Румелия Лейн

Лето любви

Глава 1

Белый теплоход «Неаполь» был настолько огромным, что люди на причале казались крошечными. Когда подали трап, у Стэйси едва хватило времени, чтобы взять свой багаж раньше, чем гудящая толпа подхватила ее и понесла к двери.

Увесистая дорожная сумка, появившаяся откуда-то сверху, угодила ей прямо по коленкам, да так сильно, что ноги подогнулись. Крупный мужчина, несший сумку, раздраженно покосился на попутчицу, как будто это она была виновата. Тем не менее, он вовремя подал девушке руку, пока толпа окончательно не унесла ее прочь. Не успела Стэйси перевести дух, как оказалась на гладкой палубе судна.

«Уф! — подумала она. — Если даже весной путешествие в Сорренто таково, то что же творится в разгар сезона?» Все сидячие места были плотно забиты людьми, выглядевшими так, как если бы они сидели здесь с сотворения мира. На самом же деле им просто удалось на минуту опередить Стэйси. Что ж, так тому и быть. В любом случае поездка продлится не более часа. Девушка протиснулась к поручням, где было поменьше народу, но едва она полностью отдалась несравненной красоте синего мерцающего Неаполитанского залива, как была атакована несколькими молодыми людьми, наперебой предлагавшими ей уступить свои места.

— S'accomodi, signorita, — кричали они по-итальянски. — Prego! Prego![1]

Стэйси, улыбнувшись, вежливо отказалась, потому что знала — эти потрясающе красивые итальянцы могут начать настаивать на более близком знакомстве, даже если они всего лишь уступили даме место. Она отвернулась к перилам, надеясь, что этот жест не выглядит невежливо.

Девушка наблюдала за водным следом, расширяющимся по мере того, как они удалялись от причала, когда в знак отплытия теплоход издал пронзительный гудок.

Внезапно она снова перехватила взгляд уже знакомого высокого мужчины. Случайный попутчик стоял в стороне от остальных пассажиров и смотрел на море. Конечно же он был англичанином. Стэйси не могла понять, откуда взялась эта уверенность. Возможно, из-за безупречного кроя его легкого костюма, идеально отглаженной рубашки и строгого галстука? Стэйси, задорно улыбнувшись, отвела взгляд. Она больше не хотела видеть хмурые лица. Ведь сегодня — начало ее лета в Сорренто. Ничто сейчас не радовало ее больше чем итальянский стиль жизни, позволяющий наслаждаться каждым мгновением.

Молодые парни, предлагавшие уступить ей место, казались не особенно расстроенными ее отказом. Теперь они то и дело прохаживались мимо девушки, сверкая улыбками и оценивающе посматривая на нее темными глазами.

Стэйси решила, что только итальянцы могут заставить девушку почувствовать себя совершенно особенной, просто одарив ее взглядом. Стэйси не питала иллюзий относительно своей внешности. Ей потребовалось немало жизненного опыта, чтобы принять как должное тот факт, что лицо, отражающееся в зеркале каждое утро, не является эталоном красоты. Зато она гордилась своей грациозной фигурой, необычным серо-зеленым цветом широко расставленных глаз и шелковистыми волосами цвета бронзы. Четко очерченная нижняя губа и слегка вздернутая верхняя, смешливые ямочки на щеках придавали ей очарование.

Сейчас ямочки слегка углубились благодаря забавным заигрываниям ее новоиспеченного эскорта. Один смуглый, атлетически сложенный молодой человек небрежно прислонился к перилам прямо позади нее. Другой, в светло-синих брюках и цветастой рубашке, пытался изобразить какой-то местный танец. Девушка тщетно старалась сохранить серьезность, и оттого ее улыбка казалась слегка мерцающей. Наконец один из молодых людей, решив привлечь внимание симпатичной попутчицы, играючи подкинул в воздух самый маленький из ее чемоданов.

— Послушайте!.. Я думаю, не стоит… — Она резко подалась вперед. Как бы попонятнее объяснить на итальянском, что именно на этом чемодане замочек довольно слабый и при сильной встряске он запросто может открыться? Чутье подсказывало Стэйси, что она немедленно должна подобрать соответствующие фразы в итальянском разговорнике.

Она попыталась сказать «Basta!»[2], имея в виду «Довольно!», но этот возглас лишь подогрел веселье жонглера чемоданами, убедившегося, что он таки привлек внимание девушки. Стэйси обреченно смотрела, как ее чемоданчик снова и снова подлетал к небу, и в отчаянии дожидалась, когда же он извергнет свое содержимое на всю эту веселую компанию. Торопливо отгоняя тревожные предчувствия, Стэйси сделала еще одну попытку завладеть своей собственностью, но чемоданчик тут же перекочевал в другие шаловливые ручки, словно в детской игре «в собачки».

Некоторые из стоящих рядом пассажиров отошли подальше, и у парней появилось территориальное преимущество в их незатейливой игре. Теперь чемоданчик Стэйси стал чем-то вроде тяжелого мяча для регби: невозможно было предположить дальнейшую траекторию его полета, и девушка лишь обливалась потом в своем кремовом костюме и блузке с высоким воротничком, гоняясь за несчастным чемоданчиком.

Не то чтобы она всерьез надеялась поймать чемоданчик, пролетавший над ее головой. Нет. Баскетбол с почти сорокафунтовым чемоданом был для этих красавчиков всего лишь детской игрой, но Стэйси при столкновении с таким «мячом» рисковала получить нешуточный удар.

Девушка отчетливо понимала, что молодцы в цветастых рубашках имеют явное преимущество в этой игре. Но так же отчетливо она вдруг осознала, что чемоданчик уже находится в ее руках. С победным кличем она ухватила свою многострадальную собственность.

Ее щеки горели, а глаза сияли триумфом, когда, резко повернувшись, она столкнулась лицом к лицу все с тем же хмурым обладателем увесистой сумки. Именно он довольно резко опустил чемодан в ее руки. Было совершенно не похоже, чтобы он радовался своему достижению. Он скорее напоминал ворчливого соседа, прервавшего раздражающую его глупую игру мальчишек.

Парни, пожимая плечами, поскорее отошли в сторонку, награждая ее лукавыми белозубыми улыбками. А вот серьезный попутчик, кажется, изменил свои намерения относительно ее чемодана. Он вновь забрал его из рук хозяйки и легко поставил на палубу, бросив мимолетный взгляд на еще два баула, словно желая сразу взять все.

— Я вам помогу. Это все ваши вещи?

Девушка не ожидала, что у ворчуна окажется такой глубокий голос. Она не успела произнести ни слова, а ее багаж уже с легкостью направлялся по узкому проходу к выходу с палубы. Она заторопилась следом, в то время как мужчина продолжал все тем же завораживающим голосом:

— Вам не следовало потакать играм этих красавчиков. От таких типов лучше держаться подальше.

— Наверное, я слишком обрадовалась оттого, что мне все же удалось протиснуться на борт этого судна, — засмеялась Стэйси, стараясь не отстать от него на лестнице и в устланном ковром коридоре.

Собеседник окинул ее таким взглядом, будто и вовсе не понимал, о чем идет речь, и нырнул в узкую каюту с низким потолком. Стэйси заметила, что стюард, которому был незамедлительно передан багаж, уважительно поклонился ее спутнику. Затем ее попутчик резко повернулся к ней и спросил:

— Куда вы едете?

— В Сорренто, — ответила она, подавшись назад. Мужчина вел себя резковато, но в этом был особенный магнетизм.

После нескольких фраз по-итальянски, обращенных к стюарду, он вновь повернулся к девушке:

— Ваш багаж будет у выхода, когда мы подплывем к Сорренто.

Стэйси кивнула, почувствовав, что от нее ожидают чего-то еще. Ее собеседник, похоже, был своенравным и высокомерным человеком. Тем не менее именно он вмешался в эту уже начинающую всех утомлять игру, с блеском одержал победу и вернул Стэйси ее собственность в целости и сохранности.

Будучи воспитанным человеком, она просто обязана поблагодарить его за это.

Девушка попыталась заговорить, но тут же пожалела об этом. Ее попутчик окликнул стюарда, желая прикурить, как будто ее здесь не было. Но ведь она говорила довольно внятно!

— Вам не стоило беспокоиться обо мне, — повторила Стэйси, — в любом случае половина пути уже пройдена…

— Может быть. — Мужчина дернул плечом, бросая уничижительный взгляд на ее багаж. — Но насколько я понимаю, так гораздо безопаснее для остальных пассажиров.

Собеседник явно хотел, чтобы она почувствовала себя безответственным ребенком, и ему это удалось. Девушка решила не поддаваться на эту провокацию. Тем более, что в этом и заключалась часть ее работы — всегда оставаться дружелюбной и на все реагировать с юмором. Сегодняшнее происшествие стало хорошей проверкой ее профессиональной выдержки.

Поэтому Стэйси решительно встретила хмурый взгляд.

— Здесь и без меня довольно оживленно, — парировала она с усмешкой.

С момента прибытия в Неаполь она успела насмотреться на множество черных глаз, жгучих, как итальянское солнце. Но шоколадные глаза, в которые она смотрела сейчас, были такими же холодными, как Темза зимой. Из-под прямых густых бровей мужчина оглядывал ее сверху донизу, слегка опустив тяжелые веки.

Стэйси пришла к выводу, что лицо ее попутчика, с волевым подбородком и плотно сжатыми губами, как будто высеченное из камня, — слишком угловатое, чтобы быть красивым.

Казалось, он обдумывает очередную колкость, без сомнения уничижительную.

— Для того чтобы нарушить привычный порядок вещей, много ума не надо, — отрезал он. — Особенно в компании столь развеселых типов.

— А мне они показались весьма безобидными шутниками, — ответила Стэйси, маскируя свое раздражение очаровательной улыбкой. — И еще, — добавила она с веселыми искорками в глазах. — Я бы в любом случае справилась с ними и без вашей помощи.

— Не сомневаюсь, у вас была масса возможностей. — Собеседник одарил ее неприязненным взглядом. — Мне следовало догадаться, что это не мое дело.

«Именно, именно…» — подумала Стэйси, расплываясь в улыбке, в то время как мужчина продолжал:

— Но если вы впервые в этой стране, то вам бы не помешало знание того, что итальянцев хлебом не корми, дай только приударить за девушками, это их любимое занятие. Они пускаются во все тяжкие, чтобы только заговорить с женщиной.

— И будут читать нотации, даже не представившись, и таскаться с чужим багажом по всему кораблю? — спросила Стэйси с самым невинным выражением лица, на которое только была способна.

Похоже, он оценил ее шутку, так как на его лице на секунду промелькнула тень улыбки, не коснувшаяся, однако, ледяных глаз.

— Конечно, это прерогатива местных донжуанов… — Через мгновение он слегка кивнул и протянул ей руку. — Но она может распространяться даже на приглашение пропустить по бокалу вина. Кстати, мое имя Марк Лоуфорд.

Может, это предложение было сделано всего лишь из вежливости, но, похоже, отказа оно не предполагало.

Мистер Лоуфорд выбрал столик в дальнем углу, как бы отрезанный от остального помещения рядом колонн. Стэйси увидела, что ее спутник галантно подвинул стул, а затем грациозно занял место напротив. Едва заметный кивок головы — и, откуда ни возьмись, появился официант с двумя бокалами аперитива. Очевидно, на его вкус, так как мнением девушки никто даже не поинтересовался. Однако Стэйси понравилось легкое вино, предложенное ее новым знакомым.

Марк Лоуфорд, несомненно, был привлекательным, только такая привлекательность присуща скорее скалам, чем людям. Его манеры заставили девушку хранить молчание, пока они наслаждались напитком. Наконец она, улыбнувшись, произнесла:

— А я — Стэйси Робертс, и я могу побиться об заклад, что вы англичанин.

Ее замечание не вызвало у собеседника никакой реакции, кроме легкого кивка и затяжки сигаретой. Стэйси взглянула на группу людей за колоннами.

— Я и не предполагала, что будет столько пассажиров в это время года, — воскликнула она.

Проследив за направлением взгляда собеседницы, Марк мягко ответил:

— Вообще-то выходные — не самое подходящее время для таких поездок.

— Вы хотите сказать, что все эти люди — местные жители, которые собрались на экскурсию? — спросила она заинтересованно.

— Скорее на праздник, — предположил он. — Неаполитанцы обязательно устраивают хотя бы один в течение недели. Вы сами убедитесь в этом во время отпуска.

— Я здесь не для того, чтобы наслаждаться праздниками, — с легкой усмешкой заметила Стэйси. — Я еду в Сорренто работать. — А затем, чтобы прервать затянувшуюся паузу, она вежливо поинтересовалась: — А вы? Вы останетесь в Италии?

— Я живу по ту сторону залива.

«Не очень-то откровенно», — подумала Стэйси, слегка скривившись. А затем, умиротворенно оглядевшись вокруг, она счастливо выдохнула:

— Похоже, мне здесь начинает нравиться. Здесь чувствуешь, что жизнь создана для того, чтобы наслаждаться ею.

— И вы намерены этим заняться.

Эта сухая реплика была больше похожа на утверждение, чем на вопрос. Собеседник затушил сигарету и обвел комнату безразличным взглядом, давая Стэйси возможность сосредоточиться на мелочах. Марк Лоуфорд. Это имя вполне подходило ее попутчику. Он выглядел так, как будто был живым воплощением порядка и рассудительности. Вероятно, в своем роде отшельник, решила девушка, заметив его сдерживаемое раздражение. Она слышала, что на побережье встречаются подобные экземпляры. Где-то на затерянной в пустыне вилле (а может быть, даже в средневековом замке?) хмурится на любого, кто осмелится нарушить покой его владений. Вероятно, он осуждает людей, которым нравится их работа.

Какое-то озорство вдруг побудило ее задорно ответить:

— Вот именно, я намереваюсь получить как можно больше удовольствия. Мы с боссом заключили договор, обязывающий наслаждаться каждым мгновением нашего пребывания в Сорренто. Купаться, загорать, танцевать… Посещать ночные клубы, — добавила она, невольно смутившись от проблеска раздражения, мелькнувшего в карих глазах.

Лоуфорд подался вперед, чтобы затушить окурок:

— Наверное, он очень легкомысленный парень, ваш босс?

— Он самый лучший! — Девушка старалась, чтобы ее слова звучали как можно убедительнее. — Он был первым, кто предложил мне работу два года назад, в Швейцарии. А в прошлом году мы были в Малаге, — она залпом допила свое вино, — и ожидаем сногсшибательного успеха в Сорренто.

Теперь-то уж с ее спутника было достаточно. Он встал:

— Если желаете, закажите себе еще бокал вина. Мне нужно отдать кое-какие распоряжения. — Его улыбка не могла загладить колкость его прощальных слов. — И удачи с вашим договором. Работа, вероятно, будет спориться сама по себе.

«Но это же ведь совершенно нормально, — мысленно возразила Стэйси. — Мы с Джереми и вправду решили совместить работу и отдых, многие так делают».

И чтобы как-то избавиться от неприятного ощущения, она по-идиотски сболтнула:

— Э… мы работаем на компанию «Санфлэйр трэвел».

Она откинулась на своем стуле, чувствуя себя как выжатый лимон. Да уж, ее первое знакомство на итальянской земле никак нельзя было назвать удачным, утешением служило лишь то, что произведенное впечатление оказалось взаимным.

Стэйси Робертс убеждала себя, что смешно испытывать неприязнь к мужчине, которого знаешь лишь пять минут. Откуда она могла знать, что он за человек? Девушка проводила взглядом широкоплечую фигуру. Это было сказано как будто именно о нем: «особенная английская порода». Холодный, деспотичный, насмешливый. Слава богу, что она в Италии и что во время работы с этими беззаботными, жизнерадостными людьми ей не придется больше встречаться с типами, подобными Марку Лоуфорду.

Перед прибытием судна в порт Сорренто суматоха на палубе царила не меньшая, чем перед отплытием, однако теперь Стэйси была уверена, что опередит беспорядочную толпу и сойдет на землю одной из первых. Она нигде не видела виновника ее треволнений. Что ж, вероятно, он выйдет несколько позже или продолжит свое путешествие до самого Капри. В любом случае ей вовсе незачем оборачиваться. Не стоит вновь попадаться на глаза этому человеку.

Внимание девушки привлекла светлая шевелюра, маячившая на причале, а несколько мгновений спустя она оказалась в объятиях долговязого, обгоревшего на солнце парня с яркими голубыми глазами.

— Джереми! Неужели ты собственной персоной приехал, чтобы встретить меня? — Она прильнула к приятелю сильнее и задержалась в его объятиях чуть дольше, чем собиралась. Весь этот спектакль предназначался для пары ледяных глаз, откуда бы они сейчас ни наблюдали. Затем Джереми наклонился взять ее вещи, и Стэйси забыла обо всем, залюбовавшись потрясающим видом.

Все вокруг было цветным! Небо — купол чистейшего голубого цвета, нависающий над величественными утесами темно-пурпурного и насыщенного коричневого оттенков. Розовые и желтые домики, утопающие в цветущей тропической зелени, а перед ними разноцветные лодки, полосатые пляжные тенты и забавные солнечные зонтики.

Воздух был приятно теплым и как будто пропитался солнечным светом и ароматом цветов, смешанным с запахом горячего песка и прибоя.

Стэйси снова огляделась и счастливо вздохнула:

— Я все еще не могу поверить, что нам посчастливилось получить эту работу.

— Ты действительно считаешь, что нам повезло?

— А как же еще это назвать, если не везением? — Девушка засмеялась. — Мой итальянский просто ужасен, а ты прежде никогда не работал на «Санфлэйр».

— Вот об этом я и думаю, — ответил он медленно. — Похоже, мы станем козлами отпущения.

С момента их встречи на причале Стэйси чувствовала какую-то неуверенность в поведении приятеля. Теперь же его слова заставили девушку взглянуть на него с любопытством.

Стэйси слегка дотронулась до его руки и насмешливо вскинула бровь:

— Джереми, объясни, что же не так? Тебе не нравится отель? Ты думаешь, наши клиенты огорчатся, поскольку он находится слишком далеко от пляжа? Или он недостаточно просторен?

Джереми криво улыбнулся:

— Да нет, они вряд ли откажутся жить в настоящем palazzo[3]. Там есть абсолютно все, даже собственный пляж.

Стэйси облегченно рассмеялась:

— Откуда тогда такое мрачное настроение?

Джереми молча повел ее через дорогу к зарослям, где с усыпанного цветами склона виднелся залив. Когда подруга спустилась за ним, он спросил, глядя на море:

— Ты ведь почти ничего не знаешь о владельце «Санфлэйр», правда?

— Я знаю только, что это женщина, — озадаченно ответила Стэйси.

Приятель кивнул:

— Да, и очень молодая женщина. Даже слишком молодая для предприятия такого масштаба, как «Санфлэйр».

Стэйси отвлеклась от разглядывания веселых красных крыш городских домов.

— Ты хочешь сказать, что глава нашей фирмы — всего лишь девчонка? — спросила она.

— А ее брат даже на пару лет младше ее, мне кажется. Они вбили в голову, что могут управляться с делами не хуже своего отца, который недавно умер. Я думаю, не нужно долго объяснять, что доходы резко пошли на спад и все еще продолжают падать.

— Но что же случилось? — Стэйси нервно прикусила губу.

Джереми пожал плечами:

— А что обычно происходит, когда рушится дисциплина? Говорят, обслуживание клиентов ухудшилось: плохое размещение, безразличный персонал… Естественно, люди уезжали куда-нибудь еще…

— Надо же! А кажется, что все организовано просто великолепно.

— Да, это так! Теперь все нормально. Один друг семейства сейчас взялся за это дело и наводит глянец. — Улыбка Джереми стала ехидной. — Так тщательно глянец еще не наводили: он сам уволил большую часть персонала и проводит проверки на других курортах, когда ему заблагорассудится.

— Приверженец строгих правил, — улыбнулась Стэйси. После некоторых раздумий она добавила: — Интересно, а не было бы выгоднее для брата, сестры и остальных членов семьи просто продать этот бизнес после смерти отца?

— Не спрашивай меня! — Джереми мрачно передернулся. — Мне кажется, девчонка хочет таким способом довести братца до белого каления.

— А до тех пор у них есть друг семьи, — закончила Стэйси.

Джереми кивнул:

— И он не кажется мне человеком, способным пустить дело на самотек. Я думаю, что весь этот сезон нам с тобой придется ходить на цыпочках.

— Ты уже встречался с ним? — Стэйси нагнулась, чтобы сорвать фиолетовый цветок.

— Он хозяин «Палаццо».

«Палаццо»! Значит, хозяин отеля, где им предстояло работать, и друг семьи Санфлэйр — итальянский бизнесмен. Стэйси размышляла над этим какое-то время, а потом продела цветок в петлицу своего пиджака и беспечно поднялась на ноги.

Она никак не могла отделаться от мысли, что Джереми был неоправданно пессимистично настроен по отношению к человеку, который всего лишь защищал интересы осиротевших брата и сестры.

Пытаясь развеять угрюмое настроение Джереми, девушка весело сказала:

— Я думаю, ты слишком сгустил краски, Джереми. Почему вся эта история должна как-то отразиться на нас? Конечно, до тех пор, пока мы хорошо выполняем нашу работу. Насколько мне известно, раньше на нас не жаловались. — Она игриво взглянула на приятеля. — И как ты объяснишь тот факт, что «Санфлэйр» наняла именно нас?

— В Сорренто? В львиное логово? — Джереми ухмыльнулся и поднялся на ноги. — У меня такое чувство, что других желающих не нашлось. Никто не хочет второй раз общаться с мистером Марком Лоуфордом.

— Да ладно, Джерри! Ты всего-то здесь пробыл… — Улыбка Стэйси застыла, и она, не мигая, уставилась на своего компаньона. — Мне показалось… ты сказал Марк Лоуфорд? — Она нервно сглотнула. — Но… ведь он англичанин.

— Ну и что, ему нравится жить в Италии, — уныло сообщил парень.

— И он… ему же не больше тридцати пяти!

— Я думаю, он немного моложе. — Джереми внимательно посмотрел на нее. — Только не говори мне, что встретилась с ним. Он ведь как раз сегодня должен вернуться из Рима. — После медленного кивка Стэйси он вяло добавил: — Надеюсь, ты произвела на него хорошее впечатление. Он считает, что все тур-менеджеры — прирожденные бездельники. Именно об этом я и хотел тебя предупредить.

Принимая протянутую руку, Стэйси криво улыбнулась:

— О, я произвела неизгладимое впечатление.

Только какое впечатление она произвела, ей еще предстояло выяснить, и чем скорее, тем лучше.

Глава 2

«Палаццо» располагался слегка обособленно от остального города, в окружении апельсиновых и лимонных зарослей, среди виноградников, простирающихся до самого подножия гор. И хотя теперь здесь был отель, но старое здание все еще сохраняло удивительный налет величия итальянского дворца с огороженными террасами, полными прекрасных скульптур.

Стэйси могла бы бесконечно любоваться его великолепием, но кто-то слегка прикоснулся к ее плечу, и она обернулась. Мужчина, одетый в шикарную униформу оливкового цвета, приветливо улыбался ей.

— Синьор желает видеть вас, — произнес он по-английски с сильным акцентом.

Стэйси направилась ко входу в полной растерянности. Честно говоря, ее душа просто ушла в пятки. Ведь «синьор» — это не кто иной, как устрашающий Марк Лоуфорд. «А уж он-то времени терять не станет», — поморщившись, подумала она. Мог бы дать ей отдышаться после нелегкого пути в гору.

Джереми взял ее под руку.

— Итак, большой босс собственной персоной, — заметил он. Приятель, подбадривая, сжал ее ладонь. — Иди, детка, и, ради всего святого, постарайся выглядеть… ну, просто произведи благоприятное впечатление.

Стэйси сейчас и вовсе сомневалась, производила ли она когда-либо в своей жизни благоприятное впечатление. Пылающие щеки, растрепанные морским ветром волосы и испуганные глаза отнюдь не способствовали ее уверенности. А тот факт, что хозяин «Палаццо» не дал ей и пяти минут, чтобы привести себя в порядок, вовсе не возвеличивал его в глазах девушки. Эти мысли роились в ее голове, пока она следовала за служащим отеля сквозь массивные двери в устланный толстым ковром холл. Просторные залы с высокими потолками были обставлены дорогой мебелью темного дерева, слегка отливавшей оттенками бронзы в солнечном свете.

Когда Стэйси перестала озираться по сторонам, то впереди, в конце коридора, увидела широкую дверь. Поначалу от страха у нее задрожали колени, но девушка усилием воли справилась с нервным напряжением. А почему, собственно, встреча с новым начальником должна так ее волновать? Она — Стэйси Робертс и останется сама собой, что бы ни случилось. Если она не понравилась Марку Лоуфорду, то пусть это будет его проблемой.

Вполне вероятно, что там, на корабле, мистер Лоуфорд посчитал ее вертихвосткой, зато теперь Стэйси могла наслаждаться воспоминаниями о прекрасно разыгранном фарсе.

Озорная улыбка все еще играла на губах девушки, когда дверь отворилась и она оказалась лицом к лицу со своим попутчиком.

— Присаживайтесь, мисс Робертс, — кивнул он, указывая на кресло, и дверь мягко закрылась за спиной девушки.

Стэйси не спешила подчиняться его приказу. Теперь уже было поздно представляться скромницей. Она осмотрелась. Комната была выдержана в серо-зеленых тонах, посередине стоял стол, а уютные кресла были расставлены с некоторой небрежностью. Она медленно прошествовала к одному из кресел, отчетливо чувствуя изучающий взгляд шоколадных глаз. В следующий момент этот взгляд презрительно остановился на ярком цветке в петлице ее пиджака. О боже! Еще одно несмываемое пятно на ее репутации!

Борясь с подступающим раздражением, девушка приветливо произнесла:

— Здравствуйте еще раз! Я и не представляла себе, что «Санфлэйр» тесно связана с местным бизнесом.

Начальник наградил ее жестким взглядом:

— Значит, если бы вы знали об этом, то не стали бы столь откровенно выбалтывать ваши планы?

Да уж, мисс Робертс следовало побыстрее придумать подходящий ответ. Она улыбнулась, не отводя взгляда.

— Я не думаю, что мои слова повлияли на вашу убежденность в том, что тур-менеджеры здесь вообще не нужны, — спокойно парировала она.

— Я смотрю, вы уже пообщались со своим дружком. — Прежде чем язвительно продолжить, он наблюдал, как девушка нарочито медленно устраивается в кресле. — Мне не следует ожидать от вашей парочки ничего хорошего.

— Зато вы не будете разочарованы.

Стэйси было довольно сложно следить за выражением лица Марка Лоуфорда, а когда он обогнул стол, она почувствовала, что растяжение шеи ей обеспечено.

— А я думаю, что это вам придется разочароваться, мисс Робертс, — взорвался он. — Мне бы не хотелось вас огорчать, но я здесь для того, чтобы проследить, что вы работаете безупречно и круглосуточно.

— А ночью спать разрешается?

— Иногда. — Он взял со стола листок бумаги. — Вы сказали, что начали работать тур-менеджером два года назад?

О боже! Неужели он все записывал? Всю ее болтовню на корабле. Девушка подавила тяжелый вздох… Мистер Лоуфорд был явно убежден в ее полной никчемности. Когда она кивнула в ответ, он самодовольно продолжил:

— Не слишком ли рано для столь юной особы? Сколько вам лет сейчас?

— Двадцать один. — Недолго думая, она продолжила: — Большинство фирм предпочитает возрастную группу от двадцати до тридцати лет, я точно знала, что хочу заниматься именно такой работой и… — она уверенно улыбнулась, — я всегда была везучей.

Собеседник промолчал, но по его ироничному взгляду ничего не стоило догадаться о его мыслях: «На этот раз, похоже, Фортуна решила отвернуться от вас».

Он подошел к окну, выглянул, а затем обернулся к ней:

— На первый взгляд данная работа имеет кучу преимуществ. С мая по сентябрь на континентальном курорте, первоклассные условия, купание, загар, танцы, ночные клубы…

Новый босс буквально повторял ее слова, так неосторожно брошенные недавно. Стэйси казалось, что улыбка присохла к лицу. Если бы только она тогда знала, что за пытку она себе уготовила!

— Но здесь дела обстоят иначе. Наш персонал готов выполнять любые желания клиентов круглосуточно… — вероятно, мистеру Лоуфорду доставляло удовольствие, когда люди работали до седьмого пота, — так что купаться, загорать, танцевать и посещать ночные клубы вы можете только одновременно с клиентами, но, к сожалению, там вам тоже придется заниматься своей работой. В разгар сезона вы будете сновать из одного отеля в другой, чтобы проверить организацию досуга, а отелей тут добрая дюжина… Я думаю, излишне напоминать, — он улыбнулся холодно и надменно, — стрессоустойчивость — главное качество в вашей работе.

Стэйси чувствовала, что ее злость увеличивается по мере возрастания его самодовольства. Она справится или умрет на месте! Ледяным тоном она заявила:

— Я вполне осведомлена о своих обязанностях, мистер Лоуфорд. Другие фирмы остались довольны моей работой.

— Вы убедитесь, что их требования ниже моих.

— Я не сомневаюсь ни на секунду, — едко парировала девушка, а затем, гордо вскинув подбородок, добавила: — Джереми работал на множество ведущих компаний. Он очень многому меня научил.

— Догадываюсь. — Двусмысленный намек Марка Лоуфорда напомнил Стэйси, как сегодня днем она бросилась в объятия Джереми для того, чтобы надменный попутчик это заметил. Что ж, ее поступок не остался незамеченным, а теперь еще и аукнулся.

— Кстати, вам не придется рассчитывать на помощь мистера Фэрроу в Сорренто. Я отправляю его в Рим.

— В Рим? — Стэйси подскочила на месте и вытаращила глаза. — Но Джереми не сделал ничего дурного! Это же просто смешно! Только из-за моей глупой болтовни…

— Для работы здесь мне не нужны два человека, так что ваш нежный роман будет продолжаться вне «Санфлэйр».

Стэйси в отчаянии опустила голову. Как она сможет обойтись без помощи Джереми? Ведь ее итальянский ужасен, сразу же начнется неразбериха! А представив себе, как в течение всего сезона ей придется терпеть насмешки Марка Лоуфорда, девушка поторопилась произнести:

— Я думаю, это мне лучше отправиться в Рим.

— А вот я так не считаю. Фэрроу уже зарекомендовал себя способным работником, в отличие от вас… — Карие глаза сверкнули в ее направлении. — Вы пока что никак себя не проявили.

— Ну уж нет! — Терпение Стэйси Робертс лопнуло. — Вы почему-то решили, что я расшибусь в лепешку ради этой работы. Но я не собираюсь позволять кому-то вытирать об меня ноги. К счастью, я пока ничего не подписала и не обязана здесь оставаться.

Марк Лоуфорд сверкнул белозубой улыбкой и с иронией произнес:

— Я так и думал, что вы поспешите уехать, как только я намекну на некоторую дополнительную нагрузку.

Стэйси буравила взглядом жесткие черты лица собеседника. Девушка знала этого человека всего ничего, но ей невероятно хотелось ударить его.

— Будь по-вашему! Если вы скажете, где принадлежащая мне комната, я пойду распаковывать вещи.

С той же улыбкой босс повернулся, чтобы нажать на звонок коммутатора:

— Карло проводит вас. И еще… мисс Робертс… — Когда она направилась к выходу, он ленивым жестом опустил руку в карман. — На вашем месте я бы был посдержаннее. Вы ничего не добьетесь, если будете так вспыхивать, особенно с клиентами.

Это было невыносимо! Стэйси стиснула зубы, пока мистер Лоуфорд открывал для нее дверь, а затем решительно устремилась вперед, не удостоив его взглядом.

Возвращаясь назад по устланным коврами роскошным коридорам «Палаццо», Стэйси почувствовала, что ее гнев рассеивается. В конце концов, ей придется работать не с ним, а с туристами «Санфлэйр». Если она не вызовет неудовольствие клиентов, что Марк Лоуфорд сможет поставить ей в вину? С другой стороны, он явно намерен совать свой нос во все дела. Но тогда, со всеми его заботами, она вряд ли увидит своего босса больше пары раз за лето. С этой успокаивающей мыслью девушка последовала за человеком в зеленой униформе вверх по лестнице.

Предназначенные ей апартаменты оказались для нее сюрпризом. Стэйси ожидала, что ее отведут в какое-нибудь дальнее крыло отеля, предназначенное для персонала, и покажут ничем не примечательную комнату. Вместо этого она обнаружила огромную гостиную, застеленную ковром кремового цвета, спальню, выдержанную в оттенках лаванды, и примыкающую к ней ванную комнату. За гостиной располагался небольшой кабинет с письменным столом и креслом. Стеклянные двери отделяли номер от чудесного балкончика, увитого виноградными лозами.

Вся мебель, кроме дивана и кресел, была глубокого и нежного вишневого цвета, и случайный букет весенних цветов на столе отражался в зеркально отполированной поверхности.

Стэйси заглянула в спальню, чтобы потрогать отделанную атласом спинку кровати.

Мистер Лоуфорд конечно же не имеет никакого отношения к меблировке и убранству столь женственных комнат. Девушка была убеждена, что, если бы это зависело от ее нового босса, все тур-менеджеры были бы исключительно мужчинами. Она распаковала вещи, преимущественно из нейлона, шифона и шелка, как и полагалось для лета. Далее был открыт чемодан, тот, что она пересылала экспресс-доставкой, полный разноцветных хлопковых вещей, солнечных топов и вечерних платьев. То есть именно тех, которые появились за последние два года, во время ее романа с Джереми, и которые она собиралась с удовольствием носить именно этим летом.

Стэйси и не предполагала, что ей придется так скоро примерить самые дорогие из ее нарядов. Но то ли из чувства мести, то ли из озорства, приняв душ и уложив свои шелковистые волосы, она пришла к выводу, что голубое вечернее платье будет самым эффектным ответом на все выпады Марка Лоуфорда. Без рукавов, с высоким воротом, открытое на спине, платье с пышной юбкой никак не будет соответствовать здешним представлениям о том, как должна одеваться тур-менеджер. Но это мистеру Лоуфорду придется высказать ей лично. К счастью, в «Санфлэйр» нет строгих правил относительно формы одежды персонала. Просто мужчины носят специальные таблички с именем на нагрудном кармане, а женщины — брошки.

Стэйси не любила яркий макияж, поэтому ограничилась тонким слоем пудры и бледной помадой. Надев туфли на высоком каблуке, она, немного нервничая, направилась к двери. Дай бог, чтобы Джереми оказался поблизости. Она никогда раньше не нуждалась в приятеле так сильно, как сейчас.

Огни Сорренто только начинали мерцать сквозь буйную растительность, когда Стэйси неспешно вышла на террасу. Майские ароматы цветов и деревьев доносились отовсюду, но сейчас единственное, что заботило Стэйси, — поскорее найти Джереми.

Она не имела понятия, где находится столовая для персонала «Санфлэйр», да и не особенно хотела там появляться сейчас. Она наблюдала за беззаботными парочками, направляющимися в ресторан. Несколько столиков с ослепительно белыми скатертями были накрыты прямо на веранде, но пока никто из отдыхающих не занял эти райские местечки под покровом теплого майского вечера.

Однако Джереми нигде не было видно. Стэйси Робертс повернула было назад, по направлению к французским витражам террасы, и внезапно столкнулась с каким-то высоким незнакомцем. Плотно облегающий темный костюм и белая сорочка с жабо, склоненное к ней смуглое лицо… Стэйси буквально онемела от красоты этого лица. Черные вьющиеся волосы, черные как ночь, искрящиеся глаза, четко очерченные губы, приоткрытые в обаятельной улыбке.

— Scusi, signorina[4]. — Его голос был завораживающе-бархатным, а в речи проскользнули смешные интонации, когда он чуть отступил назад, уступая дорогу, и окинул фигуру девушки оценивающим взглядом.

Проходя мимо, Стэйси застенчиво улыбнулась и тут заметила, что у незнакомца за спиной гитара. Если этого парня наняли в качестве музыканта для отеля, то он непременно должен знать Джереми.

— Простите, вы не подскажете… — скороговоркой начала она по-английски, но тут же осеклась. О боже! Вот он — пресловутый языковой барьер. И пока она хмурилась, мучительно пытаясь облачить свои мысли в итальянские слова, мужчина нараспев повторил за ней:

— Простите, вы не подскажете?..

— О, слава богу, вы говорите по-английски. — Мисс Робертс неловко рассмеялась, чувствуя облегчение. — Я ищу Джереми Фэрроу. Я подумала, вдруг вы его знаете и… подскажете, где он мог бы быть сейчас…

— А, Джереми! — Собеседник вздохнул, провожая ее внутрь здания. Стэйси почувствовала, как длинные, сильные на вид пальцы слегка прикоснулись к ее обнаженной спине, затем незнакомец поставил одну ногу на краешек стула, чтобы положить свою гитару на колено.

— А вы тоже приехали из Англии?

Наблюдая за проходящими мимо людьми, девушка рассеянно проговорила:

— Меня зовут Стэйси Робертс. Мы вместе с Джереми работаем в компании «Санфлэйр трэвел».

— Антонио из «Палаццо», — с изящным поклоном представился ее собеседник. — Я кое-что знаю об Англии, — продолжил он мелодичным голосом, обращая взгляд своих потрясающих темных глаз на Стэйси и завораживая ее ленивой улыбкой. — Там на улицах полно лошадей и собак, и они вместе с людьми постоянно блуждают в тумане.

— На самом деле это не совсем так! — Девушка рассмеялась, представив себе лошадей и собак, хаотично бродящих среди транспорта. — Иногда даже в Англии выдаются ясные дни, — добавила она рассудительно, заметив, что страстный гитарист смотрит куда-то сквозь нее.

Мисс Робертс повернулась и заметила высокую фигуру босса, спускающегося по лестнице, ведущей в залы. Марк Лоуфорд свернул в один из них и не торопясь прошелся по комнате. Девушка расслышала, как он мягко произнес:

— Гости уже собрались, Тони. — Затем он также неторопливо удалился.

Гитарист так поспешно выпрямился, что его гитара издала протестующий аккорд.

— М-да, похоже, мне пора работать. — Он выразительно вздохнул. — Но мы еще встретимся?

Антонио пожал ее руку, задержав в своей ладони чуть дольше положенного, а затем быстро удалился. Переводя дыхание, Стэйси наблюдала, как ее собеседник уходит. Эта встреча не очень-то помогла ей в поисках Джереми.

К счастью, ее коллега нашелся сам, когда она уже собралась начать самостоятельные поиски. Взгляд голубых глаз недвусмысленно задержался на ее платье, как только Джереми появился в комнате.

— Черт возьми! Да ты просто сногсшибательна! А где же вечеринка? — выпалил он на одном дыхании.

Стэйси застенчиво улыбнулась.

— Кажется, я перестаралась со своим туалетом, — пробормотала она.

— Ну и пусть, сегодня же наш первый и последний вечер вместе. — Он взял ее под руку. — Я полагаю, ты в курсе последних новостей?

— О том, что тебя отправляют в Рим? — Она кивнула. — Я считаю это ужасной несправедливостью.

Приятель пожал плечами и улыбнулся, сворачивая по направлению к фойе ресторана. Стэйси с минуту колебалась, с восторгом созерцая роскошную мраморную лестницу, ведущую к янтарному ковру и позолоченным стенам. Кресла из черного полированного дерева стояли по периметру просторного входа в ресторан, как бы приглашая войти внутрь, а также под канделябрами в середине зала, вокруг стола, заставленного потрясающей красоты букетами.

Джереми слегка подтолкнул ее:

— Глупышка, это все для тебя. — Он усмехнулся. — Раз уж ты здесь, так наслаждайся всем этим великолепием наравне с гостями.

— Ага, я уже заметила. — Стэйси криво улыбнулась. — Я бы хотела чувствовать себя гостьей, но мне уже расписали все мои обязанности.

— Ты имеешь в виду Лоуфорда?

Девушка кивнула:

— Он даже хуже чем твое описание.

Когда заказ был сделан (ее спутник выбрал итальянские блюда), Стэйси вернулась к разговору об отъезде Джереми в Рим.

— Когда ты собираешься уезжать? Надеюсь, это случится не очень скоро?

— Сразу после ужина.

— Сегодня вечером?! — Она уставилась на друга широко раскрытыми глазами.

— Меня вызывают на чрезвычайно срочную работу, — усмехнулся он. — Наш тур-менеджер в Риме, похоже, серьезно заболел и вынужден был улететь домой. Кто-то должен его заменить, чтобы разместить вновь прибывших туристов. Кажется, они приезжают завтра.

Джереми налил себе еще вина, в то время как Стэйси, наблюдающая за ним, произнесла задумчиво:

— Ты не думаешь, что все это подстроено? Неужели ты совсем не будешь скучать по Сорренто? Ни капельки?

— Буду, еще как буду! — Приятель уловил ее намек и накрыл ее руку своей. — Но так даже легче. Я привык работать по-своему, а здесь не очень-то получается.

— Эй, но ведь ты не бросишь меня тут одну на съедение шакалам! — Девушка даже заморгала от расстройства.

— Ты справишься! И не такие крутые парни, бывало, не могли устоять перед твоей очаровательной улыбкой.

— Вот уж не думаю, что существует на этом свете нечто, перед чем не сможет устоять такой тип, как Марк Лоуфорд, — грустно заключила Стэйси.

После трапезы Джереми и Стэйси направились сквозь цветущие сады к очаровательным пальмовым зарослям.

Дружески сжимая руку Джереми, Стэйси вдруг заявила:

— По-моему, Рим — достаточно свободный город, так ты там не заскучаешь, правда?

— У меня там есть несколько знакомых, — быстро ответил приятель. — Они наши коллеги из других фирм.

— Правда? — Девушка насмешливо взглянула на друга. — И кого же больше среди этих «знакомых», мужчин или женщин?

— Разве это так важно? — пробормотал он, слегка обнимая подругу. — Тем более, что мы будем видеться в выходные.

— Когда я вышла из кабинета босса сегодня утром, мне показалось, что такая роскошь, как выходные, для нас не предусмотрена.

Джереми усмехнулся, слегка касаясь губами ее щеки.

— Лоуфорд — крепкий орешек, но он выглядит поборником справедливости.

— Теперь, когда ты бросаешь меня здесь, тебе хорошо говорить! — подразнила его собеседница. — А я убеждена, что мистер Лоуфорд — совершенно невыносимый тип!

— Э-э… я бы не хотел вас отвлекать, Фэрроу, но поезд на Рим отбывает через двадцать минут.

Стэйси была просто потрясена, когда темная фигура неожиданно выступила на свет из-за деревьев. Вырвавшись из объятий Джереми, она возмущенно отвернулась от человека, бесцеремонно нарушившего их уединение. Иронии в голосе Марка Лоуфорда лишь немного поубавилось, когда он добавил:

— Вы собираетесь ехать или мне самому везти вас на станцию?

Джереми нервно провел рукой по волосам.

— Да, вы правы. — Он усмехнулся. — Тем более, что вы заводитесь с полоборота…

И парень растворился в ночи прежде, чем Стэйси успела последовать за ним. Она вслепую прошла пару шагов и тут поняла, что понятия не имеет, в какую сторону идти дальше. Но она и не думала спрашивать об этом человека, продолжавшего стоять позади нее.

Мисс Робертс почувствовала необъяснимое облегчение, когда группа смеющихся и галдящих отдыхающих показалась из-за деревьев. Но очень скоро девушка поняла, что рано радовалась, ибо двое явно разгоряченных вином парней направились в ее сторону. Девушка отчетливо слышала их восклицания: «Simpatico» и «Bellissima»[5], однако их комплименты больше пугали Стэйси, чем радовали, и ее единственным желанием было как можно скорее оказаться в отеле.

Вежливо, чтобы не дразнить незнакомцев, она проговорила:

— Пожалуйста, позвольте мне пройти.

Но настойчивые руки кого-то из них уже обвивали ее талию.

Резкий окрик заставил парней попятиться назад с озадаченными физиономиями, а пару секунд спустя они и вовсе поспешили вслед за своей компанией. Марк Лоуфорд приблизился к ней и мрачно заявил:

— Вам придется одеваться поскромнее, пока вы работаете здесь, мисс Робертс, или же стоит нанять какого-нибудь менее «невыносимого типа» в качестве телохранителя.

Он все-таки слышал ее последнюю реплику. Стэйси резко оттолкнула прохладную руку, направляющую ее по тропинке между деревьями в сторону отеля.

— Я не ребенок, — отрезала она. — И не испуганная провинциалка. Я могу сама о себе позаботиться.

— Да вы можете хоть вокруг света путешествовать, — насмешливо отозвался собеседник. — Только я сомневаюсь, что вы совладаете с темпераментом итальянских мужчин.

— А меня забавляют их выходки! — заявила девушка с манерной улыбочкой. — По крайней мере, по их венам бежит горячая кровь, а не ледяная вода.

— Не забывайте, что ваше пребывание здесь полностью зависит именно от меня. — Лоуфорд грубо схватил ее за руку в тот момент, когда они подошли к лестнице, ведущей на террасу. — А я не намерен держать тут девицу, собирающую вокруг себя толпу мужчин.

При этих словах его мрачный взгляд вонзился в стену ресторана, откуда доносились звуки гитары. Стэйси и так уже поняла, что ее босс имел в виду Антонио. Она ответила с подчеркнутой холодностью:

— Надеюсь, мне не запрещено заводить знакомства?

— Я бы посоветовал вам держаться подальше от подобных знакомств.

— Хватит с меня правил и инструкций! — взорвалась девушка. — За этот день я убедилась, что итальянцы гораздо приветливее некоторых моих соотечественников!

Он лишь улыбнулся в ответ на ее едкую фразу.

— Не будьте наивной. Несмотря на сильный итальянский акцент, никто не знает толком, откуда родом Тони, — снисходительно парировал Марк.

Стэйси раздражало, что ее считают наивной, но еще больше ее злило, что этот мужчина имеет наглость откровенно об этом заявлять. Но она не намеревалась доставить собеседнику удовольствие, показав свое раздражение, поэтому она возвела глаза к небу и промурлыкала сладким голосом:

— Спасибо за совет. Но я постараюсь разобраться сама, от кого мне следует держаться подальше.

Волосы девушки трепетали на ветру, когда она, покачивая бедрами, не спеша удалялась, страстно желая, чтобы Марк Лоуфорд не заметил нервной дрожи, сотрясающей ее тело. Единственное, о чем сейчас мечтала Стэйси, — так это о возможности оказаться в надежном укрытии своего номера. Там она упала в кресло и яростно выдохнула. Надо же! Провести все лето под одной крышей с этим деспотом! Она криво улыбнулась, вспоминая рекламные буклеты, восхваляющие прекрасную и приветливую Италию. Может, так оно и есть, только вот Сорренто стремительно терял для нее свое очарование.

Однако, крепко проспав восемь часов, Стэйси проснулась с другим настроением. Ну разве может кто-либо, включая такого склочного типа, как этот Лоуфорд, испортить впечатление от этого земного рая, с его буйной растительностью, очаровательными домиками, выкрашенными в пастельные тона, и лимонными зарослями. Стоя на балконе и наслаждаясь этой красотой в розовой предрассветной дымке, девушка почувствовала, что очарование Сорренто пленило ее сердце.

Но затем она внезапно вспомнила, как вчера вечером среди великолепных пальмовых зарослей не на шутку пререкалась с человеком, который владел всем этим раем, а также вдобавок заправлял фирмой «Санфлэйр», и настроение ее упало. Было очевидно, что ее взаимоотношения с новым боссом, скверно начавшись, становились все хуже и хуже.

Мисс Робертс вернулась в комнату с печальным вздохом. Теперь, без Джереми, она больше, чем когда-либо, нуждалась в удаче. Но как она сможет нормально работать, если Марк Лоуфорд приписывает ей все смертные грехи?

Она уже давно навела все необходимые справки о том, что и где находится в Сорренто: салоны красоты, модные магазины, рестораны — иными словами, все то, что может заинтересовать отдыхающих. Даже работая без напарника, она справится, если не будет терять ни минуты. В конце концов Стэйси решила не размышлять больше над своими проблемами и приступить к работе сразу же после завтрака.

Девушка была очень загружена, и дни для нее пролетали незаметно. Не успевала она разобраться с тем или иным туром или экскурсией, как несколько других уже были на подходе. Поэтому к концу недели она уже знала все достопримечательности Сорренто и его окрестностей лучше любого старожила. Обходясь несколькими наспех выученными, расхожими фразами на итальянском, она, жестикулируя на манер местных жителей, изъяснялась с водителями, с извозчиками гужевых экипажей, катающими туристов, персоналом местных катеров и даже с владельцами забавных осликов с серебристыми гривами. Теперь ей осталось только изучить Неаполь.

Она оставила вылазку в город напоследок, потому что некоторые достопримечательности успела посмотреть в день приезда, а также отчасти из-за величины города. На изучение всех музеев и дворцов Неаполя требовался, как минимум, целый день. Девушка запланировала поездку на последний день перед началом основной работы и, вооружившись путеводителем и итальянским разговорником, отправилась «на разведку».

Так как Неаполь считался международным морским портом, Стэйси Робертс мудро решила, что с собой необходимо прихватить паспорт и некоторый запас наличности на случай возникновения непредвиденных трудностей. Погода стояла жаркая, и брать плащ она посчитала излишним. В легком, персикового цвета платье без рукавов и с маленькой сумочкой, Стэйси быстро сбежала по величественным ступенькам «Палаццо», чувствуя себя свободной как птица. Казалось, что она вот-вот зальется соловьиной трелью. Итальянское небо было чистым и прозрачным, так что день обещал быть великолепным.

Сначала Стэйси намеревалась отправиться в Неаполь на том же теплоходе, что привез ее в Сорренто, но, подумав, решила, что неплохо было бы ознакомиться с автобусным маршрутом, так как некоторые отдыхающие предпочитают сухопутный транспорт.

Поездки в итальянских автобусах всегда напоминали Стэйси своего рода шоу, а уж сегодняшняя и вовсе отличилась. Пассажиры, направляющиеся в Неаполь, знали абсолютно все друг про друга и обсуждали подробности своей и чужой жизни с присущей им эмоциональностью. Они кричали, жестикулировали, их загорелые лица то озарялись радостными улыбками, то искажались гневными гримасами, в зависимости от хода разговора. Один паренек, всерьез возомнив себя великим тенором, громко затянул куплет из «La Mattinata»[6], а водитель, чтобы не отставать, ужасным басом продолжил куплетом из «Il Sorrentino».

Еда и конфеты щедро передавались из одного конца автобуса в другой. Дети то и дело носились вдоль прохода, а взрослые с обожанием взирали на них, ласково гладя по голове или поправляя одежду. Одна девочка с огромными глазами и удивленным личиком подошла поближе и застенчиво дотронулась до коленки Стэйси. После обмена улыбками девчушка в порыве смущения стремительно спряталась за маминой юбкой. Мисс Робертс хотела бы продлить это новое знакомство, но времени на это уже не осталось. Веселый автобус въезжал в предместья Неаполя. Несколько минут спустя пассажиры гурьбой поспешили к выходу и разбрелись по своим делам, как будто маленького автобусного мирка и не существовало.

Стэйси помахала на прощание своей маленькой застенчивой попутчице и, расправив плечи, отправилась в путь. После такой невероятной поездки у девушки было праздничное настроение, но она старательно настраивалась на серьезный лад, собираясь показать отдыхающим все самое интересное в Неаполе.

— С чего бы начать? — размышляла она вслух. Можно было бы нанять гида. Такой вариант сэкономит время и позволит быстрее ознакомиться с достопримечательностями города. А потом у нее будет время в свое удовольствие побродить по улицам и взять на заметку маленькие магазинчики и живописные таверны, где можно скрыться от палящего солнышка, отдохнуть и пропустить глоток итальянского вина.

Не теряя времени, она сразу направилась в местное туристическое бюро. Ей повезло, и гид нашелся без промедления, так что пара следующих часов запомнилась девушке чередой причудливых гобеленов, маленьких галерей и античных скульптур. Когда гид попрощался с ней, Стэйси решила, что самыми интересными достопримечательностями этих мест все же являются великолепные ландшафты и сами жители.

Было просто восхитительно брести среди приветливых неаполитанцев куда глаза глядят, вдоль хаотично расположенных улочек и зеленых аллей.

Через некоторое время девушка заметила, что улица постепенно сужается настолько, что прохожие задевают друг друга локтями и можно даже расслышать их шепот, а окружающие красоты сменяются непривлекательными застройками. Гид не был склонен показывать мисс Робертс эту часть города. Она и сама понимала, что вряд ли кто-то из туристов «Санфлэйр» захочет посетить эти места. Дома с выцветшей штукатуркой, стоящие настолько близко друг к другу, что можно рукой дотянуться, мусорные кучи рядом с ними — все это говорило о бедноте, тщательно скрываемой от глаз туристов. Но самой Стэйси эта оборотная сторона блестящего Неаполя показалась очень интересной, самобытной и контрастной.

Бродя по узким улочкам, девушка вышла на маленькую piazza[7], где продавалась одежда для местных жителей. Наряды на любой вкус были развешаны прямо на улице и развевались на ветру.

Стэйси подошла поближе к одной из палаток, где ее внимание привлекла шелковая блузка, скроенная в традиционном итальянском стиле. Девушка внимательно рассмотрела вещь со всех сторон, прежде чем отважилась потрогать. А вдруг это запрещено? Продавца не пришлось долго упрашивать: он снял блузку с вешалки и упаковал ее в бумажный пакет прежде, чем Стэйси успела достать деньги.

Она принялась сосредоточенно отсчитывать купюры, в то время как несколько пар восхищенных глаз наблюдали за ее действиями. Наконец сделка была завершена, и мисс Робертс получила свою покупку со счастливой улыбкой. Она с облегчением вздохнула — ей таки удалось с первой попытки отсчитать нужную сумму. Скоро она научится считать итальянские лиры так же быстро, как и английские фунты.

За размышлениями Стэйси и не заметила, что улочки становятся все уже и запутаннее. Она направилась в ту сторону, откуда доносился запах моря, решив, что побережье где-то рядом.

Солнце уже поблескивало над горизонтом прощальными лучами, когда девушка завернула за угол и выбежала на аллею, ведущую к морю.

Неожиданно она почувствовала резкий толчок в плечо.

Все случилось так быстро, что Стэйси по инерции пробежала еще несколько шагов, прежде чем сообразила, что произошло. Ее рука, еще пару секунд назад сжимавшая тонкий ремешок сумочки, теперь сжимала воздух. Лоб девушки покрылся испариной, пока она озиралась и оглядывала пустую аллею в тщетных поисках вора. Это было уму непостижимо! Ведь она не встретила ни души за последние десять минут! Кто мог это сделать, ведь не привидение же? Она быстро зашагала назад к углу дома, откуда свернула на аллею. Может, она просто неудачно зацепилась за стену и обронила сумочку?

Ее сердце упало, когда она дошла до места предполагаемой потери. Мысль о сумочке, мирно лежащей на земле, была слишком хороша, чтобы быть правдой. И теперь Стэйси боялась даже подумать о том, что целая пачка денег, ее собственных и принадлежащих «Санфлэйр», а также обратный билет на автобус до Сорренто — все это лежало в сумочке. И соответственно, было только что похищено. Девушка в ужасе отпрянула от собственной тени — как же она теперь вернется назад в «Палаццо»?

Потрясающий вид гавани, гор и закатного неба открылся перед страдалицей, когда она миновала аллею, но с тем же успехом Стэйси могла бы теперь любоваться серой стеной. Единственная картина, которая наиболее отчетливо вырисовывалась перед ней, — она сама, бредущая пешком по ночной дороге до самого Сорренто. Девушка старалась успокоиться, размышляя, что она может обратиться за помощью, например, в туристическое бюро, где утром нанимала гида. Да, решила она, лучшего выхода не придумать. Там ее должны помнить, и там ей обязательно предложат какой-нибудь выход из этой печальной ситуации. Единственная проблема теперь заключалась в том, чтобы найти дорогу до этого бюро.

Стэйси закусила нижнюю губу, и легкий озноб пронизал ее тело. Нет смысла притворяться, будто она помнит дорогу. Нужно немедленно спросить кого-нибудь, как пройти к туристическому бюро, но это весьма проблематично без разговорника, оставшегося в украденной сумочке. Девушка напрягла все свои познания в итальянском и обратилась к темноволосой женщине, проходящей мимо. Но единственным ответом на ее корявую фразу было пожатие пухлых плеч и непонимающий взгляд темных глаз.

Вполоборота, чуть поодаль от нее, стоял человек в униформе, похожий на полицейского. Мисс Робертс со всех ног бросилась к нему, надеясь, что он поймет ее бессвязные предложения. Она начала сбивчиво объяснять, что с ней произошло, в то время как мужчина медленно и понимающе кивал. Когда девушка умолкла, он заботливо взял ее под руку и повел по дороге.

Стэйси почувствовала, что хотя бы частично ее беда поправима. Деньги «Санфлэйр» она сможет возместить из своих сбережений, а без вещей как-нибудь обойдется. Мужчина что-то говорил, смешивая английские и итальянские слова. Девушка поняла, что сначала они направятся в полицейский участок, чтобы сделать заявление о краже, а затем он попробует ей помочь. Стэйси с облегчением кивала. Слава богу, ей не придется кругами бродить по ночному Неаполю.

В какой-то мрачной комнате невзрачного здания Стэйси присела, когда полицейский ушел составлять заявление. Прошло больше получаса, прежде чем он вернулся с бумагой и ручкой и начал не спеша записывать ее ответы. Потом мисс Робертс снова ждала, рассматривая настенную карту и стремительно темнеющее за окном небо, прежде чем появилась улыбающаяся девица и предложила ей чашечку кофе. Стэйси бы предпочла, чтобы ей поскорее помогли вернуться в Сорренто, но ничего не оставалось, как поблагодарить девушку и продолжать свое ожидание.

Через некоторое время появился ее провожатый, он тоже принес кофе. Стэйси поднялась, надеясь, что сейчас она сможет наконец вернуться назад, но он успокаивающим жестом попросил ее снова присесть, бормоча: «Siva bene»[8].

Полицейский удалился, а она проводила его задумчивым взглядом. Что он имел в виду, обещая, что все будет хорошо? Как может быть все хорошо, если Стэйси все еще торчит здесь? Было бы гораздо лучше, если бы ее проводили до автобуса и отправили в Сорренто или хотя бы предложили транспорт, который доставит ее до турбюро. Слегка рассерженная, мисс Робертс уставилась на черный кофе в чашке, и вдруг ужасная догадка ударила ее, словно током, — он не намерен провожать ее до автобуса, он собирается созвониться с «Палаццо»!

Едва не разлив злосчастный кофе, Стэйси вскочила и вылетела из комнаты со словами: «Просто проводите меня, я могла бы…», но в коридоре никого не оказалось. Поразмышляв с минуту, она устремилась в ночь. Когда полицейский увидит, что посетительница ушла, то решит, что она сама нашла выход из положения.

Снаружи девушка вздохнула с облегчением, хотя зловещие тени домов были единственными обитателями проспекта, столь людного в дневные часы. Стэйси торопливо зашагала, держась набережной, боясь сворачивать на темные улицы. Утром гид рассказывал ей, что, по преданию, в Неаполе нуждающемуся кто-нибудь всегда поможет неподалеку от Везувия. Так что девушка решила двигаться в этом направлении.

Внезапно Стэйси показалось, что она слышит шум автомобильного двигателя. Она обернулась и увидела длинный автомобиль с откидным верхом… Только не это! За рулем сидел Марк Лоуфорд. В тени она не могла отчетливо видеть выражение его лица, но была уверена, что его шоколадные глаза испепелят ее за доли секунды. Лоуфорд наклонился и открыл дверцу ловким движением руки.

— Садитесь, — скомандовал он.

Ни единого лишнего слова. Стэйси скривилась, еле сдерживая поток слез. Вот она, во всей красе, пыльная и растрепанная.

Девушка скользнула на сиденье и уставилась вперед взглядом затравленного зверька, в то время как босс невозмутимо завел двигатель. Ветер студил ее обнаженные руки и шею, когда автомобиль мчался по лабиринту ярко освещенных улочек. Машина резко остановилась на углу одной из улочек, и водитель, засунув руку в карман, что-то коротко сказал женщине, закрывавшей свою лавочку на ночь. Хозяйка подошла ближе, вручая ему какой-то предмет и рассыпаясь в благодарностях, затем машина снова тронулась с места. Когда они вывернули за угол, Марк Лоуфорд, держа руль одной рукой, другой быстро сунул что-то Стэйси в руки. Она была немало удивлена, обнаружив у себя на коленях тяжелый шелковый шарф. Так как девушка не шевельнулась, ее спутник, махнув рукой, произнес:

— Мне кажется, женщины здесь накидывают их на плечи, — а затем добавил: — Если бы я знал, что вы будете полураздеты, то прихватил бы плащ.

Стэйси сложила шарф треугольником, накинула на плечи и посильнее запахнула на шее. Это было как раз то, что нужно, чтобы согреться прохладной майской ночью. Они проехали еще минут десять, когда ее босс снова остановил машину и на этот раз вышел из нее. Стэйси удивленно взирала на маленькую задымленную тратторию, но не решилась спрашивать Марка Лоуфорда, зачем он остановился или куда едет.

Марк зашел внутрь и через мгновение вернулся, чтобы открыть дверцу для девушки. Ей ничего не оставалось, как последовать за ним в освещенную прихожую, где крупный седовласый мужчина, скорее всего хозяин, молча указал им на следующую дверь.

Чувствуя себя нашкодившей школьницей, Стэйси неслышно присела на стул напротив Марка, потому что не могла спокойно стоять под этим сверлящим взглядом. Ей принесли бокал с какой-то золотистой жидкостью. Девушка медленно сделала глоток, чувствуя, как огонь растекается по горлу и желудку. Сейчас она мечтала лишь о том, чтобы эти пронзительные глаза не наблюдали за ней столь откровенно.

Стэйси допила бокал до дна и аккуратно поставила его на стол.

— Ну как, вам лучше? — наконец произнес Лоуфорд.

— Со мной и так все было в порядке, — возразила мисс Робертс.

— Конечно, это было заметно.

Стэйси подняла глаза, перестав рассматривать узоры на скатерти, чтобы полюбоваться на несомненно издевательскую улыбку собеседника. Она заметила, что Марк оделся наспех, в спортивные брюки и тонкую шерстяную рубашку. И надо сказать, в таком виде он выглядел далеко не таким людоедом, как обычно. Но его взгляд оставался острым как копье. Это означало, что девушке придется объясниться.

Слава богу, он не ожидал объяснений здесь и сейчас, так как поднялся с места, в этот момент показавшись Стэйси неимоверно высоким, особенно после дня, проведенного среди низкорослых неаполитанцев. Лоуфорд оставил несколько купюр на столике и повел Стэйси к машине. Верх был уже опущен, и, закутанная в шарф, согревшаяся после порции спиртного, Стэйси почувствовала себя необыкновенно спокойно и умиротворенно.

Если бы это был обыкновенный вечер, а ее спутником оказался кто-нибудь другой, девушке даже понравилась бы эта поездка, но дела обстояли по-иному, и она облегченно вздохнула, когда в темноте показались огни «Палаццо». Загорелые руки умело управлялись с рулем, и машина неторопливо въехала на подъездную аллею, с мягким толчком остановившись у входа в отель.

Расторопный слуга в оливковой униформе молча отогнал автомобиль в гараж. Крупная фигура босса продолжала маячить у Стэйси за спиной, пока она поднималась по ступенькам. Девушка обернулась, чтобы пробормотать в темноту дежурные слова благодарности:

— Спасибо, что приехали в Неаполь забрать меня.

Хорошо, что путь к отступлению был открыт. Она ретировалась в свой номер.

Девушка приняла ванну и воспользовалась запасным набором косметики, прежде чем почувствовала себя в силах спуститься в ресторан.

Тони настраивал свою гитару, как обычно. Стэйси Робертс уже привыкла к его манере зазывно улыбаться и распевать надрывные серенады при ее появлении. Но сейчас, когда его голос присоединился к оркестру, сливаясь с сентиментальными звуками мандолин, скрипок и аккордеона, страстный взгляд его черных глаз из-под слегка опущенных ресниц казался особенно обжигающим.

Из-за ее собственного столика она, потягивая вино, наблюдала за залом, в котором витала атмосфера непринужденности. Он казался просто приятным местом для деловых встреч и дружеских посиделок. А ведь ресторан «Палаццо» считался самым престижным и дорогим в Сорренто. Блуждающий взгляд девушки остановился на двустворчатой двери, в проеме которой показалась шумная компания. Среди собравшихся был и Марк Лоуфорд, казавшийся огромным в строгом вечернем костюме. Сейчас в его улыбке не было сарказма. Стэйси тайком наблюдала за его безупречными манерами, когда Лоуфорд с достоинством расхаживал среди своих гостей. Сейчас он не излучал угрозу, а, наоборот, притягивал. Видимо, многие женщины считали его привлекательным, а мужчины были рады оказаться с ним в одной компании.

Стэйси подавила внезапный всплеск раздражения и побыстрее допила вино. Что странного в том, что хозяин «Палаццо» столь популярен среди своих гостей? Ведь им же не приходится работать на него! Девушка вскочила из-за столика и поспешила проскользнуть мимо веселой компании, на ходу заметив легкий кивок босса.

Стэйси это не понравилось. Она изо всех сил желала забыть унизительную ситуацию, в которой Лоуфорд ее обнаружил. Мисс Робертс уже сделала необходимые звонки по поводу утерянных документов и очень надеялась, что гости и разделяющее их фойе заставят босса забыть о делах хотя бы до конца этого вечера.

Тем не менее она вернулась в свой номер не слишком обнадеженная, зная, что Марк Лоуфорд не из тех людей, которые могут забыть о чем-то важном.

Девушка машинально наводила порядок в маленьком кабинете, чувствуя, что не сможет сразу заснуть.

Субботний вечер в Сорренто. Она вздохнула. Неделю назад Стэйси надеялась провести этот вечер с Джереми. Теперь приятель был в Риме… Она снова вздохнула и вернулась в спальню. Бессмысленно сожалеть о том, что работа оказалась совсем не такой, как хотелось бы. Стэйси Робертс сейчас в Сорренто, значит, нужно непременно добиться успеха.

Может, стоит начать с хорошего сна? Только девушка решительно настроилась улечься в постель и начала раздеваться, как раздался стук в дверь. Странно, но Стэйси охватила необъяснимая нервная дрожь, когда она подошла к двери. Обыкновенный стук в дверь, а она дрожит как осиновый лист…

Снаружи оказался всего лишь коренастый Карло, как обычно одетый в униформу.

— Синьор желает переговорить с вами в его кабинете, — вежливо произнес он.

О боже! Начинается! Мисс Робертс изобразила подобие улыбки и покорно последовала за служащим. Их шаги потонули в мягких бело-красных коврах, которыми были застелены коридоры и лестничные пролеты.

Сердце девушки испуганно стучало при каждом шаге, когда она входила в кабинет Марка Лоуфорда. Не колеблясь, Стэйси решительно отворила дверь и, выпрямившись, вздернула подбородок. Хозяин кабинета стоял и смотрел в окно на причудливый ночной пейзаж. На нем был все тот же строгий костюм и лишь тугой воротничок белой шелковой сорочки был ослаблен.

Лоуфорд даже не повернулся, когда она вошла, и Стэйси решила на этот раз не присаживаться, настолько она волновалась. После долгой, напряженной паузы, в течение которой Стэйси пересчитала все проходившие по дороге автомобили, мужчина решительным тоном заявил не оборачиваясь:

— Ладно, давайте покончим с этим. Так что же произошло?

Запинаясь и переминаясь с ноги на ногу, Стэйси пробормотала:

— Я… Мне… казалось, вы в курсе, что…

Он наконец-то повернулся и подошел к столу взять листок бумаги.

— Все, что я знаю, — это рассказ того парня с пристани, который сразу же связался со мной, как только вы попали к нему. — Он окинул девушку хмурым взглядом. — А теперь я хочу услышать вашу версию.

Стэйси нервно сглотнула, почему-то размышляя о трех виденных ею только за сегодняшний вечер гранях личности Марка Лоуфорда: заботливый водитель, небрежно кинувший ей на колени шелковый шарф; радушный и учтивый хозяин в своем владении; блюститель жесткой дисциплины среди служащих «Санфлэйр». Затем сбивчиво продолжила свои оправдания:

— Просто… у меня украли сумочку… а потом…

Теперь настала очередь собеседника переминаться с ноги на ногу. Он делал это с особенным нетерпением, которое не укрылось от ее взгляда.

— Знаете, вы могли бы придумать нечто более оригинальное, — наконец произнес он с колючей усмешкой.

Стэйси не могла позволить себе уступить без боя. Поэтому она продолжила срывающимся голосом:

— Может, это и не оригинально, но так уж получилось. Я изучала маршруты для возможных экскурсий, там довольно много маленьких магазинчиков, торгующих сувенирами, которые всегда так популярны среди приезжих… А потом я увидела вещь, которую захотела купить для себя…

— Да, я знаю, блузку в итальянском стиле.

Она медленно кивнула, удивленно размышляя, каким образом Лоуфорд мог об этом узнать. Мисс Робертс перевела дыхание и продолжила:

— Именно так, я купила блузку, а затем, через некоторое время, сумочка просто исчезла из моих рук…

— Понятно. — После долгой, выжидательной паузы Марк устало выдохнул: — Вероятно, ваш хваленый опыт подобной работы просто отсутствует. Ни один уважающий себя тур-менеджер, находящийся в здравом уме, не пойдет вечером в одиночку бродить по тем задворкам, куда вас занесло. — Его глаза сверкнули опасным желтым пламенем. — Такое могло произойти только с самой глупой представительницей вашего пола. Вы просто на блюдечке преподнесли жуликам шанс века!

Стэйси опустила глаза, прекрасно понимая правоту собеседника. А что она могла сказать? Он сформулировал ситуацию предельно четко, и оправдываться было бы смешно. Подумать только, подвергнуть сомнению ее опытность и обозвать глупой!

В ее мозгу быстро созрело достойное возражение, и она решительно вскинула глаза:

— Может быть, тур-менеджеры и не ходят на подобные задворки, но в свободное время они вольны ходить куда угодно. Вот я и направилась в ту сторону, тем более что мой рабочий день закончился. — Девушка постаралась придать своему голосу беззаботность. — Я никогда не упускаю возможности интересно провести время!

— И много подобных возможностей вы предполагаете ловить во время работы, мисс Робертс? — Марк Лоуфорд небрежно затушил сигарету в дорогой пепельнице. — Мне кажется, вы склонны к неоправданному риску, а еще вы неисправимая мечтательница.

Она снова посмотрела на собеседника. Стэйси уловила легкую улыбку, блуждающую на его строгом лице. Мужчина отошел от стола и, расправив плечи, направился к окну.

— Что было в сумочке? — внезапно спросил он.

— Деньги, я боюсь, довольно приличная сумма. — Расслабляться еще рано. Похоже, все только начинается. — Мой паспорт, путеводители, разговорник и…

— Разговорник? — Босс резко развернулся и устремил на нее жесткий взгляд.

М-да. Она оказалась права. Судя по всему, неприятности только начинались.

— Только не говорите мне, что за неделю объехали Италию вдоль и поперек, не зная языка, и собираетесь выучить итальянский по разговорнику!

— Вообще-то я быстро учусь, — оживилась она.

Лоуфорд подошел к ней вплотную:

— Я полагаю, вам известно, что девушки вашей профессии обязательно должны знать язык той страны, где намереваются работать? — Он нетерпеливым жестом взлохматил свои темные волосы. — Я вообще не понимаю, как вы получили это место?

— Возможно, просто не нашлось других претендентов! — парировала Стэйси, немедленно пожалев о своих словах. Теперь, похоже, ее действительно пошлют куда подальше. Но ей ужасно надоела бесконечная словесная перепалка. Она лишь надеялась, что Марк Лоуфорд не заметит, как смертельно она устала.

Мужчина возвышался над ней, как стена, но выражение его лица неожиданно смягчилось, и он произнес хрипловатым голосом:

— Мне кажется, я обречен постоянно расхлебывать ваши неприятности.

— Что-то я не заметила! — ответила девушка, встряхнув головой. — Парни на теплоходе просто дурачились, а тех двоих в саду отеля я бы и сама отшила…

— А что вы скажете про сегодняшний вечер, когда я нашел вас бредущей по набережной Неаполя?

Стэйси нервно сглотнула. Да, тут возразить нечего. Они это оба знали. И это почему-то заставило ее залиться слезами.

— Хорошо, — пробормотала она. — Моя выходка была идиотской. Теперь у вас есть причина уволить меня. Вы ведь дожидались чего-нибудь подобного с момента моего приезда. Что ж… — Она криво улыбнулась. — Подавитесь вы вашей чертовой работой! Единственное, о чем я жалею, — так это о своем приезде сюда!

Стэйси Робертс ринулась к двери, но прежде, чем она успела распахнуть ее, услышала свое имя. Девушка обернулась, ожидая какой-нибудь резкости на прощание. Но вместо этого Марк потянулся к одному из ящиков стола и извлек оттуда ту самую шелковую блузку, из-за которой все и произошло. Он пересек комнату и вручил Стэйси блузку, сказав неожиданно мягко:

— Вы забыли кое-что, — а затем снова жестко спросил: — Я полагаю, вы столь поспешно покинули полицейский участок, лишь бы избежать встречи со мной?

— Вот именно, — безжизненно проговорила Стэйси. Да и какой смысл было это отрицать? — Я собиралась только выяснить, как пройти к автобусу, дальше я бы сама добралась… — пробормотала она.

— Тем хуже, что все обернулось так, как обернулось, — произнес мужчина странным, вроде бы довольно сухим тоном. Он взял ее за руку и повел к двери. — Вам нужно хорошенько выспаться. Я надеюсь, вы доберетесь до вашего номера без происшествий.

В этой реплике не было и намека на колкость. На самом деле, если бы Стэйси не была настолько утомлена, то заметила бы, как смягчилась линия его губ. Девушка не поверила своим ушам, когда Марк произнес:

— Будем надеяться, что в завтрашней толпе туристов вы будете ориентироваться лучше, чем в трущобах Неаполя.

Ошеломленная, она не помнила, как вернулась в свой номер. Неожиданно широкая улыбка Марка Лоуфорда преследовала ее, пока Стэйси старалась заснуть.

Девушка не могла поверить, что она все еще работает на «Санфлэйр». Но гораздо больше ее поражал странный, глубокий и хрипловатый голос Марка. Что бы это значило? Она уселась на постели, обхватив руками колени, снова и снова вызывая в памяти его широкую улыбку и собственную ошеломленную гримасу. Вот уж воистину некоторые мужчины не поддаются пониманию. После столь ожесточенной словесной баталии она была уверена, что ей не сносить головы, а уж работу сохранить и вовсе не мечтала.

Стэйси некоторое время смотрела на звезды, а затем тихонечко пожала плечами. Было бы гораздо проще считать благородный жест Марка Лоуфорда чем-то вроде милостыни, но это было не совсем так… Конечно же! Если бы босс уволил ее сегодня, то кто встретил завтрашних гостей? Девушка резко откинулась на подушку. Она сразу должна была понять, что любое его решение продиктовано исключительно интересами «Санфлэйр».

Некомпетентный тур-менеджер все же лучше полного отсутствия оного. Вот что на уме у Марка Лоуфорда.

Глава 3

«Мисс Робертс! Пожалуйста, переселите нас в другой номер! Здесь невозможно жить из-за этого ужасного дерева: только посмотрите, оно же все окно закрыло!»

«Мы не привыкли есть такую жирную пищу! Мисс Робертс, вы не могли бы переговорить с менеджером, чтобы для нас готовили что-то другое…»

Стэйси блаженно растянулась на пляже, стараясь отогнать все еще звучащие у нее в голове отголоски рабочего дня и прислушиваясь к успокаивающему шелесту волн. Здесь было так приятно, на этой небольшой полосе песка в форме полумесяца. «Палаццо» принадлежало два пляжа, расположенные в двух очаровательных бухтах. Один из них, большой, со всем положенным оборудованием и удобствами предназначался для клиентов отеля. А этот, отгороженный небольшим утесом, был в распоряжении персонала. Слава богу, подумала девушка, что пляжи отделены друг от друга. Из-за скалы до сих пор раздавался визг и восторженные крики отдыхающих, от которых Стэйси и так устала за день.

Просьбы, жалобы и требования туристов не были такими уж невыполнимыми. Как тур-менеджер, она знала, что некоторые детали нужно просто терпеливо объяснять гостям. Так, «ужасное дерево» было очаровательной вьющейся бугенвиллеей, и уж конечно из-за нее в номере не будет насекомых, которых опасалась несведущая клиентка. В другом случае нужно лишь вежливо и спокойно объяснить пожилой английской паре, что в ресторане есть меню с английскими блюдами, следует лишь спросить официанта.

И все же, подумала она, пошевелив пальцами ног, чтобы стряхнуть прилипший песочек, какое же наслаждение хоть ненадолго забыть обо всех этих мелочах и расслабиться на пляже. Тем более, что он почти всегда пустует, так как персонал отеля в большинстве своем состоит из местных жителей, привыкших к морю и солнцу и сразу после работы спешащих по домам.

Стэйси приподнялась на локте, окинув взглядом окружающую красоту, а затем вернулась к размышлениям о своей первой рабочей неделе. Девушка решила, что в целом справилась со своей задачей. Правда, сначала она волновалась, осознавая, что благополучный отдых стольких людей зависит от нее, а рядом нет привычной поддержки Джереми. Но затем мисс Робертс постепенно вошла в курс дела, и небольшие текущие проблемы стали решаться по ходу их возникновения.

Так или иначе, ей нравилось полностью отдаваться работе. Однако несколько раз за эту неделю непрекращающийся поток проблем захлестывал ее с головой, что грозило плачевными последствиями, и тогда, как по мановению волшебной палочки, обладатель надежных широких плеч вдруг появлялся рядом и оказывал поддержку. Несмотря ни на что, Марк Лоуфорд давал девушке шанс показать себя в деле. В конце концов, она была ему благодарна за это.

Может, босс и не задумывался о величине ее нагрузки, но к концу недели он прислал Марию — пухленькую, улыбчивую помощницу секретаря, жену одного из менеджеров, — чтобы та взяла на себя некоторые рутинные заботы Стэйси.

Сначала мисс Робертс долго раздумывала над таким поступком, пытаясь определить, какими чувствами он был продиктован: желанием помочь или стремлением подчеркнуть ее некомпетентность, но потом, так и не найдя ответа, она перестала ломать голову. Пытаться найти объяснения действиям такого непредсказуемого человека, как Марк Лоуфорд, пустая трата времени. Зато у нее теперь выдавалась пара свободных часов каждый день.

Засунув руку в пляжную сумочку, девушка нащупала открытку, которая с самого утра дожидалась своей очереди. Интересно, Джереми удается также великолепно проводить свободное время? Стэйси надеялась, что это так. Несколько торопливых строк не сказали ей много. Джереми оставался самим собой: за всю зиму он написал лишь дважды, несмотря на их близость прошлым летом.

Ностальгическая улыбка сползла с ее лица, когда девушка услышала шарканье поношенных сандалий по каменной набережной, ведущей от отеля к пляжу. Она оглянулась на греческую арку, уже подозревая, кто собрался нарушить ее покой. А когда она узрела мощную загорелую фигуру, то поняла, что ее подозрения оправдались. Опять Тони!

Мисс Робертс торопливо закрыла глаза, притворяясь спящей. Может, настойчивый ухажер не посмеет тревожить ее сон и пойдет куда-нибудь еще? Но нет, он уже направлялся к ней, впрочем, это он проделывал каждый божий день. Стэйси подавила горестный вздох. Ей совершенно не хотелось снова провести с Антонио остаток вечера. Почувствовав, что на нее упала тень, девушка приоткрыла глаза. Его невероятно красивое лицо склонялось над ней вместо солнца, чувственный рот раскрылся в белозубой улыбке.

— Мне можно присоединиться к прекрасной англичанке, которая так восхитительно растянулась на нашем пляже? — спросил он.

— Пожалуйста, — улыбнулась подруга Джереми, стараясь не выглядеть слишком приветливой.

Возможно, из-за избытка времени, проведенного в компании Тони за последние несколько дней, Стэйси ощущала, что его обаяние уже не действует на нее так магнетически, как в первую встречу. Ей стало казаться, что слова итальянца насквозь пронизаны фальшивой слащавостью.

Тони расстелил свое полотенце чересчур близко, а когда вальяжно разлегся рядом, девушка вновь подавила вздох легкого раздражения. Ее уже порядком утомило красноречие этого парня, однако сопротивляться сиянию этих черных глаз и очарованию белозубой улыбки было сложно.

— Я смотрю, ты любишь солнышко так же сильно, как я, — произнесла мисс Робертс, стараясь не утонуть в его глазах и отводя свой взгляд.

— Мне кажется, даже сильнее, — ухмыльнулся собеседник, сравнивая свой темно-оливковый загар с ее бледно-золотистым.

Стэйси, смеясь, увернулась от его губ и заявила возмущенно:

— В Италии следовало бы издать закон, запрещающий публичные поцелуи!

Антонио нарочито настороженно изучил пустынную бухту, а затем победоносно пожал плечами:

— Тут все равно никого нет!

Девушка оглядела совершенно пустынный пляж и не нашла, что возразить. Пару минут назад она наслаждалась уединением, а сейчас была готова на все, лишь бы оказаться среди толпы отдыхающих.

Когда же мускулистые руки стали медленно скользить по ее предплечьям, она поспешно отстранилась.

— Я… Я думаю, не стоит… — заикаясь, произнесла она, а затем более спокойно продолжила: — Тони, мы же едва знакомы!

— Едва знакомы?! — передразнивая, воскликнул он, будто это возражение показалось ему пустячным. — Значит, ты хочешь познакомиться поближе?

Глубокие черные глаза завораживали, когда Антонио придвинулся вплотную.

— Всю эту неделю, а может, и следующую? — Он пожал плечами. — Но в Италии, ma belissima[9], мы живем сегодняшним днем!

— Да уж! Насчет тебя я не сомневаюсь! — Стэйси почувствовала себя зажатой в тисках сильных рук и страстно желала освободиться. Девушка даже не могла понять почему… Она и прежде целовалась с мужчинами, желавшими обладать ею, но что-то в близости Тони настораживало и пугало ее.

Стэйси уже занесла руку для пощечины, когда парень резко отстранился и, смеясь, упал на свое полотенце. У мисс Робертс уже не было времени подняться, когда она заметила высокого мужчину в белом спортивном костюме, быстро прошедшего мимо и направившегося к самой кромке воды. Она не сразу осознала, что, несмотря на присутствие Тони, внимательно наблюдает за Марком Лоуфордом, снимающим спортивный костюм, чтобы искупаться.

Наверное, хозяин отеля не рассчитывал встретить здесь Стэйси и Тони. Девушке тоже очень бы хотелось сейчас, чтобы этой встречи не произошло. Только богу известно, как теперь отразится «нарушенная идиллия» на ее работе.

Стэйси Робертс знала, что хозяин «Палаццо» часто ходит на пляж искупаться в обеденное время, но ни разу до этого дня они не встречались здесь друг с другом. Скорее всего, Лоуфорд просто решил наспех окунуться, прежде чем возвращаться в офис.

Небрежно подперев голову рукой, девушка вдруг почувствовала иррациональную радость оттого, что Марк все еще был здесь, в пяти ярдах от нее. Он небрежно перекинул полотенце через плечо и, закурив сигарету, уставился на море.

И если Стэйси радовалась присутствию третьего лица на пляже, то ее настойчивого кавалера это обстоятельство явно удручало. Тони попытался говорить шепотом, затем многозначительно посмотрел на часы, а потом воззрился на неподвижную фигуру поодаль. Девушка знала, что очень скоро Антонио вынужден будет уйти, чтобы успеть на свое выступление в ресторане.

Ее собственное время было на исходе, так что Стэйси решила быстренько наверстать упущенное и решительно двинулась к воде. Пять минут спустя, когда девушка вновь показалась на берегу, черные глаза Тони буквально пронзили насквозь ее бикини, так что она поежилась.

Слава богу, хоть Марк Лоуфорд не смотрел на нее. Он пристально смотрел на Тони. Как следует просушив полотенцем волосы и встряхнув ими, мисс Робертс поправила свою подстилку, слегка отодвинув ее от полотенца Тони. Снова взглянув на часы, Тони резко поднялся на ноги. Он собрал свои вещи и, одарив Стэйси улыбкой, заторопился по направлению к отелю.

Через пару минут Стэйси снова почувствовала, что кто-то заслонил ей солнце. Фигура, которую она пыталась рассмотреть теперь, сильно отличалась от Тони. Подтянутый и напряженный, без намека на улыбку, Марк Лоуфорд держал в руках ее пляжную накидку.

— Без сомнения, вы решили воспользоваться всем, что только сможет предложить солнечная Италия, — саркастически проговорил он, — но для начала я бы посоветовал вам не перебарщивать с загаром, это небезопасно для бледной кожи.

Девушка медленно поднялась на ноги, не столько из-за ироничного замечания, сколько из-за сильного ощущения неловкости, возникшего за те несколько секунд, пока она лежала под взглядом золотисто-карих глаз. Когда накидка была заботливо наброшена на плечи Стэйси, она произнесла довольно безразличным тоном:

— Я уже научена горьким опытом. Пытаясь загореть сильнее, я только обгораю.

— Ну и не надо, вам не пойдет сильный загар.

Мисс Робертс подумала про себя, что вряд ли собеседника на самом деле заботит, что пойдет или не пойдет ей. Скорее уж его волновало, как тур-менеджер будет выглядеть в глазах клиентов «Санфлэйр».

Мужчина поднял ее подстилку и сумку, видимо решив проводить ее до отеля. Пока они шли, Лоуфорд лукаво поинтересовался:

— Ну как, ваш друг дает о себе знать?

Девушка решила не придавать значения ироническим намекам собеседника и удовлетворить его любопытство:

— Нет, Джереми прислал лишь небольшую открытку. Наверное, он слишком занят сейчас, чтобы писать длинные письма.

Стэйси не могла пожаловаться на чрезмерную загруженность работой и поэтому почувствовала удовлетворение, подумав, что Джереми, вероятно, досталось больше, чем ей. Тем не менее комментариев не последовало. Они поднимались по тропинке среди разнообразных цветов и распускающихся бутонов, шагая медленно под полуденным солнцем. Марк словно бы невзначай заметил:

— Это не мое дело, как вы проводите свободное время, но, зная Тони, я посоветовал бы вам ограничить свои свидания садом.

Свидания! Щеки Стэйси вспыхнули. Так он думает, что это она ищет встреч с Тони? Охваченная гневом, девушка даже споткнулась, а когда спутник протянул руку, чтобы поддержать ее, она довольно грубым жестом оттолкнула ее. Стэйси Робертс не нуждалась в помощи Марка Лоуфорда! Она сделала шаг вперед и, пользуясь тем, что ее глаза на мгновение оказались на одном уровне с холодными карими глазами мужчины, обернулась и произнесла:

— Вы привыкли видеть в людях только плохое, не так ли? — Она выдавила кислую улыбку. — Но насчет меня вы ошибаетесь. Я не собираюсь за спиной у Джереми встречаться с Антонио или кем-то еще.

Стэйси не стала наблюдать за реакцией собеседника на свои слова, но когда она уже отвернулась, чтобы уйти вперед, то почувствовала, что мужская рука легла на ее плечо.

— Выходит, Тони пришелся не ко двору? — спросил он спокойно.

— Да ладно… Я думаю, он хотел как лучше, — ответила девушка, уже жалея о своем выпаде. Ей вовсе не хотелось, чтобы у гитариста были неприятности из-за нее. — Просто нам обоим нравится пляж, вот и все…

— Что-то раньше я не замечал у Тони интереса к пляжу для персонала… — сухо заметил Марк Лоуфорд. — Ему для удовольствия обычно нужно немного больше чем солнышко и море. — Ноздри мужчины вдруг встрепенулись, когда он едко добавил: — Наверное, сегодня все было прекрасно до того момента, пока я случайно не забрел на этот пляж!

А случайно ли он забрел на этот пляж?! Стэйси решила, что вряд ли когда-нибудь узнает ответ на этот вопрос. Затем она услышала, как собеседник отрезал:

— Я еще с ним поговорю на эту тему.

— Нет, только не это! — с мольбой в голосе произнесла девушка. — Я уверена, Тони не хотел ничего плохого!

— Он в курсе моего отношения к развлечениям такого рода, особенно среди моих служащих. — Карие глаза сверкнули опасным блеском. Он снова взял ее за руку, и на этот раз Стэйси кротко позволила себя вести. Мистер Лоуфорд явно давал понять, что она и Тони, а также все остальные служащие «Палаццо» прежде всего являлись его работниками.

За следующим поворотом тропинка сливалась с дорожкой, ведущей с пляжа гостей, и уходила под живой навес из деревьев, к симпатичным деревянным резным скамеечкам. Марк Лоуфорд направлялся прямо к ним. Что же касалось Стэйси, то после подъема в гору и обмена любезностями с этим господином она вовсе не возражала присесть и дать свои ногам небольшую передышку.

Когда они удобно устроились на скамейке, мужчина небрежным жестом достал портсигар и дорогую зажигалку, предложил Стэйси сигарету. Когда девушка отказалась, он лениво закурил и продолжил:

— Кстати, сумочку вашу вернули.

— Мою сумочку?! — Стэйси воззрилась на него со счастливой улыбкой. — Надо же, это просто замечательно! А как насчет…

— Нет, боюсь, денег там уже нет. — Марк покачал головой. — Но, исходя из вашего рассказа, все остальное на месте.

— Конечно же денег нет… — вздохнула мисс Робертс. — Придется возмещать их «Санфлэйр», ведь это были деньги компании.

— Давайте пока подождем с возмещением убытков. Может, все еще уладится.

Стэйси не надеялась на такое чудо, но предпочла не спорить с боссом на эту тему. Повисла какая-то умиротворяющая тишина, как будто теплый воздух, насыщенный ароматами, обволакивая их, принес успокоение. «Да, сейчас впервые с момента знакомства на теплоходе мы не спорим до ожесточения», — подумала она.

Девушка даже не знала, радоваться ей или огорчаться, когда небольшая компания отдыхающих появилась из-за поворота. Узнав ее, все они наперебой загомонили:

— Мисс Робертс! А мы вспоминали о вас на пляже. Почему вы не пришли поплавать и позагорать с нами? А попробуйте угадать, где мы были сегодня утром, мисс Робертс! На Капри! Мы летали на вертолете! Вот это да! Вы бы это видели!..

Ее тут же окружила восторженная толпа, в которой все старались перекричать друг друга. Стэйси с непринужденным дружелюбием умудрялась отвечать на все их вопросы и выслушать каждого.

Марка Лоуфорда, казалось, не замечали. Он лениво покуривал сигарету и наблюдал за происходящим.

Среди этого заезда было несколько семейных пар. Мистер и миссис Томпсон приехали вместе с двумя сыновьями-тинэйджерами. Оба парня так и льнули к Стэйси. Тот, что был повыше, умудрился ухватить девушку за руку и оттащить к краю утеса, с которого открывался потрясающий вид на море:

— Вы только посмотрите вон туда, мисс Робертс! Вы видите?! — Он показывал на Сорренто, раскинувшийся внизу, и на большой городской пляж. — Третья яхта, если смотреть с этого бока. Вон та, с красной полосой на корме!

Стэйси сомневалась, что может рассмотреть красную полосу с такого расстояния, но, тем не менее, вежливо кивнула юноше, чтобы не разочаровывать его.

— Мы на ней катались сегодня утром! — продолжил он гордо. — Если бы видели, каких разноцветных рыб мы наловили! Я таких никогда прежде не видел.

— Я так рада, что тебе понравилось, Дерек! — Стэйси Робертс улыбнулась юноше, немного смущаясь от страстного взгляда его глаз, окруженных веснушками.

— Еще бы! — произнес парень рассеянно.

Его окликнули остальные, которые уже ушли вперед, и он был вынужден поспешить за компанией, помахав ей на прощание.

Неохотно Стэйси направилась к резной скамеечке под деревьями, в душе насмехаясь над собственной глупостью. Марк Лоуфорд, вероятно, давно вернулся в отель. Но низкий голос сзади пригвоздил ее к месту:

— На какое-то мгновение мне показалось, что он заставит вас нырнуть прямо с этой самой скалы.

В замешательстве она резко обернулась и чуть было не наступила на ногу хозяину «Палаццо». Когда ее волосы упали ему на грудь, Стэйси смущенно рассмеялась.

— Дерек просто показывал мне яхту, на которой они сегодня утром ездили рыбачить, — объяснила она, сама удивляясь, зачем это говорит и почему ее сердце так бешено колотится только оттого, что она неловко наткнулась на босса.

Без оглядки она запрыгала вперед по ступенькам, но Марк последовал за ней и, пройдя несколько пролетов, кивнул в сторону удалявшейся компании туристов:

— По их разговорам я понял, что завтра планируется Ишиа?

— Да, — кивнула Стэйси, твердо решившая держаться поодаль. — Я задумала ночную прогулку к вулкану, а затем мы посмотрим, как встает солнце над Неаполитанским заливом.

— Очень романтично.

Девушка не ожидала, что вызовет у собеседника такую ослепительную улыбку, но умудрилась ответить непринужденно:

— Да нет, не так уж и романтично, там, кроме нас, будет много других компаний.

— А эта компания включает и вас?

Она кивнула:

— Раз уж практически все клиенты «Санфлэйр» собрались в этот поход, мне сам бог велел, хотя бы по долгу службы.

— Интересно, и как далеко вы собираетесь водить группу из более чем тридцати человек, не зная итальянского? — ехидно спросил Марк Лоуфорд после паузы.

Девушка дерзко взглянула на него. Ну вот, снова. Короткое перемирие закончилось. Разговор возвращался к ее профессиональным недостаткам.

Стэйси вздернула подбородок и прохладно ответила:

— До сегодняшнего дня мне удавалось справляться.

— Только потому, что Мария помогает вам преодолевать языковой барьер, — возразил собеседник. — Но я не могу отпустить ее на Ишиа.

— А вам и не придется, — отрезала Стэйси. — Не беспокойтесь, Ишиа всего лишь на том берегу залива.

— Но все же в Италии, — парировал он раздраженно. — Или вы полагаете, что ради вас все станут разговаривать по-английски, как по мановению волшебной палочки?

По какой-то непонятной причине из-за резких слов босса ее глаза тут же предательски заблестели. Глядя перед собой, Стэйси грустно произнесла:

— Если я так безнадежно некомпетентна, то почему бы не заменить меня кем-то более подходящим?

Марк некоторое время молча смотрел в ту сторону, откуда им размахивали руками туристы, уже добравшиеся до вершины холма, а затем произнес:

— Вообще-то я сторонник демократичных приемов, мисс Робертс. — Он повернулся к ней с каким-то странным выражением лица. — Вы — такая особенная радость для всех этих людей… Кроме того…

«Кроме вас», — хотела продолжить Стэйси, но не решилась. А какая в принципе разница, нравится она Марку Лоуфорду или нет. Ведь все остальные воспринимают ее вполне адекватно.

Мужчина взял ее за руку и, пройдя еще несколько шагов, спокойно произнес:

— Так как я не могу завтра отпустить Марию с вами на Ишиа, а другого человека у нас нет, то остается только один выход.

— Какой же? — мрачно спросила Стэйси. Как будто она и сама не знала. Конечно же он запретит поездку.

— Я поеду с вами.

Она даже дышать перестала.

— Вы?! — Ее сердце ушло в пятки. Она тут же в красках представила себе, как в течение двух дней будет находиться под неусыпным контролем, зная, что босс следит за каждым ее неверным движением! — Я должна была предполагать, — горько вздохнула она, — что вам недостаточно единоличной власти в отеле.

— «Санфлэйр» сейчас находится под моей опекой, — парировал Лоуфорд раздраженно. — Хорошенькая реклама светит нашей компании, если клиенты будут рассказывать, как путешествовали по стране с вами и разговорником.

— Вы непробиваемо уверены в том, что я все порчу! — отрезала Стэйси, преодолевая последнюю ступеньку и направляясь в сад.

Мужчина шагал легко и невыносимо близко к ней.

— Если говорить искренне, — решительно продолжал он, — «Санфлэйр» только что вышла из кризиса, и я намереваюсь проследить, чтобы так оно и оставалось.

— Несмотря на мое присутствие, естественно. — Мисс Робертс подняла глаза, награждая собеседника вымученной гримасой вместо улыбки, затем бегом свернула на тропинку между деревьями. Когда Марк Лоуфорд, постояв с минуту, ушел, девушка выскользнула из своего укрытия и направилась в отель.

Как работодатель он был просто невыносим. Но… (она наблюдала за высоким силуэтом человека, исчезающего за дверью отеля) весьма неплохо, если кто-то вроде Марка Лоуфорда работает на вас.

Она подумала о владелице «Санфлэйр». Девушка. Как сказал Джереми, довольно молоденькая. От силы двадцать два — двадцать три года. Несомненно, хорошенькая. Стэйси посмотрела вниз на пламенеющие красные маки, цветущие вдоль тропинки.

Конечно, здесь не обошлось без романтического приключения. А зачем же еще мистеру Лоуфорду ставить на карту все свое состояние, помогая этой девице?

В день экскурсии на Ишиа Стэйси Робертс проснулась со смешанными чувствами. Она приняла ванну и постаралась одеться особенно тщательно, выбрав узкое платье терракотового цвета с маленьким аккуратным воротничком. Свои обычно ниспадающие хаотичным каскадом волосы она сколола заколкой на затылке так, что получился деловой вариант обычного кудрявого облака. Для завершения композиции она надела белые сережки-гвоздики, после чего критически взглянула на результат.

Никто бы не осмелился сказать, что она выглядит непрезентабельно сегодня.

Во время завтрака у всех было приподнятое настроение, и Стэйси начала уже подумывать, что ее наихудшие ожидания не оправдаются. Марк Лоуфорд до сих пор не показывался. Только вот она уже знала, что он имеет привычку появляться в самый неподходящий момент.

Фирменный автобус отеля появился на подъездной аллее, как и планировалось, ровно в десять утра. Стэйси пересчитала всех пассажиров, как будто это была школьная экскурсия. Когда в автобусе все расселись по местам, она неохотно взглянула на дверь. Но никто не появлялся. Водитель нетерпеливо постукивал по рулю, и Стэйси, понимая, что группа не может больше задерживаться без всякой причины, заняла свое место, строя догадки о причинах отсутствия босса. Итак, в конце концов Марк Лоуфорд решил не ехать. Возможно, он подумал, что переусердствовал с ролью доброго дядюшки для «Санфлэйр», или же (Стэйси тайком злорадно ухмыльнулась) получил какое-нибудь личное послание от хозяйки.

Любуясь проносящимися за окном автобуса фруктовыми зарослями и виноградниками, густо насаженными на пути к набережной, Стэйси убеждала себя, что она безумно рада тому обстоятельству, что владелец «Палаццо» отказался от намерения ехать на эту экскурсию. Но какой-то маленький кусочек ее сердца испытывал предательское разочарование.

Посадка на катер прошла довольно гладко. Один раз мисс Робертс испытала неловкость оттого, что представитель охраны обратился к ней по-итальянски в тот момент, когда она проверяла наличие билетов у всех своих подопечных. Девушка стушевалась, но, прокрутив в голове услышанные фразы в более медленном темпе, смогла легко найти нужный ответ. Мужчина удовлетворенно кивнул и ушел прочь.

Когда катер миновал несколько маленьких островов, на горизонте замаячил Ишиа. Стэйси разглядела раскидистые сосны, растущие прямо на ослепительно белом песчаном берегу. На вершине холма виднелись руины старинного замка, а вдоль берега тянулись целые деревни из розовых, желтых и белых домиков. Катер, рассекая зеркальную гладь залива Порто-д'Ишиа, проскользнул в ближайшую бухточку.

На причале вся компания первым делом собралась вокруг мисс Робертс, чтобы услышать подробную программу пребывания на острове. Ленч будет подан в отеле «Мартино», а затем предполагается выделить пару свободных часов на прогулку по острову. Для желающих отдохнуть перед полночным восхождением в отеле забронированы комнаты.

Ужин также сервируют в отеле, где можно посетить дансинг и ночное шоу. Затем группа отправится пешком в деревню, расположенную у подножия Монте-Эпомео, где можно будет взять напрокат маленьких осликов, если нет желания подниматься на гору пешком.

Восхищенные возгласы, прокатившиеся по всей компании туристов, были лучшим одобрением для Стэйси, внутренне поздравившей себя с первыми победами. Похоже, она насладится этим походом даже больше своих подопечных. Девушка глубоко вдохнула насыщенный цветочными ароматами воздух и улыбнулась самой себе.

Смеясь, она высвободилась из кольца рук юных братьев Томпсон и решительно зашагала вперед вдоль берега.

Если ей правильно описали местность, то первый поворот за зданием пристани приведет группу туристов к автостоянке. Там их будет ожидать автобус, который и должен доставить всю шумную компанию в один из самых больших отелей острова, здание персикового цвета, расположенное на холме в окружении воды. Девушка не придавала особенного значения тому факту, что на остров съехалось множество отдыхающих и одна точно такая же компания следовала прямо за ее собственной. На пристани толпилось столько приезжих, что местные жители казались достопримечательностью. И это было неудивительно — курортный сезон в разгаре.

Одинокий автобус коричневого цвета маячил на пустынной площади.

Воодушевленная, Стэйси решительно подошла к открытому окну у водительского места. Ее немного смутило, что тур-менеджер другой экскурсионной группы вознамеривался сделать то же самое. Может, он просто хочет о чем-то спросить? Не может же это означать соперничество?.. Ведь это определенно автобус «Санфлэйр». Тем более, что название отеля «Мартино» написано на боку крупными буквами.

Точно с такими же мыслями мужчина из другой группы поравнялся со Стэйси и удивленно вскинул бровь. Этот жест заставил девушку задуматься, почему обе группы отдыхающих прибыли в одно и то же место одновременно. В этот момент полный усатый джентльмен, не теряя времени, сунул водителю листок бумаги, вероятно с адресом, и махнул рукой своей компании, призывая рассаживаться по местам.

Стэйси быстро отошла в сторону и достала из сумочки квитанцию отеля. Натянуто улыбнувшись, она заявила по-английски:

— Должно быть, произошла ошибка. Этот автобус прислали для группы «Санфлэйр»… и, мне кажется, он недостаточно просторен, чтобы вместить всех нас…

Мисс Робертс распространялась около минуты, пока до нее не дошло, что оба джентльмена не понимают ни слова из ее речи. Они довольно красноречиво одновременно пожали плечами и покачали головой.

— Извините! Вы не поняли?! — Улыбка Стэйси медленно потухла, и она попробовала изложить то же самое по-итальянски. Насколько умела. Девушка и сама понимала, что произносимые ею итальянские слова, расположенные по правилам английской грамматики, вряд ли звучат в виде правильной фразы на итальянском языке и, что самое главное, вряд ли имеют смысл.

Тур-менеджер другой группы нетерпеливо возвел очи горе. Затем выругался на местном наречии. Очень крепко, судя по интонации.

Отойдя в сторонку, девушка прикусила губу. Да что же это такое творилось?! Один автобус и две группы отдыхающих. Одна группа неминуемо оставалась на месте. И, судя по тому, как яростно размахивал руками и извергал проклятия усатый джентльмен, она смутно догадывалась, чьи туристы никуда не поедут.

Опустив плечи и изнемогая от жары, она проклинала свою непредусмотрительность. Если бы только она не была столь самонадеянной и не ждала, что все пойдет как по маслу, то могла бы предвидеть подобные затруднения.

Стэйси уже заметила, что ее компания взволнованно переглядывается. Несомненно, пожилые туристы, которых у нее было немало, не смогут совершить пешую прогулку через весь город, да еще под палящим солнцем. Особенно после утренней поездки на катере.

С новыми силами девушка ринулась к усатому господину, пытаясь как-то разрешить конфликт, но ее английская вежливость пасовала перед обилием его словарного запаса. А туристы из «конкурирующей» группы нетерпеливо замахали руками, давая понять, что они хотят во что бы то ни стало скорее отправиться в путь. Естественно, это было и в интересах их тур-менеджера тоже. Он подошел вплотную и, продолжая грубо ругаться, оттолкнул девушку в сторону.

В это мгновение резкий поток итальянских слов хлестнул над головами присутствующих. Нескольких фраз, сказанных командным тоном, хватило, чтобы усатый господин тут же научился хорошим манерам. Он обернулся, впрочем, как и Стэйси. Они увидели рослую фигуру человека, решительно шагавшего в их направлении. Мисс Робертс уже уловила в повелительном голосе до боли знакомые интонации, пусть даже речь и была итальянской. А теперь, когда она узнала широкоплечего мужчину в светлом льняном костюме, ее сердце радостно подпрыгнуло. Надо же, Стэйси и вообразить не могла, что будет так радоваться появлению своего начальника.

Она восхищенно наблюдала, как Марк Лоуфорд подошел к водителю и завел с ним светский разговор. Тур-менеджер «конкурентов» попробовал гнуть свою линию, но недолго и не очень настойчиво. Поглядывая на невозмутимого Лоуфорда, он вскоре остыл, обреченно понурил голову и отступил, недовольно пожимая плечами и бормоча что-то невразумительное своим спутникам.

Стэйси не поверила своим глазам, когда босс махнул ей рукой. Поторапливаясь, пока не произошло еще что-нибудь непредвиденное, она поскорее собрала всех своих изнуренных жарой подопечных и повела их к автобусу, подбадривая наиболее уставших. Когда все благополучно расселись по местам, девушка, собираясь уже проскользнуть на свое место, почувствовала чью-то руку на своем плече. Марк Лоуфорд, явно намереваясь присоединиться к экскурсии, уселся рядом с ней, с трудом уместив свои длинные ноги в пространстве между сиденьями.

Буквально через несколько минут они уже въезжали на территорию отеля «Мартино», и Стэйси лишь покачала головой, понимая, что суета с транспортом была почти напрасной. Пока она и усатый джентльмен спорили как малые дети, водитель мог десять раз съездить туда и обратно. Мисс Робертс обреченно вжалась в сиденье. Если бы она могла лаконично и понятно изъясняться по-итальянски, инцидент был бы улажен за пару минут.

Молча съев свой ленч в компании Марка Лоуфорда, девушка поспешила исчезнуть и притулилась в креслице, стоящем в углу пустого зала. Но ее выследили. С обреченностью, отчетливо звучавшей в голосе, растеряв всю свою воинственность и боязливо взирая на крупную фигуру, опустившуюся в кресло напротив, Стэйси грустно произнесла:

— Я начинаю понимать, что вы были правы, утверждая, что я не гожусь для этой работы. Похоже, нам вообще не следовало затевать всю эту кутерьму с Ишиа.

Марк Лоуфорд пожал плечами и уселся поудобнее, скрестив длинные ноги.

— Такие инциденты здесь не редкость, — неожиданно мягко произнес он. — Неаполитанский паром сейчас работает на славу. Вероятно, у того парня просто вылетело из головы, что их группа прибыла на десять минут раньше положенного.

Так вот как босс уладил этот конфликт! Просто напомнил о расписании катера. Сосредоточенно изучая свои руки, девушка медленно проговорила:

— Сейчас мой поступок выглядит ужасно глупо, но я втянулась в перепалку и выставила фирму в неблагоприятном свете перед клиентами.

— Да нет, вы просто пытались постоять за себя. Стэйси удивленно взглянула на Марка и заметила веселую искорку в его золотистых глазах.

— Так вы там были? — воскликнула она. — И наблюдали со стороны! — А затем уже более уверенно заявила, глядя на его хитрую физиономию: — Так вы преследовали нас от самого Сорренто?!

— Незримо! — многозначительно произнес мужчина, закуривая сигарету. — Просто я не хотел вмешиваться, пока вы и без меня прекрасно справлялись.

Стэйси опустила ресницы. Подумать только, эти глаза следили за каждым ее движением! Интересно, что он подумал о ее попытке общения с охранником на катере? Вспоминая все происходящее, она пришла к выводу, что периодически превышала свои полномочия… Расслабившись, на катере она поддалась всеобщему веселью. Но если бы только она знала…

В порыве праведного негодования девушка вдруг произнесла:

— Не могу сказать, что ваши шпионские приемы меня очень впечатляют, но вы должны быть довольны полученными результатами. — Она решительно встала и, ухмыльнувшись, вознамерилась удалиться. — Теперь, когда вы собрали всевозможные доказательства моей некомпетентности…

Мужчина, сидевший напротив, не произнес ни слова, пока несколько гостей не прошли мимо и не скрылись за дверью, но его взгляд буквально пригвоздил Стэйси к креслу.

— Вы бросаетесь в крайности в работе и в жизни, — растягивая слова, произнес он, когда отдыхающие ушли. — Даже клиенты замечают вашу горячность! — Марк неожиданно ослепительно улыбнулся. — А так как сегодня вечером они ожидают от вас чего-то необыкновенного, предлагаю немного отдохнуть, хотя бы до обеда.

Отдых! Каким же сладостным казалось это слово, ведь сегодня она поднялась ни свет ни заря и половину утра провозилась с офисными счетами, а затем еще эта экскурсия… Мисс Робертс очень хотела сейчас просто заснуть на пару часов, но вынуждена была отказаться от этого заманчивого предложения.

— Боюсь, что ничего не получится. Еще очень многое нужно сделать, — пробормотала она.

— Ну а я тогда на что? Попробую все уладить. — Марк встретил удивленный взгляд ее серо-зеленых глаз едва заметной улыбкой. — Ведь именно так бы поступил Фэрроу? А раз уж он помогает мне в Риме, то почему бы не отплатить ему добром здесь?

Лоуфорд, вставая, вытянулся во весь свой немалый рост и приказал не терпящим возражения тоном:

— Марш в номер и спать! Я не желаю вас видеть здесь до ужина!

Когда девушка проснулась, небо уже окрасилось розоватыми красками заката. Быстро умывшись и сделав новый макияж, Стэйси почувствовала, что ей все по плечу. «Но так ли это на самом деле?» — задалась она вопросом, пока Марк Лоуфорд подвигал ей стул за ужином и сам усаживался напротив, задумчиво разглядывая бронзовый шелк ее кудрей, ниспадающих на плечи, и строгое терракотовое платье.

— М-да, просто шикарно… — пробормотал он, прежде чем обратить внимание на меню.

Потом наступило время танцев, и мисс Робертс испытала временное облегчение. Дерек Томпсон лихо закружил ее в танце, а затем кавалера сменил его брат Ланс. Этот семнадцатилетний юноша обладал ростом взрослого мужчины и примерно такими же стремлениями. Он тесно прижимал девушку к себе, уделяя гораздо больше внимания ее ушку, нежели своим ногам.

Мистер Вебер — пожилой турист из их группы — также решил пригласить Стэйси на танец. Но сей кавалер с трудом сам держался на ногах, не говоря о том, чтобы поддерживать партнершу, и на протяжении всего танца рассказывал ей о своей пекарне. Девушка слушала и улыбалась. Ей частенько приходилось выслушивать различные истории из жизни клиентов.

Когда следующий кавалер взял ее за руку, мисс Робертс не сомневалась, что это окажется мистер Попплвелл, который за один танец детально опишет свою птицеферму (или это была фирма по продаже медицинского оборудования… она уже не помнила точно).

Когда Стэйси подняла глаза и увидела лицо, склоняющееся к ней, ее тело пронзила нервная дрожь. Она вдруг возжелала провалиться сквозь землю, и, несмотря на то что мелодия следующего танца с Марком Лоуфордом была совершенно обычной, ее ноги отказывались слушаться, а руки предательски дрожали. Девушка споткнулась, но партнер поймал ее и крепче прижал к себе. Он приветливо улыбался, но в шоколадных глазах на миг мелькнуло раздражение:

— У вашего бойфренда, наверное, другая техника движений, но не забывайте, что сейчас я вместо него… — Потом, подчиняя своему ритму их общий танец, Марк весело добавил: — Я так понял, что вы договорились наслаждаться жизнью по полной программе. Что ж, я попробую соответствовать вашим требованиям.

Стэйси догадалась, что собеседник намекает на их разговор в первый день знакомства на теплоходе, но по тону босса никак не могла определить, издевается ли он или слегка подтрунивает. Партнер не оставил ей времени на размышления о скрытых мотивах собственных слов, закружив ее в умопомрачительном танце.

Девушка не могла сказать, что ощущение ей не понравилось. Пульс Стэйси участился, пока этот мужчина столь умело и раскованно вел ее в танце. Местная музыка своим зажигательным ритмом добавляла остроты этим ощущениям. И Стэйси непроизвольно расслабилась, чувствуя надежную опору. Она вдруг почувствовала, как кровь в ее жилах начинает опасно закипать.

Просто невероятно! Марк Лоуфорд предлагает заменить Джереми!

Даже если бы Джереми вдруг материализовался из воздуха и замена стала бы ненужной, девушка сомневалась, что ее нынешний кавалер выпустит ее из своих объятий… И что она сама захочет этого.

Мисс Робертс глубоко была погружена в свои чувства и не заметила, что никому из прежних кавалеров не удалось отбить ее на сей раз.

Глава 4

Надменно взирая с высоты на искрящийся разноцветными огнями Ишиа, полная луна равнодушно нависала над мерцающими звездами и казалась центром вселенной.

Стэйси сверила по списку присутствие всех членов своей группы, уже деловито рассаживающихся по местам в автобусе. Это должна быть самая обычная поездка. А вот маршрут от деревни до вершины горы представлялся действительно увлекательным. Забавные ослики и их хозяева уже были наготове, чтобы подвезти в гору всех желающих. Эпомео была не самой высокой горой, а во время восхождения никаких языковых трудностей возникнуть не должно. По крайней мере, девушка считала, что языковой барьер никак не связан со способностью переставлять ноги.

Стэйси оглядела автобус: пока все шло своим чередом, и ничто не предвещало осложнений на пути туда и обратно. Единственной странностью было отсутствие Марка Лоуфорда, который словно испарился. Но поскольку девушка не видела его с того самого момента, когда они расстались после танцев, то решила, что он просто отправился назад в Сорренто на последнем пароме.

Рисуя в своем воображении картину стоящего на палубе Марка Лоуфорда, Стэйси вдруг заметила, что водитель автобуса смотрит на нее вопросительно, ожидая дальнейших распоряжений. Девушка опомнилась и, улыбнувшись, дала команду отправляться в путь, так как все были в сборе. Легко вспорхнув на подножку, она вдруг почувствовала, как знакомые сильные руки поддержали ее сзади. Неужели все это время он был здесь?

У мисс Робертс не осталось времени на раздумья относительно причуд этого мужчины, когда он бодро вспрыгнул на подножку и дал водителю сигнал трогаться. Не успела она усесться, как автобус начало трясти на ухабах. Поскольку сильные руки все еще оберегали ее от толчков, девушка предпочла поскорее опуститься в кресло. И вообще Марку совершенно ни к чему знать, как по-идиотски громко и радостно бьется сердце Стэйси оттого, что он все же решил совершить это восхождение вместе с ней.

Она с усмешкой подумала: стоит ей только немного расслабиться, как возникает очередная неразбериха. Со стороны могло показаться, будто она какой-то неопытный новичок, а не тур-менеджер с двухлетним стажем.

Конечно, причиной всему был этот человек!

Только она немного успокоилась, подумав, что он отправился назад в Сорренто, как он возникает, словно чертик из коробочки. Конечно, он не такой безалаберный, как Джереми, но девушке и раньше встречались требовательные боссы. И когда она только научится спокойно воспринимать тот факт, что Марк Лоуфорд — это просто один из череды многочисленных шефов. Только, несомненно, гораздо более привлекательный по сравнению с остальными. Стэйси искоса взглянула на мощные плечи под льняным пиджаком, на шелковый галстук, слегка ослабленный и обнажающий загорелую шею и резко контрастирующий с завитками густых темных волос. Ни один знакомый мужчина в ее жизни не обладал таким точеным профилем и такой несгибаемой способностью устанавливать свои правила. Но для Стэйси Робертс он был всего лишь еще одним начальником.

Внезапно разрозненное бормотание пассажиров превратилось в благоговейный шепот, когда автобус вырулил с освещенной огнями дороги на неширокий проселок, откуда открывался вид на величественную Монте-Эпомео. Эта гора, главная достопримечательность Ишиа, была видна почти со всех сторон острова, но вид из города не шел ни в какое сравнение со зрелищем, представшим в непосредственной близости.

Во мраке ночи, озаренный лунным светом, гордо вырисовывался высоченный утес, к которому вела извилистая горная дорожка — серпантин.

Взглянув на эту величественную картину, Стэйси была поражена не меньше остальных пассажиров автобуса. Было что-то возбуждающее в предвкушении восхождения на вулкан. Ведь далеко не всем выдается возможность совершить подобное, да еще при свете полной луны.

Мисс Робертс была ужасно рада, что именно она внесла эту экскурсию в расписание «Санфлэйр». Судя по всему, туристы еще долго будут рассказывать окружающим об этом восхождении. Ослики и их хозяева ждали в последней на пути группы деревне; дальше дорожка сужалась, и обычный транспорт уже не смог бы там проехать. Ослики двигались очень энергично, как будто везли на спине не тяжелых туристов, а связки соломы. К счастью для осликов, не все отдыхающие желали ехать верхом, многие предпочли совершить пешее восхождение, как, например, Дерек и Ланс Томпсоны, чьему примеру последовали и другие молодые люди. Так что довольно скоро Марку Лоуфорду некого стало подсаживать. Теперь он стал сосредоточенно сверять количество туристов по списку.

Когда вся компания двинулась в путь, Стэйси собралась пешком последовать за ними. Она недолго раздумывала, почему ослы были столь популярным местным средством передвижения. Дорога оказалась каменистой, и мелкие камешки затрудняли подъем. Улыбаясь, девушка попыталась все же идти, только вот красивая походка не получалась.

Тем не менее долго упражняться в ходьбе ей не пришлось. Очень скоро симпатичная пушистая спинка поравнялась с ней, следуя четким указаниям… естественно, Марка Лоуфорда. А пока мисс Робертс раздумывала, как близко он к ней подъедет, Марк, долго не раздумывая, обхватил девушку за талию и, приподняв над землей, словно она была пушинкой, усадил на ослика. После он движением руки приказал ослику двигаться, пока Стэйси бормотала:

— Вообще-то я собиралась идти пешком.

В лунном свете улыбка собеседника приобрела какое-то особенное выражение, когда он произнес:

— Не думаю, что вам так уж необходимы физические упражнения.

Они проделали большую часть пути к вершине, когда Стэйси, которая по роду работы привыкла много разговаривать, нарушила затянувшееся молчание.

— А я думала, вы вернулись в Сорренто? — выпалила она первое, что пришло на ум.

— И вы разочарованы, что я остался? — Он остановился и насмешливо улыбнулся, дожидаясь, пока ослик девушки поравняется с ним.

— Немножко, — произнесла она, судорожно подыскивая слова. — Просто я понадеялась, что вы доверите мне самой продолжить эту экскурсию.

— Я не сомневаюсь, вы бы и без меня справились. Давайте считать, что я просто опоздал на паром, — подмигнув, проговорил Марк, а затем снова слегка обогнал ее.

Стэйси вздохнула с облегчением. Не стоило заводить этот щекотливый разговор; слава богу, на этот раз обошлось без ссоры. А может быть, дело в каком-то загадочном притяжении к этому человеку, которого она совсем недавно посчитала случайным попутчиком и даже не надеялась встретить снова. А тут еще и его загадочное желание «заменить» Джереми. Конечно же она сразу нафантазировала бог знает что, и эта фантазия не выходила у девушки из головы. Несомненно, Марка Лоуфорда все это просто забавляло.

Только вот Стэйси предательски понравилось танцевать в его объятиях. Так что маленькая победа Марка была налицо. Ну ладно, раздумывала девушка под равномерное покачивание и цоканье копыт ослика, все не так уж серьезно, чтобы придавать этому значение. Она хотела возобновить разговор, но почему-то передумала… Может, потому, что беседа под полной луной не была похожа на перепалку через стол в кабинете Марка Лоуфорда. Так что Стэйси решила отложить свои разговоры с Марком на более подходящее время, когда они окажутся в располагающей к работе обстановке. Решив отвлечься от этих зыбких мыслей, девушка в полной мере отдалась красоте сменяющегося пейзажа и приключенческому духу.

Наконец импровизированный караван остановился в нескольких футах от вершины. Все спешились, занимая лучшую позицию для наблюдения. Прежде чем разношерстная компания успела разбрестись, Лоуфорд строго-настрого предостерег всех от приближения к обрыву.

Братья Томпсон отнеслись к его словам с легким пренебрежением, но все остальные приняли предупреждение всерьез.

Стэйси выбрала себе довольно хороший наблюдательный пункт. Узенькая извилистая тропинка привела ее на зеленую полянку.

Ее уединение продолжалось недолго. Сначала Дерек Томпсон, а потом и его брат появились из-за ближайшего выступа скалы.

— Так вот вы где? — обиженно воскликнул старший. — Должен заявить, что мистер Лоуфорд ужасно несправедлив. Мы проделали весь путь не для того, чтобы потом запретили самое интересное — взойти на вершину!

Девушка проследила за его жадным взглядом, направленным на верхушку отвесного утеса, уже озаренную лучами рассвета.

— Честно говоря, мне ваша идея тоже кажется небезопасной, — назидательно произнесла она.

— Ерунда, — фыркнул Ланс. — Лишь бы что-то запретить, десятки людей туда поднимались, и ничего… Может, не при таком освещении, конечно.

Пока парень распространялся на эту тему, Стэйси поинтересовалась:

— А что говорит ваш отец насчет такого восхождения?

— А как вы думаете? — злорадно ответил Ланс. — Сказал, что я могу свалиться со скалы.

Тур-менеджер подавила улыбку и решила подождать высказываний на тему от старшего брата, но Дерек казался не очень-то словоохотливым. Но все же смущенно вымолвил:

— Мисс Робертс, у меня есть с собой плащ. Если хотите присесть, то его можно постелить на землю.

— Спасибо, не стоит. Я лучше постою, — ответила она с улыбкой. — Не хочу пропустить детали этого завораживающего зрелища.

— Зрелище! — передразнил Ланс, вскидывая мрачный взгляд. — Держу пари, это сплошная скукотища. — Его взгляд остановился на небольшой возвышенности, расположенной чуть ниже главной вершины. — А как насчет вон той скалы? — Он махнул рукой в ту сторону. — Туда-то хоть можно забраться?

— Не знаю, я не уверена… — Стэйси явно колебалась.

— Да успокойся ты уже, наконец! — нетерпеливо воскликнул Дерек.

Пока Ланс обводил взглядом скалы, его старший брат подобрался поближе к Стэйси.

— Ничего, если я посмотрю вместе с вами, мисс Робертс? — робко спросил он.

— Ничего… — неохотно согласилась девушка, предполагая, что мысли Дерека далеки от красот природы. Юноша приблизился вплотную, так что их плечи соприкасались, а его взгляд был слишком уж пристальным.

— Черт побери! Какая вы красивая, мисс Робертс! — пробормотал ей на ухо юноша.

— Мы ведь пришли сюда любоваться восходом, Дерек, — укоризненно произнесла Стэйси, нарочито пристально глядя на море.

Через несколько минут, не отводя взгляда от лица девушки, он вымолвил:

— Я собираюсь приехать сюда на следующий год. Надеюсь, один. Вы ведь опять будете здесь?

— Наверное, буду, и, как всегда, по горло в работе, — ответила собеседница, стараясь, чтобы слова звучали не слишком резко. Она отодвинулась от утеса, понимая, что разговор начинает принимать нежелательный оборот, а уединенность и романтическая красота этого места становятся скорее недостатком, чем преимуществом.

— Ну конечно же, но ведь у вас есть свободное время? — настаивал Дерек. — И мы могли бы… — Он уже собирался снова придвинуться поближе, когда из-за угла показались двое — Ланс, выглядевший слегка растрепанным, и следом Марк Лоуфорд.

— Почему я должен присматривать за твоим малолетним братцем, Томпсон? — раздраженно прикрикнул хозяин отеля. — Или мне отправить вас обоих домой?

Ланс виновато улыбнулся, когда взгляд его брата уперся в утес, а затем прошелся по ободранным рукам Ланса и его грязным брюкам с оторванным карманом.

— Слишком крутой подъем… — понурив голову, начал оправдываться он. — Мне пришлось спускаться на… — Парень засмущался и отвел глаза.

Стэйси наблюдала за Дереком: его лицо исказилось от злости на младшего брата, юноша обхватил его за плечи и оттащил в сторонку.

— Тебя ни на минуту нельзя оставить одного, — яростно прошипел он, уводя Ланса.

Уже из-за угла донеслось жалобное:

— Я подумал, может, ты скажешь папе, что я…

Стэйси так и не расслышала окончания этого диалога. Твердые шаги Марка Лоуфорда по гравию заглушили последние слова. Остановившись в нескольких футах от нее, мужчина долго смотрел на озаряемое рассветом море, и в его молчании чудился невысказанный упрек…

— Такие волны… — Мисс Робертс рискнула начать разговор. — Боюсь, мне так и не удастся полюбоваться видом…

— Мне кажется, в данный момент это занимает вас меньше всего… — ледяным тоном парировал босс. — А еще мне кажется не совсем корректным для тур-менеджера поступком отдавать предпочтение кому-то из гостей.

— Я старалась избежать этого… — обескураженно ответила Стэйси, слегка отступая назад ввиду явного нерасположения собеседника.

— Что ж, в таком случае стоило держаться всей группы, а не кружить головы несмышленым юнцам… — Эти слова вогнали девушку в краску, а Лоуфорд едко продолжил: — В этом возрасте им в голову приходят сумасбродные мысли. Вы не заметили?

— Нет, не заметила! — Стэйси с вызовом шагнула вперед. — Тем более, что мы с Дереком беседовали как обычно.

— Ну естественно! И отослали его малолетнего брата на скалы, где он чуть не свернул себе шею.

— Похоже, сумасбродные мысли приходят в голову не только мальчишкам, но и вполне взрослым мужчинам, — обреченно парировала она, делая шаг в сторону тропинки. Лоуфорд резко остановил ее, ухватив за плечо и развернув к себе лицом.

— Вам расхотелось любоваться восходом? — В его голосе отчетливо слышалось рычание.

— Похоже, отсюда плохо видно… — Она побледнела от негодования и вызывающе вздернула подбородок.

Босс несколько мгновений смотрел на нее сверху вниз, а затем стальная пружина внутри него как будто лопнула, он махнул рукой и бросил с легким раздражением:

— Интересно, что бы на все это сказал Фэрроу? Или ему наплевать?

Джереми! Стэйси не ожидала сейчас услышать упоминание о нем. Она уже почти забыла, что Марк Лоуфорд вызвался «замещать» его. Но похоже, ее начальник и впрямь намеревался присматривать за ней.

Девушка с трудом выдавила:

— Не думаю, что он возражал бы против невинного созерцания рассвета.

— Может, и не возражал бы… — Марк натянуто улыбнулся, и Стэйси показалось, что он собирается уходить. Но он всего лишь отошел на пару шагов и встал поодаль. К счастью, потрясающий вид, открывшийся ее взору, слегка отвлекал от присутствия Марка Лоуфорда. Рассвет окрасил море золотистыми бликами, а два острова, казалось, бесконечно стремятся друг к другу на фоне розово-фиолетового неба. Стэйси раскрыла сумочку, доставая свой путеводитель, но ее отвлек ленивый голос, раздавшийся сзади:

— Остров, что поменьше, — это Вивара. Большой — Просида, или, если по-итальянски, Изола-Ди-Просида.

Девушка кивнула, продолжая любоваться завораживающим зрелищем.

— А видите тот мыс? — Марк поравнялся с ней, указывая рукой. — Это Низида. Неаполь находится с другой стороны.

Она взглянула на уже залитую солнечным светом шелковую гладь залива, рассекаемую темными утесами. Сильная рука заботливо обняла ее за плечи.

— А вон там, посередине, — Сорренто, — показал он. — Чуть ниже по побережью можно увидеть Кастельмар.

Ощущая тепло его пальцев через шелк подаренного им шарфа, Стэйси произнесла неловко:

— Капри отсюда выглядит совсем по-другому.

— Хорошо, что его вообще видно, — улыбаясь, ответил Марк, — Обычно он скрыт туманом.

Стоя под розово-сиреневым небом, Стэйси спросила скорее из обычного любопытства:

— Вам приходилось и раньше тут бывать?

— Пару раз. Когда я только приехал сюда четырнадцать лет назад.

— Четырнадцать лет! — Девушка в изумлении обернулась и посмотрела на Марка снизу вверх. — И с тех пор вы живете в Италии?

— До этого я жил еще в нескольких странах…

— Но в конце концов обосновались в Сорренто?

Мужчина кивнул:

— Вот так и разрываюсь между «Палаццо» и Туманным Альбионом.

Ну конечно же Туманный Альбион и юная владелица «Санфлэйр»!

Стэйси Робертс слегка отстранилась от собеседника и постаралась полностью сосредоточиться на волшебно изменяющемся пейзаже.

— Как здорово, что мы выбрались на эту экскурсию именно сегодня, — радостно воскликнула она минуту спустя. — От здешних красот просто дух захватывает!

— Пожалуй, вам удалось заинтересовать этим нескольких отдыхающих.

Мисс Робертс резко обернулась, обескураженная равнодушием босса:

— Смогу ли я повторить такую поездку со следующей группой?

Лоуфорд хмуро пожал плечами.

— Даже не знаю. Ваша работа территориально ограничивается Сорренто. Вообще-то такие экскурсии по живописным местам находятся в ведении гидов, — заметил он как бы между прочим.

— Но подумайте, сколько средств я сэкономлю для компании! — Эта ее горячая реплика слегка развеселила Марка, и в шоколадных глазах промелькнула смешливая искра. Но он не стал ничего говорить в ответ, разглядывая плечи девушки, покрытые шарфом.

Стэйси и думать забыла про этот шарф, но мужчина дотронулся до шелковой материи и спросил с небрежной улыбкой:

— Вам он понравился?

Девушка слегка смутилась и опустила глаза, делая вид, что пристально изучает расцветку вещицы.

— Это единственный шарфик, который у меня оказался, — солгала она. — Я понимаю, что должна была его вернуть, но…

— Оставьте себе. — Он резко отдернул руку. — Мне он ни к чему.

Яркий луч высветил плотно сжатые губы на хмуром загорелом лице, и Стэйси вдруг обнаружила, что солнце уже взошло.

— Ну вот, — она тихонько засмеялась, щурясь от яркого света, — кажется, пора собирать всех на завтрак.

— Пора, — лаконично ответил Марк и повел ее к оговоренному заранее месту сбора группы.

После незабываемой поездки на Ишиа жизнь возвратилась в свое привычное русло. Июньские ночи были теплыми, так что шумная жизнь отдыхающих текла своим чередом: танцы, ночные купания, бесконечные прогулки на террасах и беседы о прекрасном…

Стэйси Робертс общалась с гостями «Санфлэйр» настолько раскованно, словно знала их всю свою жизнь. Иногда девушке и впрямь представлялось, что так оно и есть. Проникнувшись веселой праздностью окружающего мира, было слишком легко поверить, что являешься его частью. Случайно уловив строгий взгляд карих глаз, Стэйси напоминала себе — это по-прежнему ее работа. Иногда девушке казалось, что Марку Лоуфорду не по душе ее увлеченность своей работой. Он мог, мимолетом взглянув на мисс Робертс, окруженную шумной толпой, нахмуриться и пройти мимо.

В общем, Стэйси решила, что вполне сносно справляется и без Джереми. Ни один из его неутешительных прогнозов пока, слава богу, не оправдался. Если бы что-то пошло наперекосяк, то — девушка была железно уверена в этом — ее бы давно отправили назад, в Англию, без долгих разговоров.

Как оказалось, Марк не такой уж сухарь, каким показался Стэйси в их первую деловую встречу, сразу по ее прибытии в отель.

А единственное, что тревожило девушку, — она не понимала, скучает ли по Джереми или нет. Стэйси регулярно писала ему, подробно рассказывая о событиях в «Палаццо», но в ответ получила только две небольшие открытки и письмо.

Вскрывая то единственное письмо и бегло просматривая четыре рукописные странички, Стэйси обнаружила в них описания города и туманные упоминания о самом Джереми и его жизни. Девушка криво улыбнулась. Ведь ее собственные письма были точь-в-точь такими же…

Может быть, от откровений его что-то сдерживало, так же как и ее. Или слишком плотный график мешал предаваться размышлениям о превратностях судьбы. У самой Стэйси такое случалось почти каждый день, когда клиенты, желающие немедленно знать все и вся в этих местах, не оставляли времени даже вспомнить о Джереми.

Но были моменты, когда она тосковала о возлюбленном, — заполненные ароматом жасмина тихие летние вечера, когда влюбленные парочки бродили здесь и там, из ресторана раздавались зажигательные итальянские ритмы и причудливо сверкала светомузыка. Даже Марк был не один в такие вечера. Он часто проводил их в компании какой-нибудь размалеванной красотки из Рима.

Молодая или пожилая, но с ним всегда была какая-нибудь женщина. Стэйси не могла понять, отчего такая популярность босса не дает ей покоя. Ну почему она так недовольна тем, что половина женщин Сорренто ищет встреч с Марком Лоуфордом? И почему ее так бесит мысль, будто он наслаждается своей притягательностью?

В один из одиноких вечеров, когда Стэйси бродила в благоухающем саду, она наткнулась на Тони. Теперь в ресторане он уже не пел ей и только ей, как раньше, и старался побыстрее испариться, как только хотя бы издалека замечал широкоплечую фигуру босса.

Наверняка Марк и тут провел воспитательную беседу. Раньше Тони всегда был рад составить ей компанию, когда выдавалась возможность, а теперь вот оставил ее в покое. Но его сладкоречивые банальности казались девушке лучше одиноких вечеров в собственном номере. Хотя на каждой совместной прогулке он чересчур крепко обнимал Стэйси за талию и лез с поцелуями под покровом любого развесистого дерева. Потом, после неприятной истории на ночном пляже, девушка стыдливо ломала голову, когда же она чересчур поощрила его. Ведь для нее Тони был просто хорошим знакомым, и она не хотела большего, чем пройтись в сумерках вдвоем по территории отеля.

В тот вечер мисс Робертс должна была сопровождать очередную группу туристов в Сорренто, когда Тони предложил совершить один из таких вечерних променадов. До момента отправления оставалось чуть больше часа, и девушка рассеянно наблюдала за падающими звездами, не видя смысла загадывать желания.

Каким-то образом разговор зашел о пещерах, в изобилии имеющихся на побережье, и вскоре эта тема увлекла ее. Стэйси была наслышана о причудливых полуосвещенных гротах с мерцающей водой и знала, что днем там полно народу. Когда Тони предложил быстренько исследовать одну пещеру неподалеку от пляжа, она все же засомневалась в рациональности такого поступка.

— Тони, мы не можем идти в пещеру в такое время! — недоверчиво воскликнула девушка.

— Так это самое замечательное время! — Он медленно расплылся в обворожительной улыбке. — Лучше видно переливы света и тени в подземных озерах.

— Озерах? — Она быстро взглянула на собеседника, надеясь, что не выдала своего любопытства. — Ты еще скажи, что там на лодках катаются… — Серо-зеленые глаза Стэйси просто светились от любопытства. — Я ведь знаю, входы в некоторые пещеры такие низенькие, что можно только на лодке туда попасть, но вот назад…

— Si, si…[10] — Тони насмешливо опустил глаза. — Только нам нужно торопиться. — Он тихонько взял девушку за руку и повел в направлении пляжа.

Стэйси колебалась. Ее настораживали чересчур уж интимные прикосновения сильных пальцев к ее руке, поэтому она поторопилась возразить:

— У меня и правда нет времени сегодня, Тони. — Она виновато улыбнулась гитаристу. — Через час мы с группой должны отправиться в поездку…

— Ну и что? — не сдавался парень. — Мне тоже еще выступать сегодня вечером. Тут совсем близко.

— А как же катание на лодке? — недоверчиво поинтересовалась девушка. — Не думаю, что это развлечение закончится так уж быстро…

— А, ты об этом…

Интересно, ей только показалось или Антонио действительно замешкался с ответом?..

— Но ведь и не так уж долго… — наконец пробормотал он.

Похоже, Тони не сомневался, не будь у Стэйси ограничения во времени, она бы с готовностью побежала вместе с ним в пещеры. Парень продолжал свои уговоры, потихоньку увлекая ее ближе к лестнице, ведущей на пляж. Тем не менее Стэйси остановилась. Что-то удержало ее на мгновение. Она даже не поняла что…

Вероятно, если бы в этот момент на одной из террас не показался Марк Лоуфорд под руку с очередной смуглой красавицей, Стэйси, здраво рассудив, отказалась бы от двусмысленного предложения Тони. Но босс, обворожительно улыбаясь своей спутнице, нежно коснулся губами ее загорелой щеки. Это незамысловатое движение заставило девушку отбросить доводы разума и поддаться на уговоры гитариста, чтобы забыться в темных пещерах.

Глаза Тони пылали обжигающим пламенем, когда он повел девушку вниз по ступенькам. Он непрерывно что-то рассказывал, и Стэйси завороженно слушала его низкий, грудной голос. Ей показалось, что даже самая банальная фраза в его устах звучит неземной музыкой.

Она грустно улыбнулась самой себе, когда они стали спускаться по тускло освещенному проходу. Откуда бы ни был родом Тони, он явно предпочитал местные традиции в одежде и жизни, а она была одета как раз подходяще — в ту самую итальянскую блузку, купленную в злосчастный вечер в Неаполе. Возможно, ему даже немного льстил ее наряд.

Вероятно, именно поэтому гитарист так сильно прижимал ее к себе. Только когда они прошли примерно половину лестницы, улыбка Стэйси начала слегка меркнуть. Ее одолевали неясные страхи. Почти стемнело. Что они смогут увидеть в пещерах при таком освещении?

Она постаралась расслабиться, мысленно ругая себя за глупость. Конечно же в гротах должно быть электрическое освещение! Иначе лодочники не смогли бы передвигаться там. Успокоенная своей догадкой, Стэйси Робертс беззаботно зашагала рядом с Антонио, готовая любоваться подземными чудесами. Но ее беззаботность улетучилась, как только они отошли от ярко освещенной территории отеля и ступили на темный пляж, где источником света были только тускло мерцающие звезды. Да уж, сейчас это место вовсе не выглядело таким дружелюбным, каким было при свете дня.

Стэйси оглядела пустынный песчаный берег, выискивая какие-нибудь признаки жизни.

«Интересно, куда же попрятались эти хваленые лодочники и как они собираются искать клиентов в этой кромешной тьме?» Когда ее глаза немного привыкли к темноте, Стэйси поняла, что никаких лодок здесь и в помине нет. Море выглядело таким унылым, будто ночь тяжелым грузом легла на его поверхность.

Она снова ощутила неясное опасение… Почему никто из туристов никогда не упоминал про живописные гроты, якобы расположенные на этом пляже? И еще интересно, как они с Тони собираются добираться до этих гротов, если на мили вперед простираются только песок и море и нет никакого намека на пещеры. Девушка старалась не поддаваться панике. В конце концов, раз уж она решилась на это дурацкое путешествие, нечего изводить себя глупыми страхами! Она с тревогой вспомнила поведение гитариста в тот раз, когда они случайно оказались вдвоем на этом же пляже. Но ведь после той неприятной встречи они не раз прогуливались вместе под покровом ночи. Правда, всегда вокруг было много гостей отеля, туристов, мелькали разноцветные огни…

Стараясь, чтобы ее голос звучал беззаботно, девушка произнесла:

— И где же люди? Можно подумать, что никого, кроме нас, не посетила столь великолепная идея.

— А что, это так плохо? — Тони еще крепче сжал талию спутницы, и этот жест почему-то заставил девушку напрячься.

Она продолжила с некоторой издевкой в голосе:

— Кое-что действительно плохо, Тони. Я не вижу здесь лодку и лодочника. Ты забыл, что мы хотели покататься?..

— А зачем нам лодочник? — В вечернем сумраке белозубая улыбка гитариста сверкнула немного зловеще, или дело было в недвусмысленности его намека.

Они продолжали идти, пока не достигли кромки воды. Тут Стэйси остановилась.

— Но нам непременно нужна лодка, если мы все еще хотим посмотреть на пещеры, — уже серьезным тоном произнесла девушка. Но ее спутник только загадочно улыбался.

— Конечно хотим, потерпи чуть-чуть, belissima. — Он, тихо усмехнувшись, продолжил вести девушку вдоль берега. Стэйси с трудом ступала по мягкому песку. Теперь уже она была уверена: ни лодок, ни лодочников, ни какого-либо освещения здесь нет. Так что же задумал Тони? Ее вдруг одолело тяжелое предчувствие, что ей не следовало одной уходить с этим парнем так далеко от людских глаз. Ну почему она не послушалась своей интуиции?

Тем временем они свернули в направлении скал, и их взору открылся зияющий тьмой провал.

— Получай, — самодовольно усмехнулся Антонио. — Разве это не пещера?

Девушка увидела страшноватое нагромождение камней и темный зев входа. Резко обернувшись, она напомнила:

— Но ты говорил, что тут должны быть лодки и…

— Да ладно, Стэйси, неужели ты и впрямь думаешь, что здесь есть кто-нибудь, кроме нас с тобой?

С этими словами парень обнял ее и попытался поцеловать в губы. Поскольку Стэйси меньше всего сейчас была склонна целоваться, она попыталась увернуться от его настойчивых губ.

— Вообще-то я надеялась… — запоздало ответила она. — Теперь вижу, что надежда была ошибкой. — Затем самым жестким тоном, на который была способна, Стэйси Робертс заявила: — Тони, я хочу вернуться назад.

И если девушка была слегка раздражена и напугана, то ее спутник взорвался приступом гнева.

— Хватит ломаться! — прошипел он. Обжигая щеку Стэйси своим дыханием, он с явным нетерпением в голосе бросил: — Мы, мужчины, готовы тратить довольно много времени на свои увлечения, но на тебя я потратил его уже чересчур много.

Гитарист сжимал ее так сильно, что девушке уже не хватало воздуха, но она все же попробовала вразумить чересчур настойчивого поклонника:

— Если ты говоришь о наших вечерних прогулках, то извини, Тони, я не думала, что ты так их расцениваешь, хотя… ладно, я знала, что так может случиться… но…

— Ну что еще? — нетерпеливым тоном спросил парень, и в его глазах появился недобрый огонек. Затем, низко опустив голову, прошептал: — Chi la dura la vince.

Стараясь показаться уверенной, Стэйси примирительным тоном произнесла со слабой улыбкой:

— Я, конечно, теперь неплохо говорю по-итальянски, но…

— Chi la dura la vince, — повторил он нараспев. — Это значит — терпеливые побеждают.

Вспышка гнева придала Стэйси сил, и она попыталась вырваться из навязчивых объятий.

— Меня не интересуют твои пословицы и поговорки, Тони, — срывающимся голосом сказала она. — Ты просто воспользовался моим добрым отношением к тебе.

Ее обнаженные руки дрожали в тисках его сильных пальцев. Не обращая внимания на его наглую ухмылку, она непреклонно заявила:

— Мы немедленно должны вернуться назад.

Парень промолчал, но Стэйси прекрасно понимала, что он не собирается подчиняться ее требованиям. Она все больше нервничала, так как он даже не ослабил хватку.

Хотя за последние недели девушка никак не могла понять, какие чувства испытывает по отношению к Тони, одно она сейчас осознала отчетливо — ей совсем не хотелось, чтобы Антонио ее обнимал. Ни теперь, ни когда-либо потом. Собрав все свои силы, Стэйси резко высвободила руки из его хватки. Но Тони уже стоял у выхода из пещеры, а значит, ей не выбраться наружу, не столкнувшись с ним. Он громко и самонадеянно рассмеялся. Но похоже, Его Величество Случай на этот раз был на ее стороне. Когда Тони стал нарочито медленно приближаться к своей жертве, небольшой камешек оказался прямо у него под ногами…

Что произошло дальше, Стэйси уже не разглядела. То ли он все-таки растянулся на влажном каменистом полу, то ли просто оступился и на долю секунды потерял равновесие, но это был тот самый шанс, который девушка не могла упустить.

Она без остановки бежала до самого отеля. Ее блузка разорвалась, зацепившись за ветки, сквозь которые она продиралась, но Стэйси, покрепче придерживая ее на плече, влетела в вестибюль. Должно быть, она ужасно выглядела, но, к счастью, никто не обратил внимания на растрепанную женщину, бегущую вверх по лестнице.

Девушка рассчитывала незаметно проскользнуть в свой номер, но не тут-то было: ей навстречу торопился Карло.

— Туристы ждали вас довольно долго, синьорина. Они… — Он вдруг замолчал и начал удивленно ее разглядывать.

Стэйси продолжала идти вперед, стараясь не встречаться с ним взглядом.

— Я буду готова через минуту, — поспешно бросила она. В этом кошмаре девушка совсем забыла про запланированную поездку в Сорренто.

Карло тем временем последовал за ней, бормоча:

— Синьор попросил меня вам напомнить…

— Я же сказала, что буду готова через минуту, Карло! — Она, чуть не разрыдавшись, влетела в свой номер и захлопнула дверь перед самым носом служащего отеля. Девушка прислонилась к двери и, глотая горькие слезы, попыталась восстановить душевное равновесие. Ее заждались туристы, так что у Стэйси было не больше пары минут, чтобы привести себя в порядок.

Однако стоило девушке пошевелиться, как ее с новой силой забил озноб. Да, дорого она заплатила за дружбу с Тони! И как можно быть такой наивной? Но хуже всего, что ей не избежать частых встреч с гитаристом, ведь они работают в одном отеле.

Теперь, когда становилось понятно, чего можно ожидать от Тони, ее не покидало навязчивое предчувствие, что парень не успокоится, пока не добьется своего. Напуганная собственными мыслями, мисс Робертс и не заметила, что не заперла дверь и владелец «Палаццо» уже несколько секунд находится в ее номере.

Когда же она наконец обнаружила присутствие босса, он аккуратно прикрыл дверь и направился к ней, равнодушно ступая пыльными туфлями по пушистому ковру:

— Что случилось? Вы не заболели?

Его жесткий тон заставил Стэйси резко выпрямиться. Несомненно, он ужасно сердит, ведь она заставила ждать целую группу туристов.

— Я… со мной все в порядке, — ответила она, застыв, словно в трансе. — Я просто хотела быстренько переодеться, — продолжала бормотать девушка, пока мистер Лоуфорд изучал ее с ног до головы.

Плотно сжав губы, он бросил:

— В чем дело?

— Ни в чем, просто произошло некоторое… недопонимание.

— В каком смысле? — Его резкие вопросы только усиливали обуревающую Стэйси панику. Она вскинула блестящие от слез глаза и, задыхаясь, пролепетала:

— Если вы намерены устроить мне профессиональную взбучку, то, пожалуйста, не надо… Я знаю, что опоздала, я просила Карло сказать вам… Я уже бегу…

— Вы упомянули о каком-то недопонимании… — Лоуфорд продолжал стоять напротив, не помышляя сдвинуться с места раньше, чем получит удовлетворительные объяснения.

Стэйси решила не тянуть драгоценное время и прояснить ситуацию, зная, что он все равно вытянет из нее правду:

— Тони решил показать мне некие умопомрачительные пещеры, только забыл упомянуть, что они безлюдны и не освещены…

— Ясно. — И Марк надолго замолчал, а его взгляд был прикован к разорванной на плече блузке.

— Все произошло не совсем так, как вы подумали. Самого худшего не случилось, — пролепетала она с дрожью в голосе. — Я порвала одежду о ветки, когда бежала обратно.

— Этого достаточно. — Глаза мужчины потемнели от негодования, когда он взглянул на ее обнаженные руки.

Посмотрев на свои руки, Стэйси чуть не подпрыгнула от отвращения. На запястьях и предплечьях красовались синяки, оставленные грубыми пальцами Тони. Девушка срывающимся голосом произнесла:

— Наверное, уже пора, я и так задержала группу, мне жутко неудобно… — Она, не глядя на собеседника, повернулась к шкафу. — Нужно срочно найти платье с длинными рукавами… Кажется, я что-то брала с собой.

— Не суетитесь. — Марк пересек комнату. — Я отправлю Марию вместо вас.

Конечно же он злится, думала Стэйси, и сейчас она не могла винить босса за это. Из-за «небольшого приключения» с Тони несколько десятков отдыхающих ждали ее довольно долго, а теперь еще Марии придется работать сверхурочно. Но ведь, если поторопиться, можно еще успеть…

— Пожалуйста! — Она повернулась к хозяину отеля. — Мне не нужны поблажки, я вполне справлюсь…

Марк Лоуфорд хмуро взглянул на нее, прежде чем резко развернуться к двери.

— Я не могу рисковать, отпуская вас в таком состоянии, — отрезал он. — Делайте, что я сказал!

Несколько секунд мисс Робертс смотрела на захлопнувшуюся дверь, а затем начала лихорадочно сдирать с себя разорванную блузку, как будто та жгла ей кожу. Заодно стянула и запачканную юбку.

Девушка машинально вымыла руки и умылась, стараясь не смотреть на свое побледневшее лицо и расширенные от испуга глаза, отражавшиеся в зеркале.

Облачившись в светлый халатик, Стэйси вышла на балкон подышать воздухом и посмотреть на звезды, надеясь немного успокоиться.

— Вот, возьмите. Это поможет.

Она обернулась и обнаружила Марка Лоуфорда прямо у себя за спиной. Удивленно уставившись на босса, она сначала не заметила в его руках бокал с какой-то золотистой жидкостью. Сердце девушки лихорадочно забилось от близости мощного тела Марка. Она поспешила снова отвернуться к звездам.

— И почему только мужчины считают крепкую выпивку лекарством от всех проблем? — тихо спросила она. И добавила: — Спасибо, думаю, мне не стоит пить. Со мной уже все в порядке.

— Я бы поверил вам на слово, но вы бледны как смерть. — С этими словами мужчина взял ее ладонь в свою и накрыл ею бокал, так что девушка была вынуждена его взять. Марк не сдвинулся с места, пока она не выпила вино до дна. Спиртное вызвало новый приступ озноба, но вскоре Стэйси и правда стало легче. Но не надолго, так как Марк, подвинув ей шезлонг, произнес:

— А теперь рассказывайте, как все произошло.

Так вот зачем он вернулся!

— Я уже все объяснила… — Она устало опустилась в кресло. — Просто Тони неправильно воспринял наши беседы и прогулки в саду. В том, что произошло сегодня вечером, я сама виновата.

— Ради всего святого! Никогда не пытайтесь выгораживать мужчину!

Марк нервно мерил шагами балкон, потом вдруг резко обернулся к Стэйси, которая испуганно отпрянула. Мужчина нервно взъерошил свои густые волосы, а затем достал сигарету и закурил. Глубоко затянувшись, он произнес, выдавив подобие улыбки:

— За нашим Тони уже закрепилась определенная репутация. Он не первый раз доставляет женщинам неприятности.

Стэйси опустила свое пылающее лицо на руки. Она страстно желала сменить тему разговора.

— Как вы узнали, что я не уехала с группой? Наверное, Карло вам рассказал…

— Он случайно оказался неподалеку и заметил, что с вами что-то произошло. — Марк выдержал паузу, затем добавил тихим голосом: — Вы же знаете, что могли бы прийти ко мне и попросить заменить вас кем-нибудь.

Ах, ну конечно же! Ведь отель принадлежал ему, а следовательно, босса касалось все происходящее здесь.

Девушка встала и, опершись на балюстраду, коротко ответила:

— Спасибо, но я бы предпочла сама справляться со своими проблемами.

— Я не сомневаюсь, вы бы справились и сегодня. — Лоуфорд выместил свое раздражение на сигарете, безжалостно смяв ее. В его тоне послышалась усмешка, когда, следуя за Стэйси в комнату, он заявил: — Но иногда из-за какой-нибудь мелочи все может полететь вверх тормашками.

Мисс Робертс резко обернулась, не боясь наткнуться на собеседника, стоявшего поодаль:

— Но вы никогда не позволяете такому произойти, не так ли?

— Да, вы правы, — отозвался Лоуфорд, награждая ее легкой улыбкой. — Но еще я никогда не видел тур-менеджера, настолько легко, как вы, находящего общий язык со всеми туристами.

— Мне всегда удавалось ладить с людьми.

— У вас особый дар, — неожиданно произнес Марк. — Просто некоторые слишком горячие латиноамериканские парни строят чересчур смелые планы.

Стэйси не на шутку разозлилась и сразу не нашла подходящего ответа, поэтому собеседник продолжил, довольно резко:

— С сегодняшнего дня вам нужно держать побольше льда под рукой, чтобы остужать некоторые горячие головы, восхищающиеся вашими талантами. А таких здесь, судя по всему, немало.

Теперь шоколадные глаза смеялись, встречаясь с рассерженным взглядом серо-зеленых глаз девушки. Внезапно она осознала, что Марк стоит непозволительно близко. Стэйси хотела отвести взгляд, но что-то в темных глубинах его глаз заставило ее вглядеться еще пристальнее. Мужчина метнул быстрый взгляд на соблазнительный вырез шелкового халатика, затем снова на миг взглянул ей в глаза.

— Спокойной ночи, — бросил он через плечо, быстро отвернувшись и собираясь уходить.

Девушка заметила, как он вдруг остановился и направился в прихожую, где все еще валялась порванная блузка. Марк аккуратно поднял ее и, подержав в руках не дольше секунды, повесил на спинку стула.

— Похоже, она не приносит вам удачи, — торопливо проговорил он и исчез за дверью.

Решив для разнообразия послушаться босса, Стэйси легла в постель, но сон к ней не шел. Было бы естественно проворочаться полночи из-за омерзительного поведения Тони, но не тут-то было! Ей не спалось из-за взгляда шоколадных глаз, который не шел из головы, как девушка ни старалась убедить себя в нелепости своих фантазий. Марк слишком пристально и долго смотрел на нее. К рассвету она сдалась и вынуждена была признать, что шоколадные глаза затронули какую-то струнку ее сердца.

С этой неутешительной мыслью Стэйси и отправилась в постель. Как ни странно, она мгновенно заснула. Оказывается, размышлять лежа в постели ужасно утомительно.

Глава 5

В течение следующих нескольких дней Стэйси Робертс с головой ушла в работу. Она решила для себя, что жизнь кажется намного проще, если не осложнять ее постоянным самокопанием. Многочисленные отдыхающие, смеющиеся и жизнерадостные, стали панацеей от ненужных проблем.

Она ходила вместе с ними на пляж, игнорируя предназначенный для персонала, водила туристов на экскурсии по полуострову, а по вечерам ездила с ними в ночные клубы и рестораны Сорренто.

Стэйси хотелось поскорее скрыться в своем номере, только когда Марк Лоуфорд, возникающий словно из воздуха, приглашал ее на танец и, крепко сжав ее ладонь в своей, вел на танцплощадку. В такие моменты девушка старалась, чтобы их разговор касался только деловых вопросов, яростно убеждая саму себя, что эти нежно и уверенно обнимающие ее в танце руки ничем не отличаются от рук других мужчин, когда-нибудь приглашавших ее. А еще она смущенно размышляла, чувствует ли Марк, как бешено бьется ее сердце, когда он уверенно ведет ее в танце. Когда мелодия смолкала, она возвращалась в спасительное общество своих клиентов в совершенно растрепанных чувствах.

Последним человеком, которого Стэйси ожидала встретить, вернувшись с пляжа, был Джереми. Он выглядел солиднее, чем раньше. Девушка так удивилась появлению приятеля, что повисла у него на шее.

Джереми слегка отстранился и с явным восхищением начал рассматривать свою загорелую и посвежевшую подругу, облаченную в белый купальник.

— Вот это да! — пораженно вздохнул он. Затем задумчиво продолжил: — Ничего не скажешь, Сорренто явно влияет на тебя благотворно.

Голубые глаза приятеля искрились неподдельным восторгом, когда он весело рассмеялся. Стэйси показалось, что в его веселости проскользнула тень смущения. Потом он взял девушку за руку и уже более серьезным тоном сказал:

— Прости, я не мог приехать повидать тебя раньше.

Теперь уже рассмеялась она:

— Поскольку Рим находится в 160 милях отсюда, я не очень рассчитывала, что ты будешь носиться туда-обратно каждые несколько дней.

Приятель посмотрел на нее с легкой усмешкой, а затем нарочито разочарованно спросил:

— Так ты совсем по мне не скучала?

— Конечно, скучала! — поторопилась возразить Стэйси. — Но… ведь у нас обоих была работа, поэтому особенно скучать было некогда.

— Только не сегодня! — Он взглянул на часы. — До шести вечера завтрашнего дня, когда я должен вернуться обратно в Рим, я совершенно свободен, впрочем, как и ты.

— Я?! — Подруга удивленно распахнула глаза. — Но я еще не отпрашивалась…

— Его величество хозяин только что объявил об этом, дорогуша. И даже разрешил нам воспользоваться его машиной, чтобы совершить небольшое путешествие.

— С чего бы это? Но ведь это просто здорово! — Стэйси надеялась, что ее слова прозвучали с должным энтузиазмом. К счастью, Джереми, кажется, не заметил ее разочарования. Он воодушевленно продолжал:

— Представь себе! Только давай отправимся в разъезды завтра. Сегодня с меня уже достаточно поездок на автомобиле. — Он слегка скривился. — Зато завтра сможем наведаться в Кастельмар. Говорят там не плохо, так что развлечемся как следует.

— Замечательно. — Девушка улыбнулась, проходя в предусмотрительно распахнутую им дверь.

В вестибюле к ней подошла пожилая дама, расспрашивая про одну из намечающихся экскурсий, и, пока Стэйси разговаривала с ней, Джереми шепнул:

— Ладно, увидимся завтра в восемь утра, пойдет? — и быстрыми шагами удалился в неизвестном направлении.

Закончив разговор с клиенткой, она торопливо поднялась в свой номер. Девушку терзали угрызения совести, ведь ей совершенно безразличен человек, которого год назад она боготворила. Целый день с Джереми! Она постаралась поднять себе настроение примеркой нарядов.

Ее усилия, правда, не были оценены Джереми на следующее утро. Мимолетом окинув взглядом разноцветную элегантность ее наряда, приятель поспешно перевел взгляд на линию горизонта, недовольно заметив:

— Похоже, намечается чересчур жаркий день. Но все равно, воздух здесь совершенно отличается от римского.

Молодой человек галантно открыл для подруги дверцу авто, но его взгляд был по-прежнему отсутствующим. Он сел за руль и сосредоточился на дороге, ведущей прочь с территории отеля.

Во время поездки Стэйси показалось, что укрощенные было чувства вновь предают ее. Хотя Джереми и был отменным водителем, девушка не могла избавиться от мысли, что шикарный автомобиль принадлежит Марку и никто не управляет им лучше. Слава богу, цель их поездки находилась всего в нескольких милях к северу от Сорренто, так что им не пришлось находиться в машине слишком долго. Как только они вышли из авто, их общий выходной сделался просто замечательным.

Когда большая часть городских достопримечательностей была осмотрена и оценена по достоинству, Стэйси и Джереми зашли в тратторию, расположенную в тени пальм, чтобы перекусить и отдохнуть. Отсюда перед ними открывался потрясающий вид на залив.

После недолгого молчания Стэйси поставила свой бокал на белоснежную скатерть и с улыбкой сказала:

— А ты не очень-то распространяешься относительно своей работы в Риме.

Приятель сделал неспешный глоток и пожал плечами, прежде чем ответить:

— Да нечего особенно рассказывать. А потом, какой прок в разговорах о работе, когда тебе наконец-то дали выходной?

— Который почти закончился! — вздохнула девушка, глядя на закатное небо. После паузы она перевела взгляд на Джереми и вновь заговорила: — Просто мне интересно, так ли сильно ты загружен работой, как мы предполагали. — Она улыбнулась и продолжила: — Надеюсь, тебе кто-нибудь помогает, ведь иначе ты бы не смог вырваться в Сорренто.

Молодой человек допил свое вино, затем, лениво закинув ногу на ногу, ответил:

— У меня в подчинении две девушки. Они временно взяли все труды на себя.

— Две?! — Стэйси удивленно усмехнулась. — Ради всего святого!.. Я тут одна рвусь на части, а тебе выделили двух помощниц!

Он забавно вскинул брови и со смехом ответил:

— Не забывай, детка, что Рим будет чуть побольше Сорренто.

Внимательно изучая содержимое бокала, Стэйси спросила как бы между прочим:

— Ну и как, они хорошенькие?

Джереми рассеянно кивнул.

— Парочка милых крошек, — произнес он. — Тесса замужем за пилотом, летающим из Лондона на Ибицу, а Маурин обручена с одним из этих новомодных компьютерщиков.

Повисла недолгая тишина. Стэйси отрешенно наблюдала за пляской тени от вина в ее бокале. Джереми, запрокинув голову, рассматривал остроконечные листья пальмы, нависшей прямо над их столиком.

Что подвигло девушку задать следующий вопрос, она плохо понимала. Слова словно сами собой вырвались:

— А Мелани Дэвис еще работает в Риме?

Внешне приятель ничуть не изменился, но Стэйси заметила, как он внутренне напрягся.

— А почему ты вдруг заинтересовалась ею? — медленно произнес он.

— Не знаю, я просто думала о тебе, и все…

Сначала девушка решила, что резкий румянец на его загорелых щеках ей привиделся, но потом она поняла: приятель и вправду нервничает, а в голубых глазах мелькает виноватая искорка.

— Она все еще в Риме, — нарочито небрежно усмехнулся Джереми. — И кстати, мы с ней пару раз виделись.

Когда румянец исчез с его щек, молодой человек взглянул на Стэйси и проговорил:

— А я не знал, что ты знакома с Мелани.

— Я и не знакома. Просто много слышала о ней, когда пришла в компанию позапрошлым летом, — криво улыбнулась подруга. — Тогда ходило много легенд о совместных проектах Фэрроу — Дэвис. Все здорово удивились, когда меня назначили работать с тобой вместо Мелани. — Ходили слухи, — продолжала подразнивать его Стэйси, — что после трех сезонов совместной работы вы с Мелани были сыты по горло друг другом и она подыскала себе должность в Риме.

Приятель усмехнулся, но не стал отрицать очевидного. Он внимательно смотрел Стэйси в глаза, хотя его тон и был ироничным:

— Забавно, правда? Нам с ней так и не удалось убежать друг от друга, как мы ни старались. Кто бы мог подумать, что «Санфлэйр» определит меня в Рим…

— Да уж, забавно… — Стэйси продолжала изучать свой бокал.

Исчерпав скользкую тему, их разговор вошел в обычное веселое русло. Джереми привычно шумел, заказывая свежие напитки, балагурил про свою работу и рассказывал забавные истории про клиентов, которых повстречал в Риме.

Немного успокоившись, молодой человек заметил:

— Хоть ты и говоришь, что разрываешься на части одна, но выглядишь ты вполне сносно. Интересно, что бы это значило? — Он сделал приличный глоток и шумно поставил свой бокал на стол. — Похоже, новому боссу не удалось поработить ни тебя, ни меня… Наверное, он все же неплохой старикан.

— Старикан?! — Стэйси удивленно вскинула брови и рассмеялась. — По-моему, мистер Лоуфорд не намного старше тебя.

— Да, я знаю. — Джереми по-мальчишески усмехнулся. — Но когда он объезжает свои владения, он выглядит этаким суровым пожилым феодалом.

Девушка с видимым интересом несколько секунд изучала замысловатую бугенвиллею, а затем словно между делом задала вопрос:

— Эта… девушка из «Санфлэйр». Владелица. Ты видел ее? Как она выглядит?

— Умеренно великолепна, — вновь сострил приятель.

— А-а. Ты не слышал, она и Марк Лоуфорд… давно дружат?

— Не знаю, как насчет «дружат». — Джереми многозначительно пожал плечами и решил продолжить, заметив явную заинтересованность Стэйси: — Он предоставил «Палаццо» в распоряжение «Санфлэйр» только ради ее красивых глаз. Можешь мне поверить, это сотрудничество для него совершенно невыгодно. Вдобавок он еще и ведет ее дела на континенте. Так что делай выводы.

«Мои предположения вполне оправданны», — подумала Стэйси про себя. Вслух она произнесла с деланым безразличием:

— Я поняла. Ну ладно…

Поскольку щекотливая тема была исчерпана, то Джереми решительно перешел к следующей:

— А кстати, что случилось с Тони? Никак его вышвырнули? Это правда?

От неожиданности его подруга аж подпрыгнула:

— А что, он уехал? То-то я не вижу его в последнее время!

Приятель, порадовавшийся возможности посплетничать, объяснил:

— Я-то не в курсе, просто ребята из ансамбля мне рассказали. Говорят, у них со стариканом произошла нешуточная стычка, так что гитариста выгоняли чуть ли не пинками, уж больно сопротивлялся.

Несмотря на теплый ветерок, Стэйси Робертс прошиб озноб. Она знала, что Тони — горячий парень. В этих черных глазах всегда пылала раскаленная лава. Он был из тех, кто непременно добивается своего. А если кто-то или что-то встает на его пути…

Она с облегчением вернулась к болтовне с Джереми, так как дальше размышлять в этом направлении было неприятно. Хорошо, что Джереми, не дожидаясь ее комментариев, продолжил свой рассказ:

— Смешно, но никто не знает, из-за чего разгорелся этот скандал, хотя я, кажется, догадываюсь о причине…

— Ты?! — Девушка вся напряглась, ожидая его дальнейших слов.

Вновь закинув ногу на ногу, Джереми вымолвил с видом знатока:

— Может, Антонио и является самым талантливым музыкантом в этих местах, — он сделал глоток вина, — но беда в том, что его мозги направлены на иные объекты.

Стараясь не упустить ни слова, Стэйси изо всех сил пыталась выглядеть равнодушной.

— А тебе-то откуда знать? — спросила она скептически. — Ты его знал от силы две недели.

Парень наградил подругу самодовольным взглядом голубых глаз.

— Чтобы его раскусить, хватит и двух минут, — усмехнулся он.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду, — равнодушно произнесла Стэйси, отчаянно борясь с предательским румянцем.

— Ладно, не обращай внимания, — бросил в ответ Джереми. — В любом случае тебя это не касается.

«Если бы ты только знал, насколько это меня касается!» — подумала она, усиленно изучая содержимое бокала. Похоже, всем вокруг было известно, что представляет из себя Тони, и только наивная Стэйси Робертс ни о чем не догадывалась. И из-за ее наивности Тони выгнали на улицу.

Обвиняет ли он ее?

А приятель продолжал блистать своей осведомленностью:

— Но я изнемогаю от любопытства, что же настолько пикантное случилось? Из-за чего Тони так турнули? Музыкальный талант довольно долго был его козырем в «Палаццо». Лоуфорд в здравом уме никогда бы не сделал столь невыгодного шага. Не иначе они что-то крепко не поделили. Или кого-то…

Высказав все свои предположения относительно этого инцидента, Джереми лениво поднялся со стула и протянул руку Стэйси:

— Ну что, идем?

Когда девушка встала из-за столика и повесила сумочку на плечо, он быстро проговорил:

— Я бы мог вернуться в Рим более ранним поездом… если, конечно, ты не возражаешь.

— Не возражаю, — улыбнулась Стэйси. — Мы замечательно провели день. Не дождусь, когда приму душ и усядусь в алькове с книжкой.

«У хорошего хозяина все процветает!» — это была любимая итальянская поговорка Марии. И Стэйси заметила: стоило всегда выдержанному хозяину «Палаццо» обратить куда-то свой взор, как работа там так и спорилась. Оказывается, Марк Лоуфорд пару раз уже отлучался из Сорренто по делам «Санфлэйр», только она не замечала этого. Уезжая вечером, утром он уже возвращался.

Девушке казалось, он постоянно и неусыпно присутствовал где-то неподалеку, так что недолгое отсутствие хозяина отеля позволяло хоть чуточку расслабиться.

Теперь же, когда Марка не видно уже несколько дней, Стэйси заметила, что с грустью смотрит на запертые двери его офиса и номера, окна которого располагались прямо напротив ее собственных. Интересно, думала она, кого же сейчас хозяин «Палаццо» награждает своими грозными распоряжениями или одобрительной улыбкой. А может быть, он нежно обнимает чью-то трепещущую фигурку на шумном дансинге или вполголоса беседует с женщиной в шикарном ресторане, слегка склонившись над столиком?

Не находя себе места в эти странные дни, когда босс отсутствовал, Стэйси умудрялась неплохо справляться со своими обязанностями.

Начался июльский заезд. Вновь прибывшие выглядели бледными и замученными по сравнению с теми, кто уезжал домой загорелыми и отдохнувшими. Было невероятно приятно, когда наиболее активные из отдыхающих (такие, как Дерек и Ланс Томпсоны, да и многие другие, всегда посещавшие придуманные ею мероприятия) приходили поблагодарить за все, попрощаться и пожелать ей удачи.

Конечно, всегда находились недовольные всем и вся клиенты. Их не устраивал вид из окон номера, слишком жаркая или, наоборот, слишком холодная погода, качество или количество еды и так далее. Но таких были единицы, да и их недовольство зачастую исчезало, как только на них обращали немного больше внимания.

И хотя большинство туристов быстро сменяло гнев на милость, Стэйси изрядно намучилась с одним из «особо трудных» клиентов. Из постоянных жалоб Гарфилда Ейетса следовало: все, что он видит, слышит, ест и пьет в «Палаццо», его или раздражает, или просто не устраивает. Мисс Робертс очень живо представляла этого господина среди шотландских холмов или даже в рядах английской армии, но он никак не вписывался в благодатную летнюю атмосферу Сорренто.

По прошествии первой недели пребывания мистера Ейетса в отеле, Стэйси чувствовала себя выжатым лимоном. Он мог оторвать тур-менеджера от законного обеденного перерыва, чтобы занудным голосом сообщить, что она устраивает абсолютно неинтересные экскурсии и что эти неинтересные экскурсии начинаются слишком поздно или слишком рано. Скрежеща зубами, девушка пыталась вытерпеть последние три-четыре дня отдыха мистера Ейетса, так как, несмотря на зловредность, он оставался клиентом «Санфлэйр». Но если ее собственные нервы были натянуты как струна, то Марк, наоборот, казался просто непробиваемым.

Единственный раз каменная выдержка Марка Лоуфорда дала трещину из-за несносных капризов Гарфилда Ейетса именно тогда, когда девушка имела несчастье действительно быть причиной его недовольства.

Ну почему, думала она, если стараешься сделать свою работу как можно лучше, все, как назло, идет наперекосяк?! По какому-то дурацкому стечению обстоятельств мистер Ейетс оказался первым, кому не достались билеты, и последним, кого оповестили о предстоящем мероприятии.

Стэйси внутренне проклинала тот день, когда этот занудный тип вообще переступил порог «Палаццо», ибо с этого мгновения ее работа стала невыносимой. Он требовал от нее невозможного, причем постоянно.

Это случилось, когда билет, который мисс Робертс специально отложила для Гарфилда, срочно понадобился ему зачем-то в тот момент, когда девушка распределяла остальные. Она быстренько вручила билет владельцу, уверенная, что тот заглянет в него и вернет обратно, и занялась другими туристами.

И что же?

Мистер Ейетс, вероятно, обронил его на пол и преспокойненько удалился, а злополучный клочок бумаги вечером был выметен уборщицами вместе с мусором. Все утро Стэйси вновь и вновь обыскивала свой стол, пока не поняла, что совершила досадную оплошность и билет Гарфилда Ейетса канул в Лету. Ну и как ей теперь выкручиваться? Мистер Ейетс наверняка решит, что девушка таким способом мстит ему за постоянные придирки.

Стэйси надеялась, что по счастливой случайности сварливый господин задержится на пляже и откажется от поездки, но ее надеждам не суждено было сбыться. Ровно в полдень Гарфилд Ейетс переступил порог ее офиса. Когда девушка честно призналась ему, что билет потерян, его гневу не было предела. Не зная, как его успокоить, Стейси в отчаянии предложила пойти к мусорным контейнерам и поискать пропавший билет. Но скандальный турист решил, что девушка собирается сбежать от него, и сам грубо потащил ее к контейнерам.

— А теперь слушай, девчонка, — вопил он. — Я не знаю, кем ты себя возомнила и что собираешься делать…

Ощущая боль от его хватки, Стэйси даже не замечала, что к ним приближается Марк, до тех пор, пока владелец отеля не поинтересовался довольно резким тоном:

— Что на этот раз не так, мистер Ейетс?

Нахмурившись и покраснев от злости, Гарфилд, тыкая пальцем в сжавшуюся Стэйси, продолжил вопить:

— Эта глупая девка куда-то засунула мой билет и не может найти его. Мне все равно, как она собирается…

— Мне кажется, мы могли бы попытаться вникнуть в суть дела без нанесения личных оскорблений персоналу. — В голосе, прервавшем этот цветистый монолог, звучала ирония, но Стэйси почувствовала, что хватка сжимающей ее предплечье костлявой руки ослабла…

— Мы могли бы продолжить беседу в моем кабинете, — галантно предложил Марк, жестом приглашая Гарфилда.

— Я хочу, чтобы она тоже присутствовала, — не унимался Ейетс, постоянно тыкая в нее пальцем. — Надеюсь, это не сойдет ей с рук, если вы имеете хоть какой-нибудь авторитет среди этого сброда!

— Мы идем или нет?! — прикрикнул Марк, начиная терять терпение.

Когда дверь личного кабинета Марка закрылась, он внимательно выслушал сбивчивые претензии мистера Ейетса, после чего сделал короткий телефонный звонок. Поговорив с кем-то пару минут на беглом итальянском и аккуратно повесив трубку, Марк, улыбнувшись, произнес:

— Ну вот, мистер Ейетс! — Он похлопал гостя по плечу. — Все улажено, вы приглашены как почетный гость компании. Вас это устраивает?

— Хм-м. Я не знаю, почему бы мне просто не получить назад свой билет, как обычному туристу, и… вся эта суматоха… Право же… Думаю, мне лучше идти. — Мужчина неуклюже развернулся и направился к учтиво распахнутой для него двери, но остановился на полпути и заявил: — Только не думайте, что я оставлю незамеченной вашу небрежность! Как только вернусь в Лондон, обязательно… — Его дальнейшие слова потонули в грохоте хлопнувшей двери.

Марк с облегчением вздохнул и тихо спросил:

— Когда этот тип отбывает?

— Ему осталось отдыхать еще два дня. — Стэйси виновато улыбнулась, вставая со стула. Она надеялась, что пристальный взгляд карих глаз не заметил красных пятен на ее щеках, пока она неуверенно брела к двери.

— Не похоже, что вы так долго выдержите, — бесцеремонно заявил Марк.

— Не знаю, что еще может рассердить мистера Ейетса, — ответила девушка, чуть более жизнерадостно.

Она потянулась к дверной ручке, когда услышала, как мужчина тихо произнес из-за своего массивного стола:

— Завтра я собираюсь в Амалфи. Не хотите взять выходной и присоединиться ко мне?

Стэйси обернулась. Она почувствовала, как сердце учащенно забилось.

— Я даже не знаю… — Она замялась. — Нужно еще многое сделать и…

— Что нужно сделать? — слегка раздраженно спросил босс. — Эти людишки вообще могут сделать что-либо сами или они окончательно расплавились на солнце?

Девушка ошарашенно заморгала.

— К завтрашнему дню все уже готово, — медленно произнесла она. — Одна загвоздка, мистер Ейетс…

— К черту Ейетса! — неожиданно взорвался Марк. — Я заеду за вами на рассвете и буду ждать у входа на тот случай, если он опять будет патрулировать фойе с утра.

— На рассвете? — Мисс Робертс удивленно посмотрела на шефа, не понимая, зачем такая спешка.

— Именно на рассвете, — повторил он, улыбнувшись, — и, я думаю, мы не вернемся до позднего вечера. А на следующий день старина зануда будет укладывать чемоданы, поэтому можете считать, что любовались на него в последний раз.

— Да, но сегодня днем я еще должна…

— Отдохните, — размеренно сказал Марк. — Ложитесь пораньше, мне не нужен инвалид вместо спутницы. — Он вежливо открыл перед ней дверь. — Вам предстоит еще отработать половину сезона.

Глава 6

Стэйси и вправду почувствовала себя лучше, собираясь на следующее утро в неожиданную поездку. Ее глаза сияли каким-то особенным блеском, она ощущала прилив энергии и хорошего настроения после здорового двенадцатичасового сна.

Она оделась с особенной тщательностью, постоянно убеждая себя, что не стоит так стараться. Ведь ясно же, что Марк направляется в Амалфи навестить представительство «Санфлэйр». Скорее всего, там у него найдутся какие-нибудь поручения для мисс Робертс.

Работа или нет, но Стэйси решила выбрать более легкомысленный наряд, чем обычно. Кремовое платье чуть выше колен, перетянутое на талии тоненьким кожаным пояском, выгодно отличалось от шелковых блузок и прямых юбок, которые девушка теперь предпочитала носить в отеле в рабочее время. Недолго думая, она выбрала элегантные бежевые босоножки на шпильках и сумочку в тон. Критически оглядев в зеркале свое отражение, Стэйси осталась им явно довольна. Ее легкий золотистый загар прекрасно смотрелся на фоне кремового шелка. Конечно, она сейчас не похожа на бизнес-леди… Волосы — вот что придавало ее облику небрежность! Они по привычке лежали непослушной кудрявой копной. Стэйси приподняла их и сколола на затылке так, что они спадали пышной волной на лоб, оставляя лицо открытым. Вот теперь готово! Прямо как школьница перед первым свиданием. На ее лице заиграла нежная улыбка чеширского кота.

Внутренний двор «Палаццо» был внушительным, быстро и незаметно пересечь его сложно. Слава богу, Гарфилда нигде не видно. Может, он притаился где-то среди внутренних террас, а может, мирно похрапывает у себя в номере. Ну и бог с ним!

Улыбаясь своим мыслям, Стэйси свернула за угол и увидела знакомую высокую широкоплечую фигуру Марка, ожидавшего ее у машины. На нем была летняя тоненькая рубашка, легкий светлый пиджак и белые летние брюки. Он выглядел сногсшибательно. К тому же в золотисто-карих глазах промелькнуло нескрываемое восхищение, когда он увидел свою спутницу.

В следующую секунду он потушил сигарету и с легкой полуулыбкой произнес:

— Вот что называется чудесным превращением!

Он открыл переднюю дверцу авто, а затем, быстро обойдя машину, сел за руль.

Тихонько наблюдая за Стэйси, восторженно озирающейся по сторонам, Марк остановил свой взор на ее блаженной улыбке. Не удержавшись, он произнес вполголоса:

— Везет же мне, я наблюдаю два рассвета одновременно!

Что-то в его умиротворенном лице и спокойной манере управления машиной подсказывало девушке, что предстоящий день будет настоящим праздником. Стэйси, ощутившая прилив игривого настроения, вдруг почувствовала себя с этим спокойным мужчиной как за каменной стеной. Задорно хихикнув, она с наиживейшим интересом стала рассматривать утренний пейзаж, проплывающий мимо. Позади оставались темно-красные крыши Сорренто и Неаполитанский залив. Впереди яркими зелено-голубыми цветами мелькало водное пространство, которое девушка, взглянув на карту, определила как залив Салерно.

Тем временем они уже мчались по горной дороге, минуя восхитительные сосновые и дубовые рощи. Марк вдруг спросил ее:

— Ты когда-нибудь была в Амалфи?

— Нет, — покачала головой Стэйси, радуясь, что они перешли на «ты». — Все экскурсии в эту часть полуострова были распределены между местными гидами задолго до моего приезда.

Он на мгновение задержал свой взгляд на ее нежном выразительном лице, а затем сосредоточился на дороге, стремительно спускавшейся на побережье.

— Тем лучше, значит, для тебя это будет сюрпризом, — многообещающе произнес он.

Для Стэйси эта поездка была даже не сюрпризом — у нее дух захватывало от восторга и страха одновременно, когда они, как на американских горках, то резко спускались вниз, почти к самой кромке воды, то вдруг взмывали вверх, и море оказывалось под ними.

Когда машина вдруг свернула с основного шоссе, Стэйси поинтересовалась, зачем они это сделали. Но Марк лишь загадочно улыбнулся, и автомобиль, проехав до ближайшей рощицы, остановился, а водитель с неизменной галантностью вышел, чтобы открыть дверцу для своей спутницы.

Марк повел ее к самому обрыву, огороженному невысоким заборчиком. Небрежно обняв ее за плечи, он кивком головы указал вперед. Девушка проследила за его взглядом, и увиденное поразило ее до глубины души. Серо-коричневая скала уходила прямо в прозрачные воды залива, а на противоположном берегу на всем обозримом пространстве виднелись нескончаемые ряды домиков с привязанными неподалеку рыбацкими лодками. Отсюда строения казались яркой разноцветной палитрой. Неподалеку из моря поднимались маленькие островки, а ближе к городу, как бы дополняя пейзаж, громоздились скалы цвета охры.

— Позитано, — тихонько произнес Марк прямо над ее ухом.

— Позитано, — эхом отозвалась Стэйси, мечтательно и лирично, не в силах поверить, что видит эту божественную красоту своими глазами. — А мы не могли бы спуститься вниз? — импульсивно спросила она, а затем стушевалась. — Если, конечно, у нас есть время?

— Права человека предусматривают время на завтрак! — услышала она забавный ответ. — Хочешь позавтракать там, внизу?

— Очень! — восторженно заявила девушка, не в силах отвести взгляда от золотисто-шоколадных глаз спутника.

Вернувшись в машину, Стэйси и Марк спустились вниз по серпантину и выехали на небольшую треугольную площадь. Здесь располагались магазины и кафе, разъезжали запряженные лошадьми экипажи, а уличные торговцы вносили свою лепту в утреннюю суматоху.

— В Позитано невозможно просто идти, — с усмешкой заметил Марк. — Тут или карабкаешься вверх, или спускаешься вниз.

Они позавтракали легким рулетом с пармезаном и кофе на террасе бело-розового отеля, наблюдая, как потихоньку оживает пляж. Марк откинулся на стуле и не торопясь закурил, совершенно не заботясь о том, что половина утра уже улетела прочь.

Чуть позднее, когда они возвращались к машине, Стэйси восхищенно воскликнула:

— Похоже, что природа Италии абсолютно гармонична, тебе так не кажется? Горы здесь именно той формы, которая соответствует ландшафту, деревья растут именно там, где нужно, даже дома идеально вписываются в эту картину. Все вокруг такое… — она засмеялась от восторга, — красивое, а местные жители воспринимают это как должное!

Марк тихонько захлопнул за ней дверцу авто и, усевшись на водительское место, ответил со смущенной улыбкой:

— По-моему, итальянцы прирожденные эстеты.

Дорога из Позитано в Амалфи оказалась довольно сложной. Побережье стало извилистым, а повороты — очень крутыми. За каждым из них открывался все более захватывающий вид.

Вдруг машина нырнула в наклонный темный тоннель, вырубленный прямо в скалах, в конце которого маячил указатель, сообщавший, что начинается территория Амалфи. Дорога снова спустилась до самого моря, а затем они быстро въехали на площадь, запруженную автомобилями и забитую суетящимися смуглыми жителями Амалфи.

Судя по всему, ее спутник не собирался останавливаться в центре города. Он проехал город насквозь и снова вырулил на горную дорогу, по обочине которой стройными рядами цвели деревья. Чем выше они поднимались, тем ярче становились окружающие цвета. Некоторое время спустя машина остановилась у высокой ограды, за которой буйно разрослись цветы: розы, гвоздики и многие другие, названия которых Стэйси никогда не знала. Они удивительно контрастировали с прозрачной голубизной неба.

Марк провел девушку внутрь этого райского сада, где у входа в величественный, ослепительно белый дом их встретила седовласая женщина с очень смуглым лицом. Ее фигура выдавала пожилой возраст, но походка была бодрой. Увидев Стэйси, хозяйка с доброй иронией возвела очи горе.

— Так, значит, Марк?.. — произнесла она по-английски почти без акцента. — Почему же ты не предупредил, что будешь не один?!

Мужчина подошел чуть ближе к хозяйке дома и нежно поцеловал ее в щеку. Он тихонечко подтолкнул Стэйси вперед и с лукавой улыбкой представил ее:

— Это мисс Робертс, тур-менеджер «Санфлэйр», — затем, обращаясь к Стэйси, продолжил: — А это синьора Минатто.

Женщины мягко пожали друг другу руки.

— «Санфлэйр»? Вот оно что! Надеюсь, этот деспот не слишком загружает вас работой, мисс Робертс? — В черных, словно маслины, глазах пожилой дамы блеснул озорной огонек. — Может, забудем эти ненужные условности и будем обращаться друг к другу по имени? — предложила она.

— Стэйси, — ответил за спутницу Марк, как всегда слегка растягивая гласные.

Синьора энергично кивнула:

— Вот и отлично. А теперь давайте войдем в дом, а то жара просто невыносима… Придется попросить Никола накрыть ленч в одной из комнат.

Чуть позже пожилая дама убедила девушку, что в здешних местах послеобеденный сон является частью традиции, и проводила Стэйси в одну из гостевых комнат, где была застелена опрятная белоснежная кровать.

— Располагайся поудобнее, Марк сказал мне, что ты встала ни свет ни заря…

Кувшин с прохладной водой и душистое мыло лежали на трюмо. На постели аккуратной стопкой были сложены полотенца.

— Если вдруг захочешь освежиться после сна…

— Спасибо большое, вы очень добры!

Однако синьора не торопилась оставлять Стэйси одну и, пройдясь по комнате и поправив покрывало, спросила:

— Как вы находите «Палаццо»?

— Это райский уголок, очень красивое место, — с явной гордостью в голосе ответила Стэйси, присаживаясь на краешек постели и нащупывая крохотные пуговки на платье.

— А Марка?

Этот вопрос застал девушку врасплох.

— Марк… — эхом отозвалась она, почувствовав, как приятно ей повторять это имя. — Он… Он прекрасно управляет «Палаццо»… — Она нервно вздохнула. Кажется, справилась, подумала она, мысленно ругая себя за излишнюю эмоциональность.

— Это точно! — согласилась синьора, а в ее глазах снова промелькнуло задорное выражение. — Марк мой давний друг, — пояснила она. — Я два года жила в «Палаццо», пока он не подобрал мне этот дом.

— Тут просто очаровательно! — улыбнулась Стэйси, рассматривая буйство цветов и виднеющееся за окном море.

— И очень спокойно, как раз подходящее место для пожилой дамы, — согласилась синьора и направилась к двери. — Отдыхай, дочка, — с теплой улыбкой сказала она. — Увидимся позже.

Стэйси разделась, повесила платье на вешалку, затем скользнула на прохладную простыню. Из открытого окна в комнату проникал легкий морской бриз. Она думала о том, где синьора Минатто так хорошо научилась говорить по-английски, чем сейчас занимается Марк и когда они поедут в представительство «Санфлэйр» в Амалфи, и поедут ли вообще. Затем девушка погрузилась в приятную дрему, ее мысли начали путаться, и она уснула на добрый час.

Проснулась она отдохнувшая и посвежевшая, умылась и подкрасилась. Облачившись в свое кремовое платье и расчесав непокорные кудри, Стейси вышла в белоснежную гостиную. Дом казался пустым, только откуда-то снаружи доносились приглушенные голоса. Этот звук вывел мисс Робертс на открытую веранду, затененную вьющимися растениями.

За небольшим кругленьким столиком сидели Марк и синьора. Они оживленно что-то обсуждали, потягивая вино и покуривая. Похоже, они провели так все время, пока она спала.

Как только они заметили застенчивое присутствие девушки, Марк, улыбнувшись, поднялся со своего кресла и произнес:

— Дай мне пару минут, чтобы освежиться, и мы можем ехать.

Когда Лоуфорд ушел, синьора встала, слегка опираясь на стул, и сказала:

— А пока его не будет, вы успеете выпить чашечку чаю. — Она хихикнула. — Видите, я тоже немного разбираюсь в английских традициях. — Наливая чай, пожилая дама продолжила с чисто британской интонацией: — У нас с мужем много лет был бизнес в Англии.

Потом синьора приветливо махала им на прощание, пока Марк и Стэйси шли сквозь пышный цветущий сад к калитке и садились в машину.

Когда их автомобиль проезжал по какой-то улочке, Стэйси блаженно закрыла глаза, наслаждаясь свежестью ароматов цветущих растений.

— Скажи, у тебя остался еще страх перед пещерами?

Этот вопрос донесся до нее вместе с прохладным бризом. Девушка вернулась в реальность и заметила, что шоколадные глаза пристально наблюдают за ней.

— Нет, вовсе нет, — с улыбкой ответила она, сейчас вспоминая конфликт с Тони как досадное недоразумение.

— Хочешь взглянуть на один из местных гротов по дороге? — поинтересовался Марк.

— А мы успеем? — Стэйси заинтересованно взглянула на собеседника. — У нас, наверное, осталось не так много свободного времени…

— Нам принадлежит все время Вселенной, — усмехнулся мужчина, ювелирно проводя машину сначала по запруженной площади Амалфи, а затем через уже знакомый тоннель.

Grotto di Smeraldo — Изумрудный грот — возник, когда неугомонное Средиземноморье пробило брешь в подводных скалах, а затем вода отступила и пещера оказалась открытой.

Все это Марк рассказывал спутнице, пока они спускались на лифте в природную горную шахту. После слепящего дневного солнца Стэйси на несколько минут почти ослепла в подземном полумраке. Она полностью доверилась Марку, крепко держащему ее за руку, пока глаза привыкали к тусклому свету. Вскоре они оказались на каменной набережной. С одной стороны виднелась темная гладь мерцающей воды, а вдалеке светился голубоватый просвет.

Стэйси застыла в восторженном оцепенении. Ей вдруг показалось, что она видит фундамент всего мироздания. Она слышала плеск подземных вод и вдыхала влажный запах скал. В голову вдруг полезли жутковатые мысли. Интересно, что за существа могут обитать в подобном месте? А нет ли опасности заблудиться в этих темных лабиринтах и потеряться навсегда? Девушка почувствовала, как мурашки бегут по ее коже от подобных мыслей, а когда от самой воды вдруг раздался чей-то голос, то она просто подпрыгнула от испуга.

— Спокойно. — Марк тихонечко обнял спутницу. — Это всего лишь лодочник.

Плоскодонка бесшумно подплыла к причалу, и двое мужчин помогли Стэйси подняться на борт. Марк легко последовал за ней и устроился рядом. Лодка неспешно рассекла гладкую поверхность озера. Сверху почти до самой воды свешивались причудливой формы сталактиты, некоторые из них даже уходили под воду. Девушке вдруг почудилось, что она находится в некоем сказочном зале, а сталактиты превратились в инкрустированные, причудливой формы колонны.

По черной зеркальной воде лодка неслышно скользила туда, откуда лился яркий голубой свет. Когда они подплыли ближе, голубизна сменилась фантастическими переливами зеленого цвета, а каждый удар весла взметал искрящиеся изумрудные брызги. Теперь Стэйси поняла, что эти волшебные цветовые переливы рождены солнечным светом, проникающим сквозь прозрачную воду, создавая яркий калейдоскоп.

Когда они выбрались на поверхность, спутница Марка отыскала десятки таких пещер, тянущихся по всему побережью Амалфи. Если они все такие же красивые, как Изумрудный грот, то их можно бесконечно изучать и рассматривать, размышляла она.

Через пять минут, когда они вошли в одну из них, девушка была крайне удивлена, разглядев всего лишь крохотную комнатку, правда, с собственным песчаным пляжем.

Рыбак с морщинистым лицом, усмехнувшись им вслед, несколько раз повторил одну фразу: «Degli inamorati, la grotto degli inamorati».

Марк заговорщически улыбнулся и притянул девушку к себе. Оглядываясь на чудного старичка, она удивленно спросила:

— О чем это он? Только не говори, что у этого крошечного гротика есть название.

Мужчина продолжал медленно идти вперед. Похоже, он не был настроен на откровенность.

— Я поняла первое слово, «Grotto», — вопросительно улыбнулась она. — Но «degli inamorati» заводит меня в тупик.

Когда Марк закурил, девушка не выдержала и, откровенно веселясь, пристала к спутнику с расспросами:

— Да ладно, раскалывайся, что это значит? Грот… чего?

Уклончиво улыбаясь, что обычно ему было несвойственно, Марк потушил сигарету и произнес, стараясь поймать взгляд спутницы:

— Старичок пытался сказать нам, что эта пещерка называется Грот Влюбленных.

— Грот Влюбленных?! — Стэйси ошалело посмотрела на босса, а затем отвернулась к морю, стараясь переварить услышанное. Она рассматривала волны до тех пор, пока ее щеки не перестали пылать ярким румянцем. Ну вот, будет знать, как проявлять непрошеное любопытство! Лучше уж запоминать незнакомые итальянские слова, а потом выяснять их значение по словарю.

В занимающихся сумерках автомобиль Лоуфорда выехал на шоссе, обвивающее гору. Теперь, когда миновали Амалфи, Стэйси решила, что они держат курс на Сорренто. Но Марк вдруг свернул в противоположном направлении.

Отель, к которому подъехала машина, по сравнению с «Палаццо» выглядел маленьким, но девушка решила, что люди с удовольствием поселятся здесь только благодаря окружающим красотам. Вид из окон создавал ощущение полета.

Тем временем к ним с дружелюбной улыбкой подошел мужчина, казалось хорошо знавший Марка. Он проводил их на открытую террасу, где подавали ужин.

Невысокий коренастый хозяин, сияя улыбкой, предложил Марку и Стэйси лучший столик, пожимая руку другу.

После обмена несколькими фразами по-итальянски, Лоуфорд повернулся к ней и, обняв девушку за плечи, представил своего собеседника:

— Стэйси, познакомься с владельцем этого гнездышка, Луиджи. Он когда-то работал в «Палаццо».

Луиджи, чьи волосы уже начали редеть, а фигура напоминала добряка из сказки, на удивление элегантно для своей комплекции поклонился и, широко улыбнувшись, произнес:

— Вот именно, синьорина! От скромного метрдотеля из «Палаццо» до хозяина этой прелести!

Судя по счастливому виду Луиджи и его выразительной мимике, это было пределом его мечтаний.

Когда Стэйси Робертс заняла место за столиком, а Марк устроился напротив нее, хозяин с довольным видом потер руки. А Марк Лоуфорд с теплой улыбкой сказал:

— Ох, Луиджи, мы весь день сегодня поглощаем итальянские кушанья! Поможешь вспомнить старую добрую Англию?

— С превеликим удовольствием! — Луиджи даже причмокнул. — Как раз сегодня у нас отменные английские блюда, вот увидите, синьорина, они незабываемы!

С самого утра девушку переполняло удивительное чувство умиротворения, с которым не хотелось бороться, а теперь оно достигло своего пика, когда шоколадные глаза ее спутника постоянно ловили ее взгляд. Марк продолжал неотрывно смотреть на нее, даже когда тихим голосом иронично произнес:

— Что-то не припомню, чтобы я сказал нечто, вызвавшее столь глубокие раздумья…

Стэйси не могла заставить себя взглянуть ему в лицо — жаркие волны обдавали все ее тело. Лоуфорд резко поднялся со своего стула и отошел к бордюру, откуда открывался потрясающий вид, словно с высоты птичьего полета. Затем вернулся и нежно положил руку на плечо девушки. Ее сердце билось так сильно, точно готово было вылететь из груди, но усилием воли она заставила себя обратиться к кулинарным размышлениям.

— Я просто подумала, что итальянцам гораздо лучше удаются английские изображения, нежели самим англичанам… — пролепетала она.

— Ты так думаешь?

Она все еще не решалась взглянуть на Марка, как вдруг почувствовала, что его лицо оказалось совсем близко, а губы нежно коснулись бархатистой поверхности ее щеки, приближаясь к ее губам. Девушка инстинктивно ответила на этот летящий поцелуй, желая, чтобы он не кончался.

Где-то неподалеку с громким хлопком открылось шампанское, и шумная компания за одним из столиков бурно возрадовалась этому событию. Это вернуло Стэйси на землю.

Девушка разозлилась на себя за доверчивость. Скорее всего, Марк Лоуфорд решил просто слегка подшутить над ней. Она медленно отстранилась и внутренне поморщилась. Хорошо, что еще не совсем опростоволосилась. Затем она услышала собственный насмешливый голос:

— Я всего лишь имела в виду кулинарию, а еще умение вести туристический бизнес, и все остальное…

— Точно! — собеседник снова глянул на удивительное зрелище, открывающееся внизу. По его тону казалось, что Лоуфорд вряд ли поверил ее красноречивым высказываниям, но он улыбнулся, значит, хотя бы не пропустил слова спутницы мимо ушей.

Вдруг голос Марка, стоящего совсем близко, снова вывел девушку из задумчивости:

— Ну вот, наш выходной почти завершился… Немного передохнув сегодня, справишься теперь со своей работой?

— Обязательно, — мягко ответила Стэйси, стараясь не выдать волнение дрожью в голосе.

— Надеюсь, тебе не придется снова разбираться со стариной Ейетсом, когда мы вернемся.

Ей показалось, что в этих словах, произнесенных почти на ухо, скрывается добрая насмешка.

— Да уж, придется быть осмотрительной на танцах… хотя мистер Ейетс, слава богу, не завсегдатай дансинга.

— Тем более, что завтра он уезжает, и твои проблемы закончатся.

Проблемы! Глубоко вдохнув теплый вечерний воздух, Стэйси Робертс почему-то подумала, что они только начинаются. Если бы жалобы Гарфилда Ейетса были единственной ее проблемой!

Стараясь непринужденно поддерживать разговор, во избежание опасных пауз, одна из которых только что чуть не выбила ее из колеи, девушка заметила:

— Завтра он направляется в Рим, — а затем, к своему удивлению, добавила, еле сдерживая смех: — Бедняга Джереми! Теперь ему придется не сладко…

Она почувствовала, что мощная фигура Марка немного отдалилась. Когда Стэйси взглянула на собеседника, он, непринужденно облокотившись на перила, вглядывался в даль. Потом снова закурил сигарету и вдруг, обернувшись к Стэйси с широкой улыбкой, спросил:

— Надо думать, ты очень давно знакома с Фэрроу?

Стэйси кивнула:

— Это было бы наше третье совместное лето…

Далеко внизу, на рыбацких судах, загорались огни: рыбаки готовились выйти в море. Глядя на них, девушка вдруг услышала раздраженный голос Марка:

— А что бывает зимой?

Она пожала плечами и с легким вздохом ответила:

— Джереми находит работу на зимних курортах. Он очень опытный в этом бизнесе… — Так как повисла неловкая тишина, то она продолжила: — А что до меня, то зимой я работаю в магазине родителей.

— В магазине? — Мужчина обернулся с немного удивленной улыбкой. — А что за магазин? Одежда или шляпки?

Девушка покачала головой, объясняя:

— Просто небольшая лавка, торгующая сладостями и сигаретами неподалеку от станции.

Он кивнул, но продолжал изучать собеседницу, не сводя с нее глаз. Стэйси показалось, что Марк пытается вообразить, как она стоит за прилавком или работает за кассовым аппаратом. Она тихонько улыбнулась. Лоуфорд, кажется, не обратил внимания на эту удивительно юную улыбку, так как через мгновение кисло заметил:

— Похоже, парень неплохо устроился… Надо будет не забыть поздравить его при случае…

Стэйси даже поперхнулась:

— На что ты намекаешь? — В ее голосе зазвенел металл. — Именно благодаря Джереми каждое лето я могу заниматься любимой работой. Я имею в виду туризм. Он подбирает работу, а я выезжаю к нему…

— Вот только не надо… — Марк вдруг оказался совсем близко, и прежде, чем она успела что-то предпринять, его губы, изогнутые в саркастической усмешке, почти коснулись ее собственных, дрожащих от негодования. Но босс продолжал говорить и, надо сказать, довольно язвительно: — Выходит, пока ты с ним, все в порядке… Знаю я такие штучки. Летом — любовный пыл, зимой — и след простыл.

— Это вовсе не так! — Стэйси стоически выдержала его взгляд. — Джереми и зимой держит со мной связь…

— Естественно, он ведь не хочет выпустить тебя из-под контроля!

— Но ему нужно на что-то жить! — возмутилась девушка. — Он работает!

— Да, все это напоминает идеальное брачное соглашение…

Созерцая его горькую улыбку, Стэйси решила, что сейчас самое время незаметно отодвинуться на безопасное расстояние.

Но даже теперь, после легкой размолвки и обмена колкими фразами, Стэйси Робертс все еще ощущала предательское сердцебиение, вызванное незавершенным поцелуем. Он словно огнем обжег ее щеку, лишь слегка коснувшись губ… Если она собиралась отодвинуться от Марка, стоящего так безумно близко, то стоило поторопиться. Стоило… непременно… только вот… Шоколадные глаза, неотрывно смотрящие на нее сверху вниз. В них горело какое-то завораживающее пламя, не позволяющее девушке пошевелиться. Загорелое лицо снова приблизилось к ее рдеющему личику… Стэйси вслушивалась в эту потрясающую тишину, страстно надеясь услышать еще один хлопок шампанского, но его не было… Только Марк, вдруг опомнившись, хрипло прошептал:

— Ради всего святого… Похоже, пора возвращаться в Сорренто!

Всю дорогу, пока они шли к машине вдоль пляжа, воздух вокруг них казался наэлектризованным. Потом, когда автомобиль мчался к «Палаццо» и Марк сидел совсем близко, его плечо от толчков иногда прикасалось к ее плечу или он заботливо поправлял ее накидку… Все эти незатейливые действия лишь усиливали сгустившееся напряжение. Под конец пути девушка чувствовала себя настолько измотанной, будто преодолела эти мили пешком, а не в комфортабельном салоне автомашины. От сильного волнения она почти не могла говорить, и поэтому, когда Марк проводил ее до фойе «Палаццо», она молча повернулась и, ничего не замечая, отправилась в свой номер.

Стэйси опустилась в кресло и взглянула на мириады звезд, равнодушно взирающих на бренную землю. А затем ее взгляд упал на балкон напротив, который принадлежал Марку. Свет был потушен. Только красный огонек сигареты в темноте выдавал, что хозяин не спит. Этот крошечный лучик света почему-то разжег настоящий пожар в сердце девушки.

Она закрыла глаза и постаралась отбросить тревожащие мысли, сосредоточившись на единственно важном вопросе: что надеть на вечеринку по поводу отъезда очередной группы отдыхающих. Стэйси показалось, что наилучшим лекарством от сердечных волнений будет возможность смешаться с толпой счастливых, отдохнувших туристов и тогда, может быть, все вернется на круги своя. Для начала нужно детально продумать свой туалет…

Почему она остановила свой выбор на черном платье, она и сама не знала… только оно возымело невероятный эффект в сочетании с обнаженными плечами и загадочно сверкающими серо-зелеными глазами. По крайней мере, решила Стэйси, она выглядит как женщина, идущая на вечеринку и знающая себе цену. Она соорудила высокую прическу, наилучшим образом сочетавшуюся со строгим черным цветом платья. Выбрав крошечные бриллиантовые сережки, девушка взглянула на себя в зеркало. Готово.

Спустившись в зал, мисс Робертс старательно убеждала себя, что эта вечеринка ничем не отличается от предыдущих. К счастью, она никогда не страдала от недостатка партнеров по танцам, ее приглашали наперебой. Сейчас ей гораздо легче было бездумно кружиться под музыку, нежели болтать с кем-нибудь из туристов. Девушка думала именно так, пока в зале не появился Марк в роскошном смокинге. Он вел светскую беседу в компании не менее элегантно одетых мужчин и женщин. Хозяин отеля и его гость остановились чуть поодаль от дансинга. Для выдержки Стэйси наступило самое тяжелое испытание, поскольку Лоуфорд пригласил на танец одну из своих гостий.

Почувствовав, что вальсирующая пара направляется в ее сторону, Стэйси обернулась. Встретившись с ней взглядом, мужчина приблизился, умело ведя свою партнершу. Немного отодвинувшись от роскошной дамы, он шепнул девушке с мягкой иронией:

— Снова в строю, мисс Робертс?

Когда танец завершился и партнер Стэйси, поблагодарив ее, удалился, она собралась покинуть опасную территорию, как вдруг рядом раздался нарочито обиженный голос, со знакомой иронией протянувший:

— Никак надумали, наконец, покинуть своих клиентов? Уже почти полночь.

Марк заключил ее в объятия, собираясь танцевать с ней все оставшееся время, но девушка отстранилась со словами:

— Я действительно устала и не очень хочу танцевать, Марк. — Она взглянула прямо ему в глаза.

— Хорошо, не будем танцевать…

Ее пытались приглашать другие мужчины, но всем им Марк интеллигентно, но жестко давал понять, что они лишние. Когда один проворный юнец все же умудрился перехватить Стэйси и на минуту закружить в танце, она почувствовала, как уверенная рука отстранила ее от партнера и низкий насмешливый голос произнес:

— Прости, парень, эта леди не танцует…

Загадочным образом другая рука Марка уже крепко обнимала ее за плечи. Потом они лавировали между танцующими, пробираясь к выходу с дансинга. Мужчина оберегал ее, чтобы никто ненароком не толкнул или случайно не ударил девушку. Они поспешили выбраться из зала в теплую летнюю ночь. Стэйси слышала, как Марк со сдерживаемой злостью прошептал:

— Ради всего святого, нужно выбраться из этой духоты. А еще необходимо принять закон, запрещающий каждому заезжему англичанину лапать тур-менеджеров моего отеля!

Это странное замечание позабавило девушку, хотя она поспешила уверить Марка, что все отдыхающие, приглашавшие ее на танец, вели себя исключительно галантно и не позволяли себе лишнего.

Марк нежно обнимал ее за плечи, пока они слишком поспешно шли через сад, но потом он вдруг резко отдернул руку, прикасавшуюся к обнаженным плечам девушки. Он уставился в ночное небо, неожиданно словно отдалившись от Стэйси, оставив ее сражаться с собственными демонами. А она точно знала, что не сможет противостоять зову сердца, если останется наедине с этим мужчиной. Похоже, этой тихой ночью, с ее терпкой духотой, здравомыслие могли сохранить только далекие звезды, холодно мерцающие на небесах.

Вот только звезды были непомерно далеко, а сильный и безумно привлекательный мужчина — совсем рядом. Ни размеренный шелест прибоя, ни отдаленные жалобно-сладкие звуки мандолин не могли нарушить древнего как мир притяжения между мужчиной и женщиной.

Пытаясь не потерять остатки здравого смысла, девушка слабо прошептала:

— Марк, мне кажется, мне…

Звук ее голоса или неуверенный шаг вперед, который сделала Стэйси, произнося эту бессмысленную фразу, произвели на Марка Лоуфорда невероятный эффект. Он рывком притянул девушку к себе, заставляя увидеть, какой огонь бушует под маской его спокойствия. Секунду Марк вглядывался в глаза Стэйси, прижатой к нему так близко, что ее дыхание сбивалось, но так и не дал ей возможности произнести хоть слово. С невероятной страстью он впился своими губами в ее рот, заставляя забыть обо всем в этом неистовом поцелуе.

Стэйси почувствовала, что этот поцелуй необратимо изменил ее судьбу. Девушка понимала, что их страсть возникла еще на теплоходе, когда они впервые встретились, но старалась оставаться благоразумной. Теперь, когда теплые губы Марка настойчиво ласкали ее податливый и трепещущий рот, ее сердце безвозвратно принадлежало этому мужчине.

Она почувствовала, что ее избранник тоже отчаянно пытается совладать со своими чувствами. Усилием воли он отпустил девушку и вцепился руками в свою густую шевелюру. Затем он резко отвернулся к морю.

Этого движения было вполне достаточно, чтобы Стэйси вернулась с небес на землю. Неужели она еще не привыкла, с горькой усмешкой думала девушка, что теплые итальянские ночи, терпкое вино и мелодичная местная музыка постоянно играют с людьми злые шутки?

Марк, видимо, поддался наваждению, но она не намеревалась смотреть на муки его раскаяния. Поэтому Стэйси просто сбежала.

Глава 7

Следующим утром девушку ждал грандиозный сюрприз в виде Джереми в фирменном блейзере «Санфлэйр», ввалившегося в ее кабинет с чемоданом. Стэйси в недоумении поднялась из-за стола и, широко раскрыв глаза, спросила:

— Ты что тут делаешь?

— Вообще-то я надеялся, что ты мне это объяснишь… — с неменьшим недоумением ответил запыхавшийся приятель. Его бронзовый загар только подчеркивал румянец, вызванный слишком быстрой ходьбой. Стэйси внимательно посмотрела на коллегу и, так как основная сегодняшняя работа уже была сделана, предложила ему выйти на лоджию и там поговорить, а заодно и отдышаться.

Джереми всем весом шлепнулся в кресло, а затем, все еще задыхаясь, заявил:

— Все, что мне известно, — сегодня утром я получил распоряжение немедленно паковать свои вещи и спешить сюда.

— Ты хочешь сказать, что вернулся в Сорренто до конца сезона?

— Похоже на то… — саркастически хмыкнул приятель, вставая и нервно глядя в окно.

В полной растерянности Стэйси высказала единственное предположение, пришедшее в голову:

— Тебя отправили в Рим без предупреждения, теперь без предупреждения вернули назад… Вероятно, Марк Лоуфорд привык работать таким образом.

— Меня отправили в Рим, потому что там им срочно понадобился опытный тур-менеджер, — отрезал Джереми. — И я с ужасом представляю себе, как две крошки, про которых я тебе рассказывал, будут там крутиться, пока эти олухи не выкопают кого-нибудь на мое место…

Девушка закусила губу и задумчиво воззрилась на замысловатый узор ковра, пытаясь найти происходящему удобоваримое объяснение.

— Полагаю, у тебя есть основания для злости. Только я знаю не больше твоего, так что, может, успокоишься? — Она сама изо всех сил старалась держать себя в руках.

Парень резко развернулся и нервно засунул руки в карманы пиджака. Сделав примирительный жест и глубоко вздохнув, он произнес:

— Извини, Стэйси, просто… Просто я оказался в цейтноте.

— Потому что не хотел уезжать из Рима?

Когда до Джереми дошел смысл вопроса, его глаза забегали.

— Боюсь, что так, — наконец выдохнул он. — Я должен был раньше тебе рассказать, — заерзал парень, но все же набрался смелости и продолжил: — Я думал… ну ладно… Просто я и Мелани… мы довольно много времени провели вместе за эти последние недели… и… — В повисшей тишине он заглянул в лицо Стэйси. Затем откровенно спросил: — Ведь ты не возражаешь, правда?

После недлинной паузы девушка мягко улыбнулась:

— Нет, Джереми, не возражаю. — Ее голос звучал совершенно спокойно, даже умиротворенно. — Раньше я думала, что нас связывают глубокие чувства… но это было до… — она запнулась, думая о собственных, новых и уже разбитых чувствах, — до того, как я поняла, что вполне могу справляться без тебя.

Джереми дружески обнял девушку и повел на балкон.

— Похоже, теперь тебе придется снова привыкать «справляться» вместе со мной, — заметил он с юмором. — Видимо, я застряну здесь до самого окончания сезона.

Мальчишеская улыбка подернулась завесой горечи, а Стэйси задумчиво проговорила:

— Похоже на начало забавных перемен.

— Да уж, вероятно, Лоуфорд решил, что Сорренто не помешает пара-тройка новых лиц, — хмыкнул Джереми. — Например, мое и этой девчонки, нашей непосредственной начальницы, Шэрон Кингсберри.

— Та самая, владелица «Санфлэйр»? — Стэйси резко вывернулась из объятий приятеля. Она сделала вид, что хочет поправить вазу с цветами. — Ты хочешь сказать, что она приезжает сюда? В Сорренто? — переспросила она.

Джереми кивнул:

— Большинство новостей в первую очередь проходят через римский департамент. Лоуфорд настаивает на том, чтобы она вылетела сегодня же.

Сердце Стэйси от отчаяния упало куда-то в глубь земли, пока она старалась дрожащими пальцами непринужденно поправить букет. Выходит, туман неведения, в котором она пребывала все это время, начинает потихоньку редеть и все встает на свои места. Да ладно! Все уже предельно ясно, яснее некуда. Только эта ясность не облегчает ее муки, подумала девушка, изо всех сил сдерживая слезы.

Самое ужасное заключалось в том, что ни вино, ни теплый романтический вечер не были причиной чувств Стэйси. Теперь девушка знала это наверняка. Но выходит, пока она изо всех сил сдерживала свои чувства, Марк просто забавлялся?!

А теперь он хочет все забыть. Стэйси Робертс отчетливо представила его облегченный вздох, когда он нашел выход из неприятного положения: Шэрон для Марка и Джереми — для нее.

— Ты чего стоишь, как статуя? Надеюсь, ты не слишком расстроилась из-за меня и Мелани?

Услышав сзади голос коллеги, Стэйси резко обернулась с неестественной улыбкой.

— Нет, что ты! Просто я задумалась, что все как-то сразу полетело вверх тормашками. Я имею в виду работу, — ответила она спокойно.

— Это уж точно! — улыбнулся приятель, продолжая все же изучать лицо девушки в поисках следов слез. — Но все наладится, вот увидишь! А теперь, что там есть для меня? Хочу скорее приступить к работе.

Стэйси кивнула:

— Большинство отдыхающих сегодня уехали на экскурсию в Помпеи. Но еще много бумажной работы. — Она сморщила носик.

— Вот и хорошо, я ею и займусь. И еще, Стэйси… — Он взял девушку за руку, когда они возвращались в кабинет. — Спасибо, что все понимаешь…

Остаток утра Фэрроу провел за различными счетами, в то время как Стэйси занималась оставшимися в отеле клиентами. Позже, осознав, что вся работа сделана еще до обеда, девушка в очередной раз убедилась, что перевод Джереми в «Палаццо» был явно излишней мерой.

А вот он сам уже перестал ломать голову над причиной своего срочного перевода. Он привык быстро адаптироваться к новым условиям и, недолго думая, принимался за порученную работу. Конечно же Джереми моментально придумал план, как не терять связи с Мелани.

По отношению к Стэйси приятель был внимателен и учтив и, похоже, считал, что вежливости вполне достаточно, чтобы уладить их «проблему». Они поели в ресторане и распили небольшую бутылочку вина, а позже отправились гулять по побережью, держась за руки, как хорошие друзья.

Заботливое отношение Фэрроу немного смягчало ноющую боль разбитого Марком сердца, но мисс Робертс уже знала, что ей самой, и только самой придется учиться жить с этой болью.

Неприятности начались уже вечером, когда они с Джереми направлялись на ужин. Специально зарезервированный столик, обычно пустовавший, располагался в нескольких футах от их столика. И хотя девушка старалась быть безразличной, она интуитивно почувствовала, что сегодня за этим столиком будет сидеть Марк, и явно не один. Так и случилось. Хотя Стэйси из гордости старалась не оборачиваться, она все же, не удержавшись, скосила глаза в ту сторону, боковым зрением заметив девушку в голубом платье.

Этот ужин показался Стэйси самым длинным и неаппетитным в ее жизни, хорошо еще Джереми, уловив ее настроение, предложил пройтись.

Слава богу, на следующий день дел оказалось невпроворот. А еще Стэйси удалось самой провести одну из ночных экскурсий «по лунной дорожке». Так что среди веселого смеха, задушевного пения отдыхающих и ленивых всплесков волн девушка блаженно предала забвению ту часть жизни, которая осталась за крутыми черными утесами. Жаль только, что вскоре лодки повернули к берегу.

Стэйси утешалась мыслью о том, что они вернутся в «Палаццо» довольно поздно и она сможет незаметно удалиться в номер и лечь спать. Если бы все оказалось так просто! Если бы только она не решила идти в отель через «солнечную террасу».

В льющемся из окон свете она заметила несколько компаний, беседующих и прогуливающихся перед открытыми французскими витражами. Девушка спокойно шла к входу, пока не заметила знакомую фигуру в белом пиджаке, беззвучно возникшую прямо перед ее носом. В этот миг она страстно желала уметь летать, чтобы подняться прямо на свой балкон.

Марк Лоуфорд учтиво кивнул, приветствуя Стэйси, и слегка подтолкнул вперед свою спутницу. Мисс Робертс заметила, что у незнакомки довольно смуглая кожа, иссиня-черные волосы и необыкновенные фиолетовые глаза. А еще они со Стэйси были примерно одного возраста.

— Шэрон, познакомься со Стэйси Робертс, это наша тур-менеджер в Сорренто, — произнес Марк. — Стэйси, это мисс Кингсберри, глава компании «Санфлэйр трэвел».

— Добрый вечер. — Голос Шэрон был грудным и придавал ей особый шарм. А протянутая аристократическая рука была холодной и гладкой, как шелк.

— Очень рада с вами познакомиться, мисс Кингсберри! — Как и подобает, мисс Робертс слегка пожала протянутую руку и приветливо улыбнулась, а затем, поколебавшись немного, добавила: — Надеюсь, вы меня извините, я уже собиралась идти спать, завтра с утра много дел.

Единственное, за что девушка была благодарна августовскому наплыву отдыхающих, — так это за возможность почти ежедневно уезжать из «Палаццо» до конца рабочего дня. Туристы желали посетить другие отели Сорренто, посмотреть окружающие ландшафты и просто поискать красивые бухточки.

Поэтому Стэйси счастливо избегала встреч с Марком и Шэрон, хотя пару раз она все же оказывалась свидетельницей душераздирающего зрелища: знакомая машина показывалась на подъездной дорожке, и шелковые черные волосы легко касались такого знакомого широкого плеча, когда девушка что-то с улыбкой рассказывала своему спутнику. А еще мисс Робертс каждый вечер скрепя сердце наблюдала, как они ужинают за тем самым столиком или танцуют на дансинге, где смуглая красота Шэрон идеально сочетается с темной шевелюрой и шоколадными глазами Марка.

По завершении дневных дел Стэйси бесцельно каталась по окрестностям на предоставленном фирмой маленьком «фиате», лишь бы не сталкиваться с Марком лишний раз.

Только усилием воли девушка умудрялась скрывать от окружающих свое состояние. Возвращаясь в отель, она улыбалась и непринужденно болтала с отдыхающими и персоналом, только теперь ее поведение напоминало включенный механизм заводной куклы. Так что одиночество в автомобиле представлялось ей долгожданным, но недолгим избавлением от необходимости фальшивить.

Еще одним убежищем от окружающего мира стал примыкающий к ее комнатам маленький кабинет. Стэйси теперь частенько сидела тут в ожидании запросов, звонков или факсов без риска нарваться на Марка и Шэрон, не спеша прохаживающихся с инспекцией по своим владениям.

Только судьбой было предрешено, что девушке не удастся долго прятать голову в песок. В третий раз за день она разбиралась со счетами, которые все продолжали поступать, и работа спорилась. Вдруг послышался негромкий стук в дверь кабинета. Открыв ее, Стэйси увидела на пороге Шэрон Кингсберри собственной персоной.

— Тут привезли заказанные на неаполитанский концерт билеты… — улыбаясь, произнесла нежданная гостья. — Марка нет, и я подумала, что стоит отдать их вам…

— Спасибо, мисс Кингсберри, я действительно жду эти билеты, — произнесла Стэйси с подобающей случаю дежурной улыбкой.

— Ой, называйте меня Шэрон, пожалуйста, — продолжала девушка. — А вас зовут Стэйси, ведь так? Ненавижу формальности.

Не дожидаясь приглашения, Шэрон впорхнула в кабинет и осмотрелась. Увидев дверь, ведущую в номер мисс Робертс, она спросила:

— Там ваши апартаменты?

Стэйси кивнула.

— Хотите зайти? — вежливо пригласила она гостью.

— Я думаю, они такие же, как и у меня. — Мисс Кингсберри пожала плечами, но в ее фиалковых глазах засветилось нескрываемое любопытство.

Стэйси проводила ее внутрь, и Шэрон с почти детским интересом начала разглядывать окружающий интерьер. А Стэйси Робертс исподтишка рассматривала саму Шэрон. Фигура, как у сильфиды, думала она, и в придачу роскошное белое платье, которое потрясающе контрастирует с угольно-черными волосами, перехваченными белой чалмой. Сама загадочность, подумала Стэйси, но при ближайшем рассмотрении она заметила: внешний антураж не может скрыть истинную Шэрон — любопытную маленькую девочку, которой весь мир кажется удивительным.

— А ведь наши туры и правда стали очень популярны! — задумчиво произнесла мисс Кингсберри.

— Наверное, не просто управлять такой преуспевающей компанией, как «Санфлэйр»? — льстиво произнесла Стэйси, понимая, что похвала необходима Шэрон.

— О, боюсь, что босс из меня не получился, — немного застенчиво улыбнулась собеседница. — Я наивно думала, что после смерти моего отца мне достаточно будет лишь отвечать на звонки и ставить подпись на некоторых документах, чтобы дела шли по-прежнему. — Ее улыбка поблекла. — Но вскоре я усвоила горький урок. Мы с Риком, это мой брат, ему девятнадцать… Дела у нас пошли хуже некуда. Если бы не Марк… — Тут она замолчала и мечтательно вздохнула, а потом с детской непосредственностью спросила: — Кстати, а как вам Марк?

Стэйси судорожно облизнула пересохшие губы. Ну почему всех так интересует ее отношение к боссу?! «Проблема в том, — горько подумала она, — что я никогда и никому не смогу правдиво ответить на этот вопрос».

— Ну, — мисс Робертс некоторое время подбирала наиболее убедительный вариант ответа, — похоже, ему удается наилучшим образом управлять компанией и отелем. Он очень заботится о вас.

— А вы знаете, что меня в нем покорило при первой встрече? — Собеседница мечтательно возвела взгляд к небу и грациозно откинула рукой черную шелковую прядь. — Его глубокий размеренный голос. — Она заливисто рассмеялась и закружилась по комнате. — Я помню, мы были…

— Есть тут кто-нибудь? — Громкий голос с ланкаширским акцентом раздался из-за двери и, к великому облегчению Стэйси, прервал душевные излияния Шэрон. Оказалось, что одному из туристов срочно потребовалось расписание паромов. Мисс Робертс, как никогда, была рада вернуться к своим обязанностям.

Но это посещение стало началом постоянных визитов Шэрон к ее новой подруге. Как только Марк уезжал по делам в город, она тут же появлялась в офисе Стэйси, с интересом наблюдая, как приходят и уходят клиенты, как решаются будничные дела и неожиданные проблемы. Когда в расписании тур-менеджера выдавалась свободная минутка, Шэрон стремглав неслась за чашками, блюдцами и чайником или кофейником, а затем с детским восторгом сервировала столик на веранде.

Однажды, когда владелица «Санфлэйр» прямо с утра появилась на пороге офиса в эффектных брюках с лампасами и свободной рубашке, с волосами, собранными в конский хвост, Стэйси показалось, что новая знакомая, как никогда, соответствует своему внутреннему облику. Именно такой была Шэрон Кингсберри.

После ритуального чаепития Шэрон шлепнулась на кровать и стала наблюдать, как приятельница собирается для вечерней поездки с группой туристов «Санфлэйр» на праздник в другой отель.

— Как я завидую твоей уравновешенности и savoir faire, — сказала Шэрон, подбирая ноги и кладя подбородок на колени.

— Моему, прости, чему?.. — засмеялась Стэйси, застегивая крошечную сережку под непослушной копной рыжих кудрей.

— А, это по-французски. Что-то вроде уверенности в себе, что ли… Просто ты обладаешь удивительным обаянием. Сегодня я видела, как ты работала с туристами. Это просто великолепно! По крайней мере, мне так показалось… — Мисс Кингсберри, не удержавшись, с восхищением потянулась к небольшой шкатулочке с бижутерией, лежащей на кровати. — А вообще похоже, что ты во всем и всегда привыкла полагаться на себя, — заявила она.

— Как тебе сказать. — Стэйси улыбнулась, не понимая, куда клонит собеседница. — Я уже пару лет работаю в этой сфере, так что… приходится учиться…

— А вот мне приходится вообще учиться жить, — вздохнула Шэрон. — Папа делал для нас с братом абсолютно все. Мама умерла, когда родился Рик, и, мне кажется, отец старался всеми силами возместить нам эту утрату. Конечно, я понимаю, что он хотел как лучше, только… — она снова глубоко вздохнула, — мир кажется большим и страшным, когда приходится неожиданно становиться взрослым.

— Не думаю, что все так плохо, — приободрила девушку мисс Робертс. — К тому же я не верю, что тебя воспринимают как новичка. Я, например, так точно не считаю.

Новая приятельница явно обрадовалась такому ответу, она так и засияла. Шэрон весело засмеялась, и у Стэйси вдруг появилось странное ощущение, что она уже где-то видела эти переливающиеся фиалковые глаза, а в мимике смуглого личика угадывалось нечто очень знакомое. Вот только что?..

Пока она усиленно припоминала, кого же напоминает ей эта девушка, та произнесла слова, заставившие Стэйси Робертс окаменеть.

— Знаешь, Стэйси, ты мне очень нравишься! — заявила она великодушно. — И… я бы хотела пригласить тебя на свадьбу.

— Ка… Какую свадьбу? — пролепетала собеседница слабым голосом. Не то чтобы Стэйси не догадывалась, просто хотела услышать приговор собственными ушами.

— На мою с Марком, конечно!

— Обязательно приду…

Стэйси теребила носовой платок, который собиралась положить в сумочку, чувствуя, что этими уверенными словами Шэрон Кингсберри разбила ее жизнь в пух и прах.

После памятного разговора девушка не слишком часто встречала Шэрон. Ходили слухи, что ее адвокаты прилетели из Англии, так что, вероятно, мисс Кингсберри была занята делами «Санфлэйр». Джереми сказал, что состоялась грандиозная дискуссия, но приятель не знал, о чем конкретно. Наверное, дело касается слияния «Санфлэйр трэвел» и «Палаццо» после планируемого брака между Шэрон и Марком, грустно подумала Стэйси.

Девушка постоянно старалась загружать себя работой, чтобы не думать о Марке и Шэрон, но теперь, когда в Сорренто был Джереми, после полудня дел не оставалось. В один из таких дней до Стэйси вдруг дошло, что летние деньки неумолимо тают и скоро у нее не будет возможности наслаждаться спокойствием пустынного пляжа для персонала. И мисс Робертс твердо решила не упускать больше ни одного свободного часа. Фэрроу полностью согласился с такой постановкой вопроса. В последнее время он стал веселым и бодрым, а его шутки всегда приходились к месту. И если бы в его глазах не витала какая-то особенная мечтательность, Стэйси бы даже подумала, что вернулся прежний Джереми и все, что между ними было…

Только теперь для нее прошлое не имело значения, даже если бы все оставалось по-прежнему, подавленно подумала девушка. Благодаря шоколадным глазам и сдержанной улыбке Марка Лоуфорда для Стэйси Робертс многое теперь не будет по-прежнему.

Однажды, когда Стэйси почти заснула в пустынном раю пляжа, она вдруг почувствовала, что кто-то склонился над ней. Девушка улыбнулась, не открывая глаз, думая, что это Джереми вернулся пораньше. Но когда она все же приподняла ресницы, сон тут же улетучился.

— Тони! — Она быстро села. — Ты… ты что тут делаешь?

— Наслаждаюсь созерцанием тебя на пляже. — Его черные глаза нахально разглядывали ее тело.

— Как ты сюда попал? — Стэйси задала этот вопрос, только чтобы поддержать беседу, хотя и так было видно, как этот парень тут очутился. Антонио был весь мокрый, а за спиной виднелся акваланг.

Он, вероятно, понял, что вопрос был формальностью, и равнодушно пожал плечами. На красивых губах бывшего гитариста играла наглая усмешка, а в глазах мелькали недобрые искорки.

Девушка почувствовала, как испуганно забилось сердце. Ведь с той ужасной ночи в пещере она ни разу не видела Тони.

— А знаешь, ведь ты стоила мне работы, — произнес парень почти равнодушно. Почти.

Стэйси судорожно сглотнула.

— Боюсь, я и правда немного в этом виновата, — признала она, затем, слегка повысив голос, продолжила: — Но только не в твоем отвратительном поведении в пещерах. Ты неверно меня понял.

— Что ж, в следующий раз я постараюсь понять тебя правильно, — усмехнулся он. — Идет?

— На твоем месте я бы не надеялась на следующий раз.

Может быть, Тони, конечно, и шутил, только что-то в его голосе здорово пугало девушку. Она постаралась выдержать как можно дольше его пристальный, немного насмешливый взгляд, а затем равнодушно воззрилась на море. Ее сердце гулко колотилось, и, казалось, его стук отчетливо раздается на пустынном пляже. К счастью, со стороны утеса послышался радостный возглас Джереми:

— Тони! Ах ты, старый черт! Ты чего это так быстро вернулся?

Для Стэйси появление Джереми еще никогда не казалось таким долгожданным, как теперь. Приятель семенил по горячему песку, сжимая в обеих руках по бутылочке охлажденного апельсинового сока, а на его загорелом лице играла привычная мальчишеская усмешка.

Гитарист медленно расплылся в ответной улыбке.

— Вплавь, — хмыкнул он. — Плыл день и ночь.

— Уже нашел работу?

— Такой, как тут, мне уже не обломится. — Тони с сожалением пожал плечами.

— Что, не хватает рекомендаций от хозяина «Палаццо»? — подтрунивал Фэрроу, усаживаясь на корточки и роясь в сумке.

После обмена взаимными насмешками Антонио невозмутимо заметил:

— В конце летнего сезона уже поздно искать работу.

— Это точно! — согласился Джереми, доставая из сумки открывалку и ловко вскрывая бутылочки. Разливая сок по стаканам, он бодрым голосом добавил: — Прости, приятель, что не предлагаю, но мы не ждали гостей.

Затем коллега передал девушке ее стакан, отпил часть из своего и снова воззрился на Тони.

— И что же ты собираешься делать? — спросил он наконец, имея в виду работу.

Гитарист пальцами вычерчивал замысловатые фигуры на песке.

— Я хочу переехать, — медленно произнес он. — Может, подамся в Венецию, говорят там много туристов и неплохо платят.

— Да, возможно, это и неплохая идея, — со знанием дела кивнул приятель, а затем, заметив, что Стэйси не принимает участия в разговоре, повернулся к ней с шутливой фразой: — Не спи — замерзнешь! — и снова вернулся к разговору с Тони.

— Тогда не забудь с нами попрощаться, когда соберешься уезжать.

Антонио ослепительно улыбнулся и, взглянув в глаза девушке, медленно проговорил:

— Не забуду… Мне нравится тут играть, так что я задержусь в Сорренто до тех пор, пока мои друзья не разъедутся.

Джереми с трудом поднялся со своей подстилки, когда Тони начал собираться. Он небрежно бросил:

— Arrivederci![11]

Стэйси Робертс демонстративно смотрела в другую сторону до тех пор, пока гитарист не вошел в воду.

Когда темноволосая голова исчезла из виду, Фэрроу улегся на бок и, опершись на локоть, иронично произнес:

— Нечего сказать, ты просто заговорила нас до смерти.

Девушка слегка улыбнулась.

— Я не была с ним настолько дружна, как ты, — уклончиво проговорила она.

Джереми посмотрел на девушку внимательно и усмехнулся:

— В Тони есть что-то такое… Женщины или любят его, или ненавидят, но никогда не остаются равнодушными…

— Не знаю, я не замечала, — ответила девушка, пожимая плечами. — Но мне больше нравится, когда он уходит, чем когда объявляется.

К счастью, тревожное настроение вскоре отступило. Присутствие Джереми действовало умиротворяюще, так что вскоре Стэйси допила свой сок и расслабилась. Приятель интриговал ее. Больше всего девушке было интересно, как идут дела у них с Мелани.

Этот вопрос так и крутился у нее на языке, пока парень, блаженно растянувшись на солнышке, отшлифовывал свой красноватый загар. Но Стэйси так и не решилась спросить, поскольку знала, что приятель все равно уйдет от ответа.

Следующий день выдался хлопотным, так как начался новый заезд. Стэйси была по горло занята размещением гостей, распределением экскурсий и рассказами о достопримечательностях Сорренто. Только к вечеру кутерьма затихла и девушка выгадала пару часиков для отдыха.

Расслабляющая ванна сотворила чудо, и мисс Робертс даже захотелось принарядиться к ужину. Ее лицо не изменилось с того рокового вечера под звездами. Может, только легкие круги пролегли под серо-зелеными глазами, но из-за них взгляд казался выразительнее, а ресницы гуще. Кожа обрела некоторую бледность, но лишь оттого, что Стэйси сама оберегала ее от чрезмерного воздействия солнечных лучей, дабы сохранить нежный золотистый загар. Она выбрала шифоновое платье цвета лаванды без рукавов. Высокий воротничок подчеркивал стройность фигуры.

Расчесав волосы, девушка просто откинула их назад, позволив пышными локонами свисать до середины спины. Приводя себя в порядок, Стэйси размышляла, что, вероятно, Джереми так же крутился с раннего утра, как и она. Им не удалось увидеться днем, поскольку Фэрроу ездил по другим отелям, но они договорились встретиться за ужином. А так как большинство вновь прибывших гостей бродило по городу, изучая окрестности, то вероятность тихого приятного вечера была очень велика.

Слегка подкрасившись, Стэйси взглянула в зеркало. Она призналась самой себе, что выглядела отменно. Только не было прежнего блеска в глазах. «Ну почему все так жестоки», — горестно подумала она. Джереми чудесный парень, но ей не было дела до восторгов, которые непременно последуют.

Ресторан был полон, как обычно бывает субботним вечером, но каждая парочка или компания была полностью поглощена друг другом, не интересуясь окружающими.

Стэйси надеялась, что им с приятелем удается производить похожее впечатление. Время тянулось невероятно долго. Джереми в темном с иголочки костюме выглядел как модель из мужского журнала мод. Прямые волосы при ярком свете люстр казались совершенно белыми, а голубые глаза возбужденно сияли, что не без тревоги отметила Стэйси.

Казалось, приятелю не терпелось что-то поведать девушке, и он сбивчиво начал:

— Сегодня я заехал в Сорренто…

— Я думала, — иронично произнесла Стэйси, — что ты провел там весь день.

— Да, вроде того… — замялся он. — Я хотел сказать, что заезжал в магазин кое-что купить. — Повисла пауза, во время которой Фэрроу с нетерпением и каким-то счастливым предвкушением смотрел на собеседницу, а затем спросил: — Ты не догадываешься, о чем я говорю?

— Нет, ни капельки, — искренне произнесла девушка.

Он разочарованно пожал плечами и намеренно медленно продолжил свой ужин, подогревая любопытство Стэйси рутинными рассказами о сегодняшней работе. Так продолжалось до тех пор, пока они не доели десерт. Тогда Фэрроу отодвинул свою тарелку и с полным осознанием значительности момента заявил:

— На днях я разговаривал по телефону с Мелани.

— Замечательно. — Собеседница выжидательно улыбнулась.

— Мы долго разговаривали, — произнес он торжественно.

— Наверное, это гораздо более эффективно, чем письма.

Приятель положил руки на стол и, с трудом подбирая слова, продолжил:

— Я поеду в Рим в конце сезона.

— К Мелани? — беззаботно спросила Стэйси.

Джереми кивнул:

— Я хочу остаток своей жизни провести с ней. — Он проговорил эти слова с таким воодушевлением и с таким глубоким чувством, что Стэйси невольно взяла его за руку и нежно пожала ее.

— Мелани очень повезло, — искренне произнесла она.

— А теперь, — в голубых глазах Фэрроу снова зажегся задорный огонек, — ты догадываешься, что же я покупал?

— Ума не приложу, — ответила девушка с хитрой улыбкой.

Тогда Джереми сунул руку во внутренний кармашек пиджака и извлек оттуда обтянутую кожей маленькую коробочку. Открыв, он бережно поставил ее перед Стэйси.

— Что ты на это скажешь? — мягко спросил он.

Девушка в восторге смотрела на великолепное, сверкающее всеми цветами спектра кольцо на фоне синего бархата. Она даже задохнулась от восторга.

— Ну? — Приятель нетерпеливо ждал ее реакции.

— Что тут скажешь, Джереми! Оно просто великолепное, сказочное! — выдохнула девушка.

— Ты правда так считаешь? — улыбнулся Фэрроу.

— Потрясающее!

Джереми продолжал мечтательно улыбаться, глядя на кольцо.

— Я думал, что куплю что-нибудь в Риме, — пробормотал он, — но не смог удержаться. Хочу надеть его Мелани на пальчик прямо на вокзале, как только сойду с поезда. Но меня волнует одна мелочь… — Лицо приятеля немного посерьезнело, когда он достал колечко из коробочки. — Я не знаю, подойдет ли оно по размеру. Я буду выглядеть полным идиотом, если оно будет болтаться у нее на пальце.

— Но похоже, кольцо обычного размера, — подбодрила его девушка.

— Вот и мне так кажется. — Фэрроу вздохнул с облегчением. — А вообще Мелани примерно твоей комплекции, может, примеришь на всякий случай?

Все еще улыбаясь, Стэйси сжала пальцы в кулак.

— Нет, Джереми, я не могу. — Она слегка застеснялась. — Это плохая примета.

— Наверное, — кивнул приятель, затем продолжил с несчастным видом: — Пожалуйста, только на секундочку. Ведь это кольцо могли мерить многие девушки, прежде чем я его купил, так что ничего страшного не произойдет.

Он выглядел сейчас как ребенок, которому подарили новую игрушку, поэтому девушке стало жаль его огорчать, и она уступила, протянув руку. Джереми аккуратно надел кольцо ей на пальчик.

— Уф, слава богу! — Он просто засветился от счастья. — Оно точь-в-точь подходит. Как будто сделано на заказ. — Приятель взял обе ее ладони в свои и долго смотрел на них с восхищением. — Лучшего я бы точно не нашел, даже в Риме. — А потом, взглянув на Стэйси, произнес иронично: — Неужели я и вправду купил это кольцо не для тебя? Наверное, я сошел с ума!

— Надеюсь, Мелани не узнает об этих словах, — быстро проговорила мисс Робертс. Она стянула кольцо со своего пальца и положила обратно в коробочку. Оно так и лежало между ними, пока они пили вино и заканчивали ужин. А потом Фэрроу снова положил коробочку в карман.

Они заглянули на дансинг, но Джереми казался слишком взбудораженным и вскоре, извинившись перед Стэйси, отправился в свой номер. А она и не возражала. Девушка и сама собиралась лечь пораньше. После сегодняшних событий, сказала она себе, это лучшее, что она может придумать.

Неожиданное острое желание поскорее убежать от этого веселого мельтешения заставило мисс Робертс, ничего не замечая вокруг, быстрым шагом проследовать через тускло освещенное фойе. Если бы она так не спешила, то смогла вовремя заметить человека, неспешно выходящего из ресторана. Но было слишком поздно, и она буквально натолкнулась на знакомый белый пиджак. Обладатель пиджака резко вытянул руки вперед, чтобы избежать столкновения, а затем подхватил Стэйси, от толчка потерявшую равновесие. Марк Лоуфорд крепко обнял плечи девушки, так что она оказалась совсем близко и уперлась лбом в его квадратный подбородок. Стальные искорки в его взгляде буквально пронзили ее насквозь. Его лицо странно дернулось, но губы сложились в отстраненную улыбку, когда Марк лаконично сказал:

— Похоже, тебя следует поздравить. Я так понял, ты не хочешь носить обручальное кольцо на работе?

Пока смысл его слов доходил до оцепеневшего от неожиданности сознания Стэйси, Марк резко оттолкнул ее и быстро скрылся за поворотом.

Глава 8

Вбежав в свой номер, девушка еще долго не могла унять нервную дрожь, вызванную неожиданным столкновением. И дело было вовсе не в силе толчка — Стэйси, заботливо поддержанная Лоуфордом, вообще его не ощутила, а для крупного тела Марка удар оказался пустяковым. Зато все так тщательно задвигаемые в самый дальний уголок сердца эмоции Стэйси, только слегка начавшие притупляться, теперь вернулись с новой силой.

Она с трудом уняла дрожь и, чуть успокоившись, решила с сегодняшнего дня гораздо внимательнее смотреть вокруг. Еще пара подобных эпизодов, и она просто развалится на части. Единственное утешение — сезон близился к концу, и девушка надеялась не слишком часто видеть босса.

Однако мисс Робертс не приняла в расчет один незначительный фактор, а именно самую маленькую из туристок «Санфлэйр», Иветт Тейлор.

Вообще-то среди клиентов «Палаццо» детей было мало, вероятно, потому, что местные утесы, горы и скалистые берега были небезопасны для малышей.

Что касается Иветт, то это хрупкое, миниатюрное создание, наверное, могло затеряться и среди песчаных пляжей. Она смотрела на мир огромными серыми глазами, а волосы были всегда аккуратно заплетены в толстую косичку. Обычно она тихонечко сидела на бордюрчике лестницы или в одиночестве слонялась по лужайке перед входом в отель.

Девочка приехала вместе с миссис Лэндер, женщиной средних лет, которую она называла тетей Маргарет, и на этом вся опека, казалось, закончилась. Пока тетя Маргарет отдыхала в своем номере или сидела на веранде, маленькая Иветт печально бродила под знойным солнышком.

Стэйси Робертс несколько раз пыталась завести разговор с маленькой туристкой, но это было бесполезно. Похоже, они с тетей Маргарет отличались особой любовью к одиночеству.

Поэтому Стэйси показалось странным, когда хрупкая маленькая девочка одна уселась в автобус, совершавший еженедельную экскурсию на Капри. Тем более, что миссис Лэндер, отважившись на одну из своих редких вылазок из номера, с натянутой улыбкой помахала племяннице рукой, после чего Иветт тихонечко уселась около мисс Пиндер, молоденькой школьной учительницы. Все выглядело так, словно тетя Маргарет попросила мисс Пиндер присмотреть за девочкой во время экскурсии. Но так ли было на самом деле?

Для Стэйси это был один из тех странных дней, когда все шло кувырком. Джереми организовал этот тур заранее, но в назначенный день ему срочно понадобилось вырваться в Неаполь.

— Одна из наших групп попала в какую-то неразбериху с паспортами, — торопливо объяснил приятель, вбегая в офис с утра. — Лучше мне самому это утрясти, а то босс что-то на взводе в последние дни, так что я побежал…

Не зная, чем еще она может помочь коллеге, девушка предложила заменить его во время экскурсии на Капри. Тем более поездка была неплохой возможностью исчезнуть из «Палаццо» до конца дня. Она не предполагала, что крошечный остров будет запружен туристами, вокруг будет царить изматывающая духота, а все отдыхающие из ее группы будут в плохом настроении из-за слишком маленького катера, на который их засунули.

Как всегда бывает в таких случаях, один из туристов потерял бумажник с внушительным количеством итальянских лир при покупке какого-то сувенира в одном из сомнительных плавучих магазинчиков. Другому какой-то невоспитанный господин сбил с головы шляпу.

После обеда в очереди на автобусной остановке в Анакапри произошел еще один конфликт, когда кто-то из туристов попытался нагло пролезть вперед, так что во время возвращения в отель почти все жаловались на неудобства и неорганизованность в этом провинциальном городке.

Стэйси почти обрадовалась спокойствию «Палаццо», несмотря на то что именно здесь крылась причина ее душевного несчастья. К тому времени Джереми еще не вернулся из Неаполя, так что ей пришлось самой заняться бумажной работой, накопившейся в офисе за день. К тому же вырисовывалась невеселая перспектива одинокого ужина в собственном номере. Как раз когда она уныло размышляла над этим, в дверь постучались. На пороге стояла импозантная миссис Лэндер и бесцеремонно разглядывала кабинет.

— Здравствуйте, — поприветствовала даму мисс Робертс. — Неужели вы все-таки решились принять участие в экскурсии, — обрадовалась девушка. — Тогда я сейчас же впишу вас…

— Я видела, что автобус недавно вернулся, — перебила ее женщина, с озабоченным выражением лица. — Вообще-то я пришла поблагодарить вас за великодушное предложение… Большинство гостей уже, вероятно, на ужине…

— Наверное, — кивнула Стэйси с усталой улыбкой, размышляя, что за великодушное предложение имела в виду тетя Маргарет. Возможно, она о чем-то договаривалась с Джереми. — Просто день выдался немного напряженным, так что мы все были рады вернуться обратно.

Миссис Лэндер еще несколько минут продолжала оглядывать офис, а затем спросила:

— Наверное, Иветт тоже устала… Я надеялась, что она сразу вернется в номер, но если она с вами… — говорила женщина с возрастающим напряжением в голосе.

Мисс Робертс с беспокойством поднялась из-за стола.

— Но Иветт не со мной!.. — Она искренне удивилась этому предположению. — А почему вы решили, что она здесь?

— Ну, раз уж вы были так добры, что предложили ей поехать сегодня на экскурсию… Я подумала, если…

— Я бы с удовольствием. — Стэйси нервно рассмеялась. — Но боюсь, мне бы вряд ли удалось пригласить Иветт даже на прогулку. Она очень замкнута, как мне показалось…

— Вы хотите сказать, что не приглашали ее в сегодняшнюю поездку на Капри? — Миссис Лэндер заметно побледнела. — Но вы же видели, как она садится в автобус! Я провожала девочку и даже помахала вам на прощание!

— Да, правильно, — размышляла девушка вслух. — Но разве вы не мисс Пиндер помахали? Мне показалось, что вы договорились…

— О боже! — взволнованно воскликнула дама, грузно опускаясь в кресло. — Меня пугают ваши слова!

Стэйси тоже была испугана тем, какой оборот принимала ситуация. К тому же ее беспокоила сильная бледность сидящей напротив нее женщины, поэтому тур-менеджер поспешила приободрить ее:

— Не надо так волноваться, — быстро заговорила она. — Сейчас разберемся. Похоже, Иветт просто захотелось развлечься самостоятельной поездкой. Но в этом нет ничего плохого.

— Я вовсе не уверена… — В голосе дамы уже звучали истеричные нотки, а ее взгляд был довольно воинственен, когда она сбивчиво продолжила: — И где она в этом случае, по-вашему…

— О, наверняка девчонка где-то в отеле, — проговорила Стэйси, старательно улыбаясь.

— Но ее нигде нет! — взвилась миссис Лэндер. — Я искала ее и расспрашивала всех туристов сразу, как только прибыл автобус! Иветт нет в отеле!

Испытывая признаки надвигающейся паники, мисс Робертс, тем не менее, постаралась взять себя в руки и максимально рассудительным тоном проговорила:

— Я думаю, мы торопимся с выводами. Она, скорее всего, где-нибудь заигралась… Да, и вот что… — Следующая идея Стэйси приободрила обеих женщин. — А мисс Пиндер вы не спрашивали? Иветт весь день провела с ней. Я не удивлюсь, если она до сих пор сидит у нее в номере.

— Хотелось бы надеяться. — Миссис Лэндер выглядела не очень уверенной, а вот Стэйси немного успокоилась и начала мыслить здраво.

— Вот что! Вы сидите тут, а я пойду навещу мисс Пиндер, — с улыбкой сказала девушка. — Наверное, они не обратили внимания, сколько прошло времени.

Но надежды Стэйси оказались ложными: по дороге девушка наткнулась на мисс Пиндер, спешащую на ужин.

— Ах да! Конечно! — откликнулась учительница. — Всю дорогу до Анакапри Иветт сидела рядом со мной. Я видела, что вы очень заняты, а мне было даже приятно с ней поболтать…

— Вы хотите сказать, что девочка наговорила вам, будто я… — Мисс Робертс перевела дух, а затем спросила уже более спокойным тоном: — А что случилось после Анакапри, по дороге в отель?

— Даже не знаю… — задумчиво продолжала мисс Пиндер. — Я встретила девушку, мою землячку, и на обратном пути мы сели на соседние сиденья…

— Понятно… — Стэйси нервно сглотнула. — И вы не видели, куда пересела Иветт?

— Мне кажется, я вообще не видела ее в автобусе на обратном пути, — внезапно задумавшись, сказала женщина. — Должна признаться, в тот момент я не обратила внимания на ее отсутствие.

Стэйси обреченно кивнула:

— Извините, мисс Пиндер, надеюсь, я не слишком вас задержала.

Учительница улыбнулась со словами:

— Нет-нет, все в порядке, мне жаль, что я не смогла вам помочь.

Похоже, миссис Лэндер была готова к плохим новостям, но все же, услышав о проделках Иветт, дама была в шоке. Сначала она резко откинулась на спинку стула, а потом уронила лицо на руки.

— Именно этого я и боялась! — запричитала она. — Такой поступок как раз в стиле Иветт. Ей нет и девяти, но она уже достаточно хитра, чтобы проникнуть в экскурсионный автобус, усыпив всеобщую бдительность, а затем исчезнуть в чужом городе.

— Но это просто бред какой-то! — Стэйси нервно отбросила с лица непослушный локон. — С чего бы девочке вдруг убегать?! И почему в Анакапри?

— Для ее детских мозгов это, видимо, достаточно далеко. — Миссис Лэндер наконец подняла голову и вымученным взглядом посмотрела на Стэйси. — Кое-что вам следует знать, мисс Робертс, — произнесла она почти торжественно. — Моя племянница и я здесь не совсем в отпуске… Вы понимаете… — Дама на мгновение замолчала, а затем продолжила с тяжелым вздохом: — У ее родителей сейчас довольно сложный период в семейной жизни. Иными словами, все идет к разводу… Эти постоянные споры очень нервируют Иветт, она слишком чувствительна… Так что я решила уехать с ней подольше на какое-то время. Просто постаралась, как родной человек, сделать все возможное, чтобы оградить девочку от тяжелейшего стресса… Только, боюсь, мой поступок лишь повредил ей.

— Понятно, — тихо произнесла девушка. Бедная маленькая девочка, живущая в постоянном страхе в преддверии развода родителей! Да еще и тетка, довольно безразличная ко всему окружающему особа, хотя и желает ребенку добра… Неудивительно, что маленькой туристке не до игр.

На этом Стэйси резко оборвала свои сентиментальные размышления, понимая, что нужно немедленно действовать:

— Я должна спуститься и предупредить начальника, что срочно возвращаюсь на Капри. — С этими словами мисс Робертс шагнула к выходу из офиса, слегка погладив миссис Лэндер по плечу, когда та попыталась встать и растерянно последовать за ней: — Пожалуйста, постарайтесь успокоиться. Если ваша племянница умудрилась обвести всех вокруг пальца, то, я уверена, она сможет позаботиться о себе до тех пор, пока я ее не отловлю!

Стэйси отважно отправилась в кабинет Марка, хотя в ее душе нарастала паника. Ведь Иветт всего лишь восьмилетняя девочка, а прибрежные скалы Капри очень круты и опасны. А что, если ребенок почувствовал себя никому не нужным? Что, если?!

Когда мисс Робертс добралась до кабинета шефа, по ее спине уже бегали мурашки…

Она смело вошла и, путаясь, попыталась изложить суть дела Марку, допоздна засидевшемуся за документами.

— Марк, я должна срочно возвращаться на Капри.

Глядя на нее в упор, мужчина встал из-за стола и обошел его.

— Что произошло? — жестко спросил он.

— Там возникло неотложное дело, я должна его срочно решить… — сбивчиво начала объяснять Стэйси, моля Бога о том, чтобы эти шоколадные глаза не смотрели на нее с такой враждебностью.

— Похоже, что это «неотложное дело» напрямую тебя затрагивает, — заявил Лоуфорд с мрачной проницательностью. Затем добавил уже более спокойным тоном: — Ладно, допустим. В чем оно заключается?

Чувствуя, как уходит драгоценное время, Стэйси перевела дух и нервно продолжила:

— Маленькая Иветт Тейлор… Я не знаю, знаком ли ты с ней…

— Малышка с косичкой? — кивнул он. — Да, я пару раз с ней беседовал по пути от отеля до ресторана.

Стэйси истерично хихикнула.

— Похоже, тебе с ней повезло больше, чем мне, — произнесла девушка скороговоркой. — Но боюсь, что в произошедшем виновата только я… — Она заломила руки и проговорила, готовясь к худшему: — Вернее, я вела себя просто непростительно халатно, когда не разобралась, что девочка самовольно отправилась с сегодняшней экскурсией на Капри. Я сверяла туристов по списку, оставленному Джереми…

Неожиданно она почувствовала сильные руки на своих плечах, слегка встряхнувшие ее.

— Ты слишком быстро говоришь, Стэйси, — спокойно сказал Марк, разворачивая ее лицом к себе. — Теперь давай по порядку. Что там случилось с малышкой Тейлор?

— Она не вернулась вместе с нами с Капри, — объяснила девушка. — А я заметила это, только когда ее тетка в поисках беглянки пришла ко мне, уверенная, что я присматривала за ней во время экскурсии… И еще, я только что узнала… — Мисс Робертс подняла испуганные глаза и затравленно взглянула на босса. — Родители Иветт вот-вот разведутся, поэтому тетя привезла ее сюда.

Марк пристально всматривался в лицо девушки, переваривая смысл сказанного ею. Затем он ровным тоном задал самый нелогичный, по мнению Стэйси, вопрос:

— Ты ела сегодня?

— О боже! — Девушка нетерпеливо вырвалась из его рук. — Как можно думать о еде в такой момент?!

— Можно, — отрезал он. — Я закажу пару бутербродов и кофе для тебя, их принесут прямо сюда.

— Неужели ты не понимаешь, что все произошло только по моей вине! — прокричала Стэйси, готовая расплакаться. — Первое, что я должна была сделать, увидев девчонку одну в автобусе, — это поговорить с миссис Лэндер!

— Все мы ошибаемся. — Марк мягко взглянул на девушку, слегка улыбнулся и подошел к телефону. После продолжительного разговора на беглом итальянском, он положил трубку на место: — Ну вот, я предупредил полицию. Они быстро найдут ее, так что расслабься. — Потом он снова снял трубку и заказал еду. — Когда поешь, мы поедем.

— Мы?! — Сердце Стэйси на мгновение остановилось. — Ты тоже поедешь? — переспросила она. — А почему мне нельзя самой исправить свою ошибку?

— Потому что ты — женщина и логика у тебя женская. У твоего страха глаза велики. Бьюсь об заклад, что твое воображение уже рисует кошмарные картины.

— Естественно, в отличие от тебя… Интересно, чем обусловлено твое олимпийское спокойствие? — холодно спросила она.

— Просто я догадываюсь, что собралась делать наша беглянка…

Пока Стэйси расправлялась с принесенными сандвичами и кофе, босс внимательно разглядывал ее лимонное платье с короткими рукавами.

— Тебе придется накинуть на себя что-нибудь, — заметил Марк. — Неизвестно, сколько времени займут поиски.

— У меня есть подходящий полотняный плащ. — Девушка вскочила, готовая немедленно бежать за ним. — Я мигом…

— Продолжай кушать, — кивнул Марк, направляясь к двери. — Я сам могу его принести…

Пока он отсутствовал, Стэйси при помощи содержимого косметички смогла немного привести себя в порядок после изнурительного дня. Подкрепившись и немного отдохнув, она почувствовала себя гораздо лучше.

По дороге к машине Стэйси постоянно напоминала себе, что то, как он придерживает ее под локоть, — не более чем жест вежливости вроде принесенного плаща. Тем более, что салон автомобиля просто благоухал духами Шэрон. Расстроившись, девушка резко выдернула руку. Лоуфорд раздраженно хлопнул дверцей, заставив Стэйси в отчаянии размышлять, насколько спровоцированные ею неприятности докучают ему. Наверняка у шефа были более заманчивые планы на вечер.

Подъехав к причалу, Марк сказал с легкой усмешкой:

— Поплывем на моторной лодке. Так мы окажемся на месте за двадцать минут.

Пока моторка неслась по морской глади, мисс Робертс поплотнее куталась в плащ, так как легкий вечерний бриз из-за скорости превратился в довольно сильный, пронизывающий ветер, проникавший даже в маленькую застекленную кабинку, где сидела девушка. Марк стоял на палубе. Похоже, его занимали только остающиеся позади волны.

Тем временем Капри приближался с каждой секундой. Когда массивный остров оказался совсем близко, с борта маленькой моторки в наступивших сумерках он напомнил девушке загадочное морское чудище, отрешенное от земных переживаний и величественно взирающее на окружающую суету.

Марк повел Стэйси к фуникулеру, который должен был доставить их на центральную площадь города. Когда она слегка замешкалась, испугавшись шатающейся ступеньки, мужчина легко приподнял ее и усадил на сиденье.

Они быстро оказались на месте.

— Пока все нормально, — проинформировал ее шеф. — Есть какие-нибудь соображения, откуда нам следует начинать поиски?

— Девочка была с нами в Анакапри, — подавленно ответила спутница.

— Уже что-то. — Мужчина уверенно начал пробираться через суетливую толпу к стоянке такси. Уже через пару минут машина медленно катилась по дороге мимо виноградников, красивых домов и зарослей кипарисов. Закат неспешно окрашивал вечернее небо в пурпурные тона, но девушка слишком тревожилась, чтобы наслаждаться красотой вечера. Все ее мысли крутились вокруг маленькой девочки в льняном платьице, которая сейчас могла бы мирно посапывать в одной из спален «Палаццо». Все было иначе только по ее, Стэйси, вине.

Девушка не смогла подавить крик ужаса, когда такси выехало на шоссе с видом на зловещие отвесные скалы, о подножие которых где-то далеко внизу разбивались грохочущие волны. Если с Иветт случилось что-то ужасное, то только она, Стэйси Робертс, будет в этом виновата.

Они въехали в старую часть города Анакапри, и Марк попросил водителя проехаться по улочкам. Они колесили вдоль и поперек узких улиц в течение довольно долгого времени, но так и не обнаружили даже признаков беглянки.

— Нужно было убедиться, что девочки здесь нет, — заметил Марк и расплатился с таксистом. Затем он взял спутницу под руку и направился к морю.

— Сдается мне, она старается держаться нехоженых тропинок, — добавил он.

— Может и так, — с тяжелым сердцем ответила Стэйси.

Он бегло взглянул на нее и заверил:

— Девочка отсутствовала всего пару часов. Не поддавайся панике.

— Пару часов с того момента, как мы обнаружили ее исчезновение, — взволнованно уточнила девушка. — Считай, она где-то бродит с тех пор, как наша группа покинула остров. Только представь, восьмилетний ребенок все это время предоставлен самому себе!

— Значит, скоро мы обнаружим слегка проголодавшегося ребенка.

— Если только с Иветт не стряслось чего-нибудь посерьезнее! — вспыхнула Стэйси, раздраженная чрезмерным, по ее мнению, спокойствием Марка. — Почему ее никто не заметил? Ведь Капри всего лишь маленький остров!

— А она всего лишь обычная маленькая девочка.

— Конечно, для вас, мужчин, все кажутся маленькими и незначительными! У вас нет сердца!

С этими словами Стэйси слегка оступилась, и Марк точным движением подхватил ее и быстро притянул к себе.

— Зато у женщин оно просто ОГРОМНОЕ! Я правильно понял? — На мгновение шоколадные глаза проникли в ее душу, а потом мужчина перевел взгляд вниз, на крошечную точку, видневшуюся на вершине внушительного прибрежного валуна.

Сердце Стэйси бешено колотилось, но, проследив за направлением взгляда Марка, она увидела крошечную гавань, где посередине белого песчаного пляжика располагался гладкий круглый валун, окруженный морской пеной, на котором виднелась маленькая детская фигурка. В сгущающихся сумерках было невозможно разобрать ни лица, ни прически ребенка, но зато было отчетливо видно ярко-розовое платьице, которое запомнилось девушке сегодня утром в автобусе.

— Это же Иветт! — воскликнула Стэйси, задыхаясь. — Как, ради всего святого, она умудрилась туда забраться?!

Девушка стремглав бросилась к обрыву, но Марк снова ухватил ее за руку.

— Спокойно! — сказал он тихо. — Есть более безопасный способ узнать ответы на твои вопросы.

В стороне они обнаружили пологий спуск, по которому и проникли в бухточку.

Когда они приблизились к девочке, та повернула головку в их сторону, продолжая болтать ножками в воде.

— Привет! — поздоровалась беглянка. В этом слове слышалась вся ее детская гордость за совершенное.

Стэйси с облегчением вздохнула и присела на корточки рядом с ребенком. Еще срывающимся от волнения голосом, она заговорила с девочкой:

— Иветт, а ты знаешь, что твоя тетя ужасно беспокоится о тебе?

— Правда? — Девочка продолжала с безразличным видом болтать ножками в воде, но в больших серых глазах появилась искра заинтересованности.

— Может, мы пойдем домой и ты сама убедишься? — уговаривала малышку мисс Робертс.

— Можно. — Иветт вытащила одну ножку из воды и начала методично вытирать ее носовым платочком. Затем, не без помощи Марка, она спрыгнула с камня и надела сначала носочки, а потом розовые сандалии, стоявшие на песке чуть поодаль валуна. Девочка прилежно застегивала каждую пряжечку, на что потребовалось некоторое время. Марк закурил сигарету и облокотился на камень. Стэйси смотрела на море. В душе царило умиротворение, пока девушка не вспомнила о причине пребывания в этом раю.

— Ну как, готова? — улыбнувшись, спросила она у Иветт.

Девочка поднялась, демонстрируя свои достижения. Сандалии сидели безупречно. Марк подал ей руку, на что она заявила рассудительным тоном:

— Спасибо. Я могу идти сама.

— Ну что ж, я рад это слышать, — усмехнулся хозяин отеля. — Не хотелось бы нести такой тяжелый груз в гору.

Он позволил ребенку вприпрыжку бежать к дороге, ведущей наверх. Мисс Робертс всегда почему-то казалось, что по натуре Иветт очень живая девочка, и теперь она воочию в этом убедилась. Малышка весело бежала впереди, Стэйси шла за ней, а ее спутник завершал эту идиллическую процессию. Правда, девушка слегка задыхалась, но не от крутого подъема, а от близости Марка. Так они и следовали за Иветт, стараясь не отставать.

Они дошли пешком до Анакапри молча. Когда по дороге они увидели небольшую закусочную с маленькими столиками, выставленными на веранде, Марк подмигнул малышке и спросил:

— Ну как, проголодалась?

— Чуть-чуть, — ответила Иветт, не сводя глаз с соблазнительных столиков.

— Ты сможешь выбрать любые блюда, когда вернемся, — с улыбкой произнесла Стэйси.

Девочка некоторое время обдумывала ситуацию, а потом, взяв Марка за руку и вскинув на него серьезные серые глаза, спросила:

— А можно мне что-нибудь тут попробовать?

— Только не сейчас, милая. — Стэйси явно нервничала. — Может, мы перекусим на пароме?

— А почему не сейчас? — Мужчина серьезно посмотрел на Иветт, как будто этот вопрос касался только их двоих. — У тебя был насыщенный день, не так ли, девочка с косичкой? И я бы тоже не отказался от легкого ужина…

Марк и Иветт направились к закусочной, так что мисс Робертс пришлось безоговорочно подчиниться желанию «большинства». Конечно, она понимала, что малышка проголодалась, но ведь и назад тоже нужно возвращаться, и лучше поскорее, учитывая обстоятельства.

Но когда вся их компания оказалась за уютным столиком, накрытым цветастой скатертью, Стэйси немного расслабилась.

Иветт на этот раз не казалась скованной, она баловалась и смеялась, уплетая заказанные Марком для нее блюда. Особенно благоприятно повлияло на ее настроение неаполитанское мороженое, которое вернуло девочке природную разговорчивость, и она теперь трещала без умолку. Засовывая в рот полные ложки лакомства, Иветт Тейлор с интересом озиралась вокруг. Особенно ее привлекали французские витражи на окнах здания, где располагался ресторанчик.

— А в этих комнатах живут люди? — с любопытством расспрашивала девочка.

— Вполне возможно, — медленно ответил Марк, глядя на мороженое.

— Наверное, здорово жить на острове, — решила Иветт, хихикнув.

Стараясь поддержать хорошее настроение девочки, Стэйси спросила ее:

— А тебе самой сегодня как показалось?

— Здорово. — Иветт сосредоточенно облизывала ложечку. — Я играла с детьми, мы весело провели время. — Затем она посерьезнела. — Только потом они ушли домой, а я осталась.

— А тебе не сложно было с ними разговаривать… Ты понимаешь, что они говорят на своем языке? — удивилась мисс Робертс.

Иветт пожала плечиками, как будто и сама задумалась над этой проблемой. Скорее всего, так и было, потому что она снова какое-то время смотрела на витражи.

— Все-таки живут там люди или нет? — вдруг проговорила она, повторив не дающий покоя вопрос.

— Ты уже спрашивала, малышка, — подмигнул ей Марк, усаживаясь поудобнее и закидывая ногу на ногу.

Еще некоторое время девочка с интересом разглядывала красивое здание, потом вдруг посмотрела на свои крошечные часики и совсем по-взрослому спросила:

— Ой, наверное мы уже опоздали на паром?

— У нас еще полчаса, кажется, — ответил ей Марк, поддерживая серьезный тон разговора.

— А это много или мало? — полюбопытствовала его юная собеседница.

— Достаточно.

Иветт слизнула капельку растаявшего мороженого с верхней губы, бросила долгий взгляд на витражи, а потом, обратив на Марка умоляющий взор, быстро спросила:

— А может, мы тут переночуем? А утром сядем на самый ранний паром…

Мисс Робертс быстро покачала головой, но мужчина даже не шелохнулся, что слегка удивило ее. Он тихонечко наклонился к малышке и так же тихо спросил:

— А как же твоя тетя?

— Она поймет, что мы опоздали на катер. — Иветт медленно водила пальчиком по узорчатой скатерти.

Стэйси была вынуждена возразить:

— Иветт, она ждет, что мы привезем тебя назад до наступления ночи.

— Но как вы это сделаете, если не будет катера?

Катер пока не ушел, а кроме него имелось множество других транспортных средств для поездок на континент, но маленькая Иветт, кажется, была готова на все, лишь бы не покидать Капри.

Вместо того чтобы возразить ей, Марк неожиданно произнес:

— Думаю, у нас будет возможность заночевать здесь, малышка.

Повисла такая тишина, что девушка услышала стук собственного сердца. Она недоуменно подняла глаза, чтобы встретить шоколадный взор Марка, который бесстрастно вытащил сигарету и резко поднялся на ноги.

— Наше путешествие было довольно утомительным, — объяснил он свое решение. — Я полагаю, всем нам не помешает небольшой отдых. Пойду посмотрю, как расположены номера в этой гостинице.

Мужчина вернулся через несколько минут с двумя ключами и, лукаво взглянув на счастливое личико Иветт, усмехнулся:

— Ты и мисс Робертс поселитесь в третьей комнате, а я — на втором этаже.

Иветт не визжала от радости, как любой ребенок на ее месте, но она непрерывно болтала и смеялась. Вертясь на стуле, она вдруг обратилась к Стэйси, гордо заявив:

— А ты знаешь, что я могу говорить по-итальянски? Только с помощью рук.

Ее собеседница даже заморгала от удивления, что вызвало у девочки приступ веселого смеха.

— Я тебе покажу! — не унималась Иветт. — Например, ты спрашиваешь меня, что я думаю… о чем-нибудь.

— Допустим, что спрашиваю. — Стэйси с веселой улыбкой взглянула на счастливую девочку.

— А я сгибаю палец и кладу его на свою щеку, вот так. Видишь? — Она показала хитрый жест. — Это значит: «Все нормально».

«Сомнительная точность», — подумала девушка, но, понимая, что от нее ждут одобрения двое спутников, умудрилась изобразить восхищение:

— Очень изобретательно!

— А если я сложу указательный и большой пальцы вот так и помашу ими вот так, это будет значить: «Почему?». А если я приложу пальцы к шее, то это будет значить: «Нечего делать».

Такие живописные подробности сурдоперевода заставили тур-менеджера от души расхохотаться. Вероятно, Иветт переняла какие-то жесты у обслуживающего персонала «Палаццо», пока целыми днями околачивалась возле отеля.

Пока Стэйси и Иветт дружно смеялись, Марк, как всегда слегка растягивая слова, отозвался:

— А вот мне всегда казалось, что хорошеньким восьмилетним малышкам нужно как следует высыпаться после дня, полного впечатлений.

Девочка явно заинтересовалась этой идеей:

— Правда? А мне любопытно, какие там кровати? — Она легко спрыгнула со своего кресла. — Я бы хотела взглянуть на мою…

— Я бы тоже взглянул на свою, — хмыкнул мужчина. — Этак до семи утра…

Над обеими стоящими в номере кроватями висели противомоскитные пологи.

— Можно, я буду спать на этой? — Иветт приподняла полог и шлепнулась на мягкую пружинящую поверхность. Она как следует попрыгала на матрасе, а затем вытянулась в изнеможении. Зевая, она пробормотала:

— Ой, как же я устала.

— Только не засыпай одетой, — улыбнулась Стэйси. — Умывальник тут есть, а зубные щетки я сейчас попробую купить в вестибюле.

Пока мисс Робертс помогала девочке расстегнуть пуговички на ее ярко-розовом платье, Иветт хихикнула:

— Здорово, правда? Мы же вообще без багажа, придется спать без ничего.

— М-да, будем приспосабливаться на одну ночь. — Стэйси старалась сохранять серьезное выражение лица. Вообще-то она считала неправильным поощрять девочку в ее побеге.

Накрываясь тонким одеяльцем, Иветт вдруг серьезно спросила:

— А ты не знаешь, на Капри можно потеряться надолго?

— Вряд ли. — Собеседница качнула головой. — Это не очень большой остров.

— Но целый день и еще ночь — это долго? — с видимым удовольствием произнесла Иветт. И пока Стэйси пыталась понять ход мыслей девочки, та повернулась на бочок, безмятежно зевая, пожелала ей спокойной ночи и уснула.

Когда девушка вышла, Марк стоял на веранде, увитой виноградными лозами. Все окна были погашены, и в сумерках она плохо различала его лицо, но было невозможно не узнать эту фигуру.

Он курил, и, когда спутница приблизилась, кончик сигареты вспыхнул неожиданным оранжевым пламенем.

— Как номер? — лениво спросил он.

Стэйси кивнула в знак одобрения и вдруг почувствовала какое-то волнение. Ведь Марк Лоуфорд стоял всего лишь на расстоянии вытянутой руки от нее, а вокруг была кромешная тьма. Собравшись с силами, она оперлась на деревянные перила и даже смогла шутливо заявить:

— Сдается мне, мы не услышим болтовни Иветт в ближайшие часов пять.

— Для восьмилетней девочки она занятный ребенок, — смеясь, выдохнул собеседник.

— Занятный?! — Стэйси наградила его критическим взглядом. — Для тебя, может, и занятный. А вот для меня — просто непослушная баловница.

— Иначе говоря, есть над чем поработать?

Девушка с улыбкой опустила глаза.

— Должна признать, что я ожидала худшего, — пробормотала Стэйси. — Чужой ребенок — это огромная ответственность.

— Тебе еще предстоит пройти через нечто подобное с собственными отпрысками, так что начинай потихоньку привыкать.

Его низкий голос звучал как-то особенно выразительно в ночной тишине, нарушаемой только стрекотанием цикад. Девушка подавила желание взглянуть ему в глаза, и в повисшем молчании Марк сделал последнюю глубокую затяжку, а затем потушил сигарету и выбросил ее. Он поменял позу и ехидно добавил:

— Да уж, тебе здорово достанется, если папаша будет отсутствовать по нескольку месяцев в году.

Вот они и вернулись к Джереми. Для Стэйси сейчас было облегчением вспоминать о нем. Тем более, что на острове было слишком легко забыть о существовании Шэрон. Здесь ничто не напоминало аромата ее духов, разве что цветы. Сорренто был далеко, а вокруг струилось колдовское очарование Капри.

«Да, было бы чертовски легко представить, что не существует никаких проблем и нет на свете Шэрон… например», — думала Стэйси, вглядываясь в темноту ночи.

Когда душевная боль немного утихла, девушка постаралась возобновить разговор.

— А когда заканчивается сезон? — поинтересовалась она.

— Примерно в начале октября.

— Так поздно?! — Сердце девушки упало. Ей было трудно представить, как она выдержит еще целый месяц в «Палаццо».

— А ты хотела бы уехать раньше? — Голос собеседника звучал резко. — Обычно тур-менеджеры, наоборот, стараются задержаться до последнего.

— Наверное, потому, что хотят подольше получать зарплату, — высказала она первое, что пришло в голову. — Для меня это уже не важно. Я завязываю с туристическим бизнесом.

— Собираешься осесть в старой доброй Англии?

Слегка задетая его сарказмом, собеседница парировала:

— Помнится мне, кто-то говорил, что проводит часть года в старой доброй Англии.

— Больше нет. Теперь меня ничто там не удерживает. Зачем уезжать куда-то от постоянного праздника?

«Естественно, особенно после женитьбы на Шэрон», — подумала Стэйси с тупой болью в груди. Она и так знала, что причина именно в их свадьбе, но на всякий случай осторожно спросила:

— А Шэрон скоро вернется в Англию?

— Шэрон? Нет, она остается в Италии.

Теперь, когда сомнения рассеялись, девушка почувствовала, что погружается в пучину отчаяния. Она снова облокотилась на перила и уставилась в ночь невидящим взглядом. Наверное, молчание слишком затянулось. Марк вышел из тени и приблизился к ней с тихим вопросом:

— Увезешь с собой какие-нибудь особые воспоминания из Италии?

Боясь, что мужчина может угадать ее мысли, Стэйси нервно взглянула на часы.

— Уже поздно, — сухо заметила она. — Нужно возвращаться в комнату, а то Иветт спит одна.

Девушка ожидала, что Марк подаст ей руку, спускаясь с веранды, но, пройдя совсем рядом, он даже не прикоснулся к ней. Потом дождался, пока она зайдет в номер, помахал рукой на прощание и с легкой улыбкой зашагал прочь.

Глава 9

До Капри Марк, Стэйси и Иветт доехали на автобусе. Было заметно, что Марк не особенно торопится попасть на пристань. Прогуливаясь по центральной площади, он лениво спросил:

— Ну-с, дамы, на чем поплывем? Теплоход или моторка?

— На теплоходе! — громко закричала девочка, глаза которой расширились от предвкушения новых приключений.

— Это займет на целый час больше времени, — подсчитала вслух Стэйси, вопросительно глядя в шоколадные глаза. — Я думала, ты торопишься.

— А ты? — Он прокладывал спутнице дорогу и привычным жестом оберегал от толпы, пестрящей неаполитанцами в цветастых костюмах, жителями Капри с традиционными корзинами на головах, скоморохами в цветных шелковых одеждах и просто прохожими, облаченными в тропические белые наряды.

Она тихонько усмехнулась.

— Пожалуй, твоя идея выглядит многообещающе, — произнесла она рассудительно. — Но…

— Решено. Мы едем на теплоходе, — провозгласил Марк.

Час ожидания они провели прогуливаясь по узким улочкам. Иветт шла в середине, держа каждого за руку.

Для Стэйси этот час казался драгоценным подарком судьбы. Она всей душой желала, чтобы он тянулся как можно дольше, запечатлевая в душе каждую минуту умиротворенного летнего счастья.

Она с сожалением ступила на борт теплохода, понимая, что он доставит их назад в реальность — в Сорренто, в «Палаццо», где осталась Шэрон, и, наконец, к неизбежному самолету назад в Англию.

Похоже, что девушка была не единственной гостьей, не желавшей покидать очарование Капри. На отплывающем теплоходе было всего несколько пассажиров, и, несмотря на ослепительное солнышко, пустые места на палубе лишь усиливали ощущение грусти.

Иветт снова впала в задумчивое настроение, в котором Марк и Стэйси обнаружили ее вчера вечером на валуне, и напоминала грустного большеглазого эльфа. С каждой минутой приближения к Сорренто девочка становилась все грустнее.

Стэйси захотелось развеять эту грусть незатейливым разговором:

— Скоро ты увидишь тетю, она, наверное, соскучилась по тебе. — Девушка тепло улыбнулась малышке.

Маленькая головка с косичкой приподнялась, и задумчивое личико озарилось ответной улыбкой:

— Тетя Маргарет — добрая.

«Ну, слава богу, — подумала Стэйси. — Иветт хотя бы не имеет ничего против своей тети, с которой живет в «Палаццо».

Пока мисс Робертс подыскивала слова для продолжения этого нелегкого разговора, девочка откинулась на своем сиденье и положила ножки на поручень. Ее слова оказались для девушки полной неожиданностью:

— Спорю, что вы с Марком не ругаетесь.

— Еще как ругаемся, и постоянно. — Марк окинул Стэйси насмешливо-проницательным взглядом.

Иветт какое-то время размышляла, совсем как взрослая, а потом задала следующий вопрос:

— А вы собираетесь иметь детей?

У девушки кровь прилила к щекам, так что они стали пунцовыми. Тем не менее, она беззаботно заметила:

— Для того чтобы иметь детей, люди сначала женятся.

— Я знаю. А еще я знаю, что вы обязательно поженитесь. — Иветт лукаво посмотрела на обоих.

Только тут Стэйси заметила, что Марк небрежно положил руку на спинку ее сиденья. Он пристроил туда ее плащ, но так и не отнял руку. Она хотела было застенчиво отодвинуться, но тут он произнес:

— Похоже, что, как и все женщины, ты слишком много говоришь, малышка с косичкой. Тогда, может, ты подумаешь, что расскажешь своей тете, когда мы вернемся в «Палаццо»?

Отель, казалось, существовал где-то в другом мире, но, тем не менее, до него уже было рукой подать.

Теплоход пришел по расписанию. Машина Марка все еще была припаркована на стоянке, так что они дружной компанией уселись в нее, и вскоре Сорренто остался позади, а за окнами мелькали красные крыши домиков.

По прибытии в «Палаццо» Стэйси намеревалась отправиться прямиком к миссис Лэндер вместе с Иветт и все по порядку объяснить. Но все произошло совсем иначе.

Они уже собирались войти в вестибюль отеля, как девочка вдруг вырвала свою ручку из ладони Стэйси и со всех ног бросилась через всю лужайку к какой-то беспокойно прохаживающейся паре. Иветт запрыгнула на руки к женщине, а мужчина сначала нахмурился, потом рассмеялся и, вытащив руки из карманов, поддержал ребенка. Поток восторженных фраз — «…мы чуть с ума не сошли…»; «в чужой стране… как ты могла…»; «мы тут подумали и решили, что мы трое — единое целое…» — изливался на малышку.

Пока мисс Робертс удивленно взирала на происходящее, лишь теперь осознав, что пара, стоящая там и шумно восторгающаяся, и есть родители Иветт, из отеля навстречу девушке вышла миссис Лэндер. Сначала она выглядела обеспокоенной, но затем, увидев счастливую сцену чуть поодаль, с облегчением всплеснула руками.

— Слава богу! Я позвонила маме и папе Иветт, как только вы уехали на поиски, — объяснила она девушке. — Я не могла взять на себя такую ответственность. Они вылетели первым же рейсом.

Стэйси нервно кусала губы, не зная, как начать свои объяснения.

— Видите ли, миссис Лэндер, прошлой ночью… — пробормотала было она, но тут Марк взял ее за руку и исключительно деловым тоном произнес:

— Давайте не будем вдаваться в детали, мисс Робертс, слава богу, наши тревоги позади и все завершилось удачно. — Он кивнул в сторону радостно болтающей и смеющейся троицы. — Девчушка решила немного попроказничать, но теперь все, похоже, образуется.

Миссис Лэндер снова счастливо всплеснула руками:

— Я уверена, чуть позже они извинятся за причиненное беспокойство.

— Не стоит, — улыбнулся Марк. — Это тоже часть гостиничного сервиса.

Шеф проводил Стэйси внутрь, и, пока они шли по террасе, она удивленно спросила:

— Неужели ты не связался с «Палаццо» с Капри?

Он кивнул:

— Я позвонил миссис Лэндер, когда заказывал для нас номера в гостинице, но в это время родители Иветт уже вылетели сюда.

— Но ты даже не упомянул об этом! — Стэйси пристально посмотрела на собеседника и заметила, что в шоколадных глазах мелькнула лукавая искорка.

— Я догадывался, чего добивается Иветт. Поэтому решил, что им не повредит, если мы немного подыграем девочке.

Стэйси Робертс в изумлении осталась стоять на полпути к лестничной площадке, а ее спутник, пройдя еще пару ступенек, вдруг добавил:

— Кто знает, а вдруг эта маленькая хитрость сработает.

Сцена на лужайке отчетливо вставала перед внутренним взором девушки. Она быстро взбежала по лестнице и открыла дверь своего номера, все еще раздумывая над хитроумными комбинациями Марка. Надо же, какой он непредсказуемый и загадочный! Там, на Капри, Стэйси была готова обвинить его в бессердечности по отношению к бедной тете Маргарет, но на поверку оказалось, что сердце у этого мужчины необъятное.

В течение нескольких дней в голове Стэйси Робертс крутилась одна и та же мысль: «Как же повезло Шэрон!»

С приближением конца сезона отдыхающих становилось все меньше и туристы были предоставлены самим себе. Это означало, что Марк все больше времени проводит с хозяйкой «Санфлэйр».

Каждый раз, когда девушка замечала два темноволосых силуэта, отправляющихся на прогулку или в ресторан или танцующих, глядя друг на друга с обожанием, ее сердце мучительно сжималось, а затем она с головой окуналась в любую работу.

В очередной группе туристов, состоящей менее чем из дюжины человек, они с Джереми казались еще одной веселой парой. Шумной толпой все отправлялись купаться при луне, или на затяжную вечеринку, или в ночной клуб. Слепо отдаваясь всем этим развлечениям, Стэйси старалась приблизить время отъезда из «Палаццо». Но вскоре в числе ее клиентов остались всего две пожилые пары, которые хотели только неспешно прогуливаться по главной площади Сорренто или отдыхать в тени деревьев на территории отеля.

Так как отель наполовину опустел, везде царила невероятная тишина и покой. Персонал, все лето трудившийся не покладая рук, теперь ловил момент для собственного недолгого отдыха. Не слышно было торопливых окриков на кухне, не видно расторопных горничных, спешащих сменить белье в номерах, и веселых коридорных.

Для мисс Робертс было неприятным сюрпризом встретиться с Шэрон. Только девушка расположилась в шезлонге под раскидистой пальмой, как мисс Кингсберри возникла из ниоткуда с явным желанием завести долгий разговор.

— Ой, я тоже, пожалуй, возьму шезлонг и посижу тут с тобой. Заодно поболтаем, — весело произнесла Шэрон.

Она действительно некоторое время посидела в шезлонге, но вскоре не выдержала и начало бродить между деревьями, смеясь и болтая. У Стэйси даже в глазах зарябило от мелькания ярко-розовых брюк и черного кружевного топа.

— Господи! Как же хорошо! — воскликнула владелица «Санфлэйр», воздев руки к небу.

Мисс Робертс, проглотив подступивший к горлу ком, вызванный осознанием источника нескрываемой радости Шэрон, вежливо поинтересовалась:

— Неужели сезон выдался таким удачным для вашей фирмы?

— Да уж, это один из самых удачных сезонов! — кивнула собеседница. — Но дело не в этом. — Она неожиданно присела на корточки и сорвала цветок. — С тех пор как умер папа, я ломала голову, как быть с этой компанией. Я ужасно уставала, но у меня все равно ничего не получалось. Большую часть времени я просто не понимала, что происходит. Теперь, с поддержкой Марка, у меня появился шанс немного понаслаждаться жизнью… Я надеюсь, по крайней мере… — она многозначительно вскинула брови в ироничном жесте, — до тех пор, пока не придет время Рику взять бразды правления в свои руки. Но он вовсе не собирается в будущем возиться с фирмой. А Марк говорит, что давить на него глупо.

— А может, и вправду давить не нужно? — Стэйси старалась поддерживать разговор, в то время как ее душа разрывалось на части. «Действительно, — думала она, — зачем давить на несмышленого ребенка, если Марк может одной рукой запросто управляться с сотней таких компаний, а другой — направлять в нужную сторону мысли Шэрон».

В это время мисс Кингсберри примолкла, видимо обнаружив, что слишком много говорит о себе, и спросила приятельницу:

— А что ты собираешься делать по окончании сезона?

— Я возвращаюсь в Англию, — ответила девушка, изображая улыбку. — У родителей небольшой магазин, там всегда начинается суета под Рождество.

— Ты не собираешься работать здесь в следующем году? — весело спросила Шэрон.

— Не думаю. — Стэйси внимательно рассматривала сорванный собеседницей цветок, увядающий на солнце. — Это уже третье лето, которое я провожу в чужой стране. Похоже, мне пора остепениться.

Мисс Кингсберри кивнула с отсутствующим видом.

— Наверное, это здорово — определиться, где твое место в жизни, — пробормотала она. Затем, взглянув на часы, девушка подпрыгнула на месте. — О боже! Мне пора бежать переодеваться! Мы с Марком едем в Амалфи после обеда! Я уже опоздала…

Амалфи. Стэйси снова с трудом проглотила подступивший к горлу ком. «Тебе там понравится», — подумала она про себя, сдерживая горестную улыбку. — Мне понравилось, даже, к сожалению, слишком».

— Ладно. — Хозяйка компании изящно протянула ей руку. — Если мы больше не увидимся до твоего отъезда, — (Неужели она заметила, что Стэйси ее избегает?), — то до свидания и спасибо за все, что ты сделала для «Санфлэйр» этим летом.

Мисс Робертс ощутила застенчивое рукопожатие и подумала, что это самое необычное прощание с начальницей за всю ее карьеру. Девушка не старше ее самой с почти щенячьим дружелюбием пожимала ей руку.

— Надеюсь, ты хоть в отпуск сюда приедешь, — весело сказала Шэрон.

— Возможно, — ответила Стэйси уже вдогонку тоненькой фигурке, убегавшей к отелю. И подумала, что Италия явно вычеркивается из списка мест, где она, Стэйси Робертс, будет отныне проводить отпуска.

После ночи, проведенной наедине с собственным горем, утром девушка вошла в кабинет Марка Лоуфорда с высоко поднятой головой, смело встретив взгляд его шоколадных глаз.

— Марк, я бы хотела уточнить, осталась ли для меня какая-то работа, связанная с «Санфлэйр», если ты в курсе? — быстрее, чем следовало, произнесла девушка. Когда Лоуфорд встал из-за стола, ей показалось, что выражение лица у шефа немного усталое. Наверное, сказывается утомление после поездке в Амалфи, подумала она грустно. Настроение у Марка было и правда не лучше внешнего вида, поскольку он кисло пробурчал:

— Если я правильно понял подоплеку твоего вопроса, ты хочешь поскорее уехать, да?

— Я подумывала насчет завтрашнего дня. Утром уезжает последний клиент «Санфлэйр», а к вечеру я могла бы сложить вещи и…

Марк Лоуфорд покачал головой:

— Извини, Стэйси, но ничего не выйдет. Если я отпущу тебя до прощальной вечеринки сотрудников, они снимут с меня голову.

— Вечеринки?.. — Девушка побледнела.

Марк снова уселся за стол и пустился в цветистые объяснения:

— Мы всегда устраиваем праздник в конце каждого сезона для служащих «Палаццо» и персонала из Сорренто. Отель отдается в их распоряжение, а ночью устраивается барбекю на пляже, фейерверки, купание при луне и тому подобное. Кстати, это неплохая возможность отдохнуть для вас с Джереми.

Игнорируя легкую иронию последних слов, мисс Робертс спросила:

— Мне обязательно оставаться?

— Знаешь, ты прекрасно работала с гостями, а уж для служащих стала просто притчей во языцах, так что все безоговорочно желают видеть тебя на вечеринке.

— И что, я уже внесена в списки приглашенных? — поинтересовалась собеседница.

— Так точно.

Конечно, провести вечер со служащими отеля было очень заманчиво. Стэйси со многими успела подружиться за это лето, но…

— И ты тоже будешь там? — спросила она, не удержавшись.

— Да. Придется тебя разочаровать, — ответил Марк с саркастической улыбкой. — Это мое шоу. Но персонал отеля с удовольствием разделит внимание на нас двоих, так что мы никому не спутаем карты.

Не спутаем карты! Вот как шеф к этому относился. Девушка опустила глаза под пылающим взглядом мужчины. Но что-то в словах собеседника показалось ей странным. Все это отдавало отговорками. Неужели Марк не хочет, чтобы она… Не зная, как успокоить свое разыгравшееся воображение, Стэйси задала следующий вопрос:

— А когда она будет? Вечеринка, я имею в виду?

— В субботу вечером.

А сегодня только воскресенье!

— Но все гости уехали, и мне нечего будет делать целую неделю, — заметила она, направляясь к двери.

— Что-нибудь придумаем. — Марк стоял посредине кабинета в слегка расслабленной позе. Немного насмешливым тоном он вдруг заявил: — Если совсем одолеет безделье, дай мне знать. Мы можем снова отправиться в Амалфи.

Стейси Робертс внимательно взглянула на него своими серо-зелеными глазами.

— Похоже, поездки в Амалфи стали слишком уж популярны в этих местах, — холодно отрезала она.

И несмотря на все свое самообладание, выходя, девушка чуть сильнее, чем следовало, хлопнула дверью.

Глава 10

Так уж вышло, что следующая неделя не оказалась столь невыносимой, как ожидала Стэйси. Джереми решил наведаться на близлежащие курорты и взял напрокат небольшой «фиат», на котором они и совершали ежедневные поездки.

Было очень приятно снова посетить Ишиа, хотя он выглядел немного грустно с разноцветными ставнями, опущенными на окна большинства летних кафе, и домиками, готовыми коротать зиму в спокойном малолюдном забытьи.

Неаполь не менялся, там по-прежнему было многолюдно, весело и космополитично.

На пляже Кастельмара осталось гораздо меньше разноцветных зонтиков, а каштановые заросли окрасились золотистыми осенними красками.

К пятнице Стэйси и ее приятель устали от путешествий и задумали провести день на пляже. Девушка была особенно рада этому пассивному отдыху, дававшему возможность немного расслабиться и набраться сил перед предстоящим испытанием. Она с ужасом думала, что завтрашний праздник отнимет у нее последние силы и Джереми — ее единственная надежда. В последние две недели он был незаменимым другом.

Марк Лоуфорд был настолько твердо убежден в ее намерении выйти замуж за своего напарника, что порой она сама начинала искренне верить в эту фантазию. Ей оставалось поддерживать в себе эту веру до того момента, пока такси не увезет ее из «Палаццо». Тогда все будет идеально, убеждала себя девушка.

После всех этих размышлений и планов Стэйси потрясенно узнала, что Джереми не собирается оставаться на вечеринку. Она невидящим взором уставилась на разноцветный зонтик, когда приятель ловко перевернулся на своем полотенце и внимательно глянул на спутницу.

— Ну что, подружка, вот все и закончилось, — усмехнулся он. — Похоже, это наш последний совместный сезон. Как тебе?

— О! Невыносимо! — с улыбкой ответила собеседница. — Но не торопи события. У нас еще есть завтрашний вечер. Забыл?

— Боюсь, что нет. Я уезжаю завтра в три часа дня. Вещи уже забрали.

— А как же?.. — нервно переспросила Стэйси, бледнея. — Я имею в виду завтрашний праздник… Марк ждет, что ты будешь…

— Я знаю… — скривился напарник. — Но насколько мне известно, вечеринка ожидается грандиозная, так что никто не заметит моего отсутствия, а ты, я надеюсь, меня прикроешь.

— Да, наверное, ты прав… — с поникшей головой произнесла девушка.

А кто же прикроет ее? Кто позаботится и защитит? Единственная надежда, что вечеринка действительно ожидается многолюдная и можно будет затеряться в толпе. А потом она уедет. Стэйси вдруг одолела меланхолия. Похоже, что большую часть лета она сама от себя убегала. Еще одна ночь ничего не изменит.

— Стэйси! Ты ведь не возражаешь? — ворвался в ее мысли голос Джереми. — Просто я хочу скорее оказаться в Риме. Последние две недели показались мне вечностью. — Он робко усмехнулся, мельком взглянув на подругу. — А без тебя они были бы просто адом. Ненавижу ожидание. Мне кажется, я просто взорвусь, если не увижу Мелани как можно скорее.

— Ради бога, только не взрывайся! — Девушка с ироничной улыбкой потрепала друга по плечу. Она взглянула на часы: — Потерпи еще совсем немного, осталось не больше суток.

Фэрроу перехватил ладонь подруги и легонько чмокнул кончики пальцев со словами:

— Ты — просто чудо, Стэйси! Однажды какой-нибудь парень благословит меня за то, что я не женился на тебе.

«Ему это безразлично», — проглотив привычный горький ком, подумала Стэйси. Стараясь улыбаться, она опустила выпущенную Джереми руку и спросила:

— Ладно, осталась какая-нибудь бумажная работа для «Санфлэйр»? Что там с книгой регистрации и отчетом?

— На днях отнес все шефу. Заодно и попрощался, — ответил приятель.

— Так он знает? — удивленно поинтересовалась девушка. — И как он отреагировал?

— Немного кисло, но ведь я никогда не был его голубоглазым любимчиком, — пошутил Джереми. — Думаю, ему больше понравится видеть тебя.

— Отдыхающим нравилось тебя видеть, — улыбнулась собеседница. — Вот что важно в нашей работе. I

— Это было не так уж сложно, особенно когда ты была рядом, — усмехнулся Фэрроу. — Кстати, ты уверена, что с отъездом будет все нормально? Домой летишь самолетом?

— Да, из Неаполя, утром в воскресенье, — кивнула напарница. — Так что я покину «Палаццо» сразу после вечеринки, завтра вечером.

— Но вечером уже не ходят катера! — напомнил Джереми.

— Нет, я, скорее всего, поеду на такси. Так я спокойно доберусь прямо до гостиницы в Неаполе.

— Но ведь ты спокойно можешь остаться в «Палаццо» до утра.

Стэйси поправила соломенную шляпку, подаренную Марком на Капри.

— Нет, я, как и ты… — безразлично усмехнулась она. — Ненавижу ждать!

— С чего бы это? — приятель вдруг пытливо взглянул ей в глаза. Но так как не нашел в них ответа на свой вопрос, игриво продолжил: — Я-то всю дорогу думаю о Мелани, а вот тебе не к кому спешить, насколько я знаю?

— Не к кому? — отозвалась девушка. — Скорее есть от кого бежать… — скороговоркой выпалила она, а затем, резко вскочив на ноги, рассмеялась. — Ну что, спорим, кто выиграет последний заплыв?

— Конечно же ты! Ведь я — джентльмен! — пошутил Фэрроу, поднимаясь. — Кстати, сегодня, я надеюсь, мы сможем потанцевать, нужно же отметить расставание.

Как выяснилось позже, сентиментального прощания не получилось, так как некоторые из гостей «Палаццо» все еще не покинули отель и, похоже, их не волновало, что зима на носу. Многие показались Стэйси местными жителями. Видимо, поэтому большинство номеров отеля пустовало, ведь на ночь люди расходились по домам.

Мисс Робертс танцевала с пожилым бизнесменом, который все время сплетничал о своих знакомых дамах, но Джереми, нужно отдать ему должное, постоянно был рядом. И как только выдался подходящий момент, перехватил ее у этого господина, так что им удалось потанцевать и поговорить на прощание.

Как ни странно, и этот вечер показался девушке вполне сносным. Она даже перестала расстраиваться, что Джереми не останется на вечеринку, и ушла в свой номер в приличном настроении.

Усевшись в кресло, она почувствовала успокаивающее дуновение ночного бриза и услышала далекие звуки мандолины. Гости отеля еще бродили группами и парами по лужайкам и садам, но большинство окон «Палаццо» выглядели темными и унылыми. Она взглянула на окна напротив. Они тоже не были освещены, Марк редко возвращался к себе раньше полуночи. Вглядываясь в занавешенные легким тюлем проемы, Стэйси размышляла: «Интересно, а как там у него? Какая мебель, какая обстановка? Может, там все в стиле модерн? Нет, — решила она, — скорее там царит такое же старинное итальянское очарование, как и во всем отеле. С большими креслами, светлыми коврами и обоями насыщенных цветов».

Странно, что она так и не заметила интерьера номера Марка, хотя часто наблюдала, как он сидит на открытом балконе с утренней газетой или курит вечером, облокотившись на перила и задумчиво глядя вдаль.

«Опять», — злясь на саму себя, подумала Стэйси и утомленно поднялась с кресла, направляясь в комнату. Зачем продолжать терзать свой разум и свое сердце бесполезными мечтами о несбыточном? Но от воспоминаний о Марке на балконе девушка помимо воли перенеслась к Марку в Ишиа, или в Позитано, или в Изумрудном гроте… или недавно на Капри.

Капри. Девушка медленно направилась в спальню, все еще ощущая странную магию этой тихой ночи. На Капри Марк тоже показался ей странным. Наверное, из-за оторванности острова от остального мира.

Она умылась, расчесала волосы и нанесла на кожу легкий крем, этими простыми действиями стараясь вернуть свои раздумья в привычное русло. Когда девушка наконец легла и начала засыпать, ее мысли крутились вокруг упаковки чемоданов и заказа такси.

Утро выдалось солнечное. Только в тени было заметно, что слегка похолодало. Мисс Робертс надела плотное платье с короткими рукавами, перетянутое модным широким поясом с пряжкой.

Она торопливо сбежала вниз по ступенькам и с облегчением увидела, что «фиат», взятый напрокат приятелем, припаркован на стоянке. Девушка села за руль и завела мотор автомобиля.

Неторопливо она проезжала мимо полюбившихся мест, все еще покрытых цветами полей, апельсиновых рощ и чудесных светлых домиков.

Оказавшись на центральной площади Сорренто, Стэйси с удовольствием огляделась по сторонам. За лето, проведенное с туристами «Санфлэйр», она знала здесь каждое кафе и каждую лавочку. Так что большую часть утра она тепло прощалась с хозяевами ресторанчиков, магазинчиков и кафе. Все они горячо приглашали ее приезжать снова на следующее лето.

— Ritorni l'anno prossimo[12], — звучало отовсюду.

Все они были уверены, что Стэйси Робертс вернется. Их улыбки, смех, рукопожатия… Все эти люди даже не представляли себе, как это можно не стремиться снова навестить Сорренто. Это место обладало особенным магнетизмом. «Да, обладало», — думала девушка, проглатывая привычный ком.

Она решила позавтракать в ресторане, построенном прямо на воде, тем более что еще не бывала в нем, так как заведение открылось недавно. Девушка провела там приятные полчаса и съела вкусный завтрак под аккомпанемент аккордеона. Настало время возвращаться на центральную площадь. Стэйси в последний раз созерцала незабываемые виды. Пляж и рыбацкие лодки, катера у пирса и ряды лежанок для отдыхающих. Вдоль горной дороги виднелись золотистые проблески в пышной зеленой растительности. Даже здесь, в солнечной Италии, осень брала свое.

Девушка решила отправиться пешком до площади, чтобы запомнить каждый миг пребывания в этом раю, унести с собой каждый услышанный звук.

Стоянка такси располагалась в тени, но заказать машину оказалось не так уж и легко. Особенно трудно было оговорить неточность времени отъезда. Наконец нашелся водитель, согласившийся на условия Стэйси, и теперь ничего не оставалось, как возвращаться в «Палаццо».

Вернувшись, девушка припарковала «фиат» на обычном месте, закрыла его и отдала ключи менеджеру. Итак, дела потихоньку заканчивались, все шло к завершению. Было пятнадцать минут третьего, как вдруг Стэйси увидела Джереми, вышедшего из отеля и бодро направившегося к воротам. Быстрым шагом она ринулась к нему навстречу.

— Я уж думал, ты и не попрощаешься, — обиженно заявил приятель.

— А мне показалось, что ты сказал «ровно в три», — ответила она, переводя дух.

— Я имел в виду, около трех, — пожал плечами парень. — Хочу успеть на автобус, который уходит в половине третьего. Да и чего тут болтаться без дела?

— И ты собирался уехать, даже не дождавшись меня? — Глаза подруги предательски заблестели от слез.

Фэрроу остановился и, улыбнувшись, обнял ее:

— Нет, я думаю, что все же поболтался бы здесь до твоего появления.

Но когда его губы коснулись щеки девушки в дружеском поцелуе, она почувствовала, что приятель мысленно уже в Риме с Мелани. Стэйси быстро обняла его и чмокнула в щеку. Что ж, расставание с Джереми было лишь еще одним расставанием, с которым ей придется смириться.

— Ну ладно, мне пора, а то я опоздаю на автобус, — сказал он. — Пока, Стэйси, я тебе как-нибудь пришлю открытку.

— До свидания, Джереми! — Девушка стряхнула с ресниц непрошеные слезы и помахала ему на прощание. Приятель не оглянулся.

Понурив голову, Стэйси побрела в отдаленный уголок сада, где и дала волю непрошеным слезам. Если было так грустно прощаться с Джереми, как же будет тяжело расставаться с…

Звук шагов отвлек ее от тягостных мыслей. Девушка медленно повернулась, думая, что это кто-то из гостей гуляет в тишине сада и, заметив ее, собирается поболтать. Перед ее глазами все еще стоял образ уходящего вдаль Джереми.

Только когда Стэйси Робертс разглядела, кто нарушил ее уединение, сердце трепетно забилось. Девушка заставила себя спокойно взглянуть на Марка, остановившегося в нескольких шагах от нее.

— Я нужна в отеле? — деловым тоном спросила она.

— Нет, — покачал он головой. — Просто хотел узнать, готова ли ты к сегодняшним празднествам.

— Более или менее, — ответила Стэйси, метнув на собеседника неуверенный взгляд. Повисла тишина. Рассматривая яркое голубое небо и стараясь продлить разговор, мисс Робертс проговорила: — Похоже, вечер будет теплый и спокойный.

— Обычно нам везет с погодой, — ответил Марк сухо. После еще одной паузы он вдруг спросил: — Куда это направился Фэрроу так поспешно?

Стэйси удивленно взглянула на босса, и он с ироничной усмешкой пояснил:

— Я только что случайно стал свидетелем душещипательного прощания.

Так вот в чем дело. Он заметил, что Джереми уехал до назначенного срока. И поэтому на его лице играет эта издевательская улыбка.

Так как Лоуфорд продолжал буравить Стэйси пронзительным взглядом, она была вынуждена честно ответить:

— Джереми уехал в Рим.

— Да-а? Что, не терпится заблаговременно подготовиться к зиме?

Стэйси выдержала рассерженный взгляд. Так, Марк на взводе! Ну ладно, если уж прикрывать Джереми, значит, прикрывать. Тем более, что шеф стоит здесь со своей противной улыбочкой, засунув руки в карманы, и собирается отчитывать ее за проступки ее коллеги.

— Полагаю, это уже его личное дело, — язвительно ответила девушка.

— Правда?! — с ответным сарказмом произнес Марк. И хотя его губы улыбались, на шее задергалась маленькая жилка, когда он безразличным тоном продолжил: — Это что же получается: летом — обручальное кольцо, а следующей весной, если повезет, свадьба?

Его глумливое замечание разъярило Стэйси Робертс до предела. В запале она парировала:

— Тебе что, никак не удается потягаться с Джереми? Ну что ж, могу тебя огорчить, Фэрроу — мечта любой девушки!

— Не сомневаюсь, если ее устраивает сезонная любовь.

Шоколадные глаза вспыхнули оранжевым пламенем, и Стэйси вдруг почувствовала себя обессиленной. Она опустила глаза и устало бросила:

— У меня нет времени стоять тут и выслушивать твои саркастические замечания. Мне еще нужно собрать вещи.

— Что ж, иди. — Мужчина сделал широкий жест рукой. — И счастливо перезимовать.

Стэйси посмотрела на Марка и проглотила ответное язвительное прощание. Надо же, все заканчивалось именно так… Неужели ничего иного им не дано? Хотя бы дружеского рукопожатия, что ли… Девушка медленно обернулась, окинув его мощную фигуру грустным взглядом.

— У меня тут остается один самый большой чемодан. Я могу попросить тебя отправить его после моего отъезда? — спросила она. — Мне не забрать все вещи самой.

Стэйси не рассчитывала, что Марк окажется так близко. Когда она обернулась, мужчина нависал над ней, как скала, а выражение его лица было жестким и холодным.

— Что, принц твоей мечты оставил тебе все вещички и укатил налегке? — с очередной саркастичной усмешкой спросил шеф.

Чувствуя, что снова начинает закипать, Стэйси довольно резко заявила:

— Во-первых, один чемодан — это не «все вещички», а во-вторых…

— Хорошо. — Он неопределенно взмахнул рукой. — Считай, что твой багаж уже отправлен.

— Спасибо.

Повисшая внезапно тишина, нарушаемая лишь шелестом листвы и пением птиц, напоминала о неожиданно утихшей буре. Было бы самым разумным выходом уйти в этот момент затишья. Мисс Робертс медленно произнесла, делая несколько шагов в сторону отеля:

— Во сколько начинается вечеринка? Мне приходить прямо на пляж?

Марк кивнул:

— Да, все приготовления ведутся на пляже, впрочем, я зайду за тобой в районе восьми. Постарайся быть готовой к этому времени.

— Не стоит беспокоиться, я и сама найду дорогу.

— Ты идешь со мной, — отрезал Марк. — В Италии слишком темные ночи, тут всякое бывает…

Он даже не упомянул о Шэрон. Но раз вечеринка была частью работы Марка, видимо, он решил не звать мисс Кингсберри туда. Взяв Стэйси под руку как-то очень по-собственнически, босс буквально силой потащил ее к отелю. Сопротивляться у девушки уже не осталось сил.

Упаковка вещей не заняла бы так много времени, как предполагала Стэйси, но это занятие оказалось слишком уж грустным. Увидев пустые полки и ящички в своем шкафу, девушка вдруг чуть не расплакалась. Эти комнаты казались такими привычными, но без ее вещей они теперь были совершенно чужими и пустыми… Совсем как ее истерзанное сердце. Мисс Робертс постаралась стряхнуть уныние, убеждая себя, что всегда трудно расставаться с привычным местом, где проведено целое лето. Разве не похожее ощущение возникало у нее и в прошлом году, и в позапрошлом? И «Палаццо» здесь ни при чем, равно как и его хозяин.

Завтра вечером в это самое время она уже окажется в своей маленькой спаленке в Ричмонде, а жизнь снова вернется на круги своя.

В итоге она остановила свой выбор на белом льняном костюме с узкой юбкой и жакетом в талию с рукавом «три четверти». Под него мисс Робертс решила надеть тоненькую белоснежную кружевную блузку без рукавов. Композицию завершала небольшая блестящая брошь в виде цветка, которую Стэйси прикрепила на груди. Это придало повседневному костюму нарядный вид, соответствующий случаю. Нежно-фиолетовые босоножки и сумочка в тон слегка оттеняли белый наряд и придавали ему завершенность. Глядя на себя в зеркало, девушка осталась довольна и подумала, что для ночного путешествия в Неаполь после вечеринки ей нужно будет лишь накинуть плащ. Стэйси порадовалась, что не придется переодеваться, наряд был универсальным. Она как раз выносила последнюю сумку в прихожую, когда раздался легкий стук в дверь и на пороге показался Марк.

— Ну что, все готово? — Шоколадные глаза быстрым взглядом окинули длинный ряд дорожных сумок и сумочек, и, понимающе улыбнувшись, Марк кивнул. — Ага, сам вижу.

— Я как раз упаковала последние вещи, — зачем-то сказала Стэйси. Появление Марка в ее номере уже само по себе вызывало в душе девушки бурю эмоций. А если еще учесть, что мужчина выглядел сногсшибательно — сильный, мускулистый, в темном костюме с белой сорочкой и небольшим шейным платком, элегантно заправленным под слегка расстегнутый воротник, то Стэйси находилась просто в шоке, и, видимо, это было заметно. Марк казался немного похудевшим, но это даже шло ему, а белозубая улыбка могла свести с ума кого угодно. Темные волнистые волосы были аккуратно зачесаны назад. Девушка смотрела на него с восхищением, ее сердце колотилось как сумасшедшее, но она долго не могла отвести глаз от этого потрясающе эффектного мужчины. Наконец, Стэйси титаническим усилием воли отвернулась и сделала вид, что оглядывает комнату в поисках забытых вещей.

— Похоже, ничего не осталось… — пробормотала она.

Марк задержался посередине ее номера, оглядывая его пустоту. Плотно сжатая челюсть и легкая улыбка не говорили ровным счетом ничего о его чувствах.

— Идеальная чистота, — заметил он вслух, слегка сдвигая мягкое кресло на колесиках. — Завтра уже никто и не скажет, что ты тут жила…

— Надеюсь, я все оставила в порядке, — вежливо произнесла мисс Робертс, едва превозмогая душевную боль от его слов.

— Вообще-то не совсем… — вдруг быстро бросил он, кидая на девушку взгляд, исполненный какого-то тайного смысла, а затем поспешно вышел на балкон.

— Я сделала небольшую перестановку тут, но все можно быстро исправить, — поспешила заверить Марка девушка.

— Не стоит. — Марк облокотился на балюстраду, повернувшись спиной к Стэйси.

Она некоторое время рассматривала широкие плечи мужчины на фоне сумеречного неба и не могла заставить себя пошевелиться. Через пару минут девушка тихим голосом произнесла:

— Марк, так мы идем?

Казалось, прошла целая вечность, пока он медленно обернулся и возвратился в комнату. Когда Марк взял ее под руку, Стэйси показалось, что он слишком напряжен, впрочем, как и она. К тому же в его словах звучала издевка.

— Извини, я совсем забыл, что ты скорее хочешь покончить с этим праздником. Это же как-никак часть твоей работы. Пошли.

Отель казался неестественно тихим, когда они спускались вниз по лестнице. Казалось, он уже погрузился в зимнюю спячку. В вестибюле оказалась только пожилая пара и несколько служащих. Все остальные наверняка уже были на вечеринке.

Небо мерцало яркими звездами, когда Марк и его спутница медленно брели по дороге через сад, ведущей к пляжу. Стэйси в немом восхищении рассматривала светящиеся кроны деревьев, специально украшенные к празднику разноцветными лампочками. Зрелище было действительно великолепное, и она, затаив дыхание, ожидала, что же еще увидит в этот волшебный прощальный вечер.

Разглядывая фантастические фиолетовые, голубые, розовые, зеленые и желтые переливы света над своей головой, девушка слегка оступилась. Марк быстрым движением поймал ее и крепко прижал к себе, бормоча на ухо:

— Что, леди, все еще витаете в облаках?

Стэйси не могла вымолвить в ответ ни единого слова. Ощущение близости мощного тела парализовало ее. Единственное, что девушка ясно осознавала: эти несколько блаженных мгновений рядом с Марком — все, что отведено ей судьбой. Она просто не могла найти в себе мужества отпрянуть.

Смеющаяся парочка нарушила эти безмолвные чары, появившись из-за деревьев и безразлично миновав их. Марк резко потянул спутницу в сторону. Пока ее обнимали эти руки, девушка не могла думать ни о чем другом, она позабыла об окружающем мире. Но ее мечты были пустым миражом, и Стэйси силой заставила эту горестную мысль взять верх над велением сердца и сделала первый шаг к ступенькам, ведущим на пляж.

Сомнения в существовании окружающего мира быстро рассеялись, когда мисс Робертс увидела и услышала, что творится на пляже. Это было впечатляющее зрелище.

Разноцветные лампочки были прикреплены на изломах отвесных скал вокруг пляжа, мириады мерцающих огоньков отражались в морской глади, а множество крошечных лодочек нетерпеливо постукивали своими корпусами о причалы. Люди были одеты торжественно: мужчины в вечерних костюмах с бабочками, женщины в традиционных итальянских шелках насыщенных рубиновых, зеленых и синих цветов. В электрическом освещении их лица приобретали колдовскую красоту. Черные глаза мерцали, а белозубые улыбки контрастировали со смуглыми, загорелыми лицами.

На фоне потемневшего неба этот праздник был великолепен.

Марк подвел спутницу к установленным прямо на пляже столам, уставленным яствами. Неподалеку небольшой оркестр играл традиционную итальянскую мелодию, гармонично переплетающуюся со звоном бокалов, людским смехом и легким плеском волн. Поодаль Стэйси заметила установку для фейерверка.

С этого мгновения она решила не думать ни о чем, кроме сумасшедшего веселья этой волшебной ночи.

Служащие «Палаццо» выглядели немного странно без привычной оливковой униформы, и мисс Робертс с трудом успевала отвечать на веселые приветствия улыбчивых темпераментных итальянских друзей и подруг, с которыми делила все лето радостные заботы о гостях. В смуглой красавице в шелковом алом платье она с трудом узнала Кармеллу, одну из машинисток, а в невероятно представительном молодом человеке в смокинге — Анджело, одного из швейцаров.

Здесь были и другие гости. Кто-то из Сорренто, а иной приехал на эту вечеринку аж из Неаполя и Ишиа.

Прежде Стэйси надеялась, что на празднике шеф будет слишком занят, чтобы вспоминать о ней, но ошиблась. Марк ни на шаг не отходил от нее. Он держал ее под руку и вежливо представлял гостям. Порой девушка действительно была готова забыть, что это все лишь часть ее работы. И очень скоро все закончится.

Но пока она стояла рядом с Марком под яркими лучами праздничного освещения и по очереди передавала тарелки с жаренным на углях мясом, проворно наполняемые улыбчивыми поварами. Чуть позже то же самое происходило с бокалами пенного шампанского, льющегося через край.

Неожиданно Марк с улыбкой слегка ударил своим бокалом о ее, и сердце девушки снова застучало с немыслимой силой. Атмосфера всеобщего веселья только обострила все ее чувства. Какая-то часть ее души нестерпимо желала взять все, что могла предложить ей эта волшебная прощальная ночь. Стэйси была уверена, что в апартаментах Марка его дожидается ненаглядная Шэрон, но ведь здесь и сейчас желанный мужчина с ней, со Стэйси, так что плохого, если она постарается сделать эти мгновения незабываемыми?

Когда Марк присел напротив нее, девушка увлеченно наблюдала, как молодежь энергично вытанцовывает тарантеллу. Мужчина взглянул на нее и, протянув руку, молча пригласил.

Было так удивительно предаваться волшебству этого чужого танца вместе с Марком!

Стэйси была безумно разочарована, когда ее спутника неожиданно отозвали, чтобы проверить что-то связанное с фейерверком. Она неподвижно стояла среди светящихся фонарей и смотрела ему вслед. Минуту она пребывала в щемящем опустошении и не пыталась присоединиться к какой-то компании.

Вдруг на ее талию легла чья-то сильная рука, и мгновение Стэйси даже не могла сообразить, кому она принадлежит. А когда красивое смуглое лицо склонилось к ней со знакомой улыбкой, что-то внутри девушки сжалось.

— Тони! — Она постаралась, чтобы голос звучал не слишком испуганно и удивленно. — Я не ожидала, что ты придешь.

— И все же я здесь, — улыбнулся парень. — Как ты выражаешься, «из ниоткуда»! — И прежде чем Стэйси успела что-то предпринять, он властно поцеловал ее. Девушка с испугом и отвращением отпрянула, почуяв запах перегара, когда он пробормотал невнятно:

— Веселая вечеринка, это уж точно…

— Неплохая, — бросила мисс Робертс, принужденно улыбаясь.

Девушка сама удивилась, как ей удалось вывернуться из объятий Тони, когда он сам вдруг странным образом отодвинулся от нее с нахальной улыбочкой.

Тут она заметила Марка, который взял ее под руку. Выражение его лица было таково, что не оставляло сомнений, почему гитарист так поспешно стушевался. Шоколадные глаза потемнели, неотрывно провожая пристальным взглядом удаляющуюся неровным шагом фигуру. Стэйси услышала, как мужчина пробормотал почти себе под нос:

— Только этого лазутчика нам тут и не хватало.

Марк удивленно обернулся к Стэйси, когда она, взяв его за руку, тихо попросила:

— Позволь Тони остаться, он ведь тоже был служащим. Мне кажется, он имеет право присутствовать…

— С ним все время что-то происходит, — сухо заметил хозяин отеля, но, тем не менее, не стал предпринимать каких-либо действий в отношении Тони, а повел Стэйси назад под свет волшебных фонариков.

Девушка очень надеялась, что назойливый гитарист будет наслаждаться праздником и оставит ее в покое, радуясь, что его не выкинули вон.

Вскоре история с появлением Тони отошла на задний план, так как несколько компаний из персонала буквально атаковали Стэйси и Марка своим вниманием. Среди них был Марио, один из старейших и уважаемых работников отеля, и они с удовольствием обсудили с пожилым человеком все забавные и грустные случаи из настоящего и прошлого «Палаццо». Марио отлично говорил по-английски, чему мисс Робертс очень обрадовалась. Он рассказывал много увлекательных историй о своей работе в английских и американских отелях. Усиленно жестикулируя, что немного забавно сочеталось с английской речью, пожилой итальянец вдруг громко произнес:

— Да, в этом году здесь происходят просто удивительные вещи!

Думая, что Марио имеет в виду вечеринку, девушка согласно кивнула, улыбаясь, но затем заметила, как служащий лукаво переглянулся с Марком.

— Эти фонари — действительно что-то новое, они просто замечательные, — сказал Марио, потирая подбородок. — И еще эта прекрасная идея с шампанским!

Марк неторопливо закурил сигарету и каким-то особенно интимным жестом обнял Стэйси за талию, заставляя девушку ощутить знакомое волнение.

— Стараемся совершенствоваться, Марио! — заметил он с легкой улыбкой.

Некоторое время спустя Марио пожелал им хорошо повеселиться и присоединился к своим друзьям. В этот момент грянул первый фейерверк, и, так как спутница немного испугалась, Марк обнял ее крепче и с улыбкой спросил:

— Ну как, готова выйти в открытое море?

— Неужели это возможно? — удивленно спросила она, вглядываясь в кромешную тьму позади сияющего праздничного великолепия.

— Оттуда открывается самый лучший вид! — объяснил собеседник.

На причалах уже началась изрядная суета. Пары и группы людей торопливо усаживались в маленькие лодочки, одна за одной скользившие по гладкой, как шелк, воде.

Марк уверенно пробирался к личному четырехместному катеру с гербом отеля на корме. Он придержал ногой покачивающуюся в нетерпении палубу и протянул руку Стэйси. Она ожидала, что спутник вот-вот взойдет на борт, но события начали разворачиваться столь стремительно, что девушка не успела ничего понять.

Стоило ей коснуться ногой палубы, как мотор неистово взревел и катер рванулся вперед со страшной скоростью. Девушку буквально отбросило на сиденье. В кабине в полной темноте проступил знакомый силуэт Тони и его наглая улыбка, когда он демонстративно отсалютировал ей. Пытаясь перекричать шум мотора, он громко произнес с еще более мерзкой ухмылкой:

— Я так рад, что ты согласилась поехать, Стэйси!

Единственное, что она осознавала в этот момент, да и то с трудом, была неимоверная скорость, с которой катер прорезал ночную мглу. Причем у гитариста, пьяно покачивающегося на капитанском мостике, явно не было определенного курса. Они бесцельно нарезали круги, то уносясь прочь от берега, то опасно лавируя между многочисленными лодочками, вплотную приближались к причалам, рискуя врезаться в них.

Кровь отлила от лица Стэйси, но она постаралась отбросить оцепенение и, борясь с хаотической качкой, подобраться к капитанскому мостику, чтобы докричаться до Тони, что было почти невозможно из-за рева двигателя.

Он мимолетом взглянул на девушку, закладывая очередной крутой вираж, и в его глазах отразилась вся ярость, накопившаяся за последние недели.

Стараясь, чтобы ее тон был максимально жестким, мисс Робертс резко выкрикнула:

— Мне надоели твои глупые и опасные шутки, Тони! Немедленно сворачивай к берегу!

— Шутки?! — нагло ухмыльнулся Антонио. — А это вовсе не шутки. Разве ты не хочешь помахать всем на прощание?

— Вовсе нет! — Стэйси старалась, чтобы ее голос не срывался. — Немедленно отвези меня назад! — выкрикнула она с яростью.

Пьяный парень нарочито громко рассмеялся и только крепче ухватился за рулевое колесо.

— А мне и тут нравится!

— Хорошо. Когда тебе надоест эта глупая игра, дай мне знать, — отрезала девушка и вернулась на сиденье. Надо сказать, что ее настроение было далеко не столь уверенным. По правде говоря, она прекрасно понимала, что намерения у Тони вовсе не игривые. Несясь в кромешной тьме на такой скорости, они здорово рисковали врезаться во что-нибудь. Но показать свой страх Стэйси не имела права, ибо тогда Тони сойдет с ума окончательно.

Она собрала всю силу воли и нарочито спокойно откинулась на сиденье. Все внутри ее содрогалось от ужаса, но англичанка мужественно держала себя в руках, надеясь, что ее напускная беспечность остудит пыл этого сумасброда.

Наконец это сработало, и Тони, которому надоело его водное шоу, немного сбавил скорость, заставив Стэйси беззвучно облегченно вздохнуть.

Она выпрямилась и осмотрелась, пытаясь определить их местонахождение. Слава богу, праздничные огоньки были не так уж далеко. Похоже, их катер всего лишь носился вдоль береговой линии залива. Но тут ее сердце снова беспокойно забилось. Если сначала ее пугала неимоверная скорость, то теперь девушку ужасала полная неподвижность.

Катер дрейфовал, а гитарист с беспечным видом, все еще пошатываясь, спустился с мостика, всем своим видом показывая, что не собирается возвращаться на пристань отеля. Он чем-то зафиксировал руль, а затем подошел и небрежно развалился на сиденье рядом со Стэйси.

— Ну и что дальше, Тони? Ты не хочешь, наконец, повернуть назад? — как можно более равнодушно спросила девушка.

В ответ Антонио оперся локтями о спинку сиденья и демонстративно воззрился на небо.

— Какая дивная ночь! — удовлетворенно выдохнул он.

«Она была бы гораздо более дивной, если бы не ты», — подумала мисс Робертс, нервно покусывая губу и подбирая подходящие слова для продолжения их зыбкого диалога. Затем она по-прежнему спокойно произнесла:

— Да, ночь хороша. Но ведь это не наш катер. И фейерверк мы пропустили.

— Фейерверк?! — Тони с нарочитым сожалением покачал головой. — Да ну его, слишком уж много от него грохота. Мне кажется, я знаю местечко потише.

Стэйси резко поднялась на ноги, чтобы он почувствовал ее твердость, а затем, деловито осмотревшись, спросила:

— И где же?

— У моего приятеля неподалеку есть лодочка, — усмехнулся парень. — Я думаю, он не станет возражать, если мы ее временно позаимствуем.

— А зачем нам еще одна лодка? Мы уже позаимствовали одну? — шутливо произнесла девушка, надеясь, что гитарист не заметит, как напряжены ее нервы.

— Эта, что ль? — оглянулся он с усмешкой.

— А что тебя не устраивает? — Стэйси чувствовала, что вот-вот сорвется.

Лицо Тони медленно растянулось в уже знакомой, наглой усмешке.

— Ни выпивки, ни сигарет, ни койки, наконец! — Он небрежно стукнул кулаком по рулю.

Мисс Робертс почувствовала, что теряет остатки самообладания.

— Тони! Может, хватит уже! — резко оборвала его девушка. — Я не собираюсь ни пить, ни курить, и если захочу лечь «в койку», то только в ту, что стоит в моей собственной спальне.

— Это ты зря. Ты еще не видела лодку моего приятеля, — медленно произнес парень, вглядываясь в темные очертания утесов.

— Меня она не интересует, — еще жестче произнесла Стэйси, откидываясь на сиденье. — И я не сойду с этого катера до тех пор, пока он не причалит к пристани отеля.

— А вот мне кажется, ты сойдешь с этого катера.

Черные глаза зловеще сверкнули, когда Тони резко сжал руль.

Девушка знала, что это лишь пустая угроза: Тони слишком дорожил своей головой, чтобы сделать какую-нибудь глупость. Но ее тревожила мысль, что парень слишком близко подошел к своей цели в прошлый раз, чтобы отступиться сейчас. И второй раз им может не повезти, если снова начнутся гонки на катере.

Стэйси тревожно взирала на пришвартованные суда, как на источник спасения. Она не двигалась, пока Антонио лавировал между ними. Девушка искренне надеялась, что рассудок гитариста прояснится после стакана вина и он высадит ее на каком-нибудь причале.

Они подплыли к последней лодке в ряду.

Веревочная лестница, по которой можно было попасть на борт, выглядела ненадежно. Стэйси явно больше нравилось на катере Марка.

Она сильно сомневалась, что Тони знаком с хозяином лодки, так как он неуверенно подергал сначала одну, потом вторую дверь и только с третьей попытки смог проникнуть в каюту. К тому же, когда они вошли внутрь, парень не сделал попытки включить свет.

Девушка задрожала от нового приступа страха. Она беспомощно наблюдала, как Тони деловито роется в ящичках буфета. С бутылкой и двумя бокалами он направился прямо к ней. Парень снял пиджак, и белизна его рубашки только подчеркивала похожую на оскал улыбку.

— Вот видишь! Тут вполне здорово, — заявил он, беря Стэйси за руку. — Давай выпьем.

— Я уже тебе говорила, — Стэйси не сдвинулась с места, — я не буду пить.

— Ладно. — Он равнодушно плюхнулся на мягкое сиденье под иллюминаторами и вальяжно вытянул вперед ноги. Антонио нарочито медленно смаковал свой напиток, в то время как его пленница едва сдерживала желание налететь на похитителя с кулаками. За последние полчаса нервы девушки натянулись до предела, и наглое поведение парня лишь усиливало напряжение. «Наверное, лучше было бы нестись вдаль на бешеной скорости», — подумала она.

Когда бокал гитариста опустел, Стэйси едко поинтересовалась:

— Разве не противозаконно вламываться на чужие катера?

— Ты говоришь о законе… — Он криво ухмыльнулся, не отводя взгляда от бокала. — Тут все разрешено.

— А мне кажется, люди всегда защищают свою собственность, — сказала она первое, что пришло в голову.

Повисла тишина. Девушка с дрожью подумала, что Антонио хочет вновь наполнить свой бокал, но он не притронулся к стоящей на полу бутылке, а продолжал ходить кругами вокруг Стэйси, медленно поднимая глаза.

— Руки вверх! — произнес он так громко, что девушка вздрогнула. Наглец противно засмеялся. — Наверное, так ловят преступников в Англии?

— Не столь прямолинейно, — снова попыталась отшутиться мисс Робертс, но ее улыбка померкла, когда она увидела ответный хищный оскал Тони.

— А вот у Марко свои законы, — почти прошипел гитарист, злобно глядя на девушку.

Стэйси устало вздохнула:

— Послушай, я знаю, что из-за меня ты потерял работу в «Палаццо». Но тебе не кажется, что ты уже достаточно повеселился сегодня? По-моему, даже слишком… — Когда ответа не последовало, она жестко заявила: — Тони, я немедленно хочу вернуться в отель!

— Как же так! — Парень притворился искренне удивленным. — Мы ведь только приехали?!

— А я вот хочу назад!

— У тебя есть катер.

Стэйси взглянула на гитариста:

— Ты же знаешь, что я не умею управлять катером.

— Тем хуже, — с нарочито огорченным видом покачал головой Тони.

— Что это значит? — спросила Стэйси с сильно бьющимся сердцем.

Он равнодушно пожал плечами:

— А мне тут нравится, пожалуй, я здесь и переночую.

Пленница слегка пошатнулась:

— Послушай, ты, наверное, шутишь! А как же хозяева этой лодки?

На самом деле испуганная девушка уже не могла рассуждать последовательно и хваталась за любые мало-мальски значимые аргументы. Смех Тони вывел ее из оцепенения, и Стэйси наконец начала действовать. Сделав несколько шагов, она бросила:

— Все, с меня хватит! Как-нибудь я заведу это чертов катер!

— Ты чего суетишься, Стэйси?! — Парень вмиг оказался рядом и схватил ее за запястье. — У нас тут такая милая обстановочка, и я люблю хорошую компанию…

— На пляже была достаточно хорошая компания, но ты предпочел уехать, — отрезала девушка, все еще сдерживая панику.

— Да кому нужны эти людишки?! — Тони попытался прижаться к ней, от чего Стэйси вся напряглась. До открытой двери было всего несколько шагов, но это расстояние казалось теперь непреодолимым.

К облегчению девушки, он ослабил хватку, но его дальнейшие слова не внушали особенного спокойствия.

— Теперь ты понимаешь, почему я выбрал именно катер? — усмехнулся Тони. — Потому что он похож на остров. Отсюда не очень-то сбежишь… да и до «Палаццо» далековато.

Он, конечно, был прав, но Стэйси Робертс не собиралась вручать наглецу премию за сообразительность. Вместо этого она быстро выбежала на палубу и вдохнула холодный ночной воздух. Тони, посмеиваясь, пошел за ней неторопливым шагом. Парень не рассчитывал, что пленница отважится ступить на веревочную лестницу, но именно это она и проделала. Пока до затуманенного алкоголем мозга Антонио дошел смысл ее действий и он ринулся за ней, девушка перемахнула за борт и начала торопливо спускаться по шаткой опоре.

Ее кровь стучала в висках, перед глазами плавал липкий туман, но Стэйси продолжала двигаться вниз. Она понимала, что у нее не остается времени полностью преодолеть лестницу и нужно срочно прыгать… Девушка в ужасе приготовилась совершить это безумие, как вдруг высокий мужчина ловко подхватил лестницу снизу и в тот же миг уже крепко сжимал Стэйси в своих объятиях.

Несколько секунд девушка с недоумением взирала на Марка Лоуфорда, который был просто неузнаваемым. Его лицо покрывала смертельная бледность, волосы упали на лоб, на котором выступили капельки пота, а знакомые шоколадные глаза потемнели и сузились, когда их взгляд упал на трусливо мечущуюся на палубе фигуру Тони.

Марк вместе со спутницей поднялся на палубу, и только там Стэйси ощутила покой и ни с чем не сравнимое облегчение.

— Тебе не кажется, — прогремел Марк, обращаясь к Тони, — что для одного вечера ты принес слишком много неприятностей?

Было трудно понять, что же собирается предпринять парень, теперь неподвижно замерший около перил. На его губах играла удивленная улыбка, так как появление Марка для него тоже оказалось полной неожиданностью. Антонио переминался с ноги на ногу в нерешительности. Настроение Лоуфорда явно пугало его.

И пока девушка мысленно задавалась вопросом, что же он собирается делать, Антонио решился. Еще раз взглянув на Марка, он резко вскочил на перила, а затем быстрым, выверенным движением нырнул за борт, блеснув напоследок хищным оскалом.

Стэйси подбежала к перилам, но тут же почувствовала, что Марк крепко обнимает ее сзади. Его тон был довольно резким, но в нем звучало неподдельное волнение:

— Ты дрожишь как осиновый лист! С тобой все в порядке?

Она кивнула и слабо улыбнулась:

— Просто я не ожидала от этого вечера таких гонок на воде…

Девушка так и не поняла, как случилось, что в следующий миг она крепко прижималась к его широкой груди, но ей было безумно приятно ощущать, как длинные пальцы Марка нежно перебирают ее волосы, гладят спину, а сильные руки тихонечко покачивают ее, стараясь успокоить.

— Я так и знала, что Тони что-то натворит… Когда мы очутились на катере, я сначала подумала, что он просто выпил лишнего и скоро причалит, но он…

— Не продолжай. — Марк еще крепче обнял девушку. — Я знаю все приемы Тони. Я тут же вскочил в другой катер и собирался следовать за вами, но было невозможно понять его сумасшедшие виражи. Все, что мне оставалось, — это незаметно двигаться вдоль берега. Я видел, как вы направились к лодочной станции, но не сразу решился приблизиться, чтобы не спугнуть его. А то бы он мог двинуться дальше.

Стэйси воззрилась на черную воду.

— А он не?.. — пробормотала она, глядя в направлении уплывающего быстрыми гребками Антонио.

— Тони отличный пловец, выживет.

— Что-то мне подсказывает, что теперь он не скоро покажется в Сорренто, — заявила бывшая пленница с улыбкой.

— Это уж точно. Сегодня он перешел все границы. Нужно было сразу выкинуть его вон, как только он появился. — Когда Марк взглянул вдаль, его руки сильнее стиснули талию девушки. Он мрачно процедил: — Этому гаденышу еще крупно повезло, что он отделался лишь ночным купанием.

Стэйси подавила легкий смешок.

— А я было сама приготовилась провести остаток ночи в спортивном заплыве, — прошептала она, прижимаясь щекой к гладкой темной ткани пиджака Марка.

— Я не сразу нашел место, где Тони пришвартовал катер. Нужно было действовать осторожно, чтобы он не заподозрил погони. — Марк нежно целовал висок девушки. — Я чуть не умер от страха, когда Тони как сумасшедший носился у самого берега.

Видимо, из-за катера, решила Стэйси. Наверняка он жутко дорогой, конечно же Марку было не все равно, что случится с его посудиной.

Неожиданно девушка осознала, что с момента спасения так и стоит, крепко прижавшись к широкой груди Марка. Она резко отступила назад и, стараясь подавить ощущение опустошенности, озадаченно взглянула на часы.

— О боже! Я уже опаздываю! — воскликнула она. — Нужно срочно возвращаться.

Она почти физически почувствовала, как напрягся Марк, тем не менее он тоже отступил к выходу.

— Ну что, в спокойной обстановке сможешь справиться с лестницей? — иронично спросил он. Так как она кивнула, он продолжил: — Ладно, я пойду первым и дам тебе руку.

Затем Стэйси увидела, как мужчина легко перемахнул через поручень, и направилась вперед, чтобы сделать то же самое. Марк перехватил ее на полпути вниз и играючи поставил на палубу своего катера. А затем отошел, чтобы привязать катерок, на котором приехал сам.

Когда они возвращались назад, Стэйси поймала себя на мысли, что мечтает лишь об одном: чтобы это маленькое путешествие продолжалось вечно. Белый катер медленно скользил по черной глади воды. Когда огни берега исчезли из виду, девушке почудилось, будто во всем мире остались только они с Марком. При тусклом свете звезд Стэйси любовалась уверенными движениями мужчины, управляющего катером. Марк был задумчив и молчалив, чему спутница была даже рада. На какое-то мгновение ей безумно захотелось помечтать, что эта ночь лишь одна из многих других, которые они могли бы провести вдвоем. Что на этом катере они могли бы уплыть куда угодно, подальше от всех преград, разделяющих их. Глядя на гордо вскинутую темноволосую голову Марка, девушка проглотила горький ком.

Какой смысл мечтать о несбыточном? У Марка есть Шэрон, а она, Стэйси Робертс, через несколько часов сядет на самолет и отправится в родную Англию. Не будет долгих ночей наедине с любимым, осталось не больше пяти драгоценных минут.

Они причалили, и Стэйси с горечью оглядела пляж, пестреющий остатками былого торжества. Перевернутые коробки, упаковки, брошенная одноразовая посуда — все эти вещи напоминали неподвижных монстров. Легкий ночной бриз подхватывал и гнал по песку скомканные салфетки.

Отель был почти полностью погружен во тьму. Только подъезд и фойе освещались тусклыми лампами, над которыми в ночной мгле дрожал странный ореол. Когда они поднялись по лестнице, девушка спросила спутника шепотом, дабы не нарушать царящего спокойствия:

— Ничего, если я позвоню отсюда и закажу такси?

— Такси? — Мужчина обернулся к ней, его лицо оставалось непроницаемым. — Боже, зачем?

— Чтобы отправиться в Неаполь, — удивленно ответила Стэйси все тем же шепотом. — Все нормально, я уже их предупредила, что могу задержаться.

— Задержаться! — Марк резко схватил ее за руку. — Тебе не кажется, что это слишком слабо сказано для такого времени суток? Для тебя лучше всего будет переночевать здесь. — Она выдернула руку, но мужчина поспешил добавить: — Это же самый разумный выход!

— Марк, это очень любезно с твоей стороны, но… — Стэйси запнулась, надеясь, что ее отказ звучит достаточно вежливо. Она прекрасно понимала, что любимый прав, но девушка также знала, что, оставшись здесь еще на одну ночь, она не выдержит. Помолчав, она продолжила более деловым тоном: — Не хотелось бы распаковывать вещи, а потом у меня уже и гостиница заказана в Неаполе.

Стэйси была шокирована неожиданной тенью нескрываемого раздражения, мелькнувшей на бесстрастном лице Марка.

— Что, тебе так не терпится уехать? — глумливо спросил он. — Ты очень ответственная невеста, — продолжил босс издевательским тоном, резко отстраняясь от спутницы. — Могу поклясться, что ты ждешь не дождешься, когда станешь добропорядочной женой!

На этот раз Стэйси почувствовала, что Лоуфорд заходит слишком далеко в своих насмешках. Она повернулась и зашагала к лестнице.

— Мне нужно взять вещи, — бросила она.

— Побереги ножки, — отрезал мужчина. — Я при несу твои вещи. Ты можешь никуда не звонить, я сам отвезу тебя в Неаполь.

Глава 11

— Ты?! — Стэйси застыла в изумлении. — Разве… Разве тебе не нужно заниматься своими делами?

— Нет ничего срочного, что не подождет до утра. Девушка не заметила, горел ли свет в его комнатах, но, наверное, Марк решил, что Шэрон не стала дожидаться его.

Через пару минут мужчина уже спускался вниз с ее чемоданами, а через плечо был трогательно перекинут ее плащ. Марк поставил вещи у ее ног и вышел в темноту. Стэйси терпеливо ждала, пока он заводил машину, подгонял ее к подъезду и грузил ее вещи в багажник.

— Не замерзла? — спросил Лоуфорд, предлагая накинуть плащ.

Мисс Робертс отрицательно покачала головой и скользнула на переднее сиденье. Ей все труднее было говорить. Марк аккуратно закрыл дверцу и обошел машину, чтобы сесть за руль. Девушка в последний раз окинула взглядом «Палаццо». Она все еще бессмысленно смотрела в окно, когда они выехали с территории отеля и помчались по ночной дороге. Марк немного рассерженно спросил:

— Может, тебе стоило купить открытку на память?

У ее спутника явно портилось настроение, и Стэйси с болью в сердце подумала, что Марк, вероятно, уже не рад своему предложению везти ее до Неаполя.

Тем не менее мужчина вел машину довольно медленно, и Стэйси была уверена, что при нормальной скорости они бы могли добраться до города на полчаса раньше. Она не стала ничего говорить, полностью погрузившись в мучительные размышления о том, что попытка растянуть время лишь усиливает боль.

Девушка старалась держаться прямо, чтобы плечо водителя не задевало ее руку, но в то же время ей безумно хотелось дотронуться до загорелой мужской руки, уверенно держащей руль. А на повороте Стэйси чуть было не поддалась искушению положить голову на его плечо, прижаться щекой к этому безупречному темному пиджаку, почувствовать тепло тела Марка. Слава богу, его краткие реплики не давали ей расслабиться и полностью отдаться своим несбыточным мечтам.

— У тебя забронирован билет на самолет? Дата открытая? Не забудь распорядиться насчет багажа, а то потеряется.

Она лишь кивала в ответ, стараясь сконцентрироваться на резкости его тона. В это время на горизонте показались первые строения окраины Неаполя, а затем и зубчатые верхушки сосен. Стэйси лишь смогла шепотом произнести название гостиницы, да и то после нескольких вопросов Марка.

Вскоре они подъехали к розоватому зданию, подъезд которого ярко освещался двумя мощными светильниками; так же светилось и фойе за витражным стеклом. Марк помог девушке выйти, затем открыл багажник и извлек один за другим все ее чемоданы. Подхватив разом все, он направился внутрь отеля. Стэйси оставалось лишь следовать за ним с плащом в руках.

За стойкой администратора никого не оказалось, но, несомненно, звонок тут был именно для вызова портье.

Марк поставил чемоданы на ковер, неподалеку от Стэйси. Секунду он стоял в нерешительности. Как и она.

Подойдя чуть ближе, Марк неуверенно засунул руки в карманы:

— Ну что?.. — Он нервно улыбнулся. — Вот и все?.. Стэйси кивнула, будучи не в силах выдавить из себя ничего, кроме такой же нервной улыбки.

Наступила неловкая пауза. Стэйси надеялась, что любимый хотя бы пожмет ей руку на прощание, но мужчина оставался недвижим.

Их глаза некоторое время вели молчаливую беседу, но вслух Марк произнес лишь:

— Пока, Стэйси. Счастливого пути.

Его голос казался странным, каким-то глухим и далеким. Она почти шепотом ответила:

— До свидания, Марк.

Затем мужчина резко развернулся и быстрым шагом вышел из фойе отеля.

Она слышала, как завелся двигатель и как машина рванула с места.

Девушка смахнула слезу.

«Летняя любовь, увядающая зимой…» — однажды сказал Марк шутливо. Но придет ли такая зима, что заставит Стэйси забыть Марка?

Девушка резко бросила плащ на чемоданы и подумывала сама улечься на них прямо тут, в фойе, будучи не в силах пошевелиться. Потом она вспомнила, что комната уже заказана. Там она, по крайней мере, сможет выплакаться вволю.

Стэйси уныло побрела к администраторской стойке. Горькие мысли настолько поглотили ее, что она даже не заметила человека, открывающего дверь, и не слышала твердых шагов по пушистому ковру. Только когда крепкая рука с силой сжала ее запястье, она удивленно обернулась и воскликнула:

— Марк! Что ты тут делаешь? Я думала, ты…

Его лицо было очень напряженным, когда он силой оттащил девушку от стойки и повел через все фойе к выходу.

— Мы с тобой поженимся! — резко бросил он.

— Мы с тобой… что?! — Стэйси от удивления даже открыла рот.

На мгновение мир показался ей радужно прекрасным, но потом сверкающие краски померкли.

Она спит. Она, видимо, уже переговорила с портье, ее отвели в номер, и там она крепко заснула. Это сон. Самый безумный сон из всех, что ей снились…

Стэйси, ошеломленно моргая, даже не заметила, как оказалась в автомобиле, а ее чемоданы полетели назад в багажник. Прежде чем она сумела перевести дух, Марк с бешеной скоростью погнал машину прочь из Неаполя.

Дома быстро исчезли из виду, им на смену возникли нежные апельсиновые заросли и виноградники, потом машина свернула на узкую улочку и вылетела на прибрежную аллею.

Стэйси казалось, что у ее сердца выросли крылья и теперь оно весело порхает вокруг.

Это не сон. Сны не бывают такими прекрасными. Это реальность, все происходит наяву, но как? В этот момент они остановились, и Марк, обойдя вокруг автомобиля, помог девушке выйти на мягкую лужайку. Она огляделась. Они стояли у подножия высоченного утеса, а море сияло, как огромный лоскут серебристого шелка под рассветным небом.

Угадав в молчании Марка вопрос, Стэйси начала говорить срывающимся голосом:

— Но разве… разве мы… Между нами что-то… Этого недостаточно для женитьбы…

Стэйси не ожидала от Марка столь страстных объятий, впрочем, как и яростного поцелуя, завладевшего ее губами. Постепенно губы мужчины все нежнее ласкали ее рот, и дикая страсть уступала место волнующей нежности. Этот поцелуй заставил Стэйси забыть обо всем на свете, она лишь знала, что Марк рядом здесь и сейчас и в этом заключается смысл ее жизни.

Спустя вечность ей показалось, что она полностью растворилась в любимом. Марк оторвался от ее губ и с горящими золотом глазами вымолвил:

— Вот что между нами, и тебе никуда от этого не деться! — Затем он зарылся лицом в ее волосы и с новым приливом неистовой страсти начал целовать ее шею и грудь, отрываясь, лишь чтобы хрипло пробормотать:

— Ты же знаешь, что тебе нужен только я…

— Да, я знаю это. О боже, я всегда это знала! — Глаза Стэйси светились таким неподдельным счастьем, что стали похожи на два изумруда. — Но как же быть с… — она не смогла себя заставить произнести это имя, — с остальными?

— Фэрроу? — усмехнулся Марк. — Он поймет. Мы объясним, если потребуется. — Он снова страстно приник к ее губам и лишь спустя некоторое время, собрав всю свою волю, смог оторваться от Стэйси. — Я испытывал адские муки, и все же вернул его из Рима. Но парень, который уходит и бросает…

— Я тоже кое-что начинаю припоминать… — Девушка слегка отодвинулась от любимого. — Шэрон появилась в «Палаццо» сразу после… После той нашей ночи…

— Вот именно. — Мужчина посмотрел на Стэйси смеющимся взглядом.

Девушка не могла удержаться от вопросов, которые так мучили ее все это время. Даже теперь Стэйси Робертс никак не могла поверить в реальность своего счастья. Немного помявшись, она неуверенно начала:

— Но ведь ты так много сделал для Шэрон…

— Не только для Шэрон. — Марк снова крепко прижал девушку к себе. — Но и для Рика и синьоры Минатто тоже.

— Синьоры Минатто из Амалфи?

Стэйси подняла глаза и долго смотрела на любимого.

— А она как-то связана с «Санфлэйр»? — наконец спросила девушка.

— Как бабушка этой фирмы, она принимала в ее управлении не слишком большое участие, но…

— Ты хочешь сказать… — Серо-зеленые глаза Стэйси расширились от удивления. — Синьора Минатто — бабушка Шэрон?

— По материнской линии. — Марк кивнул с улыбкой. — Она жила в «Палаццо», когда произошло несчастье и отец Шэрон и Рика умер. Его смерть не могла не затронуть бизнес «Санфлэйр». Она попросила меня помочь детям Кингсберри, чем я и занимался по сей день.

Синьора Минатто, ну конечно же! Девушка медленно кивнула. Вот кого напомнила ей Шэрон в то утро, когда они разговаривали в номере Стэйси.

— Синьора Минатто… очень давний друг, не так ли? — спросила она, задумчиво теребя пуговицу на рубашке Марка.

— Даже больше. — Мужчина шутливо обвил руками талию Стэйси. — Она помогала финансировать деятельность «Палаццо» в самом начале.

— Но ведь еще остается Шэрон, которую вызвали столь поспешно… Ты проводил с ней уйму времени?..

Он притянул девушку к себе:

— Ты была для меня как гром среди ясного неба. Я боялся, что ты можешь изменить мою жизнь, и был готов отдаться любой работе.

— Работе?! — Стэйси скептически вскинула бровь, уворачиваясь от его губ.

Марк усмехнулся:

— Конечно, наше общение было работой, да еще какой нелегкой. Представь себе, как трудно было убедить Шэрон в том, что для нее будет лучше продать «Санфлэйр». Рик был полностью согласен, но его сестра не могла смириться с мыслью, что созданное ее отцом дело уйдет на слияние с крупной компанией.

— А что, какая-то другая туристическая фирма хотела перекупить «Санфлэйр»? — удивленно спросила Стэйси.

Марк кивнул.

— Синьора Минатто, как и я сам, считала это лучшим выходом для Шэрон. Вот эту проблему мы и обсуждали в тот день, когда я возил тебя в Амалфи. Мы размышляли, как заставить Шэрон взглянуть на это дело трезвым взглядом… — Он хитро улыбнулся. — И решили испробовать метод дружеского убеждения…

— А ты уверен, что дело обстоит именно так? — спросила девушка после того, как ее пальчик исследовал лицо и губы Марка. — Шэрон сказала мне, что собирается выйти за тебя замуж.

Марк пожал плечами:

— Наверное, в тот момент я ходил в фаворитах. Чуть позже я, видимо, потерял баллы по сравнению с молоденьким адвокатом, приехавшим из Англии. Она пригласила его домой к бабушке.

Стэйси некоторое время размышляла над его словами, но не удержалась от следующего вопроса:

— Марк, скажи мне, как ты все-таки относишься к Шэрон?

— Ребенок, которому пришлось за одну ночь резко повзрослеть. — Он с плутоватой улыбкой снова крепко прижал девушку к себе. — Но она — не мой тип женщины.

Стэйси расслабилась, наслаждаясь звучанием его голоса. Затем, посмотрев на него снизу вверх, спросила:

— А как ты думаешь, у Шэрон получится с этим адвокатом?

— Заметив, как он на нее смотрит, я бы не удивился скорым свадебным колоколам, — ответил мужчина.

Стэйси вскинула руки и крепко обняла его за шею. Посмотрев на него невинным взглядом, она спросила:

— И как же он смотрит на нее?

Со странной улыбкой Марк зарылся лицом в рыжие кудри Стэйси.

— Так, как я старался не смотреть на тебя, — хрипло проговорил он. — Но теперь с играми покончено. Ты немедленно вернешь Фэрроу его кольцо.

Повисла тишина. Серо-зеленые глаза Стэйси засверкали озорным блеском, когда она ответила тихим голосом:

— Я бы с удовольствием, но у меня его нет. — В ответ на скептическую ухмылку Марка она пояснила: — Джереми собирается жениться на девушке, с которой познакомился в Риме. Он купил кольцо в Сорренто и попросил меня примерить, чтобы не ошибиться с размером.

— Но ведь это сумасшествие!

Поддерживающие ее объятия превратились в стальные обручи. Марк сжал ее почти до боли, когда прошептал ей на ухо:

— Ты хотела провести меня через ад! Признавайся, ты делала это нарочно.

— Ты так подолгу общался с Шэрон, что я не видела особого смысла пускаться в объяснения, — рассмеялась Стэйси, пытаясь нормально дышать. — А потом, ты так усиленно выдавал меня замуж, что мне показалось, ты делаешь это для успокоения своей совести.

— Мою совесть успокаивало лишь то, — тихо произнес Марк, наклоняясь к девушке с легкой улыбкой, — что я знал: отпусти я тебя к Фэрроу, ты бы многое потеряла.

— А ты уверен в себе, надо сказать, — нарочито возмущенно произнесла Стэйси с сияющими глазами.

— Не важно, — хрипло ответил мужчина, находя ее губы своими. — Ты даешь мне эту уверенность.

Прошло немало времени, прежде чем он ослабил свои объятия.

— Мы съездим в Англию на пару дней, — сказал он, — чтобы организовать свадьбу. Я позволю тебе на полчаса отлучиться по магазинам, пока буду держать экзамен перед твоими предками. Но не дольше! — Он усмехнулся. — У нас было много времени на подготовку. С первых минут, когда я увидел тебя на теплоходе.

— В тот первый день, — задумчиво произнесла Стэйси, — мне показалось, что ты некий отшельник, живущий в уединенном особняке. А потом, уже в отеле, ты показался мне просто отвратительным.

— А что ты теперь обо мне думаешь?

— Ой, почти то же самое, — ответила девушка, поддразнивая любимого.

— Ну что ж, попробуем изменить твое мнение. — Его губы страстно ласкали ее шею. — Мне нравится идея быть отшельником вместе с тобой. По-моему, нам нужно начинать искать уединенный особняк.

— А как же «Палаццо»? — недоверчиво спросила Стэйси.

— А что «Палаццо»? С ним все нормально, — усмехнулся в ответ Марк. — А еще я не намерен делить свою жену с половиной клиентов будущего сезона.

Мужчина взял ее за руку, и, когда они обернулись, небо над заливом окрасилось безумно яркими красками рассвета.

Восход солнца над Сорренто.

Когда Стэйси уверенно шагала рядом с Марком, рука об руку, она точно знала, что этот восход ознаменовал начало их долгой, нескончаемо долгой любви.

1

Пожалуйста, синьорита. Прошу! Прошу! (ит.)

2

Хватит! (ит.)

3

Дворец (ит.).

4

Простите, синьорина (ит.).

5

Хорошенькая… красавица (ит.).

6

«На заре» — название итальянской песни (ит.).

7

Площадь (ит.).

8

Все хорошо (ит.).

9

Моя красавица (ит.).

10

Да, да (ит.).

11

До свидания! (ит.)

12

Возвращайтесь опять (ит.).

Content

Румелия Лейн
Лето любви

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

1