Бронуин Джеймсон

Сердце на ладони

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Новых сообщений нет.

Катриона Макконнел тупо уставилась в монитор своего компьютера. Впрочем, чему удивляться? За прошедшую неделю она всеми возможными способами пыталась связаться с Дрю, и все безуспешно. Так с чего бы ему отвечать на ее последнее письмо, полное отчаяния?

Потому что он твой друг, твой бывший любовник. Он вырос по соседству. Ему должно быть до этого дело.

Кэт выключила компьютер и отодвинула стул от стола. Злость и разочарование переполняли ее. В голове эхом раздавался один-единственный вопрос: что же теперь делать?

Где-то вдалеке загремел гром. На полпути к дверям она остановилась и прислушалась, потому что звук усиливался, даже каменные стены слегка завибрировали. Внезапно Кэт поняла, что это вовсе не гром, а шум самолета. Самолета, который летел так низко над ее домом, что она невольно втянула голову.

Схватив шляпу, девушка выбежала на веранду, а потом на лужайку, как она называла свой почти засохший газон. Устремив глаза в небо, она примялась вертеть головой, пока не заметила самолет. На ярко-синем небе он оставлял за собой белый шлейф.

Дрю?

Ее сердце забилось быстрее, наполнившись надеждой, когда она смотрела на самолет, который взял курс на северо-запад. А почему это не может быть Дрю? Он не отвечал на ее послания, не предупредил заранее и появился вот так неожиданно. Видимо, специально сделал круг над ее домом, а потом направился в сторону жилища своего отца в нескольких милях отсюда, чтобы там посадить самолет.

Кэт бросилась к своему пикапу, не осознавая, что делает. Она совсем не хотела видеть Гордона Сэмюэльса, но если это на самом деле самолет Дрю, она должна быть там. Ей необходимо знать, что произошло между отцом и сыном из-за денег, которые она взяла в долг.

Будущее Корробори, фермы, которая принадлежала семье Кэт на протяжении шести поколений, зависит от ответа на этот вопрос. Ее собственное будущее зависит от этого ответа. Да и судьба Дрю Сэмюэльса тоже.

Надевая на ходу шляпу, Кэт преодолела последние метры до своего «лендкрузера». Но перед тем как открыть дверцу, снова посмотрела в небо. Ее сердце ушло в пятки. Самолет не взял курс на северо-запад, а сделал поворот на сто восемьдесят градусов и завис над горизонтом.

— О, нет, — выдохнула она. — Ты не станешь делать этого!

Дрю слишком хорошо знал местность, чтобы сажать самолет на ее земле, где площадка, служившая когда-то посадочной полосой, пришла в запустение. Все-таки ее последнее сообщение не было таким уж отчаянным, чтобы он пошел на подобный риск. Замерев, Кэт следила за самолетом, скрывшимся за деревьями, потом снова обрела способность двигаться и дернула дверцу автомобиля.

Всю дорогу ее сердце бешено стучало, но она крепко держала руль и уверенно вела внедорожник, несмотря на сильный ветер. Буря приближалась с огромной скоростью.

Ее старый фургон остановился с громким скрежетом, но Кэт не обратила на это никакого внимания. Ее взгляд был прикован к площадке перед ней, на которой медленно останавливалась «Сесна».

Девушка выдохнула. Напряжение начало постепенно отпускать ее. Да, маленький самолет приземлился благополучно, но явно с трудностями.

Кэт подъехала совсем близко и, не заметив никаких признаков движения, распахнула дверцу, но стремительный порыв ветра захлопнул ее с такой силой, что задрожал весь грузовичок. На небе сверкнула молния, вслед за которой послышался раскат грома.

Кэт скорчила гримасу и выбралась наконец из машины.

— Только не гроза, только не сейчас!

Стоило ей вознести эту мольбу к небесам, как порыв ветра сорвал с нее любимую шляпу. Но Кэт даже не успела расстроиться по этому поводу, потому что дернула дверцу кабины пилота и замерла.

Единственный член экипажа склонился над штурвалом без движения, пристегнутый ремнем безопасности. Завиток темных волос упал ему на лицо.

Кэт настолько была готова увидеть Дрю, что даже не подумала о том, что в кабине пилота может находиться кто-то другой. Мужчина с оливковым цветом кожи и красивыми полными губами. Чужак, подумала Кэт, хотя ей почудилось что-то знакомое в его темных волосах и мужественном подбородке.

Очередной раскат грома заставил Кэт действовать. Она положила руки на плечи мужчины и привела его в вертикальное положение.

— Ты, должно быть, сильно приложился головой, приятель, — пробормотала она, выключая рацию и убирая его волосы со лба. Лицо чистое, крови нигде нет. Обрадованная, она провела руками по телу мужчины, пытаясь определить, есть ли у него переломы или более серьезные повреждения. Вроде бы все в порядке, но все-таки нужно вызвать врача.

До пункта оказания медицинской помощи около двух часов езды, но если дождь размоет дороги, по ним будет почти невозможно проехать. Наверно, лучше везти его в больницу самой, чем ждать, пока прибудет «скорая помощь». Тащить его огромное тело в одиночку будет тяжело…

Кэт жила одна, управляла фермой сама. И звать сейчас на помощь соседей будет только потерей времени.

— Хорошо, что я не из хлипких, — вслух размышляла Кэт, вспоминая, что так ее мачеха в мягкой форме говорила о ее росте и комплекции. Хотя сама Кэт предпочитала думать о себе как о женщине, которой все по плечу.

Она потрясла его за плечи.

— Пора просыпаться, Спящая Красавица.

Кэт произнесла это раньше, чем успела подумать. Лицо мужчины было настолько привлекательным, что на секунду ей захотелось превратить в жизнь сюжет известной сказки, склониться над ним и поцеловать эти красивые губы.

Конечно, она этого не сделала. И не только потому, что не имела привычки целовать незнакомцев — даже таких красавцев, буквально упавших с неба. А потому, что внезапно его губы начали шевелиться.

Когда девушка встретилась взглядом с пронзительными голубыми глазами незнакомца, ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди от пережитого ужаса и шока. Оказывается, он пришел в себя, пока она бесстыдно разглядывала его губы и гадала, будут ли они так же чудесны на вкус.

Потом вдруг его глаза потускнели, цвет лица стал пепельно-серым.

— С вами все в порядке? — спросила она.

Он хотел кивнуть, но тут же вздрогнул, как будто движения причиняли ему страдания.

— Голова болит немного, да?

— Довольно сильно.

— Слышу связную речь, — улыбнулась Кэт. — Язык нам удалось привести в норму, давайте посмотрим, что у нас с остальными частями тела. — Заметив, как в его глазах что-то блеснуло, она потянулась к ремню безопасности и быстро добавила: — Не хочу вас расстраивать, но сейчас разыграется буря. Готовы освободиться?

Мужчина поморщился — возможно, от упоминания о буре, ставшей причиной экстренной посадки. А может, от того, как она пыталась освободить его от ремня. Наконец ей это удалось, и он начал выбираться из кабины. Ну и гигант! — удивилась Кэт. Интересно, как бы она вытащила его, если бы он не пришел в себя?

— Вы уверены, что удержитесь на ногах? — спросила Кэт.

Его рот скривило подобие улыбки.

— Если нет, я упаду на тебя, детка. Если только ты захочешь…

Его голос дрожал, глаза еще не прояснились. Кэт покачала головой. Человек едва избежал гибели — и уже флиртует?! Боже, дай мне сил!

— Хорошо, я вам помогу.

— Я в порядке. — Он нахмурился, посмотрев через ее плечо. — А вот вы сейчас насквозь промокнете.

Первые капли дождя уже падали за ворот ее рубашки, но она не обращала на это внимания.

— Я оставила машину недалеко отсюда, видите? Придется немного прогуляться под дождем.

Вопреки ее опасениям он без проблем выбрался из кабины, но сильно покачнулся, когда его ноги ступили на землю. Кэт мгновенно подставила свое плечо, приняв на себя его тело.

— Я вас держу, — она широко расставила ноги, чтобы удержать равновесие, а руками обхватила мужчину за талию.

— Извините, я слишком тяжел для вас… — слова незнакомца потонули в раскате грома.

Прижимаясь к его груди, Кэт чувствовала тепло, исходящее от этого мужчины. К ее радости, он быстро обрел способность стоять на ногах и ослабил давление на ее тело. Вместе они добрели до пикапа, и он с облегчением устроился на пассажирском сиденье. Кэт закрыла дверцу и обежала машину, чтобы занять место водителя.

Она завела мотор, и пикап тронулся с места. Дождь усиливался.

— Нам повезло, — сказала она своему пассажиру. — Не успели совсем вымокнуть.

Он открыл глаза и с видимым усилием сфокусировал взгляд на ней.

— Рэйф… Кар… лайл.

Несколько секунд Кэт смотрела на него. Она никогда раньше не видела глаз такого яркого голубого цвета. Потом до нее внезапно дошло, что он представился ей. Сердце подскочило в груди. Конечно! Вот почему этот мужчина показался ей знакомым.

Нет, они никогда не встречались, но она достаточно нагляделась на фотографии Рэйфа Карлайла в прессе, чтобы знать, кто он такой. Средний сын одной из самых богатых и влиятельных семей Австралии. Им принадлежит огромное количество собственности на севере страны,

Рэйф занимает высокий пост в сети отелей, но, если верить тому, что о нем пишут, работать не любит, а больше увлекается женщинами и игрой в ночных клубах и казино.

— А вы? — тихо спросил он, видимо, желая, чтобы она тоже представилась.

— Катриона Макконнел.

Обедневшая, трудолюбивая хозяйка фермы, в которой нет ни капли голубой крови…

Итак, это не Дрю Сэмюэльс, а просто незнакомец, хотя и очень богатый, совершивший вынужденную посадку на ее земле. Кэт должна оказать ему первую медицинскую помощь, а это значит, что пора выбираться на дорогу, пока ее машина не застряла в грязи.

Рэйф внезапно очнулся, не понимая, что происходит. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы оглядеться и увидеть девушку, которая трясла его за плечи. Тут он все вспомнил — как летел на самолете, как самоуверенно решил, будто сможет преодолеть бурю. Вспомнил кареглазого ангела, который пришел ему на помощь.

Увидев, что он наконец проснулся, Кэт перестала трясти его. Рэйф удивленно моргнул.

— Вы приняли душ.

— Только потому, что устала слушать ваши придирки.

Он придирался!? Немыслимо.

Кэт повернулась к нему, и Рэйф замер, сраженный ароматом, который исходил от нее. И ее волосы… Он раньше не разглядел, какие они густые. Шелковые локоны шоколадного цвета доходили ей почти до талии. Только вот хмуриться ей не надо.

Рэйф покачал головой, как бы выражая сожаление, но резко остановился. Любое движение причиняло ему боль и вызывало тошноту. Девушка говорила, что он, должно быть, ударился головой, когда совершал вынужденную посадку. Наверное, так оно и есть.

Он помнил, что она промокла под дождем. Сейчас на ней был зеленый свитер, который выглядел мягким и уютным.

— Вы переоделись, — заметил он. — Это хорошо.

— Вы спали, — ответила она. — Это плохо.

Так, так. У его ангела ко всему прочему еще острый язычок.

— Я просто дал отдохнуть глазам.

Ложь, но справедливая, учитывая, что она почти ослепила его своим фонариком, когда приказывала не спать. Как бы в подтверждение его мыслей, она снова взяла в руку фонарик. Ее личное орудие пыток.

— Не надо, — он заслонился от нее рукой. — Уже хватит. Я знаю, где нахожусь и кто я есть. Я помню имя моей матери, имена моих братьев и даже второе имя моего кузена Джаспера.

Последнее явно было преувеличением, но ему нужно было убедить ее. Каждые полчаса одни и тс же вопросы, одни и те же ответы, и луч фонарика, которым она светила ему прямо в глаза.

— Не будьте ребенком! — Кэт проверила его пульс. Рэйфу нравилось ощущать ее пальцы на своем запястье, нравилось серьезное выражение лица и беззвучное шевеление губ, когда она считала удары. — Еще один час, согласно указаниям доктора.

Доктора, которому она позвонила, когда погода нарушила ее план отвезти его в ближайшую больницу. Указания доктора заключались в том, чтобы она проверяла его состояние и реакцию каждый час в течение по крайней мере трех часов. Рэйф считал, что это слишком много.

— Мои зрачки реагируют? — спросил он.

— В последний раз, когда я проверяла, да, но…

— Что-нибудь изменилось за последние полчаса?

— Нет, но…

— Отлично, — Рэйф убрал фонарик из ее рук. — Довольно. Я собираюсь поспать.

— Вы не будете спать здесь. Кушетка слишком короткая для вас.

— Главное, что она горизонтальная. — Это все, что ему сейчас нужно. Закрыть глаза, перестать разговаривать и дать отдых всему телу.

— Я постелила для вас постель, — вздохнув, сказала Кэт. — Но сначала ответьте, вам точно не нужно никому позвонить?

Он дал радиограмму, когда собрался сажать самолет с точным местом приземления. Если сейчас он сообщит о случившемся своей семье, ему придется отвечать на бесконечное количество звонков от обеспокоенных родственников. Мать, старший брат, младший брат. Его личный помощник. Его прислуга. Меньше знают — меньше переживают.

— Никаких звонков, — сказал он.

— А как насчет еды?

— Только кровать.

Рэйф встал на ноги и покачнулся, поскольку мозг мгновенно отреагировал на смену положения тела. Кэт успела подхватить его. Он не возражал, ему нравилось вдыхать аромат ее волос. Когда Рэйф хотел открыть первую дверь, ее грудь слегка коснулась его груди, и он на секунду замер.

— Это моя комната. Ваша следующая направо. Если вы не заснете в ближайшие десять минут, я проведу еще один осмотр.

— Я засну через две минуты.

— С вами всегда так сложно?

— Ас вами?

В ее взгляде мелькнуло удивление.

— Со мной совсем не сложно.

Рэйфу вдруг захотелось подразнить ее и спросить, значит ли это, что с ней всегда легко, но в этот момент Кэт открыла дверь его комнаты и зажгла свет. Рэйф почувствовал резкую боль в глазах и еле слышно выругался. Кэт быстро извинилась и выключила свет, но Рэйф успел увидеть широкую кровать, накрытую покрывалом.

Он сделал движение в сторону кровати. Катриона последовала за ним, поскольку все еще боялась выпустить его локоть. Ему может потребоваться помощь в полумраке комнаты. К тому же надо показать, где находится ванная…

И когда он, не в силах больше держаться на ногах, упал на мягкое покрывало, Кэт рухнула вместе с ним. Рэйф почувствовал на себе ее дыхание. Мягкая кровать, теплое одеяло и приятно пахнущая женщина. О чем еще можно мечтать… Его глаза начали закрываться.

Если бы не буря, Рэйф был бы сейчас в другом месте. Неожиданное появление удивило бы его бывшую подругу Никки Бэйтс, но, конечно, не так, как цель его визита. В данную минуту он как раз спрашивал бы Никки, как она относится к тому, чтобы родить ему ребенка.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Кэт проснулась в своей постели, несколько секунд не понимая, где сон, а где реальность. Внезапно она резко села на кровати.

Рэйф Карлайл. В ее комнате для гостей. С сотрясением мозга.

Последний раз она проверяла его более пяти часов назад. Ей не следовало так крепко засыпать.

Кэт оделась и быстро выбежала из комнаты. Около двери Рэйфа она остановилась и прислушалась, потом легонько постучала.

Ни звука. Затаив дыхание, Кэт медленно открыла дверь. К ее радости, Рэйф по-прежнему крепко спал.

Что же теперь делать? Дать ему еще поспать? Разбудить и спросить, как он себя чувствует? Стоять и глазеть на обнаженного мужчину в своей постели?

Не в моей постели, быстро поправила себя Кэт. И не совсем обнаженного.

Девушка вспомнила свои ощущения, когда оказалась вчера придавленной тяжестью Рэйфа Карлайла. Вздрогнув, она устремила взгляд на спящего мужчину. Мускулистый торс, широкие плечи, темные волосы спадают на лицо. Рука лежит на подушке, та самая рука, что накануне покоилась на ее груди. Кэт почувствовала, как по всему телу разливается тепло.

Когда вчера вечером Кэт заметила, что он засыпает, она накрыла его покрывалом. Но сначала сняла с него рубашку, потом джинсы, оставив на нем только трусы…

Рэйф Карлайл пошевелился. Медленно повел плечами и освободил одну ногу из-под покрывала. Кэт ждала в каком-то предвкушении, но он не повернул голову в ее сторону. Его смуглое тело изумительно смотрелось на белоснежных простынях.

Еще спит, поняла Кэт. Внезапно ей стало неудобно, что она стоит и смотрит на него. Она вернулась в свою комнату, причесалась и умылась холодной водой. Теперь нужно оценить последствия бури и проверить дороги, чтобы найти самый быстрый способ избавиться от Рэйфа Карлайла.

В одиночестве, не волнуясь ни о чем, кроме своих проблем, она снова будет чувствовать себя сама собой.

Кэт с такой скоростью выскочила на заднюю веранду, что чуть не налетела на рыжую овчарку, которая ждала ее у порога.

Пес радостно крутился около нее, требуя внимания. Кэт присела и обняла пса за шею, на ее лице появилась улыбка. Это был единственный представитель мужского пола, которого она привыкла видеть по утрам рядом с собой.

— И довольно симпатичный представитель, — вслух сказала она.

Бах весело гавкнул и побежал вниз по ступенькам, готовый приступить к работе.

— Ладно, ладно, я уже иду.

Улыбка исчезла с ее лица, когда она увидела поврежденный забор. Одной женщине не под силу убрать дерево, упавшее на него. Ладно, это может подождать. Сейчас ее больше волновало то, что могла натворить буря с легкой «Сэсной».

— Вот куда мы сначала направимся, — сказала она Баху.

На полпути к посадочной полосе Кэт услышала по переносной рации лаконичный голос ее соседа. Боб Портер был другом ее отца и очень хорошим человеком, не смотря на то, что работал на Гордона Сэмюэльса. Боб приглядывал за Кэт, особенно теперь, когда она жила одна и самостоятельно управляла Корробори.

Они обменялись приветствиями и парой слов, прежде чем она спросила у него о состоянии посадочной полосы Сэмюэльса.

— Ждешь кого-то в гости? — спросил Боб.

— У меня уже есть один гость. — Кэт в двух словах рассказала ему о мужчине, спящем в ее доме. — Я думала, что он мог бы выбраться отсюда уже через несколько часов.

— Нет, девочка, сегодня и завтра продержится нелетная погода.

Черт!

— Тогда мне надо отвезти его в город.

— Ты так торопишься избавиться от этого малого?

— Нет. Хотя мне кажется, у него сотрясение мозга и ему нужно к врачу.

Боб вытащил мобильник и, связавшись с женой, передал трубку Кэт.

— Я к вечеру собираюсь в город, Кэт. Могу взять пассажира, если тебе это поможет.

Кэт сомневалась, хватит ли у нее бензина, чтобы самой доехать до города. А брать в долг она больше не может, так как еще не расплатилась по последнему счету.

— Очень поможет, Джен. Дай мне знать, когда будешь выезжать, Джен. Я встречу тебя на перекрестке.

Полтора часа спустя Кэт собралась с духом и постучала в комнату для гостей, держа в руках сумку, которую нашла в самолете. Ее гость должен быть одет и накормлен к тому времени, когда позвонит Дженнифер Портер.

Снова никакого ответа.

Открыв дверь, девушка обнаружила, что постель пуста. Где же он? Что, если с ним снова что-то случилось? Вдруг он упал и опять ударился головой?

— Может, ты перестанешь гадать и проверишь? — пробормотала сама себе Кэт. И она так и сделает, когда поставит на пол его сумку. И когда застелет постель. Нет, она не оттягивала момент. Совсем нет.

Катриона поправляла простыни, когда внезапно услышала шорох у себя за спиной. Она повернулась и увидела его в дверях ванной. Абсолютно голого.

Кэт не могла отвести от него взгляд, настолько она была поражена. Потом он кашлянул, и она поняла, что слишком долго глазеет на него.

— Я принесла ваш багаж, — сказала Кэт, облизнув пересохшие губы. — Из самолета. Подумала, что вам понадобится сменная одежда.

Несмотря на то что это был явный намек с ее стороны, ему понадобилось несколько минут, чтобы взять полотенце и повязать его на бедрах. Казалось, что ему без одежды так же комфортно как ей в ее джинсах. И она могла это понять, учитывая, что он обладал совершенным телом.

— Спасибо, — широко улыбнулся он, — что принесли мою сумку.

Кэт пробормотала нечто вроде «пожалуйста». Или ей это только показалось, потому что она все еще не могла отвести глаз от его прекрасного лица. Рэйф подошел к кровати с той стороны, где стояла девушка. Она замерла, но все же заставила себя собраться.

— Вы хорошо выглядите, — сказала Кэт. Потом вдруг поняла, что это могло прозвучать странно. — По сравнению с прошлой ночью, — быстро добавила она.

Рэйф одарил ее таким взглядом, будто понял, почему она решила прояснить свои слова. В его глазах зажегся огонек.

— Вот что делает сон. Я спал как младенец.

Ну уж нет, подумала Кэт. Вот с кем тебя нельзя сравнить, так это с невинным младенцем!

— Десять часов, — заметила она.

— Так долго? Почему вы не разбудили меня? — Карлайл задумчиво потер подбородок. — И все-таки самым действенным был бы способ, описанный в сказке.

— Извините?

— Пока я был в душе, вспомнил, что вчера в самолете вы назвали меня Спящей Красавицей. Разве в этой сказке не должно быть поцелуя? Или я что-то путаю?

— Так вы были в сознании?

Боже, что еще я говорила? И где в то время были мои руки?

— Очевидно, меня оживили ваши прикосновения.

— Надо было оставить вас там!

— Как же! Вам ведь нравилось ухаживать за мной.

— Мне нравилось слушать ваши стоны? Нет. Проверять ваши зрачки? Нет. Падать под тяжестью вашего тела? Нет.

— Я упал на вас?!

Значит, он не все помнит. Кэт кивнула:

— Я пыталась уложить вас в постель.

— Но ведь вам это удалось?

— В конечном итоге да.

Карлайл перевел взгляд на свою одежду, которую Кэт повесила на спинку кровати.

— И вы меня раздели? — Он медленно покачал головой. — Я сожалею, что пропустил такой момент.

Как же он хорош собой! Эта искренность в голосе, этот взгляд… Кэт смотрела в его глаза и думала о том, сколько же женщин утонули в этой синеве. Но только не она. Кэт не настолько глупа, чтобы рисковать своим душевным здоровьем, когда красавец Карлайл навсегда исчезнет из ее жизни.

— Лучше скажите, как ваша голова.

— Так, будто по ней ударили целым самолетом. Вот, — он сделал пригласительный жест, — потрогайте.

Рэйф наклонил голову, и Кэт удивилась: вроде бы ее мыло, ее шампунь, но на его коже это был совсем другой запах. И она снова остро почувствовала близость Рэйфа и то, что на нем не было ничего, кроме полотенца.

Чего ты застыла, идиотка! Он ждет, что ты дотронешься до его шишки.

Она осторожно провела по выпуклости на его затылке, стараясь не причинить ему боль.

— Ну как? — спросил он.

— Все еще болит?

— Это зависит…

— От чего?

— От того, что я получу в награду за ответ «да»: ваше нежное прикосновение или же опять фонариком в глаза.

— Проверять вашу реакцию было указанием доктора. Если бы я смогла отвезти вас в больницу, они бы там делали то же самое.

— Только не таким ярким фонарем.

Она уже открыла рот, чтобы возмутиться, но передумала.

— Это мой единственный фонарь. И я уверена, что ничем не навредила вам.

— Компресс мне очень помог.

— Надо думать, — ее взгляд слегка смягчился. — Как насчет остальных частей тела? Вы больше нигде не пострадали?

Только потом она поняла, какую глупость спросила. Рэйф не упустит возможности подтрунить над ней. И точно: он приподнял одну бровь и лукаво поинтересовался:

— Хотите проверить?

Кэт бросила на него осуждающий взгляд.

— Вам должно быть стыдно.

— Я могу свалить всю вину на мою больную голову, — сказал он, проводя пальцами по шишке.

В ее взгляде тут же вспыхнула озабоченность. Несмотря на то, что он шутил, она все же беспокоилась за его травму в течение всей ночи.

— Я еще не поблагодарил вас, — произнес Рэйф.

— За то, что принесла вашу сумку? По-моему, вы уже сделали это. А теперь я вас оставлю, чтобы вы могли одеться.

Кэт уже повернулась, чтобы выйти из комнаты, когда Рэйф поймал ее за руку и повернул к себе лицом.

— Не только за сумку. Спасибо за то, что спасли меня, что привезли к себе домой и не оставляли меня в покое своими проверками, даже когда я умолял об этом. Спасибо, Катриона.

Она пожала плечами.

— На моем месте любой поступил бы так же.

— Я знаю много женщин, — начал Рэйф, и Кэт закатила глаза, — которые даже не знали бы, как попасть в самолет, не говоря уже о том, чтобы вытащить меня оттуда. — Он провел большим пальцем по ее руке, потом усмехнулся: — Большинство из них побоялись бы поломать ногти.

— Вероятно, я не из их числа.

Это было и так понятно. Ни кокетства, ни флирта, ни заигрывания. Любая из его знакомых женщин давно бы уже воспользовалась тем, что он почти не одет. Но только не Катриона Маккон-нел. Она действительно другая.

— Я не ошибся, выбирая для посадки вашу полосу.

Кэт высвободила свою руку.

— Мои соседи тоже охотно помогли бы вам. А их полосы не повредили бы ваш самолет.

— Дело не в полосе, а в самом самолете.

На ее лице отразилась вся гамма чувств.

— У вас неполадки с самолетом? Вы же могли разбиться!

— Постойте, — он попытался подойти к ней, но она жестом остановила его, — я не собирался пугать вас. Мой самолет никогда бы не упал.

— Откуда вы знаете?

— Я слишком хороший пилот.

— Ну, по крайней мере, теперь я знаю, что ваше самолюбие точно не пострадало.

— Почему мне кажется, что оно пострадает, если я задержусь здесь еще?

Уже в дверях Кэт бросила на него презрительный взгляд и сказала:

— К вашей радости, этого не случится.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

— Да что он вообще о себе возомнил?! «Я слишком хороший пилот»!

Кэт на мгновение замолчала, уставившись на своего собеседника, который, к сожалению, не мог ей ответить. Бах просто смотрел на нее с любопытством в живых глазах.

— Знал бы ты, как такое самомнение раздражает окружающих.

Она замерла посреди кухни с тарелками в руках, потому что вдруг подумала о том, что Рэйф Карлайл действительно мог разбиться.

— Слишком хороший пилот? — она с шумом поставила тарелки на стол. — Я бы сказала: слишком удачливый!

С чего бы это ему вздумалось произносить целую благодарственную речь, как будто она спасла его от неминуемой смерти? Ведь Кэт не сделала ничего из ряда вон выходящего. Если не считать того, что совсем недавно дотрагивалась до почти обнаженного незнакомца. Звук микроволновой печки вывел ее из задумчивых воспоминаний.

Очнись, Кэт. Тебе надо сделать завтрак. Отправить незнакомца. Вернуться к нормальной жизни.

Когда она подошла к печке проверить готовность мяса, ее взгляд наткнулся на фотографию, стоящую на холодильнике. Дрю Сэмюэльс с неподражаемой улыбкой на лице.

Нет, к нормальной жизни она уже не вернется. Как же может быть иначе, если ее бросил лучший друг и единственный любовник, подтвердив самые худшие опасения.

— Хорошо, что у меня есть ты, — сказала она, обращаясь к Баху, — а то бы я совсем разочаровалась в мужчинах.

Пес поднял уши и улегся на живот. Наверное, тоже голодный, подумала Кэт. Вздохнув, она подняла крышку с кастрюли, где булькал ароматный пряный соус, и сняла пробу. Потом повернулась к Баху:

— Совсем неплохо.

Ей пришлось перерыть все полки, чтобы отыскать что-нибудь, чем можно было бы накормить мужчину, который не ел почти сутки. Хорошо еще, что в холодильнике нашелся приличный кусок мяса. Вот только чем потом кормить Баха?

Пес встал и заискивающе посмотрел на нее.

— О нет, — она закатила глаза и вывела его за дверь, — это для нашего гостя. Я не думаю, что что-нибудь останется.

Девушка прикрыла глаза и представила себе высокого и широкоплечего Рэйфа Карлайла. Да уж, у него явно отменный аппетит — и не только в том, что касается еды.

Внезапно все происходящее показалось ей нереальным. Сначала Гордон Сэмюэльс узнал, для чего именно Кэт взяла в долг деньги у Дрю. Затем на нее прямо с неба упал восхитительный красавец. И в довершение ко всему она сейчас готовит ему завтрак — одному из самых богатых мужчин Австралии, который встречался исключительно с известными актрисами и моделями. Как бы она хотела рассказать об этом своим сводным сестрам и посмотреть на их постные физиономии!

Надеясь, что никогда больше не увидит этих двух ведьм, Кэт усмехнулась и открыла глаза. И чуть не вскрикнула, когда поняла, что уже не одна на кухне. Один из самых богатых мужчин Австралии прислонился к дверному косяку и выглядел таким расслабленным, что оставалось гадать, сколько он так простоял.

— Готовы к завтраку? — как ни в чем не бывало спросила она.

Оторвавшись от косяка, Рэйф прошел на кухню и с легкой улыбкой на губах принялся наблюдать за тем, как Кэт накрывает на стол, мимоходом помешивая в кастрюле соус. В модных джинсах и дорогом свитере, он выглядел слишком шикарно в ее крохотной кухне.

— Вдобавок ко всем вашим добродетелям вы еще и готовите!

— Когда попробуете, тогда оцените, — без тени улыбки сказала она. — Я давно не ходила в магазин, поэтому это то, что я смогла найти, уж не обессудьте. Если вы закончили изучать меня, садитесь, и я подам вам завтрак.

— А если я не закончил?

— В любом случае сядьте, — она поставила на стол блюдо, — закончите во время еды.

— Вы ко мне присоединитесь?

— Через минуту.

Рэйф подождал, пока она сделает чай и займет свое место напротив него, и только после этого сел за стол. Хорошие манеры, подумала Кэт. И это говорит о двух вещах: он отлично воспитан и привык делить завтрак с девушками. Которые наверняка не готовят ему бифштекс с пряным соусом.

Он поддернул рукава свитера, и Кэт отметила, что у него красивые пальцы и дорогие часы на запястье. Она засмущалась. Подумать только! За ее столом сидит незнакомый мужчина и пьет чай из ее чашки! Чувство некой близости с ним наполнило девушку теплом. Но Кэт не понравилась такая реакция: ей нужно забыть о глупостях и снова быть собой.

— Расслабьтесь, Катриона, — игриво произнес Рэйф. — Я, конечно, голоден, но все же не кусаюсь.

— Вам легко говорить. Это же не вы сидите на кухне с незнакомым мужчиной!

— Да уж! Мне больше по душе незнакомые женщины.

— Я-то думала, что вы не кусаетесь.

Рэйф рассмеялся. Кэт даже не могла сказать, что ей больше понравилось: его теплый смех или то, что он оценил ее ответ.

Когда обмен колкостями закончился, Кэт поняла, что тоже голодна и приступила к завтраку.

— Рад, что вы упомянули о незнакомом мужчине. Я думал об этом, — сказал он, доедая последний кусок.

— Думали о чем? — подозрительно спросила Кэт.

— Ну, живете ли вы здесь одна. И если так, то почему не озабочены тем, чтобы у вас был мужчина в доме.

Кэт посмотрела ему прямо в глаза.

— Я живу здесь одна уже четыре года. И прекрасно справляюсь сама.

— Вы не чувствуете себя одинокой?

— Иногда, — она пожала плечами. — Время от времени меня навещает моя мачеха, и это становится сущим адом.

— У вас злая мачеха?

— Точно.

— И злые сестры?

— Как раз две, как в сказке.

Он несколько секунд обдумывал ее слова.

— И вы сами ведете хозяйство?

— Что, — с вызовом спросила она, — думаете, я на это не способна?

Рэйф поднял обе руки вверх.

— Да я совсем не это имел в виду! Но все же это не лучший выбор для молодой девушки. Разве вам не хотелось стать балериной или моделью?!

— Да перестаньте! — Кэт откинулась на стуле. — Неужели я выгляжу как модель?

Провокационный вопрос, подумал Рэйф, решив пропустить его мимо ушей.

— И вы ни о чем не мечтали? Я вот всегда хотел стать летчиком.

— Насмотрелись фильмов про войну?

— Я поделился своими детскими фантазиями. Теперь ваша очередь, Катриона.

— Кэт, — поправила она. — Все зовут меня Кэт.

— Я — не все.

Она вздернула бровь и вдруг удивила его своим ответом:

— Один раз я участвовала в родео.

— Вы хотели стать ковбоем? — Он уже представлял ее в джинсах и рубашке и большой шляпе.

— Ковбоем? Вы шутите?

— Тогда кем?

— Вообще-то просто хорошей наездницей.

— Мне следовало догадаться. — Рэйф покачал головой, потом скользнул взглядом по фотографии, которую заметил раньше. — Думаю, что это имеет отношение к этому парню на фото.

— Не совсем.

— Это ваш парень?

Она задумалась, а Рэйф внезапно почувствовал, что напрягся, ожидая ее ответа.

— Он мой друг.

— Понятно. Друг, но вы хотели бы, чтобы он стал кем-то большим.

— Я думала, что он был кем-то большим.

Кэт резко поднялась со стула и начала собирать со стола посуду. Рэйф остановил ее, положив руку на ее ладонь.

— Извините, я не хотел задеть вас.

— Вы и не сделали этого.

— И где он сейчас, ваш ковбой?

Заставив себя успокоиться, Кэт снова опустилась на стул.

— Дрю мой сосед. Вернее, был им. Мы вместе выросли. Одно время мы встречались, а потом он уехал в Америку.

Лаконичный рассказ не смог обмануть Рэйфа. Бывший парень Катрионы, этот ковбой в черной шляпе, бессовестно бросил ее.

— Если желаете, я отыщу вашего Дрю и хорошенько врежу ему, — заявил он с серьезным видом. — Я ведь вам обязан.

— Тем, что я спасла вас? — Кэт улыбнулась, но в ее улыбке не было веселья. — Хотите посмеяться? Вчера, услышав рокот самолета, я подумала, что это Дрю.

— Вы ждали его?

Она пожала плечами.

— Не то чтобы ждала, просто надеялась.

— А когда обнаружили меня, должно быть, сильно расстроились.

— Это было не так уж плохо, — все так же улыбаясь, ответила Кэт. — По крайней мере, вы со своей больной головой заставили меня на время отвлечься.

— Я так и знал, что вы нанесете удар но моему самолюбию.

— Уверена, что ваше самолюбие в порядке, так же, как и все остальные части вашего тела.

Рэйф прикусил язык. Ему даже не надо было спрашивать, откуда Кэт знает, что он в порядке. Когда он вышел из ванной, она могла в этом убедиться. Но один вопрос не давал ему покоя.

— Когда мы последний раз говорили о моем самолюбии, вы сказали, что я долго здесь не задержусь.

— Да, это так. Моя соседка собирается сегодня в город. Я договорилась, чтобы она вас захватила.

Да, она времени зря не теряет, подумал Рэйф.

— Когда?

Она подняла глаза и улыбнулась:

— Скоро. Я так думаю, что к тому времени как вы закончите убирать со стола и мыть посуду, Джен позвонит и скажет точное время.

Катриона Макконнел действительно была особенной. Она не поддалась на его обаяние, проверенное на многих других женщинах. Пару минут Рэйф сидел с ухмылкой на лице, затем встал и критически посмотрел в раковину.

— Мыть посуду? Это уже становится интересно. — Поскольку она никак не отреагировала на его высказывание, Рэйф предпринял еще одну попытку: — Прежде мне никогда не доводилось заниматься столь увлекательным делом. Надеюсь, выдадите мне ценные указания?

— Я уверена, вы достаточно умны, чтобы справиться с этим в одиночку.

— А если я что-нибудь разобью?

— У меня нет ценной посуды, — сказала она и уже в дверях добавила: — Но если это вас утешит, я включу все поврежденное имущество в ваш личный счет.

— И это должно меня утешить? Учитывая мою шишку, вряд ли.

— Голова все еще болит? Тогда вам, наверно, лучше пойти полежать.

— А вы сделаете мне холодный компресс и пощупаете пульс, сестра?

— Вы не сдаетесь, да?

— А вы сложная женщина, Катриона Макконнел.

— Кстати, вам нужно позвонить. Телефон в моем кабинете, — сообщила Кэт, указывая направо.

— А телефонные звонки тоже будут включены в мой счет?

— Безусловно.

Сделав необходимые звонки, Рэйф подумал о том, что ему нравится эта Макконнел, хотя в его жизни еще не было женщин, которые бы ему не нравились.

Оглядевшись по сторонам, Рэйф понял, что ее дом находится в упадке, а за завтраком, когда он спросил ее о парне на фотографии, она напряглась и задумалась. В ее жизни тоже не все в порядке, а это значит, что судьба не случайно распорядилась так, что он приземлился именно на ее земле.

Рэйф вообще не должен был лететь в такую бурю. В его голове все еще звучали слова его матери: «Будь осторожен, сынок. Не наделай глупостей, о которых потом можешь пожалеть». Именно это и заставило Рэйфа искать место для экстренной посадки, чтобы переждать бурю.

Но ведь судьба забросила его сюда не только для того, чтобы помыть посуду. И даже не для того, чтобы убрать дерево, которое упало на ее забор.

Изначально его полет имел точную цель. После смерти отца Рэйф и его братья узнали условия завещания, по которому в семье должен появиться ребенок. Братья отказались наотрез, и Рэйфу, хоть и он не мог представить себя в роли отца, нужно было принять мудрое решение. Сделать правильный выбор.

И сейчас Рэйф осознал: это точно должна быть не Никки Бэйтс. И ни одна из женщин, с которыми он встречался раньше. Увидев Катриону, Рэйф понял, что судьба вовремя вмешалась в течение его жизни.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Скрестив по-турецки ноги, Кэт сидела возле собачьей будки. На ее коленях спали маленькие щенки. Услышав, как хлопнула кухонная дверь, девушка вздохнула. Она надеялась, что мытье посуды и звонки займут его на некоторое время. Ей хотелось спокойно насладиться теплотой утра и собачей компанией, а потом вновь заняться делами и решать проблемы, связанные с прошедшей бурей, с тем, как найти Дрю, и кому в этой жизни верить.

Она поднесла к лицу одного из щенков и сказала ему:

— И я даже не знаю, с чего начать, приятель.

Ее мысли вернулись к Рэйфу Карлайлу. Одно дело просто смотреть на него, и совсем другое находиться в его компании, сидеть за одним столом, заглядывать в дверь, когда он, склонившись над раковиной, моет посуду…

Кэт услышала его приближающиеся шаги и уткнулась носом в мягкую шерсть щенка, чтобы не показать Рэйфу свое волнение. Он подошел к ней, присев на корточки, погладил щенка. Сейчас их головы почти соприкасались.

— Значит, Кэт любит собак. Сколько их у вас?

— Всего семь.

— О, мое счастливое число.

Легкость их разговора приятно удивила Кэт, и она расслабилась.

— А где их мама? — задал Рэйф новый вопрос.

— Она, должно быть, где-то рядом. Наверняка почувствует, что с ее детьми играет чужак.

— Это предупреждение? Мне отойти подальше с поднятыми вверх руками? А то она еще вцепится в меня зубами.

— Думаю, самое страшное, что вам грозит, это ее рычание.

— Со стороны матери даже рычание может быть опасным.

В чем-то он, конечно, прав. Кэт осторожно положила щенков на место.

— Да, уж. Хотя Шеба всего лишь однажды показала свое неприятие к мужчине.

— К вашему ковбою?

— Его отцу. — Кэт посмотрела на Рэйфа и увидела, что взгляд его стал серьезным. Наверно, он понял, что есть вопросы, на которые она не захочет отвечать. — Говоря об отцах, — сказала она, указывая направо, — вот и наш папа.

Рэйф повернулся и посмотрел на пса. Припав на передние лапы, Бах изучал Рэйфа настороженным взглядом умных глаз.

— Бах присматривает за своим потомством, пока Шеба бегает, чтобы немного размяться, — пояснила Кэт.

— Вы назвали собаку Бах?

— Да, в честь композитора.

— Ужасно!

— Я думаю, что Вагнер звучало бы еще хуже.

Рэйф рассмеялся, и у Кэт потеплело на душе от его искреннего смеха.

— По крайней мере, у моего кота достойное имя.

— У вас есть кот?

Он перестал смеяться.

— Только не говорите мне, что вы относитесь к числу людей, которые обожают собак и ненавидят кошек.

— Конечно, нет. Просто я не могу представить вас с котом на руках. И как же зовут вашего любимца?

— Толстой.

— Это случайно не русская голубая порода?

— Понятия не имею.

— Тогда почему вы назвали его Толстым? — Она искренне надеялась, что он не окажется любителем классики. Это было бы уже слишком, учитывая его совершенную красоту и любовь к животным.

— Кот принадлежал женщине, которую я знал. Это она так назвала его.

Ей стало интересно, что, в понятии Рэйфа, означает слово «знал».

— И она отдала вам своего кота?

— Она ушла, а Толстой вернулся на следующий день. — Рэйф пожал плечами. — Предпочел жить со мной.

— А она — нет? — не успев подумать, ляпнула Кэт.

— Думаю, хотела бы, — усмехнулся он.

Что, он так хорош в постели? Кэт мучило любопытство и желание одновременно. Она сдерживала себя, чтобы не протянуть руку и не дотронуться до его шелковых волос, до его чувственных губ. Пришлось напомнить себе, что за мужчина стоит сейчас перед ней.

Он не для тебя, Катриона Макконнел. Даже не вздумай мечтать о нем.

— Значит, вы оставили себе ее кота?

— Это был его выбор.

Кэт воздержалась от комментариев по поводу выбора Толстого, потому что в этот момент вернулась Шеба и принялась изучать Рэйфа.

— Все нормально, детка, — ласково сказала ей Кэт. — Это Рэйф Карлайл, и он не такой ужасный, каким кажется. У него есть кот.

Рэйф рассмеялся, а потом они вместе поднялись и смотрели, как щенки потянулись к маме за молоком.

— Голодные крошки! — улыбнулся Рэйф.

— Им повезло с мамой. Кстати, вы уже позвонили?

— К сожалению, да.

— Алекс был не очень доволен, не так ли?

— С чего вы взяли, что я звонил своему брату? — спросил он.

Кэт пожала плечами.

— Когда я вытащила вас из кабины и мы ехали ко мне домой, вы по нескольку раз повторяли одно и то же.

— Я не наболтал лишнего? — внезапно нахмурился Рэйф.

Как же ей хотелось подразнить его! Искушение было велико, но…

— Вы постоянно говорили: «Я разбил самолет. Алекс будет в ярости». Я так понимаю, это самолет вашего брата?

— Нет. Я нанял его. Самолет Алекса, целый и невредимый, сейчас в аэропорту. Я позвонил и убедился в этом. — Он задумчиво потер подбородок. — Если бы я разбил его самолет, он бы точно пришел в бешенство.

Ничего себе! Он нанял самолет с такой же легкостью, с какой простые люди берут напрокат машину.

— Значит, вы взяли напрокат самолет? — спросила Кэт только для того, чтобы понять, почему она так странно себя чувствует рядом с ним. — После того, как прилетели на самолете Алекса из Сиднея?

— Да. Я навещал свою мать.

— Она живет на Северной Территории? Я где-то читала об этом.

— Все верно. Мы с моими братьями выросли там. А Томас до сих пор живет с матерью и занимается животноводством.

— Я читала о нем в журнале.

Да уж, подумал Рэйф, за последние месяцы в прессе можно было найти много информации о его семье.

— Вы недавно потеряли отца, — мягко проговорила Кэт. — Мне жаль.

Рэйф слегка наклонил голову. Чарльз Карлайл не был его родным отцом, но другого у него никогда не было.

— Как с этим справляется ваша мама?

— С трудом. — Об этом тоже писали вес газеты. Его мать перестала выходить в свет и появляться на публике. — Ей было бы легче, если бы не вмешательство отца.

— Вмешательство?

Рэйф не хотел поднимать эту тему, но Кэт так пристально смотрела на пего, что он решил ответить на ее вопрос:

— По его мнению, внук должен облегчить ее страдания.

— Я не понимаю, — нахмурилась Кэт.

Рэйф хмыкнул. Невозможно передать словами, как это удивило его самого и его братьев. И их мать тоже.

— Когда отец заболел, он добавил в свое завещание еще один пункт. Мы не знали об этом до самой его смерти. Из завещания следует, что у нас есть двенадцать месяцев на то, чтобы у нашей матери появился внук. Или внучка.

— Иначе вы лишитесь наследства?

— Да.

На ее лице отразилась вся гамма чувств, когда она осмыслила эту информацию.

— Вы и ваши братья, — медленно произнесла она, — у вас у каждого должен быть ребенок?

— В завещании сказано об одном ребенке, но дано мало времени. Мы все пытаемся найти решение этого вопроса.

Братья заключили соглашение, объединились в команду, как это всегда было между ними. Все должно быть честно.

— И как продвигается дело?

Рэйф рассмеялся. Он так и знал, что Катриона задаст вопрос в лоб.

— У Томаса есть женщина, которая готова родить ему ребенка, но он сам сомневается. Алекс и Сюзанна, — он покачал головой, — они пытаются найти хоть одну свободную минутку в своем расписании, чтобы сначала пожениться.

Она вздернула брови.

— Наш Алекс привержен традициям, — объяснил Рэйф.

— А как насчет ваших поисков?

— А что? Хотите предложить мне свою помощь? Она усмехнулась и покачала головой.

— Смешно.

— Что именно?

— То, что вы не можете найти женщину, которая бы родила вам ребенка. Я думала, женщины выстраиваются в очередь возле вашей спальни.

— Ну, уж такой я человек… гм… особенный.

— А женщина, которая была хозяйкой вашего кота?

— Неплохой вариант, хотя, боюсь, ее муж будет против.

— Вы могли бы заплатить кому-нибудь.

— А это мысль, — медленно произнес он. — Как вы думаете, Катриона, во сколько мне это обойдется?

Она посмотрела на него с возмущением:

— Я же пошутила! Заплатить женщине, чтобы она родила вам ребенка, а потом получить по завещанию еще больше денег — это ужасно… — она запнулась и замолчала.

— А вы думаете, что моя мать согласилась бы заиметь внука таким путем? — спросил Рэйф.

Конечно, нет. Его матери понравилась бы женщина, которая посчитала бы эту идею абсурдной. Женщина, которая сказала бы ему об этом в лицо. Женщина, которая в бурю спасала незнакомца и не моргнув глазом разговаривала бы с обнаженным мужчиной. Женщина, которая возилась бы со щенками и говорила ласковые слова их матери.

А ему самому?

Рэйфу нравилось, что Катрионе совершенно не важно, кто он такой и чего он стоит. Ему нравилось, что ее мечтой было жить на ферме и вести хозяйство самой. Независимая женщина, которая не будет его ни в чем ограничивать.

— Мы это делаем не ради наследства, Катриона. Мы хотим, чтобы бизнес Карлайлов остался в семье. И самое главное, мы хотим исполнить последнюю волю отца и сделать нашу мать счастливой.

— Но вы сказали, что она была бы счастлива без этого желания вашего отца.

— Возможно, мама легче переживала бы его смерть. А теперь она тревожится о том, как бы мы не натворили глупостей.

— Например, не завели бы ребенка от неподходящей женщины?

— Точно. — Рэйф окинул ее взглядом с ног до головы. — А вот вы, Катриона, могли бы быть подходящей женщиной.

— Да, конечно. А мне надо будет родить ребенка только от вас или от каждого вашего брата тоже?

— Вы не хотите иметь детей?

— Когда-нибудь обязательно, но не сейчас.

— Жаль, — улыбнулся Рэйф. Чтобы убедить ее, придется приложить усилия. Но ему всегда нравились сильные противники.

Когда Кэт шагнула в сторону, он сделал то же самое. Она глубоко вздохнула и посмотрела ему в глаза.

— Что на этот раз? — спросила она.

— Это дерево в вашем дворе…

— Вы имеете в виду дерево, которого не должно быть в моем дворе?

— Именно. Если вы мне скажете, где взять электропилу, я решу эту проблему.

Она покачала головой.

— Вы думаете, что я вам доверю опасный инструмент?

— Вы доверили мне опасное мытье посуды. Послушайте, Катриона, вы не справитесь с этим сами. Ваша подруга скоро заберет меня. Почему вы не даете мне помочь вам?

Они препирались довольно долго, и в результате Кэт разрешила Рэйфу Карлайлу заняться делом, хотя электропилу ему не доверила.

— У вас было сотрясение мозга, вам не следует переутомляться. И еще. Вы же не будете работать в этом шикарном свитере?

Рэйф тут же стянул его с себя.

— Так лучше?

Сколько еще он будет дразнить ее? Стоит сейчас перед ней такой красивый, обнаженный по пояс и смотрит на нес невинными глазами.

— А если вы поцарапаетесь ветками?

— Тогда вы снова станете для меня медсестрой.

Она все же принесла ему свою старую рубашку. Рэйф надел ее, но не стал застегивать и оторвал на ней рукава, чтобы не жала под мышками.

— Включите ее в мой счет.

Вздохнув, Кэт взяла в руки пилу. По крайней мере, они вдвоем быстрее уберут дерево, а Рэйф вскоре уедет с ее фермы. И она постарается забыть, как они с ним болтали, как он заставлял ее смеяться. С ним было легко. До того момента, как он заговорил о ребенке. Она сразу почувствовала себя не в своей тарелке.

Когда он рассказывал о своей матери, о желании исполнить последнюю волю отца, о дружбе между братьями, в его глазах было столько любви, что Кэт невольно почувствовала зависть. Это напомнило ей о мечтах, которые исчезли вместе с Дрю. Мечты о детях и крепкой семье, о том, чего у нее не было.

Она выключила электропилу и присела, чтобы перевести дыхание. И тут увидела пикап, приближающийся к ее дому. Рэйф тоже повернулся в сторону дороги.

— Это, должно быть, Джен, — сказала Кэт, хотя у Порте ров была другая машина, а Джен еще не позвонила ей. Она прекрасно знала, кто водил машину такой модели, и от этого у нее сжался желудок.

Фургон приблизился, и Кэт уже смогла различить знакомый силуэт на водительском сиденье. Из ниоткуда выскочил Бах и бросился к машине с оглушительным лаем.

— Его действительно зовут Джен? — спросил Рэйф, подходя к ней.

— Нет. Его зовут Гордон Сэмюэльс. Он босс Джен и мой сосед.

— Отец ковбоя, — пробормотал Рэйф, наблюдая за реакцией Баха на посетителя. Пес заливался лаем около дверцы автомобиля и скалил зубы. Дверца не спешила открываться. — Я так понимаю, вы его не ждали.

— Нет, — с натянутой улыбкой сказала она. — Но я бы сейчас поставила последний доллар на то, что знаю, почему он удостоил нас своей компанией. Вернее, дело лично в вас.

— Я с ним незнаком.

— Наверное, он узнал о вашем появлении от Боба Портера. И сейчас приехал, чтобы лично отвезти вас в город, потому что вы Карлайл.

— Вы не собираетесь отозвать свою собаку?

— Я еще не решила.

— Думаю, для вас это сложное решение. Вы позволите своему соседу выйти из машины и избавитесь от меня. Оставите его ни с чем — и тогда придется терпеть меня дальше, — он посмотрел ей в глаза. — Каков ваш выбор, Катриона? Я ухожу или остаюсь?

ГЛАВА ПЯТАЯ

Кэт спокойно встретила его взгляд.

— Искушение велико, — пробормотала она, — но…

— Всегда есть какое-то «но», — вздохнул Рэйф.

Кэт отозвала собаку, и уже через несколько минут Рэйф пожалел о ее решении. В своей жизни он встречал много таких самоуверенных, себялюбивых людей, как Сэмюэльс.

Я счастлив помочь человеку в беде. Я бы приехал намного раньше, если бы знал, что Катриона заставляет вас работать. Девочка, неужели ты не знаешь, кто такие Карлайлы? И тому подобное.

Этот человек не нравился Рэйфу, но он все же согласился на его предложение отвезти гостя в город, поскольку хотел задать Сэмюэльсу несколько вопросов и рассчитывал на исчерпывающие ответы.

После быстрого душа ему осталось только попрощаться. И поцеловать ее.

Между Катрионой и Сэмюэльсом что-то произошло, пока он мылся, потому что в ее глазах бушевал огонь. Поэтому она не сразу поняла, что он собирается поцеловать ее.

Рэйф коснулся ее губ как раз в тот момент, когда она открыла рот, чтобы возмутиться. Это был легкий, быстрый поцелуй. Рэйф почувствовал удовольствие от этого прикосновения к ней.

Он знал, что ему понравится целовать своего доброго ангела. И был уверен, что на вкус она такая же теплая и мягкая, как на вид. Он хотел сказать ей, чтобы она думала о нем, когда будет лежать одна в постели. Но в это мгновение Гордон прочистил горло, давая понять, что они не одни. Бах снова начал рычать.

Катриона посмотрела на собаку.

— Я знаю, знаю. Но он уже уезжает.

Рэйф знал, что она говорит о Сэмюэльсе. Он достал из кармана визитную карточку.

— Я позвоню вам, когда доберусь до Сиднея. Здесь мой домашний и рабочий телефоны на случай…

— В этом нет необходимости.

— Как раз есть, — он протянул ей карточку. — Я должен оплатить свой счет.

— Это была шутка.

— А я всерьез. Хотите вы или нет, но я отблагодарю вас за гостеприимство, Катриона.

За последующий час Рэйф постарался выведать о ней как можно больше, и Гордон Сэмюэльс был готов ему в этом помочь.

Рэйф узнал, что она унаследовала от отца ферму сплошь в долгах еще когда училась в школе. Гордон распоряжался хозяйством, пока Катриона заканчивала образование. Потом она взяла управление фермой в свои руки и пыталась удерживать дело на плаву.

— Она слишком упряма и решила все делать сама.

Рэйф понимал, что ей трудно, так почему же она отказалась от помощи этого мужчины? Он видел, что между ней и Сэмюэльсом происходит что-то более серьезное. И ему необходимо было это выяснить, чтобы понять, от какой помощи она не откажется.

Рэйф украдкой взглянул на профиль Гордона Сэмюэльса и сравнил его с фотографией на холодильнике Катрионы. Он тут же вспомнил, как этот ковбой поступил с ней. И внезапно его посетила мысль, что ключ к разгадке Катрионы как раз связан с ковбоем.

— Что ж, Гордон, — как бы невзначай начал Рэйф, — я слышал от Катрионы, что у вас есть сын, который сейчас в Америке…

Телефон зазвонил в тот момент, когда Кэт вышла из душа. Догадываясь, кто это может быть, она старалась унять дрожь в руках. А все потому, что этот красавчик просто поцеловал ее на прощание

— Я слушаю, — спокойно сказала она.

— У вас там, наверное, уже куча сообщений набралась, Катриона. — Не поздоровался, не представился. Рэйфу и не нужно было этого делать, только он произносил ее имя полностью в своей неподражаемой манере.

— Так вы уже пытались соединиться со мной? — зачем-то спросила Кэт.

— Я же говорил, что позвоню, — усмехнулся на том конце провода Рэйф. — Сегодня вы, наверно, рано принялись за дела.

— Около шести, — подтвердила Кэт.

— Значит, я вас не застал.

— Вы звонили в шесть? Я имела в виду утро!

Он рассмеялся:

— Я был на ногах еще до рассвета, ездил в Рэндвик-Рэйскорс посмотреть на успехи Алекса. Я звонил вам, когда ехал домой. Повторил попытку около семи. Потом во время ланча. Вы когда-нибудь едите?

Только когда в доме есть еда.

— А что, вы намерены угостить меня ужином? — Хороший вопрос, учитывая, что он находится за сотни миль от нее, в Сиднее.

— Сколько вам нужно времени, чтобы собраться?

— На ужин я пойду в том, в чем есть.

— А в чем вы, Катриона? — Рэйф снова произнес ее имя так, что по ее телу прошла дрожь, и Кэт осознала, что почти обнажена. Пока она вспоминала об их разговоре во дворе, когда он намекал на то, что хотел бы видеть ее матерью своего ребенка, Рэйф повторил: — Так что на вас сейчас надето?

Прижав трубку к уху плечом, Кэт обернула полотенце вокруг себя.

— Только не говорите, что получаете удовольствие, когда женщины описывают вам свое нижнее белье.

— Вообще-то мне доставляет удовольствие самому снимать с женщин их нижнее белье.

Вздохнув, Кэт плотнее завернулась в полотенце и уселась на стол.

— Почему вы звонили весь день? Какие-то проблемы с тем, чтобы забрать самолет?

— Нет. Завтра за ним вышлют людей. Но я звоню не поэтому. Нам надо решить вопрос с моим личным счетом.

— Вы же понимаете, что я шутила.

— А я всерьез решил отплатить вам за гостеприимство.

— В этом нет нужды, мне не нужна плата.

Немного помедлив, он спросил:

— Вы в этом уверены, Катриона?

Кажется, у Гордона Сэмюэльса слишком длинный язык.

— Вы не должны верить всему, что слышите.

— И что же, по вашему мнению, я услышал?

— До города путь длинный, — сухо заметила Кэт.

— Гордон рассказал мне, что у вас не очень хорошо идут дела. Я могу этому верить?

Он сам все видел. Зачем спрашивать?

— А мой добрый сосед поведал вам, почему я оказалась в такой ситуации?

— Он говорил что-то о том, что после смерти вашего отца вы переживали не лучшие времена.

— Ферма моего отца пришла в упадок тогда, когда ею управлял Гордон Сэмюэльс, но я говорю о недавних событиях, примерно месяц назад. — Кэт уже не могла остановиться. Казалось бы, какое ей дело до того, что Рэйф узнал о ней, однако ее это задевало. — Я взяла деньги у его сына. Дружеский заем, хотя…

Кэт замолчала, потому что вдруг поняла, что не хочет говорить об этом «хотя». Пришлось бы рассказывать, как она отдалась Дрю, а потом они мечтали о совместном будущем на ее ферме, в счет которого она и взяла у него деньги.

— Хотя? — настаивал Рэйф.

— Месяц назад Сэмюэльс сказал мне, что это были его деньги и он хочет получить их назад, хотя на самом деле ему нужна моя ферма.

— А деньги действительно его?

— Не знаю. Я пыталась связаться с Дрю, чтобы выяснить это, но он не отвечает на мои сообщения. Возможно, у него нет доступа в Интернет или он сменил номер мобильного телефона и не получает мои сообщения… Простите, я не собиралась рассказывать вам об этом…

— Не извиняйтесь, Катриона. Я рад, что вы мне доверились. — Он помолчал. — И что вы делаете, чтобы с честью выйти из ситуации?

— А что я могу сделать? — усмехнулась она. — Послушайте, Рэйф, вам не нужно беспокоиться.

— У Сэмюэльса есть доказательство, что он вам что-то одалживал? Вы что-нибудь подписывали?

— Нет, — ответила Кэт, усаживаясь поудобней на стуле. — Я взяла у Дрю деньги по устному соглашению, но Сэмюэльс говорит, что он переписал заем на себя. Как такое может быть?

— Кажется, вам нужно посоветоваться с адвокатом.

Хорошая мысль, если бы только у нее были на это деньги.

— Что мне действительно нужно, это поговорить с Дрю.

— А вы не думали нанять кого-нибудь, чтобы найти его?

Ома горько рассмеялась:

— Если бы у меня были деньги на билет, я бы уже давно сама отправилась за ним на самолете и вытрясла бы из него правду.

— А если у вас будут деньги на билет? — после паузы спросил Рэйф.

— О нет, Рэйф! Вы же не собираетесь оплатить мне билет! Я не могу принять вашу помощь.

— Но я же принял вашу! Позвольте теперь мне помочь вам, Катриона, — сказал Рэйф таким тоном, что ей показалось, будто он стоит сейчас рядом с ней и нашептывает слова на ухо. — Разрешите мне купить вам билет, чтобы вы могли поехать и найти вашего ковбоя.

— Это не так легко, — протянула Кэт, потирая висок, чтобы прояснить мысли. — Я даже не знаю, где он сейчас.

— Детектив найдет его за один день.

— Возможно, но это будет… неправильно.

— Боитесь?

— Боюсь? Чего?

— Я могу лишь предположить, Катриона, — произнес Рэйф низким голосом. — Вероятно, вас страшит то, что вы можете узнать о вашем ковбое.

— Правда меня никогда не страшила!

— Тогда позвольте мне…

— Нет! — быстро ответила она. — Но если вы настаиваете на том, чтобы отплатить мне за помощь, лучше пригласите когда-нибудь на ужин.

— И все же подумайте.

— Конечно, я подумаю, — Кэт покачала головой, — но мнения своего не изменю.

Рэйф повесил трубку и улыбнулся. Девушка бросает ему вызов? Что ж, возможно, это даже к лучшему. Он сделает все, чтобы переубедить эту упрямицу.

Он знал, что братья шутя относятся к его участию в том, чтобы выполнить условие завещания отца. «Рэйф слишком безответственный. Он еще сам не повзрослел». Рэйф не винил их в этом.

Но сейчас пришло время показать, чего он стоит. Пришло время доказать братьям, что он тоже может сделать что-то для своей семьи.

Он нашел нужную женщину, но как найти средство, чтобы сломить ее волю?

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Что заставило вас передумать?

Кэт глубоко вздохнула. Она находилась в напряжении с того момента, как оставила ему сообщение: «Я готова принять ваше предложение помощи». Когда стюардесса проводила ее на место в первом классе самолета, вылетающего из Сиднея в Америку, Кэт обнаружила в соседнем кресле Рэйфа Карлайла.

Ах, какой хитрец! Он знал, что она откажется от дорогого билета в первом классе и тем более от его компании. Поэтому и не сообщил ей об этих деталях до последнего момента, а теперь возмущаться, естественно, поздно.

Еще не совсем осознавая, во что он ввязался, Рэйф встал со своего места и чмокнул Кэт в губы. А когда она опустилась в кресло, он объяснил, что у него есть неотложные дела в Лас-Вегасе и поэтому он решил, что может составить ей компанию и заодно убедиться, что она найдет своего ковбоя.

Что ж, похоже на правду, подумала Кэт. У Рэйфа Карлайла вполне могут быть дела в Лас-Вегасе.

Пока самолет набирал высоту, она постаралась расслабиться. И лишь спустя некоторое время ответила Рэйфу на его вопрос:

— Если честно, я передумала из-за моей мачехи.

— Мне уже хочется встретиться с этой злой женщиной и узнать, как ей это удалось.

Взглянув на Рэйфа, девушка увидела на его сексуальных губах довольную улыбку. Как будто он нисколько не сомневался в том, что она решится принять от него помощь.

Кэт набрала тогда его номер в порыве злости после того, как поговорила с мачехой. Никому так не удавалось играть на ее нервах, как Памеле Макконнел Смит, даже Гордону Сэмюэльсу.

— Вам не захочется с ней встречаться, поверьте мне.

— Хорошо. Но мне хотелось бы услышать, каким образом она повлияла на ваше решение.

Самолет взял курс на восток, навстречу ее будущему. У Кэт сжалось сердце. Почему бы и не поболтать с Рэйфом? По крайней мере, разговоры отвлекут ее от страха перед этой большой машиной.

— Памела обожает рассказывать о своих дочерях и их успешной карьере, — усмехнулась Кэт. — И она никогда не упускает шанса напомнить мне, насколько важна была ферма для моего отца.

— Она предлагала вам помощь?

— Предложила однажды, но… — Кэт пожала плечами, не закончив предложение. Но я предпочла взять деньги у Дрю. Тогда это казалось ей оптимальным вариантом. Лучше, чем принять помощь от женщины, которая всегда твердила, что Кэт не способна вести хозяйство, и заставляла ее чувствовать себя виноватой.

— Но? — спросил Рэйф, не дождавшись от нее ответа.

Пальцы девушки вцепились в подлокотники кресла. Отчасти из-за того, что самолет набирал высоту, отчасти из-за волнения от близости с Рэйфом. Внезапно ей захотелось наклониться к нему и коснуться его щеки губами.

Забыв о вопросе Рэйфа, она глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Он положил свою руку на ее ладонь. По ее телу мгновенно разлилось тепло. Потом он наклонился к ней и сказал:

— Мы уже скоро будем на месте. Не волнуйтесь.

Да, Кэт слегка нервничает, находясь в воздухе. Да, Рэйф пытается помочь ей преодолеть этот страх. Знает ли он, как действует на нее?

Возможно. Легко догадаться, что женщины не могут устоять перед его обаянием. Обычно Кэт не читала желтую прессу, но в последнюю неделю она дала волю своему любопытству и нашла информацию о нем в Интернете. Прочитав довольно много, она вдруг осознала, что делает, и резко выключила компьютер.

Самолет немного тряхнуло, и сердце Кэт ушло в пятки. Рэйф не отпускал ее руку, пока она не сказала, что с ней уже все в порядке. И снова вернулась к теме прерванного разговора:

— Вскоре Памела отказалась помогать мне. Она хотела, чтобы у меня ничего не вышло.

— Поэтому вы так упорно стремитесь сохранить ферму?

— Нет, я делаю это для себя самой и в память об отце. — Она улыбнулась и добавила: — Хотя я бы не упустила шанс хоть как-то утереть ей нос.

— Я так понимаю, это относится и к Сэмюэльсу тоже.

— Несомненно.

Откинувшись в кресле, Кэт представила себе развитие событий, однако суровая реальность вклинилась в ее мечты. Она не знала, как решить свои проблемы. Поездка в Америку поможет лишь найти ответы на вопросы, узнать правду и оставить в прошлом все, что связано с Дрю.

— Могу предположить, что Сэмюэльс не станет приглядывать за вашим домом, пока вас не будет.

— Верно подмечено. Я поручила это Бобу и Джен, и они с радостью согласились.

— Хорошие соседи.

— Да. — Ее единственные хорошие соседи. Ее единственная поддержка.

Рэйф, вероятно, понял смену ее настроения, потому что наклонился ближе и сказал:

— О чем бы вы ни думали, Шона через минуту будет здесь, чтобы отвлечь вас.

Кэт нахмурилась.

— Шона?

Рэйф кивком головы показал на стюардессу. Ага, так oн уже знает ее имя! Наверное, даже флиртовал с ней.

— Как она сможет отвлечь меня? — спросила Кэт, чувствуя легкий укол ревности и удивляясь такой реакции. У нее нет права на ревность. Нет права ни на какие чувства к Рэйфу Карлайлу. Он посмотрел ей в глаза.

— Она принесет шампанское.

— Универсальное средство для летящих первым классом.

— Я не думал, что вы такой циник.

— Я реалист, Рэйф, а все это, — она обвела рукой шикарный салон, удобные кресла и богато одетых пассажиров, — бывает только в кино. Это не из моей жизни.

Рэйф вскинул брови. Потом взял ее за руку и провел большим пальцем по ладони.

— Вот видите, — с теплотой в голосе сказал он, — это все реально.

У Кэт перехватило дыхание. Она поняла, что будет нервничать весь оставшийся путь, если он будет вот так дотрагиваться до нее. Она отдернула руку, разозлившись на себя за свою реакцию на его прикосновения и на него за то, что проводит с ней какие-то странные эксперименты.

— Послушайте, Рэйф, давайте сразу проясним некоторые моменты, чтобы между нами не было непонимания.

— О каком непонимании вы говорите?

— Я не игрушка, — проговорила Кэт. — Не надо играть со мной.

— Играть с вами?

— То, что вы привыкли делать с окружающими вас женщинами.

— Что именно?

Неужели он так и будет переспрашивать?

— Флирт. Прикосновения. Поцелуи. Взгляды. Вам ведь это совсем не нужно, и мне тоже.

Рэйф долго смотрел ей в глаза, потом провел рукой по ее волосам.

— Я обещаю, что не стану играть с вами, Катриона, но не могу обещать, что не буду дотрагиваться до вас.

Что это может означать? Ее сердце бешено билось в груди. Она сглотнула, прежде чем смогла выговорить:

— А если я не хочу, чтобы вы дотрагивались до меня?

— Тогда давайте договоримся, — лениво произнес Рэйф, — чтобы между нами не было непонимания. Я не буду дотрагиваться до вас, если вы не хотите. Я не сделаю ничего, что вам не понравится, — он протянул ей руку. — Договорились?

Несколько секунд Кэт смотрела на руку Рэйфа. обдумывая его слова. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Катриона?

— По первому моему слову вы прекращаете попытки обольстить меня? Я правильно поняла?

— Обещаю.

Они пожали руки, как раз когда появилась Шона с обещанным шампанским.

Детектив, которого нанял Рэйф, нашел Дрю Сэмюэльса довольно легко. Оказывается, парень связался с женщиной по имени Черри. Рэйф сообщил Кэт о результатах, сказал, что во время родео Дрю получил травму, но не упомянул о женщине. Потом привез Кэт к дому, где обосновалась парочка, и остался ждать у входа, чтобы отвезти ее в отель.

Да, он обещал не играть с ней, но это не игра. Ему очень нравилось заставлять ее смеяться, нравилось смотреть в эти карие глаза и наблюдать, как в них вспыхивают искорки.

Что касается их сделки… В самолете он пообещал не делать ничего против ее воли. Но Рэйф видел, что она хочет его. Нельзя было не заметить, как она вздрагивает, когда он касается ее, как вспыхивают ее щеки.

Катриона, вероятно, еще сама не понимает этого, но он же не слепой!

Когда девушка вышла наконец из дома, Рэйф усадил ее в машину, взятую напрокат, и повез в отель. Кэт молчала, а ему не хотелось видеть ее такой бледной, такой потерянной. Он не мог сосредоточиться на дороге, его внимание было приковано к ней.

Они уже почти добрались до отеля, когда Рэйф вдруг передумал и проехал мимо. Прошло довольно много времени, когда Кэт ожила и выпрямилась. Он не мог видеть ее глаз за темными очками.

— Где мы? Куда мы едем?

— Никуда. Просто катаемся.

— Это надолго?

— Не знаю. Посмотрим.

Легкий ветерок в машине растрепал ее волосы. Краем глаза Рэйф видел, как она пытается с ними справиться. Он гнал машину по дороге, наслаждаясь скоростью и надеясь, что великолепные пейзажи вокруг помогут Катрионе расслабиться.

— Вам не нужно возвращаться? К вашим делам?

Рэйф нажал на тормоз, и машина остановилась. Не снимая руки с руля и глядя прямо перед собой, он тихо произнес:

— Мне никуда не надо.

Кэт повернулась к нему.

— Зачем вы привезли меня сюда?

— Погулять. Поговорить, если хотите. Я умею слушать.

— Разговоры мне не помогут. — Она помолчала. — Вы знали о Черри?

В голосе девушки Рэйф услышал разочарование, боль и ярость, которые были глубоко в ее душе. Он с усмешкой посмотрел на нее.

— Подружка?

— Беременная подружка, — поправила Кэт и сразу поняла, что это для него новость. Она горько рассмеялась. — Представляете себе лицо его отца, когда он узнает об этом?!

— Сэмюэльс не хочет иметь внуков?

— Дело не в этом. Дело в Черри. Скажем так, Гордон скорее примет в семью меня, чем какую-то официантку из Лас-Вегаса.

— А вам нравилась идея заиметь Гордона в качестве своего свекра?

— Я взяла у Дрю деньги, думая, что мы поженимся и будем управлять фермой вместе. Наше соглашение было устным, но я все равно обещала отдать деньги. — Кэт уже не сдерживала поток слов, ей просто хотелось выговориться. — Почему он не мог рассказать мне о Черри и ребенке? Почему не сказал, что ему нужны были деньги? Я бы придумала что-нибудь, а он просто продал меня своему отцу!

Один Бог знает, что она могла бы придумать. Ей бы не пришлось ехать сюда и узнавать правду о Дрю и о том, что он трусливо прятался от нее, не отвечая на звонки и сообщения.

— Я так понимаю, его дела идут не очень хорошо?

— Дрю сказал, что у него все было отлично до того, как он получил травму. Насколько я знаю, его отцу ничего неизвестно о том, что он получил травму на родео. Дома я все время слышала, что у Дрю все идет замечательно. Мне бы следовало догадаться, когда его имя исчезло из списков победителей в Интернете.

— Но вы продолжали надеяться.

Она тяжело вздохнула:

— Да…

— Это понятно, учитывая, что вы любите его.

Кэт нахмурилась. Любит ли она Дрю? Сейчас уже нет. А вот в прошлом, наверно, любила. Иначе почему она так переживает из-за его предательства?

Потому что она оказалась в сложной ситуации. Чтобы отдать Сэмюэльсу деньги, у нее остается последний шанс — продать часть фермы. Но ведь Сэмюэльс не остановится на одной части и добьется того, что к нему перейдет вся ферма целиком.

— Гордон всегда хотел получить Корробори, — в ее голосе послышалась боль. — Рэйф, я не знаю, что мне делать.

— Вам пока не надо ничего делать, Катриона. Пока не надо.

— Но…

— Вы устали, вы надломлены. Сейчас не время принимать решения.

Рэйф внимательно ее выслушал, и Кэт поняла, что доверяет ему. Но ей не нравилось то, что она подсознательно ищет у него совета, прежде чем предпринять какой-то шаг.

— И когда я смогу действовать?

— Не раньше, чем завтра, — быстро ответил он. — Это самое раннее.

— А до завтра я должна сидеть сложа руки?

— Вы в Лас-Вегасе. Я предлагаю вам заниматься тем, что вам хочется и правится.

— Неужели вы думаете, будто я пойду на какую-нибудь развлекательную программу? Зайду в казино? И это когда мой мир рушится на глазах?!

— Я думаю, что вам надо забыть о своем мире на эти двадцать четыре часа.

— И познать ваш мир?

— Не столько мой. Я имел в виду походить по магазинам. Расслабиться и не думать ни о чем.

— Это не для меня.

— Вы женщина, — он скользнул взглядом по ее губам. — Это как раз для вас.

— Это пустая трата денег.

— У меня их много.

— Если вы так хотите потратить деньги, почему бы вам не сделать это с умом?

— Именно так я и поступлю, детка.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Кэт пришлось уступить. Устав морально и физически, она все же доверилась Бриджит — женщине, которая работала в отеле, угождая клиентам и развлекая их. Это было проще, чем убедить Рэйфа, что ей чужды женские радости. По ее мнению, порадовать себя означало выспаться всласть и купить свежих персиков вместо консервированных.

Как оказалось, Бриджит хорошо знала свое дело. Водя Кэт по магазинам, она сумела заинтересовать ее разговором, проявив искренний интерес к Австралии и ее жизни на ферма. Потом, как бы невзначай, она указывала на какую-либо вещь на витрине и восхищенно восклицала:

— О, это будет смотреться на вас превосходно, Катриона! Вы должны померить это.

Кэт пробегала глазами по именам известных дизайнеров и скрывалась в примерочной кабине. Бриджит улыбалась, продавцы ликовали. И, к своему удивлению, Кэт понравился процесс примерки новых вещей.

Дорогие ткани струились по ее телу, бюстгальтеры поднимали грудь, искусно сшитые платья подчеркивали талию и бедра. В огромных зеркалах Кэт выглядела стройной и сексуальной.

Это обман, говорила она себе, но совершенно безвредный. Игра, которую она вскоре забудет, когда вернется в реальный мир. Но сейчас она была согласна с Рэйфом: ей надо забыть о том мире. Хотя бы ненадолго.

Потом Кэт смело доверила себя рукам профессионалов из косметического салона. Когда ее спросили, какие средства она предпочитает, девушка с улыбкой ответила:

— Выберите сами. Просто разбудите меня, когда закончите.

Массаж, маска для лица, восстанавливающая процедура для волос и макияж в конце.

По дороге в номер сердце Кэт бешено билось в груди. Около двери она остановилась и замерла. Увидит ли она Рэйфа сегодня вечером? В ее голове промелькнула мысль, что Рэйф нанял Бриджит специально для того, чтобы избавиться от нее и заняться тем, ради чего он приехал в Лас-Вегас.

А если это ты, Катриона? Что, если он приехал в Вегас, чтобы…

Нет! Нельзя об этом думать. Рэйф больше ни разу не упомянул о том, что ему нужен ребенок. Из чего можно было сделать вывод, что он уже нашел кого-то.

А вдруг этот кто-то сейчас в этом номере? В его постели?

Впрочем, ее это не касается. Кэт уже сглупила, когда они размешались в отеле.

— Один номер на двоих? — возмутилась она. — Мне отдельный номер.

Рэйф сузил глаза.

— Вы хотите, чтобы я оплатил вам отдельный номер? Вдобавок к билетам на самолет?

— Я сама заплачу, — резко ответила Кэт.

— Вы хотя бы представляете, во что вам это обойдется?

Кэт догадывалась. Рэйф рассмеялся, а служащий отеля быстро произвел подсчеты. Потом, уже по пути к их роскошному номеру, Кэт разглядывала мраморную плитку на полу, стараясь не смотреть на Рэйфа.

— Я не просила вас платить за меня, — буркнула она, чувствуя себя хуже некуда.

Рэйф просто пожал плечами.

— Это номер с двумя спальнями. Мне нужна только одна.

Они приняли душ и переоделись, каждый на своей половине. И сейчас, спустя десять часов, Кэт заставила себя наконец открыть дверь и войти в номер. Поняв, что в нем никого нет, облегченно вздохнула.

Ей не нужна его компания. Кэт привыкла быть одна, хотя и не в такой шикарной обстановке. Она сняла туфли и прошла в холл. Потом направилась в свою спальню. Сейчас включит телевизор, закажет что-нибудь в номер и даже сможет заплатить за это сама, а потом…

Кэт застыла в дверях своей спальни, с открытым ртом глядя на пакеты из магазинов, которые аккуратно стояли около кровати. Ее сердце ухнуло вниз.

Девушка медленно пересекла комнату. Рэйф велел Бриджит купить все то, что она мерила? Да, у него много денег, но это не значит, что он должен бросать их на ветер. Ей не нужна одежда, которую она никогда не будет носить.

В первом пакете оказалось вечернее платье из белого атласа… Если она немедленно не избавится от всех этих вещей, то уже никогда не сможет с ними расстаться. Ей уже захотелось снова все это примерить.

Нужно позвонить Бриджит, если та еще на работе, и попросить се забрать эти вещи. Порадовавшись принятому решению, она огляделась в поисках телефона. В этот момент дверь в номер открылась, и на пороге появился Рэйф.

Они долго стояли молча, не двигаясь и ничего не говоря. В комнате повисла напряженная тишина.

Рэйф пошевелился первым. Его взгляд скользнул по ее губам, потом по волосам. В голубых глазах мелькнуло удовлетворение. Это еще больше накалило нервы Кэт. Если бы он сейчас приказал ей снять одежду, она бы начала раздеваться. Все дело было в его гипнотизирующем взгляде.

— Неплохо, — только и произнес Рэйф.

Кэт почувствовала что-то вроде разочарования. Конечно, она не ждала от него команды раздеваться, но слова «вы хорошо выглядите» прозвучали бы намного лучше. Так он хотя бы сделал комплимент стилисту, который потрудился над ней.

— Вы им прилично за это заплатили, — сказала она, скривив губы.

Рэйф прищурился.

— Вы себе не нравитесь? Вам не нравятся ваши волосы?

— А вам?

— Мне — очень, — немного помолчав, ответил он. Кэт успела пожалеть а своем вопросе, потому что внезапно выражение его лица изменилось. — Но они нравились мне и тогда, в вашем доме, когда вы их только помыли. Они пахли персиками. Сейчас вы выглядите, как ангел. Но дело не в этом. Сегодняшний день должен был доставить удовольствие вам, а не мне, Катриона.

Кэт потрясла головой, чтобы стряхнуть наваждение. Оказывается, он наблюдал за ней, рассматривал ее. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Я отлично провела время, — заверила она его. — И одежда, надо признать, чудесная.

Рэйф улыбнулся:

— Я до конца не был уверен, что из этого получится.

— Просто я не очень люблю наряжаться.

Он скользнул взглядом по пакетам за ее спиной.

— Похоже, вы нашли то, что вам по душе.

— О, нет. В смысле, да, — смущенно подтвердила Кэт. — Красивые вещи, их было приятно мерить. Но я не могу их оставить.

— Почему нет?

— Потому что они слишком дорогие, и я никогда не надену их, — она подняла руки, а потом беспомощно опустила их. — Мой стиль — джинсы и рубашки. Я никуда не хожу, поэтому мне не нужны такие наряды.

— А как насчет сегодняшнего вечера? — спросил он как бы невзначай, продолжая разглядывать ее.

— А что будет сегодня вечером?

— Чтобы отблагодарить меня за этот день, вы позволите пригласить вас на ужин. Вы, должно быть, голодны.

— Да, — признала Кэт, поскольку последний раз ела в самолете, а ланч пропустила. — Я умираю с голоду, но хотела просто заказать что-нибудь в номер.

— Это даже лучше. Вы хотите поесть нормально, за столом, или согласны на пиццу и просмотр фильма?

Телевизоры находились в обеих спальнях. И когда он скользнул взглядом сначала по ее лицу, а потом по ее постели, она прочла в его глазах немой вопрос: «Ваша спальня или моя?»

Еще пять минут назад Кэт была готова по одному его слову снять с себя всю одежду. Однако если они останутся в номере и закажут еду, все кончится тем, что она все же разденется. Она слишком устала физически и напряжена эмоционально, чтобы сопротивляться. А завтра будет ненавидеть себя за это.

— Я… передумала. — Кэт приняла решение и теперь пыталась убедить себя в его правильности. — Я в Вегасе. Возможно, я уже никогда здесь не побываю. Мне бы хотелось пойти куда-нибудь на ужин и полюбоваться огнями города. И посмотреть знаменитое шоу, которое мне рекомендовала Бриджит. А еще хотя бы раз сыграть в автоматы.

Кивнув, Рэйф подошел к ее кровати.

— Что вы делаете? — быстро спросила Кэт.

— Выбираю, что вам надеть.

— Вы не можете.

— Могу.

Рэйф открыл первый пакет и провел рукой по белому атласу платья, а Кэт вздрогнула, как будто он прикоснулся к ее коже. Так, как сделал это в самолете.

Когда он начал доставать платье из пакета, она остановила его, дотронувшись до его плеча.

— Только не это.

Он медленно поднял на нее глаза.

— Почему?

— Оно слишком нарядное…

— Вы собираетесь в каждом найти недостаток? — Рэйф потянулся за другим пакетом.

В нем было нижнее белье, Кэт отлично помнила это. Подавив в себе желание вырвать у него из рук пакет, она спокойно произнесла:

— В одном из пакетов есть зеленое платье. Я надену его.

— Зеленое?

— Светло-зеленое, — и очень сексуальное, чуть не добавила она.

— Это мой любимый цвет, — сказал он и улыбнулся своей неподражаемой улыбкой.

На самом деле у Рэйфа не было любимого цвета до того момента, как он увидел Кэт в платье, о котором она говорила. Это был самый потрясающий цвет. Рэйф представил, как будет снимать с нее это платье через несколько часов.

Конечно, хотелось бы, чтобы Катриона очутилась в его постели гораздо раньше. Рэйф был уверен, что сможет уговорить ее никуда не ходить, но тогда он упустил бы удовольствие увидеть радость в ее глазах, когда она любовалась фонтанами. Теперь они сидели в ресторане, и Рэйф, налив ей бокал шампанского, рассказывал о своей квартире в Сиднее и смешил ее забавными историями.

Доев шоколадно-малиновый десерт, Кэт отложила вилку и удовлетворенно вздохнула.

— Как вы догадались, что мне было нужно именно это?

— Может быть, пирожное? — вопросом на вопрос ответил Рэйф. — Или еще шампанского?

— Вы поняли, о чем я. Об этом вечере. О сегодняшнем дне. Обо всем. Вы заставили меня забыть о проблемах, с вами я веселюсь, хотя думала, что уже не смогу. И я еще не поблагодарила вас.

— По-моему, вы только что это сделали.

— Я считаю, что просто сказать «спасибо» недостаточно.

— Мне очень нравится ваше общество.

— Это взаимно, — улыбнулась Кэт. — Сегодня утром вы сказали, что умеете слушать. Но вы так же хорошо умеете и говорить.

— Готовы узнать, в чем еще я хорош?

Она занервничала, ее смешок выдавал напряжение.

— Не думаю, что я когда-либо буду к этому готова.

— Знаете, есть старая поговорка, которую обожал мой отец. — Рэйф встал и протянул ей руку. — А звучит она так: «Удача способствует храбрым».

Рэйф повел ее не прямиком в номер, как она ожидала, а в казино, в зал с автоматами. Он объяснял девушке правила, наклонившись к самому уху положив руку ей на плечо.

Кэт не могла сосредоточиться на бессмысленных символах и картинках перед ней. Ее тело горело желанием прижаться к Рэйфу и прошептать: «Хватит. Давай вернемся в наш номер и посмотрим, в чем ты действительно хорош».

После автоматов они пошли играть в рулетку. Им сказочно везло. Выиграв в очередной раз, Рэйф поцеловал Кэт в губы и воскликнул:

— Посмотри, как нам фартит!

— Наверно, дело в зеленом платье, — улыбнулась она.

— Нет. Дело в тебе.

На рулетке снова выпало число, на которое они поставили, и Кэт звонко засмеялась.

— Не хочешь закончить? — спросил он.

Она посмотрела ему в глаза.

— Думаю, что надо бы, а то я свалюсь с ног от усталости и вам придется нести меня на руках.

— Что ж, это будет забавно. — И он обнял ее рукой за талию.

— Если вы поднимите меня, то кто тогда понесет наш выигрыш?

— Его выиграли вы, значит, вам его и нести.

— Я? — Кэт покачала головой. — Нет, не я. Это все ваше.

— Нет. Сегодня все принадлежит вам.

У нее закружилась голова. Судя по серьезному выражению лица, он сказал именно то, что имел в виду.

— Ни в коем случае!

— Подумайте, Катриона, это достаточно крупная сумма. В вашем положении…

— Но это ваши деньги!

— Хорошо, — сказал он, увидев в ее глазах вызов. — Давайте решим этот вопрос по-другому.

Кэт сглотнула и облизала пересохшие губы.

— Как?

— Делаем ставки последний раз. Красное или черное. Все или ничего. Если выигрываете вы, то оставляете все деньги себе. Вам хватит, чтобы отдать долги, и еще останется.

— А если я проиграю?

— Вы выходите за меня замуж и рожаете мне ребенка. А я отдаю за вас все долги.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Уже гораздо позже Кэт никак не могла взять в толк, почему приняла такое немыслимое пари. Поставив все их фишки на черное, она спокойно наблюдала за тем, как шарик прыгает с одного цвета на другой.

Спустя чуть больше часа после того, как выпала красная семерка, она уже была замужем за Рэйфом.

По дороге в отель до Кэт наконец дошел смысл всего произошедшего. Сегодня вечером она впервые играла в рулетку и выиграла… мужа. Богатого мужа, который выплатит ее долг, чтобы она могла оставить себе Корробори. Мужа, который хочет как можно скорее завести ребенка.

Эта мысль повергла ее в панику. Еще надевая зеленое платье в своей спальне, она решила для себя, что этот вечер закончится в его постели. Это помогло бы ей перестать думать о Дрю и вновь почувствовать себя женщиной. Наутро она бы пожалела об этом и забыла бы сразу после возвращения к своей обычной жизни.

В казино под воздействием эйфории и шампанского Кэт позволила реальности и фантазиям соединиться.

В лифте они ехали молча. Ее щеки горели, глаза блестели, а внутри разливалось тепло. Краем глаза она увидела, как он барабанит пальцами по стенке, и вспомнила прикосновения этих пальцев к своей коже, когда они надевали друг другу простые золотые кольца.

Эта картинка сменилась другой: Рэйф прижимает ее к себе, наклоняется и целует в губы. Сейчас вы можете поцеловать невесту!

Им нужно поговорить, пока все не зашло слишком далеко. Пока желание не затопило ее так, что мозг перестанет соображать.

Расправив плечи, Кэт нечаянно дотронулась рукой до Рэйфа. Ее сердце подпрыгнуло в груди, а из горла вырвался приглушенный стон. Да, она мечтала оказаться в постели с Рэйфом — с тем Рэйфом, с которым неожиданно для себя разговорилась в самолете и ужинала сегодня в ресторане. Она хотела веселого и беззаботного мужчину, который спокойно появлялся в дверях ее ванной полностью обнаженным и ничуть при этом не смущался.

Сейчас мужчина с полыхающим огнем взглядом был совсем другим Рэйфом.

Лифт медленно остановился на их этаже, и сердце Кэт болезненно заныло.

— Приехали, — сказала она, зачарованно глядя на Рэйфа, и сама удивилась своему спокойному голосу.

— Наконец-то.

Один взгляд на Кэт заставил Рэйфа начать действовать. Он подхватил ее на руки и вынес из лифта.

Не ожидая этого, она удивленно моргнула.

— Не надо. Я слишком…

— Слишком — что, миссис Карлайл? — Рэйф на секунду остановился и посмотрел на нее с хитрой улыбкой на губах.

О боже! Она — миссис Карлайл!

Рэйф направился к дверям их номера, а Кэт закинула руки ему на шею, наслаждаясь близостью его сильного тела.

Одна туфелька слетела с ее ноги. Кэт была настолько очарована моментом, что даже не заметила этого, а Рэйф быстро присел и поднял ее.

— Поставь меня на пол, — выдохнула Кэт.

— Ни за что. Я должен внести тебя за порог на руках. Это традиция.

— Кажется, ты говорил, что только Алекс в вашей семье привержен традициям. С каких пор ты тоже чтишь их?

— С того момента, как решил жениться на тебе.

— Значит, около двух часов назад.

Рэйф посмотрел ей в глаза.

— Ты не права. Я принял это решение еще неделю назад, и оно не было спонтанным.

Пока он доставал ключ из ее сумочки, Кэт молчала. Несмотря на сильное возбуждение, Рэйф мог бы поклясться, что чувствует, как в ее мозгу вертятся бесчисленные вопросы. Если он сейчас даст ей шанс, она начнет рассуждать о правильности того, что они сделали. Нет, Рэйф не даст ей такую возможность. Как только они попадут внутрь, он найдет, чем ее занять.

Наконец дверь распахнулась, и Рэйф внес девушку в номер, с удовольствием ощущая ее дыхание на своей шее.

— Да отпусти же меня! Я слишком большая, тебе повезло, что ты не надорвался!

— О, да! Я всегда считал себя везучим, — улыбнулся Рэйф. — И мне очень повезло с тобой.

Она сузила глаза.

— Это была рулетка. Шансы пятьдесят на пятьдесят.

— Да, но я имел в виду не это.

Судьба благоволила ему, когда буря занесла его на землю Катрионы. И вся дальнейшая цепочка событий — согласие Кэт принять его помощь, разоблачение трусоватого Дрю и внезапная мысль сделать последнюю ставку в казино — являлась сплошным везением.

— Что же именно ты имел в виду? И почему это не было спонтанным решением?

Игнорируя вопросы Кэт, он понес ее через холл в спальню.

— Остановись, — она ударила его в грудь. — Нам надо поговорить.

— Да, нужно, и мы сделаем это. Но не сейчас. Сегодня моя первая брачная ночь, и меня волнует только один вопрос: как мы ее проведем, — в дверях ее спальни Рэйф остановился, — и где. В твоей спальне? Или, может, тебе больше подходит моя? — Не получив ответа, он открыл дверь спальни плечом. — Значит, в твоей. Я весь вечер мечтал о том, как буду раздевать тебя здесь.

— Тебе не надо было жениться на мне, чтобы сделать это, — со вздохом сказала Кэт.

— Я знаю. Но я женился на тебе не поэтому.

— А почему тогда?

— Потому, что ты будешь матерью моего ребенка.

Кэт в шоке уставилась на него, а Рэйф улыбнулся, представив их будущего ребенка. У него непременно будут изумительные глаза Катрионы и ее точеные черты лица.

— Как ты можешь это говорить? — возмутилась Кэт. — А вдруг я не смогу забеременеть? Об этом ты не подумал?

— Я готов попробовать. — Рэйф дошел до постели и сел, усадив Кэт себе на колени. — А что заставляет тебя сомневаться? Что-то из твоего прошлого, о чем я должен знать?

— Нет.

— Ты пьешь противозачаточные таблетки?

— Нет.

— Тогда о чем разговор?

— О том, что это была бредовая идея! Жениться на мне еще не значит завести ребенка, который тебе необходим! — Кэт так распалилась, что снова попыталась вырваться из его объятий. — Я бы переспала с тобой и без свидетельства о браке. И ты это знаешь.

Рэйф залюбовался ее разрумянившимся лицом. У него сейчас есть два варианта. Первый — немедленно поцеловать ее и второй — пуститься в длинные объяснения… а после поцеловать.

— Давай забудем о рулетке и нашем пари. Представим, что мы гуляли и вернулись к себе в номер. Представим, что ты позволяешь мне касаться тебя. Это я о нашем договоре в самолете. Представим, что ты снимешь это платье и пригласишь меня к себе в постель. Разве ты не пожалела бы об этом утром? Пожалела бы. Вот почему я женился на тебе, Катриона. Чтобы у нас был ребенок, — он положил руку ей на живот. — Чтобы у нас все было как надо.

— А вдруг я не подхожу тебе? — дрожащим голосом спросила Кэт. — Ты не знаешь меня. Я не знаю тебя.

— А что ты хотела бы знать?

— Ну, хоть что-нибудь. Даже твое полное имя мне неведомо.

— Мое имя Рэйферти, в честь моего деда, который был шотландцем. Когда Алекс был ребенком, ему было сложно выговорить это имя полностью, и он сократил его. Так я стал Рэйфом. А мама у меня ирландка, ее зовут Мора Кин. — Этого хватит, подумал Рэйф. Пора поменять тему разговора. Он нежно провел рукой по ее платью. — Зеленый — мой любимый цвет. А любимый запах — аромат твоей кожи.

Кэт вдруг рассмеялась:

— Это аромат лосьонов и кремов.

Он наклонился ближе и вздохнул поглубже.

— Нет, это твой запах, дорогая жена. А теперь моя очередь узнать что-нибудь о тебе. Откуда произошло твое имя, Катриона?

— Понятия не имею.

— Ладно. Твой любимый цвет?

— Теплые оттенки, — ответила она после паузы. — Розовый, оранжевый.

— Любимый запах?

— Запах персиков. Свежих, только что сорванных. Мы любили…

Кэт замолчала, а Рэйф приник губами к ее плечу. Теплому и мягкому, как свежий персик.

— Продолжай, — сказал он, — вы любили…

— У нас был фруктовый сад в Корробори.

Рэйф кивнул. Фруктовый сад, на месте которого сейчас были безжизненные сухие деревья.

— Знаешь, — с улыбкой продолжила Кэт. — Когда надкусываешь спелый персик, по губам течет сок, а в ноздри ударяет сладкий аромат. Это и есть мой любимый запах.

Губы девушки приоткрылись, как будто она чувствовала на них сладкий вкус фруктов. Рэйф приник к этим манящим губам. Кэт прижалась к нему крепче, ее пальцы гладили его шею и затылок, а поцелуй становился все жарче. Рэйф отстранился от нее, но она продолжала целовать его в уголки губ. Рэйф тихо рассмеялся и покачал головой.

— Я не предполагал, что ты можешь быть такой…

— Доступной?

— Страстной, — поправил он.

— Ты знал об этом еще тогда, когда я предложила остаться в номере.

— Но ты все же решила пойти куда-нибудь. Чем это объясняется?

Кэт лукаво улыбнулась:

— А ты как думаешь?

— Я думаю, что женился на женщине-загадке. — Рэйф принялся расстегивать маленькие пуговички на ее платье, и вскоре оно спустилось до талии. Их взгляды встретились, в них полыхало пламя. — Ты предпочитаешь быстро или медленно, жена?

Его пальцы исследовали тело Катрионы, а она, закрыв глаза, ждала, когда он дотронется до ее груди. Однако Рэйф этого не сделал.

— Это не называется медленно, — выдохнула Кэт, открывая глаза. — Это называется пыткой.

Рэйф провел пальцами по ее животу, а потом обхватил ладонью грудь.

— Ты торопишь меня?

— Я просто не люблю зря терять время.

— Некоторые вещи нужно делать не торопясь, — он провел пальцем по кромке ее бюстгальтера, — чтобы они доставляли удовольствие.

Рэйф продолжал гладить ее грудь, затем его пальцы скользнули по спине Кэт. Раздался щелчок, и белый бюстгальтер упал с нее. Кэт тихо застонала, а Рэйф начал целовать ее соски, ласкать их языком и покусывать зубами.

Запустив руки в его волосы, Кэт притянула Рэйфа к себе. Их губы снова встретились в жарком поцелуе, но ей было мало этого. Она поудобней устроилась на его бедрах, а Рэйф положил руки на ее ягодицы и крепче прижал к своему возбужденному телу.

— На одном из нас слишком много одежды, — заявила Кэт, протягивая руки к его рубашке.

— Тебе не нужна моя помощь?

— Нет, — она уже закончила с пуговицами и вытащила рубашку из брюк. — Ты все делаешь слишком медленно.

Он рассмеялся:

— А ты вся такая сексуальная.

Одним движением Кэт стянула рубашку и пиджак с его плеч.

— Ты называешь мое нетерпение сексуальностью?

— Я все в тебе нахожу сексуальным, жена.

Как же ей нравится, как он произносит это слово! Жена. Да, она стала женой Рэйфа Карлайла — неважно, по какой причине, главное, что его это устраивает.

Рэйф стянул с нее платье, и оно упало рядом с кроватью.

— Это слишком дорогое платье, чтобы так с ним обращаться.

— Я его купил. И могу обращаться с ним так, как мне хочется.

Но ты и меня купил. Со мной ты тоже будешь так обращаться? Сможешь так же легко избавиться от меня?

Ничего этого Кэт не произнесла, потому что Рэйф вдруг перекатил ее со своих колен на кровать и стянул с нее трусики. Когда его поцелуи довели Кэт до пика наслаждения, он улыбнулся с некоторой долей гордости за себя.

— Мило, но слишком быстро.

Рэйф снял с себя всю оставшуюся одежду. Кэт доставляло особое удовольствие смотреть на это. А он не торопился. Стоял перед ней — такой же красивый, как в то утро в ее доме.

— У меня есть презервативы.

— Презервативы?

— Средства предохранения. Я всегда ими пользуюсь, но на всякий случай у меня сданы все анализы. Это чтобы ты была уверена в безопасности с моей стороны.

— У тебя сделаны анализы, а у меня нет.

— А есть повод для беспокойства?

— У меня был только один любовник. Он использовал презервативы. По крайней мере, со мной.

Сейчас, возможно, не время переживать из-за Дрю и того, что он наверняка не планировал заводить ребенка со своей новой подружкой. Не время вновь вспоминать те страдания, которые испытывала Кэт, видя, как его передергивает от мысли, что она может забеременеть. И с этим человеком она хотела провести всю жизнь…

Рэйф не двигался. Его голос был спокоен и уверен, когда он заговорил.

— Ну что, Катриона, начнем?

У Кэт сжался желудок. Не жена, а Катриона.

Они заключили договор. Ребенок в обмен на возможность сохранить Корробори. Она обещала это отцу, стоя на его могиле.

— Да, — наконец произнесла Кэт. — Да. Начнем.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Рэйф пододвинулся поближе и принялся гладить ее волосы, а она не могла отвести глаз от его умопомрачительного тела.

Нетерпение становилось невыносимым, но Рэйф ждал. Он использовал ее уязвимость, когда предлагал сделку. Настаивал, когда она колебалась в принятии решения, а потом пошел с ней к алтарю, окончательно вскружив ей голову.

Но сейчас Рэйф понял, что больше не хочет уговаривать или принуждать ее. Отныне она все должна делать по собственной воле. Сегодня, завтра, дома в Сиднее.

— Ты знаешь, что пути назад нет.

Она вздрогнула, как будто его слова задели ее за живое.

— Я сказала «да». Это к тому, чтобы не использовать презервативы. Но есть вероятность, что забеременею я не сразу.

— Сейчас подходящее время?

— Мы оба обнажены, — она скользнула взглядом по его телу, — и я бы сказала, что сейчас наилучшее время.

Рэйф громко рассмеялся. Потом оперся на локоть так, чтобы видеть ее лицо.

— Я имел в виду время для зачатия.

Ее глаза потемнели. Рэйф понял, что ей стало неловко.

— Давай не будем спекулировать на теме зачатия, — как всегда прямо сказала она, — и просто сделаем это.

Рэйф никогда не делал это «просто». Какая бы женщина ни была. Но сейчас перед ним была не какая-то женщина. Это его жена смотрит на него с нетерпением во взгляде и нервно сжимает край простыни.

И ему нестерпимо захотелось ощутить эти руки на своем теле.

— Я думаю, пора приступать, — медленно сказал он. Сердце стучало где-то в горле, по венам разливалось желание. — Но сперва дотронься до меня.

В ее глазах Рэйф прочитал удовольствие и страсть. Кэт поднялась на руках и прикоснулась к его губам. Он откинулся на матрас, а Кэт провела языком вокруг его сосков.

— Как у меня получается? — спросила она.

— Очень хорошо. Даже… — Забыв, что хотел сказать, Рэйф шумно выдохнул, когда она провела рукой по его мускулистому животу, играя пальцами с волосами. Затем резко поднялся, перекатил Кэт на спину и устроился между ее ног, выбирая наилучшую позицию. — Все просто замечательно, — ответил он, целуя ее.

Кэт обхватила Рэйфа ногами и приподнялась, как бы приглашая его. Он медленно вошел в нее, стараясь сдерживать пыл. Рэйф знал, как вознести женщину на вершину удовольствия и как получить удовольствие самому, но то, что он ощущал, обладая Катрионой, превосходило все его ожидания.

Не в силах больше сдерживаться, Рэйф начал двигаться быстрее, одновременно лаская ее тело руками. И когда понял, что довел Кэт до пика блаженства, сам вознесся на небеса.

Открыв глаза и сладко потянувшись, Кэт улыбнулась.

Ее первой мыслью было: «Ого, как светло!». Она перевернулась и посмотрела на часы. Неужели уже начало одиннадцатого? Никогда прежде она не вставала так поздно, даже в выходные. Но ведь и первой брачной ночи у нее никогда раньше не было!

В комнате царила тишина, вторая половина кровати была пуста.

Кэт потрогала обручальное кольцо на безымянном пальце. Как неожиданно все получилось! Их свадьба состоялась в один миг, но все было по-настоящему: кольцо, клятвы, которыми они обменялись, фантастическая ночь с Рэйфом Карлайлом — с ее мужем!

Наверное, они уснули почти одновременно. Уже сквозь сон Кэт слышала бормотание Рэйфа, чтобы она разбудила его, когда будет готова повторить. От воспоминаний ей стало жарко. Ждал ли он этого продолжения? Надеялся ли на то, что ей захочется еще? Что она проявит больше изобретательности, больше страсти…

Кэт резко оборвала себя. Ей нет дела до того, как он оценил ее способности. Она вышла за него, чтобы сохранить Корробори и продолжить дело своей семьи. Теперь дело за малым: ей необходимо забеременеть.

У Рэйфа свои интересы, а у нее свои. Нужно заключить письменное соглашение. Значит, надо найти Рэйфа и обговорить это с ним.

Кэт встала с постели, поправила простыни и пошла к шкафу. Если Рэйф Карлайл чувствовал себя комфортно без одежды, то Катриона Макконнел так не могла.

А Катриона Карлайл?

Эта мысль поразила ее настолько, что она замерла. Но потом собралась и сказала вслух:

— Ни в коем случае.

Она вышла за него замуж, но это еще не значит, что она взяла его фамилию. Ей нужно от него только то, что он пообещал в казино, и ничего больше. Даже того потрясающего секса, от которого все замирает внутри.

— Черт!

Она наткнулась взглядом на пакеты с вещами, купленными по инициативе Бриджит. Кэт собиралась вернуть их, но совершенно забыла об этом, когда Рэйф появился в дверях номера.

Что ж, сегодня новый день, и Бриджит должна будет забрать назад все вещи. Кэт надела халат и направилась в ванную. Но по дороге увидела то, что уже нельзя вернуть в магазин. Зеленое платье, которое Рэйф снял с нее вчера и кинул на пол. Ее бросило в дрожь при мысли, что Рэйф сможет поступить с ней так же, как с этим платьем. Например, наутро.

Пожав плечами, Кэт подняла с пола платье, повесила его на вешалку и вошла в ванную. Рэйф, наверно, уехал по делам, которые привели его в Вегас. Она не ждала от него внимания, как не ждала и продолжения утром. Она все еще практичная и независимая Кэт Макконнел. Сейчас примет душ, а потом найдет Бриджит и договорится по поводу возврата вещей. Обручальное кольцо, скорее всего, тоже придется вернуть.

А после того, как все будет улажено, она прогуляется. Поищет недорогой магазин обуви.

Их рейс домой только вечером. У нее еще много времени, чтобы подумать над контрактом.

Рэйф поддался порыву и спустился в ювелирный магазин. Лежа рядом с Катрионой в постели, он боролся с желанием разбудить ее и снова заняться с ней любовью. Вдруг его взгляд упал на кольцо, и его мысли приняли иное направление. Ему захотелось сделать ей сюрприз в виде кольца. Настоящего обручального кольца, которое ознаменовало бы вчерашнее событие.

Рэйф много раз выбирал украшения для женщин, но на этот раз все было по-другому. Он хотел выбрать что-то особенное. Подарок, против которого у нее не найдется аргументов, как получилось вчера с одеждой.

Он испытывал странное удовлетворение оттого, что купил Кэт великолепный подарок. Бриллиантовое колье, которое собирался надеть ей на шею, когда она еще будет спать. Рэйф представлял, как разденется, скользнет в постель, и они проведут там целый день, согревая друг друга.

Номер оказался пустым. Рэйф походил по комнатам в поисках записки, но и ее не обнаружил. Его разочарование сменилось недовольством.

Подождав десять минут, он позвонил портье и узнал, что она покинула отель, но только после того, как нашла Бриджит и попросила забрать одежду. Это настораживало. Так же как и ее уже довольно длительное отсутствие. Рэйфу на ум невольно пришло имя Дрю, но в этот момент открылась дверь и появилась Кэт.

Увидев его, она широко раскрыла глаза от удивления.

— Мне сообщили, что ты меня искал, но я не ожидала увидеть тебя здесь.

Он мог бы спросить ее, почему она так подумала, но его внимание сосредоточилось на ее одежде. Она была в своих старых джинсах и рубашке. В руках было несколько пакетов, которые покачивались в такт ее движениям.

— Ты виделась с Бриджит?

— Мы с ней встретились в холле. А в чем проблема?

Да что же с ним творится! Рэйф давно не чувствовал себя таким злым. Катриона вернулась, с ней ничего не произошло. Тогда почему бы не успокоиться? Почему не сделать вид, будто все в порядке, если не считать его уязвленной гордости?

— Тебя долго не было, и я уже начал волноваться.

— Я думала, что ты будешь заниматься своими делами.

— Делами?

Нахмурившись, Кэт подошла к дивану в глубине номера, но садиться не стала.

— Я была уверена, что утром ты ушел по делам, которые привели тебя в Вегас.

— Этим я занимался прошлой ночью, Катриона.

Рэйф скользнул взглядом по ее руке, и лицо его напряглось.

— Где твое кольцо?

— У меня немного опухли пальцы. Мне пришлось его снять. — Кэт помолчала. — Значит, это я была тем делом, которое привело тебя в Лас-Вегас, да? — Она не стала ждать ответа. Просто покачала головой, как будто внезапно обо всем догадалась. — Ты привез меня в Вегас, чтобы жениться на мне?

— Если ты так ставишь вопрос, — он пожал плечами, — то да.

— А ты не думаешь, что нам надо было кое-что обсудить, прежде чем надеть друг другу кольца?

— Что именно?

— Условия.

— Мне кажется, мы обговорили это вчера. Я выплачу твои долги. Ты родишь мне ребенка.

— И все? А как насчет деталей?

— Чего ты хочешь, Катриона? Тебе станет легче вести дела на твоей ферме. У тебя будет помощник. И еще няня.

— Мне не нужен никакой помощник. Я со всем справляюсь сама, потому что мне это нравится.

Рэйф посмотрел ей в глаза.

— Конечно, однако ты не сможешь таскать тяжести или ездить верхом, когда забеременеешь. А когда будешь кормить ребенка и…

— Хорошо, я поняла, — перебила она его. — Но это только в том случае, если я действительно забеременею и рожу ребенка.

— Именно для этого я на тебе и женился.

— Думаешь, я могла об этом забыть? — Кэт гордо вскинула голову, в ее глазах пылала ярость.

— Нет, но я хочу быть уверен, что с этим все ясно.

— Конечно, особенно учитывая прошлую ночь.

— Ты на что-то жалуешься? — холодно поинтересовался он. — Ночью я слышал только твои стоны.

— Я не имела в виду секс! Я бы покривила душой, если бы сказала, что мне что-либо не понравилось.

— Тогда почему твои слова не звучат для меня как комплимент?

— Любой комплимент, который я могу тебе сделать, ты уже слышал сотню раз.

— С чего ты это взяла, Катриона?

— С того, что ты наверняка переспал с половиной женщин Сиднея.

Его глаза стали холодными. Он повернулся к ней спиной и подошел к пианино. Положил пальцы на клавиши и взял несколько нот.

— Ты на самом деле считаешь меня бабником?

Кэт покачала головой, затем глубоко вздохнула и призналась:

— Мне не следовало этого говорить. Прости, если я тебе причинила боль.

— Ты не сделала мне больно, Катриона. Ты меня разочаровала.

Кэт заслужила это. Она сама разочаровалась в себе, когда не удержалась и прочитала кое-какие материалы о нем в Интернете. А сейчас зачем-то дала волю своим эмоциям. Она постаралась сменить тему:

— Ты упомянул о няне. Если у меня родится ребенок, это значит, что он будет жить со мной?

— Только если ты так пожелаешь.

— Ну, со мной-то все ясно, — быстро проговорила она. — А ты? Разве ты не захочешь, чтобы твой ребенок был воспитан как один из Карлайлов?

— Я хочу завести ребенка, потому что он мне просто нужен, а не потому, что я вижу себя в роли отца. Но пока мы женаты, проблем с его воспитанием не будет.

Пока мы женаты… Кэт облизала пересохшие губы.

— О каком браке ты сейчас говоришь?

— О браке, при котором у каждого из нас будет независимость. Ты же этого хочешь, правильно?

— Да, — осторожно согласилась она. — Но в таком случае, как же мы будем растить нашего ребенка? Я живу на своей ферме, а ты в Сиднее…

— Этот вопрос мы решим, когда ты забеременеешь.

Ее сердце ухнуло вниз.

— А до этого? Мне что, придется жить с тобой в Сиднее?

— Почему нет?

— Я ненавижу город, в нем я задыхаюсь, схожу с ума! — Занервничав, Кэт уронила на пол пакеты, которые держала в руках.

— Значит, — он все еще стоял около пианино, — нам надо найти компромисс.

— Какой?

— Ты будешь жить со мной одну неделю в месяц и вести себя как моя жена.

— Я не знаю, как надо себя вести.

— Прошлой ночью у тебя хорошо получилось.

— Это был секс, Рэйф. Я не думаю, что он тебе нужен двадцать четыре часа в сутки.

— Правда?

У Кэт закружилась голова, когда он оторвался от пианино и подошел к ней почти вплотную.

— Если я буду жить с тобой, что еще от меня потребуется? Я должна буду готовить? Убираться?

— У меня есть прислуга, — холодно ответил Рэйф, хотя в глазах бушевал огонь. — Я женился на тебе не для этого, а чтобы ты была в моей постели.

— Одну неделю в месяц, пока я не забеременею. Это будет отражено в контракте?

— В контракте?

— Да. Я хочу, чтобы все условия были в письменном виде. И еще я хочу, чтобы там было что-то вроде брачного соглашения.

Он рассмеялся:

— Ты мне не веришь? Думаешь, я смогу отнять у тебя ферму?

— Как раз наоборот. Когда наш брак закончится, я не хочу ничего твоего, кроме того, о чем мы уже договорились. Больше мне ничего не надо.

— Ты все продумала, Катриона, — процедил он, впиваясь в нее глазами, — но, может, все-таки что-то упустила?

Она просто не могла оставить его вызов без ответа.

— Еще одна вещь. Мы не станем спать вместе, пока контракт не будет составлен и подписан. Если забыл, напоминаю: в самолете ты обещал, что не сделаешь ничего, что мне не понравилось бы.

— Я никогда не навязывал себя ни одной женщине, Катриона. И сейчас не собираюсь этого делать.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Рэйф согласился на условия Кэт. Чувство собственного достоинства не позволило показать ей, как он обижен ее недоверием. Он быстро вышел из номера и спустился в казино, а там сделал то, чем не занимался вот уже десять лет. Начал бездумно играть. И проигрался.

Деньги не имели для него никакого значения, а вот проигрывать он ненавидел. Сегодня явно день проигрышей. Он, Рэйф Карлайл, вынужден был уступить Катрионе, потому что она не захотела играть по его правилам.

Выйдя из казино, Рэйф почувствовал отвращение к себе. Он не винил Катриону в том, что она приняла такое решение. Один раз она уже обожглась, когда поверила на слово человеку, называвшему себя ее другом.

Если бы Рэйф был умнее, то решил бы все вопросы заранее и со всеми на то основаниями находился бы сейчас в ее спальне…

Рэйф похлопал себя по карману пиджака, где лежала коробочка с бриллиантовым колье. Он мог бы вернуться в номер, подарить ей украшение вместе с букетом цветов и принести свои извинения, но мужская гордость, уже задетая сегодня, не позволила ему сделать это.

Чего только стоит язвительное замечание Катрионы по поводу его женщин. Да если бы он переспал хотя бы с одной десятой частью тех женщин, которых ему приписывала желтая пресса, то к настоящему моменту был бы уже физически истощен.

Нет, он не доставит своей жене радости еще раз унизить его. Она требует письменный контракт, значит, она его получит.

Вечером они вылетели в Лос-Анджелес, а оттуда в Сидней. За ужином Рэйф еще раз обговорил с Кэт условия контракта. Они вели спокойный, отчужденный разговор, и это нравилось Рэйфу еще меньше, чем их недавняя ссора.

Перекусив, Катриона надела наушники и погрузилась в просмотр фильма. Рэйф заметил, что она нервно постукивает пальцами по подлокотникам кресла, и вспомнил, что жена боится летать. Он накрыл ее руку своей, но она одними губами сказала:

— Со мной все в порядке.

Рэйф сделал несколько звонков родным, потом связался со своей секретаршей и попросил назначить встречу с адвокатом. Последний звонок он сделал соседке снизу и предупредил, что вернется уже сегодня. У женщины были ключи от его квартиры, чтобы она могла приглядывать за котом во время отсутствия хозяина. По какой-то причине Рэйф не хотел свалиться ей на голову с молодой женой, не предупредив заранее. А так как у него встреча с адвокатом, Катрионе придется побыть дома одной.

Ему было важно ее мнение о его доме. Он желал, чтобы ей там понравилось настолько, что она сама захотела бы проводить у него больше чем одну неделю в месяц.

А еще нужно представить ее своей семье. Она не захотела, чтобы он купил ей одежду, но он может дать ей то, что не купишь ни за какие деньги. Свою семью.

Рэйф долго решался на этот звонок, а когда наконец решился, Алекса дома не оказалось. Еще недавно Рэйф мог бы оставить ему сообщение, что-то вроде: «Представь себе! Я женился в Beгace прошлым вечером». Но не сейчас. Событие, которое произошло вчера, было слишком… серьезно, слишком важно.

Нахмурившись, Рэйф посмотрел на жену; та разглядывала его с любопытством, как будто тоже думала о чем-то. Катриона моргнула и отвела глаза, ничего не объяснив. Рэйф отвернулся со странным чувством, которое он не мог объяснить. Словно в это мгновение в нем что-то изменилось. И внезапно он понял, что именно.

Его отношение.

Ему хотелось большего, чем видеть Катриону обнаженной и заниматься с ней сексом. Он нуждался в уважении и доверии с ее стороны. Рэйф не знал, сможет ли добиться этого, учитывая его репутацию и ее отношение к этому, но он очень постарается. И начнет с того, что будет держать эмоции под контролем и приложит все усилия, чтобы ей было уютно в его доме и с его семьей.

— Я лечу домой из Америки, — оставил он сообщение на автоответчике Алекса, — и хотел бы, чтобы ты кое с кем познакомился завтра. Это очень важно для меня. Я позвоню тебе утром.

Кэт еще раз бесцельно обошла весь пентхаус. Она вернулась в гостиную, где сидел ее единственный компаньон. При ее появлении кот породы русская голубая медленно поднялся со своего места и грациозно потянулся.

— Он немного недолюбливает незнакомцев, — перед уходом объяснил ей Рэйф, поглаживая кота. — Он к тебе привыкнет.

Если я пробуду здесь достаточно долго.

Кэт покачала головой. Она не сможет находиться здесь одна и думать о том, что все это не сон и не сказка о Золушке. Рэйф Карлайл стал ее мужем, и теперь этот огромный пентхаус является и ее домом тоже. На одну неделю в месяц.

Она подняла глаза на лестницу, ведущую в его спальню. Он не повел ее туда, когда показывал дом. Наверное, ему не хотелось лишний раз услышать от нее, что она пока не будет спать с ним в одной постели.

— Выбирай любую спальню, — равнодушно сказал Рэйф, — и чувствуй себя как дома. У меня сейчас назначена встреча. Я позвоню, как освобожусь.

— Тебе нe обязательно проверять меня, — сказала она спокойным голосом. — Со мной все будет в порядке.

— Не сомневаюсь. Я жду звонка от моего брата Алекса. Не исключено, что мы встретимся с ним за ланчем. — Уже у лифта Рэйф обернулся и посмотрел на Кэт долгим взглядом, от которого по ее телу прошли мурашки. — Ты, возможно, захочешь переодеться к ланчу.

Оставшись одна, Кэт решила прогуляться, но в последний момент подумала, что может заблудиться в городе. Отличная ситуация! Она замужем за незнакомцем, одна в его доме и даже не знает адреса.

Она приняла душ и облачилась в халат. Так что же надеть? Одно из платьев, которым так и не было суждено вернуться в магазин, или можно появиться в привычных джинсах?

Зеленые кошачьи глаза смотрели на нее не мигая. Взгляд осуждающий, точь-в-точь как у ее мачехи, только Памела еще никогда не забывала упомянуть, что у Кэт совершенно нет вкуса.

Кэт снова обошла пентхаус. В гостиной было огромное окно с видом на Сидней. Кэт заставила себя подойти ближе и поняла, что ее подавленное состояние объясняется не только сложившейся ситуацией и мыслями о мачехе, но и чувством клаустрофобии, которое медленно накатывало на нее. Она заперта в доме, из которого не может выйти.

Итак, сегодня ей предстоит встретиться с братом Рэйфа. Господи! Как же она будет улыбаться и пожимать ему руку, когда ему известно, что она вышла замуж за Рэйфа от отчаяния, из-за денег? И что ее саму выбрали для определенной цели…

Внезапно зазвонил телефон. А вдруг это члены его семьи? Кэт так и не смогла заставить себя поднять трубку. Сев на диван, она подобрала ноги и назвала себя трусихой.

Рэйф убрал в карман сотовый телефон и свернул на повороте, чтобы побыстрей попасть домой.

Он вспомнил Катриону, как растерянно бродила она по его дому, как избегала смотреть ему в глаза. Сейчас она, наверно, тоже решила прогуляться, как тогда, в Вегасе. Поэтому и не ответила на его звонок. И нет причины бросать все и торопиться домой.

Рэйф развернулся и поехал назад к своему офису. Надо все-таки и поработать. Конечно, последние два часа он провел не впустую — встречался со своим адвокатом, который не преминул предупредить его, как много он может потерять, женившись на малознакомой женщине.

Не слушая законника, Рэйф настоял, чтобы контракт был составлен уже сегодня. И до того, как Катриона подпишет его, он предпочитал не оставаться с ней наедине, особенно в своем доме. Вопрос распределения спален выводил его из себя.

— Катриона?

— Да, это я.

Кэт долго сомневалась, но все же ответила на звонок. Рэйф расслабился, откинулся на своем стуле и на секунду закрыл глаза.

— Я рад, что ты там.

Она помолчала, потом до него донесся ее голос, в котором прозвучало некоторое сомнение:

— Извини, что не ответила первый раз. Я была в ванной.

— Я подумал, что ты ушла прогуляться. — Или в аэропорт, например.

— Хорошо бы, конечно, но я не была уверена, что смогу попасть обратно, — честно призналась Кэт. — Ты говорил мне про службу безопасности в доме, но я все равно не хотела бы оказаться перед запертой дверью.

Рэйф мысленно выругался. Он был так поглощен мыслями о контракте, который они должны подписать, так сильно желал, чтобы она ночевала в его постели, что забыл о самых элементарных вещах. Например, о том, что необходимо познакомить ее с консьержем, чтобы она всегда могла попасть домой. Или хотя бы убедиться, что у нее есть деньги.

— Извини, мне следовало бы…

— Это не твоя вина. Этим утром мы с тобой были слишком… — Она запнулась, но ее молчание говорило красноречивее любых слов.

— Да уж.

— Я не хотела, чтобы между нами возникла такая напряженность из-за того, что я сказала в Вегасе, — мягко произнесла она. — Мне жаль.

— Мне тоже, но не волнуйся, детка, я все устроил.

Повисло молчание.

— Контракт будет готов сегодня днем, — сообщил он.

— Так быстро? Я смогу увидеть черновик?

— Если хочешь.

— Конечно, я хочу! — выпалила она. Рэйф удовлетворенно откинулся на стуле.

— Мы сможем сделать это после ланча. У адвоката будет время, чтобы все подправить.

А пока я куплю тебе кольцо.

— После ланча с твоим братом?

— Да. Ты любишь морепродукты?

В трубке раздался тихий смех.

— Это значит «нет»?

— Нет, это мой комментарий по поводу того, как мало мы знаем друг о друге.

Он ожидал не такого ответа, но…

— Значит, прямо сейчас у меня появился шанс узнать тебя получше. Так морепродукты или, например, японская кухня? Или ты бы лучше…

— Я бы лучше вообще никуда не ходила.

Рэйф нахмурился.

— Алекс не такой уж и ужасный. Некоторые женщины даже находят его привлекательным.

— Слишком мало времени прошло, чтобы уже знакомиться с семьей! Сначала мне самой надо свыкнуться со сложившимся положением.

— Но я хочу представить тебя своей семье как мою жену. Катриону Карлайл.

Она шумно выдохнула в трубку:

— Катриону Макконнел-Карлайл.

— Как угодно. — Рэйфу было не важно, что она добавила свою фамилию. Это снова была Катриона, которую он знал, а не та вежливая незнакомка, какой она была утром. Сейчас ему нужно всего лишь найти способ уговорить эту женщину пойти с ним в ресторан. — И чем ты занималась все утро?

— Ничем.

— Тогда тебе надо развлечься и взбодриться.

— Я не пойду на ланч, — сказала она, разгадав его намеки. — И не важно, что мне скучно.

— Тогда что ты будешь делать?

— Мне хочется выйти в город.

Рэйф вздохнул. Ладно, пусть Катриона не желает уступить ему, но он должен убедиться, что она сможет вернуться домой после прогулки. И что будет там к тому моменту, как он приедет после ланча и возьмет ее в ювелирный магазин. Этот план он не собирался менять.

— Я попрошу Миллу зайти и все тебе показать.

— Кто такая Милла?

— Просто подруга, которая живет внизу. Она приглядывает за Толстым, когда я в отъезде. — Молчание Кэт почему-то обеспокоило его. — Катриона?

— Это Милла изначально была хозяйкой кота? — спросила она наконец.

— Конечно, нет, — мягко рассмеялся Рэйф. Он не удержался и задал вопрос, который рвался с губ: — Ревнуешь?

— А надо?

— Нет, но мне это нравится. — Рэйф не покривил душой, но все же не мог не вспомнить, как она иронизировала там, в Вегасе, по поводу его многочисленных женщин. Ему совсем не хотелось, чтобы она сейчас сидела одна в его доме и терзалась глупыми мыслями. — Я попрошу Миллу зайти. И, Катриона…

— Да?

— В моей жизни действительно были женщины, не так много, как ты думаешь, но были. Они в прошлом, и там останутся. Тебе нужно знать только одно, — он сделал паузу, — я выбрал тебя, Катриона Карлайл. Только тебя.

Бог мой, неужели Рэйф не обманывает ее? Повесив трубку, Кэт десять минут лежала на диване и наслаждалась его последними словами. Ей ужасно хотелось поверить в сказку, где прекрасный принц остановил свой выбор на простой девушке и спас ее от одиночества…

Но тут пришла соседка, и мечты Катрионы рассеялись как дым.

Рэйф небрежно охарактеризовал Миллу как «просто подругу, которая живет внизу». Но слово «просто» никак не вязалось с Миллой, потому что она была великолепна.

— Рэйф сказал, что тебе нужна компания, но, пожалуйста, скажи мне, если я стану слишком надоедливой, — улыбнулась девушка. — Он постоянно твердит, что со мной трудно долго общаться, поэтому если что, прямо говори об этом.

Кэт усмехнулась. Вряд ли найдется хоть один нормальный мужчина, который скажет такой красавице, как Милла, что он устал от ее общества. Даже Толстой сразу же подошел к ней и потерся о ногу.

Милла рассмеялась и пробормотала несколько ласковых слов, когда поднимала его. Толстой блаженно устроился у нее на руках.

Кэт внезапно поняла, что ее молчание затянулось.

— Извини, — быстро сказала она. — Ты застала меня врасплох. Я Катриона Макконнел.

— Странно. А до меня дошли слухи, что ты Катриона Карлайл, — Милла смешно наморщила носик. — Нужно время, чтобы привыкнуть к переменам, правда?

— Ты замужем?

— Была. Два раза. Но лучше нс спрашивай об этом. Не хочу портить твое радужное настроение своим цинизмом.

Кэт изумляла та перемена, которая произошла с ней, обыкновенной девушкой, привыкшей в одиночку справляться с тяжелой работой на своей ферме. Всего несколько минут назад она смаковала слова, произнесенные Рэйфом, а сейчас с удовольствием общается с красавицей Миллой. В ней проснулось любопытство, захотелось узнать о двух замужествах Миллы и особенно о ее отношениях с Рэйфом.

— Может, выпьем кофе? — спросила она.

— Лучше давай прогуляемся, хорошо? Я могy подождать, пока ты соберешься.

Кэт не представляла, сколько Милле придется ждать, учитывая, что ее волосы еще не уложены после душа и она не знает, что надеть. На Милле были джинсы и футболка, но довольно дорогие. Ее прическа выдавала работу хорошего парикмахера.

— Я бы предпочла остаться дома, если ты не против.

— Отлично, — Милла направилась на кухню. — Я обожаю пить чай, а ты?

Кэт медленно пошла за ней. Встав в дверях, она смотрела, как соседка достает все необходимое так, будто делала это сотни раз.

Милла безостановочно болтала о сортах чая и о том, как его надо пить. Она вписывалась в квартиру Рэйфа, да и в его жизнь, так, как это никогда не удастся Катрионе, сколько бы покупок она ни сделала и сколько бы парикмахерских салонов ни посетила. Ее сердце ёкнуло, когда она вспомнила слова Рэйфа о том, что он выбрал именно ее.

Сможет ли она когда-нибудь соответствовать его статусу?

Или это снова приведет к разбитому сердцу, которое она вновь доверяет очаровательному мужчине?

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Следуя за Миллой, которая уверенно прошла на террасу рядом со спальней Рэйфа, Кэт впервые увидела второй этаж, но не хотела показывать этого Милле, ведь предполагается, что она наслаждается медовым месяцем с любимым мужем.

Возле раскрытых дверей спальни Кэт не удержалась и остановилась. В центре комнаты располагалась огромная кровать. Кэт представила Рэйфа, лежащего на белоснежных простынях и загадочно улыбающегося ей.

— Впечатляет, правда?

Голос Миллы подействовал на Кэт отрезвляюще, словно ее окатили ледяной водой. Почти хозяйское поведение Миллы в квартире Рэйфа заставляло Кэт нервничать. Одно дело то, как она заваривала чай на кухне, но комментарий по поводу кровати — это уже слишком.

Предаваясь мрачным мыслям, Кэт села за столик на террасе и придвинула к себе поднос. Милла устроилась рядом.

— Отсюда открывается чудесный вид, правда?

Кэт согласилась, но добавила, что не привыкла к такому. Милла в свою очередь поинтересовалась, к чему привыкла Кэт, и она рассказала про Корробори. Потек милый, ни к чему не обязывающий разговор.

— Я так понимаю, что ты пойдешь на шоу в пятницу вечером? — небрежно спросила Милла.

Стараясь не показывать свою растерянность, Кэт сделала неопределенный жест рукой.

— Если тебе нужен парикмахер, я могу посоветовать своего. Так как он придет, чтобы привести меня в порядок, ему будет нетрудно заняться и тобой.

— Спасибо за предложение, — она поставила чашку на стол. — Я справлюсь.

— Уверена?

— Я еще не решила, пойду ли туда, поскольку не очень люблю праздники.

— Знаешь, я тебя понимаю. Ты будешь там центром внимания, а это утомляет.

— Центром внимания? Из-за того, что я с Рэйфом?

Милла звонко рассмеялась.

— Из-за того, что ты замужем за ним, милая. Все захотят увидеть счастливицу, которой удалось заполучить самого знатного холостяка Австралии.

Несмотря на теплую весеннюю погоду, Кэт внезапно пробила дрожь. Она же читала статьи в Интернете и знала о том интересе, который вызывает у всех семейство Карлайлов. Ее так пугала мысль познакомиться с его семьей, что она даже не подумала о том, что их брак привлечет огромное внимание.

Милла слегка наклонилась вперед и мягко сказала:

— Не обращай внимания, это была просто шутка. Интерес к тебе будет большой, к сожалению. Это правда. Я пошутила насчет того, что ты получила Рэйфа в мужья. Мы же обе знаем, что все произошло как раз наоборот.

Рэйф заполучил ее? Это правда, в каком-то смысле. Но сейчас Кэт больше интересовало другое. Насколько много знает Милла? О чем Рэйф рассказал своей «просто соседке»?

— Рэйф говорил тебе, как мы познакомились?

— Ты спасла его из разбившегося самолета. Как романтично! — В глазах Миллы светилась искренность. — Я рада, что он нашел тебя, Рэйф намного лучше, чем кажется даже себе самому. Он заслуживает хорошую девушку, не то что эта пустышка Никки.

Сердце Кэт начало бешено биться.

— Кто такая Никки? — спросила она.

Побледнев, Милла опустила чашку. Долгое время она молчала, как будто подбирала слова.

— Он летел повидаться с ней, когда… встретил тебя.

Смысл сказанного медленно доходил до Кэт.

— Значит, он летел к ней, чтобы попросить ее… когда буря занесла его ко мне?

Ответ был очевиден. Милле даже не нужно было ничего говорить, однако она все же произнесла:

— Рэйфу всегда сказочно везло.

Да уж, подумала Кэт. Например, ему повезло приземлиться на земле глупышки, которая не догадывалась о его планах. Он сказал, что готов заплатить деньги женщине, которая родит ему ребенка. А потом предложил ей жизненно важную сделку в казино.

И этому человеку она доверила душу и тело.

Милла ушла, но у Кэт осталась тяжесть на душе. Нет, у нее не болело сердце. Была задета ее гордость. Ей бы хотелось, чтобы связь, возникшая между ними, была не простым совпадением, а чем-то большим. Чтобы Рэйф действительно выбрал ее.

Но нет, он намеревался просить другую женщину, которую звали Никки. Лишь по прихоти судьбы или погоды ему пришлось приземлиться в ее владениях, и он изменил свою первоначальную цель.

— Ты можешь в это поверить? — пробормотала она, но никто не услышал ее.

Толстой скрылся из виду, как только ушла Милла. Это был еще один удар по гордости Кэт. Глупо, учитывая, что кот и до этого не желал с ней общаться.

И тем более глупо чувствовать себя одинокой в центре самого большого города Австралии. В Корробори ее одиночество сопровождалось утренним пением птиц, радостным мычанием коров и болтовней радио. Поскрипыванием старых досок, шорохом веток за окном и веселым лаем собак.

Внезапно Кэт поняла, что скучает по своей сельской жизни. Усевшись на диван, она закрыла глаза и постаралась уговорить себя успокоиться. Скоро придет Рэйф, и она вместе отправятся заключать контракт.

Контракт, который свяжет их крепче тех клятв, что они давали в Вегасе.

Желание сбежать отсюда в привычный мир, где она была собой — сильной и независимой Катрионой Макконнел, — накатило на нее с новой силой. Она не принадлежала к этому кругу сильных мира сего, с красивыми людьми и пятничными шоу, для которых необходим парикмахер. Ей совершенно не хотелось становиться центром внимания в качестве миссис Карлайл.

У нее сжался желудок. Она не должна была соглашаться на этот брак, чтобы решить свои финансовые проблемы. Ее замужество было ошибкой, которая неизбежно приведет к разбитому сердцу.

Кэт резко вскочила с дивана и забегала по комнате. Конечно, они легко могут аннулировать этот брак.

А как же твой долг? Что будет с Корробори?

Ничего, все как-нибудь уладится. Но отсюда нужно немедленно бежать. Только вот как? У нее нет денег даже на автобусный билет, не говоря уж о билете на самолет.

Прикинув возможности, Кэт пришла к единственному выводу. Ей стало плохо от одной только мысли, что придется сделать то, что она задумала, но другого выхода, увы, нет. Она глубоко вздохнула, потянулась к телефону и, задвинув подальше свою гордость, попросила мачеху купить ей билет домой.

— Что, черт возьми, случилось, Катриона?

Было уже девять вечера, и Рэйф не стал утруждать себя приветствием. Он провел несколько часов, пытаясь дозвониться до нее и одновременно осознать то, что она наговорила на его автоответчик.

«Извини меня, Рэйф, но мне надо вернуться домой. В принципе мне вообще не следовало соглашаться жить с тобой в Сиднее. Я хочу хорошенько все обдумать, пока мы не зашли дальше, а это лучше всего делать дома».

Рэйф названивал ей каждые полчаса, и, когда она наконец взяла трубку, его уже трясло от бурных эмоций.

— Ты не могла подождать еще час и сказать мне это лично?

— Днем был только один рейс. Мне надо было торопиться, чтобы успеть в аэропорт.

— Милла сказала, что ты даже словом не обмолвилась о своем отъезде. А полчаса спустя взяла и уехала. Почему? — Рэйф провел ладонью по волосам, стараясь не нервничать. — В Корробори что-то идет не так? Тебе звонили оттуда?

— Нет. Я… — Кэт запнулась, и он услышал, как она тяжело вздохнула. — Ничего не получится.

— Что не получится?

— Наши отношения. Тебе следовало все же остановить свой выбор на Никки.

Рэйф замер.

— Никки?

— Ее ведь Никки зовут, да? Ты же летел повидаться с ней, попросить ее родить тебе ребенка, когда из-за бури приземлился на моей земле, так ведь?

— Кто тебе это сказал?

— Это имеет значение?

Нет, не имеет. Она права. Что имеет значение, так это то, что Катриона сейчас находится за сотни миль от него. Она решила отказаться от их сделки. Из-за Никки?

— У нас договоренность, Катриона. Когда мы поженились в ту ночь в Вегасе, я предупреждал, что пути назад не будет.

— Но ты также сказал, что выбрал меня. Только меня.

— Я не обманул тебя, Катриона. Я принял решение жениться на тебе в тот день, когда мы познакомились. С тех пор не произошло ничего, что заставило бы меня передумать, и я не вижу причины, почему это сделала ты.

— Это совсем не то, что ты…

— Хорошо, — перебил ее Рэйф, не давая ей продолжить. — Контракт уже составлен и готов к подписанию. Я обещал показать тебе черновик, а я всегда держу свои обещания; поэтому перешлю тебе сегодня его копию по электронной почте.

— Я ничего не подпишу, пока не пойму, что поступаю правильно.

— Если ты хочешь сохранить свою ферму, у тебя нет выбора. Мой адвокат говорил с Сэмюэльсом, а я уже приступил к выполнению своих обязательств. Все, что тебе нужно сделать,

Катриона, это подписать контракт. У тебя есть сорок восемь часов, чтобы внести в него изменения. Если их не будет, увидимся в пятницу утром.

— Ты прилетишь сюда?!

— Увидимся в пятницу, миссис Карлайл, — сказал Рэйф и повесил трубку. Да, ему придется проделать долгий путь, но он сделает это с максимальной выгодой для себя.

Кэт отправила ему исправленный вариант контракта. Сейчас выбор за ним — принять ее изменения или нет. Она была уверена, что он снова позвонит ей, кипя от злости. Всю среду и четверг она ждала, когда зазвонит телефон.

Аппарат молчал, зато по электронной почте от Рэйфа пришло приглашение на шоу, о котором упоминала Милла. Благотворительное шоу проводилось с целью собрать средства для детского госпиталя, и сеть отелей Карлайлов была главным спонсором.

Кэт совершенно не нравилась мысль оказаться в одном помещении с членами высшего общества, которые будут разглядывать и оценивать ее.

Но потом девушку посетила другая мысль. Рэйф говорил, что прилетит в пятницу. Это значит, что у него изменились планы? К приглашению не прилагалось никакого письма с объяснениями. Неужели Рэйф рассчитывает, что она ринется в Сидней, потому что он прислал ей это приглашение?!

Ни в коем случае. И она не доставит ему радость своим звонком с целью прояснить ситуацию.

Утром в пятницу Кэт не могла найти себе места. Она занималась привычными делами, но все время поглядывала в небо, ожидая увидеть его самолет.

— Я не очень представляю, какой самолет мне нужно высматривать, — сообщила она Баху и вновь обратила взволнованный взор в безоблачное небо.

Вздохнув, опустила глаза и тут увидела клубы пыли на дороге к ее дому. Сердце нервно ёкнуло в груди.

— Глупая, — пробормотала она, хотя ее взгляд был прикован к приближающемуся автомобилю. — Он явно будет не на машине.

А если он едет из аэропорта? Или с другой посадочной полосы?

Шумно выдохнув, она заставила себя снова приняться за дело.

Странно, но Кэт интуитивно чувствовала, что это Рэйф. Она знала это до того, как в поле ее зрения появился белый «лендкрузер».

Машина Гордона Сэмюэльса. Только один человек в салоне. Слишком знакомый силуэт, чтобы Кэт ошиблась.

Когда она повернулась, он уже выходил из машины. Длинные ноги в черных брюках, темная рубашка. Рэйф поднял голову и взглянул на нее, и по всему телу Кэт разлилось тепло. Сделав шаг ему на встречу, она напомнила себе, что можно выдохнуть.

Буря эмоций захлестнула Рэйфа, когда он смотрел, как Катриона приближается к нему, но на

его лице ничего не отразилось. Скрестив руки на груди, он протяжно и слегка лениво спросил:

— Что, черт возьми, ты делаешь?

В ее глазах зажегся огонек недовольства, когда она вздернула подбородок.

— Работаю, знаешь ли. Мы здесь иногда этим занимаемся. В чем проблема?

— Я говорил, что приеду сегодня.

— И вот ты здесь. Мне нужно было ждать тебя в доме?

На его губах растянулась ироничная улыбка.

— Это значительно облегчило бы дело. Но что не по твоей части, как я успел заметить.

Она сжала губы в тонкую линию. Рэйф был доволен, потому что хотел показать ей, что не будет мириться с ее упрямством.

Он обвел рукой пространство вокруг них.

— Я вижу, ты усердно потрудилась. Надеюсь, что ты скоро закончишь.

— А что?

Его глаза сузились.

— У нас есть одно важное дело, Катриона. — Рэйф положил руку на крышу автомобиля. — Я думаю, ты узнала эту машину.

Бах около ее ног тихо зарычал. В голосе Кэт послышалось презрение:

— Конечно, узнаю. Ты благоразумно решил воспользоваться его машиной, я понимаю.

— Это было удобно. Я ведь привез с собой чек.

Ее мозг отреагировал мгновенно, однако взгляд

оставался спокойным.

— Ты уже выплатил Сэмюэльсу мой долг? Но я еще не подписала контракт.

— А ты собираешься сделать это?

— Ты оставил мне выбор?

— Если бы я этого не сделал, ты бы подписала его? — Не дождавшись ответа, Рэйф улыбнулся. — Я знал это, поэтому учел изменения, внесенные тобой в контракт.

— Все до одного?

— Я ожидал того, что ты наполовину сократишь все суммы, которые я собирался тебе давать, поэтому изначально увеличил их вдвое.

Удивление в ее глазах принесло немалое удовлетворение Рэйфу.

— А что насчет пункта, который я вычеркнула? — спросила она, придя в себя. — О том, чтобы проводить неделю в Сиднее?

— Мне безумно не понравилась эта поправка, но я принял ее.

— Почему? — непроизвольно вырвалось у нее. — И почему ты отдал Сэмюэльсу чек без моей подписи в контракте?

— Я в любом случае сделал бы это, Катриона.

Она молча смотрела на него, не шевелясь.

— А если я приду к выводу, что наш брак был ошибкой? Люди легко аннулируют такие бездумные браки, правда? Никто даже не узнает.

— А ты не думаешь, что уже немного поздно для этого?

И вдруг Кэт все поняла. Первая брачная ночь, их взаимная страсть и то, что в результате этого могло получиться.

— Даже если ты не беременна, Катриона, — его взгляд скользнул по ее животу, к которому она в порыве приложила руку, — есть люди, которые знают, что мы поженились.

— Твой брат. И твоя соседка.

— И твой сосед тоже.

— Ты сказал Сэмюэльсу?

— Почему для тебя это такая проблема? Ты бы предпочла, чтобы он везде говорил, будто ты переспала со мной в обмен на этот чек?

— А разве не так?

— Нет, Катриона. Ты вышла за меня замуж. — На этот раз он не посчитал нужным скрывать свое раздражение. — В машине лежит контракт, который именно ты попросила составить. И ты же его исправила. Подписывать его или нет — твой личный выбор. Для меня имеет значение только то, о чем мы договорились в Вегасе, те клятвы, которые давали в церкви и в твоей постели.

Ее щеки запылали от одного только воспоминания. Но ее голос, когда она заговорила, был спокоен.

— А после того, как я его подпишу, что?

— Я бы хотел, чтобы ты вернулась со мной в Сидней на выходные.

— Чтобы пойти на этот благотворительный прием сегодня вечером?

— Да. — Сейчас самым важным для него было уговорить ее подписать контракт. А после этого он постарается, чтобы они оба были счастливы. Он огляделся по сторонам. — Итак, когда примерно мы закончим работу?

— Мы?!

— Я собираюсь помочь тебе, Катриона, а ты взамен расскажешь мне, что такого произошло во вторник, что заставило тебя так спешно вернуться домой.

Кэт и не собиралась отказываться от его помощи, потому что это вдвое сократит время, потраченное на работу. Они настолько увлеклись, что почти не разговаривали, лишь изредка Кэт давала Рэйфу краткие указания. Потом они вернулись в дом и пошли на кухню выпить холодной воды. Кэт поблагодарила его за помощь, а он поблагодарил ее за то, что позволила ему помочь.

— Я не занимался скотиной уже много лет. Мне понравилось.

— Правда?

Рэйф рассказал ей, что в юношестве он с братьями много времени проводил со скотом.

— Не могу в это поверить, — усмехнулась она.

— Ты еще многого обо мне не знаешь.

По ее телу прошел холодок. Не оттого, что она многого о нем не знала, а как раз оттого, что уже успела узнать. Например, у него была потрясающая способность добиваться всего, чего он хотел.

Как, например, сейчас. Они вдвоем у нее дома. Рабочий день закончился. Никто им не мешает. Во взгляде Рэйфа горит охотничий азарт.

Кэт сглотнула и аккуратно поставила стакан на стол, опасаясь, что он может выскользнуть из ее дрожащих пальцев. Она облизала пересохшие губы, хотя только что выпила стакан воды.

— Я бы хотела сейчас взглянуть на контракт.

— Как пожелаешь, — он небрежно пожал плечами. — Я бы принял душ, если можно.

— Конечно. Сейчас посмотрю, есть ли там чистое полотенце.

В ванной комнате Кэт, закрыв глаза, прислонилась к стене, чтобы перевести дыхание и подумать. Но единственное, о чем она могла сейчас думать, это о том дне, когда Рэйф последний раз принимал душ в ее ванной. И вскоре он снова будет здесь, прекрасный и… совершенно обнаженный.

Когда она открыла глаза, перед ней стоял Рэйф. Еще не обнаженный, но уже начинающий раздеваться.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

— Что ты здесь делаешь?!

Возмущение в ее голосе и румянец на щеках доставляли Рэйфу неземное удовольствие. Он проследовал за ней в ванную, чтобы застать ее врасплох, когда она будет искать для него полотенце. Ему хотелось понять, что же такое произошло с ней в Сиднее, что заставило ее столь поспешно спасаться бегством. Сейчас они не в поле и не на скотном дворе, и Катриона, разгоряченная и такая желанная, стоит перед ним в ванной комнате. Бежать ей некуда.

Закончив расстегивать рубашку, Рэйф бросил ее на пол и увидел, как Катриона метнула на него нервозный взгляд.

— Я же сказал, что хотел бы принять душ, — напомнил он.

— А я сказала, что пойду проверить, есть ли там…

Одним быстрым движением Рэйф стянул с себя брюки и трусы, а потом договорил за нее:

— …полотенце.

— Ты мог бы подождать, пока я все сделаю.

— Мог бы, но потом я вспомнил, как ты любишь неожиданности. — Не отводя от нее взгляда, он протянул руку и открыл краны. — К тому же я решил, что мы можем сберечь время, если сделаем два дела сразу.

— Два дела?

Ее голос едва слышался сквозь шум воды. Рэйф встал под упругие струи, чтобы проверить температуру. Когда он провел рукой по волосам и откинул уже мокрые пряди назад, Кэт нервно сглотнула.

— Два дела, а может, и три, — он медленно сокращал пространство между ними, — если хорошо попросишь.

Ее глаза метали молнии. Но когда Рэйф положил руки ей на бедра, он понял, что это обманчивый эффект.

— Какие первые два? — спросила Кэт.

— Помыться, — Рэйф скользнул взглядом по ее пыльным волосам и лицу, — и поговорить о том, о чем я хотел.

Кэт охнула, почувствовав, что он сильнее прижал ее к себе и начал подталкивать под струи воды.

— Что ты делаешь?

— Думаю, начнем с отмывания грязи.

Ее глаза широко раскрылись от удивления, когда он встал вместе с ней под воду. Рэйф не планировал это заранее, но решил, что пока получается неплохо. Он определенно застал ее врасплох.

— Моя одежда, — простонала Кэт, — она уже промокла.

— Тогда нам лучше снять ее.

Рэйф повернул Катриону так, что она оказалась в тесном углу душевой кабины. Заблокировав ей выход, он прижал ее своим телом и начал расстегивать пуговицы на мокрой ковбойке. Конечно, Кэт начала сопротивляться. Она молотила кулаками по его груди, но он локтями придерживал ее руки. Однако ковбойка все еще оставалась на ней.

Наконец ему удалось просунуть ногу между ног своей жертвы, и Катриона шумно выдохнула. Но в ее глазах он увидел только удовлетворение.

— Ты же говорил, что никогда не навязываешь себя женщинам?

— А я и не навязываюсь.

— Просто берешь свое?

На какую-то долю секунды Рэйф замер, а потом посмотрел на Кэт, и она едва не утонула в синих озерах его глаз. Когда он положил руки ей на грудь, Кэт почувствовала их жар даже сквозь мокрую ковбойку.

— Я думаю, ты ошибаешься, жена. — Рэйф медленно склонился над ней, и она, всем своим существом ощутив давление его тела, не сразу поняла, что он потянулся за гелем для душа. — Я просто помою тебя. И твою одежду тоже. — Он налил гель на ладони и провел ими сначала по ее шее, потом по груди. Воспользовавшись тем, что Кэт томно прикрыла глаза, снял с нее рубашку и бросил на пол. — Повернись.

Кэт послушалась, и через секунду к ее ногам упал и бюстгальтер.

— Ты бы не могла поднять вверх свои волосы, а то они мне мешают.

Она сделала так, как он попросил, и он издал звук одобрения. Его руки скользили по ее плечам и спине.

— Мы хорошо сегодня поработали, правда? Он хочет, чтобы она о чем-то сейчас думала?

Пока его сильные руки ласкают ее тело? Дразнят его, подбираясь все ближе к груди. Кэт не выдержала и прислонилась лбом к холодной плитке.

— Мы и в другом смысле хорошо работаем вместе.

Рэйф проговорил эти слова почти ей на ухо, а его руки скользили по ее ребрам. Он слегка дотронулся до ее сосков и тут же убрал руки. Она недовольно дернулась и хотела повернуться к нему, но он положил ладонь ей на живот и удерживал в таком положении, прижавшись губами к ее шее.

— Я не беру, — пробормотал Рэйф, продолжая целовать ее, — а даю. — И снова принялся за ее грудь.

— Я могу снять джинсы?

— Пока нет.

Его руки спустились к ее животу, прошлись по джинсам. Она повернула голову в его сторону.

— Ты сказал, что будешь мыть меня.

— И твою одежду тоже.

— Ты тянешь время.

Он рассмеялся:

— Если я сейчас сниму с тебя джинсы, то уже не смогу тянуть время. А я еще не вымыл твои волосы.

Рэйф запустил пальцы в ее локоны, начал играть с ними. Кэт полностью отдалась блаженным ощущениям, чувствуя, как он прижимается к ней, и от этого ее кровь почти закипела в жилах.

— Мои волосы уже чистые, — с трудом пробормотала она.

Он снова громко рассмеялся и повернул Кэт к себе лицом. Его руки скользили по восхитительному телу девушки, и он все целовал и целовал ее. Потом начал медленно расстегивать на ней джинсы. Оторвавшись, наконец, от ее губ, он непринужденно сказал:

— Не забыла о нашем разговоре?

Разговаривать в такой момент? Неужели он серьезно?!

— Я бы хотел для начала кое-что прояснить. — Рэйф обхватил ее лицо руками. — Я не думал больше ни об одной женщине с того момента, как открыл глаза после той вынужденной посадки на твоей полосе.

Кэт моргнула.

— Зачем ты мне говоришь это сейчас?

— Чтобы ты была в этом уверена. А теперь скажи мне, почему ты сбежала из моей квартиры?

Он наклонился и снова поцеловал ее. От жара его поцелуя и желания, чтобы он скорее снял с нее джинсы, она честно и быстро ответила:

— Я заскучала по дому. Мне было страшно, я испугалась.

— Испугалась чего?

— Твоей огромной квартиры. В ней так… — Кэт запнулась. Неужели он ожидает, что она сможет подобрать нужные слова, когда он продолжает медленно раздевать ее?

— Тебе она не понравилась?

Он выглядел удивленным, и Кэт закрыла глаза, чтобы попытаться сосредоточиться.

— Понимаешь, она красивая, да, но мне в ней было неуютно. Уж слишком она большая.

— Это просто квартира.

— А ты просто мужчина? — она мягко рассмеялась. — Ты Рэйф Карлайл.

— И?

Она засмеялась:

— Ты действительно думаешь, что не представляешь большой важности?

— Для тебя я действительно должен представлять большую важность. Ведь я твой муж.

— Вот в этом и проблема. Я до сих нор почти ничего не знаю о тебе.

— Тогда узнай меня.

В нетерпении он взял ее руку и провел ею по своему мускулистому телу. Потом приложил к сердцу так, чтобы она ощутила его мощное биение.

Ее муж. Загадка, мужчина, разбивающий сердца, и самый главный человек в ее жизни.

Рэйф еще теснее прижался к ней. Второй рукой Кэт сама провела по его лицу, коснувшись сначала щеки, потом чувственных губ. Она приподнялась на цыпочки и поцеловала его со всем чувством, на которое была способна.

Муж разобьет ей сердце, когда покинет ее. Кэт не удержать его в сельской местности, а сама она не сможет жить в городе. Он уйдет, а Кэт, несомненно, умрет от горя, но сейчас — а может, еще завтра и пару выходных еще, — она будет брать все, что он предложит. И сама даст ему все, что сможет.

Оторвавшись от его губ, она спросила:

— Может, ты наконец снимешь с меня эти джинсы?

Уголки его губ приподнялись.

— Если ты хорошо попросишь.

Она опустила руку ниже к его бедрам и дотронулась до возбужденного естества.

— Так достаточно хорошо?

Рэйф стянул с нее джинсы, хотя это было непросто. Она уже трепетала от желания. Он закинул руки Кэт себе на плечи, а сам устроился между ее ног.

— Бери все, что хочешь, — прошептала она ему на ухо.

Он с силой прижал ее к стене и резким движением вошел в нее. Она только успела охнуть, когда он наполнил ее жаром и теплом. Ему не нужно было даже дотрагиваться до нее, он просто двигался. На какое-то мгновение она подумала, что сейчас рухнет на кафельный пол, и крепко вцепилась в его плечи.

— Я не дам тебе упасть, детка.

— А я даже не почувствую, если мы упадем вместе.

Пика блаженства они достигли одновременно. Рэйф счастливо засмеялся, но вдруг зарычал и попытался изменить положение, чтобы вода не стекала по его спине.

— Что, горячая вода кончилась? — выговорила Кэт сквозь смех.

— Значит, моя жена думает, что это смешно, — его глаза задумчиво сузились. — Говорят, что в браке надо делить все…

И до того как она успела сообразить, он повернул душ с ледяной водой на нее.

Рэйф вытер свою жену махровым полотенцем и подхватил ее на руки.

— Куда ты меня несешь? — спросила Кэт, когда он прошел мимо кровати в комнате для гостей.

— В твою кровать, — он остановился и посмотрел на нее. — А ты ожидала, что я останусь в той комнате, где валялся без памяти?

— Нет, — не колеблясь, ответила она. — Я хочу видеть тебя в своей кровати.

— Неужели?

— Да, еще с того момента, как с тобой произошла авария. Помнишь, мне пришлось раздевать тебя.

— Когда-нибудь я позволю тебе сделать это снова, — он пересек холл, — только на этот раз я буду в сознании.

Она улыбнулась и поудобней устроилась у него на руках. Он чувствовал удовлетворение и умиротворение. Мужчина не должен ждать пять дней, чтобы снова заняться любовью со своей женой. Только не в первую неделю после свадьбы.

— Где еще ты мечтала обладать мной? — спросил он, внося Кэт в ее комнату.

— Кроме душа в комнате для гостей?

Рэйф снова рассмеялся и положил ее на кровать, а сам навис над ней, опираясь на руки и ласково заглядывая в глаза.

— Итак, миссис Карлайл, все было не хуже, чем в твоих фантазиях?

— В моих фантазиях не ты меня намыливал, а я тебя.

— Это жалоба?

— Скорее замечание.

— Что еще?

Кэт загадочно улыбнулась.

— Я мечтала, что мы будем меньше говорить и больше делать.

— По-твоему, я недостаточно потрудился?

Она опустила глаза и сконфуженно заморгала.

— Уже? — поддел ее Рэйф.

— Это результат того, что мы долго находились вдали друг от друга.

Хотя Рэйфа снова охватило возбуждение, он сдерживался. Его сексуальный голод уже слегка утолен, сейчас можно поговорить. Рэйф лег рядом с ней так, чтобы видеть ее лицо.

— Я понял, чего ты хочешь, — медленно сказал он, — чтобы я прилетал сюда по выходным и в любое другое время, как смогу.

— И ты это сделаешь?

— Мне придется потрудиться, чтобы привести в порядок твою посадочную полосу, но… Да.

В ее глазах появилась тревога. Она помолчала, а потом очень тихо и серьезно спросила:

— Почему я?

Рэйф понял, что она имеет в виду. Почему он выбрал именно ее. Рэйф говорил ей это уже несколько раз, но был готов повторять свое объяснение снова и снова.

— Изначально? Потому что ты мне сразу понравилась и я понял, что ты будешь хорошей матерью.

— Как ты можешь говорить так? — она слегка нахмурилась. — Я привыкла жить сама по себе. У меня нет никакого опыта с детьми.

— Да, но то, как ты ухаживала за мной, когда я был без сознания… Именно такой и должна быть заботливая мать. — Рэйф пожал плечами. — Лично я легко могу представить тебя в роли матери.

Ее глаза потемнели, как будто она тоже пыталась представить эту картину.

Рэйф сам удивился, как быстро он свыкся с мыслью о ребенке, о своем ребенке, когда еще пару недель назад это условие в завещании отца приводило его в ужас. Кто бы мог подумать!

— Сколько тебе было, когда умерла твоя мама? — спросил он, раз уж они коснулись темы материнства.

— Четыре, — тихо ответила Кэт с грустной улыбкой. — Я даже не помню ее.

Слова не смогли бы передать его сочувствие, поэтому он просто положил руку на ее ладонь.

— А когда в твоей жизни появилась злая мачеха?

Улыбка исчезла с ее лица.

— Мне было двенадцать.

— И она сразу превратила твою жизнь в кошмар.

— Нет, сначала я была довольна. Новая мама, которая была такой доброй и красивой, дарила мне милые подарки. К тому же у меня появились две сестры. Жизнь казалась мне восхитительной!

Рэйфу стало нестерпимо жалко Катриону, когда в ее голосе появились печальные нотки. Он поцеловал ее в губы.

— И что она потом начала делать?

— О, ничего такого. Мачеха не вынуждала меня драить полы или чистить камин. Она просто заставляла меня чувствовать себя ничтожной. Что бы я ни делала, как бы ни поступала, я никогда не соответствовала ее представлениям. Потом она начала вмешиваться в мои отношения с отцом. Даже убедила его отправить меня в школу-интернат.

— Но разве это было плохо? — осторожно спросил Рэйф. — Я имею в виду дать тебе своего рода свободу.

— Может быть, но мне это не понравилось с первого дня. Я очень скучала по дому, по отцу и по животным.

Кэт замолчала, но Рэйф терпеливо ждал, зная, что продолжение будет. Он понимал ее и знал, почему она не сможет жить в городе.

— Я была в интернате, когда умер мой отец. Он ездил по нолям и, упав со своего велосипеда, сломал позвоночник. — Кэт с силой сжала руку Рэйфа. — Папа прожил еще двадцать четыре часа, но никто не искал его, и он умер в одиночестве.

— Мне так жаль, милая! — Рэйф понимал, что этих слов далеко не достаточно, но все же произнес их. Он обнял Катриону, прижал к себе и от всей души пожелал сделать так, чтобы ее боль ушла. Ему хотелось сказать, что даже если бы она была тогда там, это все равно не спасло бы ее отца, но он не мог найти подходящих слов. — Расскажи мне о нем.

— Об отце? О, он был высокий, темноволосый.

— И красивый?

— Я бы сказала… мужественный, — ока слегка улыбнулась. — У него было необыкновенное чувство юмора и заразительный смех.

— Видно, что ты очень любила его.

— Да. А какие у тебя сложились отношения в семье? — подумав, спросила Кэт.

— Я был доволен, когда моя мать вышла замуж за Чарльза Карлайла.

Некоторое время она пристально смотрела на него.

— А ты когда-нибудь встречался со своим настоящим отцом?

— Один раз, — ответил Рэйф, накручивая ее локоны на палец, — и пожалел об этом.

— Почему?

— Он не стоил того, чтобы я общался с ним.

Выражение его глаз изменилось, и Кэт поняла, что он слишком открылся перед ней. Возможно, ему не хотелось, чтобы она вторгалась в эту часть его жизни. Кэт, конечно, не стала лезть к нему в душу.

Рэйф облокотился на одну руку, а второй провел по ее телу.

— Итак, миссис Карлайл…

— Ты хочешь отвлечь меня?

— Нет, стараюсь поддерживать тему.

— И какая это будет тема?

— Ты спросила меня, почему я думаю, что из тебя получится прекрасная мать. Я еще не закончил отвечать. У тебя хорошая наследственность, ты сильная, умная, за словом в карман не лезешь. И к тому же у тебя потрясающие бедра.

Кэт расхохоталась и попыталась в шутку ударить его. Он в ответ быстро поднялся и придавил жену своим телом. А потом поцеловал ее и сказал, что просто она нравится ему как ни одна другая женщина на земле.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Кэт постаралась удерживать Рэйфа в своей постели так долго, сколько могла, чтобы идея поехать на пятничное шоу не казалась ему такой уж заманчивой. Она не забывала о том, как легко он ушел от темы о своем родном отце. В течение следующих двух дней она пыталась выведать у Рэйфа побольше о его семье, но он ловко увиливал от любых вопросов, если они ему не нравились. Как правило, эти разговоры заканчивались в постели.

Все выходные они работали вместе и на удивление слаженно, изредка споря о том, какой метод самый эффективный. Кэт поняла для себя, что Рэйфа нелегко заставить делать что-то против его воли.

Ему удавалось рассмешить и разозлить ее одновременно. Кэт гнала от себя мысль, что уже начала привыкать к его обществу, к тому, что он носит джинсы и сапоги вместо шикарных костюмов, к тому, что он вытворяет с ней, когда они оба остаются без одежды.

Было около трех часов дня, и Кэт наслаждалась отдыхом, лежа рядом с Рэйфом. Она чувствовала себя спокойно и расслабленно, и только одно беспокоило ее: рано утром ему придется возвращаться в Сидней. К своей работе, в свою квартиру и в свою жизнь, к которой она была готова не больше, чем пять дней назад.

Несколько раз Рэйф просил ее поехать с ним. И она терпеливо объясняла, что ей не нравится та девушка, в которую она превращается в большом и шумном городе, где никому нет ни до кого дела. Там ей душно, неуютно и нечем заняться. И она не хочет портить то, что было между ними за эти выходные.

Сейчас, лежа на прохладных простынях в своей кровати, она почувствовала, что он смотрит на нее. Повернула голову и прочитала в его глазах немой вопрос.

— Не надо, — сказала она до того, как он успел задать его, — я не передумаю.

— Ты это уже говорила насчет Лас-Вегаса.

— И посмотри, к чему это меня привело! — Ее долг погашен, ферма спасена, скоро у нее будет полноценная семья. Чувствуя себя счастливой и благодарной, она тихо сказала: — Спасибо тебе.

Галантно кивнув, Рэйф ответил:

— Всегда пожалуйста. Кстати, как насчет того, чтобы в знак благодарности съездить со мной к моей маме?

Уже не в первый раз он поднимал вопрос о том, чтобы познакомить Кэт с его матерью. Она покачала головой.

— Нет. Еще рано.

— Ты такая упрямая!

— Нет, не упрямая. Просто у меня здесь есть дела. Мои животные…

— Портеры приглядывали за ними, пока ты была в Австралии. Разве они не смогут сделать это

снова?

— Я не могу просить их каждые выходные.

— Но…

— Пожалуйста, Рэйф, — твердо перебила она его, — не сейчас.

Несколько долгих минут Кэт ждала, что Рэйф начнет спорить и убеждать ее, поскольку не в его характере так легко уступать. Настойчивость и решительность, свойственные ему, иногда даже пугали Кэт. Но, вопреки ее ожиданиям, Рэйф перевернулся на спину и уставился в потолок.

— Тогда я вернусь сразу как смогу.

Кэт облегченно выдохнула. Он вернется. Еще одни выходные в ее доме, в се жизни и в ее сердце. Последнюю мысль она старательно гнала от себя прочь.

— Я надеюсь на это.

— Почему бы нам не пригласить в гости твоих соседей? — спросил он после очередной паузы.

— Сейчас? — спросила она, приподнимаясь на локте.

— В следующие выходные.

— Я так понимаю, ты имеешь в виду Боба и Дженнифер Портер? — уточнила она, пытаясь понять, к чему он клонит. Ей показалась странной эта идея, особенно после того, как он несколько минут назад уговаривал ее провести выходные в городе. — Может, ты думаешь с их помощью убедить меня, что я не нужна здесь? Если так…

— Я подумал, что они твои ближайшие соседи и друзья семьи, и ты, возможно, захочешь представить им своего мужа.

Его слова и тон застали ее врасплох. Она молча уставилась на него.

— Если только нет причины, по которой ты не хочешь делать это, — добавил Рэйф.

— И что это могла бы быть за причина?

— Это ты мне скажи. Ты не видишь проблемы в том, что я нахожусь в твоем доме, что я работаю вместе с тобой и сплю в твоей постели… но ты не хочешь никуда ходить со мной. Не хочешь познакомиться с моей семьей или встречаться со своими соседями. Я уже начинаю думать, что ты намеренно не желаешь показываться со мной на людях.

— Не будь смешным!

— Неужели? — спросил он низким голосом. — Скажи, Катриона, кому ты сообщила о том, что вышла за меня замуж?

Ее молчание было красноречивее любых слов.

— Даже своей мачехе? Неделю назад ты сказала мне, что очень хотела бы утереть ей нос. Разве я не подхожу на роль главного приза, которому можно позавидовать?

— Вот как ты о себе думаешь? — уточнила она. — По-твоему, я должна представить тебя своим соседям в следующие выходные примерно так: «Джен и Боб, познакомьтесь с Рэйфом Карлайлом, моим призовым мужем! Я выиграла его в рулетку неделю назад».

Он покачал головой и вздохнул.

— Я хочу, чтобы ты представила меня как своего мужа. И все.

— И я сделаю это, — успокоившись, сказала она, — вечером в субботу.

— Отлично.

Как обычно бывало, их жаркий разговор перерос в жаркие объятия и поцелуи.

Кэт больше не думала об этом разговоре до того, как он уехал. Занимаясь делами, она вдруг вспомнила слова Миллы, которые та сказала в день их знакомства:

Он лучше, чем хочет казаться даже себе.

Она знала, что недооценивала его с самого начала, считая, что он легкомысленный человек. Рэйф знал, какое впечатление производит, и играл этим, хотя в нем намного больше хороших качеств. Он старался скрыть ум и глубокие чувства под маской сексуального плейбоя.

Зачем он это делает? — размышляла Кэт.

Рэйф явно знает себе цену. Он не может серьезно верить в то, что она держит их брак в секрете, потому что стыдится его. Это смешно, потому что все обстоит как раз наоборот. Это она думает, что его семья посчитает ее недостойной парой Рэйфу.

На ферме Кэт сама себе хозяйка, она выбрала эту жизнь, еще когда была ребенком, и во всем помогала отцу. Если она забеременеет, это свяжет ее с семьей Рэйфа.

Тогда она поедет вместе с ним знакомиться с его матерью. Потом Рэйф поведет ее в ресторан на ужин с братьями. Когда Рэйф примет решение покончить с их браком, для нее настанут трудные времена. Расстаться с человеком, которого она успела полюбить, само по себе нелегко. Не хватало еще привязаться к его семье.

Всю неделю Кэт напоминала ребенка, который с нетерпением ждет Рождества, хотя она не хотела признаваться в этом даже самой себе. У нее было достаточно работы, чтобы заполнить дни, а по вечерам Рэйф звонил ей, и они подолгу болтали. А в пятницу Кэт вернулась домой и обнаружила на автоответчике сообщение, что Рэйф не приедет раньше субботы.

Все в порядке, говорила она себе, ты же взрослый человек. Вполне самостоятельный и сильный, чтобы спокойно пережить еще один день вдали от мужа. У него тоже есть обязанности.

Утро субботы Кэт собиралась провести за работой с животными, но обнаружила, что у нее пришли месячные, и это расстроило ее. Забеременеть с первого раза ей не удалось, и значит, она не оправдала ожиданий Рэйфа.

Все же надо заставить себя заняться делами, иначе недолго и с ума сойти. Кэт прошла в загон со скотом, намереваясь убраться там. Однако мысли все время вертелись вокруг Рэйфа. Неужели отныне ее настроение будет зависеть от того, приедет он сюда или нет? Возможно, ей следует в корне пересмотреть их отношения. Как-то неправильно, когда супруги живут на расстоянии многих километров друг от друга…

Но в любом случае в таком мрачном расположении духа не стоит принимать никаких решений. К тому же сейчас нельзя отвлекаться, потому что животные нервничают и пытаются вырваться из загона на свободу.

Кэт уже заканчивала работу, когда внезапно услышала вдали рокот самолета. Она подняла глаза к небу, но тут же обругала себя за глупость. Рэйф знает, что ее посадочная полоса еще не приведена в порядок, и предпочтет снова воспользоваться полосой Сэмюэльса. Если это, конечно, самолет Рэйфа…

Задумавшись, девушка потеряла бдительность и лишь в последнюю минуту поняла, что произошло. Она держалась рукой за ворота загона, когда одна из коров с разбегу бросилась на деревянное ограждение. Хлипкая конструкция не устояла, и все стадо ринулось на волю. От мощного натиска животных железная перекладина ворот оторвалась и угодила Кэт по голове. Девушка упала на землю без сознания.

У Рэйфа было нехорошо на душе. Какое-то дурное предчувствие заставило его вести самолет очень осторожно, но когда он благополучно приземлился и взял в аренду машину, то буквально летел до фермы Катрионы. Уже издалека он увидел, что на ее скотном дворе что-то происходит. Сердце сжало стальными тисками.

Сотни раз Рэйф запрещал ей чистить загоны без него. Катриона спорила с ним, говоря, что работает с животными с раннего детства. Рэйф терпеливо объяснял, что, учитывая обстоятельства, он бы не хотел, чтобы жена занималась этим сама. Ведь она уже может быть беременна.

— И, конечно, ты все сделала по-своему, — сквозь зубы процедил он, поворачивая к ее дому.

Его гнев превратился в ужас, когда Рэйф увидел, что происходит на скотном дворе. Стадо бешено носилось по территории фермы, ворота загона были практически снесены. В облаке пыли, которое поднимали животные, он пытался разглядеть фигуру Кэт.

Но не мог. Тогда Рэйф побежал и наконец заметил ее в дальнем углу загона. Собака была рядом с ней. Рэйф громко крикнул, но звук его голоса потонул в общем шуме.

С ней все в порядке! Катриона жива, она в сознании и даже пытается шевелиться. Эти мысли вертелись у него в голове, пока он мчался к лежащей на земле Кэт. С великим трудом она встала, подняла голову и посмотрела в его сторону. На бледном как мел лице появилось подобие улыбки.

Однако ноги у нее дрожали и подгибались, и до того, как Рэйф успел добежать, она осела на землю. Он рухнул перед ней на колени, трясясь от страха. Одна мысль утешала его — она была в сознании.

— Все хорошо, милая, — взволнованно проговорил он, — я с тобой.

Она слабо улыбнулась:

— Ты… и Бах… вы рядом. Это… здорово… — На этом ее речь перестала быть четкой, и она потеряла сознание.

Происшествие на ферме начисто вылетело у Кэт из головы. Она даже не помнила, как оказалась в больнице. Сломанные ребра не давали дышать, перед глазами все плыло и раздваивалось. Как сквозь вату слышался голос Рэйфа, отдающего приказания санитарам немедленно подать каталку.

Позже, когда она окончательно пришла в себя, Рэйф сидел на стуле рядом с кроватью, держал ее за руку и бормотал какие-то слова, смысл которых не доходил до нее сквозь дурман лекарств. Она снова погрузилась в сон с улыбкой на лице, но когда проснулась, стул рядом с ее кроватью был пуст.

В понедельник утром Кэт разбудил пристальный взгляд Рэйфа. Повернув голову, она увидела, что он стоит рядом и улыбается ей. Сладостная боль пронзила Кэт, и это нельзя было списать на то, что у нее ноет грудная клетка, просто все ее существо преисполнилось радости при виде мужа. Кэт хотела видеть улыбку Рэйфа Карлайла каждый раз, как открывала глаза. И еще — ей была необходима его любовь.

— Привет! — улыбнулся Рэйф, устраиваясь на краю кровати и нежно целуя ее в лоб.

— Ты здесь.

— А ты считаешь, что я мог оставить тебя здесь?

— Я думала… — она скривилась, ощутив болезненную пульсацию в висках, — я думала, что тебе, возможно, нужно быть сегодня на работе.

— Сегодня мне нужно быть здесь, — он поднял ее руку и прижал к своей щеке. — Как ты себя чувствуешь?

— Как будто по мне прошлось целое стадо.

Рэйф рассмеялся. Надо же, в таком состоянии она еще способна шутить!

— Я принес тебе цветы и фрукты.

— Спасибо.

— И еще это.

«Этим» оказались бриллианты. Вернее, бриллиантовое колье. Кэт удивленно заморгала. Цветы, фрукты и бриллианты. В этом был весь Рэйф. Вот только к ней не имело никакого отношения.

Радость от его присутствия куда-то исчезла. Кэт смотрела на сверкающие камни, не трогая их.

— Где ты взял это?

— В Вегасе.

— Это…

То же самое, что купленная ей одежда. Красивая, дорогая, непрактичная.

— Тебе не нравится? — легким движением Рэйф закрыл коробочку и положил ее на тумбочку возле кровати. — Впрочем, неважно.

Но это было важно. Он потратил огромные деньги на дорогое колье, и ему, кажется, все равно, понравился ей подарок или нет. Все легко. Он может покупать такие ожерелья по десять раз в день. Это же Рэйф Карлайл.

Следующие дни он почти постоянно находился в больнице, очаровывал персонал и развлекал Кэт своим обществом, нежными поцелуями и новостями с ее фермы.

Сначала ей было очень приятно, что Рэйф проявляет такой интерес к делам Корробори. Значит, у них есть что-то общее кроме постели. А потом она узнала, что он, оказывается, продолжает сорить ради нее деньгами. И он сообщил ей об этом тем же небрежным тоном, каким говорил, когда дарил бриллианты.

Я купил тебе новый «лендкрузер». Я сделал заказ на установление новой системы отопления. Тебе нужна новая кухня.

Какое право имеет Рэйф вмешиваться в ее жизнь, почему он стремится обустроить ее дом? Корробори принадлежит только ей, и это она должна сама следить за всем. Это ее последняя связь с родителями, это ее сила, ее уверенность.

Когда она попыталась объяснить все это Рэйфу, он просто пожал плечами:

— Я делаю это ради тебя, милая. И поверь, я могу позволить себе такую малость. — И сразу начал отвлекать внимание Кэт, рассказывая о новой спа-ванне, которую он заказал.

Близился день выписки Кэт из больницы. Девушка подозревала, что ее продержали там значительно дольше, чем нужно, благодаря стараниям Рэйфа. Она мечтала попасть домой, заняться самой делами. Все это она хотела сказать Рэйфу, по слова замерли у нее на устах, когда он вошел к ней в палату в строгом костюме и на три часа раньше, чем обычно.

— Я еду в аэропорт, — сообщил ей Рэйф после поцелуя. — Собрание директоров, которое я не могу пропустить. — Пока она приходила в себя от его нежданного визита, он отломил кусочек тоста с ее тарелки. — Не успел позавтракать. Я говорил с твоим врачом. Он сказал, что завтра ты уже сможешь вернуться домой, и…

— Сегодня. Я хорошо себя чувствую и хочу вернуться домой сегодня. Если, конечно, кого-то волнуют мои желания.

— Послушай…

— О, нет. Даже не начинай.

— Ты о чем? — озадаченно спросил он, перестав жевать.

— Об этих твоих «послушай», «не волнуйся», «у меня все под контролем»! — Она заметила, что повышает голос, и продолжила уже более спокойно: — Я пыталась объяснить тебе это вчера, и попытаюсь еще раз. Мне не нравится, что ты все решаешь за меня. Я хочу сама заниматься своей жизнью и своей фермой.

— Хорошо.

— Хорошо? И только-то?

Рэйф положил недоеденный кусок тоста и стряхнул крошки.

— Я чем-то расстроил тебя?

— Все, что ты делаешь, не спросив сначала меня, расстраивает меня. Новая машина, новая плита, новая ванна.

— Это просто вещи, Катриона. Чтобы сделать твою жизнь лучше.

— Это вещи, которые я не просила, которые мне не нужны, — нахмурилась Кэт.

— Разве я не могу купить…

— Нет. Неужели ты не понимаешь, Рэйф? Ты покупаешь мне все это, потому что можешь позволить себе сорить деньгами, а я не могу дать тебе ничего взамен.

Слова Кэт потрясли Рэйфа. Ему хотелось успокоить ее, прижать к себе, объяснить, что ему приятно делать ей подарки. Но сказал он совсем другое:

— Ты знаешь, по какой причине я женился на тебе, Катриона. Я уже не раз говорил об этом. Почему ты не можешь поверить в то, что больше мне ничего от тебя не надо?

На ее лице отразилась боль.

— Я не беременна.

Рэйф во все глаза смотрел на нее. Она думает, что ему нужен только ребенок? Черт!

— Я не знаю, почему так ждала этого. Я просто… — Она подняла вверх руку, но потом замолчала и опустила ее на одеяло.

Его взгляд стал жестким, и, вместо того, чтобы заверить ее, что в этом нет ничего страшного и они будут стараться и дальше, он просто спросил:

— Когда ты… узнала?

— В субботу.

Четыре дня. Он столько раз приходил к ней в больницу, у нее было много возможностей сказать ему об этом.

— И ты думала, что мне совершенно не нужно об этом знать?

— А какая теперь разница? — пожала она плечами. — Такую вещь, как зачатие младенца, нельзя купить в дорогом супермаркете.

— Так ты считаешь, что я способен на подобное?

— Ты уже купил меня, чтобы иметь ребенка.

Рэйф даже не стал спорить с ней, доказывать что-либо.

— Возможно, с этого все начиналось, но последние две недели очень многое изменили во мне.

— Неужели? — усмехнулась Кэт.

Ирония в ее тихом голосе заставила Рэйфа отшатнуться. Для нее ничего не изменилось, понял он.

— Тебе нужны были деньги, чтобы сохранить Корробори. Ты только поэтому вышла за меня замуж?

Они встретились взглядами.

— Я тоже хотела ребенка.

Но не его самого. Его она не хотела никогда.

Странно, но эта мысль не вызвала в нем горечи или разочарования. У него просто что-то умерло внутри. Кэт с такой яростью отказывалась от его подарков, потому что не желала впускать его в свою жизнь. Он не смог достучаться до ее сердца. Все, что он сделал и о чем она еще не знает, не значит для Кэт ничего, кроме попыток посягнуть на се независимость.

— Скажи мне одну вещь, Катриона, — холодно произнес Рэйф, — если бы у тебя появилась возможность самой выбирать мужчину, который стал бы отцом твоего ребенка, ты хотя бы включила меня в список рассматриваемых кандидатур?

На одно мгновение ее глаза расширились, в них отразилась вся гамма чувств, но затем она отвернулась. Ее молчание было для него ударом в сердце. И означало это молчание одно: он не тот мужчина, которого она могла бы полюбить.

— Мне жаль, Рэйф.

Это было самое последнее, что ему было нужно. Ее жалость, ее извинение.

— Детка, — сказал он равнодушно, — тебе не о чем сожалеть. Ведь ты вернула себе свою ферму.

— Мне казалось, тебе был нужен этот ребенок.

Рэйф пожал плечами.

— У нас будет время попробовать еще раз.

Ей было тяжело говорить это, но она покачала

головой.

— Не знаю, Рэйф. Я… я считаю, что мне необходимо побыть одной и обо всем подумать.

— У тебя его будет предостаточно, Катриона. Я не стану тебе надоедать. Если захочешь меня видеть, ты знаешь, где меня найти.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Когда через час Катриону отпустили из больницы, Боб Портер уже ждал ее, чтобы отвезти домой. Боб не захотел объяснить, почему он приехал за ней, а Кэт не позволила гордость спрашивать об этом. По дороге она, должно быть, задремала, потому что очнулась уже у ворот фермы, когда Боб потряс ее за плечо.

Кэт вошла в дом и застыла от изумления, увидев жену Боба, которая с усердием убиралась на кухне.

— Тебе не нужно было делать это, Джен, — сказала Кэт.

— Просто привыкаю к месту.

Кэт нахмурилась. Наверно, удар по голове подействовал на нее хуже, чем она думала. Джен таинственно улыбнулась:

— Он сказал, что это будет приятный сюрприз.

У Кэт в груди все сжалось.

— Он?

— Твой муж, — подмигнула ей Дженнифер, — он нас нанял на работу.

— Нанял на работу? — Голос Кэт предательски задрожал. У нее подкосились ноги, и ей срочно потребовалось сесть.

Когда она опустилась на стул, Дженнифер озабоченно спросила:

— С тобой все в порядке, дорогая?

— Объясни наконец, о чем ты говоришь, Джен!

— О нашей новой работе. Боб теперь смотритель на твоей ферме, а я буду вести хозяйство. Мы должны были приступить только через несколько недель, но Гордон не очень хорошо отнесся к тому, что мы уходим от него. Он сказал, что мы можем больше не утруждаться. А тут позвонил твой Рэйф и рассказал о том, что с тобой произошло. И мы подумали, что будет лучше, если мы начнем немедленно.

— Со мной все в порядке, Джен. Правда. Мне не нужна помощь по дому.

Джен не обратила на ее слова внимания.

— Сделать тебе чаю?

Кэт кивнула. Ей надо прийти в себя от таких новостей. Она вспомнила, каким холодным взглядом смотрел на нее Рэйф, когда уходил из больницы.

— Когда Рэйф нанял вас? — спросила она, поворачиваясь к Джен.

— Он звонил на прошлой неделе. Во вторник… нет, это был понедельник. Он сделал нам предложение, и мы сказали, что подумаем.

На прошлой неделе?

— Почему вы не поинтересовались моим мнением?

— Рэйф сказал, что хотел бы сам сообщить тебе обо всем, — улыбнулась Джен. — Я ему говорила, что ты оценишь такой подарок. Это для тебя будет дороже всяких украшений и тому подобного.

— И что он на это ответил? — охрипшим голосом спросила Кэт, потому что вдруг поняла, что сделала самую большую ошибку в своей жизни.

— Сказал, что работает над этим. Я с ним согласилась, учитывая еще один его сюрприз.

Сад с персиковыми деревьями.

У Кэт чуть не остановилось сердце, когда Джен рассказала ей новость. Он запомнил, как она призналась ему в Вегасе в том, что обожает запах свежих персиков. Как только Боб позвонил ему, чтобы дать согласие на его предложение о работе, Рэйф немедленно дал распоряжения о том, как, когда и где посадить деревья.

Раньше Кэт не хватало одного — понять, что он заботится о ней, может, даже любит. И теперь, увидев персиковый сад, она все поняла. Но… слишком поздно. Она заставила его поверить, что между ними ничего нет и быть не может.

Если бы он не любил се, то не выбрал бы такой личный, такой особенный подарок.

Если бы он не любил ее, то не произнес бы той последней фразы, а просто посоветовал бы ей забыть его.

Сердце Кэт билось так быстро, что стук эхом отдавался в ушах. Неужели это конец? Неужели она сама разрушила свое счастье? Нет! Кэт решительно тряхнула головой. Она не хотела больше быть одинокой.

Рэйф все делал автоматически. Вел непринужденную беседу, улыбался и пил шампанское на очередном благотворительном мероприятии. Но все его мысли были о другом.

Когда наконец я смогу уйти отсюда? И наедине предаться тем мыслям и чувствам, которые владеют мною всю неделю.

С того самого момента, как Катриона убедила его, что он попусту теряет время. Что он никогда не станет мужчиной, которого бы она выбрала.

Рэйф не винил ее. Он думал, что ему нужна «номинальная» жена, которая не будет покушаться на его сердце и личную жизнь. Что ж, чего хотел, то и получил. Зачем теперь жаловаться?

Он снова посмотрел на часы. Восемь. Конечно, еще рано, но все же разумнее уйти прямо сейчас. Пока он не сорвался и не нагрубил какому-нибудь потенциальному клиенту.

Рэйф принес свои извинения хозяйке торжества, пообещал сделать щедрое пожертвование, чтобы искупить вину за ранний уход, и быстро поймал такси.

За последнюю неделю он обнаружил, что ему многое не нравится в своей квартире, но ее неоспоримым преимуществом было расположение в центре города. Пять минут спустя Рэйф уже заходил в здание, размышляя о том, чем можно заняться поздним вечером в полном одиночестве.

В конце концов, можно выпить. Накричать на Толстого. На полную мощность включить музыку.

Приехал лифт, и двери открылись. Женщина в лифте посмотрела ему прямо в глаза. Ее губы прошептали всего одно слово. Его имя. Она не двигалась, а Рэйф, казалось, прирос к полу, дивясь тому, насколько разыгралось его воображение.

Двери начали медленно закрываться, и он очнулся. Хлопнул ладонью по запрещающей кнопке, и двери снова открылись.

— Что ты здесь делаешь? — Она выглядела еще красивее и не была его воображением.

— Я здесь живу, — он посмотрел ей в глаза. — А ты?

— Я знаю одного человека, который живет здесь. Я приехала к нему, — она немного подняла подбородок, — чтобы остаться. Но его не было дома.

Рэйф почувствовал, что возвращается к жизни.

— А ты не хотела подождать, пока этот человек вернется домой?

— Была такая мысль. Я собиралась забраться в его постель и ждать.

— Хороший план.

— Да, в постели у нас с ним проблем нет. А вот над остальным нам надо поработать.

Кивнув, Рэйф окинул взглядом ее платье. Он уже видел его в Вегасе в одном из ее пакетов. Оно превосходно сидело на ней, а бриллиантовое колье дополняло его красоту.

— Мой муж не знал, что я в городе, понимаешь?

— Этот человек твой муж?

— Да, это мой муж, с которым я плохо обошлась, потому что не понимала, насколько хорошо он меня знает.

— А сейчас ты это поняла?

— Да, и хочу сказать ему об этом. Только я не знала, где он и когда вернется. Тогда я спросила у его соседки, и она мне сказала, что он на благотворительном мероприятии, которое очень важно для его работы. И я решила тоже пойти, чтобы поговорить с ним.

— О тех проблемах, которые ты только что назвала?

— Да. Знаешь, я боялась, когда надевала это платье. Ведь я собиралась на прием, где все будут смотреть на меня и оценивать. Семья моего мужа, его друзья и коллеги. Важные люди, на которых я хотела произвести впечатление.

— Кажется, ты была готова посмотреть в лицо своему страху.

— Да. Ради моего мужа, — она перевела дыхание. — Я привыкла все делать по-своему.

— Независимость — это не так уж и плохо.

— Я начинаю думать, что переборщила с этим. И что мне очень хочется иметь рядом надежного спутника жизни. Может, не все время, но большую его часть.

Рэйф почувствовал, как внутри него зарождается надежда. Он видел, что она нервничает, но не решался обнять ее, пока она не скажет все, что хотела.

— Когда я видела своего мужа последний раз, то сказала ему, что не выбрала бы его.

— Возможно, он думал, что ему нечего тебе предложить.

Ее глаза вспыхнули огнем.

— Муж не мог думать такое. Он самый удивительный мужчина, которого я когда-либо знала, — она медленно сделала шаг к нему. — Я все время придиралась к мелочам. — Еще один шаг. — Он не знает, какую кухню я предпочитаю, не озаботился дать мне свой точный адрес, купил дорогие наряды, которые не понадобятся мне на ферме. — Она подошла к нему вплотную. — Но он позволил мне сохранить семейную ценность. Дал шанс снова обрести семью. Хороших помощников. И персиковый сад…

Последние слова она произнесла с некоторым оттенком грусти.

— Тебе не понравилась идея? — испугался Рэйф.

— Сад требует большого ухода. Мне нужен кто-то, кто смог бы мне помогать, — торжественно произнесла она. — А потом наслаждаться урожаем.

— Это звучит как долгосрочное предложение.

— Такое же долгосрочное, как, например, брак. Он требует заботы и любви, чтобы появилось новое поколение.

— А оно будет, это новое поколение? — спросил он.

— Я надеюсь, что да. — Кэт подняла руку и коснулась его лица, давая ему понять, что готова сделать первый шаг. — Я люблю тебя, Рэйф Карлайл. Я хочу, чтобы у нас были дети.

— И ты доверишься мне?

— Я доверяю тебе всем своим сердцем, муж.

Его сердце отозвалось на ее слова надеждой и верой.

— Я люблю тебя, Катриона Макконнел Карлайл. Ты согласна выйти за меня замуж еще раз? Перед семьей и друзьями?

— Да. Я согласна!

Content

Бронуин Джеймсон
Сердце на ладони

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ