Кинг Люси

Огненные стрелы страсти

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Эмили взяла бокал с шампанским и отпила глоток.

– Должно быть, вы задаетесь вопросом, какого рода девушки выставляют себя на интернет аукционах.

Знай она, что в результате подобных действий можно отправиться с неотразимым мужчиной на его личном самолете на юг Франции, она бы уже давно приняла участие в такой авантюре, наплевав на мнение окружающих.

– Да, я об этом думал, – согласился Люк Гаррисон, открывая портфель.

Откинувшись на спинку бежевого кожаного кресла, Эмили стала наблюдать за тем, как поля и городки в окрестностях Лондона постепенно превращаются в серые и зеленые размытые пятна.

– И к каким выводам вы пришли? – рассеянно спросила она.

– Лучше я промолчу.

– Неужели все так плохо?

Сдержав вздох разочарования, Эмили постаралась не смотреть на красивое лицо и широкие плечи высокого стройного мужчины, сидящего напротив, на его большие загорелые руки, достающие из папки документы. У нее ничего не вышло. Это было все равно, что бороться с притяжением огромного магнита.

– Даже не могу выразить словами, – ответил он, взглянув на нее.

Сердце ее затрепетало. Причиной тому были глаза цвета Средиземного моря летом, сексуальная полуулыбка и глубокий рокочущий голос.

Эмили наморщила носик:

– Я бы на вашем месте мысленно проделала путь от «одиноких» до «расчетливых», сделав остановку на «отчаявшихся». Естественно, я не принадлежу ни к одной из этих категорий, – поспешно добавила она.

– Ну разумеется, – произнес Люк тоном, противоречащим его словам. – А как вы разгадали мои мысли?

Вот черт!

– Просто представила себе, какого рода мужчины интересуются подобными объявлениями, – ответила она елейным голосом.

Люк бросил на нее изумленный взгляд:

– Вижу, к вам вернулся дар речи вместе с язвительностью.

Эмили изобразила на лице подобие виноватой улыбки:

– Все произошло так неожиданно. Я до сих пор не могу прийти в себя.

В тот момент, когда он пожал ей руку при встрече, она оцепенела. По ее телу словно пробежал мощный электрический разряд. Голова закружилась. Ее никогда еще так сильно не влекло ни к одному мужчине, и это немного выбило Эмили из колеи.

– Как часто вы предлагаете незнакомым мужчинам отвезти вас в чужие страны? – спросил Люк, слегка наклонив голову набок.

– Я вообще не предлагаю незнакомым мужчинам отвозить меня куда-либо.

– В таком случае почему вы здесь?

Эмили бросило в дрожь.

– Вы видели мою сестру?

Он кивнул:

– Пугающая женщина.

Это прозвучало как комплимент.

Она нахмурилась:

– Вы даже представить себе не можете насколько.

За четыре часа до этого

– Что ты сделала? – Уронив оладью в чашку с капучино, Эмили резко вскинула голову и уставилась на сестру.

– Я же сказала, что продала тебя на интернет аукционе. – Посмотрев на часы, Анна взяла салфетку и вытерла губы своим маленьким сыновьям близнецам.

Эмили была потрясена. Она сошла с ума? С виду Анна кажется нормальной, но кто знает? Если материнство творит подобное с умной, безупречно выглядящей женщиной, тогда она рада, что приняла решение никогда не иметь детей.

– Понятно. Ты меня продала. По Интернету. Разве не существуют законы, запрещающие это делать?

– Очевидно, нет. Все оказалось на удивление просто, – ответила Анна.

– Ты шутишь, не так ли?

Анна сурово посмотрела на сестру:

– Вовсе нет. Я серьезна как никогда.

Этот взгляд был хорошо знаком Эмили.

– О боже! Ты действительно не шутишь.

– Конечно, нет.

Дыхание Эмили участилось.

– Только не надо впадать в истерику, – посоветовала Анна, протянув ей стакан воды. – Дыши глубже. Если тебе станет от этого легче, я продала не совсем тебя.

Эмили чуть не задохнулась.

– Тогда что ты продала? – спросила она, когда к ней вернулась способность говорить.

Анна пожала плечами:

– Возможность, которая выпадает один раз в жизни. Возможность побыть рыцарем в эпоху равенства полов. Вызволить прекрасную даму из беды.

Что? С каких это пор ее сестра стала такой романтичной?

– Но зачем тебе понадобилось это делать? – Возмущению Эмили не было предела. – Я вовсе не в беде.

– Еще в какой беде. Таможенники объявили забастовку. – Анна красноречиво взглянула на нее.

Только не это!

– Не смотри на меня так! – произнесла Эмили с негодованием.

– Тебе обязательно надо поехать на свадьбу Тома. После вашего разрыва прошло уже больше года, но ты за это время ни разу не была на свидании. Тебе нужно его забыть, а этого не произойдет, пока ты не увидишь на пальце у мерзавца обручальное кольцо. Только тогда ты сможешь начать новую жизнь.

– Да, Том бросил меня и обручился с французской шлюхой, имеющей аристократические корни, но он не мерзавец, – устало возразила Эмили. – Повторяю в миллионный раз: я его уже забыла.

Ее старшая сестра посмотрела на часы.

– Нам нужно идти домой. – Повернувшись, она еле заметным кивком велела бармену приготовить счет.

– Почему? – осторожно поинтересовалась Эмили, отгоняя страшные подозрения.

– Потому что мужчина, выигравший торги, может появиться в любую минуту.

– Что? Прямо сейчас? – ужаснулась девушка.

– Конечно, – ответила Анна, поднявшись. – Свадьба завтра, не так ли? – Эмили не ответила. Она могла лишь тупо смотреть на сестру. – Ты вылетаешь сегодня днем.

– Кто выиграл? – спросила Эмили, когда они шли через пустырь к дому Анны.

– Некто Люк Гаррисон. Он был настроен очень решительно. Не стал долго торговаться, предложил высокую цену.

– Я так рада.

Анна не заметила ее сарказма.

– Я тоже. Кстати, другой претендент, гарантировавший потрясающий секс, тоже был очень настойчив.

Эмили пропустила это мимо ушей.

– И как этот Люк Гаррисон собирается доставить меня во Францию? – произнесла она, с трудом поспевая за сестрой.

– На своем самолете. По моему, неплохо.

– Но у меня есть планы на эти выходные. Я не могу взять и все бросить.

Анна скептически посмотрела на нее:

– Нужно срочно раскрасить какой-нибудь горшок?

Закусив губу, Эмили кивнула.

– Тебе двадцать восемь. Тебе следует ходить на свидания, а не сидеть за гончарным кругом с глиной под ногтями. Горшки ночью в постели не согреют.

Девушка с возмущением посмотрела на сестру:

– У меня есть электрическое одеяло.

Анна не обратила на это внимания. Тогда Эмили попыталась снова:

– Откуда ты знаешь, что у него есть самолет? Может, он псих? Сама посуди, какой мужчина станет предлагать деньги за женщину на интернет аукционе? Он может оказаться похитителем, маньяком – кем угодно. – В ее голосе появились нотки отчаяния.

Анна бросила на нее испепеляющий взгляд:

– Не будь занудой. Я разговаривала по телефону с его матерью и обнаружила, что у нас есть общие знакомые.

У Эмили вытянулось лицо.

– С его матерью?

– Я должна была убедиться, что он нормальный человек. Думаешь, я отправила бы тебя в чужую страну с кем попало?

– Я уже не знаю, чего можно от тебя ждать.

– Мы договорились, что он заберет тебя из моего дома. Я решила на всякий случай проверить его еще раз.

– Он зря потратит время на дорогу, – процедила сквозь зубы Эмили. – Я никуда с ним не полечу.

Остановившись у лестницы, Анна рылась в сумочке, доставая ключи.

– Подумай о благотворительности.

Эмили прищурилась:

– Какой еще благотворительности?

– Деньги, которые заплатил мистер Гаррисон, пошли в фонд по борьбе с материнской смертностью.

У Эмили защемило сердце. Она почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

– Это удар ниже пояса, Анна, – тихо сказала она.

– Я не хотела сделать тебе больно, дорогая. Но я много лет воспитывала тебя, и мне больно смотреть, как ты растрачиваешь впустую свою молодость из-за какого-то неудачника. Ты сделаешь это ради меня?

Эмили колебалась. Она была стольким обязана своей сестре! Анна многим ради нее пожертвовала. Когда через четырнадцать лет после смерти их матери умер отец, Анне пришлось взять на себя заботу о младшей сестре. А Эмили в подростковом возрасте была далеко не подарок.

– Хорошо, – сдалась Эмили. – Если он не псих, я полечу с ним. Я могу взять с собой Дэвида?

– Я не собираюсь одалживать тебе своего мужа. Кроме того, он на конференции в Нью-Йорке.

– Прекрасно. Значит, мне придется одной идти на высоченных каблуках в логово льва.

– Кстати, я уже упаковала твои туфли.

– Какая ты практичная.

Анна наклонила голову:

– Спасибо.

– Это не комплимент.

Но Анна уже не слушала сестру. Она смотрела через плечо Эмили. Ее лицо приняло мечтательное выражение.

– Думаю, это он. Минута в минуту.

Эмили обернулась и увидела мужчину, направляющегося к ним. Он был высоким, широкоплечим и очень привлекательным.

– Если это он, – пробормотала она, любуясь его блестящими на солнце черными волосами, – я, возможно, тебя прощу.

Остальное Эмили помнила смутно. Ее сдержанная и благоразумная сестра хлопала ресницами и хихикала, как школьница, задавая Люку элементарные вопросы. Убедившись, что он холост, платежеспособен и действительно имеет самолет, она без лишних церемоний затолкала Эмили в его машину. Неудивительно, что по пути в аэропорт та не смогла придумать ни одной разумной фразы.

* * *

– Итак, почему вы здесь?

Голос Люка вернул ее к реальности.

– О… ээ…

Эмили не могла сказать ему правду. Признаться, что она едет на свадьбу бывшего жениха, значит, опровергнуть свое заявление о том, что она не является ни одинокой, ни отчаявшейся.

– Один мой друг женится, и Анна почему-то решила, что я должна побывать на его свадьбе, которая состоится неподалеку от Ниццы.

– А воспользоваться услугами коммерческих авиалиний ниже вашего достоинства?

Эмили разозлилась.

– Конечно, человека, у которого есть личный самолет, не волнует такая мелочь, как забастовка таможенников, но для нас, простых смертных, это серьезное затруднение. – Люк виновато посмотрел на нее, и она немного смягчилась. – На рейсы, которые не были отменены, купить билет не удалось. Но я нисколько не расстроилась. – Эмили намотала на палец прядь волос. – У меня были запланированы дела поинтереснее, чем поездка на свадьбу, на которой я не желаю присутствовать.

– Почему вы мне это не сказали до посадки в самолет? Я бы отвез вас домой.

– Я об этом думала, но Анна, скорее всего, велела своим шпионам во Франции следить за каждым моим шагом и обо всем докладывать ей. Она ворвалась ко мне в дом и забрала мой паспорт. Кстати, сестра рассказала мне об аукционе всего за полчаса до вашего приезда, причем сделала это в кафе, чтобы я не смогла ее задушить. – Эмили вздохнула. – Она очень хитра, и я решила сдаться.

– Она приложила массу усилий, чтобы вы попали на свадьбу. Зачем ей это было нужно, если она знала, что вы не хотите ехать?

Эмили неловко пожала плечами. Взгляд Люка словно пронзал ее насквозь.

– В этом вся Анна. До того как отправиться в отпуск по уходу за детьми, она работала в крупной компании. Думаю, ей некуда девать энергию. У вас есть брат или сестра?

– Нет, но у меня есть другие родственники, которые слишком беспокоятся о моем благополучии, так что я могу вам посочувствовать.

– Возможно, нам следует их познакомить. Мы могли бы отправить всех вместе в какую-нибудь параллельную вселенную.

Один уголок рта Люка приподнялся, и Эмили вдруг замерла, пораженная этим зрелищем. Каковы его губы на ощупь? Твердые или мягкие? Что бы она почувствовала, если бы он ее поцеловал? Ее губы начало покалывать, пульс участился. Она представила себе, как Люк прижимает ее к своему сильному, мускулистому телу, ласкает до потери чувств. От этих волнующих образов закружилась голова.

Люк перестал улыбаться, и его глаза потемнели. На его лице промелькнуло что-то, похожее на раздражение. Эмили попыталась взять себя в руки.

– Что конкретно говорилось в объявлении Анны?

– В нем предлагалась редкая возможность побыть рыцарем в сверкающих доспехах. Помочь прекрасной даме, попавшей в беду. Далее упоминались более прозаичные потребности – наличие самолета, загранпаспорта и свободного времени.

Закусив губу, Эмили кивнула, затем нахмурилась:

– Это все?

– Там еще была фотография.

У нее возникло нехорошее предчувствие.

– Фотография? Какая?

– На ней вы были на пляже.

Она похолодела:

– В зеленом бикини?

– Да.

Ее щеки вспыхнули. Этот купальник больше открывал, чем прикрывал.

– Я ее убью, – заявила она.

– Почему?

– Почему? – раздраженно воскликнула девушка. Боже, какое унижение!

– Объявлением заинтересовались больше ста человек.

– Правда? – Это послужило небольшим утешением для ее женского самолюбия, но унижение было сильнее. – Как она могла? – пробормотала Эмили. – Из всех моих снимков выбрать именно этот! Не понимаю, почему она просто не расклеила объявления в телефонных будках?

Люк рассмеялся, а девушка застонала. Все было еще хуже, чем она ожидала. Затем, решив, что лучшая защита – это нападение, Эмили придала своему лицу бесстрастное выражение и посмотрела на Люка:

– Почему вы приняли участие в этом аукционе?

Он опустил глаза и заглянул в свои бумаги, затем пожал плечами:

– По правде говоря, я не знаю.

На его лице что-то промелькнуло. Что это было, Эмили не смогла определить.

– Это было спонтанное решение? – предположила она.

Люк откинулся назад. На его губах по-прежнему играла легкая улыбка, не дававшая ей покоя.

– Наверное, авантюрная сторона моей натуры увидела в этом вызов.

Разве человек, имеющий свой собственный самолет, может быть авантюристом? Эмили покачала головой:

– Простите, но я так не думаю.

– Возможно, меня заинтриговало предложение побыть рыцарем в сверкающих доспехах.

Ну конечно. В это она тоже не верила.

– С самолетом вместо коня?

– И в костюме вместо доспехов.

– Иногда это одно и то же.

Наклонив голову, Люк задумчиво посмотрел на нее.

– Вы правы, – наконец ответил он.

– И с ноутбуком вместо копья, – добавила девушка. – Вот только настоящим рыцарем нельзя стать без замка.

Люк потер подбородок:

– Замка?

– По меньшей мере. Еще лучше – дворца.

– А пентхаус в Мейфэр подойдет?

Эмили сделала вид, будто обдумывает его слова.

– Куча хрома, стали, стекла и бесполезных технических устройств?

Он кивнул:

– Точно.

– В таком случае принимайте мои поздравления. Вы оснащены всем необходимым для того, чтобы стать рыцарем.

– Спасибо. А вы насколько хорошо подходите на роль прекрасной дамы, попавшей в беду?

– Боюсь, что совсем не подхожу. – Она печально улыбнулась. – Ни пышных локонов, ни башни из слоновой кости.

– И надеюсь, никакой злой мачехи. – Его глаза весело искрились.

– У меня нет родителей, – спокойно произнесла Эмили.

Люк посерьезнел:

– Мне очень жаль.

– Не нужно извиняться. Они умерли уже давно.

Ее беспечный тон противоречил тому, что было у нее на душе. За много лет она научилась скрывать свою боль и тоску.

Эмили мило улыбнулась:

– Ладно, давайте оставим рыцарей в покое. Лучше скажите, как часто вы ищете женщин в Интернете? – Судя по мрачному выражению его лица, Люку ее намек не понравился. – Простите. – Эмили слегка покраснела. – Я не имела в виду ничего оскорбительного.

Люк взял ручку и снял с нее колпачок.

– Это неизбежное предположение. Уверяю вас, я не ищу женщин в Интернете.

Разумеется, нет, подумала Эмили. Ему незачем это делать. Они сами на него вешаются. Очевидно, его заинтересовала вовсе не ее фигура.

– Один мой друг прислал мне по электронной почте ссылку на ваше объявление. Мне стало любопытно, и я решил посмотреть. Кстати, мне в любом случае нужно было лететь в Ниццу.

Это слишком странно, чтобы быть правдой. Может, он лжет?

– Мне интересно, сколько вы за меня заплатили?

Люк пристально посмотрел на девушку, и у нее перехватило дыхание.

– В долларах, евро или фунтах?

Эмили не удержалась от улыбки:

– Просто скажите, сколько цифр было в сумме.

– Шесть.

Она чуть не уронила бокал.

– Вы с ума сошли?

– Вполне возможно.

От его тона по ее спине пробежал холодок. Он не шутил. Эмили уставилась на него. Она не давала согласия на путешествие с безумцем, и если он будет продолжать в том же духе, ей придется прыгать с парашютом.

– Зачем вы летите на южное побережье Франции?

– У меня деловые встречи в Монте-Карло… Вы мне не верите?

Эмили оценивающе посмотрела на него:

– Пока не знаю.

Люк схватился за грудь, словно ему было больно.

– Вы меня ранили в самое сердце. А вот ваша сестра поверила мне на слово.

Эмили прищурилась:

– После того как Анна стала матерью, у нее помутился разум.

– Вы более осторожны?

– Возможно, – пробормотала она, отводя взгляд.

Ей не хотелось продолжать этот разговор, и она, рассеянно поигрывая локонами, задумалась.

Да, наверное, она стала более осторожной. Пять лет рядом с одним мужчиной – это очень долгий срок. За последний год, проведенный в одиночестве, Эмили утратила навыки общения с мужчинами. Кроме того, она думала, что хорошо знает своего жениха, но оказалось, что совсем его не знает.

Возможно, Анна права и ей нужно поставить точку в этой истории. Отказываться от личной жизни в двадцать восемь лет ненормально.

По крайней мере, ее реакция на Люка доказала, что она по-прежнему может испытывать сексуальное желание.

Эмили украдкой взглянула на него. Он быстро просматривал документ, делая заметки на полях и что-то подчеркивая. Его длинные загорелые пальцы скользили по страницам, словно лаская их.

Ее взгляд скользнул вниз по его шее и задержался на темных волосках на груди. Эмили пришлось стиснуть кулаки, чтобы не потянуться к нему и не расстегнуть рубашку.

– Я не могу сосредоточиться на отчете, пока вы так на меня смотрите.

Эмили замерла. О боже! Он поймал ее с поличным. Она подняла голову, ожидая увидеть насмешливый блеск в его глазах, но они по-прежнему были опущены. Это было еще хуже: Люк Гаррисон не видел, а чувствовал, как она пожирает его взглядом. Густо покраснев, Эмили похлопала себя ладонями по щекам и прокашлялась, чтобы подавить стон разочарования.

– Вам налить воды? – спросил Люк, не отрываясь от своих бумаг.

– Не беспокойтесь, я сама себе налью. – Следует немного отвлечься. Небольшая прогулка поможет ей успокоиться. – Я не хочу вас отвлекать, – добавила Эмили, поднимаясь.

Прежде она никогда не путешествовала с таким комфортом. Никакой очереди у регистрационной стойки. Никаких багажных полок над головой и неудобных сидений.

И плюс ко всему соблазнительный попутчик, сидящий напротив.

Эмили бросило в жар.

– Хотите чего-нибудь? – предложила она, доставая из холодильника бутылку с водой и наполняя стакан.

Засунув руку в задний карман джинсов, она отпила глоток, наклонилась и посмотрела в иллюминатор на бескрайнее лазурное небо.

– Нет, спасибо. Вы опять меня отвлекаете.

Она стояла к нему спиной, но тем не менее ощущала на себе его обжигающий взгляд.

– Нет, – спокойно ответила она. – Это вы за мной наблюдаете.

После небольшой паузы Люк сказал:

– Я же сказал, что вы меня беспокоите.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Эмили словно кипятком обдало. Ей это не послышалось? Выпрямившись, она повернулась, не зная, что сказать.

Люка в кресле не было. Он стоял у факса и разбирал страницы. Изза шума моторов она не слышала его шагов.

Эмили глубоко вдохнула:

– Правда?

– Что? – спросил Люк, не отвлекаясь от факса.

– Я вас беспокою?

– Вовсе нет. – Он ослепительно улыбнулся ей. – Чувствуйте себя как дома. Угощайтесь. Можете брать все, что хотите.

Эмили пожала плечами. Должно быть, она неправильно его поняла. Девушка вернулась в свое кресло и стала наблюдать за тем, как он достает из аппарата еще один документ. Люк закатал рукава, обнажив сильные загорелые запястья и предплечья, и у нее пересохло во рту.

Обычно Эмили была равнодушна к этим частям мужского тела, но увиденное заставило ее изменить свое мнение. Ей захотелось провести ладонями по его рукам. Его длинные пальцы поигрывали ручкой, в то время как он просматривал новый доклад. На этот раз он читал не так быстро и не сделал ни одной пометки на полях. Эмили не сомневалась, что его мысли далеко.

Люк поднялся и направился к холодильнику, чтобы налить себе воды.

– Почему вы не хотите чего-нибудь покрепче? – спросила Эмили, когда он вернулся.

– Сегодня после обеда у меня важные встречи.

– Вы благоразумный человек. Но, с другой стороны, кто же организует встречи в пятницу после обеда? Это уже практически выходные.

– У меня клиенты в Монте-Карло. А выходные начнутся только завтра.

– Чем вы занимаетесь?

– Я управляю фондами.

– Как интересно.

Люк улыбнулся:

– А вы что-нибудь в этом понимаете?

– Я знаю обо всем понемногу.

– Например, о чем?

– О том, что мужчины вроде вас могут потратить десять тысяч фунтов на коктейль. – Эмили улыбнулась, давая ему понять, что шутит.

Он нахмурился:

– Некоторые могут, но ко мне и моим людям это не относится. У моих сотрудников нет на это времени. Кроме того, они не хотят, чтобы их уволили.

Эмили внутренне содрогнулась. Он не только чертовски привлекателен, но и безжалостен. Опасное сочетание.

Внезапно он одарил девушку ослепительной улыбкой, от которой кровь забурлила в ее жилах.

– Я предпочитаю тратить деньги на спасение прекрасных дам.

– Хотите сказать, что есть и другие дамы? – Эмили постаралась скрыть свое любопытство.

– В данный момент нет. А как насчет вас? Чем вы занимаетесь?

– Всем понемногу. – Глядя на его удивленное лицо, она улыбнулась. – Я временный секретарь. В данный момент не работаю.

Тут люди обычно либо усмехались, либо говорили Эмили о необходимости серьезной карьеры.

Люк откинулся на спинку кресла.

– Что побудило вас выбрать такой род занятий?

Девушка пришла в замешательство. Судя по тону, его интерес был искренним. Большинство людей думали, что она работает временным секретарем, поскольку не нашла более подходящего места. На самом деле Эмили даже не собиралась искать другую работу, так как эта ее полностью устраивала.

– Мне нравится гибкий график. Благодаря ему у меня достаточно свободного времени, и я могу делать то, что хочу.

Люк смотрел на нее так, словно она говорила на непонятном ему языке.

– Например?

– Общаться с сестрой и ее сыновьями близнецами, навещать друзей, заниматься гончарным делом.

– Гончарным делом?

– Да, леплю горшки. Это мое хобби.

– У вас хорошо получается?

– Понятия не имею. Я занимаюсь этим ради забавы.

Честно говоря, в ее ответе была лишь часть правды. Она с удовольствием зарабатывала бы себе этим на жизнь, но подозревала, что до настоящего мастерства ей еще очень далеко.

– Работа в качестве временного секретаря – это всего лишь возможность оплачивать счета. Кстати, я одно время заменяла секретаря у управляющего фондом.

– Правда? В какой компании?

– «Джей Ти инвестментс». Вы о ней слышали?

Люк кивнул:

– Я знаком с ее исполнительным директором.

– Джеком Тэйлором? Я никогда с ним не встречалась. А работа была интересная. Я люблю разнообразие. Мне нравится знакомиться с новыми людьми, получать новые навыки, не имея необходимости вникать в офисную политику. Но любая работа со временем надоедает. Когда мне становится скучно, я начинаю подыскивать другую. Это здорово. – Эмили улыбнулась Люку. Он по-прежнему не понимал ее, но это было нормально. Большинство людей ее не понимали. – Вы уверены, что не хотите прочитать мне лекцию о том, как плохо быть временным сотрудником? О том, что в моем возрасте уже следовало бы мчаться вверх по карьерной лестнице?

– Зачем мне вас осуждать, если то, чем вы занимаетесь, доставляет вам удовольствие? – Он слегка нахмурился, словно ему это было незнакомо. – Кроме того, это не мое дело.

Эмили фыркнула:

– Большинство людей это не останавливает.

Люк задумчиво посмотрел на нее.

– Я знаю… Мне самому приходится испытывать нечто подобное. – В его голосе слышались горечь и усталость.

– Правда? И какого рода нравоучения читают вам?

Некоторое время он молча смотрел на Эмили, заставляя ее сердце учащенно биться.

– Мне говорят, что я должен больше развлекаться, – наконец ответил Люк с сарказмом. – Что я слишком много работаю.

– Это так?

– Наверное.

– Почему? – спросила Эмили, понимая, что ступает на опасную территорию.

– Привычка, – бросил он.

– Как вы обычно отдыхаете?

– Отдыхаю? – Его брови сошлись вместе.

– Вы прекрасно понимаете, о чем я говорю. Что вы делаете в свободное время?

– У меня нет свободного времени.

– А как насчет развлечений?

– Если бы я нуждался в развлечениях, то без труда нашел бы их.

Его обжигающий взгляд скользнул по ее лицу, прежде чем задержаться на губах. Эмили бросило в жар. Глаза Люка приобрели цвет полуночного неба, мышцы лица напряглись, словно он думал лишь об одном – о желании, которое она у него вызывала. Мгновение спустя его лицо снова стало бесстрастным.

Но Эмили все поняла: он не прочь развлечься с ней.

Пилот объявил, что они идут на посадку.

Пульс ее зачастил. Проблема заключалась в том, что после приземления их пути разойдутся и с этим ничего нельзя будет поделать.

«Следовало оставить ее в чертовом аэропорту», – мрачно подумал Люк, протянув носильщику хрустящую банкноту, после чего тот удалился с чемоданом Эмили.

Это было бы логично и разумно. Вот только логика и здравый смысл покинули его несколько часов назад.

– Вы уверены, что это то самое место? – спросила Эмили, глядя на отель.

– Да, – отрывисто бросил Люк.

Сестра забронировала ей номер в одном из самых старых и роскошных отелей на побережье.

– Посмотрите на это место и на меня, – произнесла она жалобным тоном.

Не задумываясь о последствиях, Люк окинул взглядом ее фигуру. Волнистые светлые волосы девушки были перехвачены широким шарфом, концы которого струились по спине. На ней были розовая футболка в обтяжку и линялые джинсы, подчеркивающие упругие ягодицы. Люка охватил огонь желания, когда его взгляд устремился вниз по ее длинным ногам и задержался на яркорозовых ногтях, выглядывающих из босоножек на высоком каблуке.

– Меня не пустят туда в джинсах, будь они даже откутюр.

– Вы поселитесь в номере за пятьсот евро, – сказал Люк. – Никто не станет обращать внимание на вашу одежду.

Эмили уставилась на него широко распахнутыми глазами.

– Пять сотен евро за одну ночь?

– Вы не ослышались, – ответил он, взяв ее за локоть и провожая в вестибюль. – Так что постарайтесь получить максимум удовольствия.

– Я так и сделаю, – заявила Эмили с озорной улыбкой. Чем раньше он уйдет, тем лучше. – Я опустошу минибар и буду смотреть непристойные фильмы, чтобы Анна проклинала тот день, когда решила выставить меня на аукционе.

Непристойные фильмы? Стиснув зубы, Люк заторопился. Он должен как можно скорее уйти. Лучше всего прямо сейчас. Пока желания, завладевшие им с момента их встречи, не подчинили его себе.

Доведя Эмили до регистрационной стойки, он сделал шаг назад и какое-то время смотрел на девушку.

Затем заметил, что ее соблазнительные розовые губки шевелятся, и сообразил, что она обращается к нему.

– Спасибо, что выручили. – Эмили очаровательно улыбнулась.

– Не за что. Нам в любом случае было по пути. Желаю хорошо провести выходные.

По ее лицу пробежала тень, глаза затуманились.

– Я постараюсь. Желаю вам того же.

Отрывисто кивнув, Люк развернулся на каблуках и направился к выходу. К нему постепенно возвращался здравый смысл, который он потерял в тот самый миг, когда увидел фото Эмили. Он возбудился при виде фотографии, словно был подростком с разыгравшимися гормонами, а не хладнокровным, уверенным в себе мужчиной. Для человека, которому нравилось держать все под контролем, последние несколько часов оказались мучительным испытанием.

– Люк? – послышалось сзади.

«Ты ничего не слышал, – сказал он себе. – Не останавливайся».

– Люк!

На этот раз голос прозвучал прямо у него за спиной. Он был чуть хрипловатым и в то же время мягким, как бархат. Люк даже не подозревал, что его имя может звучать так красиво.

Резко обернувшись, он увидел Эмили, стоящую в футе от него.

– Да?

– Вы не хотите пойти со мной на свадьбу?

Когда Люк напрягся и побледнел, Эмили пожалела о том, что поддалась импульсу и побежала за ним. Не следовало его приглашать. Однако ее неожиданно охватило странное чувство, что она больше никогда его не увидит. Что он найдет предлог, чтобы не сопровождать ее в воскресенье в Лондон. И не поможет ей вытерпеть пытку – свадьбу Тома.

Но, судя по бесконечной череде звонков, которые он принимал по дороге из аэропорта в отель, Люк очень занят. Зачем ему тратить свое драгоценное время на нее?

Люк собирался отказаться от ее предложения. За эти выходные ему нужно было просмотреть целую кипу аналитических отчетов и сведений с фондовой биржи. Кроме того, он уже несколько лет не посещал свадьбы и не собирался начинать снова. Если Эмили все это спланировала, она ошиблась в выборе кандидата на роль спутника.

Прищурившись, он наблюдал за ней. Покусывая нижнюю губу, девушка наматывала на палец светлый локон, ее зеленые глаза блестели. Его тело словно пронзила огненная стрела – как до этого в самолете. Люк подавил очередной порыв желания.

В тот момент, когда он открыл рот, чтобы отказаться, Эмили засунула руки в задние карманы джинсов. При этом ее полная грудь качнулась, и Люк снова лишился здравого смысла.

– Забудьте об этом. Я… – начала она.

– А почему нет? Я – с удовольствием, – перебил ее Люк. Собственный голос казался ему чужим.

– Правда? – Эмили выдохнула, и ее плечи опустились.

Проведя рукой по волосам, Люк кивнул и мысленно обозвал себя идиотом.

– Здорово, – ответила она, ослепительно улыбаясь. – Думаю, там будет весело. Свадебный прием состоится завтра в шесть часов вечера в шато рядом с Валенсоле.

Люк выглядел потрясенным. Эмили начала сомневаться, что он ее слышит.

– Я заеду за вами в три, – наконец произнес он.

Она удивленно посмотрела на него:

– Это так далеко?

– В паре часов езды отсюда.

Эмили нахмурилась. Неужели он потратит на нее столько времени?

– Вы уверены, что не возражаете? – спросила она.

Он поднял бровь:

– Возможно, мне даже удастся раздобыть смокинг.

Тогда в знак благодарности, что было вполне естественно, она подошла к нему и легонько поцеловала в уголок рта.

Вот только ее реакция не была естественной. В ту секунду, когда губы Эмили прикоснулись к нему, их начало покалывать. От тонкого аромата одеколона, смешанного с запахом мужской кожи, у нее закружилась голова. Покачнувшись, Эмили отпрянула и не сдержала стона потрясения.

У нее сдавило горло, так что она не могла дышать. Люк был слишком близко. Жар, исходящий от его тела, обжигал ее. Эмили попятилась, но он внезапно схватил девушку и рывком притянул к себе. Прежде чем она успела понять, что случилось, руки Люка сомкнулись вокруг нее, а рот обрушился на ее губы.

Его язык тут же раздвинул их и, проникнув в рот, принялся так тщательно его исследовать, что она начала таять в его объятиях. Зарывшись пальцами в волосы Эмили, он слегка наклонил ее голову и поцеловал крепче. Сердце девушки бешено заколотилось, кровь превратилась в огненную лаву.

Даже через ткань джинсов Эмили чувствовала, как к ее животу прижимается что-то твердое.

Эмили замерла. Собственный стон желания вернул ее к реальности. Что, черт побери, они делают? Еще немного, и они начнут срывать друг с друга одежду. В вестибюле пятизвездочного отеля!

Очевидно, Люка в этот момент посетила похожая мысль. Он отстранился. Его глаза были почти черными, дыхание – прерывистым.

– О боже, – хрипло произнес он, после чего повернулся и ушел.

– «О боже»? Это все, что он сказал?

– Да, повторяю в десятый раз, это все, что он сказал. – Закрыв глаза, Эмили плюхнулась на кровать и снова пожалела о том, что позвонила сестре.

– Каким тоном он это произнес? – требовательно спросила Анна.

– Нейтральным. При этом лицо его было непроницаемым. Как ты считаешь, что он имел в виду?

– Кто знает? Это могло быть что угодно: от «Боже мой, кажется, я начинаю влюбляться в эту женщину»…

– Ну, это вряд ли.

– До «Боже мой, она целуется как настоящая дьяволица».

Застонав, Эмили провела кончиками пальцев по губам, все еще хранившим вкус его поцелуя, о котором она беспрестанно думала уже целый час.

– Надеюсь, это было «Какого черта мы, два взрослых человека, целуемся в общественном месте, как озабоченные подростки?».

– Возможно, мы никогда не узнаем истину. Кстати, как тебе отель?

Приподнявшись, Эмили осмотрела комнату.

– Впечатляет. Мой номер достоин королевской особы. Спасибо, что забронировала его для меня.

– Всегда к твоим услугам.

– Угадай, что находится на балконе.

– Гм… Дайка подумать. Стол? Кресла? Вьющиеся растения в горшках?

– Ванна.

– В ней хватит места для двоих?

– О да. – Ее воображение тут же нарисовало умопомрачительную картину. Они с Люком лежат в ванне. Их наготу прикрывают только пузырьки пены. Его губы осыпают поцелуями ее лицо, шею и грудь, а затем их тела сливаются в единое целое…

– Думай об этом во время свадьбы. В твоей жизни началась полоса удач.

– Какой еще свадьбы? – мечтательно протянула Эмили.

– Завтрашней. – Голос Анны посуровел. – Не вздумай не пойти на нее. В противном случае я аннулирую свою кредитку, и тебе придется самой платить по счету.

Эмили села на кровати.

– Я обязательно пойду. Люк идет со мной. – Анна громко завизжала, и Эмили пришлось отодвинуть трубку от уха, чтобы не оглохнуть. – По крайней мере, таков был изначальный план. Однако я не уверена, что после того поцелуя он вообще появится.

– Разумеется, появится. Люк Гаррисон – человек слова.

– С чего ты это взяла?

– Он обещал доставить тебя во Францию и сдержал слово, не так ли? Завтра он обязательно придет, и ты сможешь его спросить, что он имел в виду.

Но вот хотела ли она это знать? Вопрос крутился у Эмили в голове все двадцать четыре часа. Ночью девушка переживала заново их поцелуй. Как она могла так реагировать на мужчину, которого едва знала? Впервые в жизни Эмили испытывала сексуальное влечение столь ошеломляющей силы. Мысли о Люке и о коробочке с противозачаточными средствами, найденной в шкафчике в ванной, не давали ей уснуть. В конце концов она встала и отправилась снимать напряжение в бассейн.

В салоне красоты ей убрали серые круги под глазами, сделали макияж и привели в порядок волосы.

«Сестра выбрала подходящий наряд», – подумала она, надевая платье, в котором была на свадьбе Анны и Дэвида. Его похвалили все, кроме Тома. Ей следовало догадаться, что их отношения дали трещину уже тогда.

Надев золотистые босоножки, Эмили посмотрела на часы. Было без четверти три. Когда она застегивала ремешки, ее пальцы дрожали. Внутри все трепетало, словно там порхала стая бабочек. Интересно, с чем больше связана эта нервозность – со свадьбой Тома или предстоящей встречей с Люком?

После того, что произошло вчера, она не удивится, если он, несмотря на заверения Анны, вообще не появится. Сестра не видела выражения его лица, когда Люк согласился ее сопровождать. Он был так же удивлен своим ответом, как и она. Затем его лицо помрачнело, словно он тут же пожалел о своем решении. Если он всетаки ждет ее внизу, то в каком настроении?

Есть только один способ это выяснить. Взяв сумочку клатч, Эмили расправила плечи и посмотрела на себя в зеркало. Единственное, в чем она была уверена, так это в том, что следующие несколько часов ей не придется скучать.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Миновав вращающиеся двери отеля, Люк оказался в отделанном мрамором вестибюле.

«Развлечение. За этим ли я сюда пришел?» – мрачно спросил он себя. Развлечение – это чтото легкое и преходящее. В его предвкушении человек не теряет ощущения реальности настолько, что собеседники на деловой встрече интересуются его самочувствием.

Не обнаружив Эмили, Люк сел на диван и, взяв первый попавшийся журнал, начал читать статью о прогнозах процентных ставок на фондовых биржах Юго-Восточной Азии.

Он физически ощутил приближение Эмили, хотя не слышал, как открылись двери лифта. Мелкие волоски у него на загривке встали дыбом, буквы начали расплываться перед глазами. Стук ее каблучков по мраморному полу становился громче. Не суетясь, Люк закрыл журнал и положил его на место. Подняв голову, он обомлел.

Она стояла на том самом месте, где они вчера целовались. На ней было платье того же изумительного зеленого оттенка, что и ее глаза. Корсаж плотно облегал грудь и талию, а юбка спадала мягкими фалдами до колен. В золотистых босоножках на высоких каблуках ноги Эмили казались еще длиннее. Светлые волосы падали на плечи блестящими волнами.

Внезапно Люку стало нечем дышать, и он слегка оттянул воротничок рубашки. Когда до него донесся аромат духов Эмили, его охватило такое сильное желание, что ему пришлось сжать кулаки, чтобы не взвалить ее себе на плечо и не запереться с ней в номере до воскресенья.

– Ты отлично выглядишь, – произнес Люк, натянуто улыбаясь. От волнения его голос прозвучал хрипло.

В ответ Эмили одарила Люка лучезарной улыбкой. Внезапно его охватило не самое лучшее предчувствие. Здравый смысл подсказывал, что ему надо немедленно убираться отсюда и возвращаться в МонтеКарло.

– Спасибо, – сказала Эмили, обрадованная комплиментом. От облегчения у нее кружилась голова. Он всетаки пришел! – Ты тоже.

Принарядившийся Люк Гаррисон был неотразим. Да, он выглядел немного усталым, но это не уменьшило привлекательности и не ослабило его воздействия на нее. Хотя Люк пожирал Эмили взглядом, он не поцеловал ее в щеку, и она внезапно ощутила неловкость. В нем появилось нечто, заставившее девушку насторожиться. Разумеется, она не могла спросить, что означали его вчерашние слова. Это напомнило бы ему об их вчерашнем поцелуе, а он, похоже, не в настроении это обсуждать. Лучше делать вид, будто ничего не случилось.

– Не хочешь чего-нибудь выпить? – предложил Люк.

Боже упаси! Двух часов, проведенных рядом с ним в замкнутом пространстве, будет вполне достаточно.

– Давай поедем прямо сейчас, если не возражаешь.

– Нисколько.

Взяв Эмили за локоть, Люк проводил ее к своему автомобилю. Возле задней дверцы их ждал шофер в темной униформе и фуражке.

– Назови Пьеру адрес, и он занесет его в навигационную систему.

Достав из сумочки приглашение, девушка протянула его шоферу. Затем грациозно проскользнула в салон, словно путешествовать таким способом было для нее привычным делом. Люк сел с другой стороны.

Они уже час ехали по Провансу, и Эмили порядком надоело молчание. Вообще-то ей следовало бы нервничать. Ее бывший возлюбленный женится на другой. Ей предстоит встреча с людьми, которые после их разрыва встали на его сторону, из-за чего она перестала с ними общаться. Ей следовало, пожалуй, дрожать от ужаса, но она странным образом чувствовала себя превосходно. Была спокойна, собранна и готова ко всему, что бы ни ждало ее этим вечером.

Люк смотрел вдаль, но, казалось, не замечал проносящихся мимо живописных городков и полей.

Что с ним творится? Вчера он источал обаяние, сегодня был на редкость необщителен. Это беспокоило Эмили. Его молчание сводит с ума, и она положит этому конец прямо сейчас. К черту осторожность!

Она повернулась и посмотрела на него:

– Как прошли твои встречи?

– Продуктивно, – кратко ответил он.

Гм, начало малообещающее. Эмили попыталась заговорить на другую тему:

– Где ты останавливаешься, когда приезжаешь на континент?

– У меня есть офис в Монако. Один из кабинетов переоборудован в спальню. Там также есть ванная и гардеробная.

– Ты спишь в офисе? – Эмили не смогла скрыть удивление.

– Зато мне не приходится ездить туда-сюда. – Люк натянуто улыбнулся ей.

– Но у тебя же автомобиль с шофером.

– Я взял его напрокат на сегодняшний вечер. Кажется, мне нужно выпить. – Он помрачнел и слегка выпятил подбородок, словно готовился к чему-то неприятному.

– Я могу тебя понять, – произнесла Эмили с сочувствием.

– Сомневаюсь, – отрезал он.

Эмили нахмурилась:

– Ты не любишь свадьбы?

– Нет.

– Даже церковный обряд?

– Особенно церковный обряд, – бросил он так грубо, что она содрогнулась.

– Почему?

– Просто не люблю, и все.

Очевидно, это был вежливый способ предупредить, чтобы она не совала нос в чужие дела.

– Когда ты в последний раз был в церкви?

– Три года назад.

– Давно.

– Слишком давно.

Его тон был холодным, он словно воздвиг вокруг себя невидимые барьеры, сквозь которые она не могла пробиться.

По какой же причине он не любит церкви и свадьбы? Кстати, большинство мужчин приходят в ужас при одной лишь мысли об этих двух вещах.

Возможно, Люк Гаррисон боится обязательств. Видимо, поэтому такой красивый, умный и богатый мужчина до сих пор не женат.

– Как тебе удалось не попасться в сети?

Осознав, что она произнесла это вслух, Эмили замерла.

– В какие еще сети?

Теперь, когда Люк пристально на нее смотрел, притворяться не было смысла. Эмили нервно сглотнула:

– Те, которые называют брачными узами. Сомневаюсь, что такой привлекательный и состоятельный человек, как ты, не пользуется успехом у женщин.

Ну кто тянул ее за язык? Где ее чувство осторожности?

На его щеке задергался мускул.

– Брак не для меня, – отрезал Люк. Напряженная поза, отчаяние, промелькнувшее в его глазах, побуждали Эмили поинтересоваться, почему он настроен против брака. Но она и так уже слишком далеко зашла.

Чтобы немного разрядить обстановку, девушка заговорщически улыбнулась:

– Согласна. Обязательства, ответственность… Что может быть хуже?

После еще нескольких минут молчания Люк провел ладонью по лицу. Когда он снова посмотрел на Эмили, его взгляд прояснился, напряжение спало.

– Кстати, об обязательствах. Расскажика, на чью свадьбу мы едем.

Эмили отвернулась.

– Я знакома с женихом. Том… ээ… мой друг. Для нее оставалось загадкой, почему она стремится скрыть от Люка правду о своих отношениях с Томом. Он все равно рано или поздно все узнает.

– Почему ты не хотела ехать?

– О… ээ… мы довольно долго не виделись.

– Почему Анна настаивала на твоей поездке? Эмили подавила раздражение. Зачем все эти расспросы?

– Она считает, что мне нужно больше развлекаться, – твердо произнесла она, давая ему понять, что вопрос закрыт.

В ответ Люк кивнул:

– Кто его невеста?

– Некая Марианн де Чамс. Кажется, она графиня. Пьер остановил машину напротив большой церкви.

Повсюду стояли гости: дамы в нарядах по последней моде и мужчины в смокингах.

– Посмотрика, скромное торжество в тихом семейном кругу, – усмехнулась Эмили.

В толпе она увидела двоих друзей Тома, которые когда-то были и ее друзьями. По телу девушки пробежала дрожь. Возможно, все будет сложнее, чем она себе представляла.

Выйдя из машины, Люк обогнул капот, открыл дверцу и протянул ей руку. Эмили грациозно выбралась из машины.

– У тебя отлично получилось, – сказал он, взяв ее под руку.

– Спасибо, – ответила она. – Если ты пытаешься укрепить мою уверенность в себе, у тебя хорошо получается.

– Твоя уверенность нуждается в укреплении?

– Спроси меня об этом через час.

О ее появлении на свадьбе бывшего жениха наверняка будут сплетничать. Тем более что она приехала не одна, а с самым красивым и сексуальным мужчиной на свете. Когда они переходили через дорогу, Эмили глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

– Ты в порядке? – спросил Люк.

– В полном, – твердо ответила она. – А ты?

– Тоже.

Но Эмили видела, что это не так. Люк снова напрягся и уставился на церковь ледяным взглядом.

– Там будет на что посмотреть, – тихо сказала она. – Например, витражи и множество экстравагантных головных уборов.

Его губы изогнулись в еле заметной улыбке, которая тут же исчезла.

– Хочешь подождать здесь или зайти внутрь? – поинтересовался он.

Эмили обнаружила, что они привлекают к себе всеобщее внимание. По крайней мере, Люк. Но он, казалось, не замечал оценивающих взглядов, которые бросали на него женщины.

– Давай зайдем, раз уж приехали.

Тогда Люк повел ее вверх по ступеням, и у нее создалось впечатление, будто каждый шаг дается ему с трудом. Когда глаза привыкли к полумраку церкви, Эмили обнаружила, что он сильно побледнел. Его пальцы вцепились в ее руку, и она поняла, что эта свадьба будет испытанием не для нее одной.

Но в чем же причина состояния Люка? Может, это психическое расстройство? Матримонифобия? Может, его в детстве уронили в купель? Или он когда-то присутствовал на свадьбе любимой женщины с другим мужчиной? Или на похоронах? Вариантов было множество, но она не могла спрашивать его о таких вещах.

– Я была права, – сказала Эмили, оглядевшись.

– Насчет чего? – пробормотал Люк.

– Насчет шляп и витражей. – Она попыталась устроиться на неудобной скамье.

Ее спутник не ответил, и она украдкой посмотрела на него. Он внимательно изучал архитектуру церкви. Его лицо было уже не таким бледным, но она была готова поклясться, что он не замечает ее. Впрочем, как и остальных гостей.

– Эмили? – Кто-то похлопал ее по плечу, и она вздрогнула. Обернувшись, девушка увидела Фелисити – одну из немногих знакомых, с которыми поддерживала отношения после разрыва с Томом.

– Фелисити, как я рада тебя видеть, – искренне произнесла Эмили.

– Взаимно. Как ты? Мы не виделись целую вечность.

– Да, слишком долго.

– Разве это не фантастика? – восхищалась Фелисити великолепием церковного убранства. – Я никогда не была на свадьбе вроде этой. Не могу дождаться приема. Марианн просто красавица. Скажи, разве Том не хорош? – За этим последовала неловкая пауза, восторг на лице Фелисити сменился ужасом. Она похлопала себя ладонями по щекам. – О боже, мне так жаль, Эм. Я сама не знаю, что говорю.

– За что ты просишь у меня прощения?

На лице Фелисити промелькнуло удивление.

– Как за что? За болтовню о свадьбе. Том ведь женится на Марианн.

Эмили покосилась на Люка, но тот, похоже, ничего не слышал.

– Об этом не беспокойся, – заверила она подругу.

– Ты действительно не переживаешь?

– Нисколько. – Эмили почувствовала, что краснеет. Она была так занята мыслями о Люке, что даже не вспомнила о бывшем женихе. – Я рада за него. Правда, – добавила она, поскольку Фелисити смотрела на нее с недоверием.

– Хорошо, – сказала та, затем, кивнув в сторону Люка, спросила: – Кто твой спутник?

К счастью, шаги, раздавшиеся у них за спиной, избавили ее от необходимости отвечать на вопрос.

– Кажется, невеста прибыла, – весело произнесла она, когда заиграл орган, и все встали, чтобы посмотреть на Марианн де Чамс.

Эмили поискала в толпе других знакомых. Большинство из них смотрели на нее с удивлением, в глазах двоих она увидела сочувствие, без которого вполне могла бы обойтись. При этом все разглядывали мужчину рядом с ней. Это заставило ее придвинуться к Люку.

Эмили подумывала над тем, чтобы взять его за руку, когда Том начал произносить слова брачной клятвы.

Впервые за время церемонии Эмили обратила внимание на то, что происходило у алтаря. Ее взгляд упал на высокого светловолосого мужчину, с которым она когда-то планировала связать свою жизнь. Он улыбался женщине в белом платье, на месте которой могла бы быть она.

Девушка ждала, что ее сердце пронзит боль обиды или сожаления, но все ее мысли были заняты Люком и их вчерашним поцелуем.

Это нехорошо, не так ли? Разве не должна она испытывать душевное смятение, наблюдая за тем, как ее бывший жених связывает свою жизнь с другой? Наверное, у нее помутился рассудок, раз вместо этого она желает малознакомого мужчину.

Эмили заставила себя сосредоточиться на Томе. Он выглядел гордым, счастливым и спокойным. В отличие от Люка. О нет! Она опять отвлеклась.

Глядя с благоговейным трепетом на Марианн, Том надел ей на палец кольцо. Сердце Эмили забилось чаще. Значит, ей жалко, что у них с Томом ничего не вышло. И все же увиденного оказалось недостаточно, чтобы причинить ей боль. Какое облегчение! Теперь она может спокойно флиртовать с Люком. А Эмили мечтала об этом.

Люк невидящим взором уставился на один из витражей. Любопытство переполняло девушку. Похоже, в основе его страха лежало нечто более серьезное, чем боязнь ответственности.

Люк едва слышал музыку и слова обряда, смотрел на витраж, но не видел. Стиснув зубы, он изо всех сил старался сохранять спокойствие.

После похорон Грейс прошло три года. Три года он не переступал порог церкви. Ему сейчас следовало бы думать о чем угодно, только не о женщине, находящейся рядом с ним. Однако всякий раз, когда они садились или вставали, он ощущал свежую волну ее пьянящего аромата. Это напоминало ему об их вчерашнем поцелуе, и он из последних сил сдерживался, чтобы не потянуться к ней.

Усталость. Вот из-за чего он не смог сосредоточиться на делах, а сейчас был весь как на иголках. Вот почему влечение к Эмили обрушилось на него с такой силой. Ему следует сделать перерыв, пересмотреть свой напряженный график, пока это его не доконало.

Все поднялись, и Люк автоматически сделал то же самое. Он был уверен, что с Эмили можно хорошо провести время. Она была теплой и чувственной. Ее влекло к нему. Ее реакция на его поцелуй была даже более страстной, чем он ожидал.

Ее рука случайно задела его руку, и он дернулся как ошпаренный. Все. Пора положить конец унылому существованию. Пришло время отдыха и развлечений. Оторвав взгляд от витража, он посмотрел на Эмили. В этот момент она повернула голову. Их взгляды встретились, и огонь желания, который он увидел в ее глазах, развеял остатки сомнений.

Под обжигающим взглядом Люка Эмили чуть не рухнула на скамью, но не смогла отвести глаз. Если она воспламенится и сгорит дотла, это будет воспринято как чудо? Ее сознание затуманилось. Перед глазами вспыхнуло что-то белое. Разве люди не видят яркий свет перед тем, как умереть?

Эмили с удивлением обнаружила, что все вокруг зашевелились. Церемония закончилась? Уже? Должно быть, время остановилось для них двоих, а остальной мир продолжал жить своей жизнью. А вспышка белого – это, скорее всего, новоиспеченная миссис Томас Грин, направляющаяся к выходу.

Но резкая перемена в его поведении была странной. Сначала он был напряжен и раздражителен, теперь пожирал ее взглядом. Она не успела разобраться в ситуации, потому что в этот момент Люк взял ее за руку и вывел из церкви.

– Поедем на машине или прогуляемся пешком? – спросил он, когда они наконец оказались на улице.

– Давай пройдемся, – ответила она. – Это недалеко. К тому же мне нравятся запахи Прованса летом.

Люк окинул взглядом ее фигуру:

– Ты собираешься идти в этих туфлях?

Она достала из сумочки блестящие сандалии на плоской подошве.

– Практично, – заметил Люк, надевая темные очки.

– Можно я за тебя подержусь?

Не дожидаясь ответа, Эмили схватилась за его руку и быстро переобулась. Теперь, когда она снова стояла на обеих ногах, держаться за него было незачем, но по какой-то странной причине ей не хотелось его отпускать. Он был таким сильным и теплым, что она боялась совершить какую-нибудь глупость. Например, провести ладонью по его руке.

Неохотно отстранившись, Эмили посмотрела на Люка и благодарно ему улыбнулась. Он возвышался над ней. Изза высоких каблуков она не осознавала, насколько он высок. Сейчас рядом с ним она ощущала себя маленькой и хрупкой, что при ее росте в пять футов семь дюймов случалось нечасто.

– Давай я понесу твои туфли, – предложил он.

А в шато он поможет ей обуться. Его длинные пальцы сомкнутся вокруг ее лодыжки…

– Готова?

– Пошли.

Но Люк не сдвинулся с места. Подняв глаза, Эмили обнаружила, что он наблюдает за ней сквозь стекла темных очков. Выражение его лица было серьезным, даже зловещим. Ее пульс участился.

– Что-то не так? – спросила она.

– Ты угадала. – Его мягкий голос окутал ее подобно шелковому покрывалу.

– У меня лаванда на волосах? – Она потрогала прическу. – Пух на платье?

Покачав головой, Люк снял очки и приблизился к ней. От его взгляда у девушки пересохло во рту.

– Кажется, я кое что забыл, – сказал он.

– Что? – произнесла Эмили внезапно охрипшим голосом.

– Поцеловать тебя при встрече. Это было неучтиво.

– Да, неучтиво, – согласилась она, прислонившись к дереву и подняв подбородок.

– Но, к счастью, легко поправимо. – Упершись руками в ствол по обе стороны от ее головы, Люк неторопливо окинул взглядом ее лицо, словно решая, с чего начать.

Сердце Эмили бешено заколотилось, тело зазвенело от напряжения. Люк наклонил голову, заслонив солнце. Ее губы начало покалывать. Но в последнюю секунду он отвернулся и легонько поцеловал ее в щеку. Затем немного отстранился, и Эмили чуть не застонала от разочарования.

– Это тоже не очень учтиво, – пробормотала она, красноречиво глядя на его губы.

– Я еще не закончил.

Люк запустил руку ей в волосы и слегка за них потянул. Ее голова запрокинулась, губы приоткрылись. В следующую секунду он поцеловал ее именно так, как ей хотелось, и у нее закружилась голова. Переполненная желанием, она была готова расплавиться в его объятиях.

– Теперь лучше? – поинтересовался Люк, прервав поцелуй, чтобы перевести дух.

Его глаза казались черными.

– Не уверена, – пробормотала Эмили. – Нужно повторить еще раз, чтобы выяснить.

– Если мы здесь задержимся, боюсь, вообще не попадем на прием.

– Я не против, – откликнулась Эмили. Она могла бы целую вечность целоваться с Люком под деревом.

– А как же Анна и ее шпионы?

Эмили почувствовала себя так, словно на нее вылили ведро ледяной воды. Из последних сил она заставила себя отойти от дерева.

– Ты прав. – Подавив вздох, она пошла вместе с Люком.

При виде великолепного шато, окруженного элегантными кипарисами, у нее захватило дух. Это было трехэтажное старинное здание из серого камня с зелеными ставнями. Золотистый свет, льющийся из окон, наполнял вечерний полумрак сказочным мерцанием.

Вместе с другими гостями они прошли сквозь арку в стене в английский парк. Вдоль гравийных дорожек горели фонари. В центре располагался фонтан. Капельки воды блестели в свете огней подобно россыпи бриллиантов. Зрелище было потрясающее.

– Вот какой замок должен быть у рыцаря, – объявила Эмили.

– Я это запомню, – сухо ответил Люк, окидывая взглядом толпу гостей. – На некоторых дам не угодишь. Я думал, что выполнил свой рыцарский долг, предложив понести твои туфельки.

– Ты его выполнил. Это было неожиданно и очень благородно.

– А еще я разрешил вопрос с пропущенным поцелуем, – заметил он.

Рассмеявшись, Эмили пожала плечами:

– Что я могу на это сказать? Я дама капризная.

– Не хочет ли капризная дама чего нибудь выпить?

– С удовольствием.

Люк провел кончиком пальца по ее щеке.

– Я вернусь через секунду. Никуда не уходи.

Он направился через толпу к официанту с шампанским. А Эмили поняла, что не смогла бы сдвинуться с места, даже если бы захотела: к ней стремительно приближался Том.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Сердце Эмили подскочило, когда она перевела взгляд со спины Люка на лицо своего бывшего жениха. Лицо, которое она не видела больше года, но отчетливо помнила. Завиток светлых волос упал Тому на лоб, и она сжала кулаки, чтобы не откинуть его назад. Теперь это право принадлежало другой женщине.

Том смотрел на нее так, словно не знал, следует ему целовать ее в щеку или нет. Сердце Эмили сжалось. Чтобы избавить его от неловкости, она сама чмокнула его в щеку. На мгновение Эмили закрыла глаза и вдохнула, ожидая ощутить знакомый аромат, однако теперь от него пахло совсем по другому. Странно, но она почти не испытывала смущения.

– Рад тебя видеть, Эм. Спасибо, что приехала. – Он переступил с ноги на ногу. – Я сомневался, что ты это сделаешь.

Эмили пожала плечами:

– У меня все равно не было планов на эти выходные.

Том улыбнулся и успокоился.

– Ты отлично выглядишь.

– У меня вообще все отлично, – бросила Эмили. – Спасибо за приглашение. Поздравляю тебя. Марианн, похоже, славная девушка.

– Да, она такая. – В его голосе слышалась гордость.

За этим последовала пауза. Наблюдая за Томом, который смотрел куда угодно, только не на нее, Эмили удивлялась своему спокойствию. От прежней боли не осталось и следа. Очевидно, время действительно исцелило ее сердечные раны, как и говорила Анна, на плече у которой она плакала целый год.

Интересно, почему Том молчит? По крайней мере, мог бы попытаться завести с ней дружескую беседу.

Когда тишина стала невыносимой, Эмили начала:

– Церемония была очень красивой. Мне понравились цветы.

– Они из здешнего сада.

– Это великолепный дом. Вы будете жить здесь?

– Поблизости.

– Как здорово!

Пять лет вместе, а в итоге – набор неловких банальностей при встрече.

– Наверняка тебе еще нужно поприветствовать множество других гостей. Не смею тебя задерживать, Том.

Он снова переступил с ноги на ногу и отвел взгляд.

– Мне жаль, что у нас с тобой ничего не вышло.

Сердце Эмили пропустило удар. Неужели Том собирается ворошить прошлое в день собственной свадьбы?

– Уверяю тебя, Том, у меня правда все в порядке. Для нас обоих было лучше расстаться. Мы вовремя это поняли, не так ли? – произнесла Эмили решительным тоном.

Том нахмурился:

– Кто тот парень, с которым ты приехала? Твой новый бойфренд?

– Возможно. Мы еще слишком мало знакомы.

Эмили неожиданно обнаружила, что сравнивает своего бывшего жениха с Люком. У Тома появился намек на второй подбородок, да и волосы начали редеть. Ее взгляд скользнул по фигуре, которой французская кухня явно не шла на пользу.

Эмили решила, что потратила сегодня достаточно времени на Тома. Зачем перебрасываться пустыми фразами с чужим мужем, если она пришла сюда с мужчиной, чьи поцелуи обещают райское наслаждение?

– Мне нужно его найти.

Оглядевшись по сторонам, она заметила в нескольких футах от них Люка, разговаривающего с кем то. Его собеседник был скрыт композицией из цветов. Кто это? Кто так его рассмешил? В этот момент Эмили толкнули, и она, воспользовавшись ситуацией, сделала шаг в сторону и обнаружила, что Фелисити что то шепчет Люку на ухо, положив ладонь на его руку.

– Подожди, Эм. Прежде чем ты уйдешь, мне нужно кое-что тебе сказать, – задержал ее Том.

– Я слушаю, – пробормотала она, сдерживая стремление подойти к парочке, взять у Люка бокал с шампанским и выплеснуть его содержимое на платье Фелисити.

– Марианн беременна.

Ее внимание резко переключилось на Тома, взор на секунду затуманился.

– Мои поздравления, – отчужденно проговорила она. В конце концов, Том всегда об этом мечтал.

«Нет, не всегда», – напомнила она себе. В самом начале их отношений они договорились, что у них не будет детей. Но вскоре после помолвки Том признался ей, что хочет иметь полноценную семью. Точнее, хотел уже довольно давно. Он думал, что, сделав ей предложение, заставит ее передумать. А Эмили почувствовала себя обманутой. Она знала, что некоторые люди ее осуждают, считают ее решение неестественным, но у нее были на то веские причины. В конце концов их отношения зашли в тупик, и они разорвали помолвку.

– Ты должна была узнать об этом от меня.

– Я очень признательна тебе за заботу. – Она натянуто улыбнулась. – А теперь ступай к своей жене и гостям.

– Спасибо, Эм, – сказал Том. – Наслаждайся вечеринкой. – Поцеловав ее в щеку, он удалился.

– Итак, Люк, как вы познакомились с Эмили?

Люк изо всех сил пытался сосредоточить свое внимание на Фелисити, которая так некстати возникла у него на пути. Он слушал ее вполуха, кивал, смеялся, когда смеялась она, при этом думая, как бы ему поделикатнее избавиться от ее руки, которая лежала на его локте.

– Нас познакомил общий друг, – пробормотал он, глядя на Эмили.

Люк был охвачен давно забытым ощущением, заставляющим его кровь кипеть, желанием увести Эмили отсюда и овладеть ею. Именно поэтому он наблюдал за ней и женихом. То, что он видел, ему не нравилось. Том, несомненно, был для нее больше чем другом. Люк пристально смотрел на лицо Эмили, выражение которого постоянно менялось. Вот в глубине ее зеленых глаз чтото промелькнуло, и она резко побледнела.

Приглядевшись, Люк обнаружил, что не он один наблюдает за Эмили и Томом.

– Мне нужно отнести Эмили шампанское, – перебил он трещавшую как сорока Фелисити.

– Оно ей понадобится, – заметила та. – Бедная девочка.

Жалость в голосе Фелисити привлекла его внимание сильнее, чем все ее кокетливые ужимки.

– Правда? Почему вы так говорите?

Девица заговорщически наклонилась к нему:

– Не представляю, как ей удалось пережить это унижение. – Она сделала паузу. – Том и Эмили были помолвлены.

Люк замер.

– Я этого не знал, – пробормотал он.

Неудивительно, что Эмили не хотела ехать на свадьбу.

– Никто точно не знает, почему они расстались. Я думаю, из-за матери Тома, та всегда считала Эмили недостойной ее сына. Другие говорят, что Эмили испугалась обязательств и ответственности.

Люк нахмурился, когда Том оставил Эмили одну, не обращая внимания на шепот гостей и косые взгляды в ее сторону. Она нуждалась в поддержке. Извинившись перед Фелисити, Люк направился к ней.

– Ты в порядке? – спросил он, протягивая ей бокал.

– В полном, – ответила она с показной веселостью.

– Хорошо. – Люк поцеловал ее в щеку. – Теперь у людей будет новая тема для сплетен, – пробормотал он, с удовольствием отметив про себя, что ее глаза снова заблестели, а щеки порозовели.

Обняв девушку за талию, он повел ее к калитке в стене. Они спустились по ступенькам в патио. Свет, просачивающийся сквозь резную калитку, падал на дорожку. Большая часть дворика при этом оставалась в тени. Жимолость, увивающая стены, наполняла воздух сладким, головокружительным ароматом.

– Зачем ты привел меня сюда? – поинтересовалась Эмили, осматривая патио.

– Чтобы мы могли поговорить наедине.

– О чем?

– Для начала, например, ты могла бы объяснить, почему не упомянула о том, что была помолвлена с женихом.

– Ах, об этом.

– Да, об этом.

– Откуда ты узнал?

– От твоей подруги Фелисити. – Эмили избегала его взгляда, и это начинало раздражать. – Итак?

– Это имеет значение?

– Тебе лучше знать, – мягко улыбнулся Люк.

Эмили немного расслабилась и отпила глоток шампанского.

– Наши отношения с Томом длились пять лет. Два года мы были помолвлены, а затем расстались.

– Что случилось?

– Ничего особенного. – Эмили пожала плечами. – Просто разошлись, и все.

«Просто разошлись? – удивленно подумал Люк, поставив ее бокал на каменную скамейку. – Пять лет превратились в несколько слов?» За бесстрастным тоном Эмили удалось спрятать боль и обиду, но все же не до конца. У него сжалось сердце.

– Значит, вы с Томом были не просто друзьями? – уточнил он.

Эмили посмотрела на него своими удивительными зелеными глазами.

– Сначала мы были коллегами. Я устроилась временным секретарем в консалтинговую компанию, где он работал. Там было очень скучно. – Она вздернула подбородок. – Надеюсь, тебе не нужны подробности?

По какой-то странной причине ему хотелось знать абсолютно все, но он, посмотрев в свой бокал, ответил:

– Не нужны.

– Не положи Том конец нашим отношениям, это сделала бы я. У нас не было будущего. Мы стали друг другу чужими. Я уже давно разлюбила Тома. Но Анна посчитала, что, если я не появлюсь на свадьбе, люди подумают, будто я убита горем.

– Тебя волнует, что подумают люди?

– Нисколько. – Эмили озорно улыбнулась. – Но, должна признаться, мне было немного любопытно.

– Почему ты ничего мне не сказала?

Она посмотрела на него так, словно он спятил.

– По твоему, я должна была сообщить тебе, постороннему человеку, что лечу на свадьбу бывшего жениха с женщиной, из-за которой он меня оставил? А потом предложить тебе поехать со мной, потому что появиться на свадьбе в сопровождении красивого мужчины лучше, чем одной?

Она печально покачала головой и сложила руки на груди. Взгляд Люка упал на ее декольте, и его пронзила огненная стрела желания.

– Если это как-то тебя утешит, – произнес он внезапно охрипшим голосом, – я думаю, что этот парень – полный идиот.

– Спасибо.

Люк больше не мог сдерживаться. Он заключил Эмили в объятия и поцеловал. Она прильнула к нему, и по его телу словно пробежал электрический ток. Бокал выскользнул из его руки и разбился о дорожку.

– Ой! – воскликнула Эмили, отстранившись.

– Я куплю им дюжину таких в качестве свадебного подарка, – заявил он, глядя в ее сверкающие от страсти глаза. – Не могу себя контролировать, когда ты рядом.

Эмили начала поглаживать его грудь:

– В таком случае не стану тебя сдерживать.

Ее прикосновения обжигали его кожу даже через одежду. Он нежно провел большим пальцем по нижней губе Эмили. Ее дыхание стало неровным, веки опустились. Когда она лизнула его палец, он застонал от возбуждения и в следующую секунду накрыл ее губы своими. Это было безумие. Может, кто-то подлил в шампанское абсента?

«Я правильно поступил, решив развлечься», – с удовольствием отметил про себя Люк, прервав поцелуй, чтобы отдышаться. Его взгляд упал на ее влажные, слегка припухшие губы, и он понял, что одними поцелуями дело не обойдется.

– Я правда его забыла, – пробормотала Эмили с закрытыми глазами.

– Самолюбие мужчины может пострадать, если женщина в его объятиях думает о другом мужчине, – заметил Люк. – Наверное, я теряю былую хватку.

– Я с удовольствием помогу тебе это выяснить.

– Какая самоотверженность!

Эмили рассмеялась, и он целовал ее снова и снова, пока она не начала стонать от желания.

Внезапно она замерла в его объятиях. Отпрянув, Люк посмотрел на нее:

– Что на этот раз?

– Так, коечто вспомнила. Что означало твое «О боже»?

– Ты о чем?

– Вчера после того, как мы поцеловались, ты сказал «О боже», прежде чем уйти.

Люк нахмурился:

– Я сказал это вслух?

– Да. Что ты имел в виду?

Потерев подбородок, Люк вспомнил, как вчера в вестибюле отеля чуть не потерял над собой контроль. Если бы Эмили не помедлила, кто знает, чем все могло бы закончиться.

– Ты оказалась еще лучше, чем я ожидал. Выиграв аукцион, я не знал, что лот настолько ценен.

– О! – Эмили сделала паузу, взвешивая его слова. – Но ведь это же хорошо, не так ли?

Люк посмотрел на ее соблазнительное декольте:

– Я не уверен.

Она негодующе фыркнула.

Тогда Люк прижал ее бедра к своим, чтобы она почувствовала, как действует на него ее близость. Затем наклонил голову и прошептал ей на ухо:

– А это для тебя достаточно лестно?

По ее телу пробежала дрожь.

– Все зависит от того, что ты собираешься с этим делать, – прошептала Эмили, согрев его щеку своим дыханием.

Люк замер. Она действительно имеет в виду то, о чем он подумал? Он слегка отстранился, чтобы посмотреть на ее лицо. При виде соблазнительной улыбки Эмили кровь его уподобилась огненной лаве.

– Ну? – спросила она.

Собственное тело подсказало ему ответ: им пора уходить с этого приема.

– У нас есть два варианта. Мы можем либо остаться здесь и служить объектом для сплетен…

– Либо?

Его пульс участился.

– Либо уехать.

Ее глаза потемнели.

– Уехать куда?

– Туда, где мы сможем завершить начатое. Итак, что ты решила?

– Уезжаем.

– Уверена?

– Как никогда.

Тогда Люк взял Эмили за руку, вывел из патио и потащил сквозь толпу гостей, которые направлялись к праздничному столу.

– Разве нам не следует попрощаться? Или, по крайней мере, извиниться? – произнесла Эмили, запыхавшись.

– Следует, – ответил Люк не останавливаясь.

Эмили крепче сжала его руку:

– Я отправлю Тому электронное письмо с извинениями.

Эмили вжалась в кожаное сиденье автомобиля. Они уже были на полпути к отелю, и атмосфера в салоне наэлектризовалась до предела. После поцелуев в патио ей хотелось лишь одного: ощутить губы и руки Люка на своей коже. Она была так возбуждена, что потеряла способность мыслить.

Люк не сводил с нее потемневших от желания глаз. Его лицо было напряжено, на щеке дергался мускул.

– Иди сюда, – сказал он.

– Нет.

Всего одно прикосновение – и она потеряет над собой контроль. Бросится на Люка, начнет срывать с него одежду и до смерти напугает Пьера.

– В таком случае мне придется придвинуться к тебе.

– Зачем? – Эмили вцепилась в ручку дверцы.

– Я хочу рассказать, что собираюсь с тобой сделать, но Пьер не должен это слышать.

Эмили покачала головой. Ее сердце бешено колотилось. Чарам этого мужчины все труднее сопротивляться.

– Можешь не утруждаться. Я догадываюсь.

Глаза Люка заблестели.

– Ты даже представить себе не можешь, какие у меня планы на твой счет.

– И что это за планы? – хрипло произнесла она.

– Расслабься, и я тебе скажу. – Развязав галстук, он потянул его за кончик.

Эмили, словно зачарованная, наблюдала за тем, как темнокрасная шелковая полоска медленно скользит вниз, дразня ее. Это было началом того, что они смогут завершить только через несколько часов.

Не в силах больше сопротивляться, она придвинулась к Люку. Теперь их бедра соприкасались.

Люк положил руку на спинку сиденья, взял ладонь Эмили в свою руку и принялся тихо живописать, что он собирается с ней сделать.

В темноте его сексуальный шепот и пальцы, поглаживающие ее запястье и ладонь, обещали невероятное чувственное наслаждение. Каждая клеточка ее тела звенела от желания. Оно было таким сильным, что причиняло физическую боль. Эмили пришлось закусить губу, чтобы не застонать от удовольствия.

К тому времени, когда они приехали в отель, Эмили хотелось только одного: обвить Люка руками и ногами и дать выход безумному желанию. Ее сердце было готово выпрыгнуть из груди.

Они молча пересекли вестибюль. Стрелка над дверьми лифта указывала на то, что кабина находится на верхнем этаже. Люк нажал на кнопку вызова. Взгляд Эмили был прикован к стрелке, которая начала мучительно медленно двигаться по дуге вниз. Секунды никогда еще не казались ей такими долгими.

Дождавшись наконец лифта, они встали у противоположных стенок и во время бесконечного подъема просто смотрели друг на друга. Эмили видела в глазах Люка неприкрытое желание и знала, что он видит то же самое в ее глазах. Затем его взгляд медленно скользнул по фигуре Эмили, и ее колени задрожали. А проклятый лифт словно издевался над ними, двигаясь со скоростью черепахи. Наконец кабина остановилась, и дверцы открылись.

– Какой номер? – хрипло произнес Люк.

– Двести шестнадцать.

В какую сторону идти, Эмили не могла вспомнить, но Люк, похоже, знал. Схватив девушку за руку, он потащил ее в нужном направлении.

Эмили тщетно пыталась вставить дрожащими пальцами электронный ключ в прорезь замка. Тогда Люк взялся за дело сам, и мгновение спустя они уже целовались в номере. Обняв Люка за шею, Эмили обвила ногами его талию. Не переставая целовать, он прижал ее спиной к двери. Руки девушки заскользили по его плечам и груди, сняли с него пиджак и жилет, затем вытащили рубашку изпод пояса брюк. Наконец ее дрожащие пальцы справились с пуговицами, сбросили рубашку и коснулись его обнаженной груди. Эмили принялась жадно ласкать мускулистые руки Люка, плечи, спину.

Неожиданно Люк оторвался от ее губ. Его глаза блестели, дыхание было прерывистым.

– Нет… – разочарованно простонала Эмили и снова прильнула к нему.

– Мне нужно избавить тебя от этого платья.

Подхватив ее на руки, он подошел к кровати и опустил свою ношу на атласные простыни. Эмили увидела свое отражение в зеркале. Ее ноги были согнуты, платье задралось, глаза потемнели. С припухшими красными губами и растрепанными волосами она выглядела как распутная дикарка.

Неожиданно Люк застыл на месте. Его черты были искажены, словно он испытывал физическую боль.

Ее сердце замерло.

– Что случилось?

Люк провел рукой по волосам.

– Я не подготовился к этому, – хрипло произнес он. – Не захватил с собой средства предохранения.

Эмили облегченно выдохнула:

– Возьми в шкафчике в ванной.

Секунд через десять он вернулся и положил на туалетный столик горсть маленьких пакетиков, после чего быстро сбросил с себя остатки одежды и опустился на кровать рядом с ней. Эмили пристально смотрела на него, словно завороженная. Он был стройным, мускулистым и загорелым. Его грудь покрывали темные волоски, узкой дорожкой спускавшиеся к возбужденной плоти.

Убрав с лица Эмили волосы, он провел подушечкой большого пальца по ее дрожащей нижней губе. После этого снял с нее платье, оставив в одном белье.

Наконец его руки скользнули по ее плечам, ключицам, сжали грудь через кружево бюстгальтера. Эмили застонала. Огонь желания внутри ее выстрелил фейерверком искр. Она выгнулась дугой, когда Люк обвел кончиками пальцев контур ее трусиков и начал ласкать ладонью то место, за которым прятался треугольник волос.

– Давай я сниму с тебя босоножки, – пробормотал он.

– Нет времени, – простонала Эмили, когда он расстегнул бюстгальтер. – Не заставляй меня ждать.

В ответ Люк приподнял ее бедра и стянул трусики:

– Не буду.

Когда он накрыл губами ее затвердевший сосок, Эмили чуть не потеряла сознание. Волны желания захлестывали ее с такой силой, что она боялась в них утонуть.

– Пожалуйста, – простонала она.

Тогда Люк отстранился, и она услышала, как он взял один из пакетиков и надорвал его. Через несколько секунд он снова навис над ней, раздвинул ей бедра и вошел в нее мощным рывком. Тяжело дыша, Эмили вцепилась ногтями в спину Люка и почувствовала, как напряглись его мышцы. Он сделал еще один рывок, после чего задвигался быстрее, пока мир вокруг нее не разлетелся на миллионы осколков. Тогда он прильнул к ее губам и, застонав, присоединился к ней в экстазе освобождения.

Эмили проснулась с блаженной улыбкой на лице. Зажмурившись от яркого солнечного света, проникающего в щель между шторами, она потерла глаза. Какую чудесную ночь она провела с Люком! Он сделал с ней все то, что обещал в машине. Он – человек слова.

Сейчас у нее ныли мышцы, о существовании которых она не знала прежде. Похоже, ее тело создано специально для секса. По крайней мере, для секса с Люком. Еще ни один мужчина не возносил ее к вершинам чувственного наслаждения. Стань Эмили женой Тома, она бы никогда этого не познала.

Должно быть, Люк очень устал. Проснувшись среди ночи, Эмили обнаружила, что он стоит на балконе и смотрит на море. Встав с постели, она подняла с пола влажное полотенце и, завернувшись в него, пошла посмотреть, все ли у него в порядке. Он повернулся. Лунный свет отбрасывал на его лицо серебристые тени. Оно было непроницаемым, но при виде Эмили его глаза загорелись от желания. Затем он отнес ее в постель и занимался с ней любовью до полного изнеможения.

Через некоторое время Эмили лениво потянулась, перевернулась на бок и обнаружила, что постель рядом с ней пуста. Нахмурившись, она прислушалась, но, похоже, Люка не было ни в душе, ни на балконе. Единственным звуком, который она услышала в тишине воскресного утра, был стук ее собственного сердца.

Испытывая нехорошее предчувствие, Эмили приподнялась, натянула простыню до подбородка и огляделась по сторонам. Его одежда исчезла. Наверное, он пошел в спортзал или бассейн или решил прогуляться по пляжу.

В смокинге? Скорее, он просто увидел ее растрепанные волосы, смазанный макияж, далекую от идеальной фигуру и сбежал.

Она сама бросилась в объятия малознакомого мужчины, умоляла его овладеть ею. Эмили зажмурилась. Да, Люк был настойчив, но ведь мужчины живут по другим правилам. В холодном свете дня он мог посчитать ее шлюхой и пожалеть о случившемся.

Она с полчаса лежала в постели, пытаясь хоть как-то оправдать его исчезновение и не желая признавать очевидное. Когда зазвонил телефон, девушка соскочила с кровати и пулей помчалась к нему.

– Алло?

– Это Люк.

При звуке его голоса сердце ее учащенно забилось. Этот самый голос всего несколько часов назад говорил, какая она удивительная. Эмили содрогнулась. Возможно, он звонит, желая узнать, что она хочет на завтрак. В любом случае следует сохранять спокойствие. Она не должна показаться назойливой или отчаявшейся, поэтому никак нельзя спрашивать, где он и чем сейчас занимается.

– Доброе утро, – довольно спокойно произнесла она. – Ээ… где ты?

Вот идиотка!

– У себя в офисе.

В офисе? В воскресенье утром? Должно быть, ему не терпелось от нее сбежать.

– Что ты там делаешь?

– У меня проблемы в Дубае.

Эмили зажмурилась. Даже обладатель самого богатого воображения не додумался бы до такой отговорки. Ведь это отговорка, не так ли? Она слышала, как ему утром звонили? Нет. Он включал телевизор? Нет. Тогда как он узнал про Дубай?

– Аа.

– Я не хотел тебя будить.

– Я так и поняла.

– Я не знаю, когда закончу дела. Самолет может вылететь в Лондон в любое время. Почему бы тебе не провести день на пляже? Я за тобой заеду, когда освобожусь. – За этим последовало напряженное молчание. – Послушай, Эмили, мне правда нужно работать. Мы поговорим позже.

Это прозвучало так, словно он сейчас думал совсем о другом. Словно жалел о своем звонке. Эмили наконец вспомнила о гордости.

– Ни о чем не беспокойся, – произнесла она с наигранной беспечностью. – Спасибо тебе, Люк, за то, что отвез меня во Францию и поехал со мной на свадьбу. Ну и за все остальное. Мы отлично провели время. Надеюсь, твои проблемы разрешатся.

Боясь выдать свое разочарование, Эмили не стала дожидаться его ответа и положила трубку. Затем, тяжело вздохнув, она поднялась и пошла в ванную. Там Эмили уставилась в зеркало, изучая свое отражение с растрепанными волосами, размазавшейся тушью и покрасневшими щеками, и печально улыбнулась. Вид у нее был ужаснее, чем она предполагала.

Похоже, она впервые в жизни стала девушкой на одну ночь.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Ударив изо всех сил мячиком о стену, Люк поморщился от гудящей боли в мышцах.

Джек Тэйлор вовремя уклонился от мячика, который пролетел в дюйме от его головы. Согнувшись, он уперся руками в колени и, тяжело дыша, произнес:

– Достаточно. Я сдаюсь.

– Но ведь еще только середина партии, – возразил Люк.

Джек выпрямился:

– Да, но мне бы хотелось остаться целым и невредимым. Судя по тому, как ты играешь, это вряд ли удастся. А посему, если не возражаешь, давай закончим, пока я держусь на ногах.

Нахмурившись, Люк взял полотенце и вытер пот со лба.

– Ты не в форме.

– Неправда. Это ты себя не контролируешь.

– Я никогда не теряю контроль над собой.

– В этом-то и вся проблема. Знаешь что, – сказал Джек, хлопнув его по спине, – угости меня пивом и расскажи, что с тобой творится.

Через двадцать минут они уже сидели за столиком в баре. Люк понимал, что виноват перед приятелем. Он не в первый раз давал выход своему разочарованию во время игры в сквош. И Джек здесь ни при чем. Дело не в соперничестве между ними. Люк знал истинную причину, но не собирался никому о ней рассказывать, даже лучшему другу.

– Что с тобой? – спросил Джек, сделав глоток пива.

Люк пожал плечами:

– Как обычно, стресс.

– Работа?

– А что может быть еще?

– Тебе необходимо расслабиться. Кстати, как все прошло в Ницце?

Хороший вопрос. Люк мысленно перенесся в ночь с субботы на воскресенье. Это не составило труда. Он постоянно прокручивал в голове события той ночи. Вспоминал гладкую кожу Эмили, вкус ее поцелуев, довольные стоны…

И то, как она уехала, не предупредив его.

– Я был очень занят, – буркнул Люк.

– Как она тебе?

Удивительная, горячая, сексуальная до умопомрачения… Внезапно джинсы стали ему тесны, и он заерзал на стуле.

– Кто?

– Прекрасная дама в зеленом бикини, которую ты вызволял из беды. Она отчаянная, как я и предполагал?

Люк едва сдержался. Уставившись на дно кружки с пивом, он с наигранным равнодушием произнес:

– Она милая.

Лицо Джека вытянулось.

– Милая? И все? А я то размечтался, что ты воспользуешься этой возможностью. Ты никогда не крутил романы с женщинами, с которыми я тебя знакомил. – Он покачал головой. – Мне не следовало позволять тебе побеждать на аукционе.

Едва Люк представил себе Джека в постели с Эмили, как кровь застучала у него в висках.

Все же его друг был прав. Люка не заинтересовала ни одна женщина из тех, с которыми его познакомил друг. А ведь все они были красивее Эмили. Что в ней такого? Почему он никак не может выбросить ее из головы? Почему ее волнующий образ не дает ему покоя с тех пор, как он вернулся в отель и узнал, что она уехала? Несколько дней он пытался это игнорировать, но у него ничего не выходило.

– А чего ты от меня ожидал, Джек? – раздраженно бросил он.

– Что ты немного расслабишься.

– Как обычно расслабляешься ты?

– И как ты сам расслаблялся когдато.

– Это в прошлом.

– Конечно. Лучше убить друга при игре в сквош, чем переспать с красивой женщиной.

Люк цинично рассмеялся. Какая ирония! Джек думал, что он сможет отвлечься с помощью секса, в то время как именно секс явился причиной его нынешнего состояния.

– Она оказалась не в моем вкусе, – пробормотал Люк.

В прошлом, еще до брака с Грейс, он предпочитал брюнеток. Тем более странно, что его привлекла Эмили. Возможно, он начал сходить с ума.

– Это всего лишь небольшое развлечение, Люк, – увещевал его Джек. – Тебя никто не заставляет жениться.

– Спасибо за совет, – сухо ответил Люк, решив, что пора заканчивать этот разговор. – Кстати, как называется агентство по подбору временного персонала, услугами которого ты пользуешься?

– Не помню. Если тебе нужно, могу узнать. Какого рода помощь тебе нужна?

– Работа с документами.

– Хорошо, я посмотрю. Уверен, там тебе подберут нужного человека.

Эмили вертела в руке бокал с вином. После возвращения из Франции она места себе не находила. Как ни старалась она отвлечься, та ночь с Люком не выходила у нее из головы. Вернувшись в Лондон, Эмили втайне надеялась, что он ей позвонит, но с каждым днем надежда таяла. Ее разум уже смирился с этим. В отличие от тела.

Днем было относительно легко не думать о Люке. Девушка неделю проработала в рекламном агентстве, и ей это доставило удовольствие. Но вот ночью… Ночи были мучительными. В темной спальне к ней приходили воспоминания и прогоняли сон. Тогда она вставала и бродила по дому, как зомби.

– И ты уехала? – спросила Анна.

Потерев глаза, Эмили кивнула:

– А что еще мне оставалось? Я ведь не могла ждать возвращения Люка, словно у меня совсем нет гордости. Возможно, он вообще не появлялся в отеле.

Анна задумчиво поджала губы:

– Думаю, насчет проблем в Дубае он не солгал.

Эмили пожала плечами:

– Трудно проверить, когда не знаешь, о чем именно идет речь.

Она услышала, как хлопнула входная дверь и со стуком упал на пол портфель. Лицо Анны просияло, и Эмили испытала зависть. Анна и Дэвид женаты уже четыре года, но до сих пор друг от друга без ума.

Войдя в кухню, Дэвид чмокнул жену в губы и улыбнулся ей, но Эмили знала, что только ее присутствие помешало ему заключить Анну в объятия и поцеловать более страстно.

У Эмили защемило сердце. Может, дело в одиночестве? Нет, это нелепо. Ее нельзя назвать одинокой. Она живет полной жизнью. У нее есть замечательная сестра, племянники, друзья, интересная работа…

Она изобразила на лице улыбку, когда Дэвид наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

– Привет, Эм, – сказал он, задумчиво огляделся и потер подбородок. – Гм… Вечер понедельника, две сестры, бутылка вина. Не возражаете, если я удалюсь?

Анна кивнула:

– Хорошая идея, дорогой. Тебе не захочется слушать, как мы перемываем косточки Люку Гаррисону.

Дэвид задержался в дверях.

– Люку Гаррисону? И чем это он вас так заинтересовал?

– Не обращай внимания. – Анна пристально посмотрела на мужа. – Ты его знаешь?

– Я о нем слышал.

Анна заставила мужа вернуться.

– Немного подробностей, дорогой, и мы тебя отпустим, – мягко произнесла она.

Дэвид насторожился, и это насмешило Эмили. Неужели он ревнует Анну?

– Итак, что ты о нем знаешь? – начала жена.

– Он финансовый гений. Проницательный, целеустремленный, успешный. Трудоголик.

«Ну, скажи же что-нибудь, чего я не знаю», – мысленно взмолилась Эмили.

– Думаю, я понял, почему вы о нем заговорили, – добавил Дэвид после небольшой паузы.

По спине Эмили пробежал холодок. Неужели Анна проболталась?

– И почему же? – спросила она, боясь услышать ответ.

– В Сити ходят странные слухи. Что-то насчет интернет аукциона. Он вроде бы поспорил с другом на какую-то женщину и, кажется, выиграл пари. Слышал, на кону была шестизначная сумма, – сообщил Дэвид, наливая себе вина. – Позволь узнать, почему он тебя интересует?

У Эмили закружилась голова. Пари? Какое еще пари?

– Он меня нисколько не интересует, – ответила она, протянув дрожащую руку за бутылкой.

Дэвид был ошеломлен.

– Боюсь, я ничего не понимаю.

– Женская логика, дорогой, – сказала Анна, вставая и выпроваживая мужа из кухни.

Эмили представила себе, как все происходило. Два плейбоя выпили слишком много пива в баре. «Спорим, ты не сможешь затащить ту девчонку в постель»? – спросил у Люка его приятель. «Спорим, что смогу», – возразил тот.

Именно по этой причине Люк поехал с ней в церковь, несмотря на свое очевидное нежелание. Вот зачем были нужны все эти томные взгляды и страстные поцелуи. Неужели им двигало только желание выиграть пари? Интересно, нужно ли ему было представлять доказательства?

О боже! Если она сейчас же не остановится, то додумается до чего-нибудь ужасного. Эмили не обращала внимания на внутренний голос, который твердил, что Люк не способен на такое. Если Том, с которым она прожила пять лет, ее предал, чего можно ждать от малознакомого мужчины? В конце концов, откуда ей знать, каков Люк на самом деле?

Анна вернулась в кухню и, взяв у Эмили бутылку, наполнила ее бокал:

– Мне очень жаль, дорогая.

Подперев рукой подбородок, Эмили пожала плечами:

– Не о чем жалеть. Люк и его приятель – отъявленные мерзавцы. Я просто буду продолжать жить. Разве ты не это мне советовала?

– Да, но… – Лицо Анны исказилось от боли за сестру.

– Но ничего. – Эмили заставила себя улыбнуться, чтобы успокоить ее. – Короткая интрижка – это не то, из-за чего стоит переживать. Я все забуду. Уже забыла.

В тишине раздался пронзительный телефонный звонок. Эмили первым делом подумала, что это Люк хочет узнать, как у нее дела. Подобные мысли возникали у нее всякий раз, когда ей звонили.

Найдя в сумочке свой мобильный телефон, Эмили приказала сердцу успокоиться и только после этого ответила на вызов.

– Эмили? Это Сара.

«Вот видишь, – сказала она себе, – это не Люк, а менеджер из агентства».

– Послушай, я знаю, что ты хотела отдохнуть, но тут появилось срочное предложение. Платят хорошие деньги, да и график удобный. Это всего лишь на несколько дней. Прошу тебя, соглашайся.

Эмили вздохнула. Какой у нее выбор? Сидеть дома и хандрить?

– Хорошо, я согласна. Давай адрес.

– Спасибо, дорогая, ты золото. Сент-Джеймсстрит, восемьдесят шесть. Тебе следует подъехать туда к девяти часам. Твоего босса зовут Люк Гаррисон.

Эмили похолодела, ее ладони стали влажными.

– Подожди, Сара, я, пожалуй…

– Он требует именно тебя.

– Неужели?

– Тебя что-то не устраивает?

Эмили закрыла глаза и глубоко вдохнула. Она взрослый человек и профессионал. Она справится.

– Все в порядке. Завтра я там буду.

– Я знала, что ты не подведешь. Пока.

Сложив телефон, Эмили задумчиво похлопала им по губам.

Анна посмотрела на нее с тревогой:

– Ты побледнела. Что-то случилось?

Взяв бокал, Эмили отпила вина.

– Этому человеку все мало. Он выиграл меня, соблазнил, бросил…

– Он тебя соблазнил? – перебила ее Анна.

Эмили махнула рукой:

– Не совсем. Инициатива исходила от нас обоих в равной степени. Теперь это не имеет значения. Я не знаю, в какую игру играет Люк Гаррисон, но мне придется до конца недели на него работать.

Анна сначала удивилась, затем заговорщически подмигнула сестре:

– Во что бы он там ни играл, нам лучше составить план действий.

Компетентная, вежливая, хладнокровная.

Поднимаясь на лифте на верхний этаж, Эмили повторяла про себя эти слова. Но как она сможет соответствовать этим качествам, если внутри все сжалось, а руки трясутся? Ей необходимо держаться спокойно и с достоинством. Она не сделала ничего предосудительного. Это он вел себя как последний трус. Эмили выпрямила спину и поправила прическу. Лифт остановился, и она растянула губы в вежливой улыбке, надеясь скрыть за ней ураган эмоций.

– Передайте мистеру Гаррисону, что пришла Эмили Мачмонт, – сказала она секретарю.

– Одну минуту.

Подойдя к окну, Эмили уставилась на серые лондонские улицы, кишащие крошечными людьми и автомобилями. Она ощутила приближение Люка еще до того, как услышала его голос:

– Эмили.

Приказав себе успокоиться, девушка медленно обернулась.

– Я очень рада снова тебя видеть. – Слава богу, ее голос прозвучал уверенно.

В темносинем костюме безупречного покроя и голубой рубашке с расстегнутым воротником он был неотразим, но она заметила на его лице следы усталости. Почему-то это доставило ей удовольствие.

Люк не улыбался. Его тело было напряжено, как у хищника, готовящегося к прыжку.

– Ты в порядке? – холодно поинтересовался он.

– Разумеется, – вежливо ответила Эмили. – Просто не люблю высоко забираться.

– Тогда тебе лучше держаться подальше от окон.

– Хорошая идея.

– Спасибо, что согласилась поработать у меня.

Люк взял ее за локоть. Его пальцы обжигали ей кожу сквозь ткань жакета.

– Разве могут возникнуть какие-то проблемы, когда ты так хорошо платишь за мои услуги? – произнесла Эмили елейным голоском.

Его глаза сузились.

– Как ты?

– Никогда не чувствовала себя лучше. А ты?

– Аналогично.

Отрывисто кивнув, он повел ее по коридору. Они миновали комнату, где около дюжины мужчин и одна женщина в наушниках смотрели на компьютерные экраны и что-то тихо говорили. Эмили в который раз похвалила себя за правильный выбор карьеры. Она не смогла бы работать постоянно на такого сексуального мужчину, как Люк.

Он открыл дверь своего кабинета, и Эмили вошла в просторное помещение с письменным столом красного дерева, уютным кремовым кожаным диваном и стеклянным столом с компьютерными мониторами.

– Здесь очень мило. Итак, где мое рабочее место и что я должна делать?

Люк прислонился к краю стола с мониторами.

– Можешь оставить сумочку здесь. – Он указал на диван. – Тебе нужно разобрать кипу документов, а затем сделать несколько копий.

Эмили расстроилась. Будь на месте Люка другой работодатель, она бы уже шла обратно и высказывала Саре по телефону свои претензии. Однако она все же была рада снова увидеть Люка. Нелегко оставаться невозмутимой, когда так хочется подойти к нему и…

«Пари. Не забывай о пари!»

– Немедленно приступаю, – ответила она с надменной улыбкой.

Люк скрестил руки на груди:

– Ты ничего не забыла? – Эмили удивленно подняла бровь. – Приготовь мне кофе.

Ее переполняло негодование. Как он посмел? Из всех требований это самое возмутительное и, возможно, самое унизительное.

– Конечно, – промурлыкала она. – Какой ты предпочитаешь?

– Черный, без сахара. И себе тоже сделай. Кухня налево по коридору.

Эмили снова приторно улыбнулась:

– Я скоро.

Развернувшись, она направилась к двери. Взгляд Люка обжигал ей спину. Ничего. Сейчас она ему устроит!

Войдя в кухню, девушка включила кофеварку. Сортировка документов! Она уже много лет не занималась подобными пустяками. Большинство работодателей поручали ей готовить презентации, координировать маркетинговые кампании и вести переговоры с клиентами. Если бы Люк удосужился прочитать ее резюме, он бы это знал. Когда она закончит разбирать документы, он пожалеет, что попросил ее об этом, поскольку ничего не сможет найти. Что касается копий, она изведет на них всю имеющуюся у него бумагу.

Так какой кофе он предпочитает? Черный? Без сахара? Наполнив чашки кофе, она добавила в обе молоко и сахар.

Глядя на мониторы, Люк прислушивался к шуму, доносящемуся из кухни. Его губы растянулись в довольной улыбке. Он никогда не забудет, какое у нее было выражение лица, когда она получила приказ разобрать документы и приготовить кофе.

Строгий костюм, аккуратная прическа и официальный тон Эмили почему-то сделали более отчетливыми воспоминания о ее гладкой коже, мягких, шелковистых волосах и стонах, которыми она отвечала на его ласки.

Нахмурившись, он переключил свое внимание на мониторы. Эмили выглядела так, словно у нее были проблемы со сном. Эта мысль принесла Люку мрачное удовлетворение. Ему не терпелось выяснить, почему она сбежала от него. Он дал себе слово, что в конце дня получит ответы на все свои вопросы, а Эмили будет мурлыкать в его объятиях.

Эмили вернулась в кабинет с двумя чашками кофе. Сидя за компьютерным столом, Люк, поигрывая ручкой, хмуро наблюдал за ней. Девушка чуть не споткнулась. Разве у него есть причины сердиться? Разве не он соблазнил ее и бросил одну в отеле из-за какого-то дурацкого пари?

Глядя на временного босса с вызовом, она протянула ему чашку:

– Твой кофе.

Их пальцы соприкоснулись, и по ее руке немедленно пробежал электрический разряд. Находиться рядом с этим мужчиной опасно. Тем более что во время их прошлой встречи она прижималась к его обнаженному мускулистому телу. Отстранившись, Эмили мысленно отругала себя.

– Спасибо, – пробурчал Люк, уставившись в чашку.

– Я займусь бумагами.

– Сначала сядь и выпей кофе.

Пожав плечами, Эмили опустилась на диван. Если он готов платить ей бешеные деньги за то, чтобы она пила кофе, это его дело. Она будет пить очень медленно.

Зазвонил телефон, и Люк снял трубку. Пока он отдавал распоряжения насчет покупок и продаж, Эмили украдкой изучала его. Каждый жест, взгляд, каждая интонация выдавали в нем успешного, уверенного в себе человека. Он был невероятно хорош – от густых темных волос до мысков ботинок ручной работы. В ней неожиданно вспыхнул огонь желания.

Люк закончил разговор. Эмили успела отвести взгляд, прежде чем он обнаружил, что она за ним наблюдает.

«Сосредоточься, идиотка!»

Она отпила кофе.

– Сколько денег ты только что заработал?

– Примерно сто тысяч фунтов.

Глаза Эмили расширились от удивления.

– За одну минуту? Это же шесть миллионов фунтов в час. Мне следовало бы потребовать прибавки… Скажи, почему я?

– Ты о чем? – поинтересовался он.

– Почему ты выбрал именно меня в качестве временной помощницы?

Лицо Люка было непроницаемым.

– А ты сама как думаешь?

Потому что захотел снова ее увидеть? Щеки Эмили вспыхнули, и она выругалась про себя.

– Понятия не имею. Как ты узнал, где меня искать?

Пронзив ее взглядом, Люк встал и подошел к окну.

– Мне срочно понадобился временный секретарь. В твоем агентстве мне сказали, что ты лучшая в своем деле.

– Я верю в это не больше, чем в причины, побудившие тебя принять участие в том аукционе. Кстати, напомни, что это были за причины.

– Любопытство и возможность побыть галантным рыцарем.

– И каким образом они связаны с пари?

Люк напрягся.

– Аа, ты об этом, – произнес он после длительной паузы.

Эмили рассердилась. И это все, что он может ей сказать? Никаких извинений и сожалений?

– Слухи быстро распространяются в Сити, – бросила она.

– И по пути растут, как снежный ком.

– Хочешь сказать, что никакого пари не было?

Люк медленно повернулся, их взгляды встретились.

Эмили с трудом взяла себя в руки. Уж лучше бы он продолжал стоять к ней спиной.

– Я не из тех, кто возбуждается при виде фото женщины в бикини. Какие другие причины могли, по-твоему, мною двигать?

Эмили снова покраснела:

– Даже не представляю.

Люк ослепительно ей улыбнулся, и ее сердце подпрыгнуло.

– У тебя очень выразительное лицо.

– Да, мне об этом говорили, – сухо произнесла она.

– Думаю, тебя задело то, что я принял участие в аукционе вовсе не из-за твоего тела.

– Разумеется, меня нисколько это не задело, – возмутилась Эмили. – Напротив, я бы пришла в ужас, если бы ты сделал ставку по этой причине.

– Признайся, твое тщеславие уязвлено.

– Вовсе нет. Просто меня возмутило, что я стала предметом спора двух скучающих банкиров.

– Мы не банкиры.

– Какая разница?

Люк улыбнулся:

– Да будет тебе известно, такова суть любого аукциона.

Что она может на это ответить? Он прав.

– Ты еще не выпил кофе.

Подойдя к столу, Люк взял чашку, отпил глоток и поморщился:

– Что это?

– С молоком и сахаром, как ты хотел.

Люк мгновенно оказался рядом с ней. Он стоял так близко, что Эмили чувствовала аромат, исходящий от его кожи.

– Тебе не кажется, что ты принимаешь все слишком близко к сердцу? – спросил он.

– Нет.

– Никакого пари не было.

– Ну конечно.

– Это было скорее соревнование.

– Ты меня успокоил.

– Мы с Джеком всегда соревновались друг с другом. Я люблю выигрывать. Он прислал мне сообщение об аукционе, я долго не хотел его открывать, но он меня убедил.

– Бедный Люк!

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Воздух между ними, казалось, звенел от напряжения.

– На самом деле, – наконец произнес он, – сказав, что твое фото здесь ни при чем, я солгал.

Ее сердце учащенно забилось.

– Правда? – пролепетала она.

– Признаюсь, частично я пошел на это из-за соперничества с Джеком, но главной причиной была ты. Я решил с тобой познакомиться и не собирался подпускать к тебе Джека. Знаешь, впервые за долгое время мне захотелось совершить безумный поступок. Я очень давно не рисковал.

– Затаскивание меня в постель тоже было частью вашего соревнования?

Люк вздохнул:

– Разумеется, нет. Я спал с тобой только из-за этого. – Протянув руку, он провел большим пальцем по ее нижней губе, которую тут же начало покалывать. – А ты уехала.

– Ты слишком торопился закончить разговор. Я бы попрощалась с тобой, если бы ты немного подождал. Кстати, как там дела в Дубае?

– Все плохо. Новое предприятие частично обрушилось.

Эмили нахмурилась:

– Никто не пострадал?

– Только инвесторы. Здание не было достроено. Стоимость акций строительной компании резко упала. Мы потеряли много денег.

– О… Как ты об этом узнал?

– Мне позвонили.

Эмили посмотрела на него с недоверием.

– Я не слышала, чтобы у тебя звонил мобильный.

– Он и не звонил. Я еще перед поездкой на свадьбу переключил его на режим вибрации.

– И тебя это разбудило?

– Я уже не спал. Привык рано просыпаться.

– Очевидно, ты более вынослив, чем я, – заметила Эмили, вспоминая, как он утомил ее той ночью.

– Я вернулся в отель сразу, как только закончил дела, но тебя там уже не было.

Эмили бросило в жар. С бешено колотящимся сердцем девушка уставилась на Люка. Неужели она действительно все неправильно истолковала? Внезапно она почувствовала себя виноватой. Люк вел себя с ней как настоящий рыцарь, а она усомнилась в его порядочности.

– Я подумала, что проблемы в Дубае – это отговорка, – произнесла она, сложив руки на груди. – И ты уехал, чтобы не общаться со мной.

– С чего ты взяла, что я больше не захочу тебя видеть? Я, напротив, с нетерпением ждал нашей новой встречи. Хотел заняться с тобой любовью.

– Правда? – Глаза Эмили расширились.

– Правда, – ответил Люк. Затем его лицо посуровело. – Но тебе, похоже, не терпелось сбежать. – Он прищурился. – В чем дело, Эмили? Скажи, та ночь напомнила тебе о Томе? Обо всем, что ты потеряла?

– Как ты мог такое подумать? – возмутилась она.

– Ты уехала сразу после моего звонка.

– Поверь, после разговора с Томом на свадебном приеме я ни разу о нем не вспомнила.

– Тогда почему ты уехала?

– Решила, что ты больше не хочешь меня видеть. Наверное, сказался недостаток опыта. Я никогда раньше не занималась любовью с мужчиной, с которым только что познакомилась. Я почувствовала себя девушкой на одну ночь, и мне стало противно.

Люк пронзил ее взглядом:

– Я не сторонник отношений на одну ночь.

– Я тоже.

– Ты знаешь, когда отношения на одну ночь перестают быть таковыми?

У Эмили так громко стучало в висках, что она едва расслышала его слова.

– После путешествия назад во времени?

– Нет, после второй ночи.

Внизу ее живота разгорелся огонь желания.

– Когда?

– Скоро. Очень скоро.

Эмили закусила губу. Ей хотелось предложить ему себя прямо сейчас.

– Прости меня за кофе, – сказала она вместо этого.

Люк наклонил голову:

– Что еще входило в твой план мести?

– Тебе повезло, что я не успела добраться до документов.

– Тогда лучше отправляйся домой, пока ты здесь все не разнесла. В любом случае тебе заплатят за оставшиеся дни.

Эмили покачала головой:

– Но…

– Никаких но.

– Я могла бы остаться и сделать чтонибудь полезное.

– Ну, вообщето тут есть одно дельце… – Его глаза заблестели.

– Нет. Я не думаю, что это хорошая идея. Мы находимся у тебя в кабинете. Кроме того, я не занимаюсь подобными вещами за деньги.

– Что? – удивился Люк, затем улыбнулся. – Я всего лишь собирался предложить тебе провести вместе завтрашний вечер, но твоя идея намного лучше.

Прижав Эмили к письменному столу, он погладил ее руки, затем спину.

– Вот видишь, – пробормотал он, – игнорировать наше влечение друг к другу бесполезно. Зачем отказывать себе в удовольствии?

– Люк… – выдохнула она, пристально глядя на его губы.

– Но ты права. Это не самое подходящее место. В любую минуту сюда может ктонибудь войти.

Эмили вздохнула.

– Это тебя возбуждает? – мягко произнес Люк.

«Больше, чем ты можешь себе представить», – подумала Эмили, но в ответ лишь покачала головой.

Люк наклонил голову, и сердце запрыгало у нее в груди. Он легонько коснулся губами ее губ, затем щеки и мочки уха.

– Лгунья, – прошептал он. – Ты мне нравишься в деловом костюме и со строгой прической. Так и хочется распустить твои волосы и расстегнуть все пуговицы.

– В таком случае можешь приступать, – ответила Эмили, водя ладонями по его груди.

– К сожалению, у меня через десять минут встреча.

– Ну и что? Десять минут – это много.

Рассмеявшись, Люк отстранился:

– Для меня – недостаточно, так что придется нам подождать.

– Я не выдержу.

– Думай о том, что получишь в награду за терпеливое ожидание.

– Уже начала думать. В томто и проблема. – Эмили взяла свою сумочку.

– Я заеду за тобой завтра в шесть.

– Куда мы пойдем?

– На благотворительный прием. – Люк немного помедлил. – А после этого закроем проблему отношений на одну ночь.

– Это обещание? – застенчиво произнесла она.

– Это распоряжение, и оно не обсуждается.

Эмили бросила на него томный взгляд изпод ресниц. Люк неохотно открыл дверь:

– Тебе лучше уйти, иначе я пропущу деловую встречу.

– Ты не знаешь, где я живу.

– Знаю. Адрес есть в твоем резюме.

– Значит, ты его читал?

– Каждое слово.

– Тогда почему ты поручил мне варить кофе и разбирать документы?

Его глаза неистово сверкнули.

– Мне не нравится, когда от меня сбегают.

Эмили смотрела на его губы и страстно желала целовать их.

– Ты уверен, что я ничем не могу тебе помочь?

– Ты будешь меня только отвлекать. Кроме того, ты ужасно готовишь кофе.

Вздохнув, она направилась к двери:

– Документы я тоже ужасно разбираю.

– Ну и что? – Его взгляд был таким горячим, что она чуть не воспламенилась. – Зато есть множество других вещей, в которых тебе нет равных.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Наслаждаясь чудесным вечером, Эмили подставила лицо теплому ветру. Все было превосходно. Девушке удалось быстро купить великолепное платье и туфли к нему, а в парикмахерской ей уложили волосы крупными волнами в стиле сороковых годов. Но наибольшее удовольствие доставил Эмили восхищенный взгляд Люка, когда он за ней заехал. Она почувствовала себя красивой и желанной.

Вместе с другими элегантно одетыми гостями они стояли на корме яхты, плывущей по Темзе. Здания на обоих берегах реки купались в солнечных лучах, а вода блестела подобно россыпи драгоценностей.

Положив руки на перила, Люк смотрел вдаль. Лицо его ничего не выражало. Ветер трепал густые темные волосы. Эмили многое бы отдала, чтобы узнать, что его тревожит. Он словно находился гдето далеко, и ее сердце болезненно сжалось.

– На что пойдут средства, вырученные от этого мероприятия? – спросила она, пытаясь вывести его из этого состояния.

Люк повернулся к ней:

– На помощь детям.

– Все?

Он улыбнулся:

– Да, они будут распределены между разными благотворительными учреждениями. Это происходит каждый год.

– Ты часто посещаешь подобные приемы?

– Да, довольно часто.

Солнце осветило его лицо, и Эмили вздрогнула от желания.

– Замерзла? – Он снял пиджак и накинул ей на плечи.

Пиджак сохранил его тепло, и ей захотелось закутаться в него плотнее.

– Нет, я… – Она слегка пошатнулась на каблуках.

– Я бы одолжил тебе свои ботинки, но, боюсь, они будут великоваты, – заметил Люк, поддержав ее.

– Ничего, какнибудь обойдусь. Меня просто ослепил блеск всех этих бриллиантов на гостях. Вряд ли они фальшивые.

– Я бы очень удивился, будь это так. – Он окинул взглядом ее фигуру, и Эмили словно кипятком обдало. – Кстати, я уже говорил, что тебе очень идет это платье?

– Говорил. – Она обольстительно улыбнулась. – А я упоминала, как легко оно снимается?

Зрачки Люка расширились.

– Нет, не упоминала.

Она придвинулась ближе. Он даже не пошевелился.

– Я сначала медленно натянула маленькие кружевные трусики, затем надела через голову платье, и оно нежно скользнуло по моей коже. Знаешь, о чем я думала в тот момент?

– О проблемах в Дубае?

– О том, как скоро ты с меня все это снимешь. – Она понизила голос: – Как медленно расстегнешь «молнию», стянешь с меня платье, коснешься моей обнаженной кожи. – Люк пожирал ее взглядом. Похоже, ей удалось развеять его тревогу. – Знаешь, чего я хочу?

Он покачал головой.

– Я хочу, чтобы ты мысленно меня раздевал всякий раз, когда будешь на меня смотреть.

– С этим проблем не возникнет, – заверил Люк.

Ей казалось, что он вотвот рухнет как подкошенный к ее ногам.

– Значит, договорились? – Эмили неспешно оглядела его, словно представляя себе в деталях то, что скрывалось под дорогим костюмом.

Глаза Люка блестели от страсти.

– Ты настоящая дьяволица, – пробормотал он.

– Я знаю, – самодовольно усмехнулась она. – И это здорово, не так ли?

– Вы сходите на берег? – послышался голос капитана яхты.

От неожиданности они вздрогнули. Обернувшись, Эмили, к своему удивлению, обнаружила, что остальные гости уже на берегу.

До них доносились музыка и голоса. Эмили неохотно отстранилась и спустилась вслед за Люком по трапу. Оказавшись на земле, он подал ей руку и повел по дорожке к большому особняку. Слева от них на лужайке кувыркались акробаты, справа жонглеры подбрасывали в воздух горящие факелы. У подножия мраморной лестницы играл струнный оркестр.

– Люк!

Он резко остановился, и Эмили чуть не налетела на него. Мужчина, идущий им навстречу, весело улыбался. Люк же был ему не очень рад.

– Я сначала думал, что обознался. Что, черт побери, ты здесь делаешь? Тебя давно не было видно на светских мероприятиях.

– Добрый вечер, Джек, – холодно произнес Люк, пожимая ему руку. – Ты вроде бы не интересуешься благотворительностью.

– Я расширяю свои горизонты. А тебя что сюда привело? – Он перевел взгляд на Эмили. – Аа, теперь мне все ясно. – Его глаза озорно блестели, на губах играла легкая улыбка. – Рад видеть вас воочию, мисс Зеленое Бикини.

Первым желанием Эмили было убежать и спрятаться, но одного взгляда на Люка, который стиснул зубы и не улыбался, оказалось достаточно, чтобы она передумала. Мужчины чтото явно не договаривали. Ситуация становилась все более интригующей.

– Я полагаю, это вы гарантировали потрясающий секс? – Она подняла одну бровь.

– Кто же еще?

Эмили наклонила голову набок:

– Вы очень скромны, сэр.

Джек рассмеялся:

– Благодарю вас. – Он слегка поклонился ей, затем обратился к Люку: – Может, представишь нас друг другу?

– Нет, – отрезал тот.

– В таком случае я представлюсь сам, – непринужденно произнес Джек. – Я Джек Тэйлор. – Он протянул Эмили руку, и она ее пожала.

– Эмили Мачмонт.

– Вы даже представить себе не можете, насколько я рад нашей встрече. – Он театрально вздохнул. – Жаль, что я не проявил большую настойчивость.

– Джек Тэйлор? Вы из «Джей Ти инвестментс»? Я работала некоторое время в вашей компании.

– Правда?

– Примерно год назад. Меня взяли в качестве временного секретаря. Вы тогда были в командировке.

– Вы временный сотрудник? – Джек посмотрел на Люка. – Как интересно.

– Правда? – удивилась Эмили.

– Интереснее, чем вы можете себе представить.

Джек все еще держал ее за руку. Люк, прищурившись, наблюдал за ними. Отдернув руку, Эмили улыбнулась Джеку. Ей было приятно его внимание.

– Поищика шампанское, Люк. – Глаза Джека сияли. – А я пока пообщаюсь с твоей прелестной спутницей.

Наверное, скрежет зубов Люка был слышен на другом берегу Темзы.

– Ты частенько пьешь его, тебе ли не знать, где его искать?

В ответ Джек лишь еще веселее заулыбался:

– Проходя мимо столика с напитками, я слышал, как один бизнесмен жаловался другому на то, что капитал не приносит ему прибыли. Собеседник посоветовал ему сменить управляющего финансами. Советую поторопиться, Люк, а то упустишь выгодного клиента.

– Это развлекательное мероприятие. – В голосе Люка слышались стальные нотки.

– Когда это тебя останавливало? Не беспокойся, Эмили в надежных руках.

Эмили с тайным удовольствием наблюдала за словесной дуэлью мужчин, но когда Люк сжал кулаки, она забеспокоилась. Обстановку нужно было немедленно разрядить.

– Прошу прощения, – обратилась она к Джеку, кокетливо хлопая ресницами, – но до вашего появления мы с Люком обсуждали, что будем делать после приема. Нам осталось уточнить несколько деталей.

Люк встретился с ней взглядом. На мгновение все вокруг померкло, и Эмили показалось, что они вдвоем находятся в замкнутом пространстве, связанные друг с другом нитью страсти, которая постепенно укорачивается.

– Разве это не так, Люк? – мягко проговорила она.

– Именно так, – подтвердил тот. Его глаза потемнели.

Переведя взгляд с одного на другого, Джек кивнул:

– Тогда я вас оставлю. Увидимся за ужином. Я попрошу когонибудь из устроителей внести небольшие изменения в план рассаживания гостей.

– Было бы замечательно, – промурлыкала Эмили.

– Увидимся позже.

«Ничего себе», – подумала она, глядя вслед удаляющемуся Джеку.

– Ты получала от этого удовольствие, не так ли? – спросил Люк.

Она кивнула:

– Еще какое! Приятно, когда за твое внимание сражаются двое таких привлекательных мужчин. Кстати, помимо соперничества на интернетаукционе, какие у вас отношения?

– Мы старые друзья.

– Помоему, вы больше походили на двух оленей, сцепившихся рогами.

– Рад, что тебе это показалось забавным.

– Наверное, феминистки убили бы меня за эти слова, но должна признать, очень приятно, когда мужчина дает всем понять, что ты принадлежишь ему.

Люк снова напрягся:

– Ты мне не принадлежишь.

Почувствовав, как он начинает отдаляться, Эмили мысленно отругала себя.

– Прости, я забыла, – весело произнесла она. – В таком случае ты не будешь возражать, если я попрактикуюсь в искусстве флирта с Джеком. Судя по всему, он не против. Возможно, он даже даст мне несколько полезных советов.

Люк отреагировал мгновенно:

– Убедила. Ты моя на сегодняшний вечер.

Он взял ее за руку, и они пошли по дорожке. Люк знал, что выражение лица его не выдало. За последние несколько лет он довел искусство скрывать свои чувства до совершенства – ничто не намекало на то, что за маской внешнего безразличия прячется ураган эмоций.

Сделав глубокий вдох, Люк ощутил аромат кокоса, исходящий от волос Эмили. Пригласить ее сюда было ошибкой, импульсивным решением. Он не позволял себе такое уже давно. Ему следовало бы послать чек организаторам этого мероприятия и отвести Эмили куданибудь еще. Тогда она не надела бы платье цвета ночного неба, в котором ее фигура выглядела особенно соблазнительно.

Да, так было бы безопаснее. А вот Эмили в этом восхитительном платье и игривом настроении отнюдь не безопасна. На яхте Люк вспоминал о том, что в последний раз посещал благотворительный вечер с Грейс, но затем Эмили начала вести себя как дерзкая соблазнительница и все его воспоминания улетучились.

Едва Люк успел прийти в себя, как появился Джек и стал назло ему флиртовать с Эмили. Люк стиснул зубы. Главное сейчас – не потерять самообладание.

Когда они вошли в особняк, Люк повел Эмили прямо по коридору, тогда как большинство гостей направлялись в зал слева. Ее любопытство оказалось настолько сильным, что она высвободила свою руку и повернула назад. Люку ничего не оставалось, как последовать за ней.

– Ничего себе, – прошептала Эмили, когда они прошли внутрь мимо двух крепких охранников.

Просторный зал с гобеленами на стенах напоминал ювелирный отдел универсального магазина. Повсюду стояли стеклянные шкафчики. В них лежали ожерелья, серьги, браслеты и кольца с бриллиантами, сапфирами, изумрудами и рубинами. Забыв о Люке, девушка ходила от шкафчика к шкафчику, заглядывая через плечи других гостей, чтобы полюбоваться произведениями ювелирного искусства.

– Впечатляющая выставка, – произнесла Эмили, рассеянно теребя бриллиантовую подвеску на цепочке из белого золота у себя на шее. Она очень дорожила этим простым и красивым украшением, но все же понимала, что оно меркнет рядом с теми, что выставлены здесь.

Подняв глаза, Эмили обнаружила, что Люк наблюдает за ее пальцами. Тогда она поспешно отпустила подвеску и сделала вид, будто поправляет бретельку платья.

– Тебе чтонибудь нравится? – спросил Люк, глядя ей в глаза.

Эмили улыбнулась:

– Я люблю блестящие вещи, как и все женщины.

– Как насчет этих? – Он указал на серьги с огромными бриллиантами, каждый из которых тянул по меньшей мере на три карата.

Она наморщила носик:

– Думаю, маловаты будут.

Уголок его рта дернулся.

– Тогда давай посмотрим сапфиры, – предложил он, подведя ее к замысловатому ожерелью. – Они подойдут к твоему платью.

– Вполне, – согласилась Эмили.

Люк кивнул мужчине, стоящему рядом со шкафчиком. Тот отпер дверцу и достал ожерелье на подставке, обтянутой бархатом.

– Люк, я пошутила, – растерянно пробормотала девушка.

– Не беспокойся, мы просто его одолжим, – сказал Люк, проведя кончиками пальцев по камням. – Ты наденешь украшение, какойнибудь толстосум увидит, как хорошо оно на тебе смотрится, и купит его. С этой целью и устраиваются подобные выставки.

– Но оно, наверное, стоит целое состояние.

– Примерно двести тысяч фунтов, – сообщил продавец.

Эмили чуть не вскрикнула от испуга.

– Я не могу его надеть. Что, если замочек сломается?

Мужчина бросил на нее испепеляющий взгляд:

– Наши замочки не ломаются.

– Что, если я про него забуду и уйду с ним домой?

– Уверяю вас, мэм, – произнес он, посмотрев в сторону охранников, – этого не случится.

– Но у меня на шее уже есть подвеска, – попыталась возразить она в последний раз.

– Так сними ее, – прошептал ей на ухо Люк.

– Тебе не терпится меня раздеть? – промурлыкала Эмили.

Она решила, что у Люка подвеска будет в большей безопасности, чем в ее маленькой сумочке.

Опустив подвеску ему на ладонь, Эмили предупредила:

– Не потеряй ее. Она принадлежала моей матери и очень дорога мне.

– Можешь быть спокойна. – Люк убрал цепочку во внутренний карман пиджака.

– Я все еще не уверена, что это хорошая идея.

– Замолчи.

Взяв с подставки ожерелье, он надел его на девушку и начал застегивать замочек на шее.

По сравнению с драгоценным металлом его пальцы, прикоснувшиеся к ее коже, были горячими как огонь.

– Я себя чувствую обманщицей.

– Ты выглядишь как богиня.

– Скорее Золушка.

– Ты уйдешь отсюда до полуночи.

– С прекрасным принцем?

– Боюсь, тебе придется довольствоваться мною.

Эмили вздохнула.

– Думаю, я какнибудь это переживу. – Она нахмурилась. – Как люди узнают, что оно не принадлежит мне, а выставлено на продажу?

– Показ начнется через пятнадцать минут, – вмешался в разговор продавец. – Выступят еще восемь дам. Я могу записать ваше имя, мэм?

У Эмили вытянулось лицо.

– Показ?

– Вы будете демонстрировать наше ожерелье.

– Перед всеми этими людьми? Пожалуйста, скажите, что вы пошутили.

– Если вы не готовы демонстрировать украшение, мэм, боюсь, вам придется его вернуть.

Эмили погладила ожерелье, закусила губу. Все, что от нее требуется, – это пройтись перед собравшимися.

– Думаю, я справлюсь, – сказала она. – В конце концов, это же благотворительность.

– Разумеется, мэм.

Тогда она назвала продавцу свое имя и взяла Люка под руку.

– Ты ослепительна, – произнес он низким голосом, и у нее чуть не подкосились ноги.

Эмили вздрогнула. Если она не будет осторожной, то у нее может возникнуть ощущение, будто у них с Люком все серьезно. А это – всего на одну ночь. В лучшем случае – на несколько. Обычная мимолетная интрижка.

По пути Люк представлял ее гостям, с которыми был знаком. Все они говорили, что рады его видеть. Эмили нечасто бывала в таком обществе и хотела получить как можно больше впечатлений от этого вечера. Насладиться общением, блеском драгоценностей, экзотическими ароматами. Даже поймать неодобрительный взгляд седовласой дамы, наблюдающей за ними.

Однако в чем причина подобной враждебности? Может, эта женщина заметила, что на ней не слишком дорогое платье? Или узнала, что на банковском счете Эмили лежит далеко не миллион?

Только она собиралась спросить у Люка, не знает ли он эту гостью, как его рука скользнула по ее обнаженной спине. Эмили глубоко вдохнула, и пожилая дама у колонны тут же была забыта.

– Как думаешь, долго еще нам ждать самую пикантную часть этого вечера? – произнесла она хриплым голосом.

Их взгляды встретились, и она увидела в его глазах отражение ее собственного желания.

– Терпение, – мягко сказал он.

– К несчастью, оно никогда не входило в число моих добродетелей, так же как воздержание, постоянство и благоразумие.

– А как насчет выносливости?

– О, ее у меня в избытке.

– Думаю, она тебе понадобится. Ступай.

Она надула губки:

– Я тебе уже надоела?

Тогда Люк отвел ее в укромный уголок в стороне от банкетного зала.

– Что ты делаешь? – спросила она, глядя в его потемневшие глаза.

– Ты бледна. Не лучший фон для сапфиров.

И он накрыл ее губы своими. Чтобы сохранить равновесие, Эмили была вынуждена вцепиться в его пиджак. Язык Люка стремительно ворвался вглубь ее рта, и она, теснее прижавшись к нему, стала жадно брать то, что он ей предлагал.

– Я бы хотел делать это весь вечер, – проговорил он, прерывисто дыша.

– И что же тебе мешает?

– Не люблю выставлять себя напоказ. – Отстранившись, Люк поправил у нее на шее ожерелье.

Эмили знала, что ее щеки раскраснелись, а глаза блестят. Но она испытывала вялость во всем теле, словно была опьянена желанием. Как она сможет дефилировать перед потенциальными покупателями на ватных ногах?

Люк провел большим пальцем по ее нижней губе, затем тяжело вздохнул и убрал руку. Эмили постаралась успокоиться.

– Иди. Увидимся за столиком. Только не разговаривай с незнакомыми мужчинами, – попросил он.

В этот момент к ней подошла девушка – координатор показа.

Эмили одарила Люка сексуальной улыбкой и пошла готовиться к дефиле.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

«Молодец, Гаррисон. Ты выдержал», – сказал себе Люк, входя в банкетный зал. Когда его губы коснулись губ Эмили, ему захотелось вытащить ее на улицу, усадить в такси и начать раздевать прямо в машине. К счастью, Люку вовремя удалось взять себя в руки. Значит, он попрежнему может держать под контролем свои эмоции.

Джек уже сидел за столиком.

– Где Эмили? – спросил он.

Люку не понравилась заинтересованность, прозвучавшая в голосе друга, но он не подал виду.

– Участвует в показе ювелирных украшений.

– Вижу, ты всетаки воспользовался моим советом, – заметил Джек.

– Каким еще советом?

– Хорошо развлечься. Ты переспал с ней, не так ли?

Внутри у Люка все сжалось, но он ответил достаточно спокойно:

– Это касается только нас двоих.

– Я это знал! – Улыбаясь, Джек хлопнул его по плечу. – С возвращением, дружище!

– Я не тот, что прежде, – произнес Люк, мрачнея.

– Разумеется, нет, – согласился его приятель. – Но я рад, что ты снова улыбаешься. Кстати, – добавил он, коснувшись уголка своего рта, – тебе не очень идет этот цвет помады.

Нахмурившись, Люк взял салфетку и вытер рот. Вскоре свет погас и заиграла музыка.

Чтобы не рисковать остатками самоконтроля, он сосредоточился на цветочной композиции в центре стола и стал перечислять в уме названия компаний, которые должны были в течение следующих двух дней сообщить ему о своих доходах.

К тому времени, когда он закончил, мимо прошли уже семь женщин.

– Мисс Эмили Мачмонт, – прозвучал голос ведущего, – демонстрирует сапфировое ожерелье от Картье. Это утонченное произведение ювелирного искусства изготовлено из тридцати сапфиров из ШриЛанки общим весом двести карат. Яркосиние камни изумительно контрастируют со сверкающей россыпью из четырехсот тридцати бриллиантов.

Отпив глоток вина, Люк откинулся на спинку стула и попытался снова сосредоточиться на цветах. Неожиданно его сердце забилось медленней, а взор затуманился. Он провел ладонью по лицу, тряхнул головой и вдруг краем глаза заметил, как Эмили уверенной легкой походкой движется между столиками. Сапфиры сверкали на ее гладкой кремовой коже. К ужасу своему, он обнаружил, что не может оторвать от нее глаз.

Она остановилась рядом с ним и знойно улыбнулась. Люка будто током ударило. Она долго смотрела на него, словно бросая ему вызов, затем кокетливо вскинула голову и поплыла дальше.

К тому времени, когда зажегся свет, все мысли Люка были только об их ночи во Франции. Взрыв аплодисментов вернул его к реальности. Он обнаружил, что Эмили стоит рядом с ним.

– У меня получилось? – спросила она.

– Да, – с трудом вымолвил Люк, не в силах подняться.

– Вы были просто великолепны, – восхитился Джек. – Позвольте мне вас всем представить.

Эмили здоровалась с соседями по столику, говорила любезности. Она была уверена, что отлично справилась, и теперь наслаждалась всеобщим вниманием. Даже поймав на себе ледяной взгляд седовласой дамы, девушка не потеряла самообладания. Но почему хмурится Люк? Почему не встал, грубиян?

– По крайней мере, я не опозорилась, – произнесла Эмили.

Люк слегка улыбнулся ей, затем отвернулся и продолжил разговор с соседкой слева. Эмили стало обидно.

– Что я сделала не так? – обратилась она к Джеку.

– Ничего. Напротив, вы все делаете совершенно правильно. – Его слова привели Эмили в замешательство. – Я уже давно знаю Люка. Похоже, у него проблемы личного характера.

Она нахмурилась:

– У него определенно проблемы с хорошими манерами.

– И с самоконтролем, – добавил Джек.

– С чем, повашему, это связано?

– Лучше спросите его сами.

А Люк продолжал ее игнорировать. Обида сменилась раздражением.

– Похоже, он не хочет сейчас со мной разговаривать.

– Но лишь потому, что хотел бы сейчас делать с вами коечто другое.

Плечи Люка напряглись. Затем он бросил на нее взгляд, в котором было столько желания и обещания, что Эмили чуть не растаяла. Точно так же он на нее смотрел, когда она остановилась перед ним во время дефиле.

– Да. Я вижу, – согласилась она с Джеком.

– Заставьте его потерять над собой контроль, Эмили, – посоветовал тот с озорным блеском в глазах. – Вам, как никому, это удастся.

Люк бросил на друга яростный предупреждающий взгляд. Джек ответил еле заметным кивком.

– Вина? – спросил он Эмили.

– Да, пожалуйста.

Люк был так увлечен разговором с соседкой, что Эмили ничего не оставалось, кроме как повернуться к мужчине слева, который смотрел на нее с восхищением.

– Вы были неподражаемы!

– Спасибо.

– Меня зовут Эндрю.

– Я Эмили. Вы тоже финансист? – поинтересовалась девушка.

– Я занимаюсь марками.

– Как интересно! Расскажите поподробнее.

Она уже пять минут поддерживала разговор на тему, в которой совершенно не разбиралась, когда Люк задел коленом ее ногу. Это произошло так неожиданно, что Эмили подскочила на месте.

– Вы в порядке? – заволновался Эндрю.

– Ничего страшного. Я вас внимательно слушаю. Что вы там говорили о марокканских марках?

– Маврикийских. Это самые редкие марки в мире.

– Ах да. Простите.

Теперь, когда их колени соприкасались, ей было невероятно трудно концентрироваться на беседе. Эмили едва замечала официантов, которые уносили одни деликатесы и приносили другие. Она не попробовала ни главное блюдо, ни десерт.

Люк опустил руку, чтобы поднять упавшую салфетку. При этом его пальцы скользнули по ее лодыжке. Эмили пришлось засунуть в рот шоколадную конфету, чтобы не застонать.

«Ну, держись», – решила Эмили, принимая вызов. Когда Люк поднес ко рту бокал с вином, она положила руку ему на бедро. Его мышцы напряглись, и он чуть не поперхнулся. Тяжело дыша, он посмотрел на нее изпод полуприкрытых век и хрипло произнес:

– Что?

Эмили сделала вид, будто раздражена.

– Боже мой, я совсем забыла, что хотела сказать. Все мысли вылетели из головы.

– Думаю, сейчас начнется аукцион, – произнесла Тамсин, красивая девушка, сидящая рядом с Джеком.

– Ах да, именно об этом я и собиралась предупредить. – Тряхнув головой, Эмили принялась ласкать бедро Люка.

Его глаза сузились, рука крепко сжала салфетку.

– Ходят слухи, что вы любите аукционы, Люк, – промурлыкала Тамсин. Она весь вечер бросала на него пылкие взгляды.

– Все зависит от того, что именно продается, – ответил он.

– Иногда можно приобрести чтонибудь интересное, – заметил Джек, ухмыляясь.

– Вот только никогда нельзя точно знать, оправдает ли новое приобретение твои ожидания, – заявила Тамсин.

– Лично я до сих пор не жаловался, – лениво протянул Люк, поигрывая кофейной ложечкой.

На подиум в центре зала поднялся мужчина, и взгляды всех присутствующих устремились на него. Как только погас свет, послышался его низкий, хорошо поставленный голос:

– Дамы и господа! Надеюсь, вы получаете удовольствие от этого вечера. Сейчас мы перейдем к аукциону, и я постараюсь убедить вас расстаться с крупными денежными суммами. У нас есть отличные лоты, которые, я уверен, достойны вашего внимания. Итак, позвольте предложить лот номер один – бронзовую скульптуру. Первоначальная цена тысяча фунтов. Кто больше?

Эмили была рада такому повороту событий. У нее есть примерно полчаса на то, чтобы успокоиться и разобраться в своих мыслях.

Что такого особенного в Люке Гаррисоне? Как ему удается доводить ее до лихорадочного состояния? Да, он красив и сексуален, но ведь и Джек не уступает ему. Однако от прикосновений Джека ее кожа не вспыхивает. Может, ее притягивает та боль, которую она несколько раз замечала в глазах Люка? Некоторая загадочность? Сдержанный юмор? Внутренняя сила?

Разве это имеет значение? Сейчас важно одно: что произойдет по окончании благотворительного приема? Ее бросило в жар. Куда они поедут? К ней домой или к Люку? Из окон его пентхауса, должно быть, открывается великолепный вид.

Она сбросит туфли и подойдет к окну. Люк приблизится следом и положит руки ей на плечи. Затем медленно расстегнет «молнию» на ее платье, спустит бретельки, и шелковый наряд, заструившись по ее ногам, упадет на пол. Затем он развернет ее лицом к себе и заявит, что она похожа на Венеру Боттичелли. Она снимет с него пиджак, расстегнет пуговицы на рубашке. Затем погладит его грудь, возможно, заденет сосок. Тогда он прижмет ее к себе, страстно поцелует, и они опустятся на мягкий ковер из овечьей шерсти…

Эмили открыла глаза и медленно выдохнула. Ее бедное сердце может не выдержать.

К счастью, никто за столиком, похоже, не заметил, что она перенеслась в мир грез. Девушка посмотрела на Люка. Его внимание было приковано к человеку на подиуме. Неожиданно он кивнул. Предложил цену? Она перевела взгляд на Джека. Лицо того выражало решимость. О боже, только не это! За что они собираются бороться на сей раз? Вытянув вперед шею, Эмили, к своему ужасу, обнаружила, что текущий лот – это огромная картина, изображающая скорпиона.

– Шестьдесят тысяч. Спасибо, сэр, – произнес аукционист, указывая молотком на Джека.

Люк снова кивнул.

– Ты спятил? – прошептала Эмили.

– В моей квартире много пустых стен.

– Эта картина ужасна. – Люк еще раз кивнул. – Ты поднимаешь цену лишь для того, чтобы картина не досталась Джеку, не так ли?

– Вовсе нет. Это было бы ребячеством. Картина написана известным художником и является хорошим вложением средств. Кроме того, деньги, которые я за нее заплачу, пойдут на доброе дело.

– Все же она кошмарна. Если у тебя пустые стены, я могу прийти и разрисовать их. Уверена, моя работа будет выглядеть лучше этого скорпиона.

– Это не просто скорпион. На картине изображена борьба человека с несправедливостями капитализма.

– Лицемер, – усмехнулась Эмили. – Ты зарабатываешь себе на жизнь, управляя капиталами.

– Я либеральный капиталист.

Эмили фыркнула:

– Тебе нравится эта картина?

– Она побуждает к раздумьям.

– Она страшна как смертный грех. Ты правда хочешь ее заполучить?

Аукционист выжидающе смотрел на Люка, в зале воцарилась тишина. Казалось, прошло несколько часов, прежде чем Люк отрицательно помотал головой.

– Продано, – объявил аукционист, ударив молотком по столу, – джентльмену за столиком номер шесть. На этом, дамы и господа, наш аукцион завершается. Огромное спасибо всем, кто принимал в нем участие. Тысячам больных и нуждающихся детей во всем мире будет оказана помощь благодаря вашей щедрости.

Эти слова были встречены шквалом аплодисментов, после чего аукционист добавил:

– Сейчас начнутся танцы. Желающие также могут заглянуть в казино.

Эмили была приятно удивлена: Люк прислушался к ее совету!

– Я не могу поверить, что ты позволил мне ее купить, – бросил Джек, подняв бровь. – Что, она оказалась для тебя дороговата?

Люк неторопливо поднялся из-за стола:

– Если хочешь украшать свои стены всякой мазней, я не буду тебе мешать, Джек.

Взяв Эмили за руку, он наклонился к ней:

– Потанцуй со мной.

Она танцевала плохо, и обычно ее было трудно заставить это делать, но прикосновение Люка придало ей уверенности.

– Прошу прощения, – извинилась она перед Эндрю и пошла с Люком на танцпол. К счастью, там было полно народу и они могли только покачиваться на месте.

Люк положил одну руку ей на талию, а другую на плечо. Эмили охватило желание, и она боялась, что не сдержится и сорвет с него рубашку прямо сейчас. От греха подальше она обняла его за плечи.

Его взгляд скользнул по ее лицу и задержался на губах.

– Что? – спросила она.

– Ничего.

– Ничего? Думаешь, я в это поверю?

Он вздохнул:

– Спасибо. Благодаря тебе я не выбросил на ветер восемьдесят тысяч.

– Благодаря мне тебе не придется каждый день смотреть на этот ужас. Но ты ведь не это хотел сказать, верно?

Его губы изогнулись в улыбке, и Эмили замерла на месте.

– Кажется, ты сильно увлеклась Джеком и Эндрю, – мягко произнес Люк.

– Они оба красивые и обаятельные. Разве можно ими не увлечься?

Его лицо помрачнело.

– Тамсин очаровательная девушка, не так ли? – пошла она в наступление. – Ты хорошо ее знаешь?

Люк рассмеялся. Он делал это так редко, что Эмили была застигнута врасплох.

– Она подруга Джека.

– Возможно, она действительно подруга Джека, но ты не ответил на мой вопрос.

– Один раз мы вместе ужинали.

– Просто ужинали?

– Да, просто ужинали. Возможно, я поцеловал ее на прощание.

Эмили задумчиво кивнула. Ее руки заскользили по его плечам и соединились сзади на шее.

– Всего один поцелуй?

– Я не сплю с женщинами после первого свидания.

Она усмехнулась.

– Никакого секса после первого свидания и одной ночи любви? Похоже, из-за меня ты нарушил свои правила.

– Вопервых, приглашение на свадьбу не было свиданием. Вовторых, мы уже договорились, что будет вторая ночь. Так что никакие правила не нарушены.

– А есть правила, о которых я не знаю? – Она подняла бровь.

Лицо Люка посерьезнело.

– Предупреждаю, наши отношения будут краткосрочными. Я не могу брать на себя серьезные обязательства.

– Почему?

– Все это слишком сложно.

– У тебя уже был такой опыт?

– Да, однажды.

– И что произошло?

– Здесь не место для такого разговора.

Это было несправедливо. Она рассказала ему о своих отношениях с Томом. Почти все. Однако его взгляд предупредил, что тема закрыта, и Эмили удержалась от дальнейших расспросов.

– Люк, я прекрасно тебя поняла. Я тоже против обязательств. Так что все улажено. Нам обоим нужен друг от друга просто секс.

– Просто? В том, что происходило, когда мы с тобой занимались сексом, не было ничего простого.

Эмили надула губки:

– Это было так давно, что я почти ничего не помню. – Она крепче обняла Люка и прижалась к его груди.

– Ты ведь понимаешь, что одной ночи будет недостаточно, правда? – прошептал он.

Эмили поинтересовалась:

– После какого количества ночей отношения становятся долгосрочными?

– Понятия не имею. Мы по ходу поймем, когда необходимо остановиться.

«Походит на сценарий катастрофы», – подумала девушка. Но ей было сейчас так хорошо, что она не захотела разрушать чары.

– Знаешь, что люди говорят о танце? – спросила она.

– И что же они говорят?

– Что танец – это метафора секса. Та же близость, те же движения, прикосновения.

Его ладонь скользнула по ее обнаженной спине, и кожа Эмили запылала.

– Так хорошо?

Закусив губу, она кивнула. Его рука спустилась ниже.

– А так?

Эмили тихо застонала.

Плавная музыка сменилась более быстрой и ритмичной.

– Здесь становится опасно, – заметил Люк, уворачиваясь от чьегото локтя. Затем он положил руку на плечи Эмили и увел ее с танцпола. Она чувствовала, что он желает ее так же сильно, как она его, и дрожала от напряжения.

– Я вернусь через секунду. – Эмили высвободилась из его объятий. – Думаю, мне нужно успокоиться.

– Давай уедем отсюда.

– Так рано? – произнесла она с притворным отчаянием.

Люк прожег ее взглядом:

– Уже почти полночь, Золушка. Я хочу, чтобы наша долгожданная встреча в постели состоялась до того, как ты превратишься в тыкву.

– В таком случае я постараюсь управиться как можно скорее.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Эмили уставилась на свое отражение в зеркале дамской комнаты. Неужели эта женщина с раскрасневшимися щеками и глазами, сверкающими, как сапфиры у нее на шее, она, Эмили Мачмонт? Она никогда еще не была так сильно возбуждена. И это пугало. Эмили едва узнавала себя. Действительно ли секс с Люком – хорошая идея? Она мысленно отругала себя за сомнения. Это лучшая идея в мире.

Дрожащими руками девушка расстегнула сумочку и достала губную помаду.

– Прошу прощения.

Увидев в зеркале седовласую даму, которая до этого смотрела на нее с неодобрением, Эмили замерла. Незнакомка с жемчужным колье на шее и бриллиантовыми серьгами в ушах держалась с достоинством царственной особы.

– Да? – спросила она, обернувшись.

– Скажите, мисс, вы… ээ… с Люком Гаррисоном?

Это был вопрос на миллион долларов.

– Да, я пришла сюда с ним.

Возможно, это подруга матери Люка. Или даже его мать.

– Вы с ним встречаетесь?

– О нет, мы просто… – Щеки Эмили вспыхнули, и она осеклась. Разве она может сказать этой почтенной особе, что они с Люком просто планируют после приема заняться сексом?

– Я поняла.

«Надеюсь, что нет», – подумала Эмили.

– Как давно вы его знаете?

Девушка пожала плечами:

– Около двух недель.

– У вас все серьезно?

Эмили так и подмывало заявить собеседнице, что это не ее дело, но хорошее воспитание не позволяло ей грубить женщине, которая в два раза ее старше.

– Не знаю. Еще слишком рано делать выводы.

– Он лакомый кусочек.

– Ээ… да. Вы хорошо его знаете?

– Очень хорошо.

Женщина молчала, лишь продолжала пристально на нее смотреть, и Эмили захотелось стать невидимой.

– Может, вы хотите чтонибудь передать Люку или поздороваться с ним? Он здесь, недалеко.

Пожилая дама покачала головой:

– Я хотела поговорить с вами.

Эмили нахмурилась. Это начинало действовать ей на нервы. Она огляделась. В дамской комнате не осталось никого.

– Была рада с вами познакомиться, миссис?..

– Пирсон.

Слава богу, не мать Люка.

– Миссис Пирсон, мне пора возвращаться к Люку. Он уже, наверное, заждался.

Эмили повернулась и направилась к выходу, но тут миссис Пирсон на удивление сильно схватила ее за локоть:

– Вы должны знать, что он никогда вас не полюбит.

По спине Эмили пробежал холодок. Она и не надеялась на то, что Люк ее полюбит, но чтото во взгляде этой дамы заставило ее насторожиться.

– Почему? – спросила она небрежным тоном.

– Потому что он всегда будет любить мою дочь.

Девушка похолодела. Люк влюблен в дочь миссис Пирсон? Тогда почему он флиртует и занимается сексом с ней, с Эмили? Конечно, она мало знает Люка, но он не производит впечатление плейбоя. Он не стал бы изменять той, которую любит понастоящему. Он отдавал бы ей всего себя. Значит, миссис Пирсон либо заблуждается, либо тронулась умом. Впрочем, на сумасшедшую она не похожа.

Неожиданно взгляд пожилой женщины смягчился, стал задумчивым и печальным. У Эмили появилось нехорошее предчувствие.

– Кем вы приходитесь Люку? – тихо спросила девушка.

– Моя дочь – жена Люка, а я его теща.

Кровь отхлынула от лица Эмили. Люк женат? К горлу подкатилась тошнота. Нет, это невозможно. Он утверждал, что холост. Неужели солгал?

– Люк сказал, что не женат, и я ему верю, – произнесла она.

– Фактически так оно и есть, но его сердце все еще принадлежит моей дочери.

Эмили нахмурилась:

– Простите, но я вас не понимаю.

– Моя девочка умерла три года назад.

У Эмили чуть не подкосились ноги. Люк вдовец?

– Он был опустошен. Мы все были опустошены.

На мгновение морщины на лице миссис Пирсон углубились, дух сопротивления покинул ее. Она сразу постарела лет на двадцать.

– Мне очень жаль.

Миссис Пирсон расправила плечи:

– Я не нуждаюсь в вашем сочувствии. Я просто хотела выяснить, знаете ли вы о Люке и моей дочери. Грейс активно занималась благотворительностью. Они часто посещали вместе это мероприятие. После ее смерти он ни разу здесь не был. Я приходила вместо него. – Она пристально посмотрела на Эмили. – Теперь вы понимаете, почему я хотела с вами поговорить?

– Да.

– Он о ней упоминал?

– Нет.

– Хорошо, что вы теперь все знаете.

Миссис Пирсон покинула дамскую комнату. Эмили показалось, что мир перевернулся. Ее сердце бешено колотилось, все тело дрожало. Она понимала пожилую женщину. Разумеется, та желала знать, кто занял место ее дочери. Вот только Эмили не занимала ничье место.

Разве она может сейчас вернуться к Люку? Флиртовать с ним, заниматься сексом? Внутри все сжалось, огонь желания потух. Остались только сомнения, смятение и боль.

* * *

Резко оборвав разговор со знакомым, Люк посмотрел на часы и нахмурился. Уже перевалило за полночь. Где Эмили, черт побери? Она отправилась в дамскую комнату двадцать минут назад.

Увидев Джека, вышедшего из казино, он догнал его:

– Ты не видел Эмили?

Джек удивленно поднял брови:

– Пару минут назад она пошла вон туда. – Он махнул рукой в сторону огромных дверей, ведущих в холл.

– Спасибо, – пробормотал Люк и бросился в холл.

Эмили там не оказалось.

– Сколько еще раз мне нужно это повторить? Я не пыталась его украсть. Я просто забыла, что оно на мне. – Ее голос донесся откудато слева, и Люк пошел в зал, где выставлялись драгоценности.

Эмили стояла между двумя охранниками. Один из них держал ее за руку. Продавец собирался звонить по мобильному телефону.

– Что происходит? – спокойно спросил Люк, хотя его переполняло возмущение.

Лицо Эмили было белее мела. Она не смотрела на него.

– Я звоню своему начальнику, – отрывисто бросил продавец. – Эта молодая особа попыталась вынести украшение.

– Случайно, – уверяла его Эмили. – Это просто ошибка.

– Мы со всеми ворами обходимся одинаково. Они отвечают за содеянное перед законом.

– Я не воровка! – возмутилась девушка. – Будь я ею, вряд ли решилась бы убегать на трехдюймовых каблуках.

– Был ли нанесен комунибудь реальный ущерб? – поинтересовался Люк.

– Полагаю, что нет, – обиженно произнес продавец.

– В таком случае она может снять украшение, вернуть вам и спокойно уйти.

– Я должен следовать предписаниям.

– Вашему начальнику понравится, если вы разбудите его среди ночи из-за пустяков? – Люк смерил его ледяным взглядом.

Продавец уставился на высокого, решительно настроенного мужчину, и на его щеке дернулся мускул.

– Полагаю, в данном случае мы могли бы сделать исключение.

Люк кивнул:

– Мы были бы вам очень признательны.

Охранник отпустил Эмили. Она тут же потянулась к замочку ожерелья, но ее пальцы сильно дрожали, и она не смогла его расстегнуть. Тогда Люк подошел к ней.

– Давай я помогу, – предложил он.

Когда его пальцы коснулись ее кожи, она вздрогнула.

Расстегнув замочек, Люк вернул ожерелье продавцу, после чего вывел Эмили из зала. Она все еще дрожала, и это его беспокоило.

– Ты очень бледна. Что случилось?

– Я неважно себя чувствую. Мне нужно уйти.

Он нахмурился:

– Почему ты ничего мне не сказала? Мы могли бы уйти вместе.

– Я устала, у меня заболела голова, и я не хотела мешать тебе.

Люк не понимал, что происходит. Почему она не смотрит ему в глаза? Почему так спешила уйти, что забыла вернуть ожерелье? Что произошло за эти двадцать минут? Еще совсем недавно Эмили одаривала его многообещающими сексуальными улыбками, а сейчас была холодна как лед.

– Я отвезу тебя домой.

– Нет, – отрезала Эмили. – Мне просто нужно немного побыть на свежем воздухе. Со мной все будет в порядке.

Люк услышал в ее голосе отчаяние, и ему это не понравилось. Он схватил ее за руку и вывел на улицу. Каменную лестницу освещали фонари.

– В таком случае мы поговорим здесь.

– Нам не о чем говорить.

– Как это не о чем? А как же заключительная часть вечера?

– Я не в настроении.

– Я это заметил, но не отпущу тебя до тех пор, пока ты не объяснишь, что происходит.

– Я устала, и у меня болит голова.

– Я тебе не верю.

– Хорошо. Я только что познакомилась с твоей тещей.

Люк застыл на месте.

– С Элизабет? Где?

– Она загнала меня в угол в дамской комнате.

Ему все сразу стало ясно.

– Я не знал, что она здесь.

Как он мог ее не заметить? Люк всегда был в хороших отношениях с матерью Грейс и виделся с ней время от времени. Почему она не подошла и не поздоровалась?

– Она весь вечер както странно на меня смотрела. Теперь я знаю почему, – продолжила Эмили.

– Что она тебе сказала?

– Что ты был женат на ее дочери. И что она умерла.

– Это правда.

Люк провел рукой по волосам. Сейчас боль обрушится на него с новой силой.

– Что случилось?

– Грейс разбилась на машине три года назад. Она ехала слишком быстро. Было скользко, она не справилась с управлением и врезалась в дерево.

Он отвернулся, чтобы не видеть жалости и сочувствия в глазах Эмили. И того и другого с него уже было достаточно.

После небольшой паузы Эмили произнесла мягче, чем прежде:

– Мне очень жаль.

– Это уже в прошлом, – рассеянно пробормотал Люк.

– Ты поэтому так странно вел себя в церкви?

– Странно?

Сейчас он чувствовал себя тоже довольно странно.

– Ты был бледен, напряжен, смотрел в одну точку.

– После похорон Грейс я ни разу не был в церкви. Считал, что мне там будет неуютно.

– Так и вышло?

– Да.

И причиной тому стало огромное чувство вины из-за того, что его влечение к Эмили оказалось намного сильнее воспоминаний о Грейс.

– Почему ты ничего не сказал?

– Я едва тебя знал. К нам с тобой это не имело никакого отношения. – Он подошел ближе. – И попрежнему не имеет.

Эмили отпрянула, и это подействовало на него как пощечина.

– Это все меняет, – возразила она.

– Почему?

– Не знаю. Просто меняет, и все.

– Понятно.

Именно этого он и хотел избежать, не желая, чтобы призраки прошлого вмешивались в настоящее.

– Меня не удивляет, что ты решила исчезнуть.

– Я не собиралась никуда исчезать.

– Однако все выглядело именно так.

– Прости, что не предупредила тебя. Я просто хотела все обдумать.

– Ты ведь знаешь, как я не люблю, когда от меня убегают. Но я готов дать тебе время на размышления.

Эмили кивнула:

– Я была бы тебе очень признательна.

– Когда решишь, чего хочешь, дай мне знать, – сказал Люк, мысленно проклиная себя и Элизабет. – Я поймаю тебе такси.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Эмили поднялась с постели, едва за окном забрезжил рассвет.

Если бы все пошло по плану, они с Люком сейчас спали бы в объятиях друг друга после бурной ночи. Ее нервы были на пределе, в глаза словно песка насыпали.

Спускаясь по лестнице, девушка вспоминала события вчерашнего вечера. По крайней мере, теперь она знала, почему Люк иногда казался ей таким далеким. Он переживал из-за смерти любимой жены. Сердце Эмили болезненно сжалось.

Войдя в кухню, она включила электрический чайник и прислонилась к кухонной стойке. Ее мучила масса вопросов. Какой была Грейс? Каким был раньше Люк? Как долго они были женаты? И самое главное: почему он не посчитал нужным рассказать ей о своем браке? Неужели то, что между ними происходит, столь незначительно?

Наверное, так и есть. Что их связывает с Люком? Только секс. Горячий, страстный секс. Их отношения закончатся сразу, как только они пресытятся. Так что незачем себя изводить.

Эмили сидела за кухонным столом, уставившись на экран своего ноутбука. «Ну, давай же, – подталкивала она себя. – Не будь идиоткой. Отправь это дурацкое сообщение». Она уже два дня разрывалась на части, не зная, позвонить Люку или связаться с ним по электронной почте. Решив наконец, что второй вариант менее навязчив, девушка потратила несколько часов на сочинение письма, добиваясь, чтобы оно было коротким и по существу. Эмили в тысячный раз перечитала набранный текст.

«Дорогой Люк!

Надеюсь, у тебя все хорошо. Наверное, ты очень занят, поэтому перейду прямо к делу. Я все как следует обдумала и приняла решение. Поскольку мы оба противники обязательств, я не вижу ничего, что могло бы помешать осуществлению нашего плана. В конце концов, мы обещали друг другу всего одну ночь. Если тебя все еще это интересует, можешь связаться со мной в любое время.

Эмили».

Другие послания, в которых Эмили описала свои эротические фантазии и желания, она поместила в папку «Черновики». Они никогда не дойдут до адресата.

Нажав на кнопку «Отправить», девушка поднялась из-за стола, взяла журнал и принялась им обмахиваться. Ей казалось, что температура ее тела подскочила до критической отметки. Утро она провела на шезлонге, в саду, что было ошибкой. Теплые солнечные лучи, ласкающие кожу, напомнили ей о нежных руках Люка, и она чувствовала себя как на раскаленных углях.

Когда она была в таком взвинченном состоянии, ее могло успокоить только любимое занятие. С этой мыслью она отправилась в мастерскую.

Послышался звонок. Эмили рисовала замысловатый орнамент на большом овальном блюде, что требовало предельной концентрации. Чем сложнее работа, тем лучше, решила она.

Звонок повторился, но Эмили не сдвинулась с места. Анна обещала заехать позже. Значит, это какойнибудь коммивояжер.

Неожиданно за окошком промелькнула тень, и в мастерской на мгновение стало темно. Затем раздался стук в дверь, и на пороге появился Люк. В джинсах и белой рубашке он выглядел на все сто, несмотря на следы усталости на лице.

Вскрикнув от неожиданности, Эмили вскочила на ноги. Кисть выскользнула из ее руки и упала на пол, сердце неистово заколотилось.

– Что ты здесь делаешь?

– Ты думала, что я усижу на месте после такого сообщения?

– Я отправила тебе письмо всего десять минут назад.

Люк достал из кармана свой смартфон.

– Я ехал на деловую встречу.

– В джинсах?

– Сегодня пятница. Я отменил дресскод.

Эмили с трудом скрыла удивление:

– Значит, тебя ждут?

– Нет. Я отправил туда пару своих людей.

Услышать подобное от трудоголика было весьма неожиданно. Видно, жара действует не на нее одну.

– Не думала, что мое письмо заставит тебя так быстро приехать.

– Я получил два.

Эмили похолодела. Два? Но это невозможно. Или… Неужели она действительно оказалась идиоткой? О боже! В таком взвинченном состоянии она запросто могла перепутать кнопки «Отправить» и «Сохранить».

– Сейчас я получил то, в котором ты надеешься, что у меня все хорошо, и сообщаешь о своем решении, – сказал он, просматривая текст сообщения. – Оно интересное и многообещающее. Отвечаю: у меня все хорошо, если не считать того, что я уже два дня страдаю от неудовлетворенного желания. Но развернуть машину меня заставило первое письмо. Давай я его прочитаю.

Щеки Эмили вспыхнули. Это могла быть любая из шести фантазий.

– В этом нет необходимости.

– А я хочу еще раз прочитать. – Он нашел нужное письмо и открыл его. – Вот и оно. Я сам расставил знаки препинания, поскольку ты не удосужилась.

– Последнее, о чем я думала, так это о знаках препинания, – пробормотала она.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, – заверил ее Люк, подойдя ближе. – «Это желание сводит меня с ума. Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне. Здесь и сейчас. Мне нужно…»

– Вполне достаточно, – перебила его Эмили. – Ты поверишь, если я скажу, что оно не предназначалось тебе?

– Это правда?

– Оно никому не предназначалось. Я просто… импровизовала. – Это прозвучало както странно.

Уголок его рта поднялся.

– Может, импровизировала?

– Да, я оговорилась.

– Что бы ты ни делала, такие откровения не могут остаться без последствий.

Люк навис над ней, и помещение внезапно уменьшилось в размерах. Эмили стало трудно дышать, голова закружилась, и в глазах потемнело. Затем, тихо застонав, она провалилась в пустоту.

Придя в себя, девушка обнаружила, что лежит на шезлонге под деревом, а Люк сидит рядом и смотрит на нее с тревогой.

– Что случилось? – спросила она.

– Ты потеряла сознание.

– Странно. Я никогда еще не падала в обморок.

– Когда ты в последний раз ела?

– Часа два назад.

Люк криво усмехнулся:

– Полагаю, причиной обморока могло стать мое внезапное появление.

– Скорее, тепловой удар и обезвоживание. Я слишком много времени провела на солнце.

– Должен признаться, ты заставила меня поволноваться.

Люк о ней беспокоится. Это очень приятно.

Он склонился над ней, опершись руками о края шезлонга. Покачивающиеся на ветру листья отбрасывали на его лицо причудливые тени.

– Женщины наверняка постоянно падают к твоим ногам.

– Ты бредишь.

От его легкой улыбки ее пульс снова зачастил.

– Это очень приятный бред. – Господи, неужели из-за теплового удара у нее повредился рассудок? – Как я здесь оказалась?

– Когда ты потеряла сознание, я подхватил тебя на руки и принес сюда.

– Ты на все готов пойти, лишь бы придать мне горизонтальное положение.

– Я бы предпочел, чтобы ты была в нормальном состоянии, когда мы оба наконец примем горизонтальное положение. Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо.

Это была ложь. На самом деле ей было не по себе.

– Тебе известно надежное средство от теплового удара?

– Остаться в тени?

– Снять одежду. – Его глаза блестели. – Чтобы немного охладиться.

– В этом есть смысл.

– Тогда давай я тебе помогу.

Вдруг Эмили, к ужасу своему, обнаружила пятна глины на его белой рубашке.

– Когда ты умудрился испачкаться?

– Подхватывая тебя, я задел гончарный круг.

– Ты не ушибся?

– Нет.

Закрыв на мгновение глаза, Эмили представила его себе без рубашки. Затем захлопала ресницами и бросила на Люка пылкий взгляд:

– Я приму твою помощь только в том случае, если ты позволишь мне раздеть тебя.

– Я не страдаю от последствий теплового удара.

– Пока, – ответила Эмили, обольстительно улыбаясь. – Скоро тебе тоже станет жарко. – Подняв руки, она начала расстегивать пуговицы на его рубашке. – Ее следует прямо сейчас положить в стиральную машину, пока пятна свежие.

Люк схватил ее за запястья. Его улыбка поблекла.

– Похоже, ты действительно спятила.

– Нет, не спятила. Просто немного одурманена… и вся горю.

Положив ладонь ей на лоб, Люк нахмурился. Затем легко поднял девушку и понес в дом. На втором этаже он вошел в спальню и бережно опустил Эмили на кровать.

«Да! Да! Да!» – повторяла она про себя, разрываясь на части от страсти. Именно этого она ждала с того самого утра, когда проснулась одна в номере отеля.

– Оставайся здесь, – распорядился Люк, направляясь к двери. Вскоре он вернулся со стаканом воды. – Выпей.

Его тон был властным, не терпящим возражений. Эмили подчинилась, но, сделав несколько глотков, поморщилась: вода оказалась одновременно соленой и сладкой.

– Что это, черт побери?

– Раздевайся, – произнес он тем же тоном.

Наконецто! Кокетливо опустив ресницы, Эмили опустилась на подушки:

– Почему бы тебе самому это не сделать?

Люк с печальной улыбкой покачал головой, после чего наклонился, собираясь расстегнуть ей топ и шорты.

– Тебе придется мне помочь. Сядь.

– Нет, – возразила Эмили, закидывая руки за голову и приподнимая бедра.

– Так и думал, что ты это скажешь, – пробормотал Люк и, снова подхватив ее на руки, прямо в одежде отнес в ванную.

Оказавшись в ванне с холодной водой, Эмили вскрикнула и попыталась выскочить, но Люк удержал ее. Когда потрясение прошло, остужающая ванна показалась ей настоящим блаженством.

– Похоже, у тебя, моя безумная сирена, действительно тепловой удар. Посидишь здесь пятнадцать минут, а потом отправишься в постель.

– Ты ко мне присоединишься?

Люк вздохнул:

– Ты даже не представляешь, как заманчиво твое предложение, но я этого не сделаю.

Поднявшись, он засунул руки в карманы и пошел к плетеному креслу в углу.

Эмили начала медленно погружаться в воду, наслаждаясь тем, как прохладная жидкость скользит по шее, лицу, макушке. Ощущение было приятным, успокаивающим.

Вдруг чтото схватило ее и потянуло наверх. Девушка запаниковала и стала беспомощно молотить руками по воде.

– Эмили! – Окрик Люка подействовал на нее как удар хлыста. – Открой глаза.

Откинув со лба волосы, Эмили заморгала. Его лицо было белее мела.

– О, – пробормотала она. – Мне было хорошо.

– Больше так не делай, – отрезал Люк.

В его глазах был гнев и еще чтото, очень похожее на страх.

– Не буду, – сердито ответила Эмили.

Какоето время они молча смотрели друг на друга, и в конце концов гнев и тревога сменились желанием. Под его горящим взглядом ее соски затвердели и проступили через топ. Мокрая одежда давила на нее, превращая каждое движение в пытку.

– Я хочу раздеться. Ты не мог бы отвернуться? – произнесла она охрипшим голосом.

– После своей дурацкой выходки даже и не проси, – заявил Люк, не сводя с нее глаз.

Эмили пожала плечами. У нее не было причин его стесняться. Он уже видел ее обнаженной. Стащив с себя топ и шорты, она швырнула их на пол, затем расстегнула бюстгальтер от купальника и повесила на бортик ванны. Теперь, когда ее грудь оказалась на свободе, ей стало легче дышать. Подняв голову, она обнаружила, что Люк пожирает ее взглядом. Раззадоренная этим, она стянула с себя трусики, закрыла глаза и томно вздохнула. Туман в голове рассеивался.

– Ты можешь встать? – спросил он.

Открыв глаза, Эмили обнаружила, что он стоит рядом с полотенцем в руках.

– Разумеется, могу. Я не беспомощная.

Она поднялась, и Люк, завернув девушку в полотенце, вытащил ее из ванны.

– У меня сильные здоровые ноги, – пробормотала она. – Но они атрофируются, если ты будешь постоянно меня носить. Где ты так натренировал руки?

– Я много играю в сквош.

– Значит, у тебя тоже есть хобби.

– Думаю, да, – согласился Люк.

Поставив Эмили на пол, он вытер ее, затем отнес в спальню и уложил в постель.

– А теперь поспи немного.

Люк невидящим взором смотрел на экран ноутбука. Разве мог он думать о работе, когда наверху спала обнаженная Эмили? Два дня он сходил с ума от неудовлетворенного желания и вот наконец получил от нее электронное послание. Как назло, Эмили упала в обморок, и пришлось укладывать ее спать вместо того, чтобы заниматься с ней любовью. Ему очень хотелось изо всех сил по чемунибудь ударить. Вместо этого он уперся локтями в барную стойку, сжал кулаки и сосредоточился на деле.

Судя по тому, что он видел на экране, маклеры прекрасно справлялись и без него. Он провел ладонью по лицу. Наверное, следует время от времени давать себе передышку. Его компания не разорится, если он не будет торчать в офисе двадцать четыре часа в сутки. У него отличная команда сотрудников и больше денег, чем может понадобиться человеку. Да и какой смысл во всех этих деньгах, если некогда их тратить? И не на кого.

Люк нажал несколько кнопок, чтобы переключиться на НьюЙоркскую фондовую биржу. Отлично. Его прогнозы сбылись, и это вызвало у него чувство удовлетворения. Он прекрасно прожил один последние три года. Ему и сейчас никто не нужен.

– Ты все еще здесь?

Вздрогнув, Люк обернулся и увидел стоящую в дверях Эмили. На ней было короткое красное платье, светлые кудри растрепались, лицо было заспанное.

Захлопнув ноутбук, он поднялся:

– Ты меня напугала.

– Разве ты не должен быть на работе?

– Мои люди прекрасно справляются без меня.

Она улыбнулась, и его тело немедленно отреагировало.

– Уверена, Анна приехала бы, если бы ты ей позвонил.

Это ему даже в голову не пришло.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он.

– Намного лучше. Спасибо, что позаботился обо мне.

– Никаких проблем.

Эмили направилась к нему, и с каждым ее шагом его сердце билось все чаще.

– Ванна и сладкосоленое питье… Откуда ты знал, что нужно делать? Ты, случайно, не подрабатываешь доктором в свободное от штурма финансовых рынков время?

– Когда ты упала в обморок, я позвонил в местную клинику, и мне дали подробные указания. Теперь необходимо измерить пульс, – хрипло произнес он.

Эмили взяла его ладонь и положила на свою грудь:

– Чтонибудь чувствуешь?

Нахмурившись, Люк поднял руку, прижал пальцы к жилке у основания ее шеи и засек время.

– Все нормально, – сказал он через минуту.

– Прости, что напугала, – мягко проговорила она. – Как я могу тебя отблагодарить?

– Об этом не беспокойся.

– Может, останешься на ужин?

– С удовольствием.

– Давай я выстираю твою рубашку.

– Не нужно.

Эмили обольстительно улыбнулась ему:

– Думаю, нужно. Останься. Ты прочитал мое письмо и знаешь, чего я хочу. Вижу, ты и сам хочешь этого.

– Ты нездорова.

– Я в порядке. Правда. – Эмили немного покружилась на месте, затем сделала реверанс.

Девушка открыла дверцу холодильника и, наклонившись, достала стейк. Тонкое платье плотно облегало ее фигуру. Контуры белья не проступали. Похоже, она его не надела. При мысли об этом все сомнения Люка улетучились.

– Хорошо. Убедила.

Эмили подошла к нему. Нет, это неподходящее слово. Она скорее скользила, нежели шла. Ее бедра плавно покачивались, глаза потемнели от желания. У Люка пересохло во рту. Ему казалось, что его джинсы вотвот лопнут. Он никогда еще не испытывал такой сильной страсти.

– Мясо разморозится только часа через два. Чем будем заниматься до тех пор?

– Мы обязательно чтонибудь придумаем.

Остановившись рядом с ним, Эмили подняла бровь:

– Почитаем вслух? Может, поиграем в «Монополию»? Или в шарады?

Его сердце бешено колотилось. Он пристально посмотрел на нее:

– Я знаю другую интересную игру, очень древнюю. Еще немного – и я сойду с ума.

– Этого нельзя допустить, – ответила она и приблизилась к нему вплотную.

– Ты уверена?

– Разумеется. Я чувствую то же самое и не могу больше ждать.

Эмили начала расстегивать его рубашку, а он положил руки ей на ягодицы. Ее пальцы так дрожали, что ей никак не удавалось справиться с двумя последними пуговицами.

– Черт с ней. Она все равно испорчена, – пробормотала Эмили и, схватившись за полы рубашки, рванула их в стороны. Пуговицы полетели на пол.

– У меня целая куча рубашек, – заверил Люк, глядя ей в глаза. – Я твой пленник, так что исполню любой твой каприз.

– В таком случае я требую, чтобы ты меня поцеловал.

– Думаю, мне нравится быть твоим пленником. – Он наклонил голову и поцеловал ее в шею. Затем его губы поднялись выше. Она начала стонать от удовольствия.

– Люк… – Это прозвучало как мольба, и в следующую секунду он так страстно поцеловал Эмили, что кровь закипела в ее жилах. Внизу живота разлилась приятная боль, и она потянулась дрожащей рукой к застежке его джинсов. – Я хочу, чтобы ты овладел мной прямо сейчас.

– Скоро, – пообещал он, прижав ее к стойке. – Нам нужно наверстать упущенное.

Он приподнял ее, усадил на край стойки и спустил бретельки ее платья. Когда его взору предстала пышная обнаженная грудь, он прильнул к ней. Люк легонько прикусил сосок, и тело Эмили словно пронзили тысячи раскаленных игл. Одновременно его безжалостные пальцы скользнули под подол ее платья и принялись ласкать нежные бедра. Вцепившись ногтями в его плечи, Эмили громко застонала и, прерывисто дыша, выгнулась дугой. Напряжение внутри ее нарастало. Если он сейчас же в нее не войдет, ее тело разорвется на миллионы крошечных частиц.

Не теряя ни секунды, она расстегнула его джинсы. Люк был полностью готов овладеть ею. Эмили задрожала от нетерпения.

– Замерзла? – пробормотал Люк.

– Напротив, вся горю, – ответила она, обвивая ногами его талию.

Тогда он схватил ее за бедра и одним стремительным рывком слился с ней. Они снова целовали друг друга, их языки столкнулись в поединке страсти. Эмили расслабилась, и Люк начал убыстрять ритм, доводя ее до исступления.

Она откинула голову, чтобы высвободиться из плена его губ, и принялась жадно глотать воздух. Неужели такое возможно? То, что произошло во Франции, потрясло Эмили до глубины души, но это!.. Ей казалось, что она вознеслась на седьмое небо. Затем ее накрыла волна экстаза.

Когда Люк отстранился, она начала постепенно приходить в себя. Осознав, что они среди дня занимаются любовью в ее кухне, Эмили рассмеялась.

Люк поднял с пола платье и помог ей одеться, затем натянул на себя джинсы. Ее охватила тревога. Неужели он собрался уходить?

– Куда ты? – произнесла она хриплым голосом.

Он поднял с пола пакетик из фольги:

– В ближайшую аптеку. Нам сегодня понадобится много этих штуковин. Очень много.

Эмили испытала невероятное облегчение:

– Не нужно никуда идти. У меня их полно.

– Сколько?

– Думаю, до ужина хватит.

– Отлично. – Люк прожег ее взглядом. – Только давай найдем местечко поудобней.

Улыбнувшись ему, Эмили слезла со стойки.

– Пойдем со мной. – Она взяла его за руку и повела к лестнице.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Накинув на плечи одеяло, Эмили наблюдала за тем, как умело Люк разводит огонь для барбекю. Глядя на него поверх бокала с вином, она любовалась его мышцами, перекатывающимися под гладкой загорелой кожей.

Ее безудержно к нему влекло. Но помимо этого она испытывала нечто более глубокое, от чего кружилась голова. Когда он посмотрел на нее через плечо и улыбнулся, ее сердце подпрыгнуло.

– Почему бы тебе не показать мне свои работы?

– Разве ты их не видел?

Люк покачал головой:

– Я был слишком занят. Ловил тебя, чтобы ты не разбила голову.

Обычно Эмили никого не пускала в свое убежище. Даже Анну. Но разве могла она отказать своему спасителю? К тому же он уже там побывал.

Зайдя в мастерскую, Эмили включила свет. Люк проследовал за ней.

– Вот чем я занимаюсь, – произнесла она, указывая на лавку с ярко раскрашенными керамическими изделиями.

Подойдя к лавке, Люк взял чашу и начал вертеть в руках. У Эмили сдавило горло, и она подавила в себе желание вырвать ее у него. Он пристально разглядывал чашу, словно оценивая.

– Очень хорошая работа.

Она испытала удовольствие и облегчение.

– Спасибо.

– Ты продавала какиенибудь свои вещи?

– Нет, я их раздариваю друзьям.

– А выставку устраивала?

– Нет.

– Следовало бы.

Эмили вздохнула:

– Ты считаешь, что я должна проверить, сколько на этом можно заработать?

– Конечно, это не мое дело, но зарабатывать на жизнь, занимаясь тем, что тебе нравится, – идеальный вариант.

– Ха! Так и знала, что ты скажешь нечто подобное.

– Что ты имеешь в виду?

– Тому, кто работает двадцать четыре часа в сутки, не понять, что можно заниматься чемто просто из удовольствия, а не ради прибыли.

Люк соблазнительно улыбнулся:

– Я потратил весь сегодняшний день на удовольствия и не получил при этом ни цента.

Эмили бросило в жар.

– Я говорю не о сексе, – пробормотала она, сделав шаг назад.

– Жаль. – Люк снова переключил свое внимание на чашу. – Ты могла бы заработать на этом целое состояние. У тех, кто любит минимализм и имеет большое количество пустых белых стен, эти изделия пользовались бы спросом.

– И что бы ты, обладатель пустых белых стен, выбрал из этого?

Люк осмотрелся:

– Вон ту вазу.

Эмили с трудом скрыла удивление. Меньше всего она ожидала, что он выберет эту вещь. Она думала, что его заинтересует чтонибудь менее яркое и более практичное. А эта трехфутовая ваза была раскрашена в бирюзовый и красный цвета. На ее изготовление Эмили потратила целую вечность. Ваза была одной из ее любимых работ.

– Хороший выбор, – одобрила она, кивая.

– Ты не хотела бы продать свои изделия?

– Нет.

– Или хотя бы устроить выставку?

– Это просто тщеславие. Представляешь, как я расстроюсь, если никто не придет?

– Посетители обязательно будут. Людям нравится украшать дома керамикой.

Эмили раздраженно вздохнула:

– Моя сестра уже много лет донимает меня подобными разговорами. Но мое мнение не изменишь.

– Кто не рискует, тот не пьет шампанское, Эмили.

Она посмотрела на него с вызовом:

– А ты сам часто рискуешь, Люк?

– Риск – это неотъемлемая часть моей работы.

– А в личной жизни?

– Ты пытаешься меня отвлечь? – пробормотал он.

– Да. У меня это получается?

– Нет.

– Может, мне снова упасть в обморок?

Его глаза сверкнули.

– Я тебе упаду.

– Думаю, угли уже готовы, – сказала она.

* * *

Когда Эмили пошла в дом за салатом и отварным картофелем, Люк положил мясо на гриль и стал наблюдать за тем, как оно шипит и подрумянивается.

Она зря теряет время в офисах. Ей следует радовать людей своим великолепным творчеством. Впрочем, ее жизнь его не касается.

– Гм, пахнет аппетитно, – произнесла она, подойдя к грилю.

Люк улыбнулся:

– Какой бифштекс ты предпочитаешь?

– Непрожаренный.

– В таком случае все готово. – Положив мясо на блюдо, очевидно изготовленное Эмили, он отнес его на стол во внутреннем дворике, и они сразу сели ужинать.

– Анна не приезжала, пока я спала? – спросила Эмили, накладывая себе салат.

– Нет.

Она густо покраснела и уронила ложку.

– Что такое? – Люк налил ей вина.

– Надеюсь, ее здесь не было, когда мы… ну, ты понимаешь…

– Я тоже на это надеюсь, – согласился он, представив себе разъяренную Анну с ножом для разделки мяса. – Она так тебя опекает.

Эмили кивнула:

– Анна имеет на это полное право. Она меня вырастила.

– Что случилось с вашими родителями?

– Мать умерла на следующий день после того, как родила меня, а отец – когда мне было четырнадцать.

– Анна воспитывала тебя одна?

– Да. Единственными нашими родственниками были бабушка и дедушка с материнской стороны, а они жили в Австралии.

– Сколько тогда было Анне? Восемнадцать? Девятнадцать?

– Двадцать. Она училась в художественном колледже, но после смерти отца бросила его и записалась на бухгалтерские курсы.

– Должно быть, это решение далось ей нелегко, – сказал Люк, отрезая кусочек бифштекса.

Эмили пожала плечами, но виноватое выражение лица выдало ее.

– Ей пришлось заботиться обо мне, поэтому она, получив диплом, нашла работу со стабильным заработком. – Она улыбнулась. – К счастью, работа доставляла ей удовольствие.

– Это самое главное.

– Я чувствовала себя ужасно из-за того, что ей пришлось многим жертвовать ради меня. Представляешь, как было бы ужасно, если бы Анна возненавидела свою работу? – Эмили содрогнулась.

– Должно быть, тебе тоже было очень тяжело.

– Я чувствовала себя обузой и не могла себе этого простить. Я многим обязана сестре. Господь воздал ей за ее доброту. Сейчас у нее есть любящий муж и двое замечательных сыновей.

– Им очень повезло.

– Я часто жалуюсь на то, что она вмешивается в мою жизнь, но не знаю, что бы я без нее делала.

Ее голос и взгляд были полны любви и уважения к сестре. На долю этих хрупких женщин выпали суровые испытания, но они выстояли, опираясь друг на друга, в то время как Люк справлялся со своими трудностями в одиночку.

Он сам выбрал такой путь. Поначалу одиночество помогало ему избегать жалости, а вскоре стало привычкой. Ему хорошо одному, не так ли?

– Что ты хочешь на десерт? – поинтересовалась Эмили с улыбкой, от которой его страсть вновь вспыхнула.

Люку хотелось слиться с ней в единое целое, но внезапно ему стало както неуютно в этом теплом, гостеприимном доме. Проведя рукой по волосам, он поднялся:

– Мне пора.

Сердце Эмили замерло. Он собрался уходить? Сейчас? После всего, что между ними было? Он решил от нее сбежать, едва закончив ужин? Похоже, ее мечтам о сексе перед завтраком не суждено сбыться. Лицо Люка вдруг стало непроницаемым. Ей было больно видеть, как он от нее отдаляется.

– В темноте моя грязная и рваная рубашка не привлечет внимания, – пояснил он.

– Конечно. Еще раз прошу прощения за то, что испортила ее.

Не слишком ли далеко она зашла, рассказав ему о своей жизни? Учитывая характер их с Люком отношений, это лишняя информация.

Эмили собрала посуду и задула свечу, пока Люк ходил в дом за рубашкой. «Он действительно собрался уйти», – с отчаянием подумала она, наблюдая за тем, как он застегивает оставшиеся пуговицы.

Только она хотела высказать все, что думает о его поведении, как он подошел к ней, обнял и поцеловал в губы:

– Сходи за зубной щеткой. Нижнее белье можешь не надевать.

Отчаяние тут же сменилось восторгом.

– Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой?

– Если только у тебя нет других планов на выходные.

Эмили радостно улыбнулась:

– Вообще никаких планов. А у тебя?

– Мои планы только что изменились. Кстати, твоя подвеска до сих пор у меня.

– Ничего себе! – воскликнула Эмили, стоя у гигантского окна в его пентхаусе.

– Я думал, ты не любишь высоту, – заметил Люк.

Эмили покраснела.

– Это было давно.

Неужели она всего неделю назад приходила к нему в офис?

– Чего бы ты хотела? Вина или кофе?

– Кофе, пожалуйста. Я вижу вон там, в углу, некий прибор, настолько чистый, что им вряд ли когдалибо пользовались.

– Эта кофемашина готовит отличный эспрессо.

– Значит, ты ее включал?

– Нет. У меня есть чайник. – Он начал осматривать полки. – Гдето.

– Ты хоть чемнибудь пользуешься в этой квартире? – спросила Эмили, заметив, что все вокруг сверкает, как в магазине бытовой техники.

– Холодильником.

– Как долго ты здесь живешь?

– Три года, – пробормотал Люк, доставая кофе.

С тех пор, как овдовел… «Это понятно», – подумала Эмили, осматривая квартиру. Здесь все было именно так, как она себе и представляла. Белые стены, минимум мебели, блестящие паркетные полы, современная техника. Единственным намеком на личность хозяина были книжные полки, на которых вперемешку стояли военные мемуары, биографии известных людей и современные триллеры в потрепанных обложках. О покойной жене Люка ничто не напоминало.

– Твой кофе на столе.

– Спасибо. – Эмили заметила, что он смотрит на ее подарок, и добавила: – Отлично смотрится, правда?

Бирюзовая с красным ваза стояла в углу комнаты. Она оказалась единственной яркой вспышкой в блеклом интерьере. Эмили уже собиралась садиться в такси, но вдруг под воздействием какогото импульса развернулась и побежала в мастерскую за вазой.

Люк нахмурился:

– Да.

– Намного лучше, чем скорпион размером четыре на шесть футов.

– Но по стоимости не идет с ним ни в какое сравнение.

– Зато в такси она хорошо играла роль компаньонки. – Ваза, стоявшая на сиденье между ними, действительно походила на чопорную пожилую даму, охраняющую честь своей молодой госпожи.

– Так хорошо, что я не мог к тебе прикоснуться, – заметил Люк, улыбаясь. – Мы обязательно это исправим, но сначала я верну тебе подвеску.

Когда он ушел, Эмили увидела на одной из полок фотоальбом. Немного поколебавшись, она достала и открыла его. В нем было много снимков Люка и красивой молодой женщины с вьющимися каштановыми волосами – скорее всего, его жены.

Больше всего ее поразило то, что на фотографиях Люк смеялся или улыбался. Выглядел счастливым и жизнерадостным. У Эмили сдавило грудь. Как добиться, чтобы он снова стал таким, как на фото?

– Вот возьми.

Эмили виновато посмотрела на Люка, боясь, что он разозлится, но его лицо было непроницаемым. Он просто протянул ей подвеску, которую она убрала в сумочку.

– Я заглянула в альбом. Надеюсь, ты не против? Какой она была?

– Красивой.

– Ты сильно ее любил?

– Да.

Сердце Эмили сжалось.

– Ты все еще чувствуешь боль утраты?

– Иногда, – бросил он, не глядя на нее.

– Сейчас тебе легче?

За этим последовала долгая пауза. Между бровями Люка залегла складка.

– Немного, – наконец признался он.

Закрыв альбом, Эмили положила его на полку и подошла к окну. Да, женщину, которая полюбит Люка, остается только пожалеть. Его до сих пор преследуют воспоминания о покойной жене.

Хорошо, что ей ничего от него не нужно. Только секс.

Люк не хотел сейчас думать о Грейс. Он привез сюда Эмили не для этого.

Подойдя к ней сзади, он откинул ее волосы, наклонил голову и принялся покрывать поцелуями ее шею.

– Ты дрожишь, – мягко сказал он.

– Возможно.

– От чего?

– От ожидания, – прошептала девушка.

– Чего ты ждешь?

– Воплощения своих фантазий.

– Не хочешь поделиться ими со мной? – поинтересовался он, медленно стаскивая с нее футболку.

– Я должна быть в синем платье.

Его рука скользнула под пояс ее джинсов. Эмили прижалась к нему, ее голова откинулась назад. Поцеловав Эмили в плечо, Люк развернул девушку лицом к себе.

– Ни в одной из моих фантазий на тебе нет одежды, – заявил он.

– Оно было бы на мне совсем недолго. – Эмили провела рукой по его груди и поласкала большим пальцем его сосок. – Кстати, у тебя есть ковер из овечьей шерсти?

– Он фигурирует в твоих фантазиях?

– Покажи, где он, и все узнаешь.

– Он в моей спальне.

– Хорошо, что не в ванной.

– Зачем мне ковер в ванной?

– А что? Это было бы эксцентрично.

– Я похож на человека со странностями?

Эмили обворожительно улыбнулась:

– Ты раздеваешь меня перед окном во всю стену. Кто знает, чего еще можно от тебя ждать?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Эмили разбудил звонок мобильного телефона.

– Алло? – произнесла она в трубку тихим сонным голосом.

– Привет.

Тревога, прозвучавшая в голосе сестры, развеяла остатки сна.

– Анна, что случилось? – спросила она.

– У Чарли высокая температура.

– Что с ним? – Девушка вскочила с постели.

– Я не знаю, – ответила Анна, едва сдерживая слезы. – Он весь красный, а на груди у него сыпь. Нужно везти его в больницу, но Дэвид в командировке, и мне не с кем оставить Питера.

– Успокойся, Анна. – Взяв свою одежду, Эмили на цыпочках прошла в гостиную. – Ты вызвала скорую? – Она натянула джинсы и футболку.

– Да, но она приедет по меньшей мере через полчаса.

Эмили посмотрела на часы. Был час ночи. В это время суток дороги свободны.

– Через четверть часа я буду у тебя и посижу с Питером. Постарайся сохранять спокойствие. Я уже выезжаю.

Эмили бросила телефон в сумочку. Обернувшись, она увидела Люка. Он уже был в джинсах и натягивал джемпер.

– Прости, что разбудила. Зачем ты встал?

– Чтобы отвезти тебя туда, куда нужно.

– Люк, сейчас час ночи. Я могу поймать такси.

– Нет, никакого такси. Пошли. – Взяв ключи, он повел ее к двери.

Эмили была слишком встревожена, чтобы спорить. Через несколько минут они уже неслись по пустым темным улицам Лондона. Уютно устроившись на кремовом кожаном сиденье, Эмили пыталась представить себе, какой ужас сейчас испытывает Анна, всегда такая сильная и надежная. Ей было больно слышать панику в голосе сестры. Если чтонибудь случится с Чарли… Одна мысль об этом приводила ее в ужас.

Как только Люк припарковался рядом с домом Анны, Эмили выскочила из машины. Входная дверь распахнулась, и на крыльцо вышла сестра. Ее лицо было бледным, глаза – заплаканными. Она бросилась Эмили на шею:

– О боже, Эм! Что, если это менингит?

– Успокойся, дорогая. Скорая сейчас приедет. Доктор осмотрит Чарли. Уверена, с ним все будет в порядке.

– Он такой красный и горячий.

– Где ваш муж? – спросил Люк у Анны, проследовав за ними в дом.

– В Милане, на конференции, – ответила та.

– Когда вернется?

– Первым же рейсом, но самолет вылетает только через шесть часов.

– Я могу доставить его сюда быстрее, – решительно сказал Люк, вытаскивая из кармана мобильный телефон. – Дайте мне его номер. Эмили, приготовь чай.

– Что он здесь делает? – поинтересовалась Анна у сестры, когда они вдвоем прошли на кухню.

– Это не важно. Главное – поскорее отвезти Чарли в больницу.

– Немного отвлечься мне не помешает, – заметила Анна дрожащим голосом.

Раз так, она готова все рассказать сестре.

– Мы были вместе, когда ты позвонила.

– Что делали?

– Вешали занавески, – пошутила Эмили.

Анна слегка улыбнулась:

– А ято думала, что вы занимались тем же, что и в пятницу, когда я заезжала к тебе.

– Не может быть!

– Увидев, как ты срываешь с него рубашку, я решила не задерживаться. Ты с тех пор все время была с ним?

Эмили кивнула. Вчера они проснулись поздно и отправились в Гайдпарк кататься на лодке. Оставшуюся часть дня ездили по магазинам, после чего вернулись в пентхаус и до изнеможения занимались любовью.

– Ты в него влюбилась?

Эмили отвернулась, чтобы найти на полке чай.

– Не будь смешной. Конечно нет. Нельзя влюбиться за несколько дней. Это просто сексуальное влечение.

– Я влюбилась в Дэвида за полчаса.

– Это другое дело. Сердце Дэвида не было сковано льдом, и он отвечал тебе взаимностью.

– Да, но… – В кухню вошел Люк, и Анна замолчала.

– Скорая уже приехала, – сообщил он Анне. – Ваш муж будет здесь через пару часов. В аэропорту его встретит мой шофер и отвезет в больницу. Если я чемто еще могу помочь, только скажите.

– Спасибо вам, Люк, за все. – Поцеловав его в щеку, Анна взяла Чарли и направилась к выходу. – Позаботьтесь о моей младшей сестре.

Эмили закатила глаза. Неужели Анне больше не о чем думать? Выйдя на улицу вслед за сестрой, она обняла ее и племянника:

– Удачи вам.

– Спасибо, что приехала.

– Ты же знаешь, я сделала бы для тебя что угодно. Вот только не следовало просить Люка позаботиться обо мне. Между нами нет ничего серьезного.

– Возможно… Но ты уверена, что вас связывает только секс? – тихо произнесла Анна.

Нахмурившись, Эмили смотрела вслед удаляющейся машине. Затем, когда та исчезла за углом, она повернулась и пошла к дому. Люк стоял на крыльце.

– Это не входило в твои планы на выходные, и ты не обязан оставаться, – сказала она ему.

– Не обязан, – согласился он.

– Хорошо. – Эмили с трудом скрыла свое разочарование. – Спасибо за все. Возвращайся домой.

– Эмили, я никуда не поеду. Мы останемся здесь до тех пор, пока не вернется муж твоей сестры. Мы подождем его вместе.

Обняв девушку за плечи, он повел ее в дом. Внезапно сердце Эмили учащенно забилось. Что, если бы это был их с Люком дом, а наверху спал их ребенок?

О боже, какая же она идиотка!

Поднимаясь в детскую, она приказала себе выбросить из головы эти глупости. Наверное, всему виной усталость. Войдя в комнату близнецов, она склонилась над кроваткой, в которой спал Питер. Ее захлестнуло какоето странное чувство, и она поспешно отстранилась, чтобы не прикоснуться к нему, не вдохнуть сладковатый аромат малыша. Что, черт побери, с ней творится?

Нужно немедленно уходить отсюда.

Эмили схватила «радионяню», но прибор выскользнул из ее дрожащих рук и со стуком упал на пол. Она замерла. Мгновение спустя тишину прорезал плач Питера. Девушка поморщилась. Возможно, если она будет стоять тихо, он успокоится и снова заснет.

Ее надеждам не суждено было сбыться. С каждой секундой плач становился все громче. Эмили уставилась на красное сморщившееся личико малыша, на его дергающиеся ручки и ножки и зажала уши.

– Что случилось?

Услышав голос Люка, она вздрогнула от неожиданности.

– Эти ужасные вопли. Я не знаю, что делать.

– Стоя с зажатыми ушами, ты точно их не остановишь. Разве женское чутье не подсказывает тебе, как поступить?

– У меня не развит материнский инстинкт. Возьми его ты, Люк.

– Ты никогда не держала на руках своих племянников?

– Нет.

Склонившись над кроваткой, Люк достал из нее малыша.

– Ты не присматриваешь за ними?

– Анна не доверила бы мне это.

Хотя Питер все еще сучил ножками, плач постепенно начал стихать.

– Но она позвонила среди ночи тебе.

Это было так, и все же…

– Хватит плакать, – обратился Люк к Питеру.

Малыш тут же замолчал и уставился на него.

– У тебя отлично получается, – заявила Эмили, наблюдая за тем, как Люк укладывает ее племянника обратно в кроватку.

Какоето время они оба молча стояли и смотрели на мальчика. Затем их взгляды встретились, и перед глазами Эмили снова возник образ счастливой семьи. У нее задрожали колени, и она наклонилась за «радионяней».

– Ты не хочешь иметь детей? – спросил Люк, когда они спускались вниз.

– Не все женщины этого хотят.

– Почему?

Эмили пожала плечами:

– Дети – это слишком большая ответственность. Ты можешь себе представить, в каком ужасе сейчас Анна?

– Думаю, да.

Он переменился в лице, и Эмили отругала себя за то, что снова напомнила ему о его бедах.

– А ты хочешь иметь детей, Люк?

Его глаза сузились.

– Нет.

– Почему?

– Я не собираюсь снова жениться, хотя безответственным меня назвать нельзя.

– В мире и так слишком много детей.

– Действительно.

– Именно это я и пыталась сказать Тому, но он не желал меня слушать.

– Это стало истинной причиной вашего расставания?

Она кивнула:

– Том этого не понимал. Сначала он тоже не хотел детей, но затем передумал и решил, что сможет переубедить и меня.

– Очевидно, он совсем тебя не знал.

Эмили отправилась на кухню звонить сестре.

Когда она вернулась, Люк сидел на диване в гостиной, вытянув ноги и закрыв глаза. Он был великолепен. Ему удалось успокоить их с Анной и плачущего Питера. Его сила и уверенность вызывали у нее восхищение. Присоединиться к нему было очень заманчиво, но Эмили направилась к одному из кресел у камина.

– Сядь со мной, – предложил он.

– Я думала, ты спишь.

– Я почти уснул. Как твой племянник?

– У него пищевая аллергия. С ним все будет в порядке.

– Хорошо. – Его глаза открылись. – Иди сюда.

Эмили опустилась на диван рядом с ним и, прижавшись к нему, почувствовала, как уходит напряжение.

Когда Эмили проснулась, через стеклянную дверь в комнату проникал свет луны. На мгновение она потеряла ориентацию во времени и пространстве, но постепенно начала возвращаться к реальности. Услышала стук сердца Люка под своей щекой, звук открывающейся входной двери. Обнаружив, что они оба лежат на диване и их тела переплетаются, девушка высвободилась. Несмотря на то что ее движения были осторожными, Люк проснулся. Их взгляды встретились, и ее сердце затрепетало.

Через несколько секунд, показавшихся Эмили вечностью, она села и поправила одежду. Люк потянулся и провел рукой по волосам.

Эмили уже встала с дивана, когда в комнату вошел Дэвид. Он выглядел изможденным.

– Как Чарли? – спросила она.

– В полном порядке. – Он смерил взглядом Люка. – Однако врачи решили на всякий случай немного подержать его под наблюдением.

– Я очень рада. – Эмили улыбнулась. – Знакомься, Дэвид, это Люк Гаррисон. Люк, это Дэвид Палмер.

– Я вам очень признателен, Люк, – сказал Дэвид, пожимая ему руку.

– Пустяки.

Эмили наблюдала за тем, как мужчины присматриваются друг к другу. При этом у нее возникло приятное чувство, которому она почемуто не захотела подбирать название.

– Как Питер? – заволновался Дэвид.

– Спит, – успокоила она зятя.

– С ним были какиенибудь проблемы?

– Никаких. Он просто золото.

– Уже поздно. Отправляйтесь домой. Спасибо вам обоим за все.

Попрощавшись с Дэвидом, они вышли в ночную темноту. В машине Люк сказал Эмили:

– Давай поедем к тебе. До тебя ближе. Я устал.

Она посмотрела на него:

– Спасибо за все, что ты сегодня для меня сделал.

Люк пожал плечами:

– Я знаю, что такое чувствовать себя одиноким и беспомощным. Самое малое, что я мог сделать, – это поскорее вернуть Дэвида домой.

– Кто был рядом с тобой, когда погибла Грейс? – осторожно поинтересовалась она.

– Никого, – ответил Люк, захлопнув дверцу.

У Эмили закружилась голова. Ей захотелось его обнять, разделить с ним его печали, позаботиться о нем.

А еще – засыпать рядом с ним каждый вечер и просыпаться рядом с ним каждое утро.

Ее сердце бешено заколотилось. Анна снова оказалась права. Она, Эмили Мачмонт, по уши влюбилась в Люка Гаррисона.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Приподнявшись на локте, Люк наблюдал за спящей Эмили. Она тихо посапывала. Ее грудь вздымалась и опускалась. Он больше не мог себя обманывать. Игра зашла слишком далеко. По правде говоря, их отношения никогда не были игрой. Он просто не хотел себе в этом признаваться.

То, что Люк испытывал к Эмили, не ограничивалось одним лишь сексуальным желанием. Он не знал, как назвать эти чувства, но боялся того, во что они могут перерасти. Но прошедшая ночь все изменила. Эмили заставила его потерять над собой контроль. Попроси она его остановиться, он бы не смог. Ее руки, губы, глаза говорили ему то, во что он не желал верить.

Его грудь сдавило так сильно, что он едва мог дышать. Запустив пальцы в волосы, Люк нахмурился. Последние два дня он провел вместе с Эмили, словно так и должно было быть. Ее постоянное присутствие казалось ему абсолютно естественным. Так больше не могло продолжаться. Ему не следовало сближаться с Эмили. Иначе кошмар трехлетней давности может повториться и судьба снова отберет у него ту, которой он дорожит. Его существование после смерти жены было невыносимым. Люк не забыл боль, отчаяние и чувство вины из-за того, что не умер вместо Грейс.

Нет, он больше не допустит подобного. С этой мыслью Люк поднялся с кровати и начал одеваться.

* * *

Эмили проснулась и, протянув руку, обнаружила, что место рядом с ней холодное и пустое. Ее глаза распахнулись, и она увидела Люка, сидящего в кресле в углу. Почему он там, а не в постели? Почему одет? Это немедленно следует исправить.

– Привет, – сказала она, сонно улыбаясь.

– Привет, – произнес он неожиданно холодным тоном, и остатки сна немедленно улетучились.

Его лицо было непроницаемым, взгляд – пристальным и серьезным. У Эмили появилось нехорошее предчувствие.

– Прошлой ночью ты просила, чтобы я остановился?

Что за странный вопрос?

– Конечно нет, – ответила Эмили. – Почему я должна была тебя об этом просить? Я хочу, чтобы это продолжалось вечно. Возвращайся в постель. – Она снова улыбнулась ему, хотя в сердце закралась тревога.

На его щеке дернулся мускул.

– Нам нужно поговорить.

Улыбка исчезла с лица Эмили. Она почувствовала себя так, словно ее грудь пронзил ледяной кинжал.

– О чем?

– О нас.

Его глаза не выражали ничего. Это был не тот Люк, которого она успела узнать за последние несколько недель. Человек, сидевший перед ней, был холодным и чужим. Похоже, риск, на который она пошла, не оправдался. Она заставила Люка потерять над собой контроль, и теперь он ее за это наказывал.

– Зачем? – произнесла она, натягивая одеяло до подбородка. – Я знаю, что ты собираешься мне сказать, Люк.

– И что же?

Эмили на секунду закрыла глаза.

– Ты считаешь, что нам следует перестать встречаться.

Его напряженное молчание было лучшим подтверждением ее правоты. Оно убило в сердце девушки последнюю надежду.

Открыв глаза, Эмили заставила себя посмотреть на Люка и продолжить:

– Я согласна.

– Правда?

К счастью, она лежала под толстым одеялом, и Люк не заметил ее дрожи.

– Разумеется. Мы с самого начала договорились, что наши отношения будут иметь временный характер, поэтому нам лучше положить им конец прямо сейчас.

– Почему?

«Потому что я, идиотка, думала, что ты изменишься. Потому что мое сердце разбито. Потому что я слишком сильно тебя люблю и мне больно слушать твои оправдания».

– Но ты именно этого хочешь, не так ли?

Люк вздохнул.

– Да. – Он поднялся. – Я должен идти.

Только невероятным усилием воли ей удалось сохранить спокойствие. Сердце разрывалось на части.

– Хорошо.

Подойдя к ней, Люк наклонился и крепко поцеловал ее в губы. Это был прощальный поцелуй, после которого он ушел не оглядываясь. Когда за ним закрылась дверь, Эмили осознала, что больше никогда его не увидит.

К горлу подкатилась тошнота, и она, прижав ладонь ко рту, побежала в ванну, где ее долго рвало. После этого девушка умылась холодной водой, рухнула на кровать и разразилась слезами.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Эмили обняла сестру.

– Ты отлично загорела, – сказала она, вяло улыбаясь.

– А у тебя изможденный вид. С тобой все в порядке?

Да какой там порядок! Она чувствовала себя лодкой, попавшей в десятибалльный шторм.

– Да, просто устала. Как прошел отпуск? – спросила Эмили, наблюдая за близнецами, ползающими по траве.

– Корфу – это рай на земле. Как раз то, что нам было нужно после того, как мы перенервничали из-за Чарли. Но я не стану утомлять тебя рассказами о пустынных песчаных пляжах, жарком солнце и средиземноморской кухне. Лучше расскажи, чем ты занималась эти две недели. Небось торчала с утра до вечера в какомнибудь офисе?

– Нет, работу я пока отложила, зато начала готовиться к выставке.

Чтобы не сойти с ума, она решила заняться чемнибудь более интересным. Любимое дело всегда помогало ей в минуты отчаяния.

– Правда? Это же здорово!

– Я хочу избавиться от части изделий, а то моя мастерская напоминает захламленный чулан. Ты мне поможешь там разобраться?

– Конечно, дорогая, – согласилась Анна, открывая меню. – Чем вызваны столь кардинальные перемены?

Эмили пожала плечами:

– Да так, ничем особенным.

– Как поживает неотразимый Люк?

У Эмили сдавило горло, и она отвела взгляд.

– Понятия не имею. Надеюсь, горит в аду. Анна уронила меню.

– Ты больше с ним не встречаешься? Эмили покачала головой.

– Что произошло?

– Я в него влюбилась.

Анна торжествующе улыбнулась:

– Я это знала.

– Он поставил точку в наших отношениях. Улыбка исчезла с лица старшей сестры.

– Почему?

– Не знаю. Сказал, что лучше расстаться, и ушел.

– О, дорогая, мне очень жаль. Неудивительно, что ты выглядишь такой разбитой.

– Сегодня, кстати, хороший день – я не плакала целый час.

Анна сжала ее руку.

– Думаю, тут не обойтись без вина. – Она сделала знак официантке.

– Я, пожалуй, лучше выпью ромашкового чая. Когда официантка приняла их заказ, Анна откинулась на спинку стула и пристально уставилась на сестру.

– Какого черта ты так на меня смотришь?

– Ты беременна.

Внутри у Эмили чтото оборвалось.

– С чего ты взяла?

– Твой внешний вид наталкивает на эту мысль.

– Что со мной не так?

– Ты бледна, под глазами тени. Краше в гроб кладут.

– Ну, спасибо тебе, сестренка, утешила, – пробурчала Эмили.

– Скажи честно, ты беременна или нет?

Отрицать правду не было смысла. К тому же сейчас она как никогда нуждалась в поддержке близкого человека.

– Беременна, – пробормотала она, закрыв лицо руками. – У меня была задержка, потом еще эти ужасные приступы тошноты… В общем, я сделала тест, и результат оказался положительным.

– Боже мой, как здорово! У близнецов скоро будет маленький кузен. Или кузина. Какой у тебя срок?

– Не знаю.

Анна нахмурилась:

– Ты еще не была у врача?

– Нет.

– Но ты должна заботиться о своем здоровье.

Эмили тяжело вздохнула:

– Анна, пожалуйста, не осуждай меня.

– Не буду, дорогая. Что ты собираешься делать?

Она ждет ребенка, и, возможно, этот ребенок убьет ее так же, как она убила свою мать. К отчаянию из-за разрыва с Люком примешивался страх.

– Обещаю, что обязательно схожу к доктору. Прошу, только не дави на меня. Мне нужно время, чтобы со всем этим справиться. Правда, я не уверена, что у меня получится.

– Люк тебе поможет, если ты все ему расскажешь.

– Он хочет детей не больше чем я.

– Чушь собачья. Все мужчины хотят иметь детей.

– Только не Люк.

– Он сам тебе это сказал?

– Да.

– Он солгал. Наверное, он страдает от какойнибудь психологической травмы.

– Да, похоже, он до сих пор не оправился после смерти любимой жены.

Глаза Анны округлились от изумления.

– Значит, Люк – вдовец?

– Да, он был женат. Три года назад его жена разбилась на машине. Их брак продлился всего полгода.

– Какой кошмар. Бедный Люк, – пробормотала Анна. – Думаешь, он все еще ее любит?

– Не знаю. После смерти Грейс он переехал в новую квартиру. Единственное, что там о ней напоминает, – это фотографии в альбомах. – Эмили помедлила. – Кажется, после нее у него никого не было. Я оказалась первой.

Анна подняла бровь:

– Похоже, он закончил ее оплакивать.

– Тогда почему он порвал со мной?

– Понятия не имею, но тебе следует сообщить ему о ребенке. Ты не можешь целую вечность притворяться, будто ничего не происходит. Предупреждаю, если ты в ближайшее время ничего не скажешь Люку, это сделаю я. Пустить все на самотек – значит потерять драгоценное время.

Эмили грустно улыбнулась:

– Тыто всегда была хозяйкой собственной судьбы.

– Было время, когда и я плыла по течению.

– Неужели?

– Да, когда училась в художественном колледже.

Эмили нахмурилась:

– Но тебе же там нравилось.

– Я всегда считала, что хочу заниматься живописью, но уже через неделю занятий сходила с ума от скуки. А спустя несколько месяцев я поняла, что выбрала неправильный путь, но не могла признаться ни себе, ни тем более друзьям, что втайне мечтаю стать бухгалтером. Это было бы равнозначно поражению. Вот я и оставалась там, пока не умер папа.

Эмили не верила своим ушам.

– А я думала, что ты стала бухгалтером из-за меня.

– Лишь косвенно. Благодаря этой работе я могла заботиться о тебе, но она мне очень нравилась, и я сделала неплохую карьеру. Я думала, ты знаешь, – вздохнула Анна.

Эмили покачала головой:

– Я всегда считала, что ты ради меня пожертвовала тем, что тебе нравилось.

Анна мягко улыбнулась:

– Глупышка.

Эмили часто заморгала. Она никак не могла поверить, что чувство вины, которое она испытывала все эти годы, было напрасным.

– Разве они не великолепны? – пробормотала она, глядя на близнецов.

– Не хочешь подержать одного на руках?

– А ты мне позволишь?

Глаза Анны заблестели.

– Конечно. Я жду этой просьбы уже целую вечность.

Настойчивый звонок в дверь заставил Эмили покинуть мастерскую и направиться в дом. Поморщившись, она зажала уши ладонями. Похоже, этот посетитель не знает, что такое терпение.

Увидев через стеклянную дверь Люка, девушка остановилась посреди холла. Ее пульс участился, в сердце поселилась робкая надежда. Зачем он здесь? Чтобы извиниться перед ней? Сказать, что передумал насчет разрыва?

– Эмили, открой. Я вижу тебя.

Немного поколебавшись, Эмили подошла к двери и открыла ее.

Глаза Люка были холодными, лицо – сердитым, и все же сердце ее сжалось, когда она его увидела.

– Чего ты хочешь?

– Когда, черт побери, ты собиралась мне сказать?

Эмили мысленно обругала старшую сестру, любящую совать свой нос в чужие дела. Притворяться не было смысла.

– Я вовсе не собиралась.

Она попыталась закрыть дверь, но Люк сунул ногу в щель и силой ворвался внутрь.

– Очень мило с твоей стороны. – Встав у окна, он сложил руки на груди. – Когда ты узнала?

Освещенный вечерним солнцем, он был так красив, что ее тело немедленно заныло от желания.

– Три дня назад.

– Как это произошло?

– Хочешь, чтобы я тебе объяснила, откуда берутся дети?

Люк сердито посмотрел на нее:

– Мы же все время предохранялись.

Эмили вскинула руки.

– Может, в горячей ванне от презервативов нет толку. Может, один из них оказался бракованным. Кто знает?

– Может, ты?

– Ты же не думаешь, что я специально протыкала их иголкой?

Он поднял бровь, и Эмили вышла из себя:

– Да как ты смеешь? Ты когданибудь слушал, что я тебе говорила? Я хочу детей не больше чем ты.

Его взгляд стал еще более холодным, и внутри у нее все сжалось.

– Ну, разумеется. Ты очень боишься ответственности, и меня удивляет, почему ты до сих пор не прервала беременность.

Его слова так больно ранили Эмили, что ей стало трудно дышать.

Люк запустил пальцы в волосы.

– Прости. Это случайно вырвалось.

– Думаю, тебе лучше уйти.

– Я не оставлю тебя одну в таком состоянии.

– Ты не имеешь права находиться здесь и бросаться обвинениями, – заявила Эмили, сжав кулаки. – Между нами все кончено, забыл?

– Ты ждешь от меня ребенка.

– С чего ты взял, что это твой ребенок?

Его губы сжались в тонкую линию, лицо побледнело.

– Хорошо, он твой, – обиженно произнесла Эмили. – Иначе и быть не может. До тебя у меня больше года никого не было.

– Я имел право знать о ребенке. Почему ты не хотела ничего мне говорить?

Она вызывающе вскинула подбородок:

– Я отвечу на твой вопрос, если ты объяснишь, почему решил со мной порвать.

Его глаза сверкнули.

– Идет. Ты первая.

Эмили уставилась на часы на каминной полке.

– Я ничего тебе не сообщила, потому что до сих пор не могу свыкнуться с мыслью о беременности.

– Почему?

– Это не твое дело.

– А я считаю, что мое.

Его взгляд был таким пристальным, что она поежилась.

– Я никогда не хотела иметь детей.

– Изза чего?

– А как ты думаешь? – яростно бросила она. – Я чувствую себя виноватой в смерти своей матери. Я разрушила нашу прекрасную семью и не имею права на свою собственную.

Люк замер:

– Кто тебе это сказал?

– Никто. Я сама уже давно пришла к такому выводу.

– Ты действительно считаешь, что виновата в смерти матери?

Опустившись на диван, Эмили потерла глаза:

– Возможно.

Она долгое время не сомневалась в этом, но недавний разговор с Анной поколебал ее уверенность. Все былые представления и убеждения были опровергнуты.

– Больше нет никаких причин? – решил уточнить Люк.

– Потвоему, этого недостаточно?

– Я думаю, что в глубине души ты не считаешь себя виноватой в смерти своей матери.

Внутри у Эмили чтото взорвалось. Не в силах больше сдерживать свои эмоции, она вскочила на ноги и сверкающими от ярости глазами уставилась на Люка.

– Прекрасно. Хочешь знать, почему я так боюсь забеременеть? – Она выдержала паузу. – Я боюсь, что ребенок может убить меня, как я убила свою мать.

В комнате воцарилась тишина, словно ктото нажал на кнопку и выключил звук. Затем взгляд Люка неожиданно стал теплым и мягким.

– Для этого есть какиенибудь основания?

– Врачи говорят, что нет, но разве в таких ситуациях прислушиваешься к здравому смыслу? У моей матери не было никаких симптомов. Она внезапно умерла на следующий день после того, как произвела меня на свет.

Люк подошел к ней. Эмили боялась, что не выдержит, если он сейчас ее обнимет.

– Не прикасайся ко мне, – сказала она, отстраняясь. – Мне вообще не следовало тебя к себе подпускать.

Его лицо исказилось, словно от боли, и он вернулся к окну.

– Значит, вот что ты думаешь по поводу всего этого.

Эмили колебалась. Притворяться, будто ничего не случилось, больше не имело смысла. Она сосредоточилась на образе крошечного существа, растущего внутри ее. Ребенка Люка. Ее сердце замерло на мгновение, затем в нем вспыхнула искра радости. Новое чувство вселило в нее надежду. Она сможет победить свои страхи, если Люк будет рядом. Он будет ее защищать. В отличие от Тома.

Сердце снова сбилось с ритма. Откуда взялась эта мысль? Неужели с Томом она никогда не чувствовала себя в безопасности? Может, именно поэтому она не хотела иметь от него детей?

– Ты правда думала, что я ничего не узнаю? – произнес наконец Люк.

– А зачем тебе было знать? Ты положил конец нашему роману, и нас ничто больше не связывает.

– Насколько я помню, это ты со мной порвала.

– Я опередила тебя, чтобы не выслушивать твои нелепые оправдания. Теперь твоя очередь. Скажи, почему ты решил поставить точку в наших отношениях? – Он тяжело вздохнул. – Только не вздумай повторять, что инициатором разрыва была я.

– Хорошо, скажу тебе правду. Ты выполнила свою задачу.

– Какую еще задачу?

– Три года – слишком долгий срок для любого мужчины. Ты оказалась в нужном месте в нужное время, вот и все. Именно это я и хотел тебе тогда сказать.

Эмили с трудом сдерживала дрожь.

– Думаешь, я позволила бы тебе вот так уйти?

– И что бы ты сделала?

Люк отвернулся. Теперь ей было легче отвечать на его вопрос.

– Возможно, я дала бы тебе пощечину, назвала бы трусом. Напомнила бы тебе о том, что со мной ты пошел туда, где не был три года, – в церковь. Когда у меня случился тепловой удар, ты мог бы позвонить Анне, но вместо этого сам позаботился обо мне. Ты не был обязан помогать моей сестре, когда заболел Чарли, однако помог. После смерти Грейс ты много раз ходил на свидания, но я была единственной, с кем ты переспал. Я заставила тебя потерять над собой контроль. В общем, я бы не поверила, если бы ты сказал, что я выполнила свою задачу.

К тому времени, когда Эмили закончила, она едва дышала от переполнявших ее эмоций. Люк молчал. Тогда она решила отбросить осторожность и задать вопрос, мучивший ее все это время:

– Ты все еще любишь Грейс?

Люк продолжал молчать. Когда Эмили уже потеряла надежду услышать ответ, он заговорил:

– Я всегда буду ее любить, но это совсем другое чувство. Не влюбленность, а дань памяти всему хорошему, что у нас было.

Эмили вновь ощутила надежду и уцепилась за нее:

– Все же почему ты решил со мной порвать, Люк? Какова истинная причина?

Он медленно повернулся. Его лицо ничего не выражало, глаза были пустыми.

– Ты пробудила во мне чувства, которые я не хотел испытывать. Ты, сама того не желая, слишком многого требовала.

– Нельзя запретить себе чувствовать чтолибо.

– Можно.

Эмили глубоко вдохнула.

– Я – не могу. – Она видела, как он мучается, но это был ее последний шанс. – Ты должен знать, что я к тебе испытываю.

Люк помрачнел:

– Я тебя предупреждал.

Эмили ощутила, как он снова отдаляется. Ее грудь пронзила острая боль. А чего она ожидала? Что Люк бросится в ее объятия и признается в любви?

– Это так, Люк, но, к сожалению, мое сердце проигнорировало твое предупреждение. Я люблю тебя. Прости, но я ничего не могу с этим поделать.

– Я тоже ничего не могу с этим поделать, Эмили, – откликнулся он.

Внезапно она поняла, что с нее достаточно. Еще немного – и отчаяние, боль, разочарование вырвутся наружу.

– Ты утверждаешь, что привык рисковать, – сказала Эмили, подойдя к нему. – Возможно, как профессионал, ты смел, но вот здесь, – она похлопала его по груди, – ты боишься. – Его взгляд ничего не выражал, и на мгновение она его возненавидела. Ей никогда не удастся растопить ледяную стену, которой он окружил свое сердце. – Я буду позволять тебе навещать ребенка. Мы обсудим это позже, а сейчас, пожалуйста, уходи.

Отрывисто кивнув, Люк направился к двери.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Уставившись невидящим взором в окно, Люк провел ладонью по лицу. Последние две недели были просто ужасными. Когда он в последний раз нормально спал, ел, работал?

Он правильно поступил, уйдя от Эмили. Защитил себя от боли. Ему придется часто это повторять. Чаще, чем до сих пор. Тогда странное щемящее чувство в конце концов пройдет и воспоминания об Эмили перестанут его преследовать. Время может все исправить.

Если бы только можно было отделаться от мысли, что, защитив себя, он сильно ранил Эмили. Бросил ее одну, беременную и испуганную.

После смерти Грейс Люку удалось найти спасение в работе, но сейчас это не получалось.

Ведь Эмили жива, и он может все исправить.

Как долго еще ему придется объяснять свое плохое настроение недосыпанием, а неудачи в работе стечением обстоятельств?

Надолго ли еще ему хватит сил терпеть одиночество и отчаяние? Продолжать притворяться, что без нее только лучше?

Люк больше не мог противиться неизбежному. Хрупкая стена вокруг сердца рассыпалась, и его захлестнул поток разнообразных эмоций. Чтобы не рухнуть под их мощным натиском, ему пришлось вцепиться в край стола.

Что, черт побери, он делает? Точнее, какого черта ничего не делает? Она живет рядом с ним, в этом же городе. Женщина, которая предложила ему свою любовь.

Женщина, которую он любит.

Удивительная женщина, для которой этот вечер должен стать одним из самых важных в жизни. А он вместо того, чтобы стать свидетелем ее триумфа, торчит в офисе и сознательно лишает себя возможности быть счастливым.

Да он полный идиот!

Сердце громко застучало. Люк посмотрел на часы. Уже половина восьмого. Возможно, он все же успеет. Схватив пиджак и ключи, он выскочил из кабинета.

Окинув взглядом зал, Эмили попыталась изобразить на лице энтузиазм. Открытие ее выставки прошло успешно. В модной галерее в восточной части Лондона яблоку негде было упасть. Гости пили шампанское, угощались канапе и покупали ее изделия, несмотря на то что Анна приписала к установленным ею ценам по нулю. Эмили следовало гордиться своим успехом, а не ходить тудасюда с безразличным видом.

Ее горшки, чаши и вазы, стоящие на полках, казались живыми благодаря хорошей подсветке. В отличие от их создательницы.

Эмили услышала, как к зданию галереи подъехала машина. Несомненно, очередной любитель керамики. Скорей бы выставка закончилась. Она больше не в силах играть роль гостеприимной хозяйки. Ей хотелось видеть сейчас лишь одного человека, но его, конечно, не было.

Похоже, она ошибалась, полагая, что Люку просто нужно время. Что в разлуке с ней он поймет, как много потерял, и вернется. Сколько раз за последние две недели Эмили представляла себе, как он появляется у нее на пороге, признается в любви и предлагает стать его женой. Похоже, она насмотрелась сентиментальных фильмов.

К горлу подступил комок, глаза начало жечь от слез. Сделав глубокий вдох, девушка растянула губы в улыбке и подошла к своей сестре:

– Анна, ты даже представить себе не можешь, как я тебе благодарна.

Та пожала плечами:

– Да ладно, мы же сестры. Кстати, ты зря не захотела выставить тот бюст. Он удивительный.

Все эти дни Эмили преследовал образ Люка. В конце концов она не удержалась и вылепила его бюст, вложив в него частичку себя.

– Я собираюсь от него избавиться.

– Надеюсь, речь идет не обо мне, – послышался у нее за спиной глубокий, низкий голос.

Сердце Эмили замерло, бокал выпал из рук. Цвета и звуки исчезли. Голова закружилась, и она зашаталась. Затем ее сердце забилось так часто, что чуть не выпрыгнуло из груди.

Люк приехал. Но зачем?

Девушка медленно повернулась. Люк, как всегда, выглядел очень элегантно, но его лицо было бледным и осунувшимся, а глаза… То, что она увидела в их глубине, поразило ее. Это было похоже на…

«Стоп. Хватит себя обманывать», – приказала она себе.

– Хорошо, что ты не держала в руках один из своих горшков. – Люк огляделся по сторонам. – Отличная выставка.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Эмили.

– Я получил приглашение.

Эмили сердито посмотрела на Анну:

– Ты послала ему приглашение?

– Наверное. Я разослала электронные оповещения всем, кто был в моей телефонной книге.

– Анна…

– Вынуждена вас оставить. Меня зовут, – заявила ее старшая сестра и направилась к потенциальному покупателю.

– Так от чего ты собираешься избавиться? – поинтересовался Люк.

Она покраснела:

– Ээ… от моего гончарного круга. Он разваливается. Хочу приобрести новый.

– Не от ребенка?

Ее глаза округлились.

– Конечно нет. Разве ты не получил снимки ультразвукового исследования, которые я тебе послала?

– Получил. – Он взял ее за руку и повел в служебное помещение в задней части галереи.

Высвободившись, Эмили сердито посмотрела на него:

– Эй, я звезда этого шоу! Не смей мной командовать!

Люк испытывал одновременно гордость, восхищение, желание и любовь. Неужели он еще вчера был уверен, что сможет без нее жить?

– Для женщины, которая утверждает, что влюблена в меня, ты не оченьто дружелюбна.

– Разве ты заслуживаешь лучшего?

Люк засунул руки в карманы.

– Отличное платье. – На ней было то же синее платье, что и на благотворительном приеме. – У меня есть сапфировое ожерелье, которое отлично к нему подойдет.

Ее брови взметнулись.

– Ты его купил? Только полный идиот может додуматься до такого.

– Я и есть идиот, – весело согласился Люк, не сводя с нее глаз.

Эмили фыркнула:

– Это точно.

– Главным образом, потому, что никак не хотел признавать, что люблю тебя.

На мгновение ему показалось, что Эмили его не слышит. Затем ее глаза на мгновение вспыхнули.

– И почему тебе понадобилось так много времени? – произнесла она прохладным тоном.

– Наверное, из-за упрямства. Может, из-за страха.

Эмили кивнула. Его взгляд упал на ее губы. Ему захотелось заключить ее в объятия и зацеловать до потери чувств. Он так по ней соскучился!

– Ты была права, – пробормотал Люк.

– Насчет чего?

– Насчет того, что я трус. Я боялся тебя потерять, поэтому и решил с тобой расстаться. Но разлука оказалась невыносимой. У меня вот здесь пустота. – Он похлопал себя по груди. – Там, где должна быть ты. Я теряю над собой контроль, когда ты рядом. А без тебя лишаюсь сна и покоя. Я люблю тебя, Эмили. Ты мне нужна.

– Ты заставил меня страдать.

– Прости меня, дорогая. Обещаю искупить свою вину. Я не допущу, чтобы с тобой чтото случилось. Если ты выйдешь за меня замуж, я буду тебя оберегать.

Она не ответила, и Люк вдруг понял, что такое настоящий страх. При мысли о том, что Эмили способна ему отказать, его прошиб холодный пот.

– Ну, как там протекает твой мыслительный процесс? – спросил он, прокашлявшись.

– Все уже готово.

На ее лице промелькнула улыбка, и у него перехватило дыхание.

– И что ты надумала?

– Я пыталась тебя разлюбить, но не смогла.

У Люка словно гора с плеч свалилась.

– Значит, ты согласна выйти за меня замуж?

– Куда мне деваться? У нас будет ребенок, – улыбнулась она.

– Значит, ты все же хочешь этого ребенка?

– Я хочу его так сильно, что это меня пугает.

– Я тоже его хочу, потому что безумно люблю тебя и намерен провести всю оставшуюся жизнь рядом с тобой.

– У нас все будет хорошо, не так ли? – пробормотала Эмили, положив ладонь ему на грудь – туда, где бешено колотилось влюбленное сердце Люка.

– Даже лучше, – пообещал он, после чего наклонился и крепко поцеловал ее в губы. – Даю честное слово.

Content

Кинг Люси Огненные стрелы страсти

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ