Светлана Зимина

Танец демона

История первая

Танец иллюзий

1

Танцуй со мною.

Не хочешь? Низшая, тебя никто не спрашивает. Я приказываю. Танцуй со мною.

Да. Вот так. Поворот. Па. Еще поворот.

Ты быстро учишься, низшая.

Нет. Не говори мне своего имени. Оно мне не нужно. Мы закончим танец, и я забуду о тебе.

Я выбрал тебя для этого танца. Танца, который никто не увидит. Лорд Янус не должен уметь танцевать. Лорд Янус вообще не должен знать, что такое танец. Лорд Янус...

Когда это было? Когда я не был лордом Янусом? Ты знаешь, низшая? Нет?

Так, поворот... еще один. Хм... похоже, ты могла бы стать отличной танцовщицей, если бы не встретила меня сегодня ночью. Но тогда ты не узнала бы, что умеешь так великолепно танцевать.

Мне нравится твой взгляд, низшая. Очень. Такая кипучая ненависть. Ты не умеешь скрывать эмоции. Это так восхитительно.

Багровая луна. Смотри, как она освещает улицы. Как переливаются струи темной воды фонтана в ее лучах. Ты прекрасна, низшая.

Ты была бы настоящей жемчужиной в шелковых одеждах и украшениях, но ты стала бы абсолютно мертвой. Сейчас ты живая, настоящая. Танцуй, низшая. Танцуй со мной сейчас. Ты слышишь эту музыку?

Ты невероятна. Танцуй. Да... Подари мне этот танец... последний танец в твоей жизни.

Как восхитителен страх в твоих глазах...

Я танцевал. Нет, конечно, это не так. Как может лорд танцевать под музыку, слышную только ему одному? Да еще в одиночку?

Но я танцевал. Форменный китель и сапоги небрежно брошены в сторону, на ковер. Через некоторое время туда же полетела рубашка. Полуобнаженный и босой, я танцевал, ступая по мягкому ворсу ковра.

Танец сродни бою. Я погружался в него с головой, всеми своими ощущениями, всем телом и сознанием. Я танцевал.

К сожалению, мне так много приходится работать, причем по большей части сидя, что тело не выдерживает этого вынужденного бездействия. А времени тренироваться было немного, поэтому, когда я оказывался в своей комнате и вдруг начинал слышать музыку, я не сопротивлялся. Я танцевал.

Тело изгибалось, почти ломаясь, потом замирало и движения становились плавными, а потом снова рвано-резкий шаг и взмах руки. Я знал, откуда во мне это. И потому не сопротивлялся. Танцевал вот так, время от времени, потому что не мог обходиться без танца. И ненавидел балы.

Каждое выверенное движение на этих представлениях иллюзий просто раздражало меня. За мною установилась слава ненавистника подобных мероприятий. Меня давно уже не приглашали на танец. Но в тишине своей комнаты... Один на один с музыкой, которую слышал лишь я, я танцевал.

Мне нужны были движение и страсть – и я двигался. Все быстрее, рванее, безумнее. Это завладело мною, и я потерял ощущение времени, пока не рухнул на постель – задыхающийся, потный, усталый. Волосы прилипли ко лбу и щекам. Я был доволен. Ноги гудели от усталости, в глазах расплывалось, но я сфокусировал взгляд на окне и смог лишь усмехнуться. Славно меня прихватило. Похоже, я протанцевал до глубокой ночи, несколько часов подряд. До Совета и предоставления отчета его императорскому величеству осталось всего несколько часов, но я не мог отдыхать. Несмотря на усталость, меня просто трясло от возбуждения. От сладкой ломоты в мышцах.

Я сосредоточился на заклинании, вызывая вихрь портала, и телепортировался прямо в зал для тренировок, не меняя положения тела. Несколько минут лежал на полу, чувствуя его прохладу под лопатками. Тени скользнули по стенам. Они пришли на мой зов. И я счастливо рассмеялся. У меня было несколько часов до Совета. В замке мало кто покидал свои покои, и вряд ли для того, чтобы посетить зал для тренировок. Тем более для тренировок низших солдат. Когда тени приблизились ко мне, я резким и стремительным движением взметнулся с пола. Босые ступни коснулись прохладных досок зала.

Наслаждение. Да, это сродни наслаждению – сражаться, танцуя. И я снова отдался этому потоку желания. Танцевал с двумя клинками, которые прихватил с собою. Танцевал с тенями. Танцевал все те часы, что оставались до Совета.

– Лорд Янус, – голос императора Сурана был прохладен, – ваш отчет мне понравился. Вы хорошо поработали.

– Спасибо, мой повелитель. – Медленный поклон, полный уважения, но без подобострастия. Я знал себе цену.

– Однако мне кажется, что вы чрезмерно увлеклись бумажной работой. Вы не только аналитик, вы также являетесь моим воином. – Император бросил мои бумаги на стол столь небрежно, что я чуть зубами не скрипнул, глядя на работу, которая оказалось просто ненужной. Его величество окинул меня оценивающим взглядом. Я опустил глаза, зная, что в них еще не утих огонь танца, бушевавший в моей крови всю эту ночь.

– Ваше величество, – я заставил мой голос звучать привычно ровно, – я выполнял ваш приказ.

– Усердие похвально, – холодно отозвался его бархатный голос, – но я хочу, чтобы вы доказали, что слухи, которые начали бродить даже среди низших солдат, неверны.

– Слухи, мой господин? – я недоуменно поднял голову.

– О вашей некомпетентности как воина.

– Моей некомпетентности как воина? – Я позволил себе нахмуриться. – Мой господин, я, конечно, не имею возможности столь же часто посещать тренировки, как прочие лорды, однако, чтобы усомниться в моих силах, нужно было хотя бы их испытать. На чем основано подобное утверждение?

– Это мне хотелось бы спросить у вас, повелитель Востока. – Он прищурился. – Я не допущу, чтобы хотя бы малейшее подозрение в какой-либо слабости коснулось кого-то из моих лордов. Тем более из Великой Четверки, поэтому...

Я вскинул голову в нехорошем предчувствии. Кажется, император наконец подошел к сути.

– Я приказываю вам любыми средствами искоренить эти слухи и восстановить свою репутацию. Также с вас не снимается обязанность по-прежнему предоставлять мне отчеты. Вы должны справляться с этим, лорд Янус. Мне не нужен тот, кто может подвести меня.

Я поклонился:

– Слушаюсь, ваше величество.

Больше сказать было нечего. Потому что император подтвердил все те выкладки и анализы, которые не вошли в нынешний отчет о состоянии дел в империи.

Темной империи предстояла небольшая встряска. Тогда я еще не знал, насколько сильно ошибался в определении «небольшая».

– Лорд Янус, – лорд Максимилиан, повелитель Запада, имперский астролог, подошел ко мне, – что-то вы совсем забросили наши балы. А когда приходите – не танцуете.

– Я мешаю вам? – осведомился я.

– Ваш постный вид портит мне весь интерьер зала, – пожал плечами Максимилиан.

Я окинул повелителя Звезд холодным взглядом:

– Ну так попросите меня удалиться.

– Хм... – Он пригубил из своего бокала, наблюдая за кем-то из толпы гостей. – Этого я сделать не могу. Вообще-то я подошел с тем, чтобы пригласить вас потанцевать.

Я передернул плечами:

– Простите, но я не танцую... на балах.

– Зачем же вы приходите?

– Сбор информации, – любезно пояснил я. – На таких сборищах бывает самое большое число всевозможных сплетников.

– Вас интересуют сплетни? – Его глаза насмешливо блеснули.

Я кивнул:

– Еще как. Вы не представляете, сколько информации можно выудить из них при правильном анализе.

– И какие же сплетни интересуют вас сегодня? Слухи о вашей... гм... слабости?.. Я прав?

Я взглянул на него, стараясь унять дрожь мышц под кителем. Невыносимо хотелось размазать эту улыбочку по его красивому лицу. Размазать кровавым цветком. Но я знал, что ни одна эмоция не коснулась моего лица, только эта невидимая предательская дрожь.

– Нет, лорд Максимилиан. – Я поставил опустевший бокал на столик. – Меня интересуют слухи о посольстве Крина.

Его темные брови взметнулись вверх.

– Крин никогда не посылал к нам своих послов.

– Значит, что-то изменилось. – Я пожал плечами. – Только так я могу объяснить раздражение его величества. Он редко обращает внимание на такие мелочи, как сплетни и слухи.

– Но при чем тут криниты?

– Мне об этом стало известно недавно. Криниты, судя по всему, наконец-то решили, что достаточно сильны, чтобы вызвать нас на честный бой.

– В свое время они решили, что достаточно сильны, готовы отколоться от нашей империи и стать самостоятельными. – Максимилиан усмехнулся: – Однако серьезно переоценили свои возможности.

Я остро взглянул на него:

– Разве? Они давно отсоединились. Конечно, их мятеж не особо повлиял на жизнь империи, однако у нас под боком появилось независимое, закрытое для империи государство. И кто знает, чем они занимались все эти столетия. Их культура до отсоединения насчитывала несколько тысячелетий. То, что мы изрядно потрепали их, ничего не значит. Главной цели они добились.

Он жестом подозвал беса-слугу и приказал принести еще вина. Затем задумчиво оглядел меня:

– Вы говорите интересные вещи, лорд Янус. Не ожидал, что разговор у нас получится, однако вынужден признать, что ошибался.

Я снова пожал плечами.

– И что же за слухи ходят о посольстве Крина? – Его синие глаза прищурились, словно у хищника.

– Они посылают к нам своих представителей, – усмехнулся я, – которые должны решить – воевать с нами или стать союзниками.

– Союзниками?! – фыркнул повелитель Запада. – Не смешите меня. Они мятежники! За несколько столетий там даже не все зачинщики бунта передохли.

– Это были очень сильные демоны, – заметил я. – Они смогли противостоять нашему могуществу, и трон изрядно пошатнулся, потеряв многих членов знатных семей. Наш император понимает их силу, да и ситуацию в целом. Перед войной у нас не должно оставаться в тылу сильных врагов.

– Перед войной?! – Астролог чуть не поперхнулся.

– О! Этот слух еще интереснее. Говорят, император планирует какие-то действия по дальнейшим завоеваниям. Мы уже несколько десятилетий тихи и мирны. Пора встряхнуть успокоившихся противников.

– Криниты и война, – задумчиво пробормотал себе под нос Максимилиан. – Вы дали мне уйму информации для размышлений, лорд Янус.

– Это всего лишь слухи, лорд. – Я позволил слабой, почти незаметной усмешке скользнуть по губам.

– Конечно, лорд. – Астролог одним глотком допил свое вино.

Я смотрел на него и думал, зачем все это ему рассказал. Лорд Максимилиан, повелитель Западных границ нашей империи... на самом деле он многое знал и без меня. Астролог такой силы, как он, просто не мог не знать некоторых фактов. Даже император не мог ручаться, что Максимилиан не скрывает от своего правителя что-либо. Но он также понимал, что знать все... довольно печально. Хроники, которые я изучал, говорят, что младенцы семьи повелителей Звезд одно время подвергались, по особому указу императорской семьи, интересной операции-заклинанию. У них отбиралась возможность помнить некоторые откровения звезд... Заклинание гарантировало определенный предел для силы астролога, после которого срабатывало. Мне вдруг стало интересно, подвергался ли лорд Максимилиан этой операции? В собранной мною информации об этом ничего не говорилось. Впрочем, я постарался выбросить данную мысль из головы, у меня были более насущные проблемы.

Музыка обволакивала меня. Музыканты лорда Максимилиана считались лучшими в империи. Он вообще любил все лучшее.

– Говорят, вы набрали в свой оркестр гениев музыки, – заметил я вслух.

Его васильковые глаза сверкнули.

– Не ожидал, что вас заинтересует музыка. – Лорд покрутил пустой бокал в руках. – Но это правда. Хотите послушать, как они играют по-настоящему?

Что крылось за этим предложением, я, как ни пытался, понять не мог. Наверное, ничего и не было. Повелитель Запада славился импульсивными поступками. Это было искушение, перед которым я не мог устоять, и я согласился.

Его глаза вспыхнули, и тур танца прервался на середине ноты. Оставшиеся без музыки пары недоуменно начали оглядываться.

А потом я услышал тягучую, прозрачную ноту флейты. Она стонала... она звала... Я закрыл глаза. Отрешившись от всего, что меня окружает. Слухи оказались правдой: Максимилиан собрал гениальных музыкантов.

Флейта пела, она мучила меня, она звала меня... я чувствовал дрожь в кончиках пальцев и едва сумел унять ее. Но в этот момент к флейте присоединилось фортепиано... все дальше, все больше. Я не желал видеть, что творилось с гостями. Мне было это неинтересно, внутри все переворачивалось. Кровь горела, а музыка обрушивалась на меня громом, выворачивала наизнанку, и хотелось слиться с нею, вплести в эту гармонию движение танца. И когда я почти не выдержал, почти выдал себя, музыка оборвалась. Сердце застонало и закричало от боли разлуки с нею. Я открыл глаза...

И напоролся на внимательный взгляд глубоких синих глаз. Повелитель Запада разочарованно вздохнул:

– Когда я увижу на вашем лице эмоции, я пойду и умру, так как в этой жизни уже испытаю все, что только доступно. У вас, видимо, напрочь отсутствует слух.

Я отрывисто кивнул, опасаясь выдать себя движением. Мою отрешенность я бы не назвал бесчувствием, однако, думаю, внешне я должен был напоминать статую.

– Благодарю за музыку, а теперь прошу прощения...

Обозначив поклон резким кивком, я открыл портал и шагнул в вихрь. Меня трясло. Огонь танца звал и требовал своего. Музыка воистину пробудила всю кровь демона, какая только была во мне.

2

Поднять голову оказалось тяжело. Очень. Пот катил ручьями, заливая глаза. Надо будет в следующий раз не забыть повязать что-нибудь на голову.

Я устало прислонился к стене, положив мечи рядом и смахнув пот со лба, и наконец-то поднял взгляд.

Надо было проверить предположения о звуках, которые услышал во время тренировки.

Я оказался прав. В дверном проеме замерла напряженная фигура. Судя по всему, бес-наставник. Такие, как он, занимаются воспитанием и обучением боевых бесов. Уж больно молодо он выглядит.

Я усмехнулся и приказал:

– Подойди.

И поразился, сколь хрипло прозвучал мой голос – словно карканье вороны или скрежет когтей по металлу...

Бес подчинился и замер передо мною. Я поморщился:

– Садись. – Задирать шею, чтобы разглядеть его как следует, мне не улыбалось.

Он плавно опустился на пол и снова замер.

У него оказались угловатые черты лица, стальной ежик волос и желтые глаза с вертикальными змеиными зрачками.

– Какая боевая форма? – спросил я, уже догадываясь.

– Я змей, господин.

– То-то так плавно двигаешься, словно течешь.

Его глаза блеснули.

– Мне далеко до вас, господин.

– Еще бы, – усмехнулся я. – Понравилось?

– Да, господин, поэтому и не сбежал. – Он был искренен.

Я взъерошил свои влажные от пота волосы:

– Что ты здесь делаешь среди ночи?

– Я... – Он запнулся. – Иногда тренируюсь здесь.

– Ночью?

– В другое время суток я обычно тренирую новеньких бесов.

Я отметил, как он неосознанно выделил «новеньких».

– Тебе не доверяют старшие курсы?

– Нет, господин. Считается, что я слишком неопытен и молод для этого.

Я непроизвольно нахмурился:

– Ты хочешь сказать, что молодому и неопытному наставнику доверяют тренировать новичков? Именно с такой формулировкой?! Тех, из кого нужно сделать настоящих солдат империи?! Какой болван допустил это?!

Он испуганно отшатнулся:

– Мой повелитель?

– Успокойся. – Я выпрямился. – Я просто хочу понять. Новичок – это белый лист. Что на нем напишет первый учитель, то останется навечно: переписывай, исправляй потом – получится только хуже. Понимаешь?

Он не ответил сразу, и я с интересом покосился на него. Похоже, этот бес действительно обдумывал мои слова.

Я хлопнул его по плечу:

– Как тебя зовут?

– Марцел, мой господин, но все называют меня Змеевик.

– Хорошо. – Я встал. – А теперь я хочу кое-что понять, и ты мне в этом поможешь...

– Мой повелитель?

Я жестко усмехнулся:

– Представь, что перед тобою бес-новичок. Твои действия, наставник?..

Он боялся. Очень. Но постепенно его страх отступил и затаился где-то глубоко внутри, так как он действительно увлекся обучением «беса» и почти не замечал, что покрикивает на «ученика».

Под утро я все же отпустил его, приказав явиться на следующую ночь.

Парень меня заинтересовал. И в отношении его у меня появилось несколько интересных идей.

В кабинете один из шпионов сообщил мне о кузнеце. Пришлось отложить доклад, потому что ЭТО дело было намного важнее.

Я стоял на пороге кузницы и вглядывался в темноту.

– Каил? – позвал я в тишину, не желая нарушать покой этого места.

– Мой господин. – Он вынырнул из тьмы, гибкий и бледный, держа в руках сверток. – Я рад, что вы пришли. Простите, что не прислал вам зов.

– Мои слуги доложили, что ты угасаешь... – Я коснулся его щеки.

Глаза кузнеца смотрели мимо меня, так как были слепы. Мои лучшие целители не смогли излечить беднягу. Я сам лечил его, но тоже потерпел неудачу. Однако это было не самое худшее. Он умирал, жизнь медленно вытекала из беса. Он был моим адъютантом и одним из лучших оружейников империи. Я, конечно, аналитик, но и мне пришлось побывать во многих схватках. В одной из них Каил пострадал – прикрыл собою меня, тогда совсем еще не ценившего жизнь, предпочитавшего ей упоение боем. Странно, но он поступил так по собственной инициативе. Это была не программа или что-то вроде того, так как бес-кузнец рос не в питомниках, а был из тех одичавших созданий, которые не подчинялись законам империи – они жили одиночками и семьями высоко в горах.

После того боя Каил месяцы провел на операционном столе, терпеливо пережидая мои эксперименты... Я сдался, когда он наотрез отказался от пересадки других глаз. Я, конечно, мог бы сделать это и без его согласия, однако... не сделал. И еще неизвестно, сработала ли бы эта хитрость, потому что магия войны самая опасная из всех магий. И самая непредсказуемая. Неудача стала сильнейшим ударом по моему самолюбию, однако, ко всему прочему, я понимал, что и у меня есть пределы. Я хорошо узнал этого беса и потому выполнил его просьбу.

В моих владениях много пустынных мест. Были и горы, где он сам отстроил себе кузницу и жил там несколько лет. Именно он ковал мечи, с которыми я участвовал в боях. Это были шедевры. Они... совершенны.

Каил вздохнул:

– Я чувствую, что время пришло, мой повелитель. Я славно послужил вам. Выполнил все, чего хотел добиться в своей жизни. Я верю в реинкарнацию...

– Я знаю...

– Хорошее дело – вера, мой господин, – усмехнулся он. – Я ведь намереваюсь в следующей жизни стать демоном.

Я рассмеялся:

– Думаю, ты своего добьешься.

Он протянул мне сверток:

– Это моя последняя работа. И ей я отдал последние годы. Я видел однажды, мой повелитель, как вы танцевали перед битвой... Нечаянно. Именно тогда я решил, что останусь именно с вами, и позже добился должности вашего адъютанта. Я помню тот танец до мелочей. И помню ваши руки.

Я вздохнул:

– Хорошо, что я тогда все же решил не убивать тебя.

– Конечно. Вы знали, – наклонил он голову. – Моя последняя работа подарит вам новый танец. Жаль, что я его уже не увижу.

Я взял сверток из его рук.

– Посмотрите не здесь, ладно? – попросил Каил, и я заметил, что он опустил привычное «мой господин».

Кузнец шел прочь... уходил от кузницы и от меня. А я смотрел в спину удаляющемуся бесу, пока его фигура окончательно не скрылась из поля зрения. Он пришел ко мне с гор, сейчас туда и уходил. Я вздохнул и вернулся к ожидавшим меня слугам. Вскочил на коня, прижимая сверток к груди, и, наконец, взглянул на своего нынешнего адъютанта:

– Тамир, разрушьте кузню.

– Да, господин, – склонился он в поклоне, и я успел заметить, как дернулся уголок его губ.

Я вдруг поймал себя на мысли, что он наверняка не успел попрощаться с Каилом. Почему-то мне показалась важной эта мысль, но я выбросил ее из головы.

По прибытии в замок я заперся у себя в кабинете и развернул сверток.

Они были не просто совершенством. Они были живыми. Я касался рукоятей мечей, и те молчаливо отзывались. Они были близнецами. Отличались лишь цветом. Синий и красный. Я касался лезвий, и они ластились к пальцам. Парные мечи, легкие, чуть изогнутые, идеально сбалансированные. Это была душа Каила. В тот момент я окончательно убедился, что у бесов есть душа.

Я долго сидел и смотрел на них, водя пальцами по рукоятям, словно грея ладони, пока в кабинет робко не постучали. Меня призывал император.

Кровавые глаза на бледном лице альбиноса рассматривали меня со странной смесью удивления, недоумения, гнева и чего-то еще. Точно такой же взгляд обращался на Каину, повелительницу Юга.

Кажется, я догадывался, в чем дело.

Император вздохнул:

– Лорд Хилар, введите остальных в суть дела.

Первый лорд выступил вперед и окинул нас прохладным взглядом:

– Господа, надеюсь, мне не надо читать вам лекции по истории империи и рассказывать о Крине? Все вы знаете, что у нас были весьма напряженные отношения, но недавно они прислали своего представителя. Сами.

Он сделал паузу, чтобы мы могли оценить всю важность этой фразы. Нас не подпускали к Крину на близкое расстояние. И они, и мы постоянно были настороже. Криниты, гордившиеся своею победою и независимостью, никогда не шли на переговоры первыми. Никогда. Туда отправились когда-то одни из самых могущественных и старых семей тогда еще величайшей империи. По надменности они могли сравниться лишь с императорской семьей.

– Чего они хотят? – лениво бросил Максимилиан.

Лорд Севера перевел взгляд на него:

– Они хотят помериться силами. И получить во владение часть границ.

Даже я поперхнулся от такой наглости. Каина завернула нечто такое, чего я предпочел не услышать, но с чем был полностью согласен.

Хилар усмехнулся:

– Их правитель не такой уж дурак, он довольно осторожен. В конце концов, он из правящей семьи Темной империи. В общем, нас вызвали на дуэль.

Максимилиан удивился:

– Условия?

– Если мы побеждаем, то они отказываются от претензий и спокойно сидят за своим барьером, продолжая прежнюю политику.

– Значит, мы фактически ничего не получаем в случае выигрыша? – прищурилась Каина.

– Как вызываемая сторона, я поставил пару условий, – нашел нужным вмешаться в разговор император. – Эти надменные ублюдки настолько уверены в своих силах, что согласились.

– Позволено ли нам узнать, что с нашей стороны их ожидает? – заинтересовался астролог.

– Потеря некоторых артефактов, прихваченных при мятеже их предками, и нескольких детей правящих домов. – Удивительно, насколько неприятной может быть улыбка нашего повелителя.

– И они согласились на детей?! – Потрясенный шепот леди Каины заставил императора почти оскалиться.

– За детей они потребовали ответной услуги... Некоторые образцы из наших лабораторий по их выбору.

Я едва сдержал шипение.

– Так что, господа, – император поднялся на ноги, – я не потерплю проигрыша!

– Мы все вызваны на поединок? – тихо спросил Максимилиан, его глаза лихорадочно блестели.

Его величество скривился:

– Нет. Они хотят сразиться с лордом Янусом и леди Каиной. Если они не смогут одолеть их, то смысла связываться с сильнейшими не видят.

Астролог выругался.

– Они прибывают через неделю. – Альбинос опалил меня взглядом. – Надеюсь, лорд Янус, вы все же выполнили мои приказы. Выбор оружия криниты любезно предоставили вам.

– Хоть что-то, – процедила Каина.

– Если вы подведете меня, на пощаду не рассчитывайте. – Глаза демона полыхнули. – Лорд Янус и леди Каина с завтрашнего дня освобождаются от своих обязанностей. И приступают к тренировкам.

Мы склонились в поклонах. Мне опять захотелось кого-нибудь убить.

Марцел ждал меня, как ему и было приказано.

– Будешь наблюдать, – бросил я и накинул на него вязь заклинания.

Низший окатил меня недоуменно-растерянным взглядом. Но испуга не было. Хорошо.

Я достал мечи. Сегодня я потерял уникального беса, но если мои предположения подтвердятся, то у него, возможно, будет замена. Правда, с иным талантом. Заклинания на Марцеле должны были снять окончательные данные. Эти криниты со своими поединками появились совершенно не вовремя.

Я бросился в танец.

3

Танцуй со мною, бес...

Я был восхищен, я был потрясен. Я танцевал с Марцелом вторую ночь, и это упрямое существо держалось и даже пыталось вести танец.

Само совершенство...

Я успел сегодня отдать распоряжение, так как уже не сомневался в том, что Марцела должен заполучить. Не так, как Каила... нет... он не будет вторым Каилом. В Змеевике было слишком мало дикой крови. В отличие от дикого, он поддавался изменению почти безболезненно, то есть если его подчинить, то он не слишком изменится. Тем более у меня был определенный план действий.

Танцуй, бес, танцуй. Это последний твой танец на сегодня.

Мечи звенели, они тоже радовались вместе со мною. Па, еще па. Этот танец я контролировал вплоть до каждой клеточки тел – своего и его.

Марцел застонал и упал. Я рассмеялся. Торжествующе. Счастливо. Мечи были несколько недовольны тем, что я опустил их в ножны, однако успокоились от прикосновения к рукоятям. Прикосновение-обещание.

Я подхватил на руки обмякшее тело низшего и шагнул в портал, который вел к лабораториям. В самих лабораториях давно установлена такая защита, которая должна блокировать любую попытку проникновения. Даже мою.

Я вышел из портала и успел притормозить, чтобы не врезаться в лорда Максимилиана. Тот окинул меня удивленным взглядом:

– Лорд Янус?

Васильковые глаза скользнули по моей обнаженной груди и задержались на бедрах, где устроились мечи.

Бес на моих руках его не заинтересовал.

– Вы ко мне? – холодно осведомился я.

– Да, в ваших покоях вас не было, и я решил поискать в лабораториях. Но видимо, вы все же решили последовать приказу нашего повелителя и немного потренироваться.

– Почти, – пожал я плечами. – Я должен закончить один интересный эксперимент.

– Этого император и боялся, – задумчиво произнес астролог. – Сегодня утром я получил его прямое указание: проследить, чтобы вы полностью были готовы к поединку, а значит, не отвлекались на опыты и занялись физической подготовкой.

Внутри меня просто все вскипело.

– Что?! – почти прошипел я. – Так вы ко мне приставлены в качестве няньки?!

– О! – Его губы расплылись в дурацкой ухмылке. – Наконец-то я увидел хоть какие-то эмоции. А то уж начал было сомневаться, что они у вас есть, лорд Янус.

Я нервно дернул плечом. Марцел глухо застонал.

– Поговорим чуть позже. Мне нужно закончить начатое.

И прошел к дверям лаборатории, оставив Максимилиана за спиной. Удивленное восклицание, но настолько тихое, что можно было подумать, будто мне показалось. Его взгляд буквально сверлит мне спину. Надеюсь, татуировка, устроившаяся между лопаток, отвечала ему не менее пристальным взглядом.

Помощники подхватили тело беса, едва я успел войти.

Кто-то набросил мне на плечи стерильную куртку. Я же рванул к технике – нельзя было терять ни мгновения.

Я поднял голову, внезапно очнувшись. Кажется, я задремал. Это плохо. Очень плохо.

Я пристально взглянул на лорда Запада, сидевшего в кресле напротив. Васильково-синие глаза наблюдали за мною сквозь полуприкрытые веки. Весь день он пробыл рядом, и, надо отметить, его присутствие было ненавязчивым.

А потом мы добрались до моего кабинета, и я вырубился над последними анализами проекта.

– Вы устали, лорд Янус. – Глубокий бархатный голос констатировал факт. Не более.

Я потянулся, собирая остатки сил:

– Да, однако мне еще предстоит многое сделать.

Густая копна волос качнулась, когда астролог чуть дернул головою, отрицая:

– Лорд, у меня довольно ясный приказ, который не допускает интерпретаций. Вы должны быть готовы к назначенному сроку. Истощение сил в понятие «готов» не входит.

Я вздохнул – повелитель Запада был прав, однако...

– Я должен отдохнуть. Вы правы. Но также я должен закончить этот анализ, иначе вся предыдущая работа бессмысленна. Дилемма, лорд.

Он тоже вздохнул:

– Вы дьявольски упрямы.

Я потер виски:

– Как пожелаете.

– Где вы собираетесь взять энергию, чтобы завершить этот анализ? – Прохладное любопытство.

Я скривился в кислой гримасе и встал:

– У меня свои методы, лорд Максимилиан, как и у всех нас.

Он промолчал, поэтому я счел разговор оконченным и двинулся к выходу. Внезапное движение застало меня врасплох. Повелитель Звезд дернул меня за рукав небрежно наброшенного кителя, и тот сполз с плеча. Раздраженно зашипел дракон – татуировка недовольно поползла обратно на излюбленное место между лопатками. Я подхватил падающий китель. Повелитель Запада сидел и смеялся.

Он делал это с удовольствием, откинувшись на спинку кресла и демонстрируя полный набор крепких белых зубов. Его смех шел изнутри. Не из груди, а откуда-то намного глубже.

Я так смеяться не умел, но вид лорда Максимилиана оказался неожиданно... познавательным. Поэтому я просто стоял и смотрел.

Наконец он умолк, но смех затаился в его глазах:

– Откуда это сердитое чудо?

Я скосил взгляд на плечо, хотя оно было уже снова прикрыто:

– Татуировка? Это был мой первый эксперимент. Но тогда у меня не было ни возможностей, ни даже мало-мальских приспособлений. В моей семье никто и не думал, что я могу пойти по стезе науки. И уж во всяком случае, не в том возрасте. Я провел эксперимент на себе. Где-то допустил ошибку, и теперь Таро всегда со мною.

Конечно, я не собирался рассказывать ему, что мне тогда исполнилось всего пять лет и я нашел детеныша мини-дракона, прекрасно осознавая, что мне не дадут его оставить при себе. Поэтому я решил его спрятать, но вместо этого обзавелся живой татуировкой. Она постоянно путешествовала по моему телу. Могла шипеть и даже рычать. Самым любимым местом Таро оказалась моя спина, между лопаток.

Когда о моей шалости узнали, выяснилось, что удалить татуировку невозможно, да и я не давался. Таро тоже не желал покидать мою кожу, и в итоге мы переубедили всех. Так и росли вместе.

Иногда дракон переползал на мое предплечье, и я гладил рисунок, чувствуя чешуйки подушечками пальцев, а татуировка мурлыкала как кошка.

Ничего этого я не собирался рассказывать лорду Максимилиану, однако не смог удержать теплых ноток при упоминании Таро. Я просто немного устал.

Астролог встал:

– Вы чуть с ума меня не свели, пока я не догадался, что татуировка действительно живая. Я вообще сначала глазам своим не поверил. Лорд Янус – и татуировка!

Я устало пожал плечами:

– Вам ли не знать, как обманчиво все, что нас окружает?

– Лорд Янус, – он серьезно смотрел на меня, – вы самая изощренная ваша иллюзия.

– Да, – согласился я. – Мне говорили.

И наконец смог выйти. Меня шатало от усталости.

Источник необходимой мне энергии был не так уж и далеко, так что за пять часов интенсивной работы анализ я закончил и отослал в лаборатории. А потом ушел в свои апартаменты, поставил самые мощные щиты и погрузился в целительный транс.

Я пришел в себя одним рывком. Каждая клетка тела была полна энергии. Кровь в жилах пульсировала и покалывала искрами изнутри.

Я пребывал в трансе два дня. Довольно большой срок. Однако необходимый. Мой разум сейчас напоминал кристально чистую схему. Я больше не волновался за свои эксперименты и настроился на дуэль. Все во мне было приведено к соразмерности и синхронизировано.

Поединок должен был состояться через три дня. Перед погружением в транс я прочел доклады, которые успели доставить мои шпионы: о вероятных противниках, которых могли выставить криниты. Сейчас я был готов.

Магия пела во мне. Что ж... Я поднялся. Император Суран даровал мне возможность не посещать службу, значит... я успевал сделать еще одно дело. Это тоже было важно сделать ДО поединка.

Я одевался с удовольствием, целиком посвящая себя собственной внешности. Наверное, леди Каина подобным образом поступала каждое утро. В свое время именно так оно и было.

Сначала мягкие черные брюки и легкая алая рубашка, которая придала мне более бледный вид. Высокие сапоги на мягкой подошве со шнуровкой по шву. Перевязь с моими новыми мечами.

Я взглянул в зеркало и чуть взъерошил волосы. Мне нечасто приходится надевать украшения, но сегодня тот самый случай.

Потом достал шкатулку, которую когда-то подарили мне. Провел ладонью по узору переплетенных змей и словно наяву услышал голос, серебристый, словно журчание ручья: «Чтобы ты никогда не забывал».

Да, я не забыл. Это было первое разумное существо, которое я убил сознательно, своими собственными руками. Сломал ей шею, а потом плакал над ее телом, пока за мною не пришла моя мать.

Покачав головой, открыл шкатулку. Серебряное кольцо с рубином, рубиновая капля-подвеска и такая же сережка. Это уже был подарок матери.

Металл прохладой лег на кожу и согрелся. Из-под распахнутого воротника показалась морда Таро. Черный любопытный взгляд, и татуировка замерла.

Выпендрежник. Усмешка – и шаг в вихрь портала.

Замок встретил меня тишиной. Я несколько мгновений стоял в холле, а потом на лестнице появилась она.

Леди Жадеит, повелительница Снов и Теней. Золотые волосы уложены в небрежную шаловливую прическу, несколько непокорных локонов выбились и теперь падали на шею и плечи. Узкое лицо, проницательные синие глаза и точеная фигура, которую подчеркивал алый шелк платья. Демонесса, от которой сходили с ума закаленные и циничные демоны как в империи, так и за ее пределами. Моя мать.

– Ян... – Ее голос – глубокое контральто. – Ты не забыл дорогу домой.

Я улыбнулся:

– Никогда, мама. Особенно когда мне нужна твоя помощь.

Она рассмеялась, чуть вздергивая подбородок, смех выплескивался из ее горла словно фонтанчиком. В этот момент чем-то она напомнила мне лорда Максимилиана.

– Ах, сын, – матушка спустилась ко мне и обняла, – ты который раз проделываешь это. Видишь, сегодня я даже почти была готова.

Я уткнулся в ее плечо, вдыхая знакомый запах:

– Такой уж у тебя сын, мама.

– Я слышала, тебе предстоит бой?

– Да, и император во мне сомневается.

Ее длинные пальцы пригладили мои волосы:

– Сурану стоит подпустить вас поближе. За столько лет он все еще не научился доверять своим лордам? И не знает их скрытые возможности? Достойно сожаления.

Я вздохнул:

– Мы друг другу-то не доверяем.

Она чуть отстранилась и покачала головою:

– Ян, мальчик мой, ты сам никого не подпускаешь к себе. Уж я-то знаю. Я, может, и живу отшельницей, забросив двор и интриги, однако Сны и Тени многое мне рассказывают. Леди Каина и лорд Хилар. Они прикроют спины друг другу. Лорд Максимилиан всегда может рассчитывать на их поддержку. Но ни один из них даже не подумает по доброй воле помочь тебе. Или императору. Разве что Хилар. Но у него свои цели, я знаю. Я сама помогала ему еще ребенком проникнуть в родовые сны его отца и деда. Ян... они совсем не знают тебя... даже Каина не понимает, кем ты стал в итоге. Для нее ты все тот же немного безумный, необычайно талантливый ровесник и старый друг, который сам отказался от ее помощи.

Я смотрел на нее, и кусочки мозаики складывались в общую картину. Мы редко говорили с нею обо мне и моей службе, но нам никто не запрещал обдумывать это.

Склонив голову, признал поражение. Все эти годы я предпочитал деловые отношения со своими коллегами каким-либо другим. Это правда.

– Мама...

– Тсс. – Она приложила палец к моим губам. – Мы оба знаем, что и они не сделали ни одного движения в твою сторону. Чья здесь вина – неважно. Тебя могут убить через три дня, и уже поздно обсуждать проблемы взаимоотношений.

– Вы очень мудры, леди Жадеит, – поклонился я.

– Иначе я бы не заставила двор императора забыть о моем существовании, – фыркнула она. – Все могут припомнить легенды о великолепном дипломате, но мало кто помнит, что я еще частично жива... Это было трудно, но я сама создала этот сон обо мне и горжусь им. Моя лучшая работа... – Она хитро прищурилась. – После тебя, конечно.

– Поэтому я и пришел, – тихо вздохнул я. – Ты единственная, кто смог побывать на Крине. И я помню, что мою спину есть кому прикрыть.

Она улыбнулась:

– Ты прихватил доклады шпионов по кринитам, с которыми, возможно, придется сражаться?

– Да.

– Тогда пойдем есть торт, пить чай и... слушать мудрую старую демонессу. Кстати, мне приятно, что ты надел мои украшения... Я когда-то привезла их с Крина.

И она тихо рассмеялась.

4

За всю жизнь у меня выработалась только одна аллергия – на предательство. Этого я просто не выносил. У меня начинались головные боли, приступы бешенства и прочие прелести. В замке, где я вырос, об этом знали все, так как первое предательство, с которым мне довелось столкнуться, произошло именно в те времена, когда я еще не принял решения покинуть родные стены. Тогда я просто сломал предателю шею. Правда, это было довольно болезненно для меня, так как того предателя я любил. Если демоны вообще могут любить.

Я облизнул внезапно пересохшие губы. Меня всего трясло. Яд медленно выходил из моих жил.

– Господин? – Бес, смотревший на меня, выглядел встревоженным.

– Все в порядке. – Я сплюнул кровь. – Продолжайте.

Он поклонился и повернулся к операционному столу, где лежало обнаженное тело Марцела. Я усмехнулся. Этот низший стал завсегдатаем моей лаборатории.

Всего лишь трое суток назад я уложил его на стол. А пару часов назад...

Я смотрел на склонившегося передо мною низшего.

– Марцел? Как ты себя чувствуешь?

– Великолепно, мой господин.

Он лгал. Я поморщился. Нельзя было ожидать от него чего-то иного. Он боялся меня. Боялся намного больше, чем когда танцевал со мною.

– Ты лжешь. Я предпочел бы, чтобы ты этого не делал.

– Хорошо, мой господин. – Он так и не поднял глаз.

Я нахмурился. А вот это уже хуже. Совсем не то, на что я рассчитывал. Этот бес был совершенен, амбициозен, невероятно умен и очень гибок в адаптации. Он легко и быстро учился.

Но я поторопился с ним, так как из-за кринитов пришлось проводить эксперимент с устрашающей скоростью.

Я подошел к коленопреклоненному бесу и схватил его за подбородок, вынуждая поднять на меня глаза.

– Ты обладаешь великолепным, усовершенствованным телом. Твои реакции ускорились в десятки раз. Ты способен анализировать поступающую информацию фактически мгновенно. Все твои рецепторы также подверглись изменению. Змеиная форма теперь усовершенствована, ты можешь контролировать воздействие и дозировку яда. И еще парочка мелочей.

На дне его глаз я увидел ужас и... унижение. Я не мог ошибиться.

– Ты чем-то недоволен, низший? – Я почти приблизил его лицо к своему.

И тут его левая рука со сверхъестественной скоростью рванула вверх, и острые когти проникли сквозь ткань кителя, пробили кожу и глубоко вонзились в мое предплечье.

Глаза с вертикальными зрачками вспыхнули торжеством.

Я улыбнулся:

– Так ты все же не безнадежен.

Это, наверное, было сродни предательству. Но не совсем. Ведь я получил то, чего хотел. Я смотрел на тело на столе и чувствовал, как безудержная улыбка почти разрывает сомкнутые губы.

Он не сломался! Мало того, он преодолел блок повиновения, он атаковал своего господина. Дикая кровь, которую мы усилили в его жилах, стала доминирующей. Сейчас мои ассистенты трудились над ним снова, чтобы убрать все лишние блоки. Они ему более не нужны.

Я встал и, пошатываясь, подошел к столу. Глаза Змеевика смотрели на меня с равнодушием. Этот парень думал, что теперь ему конец. Что ж... мне предстояло разуверить его в этом. Я взял ладонь беса и коснулся когтей, на которых запеклась кровь. Моя кровь.

– Сейчас они закончат эти преобразования – и ты вернешься в казармы.

В глубине его глаз что-то дрогнуло.

– Ты приступишь к выполнению своих обязанностей. Пока мне некогда заниматься тобою, но, кажется, ты все же можешь на что-то сгодиться. Сейчас я уйду, и некоторое время меня не будет. Потом... потом я вернусь. И я буду ждать тебя в зале для тренировок в обычное время. Я продолжу тебя обучать. Твое тело просто не выдерживало перегрузок. Теперь я смогу обучать тебя в полную силу.

Я отпустил его руку и сделал несколько шагов к выходу, потом остановился в задумчивости и обернулся:

– Да, кстати... Ты отныне старший наставник.

Я телепортировался к себе и со вздохом опустился в кресло. Его яд разливался по моим жилам, следовало срочно решать эту проблему.

И почему все события имеют свойство происходить одновременно? Я должен быть в совершенной форме накануне поединка, а рана, полная яда, в это понятие явно не входила.

Но мальчик по-настоящему хорош. Это удача, что я той ночью решил танцевать в залах для тренировок низших. Большая удача. А подарки этой леди я научился ценить очень давно.

Все резервы организма нацелились на излечение. Только я, наверное, способен так небрежно обращаться со своим собственным телом.

Это еще когда-то давно отметила Каина.

Я чуть не стукнул себя по лбу – с этими экспериментами я совсем забыл, что собирался отослать ей информацию, полученную от моей матери. Не просто же так я навещал ее. В конце концов, Каина тоже принимает участие в этом поединке. И возможно, даже учтет мои рекомендации.

Она чрезвычайно умна и проницательна, так что, думаю, ей достанет смекалки использовать это. Об остальном она может позаботиться сама, и, полагаю, у нее хорошая поддержка в лице Хилара.

Я усмехнулся сам себе и стянул китель.

Давняя дружба с Каиной... я многое получил от нее тогда. Вообще, главным подарком оказалось само понятие дружбы. Думаю, она не была обычной, как ее понимают. Мы оба ставили своего рода эксперимент. Соединение таких разных элементов-личностей, как она и я... Мы так и не стали любовниками. Иногда я об этом сожалел.

Кровь капала на ковер, и я стянул рубашку. Таро тихо шипел, сжимая кольцами своего тела рану. Меня повело от внезапной слабости.

Каина... Наверное, она до сих пор считает, что я предал ее. Я бросил ее в самый болезненный для нее момент. Но если она не понимает, что я больше не был ей нужен... Тогда она не так умна, как я полагаю.

Мы встретились несколько лет спустя, уже при дворе его величества, в составе Четверки. И она ничем не показала, что мы знакомы. Я не стал настаивать. У меня была своя иллюзия для всего этого мира.

Стало даже легче. Никаких чувств, никаких проблем. Просто стало так легко общаться и решать вопросы.

Я промывал рану и вспоминал, как учил Каину танцу. Пожалуй, только она одна при дворе знала о моих танцах. Я помню, как она обиделась, когда я сказал, что буду обучать ее только одному – танго. Она так тогда и не поняла, что уже жила сутью этого танца. Жила еще до того, как встретилась со мною.

Как странно...

– Как думаешь, Таро, – я обратился к татуировке, – этот эксперимент все еще продолжается – научить безумие Каины гармонии? К сожалению, если этот мой почти детский опыт не увенчался успехом, то... криниты получат шанс.

Я скривился. Ну вот, я уже начал думать об этом моем наблюдении как об эксперименте. Неудивительно, что мне так трудно общаться с демонами. Я настолько погрузился в работу и исследования, что даже старую дружбу сейчас воспринимаю как научный лабораторный эксперимент. Тьма великая.

Да, что уж говорить, мама права, я всю свою жизнь превратил в одно большое научное исследование. Внезапно мне вспомнился смеющийся повелитель Запада. Хм...

Я начал плотно заматывать рану куском полотна. Она не собиралась затягиваться за пару часов, но нужно было разобраться с нею до поединка.

– Лорд, – в комнату робко заглянула низшая, – там... Лорд Хилар...

– Хорошо. Я сейчас спущусь в гостиную.

Она поклонилась и исчезла.

Н-да, любопытно, что первому понадобилось у меня в гостях? Надеюсь, не нянькой, как лорда Максимилиана, послали.

Я накинул новый китель и вышел из комнаты. Становилось все интереснее наблюдать за тем, что творится вокруг меня. С Марцелом я чуть не забыл, что вся империя подозревает, будто я могу в любой момент проиграть поединок. Не зря начали ходить слухи о моей слабости и приверженности книгам, а не оружию. Занимаясь экспериментом, я лишь укреплял их в этом мнении.

Лорд Хилар ждал меня, разглядывая картину над камином.

– Восхитительная демонесса, – повернулся он ко мне. – У вас есть вкус, лорд.

– Благодарю, – поклонился я и тоже посмотрел на портрет.

На полотне леди Жадеит сидела среди странно искаженных рельефных камней, поджав ноги. И вид у нее был мечтательный. Нежная и неуловимая, но художнику удалось поймать взгляд из-под полуопущенных ресниц. Взгляд голубой бездны.

– Это леди Жадеит, повелительница Снов и Теней. Последний посол нашего королевства на Крине. Она слыла не только одной из красивейших дам королевства, но и одной из самых коварных.

Я опустился в ближайшее кресло, стараясь, чтобы первый лорд не уловил моего состояния.

– О чем вы собирались со мною поговорить?

5

Хилар с грацией хищной кошки опустился в кресло напротив.

Я отвел глаза – движения Хилара выдавали его с головой, они завораживали. Что-то сжималось у меня внутри, когда я видел, как он двигается. Еще при первой встрече с первым лордом я понял, что с этим надо что-то делать. Нельзя, чтобы у меня были столь явные слабости перед остальной тройкой приближенных к императору.

Он не был ледяным, холодным и равнодушным. Первый лорд пребывал в полной гармонии с самим собою и с окружающим его миром. Отсюда и его отрешенность, и полное пренебрежение условностями, которыми мы стремились себя окружать.

Когда я впервые осознал это, то испытал острую зависть к Каине, чья огненная мечущаяся душа нашла отдых рядом с этим изумительным спокойствием.

– Лорд Янус, – прозрачные глаза поймали мое лицо, – у меня к вам просьба.

Я почувствовал, как растерянно дернулся дракон на моем плече.

– Просьба, лорд Хилар?

– Да. – Лорд Севера сцепил пальцы рук на коленях. – Я хотел бы, чтобы вы поделились со мною всей информацией о кринитах, которою располагаете, об их обычаях и о том, что стоило бы знать Каине относительно поединка.

Я удивленно посмотрел на него. Это либо чтение мыслей, либо что-то, чего я пока не понимаю. И все же я задал вопрос:

– Почему она сама не пришла?

– Я не уверен, что она примет информацию от вас так, как от меня.

Я недовольно дернул углом рта:

– Вы недооцениваете Каину. За кого вы ее принимаете, первый лорд? За ребенка, который не умеет контролировать себя? Я только что собирался отправить ей информацию, но не успел.

Призрачные глаза пристально взглянули на меня.

– Вы ее так хорошо знаете, лорд Янус.

Я рассмеялся:

– Тьма! Лорд Хилар, если Каина изменилась за последние годы, то не сильно и явно в более выгодную сторону. Иначе бы она не стала одной из Четверки и не смогла бы завоевать ваше сердце. Она прекрасно осведомлена, что я эти данные ей обязательно представлю.

– Вы знаете, что именно по ее рекомендации я обратил тогда на вас внимание? – тихо спросил он.

Я кивнул.

– Я также знаю, что одной ее рекомендации вам было недостаточно. Вы изучили мою биографию и достижения досконально, прежде чем решили сделать мне предложение.

– Вы правы, хотя поверил ей сразу...

Я вздохнул:

– Я кое-что проверил за эти несколько дней. Тамир!

Адъютант материализовался моментально:

– Мой господин?

– Поднимись в кабинет, там лежит папка с материалами. Темно-синяя с золотым кленовым листом в углу. Принеси ее, только осторожно, на ней полно заклятий.

Когда бес исчез, я снова взглянул на своего гостя и обнаружил внимательный взгляд.

– Ты очень самонадеян, мальчик. Вы были любовниками?

Я пожал плечами:

– Лорд Хилар, об этом вам лучше спросить у Каины. А если по делу, передайте ей, что нам остается только постараться перехватить ведущую партию в танце. В папке изложено все, что нужно знать Каине. И вам тоже, потому что кое-какие обычаи кринитов стоит соблюсти. Кая скажет, почему те пояснения и заклинания, что я приложил, к сожалению, поймет только она. Вы же слишком... гармоничны для этого.

– Я могу счесть это за оскорбление?

– Если хотите, можете попробовать стереть меня в порошок, – усмехнулся я.

– Попробовать? – Насмешка была просто убийственная.

– Я все же четвертый лорд, – напомнил я. – Повелитель демонов. Вы думаете, это так просто – стереть меня? Может, вы рассчитываете, что я покорно буду этого ожидать?

– Я тоже стал чересчур самоуверенным? Да? – Он тихо рассмеялся.

Я стиснул зубы. О Великая Тьма! Дрожь волной прошла по телу. Только этого мне и не хватало. Надо срочно доводить эксперимент по поднятию иммунитета против харизмы инкубов до его логического конца.

Он поднялся тягучим тигриным движением, и именно в этот момент вернулся Тамир. В руках он осторожно, словно ядовитую змею, держал папку.

Хилар протянул руку и небрежно подхватил его ношу:

– Благодарю за беседу, лорд Янус. Она была очень познавательна, хотя и коротка.

– Не сомневаюсь.

Он легко шагнул в телепорт, а я почувствовал горечь во рту. Мозги снова начали нормально работать, и выводы меня не утешали. Первый лорд только что почти соблазнил меня, просто непринужденно сидя напротив. Я ошалело откинулся в кресле. Как я мог забыть? Все бесы и демоны, приближенные к Хилару, готовы были жизнь за него отдать, хотя и боялись до умопомрачения. Похоже, он далеко ушел от тех уроков, что ему преподали в детстве. Все-таки полукровки представляют собою более интересный материал, чем их родители. Я оборвал свои размышления. Сейчас были проблемы понасущнее.

– Господин? Вам помочь? – Тамир склонился надо мною.

– Помоги мне добраться до моей комнаты, – вздохнул я. – Похоже, придется приводить себя в порядок иными методами.

Лорд Максимилиан не стал дожидаться, пока о нем доложат. Думаю, слуги даже предпринять ничего не успели, когда этот ураган ворвался ко мне.

Я никогда не видел астролога в такой ярости.

– Лорд Максимилиан?

Он захлопнул за собою дверь и одним скользящим движением оказался рядом со мною:

– Вы что вытворяете, лорд Янус?!

Ого! Сегодня поистине день сюрпризов. Тихий яростный шепот мурашками прокатился по всему моему телу. Лорд Максимилиан, повелитель Запада, оказался обладателем Голоса! Это означало, что он одним голосом мог вытворить со своим собеседником все, что пожелает.

– Сначала вы занимаетесь своим суперважным экспериментом, потом запираетесь в покоях, откуда не выходите два дня! Затем исчезаете фактически на сутки в неизвестном направлении! Как будто вас вообще не существует! Затем все же появляетесь и... Вы в курсе, что император в ярости?!

От каждого его слова по телу шли волны сильных, очень сильных эмоций. Я с трудом отгораживался от них. Тьма! Только бы он меня не коснулся!

В этом случае у меня запросто могло снести крышу. Мои щиты изрядно ослабели под воздействием яда.

– Это еще что?! – Его пальцы коснулись повязки на моей руке.

Меня будто током ударило. И это через ткань!

– Отойдите от меня, ЛОРД! – Я почти зарычал на него. – Ваша эмоциональность меня сейчас просто доведет... – Я внезапно запнулся и широко раскрыл глаза.

Ничего себе! Голосом и единственным прикосновением лорд Запада чуть не довел меня до экстаза... и это он был в ярости.

Максимилиан недовольно отодвинулся, буравя меня ярким сапфировым взглядом. Значит, знает о своих способностях.

– Вы не объяснились.

Я фыркнул:

– Как же! Вы мне слово вставить не давали. У меня были причины для подобного поведения. Вы хотите, чтобы я победил в поединке? Так не мешайте мне!

– Забыли? – Он уже успокоился. – Я ваша нянька. И император ждет от меня отчетов. Криниты требуют от вас выбор оружия. Вы так и не удосужились сообщить об этом. А поединок уже послезавтра. Я, наконец, нахожу вас и обнаруживаю, что вы ранены. На меня сильно давят, лорд Янус. И меня это весьма раздражает и злит. Потом, меня беспокоите вы. Слухи о том, что вы проиграете, растут в геометрической прогрессии.

Я сморщился:

– Тьма и Бездна вас всех задери! Каиной занимается Хилар, и никто не сомневается ни в чем. Я одиночка и зануда, посему ни на что не способен. Как вы меня все достали!

Я вскочил на ноги:

– Берите свой меч, лорд Максимилиан! Сегодня вы сможете отчитаться перед императором о степени моей готовности к поединку. Идемте.

– Куда? – По-моему, он был несколько ошарашен.

– В тренировочный зал, естественно. – Я подхватил перевязь с мечами. – И учтите, я сражаюсь двумя мечами. Так и передайте кринитам. Затем вы оставите меня в покое, и я выиграю этот проклятый поединок.

Когда мы оказались в зале и я повернулся к нему, астролог заулыбался:

– Никогда не видел вас таким возбужденным.

– Эмоциональные щиты несколько повреждены, – неохотно признал я. – Как только рана заживет, я вернусь в прежнее состояние.

– Хм... – Он скинул китель и несколькими экономными движениями размялся. В его руке появился меч. В левой руке.

А через мгновение я атаковал.

Максимилиан был быстрым. Очень быстрым. И смертельно опасным... Он вел собственный танец. Иной, чем у меня.

И я внезапно понял, чего мне недоставало. Противника. Настоящего, опасного.

Восхитительное чувство, сумасшедшее.

В какой-то момент я понял, что он изумлен не меньше, чем я; а затем лорд бросился в бой с упоением, достойным демона.

Еще через пару каких-то мгновений, когда клинки очертили круг, я плавно отскочил, останавливая поединок. Сапфировые глаза сверкнули, а затем в них появилось понимание. Лорд Максимилиан опустил кинжал в сапог, и я отметил, что даже не успел заметить, как он его извлек.

Если бы мы продолжили, могли чересчур увлечься. Мы оба это понимали. И понимали, чем это могло кончиться. Вряд ли мы сумели бы остановиться, во всяком случае, один из нас точно бы увлекся...

– Я сообщу повелителю, что вы вполне готовы. – Максимилиан поднял свой китель и покачал головой. – Обещайте, что когда разберемся с кринитами, мы с вами потренируемся...

Я вздохнул:

– Нет уж. После такой тренировки его величество и Темная империя могут лишиться одного из своих лордов. Думаю, никто этого не оценит.

– Вы зануда. – Его голос звучал почти ласково.

Я усмехнулся:

– Могу пообещать вам танец, лорд Максимилиан.

Он удивленно взглянул на меня:

– Я запомню. И... – он чуть нахмурился, – на утреннем балу завтра вы все же должны официально сообщить о своем выборе оружия. От этого зависит, кто будет вашим противником от кринитов.

Повелитель Запада ослепительно улыбнулся и исчез в телепорте. Я удивленно посмотрел ему вслед: все-таки он решил сделать нашим гостям сюрприз?

6

Я усмехнулся, пряча губы за бокалом. Криниты надменно оглядывались, но я видел тех, кто жил еще во времена, когда сами свободно гуляли под сводами этих залов, а не были приняты настороженным хозяином как возможные враги. Таких я насчитал около десяти. Старшие демоны, выжившие в бойне мятежа.

– Что смешного, лорд Янус? Не поделитесь?

Я удивленно повернул голову:

– Лорд Максимилиан... вы наблюдательны.

– Я видел, как сверкнули ваши глаза, – пожал он плечами и взглянул в сторону кринитов. – Какие жадные у них взгляды.

– Ничего удивительного. – Я отпил из бокала, все еще пытаясь сообразить, как астролог смог определить по блеску глаз, что я улыбаюсь. – Они мечтали владеть этими залами, а не выживать в суровом изгнании. Видите вон тех? Какая дикая тоска в каждом движении. Они сейчас погружены в прошлое.

– Хм, – лорд облокотился на стену. – Может, оставим эти выкания? Они меня нервируют.

– Мне показалось, что тебя это, наоборот, развлекает. – Я вздохнул и отдал бокал пробегавшей мимо низшей. Вкус вина не ощущался, так как остатки не полностью нейтрализованного яда все еще мешали организму. А пить вино, не чувствуя вкуса... это варварство.

– О! Хилар, Каина, – ленивым кивком поприветствовал подошедших лорда и леди астролог. – Как настроение?

Каина скривила губы:

– Скучно, Макс. Сначала забавно было смотреть, как они шептались, когда Янус объявил о выборе оружия. Он ведь изрядно потрепал им нервы, затягивая свой выбор до самого последнего момента. А теперь... – Каина пожала плечами. – Нас настороженно обнюхивают и обходят острые углы за километр. Скучно.

– Ну наш повелитель Востока так не считает, – усмехнулся Звездный лорд. – Он, похоже, получает удовольствие.

Черные бездны глаз Каины обратились на меня.

– Ян всегда предпочитал многоходовые композиции, но и его можно расшевелить.

Хилар чуть нахмурился:

– Кай?

– Не волнуйся, никто не умрет, – безмятежно улыбнулась леди Юга и повернулась ко мне: – Потанцуем?

– Танго?

– Конечно. – Ее улыбка осталась безмятежной и невинной. – Ты, я и они... Танец на троих.

– Лорд Янус ведь не танцует, – тихо заметил Хилар.

– На балах и приемах, – уточнила Каина и протянула мне руку. – Думаешь, кто научил меня этому танцу? Настала пора показать, чего достигла ученица.

Я оторвался от стены и шагнул ей навстречу. Музыканты замерли, а потом... Тонкая талия Каины под ладонью, черный водоворот глаз и... голодные, ненавидящие глаза кринитов.

Да, Кая права. Нам бросили вызов. Слабейшим, как было сказано. Что ж, пора показать, что не все так, как кажется на первый взгляд. Совсем не так. Я все-таки мастер Иллюзий, сын повелительницы Снов. И времени понять, где они ошиблись, у кринитов уже не будет.

Танго. Танец для троих. Каина была отражением этого танца, этой страсти... И она превзошла меня...

Мы разошлись и поклонились друг другу. На губах Каи расцвела почти блаженная улыбка. Те, кто знал повелительницу Юга хорошо, прекрасно понимали, что ничего хорошего эта улыбка окружающим не обещает. Хилар внезапно оказался рядом с возлюбленной. Его плащ окутал эту обманчиво хрупкую фигуру, и чернота волос расплескалась по его груди. Леди Огня почти мурлыкала.

Я поманил низшую, которая стояла неподалеку с ошалелым видом, и взял бокал вина с ее подноса. Сейчас мне было не до вкуса и варварства, о котором я размышлял в начале бала.

– Знаете, лорд Янус, – задумчивый голос Максимилиана привел меня в чувство, – я окончательно убедился, что обязательно урву у вас обещанный танец.

– Ты снова начал выкать, – указал я.

– Рефлекс, – пожал он плечами. – О, смотри, кажется, это твой будущий оппонент.

Я обернулся и едва сумел скрыть блеск глаз. Он был с меня ростом, гибкий, худощавый и... опасный. Дымчатые волосы струились вдоль лица и по плечам. Раскосые темные глаза с голубыми овальными зрачками. Было в нем что-то... туманное...

– Лорд Янус. – Легкий поклон, почти незаметный. – Я лорд Туман. – Он улыбнулся, демонстрируя кончики клыков под верхней губой. – Завтра днем я буду вашим противником.

Я почти завороженно смотрел на каплю в его ухе: точно такая же висела у меня на шее под кителем.

– Простите, не ожидал, что у вас возникнет желание со мною пообщаться.

Он пожал плечами:

– Его не было, пока вы не продемонстрировали этот великолепный танец. Я понял, что вы более страстная натура, чем кажетесь на первый взгляд, и я решил попросить вас сделать все возможное, чтобы наш поединок не сразу мне наскучил.

Это искусно завуалированное, острое, как бритва, оскорбление заставило меня наконец прийти в себя, и я хищно улыбнулся:

– Вы излишне самоуверенны, лорд Туман. Это скверное свойство для воина.

7

Я бы хотел вечно сидеть вот так и слушать гром, смотреть на молнии и на то, как пенится земля под струями ливня.

Ветер яростно трепал мои волосы, влажные от капель дождя, которые ветер заносил в окно, на котором я сидел.

Таро что-то тихо прошипел, и я погладил его мордочку:

– Тоже любишь грозу, дружок? Это хороший знак, ведь гроза разразилась именно этой ночью. Очень хороший.

Дракончик-татуировка мурлыкнул.

– Завтра я увижу того, кого жаждал убить на протяжении многих лет, Таро. Видел серьгу в его ухе?

Я шептал живой татуировке какие-то глупости, а сам, не моргая, смотрел на грозу, фактически внутрь этой грозы.

– Господин... – В комнату заглянула низшая.

Совсем страх потеряли, наглецы. Ведь прекрасно осведомлены, что я терпеть не могу, когда меня беспокоят во время дождя.

– Сгинь, – равнодушно приказал я.

– Вы невежливы, лорд Востока. – Бархатный голос астролога вплелся в воздух моей комнаты.

– Просто я не люблю, когда меня беспокоят во время грозы.

– Вижу. – Он остановился у меня за спиной. – Но мне скучно. К Хилару с Каиной сейчас не сунешься. В замке тишина...

– И ты решил, что я буду лучшим развлечением? – Я так и не повернул головы.

– Я все еще отвечаю за твою подготовку.

– Понятно. Вино на столе, можешь открыть. Это из запасов моего отца. Я знаю, что ты знаток вин.

– Ого!

От его удивленного возгласа приятно сжалось сердце. Пальцы, поглаживающие Таро, замерли. Я что, хотел сделать приятное второму лорду? Удивить его? Ожидал его реакции? Спустя столько лет я был в ком-то заинтересован?

– Ты будешь пить, Янус?

– Нет. – Я наконец обернулся, чтобы взглянуть на него.

В неофициальной одежде повелитель Запада смотрелся... повелителем Запада. Он закрепил волосы на затылке, оставив основную массу струиться по спине. Золотистая рубашка с широким рукавом и шнуровкой, узкие брюки, почти сливающиеся с высокими сапогами. Максимилиан любил производить впечатление.

– Ты всегда так пристально разглядываешь собеседника? – поинтересовался он, пригубив вино.

– Тебя это смущает?

– Да нет... – В его глазах что-то мелькнуло. Я бы охарактеризовал это как маленькую вспышку хулиганства. Мальчишество.

– Знаешь, что меня мучает в последнее время, лорд Иллюзий?

– Что? – Я заинтересовался, убежденный, что не разочаруюсь в его ответе. И он не подвел:

– Каково это – заниматься любовью с парнем, по телу которого ползает живая татуировка? Да еще шипит и рычит?

Я рассмеялся вместе с раскатом грома:

– Ты неподражаем, Макс!

Я сам не заметил, как назвал его сокращенным именем, подслушанным на балу от Каины. Усмехнулся еще раз и ответил:

– Обычно моих партнеров это возбуждало. Парочка испугались. Таро всегда любил пошалить. Хочешь, сделаем тебе такую же.

– Я впервые видел, как ты смеешься от души, – тихо заметил он.

Я пожал плечами:

– Я люблю посмеяться, но меня очень трудно рассмешить. И потом, то, что смешно мне, не смешно другим. Я похож на своего отца. Он тоже был спокойным и уравновешенным, однако, когда я был маленьким, он часто корчил мне рожи. Было очень весело. Но он никогда не делал этого перед другими, что меня безмерно изумляло в те времена. Ничего удивительного. Мне было всего пять лет.

Астролог задумчиво смотрел на меня:

– Оказывается, я плохо тебя знал, как, впрочем, и остальные.

Я фыркнул:

– Ты и сейчас не знаешь. Иначе бы уже заткнулся и дал мне насладиться грозой.

Он отсалютовал мне бокалом и устроился в кресле у стола. А я повернулся к моей грозе.

Не ожидал, что мне будет приятно чье-то общество, но я был рад, что он остался...

Гроза пошла на убыль, и я наконец покинул подоконник.

Макс уснул прямо в кресле, и я замер над ним, раздумывая, что делать. Наконец принял решение и коснулся его плеча. Сапфировые глаза, глубокие, как само ночное небо, открылись моментально. И чуть хрипловатый со сна голос поинтересовался:

– Налюбовался?

– Надо поспать. Завтра насыщенный день. Для всех. – Вот и все, что я нашел возможным сказать в ответ.

Он потянулся и зажмурился:

– Удобное у тебя кресло. Хорошее вино.

– Я люблю комфорт. Будешь спать в кресле?

– А ты предлагаешь широкую, уютную кровать с наложницей под боком? – По его губам скользнула дразнящая улыбка.

– Ну если ты предпочитаешь кресло... – невозмутимо пожал я плечами.

Лорд Запада рассмеялся:

– Лорд Янус, ты неподражаем.

– Это мои слова, – напомнил я.

Астролог поднялся, выбравшись из мягких объятий кресла:

– Значит, мы стоим друг друга. Ну где твоя постель?

– Моя тебе не светит, в ней буду спать персонально я, – последовал ответ. – А для тебя готова отдельная кроватка.

Я смотрел, как он смеется, и думал, что давно мне не было так легко в чьем-то обществе. И понял, что устал от одиночества. Просто устал.

Я бросил последний взгляд на открытое окно. Хорошая сегодня ночь. Как раз такая, какая должна быть перед хорошим танцем с непредсказуемым концом.

Несколько часов сна, и я поднялся до восхода солнца. Умывался и одевался так, словно совершал какой-то ритуал или обряд. Застегнув последнюю пуговицу на кителе, придирчиво оглядел себя в зеркале.

Когда из отведенной ему комнаты спустился Макс, я уже завтракал.

Его просто перекосило от вида моей тарелки с непрожаренным куском мяса.

– Ты способен есть по утрам?!

– А ты, похоже, из тех, для кого чашка кофе утром – подвиг. – Я с наслаждением впился зубами в отбивную.

– Детка, – астролог обратился к обслуживающей стол низшей, – в этом доме найдется чашка крепкого кофе с коньяком?

Рыжеволосая вспыхнула:

– Конечно, господин.

Повелитель Запада задумчиво посмотрел ей вслед:

– Мне кажется или среди твоих служанок преобладают рыжеволосые и красноволосые?

– Не показалось. Большая часть гаремных бесовок.

– Может, ты в Каину тайно и безнадежно влюблен? Вон какое страстное танго танцевали... – Он широко распахнул невинные васильковые глаза. – Хотя нет, она черноволосая.

В этот момент принесли его вожделенный кофе. И одновременно ко мне подошел бес из моих воинов. Его глаза сверкали. Я понял, что сегодня леди Удача со мною...

– Господин, вы приказали доложить... Змеевик стал старшим наставником. Остальные признали его, при этом он не пролил ни капли крови. Он уже начал обучение новичков... Лично.

Я почувствовал непроизвольную улыбку на губах.

– Спасибо. Ты принес хорошие новости.

Бес поклонился:

– Мне он нравится, господин. Очень большие перспективы.

– Понимаю. Ты свободен.

– Спасибо, повелитель. – Он снова поклонился. – Могу ли я пожелать вам удачи?

– Я надеюсь на благосклонность этой леди, – усмехнулся я. – Иди...

Макс вздохнул:

– Не понимаю. Ему предстоит бой, от которого зависит если не жизнь, так судьба точно, а он продолжает свои эксперименты.

Я пожал плечами:

– Просто я живу настоящим днем. То, что будет завтра, будет завтра.

Мы вошли в зал, где нас уже поджидали император и Хилар с Каиной. Черные глаза последней блеснули, и она радостно кивнула... мне.

– Ян, спасибо за папочку. Там оказалось много чего забавного.

Я почувствовал, как дернулся уголок губ:

– Я знал, что ты оценишь.

Император Суран протяжно вздохнул:

– Лорд Янус, леди Каина, вы готовы?

Мы склонились в поклоне:

– Да, ваше величество.

– Надеюсь, вы понимаете, что нам грозит, если хоть один из вас проиграет. И что тогда я с вами сделаю... – Последние его слова слышались шипением.

– Мы не подведем, – откликнулась Каина. – Кринитов ожидает парочка сюрпризов...

– Неприятных, я бы сказал, – позволил я себе улыбку.

Алые глаза внимательно всмотрелись в нас, но я чувствовал, что уверен в себе. Наконец его величество поднялся с трона:

– Первый бой – Каины. Она сама настояла на этом.

Я бросил благодарный взгляд в сторону Огненной леди, как ее называли ее же подданные.

– Лорд Янус, Максимилиан очень высоко отозвался о ваших способностях. – В голосе императора слышалась угроза. – Надеюсь, что вы оправдаете его слова.

Я молча поклонился.

Лорд Максимилиан потер виски и покосился на меня:

– Ты выглядишь до отвращения невозмутимым.

Я пожал плечами:

– Мне не о чем волноваться.

Император одарил меня язвительным взглядом, и я внезапно понял, что он боится за нас.

– Не слишком ли вы самоуверенны, лорд Янус?

– Поверьте, ваше величество, – откликнулся я, чувствуя, как внутри течет и переливается Сила. – У нас есть пара козырей в рукаве, о которых криниты не подозревают.

Алые глаза окинули меня задумчивым взглядом, от которого мурашки пробежали по позвоночнику.

Но я говорил правду. И если повезет, то у нас окажется козырей в два раза больше... Первый я уже получил. Я знал своего противника. Это был верх глупости кринитов, потому что о лорде Тумане я знал теперь не просто много, а очень много.

Мы находились в амфитеатре, который возвели лучшие строители империи за всю нашу историю. Когда-то это был центр империи, а теперь амфитеатр находился прямо на пересечении границ Пустыни, империи и Крина. Это оказалось лучшим местом для поединков.

Трибуны были забиты до отказа, но здесь присутствовали не только мы и криниты. Ложа со стороны Пустыни также не пустовала. Как пустынники узнали о происходящем, я не знал, но они не могли упустить свой шанс поприсутствовать на поединке той, которую в Пустыне называли повелительницей Песчаной смерти. Криниты явно недоумевали, глядя на трибуну, где замерли в безмолвии неподвижные фигуры вождей кланов Пустыни. Они пришли увидеть подтверждение мощи той, кто удерживал границу Пустыни, или ее поражение. Жители Крина не подозревали, что их ждет неприятный сюрприз, если мы проиграем. Им придется играть в пятнашки с пустынниками... Потому что единственное, что пока удерживало их в песках, – это Каина.

Ложа, в которой находились его величество Суран и его лорды, была расположена прямо напротив ложи его величества Рубина.

Император кринитов выглядел ровесником Сурана, но был неизмеримо старше. Он мог быть родным братом нашего короля, однако на самом деле приходился ему дядей.

Это была действительно родная кровь, так как Рубин и мать Сурана были родными братом и сестрой – близнецами. Из-за чего в принципе столетия назад и разгорелась та война и раскололась империя. Никто не знал, кто из них родился первым.

В ложе с его величеством находилась высокая черноволосая демонесса.

– Кого это он притащил с собою? – процедил Суран, ни к кому не обращаясь, но ожидая ответа.

Я удивленно покосился на своего повелителя, потом взглянул на лордов, но и они выглядели заинтересованными...

– Это герцогиня Горгона. Она главнокомандующий войсками Крина и любовница Рубина, хотя императрицей по их законам не является.

Три пары глаз уставились на меня. Не хватало только Каины, но ее поединок начинался вот-вот, и поэтому она готовилась к своему выходу.

– Так... – Голос императора был почти тягучим. – Лорд Янус, я совсем забыл, что вы наш аналитик. Но я не знал, что настолько осведомлены о временах раскола и тем более о внутреннем устройстве общества Крина.

Я поклонился:

– Мой господин, видимо, забыл, что мои родители еще при жизни императрицы Юрии, вашей матери, были последними дипломатическими послами на Крине.

– Почему последними? – вмешался повелитель Запада.

– Потому что после покушения на моего отца обе границы были закрыты. До сего времени, – сухо ответил я.

– А ваш отец?

– Погиб. Границы были закрыты после того, КАК на его гибель отреагировала леди Жадеит... Моя мать тогда вышла из себя, но войны не последовало. – Я закрыл эту тему.

Возможно, вопросы хотел задать император, но в этот момент на арену упала тишина. Почти осязаемая тишина. Наше противостояние началось.

8

В центре взвился столб-воронка воды, он на мгновение застыл в воздухе, а потом опал, оставив на арене фигуры двух кринитов. В красные тона их одежд вплетались синие и голубые.

Ну конечно, против леди, владеющей Силой Огня, выставляли Воду. И, судя по размерам и форме воронки, замешанную на шторме.

Синие волосы старшего кринита растекались по его плечам, спине, опадали настоящим водопадом. Я бы не удивился, если бы выяснилось, что они действительно вода.

Хилар медленно поднялся на ноги, пристально вглядываясь в кринитов.

– Лорд Окений, – сообщил я, поймав вопросительные взгляды, – принадлежит к клану Воды.

– Того самого, что разнесла Каина? – Глаза цвета сапфиров вспыхнули.

– Точно. Окений был старшим сыном, наследником клана. Но, в отличие от своего отца, никогда не колебался в выборе сторон. Он был одним из генералов восстания, поддерживая Рубина.

– А второй? – Этот вопрос задал Хилар, не отрывая взгляда от арены.

– Судя по всему, его ученик. Это он противник Каины. – Я переплел пальцы рук на коленях. – Как я и предполагал, они недооценивают Каю.

Император Суран взглянул на меня, но сквозь его невозмутимую маску я чувствовал безмерное удивление.

– Они выставили УЧЕНИКА против ЛЕДИ?!

– Они допустили ошибку. И, судя по всему, мой анализ оказался верным: не только эту. Криниты – приверженцы старых традиций, и если они полагают, что Каина – ученица Хилара... смотрите.

Окений повернулся к стоявшему рядом с ним молодому демону, взял его за подбородок и поцеловал. Юноша покорно плавился в его объятиях. По светло-голубой шевелюре молодого демона пробежали всполохи, и волосы приобрели насыщенно-синий цвет.

– Окений связал себя с учеником. Теперь этот юноша может черпать силу своего учителя. Они сейчас как единое целое. Молодость, сила, гибкость ученика. Мощь и опыт учителя. – Я откинулся на спинку стула. – У нас подобное не практикуется очень давно, ведь это безграничное доверие и безоговорочная власть одного над другим. Такая связь остается навсегда. Если погибает один, погибает и второй...

Его величество чуть откинулся назад, его тон был по-прежнему невозмутимым, опасно безразличным:

– То есть Каина фактически должна сражаться сразу с двумя?

Я склонил голову:

– Да, ваше величество. Но она это знает. Криниты полагают, что Каина и Хилар повторят ритуал.

Максимилиан издал сдавленный звук:

– Конечно. Все до единого знают, что Каина – ученица Хилара. И только избранные в курсе настоящего положения дел.

– Лорды не сочли возможным сообщить данную информацию даже своим доверенным лицам, – согласился я. – Не потому, что это секретно, а потому, что это не имело никакого значения для нас. Трудно искать то, что на самом деле и не спрятано. Однако наши гости не подозревают о львиной доле сюрпризов, что мы приготовили для них одним только своим существованием. Их затворничество сыграло нам на руку.

Она появилась в проходе без каких-либо спецэффектов и магических демонстраций. Просто гибкая фигура. Песок арены под ее ногами почти ластился к мягкой подошве сапог. Черные, чернее ночной мглы волосы аккуратно собраны на затылке и закреплены в узел длинными шпильками. Ни одна прядь или волосок не выбивались на волю.

Черные глаза сияли бешеными водоворотами так, что даже нам было видно с нашей трибуны. Она не смотрела на ожидавшую ее пару. Каина остановилась перед ложей пустынников. Медленно поднимались воины со своих мест и склоняли головы. Она одарила их усмешкой – безумной, но такой понимающей, что несколько старейших побледнели.

Среди кринитов ощутимой волной прокатило недоумение. Я кивнул Хилару на его немой вопрос. Все было на нашей стороне. Тайна Каины до сих пор была закрыта для кринитов. Пустыня подчинялась ей. Она стала их проклятием, с тех пор как ей исполнилось восемь лет.

Наконец леди Юга обратила внимание на своих противников. Ее поклон парочке был безукоризненным.

– Леди Каина, повелительница Огня, защита его величества императора Сурана, правителя Темной империи, одна из Великой Четверки, подчиняющейся только императору, правительница Южных пределов империи, приветствует всех. Кто из вас мой противник?

Я удовлетворенно выдохнул: Каина все же не стала упоминать о том, что в ней есть силы клана Ветра. Если они не знали этого, то не стоит открывать все козыри разом. Тем более что криниты и так уже в шоке – по их законам представляться более высоким титулом, чем есть на самом деле, равносильно самоубийству.

Долгая тишина, наступившая после представления леди Каины, была прервана выступившим вперед молодым водным. В его глазах сквозила растерянность. Титул противницы явно не укладывался в уже заготовленную схему боя.

– Янтарь, повелитель Воды, с поддержкой лорда Окения, приветствует.

– Ученик? – удивилась Каина. – Вода? – Улыбка стала хищной.

Пять лет назад клан Воды империи был уничтожен почти полностью, за исключением нескольких младенцев и детей, которых император тут же определил на воспитание к верным своим подданным. Загадка уничтожения этого клана все еще висела в воздухе, что было лишь на руку его величеству, так как клан вызвал неудовольствие императора незадолго до своего уничтожения. Мало кто знал, что к этому приложила руку Каина. У нее были свои счеты с водными. И очень серьезные счеты.

– Лорд Хилар, – я поднял глаза на первого лорда, – судя по всему, вы решили преподнести нашим гостям очередной сюрприз?

– О да. – Тихая улыбка Хилара любого напугала бы до дрожи в коленках. Он телепортировался на арену прямо из ложи в тот момент, когда Окений покидал ее.

Белый плащ крыльями рванул за его спиной, и кринит подался назад, словно спасаясь от смертоносного прикосновения. Но первый лорд не обратил на противника ни малейшего внимания. Его глаза были прикованы к Каине. Лорд стянул белую перчатку с правой руки и коснулся щеки возлюбленной.

– Позволит ли леди преподнести ей подарок перед боем? – Его глубокий голос пушистым снегом окутал всю арену.

Каина как котенок потерлась о его ладонь. Зрители оцепенели. Ученик НЕ МОЖЕТ вести себя ТАК, УЧИТЕЛЬ никогда не обратится с ТАКОЙ формулировкой... Это означало одно: демонесса не соврала, когда представлялась, и их расчет оказался неверен.

– Кажется, до них дошло, – удовлетворенно хмыкнул Максимилиан.

– Посмотрите, как побледнели пустынники, – указал я. – Они поняли, что, а вернее, кто их ожидает, если Каина внезапно исчезнет. И криниты... Окений фактически голубого оттенка...

– Лорд Янус... – голос императора был неожиданно мягким, – мне кажется, вы недолюбливаете кринитов?

Я невозмутимо поклонился:

– Нет, мой повелитель. Я просто их... ненавижу.

Он обернулся к арене:

– Каина и Хилар воюют на три фронта – это да. Многие теперь пересмотрят свое отношение к Каине и... Это ведь игра и на нашу оппозицию?

– Только теперь многие осознают, ЧЕМ они могут быть на самом деле, – пожал я плечами. – И то будут гадать, какой кусочек им позволили увидеть.

– Да, это собьет спесь с особо ретивых. – Альбинос улыбнулся клыкастой, хищной улыбкой.

В этот момент Хилар извлек откуда-то сверток, которого раньше при нем не было. Белая как снег ткань полетела на песок, и даже издалека я узнал, чья это работа... Меч Каила. Меч с кусочком души. Это был шикарный подарок. И такие подарки ученикам не дарят...

С таким мечом Каина не проиграет никогда... И они не знают о силе Ветра.

– Думаешь, они не знают?

Кажется, последнюю фразу я произнес вслух. Глаза Макса были внимательны и нестерпимо сияли.

– Я не думаю – знаю! – Я откинулся в кресле. – Наша шпионская сеть развита не хуже, чем у кринитов. Я бы сказал, намного лучше. Они больше заняты своими внутренними делами и интригами между кланами. Так что я знаю наверняка. Иначе они не выставили бы против Каины Воду, пусть и такой мощи. Заметь, она не упомянула в представлении, что является повелительницей Ветра.

Хилар материализовался в нашей ложе.

– Думаю, эффект был достаточный, – заметил он, пригладив растрепавшиеся во время телепортации светлые волосы.

– А мальчик-то немного растерялся, – указал лорд Запада.

– Это ненадолго. – Лорд Севера удобно устроился на перилах ложи, пренебрегая креслом. – Сейчас он возьмет себя в руки и впадет в другую крайность. Хотя Каина и леди, у нее Сила лишь ее собственная, тогда как мальчик обладает силой ДВОИХ.

– Это они так думают, – прошептал император Суран.

Хилар кивнул. И в этот момент раздался удар гонга. Поединок начался.

Мальчик оказался умницей. Он не стал атаковать сразу, а плавной походкой пошел по кругу, обходя леди Огня. Меч в его руке был опущен острием вниз, но рука лежала так, что нельзя было обмануться этой напускной небрежностью. Черные глаза следили за ним, как глаза кошки, наблюдающей за храброй мышью. Все затаили дыхание.

Хилар тихо рассмеялся:

– Ян, ты забыл еще об одном просчете наших любезных гостей.

Я с легким недоумением взглянул на лорда Севера. Он смотрел на арену, точнее, на гибкую фигуру Каины.

– Они не знают, что она безумна, – тихо шепнул Хилар.

И в тот же миг над ареной раздался звонкий смешок леди.

– Милый мальчик, – почти пропела она. – Русалочка...

Казалось, фигура кринита стала еще собраннее, чем была.

– Я выпью твою душу и душу твоего учителя до самого дна. – Меч Каины коснулся песка и вошел в него. – А тела заберу в свои купальни... Там уже плавает парочка русалочек... или, правильнее сказать, тритонов? Вам не будет скучно.

Кринит атаковал. Он будто не слышал Каину.

Атака водой, силой и сталью... Но Каина просочилась СКВОЗЬ его атаки словно туман сквозь щели.

Что-то произошло... Что-то сдвинулось. И мальчика уже не было, словно он успел увидеть, предугадать, где окажется его противник. И чем это ему грозит.

Лорд Запада присвистнул. Кринит был отнюдь не так прост, как казался. Каина послала воздушный поцелуй правой рукой, левая сомкнулась на рукояти меча, который она протащила по песку за собою, оставляя борозду.

И песок взорвался огнем. Кольцо пробежало, окружая кринита.

– Зачем она применяет огонь? Это бессмысленно против воды, – нахмурился Макс.

– Смотрите, – шепнул Хилар.

Вода обрушилась на огонь, гася его. Ухмылка на лице кринита стала неуверенной. Вместо огня его окружало... мутное стекло, застывшее в причудливой форме.

– Огромные температуры плавят песок, превращая его в стекло, – сказал я, разглядывая творение Каины.

– Давай без занудства, – рыкнул астролог. – Я не такой уж и тупой. Зачем ей стекло?

– Она играет. – Вздохнул первый лорд. – Ровные открытые поверхности ее раздражают.

– Пустынники вот-вот попадают на колени, – заметил я.

– Еще бы, – лениво отозвался Хилар. – Они часто находили своих соотечественников вот в таких стеклянных лабиринтах, а то и вовсе заключенных в стекло. Уроки, которые запоминаются надолго.

– Оригинально, – в голосе императора слышалось одобрение. – У леди Каины богатое воображение.

Кажется, кринит на арене наконец начал понимать, в какой переплет он попал. Парень испугался – явно поумнел.

Я нашел взглядом Окения в ложе императора кринитов. Он был почти голубого оттенка. И почти окаменел от напряжения, словно ему трудно было дышать.

– Кажется, Каина применила-таки свое второе наследие, – заметил я в тишину.

На меня покосились, и второй лорд потянулся к арене своей Силой. На его губах появилась довольно мерзкая улыбка, которая, впрочем, ему чрезвычайно шла. Каина действительно воздействовала на воздух. Она делала это с самого начала, отвлекая противника играми со сталью и огнем. Леди утяжелила воздух, уплотнила, а постоянным воздействием огня создала острую нехватку кислорода.

Мало кто понимал, что и как она делает. Каина применяла знания смертных и их науки, используя свою магию, в то время как криниты замкнулись на соблюдении традиций, от которых нашей империи пришлось отказаться, чтобы выжить после раскола и гражданской войны.

Каина к тому же была безумна. Но это безумие словно имело систему, что фактически делало ее гением. Гармоничность безумия – словно танец. Переходы, па... – все это был очень сложный танец, который она вытанцовывала прямо сейчас. Во время боя. Леди даже не играла, она ставила эксперименты, импровизировала. И кто мог знать, что может прийти ей в голову в следующий момент? Она постоянно находилась в состоянии озарения, инсайда. Она вела этот танец с самого начала.

Сейчас Каина дотанцовывала танго, которое мы начали с нею еще вчера... на балу.

Я встал и поклонился своему императору:

– Ваше величество, я не думаю, что бой затянется. Могу я удалиться сейчас? Мне нужно кое-что успеть до своего поединка.

Он внимательно вгляделся в мое лицо и молча кивнул, отпуская.

Я покинул ложу.

Все сосредоточились на поединке, поэтому за пределами арены почти никого не было, если не считать воинов, отвечавших за безопасность. Мне потребовалось совсем немного времени и места. Все было подготовлено давным-давно...

9

Много законов, которые понять достаточно сложно. Есть законы природы, магии и огромное количество других в том же духе. Мне всегда хотелось разгадать законы случайности и вероятности.

Плетение интриг – это не моя прерогатива, а вот анализ и стратегия – это мой конек. Почему из всех кринитских бойцов мне достался Туман? Потому ли, что я сделал все, чтобы это было именно так? Или такова воля капризной судьбы? А может – знания моей матери и очень точный расчет? Сейчас мне было не до этого. Я должен был завершить начатое много лет назад. Туман знал, кто я такой. Это было видно по его глазам, когда он подошел ко мне на балу. И одновременно он примерял на меня совсем другую сущность. Он почти наверняка накладывал на меня образы моих родителей. Именно на этом я и собирался сыграть.

После Каины криниты станут осторожны не в два – во все двадцать раз. Они не просто прокололись с леди Огня, они полностью сели в лужу. И мне этого не простят.

Моя мать долго и заливисто смеялась, когда обнаружила в списке возможных кандидатур на поединок со мною имя Тумана. Повелительница Снов, будучи в свое время послом империи в Крине, как раз обдумывала вариант появления наследника. Моя мать обожала эксперименты. И ей хотелось, чтобы я был чем-то большим, чем господин Снов и Теней или Иллюзий, повелителем которых являлся мой отец...

Я не спрашивал, каким образом, но она умудрилась заполучить часть Силы одного из кринитов, схожей с Силою нашей семьи. Сны, тени, туман. И немного моего собственного таланта. Ее старания проявились лишь несколько лет спустя после моего рождения. Правда, криниты так и не поняли, что и зачем она сделала. И еще они не знали, что часть ее все же смогла сбежать из устроенной ей и моему отцу ловушки. Пусть для этого и пришлось погибнуть отцу.

Сейчас я открывал врата... врата в мир сновидений. Где-то далеко, за спиной, в другом мире, бесновалась толпа. Каина выиграла свой поединок. Наступал мой черед.

Легкая светлая рука легла на мой локоть. Из чистых синих глаз безмятежно улыбалась бездна.

– Пора, сын.

Кринит смотрел мимо меня, и выражение его лица было как у воина, получившего удар в спину.

Все началось, когда гонг объявил о появлении Тумана на арене. Он стоял на песке, пряча руки в рукава своего разлетающегося одеяния. Он собирался продемонстрировать еще один старый, забытый нами обычай. Когда я появился в воротах арены, тишина настала такая, словно она пыталась раздавить нас. И я знал почему.

В тот день, когда я начал подозревать, что криниты собираются наконец вылезти из своей норы, я принял кое-какие меры заранее. Слухи можно использовать не только как сбор информации. Они многогранны... Я воспользовался их оборотной стороной, и криниты получили четко отмеренную порцию лжи, основанную на правде... Все эти годы... бедняги грезили о своем триумфальном возвращении, но грезы... Грезы – это вотчина снов, теней и... иллюзий. Моя вотчина. Поэтому я так быстро получил первые тревожные сигналы, особенно зная, к чему прислушиваться.

Его серые глаза смотрели на меня со снисходительным превосходством, и Туман имел на это право. Он был старше меня на поколения и поколения... И очень опытен.

Великая честь была оказана ему по меркам кринита, и знающий мог понять это. Леди Горгона материализовалась между нами, в руках ее сверкали лезвиями два меча. Легендарные мечи, когда-то принадлежавшие самой императрице Юрии. Она завоевала их, совершив невозможное... А ее брат Рубин выкрал мечи и сбежал... Так вот с чем мне предстоит сражаться.

– Мне жаль тебя, мальчик. – Я видел, как змеиные глаза Горгоны сверкнули и закружились водоворотами. – Но этой битвы тебе не пережить.

– Посмотрим, леди, – откликнулся я, намеренно игнорируя Тумана. – Как бы там ни было, вы прекрасны. И если бы ВЫ были моим противником, я бы еще задумался о своей судьбе.

Трибуны всколыхнулись. Ах да, я никогда не славился обходительностью с дамами.

Леди Горгона исчезла.

– А вы, оказывается, дамский угодник, лорд Янус, – усмехнулся Туман. Он намеренно допустил в голосе легкое пренебрежение к моему титулу.

– Нет, – пожал я плечами. – Любой в империи скажет вам, что я предпочитаю точность и правдивость. Я сказал то, что увидел. Она более опасный противник, чем вы, и... более привлекательна.

– Вы надеетесь выжить в этом бою? – Его пальцы обнимали рукояти мечей почти нежно.

– Я надеюсь убить вас.

– Так же как ваши родители много лет назад? – Его улыбка была безмятежной.

– Нет, мне не нужны ваша кровь и сила. – Я вернул ему улыбку. – Они уже есть у меня.

И в этот момент его глаза остекленели.

Я оглянулся, зная, что он не ударит.

На краю арены в полной тишине стояла демонесса, прекрасная, как грешный сон. Платье, струящееся вокруг ее тела, красным пятном выделялось на темном фоне стен.

Она сделала шаг вперед и плавно заскользила к нам.

За спиной послышался судорожный вздох-всхлип моего противника:

– Жадеи-ит...

Мать остановилась рядом с нами и подняла ресницы, открывая голубые бездны глаз. Взгляд лишь мимолетно скользнул по лорду Туману и обратился на меня. Немногие могли хоть что-то уловить в этих бездонных глубинах.

Я мог и склонил голову. А потом и вовсе опустился на колени. Не на одно, как мой противник до этого перед своей дамой, а на оба.

– Леди Жадеит.

– Мое благословение, Янус. – Мать протянула мне два обнаженных меча-близнеца с разноцветными рукоятями.

– Я вас не подведу, моя леди. – Я прижал мечи к груди.

Тонкие, длинные, словно у музыканта, пальцы зарылись в мою шевелюру, и моего лба коснулась прохладная ткань. Конечно. Я ведь забыл убрать волосы, чтобы не мешались, поэтому сейчас мой лоб обхватила бандана.

– Давно не виделись, Туман. – Я слышал улыбку в ее голосе.

А через секунду она была уже вне арены.

Я поднялся с колен и повернулся к Туману. Безмятежная улыбка скользнула по моим губам.

– Я готов, лорд.

Он мгновенно подобрался и с показным безразличием отметил:

– Ваша леди прекрасна как сон.

– Она повелительница Снов. – Я перехватил мечи. – Начнем?

Первое прикосновение мечей было почти нежным, а потом... потом я погрузился в танец для двоих. Напротив меня был уже не противник, а партнер по танцу. Очень упрямый и... ранимый. Он был сильным, очень сильным и очень упрямым, но... я тоже был упрям. Я собирался вести в этом танце. И неважно, что на кону стояла жизнь. Только так можно танцевать по-настоящему.

Я танцевал, и пламя бушевало в моих жилах, и гибкое тело изгибалось в такт моим движениям. Это было наслаждение. Его боль, ярость и хладнокровие, желание убить, его ненависть – все это было частью танца.

Танцуй, Туман...

Смерть парила над нами, распахнув черные крылья.

Да. Вот так. Поворот. Па. Еще поворот.

Мне нравится твой взгляд, Туман. Очень. Такая кипучая ненависть. Ты не можешь скрыть эмоции. Это так восхитительно. Моя власть, твоя беспомощность... Ты не привык к такому?

Как восхитителен страх в твоих глазах...

И в этот момент он сделал то, чего я добивался. Меня окружили огни и шепот тысячи голосов. Он призвал свою магию.

Он понял... Мои выпады и атаки были тесным сплетением танца и боевой выучки. Моя мать давным-давно выудила из его крови крошечный элемент. Все что ей удалось. Однако этот элемент представлял собою примесь крови легендарных демонов, танцоров, с которыми не могли сравниться лучшие из лучших воинов. И уже во времена раскола империи они были полузабытой легендой. Танцующие берсерки... наверное, это было великолепное зрелище. И те, кто нес в своих жилах эту кровь, забыли о ней... Леди Жадеит была магом и ученым... Она сразу поняла, какое сокровище ей досталось. Я, конечно, не был таким, как рассказывали легенды. Однако я к этому и не стремился. Можно было запутаться в таком танце.

Огни, туманы, иллюзии – мы оба потерялись и толком уже не знали, где чья Сила...

И внезапно я оказался над ним, прижимая к его кровоточащей груди лезвия мечей. В глазах плыли клочья туманов.

Кринит почти оскалился:

– Что, малыш, кишка тонка? Так это, оказывается, правда и лорд Иллюзий способен только корпеть над бумагами?

Голубая бездна глаз... Я вздохнул и перехватил рукояти мечей:

– Как глупо с твоей стороны, кринит...

И лезвия мечей погрузились в плоть. Я опускал их медленно, внимательно вглядываясь в серый туман его глаз...

«Прощай, мама... Желаю повеселиться...»

«Спасибо, сын!»

Прикосновение прохладных пальцев ко лбу, который закрывает пропитанная потом ткань. Голубая бездна глаз свернулась в водоворот и всосала в себя тело кринита. Последний вопль ужаса был беззвучен. Его кровь закрыла врата во сны и иллюзии леди Жадеит.

Я выдернул мечи из песка и стряхнул с них кровь. Темные брызги расцветили светлый песок, и алая искра отразилась в лезвии. Я усмехнулся и поднял красную серьгу-каплю. Полный комплект.

Рука стянула бандану, и влажные пряди волос упали на глаза, но я все равно видел окружающий мир. Серо-черные трибуны бесновались, красно-пестрые замерли, сокрушенные наповал. И алые глаза моего императора смотрели с каким-то задумчивым одобрением.

Я сидел на подоконнике и смотрел в окно. Грозы не было.

Открылась дверь, но я не повернул головы и не сказал ни слова.

Макс подошел и поставил полный бокал рядом с моим коленом. Таро зашипел на него.

– Цыц, ящерица, – беззлобно приказал астролог и накинул мне на голые плечи рубашку. – Не понимаю я тебя, Янус. Ты выиграл поединок, когда даже наши пророчили тебе поражение. Заслужил благоволение императора, получил разрешение на свои любимые эксперименты с новым материалом. Вся империя бурлит. Только и слышно: лорд Янус, леди Каина... Кая вон пир закатила. А ты заперся у себя в замке и сидишь словно замороженная статуя. Как будто напиваешься с горя, да только без вина.

Я мигнул:

– Так оно и есть.

Он вздохнул:

– Когда я собрался к тебе, Каина внезапно стала невероятно серьезной. И велела передать тебе одно только слово.

– Какое? – равнодушно поинтересовался я.

– Соболезную.

Я вздрогнул и дернул плечами. Да, Кай знала.

– Что произошло? Ведь ты победил!

– Ты не отвяжешься, пока все не узнаешь? – Я наконец поднял на него глаза.

– Ян, если ты не заметил, – задумчиво ответил повелитель Запада, – я в последнее время буквально не отхожу от тебя. Мне нужна твоя дружба.

– Моя дружба? – Я был удивлен. – Я думал, ты выполняешь приказ императора.

– Ты забавная личность, повелитель Иллюзий. – Макс ухмыльнулся. – Однако ты все же очень недогадлив при всей своей проницательности. Я уже твой друг, насколько это возможно между демонами нашего круга и статуса. Так что прекрати свой глупый допрос и объяснись.

Внутри что-то сжалось как пружина и... отпустило. Тьма его забери, но он был абсолютно прав.

Я взял бокал и подвинулся.

– Садись и слушай.

Максимилиан стал само внимание.

– То-то же. И кто же была та красотка, что благословила тебя на бой и исчезла? Это ведь касается ее?

– Касается. Это моя мать. Точнее, призрак моей матери. То, что она смогла удержать во снах, когда умирала вместе с моим отцом на Крине от рук Тумана... И смерть Тумана отпустила ее...

Я пил вино, рассказывал, но уже не голубой бездне, а сапфировому бархату в россыпи звезд.

А в конце, когда мы оба опьянели от вина, я предложил ему пойти потанцевать на крышах домов и вообще отпраздновать победу с размахом. Он согласился. Вроде бы в ту ночь мы даже дошли до дворца, где гремел бал Каины. Только что было после, я не помнил... Кажется, я все же показал Максу свой танец...

Багровая луна. Смотри, как она освещает улицы. Как переливаются струи темной воды фонтана в ее лучах. Ты прекрасна, низшая.

Танцуй, низшая. Танцуй со мной. Ты слышишь эту музыку?

История вторая

Танец с памятью

1

Максимилиан потянулся всем телом, чувствуя, что устал как собака.

Впрочем, все они устали, так как неделька выдалась просто сумасшедшая. Он не вылезал из своих обсерваторий, наблюдая за звездами, добиваясь наиболее точных ответов на поставленные вопросы. Каина засела на Южных границах, терроризируя Пустыню и вызывая Ветер, который собирал ей информацию по всему миру. Хилар почти не вылезал из покоев императора, где они что-то постоянно разрабатывали, – как угорелые носились по всему дворцу генералы и посыльные.

Янус не показывался на глаза, пропадая в лабораториях. Появлялся только на советах, да и то не на всех. И с каждым разом выглядел все более усталым и бледным.

Но сегодня утром Максимилиан получил от него сообщение, в котором говорилось, что лорд Иллюзий почти закончил свои разработки и может с ним встретиться, чтобы распить бутылочку вина из семейных запасов четвертого лорда.

Астролог вновь потянулся до хруста в костях и повернулся к подчиненным, которые следили за каждым его движением с напряжением и трепетным ожиданием.

– Господа и дамы. Я вас поздравляю. Мы блестяще справились с поставленной задачей. Я только что получил сообщение от императора, он чрезвычайно нами доволен.

Всеобщий вздох облегчения прокатился по обсерватории, послышались радостные возгласы.

– Ну что ж. Я отпускаю всех отдыхать. Двое суток на сон вы вполне заслужили. Но затем все должны быть на местах, свеженькие и бодрые. Предстоит еще много работы.

Сам же демон, едва все присутствующие покинули помещение, открыл вихрь портала и шагнул в него. Максимилиан направлялся во дворец Януса.

Первое, что увидел астролог, едва его нога ступила на ковер в кабинете друга, – огромные ошалевшие антрацитово-черные глаза Каины. А первое, что почувствовал, – кончик меча у своего горла.

Повелитель Звезд замер, четко осознав, что малейшее движение – и он покойник. Демон только скосил глаза и понял, что мир перевернулся: меч у его горла держал лорд Янус, и взгляд у него был полубезумный.

– Кто ты такой? – Знакомый голос задал совершенно нелепый вопрос.

– Лучше представься, – подала голос из кресла Каина. – Причем полным титулом. Не стесняйся.

– Это шутка? – поинтересовался Максимилиан. Но кончик меча надавил сильнее, и он почувствовал, как по шее потекли первые несколько капель крови. – Хорошо-хорошо...

Он вздохнул:

– Я лорд Максимилиан, повелитель Звезд, астролог его величества императора Сурана, правителя Темной империи. Один из Великой Четверки, подчиняющейся только императору. Повелитель Западных пределов империи.

Чувствовалось, что Янус задумался. Меч на миллиметр отодвинулся от шеи лорда, и последовал еще более нелепый вопрос, чем предыдущий:

– Кто я?

Каина в кресле нервно хихикнула. Похоже, ей доставляло удовольствие наблюдать за растерянной физиономией друга.

– Давай, Макс. Он просто так не отстанет.

– Тоже полным титулом? – смирился тот, понимая, что его уставшее за неделю напряженной работы сознание неспособно сейчас сопротивляться и анализировать ситуацию.

– Тоже, – спокойно подтвердил Янус, хотя этого спокойствия не было в его глазах.

– Лорд Янус, повелитель Иллюзий, стратег его величества императора Сурана, правителя Темной империи. Один из Великой Четверки, подчиняющейся только императору. Повелитель Восточных пределов империи.

– Она? – легкий кивок в сторону Каины.

Максимилиан мученически возвел глаза к потолку и чуть не окаменел. Потолок кабинета был черным от копоти, точнее, часть потолка. Только сейчас он обратил внимание на то, в каком виде пребывает кабинет Яна. Но меч кольнул шею снова, и пришлось представлять:

– Леди Каина, повелительница Ветра и Огня, защита его величества императора Сурана, правителя Темной империи. Одна из Великой Четверки, подчиняющейся только императору. Правительница Южных пределов Темной империи.

Ян отступил на шаг и опустил меч, но не убрал его. Вся его фигура дышала настороженностью. Максимилиан потер шею и сморщился, увидев испачканные кровью пальцы.

– Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? И что с твоим кабинетом? Здесь проходили военные действия?

– Макс, – голос Каины был почти нежным, – сядь рядом со мною. Сейчас мы все попробуем прояснить ситуацию. Но надо, чтобы наш гостеприимный хозяин почувствовал себя в безопасности. А то, как близко ты от него находишься, нервирует лорда.

– Его нервирует... – повторил астролог. Кажется, пока он решал задачку императора, мир все же встал с ног на голову, да так и остался, помахивая голыми пятками в воздухе.

Лорд Запада сел на диван рядом с Каиной и огляделся. Половина помещения выглядела так, словно здесь прошел бой и затем поработала толпа мародеров. Вторая была такой, какой ее помнил Макс. Причем обе половины были разделены идеально ровной невидимой линией. Словно перед сражением кто-то специально провел незримую черту и отгородил часть кабинета непроницаемой стеной. А когда все закончилось, стену убрал.

Максимилиан и Каина сидели на чистой половине.

Янус стоял в разрушенной части, да и выглядел он ей под стать. Волосы всклокочены, китель порван и больше напоминает лохмотья. На губах запеклась кровь, руки покрыты пятнами копоти и сажи. Он прошелся по комнате, нашел целый стул и пинком перевернул его на ножки, после чего аккуратно сел и поднял глаза. Оба повелителя демонов вздрогнули. Ни один из них никогда не видел такого страшного взгляда у лорда Иллюзий.

Каина устроилась поудобнее, демонстрируя дружелюбие:

– Теперь ты убедился, что это не заговор в пользу меня любимой? Он явно не ожидал застать меня здесь и точно не понимает, что происходит. Впрочем, как и я.

Янус положил меч на колени и погладил рукоятку.

Я смотрел на этих двоих и понимал: все, что я сейчас услышал, – абсолютная правда. Я вздохнул:

– Хорошо. Так как вы никак не могли договориться между собою и подделать такую искреннюю реакцию, я должен согласиться, что меня действительно зовут Янус и я лорд чего-то там.

Они смотрели на меня выжидательно, и недоумение их росло. Я снова вздохнул, все еще неуверенный, но понял, что выхода у меня нет, а эти двое могли бы мне помочь. Хотя с тем же успехом они могли быть замешаны во всем происходящем.

– Давайте я задам еще один вопрос. Что вы оба здесь делаете? Для начала леди Каина.

Черноволосая красавица с глазами цвета безлунной ночи протянула:

– Н-да-а-а... Три часа назад я получила от тебя сообщение, что немедленно должна прибыть в твой кабинет, так как ты открыл нечто, что меня заинтересует. Но я ответила, что «немедленно» никак не получится, так как я в тот момент работала с потоками Ветра, и обещала появиться сразу, как только закончу. Что и сделала. Однако ты тут же чуть не снес мне голову. После стольких лет дружбы это, мягко говоря, вызывает недоумение.

– Вы? – Я повернулся к брюнету.

Тот сверкнул синими глазами:

– Вообще-то мы с тобой договорились распить сегодня вечером бутылочку вина. Причем приглашал ты. Это было утром. А потом мы собирались немного расслабиться.

– Расслабиться?

Он вздохнул:

– Мы с тобою часто сражаемся на мечах. Ты танцуешь, я пою. Кто кого. Правил нет. Все грязные трюки, какие можно применять, разрешаются. Своего рода тренировка. Но нам она всегда доставляла море удовольствия. Плюс я периодически пытаюсь тебя соблазнить.

Каина хрюкнула:

– Пытаешься?

Синеглазый брюнет бросил на нее почти зверский взгляд:

– В тебе нет крови сирен. Тебе не понять.

Я встрял в их пикировку с нездоровым интересом:

– И как успехи?

Астролог вздохнул:

– Никак. Танцуем, поем... Ты пока держишься.

– Понятно. Что ж... Выхода особого у меня нет. Рассказываю. Два часа назад я пришел в себя посреди вот этой разрухи. Правда, самой разрухи я в тот момент не видел, так как было темно, хоть глаз выколи. Зато слышно было прекрасно. Я лежал на полу, и меня пинали по ребрам с такой замысловатой руганью, что с удовольствием законспектировал бы, если б мог. Судя по голосам, их было двое, и из диалога я понял, что сейчас мне банально перережут горло. Как вы догадываетесь, меня это никоим образом не устраивало. На мое счастье, я понял, что разжать руку, в которой был меч, им так и не удалось. Поэтому мне не составило труда застать их врасплох. К сожалению, я был несколько не в себе, поэтому немного погорячился и не смог себя проконтролировать. Так что оба моих противника оказались мертвы. В этот момент зрение стало проясняться. Я так и не понял, почему я ничего не видел. Зато обнаружил свой кабинет вот в таком состоянии. Насколько я понимаю, мне пришлось здесь с кем-то сражаться.

– Что значит «насколько я понимаю»? – осторожно спросил тот, кто назвался лордом Максимилианом.

– То и значит. – Я провел по волосам рукой, пытаясь их пригладить. И про себя отметил, что, в отличие от этих двоих, хожу с короткой прической. – Я ничего не помню. Мало того, я не только не помню, что здесь произошло, я забыл, кто я такой!

– Что-то в этом духе я и подозревала, – проворчала леди Каина.

Лорд Максимилиан вскочил на ноги, и я невольно сжал рукоять меча. Он застыл, глядя на меня:

– Ты нам не доверяешь?

– А с какой стати? – Губы невольно скривились в усмешке. – Это вы утверждаете, что я вас знаю, я же ничего такого припомнить не могу. Особенно если учесть тот факт, что часа два назад меня кто-то старательно пытался уничтожить. Вы мне оба подозрительны. И я не уверен, что стоит вам доверять.

– Подожди, – вскинулась женщина. – Ты сказал, что прикончил двоих. Где их трупы?

Я хмыкнул – быстро соображает. И оттолкнул ногой остатки стола. Я уже понял, что физической силы мне не занимать. Правда, предстояло выяснить ее пределы...

Я специально посадил этих двоих так, чтобы они не могли видеть некоторых деталей комнаты. Оттолкнув стол, я очень внимательно уставился на подозрительных гостей. Мне требовалась любая информация. И движения их тел были более правдивы, чем сознание в этих телах.

Больше всего тревожили их способности. Мне очень не понравилось их появление. Завихрения в воздухе, из которых вдруг шагает темный силуэт, лишь в последний момент приобретающий краски и объем. Но, учитывая их поведение и уже полученную сведения, я утешился мыслью, что они полагают, будто и я могу делать нечто подобное. Надо будет узнать принцип действия и попробовать.

Женщина чуть подалась вперед, но из кресла не встала. Предусмотрительная. Темноволосый Макс чуть шевельнулся, задумчиво разглядывая останки:

– На бесов непохожи.

Я осторожно добавил насмешки в голос – не стоило им знать некоторых фактов:

– Я это заметил. Такой вид они приобрели после смерти.

– Маскировались? – вскинулась Каина. – Да так, что смогли пройти твои защиты? Ты же у нас специалист по иллюзиям и маскировке.

А вот это стоило запомнить.

– Значит, эти как-то сумели, – усмехнулся я, поглаживая рукоять меча и пытаясь не выдать некоторой нервозности. – Что и заставляет меня обдумывать два варианта. Первый для вас удобен – кто-то сторонний, но тогда он сильнее меня или хитрее. Второй... – Я помолчал. – Кто-то знал, где я буду и когда. И как обойти мою защиту...

Они переглянулись, и в кабинете повисла тишина.

Я смотрел на них, продолжая гладить меч. Было ощущение чего-то неверного. Чего-то недостающего.

Назвавшийся лордом смотрел на мои руки словно завороженный этими методичными движениями. Внезапно он тихо спросил:

– Ян... А где второй меч?

И тут его просто подбросило. Он посмотрел на Максимилиана совсем диким взглядом и тихим-тихим голосом поинтересовался:

– Какой второй меч?

Астролог нахмурился и переглянулся с Каиной – уже в который раз за этот вечер.

– Ты обычно предпочитаешь сражаться двумя мечами. Их у тебя всегда было два, и ты к ним никого не подпускал, потому что эти мечи одушевленные, с вложенными мастером последними, самыми важными каплями своей жизни. Один ты сейчас держишь в руках. Где второй?

Янус смотрел на него очень внимательно. Лорд Звезд никогда раньше не встречал такого взгляда у лорда Иллюзий – ни до их настоящего знакомства, ни после.

И в этот момент светловолосый демон метнулся в сторону, немного пригнувшись, а меч совершил круговое движение, оставляя в воздухе видимый след. Раздался звон встретившейся стали. Хилар воспользовался своим особым порталом, который до поры до времени не позволял заметить его присутствия, но Янус как-то почувствовал.

– То-то мне показалось странным, что Каина не отвечает на зов, – усмехнулся первый лорд, парируя выпад лорда Иллюзий.

2

Император Суран мрачно взирал на трех лордов – они с комфортом расположились вокруг стола в малой комнате для совещаний. И на четвертого, который сидел чуть в отдалении и мрачно буравил взглядом потолок, скрестив руки на груди. Потом император перевел взгляд на два трупа, валявшихся на ковре, и вздохнул. Снова повернулся к Янусу и очень внимательно оглядел его с ног до головы.

– Господа, – при звуках его голоса три лорда немного оживились, – покиньте нас на время, мне надо задать несколько вопросов лорду Янусу наедине.

Лорды переглянулись, и первый лорд осмелился возразить:

– Ваше величество, это несколько поспешно. Лорд Янус не в себе, что может повлечь за собою самые неожиданные реакции.

– Я сам могу за себя постоять, – отрезал император, но затем его голос смягчился. – Я ценю вашу заботу, господа. Но думаю, никаких сложностей не возникнет. Не так ли, лорд Янус?

Тот слегка вздрогнул, но все же ответил:

– Да... ваше величество.

Хилар посмотрел на них и резко кивнул. Все трое молча поклонились императору и вышли за дверь.

Суран встал с места и взмахнул рукой, закрывая комнату дополнительным слоем щитов от прослушивания. Затем подошел к Янусу и остановился в трех шагах от него.

Почти минуту они глядели друг на друга. Суран впервые смотрел в глаза четвертому лорду. Тот редко демонстрировал ему свой взгляд. А если это и происходило, то император всегда видел там только то, что Янус собирался показать. Не больше и не меньше. Сейчас же повелитель Иллюзий смотрел на него словно впервые видел. И видел так, что по коже невольно пробегала дрожь. Лорд ОЦЕНИВАЛ его.

Очень-очень давно Суран не встречал такого взгляда. Последней, кто так смотрел на него, была императрица, когда принимала решение об устранении сына.

Император резко вскинул подбородок и тихо спросил:

– Что вы видите, лорд Янус?

– Сильного и опасного мужчину, – ответил тот. – Очень красивого, но... уязвимого. Вы в чем-то неуверены. Чего-то вам недостает.

– Что-то еще? – Суран с трудом сдерживал удивление, но собирался выжать из сложившейся ситуации максимум пользы для себя.

– Вы одиноки. – Светловолосый демон внезапно отвел взгляд и ссутулился. – Судя по вашему взгляду, я никогда не говорил так.

– Да, – согласился император. И подошел ближе. – Янус, – Суран положил руку на плечо лорду, – что ты помнишь?

Я вздрогнул всем телом. Он ДОГАДАЛСЯ. Нет, он ЗНАЛ. Действительно опасен. Но... угрозы, как таковой, я не ощущал. Нет. Почему-то мне казалось это правильным. Этот мужчина действительно был моим повелителем. Что-то или кто-то внутри меня подтверждал его право на власть надо мной.

– Янус? – Рука императора чуть сжала плечо.

Я выпрямился и посмотрел в рубиново-красные глаза:

– Ничего. Я не помню ничего. Я не понимаю, что происходит, не знаю, кто меня окружает. Я не улавливаю смысла многих и многих понятий. Я не знаю, кто такие бесы, я не понимаю, каким образом можно перемещаться в пространстве с помощью этих вихрей... И я не помню, что такое сила Иллюзий... Мой император.

Он отпустил мое плечо. Прошелся по комнате.

– Ты можешь доверять этим троим. Насколько я знаю, они и ты в хороших отношениях. Правда, я никогда не вникал насколько.

– Вы хотите, чтобы я рассказал им, насколько беспомощен? – Я чувствовал, как во мне поднимается волна противостояния и упрямства. Все внутри восставало против этого.

Красные глаза с багровыми искрами в бездне зрачков остро взглянули на меня.

– Ты не хочешь. Именно поэтому я выставил их сейчас. Но нам надо восстановить тебя в кратчайшие сроки. Не только потому, что твои разработки чрезвычайно важны для вторжения во внешние миры. Мы должны выяснить, кто осмелился напасть на одного из Великой Четверки. На моего лорда! – Он был в ярости. Я чувствовал, как от Сурана исходят волны раздражения и разрушительной энергии.

Император действительно гневался на тех, кто посмел покуситься не просто на его власть, но и на его подданных. Это вызывало уважение.

Он остановился. И я почувствовал, как под его взглядом по моему телу прошла волна дрожи.

– Попробуем, – пробормотал Суран себе под нос. – Сиди смирно.

Я постарался застыть, как статуя, когда когтистые пальцы коснулись моих висков. А через мгновение завопил от боли. Меня окунули в океан боли, Боли и БОЛИ! А еще через мгновение это закончилось.

Я открыл слезящиеся глаза и обнаружил, что моя голова лежит на коленях императора, укрытых мягкой синей тканью плаща. Шелковистые белые пряди его длинных волос скользили по моему лицу, а глаза смотрели прямо в душу, если она была.

– Лежи, – последовал приказ, когда я дернулся. – Я не закончил.

Через некоторое время он вздохнул и убрал руки с моей головы.

– Лежи. – Уже мягче. – Тебе надо передохнуть немного, прежде чем попробуешь встать на ноги. Потеря тобою памяти, к нашему счастью, не результат заклинания. В принципе я предполагал это, когда ты рассказал, что те двое собирались тебя убить. Проблема в том, что ты сражался своими силами Иллюзий, Теней и Снов. Плюс твои способности танцора. Каким-то образом ты совместил несовместимое. Ты вызвал из своей крови духа первого Танцора во время боя. И вы заключили некую сделку. Чтобы победить, ты чем-то пожертвовал или сделал что-то, чего никак не ожидали от тебя твои противники. Но они воспользовались паузой и оглушили тебя физически. Я подозреваю, что ты изрядно потрепал нападавших. Поэтому остался в комнате с этими двумя. – Он махнул рукою в сторону трупов. – Остальное было их собственной инициативой. Так что твоя потеря памяти физического свойства. Просто от удара были повреждены некоторые ткани мозга.

– Я могу вспомнить, – утвердительно просипел я и сам поразился своему голосу.

– Я восстановил ткани, – вздохнул император. – Дело за твоим мозгом и твоим желанием. Постарайся вспомнить все как можно быстрее, лорд Янус.

– Слушаюсь, мой император. – С трудом, но я все-таки скривил губы в подобие улыбки.

– Максимилиан, – позвал император.

Астролог невольно вздрогнул. До этого из-за двери кабинета не доносилось ни единого звука. Каина встревоженно подалась вперед, но Хилар удержал ее:

– Звали только Макса, Кай...

Лорд Звезд решительно шагнул в комнату. Дверь за его спиной захлопнулась, а сам он замер, потрясенный увиденным. Император Суран сидел на ковре, а на его коленях, укрытых синим плащом, покоилась голова Януса. Сам лорд выглядел едва ли не хуже, чем несколько часов назад. Кожа приобрела синеватый оттенок, а глаза глубоко ввалились. Черты лица заострились, четко обрисовались скулы.

– Лорд Максимилиан, вам придется помочь лорду Янусу, – вернул его в реальность голос императора. – Вы поможете лорду добраться до дома и уложите в кровать. Ему сейчас необходим сон. Как только он проснется, вы доложите мне о его состоянии.

– Да, ваше величество, – склонился повелитель Звезд.

– Тогда помогите мне, – несколько раздраженно отозвался Суран.

Астролог наклонился к Яну. Лорд Иллюзий открыл глаза и посмотрел так, словно раздумывал, что ему делать: принять помощь или ползти самостоятельно. И пока он не успел выбрать второй вариант, Максимилиан аккуратно подхватил друга за плечи и усадил.

Янус закусил губу, но не проронил ни звука. Затем он сам вцепился в руку Максимилиана, и они медленно поднялись на ноги. Лорда Иллюзий шатало из стороны в сторону, и если бы он отпустил руку лорда Звезд, то неминуемо упал бы. Однако и полностью положиться на помощь он отказался.

Астролог бросил взгляд на императора – тот задумчиво смотрел на Януса. Внезапно его величество усмехнулся:

– Удачи, второй лорд. Не знаю, насколько он был упрям и вежлив с вами до этого случая, но сейчас вас ожидает весьма тяжелая работа. У Януса на данный момент нет никаких ограничений личности. Ни собственных, ни чужих. Так что вы имеете дело с очень подозрительной особой. Такого лорда Януса наша империя еще не знала...

– Спасибо за предупреждение, ваше величество, – отозвался Максимилиан.

Лорд подождал еще несколько мгновений и понял, что их отпускают. Тогда он открыл портал во дворец Яна.

Последнее, что слышал астролог, был голос императора Сурана, позвавшего Хилара с Каиной.

– Мутит, – прохрипел Янус, едва они вывалились из портала.

– Еще бы, – проворчал Макс. – Не знаю, что он с тобою вытворял, однако это явно не было приятным.

– Необходимость, – выдохнул бледный лорд Иллюзий.

– Ты что-нибудь вспомнил? – Астролог аккуратно помог другу сесть.

– Нет, – моментально замкнулся Янус.

– О проклятье Изначальных! Ян! Я тебе не враг! Неужели ты до сих пор не понял этого?!

– Другом я тоже тебя назвать не могу, – мрачно отозвался лорд Иллюзий. – Ты хочешь сказать, что я доверял тебе, как самому себе?

Демон нахмурился:

– Вообще-то нет. Ты всегда был довольно замкнутым... Но это же ты. И потом, мы всего несколько месяцев как нормально общаемся.

– Замкнутым... – Янус огляделся. – Это моя спальня?

– Да, – подтвердил Максимилиан.

– Мило, – одобрил лорд Иллюзий. – Спать здесь можно.

Повелитель Звезд только качнул головой:

– Помочь раздеться?

– Нет. – Холодный блеск глаз.

Он стоял, демонстративно скрестив руки на груди, но достаточно недалеко, чтобы в случае моей неудачи вовремя оказаться рядом. З-заботливый. Хотелось кого-нибудь убить. Кого-нибудь синеглазого, с длинными темными волосами.

Я с трудом стянул остатки рубашки. Не мешало бы помыться, но в одиночку мне точно не справиться, а просить помощи я не собирался. Ни за что. Мое тело – это все, что у меня осталось. Комната, которую назвали моей спальней, мне понравилась. Хорошие цвета – сочетание синего и приглушенного красного. Мебели по минимуму. По идее, очень функционально. Спальня – для того чтобы спать. Кровать. Несколько мягких стульев, пушистый ковер и гобелены на стенах. Красиво.

Что-то щекотно коснулось моего уха, и тихое шипение заставило меня буквально окаменеть.

– Лорд... – полувопросительно скосил я взгляд в сторону своего... помощника?

Лорду Звезд стало весело.

– Это Таро.

– Таро?

– Твоя живая татуировка, – развлекаясь, сообщил Макс.

– Моя живая татуировка, – осмысляя, тупо повторил я.

Что-то мелькнуло на моем плече, и я уставился на свою руку, по которой, перетекая, двигалось изображение кого-то змееподобного. Я не ощущал движения по коже, но оно действительно перемещалось. На меня взглянул глаз с вертикальным зрачком, раздалось вопросительное шипение.

Я поднял вторую руку и хотел было коснуться этого живого чуда, но в нерешительности остановился. И тут колыхнулся воздух, и над моею рукою приподнялась голова с гребнем. Острые когти оцарапали кожу на запястье, когда передние лапы обрели плотность и оперлись на руку.

– Он никогда так не делал раньше, – выдохнул где-то на периферии сознания лорд Максимилиан. – Я и не знал...

Но я его не слушал. Мордочка дракона чуть вытянулась, и теплый язык ласково обвился вокруг одного из пальцев руки, которую я остановил, не решившись прикоснуться. Потом он боднул мою ладонь головой, и я почувствовал мягкие чешуйки. Словно завороженный, я коснулся шелковистого гребня на его голове, затем скользнул ниже, поглаживая чешую. Дракончик замурлыкал, и по его спине пошли радужные переливы красок.

Я почувствовал, как губы раздвигаются в безудержной улыбке.

– Таро, – прошептал я. – Друг.

Ответом мне было мурлыкание.

Максимилиан молча смотрел, как Янус гладит дракончика, который прогибался под его пальцами от удовольствия. Таро поднялся над кожей лорда Иллюзий почти наполовину. Где-то в середине его тело переходило на кожу Яна и рисунком текло по руке. А выражение лица четвертого лорда... Максимилиан вспомнил слова императора и внезапно понял, что он действительно совсем не знает настоящее лицо этого демона. Те несколько месяцев, что они общались, позволили ему думать, будто он понял, что представляет собою лорд Иллюзий, но, похоже, Ян действительно был своею самой изощренною иллюзией.

Лорд Звезд тихо вышел за дверь и бесшумно прикрыл ее. Требовалось подумать над всем произошедшим. И надо было встретиться с остальными. В конце концов, нападение на одного из Высшей Четверки – это не игрушки какие-то. Кроме восстановления памяти его друга на них всех грузом лежала загадка личностей нападавших. Император наверняка что-то извлек из поврежденного сознания своего лорда. И демон хотел узнать, что именно уже известно.

Внезапно Максимилиан заметил встревоженно-напряженный взгляд низшего. Кажется, этот парень был личным адъютантом Яна. Как же его зовут?

– Эй!..

– Тамир, мой господин, – склонился бес в поклоне.

– Тамир, – сказал второй лорд. – Слушай меня внимательно, Тамир...

3

– Янус, а ну-ка покажи, что ты там прячешь? – Голос отца звучал ласково, но непреклонно.

Я насупленно взглянул на него, прижимая бугорок на груди. Но синие глаза смотрели строго. Я вздохнул и поинтересовался:

– А не отберешь?

Отец усмехнулся:

– Что за подозрения, сын? Я просто должен проверить, что так сильно напугало твою няню, если она до сих пор лежит в обмороке.

Я снова вздохнул и подумал, что если няня не поняла, то папа-то должен понять, какое потрясающее существо я обнаружил. Я вытянул его за хвост из-за пазухи и протянул отцу.

– Его зовут Таро. Можно, я оставлю его у себя?

Злобное шипение дракончика и тихий смех отца...

Я открыл глаза и уставился в потолок. У моего отца были синие-синие глаза, сильные руки и глубокий голос. И мне было приятно слушать, как он смеется. Так же смеется Макс... Макс... да, теперь я вспомнил, что мне всегда нравился смех этого лорда. И вот я вспомнил почему. Маленький кусочек воспоминания. Маленький, но такой необходимый. Я выбрался из постели и несколько минут просто сидел на ее краю. Интересно, как здесь включается свет? Я поднял голову и задумчиво огляделся. Н-да... может, так попробуем?

– Свет, – тихо произнес я в пустоту, ощущая себя полным идиотом.

По комнате разлился неяркий свет, как раз такой, какой мне был нужен. Смотри-ка, сработало. Хорошо, оказывается, владеть магией. Интересно, что я еще умею?

Я поднялся с постели и довольно быстро обнаружил в комнате зеркало во весь человеческий рост. Внимательно уставился на свое отражение. Оказывается, я забыл даже, как выгляжу.

Отражение смотрело на меня, а я испытывал первое разочарование. Глаза у меня были не такой интенсивной синевы, как у приснившегося отца, а голубыми. И какими-то шалыми. Ах, ну да. У меня критическая ситуация, и я все время в напряженном состоянии. Я усмехнулся, отражение усмехнулось в ответ.

Высокий, но не слишком, худощавый, но не худой, скорее поджарый. Мускулы не бугрятся, а переливаются под кожей. На коже ни единого волоска. Я потер подбородок. Кажется, волосяной покров у демонов присутствует по минимуму, либо я такой особенный. Хотя нет... я не припоминал ни одного встреченного представителя мужского пола с бородой или усами. Но я прекрасно знаю, что усы или борода вроде как могут быть. Интересный факт. Я заинтересовался. Волосы только на голове. Очень занимательно. Если это эволюционный процесс, тогда вскоре мы должны будем лишиться и этого украшения. Я представил себя без волос и бровей и хмыкнул. Затем представил себе лысого лорда Максимилиана и не смог сдержать широкой улыбки.

Я уже выяснил, что обладаю огромной физической силой. Интересно, по чьим меркам огромной? Ведь откуда-то я беру именно такие определения.

У отражения по телу скользнул рисунок, и дракон-татуировка обвился по плечам и вокруг шеи.

– Доброй ночи, Таро, – поприветствовал я его. – Как думаешь, в этом месте есть что-нибудь пожрать?

Живая татуировка приоткрыла один глаз и утвердительно рыкнула.

– Понятно, – задумчиво произнес я. – Значит, сейчас мы с тобою пойдем искать еду. Только сначала твой забывчивый хозяин поищет, чего бы ему надеть.

Казалось, дракон тяжело вздохнул и приподнялся с кожи. Внимательно осмотрелся и махнул лапой в сторону одной из стен.

– Вот, значит, как. – Эта маленькая демонстрация показывала, что Таро не такой уж простой зверек, каким мог показаться на первый взгляд.

Отдернув один из гобеленов, я обнаружил некое подобие шкафа. Отлично.

Н-да... изучение показало, что я приверженец несколько аскетичной одежды; правда, одно отделение оказалось забито костюмами совсем других фасонов. Наверное, для отдыха или особых случаев.

Я отыскал свободные светлые брюки и что-то, что можно было принять за нижнее белье. А вот с выбором того, что подходило бы к этим брюкам по стилю, пришлось повозиться. Наконец я вынырнул из платяного шкафа с серой рубашкой без рукавов. Что ж... несмотря на суровость гардероба, в выборе одежды я оказался личностью дотошной. Если судить по всему, что я успел о себе услышать, примерно таким же я был во всех известных областях. Что и требовалось доказать. И только когда я толкнул дверь спальни, вдруг понял, что стою босиком. Впрочем, учитывая, что особого желания искать обувь я не выказал, видимо, можно себя этим и не утруждать.

Едва я выскользнул из спальни, как в соседней комнате с невысокого диванчика вскочила фигура и замерла навытяжку. Я уверенно потребовал:

– Свет!

Вспыхнул яркий свет. Парень, замеревший посреди комнаты, даже не поморщился. Видимо, у него было особое строение глаз, которое позволяло мгновенно переключать зрительные сенсоры. Я оглядел его с ног до головы. Примерно с меня ростом, красные волосы, заплетенные в длинную косу, заостренное, почти зауженное к подбородку лицо, глаза темные. Сам гибкий.

– Ты кто? – поинтересовался я.

– Тамир, господин, – склонился он в четком военном поклоне. – Я ваш адъютант и секретарь. Лорд Максимилиан предупредил меня, что вам потребуется помощь. Поэтому я счел возможным заночевать у вас в кабинете, чтобы утром мы могли встретиться.

– Хм... лорд Максимилиан объяснил, в чем заключается проблема?

– В общих чертах, господин.

– Замечательно. Как ты понимаешь, я не помню ни тебя, ни кого-то еще. Насколько я ориентируюсь в ситуации, это мой дом?

– Да, господин. Вы здесь проводите довольно много времени.

– Отлично. Раз я встал, а ты поблизости... Не мог бы ты проводить меня на кухню?

– На кухню, господин? – Вид у парня был несколько растерянный. – Если вы голодны, я могу распорядиться, чтобы еду доставили в ваши покои.

Я отрицательно покачал головой:

– Тамир, позволь объяснить еще раз. Твой господин забыл кучу вещей. Очень неприятное ощущение, надо сказать. Но и в высшей мере любопытное. Так вот, я не просто хочу перекусить. Пока мы с тобою дойдем до кухни, я успею оглядеться немного и понять, действительно ли я ощущаю себя здесь как дома, или же все намного хуже, чем кажется на первый невзыскательный взгляд.

– Господин, вы, как всегда, правы, – поклонился он.

– Серьезно? Я ВСЕГДА прав?

Он задумался и спустя несколько мгновений медленно наклонил голову:

– В большинстве случаев, господин. Но все ошибки, которые вы позволяли мне заметить, вы очень умело использовали в вашу пользу.

– Очень интересно, – пробормотал я себе под нос. – Так что, ты проводишь меня на кухню?

– Да, господин. – Он вновь поклонился. – Следуйте за мной.

Когда мы вышли из апартаментов, я ступил на прохладный каменный пол. Однако дискомфорта мои босые ступни не ощутили. Выходит, я весьма терпим к температуре. Интересно, обжечься мне тоже трудно?

Дворец ли, замок ли, но мне он нравился. Такое ощущение, что вещи и стены знают меня. Возможно, так оно и было. За время прогулки я понял, что не полностью полагаюсь на магию. Периодически мы проходили посты дежуривших охранников, которые при нашем появлении вскакивали и низко кланялись. Где-то внутри себя я ощутил волну одобрения. Магия магией, а вырубили меня ударом по затылку чисто физически, отчего и проистекали сейчас все проблемы.

Я ощущал, что мы постепенно спускаемся на нижние уровни замка. Коридоры стали у́же, но теплее. Видимо, здесь я прежде почти не появлялся, так как чувствовал, насколько стены рады видеть меня. Удивительно, но я действительно чувствовал камень, который в самом деле радовался моему появлению.

Наконец Тамир распахнул какие-то двери – и мы оказались в кухне. Мягкий свет расползся по помещению. И от огромного стола поднялась столь же огромная фигура.

– Тамир, сын спинола! Ты чего тут забыл посреди ночи?! Мы уж и не надеялись увидеть тебя, после того как ты ушел на верхние этажи! – взревела фигура.

– Кто такой спинол? – с интересом прошептал я спине Тамира.

Спина чуть шевельнулась, и он так же тихо ответил:

– Я позже объясню, мой господин.

А он прав, не стоило всем слугам знать, что с господином что-то не так.

– Гай, – обратился он к гиганту, – мы очень голодны и решили, что если уж поесть, то на кухне, так как апартаменты опостылели по самое не хочу.

Раскатистый хохот был ему ответом.

– Еще бы, у вас наверху нет никаких условий для нормальной трапезы! Так ты решил по старинке стянуть что-нибудь у меня на кухне?

– Да нет, – усмехнулся мой адъютант. – Я же знаю, что ты тут и ночуешь, так что никакого воровства.

– Ну проходи тогда, и друга своего протаскивай, а то он какой-то стеснительный. Все за твоей спиной прячется. Я хоть и горный айрод, но в доме господина еще ни одного создания не тронул.

Тамир сделал несколько шагов вперед, и я наконец смог разглядеть эту внушительную фигуру. Огромный, волосатый, Гай возвышался над нами как колонна. Лицо у него было мясистое и хитрое. Абсолютно лысый череп и узенькие глазки. И я внезапно вспомнил.

Грохот обвала и яростный рык.

И шепот:

– Хочешь жить?

– Хочу, демон! Хочу!

– Служи мне.

– Отдать тебе душу, демон?!

– Тело, сердце и душу, айрод. Только так. Я очень жаден.

– Согласен, демон! Убей моих врагов – и я твой!

И грохот каменной лавины. И крики умирающих...

– Гай Кусон, – улыбнулся я, выступая вперед. – Давно не виделись.

– Господин!.. – Он медленно опустился на колени. – Неужели ты вспомнил обо мне?

– Честно? – Я легкомысленно пожал плечами. – Я просто захотел есть. А как правильно заметил Тамир, мои апартаменты мне опостылели. Там нет чего-то особенного, что можно обнаружить здесь.

Он заулыбался, демонстрируя клыки и сточенные зубы:

– Господин, я помню, что до сих пор жив только благодаря вкусному ужину, которым накормил тебя. Если ты подождешь немного, я приготовлю такое же блюдо, как тогда на перевале, где отдал себя в твою власть.

– Конечно, подожду. Думаю, Тамир против не будет. Он когда-нибудь пробовал твое фирменное блюдо?

– Нет, господин. – Айрод поднялся с колен. – Я пообещал, что буду готовить его только по твоему желанию.

– Хорошо, – кивнул я и нашел себе стул. Стулья тут были под стать повару, поэтому я с удовольствием разместился на сиденье, которое могло бы служить и столешницей. В одно колено я уперся подбородком, другою ногою болтал в воздухе.

Тамир взглянул на меня и сел за стол напротив. Великан загремел посудой.

Тамир смотрел на своего господина. Тот не выглядел больным или растерянным. Впрочем, он всегда был собран и находил приятное или полезное в самых разнообразных ситуациях. К тому же, видимо, память к нему все же потихоньку возвращалась. Бес и не предполагал, что Гая сам лорд Янус притащил во дворец. Айроды были расой одного из отдаленных внешних миров, куда жители Темной империи никогда не выбирались, только совершали единичные вылазки могущественные лорды, которые искали новых впечатлений. Айроды являлись расой людоедов и жили где-то в горных зонах своего мира. Периодически на них устраивались облавы, и, так как они предпочитали жить поодиночке, частенько эти облавы были весьма удачными. Это ему рассказывал сам Гай, но он никогда не говорил, как попал в замок.

– Что, Тамир? – Гай не отрывался от куска мяса, которое извлек откуда-то из закромов. – Думаешь о том, что я никогда не рассказывал о моем знакомстве с господином?

– В общем-то... – Бес покосился на своего лорда, но тот сидел, полуприкрыв глаза и болтая ногой в воздухе.

– Демон, ты все еще не желаешь знать, что за мясо я использую в этом блюде?

Лорд, не открывая глаз, ответил нараспев, словно процитировал:

– Если я всякий раз стану выяснять, чем питается мой желудок, я могу остаться голодным навеки. Чего я себе не желаю.

Гай расхохотался:

– Ты помнишь, господин.

– Наверное, стоило бы и забыть, чтобы вспомнить это так, словно оно было лишь вчера, – задумчиво отозвался повелитель. – Тебе нравится здесь? Не жалеешь, что согласился?

– Никогда не пожалею, – отозвался айрод. – И если когда-нибудь тебе надоест моя стряпня, ты только скажи мне встать в ряды твоей армии, и я отдам всю свою силу, чтобы враги моего господина умирали так же, как умирали мои враги от твоих рук.

– Удивительно, – пробормотал демон так тихо, что Тамиру пришлось напрячь весь свой обостренный слух, чтобы расслышать. – Оказывается, мне могут быть так верны. Неужели только за то, что я умею держать слово?

Адъютант вздрогнул. Лорд Иллюзий действительно всегда прилагал силы к тому, чтобы сдержать данное слово, хотя никто в своем уме демону на слово не поверит. За это подчиненные его уважали и... боялись. Слово бывает разным. Тамир вспомнил, как однажды господин сказал ему:

– Слова могут дать надежду, могут ранить, а могут убить. Учись владеть словом, Тамир, и понапрасну им не разбрасывайся. Слово – это как хорошая сделка.

Бес не раз видел примеры, которые его господин демонстрировал ему. И теперь он снова убедился – лорд знал, что говорил.

По кухне поплыли одуряющие ароматы, а Гай радостно ухмылялся и потирал свои огромные лапищи:

– Когда живешь в горах, а пища бегает шустро, чтобы питаться вкусно, из какой только гадости не умудришься научиться готовить.

И еще через некоторое время перед гостями его кухни оказалось по тарелке.

– Тамир, так как я готовил для господина, мясо недожарено.

Бес вздохнул. Он предпочитал хорошо прожаренную еду.

С другой стороны раздалось довольное урчание. Тамир вскинул потрясенный взгляд.

Лорд Янус, повелитель Востока, всегда ел как настоящий аристократ. Каждый кусочек поглощался им со всей тщательностью и по всем правилам этикета... Сейчас же он впивался в куски мяса острыми зубами, игнорируя вилку и нож.

Айрод удовлетворенно погладил себя по брюху:

– Только умеющий наслаждаться едой может понять айрода. Потому я и согласился отдать тебе душу, демон. Ты знал, что с нею делать.

Тамир взглянул на свою тарелку и... последовал примеру господина. Взял горячий, сочный кусок мяса руками и впился в него зубами. И уже после того как почти уничтожил все на своей тарелке, понял, почему его лорд предпочитал есть недожаренное мясо. Оно действительно было сочнее и вкуснее.

Господин поднял на адъютанта взгляд и неожиданно подмигнул, довольно облизнувшись.

Бес чуть не подавился. Он внезапно осознал, что только что прошел какую-то проверку. И, видимо, прошел удачно.

4

– Дерзкий, – заметила Каина, рассматривая беса.

Тот поклонился:

– Я не мог прерваться, госпожа. Лорд Янус не очень одобряет, когда я прерываю тренировку.

– А раз с нами нет твоего господина, ты решил, что прерываться не имеет смысла в принципе? – усмехнулся Максимилиан.

Все три лорда стояли посреди тренировочного зала для низших, который находился в центре обучения армейских частей, подчиняющихся непосредственно Янусу.

Хилар неодобрительно взглянул на своих спутников и обратился к бесу:

– Нам сказали, что ты последний, кто вчера встречался с лордом Янусом, перед тем как он удалился к себе в кабинет?

– Это так, господин, – снова наклонил голову воин. – Лорд часто занимается здесь по вечерам, после чего уходит отдыхать.

Макс смотрел на него и не мог отделаться от мысли, что чем-то этот низший ему знаком.

– Как тебя зовут? – вмешался он.

– Марцел, мой господин. Но обычно меня называют Змеевиком.

– Почему ты присутствуешь на тренировках Януса?

– Он тренирует меня, господин.

И внезапно перед глазами демона всплыла давняя картина. Полуобнаженный четвертый лорд у дверей лаборатории, дракон на его спине, а на руках – безвольное тело, на которое астролог в тот раз почти не обратил внимания. Значит, лорд Иллюзий сам занимается со своей игрушкой. Или уже не игрушкой? Максимилиан припомнил, что Яну периодически докладывали об успехах беса по имени Змеевик.

– Он танцует с тобою? – уточнил лорд Звезд, поддавшись импульсу.

Воин медленно склонил голову:

– Да, господин. Он учит меня основам танца. Повелитель считает, что у меня есть определенный потенциал и задатки для танцора. Хотя бы на низших уровнях. Я занимаюсь и натаскиваю офицерский состав господина.

– Старший наставник. Мы это поняли, – задумчиво произнес Хилар. – То-то мне показалось что-то особенное во время тренировок, которые ты проводил.

– Вы очень наблюдательны, господин.

– И Каина права, ты дерзок.

Бес снова поклонился, и опять не было подобострастия в этом спокойном движении.

– Лорд Янус усилил гены диких в моей крови. И подправил кое-какие психические процессы.

– Понятно. – Голос первого лорда посуровел. – Расскажи все, что помнишь о вчерашнем дне, начиная с появления твоего господина в зале, заканчивая его уходом. И укажи точное время.

Змеевик помолчал, а потом внезапно поднял голову:

– Имеет ли это отношение к моему господину? Я не желал бы нарушать его планы.

– Верность и осторожность достойны похвалы. И видимо, тебе стоит знать: на твоего господина вчера напали. И приказ императора очень строг: найти врагов, обезвредить и допросить. Твой господин был ранен.

Змеиные глаза полыхнули пламенем ярости.

– Я постараюсь припомнить все в мельчайших деталях, госпожа.

Когда он все рассказал и получил разрешение удалиться, лорды некоторое время молчали. Выражение лиц у всех троих было задумчивое.

– Если опустить тот факт, что мы узнали способ расслабления Януса, – наконец нарушила молчание леди, – можно сказать, что, что бы ни произошло вчера, это случилось после того, как Янус покинул зал и до того, как послал мне сообщение. По словам беса выходит, что все случилось в течение часа до посланного мне зова.

– Очень короткий срок, – заметил астролог.

– Не для Яна. Когда он в таком ударе, как был всю эту неделю, то есть в постоянном действии, то все вокруг него буквально кипит.

Астролог внезапно почувствовал легкое раздражение. Каина делала выводы о поведении и мотивах четвертого лорда слишком уж уверенно.

Хилар нахмурился и повернулся к своей возлюбленной:

– Кай, ты можешь точно воспроизвести послание Януса?

Леди Огня на мгновение ушла в себя, а затем процитировала дословно:

– «Ки, я хотел бы кое-что показать тебе. Натолкнулся случайно, во время опытов. Это касается нашего с тобою общего прошлого. Историю с Диарой помнишь? Сможешь появиться немедленно?»

– И кто такая эта Диара?

– Первая любовь Яна, – почти легкомысленно пожала плечами леди, но за этой легкостью пряталась внезапно нахлынувшая на демонессу настороженность.

– Кто?! – вырвалось у Максимилиана.

Даже Хилар смутился.

– Диара Дориан из рода повелителей Крови, – пояснила Каина. – Очаровательная и опасная. Когда-то их род был очень силен, и практически каждый член семьи обладал невероятными возможностями в контроле над организмом почти любого создания. Ян считал, что они экспериментировали над высшей кровью по высочайшему повелению императоров древности. Даже когда их клан начал вырождаться, они не оставили службу, а перешли к научным изысканиям. Мать Яна, леди Жадеит, наняла сыну в учителя члена клана Крови, когда выяснилось, что у ее отпрыска сильная тяга к весьма опасным научным экспериментам.

– Мне казалось, что лорд Иллюзий вполне ответственен и осторожен в своих действиях, – заметил первый лорд.

– Ну да, сейчас, – пожала плечами леди. – Когда нам влетело за то, что мы взорвали башню замка, Ян решил, что, наверное, стоит согласиться на руководство его научной деятельностью. Благо еще башня была заброшена, но, по мнению леди Жадеит, не было худшего преступления, чем нарушить гармоничный рисунок ее шедевра, то есть замка. Возможно, поэтому она пошла на риск: связалась с представителями клана Крови. Подозреваю, что у нее были еще какие-то скрытые мотивы, но какие именно, ни я, ни Ян не знали. Янус воспринял это как необходимость, а не как наказание и надзор.

– Чем больше узнаю об этом демоне, тем больше он меня интригует. Не демон – клубок загадок.

Хилар улыбнулся одними уголками губ:

– Господа, мы отвлеклись. Диара была учителем Януса?

– Нет, – покачала головою повелительница Ветра. – Ни в коей мере. Она интересовалась экспериментами, но считалась посредственностью в науке. Она была нашей ровесницей и по законам клана Крови могла рассчитывать только на выгодное замужество и продолжение своего рода. Она прибыла в замок намного позже, когда учитель уже собирался покинуть его, так как ничему больше не мог научить наследника. Прибыла якобы затем, чтобы передать лорду Янусу приглашение посетить лаборатории клана Крови.

– Ты все время говоришь «была» с определенной интонацией, – заметил Максимилиан. – Она умерла?

Черноглазая леди внезапно наклонила голову и исподлобья глянула на повелителя Звезд, в ее голосе появилась тягучая нота.

– Догадливый... Янус свернул ей шею. Очень милосердно с его стороны. Я собиралась долго резать ее на кусочки и скармливать их ей же.

– Что случилось?

Каина перевела взгляд на Хилара – лорда Льда:

– Ты считаешь, что это имеет отношение к покушению?

– Я не знаю, но привык доверять своей интуиции, – отозвался тот. – Император считает, что это связано с нашими планами относительно внешних границ. Я согласен, но чувствую, что тут чего-то не хватает. И возможно, это как раз связано с тем, что обнаружил Янус. У тебя есть предположения о его открытии? Учитывая напоминание о Диаре. Насколько я знаю, ты обычно не интересуешься научными проблемами. Однако несколько месяцев назад многим доказала, что прекрасно понимаешь принципы и возможности использования знаний, на которые обычно мало кто обращает внимание. К тому же я заглядывал в папочку, переданную тебе лордом Иллюзий перед поединком. Там были кое-какие научные разработки, направленные на использование твоих способностей. Ты вполне четко их осмыслила. И, как я успел заметить, пытаешься теперь воплощать в жизнь.

– Вы, как всегда, наблюдательны, – усмехнулась Каина. – Но я предлагаю перейти в более подходящее место и там все обсудить. Смею предложить свой замок.

– Почему именно твой? – поинтересовался астролог. С какого-то момента он казался более напряженным, чем в начале разговора. Неясные отголоски мыслей мелькали тенями в глубине его глаз.

– В моем замке поставлены дополнительные защиты, которые разрабатывал Ян. После всего, что произошло тогда. А так как я параноик, то предпочитаю перестраховаться, – спокойно объяснила демонесса. – Особенно когда дело касается этой старой истории.

Я сидел за столом и сверлил взглядом лежавший на нем меч. Я смел на пол все, что было на столешнице, поэтому лезвие сверкало в полном одиночестве, и ничто не мешало мне сосредоточиться на нем. Плавный изгиб. Обоюдоострое, любовно заточенное, со странным волнистым узором, говорящим, что ковали его из нескольких полос стали. Удобная гарда, которая буквально просила, чтобы ее взяли в руки. Синяя оплетка рукояти. Я до боли в глазах вглядывался в меч, и внезапно в сознании что-то переключилось, а он словно раздвоился... Только вот у второго меча была красная оплетка.

Я протянул руку и коснулся гарды, однако пальцы схватили лишь воздух, видение же растаяло туманной дымкой. По комнате прокатилось и эхом оттолкнулось от стен тихое рычание. Через пару мгновений я понял, что рычание это вырывается из моего горла. Вот чего мне недоставало!.. Мечей и в самом деле должно быть два! Тот, кто забрал второй меч, должен не только его вернуть, но и заплатить за то, что похитил его у меня.

Я положил руки на меч и закрыл глаза. Во мне есть какая-то сила. Об этом знают все. Значит, Сила не могла пропасть, я просто забыл, как ею пользоваться. Я уже узнал, что могу словами зажигать свет. Однако мои коллеги лорды, с которыми я уже успел повидаться, пользовались своими Силами и открывали порталы без каких-либо словесных команд. Да и император...

Император... Я открыл глаза и задумчиво погладил меч.

– Как думаешь, дружок, почему я так покорно позволил ему делать со мною какие-то странные манипуляции. Это некая клятва, замешенная на крови? Или какой-то поводок, который надет на каждого его подданного? Интересно... Чем дальше, тем интереснее. Сомневаюсь, что этот красавчик лорд Макс оставил Тамира просто помогать мне. Не-е-е-ет, парень, конечно, верен мне, но у лорда Макса явно имеются на меня виды. И просто так он не отстанет. Да еще император дал ему четкие указания. Значит, Тамира мне стоит держать под рукой, но доверять адъютанту ни в коем случае нельзя. Для него я сейчас как инвалид... И для моего же блага...

Я едва сдержал смешок:

– Ох уж мне эти добрые намерения. От них одни неприятности. И столько всякого, что я не уверен, стоит ли вспоминать все. Однако меня интересует, куда подевался твой братец, – неожиданно для себя самого обратился я к мечу. – Это очень-очень важно. Примерно так же важно, как и то, что я с неимоверной легкостью, даже с готовностью подчинился императору.

Я сжал рукоять меча так, что оплетка врезалась в кожу.

– А мы пойдем с тобою особым путем, дружок. Что там говорят об одушевленности оружия?..

И второй рукой я провел по лезвию, по отточенной кромке, даже не думая о том, что делаю.

Бешеный взгляд.

– Если вы убьете меня, мой лорд, я не смогу создать для вашего танца достойную пару мечей.

– Ты дерзок... Неужели ты думаешь, что мне не хватает оружия? И требуется ли оружие в танце? Я сплетаю Тени и Иллюзии, я демон...

– Да. – И руки его с силой вцепляются в меня. – Да! Неужели ты не видишь, демон?! Если бы я мог, то показал бы тебе твой танец со стороны! Я хотел бы стать демоном лишь ради того, чтобы уметь нечто подобное! Но это невозможно. Это дано лишь кровью. Я умру сегодня, но при этом унесу с собою твою тайну. Кто еще знает о танце? Ты никому ничего не говоришь. Ты холоден, как льды Северных Земель, но в твоей душе бушует лава, такая же, как в инкубах, которые живут среди этих льдов. Демон, я готов служить тебе своей волей, душой и жизнью, если ты позволишь дополнить твой танец парой мечей, которые я создам, когда подойду к своему жизненному концу. Я никогда не думал, что захочу сотворить нечто подобное, хотя моя семья всегда шла по такому жизненному пути. Я не видел достойного и бросил кузнечное дело, однако по-прежнему страстно желаю продолжить ковать. Только сейчас, на этой поляне, я, наконец-то обрел свое предназначение. И поэтому прошу не убивать меня. Я должен закончить то, что началось в миг, когда я увидел тебя!

Я держал его за горло и смотрел в бешеные, пылающие глаза. Такие же глаза, как когда-то были у моего отражения.

И я разжал руку, сжимавшую его горло.

– Как твое имя, дикий?

– Каил.

– Отныне ты мой, Каил.

– До конца своей жизни, – тихо ответил он, и яростный блеск глаз померк, сменившись безмятежным спокойствием, которое пугало.

А затем я растворился в этих глазах. Тишина вокруг меня, и тихий смешок в темноте.

– Каил?

– Да, мой господин.

– Ты оставил часть души в мече?

– Конечно, мой господин.

– Значит, ты умер, создавая его?

– Ты не помнишь, мой господин?

– Нет. Не помню.

– Да, теперь я это вижу.

Трепет огонька – и гибкая фигура выступила из тени. Мы оба стояли в круге света. Эти спокойные глаза оглядели пространство, и бес покачал головою:

– Господин, вы усыпили вашу Силу? Раньше мне нравилось здесь больше.

– Видимо, да, – криво усмехнулся я. – Почему ты называешь меня господином? Ты принадлежал мне только до своей смерти. Но теперь ты умер.

– Не совсем. Мой господин, часть моей души все еще с вами. Пока у вас мечи и пока мечи живы, я ваш. Все еще ваш и по своей воле.

– Я потерял один меч, – горько отозвался я.

Он поклонился:

– Поэтому я и откликнулся на ваш зов, господин. Вернуть утраченное.

– И как ты собираешься это сделать?

– Господин, я ничего не могу сделать. А вот вы, – он прямо взглянул мне в глаза, – ваш танец, господин, может многое. В том числе он – связь с вашей Силой. Помните, вы как-то мне говорили, что познакомились с нею в тот момент, когда пригласили ее потанцевать?..

Я вскинулся и с яростью взглянул на длинноволосого демона, который тряс меня за плечо. Лорд Максимилиан отшатнулся.

– Зачем?! – прорычал я. – Зачем разбудил?!

– Ты весь в крови, Ян, – выступила из-за его спины леди Каина. – Мы подумали, что тебя необходимо разбудить, пока ты не истек ею. Знаешь, мы пришли с новостями. А сообщать их трупу не имеет смысла.

– Царапина, – взглянул я на руку, успокаиваясь. Поддавшись порыву, поднес руку ко рту и слизал кровь, проведя языком по ране. Кровь действительно залила весь стол и меч, который я так и не выпустил.

Потом взглянул на лордов. Все трое были здесь.

– Ну и что за новости, господа?

5

– Ты помнишь Диару? – спросила демонесса, и ее глаза наблюдали за мною очень внимательно.

Я замер, уже привыкший к вспышкам воспоминаний, но...

– Прости, мне не знакомо это имя. Или моя память рада, что избавилась от этих воспоминаний.

– Твоя оценка всегда была так точна. Диара была твоей первой любовницей, и ты испытывал к ней очень нежные чувства.

– Вот как? – Я провел рукой по столу, и кровь, покрывавшая столешницу, внезапно ручейками потянулась к ней, словно я позвал ее, как верного пса. Я сжал кулак, наблюдая, как кровь исчезает между моими пальцами. Пугающее и завораживающее зрелище. Я чувствовал, как две пары глаз пристально наблюдали за мною, и только Каина продолжала как ни в чем не бывало:

– Да, ты был счастлив, пока не выяснилось, что она послана в ваш замок кланом Крови, для того чтобы заполучить тебя и выведать знания клана Иллюзий. Она попыталась убить твою мать.

Я поднял на нее глаза:

– Мою мать?

Ресницы опустились и поднялись.

– Диара не знала маленького секрета, который ты так и не удосужился ей поведать даже в порывах страсти. Твоя мать УЖЕ была мертва. И сохраняла в мире лишь свой призрак в ожидании мести и твоего окончательного взросления. Ты убил Диару. Я знаю лишь, что ты собирался дать ей какой-то шанс, которым она не смогла воспользоваться или не захотела. Но когда ты немного пришел в себя, то связался со мною и показал кое-какие интересные вещи. Ты произвел вскрытие тела Диары, несмотря на вашу романтическую привязанность... Ты всегда был очень практичным, и какие-то ее неосторожные фразы заставили тебя проверить определенные сомнения. Диара была подвергнута изменениям на генном уровне еще в утробе матери, и впоследствии эти изменения продолжали периодически вводиться в ее тело и сознание. Ты тогда предположил, что, с того момента как клан Крови был лишен всех привилегий и изгнан на окраины доживать свой век, они предпринимали попытки вернуться и вернуться с триумфом. Так как клан вырождался и все меньше детей появлялось у них на свет, тем более детей со способностями истинных демонов, они начали проводить эксперименты над самими собой.

На столе не осталось ни капли крови. Я разжал руку и посмотрел на чистую ладонь:

– Что умела Диара?

Леди вздохнула и присела за стол напротив меня:

– Диара умела подслушивать мысленные диалоги, перехватывать послания из эфира. Ко всему прочему, обладала умением пробивать любые известные защиты. Просто проделывала брешь, в которую можно было ударить слабеньким заклинанием.

– Красиво. Очень оригинально.

– Да, ты был почти в восторге от элегантности решений, которые к ней применили. И одновременно в ярости. На этом накале ты создал совершенную защиту и почти стер клан Крови в порошок. Правда, нам с тобою пришлось изрядно потрудиться, так как сюрпризов было немереное количество. Диара оказалась не единственным ребенком клана, подвергнутым изменениям.

– Почти, это означает, что мы уничтожили не всех, – вглядываясь в ее расширенные зрачки, заметил я.

– О да, мы были слишком молоды и самонадеянны. Я во второй раз подобной ошибки не допустила. Ты помнишь, я сказала, что прибыла по твоему приглашению?

– Да.

– В твоем послании говорилось, что это касается времен истории с Диарой. Мы проверили тела тех двоих, кого ты убил.

Я весь напрягся:

– Они были преобразованы по тем же технологиям?

– О да! Мало того, если мне не изменяет память, у них появился подопытный материал в гораздо большем количестве, чем раньше. Эти двое не являются членами клана. Они вообще относятся к другой расе.

– Откуда тогда ты можешь знать об изменениях?

– Ты очень хорошо вдолбил мне в память некоторые признаки, – внезапно отвела она глаза. – Иногда я жалею, что увидела это.

– Даже так?

– Да.

Мы молча сидели, пока тишину не прервал лорд Хилар, который подошел к Каине и положил ей на плечо ладонь.

Я поднял голову:

– Значит, мне срочно надо вспомнить эту леди Диару и все, что с нею связано.

– У тебя есть какие-то идеи? – подал голос астролог.

– Есть. – Я встал и окинул его оценивающим взглядом. – Ты говорил, что мы с тобою танцевали?

– Было такое.

– Тогда ты не откажешь мне в удовольствии показать пару па?

Максимилиан смотрел на Януса, Янус – на Максимилиана. Было ясно, что если астролог не даст согласия, то лорду Востока придется все вспоминать самому, и это будет большая потеря времени. В таком случае Янус уже никого не допустит, даже не даст приблизиться к своим знаниям. Этот взгляд повелитель Запада уже встречал. Правда, лишь однажды, но уроки надо запоминать с первого раза, второй раз для демона обычно бывает последним и равнозначен смерти.

– Я согласен. Хотя и не очень силен в том, что ты вытворяешь, когда начинаешь танцевать.

– Не волнуйся. Если мое тело хочет вспомнить, мне достаточно будет первых движений, – покачал Ян головой. – Но я не рискну предсказать, что может случиться.

– Ты не контролируешь свою Силу? – нахмурился Хилар.

Голубые глаза потемнели, и лорд Востока резко развернулся к первому:

– С какой это стати я должен посвящать вас в то, что со мною происходит? Все, что следует кому-то знать, я сообщил императору. И все мои последующие действия он одобрил.

– Ты слишком самонадеян, – холодно сказал Хилар.

– Неужели?! А по-моему, я в своем праве.

– Ну прямо как в старые времена. Хил, лучше не развивай эту тему, а то получишь отповедь в лучших традициях Януса. Ты еще не знаешь, каким он был до того, как поступил на службу.

– Вот как? – усмехнулся Ледяной лорд. – Не уверен, что я сожалею об этом. Макс... Сочувствую.

– Посмотрим, кто кому будет сочувствовать, когда все придет в норму.

Янус выпрямился и окинул присутствующих жестким взглядом, очень похожим на взгляд в лучших традициях Хилара. За его спиною открылся вихрь портала, в котором мерцали красные искры. Развернувшись, лорд Иллюзий решительно шагнул в него, и лишь в последний момент Каина успела увидеть недоумение, вспыхнувшее в глазах старого друга, когда он исчезал в вихре.

Максимилиан поспешил за светловолосым демоном, так как тот вполне мог захлопнуть портал прежде срока. Максу и вправду пришлось отпрыгнуть, столь стремительно захлопнулся портал у него за спиной, иначе мог бы получить ощутимый удар по спине. Янус смотрел на место исчезнувшего портала так, словно впервые увидел результат своего очередного эксперимента и только осмысливал, каким образом умудрился его достигнуть.

– Интересно, – пробормотал он себе под нос.

Лорд Звезд огляделся. В этом месте он никогда не был.

– Где мы?

Ян оторвался от созерцания пустого места и огляделся. Затем легкомысленно пожал плечами:

– Не знаю. Не помню. Но, видимо, здесь достаточно безопасно, раз портал открылся прямо сюда.

Они находились в огромном зале, явно предназначенном для тренировок и учебных боев. А может, не только учебных, подумал Максимилиан, оценив багровую густоту окраски пола.

– Лучше скинуть обувь, – посоветовал Янус, прохаживаясь босиком. Только сейчас повелитель Звезд обратил внимание на одежду лорда Иллюзий.

– Знаешь, – он уселся прямо на пол и начал стягивать сапоги, – я никогда не видел тебя в таком легкомысленном состоянии.

– Да? – вскинул Ян брови в притворном удивлении. – Ну так лови момент, лорд. Когда я все вспомню, я снова стану занудным и скучным лордом, каким меня все тут описывают.

– Ну занудным и скучным я тебя никогда не считал... – Повелитель Запада с некоторым удивлением ощутил, что пол под ногами чуть шершавый и теплый, словно его творили из какого-то живого материала. Действительно, сапоги только бы мешали ему воспользоваться всеми преимуществами этого пола. – Но ты был определенно непрост.

– Может, потому что на мне нет сейчас всего того груза, что лежит в остальное время? – пожал плечами его собеседник.

Астролог скинул китель и рубашку, оставшись в одних брюках. Несколькими движениями он размял мускулы рук.

Светловолосый лорд с любопытством наблюдал за ним, поглаживая рукоять меча, который так и не выпускал из рук.

– На тренировках ты всегда предпочитал минимум одежды, – заметил его взгляд Макс. – Иногда я думал, что, будь твоя воля, ты вообще бы одежду не носил. Но потом увидел тебя в кителе, и тогда мне показалось, что нет тебе ничего милее, чем прикрыть всюду свою плоть где только можно.

– По вашим описаниям, я какой-то противоречивый получаюсь, – усмехнулся Янус. Но усмешка его была явно натянутая. – Как ты собираешься показать мне, что я вытворял на тренировках?

– Как получится, – серьезно отозвался Максимилиан и прикрыл глаза. Он вспоминал ощущения.

Лорд Запада стоял посреди этого зала полуобнаженный, босой, с расплескавшимися по плечам и спине длинными темными волосами, прикрыв глаза. И на его лице разливалось какое-то странное спокойствие. Звенящее, как натянутая струна.

По моей коже пробежали мурашки: повелитель Звезд словно светился изнутри. А потом тихая мелодия разлилась в пространстве. Разлилась, растворилась и пропитала каждую молекулу окружающего воздуха. Я как будто видел вспыхивающие искры вокруг. Красиво. И завораживающе. Я сфокусировал взгляд на демоне. Он двигался в каком-то плавном ритме. Но... в отличие от мелодии, этот ритм был... несовершенен. Нет, он был просто не моим. Не тем, что должно было выстроить в этой мелодии, в воздухе, который полон ею. Я чувствовал, как она проникает через поры в мое тело; у меня закружилась голова.

Зазвенел выпавший из рук меч. Я опустился на колени, сжимая голову руками. Все плыло как в тумане. Темный пол переливался красками от ярко-красных, алых, до багрово-черных.

Я чувствовал солоноватый привкус крови на губах. И, казалось, слышал женский голос, напевавший песенку, которая диссонансом вползала в мою мелодию, опутывала мягкой, но прочной паутиной.

Ярость была отрезвляющей, как всплеск ледяной воды посреди жаркой пустыни. Меч прыгнул в руку словно живой.

С яростным рычанием я пробился сквозь мелодию, и Макс замолчал, ощущая сталь у своего горла.

– Что это вы вытворяете, лорд? – почти промурлыкал я, чувствуя себя огромной кошкой, которую чуть не обвели вокруг хвоста.

По губам противника скользнула мимолетная светлая улыбка.

– Мне показалось, что ты что-то скрываешь от нас. И я предположил, что ты мог забыть, какова твоя Сила. Я ошибся.

– Ты ошибся, – сквозь зубы подтвердил я. – А теперь назови мне достойную причину, почему бы не перерезать тебе горло?

– Не могу! – Его глаза весело сверкнули. – Только скажу, что, когда память к тебе вернется, ты пожалеешь, что лишился такого собутыльника, как я. Тебе нравилось, как я пою.

Я убрал меч:

– Больше так не делай. Я ведь действительно мало что помню о наших отношениях. Может, и пожалею потом о сделанном, но ведь будет поздно.

– Постараюсь. – Он потер горло и горестно заметил: – Ну вот, ты опять меня порезал. Что за шутки! Кстати, это ты создал иллюзию женского голоса?

Я помолчал, а потом взглянул ему в глаза:

– Моя память. Диара любила петь.

6

– У нее были очень мягкие волосы, а глаза нежные и иногда наивные, но где-то в глубине притаилась опасность. Она была полной противоположностью моей матери. Мягкая красота и резкие вспышки буйного темперамента. Она могла напевать легкую песенку, а через секунду крушить все вокруг во всепожирающей ярости. Я находил это... оригинальным. К сожалению, тогда я не знал, что все эти перепады настроения – результат вмешательства в ее психику. – Повелитель Востока сидел на полу, скрестив босые ноги и положив меч на колени. Его взгляд устремился куда-то в пространство, которое было недоступно его слушателю.

– Ты действительно дал ей шанс? – тихо спросил астролог.

– Да, – признал Янус. – Я давал ей шанс. Если бы только она не начала говорить...

Потрясенный повелитель Звезд слышал затаенную, старую боль в голосе друга. Светловолосый демон поднялся на ноги плавным движением. Он уже не видел Максимилиана, да и всего окружающего. Лезвие меча бросило блик и ожило в его руках.

Глаза Януса потеряли всякую связь с миром, казалось, это глаза безумца. И его спутнику на мгновение привиделось, что вместо глаз у демона две голубые бездны. Бесконечные и затягивающие. А потом все потерялось в танце. Впервые лорд Звезд видел, как Янус танцует, не замечая ничего вокруг. Раньше повелитель Иллюзий только рассказывал ему об этой своей особенности – периодически впадать в транс. Он говорил, что в такие моменты танцует со своею собственною Силою.

Сын сирены, Максимилиан ощущал, что кровь его вскипает в попытке ответить на такой танец достойной песней, но что-то останавливало его. И песня замерла комком у самого его горла. А рядом с Янусом кружила неясная фигура стройной женщины. Такая нечеткая и расплывчатая, что казалось, будто это всего лишь видение. Наверное, так оно и было, ибо невозможно было разглядеть ни ее глаз, ни лица, ни даже цвета волос...

Я погрузился в странное состояние, и оно казалось мне смутно знакомым. Прекрасное ощущение. Не стоило его забывать. Но одновременно с этим где-то внутри занозой засела боль. Старая, которую очень хотелось никогда не вспоминать.

– Забываешь одно, забудешь и другое, Ян. – Тихий-тихий голос, напоминающий дуновение ветра. – Ты всегда все создавал и творил из своего собственного сознания. Из пережитого, как хорошего, так и плохого. Неужели так тяжело было нести бремя своей Силы, что ты решил забыть меня?

Она смотрела на меня своими изменчивыми глазами, и волосы колыхались за ее спиной туманом.

– Прости меня, моя госпожа, – прошептал я. – Я действительно не понимал, что придаю боли большее значение, чем удовольствию.

– Так поступают все, мой милый. Уроки, отравленные болью, запоминаются надолго. А то, что приносило удовольствие, воспринимается как нечто должное. Видеть плохое и не замечать хорошего – это в природе смертных. – Она не могла стоять на месте, длинная юбка вилась вокруг ее ног пестрым размытым пятном.

– Неужели мы таковы?

– Да.

– Госпожа моя, кто я такой?

– Ты?! – Ее тихий смех теплой волной прокатился по моему позвоночнику. – Ты мой повелитель! И ты мой партнер в танце. Никто не отнимет у меня этого права – танцевать с моим повелителем.

– Отнимет право?.. – прошептал я, наконец начиная понимать. – Неужели?..

– Ты пошел на сделку, но не это страшно. Ты уже отдал часть платы. Но если ты отдашь остальное, то перестанешь быть тем, кто пригласил меня на танец. И подчинишь меня себе, как подчиняли все танцоры.

– Поэтому моя память была заблокирована? Чтобы я не помнил, что я не повелитель, а друг?

– Наверное... это решать тебе.

– Все танцоры были таковы? Властные, безумные, жестокие, не знающие ничего другого, кроме танца и своих амбиций?

Она казалась грустной.

– Да. Поэтому они и были уничтожены. Столь чистая демоническая кровь уже не была нужна этому миру. Однако они боролись до конца. И ты заключил сделку...

– Что за сделку я заключил?

– Не знаю, Ян. Меня там не было.

– Ты же моя Сила! – Я был потрясен.

– Тот, с кем ты заключил сделку, – истинный демон. Я давно с ними не встречалась. Когда-то они не просто повелевали нами, а использовали нас. Поэтому мы так не хотим возвращения прежних времен.

– Мы?..

– Те, кого вы называете Силою. Первый Танцор был не просто демоном. Он был величайшим из демонов. Неудивительно, что единственным из танцоров, способным выжить хоть в каком-то обличье, оказался первый.

– Там... в кабинете с императором... – потрясенно понял я. – Там была ты.

– Да. Прости, мне пришлось тебя подтолкнуть. Император – единственный, кто мог снять блокировку первого Танцора. В его крови кровь того, кто повелевал Изначальными. Он воистину император.

– Значит, все сны... это ты посылала их мне?

– Не совсем. Это твои сны. Просто я позволяла им пробраться на поверхность. А в последний раз послужила проводником.

Я молчал, пытаясь понять и принять тот факт, что мною манипулировали.

– Вот видишь, – тихий голос ворвался в мои раздумья, – ты уже думаешь категориями тех времен, о которых не помнят даже твои предки. И я уже на грани круга танца. Скоро ты перестанешь слышать меня.

– Ты... уйдешь от меня? – Мой шепот напоминал хрип.

От ее грусти хотелось плакать, но глаза были сухи.

– Нет, мой господин и повелитель. Просто ты откажешься меня слушать. И никогда больше не позовешь в танец.

– Я не хочу так.

– Тогда найди свой меч, Янус. Первый силен, но ты всегда был хитер. Твоя сила в уме, а не в простой силе. Твой второй меч – это разгадка.

И я протянул руку, как много лет назад:

– Госпожа, позвольте пригласить вас на танец.

Ее руки протянулись ко мне.

– Конечно, я даю свое позволение, мой господин! – И глаза ее сияли нестерпимым счастливым светом.

Я ненавижу предательство. Когда-то меня предали, это было очень больно, и я не забыл эту боль. Я не желал, чтобы ее глаза напоминали мои, глядящие из зеркала в тот момент, когда моя душа сгорала от боли. Мы все одиноки в этом мире, и надо беречь то мгновение, когда находится кто-то, кто может разделить с тобою твое одиночество.

Какую бы глупость я ни совершил в тот роковой час, когда потерял память, я собирался разобраться с этим. В моей жизни было три женщины, и я не собирался терять первых двух в лице третьей. Они слишком крепко впитались в мою плоть и память. Никто не посмеет отнять у меня тех, кого я получил кровью, болью и радостью.

Лабиринт видений таял и растворялся. Он не разрушался, а словно погружался в окружающее пространство. Янус стоял посреди зала подняв лицо к потолку. Глаза его были закрыты, а лицо пугающе безмятежно. Светлые волосы взмокли от пота и прилипли к щекам и шее. В опущенной руке замер, словно засыпая, меч. А на теле замедляла свое бешеное движение татуировка, пока не стала казаться обычным рисунком.

– Ян? – осторожно позвал Максимилиан.

Лорд Востока медленно повернул голову и, словно нехотя, приоткрыл глаза. Повелитель Звезд вскочил на ноги, но остановил себя на полпути: темные водовороты в глазах повелителя Иллюзий сходили на нет, пока не остались лишь привычные голубые радужки со слегка расширенными зрачками.

– Да?

– Ты вспомнил?

– Не совсем, – признался Ян, его тело постепенно расслаблялось. – Но кое-что узнал.

Астролог усмехнулся:

– Я наконец понял, что никогда бы не хотел оказаться в эпицентре твоего танца, когда с тобою танцует твоя собственная Сила. Ты бы видел, что здесь творилось... Я думал, что свихнусь от всего увиденного. Большую часть я вообще старался не понимать и не осмысливать. Я больше никогда не назову Каину сумасшедшей. Она проста и понятна мне. А вот ты... Ты настоящий сумасшедший, ты знаешь?

– Спасибо. – Слабая улыбка скользнула по бледным губам повелителя Иллюзий.

– Ты что там такое делал со своею Силою в этом танце?

– Мы просто разговаривали.

Повелитель Звезд замер. Просто разговаривали? Что же происходит, когда он со своею Силою работает? Всегда казалось, что четвертый специально позволяет думать о себе как о холодном, рациональном создании. И теперь Максимилиан начинал видеть, что его коллега пытался этой маской убедить и себя самого, ибо нет возможности выжить с таким сознанием, если жить в открытую. Для этого надо быть Изначальным демоном, одним из тех, кто творил с этим миром все что вздумается, пока сам мир не взбунтовался и не начал изменять населяющие его создания.

– Я должен поговорить с императором. – Голос Януса вырвал астролога из его задумчивости.

– Что?

– Я должен поговорить с его величеством, – терпеливо повторил повелитель Востока.

Астролог вздохнул:

– Хорошо. Только давай подождем до утра. Осталось-то часа два от силы. Император все равно приказал притащить тебя к нему утром. Так что мы выполним и твое желание, и его.

Светловолосый демон задумался, потом медленно кивнул:

– Хорошо. Это действительно подождет. – Он взглянул на повелителя Звезд: – Вы перекусить не хотите, лорд?

– Я зверски голоден, – признался Максимилиан. – И еще больше устал, так что после перекуса не прочь отдохнуть часик, а то последние сутки были еще более насыщенные, чем вся предыдущая неделя.

– Что ж, я думаю, нам стоит вернуться, – усмехнулся повелитель Иллюзий. – Не могли бы вы открыть портал, а то я несколько потерян в пространстве.

– А я как будто не потерян, – проворчал Максимилиан, но все же сотворил вихрь портала.

Я внимательно следил за его действиями и вспоминал все, что сделал сам, когда нечаянно открыл этот самый портал. Ну что ж... бессознательно я сделал все верно, это утешало. Теперь, после танца со своею Силою, память о кое-каких навыках вернулась ко мне. Это радовало. Осталось сразиться с остатками не желающих возвращаться воспоминаний и найти меч. Всего-то.

– Ну как все прошло? – Из моего кресла на нас взглянули антрацитовые глаза. – Мы тут с Хиларом даже успели подремать, пока вас не было.

– Ну Янус для начала утащил меня в какое-то странное место с подозрительно темным полом, – заметил Максимилиан.

– О, – оживилась леди Ветра и Огня. – Неужели тебя удостоили чести посетить один из залов родового замка клана Иллюзий? Да ты везунчик.

– Кроме этого зала, я ничего не видел, но впечатлений хватило, – пожал плечами лорд Звезд. – Потом он танцевал со своею Силою, и я кое-что уяснил...

– Что же? – Каина аж подалась вперед.

– Ты не сумасшедшая, Ки. Ты сама разумность. То, что вытворяет этот парень, не приснится ни в одном кошмарном сне.

– Вот как... – Она откинулась в кресле. – Значит, он показал тебе, как разговаривает со своею Силою...

Я покачал головой; эти двое общались так, словно больше никого рядом не было. Но такое поведение этой парочки было привычным и знакомым. Поэтому я обернулся к лорду Хилару, который тоже сидел в кресле и казался погруженным в какую-то книгу:

– Не хотите ли перекусить со мною, лорд? Я сомневаюсь, что смогу сделать это после встречи с императором.

Повелитель Севера отложил книгу и поднялся:

– С большим удовольствием, лорд. У вас всегда великолепно готовят.

– Ну тогда вам будет интересно познакомиться с моим поваром. Надеюсь, он еще не лег спать... Вы не знаете, айроды спят?

– Ваш повар – айрод? – удивился он. – Вот не ожидал. Будет интересно с ним пообщаться.

За моею спиною послышалось фырканье. Я обернулся и обнаружил две пары глаз, которые смотрели на нас с одинаковым непередаваемым выражением.

– Как приятно видеть, что все возвращается на круги своя, – саркастично заметила леди Каина.

– Не желаете ли присоединиться?

– Не отделаетесь. – Леди скрестила руки на груди. – Тем более что я тоже хочу увидеть настоящего живого айрода.

7

Император Суран смотрел на своих генералов уверенно, но все четверо подметили усталые морщинки в уголках его глаз. Император тоже не спал всю ночь и, похоже, всю ночь творил магию.

– Вы что-нибудь вспомнили, лорд Янус?

– Да, ваше величество, – поклонился повелитель Иллюзий. – Кое-что. Однако я все еще не знаю, что произошло вчера вечером. Благодаря леди Каине удалось выяснить, что это, возможно, как-то связано с одним эпизодом из моего прошлого.

– То есть? – Император прикрыл глаза, готовый слушать.

Вперед выступила Каина:

– Мы осмотрели трупы убитых. Когда-то лорд Янус научил меня видеть некоторые вещи, на которые обычно не обращаешь внимания. Эти двое подверглись запрещенной операции, которую могут провести только воспитанные в клане Крови...

– Клан Крови? – Император открыл глаза и нахмурился. – Насколько я помню, моя мать изгнала их на дальние рубежи, предварительно изрядно проредив их число? Эти ребята слишком далеко зашли в своих научных изысканиях!

– Но похоже, они не сдались. Запретное знание у них в крови. И в отсутствие материала, к которому перекрыла им выход императрица, они начали экспериментировать над членами собственного клана и теми созданиями, которых им удавалось отловить. Мы предполагаем, что в ходе выполнения вашего задания лорд Янус каким-то образом наткнулся на информацию, которая могла их разоблачить.

Суран резко выпрямился на троне:

– Если Янус это выяснил в ходе экспериментов, которые я попросил его провести, это означает, что, возможно, найденная информация касается их деятельности, которая может помешать нашим планам?

– Вполне возможно, ваше величество. – Каина поклонилась.

Янус шевельнулся за ее спиной:

– Они были изгнаны на окраины, которые весьма близки к нашим границам, причем именно к тем, которые мы собираемся нарушить в первую очередь. У меня есть предположение, что эксперименты клана распространялись также на их соседей... Жизнь на границах весьма опасна, и мало кто заметит, что пропал в походе тот или иной демон.

– Предположения, – вздохнул император, но было видно, что он встревожен. – Это слово меня настораживает. Я предпочел бы знать точно.

– Простите, мой император, – хором отозвались лорд и леди.

Он взмахнул рукой с длинными алыми ногтями:

– Я не виню ни вас, ни кого-либо другого. Вы проделали гигантскую работу. Всего за ночь узнать столько, чтобы делать выводы. Лорд Янус, у вас есть еще какие-то предположения?

– Да, ваше величество. – Повелитель Востока на мгновение заколебался, оглядывая присутствующих, однако император терпеливо ждал. Его лорды должны научиться доверять не только ему, но и друг другу, даже если они не помнят, что могут это делать.

Повелитель Иллюзий решился:

– Я подозреваю, что им удалось каким-то образом вывести чистый ген Изначальных демонов.

На зал опустилась оглушающая тишина.

– Это катастрофа, – прошептал Максимилиан. – Ты уверен, Ян?!

– Нет, не уверен, – мотнул головой тот. – Только подозреваю. Но это предположение необходимо проверить.

– Каким образом? – Голос императора звучал спокойно. Чересчур спокойно.

– Не знаю, ваше величество, – честно признался демон. – Я не помню слишком многого. Но думаю, мне надо попробовать начать с лабораторий. Может, там я найду следы того, что обнаружил накануне всех этих событий.

– Я даю вам на это день. – Суран встал. – А сам попробую прояснить информацию по своим каналам. Вы должны быть в этом зале, все четверо, вечером, едва солнце сядет за горизонт. Лорд Максимилиан, не могли бы вы пообщаться со звездами? Думаю, они могут уточнить кое-какие моменты в сложившейся ситуации...

Едва лорд Запада поклонился, демонстрируя, что все понял, как вперед выступил Хилар:

– Ваше величество, я хотел бы покинуть столицу на несколько часов.

В глубине алых глаз мелькнула искра одобрения.

– Вы хотите посетить северные границы?

– Да, перекинуться парой слов с родственниками, – почтительно ответил лорд Льда.

– Очень мудрое решение, – констатировал император и повернулся к Каине: – Леди, Пустыня может иметь к этому отношение?

Та задумчиво произнесла:

– Я проверю, что смогу. Слишком это близко.

– Тогда все свободны. Лорд Янус, я вызову низшую, которая будет сопровождать вас, пока в этом будет необходимость.

– Благодарю, мой император.

Завихрения трех порталов – и генералы растворились, оставив четвертого наедине со своим повелителем.

Император Суран выглядел усталым.

– Я очень надеюсь, что твои подозрения ошибочны, – тихо произнес он.

– Я бы тоже этого хотел, ваше величество, – признался я. – Но слишком многое указывает на обратное.

– Ты разговаривал со своею Силою?

– Да. Она боится...

– Я заметил это еще вчера. Что она говорила?

– Что я заключил сделку с первым Танцором и, по всей видимости, он пытается прорваться посредством моего тела во внешний мир.

Император задумчиво смотрел на меня, и я чувствовал, как холодок бежит по позвоночнику.

– Вы полны загадок, лорд Янус, – наконец сообщил он. – И уже в который раз поражаете меня. Вы в курсе, что до вас мало кто подходил на роль перерожденных Изначальных?

– Да, мой повелитель. Я знаю это.

– Кроме телесной и кровной совместимости должны быть определенные действия с вашей стороны, что могло бы подготовить вас даже к простому контакту... Вы убивали кого-то очень дорогого вам?

Я вздрогнул и взглянул на него:

– Да... она была моей жизнью тогда.

– Ее преступление оказалось столь велико?

– Я...

– Хорошо, – прервал меня Суран. – Не надо. Я знаю, какую боль причиняет подобное. Просто я не думал, что именно вы окажетесь мне ближе всех по духу...

Я пораженно смотрел на него, начиная постепенно понимать. Императорская семья... это не просто титулы и могущество. Они самые близкие к Изначальной силе. Некоторые высказывают предположение, что именно королевская семья является хранителями тех врат, что запирают от нас души и силы Изначальных демонов.

– Мой император! – Я поклонился.

Я наконец осознал, почему позволил ему прикоснуться ко мне вчера. Мы действительно были похожи. Ему приходилось намного сложнее. Слишком юн. Оставшийся без поддержки своего рода, он продолжал не только править, но и пытался жить. И то, что прежде делилось на весь клан, ему приходилось держать в себе одном. Трудно верить, трудно надеяться, но он перебарывает себя, чтобы научиться доверять нам... хотя бы нам.

Моя память восстанавливалась все быстрее, однако остались некоторые куски, которые требовали более тщательной работы, чем все, что я сделал до этого.

Я не знал, что еще всплывет по ходу этого восстановления, но уже возвращенного хватало с лихвой.

В этот момент в зал проскользнула фигура беса-женщины. Император вздохнул:

– Вот ваша сопровождающая, лорд Янус. Зовут ее Тарой, и она достаточно смышленая для бесовки.

– Благодарю за доверие, мой император. – Звонкий голос низшей заставил меня взглянуть на нее.

Не очень высокая, с хорошо развитой мускулатурой. Умные глаза и отлично тренированное тело. И боевые навыки, судя по скользящей походке. Но не в моем вкусе. С некоторых пор я не слишком тянулся к женщинам с длинными черными волосами и большими глазами.

– Ты будешь сопровождать лорда, пока он не прикажет тебе оставить его, – сообщил низшей император. – Выполнять все его требования и отвечать на ВСЕ вопросы, которые он сочтет нужным тебе задать.

– Слушаюсь, мой повелитель, – склонилась Тара в поклоне, сразу как-то подобравшись. Я бы тоже сосредоточился на задаче, поставленной властителем таким голосом и с такими интонациями.

– Лорд Янус.

Я повернулся к императору:

– Да, ваше величество?

– Найдите их. Мне нужны точные данные и головы ублюдков.

– Как прикажете, ваше величество, – поклонился я и, развернувшись на каблуках, вышел. Низшая заскользила у меня за спиной.

Когда его четвертый лорд с бесовкой скрылись за дверями, Суран чуть сполз на троне и сжал ладонями разламывающиеся от боли виски. От бессилия перед этой тупой болью хотелось выть и метаться, но каждое резкое движение вонзалось в мозг словно раскаленная игла.

Император ничуть не сомневался, что выводы его лордов верны. Утечка была почти незаметной, но он, с тех пор как умерла мать, оставив его единственным наследником, очень боялся не справиться со своею главною задачею и отслеживал даже самые маленькие трещинки в защите. Заметил и эту.

Будь проклят Рубин, который, подняв восстание и удалившись в ссылку – строить свое собственное государство, перестал выполнять обязанности хранителя.

Было бы намного легче, если бы их было двое.

Но прошлого не воротишь. Если поддаться давлению Рубина, можно потерять все. А это не позволяли Сурану ни его гордость, ни его долг перед империей.

Как бы то ни было, но теперь он знает, чья душа просочилась в его мир. Первый Танцор. Император подозревал это еще вчера, когда через него Сила лорда Иллюзий обратилась к своему хозяину. И за эту ночь успел проверить данные.

Теперь надо узнать, каким образом возникла эта лазейка, и загнать ублюдка обратно.

Суран устало поднялся с трона и направился в свой кабинет. Необходимо проверить все, что связано с кланом Крови. Мать никогда не говорила, что члены его настолько амбициозны и тупы, чтобы выводить чистый ген Изначальных... Может, изгнание изрядно повлияло на их сознание? Тогда это было ошибкой – изгонять их. Надо было либо уничтожать под корень, либо держать поближе, чтобы иметь возможность контролировать и использовать в своих целях.

Сколько же его мать допустила ошибок... Одна эта драка за власть... Суран вовремя догадался, что задумала его мать, и успел предотвратить заключение контракта с одним из Изначальных.

У Януса все же был кто-то, кто помог ему выбраться из бездны безграничной боли и отчаяния, иначе бы у него не осталось нынешнего потенциала. Ему легче кому-то довериться. Боль от казни собственной матери Суран пережил в одиночку, если не считать преданного Хилара. До сих пор ни один из его подданных не подозревал о том, что в действительности произошло, и никто не знал, как умерла императрица.

Суран осознавал, что это было необходимо. Но его преследовали безумные глаза матери. Его столь любимой и столь слабой матери...

Новый император собирался поднять свою империю из того дерьма, в которое погрузили государство его мать и те, кто пошел у нее на поводу.

Альбинос сжал кулаки, чувствуя, как ногти врезаются в ладони. Крин уже получил небольшой урок. И если выяснится связь кринитов с этим делом, он преподаст им еще один, гораздо более жесткий.

8

Тара уже некоторое время скользила передо мною, указывая дорогу, а я делал вид, что впал в задумчивость. Очень тактичная девочка оказалась, император знал, кого подобрать. Коридоры и переходы были смутно знакомы. Это вселяло в меня некоторую уверенность, однако я все еще не представлял, что же буду делать в своих лабораториях, если с трудом припоминал даже, как они выглядят.

Низшая остановилась и обернулась ко мне:

– Мы пришли, лорд. Для прохода требуется код доступа. А он есть только у вас. Здесь разрешено работать исключительно вам, не допускаются даже ваши самые близкие помощники.

– Спасибо, – усмехнулся я и подошел к двери. Естественно, такую мелочь, как код, я забыл напрочь. Однако то, в какой форме император отдавал приказы Таре, ясно показало, что она ничего не знает и знать не должна.

Я постарался выкинуть из головы все, в том числе и присутствие бесовки. А еще через мгновение двери разошлись, впуская меня. Не знаю, что я сделал, но факт оставался фактом.

– Подождешь меня здесь, – приказал я спутнице и вошел в помещение.

– Слушаюсь, – поклонилась она, дерзко сверкнув глазами.

Я поймал себя на том, что меня передернуло, как будто ее взгляд – это почти оскорбление. Я скользнул за дверь как можно быстрее, иначе мог поддаться порыву и ударить эту низшую, чтобы неповадно было. Неужели я бил своих бесов за неправильный взгляд? Что-то мне подсказывало, что нет.

Сделав глубокий вдох, я поднял голову и замер...

Низшая на столе умирала. Причем она не должна была умирать! Приборы показывали, что все в порядке и никаких поводов для беспокойства нет. Магическая пелена трепетала все в том же ровном ритме. Однако она умирала.

Я стоял над нею, сжимая кулаки в бессильной злобе, а мозг лихорадочно анализировал каждую деталь происходящего. И наконец я нашел. Незначительные, почти незаметные изменения, такие, что не сразу-то и определишь, где и что не так. Просто виртуозная работа. Если бы я не искал и, главное, если бы я уже не встречался с подобной работой, то мог бы и не заметить.

Низшую изменяли. Причем изменяли уже не раз. Мало того, сам факт, что я не заметил ничего при первых осмотрах, свидетельствовал о том, что эти изменения довольно старые и давно воспринимаются телом как само собой разумеющиеся. И если бы она не попала на мой лабораторный стол...

Я остановил эксперимент и смотрел на корчащееся тело с легким интересом. Молча. Она хрипела и пыталась поймать мой взгляд, периодически умудряясь выдавить из себя:

– За... что?..

Я вздохнул и, когда она, наверное уже в десятый раз, на издыхании выдавила свое «за что?», ответил:

– Ни за что...

И сломал ей шею.

Тара чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда лорд Янус внезапно вылетел из лаборатории и резко захлопнул за собою дверь.

– Господин?..

– Какая специальность?! – Он почти нависал над бесовкой.

– Я... не понимаю... господин... – Тара чувствовала, как в горле что-то сжимается и предательски дрожат ноги.

Глаза демона полыхнули яростью.

– Твоя специальность в магии, дура! Быстро!

– В-вода...

Он внезапно успокоился, и ярость исчезла, будто и не было ее.

– Хорошо, – выдохнул лорд Иллюзий.

Он задумчиво посмотрел на дверь лаборатории:

– Ты должна сосредоточиться и вызвать мне волну, на которую способна с использованием всех своих сил.

– Н-но, – осмелилась возразить Тара, восстанавливая равновесие и крупицы гордости императорского беса, – это будет цунами...

– Тем лучше, – сказал четвертый демон. – Тем лучше.

Он уставился на нее так, словно пытался выжечь взглядом все ее сокровенные мысли:

– Слушай внимательно. Ты создашь волну и будешь держать ее в узде, пока я не открою дверь. Как только появится щель, даже если она будет больше походить на мелкую трещину, ты пустишь волну в лабораторию так, чтобы ничто не могло преодолеть этот водный барьер. И будь готова принять бой, – и уже отводя взгляд, – на тот случай, если я ошибся в своих догадках.

Тара подобралась:

– Слушаюсь, мой господин.

– Хорошая девочка. А теперь...

Низшая вздохнула и трансформировалась.

Море колыхалось в ней, предлагая свою силу и могущество. И впервые она собиралась взять все, что могла дать ей эта сила. Император не зря доверил именно ей сопровождение лорда Януса. И если один из Великой Четверки говорит, что нужна вся сила, она ее предоставит. Таков ее долг. Такова ее судьба.

Яростный рев моря нарастал в ней, достигал предела, а она все черпала и черпала. Предел был достигнут и преодолен. А голубые глаза смотрели все так же выжидательно. И она брала все, что предлагалось. Пока не поняла, что едва удерживает всю эту мощь. Уздечка вот-вот должна была порваться.

– Надеюсь, хватит, – прошелестел голос лорда Иллюзий, и дрогнула поверхность двери лаборатории.

Тара уже видела только ее. Цель – прямоугольник серого цвета, который нужно было уничтожить и смести все, что находилось за ним. И только поэтому разглядела тонкую, тоньше волоска, трещинку... рев освобожденного цунами был торжествующим и яростным.

Тонкий гневный визг был ему ответом. Казалось, он способен заглушить даже водный гул, однако это продолжалось недолго. И вскоре визг захлебнулся в воде, раздавленный и уничтоженный.

Низшая опустила руки, довольная идеально выполненной работой. И напоролась взглядом на напряженную фигуру демона. Тот вглядывался в темноту затопленной лаборатории и внимательно вслушивался.

Вдалеке зазвучал топот шагов спешащей охраны.

Я велел низшей оставаться на месте и шагнул в темноту. Под ногами хлюпала вода. Эта девушка действительно была очень сильной, впрочем, император редко берет в свое окружение иных. Я не чувствовал ничего живого, но это не говорило ни о чем. Та тварь мертва уже целые сутки, но только развивалась, как паразит, на мертвой плоти. Искаженный, изувеченный, неверно выделенный ген... неудавшийся эксперимент. Что же будет, если мы встретимся с удачными результатами?..

Повинуясь моему желанию, в лаборатории вспыхнул яркий свет, и я наконец снова увидел это...

Позади раздались голоса – прибыла охрана. Я развернулся и вышел за дверь. Требовалось отдать некоторые приказы.

Когда труп вынесли и упаковали, как я велел, а несколько отрядов во главе с Тарой поспешили в лабораторию, где хранились трупы убитой мною парочки, я сотворил портал и шагнул в его вихрь.

Это место оставалось таким же прекрасным, как я его запомнил.

Поляна, усыпанная цветами с синими лепестками и желтыми сердцевинами. Когда-то Диара улыбалась мне, сидя в траве, а венок из этих цветов, сплетенный моими руками, украшал ее темные волосы. Она была прекрасна в тот день.

Тогда, много лет назад, я даже не стал оставлять ориентиры для этого места. Не было необходимости – слишком хорошо оно запомнилось.

Я подошел к краю поляны. И начал скидывать одежду. Макс тогда правильно заметил: если бы не условности, я бы сражался обнаженным. Что ж... эта поляна уже видела мое тело без единой нитки или иллюзии. Увидит еще раз.

Император не зря задал мне вопрос об убийстве. Он знал что-то, чего не знал я... но дал мне достаточно информации, чтобы я мог делать выводы.

Оставшись обнаженным, я наклонился и поднял из вороха одежды свой меч. Тихое шипение над ухом.

– Таро, – улыбнулся я. – Опять я втравил тебя в историю?

Драконий силуэт скользнул по телу и обвил торс.

– Остаешься со мною? Этот бой может закончиться печально для нас обоих...

Презрительное шипение было ответом.

– Что ж... Ты сделал свой выбор много лет назад. Так же как я.

И я вонзил лезвие меча в землю, которая поддалась удивительно легко. Меч погрузился по самую рукоять, почти не встречая сопротивления.

И солнечную поляну заволокло серым туманом.

– Люби-и-имый... – Тихий, завораживающий шепот. Тягучий и такой знакомый.

Я повернулся к ней. Той, которую любил всем сердцем. Все еще любил.

Синие цветы поникли у ее ног, а трава стала серой. Серый туман лентами кружил вокруг обрывков синего платья. Темные волосы каскадом опускались ей на плечи и спину, став еще длиннее, чем были. В опущенной руке сверкнуло лезвие меча. Меча, который был парой тому, что я держал в руках.

– Любимый, – она улыбнулась, сверкая глазами, похожими на расплавленное золото, – ты пришел.

Я выдернул меч из земли и выпрямился, стряхивая жидкую грязь, облепившую лезвие. Призрачные кольца драконьего тела приобретали материальные очертания, покидая мою кожу:

– Ну здравствуй, первый. Станцуем?

Тара устало опустилась на колени, будучи не в силах оставаться на ногах. И ей было уже плевать на то, что вокруг столько народа может видеть ее слабость.

Сильные руки поддержали бесовку. Она подняла взгляд и встретилась со змеиными глазами:

– Отдохните, грасса. Вы достаточно потрудились.

– Ты кто?

– Я Змеевик. Мой лорд послал меня вам на помощь.

Только тут она заметила на незнакомце знаки различия. Бес был старшим наставником и служил лорду Иллюзий. За его спиною она увидела еще воинов в такой же форме и даже узнала Тамира – личного адъютанта лорда Януса.

– Вы можете сказать, что там за твари? – Змеевик показал на развалины лаборатории.

– Не знаю, – покачала головой девушка. – Но это что-то страшное. Первобытное. С первым получилось, когда мы обрушили на него цунами. Эти иные. Или я просто ослабла... Лорд Янус сказал, что к ним не стоит слишком приближаться. Они могут завладеть вашим телом.

– Учтем, – вежливо ответил воин. – Грасса, вы сможете еще немного напрячься?

– Что нужно делать? – выпрямилась Тара.

– Поделитесь с нами своею памятью. Нам нужна наиболее полная информация. Иначе весь дворец может превратиться в руины.

Она мгновение молчала, а потом внезапно для себя согласилась:

– Хорошо.

К ним подошел адъютант Януса.

– Ну что? – спросил он Змеевика.

– Грасса согласилась на передачу памяти.

Тот уважительно поклонился Таре. А потом повернулся к темному провалу:

– Я рискнул послать сообщение императору. Мне кажется, что ситуация требует его вмешательства.

Тара поразилась смелости этого адъютанта. Похоже, в войсках Януса служат бесстрашные или отчаянные. А потом почувствовала мягкое прикосновение рук Змеевика.

– Следует поторопиться, леди.

– Да, – согласилась Тара и с его помощью поднялась на ноги.

Он осторожно коснулся ее висков кончиками пальцев, и бесовка открыла свое сознание, отдавая ему память последних часов. Было невыносимо больно, так как она находилась на пределе своих сил, да к тому же передача шла односторонняя.

И едва Тара сползла по стене, как на грани сознания услышала отчаянный вопль:

– Наставник! Они идут.

Из темноты надвигалось что-то жуткое. Тогда Змеевик прыгнул вперед, навстречу этому созданию; движения его стали еще более плавными и какими-то танцующими... И что-то... что-то в нем, казалось, было сродни тому, что надвигалось из темноты.

Яростные боевые кличи оглушали, но Тара плыла как в тумане, хотя почему-то так и не теряла сознание.

И внезапно струйка силы коснулась ее ауры. Низшая жадно ухватилась, выпивая предложенное. Рука с длинными красными когтями помогла ей подняться на ноги.

Мимо стремительно прошел император: снегом взметнулись белые волосы. Низшие разбегались с его пути, пока он не очутился за спиной тех двоих, которые противостояли наплывающему кошмару. Первыми императора заметили твари.

Суран поморщился. И кто-то смеет утверждать, что их раса деградировала со времен Изначальных. Эволюция, кажется, более подходящее слово.

Пора было помочь изрядно пострадавшим бесам Януса. Император вскинул руку.

Мечи танцевали. Они радовались встрече. Разбитая душа всегда стремится к объединению, а эти два творения лишь вместе были единым целым.

– Ты все вспомнил, любимый, – проворковала первый Танцор.

– Трудно было не вспомнить, – откликнулся я. – Ведь именно этого ты хотела. Чтобы я никогда не забывал тебя.

– И ты не забыл. – Она изогнулась, уходя от удара. – Но я хотела, чтобы ты был со мною. Почему же ты сражаешься против меня? Разве ты меня ненавидишь? Но ведь не моя вина в том, что я стала такою.

– Не твоя, – согласился я. – Но до них я еще доберусь.

– Если выживешь, – прошипела Диара.

Туман становился все плотнее, он лентами вился вокруг, словно живой. Возможно, так оно и было. Он был творением той эпохи, как и Диара.

– Выживу! – Таро выдохнул пламя, которое я поймал на кончик меча и, завернув замысловатым движением, отправил в сторону сгустка тумана, опустившегося в этот момент подле Диары. – Единственные здесь живые я и Таро! Ты же умерла уже дважды. В свою эпоху и в тот момент, когда я сломал твоему новому телу шею. Тебе просто не удается выбраться за пределы этой поляны?

Злобный рев был мне ответом. Даже не верилось, что столь красивая девушка может издать подобный звук. Но бесы творили вещи и поинтереснее. Теперь я точно знал, что бесы ближе к Изначальным, чем демоны. Мы уже слишком далеко ушли в эволюционном процессе от первобытной, животной силы, которою владела Диара.

И в этот момент я понял, что время разговоров кончилось. Первый Танцор впал в ярость, из которой только один выход – смерть одного из нас. Начинался настоящий танец. И я позвал в танец свою Силу.

9

Закат окрасил окна тронного зала в кровавые цвета с фиолетовым оттенком. Император устало опустился на трон. Следовало выспаться. Но позже. Сейчас необходимо завершить начатое дело. А что конкретно эта история почти завершена, Суран не сомневался. Иначе он не был бы императором.

Первой появилась Каина. Влажные волосы, тщательно вычищенный мундир... Однако Суран уловил слабый привкус крови в воздухе, слишком свежий, не успевший еще выветриться.

Вид у Огненной леди был задумчивый. Она поклонилась своему императору и огляделась. Правая бровь ее взлетела (в подражание Хилару), когда Каина поняла, что прибыла первой из всей Четверки. Император с незаметной усмешкой наблюдал за демонессой. У него было какое-то слегка хулиганское настроение, и это невзирая на всепоглощающую усталость. Вдобавок у него полностью прошла утренняя головная боль. Император был вознагражден!

Тем временем у Каины удивленно взлетела и вторая бровь, она даже не смогла сдержать возгласа:

– О-о-о!..

– Присаживайтесь, леди Каина. – Император постарался, чтобы ни одной довольной нотки не проскользнуло в его голосе. – Я решил, что нам просто необходим стол для совещаний. А то вы начинаете уставать, стоя во время долгих докладов. Мой же кабинет слишком мал, чтобы вмещать столько народа сразу, да и не располагает он к длительным встречам.

– Ваша мудрость не знает границ, ваше величество, – наконец нашлась самая эмоциональная из его генералов и с явным облегчением опустилась на стул. Похоже, день у нее тоже был насыщенным.

– Мы подождем остальных, а потом начнем, – сказал император. – У вас ведь есть что сообщить?

– Да, ваше величество, – ответила демонесса. – Кое-что прояснилось. И если бы я этого не сделала, мы были бы очень неприятно удивлены при вторжении.

– Что-то мне подсказывает, что остальные тоже прибудут с подобными сообщениями, – вздохнул Суран.

В этот момент открылся портал и из него вышел лорд Максимилиан. Он склонился в глубоком поклоне и, так же как до него Каина, огляделся.

– Присаживайтесь, лорд Максимилиан, – прервал затянувшееся молчание император. – Стулья для моих генералов.

– Благодарю, – наконец отреагировал повелитель Звезд.

Его всегда распущенные волосы были заколоты в подобие прически – видимо, во время работы они ему мешали. И китель он надевал в спешке, как дань необходимости. Потому что брюки была не форменными. Суран нашел, что подобный вид астрологу, несомненно, идет. Очень оригинально.

Лорд Звезд сел за стол и тяжело оперся на столешницу локтями. Похоже, он тоже устал.

– Такое ощущение, что весь дворец гудит как улей, – пробормотал он.

– Немного, – подтвердил император. – У нас возникли некоторые проблемы с трупами тех созданий, которых убил лорд Янус.

Оба генерала вскинулись.

– Все в порядке. Уже все улажено. – Суран безмятежно улыбнулся. – Сейчас бесы просто наводят чистоту.

Открылась дверь. Лорд Хилар решил войти обычным путем, без портала. У леди Каины округлились глаза. Первый лорд явился в облачении полновластного лорда Льда, а не в своем привычном мундире. Белые и серебряные цвета. Он казался ледяной статуей. Волосы собраны на макушке в косу, что подчеркивало слегка раскосый разрез глаз. От него веяло холодом и жаром одновременно. Увидев стол, Хилар никак не выразил своего удивления, поклонился императору и занял место возле своей возлюбленной. Та потихоньку приходила в себя.

– Януса еще нет? – Глубокие и мягкие обертоны голоса лорда Льда свидетельствовали, что сегодня ему пришлось много и громко говорить.

– Он скоро придет, – безмятежно отозвался император.

– Во дворце шли бои. Никто не пострадал серьезно, надеюсь.

– Несколько убитых, раненые. Но в целом обошлось. Благодаря выучке воинов Януса жертв намного меньше, чем могло быть.

– Могу я спросить? – Хилар поднял голову. – Это вылезло из убитых созданий?

– Да, – ответил император и, помолчав, добавил: – Я полагаю, на то и был расчет. По крайней мере, это объясняет неувязку с тем, что создания остались в кабинете Януса, когда он пришел в себя. А вот и он сам, – повернулся император к окну.

Портал открылся именно в той точке, куда смотрел Суран. Из него на плиты тронного зала шагнул лорд Иллюзий. Подтянутый, безукоризненно одетый, с синей папкой под мышкой. На бедрах с двух сторон уютно устроились его знаменитые мечи. Оба.

Голубые глаза скользнули по присутствующим, оценили общий вид. Потом Янус повернулся и низко поклонился императору. Намного ниже, чем обычно. В поклоне чувствовалось уважение, граничащее с благоговением.

– Мои приветствия, ваше величество. Я надеюсь, грасса Тара чувствует себя лучше?

– Она восстанавливается.

– Великолепный боец и очень сильна в своей области, – заметил Янус. – Добрый вечер, господа.

Он сел на свободное место.

Император устроился поудобнее:

– Что ж, раз все в сборе, думаю, стоит начать. Я хотел бы услышать выкладки лорда Запада. Надеюсь, общение с небесами не было пустой тратой времени?

– Отнюдь, ваше величество, – поднялся повелитель Звезд.

– Сидите, лорд, у вас усталый вид, – разрешил император.

– Благодарю, – наклонил тот голову и почти заставил себя неторопливо опуститься на стул, а не рухнуть с облегчением.

– Насколько я понял, все уже знают, что наши подозрения о появлении кое-каких Изначальных сил оправдались полностью. Мои прогнозы показывают, что без определенных знаний нам не стоит вести сейчас никаких действий на границах. Необходима полная информация. Особый упор должно сделать на расследовании деятельности клана Крови. И пристальное внимание уделить районам, граничащим с Пустыней. Все графики сходятся в одном – было как минимум две утечки Изначальной энергии...

Император вздрогнул:

– Две?!

– Да, ваше величество, причем случились они с разрывом в пять—десять лет, точнее сказать не могу. Звездные карты раскладываются так, что все истоки надо искать во временах войны раскола. Первая утечка произошла еще тогда.

– Вот как... – Казалось, альбинос осмысливает и перебирает в памяти все, что случилось в те годы. – Кажется, я понимаю... продолжайте, лорд.

– Я начал читать астрологические карты, составленные прежде, именно под углом новой информации, включив в аспект эти две утечки, и ввел непредсказуемый аспект клана Крови. – Астролог поднял глаза и оглядел всех. – Если мы начнем завоевание согласно первоначальным планам, то нас ждет поражение. Все сводится к тому, что клан Крови может стать для нас очень большой проблемой. И проблема эта в Изначальных... Прежде всего нам надо обратить внимание на первую утечку и выяснить, в чем она выразилась. Относительно второй все расклады и предсказания упорно твердят, что она может доставить неприятности, но несерьезные.

– Все верно. – Император взглянул на Януса: – Я правильно понимаю ваше появление?

– Да, ваше величество, – встал четвертый лорд и поклонился. – Вы уверены в своем желании, которое высказали, прежде чем я покинул вас? Это может быть не слишком эстетичным.

– О чем это он? – шепнула Каина Максимилиану.

Тот устало пожал плечами.

Император сверкнул глазами:

– Покажите, лорд. Я должен узнать правду. Увидеть, насколько все далеко зашло...

Демон кивнул. Видимо, он кого-то позвал, так как тут же открылся вихрь портала, из которого выступил адъютант четвертого лорда. Тамир был смертельно бледен, но держался прямо. В руках у него покачивался небольшой мешок, обернутый заклинаниями как коконом.

Лорды переглянулись. Все знали этого беса как безрассудного и почти бесстрашного воина. Сейчас же было видно, что он до дрожи боится того, что несет в своих руках.

Его лорд поспешил навстречу адъютанту и аккуратно перехватил ношу:

– Спасибо, Тамир. Можешь быть свободен.

Тот четко поклонился и покинул зал тем же путем, что и вошел. Лорд Востока раскрыл мешок и запустил туда руку. Ощущение было почти нереальным. Казалось, вот-вот демон вытащит за уши белого кролика, как это делают в мирах смертных фокусники. Император следил за ним с таким напряжением, что побелели костяшки пальцев, которыми он впился в подлокотники трона.

Каина выругалась. Крепко и зло.

В руках ее старого друга покачивалась на длинных прядях волос женская голова. И ее золотые глаза на мертвом лице все еще жили.

– Кто это? – прошептал второй лорд, уже зная ответ.

– Ее звали Диара, – тихо ответила за друга Каина. – Одна из дочерей клана Крови. – Она вскинулась: – Я же говорила тебе, что надо порезать ее на куски!

– Не помогло бы, – покачал головой лорд Иллюзий. – Я должен был забрать у нее часть своей души. Представляешь, Ки, у нас тоже есть души, в отличие от Изначальных демонов.

– Она все еще жива, – заметил Хилар.

– Да, – согласился демон. – Как и все Изначальные. Она первый Танцор.

Император откинулся на троне. Лицо его было спокойно, когда он заговорил:

– Лорд Янус, уберите ее обратно. Я так понимаю, ваша Сила ее обездвиживает.

– Да, ваше величество, это так. – Лорд опустил голову Диары обратно в кокон. – Вы просили показать голову, если удастся добраться хоть до кого-нибудь из них.

– Да, я был прав в своем желании. – Суран поднялся и вытянул перед собою руки. Между его ладонями сформировался темный шар размером с голову взрослого человека. – Давайте ее сюда.

Я опускал в темноту, откуда почти невозможно вернуться и откуда на самом деле когда-то пришла Диара, ее останки и все, что составляло ее суть. Ни грамма сожаления или горечи. Я чуть было не проиграл и чуть было не попался в ловушку, которую расставил мне достойный противник. Теперь я точно знал, что когда кто-то сокрушается о прошлом величии, он не понимает, о чем говорит. Чтобы жить в прошлом, таком, каким оно было на самом деле, нужно быть таким, как Диара. Она не смогла прижиться в этом мире. Я когда-то полюбил не демонессу... Зверя.

А когда зверь страдает бешенством, милосерднее всего его прикончить. Грусть – да, но и облегчение.

Я встретился глазами с императором и прочел в них понимание.

Поклонившись, я опустил теперь уже пустые руки и отошел.

– Что ж, – император сжал ладони, и сфера растворилась, – я рад видеть, что не зря рассчитывал на вас. Вы действительно достойный представитель Великой Четверки. Надеюсь, ваша память теперь в полном порядке?

– Несомненно, ваше величество, – поклонился я. – И я готов представить отчет о проделанных за неделю опытах и расчетах.

– Это чуть позже. – Он сел. – Я хочу услышать лорда Хилара и леди Каину. Они посетили свои владения и получили кое-какую информацию. Леди Каина?

Когда Каина поднялась, она приветствовала меня, словно я уходил куда-то далеко и надолго, и она снова рада видеть меня, а не незнакомца с моим лицом. Наверное, она права, так все и было. Эти сутки рядом с лордами был незнакомец с моим лицом.

– Ваше величество, я должна с прискорбием доложить, что не слишком хорошо справлялась со своей работой до сего момента, – сообщила леди Ветра и Огня. – В Пустыне мне преподнесли сегодня несколько неприятных сюрпризов, в том числе не раз звучало словосочетание «клан Крови». Я не думала, что пустынники способны бояться кого-то больше, чем меня. Клан Крови даже не считает нужным скрывать свое наименование, настолько они уверены в своей безнаказанности. Их создания терроризируют всю Пустыню, захватывают целые деревни, из которых потом приходят чудовища. Они стараются действовать в самой глубине Пустыни, поэтому я так долго не наталкивалась на следы их деятельности. Но если то, что рассказали мне, правда, то за последние два десятилетия у них набралась небольшая армия измененных. И кое-какие преступления, приписываемые Пустыне, следует отнести на их счет. Я полагаю, что у нас серьезный противник.

– И этот противник знает, что мы его обнаружили, – тихо вставил Хилар. – Я разговаривал с северными народами и добрался до второй родственной линии...

– Что сказали тебе инкубы? – спросил император.

– Их оракулы еще помнят времена, когда Изначальные властвовали над миром. Поэтому когда я услышал некоторые истории, то поспешил обратно. Думаю, нам стоит еще раз с ними пообщаться, возможно даже пригласить кого-нибудь из оракулов. В частности, они сказали, что паразитирование – обычная практика Изначальных.

Император вздохнул:

– Клан Крови связался с Изначальной энергией... Видимо, первая утечка – с самого начала их рук дело. А позже они организовали вторую утечку, для Танцора. Но тут их ждало поражение. Господа, я считаю нужным отложить вторжение во внешние земли. Нам требуется как можно больше новой информации. Хилар, ты пригласишь оракула – будут необходимы постоянные консультации. Твои полномочия почти безграничны. Лорд Максимилиан...

Тот поклонился:

– Я займусь небом, ваше величество.

– И армией, – добавил Суран.

Это правильно, Макс лучше всех знал тактику скрытой войны.

– Лорд Янус.

Я взглянул на императора.

– Передохните пару дней. Но через два дня вам придется взяться за работу, я хочу знать как можно больше об экспериментах клана Крови. Все архивы империи я оставляю вам. Все, что касается Изначальных, изменений и войны раскола – на вас. Мы должны знать, кто был первой утечкой и чего нам ожидать. – Леди Каина... – Он помолчал, разглядывая третью леди. – На вас, как всегда, Пустыня. Мы должны быть уверены, что там не будет проблем. Вы должны исправить свои ошибки, которые наделали, не вникнув в ситуацию, сложившуюся в Пустыне.

– Да, мой император, – низко поклонилась Каина. – Повинуюсь.

– Через два дня я желаю видеть вас всех с предложениями по новой тактике. – Император поднялся во весь рост. – А сейчас можете идти.

Мы поднялись, поклонились, и император покинул зал.

Макс потянулся:

– Н-да... война откладывается по причине начала новой войны. Ян, ты действительно все вспомнил?

– Да. Но мне понравилось, когда все кажется в новинку, хотя, конечно, неприятно иметь провалы в памяти.

– Ты чуть не убил меня... Дважды. – Лорд Звезд обвиняюще ткнул в меня пальцем.

– Второй раз ты сам был виноват, – невозмутимо отозвался я. – Еще раз попробуешь на мне этот фокус с песней, и я вырву тебе язык.

– Ты пытался зачаровать Яна?! – широко распахнула глаза Каина. – С ума сошел?!

– Что значит сошел с ума? – возмутился лорд Запада. – Я, между прочим, пытался помочь ему с памятью.

Я повернулся к Хилару:

– Позвольте сделать вам комплимент, лорд. Великолепно выглядите.

– Спасибо. Я не успел переодеться после замка оракулов. – Хилар потер виски. – Насыщенные получились сутки?

– Да уж, кто бы мог подумать, что всего за сутки может перевернуться понятие о целом мире.

– На это иногда хватает и мгновения, – сказал повелитель Севера. – Лорд Янус, у вас, говорят, хорошая коллекция вин?

– Есть такое... – Я был несколько удивлен сменой темы.

– Я с удовольствием поужинал бы у вас и выпил вашего вина.

– Почему у меня? – Я испытывал нарастающее недоумение.

Каина хихикнула:

– Ты наконец видишь, как Хилар умеет нагло напроситься в гости. Его повар готовит отвратительно, а у меня вообще сейчас все слуги отпущены, чтобы я нечаянно их не поубивала, на что вполне способна после посещения Пустыни.

Лорд Севера слабо улыбнулся:

– Примерно так оно и есть. Ваш повар – настоящий гений, а вино ваше я еще ни разу не пробовал, только слышал, как Макс нахваливает. Да и виновник торжества – вы.

– Точно, – согласился Максимилиан. – Ты же, можно сказать, заново родился, Ян.

Я немного задумался:

– Что ж... согласен. Тем более спален в моем замке предостаточно.

Я сидел на подоконнике и встречал утро. Странно, ведь я и забыл, что рассветы так красивы. Наверное, стоило забыть и вспомнить. За одни сутки я столько раз оказывался на краю вечности, что действительно можно сказать, что я родился заново.

Нас ожидала война. Долгая и трудная. А сколько крови прольется, прежде чем мы начнем сражаться в открытую, трудно даже представить. Нас настигало наше собственное прошлое. Ошибки наших родителей теперь стали нашими проблемами. Когда Диара появилась в моем кабинете, после того как я убил умиравшую низшую и послал сообщение Каине, я буквально оцепенел. Мне показалось, что я вижу призрака. И это было моей ошибкой, которая чуть не стоила мне жизни. А уж что я мог натворить, став полноценным танцором... Вряд ли моя мать с отцом думали, что на самом деле заключено в тех крошечных каплях крови, что им удалось унести из империи Крина. Хотя... Я подставил лицо первым лучам солнца... Может, на это они и рассчитывали... Кто знает. Не зря же моим наставником в науке внезапно стал один из представителей клана Крови.

Мне еще предстояло разобраться в хитросплетениях прошлого. Как и всем нам.

К счастью, у нас теперь есть доступ к архивам Крина. Его я заслужил своею победою.

Тихо зашипел Таро, выползая со спины на грудь.

– Тоже хочешь погреться? – улыбнулся я. – Грейся. Нам с тобою не скоро доведется насладиться таким вот мимолетным спокойным мгновением.

Дракончик-татуировка тихо рыкнул. Будущие битвы его не волновали. Он давно сделал свой выбор, когда остался жить на моей коже. Свою судьбу он связал с моею.

Теперь осталось разобраться, что же за судьба меня ждет.

Я облокотился на раму и блаженно зажмурился. У меня еще была пара часов до пробуждения остальных.

История третья

Танец с красным

1

Я придержал своего коня и откинул раздражающий капюшон плаща. Он слишком хорошо защищал меня от дождя. Прохладные упругие струи воды ударили по лицу, в одно мгновение вымочив волосы. Я поднял лицо к небу. С самого раннего детства я радовался, когда небо заволакивало тучами, а уж когда бушевала гроза – это было неземное счастье. Мама всегда смеялась над этой моей страстью, утверждая, что любовь к дождю – это по ее линии, так как отец, кажется, не очень любил мокнуть под открытым небом.

Теплые струйки просочились по шее под мундир, и хотелось мурлыкать от этого ощущения крадущихся ручейков по голой коже. Конь нетерпеливо переступил с ноги на ногу, но я лишь крепче сжал поводья, пытаясь продлить краткую свободу.

А затем в мозгу мелькнула мысль, и я оглянулся на свиту, терпеливо ожидавшую своего господина. Усмехнулся: эти-то привычные к моим выходкам и не такое видели, особенно во время дождя.

Мой адъютант тоже скинул капюшон. С недавних пор, как я думаю, он старается понять, что мною движет в моих поступках. Удачи ему в поиске, возможно, он будет первым, кто действительно поймет. И тогда я задам ему вопрос, на который сам давно ищу ответ.

– Тамир.

Бес вскинул глаза.

– Наперегонки до города? – предложил я, чувствуя, как губы расползаются в неудержимой хулиганской улыбке.

Парень аж просиял:

– С удовольствием, мой господин!

Кто-то из свиты издал мученический стон, на который я отозвался смехом и пустил коня в галоп:

– Вперед! Кто меня обгонит, получит повышение!

Давняя наша игра с подчиненными. Пару раз меня действительно обгоняли. И я выполнял свое обещание – повышал победителей по службе. Шанс был у любого, но только не во время дождя. Дождь превращает мир в подобие сна, покрывая его пленкой, которая искажает зрение, и иллюзии рождаются в нас самих, без помощи какой-либо магии.

Дождь – это моя стихия. А музыка дождя – это ноты моего танца. Мы тенями и иллюзиями неслись сквозь пелену воды, криками подгоняя коней. Никакой магии. Только наши собственные физические силы и доверие своему коню. Вперед. Не оглядываясь. Истинный демон должен поступать именно так. Потому что такая жизнь ближе всего к понятию свободы. Думаю, моя свита с каждым разом все ближе и ближе к этому пониманию. И тот, кто наконец достигнет этого, сможет обогнать лорда Иллюзий в бешеной гонке... даже под дождем.

Магическая завеса защищала от дождя только отдельные участки города. К сожалению, к ним не относились ни ворота и казарма неподалеку от них, ни пост над воротами. Уберечь каких-то простых бесов от возможной простуды? Если таковая и настигнет стражей, это будет говорить лишь против них. Бес тем и ценен, что фактически неуязвим. Это воин и страж. Слабым среди живущих не место.

Старший поста тоскливо посмотрел в небо: похоже, надолго зарядил. И почему именно в его смену? Бес терпеть не мог дождь. Во время дождя жди неприятностей. Разглядеть что-то в этом сером колышущемся мареве невозможно, тут никакое ночное зрение не поможет, унюхать – и того хуже: вода, сплошная вода. Он хотел было выругаться, но покосился на своего соседа и сдержался.

Рядом, нахохлившись в своем плаще, стоял высокий лорд – демон. Пусть молодой совсем по виду пацан, но потомственный лорд, находившийся неизмеримо выше на иерархической лестнице по сравнению с бесом. Однако это не помешало стражу невольно посочувствовать ему: угораздило лордика попасть под приказ о встрече гостя. Вот и стоят оба, маются на воротах в такую мерзкую погоду. А высокий гость, поди, уютно устроился в какой-нибудь карете и спокойно, а может и не очень спокойно, слушает стук капель этого проклятого дождя. Откуда только этот гость едет, что порталом не пользуется?

– Капитан, слышите? – внезапно дернулся юный лорд.

Бес оторвался от своих размышлений. Где-то в глубине дождя раздавались невнятные звуки, которые становились все громче. Видимо, источник звука стремительно приближался.

– Кажется, это и есть те, кого вы ждете, повелитель, – сказал страж.

Звуки доносились из самой глубины дождя, сначала слишком тихие, дальше все громче и четче. А потом появились и смутные тени, которые неслись прямо на ворота, словно не видя стен, выросших прямо перед ними.

И на мгновение стражу показалось, что тени-всадники, не заметив стены, растворятся в ней, преодолев препятствие, словно его нет и никогда не было. Залихватские крики, подгонявшие животных, звучали так, как будто это была не делегация гостей, а ночная охота демонов, которые вышли в ливень повеселиться, гоняя жертву по скользкой от грязи дороге.

Когти стража непроизвольно царапнули кладку стены, когда один из всадников поднял коня на дыбы, на полном скаку остановив его перед препятствием.

Бес вздрогнул, глядя вниз прямо в безумно бешеные глаза демона, оседлавшего стихию. Синие размытые омуты настоящей бездны вместо глаз.

Рядом ощутимо дернулся молодой лорд-демон:

– Лорд Иллюзий... почему он... – шепот был почти неразличим в шуме ливня, но казалось, будто демон у ворот услышал парня. Рот прибывшего скривился в усмешке, когда он откинул голову, чтобы лучше рассмотреть фигуры в надвратной башне.

Рядом гарцевали всадники свиты. Все еще разгоряченные скачкой кони ржали и скалили зубы. Из-под копыт летели брызги, больше похожие на искры, высекавшиеся копытами из камней дороги.

– Хей! – Один из всадников обогнул своего неподвижного предводителя. – Крин! Лорд Янус, повелитель Иллюзий, стратег его величества императора Сурана, правителя Темной империи, один из Великой Четверки, подчиняющейся только императору, повелитель Восточных пределов, прибыл как посол империи!

Страж почувствовал, как по спине бежит ледяная волна.

– Великие Изначальные! – хрипло выдохнул он и, вспомнив о присутствии лорда, прикусил язык.

Империя прибыла наконец за своею данью. Крин проиграл и должен выполнить условия проигранного поединка, который состоялся почти полгода назад. Все эти месяцы казалось, что империя забыла о кринитах, однако прибытие этого демона показывало: пришло время платить по счетам.

– Открыть ворота, – тихо приказал лорд-демон и, резко развернувшись, стал спускаться вниз, чтобы встретить нежеланного посла.

Уже отдавая приказы под скрип нехотя открывавшихся ворот, страж вспомнил: повелитель Иллюзий был тем, кто убил лорда Тумана, одного из лучших воинов и одного из самых свирепых демонов Крина.

Хотелось покачать головой, но я сдержался, глядя на стоявшего передо мною юнца. И это вся делегация по встрече почетного гостя? Интересно, таким образом мне пытались нанести оскорбление или выказать пренебрежение? В любом случае и то и другое было в крайней степени неразумно, учитывая, что я мог учудить в ответ. И это после того, как мною был убит Туман, демон, который, по идее, должен был убить меня не задумываясь ни на секунду. Достойно сожаления, если они все еще продолжают недооценивать лорда Востока. Хотя... я вновь окинул взглядом юного лорда-демона. Не стоит делать поспешных выводов. Может, это я недооцениваю противника?

– Лорд Янус, – прохладно поклонился мне юноша, – это принято среди жителей империи – оценивать кого-то как скот на рынке?

Я усмехнулся и отвел пряди волос, которые налипли мне на лоб и щеки:

– Не показывайте зубы раньше времени, юноша. Я всего лишь пытаюсь понять ситуацию: нанесено ли мне оскорбление или нет. Ваш возраст и отсутствие полноценной делегации по встрече посла от державы-победительницы говорит о явном пренебрежении к императору Сурану. Его величество был бы недоволен такой встречей, если бы сам сюда прибыл. А ведь я, как посол, представляю здесь его персону, а не себя лично.

Кринит явственно побледнел, потом усилием воли взял себя в руки:

– Простите, лорд-демон. Просто никто не ожидал, что император Суран пошлет столь приближенного к нему господина. Мы ждали... скажем так, менее значительное лицо. Ведь проигравшая сторона – Крин. И, согласно нашим сведениям, был избран наиболее подходящий для подобной встречи демон. Если вы недовольны моей особой, я немедленно сообщу вышестоящим лицам, и вам предоставят наиболее подходящего спутника.

Я видел, как блестят его глаза. Темные, как у хищной птицы. Я еще не отошел от эйфории дождя и скачки. Может, именно этим состоянием был продиктован мой импульс. Я рассмеялся:

– Ну уж нет! Не собираюсь расставаться с таким подарком Крина. Как твое имя?

– Я Ворон из клана Летящих, – немного растерянно ответил он. – Младший из пяти сыновей.

– Что ж, Ворон из клана Летящих, младший из пяти сыновей. Пока я посол на Крине – ты мой проводник и спутник. Покажи мне свой Крин. Я хочу увидеть его таким, каким видишь его ты сам.

Парень нахмурился:

– Разве вы прибыли не за данью? – В его голосе звучал гнев.

– И за этим тоже, – почти легкомысленно согласился я. – Но об этом позже. Думаю, мы несколько застряли в этой караулке. Так не могли бы вы распорядиться, чтобы мне и моим людям подали чего-нибудь горячего и показали, где можно переодеться?

Ворон почти покраснел:

– Ливень очень сильный, но, как только он закончится, мы переберемся в более подходящее место.

– Не спорю, – пожал я плечами. – Даже не скандалю, как вы могли заметить. Мне не привыкать к тесным пространствам, и я умею довольствоваться солдатской пищей. Вам повезло, что император Суран не прислал леди Каину. Вот уж кто устроил бы по этому поводу жуткий скандал, учитывая, что она последнее время почти не вылезает из Пустыни и ее не особо радует песок в волосах.

Моя свита непроизвольно содрогнулась при последних словах, и кто-то пробормотал:

– Уж лучше самому себе горло сразу перерезать.

Криниты, кажется, прониклись, хотя в глазах Ворона я заметил тлеющие искры смеси гнева и недоумения. Похоже, я не особо соответствовал его представлениям о великом и ужасном четвертом лорде императора.

Через некоторое время я сумел-таки переодеться и сесть за стол, где передо мною поставили кружку с чем-то дымящимся и тарелку с мясным рагу. Страж, который поставил передо мною еду, низко поклонился:

– Простите, повелитель, но нас не предупредили, что кто-то вашего ранга разделит с нами трапезу. Поэтому здесь только то, что приготовлено, рассчитывая на вкус простого солдата.

По-моему, он сам испугался своих слов. Я пожал плечами:

– Я сам солдат, бес. И если в этой тарелке есть мясо, этого уже достаточно.

– Особенно если мясо с кровью, – тихо сказал со своего места Тамир.

Я бросил взгляд в сторону адъютанта:

– Кажется, я стал слишком мягок с вами.

Мои воины повскакивали с мест и склонились в поклонах:

– Простите, повелитель! Это все дождь... – Но их глаза блестели.

– Ну-ну, – качнул я головою и запустил ложку в рагу.

Несмотря на свое вызывающее поведение, мои воины уже успели проверить еду. Я мог есть спокойно и наслаждаться пищей.

– Разве вы не накажете их за дерзость? – тихо поинтересовался Ворон.

Я перевел взгляд на кринита и покачал головой:

– Дерзость? Нет уж. Все было в пределах допустимого. Мне нужна их верность, а не пресмыкание. Для покорности есть гаремные бесы и лакеи. Этого достаточно. Моя свита опасна не для меня, а для моих врагов. Дерзость – это когда они ослушаются приказа. Но тогда только одно наказание – смерть. Перешедшего границу дозволенного я даже не увижу: для этого у меня есть командиры, которые отвечают за своих воинов. Если командиры справляются, какой смысл мне лично вмешиваться?

Он смотрел на меня ошеломленно. Что ж, как я и предполагал, Крин – это не империя. Судя по взгляду этого мальчика, он и не подозревал о возможности таких отношений между демонами и бесами. Посмотрим, что еще интересного я узнаю о Крине.

2

Ворон никак не мог понять, что представляет собою его гость. Ему рассказывали о холодном, равнодушном и замкнутом лорде, который предпочитает сидеть среди бумаг. Аналитик империи, стратег, но не воин... Однако встреча у ворот выбивала из колеи. Это, несомненно, был повелитель Иллюзий, но вопрос в том: как себя вести с демоном, коего Ворон видел перед собою?

Юный лорд прекрасно сознавал, почему именно его послали на встречу с послом Темной империи, да еще и без должного сопровождения. Крин не собирался склоняться перед империей и шел на конфликт всеми доступными средствами и способами.

Ворон был одним из этих средств. Недостаточно низкий по рангу для встречи простых гостей, недостаточно высокий для особых. Его юность и абсолютная безвестность при дворе императора Рубина должны были поставить посла империи в невыгодное положение, вынудить пойти на скандал. Однако, кажется, лорда Иллюзий вполне устраивала ситуация, словно именно этого он и хотел.

А та история в сторожке? Да любой демон Крина уже объявил бы кровную месть за недостойную встречу. И то, что высокий гость сидел за одним столом с простыми бесами...

Правда, когда дождь закончился, лорд Янус предстал перед юным Летящим совсем в ином обличье, больше соответствовавшем слухам, что ходили о нем. Холодный, бесстрастный, высокомерный.

– О чем думаете, Ворон? – Голос имперца едва не застал кринита врасплох.

Юный аристократ повернул голову и встретился взглядом с непроницаемыми, ледяными озерами голубых глаз.

– Вы хотели увидеть Крин, – нашелся юноша. – Я пытаюсь понять, что было бы интересно в первую очередь.

Посол усмехнулся:

– Спросили бы меня. Мои родители мне многое рассказывали, и кое в чем я бы хотел убедиться сам. Покажите мне Мост памяти. Потом хотелось бы проехать по Аллее и увидеть замок короля Рубина...

– Императора, – педантично поправил посла Ворон.

– Простите, немного запутался, – отозвался лорд Янус. Но, глядя на его усмешку, кринит не поверил ему ни на мгновение.

Вообще, чем дальше, тем этот демон пугал его все больше и больше. Ворона еще никто так не пугал. Хотя он думал, что хуже его старшего брата нет никого. Он ошибся. Этот имперец был не просто страшен, он был ужасен.

– Как скажете, лорд, – сквозь внезапную странную дрожь, охватившую все его тело, заметил Ворон. – К Мосту памяти в эту сторону.

Парень боялся. Я не видел этого по его лицу, но чувствовал. Ворон боялся меня. И правильно делал. У него оказалось больше мозгов и интуиции, чем я предположил вначале. Да, наверное, и его хозяева не знали потенциала этого парнишки. Может, он и выживет в предстоящей мясорубке.

Император Суран не просто так послал именно меня. Когда память восстановилась полностью, обнаружились некоторые провалы, о которых я сам не подозревал раньше. И когда я поделился своими догадками и наблюдениями, был тут же отправлен в Крин. Нам следовало убедиться в том, что глаза не подвели меня тогда. Иначе планы империи по вторжению во внешние миры оказывались под изрядной угрозой. Необходимо было обезопасить империю от Крина. И простого поединка, которым мы обошлись в последний раз, явно недостаточно.

Мой сопровождающий оторвал меня от размышлений:

– Мост памяти, лорд.

Я поднял глаза. Величественное зрелище. Арка моста возвышалась над нами, сияя в лучах солнца словно хрустальная. Я огляделся и увидел то, что искал... Возле самого подножия росло несколько деревьев, напоминая очень маленькую рощицу. Я направил коня в ту сторону.

– Лорд Янус? – встревоженно прозвучало за спиной.

– Успокойтесь, Ворон, – бросил я, не оглядываясь. – Всего лишь маленькое воспоминание, пусть и не мое. Мне нужно кое в чем убедиться.

Подъехав вплотную к деревьям, я остановил коня и спешился.

Свита и Ворон сверлили взглядами мою спину.

Я подошел к ближайшему дереву и положил руку на шершавую кору. Сквозь поры на коже к дереву просочилось небольшое заклинание, сдобренное моею кровью, – оно давно было припасено специально для такого случая. Заклинание не раз помогло мне, но сейчас требовалось несколько больше усилий. Ведь я должен был увидеть очень далекое прошлое.

Позади раздался судорожный вздох кринита. Я медленно обернулся: почти под самой аркой моста шло призрачное сражение. Память дерева не подвела, а моя кровь помогла выделить нужное воспоминание.

– Что это?

Я криво усмехнулся.

Высокий светловолосый мужчина волчком крутился в неумолимо сужающемся круге воинов. Звука не было, но видно было, что мужчина смеется, заклинания отскакивали от него как мячики. И он уже было начал побеждать, когда к врагам пришла подмога. Почти рядом со мною появилась из ниоткуда женская фигура и простерла руки в сторону сражающихся. Вспышка. И в беспощадном пламени оказались все: и враги, и тот, кого они пытались убить. Пламя имело сиреневый цвет. Весьма специфичный.

Но я уже не отрывал взгляда от женщины, чье лицо было скрыто под глухим капюшоном. Лишь на какую-то долю мгновения невидимый нам ветер шевельнул ее покров, но мне этого хватило. А потом все растаяло. Заклинание иссякло.

– Что это было, лорд посол? – В голосе кринита проскальзывали нотки растерянности, хотя он тщательно их скрывал.

Я вскочил на своего коня и только тогда ответил:

– Это были воспоминания деревьев о том, как был убит мой отец.

Я взглянул в потрясенные глаза Ворона без малейшей насмешки:

– А теперь покажите мне Аллею. Насколько мне известно, именно там моя мать сразилась в своей последней битве с лордом Туманом.

Ворон чувствовал, что не просто не понимает, что происходит, но и начинает думать, что сошел с ума. Он даже не подозревал, что некогда в Крине уже бывали имперские послы. И что они были убиты. Причем убиты не в честном поединке, а вот так... магией со стороны...

– Наивный мальчик, – внезапно заметил лорд Янус. – Где только такого понабрался... – Ворон покраснел: он и не заметил, что последнюю фразу произнес вслух. – Мои родители были очень сильными демонами. Мать умудрилась даже после своей гибели остаться в призрачной форме и еще долго подспудно управляла политическими процессами в империи. Убийство моих родителей скорее высочайшая честь для них, – значит, боялись, если решились пойти на столь рискованный шаг, который мог раскрыть тайну Крина.

– О чем это вы? – недоуменно посмотрел на посла юноша.

Янус лишь качнул светловолосой головой. Он все еще был под впечатлением от виденного. Мать никогда не рассказывала, что Туман не просто сражался с нею, но еще и привел чуть ли не весь свой клан. Сиреневым огнем, кстати, воспользовалась женщина, только предварительно она дала возможность отступить противникам демонессы. Возможно, именно эти секунды и использовала мать лорда Януса для спасения своей призрачной составляющей.

– А в императорском замке что было? – спросил после некоторого колебания Ворон.

Голубоглазый демон усмехнулся:

– Понятия не имею. Однако, насколько мне помнится, я должен быть представлен императору? Не ты ли утром говорил мне об этом?

Ворон почувствовал, как вспыхивают щеки. Проклятая бледная кожа, выдающая его смущение! Он действительно забыл. Где-то глубоко внутри зародилось странное чувство к лорду Янусу, очень похожее на ненависть, но замешанное на чем-то другом... Восхищение?

Юный демон оглянулся и встретился взглядом с адъютантом лорда Януса. Его захлестнула волна негодования. Какой-то бес смел ему сочувствовать! Кринит еле сдержался, чтобы не хлестнуть своего скакуна и пустить его в бешеный галоп. Злоба осталась в его душе, не видя выхода. Он не имел права на безрассудные поступки. Ворон прекрасно знал, что является разменной фигурой в этой партии между Крином и империей. Всего лишь мелкая фигура, про которую даже не вспомнят. И он смирился со своею судьбою во славу Крина. Только это оказалось тяжелее, чем он думал.

Я наблюдал краем глаза за нашим гидом. А паренек ничего. С потенциалом. Мог бы вырасти хорошим политиком. Видно, что его почти трясет от злости. Но держится. Подожди, малыш, то ли еще будет. Я намерен перевернуть тут все вверх дном, пока не найду то, что ищу. И ты, наивный и горячий, в этом мне поможешь. Даже если для этого придется свернуть тебе шею, которую так любезно подставил мне Крин вместо своей. Впереди поднимались шпили и башни императорского замка. Что ж, вскоре мне предстоит взглянуть в черные глаза настоящего врага, который затаился и ждет своего часа, не подозревая, что его уже раскусили. Осталось только придумать, как и куда нанести удар. А главное – когда. Но прежде следовало немного прояснить обстановку. Действовать приходилось не на своей территории, а на той, где враг очень силен. Если все хорошенько не продумать, то сиреневое пламя станет и моим уделом.

Я тронул бока своего скакуна шпорами. Надо было продолжать игру. Игру, в которой ставка – моя жизнь. А император дал четкое указание вернуться целым и с информацией. Мы не можем проиграть тем, кто погряз в прошлом, не видя дальше своего носа. Для этого я должен успеть заглянуть в глаза императора Рубина. Потому что предположение о том, что он завяз в этом глубже, чем мне казалось с самого начала, получало все больше подтверждений.

Однако мне нужна информация... Чем больше, тем лучше. Только на основе точных данных я смогу нанести удар в правильное место и в правильный момент. Вот только время было не на моей стороне.

Жаль этого встрепанного мальчишку, больше похожего на вороненка, чем на ворона, но его судьба – сгореть в огне этой невидимой битвы.

3

– Лорд Янус, повелитель Иллюзий, стратег его величества императора Сурана, правителя Темной империи, повелитель Восточных пределов империи, прибыл как посол императора Сурана, – провозгласил сопровождающий, пропуская нас в тронный зал.

– Лорд Ворон из клана Летящих.

Естественно, мою свиту не пропустили. Я внаглую воспользовался магией, укутавшись в защитные заклинания как в плащ. Ибо не такой дурак, чтобы соваться в пасть врага совсем без защиты.

Лорд Ворон скрипнул зубами, но промолчал. И правильно сделал, иначе бы напоролся на лекцию о доверии кринитам. Однако мальчик провел в моем обществе уже двое суток и кое-что успел понять. Быстрообучаемая особь. Не будь он совершеннолетним, я бы с удовольствием в качестве дани прихватил и его. Боюсь, однако, к моему отбытию из Крина мальчик, скорее всего, погибнет.

– Лорд Янус, – император Рубин смотрел на меня своими кровавыми глазами, – вы не слишком-то доверчивы.

Я усмехнулся и поклонился:

– У меня есть основания подозревать ваших подданных в некоторой недружелюбности. Поэтому уж не обессудьте, ваше величество, но, поскольку моя свита не всегда может следовать за мною, я предпочту позаботиться о себе сам.

– Похвально. – Губы императора скривились в гримасе, должной обозначать улыбку. – Вы делаете моим подданным комплимент, подозревая их в способности убить победителя лучшего фехтовальщика нашей империи.

Я пожал плечами:

– Фехтовальщик, ваше величество, вы сами сказали. Это был поединок. Поединок меча и магии. А убивать – это совсем другое искусство. Я достаточно дорожу своею шкурою, чтобы не мечтать о доброжелательном отношении к своей персоне со стороны ваших подданных.

Рубин раздвинул губы в более искренней улыбке:

– Жаль, что вы работаете на Сурана. Были бы неплохим дополнением к моему двору.

Я выпрямился и взглянул прямо в глаза императору Рубину:

– Я не «украшение» двора, как ваши подданные, ваше величество, а воин и повелитель своих земель. За это и ценит меня мой господин.

– Вы забываетесь! – выкрикнул кто-то из кринских дворян, выскакивая вперед.

Я молча смотрел только на императора, игнорируя прочие раздражители. Он шевельнул пальцами, унизанными перстнями, – и придворного как ветром сдуло.

– Вы такой же нахал, как и ваш юный император, лорд Янус, – заметил повелитель Крина. – Это присуще молодости.

Я усмехнулся:

– Позвольте считать это комплиментом, ваше величество.

– Позволяю. – Голос его был абсолютно невозмутим. – Как вам понравился наш гид?

– Как вы изволили заметить, я молод, ваше величество, – поклонился я. – А молодости присуще тянуться к столь же молодым. Я благодарен за такого гида.

Император чуть склонил голову, разглядывая меня:

– Мы были очень удивлены, когда в качестве посла прибыл именно повелитель Иллюзий. Насколько мне известно, вас назначили послом в самый последний момент. Неужели с предыдущим послом случилась какая-то неприятность?

Я покачал головой:

– Не совсем. Он жив и здоров, ваше величество. Но некоторые события в нашей империи заставили нас пересмотреть кандидатуру посла.

– Что же за события? – поинтересовался император. – Надеюсь, они никак не касаются Крина?

– Вынужден разочаровать, очень даже касаются. – Я извлек из-за пазухи конверт c печатью, наложенной самим императором Сураном. – Здесь содержатся некоторые пояснения, ваше величество.

Рубин принял послание, не приближаясь ко мне, – конверт легко спланировал ему на ладонь. Я неодобрительно качнул головой.

– Что-то не так?

Я снова поклонился:

– Ничего страшного, ваше величество. Просто некоторые различия в традициях. К императору Сурану письмо перешло бы через одного из телохранителей. Слишком велика опасность отравления посредством таких вот конвертов.

Рубин усмехнулся:

– Император Суран чересчур осторожен.

Я чуть наклонил голову, показывая, что мнение императора – это мнение императора. Но не думаю, что Рубину понравятся новости, изложенные в письме. Он ведь тоже когда-то был хранителем и стражем Стены, за которою запечатаны Изначальные.

Император Крина вскрыл конверт и погрузился в чтение. Читал он долго. Очень долго. Намного дольше, чем требовалось для чтения трех строк, что там были. Я эти строки помнил наизусть:

«Две утечки. Одна уничтожена. След второй ведет к тебе. Суран».

В зале царила почти мертвая тишина.

Рубин сжал кулак, сминая бумагу, которая вспыхнула между его пальцами и осыпалась пеплом на пол. Похолодевший голос императора вопросил:

– Лорд Янус, вы в курсе того, что написано в письме?

– Да, ваше величество, – спокойно отозвался я. – Второе предложение касается меня напрямую.

– Вы прямо напрашиваетесь на личную аудиенцию, – тихо заметил он.

Я молчал.

Император рассматривал меня как какой-то особый экземпляр редкого животного. Он отряхнул руку от остатков пепла:

– На сегодня все. Я сообщу вам, когда мы увидимся вновь.

Рубин задумчиво смотрел на закрывшиеся за лордом Янусом створки дверей. Из-за спинки трона выступила гибкая фигура.

– Что скажет моя герцогиня?

Горгона коснулась своих идеальных губ длинным пальцем с черным ногтем, больше похожим на коготь:

– Очень опасен. И не только как фехтовальщик. Он как огромная змея. Кажется медлительным и ленивым. Но когда его стремительные кольца сомкнутся вокруг твоего тела, выжимая кровь и дробя кости, будет уже поздно исправлять свою ошибку. Что было в письме, мой господин?

Император прикрыл глаза и промолчал, словно не услышав последнего вопроса. Придворные напряженно ждали вердикта. Наконец алые глаза открылись и нашли в толпе нужную фигуру.

– Лорд Горечь.

– Да, мой повелитель, – выступил воин.

– Завтра вечером я хочу видеть Януса на аудиенции в моем кабинете. Проследи, чтобы этот нахал дожил до того времени.

Горечь, уже пожилой по меркам кринитов воин и аристократ, поклонился, пряча недовольный блеск глаз. Приглядывать за молокососом из враждебной империи, которая еще и умудрилась победить в последней почти бескровной битве... Воин полагал, что лучшим выходом было бы просто прибить этого ублюдка так же, как когда-то его родителей, и начать наконец войну.

– Знаю, о чем думаешь, – поднялся император. – Но сейчас еще не время. Это касается всех. – Его тяжелый взгляд пробежался по толпе придворных. Многие демоны отвели глаза. – Леди Горгона, – обратился Рубин к своей герцогине, – вы со мною?

– Как всегда, ваше величество, – поклонилась дама. – Вы можете во мне не сомневаться. Я ваша покорная слуга.

Рубин стремительным шагом пересек тронный зал. Чуть в шаге от него скользила герцогиня.

Лорд Горечь вышел буквально через мгновение после своего повелителя и его дамы, чтобы успеть избежать фальшивых сочувствующих замечаний и советов от остальных.

Он появился возле апартаментов посла Темной империи уже через два часа. На пороге его встретил низший со змеиными зрачками.

– Чем могу служить, высокий лорд? – Бес преградил ему путь.

Горечь окинул взглядом нахала, осмелившегося преступить ему дорогу. Подтянутый воин с плавными, о многом говорящими понимающему взгляду движениями. Холодные глаза, на дне которых видно нечто дикое. Этот низший, видимо, из диких бесов. И служит по своей воле. Интересный тип этот лорд Янус, если умудрился взять такого на службу...

– Я к твоему господину. От императора Рубина.

Бес окинул его оценивающим взглядом и отступил на шаг вправо, чтобы пропустить лорда.

Воин вошел в апартаменты и наткнулся на следующего беса. Судя по знакам различия, этот был личным адъютантом имперца.

– Лорд Горечь? – заинтересованно склонил голову низший.

Дождавшись утвердительного кивка от удивленного демона, который и не предполагал, что его здесь ждут и знают, кто он такой, приглашающе взмахнул рукой:

– Следуйте за мною. Повелитель вас ждет.

Демон, стоящий на пороге, оглядывал мой временный кабинет с любопытством. Наконец он посмотрел на меня:

– Откуда вы узнали, что император приставит к вам именно меня?

Я вздохнул:

– Вы, криниты, предсказуемы. Слишком придерживаетесь традиций, которые перенесли еще из времени до раскола. И из-за этой неудержимой тяги к старым временам становитесь предсказуемыми в простейших поступках в настоящем. Вы единственный демон-лорд, который знал обоих моих родителей и остался в живых. Если принимать во внимание жесткие иерархические рамки Крина, в которых воспитывается ваша молодежь, ничего удивительного, что император сделал поспешный вывод, будто у нас то же самое. И я, скорее всего, должен быть похож на моего отца или мою мать.

– Это не так? – Горечь смотрел на меня с плохо скрываемой иронией.

– Родители были убиты, когда я был мальчишкой. Меня просто некому было воспитывать на примерах и в определенных рамках. Но вы пришли не разбираться в загадках воспитания, насколько я понимаю. Вам ведь приказано помочь мне дожить до аудиенции у императора. То есть до завтра как минимум.

– Проницательно, – констатировал лорд демон.

Я пожал плечами:

– Иначе бы меня не называли лучшим аналитиком его императорского величества Сурана.

– Что вам нужно от меня?

А этот аристократ очень лаконичен. Да к тому же явно не пылает ко мне любовью. Что ж, тем лучше. Многословия мне хватило и от Ворона. Забавный парнишка. Издеваться над ним одно удовольствие. А Горечь противник поинтересней.

Я сделал приглашающий жест:

– Присаживайтесь. Расскажите мне, кого я должен бояться в первую очередь. Конечно, минуя императора Рубина, герцогиню Горгону и вас...

Он ухмыльнулся и сел в кресло:

– Всех.

– Ну а в лицах?

– Пожалуй, начнем с самых глупых и активных, – согласился он, усаживаясь поудобнее.

4

– Я хочу перегрызть горло этому белобрысому ублюдку! – Высокий молодой демон метался по роскошной комнате, оформленной в бело-золотых тонах. – Или поиметь его!

– Ты уж определись, – отозвался из глубин кресла его брат-близнец.

Лорд Ястреб из клана Летящих яростно уставился на него янтарно-желтыми глазами, они были как у птицы, в честь которой его назвали.

– Сначала поиметь, а потом перегрызть горло. Такой вариант тебя устраивает?!

Его брат Сокол пожал плечами:

– Главное, чтобы тебя он устраивал.

Ястреб потихоньку начал успокаиваться:

– Как получилось, что Ворон у него в услужении?

Сокол вздохнул и перекинул свою длинную иссиня-черную косу через плечо:

– Ты еще не понял, мой глупый брат? Ворона отдали на растерзание. Он должен был послужить причиной нового конфликта с имперцами. Но никто не ожидал, что послом станет такая важная шишка, как этот лорд Янус. И наш младший братишка из разменной фигуры превратился в простого слугу.

Ястреб остановился, резко развернувшись, уставился на брата в упор.

– То есть теперь, если этот никчемный слабак помрет, его смерть будет бессмысленной?

– Прямо в точку, – вздохнул Сокол. – Мало того, я утверждаю: ни то, ни другое твое желание неосуществимо. Этот демон скорее тебя поставит в определенную позу, да еще обыграет все так, что весь Крин будет думать, будто ты умолял имперца об этом одолжении.

Старший из близнецов клана Летящих вспыхнул от ярости:

– Да как ты смеешь!..

Сокол вскочил на ноги:

– Заткнись и послушай меня! Ты будешь делать то, что прикажет ОНА! И попробуй хотя бы на миллиметр отойти от ЕЕ указаний, я лично перережу тебе глотку. Так что забудь все, что ты хотел сделать с этим имперцем, и внимательно за ним наблюдай. Если понадобится, то ты ему задницу будешь лизать. Понял меня, Ястреб?

Демон отшатнулся от такого неожиданного взрыва ярости.

– Так что, Ястреб? Не слышу ответа! – прошипел Сокол.

Янтарноглазый опустил голову и глухо ответил:

– Я понял тебя.

Я повернулся к Ворону:

– Те трое, что так пристально поглядывают в нашу сторону, случайно не братьями тебе приходятся, птенец?

Ворон вспыхнул как факел, услышав опостылевшее обращение. Но пока мальчишка будет краснеть и яриться, я буду обращаться к нему именно так. Больно уж симпатично он выглядит в эти моменты. Парень стиснул зубы, посмотрел в указанном мною направлении и мрачно кивнул:

– Старший Ястреб, рядом с ним Гриф, а третий – Кречет. Нет только Сокола.

– Ну похоже, что с твоим старшем братцем Ястребом я познакомился сегодня утром. Он мне нахамил и, кажется, не ожидал, что я нахамлю ему в ответ.

Где-то в глубине глаз моего гида показалось удовлетворение. Видимо, он не особо ладил со своими братьями.

– Ворон, – из-за наших спин донесся спокойный, почти ласковый голос, – давно не виделись, птенец.

Ага, так вот почему парня так передергивает. Я просто попал в больное место. Но Ворон, надо отдать ему должное, взял себя в руки и бесстрастно обернулся:

– Лорд Янус, позвольте представить вам моего брата Сокола. Второго сына клана Летящих.

Ага, ко всему прочему, еще и близнеца старшенького. Я смотрел в соколиные хищные глаза и понимал, что наконец нашел нужную мне ниточку.

– Лорд Янус, – поклонился Сокол. – Я наслышан о повелителе Иллюзий. Такие невероятные слухи ходят о вашем поединке с лордом Туманом. Всех очень интересует, что же произошло с его останками.

Я улыбнулся не разжимая губ, приподнял уголки рта:

– О, ничего особенного. Просто я подарил его душу леди Теней и Снов. В конце концов, он немного задолжал именно ей.

Чем-то в этот момент Сокол напомнил мне Максимилиана и Каину одновременно. Этакий неполноценный гибрид. Кажется, ему чего-то не хватало, чего-то очень существенного. Да еще эта поволока в самой глубине глаз. Если бы я не знал, что искать, то даже не увидел бы ее. Сила Изначального давно коснулась второго сына клана Летящих. Коснулась и почти пожрала изнутри. Марионетка. Вот чего ему не хватало. Жизни. Искру этого самого необходимого для демона компонента давным-давно поглотили.

– Что-то случилось, лорд Янус? – заботливо поинтересовался мой собеседник.

Ворон встревоженно наблюдал за мною. Видимо, ему показалось на мгновение, что я проявил какую-то слабость в общении с его братом, которого он боялся. Меньше, чем меня, конечно. И это льстило.

– О, ничего страшного, – как можно обворожительнее улыбнулся я. – Просто вы кое-что напомнили мне.

– Кое-что?..

Я пожал плечами:

– Я бы сказал, «кое-кого», но, к сожалению, не могу.

– Почему? – Кажется, парень несколько сбит с толку.

– Ну мертвеца сложно назвать «кое-кем», он уже стопроцентно «кое-что».

Сокол рассмеялся, и в его смехе слышалась принужденность.

– Разве я похож на мертвеца?

– Вы непохожи, – мягко заметил я. – Вы он и есть. Уж поверьте мне. Или ваш хозяин не рассказал о плате, которую приходится платить за службу? В награду за верность лорд Сокол стал всего лишь сосудом для другого сознания. Еще более мертвого, чем сейчас.

Демон отшатнулся.

– Я не понимаю. Вы безумец, лорд Янус?

Я улыбнулся и промолчал, отворачиваясь к Ворону:

– Кажется, лорд Горечь говорил, что ждет нас где-то через полчаса? По-моему, нам следует поторопиться.

Сокол смотрел вслед имперцу. И чувствовал, как холодеют пальцы рук. Проклятый посол что-то знает. Что-то, чего не знает сам Сокол. Этот почти безмятежный, словно голубая бездна неба, взгляд увидел нечто. Кринит не мог ошибиться в выражении холодных голубых глаз. Янус уже встречался с такими, как Сокол. Несомненно. И это знание давало ему власть.

Летящий резко развернулся и вышел из зала. Ему срочно нужно было доложить повелительнице результат наблюдений. Теперь становилось ясно, почему именно этого демона послали в Крин. Он пришел не просто получить выигрыш, это разведка боем. Понятно, что не просто любопытство двигало имперцем, когда он выяснял обстоятельства гибели своих родителей. Ведь эти двое тогда почти вплотную подобрались к тайне повелительницы.

Сокол остановился перед апартаментами своей госпожи.

– Входи, Сокол, – раздался из-за дверей мелодичный голос. – Я ждала тебя.

Летящий вошел и остановился, глядя на герцогиню Горгону, сидевшую в кресле рядом с хрупким чайным столиком.

Демонесса поставила чашку и поднялась. Ее длинные волосы-змеи шевельнулись и поднялись, разглядывая гостя тысячью змеиных глаз.

– Тебе есть что мне сообщить, Сокол?

– Да, госпожа, – опустился на одно колено демон. – Посол Темной империи что-то знает. Он понял, что я представляю собою.

– Перескажи дословно ваш разговор, – приказала Горгона.

И таким холодом веяло от подруги императора Рубина, что Сокол почувствовал какой-то первобытный страх перед нею. Впрочем, это случалось довольно часто, и, загнав страх глубоко внутрь своей проклятой души, он принялся рассказывать.

5

Герцогиня Горгона задумчиво рассматривала узор на стене. Багровые и черные тонкие линии завораживали, но демонесса не видела их. Сокол ушел полчаса назад, но она никак не могла отделаться от мысли, что чего-то не учла или недопоняла. Почему этот демон так раскрылся? Что или кто стоит за ним? Он, несомненно, сталкивался с Изначальными. А если так, то становилось ясно, что было в письме Рубину. Суран явно сообщил своему дяде о случившемся во времена раскола. И в этом деле каким-то образом замешан этот Янус.

Как и его родители, он оказался чересчур осведомленным. Но в отличие от своих родителей, парень решил действовать сразу, а не разнюхивать и выпытывать. Это означало, что у него не так уж много времени. Но и герцогине стоило поторопиться.

Возникал вопрос, следует ли допускать встречу посла и императора. До нее осталось меньше четырех часов. И решение требовалось принять быстро.

Тем более даже ее людям не сравниться с Горечью, которого Рубин поставил охранять имперца.

К тому же Горгоне уже доложили, чем занимался Янус до своего прибытия во дворец. Выяснил ли он то, что там происходило на самом деле? И что хотел выяснить?

Герцогиня резко выпрямилась, ее волосы-змеи тревожно зашевелились.

– Не может быть, – прошептала демонесса. – Этого просто не может быть! Он слишком молод и слаб...

Я улыбался исключительно про себя, лицо оставалось бесстрастным. Несомненно, этот парень побежал докладываться своей повелительнице. А эта демонесса не из тех, кто размышляет слишком долго. Она будет действовать. Оставался один интересный вопрос: поняла ли Горгона, что я собираюсь сделать? Изначальные были кровожадными, но не дураками. Однако они всегда недооценивали противника. А Горгона к тому же долго жила среди кринитов и просто пропиталась убеждением, будто имперцы ни на что не способны. Тем более ей так легко удалось убрать предыдущих послов – моих родителей.

Правда, для этого ей пришлось лично контролировать ситуацию.

Герцогиня достаточно долго плела здесь свои сети, и могло случиться так, что ее самоуверенность сыграет мне на руку.

Главное – я уверен: Рубин знает. И ему не по душе происходящее.

– Господин? – От размышлений меня отвлек голос Тамира.

Я поднял голову.

– Какие будут указания, повелитель? – Адъютант смотрел на меня ожидающе.

Я поднялся из-за стола. До аудиенции у Рубина оставалось часа три.

– Передай каждому из наших, если будет схватка, то противника не просто убивать, но желательно уничтожать огнем. Любой кринит может оказаться зараженным. Изначальная развлекалась здесь начиная со времен раскола. Кто знает, какова ее армия на данный момент.

– Слушаюсь, повелитель. – Мой адъютант поклонился, но не тронулся с места.

Я усмехнулся:

– Тамир, запомни еще одно. Не недооценивай ни кринитов, ни меня, ни уж тем более нашего императора. Мы обязаны выбраться отсюда живыми. Иначе император Суран достанет нас и с того света. Это его личный приказ.

– Даже если не удастся уничтожить Изначальную, мой повелитель? – Бес смотрел на меня удивленно.

– Ты правильно понял. У нас другая цель.

Он поклонился и вышел.

Все-таки я хорошо выдрессировал своих подчиненных: дальнейших вопросов не последовало.

В этот момент дверь приоткрылась, на пороге снова стоял Тамир. Он поклонился:

– Мой повелитель. Вас просит о встрече герцогиня Горгона.

Я поднял на него глаза:

– Впусти.

Повелитель Иллюзий встретил гостью стоя:

– Герцогиня.

– Лорд Янус. – Она обворожительно улыбнулась. – Рада познакомиться с вами.

Голубые глаза смотрели холодно.

– Не лгите, леди. Мне не следует лгать. Я разглядел вас еще на турнире. Но в тот момент не совсем понял, что же видел. Я раскрылся перед Соколом специально, чтобы вы пришли ко мне.

Она перестала улыбаться:

– А если бы я стала действовать не так, как вы предполагали? Если бы для начала попыталась уничтожить вас, лорд Янус?

Демон качнул головой, отрицая:

– Нет, госпожа. Вы намного осторожнее Танцора. И проницательнее. Изворотливее... Потому что вы слабее его.

Она выпрямилась, и волосы-змеи окружили лицо скользящей, гневной массой. Разъяренные гады шипели и готовы были плеваться ядом по первому приказу своей хозяйки.

– Что такой молокосос, как ты, может знать?!

– Многое, – оборвал ее голубоглазый демон. – Многое. И позвольте заметить, вы сами раскрылись, когда убивали моих родителей. Вы запаниковали, когда леди Жадеит попыталась соблазнить Тумана и получить часть его крови и силы. Вы не знали, для чего ей это потребовалось, и решили, что она каким-то образом заподозрила вас. Это и было ошибкой, леди.

– Ошибкой? – Герцогиня знала, что отпираться бесполезно. И не собиралась этого делать. Убить надменного демона было делом пары минут, и она уже приняла решение. Однако необходимо выслушать его.

– Да, ошибкой. Она хотела вовсе не доказательств. Леди Теней до конца своей жизни и не подозревала, кем являетесь вы и чем мог стать Туман. Она лишь видела силу Тумана и собиралась воспользоваться ею в своих целях. Однако благодаря вашей ошибке леди Теней и Снов создала самое совершенное свое творение...

– Она же умерла, – снисходительно улыбнулась Горгона.

Посол взглянул на нее, и впервые за все время жизни среди кринитов демонесса почувствовала холод в душе.

– Так же как и вы, леди, – тихо прозвучало в кабинете. – Так же как и вы.

– Что ты имеешь в виду?!

Он грустно усмехнулся:

– Вспомните мой бой с Туманом. Вспомните, как вы благословили его. И кто пришел благословить меня... А еще подумайте, куда исчезло тело Тумана.

– Призрачное состояние...

И тут Горгона все поняла. Она задумчиво смотрела на посла империи. И в голове Изначальной впервые зародилась мысль, что, возможно, она ошиблась, обосновавшись среди кринитов. В Темной империи явно обретались более интересные личности и имелись более существенные возможности. Об этом говорили и ее разведчики, которые работали с кланом Крови. А ведь даже эти изгои сделали больше, чем удалось ее солдатам в Крине.

Герцогиня обворожительно улыбнулась, змеи послушно легли спокойной волной вокруг лица.

– И что же за оружие создала ваша мать?

Лорд Иллюзий усмехнулся и поклонился:

– Позвольте сохранить это в тайне.

– Я и не надеялась услышать ответ. Хорошо, тогда, может, вы скажете мне, откуда вам известно о Танцоре?

Демон вздохнул, его глаза потемнели:

– Мы с ним встречались...

– Вот как... – задумчиво отозвалась герцогиня. – Значит, этот надменный ублюдок все же нашел себе тело. Что ж, лорд Янус, мне есть о чем подумать...

Посол Темной империи вздрогнул и покачал головой:

– На вашем месте я бы не радовался раньше времени. Император Суран уже загнал Танцора обратно за Стену...

– Что тогда вы делаете здесь? – холодно осведомилась Горгона. – Чего хотите от меня?

– От вас? Ничего. Главное, чтобы вы не стояли у НАС на пути. Императору Сурану очень не понравилось, что Танцор помешал его планам. Примерно такое послание мне и приказано передать Рубину. А прибыл именно я, потому что за троном Рубина стоите вы...

Горгона оскалилась:

– И ты думаешь, что я поверю?

Он слегка поклонился:

– Моя работа дипломата заключается именно в этом. Чтобы вы поверили...

– Издеваешься? – прошипела демонесса.

– К сожалению, не имею права, – скривился Янус с неподражаемой искренностью. – Вы Изначальная. А я всего лишь один из ваших потомков...

Горгона гневно сощурилась. Этот наглец переходит всякие границы, но убивать его теперь неразумно. Пусть встретится с Рубином. А потом она узнает, о чем разговаривали эти двое. Одно понятно: сейчас придется подождать с его уничтожением. Если мальчишка каким-то образом загнал Танцора обратно... Это о чем-то говорит. Надо понять, чего же он все-таки добивается.

– Простите, леди, – поклонился имперец. – Я вынужден покинуть вас, так как аудиенция с императором Рубином через час. А мне еще нужно подготовиться...

Она фыркнула и развернулась к дверям:

– Живи пока, мальчик. Живи. А там посмотрим.

И герцогиня Горгона исчезла за дверью.

6

Я медленно опустился на стул, оттягивая воротник мундира. То, что я был на грани, – это несомненно. Однако и информацию я получил поистине бесценную. Только от одного хотелось плеваться: Танцор все же был мужского пола. Хорошо бы, Макс не узнал. А то мне вовек не отвязаться от его подколок и двусмысленных предложений повеселиться. Кровь сирен в его жилах и без того периодически отравляла мне жизнь.

В кабинет заглянули Тамир и Горечь. Оба бледнее простыней.

– Вы живы, – облегченно вздохнул кринит. – Против леди Горгоны я мало чего стою... Как вам удалось?

Я хмыкнул. Забавно было видеть этого самоуверенного типа в такой панике и слышать его собственное признание в слабости.

– У меня длинный язык, – сжалился я над его мучениями. Тем более он, кажется, напугал Тамира тем, что тут, в кабинете, после посещения любовницы императора валяется только мой хладный труп. – А леди явно неравнодушна к загадкам. Особенно тем, которые я умею загадывать. Мне кажется, или вскоре я должен предстать перед императором Рубином?

– Не кажется, – помрачнел лорд. – Жду вас через полчаса у ваших апартаментов. Никакого оружия. Магию вашу придется связать...

Я одобрительно наклонил голову:

– Ну наконец-то я вижу хоть какие-то меры безопасности по отношению к вашему императору.

И прежде чем Горечь успел ответить, обратился к Тамиру:

– Подготовь все, как я приказал.

– Да, повелитель. – Мой адъютант безукоризненно поклонился.

Император Рубин встретил меня в своем кабинете, где были задернуты все до единой шторы. Он был погружен в какие-то мысли и, когда я вошел, поднял на меня затуманенный алый взгляд, необычайно похожий на взгляд моего собственного императора.

– А, лорд Янус. Ну наконец-то вы до меня добрались. Я слышал, вы взбудоражили весь мой дворец.

Я поклонился:

– Для ваших подданных я настоящая экзотика, ваше величество. Они запутались в своих противоречивых желаниях.

– Что ж, прекрасно понимаю их. Мне доложили, что даже леди Горгона вами заинтересовалась.

– У нас был весьма любопытный разговор, – улыбнулся я уголками губ.

Рубин поднялся из кресла и повелительным взмахом руки отослал охрану, которая меня сопровождала. Едва последний скрылся за дверью, в меня вцепился жесткий взгляд.

– И как вам герцогиня?

Я честно ответил:

– Вы играете не просто с огнем. Если ЭТО разгорится, его невозможно будет потушить.

– Ты понял, кто она такая...

Я уточнил:

– Я уже встречался с такими, как она.

– Замечательно. – Император прошелся мимо меня, заложив руки за спину. – Значит, это ты помог Сурану загнать второго такого же обратно за Стену. Кто это, кстати, был?

Я делано удивился:

– Герцогиня не сказала вам? Это Танцор.

– Так она знала... – задумчиво, словно для себя, произнес император. Потом встряхнулся и остро посмотрел на меня: – Так чего ты хочешь, имперец?

Я пожал плечам и ответил то же самое, что и его фаворитке:

– Чтобы она не стояла на пути императора Сурана... Вмешательство Изначальных нам не на руку.

– Я слышал о завоевательных планах Сурана. Не рановато ли он начал продвигаться вперед? И где гарантии, что не загонит Горгону за Стену, так же как Танцора?

Я был потрясен. Этого я не предполагал. Но я должен был убедиться. И осторожно поинтересовался:

– Вы любите ее столь сильно?

– Вы любите ее столь сильно? – Тихий голос имперца проник в сознание, и Рубин поневоле вскинулся, впиваясь взглядом в дипломата.

– Что ты можешь понимать...

– Многое. – Твердый взгляд синевы. – Танцор пришел в облике женщины. Однако он был нетерпелив, в отличие от Горгоны. А я был совсем мальчишкой...

– Ты и сейчас мальчишка.

Рубин попытался избавиться от чувства завороженности, которое вызывали безмятежно синие глаза – совсем недавно они были голубыми, он точно помнил.

– О нет! – И повелитель Иллюзий посмотрел куда-то мимо Рубина. – Когда ломаешь шею любимой женщине, взрослеешь моментально. А когда эта женщина восстает спустя десятилетие из могилы, чтобы забрать твое тело и душу, ты понимаешь, что это еще хуже, чем думал и знал... Ты отрубаешь ей голову и самолично передаешь ее императору для заточения... Не думаю, что я до сих пор такой уж мальчишка, ваше величество.

А Рубин уже понял, почему Горгона не убила этого демона и как он сглупил, отпустив охрану. Магия имперца была связана. Но та магия, о которой они знали. А та Сила, что появилась в этом мальчишке – нет, воине, – не так давно, бушевала сейчас в его зрачках.

– Ты предлагаешь мне отрубить Горгоне голову своими собственными руками? – тихо поинтересовался император.

Лорд Янус вздрогнул и словно пришел в себя:

– Я ничего не предлагаю вам, ваше величество. Вы все для себя решили сами. Давным-давно. Тот путь, которым пошел я, для вас неприемлем...

– Думаешь, я уже заражен?

Лорд снова качнул головой:

– Нет. И я это вижу. Ей не потребовалось заражать вас. Вы слишком ее любите. Ведь именно страсть к Горгоне толкнула вас на раскол, я прав? Вы уже столько всего сделали, что отказаться от этого не сможете, потому что у вас тогда не останется ничего...

– Ты слишком прямолинеен для дипломата, – тихо заметил император Крина. – И ты только что напрямую заявил мне, что я стар.

– А я молод, – подарил ему горькую усмешку этот невыносимый имперец. – И могу разговаривать с вами только напрямую. Это понимаю не только я. Но и герцогиня. Она ведь тоже никогда вам не лгала? Вы сразу знали, кто она такая. И знали, на что идете ради нее. У меня все было по-другому... Я очень не люблю, когда меня предают.

– Вы в своей Темной империи все такие, – грустно улыбнулся Рубин. – Хорошо, я постараюсь сделать так, чтобы Горгона не встала на пути Сурана. Это тебя удовлетворит в качестве ответа?

Взгляд посла стал предельно сосредоточенным.

– Настолько сильно любить...

– Да, лорд Янус. – В кабинете материализовалась из темной дымки изящная фигура. – И эта любовь взаимна. У вас в империи умеют так любить?

Тихий двойной вздох потряс пространство. Рубин смотрел на нее и чувствовал, как боль рвет его сердце на куски. А голос проклятого демона резал прямо по живому:

– Вот вы и обманули его, госпожа. Неужели я так вас напугал?

– Ах ты тварь дрожащая! Выродок!

Герцогиня на глазах теряла свою красоту, трансформируясь в чудовищную фурию. Ее змеиные волосы шипели на разные голоса. Сверкнули металлом удлинившиеся когти. Мелькнула тень. И мелодичный звон встретившейся стали.

Потрясенный Рубин увидел, что в руках его гостя сверкают два клинка. Тех самых, которыми он победил Тумана в поединке. Как? Все его оружие должно было быть у Горечи!

– Живые клинки! – Шелест страшного женского голоса. – Империя еще помнит секрет их изготовления?

– Это была добровольная сделка, – усмехнулся в изуродованное яростью и трансформацией лицо Янус. – Именно ими к тому же я отрубил голову Танцору. Не хотите попробовать их на вкус, госпожа?

Яростный рев оскорбленного чудовища.

Император Крина очень четко понял, что кто-то сейчас ляжет здесь мертвым.

Он одним рывком пересек комнату, уже осознавая, что опоздал. Сияющая сталь вошла в плоть и замерла, не имея возможности двинуться дальше – руки императора железными тисками зажимали тонкие запястья посла.

Синие глаза с темными безднами зрачков как ледяные колодцы встретили алые.

Герцогиня отшатнулась, снимая себя с меча, и медленно опустилась на ковер.

– Жаль, что я встретил тебя только теперь, – мягко улыбнулся Янусу Рубин. – Возможно, тогда бы не было раскола.

«И все-таки все еще мальчишка», – подумал он про себя, видя, как расширяются темные зрачки, поглощая синеву.

Император отпустил запястья посла:

– Уходи, Янус. Сейчас тебе лучше уйти. Горгона моя, и только моя. Не тебе и не Сурану решать ее судьбу. А тем более мою. Я выслушал тебя и понял, что хотел сказать мне твой император. Думаю, ты понял мой ответ.

Повелитель Иллюзий взглянул ему в лицо:

– Вижу, что ты его понял. Хорошо.

И Рубин опустился на колени рядом с Изначальной, рядом со своей леди, и положил руку на ее рану. Ее змеи ластились к нему как осиротевшие любимицы.

Янус мрачно смотрел на него.

Император почти гневно вскинул голову:

– Убирайся, Ян! Пока я не забрал тебя у твоего императора и не сделал своим!

Имперец вздрогнул и вылетел из кабинета, захлопнув за собою дверь.

– Господин! – Тамир рванул мне навстречу, но резко остановился. Умный мальчик.

Я взглянул на лорда Горечь, который мрачно созерцал мои клинки, обагренные кровью.

– Идите туда, лорд. Императору потребуется ваша помощь. Я ранил леди Горгону.

– Это невозможно!

– Все в этой жизни возможно. Возможности – это весьма безграничное понятие. Особенно если с перепугу, – криво усмехнулся я. – И не волнуйтесь, ваша охрана приглядит за мною до ваших или императорских дальнейших распоряжений. Хотя что-то мне подсказывает, что нас довольно быстро отправят домой. Я встал поперек горла даже его величеству.

Кринит резко вошел в кабинет.

Очень хорошо. Я устало прислонился к стене:

– Ну и денек.

– Вам надо отдохнуть, повелитель. – Тамир остановился рядом, встревоженно рассматривая мое лицо.

– Надо. Очень надо, Тамир. А еще я бы не отказался перекусить.

7

– Мне приказано сопровождать вас. – Он стоял почти потупив глаза.

Мальчик боялся меня еще больше, чем в нашу прошлую встречу. Однако в наклоне его головы я читал искреннее восхищение. Так восторгаются слабые, когда сильные уничтожают их врагов и обидчиков.

История о том, что я сражался с леди Горгоной и остался жив, расползлась, видимо, по всему Крину. А дополнение к ней о том, что я послал лорда Горечь на верную смерть и этот хитроумный демон поддался мне, было просто шедевральным.

Действительно, я убил Горечь тем, что послал его в кабинет, где Изначальной срочно требовалась энергия для выживания... И император согласился пожертвовать своим лучшим воином и стратегом ради безответной любви. А может, он просто не успел помешать?.. Говорят, Горгона и Горечь не лишком ладили между собою.

Я склонялся ко второй версии, не так уж я и наивен. А император достаточно опытен, чтобы запросто потерять такого воина, как Горечь. Особенно накануне войны.

Я переплел пальцы рук, аккуратно уложил ладони на поверхности стола и только после этого взглянул на своего юного гида.

– Странно, что тебе приказали продолжать сопровождать меня... Ведь мы покидаем Крин.

На меня посмотрели с тихой ненавистью:

– Его величество лично приказал мне проводить вас до самой границы. И проследить, пока вы не скроетесь из виду.

– Ага. А почему не кто-то поопытнее? И поопаснее? Он сказал что-то на эту тему?

– Сказал, – юноша опустил глаза. – Сказал передать вам, что терять лучших воинов ему надоело.

Наверное, это горько, малыш, когда император напрямую сообщает тебе, что ты никчемен. Наверное, именно поэтому ты сразу из его кабинета направился в апартаменты раненой герцогини. Какая жалость... Его императорское величество Рубин действительно не любил терять своих людей. Он сделал все, чтобы ты не достался мне. Даже убил тебя своими собственными словами.

– Хорошо, Ворон. Я понял. Спасибо.

Он поклонился и вышел.

Я откинулся на спинку стула и горько улыбнулся. Да, ваше величество, вы достойный противник. Жаль, что мы по разные стороны баррикад.

И я долго не забуду вашу угрозу сделать меня своим. Вы разгадали мои планы насчет Ворона. Мальчишка все-таки умрет. И я постараюсь сделать все, чтобы он не успел воспользоваться своим смертельным сюрпризом.

А пока пусть потанцует.

Ворон лежал на кровати и рассматривал потолок. Его терзала тоска. Он знал, что умрет. Он сам выбрал свою смерть. Наконец-то сам. Он больше не игрушка в руках кого бы то ни было. Ни императора, ни лорда Януса, ни своих братьев. Они все послали его на верную смерть. Однако он нашел четвертый путь. И свою смерть он выбрал сам.

Жаль, конечно, что этот синеглазый, загадочный и восхитительный лорд Янус умрет. Однако он ни во что не ставил Ворона. Хотя сам ненамного старше его. Что ж, воспользовавшись кипящей ненавистью леди Горгоны, он сможет отомстить надменному имперцу, вызывающему в его душе столько противоречивых чувств.

Юноша улыбнулся и повернулся на бок. Ворон собирался как следует выспаться перед завтрашней дорогой.

Но дребезжащий звук стекла заставил его насторожиться.

Ворон приподнялся на локте. Створки окна оказались открытыми, а на подоконнике замерла стройная фигура.

– Эй, птенец, ты спишь?

Знакомый голос лорда Януса.

– Что вам угодно, господин? – Ворона пробрала невольная дрожь ужаса.

– Не спишь. – В голосе чувствовалось удовлетворение. – Давай вставай, и пошли.

– Куда? – Но Ворон уже покорно соскользнул с постели и натянул брюки.

– Танцевать, – легкомысленно заметил имперский демон.

– Что делать? – замер юноша.

Но фигура уже исчезла за окном, бросив только:

– Меч не забудь.

Силуэт кружил вокруг, и мечи с каким-то почти мелодичным звоном соприкасались друг с другом. Ворон запыхался, меч стал почти неподъемным, руки казались непослушными, а силуэт все кружил вокруг и кружил. А потом внезапно все остановилось. И темные из-за темноты ночи, их окружающей, глаза с непонятным чувством взглянули на кринита.

Юноша почувствовал себя неуютно и решил заговорить первым:

– Вы часто так... танцуете?

– По-разному, – пожал плечами тот. – У тебя есть потенциал. Если бы я забрал тебя в качестве подарка к себе, то ты научился бы танцу намного быстрее Змеевика, которого я модернизировал, чтобы он хоть немного соответствовал моему уровню.

– То есть у вас нет достойного противника? – удивился Ворон.

Лорд Янус рассмеялся, и это было очень... увлекательное зрелище.

– Есть, конечно, птенец.

Даже прозвище сейчас звучало необидно.

– Любой из Великой Четверки или сам император...

– А император Рубин? – поддался соблазну Ворон.

– Император Рубин, – задумчиво повторил демон. Он смотрел куда-то мимо, в сторону. – Он очень опасный танцор. Настолько опасный, что я чуть было его недооценил. Очень плохо, когда он твой противник. А недавно я его чуть было не переоценил...

Кринит удивился:

– Разве это плохо?

Посол посмотрел на юношу с каким-то непонятным Ворону чувством. Жалостью? Снисходительностью?

– Для демона всегда важна точная оценка противника. И та и другая крайность одинаково опасны.

– Наш наставник всегда говорил, что лучше переоценить противника, чем его недооценить... – неуверенно возразил юноша.

– Дурак ваш наставник, – раздалось в ответ. – Например, вспомнить ваш вызов империи. Каину ее противник недооценил, а Туман меня переоценил, когда увидел леди Теней и Снов. Он стал слишком осторожным, на этом я его и поймал... Зато мы с Каиной подготовились так, чтобы максимально четко знать, что представляют собою наши противники.

И Ворон решился:

– Я опасен для вас?

Молчание и неохотный ответ:

– Нет. Ты слишком предсказуем для этого, птенец. Тебе еще танцевать и танцевать. И танцевать так, чтобы ноги в кровь... Вы, криниты, весьма расслабленные существа, особенно молодежь. Поэтому я и сильнее тебя, Ворон, хотя разница в возрасте у нас от силы года три...

Демоны замолчали; кринит чувствовал, как внутри поднимается волна ярости и возмущения. Что этот имперец возомнил о себе и своей замшелой империи!

– Надо поспать. – Голос Януса был бесстрастен. – Завтра нам в дорогу. Хорошей ночи, Ворон.

Тот промолчал, опасаясь, что его горечь и ярость выплеснутся раньше времени. Но посол и не ждал ответа. Он молча ушел в ночь.

Я рухнул на постель, чувствуя, как танец все еще пытается вырваться из тисков, в которые я его загнал.

Бедный, глупый мальчик. Он так ничего и не понял. Его мышление – это мышление ребенка.

В империи с таким мышлением и повадками до его лет просто не доживали.

Он жертва. Теперь я знал это окончательно. И именно поэтому его отправили ко мне. Разменная фигура. Еще бы знать, на какую ключевую фигуру его собирались разменять.

Из него действительно мог бы получиться танцор, я не врал ему. Но его время пришло. Жаль. Очень жаль. И я задремал, чувствуя, как принятое решение уютно устроилось у меня где-то в груди.

8

Вечером посольство должно достигнуть поста стражи. Того самого поста, где мы появились в первый день нашего пребывания у кринитов. Я уже начал беспокоиться немного, так как одно дело было не завершено.

Это не очень хорошо, так как складывалось впечатление, будто я что-то упустил. А любая ошибка могла стать катастрофой.

– Вы волнуетесь, лорд Янус? – В голосе Ворона слышалась снисходительная улыбка.

Что ж, пусть паренек немного себя потешит.

– Есть немного. Я здесь в прошлую нашу встречу потерял любимца и думал, что найду его на обратном пути... Однако что-то его не видно.

– Любимца? – Кринит побледнел. Еще бы, я только что сообщил, что у меня был свой шпион, а он ничего не знал об этом и, естественно, не доложил своему начальству.

– Да. Такой непоседа...

– Я не видел с вами никаких животных или кого-то похожего, – возразил юноша.

Я улыбнулся:

– А вы и не могли видеть, лорд Ворон.

– Чем дальше мы от столицы Крина, тем вы становитесь приятнее в общении, – проворчал он.

– Я подумал, что вы заслужили, – улыбнулся я.

И в этот момент над нашими головами раздалось переливчатое курлыканье.

– Дракончик! – потрясенно выдохнул Ворон. – Но откуда?..

Я остановился и протянул руку. Таро, радостно курлыкая, вцепился когтями в мое запястье и тут же из объемного начал перетекать под рукав рубашки на кожу.

– Что?..

– Это Таро, – любезно пояснил я. – Мой любимец. А не видели вы его по той простой причине, лорд Ворон, что Таро – это живая татуировка. Видимо, он был очень недоволен тем, что я вымок в нашу с вами первую встречу, и, тихонько покинув мое тело, отправился по каким-то своим делам.

– Охотиться за информацией, – закусил губу кринит, напряженно разглядывая мою руку, по которой скрылся дракончик.

Я мягко улыбнулся:

– Я же говорил, что вы далеко пойдете, лорд Ворон. Не такой уж вы и птенец. Только вот одному вам точно стоит научиться...

– Это чему? – язвительно осведомился Ворон, напряженно что-то обдумывая.

– Лгать, – серьезно ответил я. – Лгать так, чтобы это всегда было правдой.

– Как вы, что ли?

– Хотя бы как я. Я же не могу ставить вам в пример леди Каину. Вы ее просто не знаете. Только по картинкам, наверное. А теперь не мешайте мне...

Я тронул каблуками бока своего коня. И продолжил движение, не обращая внимания на возмущенного кринита. Я принимал информацию от Таро.

Меня еще в самом начале нашего путешествия заинтересовал вопрос, почему нас в столицу не перебросили порталом, а заставили двое суток трястись по дорогам своим ходом.

Теперь я знал ответ. Магический фон Крина был очень тяжелым. И если в самих городах порталы создавались с легкостью из-за большого количества энергии, то между ними...

Для создания портала требовались огромные ресурсы

А их у кринитов просто не было, потому что все ресурсы скапливались в столице как в ядре империи. За счет этого они еще и были защищены от неожиданных внешних проникновений. Противнику тоже требовались огромные энергозатраты.

Самое же худшее, что мне сообщил Таро, это то, что он увидел по всей империи Крина. Горгона раскинула сети давно и постоянно их расширяла. Она сидела как паук в центре паутины. Все ниточки вели к ней. И естественно, что все энергетические ресурсы также были ей во благо, иначе бы их не сосредоточили в столице.

Однако не стоило недооценивать Рубина. Он вовсе не был ослепленным дураком. Он наверняка продумал дополнительную защиту...

Я удовлетворенно кивнул, когда получил нужный образ. Вот так-то... Надо будет постараться не попадаться больше Рубину на глаза. А то еще выполнит свою угрозу.

Перед мысленным взором появился еще один образ, и я невольно вздрогнул. Даже так?

– Что-то случилось? – подал голос Ворон. И язвительно добавил: – Ваш шпион напугал вас?

– Скорее поразил, – пробормотал я. – Можно сказать, что я получил официальное приглашение на танец... Ваш император та еще штучка.

– Он засек вашего шпиона? – иронично усмехнулся кринит.

Да, когда созданию нечего терять, оно становится просто невыносимым.

Но смертника обидеть... и я решил его порадовать:

– Вообще-то он с самого начала знал, что это мой шпион. Именно через Таро Рубин узнал обо мне очень многое, чего ему знать было не обязательно. Таро должен был встретиться с его императорским величеством, чтобы передать истинное послание...

– Истинное послание? – побледнел Ворон. – Так письмо, которое вы привезли...

– Особого значения не имело, – усмехнулся я. – Оно ничего не решало, точнее сказать. Настоящее письмо – это Таро. И я выпустил его не здесь, а в императорском дворце...

– Почему вы все это мне говорите? – выдохнул Ворон.

– Потому, что император Рубин прочитал послание императора Сурана. И не имеет теперь значения, знаете ли вы или не знаете.

– Что было в письме? – выдохнул кринит.

Но я видел его глаза. Он понимал, что там было. И боялся услышать подтверждение.

Я мягко улыбнулся:

– Приглашение на бал. На кровавый бал, – уточнил я, наблюдая, как расширяются его зрачки, когда тонкое лезвие стилета пронзило парню шею.

Тамир аккуратно подхватил бездыханное тело.

– Сожгите, – приказал я. – Он заражен.

9

Да, криниты не могли воспользоваться порталами между своими городами, и это изрядно усложняло им внутреннюю связь. Конечно, Рубин продумал довольно эффективную систему, но проблема в том, что против нас она была абсолютно беспомощна.

Огромный энергетический источник, на котором располагалась наша Темная империя, подпитывал любого своего жителя, где бы он ни находился. Рубин знал это, но забыл. Слишком много времени прошло, да и Горгона постаралась, чтобы он забыл как можно больше об империи и расколе. За это ей можно было сказать отдельное спасибо.

Моей задачей как посла было ослабить Изначальную и выяснить, насколько сильно ее влияние.

Очень удачно получилось убрать и Горечь, он мог быть настоящим источником проблем, как один из гениальнейших полководцев прошлого. Я в свое время учился по его учебникам, между прочим.

Я сказал правду Рубину, что Суран не желает видеть препятствий на своем пути, но это была не просто Горгона. А вся ее страна. То есть империя Рубина. Криниты должны быть уничтожены.

Мы гнали скакунов как сумасшедшие. Время поджимало. По-настоящему его почти и не было. Потому что в тот момент, когда тело забавного взъерошенного птенца по имени Ворон охватило пламя, его госпожа уже знала – задуманное не удалось. Насколько быстро она поймет, что на самом деле происходит? Если герцогиня решится сказать об этом Рубину, то мы уже опоздали. Если же она колеблется, как я и рассчитывал, то у нас оставалось в запасе меньше суток. Именно в тот момент, когда посол империи минует пост стражей, Рубин и сам поймет, что происходит.

В этот раз нас гнал не дождь. Пост мы достигли в три раза быстрее, чем когда прибыли в Крин. Из-за перекрытий, ведущих к выходу за Стену, показалась голова солдата.

– Посольство Темной империи! – возвестил мой адъютант.

– Вы вовремя, – произнес страж и снял шлем.

Густые каштановые волосы рассыпались по его плечам. А сапфировые глаза насмешливо оглядели наш запыленный вид.

– Император Суран ждет доклада, лорд Янус.

Я соскочил на землю и почувствовал, как хочется расплыться в улыбке. Кто бы мог подумать, что я соскучусь по этим таким знакомым лицам.

Все-таки криниты неуловимо, но отличаются от нас. У меня ощущение, что я выбрался из топкого и очень хваткого болота.

Но император ждет. И я нырнул в сторожку, где меня ждал мой господин.

Алые глаза, белые волосы, доспех без каких-либо украшений и синий императорский плащ.

Я опустился на одно колено:

– Мой император.

– Докладывайте, лорд Янус.

– Герцогиня Горгона действительно Изначальная, подчинила себе почти всю империю, однако император Рубин – ее сообщник, а не марионетка. Заражена большая часть Крина. Похоже, Горгона действует уже довольно давно; еще несколько лет – и они начали бы расширение своих границ.

– Мы успеваем? – тихо поинтересовался мой император.

– Впритык, – честно ответил я. – Еще несколько дней – и нас можно было бы списывать со счетов. Мне удалось устранить Горечь и ослабить Горгону на короткий срок. Через пару суток она уже будет полностью излечена. Но император Рубин знает все.

– Он понял, в чем суть приглашения на бал?

– Да, мой император. Он очень опасный противник. И в отличие от Горгоны, весьма хладнокровный. Однако, если нам удастся уничтожить герцогиню, защита Крина потеряет для него смысл.

– Даже так... – протянул Суран. – Ты прав, времени мало. Я считаю информацию с тебя?

– Конечно. – Я склонил голову. Этот демон видел в моей памяти достаточно, чтобы я мог позволить читать себя так легко.

Может, именно поэтому он послал в Крин именно меня. Не только как эксперта по Изначальным, но и как того, кто всегда готов сэкономить ему время, не противясь прямому чтению.

Легкое покалывание в висках, где чувствуются прикосновения императора. Дымка перед глазами...

– Вас пытались заразить, лорд Янус.

– Да. Неудачно, – улыбнулся я, преодолевая слабость.

– Мы начнем атаку через час. Именно к тому времени Ворон должен был подать сигнал о вашем уходе. Однако я сомневаюсь, что Рубин верит в это. Он наверняка подозревает, что мы атакуем сразу.

Я вскинул голову и чуть не пожалел об этом, когда боль ударила по вискам.

– Он дает нам шанс?

– Он стар. Но он самоуверен, – тихо ответил мне мой император. – И, Янус...

– Да, ваше величество?

– Не волнуйся, я тебя ему не отдам. Учти, он попытается забрать тебя, когда мы уничтожим Горгону. Цепляться за жизнь любой ценой – это в крови демона. Особенно такого, как он. Я буду приглядывать за тобою, но и ты не забывай про тылы.

– Да, ваше величество. – Я склонил голову.

Только этого мне не хватало. Стать предметом страсти старого демона, пусть и красивого. Как будто мне Макса с его сиренскими замашками не хватает.

Я вышел из сторожки. Максимилиан тут же заключил меня в крепкие объятия:

– Давно не виделись, друг.

– Давненько, – хмыкнул я. – Знаешь, мы выступаем через час.

– Хорошо. – Он отстранился. – Бегом переодевайся, и мы ждем тебя в зале того здания. – Он махнул рукою, указывая. – Будем вводить тебя в курс дела прямо на ходу.

Я устало передернул плечами:

– Скажи только одно: Хилар привел инкубов?

Лорд Звезд широко усмехнулся:

– Вот придешь в зал совещаний, познакомим тебя с его отцом. И тетей. Шикарная женщина, хоть и змея...

Я недоуменно пожал плечами. Иногда Макс умел изъясняться настоящими загадками. При чем тут змеи? Или у нее, как у Горгоны, прическа змеиная?

Мы с Тамиром поспешили переодеться: пора было скинуть с себя регалии посла. Я становился тем, кем и был все это время, – командиром своей армии. По ходу я начал вслушиваться в доклад Тамира, который, пока я был у императора, разузнал все, что мне требовалось.

Так что на совет я прибыл с полным пакетом информации. У тети Хилара не было змеиной прически. Она была наполовину нагайна, то есть от пояса это была действительно огромная змея.

Порталы открывались по всему Крину. Источник Темной империи давал энергию без перебоя. И из порталов сыпались тысячи и тысячи воинов. С северной стороны – армия суккубов и воины Хаоса под предводительством Хилара, с юга – пустынные воины, которых собрала Каина. Я и Максимилиан атаковали с северо-запада и юго-запада, поддерживая центральные силы, которые вел сам император Суран.

Сложность заключалась в том, что нас задерживала нудная и долгая работа: мы сжигали все живое на своем пути. Только таким образом можно было избавиться от угрозы возрождения Изначальных... Мы не проверяли, кто заражен, а кто нет. Мы сметали всех. Если Крин останется выжженной пустыней, тем лучше.

А потом нас встретила армия Рубина.

История четвертая

Кровавый танец

1

Отряд передвигался, соблюдая максимальную осторожность, несмотря на то что здесь прошел настоящий ледяной смерч, который смел все на своем пути. Вмороженные в лед фигуры встречались повсюду. Бегущие, готовящие заклинания, падающие, прячущиеся. Женщины, дети, воины, демоны и бесы... Таких вот ледяных городов в Крине было несколько. Там, где прошла северная армия под предводительством первого лорда империи Хилара.

Следующий сразу за предводителем бес передернул плечами:

– Сомневаюсь, что мы найдем кого-то живого. Этот лед меня пугает до дрожи. Если кто и остался, то они разбежались и попрятались по норам далеко от этого гиблого места...

– Команда Сариса думала так же, – отозвался его командир. – И где они теперь? Кого сожгли на месте, кто оказался на хирургическом столе лорда Януса. Так что будьте предельно внимательны. Лорд Хилар сказал, что его лед действует не на все виды зараженных... Так что паразиты могли трансформироваться и засесть в засаде где-то тут...

– Но они же глупы как пробки, – возразил кто-то.

– Если ты, Гилиам, встретился с парочкой слабейших, сошедших с ума от ярости паразитов, это не означает, что они все такие. Изначальные не были дураками...

Он прервался на полуслове и насторожился.

Его команда напряженно замерла.

– Трансформация, – отдал тихий приказ командир. – Полная боевая готовность.

И через мгновение на месте людей стояло несколько устрашающих монстров – боевые бесы в полной готовности к бою.

Командир принюхался к воздуху и внезапно зарычал:

– В круговую оборону, отродья!

И тут на них напали. Зловоние, распространяемое паразитами, которые вырвались из тел своих носителей во время атаки первого лорда, выдало их буквально за несколько секунд до нападения. Это ощущение какого-то запредельно омерзительного прикосновения предупредило бесов. И они успели приготовиться к бою. Только никто не ожидал, что зараженных будет так много. Слишком много.

Командир краем глаза видел, как новичку Гилиаму оборвали крылья и перекусили горло так, что голова повисла на одном клочке кожи. Парню уже не применить полученных знаний о том, что паразиты бывают разных категорий.

Позади раздался крик ярости: парочка паразитов полегла под атакующим заклинанием самого разговорчивого члена команды, но тут же из-под земли, пробивая сковывавший его лед, взметнулось еще одно создание и обрушилось всей массой огромного тела на беса.

Третий член команды безнадежно сражался за свою жизнь, хотя знал, что уже мертв. Командир огляделся в поиске последнего из их пятерки и увидел, что тот лежит на камнях, разорванный пополам. Он снова взглянул на выжившего и нахмурился. Кровь сочилась из разорванной ноги. Значит, уже заражен.

Бес отбил очередную атаку, но так как зазевался, любуясь битвой свого подчиненного, тварь умудрилась цапнуть его за запястье. Он яростно взревел. Теперь и он был обречен. Что ж, тогда эти ублюдки сами напросились.

Он начал творить свою последнюю магическую атаку. Никто не уйдет с этого поля боя живым. И он тоже. Но в последний момент, заметив краем глаза тени, метнувшиеся по крышам обледеневших зданий, бес изменил решение.

И по городу покатился огненный вал. Не знающий пощады магический огонь охватывал дома, ледяные мертвые статуи, проникал в мельчайшие щели, уничтожая все, в чем еще оставалась жизнь.

И пока хоть какое-то биение жизни будет в этом городе, огонь не погаснет.

Это было одно из самых страшных сотворенных леди Каиной заклинаний огня.

Помятая, слегка обожженная фигура медленно, подволакивая ногу, удалялась от города. Надо было сразу сжечь его, к Бездне, с ненавистью думал бес, тогда бы вся его группа осталась в живых. И он бы не видел эти проклятые всеми богами тени... Смог бы умереть со своими подчиненными. А теперь еще неизвестно, что его ждет за его верность. Однако вложенные, буквально вбитые в его сознание приказы продолжали жить и выжгли бы его изнутри, если он не будет двигаться в нужном направлении. Доложить лордам.

Бес подключил все ресурсы своего выносливого тела, чтобы побыстрее залечить рану, нанесенную тварью. Ему нужно было попасть на место очень быстро. Телепортироваться он не мог, так как его класс никогда не был к этому приспособлен, а последнее заклинание подобного типа он использовал, чтобы успеть вырваться из города. Так что придется добираться самостоятельно. Ногу подвернул – это не беда, через час будет как новенькая, а вот зараженная рука – это хуже.

Бес на мгновение остановился. Рисковать было нельзя, и одновременно он должен рискнуть. Кто знает, сколько времени проходит от заражения до захвата паразитом носителя.

Командир без команды... И все равно решение только за ним. Он извлек меч из ножен и одним ударом отсек себе руку почти по плечо. Рисковать было нельзя...

Болевые рецепторы он отключил заранее, а магическая заплата, останавливающая кровь, легла в то же мгновение, как его отрубленная рука упала на землю. Руку он сжег.

И однорукий бес в полной боевой форме двинулся к своей цели.

Тамир заглянул в мой импровизированный кабинет:

– Мой повелитель, там требуется ваше присутствие.

– Что случилось? – Я поднял голову от бумаг.

– Пришел один из бесов команды зачистки. Он в ужасном состоянии и, похоже, заражен. Говорит, что должен передать информацию, прежде чем умрет.

Я рывком поднялся из-за стола:

– Идем.

– Вы рискуете, мой господин, – тихо осмелился напомнить мне адъютант.

Я задумчиво взглянул на него:

– Я выгляжу полным дураком?

– Простите, мой повелитель. – Он согнулся в поклоне.

Похоже, в последнее время я стал излишне раздражителен. Если Тамир начал бояться... Что ж, Крин всех нас уже доконал. Этот рассадник Изначальных надо было вычистить в короткие сроки, но он больше походил на муравейник. Разворошили одно гнездо, пошла волна с самых низов. И каждый день приносил нам сюрпризы один за другим.

Я вышел из полуразрушенного здания, где было самое безопасное место на данный момент; поэтому там и располагался мой штаб. Линия моих бесов замерла четкой границей, за которою стоял одинокий, измученный однорукий бес. Он просто стоял и ждал.

Я взглянул на Тамира, который выглядел так, словно его заморозили. Он явно не одобрял того, что я собирался сделать, но боялся сказать это вслух. Я отодвинул одного из бесов и вышел за черту безопасности.

Однорукий смотрел на меня усталыми глазами, не двигаясь с места. Он был в полной боевой трансформации.

Я остановился ровно в двух шагах от него:

– Ты что-то хотел сказать мне, воин?

Он моргнул, словно приходя в себя. А потом опустился на одно колено:

– Господин мой. Мой долг и приказ привели меня, хотя я давно должен лежать мертвым.

– Я понял тебя.

Я действительно понял. Этот бес был из питомников, где корректируются основы поведения еще в состоянии зародыша. Я сам разрабатывал эту программу.

– Господин, мой отряд занимался зачисткой небольшого городка после атаки лорда Хилара. Моя команда была полностью уничтожена, и когда я собирался применить Жаркое Пламя, я кое-что заметил... Наших противников направляли.

– Уточни, где и когда это было. – Я чувствовал, как азарт хлынул по моим венам, смешиваясь с темной кровью. Бес назвал координаты и время – зарево этого города погасло сегодня утром. Воин шел три дня.

– Господин, – позвал меня бес.

– Да? – Я обернулся, удивленный. – Ты еще что-то хотел сказать?

– Да, господин. Я весь путь шел, не выходя из боевой трансформации. Паразит во мне был очень недоволен этим. Он постоянно пытался заставить меня принять более легкую форму...

Я посмотрел этому бесу в глаза. Даже зная, что заложенные мною самим инстинкты заставляют его сейчас говорить все это, я испытывал к нему неподдельное уважение. Заметить такие мелочи... Очень важные мелочи. Мелочи, способные изменить все.

– Как бы ты хотел умереть, воин?

Он вздохнул с облегчением. Ритуальная фраза была ему наградой. Он знал это. Он посмотрел на меня, на Тамира за моею спиною, который все же последовал за мною, хотя и не одобрял моего поступка. Я видел, как он жаждал попросить достойной смерти от моей собственной руки. Внезапно в его осанке появился какой-то стержень. Он принял решение.

– Мое имя Готас, повелитель. Я хотел бы, чтобы ваши ученые выяснили, что мешает этому паразиту...

– Ты отдаешь себя в лаборатории? – Сказать, что я был потрясен, этого мало. Ни один бес добровольно не сунется в лаборатории. Этот только что согласился на нескончаемый кошмар.

– Я слышал, что, когда подопытный сам идет навстречу исследователям, процесс протекает намного быстрее, повелитель. Я хочу, чтобы вы прижали этим тварям хвосты так, чтобы они навечно забыли дорогу к нам.

Я смотрел на этого беса с немым изумлением. А потом, все еще ошарашенный, поклонился ему:

– Твоя доблесть не будет забыта, Готас.

– Спасибо, повелитель. – Он поднялся. В его темных глазах стыла обреченность и решимость одновременно. – Прикажите вашим воинам забрать меня. Я не знаю, сколько еще смогу продержаться. Он очень шустрый, этот паразит.

– Тамир, – бросил я.

– Да, мой повелитель.

Мне даже не надо было оглядываться, когда я уходил. Этого беса спеленают заклинаниями, как куколку насекомого, и переправят в мои лаборатории в Темной империи.

– Ты видел это? – Готас покорно стоял, пока на него накладывали заклинание за заклинанием.

– Видел, – подтвердил офицер. – Наш повелитель – великий воин и ученый. Мы идем за ним не только потому, что такова его воля. В его армии есть множество диких. И нет воинов более верных.

Бес не мог двинуть даже головой, доносился только едва слышный шепот:

– Хотел бы я служить ему.

– Ты и будешь ему служить, – ответил офицер, которого лорд назвал Тамиром. – Ты отправляешься в его лаборатории. Ты только что сам попросился к нему на службу, пусть и таким способом... Подопытный тоже воин.

– Что ж... – Бес уже погружался в волшебный сон. – Постараюсь быть хорошим воином для моего нового господина.

– Кому ты служил до этого? – заторопился внезапно офицер, видя, что бес отключается.

– Леди... – И темные глаза закрылись под тяжестью век.

Кокон с бесом отправился телепортом по назначению.

– Удачного боя, воин, – пожелал Тамир уже закрывшемуся порталу.

2

Я оправил мундир, провел рукою по волосам и постучался.

Из-за двери послышался насмешливый голос моего императора:

– Лорд Янус, мы уже вас заждались, так что вежливость необязательна.

Я открыл дверь и вошел. Мой император, два его лорда и одна леди ждали только меня. Потому что именно я сегодня собрал их всех.

– Надеюсь, повод, по которому мы собрались, достаточно серьезен? – ядовито осведомилась Каина из глубины своего кресла.

В последнее время она стала еще раздражительнее и, если это вообще возможно, безумнее. В отличие от нас, она не собиралась скрывать своего недовольства. И с каждым днем это недовольство возрастало. Впрочем, на ее работоспособность и результаты ее деятельности это никак не влияло. Поэтому император молчал. И терпел. Сила леди была необычайно велика, и потерпеть ее плохое настроение – это не слишком высокая цена. Тем более что мы это ее настроение видели в более-менее сдержанной форме, все-таки мы встречались в основном на советах. А вот ее подчиненным, похоже, приходилось несладко. Я слышал, что с начала кампании она сменила уже трех адъютантов. Несколько расточительно, на мой взыскательный взгляд, но я всегда был консервативен.

– Не сомневайтесь, леди, – церемонно поклонился я. – Благодаря одному из ваших воинов я решился созвать всех.

Я выдержал паузу. Четыре пары глаз смотрели на меня выжидательно. Я улыбнулся:

– Мы можем себя поздравить. Наконец-то мы достигли основания этого нескончаемого айсберга.

Император Суран сжал кулак и внимательно вгляделся в меня своими алыми глазами:

– Лорд Янус, я правильно вас понял? Появились контролирующие?

– Да. Похоже, расходный материал подходит к концу. Я также обнаружил новый вид паразита. Ему требуется интеллектуальный носитель, поэтому если бес в полной боевой трансформации и началось заражение, паразит всеми силами старается обратить носителя в более легкую и соответственно более умную форму.

– Но разве мы не избавились от этого побочного эффекта? – подал голос Хилар. – Наши бесы давно приближены к диким и в боевой трансформации сохраняют разум в полной мере.

– Я бы даже сказал, он обостряется за счет концентрации, – заметил я, скептически осматривая шаткое сооружение в виде стула. – Только вы забываете, лорд Хилар. Мы говорим о НАШИХ бесах. Тех, кого я усовершенствовал. Я получил титул лорда именно благодаря тому, что разработал и подарил империи несколько интересных формул. В числе их была разработка по выводимым в питомниках бесам. Криниты все еще пользуются традиционными способами.

Император согласился.

Я решился все же сесть, и это жалкое подобие стула оказалось на редкость устойчивой и крепкой конструкцией. Только после этого я позволил себе продолжить:

– Господа, понимаете, несмотря на количественное преимущество со стороны паразитов, криниты и Горгона никак не ожидали встретиться с той мощью, которую представляем мы во главе с нашим императором. Она и сейчас плохо представляет, на что мы способны. Думаю, немалое удивление Крин испытал, когда лорд Хилар впервые начал свои эксперименты по заморозке, и это при том, что он до сих пор ни разу не использовал силу Хаоса. Что уж говорить о бесах. Я не ручаюсь, но все же предполагаю, что Изначальные вместе со своими рабами кринитами настолько погрязли в высокомерии, что вряд ли обращают внимание на странное поведение наших бесов во время боевой трансформации.

Мой император усмехнулся:

– Лорд Янус, я бы посоветовал не недооценивать нашего противника.

– Ни в коем случае, мой господин. – Я умудрился поклониться даже сидя на стуле. – Мои выкладки никоим образом не связаны с предположениями.

– Давайте вернемся к тому вопросу, с которого все началось, – подал голос Максимилиан.

Я взглянул в его сторону с сочувствием. Звездному лорду досталось, судя по его встрепанному виду. Просчитывать возможные вариации будущего – это очень сложная задача. Предвидение отнимает много сил, но мы должны быть хотя бы на шаг впереди своих врагов. А желательно на пару-тройку. И лорд Максимилиан нам эти шаги пока обеспечивал.

– Хорошо. Итак, группа бесов попала в засаду. Вот координаты этого места. – Я передал бумаги. – Когда почти вся группа была уничтожена, выживший командир отряда, уже получивший заражение, решил применить огненное заклинание Каины. Он собирался умереть там же, когда заметил тени на крышах зданий. Анализ данных, которые он успел зафиксировать, говорит о том, что это именно те, кого мы ждали. Рабочие закончились, солдаты тоже, королева выпускает своих генералов.

– Вы шутите, лорд Янус?

– Не сказал бы, – покачал я головою. – Изначальная действительно действует как насекомое. Мы же это уже обсуждали...

Император вздохнул:

– Я просто надеюсь все же нащупать у вас хоть какое-то чувство юмора.

Я усмехнулся:

– Можете не беспокоиться, оно есть. Просто настолько тонкое, что я его не всегда сам нащупать могу.

– Горгона знает, что мы заметили эти изменения? – вернулся к теме император.

Мы чуть ли не одновременно повернулись к лорду Максимилиану. Астролог поежился под нашими пронзительно-вопрошающими взглядами. И качнул головою:

– Никаких изменений в ее планах и возможных ответвлениях я не заметил. Когда бес засек этих контролирующих?

– Три дня назад.

– Тогда можете рассчитывать, что с вероятностью процентов девяносто она еще не знает.

Лорд Хилар сосредоточенно произнес:

– Нам все равно не стоит терять время. Как только мы начнем действовать, Изначальная поймет, что мы догадались о ее потерях.

– Ваши предложения, лорд Хилар? – Суран внимательно смотрел на своего первого лорда.

– Послать в сектор инкубов! До сих пор мы придерживали их в резерве и использовали на не слишком сложных участках. Их появление вряд ли насторожит противника.

Я с ходу признал правоту Ледяного.

– Учитывая, что для кринитов все инкубы на одно лицо, вряд ли они поймут, КОГО мы к ним послали, – тихо добавила Каина. – Ты же хочешь послать туда своего отца?

Хилар медленно кивнул.

– Хорошо, – хлопнул по столу ладонью император. – Мы все знаем, что делать. Не забывайте, Горгоне необходимо отсечь голову и доставить мне.

Совещание было окончено. Я пропустил всех и чуть задержался у выхода, оглянувшись на императора.

– Да, лорд Янус?

– Что делать с Рубином, если мы до него доберемся?

– Как получится, лорд Янус. Как получится. Хотя я сомневаюсь, что он позволит взять себя живым.

Я тоже в этом сомневался. Сомнению не подлежало только одно: мы получили явное преимущество в этой бесконечной кровавой бойне.

Я выскользнул наружу и сразу наткнулся на Звездного лорда.

– Секретничаешь?

Я пожал плечами:

– Да нет. Куда мне... Просто уточнил один момент.

– Полчаса свободных есть?

– Хочешь перекусить в моем обществе?

Он устало улыбнулся:

– Мы теперь редко видимся. Могу я посидеть с другом хотя бы полчаса? Кто знает, что нас ждет спустя это короткое время.

– Только давай просто прогуляемся. Мне что-то сегодня кусок в горло не лезет, – сознался он.

Я фыркнул:

– Потому что твой повар – настоящая бездарь. Я бы давно ему все руки-ноги повыдергивал и отдал своему повару. Он бы научил его готовить «бесятину по-королевски».

Максимилиан, любопытствуя, совсем по-птичьи склонил голову:

– А айроды и бесами питаются?

– Он в первое наше знакомство и демоном не отказался бы закусить, – улыбнулся я. – Это же айрод – они могут приготовить еду из чего угодно. И это будет вкусно.

– Может, переманить твоего повара? – задумчиво выдал Маскимилиан.

Я ехидно на него покосился:

– Ну попробуй, красавчик. Только потом не жалуйся, что МОЙ повар притащит мне блюдо из демонятины. Дорвется, не отобьешься. Он так ведь и не смог тогда приготовить настоящего демона. А тут такой шанс.

Мы оба рассмеялись.

Почему-то в мирное время мы только и делали, что шутили, тренировались с мечами... А сейчас, после того как оба окунулись в эту кровавую мясорубку под названием Крин, оказалось, очень приятно побеседовать на такие вот легкие темы. Немного расслабиться и повеселиться. Пусть всего на полчаса.

– Плохо выглядишь, – наконец осмелился заметить я.

– Знаю, – помрачнел сын сирены. – Выглядеть так, как сейчас выгляжу я, – это верх неприличия для любой сирены, а уж для демона из моего рода и подавно. Но мне приходится призывать видения и вслушиваться в голоса небесных светил близких и далеких по нескольку раз за день. Когда все трактаты не рекомендуют этого делать более чем три раза в неделю. Я величайший астролог и предсказатель, но даже для моей силы есть границы, за которые не стоит ступать. Нам лучше побыстрее закончить с этой войной, Ян.

Макс не хвастался, он констатировал факты. Действительно, за всю историю нашей империи не было величайшего астролога, чем он. Думаю и среди Изначальных не встречалось такого уникума.

– Побыстрее – это просьба или совет астролога? – задумчиво поинтересовался я.

Сапфирово-синие глаза, потемневшие от усталости, мрачно посмотрели на меня, словно пытались пронзить насквозь. Наконец он ответил:

– Ян, ты знаешь свою главную особенность?

– Какую? – невозмутимо отозвался я.

– Я имел в виду, что ты очень правильно умеешь задавать вопросы.

Я остановился и внимательно вгляделся в его лицо. По позвоночнику пробежал холодок.

– Значит?..

– Если мы затянем эту войну, – почти отсутствующим голосом заметил он, – будет еще один прорыв. И нам придется иметь дело еще с одним Изначальным. Горгона тянет время.

Я понимал, что то, что мне сейчас сказал Макс, он знал давно, но сам не понимал значения своего знания. Мой вопрос помог ему увидеть конец той цепочки, которая все это время крутилась в его голове.

– Похоже, необходимо предупредить императора, – тихо заметил я.

– Иди, – сказал лорд Максимилиан. – Мне надо вернуться к себе. Проверить кое-что.

Я отсалютовал. Да, иногда дружеский разговор превращается в нечто большее. Посылая мысленный срочный вызов, я быстро зашагал обратно к императору. Макс же открыл портал и шагнул прочь. Ему предстояли бессонные сутки.

– Вы уверены? – Суран смотрел на меня, но я не мог понять, о чем он думает. Красные глаза альбиноса были непроницаемы.

– Лорд Максимилиан уверен, – поправил я своего господина.

– Это похоже на правду. Озарение настигло его уже после того, как совет был окончен?

– Да, мы решили прогуляться немного, – признался я. – Давно не общались на простые темы. Война отнимает много времени.

– И эти простые темы вывели нашего астролога на окончание логической цепочки, которую он никак не мог завершить, – усмехнулся Суран. – У меня потрясающие подданные.

Он тяжело поднялся:

– Прозрение лорда Максимилиана лишило меня тех часов сна, которыми я только что хотел воспользоваться. Пойду проверю Стену.

Я молча поклонился.

– Вам, лорд Янус, придется побыть некоторое время моим телохранителем.

– Слушаюсь, мой господин. – Я отвесил официальный поклон, почувствовав его уместность.

Император внимательно (словно подтверждая для себя мой новый статус) осмотрел своего свеженазначенного телохранителя.

– Держите свои чудо-мечи наготове, – тихо посоветовал он. – Я ухожу в портал, который полностью закрыт не будет. Любое создание, проникнувшее с той стороны, даже если это будет просто пыль, должно быть уничтожено. Исключая меня и того, что я вытащу с собою. Хотя обычно я ничего не таскаю из таких мест. Но подозреваю, что нам предстоит познакомиться с кем-то новеньким.

Предчувствие императора – это серьезно. Я извлек оба меча из ножен. Они отозвались тихим мелодичным звоном, словно отдавали салют.

– Надо же, они у тебя еще и говорящие, – пробормотал Суран.

Он взмахнул рукою, второю что-то начертил в воздухе. Да, такие порталы простым усилием и мысленным приказом не открываются. Им требуется подтверждение доступа.

Линии рисунка на какое-то мгновение замерли в воздухе, а потом вспыхнули нестерпимым светом и растворились, оставляя на своем месте темный разлом, словно пространство разорвали в одном месте, да так и оставили.

Император вздохнул и извлек из ножен меч.

– Лорд Янус, если я вернусь позже чем через три часа, то постарайтесь убить меня, отрубить мне голову и зашвырнуть обратно. Но если вы попытаетесь сделать это ДО истечения названного срока, я буду очень недоволен. Так и знайте.

Я невольно улыбнулся:

– Я понял вас, ваше величество. Три часа.

– Чтобы закрыть портал... – Он поколебался какое-то мгновение, но все же продолжил: – Сожгите это место. Вместе с домом. И постарайтесь перекрыть еще кучей защитных заклинаний. Чем дольше будет гореть огонь, тем лучше.

Я склонил голову, понимая, что мне доверяют. И я был прав. Из этого портала был другой выход. Лазейка. Видимо, через нее и выскользнули предыдущие Изначальные. И им кто-то показал путь. Я даже догадывался кто.

Суран хмыкнул.

Все-таки у меня очень проницательный император. Должно быть, я как-то выдал себя. А может, он просто читает мои мысли. Он уже касался моего сознания, когда я терял память. Эта нить все еще осталась. Хотя и очень тонкая. Такая тонкая, что до сих пор у меня не возникало мысли, что она все еще есть. Холодная дрожь коснулась позвоночника уже во второй раз за последний час. Что-то чересчур много впечатлений.

Я выпрямился, покрепче перехватил рукояти мечей.

– Удачи, мой император.

– Она мне понадобится, – произнес Суран и сделал всего один шаг, растворяясь в темноте портала. Ни звука. Помещение заполнила глухая, ватная тишина. Я строил защиту. Никто не должен войти сюда до возвращения императора. Никто. Мне предстояло пробыть здесь три часа. Всего три часа и... целых три часа. Наедине с этим темным провалом.

На груди шевельнулась ткань мундира. Не наедине. Я переложил меч из правой руки в левую и расстегнул китель. Сначала выскользнула чешуйчатая голова, а затем и все гибкое тело. Таро был готов к бою. Темнота портала шевельнулась.

Я одною рукою стянул с себя уже расстегнутый китель. Похоже, придется потанцевать немного.

По мечу в каждой руке. С тихим звоном они соединились над моею головою, образуя крест. Тело напряглось и расслабилось. Тьма портала шевельнулась вновь. Потанцуем?

3

Суран перехватил плащ и завернул его на руке вместо щита. Алый шелковый щит. Он усмехнулся сам себе. Первый раз, когда они шли этим путем с Хиларом, он был не в себе и плохо помнил саму дорогу. Тогда Хилар наверняка несколько раз спас ему жизнь, но первый лорд никогда не говорил об этом путешествии. Позже, уже будучи императором, Суран не раз ходил этой дорогой как хранитель Стены. И понимал, что слишком многим обязан лорду Льда. Слишком... Его мать давно бы уничтожила такого демона. Она часто повторяла, что у правителя не должно быть подобных кредиторов... Это слишком опасно для правителя, особенно если он правит демонами.

Молодой император поднял голову, вглядываясь во тьму перед собою. Суран не его мать. У него своя империя, традиция была соблюдена, его правление ознаменовалось пролитием крови. Однако он не собирался соблюдать ВСЕ традиции. Позади колыхнулась вязкая тьма. Твари почувствовали выход в свободный мир. Что ж, их поджидал сюрприз на выходе. Лорд Иллюзий наверняка получит массу впечатлений от танца возле портала.

Раньше Суран запечатывал за собою проход, но это отнимало немало времени. Сегодня же ему необходимо было выиграть даже секунды. Их он как раз терял, стоя тут и предаваясь размышлениям. Император покрепче сжал меч и бросился бегом во тьму впереди себя. Тьма встретила его разъяренным ревом. Он ответил ей радостным воплем. Вот это жизнь, это он понимает! Он вспомнил боевой клич лорда Януса и оскалился:

– Потанцуем?!

Стена встретила его своим вечным тусклым сиянием. У самого основания Стены сидела сгорбленная фигура:

– Стоило ли? Ведь есть более легкий путь.

Алые глаза встретились с кроваво-красными.

– Есть, – согласился альбинос. – Но после него ты измотан. Посмотри на себя, Рубин. И посмотри на меня.

Император Крина вздохнул:

– Мне все время казалось, что мы где-то ошиблись. Это частичка Изначального мира. И живут тут существа, которым привычно убивать. Убийство дарит силу убитого убийце. Логично. Мы слишком трусили, чтобы разглядеть правду. И так и не поняли, что силу получить просто. Мы пошли более сложным путем.

– Выпустив на свободу одну тень из-за Стены.

Суран стер с лица холодную слизь, которая заменяла кому-то из жителей темноты кровь.

Рубин поднял на него усталые глаза:

– Я не знал, что она будет так прекрасна. Мы с твоею матерью словно обезумели, когда посмотрели ей в глаза. А она только смеялась. Говорила, что признает сильнейшего. Только сильнейшего.

– Ты победил? – искренне удивился Суран.

– Она сама решила, кто победил. Мы с твоей матерью так и не смогли одолеть друг друга. Силы были равны. А Горгона выбрала меня. Наверное, потому что предпочитала мужчин в постели.

Альбинос рассмеялся:

– Нет. Она выбрала тебя, потому что тобою легче управлять.

– И это тоже. Она понимала, что я ее полюбил. Но тебе не понять. Ты же еще не любил... Вот твой лорд Иллюзий понял. У него в глазах та же тоска и ужас, которые я вижу в своих, когда подхожу к зеркалу.

Молодой император покачал головою:

– Не сравнивай его с собою. Его ужас – его сила. А тоска – предупреждение другим. Он отрубил голову своей Горгоне. Ты – нет. Мой лорд сильнее императора Крина. А ты даже сейчас не можешь преодолеть свои чувства, понимая, что тащишь все, чего добивался, в кошмар древнего прошлого. И все равно ты сейчас стоишь у Стены и пытаешься вскрыть старую щель, чтобы выпустить новую тень.

– Ты долго узнавал, – усмехнулся Рубин.

– Не кусай, коли зубы сточил. Я узнал, и я здесь. – Суран поднял меч: – Итак?

Рубин, до этого сидевший на темной земле скрестив ноги, поднялся. В его руке сверкнуло острое лезвие узкого меча.

– Щенок! Я не так слаб, как ты полагаешь. Я выбрал свой путь и пойду им до конца. Даже если придется утащить за собою целый мир.

Император стоял против императора. Молодой оскалился волчьей улыбкой:

– В этом ваша слабость, замшелое старичье. Не умеете идти кружными путями, все-то вам подавай прямую дорогу. Вот и мать была такою же. Знаешь, что с нею было? Она выпустила вторую тень, но та сбежала. И ее прикончил Янус. А я прикончил безумную демонессу, которая снова и снова пыталась вскрыть Стену. Если твоей более сильной сестре не удалось это, дядя, почему ты думаешь, что удастся тебе?

Кроваво-красные глаза вспыхнули.

– Жаль, что я ушел из империи, не дождавшись твоего рождения. Придушил бы в колыбели.

Сквозь белые пряди сверкнули алые блики глаз:

– Потанцуем, дядя?

– Знакомо звучит, – усмехнулся Рубин.

– Я подобрал себе неплохую команду!..

Тьму разрезало лезвие меча.

Хилар мрачно и напряженно рассматривал дом, окруженный пленкой барьера.

– Что случилось? – рядом напряглась Каина. – Почему мы стоим?

Ледяной лорд опустил на нее немного растерянный взгляд:

– Я не могу пробиться. Барьер явно ставил Янус, но почему-то я не могу его преодолеть.

Леди Огня фыркнула и уселась прямо на землю.

– Отдыхаем, – заявила она. – Если этот барьер даже ты не можешь открыть, значит, Ян там внутри танцует. Причем получает такую подпитку, что мы даже совместными усилиями этот барьер не вскроем.

– Откуда ты знаешь про подпитку? – Максимилиан опустился рядом.

Темные провалы глаз с безмерным удивлением посмотрели на него.

– Солнышко мое, кроме Яна за этим барьером наш император. По-моему, нетрудно догадаться, что если там Суран и танцующий Ян, то нам просто-напросто данный барьер не по зубам. Если бы был только Ян... я бы еще попробовала.

Хилар чуть качнул головою, даже волосы не пошевелились от этого незаметного движения. Он не решился сказать своим коллегам, что императора под барьером нет. Но Каина права, Янус получал дополнительную силу. И если это правда, тогда Суран оставил портал открытым. Явно для экономии времени.

– Каина, – тихо произнес он.

– Да? – Демонесса подняла на друга прекрасные безумные глаза.

– Держи свой огонь наготове. На всякий случай.

– Как скажешь. – Ее голос звучал необычно мягко.

Плащ лег на землю, и первый лорд присоединился к своим коллегам.

– Больше всего ненавижу ждать, – проворчал Звездный лорд.

– Придется, – выдохнул Хилар. Помолчал и повторил: – Придется. Не волнуйся, это не очень долго. Пара часов. Не больше.

– Пара часов?! Да я свихнусь!

Каина довольно улыбнулась и потерлась щекой о рукав кителя Ледяного лорда:

– Вот и ладушки, Макс. Я хотя бы буду не очень одинока в этом сладком тумане. Моего лорда не так-то просто свести с ума. А ты – другое дело.

– Не дождешься, красавица. Я не тороплюсь идти по твоему пути. В моем состоянии достаточно интересного.

Черный глаз косо глянул на него.

– Тогда не искушай меня.

– Постараюсь.

Они обменялись улыбками, больше похожими на оскалы.

– Идиллия, – одними уголками губ усмехнулся Хилар. И заработал два горящих взгляда.

– Ты неплохо сражаешься для молодого демона, – сделал комплимент Рубин. – Но я все же старше и опытнее.

– Что твой опыт, – выдохнул Суран. – Ты слишком закоснел в своих иллюзиях и мечтах. Такие, как ты, – это прошлое.

– А ты, значит, будущее?

Мечи столкнулись с каким-то глухим звуком. Тьма поглощала удары и дыхание сражающихся. И наблюдала за ними тысячью жадных, голодных глаз.

– Возможно. Возможно... – Выдох—вдох. – Я. Намерен. Идти вперед. Прошлое – это прошлое.

– Ты молод и глуп.

– Ты стар и выжил из ума.

Тихий смешок заставил замереть их на полувдохе, полушаге, полудействии.

– Два петуха сошлись на узкой тропинке: старый – боевой, но усталый и молодой – сильный... И никто не желает уступить дорогу другому.

Она шла из тьмы, и черные тени клубились у ее ног словно верные слуги.

– Горгона, – прошептал Рубин. Его рука с мечом безвольно опустилась.

В алых глазах Сурана мелькнуло понимание. Он перевел взгляд на императора Крина:

– Дядюшка... беру свои слова о замшелом старичье и кружных путях назад.

Изначальная рассмеялась:

– Ну надо же какой умничка! Даже мне пришлось потрудиться, чтобы понять, что Рубин предал меня. – Ее глаза почти превратились в темные провалы, когда она взглянула на любовника. – Почему, любимый? Разве я мало дала тебе? Разве не выполнила все свои обещания?

– Именно обещания, – устало отозвался демон. – Ты нарушила одно из них. И потом... – Он внезапно выпрямился и оскалился в улыбке, словно зверь. – Мы слишком долго пробыли вместе. Я ведь мог и охладеть к тебе, дорогая.

– Не мог! – внезапно взъярилась демонесса. – Не мог! Тебе никогда не найти лучше меня! Не родилась еще та, кто сможет превзойти меня! Ты лжешь!

Рубин выглядел так, словно помолодел, внезапно сбросив с плеч тяжелый груз.

– Не расстраивайся, моя красавица. Сердцу не прикажешь, а ты давным-давно выбила из меня дурь предрассудков. Я говорил не о женщине. Я лишь могу утешить тебя, что предать мне позволило нарушение договора тобою. Ты лишила меня моей страны и власти. И попыталась заразить одним из своих паразитов, чтобы подготовить сосуд для нового Изначального. Твоего союзника из прошлого.

– Я?!

Демон рассмеялся:

– Смотри, племянничек, и учись. Сказать, что меня привлекает в Изначальных больше всего? Их абсолютное неумение врать. Они пользуются коварством и своею Силою, харизмою, но интриговать так, как мы, совсем не умеют.

– Может, мне посторониться? – спросил Суран. – И подождать, пока вы поубиваете друг друга? Потом запечатать щель и спокойно отправиться далее завоевывать беззащитный Крин.

– Щенок! – рявкнул Рубин.

– Самонадеянный сопляк! – Змеи-волосы Горгоны подняли головы, зашипели, обнажая ядовитые клыки, извиваясь, словно пытаясь отделиться от хозяйки.

Император Темной империи вздохнул:

– Кажется, я начинаю понимать характеристику, которую дал вам лорд Иллюзий.

– Убить их обоих! – Демонесса протянула руку, отдавая приказ теням у своих ног. Тьма за ее спиной колыхнулась. Тысячи глаз взглянули с яростной жаждой и неизбывной ненавистью на обоих императоров.

Рубин поднял меч:

– Я правильно понимаю систему? Чем больше их убьешь, тем сильнее станешь?

– Правильно, – сказал Суран. – Но драться мы не будем.

– Что?! – Рубин ошарашенно попытался повернуться к молодому демону.

Альбинос схватил его за воротник:

– Мы очень быстро побежим. Иначе через полчаса мой телохранитель закроет портал огнем. Бежим!

Последнее слово молодой император почти выкрикнул, рывком увлекая второго за собою.

Горгона смеялась словно безумная:

– Бегите! Быстрее, еще быстрее! Но вас догонят! Слабаки!

Оба императора неслись быстрее ветра, а тьма ревела им вслед, пытаясь урвать хотя бы кусок такой сладкой плоти.

Суран давно отпустил Рубина, не оглядываясь, чтобы проверить, следует ли тот за ним. Ему нужны были обе руки, чтобы освобождать себе путь. Тьма была не только позади, но и впереди. Она окружала их. И альбинос двигался, скорее следуя своему чутью, чем памяти. Тьма Изначального мира всегда пыталась запутать старые следы, выстраивая новые.

Истошные визги позади говорили лишь о том, что Рубин не отстал. С ним придется разбираться. Но все это позже. Через полчаса, не раньше... и эти полчаса предстояло выжить. Выжить и добраться до места назначения.

Я усмехнулся прямо в очередную оскаленную слюнявую рожу, которая высунулась из портала, и смахнул ее мечом. Ну ваше величество, ну удружили! Ладно бы их просто надо было убивать, так нет. С каждым ударом в меня вливалась сила очередного убитого. Теперь ясно было, почему наши правители всегда были столь могучи. С такой-то подпиткой! Как бы его императорское величество после этой истории не избавился от одного слишком везучего на чужие тайны лорда-демона.

Я смахнул капли пота со лба. Вот зараза, забыл повязку. Но кто ж думал, что попаду в такую мясорубку? Ладно пот, я с головы до пят был заляпан кровью-слизью монстров, если это была кровь. Я в этой крови танцевал. Я почти в ней купался. Только радости от этого было мало. Я уже был не просто переполнен силою, которую мне давала пролитая кровь, я захлебывался в ней. К счастью, время подходило к концу, и мое желание спалить этот портал становилось просто непереносимым. С тихим курлыканьем о мои колени потерся Таро, словно большая кошка. Я наклонился и потрепал его по гребню, не выпуская из поля зрения портал.

– Умница, Таро. Умница.

Тот встряхнулся каким-то единым плавным движением, и вся грязь, слизь и кровь словно стекли с его чешуи. Мне бы так.

Морда дракона ткнулась мне в рукав. Я замер, позволяя Таро измениться и скользнуть под одежду на кожу.

И в тот момент, когда в рукаве исчез кончик его хвоста, а я почувствовал на коже легкое движение, из портала вывалились две темные фигуры. Лишь белые пряди волос моего господина, ну и его невероятно быстрая реакция спасли его от меча.

Молча сверкнули в мою сторону алые глаза, и портал с мерзким чмоканием захлопнулся.

– Вы не очень-то торопились, ваше величество, – заметил я, оглядываясь в поисках хоть какой-нибудь чистой тряпки, чтобы вытереть мечи.

– Не забывайтесь, лорд, – холодно прозвучало в ответ. – В вас сейчас всего лишь отголоски той силы, которою обладаю я.

– Мерзость какая. – Я не счел нужным скрывать свое мнение.

– Вы хамите. – Голос был уже откровенно ледяным.

Я повернул голову и в упор взглянул на своего императора:

– Сейчас вы еще и не то услышите, ваше величество. Дайте только лорду Хилару пробить барьер. Уж он-то не постесняется высказать вам все, что думает о вашей безрассудной выходке. В своей очень вежливой манере. Вы решили уступить трон претендентам досрочно, открывая такой портал прямо на территории, которую поработила Изначальная?

Перепачканное лицо моего императора дрогнуло, и ледяная императорская ярость дала ощутимую трещину. Думаю, основное дело сделало упоминание о лорде Хиларе. Оно в принципе на всех действовало максимально отрезвляюще.

Раздавшийся у стены смешок заставил меня похолодеть в третий раз за этот проклятый день.

Я как-то упустил из виду, что император вернулся не один.

– Я говорил уже, мой дорогой племянник, что ваш лорд Иллюзий просто очаровательная личность?

– Упоминали, – согласился Суран, и на его губах буквально зазмеилась улыбка. – А он давал вам характеристику как «невыносимому типу».

Я смотрел широко раскрытыми глазами на императора Рубина и понимал, что, наверное, впервые в жизни я потерял дар речи.

4

Максимилиан смотрел на друга, который мрачно вышагивал по комнате. Янус давно отмылся от грязи и слизи, но полученная сила все еще хлестала из него, заставляя бесов буквально шарахаться в стороны.

– Ян, – позвал Звездный лорд нарочито ровным голосом.

Тот словно споткнулся, остановился и поднял голову. Глаза у него уже не были такими безумными, как сразу после снятия барьера.

– Что?

– Почему ты его так боишься?

Лорд Иллюзий вздохнул и наконец сел в ближайшее кресло.

– Я не сказал бы, что боюсь его, Макс. Но этот демон задался целью заполучить меня, как он привык получать все, что хочет в этой жизни. А жизнь у него была очень и очень долгая. Он даже пошутить решился, что якобы бросил Горгону ради меня.

Голос демона не дрожал и совсем не был испуганным. Астролог проанализировал про себя интонации Януса: голос лорда Востока был переполнен яростью и злобою. Таким он повелителя Иллюзий еще никогда не видел. И это откровенно пугало.

Максимилиан на мгновение задумался, а потом прямо посмотрел на друга:

– Может, тебе надо как-то отвлечься от мыслей о нем? По-моему, твои неадекватные чувства только мешают тебе разобраться с проблемой.

Янус вздохнул, словно пытался унять свои разбушевавшиеся эмоции:

– Обычно, когда я злюсь, я мыслю намного лучше. Но думаю, что в этот раз ты прав. Мне надо отвлечься, я действительно слишком сильно погрузился в размышления об императоре Рубине. И это его безмерно радует.

Звездный лорд улыбнулся:

– Не забывай, он потерял почву под ногами и, скорее всего, просто выбрал тебя как якорь, с помощью которого сможет снова встать на ноги.

Синие глаза блеснули, и лорд Иллюзий проворчал:

– Лучше бы Суран посадил его на цепь. Так надежнее.

– Надо же, – восхитился Максимилиан. – Ты рано ушел и не слышал, что Хилар именно это напрямую и предложил нашему императору.

– И? – Янус заинтересовался.

Максимилиан про себя вздохнул облегченно – кажется, четвертый лорд немного пришел в себя. Он хитро подмигнул:

– Его императорское величество на полном серьезе пообещал подумать над этим вопросом. Боюсь, он несколько перенервничал, когда Хилар задвинул ему лекцию о безрассудном и недостойном императора поведении.

Ян усмехнулся:

– А я его предупреждал.

– Ян, может, все-таки объяснишь, что там произошло? – Лорд Звезд стал максимально серьезным. – Хилар все прекрасно понял, ты был в самом центре событий, только мы с Каиной как бы оказались на втором плане.

– Все рассказать я, конечно, тебе не могу, – скривился его собеседник. Видно было, что он окончательно успокоился. – Иначе ты просто можешь лишиться собутыльника и партнера по спаррингам, то есть меня. Но если в двух словах... Император пытался проверить твои слова на предмет очередной попытки прорыва. И знаешь... Боюсь, что твое предсказание, как всегда, оказалось абсолютно верным. Горгона пытается выпустить в наш мир еще одного Изначального. Она даже намеревалась заразить Рубина, чтобы превратить его в сосуд для этого демона. Потому император Крина и взбесился.

– Ясно. – Максимилиан понял, что вряд ли услышит больше. Хотя было очень интересно, что за сила сейчас буквально изливалась из лорда Иллюзий и откуда та странная слизь, которою он был перемазан так, словно купался в ней.

– Макс, ты извини меня. Мне надо немного развеяться. Я отправляюсь в лаборатории. Может, там окончательно избавлюсь от этой паранойи с Рубином.

– Неплохая идея. А я попытаюсь урвать пару часов отдыха. Чую, скоро предстоит мне в два раза больше работы.

– Я попробую что-нибудь придумать с пополнением твоей энергии, – задумчиво пообещал лорд Иллюзий и легким взмахом руки открыл вихрь портала.

– Буду безмерно благодарен, – уже ему в спину заметил астролог.

Когда в кабинете воцарилась тишина, лорд Звезд потеребил в задумчивости длинную прядь волос и откинулся на спинку кресла. Здесь вряд ли додумаются его искать. И он с чувством выполненного долга прикрыл глаза, погружаясь в дрему.

Я задумчиво смотрел на беса, который лежал в специальной ванне с жидкостью. Звериные желтые глаза внимательно наблюдали за мной.

– Ты слышишь меня, бес? – Я чуть наклонился вперед, стараясь не упустить ни малейшего изменения в его глазах.

Чуть заметное движение головой. Я удовлетворенно хмыкнул. И задал второй вопрос:

– Ты помнишь свое имя?

Второй слабый кивок чуть промедлил, словно бес сомневался. В принципе я бы на его месте тоже сомневался.

– Тебя зовут Готас?

Удивление. Несомненное удивление. Я нахмурился:

– Я ошибаюсь?

Отрицание. Значит, удивление было вызвано другим.

– Господин мой, – за спиной подал голос лаборант, – он служил леди Каине.

Ах вот оно что. Моя старая подруга не утруждала себя запоминанием чужих имен, тем более бесов, которых вообще считала грязью под ногами за редким исключением. Например, как тот бес, который вытащил ее из пламени и поил своей кровью, чтобы она не теряла силы. Думаю, его имя она не забывает ни на мгновение. Лежащий в ванне бес вряд ли отличился в ее глазах каким-нибудь подобным же подвигом, чтобы помнить его имя. Однако я не Каина и предпочитаю помнить как можно больше вещей, имен, событий и фактов. Хотя иногда потерять память оказывается довольно полезно, как показали не столь уж давние события. Из-под слоя накопленных фактов всплыли те, которые оказались просто задавлены грузом последующих.

– Готас, – я всматривался в лицо беса, – я сейчас попрошу тебя об очень неприятной вещи. Ты должен сменить ипостась. Отказаться от боевой формы и поддаться паразиту в тебе.

Едва заметный кивок.

– На счет три, – улыбнулся я. И бросил лаборантам за спиной: – Будьте наготове.

Слаженный хор ответил мне утвердительно.

– Готас... Раз, два, ТРИ!

В тот момент когда бес сменил ипостась, я где-то на грани сознания услышал торжествующий рев паразита, который захватил тело Готаса. Он даже не успел осознать причину, по которой этот упорный бес внезапно сдался и уступил ему тело и сознание.

Про себя я отметил, что, похоже, позаимствованная сила дала возможность следить за сознанием активного паразита. В конце концов, они были из одного источника. Интересно, если закон пожирания более сильным более слабого и передача силы закономерны среди изначальных тварей, тогда почему этот закон не распространялся на паразитов, которые заражали бесов и демонов?

Я повернулся к лаборантам, которые были заняты делом.

– Самар, – окликнул я своего помощника, – я хочу, чтобы вы постарались сохранить личность этого беса в неприкосновенности.

– Постараемся, повелитель, – поклонился тот.

– Постарайтесь, – сказал я и, бросив последний взгляд на существо, которое только что поняло, что попало в ловушку, вышел из лаборатории. Пока мое личное присутствие там не требовалось. Мои подчиненные вполне могут справиться сами.

Мне же надо было спешить в другое место.

Я переместился и оказался в небольшом кабинете, заваленном бумагами, сплошь исчерченными планами и стратегиями.

– Змеевик? – Я недоуменно огляделся, чувствуя, что бес находится где-то здесь, но почему-то я не могу его увидеть.

Шевельнулась одна из самых больших кип бумаг и тут же рухнула. Видимо, не в первый раз. Из-под нее выбрался мой нынешний стратег, бывший ранее старшим наставником бесов.

– Повелитель? – зевнул бес. – Что вы здесь забыли?

Я лишь вздернул бровь, позаимствовав этот красноречивый жест у лорда Хилара.

Бес моргнул, понял, что я не видение, и резко выпрямился по стойке «смирно»:

– Повелитель, простите! Я не сразу сообразил.

– Я заметил. Что с тем планом, который я тебе передал?

– Сложно, – чуть расслабился мой стратег. – Но выполнимо. На самом деле столица Крина не сильно защищенное место. Она сложна по своей планировке, ну и плюс в ней целая армия зараженных. Судя по данным, которые вы мне передали, там не осталось демона или беса, не пораженного паразитами. Это сильно усложняет задачу.

Я чуть наклонил голову.

– Тебя беспокоит то, что наших воинов будет заражать малейшая рана и они начнут переходить на сторону врага? Тогда нам придется уничтожать наших собственных солдат?

– Именно, – подтвердил бес.

Я побарабанил пальцами по краю стола:

– Понятно. А если я найду способ остановить заражение или вообще обратить паразитов в нашу сторону?

– Тогда остаются минимальные проблемы, и все они преодолимы хорошим качественным расчетом, – пожал плечами Змеевик. – Сказанное вами возможно?

– Все возможно, – спокойно ответил я. – Покажи мне свои планы.

Он расчистил два места у стола и, отыскивая нужные бумаги, осмелился спросить:

– Господин, вы не знаете, куда отправились сегодня утром инкубы? Или это секретная информация?

Я пожал плечами:

– Утром была секретная, сейчас уже нет. Они отправились на штурм какой-то деревеньки, где, по разведданным лорда Хилара, базировалась ставка императора Рубина.

– Базировалась?..

– Судя по докладу, который представил лорд Хилар его императорскому величеству, уже не базируется. Теперь там ставка властителя Тагана. Но они упустили Горгону. Зато захватили матку, которая производила паразитов. – Я устало присел на стул. – Однако наша задача – захват столицы. Там сосредоточие силы Изначальной.

– Я могу спросить, откуда получена переданная вами информация? Вы обо всем узнали, будучи послом?

Я едва сдержал зевок усталости. Однако работа отвлекала от посторонних мыслей, а изначальный запал злости, который «даровал» мне император Рубин, чтоб его Тьма изначальная поглотила, уже сделал свое дело. Оставалась позаимствованная сила, которую требовалось куда-то израсходовать. Похоже, в ближайшее время мне это не грозит.

– Можешь. И я даже отвечу. Эту информацию передал нам император Рубин. Кажется, ему не особо понравилось то, что его любовница натворила в империи.

– Теперь мне понятен ваш приказ отнестись к ней с предельной осторожностью. Но она только слегка скорректировала мой изначальный план. Вот взгляните.

Мы склонились над бумагами.

Талант к стратегии и планированию боев в особо крупных масштабах я заметил в Змеевике во время наших тренировок. У него оказался дар, никак не связанный с моими усовершенствованиями в его психике. Просто раньше он его тщательно прятал как можно дальше и глубже, потому что боялся. И правильно делал: если бы он не был моим подчиненным, то, скорее всего, за этот дар его давно бы уничтожили. У нас как-то не принято, чтобы стратегами становились низшие бесы, особенно полукровки с примесью дикой крови. Это всегда была прерогатива демонов. И желательно высшего класса. Однако я не привык разбрасываться ценным материалом. Тем более что этого беса я уже подвергал модификациям и вообще воспринимал как часть собственного успешного проекта.

Его планы были, как выразилась бы Каина, безупречно изящны и с хорошей долей безумства, как это любила леди. Вообще, у Змеевика оказалась некоторая склонность к риску и безумству. Наверное, именно это в свое время привлекло меня в нем.

Я вообще люблю возиться с безумием и безрассудством. Видимо, потому что самому мне этого не хватало. Или наоборот...

Что еще привлекало меня в этом бесе – это его нахальство и упрямство. Вот и сейчас, когда мы столкнулись лбами над его чертежами, он словно забыл, кто я такой, споря и отстаивая свою точку зрения. Меня это устраивало на данный момент, так как такое поведение Змеевик демонстрировал лишь наедине, а вот в других условиях это был один из самых дисциплинированных бесов.

Честно говоря, меня несколько пугало то, как недооценивают бесов в нашем мире. Если эти создания вздумают восстать, что чуть было не случилось во времена правления матери Сурана, то нам, демонам, не поздоровится. Нас слишком мало. И как бы сильны и умны мы ни были, боюсь, нас ожидало бы поражение, потому что бесы также эволюционируют год от года.

Я сделал зарубку себе на память, что после решения кринитского конфликта мне стоит прозрачно намекнуть на вполне возможный конфликт с бесами, нашими созданиями и подданными. В любой момент расходный материал мог стать опасным врагом, противником.

Но с этим придется подождать. Хотя поговорить с Каиной надо бы заранее. Она совершенно неадекватно воспринимает бесов. Но все же сначала Крин и Горгона.

Я прервал нить своих мыслей и сосредоточился на планах и чертежах. Захват столицы Крина мы планировали через сутки. Стоило поторопиться.

5

Готас открыл глаза и обнаружил, что парит в темноте. Разве он не отдал свою жизнь на растерзание паразиту? Последнее, что он помнил, – это синие-синие глаза повелителя Януса.

– Гнусная тварь! – взревел голос рядом.

Бес повернул голову и обнаружил, что рядом с ним парит мальчишка. Худой и весь в шрамах. Взлохмаченные космы выглядели так, словно он ими вытирал кровь. Возможно, так оно и было. Интересно, как такое хрупкое существо способно издавать такой рев?

– Издеваешься? – На Готаса уставились по-змеиному желтые глаза. – Ты заманил меня в ловушку!

– А ты надеялся, что я приведу тебя в милое местечко и преподнесу в подарок свое тело? – Бес позволил себе усмешку. – Очнись, враг. Такие, как ты, имеют только одно право – быть уничтоженными. Я бы, например, с огромным удовольствием вырезал тебе сердце.

Мальчик подобрал под себя ноги и нахмурился, почесывая предплечье острыми когтями, которые имели какой-то странный стальной оттенок. Его остроконечные ушки постоянно находились в движении, словно силились услышать что-то в этой безбрежной темноте.

– Госпожа сказала, что вы все слабаки, – пожаловался он с капризными интонациями в голосе.

Готас попытался принять сидячее положение, и, что удивительно, ему это удалось. Бес с холодной усмешкой смотрел на паразита, который захватил его тело:

– Ты поверил?! Неужели все Изначальные такие доверчивые?! В нашем мире я не знаю ни одного беса, который верил бы своему господину. Уважать – может быть. Бывают такие. Но ПОВЕРИТЬ?!

– Я маленький, – подкупающе улыбнулся мальчишка, демонстрируя острые клыки.

Бес расхохотался:

– Я в твоем возрасте сдал экзамен на выживание, перебив голыми руками всех своих сверстников, которых поставили со мною в команду. И, судя по твоим шрамам, ты тоже не ел свою пищу зря.

Мальчишка насупился:

– Меня убили. А госпожа пообещала мне сильное тело и много пищи. Ты привел меня в ловушку. Тут Старший! – Его глаза округлились, и он внезапно почти перешел на шепот: – Ты служишь Старшему?

– Кого ты имеешь в виду? – нахмурился Готас. – Можешь описать?

– Высокий. Светлая шкура. Страшные глаза, похожие на небо, когда падает листва, и звериного мяса много...

– Лорд Янус. Да, я ему служу.

И тут случилось то, чего он не ожидал. Мальчишка-паразит внезапно рухнул на колени и распластался по пустоте, в которой они находились. Он заскулил, словно его только что лишили последней надежды на жизнь.

– Госпожа обманула! Заставила напасть на того, кто служит Старшему! Я умру стра-а-а-ашной смертью! – Он попытался биться головой о поверхность, но ее не было.

Бес внимательно, с легким раздражением наблюдал за этой сценой. Когда причитания стали невыносимыми, он отсутствующим голосом потребовал:

– Заткни пасть, тварь.

– Слушаюсь, господин. – Мальчишка моментально выпрямился и с какой-то собачьей преданностью уставился на него. – Могу я просить быстрой смерти, ведь я не знал, в чье тело пытался вселиться.

Воин криво усмехнулся:

– Не можешь. Из-за тебя я потерял руку. И теперь у меня отвратительное настроение, потому что мне больно.

Мальчишка сжался в комок. Острые плечи выступили через гриву косматых волос.

– Ты будешь убивать меня очень долго, господин? – почти шепот.

Готас мстительно оскалился в улыбке:

– Нет. Я собираюсь отдать тебя своему повелителю.

Мальчишка-паразит вскинул голову, с каким-то запредельным ужасом уставился на беса, через мгновение его глаза закатились и он упал в обморок.

– Ничего себе! – фыркнул бес.

Он не ожидал, что это создание поведет себя столь привычным образом. Не в первый раз на его памяти молодежь валилась в обморок при упоминании лордов, но впервые он видел, как это делает Изначальный, причем давным-давно убитый.

Я с легким удивлением рассматривал беса. На его губах, еще недавно кривившихся от боли, прокушенных, истерзанных острыми клыками, сейчас блуждала почти ехидная улыбка. Я не поверил, когда получил зов и картинку от Самара. Но теперь я наблюдал за бесом собственными глазами.

– Как давно это продолжается? – повернулся я к своему помощнику.

– Часа два, – невозмутимо откликнулся тот. – Ровно с того момента, как мы закончили операцию по расщеплению сознания. Теперь паразит не сможет существовать в этом теле без разрешения хозяина. То есть либо он переходит на отношения симбионтов, либо пытается найти новое тело, либо умирает.

– Как мы и предполагали. – Я повернулся к бесу, прикрученному ремнями и заклинаниями к столу. – Получается, эта ухмылка на лице нашего подопечного, скорее всего, свидетельствует о ходе переговоров...

– Я сделал подобное же предположение и рискнул вызвать вас, – заметил Самар. – Мне показалось, что вы не захотите пропустить миг его пробуждения.

Самар достаточно сообразителен, но излишне услужлив. Таков его минус. Беса спасало то, что он был отменным специалистом.

В этот момент подопытный открыл глаза, и в них я видел не торжество победы, а смех. Злорадный смех победителя.

– Готас? – поинтересовался я.

Он с трудом повернул голову.

– Повелитель, – окровавленные губы продолжали улыбаться, – это мальчишки. Нас пытаются завоевать дети. Убитые многие тысячелетия назад дети. И конкретно этот до обморока боится вас. Он называет вас Старшим.

– Интересно. – Я задумчиво потер переносицу. – Горгона пообещала им еду и жизнь, насколько я понимаю?

Бес не мог кивнуть, только дернул ресницами:

– Да, повелитель.

– Ты можешь его спросить, почему он видит во мне Старшего?

Подопытный немного растерялся:

– Нет, мой господин.

– Почему?

– Он в обмороке. Я сказал, что отдам его вам, и он просто потерял сознание.

– Действительно ребенок. Тебя можно отвязать?

– Не стоит пока, мой господин, – нахмурился бес. – Я не доверяю этой твари. Сначала немного разберусь.

– Хорошо, воин.

Повернувшись, я задумчиво окинул взглядом Самара. Тот выпрямился, ожидая приказа. Наконец я пришел к решению:

– Неплохая работа. Пока оставить все как есть, никаких изменений. Вернусь после доклада императору и посмотрю, что делать дальше.

Лаборанты молча поклонились, принимая приказ.

– Сообщить мне, если вдруг произойдут какие-то изменения, – бросил я, уже уходя. – Сообщить, даже если я буду на личной аудиенции у императора.

В этот раз его императорское величество выбрал помещение намного просторнее предыдущего; то до сих пор отмывали от слизи. К тому же Суран предпочитал периодически менять места, где он встречался со своими подданными. Считаю это очень разумным. Постоянно дислоцироваться в одном и том же месте – это явно предлагать своему противнику конфету в красивой обертке: «Вот он я – съешь меня быстрее».

Когда я вошел в зал совещаний, то обнаружил там не только остальных лордов и леди, но и властителя инкубов Тагана с его сестрой Оракулом. Сначала я встретил укоризненный взгляд сапфировых глаз. Но опоздал я по очень важной причине и надеялся ее в данный момент озвучить. А потом я просто замер на полушаге, когда встретился с кроваво-красными глазами Рубина! Но самое поразительное было даже не то, что он присутствовал на совещании, а то, что его императорское величество Суран решил принять к сведению предложение лорда Хилара. На шее Рубина сверкала стальная полоса, на которой переливались всеми цветами радуги сильнейшие заклятия. Тонкая алая нить оных текла в область запястья моего императора.

– Вы опять несколько задержались, лорд Янус, – прозвучал прохладный голос Сурана. И уже с более теплой интонацией, прежде чем я успел рот открыть: – Но, судя по вашему виду, вы так и не отдохнули, хотя вас отпустили именно для этого. Вы нужны нам полный сил.

– Простите, ваше величество, – поклонился я. – Просто не ожидал, что мои неотложные дела затянутся на столь долгое время. Хотя в свое оправдание могу сказать, что с полчаса я все же поспал.

Я вспомнил, как моя голова неожиданно оказалась прямо на чертежах, которые мы рассматривали со Змеевиком, и как меня разбудил зов Самара. Но сон подождет. Вести действительно важные.

– Мне бы так служили, – задумчиво подал голос Рубин. – Может, тогда я сейчас был бы вашим императором, лорд Янус.

– Всяко бывает, – пожал я плечами. – Только не факт, что я стал бы вам служить.

– Лорд Янус, – мягко вклинился лорд Хилар, – вы сказали, что вас задержали дела. Это поможет нам завершить войну максимально быстро?

– Возможно. – И я прямо взглянул в глаза своему кошмару под именем Рубин. – Скажите, ваше величество, вы знаете, что представляют собою паразиты, которыми заражала и заражает ваших подданных и наших солдат герцогиня Горгона?

Он нахмурился:

– Боюсь, в этом я полный профан. Знаю только, что они слушаются ее беспрекословно, словно Горгона их богиня. Я видел только тени, когда она приносила их от щели в Стене. А позже видел, в какую мерзость превращались тела моих подданных, которые пошли к ней на поклон. Еще знаю, что по ее желанию паразит мог жить в теле, но не трогать своего носителя довольно долго, пока ему не прикажут активироваться, но были случаи, когда трансформация происходила мгновенно. Это все, что я могу сказать.

– Вы что-то выяснили, лорд Янус? – подался вперед властитель Таган.

Я взглянул на отца лорда Хилара, который выглядел скорее его младшим братом, чем отцом:

– Буквально полчаса назад.

В зале сгустилось напряжение.

– Это дети, – тихо сообщил я, рассматривая сапоги моего императора. – Тени детей, которые давным-давно погибли, еще во времена господства Изначальных. Слабые, которые гибли под ударами более сильных. Горгона находит именно такие тени, которые имеют меньше воли и большую жажду жить за чужой счет. Добывать пищу и тела за счет других – это же так легко. Намного легче, чем их предыдущая жизнь. На самом деле герцогиня привела их в настоящий рай, по их мнению.

– Какие-то тени давно умерших слабых детей губят моих солдат? – резко выпрямился император Суран.

– И погубили мою империю, – хрипло выдавил Рубин.

– Свою империю вы погубили сами, – резко ответил я, – потакая Горгоне. Вы заключили договор, который в итоге она все же нарушила, а вы даже не в курсе ее дел. Я называю это легкомыслием и безрассудством как минимум.

– Дети доверчивы, – тихо прошелестела Оракул, когда Рубин, сверкая глазами, уже начал подниматься на ноги и в его горле заклокотало рычание.

Я посмотрел в ее сторону. Завораживающее зрелище, надо сказать. Змеиное тело постоянно находится в движении, и тонкие серебристые колокольчики на браслетах создают особую мелодию – в такт движению рук и тела.

– Что вы хотите этим сказать?

Холодные глаза с вертикальными зрачками смотрели поверх вуали, которая закрывала нижнюю часть ее лица туманной дымкой.

– Дети доверчивы, несмотря на то что это дети, жившие в мире Изначальных, где доверие – злейший враг. Дети погибали потому, что в них была именно эта слабинка, которою и воспользовалась Изначальная. Если им доказать, что демонесса обманула их доверие, то можно аккуратно перевести эту доверчивость нам на пользу...

Я улыбнулся и поклонился в восхищении:

– Леди, я не успел даже подумать, как использовать полученную информацию, а вы уже дали нам целый план действий, который может сработать.

– Я Оракул, лорд-демон, – прошелестело в ответ. – Но когда-то я была такой же, как эти дети-тени.

Я заинтересовался:

– Знаете, инкубы довольно закрытая раса, а лорд Хилар не очень любит распространяться о своем детстве и родственных связях.

– Еще бы, – тихо рассмеялась Оракул. – Но мы немного отвлеклись, лорд-демон.

– Действительно. – Я с некоторым сожалением обратился к императору.

Суран смотрел на меня с легким удивлением и любопытством. У остальных также был несколько недоуменный вид, кроме, пожалуй, Каины, которая мне подмигнула. Вот ведь язва.

– Ваше величество, – я достал папку с бумагами, – вот то, что вы затребовали. Атаковать столицу Крина мы можем, как и запланировали. А вот после захвата я смогу с помощью Оракула придумать, как избавиться от нашей главной проблемы – паразитов Горгоны.

– Саму Горгону вы проблемой не считаете? – усомнился Рубин.

Суран усмехнулся:

– Простите, дядя, но герцогиню мы предоставим вам. Конечно, под строжайшим контролем лорда Хилара. Особенно если у вас не поднимется рука отсечь ей голову.

Кроваво-красные глаза сверкнули, но Рубин промолчал.

– Лорд Янус! Начинайте. Нам надо все же сегодня разобраться с планом захвата столицы. Хотя ваш флирт с леди Оракулом тоже занимательное зрелище.

Я поклонился:

– Рад, что доставил вам удовольствие, ваше величество. Думаю, начнем мы с самых слабых точек города.

6

– Я не могу поверить в это, – качал головою Максимилиан. – Ян действительно флиртовал.

– Она красивая, – задумчиво отозвалась Каина. – Наш ученый друг любит все красивое. И необычное. А Оракул инкубов сочетает в себе оба эти качества.

– Хилар, – Звездный лорд обернулся к первому, – ты-то что скажешь?

Среброволосый лорд качнул головой:

– Оракул наполовину суккуб. Если она заинтересовалась Янусом, то, боюсь, мы тут ничего не сможем поделать. Тем более моя тетя начала поговаривать о том, что ей пора обзаводиться наследником или наследницей.

Макс резко остановился, и Каина буквально влетела ему в спину, но астролог не обратил на это никакого внимания.

Минута прошла в молчаливом рассматривании невозмутимого лица Ледяного лорда.

Потом Огненная леди чуть склонила голову:

– Ну объясните мне, что все находят в Яне? Диара решила сделать его своим соправителем и пыталась очаровать даже тогда, когда он сворачивал ей шею. Рубин вон следит как кот за мышкой, только, чую, мышка ему не по зубам досталась, несмотря на весь его огромный опыт. Теперь и тетушка Хилара положила на него глаз как на подходящий генофонд. Макс, может, ты мне объяснишь? Ты же вроде раньше тоже имел какие-то виды на него.

– Почему имел? – удивился Звездный лорд. – Я и сейчас имею.

– Так расскажешь?

Хилар усмехнулся:

– Солнышко мое, твое безумие отрицает чужое. Ваши отношения с Яном всегда были только партнерскими, потому что два безумия не могут влюбиться друг в друга. Лишь некоторое время сотрудничать. Поэтому тебе так трудно понять, чем привлекателен Янус. Как и ты сама.

– Я красивая, – заявила демонесса.

– Ян тоже, – хлопнул ее по плечу Максимилиан.

– Закончили перемалывать мне косточки? – ехидно осведомился голос позади.

Все трое обернулись. Зажав папку с бумагами под мышкой, на них насмешливо смотрел лорд Иллюзий.

– Мы только начали, – сверкнула острыми зубками леди Огня и каким-то неуловимым движением оказалась рядом с ним. Тонкая рука обвила Януса за плечи.

– Друг мой, – промурлыкала Каина, ее глаза блестели лукавством. – ты мне не подскажешь, а как ты собираешься с этим Оракулом племяшку Хилару делать? У нее же хвост.

Хилар покачал головою, пряча смешинки в глазах.

Лорд Янус аккуратно снял ладонь подруги со своего плеча и точно так же мурлыкнул в ответ:

– Я тебе как-нибудь попозже на ушко расскажу, а то Макс смутится.

Леди фыркнула, а вслед за нею рассмеялись и остальные. Утром предстояло решающее сражение.

Суран задумчиво сидел в тишине зала.

– Хороший план придумали твои лорды, – тихо заметил Рубин.

Император-альбинос повернул голову и взглянул на него.

– Хороший, – согласился он.

– Тогда почему ты такой задумчивый?

Суран усмехнулся:

– А я должен с тобою откровенничать? Уверен?

– Не должен, – согласился Рубин. – Только объясни, зачем ты оставил меня в живых? Уверен, что я помогу? Может, мы с Горгоной разыграли весь этот спектакль?

– Может, и разыграли, – усмехнулся молодой император. – Но у меня свои причины. Проблема в другом. Помнишь, ты говорил мне, что стар и мудр? Почему же ты, такой опытный и старый, так взъярился на Януса? Он сказал тебе правду. Ты, может, и стар. Но пока ты развлекался со своею игрушкою – Крином, мы выживали. Знаешь, что моя мать была не просто безумна? Она, как и ты, играла в свои игры, не задумываясь о будущем. Она буквально чуть не лишилась всего того, что имела. И в итоге я убил ее, когда она почти выпустила еще одну тень из-за Стены. Она хотела играть. А мне досталась в наследство уже даже не империя, а ее осколки. И знаешь, чего я боюсь больше всего?

Суран криво усмехнулся:

– Не твоих кринитов и не паразитов Горгоны. Нет. Я начал всю эту завоевательную экспансию по одной простой причине. Из-за страха. Страха восстания в моей собственной империи.

– Восстания кого? – вскинулся Рубин.

Император Темной империи поднялся на ноги:

– У меня много подданных, дядя. И они разучились верить своим правителям. Они умели все эти века только бояться. Это плохо сказывается на характере любого существа. – Суран открыл портал. – Побудь здесь пока. Через пару минут тебя заберут. И помни об ошейнике.

– Да уж помню, – проворчал демон уже в темноту зала, невольно трогая свою шею и полоску на ней.

Буквально через минуту появился вихрь портала – и из него шагнула стройная черноволосая бесовка. Она внимательно вгляделась в сидящего демона и слегка поклонилась:

– Меня прислал его императорское величество. Я Тара. И я буду вас сопровождать.

Готас смотрел на меня.

Я задумчиво тер переносицу.

А змеиные глаза следили за каждым моим движением с ужасом, словно в любой момент я могу его уничтожить.

– Как тебя зовут? – холодно осведомился я.

– Р-рик, Старший, – почти прошептал он.

– Рик, – повторил я. – Почему ты называешь меня Старшим, Рик?

– С-сила, Старший. Сила в вас. Кровь. Она кричит и приказывает.

Вот оно что. Те твари из портала. Я получил их силу в немереном количестве. Большая часть ушла на поддержание барьера. Но остатки, которые я так никуда и не израсходовал, остались во мне. Видимо, убийство стольких тварей и овладение их силой в Изначальном мире придало бы мне довольно высокий статус. Мальчишка в теле беса боялся меня как боялся любого, кто сильнее его. Теперь становилось понятно, почему при убийстве зараженных не происходило передачи силы убийце. Эти дети могли убивать лишь тех, кто слабее их самих. Но так получилось, что слабее этих детей тварей в Изначальном мире не было. У этих малышей фактически не было сил. Они заимствовали ту, которою обладали захваченные ими тела. Оставалось выяснить, как они захватывали таких сильных и волевых бесов. Ведь это не тупые твари без проблеска разума. Наоборот, паразиты стремились захватывать более интеллектуальную форму, всеми правдами и неправдами выводя жертву из боевой трансформации.

– Рик, – задумчиво произнес я, присаживаясь на стул возле связанного беса, – ты без моего разрешения поселился в моем слуге. Этот бес принадлежит мне, и только я могу решать – умирать ему или нет. Никак не ты.

– Ты убьешь меня?! – в ужасе прошептал он. – Твой слуга все еще жив. Мы только делим его сознание на двоих.

– Убивать тебя у меня нет резона. А вот заставить тебя искупить вину передо мною можно.

– Каким образом, Старший?! – Он прямо-таки воспрянул духом.

– Для начала ты ответишь на все вопросы, которые я тебе задам.

– К-конечно, Старший! Задавайте! Я расскажу все, что вы захотите узнать!

– Отлично, – улыбнулся я.

И видимо, что-то было с этой улыбкой не так, потому что мальчишка вздрогнул всем своим бесовским телом. Что-что, а допросы я проводить умел. В свое время пришлось поучиться немного. Да и наставник у меня на этом поприще был великолепный.

Мальчишка рассказывал охотно и многословно, словно боялся, что я прерву его и тут же высосу его жизнь.

Как мы и предполагали, Горгона обещала детишкам сладкий рай, то есть много еды и живые тела, в которые они могли вселиться. Таких, как Рик, было много. Но были и другие. Более сильные, ближе к Старшим. С ними Горгона договаривалась как-то по-иному. Им доставались тела отнюдь не бесов, а демонов и аристократии. Но здесь мальчишка мне мало что мог рассказать; таких, как он, особо не интересовало, что делалось дальше того окружения, к которому они привыкли; но даже такие крохи информации могли помочь.

Заражение проходило очень просто. Мало было тел, в которых селилось меньше трех-четырех теней. А в самом начале вообще приходилось целой толпой сидеть в одном теле и ждать, когда хозяйка позволит кому-нибудь перейти в новое тело. При повреждении тела даже простой царапины было достаточно, чтобы тень проникла в новый дом. Мечта каждой тени была заполучить тело в единоличное владение. Только для себя одного, естественно потеснив хозяина. Это объясняло, почему никакие даже срочные ампутации не помогали избавиться от паразита. Рик, например, был просто счастлив, когда удалось проникнуть в тело Готаса в одиночку. Правда, бес оказался очень упрямым и долго не поддавался, а когда поддался, оказался слугой Старшего. Это положительно было какой-то полосой неудач, которые преследовали Рика не только при жизни, но вот теперь и после смерти.

Я усмехнулся:

– Малыш, ты еще не до конца понял, в какую историю влип. Мало того что ты так и не смог захватить окончательно это тело и попался именно мне. Так я могу сообщить, что ваша дорогая хозяюшка, скорее всего, готовила вас в пищу своему дружку, которого намеревается выпустить из-за Стены. Для начала она наделала вас целую армию, раздаривая тела направо и налево, потом заставила вас самостоятельно завоевывать эти тела для себя. Рано или поздно тела закончатся, и вы будете бороться друг с другом. Включится круг передачи силы, так как вы перестанете быть теми слабаками, которыми существовали ранее, накопите достаточно сил для перехода на иной уровень силы.

Он мрачно молчал. Такие создания, как это ничтожество, редко задумывались о своей судьбе и о будущем. У него была одна главная цель – получить чуть больше сил, наесться и спастись от взора Старшего.

В общем и целом главное я понял; сейчас мне лучше поспать пару часов, чем вытрясать из этого сопляка крохи информации.

Я встал:

– Тебе придется некоторое время побыть моим гостем, детеныш. На твоем месте я бы прислушался к тому, чье тело ты пытаешься занять. Думаю, вам есть о чем поговорить. Мне все кажется, что ты недопонимаешь ситуацию, в которую попал. Но у тебя есть время поразмышлять.

– Ты не убьешь меня, Старший? – Это прозвучало с искренним удивлением вперемешку с надеждой.

Я поморщился:

– Пока не убью. Я дорожу слугою, которого ты выбрал своим домом. Но избавиться от тебя не представляет особого труда в любое удобное для меня время, так что поживи пока.

Поток бессмысленной благодарности, больше похожий на жалобный скулеж, перемежаемый восторженными серенадами в мою честь. Я поспешил покинуть лабораторию. Мерзкое чувство.

По-моему, если все так, как я представил с его слов, отвратительным местом был мир, в котором жили Изначальные. И как они только там существовали! Никаких нормальных развлечений, одни убийства и интриги за получение как можно большего количества силы. И Диара хотела вернуть этот мир к жизни так же, как это пытается сейчас сделать Горгона. Убого. Было огромное желание вернуться и придушить это создание из прошлого.

Я вздохнул и наконец оказался в своих апартаментах. Надо немного отдохнуть. Утром я нужен свежим и бодрым, а не уставшим и невыспавшимся. На одной чужой позаимствованной энергии далеко не уйдешь.

Я стянул с себя одежду, которая казалась настоящей броней из-за грязи, налипшей на нее за последние двое-трое суток. Вообще, стоило вспомнить, что у меня есть несколько традиций, которые я всегда соблюдал перед важными битвами.

Так что я отправился в купальни смывать с себя грязь, пыль и кровь, которую не смог смыть легким омовением, которое устроил себе сразу после битвы с тварями у портала.

Таро ползал по всему телу, только бы почаще оказываться под трущей кожу мочалкой. Даже татуировке досталось. Наверное, коллегам я казался загнанным животным. И как только Каине удавалось выглядеть такой свежей? Это, видимо, особый женский секрет.

Кстати о леди: тетушка лорда Севера действительно интересное существо. Если в завтрашней битве все пройдет как задумали, обязательно приглашу ее на свидание. Хотя ни в одной битве не было ни разу, чтобы все шло так, как нам хочется. Ладно, остановимся на более вероятном пункте. Свидание состоится, если мы все же достигнем своей цели.

Мысль о свидании окончательно подняла мне настроение, и в постель я завалился уже чуть ли не мурлыча. Завтра будет очень интересный день, несомненно. Я обожаю хорошие полномасштабные битвы. Если предложения Змеевика сработают, как бы неправдоподобно они ни выглядели, я этого беса все же возьму во вторые адъютанты. Тамиру пора готовиться к повышению, а толковый офицер мне нужен постоянно.

С этой мыслью я погрузился в яркие краски сна.

Каина тихо напевала детскую колыбельную песенку, ласково теребя светлые волосы Северного лорда. Тот спал, разметав руки по постели. Спал крепко, совершенно не беспокоясь насчет утра, которое встретит его кровавым рассветом. Леди завидовала возлюбленному, она никогда не могла уснуть перед боем. Но теперь она нашла новый способ пережидать ночь. Смотреть, как спит Хилар, и петь ему тихие песни, которые остались из смутного детства.

Лорд Запада сидел в кресле, не отрывая взгляда от неба за окном. Он не разговаривал с небом и звездами. Он никогда этого не делал перед битвой. Он просто сидел, смотрел на небо и думал, спит ли сейчас Янус или танцует, разговаривая со своею Силою. Веки тяжелели, и ресницы постепенно опускались все ниже. Может, он и поспит в эту ночь. Звезды молча смотрели на него с неба.

Император Темной империи, задумчиво подперев подбородок, сидел за своим столом и рассматривал портрет на стене кабинета. Все-таки, смотря в глаза Рубина, он видел глаза своей матери. Неудивительно, что эти двое шли похожими путями. Безумие властителей погубило их империи. Только у Юрии был наследник, который смог остановить ее сумасшествие, а у Рубина – нет. И у Рубина были точно такие же глаза, как у сестры. Неужели ему придется испытать это еще раз? Если Сурану придется убить дядю, то почему-то казалось, что он повторно убьет свою мать.

И перед глазами вставало видение летящего лезвия меча, срезающего алые пряди волос у самого основания шеи.

7

– Красиво, наверное, смотримся, – усмехнулся уголком губ Максимилиан.

– Это хорошо. – Хилар даже бровью не повел. – Нашим солдатам нужно прививать чувство прекрасного.

Каина хихикнула.

Император Суран чуть дернул плечом, но не оглянулся на своих лордов, выстроившихся в линию за его спиной.

– Ян, – шепнул Максимилиан, кося синим глазом в мою сторону, – а ты вообще великолепен. Выглядишь намного лучше, чем вчера.

Я лишь кивнул, благодаря за комплимент. Стоять столбами надоело всем, однако мы все понимали, что наше время пока не пришло. Поэтому император молча сносил смешки. Трудно стоять и смотреть, как наша армия волной накатывает на осажденный город, а ты не там, на острие атаки, а стоишь, как дурак, на возвышении и наблюдаешь, потому что по твоему собственному плану время ввязываться в битву еще не пришло.

Я напряженно смотрел на темную волну, бьющуюся прибоем у стен города. Горгона выстроила неплохую защиту в считаные дни. А мои солдаты сейчас сражались с ее воинами, которых она набрала не только в Крине, но и среди нашей собственной армии. В какие-то мгновения я жалел, что дал возможность нашим солдатам оставаться в полном своем разуме при смене ипостаси. Сейчас многие из них могли встретиться со своими товарищами, которых знали в лицо, с которыми шутили и смеялись, с которыми сражались плечом к плечу. И должны будут убивать, чтобы не быть убитыми.

– Выброси эти мысли из головы, – коснулся моего слуха чей-то голос.

Я повернул голову к Максимилиану:

– Какие мысли?

– Те, что бродят у тебя в голове, – серьезно ответил он, уже не используя свои возможности. – Ты настолько в них погрузился, что мне пришлось пойти на использование Голоса, чтобы ты меня услышал. О чем думаешь, лорд Востока?

Я покачал головою, возвращаясь глазами к картине боя:

– О том, о чем не должен думать настоящий лорд-демон. Ты правильно сделал, Макс, что заставил меня очнуться. Спасибо.

– Всегда обращайся, если что, – пожал он плечами и умолк.

Внизу рухнул первый барьер, сметенный объединенной атакой нескольких отрядов, которые тут же были погребены под темной волной врага. Но было поздно. Где один барьер, там второй. И до стен города подать рукою.

Император обернулся.

– Пора, – шевельнулись его губы.

И Каина просто расцвела улыбкой. Ее ход!

Леди шагнул в портал, который давно уже ждал ее.

Над куполом второго барьера возник небольшой вихрь, похожий на зарождающийся смерч, только необычного цвета, словно не из воздуха, а из огня. И чем больше он рос, тем яснее становилось, что он действительно огненный. Когда смерч достиг таких размеров, что рев пламени был слышен даже нам, вся эта яростная масса обрушилась на второй барьер, защищавший город.

Я почти слышал, как с треском рушится сложная вязь заклинаний – целыми кусками, словно разбитое стекло.

Каина смогла показать ту мощь, которою обладала на самом деле. Но мы все знали, что даже этого заклятия не хватит для третьего барьера. Его можно было обрушить совместными усилиями, однако это подорвало бы наши силы. Такое развитие событий в план не входило. И Хилар слегка поклонился властителю Тагану.

Из-за шума битвы никто не услышал тихую мелодию, исходившую от группы очень красивых существ, стоявших чуть обособленно от остального войска. Зато враг был достаточно внимательным – они воевали еще в те времена, когда нас не было и война была их жизнью, так что они довольно быстро отследили те вибрации, которые начали подтачивать третий купол защиты.

Словно крылья взметнулись полы плаща, когда одним рывком на пути внезапно материализовавшегося чудовища, которое нацелилось на поющую группу, появился лорд Хилар. Скованная льдом скульптура рухнула на землю.

Теперь маги врага сосредоточили свои силы именно на этом участке поля боя, поскольку знали, что, если рухнет третий барьер, наша армия хлынет на улицы города.

– Им не хватает силы, – мрачно заметил Макс, кося глазом на инкубов.

Я согласно махнул рукою.

Похоже, это понял и властитель Таган. Он коснулся плеча Хилара. Тот напрягся, а потом дернул плечом, сбрасывая руку отца. Выпрямился, хотя я думал, что дальше уже невозможно, и... запел. Там, куда достигал его голос, замирали воины. И наши, и враги. Они разворачивались всем корпусом и смотрели только на Ледяного лорда. Те, кто не мог видеть, тянулись всем телом в ту сторону, откуда неслась песня.

Я почувствовал, как меня шатнуло в сторону первого. И в то же мгновение ушей коснулась тихая мелодия, перебивающая очарование песни полуинкуба.

– Спасибо, лорд Максимилиан, – послышался напряженный голос императора Сурана.

– Ваш покорный слуга, – усмехнулся астролог. – Теперь понимаете, почему инкубы буквально молятся, чтобы лорд Хилар остался в империи? Такую серенаду ни один из них не способен исполнить. Это прямое доказательство того, что полукровки могут быть сильнее, чем чистокровные инкубы. Они называют его песню Ледяной серенадой.

– Это он тебе рассказал? – удивился я.

– Было дело, – внезапно сжал губы Макс. – Захотите узнать побольше, спрашивайте у Хилара сами.

– Нет уж. Я знаю, у кого спросить и не напороться на знаменитый взгляд «отстань от меня, пока в статую не превратил».

– Да уж, Хилар даже в мире демонов страшная личность.

И в этот момент треснул третий купол. Трещины перед магическим взором разбежались тонкой паутиной, и купол взорвался миллионами осколков.

По сомкнутым губам императора скользнула улыбка.

Наши войска приступили к оккупации города.

Герцогиня, с высоты башни наблюдавшая за темными волнами, заливавшими улицы ее города, обратилась к своему адъютанту:

– Сокол.

– Моя госпожа? – склонился тот в низком поклоне.

– Выпускай всех детишек. Пора им отрабатывать свои тела.

– Всех?! – вскинулся лорд.

– Всех. – Змеи-волосы раздраженно зашипели на него.

Демон отшатнулся и поспешил исполнять приказ.

– Зачем ты возишься с этими ничтожествами? – Мужчина, стоявший у самого края башни, повернулся к герцогине.

– Затем, что мы сами слишком уязвимы. – Демонесса прикусила ноготь, рассматривая панораму города. – Они полезны как слуги и мясо, которое можно использовать в любой момент. Но ты прав. Ничтожества. Те, кто стоит там, за стеною города, – другие.

Мужчина усмехнулся:

– Впервые слышу, неужели ты признаёшь, что поставила не на того зверя?

– Если бы я поставила на Юрию, – фыркнула Горгона, – боюсь, было бы то же самое, только с другой стороны. И вообще, ты слишком самоуверен и нагл, Титан.

Тот пожал широкими плечами:

– Это ты решила вытащить меня из-за Стены. Я не сильно-то и рвался. Вон Тита бы тащила, тот от трещины ни на мысль... И все равно проворонил тебя.

– Тит слаб и подл. – Змеи согласно закивали. – Мне нужна твоя сила. Я хочу восстановить Изначальный мир.

– Зачем? – Мужчина сел на парапет и взглянул вниз. – По-моему, намного удобнее, если бы мы просто могли проникать в этот мир. Здесь комфортно и, по твоему утверждению, живут одни слабаки, годные разве что на мясо. Хотя в данный момент эти самые слабаки явно гонят твою армию по углам и попутно рвут ее на куски.

Горгона раздраженно зашипела.

Титан пожал плечами:

– Ладно. В чем резон мне тебе помогать?

Демонесса пригладила волосы-змеи, успокаивая их.

– Разве то, что я подарила тебе новое тело, не заставляет тебя испытывать благодарность?

Ее собеседник рассмеялся каким-то гулким смехом. И лишь отсмеявшись, заметил:

– О Горгона, ты слишком долго прожила в этом мире. Я слова-то такого не знаю. Что это значит? Я тебе не те доверчивые детишки, которых ты навселяла в здешние тела; за тело и еду я работать не собираюсь. Что я получу?

– Власть, – прямо заявила герцогиня, понимая, что демон прав. – Могущество. И половину этого мира.

– Для начала неплохо, – усмехнулся демон. – Ты наконец заговорила на нашем языке. Я так понимаю, тебе нужна именно эта часть мира?

– Да, – резко ответила Горгона. – Я за эти века здесь неплохо обустроилась. Ты можешь забирать себе Темную империю.

Титан задумчиво провел ладонью по камню:

– Что ж. Значит, чтобы получить эту империю, мне сначала надо разобраться с ее императором...

– И он там, – указала в сторону, откуда наступала вражеская армия, змееволосая герцогиня.

Титан встал:

– Я должен взглянуть на того, кто тебя настолько достал, что ты решилась поделить власть со мною. Я понимаю, что в будущем мы начнем сражение за полную власть, но даже на этом этапе – большая жертва с твоей стороны.

Он завернулся в плащ и исчез. Изначальным не требовались порталы.

– Чего мы ждем? – поинтересовался Рубин.

Суран перевел на него взгляд алых глаз, и от выражения этих глаз по коже бывшего императора пробежали мурашки.

– Я бы выразился более точно, дорогой дядюшка. Кого мы ждем?

– И кого мы ждем? – хмуро осведомился демон, трогая ошейник под воротником.

Альбинос странно улыбнулся:

– Изначального. Того самого, которого Горгона вытащила, когда мы удирали от Стены во все лопатки.

– Ты думаешь, ей удалось?.. – нахмурился Рубин.

– К моему величайшему сожалению, я знаю, – тихо ответил Суран. – И будем надеяться, что ей не хватило сил освободить того, кого она жаждала на самом деле. Для этого ей вряд ли хватило силенок. Однако, если мои предположения верны, герцогиня должна была вытащить себе союзника. Достаточно сильного, чтобы объединить с ним силы, но все же такого, кого она могла бы победить в будущем. Изначальные еще более недоверчивы по отношению друг к другу, чем мы, дядюшка.

– Правильные рассуждения, – одобрительно отозвался приятный голос за их спинами. – И это сказано устами столь молодого существа.

Оба императора медленно обернулись.

Рубин почувствовал ледяной холодок, скользнувший вдоль позвоночника. Перед ними стоял один из бывших его подданных. Когда-то это тело звали Ястреб из клана Летящих. Красивый и очень нетерпеливый был парень. Теперь его глазами на мир смотрело совсем другое существо. Очень древнее. И весьма могущественное...

– В наше время, – почти высокомерно отозвался Суран, – молодость не показатель.

Изначальный улыбнулся почти располагающей улыбкой:

– В наше время было почти то же самое. Молодость не являлась ни показателем, ни оправданием. Я не хотел оскорбить тебя. Меня просто заинтересовала твоя мысль. Я все никак не мог понять, что же Горгона утаила от меня. А она просто надеется, что я ослабел за века заключения, да еще и в новом, не столь уж и сильном теле еще не освоился и вряд ли смогу подняться на прежний уровень. Сейчас меня интересует другое. Как ты намеревался справиться со мною, если знал, что я приду?

Император улыбнулся в ответ:

– Я рассчитывал на твою самоуверенность, Изначальный.

Демон успел услышать лишь тихий свист, который создается летящим лезвием. Но за мгновение до того, как его голова отделилась от тела, глаза Изначального потухли.

Голова скатилась к самым ногам Рубина и остановилась, глядя на него остекленевшими глазами, полными ужаса.

Лорд Янус встряхнул меч, избавляя лезвие от капель крови.

Суран провел рукою по белым волосам.

– Он все-таки сбежал.

– Тело еще не стало его полностью. И он не зацепился конкретно за него. Тем более, судя по всему, настоящий владелец был жив все это время, что сильно мешает плотному закреплению, – заметил лорд Востока. – Но вы же и не рассчитывали на чистую удачу, мой повелитель.

– Я мог только надеяться, – вздохнул император. – По крайней мере, он не помешает нам в ближайшие несколько часов.

– На эту фору мы и рассчитывали, – произнес лорд и развернулся, чтобы уйти. – Я выпускаю свои войска.

– Удачи, – в спину ему заметил Суран и повернулся к Рубину: – Ну а нас с вами, дядюшка, ожидает трудная работенка. Называется она: «Отомсти предавшей тебя любовнице».

Впервые за все эти дни Рубин одарил его искренней улыбкой. Хотя она скорее походила на оскал.

8

Горгона смотрела на погибающий у ее ног город. Титан – самоуверенный дурак – вернулся в виде духа, и, чтобы найти ему подходящее тело, требовалось время.

Да и пока он будет в нем осваиваться... Часа два на это уйдет. А его сила нужна сейчас, и без промедления.

Этот император – сопляк – оказался слишком умен. И его бывший посол не хуже. Мальчишка – сын прежних послов. Эта семейка доставляла ей кучу неприятностей каждый раз, как появлялась в поле зрения. И похоже, именно на него запал Рубин. Да так, что смог сорваться с ее крючка. Все это накапливало к лорду Янусу некоторый счет, который требовал его крови. Ведь, скорее всего, именно он разгадал ее секрет с перемещением в тела. Сам Суран еще долго бы придумывал, как обойти ее паразитов.

Титан говорил, что голову его телу снес блондин с двумя мечами. Первому танцору он, кажется, тоже отрубил голову.

Однако сопляка императора тоже не стоило снимать со счетов. Уж больно быстро он разгадал секрет получения силы. Да и Рубина смог прибрать к рукам.

Герцогиня отвернулась от полыхающего и гибнущего города и начала спускаться вниз по лестнице. Войска империи достигнут башни минут через двадцать. Этого времени должно хватить.

К сожалению, ее тело, с которым она слилась уже настолько, что оно давно стало ее собственным, уже не обладало способностью перемещения. Этой важной составляющей она обладала всего пару лет, пока только сживалась с телом. Но с каждым разом перемещение давалось все труднее и труднее. Сейчас эта способность утеряна навсегда. А пользоваться порталами в Крине чрезвычайно сложно. Все-таки тогда, во времена раскола, она поставила не на того. Стоило выбрать Юрию вместо Рубина. Но время упущено.

Демонесса достигла подвалов, где ее встретил Сокол. Кринит низко поклонился. И Горгона тяжело вздохнула: выбора не было. Похоже, придется довольствоваться семейкой Летящих. Сокол был полезен, но Титан нужнее.

– Иди за мною, – приказала она.

– Госпожа, нам надо уходить, – встревоженно предупредил Сокол.

– Знаю! – резко воскликнула герцогиня. – Но мы должны забрать кое-что. Уйдем мы путем, который тебе неизвестен, впрочем, как и нашим врагам. Так что не стоит волноваться. Сейчас мне нужна твоя помощь.

– Да, моя госпожа.

Она видела, что лорд все еще неуверен, но убеждать его нет ни времени, ни желания.

– Идем, – еще резче выплюнула она.

И демон покорно последовал за нею.

Они достигли помещения, где Горгона хранила главную свою тайну – портал к Стене. Сейчас он был запечатан. Но чуть позже герцогиня собиралась его открыть.

Они вошли в комнату. И едва Сокол аккуратно закрыл дверь за собою, руки Горгоны стремительно метнулись к горлу демона.

Красивые глаза полыхнули, но Летящий оказался достаточно проворным. Он словно ждал, что госпожа предаст его. Тонкий стилет мелькнул в воздухе, полоснув лезвием по запястьям демонессы.

С воплем ярости Горгона отшатнулась от слуги.

Сокол прижался к стене и стал нащупывать дверь спиною.

– Решили меня заразить, госпожа? – оскалился он. – Но вы поторопились. Или немного припозднились, это как посмотреть. Тела моего брата вам было недостаточно?

– Оно оказалось слишком невнимательным. Плохие рефлексы, – рассматривая стремительно заживающие порезы, пояснила Горгона. – Ты мне верно служишь, но Титан сейчас нужнее. Поэтому я отдаю твое тело ему.

– Я знаю, как это происходит, – усмехнулся Сокол. – На мне нет никаких порезов, так что вряд ли ваш драгоценный паразит проникнет в мое тело. Для этого ему надо сильно постараться.

– Глупец, – фыркнула демонесса. – Не путай Изначального демона с какими-то жалкими тварями, которые даже не включены в круг передачи силы. Твой рот, твои глаза – всего этого достаточно для проникновения духа. Просто за твою верную службу я хотела оказать тебе услугу и умертвить до того, как Титан захватит твое тело и заставит страдать твой дух в вечной пытке. Но ты выбрал другой путь. За пролитую тобою мою кровь я отдаю тебя Титану живым.

В то же мгновение Сокол зашелся криком.

В глубинах башни, которую Горгона выбрала своим домом и одновременно боевым штабом, творилось нечто скверное. Подозреваю, что тот Изначальный, которому я буквально полчаса назад снес голову, получает сейчас новое тело. Изначальные злопамятны, впрочем, как и все демоны. Он наверняка видел, кто именно отрубил голову его новообретенному телу. Да и у Горгоны ко мне есть свои счеты.

Короче, получается, что, если я пойду в эту башню один, жизнь моя окажется интересной, но короткой.

– Чего стоим, кого ждем? – Жизнерадостный голос Каины оторвал меня от размышлений.

– Тебя и жду, – усмехнулся я. – Как тебе идея сразиться с одной полной сил Изначальной демонессой и одним Изначальным демоном, только-только получившим тело?

– Яни! – радостно завопила леди так, что я чуть не оглох. – Ты просто чудо! Я начинаю верить Хилару, что ты такой же сумасшедший, как и я! Пошли скорее! Пока не пришел его величество с моим дорогим и обожаемым Хиларом и не лишил нас всего самого вкусного!

Меня аж перекосило.

– Кая! – Я почти рычал. – Не смей называть меня Яни!

– Ах прости-прости, – обворожительно улыбнулась она. – Я забыла, что это твое больное место. Так мы долго будем здесь торчать? Пока нас не остановят или пока эти два лакомых кусочка не сбегут?

Я понимал, что Хилар нашел в ней. В такие моменты она была особенно обворожительна: в облегающей, как вторая кожа, форме, сплошь заляпанная кровью и вымазанная копотью, перепачканное лицо с горящими черными провалами глаз, черные волосы, уложенные тяжелой короной вокруг головы... Окровавленный меч в руках. И вся источает нетерпение и кровожадный азарт.

– Пошли потанцуем.

– Ах, как в старые добрые времена, когда мы были так юны, – пропела она.

– Я и сейчас еще нестар, – огрызнулся я, ныряя в темный пролом разрушенной стены.

Вослед мне раздался искренний серебристый смех.

Лорд Максимилиан внезапно замер, словно вслушивался во что-то. Его меч как-то механически отбивал атаки, не подпуская к хозяину врага, пока тот слушает себя самого и свой дар.

– Ваше величество! – вскинулся лорд Запада.

Суран резко повернулся, услышав тревогу в голосе астролога.

– Янус с Каиной влипли! Они оба поддались голосу своего безумия! И последовали прямо в логово Горгоны!

Император-альбинос крепко выругался:

– С Каиной все ясно. Почему Янус не подумал своей слишком умной головой?!

Звездный лорд покачал головою, перерубая кого-то пополам:

– Он поддался! Вкус крови, его танец, да еще эта позаимствованная чужая сила, которая все еще бурлит в его жилах! В общем, у нашего лорда Иллюзий крышу снесло почище, чем у Каины! Они сейчас достойная парочка.

– Нам следует поторопиться, – жестко заметил Хилар, который прикрывал спину своему императору. – Иначе эти двое попадут в ловушку. Или, что еще хуже, уничтожат все, что встретят.

– Я подозреваю второе, – бесшабашно усмехнулся Максимилиан.

– Я бы на это не рассчитывал, – с сомнением произнес первый. – Ты можешь определить их положение?

– Башня Горгоны!

Суран взмахнул мечом:

– Тогда поторопимся туда. Нам с герцогиней предстоит долгий разговор.

– Что это за место, Ян? – тихо прошелестел голос Каины, когда мы проходили нижний коридор башни. – Как-то здесь не слишком уютно.

– Похоже, Горгона содержала здесь свои уникальные и наиболее редкие образцы, – задумчиво отозвался я, отшвыривая носком сапога какой-то странный ошметок. Он подозрительно напоминал тряпку с куском приставшего к ней протухшего мяса.

Я внимательно оглядывался, но продолжал высказывать предположения:

– Знаешь, я думаю, что именно отсюда Изначальная пополняла свои резервы. Нашла демонов посильнее, заполнила их под завязку тенями и выпускала потихоньку. Да только с недавнего времени этот резерв начал истощаться. Поэтому она и рискнула снова отправиться к Стене и вытащить еще одного сильного Изначального.

– Почему герцогиня не набрала новых теней?

– Все просто, – усмехнулся я. – Мы не дали ей времени. Тени надо долго уговаривать, и их надо много. Чем больше, тем лучше. А всего один Изначальный стоит целой армии таких вот безмозглых детишек. Тем более вспомни, совсем недавно мы уничтожили ее основные ресурсы, которые она прятала как раз там, где мы прошли. Причем это были самые ценные ресурсы, сильнее всего отличавшиеся от предыдущих. Она даже не успела их ввести в свою армию. Инкубы там изрядно подчистили территорию.

– Злится, должно быть, жутко, – довольно улыбнулась моя спутница.

– Да уж, – меня распирали какие-то мальчишечьи радость и азарт, – мы ей здорово насолили.

Какой-то шорох заставил нас насторожиться. И правильно. Из темного коридора выступило несколько фигур.

– Ну наконец-то мы повеселимся, – радостно оскалилась Каина.

Я пригляделся к окружившим нас демонам.

– Кай, будь максимально осторо...

Нас атаковали одновременно все.

– ...жна! Это не детишки! – успел докричать я, замахиваясь обоими мечами.

– Чую! – с азартом отозвалась леди.

– В башню проникли, – задумчиво заметил Сокол. – Причем знакомые все лица.

Горгона обернулась. Ее красивое лицо исказилось от отвращения и чувства, весьма похожего на ненависть.

– Этот мальчишка!

– Если ты имеешь в виду сопляка-императора, – заметил демон, – то ошибаешься. Это тот паренек, который мечом снес мне голову. Кстати, сейчас я припоминаю, от меча здорово попахивало духом танцора...

– Этим же мечом «этот паренек», как ты выразился, и ему снес голову. Только наш танцор тогда сидел в женском теле, с уже сломанной шеей, да к тому же под заклятием, не позволявшим покинуть место. А заклятие, кстати, наложила мамаша этого пацана, к тому моменту уже несколько лет как убитая, но все равно существовавшая в виде призрака...

– Опасная семейка, – криво улыбнулся Титан, пытаясь как можно быстрее освоиться в теле Сокола. – Знакомое ощущение, кстати. Дорогая, ты уверена, что имперские демоны действительно такие уж слабые, как ты пытаешься меня все время убедить? Этот паренек, к примеру, очень мне напоминает некоторых моих старых знакомых...

Герцогиня неохотно пожала плечами, продолжая чертить линии на стене:

– Я начинаю думать, что действительно ошиблась. Однако у этого паренька есть уязвимые места. Он верен своему императору, обозлился на Танцора, из-за того что тот вселился в тело его девушки, да и вообще обладает массой слабостей, которые можно использовать против него. Помни, что они все-таки из игрушек и кое-какие связки уничтожить не смогли... Отсюда и такая дурацкая верность своим господам.

– Ну если все, о чем ты говоришь, – правда, то он действительно отличается от нас, – нахмурился Титан. – И какой же его слабостью ты намереваешься воспользоваться?

– Его проклятым любопытством и его подружкой, – аккуратно закончила Горгона. – Он уже почти попался. Пошел на поводу у своего любопытства и тщеславия. А также безумия... Вот на последнем-то я его и поймаю. Не хочу уйти, не отдав пару долгов.

Титан одобрительно улыбнулся. Вот это он понимал лучше. Злопамятность Горгоны даже в их времена воспевалась в песнях и легендах, пугая тех, кто имел неосторожность встать у нее на пути.

– Что делать мне? – поинтересовался демон.

Демонесса нехорошо улыбнулась:

– Быть моим орудием.

– Это будет платой за тело, – предупредил Титан.

– Договорились, – жестко сказала Горгона. Она собиралась поймать Титана на другую удочку, совсем иного договора. Когда они заключили соглашение о его новом теле, было обговорено, что в качестве платы Изначальный исполнит одну просьбу герцогини. Но у нее было и другое предложение, от которого он вряд ли сможет отказаться. Но с этим позже. Сейчас надо избавиться от гостей.

Титан заметил, что демонесса согласилась слишком быстро, но особого выбора у него не было. Демону хотелось поскорее избавиться от уз договора, словно сетью лезвий оплетавшего ему душу. Отвратительное чувство. И виноват в этом тот мальчишка, который шел сейчас по коридорам башни и убивал слуг Горгоны.

Демон решил про себя, что с Горгоною он разберется позже. Слово прозвучало, демонессе никуда от него не деться. А сейчас Титан выполнит соглашение и избавится от договора. Пока все просто.

9

– Какой красавчик. – Женский мурлыкающий голос.

Титан повернул голову, чтобы увидеть брюнетку, заляпанную кровью до самой макушки. Она смотрела на него черными блестящими глазами и едва ли не облизывалась.

– Куда-то торопишься? – Незнакомка лукаво подмигнула, однако Титан четко видел меч в ее опущенной руке.

– Есть такое, – согласился он. – Вы тут не видели блондина с синими глазами? Он еще таскает на поясе два меча и здорово ими отрубает головы?

– О, – разочарованно простонала женщина. – И почему вы все помешались на Яне? Неужели я не сгожусь вместо него?

Титан улыбнулся. А эта детка ему определенно приглянулась. Что-то в ней было от старых времен. От тех женщин, с которыми он сражался и которых побеждал, подминая под себя, словно сломанных кукол. Изначальный внезапно ярко припомнил вкус их крови и той силы, что вливалась в него с каждым ударом, с каждым толчком. И тот фонтан силы, который впитывал в момент их смерти. Таких было немного.

– Он запал на тебя, Кай, – прошелестело в воздухе коридора, усеянного трупами. По стенам поползли щупальца странного серого тумана.

Демон нахмурился, оглядываясь. Проклятая Горгона! Она должна была предупредить, что мальчишка владеет такими силами!

– Он бродит в иллюзиях прошлого. – Все тот же голос. Только никак не определить, где его обладатель. И туман все гуще, уже не видно лица женщины. Только ее силуэт. – Кай, ты хочешь его крови?

Тихий безумный женский смех.

Тьма Великая! Эти двое работают в паре! Два безумца из тех, которые доверяют друг другу свою спину! Так вот какую слабость намеревалась использовать Горгона. Дура! Она явно не видела их в работе! Титан нахмурился. Он старался не двигаться, зная, что любое его движение может стать последним. Можно было покинуть тело, все равно он еще не совсем освоился в нем. И все же... Договор жег изнутри.

Проклятая Горгона.

И демон решился. В конце концов, он знал, ради чего рискует.

И мир вокруг колыхнулся.

Он видел темноту. Где-то в глубине этой темноты чувствовалось шевеление... Титан втянул в себя воздух. Вот где ошибка мальчишки – он погрузил противника в мир иллюзий. В тот мир, где Титан жил и выживал уже многие столетия. И был там одним из тех, кто прожил достаточно долго, чтобы считаться могущественным. Он хищно улыбнулся и двинулся вперед.

Женщина улыбнулась из темноты и поманила рукой. Что ж... пора сыграть в их игру, но по своим правилам.

Я чувствовал, что что-то было не так, хотя Изначальный попал в сети моих иллюзий, и Каина заворожила его своим безумием. Но где-то закралась ошибка.

Я слишком поддался своим эмоциям. Слишком погрузился в свою Силу и в тот сладкий запах, который кружил мне голову с самого начала этой авантюры. Я на мгновение замер и вдруг понял, что следует делать, если уж не могу определить, где кроется ошибка.

Таро выскользнул из-под моей одежды с недовольным шипением.

– Тише, малыш. – Я потрепал его по гребню. – Слушай меня внимательно, Таро. Это очень важно. Ты станешь тенью в тени так, чтобы тебя не мог заметить даже я. Ты будешь следовать за мною и Каиной почти до самого конца. Но если нас заманят в ловушку, ты должен остаться снаружи и донести всю информацию, которую мы уже собрали и еще соберем, вот до этих трех демонов. – Я послал ему мысленные картинки. – Никому больше. Только этим троим.

Дракончик смотрел на меня, а я чувствовал, как надвигается нечто фатальное. И это жалкое чувство беспомощности, когда я не могу найти собственную ошибку...

– Иди. – Я подтолкнул дракончика, и Таро растворился в тенях, словно сам был тенью.

В тот же миг я услышал далекий крик Каины. Безумный, сначала торжествующий, затем недоуменный. Я понял – что-то случилось. Так она могла кричать, только предчувствуя поражение. Противник, достойный ее меча, довольно давно не вставал на пути демонессы, и похоже, что именно Титан оказался таковым.

Я схватился за нити иллюзий, в которые погрузил Титана, и скользнул по ним.

– А вот и наш хозяин. – Титан повернулся ко мне от распростертой у его ног темной фигуры. Черные волосы густой волной окутывали сапоги демона.

Ослепительная улыбка Изначального заставила меня слегка вздрогнуть.

– Ты прервал нас на самом интересном месте, мальчик. – Его улыбка напомнила мне кого-то. Такая сладкая, такая...

Я невольно отступил на шаг.

– Диара...

– Твой дар – это иллюзии. – Он облизнулся. – У тебя были неплохие шансы, и у нее тоже. Но вы погрузили нас в мое прошлое, где хозяин – я!

Проклятье! Да-да-да! Вот где я оступился! Проклятый болван! Неужели жажда крови и славы так затуманила мне мозги, что я попался в такую очевидную ловушку. И мои же собственные иллюзии обернулись против меня самого. Теперь просто так не изменить иллюзию на другую. Здесь важен принцип неожиданности. А я его проворонил. И за это поплатилась Каина.

Оставался только один выход. Я извлек из ножен оба меча и предложил Изначальному:

– Потанцуем?

Он вздрогнул. И перехватил меч поудобнее:

– Потанцуем.

Этот мальчишка... Что там говорила Горгона о Танцоре? Видимо, дело было непростое, так как, несомненно, вторым козырем этого паренька была сила Изначального. Странная, измененная, но ее вкус был узнаваем до зубовного скрежета. И это приглашение... Так приглашал к бою Танцор. Мало кто мог припомнить его имя, все звали его только Танцором. Титан принимал участие в нескольких поединках с этим демоном и не мог не узнать его выражение глаз и зарождающееся пламя на их дне.

Похоже, новый мир и его обитатели преподносят все больше сюрпризов.

– Горгона сказала, что именно ты отправил Танцора обратно за Стену, – бросил Титан, медленно по кругу обходя демона.

Тот хмыкнул, не отрывая взгляда от противника:

– Было дело. Он обманул меня. А я этого очень не люблю. Тщеславие, знаешь ли, жуткая вещь.

– Ты отрубил ему голову, как мне? Подкравшись сзади? – Изначальный постарался вложить в голос максимум насмешки.

На красивом лице не дрогнул ни один мускул. Только что-то изменилось в изгибе губ. И ответ прозвучал почти мечтательно:

– Мы хорошо потанцевали тогда.

А внутри взвыл все еще живой демон, чье тело так легко досталось Изначальному.

– Убей его! Убей! Нельзя дразнить! Убей!

Надо же... у этого Сокола тоже какие-то счеты с нахальным парнем. Скольким же существам успел насолить этот молокосос?

Титан не заметил, что задал этот вопрос вслух, и насмешливый голос не замедлил с ответом:

– Многим! И если в тебе сейчас надрывается тот, чье тело ты заполучил, то у него есть причины меня бояться. Хотя я всего лишь был послом. – Его лицо ожесточилось. – Зря ты так с Каиной.

– Я ее даже не убил, – фыркнул Титан. Улыбка мальчишки здорово его раздражала. – Я собирался немного с нею позабавиться.

– Не советую сильно раскатывать губу, Изначальный. Ты испортил ей прическу. Она впадет в настоящее бешенство, когда очнется. И никто не сможет удержать ее.

Титан пожал плечами:

– У твоей любовницы были недопустимо длинные волосы. Не люблю. Слишком многое можно в них спрятать.

– Разумно, – согласился противник. – Только я ей не любовник. У нее другие вкусы. И поверь, если ты останешься жив после танца со мною и боя с нею, этот образчик ее вкуса придет и просто споет тебе свою Ледяную серенаду, приправив ее Хаосом. Ему тоже нравились ее волосы.

Титану надоел этот бессмысленный спор. И он взмахнул мечом.

Горгона улыбнулась, обнажая острые зубы. Она закончила плести свое заклинание. А Титан поймал в ловушку мальчишку. Другие уже проникли в башню, и с ними Рубин. Пора было захлопывать западню.

Она коснулась своих волос-змей и резко дернула одну из них. Змея шипела и изворачивалась, но рука хозяйки крепко удерживала ее у основания головы, не давая укусить. Остальные тревожно шипели, но не пытались остановить свою госпожу. Один взмах ножа – и голова змеи отлетела в сторону, а темная кровь полилась прямо на линии рисунка, нанесенного на полу и переходящего на стену.

Кровь змеи вспыхивала, и огонь несся четко по линиям. Герцогиня сплела сложное заклинание. Оно действовало всего один раз и только на этот портал. Портал, ведущий к Стене, за которою заключены тени тысяч Изначальных. Горгоне не нужен был никто из старых знакомых. Все, кого она использовала или собиралась использовать в своих целях, были уже здесь. Нет, она намеревалась открыть портал только в одну сторону. Только в одну и всего для двоих путешественников.

Горгона рассмеялась. С остальными можно разобраться и попозже. Но этих двоих она просто так не отпустит. Ни за что.

Суран поднял голову, словно принюхивался.

– Проклятие, – прошептал он. – Горгона сошла с ума.

Рубин рядом замер, и мертвенная бледность разлилась по его лицу.

– Боюсь, все намного хуже. Нам надо убираться отсюда. Это ловушка. Нас заманивают не просто в портал. Нас заманивают за Стену.

Повелитель Звезд передернул плечами:

– За какую еще Стену?

Среброволосый лорд Севера рядом с ним выругался сквозь зубы. Он знал, о чем говорит его повелитель.

– Что скажешь? – бросил своему первому лорду император.

– Друг от друга не отходите ни на шаг, – отозвался тот и взглянул на Максимилиана. – Мне понадобится твоя помощь. Сможешь петь в дуэте?

– Давненько мы с тобою этого не делали, – усмехнулся полусирена.

Тьма разливалась по коридорам, а навстречу ей вставала звуковая волна. Холод Севера, льдистый звон рушащегося льда и прибой морской волны, мощь поднимающегося среди льдов цунами.

Императоры стояли за спинами тех, кто удерживал эту волну. Потрясенные. Во время битвы Хилар показал, на что способен его голос. Но никто и никогда не видел силу и мощь двух объединенных голосов.

Этой мощи хватило на то, чтобы остановить наступающую тьму портала, который затягивал башню за пределы Стены, установленной самыми могущественными демонами своего времени. Стены, которая держала в своих пределах тех, кто мог отбросить мир назад, в далекие времена, когда миром правили только инстинкты... И Тьма отступила.

Проблема была только в одном. Где-то внутри этой Тьмы затерялись два демона.

Они шли по опустевшим коридорам. Макс, который многое увидел и узнал во время своей песни, был мрачен. Первый лорд напоминал статую. Оба понимали, что шансов нет.

Сапоги Максимилиана наступили на что-то мягкое. Демон замер, рассматривая черную блестящую массу.

– Хилар, – хрипло позвал он.

Лорд Севера обернулся. Его глаза расширились, когда он увидел длинные черные пряди волос, которые Макс подобрал с пола.

– Похоже, их срезали мечом, – заметил повелитель Запада. – Каина, наверное, в ярости.

Хилар молча протянул руку и взял один локон. Тот словно послушная змейка обернулся вокруг его запястья.

Суран одобрительно склонил голову:

– Это поможет найти ее след.

Внезапный шорох заставил насторожиться всех четверых. Тени в одном из углов сдвинулись. У ног астролога оказалось гибкое тело.

– Таро! – Максимилиан наклонился.

Дракончик коснулся его пальцев теплым языком. Перед глазами лорда Запада вспыхнул ряд картинок.

– Мой император, – напряженно позвал он, – похоже, Ян оставил нам послание.

– Предусмотрительный у тебя лорд, – сказал Рубин, когда Суран взял дракончика на руки, впитывая информацию. – Узнаю зверька. Только никак не припомню, где же он прятался. Вроде Янус не таскал его за собою на поводке...

Лорды невольно улыбнулись. Действительно, Янус не раздевался перед Рубином и не демонстрировал свой небольшой секрет. Наоборот, он старался поменьше встречаться с бывшим императором. И держался с ним как в свое время держался с остальными лордами в начале своей карьеры при дворе императора Сурана.

– Я сказал что-то смешное? – надменно выпрямился Рубин. Чувствовалось, что он не привык к такому обращению.

В этот момент Суран оторвался от дракончика и протянул его Максимилиану:

– Думаю, лучше, чтобы он побыл с тобою. Ты ближе всех общался с Яном, и Таро немного к тебе привязался.

Астролог расстегнул рукав мундира.

Дракончик немного поколебался, но все же коснулся лапой раскрытой ладони Звездного лорда и начал перетекать на кожу живой татуировкой. Рубин лишь головою покачал.

– Каина и Янус за Стеной, – задумчиво сообщил Суран. – Горгона сбежала, прихватив то, что ей показалось наиболее важным. Боюсь, здесь нам делать нечего.

– Мы все так и оставим? – подал голос Северный лорд.

Император-альбинос серьезно посмотрел на него:

– Друг мой, не волнуйся. Каина жива. И мы найдем способ их вытащить. Горгона использовала портал, который бесполезен для нас. Я попробую пойти другими путями. Верь мне.

Прозрачные глаза внимательно всмотрелись в алые, и очень медленно лорд Хаоса согласно кивнул.

Титан хмуро перевязывал рану на боку, косясь на герцогиню:

– Почему ты отобрала у меня добычу?

– Ты о девчонке? – фыркнула Горгона. – Она не представляет никакого интереса. Гораздо интереснее, что эти двое сейчас на нашем месте и трещина медленно начнет затягиваться в тех местах, где пробоины. Если им не удастся выбраться, то наше место будет занято и нас не будет тянуть за Стену всякий раз, когда мы будем оказываться подле нее.

– Умно! – Демон на мгновение даже прервал перевязку. – Очень умно. Что дальше?

– Дальше? – Демонесса резко обернулась, пристально вглядываясь в своего союзника. – Дальше я намерена показать этому мальчишке императору, что значит связаться с Изначальной! Ты знаешь – поражений я не прощаю. Но одна проигранная битва – это еще не вся война.

Титан снова занялся раною. Его грызло смутное сомнение. Что-то они не учли. Что-то столь же очевидное, как у этого преемника Танцора с его иллюзиями. Только вот что?

История пятая

Танец с безумием

1

Каина лежала, прислушиваясь к треску костра. Глаза открывать она не спешила.

– Заканчивай притворяться, солнце. – Голос был усталый, но знакомый до боли. – Мне от этого никакой пользы. А вот твоя помощь пригодилась бы.

Она открыла глаза и недовольно скривила лицо, поняв, что видит лишь темноту. Ян любезно положил ее спиной к костру.

Она плавно села и нахмурилась: что-то было не так. Руки невольно поднялись к голове, и она застыла, словно онемела каждая клетка ее тела.

– Этот урод сказал, что ему не нравятся длинные волосы, в них слишком многое можно спрятать, – говорил Янус с искусственным безразличием.

– Громкие звуки возможны? – глухо поинтересовалась леди.

– Визжи, – устало разрешил голос за спиной.

И она завизжала. Так, как никогда еще в жизни, выплескивая ярость, боль и ненависть. Ее еще никогда так не унижали. Через несколько минут она замолчала, выплеснув в крике все, что испытывала в этот момент.

Она опустила руки:

– Ты его убил?

– Нет. – Янус ответил отрывисто и зло.

– Хорошо. Я убью его своими руками.

Каина наконец оторвала взгляд от колышущейся впереди темноты и повернулась к другу.

Янус выглядел усталым, раздраженным и каким-то помятым. Он сидел, помешивая веткой угли костра, ссутулив плечи, устремив отсутствующий взгляд куда-то в пространство. Таким она его видела только однажды. Лорд Востока тогда не смог взять крепость какого-то графа. Это был то ли третий, то ли четвертый штурм в его карьере полководца. Тот старый демон оказался хитер. Правда, через пару дней, когда Янус понял, как взять крепость, он сровнял это место с землею вместе со всеми его жителями. Не хотела бы она оказаться на месте того, кто довел повелителя Иллюзий до такого состояния.

– Где мы?

– За Стеной, Кай. За Стеной. – Он посмотрел на Каину в упор. – В полном дерьме мы с тобою, подруга.

– Что за Стена такая? – Леди Огня деловито подсела поближе к костру. – Хилар пару раз упоминал, но не объяснял. Ты сможешь?

– Попытаюсь, – усмехнулся повелитель Иллюзий. – Время, наверное, еще есть.

Он помолчал, глядя мимо нее, подыскивая первые слова, за которыми потянется цепь объяснений.

– Стена – это куски заклинаний, спаянных в единое целое. Она была создана первой императрицей Темной империи и десятью ее лучшими магами-демонами. Стена – это замкнутое кольцо, в котором заключен кусок Изначального мира с тенями Изначальных демонов, лишенных своих тел. Стыки заклинаний разных демонов – это слабое место, которое может дать трещину. Именно через такую щель проникла к нам Горгона, а потом еще и вытащила Титана.

– Почему же они все еще держатся, – мрачно осведомилась Каина, – если эти стыки так ненадежны?

– Ими как раз занималась императрица, – отозвался Янус. – Чтобы до Стены не могли добраться, маги переместили этот кусок земли в особое место, куда доступ дозволен только тем, кого позже назвали хранителями Стены. Здесь создана дополнительная линия обороны, сделали ее еще из одного куска Изначального мира, заселенного низшими формами, которые являются предками нынешних бесов. Попасть туда можно, только создав определенный портал. На этой линии обороны действуют правила Изначального мира.

– Постой. Стена – это заклинание материальной формы?

– В точку, – сказал Янус. – Она похожа на мерцающий серый монолит.

– Это тебе император рассказал? – напряженно уточнила Каина, не отводя взгляда от языков пламени.

– Нет. В книгах домашней библиотеки прочитал, – заявил повелитель Иллюзий. – Император Суран не слишком разговорчив. Он открывал при мне портал, и я отбивался от целой кучи мерзости, которая лезла оттуда в наш мир. Знаешь, что он мне сказал? Закрыть портал огнем через три часа его отсутствия.

– Что могло произойти? – тихо спросила демонесса.

– Не знаю, Кай. Император успел вернуться.

– Полагаю, мы скоро это выясним? – зло усмехнулась леди Огня.

– Возможно и раньше. Мы ЗА Стеной, а не ПЕРЕД нею.

– Как долго я провалялась без сознания?

– Полтора часа.

– Что я еще должна знать?

Янус вздохнул:

– Здесь действует закон поглощения силы. Убиваешь создание – получаешь его силу. И судя по тому, сколько я получил этой самой силы, когда убивал, обороняя портал, мы включены в этот круг.

Каина деловито проверяла свое снаряжение:

– Почему на нас до сих пор не напали?

– Боятся огня. Но это пока. Потому что нас окружают низшие формы. Скоро придут тени. Вот тогда потанцуем.

– Как планируем выбираться? – Янус с недоумением посмотрел на подругу по несчастью. – Только не надо рассказывать мне сказки. Ты полтора часа сидишь здесь и до сих пор не придумал план действий?

– Ну первые полчаса я потратил на добычу огня и на защиту твоего аппетитного тела от всякой мерзости.

– Хорошо, – согласилась Каина. – Ты за ЧАС не придумал никакого плана?

Ян тихо рассмеялся:

– По-моему, все очевидно. Нам следует пробиваться к трещине.

– Как мы ее найдем?

Четвертый лорд потер переносицу:

– Понимаешь, я там оставил Таро. А он моя часть, фактически моя кожа. И я чувствую его. Вот в ту сторону и пойдем.

– А при чем здесь трещина? – поинтересовалась леди, поднимаясь на ноги.

– У нас есть выбор? – ответил вопросом на вопрос демон.

– Нет. Когда отправляемся?

– Сейчас. – Лорд Востока наклонился и выхватил из костра некое подобие факела. – Держи, пригодится. И поддерживай его заклинанием.

– Не слишком ли расточительно?

Янус выпрямился, держа в руке точно такой же факел, и кивнул ей на две подготовленные связки дополнительных факелов:

– Они никогда не видели живого огня. После того урока, что я им устроил, пока ты лежала без сознания, эти твари кое-что поняли. Лучше тратить силы на огонь, чем пробираться в кромешной Тьме. Когда еще мы убьем какую-нибудь тварь, которая отдаст нам свое зрение...

– Отвратительное место, – заявила леди Огня.

– Согласен.

Мы двигались уже около получаса. Нападения были редкими, нападали самые отчаянные или очень уж голодные. Но мы чувствовали сотни и тысячи глаз, которые внимательно следили за каждым нашим шагом. Мы казались сладкой, но опасной добычей. Я кожей ощущал их нетерпение и жадность. Но они чего-то ждали. Или кого-то.

Это было плохо. Очень плохо.

– Ян, – предельно спокойным голосом позвала Каина, но за этим спокойствием слышалась целая буря эмоций, – расскажи мне про этого Титана. Ты ведь наверняка читал об этих Изначальных.

– Читал, – согласился я. – Только написаны о них в основном мифы и домыслы. Про Титана я читал всего одну историю в пять строк.

– Расскажи.

– Почему бы и нет. – Я напряг память. – «И была великая битва. И звали демона Титан. И сокрушал он одним лишь движением пальцев. Был он высокомерен, и достигала его мощь самой высокой башни крепости мятежников. И сокрушил он крепость, а вслед за ним хлынули волны мерзости». Вот и все, что о нем говорилось.

– Что за битва такая? – Леди напряженно всматривалась во Тьму, чуя движение.

– Это первая битва восстания против власти Изначальных, которое подняли несколько горячих голов. Императрица, тогда всего лишь девчонка с кухни, выбралась из крепости во время битвы. У нее погиб друг. И она поклялась отомстить.

– Звучит как детская сказка.

Я невозмутимо отозвался:

– Это и есть сказка. Мне ее на ночь мама читала.

Смешок, в котором угадывалась безумная нотка, был мне ответом.

– У леди Жадеит всегда было оригинальное чувство юмора. Вернемся, подаришь мне экземпляр этих сказок? Буду своим детям на ночь читать.

– Подумываешь о наследниках? – заинтересовался я.

– Я последняя из рода и всего клана, потому думаю об этом с того времени, как похоронила Рафаэля рядом с могилой отца.

Я молча кивнул, хотя она и не могла видеть. Сложно было предположить, что столь логичное заключение может исходить из уст нашей сумасшедшей леди. Но я ее знал достаточно давно, чтобы понимать, что безумие Кай – это не столько она сама, сколько маска, за которую демонесса прячется. Сложная конструкция, требующая больших усилий, но никто не мог упрекнуть леди в слабости.

– Что было после того, как я потеряла сознание там, в коридоре? – прервала Кай мои размышления. Она явно уводила меня от опасной темы. И я поддался.

– Ну то, как я сглупил с иллюзиями прошлого, ты должна была застать.

– Еще бы.

– Потом этот урод отсек тебе волосы, а я от расстройства его сглазил.

Кай резко развернулась и уставилась на меня широко раскрытыми глазами:

– Шутишь?! Ты настолько был зол?!

– Именно настолько. – Способность к сглазу у меня была в крови, но очень слабая, требовавшая мощной эмоциональной подпитки – в частности, злобой и ненавистью. Плюс голова у меня немного остыла, но злость на себя и ненависть к Изначальному остались.

– Что ожидает Титана? Я успею до него добраться?

Я хмуро буркнул:

– Его ожидает Хилар. Очень недовольный Хилар. Но время я не называл. Все зависит от того, насколько быстро мы выберемся: прежде чем твой любовник погрузит его в Хаос или после...

Шипящий голос прервал нас:

– Как мило. К нам начали присылать новичков?

Мы моментально развернулись спина к спине, как в старые добрые времена. А у меня мелькнула шальная мысль, что, с тех пор как Каина ушла от меня, я никогда никому не доверял прикрывать себе спину и всегда старался справляться с противниками самостоятельно.

Направление, откуда доносился голос, определить было довольно сложно.

– Красивый мальчик и красивая девочка. – Второй голос присоединился к первому. И в отличие от первого, в нем слышались мурлыкающие нотки. – Интересно, каковы они на вкус?

– Живые, все еще в своих телах, – поддержал первый.

– Подавитесь, – фыркнула Каина.

– Дерзкая, – одобрил второй. – Сладкая. Мне девочку.

– Согласен. Блондинчик тоже красив. И я люблю молчаливых.

Я тихо, сквозь зубы, зашипел. Леди Огня рассмеялась:

– Яни, какая прелесть. На тебя опять запал какой-то мужик. Как ни бегаешь, все равно находят.

Держа один из своих мечей в правой руке, а в левой факел, я четко развернулся в сторону первого, определив наконец, где он находится. И прошипел:

– Ты, Изначальный, сначала попробуй взять то, чего тебе хочется. Только не удивляйся, если лишишься даже того подобия жизни, которым обладаешь сейчас. А тебя, Кай, – бросил я спутнице, – я много раз просил не называть меня Яни!

Оба Изначальных вышли из Тьмы, вступив в освещенный нашими факелами круг. Один оказался покрыт зеленоватой чешуей, однако у него были правильные черты лица, янтарно-желтые завораживающие глаза и грива белых волос. Второго я видел лишь краем глаза, но успел заметить плавность его движений и золотистый блеск то ли волос, то ли шерсти.

– Если убьем, получим их силу? – поинтересовалась Каина.

– Не знаю, они ведь всего лишь тени, – отозвался я.

– Значит, как обычно? Методом пробы?

– Угу, – кивнул я. – Только давай без ошибок.

Я услышал ее смешок, а в следующее мгновение моя спина оказалась открытой. Я только почувствовал легкий ветерок, с такою скоростью леди бросилась на своего противника.

Чешуйчатый широко улыбнулся, демонстрируя пасть, полную очень острых зубов:

– Твоя подруга бросила тебя, Яни.

Шипящий голос бесил неимоверно. Я прищурился:

– Никто не смеет называть меня так, кроме моей матери! Потанцуем, уродец?

По-моему, на уродца он обиделся. Ничего, обижаться полезно. Вроде бы. Интересно, кто это сказал мне в свое время?

Я выбросил из головы все, кроме нового противника и предвкушающего урчания, волнами накатывавшего из Тьмы.

Меч очертил полный круг за миг до того, как Изначальный атаковал.

Яростный крик за спиной говорил о том, что бой Каины в полном разгаре, но теперь было не до нее. Справится. Я в этом не сомневался. Справится. Так же как справлюсь я. Я плюнул прямо в раскрытую пасть, которая оказалась в опасной близости от моего лица, чем, похоже, довел противника просто до точки кипения. Я увидел, как вокруг его рук вспыхнуло боевое заклинание.

Что ж, потанцуем. Это мы проходили, и не раз.

2

– Почему господин больше не приходит? – Готас внимательно наблюдал за лаборантом. Тот вздрогнул, словно не ожидал, что подопытный умеет говорить.

Он развернулся к бесу спиной и не ответил.

– Что-то случилось, – пробормотал бес – скорее себе, чем лаборанту, спина которого при этих словах напряглась. Но ответил Готасу не он, а мальчишка Рик, который все еще обретался в теле Готаса.

– Старший очень далеко. Я его едва-едва чувствую.

– Ты можешь его чуять? – удивился бес.

– Конечно. Он Старший – мой покровитель, – с какой-то надменной гордостью заявил паразит и благоговейно добавил: – Он включил меня в круг.

– Что еще за круг такой?

– Круг силы. Раньше я, как и остальные, не был в него включен. Круг – это когда, убивая врага, получаешь его силу. Старший оставил мне жизнь и взял под свое покровительство. Он сам входит в круг – значит, теперь в него вхожу и я. Если убить меня теперь, мой враг получит мою силу.

– Понятно. – Готас помолчал. – Ты можешь чувствовать, что сейчас делает господин?

– Сражается с кем-то из Старших. Он сильный. Очень сильный.

Бес почувствовал, что над ним кто-то склонился. Он открыл глаза и встретил взгляд лаборанта. Тот рассматривал его как какую-то диковинку.

– Ты разговариваешь с паразитом? – поинтересовался лаборант.

Готас молча кивнул.

– Он чувствует лорда Януса? – В глубине глаз этого беса разгоралось нетерпение.

– Да. Он говорит, что господин где-то с кем-то сражается. Он называет его так же. Старший сражается со Старшим.

Лаборант выпрямился, вцепившись в собственный подбородок узкими пальцами. Но вот он вновь обратился к Готасу:

– Я сейчас позову Тамира, адъютанта лорда. Вы оба ответите на его вопросы. Как можно подробнее. Я уже несколько растерял навык правильного допроса. И впервые жалею об этом. Слишком мало приходится общаться, все чаще ко мне попадают очень молчаливые подопечные.

С этими словами он развернулся и вышел из лаборатории.

– Он страшный, – тихо сообщил Рик.

– Все боятся бесов из лабораторий лорда Януса, – заметил Готас. – И правильно делают. Неправильно бояться их больше, чем господина.

– Старший намного страшнее, – отозвался паразит-тень. – Он хорошо притворяется.

– Правильно мыслишь, мальчик.

– Я не мыслю, я так его вижу.

Тамир внимательно выслушал Самара. Они выросли в одном питомнике и потом долго вместе служили в свите лорда, пока сам Тамир не стал адъютантом, а Самар получил должность помощника в лабораториях господина.

Адъютант перекинул с плеча за спину свою красную косу и решительно шагнул за дверь лаборатории. Если Самар прав, у них есть шанс. Что бы там ни задумали император и лорды, солдаты лорда должны позаботиться о том, чтобы их господин вернулся к ним живым и здоровым. Лорд заботится о своих подчиненных, а подчиненные заботятся о своем лорде. Как-то все они привыкли к такой мысли за время службы у лорда Иллюзий.

– Готас? – Он смотрел на прикрученное к столу тело беса.

– Грас Тамир? – Темные глаза обратились в сторону говорящего.

– Самар рассказал мне о некоторых особенностях твоего паразита. Ты можешь ответить на некоторые вопросы?

– Конечно, грас Тамир. Я могу на время уступить место Рику, и он сам ответит на все ваши вопросы.

Адъютант с интересом наклонил голову:

– Это щедрое предложение. Скажи, ты будешь присутствовать при разговоре?

– Да, грас Тамир.

– Тогда я прошу тебя, уступи место Рику. У меня к нему есть несколько вопросов, а потом я хотел бы выслушать твое мнение по поводу нашего с ним разговора.

Бес внезапно улыбнулся:

– Знаете, грас Тамир, вы вдруг напомнили мне господина.

– Ничего удивительно, – пожал плечами адъютант. – Я при нем восемь лет, поневоле нахватаешься.

– Понимаю, – сказал воин. – Я уступаю место Рику.

Через какое-то мгновение глаза его изменили выражение и с некоторой опаской уставились на Тамира, разглядывая его.

– Рик? – поинтересовался для проформы адъютант лорда.

– Д-да...

– Скажи-ка мне, Рик...

Допрос начался.

Спустя три часа Тамир устало сообщил:

– Это все, Рик. Пусть тебя сменит Готас.

– Я больше не нужен? – Дрожащий голос.

Кажется, адъютант сильно напугал это создание.

– Нет. Пока отдыхай. Готас!

Бес глубоко вздохнул. Тамир про себя отметил, как разительно меняется выражение лица, когда личности сменяют друг друга.

– Грас Тамир... – Интонации тоже отличались. – Я понимаю, к чему вы вели...

Тамир сделал утвердительный жест; глупо было бы рассчитывать, что опытный воин не увидит направленность вопросов. Это упрощало задачу.

– Скажи мне, этому Рику ты сможешь довериться?

– Нет, грас, – честно ответил Готас. – Но ради своего Старшего он многое готов сделать. Особенно пока не убьет свою первую жертву.

– Почему?

– После первых жертв начинает закрепляться его право присутствовать в круге силы. Если господин умрет до того, как Рик закрепит свое право, тень может его лишиться.

– Понятно. Ты согласен на мой план?

– Я да. Но как мы попадем туда, где сейчас господин?

– Есть у меня одна зацепка, – тихо ответил бес. – Если все получится, нас переправит сам император.

Готас помолчал, а потом почти с благоговением заметил:

– Ты такой же сумасшедший, как повелитель.

– Спасибо, – несколько рассеянно ответил адъютант лорда, явно погрузившись в какие-то свои мысли.

Рубин поднял голову, удивленно глядя на Тару, бесовку, которую приставил к нему Суран. Девушка выглядела слегка встревоженной и комкала в руках минуту назад полученное послание.

– Свидание не состоится? – насмешливо поинтересовался он.

Бесовка бросила на него пронизывающий, холодный взгляд, явно подхваченный у своего императора:

– Это не любовное послание.

– Но как минимум просьба о встрече. – Бывший император откинулся на спинку кресла. – Однако ты не знаешь, как на него реагировать, потому что встречаться тебе придется в моем присутствии. Ты же не можешь прийти к Сурану и попросить его посидеть со мною, чтобы ты могла сбегать на свою неотложную встречу.

Тара вспыхнула. Но Рубин был демоном, а она всего лишь бесовкой, пусть и невероятной мощи и силы.

– Это послание от адъютанта лорда Януса. Он просит о встрече, так как я имею доступ к императору. А у него есть какие-то соображения относительно его господина...

Рубин медленно поднялся на ноги:

– Дай-ка свою записку.

Девушка протянула бумагу. Кринит вгляделся в аккуратные строчки. Каким образом бесы Януса поняли, что с их господином случилась беда? И почему отреагировали именно так? Они готовы дойти до самого императора, рискуя жизнью, чтобы вернуть своего лорда. Это ненормально для отношений демона и бесов.

– Лорд Янус – очень сильный повелитель, – тихо прозвучал голос бесовки. – Его подчиненные знают, что он страшен в гневе, очень жесток, когда это необходимо, но он никогда не предаст тех, кто ему доверился. И очень многие его подчиненные готовы отдать за него жизнь. Я слышала, что даже дикие приходят в армию, едва услышав его имя.

Рубин удивленно взглянул на Тару:

– Ты влюблена в Януса?

Лицо бесовки заледенело.

– Уникальный демон, – пробормотал кринит. – Я до сих пор не встречал таких, чтобы в них влюблялись бесы, да еще столь поэтично их чуть ли не воспевали. У Сурана очень необычная команда.

Он посмотрел на Тару, которая все еще стояла подчеркнуто прямо, словно ей в позвоночник вставили ледяную иглу.

– Пусть этот Тамир со своими друзьями приходит. Я послушаю, что они скажут. А там решим, стоит ли это выслушать Сурану или нет.

– Может, я сам буду решать, дядюшка?

Оба – и кринит, и бесовка – не заметили, как в зале появился император. И при звуках его голоса вздрогнули одновременно.

Суран оглядел их и хмыкнул:

– Вы похожи на двух демонят, попавшихся за кражей сладостей с кухни. Вот уж не знал, что Рубин – демон старой закалки, во времена которого до разговоров с бесами не опускался ни один демон, – будет строить заговоры против меня вместе с моим личным телохранителем.

Рубин сморщился, как будто съел что-то кислое:

– Атмосфера, которая тебя окружает, отравляет меня. Я совсем себя не узнаю.

– Не увиливай от ответа, дядюшка. Что у вас там?

– У бесов Януса какой-то план по вытаскиванию их господина. Это при том, что они даже не знают, где он конкретно находится. – Рубин протянул племяннику записку.

Суран прочел и задумчиво потер переносицу:

– Тамир. Я наслышан об адъютанте Януса. Насколько мне известно, этот бес с ним очень давно. И Янус доверяет ему очень сложные задачи. Тут упоминается еще Змеевик. Этот парень вообще помогал Янусу разрабатывать план захвата твоей столицы. Думаю, как минимум выслушать их – стоящее дело.

Император взглянул на бесовку:

– Что ты сама думаешь об этом, Тара?

– Просто так они бы не обратились ко мне, ваше величество. У них действительно какой-то план. И они очень сильные бесы. Лорд Янус обучал их лично. Они всегда сопровождали его в самых сложных операциях, – четко ответила Тара.

– Понятно. – Император протянул ей записку. – Ответь им. Но не говори, что я и Рубин будем присутствовать при вашей встрече. Пригласи их, скажем... – он задумался на какое-то мгновение, – часа через три и отведи в мой кабинет.

– Слушаюсь, мой повелитель. – Бесовка низко поклонилась.

– Можешь идти, – разрешил Суран, – мне надо немного пообщаться с Рубином.

Тара снова поклонилась и вышла из зала, аккуратно прикрыв за собою дверь.

Суран повернулся к криниту:

– Я вообще-то зашел не затем, чтобы поймать вас за сговором.

– Я так и понял.

Император устало опустился в ближайшее кресло, жестом предложив Рубину сделать то же самое.

– Ты долгое время жил рядом с Изначальной и не все пропускал мимо ушей. Иначе бы так долго на троне не продержался. Ты можешь предположить, что нас ожидает, если все же удастся вытащить Януса и Каину? Точнее, не вернем ли мы вместо них кого-то другого?

Рубин сцепил пальцы рук в замок.

– Ты имеешь в виду указания для хранителей?

– Да. Мы оба знаем, что Горгона отправила лорда и леди за Стену. И мы оба знаем о запрете хранителям находиться вне зоны защиты Стены более трех часов, так как Тьма Безумия Изначальной силы начинает поглощать разум хранителя, если он недостаточно силен и тверд душой. Ян и Каина не являются хранителями. Что мы получим по их возвращении?

Кринит опустил голову:

– Прости, Суран. Я не знаю ответа на твой вопрос. Но твои лорды и леди – необычные демоны. Тем более нам обоим неизвестно, что там за Стеною творится. Горгона не любила об этом рассказывать.

– Но что-то она рассказывала. За столько лет неужели ты не собрал никакой информации?

– Кое-что, – неохотно признался бывший император.

– Тогда я тебя внимательно слушаю. – Суран устроился поудобнее, но его глаза стали еще более внимательными.

– Хорошо. – Рубин поднял голову и посмотрел на племянника. – Что ты хочешь узнать?

– Начни с самого начала.

– С самого начала, – сказал кринит. – Хороша задачка. Что ж... Мир за Стеной не весь такой, как защитная линия Тьмы, что окружает Стену с нашей стороны. Он более... разнообразный. Такая Тьма, с теми существами, которые нападают на тебя каждый раз, как ты приходишь к Стене, в Изначальном мире существует... островками, сгустками. Туда рискуют ступить только самые сильные. Или сумасшедшие. А еще там ловят... «домашних любимцев».

– В смысле? Что это значит?

– Это значит, что те уродцы, которых ты крошил направо и налево, не зря считаются предками нынешних бесов. Их захватывали именно в таких вот сгустках и приручали. Но на подобное решались только настоящие безумцы. Однако, имея такое существо, хотя бы в единственном экземпляре, ты фактически увеличиваешь свои шансы не только на выживание, но и на власть в том мире.

– Хорошее преимущество, – задумчиво произнес альбинос.

– Верно. Но как я уже сказал, только безумцы шли на такой шаг, потому что вернуться из сгустка мог не каждый. Твари ведь не смотрят, демон перед ними или просто добыча. Для них все, кто не относится к ним самим, – это еда. Да даже те из них, кто слаб, такая же добыча, как остальные. Горгона, например, никогда не имела подобную тварь. Хотя есть какое-то подобие охотников, которые специально ходят во Тьму ловить тварей, а потом продают их демонам, полагающим себя способными приручить такое создание.

– Интересные вещи рассказываешь. Если Янус и Каина попали именно в такое пятно-сгусток, то у них большие шансы на выживание.

– Почему? – вскинулся Рубин.

Император улыбнулся:

– Ты сам сказал, что только безумцы способны приручить тварь. И Каина, и Янус – оба безумнее некуда. И я скажу тебе так: у меня складывается впечатление, что Изначальные и не подозревают, в каком раю они живут. Наш мир намного страшнее.

– Возможно, ты прав, – согласился Рубин. – Рассказывать дальше?

– Я внимательно слушаю.

3

– Интересное барахло у этих Изначальных, ты не находишь? – сказала Каина.

– Это охотники.

– Что ты имеешь в виду?

– Только то, что они пришли сюда ловить тварей, которых мы с тобою крошим уже с час.

Леди смахнула прилипшие ко лбу пряди волос.

– Шутишь?

– Ничуть, дорогая. Меня больше беспокоит то, что демоны здесь обладают телами. Это означает, что книги лгали, будто в зоне заточены только души. Маги заключили сюда Изначальных вместе с их телами. И не зря хроники рассказывают, что Горгона раньше выглядела иначе. Все эти годы она по крупице перетаскивала собственное тело из-за Стены.

– А меня больше напрягает то, что они скорее похожи на бесов, чем на нас, – сморщилась демонесса.

Янус взглянул на нее и серьезно ответил:

– Кай, ты серьезно веришь, что бесы произошли от этих вот тварей? – Он кивнул в сторону колышущейся и урчащей Тьмы.

Черные блестящие глаза смотрели на него с возмущением:

– Ты врешь! Скажи, что ты врешь!

Он покачал головой:

– Смирись, Кай. Бесы – это такие же потомки Изначальных, как и мы. Только они эволюционировали в другую сторону.

– Почему тогда мы не стали такими же?!

Лорд Востока отвел глаза и глухо ответил:

– Потому что мы потомки тех, кто был слабее. И на них проводили генетические эксперименты. Именно они взбунтовались против своих владельцев и оказались хитрее и сильнее уже после того, как над ними поработали генетики и маги.

– Так бесы, получается, истинные наследники Изначальных? А мы всего лишь бракованный материал?

– Почему бракованный? – удивился Янус. – Просто измененный. Изначальные сами вырыли себя яму, создав из слабых очень сильных и могущественных демонов. Подозреваю, они хотели достигнуть совсем другого эффекта.

– Я проклинаю тот день, когда познакомилась с тобою, Янус, – мрачно отозвалась Каина. – Чем меньше знаешь, тем лучше спишь.

– Ты от таких новостей будешь плохо спать? – насмешливо отозвался повелитель Иллюзий. – Брось. Это было давно. А как известно, историю пишут победители. Ты лучше посмотри на эту лапушку.

Леди развернулась в сторону, куда указывал Янус, и на мгновение онемела.

В круг света, который давали их факелы, осторожно вступила тварь. Ее гладкая кожа лоснилась, и вообще казалось, что по ней бегут искры-разряды. Узкая вытянутая морда с полным набором очень острых зубов, способных рвать все, что угодно, чтобы добраться до сладкого горячего мяса. Очень большие глаза. Подвижные в глазницах, чтобы улавливать движения как с боков, так и за спиной. Она чуть пружинила на всех четырех лапах, снабженных впечатляющим арсеналом когтей. Гибкий, хлесткий хвост с шипами на конце.

– Она не боится огня? – резко поинтересовалась Каина, поднимая руку.

– Подожди. – Янус положил ей руку на плечо. – Есть идея.

– Опять? – страдальчески поморщилась леди. – Может, я все же просто ее сожгу?

– Нет. – Голос лорда Востока был тверд. – Лучше сделаем так.

Он наклонился к трупу демона у своих ног, одним сильным движением оторвал ему руку и протянул Каине:

– Дай ей это.

Леди брезгливо сморщилась и взяла в руки кусок мяса, в которое превратились теперь останки ее бывшего противника:

– Ты думаешь, это сработает?

– Знаю! – отозвался Янус. – Я уверен, что сработает.

Каина вздохнула и для начала стряхнула с конечности лохмотья, оставшиеся от рукава. Присела на корточки и протянула приманку. Голос ее стал невероятно ласковым и завораживающим:

– Хочешь покушать, малыш? Попробуй. Он уже мертвый, но попозже мы найдем тебе живое мясо. Обещаю.

Тварь еще более напряглась и сделала небольшой шажок вперед. Потом еще один. И, наконец, аккуратно взяла протянутое ей мясо. Каина разжала пальцы. Тварь с утробным урчанием принялась рвать угощение на куски и глотать, почти не разжевывая. При ее образе жизни жевать – это изрядная потеря времени. Через пару минут на зубах хищника захрустела кость.

– Не дай ей обожраться, – предупредил Янус. – Нам еще идти и идти. Впрочем, возможно, скоро мы выйдем из этой Тьмы.

– И куда мы попадем?

– Не знаю.

– Я столько «не знаю» от тебя не слышала за все время нашего знакомства, сколько за один этот час, – проворчала демонесса.

В ответе Януса послышалась нотка азарта:

– Правда, это замечательно?

– Нет, – ответила Каина, рассеянно кидая еще один кусок мяса твари. – Это пугающе. Я просто в ужасе, представляя, как ты носишься кругами, изучая окрестности, заглядывая в пасти различным тварям, пересчитывая зубы и хвосты Изначальным и так далее... Боюсь, мы так надолго тут задержимся.

– Ты мне льстишь. Слушай, Кай, ты ничего не чувствуешь?

– Нет, – чуть помолчав, прислушиваясь к себе, ответила демонесса. – Ты думаешь об истекающих трех часах?

– Да, – задумчиво сказал он, упаковывая последние снятые с убитых трофеи. – Думаю, нам надо быть настороже.

– Как всегда, – поморщилась Каина и взглянула на тварь, которая подошла совсем близко и слегка помахивала шипастым хвостом – то ли в знак дружелюбия, то ли еще по какой одной ей понятной причине.

– Ян, по-моему, я ей понравилась.

– Ну так забирай ее с собою. Думаю, ее присутствие нам еще пригодится, – отозвался демон.

Демонесса вздохнула:

– Эх, жаль, нельзя тратить энергию.

– Отрастила бы обратно волосы? – спросил лорд Иллюзий.

Леди грустно кивнула.

Ее спутник вздохнул:

– Кай, тебе очень идет эта короткая стрижка. Если выберемся, то отрастишь волосы вновь. Если нет, я сам потрачу последнюю энергию, чтобы ты умерла с прежней шикарной шевелюрой.

Леди Юга расхохоталась:

– Яни! Ты всегда можешь утешить! Я поняла, что всех так привлекает в тебе. Твоя невообразимая доброта!

Синие глаза посмотрели на нее с укоризной:

– И ты только сейчас это поняла? И пожалуйста, не зови меня Яни.

Тамир без трепета взглянул в алые глаза своего императора.

– Бес, – задумчиво протянул Суран. – Храбрый, безрассудный и очень верный своему господину. За что же ты так любишь лорда Януса, что рискуешь своею жизнью?

– Ваше императорское величество, я не люблю лорда Януса. Господин всегда был загадкой, которую я не мог разгадать. Даже когда он учил меня танцу, и тогда он все равно был одной из своих иллюзий. Но я действительно готов рисковать за него своею жизнью.

– Почему же?

И бес без колебаний ответил:

– Я хочу увидеть, куда я смогу прийти, если буду следовать за ним, мой повелитель. Я видел, как идущие за лордом достигали того, что можно было бы назвать их мечтой. И как другие теряли не только жизни, но и намного большее.

– Интересная точка зрения, – заметил Суран. – Вы сами понимаете, что ваш план – это безумие чистейшей воды?

– Не совсем так, ваше императорское величество. – Вперед выступил Змеевик. – У нас есть определенные шансы. Имеется проводник, мы хорошо знаем некоторые особенности нашего господина и...

Суран поднял руку, останавливая беса:

– Я понимаю, чем вы руководствовались, когда составляли свой план. Меня интересует, знаете ли вы все, ГДЕ именно ваш господин?

– Догадываемся, мой повелитель, – поколебавшись какое-то, сказал Тамир. – Я допрашивал паразита довольно долго и, смею надеяться, дотошно. Я понял, куда занесло господина.

– Не слишком ли ты много знаешь, даже для адъютанта Януса? – прищурился Рубин, сидящий у ног Сурана.

Бес бесстрастно ответил:

– Всем претендентам в адъютанты изначально был открыт доступ в личную библиотеку господина. Я много читал, пока ожидал, когда освободится место и откроется вакансия, которую я занимаю ныне. За три года многое можно узнать, а если над этим еще и как следует подумать... Кусочки головоломки, которые возникали раньше, в войне с Крином и паразитами Изначальной, просто встали на свои места, образовав еще неполную, но все же цельную картину.

– А кто был адъютантом до тебя? – внезапно подал голос Максимилиан.

– Он уже умер, ваша светлость, – поклонился ему бес. – Он был диким, и именно он сделал те два меча, которые носит сейчас господин.

Повелитель Звезд покачал головой:

– Янус преподносит сюрпризы даже в свое отсутствие. Кто еще из нас может похвастаться такими адъютантами?

Император встал:

– Ладно. Я решил. Я позволю вам попытаться. Но вы должны принять к сведению, что с лордом Янусом леди Каина. Это, я думаю, несколько изменит ваши расчеты.

– Не сильно, ваше величество, – отозвался Тамир. – Если схема их взаимоотношений прежняя, то я смогу сделать правильный прогноз.

– Хорошо, – разрешил император. – Но Змеевика я с вами не отпущу.

– Мы предполагали такой вариант, ваше величество, – поклонился Змеевик. – Я прекрасно понимаю свой долг. Изначальная еще не поймана...

– Именно. Я разрешаю взять лишь минимальное количество бесов. Тех, кто не пригодится в ближайшее время. Паразит нам более не нужен, так что пусть ведет вас. Но ни одного демона я вам не дам.

– Спасибо за разрешение, ваше величество, – поклонился Тамир.

– Мой император, – вперед выступила Тара, – позвольте мне отправиться с ними.

– Нет, милая моя. Твои силы мне нужны. Я вообще считаю, что третья леди и четвертый лорд способны справиться сами. Ни за что не поверю, что Янус не оставил для себя лазейку. И что есть что-то способное остановить леди Каину на ее пути к цели. Я отправляю им в помощь бесов только потому, что здесь от них все равно сейчас нет никакого толку.

Бесовка поклонилась и отступила в сторону.

– Можете идти, – приказал бесам император.

Едва верные Янусу воины удалились, подал голос первый лорд:

– Мой повелитель, вы уверены, что их можно вот так просто отпустить? С паразитом в компании?

– Знаешь, Хилар... Они, по крайней мере, могут попытаться хотя бы что-то сделать, а нам нельзя отвлекаться от главной задачи. Янус с Каиной нас не поблагодарят, если мы упустим Горгону и Титана. Но о безопасности можешь не волноваться. Прежде чем с ними встретиться, я попросил Максимилиана кое-что рассчитать.

– И когда ты только успеваешь, мальчик мой? – восхитился Рубин.

– Я император, – ответил Суран, – император, который не собирается терять свою империю, дядюшка.

Кринит примиренчески поднял руки ладонями вперед, хотя и скривился от явного унижения:

– Намек понял. Только позволь дать тебе совет: загонять себя тоже не следует. Спеша все успеть и за всем уследить, можно упустить кое-какие мелочи, которые впоследствии могут сильно сказаться на твоей империи и на тебе. Именно так на самом деле я потерял свою империю.

– Я тебя понял, – согласился с дядею племянник.

– Один-один, – прокомментировал лорд Максимилиан. – Разрешите доложить о том, что я выяснил о возможном нахождении нашей дамочки со змеиной прической?

Суран опустился в кресло и устало посмотрел на своего лорда:

– Ты забыл добавить «мой повелитель», Макс.

Тот вздохнул:

– Я устал, как и все остальные, мой повелитель. И я не могу заставить себя забыть о Янусе и Каине. Мне необходимо как можно быстрее погрузиться в работу и не думать о том, что вынужден был положиться на низших в деле, которым должен был бы заняться сам.

– Понимаю, – согласился император. – Нам всем не по себе. Но думаю, мы уже сделали свой выбор.

В ответ лорд Звезд сделал глубокий поклон, и Суран удовлетворенно прикрыл глаза:

– А теперь выкладывай, что там с твоими предсказаниями. Где прячется эта сука?

4

Как я и предполагал, мы вышли из пятна. Причем как раз к сроку истечения тех самых загадочных трех часов. Тварь, которую приручила Каина, последовала из Тьмы за нами без колебаний. Похоже, она решила, что мы обеспечим ей более сытное питание, чем то, что она получала среди своих сородичей. Если удастся выбраться из этой истории, то обязательно изучу эту особь. Думаю, Кай мне не откажет. Во всяком случае, если что, я постараюсь найти способ ее переубедить.

Мир вне пятна оказался... обычным. Пасмурное небо. Трава под ногами, немного пожухшая из-за недостатка солнца. Да и какое тут солнце, если сверху к Стене плотно прилегает купол, отделяющий Изначальных от всего прочего мира. Так что предстояло еще разобраться, что тут за светило. Освещение-то все равно оставалось. А у тварьки Каины оказались на глазах особые мембраны, которые позволили ей защитить свое чувствительное зрение. Кажется, мне тут может понравиться.

– Янус, – мои размышления прервал голос Каины, в котором явственно присутствовали ворчливые интонации, – у тебя слишком мечтательное выражение лица. Ты меня пугаешь.

– Кай, ты настоящая зануда. В тебе нет ни капли исследовательского интереса.

– Я от этого не страдаю. Куда мы двигаем дальше?

Я указал на восток:

– Туда.

Каина прищурилась, вглядываясь в даль.

– Там горы.

– Значит, надо будет пересечь и их, – хмуро отозвался я.

Демонесса потрепала тварь по гладкой голове и задумчиво поинтересовалась:

– Яни, ты тоже слышишь этот шепот?

Я сел прямо на траву; нам в любом случае требовалась передышка.

– Ты когда его засекла?

– Почти сразу, как мы двинулись от того места, где убили Изначальных.

– А я минуты за три до выхода из пятна. – Я сжал пальцами переносицу. – Если ты его слышишь дольше, можешь разобрать, что он говорит? У меня пока только невнятный шум, как ни прислушивался.

– Яни, не прислушивайся к нему. Игнорируй как можно дольше. Он намного опаснее всего, что нам может встретиться.

– Значит, он пытается на нас влиять, – сделал я вывод.

Каина опустилась рядом со мною и удобно устроила свою коротковолосую голову на моих коленях. Глаза чуть прикрыты веками. И весь вид настолько безмятежен, что создавалось впечатление, будто мы не на территории врага, а на прогулке, как в старые добрые времена.

– Таков голос этого мира, Яни. Или того, кто считает себя сердцем этого мира. Я его слышу. Скоро и ты услышишь. Он зовет нас к себе. Ему нужны сильные демоны. Он обещает... Думаю, он каждому обещает то, чего больше всего хочется. А потом пожирает поддавшихся его зову и поглощает их силу. Зов все сильнее, все привлекательнее, даже обещания уже неважны. Важно только то, что он зовет. И надо к нему идти.

Я провел рукой по ее темным волосам, пропуская непривычно короткие пряди сквозь пальцы:

– Звучит завораживающе отвратительно.

– Мне тоже нравится. – Каина почти промурлыкала это.

С другого бока меня коснулось гладкое, теплое тело. Я бросил мимолетный взгляд... и обнаружил тварь, которая примостилась рядом, почти свернувшись клубком.

Мы все трое устали. Три часа фактически непрерывного боя, поддержание огня и постоянное напряжение даже для наших тел оказались утомительными.

– Полчаса передышки, – шепнул я.

– Ты такой добрый, Яни...

– И когда только ты отучишься называть меня Яни...

– Никогда, – пробормотала моя прекрасная безумная леди. – Это так забавно. Леди Жадеит была права.

Тамир хмуро смотрел на портал. Расчеты пришлось делать самим. Император ясно дал понять, что ничем помогать не будет. Самар провел все расчеты самостоятельно. Надо признать, что из него получился отличный ученый. Он действительно был на своем месте.

– Это портал домой? – Тихий голос Готаса... нет, Рика в его теле прервал размышления беса.

– Самар утверждает, что да. Но не совсем туда, куда ты думаешь. Скорее к дверям твоего дома.

Рик потеребил край плаща, в который облачился Готас, и серьезно заметил:

– Это еще страшнее. Двери охраняют с той стороны. Надежно охраняют.

– У нас был выбор, – отрезал Тамир. – Мы его сделали. Если ты боишься, уступи место Готасу.

– Потому что от моего выбора ничего не зависит? – горько осведомился паразит.

– Именно. Ты свой выбор сделал, когда пришел на зов Горгоны, и подтвердил его, когда попытался захватить тело Готаса. Теперь ты лишен своего права. Каждый сам отвечает за свои слабости и ошибки.

Рик опустил голову, а когда вновь поднял, это уже был Готас.

– Грас Тамир, я готов.

Адъютант лорда Януса похвалил:

– Хорошо.

И последний раз окинул взором свой отряд. Змеевик остался при ставке, как и приказал император. Самар решил, что нужно немного размяться вне стен лаборатории; в конце концов, он был создан как бес боевой категории. Готас с паразитом-проводником. И огромный айрод, повар господина, который сейчас выглядел непривычно серьезным и оттого еще более устрашающим. И сам Тамир.

– Пора...

И адъютант первым решительно ступил в портал, на ходу выдергивая из ножен меч.

Они договорились, что Самар пойдет последним и закроет портал.

Тамира обняла Тьма. Сотни голодных глаз смотрели отовсюду, видя в нем только добычу. Мясо.

Но у беса были свои планы, и он точно знал маршрут, которым должен следовать.

Адъютант лорда с благодарностью вспомнил того, кому обязан был этим знанием.

Они все тогда сидели и ломали головы над главным вопросом – где именно искать господина. Для военного совета оккупировали кухню айрода Гая. Выбор такого странного места был неслучаен: айрод, где бы ни обустраивался, первым делом устанавливал свою собственную защиту. Его методы были незнакомы ни демонам, ни бесам, так что кухню признали самым безопасным местом, чем Гай обоснованно гордился. Правда, эта гордость была изрядно поколеблена, когда прямо к столу открылся портал и из него шагнул лорд Максимилиан. Звездный лорд выглядел очень усталым, но надменным, как всегда.

Оглядев собравшуюся компанию, лорд хмыкнул и, не произнося ни слова, подошел к Тамиру. Только после внимательного осмотра, от которого холодные мурашки бежали по всему телу, прозвучал приказ:

– Закатай рукав, бес.

Адъютант подчинился беспрекословно, хотя и не понимал, что происходит. Он закатал рукав и протянул руку демону. Тот коснулся пальцами его запястья. Из-под манжета рванула черная молния, и рука Тамира покрылась чешуйчатым узором, который стремительно исчез под рубашкой.

Лорд Максимилиан развернулся и исчез в вихре все еще открытого портала.

– Что это? – тихо спросил Самар, хотя уже догадывался.

– Татуировка господина, – сумасшедше прошептал Тамир. – Таро приведет его к нам. Остается лишь найти место, где следует выйти и ждать. Господин не сможет проигнорировать свою собственную часть. Таро – это неотъемлемая частичка господина...

Что побудило эгоистичного демона помочь им, Тамир не понимал.

Но он не раз замечал, что лорд Янус словно завораживает тех, кто оказывается рядом, и они готовы ради него рисковать многим. И сам бес давным-давно в этих сетях.

Он улыбнулся Тьме, чувствуя за спиною товарищей и захлопнувшийся портал, отрезавший их от привычного мира.

С губ сам собою слетел боевой клич господина:

– Потанцуем?

Каина проснулась за секунду до их появления, но так и не открыла глаза. Тварь с другой стороны поступила точно так же. Либо уже переняла привычки своей хозяйки, либо у них тоже так принято. Я продолжил свое важное занятие – задумчиво жевал травинку, у которой оказался странный привкус. Если правильно с этой травкой поступить, то можно было бы создать слабенький бодрящий наркотик. А так все равно заняться особо нечем.

Их было пятеро. Все на каких-то ездовых животных, смахивавших на ящериц, только очень крупных. Нечто похожее мне мама в книжках на картинках в детстве показывала. Вроде они вымерли, почему – не интересовался. Не помню почему.

Мои предположения оправдались. Все гости обладали какими-то весьма специфическими качествами, которые мы привыкли видеть скорее у бесов, чем у демонов. У одного на голове вместо волос перья, да и весь он скорее напоминал птицу, хищную птицу. Другой имел вытянутую морду, покрытую шерстью. У третьего кисти рук заканчивались когтями, а изо рта выглядывали клыки, как у беса, не закончившего боевую трансформацию.

Они остановили своих животных всего в десяти шагах от нас.

– Что я вижу, – прокаркал один из неизвестных. – Два раба сбежали и нежатся на травке как ни в чем не бывало. Да вы наглецы! Вам следовало нырнуть в пятно Тьмы и там погибнуть, утешаясь тем, что умираете вместе. Теперь вы такой роскоши не получите.

Черные ресницы Каины дрогнули, и едва заметно шевельнулись губы. Я скорее угадал, чем прочитал то, что она сказала. «Ненавижу тебя». Она всегда так говорит, когда я оказываюсь прав. Если нас безоговорочно приняли за рабов, это значит, что такие, как мы, не могут считаться демонами в Изначальном мире.

Я поднял голову и безмятежно ответил:

– Кажется, вы приняли нас за кого-то другого. Следуйте своей дорогой. Вы мешаете нам отдыхать, а у нас впереди долгий и тяжелый путь.

Все пятеро уставились на меня так, словно заговорил не я, а тварь у меня под боком. Кстати, похоже, нашу зверушку они пока не увидели. Уж очень тихо она лежала, да и я прикрывал ее своим телом.

– Ты посмел возражать нам, ничтожество?! – прошипел один из всадников, вскидывая руку.

И через мгновение мы все трое стояли в оборонительной позиции. У твари оказался внушительный набор зубов. А у Каины задорно сияли глаза.

– Янус, эти бесы посмели меня разбудить?

– Один-один, – не удержался я от ехидного подсчета очков. Пришельцы назвали нас рабами, Кай в ответ также лишила их звания демонов, низведя до уровня бесов.

– Изначальные все такие грубые, – пожаловалась демонесса, глядя в глаза парню с перьями на голове. – Они каждый раз выводят меня из себя.

Воздух вокруг потяжелел. Становилось душновато. Леди Огня времени даром не теряла.

– Парис, – звероголовый осадил свое животное, – это не рабы. Они из-за Стены.

– Чушь! – проревел тот, что с перьями. – Из-за Стены никто не приходит. Тем более жалкие потомки тех трусов, которые заточили нас здесь.

Я улыбнулся как можно обворожительнее:

– Вы знаете, все бывает впервые в жизни. Я вот, например, даже рад быть первопроходцем...

– Ты серьезно? – Каина даже немного повернула голову в мою сторону, чтобы продемонстрировать свое недоумение.

– Ну где мы еще убьем столько Изначальных? – радостно оскалился я. Какое-то сладковатое чувство безумия и вседозволенности захлестывало нас обоих. Вкрадчивый шепот нарастал, превращаясь в торжествующий гул. – Да подавись ты, – сообщил я тому, кто пытался управлять мною, и бросил в пришельцев заклинания тумана и дурмана.

Воздух вокруг них очень быстро лишился своей кислородной составляющей. Каина просто убирала то, чем можно было дышать. Если этот мир хочет свести нас с ума, чтобы заполучить насовсем, пора показать ему, что такое настоящее безумие.

– Яни! – Радостный крик демонессы пробился сквозь сладкий туман жажды убийства. – Нам понадобится язык. Не убивай всех!

– Ты тоже, – откликнулся я, наблюдая, как перьеголовый разрушает иллюзию тумана почти небрежным движением руки. – Два лучше, чем один.

А вот с кислородом они, похоже, не разобрались. Поэтому у нас явное преимущество. На какое-то время. В конце концов, это их, Изначальных, наука дала нам жизнь.

Огонь встал стеной, окружая демонов. Я улыбнулся – с Каиной приятно работать в паре. Клочки почти развеянного тумана скользнули поближе к нашим противникам. И пока они отвлеклись на атаки моей спутницы, эти полупрозрачные остатки иллюзий начали свое действие.

– Сколько еще? – выдохнула демонесса. Ее всю трясло от возбуждения.

– Терпение.

И в этот момент демоны в кольце пламени на какое-то мгновение замерли – они погрузились в иллюзии.

– Они наши, – тихо сказал я. – Можем брать голыми руками.

– Так просто? – почти расстроилась Каина. – Ты явно стал большим мастером. Прежде возни было намного больше.

– Постоянные тренировки – путь к совершенству, дорогая. А теперь нам надо убить троих. Твой выбор?

Она не ответила, но огонь с жадностью охватил одну из фигур. Я одобрительно кивнул. Перьеголовый Парис был опасен. И слишком импульсивен. Нам нужны те, кто сможет осознать, что жизнь им нужнее, чем гордость и глупость. Тот, что был с когтями, умер от удушья, а один из его спутников стал обедом твари. Она явно выиграла, последовав за нами.

Звероголового и еще одного, невзрачного, мы оставили для допроса. Следовало прояснить некоторые вопросы.

5

Горгона нервно мерила шагами комнату, змеи на ее голове раздраженно шипели на Титана, который удобно развалился в кресле.

– Чего ты дергаешься? – лениво осведомился демон. – Я помог тебе избавиться сразу от двух довольно больших заноз. По-моему, это на некоторое время деморализует остальных.

Демонесса остановилась:

– Ты плохо понимаешь ситуацию. И еще хуже разбираешься в здешних делах. Пойми наконец, это не те, с кем мы сражались в тот раз, когда нас, между прочим, победили и заключили за Стену. Это их потомки. И они развивались. Они становились умнее, сильнее и жестче. Никто не обратит внимания на потери. Я прожила с Рубином достаточно, чтобы понять: эти создания не остановятся ни на минуту, не собьются с шага, пока не достигнут своей цели. Империя Рубина оказалась худшим для нас вариантом. Те, кто сейчас пытается уничтожить нас, из варианта, который я упустила.

– Мне начинать бояться? – насмешливо отозвался Титан. – Помнится, мальчишка угрожал визитом дружка той красотки с роскошной шевелюрой.

– Ты меня не слышал, – хмуро ответила Горгона. – Меня на самом деле тревожит то, что мы не убили эту парочку.

– Из-за Стены нет выхода, – выпрямился в своем кресле демон.

– А мы с тобою? – нервно отозвалась демонесса.

– Ты сама согласилась, что это лучший вариант. – Титан перестал улыбаться, признавая аргумент.

Герцогиня подошла к окну:

– Император Суран не будет медлить. Как бы ему ни были важны эти двое, у него остались еще ресурсы. Причем то, что он демонстрировал раньше, еще цветочки. А ведь он фактически разгромил меня в этой войне.

– Иначе бы ты не вытащила меня из-за Стены?

Она улыбнулась холодной, страшной улыбкой:

– Ты догадливый.

– Чего ты ожидаешь от него?

– У императора хороший астролог. – Демонесса пригладила своих змей. – Так что наше местоположение они рано или поздно найдут. К сожалению, ни ты, ни я не сильны в блокаде тех, кто общается с небом. Тем более ты и неба-то не видел за время заключения.

– Да уж. Такие погибли первыми. Доступа силы нет, соответственно они оказались легкой добычей.

– Помню, – вздохнула демонесса. – Но вернемся к императору, который охотится на нас. У него остался один из сильнейших козырей в рукаве – Рубин, который неплохо знает меня. Я не уверена, что смогла сохранить от него все свои тайны. И не знаю, что именно ему известно.

Титан нахмурился:

– То есть эту твою бывшую игрушку нужно нейтрализовать в первую очередь?

Горгона прошипела:

– Напыщенный идиот! Забудь то, к чему ты привык в Изначальном мире! Я сначала тоже полагала их игрушками, и к чему это привело? Я больше не намерена допускать ошибки, которые уже наделала в прошлом. Эту же ошибку допустили мы, когда создали их! Ты еще не встречался с бесами?! Нашими прямыми потомками, которые в ЭТОМ мире считаются НИЗШЕЙ расой?!

– Этого ты мне не рассказывала, – медленно произнес демон. Его спина была неестественно прямой.

– Не до того было. – Вспышка ярости сменилась у Горгоны усталостью. – Наши потомки действительно слабее, чем те, кого ты назвал игрушками. У них множество слабостей. Те же самые, что и у нас. Этого бы никто не заметил, если бы они были включены в круг силы. Но в этом мире он в принципе отсутствует, как ты уже мог заметить.

Титан поднялся из кресла, не в силах усидеть на месте:

– Как же ты пополняла свои силы?

– Рубин постоянно открывал мне портал к Стене, так как я делала вид, что не знаю принципа и не понимаю силы, которая могла бы открыть подобный портал самостоятельно. Так я копила свою силу, стараясь не расходовать ее понапрасну, особенно когда начала потихоньку вытягивать из-за Стены свою форму, уничтожая то тело, которое изначально привлекло Рубина. – Она помолчала. – Самое страшное, Титан, состоит в том, что «игрушкам» не требуется подпитка силы. Они обладают ею с рождения, и она циркулирует в их телах, словно послушный слуга, который всегда восстанавливает силы после небольшого отдыха. И если пустить их в Изначальный мир, где они автоматически включаются в круг, как только убьют первую свою жертву...

– Зачем тогда мы отправили этих двоих за Стену, если они могут оттуда вернуться, причем вернуться сильнее, чем были?

Горгона сцепила пальцы рук в замок:

– Ты сам пытался их убить, а времени у нас почти не было. Шансы на возвращение и так ничтожны, и еще меньше – поскольку их двое. А в этом мире, как и в нашем, осталось неизменным одно – никто не доверяет никому, даже самому себе.

– Хорошо, – хмуро согласился Титан. – Я понял кое-что. Астролог молокососа императора опасен, твой бывший любовник опасен. Что еще?

– Его первый лорд, которого тебе пообещали в качестве мстителя. Он полукровка. И по его зову к альбиносу пришли инкубы. Причем пришли вместе с оракулами.

– Да, я видел их при атаке на твою столицу. И слышал их. Это действительно серьезная проблема. Еще?

– У меня осталось очень мало солдат.

– Сколько?

– Две сотни. Плюс уникальные экземпляры, которые я успела забрать из башни. Но они задержат их ненадолго.

Титан со свистом выдохнул воздух.

– У тебя имеется план?

– Да. Одним нам не справиться. Нужна помощь.

– И в качестве платы этот мир? Кого ты хочешь вытащить, Горгона?

– Первого, – очень тихо произнесла она.

Демон ответил ей страшным взглядом и так же тихо проговорил:

– Это рабство, от которого мы пытаемся сбежать. Ты уверена, что нет другого выхода?

– Я слишком далеко зашла, Титан.

Изначальный покачал головой:

– Думаю, ты просто забыла, что это такое и каково на самом деле. Жизнь здесь тебя изрядно расслабила. А власть затуманила голову. Я не хочу снова стать его рабом.

Герцогиня подошла к нему ближе:

– Титан, я не забыла. Я помню, от чего смогла сбежать. Но и ты должен меня понять. Этот мир намного больше, шире... Первый никогда не охватит его целиком. Мы всегда можем уйти за пределы его влияния...

– Дура, – прошипел демон прямо в лицо Горгоне. – Если он что-то получает, то уже не отпускает! И сбежать можно только туда, где он тебя не достанет. Например, за Стену, которая удерживает его силу! А если в этом мире нет границ, то рано или поздно он до тебя дотянется. Уйти за пределы влияния... Ты забыла это чувство сладкого безумия? Это чувство всевластия и вседозволенности? Этот наркотик преодолеть почти невозможно. Один раз ты смогла. Сможешь ли во второй раз? Уверена?!

Герцогиня отстранилась, избегая смотреть Титану в глаза.

– Это крайний вариант. Если я окажусь бессильна справиться с имперцами, призову его.

– Я буду с тобою только до этого момента. Потом я уйду. Как можно дальше, – помолчав, заметил Титан. – Я выплачу тебе свой долг. Больше ничего. Ему я попадаться на зуб не хочу. Я только почувствовал воздух свободы. Даже если израсходую все свои силы и не смогу пополнить запас, я все равно уйду. Лучше подохнуть, чем снова погрузиться в это.

– Понятно, – пробормотала Горгона. Ее змеи выглядели необычно притихшими, словно все произнесенное в этой комнате придавило и их.

Титан широким шагом вышел за дверь, не произнеся больше ни слова.

– Максимилиан, твое пророчество, которое ты дал Янусу перед появлением Титана, все еще в силе? Ты это хочешь сказать? – Суран пристально смотрел на своего астролога.

– Я некоторое время не мог понять, почему ничего не изменилось после появления Титана, но сейчас ощущение усилилось. Это значит, что она не отказалась от своих планов. Или вытащила не того.

– Что скажешь, дядюшка? – обратился император к Рубину.

Тот задумчиво молчал, но через несколько минут заметил:

– Горгона очень мстительная натура. И в своем стремлении отомстить она довольно настойчива. И готова потерять все, но победить!

– То есть? – недовольно уставился на собеседника Суран.

– Пока не знаю, – вздохнул Рубин.

– Итак, – медленно проговорил император, – что нам известно? Первое: Горгона собирается вытащить из-за Стены еще кого-то, и это либо спонтанное решение, либо обдуманное ранее – подозреваю, еще до войны с нами. Война вполне могла спутать ей карты. Второе: мы знаем примерное место ее расположения и знаем, что с нею еще один Изначальный, который полон сил, но еще не вполне освоился в нашем мире, хотя уже успел лишить нас двух очень важных боевых единиц. Что еще? У герцогини не больше двух сотен зараженных и еще неизвестный фактор, который она забрала из башни.

Хилар оторвался от лежащих перед ним бумаг:

– Нам необходимо атаковать сегодня, мой повелитель.

– Согласен. Иначе Горгона успеет подготовиться. Но давайте исходить из худшего варианта. Она знает о нашем плане и знает, что мы ее нашли. Каковы будут ее действия?

Рубин вздохнул:

– Нас будут ждать. Причем она учтет все свои промахи.

– Нужен сюрприз, – тихо заметил Хилар.

Император внимательно посмотрел на него:

– Я слышу в твоем голосе знакомые интонации. Какой сюрприз ты припас для нашей достойной противницы и ее помощника?

– Не я, – запротестовал первый лорд. – Он.

Все взгляды устремились на лорда Звезд.

– Макс?

Лорд Запада отошел от стены к столу. Он выглядел невероятно усталым, голос его был глухим и тусклым.

– В начале войны Янус посоветовал мне придержать этот козырь. Но сейчас, тем более учитывая место, куда забралась Горгона...

– Что за козырь, лорд Максимилиан? – Суран был очень осторожен.

– Мое происхождение, – кратко ответил второй лорд. – В перерывах между предсказаниями и расчетами я связался с кланом сирен, из которого происходит моя мать. Они давно наблюдают за происходящим, и уговорить их оказалось не столь уж и трудно, тем более, как оказалось, лорд Янус уже успел поработать на этом фронте. Он связался с ними еще до того, как потерял память.

– Ушлый парень, – восхищенно пробормотал Рубин.

Максимилиан выдавил улыбку:

– Он даже вытряс из них договор о том, что сможет проводить некоторые исследования на территории сирен, и произвел там отличное впечатление.

– Почему я об этом узнаю только сейчас? – Голос императора был холоднее льдов родины лорда Хилара.

– Таково было их условие, – пожал плечами демон, ничуть не выказывая страха или трепета перед своим повелителем. Лорд действительно очень устал.

– Они только вчера дали окончательное согласие и позволили сообщить об их участии в войне против Горгоны. Я тут же обратился к Хилару.

Алые глаза обратились к первому лорду.

– Я так полагаю, план атаки составлялся с учетом этих сведений?

Светловолосая голова согласно качнулась.

– Всю ночь мы со стратегами Януса согласовывали детали через лорда Максимилиана. Ваше величество, ему надо отдохнуть хотя бы несколько часов. Иначе от лорда не будет никакого толку. А его помощь при взаимодействии с сиренами очень важна.

Суран вздохнул:

– Нам всем требуется отдых, Хилар. Но я понимаю вашу позицию. Два часа на отдых. Это официальный приказ всем присутствующим.

Хилар поднялся из-за стола и церемонно поклонился:

– Слушаюсь, ваше величество.

– А я-то все ждал, когда же вы наконец устанете, – вмешался Рубин. – Дождался. Хилар меня всю ночь не выпускал из допросной, которую они нарекли комнатой стратегии. Я уж начал думать, что лорд Янус вас всех пропустил через свои лаборатории и сделал особо неуязвимыми.

– Хорошая идея, – согласился его племянник. – Думаю, Янусу понравится, когда он вернется.

Послышался смешок астролога:

– Да уж, если только он не застрянет в Изначальном мире, пытаясь препарировать все, до чего дотянется.

Смех над этой незамысловатой шуткой немного разрядил обстановку, и Хилар смог приступить к объяснению плана атаки, разработку которого он со Змеевиком закончил буквально за пару часов до совета.

Начало атаки было назначено на поздний вечер; на подготовку оставался почти весь день.

6

Каина задумчиво чертила сухой веткой узоры на земле. Рядом примостилась тварь, которая лениво дожевывала одного из убитых демонов. Она явно была сыта, но никак не могла допустить, чтобы пропало такое количество бесхозного мяса.

Они обе периодически посматривали в сторону Януса, который занимался допросом. Причем допросом по-своему. Оба демона лежали на земле, тупо таращась в пустоту. Только иногда по их телам пробегали судороги боли. А их мучитель сидел на камне, покрытом сероватым мхом, и... разговаривал с воздухом. До Каины долетали только обрывки фраз, но и они свидетельствовали, что допрос идет должным образом. Все вопросы, которые интересовали ее саму, леди уже перечислила Янусу. И не сомневалась, что старый друг получит ответы на них в первую очередь, а уж потом займется своими.

Наконец Ян поднялся и подошел к повелительнице Юга.

– Ну? – нетерпеливо спросила она.

– Один спекся, – с сожалением отозвался лорд Востока. – Очень изощренное и запутанное сознание. Он просто-напросто заблудился в моих иллюзиях и в собственном воображении. Такое бывает иногда. А вот второй покрепче оказался и готов сотрудничать.

Каина фыркнула:

– Ты хочешь тащить за собою балласт?

– Придется, – вздохнул демон и сел на траву рядом с нею. – Весь Изначальный мир поделен на зоны влияния. Чтобы их пересечь, нужен проводник и гид. Убить его мы можем в любой момент.

– Ладно. – Каина отбросила с лица короткие пряди. – Что насчет моего вопроса?

На лице ее спутника явственно проступила какая-то тень:

– Знаешь, здесь все гораздо хуже. Источник «шепота» они называют Первым. И всегда с благоговением, замешанным на страхе. Этот Первый управляет тут чуть ли не каждым разумным существом, не исключая высших демонов. Отгородиться от его влияния и этого нашептывания невозможно никакими щитами. Рано или поздно здесь любой выполнит его волю, как только получит приказ.

– Значит, рабство, – помрачнела Каина, чувствуя, как в душе зашевелился червячок ярости.

– Угу. Он к каждому находит свой ключик. Он исполнитель мечты, да только в извращенной форме. У него есть чему поучиться. Представляешь, мне пришлось первые минут десять преодолевать их страх перед ним и его иллюзии, которые плотно окутывают сознание каждого, которое представляет собою некое подобие личинки в сплетенном пауком коконе.

– К нам он тоже пытается подобрать ключик? – Каина чувствовала привкус какой-то мерзости на языке, когда выговаривала последнее слово.

– Если ты не заметила, он уже его нашел. Наша жажда крови. Наше безумие. Он пытается довести его до абсолюта, чтобы мы потеряли себя в нашем собственном мире.

– Шутишь? Он что, не понял, что мы...

Кончик пальца Яна внезапно оказался на ее губах.

– Тсс, сладкая моя. И из головы выкинь эти мысли. Не стоит всем знать правду о нас. Помнишь, мы даже остальным об этом не рассказывали.

– Думаешь, они не знают? – удивилась Каина, чуть отстраняясь.

– Во всяком случае, вряд ли часто над этим задумывались, – улыбнулся повелитель Иллюзий, убирая руку. – Но лучше я расскажу, что нашел в сознании этих старичков. Мы по сравнению с ними просто младенцы, знаешь ли.

– В курсе, – фыркнула демонесса.

– Помнишь про круг силы? – Янус улыбнулся странной меланхоличной улыбкой. – Так вот, не такая уж он и отличная штука, как оказалось. Силу ты получаешь, но она рано или поздно израсходуется, и, чтобы постоянно поддерживать форму, нужно все время убивать. Таким образом, ты можешь быть почти бессмертным, но если тебя кто-нибудь застанет в тот момент, когда ты израсходовал последнюю полученную жизнь... Понимаешь, чем это может закончиться? Поэтому избежать поединка – значит, с одной стороны, сохранить частичку силы, с другой – не получить новую порцию. А когда таких жизней в тебе много, это ощущение не только блаженства, но и неуязвимости. Хотя и призрачной, конечно.

– Так вот почему Изначальные или драчливые, как Титан, или осторожные стервы, как Горгона, – задумчиво сделала вывод леди. – Это объясняет казематы башни. Она держала там свой неприкосновенный запас.

– В точку, – кивнул демон. – И поэтому паразиты так стремились выполнить все ее задания и приказы. И мельтешащая перед носом приманка – включение в круг силы и страх оказаться просто обедом оголодавшей Изначальной.

– За время правления Рубина она должна была накопить много жизней, – заметила Огненная леди.

– Да, и, скорее всего, именно это свело ее с ума.

– Что ты имеешь в виду?

– Жизнь – это не просто сила, это воспоминания, это опыт – фактически то, что называют душой. Представляешь, такую уйму народа в себе держать?

Каина напружинилась, словно готовая атаковать змея:

– Постой, а этот Первый...

– И снова я поражаюсь твоей проницательности. – Янус смотрел куда-то мимо нее. – Он не зря может подобрать ключик к любому. Все просто – он поглощает жизни. И живет ими. Но каким-то образом не сходит с ума.

– Думаешь? – усомнилась демонесса.

Синие, словно холодное осеннее небо, глаза взглянули на нее.

– Иначе бы он давно прорвал завесу заклинания Стены. И мы в полной мере вкусили, что такое круг силы. Он ненавидит нас больше, чем кого-либо.

– Потому что он наш... – Леди на мгновение запнулась, но все же смогла выдавить из себя это слово: – Создатель?..

– Да. Но не наш, а наших предков.

– Что это меняет?

– Все, Кай. – Янус поднялся на ноги и протянул демонессе руку, предлагая помощь. – Мы потомки тех, кто победил. Но мы сильнее, быстрее, умнее. Не забывай, мы демоны. Мы не горстка рабов, которая смогла вырваться из плена и пляшет на трупах своих хозяев.

– Звучит убедительно.

Их понимающие улыбки выглядели отражениями друг друга.

На траве зашевелился звероголовый.

– Кажется, пора поприветствовать нашего нового беса. – Янус слегка наклонил голову.

– Ох, Тьма его забери, – махнула рукою Каина. – Я уже заполучила себе зверушку. Думаю, на этот раз мне стоит уступить.

– Вы так великодушны ко мне, леди.

Первое, что услышал Изначальный, когда смог слышать, это легкий смех, искрящийся россыпью блесток безумия. И ему стало страшно. Наверное, третий раз в его очень долгой жизни. Предыдущий раз был буквально час назад.

Титан задумчиво мерил шагами край крепостной стены замка, в котором укрылись они с Горгоной. Его терзали разносторонние чувства по поводу новой информации. Когда он только появился, Изначальный был словно в наркотическом опьянении от воздуха свободы и тех возможностей, которые грезились в ближайшем будущем. Теперь эйфория спала. В новом теле, но с остатками сознания прежнего хозяина, с теми сведениями, которыми наконец сочла нужным поделиться Горгона, выходило, что все его планы стоило немедленно пересмотреть.

Демону не нравилось то, что рассказала герцогиня; ему очень не нравилось то, что он видел в глубине ее глаз; и еще больше его настораживало испуганное молчание Сокола, чье тело он занял. Демон явно понимал больше его в сложившейся ситуации, но делиться не собирался. Следовало хорошенько подумать, что делать дальше. Попадаться Первому Титан не желал. Горгона слишком давно сбежала из-за Стены, чтобы понимать, насколько разрослась власть Первого. Он управлял фактически всем в Изначальном мире, благо у этого мира имелись видимые границы. Пожалуй, единственными клочками свободы можно было бы считать пятна Тьмы, но, как подозревал Титан, и там не все ладно. Демон не желал больше слушать голос в своем сознании, который соблазнял и управлял.

Похоже, оставался только один выход: не помогать Горгоне, которая стала так сильна за время пребывания в нормальном мире. И сообщать ей об этом не обязательно.

– Если не Горгона, то другие найдут, – шепнул Сокол в его сознании. – Имперцы не успокоятся, пока не уничтожат тебя. Ты успел довольно чувствительно ударить по их гордости.

– С чего бы ты вдруг заговорил? – насмешливо поинтересовался Изначальный.

– Тело, которым ты собрался рисковать, пока принадлежит и мне, – отозвался демон. – И потом, тебе не кажется, что я лучше знаю, что происходит в этом мире?

– Предлагаешь свои услуги в обмен на существование?

– Какая проницательность!

– Смени тон, букашка. Я выжил там, где ты никогда не был, и вряд ли бы продержался больше двух-трех минут, – раздраженно осадил демона Титан.

Сокол промолчал, но затем вновь взялся за свое:

– Возможно. Я там не был, и ты не знаешь моих способностей. Зато я прекрасный информатор. В конце концов, я был в подчинении у лорда Горечи, который собирал всю информацию на империю. И я был достаточно близок к Горгоне, чтобы сейчас просчитать некоторые ее шаги.

Титан внезапно насторожился:

– Помолчи немного... Слышишь?..

– Д-да... Что это?.. – Сокол резко замолк и забился на самую глубину сознания Изначального. Но тому уже и не требовалась его помощь. Он узнал этот звук. Напевы сирен. Тьма и Бездна, как давно он их не слышал. Титан прислушался и улыбнулся. Не зря, ох не зря в этой крепости был только один выход к бухте. Темное море воды, которая скрывала свои сокровища и тайны уже через пару шагов от берега, ласкало ступени этой крепости с тех времен, когда Изначальный мир только-только был отрезан от мира. И Горгона, обнаружившая это место много веков назад, изрядно потрудилась, восстанавливая его и скрывая от глаз своего любовника. Теперь, когда в крепости снова есть жизнь, сирен, видимо, приманила искра живой магии. А ведь это могло стать выходом.

Изначальный решил не тратить магические силы. Тем более сила Сокола ушла вместе с ним. Это было всего лишь тело, оболочка, которую Титан напитал собственной заимствованной силой. Поэтому демон поспешил на песню обычным путем. Перескакивая через две-три ступеньки.

Их было около двадцати. Прекрасные, обнаженные, они расположились на песке, на ступенях, покачивались на волнах. Некоторые трансформировали свои хвосты в ноги, чтобы выглядеть еще более привлекательно в глазах тех, кто спешил на их зов. А таких было немало. Большая часть челяди и солдат крепости завороженно сидели и стояли неподалеку. Сирены, призвав их, не торопились приближаться. Они выбирали. Изначальный помнил эту их увлекательную игру, когда добычи по меркам сирен было достаточно для выбора.

– Еще один? Долго же ты шел. – Женщина, стоявшая по колено в воде, подняла на него раскосые глаза, полные изумрудной зелени. И Титан задохнулся, не веря глазам Сокола. Это не могло быть правдой. – О, – протянула она, ее взгляд проникал вглубь, словно минуя лицо и тело. – Твоя аура знакома мне. Я почти забыла ее вкус и запах. Но похоже, это действительно ты, Титан. Слухи не врали. Симпатичное лицо ты раздобыл. Оно даже лучше твоего предыдущего.

– Кирина, – выдохнул он. – Неужели сирены живут так долго?!

– И еще дольше, – пожала она плечами. – Я рада, что ты не забыл меня.

Ее обнаженное плечо кокетливо выглянуло из спутанной массы длинных серебристых волос, которые достигали воды и плыли по ней, словно странные водоросли.

– Забыть?! – искренне удивился Титан. – Это невозможно.

Сирена задумчиво наклонила голову:

– А вот мы почти забыли. – Голос ее был ровен, словно она не испытывала по этому поводу никаких эмоций.

Титан широко улыбнулся:

– Но вы пришли. А значит, помните. Думаю, будет не менее весело, чем в прежние времена. А уж добычи в вашем распоряжении будет не то что в достатке – в избытке.

Кирина чуть качнулась назад:

– Ты думаешь, мы пришли сотрудничать, как в старые времена, Титан?

Он почувствовал, как сердце сбилось с ритма на какое-то мгновение:

– Нет? Ты сказала, что тебя привели слухи...

Кирина! Теперь демон видел по ее глазам, что она уже не так юна, как тогда, когда впервые увидел ее.

– Ты знаешь, что нам все равно, что творится на суше и кто с кем сражается. Иногда мы присоединялись к тем, кто давал нам больше добычи. Но ты должен помнить, раз не забыл остального, и то, что за свою кровь мы пойдем на все.

Титана охватила нервная дрожь.

– Не говори мне, что Горгона сглупила и...

– Нет, – качнула головой сирена и улыбнулась, обнажая клыки. – Я хотела спросить тебя, ты знал, что когда вы создавали себе новые игрушки, которые потом вышвырнули вас за Стену, то использовали в некоторых из своих экспериментов моих сородичей?

– Что?!

Сирена улыбалась все шире:

– Они хотели создать красивые и страстные создания, покорные создания. Частично замысел удался. И намного позже мы узнали еще одну особенность демонов, пришедших на ваше место. Титан, – Кирина смотрела на него так, словно он был ее пищей, – сколько бы мы с тобою ни веселились, у нас никогда не было бы ребенка. А они... В них слишком мало нашей крови, чтобы считать их своими, но когда начали рождаться дети...

Демон отступил назад, чувствуя два десятка оценивающих ГОЛОДНЫХ глаз на своем теле.

– Когда начали рождаться полукровки, – продолжал звучать ее голос, – мы поняли, что кое-что навсегда изменилось в нашем мире.

– Ты правильно начал бояться, Изначальный. – Мужской завораживающий голос прозвучал прямо за спиной.

Титан резко развернулся и встретился с сапфировой тьмой вместо глаз. Темные волосы волной спускались на обнаженные плечи. А насмешливые губы продолжали двигаться, вынося страшный приговор:

– Это ты вынудил меня призвать народ моей матери на помощь. И пусть именно демонесса моего народа убила мою мать, ее сестра не смогла отказать своему племяннику в помощи. А я очень зол на тебя, Изначальный.

– При чем здесь я? – Титан выпрямился, глядя в глаза собственному вожделению. Похоже, полукровки обладали способностями сирен в полной мере. Потому что, чувствуя почти животный страх, демон все равно желал это создание. И голос, произносивший угрозы, завораживал и заставлял слабеть колени. – Это Горгона устроила вам кровавую бойню.

– Ты отправил за Стену того, кого я до сих пор не смог попробовать на вкус, – мягко укорил сапфировоглазый полукровка. – А вместе с ним женщину моего друга. До Горгоны дойдет очередь, Изначальный. Но твое главное преступление ты совершил пять минут назад.

Титан вздрогнул, начиная понимать. И слова полукровки подтвердили его мысль:

– Ты предложил народу моей матери отравленную добычу. Хочешь, чтобы они были заражены паразитами, как и эти марионетки?

Демон еще мог успеть покинуть тело, в котором находился; связи только начали закрепляться – немного боли, но это было бы не страшно.

Сокол в его сознании скулил от страха, потому что понимал – его оставят на растерзание этим прекрасным, но славящимся своей жестокостью существам. Однако когда Титан резко рванулся из тела, его встретила настоящая сеть заклинаний. Он запутался в них. Как в вязкой паутине.

– Хилар, – сапфировая бездна отступила, – он твой.

Этого Изначальный вспомнил сразу. Того, который своею песнею сокрушил последний барьер столицы, удерживавшийся Горгоной. Серебряная бездна сменила синеву, и она была намного холоднее предыдущей. Мелькнула черная прядь волос, сорванная ветром с бледных пальцев... Голос, достойный сирены, равнодушно сообщил:

– Ты отрезал ей волосы. Ей наверняка это не понравилось.

И почему-то вспомнились слова того молокососа с его иллюзиями, которые демон принял за отчаяние и пустую угрозу.

Сокол на какое-то мгновение даже перестал скулить.

– Лорд Иллюзий никогда не говорит ни единого слова просто так. – И это был приговор. От судьбы не уйдешь.

Но Титан уже не мог ответить. Его собственное сознание медленно тонуло в ослепляющем холоде мелодии.

7

Звероголового звали Сабат. Он был не очень разговорчив. Но наверное, это не по природе своей, а из-за ситуации, в которую попал. Не каждый день оказываешься в плену у демонов, которые как две капли воды похожи на сексуальные игрушки в собственном замке. Да еще настолько моложе тебя, что готов грызть самого себя от ярости. Плюс Каина постоянно добавляла масла в огонь.

Она принципиально не собиралась воспринимать старика как полноценного демона. Ярлык беса был повешен на Сабата окончательно и бесповоротно. У меня складывалось впечатление, что после моего рассказа о нашем происхождении она повесила этот ярлык сразу на всех Изначальных. Если раньше леди могла трепетать перед сказками об Изначальных или восхищаться ими, то теперь это стало ниже ее достоинства. Странная логика моей спутницы поддавалась определенному анализу, но что самое странное – я чувствовал в душе, что сам разделяю ее точку зрения. Меня сдерживала узда ученого, чего не было у Каины. Но и как ученый я, например, раз двадцать подумал, прежде чем начал резать на своем лабораторном столе такого же, как я, демона. А вот при взгляде на Сабата очень хотелось посмотреть, что же у него внутри. Жаль, мы не смогли задержаться там, где оставили четыре потенциальных объекта для экспериментов. Нет, три, так как тварь все же сгрызла не только мясо, но и кости четвертого, пока я разбирался с двумя пленниками. То, что она оставила, можно было изучать разве что под микроскопом, как костяную пыль.

– Ян, – Каина была явно возмущена, – мы что, последуем совету этого беса?!

Я прервал цепь размышлений. Яростно сверкающие черные глаза сверлили во мне дыры.

– Кай, – тихо и серьезно заметил я. – Ты же не просто демонесса и леди. Ты еще солдат и генерал. Неужели ты не видишь ситуацию в целом и готова ради каприза сократить наши шансы на выживание до минимума?.

– Даже мое безумие не способно на это, – недовольно проворчала Каина.

– Именно. Иначе бы ты никогда не стала леди. И пустынники давно бы подняли мятеж или начали войну против империи.

– Ладно. Просто я, наверное, устала от всего этого. И стать рабыней, даже ради конспирации, да еще с такими волосами... Это просто выводит меня из себя.

– Понимаю, – хмыкнул я. – Думаешь, меня это не задевает? Но нам придется постараться. Нельзя привлекать к себе излишнее внимание. И потом... – Я прищурился. – Разве это не вызов?

– Развлечение, – просветлела Каина. – А что этот? – Она кивнула в сторону звероголового.

– Он под контролем. Даже если очень сильно захочет, ничего против нас сделать не сможет. Для этого в нем хирургическим путем ничего менять не надо.

Демонесса рассмеялась:

– В твоем голосе звучит такое сожаление...

– Правда? Похоже, я соскучился по скальпелю.

Она протянула руку и похлопала меня по плечу:

– Думаю, когда все это закончится, ты сможешь запереться в своих лабораториях и месяц из них не выходить, делая новые открытия во благо империи.

Я слегка улыбнулся. Каина не понимала, что, когда все это закончится, у нас будет большая куча проблем другого характера.

В том, что мы выберемся из Изначального мира, я уже не сомневался. Меня тревожил только то нарастающий, то почти исчезающий шепот в моем сознании. Насколько далеко смог проникнуть этот манипулятор?

Сабат исподтишка наблюдал за своими пленителями. Он знал, что боится их, и это приводило его в ярость. Неужели там, за Стеной, игрушки приобрели такую мощь и силу? И что будет, если подобною силою обладают те, кто остался здесь с ними? Означает ли это, что он держал у себя в замке и в постели потенциальную угрозу для собственной жизни и, что еще хуже, собственной воле... Хотя о какой воле может идти речь, когда всегда есть в сознании шепот Первого? Но все же он руководил сознанием и некоторыми поступками, а не телом. И все чувствовали скорее направление, чем принуждение. Кто-то принял такой путь, кто-то просто смирился, а кто-то пытается сражаться. Сабат к последним себя не относил, но его потрясло то, с какой легкостью этот незнакомец пробил его щиты и оттеснил шепот Первого в сторону, а затем погрузил в нескончаемый поток исполненной мечты, которая раз за разом заканчивалась кошмаром. Ему казалось, что прошла вечность, но на самом деле минуло всего несколько часов.

Эти демоны, похожие на игрушки для услады, оказались страшными созданиями. Сабат всегда думал, что ярость и жажда крови, а также садистские наклонности его народа вошли в легенды их врагов. Да, они сами себя не обманывали. Им это просто нравилось. А какой демон откажется от наслаждения, за которое почти ничего не платишь, разве что руки пачкаешь. Эти же двое... они словно выполняли свою каждодневную работу. С одной стороны, наслаждались убийством и кровью, но с другой... – Сабат передернул плечами – эти двое словно наблюдали с расстояния. Их нельзя было застать врасплох.

– Эй, звероголовый, – позвала женщина, – там на горизонте крепость.

– Это владения Аргуса, повелителя Молний, – мрачно отозвался демон. – Я знаком с ним. Мы все здесь знакомы друг с другом. Сразу убивать не будет. Но очень любит поиграть.

– Поиграть? – Блондин задумчиво прищурился и взглянул на свою спутницу. – Ну вот, а ты жаловалась, что здесь скучно. Вот и развлечение подоспело. Мы же не можем не пересечь его земли?

Сабат покачал головой:

– Если двигаться именно к выбранной вами трещине, то нет. Не можем.

– Очень хорошо, – сладко улыбнулась демонесса, и от этой улыбки у Изначального пробежал холодок по позвоночнику.

Они придержали своих ездовых ящеров и пристраились в хвост Сабату. Их прирученная тварь из Тьмы поравнялась с его ногой, словно это он был ее хозяином. А в сознании прошелестел чужой голос:

– Не слишком пыжься, малыш. Не думаю, что тебе удастся заключить сделку с Аргусом, я в твоей голове. Но тебе ведь не привыкать? – Смешок где-то внутри, под черепной коробкой, ощущался как дрожь ужаса.

– Я... я все понимаю. – Демон оглянулся: за ним следовали игрушки. Но он знал правду, хотя эта способность маскироваться его потрясла. Только самые изощренные из таких, как он, могли вот так изменяться. Остальных рано или поздно выдавала надменность.

Крепость Аргуса приближалась, а Сабат всем своим существом жаждал, чтобы она исчезла с их пути.

Аргус встретил его лично, в соответствии с этикетом Изначальных. У самых ворот крепости. Его серебряные глаза внимательно вгляделись в звероголового. Узкие губы раздвинулись в приветственной улыбке, которая, однако, не коснулась глаз.

– Странные дела творятся в нашем мире, Сабат. Сначала Титан ушел за Стену с чьей-то помощью извне; теперь ты приезжаешь без своей обычной компании.

– Они мертвы. – Демон потрепал по холке тварь, всем свои сердцем надеясь, что она не отхватит ему руку.

– О, – протянул хозяин крепости, опуская взгляд на тварь. – Вы таки рискнули обойтись без охотников... Слышал я об этой причуде Париса.

– Охотники тоже мертвы, – позволил себе холодную улыбку Сабат. – А я разжился любимцем и парой новых игрушек. Парис же стал обедом для моей красавицы.

– Да уж, похоже, прогулка у тебя была удачной, – одобрительно сказал Аргус. – Но что ты забыл в моих землях?

– Мне просто нужно пересечь их, – ответил Сабат.

– Зачем?! – Вопрос прозвучал холодно и цепко.

Звероголовый демон пристально посмотрел в серебряные глаза повелителя Молний и коснулся своего виска:

– Пока не знаю, Аргус. Меня ведут.

Демон помрачнел. Сабат знал, что Аргус из тех, кто до сих пор пытается сопротивляться притяжению Первого.

– И ты думаешь, что этот аргумент поможет тебе преодолеть мои земли? – угрожающе поинтересовался хозяин крепости.

Сабат качнул головой:

– Нет. Но я готов заплатить.

– Тварью? – Аргус с интересом взглянул на зверя.

– Нет. – Звероголовый усмехнулся. – Моими новыми игрушками. Но не навсегда... А лишь на одну ночь.

– Ты думаешь, у меня не хватает своих? – скривился повелитель Молний.

– Не сомневаюсь. Но мои игрушки покажут тебе кое-что новенькое. И ты сам решишь, достойная ли это плата.

Пленный демон не понимал, что задумали эти двое. Но надеялся, что их план сработает, потому что знал точно – против Аргуса ему не выстоять. Тот собрал столько жизней и силы, что Сабат ему на один плевок.

– Что ж, – согласился хозяин крепости, – проезжайте. Пусть твои игрушки покажут мне свои способности. Ты заинтриговал меня, Сабат.

Крепостные ворота медленно, словно сопротивляясь воле своего господина, начали открываться.

Во дворе столпились жители крепости: солдаты и слуги.

– Очистить двор, – рявкнул Аргус.

И, словно волна, все откатились к стенам, оставляя свободным огромное пространство крепостного двора.

Повелитель Молний повернулся к гостям:

– Показывай, Сабат. Иначе дальше ты не двинешься ни на шаг. И твоя тварь не сможет защитить тебя.

Сабат оглянулся на своих спутников, но они уже соскользнули со скакунов и почти проплыли мимо демонов, двигаясь так, словно тварь – их родственница. Толчок в его сознании, и пленник тронул Аргуса за плечо, привлекая его внимание.

– В разработке этих игрушек использовался особый коктейль генов. Говорят, сам Танцор дал каплю своей крови.

– Я ни за что в это не поверю, – сверкнул глазами Аргус. – Чтобы Танцор что-то дал от себя, да он скорее удавится.

Сабат пожал плечами:

– Это лишь слухи, Аргус. Не надо кипятиться. Тем более, если ты не забыл, Танцор отсутствовал некоторое время. Хорошо ли охраняли его тело?

– Если твои слова верны, – задумчиво отозвался демон, – то, когда он узнает, непременно постарается уничтожить каждого, кто в этом замешан. И особенно тех, кто стал продуктом такого творения.

– Нам, однако, это не мешает воспользоваться плодами эксперимента? – усмехнулся Сабат, чувствуя самодовольство того, кто управлял им в этот момент.

– Прогулка во Тьме и отсутствие твоих дружков пошло тебе на пользу, – одобрительно отозвался собеседник Сабата. – Раньше ты и два слова-то с трудом связывал, а уж такие комбинации выдавать...

Сабат почувствовал нестерпимое желание убить этого ублюдка, но чужая воля держала крепко. Лишь обещающий шепот: «Позже».

– Что ж, – Аргус смотрел на фигуры замерших игрушек, – начинайте.

Волна светлых волос чуть шевельнулась в имитации поклона-согласия, но не успел демон нахмуриться и отреагировать на эту дерзость, как все вокруг заполнила мелодия. Незнакомая, странная, обворожительная. Она обволакивала, проникала в каждую клетку тела, опутывала так, что невозможно было двинуться с места. Можно было только наблюдать...

Сабат чувствовал, как начинает задыхаться от ласкового невидимого прикосновения. Он не предполагал ничего подобного. А игрушки в центре мелодии наконец стали двигаться. Их руки переплелись, и начался танец. Это было обещание, вожделение, страсть и еще много всего запутанного в настоящий клубок. На каждое движение игрушек мелодия вибрировала по-своему, заставляя вибрировать и тела, которые она опутала. Игрушки создавали танец в процессе самого танца. Они танцевали вдвоем и со всеми одновременно. Они повелевали, но этот приказ был желанным.

Только теперь Сабат понял, какую ошибку совершил! Он боялся недругов слишком мало. Сейчас его страх достиг огромных размеров, превращаясь во всепоглощающий ужас. Потому что разрушенные мечты и кошмары оказались столь малозначительными в сравнении с ЭТИМ.

Если от присутствия в своем мозгу блондина Сабат надеялся когда-нибудь избавиться, то от видений того, что происходило сейчас, и от знания, что могло бы произойти дальше, ему не избавиться никогда

Даже если его оставят в живых, после того как он доведет их до трещины.

И никто не мог остановить эту сладкую и желанную пытку. Словно в тумане танцевали перед глазами две гибкие фигуры, и черный цвет смешивался с синевой второго взгляда. Хотелось встать на колени и умолять о чем-то...

Внезапно все прекратилось. Мелодия оборвалась, словно натянутая тетива лука, хлестким концом подарив боль и возвратив сознание. Над крепостью повис тихий стон разочарования.

Сабата встряхнул немой приказ демона-победителя, и он выпрямился, отчасти благодарный за это. Аргус выглядел не просто потрясенным, он застыл в неком подобии шока.

– Аргус? – осторожно позвал Сабат.

И серебристые глаза взглянули на него с такой жгучей яростью, что звероголовый с трудом подавил в себе желание отшатнуться.

– Ты!..

– Ты сам не пожелал пускать нас дальше своего замка, пока они не продемонстрируют свои способности. – Сабат выставил когтистые руки вперед.

Ярость поутихла.

– Да, помню. Ты сказал, что они будут платой?

– Одна ночь, Аргус.

– Помню. У тебя сильный аргумент, Сабат. Не боишься, что из какой-нибудь крепости не сможешь уехать? Таким сокровищем каждый захочет обладать... вечно.

Подсказка в сознании, которой Сабат был очень благодарен, помогла ответить:

– Им все время нужна подпитка. Сила уходит, ты это знаешь, а эти двое в круге силы. И потом, их действительно будут хотеть все. Но их уже заметил Первый.

– Так они не только твоя плата, но и твой багаж?

– Именно.

– Понимаю. – Взгляд Аргуса не отрывался от уникальных игрушек. – Я согласен, Сабат. Ты гость в моем замке до утра. Утром ты уедешь.

– Вместе с ними, – уточнил демон.

– Да. – Аргус тяжело посмотрел на гостя. – Я не такой, как многие твои знакомые, Сабат. Соблазн еще ни разу не смог одолеть мою волю.

Звероголовый демон молча кивнул.

– За работу, ленивые скоты! – внезапно рявкнул Аргус на всю крепость. – Развлеклись, так будьте добры теперь отработать развлечение.

Все старательно засуетились, почти по дуге обходя замершие в центре двора фигуры.

Аргус повернулся к капитану своей стражи:

– Этих двоих в мои апартаменты.

Тот низко поклонился:

– Слушаюсь, мой повелитель.

– Глаз с них не спускать, и чтобы никто не смел к ним прикасаться. Пусть подготовят для них купальни. И чистую одежду.

– Слушаюсь, мой повелитель.

– И пошевеливайтесь. – Аргус развернулся и поймал какого-то слугу за шкирку: – Распоряжение на кухню. Лучшие блюда в мои апартаменты, и пусть накроют стол в гостевой зале!

Слуга мелко затрясся:

– Слушаюсь, господин.

Аргус разжал ладонь. И слуга рванул куда-то в сторону.

– Следуй за мною, – велел Изначальный Сабату.

Тот тяжело наблюдал, как капитан с несколькими стражами уводит его новых хозяев. Оставалось ждать. И сохранять такое же спокойствие, как у твари у его ног.

8

Аргус запер за собою дверь и перевел взгляд на вольготно расположившиеся на ковре игрушки. Они были умыты, переодеты и явно очень довольны. Женщина уютно устроилась на коленях мужчины. И мурлыкала под прикосновениями его пальцев. Они никак не отреагировали на появление хозяина, словно и не заметили.

– Я хотел бы знать, там, за Стеной, действительно рай, как рассказывают легенды?

Светловолосый поднял голову и лениво взглянул на него. Как кошка, которую оторвали от почти пустой миски сметаны, над которою она размышляла, стоит ли вылизывать остатки или она уже сыта настолько, что такая возня ниже ее достоинства.

– Рай – это когда блаженство и свобода? – уточнил светловолосый. Голос его оказался каким-то легким, похожим на шелк, в который обернуто лезвие остро отточенного ножа.

– Э... наверное, – немного растерялся Изначальный.

– Нет, – деликатно прикрыл ладонью зевок светловолосый.

– Но там ведь нет Первого?

– Нет, – согласился тот.

– Вы даже не отрицаете того, что пришли из-за Стены, – хмыкнул Аргус.

– А зачем? – отозвалась женщина. – Мы в любом случае собирались тебя убить.

Изначальный рассмеялся:

– Я удивлен, что вы избрали своим покровителем Сабата, этого слабака. Вы же совсем другого поля ягоды. За что вас изгнали за Стену? За излишнюю жестокость? Или наоборот?

Черноволосая поднялась на локте и пристально взглянула на него:

– С чего ты это взял?

– Как только вы начали танцевать, – задумчиво сообщил повелитель Молний, – я сразу почувствовал неладное. Чтобы так контролировать всех вокруг, надо быть действительно демоном. Ни одна игрушка на такое не способна. Ей просто не позволят подняться до такого уровня, и уж тем более не позволят питаться. Вы ведь зачаровали всех, и меня тоже.

– Но у тебя осталась хоть какая-то здравая мысль, – заметил светловолосый. – В отличие от остальных...

– Я повелитель Молний, – усмехнулся Аргус. И тоже сел на пол.

– Логично, – согласилась черноволосая и снова устроилась на коленях у спутника. – Но ты не ответил на вопрос.

– Извольте. Некоторые из нас давным-давно высказали предположение, что рано или поздно какой-нибудь из ваших правителей додумается высылать за Стену неугодных. Либо слабаков, либо, наоборот, тех, кто для него опасен. Раз вы не игрушки, значит, из-за Стены. И похоже, этот наш прогноз оправдался. Меня только одно расстраивает: вы умудрились попасть в лапы недоумку Сабату.

– Ну, – протянул светловолосый, – это как с птенцами: когда яйцо проклевывается, первого, кого увидит птенец, он и будет считать мамой. Вот и мы так же.

– Он тащит вас к Первому, – жестко произнес Аргус. – Тот сожрет, поглотит вас и вашу силу. Ваши жизни станут его.

– Мы догадались о некоторых гастрономических пристрастиях вашего Первого, – лениво отозвалась демонесса. – Его шепот очень навязчив, надо отметить.

– Он уже призвал вас к себе? – настороженно поинтересовался Аргус.

– Он пока ищет ключик, – усмехнулся светловолосый. – Но чего вы хотите, повелитель Молний? Вы же не просто так завели весь этот разговор.

– Конечно. – Демон чуть наклонился вперед. – Я хочу заключить с вами сделку.

– О. – Получилось это синхронно. Внимательные глаза уставились на Изначального. – Мы тебя внимательно слушаем.

– Я предлагаю сменить покровителя. Вы сами видите, что я сильнее Сабата. Я помогу вам обустроиться в этом мире, не маскируясь под игрушки. Я дам вам пищу для вашей силы.

– Звучит заманчиво, – кивнул светловолосый. – Но какова цена?

– Вы станете моими соратниками. Цена – ваша верность. И ваша сила на службе у меня.

– Здесь только одна неувязка, – лениво шевельнулась черноволосая.

– Какая? – напрягся Аргус.

– Мы не собираемся задерживаться в вашем мире, – пояснил светловолосый. – Он очень скучный.

Аргус откинулся и раскатисто расхохотался.

– Неужели вам не рассказывали сказки о том, что отсюда нет пути? – отсмеявшись, поинтересовался он.

– Рассказывали, – согласился демон. – Но есть пара-тройка пунктов, которые заставляют в этом сомневаться, и имена этим пунктам: Горгона, Титан и Танцор. Последний должен был недавно вернуться. В весьма потрепанном виде.

– Вот как, – помрачнел хозяин крепости. – Хорошо. Вы сами понимаете, что выбраться отсюда будет очень непросто. Но я готов за вашу службу найти способ просочиться через одну из трещин. Как вам такое предложение?

– Весьма интересное, – помолчав, заметил светловолосый. – Но опять же возникает парочка нюансов...

Изначальный почувствовал, что этот разговор начинает его раздражать. Он перед этими игрушками рассыпается мелким бесом, а они до сих пор не сказали ничего конкретного. Аргус постарался взять себя в руки и почти спокойно поинтересовался:

– Какие именно?

– О, Яни, ты расшевелил его своим занудством, – развеселилась черноволосая.

– Скорее разозлил, – почти педантично поправил ее спутник. И посмотрел на Аргуса. – О нюансах. Пройдемся по пунктам: первое – Сабат не наш покровитель, он наш раб; второе – мы не изгнанники; третье – ты оказался очень неосторожным, запустив нас в свои апартаменты и столь беспечно болтая с нами. Видишь ли, мы просто сильно не любим Изначальных. Не скрою, по некоторым личным причинам.

Повелитель Молний вскочил и почувствовал пустоту под ногами.

– Потеряли собственную спальню? – участливо осведомился голос светловолосого. – Какая незадача.

Изначальный призвал свою Силу, но... вокруг была лишь пустота. И ничего больше, и никого. Только тихий смешок, который раздавался отовсюду и ниоткуда.

Бедный демоненок

Убежал из пеленок.

Понял, что поторопился,

Но не возвратился.

Еще один смешок в тон странному стишку. Аргус зарычал и выпустил свою Силу, в пустоте загрохотали молнии, освещая вспышками странное место, где он оказался. Молнии высвечивали изогнутые линии каких-то сооружений. И внезапно высветили фигуру. Всего лишь на какое-то мгновение, но этого хватило опытному воину. Сила обрушилась точно в то место, где еще секунду назад кто-то был.

Бедный демоненок

Потерялся без пеленок.

Потому что в темноте

Он оказался в Нигде,

Страшной стране Нигде.

– Промахнулись? Или что-то почудилось? – сочувственно поинтересовался голос прямо за спиной.

– Я не проиграю игрушкам, – прошипел Аргус сквозь зубы.

– Знаешь, в чем твоя главная проблема? – шепнул голос светловолосого. – Ты, делая свое щедрое предложение, лгал нам прямо в глаза, потому что все равно считал нас игрушками, которые столь наивны, что побегут прямо в твою пасть. Но вот в чем штука – я очень не люблю, когда мне лгут и пытаются переиграть. Спроси у Танцора. Ах да... ты же теперь ничего не сможешь у него спросить. Ты потерялся в Нигде.

Аргус зарычал. И внезапно все изменилось.

Под его ногами шуршала зеленая-зеленая трава, а над головой светило такое яркое солнце, что можно было ослепнуть. В Изначальном мире не было ни ночи, ни дня, только пасмурная серость.

Рядом стоял светловолосый, и выглядел он таким доступным и беззащитным. Но Аргус не смотрел на него. Он широко раскрытыми глазами наблюдал, как с ветки на ветку дерева перескакивает странная яркая птица, явно занятая каким-то серьезным делом.

– Где я?

– Ты спрашивал, как выглядит мой мир, – ответил светловолосый. – Я подарил тебе частичку своего воспоминания.

Аргус прислушался:

– Я... я не слышу Первого...

– Конечно, – невозмутимо отозвался его враг. – Сюда ему доступа нет. Это страна Нигде. Твоя страна.

– Ты подарил ему мечту? – Каина с любопытством смотрела на распростертое тело у своих ног.

– Ну, – я улыбнулся, – он так хотел попасть в наш мир. Удивительно, Кай, но эти Изначальные, оказывается, настолько просты...

– Не расслабляйся, – серьезно отозвалась леди. – Ни Горгону, ни Титана я бы не назвала простыми. А вспомни Диару-Танцора...

– Да, я немного расслабился. Наверное, из-за купален.

– Да, – мечтательно вздохнула демонесса.

Каина наступила на тело Аргуса, который лежал на ковре, пуская слюни. Демонесса направлялась к огромной кровати. И она была права. Не мешало бы выспаться немного. Утром нам предстояла длинная дорога. И следовало выехать пораньше. В этот момент в двери поскреблись. Кай застыла, ее глаза сверкнули кровавыми отблесками.

Я на цыпочках подошел к двери и медленно ее приоткрыл. В щель проскользнуло гибкое гладкое тело.

– Тварь, – обрадовалась демонесса и бросилась обниматься со своей зверушкой. – Лапушка моя, ты, наверное, проголодалась, мое солнышко. Хочешь кушать?

Я плотно прикрыл дверь. Предупредил:

– Хочешь кормить свою зверушку, делай это не в спальне.

– Но она после себя даже крошек не оставляет, – обиделась Каина.

Я непреклонно покачал головой.

– Зануда, – фыркнула демонесса и потрепала тварь между ушами. – Пошли, моя сладенькая, и неси свой ужин сама. Мамочка очень устала таскать этакую тушу.

Слышал бы Хилар про «мамочку». Макс точно бы хохотал до упаду. Ну да ладно, еще нахохочется. Эх, повелитель Молний, недолго тебе сон про рай смотреть. Он просто исчезнет вместе с тобою. И ты ничего не почувствуешь.

Я проследил, как тварь схватила тело за ногу и потащила следом за своей хозяйкой. А потом отправился в кровать.

Тамир взмахнул мечом, разрубая очередную тварь пополам. Он мельком бросил взгляд через плечо:

– Сколько еще?

– Минут двадцать, – прокричали за спиной. – Там сразу увидишь!

– Дойти до этой «увидишь» еще надо, – сквозь зубы процедил бес. И снова бросился вперед. Они вычислили трещину, но все равно ее еще отыскать надо, а для этого до Стены дойти требуется. Кто бы мог подумать, что путь окажется таким длинным. Но господин где-то там. Его живая татуировка чем дальше они продвигались, тем нетерпеливее становилась, периодически соскальзывая с кожи беса и бросаясь в бой.

Что ж... осталось идти минут двадцать. Дальше покажет ситуация.

Но бес подозревал, что в итоге и там придется пробиваться в поисках трещины. А потом еще как-то достучаться до господина. Он должен знать, что его ждут.

Мне снился странный сон. Таро вертелся, словно маленький ураган, кусая и убивая тварей из Тьмы, а за ним, сверкая лезвием меча, двигался мой адъютант. Там же были мой повар, тот воин-бес с паразитом, – кажется, его звали Готас... Даже Самар. Таро было плохо. Он никогда еще так долго не находился вне моей кожи. Мне тоже его не хватало. Какая-то пустота, как будто часть моего тела ампутирована. Сон выглядел странным не только из-за присутствия в нем моих слуг. Нет, он был странным по ощущениям. Как будто он был... настоящим.

Стоило проверить это, в конце концов, моя мать – повелительница Снов. И иллюзии – это те же сны, только наяву.

Я притянул нить сна ближе и скользнул на его изнанку.

– У тебя верные слуги, лорд Янус.

Я резко обернулся. У него было очень красивое лицо. И больше ничего. Только лицо совершенной красоты. Такое нечасто увидишь даже во снах. И я знал, кто это.

– Первый...

– Да... все зовут меня так. – Губы изогнулись в улыбке. – Но у меня есть имя. Можешь звать меня Нидо.

– Зачем ты показал мне их?

– Вы так безмятежны, лорд Янус. Кто бы мог подумать, что игрушки превзойдут создателей.

– Эволюция не стоит на месте, – пожал я плечами. – Однако вы так и не ответили на мой вопрос.

На парящем в темноте лице появилась улыбка.

– Мне стало интересно посмотреть, как вы отреагируете, когда поймете, что вас ищут.

– Они хорошие подчиненные, – сухо сказал я и сцепил пальцы в замок. – И верные слуги. Это хорошо.

– Они могут погибнуть.

– И что? Они добровольно выбрали этот путь. Если они действительно погибнут, то я буду знать, что в ком-то из них ошибся.

– Жестоко звучит.

– Что вам от меня надо, Нидо?

– Вас, конечно, и вашу Силу, – прозвучал ответ. – Вы так нелюбезно ответили отказом моему посланнику...

– Кого вы имеете в виду?

– Танцора, лорд Янус. Это я послал его к вам. С очень выгодным предложением.

– Оно было выгодным только для вас и Танцора, – равнодушно отозвался я. – А для меня оказалось неприемлемым.

– Вы совсем не умеете бояться, лорд Янус?

– Умею, – возразил я. – Но не вас.

Лицо подернулось рябью:

– Почему? – Первый явно сдерживал гнев и раздражение.

– Вы просто сон, – усмехнулся я и расцепил пальцы, заканчивая плетение заклинания.

Мир вокруг подернулся дымкой и распался, а я шагнул назад, разрывая нити сетки, которая уже опутала место, где я стоял. Пытаться поймать сына повелительницы Снов в ловушку сна? Какая наивность. Хотя почти наверняка это предварительная разведка. Надо будет поговорить с Каиной. Нидо не мог проверять меня одного. Его Сила широко опутала этот мир и раскинула щупальца так, что они почти автономны.

Я вышел из сна и сел в постели:

– Каина?

Она появилась спустя какое-то мгновение, словно ждала моего зова.

Я смотрел в ее холодные черные глаза. Она улыбнулась:

– Он и тебе представился как Нидо?

9

Горгона замерла. Тишина в крепости настораживала. И еще она совсем не чувствовала Титана. Словно его стерли из мира. Спрятаться за щитами, так, чтобы его невозможно было ощутить, он еще не мог научиться, у Изначального просто не было времени привыкнуть к телу. И даже если он не уничтожил Сокола и им каким-то образом удалось договориться, все равно такое мастерство Титан освоить не успел бы. Да и ощущение его присутствия пропало как-то уж слишком быстро.

Демонесса прислушалась к крепости. Все было как-то не так. Это место давно подготавливалось ею как ее собственное убежище, и оно насквозь пропитано ее духом и ее Силой. Однако сейчас все было по-другому. Словно камни кто-то зачаровал.

Легкий, какой-то даже деликатный стук в дверь заставил герцогиню вздрогнуть. Змеи ее извивались и готовы были атаковать незваного пришельца. Все чувства твердили, что пришел враг.

Руки демонессы изогнулись почти немыслимым образом, и дверь резко распахнулась. В проеме стоял... Рубин.

Он почти не изменился с того времени, как Горгона видела его в последний раз. Только похудел и из глаз исчезла прежняя вальяжная лень. Да еще на шее переливалась полоска ошейника.

– Не ждала, дорогая? – И улыбка не отражается в глазах.

Изначальная выпрямилась и улыбнулась в ответ:

– Ты настолько по мне соскучился, что даже нашел мое тайное убежище, любимый?

– Представляешь, я уже начал забывать твое лицо. Твое прежнее лицо, которое ты украла.

Демонесса не ответила, чувствуя, как заклинание сгустилось вокруг него коконом. Ее руки распрямились, но... Рубин остался стоять на месте, хотя должен был уже корчиться на полу от боли.

Он цокнул языком:

– Горгона, моя дорогая герцогиня. Неужели ты правда думаешь, что я пришел к тебе беззащитным, да еще начал светский разговор в ожидании, пока ты нанесешь удар? Ужас питает тебя, дорогая. Ты забыла, что я прожил достаточно долго. И ты сама предпочла меня, моей сестре. Помнишь почему?

Леди попятилась, чувствуя, как змеи прижимаются к ней, словно в поисках защиты.

– Ты был более перспективен и решителен...

– И я был более коварен и более осмотрителен, чем моя сестра, – закончил за нее Рубин. – Горгона, ты стала менее осторожной. Скрыться в крепости, которая стоит на самом берегу моря, да еще имеет собственную бухту с выходом прямо в воду...

В этот момент она поняла.

– Сирены. – Тихий шепот ужасом расползся по ее телу. – И этот проклятый звездный полукровка.

– Он сделал большую часть работы, – улыбнулся бывший император. – Мне надо было завести своего звездочета, но почему-то я считал это блажью и бесполезным делом. Если я выберусь из этой истории без особых потерь, то постараюсь исправить свою ошибку. Жаль, лорд Максимилиан уже занят. Дорогая, что с тобою? Тебе страшно?

Горгона только в этот момент поняла, в какой панике она пребывает. Ни одно ее заклинание не работало, она даже не могла сбежать, как ни пыталась. Ее силы истощались, словно вода, утекающая сквозь пальцы. Она резко прекратила попытки, силы еще пригодятся.

Демонесса опустила руки и спокойно взглянула на Рубина:

– Вы собираетесь вернуть меня за Стену?

– Это не мне решать. – Он насмешливо щелкнул себя по ошейнику. – К тому же эта крепость теперь территория сирен. Такова плата. Сложная ситуация. А вот твои уродцы...

Горгона подалась вперед:

– Вы уничтожили их?!

Рубин промолчал. Он просто отступил в сторону, пропуская еще одного гостя. Темные волосы опускались на плечи. Демон был полностью обнажен, но словно не чувствовал своей наготы. Горгона взглянула в сапфировые провалы глаз, в которых невозможно было что-либо прочитать.

Он просто стоял и смотрел на нее. И когда напряжение стало почти невыносимым, наконец прозвучал его голос:

– Где он?

– К-кто? – Демонесса почувствовала, что колени подкашиваются. Ее удерживала только гордость. Голос давил, пусть и принадлежал полукровке, но он явно учился им пользоваться. И учитель у него был хороший.

– Тот, кто откроет портал, если ты не отменишь программу.

– Портал куда? – Герцогиня с каким-то непонятным удовлетворением слышала в голосе Рубина отчаянную тревогу.

Но полукровка смотрел только на нее. И его глаза затягивали в синюю-синюю бездну.

Горгона встряхнула головой:

– И не пытайся, малыш. – Она выпрямилась. – Я имею иммунитет на таких, как ты. Ты не подчинишь меня своей воле.

– А, – понимающе протянул Максимилиан, – змеи. Яна бы ты сильно заинтересовала. Но я все равно узнаю... Тебе не выпустить чудовище в наш мир.

– Лорд Максимилиан, может, вы мне объясните, что происходит? – холодно осведомился Рубин.

– Как пожелаете, – откликнулся демон. – Ваша бывшая любовница очень осторожна и предусмотрительна, иначе бы не прожила так долго. Она придумала план на случай своего поражения. И также предусмотрела возможность того, что может не успеть завершить этот план сама. Титан рассказал, что у нее есть кто-то тайный, кто завершит заклинание портала из-за Стены. Этот кто-то до сих пор в определенное время получал отбой команды. Теперь его госпожа у нас в руках, и она не может воспользоваться своею магией. Значит, не может отменить свой приказ. Звезды говорят, что наша гостья очень хочет отомстить и ради этого выпустит настоящее чудовище в наш мир. Кого-то, кого она называет Первым. И Титан, прежде чем умереть, подтвердил это. Нам необходимо найти этого слугу.

– Но моя дорогая любовница не желает делиться информацией, – задумчиво произнес Рубин. – А вы по какой-то причине не можете вытянуть из нее информацию, как вытащили ее из Титана.

Максимилиан вздохнул.

– Он дразнил меня. – Каина сидела на полу и из-под челки следила за Яном. – Он уговаривал меня и соблазнял. На такие уговоры сложно не поддаться.

– Мы нужны ему, – задумчиво потеребил мочку уха Янус. – С нами он действует несколько иначе, чем со своими Изначальными.

– Мы настолько интересны и уникальны? – пошутила леди.

– В чем-то да. Особенно для него.

Янус расхаживал по комнате из угла в угол, словно зверь в клетке. Его лицо было сосредоточенным, словно он решал какую-то задачу. Впрочем, так оно и было.

Лорд Востока получил кусочки головоломки и не смог устоять. К тому же эта головоломка напрямую касалась их судьбы...

– Мы отличаемся от Изначальных, – подкинула идею Каина.

– Дело не в этом, – отмахнулся ее друг. – Это очевидно с первого взгляда, но Нидо мог попытаться сломать нас и просто тупо получить нашу Силу.

– Тупо? Солнце мое, Макс на тебя плохо влияет.

– Может быть... – И демон внезапно остановился.

– Ты что-то придумал?

– У меня есть предположение... Почти уверен, что правильное.

– Твоя уверенность дорогого стоит, – заметила Каина. – И что ты надумал?

– У Первого есть шанс выбраться на свободу! Причем в ближайшее время. Ему нужны проводники. Как мы используем Сабата, так же он хочет использовать нас.

Каина встретилась взглядом с Яном:

– Надо обязательно выбраться отсюда как можно быстрее.

– Есть проблема, – отозвался демон. – Он знает, куда мы стремимся.

Из-за дверей показалась тварь, облизывавшая свою окровавленную морду, она на мгновение замерла, оценивая напряженность, повисшую в воздухе, а затем подошла к своей хозяйке и уткнулась ей в плечо.

Каина потрепала ее по гладкой голове между большими ушами и ответила:

– Нам не впервой, Яни. Неужели ты готов сдаться?

– Нет, конечно, – ответил демон. – У меня есть план.

Она улыбнулась, словно это она была тварью, а не то существо, что прижималось к ее плечу.

История шестая

Танец с марионетками

1

Я в ярости вонзал в него волнообразное лезвие ножа. Глубоко, по самую рукоять. Из его глаз текла кровь, напоминая кровавые слезы. Очень красиво. Именно поэтому я любил убивать так – пробивая висок или, что более доступно, вонзая лезвие в ухо. Рану потом можно было прикрыть волосами, и поэтому жертва выглядела как живая, с кровавыми полосками слез.

Даже сейчас я делал это именно так. Хотя я был не просто зол, я был в ярости, в бешенстве и не контролировал себя. А ведь я не собирался его убивать. Только не его. Как мало нужно, чтобы выйти из себя. Иногда довольно одного слова или взгляда, движения, но это движение внезапно выводит нас из себя, потому что становится тем самым камешком, который сносит лавину.

Кровь залила мне пальцы и текла по его лицу, напоминая прядь мокрых волос, прилипших к виску. Я остановился и прижал его к своей груди, чувствуя при этом, как у меня от боли разрывается сердце. Они отобрали тебя у меня. Они все-таки отобрали тебя. Ты выдал себя всего одним словом. Всего одно слово – и я пришел в ярость. В ту самую священную темную ярость, которая не позволила мне когда-то попасть в их руки.

Я смотрел на это лицо, самое дорогое в моей жизни лицо, с кровавыми дорожками слез, которых не должно было быть на этом лице. Но я не мог иначе. По-другому я не убивал. Удар в висок или ухо стал неотделим от меня.

Я аккуратно опустил его тело на асфальт и пригладил длинную прядь волос, которая тут же прилипла к виску, пачкаясь в крови. Я протянул пальцы к его векам и остановился. Я никогда не закрывал своим жертвам глаза, оставляя их смотреть в небеса остекленевшим взором. Но это была необычная жертва... Я помедлил еще мгновение и убрал руку. Поднялся на ноги и взял в руки кинжал, достал из кармана лоскут синего бархата и аккуратно обтер лезвие и испачканную рукоять. Лоскут комком лег рядом с телом. А я двинулся прочь, оставив его лежать там, на холодном асфальте, со стеклянным взглядом, устремленным в небеса, которые давным-давно перестали отвечать на молитвы.

Я ни разу не обернулся, потому что за спиною осталось лишь остывающее тело того, кого я любил. Самого его не было. Его не было в этом теле уже тогда, когда я вонзил в него нож, и не было уже тогда, когда он в кафе поднял на меня глаза. И я намеревался найти его. Пока не стало поздно. У меня было меньше трех дней и ночей, считая эту.

Я вышел на улицу и поднял голову, глядя на разгорающийся рассвет. Начиналось их время. Я спрятал нож в ножны на руке и замер на мгновение, очищая себя от ярости и прочих эмоций, а потом погрузился в тени, уходя в мир, где царили вечные сумерки, пока солнце не успело окончательно взойти.

Мне предстояло столько всего сделать до начала похорон моего брата, чье тело сегодня найдут в переулке и объявят очередною жертвой психопата, чьи жертвы всегда плачут кровавыми слезами.

Янус открыл глаза и уставился остекленевшим взором в серое, вечно пасмурное небо.

Каина напряглась:

– Ян?

Он медленно моргнул, словно отгоняя сны, по которым бродил все это время, и, наконец посмотрел на нее.

– Он был смертным. Одним из тех, кто живет в параллельных мирах. Человеком.

– Ты шутишь?!

– Нет. – Он сел, с каким-то недоумением разглядывая серый плащ, расстеленный на земле. – Судя по его сну, он был несколько странным для своей расы. Обладал определенными способностями.

– Дай угадаю, – попросила она. – Например, ходить по снам?

Янус как-то заторможено кивнул и внезапно рассмеялся:

– Нет, ну ты подумай, какова шуточка! Изначальных создал человек, который пересоздал себя самого в демона. Это еще смешнее, чем то, что мы – потомки игрушек этих самых созданных Изначальных! И самый смак ситуации, как бы выразился Макс, в том, что мы больше походим на Первого, чем его первые игрушки – Изначальные...

– Действительно забавно, – заулыбалась демонесса. – Но как он их создал?

Янус тяжело вздохнул:

– Воображением. Фактически из воздуха. Сложно сказать вообще-то, но, наверное, он использовал какой-то изначальный материал: флору, фауну местную. Просто сны все-таки не слишком надежный источник информации, особенно у такого древнего создания. Я вообще не уверен, что видел правду. Может, Нидо управляет своим сном и специально впустил меня.

– Так что, мы будем сомневаться во всем? – поинтересовалась Каина.

– Именно, – согласился лорд Иллюзий.

– Ну к этому не привыкать. – Повелительница Огня протянула ему руку, помогая подняться. – Что делаем с нашим проводником?

– Пусть ведет дальше. Он нас боится теперь еще больше, чем раньше.

– Еще бы, – хихикнула, как напроказившая девчонка, леди. – Его потрясли остатки косточек нашего «гостеприимного» хозяина.

Янус неодобрительно покачал головой:

– Не стоило ему показывать. Теперь он боится, что мы в любой момент скормим его твари. А если он впадет в отчаяние? Он все-таки Изначальный. Пусть мы и убили всех его товарищей.

– Нас двое – справимся, – отмахнулась Каина. – Как-нибудь.

– Веселая ты больно, – вздохнул демон.

– Ну не плакать же. Ладно, хватит ныть! Нам еще ехать и ехать. А тебе через пару часов снова надо будет пройтись по снам.

– И почему я тебе позволяю собою командовать?

– Таков был твой план, – ехидно напомнила она.

– Да, я помню.

Наверное, впервые в жизни Горгона кричала. Кричала так, что содрогались бывалые демоны, дежурившие за стенами крепости. Рубин знал свою любовницу. Как бы там ни было, но он все же изучил слабые и сильные стороны демонессы. И он был отличным палачом. Горгона кричала от боли, ярости и унижения. От ужаса, который пронизывал ее до мозга костей. Но не произнесла ни слова. Она тоже была специалистом по пыткам и знала, что если произнесет хотя бы слово, то начнет говорить не переставая. К тому же, в отличие от своего бывшего любовника, она знала, сколько ей надо продержаться.

– Янус бы не одобрил, – задумчиво заметил Максимилиан, вслушиваясь в крики. – Он считал это потерей времени.

– Не все могут проникать в сны, выпытывая сокровенное прямо из сознания, – ответил Хилар, сидевший спиной к нему.

Лорд Запада аккуратно расчесывал длинные светлые волосы лорда Севера.

– Да, его способности сейчас очень бы пригодились...

Макс осторожно провел расческой по волосам повелителя Хаоса и начал поднимать все их великолепие вверх к макушке.

– Нам нужен быстрый результат. – Хилар вздохнул и прикрыл глаза. – Янус всегда понимал, что иногда самые действенные методы – это грубые прямые действия. Рубин знает свою любовницу лучше, чем мы. И он обещал императору, что информация будет.

Макс пожал плечами, не отвлекаясь от своей работы:

– Мне все равно не по душе, что Суран так приблизил своего дядю. Это беспокоит меня. Рубин не тот, кто сможет стать марионеткой.

– Но он нужен нам. – Голос его друга был ровным. – Ты должен понимать, что нам не хватает именно такого опыта. Как бы то ни было, мы все же очень молоды даже по меркам собственного народа. Это наше преимущество, но это и наш минус. В нашей слаженной команде не хватало именно такого старого хитрого демона. Император контролирует его.

– Надолго ли этот контроль? Рубин уже дважды предал свою империю.

– Думаю, наш господин понимает это, – тихо ответил Хилар. – Ведь именно он подтолкнул Рубина предать и свою вторую империю. Еще и поэтому мы должны вытащить Януса. И желательно, чтобы он остался прежним, а не марионеткой Изначальных. С его помощью поводок на Рубине станет намного крепче.

Макс фыркнул, закрепляя прическу Хилара:

– ЭТО мне не нравится еще больше.

– У тебя преимущество, – сказал первый лорд. – Очень большое преимущество. Ты – друг Януса. А от Рубина наш лорд Иллюзий шарахается как от прокаженного. Янус видит многое в ином свете, чем все остальные. И пока он не возражал против прирученного Рубина в качестве нашего консультанта.

Максимилиан вздохнул и отступил на шаг, любуясь своей работой:

– Готово.

– Спасибо, – поблагодарил его Хилар. – Раньше этим всегда занималась Кай, но, так как она отсутствует, я искренне благодарен тебе за помощь.

– Всегда рад помочь, – улыбнулся Звездный лорд. И внезапно замер: – Слышишь?

Призрачно-серые глаза вспыхнули, показывая, что их хозяин ждал этого с неменьшим нетерпением, чем его друг:

– Она заговорила.

Суран поднял голову от бумаг, за которыми просидел все это время. Рубин стоял перед ним усталый и изможденный. Словно пытка Горгоны отняла у него половину его долгой жизни; впрочем, это могло быть правдой, ведь именно Горгона составляла эту половину. Бывший император Крина успел сменить одежду и умыться, так что трудно было заподозрить его в только что проделанной кровавой работе.

– Когда магия не помогает, а технологии бесполезны, лучше физических пыток трудно что-то найти, – медленно проговорил кринит. – Но я уже успел забыть, насколько это неприятно. Слишком много времени прошло. Ты знаешь, мальчик мой, оказывается, я никогда не любил это занятие.

Император молчал, давая возможность Рубину выговориться: тому это было необходимо.

Демон вздохнул и опустился в кресло перед столом Сурана.

– Все плохо, ваше величество.

– Насколько плохо?

– Вам судить. Она придумала очень сложный и хитроумный план. Трудно было даже представить, что такой сложный, зависящий от множества случайностей план сработает, да еще так чисто. Но он сработал.

– Конкретнее. – Суран напрягся, предчувствуя неприятности.

– Конкретно, – Рубин посмотрел прямо ему в глаза, – это тот самый бес, который отправился за лордом Янусом. Тот, что с паразитом внутри. Паразит-мальчишка – это катализатор, а сам бес – тот самый взрыв, который освободит Первого из ловушки. И приведет в наш мир.

Суран смотрел на него и понимал, что это вполне может стать правдой. Правдой, из-за которой где-то внутри вспыхивает отвратительное чувство страха. Он немедленно задавил это чувство, не позволяя ему захватить сознание целиком – сейчас нужна была ясная голова.

– И мы сами отправили этот ключ к двери, которую он сможет открыть, – тихо произнес император.

– В точку.

В кабинете повисла тишина, холодная и тяжелая, словно глыба льда. Наконец император разлепил губы и приказал:

– Найди Хилара с Максимилианом. Немедленно.

2

– Как думаешь, чем занимаются сейчас ребята? – Голос Каины вырвал меня из размышлений. – У них там война с Горгоной и этим ублюдком Титаном, а мы тут чуть ли не развлекаемся. Ты только посмотри на нас! Вот эти тряпки – разве это одежда для боя?

– Да уж, – согласился я, – одежда явно для кое-чего другого.

В крепости повелителя Молний у нас забрали нашу одежду, которую сочли слишком непрезентабельной для представления их повелителю, да и вообще слишком грязной. Нас обрядили совсем в другие одеяния. Соответствующие, по мнению слуг, нашему статусу.

Надо отдать должное, наряд Каины – облегающее черное платье с прозрачными алыми вставками, тянущимися по бедрам, и алая же вуаль, накинутая на короткие черные волосы, – шел ей необычайно. Настолько шел, что она просто отказалась с ним расставаться. Благо количество разрезов позволяло ей достаточно удобно устроиться на своем скакуне и даже сражаться. При первой же тренировке мы это проверили.

Видимо, платье должно было не только подчеркивать сексуальность, но и сохранять свободу движений, для танцев например.

Я же, торопясь побыстрее убраться из крепости, просто не успел сменить те тряпки, которые на меня нацепили. В пару Каине, видимо. Верх никак нельзя было назвать рубашкой – торс и левую руку до самого запястья оплетала путаница ремешков из красной кожи. Сначала я даже не понял, как это вообще можно надеть, не то что снять, но Каина быстро разобралась, и я невольно восхитился задумке. Все это снималось одним движением и предназначено было, видимо, возбудить зрителя. Нет, что ни говори, а в гаремах есть где развернуться фантазии, и не только в плане поз. Хорошо еще, что в мире Изначальных тепло, иначе в этих ремешках я скоро околел бы от холода. Да еще брюки. Опять же назвать ЭТО брюками или штанами язык не поворачивался: тесные, двигаться неудобно, как драться – вообще непонятно, того и гляди, треснут где-нибудь. Так что я всерьез подумывал забрать штаны у нашего проводника. Ему с его звероватым видом они не сильно-то и нужны. Но Каина отговорила. Пришлось терпеть и довольствоваться обещанием, что впереди еще один замок, и там мы сможем разжиться более удобной одеждой. Хотя бы для меня.

А пока мы действительно больше походили на игрушки и имели достойный своего «хозяина» вид.

– Макс не удержался бы от комментариев по поводу наших нарядов, – заметил я. – Боюсь даже представить, что он мог бы наговорить.

Каина звонко рассмеялась:

– А я бы с удовольствием послушала. Особенно насчет тебя.

Я фыркнул:

– Я всегда знал, что ты крайне извращенная особа, моя дорогая.

Внезапно мое тело свело ледяной судорогой; и я согнулся в седле, едва удержавшись, чтобы не свалиться на землю.

– Ян?! – Голос демонессы был полон тревоги. А я, стиснув зубы, пытаюсь удержать завтрак внутри себя.

– Ян?!!

Наконец отпускает, и я могу выпрямиться. Черные блестящие глаза смотрят встревоженно. Я выдавливаю улыбку:

– Нидо понял, что я заглянул в его сны дальше, чем он хотел. Но не знает, насколько далеко. Иначе я бы не отделался столь простым приступом.

– Он настолько может уже управлять нашими телами? – в антрацитово блестящих зрачках бился ужас. Повелительница Огня больше всего боится, что кто-то сможет управлять ею. Но никогда в этом не признается.

– Моим телом, – уточнил я, с тихой иронией наблюдая, как она прячет облегчение. – Я заглянул в его сны. Так что я сам преподнес себя ему на блюдечке.

– Мне следует убить тебя? – За смешливой интонацией, приглашающей пошутить, чувствуется реальная угроза. Да, это ясно показывало, насколько мы отдалились друг от друга, продолжая называться друзьями.

– Не торопись. – Я тоже прячусь за шутливую интонацию, но нам обоим трудно обмануть друг друга. Мы понимаем, что происходит. – Я ведь говорил тебе, что у меня есть план. И проникновение в сновидения Нидо – это только первый шаг. Теперь, когда он выказал свое недовольство, пора переходить на вторую ступень.

Демонесса серьезно смотрела на меня:

– Хочешь сказать, что я должна продолжать верить тебе?

– Ни в коем случае.

Демонесса неожиданно успокаивается и становится просто воплощением безмятежности:

– Хорошо.

Я посмотрел на нашего проводника и жестом подозвал его, приказывая подъехать.

Когда Сабат приблизился, я увидел, как он боится. Звероподобный с ходу понял, что именно сейчас произошло. Я сдержанно улыбнулся ему:

– Скажи мне, Сабат, когда ты собирался рассказать нам о Нидо и его способности контролировать тех, с кем он соприкасается разумами? – Демон вздрогнул всем телом. – Весь Изначальный мир – мир марионеток? А Нидо кукловод? Не так ли? Только у одних есть иллюзия свободы, а другие точно знают правду.

– О-он сказал вам свое имя? – Звероподобная морда демона стала воплощением ужаса. – Первый пометил вас.

– О, это мы поняли. Только все ждали, когда ТЫ расскажешь нам о Нидо.

– Я думал, что вы все прекрасно знаете сами...

Он на мгновение отвел глаза, пряча ложь. А я чувствовал горечь на языке. Как же я все-таки наивен. Я позволил высокомерию захватить меня. Кажется, эти Изначальные уже второй раз обводят меня вокруг пальца. Я не отсек Нидо от сознания Сабата. Этот демон все так же находился под контролем. Первый просто-напросто позволил мне думать, что я смог освободить Сабата.

Этот демон был двойным агентом. Доверчивый я. Грустно. И страшно.

Я начинаю думать, что Рубин был прав – нам всем недостает опыта. Череда удач слишком расслабила нас, заставила думать, будто у нас все получится, будто мы непогрешимы. С таким отношением рано или поздно мы просто должны были нарваться. Вот и нарвались. Пора начинать сомневаться в самих себе и, наконец, заняться собственным выживанием. Надеюсь, ребята снаружи не попадутся в ту же ловушку.

Я махнул рукою, и Сабат облегченно вздохнул. Он бы вздыхал еще радостнее, если бы у него были глаза на затылке: за его спиной Каина аккуратно вложила меч в ножны, а тварь разочарованно фыркнула.

Больше ошибок не будет. Пора вспомнить те времена, когда я еще не был лордом.

– Знакомый взгляд, – усмехнулась Кай, кося на меня черным глазом. – Стра-а-ашно. Но этот взгляд любила леди Жадеит. Я помню, она говорила, что, когда у тебя такой взгляд и радужка обретает отлив индиго, ты становишься похож на своего отца. В его приступы озарения. Она не объясняла, что имела в виду, но я примерно понимала ее мысль.

Я кивнул; мать и мне иногда говорила то же самое. Хорошо, что Сабат плохо меня знает, иначе бы его господин уже мог заподозрить, что задание, данное демону, провалено.

– Похоже, сегодня я снова иду в кровавые сны Нидо, – тихо ответил я. – Приглядишь?

Она улыбнулась:

– Только не забудь мне сказать, в какой момент лучше всего тебя убить.

– Дорогая, не будь наивной. Неужели ты мне поверишь?

Каина очень серьезно посмотрела мне в лицо:

– Цвету индиго не верь никогда. Если он обратится против тебя, лучше беги. Так говорила твоя мать, леди Жадеит. Думаю, что ты лукавишь, когда просишь прикрыть тебе спину.

Мы поняли друг друга. Это хорошо. Я всегда предпочитал ясность. Можно было погружаться в чужой сон.

И все... безумие...

...как глупо...

...нормален... кто?.. те, кто живы, или те, кто умер?.. те, кто выжил, – они вряд ли нормальны. Нормальность уходит, уступая место более продуктивному состоянию – безумию...

Это не философия. Это факт, который я узнал... как?..

Для начала я умер. Точнее, меня убили. Но я не помнил об этом. Я думал, что жив.

Я работал, я чувствовал, я смеялся, я любил... я думал, что я нормален... Я не знал, что умер очень давно...

В конце концов, я снова умер, потому что перестал быть нормальным. Точнее, меня не стало. Я так и не узнал, что был уже мертв.

Между прочим... я даже не рождался. Я создавался...

Чувствуете разницу?

Почувствуйте.

Я привык ощущать подобные мелочи. В моей работе это было необходимо. Понимать и видеть мелочи.

Теперь это неважно. Я дважды мертв... Больше умирать не хочу. Поэтому меня нет...

...безумие...

Я вынырнул из сна, хватая воздух ртом, словно задыхался. Я действительно начал забывать, как дышать в этом вязком месиве чужих эмоций. Мрачная темнота глаз внимательно и требовательно вглядывалась в мое лицо.

– Ты – это ты?

– Хотелось бы верить, – хрипло просипел я. – Этот подонок придумал интересный ход. Он пускает меня не просто в свои сны, но в свои ощущения. Отвратительное чувство.

– И, похоже, опасное, – заметила Каина, протягивая мне руку. – Что-то узнал?

– Да.

Я с трудом встал на ноги и решил, что все-таки стащу с себя эти дурацкие штаны.

– Расскажешь?

– Я знаю, почему он выбрал нас.

Демонесса нахмурилась:

– Я думала, это из-за того, что у тебя дар сноходца.

Я помотал головой:

– Нет-нет... вспомни, я повелитель Иллюзий. Хождение по снам – это наработанный дар, почти такой же, как сглаз. У меня были некоторые способности, и с помощью настоящего сноходца, моей матери, я отточил их до совершенства. Но мне очень далеко до матери или до Нидо, у которых дар прирожденный и взлелеянный.

– Тогда что же привлекло этого гада к нам?

– Безумие, – улыбнулся я. – Он думает, что мы такие же сумасшедшие, как и он.

– Это не так?

В ее голосе звучало что-то помимо простого любопытства. Отвращение? Как интересно. Леди не хотела находиться на одной ступеньке с Первым. Мало того, считала это ниже своего достоинства. В принципе у нее были основания.

– Не совсем. Как бы то ни было, кем бы ни стал Нидо, в основе этого человек. Мы же – создания его созданий. Мы то, что он счел бы совершенством. Воплощением своей мечты. Те, кем бы он хотел быть сам.

– Зависть, – задумчиво протянула Каина. – Ты меня пугаешь, Яни.

– Я же просил не звать меня так. И еще. Я больше не пойду в его сны.

– Сдаешься?

– Есть предел безумству. Нидо слишком крепко натянул сеть своих снов. В следующий раз может вернуться кто-то другой вместо меня.

Я против него младенец. Меня защищала моя непомерная наглость. Но я не был бы хорошим ученым, если бы не знал, когда следует прекратить эксперимент.

– Никогда бы не подумала, что ты столь осторожен. Ты бываешь таким... увлеченным, когда занят своими исследованиями, – обворожительно улыбнулась демонесса.

Сабат появился около нас бесшумно, словно призрак, но тварь буквально за мгновение до его появления подняла морду, предупреждая.

– Впереди крепость.

– И кто там хозяин? – по-деловому осведомилась леди.

– Хозяйка, – уточнил Изначальный. – Госпожа Медуза. Она очень опасна.

– Все здесь очень опасно, включая нас самих, – проворчала Каина. – Нам, главное, раздобыть штаны для Януса. А то он уже готов поубивать всех, включая тебя, за удобные нормальные брюки вместо этого очаровательного разврата.

– Какая ты заботливая, – восхитился я.

Она окатила меня неодобрительным взглядом:

– Лорд Янус, вам явно вредно подолгу находиться в моем обществе, вы как-то чересчур отзеркаливаете мое собственное поведение и повадки. Вам это не идет.

– Ха. – Я даже не нашелся что ответить на такое.

3

Ее звали Медуза, и Сабат чувствовал спиной, насколько напряжены его спутники. Они едва сдерживали желание уничтожать. Изначальный молился про себя, сам не зная, кому и куда посылает свои молитвы, чтобы только эта пара сдержалась и не начала убивать сразу, с ходу. У Медузы всегда была одна из самых лучших защит. И еще неизвестно, чем все это противостояние может закончиться.

– Я была очень удивлена, когда мне сообщили о вашем прибытии, лорд Сабат. – Голос Медузы был ... завораживающим? очаровательным? гипнотическим?.. Все сразу, пожалуй.

– Я сам не ожидал своего появления здесь, – буркнул Сабат.

– Да, я получила сообщение от Первого. – Медуза обогнула его, словно что-то незначительное, и уставилась желтыми змеиными глазами прямо на парочку, которая застыла позади. – Господин Нидо приказал поприветствовать вас как следует, лорд Янус и леди Каина.

Она присела в изящном реверансе. Сабат медленно обернулся и почувствовал глубокое разочарование, увидев два абсолютно непроницаемых лица. Таких надменных и таких прекрасных.

– Госпожа Медуза, – леди Каина источала благожелательность, – у вас случайно нет сестры-близнеца?

– О, повелитель говорил, что вы встречались с моею дорогою сестрою. – Медуза распрямилась. – Как она поживает?

– Не можем сказать, – любезно отозвался лорд Янус. – В последний раз, будучи поблизости, мы захватили ее столицу, а ее дружок переправил нас в ваш мир.

– Сестричка всегда действовала несколько необдуманно, – улыбнулась демонесса. – Поэтому повелитель контролировал ее немного жестче, чем меня. Но я думаю, нам стоит продолжить столь увлекательный разговор чуть позже, в более подходящей обстановке. Я предлагаю вам воспользоваться моим гостеприимством.

– Мы принимаем его, – почти синхронно сказали демоны.

– И кстати, – внезапно добавил лорд Янус, – я буду счастлив, если кто-нибудь одолжит мне более удобные брюки.

Медуза улыбнулась:

– О, конечно, хотя должна сказать, что эти вам необычайно идут.

– Благодарю. – Янус ответил столь же очаровательной улыбкой.

Но любой мог бы подметить, что улыбки коснулись только губ как хозяйки крепости, так и ее гостя.

– Она запала на тебя, – прищурилась Каина.

– Не думаю. – Я с наслаждением распрямился и сделал пару шагов. – Это умная женщина и так откровенно флиртовать не будет. Но вот по приказу...

– Думаешь, Нидо приказал ей обеспечить нас всем необходимым? Вплоть до ее тела?

– Что-то в этом роде. – Я чувствовал себя почти счастливым. Все-таки даже мелкие удобства делают нас благодушнее. Сейчас я немного расслабился. Однако это не означает, что потерял бдительность. Просто мир стал более радужным. – Она нас проверяла.

– И все еще не уверена, чего же хотел от нее Нидо, – задумчиво добавила леди.

– Скорее всего, ты права. Вероятно, Нидо отдал четкий приказ, но без подробностей. Угоди, но... Что она точно должна сделать?

– Судя по ее поведению, задержать нас, – тихо ответила демонесса. Ее глаза были широко раскрыты, словно она старалась поглотить и впитать в себя всю окружающую обстановку. – Чтобы не пустить нас к трещине?

– Возможно. Но слишком просто.

– Ты сам когда-то говорил, что сложный путь не всегда правильный.

– Есть еще интуиция.

– И что она тебе говорит?

– Что тут что-то не так.

Каина присела и обняла тварь за шею. Та ни на шаг от нее не отходила.

«Нас слушают. И очень внимательно».

«Я понял».

«Не люблю, когда меня подслушивают». – Мысленный голос окрасился в капризные тона.

Меня всегда поражала способность леди Юга бесцветный мысленный поток передавать с интонациями. Больше никто из тех, с кем я общался таким образом, подобное не мог.

Я усмехнулся и протянул ей руку:

– Хозяйка нас пригласила к ужину. Не стоит заставлять ее ждать.

– Да уж, тем более что я зверски голодна. – Каина оперлась на предложенную ей руку.

Максимилиан хмуро смотрел на звездное небо. Сегодня оно было особенно прекрасным. Обычно у него щемило сердце от такого зрелища, а голова наполнялась бесконечным беззвучным шепотом. Но нынче он не впустил его в себя. Закрыл дверь. Ему хотелось побыть в тишине.

– Грустишь? – Шелестящий голос, словно шорох прибоя.

– Скорее злюсь. – Демон повернул голову.

Серебряный каскад волос, блестящие глаза и узкое хищное лицо. Красивое создание. Опасное.

– Кирина, ты когда-нибудь испытывала чувство бессилия? Когда знаешь, что должна, нет, обязана быть в другом месте, но ничего, совсем ничего не можешь сделать...

– Да. – Голос стал еще тише. – Когда твой отец похитил мою сестру, твою мать. Я так и не смогла найти ее. Я узнала, где она была, только когда ее забрала смерть и она растворилась в воде. А вода проникает всюду. Она донесла до меня печальную весть и одновременно радостную. Но ты долго не приходил, и меня с каждым годом охватывало отчаяние. Тебя воспитал демон, и ты не принадлежишь нашему народу, вот чего я боялась и отчего горевала. А потом ты пришел. И рассказал страшную сказку, которая обернулась реальностью. И ушли бессилие, отчаяние, страх. Действие, вот что пришло. Ты стал новым глотком воды. Новым ручьем, нашедшим дорогу в наш океан.

– Что ты хочешь этим сказать?

Узкая ладонь накрыла его глаза, погружая в темноту и тишину. Только шелестящий голос:

– Тебе тоже нужен новый глоток воды. Новый ручей. Подумай. Послушай море. Вода расскажет то, что ты хочешь знать. Твоя мать может подсказать. Ты давно слушал голоса не звезд, но голос воды?

– Очень давно, – прошептал он. – Очень давно...

– Тогда пора послушать.

Он ощутил, что погружается в воду. Сирены сильны, вспомнил он. И нежны. Демон даже не почувствовал, как его подняли с камней и погрузили в воду.

Ладонь соскользнула с его глаз, но он не открыл их. Вода что-то шептала ему, и Максимилиан открылся.

– Максимилиано, – прошептал нежный голос. – Максимилиано...

– Мама.

– Ты расстроен, мой мальчик. Ты злишься. Ты потерял что-то важное для себя? Или кого-то?

– Да...

– Ты хочешь найти его?

– Да.

– Танец змеи способен связать любые дали... Даже несуществующие... Максимилиано, у тебя есть знакомая танцующая змея? Есть?..

Он резко открыл глаза, но видел лишь звезды сквозь толщу воды, а вокруг кружили призрачные зеленые искры. Темный силуэт скользнул над ним, на мгновение перекрыв звездное небо.

– Мама...

– Кирина. – В голосе слышалась грусть. – Она не слышит меня, только чувствует. Скажи ей, что ее вины нет. Я была беспечна. Но я не жалею. Приходи, Максимилиано. Не только звезды твое наследство.

– Да...

Он шевельнулся и начал подниматься вверх. К звездам. К небу. Он знал одну танцующую змею. И того, кто мог путешествовать между несуществующими далями с ее помощью.

Когда демон вынырнул из темной волны, он сразу заметил фигуру с серебристыми волосами. Хилар явно ждал его.

Повелитель Звезд вышел из воды и остановился, выжимая волосы. Призрачно-серые глаза бесстрастно смотрели на него. Первый лорд умел ждать. Но не любил.

– Мне необходимо поговорить с твоим отцом и тетей.

Тихий всплеск за спиной заставил оглянуться.

– Кирина.

Сирена стояла в волне, а ее волосы облепляли тело словно облегающее платье и плыли по воде светлыми водорослями, почти сияя в темноте.

– Она говорила с тобою...

– Да. Она просила сказать тебе, что сама была беспечна, но не жалеет об этом.

Сирена вздохнула и внезапно улыбнулась:

– Я знала это, но услышать оказалось важнее. Приходи еще.

– Приду, – пообещал Максимилиан.

Хилар уже шагал прочь от берега. Пришлось поторопиться, чтобы его нагнать.

Лорд Таган встретил их в одном халате. Сонный и немного раздраженный. Повелитель Звезд восхитился инкубом. Это надо же выглядеть таким привлекательным и соблазнительным в любом виде. Сейчас просто хотелось схватить его в объятия и приласкать.

Хилар насмешливо посоветовал:

– Макс, успокой свои гормоны. Понимаю, что сейчас ты больше сирена, чем демон. Но мы здесь все-таки по делу.

Лорд Таган зевнул, деликатно прикрыв зевок ладонью. Даже это простое действие получилось у него соблазнительным.

– Вы меня интригуете. Какое дело у вас ко мне посреди ночи? Хотя я, конечно, не против, особенно когда дело ко мне у привлекательной сирены...

Его сын закатил глаза:

– Прекратите, вы двое. Мне нужно вернуть свою женщину.

– О, дело касается пропавших лорда демона и леди демонессы. – Правитель инкубов сразу собрался. – У вас какие-то идеи?

– Подсказка, – уточнил Максимилиан. – У вас случайно нет знакомой танцующей змеи? Которая способна связать даже несуществующие дали?

Отец Хилара утвердительно кивнул.

– Следуйте за мною. Думаю, Оракул еще не спит. Она обычно дремлет по утрам. А ночью любуется звездами.

Таган провел гостей в дальние покои, выделенные ему и его сестре. Тихий звон браслетов и довольный смешок встретили их.

– Ты уже знаешь? – В тоне повелителя инкубов почти не чувствовалось удивления.

– Шепот воды подсказал, – отозвался чарующий голос, и из полумрака комнаты показалась гибкая, непрерывно двигающаяся (или плавно изгибающаяся) фигура в облаке вуалей цвета молодой листвы. Глаза с вертикальными зрачками изумрудной зеленью вспыхнули над тканью вуали, закрывающей нижнюю часть лица. – Я проведу одного из вас. Выберите сами кого.

Хилар медленно пожал плечами:

– Нам нужен результат. Ты привыкла вести моего отца. Это увеличивает наши шансы. Пойдет он.

– Ты ничуть не меняешься, – отозвалась Оракул; под вуалью угадывалась улыбка. – Но это мне всегда и нравилось в тебе, Хилар. Ты вырос прекрасным демоном и инкубом, гармонично уравновесив обе стороны. Мы с твоим отцом гордимся тобою.

– Давайте я лучше расскажу, что вы должны успеть передать Янусу, – сказал лорд Хаоса.

– Не Каине? – удивился Таган.

– Нет, – отрезал демон. – Она очень импульсивна, а Янус знает, как преподнести ей информацию правильно.

– Хорошо, – согласился отец. – Я слушаю тебя.

4

Я спал и видел сон. Во тьме звенели тяжелые браслеты на гибких тонких руках, блестели зеленые, словно трава короткой весны, глаза, струился как горная река поток волос, изумрудные шелка окутывали прекрасное тело танцовщицы, вместо ног которой извивался змеиный хвост.

Оракул. Я не мог не узнать ее.

Женщина-змея танцевала словно разговаривала.

– Лорд Янус.

Я резко повернул голову и ничуть не удивился, увидев правителя Тагана, отца Хилара.

Таган улыбнулся, наблюдая за танцем сестры. Потом взглянул на меня:

– У нас получилось. И почему мы раньше не догадались воспользоваться этим способом?

– Я о нем даже не знал, – ответил я. – Возможно, это вообще обман и ловушка Нидо.

– Не знаю, кто такой Нидо. – Инкуб запахнул поплотнее халат. – Но мой сын нечасто обращается ко мне с просьбами, поднимая с постели посреди ночи.

Он выглядел очень привлекательно в этом халате и со взъерошенными волосами. Интересно, Хилар так же будет выглядеть, если его поднять ночью и заставить что-то делать?

– У Хилара какое-то важное сообщение? – поинтересовался я.

– И как вы только догадались, лорд демон? – с непередаваемым ехидством отозвался инкуб.

– Все просто. Если бы вы сами внезапно придумали, как с нами связаться, Хилар тут же связался бы с Каиной, а не со мною. Значит, все не так просто, как хотелось бы.

– Преклоняюсь перед вашей проницательностью. Я сам только перед танцем Оракула услышал, что должен вам передать. И я несколько шокирован.

– Вы меня заинтриговали. – Я действительно заинтересовался.

– На ваше спасение отправился отряд бесов. Среди них находится тот, кто является ключом к двери, ведущей к свободе Первого Изначального...

– Готас.

– Не знаю, как его имя, – проворчал инкуб. – В нем находится паразит, которого ты изучал. Хилар говорит, что сам бес также является паразитом, только несколько иной категории.

– Откуда все это известно? – быстро спросил я, прокручивая в уме переданные мне факты.

– Госпожа Горгона призналась. Должен сказать, что лорд Рубин очень жестокий демон. Леди так кричала. И так долго держалась.

– Значит, Горгона в руках императора, – задумчиво произнес я. – Титан мертв?

– Мой сын был очень недоволен этим Изначальным, – отозвался Таган, невольно передернув плечами. Он явно припомнил какой-то случай, когда Хилар так же был недоволен, и, похоже, это было неприятное воспоминание.

Я вздохнул:

– Каина расстроится. Она сама хотела убить этого типа. Что еще я должен знать?

Правитель инкубов поплотнее закутался в халат и стал похожим на нахохленную птицу. Очень соблазнительную птицу.

– Горгона не сбежала из Изначального мира. Ей открыл путь сам Первый. Она попала в наш мир с определенным заданием – подготовить почву для появления Первого. Это был план на долгие-долгие годы.

Я медленно опустился на корточки, а потом и вовсе сел. Был там пол или нет, это неважно. На какой-то поверхности мы стояли.

– Мозаика начинает складываться, – прошептал я больше для себя, чем для Тагана. – Складывается.

– Рад это слышать, – заметил инкуб. – Но я хотел бы тоже кое-что узнать. Я все-таки правитель своего народа и хочу знать, насколько сильно мне надо беспокоиться.

И я честно признался:

– Очень сильно.

– Брат... – Голос нагайны слышался сквозь звон браслетов. – Кто-то обнаружил нас. Он идет.

– Уходите! – Я вскочил на ноги. – Уходите немедленно! Я прикрою!

Изгиб тела, зелень шелка – и я остался один... Нет, напротив меня замерла женщина с зелеными глазами, закутанная в шелка. Звякнули браслеты, она сделала шаг ко мне. Я протянул руку. Ее тело оказалось таким податливым. А губы, когда я сдернул с нее вуаль, сладкими, с привкусом шоколада.

Я лежал и смотрел в потолок. Госпожа Оракул очень умна. Оставить свой образ в моем сне, зная, что я был заинтересован и очарован ею. Надеюсь, нам удалось обвести Нидо. Мы ведь были такими искренними. Мне казалось, что ему самому трудно было уйти из моего сна. Я усмехнулся.

– Чего такой довольный? – Каина аккуратно подпиливала ногти на правой руке.

Я сел в постели и огляделся.

– Сейчас нас не слушают. – Она не смотрела на меня. – Кажется, мы смогли слегка усыпить их бдительность, и я на пару часов отвела прослушивание наших апартаментов. Итак, чему ты улыбаешься?

– Правитель Таган нашел способ связаться со мною. У меня куча плохих новостей и одна хорошая.

Демонесса на мгновение замерла, а потом продолжила свое занятие. Но я видел, насколько внимательной она стала.

– Нас пытаются задержать не для того, чтобы мы не шли дальше, а потому, что трещина находится прямо здесь. Им, наоборот, нужно, чтобы мы были как можно ближе к трещине. Потому что ключ к ней приближается с той стороны, а мы с тобою, судя по всему, должны открыть засов.

– Тогда Нидо получит свободу?

– Ага. А вместе с ним и его марионетки, которые понесут частичку его по всему нашему миру.

– Но меня смущает кое-что, – заметила Каина, насмешливо поглядывая на меня. – Как трещина может находиться здесь, если мы еще не дошли до Стены?

Я широко улыбнулся, чувствуя, как что-то трепещет в груди:

– Внизу.

– То есть? – Каина выглядела ошеломленной.

– Стена окружает весь мир Изначальных. Со всех сторон, сверху... и снизу. Иначе бы они давно организовали подкоп.

– Прелесть какая. Что еще?

– Хилар убил Титана.

Повелительница Огня расстроилась. Это просто ощущалось в воздухе.

– Горгона – сестра Медузы и тоже марионетка Нидо.

– Я чувствовала, что с этой сукой что-то не так, – поморщилась демонесса. – Сколько у нас времени?

– Мало, – вздохнул я. – Очень мало.

– Тогда которая из всего этого дерьма хорошая новость?

– Мы скоро выйдем из этого мира.

– У тебя опять появился план?

– Нет. Похоже, нам с тобою предстоит просто убивать всех, кто станет на нашем пути.

– Наконец-то, – выдохнула демонесса. – Наконец-то. Я уже задыхалась в этом мире.

– Чем больше убьем Изначальных, тем больше отсечем щупалец Нидо, – улыбнулся я. – Вот и весь план.

– Грубо, но это по мне. – Каина облизнула губы. Ее глаза сверкали. – Когда начинаем?

– Прямо сейчас! – Я извлек из ножен оба своих меча. – Ждать не имеет смысла. Нидо наверняка засек мою встречу с Таганом. Не знаю, что он успел услышать, но меня это уже и не интересует.

Тварь подняла голову. Она чувствовала наше возбуждение. Ее манил запах еще не пролитой крови.

– Как мы обнаружим трещину?

– Мои бесы уже около нее. Интуитивно.

– Тогда веди. – Демонесса тоже извлекла свой меч.

– Моя прекрасная госпожа, – я воззвал к своей Силе.

– Я здесь, мой повелитель. – Шепот колокольчиков.

– Я хотел бы пригласить вас на танец.

– Я согласна, лорд Янус... – Незримые, невесомые ладони легли мне на плечи.

Я кивнул Каине, и демонесса распахнула дверь в зал, где застыли бдительные стражники. Они даже не поняли, от чего умерли. Не успели. Стремительность – вот какой козырь мы разыгрывали с Каиной. И сила была на нашей стороне.

Боль пришла чуть позже. Нидо не сразу понял, что происходит. Но я только усмехнулся. Что такое боль? Это всего лишь дополнительный двигатель. Ярость приглушила ее, а моя прекрасная Сила блокировала совсем.

Я очень вежлив с моею Силою, моей госпожой. Я знал, что она такая же живая, как и я. И я любил ее. Может, поэтому мое сердце оставалось безмолвным к остальным после Диары. Потому что оно было занято? Но сейчас не время об этом думать. Сейчас время убивать.

Тихий смешок моей леди был подтверждением. Она соглашалась с моими мыслями. В наших с нею отношениях мы разберемся чуть позже. Кровавый танец продолжался.

– Нам нужно найти выход в подземелье!

– Поняла!

Тамир поднял голову и настороженно замер.

– Грас? – Готас оказался рядом.

– Туда. – Бес указал куда-то вниз.

– Туда?

– Да. Ищите вход. Нам нужно в подземелье.

Остальные молча рассредоточились. И буквально через минуту прозвучал хриплый крик айрода. Он знал, как искать пещеры.

Тьма клубилась вокруг. Твари пока отступили. Они понимали, что рано или поздно эти упрямые создания станут их добычей. Тамир понимал, что у них на самом деле почти не осталось времени, но он понимал и то, что отряд вплотную подошел к трещине. Он буквально ощущал близость единения с господином.

Рядом встал Самар.

– Ты тоже чувствуешь? – хрипло спросил он.

Сейчас бес ничем не напоминал жесткого и увлеченного ученого. Это был воин. Причем очень хороший воин. Тамир внутренне смирился с тем, что ошибался насчет соратника. Тот, став подручным повелителя в его лабораториях, совсем не растерял навыков воина.

Адъютант лорда Иллюзий потеребил кончик своей косы:

– Я старался не замечать этого.

Самар вздохнул:

– Зря. Только это чувство может привести нас к господину. Тем более оно у тебя сильнее, чем у меня, потому что на твоей коже сейчас его татуировка. Откройся, Тамир.

– Думаешь, надо было все-таки рассказать повелителю, что при нашем создании использовалась кровь лорда?

Ученый вздохнул и жестко взглянул в глаза беса:

– Ты думаешь, он не знает?

– Да, он не мог упустить такую деталь. Я как-то не подумал.

– Ты просто не хотел об этом думать, – выговорил Самар. – Так что?

Бес вздохнул:

– Надо идти.

– И ты поведешь нас? – В вопросе ученого слышался намек.

Как второе дно у тайника.

– Да, – твердо ответил Тамир и погладил сквозь ткань свою левую руку, где сейчас затих Таро. – Поведу.

5

Суран смотрел на своих лордов, замерших словно статуи. И с трудом сдерживал желание запустить в них чем-нибудь тяжелым.

– Вы рисковали. – Его голос был ровным и прохладным.

– Да, ваше величество, – хором ответили они.

– Вы позволили своим чувствам взять верх над чувством долга.

– Да, ваше величество.

– Вы заключили договор с союзниками, обойдя меня.

– Да, ваше величество.

Но в этот раз Хилар все же добавил:

– Формально я официальный правитель народа инкубов.

Император прищурил алые глаза:

– Вы хотите сказать, лорд Хилар, что то, что вы делаете со своими подданными, вовлекая в это дело другого моего подданного, не моего ума дело?!

Рубин, сидевший у подножия трона, нахмурился. Он впервые видел своего племянника в такой ярости.

– Нет, ваше величество, – спокойно отозвался лорд Севера. – Я всего лишь напоминаю вам, что я не мог заключить никакого договора, так как ваши союзники уже мои подданные. Это уточнение факта.

– Вы невыносимы, лорд Хилар, – спустя мгновение вздохнул Суран. Его гнев проходил. – Надеюсь, ваше своеволие и риск хотя бы оправдались?

– Правитель Таган смог связаться с лордом Янусом, мой повелитель, – подал голос лорд Максимилиан.

– И?

– По словам правителя Тагана, лорд Янус сказал, что «мозаика складывается».

Над залом повисла тишина, а потом Рубин рассмеялся:

– Узнаю нашего Януса.

– Значит, у него есть какой-то план.

– И он не стал пока марионеткой Первого, – добавил Рубин.

– Пока, – тихо выделил лорд Хилар.

Максимилиан недовольно поморщился, но промолчал.

– Мы не можем сидеть и ждать, в какую сторону разрешится ситуация. Это бой не только лорда Януса и леди Каины, – подчеркнул император.

– Что нам делать, ваше величество? – вопросил лорд Хилар.

– Мы возвращаемся в Темную империю, – помолчав, ответил альбинос. – Кажется, я понимаю, где все закончится или начнется...

– Вы знаете что-то, что неизвестно нам, мой господин? – поинтересовался лорд Максимилиан. Он знал, что дерзит и переходит границы, но его глаза блестели.

– Да. – Суран хмуро посмотрел на него. – Пока вы с лордом Хиларом занимались полуличными делами, лорд Рубин рассказал кое-что, что показалось мне чрезвычайно важным. У Горгоны есть сестра, которая осталась в Изначальном мире. Именно она помогла Горгоне якобы сбежать. Фактически обе они являются линией связи. Так что Первый в своем заточении был в курсе происходящего в нашем мире. А второе... я догадываюсь, куда выходит трещина, через которую собирается прорваться Первый. – Хилар все понял. – Лорд Хилар, прикажите построить порталы в столицу нашей империи. Следует прихватить несколько отрядов и начать переброску основных сил. О вашем поступке поговорим позже.

– Слушаюсь, ваше величество, – поклонился лорд Севера.

– Лорд Максимилиан.

– Да, мой повелитель.

Император задумчиво смотрел на своего лорда:

– Сирены могут передвигаться по подземным источникам?

– Пресная вода им не по вкусу, но и только.

– Отлично, у меня к вам просьба.

Медуза стояла на нашем пути и улыбалась.

«Не смотри ей в глаза, – шептала в моем сознании Каина. – Не смотри».

Я и не смотрел. Еще один слуга пал к моим ногам.

– А ведь вы, возможно, убили сейчас собственного родственника, – вдруг заметила Изначальная. – Вас это не тревожит, лорд Янус?

– С какой стати? – усмехнулся я, сосредоточивая взгляд на ее губах, таких соблазнительных, немного полноватых, но не слишком. Когда они приоткрывались, можно было разглядеть кончики клыков. Острых. Белоснежных. Мог бы поспорить, что леди предпочитает сырое мясо.

– Ах да, – она улыбнулась, и губы изогнулись, отчего появились небольшие ямочки на щеках, – я забыла. Вы убиваете даже своих родителей, если это необходимо. Как жаль, что я никогда не испытывала такого чувства родства. Наверное, это слаще, чем просто убивать кого-то...

– Не знаю, – пожал я плечами. – Я не самый подходящий источник сведений, вы не у того спрашиваете... И потом, по-моему, у нас не светская беседа.

– Да, вы правы, – вздохнула она и подняла свой меч. – Почему вы так стараетесь сбежать? Мы же и без того собираемся выпустить вас?

– Моя дорогая леди, я предпочитаю выходить тогда, когда захочу сам, а не когда кто-то другой берется решать это за меня.

– Вы даже не успели одеться, – укорила она и атаковала.

Ну не успел. Легкие штаны, в которых я спал, сейчас были сплошь заляпаны кровью и грязью. Ноги скользили по камням. Все же стоило хотя бы обуться, но уже поздно об этом думать. Я ускользал от меча и магии Медузы. А из соседнего коридора доносились крики боли и ярости. Каина и ее зверушка приближались.

Одно я знал точно: если мы придем к трещине раньше, чем мои бесы, то у нас есть шанс; если точно в срок или позже, я сам закрою трещину с этой стороны, даже если Нидо будет пытаться контролировать мои руки. Я знал его слабое место. Он все еще полагал себя человеком. Пусть всемогущим, но человеком. А человек не чета демону.

Лезвия мечей встретились, и магия потекла по стали. Одна – загнанная в ловушку, выдрессированная, вторая – свободная, словно поток горной реки.

– Что это? – Шепот прямо мне в лицо. Но я видел лишь губы. Губы, которые уже не выглядели такими пухлыми, как раньше.

– Это свобода, – ответил я и вогнал второй клинок ей в живот. Магия заставила Медузу забыть о моем втором лезвии. Изначальные слишком отвыкли думать самостоятельно, а скорее всего, никогда не умели это делать, что было нам только на руку. Тихий вой в моем сознании. Тихий, потому что моя госпожа Сила приглушила и его, защищая от вторжения извне и мой мозг, и мое тело. Похоже, для Нидо эта демонесса была важна. Наверное, он даже любил ее. До таких снов я не успел добраться, но не жалел об этом. Слишком извращенное сознание, даже для меня. И оно повсюду таило в себе ловушки.

Я улыбнулся. Приятно слышать, как горюет твой враг.

Из коридора сначала появилась заляпанная кровью по самый хвост тварь, а затем и ее хозяйка. Каина улыбалась во весь рот.

– Не знаю, что ты сделал, Яни... Но его крик такой сладкий.

Я стряхнул с меча труп Медузы.

– Он как ребенок, Кай. Я всего лишь сломал его любимую игрушку.

– Бедное дитя, – пожалела Первого демонесса. – Куда дальше?

– Туда, – указал я кончиком меча в темный проход.

Там клубилась Тьма.

Каина улыбнулась:

– Очаровательно. Факелы?

Я покачал головой:

– Пойдем во Тьме.

– Яни, да ты жадный, – восхитилась она. – Мы и так уже по макушку заполнены чужою силою.

– Если Нидо вырвется, нам нужны будут даже капли силы, – тихо ответил я, обрывая ее веселую улыбку. – Я предпочту тратить в первую очередь чужую силу, а свою приберечь. Она у меня, знаешь ли, хрупкая леди.

Я заметил, что демонесса тоже босиком и уже успела порвать свою ночную рубашку. Позже, наверное, будет сожалеть о том черно-красном платье.

– Тогда вперед. – И Каина направилась к проему.

Я последовал за нею. Тварь проскользнула первой.

Тамир замер. Рядом остановился Самар. Бес медленно повернулся к спутнику.

– Странно...

– Что?

– Я стал чувствовать господина еще четче, и... похоже, он не хочет, чтобы мы помогли ему вернуться.

– В каком смысле? Есть более ясное ощущение?

– Да. Мы несем угрозу.

Оба беса развернулись в сторону своего отряда и разом уставились на Готаса.

– Он?

– Остальные надежны. Все чем-нибудь обязаны Господину.

– Он тоже обязан.

– Нет. Ничем не обязан. Подумай сам. Господин забрал его в свои лаборатории. Говорил с ним. И оставил в нем паразита. А вот паразит в нем обязан повелителю. Он остался жив, он вступил в круг силы благодаря покровительству лорда. Но Готас...

– Ты прав. Я не сразу понял.

– Твои мысли движутся в другом направлении, – пояснил адъютант лорда Иллюзий. – Ты привык мыслить наукой, я же должен знать, кто окружает повелителя.

– Надо от него избавиться.

Красноволосый бес отрицательно двинул ладонью:

– Нельзя.

Самар с минуту вглядывался в него, затем склонил голову. Ему было стыдно. Он чувствовал, что потерял квалификацию. Тамир был прав. Готаса надо было держать как можно ближе к себе.

Команда терпеливо ждала решения своего предводителя.

– Привал, – скомандовал бес.

Вперед выступил айрод:

– Ты уверен, бес? Разве мы не должны спешить?

– Сейчас время остановиться, – спокойно ответил тот.

– На нас нападут, – подал голос кто-то из отряда.

– Наберемся дополнительных сил. Нам они понадобятся. До последней капли

Самар усмехнулся, когда остальные заняли круг обороны:

– Ты хорошо синхронизировался с Господином и сейчас говорил его голосом.

Тамир устало вздохнул:

– Я рядом с ним восемь лет. Для этого необязательно читать его чувства.

Бес отправился на свое место в круге.

Суран вышел из портала и на мгновение замер, набирая полную грудь воздуха. Он был дома. Для того чтобы осознать это, пришлось погрузиться с головою в войну на чужой земле.

Император оглянулся: лорды стояли за его спиной, и в их глазах властелин увидел похожие чувства. Они тоже соскучились. Рубин же оглядывался с очень странным выражением лица: бывший император давно не был здесь, и Суран точно мог сказать, что он видел призраков прошлого, которые бродили, потерянные, среди всех тех изменений, что успел сотворить новый император.

– Идемте. – Суран стремительно зашагал по дворцовой площади.

– Ты ведешь нас в подземелья, племянник, – тихо заметил Рубин спустя несколько минут.

– Да, в те самые, из которых ты в свое время вывел Горгону, дядя. А на пороге тебя встретила моя мать со своим войском. Я не обольщаюсь, я знаю, для чего она была там. Не остановить тебя – она просто хотела забрать твою добычу.

– С тех пор этот путь не использовался, – хрипло прошептал Рубин.

– С чего ты взял? – насмешливо покосился на него император. – Я был мальчишкой, и меня интересовало все связанное с моей матерью. Я спустился ниже. Тогда-то я и узнал тайну императорской семьи. Правда, просветила меня отнюдь не императрица.

– Почему не порталом?

– Нас не должны засечь слишком быстро. Порталы как вспышки. А Изначальные просто чуют магию, словно это лакомое блюдо. Так что мы прогуляемся пешком.

Рубин понял и обогнал племянника на полшага:

– Я знаю короткий путь.

– Я надеялся на это, – усмехнулся Суран.

6

Готас следил за Тамиром. Почему-то бес начал задерживать их движение всеми силами, словно не хотел, чтобы они успели к трещине. А ведь до этого их путь напоминал безумный бег, сметающий все на своем пути. Что-то случилось.

Воин задумчиво провел ладонью по волосам. Что же происходит на самом деле? Может, Тамир вовсе не хочет, чтобы его господин выбирался из ловушки, в которую попал? Или... Не может этого быть! Бес прищурился: неужели он понял? Но это в принципе невозможно. Не мог какой-то бес догадаться о таком. В сознании тихонько скулил Рик.

– Заткнись, – раздраженно послал ему воин. – Ты мне мешаешь.

Паразит покорно замолчал. Янус мог догадаться о такой замечательной комбинации, хотя и ему понадобилось бы приличное количество времени. Разве его бесы способны на такое? Они всего лишь низшие существа. Расходный материал. С другой стороны... Он вздохнул. Он должен добраться до трещины вовремя. Если Янус выйдет раньше, чем они достигнут нужного места, то госпожа Горгона будет очень злиться.

На самом деле его звали Орел из клана Летящих. И он был демоном. Ему на время пришлось погасить свою личность, чтобы превратиться в так им презираемое низшее существо, да еще и потерять руку, позволить захватить свое сознание какому-то мелкому паразиту и пустить поверх воспоминания искусственную личность какого-то беса.

Это было нелегко, но приказ госпожи Горгоны... Ее сияющая улыбка и ее великий план... Они должны были выиграть. Раз он проснулся, стряхивая с себя ошметки искусственной личности, значит, время пришло, и он близок к цели. Однако имперский бес... Не мог он знать всего этого.

И все же в итоге он не имеет права не выполнить приказ. Пришла пора действовать. И как можно быстрее и аккуратнее. Если эти бесы мешали его плану, значит, следовало от них избавиться. Но в этом ущербном теле...

Орел облизнул губы. Сила изначальных тварей, которых они убивали все это время, пульсировала в его теле. Но эта же сила сейчас переполняла каждого из их отряда. Оставался один путь.

Его шеи коснулось лезвие меча.

– Куда-то собрался?

Пока демон следил за Тамиром, бес, который экспериментировал над ним в лабораториях, подошел слишком близко. Его глаза походили на две льдинки.

– Ты что-то притих последнее время, Готас. Да и Рик перестал подавать голос.

Орел замер, стараясь не шевелиться. Одна капля крови – и твари снова нападут, чувствуя ее запах, словно приманку, и не факт, что в этот раз кто-то будет прикрывать его спину и увечье.

– Я просто немного устал и хотел бы побыстрее дойти до трещины, – спокойно ответил он, глядя прямо в опасные глаза. И каждое его слово было правдой.

– А мне показалось, что ты решил поторопить события и двинуться к ней без нашего сопровождения, – отозвался Самар. – Или я неправ?

– Было такое желание, – согласился Орел, чувствуя нервную дрожь внутри. Бес, какой-то низший угрожал ему оружием, а демону приходилось выкручиваться. Теперь он понимал, почему Горгона усыпила его сознание. – Мне вдруг начало казаться, что наш доблестный предводитель всячески тормозит наше движение.

Айрод неподалеку одобрительно заворчал.

Самар бросил в ту сторону скользящий взгляд и снова пристально уставился на того, кто сидел напротив:

– Наверное, у Тамира есть свои причины. У меня нет повода не доверять ему.

Орел усмехнулся:

– Конечно, ведь вы друзья.

Ученый улыбнулся:

– Правда? А как тебя зовут, бес?

Орел сам не заметил, как напрягся и глаза полыхнули жарким гневом.

– О, я ошибся. Ты не бес, не так ли?

Меч нажал чуть сильнее. Демон понял, что сейчас умрет. От рук жалкого низшего, не выполнив задания госпожи.

Одно движение – и он уже за пределами круга. Уцелевшая рука выписывает пассы заклинания, а из Тьмы сверкают голодные глаза.

Самар не растерялся, хотя и упустил своего противника.

– Ты выдал себя, демон, – крикнул он врагу. – Ты так называемый высший. Каково было побывать в нашей шкуре? Понравилось?

– Ты злишь его, – проворчал айрод, вставая рядом с бесом.

Ученый сладко улыбнулся:

– Ты злишься, демон? Почему? Тебе не понравилось, что ты теперь в теле беса или что мы разоблачили тебя? Я проверял, бедолага Готас действительно существовал. И если у тебя его воспоминания, сладких тебе снов, демон, прежде чем тебя сожрут твари.

Орел не слушал оскорблений, он уже усмирил свой гнев, который пришелся так некстати. Демон готовился к долгому бегу, потому что твари приближались. Они оказались достаточно сообразительными, чтобы понять, что остальные не будут его защищать. Заклинание было закончено, теперь его бег ничто не сможет остановить. Паразит в его сознании рыдал в голос. Он боялся. Боялся тварей, боялся Орла, боялся всего. Орел поморщился и отстранился от мальчишки. Его необходимость была исчерпана, но убивать его и выкидывать из себя и тела придется позже, сейчас предстояло намного более важное дело. И ради него стоило потерпеть это нытье.

Тамир прищурился и крикнул:

– Остановите его!

Но Орел уже бросился бежать. Вспышкой молнии. Он был демоном, пусть его сознание и поместили в тело беса, однако силы остались при нем и заклинания тоже. Эти низшие не смогут его догнать.

– Бросайте все! За ним! Он не должен достичь трещины раньше, чем выйдет господин! Убейте его! – Крик красноволосого беса догнал его. Стоило убить его раньше. Зря он сомневался.

Я сплюнул, скривившись; во рту устойчиво поселился противный вкус слизи, смешанной с кровью. Иногда приходилось использовать и зубы. В каждом из нас до поры до времени спит зверь, главное – вовремя его разбудить, а потом вовремя усмирить. Подземелье просто кишело тварями, словно их специально разводили здесь в тесноте, чтобы они могли постоянно сражаться. Скорее всего, так оно и было.

– Долго еще? – выдохнула рядом Каина.

– Не поверишь, – я смотрел себе под ноги, – мы пришли.

Она опустила взгляд. Мы оба стояли на сером, мерцающем полу.

– Так близко, – приглушенно вздохнула леди. – Трещина?

– Где-то здесь, – я обвел пространство рукой, – надо искать.

– И побыстрее, – вздохнула демонесса. – Я сломала три ногтя и лишилась пары прядей волос. Эдак я выйду из этого мира лысой. И Хилар бросит меня. Бездна и Тьма, как я по нему соскучилась.

– Ты расслабилась, Кай?

– Расслабишься тут, – возмутилась демонесса. – Надо искать эту трещину.

– Подожди...

Я насторожился. Странное чувство. Очень знакомое. Вроде бы на шутки Нидо непохоже... Под ногами мелькнула тень.

Мы с Каиной ударили одновременно – мало ли какая гадость тут бродит, – но вместо твари мой меч обвило гибкое змеевидное тело. Я потрясенно смотрел на гребень и чешуйчатую кожу.

– Таро?! – Голос куда-то пропал. Только сип из горла.

Горловое курлыканье было ответом.

– Поразительно, – прошептала Каина. – Он отведет нас к трещине.

Я медленно протянул руку, все еще не веря, готовый к тому, что это окажется видением или ловушкой Нидо.

Но ладони коснулся раздвоенный язык, и знакомые ощущения мурашками пробежали по коже.

– Таро.

И дракончик с ощутимым облегчением начал перетекать мне на кожу. Я и не понимал, как мне его не хватало, насколько сильно он стал моей частью. Татуировка двигалась по коже и мурлыкала; мне хотелось мурлыкать вместе с нею.

– Эй, – позвала Каина. – Твари идут. Ваши нежности их просто толпами притягивают.

– Завидуют, – усмехнулся я и покосился на ее зверюшку. Тварь тоже устала. Вся покрытая кровью и слизью, красные глаза потускнели, на ногах держится только за счет силы убитых врагов.

Так же как и мы с Каиной. Но эта же сила давила на нас так, словно на плечи с каждым убитым ложился камень. Расход сил оказался не такой уж и большой. Кажется, я начал понимать, почему Изначальные, при их дикой жажде убийства, старались не убивать пачками тех, кто входит в круг силы.

– Таро. – Я погладил хвост татуировки, наслаждаясь ощущениями. – Ты проведешь нас к трещине?

И в моем сознании вспыхнула вереница образов.

– Каина, – позвал я, – нам придется побегать.

– Опять? – скорчила она рожицу, внимательно наблюдая за колышущейся Тьмой.

– Не убивая, – уточнил я. – Времени нет.

– Это что-то новенькое, – подчеркнула демонесса. – Когда начинаем?

– Сейчас!..

И я рванул с места.

Орел остановился. Заклинание теряло свою силу. Стоило его обновить. Все-таки эти бесы оказались меткими стрелками. Он их недооценил. Твари тоже оказались неспособны его преследовать. Паразит в сознании затаился и молчал. Оно и к лучшему. Осталось определить, где же эта трещина проклятая. Тамир был неплохим проводником, сам Орел знал только приблизительное расстояние. Горгона объяснила путь туманно – видимо, с расчетом на то, что позже даст более точные координаты. Однако от нее никаких известий. А сроки, судя по ощущениям, поджимали.

Оставалось еще противное чувство, что он что-то упустил. Что-то мелкое, но важное.

Сверху раздался треск.

Демон вскинул голову так стремительно, что хрустнули шейные позвонки. И на него хлынула темная масса тел. Рычащих, кусающихся, жаждущих рвать и убивать.

Инстинктивно вскинутая единственная рука не защитила, однако спасла стремительная реакция, которую подпитывали остатки заклинания. И через какое-то мгновение Орел оказался далеко в стороне от кишащей темной массы.

Он посмотрел вверх. Ну кто бы мог подумать: серый мерцающий потолок, на котором явственно проявился стык двух частей, – трещина. Та самая, через которую в этот мир когда-то проникла Горгона.

Сейчас из трещины падали все новые и новые твари. Их словно выпихивали наружу. Орел улыбнулся. Он успел. Кто бы ни шел оттуда, он сыграет ему на руку и поможет расширить трещину до такой степени, что она станет той самой отправной точкой, с которой начнется разрушение ВСЕЙ Стены Изначального мира.

И в этот момент из трещины вывалилось тело, которое, ловко цепляясь за края материального заклинания, перемещалось к крайней точке, откуда можно было прыгнуть достаточно далеко, чтобы оказаться за пределами кишащей и визжащей массы тварей.

Далее следовала... тварь?! Но скорее не преследовала, а... защищала?

Демон был настолько потрясен, что не заметил вторую особу, появившуюся следом за тварью. Зато ее заметил паразит, который до этого старался вести себя как можно тише.

Рик был потрясен. Он был в ужасе. Готас, который стал почти другом, почти наставником, внезапно рассыпался осколками, оставив на своем месте это страшное существо.

Старшего. Врага.

Мальчик чувствовал себя в ловушке, не успокаивала даже мысль, что теперь он в круге силы. Круг не помог бы, так как бедняга находился ВНУТРИ врага... Однако когда паразит увидел темную фигурку, в которой интуитивно признал своего нового Старшего, повелителя, как его называли остальные, у него словно спала пелена с глаз. Сознание стало ясным. Рик знал, что делать. Этому Старшему он был обязан слишком многим. С ним он впервые почувствовал возможность стать чем-то большим. Этого не давала ему даже госпожа Горгона.

И Рик начал потихоньку выбираться из своего укромного уголка. Так же как раньше крался за добычей, которая могла быть единственной едой за несколько недель. Поэтому нельзя было, чтобы его заметили, почуяли или услышали.

В этот раз он находился внутри добычи, поэтому следовало быть еще более осторожным – ведь он паразит. А паразитам нужно знать, когда можно действовать, а когда предпочтительнее затаиться. Требовалось еще немного времени. Чуть-чуть, чтобы просто подобраться поближе для более верного удара.

7

Суран остановился, разглядывая картину, открывшуюся его глазам.

– Здесь я не был никогда.

– Далековато, если не знать правильного пути. – Рубин задумчиво смотрел перед собою.

Они стояли на краю обрыва, а перед ними уходила в бесконечную темноту огромная пещера, больше похожая на отдельный бесконечный темный мир. Пространство ширилось и терялось в темноте. Но на грани этой темноты пульсировало нечто знакомое. Сгустки Тьмы, сквозь обрывки которой проглядывало серое сияние.

– Это... – потрясенно выдохнул Максимилиан, – это же...

– Мир Изначальных, – закончил за него Рубин и уточнил: – Его верхушка. Нам нужно вниз.

– Каких же размеров эта пещера... да и вообще подземелья? – тихо поинтересовался Хилар.

– Не знаю, – откликнулся Рубин. – Никто не измерял. Но они строились вокруг этой сферы. Долго, кропотливо, а потом мы возвели свою столицу прямо над верхушкой сферы, хотя к тому времени она была глубоко внизу.

– Целый мир под нашими ногами, а мы ни сном ни духом, – пробормотал Максимилиан.

– Такова была цель, – заметил Рубин. – Мир под ногами, но очень опасный. Поэтому была придумана целая система порталов. Мотивировали все тем, что это сокращает время и усилия, однако на самом деле главное было – запутать любопытствующих. Увести след от сферы как можно дальше. В итоге все забыли, где же именно она располагается. Мир Изначальных стал легендой. И только хранители тайны знали правду.

Суран тяжело вздохнул:

– Я знал не все.

– Твоя мать не успела передать тебе знания, – усмехнулся дядя. – Она слишком рано умерла. Ты очень умен, я бы сказал, гениален, Суран. Однако с твоим приходом многие тайны и знания были утеряны, я прав?

Император оторвал взгляд от грандиозного зрелища и обернулся к Рубину:

– Как и при расколе, дорогой дядя.

Демон помрачнел и коснулся рукою своего ошейника.

– Я так понимаю, что вниз к нужной нам трещине мы отправимся не пешком? – Император отвернулся, снова погружаясь в созерцание тьмы и вспышек серого сияния.

– Порталами, – хмуро ответил Рубин. – Той самой системой. Иначе потеряем около месяца. Там, за Стеной, все-таки целый мир.

– Можно будет ускорить прохождение? – поинтересовался Максимилиан. – У меня нехорошее предчувствие.

Кринит устало произнес:

– Я вас проведу.

Суран наконец повернулся к спутникам и приказал:

– Отправляемся прямо сейчас. У меня нет оснований не доверять ощущениям лорда Максимилиана. Да и все факты говорят за то, что нам стоит поторопиться. Лорд Хилар, нам понадобятся ваши люди. Они лучше всего натасканы. Остальные пусть будут наготове.

– Слушаюсь, ваше величество.

Рубин поднял руки, поймав при этом взгляд племянника:

– Я уже готовлю портал.

– Лорд Максимилиан, – Суран строго взглянул на астролога, – ваши родичи готовы?

– Да. Они только ждут сигнала.

– Пусть следуют за нами. Я знаю, что сирены способны чуять прохождение сквозь порталы.

– Слушаюсь, ваше величество.

Я сжимал зубы, стараясь не смотреть вниз. Твари понемногу приходили в себя. А это означало, что у нас мало времени. Больше всего ненавижу нехватку времени.

Однако нам с Каиной надо было выжить. Потому что если нас сожрут, то может произойти что-то намного более страшное. Трещина расширилась. И если до нее доберется ключ, который был отправлен нам навстречу, то это место станет не только нашей могилой. Думаю, даже моя мать проклянет меня в этом случае. Значит, стоило выжить во что бы то ни стало и завершить работу. Тем более что я всегда терпеть не мог незаконченных дел.

– Яни, – Каина обернулась ко мне, ее лицо озарила безумная улыбка, – я собираюсь прыгать.

– Как будто у нас есть выбор, – вздохнул я.

– Ты снова становишься прежним занудой Янусом, – крикнула эта сумасшедшая женщина и прыгнула вниз.

Тварь последовала за нею без колебаний. Я чуть задержался, но спустя секунду сгруппировался и прыгнул тоже.

Удачно приземлившись, я поднял голову и опешил. Или это галлюцинации? Каина стояла замерев, а у ее горла угрожающе сверкала сталь чьего-то клинка. Бешеные глаза на лице ее противника. Демонесса выглядела мрачно, а это означало, что ее держит не только нож. Тварь кружила вокруг парочки, словно намеревалась отделить их от остального мира. Хорошо еще, что ее сородичи были слишком заняты друг другом.

– Готас? – Я вздохнул. – Почему-то я не удивлен.

– Рад это слышать, – язвительно отозвался он, – господин посол.

– С кем имею честь? – Я холодно смотрел на него. Если я прав, он не может не ответить.

– Орел, из клана Летящих. Старший клана.

– Везет мне на вас, – усмехнулся я. – Сначала Ворон, потом Ястреб, затем Сокол, теперь вот Орел... У Горгоны на членах вашего клана прямо-таки какая-то зацикленность. Я так понимаю, вы и есть тот самый ключ?

– Именно, господин посол. И ваша подружка оказалась весьма мне полезной.

– Знаете, Орел, – улыбнулся я, – думаю, вас ожидает небольшой сюрприз.

– Что?

Каина хмыкнула и... исчезла. Ее талант перемещаться без порталов проявлялся не постоянно, от раза к разу, и демонесса пользовалась им чрезвычайно редко. Но сейчас был исключительный случай.

Я в то же мгновение прыгнул вперед и оказался ровно на том месте, где только что стояла леди. Правда, стального клинка у моего горла не было. Зато у меня в руках были любимые мечи!

– Привет, – улыбнулся я в лицо врагу.

Удар был стремительным, но недостаточно. Мы с Каиной вошли в такой раж во время прорыва к трещине, что я реагировал не задумываясь. Было легко. Была эйфория.

– Повелитель, – тревожно звякнули колокольчики в сознании.

Я вздрогнул и чуть не пропустил удар. Моя Сила встревожена? Чем? Я снова уклонился и уловил блеск торжества в глазах своего однорукого противника. Он думал, что я устал и потерял бдительность.

– Повелитель, – колокольчики звучали все тревожнее. – Яд!

Яд?! Я отскочил в сторону и настороженно огляделся. Орел явно был выбит из колеи моим поведением. Он тоже слишком поддался азарту боя. И только сейчас заметил то же, что увидел я, озадаченный тревогой моей Силы.

Нас окружили плотным кольцом. Твари сидели и ждали. Ждали исхода поединка. И кровавые отблески в их глазах были знакомы мне по снам.

– Твой господин пришел посмотреть, – усмехнулся я демону в обличье беса.

– У меня нет господина, – выдохнул он яростно. – Горгона – вот моя повелительница.

– Вассал моего вассала... Ее повелитель разве не будет твоим, Орел?

Он нахмурился:

– Я не понимаю тебя, посол.

– Зато теперь я понимаю, почему именно тебя выбрала Горгона. Ты достаточно глуп и до сих пор не догадался, что тебя отправили сюда умереть.

Демон прищурил глаза:

– За госпожу Горгону...

– Похвально. – Я перехватил мечи поудобнее. – Но это не входит в мои планы.

Его глаза горели торжеством и безумием.

Теперь стало ясно, что имела в виду моя госпожа Сила. Яд был разлит в самом воздухе. Он вызывал эйфорию от самого факта убийства.

Жажду крови. Нидо весьма успешно использовал свои создания. Когда не можешь убить сам, почему бы не заставить противников убивать друг друга. Меня оградили. А Орел впитал отраву. У него не было моей защиты. Мне не позволял уйти круг тварей. К сожалению. Потому что яд не помешал Орлу понять, что я не могу его убить.

– О! Господин посол понимает, что моя смерть очень ему невыгодна? Правильно, господин посол. Если ты убьешь меня, сила во мне, до сих пор спящая, будет активирована. И госпожа Горгона станет повелительницей этого мира!

– Какие слова умные мы знаем, – съязвил я, внимательно наблюдая за ним. – Только вот у меня для тебя новость: твоя госпожа всего лишь кукла в руках кукловода, а ты марионетка в руках куклы.

– Тебе не обмануть меня, имперец, – прошипел Орел из рода Летящих. И это было началом его атаки.

Тамир вздрогнул как от удара и рефлекторно, ни на секунду не задумываясь, подставил руки. Леди Каина тяжело приземлилась в его объятия и ослепительно улыбнулась:

– Привет, красавчик. А ты не потерял квалификации.

Она была вся в крови и слизи тварей. На ней почти не осталось одежды, и демонесса остро пахла опасностью и безумием.

– Леди Огня. – Бес аккуратно поставил госпожу на ноги. Он только сейчас заметил, что ее шикарные волосы обрезаны и свалялись от всего пережитого за последние сутки. Они липли к щекам Каины или обвисали грязными сосульками. Но все равно повелительница Огня выглядела по-мальчишечьи бесшабашно и... очаровательно. Только вот ей Тамир об этом не собирался рассказывать. Бес не был потенциальным самоубийцей.

– Янус говорил, что ты где-то поблизости, поэтому я и рискнула телепортироваться, – усмехнулась демонесса. – Кстати, там вашего господина пытается убить однорукий придурок.

Тамир поклонился:

– Будет ли госпожа благосклонна и сообщит нам, где именно это происходит?

– Будет, – согласилась леди Каина. – Я даже согласна, чтобы вы меня туда сопроводили.

– Как прикажете, госпожа, – поклонился Тамир, сдерживая рвущуюся наружу улыбку. Почему-то ему показалось, что время отмоталось на пять лет назад. И они снова в военном походе вместе с леди Каиной. И все будет хорошо. Опасное чувство, поддаваться ему очень глупо.

Тамир махнул рукою своей группе. Они немедля выстроились вокруг демонессы. Скоро они увидят своего господина. Это вселяло оптимизм.

Но очень скоро спешащие на помощь встретили настоящую стену тварей. Странных тварей, так как все они расположились спиной к их команде и не обращали на «еду» никакого внимания. Они просто ждали. Все внимание тварей было сосредоточенно на том, что происходило где-то впереди, на том, что никак не могли увидеть бесы.

– Там ваш повелитель, – тихо заметила леди. – И он сражается.

– Каина? – немедля прозвучали два голоса, полные удивления и надежды.

8

Они вышли из портала, настороженно оглядываясь, готовые к битве. Только противник, которого они обнаружили, не обращал на них никакого внимания.

Неподалеку застыла еще одна группа имперцев – бесы, айрод... «Похоже, это те самые янусовские спасатели», – отметил про себя Максимилиан, следовавший сразу за Хиларом. А вот рядом с ними стояла тонкая, почти обнаженная, грязная фигурка, в которой угадывалась...

– Каина?! – Возглас Макса слился с криком Хилара.

Леди Огня почти лениво повернула голову, отрываясь от созерцания спин изначальных тварей, которые стеной стояли перед демонами. Черные глаза блестели на ее испачканном лице, а губы медленно расползлись в усталой улыбке.

– Хилар...

Присутствующий здесь же император прочистил горло, привлекая к себе внимание.

Оба лорда оглянулись и синхронно сдвинулись так, чтобы открыть своему повелителю обзор, но не позволить врагам его атаковать, миновав кого-нибудь из них.

Суран усмехнулся, а улыбка Каины стала хищной.

– Ничего не изменилось. Вы не представляете, ваше величество, как я рада всех вас видеть. Эти Изначальные такие скучные. Наши бесы намного совершеннее их.

– Где Янус? – поинтересовался Максимилиан.

– Там, – кивнула леди в сторону тварей. – Дерется с бесом, в котором сидит демон. Сукин сын обманул нас.

– Его нельзя убивать. – Вперед выступил Рубин.

– Думаю, Яни это знает, – пожала плечами демонесса. – Иначе уже что-либо случилось бы: кто-нибудь кого-то убил бы.

– Что с трещиной? – вмешался Суран.

– Требует заплаты. И весьма крепкой. – Каина указала вверх. – Пока мы с Яни прорывались, она немного расширилась. Правда, недостаточно, для того чтобы Нидо мог выйти.

– Нидо? – Хилар смотрел ей прямо в глаза.

– Ага, – демонесса не отвела взгляда, – это тот самый Первый. Ублюдок! Он посмел блуждать в наших снах.

– Лорд Янус его прогнал? – тихо поинтересовался Рубин.

– Нет, – покачала головой леди Огня и посмотрела в сторону тварей: там шел невидимый им бой. – Он сказал, что со сноходцем такой квалификации даже леди Жадеит не справилась бы. Янус спровоцировал Нидо, чтобы тот больше внимания обращал на него персонально. Задумка удалась. А сейчас лорд Востока там. Сражается без прикрытия, потому что я сбежала.

– Ты правильно сделала. – Хилар даже не шевельнулся, но голос его был необычайно теплым, словно дыхание огня, которое окутывает тебя в холодные зимние вечера. – Вдвоем вы мешали бы друг другу.

– Я знаю и не виню себя, – сказала Каина.

Но Максимилиан заметил, как чуть-чуть расслабились ее плечи. Демонесса обманывала себя. Путешествие с Янусом не прошло для нее просто так. Острое чувство ревности охватило его, но демон подавил это странное чувство. Янус не принадлежал ему. Это следовало помнить всегда. Не дай Тьма, лорд Иллюзий когда-нибудь почувствует, что у астролога столь собственническое чувство по отношению к нему. Сначала убьет и только потом подумает, что не стоило быть таким суровым.

– Хилар? – с явственным вопросом в голосе позвал своего первого лорда император.

– Каина не под контролем. Она – это она.

– Хорошо.

Император поверил своему первому лорду. Хилар в такой ситуации лгать не стал бы. Он наверняка пришел бы в ярость, если бы у него попытались забрать его женщину, тем более таким способом.

– Нам нужно запечатать трещину, – сказал Суран.

– Пока Янус отвлекает ключ? – поинтересовался Рубин. – Тогда стоит поторопиться. Мы не знаем, сколько он продержится.

– Достаточно, – ответила ему Каина. – Главное, чтобы он знал, что осталось недолго.

– Но эта стена тварей... – нахмурился Хилар. Он взглянул на беса рядом с демонессой. – Дракон-татуировка с тобою, бес?

– Он покинул меня несколько часов назад, – ответил Тамир.

– Он с Янусом, – добавила леди Огня.

– Тогда надо найти другой способ... – Но первый лорд не успел закончить, Максимилиан тронул его за плечо.

Ледяной лорд обернулся. Ответный взгляд сапфировых глаз был сосредоточен. Хилар понял, что собирался сделать астролог.

– Уверен?

– Мы с ним такое уже пробовали. Думаю, сработает.

– Не забывайте о тварях, – тихо заметил Рубин. – Они пока бездействуют, но, как только заметят, что мы пытаемся ликвидировать трещину, немедля постараются нам помешать.

– Тогда будьте все наготове, – ответил ему Суран.

Лорд Запада обогнул первого лорда и вышел чуть вперед; он словно настраивался для своей песни.

Звон клинков погасал в гуще напряженно ждавших тварей. Бесконечный танец. Танец с ущербным бесом, в теле которого был заперт демон-фанатик с силою Изначального. Интересный танец. Такого у меня еще не бывало. В сознании дребезжали колокольчики, отвлекая меня от отравленного дыханием тварей воздуха.

Но в какой-то момент их звон изменился, словно расступился, пропуская... мелодию? Скорее даже не мелодию, а голос. Такой знакомый голос....

Макс? Здесь? Я должен был догадаться, что они придут. Они не могли не узнать о планах Горгоны. А возможно, и о планах Нидо.

Я отбил еще один удар. И часть своего сознания сосредоточил на голосе-мелодии. Это было явно какое-то послание.

«...Держисьдержисьдержись держисьдержисьдержись держисьдержись...»

Ясно. Они должны закрыть трещину. Звон колокольчиков усилился, отгоняя кровавый туман перед глазами, но он отсек и мелодию-голос. Острое чувство сожаления на мгновение сжало сердце. Но танец не позволял отвлекаться. Много сил уходило, чтобы держать его ритм. И все те силы, что мы набрали во время прорыва, сейчас по капле просачивались в этот танец безумия. Максимилиан подождет. Теперь, когда я знал, что они рядом и что они действуют, у меня появился шанс.

– Чему ты улыбаешься, имперец? – крикнул Орел.

– Твоему жалкому виду, – усмехнулся я ему в лицо. – Тебе не надоел наш танец, Орел?

– Ты не смеешь меня убить, – прошипел он. – А вот я тебя – да!

Сверкнул меч.

Теперь я на всю оставшуюся жизнь, сколько бы мне ее ни осталось, запомню, что и однорукий противник опасен.

Рик двигался ужасно медленно. Но по-другому было нельзя. Даже когда все сознание старшего врага заволокло багровой пеленой безумия и жажды крови, он все равно не позволил себе ускориться. Паразит знал, что идет бой и Орлу не до него, однако он помнил и прежние уроки того времени, когда еще был жив.

Рик погиб именно из-за того, что поддался иллюзии безопасности – понадеялся, что его не заметят, увлеченные другим делом. В этот раз он не допустит ошибки. Не имеет права. Потому что Старший сражался сейчас с тем, кто мог выпустить кошмар его собственного мира в этот. И тогда Рик опять попадет в ловушку. Даже вписавшись в круг силы, он навсегда останется тем, кем отведено ему быть в мире Изначальных. Мальчишка не обольщался. Но он не хотел снова быть таким и слышать, как в сознании шелестит снисходительный шепот, который даже не обращает на тебя внимания, так как ты всего лишь мусор, пыль. У Рика тоже оказалась гордость. Все же он был демоном. Пусть и низшим по рангу. И как демон, нашедший своего Старшего, он поможет ему. Поэтому Рик продолжил свое движение вперед. Осталось не так уж много. Главное – не сорваться. Двигаться надо медленно.

Суран на мгновение замер, спрашивая глазами Хилара. Лорд Севера чуть качнул головой.

– Что бы вы ни делали, мой повелитель, твари насторожились.

Альбинос и сам это заметил. В прежде монолитной и неподвижной стене произошло какое-то движение. И тысячи горящих глаз обратились к ним.

– Максимилиан?

– Они уже здесь, мой господин, – отозвался тот. – И они готовы.

– Очень хорошо. Рубин, начинаем.

– Уверен? – напряженно уточнил кринит. – По-моему, эти твари не очень довольны тем, что мы собираемся сделать.

Суран усмехнулся, демонстрируя острые зубы:

– Дядюшка, у тебя есть выбор?

Тот яростно сверкнул глазами в ответ, но промолчал. Только резко повернулся к трещине лицом и нараспев начал произносить заклинание.

Яростный рев был ему ответом.

Темной волной хлынула неудержимая лавина оскаленных пастей.

Но их атака была прервана весьма грубо: стена чистого звука отбросила ее – будто огромная волна разбилась о гранит. Те, кто был особенно яростен и не желал сдаваться, рухнули на землю кровавыми ошметками. Трупы тут же сожрали выжившие.

Суран впервые за все это время искренне и почти светло улыбнулся. Наконец-то все сработало четко по плану. Осталось завершить дело.

Голос Рубина не дрогнул ни на мгновение. Старый демон привык переживать сюрпризы с небрежной невозмутимостью. Поэтому заклинание текло и переливалось. Оно уверенно видимой нитью преодолело звуковую волну и потянулось выше. Прямо к трещине. Прежде чем наложить заплату, требовалось укрепить края разрыва.

И тогда настанет черед самого императора. Сейчас он просто впитывал силу откуда только мог. Из смертей тварей. Из звука голосов сирен. Из своих лордов... Все это станет материалом для надежной заплаты-заклинания.

Твари бились о невидимую стену с упорством смертников. Они получили приказ, и инстинкт самосохранения, столь развитый во Тьме, сейчас не имел для них никакого значения. Они должны были добраться до врага своего бога-творца.

Тамир тихо заметил стоящему рядом с ним Самару:

– Повелителю понравилось бы это зрелище. Но, мне кажется, тот, кто их направляет, скоро сообразит, что надо действовать по-другому...

Каина резко обернулась к нему. Ее темные глаза широко распахнулись.

– Где та тварь, что была со мною?!

9

Орел никак не выдыхался. Он, словно заведенный, нападал и нападал. Его атаки становились все монотоннее и однообразнее. Словно он собирался не убить меня, а просто забить.

У меня еще оставалось достаточно заимствованной силы, но я понимал, что все не так просто, как кажется. В том, что творилось с моим противником, ничего простого не было.

И все явно зависело от происходящего по ту сторону круга тварей, которых стало как-то... меньше? Сложно определить точно. И появилось едва заметное шевеление, которого раньше не было. Тревожное шевеление.

– Господин мой... – Моя госпожа Сила предупреждала. Ее колокольчики не замолчали, но стали как-то глуше.

– Я не дам вам победить, когда так близок к цели, – прошелестел чужой голос в моем сознании. Я чуть было не пропустил удар. И оскалился, озлобленный своим промахом.

– Помолчи, жалкий человечек! Ты неинтересен!

– Вот как? – Враг был явно разъярен. – Тогда почему ты сражаешься, моя дорогая игрушка? Почему ты так стремишься запереть меня? Ты боишься «человечка»?!

Я рассмеялся:

– Как бы ты ни был стар, ты по-прежнему всего лишь человек. И подобная зараза не нужна мне в том мире, где я привык жить. Твой мир слишком скучен. Я же скучать не люблю.

– Ты не будешь скучать, – прошипело в моем сознании. – Тебе нравится боль, Янус? Я дарил тебе ее достаточно часто. Но видимо, тебе было мало той щекотки. Ты хочешь истинной боли?!

– Ну попробуй. – Я чувствовал, как красная пелена ярости заволакивает сознание. Моя сила не могла больше меня защищать в полной мере, так как Нидо был во мне. – Только кто тогда убьет твой личный ключик?

Он рассмеялся; его смех словно царапал меня изнутри.

– Твари. Кто же еще?.. С тобою просто было забавнее. Но такая забава надоела мне. Ты слишком упрям.

– Будь ты проклят. – Я прошептал это вслух, прежде чем погрузился в пучину боли. Досада, что я не подумал о такой простой схеме, добавила горечи в это адское погружение.

И последнее, что я видел, – как на какое-то мгновение вспыхнули глаза Орла, а потом в них появилось нечто странное.

– Ста-а-а-а-арши-и-и-ий! – Звук растянулся, следуя за мной. Но я уже не понимал звуков, а тем более слов, которые они составляли.

Боль оказалась оранжевого цвета. Яркая и сочная. С кроваво-красной удавкой в руках. Я бы сказал, что она была прекрасна. И я не посмел сопротивляться ее красоте, когда она еще сильнее сжала свои объятия.

Рик упал на колени перед Старшим. Он понял, что произошло. Такое уже было на его долгой памяти. Он успел захватить и разрушить чужое сознание столь сильного противника, чтобы увидеть, как Старший падает на колени, а потом опускается на землю, все так же крепко сжимая в руках оба своих меча.

Паразит перевернул Старшего на спину, понимая, что тот оцепенел от боли, которую сейчас испытывал не телом, а душой. Рик сам никогда не переживал ничего подобного, но слышал рассказы о таком и пару раз видел наказание Бога. Его Старший сильно разозлил первого.

Паразит передернул плечами и поднялся на ноги. Он ничем не мог помочь своему повелителю. Тот сражается самостоятельно. Но он мог помочь сохранить его тело. Твари медленно надвигались. И Рик видел жажду крови, полыхающую в их глазах.

Сильное тело того, кого он знал как Готаса когда-то, теперь полностью принадлежало ему. И мало того, паразит чувствовал теперь, что если умрет он, то случится что-то страшное. Это тело было создано искусственно с определенной целью. И достижения этой цели не хотел допустить его новый Старший. Значит, главная задача Рика теперь – сохранить в живых самого себя. И защитить тело повелителя. Обе задачи были достаточно сложны. Однако, в отличие от предыдущих обитателей этого тела, Рик хорошо знал, кому ему предстоит противостоять.

Твари атаковали, целя в горло.

Паразит взвился вихрем. Теперь у него была вся сила предыдущих носителей этого тела. И яростная жажда житьжитьжитьжитьжитьжить... Твари разлетались кусками окровавленной плоти под ударами разъяренного существа, поставившего перед собою цель – ВЫЖИТЬ. Выжить именно на этом клочке земли, над телом оцепеневшего, потерявшего себя в боли демона.

– Что-то изменилось, – прошелестел голос одной из сирен, каким-то образом оказавшейся рядом с императором.

Суран бросил косой взгляд в ее сторону, не отвлекаясь от своего занятия. Сирена не смотрела на него, она вглядывалась в гущу тварей.

– Там Первый. Частично. Нужно отсечь его.

– Мы это и пытаемся сделать, – процедил сквозь зубы император.

– Поторопись, император, – прошептала сирена. – Иначе мой племянник потеряет того, кто стал ему слишком дорог.

– Нужна сила.

– Я дам тебе силу. – Она двигалась слишком стремительно, чтобы Суран успел отреагировать. Ее губы накрыли его. И мощь моря хлынула по его жилам. Он тонул и тонул.

– Поглощай, идиот! – Вопль Рубина пробил брешь в его сознании, и Суран последовал совету дяди. Такие подарки слишком ценны, чтобы потеряться в них, словно ты совсем несмышленыш, впервые пробующий свою силу.

Император Темной империи поглощал силу, подаренную долгим поцелуем. И была она несравнима с тем, что он мог черпать до этого. Словно альбинос стал самим океаном.

– Отсеки Первого от нашего мира, – прошептала сирена ему в губы.

Суран почувствовал острое разочарование, когда она отстранилась, но Сила, бушевавшая теперь в его крови, требовала выхода, и еще хотя бы одна капля этого поцелуя могла заставить ее выплеснуться из сосуда, которым стал альбинос.

– Рубин!

– Действуй, мальчик!

И Сила хищной птицей рванула вверх. Темная тень мелькнула подобно молнии, и Суран упал как подкошенный под мощными лапами и челюстями твари.

Яростный крик Огненной леди, которая опоздала всего на долю секунды. Она воспользовалась не магией. На это не было времени. Демонесса голыми руками вцепилась в загривок твари, рыча не хуже ее. Мелькнули длинные острые когти, и император захлебнулся в потоке крови, хлынувшей ему в рот и нос. Однако это не помешало ему освободиться из кажущейся мертвой хватки и резко откатиться в сторону, бешено откашливаясь и отплевываясь, одновременно зажимая рану на горле.

Прохладные руки Северного лорда обхватили кисти рук императора.

– Закончите, что начали. – Знакомый бесстрастный голос и прохладная сила исцеления, окутывающая горло. Боль отступала.

Альбинос повернул голову, не обращая внимания на то, что почти не в состоянии дышать. Сквозь слипшиеся от чужой крови ресницы он пытался рассмотреть трещину. Темный провал сверху дохнул на него зловонием ненависти, грязной и липнущей, словно помои к подошвам. Император усмехнулся окровавленным ртом и снова отпустил Силу, подаренную сиреной и собранную по крупицам в единое целое.

Прежде чем потерять сознание, он успел отдать приказ:

– Сожгите их!

– Да, мой император! – Яростный женский голос.

Этого Суран уже не слышал. Как не увидел и поднятого леди Юга яростного огненного вала, который обрушился на тварей, с легкостью минуя звуковую стену, созданную сиренами.

– Там Янус! – Крик Звездного лорда, почти обреченный. – И ключ!

– Знаю! – Бешеный взгляд антрацитовых глаз и бьющееся внутри зрачков багровое пламя.

Рик увидел огненную волну, рушащуюся на них откуда-то сверху сплошной неумолимой стеной, в последнее мгновение. Паразит расхохотался прямо в пасть твари, которая в этот момент летела на него стремительной молнией. Но прежде чем стена огня поглотила их всех, он почувствовал шевеление позади себя. Рик успел еще обернуться, когда его ногу обхватила сильная рука. И с земли на него взглянули пронзительно-синие глаза, похожие на небо поздней осенью.

– Старший...

Огненное цунами накрыло их с головой.

История седьмая

Исцеляющий танец

1

Я видел бабочек. Сотни, тысячи, мириады... от темнокрылых, матово-черных, до ярких, лазурных, сверкающих... они роились цветной тучей, и сквозь трепетание их крыльев проступало узкое лицо с антрацитово-черными глазами; под правым оком, замерев, словно заколдованная, распластала крылья изумрудно-зеленая бабочка.

Каина? Я помнил таким ее лицо. Действительно... это было через пару месяцев после поединка с кринитами, мы праздновали день рождения Хилара. Но я никогда не смотрел на нее ТАК... И не видел, что она настолько прекрасна. Эти озорные бесенята в глубине ее глаз, манящее страстное пламя... Она выступала из яркой тучи в своем черном облегающем наряде, тянула ко мне руку...

Я отшатнулся. Нет... это приглашение не для меня... это не мой сон. Сон? Действительно... сон. Чужой. Сон первого лорда. Так вот как он видит ту, которая для меня была лишь старым другом. Это вызывало чувство зависти. Я отступил, вырываясь из плена чужого сна.

За спиной смешок... я разворачиваюсь. И замираю... Чьи это сны?!

Два тела, переплетенные в объятиях, светлое и смуглое. Рассыпанные по подушке перепутанные волосы, непроглядная тьма и нити чистого золота...

И живая татуировка-дракон, расположившаяся на бедрах любовников, словно двое были единым целым.

Колыхание воздуха, словно рябь... и я открываю глаза. Изумрудные глаза с красивого порочного лица смотрят на меня. Она была настолько красива, что я поначалу принял ее за продолжение одного из чужих снов, потому что в своей жизни я с такими, как она, никогда не встречался.

– Янус, – шевельнулись губы. Мое имя в ее устах звучало чуть растянуто, мягко, завораживающе. – Теперь я понимаю.

– Кто ты? – разлепил я губы.

– Я Кирина. – Серебро волос, которые я сначала принял за дымку вокруг ее лица, колыхнулось. – Сестра матери Максимилиано.

– Сирена, – прошептал я.

Прохладная ладонь легла мне на лоб.

– Ты жив. Лиано будет доволен.

– Ты уходишь? – Я попробовал пошевелиться.

– Я больше не нужна, – слабая улыбка окрасила ее губы. – Я не буду лечить тебя. Лиано не простит мне, если я раньше его испробую тебя на вкус...

– Так все-таки это был ЕГО сон, – недовольно проворчал я, откидываясь на траву.

Тихий серебристый смех был мне ответом. Я повернул голову и успел заметить, как серебро волос погружается в темную воду озера. И растворяется в ней. Озеро? Я поднял глаза...

Шпили звездного замка и небо... синее-синее. Солнечные лучи бьют прямо в глаза, но я не закрываю их, почти ослепнув, впитываю каждую каплю этого одуряющего света. Я и не предполагал, что так соскучусь по СВОЕМУ небу и особенно по диску солнца. Медленно и верно в памяти воскрешались воспоминания о звездном ночном небе. Да... все-таки мир Изначальных – это очень убогое место. А я снова дома. Только почему-то не у себя.

Почти невероятным усилием воли я оторвался от созерцания неба и несколько мгновений просто лежал с закрытыми глазами, восстанавливая зрение.

Едва заметное шевеление рядом заставило мое тело подскочить чисто рефлекторно. Еще через мгновение я стоял на ногах, чуть покачиваясь. И напряженно разглядывал бессознательное тело однорукого беса, лежащее неподалеку. Осторожно я восстанавливал в памяти все, что случилось до того, как я увидел глазами Хилара Каину среди бабочек.

Что ж, осталось проверить, кто же в этом многострадальном теле главный на данный момент.

Рик очнулся, но долго не решался открыть глаза. Последнее, что он помнил, – ревущая стена пламени, которая поглощает и пожирает его.

Неужели он выжил? Глаза его Старшего, перед тем как огненная волна накрыла их, обещали такой исход, но... Рик однажды уже умирал. И его посмертие мало чем отличалось от жалкой жизни, которую он влачил до этого... Однако теперь все было по-другому. Он умирал не просто так. И умирать совсем не хотелось.

Все-таки жив, сделал вывод паразит, когда начали просыпаться ощущения избитого, уставшего, измотанного и обожженного тела. Мальчик рискнул открыть глаза. И тут же напоролся на внимательный взгляд синих глаз, которые по цвету соперничали с небом над ними.

– Старший? – прохрипел Рик.

Темная от копоти, намокшая голова медленно качнулась.

– Неплохо для начала, – одобрительно заметил демон. – Осталось прояснить, насколько ты – это ты, дорогой мой.

Паразит помолчал; постепенно пришло понимание. Повелитель сидел на нем, прижав коленями его единственную руку к телу, а два острых лезвия мечей Старшего накрест были воткнуты по обеим сторонам шеи беса. Так что стоило только шевельнуться, и оба меча рухнули бы вниз, перерезая горло.

– Я. – Рик закашлялся от того, что в горле стоял острый, режущий комок.

Это движение чуть было не стоило ему жизни.

– Я не знаю, как доказать, что я – это я, – наконец смог выговорить он. – Старший все равно мне не поверит.

– Правильно, – кивнул демон. – Правильнее было бы тебя убить и не мучиться сомнениями, но есть вероятность, что твое тело-ключ все еще несет некоторую опасность. Кроме того, оно само по себе представляет научный интерес для меня и империи. Император по голове меня не погладит, если узнает, что был шанс тебя изучить и понять механизм действия.

Рик всматривался в перепачканное грязью и кровью – даже пребывание в воде не помогло – лицо своего Старшего и с сочувствием думал, что Старший выглядит очень усталым.

Демон внезапно вздохнул и поднялся на ноги, убирая мечи:

– Вставай, Рик.

– Старший?

– С таким горестным выражением лица разглядывать меня можешь только ты. Орел так бы сыграть не смог. Он все еще в тебе?

Рик отрицательно покачал головой:

– Только его осколки, Старший. Я не рискнул оставлять его цельным.

– Это правильный подход, – одобрил лорд Востока.

Бес-паразит медленно поднялся на ноги и выпрямился рядом со своим господином:

– П-первый... не вырвался? – Паразит не смог скрыть дрожь в охрипшем голосе.

– Похоже, что нет, – устало улыбнулся демон. – Так что мы с тобою справились со своей работой, Рик. Тебе стоит отдохнуть. Вид ужасный.

– Повелитель тоже выглядит плохо, – заметил мальчишка, осторожно подбирая слова.

– Знаю, – поморщился тот. – Но мне не время отдыхать. Надо разобраться с твоим телом. Ты не против обзавестись новым постоянным вместилищем, вместо этой замедленной живой ловушки с кучей трупов в сознании?

Рик почувствовал, что сердце вот-вот выскочит из груди.

– Господин и это может?

– Могу, – сказал тот, не отрывая взгляда от неба. – Мне нужен ты и твое нынешнее тело, но по отдельности. Так вы оба принесете намного больше пользы. Тем более ты, Рик, доказал мне свою верность. Ты хорошо меня защищал.

– Вы Старший.

– Верно. – Демон поднял руку, и вихрь портала закружил воронкой. – Идем, у нас много работы.

– Да, Старший.

– Называй меня «повелитель», как и остальные.

– Повинуюсь, Ста... повелитель.

Демон, не оглядываясь, шагнул в портал. Он и так знал – Рик не замедлил последовать за ним.

Самар резко вскинул голову, словно услышал зов. Тамир нахмурился, открыл рот, чтобы что-то сказать, но внезапно открылся портал, и бес тут же шагнул к нему без колебаний. Тамир закрыл рот, так и не произнеся ни звука. Портал-призыв он узнал бы в любом состоянии. И сейчас требовали именно Самара. Над порталом висел знак закрытых лабораторий.

Самар на мгновение обернулся, прежде чем исчезнуть в вихре, и его усталое лицо осветила почти счастливая улыбка. Тамир тоже понял, что это означает. Их господина, видимо, не изменит даже смерть. А уж если он не умер...

– Мне показалось или я тоже это видел? – прогудел голос айрода над ухом беса.

– Думаю, не показалось, – усмехнулся адъютант повелителя Иллюзий. – Иначе мы оба страдаем галлюцинациями.

– Тогда мне стоит поторопиться в замок. – Повар озабоченно почесал в затылке. – Приготовить много сытной еды, как любит повелитель. На это уйдет время. А я не уверен, что в мое отсутствие запасы исправно пополнялись.

– Ты прав, Гай. Но у тебя есть время. Ты же видел, куда ушел Самар.

– Да уж. Это означает, что еды надо сделать побольше. Ты тоже не задерживайся.

– Ни в коем случае. Повелитель обязательно затребует отчеты, а у меня там, наверное, завал небольшой. Господин за это по голове не погладит.

– Вот-вот. – Айрод развернулся и размашисто зашагал прочь. У него были свои пути.

Бес задумчиво повертел в пальцах кончик своей косы, провел им по щеке и решительно направился в сторону леди Каины, которая задумчиво созерцала пепелище, простирающееся далеко во тьму пещеры. Она прямо излучала приказ оставить ее в покое. Даже осунувшийся лорд Звезд не подходил к ней близко, чувствуя ее нестабильность. Северный лорд не мог успокоить подругу, так как был всецело занят раненым императором. Вместе с ним над племянником склонился лорд Рубин.

– Госпожа. – Тамир остановился в некотором отдалении.

Она медленно повернула голову в его сторону, и черные бездны глаз почти обожгли наглеца.

Бес медленно опустился на колени:

– Госпожа, не сочтите за дерзость, но я должен попросить вас об услуге.

– Чего ты хочешь? – Ее голос пугал своею пустотою.

– Мне нужно срочно попасть в замок повелителя, так как я не успел закончить некоторые отчеты, а лорд Янус, несомненно, затребует их, как только освободится из лабораторий. Мне показалось, что вы не сочтете мою просьбу за великую дерзость. – И бес мягко улыбнулся, глядя прямо в глаза демонессе.

Где-то в глубине темной бездны появилась первая искра изумления, она постепенно разрасталась, пока не вылилась в первый тихий смешок.

– Вот сукин сын! – вырвалось у леди, и она заразительно расхохоталась. – Нет, ну не ублюдок ли?!

Она смеялась так, что почти все, кто слышал, недоуменно поворачивались в ее сторону, чтобы понять, что происходит. Наконец демонесса вытерла слезы, выступившие на глазах от смеха, и взмахнула рукой, открывая вихрь портала:

– За такие новости твоя просьба не такая уж и большая наглость, бес. Только учти, это в первый и последний раз.

– Конечно, госпожа. – Тамир низко склонил голову.

– И еще передай этому уроду, что я натравлю на него Макса. Пусть так и знает.

Тамир поднялся с колен:

– Как прикажете, госпожа.

– Иди.

Демонесса развернулась и решительно направилась в сторону Звездного лорда.

Бес вошел в портал и оказался в темноте кабинета своего повелителя. Конечно, ведь леди Каина не знала, как выглядит кабинет самого Тамира. Она переправила его в знакомое ей место. За спиною тихим хлопком закрылся портал.

Бес устало опустился на мягкий ковер. Надо передохнуть минут пять – и за работу. Нельзя подводить своего повелителя. Особенно такого непредсказуемого и упорного, как этот. Видимо, Тамиру придется еще долго разгадывать загадку под названием лорд Янус. До конца своей жизни. Это так похоже на господина.

Бес вздохнул и поднялся на ноги: работы предстояло много.

2

Максимилиан смотрел в глаза приближающейся демонессы. И в этих глазах видел пламя. Она все сделала правильно. Но как же он ненавидел ее и себя за эту правильность.

– Грустишь? – Ее голос сочился веселым ядом. И уже от одного этого лорд встрепенулся, как большой пес.

– А вот твой дружок даже не думает грустить. – Каина остановилась рядом с ним. – Этот сукин сын сейчас в лабораториях. И как я подозреваю, увлеченно препарирует ключ, который вытащил вслед за собою.

Лорд Звезд прищурился:

– Его адъютант...

– Парень умчался готовить отчеты для своего господина, – усмехнулась леди. – Я, конечно, знаю, что наш Ян увлеченная личность, но чтобы настолько... Дорогой мой, – антрацитовые глаза смотрели с настойчивостью, – я тебе намекаю: он должен за это поплатиться.

Астролог склонился в легком поклоне:

– Как я могу отказать в просьбе леди?

– Вот именно, никак, – величественно кивнула она. – Так что действуй, Макс. У тебя есть время привести себя в порядок. А мы с Хиларом разберемся тут с остальным.

Максимилиан оглядел усыпанное пеплом поле боя и скользнул взглядом по императору.

– Здесь твоя помощь пока не нужна, – продолжала Каина. – Приведи Януса в чувство. Он нам нужен. Моя женская интуиция говорит, что он нам очень скоро понадобится.

Повелитель Запада нахмурился:

– Я проверю.

– Хорошо. Как что-то узнаешь, сообщи мне.

Максимилиан посмотрел на Хилара, застывшего над императором, и согласился:

– Да. Думаю, это правильное решение. Я отправляюсь в свой замок. Жди вестей через два часа.

Он открыл вихрь портала.

Демонесса задумчиво смотрела ему вслед:

– Определенно Ян на него положительно влияет. Сначала – работа, потом – все остальное, включая ванну. Впервые вижу.

– Каина. – Призыв Хилара заставил ее обернуться.

Северный лорд устало выпрямился над императором и обратился в ее сторону:

– Куда отправился Макс?

– К себе. Поговорить со звездами.

– Хорошее решение. Жаль, сразу не подумали.

– Что с императором?

– Магия защищает рану, но она не срастается, – мрачно ответил лорд Севера.

Рубин помог Сурану подняться. Тот стоял пошатываясь и держался рукою за горло.

Мысленный смешок императора заставил всех троих вздрогнуть:

«Забавное, наверное, зрелище я собою представляю».

– Почему магия исцеления не действует? – поинтересовалась леди Огня и Ветра.

«Все просто, она пожирает и блокирует ту чужую магию, которая проникла в мою кровь, занесенная укусом твари. Ее хватает на то, чтобы поддержать блокировку, но на полное излечение уже нет. Даже если усилить воздействие путем слияния силы Хилара и Рубина, это только нанесет вред, так как закроет рану полностью, но неизвестно, срастутся ли все нервы и клетки так, как надо. На это гарантии нет. Поэтому я приказал им остановиться».

Оба демона выглядели очень усталыми.

– Мы все потратили слишком много сил, – добавил Рубин. – Трещина отлично запечатана. Первому придется поискать себе другой ход. Но на полное восстановление нам понадобится не меньше двух дней.

«До тех пор мне придется походить с разорванным горлом». Мысленную речь императора окрасил оттенок мрачноватого юмора.

– Шутки шутками, – неодобрительно покосился на него дядя, – а это очень плохо, так как мы не знаем, к чему приведет задержка с исцелением. Ты можешь лишиться голоса.

«Постараемся этого избежать, – спокойно отозвался Суран. – И для начала я бы предложил дождаться прогноза моего астролога. И заняться наконец текущей ситуацией: войска разбросаны на две империи, многие теперь знают путь к заплате...»

– Приказывайте, ваше величество. – Все трое склонились в поклоне.

«Как я понимаю, Янус выжил?»

– Да, мой повелитель, – отозвалась Каина.

«Надеюсь, он понимает, что делает с ключом. А пока...» Посыпались четкие приказы. Рубин остался с императором, перевязав ему разорванное горло, чтобы не смущать подданных.

Все равно он не мог отдавать приказов... Ему до сих пор не особо доверяли и смотрели как на причуду своего господина. В принципе Рубина мало это трогало.

Янус устало телепортировался к себе в спальню. Надо было поспать хотя бы час для восстановления сил. Гонка-пробежка по Изначальному миру, потом прорыв к трещине, сражение с Орлом в кругу тварей, а теперь еще несколько часов в лаборатории над телом ключа. Очень уж тонкая операция по разделению сознания и тела. Благо еще Рик – паразит и может сам отделяться от носителя. Сложность заключалась в том, что Рик уже почти сросся с телом, особенно оставшись один. И ключ не желал оставаться бездумным и бездушным телом, которое больше похоже по состоянию на растение. Однако Янус не привык проигрывать. Особенно каким-то игрушкам. Так что основная операция прошла успешно, с остальным могут справиться и его бесы. Самар – очень хороший специалист. Таким образом, дня через три у повелителя Иллюзий станет на одного беса больше и будет живой, но беспомощный ключ от Изначального мира. Он правильно сделал, что сразу решился на операцию, иначе все могло пройти не так гладко. Ключ очень активно взялся за своего нового носителя, стремясь срастись с ним в единое целое и продолжить выполнение своей миссии. И если бы Янус задержался, то могло выйти так, что Рика пришлось бы стереть как личность – этого потребовали бы обстоятельства и интересы империи.

Лорд Иллюзий сел на родную постель и со вздохом облегчения упал на спину. Как же он соскучился по родной кровати.

– Час, – хрипло заметил он в темноту. – Ровно час на сон. Потом займемся проблемами империи и новостями.

Набрякшие веки опустились, и в ту же секунду демон уснул.

Максимилиан, тихо сидевший в глубине кресла недалеко от постели Януса, даже не шевельнулся. Еще час он подождать может.

Император взглянул на Хилара. Взгляд алых глаз был мрачен.

«Твое предложение...»

– Вы же хотите быстро разобраться с этой проблемой, а не ждать, пока все силы будут восстановлены? Кто знает, насколько могущественны Тьма и Первый...»

Альбинос коснулся перевязи на горле.

«Хочешь сказать, что зараза может просочиться сквозь барьер твоей магии?»

Первый лорд задумчиво наклонил голову, разглядывая своего императора:

– Вы же прекрасно понимаете, что касательно Изначального мира мы ни в чем не можем быть уверены.

«Ты прав, я действительно немного... встревожен. – Суран опустился в кресло. – Кроме того, в этом случае я выпаду из ситуации на сутки как минимум».

– Этого, может быть, удастся избежать. Янус – лучший в своем деле. И прогнозы Максимилиана в этот раз весьма точны. Вам НЕОБХОДИМ голос. И как можно быстрее. И дело не только в магии.

«Да, – согласился император. – Ты прав. Но я хотел бы кое-что сказать Янусу перед самой операцией».

– Как прикажете, мой повелитель, – поклонился Хилар. – Лорд Звезд сообщил, что повелитель Иллюзий проснется через пятнадцать минут, после чего он с ним и переговорит.

«Мне нужно отдать кое-какие распоряжения. Позови Тару».

Первый лорд снова поклонился и вышел, оставив своего повелителя в одиночестве. Тому действительно надо было многое обдумать. Но прогнозы Макса были действительно точны. Если не заняться горлом Сурана сейчас, все может закончиться плохо. Однако лорда Севера также беспокоил второй пункт предсказания астролога. О выпущенной Силе зверя и пласте под пластом. Как это должно трактовать в данной ситуации?

Неужели, если провести операцию, то возможны осложнения? С другой стороны, ясно, что если от нее отказаться, то это закончится еще большей катастрофой.

Император явно принял какое-то решение. И это хорошо. В отличие от многих, он был способен рассматривать все возможные варианты развития событий. Главное, что предстояло преодолеть во всем этом, – это барьер доверия. Как бы там ни казалось со стороны, но именно этого не хватало им всем до сих пор. Сам Хилар с трудом мог сосредоточиться на мыслях об императоре и империи, из-за того что его постоянно подстегивала черная мыслишка: действительно ли из Изначального мира вернулась его Каина? Или под ее внешностью скрывается кто-то очень опасный?

– ...Зверь вырвется, и разгаданный пласт приподнимется, открывая под собою еще один. – Монотонный голос Макса прорывался сквозь мои сны. И я готов был убивать, так как это предсказание я слышал уже, наверное, в десятый раз.

Внезапно в голосе прорезались знакомые насмешливые интонации Звездного лорда:

– Ну, если ты пытаешься забраться под подушку, значит, ты уже проснулся. Твой час закончился примерно пять минут назад. Теряешь хватку? Или мне следует насторожиться – ты ли это вернулся сквозь трещину из Изначального мира?

Я вздохнул и, отбросив подушку, сел на постели. Привычно нахальная морда Звездного лорда маячила прямо передо мною.

– Каждый раз, когда за нами закрывается дверь, возвращается кто-то другой, – наставительно заметил я. – Доброго времени суток, лорд астролог. Не забывайте, что в любом случае вы не должны никому доверять в это лихое время. Особенно тем, кто вернулся из такого неприятного места, как Изначальный мир.

Едва последний звук скатился с моего языка, как я оказался прижат к простыням. Он стал... намного стремительнее. Сапфировые глаза заглянули прямо в душу.

– А вот это мы сейчас проверим, – тихо заметили мне в лицо.

Я чувствовал его дыхание.

– Твоя радужка разлилась по всему белку глаза, – выдавил я из себя. – Какой интересный эффект.

Он фыркнул:

– Ты в своем репертуаре, Яни.

– Не смей меня так называть, – прошипел я, тем не менее почти полностью расслабившись под его весом, – Лиано...

Он ошарашенно ослабил хватку:

– Как ты меня назвал?

– Лиано. Так тебя назвала сирена, которая вытащила меня из пламени Каины.

– Как она выглядела?

– Серебряные волосы. Зеленые глаза. Узкое лицо...

– Кириана... Тебя спасла Кириана...

– Красивое имя...

Я освободился от его рук и без предупреждения со всей силы врезал Максу кулаком под дых.

– Что?! – выдохнул демон, сгибаясь на постели.

– За твои сны, – любезно пояснил я. – Они все время мешали мне насладиться миром сновидений без присутствия там Нидо. Насколько я понимаю, трещину перекрыли?

По глазам Макса я видел, что вопрос о его снах мы пока отложили, но он его запомнил.

– Император наложил заплату, и Рубин закрепил заклинание... Однако сам повелитель был ранен.

– Насколько серьезно?

– Разорвано горло. Тварь, которую притащила за собою Каина.

Я поморщился. Его лаконичность – это хорошо, а вот то, что императора ранила именно та тварь, которую мы с Каиной якобы приручили... вот это уже не очень положительный фактор. Я имел счастье убедиться, насколько Нидо извращен и изобретателен. Можно было бы предположить, что любимец у нас появился неспроста. Но я слишком поддался очарованию воспоминаний и повел себя не как лорд, а скорее как мальчишка, только-только вышедший из своего поместья и дорвавшийся до почти абсолютной свободы, каким я был еще до встречи с Хиларом.

Нехорошо.

– Я так понимаю, исцеление пошло не совсем как предполагалось?

Лорд Звезд склонил голову набок, его глаза почти улыбались.

– Проницательно, как всегда, лорд. Оно, можно сказать, вовсе не состоялось. Наш повелитель ходит сейчас с развороченным горлом. И мои расчеты говорят, что если так продолжится еще сутки, то он может потерять голос.

Я соскользнул с постели:

– Хорошо, что я успел поспать этот час. Нужно приступать немедленно.

– Ты справишься? – тихо спросил голос за спиной. Требовательный голос настоящей сирены.

Я медленно повернулся:

– Я не имею права на ошибку. Тебе ли не знать.

Макс улыбнулся одними губами:

– О да... я склонен поверить, что это все же ты. Но необходимо убедиться окончательно.

Я вздохнул. Выбора не было.

– Только не увлекайся.

Сапфировые глаза сверкнули:

– К сожалению, должен повторить вслед за тобою: сейчас я на это не имею права. Хотя все так удачно складывается. Сначала я собирался тебя наказать за твое поведение, но, так как пришлось потратить время на прогнозы, пришло понимание. Я должен только проверить, насколько ты – это ты.

– Так проверяй, – проворчал я.

Я сам позволил. Я чувствовал, что Максимилиан испытывал острое чувство разочарования. Все получалось совсем не так, как хотелось ему. Серьезность сложившейся ситуации требовала теперь совсем других действий. И он не мог позволить эмоциям прорваться во внешний мир. А я... я слышал, как морские волны бьются о берег и захлестывают одинокую фигуру, стоящую на берегу. Меня.

А его губы, касающиеся моих, были совершенно сухие и теплые.

3

Хилар смотрел на лорда Звезд и сочувствовал ему от всего сердца. Они все устали. А тут еще пришлось составлять прогнозы и проверять лучшего друга. Проверять с помощью силы сирен.

Лорд махнул рукою, словно отталкивал сочувствие:

– Ян уже в операционной. Говорит, что у него все наготове. Император?

– Уже здесь.

Они общались лаконичными фразами. Да и не нужны были слова сейчас. Впереди было дело. Сложное дело.

– Я к Каине, – тихо уронил Максимилиан.

Хилар почувствовал, что затылок стал ледяным. Он крепко сжал кулаки. И промолчал. Только резко кивнул. У каждого своя работа. И сейчас никто лучше полусирены не справится с проверкой вернувшихся из Изначального мира. Благо сирены способны различать фальшь. И общение с сородичами многому научило второго лорда. Сирены всегда стремились к разрушению, больше чем инкубы к созиданию. А именно сиренам были столь близки Изначальные. Их суть и отраву они могли почувствовать на вкус. Именно на вкус. Губами.

Жаль, что сирены пришли намного позже. Их умение пригодилось бы раньше. Еще в самом начале войны. Но поздно сожалеть о том, что не случилось. У них еще много работы, и нет времени на сожаления.

Он взмахом руки открыл вихрь перехода, из которого шагнул император. Очень мрачный император.

Лорд Максимилиан улыбнулся:

– Ваше величество, вы не представляете, насколько приятно мне видеть ваше кислое-прекислое выражение лица. Прямо бальзам на душу.

Суран насупился:

«Тяжелые дни, лорд Максимилиан?»

– Как и положено злобному и нехорошему существу, относящемуся к двум зловредным расам, я испытываю истинное наслаждение, когда кому-то хуже, чем мне любимому, – пояснил лорд Звезд. – Особенно, когда этот кто-то – начальство. А теперь прошу меня простить, мне требуется идти и выполнять свою работу... Целовать гадюку, – печально подытожил он.

Альбинос широко улыбнулся:

«Тогда еще неизвестно, кому из нас хуже, мой дорогой астролог».

– Вот всегда испоганят настроение, – проворчал Макс и шагнул во все еще открытый портал.

Вихрь захлопнулся за его спиной.

«Мне кажется или он наглеет с каждым днем?» – поинтересовался Суран.

Лорд Севера слегка растянул губы, видимо изображая улыбку:

– Будьте снисходительны к нему, мой повелитель. Вчера у Максимилиана погиб друг, и вчера же этот друг воскрес. У него снова есть семья второй половины его крови, а его император ходит с разорванным горлом. И ко всему прочему, лорд вынужден проверять мою довольно агрессивную подругу, демонессу, равную ему по силе... По-моему, достаточно веских поводов для неадекватного поведения.

«А по-моему, он просто пользуется ситуацией». – В мысленном голосе императора явно преобладали ворчливые нотки.

– И это тоже, – не стал возражать Хилар. – Он демон.

«Хорошо. Забудем о лорде Звезд, у него свои дела. Думаю, оттягивать операцию не стоит».

– Согласен, ваше величество. И я рад, что вы не стали брать с собою лорда Рубина.

«Я не настолько ему доверяю, – спокойно заметил Суран. – И не уверен, что доверюсь когда-нибудь. Вкус власти невозможно забыть. И ее всегда мало».

Хилар удержался задать вопрос о самом Суране. Насколько мало власти ему самому.

– Пойдемте, мой повелитель, Янус нас уже ждет.

«Хорошо. Наконец-то я увижу лаборатории лорда Иллюзий. Давно хотел выяснить, как они у него устроены».

– Вам выпал великолепный шанс, ваше величество, – заметил первый лорд, – испытать на себе его таланты целителя.

Алые глаза блеснули бешенством.

«У вас тоже было несколько тяжелых дней, лорд Хилар?»

– Они до сих пор не закончились... – И первый лорд открыл дверь перед своим императором.

– Ваше величество. – Им навстречу поднялся из-за стола лорд Иллюзий.

Суран отметил темные круги вокруг глаз своего четвертого лорда, усталые морщины на лбу и странный отблеск зрачков, которого раньше не было. А в остальном ничто не говорило о том, что этот демон вернулся из столь зловещего места, судя по легендам Темной империи.

«Лорд Янус. Рад вас видеть целым и невредимым».

– Я тоже этому рад, ваше величество. Но лучше мы поторопимся, что-то мне говорит, что зря вы так затянули с операцией.

«Я должен быть в сознании».

Оба лорда одобрительно склонили головы.

«И иметь возможность остановить операцию в любой момент».

Снова два одобрительных кивка.

– Как прикажете, ваше величество, – поклонился лорд Иллюзий. – Вы сами все сделаете?

«Да».

Она лениво повернула голову.

– Так и знала, что ты придешь сейчас. Император уже у Януса?

– Вместе с Хиларом. Ты не предложишь мне сесть и выпить? Или будешь пить в одиночку?

– Не предложу. Ты же у нас нахал и самостоятельная личность. Сам сядешь и сам себе нальешь.

– Я уже говорил, что тебе идет короткая стрижка?

– Нет, не говорил, ты все это время зыркал на меня злобным взглядом, думая, что я убила Яна.

– Ну и отлично. – Он усмехнулся и удобно устроился в кресле напротив. – Тогда я говорю сейчас. Тебе очень идет.

– Спасибо. – Она отсалютовала бокалом.

– Новый наряд? – Астролог одобрительно цокнул языком.

Каина улыбнулась:

– Создала по воспоминанию о том платье, что пришлось таскать в мире Изначальных. Мы с Янусом там славно замаскировались. Видел бы ты его наряд.

– О, опишешь?

– Возможно. – Она отпила из бокала.

– Заинтриговала.

– Еще бы. Так в чем заключается твоя проверка?

Он гадко усмехнулся:

– Тебе не понравится. Хилара всего перекашивало, когда я уходил к тебе.

– Да? – Антрацитово-черные глаза заинтересованно сверкнули. – Все настолько плохо?

– Еще хуже. Ты должна позволить себя поцеловать.

– Тебе?! – Глаза демонессы широко распахнулись.

– Да!

– Ужас какой. А если меня стошнит?

– Не волнуйся, такого с тобою точно не случится.

– Вы очень самоуверенны, лорд Звезд.

Демон пожал плечами:

– Это в нашей крови. В демонической крови. А примесь крови сирен это свойство моей натуры только усиливает.

– Поцелуй, – задумчиво протянула демонесса. – Понимаю, почему Хилар был в ярости.

Ее глаза блеснули озорством:

– А как Ян воспринял твою проверку?

Максимилиан разочарованно покривил губами:

– Очень... по-научному. Практично, я бы сказал.

Каина рассмеялась:

– Это так похоже на Януса. В Изначальном мире он прямо горел энтузиазмом в жажде препарировать и разобрать на кусочки любой встреченный нами предмет или создание. Однако он на время сбросил маску зануды. Все было прямо как в старые добрые времена. Ты не представляешь, как я развлеклась, наблюдая за тобою и нашими придворными, когда вы все рассуждали о том, способен ли лорд Иллюзий вообще держать оружие в руках... Так и хотелось воспроизвести пару моментов из нашего общего прошлого. Я до сих пор вспоминаю, как один шустрый барон умудрился атаковать передвижную лабораторию Януса. Тот как раз занимался какой-то важной операцией. Барону он перерезал горло скальпелем, даже не обернувшись. И продолжил работать.

– Да, я сам удивляюсь, каким слепым был, – задумчиво ответил астролог. – Он не выглядел опасным, как Хилар. Но я поддался, как и многие, желанию видеть только то, что показывают. А ведь рядом живым примером была ты, про которую те же самые собутыльники твердили, что любимая ученица первого лорда получила титул исключительно через его постель. Я смеялся про себя, слушая их. Даже не замечая, что сам выглядел точно так же, как они буквально пару минут назад при обсуждении лорда Иллюзий.

– Да уж, – хихикнула демонесса. – Представляю их рожи, когда мы с Яном разделали кринитов на том показательном поединке.

– Это был показательный бой не только для кринитов, но и для наших. Удар по двум армиям.

– Тьма Изначальная, – вздохнула леди Огня и Ветра. – Как давно это все было. Кажется, прошла целая вечность.

– Да. – Максимилиан медленно обошел столик и сел на ручку кресла, в котором уютно устроилась коллега.

Демонесса вздохнула и поставила свой бокал на матовую поверхность стола. Подняла глаза на лорда Звезд. Антрацитовый взгляд был пронзительным.

– Сын сирены должен уметь целоваться. Всегда было интересно... – тихо проговорила она.

– Тсс, – он наклонился вперед. – Не забывай, сирены – это не миленькие безвольные русалочки, которые бездумно плещутся в твоих купальнях. Не надейся даже...

Каина улыбнулась, но эта улыбка так и не коснулась глаз.

– Если отрастишь хвост, я все же рискну проверить, чем вы отличаетесь.

– Язва. – Максимилиан запустил пальцы в ее короткие пряди. Волосы были очень мягкими, шелковистыми на ощупь.

Они коснулись кончиками носов, и, наконец, губы коснулись губ.

Каина погружалась в теплый, искрящийся огнями вихрь. Она точно помнила, что не закрывала глаза, однако теперь она не видела ничего, кроме сверкающих искр, как от рассыпающего угли костра в ночи. Было очень уютно. И впервые за все эти годы напряжения демонесса почувствовала, что она в безопасности. Такого она не испытывала даже в объятиях Хилара. Они оба все еще учились друг другу доверять. И первый лорд никогда не применял на ней магию инкубов. Теперь Каина понимала почему, плавясь под прикосновениями лорда Звезд.

А потом костер начал отдаляться, и она постепенно снова смогла ощущать привычную обстановку. Один за другим ментальные щиты вставали на место, возвращая ее в реальный мир.

Полусирена снова сидел в своем кресле напротив и молча ждал, разглядывая ее темно-сапфировыми глазами, на дне которых плавали звезды. Она почти видела целые созвездия.

– И? – Молчание стало невыносимым, и Каина решилась выдавить из себя этот единственный вопрос. Ее совсем не удивил собственный, чуть подрагивающий голос. Теперь она понимала, насколько на самом деле опасен лорд Звезд. Она и раньше не недооценивала его, но теперь осознала, что все же не до конца понимала настоящее положение дел.

– Ты не Изначальная. Их пыль осела на тебе, но и только. Это не страшно. Пыль всегда можно стряхнуть.

– Спасибо и на этом, – вздохнула Каина и взяла бокал с остатками вина. Пальцы ощутимо дрожали. Она отпила глоток и не почувствовала вкуса.

– Поэтому... – Демонесса запнулась на мгновение. – Поэтому все твои любовники и любовницы полностью от тебя зависят?

Астролог пожал плечами:

– Я обычно не пользуюсь своей врожденною силою. Но иногда я себя не контролирую. Тогда получается интересный эффект.

– Ты набрался умных выражений от Яна, – усмехнулась леди, чувствуя, что приходит в себя.

– С кем поведешься. – Ответная улыбка была печальной. – У него настоящий иммунитет. Не подскажешь, где он его получил? Это, конечно, не помешало проверке, однако ваши реакции все же различаются. Твоя более... – он замялся, подбирая слово, – нормальная.

Демонесса пожала плечами:

– Янус – результат эксперимента своей матери. Я не знаю, что она намешала в его кровь и гены за время вынашивания и в первые годы его детства. Она пыталась восстановить многие утерянные за тысячелетия демонические качества. Я могу предположить, что Ян – идеальный демон. Такой, о которых рассказывают детишкам на ночь, чтобы у них была цель в жизни. Во всяком случае, я думаю, он наиболее близок к этому понятию.

– Его мать не боялась, что, узнав о факте вмешательства в генетическую основу, его могут затравить и вообще причислить к бесам? – тихо поинтересовался Максимилиан.

Каина покачала головой:

– Императрица лично курировала этот эксперимент. Так же как и мое появление в этой семье.

– Понятно. Янус неслучайно попал в Четверку...

– Как и каждый из нас. Его эксперименты с бесами – всего лишь верхушка айсберга.

– К чему же готовилась императрица? – задумчиво произнес астролог.

– Спроси у императора, – тихо посоветовала демонесса. – Но не рассчитывай на ответ. Хилар до сих пор не посвятил меня в историю той странной смерти императрицы. Однако все знают, что в последние годы правления она стала совершенно безумной. Именно поэтому я по совету матери Януса покинула их родовой замок и занялась своими личными делами, дожидаясь развязки событий, так как в последние годы императрица начала слишком часто интересоваться моей персоной. Она бы нашла меня в любом случае, но, на мое счастье, наш нынешний повелитель опередил ее. За это я ему благодарна особо. Никто не знает, к чему сводились истинные планы Юрии.

– Ну теперь-то некоторые из ее планов нам известны, – тихо ответил Максимилиан. – Думаю, она наблюдала за многими молодыми демонами. И каждый из нас был ее личным экспериментом.

– Наверное. Я считаю, что императору обязательно надо разыскать ее архивы. Подозреваю, что мы там нашли бы много интересного.

– Разумно. Но я так понимаю, что решение по данному вопросу – прерогатива повелителя. Я научился ему доверять, – увидев скепсис на лице Каины, уточнил астролог. – В некоторых моментах.

Демонесса покрутила в руках опустевший бокал, и лорд Звезд молча поднял бутылку. У них было время для разговора, поскольку им предстояло ждать вызова от императора. И как долго продлится это ожидание, ни он, ни она не знали. Но лордам было не привыкать.

Каина вглядывалась в слабые искры созвездий на дне глаз второго лорда и думала, что это ожидание будет не таким тяжелым, как обычно.

– Скажи-ка, Макс, – задумчиво поинтересовалась она. – А до того как тебя столь серьезно зацепил Ян, кто-то смог добраться до твоего сердца?

Звездный лорд устроился поудобнее и ответил довольно вяло:

– Ну если тебе интересно... Ее звали Навья. И это длинная история.

– Подозреваю, что ты успеешь ее рассказать. – Демонесса приготовилась внимательно слушать. Когда еще они дойдут до таких вот откровений.

Максимилиан сам виноват. Магия сирен – это обоюдоострое оружие. И даже если уметь им пользоваться, нельзя забывать об отдаче. Им обоим стоило вместе подождать в этой комнате не только потому, что ничего другого не оставалось. Стоило дождаться времени, когда Каина перестанет видеть звезды в живых сапфирах, смотрящих на нее.

4

Наверное, у меня еще никогда в жизни не было столь сложной операции. Я сращивал-сращивал края раны, осторожно минуя нити исцеляющего заклинания, наложенного Хиларом и Рубином. Мало того, приходилось проверять каждую каплю крови, вылавливая инородные молекулы, которые пытались затесаться среди родных этой крови и телу.

– Пласт под пластом, – пробормотал я, перемещая очередную опасную крошку в специально приготовленный энергетический кокон.

– Что? – заинтересовался Хилар. Ему явно не нравилось находиться в таком напряжении. Да и тишина угнетала.

Я не отрывался от работы. Разговор помогал сосредоточиться:

– Нам есть чему поучиться у смертных. Только человек мог додуматься до такого количества запасных планов, если основной не сработает. А Нидо все же человек, пусть и бывший. Его логика построена на извращенных понятиях. Но решение проблем очень изящное. План с Горгоной и расколом в империи. Создание базы на основе империи Крин. Он умудрился просчитать такие факты, как наше с Каиной попадание в Изначальный мир. Тварь слишком четко знала свою основную цель. И Нидо прекрасно сознавал, что тварь не сможет убить, но вот заразить...

– Думаешь, это не последний пласт, который мы обнаружим?

– Вопрос в том, сможем ли мы отловить ВСЕ пласты, – проворчал я. – Если тварь преуспеет... Сам подумай. Все выстраивается в единую цепочку. Мы, как любой в империи, знаем, что императорская линия – это особый вид. Настоящий шедевр, если лезть в научные и генетические дебри. Когда приходит время смены императора, только тогда возможно продолжение рода. Все факторы, включая возможные случайности, внесены в этот генетический код. Однако в полную силу наследник входит после своего пятидесятилетия. Обычно же минует достаточно много времени, прежде чем происходит смена повелителя. Я подозреваю, что Нидо вмешался в этот процесс намного раньше, чем мы предполагали. Все произошло тогда, когда вместо одного наследника были рождены близнецы: будущая императрица Юрия и Рубин.

– Но как он смог такое провернуть? – Я не видел, но чувствовал, как хмурится Хилар.

– Как ты мог заметить, у Нидо разные способы воздействия на внешний мир. Несмотря на заключение в сфере Изначального мира, он все равно продолжает влиять на события в нашем через своих агентов и... сновидения. Далее ситуация усложнилась. Расширив щель, он смог воздействовать на близнецов... Я бы особо приглядывал за Рубином. Мой анализ, который я продолжал проводить все это время, позволяет предполагать, что Нидо действовал очень осторожно и воздействие началось еще с рождения этих двоих. Таким образом, воздействие продолжалось на протяжении нескольких столетий. И никто ничего не заметил.

«Интересная теория, лорд Янус. – Император явно заинтересовался. – Продолжайте».

– Как прикажете, ваше величество. Думаю, что Нидо несколько недооценил императорскую семью и ваше появление на свет оказалось для него преждевременным. Ему нужна была захватническая война со стороны именно Крина. Да и ваша мать все же была твердым орешком, хотя и поддавалась его воздействию. Не зря Горгона все же ушла в Крин, а не осталась поближе к трещине, чтобы влиять на императрицу. Скорее всего, императрица стала приводить в действие свой собственный план. Она не хотела свободы Первому Изначальному демону, но очень хотела получить силу Изначального мира. Поэтому она начала и поддержала серию экспериментов в империи, некоторые из них образовались спонтанно, а некоторые и преднамеренно. Восстания на приграничье тоже выглядят в общей картине весьма логично, императрице легче было воздействовать на центральных лордов угрозой приграничья. И соответственно отвлекать их от собственных намерений.

«Какой же истинный план был у моей матери, лорд Янус?» Мой повелитель был искренне заинтересован.

Я закончил сращивать сухожилие и перешел к артерии.

– Я еще не закончил анализ, но подозреваю, что все ее планы должны были привести к уничтожению Нидо и открытию Изначального мира. Но одержимость есть одержимость. Она помогает достигать цели и одновременно мешает. Думаю, именно на это рассчитывал Первый. Но он не ожидал, что решением проблемы станет рождение нового отпрыска. Я подозреваю, что он просто-напросто упустил из вида, что та система, которая помогла ему убрать сильного императора и поставить на его место двух враждующих близнецов, может действовать против него.

«Да, моя мать тоже не ждала моего появления столь быстро. И ее одержимость после моего рождения стала заметна всем. Но мне интересно, что еще вы предположили, лорд Янус».

Я с облегчением наблюдал, как чисто срастаются края раны. Самое сложное оказалось позади. Но все же следовало быть осторожным. Зараза все еще оставалась в ране.

– Как я уже говорил, Нидо накладывал план на план, выстраивая целые пласты, которые скрывали под собою некие запасные действия. И он не мог оставить ситуацию без последствий. Чтобы вырваться и не столкнуться с сильной императорской властью, ему требовалось или подчинить себе нынешнего императора, или уничтожить его. С самого начала он не проследил за вами и по какой-то причине не смог влиять на вас с детства. Возможно, много сил уходило на воздействие на кринитов.

– Но как он смог подсунуть Каине тварь? – подал голос Хилар.

– Здесь мы с нею прокололись, – вмешался в разговор я. – Его величество предупреждал о лимите в три часа для пребывания в Изначальном мире. И тварь появилась у нас именно по истечении этих часов. Нам надо было сразу убить ее, однако я слишком увлекся изучением и забыл об осторожности. А Каина всегда любила интересных зверушек.

«Значит, я могу быть уничтожен своею собственною силою, если окажусь заражен?»

Я вздохнул, вынужденный признаться:

– Не знаю. Подобного прецедента еще не было. Наверное, Нидо все же рассчитывал, что тварь сумеет перегрызть вам горло. И он будет избавлен от проблемы.

«Сложные планы».

– Даже чересчур, – согласился я. – Похоже, именно поэтому он в проигрыше.

– Пока нет, – подал голос Северный лорд за моей спиной. – О победе над этим созданием можно говорить только тогда, когда оно будет полностью уничтожено.

– Вы правы, лорд Хилар, – согласился я. – А теперь простите, мне требуется немного тишины – я должен провести последнюю проверку, перед тем как окончательно срастить рану.

«Отлично. Работайте, лорд Янус».

Разговор действительно мешал. Нельзя было ошибиться!

Пусть Максимилиан и подтвердил, что со мною все в порядке, однако что-то подсказывало мне: не так-то все просто.

К тому же нам нужен был вменяемый император. Что-то меня не прельщала мысль взвалить на нашу Четверку всю Темную империю. Этак я очень редко смогу выбираться в лаборатории.

Что ж... я мог быть доволен проделанной работой. Рана полностью очищена от заразы. На это указывала и начавшая действовать исцеляющая магия Хилара. Императору не придется беспокоиться о своем горле. Не останется ни следа. Главное, что мы запомним этот урок надолго. Вряд ли еще кто-то сможет добраться до горла нашего императора. Суран силен, и его Сила нужна нам, равно как и империи.

Я завершил восстановление кожи и отошел от операционного стола.

– Все. Спасибо, ваше величество, у меня редко бывают такие покладистые пациенты.

Суран медленно сел и кончиками пальцев коснулся горла.

– Может некоторое время чесаться, – предупредил я. – И пару часов я все же не рекомендовал бы разговаривать. А потом денек поосторожничать с продолжительностью разговоров и громкостью голоса. Команды и приказы ваши офицеры вполне смогут передавать своим подчиненным. «Хорошая работа, лорд Янус».

– Что ты собираешься делать с этим? – Первый лорд кивнул в сторону энергетического кокона, который налился темной субстанцией.

– Надо изучить его подробно, – устало ответил я. – Но не сейчас. Это терпит. У нас довольно много дел.

Наш император мягко соскочил на пол:

«Я могу одеться и снять с головы этот дурацкий чепчик?»

– Конечно, ваше величество. – Я едва сдержал улыбку.

Суран смотрел в усталые глаза своего лорда и чувствовал удовлетворение. Операция подтвердила результаты проверки астролога. Янус не только отлично выполнил свою работу, но в глубине его глаз явно светилось удовольствие от проделанной работы. И все же альбинос ни на минуту не сомневался, что поступил правильно, полностью контролируя операцию и отказавшись от любого обезболивающего. Он должен был понимать, что с ним делают.

И похоже, это помогло ему завоевать еще один кусочек уважения своих лордов.

«Вы выглядите усталым, лорд Янус. Но боюсь, я не могу позволить вам отдохнуть больше часа».

– Этого мне хватит. – Лорд Иллюзий поклонился. – Спасибо, ваше величество. Куда я должен явиться к вам?

«Через час в зал совещаний. Надо подвести кое-какие итоги».

Император стянул с головы белую ткань и жестом поблагодарил Хилара, который подал ему рубашку.

«Выход из ваших лабораторий нам кто-нибудь покажет? Если я верно понимаю, открыть портал сюда или отсюда не получится?»

– Вы абсолютно правы. Самар покажет вам выход, – отозвался демон.

– Насколько сильна здесь защита? – полюбопытствовал Суран.

Ему ответил первый лорд:

– Я не смог ее пройти.

– Вот как... – протянул император. – Лорд Янус, перед тем как пойти отдыхать, распорядитесь, чтобы установили защиту на зал совещаний и тронный зал в императорском дворце.

– Слушаюсь, ваше величество, – с улыбкой поклонился демон. – Я немедленно этим займусь. Рад снова вернуться в действующие ряды армии вашего величества.

– Я тоже этому рад. И еще, я обдумаю ваш анализ ситуации как следует. Очень уж он подходит под предсказание лорда Максимилиана. Кстати, – император оглянулся на Хилара, – нам еще нужно узнать, что там с проверкой леди Каины.

Лорд Иллюзий открыл дверь в операционную и выглянул в коридор:

– Самар.

– Да, мой господин, – отозвался бес, появляясь в дверном проеме.

– Проводишь его императорское величество и его светлость из лабораторий. И обеспечишь эскорт до самого дворца. Отвечаешь головой.

Бес поклонился.

– Еще мне нужен Расия.

Самар с удивлением снова поклонился:

– Он будет у вас через три минуты, – и исчез в коридоре.

«Расия? Еще один интересный бес из вашей коллекции?» – полюбопытствовал император.

– Да, ваше величество. Он один из пятерки тех демонов, которых создал мой отец, из того же питомника, что Самар и Тамир. И именно он занимается установкой защиты в моих владениях. Он их разрабатывает. Каждые полгода он обновляет мои защиты, и я весьма доволен его работой. Однако это не основная его специальность. Поэтому Расию не заподозрят в том, что он что-то делает вне своей сферы деятельности. О том, что у вас новая защита, будут знать только четверо, включая его. А если вы просветите Максимилиана и Каину – шестеро.

«Думаю, не стоит, – задумчиво отозвался альбинос. – Четверо уже много. Так кто же такой этот бес?»

Синие глаза блеснули весельем:

– Как ваше величество смотрит на то, чтобы в вашем гареме появился новый бес? Очень привлекательный.

– Мой господин? Вы собрались меня подарить? – мелодичный голос вмешался в беседу. – Императору? Я поражен и восхищен.

Демоны обернулись. В дверях стояло грациозное создание. Свободные шелковые одежды яркой золотистой расцветки свидетельствовали, что бес появился здесь прямо из гаремных покоев. Темные волосы с бронзовым отливом зачесаны назад и заколоты золотыми заколками. Томные золотистые глаза. Однако Суран чувствовал: где-то в бездонной глубине этого взгляда прячутся острые лезвия кинжалов.

– Прости, дорогой, – улыбнулся лорд Янус. – На самом деле только одолжить. На время. У тебя два задания. Установить защиту в указанных местах и заодно проверить гарем императора. Нам это не помешает.

– О, – протянул бес. – Прекрасные девы императорского гарема... Я наслышан о них.

«Каков нахал», – весело подумал император.

– Расия – разведчик определенного класса. И пока на его счету лишь два провала, да и те он переиграл в свою пользу, – пояснил лорд Иллюзий. – Он отлично знает специфику гаремов и за рамки дозволенного не выйдет. Однако, как показывает и его, и мой опыт, часто гарем – это нечто большее, чем наше представление о нем.

– Интересная мысль, – задумчиво отозвался Суран и взглянул на беса. – Хорошо. Я согласен. Надо свести его с Тарой. Они должны сработаться. И я так понимаю, ему все равно нужен будет посредник, сам он не сможет докладываться непосредственно мне.

– Это хорошая мысль, ваше величество, – признал демон. – Я проведу предварительный инструктаж.

«Несмотря на мое безграничное доверие к вам, мой дорогой лорд, – в посыле явно угадывалась насмешка, – я хотел бы, чтобы при этом инструктаже присутствовал лорд Хилар. И я сам».

Янус светло улыбнулся:

– Вы не разочаровываете меня, ваше величество. Вы желаете сделать это сейчас?

«Конечно».

– Расия, – лорд Иллюзий обернулся к бесу, – закрой дверь и поставь защиту. Самар немного подождет.

– Да, мой господин. – Широкая улыбка осветила лицо беса. – Старине Самару полезно побеситься под дверью.

– Ваша неприязнь друг к другу меня когда-нибудь доконает, – вздохнул его повелитель.

– Что вы, мой господин, – возразил Расия, закрывая дверь. – Это не неприязнь – это настоящая страсть. Только Самар этого никак не поймет. Иначе бы давным-давно оказался в моих жарких объятиях...

– И разболтал бы все свои секреты, чего ты и добиваешься. И он прекрасно это понимает, – закончил за него демон.

«Максимилиан знаком с этим чудом?» – осведомился император.

– Нет. Они бы спелись, и я бы лишился лучшего разведчика.

Хилар только хмыкнул, а император покачал головой.

«Что ж... приступим».

5

Каина встрепенулась:

– Я чувствую Хилара.

Лорд Звезд с облегчением вздохнул:

– Они наконец-то покинули лаборатории Януса.

– Странно, повелитель Востока не связался с нами, – с сомнением пробормотала леди. – Они направляются во дворец.

– Думаю, нам стоит поторопиться. – Максимилиан тоже поднялся из кресла и на мгновение замер, посылая сигнал Янусу. Но тот оставался недоступным. – Хм, Ян остался в лабораториях.

– Если Хилар с императором, значит, Янус провел операцию. Наверное, он просто отдыхает, – заметила демонесса.

– И прячется от меня, – проворчал астролог.

– Сомневаюсь, что с тобою он смог бы выспаться, – резонно возразила демонесса. – Вряд ли император дал ему много времени на отдых. Чувствую, нам предстоит работа. И немало. Да и зачисткой Крина кто-то должен будет заняться, раз уж мы потерпели полную и сокрушительную победу.

– Все-то ты перевернешь шиворот-навыворот. – Звездный лорд недовольно смотрел в сторону двери.

– Я демонесса, – назидательно сказала Каина. – И мало того, сам понимаешь, что отдохнуть нам никто не даст. Подозреваю, что в наше отсутствие, пока мы развлекались в Крине, тут зашевелилась вся та шваль, что поутихла сразу после показательного поединка с кринитами. У них было время прийти в себя и придумать кучу прожектов, в которые мы не вписываемся. Большая часть империи даже не подозревает, что происходило во время этой войны и что творилось под их ногами еще сутки назад. Даже те, кто был допущен к сражению у трещины, и половины не поняли. Для них все это война с кринитами. Представляешь, каким шоком было для многих, когда императору на помощь в войне пришли инкубы? А самое смешное хочешь узнать? Сирен не опознали. Их приняли за тех же инкубов. Так что у нас все еще туз в рукаве.

Максимилиан взмахом руки открыл вихрь портала:

– Дорогая, эта, как ты выразилась невежливо, шваль, до сих пор не в курсе, СКОЛЬКО у нас этих тузов в рукавах.

Она улыбнулась:

– Да, я и не подумала.

– Прошу, дамы вперед.

– Ага, принять на себя первый удар?

– А то как же, не мне же первому падать в объятия Хилара, – невозмутимо произнес астролог. И более задумчиво добавил: – Хотя можно, конечно.

– Эй, поаккуратнее. – Черные глаза сверкнули, и леди ступила в портал. – Я ведь ревнивая особа. И у меня как раз в коллекции русалок не хватает одной полусирены.

– Сплошные угрозы, – посетовал Звездный лорд ей в спину, шагая следом. – Вот возьму тогда и тебя соблазню.

– Ну-ну, – задумчиво приветствовал его прохладный голос первого лорда империи. – Интересная мысль. Хотел бы я на это посмотреть.

Хилар уже обнимал свою драгоценную демонессу и с легкой заинтересованностью смотрел на лорда Звезд.

– Вот видишь, – указал Максимилиан Каине, – Хилар меня прекрасно понимает.

Северный лорд поспешил осадить нахала:

– Ты не понял, Макс. Мне интересно, что я тогда смогу сотворить с тобою в ответ на соблазнение Каи. Почему-то подозреваю, что это будет чрезвычайно интересно для меня, но болезненно для тебя.

– Какие же вы зануды, – махнул на них рукой астролог и напоролся на внимательный, заинтересованный взгляд темно-золотых глаз.

– О, а это что за очаровательное создание? – воскликнул он, заинтригованно обходя беса по кругу.

– Лорд Максимилиан, – голос императора, на которого до этого никто не обращал внимания, был тихим, но тем не менее укоризненно твердым, – прежде чем пялиться на мою собственность, предлагаю вам для начала поприветствовать своего повелителя.

– Ваше величество, – голос Хилара был не менее укоризненным, – лорд Янус предупреждал вас, чтобы некоторое время вы молчали.

– Помню. Но мне показалось, что лорд Максимилиан воспримет мое мысленное обращение как внутренний голос и проигнорирует.

Астролог изобразил крайнее смущение:

– Ах, простите, ваше величество, я так привык к вашему присутствию, что мне даже неуютно, когда вас нет рядом. Так это... ваше? – Он указал на все еще стоявшего перед ним беса.

– Да, это подарок одного графа.

– Шустрый демон, – одобрил полусирена. – Поди, поймал вас почти сразу на выходе из лабораторий Януса?

– Я бы сказал, фактически там, – усмехнулся император.

– Но разве он не знает, что вас больше привлекают особи женского пола?

Альбинос пожал плечами:

– В общем-то на самом деле мне все равно. А мальчик оказался действительно интересным, так что я принял подарок.

– Значит, не передарите? – разочарованно протянул демон.

Улыбнулся даже сам предмет обсуждения. Каина же просто зашлась в смехе:

– Бездна тьмы, Макс, ты ничуть не изменился! Выпрашивать императорский подарок! И как только Ян до сих пор держится, не понимаю!

– Это он из упрямства, – вздохнул лорд Запада. – И врожденной вредности.

– Ну врожденная вредность – общедемоническое качество, – успокоила его Каина.

В этот момент в дверях появилась Тара. Бесовка поклонилась:

– Вызывали, ваше величество?

– Да. Тара, поручаю твоей заботе этого беса. Его зовут Расия. Он особый подарок от одного из аристократов. Позаботься о нем как следует.

– Слушаюсь, ваше величество, – поклонилась императорская помощница и взглянула на беса: – Следуй за мной.

Тот почтительно поклонился императору и направился вслед за бесовкой, но уже в дверях остановился и обернулся, послав обворожительную улыбку Звездному лорду. И тут же исчез из виду.

– Н-да, – протянул демон. – Как, говорите, зовут этого графа? Может, он и мне подарит такое же?

– Нет уж. Лорд Максимилиан, у нас есть более насущные вопросы.

– Я почему-то в этом не сомневался, – вздохнул астролог. – Ваше императорское величество?

– Я уже отдал распоряжение, чтобы подготовили зал совещаний. Думаю, нам всем стоит немного перекусить. И я бы послушал результаты проверки леди Каины поподробнее. Мы уже поняли, что все в порядке, но все же.

– Как прикажете, – поклонился Звездный лорд, став серьезным. – Лорд Янус к нам присоединится?

– Минут через сорок. Я дал ему немного времени на передышку. Лорду она необходима.

– Вы правы, ваше величество.

– Я бы еще дождался лорда Рубина, – подал голос первый лорд.

Император согласно повел подбородком:

– Его я тоже уже пригласил. У меня появились кое-какие мысли относительно Крина.

Демоны склонились в легких, уважительных поклонах.

– Что ж... пройдемте в зал совещаний, – подытожил Суран. – Я хотел еще выслушать доклады управляющих моим замком. Думаю, вам стоит присутствовать.

– Да, ваше величество.

– Расия, это было глупо, – заметила Тара.

Бес моргнул:

– О чем вы, грасса?

– Дразнить лорда Звезд.

– О, – улыбнулся тот, – не беспокойтесь, мы наедине вряд ли окажемся. Я исчезну в недрах императорского гарема. И некоторое время меня будут видеть только наложницы да наложники, управляющие с воспитателями, а из внешнего мира – его императорское величество и вы, грасса. Даже мой повелитель не будет иметь возможности со мною связаться.

– Лорд Янус настолько тебе доверяет? – удивилась бесовка.

– Я доказал свою преданность. Кровью доказал. И пусть я не попал, как Тамир, в адъютанты, или как Самар – в его личные помощники в лабораториях, однако я не менее полезен в качестве его лучшего разведчика. В конце концов, меня создавали именно для этой цели – быть разведчиком. И мои силы и способности мало уступают вашим, грасса.

– Верю. Я достаточно общалась с твоим лордом, чтобы понимать, насколько сильны его подчиненные и насколько обманчиво впечатление о некоторых из них.

– Вы мудры, грасса, – улыбнулся Расия. – Однако не надо допускать главной ошибки с нашим лордом.

– Это какой же? – Бесовка остановилась и повернулась, чтобы поймать взгляд беса.

Тот глаз не отвел, наоборот, его взгляд уже не был таким томным, скорее напоминал два холодных озера. Опасных горных озера, в которых тонут солнечные лучи, не достигая дна, где течет тяжелое, расплавленное золото.

– Не влюбляйтесь в него.

– На собственном опыте познал, говоришь, Расия? – Тара постаралась, чтобы ее голос был максимально наполнен ядовитой насмешкой.

– Можно сказать и так, – тихо ответил бес-разведчик, не отводя глаз от ее лица. – Но я уже опоздал с предупреждением, не так ли?

Тара вздрогнула, но тоже не опустила глаз, молча продолжая смотреть на беса.

– Что ж, – вздохнул тот. – Вы все же мудры, грасса. И очень смелы. Если бы вы были гаремной, то у вас еще оставался бы шанс стать к нему поближе, но не больше. Однако вы из боевых. И весьма сильны. Надеюсь, вам достанет силы вынести эту ношу, грасса. Я могу лишь пожелать вам удачи.

– Я надеюсь подняться достаточно высоко, чтобы не остаться в тени, – тихо заметила Тара, не сумев удержаться.

Расия печально улыбнулся:

– Как бы высоко мы ни поднимались, мы все же бесы. А демоны не влюбляются в бесов.

– Если бесы влюбляются в демонов, почему бы и демону не влюбиться в беса?

– Вы смелая. И упрямая, да? – Расия выпрямился. – С вами будет приятно работать, грасса. Интересно, а я смогу конкурировать с лордом Янусом в ваших глазах?

– Ну, во всяком случае, ты можешь попробовать. Однако не советую это демонстрировать. Ты ведь теперь наложник императора. И взгляд в другую сторону может стоить тебе жизни.

– Такая уж у меня работа, – усмехнулся Расия. И его глаза снова заволокла прежняя томная вуаль.

– Идем. – Тара развернулась, стараясь выкинуть из головы весь разговор. – Для начала я расскажу тебе о гареме повелителя.

– Да, грасса. – Его голос был почти нежным. От этих интонаций бежали мурашки по коже.

Я открыл глаза. Усталости больше не было. Хорошо, что мне дали этот час. Я не только передохнул и восстановил силы, но и успел немного привести в порядок мысли. Послать Расию в императорский гарем – мысль родилась спонтанно, по наитию, однако это было правильное решение. Сколько битв я выиграл, получив информацию от Расии? Достаточно, чтобы теперь послать его в самое пекло.

Все эти разработки по вторжениям в близлежащие страны – это было для отвлечения внимания и давало время подготовиться к внутренней войне. Суран явно решил вплотную заняться собственной империей. Прольется много крови. Крин несколько спутал карты. Но Изначальные с их заразой – слишком серьезная проблема. Здесь можно было пожертвовать и империей ради предотвращения возможного проникновения в наш мир их божества. Крин еще попортит нам немало крови, однако теперь он мог стать отправной точкой для наших действий, а также некой запасной базой на случай неудачи.

Я моргнул; кажется, я действительно достаточно пришел в себя, раз начал обдумывать подобные проблемы. Пора подниматься. Впереди много работы. У меня оставалось еще двадцать минут, до того как я должен явиться в зал совещаний императорского замка. Что ж... их вполне можно потратить на некоторые личные дела.

Я послал зов, и к тому времени как закончил приводить себя в порядок, в дверь постучали.

– Войди, Тамир.

Мой адъютант скользнул в комнату и поклонился. В руках он держал достаточно пухлую папку. Я одобрительно кивнул. Молодец, он, видимо, готовил информацию с того момента, как я вызвал Самара к себе в лабораторию для операции над Риком.

– Докладывай.

– Что вас интересует для начала, мой господин? – поинтересовался бес.

– Очень кратко о состоянии замка и моих подопечных, более подробно о состоянии земель и ситуации в целом, и общие положения об империи, с остановками на тех моментах, которые ты считаешь наиболее важными в своем отчете. У тебя пятнадцать минут.

– Слушаюсь, мой господин.

Я сел в кресло и полностью сосредоточился на докладе.

Тамир очень неплохо справлялся со своими обязанностями.

Я задумчиво анализировал его отчет, и параллельно у меня возникла одна мысль. Едва последний звук слетел с его губ и бес замер в ожидании комментариев, я задумчиво поинтересовался:

– Тамир, ты бы согласился стать демоном?

Чуть раскосые глаза моего адъютанта расширились.

– Разве это возможно, мой господин?

– Вполне. Просто немного подправить твой генетический код.

– Мой господин, – бес внезапно опустился на одно колено, – позволено ли мне будет сказать?

– Говори, – заинтересовался я.

– Не распространяйтесь об этом. Даже императору.

Я прищурился:

– Тамир?

Он вскинул на меня полные отчаяния глаза:

– Вас убьют за такое, мой господин!

6

Тамир смотрел на своего повелителя и чувствовал, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Это невозможно! Но если лорд Иллюзий говорил таким тоном, то не приходилось сомневаться. Сделать из беса демона действительно просто. Для него, во всяком случае.

Бес смотрел снизу вверх, как встает повелитель. Глаза его были непроницаемы, но выражение лица задумчиво.

– Не волнуйся, Тамир. Просто я хотел бы объяснить тебе кое-что. Мир Изначальных открыл мне несколько очень важных секретов. И об этих секретах я постарался не распространяться даже при Каине. Империя на грани краха, и, чтобы она выжила, придется изрядно потрудиться. Я пока не знаю, что задумал наш император, но знаю одно: мне нужен помощник, который сможет удержать мои владения железной рукой. То, что моя мать выносила меня и я зачат из семени своего отца, ничего не значит – я на самом деле весьма удачный эксперимент по модификации генов. Если ты согласишься, то бесу Тамиру придется умереть. На его месте появится мой сын – наследник. И это будет действительно так. Ты будешь созданием моих рук с основой от моих отца и матери.

Тамир смотрел на своего повелителя. Слова доходили до него словно сквозь глухую стену воды.

– Это сумасшествие, – прошептал он.

– Не спорю, – отозвался демон. – У тебя сутки на размышление. Откажешься, я просто сотру твою память. И ты останешься моим адъютантом. Очень одаренным бесом, но все же бесом Тамиром.

Он взмахом руки открыл портал перехода:

– Тебе придется думать здесь. Выйти из комнаты ты не сможешь.

И бес остался в одиночестве.

Медленно, очень медленно он согнул и вторую ногу, фактически сев на колени. Бездумно смотрел на бумаги, которые выпали из папки и белыми прямоугольниками лежали на ковре.

Почему-то в голову пришла мысль, что ему никогда не разгадать своего повелителя, как бы он ни пытался. Когда лорду Янусу пришла эта дикая мысль в голову? Тамир подозревал, что давным-давно, но возможность ее воплощения он нашел недавно. В этом проклятом Изначальном мире.

Стать демоном... Мечта любого беса. Неосуществимая мечта. Или теперь уже осуществимая?..

Тамир медленно выдохнул. Что делает господин, когда надо принять важное решение, но до этого нужно привести в порядок все свои мысли? Правильно – танцует. Что ж, Тамир знал всего один танец, которому его обучил демон. Почему бы и нет. Вальс вполне должен для этого подойти. Только надо немного пространства. Бес тряхнул головой и огляделся. Спальня лорда Януса достаточно просторная. Он заставил себя подняться, колени ощутимо дрожали. «Страшно, бес?» Внутренний голос поразительно напоминал шепот лорда Януса. И как всегда перед своим лордом, Тамир честно признался: «Страшно. До безумия».

«Так танцуй, бес. Танец изгонит страх. А ритм освободит от лишних эмоций. Помни, бес, вальс – чувственный танец, но он же требует ясной головы и четкого понимания движений. Считай, бес. И... танцуй...»

«Слушаюсь, господин. – Глубокий вздох полной грудью и первый шаг. – И раз, два, три...»

Танец беса начался.

«Лорд Янус, рад видеть вас свежим и отдохнувшим». Меня приветствовал сам император.

– Спасибо, ваше величество. – Я поклонился и сел на свободное место за столом. Все остальные уже были здесь.

Максимилиан взмахом руки поприветствовал меня и послал мысль:

«У тебя в глазах такой знакомый безумный блеск... Новый эксперимент?»

«Возможно», – кратко отозвался я и вежливо кивнул Хилару и Каине. Последняя, судя по всему, прошла проверку Макса. Жаль, я этого цирка не увидел.

– Трудоголик ты, Яни.

– Я и не спорю.

Вихрь портала, и в зале появился лорд Рубин.

– Добрый день, господа. – Он слегка поклонился. Выглядел бывший император Крина очень хорошо. Видимо, тоже успел восстановиться после той потери энергии, когда лечил Сурана.

– Похоже, я последний.

«Да, – отозвался наш император. – Садитесь, дядя. На зал сейчас ложится дополнительная защита, так что сюда уже будет невозможно переместиться переходами».

– Весьма разумная мысль, – сказал старый демон и, с интересом оглядевшись, сел на ближайший стул. Его явно удивила такая система совещаний. Кринит уже привык к своему месту на ступенях около императорских ног. Здесь же иерархия отчасти сгладилась, и он чувствовал себя несколько не в своей тарелке. Дистанция между ним и нами явно была слишком мала, и он чувствовал себя некомфортно.

«Что ж, – Суран удовлетворенно оглядел собравшихся, – раз все в сборе, начнем. Перед каждым из вас лежат доклады моих офицеров. Думаю, после возвращения все вы получили достаточные сведения от собственных информаторов. Война с Крином закончена – зараженное население истреблено, и это более двух третей кринитов».

Рубин ощутимо вздрогнул, он явно не ожидал услышать о столь огромных потерях.

«Таким образом, у Темной империи появились значительные новые территории. Как вы помните, наши планы нарушило присутствие Изначальных в Крине. С этим мы справились, однако основная проблема осталась. На границах явные беспорядки, демонессы отказываются рожать, демоны гибнут от рук более молодых, которые не хотят учиться у стариков; старшие же демоны не верят, что у молодежи что-то получится. Хотя некоторые все же задумались, после того как на трон взошел я. Как видите, проблемы все те же. И главное, согласно анализу лорда Януса, сделанному до войны в Крине, в империи все явственнее проявляются тенденции к мятежу бесов».

Мы молчали. Сказанное было известно нам давно. На время об этом пришлось забыть ради войны с Крином.

Рубин выглядел так, словно его на месте поразило молнией.

«С одной стороны, у нас новые земли и поднявшийся авторитет. Это дает нам определенную фору. Но я не могу находиться одновременно в двух местах. Крину нужен регент».

Над залом повисла тяжелая, мрачная тишина. Она усугублялась тем, что император говорил мысленной речью.

– Вы уверены, ваше величество? – Голос Хилара разрезал эту тишину, словно нож масло.

Мы все сумрачно разглядывали Рубина. Никто из нас не доверял ему, даже после оказанной им поддержки императору. Трещина перекрыта, Горгона мертва – далее Рубину нет смысла сражаться под нашими знаменами.

Император печально улыбнулся:

«Да, Хилар, уверен. И регентом должен быть именно Рубин, вы правильно поняли. Остатки населения должны довериться своему правителю. Нам нельзя упускать такую возможность. Горгона так замечательно все взвалила на себя, что нам почти ничего делать-то и не придется по восстановлению доверия к Рубину. Однако я намереваюсь оставить короткий поводок. – Он в упор взглянул на своего дядю. – И добавить еще одну цепь».

Рубин задумчиво произнес:

– Я уже заметил, что твои планы отличаются некоторым риском, но весьма изящны. Таким образом, ты фактически получаешь на десертной тарелке мою империю и меня в качестве обязанного тебе лица. Вторая «цепь» – это твой контролер?

«Посол, дядя. – Ироничная улыбка скользнула по губам альбиноса, и меня пробрала невольная дрожь. Только не это! – Посол, согласись, звучит несравнимо более... приятно».

Кринит вскинул бровь, и его красные глаза уставились на меня.

«Правильно смотрите, дядя, – усмехнулся Суран. – Лорд Янус лучше всего справится с этой работой. И за вами приглядит, и сумеет отследить остатки зараженных».

Я сдержал зубовный скрежет. Мотивы его величества были верными. Хилар ему нужен здесь, тем более инкубы явно решили, что нежелательно оставаться в стороне. Макс – настоящий клад в плане общения с сиренами. Каина – она и так слишком долго пробыла вдали от Пустыни. Я получался единственный относительно свободный субъект для этой работы. Тем более что я уже был в Крине послом.

«Лорд Янус, вы согласны?»

– У меня нет выхода. Вы все правильно просчитали, ваше величество. Тем более система переходов-порталов позволит мне быть в курсе всех дел империи. Я только хотел бы понять более точно, что означает быть «цепью»? Мне показалось, что вы подразумеваете что-то более глубокое, чем просто контроль за действиями лорда Рубина».

«Да. Вы как всегда проницательны, лорд Янус. Я собираюсь связать вас обоих кровью и магией».

Я вздрогнул, а вот Рубин оказался менее сдержанным, или он все же не настолько привык к рискованным идеям своего племянника, как утверждал. Кринит вскочил и оперся на столешницу обеими руками:

– Ты сошел с ума?!

Вместо императора ответил я:

– Нет, его величество прав и в этом пункте. Я являюсь одним из Великой Четверки, и мои обязанности не могут ждать, к тому же мои лаборатории, эксперименты над ключом и отчеты его величеству... Я не смогу стоять за вашим плечом постоянно. Связь кровью и магией – это хороший план, а главное – быстро.

Такая связь чаще всего применялась, когда связывали ребенка и его телохранителя. При этом с помощью магии создавались столь сильные узы, что телохранитель всегда чувствовал, что происходит с его подопечным, и в случае нужды принимал на себя его боль или... смерть.

– Не слишком ли большой риск? – хмуро поинтересовался со своего края лорд Звезд.

– Большой, – опять отвечал я. – Но в том случае, если связь будет классической.

– А бывает какая-то другая? – удивился он.

Рядом тихо ответила за меня Каина:

– Макс, у кого ты спрашиваешь? Конечно, у Яна есть расклад по всем возможным вариантам этой связи.

– Ты преувеличиваешь, Кай, – парировал я. – Отнюдь не все. Количество вариантов просто невообразимое. Эту связь еще изучать и изучать.

Рубин нахмурился:

– Хотите сказать, что связь не будет привычной?

Я взглянул на него:

– Вы уже когда-нибудь встречались с нею?

– Конечно, как императорский сын, я был под защитой. Я сменил нескольких хранителей. И во всех случаях меня спасала именно связь.

– Я не буду принимать на себя вашу боль и смерть. Полагаю, что стоит оставить такую функцию, как эмоциональное переживание подопечного и некоторые ощущения. Это может помочь отслеживать вас и прийти вовремя на помощь, так как ваша смерть нам совсем не нужна.

«Что мне всегда нравилось в лорде Янусе – это его моментальная реакция. Проникновение в суть и разработка достаточно четкой основы плана. Браво, лорд Янус».

– Благодарю. Однако мне все же хотелось узнать, что я должен точно делать в Крине.

«Инструктаж вы получите чуть позже. Думаю, лорд Рубин не будет против, если в некоторые свои планы я его посвящать не буду».

Кринит усмехнулся и сел:

– Я, конечно, против, но кто меня спрашивает. Я так полагаю – ты планировал это довольно продолжительное время. Я хотел бы знать полную раскладку условий, которые я должен буду выполнять.

«Обязательно, дядя, – отозвался император. – Могу сказать, что у нас все еще есть время. Я даю вам две недели. Это достаточный срок, чтобы насладиться последними глотками полного душевного и эмоционального одиночества».

Спасибо и на этом. Во всяком случае, я смогу спокойно подобрать наиболее подходящий вариант этой связи. Все-таки быть чуть ли не одним целым с Рубином – это отнюдь не предел моих мечтаний.

– Что ж, – подал голос первый лорд, – предлагаю продолжить.

7

– Мне не нравится эта идея. – Макс сидел в кабинете Януса, причем занял кресло хозяина. Тот и не возражал. Повелитель Иллюзий устроился на своем любимом подоконнике и вглядывался в небо. Император распустил их два часа назад, и оба демона чувствовали себя так, словно из них вытянули всю жизненную силу.

– Мне тоже, – медленно откликнулся лорд Иллюзий. – Тем более ты знаешь, как я отношусь к Рубину. От него у меня голова раскалывается. Но ты и сам должен понимать, что это правильный выход из создавшегося положения. Император действует резко, но иначе империи просто не выбраться из той ямы, куда она неуклонно валится последнее время. Нам нужен контролируемый Крин. И мне самому станет спокойнее, если я буду постоянно знать, чем занят Рубин. С того часа когда я последний раз предоставил императору разработки по связи, прошло некоторое время, и я узнал о ней достаточно много интересного, так что постараюсь выбрать наиболее выгодный для меня вариант.

– Твоя уверенность успокаивает, – сказал лорд Звезд. – У тебя нет желания немного выпить?

– Прости, – тихо ответил Янус, оглядываясь. – У меня есть одно незаконченное дело. Я должен завершить его до утра.

– А я только хотел расспросить тебя по поводу твоих рассказов о моих снах.

– Это же твои сны, ты лучше в них разбираешься, – иронично отозвался лорд Иллюзий и перебросил ноги на другую сторону подоконника.

– Эй! Ты что, прямо сейчас уходишь?

– Я же сказал, что меня ждет незавершенное дело, – отозвался лорд Востока и исчез в проеме окна.

Максимилиан только вздохнул:

– Ты не представляешь, как мне тебя не хватало. Я и сам не понимал, пока ты не вернулся, Яни.

Он откинулся в кресле с мыслью, что можно наконец-то передохнуть. Слишком многое случилось в последнее время. А впереди еще больше забот и событий.

Астролог закрыл глаза и позволил себе наконец спокойно уснуть.

Тамир поднял голову, когда в спальне открылся вихрь портала. Его господин вынырнул из него так, словно спрыгнул с какой-то высоты. Демон приземлился и неторопливо выпрямился. Воронка вихря за его спиной захлопнулась, и пронзительно-синие глаза внимательно вгляделись в беса.

Некоторое время оба молчали. Впервые за все годы службы Тамир не вскочил при появлении своего повелителя. Бес все так же сидел на постели в чуть расслабленной позе.

Повелитель сел в кресло напротив. В спальне воцарилась тишина.

– Это ваш окончательный выбор? – Усталый голос Тамира разбил ее на осколки.

– Нет, – помолчав, ответил лорд. – Просто лучшего варианта пока нет, а времени у меня, как оказалось, еще меньше, чем предполагалось.

– Значит, я не идеальный вариант. – Бес словно выдохнул.

– Даже я не был бы идеальным вариантом, – сказал Янус. – Но если ты сделаешь отрицательный выбор, я не изменю своего решения.

– А если у вас появится настоящий наследник? Рожденный от вашей крови и плоти?

– Неужели ты до сих пор так и не понял, что ты тоже будешь рожден из моей плоти и крови? Я не изменю решения.

Этого Тамир и ожидал.

– Я буду помнить свою жизнь и кем я был?

– Иначе ты мне бесполезен.

– Бес, который стал демоном...

Янус даже не улыбнулся:

– Демоны – потомки рабов-бесов.

Глаза Тамира чуть расширились, но уже через мгновение он снова выглядел спокойным.

– Как умрет Тамир?

– Он отдаст жизнь за моего сына.

Бес вздохнул:

– Я согласен.

– Я это понял, – тихо ответил демон.

– Вы придумали мне имя?

– Да. Флейм.

Тамир помолчал и улыбнулся:

– Мне нравится.

– У тебя будет твой личный страж и слуга. Рик.

– Паразит?!

– Я заменил ему тело. Теперь он демон. Его способность поглощать силу убитого врага – большой плюс. Но правды он знать не будет.

– Куда я должен буду исчезнуть?

Лорд Иллюзий вздохнул:

– Изначально я хотел отправить тебя в сновидения, но сейчас считаю, что это слишком опасно. Так что я нашел другой вариант. Некоторое время ты побудешь в одном интересном месте. Там я в детстве нашел Таро.

Бес соскользнул с постели и опустился на одно колено перед демоном:

– Мой господин, я готов.

– Хорошо. – Янус встал. – До утра мы успеем сделать все что требуется. Ты уснешь во время операции. А когда проснешься, будешь уже в новом теле и в новом месте. Там тебя будет ждать тот, кто обо всем осведомлен.

Лорд помолчал и добавил с чувством сожаления:

– Жаль, но тебе придется расстаться со своею шикарною косою.

– Я правильно понял, что на операцию по разделению ключа и Рика вы пошли еще и потому, что хотели увидеть результат?

– Верно, я хотел посмотреть, какими будут отдаленные последствия, но... Его императорское величество не оставил мне времени. Так что я вынужден рискнуть.

– Понимаю, – медленно произнес бес. – Далеко ли вас отправляют?

– В Крин, – кратко отозвался демон. – Я буду приглядывать за лордом Рубином и новыми владениями империи. Пока я буду там, ты получишь все необходимые знания и умения.

– Мне придется полностью измениться не только телом, – задумчиво отозвался Тамир. – Все мои манеры, привычки...

– Ты был создан и воспитан как разведчик высокого класса, Тамир. Ты справишься. Потому что, если ошибешься, долго не проживешь. Ты знаком с этим как бес. Став демоном, ты поймешь данную истину еще яснее.

– Я готов, мой господин.

– Тогда идем. – Лорд Янус взмахом руки открыл портал.

Максимилиан проснулся. Во сне он почувствовал чье-то знакомое присутствие.

– Ян? – Он с удивлением посмотрел на лорда Иллюзий, который сидел на стуле с другой стороны стола. – Что ты делаешь?

Лорд Востока тряхнул рукою и поставил печать на листе бумаги, который заполнял все это время. Только после этого он посмотрел на Макса и улыбнулся:

– Написал завещание.

– Завещание? – Лорд Звезд окончательно проснулся. – С чего бы это?

– Я должен точно знать, что после моей смерти мой сын получит все и никто не посмеет даже пикнуть против него, – безмятежно отозвался его друг. – После того как я едва выбрался из Изначального мира, поневоле начинаешь задумываться о таких вещах.

Но Максимилиан слышал только одну фразу из всего сказанного:

– У тебя есть сын?! Сын?!

– Да, и не стоит так кричать. Здесь нет ничего предосудительного. У многих есть дети.

– Я никогда не слышал, что у тебя сын, – понемногу приходя в себя, заметил астролог.

– А ты и не спрашивал, – усмехнулся Янус. – Но могу тебя утешить, если это поможет: даже Каина не знает, что у меня есть ребенок. Я узнал о его появлении уже после ее ухода.

– А он точно твой?

Лорд Иллюзий укоризненно покачал головой:

– Макс, неужели ты думаешь, что я не проверил? Конечно, мой. И в связи со всеми этими событиями я сегодня ночью отправил за ним Тамира.

– То есть твой самый верный бес не будет прикрывать тебе спину в Крине? – нахмурился брюнет.

– Я могу сам позаботиться о собственной спине, – мягко отозвался повелитель Иллюзий. – Кроме того, я воспитал себе одного очень перспективного адъютанта. Змеевик неплохо справляется с обязанностями. Пора ему познать новые уровни танца.

– Все равно мне это не нравится.

Лорд Иллюзий пожал плечами:

– Макс, не стоит так сильно переживать. Я просто предусмотрителен, вот и все. Я вовсе не собираюсь умирать. Но все же прошу тебя – поддержи моего сына, если что-то все же пойдет не так, как мне хотелось бы.

– Как его зовут? – мрачно поинтересовался лорд Звезд после почти минутного разглядывания исписанного листа бумаги в руках Януса.

– Флейм. Его зовут Флейм. И для своих двенадцати лет он очень умный мальчик. Из него вырастет отличный демон. – В голосе Януса звучали настоящие гордость и... нежность.

Максимилиан покачал головою. Такого он от своего друга точно не ожидал.

– Я тебе уже говорил? Ты самая изощренная из своих иллюзий.

– Говорил, и не раз, – улыбнулся лорд Востока. – Макс, ты первый, кто узнал о моей небольшой тайне. Пусть она еще немного побудет тайной.

Лорд Звезд вздохнул:

– Рад, что ты доверился мне, Яни. Спасибо тебе за это.

Лорд Иллюзий склонил голову, соглашаясь, и именно поэтому астролог не заметил виноватой искры, мелькнувшей на самом дне индиговых глаз.

– Тогда, может, ты согласишься позавтракать со мною?

– Эх, если бы это предложение прозвучало вечером, я бы подумал совсем о другом... но, когда проведешь ночь в одиночестве, в твоем кресле, и ты приглашаешь на завтрак, который приготовил твой повар... я просто не могу отказаться.

Янус покачал головой:

– Вижу, ты не сдаешься.

– Даже не думай об этом, – возмутился повелитель Звезд. – Яни, я еще не начинал атаку по полным правилам сирены.

– О, – протянул демон, – видимо, я должен радоваться, что меня отправляют послом в далекие края.

– Когда я до тебя доберусь, – хищно осклабился полусирена, – ты пожалеешь, что мы упустили столько времени.

– Ты впервые так открыто говоришь о своих намерениях, Лиано.

Максимилиан пожал плечами:

– Я полностью осознал, кем я являюсь. И отмахиваться от своих желаний больше не намерен. Кроме того, – он указал на завещание, которое Янус все еще держал в руках, – ты прав. Мы живем в новые времена, и выжидать, как старики, которые правили до нас, уже не в наших интересах. Или мы стремительно атакуем, или атакуют нас. Рано или поздно твое неуемное любопытство подтолкнет тебя ко мне еще ближе. И ближе. И ближе... И не жди тогда пощады, мой дорогой лорд Иллюзий. Я не буду милосерден. И я рад, что мы живем в это стремительное время.

– Что ж, я принимаю этот вызов, лорд Звезд. А теперь я бы все же спустился к завтраку. Я жутко голоден после всех этих событий и разговоров. А мне надо еще успеть многое сделать перед отъездом. Кроме того, соединять нас кровной связью на голодный желудок я не намерен.

– Я бы тоже не отказался перекусить, – согласился астролог. – Интересно, что там приготовил твой айрод. Кстати, можно я его позаимствую, пока ты будешь в отъезде?

– Конечно нет. – Лорд Иллюзий аккуратно свернул завещание и телепортировал его. – Я забираю Гая с собою. Не собираюсь жрать всякую гадость в императорском дворце Крина. Мне хватило первого посольства. Там уже тогда готовили отвратительно, а теперь я даже боюсь представить себе масштабы катастрофы.

Астролог рассмеялся:

– Верю. Что ж, жаль, я-то рассчитывал вкусно поесть...

– Заведи себе собственного айрода и лопай в свое удовольствие, – капризно отозвался Янус. – А то повадились, нахлебники...

Но тут же сам не выдержал и расхохотался. Так они и отправились завтракать со смехом, за которым скрывали каждый свою тревогу.

И повар Януса не разочаровал друзей. Впрочем, завтрак тоже не смог разогнать тоску в душе Максимилиана и чувство легкой вины у Януса.

8

Я вскочил на своего скакуна и оглянулся. Свита была полностью готова, можно отправляться в путь. Рядом придерживал рвущегося скакуна Рубин.

– Прощаетесь, лорд Янус? – улыбнулся кринит.

– Нет, – покачал я головой. – Уже через неделю вернусь с докладом его величеству. Забыли?

– И все равно, хотя порталы и будут переносить вас каждый раз мгновенно, вашим новым домом отныне становится Крин.

– Временно, – вздохнул я.

Нет, ну почему именно мне досталась эта роль? Похоже, Сурана развлекала возможность потрепать мне нервы. Все знали о моем отношении к бывшему императору Крина. Другое дело, что прежде рядом с ним была Горгона.

Я еще не забыл слова Рубина «если бы ее не было...».

Что называется, из огня да в полымя.

Не Максимилиан, так Рубин. Надо будет срочно подыскать себе любовницу и влюбиться в нее как можно более страстно. Дабы было понятно, что ее устранение очень сильно меня обидит. Вот только вопрос: осталась ли при дворе кринитов хоть одна свободная и подходящая мне демонесса? Ладно, на месте разберемся. Если что, шокировать общественность интрижкой с бесовкой, думаю, не будет большой проблемой. Тем более что весьма интересно понаблюдать, как будет лихорадить помешанных на чистоте крови демонов. У них, скорее всего, это помешательство только возросло за время войны.

– Мне нравится блеск ваших глаз, – усмехнулся Рубин. – Это означает, что меня ожидает не только работа, но и много чего интересного...

– Думаю, много чего интересного будет и без меня. Не забывайте, вас недавно объявляли предателем, и очень многие криниты видели вас во время войны рядом с нашим императором. А уж ваш ошейник... Думаю, скучать нам не придется.

Он улыбнулся почти безмятежной улыбкой:

– А знаете, лорд Янус, я чрезвычайно доволен, что теперь мы связаны с вами кровью.

– Не сомневаюсь, – отозвался я недовольно. – Надеюсь, вы все же не будете баловаться блоками слишком часто.

Он весело сверкнул глазами:

– Кто знает, лорд Янус. Кто знает.

Я только фыркнул.

Император потрогал забинтованное горло. Он не отрывал взгляда от уходящей в глубь огромного портала колонны. Все же Янус – лучший вариант для Крина. Суран надеялся, что его лорд Иллюзий сможет сдержаться и не убьет Рубина. В конце концов, этот демон смог водить за нос целую империю на протяжении нескольких лет. И ни разу не сорвался в такой невзрачной роли.

Альбинос хорошо помнил, как побывал в сознании свого подданного, но все равно не мог избавиться от ощущения, что ему позволили увидеть лишь самое незначительное. Даже эта прогулка не позволила императору понять, что все же творится в голове у лорда Иллюзий.

Но Крину требовался именно такой посол и контролирующий.

– Ваше величество. – Мягкий голос за спиной.

– Твой господин отбывает, – не оборачиваясь, ответил император.

Шуршание шелка, и рядом оказался Расия. Наложник встал так, что его закрывала штора, и поэтому никто не мог увидеть его снаружи. Бес задумчиво смотрел вслед колонне.

– Вы правильно сделали, ваше величество. Он наведет порядок. И приструнит вашего дядю.

У Сурана дрогнул уголок рта.

– У тебя что-то важное?

– Да, мой император. – Все та же мягкость в голосе. – Могу сказать, что я нащупал нить заговора. И заговор очень запутанный. Придется долго тянуть и следить за путаницей. Кто-то очень жаждет взять вас под контроль. И такое ощущение, что это только внешняя сторона дела.

– Пласт под пластом, – вздохнул альбинос.

– Именно, ваше величество.

– Тогда необходимо разгадать все пласты и добраться до самого дна...

Тем временем колонна уже полностью исчезла в портале.

– Для этого я здесь. Мой повелитель, – бес отступил от окна, – мой господин дал мне достаточно четкие указания, вы же знаете.

– Ты совсем не боишься меня. – Император отвернулся от окна.

Бес пожал плечами:

– Я достаточно долго работал в разведке лорда. Холодный, расчетливый страх – это основа моей жизни

– Если ты выживешь и сможешь распутать весь клубок, что бы ты хотел получить в награду? – внезапно спросил Суран.

– Рано говорить о наградах, ваше величество, – отозвался Расия. – Но если такое вдруг случится, я хотел бы, чтобы вы позволили провести вечер в обществе грассы Тары.

– О! Что ж, если она даст согласие на это, вечер твой.

Бес благодарно вздохнул.

– Вам нужен предварительный список подозреваемых?

– А разве там не все демоны империи?

– Это в большом списке, – без улыбки подтвердил Расия. – А я уже составил малый список.

– Вот как... – Император уселся на постель и хлопнул рукою рядом: – Давай свой малый список.

Бес скользнул к своему владыке.

Каина не ходила провожать Януса. Она не считала это слишком уж великим событием. Демонесса отдыхала в купальнях, наблюдая за своими русалками. Их глаза без единого проблеска сознания тешили ей душу и приносили успокоение. Но почему-то демонесса не сомневалась, что скоро ее русалочья коллекция может пополниться. Возможно даже, она начнет собирать не только русалок. Среди демонов столько интересных экземпляров...

– Отдыхаешь? – Только один демон мог проникать в ее святая святых бесшумно и без предупреждения.

– Янус уже отбыл? – лениво осведомилась Каина.

– Да. – Хилар сел рядом с нею. – Кажется, между ним и Максимилианом что-то произошло. Они обменялись такими странными взглядами...

– Я подозреваю, что парни наконец поговорили откровенно, – пожала плечами демонесса. – Давно пора. Максу не нравятся планы Рубина насчет Януса.

– Янусу тоже, – усмехнулся Северный лорд. – Он явно что-то задумал.

– У него всегда несколько запасных вариантов развития событий. – Каина повернулась и взглянула в серебристые глаза. – Но разве ты пришел говорить о Янусе и его проблемах и планах?

– Нет, конечно нет. Нам стоит обсудить наши планы.

– Мне нравится слово «наши». – Демонесса прижалась к Хилару. – Передышка заканчивается?

– К сожалению, да, – отозвался лорд, обнимая любимую. – Но ты же любишь веселиться.

– Люблю, – согласилась она, наблюдая, как нырнул тот, кого когда-то называли лордом Окением. Синие волосы плыли по воде необычными водорослями. Красивое зрелище.

Лорд Максимилиан ушел в портал сразу, как только скакун Януса вместе со своим всадником исчез из вида. Он вышел в своей башне, где кружило над головою звездное небо, несмотря на то что снаружи светило утреннее солнце.

Астролог сел прямо на пол, покрытый пушистым ковром. В этой комнате не было мебели. Он материализовал себе бокал красного вина. Демон не собирался напиваться, но нужно было немного расслабиться. Потому что составление гороскопа на демона, у которого он знает только отца и имя, требует довольно больших усилий.

Макс смаковал вино, постепенно погружаясь в его тонкий аромат. В конце концов повелитель Звезд лег на спину и стал рассматривать небосвод над головой.

– Звезды знают многое, – прошептал он. – Знаете ли вы судьбу юного демона? Судьбу Януса вы так мне и не раскрыли. Она словно покрыта туманным покрывалом. Но это дает мне надежду, не так ли? Куда же он спрятал своего сына?

Звезды подмигивали с вершин вечного купола...

Флейм вдыхал свежий запах летних полевых цветов.

– Это то место, где я буду тренировать тебя, юный демон?

Голубые глаза пронзительно взглянули из-под светлой челки. Необычайно мудрые для такого юного лица глаза; они больше подходили ветерану, чем только приступающему к тренировкам демону.

– Мы начнем сейчас?

– Да, – прогудел огромный дракон. – Тебе предстоит многому научиться. И мы должны успеть до того, как твой отец позовет тебя к себе.

– Здесь время течет иначе, чем в моем мире? – поинтересовался мальчик.

– Да, и твое первое задание – понять принцип действия временного диссонанса между двумя измерениями. – Дракон шевельнул алыми крыльями и улегся на траву. – Разбудишь меня, когда решишь задачу.

Флейм улыбнулся: почему-то его новый наставник напомнил ему старого беса Юсту. Если он так же строг, то задача, поставленная лордом Янусом, будет выполнена.

Дракон закрыл глаза, а демон замер, вглядываясь в нити Силы, которые переплетались над летним полем. Уже через пару минут он скользнул в танце в центр этой паутины, чтобы познать загадку.

Content

Светлана Зимина
Танец демона

История первая Танец иллюзий

1

2

3

4

5

6

7

8

9

История вторая Танец с памятью

1

2

3

4

5

6

7

8

9

История третья Танец с красным

1

2

3

4

5

6

7

8

9

История четвертая Кровавый танец

1

2

3

4

5

6

7

8

9

История пятая Танец с безумием

1

2

3

4

5

6

7

8

9

История шестая Танец с марионетками

1

2

3

4

5

6

7

8

9

История седьмая Исцеляющий танец

1

2

3

4

5

6

7

8