БОРИС МИРОНОВ

ИГО ЖИДОВСКОЕ

Под общей редакцией Миронова В.Л.

ПРЕДИСЛОВИЕ

У истоков серии «Золотая библиотека «ПЕРЕСВЕТ» стоит собрание сочинений Григория Петровича Климова, впервые изданное в этой серии и всколыхнувшее национальное самосознание не только русского народа и народов России. Книги Г.П.Климова поставили в центр внимания думающего читателя главную проблему человечества — борьбу темных сил во главе с сатаной против всего божественного, за духовную гибель всего человечества. Книги этого автора, не предназначенные для развлечения, давно перешагнули свой рубеж миллионного тиража в России. Но суровая действительность потребовала в нашей серии книги и других авторов: Эдуарда Дрюмона «Еврейская Франция», давно изъятую из библиотек Европы, Америки и России; 4–томник Генри Форда под общим названием «Международное иудейство», впервые переведенный на русский язык. Эти книги заставляют национальное самосознание воспрянуть от летаргического сна, в который ввергли всех нас дети дьявола, так названные Христом, растлевающие, разрушающие и убивающие все божественное в человечестве. В этот ряд уже ставшей классикой литературы мы с уверенностью ставим и книгу Бориса Сергеевича Миронова «ИГО ЖИДОВСКОЕ» — ведь книги этой серии действительно — золотой фонд национального самосознания, которого нас многие годы усердно пытаются лишить.

Представлять Б. С. Миронова нашему читателю нет необходимости. Все знают его, как национально мыслящего министра печати, оказавшегося неугодным ельциновской своре грабителей–прихватизаторов. Следует только напомнить, что он является секретарем Сою.за писателей России, председателем Славянского союза журналистов и сопредседателем Национально — Державной партии России.

Перед нами признанный лидер национального движения в России. Его ораторское мастерство отличается глубиной мысли, широтой взгляда и отсутствием многословия и краснобайства. Всем этим отличается и все написанное им. Каждая его работа — глубокий анализ вопроса и четкое определение пути к его решению. Вот и сейчас мы предлагаем нашему читателю новый труд Бориса Сергеевича Миронова, который должен стать настольной книгой любого национально мыслящего человека в России.

Читайте, разумейте и действуйте по совести!

В. Л. Миронов, кандидат филологических наук.

О РУССКОЙ ИДЕОЛОГИИ

Сами ли испугались или кто искусно навязал нам неприятие идеологии, но уже и не пытаемся вовсе говорить о ней, чураясь самого слова, в основе которого лежит понятие идеи. Идеология и есть пропаганда идеи.

Идеология ориентирует общество, сплачивает его на достижение конкретной цели, аккумулирует его волю, его энергию. Не имея идеи, общество не ведает, куда и к чему стремится, и тогда любая партия, любая фракция, любой вождишка, умело и много говорящие, могут легко выдать свои корыстные интересы за общие, завлечь, увлечь, повести за собой общество, так легко сбиваемое с пути без поставленных на нем вешек.

Только имея идеологию, а, значит, и ориентиры, и приоритеты, и шкалу ценностей, нетрудно разобраться, кто что творит — во благо ли, во зло ли нации и государству. А нет тех мерил и твори, что хочешь, черное выдавай за белое, чуждое нации — за ее коренные интересы, болезнь — за здоровье общества и здоровье общества — за болезнь. Словом, твори, что хочешь, и нет ни спроса, ни суда, кто лекарь, где яд — не разобрать.

Прежде спасал Россию от всякой политической заразы коренной инстинкт национального, православного самосознания, да разрушен он за последний век, и потому, как щепку бросает русский народ в мутном море политических страстей, и неисповедимо, к какому берегу может прибить. Легко подхватываемые ором поднаторевших партий и политиков, мчимся невесть куда очертя голову.

Наш народ, среди любимых игрушек которого всегда был Ванька–встанька, в своей необоримости схожий с самим народом, потерял основу — национальный идеал — и теперь уже больше похож не на Ваньку–встаньку, а на Перекати–поле, увлекаемый то коммунистической сказочкой, то демократическим манком, шарахающийся от одного лидера к другому и с нетерпением высматривающий на горизонте нового вождя.

Жить без идеологии, значит жить без идеалов, и тогда легко попасть «вместо кормчего на гребца, вместо врача — на больного, вместо пристани — в пучину».

Суть идеологии проста: вот каковы мы сегодня есть, вот каковыми мы должны стать, если действительно желаем возрождения национальной России.

Не иметь в представлении, в воображении того, к чему стремится общество, целей, которых мы хотим достичь, все равно что трогаться в путь, не имея заранее представления, куда мы хотим прибыть. И, главное, — зачем.

Идеология — прочная нить, канат, связывающий наше настоящее с нашим будущим, путеводная нить национальной политики. В противном случае под влиянием стихийной заразительности массовых движений, под действием подражательности, увлечения, бессознательной гипнотизации или, как говорили прежде, под воздействием «чужой нервности» народ способен сходить со своего коренного национального пути.

Что значит богатая, крепкая в прежней силе и уверенности Россия, о которой мечтаем, — это непременно Россия, сохранившая свои корни, свои традиции, свои национальные особенности, тогда, естественно, возникает потребность в приоритете национального воспитания отрока, способного гордиться своим Отечеством, верить в него и защищать его.

Откуда мы идем и куда мы хотим прийти — вот курс, прокладываемый идеологией.

Понять и объяснить, что это не внешний процесс движения общества, что это в первую очередь внутренний путь нас самих. Вот какие мы есть, вот какими мы должны стать, и если не мы, уже не способные пройти этот путь, то дети и внуки наши. Об их воспитании и становлении мы и должны печься прежде всего остального, если действительно хотим, чтобы нация имела достойное будущее.

Мы видели зло в тоталитарном коммунистическом режиме, считая, и справедливо считая его исчадием наших национальных бед и отечественного несчастья. Ошибка, что мы считали таковое зло единственной причиной. Да, упразднение тоталитарного коммунистического режима могло бы дать возможность России обрести, наконец, достойную ее государственную форму, возобновить осмысленное хозяйство, основанное на частной собственности, возродить свободную русскую культуру. Но хоть и рухнул коммунистический режим, прекратилось вмешательство коммунистического государства во все сферы человеческой жизни, вроде должна бы возродиться национальная, вольная, творческая инициатива, ан нет того, напротив, пока меняются лишь внешние формы, ничего общего не имеющие с возрождением подлинной духовной России, и причина в том, что внешние формы эти не суть державы, все определяют личные качества каждого из нас: Православная вера, совесть и верность своей нации, России. Мы же и шага не делаем к изменению себя, не желаем менять себя в своих привычках, в вере своей, в своей психологии иждивенчества и безответственности.

Мы не желаем понять, что Россия переживает в первую очередь не политический и не экономический кризис, а кризис духовный.

Ведь даже при внешнем приличии, порядке и свободе общественной жизни человек может растить в себе безбожного, бессовестного и бесстыдного предателя, продажного пролазу, трепещущего подхалима — словом, жалкое существо, с которым великого и славного государства не построишь.

Мы оказались жадными в семнадцатом году и попались тогда на крючок жадности, сманенные обещанием получить сразу и землю, и фабрики, и заводы… Это уж потом нас запугали, замордовали, заковали в страх и стали держать в страхе крепче, чем в кандалах. Сегодня нас снова ловят на жадности. Как резво все бросились обогащаться, суетливо сменив «пролетарии всех стран» на «деньги не пахнут».

Униженное и развращенное состояние русской души — вот наше наследство и наша работа. Мы должны осознать эту униженность, признать эту развращенность. Мы же лишь ратуем и уповаем на ожидание законов и указов, запретительных, ограничительных и прочих, но никакой закон, никакой указ не помогут, если будем оставаться жадными, униженными и развращенными.

Нам, русским, надо восстановить в себе живую христианскую совесть, веру в силу добра, верное чутье к злу, чувство чести и способность к верности. Без этого Россию не возродить и величия ее не воссоздать. Без этого Российское государство безвозвратно расползется в хлябь и грязь. Большевизм сделал нас лживыми и трусливыми рабами. Лживого и трусливого раба русский человек должен отыскать в себе, проследить во всех закоулках своей души и извергнуть его так, как подобает человеку свободному, достойному и духовному.

Русская нация обеспечит себе будущее только тогда, когда побеспокоится о воспитании русского духовного характера. Не путать с образованием, или хуже того, с тем, что называем учебой, ибо образование само по себе есть дело памяти, смекалки и практических умений в отрыве от духа, совести, веры и характера. Образование без воспитания не формирует человека, а разнуздывает и портит его, ибо оно дает в его распоряжение жизненно выгодные возможности, технические умения, которыми он — бездуховный, бессовестный, безверный и бесхарактерный — начинает злоупотреблять. Надо признать, что безграмотный, но добросовестный человек есть лучший гражданин, чем бессовестный грамотей, и что формальная образованность вне веры, чести и совести создает не национальную культуру, а разврат пошлой цивилизации.

Мы можем туже затянуть пояса, выложить миллиарды на выпуск так называемой учебной литературы, литературы, по–прежнему определяемой учебной некими экспертами, и, выучив на последние государственные гроши прекрасных инженеров, математиков, экономистов, вырастим более изощренное поколение… грабителей. Без любви к Отечеству, без национального духа они будут с удесятеренной энергией грабить Россию, находя и изобретая более изощренные, чем нынешние, способы обхода государственных законов. Вот почему труды святых отцов, произведения Пушкина, Гоголя, Ильина, Победоносцева, — это те же учебники, более того, без них одни учебники физики и математики не дадут нам ожидаемого эффекта. Свидетельство тому наши дни, когда самые образованные, самые грамотные, но без русского духа, без русского национального сознания граждане России насоздавали структуры, мощно перекачивающие национальные богатства России за рубеж, не смущаясь, что доллар их личной наживы приносит России минимум сотню долларов убытка. Пока же в российских школах по–прежнему часы русского языка, истории и литературы отдаются английскому языку и начальному курсу бизнеса.

России предстоит выработать новую систему национального воспитания, и от верного разрешения этой задачи будет зависеть ее будущий исторический путь.

Мы должны сегодня очнуться сами и увидеть живыми глазами что происходит в России, к какому страшному обрыву ее подталкивают, и вывести из гипноза страха и бездействия русских людей.

Мы должны отучить человека России от узкого и плоского своекорыстия, от того шкурничества и той беспринципной изворотливости, при которых невозможно никакое национальное государственное строительство. Мы должны развенчать насаждаемый сегодня в России примитивный и безоглядный инстинкт личного самосохранения, тот наивный и циничный эгоизм, который так выгоден и эффективен для разрушителей России.

Русский человек должен обуздать свое себялюбие, свое животное стремление выжить любой ценой, свое мышление жить, трудиться и бороться лишь ради живота своего, и открыть, наконец, глаза на свое призвание — всего себя отдать во имя спасения русской нации, во имя спасения своей России.

Не за страх и не за долг должно служить России, а за любовь и за совесть. Кто бы я ни был, каково бы ни было мое общественное положение — крестьянин ли, ученый или министр, — я служу России, русскому духу, русскому качеству, русскому величию. Не мамоне и не начальству, не личной прихоти, не партии, не карьере, а именно России, ее спасению, ее строительству, ее совершенству.

Мало быть русским от рождения, по крови, надо иметь воспитанное национальное сознание. Ныне, как никогда еще, Россия нуждается именно в таком воспитании, ибо ранее в России была жива религиозная и патриотическая традиция такого духа и такого воспитания.

Ныне старые традиции прерваны, а новые, насаждаемые антиправославной, антирусской властью, ставят совсем иные, противные, вредные русскому духу ориентиры.

Дух ответственности и служения, дух воскрешения и созидания России — без этого духа русский человек становится обывателем и карьеристом, слугою своих страстей, чужих и чуждых России идей, и для приобретения собственного благополучия он легко становится лисой, хамелеоном, предателем.

Разве случайно сегодня Россия, как в гигантский весенний паводок, оказалась затоплена лицемерием, взяточничеством, криводушием, гражданской трусостью, политической продажностью, завистью, лестью, предательством, бесчестием, карьеризмом, лукавством, интригою, словом, выражаясь русским летописным языком, — кривдою и воровством — все это разлагает нравы, создает растленную культуру, больную государственность.

Ни в чем другом так остро не нуждается Россия и ничто не способно спасти ее, обеспечить расцвет грядущей России, как свободный, достойный, гражданственный русский человек.

Русская идеология указывает нам путь к грядущей России, где русскому человеку, гражданину своего Отечества будет вольно жить, творить, растить детей и внуков.

Я обозначаю вехи этого пути, продуманные русскими философами, выверенные ими на горьком опыте революционных преобразований в России. Любой иной путь, каким бы легким и скорым не обещали его сделать многочисленные «благодетели» России, есть путь разрушения Российского государства и гибели русской нации.

Начну с самого главного: России прежде всего нужна сильная власть. Народ должен уверенно чувствовать, что это есть его русская национальная власть, преданная историческому делу, верная, неподкупная. Без этой уверенности не будет ни доверия, ни уважения, ни готовности ей служить. Сильная власть есть национально — убедительная власть.

В России необходимо религиозное доверие народа к власти. Власть инославная, иноверная или безверная всегда будет пользоваться в России скудным, урезанным, сомнительным авторитетом.

Духовный авторитет власти тем больше, чем независимее власть. Зависимая власть не может пользоваться ни уважением, ни доверием. Всякая зависимость подрывает авторитет власти: зависимость от иностранных войск, от своей армии, от каких–либо международных явных или тайных организаций, от партий, от капитала, от всяких нажимов и так далее.

Впрочем, говорить «сильная власть» это не по–русски, это масло масляное. Несильной власти не бывает. Тогда это уже не власть, а иллюзия власти. Власть должна быть волевым центром страны. Безволие и слабоволие противны русскому человеку. Сам не имея сегодня зрелого волевого характера, русский человек как никогда прежде ждет этой воли от своего правителя. Он предпочитает окрик, строгость, твердость уговариванию, дискуссиям и колебаниям, он предпочитает даже самоуправство слабовольному ничтожеству.

Много и уже привычно говорим о правосознании в обществе и вовсе не говорим о силосознании — осознанности силы государства, силы в государстве, силы как необходимого государственного инструмента, силы как ответственности и спроса. И то не государство, которое позволяет спокойно смотреть, как его расшатывают, унижают, разрушают, ввергают в хаос, подвергают сомнению сам факт существования Государства.

Испытав всю пагубность коммунистического, партийного правления, убедившись в гибельности для нации и России так называемой демократии, истинно русские люди надеются только на грядущую диктатуру, национальную диктатуру, опирающуюся на верные войсковые части.

Диктатору, спасающему страну от погибели, необходимы воля, чувство ответственности за нацию и всяческое мужество, как военное, так и гражданское.

Сущность диктатуры заключается в кратчайшем решении и полновластии решающего. Для этого необходима одна, личная и сильная воля. Никакой коллегиальности, коллегиальность непременно выльется в многоволие, а это все равно, что безволие. И уж, конечно, коллегиальность — это всегда бегство от ответственности. Никакой коллегиальный орган не овладеет хаосом, ибо он сам по себе уже заключает начало распада. В час опасности, беды, смятения, необходимости мгновенных решений, приказов, как их принятия, так и исполнения, — в этой ситуации коллегиальная диктатура есть последняя из нелепостей, как бы сия нелепость ни называлась: Верховный ли Совет, Парламент ли, Правительство, Совет безопасности, Государственная ли Дума или Федеральное Собрание или какая иная подобная им чепуха для раздувания щек и якобы решения проблем, на самом деле только и могущая забалтывать эти проблемы, нагромождать иллюзию власти, шумовой завес для ухода конкретного человека власти от ответственности за судьбу России.

Диктатура имеет прямое, историческое призвание — остановить разложение, загородить дорогу хаосу, прервать политический, хозяйственный и моральный распад страны. Есть в истории такие периоды, когда бояться единоличной диктатуры — значит тянуть в хаос страну и содействовать ее развалу.

Диктатор единоличен, но его ставка — на духовную силу и на качество спасаемого им народа. Ведь это очевидно, что Россия сможет расцвести и возродиться только тогда, когда вольна будет русская народная сила, выражающая себя в лучших своих представителях.

Вот на это и должен делать ставку — на свободную и благую силу русского народа — будущий российский диктатор. Дать развитие русской воле. А для этого весь талант диктатора должен быть отдан подбору себе в окружение талантливых, волевых русских людей с самого низа до самого верха. Необходимый подбор людей должен определяться не партией, не классом, не сословием, не богатством, не пронырливостью, не закулисными нашептываниями или интригами и не навязыванием со стороны иностранцев, а только качествами самого человека, его ума, честности, верности, творческой способности и воли. Но все это непременно должно быть освящено национальным самосознанием.

Россия возможна только как национальное государство. После длительного революционного перерыва, после мучительного интернационалистического коммунистически–демократического провала Россия должна вернуться к своему национальному самоутверждению.

С нами, русскими, без малого век власти России обходятся так, как будто мы напрочь лишены национального достоинства, национального духа и национального инстинкта. Наша национальная слепота, глухота, немость продолжаются по сей день.

Не понимать коренного в России — национального преобладания — значит вовсе не знать, не понимать, не чувствовать, не сочувствовать России. Но нельзя запретить народному организму его собственное здоровье — он прорвется к нему любой ценой, нельзя погасить в народе чувство собственного духовного достоинства — эти попытки только пробудят его к новому национальному осознанию, к новой национальной силе, — к русскому национализму с его истинной силой и в его истинной мере.

Каждый народ имеет национальный инстинкт, данный ему от природы. У каждого народа инстинкт и дух живут по–своему и создают драгоценное своеобразие. Этим русским своеобразием мы должны дорожить, беречь его, жить в нем и творить из него, оно дано нам было искони, в зачатке, а раскрытие его было задано нам на протяжении всей нашей истории. Раскрывая его, осуществляя его, мы исполняем наше историческое предназначение, отречься от которого мы не имеем ни права, ни желания.

Национализм проявляется прежде всего в инстинкте национального самосохранения, и этот инстинкт — состояние верное и оправданное. Не следует стыдиться его, гасить его или глушить его. Этот инстинкт должен не дремать в душе народа, а бодрствовать. Он подчинен законам добра и духа. Он должен иметь свои проявления в любви, жертвенности, храбрости и мудрости, он должен иметь свои радости, свои печали и свои моления. Из него должно родиться национальное единение во всей его инстинктивной «пчелиности» и «муравьиности».

В национальном чувстве скрыт источник достоинства, которое Карамзин обозначил когда–то как «народную гордость», и источник единения, которое спасало Россию во все трудные часы ее истории.

Национализм есть здоровое и оправданное настроение души. То, что национализм любит и чему он служит, — в самом деле достойно любви, борьбы и жертв. И грядущая Россия непременно будет национальной Россией. Другого пути у нее просто нет. В противном случае — это уже не Россия.

КОМУ МЕШАЕТ НАЦИОНАЛИЗМ

Первое инстинктивное, а может уже и генетическое восприятие русскими людьми самого понятия «национализм» — в лучшем случае подозрительно–настороженное, чаще и вовсе с порога отторгаемое — тут же выплескивается в негодующее: — А другие?! Мы же обидим их, оскорбим их национальное сознание, унизим их национальную гордость! Понятие «национализм» настолько ложно вдолблено в наши головы, что уже неосознанно воспринимается как вызов другим народам, как покушение на их национальный суверенитет, как объявление войны другим народам. Умышленно и усиленно внушается, что националисты любой нации, а уж тем более русской громады, непременно стремятся не просто укрепить, обогатить, возвысить свою нацию, но непременно возвысить свою нацию над другой нацией, укрепить, обогатить свою нацию за счет других наций. Обществу осознанно обостренно навязывается убеждение, что в основу национализма заложено нетерпение, высокомерие, презрение, ненависть к другим народам. Именно поэтому у совестливого, добросердечного русского человека при слове «русский национализм» тотчас сжимается сердце от сопереживания за инородцев.

— Да, — соглашаются, — негоже быть на родной земле безголосыми и бесправными, но и национализм с его гордыней и кичливостью перебор. Сами себя запишем в первосортные, а других, что же, в третий сорт определим? В сострадании к другим народам и нациям не желают видеть и понимать русские люди, что искренним стремлением не обидеть своим национализмом другого, они губят и себя и других, порождая национальное беспамятство, национальное оскопление, национальную слепоту, лишая себя и других национального самоуважения, гордости за себя, как за нацию. Приходится объяснять и доказывать очевидное, что если ребенок, а мы — дети нации, любит свою мать и считает ее лучшей во всем свете, разве он своей любовью унижает или оскорбляет другую мать, у которой свое дитя, для которого она лучшая в мире? И вот тут, я продолжу начатое сравнение, самое важное: только любящий сын, не скрывающий своей любви к матери, не стесняющийся своего полноценного, здорового чувства, а и гордящийся этим чувством, поймет любовь другого сына к другой матери, оценит и будет уважать эту любовь, но никогда не поймет их обоих, не разделит их любви, не будет ни считаться, ни уважать эту любовь взращенный без материнской ласки и любви детдомовец, интернатовский воспитанник — интернационалист, космополит. Чужая сыновняя любовь будет ему не только непонятна и неуважаема им, но будет для него чужой и чуждой, а то и вовсе ненавистной ему.

Только национализм — полная открытая любовь к своей нации, гордость за свою нацию, страстное желание служить своей нации, до самопожертвования быть верным ей, быть ответственным перед ней — дает возможность каждому человеку, каждому народу дышать полной грудью, не скрывать своей любви к своему народу, к своей нации, не стесняться этой любви, не избегать ее.

Сегодня же получается, что великий и талантливый народ, а каждый народ, живущий в России, мы сейчас о России говорим, велик и талантлив — татары, чуваши, башкиры, марийцы, хакасы, буряты, тувинцы, удины, алеуты, агулы.., равно как и русские, не желая обидеть кого своей национальной гордостью, душу распирающим счастьем быть плотью своего умного, сильного, смелого, умелого, храброго народа, должен скрывать полноту своих национальных чувств именно из–за ложно выставляемых обвинений в кичливости национализма, в ложно прививаемой скромности перед другими народами, с оглядкой быть непонятым, обвиненным в гордыне, в превосходстве своей нации. И от того, что человек и целые народы вынуждены дышать не полной грудью, вынуждены утаивать всю полноту своих национальных чувств, они рано или поздно, но начинают испытывать раздражение от того, что вынуждены таиться, оглядываться, быть яко тать в своей любви к матери, обкрадывая стеснением своих чувств и себя и мать, и вот это накопленное и накапливаемое раздражение рано или поздно, но выплеснется на тех, ни в чем не повинных, из–за которых надо скрывать и скрадывать свои чувства. Но и те, на кого злы первые, тоже ведь молчат, не вольны и не полны в выражениях своих чувств, и накапливается взаимное раздражение друг на друга ни в чем не виноватых друг перед другом людей и народов. Только национализм дает всем народам возможность дышать полной грудью; вольно, легко и свободно без оглядки на кого другого ценить, любить, гордиться своим народом, искренне и полно считать его лучшим, и стремиться его таким крепить.

Крепость нации и полноценность нации, гарантия ее нерастраченности хранится только в народе, гордящимся собой, любящим себя. Так как же можно это жизненно необходимое, здоровое, крепкое чувство национализма выдавать за больное, непременно ущемляющее другие народы, выдавать как покушение на другие народы? Разве не национализм, а именно национализм и в первую очередь национализм является гарантией мирного жительства народов, потому что национализм крепит не только нацию, национализм крепит отношения между нациями.

Оберегая свой народ, храня свой народ, националист никогда не пойдет на то, чтобы ввергнуть свой народ в пучину страданий, горя, смерти, а потому, хорошо сознавая ответственность за свой народ, его сбережение, каждый любящий свой народ националист понимает, с каким жестоким отпором он столкнется в попытке улучшить жизнь своего народа за счет другого народа; по себе, своей готовности жизнь отдать за свой народ, понимает, какой мощный отпор встретит от другого народа. Поэтому никогда националист, если он действительно националист и интересы нации, а не собственная президентская папаха его интересуют больше всего, не решится поставить под удар, реальный, жесткий удар, свою нацию в призрачном поиске удачи, приращении блага своего народа за счет другого народа.

Национализм в России — единственный гарант недопущения распада России, он единственный способен спасти Россию от повторения трагедии Советского Союза.

Каждый народ, проживающий рядом с русским народом, хорошо понимает, что его жизнь, благополучие, развитие будут зависеть от крепости дружбы с русским народом, многочисленным, крепким, с Богом данным искренним, проверенным веками, чувством любви, сострадания, понимания другого народа до самопожертвования, готовности отдать последний кусок хлеба и снять с себя последнюю рубаху.

Собственное национальное чувство достоинства русского, его самоуважение всегда были гарантией уважительного отношения русского к другим народам, были основой сострадания, причиной того, что не идеология и не власть, а именно инстинкт добра, заложенный в нем, русском, изначально, заставлял русских рыдать над бедой чернокожего дяди Тома, искать возможности помочь южноамериканским бурам, объяснял уход русских добровольцев в Америку, Испанию, Китай… Миллионы подписывались в защиту Патриса Лумумбы, вагонами слали собранные по домам одеяла, одежду, обувь в помощь пострадавшим от землетрясения армянам, а до того — узбекам… Там, где обнажался рубеж между добром и злом, русский человек инстинктивно занимал активную позицию на стороне добра, не взирая на цвет кожи и цвет знамен. Это и есть самый настоящий национализм — воспитанное нацией понятие добра и зла. Мы, русские, никогда ни против кого не выступали из–за нетерпения к языку, цвету волос или цвету кожи. Мы всегда вступали в борьбу со злом.

Националист якут, националист калмык, националист мордва.., каждый националист каждого проживающего в России народа во имя благоденствия своего народа будет стремиться к сохранению своего народа рядом с большим, стодвадцатимиллионным русским народом на богатейшей российской земле. Да и что есть Россия, как не ковер, прочность и красоту которого определяют плотно и надежно сотканные нити, и чем больше их, чем разнообразнее они, тем прочнее и красивее ковер. А что есть государство Российское, как не прочный и надежный якорь России, и чем крепче каждая жилка каната, тем надежнее канат держит якорь.

Если каждая нация России националистически настроена и в том залог крепости, дальнейшего развития каждой нации и всей России, если вся Россия заинтересована, чтобы каждая нация в ней проживающая, была крепка и здорова, и только вместе мы представляем ту государственную мощь, с которой прежде считался и должен считаться мир, кому же тогда в России так ненавистна и противна идея национализма — основа крепости каждого народа в отдельности и всей России в целом? Кто же тогда умышленно, осознанно и обильно сеет зерна ненависти к национализму, кто так усиленно вытаптывает и пропалывает, не дает взрастать здоровым силам национализма? Если для каждой нации национализм лишь в укрепление нации, кому же тогда выгодно здоровое выдавать за больное? Очевидно тому, кого пугает здоровость и крепость национальных чувств, кому не нужны, не выгодны, опасны национальные чувства, тому, кто заинтересован в ослаблении России, ее распаде. Тому, кому не выгодна, не нужна крепость России. Тому, кто заинтересован, чтобы ослабленная Россия распалась на отдельные куски, богатые, но слабые, легко проглатываемые мало–мальски организованной силой.

У национализма нет и не может быть противников в самой России, среди народов России. Как человек в здравом уме не может бороться со своим собственным здоровьем, так и страна не может отторгать то, что ей в здравие, силу и крепость.

Может быть непонимание, может быть неосознание национализма, но это легко и быстро усваивается, потому что это заложено в крови нормального человека, конечно, не перекати–поле космополита, а человека, не потерявшего чувство нации, своего народа и Отечества. Мы же сегодня в России имеем мощное, организованное средствами массовой информации, официальной пропагандой, неприятие национализма, официально, в том числе устами Президента провозглашенное фашизмом, без малейшей попытки понять, осмыслить национализм. Это уже не борьба с национализмом, выставляемым как угроза межнациональным отношениям внутри России, это уже проявление и диктат той силы, что боится восторжествования истинно прочных национальных отношений внутри России, это уже проявление и диктат той силы, которая хорошо понимает, что на почве национализма народы России быстрее поймут друг друга, и это будет государство прочнее былого Союза, потому что в первую очередь Советский Союз развалили межнациональные противоречия, чему способствовала политика интернационализма. Интернационализм основан на сдерживании национального дыхания, а, значит, на неминуемом задыхании народов, когда малейшая попытка сделать глубокий вольный вздох тут же кончалась обвинением в национализме, и тьма примеров тому, что с Шелестом на Украине, что с Машеровым в Белоруссии, что с преследованием истинно русских писателей и художников в России. Шло хорошо продуманное смешение народов, когда на пусковые заводы в Прибалтику присылали тысячи русских рабочих и инженеров, а на строительство Байкало–Амурской магистрали ехали прибалтийские отряды, когда во главе российского правительства не было русских, а в руководство всех союзных республик вторыми секретарями ЦК с широчайшими полномочиями ставились русские по национальности, а по сути безродные космополиты, для которых все равно было какой народ гробить во исполнение исторических решений партии, какую землю изничтожать, жемчужину ли Сибири — Байкал или сказку Киргизии — Иссык–Куль.

Дело не в том вовсе, что в России сегодня кто–то искренне боится национализма, потому что искренне переживает за сохранение, сбережение других наций от русских, и потому, оберегая их авторитет, независимость, самоуважение, боится, что русский национализм способен нанести им урон. Ведь тот, кто боится русского национализма, не допускает ни татарского, ни чувашского, ни башкирского, ни бурятского.., вообще никакого национализма, он до ненависти боится как русского, так и любого другого национализма, потому что боится крепости, уважения, самосиянности любой нации, нации, как таковой. Национализм ненавистен тому, кому страшна крепость России. Кому же? Об угрозе национализма вопиют так называемые, сами себя называющие, демократические средства массовой информации. Тьма статей, интервью, бесед, выступлений, уже хорошо освоенный ими жанр открытых писем Президенту, приравнявшие национализм к фашизму, а чаще и вовсе определяя национализм синонимом фашизма, как пишет Егор Гайдар «идеология нацизма, фашизма — злокачественная мутация национализма». Но вот что примечательно, авторы многочисленных речей и статей, энергично бьющие в набат предупреждения о нависшей над демократией в России националистической угрозе, все на одно лицо, и это лицо жида. Что движет ими, чего хотят они и почему именно они самые ревностные поборники интернационализма в России? Может все дело в особенности бескорыстной жидовской души нести другим народам мир, покой и дружбу, заботиться о равном праве больших и малых народов России, о благе и общем согласии в России? Давайте присмотримся к наиболее активным из них на поприще борьбы с национализмом.

С Аллой Гербер, например, инициатором парламентских слушаний в Государственной Думе об угрозе фашизма–национализма в России. Присмотревшись, никак не скажешь, что Аллу Гербер беспокоит мир между народами России, единственное, что ее искренне беспокоит — свой собственный, еврейский народ. Своей пламенной страсти к единственному народу — еврейскому народу — Гербер и не думает скрывать. Избранная в Государственную Думу первого созыва по одномандатному округу, население которого не отличается еврейским большинством, Алла Гербер тем не менее всегда открыто заявляла, что она представитель еврейского меньшинства, чьи интересы в Думе пришла защищать, и если Россия для нее «эта страна», то Израиль — «моя страна, моя любовь», и самая большая мечта для Аллы Гербер, чтобы ее внук, хоть и урожденный от русской невестки, жил в Израиле, ходил в еврейскую школу. Можно только радоваться, что в лице Аллы Гербер одной националисткой, истово и нежно любящей свой народ, гордящейся этой любовью, и все делающей для процветания своего народа, стало больше, если бы не ее неприкрытая ненависть к другому, русскому национализму. Но если любящий свой народ человек терпеть не может любви другого человека к своему народу, отказывает другому в такой любви, то это уже не национализм, это шовинизм, расизм, нацизм, это уже фашизм. И чем больше постигаешь так называемых борцов с национализмом в России, тем явственнее предстают они шовинистами, озабоченными лишь интересами одного, своего народа, игнорирующими и подавляющими интересы других народов.

Вспомните авторов письма — предтечи Указа Президента Ельцина о борьбе с фашизмом и политическим экстремизмом (письмо озаглавлено в «Известиях» «Наша демократия слаба, реформы тяжелы, а в умах хаос»), которые определяли фашизм как антисемитизм, и вся страсть их письма в том, чтобы Президент вновь выдвинул на первые роли людей с демократическим образом мысли — их людей, чтобы сам Президент был ближе к демократическим партиям и движениям — их партиям и движениям.

Письмо опубликовано в «Известиях» под рубрикой «Мнения». Мнение небольшой горстки экстремистски настроенных еврейских деятелей культуры моментально стало руководящим документом, определившим дальнейшую жизнь России. Тут же последовала встреча Президента с авторами письма в Кремле, мало того, что проговорили несколько часов, но и дружно пообедали вместе в Грановитой палате, а пока обедали, и Указ состряпали. Страна приступила к борьбе с фашизмом.

Согласованность и оперативность прессы, авторов письма, помощников Президента, та стремительность, с какой мнение авторов письма вылилось в жесткие строки Указа, стала возможна лишь потому, что всех участников действа объединяет принадлежность к одному, еврейскому, народу.

Россия сегодня столкнулась с самым страшным и трагичным, что может быть в судьбе любого государства: власть в стране, ее финансы, средства массовой информации захватил один народ, причем из самых малочисленных народов России. Но когда один народ возвеличивает себя над другими народами, удовлетворяет свои запросы в ущерб другим народам — это и есть фашизм. И уж если с чем бороться согласно Указа Президента, то именно с этим фашизмом — с фашиствующей властью политических еврейских авантюристов, финансовых еврейских воротил, еврейских газет и телевидения, творящим настоящий геноцид других народов России.

Мы зачастую недооцениваем, как велик в человеке, необорим зов крови, зов земли, когда многие поступки, решения и действия принимаются на генетическом уровне. К примеру, давно, казалось, обрусевшие евреи, уже века живущие на российской земле, отродясь не знавшие, многие и вовсе не слыхавшие родного языка, в глаза не видевшие своей исторической родины, но как только стало в России худо, а Израиль призвал нацию к объединению, тут же и потянулись тысячи российских евреев из России на свою историческую родину. Чего тут больше? Корысти? Конечно, есть и она, бегут от смуты в России, от нестабильности, кто знает, может и грядущих войн. Но только хоть и есть корысть, то непременно и зов крови присутствует, и само решение ехать продиктовано не только головой, голым корыстным расчетом, но и порывом души…

Так как же мы можем отдавать высшую власть, ключевые посты в государстве, рулевые посты России людям не коренной российской национальности, людям с зовом чужой, далекой от России земли — иудеям, а именно они занимают места ведущих помощников Президента по национальной безопасности, по экономике, международным вопросам, но и они же наиболее активны и инициативны в борьбе с национализмом. И послушный, подручный им дружный хор прессы, услужливо и ревностно выставивший свои перья на борьбу с национализмом, — сплошь евреи: «Известия» возглавляет еврей Голембиовский, «Общую газету» — еврей Егор Яковлев, «Коммерсант–Дейли» — его сын Владимир Яковлев, «Московские новости» — еврей Лошак, газету «Сегодня» — еврей Остальский, «Московский комсомолец» — еврей Гусев, «Литературную газету» — еврей Удальцов, газету «Вечерняя Москва» — еврей Лисин, «Новое время» — еврей Пумпянский… Можно долго продолжать, но будут меняться одни лишь фамилии, национальность же останется все одной и той же — еврейской.

Жуткий спрут, как петля на шее России, когда с одной стороны люди, облеченные гигантской властью, как свиньи подгрызающие дуб, проводят экономическую политику разваливающую, уничтожающую российскую экономику, выгрызают корни национальной промышленности, низводят национальных производителей, распродают по дешевке национальные богатства, созданные не одним поколением народов России, с другой стороны эти же люди, как только дело заходит о защите национальных интересов России, активно кричат об угрозе национализма и все силы бросают на борьбу с ним. Обвиняют, пугают, вопят об угрозе национализма, издают Указы, сами являясь истинно шовинистами, не просто возмечтавшими создать лучшие условия для своего народа, а делающие это и делающие это за счет других народов, в ущерб другим народам.

В России живут десятки народов многочисленнее еврейского, скажем, татар по последней переписи больше пяти с половиной миллионов, чувашей — около двух миллионов, полтора миллиона башкир и долго еще будем продолжать список, пока подойдем к евреям, которых лишь полмиллиона, но ни татары, ни чуваши, ни башкиры своего театра в столице России не имеют, а у евреев один из лучших в Москве, и школы у них здесь свои, национальные, и синагоги, даже на Поклонной горе, и свой университет.., а по телевидению судить, по пышно отмечаемым юбилейным вечерам, так в России, кроме как еврейских артистов и писателей, других не имеется, незамеченными остаются юбилеи выдающихся мастеров других народов, как остался незамеченным последний прижизненный юбилей великого Леонида Максимовича Леонова.

Еврейский шовинизм сбросил последние фиговые листки приличия, когда крупнейшие банки России «Мост–банк», «Альфа–банк», банк «Российский национальный кредит» объединили свои капиталы на учреждение российского еврейского конгресса, программно заявив создание таких условий жизни для евреев в России, чтобы они не только не уезжали, но и уже уехавшие могли вернуться сюда и не чувствовать своего отрыва от исторической родины. Москва — еще один Иерусалим или вся Россия — новый Израиль? Благо, строить им есть на что. Но за счет кого? За счет других народов России. Ведь что такое «Мост–банк»? Банк, который в огромном количестве прокручивает государственные, народные деньги, но полученную прибыль вкладывает в культуру, развитие одного лишь, своего еврейского народа…

Вот кому страшен и ненавистен русский национализм, национализм всех проживающих в России народов. Жиды уже открыто кричат, что России не нужны ни Пушкин, ни Гоголь, ни Ильин, ни Шульгин, ни Победоносцев. Но виноваты в том не жиды. Это мы, русские, попустили им безоглядно и нагло хозяйничать на нашей земле. Это мы, русские, потеряли инстинктивное природное кровное расположение друг к другу, когда с времен сбора силы против половцев ли, поляков ли, французов ли, русские люди обретали невиданный до того подъем национального сознания. Когда барыня, уходя от французов, отдавала своим холопам телеги для отъезда, она даже не думала, в мыслях не держала, что француз ей более близок по языку, по воспитанию, по манерам, по социальному положению и происхождению, нежели холоп, холоп для нее становился тотчас родным, а француз — врагом. Кровь в барыне говорила и говор крови, зов крови всегда был силен в русских и сплачивал народ, — русский человек, каков бы он ни был, хороший, худой, богатый, бедный, изовравшийся, изолгавшийся, пропитанный чужим духом, а то и вовсе, казалось, офранцузившийся, как было накануне 1812 года, — в крайнюю минуту опасности для Отечества всегда становился националистом. И ничто в тот момент, ни богатство, ни карьера, ни даже сама жизнь не могли заслонить для него главного — защиты и спасения нации.

Ныне этот инстинкт стерт, а то и вовсе потерян. Мы без сопротивления допустили чужеземное засилье во власти, в армии, в финансах, в производстве, в экономике, в школах. Мы попустили, чтобы Россией правили жиды. Утерянного за десятилетия в год не вернешь, но и времени на долгое осмысление и опамятование не остается. Надвигается на всех нас, русских, татар, чувашей, калмыков, башкир, мордву.., на все коренные народы России диктатура еврейского фашизма. Сегодня в их руках власть, экономика, финансы, средства массовой информации. Осталось подмять под себя нерастленные еще наши души. И подомнут, если русские, все коренные народы России не осознают своего спасения в национализме, который так ненавистен еврейским шовинистам.

О ЕВРЕЙСКОМ ФАШИЗМЕ

Ни в одно ремесло евреи не вкладывают столько сил, азарта, лицедейства, сколько вкладывают они в ложь о своих лишениях, гонениях, оскорблениях, притеснениях, ущемлениях, унижениях, неравных правах с другими народами, — словом, в то, что ими самими зовется почему–то антисемитизмом, хотя никакого отношения это не имеет ни к арабам, ни к мальтийцам, ни к одному другому семитоязычному народу, а выражает лишь нетерпение к одним евреям и только к евреям. Но быть равными с другими народами евреи понимают своеобычно. Евреи хотят иметь только права и никаких обязанностей. Стоило России в 1874 году уравнять евреев в правах с другими народами Империи по несению всеобщей воинской повинности, как тысячи молодых евреев тут же устремились из России, громогласно оскорбляя Россию за ужасное угнетение евреев.

Евреи давно мастерят из России чудище антисемитизма. В этой работе им не мешают ни войны, ни революции, ни даже своя собственная еврейская власть в России. «Контрреволюционеры возобновили травлю против евреев, пользуясь голодом, усталостью, а также неразвитостью наиболее отсталых масс и остатками вражды к евреям, которая была привита народу самодержавием. Буржуазная контрреволюция берет в свои руки то оружие, которое выпало из рук царя», — писал Ленин в Постановлении Совета народных комиссаров о борьбе с антисемитизмом и еврейскими погромами в июле 1918 года, требуя от всех Совдепов «принять решительные меры к пресечению в корне антисемитского движения», а антисемитов «ставить вне закона». Следом большевики объявили «смертный бой великорусскому шовинизму». Да и можно ли было ожидать иного от захвативших власть троцких, свердловых, радеков, кагановичей, урицких, бергманов, фериных, финкельштейнов, мезнеров.., в великом еврейском множестве всосавшихся в тело России.

Ненавидимое жидами Самодержавие было низложено, вся власть перешла к евреям, доходило до того, что в ряде министерств, комиссариатов, как их тогда называли, не было ни одного нежида, но о русофобии того времени нет ни книг, ни фильмов, ни воспоминаний, зато их полно о … страданиях евреев при Советской власти. И это продолжалось все годы большевизма. Евреи плакали о своих страданиях все восемьдесят лет власти коммунистов, которая, оказывается, сменив антисемитское царское правительство, проводила «политику государственного антисемитизма». М.С.Горбачев получил премию Царя Давида от евреев как борец «против антисемитизма в бывшем Советском Союзе».

Так что с приходом еврейской большевистской власти в 1917 году миф об антисемитизме в России не потускнел, пожалуй, это единственное, что усилиями жидов без ущерба и изъянов перешло из царской России в новое советское государство. Не проходило ни одного визита в СССР президента, министра, именитого артиста или легендарного спортсмена из–за рубежа, чтобы они не попеняли нам за бедных евреев, не замолвили слово о них, «униженных, забитых, оскорбленных».

Но вот снова флаг над Россией сменил свой окрас, теперь он на две–трети бело–голубой, самочинно поднятый сионократией, а чучело антисемитизма на прежнем господствующем месте, да уже не одно, рядом с ним, в родство ему, в укрепление его жиды творят еще одно чудо юдное — «русский фашизм». Кого и зачем евреи хотят этими пугалами запугать? Последние десять лет в России открытое всевластие жидов, хотя и прежде, с 1917–го года, иным национальным колоритом власть в России не отличалась, но такой открытой, наглой демонстрации своей власти в России, жиды себе не позволяли, теперь же они на всех ветвях, на всех сучках власти: Гайдар, Бурбулис, Явлинский, Кириенко, Шохин, Жириновский, Чубайс, Сатаров, Батурин, Лившиц, Авен, Мостовой, Ясин, Ресин, Уринсон, Кох, Музыкантский, Ресин, Примаков, Немцов, Матвиенко, Клебанов.., в жидовских руках пресса: Голембиовский, Яковлев, Познер, Сванидзе, Лошак, Третьяков, Пумпянский, Игнатенко, Бергер, Швыдкой, Гутионтов.., у евреев наши финансы, заводы, нефть и газ: Боровой, Березовский, Гусинский, Ходорковский, Хаит, Малкин, Фридман, Коган, Мамут, Абрамович… Есть отчего жидам торжествующе, ликующе, напоказ с гигантским размахом праздновать Хануку в Кремле под девизом «Эх, хорошо в стране еврейской жить!» Поэтому не нелепо и не смешно, а глумливо, куражом, издевательски над нами звучит надрывным фальцетом еврейский визг и вой о всевозрастающем антисемитизме в России. Дня не проходит без статьи, заметки, письма, реплики, заявления, резолюции об антисемитизме в России. В пик своего всевластия над Россией, когда Правительство возглавляют жиды, а газеты всерьез обсуждают быть ли еврею Президентом в России, в стране, где еще век назад им была жестко указана черта дозволенного места жительства, жиды не перестают лить слезы и пули о своей униженности, гонимости, о тяжести еврейских страданий на русской земле, и чем больше у них власти в России, чем больше у них в руках награбленных русских богатств, тем с большим надрывом заходятся они в причитаниях о своей несчастной еврейской судьбе в России, договариваясь уже до того, что «пик эмиграции евреев из России приходится именно на последние годы», и вовсе не потому, что в России теперь распахнуты двери настежь, не держава, а проходной двор, хватай, откусывай, воруй и уноси безнаказанно ноги, нет же, плачут евреи, что «только небольшая часть эмигрантов убыла по идейным соображениям, большинство же евреев (здесь и далее по всей статье мои подчеркивания — Б.М.) покинули страну в связи с усиливающейся угрозой зарождения и распространения тоталитаризма и фашизма».

При чтении российской прессы, за редчайшим исключением финансируемой, редактируемой, издаваемой жидами, трудно избавиться от ощущения, что есть еще одна, другая Россия, о которой пишут евреи, не та, в которой мы живем и где пиршествует еврей, а та, где, как пишет еврейская пресса, «ведется открытая антисемитская пропаганда, ведутся противоправные действия по отношению к евреям», где «различные проявления антисемитизма вызывают у евреев неуверенность в своем будущем, у многих — страх погромов и массовой депортации из России», где «возросший за последние годы общественно–политический и бытовой антисемитизм не только угрожает евреям, но и направлен против демократических преобразований в России, против превращения ее в подлинно правовое государство с гражданским обществом», где «тяжкие для евреев антисемитские акции, проводимые ныне в разных регионах и городах России» подталкивают евреев «к решению эмигрировать в другие страны для того, чтобы обезопасить себя, детей, внуков».

«Если ты еврей, то можешь написать монгол, — ерничают жиды о графе «национальность» в паспорте гражданина России, — тебе — жид, а ты удостоверение — не, я монгол. Посмеются, может отпустят, правда, по лицу все равно дадут, давно ведь известно — бьют по роже, а не по паспорту». Кто, где, когда хоть один раз остановил еврея для проверки документов, потому что он еврей, а уж тем более дал при этом по «жидовской роже», как поясничает, гримасничает газета. В какой России? В нашей, где глава Правительства закладывает синагогу, министр юстиции носит «ермолку», а заместитель Председателя Совета безопасности имеет израильское гражданство, министр финансов, министр экономики, министр Госкомимущества — все бывшие граждане Израиля?..

Уже без прежней корысти на сочувствие и жалость раздувают евреи пламенный миф о преследованиях и гонениях, лишениях и притеснениях. Жалость и сочувствие евреям больше ни к чему, они воинственно размахивают чучелом антисемитизма, как чеком на предъявителя, ничуть не смущаясь, что подделка видна. Евреи врут сегодня об антисемитизме в России, как врали вчера, создавая доходное дело из мифа об антисемитизме в Советском Союзе, «государственном антисемитизме», как любят подчеркивать сами жиды. Вчитываясь в еврейские «свидетельства» — мемуары, воспоминания, интервью о полной лишений и унижений еврейской жизни, тут же находишь у них самих обратное тому, что они пытаются доказать.

«Когда началось «дело врачей», предвещавшее катастрофу для советских евреев, многие были уверены, что настали и мои последние дни, — вписывает свою посильную строку в историю мучений советских евреев исполнитель еврейских песен Михаил Александрович. — В то время я гастролировал на Урале и в городах Поволжья. Поездка была запланирована на два месяца … Через несколько дней мне позвонили из Большого зала консерватории и сообщили, что объявляют мой внеочередной концерт с единственной целью — положить конец разговорам о моем аресте. К моему возвращению афиши предстоящего концерта уже были расклеены по всему городу».

Ну как тут ни пожалеть бедных евреев, ни порыдать над их трагической судьбой. Ведь не в щель приходилось забиваться, чтоб тихой мышкой пересидеть где–нибудь на Урале или в Поволжье лихолетье арестов московских врачей, а вынуждены были вне всякой очереди, молниеносно давать концерты в лучшем музыкальном зале Москвы и чтоб непременно афиши по всей столице. Так страшно и тяжко было им жить. Или вот еще одна еврейская печаль — документ государственной антисемитской эпохи в Советском Союзе. Маргарита Эскина, от папы получившая в наследство хозяйское кресло главы столичного Дома актера, к слову сказать, папа Эскин возглавил открывшийся в центре столицы актерский Дом в «жутко страшный антисемитский 1937 год», так вот дочь его вспоминает, как плохо они жили. «Несмотря на свою огромную популярность» папа жил не просто бедно, «папа, — подчеркивает дочь, — жил очень бедно», и, продолжая живописать портрет очень бедного папы, Маргарита Эскина, перейдя от папиной бедности к его огромной доброте, рассказывает: «Когда моя младшая сестра устроилась на работу в подмосковный музей, папа стал возить (или отправлять с нарочным) туда посылки с едой. Делал он это ежедневно. Весь музей кормился этими посылками. Однажды сестра попросила привезти ей бульонные кубики. Что сделал бы любой нормальный человек? Он привез бы одну–две стандартные упаковки. Мой папа решил иначе. Он притащил ящик!..» Может на идише или иврите подобные еврейские причитания и сходят за плач, выжимают слезу сочувствия и умиления, только русский язык непременно притворство выкажет, в самом неподходящем мест обязательно расползется прореха лжи.

«Скольких талантливых писателей, ученых, инженеров, врачей, как знаменитых, так и не очень, мы не досчитались, — причитает еврей академик Гольданский. — Не досчитались, потому что им были созданы условия, в которых они не могли нормально писать, лечить, преподавать, делать открытия. Не лишись мы тогда тех мозгов, мы, возможно, не испытывали бы сейчас таких экономических трудностей». Как будто не в России, а в Израиле вырос сам еврей Гольданский до академика, как стали академиками в России, директорами крупнейших научно–исследовательских институтов, ведущими учеными евреи Авербах и Аркин, Гельштейн и Губегриц, Зильбер и Кассирский, Коган и Колен, Берг и Бернштейн, Лейбензон и Лифшиц, Шайн и Шапиро … Как будто не Россия наградила тремя Золотыми Звездами Героя Социалистического Труда еврея Юлия Борисовича Харитона, еврея Андрея Дмитриевича Сахарова, вручила им высшие в Советском Союзе Ленинские премии, Государственные премии. И как будто не евреи Гайдар, Явлинский, Бунич, Шаталин под видом экономических реформ сотворили весь ужас экономической катастрофы. С каким циничным вывертом причитает еврей Гольданский: вот не уезжали бы евреи из России и Россия бы сегодня не бедствовала. Хотя на самом деле все наоборот. Не от того России плохо, что из нее уехали жиды, России плохо от неуехавших из нее жидов. России плохо от того, что не все жиды из нее уехали.

* * *

Миф об антисемитизме — преследовании и угнетении евреев в России, как и миф о холокосте — истреблении немцами шести миллионов евреев, — сказочно прибыльные еврейские аферы, виртуозно и с большой любовью выстроенные жидами, когда из ничего, из одного только шума, из сотрясения воздуха делаются громадные деньги.

Бывший главный раввин Берлина доктор Макс Нуссбаум признал, что «позиция евреев была укреплена финансово через репарации, которые правительство Германии выплачивает как Израилю, так и отдельным евреям». К 1995 году Германия выплатила не существовавшему в годы войны Израилю более 100 000 000 000 — более ста миллиардов немецких марок! В иные годы немецкие выплаты составляли до 40 процентов государственного бюджета Израиля. Теперь Правительство ФРГ объявило, что Германия начинает выплату регулярных пенсий жертвам нацизма, проживающим в Восточной Европе и бывшем СССР. Для выплаты этих пенсий создан специальный фонд в 110 миллионов долларов, из которого в течение четырех лет будут выплачиваться ежемесячные пенсии примерно по 150 долларов «каждой оставшихся в живых жертве». Распределять эти средства будет Конференция по претензиям евреев к Германии.

Еще один гигантский фонд помощи евреям создан швейцарскими банками и представителями деловых кругов «в ответ на обвинения мирового сообщества в том, что финансисты этой страны наживались за счет денег жертв геноцида». На счетах фонда 273 миллиона швейцарских франков, это 196 миллионов американских долларов. Около 170 миллионов франков внесены швейцарскими банками и промышленными компаниями, остальные средства перечислил Центральный банк Швейцарии. Распределение материальной помощи проводится через Всемирную еврейскую организацию по вопросам реституции.

Если прежде пенсии и пособия платили евреям, которые провели не менее полугода в концлагерях или полтора года в гетто, то теперь каждый еврей получит по тысяче долларов, не важно где, как и сколько времени провел «под немцем», главное, чтоб был еврей.

Еврейский адвокат Мелвин Вейс, который со своим коллегой Эдвардом Фаганом вчинил знаменитый коллективный иск швейцарским банкам, принесший евреям огромные деньги, пошел дальше и через суд штата Нью–Джерси предъявил иск автомобильному концерну Ford Motors Company, поставив ему в вину использование принудительного труда военнопленных и заключенных концлагерей, особенно евреев, на германском заводе Ford в Кельне с 1941–го по 1945–ый годы. Евреев не смущает, что это предприятие, хотя и принадлежало американскому клану Фордов, но в самом начале войны было конфисковано нацистскими властями и работало только на военно–промышленный комплекс Германии. Обосновывая справедливость иска, евреи стали трубить о том, что Генри Форд — основатель и тогдашний владелец всей корпорации, в том числе завода в Кельне, — был известен своими антисемитскими выступлениями, издавал антисемитскую газету Dearborn Independent. После Форда евреи намерены предъявить такие же иски крупнейшему концерну США General Motors и его германскому дочернему предприятию Opel AG, а также самому крупному промышленному холдингу ФРГ Daimler Benz AG и стальному концерну Krupp. Deutsche Bank AG, опять же под «давлением общественности», вынужден был объявить о своем намерении пожертвовать половину выручки, полученной от продажи золотых запасов военного времени, международной еврейской организации.

Создается впечатление, что один лишь Израиль, которого в годы Второй мировой войны вообще не было, воевал с гитлеровской Германией и победил фашизм, создается впечатление, что фашисты оккупировали тогда, во Вторую мировую войну, израильские земли и вывезли в Германию сокровища израильских музеев, и не с Украины, Белоруссии, России, а из Израиля гитлеровцы вывозили зерно, скот, нефть, уголь, лес, все, вплоть до чернозема, и в концлагеря немцы загоняли исключительно лишь евреев, и на работу в Германию отбирали только евреев, и вообще гитлеровская Германия воевала исключительно с одним лишь Израилем, а на оккупированной гитлеровцами территории жили одни лишь евреи.

Евреи исхитрились расцарапать свою царапину, полученную в годы войны, до самой кровоточащей раны в мире, и уж, конечно же, только евреям могло прийти в голову всю жизнь наживаться на памяти о войне.

«Попытки предпринять серьезное и объективное исследование вопроса об уничтожении евреев во Второй мировой войне — это, без сомнения, самое рискованное дело для сегодняшнего историка или демографа, — признает американский историк Харри Элмер Барнз. — Но, несмотря ни на что, я надеюсь внести свой вклад в торжество исторической правды, чтобы помочь сбросить груз этой великой лжи с наших плеч».

Во Франции, Германии, Австрии, Португалии, Испании, Дании, Голландии, Швейцарии евреи добились принятия законов, карающих за малейшее сомнение в погибели шести миллионов евреев. А то, что Российская Государственная Дума отклонила проект закона, предусматривавшего строгое наказание за «отрицание или грубое преуменьшение преступлений фашистских режимов», возмущенные евреи выставляют как доказательство роста антисемитизма в России.

Антисемитизм в России — та же дойная золотом корова для евреев, что и холокост. Миф об антисемитизме помогал евреям обретать ореол мучеников тоталитарного советского режима, стойких борцов за права человека, статус политических беженцев, что приносило им немалын дивиденды. Искусно раздуваемый евреями миф о «государственном антисемитизме в Советском Союзе» выжимал из остального мира не только слезы о бедных евреях и деньги для бедных евреев, но и создавал из Советского Союза жуткий образ душителя прав и свобод, жупел тоталитарного режима. Когда же к великой радости жидов рухнула ненавидимая ими держава, опали запреты, рамки и замки, нормы и ограничения, секреты и государственные, национальные интересы, миф об антисемитизме — преследовании и ограничении деятельности евреев, не только не поблек, антисемитизм раздувается с новой, утроенной силой: «в результате стимулируемой безнаказанностью антисемитской пропаганды с СМИ наиболее агрессивные антисемиты переходят от слов к делу», «в последние годы отмечается бурный рост в обществе политического (и как следствие — бытового) антисемитизма, это в немалой степени объясняется тем, что многие «столпы общества» остались его приверженцами …» Несть числа «круглым столам», конференциям, симпозиумам, конгрессам, которые обсуждают и осуждают «рост антисемитизма в России». В Новосибирске проходит научно–практическая конференция «Культура и образование этнических меньшинств в Сибири», говорят о проблемах сибирских белоруссов, греков, немцев, поляков, татар, украинцев, финнов, а в заглавных строках итогового документа все тот же антисемитизм: «Прокурорам области и города пресекать случаи антисемитизма…» «Международная еврейская газета» определяет лучшего человека года «за вклад в борьбу с фашизмом, ксенофобией и антисемитизмом». При этом определением «антисемитизма» евреи себя не обременяют, по их мнению «без того ясно, что такое антисемитизм». Что издавать научный честный труд о холокосте, что печатать статьи известного русского философа Ильина или выдающегося русского мыслителя Победоносцева, что назвать евреем первого вице–премьера правительства Немцова или министра экономики Уринсона, каковыми они являются, что привести в статье девичью еврейскую фамилию мамы Чубайса — все едино проявление антисемитизма, бороться с которым они неустанно призывают и Президента, и Правительство, и Федеральное собрание, неутомимо предлагая все новые и новые проекты законов о борьбе с антисемитизмом.

Собирая сегодня обильную дань с Германии и Швейцарии за урон, якобы нанесенный еврейскому народу в годы Второй мировой войны, евреи готовятся предъявить счет России за антисемитизм, и уже зазвучали в прессе требовательные жидовские голоса, что мы должны сполна компенсировать жидам урон, который Октябрьская революция нанесла синагогам и еврейскому бизнесу, и тогда все их лживые воспоминания, письма, резолюции обернутся золотыми акциями.

Евреям мало тех миллиардов и триллионов, что они уже выкачали из России и сколько еще выкачают через еврейское правительство России, они непременно захотят еще и морального удовлетворения, чтобы мы, русские, покаялись перед ними, прогнулись перед ними в извинениях за якобы понесенные от нас притеснения, лишения, изгнания, унижения. Получить это им не терпится уже сегодня, так не терпится, что послания Президента России, Председателя Правительства России и мэра Москвы участникам и гостям 1–го Московского фестиваля искусств имени С.Михоэлса евреи объявляют как «своего рода покаяние России за годы государственного антисемитизма». Хорош антисемитизм, если в 1946 году театр Михоэлса — Государственный еврейский театр (ГОСЕТ) на Малой Бронной — за постановку «Фрейлехс» получил Сталинскую премию. В ГОСЕТе все спектакли шли на идише и «Фрейлехс» не был исключением.

«Пройдут годы, и, вероятно, новые руководители России под влиянием чувства огромной вины перед евреями, принося извинения еврейскому народу, будут просить его вернуться, как это делают теперь Польша, Испания, Германия, восстанавливающие у себя еврейские общины», — обнажает желанное своих соплеменников, изо всех сил раскочегаривающих якобы и сегодня существующую проблему антисемитизма в России, Марк Красносельский, руководитель Центра мониторинга антисемитизма ВААДа, член Антидиффамационного комитета Российского еврейского конгресса, в статье «Есть ли будущее у евреев в России? Не верьте тому, кто скажет, что с антисемитизмом у нас покончено».

* * *

Два чувства ныне властвуют в жидах: по–прежнему всепожирающая их корысть, но уже и животный страх перед возмездием за сотворенное и творимое ими в России. Жиды понимают, что заслужили того, сознают: напакостили, нагадили России так, что не дать им по морде уже просто нельзя, но вот не дают, и это лишает их покоя. Но не то, что остановиться, даже попридержать себя жиды не могут, не могут не пакостить, не гадить, — их собственная жадность сильнее их, она выше их, но если не умом, так животным, природным инстинктом чуят евреи — с них спросится. Ощущая, предчувствуя расплату, есть же у них исторический, житейский опыт, когда за несравнимо меньшие грехи драли жидов в разных странах не раз, и остановить желая, отодвинуть неминуемое, упреждая неизбежное, завопили евреи о «русском фашизме», об угрозе «русского фашизма», о борьбе с «русским фашизмом».

Однако возопив о фашизме в России, евреи, сами того не желая, вовсе не думая о том, точно сформулировали, обнажили, четко обрисовали всю свою страшную еврейскую реальность для России. Ведь что такое фашизм? Когда один народ высасывает кровь из другого народа, жиреет и жирует на бедах и страданиях другого народа — это и есть фашизм. Когда нищает, голодает, вымирает русский народ, и на этом богатеет, жиреет и жирует еврейский народ — это и есть еврейский фашизм. Иным знаменателем происходящее сегодня в России не подытожишь, иной мерой не исчерпаешь. Более точно, более охватывающе невозможно назвать то, что происходит в России, когда миллионы русских умирают от голода, холода, нищеты, бесправия, беспросветности, безысходности, когда миллионы русских мастеровых, грамотных, талантливых, высокопрофессиональных оказались без работы, а работающие месяцами, где и годами не получают зарплату, а те, кто получает плату или пенсию, все равно концы с концами свести не могут, ведь в пересчете на старые, еще доперестроечные, дореформенные деньги, пенсии со 120–130 рублей съежились до 37 рублей. Беспризорных ребятишек в России как после гражданской войны. Шахтеры, энергетики, лесорубы, офицеры от бессилия объявляют голодовки, многие лезут в петлю, пускают себе пулю в лоб. Падают от голода в обмороки учителя, страдают анемией от постоянного недоедания ученики. Закрываются роддома — некому рожать. Поликлиники закрываются — нечем лечить. За долги на предприятиях, в жилых домах, в воинских частях отключают свет, воду, тепло. Все больше на улицах бездомных и нищих. Все больше в моргах невостребованных покойников, их не забирают родственники, не на что хоронить. Замерли заводы, дичает земля, вымирает народ. Почему? Отчего? Ведь ни войны, ни чумы, ни потопа, ни землетрясения. Так что же за напасть на Россию, что за перестройка такая, что за реформы, что за приватизация, последствия от которых для России тяжче мора и войн.

Если прежде страна жила сносно, пристойно, по сравнению с нынешним просто сытно, все имели работу, имели свой угол, имели медицинскую бесплатную помощь и прекрасное бесплатное образование, да мы еще кормили полмира, полмира за бесценок и даром обеспечивали газом, нефтью, оружием. Куда все делось? На первый взгляд задумано было здраво и просто, сравнимо с хозяином, у которого, наконец, дошли руки навести порядок в доме. Продать пару–тройку лишних стульев, чего им место зря занимать, починить стол, на вырученное от продажи дорогого, красивого, но громоздкого буфета купить современную «горку» — и свободнее, и уютнее, и прибыток в доме. Но вот распродали и буфет, и стулья, но ни починенного стола, ни современной «горки», ни вообще прибытка в доме, ни даже еды на столе. Куда все девалось от проданных на миллиарды долларов когда–то затоваривавших склады излишков руды, угля, металла, металлопроката, машин, тракторов, леса, лесопродукции, тягачей, танков, БТРов, БМП, автоматов, куда все делось от проданных сотен и тысяч заводов, фабрик, горнообогатительных комбинатов, рудников, приисков, подводных и надводных кораблей, пароходов, причалов, санаториев, домов отдыха, пансионатов, пионерских, детских лагерей, магазинов, киосков, достроенных и недостроенных новостроек, миллионов квадратных метров конторских помещений? Понятно, если продано и денег нет, значит, не продано, а украдено, а если продано, то выручка украдена, или продано за бесценок. Кем? О главном после Президента рапродавце России еврее Анатолии Чубайсе столько написано и столько изобличающих его документов приведено, что давно уже на нем приговоры негде ставить, да и истинные хозяева Чубайса заслуг Анатолия Борисовича уже не скрывают.

Координатор «американской помощи» бывшим советским республикам Ричард Морнингстар высоко оценивает своего подручного: «Если бы мы не финансировали Чубайса, смогли бы мы выиграть битву за приватизацию? Наверное, нет». Но Чубайс не открывает и не завершает список продавцов России. Чтобы вспомнить их всех поименно, места не хватит, но начав перечислять авенов, фильшиных, кохов, бирштейнов, мостовых, маневичей, гусинских, березовских, ходорковских, смоленских, шляйферов, браверманов, уринсонов, зеленских, немцовых, бревновых, йорданов, лившицев, липкиных, малкиных, фридманов, хайтов … — тут же и понимаешь, что имеешь дело сплошь с жидами, а редко встречающиеся русские фамилии, как Васильев или Мостовой, маскируют все тех же жидов.

Жиды грабят Россию открыто, нагло, торжествующе. Еврей Немцов «продает» еврею Йордану крупнейший в России Балахнинский бумажный комбинат за 7,5 миллиона долларов, когда только одна, незадолго до продажи поставленная на комбинате бумагоделательная машина стоит почти в два раза дороже — 12,5 миллиона долларов. Сняв сливки с комбината, «новые хозяева» выставили его на повторную продажу уже за 25 миллионов долларов. Новороссийский морской порт продан за 22,5 миллиона долларов. Завод «Красное Сормово» — за 21 миллион долларов, Мурманский траловый флот — за 3 миллиона долларов… Экономисты сравнили продажу крупнейших отечественных производителей с контрактами хоккеистов. Когда один хоккеист «стоит» в год 25 миллионов долларов, получается, что крупнейший морской флот, знаменитый на весь мир кораблестроительный завод дешевле хоккейной клюшки.

«ОНЭКСИМ» «купил» у государства нефтяную компанию «Сиданко» за 20 миллионов долларов и тут же переуступил треть ее акций кипрской офшорной кампании за 200 миллионов долларов. Треть дороже целого в десять раз! — такова еврейская арифметика. Но это значит, что цена нефтяного комплекса одними жидами занижена в интересах других жидов минимум в 30 раз, и платить за «Сиданко» «ОНЭКСИМ» должен не 20 миллионов долларов, а 600 миллионов долларов — не меньше.

Так обирают, грабят евреи русский народ. Так создают они свои фантастические еврейские капиталы — воровски, мошеннически, хищнически, на погибели русских людей. Нам же пытатся доказать, что бедные евреи своим кропотливым трудом, знаниями и талантами добывают копеечки, чтобы грошик к грошику создавать капитал, во всем отказывая себе, и дальше будет все больше и больше продажных журналистов, писателей, драматургов, биографов, поэтов, которые энергично и доходно примутся лепить из жидовских воров, мошенников, бандитов портреты титанов труда и мысли, реформаторов, экономических гениев.

Такова вся история еврейства. История кровопийства других народов. У нас же не хватает ума учиться ни на чужих победах, ни на чужих поражениях. Нам не в урок Авраам Линкольн, который в 1863 году поставил денежное обращение под контроль Конгресса, отказал еврейским банкирам использовать деньги американцев в рост еврейских барышей. Нам не в урок и Германия 20–х годов, в которой пиршествовали жиды, скупая за бесценок у немцев дома, отели, рестораны, фабрики, заводы, когда, по воспоминаниям Генриха Штихеля, «буйным цветом цвела грязная литература и молодежь становилась первой жертвой этого способа насильственной деградации. Газеты, журналы, развратные фильмы, непристойные книжки распространялись по всей Германии. Насаждалось смешение рас. Школы были наводнены гнусными преподавателями. К 1933 году Германия погрузилась в полное ничтожество». Так что ничего нового и необычного у нас не происходит, мы просто повторяем путь унижения Германии от жидов.

* * *

Кем прирастала Российская Империя на протяжении веков, кто открывал для нее новые земли, осваивал, отстаивал, наращивал их — только не жиды. И в новейшей истории, вглядываясь в лица тех, кто строил Магнитку, обживал Норильск, ставил на ноги Уралмаш, возводил Челябинский тракторный, пускал Красноярский алюминиевый, кто защищал Даманский, кто замерзал, тонул в болотах, сгинул в тайге, отыскивая и открывая Самоотлор, Сургут, Уренгой — нет среди них жидов. Так почему же теперешние хозяева Магнитки, Норильска, Самоотлора, Сургута, Уренгоя сплошь жиды? Кто они? Жулье. И это международное признание, на которое во всех других случаях подобострастно любят ссылаться сами жиды. Авторитетный американский журнал «Форбс», заслуженно имеющий репутацию хорошо информированного издания, в обстоятельной статье «Крестный отец Кремля» рисует подлинный портрет миллиардера Бориса Абрамовича Березовского, за считанные годы высосавшего из России сразу столько, сколько его единокровные ротшильды высасывали из других народов за столетия. Журнал «Форбс» пишет о Березовском как об одном «из самых могущественных людей в России, за которым тянется след из трупов, невозвращенных долгов и конкурентов, опасающихся за свою жизнь». «Форбс» обвиняет Березовского в проведении сомнительных операций в бытность главой концерна «ЛогоВАЗ». Механизм наживы прост: АвтоВАЗ продает типовой седан «Лада» дилеру за 4 800 долларов, а уже дилер продает машину потребителю за 7 500 долларов. Дилер, а не завод получает прибыль. Вот и весь еврейский талант делать деньги, таков их гений. Почему же завод пошел на столь не выгодную для него систему? Потому что в ходу были и кнут, и пряник. «Пряник, — объясняет журнал «Форбс», — это пакет наполненный наличностью, а кнут — это пуля в голову».

В 1993 году будущий заместитель председателя Совета безопасности России, друг семьи Президента Ельцина Березовский воплотил в жизнь еще один проект — Всероссийский автомобильный альянс (АВВА). Его объявленной целью было поставить новую конвейерную линию для ВАЗа. На 50 миллионов долларов для этого выпустили облигаций. Завод все глубже погружался в долги, инвесторы тщетно ждали выдачи обещанных машин, а Березовский, обманывая тех и других, три года прокручивал их деньги. За это время Борис Абрамович приобрел недвижимости в лучших районах Москвы и Петербурга на 300 миллионов долларов. Нет, не случайно имена березовских, чубайсов, немцовых, лившицев, гусинских стали в России однословом скверны. Скверна эта распоряжается в России не только тем, что за столетия открыл, освоил, обжил, нарастил, кровью и потом наработал и защитил от разграбления русский народ, они теперь распоряжаются судьбой и жизнью самих русских людей. Первый вице–президент крупнейшей нефтяной компании ЮКСИ Евгений Швидлер самодовольно подчеркивает это: «В компании ЮКСИ работают 200 тысяч человек, даже чуть больше, и у них у всех есть семьи. Получается, полмиллиона людей, на жизнь которых мы оказываем прямое влияние. В этом смысле моя ответственность не так мала. Я это сознаю». Кто такой Евгений Маркович Швидлер, каков его опыт прожитого и пережитого, чтобы брать на себя ответственность не только за гигантский кусок национальных русских богатств, но и за полмиллиона жителей России? Да нет у него ни прожитого, ни пережитого. Тридцати с небольшим лет, семь из которых прожил в Америке, в Москву вернулся в 1994 году, как настало время жидов грабить Россию или, как выразился еще один американский гастролер, сменивший Чубайса на посту Председателя Госкомимущества Российской Федерации еврей Максим Бойко: «Приватизируем Россию» — так он назвал свою книгу, вышедшую в Кембридже (США) в соавторстве с еще одним жидом Андреем Шляйфером, разработчиком ваучерной приватизации.

Суетливо, похотливо, давясь, пожирают жиды Россию. В пример еще один жид — Борис Бревнов, возглавивший энергетическую систему страны, так что в пору переписывать ленинский лозунг «Демократия — есть ожидовление России плюс электрификация все страны». С марта по декабрь Борис Бревнов начислил себе в зарплату без малого полтора миллиарда рублей — 1 373 521 500 рублей. Плюс шестикомнатная московская квартира даром. Плюс 900 миллионов рублей на ее ремонт. Плюс 600 миллионов рублей на самолет ИЛ–62М высокой комфортности, чтобы одному сгонять в Америку за своей родней Уилсон Гретхен, Уилсон Натали, Гаррет Лорел — женой американкой с родственниками и сыном Джорджем. Минимум в шесть миллиардов рублей обошелся русским людям за десять месяцев совсем молоденький еврей, за плечами которого лишь студенчество в Нижегородском политехническом институте да подработка на торговле компьютерами. Не в три горла — в три с лишним тысячи глоток жрет Россию, объедает русский народ один только этот жиденок, возведенный на хлебную должность, подведенный к корыту другим жидом — заместителем главы Правительства Борисом Немцовым. Денег, съеденных Бревновым, хватило бы на зарплату трем с половиной тысячам энергетиков, которые не получают ее месяцами, и вынуждены то забастовки объявлять, то голодовки, то двигаться маршем протеста на Москву и там, на парапете Дома Правительства стучать касками о гранит, вымаливая свое кровное, заработанное, так собака и та настырнее стучит лапой по миске, выпрашивая у хозяина поесть …

Изучая материалы Счетной палаты о жидовской ненасытности Бревнова, я все время вспоминал вятскую деревню Сандаловы, что в Кирово–Чепецком районе Кировской области, славных тамошних стариков Бузмаковых — Ивана Степановича с Евдокией Ефимовной. Все пережили, все прошли, и голод, и фронт, и разруху. Шестерых детей на ноги поставили, в настоящих людей вывели, честных, чистых, работящих. Каждому сыну Иван Степанович по избе срубил. Ныне и хвори донимают, и безденежье, пенсия — слезы одни, так ведь и ту платить не хотят, а не жалуются на жизнь Бузмаковы, еще и подшучивают над собой, а вот хоть и неунывающе говорят, с улыбкой, слушать их больно, слушать их страшно: — Ну, теперь–то мы без оглядки дозимуем — кормом обзавелись. Два совхозных бурта как корова языком слизнула, все до зернышка, до горошинки подмели. И мы сиднем не сидели — запаслись. А ничего, что протравленное, воду нам не воровать, и помоем, и поварим, и попарим. Скотина не отказывается. Ест за милую душу. Чего ей будет. Вон Зинка помоет, так и ребятишкам. Бегают. А где и не помоет. Горстешку прихватят, горох повыберут — и в рот. Ничего, бегают! А не бурты эти, так хоть скотину со двора своди. Скотину сведешь, а Зинке ребяток куда? Как их поднимешь? А с горохом продержатся. Еще шибче бегают, с гороха–то! Вот за счет кого жиреют, богатеют бревновы с березовскими! Все хорошо помнят, как два жида, Лисовский с Евстафьевым, под покровительством третьего — Чубайса, тащили из Дома Правительства полмиллиона долларов — три миллиарда рублей! — это ж сколько можно прокормить голодных вятских ребятишек, что вынуждены есть протравленное зерно. Вороватых евреев тогда поймали и что? Ничего. Деньги, три миллиарда, оказывается … ничьи, не объявился их хозяин, а коли нет обворованного, нет и сворованного. Воруй, жиды, дальше! Еще не всю протраву русские люди съели.

Но когда одних нужда заставляет кормиться протравой, а другие жиреют за счет их здоровья и жизни, на крови и смерти богатеют — это и есть фашизм. Когда протраву едят русские, а жиреют евреи — это и есть еврейский фашизм.

Когда один народ изводит национальный дух другого народа, национальное сознание другого народа, навязывает ему чужую для него культуру, чужие и чуждые ему идеалы, противные его духу нравственные ценности, навязывает воспитание и образование, ничего общего не имеющие с национальными традициями, с национальным характером — это и есть фашизм. Когда евреи в России, завладев национальным русским капиталом, уворовав телевизионные каналы, радиоэфир, скупив прессу, разрушают национальные русские идеалы, национальные русские нравственные основы, национальные русские традиции в воспитании и образовании, навязывают противные нашему русскому духу литературу, музыку, театр, живопись — это и есть еврейский фашизм, на службу которому евреи поставили в России и деньги, и власть.

Еврейский капитал, созданный на крови и уничтожении русского народа, других коренных народов России, истребляет русский дух, национальный дух коренных народов России. Я — русский и потому пишу о русских бедах от жидов. Татарин расскажет свое равное моему, чеченец — свое, башкир — свое… Так что у всех нас, коренных народов России, один враг — еврейский фашизм.

Евреи стремятся не просто ограбить русский народ, захватить наши сказочные богатства, завладеть нашими заводами, фабриками, нашим золотом, нефтью, газом, и к власти в России евреи рвутся не ради самой власти и наживы, — им надо изничтожить русский дух, русское национальное сознание — вот во что они целят. Отдай мы жидам все богатство русской земли, отдай мы им всю власть над собой — жиды не насытятся, не успокоятся, пока хоть один русский будет сознавать себя русским на русской отеческой земле. Пока этого не произойдет, не будет жидам сладостно от наворованных русских богатств, не будет им утешно от скупленной власти в России. Бывали мы и год, и пять лет, и триста лет бывали под чужеземным игом, да всякий раз, опираясь на национальный дух, разносили мы чужеродное иго. Лишить нас национального инстинкта, национальной памяти, национального самосознания — единственная возможность евреев укрепиться в России, сохранить за собой и богатства, и власть.

Евреи хорошо понимают, что суть сбережения нации от погибели не в физическом сохранении народа, этого слишком мало для непотраты, непотравы нации, — нацию определяет прежде всего национальный дух, национальное сознание. Может статься, что и числом народ велик, и породой отличен, да оскудеет духом, иссякнет в нем национальное сознание, — такой народ уже не представляет нации, такой народ объединяет только корыто, и это уже не националисты, это — однокорытники, которых без труда развеет, распылит первая же буря, первое потрясение. Народ без национального духа, без национальной скрепы все равно, что печь без огня, корабль без ветрил, бочка без обруча, толкни и рассыпется.

* * *

В нынешние дни отступления, унижения нации, когда в нищете и голоде русский народ, когда собственное Правительство России не считается с национальными русскими интересами, что уж говорить об остальном мире, нам, русским, как никогда важно, необходимо растить из наших детей русских националистов, горячо и преданно любящих свою нацию, осознанно гордящихся своей нацией, понимающих, что не только праздники и победы на пути нации, но и тяжкие испытания, как ныне, преодолеть которые можно лишь опираясь на мощь и крепость национального духа. Но для того, чтобы любить свою нацию, оправданно гордиться ею, нужно сопережить ее многовековой тернистый путь, путь блестящих побед и горьких поражений, — для этого нужно знать свою нацию, и эти знания в первую очередь должна давать школа.

Школа должна не просто учить — передавать и заставлять, принуждать усваивать массу необходимых знаний, школа непременно должна воспитывать русских, должна учить быть гражданами России, защитителями, обережителями своей нации, наследниками великой нации с прочувствованной тяжестью ответственности за свою нацию. Для такой работы учителю мало самого большого набора знаний, мало самого высокого педагогического мастерства, учитель сам должен быть прежде всего русским националистом, иметь дар жертвенной любви к своей нации. Хорошо понимая все это, сознавая в таком воспитании погибель для себя, евреи цепко взяли в свои руки образование в России и крепко держат его, сумев выстроить такую жесткую антирусскую структуру от авторов учебников до министра и заместителя Председателя Правительства — куратора образования, что сама мысль о национальном воспитании русских детей звучит в России как нечто недопустимое, преступное. Даже русскому языку, русской литературе русских детей учат в большинстве нерусские картавые преподаватели. Дошло до того, что в аттестатах о среднем образовании против предметов «русский язык» и «литература» допускается ставить прочерк. В России стало некому учить русских детей родному языку, зато на место преподавателя английского языка школы объявляют отборочные конкурсы. Для своих же детей евреи создали в России прекрасную строго национальную систему воспитания.

«Система еврейского образования практически охватывает все формы и уровни воспитания, образования и просвещения. В нее входят и еврейские детские сады, подготовительные классы и воскресные, дневные, общеобразовательные школы, и еврейские университеты, колледжи, училища, разнообразные курсы, лектории, семинары для взрослых. Базовое место в этой системе занимают национальные, дневные общеобразовательные школы с углубленным изучением ряда еврейских предметов: иврита и идиша, истории, религии, традиций еврейского народа, основ еврейской культуры», — похваляется достигнутым Владимир Шатуро, президент Еврейского научного центра при Российской Академии наук.

Главное внимание Еврейского научного центра по признанию его президента сосредоточено на «возрождении еврейской национальной жизни». Владимир Шатуро заслуженно гордится. Еще бы!, если в одной только Москве открыты Государственная еврейская общеобразовательная школа №1311, еврейская школа «Хама» №1812, еврейский детский садик «Хама», еврейская общеобразовательная школа «Ахат Тмимим» и «Бейт–Ривка», дневная школа «Бейт Егудит», технологическая общеобразовательная школа №326, дневная школа «Эц Хаим», еврейский детский сад «Эц Хаим», еврейская школа «Тали», педагогический колледж №9, училище для девочек «Бейт Егудит», Государственная еврейская академия имени Маймонида… В классах по 10–12 детей, на 63 ученика — 35 учителей, широчайший выбор бесплатных дополнительных занятий, бесплатных спортивных секций.

Евреи не просто учат своих детей, а именно воспитывают в национальном духе и ответ на вопрос «что означает для маленьких евреев быть евреем», «какие конкретно показатели и в какой степени характеризуют их национальное самосознание», по признанию Владимира Шатуро, чрезвычайно важен для руководителей Еврейского научного центра при Российской Академии наук.

Укрепляют и развивают еврейское национальное самосознание в России не только еврейские школы, еврейские детские сады, еврейские колледжи, еврейские университеты и еврейские академии. «Напомнить еврею, что он еврей, что он имеет свою веру, чтобы еврей почувствовал себя евреем, чтобы еврей почувствовал свою принадлежность к еврейскому народу, ощутил тепло еврейских сердец» — задача каждой еврейской организации в России, а таких великое множество, пожалуй, ни один народ в России не имеет столько национальных организаций, пожалуй, все вместе взятые национальные организации всех народов России будут числом поменее еврейских организаций: Российский еврейский конгресс, Еврейский благотворительный фонд «Милосердие и культура», Еврейский центр искусств, Конгресс еврейских религиозных общин и организаций России (КЕРООР), Израильский киноклуб в Московском киноцентре, Еврейский фонд поощрения художеств «Цаяр», Союз евреев — инвалидов и ветеранов войн (СЕИВВ), Московская еврейская ассоциация бывших узников гетто и концлагерей, Центр имени Марка Блока при Российском государственном гуманитарном университете, Еврейский научный центр при Российской Академии наук, отделение американского еврейского распределительного комитета в России — «Джойнт», Ассоциация еврейских журналистов, Фонд милосердия «Бикур–Холим», Еврейское брачное агенство, Московский еврейский общинный центр «Хасед–хама», Иудейская религиозная община «Гинейни» (община прогрессивного иудаизма), Еврейское агенство в России, Московское еврейское культурно–просветительное общество (МЕКПО), Еврейский благотворительный фонд «Эстер», Институт проблем еврейского образования, студенческая еврейская организация «Гелель», организация «Хэсэд Авраам», Еврейский благотворительный фонд «Ева», Еврейский общинный центр, Московский еврейский общинный центр «Хабад–Любавич»… Все это только в Москве, по России — кратно больше, и у всех этих организаций одна задача «еврей в России должен чувствовать себя евреем».

— Мы, евреи, — часть человечества, но у нас свои задачи и мы не можем, не имеем права ассимилироваться, — учит российских евреев раввин Элиягу Эссас. — Свободы и равноправия надо максимально использовать для «построения себя», для реализации своего уникального потенциала.

— Каждый год мы должны выбираться из теснин своих животных чувств и устремлений, преодолевая самих себя, давая выраженья своему еврейству, той искре, которая есть в каждом из нас, — призывает евреев в России раввин Давид Карпов. — Начать новую жизнь — с мацой на столе и еврейской верой в сердце! с огнем еврейства в сердце! Построить в России «еврейский дом с еврейской атмосферой» стремится еврейская творческая интеллигенция Москвы. «Активно содействовать оживлению и развитию еврейской общинной жизни в Москве, чтобы люди могли прикоснуться к своим корням, возродить в своей семье еврейские праздники, узнать историю и культуру еврейского народа», — четко выражает свои чисто национальные интересы Московское отделение Еврейского агенства и добивается прекрасных результатов. В день окончания специального семинара «Мешпахот» (семья), проводимого агенством в подмосковном пансионате, когда стали снимать бело–голубой израильский флаг, десятилетний еврейский мальчик, всю свою жизнь, все свои десять лет проживший на русской земле, заплакал и закричал: «Не делайте этого! Нам с этим флагом было хорошо!» Евреи имеют возможность воспитывать еврейских детей в России так, что для них счастье жить под бело–голубым израильским флагом, и для такого воспитания у них в России есть все: прекрасные государственные еврейские школы, университеты, академии, причем лучшие, к примеру, Российский государственный гуманитарный университет, возглавляемый евреем Юрием Афанасьевым, получил роскошный учебный комплекс бывшей Академии общественных наук при ЦК КПСС, и теперь совместно с Еврейской теологической семинарией Америки и институтом еврейских исследований обучают здесь студентов в рамках специализации «Еврейская история, литература и языки», и всякие напасти типа невыплаты учителям заработной платы, мизерные стипендии, при которых студенты больше думают о приработке, нежели о лекциях, обходят евреев стороной. К примеру, высшее еврейское учебное заведение «Торат Хаим», приглашая учащихся в возрасте от 15 до 30 лет, не только предлагает обширную национальную программу обучения: Тора, Талмуд, Алеха, еврейская история, философия, мистика под началом прекрасных зарубежных преподавателей, но и гарантирует стипендию, бесплатное комфортабельное общежитие, бесплатное питание, даже бесплатный проезд к месту учебы. И это в то время, когда евреи в Правительстве России, евреи в министерстве образования России под видом реформы образования стремятся уничтожить бесплатное образование не только в высших учебных заведениях, но уже и в средних школах, когда не только диплом, но уже и аттестат зрелости становится недоступен для большинства русских семей, оставшихся без работы, без зарплаты, без пособий, без пенсий из–за проводимой опять же евреями экономической реформы в России.

* * *

Евреи — единственный народ в России, кто действительно разжигает национальную рознь. Когда я был Председателем Комитета Российской Федерации по печати, евреи публично, печатно вменяли мне, русскому министру, в вину то, что я финансировал издания Пушкина, Гоголя, а не «прекрасные переводы Юлия Даниэля». Московское еврейское культурно–просветительное общество (МЕКПО) требовало от Генеральной прокуратуры возбудить против меня уголовное дело за издания русских философов. Здесь, у нас, в России евреи с гордостью пишут про Натана Щаранского — «убежденный сионист», а про Феликса Дектора с восхищением и пиететом — «махровый антисоветчик и сионист», и в то же время об известном уважаемом русском историке и писателе Вадиме Кожинове презрительно по–хамски евреи пишут «политическая физиономия», митрополита Ладожского и Петербуржского Иоанна клеймят как «воинствующего антисемита», его книгу «Самодержавие духа» называют «юдофобским шедевром», православные телепередачи — «пропагандой мракобесия», а святые для русского человека понятия Самодержавие, Православие, Народность определяют как «разновидность нацизма».

Евреи — единственный народ в России, кто постоянно подчеркивает свою национальную особенность, исключительность, обособленность. Никакому другому народу не пришло в голову разделять фронтовиков по национальному признаку, — это сделали только евреи, образовав Ассоциацию евреев — ветеранов Второй мировой войны, Московскую еврейскую ассоциацию бывших узников гетто и концлагерей, Союз евреев — инвалидов и ветеранов войн. Как подчеркнуто обособленно, даже не еврейский Союз, а именно Союз евреев, который главным своим делом считает издание «Книги памяти воинов–евреев, павших в боях с нацизмом».

В период подготовки празднования 50–летия Победы, работая в правительственной юбилейной комиссии, мне приходилось много читать, изучать, просматривать массу документов, воспоминаний, впервые готовившихся к изданию и уже выходивших прежде книг о войне, и я ни разу не встретил в них не только отдельной еврейской дивизии, но и отдельного еврейского полка, даже отдельного еврейского батальона я там не встретил, да что батальона, ни роты, ни взвода, ни даже отдельного еврейского артиллерийского расчета, но почему–то накануне Дня Победы мэрия Москвы вместе с другими еврейскими организациями провела богатый праздничный вечер именно для евреев, персонально только для евреев — «жертв нацизма и героев сопротивления». Ничего подобного не было сделано ни для русских, ни для татар, ни для казахов, ни для узбеков, ни для грузин, ни для украинцев, ни для белоруссов, которые и числом воевали поболее евреев, и умением воевать, думаю, евреям не уступали. Приведу только одну цифру из политдонесения 323–й стрелковой дивизии 10–й армии Западного фронта о качестве личного состава, поступившего на формирование дивизии из Тамбовской области в августе 1941 года, где на 11 143 русских новобранцев пришлось всего 55 евреев.

Но капля евреев в море русских солдат евреев, похоже, не смущала, они уже тогда, в годы войны, всячески старались отобразить свою исключительность и свою еврейскую значимость. Евреи не могли, как все, просто воевать, быть в общем антифашистском движении, им непременно хотелось создать свой особый Еврейский антигитлеровский комитет. Не вместе со всеми, иначе как пяти десяткам выделиться на фоне одиннадцати тысяч, тысячам — на фоне миллионов, нет же, непременно наособицу, напоказ, громко заявляя «о создании в СССР еврейской организации для поддержки его (Советского Союза! муха заявила о поддержке вола) борьбы против фашистской Германии». Теперь им мало Комитета ветеранов войны, нужна непременно своя — Ассоциация евреев — ветеранов второй мировой войны, но и этого уже мало — организуется Союз евреев — инвалидов и ветеранов войн.

История героических свершений «воинов–евреев», так евреи сами себя любят обособлять, своеобычна. Вряд ли у кого другого вы найдете подобное. Вот как живописует «Международная еврейская газета» (№44–46 2001г.) подвиг одного из двух рядовых солдат–евреев, удостоенных звания Героев Советского Союза. «Лазарь Хаимович Паперник — рабочий Московского часового завода, в составе отряда из 25 лыжников–спортсменов в ходе успешного контрнаступления был послан для разведки в тыл врага. Отряд встретил шедший к фронту немецкий батальон и смело вступил с ним в ночной бой. Было уничтожено до 150 фашистов, но и силы отряда таяли. Наконец, Паперник остался один. Большая группа немцев бросилась к нему, чтобы захватить в плен, но в этот момент он взорвал висевшую на поясе противотанковую гранату и погиб вместе с ними. Командующий Западным фронтом Г.К.Жуков лично представил Лазаря Паперника к званию Героя Советского Союза». И все это на полном серьезе, всерьез, как два отделения, посланные в разведку, атакуют ночью немецкий батальон, при этом не только метко стреляют, но и успевают трофеи считать, в темноте насчитывают до 150 убитых фашистов, правда, при этом все погибают, но кто–то же видит, как Лазарь Паперник остается один и не просто подрывает себя гранатой, но взрывает противотанковую гранату, висевшую у него на поясе (ночью в бою и такое разглядеть умудрился кто–то, может один из немцев, что большой группой бросились к Папернику, чтобы его захватить в плен — вот и замыслы немцев в том ночном бою известны «Международной еврейской газете». Но если кто из немцев и наблюдал так близко героический подвиг Паперника, он погиб вместе с Паперником. Так что не ясно, кто же Г.К.Жукову рассказал о подвиге воина–еврея, и так подробно в деталях рассказал, что командующий лично представил Паперника к званию Героя Советского Союза… Такова еврейская героика.

В то же время по еврейскому календарю, который жиды пытаются навязать всей России, 9 Мая уже не всенародный национальный праздник Победы, а дата для ограниченного круга лиц, для тех, кто воевал. Воевал — празднуй, остальные тут ни при чем. «Независимая газета», редактируемая евреем Третьяковым, в предпраздничном номере мелким шрифтом в одну колонку поздравляет с Днем Победы лишь тех, «кто участвовал в войне советского народа с фашистской Германией». Еврей Черкизов, ведущий телепередачи «Час быка», и вовсе позволяет себе через губу рассуждать, была ли вообще Победа в 45–ом году, и не пора ли 9 Мая называть не Днем Победы, а Днем окончания Второй мировой войны.

Главным для евреев было в юбилейные дни Победы не дать детям и внукам фронтовиков осознать себя детьми и внуками победителей. По такому сценарию еврейских помощников Президента праздновали 50–летие Великой Победы, когда главным героем торжеств, первым гостем на нем стал не русский солдат, победитель фашизма, перед которым склоняли головы и генералиссимус Сталин, и маршал Жуков, а пороха не нюхавший американский президент Бил Клинтон.

Захватив самое мощное на сегодня оружие массового порабощения — телевидение, радио, прессу, евреи всю обретенную ими поражающую силу средств массовой информации сосредоточили на крушении русского национального сознания. Уже само слово русский жиды стремятся опустошить от национального духа, национальной воли, национального смысла, потому что это сокровенное, опорное, вечевое слово русских. Тот русский, в ком еще не иссохла русская душа, в ком страх перед жидовином не заглушил зова крови, и памятны ему заветы, клятвы предков, тот чутко слышит в слове русский и отчаянный клич Коловрата, и прорвавшееся «Господи!» из груди князя Владимира, и хрип ярославца в монгольском аркане, и скрежет мечей на Куликовом поле, и бой кучумских стрел о щиты Ермака, и молитвы сгоравших заживо козельцев, и благословение на битву Гермогена… Слово русский для русских — это гордость и боль, горький попрек, зов к мщению, зов к подвигу. Слово русский для русских — воля, сила и меч. Потому и вскричал Александр Васильевич Суворов: «Мы — русские! Какой восторг!». И жиды, понимая это, своим корыстным умом верно рассчитали, как жизненно важно для них искрошить, истолочь, размыть, лишить национальной силы и духа закладной камень русской души. В размен, в распыл пустили жиды слово русский. Чисто еврейский театр «Гешер» называют «русским». Партию «Исраэль–ба–алия» Натана Щаранского евреи, видите ли, «для простоты и ясности» называют «русской». Еврей Минкин сам себя называет «русским журналистом». Еврея Егора Яковлева другие евреи называют «самым влиятельным русским журналистом». Еврей Лев Аннинский пишет о себе, как о «русском еврейско–казацкого корня», какое–то подобие яблони липово–осинового корня. Так всякая мышь, наплодившаяся в конюшне, может величать себя лошадью.

Прежде, до демократов, еще при коммунистах жиды пытались навязать русским новое имя, придумав для этого «новую общность — советских людей», тогда у еврейских помощников и идеологов Генеральных секретарей ЦК КПСС, типа А.Н.Яковлева, ничего не вышло, теперь жиды придумали нам новый ярлык — «россияне» вместо кровного отеческого имени русский. «Вопрос ведь не архисложный, — при этом поучают нас жиды, — решается, как во всем цивилизованном мире: гражданство российское — россияне». Но им мало назвать нас россиянами, им надо смысл и волю слова русский изничтожить. Вот и пишет еврей Григорий Заславский об учредительном съезде конгресса интеллигенции Российской Федерации: «съезжались лучшие представители русской интеллигенции», а далее в перечислении одни жиды: Марк Захаров, Даниил Гранин, Андрей Вознесенский, Сергей Филатов, Григорий Бакланов, Борис Васильев, Николай Шмелев, Михаил Швыдкой, Татьяна Заславская.., разбавленные лишь Виктором Астафьевым да Григорием Жженовым. Когда же евреи собирают еврейскую творческую интеллигенцию, как было по весне в Доме композиторов, то среди участников ни одного русского, бурята или мордвы, абсолютная национальная чистота: Феликс Дектор, Эфраим Севела, Рада Полищук, Давид Ливнев, Алла Гербер, Самуил Меринский, Генрих Сапгир, Александр Мордухович… Отсюда и чистота их позиций, их ярко выраженная национальная позиция в выработке национальной программы: ретроспектива еврейского кино, альбомы еврейских художников, подготовка артистов еврейских театров, обучение актеров идишу, ивриту.

Евреи в России четко обозначают свою национальную направленность содействовать формированию еврейской культуры, возрождать и поднимать еврейское национальное сознание, еврейское национальное мировосприятие, ощущение своего еврейства. Как хорошо и точно сказала преподаватель Российского еврейского университета Виктория Мочалова: «Хочу, чтобы отогревалась еврейская душа». Получается, что сначала евреи собираются в строго национальном еврейском кругу и обсуждают проблемы развития еврейского национального сознания, укрепления и «согревания» еврейской национальной души, потом те же самые евреи, но уже как «лучшие представители русской интеллигенции» во главе с жидом Сергеем Филатовым садятся обсуждать проблемы русской, российской интеллигенции. Они что, всерьез, на самом деле будут думать о сохранении и согревании русской души, чеченской души, татарской души, о развитии русского национального сознания, национального сознания башкира, бурята, тувинца? Да когда действительно появляется четко выраженная русская национальная программа, эти же самые «лучшие представители русской интеллигенции» с истошным воплем «зоологический антисемитизм!», «русский фашизм!» бросаются строчить доносы президенту: «К Вам, как гаранту Конституции РФ, обращается руководство еврейской общины России с просьбой пресечь разрастающуюся фашистскую заразу, одним из источников которой выступает член Федерального собрания РФ губернатор Краснодарского края Н.Кондратенко. Еврейская община возмущена фактом открытого провозглашения фашистской идеологии, которая в устах должностного лица такого ранга приобретает характер официальной позиции государственной власти РФ. Еврейская община России требует публичной и правовой оценки деятельности краснодарского губернатора, а также незамедлительных практических шагов по пресечению деятельности оголтелого фашиста».

Весь «фашизм» русского Кондратенко только в том, что он громко и внятно заговорил о национальных интересах русских людей, о защите национальных интересов России: — Не может быть бедным такой богатый край, как Кубань. Не может быть бедной такая богатая страна, как Россия. Бедность можно вызвать только искусственно.

Еврейка Галина Друбачевская может писать спокойно, раскованно, с оправданным чувством собственного достоинства: Не отрекусь и я, что я еврейка, Когда придет пора сказать о том.

Писать не в Израиле, писать в России, и не на идише, не на иврите, писать на русском языке. Но стоило русскому Кондратенко на своей русской отеческой земле твердо и уверенно заявить о себе, как о русском, какой же шквал злобы и ненависти это вызвало у жидов. «Известия» усмотрели в выступлениях Кондратенко «большую угрозу настоящему и будущему России», журнал «Новое время» навесил на Кондратенко все ярлыки от «кухонного юдофоба» до «бытового пещерного антисемитизма», «Московские новости» требуют изгнать Кондратенко из Совета Федерации…

Жиды меры не знают. Выступая в Московском городском суде еврей Абушахмин, представляя интересы Президента, уверенно и громогласно внушал судьям, что не может министр в Правительстве России все время говорить: «национальный дух, Россия, Русь, русские, русские, русские…». И судьи раболепно внимали жиду.

* * *

Евреи пекутся только о своей выгоде. Иначе думать они не могут. Не дано им. Так уж они устроены. Жидов не перевоспитать, не переубедить. Их бесполезно укорять, стыдить, взывать к их совести. Евреев надо принимать такими, какие они есть, и понимать, что нельзя им давать власти в России. Ни маленькой власти, ни большой — никакой! Всякую власть, всякую должность евреи пользуют исключительно собственной корысти ради. Еврей тащит во власть, на все посты, должности и должностишки, любые мало–мальские хлебные, теплые места только евреев, и каждый из этих евреев радеет об интересах только евреев, нагло, цинично пренебрегая всем прочим, касается ли это интересов человека иной нации, или интересов иного народа, или интересов целого государства, кроме Израиля.

Для еврея, что Россия, в которой он живет, что Африка, в которой он, возможно, никогда не был, — все едино, для еврея есть только одна земля, отличающаяся от прочих — Израиль. Как пишет об этом бывший советский гражданин Феликс Дектор: «Есть только два места, где может жить еврей: это Израиль и не–Израиль. Не–Израиль — это может быть Россия, Германия, Африка, Америка, не принципиально». Вот вам доказательство. Когда нужно было жидам прибрать к рукам лакомые куски государственной собственности, но мешал закон об именных приватизационных счетах, два жида Чубайс и Красавченко, бывший тогда председателем Комитета Верховного Совета по экономической реформе, быстро сообразили, как обойти мешающий жидам закон. Расчет сделали на так называемые особые полномочия Президента, которыми Ельцин обладал в 1992 году. Ельцин имел право издавать указы, формально противоречащие закону, но если Верховный Совет в течение недели не отменял такой указ, указ вступал в силу. Чубайс подписал у Президента указ о введении вместо именных приватизационных счетов безличных ваучеров, а Красавченко, получив указ, продержал неделю его в сейфе, и указ автоматически вступил в силу. Так два жида в интересах кучки жидов, ставших в результате этой аферы собственниками гигантского народного добра, обобрали до нитки все народы России. Классический пример жидовской власти! Чубайс с Красавчено не монстры, не вампиры, не недочеловеки, они обыкновенные, нормальные жиды. Других жидов не существует. И по–другому вести себя жиды не могут. Я в этом убеждался всякий раз, когда, будучи министром печати, получал распоряжения от вышестоящих жидов или ко мне обращались высокорангированные жиды с «просьбами», заранее знал, что это будут непременно хлопоты об интересах только жидов. Хлопочет ли от имени Президента его помощник еврей Костиков выпустить книгу еврея Александра Яковлева, или первый заместитель главы Правительства еврей Шохин правительственным распоряжением обязывает немедленно открыть государственное финансирование строительства типографии для частной «Общей газеты» еврея Егора Яковлева, и никакие доводы, что газетенка частная, что подписной тираж ее ничтожно мал, меньше девяти тысяч, что в Москве стоит половина печатных машин без работы, евреем Шохиным в расчет не принимались, он о том и слышать не хотел. Перед интересами еврея все остальные интересы ничто. Жид работает только на жида. И когда руководитель Администрации Президента еврей Сергей Филатов «просил» оказать финансовую поддержку «Литературным новостям», можно было, не заглядывая ни в газетку, ни в список авторов, ни в список редколлегии, заранее знать, что это еврейская газета.

Еврейская рука моет только еврейскую руку. Еврейскую породу не переделать, нечего на это ни время, ни силы тратить. А потому законом жизни России должно стать — ни грана власти жидам. Принцип государственной власти должен быть нерушим: русские не командуют в Израиле, нечего евреям командовать в России. Иначе каждый раз будет повторяться то, что происходит сегодня, когда евреи, властвуя в России, постоянно сокращают расходы на зарплату, жалованье военным, пенсии, выплаты матерям и детям, а у себя , в Израиле в то же самое время принимают решение увеличить общий объем выплат военным, госслужащим и пенсионерам со 163 миллиардов шекелей (46 миллиардов долларов) до 300 миллиардов шекелей. За один год — вдвое! Это что за израильское экономическое чудо? Что за взрыв экономической мощи жидов? Или из недр израильской земли забили нефтяные фонтаны? Или все же эта золотоносная жила проложена в Израиль жидами из России? Как торжествующе победно отчитываются перед еврейским народом по II–му каналу израильского телевидения Березовский, Гусинский, Хаит, Малкин: — Колоссальное, невиданное в истории перераспределение собственности. В 1991–м почти на 90 процентов была государственная собственность. Сегодня огромная, богатая страна на 75 процентов — на 75 процентов! — уже не является собственностью государства. 60 процентов российского капитала принадлежит еврейскому бизнесу…

* * *

Пока исподволь, воровато, но это пока, устанавливается в России двойной стандарт еврейский и не–еврейский, что впору вывешивать таблички «Только для жидов». Впрочем, они уже реальны, незримы, но ощутимы, что на Кремле, что на Доме Правительства, что на судах, что на банковских домах… Чтобы получить кредитную карточку Столичного банка сбережений, нужно заполнить заявление–анкету, где в перечне анкетных данных сразу после фамилии, имени, отчества надлежит указывать девичью фамилию матери. Такая точность важна только для евреев, которые по матери определяют национальность. Для тех самых евреев, что публично, шумно, истерично, настырно и небезуспешно добиваются отмены графы национальность не только в паспорте, но и в любом другом документе, для тех самых евреев, что поучают нас, что «гордиться национальностью надо тихо», «чистопородность нужна только собакам и лошадям», что «свою «кровь» учитывают только для животных, а для людей — лишь фашисты».

Ни один жид, открыто, нагло грабивший и грабящий Россию, до сих пор не предстал перед судом, зато русский офицер, подполковник, не получая долгие месяцы ни копейки на содержание части и не имея иных средств кормить солдат, поддерживать в боеготовности вверенное ему подразделение, вынужденный продавать солярку, и, как показало следствие, всю выручку от продажи пустивший на содержание части, ничего себе не взявший, этот русский офицер, получает семь с половиной лет с конфискацией имущества и лишением воинского звания…

Пора делать выводы. Если нам, дуракам русским, не в урок ни Иоанн Грозный, ни Екатерина Великая, ни Александр III, ни святой Иоанн Кронштадский, ни Федор Михайлович Достоевский, которые видели в евреях непримиримых врагов Христовых, врагов русского народа, и тщетно предупреждали нас о том, так, может, наша собственная нищета, наше собственное унижение, нынешний позор России научат нас, наконец, тому, что нельзя терпеть евреев во власти, ни толики власти нельзя отдавать в их пакостные руки.

Сегодня вопрос о поголовном изгнании евреев из власти стал вопросом здоровья или гибели России, жизни или смерти русского народа.

Чтобы спасти Россию, надо не бить жидов, надо не голосовать за жидов.

Не место жидам в Государственной Думе! Не место жидам в законодательных собраниях краев, областей, автономий! Ни одного жида во главе республики, края, области, города, района! Пусть лучше рука отсохнет, чем за жида голосовать!

РОССИИ НУЖНЫ ГЕРОИ

Извелись на Руси герои — вот главная и единственная причина того, что происходит в России, что происходит с Россией и почему. Прежде как было? Приходил на Россию враг, и, оставив все, шел русский люд побивать врага. Иного для себя никто не представлял, размышлять и толковать было не о чем. А теперь что? Целые армии русских генералов, политиков, политологов, экономистов, идеологов, министров, директоров, да просто здоровых русских мужиков выдвигают доктрины, строят концепции, начертывают программы, малюют лозунги, митингуют, совещаются, консолидируются, избираются.., много чего еще делают, да и чего еще только ни делают, чтобы прикрыть свой страх, свою беспомощность, свое мелкодушие, свое безволие, свое безверие, свое бессилие перед врагом. А что враг на русской земле — так это только дураку и трусу надо объяснять, доказывать очевидное, что разрушение национального государственного устройства, развал национальной экономики, распродажа за бесценок национального богатства, созданного, хранимого и приумножаемого десятками поколений русских людей, и, наконец, как завершение, итог социальной и экономической политики нынешней демократической власти — убийство русского народа — это не чья–то глупость или ошибка, да и нет в правлении страной таких дураков, алкоголиков, взяточников, чтобы можно было содеянное ими объяснять их дуростью, пьянством или мздоимством — идет целенаправленное, злоумное, наперед рассчитанное изничтожение русского народа, Российского государства. В доказательство истребления русского народа приведу официальную статистику, взятую из доклада Комиссии по вопросам женщин, семьи и демографии при Президенте Российской Федерации.

За последние десять лет, за годы так называемых демократических социальных и политических реформ, резко упала рождаемость в России, сократилась почти в два раза, и теперь на тысячу жителей в год приходится меньше десяти новорожденных. Если пользоваться демографическим понятием «потерять неродившимися», то Россия с начала «перестройки», с 1986 года, потеряла неродившимися свыше шести миллионов человек. И это лишь начало трагичного поминальника русской нации. За это же время общая смертность в России возросла в полтора раза и список преждевременно умерших составляет более трех миллионов человек.

С 1992 года смертность в России превысила рождаемость и начались, как говорят специалисты, процессы депопуляции, проще говоря, с 1992 года Россия вымирает. Нас с каждым днем становится меньше и меньше в жутко нарастающей прогрессии. Если в 1990 году прирост населения в России был еще заметно ощутим — больше миллиона человек, точнее 1'400'000 человек, то уже в 1991 году прирост населения сразу упал до 162 тысяч, а с 1992 года Россия вымирает в самом прямом и полном смысле этого слова.

В трагичном для судьбы России 1992 году впервые в современной истории Российского государства население страны сократилось на 30'900 человек. И дальше началось невиданное по темпам и масштабам вымирание нации. В 1993 году нас стало меньше уже на 308 тысяч человек, в 1994 году мы потеряли почти миллион человек, в 1995 году — полтора миллиона человек! Такой демографической катастрофы, столь громадной по своим масштабам и столь стремительной, в текущем, завершающемся столетии не знала ни одна страна в мире, ни одна нация. Ничего подобного не происходило ни в годы первой, ни в годы второй мировых войн, ни в годы послевоенных разрух. Даже во времена большевистских довоенных репрессий, в период неприкрытого геноцида русского народа, от которого нас спасла война с Германией, интенсивность уничтожения нации была несравнимо ниже.

Русские женщины перестают рожать, они боятся рожать, боятся, что при нынешней нарастающей безработице, нищенской заработной плате, развале медицинского обслуживания они не смогут, не хватит ни сил, ни средств, благополучно выходить ребенка. Иметь сегодня ребенка для многих стало просто не по карману. Оттого зловеще велико количество абортов в России, катастрофически велико для сохранения национального государства, немыслимо велико для развитого человеческого общества, преступно велико для православного мира: масштабы детоубийств в России достигли четырех миллионов в год! Официально зарегистрированных абортов. А сколько еще остается вне подсчетов? Специалисты утверждают, что на каждый официально зарегистрированный аборт приходится два, а то и три неучтенных плодоубийства. Тем более, что нынешнее правительство не собирается нести ни малейшей ответственности за массовое уничтожение будущего нации. «Демократические» газеты буквально ломятся от предложений интимных услуг с заманчивой рекламой убивать нарождающуюся нацию без болей и последствий. Но нет абортов без последствий. Аборт не только убивает плод, аборт калечит, убивает мать.

Материнская смертность — еще одна страшная строка в поминальнике России. По числу материнских потерь не только от абортов, но и при рождении ребенка, Россия на позорном, чудовищно рекордном первом месте. За сто тысяч новорожденных мы расплачиваемся 60 матерями, это в 15–20 раз больше, чем в других странах мира.

Страх рожать детей, нежелание обзаводиться семьями (все больше в России разводов, все меньше браков), вообще нежелание жить — таков результат проводимых в России социально–экономических реформ, приведших к общему спаду производства, нарастающей безработице, к снижению уровня жизни, разгулу преступности.

С 1991 года самоубийц в России стало больше вдвое. Прежде — 26 человек на сто тысяч жителей, теперь — 56. Целый город в 84 тысячи взрослых людей каждый год накладывает на себя руки от нежелания, невозможности жить дальше. Это больше всемирно известных жертв в Нагасаки, где атомной бомбардировкой американцы убили и ранили 75 тысяч человек. У нас каждый год — по 84 тысячи убитых жизнью. Это гибель целого народа, такого, как хакасы или балкарцы.

Прежде причинами самоубийств были семейные и личные неурядицы, разводы, супружеская неверность, смерть близких, одиночество, теперь, начиная с 1992–1993 годов, толчком к погибели стали потеря работы, нищенская зарплата, потеря сбережений, потеря смысла жизни. Если прежде большинство пациентов Кризисного центра составляли женщины, теперь — мужчины.

Страшные цифры. Однако есть и того страшнее. В России все больше самоубийц среди детей. Отдельной, специально заведенной строкой статистика фиксирует теперь детскую погибель в разряде самоубийств. Больше двух тысяч детей ежегодно кончают свою жизнь. И прежде среди детей случались самоубийцы, но то были случаи настолько редкие, единичные, что хватало им места в примечаниях статистических отчетов. Но чтобы постоянно фиксировать все возрастающее число детей–самоубийц, вынужденно заводить отдельную графу для этого — до такого ужаса не доходило, такое и в кошмаре присниться не могло.

Так называемые «демократические» преобразования России в первую очередь резко сказались на сроках жизни народа. Никогда так стремительно не укорачивался век русских людей: у мужчин сразу на три года, у женщин — на год с лишним. Если и дальше сохранится нынешний повозрастной уровень смертности, то, по расчетам специалистов, официально представленных Президенту, из нынешнего поколения родившихся мальчиков сорок процентов не доживут до 60 лет, а в сельской местности Тувы, Хакасии, Ленинградской, Новгородской, Псковской, Владимирской, Тверской, Тульской, Кемеровской, Иркутской, Амурской областей до пенсионного возраста не доживет половина родившихся сегодня.

И рождается мало и у родившихся короткий век.

Я старательно придерживался точного цитирования документа, но одно, на мой взгляд, требует обязательного тут же уточнения: мы не вымираем, не вымирает русский народ, как говорится в президентских документах; точнее, правильно, честнее сказать — русских убивают.

Вся реформаторская, демократическая политика последних лет во всех областях жизни Российского государства — финансовой, промышленной, сельскохозяйственной, военной, медицинской, образовательной — создает погибельные условия, условия невыживания русского народа. Как, спрашивается, жить миллионам стариков, немощных уже трудиться, если в один день все их сбережения, по трудовой копейке откладываемые всю жизнь на старость и смерть, государство превратило в ничто, сделав враз всех нищими. Но и работающим, мастеровым людям не легче, если сокращаются в России объемы производства, каждый день останавливаются заводы, гражданские, оборонные, не суть, все идут под одну уничтожающую гребенку, и миллионы русских людей хорошо еще, если оказываются в безработных, когда можно куда–то идти, требовать и получать какие–то пособия и определяться, как теперь жить дальше в своем новом обездоленном положении, когда ни твои знания, ни твой опыт, ни твое умение, еще недавно гарантированно ценимые в обществе, вдруг оказались никому не нужными, но во много крат больше безработных среди тех, кто продолжает работать, они при деле и действительно делают дело, не сидят сложа руки, но нет им платы за работу, и уйти им самим с работы, искать себе другое место — страшно; и работают, и хуже безработных.

За ничтожно малым исключением население России стало жить хуже, беднее, бесправнее. Десятки тысяч заводов, фабрик, пароходов, рудников, комбинатов, магазинов, складов, клубов, театров, институтов, музеев, санаториев, домов отдыха, пансионатов, пионерских лагерей.., выстроенных на деньги всех жителей России, их родителей и дедов, оттого всю жизнь получали они мизерную зарплату, что на недоплаченное им за их труд создавалось общенациональное, общенародное богатство, и все это в одночасье оказалось в частных руках новоявленных капиталистов, загнавших еще вчера свободных и гордых граждан великой страны в положение рабов новых «хозяев» России.

Как пережить честным и совестливым русским людям все это, когда на твоих глазах прежде богатый и достойный дом твой, твое Отечество — твою Россию унижают, разоряют, разворовывают. Какое отеческое сердце может это в спокойствии наблюдать, какая русская душа не будет разрываться, хорошо понимая, что не в землетрясение и не в войну то происходит, не по злому року или сошествию обстоятельств, а по авторскому, точно прописанному сценарию продуманно и взвешенно подводят русский народ к его последней черте.

Вот как это делается.

Опустошили сбережения граждан в сберегательных банках, государственных! заметьте, банках, пустили народ по миру, народ заметался, схватился за голову: как теперь жить, как умирать, если на похороны не осталось ни копейки. Многие старики так и говорят: и жить не хочется, и умирать боюсь, боюсь, что в целлофановом мешке похоронят. И вдруг просвет во мраке безнадежности, случай поправить свое положение: финансовые пирамиды с нахрапистой агрессивной рекламой на экранах государственного (!) тогда еще телевидения. От безысходности, от только что пережитого ужаса рванулись люди со всем последним, что оставалось у них на руках после ограбления государством, рванулись к мавродиям, как голодная весенняя рыба бросается на голый крючок…

Подобные жестокие финансовые фокусы мавродии проделывают не в первый раз, не в первый век, не в первой стране — классические иудейские штучки, однако в других странах за такие финансовые трюки уже давно отрывают головы, но только не в строящей демократию России, где хорошо все знающие, все понимающие мавродии в правительстве, мавродии на телевидении, со скорбной улыбкой брезгливой жалости глядели на суетливые стада вкладчиков, как мясники глядят на скот, уготовленный к убою.

Ведомо было всем властным структурам России, что творят мавродии, но они, правители от демократии, осознанно добивали народ, ломали его силу, ломали его волю, опускали его достоинство, лишали его уверенности в себе, растаптывали его гордость. Народ умышленно гнали на инфаркты, загоняли в петлю. Для чего? Растерянным, опустошенным, немощным уже что–либо понять в происходящем, обезволенным и обессиленным людям легче внушить необходимость приватизации — распродажи в частные руки общенационального, общенародного добра. Дескать, вы бедны, а у государства столько заводов, фабрик, рудников.., вам же все это в бремя, а продадим — казне прибыль, и вам — достаток, государственную собственность поделим на всех. Хоть и видели правители государства, что добились чего хотели: в шоке народ, а все ж боялись его гнева, сопротивления, потому так многоголосо и лгали, фарисействовали не сходившие с телевизионного экрана гайдары и чубайсы, делали вид, что просят и получают народное согласие на приватизацию. Но вот продали сотни, тысячи, десятки тысяч предприятий, больших и малых, никому не известных и славных на весь мир — где эти деньги? Нет ничего. Значит, не проданы предприятия, а разворованы, прикарманены, спущены за так. Промотаны, одним словом. Почему же спроса за то ни с кого никакого? Да потому, что так и задумано было, именно так — сначала отнять личное у человека, выскрести у него все до последнего грошика, потом лишить человека общего, но тоже частью ему принадлежащего, чтоб раздавила его, размозжила глыба «как теперь жить?» А чтоб подтолкнуть, подпихнуть еще вчера крепкого, здорового, уверенного в себе мужа, отца к жизненному обрыву, лишают его и последней цепки за жизнь — рушат его былые идеалы, те нравственные критерии, на которых он рос, вырастал и растил своих детей…

Нас, русских, убивают. Убивают продуманно, спокойно и уверенно, и будут убивать до тех пор, пока русский народ не истощится, не измельчится, не растворится в массе других малочисленных народов, пока не исчезнет вообще.

То, что русских убивают, это очевидно, об этом говорят и сказано немало, поразительно другое: убийство происходит у всех на глазах; массовое уничтожение целого народа, истребление великой нации творится на глазах у всех и сознается всеми, но вот кто убийца, кому мешает, кому так ненавистен русский народ — об этом никто не проронил ни слова. Целый народ уничтожают с хорошо продуманной жестокостью — и молчок! Убийцы молчат — понятно, но почему молчат те, кого убивают? В каком кроличьем страхе пребываем мы, что даже боимся назвать своего убийцу, чего уж там говорить про отпор убийцам.

Ответ на вопрос кто убивает русский народ будет убедителен и доказателен лишь в том случае, если прежде мы внятно разберемся за что нас убивают, кому мы ненавистны и почему? Сегодня легче понять, что происходит в мире, потому что упростилась первопричина всего происходящего, до корешка обнажилась первопричина войн, смен правительств, убийств президентов, межнациональных конфликтов, любви и ненависти стран и режимов. К концу нынешнего столетия запасы земных кладовых катастрофически тают, многие на исходе, и тот, кто будет владеть разведкой, освоением, добычей, переработкой, распределением и продажей сырья, тот и будет вершить власть в мире, определять уровень жизни, состоятельность, мощь, независимость государств. Во главу всех интересов всех стран, в основу всех интриг в мировой политике поставлено сырье, которого у России 64 процента всех разведанных на сегодня месторождений в мире, а, значит, тот, кто будет хозяйничать в России, тот и будет если не всецело определять, то существенно влиять на происходящее в мире. Поэтому богатейшая Россия въяве становится если не ключом к парадному подъезду, то уж точно отмычкой к потайной двери мирового господства. Овладеть Россией — значит овладеть миром.

Прежде в статье «Кому мешает национализм» я уже писал, почему Россия не может наладить нормальный сырьевой торг с Западом, остро нуждающимся в нашем сырье. По той очевидной причине, что Запад не может быть полноценным и равным партнером в деловых отношениях с Россией. Запад слишком беден для того, чтобы покупать у нас в нужных ему объемах нужное ему сырье, хотя сам же и устанавливает существующие ныне мировые цены. Но даже если бы Запад и был состоятелен платить сполна нам, он все равно бы не захотел, не смог бы допустить, это для него самоубийственно, чтобы Россия богатела, набирала финансовый вес в мире. Запад больше всего боится потерять свое финансовое влияние на Россию, свой единственный крепкий рычаг воздействия на Россию. Вся сила, весь авторитет Запада, все его влияние не только на Россию, но и тайное, и явное воздействие на дела всех стран в мире держатся только на манипулировании деньгами. Гигантская, крепко сплетенная финансовая сеть с моментально регулируемой ячеей банков, финансовых, товарных бирж, валютных фондов, рынков ценных бумаг наброшена на мир и жестко спеленала его, и только Россия, по неприязненному откровению бывшего шефа ЦРУ Аллена Даллеса названная «самым непокорным на земле народом», не дает затянуться петле, более того, оказавшись последней в неводе и застряв в горловине сети, Россия может и вовсе удавочку эту порвать, и тогда вся сеть, не один век плетенная, может ослабнуть, а то и вовсе опасть.

Количество имеющегося сегодня в России сырья на общем фоне всемирного сырьевого оскудения и обнищания, переводит Россию в качественно новое состояние. Тот, кто будет владеть Россией, той частью богатейшей земли, называемой Россией, тот и будет определять судьбу всего мира. Борьба за сырьевые богатства России — это не просто борьба Запада за собственное процветание и выживание, это борьба Запада за реальную власть в мире, когда на карту поставлен успех или поражение всего содеянного Западом за последние полтораста лет. Принесет ли невод, опутавший весь мир, желанный улов Западу, зависит от того, окажется ли в стянутом неводе Россия.

Слишком дорог невод, плести его требовались крючья мировых войн, революций, партий, диктатур, терроров, режимов. переворотов, чтобы Запад мог согласиться, смириться с малейшей возможностью неудачи. После стольких лет, стольких трудов, стольких затрат не завершить путину из–за одной только России, кто ж согласится на это. Да и много ли осталось «делов» с Россией, когда она почти вся уже в неводе, когда сделано главное, еще недавно казавшееся немыслимым, далекой и дорогостоящей мечтой — разрушена великая империя, мощнейшая супердержава Советский Союз. Обкорнана, морально разложена, до позорной нищеты доведена российская армия. Уничтожен российский флот. Разлажена экономика страны. Контроль над производством и наукой в руках международных организаций. Все руководящие структуры России, начиная с президентской, устойчиво и надежно проводят в жизнь западную антирусскую политику. В России хозяйничает доллар. Все экономические разрушительные реформы проводятся строго по западным антирусским программам и чертежам. Когда президент России — западная кукла, что уж говорить о его министрах и помощниках…

Так почему же тогда Запад не покидает тревога в отношении России? Да потому, что слишком велик и своенравен русский народ — стержень и основа России. Вся прозападная верхушка России с ничтожно малым новым классом прозападных банкиров, предпринимателей, капиталистов жируют и властвуют в России лишь потому, что миллионы и миллионы русских людей оболванены антирусскими телевидением, радио, газетами, но уже завтра эти люди прозреют, они уже сегодня начинают приходить в себя, и что тогда? Куда денется эта ничтожная кучка национальных предателей? Расточится в пыль! Но даже если не кучка предателей, а все сто двадцать миллионов русских и по их примеру еще тридцать миллионов народов России ударятся в ноги Западу и добровольно, подчеркиваю — добровольно, осознанно согласятся с потерей своей национальной, государственной независимости, с колонизацией своей богатейшей, родной земли, откажутся от своего родного языка, своей культуры, своей истории, единогласно проголосуют за вхождение еще одним штатом в американский состав или любезно призовут иудеев безопасно строить свое государство в России, все равно это не успокоит Запад, не лишит его тревоги. Выпадало России и триста лет быть под чужим игом, да нарастали новые поколения русских, поднимался в них национальный дух и разносили они чужеродное ярмо так, что и осколков того ярма не оставалось более на свете.

Сейчас, пока контужены русские люди национальной катастрофой — развалом великой державы, придавлены обрушившейся на них нищетой, они могут и проголосовать, как Западу угодно, но завтра наступит опамятование не одного, не тысячи — миллионов, и что тогда? что стало с посаженным на Москве польской шляхтой Лжедмитрием или что стало с Наполеоном, занявшим царские палаты в Кремле?..

Это, как и многое другое поучительное в российской истории, западные стратеги хорошо знают и помнят, чтобы не обольщаться сегодняшним днем в России, понимают, что ни сломить, ни обольстить русский народ не удастся; уж если большевикам, узурпировавшим всю власть в России, за 75 лет не удалось не то что извести, но даже поколебать Православную Веру — опору национального русского духа, тем более западным проповедникам не перекрестить русский народ. Вот и получается, что для достижения мирового господства, к которому Запад давно и напряженно стремится, и теперь только Россия одна у него на пути, ничего иного не остается Западу ради достижения цели, одно ему остается — убрать с дороги «мешающий» ему, оттого так ненавистный ему русский народ. Вот откуда жестокий, истребляющий, убийственный характер всех «демократических» реформ в России, вот откуда десятки миллионов русских людей, не доживших свой век, не родившихся за годы «демократического» российского реформаторства.

Теперь, когда мы разобрались, почему и за что убивают русский народ, можно доказательно ответить на вопрос кто убивает русский народ.

Нас убивают за то, что мы, русские, встали поперек дороги тем, кто рвется к мировой власти, к мировому господству, встали на пути тех, кто повершает в России свои многовековые устремления к владычеству над миром.

Но кто конкретно? Обратимся к истории.

В VIII–VII веках до Рождества Христова под ударами Ассирии и Вавилона пали маленькие ближневосточные царства Израильское и Иудейское. Местные мудрецы, превратно истолковав священные книги, стали учить свой народ тому, что скоро грядет мессия — царь Израильский, который не только восстановит справедливость, вернет иудеям утерянное, но и сделает их господами мира. С тех пор иудеи, считая себя народом, избранным для мирового господства, ревниво оберегали свою национально–религиозную исключительность. Закоснев в ожидании мессии как политического и военного лидера, иудеи отвергли истинного мессию — Иисуса Христа, пришедшего в мир с проповедью покаяния и любви. Особую ненависть вызвало у иудеев то, что Христос обличил заблуждения иудейских «законников» — книжников и фарисеев, разрушил миф о «богоизбранности» иудейского народа. Обличая сатанинские истоки безмерной гордыни самозванных претендентов на мировое владычество, «Иисус сказал им… Ваш отец диавол и вы хотите исполнять похоти отца вашего» /Ин. 8:42,44/.

Простить Ему правды «сионские мудрецы» не могли. Христос был оклеветан и по лжесвидетельству осужден на смерть. Но распятым Христос оказался для иудейских богоборцев еще страшнее. Христианство стремительно завоевало мир, отодвинув мечту иудеев о мировом господстве. Тогда иудеи объявили войну христианской церкви. Вести ее открыто христоненавистники не могли, не хватало у них для того ни людей, ни сил, их оружием стали тайные общества и организации, скрывавшие за внешне благовидной деятельностью свою главную цель — низвергнуть христианство, разрушить национальные государства и подготовить «добровольное» объединение мира в рамках единой международной политической структуры под властью единого мирового правительства. Оно и должно, по замыслу «архитекторов» этого «общемирового дома», на фундаменте общечеловеческих прав воплотить в жизнь многовековую мечту иудеев о господстве над миром. Сегодня их мечта реальна, сегодня иудеи близки к своей цели. Крупнейшие страны мира в воле иудеев — высшие государственные посты, господство в финансах и торговле, полнейший контроль над средствами массовой информации, всевластие в культуре, — все в их руках. «В Америке почти вся оптовая торговля, тресты и банки, природные богатства, и, главным образом, сельскохозяйственные продукты, в особенности табак, хлопок и сахар, находятся под господствующим влиянием еврейских финансистов или их агентов. Еврейские журналисты представляют собою в Америке также большую и могущественную группу… Евреи являются самыми многочисленными и крупнейшими собственниками городских земель. Они играют выдающуюся роль в театральном деле. Безусловно, они держат в руках информационное дело во всей стране… Еврейский вопрос делается, таким образом, вопросом жизни для самого американского духа," — итожил Генри Форд1 захват Америки иудеями в начале века.

Прежде Америки, в конце прошлого века, «о мирном завоевании» иудеями Франции мягким способом, лишая людей «сперва собственности, потом традиций, нравов и религии», писал Эдуард Дрюмон. Не смогла противостоять иудеям Англия, быстро смирившаяся с тем, что «еврей истинный повелитель мира, что еврейство представляет собою сверхнацию, стоящую над народами, и что оно господствует силою золота, и, оставаясь в тени, играет народами, как пешками». Тогда, в конце прошлого — начале нынешнего века, в каждой стране еще находились национально мыслящие люди, у которых хватало чистоты национального сознания и крепости национального духа, чтобы не только чувствовать, видеть смертельную опасность для нации в захвате иудеями финансовых структур, прессы, политических постов, но и внятно говорить о разрушителях национальных государств.

За прошедшие с тех пор десятилетия, наполненные новыми войнами, революциями, переворотами, сменами правительств, убийствами президентов, иудеи сделали стремительный рывок к власти, к деньгам, к управлению общественным сознанием, — победоносные, триумфные для иудеев десятилетия. От частных побед в разных странах иудеи перешли к созданию единой системы управления миром. По их сценариям создаются, развиваются, набирают непреодолимую мощь межгосударственные, международные финансовые, политические, военные системы. Стежок за стежком сшиваются сети, прежде опутавшие отдельные страны, в прочную сеть для всего мира. С такой гигантской сетью иудеям одним не справиться, не под силу, жаден роток, да кусок больше, выручает масонство — айсберг иудейской власти, как айсберг гигантский по мощи своей и как айсберг не выказывает глазу всю свою мощь. Изумительная по хитрости и изворотливости организация — заставить других служить себе. И среди русских сыскались иудейские слуги, предавшие интересы своей Отчизны. Масонские организации в России процветают теперь уже без всякой ширмы.

Все крупнейшие финансовые системы, а, значит, все деньги мира сосредоточены в руках иудеев. Это действительно самый мощный, самый универсальный рычаг управления. И нет уже в мире ни Дрюмона, ни Форда, ни Кодряну, ни Достоевского, ни Даля, ни Нилуса, ни Гамсуна, ни тех тысяч менее известных политиков, философов, писателей, которые мужественно и честно спасали свои народы от иудейского порабощения. Одни уничтожены, другие подкуплены, большинство просто запугано. Мир замер и сдался, как кролик перед удавом, но не сомкнулись еще ядовитые клыки змеиной пасти, змея захватила и крепко держит, но доглотить пока не может Россию. Готовится змея для последнего глотка, вся в напряжении, еще бы: или проглотит или подавится.

Кабала России повторяет кабалу Франции, Соединенных Штатов, Великобритании, Германии, Испании, Италии.., разве что суеты в иудеях заметно прибавилось, то ли от жадного предчувствия долгожданной победы, то ли от животного страха в предчувствии ответа за все содеянное.

«…Евреи монополизировали общественные богатства, все захватили в свои руки…

Без шума захватывают все места, все должности в стране от низших до самых высоких…

Создали свой собственный странный язык, который теперь в ходу во всех газетах Поржеств, Рейнахов, Дрейфусов… Евреи стали руководителями общественного мнения…

В деле разрушения посредством насмешки, которое французы одобряют с идиотской улыбкой… Его, еврея, воодушевляет ненависть ко всему прекрасному и славному в нашем прошлом…

Надо видеть эту низкую еврейскую манеру: сразу же, как по мановению волшебной палочки, начинают поливать честного человека грязью из сотен и тысяч ведер. Для этих разбойников печати нет ничего такого, что не годилось бы как средство к их грязной цели…

А если, несмотря на все изыскания, он не найдет ни в общественной, ни в частной жизни своего противника ничего такого, что можно было бы использовать, тогда этот негодяй прибегнет к простой выдумке. И он при этом твердо убежден, что если даже последует тысяча опровержений, все равно кое–что останется. От простого повторения что–нибудь да прилипнет к жертве. При этом такой мерзавец никогда не действует так, чтобы его мотивы было легко понять и разоблачить. Боже упаси! Он всегда напустит на себя серьезность и «объективность». Он будет болтать об обязанности журналиста и т.п. Более того, он будет говорить о журналистской «чести»… Именно эти негодяи более чем на две трети фабрикуют так называемое «общественное мнение»…

Победы своей мировой программы евреи добиваются следующими способами: а) финансовым господством над миром, б) политическим господством, в) еврейским влиянием на воспитание, г) опошлением всей духовной жизни при посредстве продуманной системы развлечений и удовольствий, которую можно выразить, пожалуй, одним словом «балаган», д) посевом идей, но не идей истинного прогресса, а посевом призрачных и разлагающих экономических теорий и разрушительных тенденций…» Все это написано не сегодня, не в России и не о России, это написано в разное время, даже в разные века, написано разными авторами, на разных языках и в разных странах, но как будто написано сегодня в России и о России. Так что в отношении к России иудеи ничего нового не придумали, буквально по писанному добирают они Россию к своим жадным и липким рукам, уже забрав себе финансы России, власть, контроль над производством через продажу промышленных предприятий и покупку их, через систему распределения всех финансовых вливаний в экономику. Их идеология, благодаря захвату и присвоению ими всех ведущих средств массовой информации, в первую очередь телевидения, стала господствующей в России. Разрушив систему образования, они создали свою. Даже присматриваться не надо, только посмотрите, всё ведь на виду: кто владеет Россией, кто управляет нашей страной? — сомнительных кровей Президент, если даже и русский по происхождению, то абсолютно нерусский по духу и национальному сознанию, национальному инстинкту, иначе бы он не окружал себя полнокровным иудейским кагалом. Поэтому в Кремле снова, как в 1613, 1812, в 1918 годах не русский дух, не Русью там пахнет.

Все крупнейшие банки России, все фонды и биржи — сплошь под иудеями. Все средства массовой информации — их же. Государственную Думу по количеству нашедших там себе место иудеев в пору переименовывать в «кнесет». А посмотрите на Правительство России — не сразу и определишь, то ли правительство России, то ли правительство Израиля. Когда встречаются министры иностранных дел разных стран — поистине братская встреча. И это только первый ряд властных структур в России, которого иудеи как правило стараются избегать, как моль избегает солнечного света. Они предпочитают оставаться в тени, в роли кукловодов. Жены, помощники, заместители, консультанты, эксперты, референты, аналитики — вот где подлинной иудейской чистоты террариум. Если и сыщите одного–двух неиудеев из десятка заместителей министра, так и те верно служат им, давно потеряли национальный стыд, малейшее чувство ответственности перед Россией, давно продали и предали интересы русской нации.

Собрав в кулак всю власть в России, все ее ветви и ответвления, иудеи бросили всю эту мощь на уничтожение русского народа.

Нас, русских, хотят убить, это вполне понятно и здраво, если исходить из логики и цели иудеев, но почему мы, русские, стали настолько покорны, что воистину обратились в самое настоящее быдло — скот, уготовленный на убой.

Что с нами? Почему мы такие? Кто мы такие? В кажущейся нелепости последнего вопроса может быть и скрыт весь драматизм происшедшего с нами, русскими, и в нас, русских, за последнее столетие.

Показалось недавно, когда открылись архивы, пали цензурные запреты, что мы прозрели на пережитое Россией в XX веке, и, развидев, наконец, правду сквозь мрак баснословия, искренне ужаснулись содеянному с нами, с русской нацией, с русским народом. Однако тут же охотно и спешно мы отмежевали себя от минувшего и праведный гнев свой весь обратили лишь во вчерашний день, не мучаясь исповедальной болью, а стали ли мы другими, как поведем себя, попав на искус промолчать и выжить, предать и благоденствовать?.. Поставь нас, сегодняшних, так много узнавших за последнее время, ставших такими свободными и независимыми, так вот, поставь нас сегодня перед выбором «ты или тебя», не будем ли мы, как и прежде в треклятые годы, выживать за счет других, выживать, предавая родных, друзей, единомышленников, предавая Россию, предавая нацию?..

Щадим себя, сторожимся подобных вопросов. Да русские ли мы? Что в нас осталось от Веры и Чести, кои отличали наших родоначальников? И надо иметь совесть признать, да какие мы русские, так, подонки одни, когда сливки сняты, да и молоко, можно сказать, уже спито. Не сохранили мы в чистоте Духа своего, не избавил нас Всевышний от лукавого, обороло нас искушение. Иначе не правил бы Россией сегодня иудей, не помыкал бы он русскими, не гнал бы, как быдло, русских на убой.

Надо набраться мужества честно ответить на вопрос для нас, русских, жизненно важный: что с нами, как и почему это произошло, как возродить былой русский дух? Вместе с коренным русским народом долгие годы после революции семнадцатого года изничтожались Вера и Честь, истреблялся национальный русский дух. Последние восемь десятилетий для русской нации страшнее трехсотлетнего монголо–татарского ига. Нашествия иноплеменных не убили столько русских, сколько истребил большевистский красный террор. Чужеземцам не удавалось, да они и не стремились к тому, чтобы подрубить столпы русской нации — православное духовенство, воинство и дворянство. Это удалось новой иудейской власти, которая не мешкая поторопилась избавиться от людей мыслящих, творческих, и потому, не дожидаясь пока достроят первые концентрационные лагеря, принялась изгонять чуждые ей русский ум и русский дух за границу, неизгнанные, неуехавшие вскоре пошли под нож, за ними русское воинство, потом дошло и до крестьянского рода — стойкого хранителя национальных нравственных устоев…

Революции с гражданской войной сполна хватило, чтобы уничтожить, распылить по белу свету лучших русских людей, элиту русской породы, а кто и остался, пережив войну, разруху, голод, не надорвался на восстановлении разрушенного революцией, войной народного хозяйства, того добрал когановско–бериевский террор. Стреляли в застенках, гноили на северах, морили в концлагерях лучших — тех, кто не мог, не хотел бездумно маршировать в колоннах строителей чуждого светлого будущего, кто еще сохранял способность самостоятельно думать, жить своим умом, тех и добивали чекисты под руководстовом свердловых, троцких, бухариных, дзержинских, ягод.

Мы храним себя от сполна честного ответа на вопрос, лично нас касающийся, как удалось Сталину с кучкой сотоварищей расклевать миллионы? Да потому что еще большие миллионы справно служили подручными злу: доносили, охраняли, убивали, голосовали, молчали… Мы избегаем признаться сами себе в том, что мы, нынешние русские, потомство тех, кто выжил благодаря тому, что пригнулся, прогнулся, затаился, промолчал, впротиву себе голосовал «за», когда душа криком кричала «против», ненавидя себя одобрял, поддерживал, принимал, с портретами палачей ходил на демонстрации, подлецам с готовностью подавал руку, в ком победили страх и осторожность. «И помрачились глаза их, чтобы не видеть, и хребет их согбен навсегда.» Наши отцы и деды, которыми мы привыкли гордиться и клясться на верность начатому ими делу, гнили в лагерях и падали расстрелянными в энкэвэдэшных застенках, но они же, наши родные русские отцы и деды, составляли миллионные армии надсмотрщиков, стукачей и палачей, они конструировали, строили концлагеря и стреляли в затылки в энкэвэдэшных застенках, именно они, кто же еще, откуда было взяться миллионам и миллионам других палачей, стукачей, надсмотрщиков, именно они, наши отцы и наши деды стали исполнителями, винтиками и шестеренками гигантского по замыслу того еще, 1917–го года плана извода русского народа, и пусть иудеи были авторами и руководителями уничтожения самодержавной Российской империи, но исполнителями, подручными были наши отцы и наши деды, родительская наша русская кровь, и мы, их дети и внуки их, родные им русские кровинушки унаследовали их страх, их немощную совесть.

Мы легко и охотно обманули себя, а теперь уже и крепко уверовали в сочиненное самими же, что причины всех тяжких бед нашего Отечества вне нас самих. Вздыхаем тяжко: не везет России!, продолжаем привычно винить в том царизм, ленинизм, революцию, большевизм, сталинизм, гитлеризм, волюнтаризм, застой, партократию, и вот уже до так называемой демократии добрались, не давая себе честного отчета, а кто мы сами в этих «измах», не мы ли и есть их опорные кирпичики, те самые надежные колесики и винтики, что, вздыхая и скрипя, продолжают справно нести свою шестереночную службу, прикрываясь самоуничижительной философией своей малости, незначительности в этом мире, каждый раз находя причины, на которые можно свалить собственные недоученность, криворукость, лень, безволие, трусость, лакейство, подлость.

Конечно же, было бы так же бесчестно умалять в погибели нации бесовскую вину партократии и демократии, взрастающих на русской земле из одного корня и взращиваемых одними еврейскими садовниками, но нынешнее всеохватное упоение критикой коммунистической партии — одними, и демократии — другими, опасно тем, что делает возможным для каждого из нас в отдельности не испытывать должного и необходимого чувства вины за содеянное и творимое ныне с Отечеством, не дает в полной и необходимой мере испытать покаяние, стыд, отвергнуть лжеца и труса в себе. Оправдываем себя: это коммунисты, демократы виноваты, что я такой, это партия заставила, это демократы понуждают поступать меня против совести, и охотно в пристяжку к тому обеливающее всех подспорье, дескать, мы все одинаково во всем виноваты, а потому, не надо искать виновных, вносить распри в общество, бередить совесть, а, значит, снова не судится зло и не висит над подлецом дамоклов меч расплаты, по–прежнему процветают подлец и лицемер. Лги, предавай, двурушничай — все спишется, все простится. Не ты же виноват — обстоятельства, жизнь заставила — вот оно наше духовное рабство. И до тех пор, пока не почувствуем себя лично ответственными за содеянное и творимое в нашем отеческом доме, нам не изжить в себе раба.

Работая в Совете Министров СССР, мне довелось читать письма родственников репрессированных, в основном их детей, реже внуков, братьев и сестер, адресованные Правительству страны. Больше всего в этих письмах поражало то, что за редким исключением письма были требованием вернуть незаконно конфискованные в свое время дома, дачи, квартиры, выплатить компенсацию за изъятое имущество, и мало кто, единицы, взывали к суду над следователями и судьями — насильниками и убийцами, которые знали, что творят незаконное, что творят зло, что служат сатане. Многие считают, что это хорошо, хорошо, что в обществе нет жажды мести, но хорошо ли? Хорошо ли, что вчера легко простили палачам русского народа, чтобы сегодня опять же забыть и простить воров, грабителей России, нынешних убийц русского народа? Мы ведь не от мести избавляемся, мы от собственной памяти избавляемся, которая предъявляет нам более высокие требования, нежели под силу нашей тщедушной совести. Мы должны понять самое драматичное для нас сегодня, первопричину всех наших бед — как же мы далеки оказались от самих себя, русских, и все дальше, все больше, все зримее этот уход. Случайно разве целые народы, прежде стремившиеся обрести и обретавшие в нас, русских, опорного, мудрого и сильного старшего брата, ныне чураются нас, стыдятся родства с нами. Но кто бы из них пожелал сделать это, оставайся мы такими, какими были наши предки — сильными, гордыми, непокорными, уверенными в себе, мудрыми, охочими до меча, как до плуга, храбро и стойко оберегавшими свою Веру и Честь. Но мы же не в себя стремимся всмотреться, чтобы понять, отчего сторонятся нас еще недавно родные нам народы, считавшие за честь сродниться с нами, находившими гордость и покой в родстве с нами. Мы смотрим на себя глазами, которыми не видим, прислушиваемся к себе ушами, которыми не слышим. Но если не наступит прозрение, и мы не оборим трусости своей, не захотим честно вглядеться в себя, тогда уж точно конец наш — погибель, и бог наш — чрево, и слава наша — в сраме. Тогда уж точно не одолеть нам нынешнего врага, тогда верная смерть русского народа, закат русской нации.

Сегодня именно от нас, ныне живущих, от нашей воли и нашего духа зависит судьба всего русского народа — останемся ли мы русскими людьми, нацией, в сыновьях Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Михаила Кутузова, Георгия Жукова, в отцах будущих русских поколений или от великого русского народа останутся лишь жалкие остатки, хранящие воспоминания о себе, как о нации, о своей культуре, армии, Вере в этнографических музеях резерваций.

Если наш страх, нашу немощь, наше безволие, нашу трусливую философию «уметь жить» не одолеет сегодня национальный дух, если мы не осознаем себя в ответе за нацию, если не обретет в нас Россия воинов духа, всегда являвшихся России в годины тяжких испытаний, способных победить во спасение и благоденствие русской нации, тогда уж точно иудеи завершат начатое ими, истребят и русский дух, и русский люд. Тогда уж точно сбудутся самые мрачные «фантазии» Достоевского: «Ну что, если бы это не евреев было в России три миллиона, а русских; а евреев было бы 80 миллионов — ну, во что обратились бы у них русские и как бы они их третировали? Дали бы они им сравняться с собою в правах? Дали бы им молиться среди них свободно? Не обратили ли бы прямо в рабов? Хуже того: не содрали ли бы кожу совсем? Не убили бы дотла, до окончательного истребления, как делывали они с чужими народностями в старину, в древнюю свою историю?..» Написано это Федором Михайловичем больше ста лет назад, за это время иудеи стали мощной силой в мире, они заправляют сверхвлиятельными организациями, объединяющими деньги, народы и страны, решают глобальные вопросы от развития экономики в рамках стран и между странами до расстановки президентов и использования военной силы во внутри–и межгосударственных спорах. За то же время мы, русские, сделали стремительный шаг назад и от равнодушия, апатии к национальной судьбе России, что, как ржа, во времена Достоевского уже начинали разъедать русскую интеллигенцию, перешли к прямому предательству национальных интересов России.

В конце прошлого — начале нынешнего века Святейший Синод судил, можно ли дозволять иудеям носить христианские имена. «Пусть иудеи носят имена ветхозаветных праведников, — писал член Государственного Совета и член Святейшего Синода архиепископ Никон, — к сожалению, мы едва ли в праве запретить им это, хотя бы очень желали, — ввиду того, что и многие из нас носят сии имена, — чтобы иудеи и произносили эти имена не по–нашему, а по–своему — чтобы Моисеи именовались Мойшами, Израили — Срулями; но допускать, чтобы они носили имена святых Божиих, во Христе прославленных, было бы кощунством и святотатством с точки зрения Церкви Православной.

Представьте себе, — приводил пример архиепископ Никон, — что какой–нибудь иудей, заклятый враг Христа и нашей Веры святой, назовет себя именем святителя Христова Николая только ради того, что так ему будет удобнее, так сказать, замешаться в толпе православных людей, чтобы удобнее их обманывать: ужели не оскорбим мы позволением носить сие имя нашего великого заступника и святителя–чудотворца? Ужели не будет даже для нас самих оскорбительным, если иудей, в своем обществе издевающийся над нашими подвижниками, будет — без сомнения только у нас на глазах — носить имя преподобного Сергия?.. По какому праву будут величать себя нашими православными именами, столь для нас священными, а для них, в сущности, ненавистными? И для чего все это нужно? Нет ни малейшего сомнения, что иудеи, почти две тысячи лет не имевшие в том нужды, теперь хлопочут о том, чтобы получить законное право на то, чем иногда пользовались незаконно — для того только, чтобы, прикрываясь христианскими именами, постоянно обманывать нас, укрывать от нас свою настоящую личину… Нет, церковь должна крепко отстаивать святыню имен святых Божиих от такого святотатства. Еще шаг и их синагоги будут, тоже для отвода глаз наших сентиментальных бюрократов, называться синагогами князя Владимира, Александра Невского, Николая–чудотворца, Георгия Победоносца…

Итак, даже с точки зрения гражданской, не говоря уж о церковной, давать право иудеям именоваться христианскими именами нежелательно. Вспомним, что теперь у нас входит в жизнь избирательное право. Убедите простого человека, что Николай Григорьевич есть Натан Гиршевич! Раз он формально запишет себя именем христианским — он для выборщиков будет равен по правам с христианином. Если и теперь в нашу несчастную Государственную Думу попадают иудеи даже от столиц, то при новом порядке вещей будут сплошь и рядом попадать даже некрещенные иудеи от православного населения, Ужели желательно это? Ужели мало зла на Руси от нашей дряблости, от нашей сентиментальности, якобы — гуманности, от лжелиберализма? Помнить надо: в наше смутное время всякая попытка иудеев к незаметному слиянию с русским православным населением есть великое зло и поблажать этому злу есть великий грех».

Русские люди в начале нынешнего века противились отдавать свои имена иудеям на поругание, теперь, что имена! президентское кресло готовы отдать иудеям, коих выстроилась к правящему креслу целая очередь. И миллионы, десятки миллионов русских людей отдают иудеям свои голоса! Какие же мы низкопадшие грешники, да русские ли?, что уже не имена, саму святую Русь отдаем иудеям на поругание.

Уже привычным, обыденным стал иудей в правительстве России, иудей — в Государственной Думе, а теперь уже, дожили! иудей нахраписто рвется в президенты России. Да мыслится ли нам искушение крепче и сильнее! Да отчая ли это для нас земля, действительно ли здесь могилы наших предков, что хозяйничать на святой для нас земле мы позволяем заклятому врагу православного человека — иудею, да и не просто хозяйничать, уже доходим до того, что не прочь избрать иудея в Президенты! На Российский трон, пусть не царский, но все равно всевластный над Россией, трон Михаила, Иоанна, Петра, Екатерины, Александра, Николая, иудеями убиенного, на православный русский трон готовы посадить антихриста!..

Пора опамятоваться. Да и чего мы ждем, чего медлим? Нам мало того, что нас убивают? наши души оскверняют? наших детей развращают? наши богатства расхищают? нам в лицо заявляют: «Россия — побежденная страна» и обращаются с нами, как с поверженными? Торжествующе итожат, что дух русского народа окончательно разложился и может отныне служить лишь удобрением для иных, более здоровых и сильных культур.

Время и ситуация в России столь драматичны, что требуют от нас думать только о России, о возрождении ее Духа, ее Веры — без этого нам России не спасти, без этого русский народ обречен на погибель, а погибнет русский народ, — не спасется ни один народ России.

Как в 1240–ом году, как в 1380–ом году, как в 1613–ом году, как в 1812–ом году, как в 1941–ом году понимал русский человек, что его воля, его решительный шаг, его поступок решает судьбу России, судьбу русского народа, так и каждый из нас сегодня должен ясно и мужественно понимать: будут ли наши дети, наши внуки молиться на нас, поклоняться нашим могилам, или будут плевать на них, если еще будет кому и на что плевать, а то и могил русских не останется, — зависит от того, хватит ли в нас, сегодняшних русских, той русскости, той силы духа, чтоб одолеть врага, пришедшего на русскую землю и убивающего русский народ. Никакая армейская дисциплина, никакое военное мастерство, никакое пусть и самое совершенное оружие, никакой самый искусный полководец не способны подвигнуть ни одного солдата на подвиг. Подвиг — это порождение духа. Только дух способен созидать подвиг.

Так что же есть русский дух, который делал русских воинов непобедимыми, русское оружие неодолимым, что это за дух, который приносил победу там и тогда, где и когда она казалась немыслимой и невозможной? Дух этот есть сознание того, что лично ты, именно ты и именно сейчас в ответе за свой народ, за всю Россию, судьба которой сейчас зависит от того, как ты поведешь себя: пойдешь ли вперед или отступишь; хватит ли у тебя мужества или тебя одолеет страх и тогда твоя собственная жизнь покажется тебе дороже жизни всех тех, кто был в России до тебя и будет в России после тебя. Быть ли русскому народу вольным, сильным хозяином или холопом в услужении заморским новым хозяевам русской земли — все решает твой шаг, твой удар, твоя воля.

Русский дух — когда ты отвечаешь за Россию. Не по должности и положению, а по духу своему. Тогда тебе действительно некуда отступать, ты не можешь бежать, но и не можешь погибнуть — ты должен, ты обязан победить. Вот когда уходит страх и отступает смерть. Вот когда удесятеряются силы.

Вся история русских битв, история русских побед — есть история русского духа, история побед русского духа.

С кем бы ни доводилось сходиться в смертельной схватке, с Золотой ли Ордой, великим княжеством Литовским или Тевтонским Орденом, с наполеоновской ли Францией или гитлеровской Германией.., Россия всякий раз вступала в бой с превосходящим ее числом грозным противником. Мы так привычно уже обыденно и всуе говорим о Куликовской битве, что мало кто, а некоторые и вовсе никогда не задумывались, как могла истощенная, разоренная, обескровленная Золотой Ордой Русь, по убеждению историков, «отброшенная Батыем на несколько столетий», не просто выстоять, а разгромить Мамая. Проведшие тотальную мобилизацию среди орд и подвластных колоний, кочевники во много раз превосходили числом русскую дружину, но значимее того было превосходство Золотой Орды над русскими в умении выставленного войска, почти полностью состоявшего из конницы — основного, решающего преимущества тогдашних войск. Это были прекрасно вооруженные войска, искусные, удачливые воины, незадолго до Куликова Поля разгромившие польских, немецких, венгерских, австрийских, французских рыцарей. Легко представить их пренебрежительное высокомерие, с каким разглядывали они вставший против них пеший русский люд, где и детей хватало, и седобородых стариков. Редко у кого из русских поблескивал шлем на голове, а грудь защищал железный панцирь, если хранила кого кольчуга из крупных колец, и то хорошо, богато, а так, в основном, лишь щит в защиту и тот не железом окованный, а простой, деревянный. И вооружен был русский люд топорами на коротких топорищах да рогатинами на коротких древках. Другого русское ополчение не имело. И это против конницы, мощных стрел и длинных копий! Было от чего тешиться войскам Мамая, на русских глядя. К тому же стояла русская рать без стрелкового прикрытия, а «поле чисто и место твердо» не оставляло и малой надежды на маневр плохо вооруженного, вовсе не обученного пешего люда против умелой профессиональной конницы Мамая…

Выходило, что, перейдя Непрядву, русские обрекали себя на погибель? Не мог же талантливый воевода Дмитрий Иванович, зная, кто с ним и кто перед ним, питать малейшую надежду на победу. Тогда на что он рассчитывал? Вообще на что надеялись тысячи русских землепашцев, сменившие привычные серпы и цепа, пора стояла уборочная, на боевые топоры и пики, и влившиеся в войско Донского? А никто из них ни на что не рассчитывал. Не было ни счета, ни расчета, никто вообще не думал ни о победе, ни о поражении. Понимали мужики одно: от них сейчас зависит судьба Руси, жизнь их детей и внуков, оставаться ли им в ордынской неволе и дальше терпеть ненавистное иго, или стать, наконец, снова хозяевами родной земли.

Русские люди взяли в руки оружие и встали в пеший строй, потому что иначе, по–другому повести себя не могли, иного для себя не представляли. Душа их боя просила, душа в бой рвалась, и никакие расчеты, никакие доводы были уже ей не в указ.

Русские люди взяли в руки оружие, встали в пеший строй, не потому что они думали то–то и то–то, а, взвесив все, поняли, что иного пути у них просто нет, — не было у них тех мучительных раздумий, душа запросила, душа дальше уже не могла сносить позора унижений, притеснений иноверческой Орды. Никто из них не взвешивал ни шансов на победу, ни достоинств своих воевод, просто наступило время, когда русские люди не могли не взяться за оружие, иначе это были бы уже не русские люди.

И эту своеобычность русской души, своенравность характера русского человека хорошо изучили те, кто сегодня видит в русском человеке для себя помеху, хорошо понимают, что договориться, сговориться, сторговаться, выказав русскому человеку его же якобы собственную выгоду, это все зряшный, пропащий труд, все равно рано или поздно, но русский человек сделает так, как того его душа запросит, и ничто тут тогда не поможет, ничто им в расчет приниматься не будет: ни личная выгода, ни превосходство стоящей против него вражьей силы. И слыл бы за это русский человек недоумком, дураком, действительно, мужику ли от сохи браться за топор и копье против лучших в мире профессиональных воинов, кабы при всем своем неразумии ввязываться в битву с намного превосходящим его и числом и умением врагом, русский мужик не побеждал. Как победил он на Куликовом Поле превосходящего его числом Мамая и неизмеримо более того вооружением и ратным мастерством; как победил он турок на берегу Ларги, 14–тью тысячами русских штыков против 80–ти тысяч турецких ятаганов, когда погибло 29 русских гренадеров, а побежавшие турки оставили на поле боя более тысячи тел; как разбил он в пух и прах 17–тью тысячами 150–ти тысячное войско визиря Халил–бея; как не отступил и на шаг русский солдат 7–го корпуса генерала Раевского, на редут которого пришелся страшной силы главный удар французских войск в Бородинскую битву, когда превосходство наполеоновских солдат было втрое больше русских… Да что за примерами далеко в историю ходить, если совсем рядом Великая Отечественная война, ведь тогда, по состоянию наших войск на июнь 1941 года, по тому, как вооружены мы были, сколько было нас под ружьем, как мало оставалось опытных грамотных командиров, и какая гигантская армада гитлеровских войск двинулась на нас, что будь тогда рядом со Сталиным не русские воины Шапошников и Жуков, а нынешние иудейские помощники, эксперты, аналитики Ельцина и Путина, не знающие и не ведающие русского духа, они бы непременно цифрами, диаграммами, рейтингами, общественным мнением стали убеждать, что немыслимо даже, самоубийственно и браться за оружие, нужно как можно быстрее сговариваться с Германией, принимать ее условия и соглашаться на мировую. Еще бы! если, к примеру, в Западном военном округе все шесть механизированных корпусов не имели ни одного 152–мм выстрела к танковым пушкам, а восемь механизированных корпусов Киевского военного округа имели их всего 12 процентов от необходимого. Как докладывал 18 июня 1941 года командир 33 танковой дивизии начальнику оргмоботдела штаба ЗапОВО, обеспеченность горючесмазочными материалами составляет: бензина 1–го сорта — 15%, автобензина — 4%, керосина — 0%, дизельного топлива — 0%. Езжай — воюй! Не лучше положение было с боеприпасами, мехтранспортом, боевыми машинами, медицинским оборудованием и медикаментами… Но вот сцепились с прекрасно вооруженными, отлично подготовленными к войне гитлеровцами и произошло то, что не поддается ни логике, ни расчету, ни здравому смыслу, свершилось то, что никак вроде не должно было свершиться.

Западные историки, да и своих, доморощенных, хватает, каждую победу русских пытаются все время объяснить какой–нибудь причиной случая, то Карл ХП был рассеян, то Наполеон не ко времени схватил насморк, то неожиданно ударили сильные морозы и помешали вхождению Гитлера в Москву… И всякий раз ищут и находят невнятные, неубедительные, невразумительные причины русских побед, однако именно те причины, в которые очень хочется верить врагам русского народа, потому что кажется им, очень хочется им в это верить, что в другой раз другим мамаям, карлам, наполеонам, гитлерам повезет с настроением, погодой, здоровьем, это же так просто и доступно пониманию: теплее одеваться, не лезть в русскую зиму, это же так понятно: погода, здоровье, плохие дороги.., — хилые, но утешительные, многообещающие причины русских побед. Сами же руссконенавистники их придумывают и сами же за придуманные ими самими гнилые соломинки своих надежд цепляются, не желая сознаваться в своем паническом страхе перед реальной причиной русских побед, знать которую они не просто не желают, они боятся знать, и не прошлого в русской истории боятся, боятся грядущего, потому что основа свершившихся русских побед — русский дух, сознание каждым русским себя в ответе за Россию — это и основа грядущих русских побед.

Каждый русский не просто понимал, сознавал себя частью всей державы, но в критический момент он, русский, сознавал себя последним рубежом державы, когда позади него лишь бесславие и позор России, а потому отступать нельзя, отступать некуда. Вот почему иноземные офицеры после боев с русскими изумленно писали о том, что русских убить трудно, а обратить в бегство и вовсе невозможно. «Многие, будучи простреленными насквозь, не переставали держаться на ногах и до тех пор драться, покуда их могли держать на себе ноги; иные, потеряв руку и ногу, лежали уже на земле, а не переставали еще другою здоровою рукою обороняться и вредить своим неприятелям… Русские полегли рядами, но когда их рубили саблями, они целовали ствол ружья и не выпускали его из рук».

И это всеохватное чувство ответственности за Россию, за русский народ, за русскую нацию объединяло весь русский народ, от солдата и крестьянина до Патриарха и Государя.

Великий Петр накануне Полтавской битвы взывал к войскам: «Воины! Вот пришел час, который решит судьбу Отечества. И так не должны вы помышлять, что сражаетесь за Петра, но за государство Петру врученное… А о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, только бы жила Россия!..» Русский героизм всегда отличался своей беспредельной и безусловной верностью нации, государству, он ничего не требовал взамен. Английский путешественник Ченслер в XVI веке отмечал удивившее его свойство русского человека: «Русские не могут сказать, как говорят ленивцы в Англии: я найду королеве человека служить вместо себя… Нет, это невозможно в этой стране; русские должны подавать низкие челобитные о принятии их на военную службу, и чем чаще кто посылается в войны, тем в большей милости у государя он себя считает».

Если в Европе в трудный час ратников призывали встать грудью на защиту своего домашнего очага, жен и детей своих, то Минин, напротив, требовал «дворы продавать, жен и детей закладывать», чтобы только помочь Московскому государству, потому как чувствовал русский человек, что он человек, отец и муж только в сохраненном им Отечестве, но сохрани он кров свой, жену и детей, а в Отечестве будет царить чужой и чуждый ему дух, другая вера, другой язык, другие нравы и порядки — страшнее плена, гибели ему такая жизнь, хоть тепла и сыта она может статься, да не телом бренным жив русский человек, а душою своею. Давно отмечено, что русский человек поступит так, сделает так, что себе вроде сделает хуже, себе в убыток, но он сделает именно так, как душа его того просит. Тело может жить в неволе, довольствоваться теплом и сытостью, но русской душе нужна воля, для нее и дворец, но чужой — темница.

О чем говорил последнее слово перед битвой великий князь Дмитрий Иванович, объезжая полки с рассветом: «Уже ведь гости наши близко от нас, на реке, на Непрядве, утром ведь, братья, все будем пить от них чашу общую, чашу смертную, за землю святорусскую!» Опять же не о доме говорит великий князь, не о женах, детях и внуках говорит, а говорит о земле русской, потому что только на родной земле, с родным языком, в родных традициях и обычаях может быть для русского человека и дом и семья в счастье, все остальное для него — невольница, сыта, в тепле и скотина в хлеву.

Когда нынешние правители России так много и только об одном говорят — о достоинствах и торжестве экономических реформ в стране, обещая всеобщую сытость и материальный достаток, уже гордясь изобилием прилавков, не замечают при этом или делают вид, что не замечают, не хотят замечать, как истребляется национальный дух в России, уничтожается русский язык, русское национальное воспитание и образование, русская литература, русская музыка, русский театр, русские обычаи и традиции, на который раз переписывается русская история, но опять же руссконенавистниками переписывается, и пусть эти правители будут до восьмого колена русскими по крови, они все равно чужие русскому духу, не знают, не понимают, не ведают ни русского народа, ни России, ни русской нации. Отсюда их страх, их ненависть к русскому национализму, который несет в себе идеологию русского духа. Сам русский национализм и есть сегодня воплощение русского духа, которого они страшатся, не только потому что он им неведом и чужд, не чувствуют они его, глуха их национальная душа, но и потому что русский национализм требует оторваться от корыта, оторваться от которого они не в силах, в корыте смысл их жизни; они ненавидят и боятся русского национализма, потому что русский национализм требует от них стать воинами в защиту национального достоинства, но стать воинами они не могут, нет у них для того ни мужества, ни воли.

Россию может спасти и спасет от ее нынешних врагов только национализм, Не только русский национализм, национализм всех коренных народов России, Мы, русские националисты, не только не боимся национализма других народов России, но и готовы всевозможно поддерживать его рост и укрепление, потому что только в национализме всех народов России гарантия незыблемости и прочности России, потому что каждый истинно националист своего народа понимает, что его трехмиллионный или двухсоттысячный или тридцатитысячный народ может развиваться, богатеть только тогда, когда он будет в одной семье с проверенным на общежитие русским народом.

Но чтобы освоить идею национализма, как единственную, способную спасти Россию, как единственную идею, способную поднять с колен русский народ, вытащить его из бездуховной ямы, чтобы идея эта покорила все наши чувства и нашу волю, мы должны прежде физически ощутить всю глубину своего национального падения, мы должны сполна продумать и прочувствовать все наше национальное унижение… Это важная, очистительная работа для каждого из нас: через осознание собственного греха, через личное покаяние и негодование на самого себя каждый из нас должен прочувствовать себя лично в ответе за все, что совершается в России. И только через дикую боль души, через пережитый стыд, через осознанный собственный срам за все, что сделали и делают в России, сыновнее чувство к России вырастет до отцовской ответственности за нее, за русский народ, за русскую нацию, и только тогда, когда ты начинаешь понимать, что надеяться, кроме как на самого себя, больше не на кого, ты в ответе за все, с тебя спрос и здесь, на земле, перед своими внуками, и там, перед Всевышним, за Россию, — вот когда рождаются воины духа, так необходимые сегодня России ответчики за Россию, за русскую нацию.

Мы вступили в самую опасную и коварную войну, какой еще не знала Россия, потому что всегда был ясен и четко обозначен враг, были рубежи, были фланги, была передовая, был тыл, были, наконец, союзники, здесь же нас убивают, а врага как бы и нет. Можно сколько угодно, до посинения кричать, что враги русского народа сидят в Кремле и в Государственной Думе, оккупировали суды и телевидение, но это все равно что бомбить их мыльными радужными пузырями. Как воевать с таким врагом, вообще как воевать, когда нет ни Поля Куликова, ни Полтавы, ни Цусимы, ни Курской дуги?.. Когда вот он, самодовольный, по–хозяйски уверенный в своей силе и безнаказанности враг не сходит с экрана телевизора и доказывает нам, что он и есть то осуществление курса реформ России, за который проголосовал дружно на президентских выборах русский народ, «россияне», как они все говорят, помню, Елена Боннэр на сахаровских чтениях поучала Ельцина брать пример с Сахарова и никогда не говорить «русские». Вот и получается, что нынешний враг одолевает нас нашими же собственными руками, бездумно и безумно голосующими за свое собственное уничтожение. Так как воевать с нынешним врагом? Силой собственного духа. Надо осознать и всегда помнить, что ты русский. И второе надо понять, прочувствовать, поверить, наконец, что против нас, русских, развязана самая страшная война, война не на победу, война не на захват территории и сырьевых запасов, а война на уничтожение русского народа. Понять, что все то разрушительное, раззорное, что происходит сегодня в финансах, промышленности, здравоохранении, образовании, культуре, приватизации — это и есть беспощадная война против русского народа. Осознать и понять, что враг воюет против нас нашими же собственными руками, что мы сами отдаем ему власть над собой, которую он использует для нашего уничтожения. Но если каждый из нас усвоит сегодня три непреложных правила национальной борьбы, нам не так страшны и опасны будут постоянно навязываемые выборы и референдумы. Вот эти три правила: Русский, помоги русскому! Русский, защити русского! Русский, поддержи русского! Кто бы ты ни был, какой бы работой не был занят, какой бы пост не занимал, руководствуйся этими правилами, — так мы еще не победим, но заметно ослабим натиск врага. Идешь голосовать, сразу думай, кто из кандидатов русский, голосуй только за русского. Если ты пришел на рынок, покупай у русского, помоги ему, поддержи его. Если покупаешь вещь, прикинь, нет ли возможности купить нужное тебе отечественного производства. Ведь ты своим рублем выбираешь, кого поддержать в дальнейшем развитии, своего ли, отечественного производителя или его зарубежного конкурента. Да, сейчас очень многие наши товары уступают западным, порой не принципиально даже, а по внешнему виду, броскому оформлению, но если в принципе наши товары на равных или чуть–чуть хуже, — покупай наше, укрепляй российскую экономику. Иначе с твоей помощью, с помощью твоего рубля, отданного западному производителю, мы будем вечно отставать, потому что, покупая импортное, ты развиваешь чужое производство и отбрасываешь назад свое. Помни, что ты русский, что против тебя идет беспощадная война, думай, как помочь, как поддержать русский народ.

Да, сегодня нет ни Поля Куликова, ни Бородина, нет вообще никакой передовой линии, потому что наш враг — он растворился между нами, он вездесущ и повсеместен, он деятелен, он рядом с Президентом, он в Правительстве России, он на телевидении, он везде, и, самое главное, самое страшное, он в нас самих, уже пропитанных и напитанных его, нашего врага, взглядами и мыслями, его настроением. Круглые сутки, сотни часов в сутки иудеи, владея всеми каналами телевидения, радио, всеми ведущими газетами, зомбируют нас. Скоро не только их идеи, мысли, настроение, скоро уже их картавость будет считаться нормой, эталоном чистоты русского языка. Так как же бороться с таким врагом сегодня, когда ни вражеских войсковых порядков, ни даже хотя бы мысленно очерченной линии фронта? а так и бороться, сознавать что ты и есть та самая линия обороны, последний рубеж, дальше которого отступать некуда.

Если ты ученый, талантливый ученый и тебя приглашают на роскошных условиях в престижный зарубежный институт или предлагают тебе там прекрасную лабораторию, не обманывай себя, не тешь надеждой, что и там ты будешь служить российской науке. Служи России здесь. Как бы заманчиво ни было уехать туда, ты должен понимать, что, покидая в тяжкий час Россию, ты предаешь ее.

Если ты студент, и нынешняя власть умышленно ставит тебя в такие условия, когда приходится меньше всего думать о науках, а более всего приходится думать, как прожить, где заработать, тем более кругом столько соблазнов легко и много заработать, задави в себе эти соблазны, забудь о них, они от лукавого, помни, что учиться сегодня и как можно лучше — это и есть твой национальный подвиг, твое мужество, твое служение России, которая не сможет уже завтра обойтись без твоих знаний. Твои знания для России — гарантия крепости нации, основа ее быстрого развития. Помни, что твоему деду, пришедшему с войны и севшему за учебники, было еще тяжелее, но он, победив врага на фронте, понимал, что теперь его передовая, его бой, здесь, на студенческой скамье. Теперь это и твой бой, твое Куликово Поле.

Если ты рабочий, инженер, конструктор, и у тебя есть работа, так делай ее как можно лучше, потому что против тебя сегодня все. И в Правительстве сидят, и Президента опекают не твои союзники, а союзники твоих конкурентов. Тебе сегодня умышленно не дают спокойно, с полной отдачей работать, делают все, чтобы ты не мог работать хорошо, вплоть до того, что за сделанное тобой не платят зарплату, но помни, что лучшего качества твой товар, высокая марка твоего предприятия — это и есть сегодня выигранный тобой бой.

Если ты хороший спортсмен и тебя соблазняет Запад высокими гонорарами, оставайся в России, не изменяй национальному флагу, помни, что своими спортивными победами ты укрепляешь веру своих поклонников и болельщиков, тысяч мальчишек в мощь и державность России, воспитываешь в них гордость за Россию. Своими победами умножаешь славу России.

Если ты солдат и призван сегодня в ряды Российской армии, не струсил, не сбежал от призыва, а честно пошел защищать Родину, учиться ее защищать, не поддавайся на вражеские наущения служить полтора года, служить год, служить полгода, вообще не служить, пусть, мол, служат те, кому нужны деньги. Помни, служили под ружьем Отечеству твой отец, твой дед, твой прадед.., сколько ты будешь изучать свой род, столько поколений твоего рода служили Отечеству и служить России всегда было и остается почетной, священной обязанностью каждого русского. Ты должен знать и помнить, что овладеть воинским ремеслом, освоить ту громаду сложнейшей техники, что стоит сегодня на вооружении, действительно стать настоящим солдатом, для этого и двух лет мало, а потому все разговоры о сокращении сроков службы — это вражье стремление лишить армию ее основы — солдатского мастерства; все разговоры о службе за оплату — это вражье стремление лишить армию ее воинского духа — служить Родине, а не мамоне. Помни это и не поддавайся искушению. Учись военному делу самым серьезным образом, помни, что оно тебе непременно и скоро пригодится.

Если ты руководитель и тебе предоставлены огромные возможности безнаказанно сказочно наживаться, богатеть, но богатеть одному во вред коллективу и порученному тебе делу, — избеги этого соблазна, знай и помни, что тебя специально ставят перед выбором забыть свой гражданский, свой профессиональный, свой национальный долг, попустить дело и разбогатеть. Не о тебе беспокоятся те, кто предоставляет тебе такую возможность, они думают, как с твоей помощью развалить, остановить отечественное производство. Но ты должен знать, что каждому предающему и продающему сегодня Россию предстоит держать ответ. Когда внуки твои узнают, а узнают они непременно, как с помощью тебя, не выдержавшего испытание наживой, враги разваливали Россию, они же проклянут тебя. Ты этого хочешь? их презрения, их проклятия? Так выдержи с честью это испытание, мужественно и честно делай свое профессиональное дело, храни и развивай производство, береги квалифицированные кадры, не растеряй учеников.

Если ты занимаешь государственный пост, ты должен в первую очередь блюсти приоритет национальных интересов. Помни, обязательно придет время, не может оно не прийти, когда каждый государственный служащий, не важно, какой он пост занимал, будет отвечать перед законом за преступления против нации. Не мамоне служить, а России — вот должная заповедь каждого служащего.

Помни, что дни отступления России коротки, но позор предательства бессрочен. Не тешь себя иллюзией, что все так поступают. Отвечать придется каждому. Помни, что Россия так сказочно богата, что жить в ней хорошо и зажиточно должен каждый, и мы будем так жить, но сначала надо отстоять право оставаться в России хозяевами, право оставаться в России русскими.

Сегодня у каждого русского свое Поле Куликово, и не надо русскому ждать ни трубы, ни призыва, ни команды. Идет жестокая, коварная война, на которой каждый русский должен стать воином, — воином русского духа. Наш жребий — не победа или поражение. Что для нас слава, что позор, когда решается быть или не быть России, быть или не быть русской нации — вот наша судьба, вот итог жизни нашего поколения.

«СОХРАНЕНИЕ И ПРИУМНОЖЕНИЕ РУССКОЙ НАЦИИ — ВОТ РУССКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ СЕГОДНЯ»

Беседа писателя Александра ПОЛЯКОВА с Борисом МИРОНОВЫМ Борис Миронов — cибиряк, из семьи фронтовиков, служил на границе, начинал работать монтером связи, стал журналистом и прошел профессиональный путь от районной газеты до «Правды». Автор книг «Не последний час живем», «Боль», «Сумасшедший», «Нас спасет национализм», «Кому в России мешают русские», «России нужны герои», «Что делать русским в России», «О еврейском фашизме», «Это должен знать русский», «О необходимости национального восстания».

Секретарь Правления Союза писателей России.

После окончания Академии общественных наук работал в Совете Министров СССР.

Создал «Российскую газету», был ее первым главным редактором.

Возглавлял крупнейшее издательство «Советская Россия», преобразованное им в «Русскую книгу». Издатель Ильина, Победоносцева, Шульгина, Булгакова, Леонтьева.

В декабре 1993 года назначен Председателем Комитета Российской Федерации по печати. Выступил с доктриной национального возрождения России.

«Многие журналисты, позабыв свой исконный долг нести читателю спокойствие и мудрость, используют газеты, радио и телевидение в корыстных, узкогрупповых, узкопартийных, фракционных интересах. Мало того, что эти люди сами без чувства долга и государственной ответственности за Россию, но и, используя массовую трибуну, они с кулачным боем угроз в антидемократизме, в антиреформаторстве, преследуя иные, далёкие от становления мощной России цели, сеют смуту, обезволивают, развращают общество, изнутри разлагают государство, — писал Борис Миронов в своей программной статье «Россия жаждет идеала» («Российская газета», 16.06.1994). — Теперь уже стало очевидным, что под лозунгами «демократичности» прессы развиваются оголтелая разнузданность и вседозволенность. Средства массовой информации, используя моральный террор, узурпируют право выражения личностных, мелких, сиюминутных интересов, ничем не связанных с интересами России…

…Мы не желаем понять, что Россия переживает в первую очередь не политический и не экономический кризис, а кризис духовный.

Мы должны развенчать насаждаемый сегодня в России примитивный и безоглядный инстинкт личного самосохранения, тот наивный и циничный эгоизм, который так выгоден и эффективен для разрушителей России.

Ни в чем другом так остро не нуждается Россия и ничто не способно спасти её, обеспечить расцвет грядущей России, как свободный, достойный, гражданственный русский человек».

Политика, проводимая Борисом Мироновым на посту министра печати, оказалась ненавистна так называемым демократам. Началась травля. Более ста критических статей в прессе и ни одного русского автора, все — евреи.

Указом Президента смещен с поста министра за ярко выраженную национальную политику. В Московском городском суде, где Миронов доказывал, что указ Президента о его отставке незаконен, представитель Президента адвокат Абушахмин признал: «Я готовил этот Указ. Миронов уволен Президентом Российской Федерации по политическим соображениям… Не может министр, отвечающий за печать, книгоиздание и полиграфию, все время говорить: «национальный дух», «Россия», «Русь», «русские, русские, русские».

В день отставки Борис Миронов выступил с широко известным обвинением Президента в служении антирусским интересам: «Президент не пожелал принять моей национальной, патриотической программы духовного возрождения России. Но я продолжаю настаивать на том, что Россия возможна только как национальное государство. Россия должна наконец вернуться к национальному самоутверждению. Семьдесят пять лет с нами обходились так, как будто мы напрочь лишены национального достоинства, национального духа, национального инстинкта. И сегодня продолжает насаждаться в русских национальная слепота, глухота, немость».

— Для начала, если не возражаешь, вернемся в не такое уж далекое прошлое. Какими ветрами тебя занесло в кресло министра печати да еще в то беспокойное время? — Ну это у Шумейко надо спросить. Он был тогда первым заместителем председателя Правительства и одновременно министром печати, он взял меня сначала своим заместителем, и он же рекомендовал выше… Лев Евгеньевич Суханов, тогдашний помощник Ельцина, рассказывал мне и от души смеялся, как Шумейко, когда его рассматривали на должность председателя Совета Федерации, выкрутился с «моей» помощью. Его на заседании Совета Федерации спросили, как это он, «чистый» технарь, согласился стать министром печати, а теперь вот готов возглавить Совет Федерации, ему что, не важно чем руководить, лишь бы руководить? Вопрос тягостно завис в воздухе, и вдруг совершенно неожиданный ответ: «Я недолго пробыл министром печати, но уже одно то, что я за это время нашел такого человека, как Миронов, всецело оправдывает моё пребывание в этой должности». И … начал рассказывать мою биографию. Выходило, что вся моя жизнь упорно и целенаправленно готовила меня к работе министром печати. Прекрасно знаю газетный цех, работал в районке, в молодежке, в областной газете, в центральной прессе — в «Комсомолке», в «Правде». Создал с нуля «Российскую газету». Знаю полиграфию, был директором крупнейшего российского издательства. Опять же и для писательского стана не чужой: сам писатель, член Союза писателей, только что вышел роман. Помимо профессионального вуза — факультет журналистики МГУ, закончил с отличием управленческо–идеологическую Академию общественных наук и прошел хорошую школу управленца в Совете Министров СССР… Так каждое мое жизненное лыко очень ловко в устах Шумейко вплеталось в биографию будущего министра. Самое интересное, что после такого «ответа» больше вопросов к Шумейко на Совете Федерации не было. С мощным перевесом голосов его избрали тогда руководителем верхней Палаты.

— А как он тебя нашел? Ведь до того, как он пригласил тебя в свои заместители, вы лично знакомы не были? — Шумейко запомнил мое выступление на коллегии министерства печати, когда я был директором издательства «Советская Россия». Выступление было острым. Я говорил, что издательства ограблены — заморожены валютные счета, нам не на что издавать книги. Ладно бы в том была государственная необходимость, но получается, что у нас забирают последнее, а правительство в это время буквально жирует, обзаводится тучными стадами шикарных иномарок. Шумейко это запомнил.

— И что, часто так вот бывало, чтобы острая критика начальства оборачивалась стремительным взлетом в каръере? — Когда работал в Совете Министров СССР и занимался там анализом общественного мнения, то подготовил записку ''Об авторитете Правительства», где цитировал такие вот строки из писем в адрес Правительства: «У нас что ни министр, то чеховский персонаж: «вот–вот хрюкнет»; очень нелицеприятное было и в адрес самого Председателя Правительства: «Вы, Николай Иванович, как пастух при чужом стаде, не вы, а ЦК этих министров ставит, не вам их и снимать, потому они и ведут себя с вами так откровенно нагло. Стукните же вы, наконец, кулаком по столу, проявите волю, а то стыдно смотреть по телевизору на заседания Правительства». Мое отдельское начальство пыталось «придержать» эту записку, а когда не получилось, то, боясь разделить со мной ответственность за столь крамольную записку, меня просто–напросто уволили за «тенденциозное, субъективное отображение общественного мнения», и даже успели объявить об этом на экстренно созванном собрании, но на следующий день, открывая заседание Правительства, Н.И.Рыжков мало того, что процитировал записку, но еще и спасибо сказал за то, что впервые получил возможность узнать, что в действительности люди думают о Правительстве. Этого «спасибо» хватило, чтобы приказ об увольнении моментально испарился, и все сделали вид, что ни о каком увольнении мне никто не говорил.

— Но с Хасбулатовым этот номер не прошел.

— А я и не критиковал Хасбулатова. Мы с ним поспорили публично о названии газеты. Он настаивал, чтобы газета называлась «Республика». С профессиональной точки зрения такое название никуда не годилось. И в мире, и в стране газет с этим названием выходило не меньше семи, к тому же мы создавали общероссийскую газету, а она должна иметь особое имя, которое невозможно повторить, а газету «Республика» спокойно могла выпускать и Бурятия, и Тува, и Калмыкия… Тогда я доказал свою правоту, но Хасбулатов затаил обиду, и после выхода первого же номера газеты, в котором я напечатал свой собственный материал о корысти народных депутатов, «за недемократическую» позицию решением Президиума Верховного Совета меня отстранили от руководства «Российской газетой».

— Однако, забегая вперед, скажу, что и эта история тебя ничему не научила, если ты «сцепился», или, скажем так, не захотел прислушаться к мнению окружения Президента, его помощников и советников, таких могущественных, как Александр Николаевич Яковлев, Сергей Александрович Филатов, за что и поплатился министерской должностью. Все–таки страшно интересно знать, о чем думает человек, получивший огромный чин — главный редактор центральной газеты, я уж не говорю про министерское кресло, и проявляющий там, на самом верху, и волю, и характер, и такую непозволительную роскошь, как «сметь свое суждение иметь». Казалось бы, одна мысль, — потерять кресло, — должна делать его предельно осторожным и, скажем так, быть предельно лояльным начальству. Или это клановая война на самом верху, где человек проигрывает, потому что его клан оказывается слабее; скажем, клан Яковлева оказывается сильнее клана Шумейко? — Я в клановые игры не играл, и выбирать мне пришлось, работая в Правительстве, не между людьми, не между кланами, а, как бы это сказать, чтобы не так пафосно звучало, в общем, или ты служишь России, или ты служишь жидам, третьего было не дано… К примеру, тогдашний первый заместитель председателя Правительства небезызвестный еврей Александр Шохин официально, «пэпэшкой» — правительственным поручением — обязывал меня открыть финансирование строительства типографии для «Общей газеты», это с мизерным тиражом частная газетка еврея Егора Яковлева. Какое новое строительство!, если в Москве в это время простаивала без работы половина типографских мощностей. Так почему я должен тратить гигантские народные деньги, помогать Шохину делать гешефт Яковлеву? И такие примеры сплошь, когда высокопоставленный еврей помогает только еврею, никто другой его не интересует. То помощник Ельцина еврей Костиков хочет за государственный счет отблагодарить «свое» издательство «Дружба народов», печатающее его двухтомник, то глава Администрации Президента еврей Филатов просит порадеть своим единоверцам из газетенки «Литературные новости»… В ответ на «нет» ты наживаешь могущественных врагов…

— Но как можно говорить «нет» там, на самом верху, людям, которые в одночасье могут решить твою судьбу? Ты же, Борис, представлял себе, что из–за своего «нет» можешь потерять и должность, и все приобретенные вместе с ней блага. Чисто по–человечески как ты определял свой выбор? — Так что, я помру, что ли, без их кормушки? Я вырос в Сибири, в своем доме. Вода — из речки, потом, правда, появились колонки, но все равно река под боком — пошел и набрал воды. Тепло — от печки. Дрова — из тайги. Из тайги же и мясо, ягоды, грибы. Картошка, морковка, свекла, капуста — все свое. Электричество разве что от «дяди». Так и то на всякий случай под рукой всегда и свечи, и керосин. Словом, проживем, никому в ножки не кланяясь. Сибирь ни рабства не знала, ни крепостного права, наверное, это в гены вошло.

— Мы как–то незаметно перескочили в «министерский» период, пропустив очень важное для нашего разговора — твою издательскую работу. Издательское дело в России — тоже не фунт изюма. Удалось ли сделать что–нибудь? Удовлетворен ли ты этим книгоиздательским куском своей профессиональной судьбы? Если не ошибаюсь, ведь это рукой Бориса Миронова в издательстве «Советская Россия» была ликвидирована редакция публицистики? Кто б мог подумать, что такое суждено coвepшить журналисту, публицисту! — Вспомни, Саша, какое это было время. Хлынул поток писанины «великих публицистов–демократов» Попова, Карякина, Бунича… Как от них тогда было отбиться? Вот и пришлось ломать эту машину по производству макулатуры. Зато усилили издание русской прозы, русской философии, русской документальной прозы. Появились серии «Русские мыслители», «Россия в письмах, документах, дневниках», «Жизнь во Христе», «Живое русское слово», «Крестный путь России». Из–под глыб почти векового запрета извлекли Константина Петровича Победоносцева, его знаменитый «Московский сборник», который мы выпустили с более актуальным названием "'Великая ложь нашего времени», по его заглавной статье о демократии, «Записки отшельника» Леонтьева, собрание сочинений Ильина, исполнили, наконец, завещание великого Гоголя, издали его целиком в девяти книгах, и именно так, как завещал сам Николай Васильевич.

На издательском поприще тогда стала разворачиваться борьба за юные души. С Запада хлынула мутная волна боевиков, ужастиков, дешевых детективов, страшные по своему стилю, словарному запасу, построению строки…Человек, читающий их два–три года, перестает воспринимать, усваивать строку Достоевского, Толстогo, Бунина… Как можно противостоять этой азартной, заразной литературе? Найти литературу не менее интригующую, но абсолютно другого нравственного содержания, другого языка. Так мы вышли на книги старинных, дореволюционных библиотек, на которых воспитывалось дворянство. Вот «идейные» истоки известной нашей серии «За счастьем, золотом и славой».

В самом начале своего директорства на встрече с Правлением Союза писателей России, которое возглавлял тогда Юрий Васильевич Бондарев, я подробно рассказал о своих планах. Не без скептицизма это было воспринято, но удалось сделать все, кроме одного. Не успел запустить cepию «Российские самодержцы». В это время меня и пригласил к себе на беседу Шумейко. Вместо запланированных 15 минут проговорили два часа. Он и рекомендовал меня Президенту…

Началось дикое сопротивление. К Президенту пошли люди типа Александра Николаевича Яковлева, доказывающие, что моя кандидатура — pоковая ошибка. Анатолий Алексин дважды звонил в Администрацию Президента из Израиля и возмущался самой перспективой подобного назначения. Когда же Указ о моем назначении вышел, Яковлев запретил его давать в эфир, заявив: «Этот указ мы еще отобьем». Возможно, так бы оно и случилось, да Президент на следующий день в 6 утра улетел в Казахстан.

— Все–таки как удалось убедить Ельцина назначить Миронова на министерский пост? — Я знаю о том только со слов Шумейко. Ельцин неделю колебался: «Что–то много им недовольных. Чем это он так людей против себя настроил?» — «Книгами своими, — отвечал Шумейко. — Не всем нравится то, что он издает». — «А что он такого издает?» — «Ильина, например», — отвечает Шумейко. И происходит нечто странное, неправдоподобное. «А, так это он Ильина издает, — говорит Президент и со словами: «Ну, пусть издает больше», — подписывает Указ.

— Невероятно! — Да нет, все же невероятного в том ничего нет, если хорошо знать Ельцина. А я в свое время, будучи корреспондентом «Правды», вместе с Таней Самолис, нынешним пресс–секретарем внешней разведки, пять часов без пятнадцати минут разговаривал с Ельциным. Он сам по себе никто и ничто — ни ума, ни образования. Зато у него звериный инстинкт власти. Ради власти он готов быть кем угодно — коммунистом, демократом, либералом, националистом… Лишь бы это давало ему власть. В 1993 году он всерьез задумывался ухватиться за национальную идею, чтобы укрепиться во власти. Создавалась специальная комиссия во главе с Шумейко для разработки такой программы, но, увы, люди противоположных устремлений в окружении Ельцина оказались сильнее, изощреннее, напористее. Да и Запад не дал Ельцину «оступиться». Все самое худшее, но шустрое и нахрапистое захватило инициативу в президентской команде и выиграло…

— Чувствую по настроению и тону, что, выбирая работу на вкус, ты выбрал бы работу министра…

— Да, хорошая работа, когда у тебя люди, деньги, власть, ты знаешь, что хочешь сделать — можно многое сделать.

— И что же удалось сделать тебе? — Начал с того, что попросил карту полиграфических, газетных мощностей России. На меня вытаращили глаза: отрасль такого не имела. Стали делать. И те, кто делал эти карты, люди, проработавшие десятки лет в отрасли, сами были ошеломлены результатами работы. Оказалось, например, что от Владивостока до Урала полиграфических мощностей по производству книг в твердом переплете в два раза меньше, чем у одного только «Красного пролетария» в Москве. А цены на транспорт к тому времени уже скакнули вверх, система централизованного распределения рухнула. Надо было срочно пересматривать программу развития отрасли. Идея проста. Определяем, например, ключевое — в полиграфическом оборудовании. Какие машины Россия будет сама производить, какие будет покупать, при этом надо учитывать, что какие–то машины мы будем покупать временно, пока не наладим выпуск своих, а какие–то собираемся, это выгоднее, покупать за границей всю жизнь. Отсюда совершенно иные у нас должны налаживаться отношения с продавцами. Одно дело покупаем партию машин, другое дело собираемся у этого производителя всю жизнь покупать машины. При этом мы всегда должны наперед учитывать, чтоб не создалась такая ситуация, при которой из–за введенного эмбарго может остановиться полиграфия России. Это был период, когда Запад стал разрушать российское производство. Расчет был прост. Сначала заманить наших издателей к себе низкими расценками, тем самым, оставив наши типографии без заказчиков, обезденежить их, а потом, подняв расценки, за бесценок скупить наши рухнувшие типографии. Но и внутри страны «жучков» хватало. До меня уже были «сверстаны» объемы и адреса субсидий отрасли. Исключительно — Москва. Они делали так: активно вкладывали в стройку и оборудование госсредства, чтобы затем все это успешно приватизировать за копейки. В начале года — бюджетные ассигнования, в конце года — приватизация. При мне же деньги пошли в сторону Урала, Сибири, Дальнего Востока, — туда, где слабая полиграфическая база. Все эти Батурины, Сатаровы, немедленно нашептали Ельцину что Миронов — московский резидент сибирской мафии… Ну не любят они, когда что–то мимо их рта.

— Но у них больше власти, больше влияния на Президента. Твое–то оружие какое? — Мне говорят: строй то–то и то–то, дай денег тому–то и тому–то. При этом никаким обоснованием себя не утруждают, обоснование у них всегда одно — корысть. И все это тихо–мило, обняв за плечо, или попридержав за локоток у банкетного стола… Я же публично, официально доказываю другое. Им крыть нечем, одно им только и остается — Миронова сносить.

— То есть, как шарахнешь: за кого меня принимаете! — Да нет, тоже играю, тоже хитрю. «Хорошо, — говорю, — разберусь, доложу». Действительно, разбираюсь, действительно, докладываю: так, мол, и так, выполняя ваше поручение о финансировании того–то и того–то, докладываю… И дальше, честь по чести, всю подноготную тoгo или иного проекта, того или иного издания. Но хитрость–то в чем состоит: он же меня по–дружески, по–свойски, по–приятельски просит миллиард–другой удружить. Если бы у него были основания эти государственные деньжищи туда официально направить, разве б он меня просил, он потому на ушко и просит, хорошо понимая, что делает нечистое. А я ему очень дружески, верноподданически, но официально: «Выполняя ваше распоряжение»… Он в темноте и за кулисами, а я на свет, перед всем миром. Ведь пока до него мой ответ дойдет, это же официальный ответ, он будет дважды зафиксирован, внесен в электронную память, и все отныне и довеку будут знать, кто и о чем просил Миронова, и всяк читающий поймет, что просьба к Миронову не совсем корректна была. Он же от моей солдафонской исполнительности на стенку лезет, но в другой раз уже с подобной просьбой не подойдет, однако теперь будет делать все возможное, чтоб от «непонятливого» или дурака валяющего Миронова избавиться. Их правило очень жесткое: или ты им служишь, или — пошел вон…

— До меня ведь только потом, намного позднее твоей отставки дошло, что тебе тогда никто не помог. Но хоть родной писательский цех пару слов за тебя замолвил? — У меня за плечами было директорство, да еще таким крупным издательством, как «Советская Россия», чтобы представлять реально и трезво наш с тобой профессиональный цех. Да за все годы директорства не нашлось ни одного писателя, ни одного!, не из «здравствующих классиков», не из «литературного начальства», кто бы похлопотал не за себя, а за кого другого. Кто бы сказал: «Давно не печатали такого–то» или «Есть такой–то писатель, хорошо бы его поддержать». Только о самих себе, дорогих и любимых. Единственная Жанна Бичевская попросила за покойного омского поэта. Единственная! И этот писательский «пупизм» по–прежнему в нас, ведь мы до сих пор избегаем трезво и честно взглянуть на себя, осознать свою разрушительную, уничтожительную pоль в судьбе России. Вот есть Калашников и все, весь мир знает и ценит автоматы Калашникова, есть конструкторы «МИГов» и «Тополей», есть сталевары и шахтеры, каждый из них может отчитаться сделанным для России, а что сделали мы, писатели, которым государство создало великолепные условия труда: прекрасные дома творчества, пансионаты, гигантские тиражи, огромные гонорары, награды, премии, поездки за границу, квартиры и поликлиники. А что в итоге? Крестьянин кормил, врач лечил, ткач одевал, шахтер обогревал. А что сделал наш брат–писатель, которому государство доверило душу человека, его воспитание? Что он слепил, кого воспитал? — Но согласись, не слишком–то комфортно было писать в такой золотой клетке…

— Ах, бедные мы, бедные, то нам слишком голодно, то нам слишком сытно! Нет уж, давай по конечному результату… А воспитали мы предателей, разрушителей России, всех этих воров. Ведь грабить страну принялись наиболее грамотные, образованные люди России, знатоки и ценители ведущих советских авторов, вспомни, как хвастались знанием книг наших живых классиков те же Горбачев и eгo супружница. Где герои, где воины, где защитники России в нашей литературе? Где Сергии Радонежские, Гермогены, Ермаки, Невские..? Одни полупьяные Африканычи. Но какой гонор остался в нас! Получает писатель премию журнала «Кто есть кто» в роскошном ресторане–подвальчике и скулит: «Были времена, когда «Золотую звезду» Героя Соцтруда, Государственную пpeмию получал в Кремле, а теперь вот — в подвале». До сих пор не дошло до него, что не слюни надо пускать по кремлевским наградам, а сложить в узелок все свои регалии и вернуть их как не за что полученные.

Создали ореол вокруг писателей, и писатели поверили, что они в действительности таковы, какими их хотят видеть — творцы, властители, чуть ли ни создатели человеческих душ. Каково расстаться с таким нимбом? Больно, обидно. Вот и стараются: чистят, рихтуют, ностальгически вспоминают былое, мол, что с нами, бедными, сделали! А что, собственно, сделали? Заставили разделить судьбу своих же героев. Разве не справедливо? — Вот ты назвал: Африканыч. Можно добавить шукшинских чудиков и других. Это же, если так можно сказать, своеобразный подвиг юродства, неприятие окружающего мира, конфликт с ним. Но ведь ясно: ни одна литература без конфликта существовать не может. Сама человеческая жизнь, жизнь всего человечества замешана на конфликте и без конфликта — ничто. Русская литература тем и отличается, что пытается найти свет во тьме конфликтов. Князь Мышкин, Раскольников, Мармеладов, Свидригайлов, Обломов… Люди! Человеки! И убийцы, и святые…

— А где Дежнев, Хабаров, где Суворов? А Ермак? Не просто так эти люди взяли и подмяли под себя шестую часть суши. По плечу ли это хилой нации, какой хотят нас выставить? Просто не может Моська выписать Слона, не может! Моська всегда выпишет Моську, даже если при этом наречет ее Слоном. Трусоватенький, вечно навеселе писатель наш, привыкший жить с фигой в кармане, и при этом рука у бедного потеет, а ну, как фигу в кармане разглядят, он что, Ермака напишет? Чтобы выписать Ермака, надо быть eго сотоварищем, по духу сотоварищем, по характеру, — волю надо иметь Ермака. Это Гулливер может взять лилипута и рассмотреть его со всех боков, но наоборот — никогда… Ладно, оставим современную литературу, возьмем дореволюционную. Разве нет на ней вины за свержение русской православной монархии, за разрушение государства? — Если в чем–то я и не согласен с тобой, то здесь солидарен полностью. Но поговорим о другом. Крепко били? — Не то, чтобы больно было, обидно было, стыдно, позорно до чего мы дожили. Московское еврейское культурно–просветительное общество — МЕКПО потребовало от генеральной прокуратуры привлечь меня к ответственности за издание Победоносцева, Шульгина. Ты можешь представить, чтобы в Израиле русские потребовали привлечь к уголовной ответственности еврейского министра печати за издание еврейских мудрецов. Как же мы дошли да жизни такой, что о нас, русских, в родной стране ноги вытирают. Дожили до того, что в Московском городском суде адвокат Ельцина Абушахмин, отвечая на вопрос, за что был уволен Миронов, нагло, с вызовом объясняет суду: «Не может министр, отвечающий за печать, книгоиздание и полиграфию, все время говорить: «национальный дух», «Россия», «Русь», «русские, русские, русские…». И в центре столицы Руси суд принимает сторону руссконенавистника.

Зато когда ты, русский, сопоставляя наворованные миллиарды Березовского, Гусинского, Ходорковского, Смоленского, Малкина, Фридмана, Абрамовича с тем, что забайкальские горняки получают по три булки хлеба в неделю независимо от количества едоков, — и это весь их заработок!, и называешь это фашизмом, тебя тут же тянут в прокуратуру за разжигание национальной розни. Но разве это не фашизм, когда один народ жиреет и жирует за счет другого народа? Жидам удалось прибрать Россию к своим загребущим рукам. У них все — власть, суды, деньги, заводы, газ, нефть, пресса, телевидение. И они, не желая повторить судьбу монголо–татарского, польского володения Русью, стремятся извести русский дух, русское национальное сознание, выморить народ голодом, страхом, беспросветностью, воспитать из подрастающих русских рабов, равнодушных к заветам и подвигам предков, но зато пресмыкающихся перед золотым тельцом. Конечно, просто так они власть не отдадут: слишком уж лакомый кусок Россия, да и страшатся они праведной расплаты за свои преступления. К тому же жиды хорошо понимают, потеряв власть в России, они потеряют ее везде, ибо тотчас по всему миру прокатится национально–очистительное движение. Снова судьба мира решается в России. Глупо думать, что оттеснить от власти это племя можно с помощью выборов, им же изобретенной «четыреххвосткой» — всеобщим, прямым, тайным, и равным голосованием, из которого они уже давно сделали балаган, шоу, игрище.

— Вот ты говоришь «жиды», а не боишься, что тебя, а через тебя и журнал, который будет публиковать нашу беседу, обвинят в антисемитизме.

— Нет, не боюсь. Давай по порядку. Что такое антисемитизм с точки зрения самих жидов, которые размахивают им как дубиной, силу которой придает 282–я статья Уголовного кодекса — разжигание национальной розни, так вот, в представлении самих жидов, а я ссылаюсь на одно из лучших еврейских изданий — «Краткую еврейскую энциклопедию», антисемитизм есть нелюбовь к евреям. Антисемит — человек, не любящий евреев. Все, точка. И что из того, что я, русский Миронов, не люблю евреев, да и какой русский человек может любить их после того, что они сделали с Россией. Но ведь я не только евреев не люблю, я не люблю, терпеть не могу разных там «голубых», не люблю проституток. Но вот что интересно, услышав, что я их не люблю, ни одной проститутке, ни одному «голубому» даже в голову не придет жаловаться на меня, и только жид тут же строчит донос в прокуратуру а, значит, используя силовые структуры в лице суда, прокуратуры, хочет насильно заставить меня, чтобы я его, жида, полюбил. А ведь это уже уголовщина, — склонение к сожительству, хотят силой добиться любви… И потом, чем это я нарушил закон и какой закон я нарушил тем, что я, русский, на русской земле разговариваю на русском языке, жида называю жидом, как учили меня лучшие знатоки и хранители русского языка Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Тургенев, Даль, Некрасов, помнишь у Некрасова:

«Денежки есть — нет беды.

Денежки есть — нет опасности».

Так говорили жиды.

Слог я исправил для ясности».

А то, что жидам не нравится, как мы их называем, так ведь это мы их так называем на своем родном русском языке. Мы не знаем и нам совсем не интересно, как они нас называют на идише или на иврите, мы не вмешиваемся в чужой язык и не должны позволять, чтобы кто–то вмешивался в наш родной язык. Получается, что жиды уже ввели черту оседлости для нас, русских, в нашем же родном русском языке, запретили пользоваться словом жид, и мы согласились с этой чертой.

— Насколько я помню, все время, пока ты был министром, тебя обвиняли даже не в разжигании национальной розни, а в национализме. Многие газеты после твоей отставки вышли с заголовками: «Уволен за национализм», «Одним националистом в Правительстве России стало меньше»…

— Национализм — это любовь к своей нации, что в том плохого. Пока есть нация, должны быть и национализм, и националист. Мне кажется, понятие нации должно быть дорого, близко, свято, как понятие семьи, а инстинкт сохранения нации должен быть мощнее инстинкта самосохранения. Сегодня нам просто запудривают мозги, злоумышленно смешивается искреннее, чистое понятие национализма с шовинизмом и экстремизмом. Почему так ненавистен врагам России русский национализм, причем, им одинаково ненавистен и татарский, и башкирский, и бурятский национализм, национализм вообще, потому что они хорошо понимают: только национализм — любовь к своей нации, способен возродить в людях национальный дух, национальное сознание. А, возродив русский дух, возродим Россию, так уж было в отечественной истории шестьсот лет назад, и все хорошо знают, чем это закончилось…

— Куликовской битвой? — Совершенно верно. Сегодня именно от нас, ныне живущих, от нашей воли и нашего духа, зависит судьба всего русского народа — останемся ли мы русскими людьми, нацией, в сыновьях Александра Невского, Дмитрия Донского, Козьмы Минина, Михаила Кутузова, Георгия Жукова, в отцах будущих русских поколений или от великого русского народа останутся лишь жалкие остатки, хранящие воспоминания о себе как о нации, о своей вере, культуре, армии в этнографических музеях резерваций.

— Почему–то слово «резервация» послушно тянет за собой слово «Америка»… Совсем недавно в русском переводе вышла книга бывшего американского сенатора Дэвида Дюка «Еврейский вопрос глазами американца» с твоим предисловием «Неусвоенный нами урок». Я был на презентации этой книги в Москве, слышал выступление Дюка, твое выступление, где ты говорил о том, что в издательстве твое предисловие изрядно «причесали»…

— Я сказал «и постригли, и побрили»…

— Словом, стесали острые углы. И все равно на тебя за твое предисловие завели уголовное дело …

— Думаю, на меня набросились за предельную обнаженность проблемы. Я писал, что в России еврейский вопрос еще не вызрел, что в массовом сознании еврейство не обозначаемо как враг, как саранча, уничтожающая наши национальные корни. Разве не так? В противном случае мы бы не голосовали за евреев–губернаторов, за евреев–депутатов, не мирились с еврейским составом правительства. Отучающее людей думать прожидовленное телевидение не дает народу продыху для опамятования, прозрения. А когда мы об этом говорим, нас тут же объявляют фашистами, психически ненормальными людьми, дескать, русские свихнулись на еврейском вопросе. И вдруг такая мощная поддержка из–за океана. Американец Дэвид Дюк пишет: «Я осознал, что если хочу сохранить наследие и ценности моего народа, то я должен защищать мой народ от нетерпимой части еврейского сообщества, которая ищет не примирения, а доминирования». Вот он, урок, который, как ни печально, до сих пор не усвоен русскими. И еще. Это тоже связано с Америкой. Мы уже говорили, что нас непременно попытаются втянуть в межконфессиональную войну. И мы уже втянулись, нас стравливают с мусульманским миром. И это снова — Америка. Некоторым политикам, вроде Жириновского, позволили хаять США. Но никто из них не скажет, а что же это такое — Америка сегодня. А Америка сегодня — это давно не англо–саксы, это — евреи. Дюк констатирует с документами в руках: «Евреи разъедают наши европейские корни, усиливая свое влияние, свою власть, и тем не менее, всегда продолжают считать себя посторонними, и это именно то, что они представляют собой на самом деле: сторонние наблюдатели с совершенно чуждыми нам духовными, культурными и генетическими особенностями, которые проникли внутрь американской структуры власти».

— А что, хорошо ребята устроились: властвуют, кормятся, а чуть что, сразу — мы тут сторонние. Эта страна…

— Это уж точно. А спорить с Дюком бесполезно, ибо Дюк — это документ. Вот список американских дипломатов — сплошь евреи. Берем чиновников, возглавляющих военное ведомство США — опять они же… В общем, страшный документ, показывающий, что политика, проводимая вроде бы от имени американского народа, на самом–то деле проводится от имени евреев и в интересах евреев. А поскольку давно не секрет, что наша власть, российская, подконтрольна Америке, то и не стоит объяснять, почему книга Дюка вызвала такую бешеную ярость.

— Но с Дюка что взять — гражданин США. Решили отыграться на Миронове. Так что ли? — Не совсем. Тут есть второй пласт. Уголовные преследования русских националистов в последнее время ужесточаются и будут ужесточаться дальше. Ведь власти понимают сегодня, что совсем скоро основной движущей силой будет идеология национализма. Не патриотизма, а именно — национализма. Различие понятно: патриотизм — любовь к Родине, национализм — любовь к нации. В понятие Родины не обязательно входит понятие нации, можно любить березки, запах полыни и молчать, когда сводят нацию, когда в год нация теряет почти полтора миллиона своих граждан…

С уходом такой политической пирамиды, как РНЕ, с уходом такой подставной фигуры, как Баркашов, эта огромная часть политического поля осталась свободной. Сюда активно будут внедряться властью подставные фигуры, владеющие нужной фразеологией. Истинных же националистов станут еще жестче преследовать, освобождая место для очередного кремлевского Баркашова. А то, что борьба за этот кусок политического поля предстоит нешуточная, свидетельствует хотя бы то, как Путин осваивает патриотическую риторику, вот даже озвучил понятие интересы нации…

— Коль уж мы заговорили о Путине, то хочу поделиться интересным наблюдением. Недавно попались на глаза данные одного социологического опроса. Вопрос ставился так: какими качествами, прежде всего, должен обладать руководитель государства? На первом месте у ответивших — компетентность, потом воля, гибкость ума, решительность и далее в том же духе. А вот честность оказалась на одиннадцатом месте, справедливость — на 12–м, а совестливость — аж на 22–м месте. Русскую православную монархию не зря называли диктатурой совести. Была человечность, а не буква закона, не конституция. Увы, по данным все тех же опросов, сегодня в России лишь один процент монархистов. Так надо ли все это народу? Стоит ли биться головой о стену? Не напоминает ли русский народ евангельского расслабленного при Овчей купели, который давным–давно потерял для себя всякую надежду? — Наш народ болен, и ничего удивительного в том нет. Больше ста лет губят русский народ, выбивают лучших людей. Сегодня ложь стала самым распространенным инструментом государственного правления. Воры, преступники, пройдохи, люди без чести и совести — в кумирах общества. Им заглядывают в глазки, перед ними прогибаются, их мнение определяет общественное мнение… Поэтому оглядываться на народ, это все равно что постоянно оглядываться на больного, спрашивать его: что, Феденька, будешь эту микстурку? А эту? А Феденька губки корытцем, кобенится: не–а да не–а… Вон ту ха–а–ачу! «Московский комсомолец» с утра почитать… Но есть группа людей, их немного, да много и не бывает, которые понимают, чем народ болен, и знают как его лечить. И они должны брать на себя ответственность, да, ответственность диктатора, да, ответственность тирана! Ибо ситуация в стране зашла настолько далеко, что только так ее можно исправить. Хирург не спрашивает больного как его лечить, не советуется с ним, что делать, когда видит, что тот вот–вот концы отдаст. Режет, колет, кровь пускает, чтобы наступило выздоровление… Так что, прикажете оглядываться на общественное мнение, помня при том, что народ наш живет в мире навязанных телевидением клише. Тут как–то идут впереди меня две женщины, и одна — другой: «У вас уже были на почве заморозки?» Да разве так говорили прежде? Говорили: у вас там не подморозило? Морозец еще не ударил? А вот посерьезнее: веками нам втемяшивали (тут и писатели постарались), что каждое новое поколение прогрессивнее прежнего. Ложное представление! Напротив, каждое поколение должно отстаивать традиции, не сдавать рубежи. И то поколение, которое сможет сохранить традиции от порушения, оно–то и сбережет нацию от исчезновения. Вопрос стоит остро: есть ли возможность у нации сохранить свою национальность, индивидуальность, самобытность? Не поглотит ли наступающий глобализм национальные традиции, обычаи, заветы, не размоет ли кровь нации, не пустит ли в распыл самое дорогое? Глобализм — последний этап победоносного шествия жидовства к мировому господству. Поэтому и наступает момент, когда судьбу нации может решить один человек. Человек, осознавший свою ответственность за нацию. Кстати, я писал об этом еще в 93–м году в «Российской газете»… Увы, до сих пор не усваивается ни одной аудиторией самое главное, что нас, русских, приговорили к уничтожению.

— Страшные вещи говоришь…

— Страшные? Да, сегодня жизнью общества правит страх. В основе его — безверие. Ведь чем православный человек отличается от неправославного? Он не боится смерти, верит в жизнь вечную. Чтобы сбить человека с толку учителей хватает. Накатывает со всех сторон: удовольствие — вот жизнь, вечный кайф — вот оно!.. Был я в Красноярске, потом в Самаре. Везде одно спрашивают: а какова ваша программа по лечению наркоманов? Размышляют, где деньги взять на строительство лечебного центра. Я же возьми и скажи: а что, в Енисее воды мало? Ведь что такое наркомания? Это не тиф, не холера, даже не грипп, не эпидемия, не зараза. Наркоман — человек, осознанно выбравший удовольствие. И чего ему не кайфовать, если его со всех сторон заверяют, что вылечат, санатории для него строят… А вот ежели он будет знать, что за этим последует кара, и не когда–то, а здесь, на земле, то он трижды подумает, прежде чем подсядет на иглу. Понятно, сложно менять психологию, но мы–то должны понимать, что жиды стоят во главе наркобизнеса и они же стоят во главе нарколечения. Такой вот замкнутый цикл. Правда, свою юную поросль жиды от этой напасти оберегают.

— Понимаю, почему националистов боятся…

— Разумеется, боятся. Енисейские воды холодны и быстры… В самом деле, ну как можно вылечить березовских, гусинских, ходорковских и иже с ними? На чем, допустим, поднялся Ходорковский? На доходном деле, когда от ЦК комсомола сплавлял наших девчонок в заграничные публичные дома. Кто такой Чубайс? Для нас — убийца, по вине которого в обесточенном Приморье умирали в больницах дети и взрослые. Его привлекли к уголовной ответственности? Нет. И Президент наш с ним милейшим образом беседует. Вот мы до чего дошли! Вопрос сегодня даже не в евреях, особенно после выхода книги Солженицына «Двести лет вместе». С евреями все предельно ясно: жить с ними нельзя. Вопрос в нас, русских: почему мы терпим? Почему молчим? С евреями ясно. С русскими не ясно…

— Ты говорил о необходимости диктатуры. А следующий шаг? Ведь Россия в свое время в невероятных трудах, в тяжелейших условиях смогла выработать самую человечную форму государственной власти — православную монархию. История наглядно показывает: чем больше у нас было самодержавия, тем больше выигрывала и побеждала Россия. Что скажешь? — Первый этап — национальная диктатура. Потом сложный процесс опамятывания народа. Прежде всего, думаю, новая власть должна поменять коренным образом систему образования. Мы вернемся к истокам национального образования и воспитания. Национальное воспитание без Православия немыслимо. А Православие дает нам только одну форму государственного правления — Православное самодержавие, монархию, во главе которой государь, Помазанник Божий. Симфония Церкви и Царства должна быть восстановлена. Но сопротивление, и это надо знать, будет жесточайшее. Потому что тот разврат, в котором приучили жить народ, он многим нравится, и вернуться к созидательной строгости православной жизни будет крайне нелегко…

— Как бы ты сформулировал сегодня русскую национальную идею? — Очень просто. Русская национальная идея сегодня — это идея сохранения, сбережения и приумножения русской нации. Разумеется, ее невозможно воплотить, если не вернуть себе власть, не вернуть себе Отечество, если не снять с шеи всех коренных народов России удушающую еврейскую петлю. А путь один — национальное восстание. И подняться на правое дело должны не группа храбрецов, а действующая российская армия, осознавшая, что это ее национальный долг, дело чести, верности Отечеству и Присяге. Ведь не против законной власти пойдет армия, а на правое дело освобождения своей земли, как поднимались прадеды, деды и отцы в 1380–м году, в 1613–м году, потом в 1812–м году, в 1941–м году. Дело решат русские мужики — взводные, ротные, комбаты, среди которых никогда не было жидов, да и не будет: тут пахать надо, лямку тянуть… Однако при этом народ должен буквально дышать ожиданием спасительных действий армии, народ должен вымаливать победу. Эта идея должна войти в общественное сознание. И тогда армия обретет волю и силу, поднимется на должную высоту осмысления своей роли и ответственности. Никто, кроме армии, эту задачу не выполнит. Нельзя подталкивать к этому национально–патриотическое движение. Потому что против народа власть, конечно же, бросит армию, и армия будет должна подчиниться приказу. Начнется очередная бойня русских с русскими. Ох уж и возликуют наши враги! И только национальная идея может дать силы и уверенность в правоте своего дела. Вспомним слова нашего современника, великого русского философа Лосева: «Или жизнь согласно с родным и всеобщим, с Родиной, и тогда она — самоотречение, или жизнь вне связи с родным и всеобщим, с Родиной, и тогда она — бессмыслица».

— У меня ощущение, что ты весь соткан из политики. А на рыбалку? — Лучше уж по грибы, глядишь и высмотрим свое поле Куликово…

— Вот ты опять…

— Так кто же в 1941–ом году о грибах да о рыбалке думал… А ведь мы даже не в 41–ом, нынче враг пришел на Россию коварнее и беспощаднее немца.

Content

БОРИС МИРОНОВ
ИГО ЖИДОВСКОЕ
Под общей редакцией Миронова В.Л.

ПРЕДИСЛОВИЕ

О РУССКОЙ ИДЕОЛОГИИ

РОССИИ НУЖНЫ ГЕРОИ