалась домой словно во сне. Неужели у нее дома Стиви Стэффорд? Нет, так не бывает! Любимец публики, популярный ведущий компании «Бритиш сателлайт бродкастинг», победитель национальных конкурсов развлекательно-познавательных телепрограмм и так далее и тому подобное...

Она не имела обыкновения припадать к телеэкрану, но иной раз смотрела нашумевшую программу «Он и Она» и должна была признать, что ведущий мастерски эквилибрировал на зыбкой грани и управлял аудиторией, блистая юмором и красноречием.

Прекрасные внешние данные, редкое сочетание физической силы и интеллекта плюс чувство собственного достоинства никого не оставляли равнодушным. Даже критики бросили пару одобрительных фраз в адрес ведущего и автора в одном лице.

Третий год программа выходила во время массового просмотра, и ведущий стал знаменитостью. Ему завидовали, им восхищались, каждый его шаг сторожили журналисты...

А сейчас этот телебог изволит почивать у нее дома! Хорошо, что она не проболталась на работе! И хорошо, что увлеченные беседой Хилари и Либби не заметили ее смятения.

Эмили решила хранить молчание и дальше. Хотя бы до тех пор, пока не объяснится с ним начистоту. Впрочем, зачем ей объясняться со Стиви Стэффордом? И вообще, как себя с ним вести? Как разговаривать? И о чем?!

Накануне вечером она с ним общалась запросто, но она понятия не имела, с кем имеет дело. А сегодня... Нет, это просто мыльная опера! Телебог и медсестра. Да он для нее все равно что инопланетянин!

Не успела Эмили открыть дверь, как сразу увидела его — Стивена Портера. Стиви Стэффорда. Он стоял у лестницы, словно ожидая ее возвращения. Выглядел он на редкость опрятно, и лишь щетина на лице выдавала, что сегодня он ночевал не дома.

Эмили никак не могла взять в толк, почему не узнала его сразу. Особенно глаза — глубокие и лучистые... С экрана казалось, будто они обращены именно на тебя и заглядывают прямо в душу. А сейчас они на самом деле смотрят на нее. И с восторгом! У Эмили подкашивались ноги, но она умудрилась собрать волю в кулак и сурово спросила:

— Почему вы сразу не сказали, что вы это вы? Я...

Больше она ничего не успела сказать. Внезапно Стивен протянул руки и шагнул к ней так, словно ждал ее всю свою жизнь.

— Эмили! — И, не дав ей возможности продолжить, заключил ее в объятия и поцеловал в губы.

Эмили возмущенно отбивалась. Какого черта?! Вот наглец! Думает, что ему все дозволено! Она у себя дома, а не в телестудии на очередных съемках!

Она сейчас же выставит из дома этого нахала. Она не маленькая девочка и не его фанатка! И терпеть подобной фамильярности не станет. Эмили вырвалась и занесла руку, чтобы залепить ему пощечину, но рука безвольно повисла в воздухе.

Она почувствовала, что все ее тело охватило пламя, голова пошла кругом, ноги стали как ватные... Стивен снова притянул ее к себе, и от его объятий у Эмили перехватило дыхание. Она ощущала тепло его сильных рук и груди, и внезапно ей стало спокойно, словно она была под его защитой. Он снова прижался к ее рту губами — такими мягкими и в то же время настойчивыми, — и они снова парализовали ее волю. А когда Стивен взял ее лицо в ладони, Эмили, обессилев, закрыла глаза и потеряла счет времени.

— Эмили, у тебя есть друг? — внезапно прошептал он ей на ухо.

Она распахнула глаза. Жар его дыхания щекотал ей шею, а сердце колотилось так, что он наверняка слышал. Она подняла глаза и, увидев его пристальный взгляд и чарующую улыбку, потянулась к нему. Зрачки его глаз расширились, и он перевел взгляд на входную дверь, словно подавая ей сигнал.

Эмили обернулась и от неожиданности чуть вздрогнула. На пороге стоял Эрни Скотт и во все глаза пялился на них. Да, денек обещает быть бурным! Из окна виднелся велосипед Эрни, прислоненный к перилам крыльца.

Эрни жил неподалеку, и в том, что он заглянул без приглашения, не было ничего необычного. Да и откуда он мог знать, что сегодня его визит расстроит ее планы? Тем более у нее их давным-давно не было. И нет. Или есть?! Увидев на добродушной физиономии Эрни смущение, Эмили испугалась.

Она совершенно запуталась в своих чувствах и разозлилась. На Эрни — за то, что явился не вовремя (можно себе представить, что теперь подумает о ней Стивен!), и на себя — за то, что попала в такую дурацкую ситуацию. Ну и что теперь делать?!

Эрни неловко топтался у двери. Эмили утратила дар речи, а Стивен как ни в чем не бывало взял инициативу в свои руки.

— Извини, что не позвонил. — Он говорил так искренне, что Эмили ему почти поверила. — Просто у меня неожиданно высвободилось время, вот я и решил сделать тебе сюрприз.

— И тебе это удалось! — подыграла она ему, чуть задыхаясь от волнения и... разочарования. Стивен решил, что у нее с Эрни роман, и разыгрывает комедию, а ей лишь остается принять предлагаемые правила игры. Исключительно ради Эрни. Она отстранилась было от Стивена, но тот не отпускал ее. — Эрни, позволь представить тебе... — смущенно пробормотала Эмили. — Это...

— А мы уже познакомились! — непринужденным тоном сообщил Стивен. — Я как раз рассказывал Эрни, как мы с тобой встретились в первый раз.

А это уже интересно! И как же они встретились? Где и когда? Ей-то казалось, будто только вчера.

— Кстати, Эмили, а ты помнишь, что со дня нашей первой встречи прошло ровно три месяца? Забыла! - Он обернулся к Эрни и сверкнул белозубой улыбкой. - Обидно... Сердце красавицы склонно к изме-е-не и к перемене, как ветер мая! — дурашливым тоном пропел он и, снова повернувшись к Эмили, сказал: — А ты не писала мне, что Эрни врач. Знаешь, а ведь я ему завидую.

— Завидуешь? — эхом повторила она.

— Ну да, ведь я с детства мечтал стать врачом. Разве я тебе не говорил?

— Нет, не говорил, — чуть слышно пролепетала Эмили.

Ее охватил жар. Она отстранилась и сделала вдох, чтобы успокоить расшалившиеся нервишки. Повернулась к Эрни и прочла в его глазах все тот же вопрос: где я мог видеть этого парня? А она-то чуть не ляпнула: познакомься, Стиви Стэффорд.

Между тем Стивен без умолку говорил, рассказывая о себе. Как выяснилось, он преуспевающий бизнесмен, занимается импортом-экспортом и в Лондоне бывает наездами. Эмили молча слушала, решив разоблачить его, когда он окончательно выдохнется. Однако, судя по всему, врать Стивен был горазд! Впрочем, если задуматься, то это не самый тяжкий грех для знаменитостей — ведь он всего лишь хочет побыть инкогнито, хотя бы ненадолго.

— Степени у меня нет, — поведал Стивен. — Но я окончил бизнес-школу.

Хотя бы тут не солгал. Эмили успела прочитать его интервью. Похоже, Стивен может вывернуться из любой ситуации.

— Эрни, а почему бы вам не выпить с нами кофе? — предложил он.

— Нет-нет, спасибо, но я... - Эрни попятился к двери. Рядом со Стивеном он казался мелким и щупловатым. — Я просто ехал мимо и решил проведать Эмили. — Он повернулся к ней. — Забыл, что сегодня ты в ночную.

— Нет, Эрни, без кофе вы не уйдете! — настаивал Стивен. — Такой божественный кофе умеет готовить только Эмили.

Эмили усмехнулась и, подойдя к Эрни, молча потянула его за рукав назад в гостиную. А проходя мимо Стивена в кухню, на миг остановилась и, ткнув его пальцем в грудь, с лукавой улыбкой включилась в игру:

— Знаешь, Стив, а я бы на твоем месте занялась не бизнесом, а сочинительством. Кофе у меня самый обычный.

Поток «откровений» Стивена продолжился на кухне. Он оказался мастером сочинять правдоподобные истории с логичным концом. Среди всего прочего он поведал Эрни, что впервые встретил Эмили на Уордор-стрит в магазине антикварной мебели. Слушая его повествование, Эмили поразилась глубине его познаний в этой области. Она на самом деле изредка заходила на Уордор-стрит и покупала какую-нибудь безделицу для дома, но не могла и предположить, что у них со Стивеном окажется общее увлечение.

Эмили была рада, что Стивен солирует. Надо отдать ему должное, он ловко обходил скользкую тему своих отношений с хозяйкой дома. Вид у него был одновременно веселый и серьезный. Несколько раз словно невзначай он касался руки Эмили. В общем, весьма достоверно изображал роль заботливого, но часто отсутствующего любовника, которому приятно говорить с возлюбленной о ней самой.

Эмили узнала, что они ходили с ним в театр и на симфонические концерты. И даже в итальянский ресторан. Стивен одобрял ее дружбу с Эрни и хотел бы, чтобы во время его отъездов она проводила больше времени в компании Эрни, поскольку тот ему глубоко симпатичен.

Эмили чувствовала себя не в своей тарелке, потому что, на ее вкус, выдумка Стивена была грубовата. Она прекрасно понимала, что потом, когда все станет на свои места, ей будет нелегко объясниться с Эрни.

Каждый раз, когда Стивен смотрел на нее влюбленными глазами, Эмили чувствовала, как по телу разливается приятное тепло, и эта зависимость ее бесила.

У входной двери Эрни пожал руку Стивену и дежурно чмокнул Эмили в щеку.

- Спасибо, что зашел, - приветливо улыбнулась Эмили и покраснела. Ей пришло в голову, что она все время сравнивает Эрни со Стивеном, и сравнение это явно не в пользу первого. — Увидимся завтра на работе. Пока.

— Пока, — пробормотал Эрни, покосился на сияющего Стивена и вышел.

Как только они остались одни, Стивен положил руки на плечи Эмили и уже совсем другим тоном сказал:

— Извините за нахальство, но я страшно проголодался. Может, предложите мне что-нибудь, кроме божественного кофе?

Она кивнула, чувствуя, как отдаляется от него.

— Разве что сандвичи и яичницу-глазунью... У нас готовил Ричард.

Для мужа готовка была своего рода отдыхом и страстным увлечением. За три года, пока они были женаты, Эмили поправилась на семь килограммов. Ричард этим фактом гордился и уверял, что она стала очень и очень аппетитная... После его смерти Эмили похудела на десять килограммов, если не больше.

При упоминании о Ричарде Стивен напрягся, и Эмили, воспользовавшись моментом, выскользнула из плена его рук и пошла в холл за сумкой.

— Мистер Стэффорд, ответьте мне на один вопрос, - тоном прокурора сказала она, разбирая сумку на кухне. — Вы знаете, что вы великий импровизатор? — Она выпрямилась и подняла на него глаза.

— Что-что? — переспросил он с легкой улыбкой, входя вслед за ней.

— Я говорю, вы очень естественны в импровизации, — сердитым тоном повторила она.

Оставшись наедине со Стэффордом, Эмили чувствовала неловкость и смущение. Ее жизнь - такая размеренная и уединенная — за какие-то несколько часов превратилась в хаос. Эмили любила во всем порядок и ясность, а этот тип вторгся в ее жизнь и поставил под угрозу весь ее тщательно организованный и выстроенный мир.

— Что делать? — Стивен развел руками. — Работа у меня такая...

Вот именно! Разве можно верить такому человеку? Единственное, что ему надо, — это сохранить свою тайну. И в этом она ему уже помогла. А теперь самое время указать ему на дверь: она устала от его самоуверенной напористости. Но он смотрел на нее с такой чарующей улыбкой, что решимость Эмили дала трещину.

— Ну так как насчет завтрака? — И он снова улыбнулся. — Знаете что? А давайте-ка лучше махнем в ресторан!

— В мой любимый итальянский? — ехидным тоном уточнила Эмили.

— Можно и в итальянский! — хохотнул он. — Как скажете!

— А вы больше не боитесь журналистов? — удивилась она.

— Боюсь. Но ради вас, Эмили, я готов на все. — Он прижал руку к сердцу. — Вы спасли мне жизнь.

— Ну положим, не жизнь, а костюмчик... Порвали бы на сувениры. — Она колебалась. — А вдруг сегодня будут еще какие-нибудь сюрпризы?

— Нет, Эмили! Клянусь честью, больше сюрпризов не будет.

Она усмехнулась.

— А кто это говорит? Стивен Портер, Стиви Стэффорд или кто-то еще, с кем я пока не знакома?

Эмили выбрала небольшое уютное кафе в парке. Когда-то здесь была дешевая забегаловка, но сменился хозяин — и заведение чудесным образом преобразилось. Меню здесь было разнообразным, обслуживание быстрым и незаметным.

В кафе было довольно людно. Эмили углядела свободный столик у окна и направилась к нему. За окном сияло солнце, но буйная растительность смягчала яркий свет.

— Видите? Никто на меня даже внимания не обратил. — Стивен изобразил на лице глубокую печаль и отодвинул для Эмили стул. — Даже обидно. Неужели здесь меня никто так и не узнает?

— Не беспокойтесь, сейчас узнают! — возразила она. - Вот только просмотрят газеты, и вам будет не до шуточек.

Стивен улыбнулся, и в его глазах зажглись озорные искорки. Эмили смотрела на него, и ее не оставляло ощущение, будто она видит сон.

Подошла официантка и, задержав взгляд на Стивене, предложила меню. Он сидел спокойно, но Эмили заметила, как у него напряжены плечи.

— Почему вы не сказали мне правду? — спросила она, как только их обслужили. — Зачем надо было темнить?

— Не знаю... — Он пожал плечами. — Просто захотелось побыть инкогнито. Мне так понравилась ваша компания, что я побоялся рисковать.

— Побоялись? — Эмили округлила глаза. — Чего? Не понимаю...

— Вам трудно это понять, но когда тебе нельзя спокойно зайти в магазин или заправить машину, то... - Он вздохнул. — Понимаете, все жаждут видеть во мне совершенство. Этакого остроумного джентльмена с безупречной репутацией, постоянно в хорошем настроении и наилучшем виде. - Он помолчал и, заглянув ей в глаза, спросил: — Признайтесь, Эмили, ведь сегодня вы уже не та, что прошлой ночью. Эмили отпила глоток сока и возразила:

— Ночью я дала пристанище человеку, который в нем нуждался. А когда позже узнала, кто вы на самом деле, конечно же удивилась, однако не обольщайтесь! Это не явилось главным событием дня.

— Правда? - обрадовался Стивен. - Вы на самом деле так считаете?

— Да. — Эмили вспомнила, как у нее замерло сердце, когда она узнала его на фотографии в газете, и сочла нужным добавить: — Просто я терпеть не могу сюрпризов. И не люблю, когда меня вовлекают в игру без моего согласия. — Она взглянула на него с упреком. — По вашей милости мне еще предстоит объясняться с Эрни. И вообще, я не люблю, когда мне навязывают роль Алисы в Стране Чудес.

— Эрни отличный малый, - заверил ее Стивен, подняв как заздравную чашу стакан с апельсиновым соком. — Он все поймет.

— А если не поймет? — Бессонная ночь давала себя знать. — Как у вас все легко!

Стивен удивленно вскинул бровь.

— Но ведь вы не собираетесь выходить за него замуж?

— А вы что, собираетесь меня отговаривать?

— Не ловите меня на слове. Эрни мне на самом деле понравился, только вам он не подходит.

— Не подходит? И чем же, если не секрет?

— Вы оба слишком серьезные. А к жизни, Эми, надо относиться легко. — И он расплылся в улыбке. — Берите пример с меня. Вчера я для разнообразия побыл бесприютным бродягой, — дурашливым тоном добавил он, явно намереваясь обратить все в шутку.

— Спасибо за участие. И за совет, — без тени улыбки парировала Эмили. — Только я в нем не нуждаюсь. Уж как-нибудь сама проковыляю по своей жизни.

— Что плохого в том, что я высказал свое мнение? — искренне изумился Стивен. — Хороший совет дорогого стоит.

Эмили слишком устала, чтобы разбираться, шутит он или нет.

— А с чего вы взяли, будто ваш совет хорош? И вообще, разве я просила у вас совета? — Она фыркнула. — Мне казалось, мы пришли завтракать, а не состязаться в острословии. Приберегите ваше красноречие для прямого эфира.

Стивен нахмурился, но в его глазах по-прежнему плясали чертики.

— Эми, я не хотел вас обидеть. Просто мне показалось, что вам в жизни не хватает сюрпризов. Может, это нескромно, но, я считаю, вам здорово повезло, что мы с вами встретились. Думаю, я спасаю вас от скуки.

Эмили открыла было рот, чтобы достойно ответить, но внезапно поняла: Стиви Стэффорд провел ее, словно малолетнее дитя. Господи, ну зачем она притащилась с ним в кафе? Какого черта сидит и поддается на все его провокации? Что теперь будет с ее не слишком разнообразной, но хорошо налаженной жизнью?

Решительно отодвинув тарелку с омлетом в сторону, Эмили поднялась и вышла из-за стола.

— Извините, но мне... — Она запнулась, пропуская официантку с подносом, не сводившую глаз со Стивена. Эта дурочка еще не знает, кому строит глазки! — усмехнулась про себя Эмили. Думает, просто красивый посетитель. Да если бы она знала, что перед ней сам Стиви Стэффорд, зашлась бы от восторга. — Пойду припудрю нос. — И она удалилась в дамскую комнату.

В туалете Эмили села на диванчик и просидела несколько минут. Нет, она слишком устала, чтобы играть в подобные игры.

И вообще, играть не в ее характере. Кто она и кто он? Стиви Стэффорд вращается совсем по иной орбите, а то, что они встретились, чистой воды случайность. У них нет ничего общего.

Эмили встала и посмотрелась в зеркало. Лицо бледное, глаза воспаленные, под глазами круги... Губы бескровные, волосы собраны в скромный хвост, костюмчик «прощай, молодость»... Она невесело хмыкнула. Резкий звук эхом отскочил от черных кафельных стен. Неужели Стиви Стэффорд целовался с этим привидением? Бред!

Ну ладно! Поиграли - и будет! Он пригласил ее на завтрак в знак благодарности, а потом исчезнет в голубой дали, оставив ее позади вместе со всеми ее скучными проблемами. Если повезет, в каком-нибудь интервью упомянет, как спасся от толпы журналистов, запрыгнув на светофоре в машину к незнакомой женщине. И Эмили придется рассказывать эту историю для всех тех, кто еще не в курсе. Нет, нужно как можно скорее отвязаться от этого небожителя.

Когда Эмили вернулась к столу, Стивен с озабоченным видом поднялся навстречу.

— Все в порядке?

Она улыбнулась:

— В полном.

Молодец, Эмили! — похвалила она себя. Так и надо: спокойно, без надрыва... Вот что значит профессионализм! Хорошая медсестра «скорой помощи» должна сохранять невозмутимость при любых обстоятельствах. Однако ощущение нереальности все еще не оставляло ее.

— Просто немного устала. Бессонная ночь плюс утренние сюрпризы...

— А вы представьте себе, что я Стивен Портер, - игривым тоном предложил он. — Пожалуй, так будет лучше.

Эмили помотала головой и вернулась к своему остывшему завтраку.

— Еще один бесценный совет? — с ехидцей спросила она. — Спасибо, но можете со спокойной душой оставаться Стиви Стэффордом. Как-нибудь потерплю. — Она изящно разделалась с омлетом и принялась за ветчину. — У меня, знаете ли, железные нервы. Работа такая...

Эмили наконец обрела долгожданное равновесие, а Стивен чуть нахмурился и медленно проговорил:

— Вы медсестра. Эрни сказал, вы принимаете больных в отделении «скорой помощи».

— Совершенно верно. — Она бросила на него быстрый взгляд. - А вы думали, что я целый день раскатываю по Лондону и подбираю странных типов?

Стивен с облегчением улыбнулся.

— Жаль, что я раньше не был знаком с медсестрами «скорой помощи»!

Не моргнув глазом, Эмили встретила его взгляд, чуть подалась вперед и с расстановкой проговорила:

— Тут по сценарию мне нужно сказать: «Какое совпадение! А я раньше не была знакома со звездами телеэкрана!»

Стивен расхохотался.

— Один — ноль в вашу пользу! Знаете, Эмили, я бы с превеликим удовольствием пригласил вас к себе на передачу! Вы просто находка. Особенно для прямого эфира.

— Спасибо, я подумаю. — Эмили улыбнулась, но почувствовала, что у нее дрожат колени. Надо держать ухо востро. С каждой минутой ей все труднее и труднее противостоять обаянию его улыбки. — И все-таки, Стивен, почему вы вчера так панически бежали от журналистской братии? Ведь вам не впервой с ними общаться.

Он молчал, помешивая кофе, и в его глазах сквозило лукавство.

— А почему вы думаете, что я вам так все и выложу?

— Хотя бы потому, что я не разоблачила вас, когда вы строили из себя Стивена Портера.

— Что я говорил? Вы получаете удовольствие от общения со мной, — улыбнулся он. — Вот увидите! Ваша жизнь станет разнообразнее и интереснее. Горизонты расширятся.

— Вы опять за свое! — Эмили грохнула чашкой о стол. — Думаете, раз я живу в непрестижном районе и работаю медсестрой, моя жизнь лишена всякого интереса и смысла? — Глаза у нее потемнели от гнева. — Да будет вам известно, я не ждала вас всю свою жизнь. И не мечтала о том, что вы явитесь и превратите мое бесцветное существование в сказку. Похоже, вы перекушали хвалебных отзывов о себе. И начали им верить!

— Патриция Пембертон, — отчетливо произнес он, прерывая поток ее красноречия.

— Что-что? — Эмили в недоумении захлопала ресницами.

Он улыбнулся и, подавшись вперед, тихо произнес:

— Вы спрашивали, почему я вчера панически бежал от журналюг. Дело в том, что Патриция и я... Она наконец получила развод, и мы с ней...

— Сама Патриция Пембертон! Вот это да!

Стивен улыбнулся.

— Только пока об этом никто не знает. И не должен узнать.

Патриция Пембертон, первая леди английского театра... Журналисты прозвали эту величественную блондинку с аристократическими манерами Снежной Королевой за красоту и жесткий нрав. До недавнего момента она являла собой образец жены и матери и ее имя никогда не попадало в скандальную хронику желтой прессы. А теперь, выходит, она развелась...

Эмили отчетливо вспомнила вкус поцелуев Стивена и почувствовала, что... Нет, этого не может быть! Неужели она ревнует?! Эмили ужаснулась и постаралась отогнать неприятную мысль прочь.

— У вас отменный вкус, — сказала она, глядя на него широко раскрытыми глазами. — Это будет союз века.

Стивен нахмурился:

— Патриция получила развод на днях. Так что форсировать события мы не собираемся. К тому же у нее сын-подросток. Трудный возраст... — Он вздохнул. — Одним словом, огласка сейчас ни к чему.

Эмили понимающе улыбнулась.

— Это верно, только вряд ли вам удастся долго сохранять это в тайне.

Когда они двинулись к выходу, посетители наконец-то узнали Стиви Стэффорда. Эмили первой услышала за спиной возбужденный шепот. С каждой секундой он все усиливался и скоро перерос в гул. И вот уже дорогу им преградила тучная дама неопределенного возраста.

— Вы Стиви Стэффорд?! - обмирая от восторга и пожирая его глазами, вопросила она низким контральто. — Вы мой кумир! Я мечтаю получить ваш автограф.

Стивен повернулся к ней, и Эмили ахнула. В мгновение ока он преобразился в этакого очаровашку: улыбался, демонстрируя все тридцать два зуба и предъявляя всем знаменитые ямочки на щеках, изящно и с достоинством склонил голову и промурлыкал что-то в ответ на восторженные комплименты своей поклонницы.

В считанные минуты его обступила плотная толпа. Протискиваясь к выходу, Стивен быстро пожимал руки, черкал автографы на салфетках и меню и сыпал остротами направо и налево. Эмили пробиралась к двери вдоль окон, благодаря судьбу за свою субтильность.

Выскользнув наружу, она чуть ли не бегом направилась к своей машине. Стивен пятясь выходил из кафе. Она подогнала машину поближе, кумир завалился на сиденье, и она включила четвертую передачу.

— Захватывающее представление! — заметила Эмили, когда преследователи остались далеко позади. — И до чего же ловко вы с ними управляетесь!

— Еще бы! У меня большая практика, — без особой радости ответил он.

— Куда вас отвезти?

— В отель «Линда».

Когда они подъехали к отелю, Стивен повернулся к Эмили и тихо сказал:

— Вы настоящий друг. Даже не знаю, как мне вас отблагодарить.

Он потянулся к ее руке, и Эмили, испугавшись, что не сумеет совладать со своими чувствами, не удержалась от колкости:

— Ну что вы! Это я должна вас благодарить. Хотя бы за советы.

Он болезненно поморщился.

— Каюсь! Был не прав.

— Ладно. Раньше у меня не было знакомых телезвезд. Для первого знакомства вы не так уж и плохи.

Он просиял, а потом подвинулся к ней и, глядя в глаза, тихо сказал:

— А я впервые в жизни запрыгнул в машину к прекрасной незнакомке. И мне несказанно повезло. Спасибо вам, Эмили!

От удовольствия она вспыхнула, а он наклонился к ней, порывисто поцеловал в губы и вышел.

Эмили еще какое-то время сидела в машине, чувствуя вкус его губ, и все смотрела на дверь, за которой он скрылся. Внезапно она ощутила жуткую слабость и недовольство собой. Ну вот и все: пора возвращаться в свой пустой дом и продолжать безрадостную жизнь.

3

Проснулась Эмили вечером. Первое, что она сделала, — включила телефон. А потом занялась Томми — полосатым старым котом и всеобщим любимцем. Он жил сам по себе, столуясь по очереди во всей округе. Сегодня он осчастливил Эмили и теперь путался под ногами, оглашая тишину дома требовательным мурлыканьем.

Томми не пришел в восторг, когда в самый разгар подготовки трапезы зазвонил телефон. Эмили отложила консервный нож и сняла трубку. Кот гневно взвыл и боднул ее в ногу.

— Потерпи, старый плут! — одернула его Эмили. — Слушаю?

— Старый плут? — хохотнула на том конце провода Либби. — Ну какой же он старый? В самом соку! Эми, какого черта?! Я названиваю тебе третий час. Давай колись, чем это вы там занимаетесь? А еще лучше пригласи меня в гости! — без умолку трещала она. — Тоже мне подруга!

— Либби, о чем это ты? Я только что проснулась, а телефон был отключен. В данный момент кормлю Томми, а ты мне мешаешь...

— Только что проснулась? Знаешь, который теперь час, Спящая Красавица? — возмутилась подруга. — Смотри, проспишь своего принца.

— Либби, в чем дело? Что, нельзя после смены выспаться? — Эмили легонько шлепнула Томми, который поднялся на задние лапы и плотоядно взирал на полуоткрытую банку с кошачьими консервами. — Объясни толком и не части.

На другом конце провода раздался тяжкий вздох — словно Либби набиралась терпения для разговора с упрямым и лживым ребенком. Эмили представила себе, как она закатывает свои голубые глазищи, и невольно улыбнулась.

— Эми, мы с тобой не первый год дружим, - начала издалека Либби. — И прошли вместе огонь и воду, так?

- Так. Если можно, давай поближе к делу, а то Томми ждет, пока я его накормлю.

— А я жду, пока ты расскажешь мне все про Стиви Стэффорда!

— Вот оно в чем дело! — Эмили вздохнула. — Либби, а почему такая срочность?

— Ну ты нахалка! Хороша подружка! - Либби аж поперхнулась от праведного гнева. — Почему я должна узнавать обо всем от других?

— О чем это «всем»? — уточнила Эмили, и у нее возникло дурное предчувствие.

— Хватит придуриваться! Мне позвонила Кэсси и говорит, мол, включай скорей ящик, там нашу Эмили показывают. Так что выкладывай все начистоту! Я своими глазами видела, как Стиви Стэффорд запрыгнул в твою тачку.

— По телевизору? — глупо переспросила Эмили. - Не может быть!

— Ты что, от счастья двинулась рассудком? Не зли меня, тихоня! — укоряла ее Либби. — Лучшей подруге ни полслова не сказала!

— Но я тогда знать не знала, кто он такой.

Воспользовавшись замешательством хозяйки, Томми влез-таки на стол и засунул мордочку в банку с вожделенным «Вискасом». В другое время он бы получил от хозяйки нагоняй, но сейчас Эмили было не до него.

— Не знала? — усомнилась Либби. — Как это?

— Представь себе, не знала! Я же не пялюсь целыми днями в ящик, как Хилари.

Зная любопытство и напористость Либби, она рассказала о своем приключении со всеми подробностями, не утаив и утреннюю сцену с поцелуем, которую застал Эрни. Наверняка именно он и взбаламутил Либби.

— Стиви Стэффорд тебя поцеловал?! — переспросила подруга чуть ли не с благоговением.

— Поцеловал. И, как видишь, я до сих пор жива, — спокойным тоном ответила Эмили, а у самой от одной мысли об этом по всему телу побежали мурашки.

— Ну что ж, теперь разрежем на куски постельное белье, на котором спал Стиви Стэффорд, и продадим на сувениры. — Либби хихикнула. — Только смотри, без меня не режь! Уже еду.

— Не смешно.

— Эми, а когда он к тебе придет, ты меня пригласишь?

— А он не придет. Стиви Стэффорд вернулся в свою жизнь. И все стало на свои места.

Повисла пауза.

— Ну ладно, - уже спокойнее сказала Либби. — Звони, если что. Пока.

— Спасибо за заботу. Пока.

Эмили положила трубку и взглянула на Томми. Тот успел прикончить всю банку и с довольным видом умывался, развалившись посреди кухни. Эмили не стала омрачать его благодушие воспитательной беседой и занялась своим собственным обедом.

Она чистила овощи, а мыслями снова и снова возвращалась к событиям минувшего дня. Надо быть честной хотя бы с самой собой: а ведь она была счастлива, оказавшись в обществе телезвезды. Как будто добрая фея вознаградила ее за скромную жизнь двенадцатью часами сладкого сна наяву.

Хорошо, что сказка закончилась так же быстро, как и началась. Продлись она дольше, было бы трудно отвыкнуть...

Раздался телефонный звонок, но Эмили решила не снимать трубку. Наверное, Хилари или Кэсси. Она выдворила Томми за дверь, а телефон зазвонил снова. Поколебавшись, Эмили все же подняла трубку.

— Миссис Грин? Добрый вечер. Я из «Новостей», — сообщил бойкий мужской голос. — Что вы можете сказать о ваших отношениях со Стиви Стэффордом?

Эмили вздохнула.

— Я помогла ему избавиться от ваших коллег. Только и всего. До свидания.

С обедом пришлось повременить: телефон трезвонил без умолку. К пятому звонку Эмили уже с трудом сдерживалась. Скрипя зубами, она приготовилась повторить заученную фразу, но ее прервали:

— Извините, миссис Грин, но мы только что говорили с мистером Стэффордом. Он уверяет, что вы познакомились на антикварном аукционе полгода назад и с тех пор регулярно встречаетесь. Надеемся получить от вас интервью для прямого эфира в вечерних «Новостях». Наш корреспондент будет у вас минут через пятнадцать.

Эмили утратила дар речи.

— Миссис Грин? — забеспокоились на том конце провода. — Вы меня слышите?

Зазвонили в дверь. Эмили вздрогнула и перевела взгляд на дверь.

— Миссис Грин?

— Слушаю. Только никакого прямого эфира не будет, — отрезала она. — А за подробностями, — голос у нее дрогнул, — обращайтесь к мистеру Стэффорду.

А в дверь все звонили. Неужели Либби? Удивительное дело: обычно ей нужно не меньше часа, чтобы «сделать» лицо. Эмили покосилась на часы и похолодела от ужаса: а вдруг это репортеры?!

Крадучись она выглянула из окна. Вроде бы все спокойно: ни камер, ни Либби... У ворот стоит заурядный седан, на пассажирском месте какая-то женщина.

— Кто там? — отважилась спросить Эмили, приготовясь дать отпор любому репортеру.

— Эмили, мне нужно с вами поговорить.

Услышав голос Стивена, она обомлела и распахнула дверь. На этот раз он был в строгом темном костюме, на гладко выбритом лице любезная улыбка, на щеках ямочки.

— Поговорить? — повторила она, задыхаясь от возмущения. - Надо думать, в прямом эфире?! Как мило! И о чем же? Ах, ну да, как же я забыла! О нашей с вами давней связи!

— Эмили...

— Да как вы смеете! Собственно, кто вы такой? — негодовала она. — Разве я дала вам повод обращаться со мной подобным образом?

— Эмили, не надо сцен, — спокойно сказал он. — Позвольте мне войти и объясниться.

— Не позволю! — выпалила она. — Убирайтесь! Оставьте меня в покое!

— Но поймите же, я...

— Не хочу ничего понимать! — кипятилась Эмили. — Убирайтесь!

Внезапно она сообразила, что голосок у нее звонкий, а соседи тоже, надо думать, смотрят «Новости». Приставать к ней с расспросами они не стали, но сейчас наверняка припали к окнам и развлекаются за ее счет на полную катушку. Даже ящик включать не надо!

— Заходите, — буркнула она и повернулась к нему спиной, готовясь сражаться за свою честь.

Стивен молча шагнул в дом и закрыл за собой дверь.

— А знаете, когда вы сердитесь, вы...

Эмили молниеносно обернулась и прошипела:

— Молчите!

Он поднял руки кверху и с улыбкой заметил:

— Убейте меня, но я скажу. Вы и в гневе прекрасны.

— Убивать вас я не стану, но постоять за себя смогу. — Она грозно сверкнула глазами. — Скоро придут репортеры и вы в этом убедитесь.

— А я в этом и не сомневался! — Он подошел к дивану. — Можно присесть?

Она молча кивнула и сама села в кресло. После шести часов сна она чувствовала себя гораздо увереннее, жаль только, что не успела принять душ. Внезапно она словно увидела себя со стороны: джинсы, старая ковбойка Ричарда, завязанная узлом на животе, никакой косметики, примятые после сна волосы — одним словом, жалкая картина. Особенно рядом с одетым с иголочки Стивеном.

Он сел на краешек дивана, подавшись вперед и сцепив пальцы в замок, локти на коленях — само внимание. Интересно, кого он играет на сей раз?

— Что у вас с телефоном? — начал он с встревоженным видом. — Я звонил вам несколько часов подряд.

— С телефоном все в порядке, — суровым тоном ответила Эмили. — Просто я спала, а телефон после ночного дежурства я всегда отключаю.

— Ах вот оно что... — Он вздохнул. — К сожалению, репортеры меня опередили, а ведь я хотел сначала посоветоваться с вами. Неловко вышло...

— Значит, вы решили предъявить миру новую версию своей личной жизни? — ледяным тоном осведомилась она.

— У меня возникла прекрасная мысль. И я рассчитываю на вашу помощь.

Он поднялся, пересек комнату и, встав у камина, повернулся к ней лицом. Глаза у него светились воодушевлением.

— Я придумал великолепный отвлекающий маневр.

— Приятно слышать. Только при чем здесь я?

— Как при чем? Именно вы поможете мне отвлечь внимание этой своры от Патриции.

— Вы предлагаете мне роль подсадной утки?! — Она чуть не захлебнулась от гнева. — Нечего сказать, лестное предложение!

Стивен шагнул к ней и сел в кресло напротив.

— Эмили, я предлагаю вам деловое соглашение, — продолжал он, подавшись вперед. — Вы станете на пару недель моей дамой. Я буду водить вас по роскошным ресторанам, вы будете сидеть на лучших местах в любом театре... И вообще, получите все, что захотите. Короче, репортеры будут виться вокруг нас, а Патрицию оставят в покое.

— И вы согласны две недели не видеться со своей Патрицией?

Он улыбнулся, предвкушая скорую капитуляцию.

— Думаю, у меня будет возможность с ней встретиться. Главное — навести ищеек на ложный след.

Эмили опустила глаза.

— И пусть терзают меня на куски.

— Не драматизируйте! Вы прекрасно с ними справитесь. Эмили, прошу вас, выручите меня!

— Проводите политику кнута и пряника?

Стивен засмеялся.

— Неужели вам не хочется потусоваться со сливками общества? Воспринимайте эти две недели как оплаченный отпуск. Выбирайте на свой вкус любые развлечения, а я буду сопровождать вас повсюду. От вас требуется лишь одно — общаться с журналистами. Эмили, вам это по плечу, вы же сами говорили, что умеете за себя постоять. Ну, что скажете?

Какая женщина устоит перед таким предложением? Пройтись рука об руку со Стиви Стэффордом - красивым, умным, обаятельным, общаться со знаменитостями... Да о таком можно только мечтать! А Стивен предлагает все это ей, Эмили! Он сам выбрал ее. Она так устала от того, что все ей сочувствуют. Пусть теперь для разнообразия немножко позавидуют.

А в полночь она будет возвращаться в свой пустой дом... И, когда две недели путешествия в Страну Чудес закончатся, снова останется одна, только дом станет еще более пустым, а тишина еще более звонкой...

Эмили подняла глаза на Стивена, и сердце у нее сжалось. Если он за несколько минут сумел разбередить ей душу, что же будет с ней через две недели? И вообще, какое он имел право за ее спиной наговорить черт знает что журналистам?! Выходит, он ничуть не сомневался в том, что она примет его предложение. Или ему вообще наплевать на ее мнение?

— Эмили, так вы согласны мне подыграть? - с улыбкой спросил он.

Она вздрогнула, словно ее ударили. Подыграть? Нет, ей такие игры ни к чему! Она не хочет пожить пару недель красивой жизнью, чтобы потом еще острее ощутить свое одиночество.

— Нет, — отрезала она, окончательно спустившись с небес на землю.

Стивен погрустнел.

— Эмили, прошу вас, подумайте как следует.

— Стивен, я же сказала, ваше предложение мне не подходит. И вообще, по-моему, вся эта затея просто бред. Вряд ли она понравится Патриции.

— Ошибаетесь. — Он встал и подошел к ней вплотную. — У Патриции пунктик по поводу неприкосновенности личной жизни, так что ей мой план понравился.

— А мне нет! — Эмили гневно сверкнула глазами. — Наймите на эту роль какую-нибудь актрису. Думаю, профессионал здесь намного уместнее.

— Уместнее? — Он стоял, глядя на нее сверху вниз, и от его близости Эмили запаниковала. — Что вы имеете в виду?

Эмили невесело усмехнулась и развела руками.

— Нужно, чтобы все выглядело правдоподобно, верно?

Стивен кивнул.

— Ну а кто в здравом уме и твердой памяти поверит, что какая-то медсестра - последнее сердечное увлечение Стиви Стэффорда?

Стивен осторожно коснулся ее подбородка и приподнял ей лицо так, что Эмили пришлось смотреть ему прямо в глаза, в глубине которых таился смех.

— Эмили, зачем вы себя так принижаете? Не будь вы такой... такой, какая вы есть, я бы выпрыгнул из вашей машины и сбежал куда глаза глядят.

— Сомневаюсь, — не сразу ответила она. — Да вы бы уехали с кем угодно, лишь бы поскорее смыться.

— Хорошего же вы обо мне мнения! — Его глаза стали серьезными. — Эмили, неужели муж никогда не говорил вам, какая вы красивая?

Она отшатнулась и выпалила:

— А вы не слишком деликатны! Вламываетесь в мою жизнь, а теперь еще требуете, чтобы я исключительно ради вашего удобства поработала две недельки подсадной уткой! А меня вы спросили? Мне это не подходит! — Она помолчала и, понизив голос, продолжила: — И вообще, извольте объяснить репортерам, что вы ввели их в заблуждение и до вчерашнего дня мы с вами не были знакомы.

В этот момент раздался телефонный звонок.

— Пожалуйста! Вот вам и карты в руки! — Эмили подошла к телефону, сняла трубку и протянула Стивену.

И в этом была ее трагическая ошибка. С победной ухмылкой Стивен взял трубку и с изысканной непринужденностью произнес:

— Стэффорд слушает. Да, разумеется! Истинная правда. Я вернулся в Лондон только вчера, и ближайшие две недели мы проведем вместе. Эмили возьмет отпуск.

— Какой еще отпуск? Постойте! — возмутилась она, пытаясь выхватить у него трубку. — Говорю вам, я не согласна!

Однако Стивен так и не подпустил ее к телефону.

— Нет, сейчас я уезжаю. Если вы не будете докучать Эмили, обещаю дать вам эксклюзивное интервью. Мы можем обсудить это при первом удобном случае. Скажем, в пятницу. Да, благодарю вас... И вам того же. До свидания.

Эмили была в ярости. Битый час втолковывала ему свои доводы, а он ее снова подставил! Вот наглец!

— А теперь, небожитель, послушайте, что я вам скажу! Думаете, вам все дозволено? — Она уперла руки в боки и начала сверлить его взглядом. — Я не согласна. Понятно? И не уговаривайте меня. Пожалейте свое время. В ваши игры я играть не стану. И хватит об этом.

Выслушав гневную тираду, Стивен молча притянул Эмили к себе. Она даже не успела возразить, только подняла голову и открыла рот — и он закрыл его поцелуем. Она не могла ни дышать, ни двигаться. Тщетно Эмили пыталась бороться с собой: противостоять обаянию несравненного Стиви Стэффорда было выше ее слабых сил.

Внезапно он отстранился и, заглянув ей в глаза, шепнул:

— Эмили, я не хочу, чтобы вы делали это для меня. Сделайте это для себя. Вот увидите — вы не пожалеете. Я позвоню вам завтра. - С этими словами он покинул ее дом.

Казалось, после ухода Стивена прошло всего несколько минут, как снова раздался звонок в дверь. Эмили вздрогнула: она все так и стояла на том самом месте, где он ее оставил. Подошла на нетвердых ногах к двери и отворила ее.

В дом ворвалась Либби. У нее был такой возмущенный вид, только что пар не шел из ноздрей, а в тщательно подведенных и накрашенных глазах полыхало пламя.

— Ну ты и штучка! Хотела задурить мне голову? «А он больше не придет», — передразнила она подругу. — Только меня не проведешь! Я тебе не поверила и правильно сделала! А то бы так и не увидела Стиви Стэффорда.

Эмили смотрела на подругу невидящими глазами. Обе не сговариваясь пошли на кухню.

— Эми, какой же он милашка! Представляешь, остановился и заговорил со мной, словно знает меня всю жизнь! - Либби перевела дыхание. - А знаешь, кто был у него в машине? Сроду не догадаешься!

— Патриция Пембертон, — печально ответила Эмили.

— Точно. А ты откуда знаешь? И почему у тебя такой траурный вид? - Она обняла Эмили за плечи. — Малышка, ты только что общалась с самым обаятельным мужчиной на всех Британских островах!

Эмили подавленно молчала, и Либби на миг прервала свой словесный поток, оглядела подругу и заметила:

— Хотя, застукай он меня в таком затрапезном виде, я бы тоже впала в депрессию! — Возникла минутная пауза. Либби вытащила из сумки пакет с кукурузными хлопьями. — В этом доме найдется молоко? — спросила она и, не дожидаясь ответа, залезла в холодильник, не переставая сыпать вопросами: - А откуда ты знаешь, что с ним была Патриция Пембертон? Нет, обалдеть можно! Снежная Королева, вот это да! Если так и дальше пойдет, то к тебе, того и гляди, прикатит с визитом сама Елизавета...

Эмили невольно улыбнулась. Хорошо, что Либби к ней пришла! Она кого хочешь развеселит.

Эмили была моложе Либби почти на пять лет. Познакомились они в больнице, когда Эмили перешла в отделение «скорой помощи». Либби была высокой, пышногрудой блондинкой с яркими голубыми глазами. Она тщательно следила за собой и даже на работе тайком подправляла маникюр. Гордилась тем, что по крайней мере раз в месяц находит себе новую любовь, и без устали опекала Эмили и всех, кто в этом нуждался.

— Ну что, подруга, выкладывай, почему у тебя такой вид, будто ты только что отправила в последний путь своего ненаглядного Томми? — Либби налила себе молока и, кивнув на лежащие в мойке недомытые овощи, заметила: — А я, как знала, захватила с собой кукурузу и крекеры с сыром. Хочешь?

— Не хочу. Либби, погоди, я отключу телефон. — Эмили выдернула провод из розетки. — Пойдем в гостиную.

— Эми, не испытывай моего терпения! Выкладывай все как на духу!

К тому времени, когда Эмили закончила свой рассказ, прошла половина фильма, который она давно хотела посмотреть. Но Либби не дала ей досмотреть и вторую половину.

— Эми, а у тебя с чердаком точно все в порядке? — спросила она и от возмущения даже вскочила, рассыпая хлопья по ковру. - Как это ты отказалась?! Ты что, не понимаешь, что тебе предлагают?

— Понимаю. — Эмили перевела глаза на экран. — Луну, звезды и небо в придачу. Только я уже большая девочка и знаю, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

— Эми, ты это серьезно?! — Либби округлила свои и без того большие глаза. — Можно подумать, тебе предстоит провести две недели в обществе какого-то там страхового агента. Это же Стиви Стэффорд! Проснись, малышка! - И для пущей убедительности она помахала у Эмили перед носом рукой. — Ведь он готов удовлетворять каждую твою прихоть, да еще и не связывает тебя никакими обязательствами! Послушай, что я тебе скажу: соглашайся, пока он не передумал.

Либби так отчаянно жестикулировала, что щедро засыпала хлопьями не только половину гостиной, но и хозяйку дома.

— Две недели со Стиви Стэффордом! Да это же мечта, сладкий сон! Милая моя, да появись у меня такой шанс, к концу второй недели этот красавчик напрочь бы забыл, кто такая Патриция Пембертон, или умер бы от истощения. - Она хохотнула. — И вообще, хватит морочить мне голову! Если ты и в самом деле была бы такой дурой, я тебя давным-давно спровадила бы в монастырь.

— Либби, спасибо тебе за участие, только дело в том, что я... я пока не готова к подобным приключениям.

— А когда будешь готова, милая моя, такого шанса может и не представиться! - Она назидательно подняла палец кверху. - Я не понимаю, чего ты трусишь? Ведь он предлагает тебе общение, только и всего.

— Как у тебя все просто!

— А чего тут сложного? Ведь ты же общаешься с Эрни. А теперь пообщаешься со Стэффордом. — И она лукаво улыбнулась. — Доверься моему опыту: это намного веселее.

— Либби!

— А что я такого сказала? — Она сделала невинные глаза. — Эрни мне нравится. Но только как травматолог.

Впервые за весь день Эмили рассмеялась.

— Что бы я без тебя делала! Либби, я не сомневаюсь в твоей интуиции, только мне не нужны лишние волнения.

— А что тебе нужно?

— Стабильность.

— Эми, сколько же у тебя мусора в голове! Какая еще стабильность? Ты и так уже закисла в своей стабильности. На глазах превращаешься в старую деву. Тебе же, слава Богу, не сорок девять, а только двадцать девять! Знаешь, что тебе на самом деле нужно? — Глаза у Либби возбужденно заблестели. - Распустить волосы, побрызгать их лаком с блестками и купить парочку платьев в дорогом бутике. Я тебе помогу. Будешь как куколка! Вот увидишь, все мужики будут валяться у тебя в ногах.

Эмили слушала ее монолог вполуха. Ее глаза были прикованы к экрану, где гремели ружейные залпы и статисты в начищенных до блеска сапогах дрались врукопашную... Эмили любила сюжеты, далекие от сегодняшней реальности.

— Нет, Эми, ты просто не знаешь себе цену! Да у тебя такие обалденные глаза, а носик? Ну про губы я молчу, вот только подкрасить чуть-чуть... И улыбайся почаще! — Либби вошла в раж. — Я нутром чувствую: наступил твой звездный час. Смотри, не упусти свой шанс! Эми, ты меня слушаешь или как?

— Или как. — Эмили улыбнулась и спросила: — Ну и что, по-твоему, мне делать?

— Как это что?! Соглашаться!

— Но мне не нравится его затея.

Либби подошла к ней вплотную и посмотрела на нее непривычно серьезными глазами.

— Эми, я тебя прошу, вернись к жизни. Ведь с тех пор как умер Ричард, ты не живешь! Неужели ты не понимаешь, как много теряешь?

— У меня такое впечатление, что, будь на месте Стэффорда кто другой, ты бы меня так не уламывала. Я права?

— Права. — Либби самодовольно хмыкнула. — Разве можно упустить такой шанс?

— Послушай, раз ты так жаждешь с ним общаться, почему бы тебе не предложить ему свои услуги?

— Очень остроумно! Да потому что этот дурень выбрал тебя! — Она оглядела подругу и недоуменно пожала плечами. - И где только были его глаза? Ну ладно, я пошла. А ты подумай.

Эмили уже не знала, что хуже: атаки репортеров или уговоры Либби. Сначала на нее давил Стивен, теперь Либби — похоже, весь мир ополчился против нее.

— Подумаю. Только умоляю, на работе никому ни слова! - сказала Эмили, провожая подругу до двери. — Надеюсь, я сумею отговорить Стивена от его бредовой затеи и он оставит меня в покое.

Либби улыбнулась.

— Сомневаюсь! Ты явно недооцениваешь силу его убеждения. И силу своего притяжения.

Либби, как всегда, оказалась права, и к вечеру следующего дня Эмили поняла, что на самом деле недооценила упорство и изобретательность Стиви Стэффорда.

4

День начался относительно спокойно. Телефон Эмили так и не включала, проспала до девяти, спокойно позавтракала, купила продукты, убралась в доме и наконец позволила себе понежиться в горячей ванне с хорошей книгой.

Книга должна была отвлечь ее от мыслей о Стивене. Но стоило погрузиться в воду, как она отчетливо вспомнила тепло, которое разлилось по всему телу от его поцелуя. Разумом Эмили понимала, что, отказавшись от предложения Стивена, приняла верное решение, но на душе почему-то было грустно — словно она потеряла что-то очень для нее дорогое...

Только на работе Эмили освободилась от гнетущего ощущения одиночества. Она всегда приезжала в больницу заранее. Надев халат и шапочку, пошла в сестринскую. Здесь, среди суматохи и тревоги, она чувствовала себя комфортно. Она точно знала круг своих обязанностей, а непрерывный поток больных не давал возможности носиться со своими собственными бедами и печалями.

Но сегодня все оказалось иначе. После выпуска злополучных «Новостей» Эмили стала знаменитостью и все жаждали прикоснуться к ней. Повсюду ее встречали нетерпеливые взгляды, и у всех на губах застыл один и тот же вопрос: каков Стиви Стэффорд в жизни?

Стоило ей войти, как все обступили ее плотным кольцом. Кое-кто не поленился захватить с собой видеокамеру — вдруг удастся запечатлеть для потомства счастливую чету?

Похоже, сказка про Золушку никогда не утратит своей актуальности! — усмехнулась про себя Эмили. Даже сестра Тереза, входившая в попечительский совет больницы, не преминула заглянуть в сестринскую. Старая монахиня отличалась скверным характером и наводила страх на всю больницу. Она молча одарила «преступницу» суровым взглядом, и Эмили поняла: ей уже вынесли приговор.

Пик популярности пришелся на обеденный перерыв. Эмили поджидала Либби, чтобы вместе пойти перекусить в кафе, и, увидев на лице подруги по-кошачьи плутоватую ухмылку, поморщилась. Господи, опять все сначала...

— Ну что, пошли обедать? - Либби схватила ее под руку, и они отправились на улицу в сопровождении толпы любопытных.

Неподалеку от крыльца стоял высокий мужчина в униформе шофера, а за воротами маячил лимузин с затемненными стеклами. Увидев Эмили в окружении свиты, мужчина отвесил поклон, и она едва удержалась, чтобы не присесть в реверансе.

— Извините за беспокойство, вы миссис Грин?

Эмили чуть заметно кивнула, мужчина шагнул в сторону и из-за его спины показался другой — молодой, худощавый, в безупречно сшитом костюме. На вытянутых руках он держал две громоздкие коробки, верхняя явно из цветочного магазина.

Эмили подавила вздох, а шепот у нее за спиной усилился. Молодой человек шагнул вперед и с вежливой улыбкой сообщил:

- Это вам, леди. — И протянул коробки ей.

Эмили покачала головой и с невозмутимым видом заметила:

— Полагаю, тут какая-то ошибка. Я не...

- Не будь идиоткой! - со свойственным ей тактом прошипела в ухо Либби и тут же обратилась к молодому человеку: — Миссис Грин просто разволновалась. Большое вам спасибо! — И она выхватила верхнюю коробку у него из рук так быстро, что Эмили не успела и глазом моргнуть. Приоткрыла крышку — и все восторженно ахнули. В складках шелка нежились дюжины две — а то и три — алых роз на длинных стеблях.

Всеобщее возбуждение росло, и Эмили стало страшновато. Прежде с ней не случалось ничего подобного. Да, надо признать: Стивен умеет ухаживать красиво! Жаль только, что публики многовато...

— Дорогая...

Эмили обернулась. Либби читала вслух вложенную в цветы карточку. Эмили хотела вырвать ее из наманикюренных пальчиков Либби, но куда там!

— «Дорогая, — продолжила читку вслух Либби, — не забудь про пятницу. Мы с тобой приглашены на прогулку по вечерней Темзе. Целую. Стивен. P.S. Прошу тебя, надень мои подарки».

Либби улыбалась от уха до уха. Толпа медсестер окружила Эмили плотным кольцом, и она нервно хохотнула. Молодой человек с сияющей улыбкой протянул ей другую коробку, и она прочла надпись «Донна Каран».

— Будьте любезны, миссис Грин! Мистер Стэффорд предупредил, что у вас мало времени. Возьмите, и мы вас больше не задержим.

— А что, если не возьму? — Эмили не хотела помогать ему выполнять поручение Стивена.

Публика ахнула, а посланец, чуть нахмурив брови, с невозмутимым видом ответил:

— В таком случае нам придется задержаться. Мистер Стэффорд просил нас не уходить до тех пор, пока вы не примете все три его подарка.

— Я так и думала, — сдержанно заметила Эмили.

— А где же третий? — заинтересовалась практичная Либби.

— Минуточку. — Он вручил коробку Либби и извлек из кармана бархатный черный футляр.

Публика взволнованно загудела, а Эмили почувствовала, что в ней растет глухое раздражение. Ситуация усложнялась. Надо положить этому конец.

— Будьте любезны, передайте мистеру Стаффорду, что я...

— ...Что миссис Грин премного благодарна! — мгновенно отреагировала Либби и, одарив мужчин своей самой обаятельной улыбкой, проворно схватила футляр, прежде чем Эмили успела ей помешать. — Всего доброго!

Посыльные не тратили время зря. Шофер поклонился и направился к лимузину, а молодой человек скороговоркой произнес:

— Мистер Стэффорд просил вас чуть позже ему позвонить. Он будет ждать до восьми. - И поспешил ретироваться.

Терпение Эмили лопнуло. Она повернулась к Либби, но та, словно не замечая грозного вида подруги, изрекла с торжествующей улыбкой:

— Ну и что бы ты без меня делала? — Она передала коробку с цветами Хилари и по-деловому продолжила: — Пойдем отнесем все это в сестринскую, а когда смена закончится, отвезем к Эмили домой.

Эмили шла назад с обреченным видом, а к группе сопровождения присоединялись все новые и новые любопытные.

— Неудивительно, что он побоялся вручить свои дары лично! — заметила она Либби с мрачной ухмылкой. — Знает, что у меня под рукой полным-полно колющих и режущих предметов.

Подруга покосилась на нее, прижимая к груди коробку с платьем и бархатный футляр, и вполголоса буркнула:

— Ну и дурища же ты! Не понимаешь, как тебе подфартило!

Комната битком набилась. Хилари расставила цветы по трем пластиковым кувшинам с водой и водрузила на подоконник. И сразу же ароматы летнего сада наполнили помещение, заглушив запах лекарств. Все сделали глубокий вдох.

— Обалдеть! Мне бы такого дружка! — Хилари закатила глаза. — Такой красавчик, да еще и щедрый!

— А я бы любила Стиви Стэффорда и без подарков! — заявила Кэсси.

— Эми, намекни ему при случае, что, мол, твоя подруга Либби обойдется гораздо дешевле.

— Ты уже была замужем, так дай шанс одинокой девушке... — произнес кто-то, кажется Кэсси.

Еще пару дней назад Эмили и сама с готовностью повеселилась бы по такому поводу, но теперь... Неприкрытая зависть окружающих повергла ее в тоску. Хотя, если объективно, их можно понять, да и возразить ей нечем...

Не дожидаясь разрешения, Либби рванула тонкую обертку и открыла коробку.

— С ума сойти! — с восторгом выдохнула она и под почтительный шепот присутствующих извлекла из коробки роскошное черное шелковое платье. Простого покроя, без рукавов, с открытыми плечами и элегантной стойкой-хомутом, переходящей на голой спине в бретели. — Ну-ка, примерь!

— И не подумаю! — Эмили упрямо мотнула головой, не в силах оторвать глаз от этого великолепия.

— Но ведь сейчас обеденный перерыв. И здесь все свои, — возразила Либби. — Я знала, что Стиви Стэффорд большая умница, но что у него еще и такой изысканный вкус!.. Обалдеть! Просто и элегантно...

— А что в футляре? - спросила Кэсси. - Давай взглянем?

— Нет, сначала пусть Эми примерит платье.

Эмили потянулась было за бархатным футляром, но Либби с уверенной улыбкой вручила ей платье.

И Эмили сдалась. Шелк приятно холодил кожу. Либби застегнула молнию на спине и все оживленно загалдели. Платье сидело как влитое, подчеркивая талию и все округлости, но при этом не выглядело вызывающе. Эмили представила себе, как прогуливается вдоль столиков на палубе парохода-ресторана рука об руку со Стивеном, сыплет остротами и тайком улыбается, вспоминая о придуманном для отвлечения назойливых журналистов романе.

— Восторг! — резюмировала Либби. — Ну а теперь посмотрим, что за украшения.

Она открыла бархатный футляр и по комнате пронесся стон восхищения. Золотой браслет и серьги с винно-желтым топазом и бриллиантовой осыпью казались созданными специально под элегантное черное платье. Эмили потеряла дар речи.

— Вот это да! — Либби покачала головой. — Тут еще одна записка. «Дорогая, порадуй меня — надень украшения в пятницу. Я выбрал их под цвет твоих глаз. Думаю, к платью они подойдут больше, чем те, что я подарил тебе летом».

Зрители взвыли от восторга. А у Либби был такой вид, что, не дружи они сто лет, Эмили решила бы, что она поверила в историю с давним знакомством. Внезапно охи и ахи перекрыл скрипучий старческий голос сестры Терезы:

— Так вот где вы все!

Сестры бросились врассыпную как испуганные кролики.

— Что вы здесь делаете? — спросила она таким тоном, будто отловила школьниц в туалете с сигаретами.

Эмили пожала плечами.

— У меня обеденный перерыв.

Сестра Тереза обвела глазами комнату, остановилась на розах на подоконнике и вновь пристально взглянула на Эмили.

— Немедленно уберите отсюда все лишнее. И переоденьтесь. — Она покосилась на часы. — Напоминаю, вы на работе.

Когда сестра Тереза ушла, Эмили взглянула на подругу с видом человека, которому нечего терять, и хмыкнула:

— И это еще только цветочки!

Эмили не пришлось звонить Стивену: он позвонил сам. Едва она успела снять платье и драгоценности, как из коридора раздался взволнованный голос обычно невозмутимой пожилой секретарши:

— Эми, тебя к телефону!

Все сестры напряглись, раскрыв рты, а Эмили, подойдя к телефону, без вступления выпалила:

— Большое вам спасибо! Вашими заботами вся больница поставлена на уши, а моя жизнь превратилась в ад!

На том конце провода раздался приглушенный смех.

— Эми, чем же я виноват? Вам не понравилось платье?

— Кстати о платье. Надеюсь, вы взяли его напрокат? Если нет, я сейчас же отправлю его в мусорный бак. - Идти на поводу у этого самовлюбленного типа Эмили не собиралась.

— Увы! Должен вас огорчить. Платье я купил, так что можете делать с ним все, что захотите. — Он еще надеялся, что Эмили шутит. — А вот безделушки, если можно, сохраните. Я взял их напрокат у Патриции. Кстати, вы их уже примерили?

— Нет, — солгала Эмили, хотя перед глазами так и стояли сногсшибательные украшения.

— Вам наверняка очень пойдет. И платье словно на вас сшито. Эмили, в пятницу я заеду за вами в половине седьмого. А завтра, если не возражаете, мы с вами идем в театр. «Двое на качелях».

Эмили чуть не застонала. Все только и говорят о бешеном успехе Патриции Пембертон в этом спектакле! Собрав волю в кулак, Эмили спокойным тоном произнесла:

— Стивен, выслушайте меня хотя бы раз. Я не намерена встречаться с вами ни в пятницу, ни в любой другой день. Неужели непонятно?

— Понятно, только я с вами не согласен. Эмили, вам просто необходимо немного развлечься!

— Спасибо, но я в состоянии развлечь себя и без вашей помощи. Скажите лучше, как мне вернуть Патриции драгоценности.

В этот момент откуда ни возьмись возникла Либби и, вырвав трубку у подруги из рук, бойко включилась в разговор:

— Стиви Стэффорд? Добрый день, это Либби Норман. Помните? Как мило! Я тоже рада вас слышать. Не волнуйтесь, Эмили будет там вовремя. В котором часу? Отлично. Между прочим, Эмили предпочитает белое вино и рыбную кухню. Ну что вы! — Она хохотнула. — Лучше назначьте меня первой фрейлиной. Всего доброго.

Обернувшись к Эмили, Либби тяжко вздохнула и, покачав головой, заметила:

— Подруга, иной раз мне кажется, что тебе нужна нянька. Скажи на милость, ну зачем ты его отваживаешь? Не пойму, что ты хочешь доказать.

— Да ничего я не хочу доказать! — сердито буркнула Эмили. - Просто мне не...

— Тебе что, не нравятся его подарки?

— Либби, послушай, я...

Та нетерпеливо вздохнула.

— Так нравятся или нет?

— Ну конечно же нравятся. Только украшения, к твоему сведению, принадлежат Патриции Пембертон.

— Ну и что? Да пару дней назад ты такие вещи не то что поносить не мечтала, в глаза не видела! Нет, Эми, приведи мне хотя бы один разумный довод, почему ты не хочешь встречаться со Стиви Стэффордом?

— Почему? — Внезапно на глаза Эмили набежали слезы. — Да хотя бы потому, что я наконец-то научилась ничего не ждать от жизни. Теперь понятно? — Она чувствовала себя совершенно опустошенной.

Либби тронула ее за плечо.

— Эми, Ричарда больше нет, но ты-то жива! И не должна хоронить себя вместе с ним! Давно пора вернуться к жизни. Ну же, встряхнись! Воспользуйся шансом.

Эмили яростно замотала головой.

— С какой стати я должна льстить самолюбию этого типа? Меня бесит его настойчивость!

— Почему? — удивилась Либби.

— Потому что он уверен, что ради его прекрасных глаз любая разобьется в лепешку. Пусть знает, что это не так!

Либби округлила глаза и, тряхнув Эмили за плечо, с упреком сказала:

— Какая же ты дурища! Да ты знаешь, что, как ты выражаешься, этот тип только что сказал мне по телефону?

— Интересно, чем же он тебя так поразил?

— Вот именно, поразил! Везет же некоторым... Он сказал: «Помогите ей выйти из этого состояния, пока еще не поздно». Поняла?

Эмили молчала.

— Ну и упрямая же ты, хоть и тихоня! Прошу тебя, подумай как следует.

Остаток рабочего дня Эмили промучилась сомнениями. Предложение Стивена напугало ее. Она не умела притворяться даже в мелочах и привыкла быть самой собой. А она всего лишь Эмили Грин, медсестра двадцати девяти лет, но главное — вдова, вот уже скоро как три года... От своей жизни она не в восторге, но она к ней привыкла. И вообще, ей все равно, «роллс-ройс» у нее или велосипед, и ломиться в высшие слои общества никакого желания у нее не было и нет.

Да и мать учила ее при любых обстоятельствах оставаться самой собой. Эмили никогда не завораживала красивая жизнь, но сейчас она страшилась, что общение со Стивеном выйдет за рамки оговоренных им же самим условий. И что тогда делать?

Больше всего в этой истории ее беспокоило главное действующее лицо — Стивен. Она до сих пор не могла свыкнуться с мыслью, что рядом с ним она сама не своя. При одном воспоминании о его поцелуях у нее учащался пульс. Такого с ней еще не бывало. Супружеская жизнь с Ричардом означала для нее прежде всего обоюдное уважение, дружбу и домашний уют, а Стивен заставил Эмили по-новому взглянуть на отношения между мужчиной и женщиной.

У Эмили было такое чувство, словно ее вынуждают передвигаться со сломанной ногой на костылях. Ей претили зависть и любопытство окружающих. Ведь она живой человек из плоти и крови, а не амеба! Она еще не оправилась после смерти Ричарда.

До сих пор, проходя мимо их любимого ресторанчика или глядя на картины и безделушки, купленные вместе с мужем для украшения семейного гнездышка, Эмили остро чувствовала свое одиночество. Только ревностное соблюдение раз и навсегда заведенного распорядка приносило ей относительный комфорт. Поэтому ее тяготило любое вмешательство в ее жизнь, не говоря уже о таком стихийном бедствии, как Стиви Стэффорд.

Эмили окончательно запуталась. С одной стороны, ее бесило то, что он с таким упорством втягивает ее в свою игру, не считаясь с ее чувствами, а с другой... А с другой стороны, когда он уговаривал ее согласиться, в его глазах было столько ласки и тепла! Неужели все это только игра?!

К концу смены Эмили удалось взять себя в руки, но страх так и не прошел. Стивен молнией ворвался в ее жизнь, и она боялась, что, когда он исчезнет, для нее снова померкнет свет. Сумеет ли она пережить и эту потерю?

Пришла Либби и помогла отнести подарки Стивена в машину. Эмили чувствовала себя подавленной и разбитой. Живот ныл от боли, и она снова и снова вытирала влажные ладони. Прохлада ночи подействовала на нее живительно. Свежий ветер приятно щекотал шею, луна струила загадочный свет... Эмили вдохнула полной грудью.

— Ну что, подруга? Ты согласишься или как? - спросила Либби, когда они уложили коробки в машину.

Эмили села за руль и, щелкнув ключом в замке зажигания, прислушалась к гулу мотора и лишь потом ответила:

— Либби, не хочу тебя обманывать, но я не знаю, как мне поступить. Честное слово! Завтра будет видно.

По дороге домой Эмили неотступно думала все о том же, но так ничего и не придумала. Похоже, предстоит бессонная ночь... А что будет завтра? Нет, так далеко она заглядывать не станет. Вот наступит завтра, тогда и разберется.

5

Эмили долго не могла уснуть. Снова и снова она перебирала в памяти события последних дней, силясь решить, продолжать ли стоять на своем или уступить.

Она ворочалась в кровати, прислушиваясь к негромкому бою часов в холле, гудению холодильника, журчанию воды в системе отопления... Скоро три года, как она одна. Три года, как в доме звенит пустота.

Свернувшись в комочек, Эмили плакала на огромной кровати. В углах спальни таились тени.

Ей пришло в голову, что в ту ночь вместе с Ричардом умерла и часть ее самой. А ведь Либби права! Пора принимать решение: жизнь продолжается и надо жить, надо рисковать, надо не бояться боли возможных потерь... Выплакав все слезы, она забылась тревожным сном.

Эмили разбудили звуки музыки. Сначала она решила, что ей это снится. Во сне она летала над скалами, ветер раздувал ей волосы, а рядом летела Либби, как обычно без умолку треща и помахивая ладонями — чтобы поскорее высох лак на ногтях.

Эмили приоткрыла глаза: занавески колыхал ветер, из приоткрытого окна доносился щебет птиц и звуки музыки. Она прислушалась: похоже на лютню. Лютню?! Она потрясла головой. Что за бред? Может, она все еще спит?

В этот момент с лужайки под окном раздался негромкий приятный баритон. Эмили вскочила и, подбежав к окну, распахнула занавеску. Картина, представшая ее взору, не могла не поразить воображения. Ноги у Эмили подкосились, и она судорожно вцепилась в подоконник.

Прямо под окном на лужайке, лениво жуя ее цветы, паслась белоснежная лошадь, украшенная плюмажем. А на ней восседал бард в рыцарских доспехах, бренча на лютне. Эмили наконец обрела дар речи.

— Стивен, какого черта вы тут делаете?

Он опустил лютню и отвесил поклон.

— О, миледи проснулась!

— Стивен, что это за комедия? — сердитым голосом осведомилась Эмили.

Он улыбнулся.

— А я-то надеялся, что, узрев меня в таком виде у себя под окнами, вы поймете все без слов!

— Что «все»?

— Миледи, рыцарь в сияющих доспехах у ваших ног. Хотите, спою вам еще одну серенаду?

— Нет уж, увольте!

На какое-то время он замолк. Проезжавший мимо автомобиль резко затормозил и остановился посередине улицы.

— А я думал, вам понравится. Хотите, вернусь при галстуке и исполню в сопровождении оркестра какой-нибудь хит?

— Не хочу.

— А чего же вы хотите?

— Я не прочь еще часика два поспать!

Эмили услышала хлопанье дверей. Этого ей только не хватало! Своими дурацкими серенадами Стивен перебудил соседей. А из машины, перегородившей улицу, вышла дама и подошла поближе. Стивен сделал вид, будто ее не заметил, но Эмили углядела у него на физиономии самодовольную ухмылку. Вот позер! Устроил бесплатное шоу для всей округи и проезжающих! Того и гляди, соберется толпа.

— Заходите в дом, поговорим, — с обреченным видом пригласила она.

— Ни за что! Сначала пообещайте, что согласитесь выйти со мной в свет.

Он явно испытывал ее терпение.

— Стивен, может, хватит? — с трудом сдерживаясь, произнесла она. — Вы уже и так перебудили всю округу. Заходите в дом!

Стивен спешился, привязал лошадь к перилам крыльца, и она тут же занялась хризантемами. Дама села в машину, но пока не трогалась, опасаясь пропустить что-нибудь интересное. Эмили впопыхах стянула ночную рубашку и, нацепив что попало, спустилась открыть дверь.

Войдя в дом, Стивен снял доспехи и шлем, оставшись в белой водолазке, голубых джинсах и высоких ботфортах. В таком виде он здорово смахивал на пирата. Судя по ухмылке, он был весьма доволен собой.

— Я так и знал, что вы не устоите! — заявил он. — Эмили, я сразу понял, что вы по натуре романтик.

— А вы шантажист!

Стивен пожал плечами и направился на кухню.

— Называйте как хотите. Готов поспорить, что через две недели вы измените свое мнение обо мне. Хочу напомнить, сегодня вечером мы с вами идем в театр. А перед спектаклем поужинаем в ресторане. Я позволил себе заказать столик на шесть часов. Что скажете?

— Вы слишком много себе позволяете.

Он сел за стол, а Эмили занялась кофе.

— Знаете, что мне в вас особенно нравится?

— Надо думать, мое безграничное терпение, — не оборачиваясь буркнула она.

— Верно, — согласился он, но в его голосе послышалась досада. — Особенно ваше безграничное терпение.

— А вы не можете отказать себе в удовольствии лишний раз покрасоваться! — с упреком заметила она.

Стивен промолчал. Эмили обернулась и увидела, что он с ухмылкой рассматривает ее наряд — джинсы и старый вязаный джемпер. Она невозмутимо улыбнулась и с вызовом заявила:

— Я не телезвезда и в столь ранний час не утруждаю своего костюмера.

Стивен расхохотался, а она поставила чашки с кофе на стол и спросила:

— Скажите, что это вам взбрело в голову с утра пораньше гарцевать на лошади в рыцарских доспехах?

Стивен улыбнулся и, покачиваясь на стуле, вытянул поудобнее ноги, устроив чашку с кофе у себя на животе.

— Патриция отвела меня в цех реквизита, и я не устоял. Так и приехал из театра верхом. Эмили, вы не представляете, как трудно читать дорожные знаки, сидя в седле!

Эмили против воли улыбнулась. Она представила себе реакцию Либби, когда расскажет ей об очередной выходке Стиви.

— А вы не предполагали, что лошадь несколько уступает в комфортности вашему «ягуару»?

— Представьте себе, догадывался. - Он хмыкнул. — Просто я, как и вы, в душе неисправимый романтик. — Он налил в кофе сливок, неторопливо помешал ложечкой и, держа чашку на животе, продолжал раскачиваться на стуле. — Эмили, я так рад, что вы согласились! Думаю, мы с вами доставим много радости широкой публике.

Эмили пришлось признать, что она тоже рада. Вернее, испытывает большое облегчение оттого, что решение наконец-то принято. Она села напротив Стивена и почувствовала, как в груди растет неведомое ранее чувство веселого и беззаботного возбуждения.

— Я принимаю ваше предложение. Но с одним условием, — предупредила она и принялась потягивать обжигающий кофе, до сих пор удивляясь собственной лихости. Стивен молчал.

— Отпуск я брать не буду, - не терпящим возражения тоном заявила она. — И чтобы больше никаких сюрпризов.

— Это уже два.

— Что два? — не поняла она.

— Это уже два условия. Но я согласен. — И он чарующе улыбнулся. — Вот видите, Эми, как со мной легко ладить.

— Поживем — увидим.

— Нет, Эми, я докажу вам сию же минуту, что я на удивление легкий и сговорчивый человек.

— И каким же образом?

— Отныне я само послушание. Миледи, куда бы вы желали со мной пойти?

— Прямо сейчас?

— А почему нет? У вас сегодня выходной, погода прекрасная...

— Но я хотела убраться в доме, закупить продукты на неделю...

Стивен оглядел кухню и молча вскинул бровь. Как обычно, в доме не было ни пылинки, ни соринки. Ежедневная уборка стала для Эмили своего рода ритуалом самосохранения, который она исполняла почти что с религиозным фанатизмом. Хотя, если откровенно, убивать на домашние дела столько времени необходимости не было.

— Даже не знаю... — Эмили засомневалась. — Ведь еще так рано...

— Решайтесь, Эми! Итак, куда бы вы желали пойти?

— Может, в зоопарк?

— В зоопарк? — с ухмылкой переспросил Стивен. — Ну что ж, можно и в зоопарк, если мама вам позволит.

- Мамы у меня нет, - огрызнулась Эмили и подумала: неужели этому типу, если верить Либби, небезразлична ее судьба? — Жаль, что из-за вашего сюрприза я не успела выспаться, — уже мягче сказала она и с ехидцей спросила: — А вы, мистер Само Послушание, сопровождать меня по зоопарку не желаете?

- Желаю! Только, боюсь, мой наряд и средство передвижения для такого маршрута не слишком подходят.

— Не могу не согласиться, — улыбнулась Эмили. — Придется сначала вернуть сияющие доспехи и скакуна, а я, так и быть, буду сопровождать вас до театра в своем скромном авто.

- Эми, вы просто ангел! — расплылся он в улыбке. — Слушаю и повинуюсь! Сто лет не был в зоопарке. — Он замолк и нахмурился, словно вспомнил о чем-то неприятном. — У меня к вам просьба. Вы позволите мне покормить слона?

- Зависит от поведения. — Она с трудом удержалась, чтобы не расхохотаться, и поймала себя на том, что с каждой минутой получает все больше удовольствия от общения с ним. — А если сумеете убедить меня в том, что вы на удивление легкий и сговорчивый человек, получите сладкую вату и мороженое.

— Эми, откуда вы знаете, что я сладкоежка? — округлив глаза, спросил он. — При виде кондитерских изделий я теряю волю.

— Как откуда? Вчера вечером об этом сообщили в «Новостях», — не моргнув глазом ответила она. — Стивен, так мы идем в зоопарк или вы предпочитаете и дальше меня подкалывать?

— Идем-идем! Пора приступать к отвлекающему маневру.

Эмили показалось, будто ее кольнули в сердце, но она, не подав виду, улыбнулась и бодрым тоном сообщила:

— Через пять минут буду готова.

Когда Эмили вышла из дома, Стивен взобрался на лошадь и поехал верхом к театру. Она сопровождала его в автомобиле. Поглядывая тайком на Стивена, Эмили не замечала в нем ничего театрального. Он вел себя на удивление естественно. Но игра уже началась: все жаждали поглазеть на счастливицу, за которой так красиво ухаживает несравненный Стиви Стэффорд. И Стивен не рассеивал иллюзий — напротив, упрочивал их. То и дело бросал на Эмили пламенные взгляды, а когда они подъехали к театру, спешился, распахнул дверцу автомобиля и помог ей выйти, нежно поддерживая за локоть...

Одним словом, первая половина дня прошла как сон. При виде телезвезды, покупающей воздушные шары и сандвичи, у посетителей зоопарка теплели лица. Все оборачивались и провожали их взглядами, а Стивен старался вовсю, развлекая свою даму.

Эмили не могла не восхищаться его игрой. Похоже, сегодня он превзошел самого себя. Он был именно таким Стиви Стэффордом, каким и хотели видеть британского телеидола: красивым, сильным, обаятельным, безупречным...

Каждый раз, когда он смотрел на нее или смеялся, глядя ей в глаза, Эмили завидовала самой себе. Словно со стороны, она видела, как гуляет среди одетых в золото деревьев под руку со Стиви Стэффордом, не спеша переходя от одного вольера к другому, а мимо снуют, громыхая на стыках, трамвайчики, в осеннюю синь неба то и дело взмывают упущенные детьми яркие шары, в бассейне плещутся морские котики...

Ей казалось, будто она героиня какого-то старого доброго фильма, а на душе было беззаботно и так легко, что она и сама была готова воспарить в небо вслед за шариком...

Они долго бродили по парку, держась за руки, как дети, и Эмили забыла обо всем. Просто наслаждалась ясным днем, солнцем, красотой природы, ощущением покоя и обществом Стивена...

- Эми... — Он коснулся ее плеча. - Я хотел вам сказать...

— Что? — не отрывая глаз от пламени листвы, спросила она.

Он потянулся к ней другой рукой.

— А ведь вы меня обманули.

— Что? — Она перевела на него взгляд.

— Не дали покормить слона. А обещали...

Эмили ухмыльнулась и шутливо ткнула его в бок.

- Вы меня тоже обманули. Сказали, что при виде сладкого теряете волю, а сами преспокойно прошли мимо сладкой ваты.

- Да я ее просто не видел! Ведь по сценарию я должен не сводить глаз с вас.

Она спустилась с небес на землю и, бросив взгляд на часы, сказала:

- Пора возвращаться. Мне еще предстоит отвезти вас, безлошадного, в отель.

Либби поджидала ее на террасе, безустанно трудясь над своими образцово-показательными ноготками.

— Ну что, подруга, выложить тебе последние новости или дождешься телефонного звонка? Теперь я точно знаю, как создается устное народное творчество. — Она поднялась и чмокнула Эмили в щеку. — Не знаю, как ты, но соседи твои определенно в курсе дела. Думаю, с минуты на минуту нагрянут репортеры.

— Либби, о чем это ты?

— Как это о чем? Скромная медсестра говорит «да» влюбленному рыцарю!.. Надеюсь, ты не станешь разочаровывать восторженную публику?

Эмили молча вошла в дом, и Либби, проворно собрав свой маникюрный набор, поспешила за ней.

— Эми, не томи! Что ты решила? — приставала она к подруге. - Моя железная логика тебя убедила, да? Я так и знала! Никто не устоит перед таким обаяшкой, как Стиви Стэффорд! Подруга, почему бы тебе не пригласить его в гости? А тут и я загляну. Как бы невзначай! — без умолку тараторила она. — Ты что, стыдишься своих друзей? Или боишься конкуренции?

— Либби, у него роман с Патрицией Пембертон.

— Ну да! Как же я забыла! — Она скроила дурашливую физиономию. — Джентльмены обожают холодных и недоступных блондинок. Знаешь, а все-таки твой Стэффорд не слишком умен. Выбрал себе ослепительную красотку, да еще и талантливую актрису... А ведь, если бы он постарался как следует, мог бы заполучить тебя. — Она помолчала. — А то и меня.

Эмили усмехнулась и принялась мыть кофейные чашки.

— Что ты несешь! Он всего-навсего предложил мне работенку на две недели.

Либби подула на ногти.

— Все в твоих руках. Да за две недели много чего можно успеть!

— Например?

— Да хотя бы зацепить его как следует! Нет, Эми, я серьезно! Ну чем ты хуже Патриции Пембертон? Между прочим, она старше его лет на пять, если не больше.

— Ну и что?

— Как это что? К твоему сведению, Стивен уже в таком возрасте, что не может позволить себе тратить время на актрису. Ему пора подумать о семье. А что может быть лучше скромной красивой медсестры?

— Либби! Угомонись! - Эмили одернула подругу чуть громче, чем хотела бы. — Неужели непонятно, что все это лишь игра? Вернее, отвлекающий маневр, а скромная красивая медсестра всего лишь подсадная утка. Понятно?

— Не кричи на меня. Я же на твоей стороне. И торчу здесь не просто так, а чтобы помочь тебе создать новый имидж для твоего дебюта. А потом, как и подобает настоящей подруге, скромно уйду в тень. Понятно?

— Понятно. — Эмили усмехнулась. — Но ведь ты наверняка возникнешь здесь вечером, когда придет Стивен. Как бы невзначай.

— А то! — Либби примирительно хмыкнула. — Ну как же я в столь ответственный момент оставлю тебя одну?!

Увидев Либби, Стивен, похоже, обрадовался. Во всяком случае, одарил ее ослепительной улыбкой, а она удержалась от пустой болтовни. И вообще, вела себя невозмутимо и непринужденно: даже изобразила равнодушие, глядя на Стивена в роскошном темно-сером костюме-тройке.

Эмили, напротив, с трудом владела собой. Стивен был неотразим: костюм сидел на нем как перчатка, белоснежная рубашка оттеняла загорелую кожу, а галстук идеально подходил по цвету.

Рядом с ним Эмили казалась себе слишком заурядной. Хотя светлый костюм освежал ее и сидел идеально. Жать только, что волосы спадали на плечи безо всякого изыска...

Но, когда Стивен оглядел ее с головы до ног, она прочла в его глазах искреннее восхищение. Это приободрило ее, и она улыбнулась.

— Разве так можно? — с укором спросил Стивен. — Зачем вы затмеваете телезвезду?

Они провели чудесный вечер, хотя не оставались одни ни на минуту. Лимузин доставил их к ресторану, где они ели форель с превосходным белым вином, а на десерт «восторг фаворитки» — клубнику со взбитыми сливками и ликером. Репортеры и поклонники следовали за ними по пятам, засыпая Стивена комплиментами и вопросами. Эмили благоразумно ограничивалась улыбками и односложными репликами.

Стивен всем улыбался, говорил прекрасно поставленным голосом и смотрел на своих собеседников с доброжелательным вниманием. У каждого, кто подходил к нему, возникало ощущение, будто они давным-давно знакомы. Эмили заметила, что у него немного усталый вид, но он старался выглядеть бодрым и энергичным и тщательно контролировал каждый жест и каждое слово.

Несмотря на кажущуюся близость, здесь, под прицелом чужих глаз, они были далеки друг от друга — словно только что встретились — и говорили о том о сем. Стивен упорно не признавал за собой статуса всеобщего кумира, и Эмили снова почувствовала себя воздушным шариком, вот-вот готовым взлететь.

Когда в фойе театра их обступили репортеры, Стивен представил им Эмили. Его рука, словно защищая, обхватила ее за талию, а в глазах таился смех. Эмили отвечала на вопросы с улыбкой, достойной принцессы Дианы.

Да, они встречаются со Стивеном уже давно, но не считали нужным до поры до времени делать это достоянием общественности. Да, подтвердила она, бросив нежный взгляд на Стивена, сегодня утром он гарцевал у нее под окном на белом коне и распевал серенады.

Оба поначалу затруднялись ответить на вопрос, который вертелся на языке у каждого журналиста: почему они решили открыться именно сейчас? Стивен уклончиво заметил, что, мол, раз уж тайна раскрыта, следует представить Эмили прессе. Эмили от природы застенчива и поэтому с журналистами не общается, а у него большой опыт, вот он и взял это на себя.

Завершая интервью, Стивен привычным жестом привлек Эмили к себе и чмокнул в макушку. Все остались довольны: фотографии сделаны, любопытство публики удовлетворено. Свет в зрительном зале начал гаснуть, и они поспешили занять свои места в третьем ряду партера.

— Эми, у вас незаурядный актерский талант, — шепнул Стивен на ухо Эмили, а все вокруг решили, что он клянется ей в вечной любви. — Вы прекрасно держитесь. Хотите принять участие у меня в передаче?

Придвинувшись к ней поближе, он обнял ее за плечи. Она вздрогнула, и ей пришло в голову, что в полутьме, без докучливых репортеров, нет нужды изображать тесные взаимоотношения. Между тем Стивен нашептывал ей на ухо комплименты, а его пальцы нежно разминали ее плечи. Эмили изо всех сил старалась оставаться равнодушной: ведь отодвинуться от него она не могла из боязни вызвать недоумение у публики.

Пытаясь не думать о том, как приятно ощущать на своих плечах тепло его рук, она слегка запрокинула голову и улыбалась ему так, как, по ее разумению, должна улыбаться любящая и любимая женщина.

— Стивен, а вам не кажется, что вы несколько переигрываете? — чуть задыхаясь, еле слышно произнесла она. — Может, стоит сбавить темп? Тем более что спектакль вот-вот начнется.

Он молча улыбнулся, глядя ей в глаза. Эмили боялась шелохнуться. Впрочем, вряд ли ей это удалось бы. Внезапно силы оставили ее. Стивен сидел слишком близко, а со всех сторон она ощущала на себе любопытные взгляды. Господи, что она здесь делает?! Здесь так душно! Ей показалось, что она задыхается, и внезапно очень захотелось оказаться среди привычной холодной пустоты своего дома.

Стивен склонился над ее запрокинутым лицом, осторожно взял за подбородок и нежно провел пальцем по сомкнутым губам. Эмили прикрыла глаза и не видела, как его лицо приблизилось к ее лицу, только почувствовала тепло его дыхания. Не отпуская подбородка, Стивен коснулся губами губ Эмили. Его губы оказались такими же теплыми и мягкими, как щека — чисто выбритая, гладкая и пахнущая свежим запахом сосновой хвои.

Эмили не открывала глаз и не осознавала, что инстинктивно обняла его за шею, пока не почувствовала, как у нее под пальцами бьется его пульс. Она не могла оторваться от него, не могла не встретить его ищущих губ и не разомкнуть своих под властным напором его языка.

Наконец он отпустил ее и чуть отодвинулся. Сердце у Эмили бешено колотилось. Она отважилась открыть глаза и увидела, что Стивен смотрит на нее с каким-то странным выражением лица - словно только что обнаружил нечто новое, что его не на шутку встревожило. Похоже, у него тоже перехватило дыхание. Эмили хотела высвободиться из его объятий, и он с улыбкой шепнул:

— Поклонники будут в восторге. Спасибо.

Эмили умудрилась улыбнуться в ответ.

— Не стоит благодарности.

Зал погрузился в темноту, и она с облегчением вздохнула: наконец можно расслабиться и привести в порядок мысли и чувства, прежде чем снова предстать перед публикой.

Впредь надо быть осмотрительнее, решила Эмили. Если и дальше так пойдет, то за две недели она напрочь потеряет покой и сон. После первой же любовной сцены на публике она сама не своя. Нет, это никуда не годится!

Внезапно Эмили поняла, что хочет его ласк. Да-да, она хочет еще раз почувствовать прикосновение его рук и губ, хочет снова понежиться в теплом свете его глаз. Может, все дело в том, что она вот уже почти три года живет без мужской ласки?

Сколько же она потеряла за годы своего затворничества! Конечно же встреча со Стивеном всего лишь эпизод. Через две недели он уедет на съемки новой передачи и у нее не останется ничего, кроме красивых воспоминаний. Ее снова ждет одиночество. И даже если она будет очень осторожной, а Стивен прекратит демонстрировать свою любовь публике, ей будет о чем жалеть.

Первое действие закончилось, и Стивен повернулся к Эмили с той самой улыбкой, которая повергала в восторг миллионы телезрителей. Эмили улыбнулась в ответ, и сердце радостно затрепыхалось в груди.

Хорошо, что развязка еще не скоро. Только через две недели.

6

— Нет, ты только посмотри! — восхищенно ахнула Либби. — Умереть — не встать!

Эмили с неохотой покосилась на подругу, впившуюся в свежую газету. Поскольку Либби приложила немало усилий для того, чтобы втянуть подругу в двухнедельную авантюру, то теперь считала своим долгом морально и физически готовить Эмили к путешествиям в Страну Чудес. Она с искренним удовольствием играла роль доброй феи и всячески поддерживала Эмили, чему та была рада.

— А что там? — оживилась Кэсси, сидевшая за соседним столиком, и, резво вскочив, подошла к Либби и уткнулась в газету. Потом перевела взгляд на Эмили и вытаращила глаза. - Везет же людям! — еле слышно выдохнула она.

— Что еще? — спросила Эмили, предчувствуя недоброе.

Либби ухмыльнулась и передала ей газету. На фотографии была запечатлена «сладкая парочка» в момент поцелуя. У Эмили потемнело в глазах. Кто-то из репортеров умудрился-таки подловить момент, когда Стивен уже в зрительном зале, держа ее за подбородок, склонился над ней.

Эмили вскочила и, бросив недоеденное пирожное, метнулась к выходу. Либби поспешила за ней.

— Нет, это уж слишком! - возмущалась Либби. — Эти журналисты совсем обнаглели. Разве ты не имеешь права на личную жизнь? — Она хмыкнула. — Пожалуй, Стивен прав: ты слишком хороша для подобных экспериментов. А ты, подруга, оказывается еще и фотогенична... Может, попросить Стивена устроить тебя на телевидение?

— Издеваешься? — Эмили резко остановилась и, взглянув в смеющиеся глаза подруги, чуть не заплакала. — И зачем только я тебя послушалась?

— Эми, ты уже большая девочка, — с ехидцей заметила та. — И я бы не сказала, что очень послушная...

Эмили промолчала. А ведь Либби, как всегда, права: она сама сделала выбор. Никто ее не неволил. Она вернулась на рабочее место. К счастью, — а может, к несчастью? — большого наплыва пострадавших не было, и Эмили скоро осталась наедине со своими мыслями.

Внезапно она с пугающей ясностью осознала, что ситуация вышла из-под контроля. И она даже знала почему. Потому что она делала не только то, о чем ее просил Стивен, но и то, чего хотела сама.

То, что она оказалась в центре внимания, не слишком ее тревожило. Она с удовольствием ходила по театрам и ресторанам и прогуливалась со Стивеном по паркам. А натиск поклонников и репортеров служил для них лишь постоянным поводом для шуток. Эмили неожиданно поняла, что эта новая жизнь ей нравится, и с удивлением открывала в себе самой все новые и новые грани.

Стивен оказался на редкость интересным собеседником. Чем больше времени они проводили вместе, тем больше удовольствия получали от общения. И хотя его прикосновения были такими волнующими и новыми, Эмили чувствовала себя с ним так, словно они знают друг друга всю жизнь. Она заметила, что с его уходом теряет уверенность в себе, но самое ужасное - стала подмечать в себе вспышки обиды при любом упоминании Патриции Пембертон.

Если бы Патриция была глупа или нехороша собой! Или хотя бы была изрядная стерва... Тогда бы Эмили чувствовала себя правой. И могла бы негодовать по поводу близорукости Стивена, поддавшегося чарам недостойной женщины. Но, к сожалению, Патриция ровня Стивену. Он сделал прекрасный выбор.

Эмили вспомнила, как после спектакля Патриция встретила их в своей гримерной. Эмили не могла отвести глаз от ее породистого лица, мраморной кожи, глубоких синих глаз и пепельных волос. Если верить прессе, цвет волос у нее был натуральный.

— А в жизни вы еще лучше! — с улыбкой приветствовала гостью актриса. — Газеты пестрят вашими фотографиями. Ловко Стивен все придумал, да?

Эмили ограничилась любезной улыбкой. Патриция закрыла дверь на ключ, чтобы им никто не мешал, и Эмили с любопытством огляделась. Ей еще не доводилось бывать в артистической уборной. Напротив двери висело большое зеркало с подсветкой, сбоку стояла вешалка с костюмами, в углу уютный диванчик, на туалетном столике баночки с гримом, на подоконнике ваза с алыми розами... Кругом царил идеальный порядок, что особенно потрясло Эмили.

— Располагайтесь! — глубоким, чуть хрипловатым контральто пригласила Патриция. — Эмили, надеюсь, Стивен передал вам мои восторги? Вы просто чудо! Полагаю, этот красавчик не дал вам ни единого шанса отвергнуть наш план. — И она кинула на Стивена почти материнский взгляд.

Эмили рассмеялась и сразу же почувствовала себя легко и непринужденно. Обаяние Патриции не могло не подкупать.

— Похоже, Эмили оказывает на тебя благотворное влияние, — заметила Патриция.

Стивен скривился.

- Может, оставить вас вдвоем и вы тут спокойненько перемоете мне все косточки?

- Не стоит. - Эмили снова засмеялась. - Мне занятно наблюдать непрерывный процесс перевоплощения.

Патриция чуть заметно вскинула бровь и предложила им кофе. Потом они сидели и вели светскую беседу, и Эмили участвовала в ней на равных. Позже, вернувшись в свой пустой дом, она долго лежала без сна и размышляла. Со стороны невозможно догадаться, что Патрицию и Стивена связывает взаимное чувство. С точки зрения Эмили, столь строгая конспирация несколько подавляла. Конечно же Патриция одна из ведущих актрис театра и времени на личную жизнь у нее крайне мало... Но ведь Стивен не откажется от любимой женщины только за то, что она боится гласности?

Наконец рабочее время Эмили закончилось. Она сдала отчет своей сменщице, собралась и, выйдя в вестибюль, заметила, что ее ждут. Боже праведный! Она совсем забыла об Эрни!

— Привет, Эрни! — преувеличенно бодрым голоском сказала она. — Сто лет тебя не видела. Последнее время я совсем замоталась...

Эрни болезненно сморщился и пробормотал:

— Знаю. Читал в газетах. Эмили, я... я рад за тебя.

Рад? Только сейчас Эмили вспомнила, что Эрни ни о чем не знает. Надо бы объяснить ему что к чему, только вряд ли он поверит...

— Эрни, радоваться тут нечему. Ты все не так понял. Никакого романа со Стивеном у меня нет. Просто я взялась помочь ему в одном деле.

Эрни смутился, и Эмили подумала: может, лучше объяснить ему все?

- Эми, я никак не пойму, почему ты сразу не сказала мне все как есть, - пробормотал он, глядя в пол. Уши у него покраснели от волнения.

— Прости. — Эмили погладила его по руке. — Последние дни прошли точно в угаре. Я совсем запуталась.

- Охота пуще неволи? — Эрни хохотнул.

— Издеваешься? — обиделась она, но, подумав, оценила искренность Эрни. — Впрочем, ты прав, — с виноватым видом призналась она. — Такая жизнь не по мне.

Он кивнул.

— Ладно. Дай мне знать, когда все закончится. И скажи Стивену про нас с тобой.

- Обязательно, - пообещала Эмили и улыбнулась. Эрни ей нравится: он точно тихая гавань — спокойный, ненавязчивый, заботливый... Настоящий друг.

И вот наступила пятница.

Либби с воодушевлением трудилась над внешним видом подруги, продумала все до мелочи. Сделала Эмили маникюр и наложила макияж, подчеркнув достоинства и нивелировав недостатки. Уложила волосы в затейливый пучок на затылке, а несколько прядок завила щипцами, спустив их на шею. Для большего эффекта собственноручно подобрала подходящие к случаю духи и чулки.

Когда Либби подошла к ней с дезодорантом, Эмили попробовала заикнуться, что, мол, справится сама, но Либби отмела ее слабые возражения железной рукой и заявила:

— Прошу не забывать, ты всего лишь исходный материал для творческой фантазии художника, так что изволь уважать мой труд!

Наконец Эмили была готова. Теперь ее облик отвечал самому взыскательному вкусу, и она решила, что заслужила небольшую передышку. Пошла на кухню, освежила пересохшее горло и стала ждать прихода Стивена.

Когда раздался звонок в дверь, Эмили повернулась, и ее отражение мелькнуло в темном вечернем окне. Она замерла, испугавшись увиденного. Она стала другим человеком: глаза сверкали, яркие губы притягивали взгляд, локоны подчеркивали стройность шеи... Эмили покачала головой, словно не веря глазам, и от движения серьги качнулись, играя в свете лампы всеми цветами радуги. Она подняла руку: изящный браслет подчеркивал тонкое запястье. Ну а платье… платье шло ей необыкновенно, и Эмили обмерла от восторга.

Увидев Стивена в черном смокинге, она почувствовала слабость в ногах. В любой одежде он был воплощенная мечта каждой женщины, но в вечерней был просто ослепителен.

Либби стояла между ними, переводя взгляд от одного к другому, точно судья на теннисном матче, и на ее лице читалось глубокое удовлетворение. Выдержав паузу, она решила вернуть главных героев к действительности.

— Вы собираетесь поблагодарить меня за мои старания или как? Ну чем я не добрая фея из сказки? Ведь еще вчера эта крошка, — она кивнула на Эмили, — была обыкновенной замарашкой, а сегодня едет в свет с прекрасным принцем.

— Либби, угомонись! — оборвала ее Эмили и изобразила на лице улыбку.

— Вот она, людская неблагодарность! — Либби театрально вздохнула. — Мавр сделал свое дело...

— Стивен, не обращай на нее внимания. На нее иногда находит...

— Сегодня ты и впрямь другая, — пробормотал он, не сводя с нее восхищенных глаз.

— Как это другая? — Эмили нахмурилась. — Вроде бы все на месте. И борода не выросла...

Стивен жестом попросил Эмили пройтись и показать наряд. Она с готовностью прошлась и, разведя руки в стороны для лучшего обозрения, немного покружилась.

— Теперь я вижу: это ты, — не терпящим возражений тоном заключил он. — Эми, я не имел в виду, что сегодня ты красивее, чем всегда. Просто ты каждый день разная. И такой я тебя еще не видел. — Он покачал головой. — Да, сегодня мне будет туго: придется отбиваться еще и от твоих поклонников!

Эмили уже заготовила остроумный ответ — лучший способ самообороны, — как внезапно ее охватила паника. Вечер еще даже не начался, а она уже задыхается от волнения. Она вспомнила, как только что увидела свое отражение в окне, и по глазам Стивена поняла, что это уже не игра. Он на самом деле любуется ею! Да-да!

— Если это комплимент, — чуть слышно пролепетала она, — тогда спасибо.

Стивен шагнул к ней, нежно взял ее лицо в ладони и улыбнулся, глядя на нее сверху вниз и будя в ее памяти лучшие мгновения с ним.

— Эми, с каждым днем ты все больше и больше меня удивляешь! И расставаться с тобой через две недели я не намерен. Ну а сегодня ты такая красивая, что, боюсь, тебя уведут у меня прямо из-под носа.

Эмили заглянула в его лучистые глаза, искрящиеся веселой лаской, и у нее закружилась голова, а от прикосновения его рук чуть не подкосились ноги.

— Ну что ж, впредь будешь осмотрительнее, - умудрилась ответить она. - Особенно с малознакомыми женщинами.

Не убирая рук с ее лица, Стивен улыбнулся.

— Эми, я хочу, чтобы ты наконец узнала себе цену. У тебя такой напуганный вид, будто тебя вот-вот столкнут со скалы. Расслабься!

Внезапно его прикосновение показалось ей чересчур интимным, и она отстранилась. И с неудовольствием вспомнила, что здесь, кроме них, еще Либби.

— Стивен, полегче на поворотах. А то я передумаю и никуда не пойду.

Он плутовато ухмыльнулся.

— Не передумаешь! Да и я не упущу случая похвастаться тобой перед всеми этими богачами.

— Если мы разыгрываем сцену из «Моей прекрасной леди», — Эмили обворожительно улыбнулась, — то, насколько я помню, акценты расставлены не совсем так.

Она сняла с вешалки черную бархатную накидку, но Стивен осторожно вытянул ее у нее из рук и самолично накинул на плечи.

— Эми, запомни одно. Нежные взгляды, которые я буду посылать тебе сегодня весь вечер, настоящие.

— Я так и знала! — вклиниваясь в разговор, изрекла Либби из-за спины Эмили. — Иначе не стала бы тратить понапрасну столько времени.

Стивен перевел глаза на Либби, улыбнулся ей, а потом снова взглянул на Эмили.

— Либби, когда здесь появятся репортеры, будьте так любезны, заверьте их, что Стиви Стэффорд без ума от своей новой возлюбленной. Она не только красива, но и необычайно умна и остра на язык.

- Так и передам! С удовольствием! - пообещала Либби, поспешно открывая дверь, словно мать, выпроваживающая дочь на свидание с женихом. — Будьте спокойны!

Эмили собралась с духом и взяла Стивена под руку. Заглянув ему в глаза, она поняла: он рад, что сумел успокоить ее взвинченные до предела нервы.

— Какая прелесть! — завопила за спиной Либби.

Эмили недоуменно обернулась на подругу и рука об руку со Стивеном вышла в сгущающиеся сумерки.

- Нет, с ума можно сойти! - восторгалась Либби. — Жаль, что я не додумалась захватить с собой фотоаппарат. Ведь мне никто не поверит. Стивен, сегодня вы превзошли самого себя.

Наконец и Эмили увидела то, что так поразило подругу, и тоже замерла, приоткрыв рот от изумления.

У тротуара ее тихой улочки, в окружении любопытствующих всех возрастов, стоял великолепный экипаж. Настоящая старинная карета! С обеих сторон кареты ярко горели лампочки, стилизованные под газовые светильники. Высоко на козлах восседал кучер в шляпе и ливрее и держал за поводья пару великолепных гнедых.

Эмили и Либби одновременно повернулись к Стивену с немым вопросом, а тот с самодовольной ухмылкой заметил:

— Я же говорил, что в душе неисправимый романтик! — Он сжал руку Эмили и, понизив голос, добавил: — И вообще, на чем же еще Золушке ехать на бал?

— Лихо! — Эмили лукаво улыбнулась. — Пять минут назад ты претендовал на роль профессора Хиггинса, а теперь возвысил себя до Принца?

Между тем толпа все росла. Лошади перебирали копытами, поджидая седоков, а зеваки — кто понаглее — гладили их по холке. Кучер хранил молчание, игнорируя комментарии и вопросы. Через два дома на мостовой показалась тележка с телекамерой. Толпа восторженно взвыла.

— Отлично! — хмыкнула Либби. — Только я их не приглашала. Уже пронюхали! Ну разве можно пропустить такой момент? Эми, улыбнись — и вперед! Стивен, вы прекрасно выглядите.

— Спасибо, Либби. Всего доброго! Расскажем вам обо всем, когда вернемся.

— Ну это вряд ли! — игриво улыбнулась она. — Я тоже спешу на бал.

Эмили собралась ей достойно ответить, но Стивен развернул се за плечи и вывел под взоры многочисленных зрителей.

— Эми, нам нужно спешить, а от этого типа так легко не отвяжешься! — шепнул он ей на ухо и широко улыбнулся прямо в объектив.

— От какого типа? — не поняла Эмили.

— Я углядел одного знакомого репортера, — объяснил он. — В прошлом месяце имел с ним дело. На удивление наглый тип! Так что поаккуратнее с ним.

А тот уже подкатил к ним с микрофоном и сладенькой улыбочкой.

— Миссис Грин, признайтесь, вы удивлены?

Эмили вскинула бровь и изобразила легкую задумчивость.

— Скорее, изумлена. Впрочем, Стивен такой романтик! Он постоянно преподносит мне сюрпризы.

— Если не секрет, какие?

— Разумеется, приятные.

— Так я и думал! — хохотнул интервьюер. — И все-таки какие, например? Может, расскажете?

— Расскажу, — засмеялась она и послана пылкий взгляд Стивену, лихорадочно соображая, что бы такое наплести. — Вот эти серьги он подарил мне знаете как? Никогда не догадаетесь! Запрятал в коробку с моими любимыми шоколадными конфетами. Представляете? — Эмили повернулась к камере и, придерживая левую серьгу пальцем, вдохновенно продолжила свой экспромт: — Вообразите. Открываю коробку, достаю конфету, разворачиваю бумажку, а там... Хорошо еще, что зуб не сломала! — И она засмеялась.

Оператор расплылся в довольной улыбке, сбитый с толку репортер растерялся, а Стивен, воспользовавшись удобным моментом, повел Эмили к экипажу.

— Не волнуйся, дорогая, в случае чего подарю тебе железные зубы, — с трудом сдерживая смех, шепнул он и, галантно подхватив ее на руки, усадил в карету.

— Дорогой, а попрощаться с прессой? — спросила она со всей наивностью, какую сумела изобразить, и при этом одарила Стивена нежным взглядом, что было тут же зафиксировано камерой.

Стивен улыбнулся ей не менее сладко и пробормотал:

— Угомонись! Еще одно слово — и я лопну от смеха.

Он взобрался на кожаное сиденье рядом с Эмили, раздался свист хлыста, и экипаж тронулся. Внутри горели два светильника, на окнах колыхались шелковые занавеси, под ногами лежал ковер с длинным ворсом... Эмили казалось, будто карета летит по улицам под мерный цокот копыт.

Стивен достал из бара бутылку шампанского, фужеры, коробочку с канапе и поставил на откидной столик. Разлил вино и, подав фужер Эмили, поднял свой.

— За мечты! — Он улыбнулся, а в его глазах промелькнули отблески света.

— На этот раз не могу не присоединиться. Твой тост мне очень нравится. — Эмили отпила глоток, и по ее телу разлилось тепло. — А ты без сюрпризов жить не можешь, да?

— Не могу, — подтвердил Стивен, не сводя с нее восхищенных глаз. — Такая у нас традиция.

— У нас?

— Ну да, у нас в семье. Скоро сорок лет, как родители женаты, а отец до сих пор удивляет мать подобными подарками. Он по духу истинный рыцарь.

— А я-то думала, ты сам все придумал! — изобразив глубокое разочарование, заметила она.

Стивен проворно наполнил ее бокал, пока она не успела отказаться. Эмили не ела почти весь день, и шампанское ударило ей в голову. Зато согрело.

— Куда мне! — Он вздохнул. — У меня не такая богатая фантазия. Зато ты, Эми, меня поразила.

— Чем именно?

— Своим экспромтом по поводу серег в коробке с шоколадом. — Он покачал головой. — Знаешь, а ведь мой отец именно так преподнес матери обручальное кольцо?

— Правда? — И она засмеялась, обрадованная таким забавным совпадением. — Но ты придумал еще лучше — взял напрокат у Патриции. Кстати сказать, она не удивится, когда увидит их на мне?

— Нет. Патриция очень спокойно относится к побрякушкам. Считает излишним украшать себя. И вообще, не любит привлекать внимание к своей особе.

Эмили задумчиво кивнула.

— Ее можно понять.

Стивен отправил в рот канапе и, прожевав, возразил:

— А по-моему, она несколько перегибает. Как говорится, у каждого свой заскок.

— Не скажи. Раньше я бы тоже назвала это заскоком, но теперь я ее отлично понимаю. Проходу нет от репортеров и зевак. Разве это жизнь?

— Вот именно! Это и есть жизнь. Вернее, неотъемлемый атрибут жизни публичных людей. И тут уж ничего не поделаешь.

— Не спорю. Стивен, расскажи-ка мне лучше о вашей семейной рыцарской традиции. В следующем интервью непременно разовью эту тему. Это так забавно!

— Лучше не надо, — посерьезнел он. — И это не столь забавно, как может показаться на первый взгляд.

Эмили сделала глоток и тихо сказала:

— Ты прав. Что-то я не в меру развеселилась...

— Ну что ты! — Он расплылся в улыбке. — Я так рад, что сумел-таки тебя развеселить! Если честно, то я уже начал бояться, что ничто уже не вернет тебя к жизни.

Эмили вскинула брови.

— Если честно, то я не в восторге от того, что моя физиономия не сходит со страниц газет и экрана телевизора.

— Знаешь, Эми, именно этим ты меня и поразила, — сказал Стивен, снова наполняя фужеры.

— Поразила? - Она пожала плечами. - Я обыкновенная женщина. И хочу спокойно жить и работать.

— Нет, — возразил он. — Позволь с тобой не согласиться. Знаешь, какой я увидел тебя сегодня?

— Сегодня ты увидел результат трудов Либби плюс роскошный наряд, — усмехнулась она.

Однако Стивен шутить на эту тему не захотел. Поставив бутылку на место, он снова повернулся к Эмили, взял ее за запястье и сжал. Она потупилась: ей показалось, будто он хочет поделиться с ней своей жизненной силой. И Эмили непроизвольно придвинулась к нему.

Когда она подняла глаза, ее поразило выражение искренней заботы у него на лице.

— Сегодня вечером, впервые с тех пор, как я тебя встретил, — тихо сказал он, — я увидел в тебе ожидание радости. Раньше я тянул тебя силком, а ты нехотя поддавалась. А сегодня вечером — нравится тебе это или нет — ты наконец преодолела свою зависимость и согласилась с тем, что имеешь право наслаждаться жизнью. Эмили отвела глаза. За окнами в лиловых сумерках проплывал вечерний Лондон.

— Не понимаю, о чем ты, — не глядя на него, проговорила она. — Просто я выполняю условия нашего соглашения. И рада, что у меня неплохо получается. Патриция мне глубоко симпатична. — Она помолчала и, переведя дыхание, добавила: — Я же обещала вам помочь. И не вижу в этом особой доблести. Да тебе с восторгом поможет любая. Хотя бы Либби.

Стивен снова сжал ее руку.

— А мне не нужна любая. Мне нужна ты. Эмили, ты особенная. Прости, что говорю банальности, но у меня на самом деле нет слов. Ты... ты настоящая, понимаешь? — Он улыбнулся, словно радуясь, что наконец подобрал нужное слово. — Я с тобой всего неделю, но ощущаю себя другим человеком. Мне хорошо, как никогда.

Эмили слушала его, затаив дыхание, и обмирала. Она чувствовала, что он говорит от души, а страсть, горящая в его глазах, передалась ей. Слова Стивена повергли ее в смятение: она и ждала их, и боялась поверить. Ведь их говорил человек, который всегда играет. А с чего все началось?

— На прошлой неделе, — чуть слышно сказала она, опустив глаза на колени, обтянутые роскошной тканью, — ты выбил меня из колеи.

Он снова сжал ее руку.

— Что, страшно?

Эмили глубоко вздохнула, а сердце колотилось так, что он наверняка слышал.

— Очень! — еле слышно шепнула она. — Почти три года я жила как во сне.

Стивен приподнял ее лицо за подбородок.

— Эми, наслаждайся жизнью!

Эмили сидела ни жива ни мертва. В глазах Стивена она видела страсть, нежность и... удивление. Она понимала, что сидит от него слишком близко, но ей так не хотелось отодвигаться! Хотя вряд ли она смогла бы: тело больше не повиновалось ей. Она одновременно чувствовала и неимоверную радость - потому что не могла о таком даже мечтать, и безотчетный страх — потому что не знала, сумеет ли со всем этим справиться.

7

Эмили не заметила, как экипаж остановился. Дверца распахнулась - и она увидела кучера, готового помочь им выйти.

Стивен поднес руку Эмили к губам и, не скрывая сожаления, тихо сказал:

- Ну вот, теперь придется делить тебя с обществом...

Эмили с неохотой возвращалась к суровой реальности. Ведь придется разыгрывать очередную сцену на потребу публике... Она заглянула Стивену в лицо и по блеску его глаз поняла: для него это уже не просто игра. У нее задрожали руки, и, прежде чем ответить, она осушила фужер до дна.

— Спасибо за дивную поездку! — с улыбкой поблагодарила его она, стараясь не выходить за рамки игры. — Стивен, ты меня так совсем разбалуешь... Мне очень понравилось!

- Я счастлив, радость моя. - И он поцеловал ее руку.

Внезапно на душе у Эмили стало спокойно. Пожалуй, она явно перебрала шампанского... Справится ли она со своей ролью?!

Стивен протянул руку и осторожно дотронулся до локона у нее на шее. При этом он смотрел на нее так, словно только что обрел истинное сокровище.

- Эми, ты просто чудо! Сияние твоих глаз затмевает блеск украшений. Ты достойна самого лучшего. К следующему выходу в свет я подарю тебе диадему.

Заметив в его глазах желание, Эмили запаниковала. Он все еще не отпускал ее запястья, а другой рукой гладил локон, и она ощущала на шее легкие прикосновения его горячих пальцев. В ней вспыхнуло ответное чувство, и на один безумный миг захотелось одного - захлопнуть дверцу и остаться со Стивеном наедине.

Она прикрыла глаза, представив себе, какое это блаженство, но тут же испугалась собственной смелости и попыталась обратить все в шутку:

- Диадему? Зачем? - Она нервно хохотнула. - Разве я принцесса?

Вместо ответа Стивен привлек Эмили к себе и припал к ее губам в упоительном поцелуе. Накидка соскользнула с плеч, и Эмили словно током ударило от прикосновений его ищущих губ и горячих рук на голой спине. А он прижимал ее к себе все теснее. Казалось, их сердца бьются в унисон.

— Провались все к чертовой матери! — севшим от волнения голосом пробормотал он, обжигая ее шею воспаленным дыханием. — Поехали назад!

Эмили позволила себе насладиться кратким мигом блаженства: пробежала рукой по его волосам, провела по виску, щеке, волевой линии подбородка... Но из глубин сознания пробилась мысль: их ждут в ресторане на Темзе.

Она не устояла перед искушением и на миг прижалась губами к его щеке, а он, подавив стон, порывисто приник к ее рту. Его язык властно раздвинул ее губы и проник внутрь. Эмили коснулась его языка своим — и у нее захватило дух.

— Нет! — выдохнула она, с трудом отрываясь от него и отодвигаясь как можно дальше, не в силах отвести глаз от его лица, на котором было столько тоски, что у нее сжалось сердце. — Так нельзя... Тебя же все ждут. — Не удержавшись, она подняла руку, обвела пальцем контур его губ — таких властных и чувственных, — словно хотела сохранить их в памяти навсегда, и тихо повторила: — Тебя ждут.

На перекрестке их уже дожидался «ягуар», принадлежавший хозяину консорциума плавучих гостиниц. Остаток пути Стивен и Эмили провели в компании лысеющего толстячка средних лет и его молодящейся супруги, обязанной красотой и гладким видом успехам современной пластической хирургии.

По дороге супруги то и дело наливали им шампанского и без устали твердили о том, как им повезло, что они заполучили в гости самого Стиви Стэффорда. Такие клиенты увеличивают прибыли и поднимают престиж заведения.

И хотя сезон прогулочных пароходов-ресторанов подходит к концу, известие о том, что на «Куин Мэри» будет сам Стиви Стэффорд, произвело настоящий бум: все билеты распроданы по пиковой цене. И как благодарны мистеру Стэффорду они лично, и вся компания, и речное судоходство в целом и прочее и прочее...

Непрерывный поток дифирамбов лысого человечка напоминал ритуальное песнопение. От изрядной дозы выпитого шампанского Эмили расслабилась и пребывала точно во сне. И ей уже не казалось странным, что она едет в роскошном авто вместе со Стивеном и владельцем судоходной компании на вечер в плавучий ресторан, где соберутся сливки общества и толстосумы. Она просто наслаждалась ситуацией, не заботясь о последствиях, а все отрицательные эмоции отложила на потом.

Через пятнадцать минут они прибыли на набережную. Ночь была великолепная. Над Темзой сияла огромная желтая луна, на зыбкой темной воде мерцали отблески фонарей и огни речных судов. А вот и причал, где стоит «Куин Мэри». С борта доносилась музыка, вдоль пристани прогуливалась публика, глазея на сверкающий огнями пароход и не менее ослепительных приглашенных.

Палубы «Куин Мэри» пестрели яркими указателями и, что особенно поразило Эмили, были устланы шкурами. Само торжество с изысканным буфетом и оркестром происходило в кают-компании. Официанты обходили гостей с полными подносами, строго следуя инструкции не оставлять ни одного из приглашенных с пустыми руками. Стоило Эмили со Стивеном ступить на трап, как им вручили по бокалу шампанского. Стивен бережно поддерживал ее за локоть, словно оберегая свою даму от жадных глаз и вопросов.

С непривычки Эмили поначалу нервничала, пока Стивен бесконечно долго представлял ее своим многочисленным знакомым, но, как ни странно, вскоре почувствовала себя вполне комфортно. Видно, у нее незаурядный талант к адаптации. Она оказалась на подобном сборище впервые, но неплохо в него вписалась. Либби ее наверняка похвалила бы!

— Малышка, ты ведешь себя на удивление естественно! — шепнул ей на ухо Стивен и, взяв ее ладонь в свою, вывел на палубу. — Ты всех очаровала.

— Это шампанское меня расковало, — скромно согласилась Эмили, не забывая ослепительно улыбаться направо и налево. — Теперь я точно знаю, что чувствует Золушка, когда Принц знакомит ее со своим окружением.

Вместо ответа Стивен увлек ее за собой на верхнюю палубу, где играл еще один небольшой оркестр. Они выбрали скамейку в укромном уголке, за пароходной трубой. В ярком лунном свете река скользила перед ними словно расплавленное серебро. А с неба на них смотрели звезды.

— Готова поспорить, что все это великолепие устроил ты! — с улыбкой сказала Эмили, жестом указывая на дивную ночь за бортом.

Музыканты заиграли медленный вальс, и ей захотелось танцевать. Она допила шампанское, поставила бокал на скамейку и прильнула к Стивену. Ночной ветерок холодил голые руки и спину. Стивен обхватил ее за плечи и прижал к себе.

— Эми, скажи мне правду, — потребовал он, поставив ноги на поручни. — Тебе нравится бал?

Чуть помедлив, она ответила:

— Все оказалось не так страшно, как я думала. Просто шумное скопище людей.

Стивен рассмеялся и, уткнувшись лицом ей в волосы, принялся растирать ее руки своими теплыми ладонями. На мгновение Эмили испугалась, вдруг чудесный сон кончится, но ей стало так тепло и уютно, что она успокоилась.

— А ты часто бываешь на многолюдных сборищах? — спросила она.

— Стараюсь по возможности избегать, только не всегда удается.

— Интересная у тебя работа.

— Даже слишком! — хохотнул он. — Как-то раз на церемонии вручения призов я сидел рядом с Бритни Спирс. Так через пару дней каждый встречный и поперечный утверждал, будто бы она ждет от меня ребенка.

Эмили засмеялась.

— Вот здорово! Ну и как же вы его назовете?

— А тебе палец в рот не клади!

Она повернулась и, увидев морщинки в уголках его глаз, ямочки на щеках и белозубую улыбку, снова засмеялась.

— Что это ты так развеселилась?

— Не знаю, — пробормотала Эмили, не отрывая глаз от его лица. В призрачном свете луны он был необычайно красив, и ей не верилось, что они рядом. — Наверное, перебрала шампанского... Как бы не натворить глупостей!

— Пока ты твердо стоишь на ногах, — подбодрил ее Стивен с благодарной улыбкой. — А вообще, я не прочь посмотреть, как ты творишь глупости!

— Мистер Стэффорд! — раздался у Эмили за спиной взволнованный женский голос, и перед ними появилась запыхавшаяся девушка в обтягивающем блестящем платье и с таким диким цветом волос, что Эмили с трудом сдержала смех.

— Да? — живо откликнулся Стивен, мгновенно перевоплощаясь, и Эмили в очередной раз подивилась, как он за считанные секунды может стать другим человеком,

— Вас все обыскались! — выдохнула незнакомка, словно только что пробежала марафонскую дистанцию. — Пора начинать благотворительный аукцион.

Стивен улыбнулся ей так, словно ждал ее появления всю жизнь, поблагодарил, а потом обернулся к Эмили.

— Ну что, пойдем отрабатывать угощение?

Он помог ей встать, и палуба закачалась у нее под ногами.

— Похоже, я уже не твердо стою на ногах! — с нервным смешком заметила она. — Боюсь, светский образ жизни мне не по зубам...

— Не волнуйся, радость моя! Я тебя поддержу, — прошептал ей на ухо Стивен, нежно пожимая локоть. — Пойдем!

— А на тебя можно опереться? — изобразив на лице сомнение, спросила она.

— Попробуй, а то так и будешь сомневаться, — в тон ей ответил он.

Под руку со Стивеном она вернулась в зал и зажмурилась от яркого света и блеска драгоценностей. При их появлении все заулыбались и зааплодировали, а Стивен усадил Эмили в кресло, поцеловал и лишь потом поднялся на сцену.

— Я привез Эмили, чтобы представить ее всем вам, — обратился он к публике, непринужденно засунув руки в карманы брюк и демонстрируя свое всем известное пренебрежение к светским условностям. - Только, боюсь, она не разделяет моей потребности во внимании публики.

Эмили кивнула с видом «опять он за свое» и вежливо улыбнулась. По залу волной разбежался возбужденный шепоток. А ведь завтра, пришло ей в голову, доведись столкнуться с кем-нибудь из присутствующих в магазине, они ее просто не заметят. Зато сегодня заискивают перед ней, словно она принцесса крови. И это лишь потому, что она пришла со Стивеном.

— Перед началом аукциона позволю себе напомнить, что у вас еще есть уникальный шанс стать участником цикла передач «Затерянный рай», ведущим которых будет ваш покорный слуга. — Он с достоинством поклонился. — Конкурсный отбор продолжается, но времени у вас в обрез. Тот, кому повезет больше всех, кроме бронзового загара привезет с островов приз. — Он выдержал эффектную паузу. — Пять тысяч фунтов!

Аудитория восторженно взвыла и взорвалась аплодисментами, как будто Стивен уже одарил призом каждого.

После аукциона вечеринка продолжилась. Однако потанцевать со Стивеном Эмили никак не удавалось. Он пользовался бешеным успехом, а когда вернулся к ней с двумя бокалами пунша, разговорился с известным адвокатом, большим специалистом по бракоразводным делам, предварительно запретив Эмили танцевать с кем бы то ни было.

И вот наконец-то настала очередь Эмили. Стивен оказался классным партнером. Эмили догадывалась, что он неплохо танцует, но все равно была поражена артистизмом, легкостью и грацией у такого крупного мужчины. Хорошо, что она в детстве увлекалась бальными танцами, с облегчением подумала Эмили, а то сейчас имела бы бледный вид...

Все присутствующие расступились, давая им простор, и у Эмили перехватило в горле от радостного волнения.

Во время танца Стивен прижимал ее к себе слишком близко, но противиться ему у нее не было ни желания, ни сил. Ей нравилось чувствовать сквозь тонкую ткань платья тепло его рук, нравилось прижиматься щекой к его плечу, вдыхая волнующий аромат туалетной воды и его тела.

Когда музыка смолкла, Эмили расстроилась. Наверное, это шампанское ударило мне в голову, решила она. Впрочем, какая разница? Вспомнилась ария Элизы Дулиттл. «Я танцевать хочу, я танцевать хочу до самого утра. Как будто два крыла природа мне дала...» Как же там дальше? «Пришла моя пора». Кто знает, может, пришла и ее пора?

Нет, просто у нее после вечера в объятиях Стивена окончательно съехала крыша.

Они попрощались с гостями и усталые и довольные отбыли в оставленном для них лимузине владельца судоходной компании. По дороге Стивен обнимал Эмили за плечи и они вместе напевали мелодию, под которую только что танцевали.

Эмили пришло в голову, что она переживает самый счастливый момент в своей жизни.

- Эми, я тебя не отпущу! - шепнул Стивен, когда они добрались до ее дома, и, не давая ей возможности возразить, обратился к шоферу: — Спасибо. Можете быть свободны.

Эмили выбралась на тротуар и медленно вдохнула ночной воздух, стараясь привести в порядок чувства. От выпитого шампанского голова кружилась, а тело казалось неестественно легким.

— Зачем ты отпустил шофера? Теперь...

Стивен улыбнулся и прижал палец к ее губам.

— Всем и так все давным-давно известно. Где у нас ключ? — небрежно спросил он и, взяв у нее из рук сумочку, принялся его искать. — Согласись, Эми, это даже обидно: все говорят, мол, Стиви Стэффорд спит с очередной новой подружкой, а я до сих пор ни в одном глазу...

- А ты мог хотя бы из приличия спросить у меня, вдруг я...

— Но ведь ты не против? — перебил ее он и, отперев дверь, увлек за собой. — Так что сегодня я буду спать на твоем ложе.

- Но...

— Никаких «но»! — Он чмокнул ее в губы и повел в гостиную, где на кофейном столике стояла бутылка «шардонне», а под ней белела записка. — Сюрприз. Мило! Надо думать, от нашей доброй феи Либби. Сейчас откупорю.

- От Либби?

Стивен протянул ей записку. Так и есть. «С наилучшими пожеланиями. Думаю, не помешает».

Ох уж эта Либби! Эмили вздохнула, с наслаждением сбросила туфли на высокой шпильке. Паркет приятно холодил усталые ступни. Какая, однако, проницательность! И все-то она предусмотрит, а завтра с утра пораньше начнет подкалывать.

Стивен откупорил бутылку и протянул Эмили бокал, свободной рукой отстегивая галстук-бабочку.

— Давай присядем.

Эмили устало опустилась на диван, вытянула ноги, пошевелила затекшими пальцами. И сделала глоток, хотя конечно же ей было уже достаточно. Стивен скинул смокинг и сел рядом, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки.

— Не забудь взять украшения, — напомнила Эмили, вытянув руку с браслетом. Бриллианты посверкивали как звезды на ночном небе. Она отпила еще глоток, поставила бокал на край стола и взглянула на Стивена. - Спасибо тебе за дивный вечер.

Он улыбнулся ей, а его рука скользнула по дивану у нее за спиной.

— Это тебе спасибо! Эми, ты была на высоте! — сказал он. — Хотя я в этом ничуть не сомневался.

— Знаешь, а все оказалось не так и трудно. Жаль только, что теперь мне от сестры Терезы житья не будет!

— Кто это?

— Наша инспектриса. Она и так убеждена в том, что ты вот-вот появишься у нас в отделении и обесчестишь меня прямо на рабочем месте.

— Я не прочь! — Стивен лукаво ухмыльнулся, и на его щеках обозначились ямочки.

Эмили поймала себя на том, что ей ужасно хочется его поцеловать.

— Эми, до понедельника можешь спать спокойно. Ну а когда выйдет воскресная пресса, вот тогда и оценишь бремя славы в полном размере.

— Ох уж эта слава! — Она покачала головой. — Страшно подумать, что будут говорить обо мне в больнице!

Стивен отпил глоток и откинул голову, смакуя вино.

— Эми, а почему бы тебе не взять тайм-аут на недельку-другую? Вот и переждешь самое страшное.

Она чуть нахмурилась и, взяв свой бокал в руки, пробормотала:

— Потому что я работаю. И дорожу своим местом.

— Разве у тебя нет отпуска?

— Есть. Но я приберегаю его на Рождество. Поеду в Дарем.

— Там твоя семья?

— Нет! — выпалила она и тут же разозлилась на себя за несдержанность.

К счастью, Стивен не придал этому значения: ведь он не мог знать об ее отношении к Рождеству. И о том, как больно ей видеть улицы Лондона, расцвеченные праздничными огоньками. Не мог Стивен знать и о том, как Эмили надеялась, что Ричард сумеет разогнать тени прошлого. А он погиб и оставил ее одну наедине с непосильным горем.

— Нет, — повторила она уже мягче. — На Рождество я еду в горы кататься на лыжах. Вместе с Либби.

Со своими родственниками Либби не общалась, а может, их у нее и не было, так что подруги проводили отпуск вместе.

— А где твоя семья? — спросил Стивен.

Эмили окаменела. Почему он спрашивает? Это не его дело. И вообще, никого не касается. Захотелось еще вина: может, хоть тогда удастся забыться?

Эмили подняла на Стивена глаза и тихо сказала:

— Я стараюсь не касаться этой темы. Особенно когда мне весело.

— Значит, дело не только в смерти Ричарда? — догадался он и дрогнувшим голосом произнес: — Эми, может, все-таки расскажешь, что случилось.

Она отвернулась. Стивен затронул то, о чем после гибели Ричарда Эмили запретила себе даже думать. Попытайся Стивен ворошить ее прошлое раньше, он бы встретил суровый отпор. Она бы ни за что не подпустила его к себе так близко. Но он как-то незаметно сумел разрушить защитную броню, и вообще он так внимателен к ней... Нет, он имеет право знать все.

— Это случилось накануне Рождества, — тихо начала Эмили свой рассказ. — Мама с папой ушли в гости.

Она помолчала, словно припоминая события давних дней. Родители жили очень скромно, отказывая себе во всем — лишь бы отправить Эмили в частную школу и приличный колледж. Экономили на всем, чтобы дать дочери то, чего были лишены сами. Отец работал полисменом, мать вела хозяйство. Эмили была поздним ребенком. До ее рождения мать потеряла двоих детей и так и не оправилась от тоски по сыновьям, которых ей так и не было суждено увидеть взрослыми. Родители страстно желали дать дочери хорошее образование. Они хотели ею гордиться.

Эмили взглянула на свой пустой бокал. Золотой ободок поблескивал в свете лампы в пандан к браслету на запястье.

— Они немного припозднились и спешили домой. Потому что в тот день я должна была пойти на вечеринку. — Эмили опустила глаза. — Их сшиб пьяный водитель. Прямо у самого дома... — Она слышала вой сирены и шум толпы на перекрестке. Но не могла знать, что беда произошла с ее родителями. — Мама умерла у меня на руках. — И Ричард тоже, добавила она про себя. — А отец выжил. Потом он женился на женщине с тремя детьми. Они живут в Глазго, отец оттуда родом.

— Отец винит во всем тебя?

Эмили зябко передернула плечами.

— Думаю, винит. Бессознательно. — Она помолчала. — Его можно понять. Он так любил маму! Еще со школы.

С тех пор Рождество стало для Эмили невыносимой мукой. Она выучилась на медсестру, устроилась работать в «скорую» и надеялась, что со временем — особенно когда в ее жизни появился Ричард — сумеет справиться со своим горем. Но после смерти мужа все ее надежды обратились в прах и у нее опустились руки.

— Ричард тоже погиб в канун Рождества?

— Нет, после. — Она усмехнулась. — Тебе повезло, что мы встретились осенью. Ненавижу декабрь! В это время я как раненый зверь. — Ее душили слезы. Стивен взял ее лицо в свои ладони и бережно притянул к себе. Его глаза смотрели на нее так, словно хотели взять на себя всю ее боль.

- Эми, обещаю, больше никогда не причиню тебе боли! — тихо сказал он. — И не буду приставать с расспросами.

Эмили показалось, что боль отступает. Рядом со Стивеном она чувствовала себя сильнее.

Он наклонился к ней и поцеловал в одну щеку, потом в другую — словно хотел собрать ее слезы. Она сидела неподвижно, прикрыв глаза, и вдруг услышала, как бьется его сердце. Открыв глаза, она инстинктивно отстранилась, уперлась ладонью ему в грудь и ощутила под пальцами в расстегнутом вороте рубашки шелковистые волоски.

Стивен придвинулся к ней еще ближе и нежно приник к ее губам. Она разомкнула губы, пробуя его на вкус и упиваясь чувством единения с ним. Как озарение мелькнула мысль: как же давно она этого хотела!

А он оторвался от ее губ и осторожно, словно боясь спугнуть, принялся покрывать поцелуями ее лицо. Потом поцеловал в ухо и одним ловким движением распустил ее волосы. Они рассыпались по плечам, и он бережно начал гладить их. Провел пальцем по мочке уха, шее, поцеловал плечо, руку — не спеша, словно хотел запомнить их вкус и очертания.

Эмили потянулась к нему, обвила руками шею, приникла лицом к груди и поцеловала впадинку на горле, где бьется пульс. Она впитывала его нежность и обретала жизненную силу. Ей было тепло и уютно в его объятиях. Она погладила мускулистые плечи, грудь, спустилась к животу...

- Эми! - шепнул он. - Эми, сладкая моя... - Одной рукой он прижал ее к себе, а другой ласкал почти благоговейно.

От его прикосновений у Эмили по телу побежали мурашки. Стивен осторожно спустил платье с ее плеч и отстранился, любуясь ею.

Эмили трепетала от желания. Впервые почти за три года она испытывала наслаждение от мужской ласки. На ее глаза набежали слезы.

Стивен обвел языком ее губы, а руками ласкал шею. Его прикосновения были легкими: пальцы, словно дразня, обводили плечи, ключицу, скользили по ложбинке, открывая прелесть нежнейшей кожи... А потом коснулись соска и обхватили соблазнительную округлость груди.

Дрожа от страсти, Эмили прикрыла глаза. Ласки Стивена отозвались внизу живота горячей волной. Она словно растворилась в нем, став чутким инструментом наслаждения в его уверенных руках. Открыв глаза, она увидела его светло-русую голову у себя на груди и лишь подлила масла в огонь. Разбуженное желание пульсировало в ней сладкой болью и сейчас для нее не существовало ничего, кроме этого ни с чем не сравнимого восторга.

Стивен осторожно прикусил ее сосок зубами. Эмили откинула голову и подавила стон. Теперь руки его стали дерзкими и нетерпеливыми, а губы, язык и зубы дразнили ее груди до тех пор, пока она не вскрикнула от наслаждения.

— Эми, — шептал он, прижимаясь к ее груди. — Я хочу тебя. Хочу, чтобы боль ушла из твоих глаз...

От этих слов — таких горячих и искренних — Эмили похолодела. С пугающей ясностью она внезапно осознала, что любит его, и ужаснулась.

— Эми, что с тобой?

— Стивен... — Она запнулась, прикрыв рукой обнаженную грудь, словно защищаясь. — Не надо, прошу тебя! Не говори так.

— Как «так»? — спокойно спросил он, не сводя с нее пристального взгляда. — Что плохого в том, что я о тебе забочусь?

Она отвела глаза и, покачав головой, еле слышно сказала:

— Это все игра. Ты не забыл, что мы с тобой играем в игру?

Он обнял ее осторожно, как испуганного ребенка, и отер ладонью слезы.

— Нет, Эми, это давно уже не игра. Но я не буду на тебя давить. Тебе и так досталось.

Он замолчал, и Эмили взглянула на него и снова залилась слезами.

— Эми, прости меня. — Он улыбнулся. — Сам не знаю, что на меня нашло. Обещаю впредь быть терпеливее. — Он болезненно поморщился. — Все будет гак, как ты захочешь. Станем добрыми друзьями. А когда захочешь большего, дай мне знать.

— А если этого так и не произойдет? — спросила она, испытывая смешанное чувство вины и страха из-за того, что доставила ему боль.

Он улыбнулся.

— Произойдет. Я точно знаю, смелости у тебя хватит. А у меня терпения.

— У тебя? Терпения? — Эмили рассмеялась. — Не верю!

— Поживем — увидим! — улыбнулся он в ответ и, наклонив голову, чмокнул ее в щеку. — А теперь, радость моя, не пора ли тебе баиньки? Ведь завтра тебе на работу.

Эмили постаралась придать своему взгляду уверенность.

— А ты не возражаешь, если мы останемся здесь?

Вместо ответа Стивен притянул ее к себе и принялся гладить по голове. Она устроилась поудобнее, положила голову ему на грудь и закрыла глаза. Господи, как хорошо! Ей казалось, что ничто на свете не сможет разлучить их.

8

Эмили проснулась от телефонного звонка. Кто это может быть в такой час? Наверное, ошиблись номером, решила она, поворачиваясь на другой бок, но телефон все звонил и звонил.

Стивен осторожно поднялся и подошел к телефону.

— Либби? Мы только что вернулись. — Он протянул трубку Эмили. — Твоя добрая фея.

— В чем дело? — без всякого вступления сердитым тоном приветствовала Эмили подругу.

— Ну и манеры! - притворно возмутилась Либби. - Ни тебе здравствуйте, ни спасибо за заботу...

— Либби, какого черта ты названиваешь среди ночи?

— А ты сама как думаешь? — хохотнула Либби. — Воистину счастливые часов не наблюдают! — Она вздохнула. — Подруга, выгляни в окошко! Хотя, окажись у меня в кровати Стиви Стэффорд, я бы тоже забыла обо всем на свете.

— К твоему сведению, мы на диване, - парировала Эмили.

— Да ты что! Стивен - любовник с фантазией, да? - не унималась Либби. - И ты тоже ничего себе! Женщина-вамп, да и только! Как говорится, в тихом омуте...

— Либби, может, хватит чесать языком?

— Эми, я-то тебя пойму, но что скажут другие?

— А мне все равно. И вообще, не надо меня опекать. Мы только... — Она покосилась на окно. Светало. - А который час? - испуганно спросила она.

— С добрым утром! Уже без четверти семь. Звоню с работы. Не бойся, я тебя прикрою.

— Бегу! — И Эмили вскочила как ошпаренная. - Стивен, я опаздываю. Если хочешь, оставайся у меня. Отключи телефон, поднимайся наверх и поспи. Потом созвонимся.

Через пять минут она выбежала из душа в преображенном виде — волосы заплетены в аккуратную косичку, макияж смыт, а в ушах вместо роскошных топазов Патриции - скромные золотые сережки.

Эмили было жалко расставаться с украшениями — вернее, с красивой сказкой, которую они олицетворяли, — но что поделаешь? Сказка кончилась. И сегодня утром из зеркала на нее смотрела совсем другая женщина. Эмили оставила драгоценности на видном месте, чтобы не забыть отдать их Стивену.

Дверь в его комнату была отворена. Он лежал в постели, но еще не спал. Едва она взглянула на него, как ноги словно приросли к полу. Расстегнутая на груди рубашка пробудила в ней воспоминания прошлой ночи. Заметив ее взгляд, Стивен повернулся и, положив руки за голову, заметил:

— Ну вот, снова смотришь на меня как чужая...

— Я... я хотела отдать тебе украшения.

— Если хочешь, я куплю тебе точно такие же.

— Нет-нет, не надо!

Он улыбнулся.

— Но я хочу отблагодарить тебя за все, что ты для меня сделала.

— Стивен, я опаздываю, потом поговорим.

— Удачного тебе дня! — с благодушной улыбкой пожелал он, словно вопрос уже решен.

На пороге Эмили обернулась — захотелось еще раз взглянуть на него — и тихо сказала:

— Спасибо тебе. — Она имела в виду вчерашний вечер и знала: он понял ее без лишних слов. Не дав ему возможности ответить, она закрыла за собой дверь.

Эмили почти никогда не опаздывала на работу: сестра Тереза не прощала опозданий. Можно себе представить, какой прием она ей уготовила! А Либби наверняка начнет подкалывать и шутить шуточки.

Что теперь будет? Стивен сказал, что у нее хватит смелости начать новую жизнь, но у самой Эмили такой уверенности не было. Как говорится, за удовольствия надо платить! Стивен возродил в ней желание жить полной жизнью, но вместе с этим в ней поселился страх — страх снова потерпеть неудачу.

В больницу Эмили приехала в половине восьмого. Слава Богу, сестра Тереза ее не застукала. Все буквально пожирали ее глазами — как будто она только что вернулась от королевы Елизаветы. Ясное дело! Либби звонила с работы, наверняка кто-нибудь подслушал и разнес новость по всей больнице: Стиви Стэффорд ночевал у Эмили и звонок Либби прервал их необузданную страсть в самый неподходящий момент.

В каждом углу хихикали, шушукались, а при появлении Эмили делали страшные глаза. Какая-то доброхотка не поленилась и наверняка преподнесла наиболее «правдивую» версию Эрни Скотту. Эмили сразу поняла это, когда увидела его в столовой. И, как ни странно, почувствовала облегчение: значит, объяснять ничего не надо!

— Эрни, не возражаешь, если я с тобой сяду? — с улыбкой спросила она, ставя свой поднос к нему на столик. — Или боишься, что я брошу тень на твое доброе имя?

Со всех сторон за ней следили десятки глаз — с завистью и плохо скрываемым осуждением.

— А ты уверена, что хочешь разделить со мной трапезу? — в тон ей ответил вопросом на вопрос Эрни и улыбнулся. - Ведь у тебя появились новые друзья.

— Эрни, мы дружим с тобой два года. — Эмили села и взяла вилку. — А все остальное — досужие домыслы.

Она потерла усталые глаза и подумала: вот уже второй раз за неделю по милости Стивена она не высыпается. Похоже, это входит в систему. Она покосилась на Эрни и увидела в его глазах такую муку, что почувствовала, с одной стороны, угрызения совести, а с другой — некоторое удовлетворение: выходит, не так уж она и плоха.

— Эрни...

Он смотрел куда-то мимо нее.

— Эрни, что случилось?

Он нервно дернул плечом и, переведя на нее глаза, буркнул:

— Ничего.

— Это не ответ. — Она подалась вперед. — Эрни, ведь мы с тобой друзья?

Он смотрел на нее в упор, и у Эмили душа ушла в пятки.

— Значит, мы больше не друзья? — тихо спросила она, хотя ответ был очевиден.

Эрни грустно улыбнулся:

— Эми, ты мне друг. Но я рассчитывал на большее.

— Эрни... — Она растерялась и замолчала, не зная, что сказать. — Эрни, я...

— Эми, только не надо ничего объяснять, — поспешно перебил ее он. — Я и так все понимаю. И ценю твою дружбу. Жаль, что ты не можешь обещать мне большего.

— Эрни, я не хотела тебя обидеть, — пробормотала она, глядя в тарелку. — Просто я...

— А ты меня и не обидела. — Он улыбнулся. — Эми, не надо себя ни в чем винить. Сердцу не прикажешь.

Она подняла на него глаза и, увидев его добродушную улыбку, чуть не расплакалась, но на душе у нее стало легче.

К концу смены Эмили с трудом держалась на ногах, глаза слипались и она могла думать лишь об одном — как бы поскорее попасть домой, принять горячий душ и нырнуть под одеяло.

Она уже заканчивала заполнять истории болезни, когда в сестринскую, размахивая свежей газетой, вбежала Хилари. На этот раз фотограф запечатлел тот самый момент, когда Стивен подсаживал Эмили в карету. Реакция женского персонала была столь бурной, что через пару минут на пороге, грозно сверкая очами, возникла сестра Тереза.

— Миссис Грин, — чеканя каждый слог, произнесла она, — когда вы намерены вернуть отделение «скорой» в рабочее состояние?

— Уверяю вас, если сие состояние зависело бы от меня, то это произошло бы прямо сегодня, — ответила Эмили, с трудом сдерживаясь, чтобы не тереть сонные глаза.

Повисла напряженная пауза.

— Вот как? — Сестра Тереза буравила Эмили своими колючими глазками. — А от кого же это зависит?

Эмили почувствовала, что щеки заливает краска стыда.

- Миссис Грин, я задала вам вопрос, - с инквизиторским рвением продолжила допрос монахиня. — До каких пор будет лихорадить всё отделение?

— Через неделю мистер Стэффорд уедет, - не поднимая глаз, пролепетала Эмили.

- Через неделю?! Нет, это недопустимо! - проскрипела инспектриса и, подойдя к Эмили вплотную, прошипела ей в ухо: - Пусть убирается сейчас же! И ваша жизнь сразу станет менее значительной. — Не дожидаясь ответа, она вышла.

Не успела за ней закрыться дверь, как в сестринскую вбежала Кэсси и, подлетев к Эмили, выпалила:

- Он здесь! — В глазах у нее было испуга больше, чем после нагоняя главного врача.

- Кто? — машинально спросила Эмили, думая о том, что ей надо еще составить отчет для сменщицы.

— А то ты не знаешь! — с ехидцей заметила Кэсси. - Эми, хватит выпендриваться!

Только тогда Эмили поняла, кого она имеет в виду, и похолодела от ужаса.

— А где он? — спросила она и поморщилась, заметив, как все навострили уши. — Где ты его видела?

— Да прямо у нас в коридоре! Сижу себе на посту, болтаю с Трейси и вдруг вижу — он! Стиви Стэффорд собственной персоной! Я прямо глазам не поверила. Какой же он красавчик! Обалдеть! — Она закатила глаза. — Везет же тебе, Эми!

— А дальше что?

— Он подошел к столу, поздоровался и пошел себе дальше. С ума сойти! Я до сих пор вся дрожу. Смотри! - Она вытянула руку и чуть закатала рукав халата, предъявляя в качестве доказательства мурашки.

— Хорошо, что он с тобой не разговорился, а то ты бы на радостях и вовсе откинула копыта! — вставила свое слово Либби.

— Ну и где же он? - спросила Эмили.

— Ты что, не веришь? — обиделась Кэсси. — Думаешь, я все выдумала? Больно надо!

— Да где же он? — торопила Эмили.

— Пошел к сестре Терезе, вот где!

— Врешь! — выпалила Либби.

— С какой стати? Не веришь — иди посмотри сама!

Эмили выскочила в коридор первой, Либби и Хилари поспешили за ней.

Стивен на самом деле оказался в кабинете сестры Терезы. Услышав его голос, Эмили приоткрыла дверь и заглянула в щелочку. Стивен сидел за столом напротив инспектрисы и улыбался своей самой обезоруживающей улыбкой. На этот раз он был в классических джинсах и объемном серо-голубом кашемировом свитере под цвет глаз. В таком наряде он был похож на инструктора по горным лыжам.

Сестра Тереза — вопреки своим недавним распоряжениям — улыбалась от уха до уха и была мила как никогда.

— Вот это да! — прошептала Либби за спиной у Эмили. — Ну-ка, дай мне взглянуть, кто это там так сладко поет? Неужели наша драконша?

— И мне дайте глянуть хоть одним глазком! — напирала сзади Хилари. - Имейте совесть! Я еще ни разу не видела Стиви Стэффорда живьем!

— Нет, с ума сойти можно! Еще чуть-чуть - и сестра Тереза предложит дорогому гостю чай! -комментировала Либби, уступая место Хилари. — Сроду не видела на ее физиономии такой сахарной улыбочки!

— Зря Стивен явился сюда без предупреждения! — с мрачным видом пробормотала Эмили, стоя у стенки. - Мне и так неприятностей хватает...

— Не бойся, подруга! — подбадривала ее Либби. — Стивен укротил сестру Терезу, так что теперь она тебе не страшна, вот увидишь!

— Ты так думаешь? — усомнилась Эмили и, потянув Хилари за рукав, спросила: — Ну что там? Дай мне послушать.

Хилари с явной неохотой отклеилась от двери и уступила место Эмили.

— Разумеется, мистер Стэффорд! — сияя улыбкой, ворковала сестра Тереза. — Вы можете повидаться с миссис Грин. Я провожу вас к ней лично.

«Шпионы» обратились в бегство и еле успели занять рабочие места, как дверь отворилась и в сестринскую вошли сестра Тереза, а вслед за ней Стивен с коробкой под мышкой.

— Здравствуй, дорогая! — приветствовал он Эмили, обласкав ее глазами. — Вот, решил заскочить к тебе и сделать сюрприз. Он подошел к ней и чмокнул в щеку.

Эмили стояла ни жива ни мертва, а у нее за спиной раздавались восторженные ахи-охи. Лицо сестры Терезы расплылось в лучезарной улыбке.

— Стивен, не надо было отрывать меня от работы, — промямлила Эмили. — И тем более сестру Терезу.

— Позволь с тобой не согласиться, — возразил он, глядя ей прямо в глаза. — Я должен был приехать и внести ясность. Ведь это по моей вине у тебя неприятности на работе.

— Да уж! — усмехнулась Эмили, мечтая лишь о том, чтобы этот «прямой эфир» закончился как можно быстрее. — Стивен, может, потом поговорим?

— Эмили, мне не терпится вручить тебе подарок. - Он протянул ей коробку. - Дорогая, а у тебя усталый вид. Не выспалась, бедняжка! Давай я отвезу тебя домой.

Эмили взяла коробку и буркнула:

— Спасибо за подарок. И за заботу. — Она вздохнула. — Только зачем ты...

— Ни слова больше! — Он прижал палец к ее губам. — Эми, я не мог отказать себе в удовольствии увидеть тебя хотя бы на полчаса пораньше. Ты же знаешь, какой я нетерпеливый... — Он обворожительно улыбнулся. — И потом я не забыл о своем обещании.

— Каком обещании? — машинально спросила Эмили и тут же прикусила язык, вспомнив утренний разговор про украшения.

— Открой коробку, и ты все поймешь. - Стивен загадочно улыбнулся. — Надеюсь, тебе понравится.

Визит Стивена окончательно расстроил Эмили. Пока она сдавала смену, он успел сделать пожертвование больнице, очаровал весь персонал и даже навестил парочку больных, которым посчастливилось в тот день угодить в «скорую».

Перед уходом домой Эмили пришлось под натиском Либби, Хилари и прочих крайне заинтересованных лиц открыть коробку. Там оказалось шелковое платье золотистого цвета и бархатный черный футляр.

Эмили расстегнула замочки — и по сестринской пронесся восторженный стон. На фоне черного бархата красовался комплект из бриллиантовых серег и подвески на цепочке белого золота.

Когда они со Стивеном уходили из больницы, Эмили спиной ощущала на себе завистливые взгляды. Стивен улыбался, довольный успехом своей миссии, и Эмили оставалось лишь разделить его успех.

Он галантно распахнул перед ней дверцу ее потрепанной малолитражки и, посадив даму в машину, умудрился втиснуться за руль. Эмили откинулась на спинку сиденья й устало прикрыла глаза. В горле стоял комок.

— Зачем ты устроил все это представление? — тихо спросила она, когда он завел мотор и машина тронулась с места. — Неужели нельзя было подождать, пока я вернусь с работы?

— Потому что тогда ты бы ни за что не приняла моего подарка, — не моргнув глазом ответствовал он.

— Серьезный довод, — согласилась она, не открывая глаз. — А как тебе удалось выкроить время? У тебя же весь день расписан по минутам.

— Надо было заехать поговорить с Патрицией, — с деланным безразличием пробормотал он. — У нее возникли кое-какие проблемы.

Эмили открыла глаза и взглянула на него. Он смотрел на дорогу. Лучи закатного солнца золотили его волосы. Ей пришло в голову, что она никогда еще не встречала мужчину с такой жизненной силой и с таким золотым сердцем. На глаза навернулись слезы.

— Мы с ней решили остаться друзьями, — сообщил он, оборачиваясь к Эмили.

Она молчала, припоминая свой разговор с Эрни. Похоже, сегодня слово «друг» у всех на устах...

— Эми, ты меня слушаешь? Я сказал Патриции, что не могу без тебя, и знаешь, что она мне на это ответила?

Эмили молча покачала головой.

— «Ну, кто был прав? Я всегда говорила, что слишком консервативна для такого необузданного типа, как ты!» — Он хохотнул. — А ты, Эми, что скажешь?

Эмили утратила дар речи. Она хотела сказать, что они знакомы всего неделю, и что она не уверена в прочности их отношений, и что не следует торопить события... Но не сумела справиться с нахлынувшими на нее чувствами.

Пауза затягивалась. Стивен покосился на Эмили и, заметив ее смятение, тихо добавил:

— А еще я сказал Патриции, что ты пока ничего не решила, и обещал на тебя не давить. Но главное — признался в том, что Патриция абсолютно права и именно ты помогла мне это понять. Она не та женщина, с кем бы я хотел прожить всю свою жизнь.

Стивен рассчитывал, что эти слова ободрят Эмили, но они вызвали эффект, обратный желаемому.

— И что теперь будет? — спросила она с перепуганным видом. — Это изменит твои планы?

Стивен бросил на нее взгляд и снова уставился на дорогу.

— Не совсем. До начала съемок у меня еще неделя. Так что пока я полностью в твоем распоряжении.

Эмили молчала, а голова у нее шла кругом. Еще неделя? Если события и дальше будут развиваться такими темпами, то трудно сказать, чем все это закончится. Ясно одно: рядом со Стивеном она не способна мыслить логически. Какая уж тут логика, если он будит в ней столько эмоций?!

Она снова откинула голову на сиденье и закрыла глаза. Сердце бешено колотилось, в мыслях царил хаос... Стивен следил за дорогой, но время от времени Эмили кожей чувствовала на себе его взгляды. Остаток пути оба молчали.

Стивен довез ее до дома и отправился в отель. Эмили быстро приняла душ и с наслаждением юркнула в постель. Ей хотелось одного — спать.

9

В понедельник утром фотография Эмили появилась во многих журналах. Ко вторнику все бульварные газеты объявили о ее тайном браке со Стиви Стэффордом. Либби ревностно собирала все публикации и даже завела специальный альбом. Для истории, как она выразилась. Подруга не сомневалась: Эмили еще поблагодарит ее за это.

Сестра Тереза не поленилась и письменно уведомила репортеров о том, что они ни под каким видом не будут допущены на территорию больницы. И категорически отклонила предложение администрации предоставить Эмили неоплачиваемый отпуск — пока скандал вокруг ее имени не утихнет. Инспектриса заявила: миссис Грин — превосходная медсестра и заменить ее некем, ну а спорить с сестрой Терезой никто не отважился.

Эмили жила как в осаде: каждый ее шаг фиксировался и обсуждался желтой прессой. И единственным местом, где она чувствовала себя относительно спокойно, стала больница. Хотя отделение «скорой» место бойкое и покой этот тоже был весьма относительным.

Во время выходов в свет Эмили поддерживал Стивен, а остальное время ее опекала Либби. Эмили порадовалась, что сестра Тереза не отпустила ее в отпуск: она была так загружена работой, что ни на что другое времени просто не оставалось. Лишь по ночам из тайников подсознания выползал страх, воскрешая старые кошмары, и Эмили просыпалась в холодном поту.

Она думала, что кошмары вернулись из-за стрессового состояния, в которое ее ввергла вся эта история. До встречи со Стивеном на протяжении почти трех лет ее жизнь состояла исключительно из работы и ревностного ухода за домом. Неудивительно, что участие в представлении для широкой публики подорвало ее силы.

Хотя зачем обманывать себя? Все ее беды из-за того, что она позволила себе влюбиться. И теперь уже не может безболезненно порвать со Стивеном. Он вернул ей вкус к жизни. И пробудил чувства, о существовании которых она и не подозревала. Чувства эти переполняли ее. Она боялась, что не сумеет совладать с ними и потеряет Стивена. А потеряв его, потеряет себя.

В последний день накануне отъезда Стивена на съемки стояла ясная погода. Выглянув в окно, Эмили полюбовалась буйством осенних красок, размытой лазурью неба, и ей пришло в голову, что в такую погоду хорошо гулять на природе, а не тусоваться с бомондом.

Вечером предстоял очередной спектакль для восторженных поклонников Стиви Стэффорда, где Эмили надлежало быть в новом платье с бриллиантовым сетом. Она любовалась драгоценностями целую неделю, хотя один раз предприняла тщетную попытку вернуть Стивену столь дорогой подарок.

Вот и сейчас Эмили открыла бархатный футляр и смотрела на благородную игру камней, снова и снова решая для себя дилемму — нужно ей это или нет? Как всякой женщине, ей льстило обладание такими изысканными драгоценностями, но она прекрасно понимала: это не просто украшения, а символ новой и чуждой ей жизни.

Стивен оказался верен своему слову: не давил на нее, но, вне всякого сомнения, ждал продолжения отношений. Ну что ж, придется дать ему понять, что этот королевский подарок не вписывается в ее жизнь.

Эмили с решительным видом захлопнула футляр и принялась за спасительную уборку. За последние две недели она несколько запустила домашнее хозяйство и сейчас с наслаждением занималась физическим трудом, полностью отключившись от тревожных дум.

Когда раздался звонок в дверь, она сосредоточенно терла зеркало в холле. На этот раз в нем отражалась хмурая женщина с темными кругами под глазами после очередной бессонной ночи. Эмили покосилась на часы: начало первого... До ужина еще далеко, значит, это не Стивен. Видеть никого ей не хотелось, и она продолжила уборку.

Позвонили снова, но Эмили, будто не слыша, брызнула на зеркало еще одну порцию стеклоочистителя и снова взялась за тряпку. Когда занят делом, время летит незаметно. Минут через пять за дверью черного хода послышалось царапанье. Наверное, Том явился перекусить. Эмили вошла в кухню и не глядя отворила дверь, буркнув на ходу:

— Заходи, Томми! Правда, сегодня у меня не слишком обширное меню. Сам знаешь, хозяйка я неважнецкая... — Она открыла дверцу холодильника и присела на корточки в поисках чего-нибудь вкусненького. — Подожди, Томми, сейчас я тебя чем-нибудь накормлю.

— А меня здесь чем-нибудь накормят? — раздался у нее за спиной смеющийся голос Стивена.

От неожиданности Эмили потеряла равновесие и плюхнулась на пол. Стивен возвышался над ней — в джинсах, ветровке и бейсболке, — словно только что вернулся с прогулки на природе, о которой она только что мечтала.

Запрокинув голову назад, Эмили сказала, глядя ему в лицо:

— Стивен, извини, но придется тебя разочаровать. Вряд ли тебя устроит «Вискас»...

— Это точно! — хохотнул Стивен. — К тому же я не хочу объедать твоего любимчика Томми.

— А если серьезно, зачем ты явился так рано? Да еще в таком виде! — Только сейчас она сообразила, что выглядит затрапезно, и, опустив глаза, смущенно пробормотала: — Стивен, приезжай вечером. Когда я буду готова. А сейчас мне некогда. У меня уборка.

Стивен огляделся.

— Здесь чисто как в операционной. Лучше поехали со мной!

— Куда?

— Куда-нибудь на природу.

Сердце у Эмили затрепыхалось, но она не двинулась с места.

— У меня не то настроение. Сегодня впервые за две недели репортеры оставили меня в покое, и я хочу немного отдохнуть. И вообще, я... я не выспалась.

— Вот и отдохнешь! — с энтузиазмом воскликнул он и, помолчав, добавил: — Между прочим, это я уладил все с прессой. Неужели я не заслужил пикничок с безалкогольным шампанским? — И он протянул ей руку. — Поднимайся и собирайся.

Он не понимал, а у нее не хватало слов объяснить. Она взяла его ладонь и встала. От Стивена исходил слабый аромат лосьона, смешанный с запахом осеннего леса, и Эмили не могла собраться с мыслями и решить, что же ей делать: выпроводить его или собираться на прогулку. Нет, ей нужна передышка! Вечером предстоит выход в свет, а у нее внутри все дрожит от напряжения.

— Стивен, извини, но я не могу. - Она отвела глаза. — Нет, на самом деле я не в форме. И не могу выходить из дома в таком виде.

— Эми, прошу тебя, поедем! — настаивал он, беря ее за запястье и подводя к двери. - А то еще погода испортится.

Напротив дома стоял лимузин.

— В таком виде? — Эмили с сомнением оглядела потертые джинсы и фланелевую рубашку.

— Отличный вид для прогулки за городом! — подбодрил ее Стивен. — Только ветровку захватим. — Он снял с вешалки ветровку и деловым тоном спросил: — А где ключи?

— В кармане куртки, — с обреченным видом ответила Эмили, поняв, что сопротивление бесполезно, и захлопнула дверь.

Стивен распахнул дверцу, усадил ее на сиденье и, обежав машину, уселся за руль.

— Не понимаю, зачем лишний раз афишировать наши отношения? — спросила она, когда они свернули на Кеннингтон-роуд.

— Ну надо же подкинуть репортерам работенку! А то они совсем заскучали... Вот я тебя и умыкнул!

Эмили покосилась на Стивена и внезапно поняла, что с ним творится что-то неладное. Он старался бодриться, но это давалось ему с трудом. Она пригляделась и прочла в его глазах тревогу. У нее сжалось сердце. Захотелось обнять его и взять на себя его боль. Но вместо этого она спросила:

— И все-таки почему ты вернулся в образ похитителя?

Стивен поднял глаза на бескрайнее небо и пробормотал:

— Ты же знаешь, какой я импульсивный...

— Знаю. И все же скажи мне, что у тебя приключилось?

Он молчал, и Эмили нетерпеливо потянула его за рукав.

— Стивен, я жду.

Он обернулся к ней и заставил себя улыбнуться.

— Хочешь знать, почему я тебя похитил? Потому что ты, Эми, единственный человек на всех Британских островах, с кем я могу поделиться.

— Плохи твои дела, приятель, раз тебе приходится обращаться за помощью к полусумасшедшей медсестре, — неловко пошутила Эмили, пытаясь снять остроту момента.

Он откинулся на спинку и левой рукой приобнял ее за плечи.

— Что случилось? — снова спросила Эмили.

— Под угрозой моя карьера. Завтра мне уезжать на съемки, а мать кладут в больницу на обследование. Может статься, ей предстоит срочная операция...

— Господи, неужели тебя не отпустят? Ведь можно отложить съемку на какое-то время...

Стивен покачал головой.

— Я подписал контракт. И утром мне вылетать на острова, а мать в понедельник утром ложится в больницу. У нее опухоль.

Эмили взяла его ладонь в свою, крепко сжала и заглянула в глаза. В свое время он принял на себя ее боль, а теперь ее черед. Стивен доверился ей: дал понять, что он не супермен, а живой человек с такими же, как и у всех, житейскими невзгодами.

— Если надо, я побуду с твоей матерью. И чем могу, помогу, — просто сказала она. — Я же медсестра.

— Спасибо тебе, Эми! — Он благодарно улыбнулся.

Они долго молчали. Потом Стивен сжал плечо Эмили и притянул ее поближе к себе.

— Эми, завтра мы расстанемся. И надолго. Я вернусь самое раннее к Новому году. Какие у тебя планы на праздники?

Эмили постаралась отшутиться:

— Пока не знаю. Но в Лапландию в гости к Санта-Клаусу точно не поеду.

— Вот и хорошо! Тогда послушай, что я тебе скажу, — посерьезнел он. — Я в тебя всерьез влюбился, а характер у меня, сама знаешь, импульсивный.

Эмили почувствовала, как жар охватил все ее тело и на глаза набежали слезы.

— Стивен, даже не знаю, что тебе сказать, — пробормотала она. — Знаю только одно. Не хочу, чтобы ты уезжал.

Стивен улыбнулся и, сжав ей плечо, тихо сказал:

— Эми, ты и представить себе не можешь, как много для меня значит твоя поддержка! Я понимаю, тебе по моей милости изрядно досталось. — Он помолчал. — Такое напряжение любому трудно выдержать, а у тебя и без того в жизни было много испытаний...

— Поэтому я и хотела спрятаться от всех, — опустив голову, призналась она. — Но потом поняла: от жизни не спрячешься.

— Эми, ты будешь меня вспоминать?

Она молча кивнула: слезы застилали ей глаза.

— Я постараюсь вырваться домой на Новый год, — продолжал он. — Эми, давай встретимся и начнем все сначала. Договорились?

— А ты уверен, что это нужно? Все так запуталось… И непонятно, что у меня будет с работой...

— Этот вопрос мы решим в январе, — улыбнулся он и привлек ее к себе. — Эми, ты слишком мне дорога, так что не надейся от меня легко отделаться. — И он рассмеялся. — Предупреждаю, парень я везучий и всегда добиваюсь того, что хочу. А тебя, женщина, я хочу! — Он резко вырулил на обочину, остановил машину и поцеловал ее в губы, словно скрепляя свои слова печатью. — Ну а сейчас, — сказал он после паузы, — давай насладимся вместе теми часами, что у нас остались. И больше ни слова о неприятном. Хорошо?

Они провели прекрасный день за городом, а когда в реке отразился закат, вернулись к машине и поехали назад.

Два часа спустя Эмили и Стивен сидели на диване в гостиной, поджидая машину с шофером, который должен был отвезти их на вечеринку. Стивен был в клубном пиджаке, темно-серых брюках и белоснежной рубашке, а Эмили сделала макияж и надела подарки — золотистое шелковое платье и бриллианты.

После нескольких часов на свежем воздухе лицо у нее посвежело, но она так расслабилась, что временами будто проваливалась куда-то. Не слышала и половины того, что говорил Стивен, глаза то и дело слипались...

— Эми, может, приляжешь хоть на несколько минут? — предложил он, заметив ее состояние. — Время еще есть.

Она покачала головой.

— Нет уж! Лучше я посижу, а то тебе придется запихивать мое бренное тело в машину.

— Иди сюда. - Он с покровительственным видом притянул ее к себе. — Машина будет еще не скоро.

Эмили не заставила себя долго уговаривать. На самом деле, почему бы не прилечь на полчасика? Она вытянула ноги, и Стивен опустил ее голову себе на колени.

— Ну что? — с улыбкой спросил он, гладя ее по волосам. — Так удобнее?

— Не то слово! - пробормотала она. - Я полежу немножко. Не волнуйся, я не усну...

Десять минут спустя прибыл шофер и увидел такую картину: на диване сидел Стиви Стэффорд, а у него на коленях, заботливо укрытая пледом, безмятежно спала женщина с роскошными бриллиантовыми серьгами в ушах. Шофер впервые пожалел, что обязан хранить молчание по поводу личной жизни своих клиентов. Эта картинка явно заслуживала внимания публики.

Эмили проснулась от звуков скрипки. Она хотела вскочить, но Стивен удержал ее.

— Я что, уснула? — Она потерла глаза и окончательно проснулась. — Извини.

— Да за что ты извиняешься? - спросил он, помогая ей сесть. — За то, что по моей милости выбилась из сил? Это я должен перед тобой извиняться. Я же видел, как ты устала, но не сделал нужных выводов.

А звуки скрипки все лились и лились. Значит, это не сон? — изумилась Эмили.

— Стивен, на кухне кто-то играет на скрипке. Или у меня окончательно съехала крыша?

— Нет, с крышей у тебя полный порядок. Просто я в очередной раз проявил инициативу. — И он расплылся в улыбке. — Ты же знаешь, какой я романтик!

— Ну и что ты натворил на этот раз?

— Иди и взгляни. Как говорится, лучше один раз увидеть! — хохотнул Стивен. — Нет, пожалуй, лучше я тебя все-таки подготовлю. У тебя на кухне праздничный ужин под живую скрипичную музыку. Только и всего.

Эмили вскочила и, подойдя к двери кухни, замерла на пороге. На столе белоснежная скатерть, тонкий фарфор, изысканный хрусталь, цветы... В высоких серебряных подсвечниках горели тонкие свечи, распространяя нежный аромат. Скрипач и два официанта — все трое в смокингах — отвесили ей поклон.

Она растерялась, смущенно кивнула им в ответ и, обернувшись к Стивену, спросила:

— И как прикажешь все это понимать?

— Очень просто. Я изменил планы на вечер. Шофер оказался свободен, и я послал его в ресторан за ужином и всем прочим. Ну что, ты готова приступить к трапезе?

— Стивен, но ведь тебя ждут на вечеринке...

— На то они и поклонники, пусть себе ждут! - с ухмылкой заметил он и, войдя в кухню, отодвинул для нее стул. - Это мой последний день перед съемками, и я предпочитаю провести его с тобой.

— И с официантами, — чуть слышно шепнула Эмили, чувствуя некоторую неловкость от присутствия трех посторонних мужчин у нее на кухне.

— Намек понял. — Стивен заговорщицки подмигнул. — Сейчас же отправлю их восвояси, раз они тебя напрягают.

— Стив, ты слишком хорош для меня!

— Смотри, не перехвали!

Он подал знак официантам, и они подошли к столу с серебряными подносами, нагруженными всевозможными коробочками из японского ресторана.

— Как ты догадался?! — восторженно ахнула Эмили. - Обожаю японскую кухню!

— А я, к твоему сведению, очень догадливый! - расплылся в улыбке он. - Ну а если честно, позволил себе заглянуть в записную книжку на телефонном столике и обнаружил в ней массу телефонов и адресов японских ресторанчиков.

Официант подал им пиво. Стивен отхлебнул глоток, одобрительно кивнул и продолжил:

— И наконец, в той же книжке нашел телефон Либби и уточнил твои любимые блюда у нашей доброй феи. Не мог же я целый вечер гадать, чем бы мне угодить своей Спящей Красавице!

Эмили давно не получала такого удовольствия от еды. Пиво подали к тигровым креветкам, белое вино — к нидзи масу (форели, зажаренной по-гифудски), а красное — к якитори (особо приготовленному шашлыку). Когда все коробочки опустели, а скрипач начал исполнять свой репертуар по второму кругу, Стивен налил им по рюмке сливового ликера и увлек Эмили на прогулку.

Ночь стояла тихая и ясная. Светила луна, под ногами шуршали листья... Эмили шла под руку со Стивеном по тротуару, стараясь не замечать, что за ними неотступной тенью следует лимузин.

— Хорошо, что мы никуда не пошли сегодня вечером! — шепнул Стивен ей на ухо. — Не хочу тебя ни с кем делить.

— Просто захотел пива и якитори, — пошутила Эмили, хотя при мысли о грядущей разлуке душу сжимало холодом. Сейчас она особенно остро чувствовала, как они близки.

Стивен покачал головой и, заглянув ей в глаза, серьезно ответил:

— Нет, Эмили, я на самом деле хочу быть с тобой. Ты такая красивая! — Он остановился в тени ветвистого вяза и привлек ее к себе. — Знаешь, на что похожи твои глаза? На янтарь. Я буду думать о тебе все время.

— Не говори так! — Эмили чуть не плакала. — До твоего отъезда остались считанные часы, а время идет так быстро! Не напоминай лишний раз.

Она смотрела ему в глаза и думала, как сказать ему о том, что она его любит.

— В следующий раз подарю тебе янтарь в золоте, - размышлял он вслух, играя прядью ее волос. — Эми, а какой тебе больше нравится — светлый под цвет глаз или темный под цвет волос?

— Стивен, не надо...

— Что не надо? — удивился он.

— Не надо сейчас об этом.

— Ну что ж, придется подарить и светлый, и темный. - Он улыбнулся. - Или придумаю еще что-нибудь.

И, прежде чем Эмили успела ответить, он наклонился и закрыл ее рот поцелуем. Она прижалась к нему и ответила на поцелуй. Танец его языка разжег в ней желание, и ей захотелось слиться с ним воедино.

Стивен оторвался от ее губ и севшим от волнения голосом пробормотал:

— Эми, мне пора.

Когда они вернулись, официанты успели уйти, а на кухне, к немалому изумлению Эмили, царил идеальный порядок. Пришло время прощаться. Стивен обнял ее, и она прочла в его глазах любовь и горечь разлуки.

— Береги себя, — сдавленным голосом проговорила она, с трудом сдерживая слезы. — И дай мне знать, как дела у твоей мамы.

Стивен кивнул и просто сказал:

— Жди меня в январе. — И поцеловал ее — нежно, с прощальной лаской.

Эмили длила поцелуй, сколько могла, но вот он оторвался от нее и шагнул к двери. Она стояла и молча смотрела ему в спину, а из груди ее рвался немой крик: не уходи!

Стивен открыл дверь и замер на пороге. Обернулся, и Эмили увидела в его прекрасных лучистых глазах внутреннюю борьбу. Сердце у нее чуть не выпрыгнуло из груди.

— Не могу! — выдохнул Стивен и, раскинув руки, бросился к ней. - Эми, я хочу тебя!

Она едва не задохнулась в его объятиях, и ей показалось, как будто в ней прорвалась плотина. Она прижалась к нему всем телом, боясь, что он уйдет, а он неистово целовал ее. Его руки жадно скользили по телу, и тонкий шелк не был им помехой.

Эмили трясло как в лихорадке. Она воспламенилась, точно в затухающий костер подбросили охапку хвороста. Своими ласками Стивен звал ее к новой жизни — жизни более яркой, чем та, какую она знала раньше. Ее захлестнула волна желания.

Его поцелуи становились все требовательнее, а ласки все настойчивее. Он расстегнул молнию, нетерпеливыми пальцами приспустил платье с плеч и провел горячими ладонями по голой спине.

Эмили расстегнула ему рубашку и прижалась лицом к его груди, вдыхая неповторимый запах его тела. Внезапно ей стало трудно дышать — как будто она оказалась под водой.

Стивен поцеловал ее в губы и двинулся дальше, куснул за мочку уха, обжег дыханием шею — и у Эмили появилось ощущение, будто она начинает плавиться. Он потянул за платье, шелк соскользнул и упал к ее ногам. Внезапно Стивен отстранился и посмотрел на нее отрешенными глазами, словно сомневаясь в правильности своих поступков.

- Эми, я...

— Стивен, — перебила она его и, положив руку ему на грудь, подняла на него исполненные решимости глаза. — Не надо больше ничего говорить.

Он молча схватил ее на руки и легко понес наверх, в спальню. Положил на кровать и не спеша раздел, оставив на ней только украшения. Потом сбросил с себя одежду.

Эмили замерла от восторга. До чего же он хорош - мощный торс, плоский живот, стройные ноги... Когда Стивен лег рядом, она повернулась к нему, обхватила ладонями твердые ягодицы и притянула к себе.

Губы их слились в страстном поцелуе, а когда они оторвались друг от друга, Стивен уложил Эмили на спину и, склонившись над ней, сильными чувственными пальцами обвел полушария ее грудей, а потом нежно обхватил их ладонями.

От его прикосновений Эмили застонала и выгнулась дугой. Соски ее заострились. Стивен опустил руки и припал к ее груди губами, дразня языком, нежно покусывая и распаляя в ней желание. Эмили прерывисто дышала, скользя пальцами по мускулистой спине, плечам, шее и не ощущая ничего, кроме его пьянящих прикосновений.

А руки Стивена опускались все ниже и наконец достигли шелковистого бугорка. На миг Эмили замерла, перевела дыхание, а он закрыл ей рот поцелуем, танцем языка вторя движениям пальцев.

Когда Стивен оторвался от ее губ, она жалобно всхлипнула, прося продолжения, и он устроился поудобнее и мощным толчком вошел в нее, заполнив ее всю. Она вскрикнула от наслаждения. Впившись пальцами в его спину, она задвигалась в такт движениям его тела, стремясь слиться с ним воедино и продлить танец любви.

Его стон отозвался в ней эхом, но, когда он безвольно уронил голову ей на грудь, она ощутила, как в ней взорвался вулкан неизведанного ранее наслаждения, а из глаз потекли слезы.

Обессиленные тела обмякли в жаркой истоме, и они провалились в сладкое забытье.

Эмили приснился кошмар. Ей снилось, будто за ней гонятся признаки. Она кричит, просит Стивена подождать ее, но он не слышит, а призраки уже совсем близко. И вот они уже хватают ее своими ледяными руками, а из ее горла рвется немой крик...

Она вскрикнула и проснулась. Комнату заливал солнечный свет, из ванной доносился шум воды. Она вспомнила, как раньше по утрам вылезала из кровати, бегом бежала к Ричарду, и частенько совместные водные процедуры завершались близостью под теплой завесой душа...

Эмили лежала неподвижно, накрывшись простыней по самый подбородок, и тупо глядела в потолок. Она хотела сказать Стивену, что минувшей ночью была счастлива как никогда, но знала, что не сможет. Да и зачем? Все равно он уйдет. А ей остается лишь надеяться, что, когда он вернется, у нее хватит смелости любить его.

— Эми...

Она подняла глаза: Стивен стоял в дверях, уже одетый.

— Подожди! — Она стремительно села. — Я сама тебя отвезу.

— Не надо. Я уже вызвал машину.

Он подошел и, сев на край постели, притянул ее к себе.

— Эми, не надо меня провожать.

— Почему? - встрепенулась она, заглядывая ему в лицо.

— Не хочу прощаться с тобой на людях.

Эмили постаралась улыбнуться, хотя слезы застилали ей глаза, и пробормотала:

— Сама жизнь разлукой испытывает нас на прочность.

В ответ Стивен еле заметно улыбнулся и поцеловал ее в ладонь.

— Эми, если я тебе понадоблюсь, дай мне знать. И я приеду. Договорились?

Она кивнула и, проглотив ком в горле, подняла на него заплаканные глаза.

— До января?

Стивен кивнул и, бережно взяв ее лицо в ладони, поцеловал в губы. Эмили прильнула к нему. Раздался звонок в дверь. Стивен напрягся и, оторвавшись от нее, с улыбкой повторил:

— До января. Я люблю тебя.

Эмили сидела не шевелясь и смотрела ему в спину. Сидела и тогда, когда он спускался по лестнице. И лишь когда за Стивеном захлопнулась дверь, уткнулась в подушку и дала волю слезам.

10

Дни тянулись мучительно долго, складываясь в серые безрадостные недели, и вот снова наступил декабрь.

Что может быть хуже зимы в большом городе? Серое небо, слякотный снег и пик дорожных аварий... Смены казались бесконечными, хотя работы было невпроворот, и Эмили охватила апатия.

К ней снова стал наведываться Эрни: она подозревала, что это результат трудов неугомонной Либби. Он сделался еще рассудительнее, и Эмили не возражала против его дружеского участия. Ну а сама Либби развлекала подругу как могла: устраивала по выходным набеги к ней в гости, покупала билеты в театр, приглашала на прогулки за город...

Почему Ричард погиб именно в декабре? — снова и снова задавалась вопросом Эмили. Глупый вопрос, и ответа на него нет... Можно подумать, погибни он в январе, ей было бы легче! Она вспомнила, как два года назад с ужасом ждала прихода декабря. Первого декабря без Ричарда. Тогда она жила в каком-то оцепенении, сосредоточив всю свою волю лишь на том, чтобы выжить. И выжила. Пережила и прошлый декабрь.

Но в этом декабре Эмили было плохо как никогда. С отъездом Стивена ее непрестанно мучили ночные кошмары, а днем терзал ничем не обоснованный страх за него. Она жила в ожидании катастрофы. Стала чаше смотреть «Новости», особенно репортажи о происшествиях, хотя прекрасно отдавала себе отчет в том, что нагнетание массового психоза не способствует поднятию духа.

До Рождества оставалось две недели. Эмили приехала в больницу хмурая и неотдохнувшая. Повесила пальто в шкафчик, переобулась, надела халат и поймала себя на том, что ей до смерти не хочется общаться с надоевшими коллегами и выполнять рутинную работу.

— Эми, где ты была? — тоном строгой мамочки спросила ее Либби. - Все утро не могла тебе дозвониться.

— Выходила, — буркнула Эмили. Ее раздражало, что Либби опекает ее сверх меры. - Гуляла в парке.

Она на самом деле провела утро в парке. Устав от тишины пустого дома, решила побродить по аллеям и поискать остатки осеннего тепла. Но деревья стояли голые и замерзшие, и в парке было так же одиноко и пусто, как дома. И как везде.

— А зачем я тебе так срочно понадобилась? — спросила она и подумала: глупый вопрос. У Либби всегда и все срочно.

— Эрни только что заходил, — задумчиво сказала Либби.

При каждом удобном случае Либби твердила, что на тихого, спокойного Эрни можно положиться. И советовала не отталкивать его. Как правило, в подобных ситуациях Эмили воздерживалась от комментариев, но сегодня спокойно взглянула в глаза подруге.

— Между прочим, вчера вечером Эрни сделал мне предложение.

Либби чуть не упала со стула.

— Ну а ты что?

Эмили налила себе кофе со сливками и, помешивая сахар, подумала, что Стивен, будь он неладен, во время разговора точно так же рассеянно помешивал бы кофе.

— Я ему отказала.

— Слава Богу! — Либби перевела дух. — Ты поступила мудро.

— Иной раз я тебя не понимаю. — Глаза Эмили потемнели от затаенной обиды. — А почему бы мне не выйти за Эрни? Не ты ли мне все уши прожужжала, какой он надежный друг!

— Вот именно, друг! Ведь ты его не любишь. — Либби никогда не отступала. — Да если ты за него выйдешь, только загубишь себе всю жизнь!

— А сейчас, по-твоему, я живу? — взорвалась Эмили. — Либби, ты же прекрасно знаешь, каково мне последние два месяца! Куда как весело!

— Эми, ты что, маленькая девочка? С чего ты взяла, что разлука это повод для веселья?

Эмили отвернулась и, придвинув стул к столу, пробормотала:

— Ты не думай, будто я жалуюсь. Со мной все в порядке. Пресса теряет ко мне интерес, так что скоро буду спокойно спать по ночам. — Она вздохнула. — И друзья у меня есть.

— И они не будут стоять в стороне и смотреть, как ты топчешь собственную жизнь! — вставила свое слово Либби и с упреком спросила: — Ну почему ты не отвечаешь на письма Стивена?

— Потому! Либби, сколько раз мы с тобой это обсуждали! — Она опустила глаза. — «Письма» - это громко сказано. Уведомления о состоянии здоровья его матери. Все в порядке, диагноз не подтвердился...

— Значит, ты решила отделаться от Стивена еще до того, как он вернется в Лондон?

Эмили пожала плечами.

— Может быть... Я еще не решила.

— Вот и прекрасно! - просияла Либби. - Все складывается как нельзя лучше.

— Что «все»? — не поняла Эмили. — Не вижу особых причин для радости.

— Зато я вижу. Раз ты отложила решение на потом, мы с тобой прекрасно проведем отпуск. Тем более что на этот раз мы едем в новое место!

— О чем это ты? А как же Дарем?

— Сюрприз! — Либби засунула руку в карман халата и извлекла конверт. - Горные лыжи отменяются! Поедем в теплые края, а снег от нас никуда не денется.

— Либби, объясни толком. Какие еще теплые края?

Либби улыбнулась от уха до уха и, потрясая письмом, дурашливым тоном объявила:

— Меняю горные лыжи на водные! Летим на Красное море!

— Либби, ты что, бредишь?

— Эми, на этот раз мы встретим Рождество на Красном море. Ну а если быть точной, в бухте Наама на Синае. Мне придется похудеть, так что все пирожные и булочки отменяются! — с воодушевлением тараторила она. - А ты у нас круглый год стройна, как топ-модель, так что можешь и дальше набивать себя эклерами. Нет, ты только представь: загорим среди зимы и явимся в Лондон. А тут вес бледные, как поганки какие...

— Либби, остановись! Я ничего не понимаю.

— А тебе и не надо понимать. Только скажи «да» — и я твой верный раб до гробовой доски.

Эмили начала догадываться, откуда ветер дует, и у нее потемнело в глазах.

— Письмо от Стивена?

— Эми, но его же там не будет! Соглашайся, не дури!

Эмили вскочила и хотела выхватить письмо, но Либби ловко увернулась.

— Эми, послушай...

— Дай мне письмо!

— Говорю тебе, его там не будет! — по слогам повторила Либби, глядя Эмили в глаза. — Его семья решила встретить Рождество на Синае. Сняли виллу прямо на берегу Красного моря. Представляешь, какая прелесть? Да это же сказка!

— Вот именно! Сказка. А я уже большая девочка и...

— Вот и докажи, что ты большая девочка! — перебила ее на полуслове Либби. — Хотя бы выслушай до конца. Ты же знаешь, какой Стивен внимательный. У нас с тобой близких нет, вот он и сделал нам подарок. И авиабилеты уже заказал... Ну что в этом плохого? Ведь сам Стивен в это время будет на съемках.

Эмили с трудом держала себя в руках.

— Нет! Об этом не может быть и речи. Она шагнула к двери, но Либби схватила ее за плечи и, тряханув, с расстановкой произнесла:

— А теперь послушай, что я тебе скажу. Эми, такой шанс упускать нельзя. Да это идиотизм! Попробуй рассуждать здраво. Поездка на Синай просто отличная возможность отдохнуть в обществе приятных людей. А отдохнуть тебе, подруга, не помешает. Потому что заполучить Стивена не так-то легко.

— А кто тебе сказал, что я хочу его заполучить? — возмутилась Эмили.

— Не перебивай! — прикрикнула на нее Либби. — Если не поедешь, значит, у тебя кишка тонка! Ну а раз так, ползи себе домой и хорони себя заживо! И вот что я тебе еще скажу: зачем, по-твоему, Стивен так носится с тобой?

Эмили молчала.

— Не знаешь? Ну так я тебе скажу. Он любит тебя, дуру эдакую! Вот уж действительно, любовь зла...

Эмили не нашлась, что ответить. На душе у нее было столько всего... И такого, чего не доверишь даже Либби.

— Молчишь? Хороший знак! — ухмыльнулась та. — А если серьезно, то я не прочь в кои-то веки провести Рождество с теми, кто радуется празднику. Ну разве это плохо? Так что подумай хотя бы о подруге, эгоистка ты несчастная!

— Уговорила, — наконец прервала молчание Эмили. - Я подумаю. А теперь пойдем работать.

— Пойдем. Только не рассчитывай, что я от тебя отстану. - Либби хитро прищурилась. - Минут через двадцать, в крайнем случае через полчаса, я тебя еще разок потревожу.

— Ну-ну! Попробуй! — усмехнулась Эмили. — Только смотри, не переусердствуй. А то я возьму и откажусь. Из вредности.

— Да уж! Вредности тебе не занимать.

Эмили собралась выходить, но ей пришла в голову новая мысль:

— А почему Стивен написал именно тебе?

— Думаю, он мечтает поглядеть на меня в бикини! — хохотнула Либби. — Ну а если серьезно, Стивен неплохо тебя изучил, хотя знает всего две недели. Да ты бы сразу ему отказала! Ведь так?

Эмили с неохотой кивнула.

— Ну где ты еще такого найдешь? Не мужчина, а клад!

— Либби, а почему бы тебе не открыть брачное агентство? — парировала Эмили. — Ты прирожденная сводня!

— Согласна. — Она ухмыльнулась с чувством выполненного долга. - Как говорится, все женшины члены Ордена Мышеловки... — Она помолчала и деловым тоном добавила: — Эми, когда воспримешь приглашение Стивена как неизбежность, позови меня и мы обсудим наши дальнейшие действия.

Эмили запустила в нее книжкой. Либби ловко увернулась и, состроив скорбную физиономию, добавила:

— А на твою благодарность я и не рассчитывала.

Следующие два дня прошли на удивление спокойно: никто не приставал к Эмили с расспросами и все ходили вокруг нее не дыша. Она понимала: все это результат стараний Доброй Феи, которая и сама являла собой образец тактичности и деликатности.

Забота подруги растрогала Эмили, и в порыве сентиментальности она согласилась. Либби, как всегда, права: зачем упускать шанс? Почему не провести Рождество в теплых краях, в семейной обстановке? И вообще, раз Стивен делает ей такой подарок и хочет, чтобы она познакомилась с его близкими, это хороший знак.

Когда Эмили позвонила мать Стивена, она поняла, что приняла правильное решение. Миссис Стэффорд говорила с ней так, словно она ее дочь, и с таким восторгом расписывала красоты Синайского полуострова и предпраздничные приготовления, что Эмили поймала себя на том, что ей не терпится познакомиться с матерью Стивена. Миссис Стэффорд обещала встретить их с Либби в аэропорту Шарм-эль-Шейха и отвезти прямо на виллу в бухту Наама.

Повесив трубку, Эмили внезапно почувствовала усталость. Она уставилась в окно на затянутое тучами небо и ее снова начали обуревать сомнения. Прошло только три дня с тех пор, как Либби получила письмо с приглашением Стивена. Либби развила бурную деятельность: срочно начала худеть, носилась по магазинам в поисках купальников, купила путеводитель по Синаю и даже англо-арабский разговорник... А Эмили хотелось одного: сидеть в кресле у себя в гостиной и смотреть в окно.

Стюардесса объявила, что самолет пошел на снижение, и через пару минут под облаками блеснула синь моря и красно-желтый берег. Эмили прильнула к иллюминатору и смотрела, как под крылом проступают очертания городка, расчерченного лентами улиц на квадраты. Вот уже стали отчетливо видны дома, бегущие по дорогам машины и редкие — и потому особенно яркие — островки зелени.

— Знаешь, на кого ты похожа? — заметила Либби. — На маленькую девочку у витрины со сладостями.

— Угомонись! — незлобиво отмахнулась от подруги Эмили, не отрывая глаз от иллюминатора.

— Ну и кто был прав? — с победоносной улыбкой вопросила Либби, привыкшая к тому, что последнее слово всегда остается за ней.

Эмили сразу узнала Памелу Стэффорд, хотя она оказалась хрупкой и миниатюрной, нос такими же, как у Стивена, лучистыми серыми глазами. Рядом с ней стояла рослая светловолосая девочка лет пятнадцати - вернее, не стояла, а ходила ходуном и крутила головой во все стороны, как и подобает неугомонному подростку.

— Эмили? Добро пожаловать! — с улыбкой сказала миссис Стэффорд и шагнула к ней, раскинув руки. — Стивен мне о вас много рассказывал.

Эмили сразу почувствовала себя легко и уютно.

— Я рада, что вы к нам приехали. А вы та самая Добрая Фея? - обратилась она к Либби и, обняв и ее, представила дочь: — А это Валери, сестра Стивена.

— А вы клевая! — сообщила Валери, окинув Эмили цепким взглядом. — Прямо как моделька. Хоть и не блондинка.

— Валери, я тебя умоляю, следи за своей речью! - Миссис Стэффорд мученически поморщилась. — Что о тебе подумают наши гостьи? — И она обернулась к ним с улыбкой. — Машина уже ждет.

— Стив говорил, вы работаете в отделении «скорой»? - спросила Валери.

Эмили кивнула.

— Круто! Там, наверное, прикольно.

— Можно и так сказать, — с трудом сдерживая смех, согласилась Эмили.

— Валери, можно подумать, ты нарочно! — Миссис Стэффорд всплеснула руками. — Ты что, совсем разучилась говорить по-человечески? И вообще, дай гостьям опомниться. Они же устали. — Она обернулась к Эмили и Либби и со вздохом объяснила: — Вот что значит поздний ребенок! Никакого сладу с ней нет.

— А что такого? — обиженно буркнула Валери. - Уж и спросить ничего нельзя. Может, медицина мое призвание?

Эмили явно пришлась девочке по душе, и она взяла на себя роль гида. В свою очередь Эмили и Либби пригласили Валери на следующие каникулы покататься вместе на лыжах.

Тем временем они прибыли на место. Вилла стояла прямо на побережье на огороженной территории и выходила окнами на бухту. Интерьер отличался простотой — высокие потолки, светлые стены, каменные полы и минимум мебели.

Эмили бродила по дому, с трудом веря в реальность происходящего. За окнами плескалось море, на горизонте проплывали теплоходы, на пляже шумели на ветру пальмы...

— Ну что ж, девочки, времени для загорания у вас не так много, так что советую начать ловить ультрафиолет прямо сейчас. — Миссис Стэффорд улыбнулась точно так же, как ее сын. — Я позову вас к столу, как только мои мужчины вернутся с теннисного корта.

Через четверть часа Эмили лежала на пляже в шезлонге. Солнце приятно грело полуобнаженное тело, постепенно снимая напряжение. Спасибо Либби! Здорово, что они сюда приехали! Интересно, куда это она запропастилась? Надо думать, прихорашивается или выбирает, какой надеть купальник.

— А вот и я! — раздался за спиной бодрый голосок Либби. — Не слышу оваций.

Эмили лениво обернулась, открыла глаза и чуть не поперхнулась.

— Я тебе покажу сейчас такую овацию! — Только Либби с ее нахальством могла отважиться нацепить на себя столь откровенный купальник. — А почему бы тебе не загорать голышом? Не боишься, что эти красные шнурочки испортят тебе весь загар?

— Какая же ты все-таки ханжа! — Либби уперла руки в бока и смотрела на подругу сверху вниз с высокомерной ухмылкой. — Можно подумать, тебе седьмой десяток. Скажи на милость, зачем ты сюда приехала? Загорать? А какого черта нацепила этот, прости Господи, старо-девий купальный костюм?

Эмили оглядела свой купальник — белый, закрытый, с умеренным вырезом и с юбочкой.

— И где ты только такой откопала? Взяла напрокат в музее одежды?

— Либби, хватит трещать! — огрызнулась Эмили. — Дай спокойно позагорать.

— Загорай, кто тебе мешает! А может, пойдем искупнемся?

— Либби, я тебя прошу, не подгоняй ты меня! — взмолилась Эмили. — Лично я приехала отдыхать. Понятно?

— Понятно. В другой раз поедешь отдыхать не со мной, а с какой-нибудь старушкой.

После перелета Эмили неудержимо клонило в сон. Она устроилась поудобнее, закрыла глаза и очень скоро ее сморило...

— Эми, вставай! — раздался у нее над ухом голос Либби. — Нас ждут.

— Сейчас, — сонно пробормотала Эмили, переворачиваясь на другой бок и не в силах разлепить веки. — Еще минутку...

— Вставай! Пора ужинать. Долго мне тебя ждать?

Эмили вздохнула, но не шелохнулась и даже не открыла глаз.

— Эми, я пошла одеваться к ужину! Лично я проголодалась.

— Иди, я скоро приду. Пока ты прихорашиваешься, я еще поваляюсь.

Эмили устроилась поудобнее. Подул ветерок, и внезапно у нее возникло какое-то странное ощущение. Она не могла толком объяснить в чем дело, но что-то стало не так.

Что это? Чем это пахнет? Соленой водой, рыбой и дымком жаровни. И чем-то еще... Чем-то знакомым, но чем именно?

— Либби? Ты ничего не чувствуешь? — не открывая глаз, спросила Эмили и внезапно вспомнила этот запах. Этого не может быть! Холодноватый, легкий аромат сосновой хвои. Но ведь сосны здесь не растут! Видно, ей показалось. Она снова потянула носом. Ну да, это аромат его туалетной воды. — Либби! — Не слыша ответа, она запаниковала, резко села и, открыв глаза, похолодела от ужаса.

Стивен?!

Он стоял и улыбался. Загорелый, в красной тенниске и белых слаксах, босой. Серые задорные глаза, растрепанные волосы... А еще он отрастил усы, и они ему очень шли. От неожиданности Эмили лишилась дара речи. Три месяца она пыталась подавить страсть, но стоило Стивену появиться — и она вспыхнула с новой силой.

Он подошел к ней, протянул руку и помог подняться. Теперь они стояли глаза в глаза.

— Эми... — Он улыбнулся и обнял ее за талию. — Я и забыл, какая ты у меня красивая. Я скучал по тебе. А ты?

От его прикосновений она затрепетала и, глядя на него широко раскрытыми глазами, пробормотала:

— Я думала, ты... ты на съемках.

— Там я и был, - кивнул он, не разжимая кольца рук. - Просто удалось освободиться пораньше. Ты что, не рада?

Эмили заподозрила сговор. Ну конечно! Это вполне в духе Стивена - за ее спиной приготовил ей очередной сюрприз.

— Значит, Либби меня обманула?! — Она отпрянула. — Так она знала, что ты здесь!

Стивен поднял руки, словно защищаясь от удара.

— Нет, Либби тут ни при чем! — заверил он ее, еще шире улыбаясь. - Никто ничего не знал, даже мама. Говорю тебе, просто мы управились пораньше. Хотели встретить Рождество с семьями... А я искал предлог как можно скорее тебя увидеть.

Последнюю фразу он произнес игриво, но глаза говорили иное. Он волновался, как она его встретит.

Эмили отвела взгляд.

— Ты хорошо выглядишь, — выдавила она, прерывая затянувшуюся паузу. — И усы тебе очень идут.

Она подняла на него глаза и заметила, что складки в уголках рта стали резче. Ей хотелось погладить его, но что-то ее удерживало, какая-то неловкость: разлука не прошла даром. Она возвела между ними невидимый барьер.

— Пришлось пойти на компромисс, — улыбнулся Стивен, поглаживая мягкие темно-русые усы. — Публике больше нравится, когда я волосатый. То бишь мужественный.

— Разве мужественность определяется волосатостью? - попыталась отшутиться Эмили и опустила глаза.

Снова повисло гнетущее молчание.

— Эй! Эми, ты где? - Он снова притянул ее к себе. — Давай погуляем по пляжу?

Она покосилась на часы.

— Пора к столу. Тебе тоже достанется за опоздание.

— Переживу! - Он небрежно махнул рукой. - Лучше расскажи, как там дела в Лондоне?

Он сел в шезлонг Либби, а Эмили словно с неохотой опустилась в свой.

— Да особенно рассказывать нечего... — Она чувствовала смущение, как при первой их встрече. — Все по-прежнему. А как у тебя прошли съемки?

— Нормально. Только устал как собака! А что журналюги, все еще донимают?

— Почти нет. — Эмили боролась с желанием броситься ему на грудь. — Так, наведываются изредка... Проверяют, вернулся ты или нет. — Она снова отвернулась, взяла книгу и, закрыв ее дрожащими руками, пробормотала: — Пойду переоденусь.

Стивен поднялся вместе с ней, но не сделал и шага по направлению к дому. Он смотрел на нее потемневшими от желания глазами и снова нежно — почти нерешительно — коснулся ее руки.

— Эми... Почему мы ведем себя так, точно только что встретились?

Она вымученно улыбнулась.

— Стивен, просто я не ожидала тебя здесь встретить. — Она перевела дух, стараясь успокоиться. — Ты же говорил, что приедешь только в январе... — Она помолчала и, опустив глаза, пробормотала: — Я же говорила, декабрь не самый мой любимый месяц...

Стивен порывисто прижал ее к себе.

— Какой же я дурак! Помнится, ты как-то сказала, что я не отличаюсь деликатностью. Да я просто слон в посудной лавке!

— Просто тебе не хватает терпения.

Стивен наклонился и поцеловал ее в волосы.

— А по-моему, я очень терпеливый, — возразил он. — Сам не знаю, как я вытерпел без тебя целых три месяца! Давай больше не будем о неприятном? Договорились?

Эмили кивнула и обняла его. Умиротворенные, оба молчали. У нее было такое чувство, словно она после долгого отсутствия вернулась к себе домой. Весь мир сузился для нее до кольца его рук, и она боялась нарушить очарование момента.

— Мне очень нравится твоя мама, — прошептала она.

— Я так и знал, что вы поладите! - с готовностью отозвался он. — Мама говорит, что ты очень надежная.

— Да, я такая! - с улыбкой подтвердила Эмили.

— На самом деле? — переспросил он и снова привлек ее к себе. — Ну раз так, придется тебе сопровождать меня на гору Моисея.

— На гору Моисея? — эхом повторила она. — Зачем?

— Как, ты не знаешь?! — с притворным ужасом удивился Стивен. - Эми, быть на Синае и не подняться на гору Моисея это все равно что не подняться на Эйфелеву башню в Париже. — Он взял ее за руку и потянул к дому. - Ну что, пойдешь со мной?

— Нет, — тихо сказала Эмили. Его тон и манера напомнили ей первые дни знакомства. — Извини, Стивен, но я с тобой не пойду.

— Почему?

— Прошу тебя, не дави на меня! — выпалила она. На ее глаза набежали слезы. — Ты не представляешь, как тяжело мне было все это время! И чего мне стоило решиться приехать и встретиться с твоей семьей.

Стивен остановился и, взяв ее за руки, с любовью заглянул в глаза и тихо сказал:

— Но ведь ты приехала! Я же говорил, что ты у меня смелая. Эми, все самое страшное уже позади, вот увидишь!

— А ты оптимист! — улыбнулась она.

— Конечно, оптимист! Иначе и жить не стоит.

Он стоял, не разжимая объятий, и Эмили попала в плен его глаз. Сердце чуть не выпрыгивало из груди, дыхание перехватывало. Его губы — такие нежные и властные — нашли ее губы и заставили ответить на поцелуй. Она закрыла глаза от наслаждения и ощутила, что вновь ожила.

— Эми, все это время я думал о тебе, — обжигая ей шею горячим дыханием, шепнул он. — И все время вспоминал, как мы любили друг друга в ту ночь. — Он чуть-чуть ослабил объятия и улыбнулся. — Знаешь, а сейчас ты даже еще лучше.

— Правда? — Она улыбнулась, а в голове пронеслась мысль, достанет ли у нее сил выдержать их новое сближение. - Тогда пошли обедать, а то я похудею!

- Пойдем! - Он взял ее за руку и повел в дом.

11

В эту ночь, впервые за много дней, Эмили спокойно уснула. Мало-помалу она научилась справляться с эмоциями, а Стивен оказался верен своему слову - не давил на нее и был само терпение. Ну а его близкие окружили и Эмили, и Либби такой заботой, что Эмили диву давалась. Она даже позавидовала Стивену: такая семья большая редкость.

Особенно ее растрогало то, с какой теплотой и любовью отец Стивена — спокойный седовласый мужчина — относится к своей жене. Памела, несмотря на миниатюрные размеры и ангелоподобный вид, была настоящей хозяйкой дома. И с легкостью руководила всеми домашними — кроме совершенно неуправляемой Валери. Та слушалась только Стивена и смотрела ему в рот, что не мешало ей время от времени докучать ему разными приколами.

Средний брат, Гарри, программист по образованию, оказался ровесником Эмили. Он проводил много времени с Либби, и та с интересом слушала его рассказы о Силиконовой долине, куда он частенько летал по работе последние два года.

Не прошло и трех дней, как Эмили совершенно освоилась. Атмосфера дружной семьи, где нет ни комплексов, ни конфликтов, действовала на нее умиротворяюще. Впервые за долгие годы она чувствовала себя в безопасности и наслаждалась покоем. Как-то утром Либби услышала, что Эмили напевает, и с довольным видом заметила:

— Подруга, а местный климат пошел тебе на пользу. И куда только подевалась твоя депрессия! Тьфу-тьфу, не сглазить! А может, дело не в климате? - с лукавой улыбкой спросила она.

— Либби, ты опять за свое?!

— А что такого? Посмотри, как тебя здесь приняли! Прямо как родную.

— Между нами слишком большая дистанция, — ответила Эмили, глядя, как Стивен с отцом играют на веранде в шахматы.

— А я на твоем месте рискнула бы!

— Я не уверена, что Стивен тот самый мужчина, который мне нужен.

Либби чуть не свалилась с шезлонга.

— Нет, Эми, я от тебя заболею! Может, хватит нести чушь? Лучше переходи к делу. - Она хохотнула. — А еще лучше к телу! Нет, я серьезно! Вы общаетесь четыре дня, а ведете себя, как подростки на первом свидании!

— Либби, ну как ты не понимаешь, я боюсь!

— Чего? - Либби округлила глаза. - Думаешь, раз любишь Стивена, то и он тоже погибнет? Тогда обратись к психиатру!

Эмили свирепо покосилась на подругу, а потом, покачав головой, тихо сказала:

— Нет, Либби, я боюсь другого. Боюсь влюбиться в него, а потом потерять. — Она помолчала. — Этого я точно не вынесу.

— Господи, ну почему ты должна его потерять? Объясни, сделай милость!

Эмили бессознательно терла колени, как будто это могло ее успокоить.

— А разве можно объяснить все? Человек не всегда поступает разумно. Иначе отец не стал бы винить меня в смерти мамы, а я не стала бы винить себя в гибели Ричарда. - Она нервно передернула плечами. - Боюсь, я вряд ли рискну на нечто большее, чем тихая жизнь с положительным Эрни.

Она подняла глаза, и в них блеснули слезы.

— Или еще с кем-нибудь, за кого я не буду так сильно бояться.

Той ночью Эмили снова долго не могла уснуть. Накинув халат, она вышла на берег полюбоваться ночью. На черном бархате неба сиял полумесяц и мерцали звезды, множась в серебристо-черной глади залива. Ветерок лениво перебирал листья пальмы, воздух пьянил соленой свежестью моря...

— А я думал, кто это там гуляет ночью по берегу? — раздался у нее за спиной голос Стивена. — Эми, ты тоже романтик?

— Как видишь. — Она посмотрела на него — такого забавного и взъерошенного со сна — и улыбнулась. — Наверное, ты меня заразил.

— Извини! — Стивен тоже улыбнулся. — Я не нарочно.

В темноте ночи барьер между ними исчез, и оба чувствовали себя свободно и естественно.

— Присядем? — предложила Эмили, села на шезлонг и подвинулась, освобождая ему место. — Почему ты не спишь?

— Не успел перестроиться. Издержки профессии. А ты?

— Не спится.

— Опять кошмары?

— Да нет. — Она пожала плечами. — Последнее время все не так плохо.

— Я рад. Эми, ты прекрасно выглядишь! Всегда бы так.

— Как «так»? — с улыбкой уточнила она. Почему-то ночью он ее не смущал. — Непричесанная, ненакрашенная и бледная как привидение?

Стивен засмеялся и, потянувшись к ней, коснулся ее волос:

— Эми, ты самое прекрасное привидение на свете!

Ее взволновало его прикосновение, и она улыбнулась в ответ.

— А ты самый искусный соблазнитель!

Господи, что я несу?! Может, во всем виновата эта колдовская ночь? Или виной всему Стивен? Вот он, сидит совсем рядом, в одних шортах, такой большой, теплый и сильный... И ей так хочется прижаться к его груди.

— Эми... — Он придвинулся к ней, заглянул в глаза и улыбнулся, словно увидел в них то, что хотел увидеть. Не отрывая от нее взгляда, накрыл ее ладонь своей, а свободной рукой нашел пояс ее халата. — Эми, я хочу тебя.

— А я тебя, — просто сказала она и испугалась. Потому что внезапно поняла; она больше не боится!

И не думает о том, что будет завтра, потому что в этой волшебной лунной полутьме нет никакого завтра, а есть только сейчас. Сегодня ночью они будут любить друг друга, и ничто на свете не сможет им помешать.

Стивен потянул пояс халата, и Эмили скользнула рукой по его затылку, прижалась губами к его губам, словно приглашая, коснулась языком его языка, пробуя сладость его рта...

Он спустил халат с ее плеч и обнял, точно защищая от всех, а Эмили прижалась к его груди и почувствовала, как ей передается его энергия и жизненная сила. Она гладила его плечи, спину, заново открывая для себя его тело и упиваясь своими ощущениями.

Стивен ласкал ее с нежностью и восторгом, покрывал лицо легкими поцелуями и смотрел на нее так, словно боялся: вдруг она исчезнет.

— У тебя волосы пахнут солнцем, — шепнул он, уткнувшись ей в макушку.

— А у тебя мылом, — прошептала Эмили и потерлась носом о его грудь.

— Мылом? Как прозаично! — пробормотал он, спуская с ее плеч тонкие бретельки ночной сорочки.

— Прозаично? А может, меня это возбуждает? — с лукавой улыбкой заметила она, удивляясь своей свободе и раскованности.

Стивен наклонился и взял в рот ее сосок. Эмили вздрогнула от наслаждения, а он отпустил грудь и севшим от желания голосом пробормотал:

— Сейчас выясним, что тебя возбуждает.

Взял другую грудь Эмили в ладонь и, нежно захватив сосок зубами, покусывал и дразнил, обводя горячим языком, а другая рука скользнула вниз. Легла на голое колено и двинулась вверх — мучительно медленно, доводя Эмили до исступления.

Ей казалось, что огонь страсти пожирает ее изнутри. Она изогнулась и порывисто притянула его к себе, но потом отстранилась и нетерпеливо потянула его за шорты. Ей терпелось поскорее почувствовать его в себе.

Стивен поднял голову и с улыбкой заглянул ей в глаза. Она встретила его взгляд и сняла с него шорты. После чего взобралась к нему на колени и, обхватив за талию ногами, слилась с ним, застонав от наслаждения.

Он прижимался к ее губам и вонзался в нее все глубже и глубже, пока оба не воспарили над землей в бесконечности ночи...

Открыв глаза, Эмили увидела, что Стивен весь блестит от пота. Он тяжело дышал и молча поглаживал ее по волосам. Эмили и представить себе не могла, что может ощущать такое умиротворение.

— Мы сломаем шезлонг, — тихо сказала она.

— Теперь уже вряд ли, - возразил он, не открывая глаз, и принялся гладить ее по плечам и спине.

Подул ветерок, и у Эмили мурашки побежали по телу. Она прижалась к Стивену теснее.

— Замерзла? — Он потянулся и, подняв с песка халат, заботливо укрыл ее. — Ну что, так лучше?

— Лучше не бывает.

У Эмили затекла рука, но его объятия с лихвой компенсировали неудобство. Ей было так уютно и так спокойно, что не хотелось двигаться.

— Эми, ты не забыла о своем обещании? — спросил Стивен, чмокнув ее в нос. — Нос теплый, согрелась...

— Разве я тебе что-то обещала? — ухмыльнулась она. — Не припоминаю...

— По моим подсчетам, сейчас второй час... Если поспешим, то еще успеем.

— Куда?

— Как куда? На гору Моисея.

— Не хочу никуда идти. — Эмили прижалась к его груди еще теснее. — Мне и тут очень хорошо. — Она отстранилась и с упреком заглянула ему в лицо. — И ничего я тебе не обещала. Гнусный обманщик!

— Эми, но ведь мы с тобой романтики?

— Допустим. Только ночью я никуда не поеду, — твердо заявила она. — Такой романтики мне не надо.

— Но ведь в этом весь смысл!

— Какой еще смысл?

— Вставай, по дороге все объясню! — Он резко сел и, подняв с песка шорты, извлек из кармана часы. — Четверть второго. Эми, мы еще успеем!

Она не видела его в таком воодушевлении с того дня, когда он подъехал к ее дому в роскошной карете. Заинтригованная, Эмили поднялась и, запахнувшись в халат, спросила:

— И куда же мы должны успеть?

— Если поспешим, успеем встретить восход на горе Моисея.

— Что?!

Стивен натянул шорты и потянул ее за собой.

— Поверь, пропустить такое нельзя.

— Стивен...

— Потом поговорим, — торопил он, увлекая ее к дому. — Ты и представить не можешь, какое это величественное зрелище!

— Встречаемся через пять минут па веранде, — командным голосом сказал он. — Форма одежды спортивная. Джинсы, кроссовки и ветровка. На вершине всегда холодно. Вопросы есть?

— А что, завтра восхода не предвидится?

— Как говорится, никогда не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня, — изрек он с назидательной ухмылкой. — Надеюсь, с этим спорить не будешь? И вот еще что — захвати с собой купальник. На обратном пути я покажу тебе одну потрясающую бухту.

Эмили поднялась к себе и, наскоро одевшись и засунув в рюкзачок ветровку и пляжную сумку с полотенцем и купальником, бросила взгляд в зеркало и ужаснулась. Кожа бледная, под глазами синяки, один нос торчит... Активный отдых! — усмехнулась она, с сожалением покосившись на уютную кровать. Тяжело вздохнув, она вышла в коридор и спустилась на веранду.

Стивена еще не было. Она стояла, любуясь звездным небом и прислушиваясь к немолчному плеску моря, и не могла избавиться от ощущения, что все это происходит не с ней, а с кем-то другим.

12

— Ну что, готова к новым подвигам? — спросил он, прерывая ее сны наяву. — Машина у ворот. — И он галантно отставил локоть.

— Можно вопрос? — Эмили прикрыла рот ладонью, пряча зевок. — Куда мы направляемся?

— В Сант-Катрин. — И Стивен повел ее к джипу. — По дороге я тебе все расскажу. Видишь, какой я милый?

— Вижу. — Эмили снова зевнула. — Я тоже милая. Постараюсь не спать. Или хотя бы не храпеть.

Стивен распахнул ей дверцу и помог сесть.

— Если хочешь, можешь по дороге поспать, - предложил он, садясь за руль. — Я не обижусь.

— И долго нам ехать? - спросила Эмили, заподозрив подвох.

— До Сант-Катрин часика два, не больше, - с невинным видом сообщил он, включая зажигание.

— Два часа?! - Она вытаращила глаза. - А что потом?

— А потом мы идем к монастырю святой Екатерины, - Стивен покосился на нее и, сдерживая улыбку, вырулил за ворота виллы, — и начинаем восхождение на гору Моисея.

— Вообще-то, я не альпинистка...

— Эми, там же пешеходная тропа. И лестница. — Он помолчал и, выдержав эффектную паузу, добавил: — В три тысячи ступеней.

— Три тысячи?! — ужаснулась Эмили. — И на какой высоте вершина?

— Два километра с хвостиком.

— А хвостик еще с километр? — упавшим голосом спросила она. — Заманил меня, легковерную...

— Эми, не дуйся! - Он сделал просительную физиономию и погладил ее по ладони. — Восхождение займет всего два-три часа.

— Всего?! — задохнулась она. — Раз так, я на самом деле посплю. Сколько у меня времени? Два часа есть?

— Есть. — Стивен чарующе улыбнулся. — Спи, моя радость! Хочешь, я тебе спою?

— А у меня есть выбор? — буркнула она.

— Понял! — хохотнул он. — Умолкаю.

Эмили устроилась поудобнее, закрыла глаза и скоро уснула.

Она сразу узнала давний ночной кошмар — тот, от которого она просыпалась в холодном поту.

Зима. Снег и слякоть на дорогах, смертоносный гололед и сырой пронизывающий ветер. Белые больничные стены, коридор и холл, украшенные к Рождеству.

Эмили всегда любила работать в ночную смену. Вот она стоит в приемном покое, ожидая прибытия «скорой». В операционной все готово к приему пострадавших: хирургическая лампа заливает светом стол, подносы со стерилизованными инструментами накрыты салфетками — точно там подарки, ждущие своего часа.

Подъезжает «скорая» с парнем лет двадцати. ДТП. На скоростной трассе машина перевернулась и врезалась в столб. Тяжелая черепно-мозговая травма, разрыв аорты, перелом грудной клетки... Зрачки неподвижны.

Из отделения интенсивной терапии спускаются врачи. Спасти парня трудно, но шанс есть: он молод. И врачи делают все возможное.

Напряжение растет. Липкий страх вползает в Эмили промозглой сыростью и постепенно заполняет ее всю.

- Сто двадцать третий. - Голос плывет. - Пациенту сделана реанимация и закрытый массаж сердца...

Движения у всех замедляются. В ярком свете лица кажутся резкими и как будто чужими. Даже у Либби. Из коридора доносятся гулкие шаги по кафельному полу, чей-то нервный смех — и Эмили охватывает дурное предчувствие.

Она выходит в коридор. У стены стоит капеллан — застенчивый и тихий, постоянный объект насмешек персонала. Дверь на улицу открыта, и в нее хлопьями валит снег. Что это там так воет? Ветер или сирена «скорой»? Руки у Эмили холодеют, и она нервно потирает их, не сводя глаз с распахнутой двери.

Подъезжает машина, и Эмили делает шаг вперед. Сон отступает - приходит страх. Она силится проснуться, но не может.

- Ну, кто там у нас? - Голос хирурга улетает как дым. - Давайте посмотрим.

Каталка с пострадавшим под белоснежной простыней все ближе, алые пятна крови все ярче.

- Нет! - вырывается у Эмили из груди крик, резкий как сирена. — Не-е-е-т!

Либби оборачивается к ней, что-то говорит, давясь слезами, но она ничего не слышит, не в силах отвести взгляд от лица Ричарда. Такого милого и кроткого. Глаза открыты и смотрят в одну точку.

Снова ветер — сырой и холодный, пронизывающий до костей даже сквозь сон. Все сильнее и сильнее — и вот уже ветер подхватил ее и кружит вместе с коридором, каталкой и Ричардом с неподвижными распахнутыми глазами.

Нет, это не Ричард лежит бездыханный на холодном жестком столе. Тогда кто же это?

На ватных ногах она подходит, приподнимает простыню - и все плывет перед глазами.

Стивен?! Ну да, это он. Стивен.

И снова ветер дует ей в спину с пронзительным воем — последнее, что она запомнила.

— Эмили, проснись! Все в порядке. — Стивен качал ее, как ребенка, поглаживая по волосам и по лицу. — Эми, это сон, всего лишь дурной сон!

Ощущение реальности постепенно возвращалось, кошмар рассеивался, и, открыв глаза, вместо белых больничных стен Эмили увидела черное звездное небо. И Стивена — живого и невредимого. Она жадно глотала воздух, лицо было мокрым от слез, горло сдавило спазмом.

— Успокойся! - баюкал ее Стивен. - Все прошло. И я с тобой.

Она чуть отстранилась и, заглянув ему в глаза, прочла в них тревогу.

— Призраки прошлого? — спросил он, сжимая в своих больших теплых ладонях ее дрожащие холодные пальцы. И, не дожидаясь ответа, тихо сказал: — Не бойся. Мы их прогоним.

Эмили подняла на него заплаканные глаза, и он прочел ее мысли.

— Боишься, прошлое тебя не отпустит?

Она молчала. Стивен смахнул слезинку с ее щеки и шепнул:

— Может, все-таки расскажешь? Конечно, я не психоаналитик, но, поверь, очень хочу тебе помочь.

Эмили прижалась к нему и ощутила, как от его тепла и сочувствия становится с каждым мигом сильнее.

— Лучше не надо, — пробормотала она. — Это было так страшно! И так отчетливо, как наяву... — Она зябко повела плечами. — Но ты прав. Это всего лишь дурной сон.

— Умница! Вот увидишь, у нас все получится. Только не бойся. И доверься мне. — Он взял се лицо в ладони. — Договорились?

Эмили кивнула и, подняв на него заплаканные глаза, тихо, но твердо сказала:

— Договорились. — Она вздохнула и, вспомнив недавний разговор с Либби, с усмешкой добавила: - В случае чего на самом деле обращусь к психоаналитику. А лучше - сразу к психиатру.

— Экая ты шутница! - улыбнулся Стивен, радуясь перемене в ее настроении. - В случае чего дашь мне телефончик?

— Там видно будет, — включилась в спасительную игру Эмили. — Так или иначе мы с тобой попадем в разные палаты. - Она покосилась на часы. — Ну что, успеем к рассвету?

— А то! - оживился Стивен, включая зажигание. — Минут через пять будем в Сант-Катрин.

— Ну давай, просвещай меня, раз уж обещал. — Эмили отвернулась к окну, скрывая смущение. — И чем же знаменит Сант-Катрин?

— Сама деревушка ничего особенного из себя не представляет. Обычное поселение бедуинов, довольно неопрятное, особенно для таких чистюль... — Стивен покосился в ее сторону и, убедившись, что Эмили успокоилась, с воодушевлением продолжил: — Но в двух километрах от нее, прямо у подножия горы Моисея, расположен монастырь святой Екатерины. По преданию, в 337 году императрица Елена приказала построить на месте, где ветхозаветный пророк Моисей видел Неопалимую купину, часовню. А в 527 году император Юстиниан отдал приказ начать строительство стен монастыря. Для защиты монахов от разбойничьих набегов. — Он помолчал. — Я тебя еще не утомил?

— Нет, — живо откликнулась Эмили. — А ты больше ничего не знаешь?

— Один — ноль, — хмыкнул Стивен. — Итак, дамы и господа, перед вами стены монастыря святой Екатерины, — войдя в образ, продолжил он, выруливая джип на стоянку. - Строительство было поручено архитектору Айлисиосу. По преданию, он построил монастырь не на вершине горы Моисея, как это было приказано, а у ее подножия. Архитектор не стал разрушать часовню, а включил ее в ансамбль новой церкви, построенной к 551 году, и окружил монастырь мощными стенами длиной триста шестнадцать метров.

Эмили слушала с неподдельным интересом, поражаясь эрудиции и широте интересов Стивена.

— За непослушание Айлисиос был казнен, но его творение выдержало и землетрясения, и набеги кочевников. Для того чтобы обеспечить монахам пропитание, в эти края из Дакии были переселены двести семей. В девятом веке потомки этих рабов приняли ислам и теперь представляют собой племя горцев. — Он выдержал паузу. — Вопросы есть?

— Есть. — Эмили улыбнулась. — А мы поднимемся на гору или ты будешь давить меня интеллектом прямо у подножия, не вылезая из джипа?

— Как скажете, моя прекрасная леди! — Стивен распахнул дверцу, взял с заднего сиденья ветровку, вышел и помог выйти Эмили. — Одевайся. На горе будет свежо.

Эмили натянула ветровку и огляделась. На стоянке стоял экскурсионный автобус и несколько легковых машин. Она подняла глаза на гору и заметила на склоне вереницу огоньков.

— Что это? — спросила она, оборачиваясь к Стивену. - Надеюсь, не НЛО?

— Это такие же романтики, как мы с тобой, поднимаются в гору с фонариками в руках. — Он засунул руки в карманы и извлек два фонарика. — Прошу.

Эмили взяла в руки фонарик, покосилась на автобус и не без опаски поинтересовалась:

— А все романтики поместятся на вершине?

Стивен расхохотался.

— Запросто! Да было бы тебе известно, сегодня там будет довольно свободно. Посмотрела бы ты, что тут творится в сезон! Машину некуда приткнуть. Ну что, Эмили, как выражается моя сестрица, ломанемся?

— Ломанемся! — с готовностью согласилась она и, взяв его под руку, пошла по каменистой дороге к подножию. - Кстати сказать, ты так и не поведал, почему все сюда ломятся.

— Сейчас поведаю. Дорога у нас не близкая. Итак, дамы и господа, — вошел в раж Стивен, — перед вами гора Моисея. По преданию, именно здесь, на вершине этой горы, ветхозаветный пророк Моисей получил от Господа Бога Скрижали Завета с десятью заповедями. И согласно легенде, выдуманной на потребу жадных до развлечений туристов, если встретить восход на вершине горы Моисея, тебе будут отпущены все грехи. — Он хмыкнул. — Согласись, весьма соблазнительно. Завтра утром будем с тобой чисты и безгрешны.

— Соблазнительно, — согласилась Эмили. — Только, боюсь, до завтра я не дотяну. Умру с голода.

— Все продумано. — Стивен снова запустил руку в карман и протянул ей плитку шоколада. — Надеюсь, это поддержит твои слабые силы?

— Более чем. — Эмили развернула фольгу и с удовольствием откусила кусок. — А если я захочу пить?

— У меня есть маленькая бутылка минеральной. А на вершине предприимчивые бедуины торгуют чем угодно. Леди, вы удовлетворены?

— Вполне. - Она откусила еще кусочек и спросила: - Ну и что дальше?

— Дальше нам предстоит выбор. Подниматься всю дорогу ногами или сесть на верблюдов и часть дороги проехать на чужом горбу.

— Нет уж, на чужом горбу в рай не въедешь! — заявила Эмили. - Желаю утром быть чистой и безгрешной. Идем ногами.

— Другого ответа я от тебя и не ждал! — Стивен взял ее руку и поцеловал в ладонь. — Романтики, вперед!

Через какое-то время Эмили пожалела, что отказалась прокатиться на верблюде, но из упрямства не подавала виду и карабкалась все выше. Она не считала ступени, тем более что лестница при ближайшем рассмотрении оказалась более чем условной. Примерно через час они нагнали наименее тренированных паломников, а потом им попались и вовсе сошедшие с дистанции. Местами тропа была извилистой, да и высота давала о себе знать.

— И рад бы в рай, да грехи не пускают! — шепнул Стивен на ухо Эмили, когда мимо них, возмущенно пыхтя и отдуваясь, проковыляла вниз какая-то парочка солидных размеров. — Хорошо, что мы с тобой не страдаем ожирением!

— Осуждение тяжкий грех! — с назидательным видом заметила она. — Спешишь нагрешить?

— Эми, я не в осуждение, а в рассуждение, — парировал он.

К концу пути Эмили изрядно устала, да и Стивен тоже — судя по тому, что приумолк. Как и подобает джентльмену, он шел первым и помогал ей на наиболее трудных участках пути. Перед последним рывком они присели отдохнуть на пару минут (небо уже начинало светлеть) и, преодолев десятка два почти отвесных ступеней, поднялись на самую вершину.

Эмили с удивлением огляделась. На вершине было шумно и оживленно. Слышалась иноземная речь: как выяснилось, автобус привез японских туристов. Шла бойкая торговля — сувенирами, напитками, нехитрой снедью и Бог знает чем еще. Предлагались напрокат сомнительной чистоты одеяла. (Эмили порадовалась, что предусмотрительно надела под джемпер футболку. По вершине гулял колючий ветер.) Паломники облепили остатки часовни Святой Троицы, заранее заняв все наиболее удобные для фотосъемки места. Практичные японцы подкреплялись горячей лапшей.

Стивен разыскал-таки укромное местечко между оградой часовни и серой шершавой скалой, протиснулся сам и протянул руку Эмили. Она встала рядом, прижалась спиной к его животу, он обхватил ее руками, и ей сразу стало тепло и уютно.

Небо все светлело. Сначала оно стало сизым, потом серым, потом жемчужно-розовым и, наконец, на горизонте показался диск солнца. Туристы на миг притихли, подавленные величием картины, а потом снова загалдели, защелкали затворами фотоаппаратов. А оранжево-розовый слепящий диск плавно поднимался всё выше и выше, окрашивая небо, облака и горные скалы теплым, живым светом.

— Какая красота! — выдохнула Эмили, стараясь охватить взором все сразу.

— А самое интересное еще впереди! — улыбнулся Стивен. — Не спеши.

И он оказался прав. Когда японцы вдоволь наснимались, исполнили хором свой гимн и начали спускаться, вершина опустела. Только бедуины галдели, подсчитывая выручку. Стивен взял Эмили за руку и подвел поближе к краю вершины, откуда открывалась великолепная и чуть мрачноватая панорама гор.

От восторга Эмили ахнула. Насколько хватало глаз, громоздились причудливые скалы. Похоже на лунный пейзаж, пришло ей в голову, пустынный и бесплодный, но по-своему величественный.

— Ну как? - спросил ее Стивен.

Эмили покачала головой, ища подходящие слова, и, так и не найдя, улыбнулась:

— Ты был прав. Пропустить такое нельзя. Спасибо, что уговорил меня составить тебе компанию.

— Не спеши благодарить, — усмехнулся он. — Ты еще не все видела!

— Не все? — удивилась Эмили. — Сгораю от нетерпения.

— Ну тогда пошли вниз.

Когда они отправились в обратный путь и взору предстало ущелье и петлявшая по нему пешеходная тропа, Эмили подавила стон. Верно говорят: спускаться намного страшнее, чем подниматься. Тем более что поднимались они в кромешной тьме, подсвечивая себе путь фонариками, а спускаться пришлось при ясном свете дня.

— Что скажешь? — с невинным видом спросил Стивен.

— Классный прикол! Я правильно цитирую твою сестру?

— Точно так, — рассмеялся он. — Если честно, то я бы сказал даже так: стремно!

- Зато, если верить преданию, мы без грехов! Хотя бы пока не спустились.

- Значит, не жалеешь, что поехала?

- А я никогда ни о чем не жалею! - поддразнила его она.

Спуск к подножию занял два с лишним часа. Перекусив в кафе неподалеку от монастыря, они поехали обратно. В пятницу монастырь оказался закрытым для посещения туристов, что не слишком расстроило Эмили. Впечатлений у нее и так было предостаточно.

- Тем лучше, - заметил Стивен. - Приедем в монастырь в другой раз. Посмотрим на Неопалимую купину, церковь и все прочее... Между прочим, это единственный православный монастырь в Египте. А живут там греческие монахи.

Эмили с любопытством смотрела по сторонам на проплывавший за окнами джипа пейзаж. Слева высились горы — все оттенки желто-красно-коричневой гаммы, без единой искорки зелени, справа то и дело посверкивала в лучах солнца морская лазурь.

Стивен свернул с шоссе и выехал на узкую ухабистую дорогу. Эмили огляделась по сторонам - кругом одни скалы и безмолвие. Она удивленно взглянула на Стивена, а он осторожно съехал с дороги, припарковал джип на довольно узком выступе и, выключив двигатель, обернулся к ней и с сияющим видом спросил:

— Готова?

— К чему именно?

— Как к чему? — Он самодовольно ухмыльнулся. — Я же говорил, что на обратном пути мы с тобой поплаваем. Надеюсь, купальник ты захватила?

Эмили посмотрела направо. Сразу за бортом джипа начинался почти отвесный обрыв, слева высились скалы. Она снова обернулась к Стивену:

— Купальник-то я захватила, только где мы будем плавать? Надеюсь, не плескаться в пыли, как воробышки?

— Нет, в песке плескаться нам не придется, — рассмеялся он и открыл дверцу. — Пошли.

Стивен вывел ее на извилистую тропинку, сбегавшую вниз к маленькой песчаной бухте, неприметной сверху под выступом скалы. Спуск занял минут десять, но Эмили сразу поняла, что все усилия будут вознаграждены. Под скалой море вырезало уютную бухту в форме подковы с прозрачной лазурной водой и белым песком. Тишину идиллического уголка нарушал лишь гомон чаек.

— Еще один сюрприз? — Эмили с благоговейным восторгом огляделась и, вынув из рюкзака пляжную сумку, отошла за скалу переодеться. Несмотря на то что ночью они были близки, сейчас, при ярком свете дня, разоблачаться при Стивене было неловко.

Каково же было ее изумление, когда вместо аккуратно сложенного белого купальника она узрела внутри полотенца ярко-зеленые треугольнички со шнурками. Она заскрежетала зубами: очередная проделка Либби. Интересно, когда она умудрилась подсунуть ей в сумку свой подарочек? Да, сегодня определенно день сюрпризов! Ну что ж, этот раунд Либби выиграла и выхода нет. Придется надеть это безобразие.

Выйдя из-за скалы, Эмили поймала на себе восхищенный взгляд Стивена и, не дав ему открыть рот, выпалила:

— Это мне Либби подложила. Я тебя прошу, если можно, без комментариев. Я и так чувствую себя полной идиоткой.

Стивен стоял по пояс в воде и выглядел как... как морской бог.

— Я только хотел сказать, что этот оттенок зеленого тебе очень к лицу, — засмеялся он.

Эмили смущенно потупилась и нырнула в воду. Долго плавала, отдыхала на спине, подставив лицо солнцу, потом снова плавала, неторопливо рассекая воду руками. Стивен плавал неподалеку, в таком же спокойном молчании. Казалось, они одни в целом мире.

— Жаль, что нельзя остаться здесь навсегда... — Не открывая глаз, со вздохом признался Стивен. - Жить в единении с природой...

— И отрастить жабры и ласты? — поддразнила его Эмили, подплывая поближе. Волосы нимбом плавали вокруг ее головы, тело поблескивало золотистым загаром. — А что же тогда станется с поклонниками Стиви Стэффорда?

— Не трави душу! Скоро отпуск закончится и придется возвращаться к цивилизации.

Она скосила на него глаза.

— Бедолага! Придется снова облачиться в смокинг и светиться в ящике! Меня душат слезы.

Стивен брызнул в нее водой.

— Я сам чуть не плачу. Думаешь, легко постоянно быть на виду?

— Можно подумать, тебе не нравится твоя работа! — Она брызнула в ответ. — Да ты жить не можешь без поклонников. Вернее, поклонниц.

— Ревнуешь? — с довольным видом ухмыльнулся он. - Это мне нравится!

Он нырнул и, прежде чем Эмили успела сообразить что к чему, вынырнул рядом с ней, схватил ее за талию и увлек под воду.

— Отстань! — вынырнув, закричала она, не в силах удержаться от смеха, и поплыла прочь.

Стивен в два счета настиг ее и прижал к себе. От его близости Эмили покрылась мурашками и попыталась вырваться, но он снова потянул ее в воду. Когда Эмили всплыла глотнуть воздуха, он схватил ее за плечи и, не сводя с нее горящих глаз, шепнул:

— Попалась!

Сердце у Эмили чуть не выпрыгнуло из груди, и она, уже зная, что больше не станет от него уплывать, пробормотала:

— Стивен, если ты продолжишь в том же духе, я потеряю купальник.

— Тем лучше. — На загорелом лице блеснула белозубая улыбка. — Без купальника ты нравишься мне еще больше.

Он отпустил ее плечи и, взяв за запястье, увлек за собой поближе к берегу. Когда под ногами он ощутил дно, то встал и привлек ее к себе. Она почувствовала его возбуждение, и ее захлестнуло желание. Капельки воды в курчавых волосках у него на груди переливались всеми цветами радуги. Над водой пронесся ветерок, но он не охладил жара их тел, а лишь раздул пламя страсти. Эмили запрокинула голову и утонула в бездонной глубине его глаз.

Медленно, неспешно он обнял ее за плечи, и она обвила руками его шею. Она стояла в воде по грудь и, поднявшись на цыпочки, облизнула его соленые губы. Он поцеловал ее, и она ответила еще более жадным поцелуем. И тогда он опустил руки ей на талию и, прижав к себе, на миг замер. Эмили почувствовала, как у ее живота пульсирует его возбужденная плоть. Ее руки потянулись к его груди, спустились на живот, а потом легли на ягодицы...

Стивен развязал бретельки купальника, и изумрудные лоскутки соскользнули в воду. Он окинул ее жадными глазами, и она нетерпеливо спустила ему плавки. Он застонал от удовольствия, и Эмили порывисто прижалась к нему всем телом.

Стивен обхватил ее за ягодицы и приподнял, а она, обвив его шею руками, ногами обняла за поясницу и вскрикнула от наслаждения, когда он вошел в нее. Жажда любви переполняла Эмили, ее рот искал его рот с голодной требовательностью, а Стивен все разжигал в ней огонь, пронзая мощными толчками.

— Еще! — стонала она, закрыв глаза и вонзив пальцы в его мускулистую спину. — Еще!

Он снова закрыл ей рот поцелуем, и для Эмили исчезло все на свете. Остались лишь их разгоряченные тела, слившиеся в танце любви...

Эмили запрокинула голову и распахнула глаза. Стивен уткнул мокрое от пота лицо ей в шею. Она соскользнула с него и, обхватив его голову, прижала к себе, ощутив небывалое удовлетворение и умиротворение. Казалось, время остановилось.

Светило солнце, плескалась вода, ветер обвевал их тела. Эмили боялась шевельнуться. Вдалеке послышался шум автомобиля — и Стивен поднял голову. Реальность бесцеремонно напомнила о себе.

— Эми... — Он заглянул ей в глаза. — Пойдем на берег. Нам нужно поговорить.

Они вышли на пляж и с наслаждением растянулись на горячем песке. Эмили не могла сказать, что доставляет ей больше удовольствия: лежать нагишом на уединенном пляже вдвоем со Стивеном или лицезреть его — такого мужественного, красивого и уставшего от ласк — и сознавать, что он рядом. Впервые в жизни Эмили испытывала столь мощное и чуточку грешное гедонистическое чувство. До знакомства со Стивеном она никогда не была такой раскрепощенной.

— Эми...

- Что?

— Пока мы были в разлуке, я многое передумал. — Стивен сел и обернулся к ней. — И принял для себя решение, — твердо сказал он, пристально глядя ей в глаза. — Мать уже несколько лет твердит, мол, тебе пора остепениться и найти себе хорошую жену. И, кажется, я такую женщину нашел. — Он наклонился к ней и нежно погладил ее лицо. — Пришлось даже пойти на хитрость, чтобы встретиться с ней на Синае.

Эмили затаила дыхание, упиваясь его ласковым взглядом, а потом не удержалась и упрекнула:

— Значит, ты меня все время обманывал?

Стивен улыбнулся, и в его глазах было столько любви, что у Эмили ёкнуло в груди.

— Ну не все время, а всего чуть-чуть, — поддержал он ее игру. — И для твоего же блага.

— Гнусный обманщик!

— Каюсь! — Он снова лег и привлек ее к себе. — Эми, скажи, ты согласна стать моей женой?

— Но мы с тобой такие разные... — пробормотала она, тая от его прикосновений. — Я простая медсестра, а ты...

— Эми, Хватит молоть чушь! — Он снова сел. — Я люблю тебя, а ты любишь меня. Или нет?

— Даже Ричарда я не любила так, как тебя, — шепнула она.

Он улыбнулся и, отбросив со лба прядь, спросил:

— Значит, ты согласна выйти замуж за гнусного обманщика?

Внезапно Эмили вспомнила, как они со Стивеном гуляли по зоопарку и она чувствовала себя легко-легко, как яркий воздушный шарик, улетевший в небо. Только теперь ее больше не мучили сомнения. Она глубоко вздохнула и тоже села.

— Да, - тихо сказала она. - При условии что ты меня больше обманывать не будешь.

Стивен сгреб ее в охапку — и Эмили с изумлением ощутила, что он снова хочет ее. Она спрятала лицо у него на груди, а рука скользнула вниз и нашла его член.

Он тихонько засмеялся и, уткнувшись лицом ей в волосы, шепнул:

— Умница! Мне нравится такой способ решения спорных вопросов.

— Так ты обещаешь больше меня не обманывать? — спросила она, лаская его и распаляясь от его возбуждения. — Обещаешь?

Он застонал от наслаждения, куснул ее в шею и, обхватив груди, зажал соски между пальцами. Эмили затрепетала и закрыла глаза, а Стивен опустил ее на песок, лег сверху и шепнул:

— Обещаю. При условии что ты всегда будешь такой же ненасытной. — И он закрыл ей рот поцелуем.

13

Эмили проснулась от солнечного света, свежего ветерка и плеска волн за окном. Господи, как хорошо! Вот если бы просыпаться так всегда!.. Она томно потянулась и решила еще немного понежиться в постели, но в дверь постучали.

— А вот и я! - Не дожидаясь разрешения, Либби просунула голову в дверь и, окинув комнату взглядом, с деланным смирением спросила: — Не помешаю?

— Какие мы тактичные! — Эмили рассмеялась. — Заходи. Что с тобой поделаешь...

— Подруга, у тебя такой довольный и, прости Господи, сытый вид, что мне даже противно! — изрекла Либби. — Нет, правда, просто больно на тебя смотреть!

— Завистница! — Эмили расплылась в улыбке. — Раз тебе так противно, лучше сразу уходи. Отныне тебе не удастся с такой легкостью портить мне настроение.

Либби воззрилась на нее с укором и, покачав головой, сказала:

— Подумать только: во всем виновата я одна! Ведь не заставь я тебя сюда приехать, ничего бы не было!

— Да, Либби, от скромности ты не умрешь! Сначала претендовала на роль Доброй Феи, а теперь и вовсе возомнила себя чуть ли не самим Создателем...

— А что? Неужели у тебя хватит нахальства отрицать мои заслуги?! — Она изобразила праведный гнев, но не выдержала и от души расхохоталась. — Все, хватит трепаться! Эми, я за тебя так рада! — Она села на кровать и обняла подругу.

- Знаю. - Голос у Эмили чуть дрогнул, и у нее защекотало в носу. - Спасибо тебе за поддержку.

- Всегда пожалуйста! — Либби вскочила и принялась ходить взад-вперед по комнате. - А ты уже решила, что будешь делать со своим домом?

- Нет, а что?

- Просто я подумала... Слушай, может, мне его купить? Правда, я пока что не миссис Стэффорд...

Эмили могла поклясться, что глаза Либби затуманились слезой. Что-то ее тревожило, но она не могла позволить себе испортить тщательно наложенный макияж и сдержалась.

- Как говорится, дурные привычки заразительны! — хохотнула она.

- О чем это ты? — с невинным видом уточнила Эмили, хотя уже догадывалась, о чем идет речь.

- Терпеть не могу, когда ты стараешься казаться еще глупее, чем ты есть на самом деле! — заявила проницательная Либби и, как бы между прочим, продолжила: — Знаешь, мне туг пришло в голову, может, и мне стоит попробовать, что это за штука такая — семейные узы...

- Попробуй. — Эмили улыбнулась. — Я рада, что в кои-то веки оказала на тебя благотворное влияние!

- Нет, Эми, я серьезно! - Либби остановилась и пристально взглянула на подругу. — С одной стороны, я уже большая девочка и понимаю, что в жизни так не бывает. — Она усмехнулась. — Как говорит Валери: «Ты что, думаешь, в сказку попала?» — Она помолчала и, отвернув лицо в сторону, пробормотала: — Хотя, с другой стороны, сейчас такое время, канун Рождества... Самое время для чудес.

Эмили задумчиво кивнула.

— Эми, а ты уже сообщила отцу?

— Вчера вечером.

— Ну и как он, обрадовался?

— Очень. Даже предложил мне надеть мамино свадебное платье. — Эмили улыбнулась. — Мне так много нужно ему сказать! Поедешь со мной в Глазго?

— А то! Я ведь не кто-нибудь, а подружка невесты. — Она сделала страшные глаза. — Надеюсь, ты не передумаешь?

— Зависит от твоего поведения! — поддразнила подругу Эмили.

За дверью послышались торопливые шаги, и показалась голова Валери.

— Не разбудила? Ломанулись скорее вниз за подарками!

— Сейчас оденемся и придем, - улыбнулась Эмили.

Валери скорчила рожицу:

— А это еще зачем? У нас принято доставать подарки из-под елки в пижамах.

— В пижамах? — усомнилась Либби. — Надеюсь, это не очередной прикол?

— Какой еще прикол! — фыркнула Валери. — Просто предкам нравится думать, будто мы еще дети. Ну чего тут непонятного... Полюбуйтесь на мой прикид. — И она вошла в комнату и покрутилась, демонстрируя пижаму.

— Ну раз такое дело, не будем нарушать традиции. А умыться-то хоть можно? — со смиренным видом спросила Либби.

— Ох уж эти медики! — Валери закатила глаза. — Валяйте, только побыстрее. А то сейчас начнете себя дезинфицировать, а я ласты склею от нетерпения.

— Ну ладно. Через пять минут будем готовы, - пообещала Эмили и улыбнулась, предвкушая настоящее рождественское утро после долгого-долгого перерыва.

Валери скорчила кислую физиономию и выскочила за дверь.

Когда они с Либби спустились в гостиную, семья Стэффордов в полном составе собралась у большой искусственной елки. На этот раз Валери не шутила: все были одеты по-домашнему. Эмили почувствовала себя ребенком. Она не могла думать ни о чем другом, кроме подарков, и расплылась в счастливой улыбке.

Наверное, у меня сейчас очень глупый вид! — подумала она, но ничего не могла с собой поделать: ее просто распирало от веселья. Предвкушение праздника переполняло ее. Стивен опустился рядом с ней на ковер и подал чашку кофе.

— Ну как ты? — спросил он, заглядывая ей в глаза.

— Лучше не бывает! — просияла она, любуясь лучистым светом его глаз. — Может, это банально, но я все время думаю: а вдруг я проснусь?

— Не вздумай! — пригрозил он. — Я готов потратить все свое состояние, лишь бы этот сон не кончался.

Эмили уткнулась в чашку.

— Что случилось? — насторожился Стивен.

Она смущенно улыбнулась и подняла на него глаза.

— Просто до меня только сейчас дошло, что ты... — Она запнулась и вспыхнула. — Стивен, ведь ты очень богат?

— Все в этом мире относительно, — ухмыльнулся он. — Да, я не беден. А что это меняет?

— Не знаю... — Она опустила чашку. — Меня страшит зависимость.

Стивен обнял ее за плечи и притянул к себе.

— Не бойся! Если хочешь, будем жить на твою зарплату. — Он помолчал и с театральным вздохом продолжил: — А свои гонорары буду жертвовать на благотворительность.

— Стивен, я серьезно! Пойми, мне неприятно быть зависимой. Вернее, я от этого давно отвыкла.

— Ну и молодец! — засмеялся Стивен. — Только прошу тебя, не доводи это до абсурда. Надеюсь, ты не феминистка?

Эмили покачала головой.

— Какое облегчение! — И он перевел дыхание. — А то я уже испугался. Значит, позволишь мне купить нам дом в пригороде, виллу на Лазурном побережье, парочку «ягуаров» и все такое?

— Хватит издеваться! - запротестовала Эмили. — Неделю назад я подсчитывала, во сколько мне обойдется починка мусоропровода в моем скромном жилище, а сегодня... Может, притормозишь?

— Так и быть! — согласился Стивен и поцеловал ей руку. — Отложим этот разговор на потом. А сейчас, радость моя, получи подарок. — Он потянулся, достал из-под елки сверток и протянул ей.

Эмили взяла из рук Стивена сверток в серебристой фольге, перевязанный красной ленточкой, и с минуту смотрела на него, словно не решаясь открыть. Потом развязала бант и бережно, чтобы не разорвать фольгу, начала разворачивать подарок.

Стивен не сводил с нее глаз. Остальные члены семьи тоже притихли, и Эмили, затаив дыхание, открыла крышку. В ней лежал шар сладкой ваты. Она подняла глаза, и Стивен улыбнулся.

— Надеюсь, мне перепадет кусочек? Ты же знаешь: при виде сладкого я теряю волю.

Эмили осторожно достала шар за палочку и протянула Стивену. Он покачал головой.

— Только после тебя.

Когда она поднесла вату ко рту и откусила верхушку, он схватил ее за запястье и предупредил:

— Смотри, не сломай зуб! — И, выхватив вату у нее из рук, перевернул и потряс.

На колени Эмили выпало кольцо. Изящное золотое кольцо с бриллиантами. Эмили не слишком хорошо разбиралась в драгоценностях, но строгая простота оправы и благородная игра камней говорили сами за себя. От такого подарка она лишилась дара речи.

— Классный прикол! — завопила Валери.

Стивен взял кольцо и надел Эмили на палец.

— Эми, это кольцо моей бабушки, — сказал он, заглядывая ей в глаза. — Надеюсь, оно тебе впору?

Слезы застилали ей глаза.

— А я думала, по семейной традиции Стэффордов кольцо будет в коробке с шоколадными конфетами, - дрожащим от волнения голосом сказала Эмили.

— Сначала я так и хотел, - кивнул Стивен. - Но тогда бы ты сразу догадалась, что внутри. И сюрприза бы не получилось.

- Значит, теперь меня каждый день ожидают сюрпризы?

— Разумеется, — с улыбкой подтвердил он. — Каждый день и каждый час. Пока мы вместе.

— Знаешь, Стивен, такие сюрпризы мне нравятся, — произнесла Эмили, не сводя с него сияющих глаз. — Я люблю тебя.

— А я тебя. — И он обнял ее и поцеловал под одобрительные возгласы и аплодисменты всей семьи.

— Занавес! — раздался бодрый голосок Либби. — Все довольны, все смеются!

Эмили улыбнулась и подумала: теперь, что бы ни случилось, она не будет бояться Рождества.

Content

Джоунс Сандра Рождественская сказка