Уинтерз Ребекка

Подруга плейбоя

Невесты «Белла Роза» — 1

Глава 1

Клара Россетти начала спускаться по узкой крутой лестнице между двух старых зданий горного поселка, когда у нее за спиной послышался низкий мужской голос:

— Привет, красотка. Как много мужчин говорили тебе, что ты прекрасна?

Голос показался ей смутно знакомым, но Клара решила, что комплимент адресован другой. Она быстро направилась через шумную площадь к автобусной остановке. Она очень устала, и, вернувшись на ферму, поужинает и ляжет спать.

— Клариссима... Уверен, ты не забыла!

Она изумленно ахнула. Ее охватила радость. Тино.

После девяти лет отсутствия ее лучший друг вернулся? Валентино Казали был единственным человеком на свете, который называл ее Клариссима. Это было сочетание ее имени и слова belissima, означающего «самая красивая». Клара всегда воспринимала это как шутку. До недавних пор она не могла похвастаться стройной фигурой. Полнота была проклятием всех женщин в семье Россетти.

Повернувшись, она уставилась в блестящие темно-карие глаза одного из самых известных плейбоев Европы. Для Клары он прежде всего был другом детства, с которым они вместе шалили. Когда им обоим исполнилось восемнадцать и он покинул Монта-Корренти, никто не смог заполнить пустоту, которую оставил в ее душе его отъезд.

Теперь это знаменитый автогонщик, искатель приключений и богатый плейбой, чьи фотографии постоянно появляются на обложках самых популярных в Италии таблоидов.

— Нет, я не забыла, — хрипло произнесла Клара. — Как ты, Валентино?

Ее вопрос застал его врасплох, словно он ожидал от нее чего-то другого, пока они смотрели друг другу в глаза.

— Теперь, когда я встретился со своей старой подругой, гораздо лучше.

Клара пришла в восторг. Возможно, сейчас он принадлежал совсем к другому миру, но когда-то их многое связывало.

Расцеловав ее в обе щеки, Валентино прищурился и начал ее разглядывать, безусловно замечая перемены, которые произошли с ней за эти девять лет.

— Подругой, говоришь? — поддразнила его она. — А что случилось с открытками и подарками из разных уголков земного шара, которые ты собирался мне присылать? Я также не помню ни одного из твоих обещанных периодических визитов.

Валентино элегантно пожал широкими плечами, обтянутыми кремово-белой спортивной рубашкой с открытым воротом. Затем он легонько провел указательным пальцем по ее губам. Похоже, этот жест был для него машинальным, но ее он так никогда не касался, и она была потрясена.

— Я правда собирался это делать. Ты же знаешь, — произнес он.

Этот мужчина источал сексуальный магнетизм. Клара вяло улыбнулась, пытаясь прийти в себя после его прикосновения.

— Твоими благими намерениями можно было бы вымостить дорогу в рай.

Когда-то их слишком многое связывало, чтобы она на него обижалась. По правде говоря, Клара никогда не могла сердиться на прежнего Валентино, того, который всегда был по отношению к ней добрым и заботливым, несмотря на свою бесшабашность. Возможно, раньше они и были как брат и сестра, но когда он уехал, в его жизни появились более важные вещи, чем подруга детства.

Благодаря ему его родной поселок Монта-Корренти, расположенный в горах между Римом и Неаполем, стал известен на весь мир. Его слава привела сюда туристов из разных уголков земного шара. Неотразимый пилот «Формулы-1», обосновавшийся в Монако, был любимцем местных жителей.

Валентино запрокинул свою красивую голову. Клара заметила, что он небрит, однако щетина только усиливала его мужскую привлекательность. За прошедшие девять лет он стал таким сексуальным, что от него было невозможно отвести глаз.

— Что случилось с твоими длинными волосами? Удивленная тем, что он это заметил, Клара сказала:

— Мне давно нужно было измениться. — В последнее время ей стало трудно ухаживать за своими густыми темно-каштановыми волосами, и она обрезала их и стала носить на прямой пробор.

— Мне нравилось, когда они были длинными, но сейчас тоже неплохо.

— У тебя волосы тоже короче, чем раньше. Помнишь, как ты отрастил их до плеч? Синьор Кавальо посчитал, что ты больше всех подходишь на роль принца Вэлианта в школьной постановке.

Валентино рассмеялся:

— Еще бы не помнить. Ты меня тогда так обкорнала.

— Ты сам был во всем виноват. Это ты заставил меня тебя подстричь, чтобы не играть в «Короле Артуре». Ножницы для ощипывания домашней птицы, которые ты стащил из отцовского ресторана, не предназначались для людей.

Он широко улыбнулся:

— Зато с твоей помощью я избавился от необходимости играть дурацкую роль. Что бы я делал, если бы ты все время меня не выручала.

— Аминта чуть не убила меня, когда ты сказал ей, что это я тебя обкорнала. Она была безумно в тебя влюблена. Уже тогда ты мог выбрать любую из местных девчонок, и она бы пошла с тобой.

— Сегодня я выбираю тебя, — произнес он бархатным голосом. — И приглашаю в ресторан отметить мое возвращение и вспомнить старые добрые времена.

— И украсть парочку брускетт, пока повар не видит? — поддразнила его она. — Времена были отличные, но мы не можем вернуть их.

— Зато можем сделать кое-что другое. Сегодня ради разнообразия мы войдем через парадную дверь и я заплачу за наш ужин.

Его предложение было заманчивым, но она валилась с ног от усталости.

— Я бы с удовольствием с тобой поужинала, но не могу. В любом случае спасибо. Была рада тебя повидать, Валентино. — Клара увидела, что к остановке подъехал автобус. Это было ее спасение. Неожиданная встреча с Валентино после стольких лет лишила ее остатков сил.

Валентино схватил ее за руку:

— Подожди. Ты куда?

По ее коже словно пробежал электрический разряд.

— Домой. Меня ждет семья.

— Но мы не виделись целую вечность. Тебе так важно провести этот вечер дома? Я знаю, что сегодня не день твоего рождения.

Он мог на девять лет забыть о ее существовании, но у него была отличная память на мелочи. Клара знала, что он станет ее уговаривать до тех пор, пока она не уступит. Ему всегда удавалось заставить ее сделать так, как хочет он.

— Мама запланировала особенный ужин. Я обещала ей помочь.

— Тогда позволь мне тебя отвезти. Мой «феррари» домчит тебя за пять минут.

— Спасибо за предложение, но автобус уже подошел. Если ты планируешь задержаться в Монта-Корренти на несколько дней, возможно, мы еще встретимся и поедим вместе. Прости, но мне правда нужно идти. Ciao, Валентино. — Отдернув руку, она добежала до остановки и села в автобус, благодарная Валентино за то, что он не стал ее уговаривать.

Зная его, можно было предположить, что к утру он покинет Монта-Корренти и будет готовиться к новому этапу гонок в Риме, Париже или Лондоне. Скорее всего, он отправится туда в сопровождении новой подружки. В прошлом месяце она видела его в десятичасовом выпуске новостей с молодой французской старлеткой по имени Жизель Артуа. Журналист спросил его, правдивы ли слухи о том, что он собирался жениться и поселиться в небольшом дворце в одном из престижных пригородов Парижа. Валентино уклонился от прямого ответа, но Клара заметила, что его спутница загадочно улыбнулась. Они хорошо смотрелись вместе.

Глубоко вздохнув, она прошла глубже в салон автобуса. Почти все места были заняты, и ей ничего не оставалось, кроме как втиснуться между полным мужчиной и монахиней.

В окно справа она видела Валентино, который остался стоять, нахмурив темные брови. Даже после того, как автобус пришел в движение, он не пошевелился.

С детства он был очаровательным сорвиголовой, помешанным на автомобилях и скорости. Хотя семья Казали жила на берегах озера Кларисса неподалеку от Монта-Корренти, после школы он проводил большую часть времени в поселке, работая на своем скутере. Отец Луиджи, одного из его друзей, разрешал ему возиться со скутером в его гараже. По словам Валентино, ни одна из существующих в то время моделей не могла развить достаточную скорость. Клара провела много времени в гараже, слушая его разглагольствования о том, как он однажды соберет скутер, который превзойдет все имеющиеся модели.

Уезжая в Монако покорять гоночный мир, он взял с собой собственный инновационный проект, который стал прототипом для нового поколения скутеров. В двадцать один год он создал «Виолетта рапидита», компанию, занимающуюся производством скутеров, и добился международного успеха.

Его внешняя красота принесла миллионы компаниям, печатавшим постеры, на которых он в одиночку на катамаран-яхте переплывал Индийский океан или испытывал на трассе в Дубае новый гоночный автомобиль.

Клара считала его уникальным человеком, который в поисках новых приключений шел против времени, природы и человеческих страхов. Слушая его рассказы, она сама испытывала острые ощущения, но временами ей казалось, что такой активный стиль жизни был для него лишь способом загнать поглубже непонятных внутренних демонов, которые не давали ему покоя.

Она точно не знала, что это за демоны, но подозревала, что их источником были напряженные отношения внутри семьи Казали. Брат Валентино Кристиано тоже нечасто появлялся в Монта-Корренти. Только их старшая сестра Изабелла оставалась в родном доме и помогала отцу в их ресторане «Роза». Как же сильно отличалась семья Валентино от огромного сплоченного клана Россетти.

У Клары было бесчисленное множество дядюшек, тетушек, кузин и кузенов, трудившихся на ферме, которая на протяжении многих лет была источником благосостояния семьи Россетти. Хотя они жили довольно скромно, никто, даже ее братья и сестры, которые уже обзавелись собственными семьями, не собирались покидать ферму. Клара ничем от них не отличалась. В последнее время ее жизнь была тяжелой, но она любила Монта-Корренти и не представляла себя живущей в другом месте.

Судьба поступила жестоко, столкнув ее сегодня с Валентино. До тех пор пока он ее не окликнул, она вела скромную однообразную жизнь, борясь с трудностями, которые недавно выпали на ее долю. Валентино был подобен яркой звезде, чей магнетический свет притягивал всех вокруг. Его неожиданное появление пошатнуло ее привычный мир.

Когда автобус завернул за угол и скрылся из вида, Валентино направился в центр поселка, где находился ресторан «Роза», принадлежащий его отцу. Бок о бок с ним располагался ресторан его тети под названием «Сорелла». У них был общий двор, за которым начиналась главная площадь города.

«Сорелла», основанная бабушкой Валентино Розой, теперь принадлежала его тете Лизе Фиренци, которая превратила небольшой ресторанчик в шикарное современное заведение с интернациональной кухней. Его отец Лука Казали после смерти их матери поначалу управлял «Сореллой» вместе с Лизой. Но брат и сестра, которые всегда были как кошка с собакой, не смогли прийти к согласию. Тогда Лука отказался от своей доли в бизнесе и благодаря кропотливому труду через несколько лет открыл ресторан итальянской кухни, который назвал «Розой» в честь своей матери. Сегодня им управляла Изабелла.

Валентино общался с отцом и сестрой в основном по электронной почте. В последний раз он приезжал в Монта-Корренти в прошлом месяце на празднование дня рождения отца. Подходя к ресторану, он вспомнил об ужасной сцене, разыгравшейся здесь во дворике во время вечеринки. Его тетя вышла из себя и, не заботясь о том, что ее могут подслушать, напомнила Луке о страшной тайне, которую он много лет скрывал от своих детей. Валентино и его сестра Изабелла оказались там и все слышали.

Он тогда испытал сильную боль. Разозлившись на отца, он в ту же ночь покинул Монта-Корренти, не зная, вернется ли когда-нибудь. Если бы не пошатнувшееся здоровье отца и не просьба Изабеллы о помощи, он бы не отменил две гонки. Как бы то ни было, в данный момент его беспокойство никак не было связано с семейными проблемами. Осмотрев виллу в верхней части поселка, которую он собирался снять, Валентино пешком отправился в ресторан, даже и не мечтая столкнуться с Кларой Россетти через несколько часов после своего приезда. Эта случайная встреча избавила его от необходимости ехать на ферму. Он собирался возобновить отношения с Кларой. По правде говоря, это была единственная причина, по которой ему хотелось вернуться в Монта-Корренти. Клара всегда воспринимала его таким, как есть, со всеми недостатками. После той злополучной вечеринки ему нужно было поговорить с ней о том, что он узнал, но совесть не позволила ему взвалить на нее свои проблемы.

После их сегодняшней встречи ему еще больше захотелось с ней поговорить. Ему ни с кем не было так легко, как с Кларой. Никто не мог понять его лучше, чем она, но он узнал ее только по выразительным зеленым глазам. Куда-то подевалась полная девочка с милым круглым личиком и длинными темными волосами, с которой они были лучшими друзьями с первого класса. Ее место заняла красивая молодая женщина с точеной фигурой и модной прической. Возможно, она была немного худовата, но он был не в силах отвести от нее глаз.

Однако больше всего его поразило то, что Клара больше не излучала жизнерадостность, которая всегда была ее отличительной чертой. Вместо того чтобы выкрикнуть «Тино!» — так она раньше к нему обращалась, — она назвала его полным именем и отнеслась к нему как к бывшему знакомому, о существовании которого давно забыла. Это неприятно удивило Валентино. Возможно, она сказала правду, и ей действительно нужно было срочно ехать домой, но что-то здесь явно не так. Ферма Россетти, на которой выращивались лимоны, апельсины и оливки, находилась всего в нескольких милях к югу от поселка, и прежняя жизнерадостная Клара не отказалась бы, если бы он предложил отвезти ее домой. Он не знал ни одной женщины, которая не захотела бы прокатиться на его «феррари». Ее отказ задел его самолюбие, но гораздо больнее было ему оттого, что она перестала относиться к их дружбе как к чему-то особенному. Ее глаза, обрамленные темными ресницами, больше не искрились. Его сердце болезненно сжалось.

Валентино ускорил шаг и уже через несколько минут был в ресторане, где персонал готовился к вечернему наплыву посетителей. Поздоровавшись на ходу со всеми, он отправился на кухню.

Он шел сюда ужинать, но после встречи с Кларой на площади у него пропал аппетит. В ресторане «Роза» с терракотовыми полами и фресками на стенах готовили блюда традиционной кухни. Лука Казали хотел, чтобы здесь была уютная домашняя атмосфера, как когда-то в ресторане его матери, и ему удалось ее создать. Аромат отцовского фирменного томатного соуса был одним из немногих приятных воспоминаний Валентино, связанных с домом.

Англичанин Уильям Валентайн, его дед, передал рецепт соуса своей возлюбленной Розе, а та впоследствии своему сыну Луке, отцу Валентино. Лука улучшил рецепт, благодаря чему популярность ресторана выросла. Несмотря на это, в настоящее время Лука испытывал серьезные финансовые затруднения. У Валентино было достаточно средств, чтобы ему помочь. Он хотел это сделать еще в прошлом месяце, но, случайно узнав страшную тайну Луки, разозлился на него и уехал, так и не поговорив с отцом. Возвращение домой пробудило в нем болезненные воспоминания, одно из которых было особенно неприятным.

Будь на то его воля, он сегодня вечером отправился бы в Монако и стал бы готовиться к новому этапу гран-при. Но он не мог расстроить Изабеллу, поскольку дал ей обещание провести некоторое время в Монта-Корренти. Сегодня он собирался предложить ей несколько идей, касающихся ведения бизнеса.

Изабелла была на кухне, когда он вошел. Дав указания шеф-повару, она кивнула Валентино, и они вышли через заднюю дверь к реке, пересекающей поселок. Это было отличное место для того, чтобы поговорить наедине.

— Я надеялась, ты вернешься к ужину, — начала Изабелла без лишних церемоний. — Итак, что ты решил насчет виллы? Макс подумал, ты, возможно, ей заинтересуешься. Ею уже давно не пользовались.

— Я сказал Максу, что сниму ее на пару месяцев. Она просторная и вид из окон открывается потрясающий. Думаю, для меня это лучший выход из ситуации.

Изабелла выглядела расстроенной.

— Ты вроде бы собирался провести здесь все лето.

Валентино действительно собирался. До тех пор пока Клара, ради которой он сюда приехал, не нанесла удар по его самолюбию. Он принял слишком близко к сердцу ее отказ, и это ему не понравилось. Он чувствовал себя полным идиотом.

— Ты же меня знаешь. Я ненавижу чувствовать себя привязанным к месту. — Он знал, что Изабелле не понравятся эти слова, но не мог ее обманывать.

Когда он сообщил ей, что останется в Монта-Корренти на некоторое время, Изабелла предложила ему поселиться в пустом доме Казали на озере Кларисса, который теперь использовался в качестве места для отдыха. Валентино сказал сестре, что это слишком далеко. На самом деле он не смог бы снова переступить порог этого дома. Воспоминания о том, что там произошло много лет назад, будут преследовать его до конца дней.

— Жаль, ты не захотел поселиться с папой в его квартире над рестораном. Он так на это надеялся.

Изабелла, похоже, не в своем уме, раз говорит такое. Его раздражало ее постоянное желание помогать другим и налаживать отношения между родными. Он все еще злился на нее за то, что она решила найти их сводных старших братьев Алессандро и Анжело. Подумать только, всего месяц назад ни Изабелла, ни Валентино не знали об их существовании и, если бы не их зловредная тетушка Лиза, возможно, никогда бы и не узнали.

— Я слишком много лет был сам по себе, Иззи, — сказал он. — Давай будет честны друг с другом. Ты всегда прекрасно заботилась о папе в одиночку, и тебе не нужно, чтобы кто-то путался у тебя под ногами. Даже я. Прошу тебя, не обижайся на мои слова.

Она поцеловала его в щеку:

— Я не обижаюсь.

— Меня восхищает то, как ты о нем заботишься. Без тебя нам всем было бы очень плохо. — Валентино не кривил душой. Его сестра действительно стала оплотом для их семьи.

— Спасибо, — спокойно произнесла она.

— Мне следовало сказать тебе это намного раньше. — Когда он увидел, какую огромную работу она проделывала день за днем, ему стало стыдно за свое желание поскорее отсюда уехать.

Изабелла встретилась с ним взглядом:

— Ты какой-то странный. Ворвался в кухню, словно за тобой гналась стая собак, а теперь вот говоришь такие сентиментальные вещи. Что с тобой произошло после того, как ты поговорил с Максом о вилле?

Его сестра, как всегда, очень проницательна. После встречи с Кларой Россетти он чувствовал себя не в своей тарелке.

— Думаю, у меня есть идея, касающаяся расширения бизнеса. К несчастью, папа так консервативен, что вряд ли захочет меня выслушать. Я последний человек на земле, в чьих советах он нуждается.

— Как ты можешь такое говорить? — возмутилась Изабелла. — Ты добился международного успеха в бизнесе. Ты мог бы удвоить свое состояние, если бы давал практические советы начинающим предпринимателям.

— На такого традиционалиста, как папа, мои успехи не производят впечатления.

— Не говори так! Он очень тобой гордится.

Валентино покачал головой:

— Давай не будем играть в игры, Иззи. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. — Он пристально посмотрел на нее. — Биологически я не его сын. Я напоминание о том, что мама изменяла ему с другим мужчиной.

— Папа воспитывал тебя как родного. Он любит тебя не меньше, чем меня или Кристиано.

— Да, но, видя меня всякий раз по телевизору или читая обо мне в газете, он, наверное, вспоминает о незнакомце, которому я обязан своим появлением на свет. Я перестал думать о своем биологическом отце, когда понял много лет назад, что он не хочет иметь со мной ничего общего. Папа был вынужден иметь со мной дело, когда принял назад маму. После ее смерти ему пришлось обо мне заботиться. Учитывая то, что ему были не нужны родные сыновья, вряд ли он обрадовался такому «подарку».

— Перестань, Валентино! — Изабелла обняла его. — Это неправда. Ты не можешь всерьез так думать.

— Давай оставим этот разговор, Иззи. Все прошло и быльем поросло. — Валентино не хотел говорить о своем отце.

Изабелла вытерла глаза:

— Итак, что там у тебя за идея?

— Не знаю, сработает это или нет, но, думаю, попробовать стоит. Этот ресторан — воплощение папиной мечты. Никто из нас не хотел бы, чтобы он закрылся. — Валентино признавал, что Лука, несмотря ни на что, был ему хорошим отцом. Пришло время его отблагодарить.

— Мы не можем этого допустить.

— Согласен. Что, если нам разместить рекламу на сайтах туроператоров из Рима и Неаполя? Разумеется, договариваться с ними буду я. Если все получится, я свяжусь с другими операторами из Флоренции и Милана.

— Это же гениально! — восторженно воскликнула Изабелла.

— Кстати, еще нам не помешало бы создать свой собственный сайт. Тогда любой человек, увидев «Розу» в списке ресторанов, сможет делать заказы заранее.

— Обе идеи просто замечательны. Побывав у нас однажды, люди приходят к нам снова и снова.

— Поэтому наша главная цель — сделать так, чтобы о нас узнало как можно больше людей. Как считаешь, когда мне лучше поговорить с папой?

— Утром перед завтраком.

— Я приеду завтра и поговорю с ним, если он будет хорошо себя чувствовать.

— Я так рада, что ты здесь.

Валентино не мог сказать того же и потому просто обнял сестру. К несчастью, вернуться означало столкнуться лицом к лицу с призраками прошлого.

— Я говорил тебе, что сегодня днем я встретил на площади Клару Россетти?

— Правда? Раньше вы были неразлучны. Я даже думала, она та единственная, кого ты по-настоящему любил после того, как умерла мама. Я даже ревновала тебя к ней.

Валентино уставился на сестру. Он был ошеломлен. Неужели его привязанность к Кларе была так очевидна?

— Я не знал, что ты меня ревновала, — пробормотал он.

— Разумеется, не знал. Ты ведь никого не замечал, кроме Клары. Кстати, я недавно видела ее в церкви. Она стала настоящей красавицей.

— Да, она изменилась.

— Бьянка тоже похорошела. Ты помнишь ее сестру?

— Очень хорошо помню.

Бьянка была на год младше Клары и всегда хорошо к нему относилась. Жаль, что он не мог сказать того же о Сильвио, брате-близнеце Клары. Дети Казали и Россетти ходили в одну школу, и Сильвио с самого начала невзлюбил Валентино.

— Ходят слухи, что Клара встречается с одним из братьев Ромажио из долины.

Значит, вот с чем связаны изменения.

— С которым из них?

— Кажется, с Леандро. Он настоящий красавчик, и у него своя собственная ферма. Очевидно, Кларе завидуют все девчонки в округе.

Должно быть, Иззи шутит. У Леандро больше мускулов, чем мозгов. По какой-то причине эта новость расстроила Валентино.

— Спасибо, что поддержала мои идеи, — сказал он. — Мне нужно идти. Я выехал из Монако рано утром, и усталость дает о себе знать.

— Мне тоже пора возвращаться. Персонал уже, наверное, меня обыскался.

— Увидимся завтра.

Он солгал Изабелле. Несмотря на то что он действительно рано поднялся и проделал долгий путь, ему совсем не хотелось спать. После встречи с изменившейся Кларой он места себе не находил.

Вскоре он оказался на вилле. Здание было построено в начале девятнадцатого века прапрадедом Максимилиано Ди Росси и предназначалось для летнего отдыха семьи. Из любви к Изабелле Макс предложил Валентино пожить на его вилле. Тот согласился, но только при условии, что заплатит за ее аренду. Он не хотел быть ничьим должником.

Эта вилла была намного меньше виллы Валентино в Монако, но по стилю от нее совсем не отличалась. Они были построены приблизительно в одно и то же время, и даже меблировка в них была схожей. Помимо размера единственным отличием являлось местоположение. В Монако он любовался средиземноморским побережьем, а здесь из окон открывалась живописная панорама сельской местности.

Услышав в просторных комнатах эхо собственных шагов, Валентино осознал, что этот пустой дом напоминает склеп. Он не привык к тишине и покою и сомневался, что выдержит здесь хотя бы месяц. Он подумывал о том, чтобы пригласить сюда Иветт, свою последнюю подружку. Ее не пришлось бы долго упрашивать. Но она обязательно усмотрела бы в этом предложении то, чего в нем не было. Валентино не хотел, чтобы она тратила время на пустые иллюзии, как многие другие до нее. Он не был готов расстаться со своей драгоценной свободой.

Он вдруг подумал о своем отце, который был женат дважды. Со своей первой женой Синди он развелся, но, скорее всего, до сих пор оставался бы с матерью Валентино, будь она жива. Валентино не походил на него. Хотя он ничего не знал о своем биологическом отце, но подозревал, что тот был человеком легкомысленным и безответственным и вряд ли обзавелся семьей.

В полном замешательстве Валентино пошел на кухню за пивом. Затем он позвонил Роджеру, своему давнему другу, который занимался ремонтом гоночных автомобилей. Они поговорили с час, после чего он связался с Клодом, старшим менеджером из его компании «Виолетта рапидита». Выслушав отчет о текущем положении дел, он принял горячий душ и лег спать.

К его большому разочарованию, его мысли снова заняла Клара. Помимо Изабеллы, она была единственной представительницей женского пола, с которой он постоянно общался, когда жил в Монта-Корренти. Ему хотелось знать, насколько серьезно у нее все с Леандро. Возможно, он выяснит это завтра.

Глава 2

Когда Клара надевала джинсы и розовый топ с рукавами в три четверти, в спальню вошла беременная Бьянка с шестимесячным сыном на руках.

— Мама хочет знать, как ты себя чувствуешь сегодня.

— Хорошо, — ответила Клара, засовывая ноги в сандалии. — А как дела у моего маленького Паолито? — Она чмокнула малыша в животик, и он рассмеялся. — Ты хоть представляешь, как я тебя люблю, солнышко?

Они вместе прошли по коридору на кухню, где уже собрались остальные. Раньше этот небольшой каменный дом трещал по швам. Сейчас на первом этаже жила Клара с родителями и девяностооднолетней бабушкой по материнской линии, которая после удара могла передвигаться только в инвалидном кресле. Бьянка и Сильвио с семьями занимали второй этаж.

Остальные братья и сестра Клары, а также многочисленные родственники жили в собственных домах на окраинах Монта-Корренти вместе с семьями. Поэтому сейчас за огромным кухонным столом собиралось всего двенадцать человек.

Отец с тревогой посмотрел на Клару:

— Ты уже встала. Хорошо.

Та поцеловала его в лысеющую макушку.

— Я умираю с голоду. — Она обратилась к матери, которая всех обслуживала. — Я сама могу приготовить себе завтрак. Присядь, мама.

— Нет-нет. Ты должна беречь силы.

— Сегодня утром у меня много сил.

— Рада это слышать. А теперь садись и ешь.

— Да, мамочка. — Она заняла место напротив Сильвио, улыбаясь его детям семи, пяти и трех лет, которые смеялись над тем, как их бабушка на нее злилась.

Мария, беременная жена Сильвио, тепло посмотрела на Клару:

— Сегодня ты выглядишь лучше.

— Я чувствую себя настолько хорошо, что могу работать в палатке.

— Ни в коем случае! — возразил Сильвио.

— Ты правда думаешь, что справишься? — осторожно спросила ее мать, ставя перед ней тарелку с горячим омлетом.

— Конечно, мама. Спасибо тебе. — Кларе хотелось кричать от отчаяния, потому что ее родные так о ней пеклись. Последние три месяца она была для своей семьи обузой и ненавидела себя за это.

— Ты нас не обманываешь? — Отец внимательно посмотрел на нее.

— Нет, папа. Бывают дни, когда я чувствую себя хуже, чем в другие. В те дни, когда все нормально, я в состоянии выполнять свою часть работы.

Немного помедлив, он кивнул:

— В таком случае решено.

«Ну слава богу», — подумала Клара, но в этот момент Сильвио с громким стуком поставил на стол кружку с кофе, выразив тем самым свое мнение. Он больше всех донимал Клару своей заботой, и она старалась как можно реже попадаться ему на глаза.

Горячая жидкость выплеснулась на стол, и Мария велела семилетнему Паскуале принести тряпку. Пока она наводила порядок, в кухню через заднюю дверь вошел муж Бьянки Томасо. Он рано встал, чтобы установить палатку для торговли фруктами, перед тем как приступить к собственной работе.

— К тебе приехали, — сказал он Кларе.

Судя по его растерянному виду, посетитель был необычный.

— Кто? — спросила она, стараясь сохранять спокойствие, хотя ей не терпелось узнать ответ.

— Валентино Казали на «феррари» последней модели.

Раздались изумленные возгласы. Сильвио мрачно выругался.

— Хватит! — осадил его отец.

— Клара не общалась с ним много лет, папа. Он плохой человек, и на нашей ферме ему делать нечего. Я не хочу его здесь видеть! — сердито бросил Сильвио.

У Клары закружилась голова, но она не подала виду. Скорее всего, Валентино заехал попрощаться. Раньше он никогда не подъезжал к ее дому. Всякий раз, когда он подвозил ее на скутере, она просила его остановить у поворота на ферму.

— Я выйду и спрошу, что ему нужно. — Вчера на площади она была с ним слишком резка и чувствовала себя виноватой.

Пока домашние приходили в себя после потрясения, вызванного приездом знаменитости, Клара поднялась из-за стола и вышла на улицу через заднюю дверь. Завернув за угол дома, она увидела шикарный черный автомобиль, припаркованный на подъездной аллее. Увидев ее, Валентино выбрался из машины и пошел ей навстречу. В светлых брюках и черной спортивной рубашке он был так красив, что у нее перехватило дыхание. Ее чувственные губы изогнулись в улыбке.

— Виоп giorno, Клариссима! Прошу прощения за столь ранний визит.

Ее предположение было правильным. Он собирался уезжать.

Его взгляд оценивающе скользнул по ее фигуре. Это ее не удивило. Три года назад они с Бьянкой наконец избавились от лишнего веса, от которого страдали большую часть жизни.

Чудодейственную диету она нашла в глянцевом журнале после статьи о кинозвезде, обложку которого украшало ее фото с Валентино. Юная актриса с безупречной фигурой делилась с читательницами секретом своей стройности.

По какой-то причине при виде Валентино, улыбающегося худой красавице, Клара пришла в ярость. Полные девушки вроде нее никогда не попадали на страницы таких журналов! Из злости она начала соблюдать опубликованную диету, и вскоре к ней присоединилась Бьянка. Они обе добились потрясающих результатов, и какое-то время местные жители смотрели на их преображение как на чудо. Сейчас к их новому облику привыкли все. Кроме Валентино, разумеется.

— Тебе не за что просить у меня прощения. Ты же знаешь, мы, фермеры, встаем вместе с солнцем.

Его лицо посерьезнело.

— Я мог бы позвонить, но подумал, у меня будет больше шансов поговорить с тобой, если я заеду.

Она была рада, что Валентино сделал именно такой выбор. Несомненно, он помнил, как Сильвио вмешивался в их отношения, и решил исключить возможность того, чтобы ее брат ответил на его звонок. Сильвио всегда ревновал ее к Валентино Если бы он увидел его сейчас...

— Твоя машина произвела впечатление на Томасо.

— Но не на тебя. — В его голосе слышалось напряжение, как и вчера.

— Разумеется, на меня тоже.

— Это единственное средство передвижения, которое у меня есть на данный момент. Поехали прокатимся. Мне нужно с тобой поговорить.

Клара покачала головой:

— Боюсь, у меня нет времени. Въезжая в ворота, ты, наверное, видел, как Томасо ставил палатку. Сегодня продавать фрукты буду я.

— Дай мне пять минут.

— Почему мы не можем поговорить здесь? Его лицо помрачнело.

— Чего ты боишься? Кровь застучала в ее висках.

— Ничего. Я просто не представляю, что такого важного ты можешь мне сказать. Прошло столько лет.

— Девять, если быть точным. Для близких друзей это слишком много, но я здесь для того, чтобы искупить свои грехи. — Его губы улыбались, но темные глаза оставались серьезными. — Помнится, раньше ты не отказывалась, когда я предлагал тебя подвезти.

— Мой автобус подъехал, и я не видела причин отнимать у тебя время. Я правда не хотела тебя обижать, — добавила она.

— Я и не обиделся. — Валентино упрямо вскинул голову. — Раз ты сейчас занята, я приеду позже, когда ты будешь закрывать палатку.

— Пожалуйста, не надо, — к своему ужасу, отчаянно произнесла Клара. После рабочего дня она устанет, и он поймет, что с ней что-то не так.

Его темные брови поднялись.

— У тебя уже есть планы на этот вечер? Идешь на свидание?

— Да, — солгала она, благодарная ему за то, что он подсказал ей предлог.

С тех пор как она сбросила лишний вес, местные парни стали досаждать ей своим вниманием. У нее было много свиданий, но ни один из поклонников ее не заинтересовал. Даже красавчик Леандро Ромажио. Но она не собиралась говорить об этом Валентино.

— Во сколько он за тобой заедет?

— После работы, — снова солгала Клара.

— В котором часу ты собираешься закрывать палатку?

— Я... я не знаю, — произнесла она, запинаясь.

— Не знаешь? — спросил Валентино. — В четыре? В пять?

— Почему ты задаешь мне все эти вопросы?

Вдруг Клара осознала, что открыто выразила свою ярость. Поскольку Валентино никогда не сталкивался с этой стороной ее натуры, он уставился на нее как на абсолютно незнакомого человека. Ее сердце забилось так часто, что ей стало нехорошо.

— Я надеялся, в твоем плотном графике найдется несколько минут для меня.

Клара отвела взгляд.

— Боюсь, сегодня у меня совсем не будет свободного времени, — ответила она с обманчивым спокойствием.

— Я слышу в твоем голосе Сильвио, — сказал Валентино. — Прости, что потревожил тебя. Это последнее, чего мне хотелось. — Развернувшись, он направился к своей машине.

После того как он упомянул имя ее брата, она не могла ему позволить думать о ней то, что он думал.

— Как долго ты собираешься пробыть в Монта-Корренти?

— Столько, сколько понадобится, — бросил он, открывая дверцу.

— Что ты имеешь в виду?

— Мой отец нездоров.

— Мне жаль. Что-то серьезное?

— Надеюсь, нет. — Он открыл дверцу и начал садиться в машину.

— Подожди, Валентино, — позвала она и удивилась тому, сколько отчаяния было в ее голосе.

Он выпрямился и повернулся.

— Да?

— Завтра я еду в город, чтобы выполнить кое-какие поручения. Если хочешь, мы можем встретиться в «Пастиццерия Бонелли» на Пьяцца Гаспаре и выпить кофе.

— Во сколько?

— В десять тебя устроит?

— Да. Я буду там. Grazie, piccola.

На следующий день в восемь утра Валентино пешком отправился в отцовский ресторан. С помощью ключа от задней двери, который ему дала Изабелла, он вошел внутрь. Он собирался позавтракать вместе с отцом и обсудить дела. Валентино не надеялся на то, что беседа получится конструктивной. Отец вряд ли станет слушать его советы. Проходя мимо кладовки, он заметил, что за приоткрытой дверью кто-то есть. Приблизившись, он обнаружил, что это его отец. Он стоял на небольшой стремянке с дощечкой для письма в руках. Валентино заметил, что к лестнице была прислонена трость.

Чтобы не испугать отца, он не стал его окликать. Вместо этого он подошел ближе. Увидев его, Лука вздрогнул, пошатнулся и упал бы с лестницы, если бы Валентино его не поддержал. Отец был худее, чем когда они виделись в прошлый раз.

— Какого черта ты ко мне подкрадываешься?

Хорошенькое начало! Валентино едва сдерживал ярость.

— Я побоялся, что, если окликну тебя, ты резко повернешься и упадешь с лестницы. Вижу, ты проводишь инвентаризацию. Ты не думаешь...

— Чего замолчал? Давай же, договаривай! — прорычал отец. — На днях твоя тетушка Лиза заявила, что старая развалина вроде меня не может управлять рестораном. Это единственная причина, по которой ты вернулся в Монта-Корренти, не так ли? Наверное, Изабелла заставила тебя.

Он был прав. Отец не хотел, чтобы он сюда приезжал.

— Я сегодня не видел Изабеллу. Она отправилась на рынок?

— Кто знает?

Разумеется, это была ложь. Отец знал все.

— Почему бы тебе не сделать перерыв и не позавтракать вместе со мной?

— Мне некогда.

Валентино все понял. Он здесь не нужен.

— Я могу что-нибудь сделать для тебя сегодня?

— Нет. Можешь идти гулять.

Эти слова заставили его почувствовать себя пятилетним ребенком.

— В таком случае увидимся позже.

Когда Валентино дошел до двери, Лука спросил его:

— Как долго ты будешь в городе?

Валентино так и подмывало сказать ему, что он уезжает прямо сейчас, но слова застряли у него в горле.

— Достаточно, чтобы успеть тебе помочь. Ciао, папа. — Он уже давно стал самостоятельным и уверенным в себе мужчиной, но Лука умел заставить его почувствовать себя жалким и никчемным.

Покинув ресторан, Валентино отправился на площадь, несмотря на то что было еще мало времени. Он хотел прийти туда раньше Клары.

Во время их последнего разговора он нарочно упомянул имя Сильвио, помня, что в прошлом она всегда защищала его, Валентино, перед своим братом. Этого оказалось достаточно, чтобы заставить ее почувствовать себя виноватой и уступить.

Заказав себе чашку кофе в уличном кафе, он сел за крайний столик и стал ждать Клару. Без двадцати десять она вышла из автобуса, и он невольно принялся разглядывать ее женственную фигуру в облегающих джинсовых капри и блузке с желто-оранжевыми принтами, завязанной на талии. Клара была так хороша, что мужчины вокруг оборачивались ей вслед, но она не обращала никакого внимания на их комплименты и свист.

Поставив чашку на столик, Валентино устремился к ней.

— Ищете кого-то, синьорина? — спросил он. Услышав его, она обернулась. Ее лицо выражало удивление, словно она не ожидала увидеть его так рано.

— Тино... — Ее зеленые глаза заблестели, и это был хороший знак.

— Отлично выглядишь, — сказал он, и ее щеки порозовели. — Пойдем в кафе и, как раньше, закажем торт. — Ей не помешало бы набрать несколько фунтов.

— О нет, только не торт. — Клара заразительно рассмеялась, прямо как раньше. Ему захотелось как можно чаще слышать этот смех. — Те дни остались в прошлом.

Валентино надеялся, что нет. Раньше она выглядела такой счастливой.

Когда они вошли в кафе, женщина за стойкой улыбнулась им:

— Что вам принести?

— Большой кусок вот этого. — Он указал на торт. — Положите на тарелку две вилки, и еще мы бы хотели два капуччино.

Клара ничего не сказала, и он предположил, что она по-прежнему любит этот напиток.

— Bene, signore.

Расплатившись, он взял Клару за локоть и повел к угловому столику.

— Мы спрячемся здесь.

— От папарацци?

— От Леандро Ромажио. Он ревнивый?

— Как ты о нем узнал? — удивилась она.

— Ресторанные сплетни. От них никуда не денешься. Он стал бы возражать, если бы узнал о нашей встрече?

Когда они сели за столик, она ответила:

— Если бы он знал, что ты сейчас здесь со мной, он бы попросил меня взять у тебя автограф. В Италии о тебе не слышал только глухой.

По какой-то причине ее комментарий вызвал у него раздражение.

— Моя слава и тебя так впечатляет?

— Конечно. Но вместе с тем мне немного тебя жаль.

Его брови сошлись на переносице.

— Почему ты так говоришь?

— Потому что всегда оберегал свою частную жизнь от постороннего вмешательства. Не понимаю, как ты так долго все это терпишь.

На сей раз ее слова доставили ему удовольствие.

— Возможно, теперь ты понимаешь, почему мне захотелось снова с тобой увидеться. В то время как остальной мир делает на мой счет ложные предположения, только ты одна знаешь обо мне всю правду.

Клара задумчиво улыбнулась:

— Раньше ты постоянно говорил, что раз ты не лезешь в чужие дела, почему другие смеют лезть в твои.

Он рассмеялся:

— Наверное, я был невыносим.

— Вовсе нет. Ты просто был самим собой и говорил правду. Мне это так же нравилось, как наблюдать за гением в работе.

— Гением? — пробормотал он.

В этот момент женщина принесла их заказ.

— Не скромничай, Тино, — произнесла Клара, когда они снова оказались наедине. — Многие ребята тебе завидовали. Мой брат в том числе. — Она помедлила. — Это ведь из-за него ты никогда не заезжал к нам на ферму, не так ли?

— Я не хотел, чтобы он злился на тебя из-за меня.

— Папа велел ему присматривать за мной и Бьянкой. Боюсь, он отнесся к этому поручению слишком серьезно.

— Это все в прошлом. Уверен, у Сильвио дела сейчас тоже идут хорошо.

— Сильвио много помогает папе. Уверена, что из трех моих братьев управлять фермой однажды станет именно он.

— Я тем же похвастать не могу, — пробормотал Валентино. — Я только что встречался со своим отцом. Когда я предложил ему помочь с инвентаризацией, он велел мне идти гулять. Я для него пустое место.

— Тебя слишком долго не было. Возможно, он так обрадовался твоему приезду, что боится сказать что-нибудь не то и обидеть тебя.

Ее замечание удивило его.

— Ты так думаешь?

— Я знаю.

Клара произнесла это с такой твердостью, что он почти ей поверил.

— Отец считает, на меня нельзя положиться.

— Ты уже доказал, что если что-то решил, то обязательно этого добьешься. — Она задумчиво посмотрела на него. — Если ты приехал сюда, чтобы помочь отцу, дай ему немного времени, и он начнет в это верить.

Возможно, она права, но сейчас Валентино не хотелось говорить о своем отце и ее брате. Он пододвинул к ней тарелку.

— Давай ты начнешь есть с верхнего слоя, а я с нижнего, и мы встретимся посередине. — Он протянул ей вилку.

Загадочно улыбаясь, Клара взяла ее.

— Если только совсем чуть-чуть.

Она отломила кусочек торта и отправила себе в рот, затем еще один, после чего отодвинула тарелку. Валентино пристально за ней наблюдал, потягивая кофе.

— Значит, вот в чем заключается секрет твоей стройности.

На ее верхней губе осталась капелька шоколада, и ему вдруг очень захотелось ее слизнуть. Это желание удивило его.

Не успел он и глазом моргнуть, как она вытерла рот салфеткой.

— Женщины в семье Россетти всегда страдали от лишнего веса. Три года назад я увидела в модном журнале описание диеты и решила ее попробовать. Бьянка, которая только что вышла замуж, поддержала меня.

— У нее тоже фигура в форме песочных часов?

Ее щеки снова вспыхнули.

— Бьянка выглядит хорошо. Сейчас она ждет второго ребенка.

— У Бьянки уже есть ребенок?

— Да. Маленький Паолито. Он такой славный. Жаль, что он не мой. — Ее голос предательски дрогнул.

— Сколько ему?

— Шесть месяцев.

Сколько всего произошло, пока он бегал от своих демонов!

— Расскажи мне, чем ты занималась после того, как я уехал из Монта-Корренти.

— Помимо торговли фруктами? — Какое-то время Клара молча смотрела на него. — Ты помнишь Лиа?

— Конечно. Это твоя любимая кузина. У нее еще был маленький белый фокстерьер по кличке Горацио.

— Да. К сожалению, Горацио умер от старости. Пять лет назад Лиа вышла замуж за владельца строительной компании из Неаполя. У них двое детей. В прошлом году она уговорила меня пожить у них. Я приняла ее приглашение, уверенная, что через две недели сбегу обратно на ферму. Но неожиданно для себя я устроилась работать в офис ее мужа и записалась на бизнес-курсы.

— Бизнес-курсы? И каким же бизнесом ты собралась заниматься? Раньше ты говорила, что никогда не покинешь ферму. — Валентино казалось, он знал обо всех ее мечтах.

— Так было до твоего отъезда.

— Это означает, что я мешал твоему карьерному росту?

— Не глупи, — мягко рассмеялась Клара. Валентино вдруг понял, что не знал о ней всего, и это неприятно его поразило. В прошлом он принимал Клару как нечто само собой разумеющееся. Каким же поверхностным он был!

— Ты меня заинтриговала.

— Насколько тебе известно, моя семья выращивает лимоны на продажу. Однажды мне пришло в голову, что из них можно сделать что-то оригинальное.

— Но не полироль для мебели с лимонным ароматом, поскольку она уже была изобретена?

Клара снова рассмеялась:

— Нет. Я придумала свой собственный рецепт лимончелло.

— Лимончелло? — Валентино считал, что ее мать готовила лучше всех на свете, так что ему, наверное, не следовало удивляться. Ее ответ снова доказал ему, что раньше он был поглощен только своими мыслями и интересами.

— У тебя получилось?

— Мой преподаватель сказал, что это лучший аперитив, который он когда-либо пробовал. Он дал мне задание составить план производства и распределения лимончелло и выступить с докладом перед группой.

— Когда я смогу попробовать твое изобретение?

— Думаю, у Лиа осталось немного. Я ей позвоню. Завтра она приедет сюда на день рождения моего двоюродного дедушки и привезет его с собой, так что ты сможешь попробовать.

— Ловлю тебя на слове. Расскажи мне подробнее о своем проекте.

— Мне жаль, но я не могу, — ответила Клара, посмотрев на часы. — Я и так уже опаздываю. У меня сегодня много дел.

Валентино с трудом скрыл свое разочарование. Этот разговор доставил ему большее удовольствие, чем что-либо за прошедшие девять лет, а Клара так быстро его оборвала.

— Куда ты идешь?

— За покупками.

— Я с тобой. Мне самому нужно кое-что купить. Клара рассмеялась и покачала головой.

— Боюсь, ты не выдержишь. Шопинг — чисто женское занятие, так что оставайся и доедай свой десерт. — Она поднялась. — Было приятно поговорить с тобой, вспомнить прошлое. Спасибо за угощение.

Валентино не верилось, что она сейчас уйдет.

— Почему бы нам не встретиться позже? Я бы отвез тебя на ферму, — предложил он, вставая из-за стола.

— Спасибо за предложение, но мне правда нужно бежать.

К Леандро?

Валентино ничего не оставалось, кроме как пройти вместе с ней к выходу.

— Спасибо, что согласилась со мной встретиться, Клара. Это много для меня значит. Я с тобой еще свяжусь.

— Мило с твоей стороны.

Валентино напрягся. «Мило? Эх, Клара, Клара, что с тобой происходит?»

— Ciao, piccola.

— Ciao! — бросила она и покинула кафе.

Валентино растерянно уставился на ее плавно покачивающиеся бедра. Когда она скрылась за углом, он повернулся и пошел в другую сторону по направлению к вилле.

Сначала отец его прогнал, теперь Клара вывела его из состояния равновесия. Ему нужно сесть в свой «феррари» и уехать из Монта-Корренти. Скорость всегда помогала ему разобраться в своих мыслях. Почему бы ему не отправиться в Неаполь? Он может навестить старых друзей из яхт-клуба и заодно заглянуть к местным туроператорам.

Перемены, произошедшие с Кларой, повлияли на него больше, чем он думал, черт побери!

Глава 3

Когда за завтраком Бьянка спросила Клару, не нужно ли ей помочь в палатке, та покачала головой. Бьянка страдала от утренней тошноты. Она помогала бабушке и заботилась о маленьком Паолито. Их мать готовила и мыла посуду, а Мария наводила порядок в доме.

Кларе нравилось работать в палатке. Их ферма поставляла фрукты в магазины во всех уголках страны. Грузовики приезжали даже из Неаполя и Рима.

Надев джинсы и тонкую бледно-оранжевую блузку с рюшем на воротнике и рукавами в три четверти, Клара отправилась на кухню за ланчем, который приготовила для нее мать. Достав из холодильника сверток с едой, она вышла из дома.

Сегодня она чувствовала себя бодрее, чем обычно. Причиной тому, безусловно, была ее вчерашняя встреча с Валентино. Она на целый час забыла о своей болезни и почувствовала себя нормальным человеком. Погруженная в мысли о нем, она не сразу осознала, что палатку для нее сегодня ставил Сильвио, а не Томасо. Именно по этой причине он так рано вышел из-за стола. Заподозрив, что ее ждет неприятный разговор, она глубоко вдохнула. Прекрасное утро было испорчено.

Брат пронзил ее взглядом темных глаз:

— Я слышал, ты вчера утром была в кафе с Валентино Казали. Сын синьоры Бонелли видел вас.

— И что с того?

— Тебе не следует общаться с этим мерзавцем, — ответил он после напряженной паузы.

— Не смей так говорить о Валентино! Ты ничего о нем не знаешь и не имеешь права его оскорблять.

Сильвио нахмурился:

— После своего отъезда он о тебе даже не вспомнил. Теперь, когда он увидел, как ты похорошела в его отсутствие, он решил тебя соблазнить, перед тем как снова исчезнет.

Чувствуя, что у нее начинает болеть голова, Клара потерла виски:

— Мы с ним друзья, Сильвио. В плане секса мы друг друга не интересуем.

Сильвио еще больше помрачнел:

— Такие мужчины, как он, могут использовать женщину вне зависимости от того, испытывают к ней какие-то чувства или нет. Меня раздражает, что он неожиданно заявился после стольких лет и продолжает с тобой общаться как ни в чем не бывало.

— А почему нет, Сильвио? Мы с детства были близкими друзьями. Неужели так ужасно, что он хочет видеться со мной, пока он в городе?

— А как же Леандро?

— При чем здесь Леандро? Я на первом же свидании поняла, что он меня не интересует.

Его лицо посуровело.

— Никто больше меня не хочет, чтобы ты обрела свое счастье, Клара, но Валентино Казали не способен на глубокие чувства. Пресса утверждает, что он живет с той французской актрисой.

— Я знаю, но, пока Валентино гостит у отца, он хочет возобновить отношения со старыми друзьями. На днях мы случайно встретились на Пьяцца Гаспаре. Ты делаешь из мухи слона, Сильвио.

— Ты рискуешь собственным счастьем, Клара. Похоже, ты спятила, раз позволяешь Казали тебя использовать.

— Даже если и так, это мое личное дело, — отрезала она.

— Клара... — мягко произнес он и положил руки ей на плечи. — Прости меня. Я не хотел тебе грубить.

— Я знаю, что не хотел.

— Разве ты не знаешь, что ради тебя я бы пошел на все? Я люблю тебя. Именно поэтому мне бы не хотелось, чтобы Валентино поступил с тобой так же, как с другими женщинами.

К ее облегчению, к палатке подъехала машина. Это был один из постоянных клиентов, который вступил с Кларой в оживленную беседу. К тому времени, когда он сделал покупки, Сильвио уже уехал. Она очень любила своего брата, но была рада, что ему нужно возвращаться к работе. Следующие пять часов торговля шла вяло. В ожидании покупателей Клара сидела за столиком и пыталась читать мистический триллер. Все ее мысли занимал Валентино, и ей было трудно сосредоточиться на книге.

В половине третьего к палатке подъехал старый синий пикап.

— Виоп giorno, signore! — поприветствовала она мужчину в соломенной шляпе и темных очках, выбирающегося из кабины. Его атлетическая фигура в бордовой футболке и джинсах показалась ей знакомой.

— Как хорошо, что мне удалось застать тебя здесь, — произнес он бархатным голосом.

— Тино...

— Полагаю, моя маскировка удалась.

Клара так громко рассмеялась, что на глазах выступили слезы. Валентино, запрокинув голову, смеялся вместе с ней. Он был таким красивым и обаятельным, что у нее закружилась голова.

— До тех пор пока ты не вышел из машины, я тебя не узнала. Мой покойный дедушка носил такую же шляпу.

— В такое случае мне, наверное, удалось остаться незаметным и для папарацци. Это все, что осталось? — Валентино подошел к ящикам с фруктами и оливками.

— Да.

Не сказав больше ни слова, он принялся укладывать их в кузов. Закончив, он достал из кармана бумажник и положил в коробочку на прилавке несколько банкнот. Сумма в два раза превышала ту, которую выручила бы Клара, если бы к концу дня продала весь товар.

— Не беспокойся, — сказал Валентино, прочитав в ее глазах вопрос, — Продукция, которую я приобрел, не пропадет впустую.

Клара изумленно покачала головой:

— Что ты собираешься делать?

— Я намерен провести остаток дня с тобой. Теперь, когда тебе больше ничего не нужно продавать, ты можешь наслаждаться свободным временем. Я отвезу тебя домой. Ты занесешь деньги, и мы поедем куда-нибудь вместе. — Он открыл пассажирскую дверцу.

Клара не смогла ему отказать. По правде говоря, ей этого и не хотелось.

— Эта развалина доедет до фермы? — поддразнила она Валентино.

— Давай это выясним. — Он помог ей забраться в кабину, передал ей коробочку с выручкой, после чего сел за руль.

— Где ты взял этот грузовик?

— У Джорджио, нашего специалиста по соусам. Он согласился одолжить мне на время свою машину. Взамен я предложил ему пользоваться моим «феррари» всякий раз, когда он захочет.

— Уверена, он никогда не забудет эту сделку, но, возможно, ему будет страшно водить такую дорогую машину.

— Ты не знаешь Джорджио. Возможно, сегодня вечером мы будем наблюдать за тем, как он гоняет по здешним дорогам на оглушительной скорости.

Клара рассмеялась:

— А за ним на такой же скорости будет гоняться пресса.

— Точно.

Когда они подъехали к ее дому, она выбралась из машины и взяла у него коробочку с деньгами.

— Я отнесу это и сразу вернусь.

— Можешь не торопиться. Кстати, сегодня я планирую тебя накормить, как только мы достигнем цели нашего путешествия.

— Звучит заманчиво, но я все же надеюсь, что это не слишком далеко. У меня уже есть планы на этот вечер, и мне бы не хотелось их менять. — Это была чистая правда. К вечеру она так уставала, что у нее ни на что не оставалось сил, и в ее планы мог входить только отдых. — Мне нужно быть дома самое позднее в полшестого.

— Ясно, — пробормотал он. Нахмурив брови, Валентино ждал Клару.

Как только она села в кабину, он повернулся к ней и спросил:

— У тебя вечером свидание с Леандро? Клара отвела взгляд:

— Я уже довольно давно его не видела. К твоему сведению, я завтра останусь дома с детьми, в то время как все остальные уедут праздновать день рождения моего двоюродного дедушки. Они уедут рано, так что могут рано вернуться. — Она улыбнулась. — По вечерам Бьянка и Мария страдают от тошноты.

Валентино чуть было не предложил ей свою помощь. Он вовремя вспомнил, что отцом всех этих детей, за исключением Паолито, был Сильвио. Брат Клары пришел бы в ярость, если бы увидел Валентино в своем доме.

— У меня были другие планы, но, поскольку тебе нужно возвращаться так рано, я отвезу тебя в «Тратториа Альберто». Там очень быстро обслуживают.

— Рядом с ним останавливаются все туристические автобусы. Это не очень далеко отсюда. Я уже давно там не была.

Было заметно, что она испытывала огромное облегчение. Валентино многое отдал бы, чтобы узнать, что с ней происходит.

Он завел мотор.

— Как ты смотришь на то, чтобы поиграть в шпионов?

Клара непринужденно рассмеялась, прямо как беспечная девчонка, которую он знал когда-то.

— В ресторане?

— Да. Одна из причин, по которой я собираюсь провести все лето в Монта-Корренти, заключается в том, что мне нужно помочь отцу и сестре в ресторане.

— Ты приехал сюда на все лето?

Потрясение, которое он услышал в ее голосе, было неподдельным.

— Твои вчерашние слова повлияли на мое решение.

— Какие слова?

— Что мне понадобится время, чтобы наладить отношения с отцом.

Еще больше времени ему понадобится, чтобы вернуть расположение Клары.

— А как же твой бизнес и гонки?

Валентино пожал плечами:

— Что касается бизнеса, я могу контролировать процесс с помощью телефона и Интернета. Если я пропущу несколько гонок, ничего страшного не случится. У моего отца финансовые проблемы. Изабелла выбивается из сил. Я должен им помочь.

— Я понятия не имела, что все настолько серьезно, — пробормотала Клара.

— Вчера я встречался с несколькими туроператорами, которые показали мне свои маршруты. Когда их автобусы с туристами проезжают Монта-Корренти, они все останавливаются у «Тратториа Альберто». Я бы хотел узнать, чем это место лучше «Розы». Предлагаю за обедом составить список достоинств и недостатков этого места. Мы сравним цены и количество блюд в разделах меню.

Ее лицо просияло.

— Уверена, будет весело.

Валентино довольно рассмеялся:

— Я так и думал, что тебя это заинтересует.

Войдя внутрь здания, они выбрали место, откуда просматривался весь зал. Туристы еще не приехали, и было довольно много свободных столиков.

Клара заказала курицу гриль, а Валентино — телячью отбивную. Эти два блюда пользовались особой популярностью у туристов. Кроме этого они попробовали два вида домашнего вина и наиболее часто заказываемые десерты.

— Твой отец непременно оценит старания, которые ты приложил к этому исследованию.

Валентино издал циничный смешок:

— Он столь невысокого мнения обо мне, что вряд ли вообще заинтересуется моим исследованием, но я все же постараюсь его убедить. В конце концов, он ведь меня воспитал.

Клара возмущенно уставилась на него:

— Почему ты так говоришь? Любой отец гордился бы сыном, который добился таких больших успехов, как ты.

— Наш случай исключение. — Валентино прищурился. — Ты очень добра, Клара. — Он был готов поделиться с ней своими тревогами, но, похоже, ей сейчас было не до этого. Она выглядела усталой, ее веки дрожали.

Когда она посмотрела на часы, Валентино понял намек. Он расстроился, но не подал виду и, расплатившись по счету, повел Клару к выходу.

На обратном пути она старалась поддерживать беседу, но ее глаза перестали искриться. Свернув на дорогу, ведущую к ферме, Валентино сказал:

— Ты выпьешь завтра со мной кофе у Бонелли перед тем, как я отправлюсь к отцу? Я за тобой заеду, и мы обсудим наши выводы.

— Нет... Т-то есть тебе не нужно этого делать, — пробормотала она, открывая дверцу. — Я приеду на автобусе. Только давай пораньше, скажем, часов в девять. В десять мне нужно на прием к дантисту.

Это была ложь. Он нутром это чувствовал, но не мог доказать.

— Я понял. Спасибо за участие.

— После такого вкусного угощения буду рада тебе помочь. Domani, Тино.

Валентино подождал до тех пор, пока она не войдет в дом. Она сделала это так быстро, словно за ней гнались. По пути в «Розу» он понял, что Клара с самого начала играла с ним в какую-то игру. Он не знал, в чем дело, и это сводило его с ума.

Очевидно, между ней и Леандро ничего не было. Если бы она боялась гнева Сильвио, то вряд ли продолжила бы общаться с ним, с Валентино Ее поведение было очень странным, так как он знал наверняка, что ей их встречи доставляли удовольствие.

Когда он спросил самого себя, какое ему до всего этого дело, ответ поразил его подобно удару молнии. После каждой новой встречи с Кларой ему становилось все труднее с ней прощаться, и мысль о возвращении в Монако постепенно утрачивала свою привлекательность. Такого с ним раньше не случалось.

Валентино заехал за ресторан и припарковал пикап у задней двери за своим «феррари». Выбравшись из кабины, он открыл кузов и принялся выгружать ящики, чтобы потом отнести их на кухню. Из ресторана вышел Джорджио, чтобы ему помочь.

— Твой «феррари» просто сказка, — произнес он, широко улыбаясь. — Папарацци следовали за мной повсюду.

— Пусть лучше завтра в газете появится твое фото, нежели мое. Огромное спасибо за грузовик, Джорджио.

— Всегда рад помочь.

— Меня никто не узнал. Возможно, в ближайшее время он мне снова понадобится.

— Никаких проблем. Мы можем даже поменяться насовсем, — пошутил он. — Ты только посмотри, какой огромный! — Он взял из ящика лимон. — Оливки тоже крупные. Где ты раздобыл всю эту красоту?

— На ферме Россетти.

— А-а. Я о ней слышал. Ты подписал с ними контракт?

Для этого ему пришлось бы сначала убить Сильвио.

— Это не в моей компетенции. Где мой отец?

— Я его не видел.

— А Изабелла?

— Готовится к вечернему наплыву посетителей.

— В таком случае не стану ей мешать. Я возвращаюсь на виллу. Передай ей, что я зайду завтра.

— Bene, Валентино.

По дороге на виллу он обдумывал свои планы на завтрашний день. Клара Россетти бросала ему вызов, но никто не принимал вызов с большим удовольствием, чем Валентино Казали.

Когда Клара вошла в кухню, ее мать уже начала готовить завтрак.

— Почему ты встала в такую рань? — Синьора Россетти с тревогой посмотрела на Клару. — Тебе нездоровится?

— Нет. — Она чувствовала небольшую слабость, но промолчала, чтобы понапрасну не беспокоить мать.

— Хорошо. Твой отец будет рад это слышать. Он очень за тебя переживает.

— Я знаю.

— Садись, я подам тебе завтрак.

— Не надо, мама.

— Но ты должна поесть!

— Я позавтракаю в городе.

— Ты встречаешься с Джиной?

— Нет. — Она уже несколько недель не виделась с подругой. — Валентино предложил мне встретиться с ним в кафе Бонелли. Он пытается помочь своему отцу в бизнесе.

— Зачем ему это? Их ресторан процветает, не так ли?

— Скажу тебе по секрету, его отец по уши в долгах. Мы вчера обедали у его конкурентов, а сегодня будем обсуждать их достоинства и недостатки. Если Валентино удастся привлечь туристов в «Розу», это пойдет на пользу его семье... и ему самому.

Выразительные черты ее матери омрачились.

— По-моему, дочка, крутить роман с Валентино — это плохая идея.

— Мы старые друзья, мама.

— Ты для него действительно друг, и таких хороших друзей, как ты, стоит поискать. Вся разница между вами состоит в том, что ты любила его с первого класса.

— Да, я любила его и всегда буду. Ты путаешь это с влюбленностью.

— Это хорошо, что ты видишь разницу. Тебе почти двадцать восемь. Уже поздно лелеять мечту, которая, возможно, никогда не станет реальностью.

Клара опустила голову.

— Прости, если это причиняет тебе боль, но тебе не на что рассчитывать, — продолжила синьора Россетти. — Ты же смотришь новости по телевизору. Недавно у Валентино был роман с французской актрисой. В прошлом году это была немецкая топ-модель. До нее лыжница из Америки. — Каждое слово ее матери было как удар. — Как долго он собирается здесь оставаться?

— Все лето. Его отец нездоров.

— Даже если он и задержится на такое долгое время, в чем я сомневаюсь, его бизнес и дом в Монако. В конце концов ему придется туда вернуться, и у него будут новые женщины!

— Я знаю.

— В перерыве между ними он может использовать тебя. Для него это вполне естественно, но ты Россетти, а мы, Россетти, не привыкли к тому, чтобы с нами обращались как с ненужной вещью.

— Я согласна, мама.

— Это хорошо, потому что я не хочу, чтобы моя дорогая девочка страдала.

— Сильвио сегодня говорил мне то же.

— Твой брат реагирует острее других, потому что вы вместе росли. То, что ранит тебя, задевает и его. С близнецами всегда так.

— Знаешь, когда я с Валентино, он обращается со мной так, как будто мы с ним снова дети. Думаешь, нам пора положить конец нашей дружбе?

— Важно не то, что я думаю, а то, что ты чувствуешь! — Женщина всплеснула руками. — Если мои слова показались тебе жестокими, мне очень жаль, потому что я люблю тебя больше жизни.

— Я тоже тебя люблю, — растроганная, прошептала Клара и вытерла слезы. — Увидимся позже, мама.

Она решила получить как можно больше удовольствия от предстоящей встречи с Валентино. Возможно, потом она соберется с духом и скажет, что им больше не следует видеться.

Валентино стоял на автобусной остановке и ждал Клару. На нем была полосатая рубашка в морском стиле, темно-синяя бандана и солнцезащитные очки. Его маскировка оказалась даже эффективнее, чем он предполагал, потому что, выйдя без десяти десять из автобуса, Клара прошла мимо него. Он последовал за ней в кафе Бонелли. Он уже забронировал тот же столик в углу, за которым они сидели в прошлый раз.

— Я здесь, Клариссима.

Она повернулась. Ее лицо сначала выражало удивление, затем губы медленно растянулись в улыбке.

— Я бы ни за что не догадалась, что это ты. В этом наряде ты похож на французского моряка в отпуске.

— Я бы хотел, чтобы все так думали.

— Знаю, — тихо ответила она, чтобы не привлекать к себе внимания. — Не бойся, я тебя не выдам.

Валентино выдвинул для нее стул, после чего сел напротив.

— Угощайся. — Он уже поставил на стол две кружки капуччино и тарелки с круассанами.

— Спасибо. Можешь себе представить, после всего, что я съела вчера за ужином, я опять голодна, как волк. — Она жадно набросилась на круассан с ветчиной.

Потягивая кофе, Валентино с улыбкой наблюдал за ней.

— Как ты справилась с ролью няни?

— Дети никак не хотели ложиться спать, и нам пришлось устроить свою собственную вечеринку.

Жаль, что его там не было. Прошлым вечером он чувствовал себя очень одиноким.

— Ты поэтому сейчас выглядишь немного усталой?

— Да, — пробормотала она, не глядя на него.

— Лиа привезла с собой лимончелло?

Уголки ее губ поднялись.

— Да.

— Отлично. Мне не терпится его попробовать.

На ее щеках проступил румянец.

— Ты подумала над достоинствами и недостатками вчерашнего ресторана?

— Да, — ответила Клара, сделав глоток капуччино. — Размещение столиков способствует приватной беседе. Обслуживание хорошее. Еда вкусная.

Валентино нравилось смотреть на ее губы, когда она говорила с таким воодушевлением. Эти губы словно созданы для поцелуев.

— А как насчет отрицательных моментов?

— Брускетта была посредственной, паста слишком жирной, вино так себе. В туалете не было идеальной чистоты.

Он рассмеялся:

— У меня те же самые замечания, piccola. Еще я бы добавил, что цены там слишком высокие.

— Да, но для туристических групп там делают скидки. Ах да, чуть не забыла. Декор интерьера довольно банальный. Он не идет ни в какое сравнение с уникальным интерьером вашего ресторана.

— Что ж, возможно, папа заинтересуется нашими выводами и поделится ими с туроператорами, когда я приглашу их в «Розу».

— Тино, за ваш фирменный соус можно душу продать.

— Мой отец придет в восторг, когда узнает, что дочь синьоры Россетти так высоко отозвалась о его стряпне. Чего ему действительно не хватает, так это твоей матери в качестве повара. Если помнишь, я съедал большую часть завтраков, которые она давала тебе с собой.

— Я ничего не забыла, — произнесла она странным тоном, после чего встала из-за стола. — Спасибо за завтрак. Мне пора на прием к доктору.

Валентино тоже поднялся:

— Я рад, что ты нашла время встретиться со мной.

Они вместе вышли на улицу.

— После того как я поговорю с папой, я позвоню тебе и расскажу, как все прошло.

Клара посмотрела на него:

— Надеюсь, он выразит благодарность своему замечательному сыну, который бросил все свои дела, чтобы ему помочь.

Она произнесла это с такой искренностью, что Валентино не смог больше сдерживаться.

— Я не его замечательный сын, Клара. Он не мой биологический отец. Я результат побочной связи моей матери.

Клара ахнула от изумления:

— Твоя мать была неверна твоему отцу?

— Да. Она изменила Луке с моим биологическим отцом, но он ее простил.

Ее зеленые глаза были полны сочувствия.

— Ты знаешь своего родного отца?

— Нет и не хочу. Лука тоже не захотел и воспитал меня, как родного сына.

— В таком случае он, наверное, очень любил тебя и твою мать.

Валентино внимательно посмотрел на нее:

— Ты росла в дружной, сплоченной семье, поэтому видишь всюду только хорошее. Это удивительное качество. Смотри не потеряй его.

Клара закусила губу.

— Ты никогда никому об этом не рассказывал?

— Изабелла и Кристиано знают. Наши родители рассказали нам все незадолго до маминой смерти. О нашем секрете не знает больше никто.

— Я никому не скажу, — пообещала Клара.

— Думаешь, я в этом сомневаюсь?

— Тино... — Она выглядела виноватой. — Я бы очень хотела остаться и поговорить с тобой, но мне нужно идти, иначе я опоздаю. Прости меня.

— Конечно. Еще увидимся.

Кивнув, Клара быстрым шагом пошла через площадь. Когда она скрылась за углом, Валентино побежал за ней. Его вдруг осенило, что она направилась к той же самой лестнице, по которой спускалась в день их первой встречи.

Перепрыгивая по две ступеньки за один раз, он вмиг поднялся по ней, но Клары нигде не было видно. В этой части поселка было больше жилых домов, чем учреждений. Оглядевшись по сторонам, он увидел слева от себя здание местной клиники.

«Дай ей еще несколько минут, Казали, прежде чем ворвешься туда».

Если Клара узнает, что он за ней следил, она разозлится на него и, возможно, больше не захочет с ним разговаривать. Подождав несколько минут, Валентино вошел в клинику. Как он и думал, на доске с расписанием приемных часов дантистов не оказалось. В комнате ожидания было полно пациентов, но Клару среди них он не увидел. Скорее всего, ее вообще не было в клинике, но он на всякий случай решил проверить. Он подошел к девушке за регистрационной стойкой. Когда та закончила разговаривать по телефону, он обратился к ней:

— Не могли бы вы сказать, Клара Россетти уже в приемной у доктора?

— Мне очень жаль, но информацию о наших пациентах мы даем только полиции и ближайшим родственникам.

Регистраторша ничего ему не сообщила, однако по его телу пробежала дрожь тревоги. Это же ощущение он испытывал на гоночной трассе, когда что-то шло не так.

— Я ее жених, — солгал он без зазрения совести. — Я долгое время был в море и высадился на берег специально для того, чтобы ее повидать. Ее сестра Бьянка сказала мне, что в десять часов у нее прием у врача.

— В таком случае возвращайтесь в фойе и идите по коридору в отделение диализа.

Диализ...

Его сердце замерло.

Почечная недостаточность.

Нет. Только не Клара. Он только что ее видел. Она немного устала, но выглядела абсолютно здоровой.

Валентино тряхнул головой, чтобы прояснить свои мысли. У Клары не могло быть такой тяжелой болезни. Это же абсурд! Или, может, он ослышался?

К горлу подкатил ком. Валентино попытался сглотнуть, но ему не удалось.

— Синьор? С вами все в порядке? — Женщина за стойкой с тревогой посмотрела на него.

— Да, — прошептал он.

— Вы ничего не знали?

Из его горла вырвался стон. Ее вопрос подтвердил, что никакой ошибки не было. Это означало, что в день их первой встречи Клара выходила из клиники...

И на следующее утро, когда она сказала ему, что идет за покупками, она отправилась сюда же...

На ватных ногах он вышел в фойе и увидел указатель с надписью «Отделение диализа».

Глава 4

После встречи с Валентино Клару захлестнула новая волна отчаяния. На этот раз причина была в нем. У нее никак не укладывалось в голове, что Лука Казали не был его родным отцом.

В то время как Изабелла и Кристиано могли быть абсолютно уверены в любви обоих родителей, Валентино не мог похвастаться тем же. Если бы жизнь Клары не зависела от этих процедур, она бы не оставила его одного на пороге кафе. Обрывки детских воспоминаний сложились воедино, как части головоломки, и она вдруг поняла, почему раньше он тянулся к ней, а не к своим брату и сестре. После смерти матери он стал нуждаться в близком друге, потому что чувствовал себя чужим в доме Казали.

Никто в школе, включая ее, даже не догадывался, как он страдал. Из глаз Клары потекли слезы. Сейчас было невозможно успокоиться и сосредоточиться на чем-то другом. Обычно после того, как ее присоединяли к аппарату для гемодиализа и медсестра покидала кабинет, она могла погрузиться в чтение какого-нибудь увлекательного триллера. В ее сумочке лежала новая книга, но сейчас ей совсем не хотелось ее открывать. Клара закрыла глаза.

Нужно быть очень сильным, чтобы пережить такую боль, какую пришлось испытать ему. Валентино умел наслаждаться каждой минутой своей жизни и доставлять радость другим. Если бы Сильвио знал его так же хорошо, как она, он не возражал бы против их общения. Главная причина неприязни, которую ее брат испытывал к Валентино, заключалась вовсе не в успехе Казали. Все дело было в том, что девушка, в которую Сильвио был влюблен в старших классах, не хотела с ним встречаться, поскольку была без ума от Валентино.

Хотя Сильвио в конце концов разлюбил ту девушку и женился на Марии, его мужское самолюбие было навсегда уязвлено. По мере того как слава Валентино росла, он все больше ему завидовал. Ее брат считал, что Казали все слишком легко достается.

Если бы Сильвио знал, каким несчастным было детство Валентино, он непременно изменил бы свое мнение. Сильвио рос в дружной семье, окруженный любовью обоих родителей, как и все его братья и сестры. Как же им повезло!

Вдруг она услышала, как распахнулась дверь. Наверное, медсестра. Не открывая глаз, Клара сказала:

— У меня все хорошо, Серена.

— Рад слышать, — произнес знакомый мужской голос.

Ее веки распахнулись, а сердце бешено заколотилось, когда она увидела Валентино, стоящего рядом с ее кроватью.

— Ты за мной следил! — возмутилась она.

— Виноват.

В его взгляде не было ни намека на раскаяние.

— Как ты сюда попал?

— Меня не хотели впускать, но я сказал Серене, что я твой жених, и она надо мной сжалилась.

Ну, разумеется. Серена ведь женщина. Ни одной женщине еще не удавалось устоять перед обаянием Валентино. Кларе следовало на него разозлиться, но вместо этого она начала смеяться и долго не могла остановиться. Потому что Валентино смеялся вместе с ней.

Неожиданно в дверном проеме показалась голова Серены.

— Я никогда раньше не слышала, как ты смеешься, Клара. Приезд жениха явно пошел тебе на пользу. Не знала, что у тебя такой красивый жених. Ты темная лошадка. — Она улыбнулась и снова исчезла за дверью.

Безусловно, ей не потребуется много времени, чтобы понять, кто на самом деле этот посетитель. Но в данный момент Кларе было все равно.

Темные глаза Валентино пристально смотрели на нее. Его лицо было серьезным.

— Как долго ты ходишь на эти процедуры, piccolo? — произнес он дрожащим голосом.

— Три недели.

Взяв стул, Валентино сел рядом с ней и глубоко вздохнул:

— Ты поэтому так похудела?

— Нет. Я была абсолютно здорова до тех пор, пока два месяца назад не поранила ногу о корень лимонного дерева на ферме. В кровь попала инфекция, которая вызвала острую почечную недостаточность и уремию.

— Твои почки совсем не работают?

Клара покачала головой:

— У меня последняя стадия болезни.

— Это означает, что тебя может спасти только пересадка почки? — спросил он после продолжительной паузы.

— Да, но только при условии полной совместимости. Мои родители, братья и сестры предлагали себя в качестве доноров, но по разным причинам не подошли.

Валентино провел ладонью по лицу:

— Надеюсь, ты есть в списке очередников?

— Конечно.

— Сколько времени тебе еще ждать?

Она никогда еще не видела его таким серьезным.

— Не знаю. Ожидание подходящего органа — процесс длительный и сложный. Иногда кажется, что донор есть, но в последний момент выясняется, что он по какой-либо причине не подходит.

— Но ведь у тебя полно родственников. Неужели никто из них не может стать твоим донором?

— Двое из них подошли бы, но у них диабет. Самым лучшим выходом для меня стал бы донор-альтруист, но их единицы, а передо мной в очереди тысячи других больных.

— Расскажи мне, что значит донор-альтруист.

— Это человек, который хочет отдать свой орган близкому человеку, но не может из-за несовместимости. Тогда он самоотверженно решает отдать его тому, кому он подойдет.

Валентино взял ее руку в свою:

— Как часто ты сюда приходишь?

— Три раза в неделю.

— Получается, через день. — Он был потрясен. — Почему никто из твоих родных не отвозит тебя и не забирает?

— Я не хочу быть для них обузой.

— Ты никогда в своей жизни ни для кого не была обузой.

На ее глаза навернулись непрошеные слезы.

— До сих пор. Все так много работают на ферме. Жаль, что я могу выполнять свои обязанности только три раза в неделю. Бабушка парализована и нуждается в заботе. Бьянка ждет второго ребенка, Мария — четвертого.

Валентино легонько сжал ее пальцы:

— Я не хотел тебя расстраивать. Всякий раз, когда мы встречались, тебе нужно было срочно уходить. Я был в полном замешательстве. Ты не походила на Клару, которую я когда-то знал. Поскольку ты ничего мне не говорила, я решил сам все выяснить. Ты мне простишь мою бесцеремонность?

— Мне нечего тебе прощать. Я ничего тебе не рассказывала, потому что мне нравилось проводить время с человеком, который не знал о моей болезни и не испытывал ко мне жалости. Наверное, это мне нужно просить у тебя прощения.

— Клара...

Она улыбнулась ему:

— Ты был бы не ты, если бы не придумал, как войти сюда.

— Как все это началось?

— Ты не захочешь слушать.

— Позволь мне самому решить.

Она наклонила голову:

— Ты уверен?

Его лицо посуровело.

— Ты ведь прекрасно знаешь, что я никогда не делаю того, чего не хочу.

— Когда я заболела, мне пришлось покинуть дом Лиа и вернуться на ферму. Мой терапевт отправил меня к специалисту, который и поставил диагноз. Я была вынуждена бросить бизнес-школу.

Его красивые черты омрачились. Затем он наклонил голову и стал поочередно целовать ее пальцы.

— Думаю, тебе сейчас лучше отдохнуть. Я могу для тебя что-нибудь сделать перед тем, как уйду?

Теперь, когда Валентино узнал о ее болезни, он станет обращаться с ней как все остальные. За несколько секунд она превратилась для него из беспечной подруги детства в инвалида. Раньше он никогда не целовал ей руку. Его жалость была невыносима.

— Да, — непринужденно ответила она. — Не мог бы ты открыть мою сумку, достать из нее книгу и передать мне?

Валентино тут же исполнил ее просьбу.

— Я слышал, это интересная книга.

— Надеюсь. Спасибо.

Валентино снова повязал на голову бандану и надел темные очки.

— Пока, — прошептал он, поцеловав ее в лоб. Выйдя из кабинета диализа, он увидел в коридоре Серену и направился к ней.

— Вы не могли бы уделить мне пару минут?

— Конечно.

— Я вам солгал.

Она улыбнулась:

— Я знаю. Не будь вы Валентино Казали, я бы не пустила вас к Кларе. Вы так чудесно смеялись вместе. Это лучшее лекарство для нее.

— Спасибо, что пропустили меня. Вы не могли бы назвать мне имя и номер телефона лечащего врача Клары?

— Давайте подойдем к стойке. Я вам его напишу. Приемная доктора Арно находится в Риме, но он уделяет случаю Клары достаточно внимания.

Покинув клинику, Валентино прямиком отправился на виллу. Посмотрев на часы, он решил, что рабочий день доктора Арно еще не закончился, и позвонил ему. Девушка на другом конце линии сказала, что доктор сейчас в отъезде, но непременно с ним свяжется, когда вернется.

Валентино не мог ждать. Информация была нужна ему немедленно. Тогда он позвонил доктору Римбаунду, своему лечащему врачу из Монако, и оставил сообщение на автоответчике с просьбой перезвонить ему. Едва он успел переодеться и приготовить себе кофе, как у него зазвонил телефон.

— Доктор Римбаунд, спасибо, что так быстро со мной связались.

— Я подумал, ты опять попал в аварию.

— На этот раз нет.

— Ты необычайно серьезен. Что-то случилось?

— Вы не могли бы рассказать мне все, что знаете, о почечной недостаточности?

Когда Валентино рассказал доктору о болезни Клары, тот поделился с ним медицинской информацией.

— И как долго это... может продолжаться?

— Большинство пациентов сегодня живут достаточно долго благодаря диализу, но случай Клары может быть более серьезным. Об этом тебе расскажет ее лечащий врач. Естественно, для нее лучше всего было бы найти подходящего донора и как можно скорее провести трансплантацию.

Валентино зажмурился. Доктор Арно позвонит ему еще не скоро.

— Спасибо вам, доктор Римбаунд. Вы мне очень помогли.

— Звони мне в любое время.

После разговора с доктором Валентино вызвал такси и велел отвезти его на местный рынок. Там он сделал покупки, после чего доехал на такси до клиники и стал ждать в машине Клару.

Наконец она вышла из дверей клиники. Выбравшись из машины, он пошел к ней.

— Какая неожиданная встреча, — мягко произнес он.

Клара резко подняла голову.

— Тино? — изумленно воскликнула она, и ее зеленые глаза загорелись.

Это было для Валентино приятным сюрпризом. Он не ожидал, что она будет ему рада после его бесцеремонного вторжения в кабинет диализа.

— Пойдем. Я купил для тебя сок и сэндвич с курицей. Ты можешь поесть на обратном пути на ферму.

Ему показалось, что она поначалу хотела возразить, но у нее не было сил.

— Где твой «феррари»? — спросила она, когда он усадил ее в такси.

Дав указания водителю, он протянул ей сэндвич и напиток, прежде чем ответить на ее вопрос.

— Я его спрятал.

— Наверное, папарацци сходят с ума. — Она отклеила кусок сэндвича. — Очень вкусно. Ты продолжаешь баловать меня хорошей едой.

— В школе ты так часто делилась со мной своим ланчем, когда я, заработавшись над очередным проектом, забывал про еду. Твоя мать готовит лучше всех в Монта-Корренти.

— В результате чего наша семья страдает от избыточного веса.

Валентино посмотрел на нее:

— Больше нет.

Отведя глаза, Клара сделала глоток сока.

— Синьора Россетти знает, что ее стряпня не давала мне умереть голодной смертью?

— Я не осмелилась ей сказать. Валентино рассмеялся:

— Тебе повезло, что она была в твоей жизни все эти годы. Хочешь узнать секрет?

Клара снова посмотрела на него:

— Какой?

— Я всегда тебе завидовал, потому что у тебя была такая заботливая мать. Ты росла в полной семье и можешь этого не осознавать, но наличие обоих родителей, которые тебя любят, дает тебе уверенность, за которую я отдал бы все, что угодно.

Ее лицо посерьезнело.

— Сейчас я понимаю. Мне так жаль, что тебе пришлось носить эту боль в душе столько лет. Я чувствовала — у тебя что-то не так, но ты никогда не рассказывал мне о своих проблемах.

— Я не мог.

Клара наклонила голову:

— Ни один из нас не освобожден от проблем, но мы каким-то образом решаем их, потому что у нас нет выбора, правда?

Он восхищался ее смелостью.

— Si.

— Мы почти приехали.

Валентино велел таксисту свернуть на частную дорогу у столба с вывеской, рекламирующей продукцию фермы Россетти. Когда такси остановилось у дома Клары, она тут же открыла дверцу. Валентино не стал ее уговаривать побыть с ним еще немного. Наверное, она устала и хочет прилечь.

— Спасибо за ланч и за такси, Тино. Сегодня ты спас мне жизнь.

Если бы только он мог это сделать...

— Мне всегда доставляло удовольствие проводить с тобой время.

— Куда ты сейчас?

— Домой. Буду работать над веб-сайтом.

— Что твой отец думает о твоих идеях?

— Я решил подождать, пока у меня на руках не окажутся все факты.

— Думаю, ты очень удивишься, когда отец одобрит твои идеи.

— Посмотрим. Твой оптимизм вселяет в меня надежду. Завтра я заеду за тобой после того, как ты закончишь, торговать. Я подумал, мы могли бы съездить в Гаэту. Мы там были однажды, помнишь? Это недалеко отсюда. Перекусим на побережье. Ты сможешь поспать в машине.

Он по-прежнему хочет проводить с ней время?

— С удовольствием, — ответила Клара. О поездке с ним на море она могла только мечтать.

Его губы изогнулись в довольной улыбке.

— Рад слышать. Отдохни как следует. Я заеду завтра часа в три.

— Договорились. Ciao.

Клара вошла в дом в приподнятом настроении, чего уже давно не было. Только Валентино могло прийти в голову назваться ее женихом, чтобы проникнуть в кабинет диализа. Она обнаружила, что никто из персонала клиники не смог устоять перед его красивой внешностью и обаянием. После его ухода медсестры только о нем и говорили.

— Какого черта здесь делает Валентино Казали? — спросил ее Сильвио, когда она вошла в кухню.

— Он проявил любезность и подвез меня до дома.

Ее брат состроил гримасу:

— Неужели он думал, что, если приедет сюда на такси, а не на «феррари», мы ничего не заметим?

— Почему его должно беспокоить, заметят его мои родные или нет? — спросила Клара, с трудом сдерживая гнев. — Ему просто надоело, что папарацци ни на секунду не оставляют его в покое.

— Почему ты позволила ему тебя подвезти? — возмутился Сильвио. — Неужели ты ничего не понимаешь?

— Ты можешь быть спокоен. Это вовсе не то внимание, которое ты имеешь в виду. Подумай, зачем Валентино умирающая женщина.

— Больше не смей так говорить!

— Но я действительно умираю, Сильвио. Ты должен смириться. Все мы когда-нибудь умрем. Просто без донорской почки это случится со мной раньше, чем всем нам хотелось бы.

Его глаза увлажнились.

— Ты такая храбрая. Если бы всемогущий Валентино Казали только знал, что ты сейчас переживаешь...

— На самом деле он знает. Сегодня в клинике он сидел рядом со мной, пока я была подключена к аппарату.

— Этого не может быть, — пробормотал Сильвио. — Ты рассказала ему о своей болезни?

— Нет. Утром мы с Валентино завтракали в кафе. После того как я попрощалась с ним и ушла, он проследил за мной, вошел в клинику и назвался моим... э-э... родственником. — Она вовремя поправилась. — Он сделал все возможное, чтобы повидаться со мной. После процедур он отвез меня домой, чтобы мне не пришлось ехать на автобусе. Он даже купил мне сэндвич и сок, зная, что после диализа я буду голодна. Пожалуйста, давай не будем ругаться из-за Валентино. Он был ко мне добр, только и всего. Я устала, Сильвио. Пойду прилягу. — Покидая кухню, она чувствовала на себе пристальный взгляд брата. Все, чего ей сейчас хотелось, — это лечь в постель и помечтать о завтрашней поездке на побережье с Валентино.

После прогулки она скажет ему, что ей хорошо в его обществе, но болезнь постепенно истощает ее, и скоро у нее не останется сил на прогулки и посещения кафе. Ей казалось, она стремительно несется к черной пустоте, откуда нет возврата. Она не может взять его с собой.

Она знала — Валентино человек чуткий, и, узнав о ее болезни, он будет продолжать о ней заботиться. Клара не могла представить худшей доли для мужчины, который дорожил своей свободой.

Валентино гнал машину на предельной скорости по проселочным дорогам. Аромат полевых цветов, витающий в вечернем воздухе, преследовал его, напоминая ему о маленьких радостях, которыми Клара скоро не сможет наслаждаться.

Когда он остановился у дома приходского священника, был уже десятый час. Перешагивая за раз по две ступеньки, он поднялся на крыльцо, но помедлил, прежде чем позвонить в дверь. Открыл ему незнакомый молодой священник.

— Чем могу помочь?

— Мне нужно срочно повидать отца Орсини. Он еще не лег?

— Думаю, нет.

— Вы не могли бы ему передать, что с ним хочет поговорить Валентино Казали?

Священник окинул его удивленным взглядом.

— Bene, — произнес он.

— Валентино? — послышался за его спиной знакомый голос. — Только не говори, что пришел сюда каяться в грехах, совершенных за десять лет, — шутливо произнес отец Орсини.

— Нет, святой отец, иначе вы сегодня спать не ляжете, — парировал он.

Отец Орсини рассмеялся. К счастью, годы не лишили его чувства юмора.

— Рад вас видеть.

— В таком случае ты поймешь, как я обрадовался, когда отец Бруно сообщил мне, что снаружи меня ждет живая легенда Монта-Корренти.

— Давайте не будем разбрасываться громкими словами, святой отец. Легендарные люди — это те, которые совершают великие поступки. Простите, что приехал так поздно, но это не может ждать.

— Итак, что беспокоит самого знаменитого из детей Луки Казали?

— Вам Лука когда-нибудь говорил, что я не его сын?

— О чем это ты? — ошеломленно произнес отец Орсини.

— Ладно, забудьте.

— Сын мой...

— Все в порядке. Если бы вы знали, то все равно бы не стали ничего говорить. Родители много лет назад рассказали мне правду.

— Твои брат и сестра знают?

— Вы имеете в виду то, что своими отрицательными качествами я обязан своему биологическому отцу? — усмехнулся Валентино. — В любом случае я здесь не поэтому. Я очень надеюсь на вашу помощь в другом деле. Это вопрос жизни и смерти.

Священник прокашлялся:

— Я помогу тебе, хотя сомневаюсь, что это в моих силах.

Валентино прищурился:

— Я знал, что вы так ответите, но мне больше не к кому обратиться. — Он пристально посмотрел на священника. — Что вы знаете о Кларе Россетти?

Отец Орсини поджал губы. Его лицо омрачилось. Валентино почувствовал такую сильную боль, словно попал в аварию на гоночном треке и его зажало в искореженном автомобиле.

— Она не хочет умирать и всеми силами борется со своей болезнью.

Валентино бросило в дрожь.

— Я знаю. После своего возвращения я встречался с ней каждый день. Она такая смелая. Я ей восхищаюсь.

— Раньше вы были близкими друзьями.

— Да, и я не хочу, чтобы она умерла, святой отец.

— Конечно не хочешь. После твоего долгого отсутствия новость о ее болезни стала для тебя потрясением.

Потрясение — это слишком мягко сказано. До возвращения в Монта-Корренти он жил только ради собственных удовольствий. Гоняясь за удовольствиями, он пренебрег своей семьей, не говоря уже о Кларе. Он был не только эгоистом, но и трусом, не желающим смотреть в глаза горькой правде. В детские и юношеские годы Клара всегда была рядом с ним, поддерживала его смелые идеи, которые другим казались нелепыми. Вероятно, когда он уехал, она испытала большое облегчение.

Почему нет? Разве он что-нибудь сделал для нее?

Его руки сжались в кулаки.

Ничего, черт побери!

Теперь ему стало ясно, почему она встретила его довольно прохладно. Пока он в погоне за удовольствиями прятался от своих проблем, она боролась за жизнь!

Глубоко в душе Валентино всегда знал — за свой эгоизм ему однажды придется расплачиваться. Правда, он не ожидал, что цена будет так высока. Клара была для него самым близким человеком. Ее дружба была абсолютно бескорыстной. К сожалению, он понял это слишком поздно.

— Я вижу, как ты страдаешь, сын мой.

— Я хочу ей помочь, но не знаю чем.

— Ей бы сейчас не помешал хороший друг.

Которым он никогда для нее не был.

— Ты больше ничего не хочешь со мной обсудить?

Валентино покачал головой:

— Нет, спасибо. — Он и так уже наговорил больше, чем следовало. Прийти к священнику в столь поздний час было не чем иным, как очередным проявлением эгоизма. — Я и так отнял у вас слишком много времени. Спасибо, что встретились со мной, святой отец. Виопа notte.

Ей сейчас не помешал бы хороший друг.

Глава 5

— Валентино приехал за мной, мама. Мы едем в Гаэту. Знаешь, я кое-что решила. Наша сегодняшняя встреча с ним будет последней.

Тяжело вздохнув, ее мать помешала соус, который готовила.

— Так лучше для вас обоих.

Поцеловав ее, Клара вышла на улицу, где ее уже ждал старый грузовик. Из кабины вылез Валентино в соломенной шляпе.

— Виоп giorno, piccola, — широко улыбнулся он, что-то пряча за спиной.

— Что у тебя там?

— Тебе тоже понадобится маскировка, — ответил он, водружая ей на голову такую же шляпу, как у него. — Тебе очень идет. Издалека мы будем походить на пожилых супругов-фермеров, решивших устроить себе выходной.

Клара рассмеялась.

По дороге они ели сливы, которые купил Валентино, и болтали обо всяких пустяках. Клара так расслабилась, что у нее начали смыкаться веки. В конце концов она прислонилась к дверце и закрыла глаза. Когда она снова их открыла, то почувствовала две вещи: соленый запах моря и сильную руку Валентино, прижимающуюся к ее щеке.

— О... Мне так жаль... — Смущенная, Клара резко выпрямилась. Как ее голова оказалась у него на плече?

Посмотрев перед собой, она увидела морской залив, похожий на сапфир, сверкающий в солнечных лучах.

— Зачем ты извиняешься? Тебе нужен отдых. Я голоден. Полагаю, ты тоже.

— Да.

— Мы сейчас перекусим, а потом пойдем гулять по пляжу, если захочешь.

Она была согласна на любое его предложение, вот только собственное тело могло подвести ее в любой момент. Все же она отмела дурные мысли. Ведь это была ее последняя прогулка с Валентино. Разве можно думать о плохом, когда они идут вверх по холму, покрытому густой растительностью, по направлению к розовому зданию отеля, окруженному пальмами.

— Я помню это место. Если я не ошибаюсь, раньше здесь, кажется, был монастырь.

— У тебя отличная память. Это «Вилла ирланда». Я подумал, мы могли бы поесть и полюбоваться побережьем.

Валентино сказал консьержу, что им нужен номер с видом на море. Распорядившись, чтобы ужин им принесли наверх, он повел Клару в номер, из которого открывался живописный вид на побережье.

— Тино... — Клара мягко рассмеялась, когда он пододвинул стол со стульями ближе к окну.

— За ужином я хочу любоваться видом, — заявил он. — Пока нам не принесли заказ, можешь прилечь.

— Ты забыл, что я спала в машине? Почему мы не могли поесть в ресторане?

Валентино чувствовал, что ее что-то беспокоит.

— Потому что я хотел, чтобы тебе было удобно.

— Это очень мило с твоей стороны, но ты уверен, что папарацци не проникнут сюда и не сделают снимки для десятичасовых новостей?

Он глубоко вздохнул:

— Впервые подобная мысль даже не пришла мне в голову.

— Не думаю, что Жизель Артуа обрадовалась бы, если бы увидела тебя со мной.

— А-а, Жизель... — Валентино нахмурился. — Она обручена с одним англичанином, с которым у нее уже давно роман.

— Но в новостях...

— Забудь о новостях, — перебил ее он. — Журналисты говорят и пишут что хотят, но к правде это не имеет никакого отношения. По правде говоря, я привел тебя сюда, потому что хотел сказать тебе кое-что важное.

К его разочарованию, Клара еще больше побледнела и напряглась.

— Тино? Я могу говорить с тобой начистоту?

— Куда ты клонишь, piccola?

Она принялась вертеть салфетку.

— Не подумай, будто я не ценю все то, что ты для меня сделал после своего возвращения в Монта-Корренти, но с этим пора заканчивать.

— Что ты такое говоришь?

— За эти несколько дней ты компенсировал мне девять лет молчания, и я никогда не забуду твою доброту. Но ты ведь понимаешь, что мы с тобой принадлежим к разным мирам. Тебе нужно управлять бизнесом, участвовать в гонках. У тебя есть обязательства перед другими людьми.

Стук в дверь прервал их разговор.

За дверью стоял официант с тележкой. Дав ему на чай, Валентино взял тележку и повез к столу. Клара стояла у окна, держась за спинку стула.

Заинтригованный ее поведением, он начал накрывать на стол, после чего пригласил ее сесть.

— Нам лучше съесть ужин, пока он не остыл. Я хочу как следует тебя накормить. Ранее ты призналась, что голодна.

Клара не стала возражать. Валентино с удовольствием отметил про себя, что с ее аппетитом все в порядке. Налив вина в оба бокала, он поднял свой:

— Я бы хотел предложить тост.

Она с такой силой вцепилась в ножку бокала, словно отчаянно пыталась сохранить самообладание. Немного помедлив, она сказала:

— Позволь мне.

— Конечно.

— За нашу старую дружбу.

Валентино чокнулся с ней, и они пригубили вина.

— Теперь моя очередь. — Он заглянул ей в глаза. — За нашу новую дружбу.

Клара опустила глаза. Допив вино, он стал ждать, когда она сделает то же самое.

Через некоторое время она отодвинула бокал.

— Новая дружба между нами невозможна, Тино. Я бы хотела вернуться домой.

— Сначала ты меня выслушаешь.

Клара дерзко вскинула подбородок. Ее зеленые глаза засверкали.

— Не обижайся, но я больше ничего не хочу слушать.

— Даже если это жизненно важно для нас обоих? — Не услышав дальнейших возражений, он продолжил: — Вчера вечером я был у отца Орсини. Знаешь, есть одна вещь, в которой я не смог ему признаться.

Клара содрогнулась:

— Если ты думаешь, что можешь признаться в этом мне, потому что я умираю, пожалуйста, не надо. Я не священник.

Он улыбнулся:

— Нет, ты не священник, grazie a Dio. Ты женщина, на которой я хочу жениться, и как можно скорее.

После долгого молчания Клара рассмеялась, и от этого горького смеха внутри у Валентино все сжалось.

— Жениться... на мне? — недоверчиво произнесла она.

— Да.

— Я думала, ты не такой, как все остальные, но, похоже, ошиблась.

Ее ответ подействовал на него, как пощечина.

— Это первые обидные слова, которые ты сказала мне за время нашего знакомства.

Ее щеки раскраснелись.

— Возможно, потому, что умирающей девушке с фермы не хочется быть объектом жалости Валентино Казали. — С этими словами она поднялась из-за стола и с гордо поднятой головой вышла из номера. Валентино быстро спустился вниз, заплатил по счету и побежал на стоянку. Клара уже ждала его в кабине грузовика.

Заводя мотор, он заметил, что она прислонилась к дверце, словно боялась, что их руки или ноги соприкоснутся.

— Есть много форм проявления жалости, piccola, — сказал он. — Я надеюсь, ты тоже проявишь ко мне жалость и спасешь меня от себя самого. Пока ты не послала меня ко всем чертям, я скажу тебе, что звонил своему доктору в Монако. Он сказал, диализ можно проводить на дому, и тебе не пришлось бы ездить в клинику. Я бы научился пользоваться аппаратом. Доктор сказал, в этом нет ничего сложного. Твои родные смогут тебя навещать. Ты будешь ездить к ним и торговать фруктами, если захочешь. В ожидании подходящей почки мы будем все делать вместе, как в детстве. Нам будет весело. Вспомни, когда ты в последний раз веселилась. Лично мне для этого приходится переноситься в мыслях в дни нашей беззаботной юности. Прошу, выходи за меня замуж. Ты нужна мне намного больше, чем я тебе. Разреши мне о тебе заботиться, piccola. Теперь, когда я вернулся домой, я не могу в одиночку иметь дело со своей семьей, теткой и кузинами.

— Но в твоей жизни, наверное, есть женщина. Я сейчас говорю не о Жизель.

— Разумеется, у меня были женщины, но не так много, как ты думаешь. Если бы я хотел жениться на какой-то из них, меня сейчас бы здесь не было.

— Но...

— Никаких но! Как насчет мужчин в твоей жизни? Только не говори, что у тебя никого не было, потому что я тебе не поверю.

— Я не стану лгать. У меня были мужчины, но моя болезнь все изменила.

— В таком случае нет проблем.

Клара глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки:

— Разумеется, есть! Ты не можешь бросить гонки и подвести свою команду.

— Ты меня не слушала. Хотя я еще не делал официального заявления, я решил уйти из спорта.

— Как давно ты принял это решение?

— Я начал задумываться над этим несколько месяцев назад. Изабелла просила меня вернуться домой, но я окончательно все решил, только когда понял, что хочу взять тебя в жены. Чтобы не тратить зря время, нам нужно пожениться как можно скорее. Торжество будет скромным, чтобы ты не устала. Мне нужен ответ, Клара. — Он повернулся к ней, его темные глаза сверкали. — Если ты откажешься выйти за меня замуж, я все равно продолжу тебе помогать.

Он дал ей выбор. Они могли быть друзьями, как раньше, и видеться каждый день. Либо они могли все время быть вместе. Она помогала бы ему налаживать отношения с семьей, а он ей — бороться с болезнью.

Все же для вступления в брак этих оснований недостаточно.

— Прости меня, но мой ответ «нет».

Отец с утра неважно себя чувствовал, и Валентино закончил инвентаризацию за него, после чего прошел на кухню, где его сестра разговаривала с Джорджио.

— Все готово, Иззи.

Она изумленно уставилась на него:

— Вот это скорость!

— Я бы сам пошел к папе, но мне нужно забрать Клару из клиники.

Сделав покупки, он припарковался на стоянке у клиники и, выбравшись из кабины грузовика, стал ждать Клару. Наконец она вышла из клиники. На ней был желтый топ и белая юбка. Ее лицо было бледным и усталым, и его сердце болезненно сжалось.

— Клара? — Валентино быстро ее догнал и осторожно развернул лицом к себе.

— Ты не должен был сюда приезжать. — В ее глазах была мука.

— Я же сказал, что продолжу помогать тебе в любом случае.

Клара покачала головой:

— Этому нужно положить конец, Тино.

— Давай продолжим спор в машине. Я подумал, мы могли бы поесть в парке возле школы. Потом я отвезу тебя домой.

Клара ничего не ответила, но села в грузовик.

— У тебя был плохой день, piccola!

— Мне бы не хотелось об этом говорить.

— В таком случае мы не будем.

Совсем скоро они оказались в парке, и Валентино припарковался под раскидистым деревом.

— Должно быть, ты очень устала, поэтому давай поедим в машине. — Он достал из пакета сэндвич и напиток и протянул ей.

Когда они закончили есть, Валентино обратился к своей спутнице:

— Вчера я сказал тебе не все, что хотел.

— Ты сказал достаточно. Мой ответ по-прежнему «нет».

— Пять минут — это все, о чем я тебя прошу. Обещаю, что больше не буду предлагать тебе выйти за меня замуж.

— В таком случае, что ты собираешься мне сказать?

— То, что я не смог открыть отцу Орсини.

— Тино...

— Это касается обстоятельств смерти моей матери.

Кларе казалось, ей снится кошмарный сон, и она вот-вот очнется в своей постели.

— Я тебе говорил, что у моей матери был диабет?

— Нет.

— Она часто страдала от сильных головокружений. Однажды она споткнулась об одну из моих игрушек и упала с лестницы. Мы были в доме одни. Мне тогда было всего пять. Я тормошил ее, но она не приходила в себя. Я не знал, что мне делать. Я не умел пользоваться телефоном, а соседние дома находились слишком далеко. Я никогда не чувствовал себя таким беспомощным. Я очень сильно ее любил. Помню, как лежал рядом с ней на полу и плакал. Кристиано должен был скоро вернуться. Я молился, чтобы это произошло поскорее. Услышав его шаги, я побежал ему навстречу и рассказал, что случилось. Он вызвал «скорую», но когда она приехала, маме уже ничем нельзя было помочь. Кристиано тогда так на меня посмотрел, что мне захотелось умереть.

Из горла Клары вырвался стон.

— Ее смерть мучила меня всю мою жизнь. Я всегда чувствовал, что моя семья во всем винит меня. Мою вину усугубляло то, что я не был родным сыном Луки.

— Но ты неоднократно доказывал, что достоин называться его сыном.

Валентино покачал головой:

— После этого я старался как можно меньше времени проводить дома. Ты всегда была ко мне добра. Ты была внимательной и чуткой, и я к тебе привязался.

— О, Тино... — Клара даже не представляла, как глубока была его боль.

— Став постарше, я решил уехать после окончания школы, чтобы никому не напоминать о том, что натворил.

— Но ты ведь ни в чем не виноват! — воскликнула Клара.

— Умом я понимал, смерть мамы — это трагическая случайность, но вот в душе... В довершение всего мое отсутствие дома навредило моей семье. Тетя Лиза с превеликим удовольствием дала мне понять, что я всех подвел.

— В твоей душе такое творилось, и ты не говорил мне ни слова.

— Я не мог. Внутри меня словно все заледенело. Изабелла часто просила меня вернуться и помочь папе, но мои страхи мешали мне это сделать. Я знал — Кристиано не вернулся домой, потому что он до сих пор меня винит и не хочет напоминаний о случившемся.

— Это не может быть правдой!

— Она была нашей матерью, Клара. Он тоже ее обожал. Я должен был тогда что-то сделать... Придумать, как ей помочь.

Клара больше не могла это слушать:

— Позволь мне задать тебе один вопрос, Тино. Если бы вместо тебя в тот день дома остался бы Кристиано, ты бы до сих пор его винил?

Он сделал глубокий вдох:

— Он был старше и смог бы предотвратить ее смерть.

— Как ты можешь быть так уверен в том, что она не умерла еще до падения с лестницы? Ты читал полицейский отчет?

Валентино посмотрел на нее так, словно впервые видел.

— Нет, — прошептал он.

— В таком случае тебе следует его прочитать, прежде чем продолжать себя винить.

— Теперь ты понимаешь, как ты мне нужна? — Он сжал ее руку. — Есть всего одна причина, по которой я рассказал тебе о том, как умерла моя мать. Когда я увидел тебя в клинике подключенную к аппарату, я испытал ту же беспомощность и отчаяние, что и в день смерти мамы. Ты знаешь, почему?

Она покачала головой.

— Потому что ты часть моей прошлой жизни, Клара.

— Я... я не понимаю.

— Мои лучшие воспоминания о детстве и юности связаны с тобой. Когда мы снова встретились и я почувствовал, что ты меня отталкиваешь, меня охватила паника. Я не находил себе места, пока не узнал причину твоего поведения.

— Мне жаль. — Клара опустила голову.

— Возможно, ты права, и мою мать ничто уже не могло спасти. В любом случае сейчас все это в прошлом. Сейчас главное — это твоя жизнь. Если ты выйдешь за меня замуж, я смогу быть рядом с тобой день и ночь и помогать тебе во всем. — Неожиданно Валентино привлек ее к себе и зарылся лицом в ее волосы. — Позволь мне сделать для тебя то, что я не смог сделать для своей матери, — произнес он дрожащим от отчаяния голосом. — Мне это нужно, Клара.

Его просьба глубоко ее тронула. Теперь, когда он открыл ей душу, разве она могла ему отказать? Его боль передалась ей.

— Пока твой отец жив, тебе нужно с ним помириться, Тино, иначе ты будешь несчастен до конца своих дней.

— Я знаю, — неожиданно признался он. — Благодаря тебе я уже сделал первый шаг к сближению с ним.

Клара подняла голову и высвободилась из его объятий.

Он должен уяснить себе одну важную вещь, пока все не зашло слишком далеко.

— Ты понимаешь, что, если мы поженимся, ты через полгода можешь овдоветь.

Его лицо резко побледнело.

— Значит, столько времени тебе отмерил доктор Арно, если для тебя не найдут подходящую почку?

— Да.

Его лицо посуровело.

— Ты нужна мне, Клара, поэтому я обязательно ее найду.

Валентино произнес это с такой убежденностью, что ей захотелось ему поверить. Он настоящий борец, и его присутствие рядом было бесценным подарком.

Он снова завел грузовик и, покинув парк, свернул на дорогу, ведущую к ферме Россетти. Подъехав к ее дому, он остановил грузовик, выбрался из кабины и помог Кларе сделать то же самое.

— Прости меня за то, что помешал твоему отдыху. Я знаю, ты очень устала. Я позвоню завтра.

Когда он начал садиться обратно в грузовик, Клара окликнула его:

— Не уезжай...

Он повернулся, и она увидела в глубине его темных глаз торжествующий блеск. Эта реакция удивила ее.

— Я так понимаю, это означает «да». Мы вместе войдем в дом или ты хочешь сначала предупредить своих родителей?

Все еще не веря в происходящее, Клара нервно облизала губы:

— Я скажу им, что ты хочешь с ними поговорить.

— Клянусь, ты не пожалеешь о своем решении.

Не успела она опомниться, как он взял ее лицо в ладони и впервые в жизни поцеловал ее в губы. С горящими щеками она отстранилась и поспешила в дом.

Когда она вошла в кухню, оживленный разговор, который вели ее родные, резко оборвался. Мать с тревогой посмотрела на нее:

— Ты сегодня задержалась. Мы беспокоились, что ты пропустила автобус.

Во взгляде Сильвио читалось подозрение.

— Садись поешь. — Отец похлопал по свободному стулу рядом с ним.

— Я уже поужинала, папа. — Ее сердце бешено стучало. — Снаружи находится Валентино. Он хочет поговорить с тобой и мамой. Можно его впустить?

Ее родители удивленно переглянулись, после чего одновременно кивнули.

На ватных ногах она вышла в коридор и открыла заднюю дверь.

— Тино?

Он вошел в дом и проследовал за ней в кухню. Было странно впервые за столько лет увидеть его в этом доме.

Ее отец, Сильвио и Томасо поднялись.

— Пожалуйста, садитесь, — сказал Валентино. — Добрый вечер, — обратился он ко всем присутствующим. — Прошу нас простить за это вторжение, но мы с Кларой решили, что наша новость не может ждать. — Подойдя ближе к Кларе, он положил руку ей на талию. — Сегодня она согласилась стать моей женой.

Все изумленно ахнули, причем ее мать громче всех:

— Больше всего на свете я хочу заботиться о Кларе. Надеюсь, мне удастся найти для нее подходящего донора как можно скорее.

Ее отец перекрестился.

— Вы имеете полное право знать о моих планах. Я ушел из спорта. Я буду управлять своим бизнесом посредством Интернета и помогать отцу в ресторане. Пока мы с Кларой будем жить на вилле в Монта-Корренти, так что вы сможете ее навещать, когда захотите.

Ее отец выглядел растерянным, а Сильвио был белее мела.

— Я уже попросил отца Орсини нас обвенчать.

Услышав эту новость, Клара едва не лишилась чувств.

— Учитывая состояние здоровья Клары, он согласен пропустить традиционный период ожидания и провести церемонию в четыре часа в субботу. Она будет короткой, чтобы Клара не переутомилась.

Ее мать заплакала.

— На церемонии будут присутствовать только члены вашей семьи и моей, если, конечно, отец будет хорошо себя чувствовать. Если вы сохраните все в тайне, папарацци не испортят нам праздник. Итак, вы даете нам свое благословление?

Родители Клары снова переглянулись, после чего отец обратился к ней:

— Ты действительно этого хочешь?

Она вздохнула. Настало время сказать правду самой себе.

— Si.

Глаза ее отца увлажнились, и он перевел взгляд на Валентино.

— Раз моя дочь сказала «да», добро пожаловать в нашу семью, Валентино.

Он подошел к молодому человеку и расцеловал его в обе щеки. Потом то же самое сделала ее мать.

— Сегодня я сказал Кларе, что в детстве мечтал о такой дружной семье, как ваша, — признался Валентино — Иногда она делилась со мной завтраком, который вы ей давали с собой в школу, синьора Россетти.

— Это правда, — подтвердила Бьянка, широко улыбаясь. — Я сама видела, но пообещала Кларе никому не рассказывать.

— Вы лучший повар в Монта-Корренти, синьора Россетти, только прошу вас, не говорите моему отцу, что я так считаю. Он считает, что в «Розе» самая лучшая еда. Скажу вам по секрету, мне не терпится стать членом вашей семьи. — Валентино переключил свое внимание на Клару. — Ты выглядишь усталой. Ложись спать. Не нужно меня провожать.

Попрощавшись со всеми, он удалился. Кларе не хотелось, чтобы он уходил, но она знала, что так будет лучше. Ее родные наверняка хотели с ней поговорить.

— Итак, — произнесла ее мать с блеском в глазах, — нам придется купить тебе свадебное платье. Я всегда хотела, чтобы ты надела мое, но сейчас ты такая худая, что оно с тебя свалится.

Все рассмеялись, включая Клару, которая была довольна тем, как ее родные восприняли новость об их с Валентино браке. Всего несколько минут назад они даже представить себе не могли, что скоро в семье Россетти состоится еще одна свадьба.

— Тебя не беспокоит, что он сделал тебе предложение только после того, как ты сбросила вес?

Вопрос Сильвио удивил всех.

— Нет, — искренне ответила Клара. — Если бы Валентино была нужна только худая жена, он бы выбрал одну из актрис или моделей, с которыми его видели в последние годы. У него был огромный ассортимент.

«Он мог бы жениться на девушке, которая нравилась тебе, Сильвио», — подумала Клара, но не стала говорить это вслух, чтобы не обижать брата.

Его лицо исказилось, как от боли.

— Ответь мне всего на один вопрос...

Клара знала, о чем он собирался ее спросить. Недаром они были близнецами. Решив его опередить, она произнесла:

— Я ему нужна, Сильвио. — Сегодня в парке она поняла, как сильно Валентино в ней нуждается.

Ее брат ничего не ответил, но она знала, о чем он сейчас думает.

Он в тебя влюблен, Клара? Он признался тебе в своих чувствах? Если он этого не сделал...

Глава 6

Подъехав к ресторану, Валентино припарковал грузовик за «феррари». Войдя внутрь, он увидел Джорджио и сказал ему:

— Спасибо за грузовик. Я заправил бензобак полностью.

— Тебе не стоило...

— Я сделал это в знак благодарности за твою помощь. — Он прошел в глубь ресторана, здороваясь по пути с остальным персоналом.

— А вот и ты, — произнесла Изабелла, увидев его. — Папа очень хочет с тобой поговорить.

— Он нашел ошибки в моем отчете?

— Нет. Он сказал, ему жаль, что ты так быстро ушел.

— Такое с ним впервые.

— Я сказала ему, что тебе нужно было встретиться с Кларой.

— Именно о Кларе я и пришел с тобой поговорить.

— Я в твоем полном распоряжении. Рассказывай, в чем дело.

Валентино пристально посмотрел на нее:

— Думаю, нам лучше присесть. Это очень важно.

На ее лице промелькнула тревога, и она подчинилась. Тогда он вкратце рассказал ей о болезни Клары, объяснив всю серьезность положения. По щекам Изабеллы потекли слезы.

— Бедная девочка...

— У меня есть еще новости. — Он глубоко вдохнул. — Отец Орсини согласился обвенчать нас в субботу в четыре часа.

Изабелла была так потрясена, что уронила папку, которую держала в руках. Валентино поднял ее и положил на стойку.

— Я не позволю ей умереть, — заявил он. — До тех пор пока мы не найдем подходящую почку, она будет нуждаться в круглосуточной помощи. Именно по этой причине я и собираюсь на ней жениться. Чтобы постоянно быть с ней рядом.

Сестра уставилась на него в замешательстве.

— Я не сомневаюсь в искренности твоих намерений, но как же гонки?

— Этот период моей жизни закончился.

— Неужели прямо так и закончился? — недоверчиво произнесла она.

— На самом деле я принял это решение некоторое время назад.

— Вы будете жить в Монако?

— Нет, здесь, на вилле.

— Ты серьезно?

— Кларе нужно, чтобы ее родные были рядом, а я нужен вам с отцом в ресторане.

Синие глаза Изабеллы увлажнились.

— Прости меня, Валентино. Я беру назад все те ужасные слова, которые бросила в твой адрес после вечеринки в честь папиного дня рождения. — Сказав это, она обхватила его руками и крепко сжала.

— Не нужно просить у меня прощения. Я заслужил все те слова, которыми ты меня тогда назвала, но в этой девочке нет ни капли эгоизма. То, что с ней произошло, в высшей степени несправедливо.

— Да, ужасно.

— Я достану для нее почку, даже если на это уйдут все мой деньги.

Именно так он собирался сказать доктору Арно. Доктор Клары до сих пор ему не позвонил.

— Чем скорее мы найдем для нее почку, тем больше у нее шансов вести нормальную жизнь в дальнейшем.

— В таком случае ты должен приложить все усилия. Ты всегда славился своей способностью делать невозможное.

— Правда? Изабелла улыбнулась:

— Ты же знаешь, что правда.

— Давай надеяться, что и на этот раз у меня получится, — произнес он. — В ближайшее время я попрошу медсестру Клары научить меня пользоваться аппаратом для диализа, чтобы я купил такой же домой и ей не нужно было всякий раз ездить в клинику. Прямо сейчас я собираюсь подняться наверх и сообщить папе, что мы с Кларой поженимся.

— Он всегда хотел, чтобы ты вернулся домой. Твоя новость его обрадует.

— Обрадует настолько, что согласится пойти на церемонию вместе с тобой? — Валентино не был в этом уверен, но он обещал Кларе найти общий язык со своим отцом. — Мне кажется, для этого он недостаточно здоров.

— Папа ни за что не пропустит твою свадьбу. Ты хочешь, чтобы я позвонила Кристиано?

В прошлом он всегда позволял Изабелле все делать за него, но так больше не могло продолжаться. Это Валентино должен сделать сам, несмотря на все свои страхи.

— Я сам ему позвоню, — пробормотал он. — Кроме вас и близких родственников Клары на свадьбе никого не будет. Я не хочу, чтобы о ней знала тетя Лиза или мои кузины. Держать все в секрете — единственный способ оградить себя от вмешательства прессы. Я не допущу, чтобы личная трагедия Клары стала достоянием общественности.

— Понимаю. Ты можешь рассчитывать на мою помощь.

— Я знаю. — Он нахмурил брови. — Жаль, что тебе не повезло с младшим братом, но я постараюсь исправиться, Иззи.

Когда они обнялись, в пустой зал вошел их отец с тростью.

— Что здесь происходит?

— Я как раз собирался подняться к тебе, — сказал Валентино. — Мне нужно с тобой поговорить.

— Джорджио сказал мне, что ты здесь. Я решил, мне лучше найти тебя, пока ты снова не убежал.

— Давай присядем, папа.

Изабелла потрепала отца по руке:

— Я сейчас вернусь.

— Я не буду садиться. Кстати, ты отлично справился с инвентаризацией.

«Невероятно!»

— Это ты меня научил.

Они осторожно смотрели друг на друга. На память тут же пришли слова Клары о том, что Лука боится прогнать его неосторожным словом или действием.

— Ты что-то хотел мне сказать, сынок?

— Может, все же присядешь? Разговор займет некоторое время.

— Хорошо. — Лука подошел к ближайшему столику и опустился на стул. Валентино сел напротив.

— Я провел небольшое исследование с целью увеличения прибыли нашего ресторана. Подумал, оно может тебя заинтересовать.

— Слушаю.

Валентино рассказал о своих идеях относительно создания собственного веб-сайта и привлечения туристов. Когда он закончил свое объяснение, отец поджал губы.

— Вы с Изабеллой обнимались по этой причине?

— Нет. У меня есть и другие новости. После своего возвращения я встречался с Кларой Россетти. Она согласилась стать моей женой. Мы обвенчаемся в церкви в субботу, и я останусь жить в Монта-Корренти. Я буду очень рад, если ты придешь на мою свадьбу. Если, конечно, ты будешь хорошо себя чувствовать, — добавил он, давая Луке возможность для отказа.

Отец долго смотрел на него.

— Она хорошая девушка.

— Согласен, — хрипло произнес Валентино. — Я люблю ее.

Это была правда. Он всегда любил Клару Россетти, но осознал это лишь в тот момент, когда увидел ее в клинике и испугался, что может потерять.

— Что ты думаешь?

Клара вышла из примерочной в белом шелковом платье простого покроя с круглым вырезом и длинными кружевными рукавами.

Ее мать одобрительно кивнула, едва сдерживая слезы:

— Ты в нем выглядишь как настоящая принцесса. Впервые в жизни Клара чувствовала себя таковой.

А ведь еще на прошлой неделе она думала, что никогда не выйдет замуж. И уж тем более не за Валентино! Часто в самых смелых своих мечтах она представляла себе, как он возвращается в Монта-Корренти, потому что глубоко в душе всегда любил ее и хотел на ней жениться.

Она сбрасывала вес, чтобы понравиться ему. Больше всего на свете ей хотелось красоваться рядом с ним на обложке журнала.

В тот день, когда они встретились после стольких лет и он сделал ей комплимент, она была абсолютно уверена в его искренности. Она видела это в его глазах, слышала в его голосе. Именно такую реакцию она всегда хотела у него вызывать. Сегодня она испытывала такую сильную радость, что боялась выбиться из сил до начала церемонии.

Ее родные настояли на том, чтобы она провела это утро в постели. Она впервые не стала им возражать. Они принесли ей завтрак и ланч прямо в комнату. Пока Бьянка делала ей маникюр, мать расчесывала ей волосы. Потом они отправились в местный свадебный салон.

Бьянка тоже была в своем лучшем выходном платье. В руках она держала кружевную мантилью до плеч, которую Клара должна была надеть перед церемонией. Сестра поцеловала ее в щеку.

— Это платье очень тебе идет. Жаль, что не все наши родные смогут прийти в церковь и посмотреть на тебя.

— Мне тоже, — вздохнула их мать, — но мы обязательно сделаем фотографии и покажем им. Валентино делает все возможное, чтобы пресса не узнала о свадьбе. Пока никто из посторонних ничего не знает.

— Кроме продавщицы из салона, — напомнила ей Клара.

— Да, но она понятия не имеет, кто твой будущий муж.

— И он очень расстроится, если мы прямо сейчас не отвезем ее в церковь. — Бьянка взяла Клару под руку. — Нам нужно поторопиться. Папа уже ждет нас.

Они втроем вышли из магазина. Мать первая забралась в грузовик с пакетом с повседневной одеждой Клары. Бьянка помогла Кларе усесться рядом с ней, после чего пошла к другому грузовику, где ее ждал Томасо с детьми. Сильвио сказал, что будет ждать их в церкви.

Сегодня было теплее, чем в тот день, когда Валентино с Кларой ездили в Гаэту. Лучшей погоды для свадьбы и пожелать было трудно.

Через час она станет синьорой Казали. Той, кем мечтали стать многие женщины.

Ее отец объехал церковь и остановил грузовик у двери, которой пользовались только священнослужители. Томасо припарковался рядом. Выбравшись вместе с детьми из машины, Бьянка надела Кларе на голову мантилью. Все вокруг восхищенно заахали.

Отец Бруно открыл дверь и пригласил всех войти. В отличие от отца Орсини он был очень серьезным и сдержанным. У Клары создалось впечатление, что он не одобряет тайный брак, который будет заключен в этой церкви через полчаса.

— А вот и невеста!

Валентино медленно направлялся к ней. На нем был темно-серый костюм-тройка, безупречно сидящий на его атлетической фигуре, и белая рубашка с жаккардовым галстуком в серебристых и серых тонах. Петлицу пиджака украшала белая роза. Он был так привлекателен, что у Клары чуть не подкосились колени.

— У меня нет слов, чтобы выразить восхищение твоей красотой, — прошептал он, скользя взглядом по ее лицу и фигуре. Его комплимент был искренним, и ее сердце наполнилось радостью.

Положив руку ей на талию, он повел ее в часовню. Там уже были его родные.

— Клара, ты отлично выглядишь, — сказала Изабелла и протянула невесте букет белых роз.

— Спасибо за то, что пришла, и за цветы. — Клара опустила лицо и вдохнула сладкий аромат роз.

Рядом с Изабеллой сидел Лука с тростью в руках. Валентино помог ему подняться. Лука похлопал его по плечу, после чего повернулся к Кларе.

— Добро пожаловать в нашу семью, дорогая, — произнес он с чувством и расцеловал ее в обе щеки.

— Я так рада, что вы смогли прийти, — прошептала девушка.

— Я бы ни за что не пропустил свадьбу своего сына. Я очень доволен выбором Валентино. Ты всегда хорошо на него влияла, — тихо добавил он.

— Мне очень приятно это слышать. — Клара посмотрела на Валентино. Таким счастливым она его еще не видела.

Единственным, кто не разделял всеобщей радости, был Сильвио. Он сидел неподалеку с Марией и детьми. Его лицо походило на застывшую мрачную маску. Когда обе семьи приветствовали друг друга, он оставался на месте и поднялся, только когда в часовню через боковую дверь вошел отец Орсини.

Валентино взял Клару за руку и повел ее к священнику, который с детства был их духовным наставником. На его лице не было привычной радушной улыбки. Отец Орсини прекрасно понимал, что в ближайшее время их ждут тяжелые испытания.

— Клара и Валентино, обычно перед венчанием мы проводим мессу, но, учитывая особые обстоятельства, я собираюсь поженить вас прямо сейчас. Это ни в коем случае не сделает ваш брак менее священным.

Клара была готова расцеловать отца Орсини за понимание, но тут же осознала, что это Валентино уговорил его сократить церемонию.

— У меня есть для вас один совет. Прилагайте все усилия, чтобы сделать свою вторую половину счастливой, тогда у вас все получится.

Клара была абсолютно согласна с этим советом, поэтому следовать ему ей будет несложно.

— Вижу, Валентино уже взял тебя за руку, Клара. Теперь прошу вас повторять за мной.

Они поклялись друг другу быть вместе в горе и в радости, в болезни и в здравии. Когда священник произнес «пока смерть не разлучит вас», Валентино крепче сжал руку Клары.

— Теперь можете обменяться кольцами.

— Да, святой отец.

Клара не смогла сдержать удивленный возглас, когда Валентно достал золотое кольцо с бледно-зеленым камнем и надел ей на палец. Оно пришлось впору.

Она в свою очередь повернулась к Бьянке, и та передала ей кольцо, которое когда-то принадлежало их дедушке. Вчера утром бабушка сказала, что хочет подарить его будущему мужу Клары. Для Клары это была большая честь.

Отец Орсини кивнул:

— Объявляю вас мужем и женой во имя Отца и Сына и Святого Духа, аминь.

— Аминь, — прозвучал под церковными сводами низкий голос Валентино.

Не успела Клара опомниться, как он положил руки ей на плечи и накрыл ее губы своими. По ее уставшему телу словно пробежал электрический разряд. Этот поцелуй не был похож на тот первый после их поездки в Гаэту. Он был полон страсти.

До сих пор Кларе казалось, она живет в странном и прекрасном сне. Неожиданно она проснулась, и мужчина, который только что стал ее мужем, вдруг оказался реальным. Слишком реальным. Прервав поцелуй, она смущенно отвернулась.

— Ты в порядке, piccola? — В его голосе слышалось беспокойство.

— Да, все хорошо.

— Нет, эта церемония измотала тебя. Езжай со своими родителями. Мы через несколько минут встретимся на вилле, как и планировали.

Посовещавшись, Клара и Валентино пришли к выводу, что будет лучше, если они покинут церковь по отдельности. Мир и так скоро узнает, что один из самых завидных европейских холостяков женился на девушке из поселка, о существовании которого мало кто знал.

Кивнув, Клара направилась к двери, через которую они совсем недавно вошли. Ее семья последовала за ней.

— Ты выглядишь так, словно вот-вот лишишься чувств, — сказала ей мать, когда они сели в кабину грузовика.

— Все в порядке, мама.

— До виллы рукой подать, — пробормотал отец. — Там ты сможешь отдохнуть.

Вот тут он ошибался. Поцелуй Валентино взбудоражил ее чувства. Отдых тут не поможет.

Небольшое желтое палаццо утопало в зелени. Огромные владения Ди Росси были обнесены забором, и местные жители не могли туда проникнуть. Поэтому сейчас, когда Россетти, открыв ворота, ехали вверх по частной дороге, они испытывали благоговейный трепет. Кларе не верилось, что она будет жить среди этой красоты.

Каким-то образом Валентино удалось приехать раньше их. Выйдя из дома, он открыл дверцу грузовика, помог Кларе выбраться и заключил ее в объятия.

Когда он перенес ее через порог, она изумленно огляделась по сторонам:

— Я никогда прежде не видела такой красоты.

В фойе и гостиной повсюду стояли свежие цветы разнообразных оттенков. Они отражались в зеркалах, создавая иллюзию чудесного сада.

— Ты так любишь природу, что я принес их для тебя, чтобы ты навсегда запомнила этот особенный день.

Клара была потрясена.

— Я не знаю, что сказать.

— Тебе и не нужно ничего говорить. Может, приляжешь, piccola?

— Позже. — Разве она могла лечь спать после того, как он сделал ее такой счастливой? — Пожалуйста, опусти меня.

— Куда тебя посадить?

— Как насчет диванчика у окна? Оттуда, должно быть, открывается великолепный вид.

Усадив ее, он расправил ей платье, чтобы она хорошо получилась на снимках. После этого он сходил за ее родными и помог им принести еду, приготовленную ее матерью. В гостиной Томасо продолжил фотографировать молодоженов.

Клара почти поверила в то, что она обычная невеста, которую ждет долгая счастливая жизнь с любящим мужем и детьми, которые у них скоро родятся.

Когда она поела, Валентино взял у нее тарелку.

— Нам это удалось, piccola. Никаких папарацци.

— Слава богу.

Ее отец поднял бокал.

— За всех моих детей, состоящих в браке. — Он подмигнул Кларе. — Я хочу, чтобы вы были счастливы долгие годы.

— Папа... — Она улыбнулась ему. — Прости, что так долго тянула с замужеством.

Тогда Валентино поднялся и, посмотрев на Клару, произнес свой собственный тост:

— Кто ждет, тот обязательно дождется. За мою прекрасную невесту.

Клара почувствовала, как по ее телу разливается тепло. Бесспорно, этим тостом он еще больше расположил к себе ее родных. Однако глаза Сильвио неистово сверкали, и было нетрудно догадаться, о чем думает ее брат.

Валентино тебя не любит, Клара.

Валентино попросил флориста украсить цветами не только фойе и гостиную, но и спальню. Пока Клара принимала душ, он зажег ароматизированные свечи, которые расставил вокруг, после чего направился в другую ванную в противоположном конце коридора. Через десять минут он вернулся в спальню и обнаружил, что Клара лежит посреди огромной кровати под голубым с золотом покрывалом. Ее зеленые глаза сияли, как изумруды.

— Добрый вечер, синьора Казали.

— Добрый вечер, синьор Казали.

— Наконец-то мы остались одни.

— Мои родные не хотели уезжать. Валентино опустился на край кровати:

— Это мой идеал свадьбы. Коротко, скромно и по существу. Никакой толпы. Никаких фотовспышек. Только самые близкие люди, искренние пожелания и вкусная домашняя еда. Разумеется, во мне сейчас говорит эгоист. Прости, что мы не смогли пригласить твоих друзей и у нас не было официальной помолвки.

— Не нужно извиняться, Тино. Все получилось замечательно, — ответила она. — Почему твой отец и Изабелла не приехали сюда после церкви?

— Папа сказал мне, что у него кружится голова, и я ему поверил. Он устал и попросил Изабеллу отвезти его домой. Сама она хотела приехать.

Клара внимательно посмотрела на мужа:

— Лука был очень добр ко мне.

— А разве могло быть иначе?

— Думаю, он так обрадовался, что его сын наконец женился, что это чувство затмило все остальное.

— Давай сегодня будем думать только о хорошем, договорились?

— Да.

Валентино поднял левую руку:

— Это кольцо стало для меня большим сюрпризом. Оно налезло ему только на мизинец.

— У моего дедушки руки были меньше, чем у тебя. Бабушка хотела, чтобы я подарила это кольцо тебе. Это знак того, что она одобряет твою кандидатуру.

— Я польщен. А ты ее одобряешь?

— По-моему, я ответила на этот вопрос в день нашего знакомства, много лет назад. Ты тогда так меня рассмешил, что учительница сделала замечание мне, а не тебе.

— Мне жаль.

— Нет, не жаль, — ответила она, дерзко улыбаясь. — Тебе нет необходимости напрашиваться на комплименты, но для твоего спокойствия я скажу одну вещь. У тебя всегда был отличный вкус.

Валентино был в этом с ней полностью согласен. Она приподнялась в постели, и он обнаружил, что под простыней на ней был мягкий розовый халат. Этот цвет очень ей шел, и он не мог оторвать от нее глаз.

— Я в восторге от кольца, — сказала она, приподняв левую руку.

Грани камня заиграли в свете свечей. Это было великолепное зрелище, но Валентино обнаружил, что как зачарованный смотрит не на кольцо, а на ее блестящие темные волосы. Затем его взгляд задержался на ее красиво очерченных губах. Ему вдруг так захотелось их поцеловать, что он встал с кровати от греха подальше.

— Я надеялся, что оно тебе понравится. Тебе что-нибудь принести с кухни, пока я не погасил свечи?

— Ничего не нужно, спасибо.

Тогда он принялся одну за одной задувать свечи.

— Ты устала, piccola? — спросил он в темноте.

— Я счастлива.

— Мне бы хотелось знать все твои привычки, чтобы быть тебе как можно более полезным. Во сколько ты обычно ложишься спать?

— Как сегодня. Я принимаю душ и сразу забираюсь в постель. Обычно я засыпаю, едва моя голова касается подушки. А как насчет тебя?

— Я тоже ложусь примерно в это время, но обычно ворочаюсь, прежде чем уснуть. Иногда даже встаю и включаю телевизор. Под монотонный шум мне легче заснуть.

— Разве не странно, что мы знакомы столько лет, но не знаем деталей повседневной жизни друг друга?

— Это новое приключение для нас обоих, и я получаю от него большее удовольствие, чем ты можешь себе представить. Если ты займешь правую половину постели, то можешь быть спокойна, что ночью я не отдавлю тебе руку.

Валентино услышал, как зашуршали простыни. Тогда он лег на левую половину постели. Аромат Клары казался таким пьянящим, что ему придется сделать над собой огромное усилие, чтобы уснуть.

— Теперь, когда я твой муж, мы вместе будем строить новую жизнь. — Не удержавшись, он потянулся к ней и поцеловал ее в губы. — Виопа notte.

Глава 7

Воскресным утром Клара проснулась раньше Валентино. После его поцелуя она промучилась всю ночь, потому что он больше к ней не прикасался.

Он боялся заняться с ней любовью, потому что она больна? На глаза навернулись слезы. Она бы все отдала, чтобы вернуться на несколько дней назад, когда он ничего не знал о ее состоянии. Она была уверена, что за поцелуем последует естественное продолжение и ни один из них уже не сможет остановиться.

Пока ее муж спал, она любовалась его красивыми чертами. Осознание того, что она будет каждое утро просыпаться рядом с этим потрясающим мужчиной, заставило ее сердце трепетать в радостном волнении.

Но если он в ближайшее время ею не овладеет, ее тело взорвется от желания.

Ей уже начала нравиться их новая совместная жизнь, и мысль о том, что она может скоро закончиться из-за ее болезни, была невыносима. Чтобы удержаться от искушения и не разбудить его поцелуем, Клара выскользнула из постели и отправилась в ванную. Приняв душ и почистив зубы, она в халате пошла на кухню готовить завтрак. До сих пор Валентино окружал ее вниманием и заботой. Пришло время его отблагодарить.

Со вчерашнего дня в холодильнике осталось много еды, и Кларе нужно было ее только разогреть. Приготовив капуччино, она собралась будить мужа, но услышала, как он зовет ее по имени.

— Я на кухне! — прокричала она в ответ.

Через несколько секунд он присоединился к ней. На нем были только тренировочные брюки. У него был заспанный вид. Щетина, покрывающая его щеки и подбородок, только усиливала его привлекательность.

— Почему ты меня не разбудила?

— Потому что ты крепко спал.

— Этого не должно было произойти! — возмутился он.

— Тино, когда я хорошо себя чувствую, я в состоянии заниматься привычными делами. Когда мне понадобится помощь, я дам тебе знать. К несчастью, ты несколько раз видел меня не в лучшей форме, и это заставило тебя думать, что я нуждаюсь в помощи круглые сутки. Проходи и садись. Мама наготовила еды на целую роту, — сказала Клара. — Не знаю, как ты, а я умираю с голоду. В моей семье в капуччино добавляют шоколад. Если тебе не понравится, я могу приготовить для тебя обычный кофе.

К ее радости, Валентино выпил целую кружку и довольно улыбнулся.

— Никогда не буду пить ничего другого. Поедем после завтрака кататься на скутере?

— На твоей последней модели?

— Да.

— Не могу дождаться!

Он молча смотрел на нее, словно собирался спросить, достаточно ли хорошо она себя чувствует, но, очевидно, передумал. Она давно не видела его таким оживленным.

— Я тоже не могу. Тебе следует одеться потеплее.

— Куда мы поедем?

— Просто покатаемся.

Так они обычно делали раньше после уроков.

— Я скоро буду готова.

— Мне нужно побриться.

— Нет, не надо.

Его брови взметнулись.

— Я имела в виду, что тебе не обязательно бриться, — пробормотала она.

Его глаза неожиданно заблестели.

— Ты ничего не имеешь против моей щетины?

— Она тебе идет, — ответила Клара, начиная убирать со стола.

— Оставь это. В наше отсутствие придет домработница, помоет посуду и разберет твои вещи.

По молчаливому соглашению они оба покинули кухню и вернулись в спальню. Валентино исчез в гардеробной и тут же вернулся с несколькими пакетами в руках. Положив их на кровать, он с улыбкой произнес:

— Надеюсь, я угадал с размерами.

Когда он ушел, Клара надела нижнее белье, джинсы и свитер из одного из своих чемоданов, после чего открыла пакеты. В одном она обнаружила черные ботинки, в другом — стильную белую кожаную куртку с зелеными вставками по бокам и подходящие перчатки, в третьем — женский шлем. Она все это немедленно надела.

— Все подходит! — воскликнула она, когда Валентино вернулся в спальню через несколько минут. На нем была черная кожаная куртка с синими боковыми вставками, в которой его плечи казались еще шире.

Он окинул ее оценивающим взглядом:

— У тебя отличная фигура. В этом наряде ты выглядишь на все сто. Тебе придется крепко за меня держаться, чтобы какой-нибудь парень, обезумевший от твоей красоты, тебя не украл.

— Тино... — Его нелепое замечание рассмешило ее.

— Думаешь, я шучу? — произнес он серьезным тоном. — Когда ты в последний раз смотрелась в зеркало? Ты знаешь, что представляешь опасность для противоположного пола?

— То же самое я всегда думала о тебе. — Клара покраснела, когда поняла, что сказала. Она быстро опустила щиток шлема, чтобы он не увидел ее смущения. — Ну, в путь?

Они покинули виллу через черный ход и оказались на заднем дворе рядом с гаражом. С помощью пульта дистанционного управления Валентино открыл ворота, и Клара увидела рядом с «феррари» блестящий синий с золотым скутер.

— Видишь мягкое сиденье сзади?

Она кивнула.

— Таким образом, ты будешь сидеть выше, чем я. Проектируя эту модель, я думал о тебе, потому что раньше ты жаловалась, что можешь видеть только мой затылок.

У Клары сдавило горло. Она не думала, что так много для него значит.

— «Виолетта рапидита» очень красивая, Тони.

— И очень быстрая. Тебе понравится. Поехали. Его радостное волнение было заразительным. Усевшись позади него, она обхватила руками его торс.

— Твоя мать была бы рада, что ты назвал эту красавицу в ее честь.

Валентино сжал ее бедро, и ее бросило в жар.

— Кроме членов моей семьи об этом никто не знает. Ты очень проницательна, piccola. Ты готова?

— Да.

Это так отличалось от поездки на машине или автобусе. Она словно вернулась в школьные годы, когда Валентино подвозил ее до дома после школы. Часто он гнал на максимальной скорости, а она визжала как сумасшедшая, заставляя местных жителей крутить пальцем у виска. В те дни они оба чувствовали себя непобедимыми. Неужели Валентино тоже не забыл эти несравненные минуты? Старый скутер часто подводил его, и ему приходилось везти его. Клара всегда предлагала ему свою помощь, но он от нее отказывался. Уже тогда он был настоящим рыцарем.

Когда они останавливались у поворота на ферму и им нужно было расставаться, у нее сжималось сердце. По правде говоря, она всегда была без ума от Валентино и пошла бы с ним хоть на край света, если бы он ее позвал.

Она теснее прижалась к нему и положила голову ему на плечо, чтобы убедиться, что он не бесплотная фантазия.

— Ты в порядке? — спросил Валентино, повернув голову набок.

— Все замечательно! — крикнула в ответ она. — Просто сказка!

Не снижая скорости, Валентино двигался на юг мимо ферм и кипарисов. Эти родные места были для нее настоящим раем, и другого рая ей было не надо. Наконец впереди показалась голубая гладь озера Кларисса. Детство Валентино прошло в этих местах.

Когда они добрались до площадки для стоянки автомобилей, он заглушил мотор, и они оба сняли шлемы, чтобы полюбоваться красотой озера, к которому вела тропинка. Желая поскорее по ней спуститься, Клара перебросила ногу через сиденье и слезла со скутера.

— Думаю, мы остановимся здесь и перекусим. — Он открыл багажник и, к ее удивлению, достал оттуда одеяло. Под ним оказалась бутылка воды, несколько яблок и пачка шоколадного печенья. Должно быть, он приготовил все это вчера, когда она заснула.

— Ты не забыл... — произнесла она с благоговейным трепетом. — Я не пробовала этого печенья с тех пор, как тебе было плохо после того, как ты в одиночку съел целых три пачки.

Валентино запрокинул голову и рассмеялся.

— Если ты заметила, на этот раз я купил всего одну. Я не могу рисковать здоровьем, когда везу такой ценный груз.

— В прошлый раз наличие этого груза не помешало тебе объесться, — усмехнулась она, чтобы скрыть настоящие эмоции, которые грозились вырваться наружу.

Взяв еду и воду, она начала спускаться по тропинке вслед за смеющимся Валентино. Он расстелил одеяло на траве в нескольких футах от кромки воды, и они опустились на него. Клара сняла перчатки и, открыв пачку печенья, попробовала его.

— Ммм... Очень вкусно.

— Да, — согласился он, съев пару штук.

Клара легла на одеяло и уставилась в небо, в котором начинали собираться облака.

— Сегодня, похоже, будет дождь. Валентино лег рядом с ней.

— В таком случае хорошо, что мы приехали сюда рано.

Неожиданно он перевернулся на бок и оказался слишком близко. Не сказав ни слова, он поднес к ее губам печенье. В его глазах горели озорные огоньки. Она откусила кусочек печенья, и он доел оставшуюся часть. Затем он разделил с ней еще три штуки.

— Я больше не могу, — сказала она.

— А как насчет другого угощения?

— Думаю, яблоко я съем позже.

— Я говорю вовсе не о яблоках.

Его глаза вдруг потемнели, и у нее пересохло во рту.

— Раньше мы с тобой почти все делали вместе, но мы никогда не играли в «шесть минут в раю».

Ее губы изогнулись в улыбке.

— Это потому, что ты играл в эту игру с другими девчонками из нашего класса, из-за чего мальчишки приходили в ярость. Насколько я помню, Аминта, Беттина и Крочетта были в тебя влюблены.

Он провел кончиком пальца по ее губам.

— С тех пор я вырос, и мне захотелось более серьезных игр, piccola.

Не успела она опомниться, как он накрыл ее губы своими. Ей не хотелось ни о чем думать. Его шаловливое настроение передалось ей, и она вдруг захотела полностью положиться на свои чувства. Она была страстной по натуре, но не позволяла себе открыто проявлять свой интерес к мужчине, что другие девушки воспринимали как должное.

Сейчас, когда внутри ее словно находилась бомба с часовым механизмом, ей не хотелось уходить из этого мира, не познав удовольствия с Валентино Она запустила руки под его расстегнутую куртку, обняла его за шею и притянула к себе. От прикосновения его губ к ее губам внутри ее разлилось приятное тепло.

Именно этого она ждала вчера вечером. Экстаза. Валентино был таким красивым, что ей хотелось покрыть поцелуями каждый участочек его лица. Лучшим способом это сделать было лечь поверх него.

— Откуда у тебя этот шрам? — спросила она через некоторое время, коснувшись губами крошечной отметины над его бровью.

— Не помню, — хрипло произнес он.

Он перекатился на одеяле, увлекая ее за собой. Теперь она оказалась под ним.

— У тебя нежная и гладкая кожа, как у младенца. Такая безупречная. В тебе все безупречно, — сказал он.

Клара подняла голову и поцеловала его в кончик носа. Не привыкшая к его комплиментам, она ответила:

— Только не внутри.

Едва она произнесла эти слова, как тут же о них пожалела. Они вернули их обоих с небес на землю. Валентино отстранился и лег рядом.

Не в силах это выносить, Клара склонилась над ним:

— Ты не хочешь обнять меня?

Он убрал с ее щеки прядь волос:

— Я мог бы обнимать тебя целый день, но облака сгущаются и ветер усилился. Мы должны вернуться домой до дождя. Не хватало, чтобы ты простудилась.

Валентино заметил, что в глубине ее глаз промелькнула боль, прежде чем она отстранилась и поднялась на ноги.

Через десять минут после того, как они вернулись на виллу, пошел дождь. Пока Клара принимала душ, Валентино разогревал курицу и пасту, приготовленные ее матерью.

По окончании ланча он ждал важного посетителя. Его жена будет приятно удивлена.

— Клара? Все готово, — позвал он.

— Уже иду.

Через полминуты она появилась на кухне в свободном голубом халате с длинными рукавами, под которым едва угадывались очертания ее фигуры.

— Выглядит аппетитно. Спасибо, Тино.

— Тебе следует благодарить за это не меня, а свою мать. Через несколько дней ее деликатесы закончатся, и тебе придется довольствоваться моей стряпней.

Одна тонкая бровь поднялась.

— Ты имеешь в виду, нашей стряпней? Мы будем готовить вместе.

Проигнорировав ее замечание, он налил им обоим кофе и сел за стол вместе с ней. Хотя Клара и не признавалась в этом, их утренняя прогулка истощила ее силы. Он провел с ней достаточно времени, чтобы распознать признаки усталости. Ее лицо побледнело, веки слегка подрагивали.

Когда они заканчивали есть, на заднем дворе послышался шум подъезжающего автомобиля. Клара удивленно посмотрела на Валентино. Не зная кода от ворот, проникнуть во владения Ди Росси было невозможно.

— Ты кого-то ждешь?

Он кивнул:

— Пойду открою.

Выйдя на улицу, он поприветствовал Серену и двух медбратьев, приехавших вместе с ней. Отправив Серену на кухню к Кларе, он помог мужчинам выгрузить из машины аппарат для диализа и отнести его в спальню.

Кларе больше не придется ездить в клинику. Теперь процедуры можно будет проводить ночью во время сна, так что она будет меньше уставать. Это было все, что он мог для нее сделать на данный момент. Сегодня ему поможет Серена, а следующие несколько ночей его продолжат поочередно обучать медбратья. После этого он сам сможет заботиться о Кларе, пока не найдет для нее донора.

— Привет, — мягко произнесла его жена, входя в комнату вместе с Сереной. — Вот так сюрприз! Огромное спасибо всем вам.

Ее большие зеленые глаза увлажнились, и к горлу Валентино подкатился комок.

— Ну что, начнем? — спросила Серена. — Клара, поскольку сегодня ночью тебя ждет длительная процедура, сейчас мы проведем короткую. Ложись на кровать и закатай рукав. Валентино, вымой руки и надень резиновые перчатки.

Через три часа все трое медиков ушли. Карло, один из молодых людей, обещал вернуться в одиннадцать вечера. Проводив их, Валентино принес Кларе апельсиновый сок и булочку. Она сидела в постели. Ее лицо было уже не таким бледным. Поставив еду на туалетный столик, он спросил:

— Как ты?

— Я собиралась задать тебе тот же вопрос.

— Я очень рад, что мне удалось осуществить первую часть моего плана.

— Ты взял на себя огромную ответственность. — Ее голос дрожал.

— Именно этого я и хотел. Но мы найдем для тебя почку, Клара, — неистово прошептал он. — Я не успокоюсь, пока не сделаю этого.

Клара похлопала по матрацу:

— Мне очень повезло, что я стала твоей женой. Ложись со мной. Ты выглядишь усталым. Не отрицай этого.

Валентино очаровательно улыбнулся:

— Не буду.

Пока она ела, он лежал рядом с закрытыми глазами. Через несколько минут он почувствовал, как ее пальцы зарылись в его волосы. По его коже словно пробежал электрический разряд.

— Я говорила тебе, что сегодня самый чудесный день в моей жизни?

— Ты мне поверишь, если я скажу тебе, что чувствую то же самое?

— Говорят, что в прошлое вернуться нельзя, но мы это сделали.

Его глаза открылись.

— Да, и теперь я хочу построить вместе с тобой будущее. Когда мы катались, я заметил, что старый дом Брунелло выставлен на продажу.

— Я тоже заметила. Раньше это был красивый фермерский дом, но сейчас он обветшал. Лимонная рощица рядом с ним тоже в запустении. Ты можешь себе представить семью, желающую продать землю, которая принадлежала ей в течение многих поколений?

— Такое возможно в том случае, если нет наследников.

Клара рассмеялась:

— Ну, семье Россетти это точно не грозит.

— Поверь мне, семье Казали тоже.

Они оба улыбнулись.

— Если завтра ты будешь хорошо себя чувствовать, может, съездим посмотрим дом?

— Хочешь вложить деньги в недвижимость?

— Я хочу купить этот дом для нас.

Она пришла в замешательство:

— Не понимаю. А как же вилла?

— Она принадлежит семье Ди Росси. Когда я решил вернуться домой, Изабелла поговорила со своим женихом Максом, и он сдал мне в аренду свою виллу. Таким образом, мне не пришлось искать себе жилье.

Клара выбралась из постели.

— Но ведь у тебя есть замечательная вилла в Монако. Я видела фотографии в журнале «Хэлло!».

— Я приобрел ее с целью вложения средств, когда мой бизнес по продаже скутеров пошел в гору. Я редко там живу. Мы могли бы провести эти выходные на вилле, прежде чем я ее продам. Есть несколько заинтересованных лиц, которые хотели бы ее у меня купить по выгодной цене. На вырученные от продажи средства мы могли бы приобрести себе дом с участком земли здесь, в Монта-Корренти.

— Но, Тино, — воскликнула она, — ты ведь не фермер!

— Возможно, но я женился на дочери фермера. К тому же я тоже родился и вырос в Монта-Корренти. Тебе нравится моя идея, piccolа?

Клара отвела взгляд.

— Конечно нравится, — тихо ответила она, — но, боюсь, ты загадываешь слишком далеко наперед.

В этот момент зазвонил его мобильный телефон. Похоже, она совсем не верила, что их ждет долгая счастливая жизнь. У Валентино испортилось настроение, и он, поднявшись с кровати, достал телефон из кармана куртки.

— Это твоя мать, — сказал он, посмотрев на экран. — Твой мобильный, наверное, выключен. Поговори с ней, а я пойду посмотрю, запер ли я входную дверь. — Протянув ей телефон, он вышел из спальни.

— Алло? — произнесла она в трубку.

— Клара? У тебя все в порядке? Валентино сообщил нам, что купил аппарат для диализа и учится проводить процедуру.

— Это правда, мама. Серена только что ушла. Я прекрасно себя чувствую. — Ей не пришлось ждать следующей процедуры до завтра, и это благотворно повлияло на ее самочувствие.

Благодаря Валентино ей больше не придется ездить в клинику. Теперь она будет лечиться ночью, а днем сможет вести нормальную жизнь. Вот только она злилась на себя за то, что сегодня дважды, сама того не желая, расстроила Валентино своим пессимизмом. Этого следовало избегать. Ведь она поклялась отцу Орсини, что сделает своего мужа счастливым, а вместо этого портила ему настроение.

— Ты молодец, Клара, ничего не скажешь, — пробормотала она.

— Что ты сказала? — спросила ее мать.

— Ничего. Я просто думала вслух. Спасибо за отличную еду, мама. Валентино беспрестанно хвалит твой кулинарный талант.

— Он замечательный парень. Даже твой отец так считает.

Ее родители были бы очень рады, если бы узнали, что он собирается купить ферму. Клара была восхищена щедростью своего мужа. Дело не только в материальных тратах, но и в самопожертвовании.

Сегодня он не ляжет спать до четырех утра, потом будет под руководством Карло проводить ей процедуру. При мысли об этом по ее щекам потекли слезы.

— Клара? Ты плачешь?

— Да.

— Потому что Валентино делает все, чтобы ты была счастлива, не так ли?

— Да.

Ее муж прекрасно выполнял свои обязанности. Пришло время сделать что-нибудь для него.

— Звонили Джина и Лиа. Надеюсь, ничего страшного, что я им рассказала о твоем замужестве.

— Конечно нет. Я позвоню им завтра.

— Благодаря папе уже все наши родственники знают о твоем браке с Валентино.

Клара улыбнулась:

— Значит, скоро кто-нибудь обязательно проболтается, и новость попадет в прессу. Тогда прощай спокойная жизнь.

— Приезжайте к нам как-нибудь на ужин.

— Обязательно приедем и тоже пригласим вас к себе на ужин. Передай всем, что я их очень люблю. Скажи бабушке, что Валентино тронут ее подарком.

— Она будет счастлива узнать.

Клара закусила губу:

— Как Сильвио?

— Ворчит на всех. Он очень по тебе скучает, дорогая.

— Когда я жила в Неаполе, он по мне не скучал.

— Да, но это другое дело. Ты прекрасно знаешь почему, — сказала ее мать.

В этот момент в спальню вернулся Валентино. Кларе нужно было с ним поговорить.

— Поцелуй за меня Паолито. Виопа notte, мама. — Вытерев слезы, она отключила связь и сказала мужу: — Мои родители передают тебе привет.

Его лицо было непроницаемым, когда он забирал у нее телефон.

— Несомненно, они о тебе беспокоятся.

— На самом деле они считают, что я в лучших руках. И это чистая правда. — Ее голос дрожал. — Почему бы нам завтра перед поездкой на ферму Брунелло не навестить твоего отца? Если ты хочешь наладить с ним отношения, тебе нужно чаще с ним видеться.

— Думаю, лучше это отложить на какое-то время.

— Прости, но тут я с тобой не согласна, — возразила она, чувствуя, как колотится ее сердце. — С тех пор как мне поставили диагноз, я перестала строить планы на будущее и стараюсь получать удовольствие от каждого прожитого дня.

Его губы сжались в тонкую линию.

— На твоем месте я, наверное, поступал бы точно так же.

— Сейчас мы муж и жена и должны уважать решения друг друга. Разумеется, мне понятно твое желание иметь собственный дом в поселке, который мы оба любим. Я с радостью поеду с тобой завтра к Брунелло.

Валентино потер ладонью затылок:

— Завтра утром я позвоню риелтору. Дальше будет видно.

— Хорошо. — Клара была рада, что они пришли к согласию. — Ты считаешь, состояние здоровья твоего отца не позволит ему составить нам компанию?

— Нет, я так не считаю.

К этому Валентино ничего не добавил, и она сказала:

— Ты устал. Я пойду в кабинет посмотрю телевизор, а ты пока поспи. Кровать здесь удобнее, чем в комнате для гостей. До прихода Карло осталось не так уж много времени. — С этими словами Клара направилась к двери.

— Подожди, — окликнул ее Валентино, и она обернулась. — Прости, что был с тобой резок. — Он пристально посмотрел на нее. — Если хочешь, завтра мы заедем в ресторан.

— Тебе не за что передо мной извиняться.

— Разумеется, есть за что. Ты не сделала ничего дурного, предложив мне навестить моего отца. Просто есть вещи, которых ты пока не знаешь.

Неужели есть что-то еще, что разделяет отца и сына Казали?

— Расскажи мне, в чем дело.

— Хорошо. Папа и тетя Лиза никогда друг с другом не ладили. Когда они встречаются, мы, их дети, боимся, что они перегрызут друг другу глотки.

— Это ужасно.

— Недавно их старая неприязнь переросла в более серьезный конфликт, который негативно повлиял на всех нас. Это произошло в день рождения моего отца. Мне захотелось отсюда уехать и больше никогда не возвращаться. Раньше я приходил со своими проблемами к тебе. Изабелла как-то напомнила мне, что я предпочитал твою компанию чьей-либо еще. Я всегда догадывался — между отцом и тетей произошло что-то ужасное. Многолетняя тайна открылась после вечеринки в честь дня рождения отца. Мы с Изабеллой услышали сердитые голоса Луки и Лизы, доносящиеся со двора, и подошли ближе, чтобы узнать, в чем дело. — Не в силах спокойно сидеть, он вскочил с кровати. — Тетя Лиза упрекнула отца в том, что он не смог в этот день собрать вместе всех своих детей. Мы думали, что она имела в виду Кристиано, но она сказала, пришло время раскрыть тайну. И мы, его дети, должны знать — у нас есть двое старших братьев-близнецов.

— Что? — Клара подошла ближе.

— У моего отца и его первой жены Синди было двое сыновей-близнецов. Она была американкой и после их развода вернулась в Штаты. Близнецы какое-то время жили с отцом, но затем он почему-то отправил их к матери в Америку и никогда нам о них не рассказывал. Разумеется, тетя Лиза все знала и с удовольствием разоблачила его тайну. Во время своей недавней поездки в Нью-Йорк она увидела в газете фотографию одного из моих братьев. Его зовут Анжело. Имя второго Алессандро.

— Сколько им лет?

— Тридцать восемь. Через несколько лет после того, как Лука от них отказался, он женился на моей матери, и мы трое появились на свет. Он никогда нам не рассказывал о своих старших сыновьях.

— Неужели больше никто не знал об их существовании?

Валентино покачал головой:

— Как выяснилось, наша кузина Лиззи знала, но тогда она была маленькой, и тетя Лиза запретила ей рассказывать о них кому бы то ни было. Моя тетя жестока. Очевидно, мой отец тоже. Я не говорю, что он плохо со мной обращался, но мне трудно примириться с тем фактом, что он отказался от своих старших детей.

Лука Казали был для Клары загадкой. Должно же было быть какое-то объяснение тому, что он признал ребенка, который явился плодом адюльтера его жены, но бросил на произвол судьбы двоих родных сыновей и больше тридцати лет притворялся, будто их не существует.

— Представляешь, моя сестра хочет с ними познакомиться.

Изабелла всегда была чуткой и самоотверженной девушкой, готовой прийти на помощь в трудную минуту. Но она была родной дочерью Луки и поэтому не испытывала таких душевных терзаний, как Валентино. Разумеется, Клара не стала говорить этого вслух.

Вместо этого она положила ладонь ему на руку:

— Ты представляешь, как меня восхищает то, что в данных обстоятельствах ты нашел в себе силы вернуться домой и помочь своей семье? Ты имел полное право держаться в стороне. Ты мог не приглашать отца на нашу свадьбу. Но ты ничего подобного не сделал. Это потому что ты настоящий мужчина, Тино.

Глава 8

Следующим утром, когда Клара готовила завтрак, Валентино отвечал в спальне на долгожданный звонок доктора Арно.

— Спасибо, что позвонили, доктор.

— Мне жаль, что вам пришлось так долго ждать. Ко мне нечасто обращаются такие знаменитые люди, как Валентино Казали. Признаюсь, я ваш преданный болельщик.

— Большое вам спасибо.

— Моя секретарша в приемной сказала мне, что вы старый друг одной из моих пациенток.

— Да. На самом деле мы с Кларой только что поженились.

— Поженились?

— Да. Мы сделали это быстро, чтобы я мог ей помогать двадцать четыре часа в сутки.

— Примите мои поздравления. Клара смелая девушка. И очень красивая. Вам повезло.

— Я абсолютно с этим согласен. Если вас не затруднит, расскажите мне поподробнее о ее состоянии. Больше всего меня интересует, как я могу поскорее найти для нее донора.

— Я понимаю ваше нетерпение, синьор Казали, но, уверяю вас, мы делаем для нее все возможное. Поскольку никто из ее родственников по той или иной причине не подошел на роль донора, я искренне надеюсь, что мы найдем для нее донора-альтруиста.

Валентино почувствовал себя так, словно его грудь сдавил стальной обруч.

— Я все обдумал, доктор. Я готов им стать, если это возможно.

— У нее четвертая группа крови. Какая у вас? Сердце Валентино подпрыгнуло.

— Такая же. Я совершенно здоров. Никаких хронических заболеваний. Я никогда не курил, не принимал наркотики и стероиды.

— Все слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Да. Меня смущает лишь то, что я не являюсь родственником Клары.

— Это не проблема. В последние годы иммуноподавляющие препараты усовершенствованы настолько, что доноров стало можно искать не только среди родственников пациента. Конечно, почка, взятая у родственника, совпадающая по четырем, пяти или шести антигенам, подойдет лучше остальных, но, как я уже сказал, новые препараты очень эффективны для преодоления тканевой несовместимости.

Валентино крепче вцепился в телефон:

— В таком случае, чего мы ждем?

— Вы можете приехать завтра в клинику в Риме для обследования?

— Я буду там утром.

Кларе он скажет, что ему срочно нужно в Рим по делам. Возможно, она захочет провести время со своей семьей.

— Отлично. Я буду вас ждать.

— Через сколько дней обычно проводится трансплантация?

— Если в состоянии пациента нет негативных изменений, то на подготовку к операции уходит от семи до десяти дней.

— Насколько сложна операция по трансплантации?

— Очевидно, что для вас риск меньше, чем для Клары. Впрочем, некоторая доля риска есть даже при самой простой операции. Благодаря новому оборудованию операция по пересадке почки занимает примерно три часа. Обычно донор и реципиент проводят в стационаре четыре-пять дней, и, если не возникает осложнений, оба возвращаются к нормальной жизни.

Значит, у Клары есть шанс снова стать веселой жизнерадостной девушкой, какой она была раньше.

— Клара пока ничего не должна об этом знать. Мы скажем ей, когда придет время.

— Мудрое решение. Не нужно раньше времени обнадеживать Клару. Вдруг вы по какой-то причине не подойдете. Пока я могу вам сказать только одно. У пациента, которому пересадили почку от живого донора, шансы на полное выздоровление увеличиваются в два раза.

Клара помахала на прощание риелтору, когда они с Валентино покидали на скутере ферму Брунелло.

— Он очарован тобой, piccola, и я не могу его винить. В этом вишневом свитере ты безумно хороша.

— Не говори глупости, — ответила Клара, хотя комплимент мужа доставил ей удовольствие. — Он мне в дедушки годится.

— Разве ты не знаешь пословицу «седина в бороду, бес в ребро»?

Клара рассмеялась. Сегодня она чувствовала себя лучше, чем обычно. Впервые за последние несколько недель у нее не было утренней тошноты. Это доказывало эффективность ночных процедур.

Она была очень благодарна Валентино. Вероятно, он очень устал после своего ночного бодрствования, но не подавал виду, пока они осматривали дом. Увиденное их разочаровало. Дом был в худшем состоянии, чем они предполагали. Разумеется, Валентино захотел рассмотреть другие варианты.

— Я бы хотел заглянуть к твоим родителям и попробовать лимончелло, — сказал он ей на обратном пути. — Отсюда до их фермы рукой подать.

— Ты об этом еще не забыл? — удивилась Клара. Она думала, что он сейчас предложит ей купить газету и посмотреть, какая еще недвижимость продается в Монта-Корренти.

— У меня текут слюнки всякий раз, когда я о нем думаю.

Клара недоверчиво фыркнула:

— Ты это говоришь, чтобы сделать мне приятное, или ты действительно любишь лимончелло?

— По правде говоря, я заказывал этот ликер несколько раз, но он не произвел на меня особого впечатления.

— Теперь я боюсь.

— Нет, не боишься. Ты самая смелая из всех, кого я когда-либо знал, так что побалуй меня, — произнес он глубоким голосом. — Вполне вероятно, дочь синьоры Россетти, которая готовит лучше всех в Монта-Корренти, унаследовала от матери кулинарный талант.

— Ты умеешь говорить красивые слова. Неудивительно, что моя мать от тебя без ума. Она будет рада нашему приезду.

Через несколько минут они остановились возле дома Россетти. Сняв шлемы, они прошли в дом. Мария была на кухне. Она кормила Паолито и своего младшего ребенка.

Расцеловав их всех, Клара спросила:

— Где мама?

— Помогает бабушке принимать ванну. Бьянка больна.

— Что с ней?

— Она почувствовала боль внизу живота, и Томасо повез ее в клинику.

— О боже. — Голос Клары дрожал. Валентино обнял ее за плечи и притянул к себе.

— Уверен, с ней все будет в порядке, piccola.

— Непременно, — заверила ее Мария.

— Если вам с мамой нужна помощь, мы с Валентино можем остаться.

— Нет-нет. Мы сами справимся.

— Ну если ты так уверена.

Мария улыбнулась:

— У вас все еще медовый месяц. Я скажу маме и Бьянке, что вы приехали.

Клара растерянно кивнула.

— Где лимончелло? Я схожу за ним, — прошептал Валентино.

— О... Я совсем забыла. Он вот здесь. Высвободившись из его объятий, Клара подошла к шкафчику у двери и достала бутылку. Затем она нашла пакет и положила ее в него. Протянув его Валентино, она снова расцеловала детей.

— Я позвоню Бьянке позже.

— Возможно, через час она уже будет дома.

— Ciao, Мария, — попрощался с ней Валентино.

— Ciao, Валентино.

Клара вслед за мужем вышла на улицу. Перед тем как она надела шлем, он поцеловал ее в шею.

— Хочешь, чтобы я отвез тебя в клинику?

— Нет, Тино, но все равно спасибо за предложение. К тому же тебе нужно поспать, ты бодрствовал всю ночь.

— Только если ты ляжешь вместе со мной.

Когда на следующий день Валентино вернулся из Рима от доктора Арно, он прошел на кухню, где Клара заканчивала разговаривать по телефону со своей подругой Джиной.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Теперь, когда ты вернулся, еще лучше. Как все прошло у тебя в Риме?

— Даже лучше, чем я ожидал. Думаю, папа удивится, когда я скажу ему, что еще несколько туроператоров всерьез заинтересовались его рестораном.

— Это же замечательно!

Он улыбнулся:

— Как ты смотришь на то, чтобы немного прогуляться?

— У меня достаточно энергии, если ты об этом спрашиваешь.

— В таком случае я позволю тебе выполнять почетные обязанности. — Он вложил ей в ладонь ключи от своего «феррари».

Она посмотрела на него широко распахнутыми глазами:

— Я не осмелюсь сесть за руль твоей машины.

— Нашей машины, — поправил ее Валентино. Он взял ее за талию и слегка приподнял. — Повтори.

— Тино, отпусти меня.

— Повтори!

— Хорошо. Нашей машины.

— Не так трудно, правда? — Он страстно поцеловал ее в губы, после чего вывел на улицу, где стоял «феррари». Когда он открыл для нее водительскую дверцу и помог ей усесться за руль, у нее от волнения закружилась голова.

Через несколько секунд Валентино сел рядом с ней, и она беспомощно уставилась на него.

— Сначала пристегни ремень безопасности.

Когда она сделала это, Валентино похвалил ее и снова поцеловал в губы. По телу Клары разлилась сладкая истома. Для нее эти ощущения были в новинку. Ему следует перестать ее целовать, иначе она не сможет сконцентрироваться.

— Опусти руку и нащупай рычажок на боковой поверхности сиденья. Подвинь его вперед, тогда кресло немного выдвинется, и тебе будет удобнее.

Клара сделала, как он велел, и у нее получилось.

— Молодец. Теперь вставь ключ в замок зажигания и заведи мотор.

Когда она повернула ключ, мотор заурчал подобно хищному зверю.

— Здесь автоматическая коробка передач, так что тебе нужно только нажать на газ.

Плотно сжав губы, Клара слегка надавила на педаль, и машина медленно поползла вперед. Увеличив скорость, Клара доехала до конца подъездной аллеи и свернула на частную дорогу. Выехав за ворота и влившись в поток автомобилей, она немного растерялась, но вскоре осмелела.

— У тебя отлично получается, piccola. Видишь указатель в сторону озера Адрина? Поехали туда. Если ты устала, я могу сменить тебя за рулем.

Устала? Напротив, она была полна сил и испытывала радостное волнение.

Когда Монта-Корренти остался позади, она свернула на свободную проселочную дорогу и изо всех сил нажала на газ. Машина помчалась, как ракета, и Клара завизжала от восторга. На лице Валентино появилась широкая улыбка. Сейчас он выглядел таким счастливым и беспечным.

— Не могу в это поверить! Я лечу! — воскликнула она.

Вскоре вдалеке показалось озеро. Невероятно! Они уже проехали пятьдесят километров.

— Не хочешь остановиться и чего-нибудь выпить? — спросил Валентино.

— Нет!

Он рассмеялся.

Клара могла бы объехать вокруг озера, но, чтобы не снижать скорость, развернулась и поехала назад в Монта-Корренти.

— Раньше я не понимала твоей любви к скорости, а теперь понимаю!

За эти полчаса она сама уже успела полюбить скорость.

На полпути она услышала рев сирен, но не придала этому значения, пока не увидела по обеим сторонам от них две полицейские машины.

— Тино... — растерянно произнесла она, когда офицер, сидящий за рулем одной из машин, жестом велел ей свернуть на обочину. — Как я могу остановиться, когда дорога такая узкая?

— Это их проблема. Остановись в любом случае. Потом опусти стекло и начинай искать водительские права.

Очевидно, с ним самим такое случалось не раз. Краснея, она свернула вправо и остановилась. Из полицейских машин тут же вышли четыре офицера. Двое из них стали регулировать движение, остальные двое подошли к их «феррари».

— Вы имеете представление о том, с какой скоростью движетесь, синьорина? — спросил ее усатый мужчина, но в тот момент, когда он увидел Валентино, его лицо вытянулось от изумления. Затем он позвал остальных офицеров, и скоро уже все четверо знали, что в машине был знаменитый Валентино Казали.

— Извините, синьор Казали. Мы не знали, что это ваша машина.

— Все нормально. Моя жена очень хотела прокатиться на моей машине. Сегодня она решила это сделать, пока я не видел. Мне пришлось бежать, чтобы ее догнать.

Офицеры дружно рассмеялись.

— Хорошо, что вы ее остановили, а то я уже начинал нервничать. Знаете, я никогда так не нервничал, даже на гоночной трассе.

Раздался новый взрыв хохота. Напоследок усатый офицер подошел к водительскому окошку.

— На этот раз вы получаете предупреждение, синьора Казали, — произнес он, улыбаясь.

— Ты это слышала, belissima! — Расстегнув ремень безопасности, Валентино наклонился, чтобы поцеловать ее в губы. — Тебе повезло, что господа полицейские были к тебе добры. Поблагодари их как следует, perfavore.

Когда они распрощались со стражами правопорядка и те уехали, Валентино сказал Кларе:

— Они сегодня оказали нам большую любезность. Я видел, как этот усач на тебя смотрел. Хорошо, что я женился на такой красавице, иначе у нас были бы более серьезные проблемы.

Посмотрев на него украдкой, она заметила, что его плечи трясутся.

— Рада, что ты находишь это происшествие забавным.

— А ты разве нет? Я знал, ты смелая, но даже не подозревал, что моя жена настоящая сорвиголова.

— Я тоже, — призналась Клара и обнаружила, что тоже смеется. — Это все машина виновата.

— Лучшее оправдание из всех, что я когда-либо слышал.

Они долго смеялись вместе, и этот смех заполнил пустоты в ее душе.

Клара завела мотор, и они поехали дальше, на этот раз соблюдая скоростной режим. Когда они добрались до Монта-Корренти, у нее возникло такое чувство, что их преследуют. Она поделилась своими опасениями с Тино.

— Я уже их видел. Это папарацци. Вероятно, они нас видели, когда мы разговаривали с полицейскими. — Валентино привык к преследованиям со стороны прессы и относился к ним спокойно, но для Клары это был абсолютно новый опыт.

— Будь я в танке, я бы проехалась по ним.

— Сев за руль, ты превратилась в настоящую хищницу. Кто бы мог подумать, — весело произнес Валентино, когда они поставили машину в гараж и вошли в дом. — Я умираю с голоду. Думаю, ты тоже.

— Вынуждена признаться, после нашего приключения у меня разыгрался аппетит.

— Хорошо, — сказал он, доставая два небольших бокала для ликера. Думаю, сейчас самое время попробовать твой аперитив. — Достав из пакета бутылку, он откупорил ее и вдохнул аромат. — Пахнет лимонной рощей Россетти.

— Главное — вкус. Надеюсь, он не испортит тебе аппетит.

Он наполнил оба бокала, после чего отпил немного из своего и подержал ликер во рту, прежде чем проглотить. После этого он залпом осушил бокал и, наполнив заново, поднял его и встретился взглядом с Кларой. От его взгляда у нее перехватило дыхание.

— Я бы хотел выпить за успех моей талантливой жены.

Клара чокнулась с ним.

— Ну ты и шутник, — сказала она. Его лицо посерьезнело.

— Похоже, ты ничего не понимаешь. Этот ликер принесет тебе известность.

Она улыбнулась:

— Я не хочу быть известной, но все равно мне приятно это слышать.

Его брови сдвинулись.

— Я вовсе не пытаюсь быть с тобой любезным. Винные заводы многое отдали бы за обладание твоим рецептом. У твоего преподавателя есть копия?

Его вопрос удивил ее.

— Нет.

— А у кого-то из студентов?

— Нет.

— Где он хранится?

— Записан в тетради, тетрадь на ферме.

— Завтра мы ее заберем. — Он заткнул бутылку пробкой. — Его следует хранить в надежном месте.

Когда Валентино убрал бутылку в один из кухонных шкафчиков, Клара принялась разогревать еду. Вскоре они уже сидели за столом. Клара пристально наблюдала за мужем, пока он ел.

— Ты кажешься увлеченным, как в те времена, когда работал над проектами скутеров, — заметила она. — Что происходит?

— Всего понемногу, — уклончиво ответил он. Он не собирался рассказывать ей о своей поездке в Рим, пока не будет все знать наверняка.

— У тебя усталый голос. Почему бы тебе не вздремнуть, пока я буду разговаривать с Бьянкой? Тебе сегодня опять не спать большую часть ночи.

Валентино пронзил ее взглядом.

— Мы отдохнем вместе.

Они так сделали вчера. Это было великолепно.

— Как бы хорошо ты себя ни чувствовала, тебе тоже нужно прилечь.

— Звучит заманчиво.

Покинув кухню, они направились в спальню и, разувшись, легли на кровать поверх покрывала.

— Вот. Возьми мой телефон.

— Спасибо. — Она взяла у него мобильный и набрала номер фермы. Трубку сняла ее мать.

— Клара? Я слышала, что ты вчера заезжала.

— Да, жаль, что мы не увиделись, мама. Как Бьянка?

— С ней все будет в порядке. Сейчас она отдыхает.

— Бедняжка. Ей нужно побольше спать.

— Мы позаботимся об этом. Тебе не нужно ни о чем беспокоиться.

Клара посмотрела на мужа, который лежал рядом с ней с закрытыми глазами.

— Тино мне не позволит. Мы слишком заняты, чтобы думать о чем-то еще.

— Это хорошо.

— Угадай, чем я сегодня занималась?

Следующие пять минут Клара рассказывала матери о своем приключении на дороге. Та только ахала в ответ.

— Ты же могла погубить вас обоих!

После того как их остановила полиция, Клара жалела о своем импульсивном поведении. Если бы по ее вине что-то случилось с Валентино...

— Я больше не буду гонять, мама.

Когда она произнесла эти слова, рука Валентино обхватила ее бедра.

— Обещай мне, — прошептал он.

— Обещаю.

— Что ты сказала, Клара? — спросила ее мать.

— Я отвечала Тино.

— Наверное, у вас был хороший день.

— Просто замечательный.

— Меня это радует.

— Меня тоже.

— Я тебе завтра позвоню.

— Ciao, мама.

Когда она положила трубку, Валентино привлек ее к себе.

— Позволь мне подержать тебя в объятиях.

Довольно застонав, Клара прижалась к нему и положила голову ему на плечо. Никто даже не догадывался, как ей его не хватало все эти годы. То, что он вернулся в ее жизнь, да еще таким образом, было настоящим чудом. Закрыв глаза, она провела ладонью по его груди.

Клара понятия не имела, как долго она спала. Очнувшись, она с удивлением обнаружила, что Валентино лежит на боку, уткнувшись лицом в ее шею, а его рука поглаживает ее ягодицы. Клара застонала от наслаждения, и он накрыл ее губы своими. С каждой секундой новое ощущение, завладевшее ею, усиливалось.

— Мне нравится твой запах, твой вкус. Твое тело словно создано специально для меня. — Он глубоко вдохнул. — Я хочу заняться с тобой любовью, Клара. Скажи, с моей стороны эгоистично так сильно тебя желать?

У нее перехватило дыхание.

— Как это может быть эгоистично? Не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Тебе не стало бы хуже?

— Да я никогда не чувствовала себя лучше, чем сейчас. Но если ты имеешь в виду мою болезнь, по правде говоря, — прошептала она, — с каждым поцелуем мне все меньше хочется об этом думать.

— Ты уже была близка с мужчиной?

— Нет, — прошептала Клара. Валентино довольно застонал. Или это лишь плод ее разыгравшегося воображения?

— Доктор дал тебе какие-нибудь указания?

— Нет, мы с ним на эту тему не говорили. Какая разница? — Она придвинулась еще ближе. — Я не хочу, чтобы ты останавливался.

Его руки замерли на ее спине.

— Больше всего я боюсь, что не смогу остановиться. — Его дыхание было неглубоким и прерывистым.

— Неужели из-за этого может произойти что-то ужасное? — спросила она, страстно его поцеловав.

— Я бы никогда себе этого не простил, если бы ты сейчас забеременела, piccola. Никакие предохраняющие средства не гарантируют полную безопасность.

Пока она обдумывала его слова, он высвободился из ее объятий и поднялся с кровати. От ее радости не осталось и следа.

— Прошу тебя, возвращайся в постель. Мы просто полежим в объятиях друг друга остаток ночи.

Валентино покачал головой:

— Это невозможно. Карло приедет в любую минуту. Карло. Она совсем о нем забыла. Своими ласками и поцелуями Валентино перенес ее в другой мир. Она вряд ли сможет снова уснуть. Если Валентино больше никогда к ней не прикоснется, это будет для нее смерти подобно.

Глава 9

Когда Клара проснулась ранним субботним утром и открыла глаза, она обнаружила, что Валентино уже встал и надел джинсы и свитер. Обычно он спал до десяти.

Она не сомневалась — ее муж что-то замышляет. Когда у него что-то было на уме, он не мог от нее это скрыть.

Благодаря его заботе после шести ночей диализа она чувствовала прилив сил.

— Ты отлично выглядишь, piccola. — Его темные глаза блестели. — У меня для тебя сюрприз.

Клара почувствовала радостное волнение. Его сюрпризы не были похожи ни на чьи другие. Каждый день они катались на скутере. Он возил ее в их любимые старые места, и они вместе открывали новые, устраивали пикники на природе.

Будь они обычной парой, рано или поздно они, несмотря на ее болезнь, занялись бы любовью. Но Валентино нужна была только ее дружба, и он не мог себе позволить так далеко зайти. Ей приходилось бороться с собой, чтобы не признаться ему, что эта платоническая любовь медленно ее убивает.

— Судя по твоей одежде, мы будем проводить время на свежем воздухе. Мне надеть куртку? — спросила она.

— Да, и перчатки не забудь. Встречаемся на кухне. Я приготовил завтрак.

Через двадцать минут они уже ехали по частной дороге на его «феррари». Монта-Корренти все еще был окутан розовой рассветной пеленой. Клара всегда любила это время суток с его прохладой и тишиной. Валентино молчал. Должно быть, тоже был очарован волшебной красотой утра.

Она нисколько не удивилась, когда в конце концов он свернул на грязную проселочную дорогу, вдоль которой располагались фермы. Скорее всего, сегодня они опять будут смотреть какой-нибудь дом, выставленный на продажу.

Впереди показался стоящий на обочине фургон, из которого двое мужчин что-то выгружали.

— Должно быть, у них какие-то проблемы, — предположила Клара.

— Давай посмотрим, — пробормотал Валентино, остановился рядом с ними и выбрался из машины.

Клара вытянула шею, чтобы узнать, что происходит. Увидев, что они разворачивают огромный воздушный шар, она сначала испугалась, но страх тут же уступил место радостному волнению. Вот так сюрприз!

Мужчины, очевидно, отец и сын, приветствовали ее широкими улыбками. Похоже, это друзья Валентино. После короткой церемонии знакомства пожилой мужчина по имени Адриано произнес:

— Вы выбрали отличное утро для полета, синьора. Она посмотрела на Валентино. В его темных глазах была тревога.

— Что ты думаешь, piccolа? Хочешь немного полетать?

Клара никогда прежде ни на чем не летала, но разве она могла разочаровать мужа, который в одиночку перелетел на воздушном шаре Карибское море?

— Сгораю от нетерпения.

Валентино положил руки ей на плечи:

— Я уже много раз говорил тебе, что ты очень смелая, но на этот раз тебе придется быть со мной абсолютно честной, иначе мы никуда не полетим.

Девушка глубоко вздохнула:

— Я хорошо себя чувствую, но, должна признаться, немного боюсь.

— Это естественно. Сначала тебе покажется, что ты долго поднимаешься на лифте, но потом ты увидишь мир с высоты птичьего полета. Ты придешь в такой восторг, что не захочешь спускаться.

Если он будет рядом, с ней ничего не случится. Мужчины наполнили разноцветный шар горячим воздухом, и Валентино помог Кларе забраться в корзину.

— Адриано будет управлять шаром, а Агостино поедет за нами на фургоне. Когда мы спустимся, он отвезет нас обратно.

Кивнув, Клара прижалась к мужу. Через несколько минут он прошептал ее имя. Она подняла голову. Ей показалось, что она увидела в его глазах желание, перед тем как он накрыл ее губы своими. Поцеловав ее еще раз, он произнес:

— Мы уже поднялись. Оглянись вокруг.

— Тино... — удивленно пробормотала она. Они летели!

Вспомнив о присутствии Адриано, Клара покраснела. Валентино обнимал ее за талию, пока она любовалась родными местами с высоты в несколько тысяч футов. Она никогда прежде не видела такой удивительной красоты, не испытывала таких волнующих ощущений.

— Я чувствую себя лепестком цветка, который несет порыв ветра.

Валентино крепче прижал ее к себе и прошептал:

— Жаль, что между нами так много одежды.

От его неожиданного признания у нее захватило дух.

— Я думаю о том же, — тихо ответила Клара. Следующие полчаса она стояла, уткнувшись лицом в его шею. С этой высоты открывалось великолепное зрелище, но для Клары сейчас важнее было то, что происходило у нее в душе. Пребывая в блаженной эйфории, она оказалась беззащитной перед болью, которая внезапно пронзила ее и вырвала из мира сладких грез.

«Пожалуйста, Господи. Я не хочу умирать».

Валентино поцеловал ее в макушку, и ее отчаяние усилилось.

— Что ты сказала, piccola?

— Я хочу, чтобы этот день никогда не кончался, — произнесла она дрожащим голосом.

— Мы можем его продлить, если хочешь. Как ты смотришь на то, чтобы съездить на несколько дней в Монако? Я бы показал тебе гоночную трассу и познакомил бы тебя со своей командой. Мне нравится эта новая жизнь с тобой, Клара.

«Мне тоже», — подумала девушка. Возможно, она принимала желаемое за действительное, но в последнее время Валентино казался более счастливым и спокойным. Или же он просто притворялся, чтобы скрасить ее оставшиеся дни? Вдобавок к ее терзаниям в ее голове пронеслись вопросы, которые она всякий раз читала в глазах Сильвио.

Он в тебя влюблен, Клара? Он признался тебе в своих чувствах? Если он этого не сделал...

Они приземлились посреди пустой проселочной дороги, где их уже ждал фургон. Клара пожала мужчинам руки.

— Grazie, signori. Это было незабываемо.

На обратном пути, когда они пересели из фургона в свой «феррари», Валентино сказал ей:

— Пока ты будешь собирать вещи, я съезжу в ресторан и сообщу папе и Изабелле о наших планах.

Клара кивнула:

— Ты хочешь, чтобы я собрала твой чемодан?

Он поцеловал ее в кончик носа.

— Я был бы тебе очень признателен.

— Спасибо тебе еще за один день, который я никогда не забуду.

Если не случится что-то непредвиденное, в ближайшие недели она не умрет. Это означало, что ей следовало получать максимальное удовольствие от каждого прожитого дня.

Когда они приедут в Монако, она на время забудет о своей болезни и сделает все, чтобы Валентино наконец занялся с ней любовью. Если они оба будут предохраняться, она не забеременеет.

Клара любила Валентино всю свою жизнь, но сегодня она поняла, что влюблена в него. Ее больше не устраивали платонические отношения, и с этим нужно было что-то делать.

По дороге в ресторан Валентино думал о Кларе и о том, как она к нему прижималась во время их полета на воздушном шаре. Она хотела его не меньше, чем он ее, и эту проблему нужно как-то решать.

Он полез в карман за телефоном, чтобы сообщить сестре о своем приезде, но вдруг вспомнил, что оставил его на комоде в спальне. Припарковавшись у задней двери, он поднялся наверх, где Изабелла готовила еду для отца. Валентино понял, что приехал вовремя. Он сможет поговорить с отцом за завтраком, пока Изабелла будет покупать на рынке еду.

Войдя в кухню, он отметил про себя, что благодаря его сестре в отцовской квартире по-домашнему уютно. Не то что на его вилле в Монако и там, где он жил сейчас. Ему не терпелось купить свой собственный дом и переехать туда с Кларой.

На пианино в углу стояли семейные фотографии, в том числе портрет их матери. Подойдя к снимку, Валентино принялся его рассматривать. При этом его сердце не сжалось, как обычно. Этому он был обязан недавнему разговору с Кларой. Он и сам не заметил, как изменился.

— Иззи? — произнес он, входя в столовую, где его сестра накрывала на стол. — Мы с Кларой едем на пару дней в Монако. Я должен встретиться с моим спонсором. Он знает, что я бросаю гонки, но мне хотелось бы сообщить ему лично.

— Клара достаточно хорошо себя чувствует, чтобы ехать с тобой?

— Да. Благодаря ночному диализу она меньше устает.

— Я так рада. Должно быть, процесс ожидания почки труден для вас обоих.

— Мы стараемся об этом не думать. — Валентино не стал говорить ей, что ждет звонка от доктора Арно, который должен был сообщить ему результаты его анализов.

— Я молюсь за вас обоих.

Он обнял Изабеллу:

— Спасибо за заботу. Я не хотел уезжать из поселка, не предупредив вас. Не хотел, чтобы вы подумали, будто я снова вас бросаю.

Та покачала головой:

— Я бы никогда так не подумала, но я рада, что ты здесь.

Когда Изабелла удалилась, он прошел по коридору и постучал в дверь отцовской спальни.

— Папа?

— Это ты, Валентино?

Лука всегда спрашивал, даже когда знал, кто находится за дверью.

— Кто же еще? Я пришел, чтобы позавтракать вместе с тобой.

— А-а. Я уже иду.

— Не забудь свою трость.

— Никто не позволяет мне ее забыть, — проворчал он, выходя из комнаты в коричневых брюках и спортивной рубашке в тон. — Как дела у Клары?

— Учитывая ее состояние, хорошо.

Его отец передвигался медленно. В конце концов они дошли до стола, на котором Изабелла оставила теплые булочки, фрукты и капуччино. Валентино выдвинул для отца стул и помог ему усесться.

— Она смелая девушка. И благородная.

— Какой интересный выбор слов, папа.

Валентино думал о Кларе то же самое, но не ожидал услышать эти слова от своего отца.

— Когда я увидел, как замечательно она держится, несмотря на болезнь, мне становится стыдно за свои постоянные жалобы. — Он прокашлялся. — Пока мы одни, я хочу сказать тебе, как я тобой горжусь, потому что ты так хорошо о ней заботишься.

Валентино чувствовал — его отец говорит искренне.

— Тетя Лиза сказала, я сошел с ума.

— Когда ты с ней разговаривал?

— Она звонила мне на днях.

Его отец с задумчивым видом прожевал кусочек булки.

— Моя сестра никогда не отличалась тактичностью. Я знал, ты питал особые чувства к Кларе Россетти с тех пор, как умерла твоя мать. Послушай меня, сынок. Да, ты мой сын, несмотря на то что в тебе не течет моя кровь.

Подняв голову, Валентино изумленно уставился на Луку. Ему казалось, он хорошо знает этого человека.

— Вижу, я совершил ужасную ошибку, не усыновив тебя тогда, но я боялся.

— Чего? — потрясенно прошептал он, не веря, что они ведут этот разговор.

К его удивлению, глаза Луки увлажнились.

— Я был плохим отцом для двоих старших сыновей, и мне казалось, я не имею права претендовать на тебя. Виолетта не осмеливалась со мной об этом заговорить. После своей измены она чувствовала себя виноватой. Но на мне в то время лежала еще большая вина. Я едва сводил концы с концами. Кстати, мой первый брак распался именно по этой причине. — Его отец зарыдал. — Я считал, что не достоин официально называться твоим отцом.

Валентино опустил голову. Он не мог говорить.

— Я не ожидаю, что ты поймешь, как тяжело мне было в молодости. Я влюбился. Она была красивой утонченной американкой. У нее была престижная работа, она любила устраивать вечеринки, но когда у нас родились близнецы, ей пришлось от этого отказаться. Моя забегаловка у шоссе почти не приносила дохода, хотя я работал не покладая рук. Синди не чувствовала себя счастливой в Италии. Когда детям исполнилось два года, она оставила их со мной и вернулась в Бостон, где подала на развод.

— Что? — недоверчиво произнес Валентино — Тетя Лиза сказала, это ты их бросил.

Черты Луки исказились.

— Мой бизнес начал терпеть убытки. К тому времени, когда мальчикам исполнилось три года, у меня возникли серьезные финансовые проблемы, и я попросил Лизу одолжить мне немного денег, чтобы я мог покупать детям еду, пока ситуация не улучшится. Дела «Сореллы» шли в гору, и я обещал сестре, что верну деньги с процентами, если она мне поможет...

Валентино догадался, что произошло.

— Но она тебе отказала, не так ли?

— Да, и мне больше не к кому было обратиться. Она посоветовала мне отправить детей к их матери в Бостон, потому что у нее были деньги и она могла лучше о них позаботиться.

Для тетки Валентино деньги всегда имели первостепенное значение, однако она никогда никому не рассказывала о том, что отказалась дать взаймы его отцу.

Лука судорожно вздохнул.

— Я был в полном отчаянии, Валентино. Я любил своих мальчиков больше, чем ты способен себе представить, но я тогда не мог их обеспечивать. У меня не осталось выбора, кроме как отправить их к матери. Это решение далось мне нелегко, тем более что я не знал своего отца.

«Как и я...»

— Не пойми меня превратно. Я не ищу себе оправданий, просто пытаюсь объяснить, почему никогда не рассказывал вам про близнецов. Я слишком стыдился своей неспособности их содержать. Мне понадобилось несколько лет, чтобы заработать достаточно денег и снова обзавестись семьей. — По его щекам покатились слезы. — Я не надеялся, что близнецы меня простят. Когда я позвонил им в день их восемнадцатилетия, они не захотели иметь со мной ничего общего. Разве можно их винить? — Он поднял руку. — Прежде чем ты уйдешь, я хочу, чтобы ты узнал еще кое-что. Когда ты появился на свет, я назвал тебя Валентино в честь своего отца Уильяма Валентайна. Помимо моей любви это было самое ценное, что я мог тебе дать. Твоя мама тоже хотела так тебя назвать. — Он печально улыбнулся. — Как же она тебя любила, Тино. У нее была страшная болезнь. Всякий раз, когда она теряла сознание, я боялся, что это конец и вы останетесь без матери.

У Валентино перехватило дыхание.

— Всякий раз? Ты хочешь сказать, такое с ней случалось и раньше?

— Да, но мы ничего вам не говорили, чтобы вас не тревожить. Доктор сказал, она была мертва еще до того, как упала с лестницы. Кристиано винил себя в том, что в тот день не вернулся домой раньше.

— Я тоже чувствовал себя виноватым, потому что ничего не предпринял, чтобы ее спасти.

Его отец тяжело вздохнул:

— Бедные мои мальчики.

«Клара была права».

Валентино посмотрел на него новыми глазами.

— Папа!

— Да?

— Я не хочу, чтобы ты беспокоился о деньгах. Если тебе не нравятся мои идеи, касающиеся увеличения прибыли, я могу одолжить тебе денег для уплаты долгов. Я знаю, ты мне их вернешь, когда сможешь. Позволь мне сделать это для тебя. Если бы ты плохо обо мне заботился, я бы не стал тем, кем являюсь сейчас. Подумай. Через пару дней я вернусь из Монако, и мы продолжим разговор.

Отец потрепал его по руке:

— Я очень тебе признателен, но сейчас в первую очередь ты должен думать о своей жене.

— У меня достаточно времени и средств, чтобы помогать и тебе, и Кларе. — Валентино поднялся. Ему не терпелось вернуться домой к жене. Ему нужно столько всего ей рассказать. Он сделает это по дороге в Монако. Со дня на день доктор Арно позвонит ему и скажет, что можно производить трансплантацию. А потом у них начнется новая жизнь.

Только Клара закончила рассказывать матери о своих планах, как зазвонил мобильный телефон Валентино Похоже, он его забыл. Взяв его с комода, девушка посмотрела на дисплей. Она была уверена, что это кто-то из компании Валентино.

К ее удивлению, звонили из римской клиники «Иммакулата», где находился офис доктора Арно.

Она нажала кнопку соединения.

— Pronto?

— Будьте добры синьора Казали.

— Его нет дома. С вами говорит его жена синьора Казали. Ему что-нибудь передать?

В этот момент в спальню вошел Валентино Их взгляды встретились.

— Вам звонят из лаборатории клиники «Иммакулата» в Риме. Ваш муж попросил сообщить ему результаты его анализов сразу, как только они будут готовы. Пожалуйста, передайте ему, что они отправлены в офис доктора Арно.

Девушка на другом конце линии дала ей номер телефона и положила трубку.

Клара в замешательстве уставилась на Валентино.

— Тебе звонили из клиники в Риме. Доктор Арно уже получил результаты твоих анализов. Я не успела задать вопросы, потому что девушка из лаборатории сразу положила трубку. Тебе лучше им перезвонить.

Не успела Клара передать ему телефон, как зазвонил ее мобильный, лежащий на кровати. Она взяла его и ответила.

— Клара?

Когда она услышала знакомый голос, ее сердце глухо застучало. Он звонит потому, что образец ее крови, взятый Карло, показал, что болезнь прогрессирует?

— Здравствуйте, доктор Арно.

— Рад тебя слышать. Как ты себя чувствуешь после ночного диализа?

— Гораздо лучше, — ответила она под пристальным взглядом Валентино.

— Это замечательно. — После небольшой паузы он добавил: — У меня для тебя потрясающие новости.

Клара продолжала смотреть на Валентино, и ее вдруг осенило.

— Они касаются того, что мой муж собирается стать моим донором?

Его глаза наполнились нежностью, и она отвела взгляд, боясь расплакаться.

— Значит, Валентино все тебе рассказал. Мы оба считали, будет лучше, если ты узнаешь имя донора непосредственно перед операцией, но поскольку тебе оно уже известно...

Клара мысленно взмолилась о том, чтобы ей хватило сил выдержать до конца этот разговор.

— Сказать, что я потрясена, означало бы ничего не сказать.

Все это время Валентино не сидел сложа руки, а активно принимал меры, чтобы спасти ей жизнь. Степень его самопожертвования потрясла ее.

— Вам обоим нужно как можно скорее приехать в клинику.

— То есть сегодня?

— Желательно в ближайшие два часа, чтобы в лаборатории сделали дополнительные анализы. Если результаты окажутся удовлетворительными, мы сможем провести операцию уже завтра утром.

В этот момент Валентино очутился прямо перед ней. Не в силах на него смотреть, она закрыла глаза.

— Боюсь, мы не сможем приехать, доктор.

— Я не понимаю.

— Видите ли, мы на несколько дней собираемся в Монако. Валентино нужно встретиться со своим спонсором. Ради меня он превратил свой дом в больницу и бросил гонки. Я не позволю ему отдать мне почку. — По ее щекам покатились обжигающие слезы. — Это уже слишком.

— Piccola...

Это ласковое обращение тронуло ее до глубины души, и она снова отвернулась.

— Пожалуйста, не прекращайте искать подходящего донора, доктор. Я не приму от Валентино такую жертву.

Закончив разговор, Клара пошла в ванную, чтобы умыться холодной водой. Когда она вернулась, Валентино стоял на прежнем месте. Лицо его было мертвенно-бледным.

— Я готова ехать в Монако. Наши вещи уже собраны.

— Мы едем в Рим, — спокойно возразил он.

— Отец Орсини дал нам одно задание. Мы должны делать друг друга счастливыми. Мне бы очень хотелось посмотреть, где ты жил раньше, познакомиться с твоими друзьями-гонщиками. Ты даже представить себе не можешь, как я ждала этой поездки.

Валентино долго молча на нее смотрел.

— Мы только поженились. Я не хочу, чтобы ты умерла. Без тебя у меня не будет счастья. Следовательно, мои желания на данный момент важнее твоих.

Он всегда в спорах так умело подбирал аргументы, что Клара в конце концов сдавалась, но не в этот раз.

— Нет, если ты рискуешь своим здоровьем. Ты еще очень молод и должен думать о своей дальнейшей жизни. Если бы после пересадки ты потерял здоровье, меня бы до конца моих дней мучили угрызения совести.

— В таком случае позволь мне напомнить тебе слова доктора Арно.

Клара увидела в его глазах сострадание. Это было слишком.

— Не хочу ничего слушать.

Схватив сумочку, телефон и чемодан со своими вещами, она вышла из спальни. Валентино последовал за ней со своим чемоданом.

— Тебе понравится, — сказал он, когда они оказались на кухне. — В такие трудные моменты доктор всегда говорит своим пациентам, что они должны благодарить Бога. Будучи очень мудрым, Господь дал всем по две почки, хотя знал, что человеку достаточно одной. Таким образом, вторую мы можем отдать тому, кто в ней больше нуждается.

Клара повернулась:

— Прости, но от этой милой сказки мне не легче.

— Это не сказка, — возразил ее муж. — Мне не нужны две почки. Завтра в это время у тебя снова будет собственная работающая почка. Через четыре-пять дней нас обоих выпишут из больницы. Благодаря современным иммуноподавляющим препаратам ты будешь готова заниматься производством лимончелло скорее, чем можешь себе представить.

— Может настать день, когда одна из твоих почек перестанет работать. Тогда ты будешь рад, что у тебя есть вторая.

— Если такое случится, мы найдем для меня донора.

У него на все есть ответ.

— Какова истинная причина всего этого? — не выдержав, спросила Клара.

Его темные глаза заблестели.

— Истинная причина? Их много, но, думаю, меня побудили к действию слова отца Орсини.

— И что он тебе сказал?

— Что тебе сейчас не помешал бы хороший друг. Я осознал, что ты всегда была моим верным другом. Единственным человеком, который заставлял меня поверить в себя, постоянно меня поддерживал, ничего не требуя взамен.

От этого удивительного объяснения у Клары закружилась голова.

Валентино подошел ближе:

— Ты единственная причина, которая делает приятным мое пребывание в Монта-Корренти. Ты знаешь, что произошло, когда мы встретились в тот день на площади.

Да. Она знала. После той встречи он не оставлял ее одну.

— Сейчас у меня появилась возможность воздать тебе сторицей за твою доброту и понимание. — Его руки легли ей на плечи, и по ее спине пробежала приятная дрожь. — Меня все считают эгоистом, — хрипло произнес он. — Это правда, и я очень хочу все изменить. Если моя почка спасет тебе жизнь, значит, я не зря живу на свете. Ты, по крайней мере, подумаешь над этим, пока мы будем в Монако?

Валентино снова поразил ее. Все же она не могла принять от него такую жертву.

— Ладно, — пробормотала она, чтобы положить конец этому разговору. — Ну что, поехали?

Она отстранилась, и Валентино, подхватив оба чемодана, понес их на улицу. Уложив их в багажник, он сходил в дом за аппаратом для диализа.

— Я никогда не была ни на Лазурном побережье, ни в Монако, — сказала Клара, когда они выехали за ворота.

— По пути мы сделаем несколько остановок, чтобы поесть и отдохнуть.

Он ни на секунду не переставал думать о ее комфорте.

— Как далеко находится твоя вилла от того места, где проходят состязания гран-при?

— Ее окна выходят на улицу, которая является главной частью гоночной трассы.

— Конечно, у тебя есть записи, но жаль, что ты не мог смотреть на себя со своего собственного балкона.

Он разразился глубоким грудным смехом, который она так любила.

— Знаешь, piccola, тебе нет цены.

— По крайней мере, там ты никогда не попадал в аварию.

— Откуда ты знаешь? — Он повернул голову в ее сторону.

— Мы с Бьянкой смотрели все гонки с твоим участием и видели все твои аварии. — Всякий раз она умирала от страха.

— Я об этом даже не догадывался, — произнес он серьезным тоном, затем взял ее руку и поднес к своим губам.

— То, что ты все еще жив, настоящее чудо.

— Доктор Римбаунд говорил мне то же самое всякий раз, когда латал меня.

Клара содрогнулась:

— Спасибо, что взял меня с собой.

— Я тоже с нетерпением ждал этой поездки, piccola.

— Даже несмотря на то, что у тебя были другие дела?

— О чем ты говоришь? — возмутился он. — Я твой муж, и мое место рядом с тобой.

Клара часто заморгала, чтобы не расплакаться от избытка чувств.

— Я имела в виду твою встречу с отцом. Как она прошла? Или ты не ездил к нему?

Он вздохнул:

— Я был у него. Благодаря тебе сегодня утром мы поговорили так, как не разговаривали никогда в жизни.

Было очевидно, что произошло что-то очень важное для них обоих. Клара порывисто сжала его твердое мускулистое плечо.

— Это хорошо.

— Ты даже не представляешь насколько.

— Я хочу знать все подробности, — сказала Клара, любуясь его мужественным профилем.

Вечером следующего дня Валентино вышел из офиса своего спонсора и отправился на тренировочную трассу. На открытой трибуне он заметил полдюжины пилотов из его команды, окруживших его прекрасную жену.

— Синьора Казали? — Валентино нравилось так ее называть. Ему доставило огромное удовольствие представлять ее как свою жену. Она отлично держалась, и он гордился ею. — Ребята вам докучают?

— Вовсе нет. — Она ослепительно улыбнулась ему. — Они развлекали меня рассказами о тебе.

Мужчины дружно рассмеялись. Рикко, трехкратный чемпион мира, поднял вверх большой палец:

— Твоя прекрасная супруга так много о тебе знает, что могла бы написать книгу. Я тебе завидую, топ ami. Ты нашел настоящее сокровище.

Быстро поднявшись на трибуну, он сел рядом с ней и, обвив руками ее шею, поцеловал ее в затылок. От ее волос исходил цветочный аромат.

— Как ты смотришь на то, чтобы поужинать на воде?

— С удовольствием, — прошептала она.

Попрощавшись с пилотами, они направились к своей машине. Пока они спускались с трибун, фотографы делали бесценные снимки. Доехав до гавани, они пешком пошли к пристани.

— Я подумал, тебе понравится в современном бистро во французском стиле.

— Посмотрим.

Огоньки яхт отражались в колышущихся волнах и плясали в ее глазах.

Когда они зашли в бистро и сели за столик, Клара улыбнулась Валентино:

— Я не знаю французского. Тебе придется делать заказ за нас обоих.

— Здесь готовят отличные эскалопы из телятины с грибным соусом. С ними я обычно заказываю мадеру.

Сделав заказ, Валентино поднялся:

— Давай потанцуем.

— Я давно уже не делала этого.

Он взял ее за руку:

— Возможно, этот предлог сработал бы много лет назад, но сейчас ты моя жена. Мне все равно. — Он улыбнулся. — Мы просто постоим, обнявшись.

— Тино...

Ему нравилось, когда она краснела. Пока он наслаждался этим моментом, она несколько раз плавно покачнулась, увлекая его за собой. Они растворились в музыке. Он не помнил, когда в последний раз получал такое колоссальное удовольствие.

— Нас ждет ужин, — напомнила ему Клара. Валентино неохотно отпустил ее и повел назад к их столику.

— В следующий раз не скромничай. Ты прекрасно танцуешь.

— Мы с Бьянкой много практиковались.

Не в силах устоять, он поцеловал ее в губы.

Когда они покинули ресторан и сели в машину, Валентино по просьбе Клары прокатил ее по улицам, где проходила трасса «Формулы-1», и показал ей дворец Гримальди. Она выразила желание побывать в казино, но он сказал, что на сегодня с нее достаточно, и отвез ее на свою виллу в стиле ампир.

Клара быстро приняла душ и легла в постель. Она заснула, едва ее голова коснулась подушки. Валентино забеспокоился. Наверное, она переутомилась, хоть и не подавала виду. Впредь он будет внимательнее.

Последние сорок восемь часов он избегал разговоров о ее болезни и своем донорстве. Эта стратегия принесла свои плоды. Сегодня Клара была более спокойной и беспечной, чем обычно. Постепенно они оба привыкали к тому факту, что они теперь муж и жена. С того самого момента, как Валентино попросил у родителей Клары ее руки, он был абсолютно уверен в правильности своего решения. Эта уверенность его удивляла.

Подключив Клару к аппарату, он достал ноутбук и открыл свой электронный почтовый ящик. Среди писем из офиса «Виолетта рапидита» было послание от Изабеллы. Он открыл его с замирающим сердцем, так как боялся, что оно содержит плохие новости.

«Fratello mio, я не знаю, как долго ты еще собираешься оставаться в Монако. Я подумала, лучше тебе сразу сообщить, что здесь происходит. Я не хочу, чтобы по возвращении в Монта-Корренти ты наткнулся на тетю Лизу и узнал все от нее.

Итак, во-первых, мы с Лиззи объединились, потому что нам обеим надоела вражда между папой и тетей. Папа нас поддерживает. Больше всего на свете он хочет воссоединения семьи. После вашего разговора на днях он заявил, что с секретами покончено. Он сказал нашим кузинам, что ты ему не родной сын, но он считает тебя родным и любит не меньше, чем нас с Кристиано».

Валентино провел ладонью по лицу.

«Во-вторых, Лиззи в июне выходит замуж и послала приглашения Алессандро и Анжело. Я знаю, ты злишься на меня за то, что я с ними связалась, но разве без них возможно воссоединение семьи?

Она очень надеется, что они приедут. Я тоже. Пожалуйста, перестань на меня злиться. Жизнь слишком коротка, ты так не считаешь?

Мы обязательно поговорим, когда ты вернешься.

С любовью,

Иззи».

Валентино не мог не согласиться с сестрой. Когда он думал о Кларе, жизнь действительно казалась ему слишком короткой. По сравнению с ее болезнью даже проблемы его семьи казались ему пустяковыми.

Он тупо уставился в пустоту. Перед тем как ответить на письмо Изабеллы и сообщить ей о своих планах, ему нужно было связаться с доктором Арно и все ему объяснить. Ситуация была близка к критической.

Глава 10

Неделю спустя Клара рано утром поехала на ферму, чтобы провести день со своей семьей. Ее муж еще спал.

После того как она сказала Валентино, что не позволит ему отдать ей почку, их отношения изменились, и это ее тревожило. Похоже, ее отказ убил желание, которое он до этого к ней испытывал.

Он был образцовым мужем и хорошо о ней заботился, но больше не пытался обнять ее в постели. Причина явно заключалась не только в опасениях за ее здоровье, по которому могла нанести последний удар нежелательная беременность. К ее разочарованию, она не знала, что было у него на душе.

После их возвращения из Монако она разговаривала с доктором Арно. Он понял, почему она не позволила Валентино стать ее донором, и заверил ее, что продолжит искать для нее подходящий орган. Она старалась думать о хорошем, но ей не давала покоя одна мысль. Валентино прилагал все усилия, чтобы ее жизнь была близка к нормальной, но ничего не получал взамен. Возможно, именно этим объяснялась его некоторая отстраненность. Даже святой не выдержал бы так долго.

— Думаю, ты должна взять инициативу в свои руки, — посоветовала ей Бьянка, когда они купали Паолито.

— У тебя есть конкретные предложения?

— Да. На обратном пути купи себе сексуальное белье в магазинчике на Виа Романа. Лучше черное кружевное. В нем ты будешь великолепна. Завтра утром встань пораньше, уложи волос по-другому и используй другие духи. Затем ляг рядом с ним и жди, когда он проснется. Дальше все получится само собой.

— Тогда он наконец поймет...

— Что ты безумно в него влюблена.

Клара кивнула. В этот момент в ванную вошла их мать.

— Клара, я слышала, как звонил твой мобильный. Пойди посмотри, вдруг что-то важное. Если это Валентино, скажи ему, чтобы приезжал к нам на обед. Я готовлю его любимые каннеллони.

Сестры заговорщически улыбнулись друг другу.

— Я скажу ему, — заверила Клара мать, после чего быстро спустилась вниз.

Взяв с кухонного стола свою сумочку и достав из нее мобильный телефон, она проверила, кто ей звонил. Когда она увидела имя доктора Арно, ее сердце подпрыгнуло. Он оставил ей голосовое сообщение.

«Клара! Тебе нужно как можно скорее ехать в клинику. Неожиданно появилась подходящая почка. Ничего не ешь и не пей. Когда приедешь, персонал сразу начнет тебя готовить к операции».

Дрожащими пальцами она набрала номер Валентино.

— Piccola? — ответил он после третьего звонка. — С тобой все в порядке?

В его голосе, как обычно, слышалась тревога за нее. Как же она его любила!

— Да. Ты сейчас где?

— Собираюсь идти в ресторан. Почему ты спрашиваешь?

— Я еду за тобой. Нам нужно срочно отправляться в Рим. Появился донор!

— Grazie a Dio, — произнес он после продолжительной паузы. Его голос дрожал. — Я соберу твои вещи и буду ждать тебя за воротами. Только прошу тебя, не гони. Если с тобой что-то случится, мое сердце не выдержит.

— Ничего не случится. Обещаю. — Разорвав соединение, она позвала: — Мама!

— Я стояла за тобой и все слышала. Должно быть, кто-то умер, зато теперь моя драгоценная Клара будет спасена. — Она зарыдала. — Езжай, bambina! Каждая секунда на счету. Мы с отцом приедем в клинику сразу, как только сможем.

Клара была благодарна человеку, который при жизни дал согласие на использование своих органов для трансплантации. Он стал для нее настоящим ангелом, и она будет за него молиться.

Шесть часов спустя в палату Клары вошла медсестра.

— Все уже готово, синьора Казали. У вас есть две минуты, прежде чем вас повезут в операционную.

Кивнув, Клара окинула взглядом своих родных, собравшихся вокруг нее. Сильвио никак не проявлял свою неприязнь к Валентино, что было хорошим знаком.

В конце концов ее взгляд задержался на ее муже, который казался на удивление спокойным.

— Ты очень смелая. Все будет хорошо.

— О Тино...

— Я буду с тобой каждую секунду.

— Я знаю, — произнесла она дрожащим голосом.

— Когда ты проснешься, у тебя начнется новая жизнь. — Наклонившись, он коснулся губами ее губ. В этом поцелуе было благословение.

После того как Клару увезли в операционную, Валентино обратился к ее родным:

— Доктор Арно говорит, можно будет навестить только завтра после десяти вечера. Все это время можете заниматься своими делами. Я побуду здесь и как следует высплюсь.

Мать Клары обняла его:

— Отдыхай. Ты заслуживаешь этого как никто другой. Увидимся завтра вечером.

Во время своей спортивной карьеры он несколько раз попадал с переломами на операционный стол, но это было другое дело. Он был рад, что одну из его почек поместят внутрь тела Клары. Между ними с детства существовала особая связь. Отныне эта связь будет еще более прочной. Неразрывной. Вечной.

Клара постепенно приходила в себя. Открыв глаза, она обнаружила, что находится в другой палате и незнакомая медсестра измеряет ей давление и пульс.

— Хорошо, что вы проснулись, синьора Казали.

— Который час?

— Полночь.

— Не могу поверить, что прошло девять часов.

— Как вы себя чувствуете?

— Странно.

— Странно это хорошо.

— Где мой муж?

— Скоро вы всех сможете увидеть. А сейчас расслабьтесь. Пусть лекарства делают свое дело.

Благодаря анестетикам, вводимым внутривенно, Клара не чувствовала боли, но вид огромного аппарата рядом с кроватью тревожил ее.

— Что-то не так с трансплантатом?

Пожилая женщина улыбнулась:

— Разве вы не слышали, как доктор Арно недавно сказал вам, что все прошло хорошо?

— Нет. Но почему здесь находится аппарат для диализа?

— Это на случай, если ваша новая почка не заработала бы сразу. — Она дала Кларе несколько таблеток и стакан с водой. — Всего несколько маленьких глотков. Завтра вы сможете пить. Если все будет хорошо, возможно, вам даже разрешат немного поесть. У вас есть ко мне какие-нибудь вопросы?

— Нет, но я бы хотела видеть своего мужа.

— Я пойду спрошу доктора, когда к вам будет можно пускать посетителей.

— Спасибо.

Как только медсестра ушла, Клара задремала. Когда знакомый голос позвал ее по имени, она открыла глаза.

— Здравствуйте, доктор. Мне сказали, что все прошло хорошо.

Он широко улыбнулся:

— Да, это так. Тебе очень повезло.

Она кивнула:

— Мне нужно поблагодарить стольких людей. В первую очередь вас.

— Нет, не меня. Без донора операция была бы невозможна.

— Я знаю.

— Перед встречей с родными ты не хочешь увидеться со своим донором?

— Увидеться? — изумленно произнесла она. — Но мы с мамой думали... что он умер?

— Нет. Твой донор жив и прекрасно перенес операцию. Он очень хочет увидеть человека, которому отдал свою почку. Мы можем ненадолго привезти его сюда.

Клара была в замешательстве. Ей предстояло встретиться с альтруистом, добровольно отдавшим ей свою почку. Она не понимала такой жертвы. Не знала, какие слова должна сказать человеку, подарившему ей жизнь.

Дверь открылась. При виде мужчины в инвалидном кресле на глаза Клары навернулись слезы. Когда он приблизился, она смогла разглядеть черты своего спасителя.

Им оказался ее любимый муж.

— Почему ты это сделал, Тино?

— Неужели ты до сих пор не поняла? — Его карие глаза светились. — Я люблю тебя, дорогая. Я был влюблен в тебя с детства, но не осознавал этого.

Когда она услышала этот глубокий бархатный голос, по ее щекам потекли слезы.

— Я тоже всегда тебя любила, Тино. Но что, если однажды тебе понадобится почка, которую ты отдал мне?

— Тогда я отдам ему свою, — произнесла женщина, которая везла кресло.

Клара подняла глаза и узнала в ней сестру Валентино.

— Изабелла...

— Да. — Та улыбнулась. — А если почка понадобится мне, Кристиано поделится со мной. Потому что благодаря тебе, Клара, наш брат наконец обрел свое счастье. Теперь Россетти и Казали одна большая семья.

Валентино переодевался перед выпиской из больницы. После завтрака доктор Арно сообщил им с Кларой, что сегодня они смогут отправиться домой. В течение часа больничный пикап должен был отвезти их в Монта-Корренти.

Надевая брюки и спортивную рубашку, он услышал голос Клары, зовущей его. Выйдя из ванной, он обнаружил, что она стоит у его кровати.

— Посмотри! — Она закружилась перед ним. Никаких трубок и катетеров. На ней был тот же наряд, что и в день их поездки в Монако. Она выглядела потрясающе. Ее зеленые глаза искрились. — Больше никакого диализа!

Это была лучшая новость, которую он когда-либо слышал. Подойдя ближе, он осторожно обнял ее, чтобы не задеть заживающие швы.

— Я рад, что кому-то пригодился, — пошутил он, чтобы скрыть эмоции.

— О Тино, я так счастлива и безумно в тебя влюблена! — Она приподнялась на цыпочках и поцеловала его в губы. Им не терпелось заняться любовью, но доктор Арно сказал, что придется подождать две недели. Валентино не знал, сможет ли продержаться так долго, но здоровье Клары было для него на первом месте.

Также доктор прописал им пешие прогулки и специальные упражнения и запретил на три недели водить автомобиль и поднимать тяжести.

— Синьор Казали? Синьора? Машина ждет вас у южного входа. — Медсестра вкатила два кресла.

— Нам обязательно в них садиться? — спросила ее Клара.

— Таковы правила.

— Хорошо, — пробормотала она, усаживаясь в одно из кресел.

Валентино сел в другое и взял ее за руку. Заглянув в его улыбающиеся глаза, она рассмеялась. Этот звук наполнил его сердце радостью, какой он не знал никогда в своей жизни.

В машине они сидели друг напротив друга. Валентино очень хотелось заключить жену в объятия, но, поскольку это было невозможно, он вместо этого пересказал ей содержание электронных писем Изабеллы. По ее мнению, его сестра и Лиззи правы — между членами одной семьи не должно быть вражды и недопонимания. Валентино знал, что ради Клары также должен наладить отношения с Сильвио. Ему придется над этим поработать.

— Тино? — произнесла она некоторое время спустя. — Прости, что прерываю ход твоих мыслей, но, по-моему, водитель едет не туда. Ему следовало повернуть на север.

— Это в том случае, если бы мы направлялись на виллу.

— Но разве мы едем не на виллу?

— Нет, в другое место.

Клара нахмурилась:

— В твой старый дом на озере?

— Нет, — протянул он.

— На ферму?

— Да, на ферму, но не к твоим родителям.

Красивые глаза Клары округлились.

— Ты купил ферму Брунелло...

Его губы дернулись.

— С того дня как мы ее осмотрели, она известна как ферма Казали.

— О, дорогой...

Впереди показался дом, и Клара начала вертеть головой по сторонам.

— Здесь, наверное, с дюжину грузовиков. Все мои родные тут! А это чья машина?

— Изабеллы. Она привезла папу. Он не сможет остаться надолго, но он приехал, потому что любит тебя.

— Я тоже его люблю и уважаю, Тино. Он воспитал тебя, как родного сына.

Валентино было приятно это слышать. Она говорила искренне, и он поверил ее словам.

— Все они собрались, чтобы отпраздновать нашу свадьбу, поскольку мы не смогли это сделать в день церемонии. Добро пожаловать домой, inamorata.

Клара закрыла лицо руками, и он услышал тихие всхлипывания. Его жена не смогла сдержать эмоций.

Машина остановилась, и дверца открылась. К своему большому удивлению, Валентино вместо шофера увидел Сильвио. Тот выглядел неуверенным, и Казали решил ему помочь.

— Почему бы тебе не отвести Клару в дом, пока я поговорю с шофером? — Расстегнув ремень безопасности, он быстро покинул машину, чтобы брат и сестра немного побыли наедине.

— Клара, это тебе. — Бьянка протянула сестре яркий сверток.

— Еще подарок? Спасибо.

— Только не позволяй Валентино его открыть, — прошептала она, затем поцеловала Клару в щеку и направилась к выходу вслед за их матерью.

Все гости ушли, но Клара по-прежнему сидела на диване в гостиной. Она испытывала глубокое удовлетворение. Сегодня она отвела душу, лакомясь едой, которая была ей противопоказана во время болезни. На кофейном столике перед ней лежала груда свадебных подарков. Ей очень хотелось их открыть, но она слишком устала и решила сделать это завтра.

Она знала — Валентино тоже устал. Ведь они оба только что вышли из больницы. Некоторое время назад она видела, как он вышел на улицу вместе с Сильвио. Ей не терпелось узнать, о чем они разговаривали. Ее муж долго не возвращался. Возможно, это хороший знак, но все же ему следовало отдохнуть. Он слишком много времени провел на ногах.

Взяв подарок Бьянки, она поднялась в спальню, которую, как и остальной дом, после их прошлого приезда сюда было не узнать. В интерьере преобладал кремово-белый цвет. Все кругом сверкало. Валентино приобрел пока лишь самые необходимые вещи, чтобы потом она выбрала все остальное на свой вкус.

— Покупай что хочешь, чтобы сделать этот дом нашим, — сказал он ей сегодня, отведя ее в сторону.

Ее муж был прекрасным человеком, и она любила его больше жизни.

Приготовившись ко сну, Клара открыла подарок. В коробочке лежала черная атласная ночная рубашка с кружевной отделкой. Через девять дней она обязательно ее наденет. Спрятав ее в ящике комода среди белья, Клара легла в постель.

Через минуту в спальню вошел Валентино.

— У нас небольшая проблема, piccola.

Ее охватило беспокойство.

— Это как-то связано с Сильвио?

— Нет. Представляешь, он поблагодарил меня, после чего мы начали говорить о делах. Я сказал ему, что ничего не смыслю в фермерстве и мне будут нужны консультации знающего человека. Он предложил свою помощь. Не думал, что мы с ним когда-нибудь придем к согласию.

Клара довольно вздохнула:

— Я тоже. Ложись в постель.

— В этом-то вся и проблема. В больнице я бы продал душу дьяволу, чтобы тебя обнять. Сейчас, когда я могу наконец к тебе прикоснуться, мне это не кажется хорошей идеей. Я боюсь не сдержаться.

— Не бойся. Мы оба слишком устали.

— Меня это вряд ли остановит, — пробормотал он, направляясь в ванную.

— На мне тот же халат, что я носила на вилле.

— Думаешь, он тебя спасет? — крикнул он из ванной. — Ты хоть представляешь, как соблазнительно выглядишь, когда застегнута на все пуговицы? Ты могла бы повесить на себя знак с надписью: «Осторожно: снятие этого халата грозит нарушителю сердечным приступом».

Клара так громко рассмеялась, что у нее заболели швы.

Когда Валентино наконец забрался под одеяло, он протянул руку и нежно провел по ее руке. Вдруг его пальцы наткнулись на повязку, и он отстранился.

— Теперь я знаю, зачем доктор Арно оставил эту штуковину. Он очень мудрый. Тебе еще некоторое время ничего не угрожает.

— Ti ато, — прошептала она в ответ.

— Что ты думаешь, папа? Ты у нас настоящий знаток вин.

Валентино отвез Клару в клинику на осмотр, после чего заехал в ресторан, чтобы угостить отца лимончелло. Лука сделал еще глоток:

— Очень необычный вкус.

— Ты считаешь, этот ликер достаточно хорош, чтобы включить его в меню «Розы»?

Лука пристально посмотрел на сына:

— Не знал, что ты пристрастился к лимончелло.

— В последний месяц я пристрастился к нескольким вещам.

Отец улыбнулся ему:

— Женитьба определенно пошла тебе на пользу. Я всегда знал, однажды ты найдешь свое счастье. Ты относишься к тем немногим счастливцам, которые влюбились в лучшую подругу и женились на ней. У меня такое ощущение, что ваш брак продлится до конца жизни. Это такая же большая редкость, как ликер, который мы сейчас пьем. — Он поднял бокал, понюхал его содержимое, после чего выпил залпом.

— Ты нашел правильное слово, папа, — сказал Валентино. Его жена действительно редкость.

— Кто его производит? Он не похож на лимончелло из Сорренто. Он слаще.

— Твой вкус никогда тебя не подводил. Его готовят здесь.

— Я так и думал. — Лука поерзал на стуле. — Я знаю этих людей?

— Да, достаточно хорошо.

— Как называется их марка?

— «Лимончелло Клариссима».

Его отец часто заморгал.

— Красиво и необычно. Напоминает о твоей жене. Надеюсь, что Клара однажды подарит тебе ребенка. Я абсолютно уверен — из тебя получится отличный отец.

К горлу Валентино подступил комок.

— Если такое чудо произойдет и у нас будет сын, мы назовем его Лукой в твою честь.

Пожилой мужчина смущенно прокашлялся:

— Где, ты сказал, живут эти люди?

Ситуация начинала забавлять Валентино.

— Здесь, в Монта-Корренти.

— Почему бы тебе не привести их завтра в ресторан? Возможно, мы включим их ликер в меню на испытательный срок. Разумеется, я не могу ничего гарантировать.

— Конечно, — ответил Валентино.

Он не мог дождаться, когда вернется на ферму и сообщит Кларе эту прекрасную новость. Сегодня заканчивался период томительного ожидания. Наконец у них будет настоящая брачная ночь. Его отец дал ему возможность сделать Кларе свадебный подарок, который она никогда не забудет.

— Твоя идея насчет привлечения туристов мне тоже нравится. Думаю, нам надо попробовать.

Обрадованный, Валентино расцеловал отца в обе щеки, после чего забрал лимончелло и вышел из ресторана. В бутылке осталось совсем немного ликера, но им с Кларой этого хватит, чтобы отпраздновать начало новой жизни.

Доехав до клиники, он сразу направился в отделение диализа.

— Клары здесь нет, — предупредила его медсестра в приемной. — Она сказала мне, что будет ждать вас в ресторане отеля «Сан-Галло».

— Grazie.

Валентино был разочарован. Уж лучше бы они сразу поехали на ферму. «Сан-Галло» был лучшим пятизвездочным отелем в Монта-Корренти, но в это время года там всегда было полно народа.

— Buongiorno, синьор Казали, — поприветствовал его метрдотель. — Поздравляю вас со свадьбой. Я могу предложить вам лучший столик у окна с видом на долину.

— Спасибо, но мне сейчас это не нужно. Я ищу свою жену. Она назначила мне встречу здесь.

Метрдотель покачал головой:

— Она не приезжала и не бронировала столик.

Валентино глубоко вздохнул:

— Пойду спрошу консьержа.

Пожилой мужчина за стойкой сообщил ему:

— Синьора Казали в номере сто пятьдесят два. Она вас ждет. Вот ключ.

Валентино схватил электронный ключ и с бешено колотящимся сердцем помчался вверх по лестнице.

— Клара? — позвал он, ворвавшись в номер.

— Саго, — послышался из ванной ее голос, — я думала, ты пробудешь у отца дольше.

— Что случилось? — спросил он.

— Ничего. Со мной все в порядке. Я выйду через минуту.

— Ты покинула клинику, не дожидаясь меня, значит, не все в порядке. — Он подбежал к двери ванной и подергал за ручку, но она была заперта. Тогда он в отчаянии прижался лбом к двери. — Прошу тебя, piccola, не прячься от меня... — Услышав щелчок, Валентино сделал шаг назад, и дверь распахнулась.

Перед ним стояла босая женщина. Кроме сияющих зеленых глаз, ему в ней ничто не было знакомо. Ее лицо обрамляли крупные завитки темных волос. От нее исходил аромат жасмина. Она походила на алебастровую статуэтку в черном атласе и кружеве.

От ее соблазнительной улыбки у него перехватило дыхание.

— Вы можете сами убедиться, что со мной все в порядке, синьор. — Она обвила руками его шею и страстно поцеловала. — Но для начала почему бы вам не избавиться от одежды. Я долгие годы мечтала о вас и теперь хочу, чтобы вы стали реальностью.

Валентино был так потрясен, что не смог произнести ни слова.

— Неужели знаменитый Валентино Казали на деле застенчив и нерешителен? — поддразнила его Клара. — Если так, то у него будут проблемы с его ненасытной женой...

Content

Уинтерз Ребекка Подруга плейбоя

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10