Фридрих Бригг

Каддафи: «бешеный пес» или народный благодетель?

За что бомбят Каддафи

Каддафи все знают в лицо, почти все по имени, и мало кто по делам. У нас, например, почему-то распространено мнение, что Каддафи бомбят за то, что он друг России и враг Запада. Какие-то у нас там были нефтяные и железнодорожные контракты, на том и погорел. Мол, убежденный враг Вашингтона Каддафи мешал Западу получить доступ к ливийским энергоресурсам, поэтому его и решили свергнуть силой. А вот с Россией полковник дружил и выгодно сотрудничал, поэтому Москве надо его защищать любой ценой. Это умозаключение сделано исключительно дедуктивным методом, на основе риторики полковника. Но мало чьи слова так расходятся с делом. Потрясти кулаками на трибуне, в очередной раз проклясть империализм и сказать что-нибудь возвышенное о солидарности угнетенных народов – это пожалуйста. Но в главном никаких проблем у Запада с Каддафи в последнее время не было. Наши $4 млрд контрактов смотрятся весьма скромно на фоне гигантских объемов экономического сотрудничества Ливии с Западом.

После отмены всех санкций против Ливии в начале 2000-х гг. западные компании получили свободный доступ в энергетический сектор Ливии. И тут борец с империализмом почему-то изменил себе. Абсолютное большинство контрактов он заключил не с российскими или китайскими, а с западными компаниями. Если взять шесть крупнейших рынков сбыта ливийских углеводородов, почти 80 % экспорта – страны Западной Европы и США. Столь односторонней ориентации на западные рынки не позволяют себе даже главные американские друзья в арабском мире – королевства Персидского залива: их экспорт куда больше разделен между Западом, Китаем, Индией, Японией. Гигантский оросительный проект «Великая рукотворная река» на 25 млрд долларов тоже достался компаниям из США, Германии и Канады.

То же самое произошло с инвестициями Каддафи. Вырученные деньги он с удовольствием вкладывал за рубежом, покупая доли в крупных западных компаниях – в итальянском банке UniCredit, в австрийской строительной корпорации Weinberger, в британской медиакорпорации Pearson, в итальянском энергетическом гиганте Eni. Они не приносили ему ни большого дохода, ни реального влияния, скорее чувство глубокого довольства собой. Каддафи долгое время пытался стать лидером арабского мира, а потом – когда арабский мир его отверг – лидером Африки, для чего создал на ливийские деньги специальный африканский союз. Теперь ему льстило, что он может считать себя тайным хозяином половины Европы. Которым он, разумеется, не был. Из той же серии – тайный взнос в предвыборный фонд Саркози, о котором после начала бомбежек объявил один из сыновей Каддафи. Деньги, вырученные на Западе от нефти, как неразменный рубль, возвращались к их источнику – на Запад.

Конечно, перепадало и простому ливийскому народу. Были и социальные программы, хотя на их счет в российском Интернете ходили какие-то совсем фантастические списки, отражающие не столько ливийскую реальность, сколько отечественную мечту о государстве, раздающем блага. Уровень жизни и зарплат здесь был выше, чем в соседних, не нефтяных арабских странах. Но ливийцы сравнивали себя не с ними, а с жителями нефтеносных стран Персидского залива. Действительно, при добыче в почти 2 млн баррелей нефти в день и населении в 6,5 млн ВВП на душу населения, да и внешний вид ливийских городов и дорог могли быть намного лучше. Революции случаются не от беспросветной бедности – тогда бы давно восстала Индия и вся черная Африка, – а в относительно благополучных странах от несоответствия реальности ожиданиям. Например, когда рост был и остановился или замедлился: ожидания растут прежними темпами, а жизнь уже не поспевает. Именно это произошло в арабском мире в целом и в Ливии в частности. Помогло и то, что за время, прошедшее после деколонизации, арабские нации из полуграмотных превратились в грамотные, да еще и владеющие современными средствами общения.

Так почему бомбят Каддафи? На небесах, как известно, больше радуются одному раскаявшемуся грешнику, чем тысяче праведников. Об этом – евангельская притча о блудном сыне. Нужно дойти до края, а потом отступить, пропадать – и вернуться. Именно так получилось с Каддафи. Было время, когда на весах злодейства в глазах Запада он перевешивал Саддама Хуссейна, взрывал дискотеки и пассажирские самолеты, финансировал террористов и – хуже всего – разрабатывал ядерное оружие. Но в начале 2000-х, после 11 сентября и начала войны в Ираке, – отступил: свернул ядерную программу, выдал документацию, расплатился с жертвами терактов и пустил в страну западные компании. Более того, в стране начали поговаривать про постепенные демократические реформы, в связи с этим произносилось имя одного из сыновей Каддафи Сейф аль-Ислама. Эти разговоры, впрочем, скоро кончились. Тем не менее Запад дорожил добровольным выходом Каддафи из оси зла и ставил его в пример, надеясь, что так поступят и другие диктаторы. «Ливия служит важным примером для подражания, когда мы толкаем к изменению политики другие страны», – говорил в 2006 г. ответственный за регион замгоссекретаря Дэвид Уэлш. Уйти и вернуться. Рискованно, но действенно.

Однако вся назидательность, вся мораль притчи о блудном сыне строится на том, что он вернулся и стал хорошим. А если нет? А что, если за пределами притчи о блудном сыне есть «Блудный сын 2»? «Блудный сын. Продолжение»? Вдруг вернувшийся младший брат окажется сволочью и будет днем дрыхнуть, а по ночам лупить трудившегося весь день старшего брата и воровать из отцовского кошелька? Тогда притча теряет смысл. Ведь тогда простивший отец оказывается в дураках.

Примерно это почувствовал Запад после того, как Каддафи стал использовать свое положение исправившегося двоечника и крутил Западом, как батька Лукашенко Россией. Мировые столицы терпели: лучше иметь хулигана под надзором, чем на улице. Диктатору позволяется быть диктатором, если он соблюдает несколько неписаных правил. Главное – держать открытой экономику. Кроме того, режим может быт жестким, но не чинить кровавых расправ и не пытаться куда-то вести за собой народы других стран – то есть не заниматься внешнеполитической экспансией.

От того, чтобы быть вождем и идеологом народов, Каддафи не мог удержаться. Вдобавок он начал тайком и поодиночке шантажировать западные страны потерей выгод от ливийских контрактов и платежеспособного ливийского рынка. В августе 2009 г. после года дипломатического скандала в Ливию ездил извиняться швейцарский президент. Один из сыновей Каддафи – дорого одетый пижон Ганнибал Каддафи – бил морду прислуге в одном из роскошных швейцарских отелей, за что был задержан полицией. Чтобы добиться закрытия дела и извинений, кроме угроз и санкций против швейцарцев Каддафи даже арестовал (попросту – взял в заложники) двух швейцарских бизнесменов. Тогда же, в августе 2009 г., Каддафи вынудил Великобританию выпустить и вернуть на родину террориста аль-Миграхи, который отбывал в Шотландии пожизненное заключение за взрыв самолета Pan American над Локерби. Это было представлено как акт гуманности швейцарского правосудия (Миграхи болел), но телеграммы, опубликованные WikiLeaks, показали, что это был скорее шантаж Каддафи.

Тогда же он заставил Италию заплатить компенсацию за ущерб, нанесенный колониальным господством, – правда схема сделки была такова, что и Каддафи мог предъявить с трибун победу над капиталистами, и Берлускони – доступ к ливийским месторождениям и контрактам.

Престарелый Каддафи вел себя не как положено раскаявшемуся блудному сыну, но его оставили бы спокойно доживать на посту лидера Джамахерии, если бы не соседние арабские революции. Когда Каддафи пошел на штурм Бенгази, он практически не оставил западным странам выбора, как Саакашвили не оставил России, когда начал штурмовать Цхинвали. Допустить взятие Бенгази означало слишком большую потерю лица перед собственным и арабским общественным мнением: западные страны оказывались бы в роли отца Гапона – сами побуждали бороться за демократию, и сами бросили в критический момент. Заставить уйти собственных друзей, примерных диктаторов Мубарака и Бена Али, и оставить вновь распоясавшегося двоечника Каддафи было бы внешнеполитическим провалом. Кроме того, это был бы и очень плохой сигнал всему мусульманскому миру, да и всему миру вообще: отрекшиеся Бен Али и Мубарак оказались бы полными идиотами: оказывается, надо было давить и стрелять без оглядки. Эта пьеса не могла иметь такого глупого конца, мир нельзя было превратить в театр абсурда. Поэтому финал с уходом Каддафи, яркого и талантливого исполнителя амплуа лицемерно раскаявшегося злодея, неизбежен и близок.

Александр Баунов, журналист-международник

Вступление

2011 год стал годом настоящих испытаний для арабского мира. Переворот в Тунисе, смена власти в Египте, демонстрации в Бахрейне, Йемене, Алжире и Сирии. Волнения распространились стремительно, как вирус. Почему это произошло именно сейчас? Одни связывают эти события с мировым экономическим кризисом, другие – с «провокациями извне» – закулисными играми Запада, стремящегося обеспечить свои нефтяные интересы, третьи – с происками исламских радикалов. Однако истина, скорее всего, заключается в том, что выросло новое поколение людей, воспринявших благодаря Интернету и телевидению (вы помните, какую роль сыграли Facebook, Twitter в египетской революции) западные ценности свободы и демократии и готовых за них сражаться.

Народные волнения не миновали и Ливию. Массовые антиправительственные выступления переросли здесь в гражданскую войну, разделившую ее на два лагеря. Различные арабские страны по-разному выходили из кризиса – от перестановок в правительствах и посулов коренных преобразований до полной смены правящего режима, но лишь в Ливии внутренняя конфронтация переродилась в вооруженный конфликт. В него вмешались США и силы НАТО, по официальной версии – из человеколюбия и для защиты прав гражданского населения. По неофициальной… Есть разные мнения. Некоторые даже полагают, что сама гражданская война была инспирирована Западом. И хотя эту точку зрения нельзя назвать безосновательной, рассматривая нынешнюю ситуацию в Ливии, мы не можем не принимать во внимание, что нынешнее положение дел в этой стране имеет свои исторические корни. Поэтому в первой главе этой книги мы решили познакомить читателя с основными событиями ливийской истории.

Почему же Ливия и сам Муаммар Каддафи стали предметом столь пристального «военного интереса» западных держав?

Прежде всего, Ливия богата. Богатым это североафриканское государство под названием Великая Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джамахирия сделала нефть, и сейчас нефтяные контракты связывают Ливию со многими странами. Вторая причина – ее стратегическая важность: эту страну называют «ключом к африканскому континенту». Третья причина состоит в том, что Ливия – это странное, непонятное, неудобоваримое для западного мира сочетание незападной демократии – Джамахирии, об идеологических основах которой, изложенных в «Зеленой книге» Каддафи, мы расскажем в третьей главе этой книги, – и личной диктатуры лидера этой страны. Формально власть в Ливии рассредоточена между множеством коммун, которые осуществляют управление и распределение бюджетных средств. Фактически же вся власть в стране принадлежала человеку, который захватил ее в 28-летнем возрасте и удерживал больше четырех десятилетий. Речь, конечно же, о Муаммаре

Каддафи. Каддафи – это последняя по порядку, но, возможно, первая по важности причина, побудившая страны НАТО начать военные действия против Ливии. Он вызывает непреодолимое раздражение Запада. Он не такой как они, он слишком странный!

К добру или худу, нынешняя Ливия и Каддафи неразделимы. Говорим «Ливия» – подразумеваем «Каддафи». Муаммар Каддафи, бедуин из племени аль-каддафа, сменил три школы, кочуя вместе с отцом в поисках более плодородных земель. Рано начал интересоваться политикой, подростком уже участвовал в акциях протеста, а затем вступил в подпольную организацию. Он с отличием окончил военное училище, а затем британскую Военную королевскую академию, успешно сочетая военную карьеру с революционной деятельностью. В 1969 году, свергнув ливийского короля, он стал одним из руководителей этой страны, а через несколько лет – ее единоличным лидером. Необычайному, противоречивому жизненному пути Каддафи, которого Рональд Рейган назвал «бешеным псом», а многие люди в Ливии и за ее пределами считают «отцом народа» и лидером мирового масштаба, посвящена вторая глава этой книги. В третьей и четвертой главах мы расскажем о весьма оригинальных политических, экономических и социальных идеях этого человека.

Эксцентричность Каддафи-политика многократно привлекала к нему внимание всего мира: его неоднозначные высказывания по самым разным поводам, его «непосредственное поведение», бедуинский шатер, который Каддафи привозил во все свои зарубежные поездки, экстравагантные наряды, резко выбивающиеся из общепринятого дресс-кода. Об этих и других странностях Каддафи вы узнаете из последней, пятой главы.

Надеемся, эта книга поможет вам лучше понять ту роль, которую играет в истории Ливии ее странный, но, несомненно, интересный лидер.

Интересного вам чтения!

Глава 1

Ливия – коротко о главном

17 февраля 2011 г. в Ливии в Бенгази на площади перед зданием суда, была расстреляна мирная демонстрация. Жестокий разгон митинга спровоцировал восстание на востоке страны, переросшее в гражданскую войну. В первое время вооруженные формирования оппозиции действовали быстро и успешно; начались разговоры о скором падении режима. Ливийские военные, включая высших офицеров, стали один за другим покидать Каддафи и переходить на сторону восставших. Но Каддафи не думал сдаваться, и к тому же у него оказалось немало сторонников. Гражданская война обещала принять затяжной характер. Вмешалось НАТО, начались бомбардировки ливийских городов, и местный кризис перерос в очередную мировую войну. Конечно, «мировую» в современном значении – когда весь мир нападает на одну страну.

Как известно, ливийский кризис – часть общего кризиса правящих режимов в арабском мире. Однако до сих пор дело заканчивалось миром, – правители под давлением массовых демонстраций отправлялись на покой. Почему же события в Ливии не развивались по такому сценарию? Принятая точка зрения: во всем виноват Каддафи. Отчасти это так, но только отчасти. Каддафи возглавил общество с долгой и непростой историей, сложной племенной структурой и традиционным укладом жизни. Политика Каддафи во многом отвечала его потребностям. Этим в значительной степени и объясняется, почему он смог удерживать власть больше сорока лет.

Согласно данным археологов, первые люди появились на территории Ливии около 100 000 лет назад. И те, кто узнал о существовании Ливии лишь в связи с последними громкими новостями, очевидно, многое «пропустили». Попробуем восстановить этот пробел и рассказать о ключевых моментах ливийской истории.

От начала времен: древняя Ливия

Племя ливийцев, или, как их сегодня называют, берберов, появилось в Ливии около 50 000 лет назад. Прошли тысячелетия, а берберы по-прежнему населяют территорию Ливии и принимают участие в разнообразных политических событиях.

В IX в. до н. э. на территории современной Западной Ливии стали появляться колонии финикийцев – ныне давно исчезнувшего народа семитской группы. На память будущим поколениям они оставили города Сабрата (под этим названием он существует до сих пор) и Эя (современный Триполи). Позднее вся область стала называться Триполитанией.

На востоке в V в. до н. э. поселились греки. Они построили несколько городов – Кирену, Беренику, которая много позже станет называться Бенгази. Всю область греки окрестили Киренаикой. Через некоторое время она была захвачена персами, а потом и Александром Македонским.

На пустынном юге (область Феццан) располагалась Гарамантида – древнее государство народа гарамантов. По размеру оно было значительно больше, чем юг современной Ливии, в Феццане находилась его столица – город Гарама (современная Джерма). Сейчас название этой давно исчезнувшей страны и населявшего ее загадочного народа известно немногим, но в те времена это было богатое и могущественное государство с сильной армией и высоким для своей эпохи уровнем развития.

Во II в. до н. э. в Северную Африку пришла римская армия, и в скором времени Киренаика, Триполитания и Феццан оказались под властью Римской империи.

Дальнейший путь этих трех исторических областей будет непрост. За долгие века они то объединялись, то отходили к различным странам. Соответственно и культурное влияние в них различалось. Например, во II–IV вв. н. э., когда в Ливию пришло христианство, Триполитания подчинялась римскому первосвященнику (папе), Киренаика оставалась под властью коптской церкви. Конфессиональной неоднородности способствовало и географическое положение: эти области отделены друг от друга необжитыми пространствами пустыни.

В 395 г. н. э. Римская империя разделилась на две части – Западную, со столицей в Риме, и Восточную, со столицей в Константинополе. К восточной части (будущей Византии) в числе других провинций отошла Киренаика, Триполитания же осталась за империей Западной. Впрочем, ненадолго: уже в 429–439 гг. из-за личной вражды двух полководцев Рим потерял власть над Триполитанией, уступив ее германскому племени вандалов, перебравшемуся в Африку в поисках лучшей жизни.

Власть варваров для цивилизованной области – испытание не из легких. Гараманты на время обрели независимость, а для всех остальных настали черные дни. Вандалы притесняли и терроризировали местное население, а делать что-либо для благоустройства страны считали излишним, предпочитая грабительские набеги на Грецию, Рим и Византию. Последней это понравиться не могло, и в 533–534 гг. легендарный византийский полководец Велисарий по приказу императора Юстиниана вошел в Триполитанию и навел порядок.

Триполитания и Киренаика снова оказались под единой властью, которая не пользовалась у населения популярностью. Налоги были велики, эффективность управления оставляла желать лучшего. Впрочем, продлилось это сравнительно недолго: вскоре в геополитику Востока решительно вмешался мало кому до того известный народ – арабы.

Арабские завоевания

Поначалу арабы были просто кочевниками, обитавшими на Аравийском полуострове. Они вели простую жизнь, враждуя друг с другом за воду и другие насущные жизненные блага. Потом некоторая часть арабов оставила кочевой образ жизни и построила города. А в конце VI – начале VII в. арабы стали «авторами» одной из величайших мировых религий – ислама.

Арабы взялись распространять свою веру, почти немедленно приступив к внешним завоеваниям. Результат известен: почти на всем пространстве Ближнего Востока и Северной Африки в наши дни говорят по-арабски. Ислам, в той или иной степени, распространен во всех частях света.

Мимо Ливии арабские завоеватели пройти не могли. К 693 г. Триполитания, Киренаика и Феццан в очередной раз сменили подданство. Правление арабов в Ливии было сравнительно мягким и почти всех устраивало. Коренное население постепенно стало переходить в ислам. Не то чтобы арабы к этому сильно принуждали, но так было проще жить. Впрочем, до XI в. в городах еще сохранялись христиане, говорившие на латинском языке.

Отхватив за сравнительно короткий промежуток времени немыслимо огромные территории, арабы некоторое время между собой не ссорились. Но потом у них начались недопонимания, вражда и раздел имущества. Единый Арабский халифат распался, различные династии взялись выяснять отношения между собой. К этому добавилась и религиозная рознь между двумя основными направлениями ислама – суннизмом и шиизмом.

От вражды правителей жизнь подданных лучше не становится. В XI в. шиитская династия Фатимидов воспылала ненавистью к ливийской династии Зиридов, незадолго до того перешедшей в суннизм. В качестве карательной меры Фатимиды отправили с Аравийского полуострова в Магриб (западную часть Северной Африки) два племени арабов-бедуинов. Принципы гуманизма кочевникам в те времена знакомы не были: Триполитания и Киренаика были разграблены и разрушены, поля обращены в дикие пастбища, берберское население изгнано. Одно из бедуинских племен задержалось в Ливии, другое дошло до Атлантического океана, тем самым окончательно завершив арабизацию региона. Культурный облик Магриба претерпел существенные изменения. Пришельцы установили свои племенные порядки и ценности, окончательно возобладал арабский язык. Особенно сильно преобразилась Киренаика, ставшая самой «арабской» территорией вне Аравийского полуострова.

В конце XI в. Триполитания, Киренаика и Феццан вновь оказываются под разной юрисдикцией. Триполитания входит в халифат, объединяющий Магриб и часть мусульманских владений в Испании. В XII–XV вв. на этой территории бурно расцветают наука и искусства, в том числе литература и архитектура. Киренаикой завладели мамлюки, которых в 1171 г. привел в Египет легендарный султан Саладин. Бедуины Киренаики относились к мамлюкам без должного уважения и решали внутренние проблемы по своим законам и понятиям. Феццаном до XVI в. управляло одно из арабских племен.

Турецкие завоевания

В XVI в. в Ливии снова поменялись хозяева. В Северную Африку вторглась Османская империя и, в числе прочих стран, захватила Ливию.

Османы объединили Киренаику и Триполитанию в одну административную единицу со столицей в Триполи. Ливией управлял паша, назначаемый султаном. Османский султан, как и многие его исторические предшественники, не стремился без нужды вмешиваться в дела Феццана и Киренаики, тем более что любые попытки турецкого управления встречали в этих областях неизменное сопротивление.

В 1843 г. в Киренаике появился новый религиозный лидер – Мухаммед бен Али ас-Сануси (1787–1859). Как и многие религиозные реформаторы, он призывал вернуть учению прежнюю чистоту. Это подразумевало восстановление порядков, существовавших при первых праведных халифах. Сануси был резким противником реформ европейского образца, проходивших тогда в Египте и Турции, а равно и вообще всего иностранного. Его учение обрело беспрецедентную популярность. Разнообразные племена Киренаики и Феццана практически в полном составе подчинились Сануси, объединившись впервые за всю свою долгую историю. После смерти Сануси управление братством перешло к его сыновьям. Будущий король независимой Ливии Мухаммед Идрис ас-Сануси был одним из его прямых потомков. К началу XX в. сануситы представляли собой серьезную силу в Киренаике и во всей Северной Африке.

Между молотом и наковальней (1910-1940-е)

В конце XIX – начале XX в. дела у Турции шли неважно. В результате войны 1877–1878 гг. европейские страны и Россия отобрали у нее часть территорий. Шла борьба и за Африку – европейцы обзаводились колониями. К 1900 г. практически все территории к западу и юго-западу от Ливии принадлежали Франции. На востоке, в Египте, обосновались англичане.

Италия, объединившаяся только к 1870 г., к раздаче африканского пирога почти не успела, получив только Эритрею и часть Сомали. Но выглядеть неудачницей среди других колониальных империй ей не хотелось. И взоры итальянцев обратились к Ливии, которая все еще принадлежала слабой Турции – а значит, была практически бесхозной. Они взялись налаживать с Ливией экономические отношения, развивать торговлю. Начинание выглядело достойно, но за ним скрывались недобрые намерения. В 1911 г. Италия спровоцировала скандал, заявив, что Турция вооружает ливийские арабские племена, и потребовала разрешения защищать своих предпринимателей войсками. Разумеется, Турция не могла на это согласиться, в ответ Италия объявила Турции войну. Итальянские войска довольно быстро захватили приморские города, в том числе Бенгази и Триполи, но пройти вглубь страны никак не решались. Неизвестно, чем закончилось бы это предприятие, если бы внимание Турции не отвлекла Балканская война 1912 г. и она не была вынуждена заключить с Италией мир на условиях последней.

Сануситы в Киренаике, Феццане и на юге Триполитании немедленно заявили, что подчиниться Италии – значит предать ислам. Но к этому времени в Триполитании уже набирали политический вес националисты – сторонники объединения трех ливийских областей в государство унитарного типа. При этом они не особенно возражали против того, чтобы войти в состав какой-нибудь европейской державы на правах автономной области. Сануситы же требовали независимости, вдобавок они выступали за федеративное устройство, более согласное с племенными традициями.

Разногласиями между сануситами и националистами часто пользовались иностранные державы. Тогда, в 1910-х годах, ими решила воспользоваться Турция. При ее негласной поддержке сануситы начали довольно успешные военные действия. Но началась Первая мировая война. В 1915 г. Германия и Турция решили открыто помочь сануситам, заодно изгнав из Северной Африки войска своих недругов – Италии и Англии. Турки повели сануситов на Египет, где они потерпели поражение от британских войск. Глава сануситов Ахмад отказался от власти в пользу Мухаммада Идриса ас-Са-нуси. В 1917 г. Идрис ас-Сануси в качестве представителя Киренаики вступил в переговоры с британцами. В результате переговоров Англия признала его эмиром Киренаики. Наряду с этим союзники признали и власть Италии в Ливии, хотя итальянцы, заняв приморские города, не контролировали ни Феццан, ни Киренаику.

В 1920 г. Италия, в свою очередь, признала Идриса эмиром Киренаики, а Киренаику – независимой областью под контролем Италии. Положение было запутанным, но поскольку противники итальянской власти в Ливии никак не могли договориться между собой, некоторое время все оставалось как есть.

В 1922 г. националисты наконец-то пришли к соглашению с сануситами, признав Идриса эмиром Триполитании и, таким образом, всей Ливии. Идрис этого не ожидал и не очень обрадовался. Поразмыслив и поколебавшись, он принял это предложение и тут же сбежал в Египет, опасаясь преследований со стороны итальянцев.

В том же 1922 г. к власти в Италии пришел Муссолини. Под его руководством итальянцам удалось подчинить себе всю территорию Ливии. Получилось это не без некоторых трудностей: до конца 1920-х сануситы вели на юге Ливии партизанскую войну. В 1934 г. Англия уступила Италии часть Судана, а Франция передвинула границу Чада с Ливией на 100 км на юг, передав итальянской Ливии полосу Аузу (за эту территорию впоследствии будет воевать Муаммар Каддафи). Правда, парламент Франции так и не ратифицировал договор.

В 1930-х Италия пыталась обустроить столь нелегко доставшуюся ей Ливию. Итальянцы инвестировали в транспортную инфраструктуру, модернизировали города, строили шоссе и железные дороги, усовершенствовали порты, системы полива. Эти меры принимались в том числе и для облегчения ситуации в самой Италии, перед которой остро стояла проблема перенаселенности и безработицы. В конце 1930-х жители Италии стали переселяться в Ливию, и к 1940 г. там уже жило 110 000 итальянцев – примерно 12 % ее населения.

Муссолини называл ливийцев «итало-мусульманами». Но жизнь их под его управлением была несладкой. У бедуинов отнимали земли в пользу итальянских поселенцев, после Второй мировой войны выяснилось, что около 90 % коренных жителей Ливии не умеют ни читать, ни писать. Административные должности могли занимать только итальянцы. Сануситов преследовали. Едва ли не единственным вкладом Италии в жизнь местного населения оказалась современная медицина, новая для Ливии.

Под крылом союзников (Вторая мировая война, 1940-1950-е)

В сентябре 1939 г. началась Вторая мировая война. Народы Европы воевали друг с другом, а у Ливии появилась надежда извлечь из конфликта «больших братьев» скромную выгоду для себя. В августе 1940 г. эмир Идрис заключил договор с Британией, согласно которому войска под предводительством Идриса (в основном набранные в Киренаике и Феццане) вошли в состав британской армии. Они хорошо проявили себя в сражениях и даже удостоились похвал от британского премьер-министра. К середине февраля 1943 г. немецкие войска были окончательно изгнаны из Ливии.

В 1943 г. в Триполитании и Киренаике было установлено британское управление. Оно было отдельным для каждой области, поэтому Бенгази и Триполи обзавелись своими правительствами. В том же 1943 г. с согласия Британии Франция установила свое управление в Феццане, осуществляемое в основном через местных жителей.

На Потсдамской конференции 1945 г. союзники (Англия, СССР и США) решили не возвращать Италии ее бывшие колонии. Но что с ними делать дальше, договориться не смогли, и вопрос был передан в ООН. В 1947 г. Италия официально отказалась от претензий на африканские территории. В тексте международного заявления по этому поводу говорилось, что Ливия «останется в нынешнем состоянии, пока не будет принято решение относительно ее будущего».

Народы Европы воевали друг с другом, а у Ливии появилась надежда извлечь из конфликта «больших братьев» скромную выгоду для себя.

А члены ООН все никак не могли договориться о дальнейшей судьбе Ливии. США предлагали оставить ее под управлением ООН на неопределенное время. СССР, по данным западных источников, претендовал на Триполитанию, а Киренаику и Феццан был готов отдать соответственно Англии и Франции. Правда, согласно советским источникам, СССР требовал независимости Ливии, а западные страны хотели поделить ее между собой. (Предлагаем читателю выбрать тот вариант, который ему больше по душе.) Щедрые французы предложили вернуть Ливию Италии, даже несмотря на то, что последняя уже отказалась от всяческих претензий. Британцы, поняв, что переговоры заходят в тупик, высказались за объявление независимости Ливии, причем сразу же и немедленно.

В какой-то момент союзникам пришло в голову выяснить, чего же хотят сами ливийцы. В Ливию была отправлена специальная комиссия, по данным которой большинство населения страны высказалось за немедленное объявление независимости Ливии. Правда, относительно ее будущего государственного устройства респонденты высказывались не так единодушно. Комиссия решила, что время независимой Ливии еще не пришло. Неопределенность затягивалась, и дело передали в Генеральную Ассамблею ООН.

В 1949 г. британцы надавили на Идриса ас-Сануси, и он в одностороннем порядке объявил независимость Киренаики. Но Генеральная Ассамблея ООН как ни в чем не бывало продолжала рассматривать дело

Ливии вместе с «независимой» Киренаикой. Французы и итальянцы дружно предложили радикальный план: Триполитанию – Италии, Феццан – Франции, Киренаику – Англии, а через 10 лет сделать Ливию независимой. Ливийцы пришли в ужас, а Генеральной Ассамблее не хватило одного голоса, чтобы утвердить это предложение. В конце концов ООН приняла решение объявить независимость Ливии до января 1952 г.

Пока шли дебаты, страна пребывала в плачевном состоянии. Как уже было сказано, из миллионного населения Ливии как минимум 90 % были неграмотны. У страны не было источников дохода, даже ливийский песок не годился для производства стекла. Кто бы мог подумать, что через каких-нибудь 10 лет, с открытием нефтяных месторождений, ситуация изменится до неузнаваемости!

Наряду с проблемами экономического характера Ливию раздирали политические противоречия. В основном они касались устройства будущего государства. Большинство жителей Триполитании высказывались за унитарную республику. Эта область опережала остальные по экономическому развитию, поэтому ее лидеры не сомневались, что они-то и будут править будущим единым государством. Но арабы Киренаики и Феццана предпочитали жить племенами и к тому же были убежденными мусульманами. Их устроило бы федеративное государство со слабым центром, чтобы можно было, как прежде, решать дела по племенным понятиям. Идриса ас-Сануси они видели своим эмиром, но отнюдь не главой всей Ливии. Впрочем, молодежь уже не слишком держалась племенных порядков, привлеченная панарабским движением, которое призывало к объединению арабов всех стран ради сопротивления колонизаторам.

В 1950 г. в Ливии было создано Национальное учредительное собрание с равным представительством всех трех регионов. Несмотря на возражения оказавшихся в меньшинстве триполитанцев оно определило устройство будущего государства как конституционную монархию. Королем стал Идрис ас-Сануси. Собрание составило конституцию, которая была официально принята в октябре 1951 г. 24 декабря 1951 г. король Идрис Первый объявил независимость Соединенного Королевства Ливии.

Соединенное Королевство Ливии

После обретения независимости жизнь Ливии отнюдь не стала безоблачной. Король Идрис так и не смог выбрать между Триполи и Бенгази, так что столиц у Ливии оказалось сразу две. После первых же парламентских выборов 19 февраля 1952 г. все политические партии были запрещены. Представители провинций имели очень разные представления о дальнейшей жизни. Они яростно спорили между собой и в парламенте, и в правительстве. К тому же у короля Идриса не было сыновей, то есть оставался открытым вопрос, к кому после него перейдет власть. Идрис назначил наследником своего 60-летнего брата, но тот умер, так и не дождавшись короны. Тогда выбор Идриса пал на его сына.

После обретения независимости жизнь Ливии отнюдь не стала безоблачной.

Несмотря на внутренние сложности, страна пыталась наладить отношения с соседями, ближними и дальними. В 1953 г. Ливия вошла в Лигу арабских государств, где присоединилась к прозападному консервативному блоку. В силу практически безнадежной экономической ситуации у Ливии не было другого выхода, кроме поиска поддержки на Западе. В том же 1953 г. она заключила с Британией договор, по которому та в обмен на финансовую и военную помощь получила разрешение строить военные базы. В 1954 г. подобное соглашение было заключено и с США. Помимо финансовой стороны дела эти страны помогали Ливии улучшать сельское хозяйство и сферу образования. Но несмотря на это Ливия по-прежнему оставалась бедной и полностью зависела от иностранной помощи.

Тесные отношения были установлены также с Францией, Италией, Грецией и Турцией. В 1955 г. в круг добрых знакомых вошел СССР. Но от финансовой помощи со стороны Советского Союза Ливия почему-то отказалась.

Манна небесная – нефть

В июне 1959 г. в Ливии нашли нефть. Богатейшие нефтяные месторождения были обнаружены под г. Залтан, в Киренаике. Нефти было море разливанное, и притом хорошего качества. Западные бизнесмены – люди проворные, они не стали долго размышлять и организовали концессии по добыче и продаже этого драгоценного полезного ископаемого. Концессии отдавали Ливии 50 % прибыли – немалые деньги, особенно для страны, в которой буквально ничего не было, кроме песка.

Но, как ни странно, это только накалило обстановку в Ливии.

Одна из беднейших стран в мире в одночасье разбогатела. Правящая элита, устав от скромной жизни, не очень-то спешила поделиться нефтяными доходами с населением. Население испытывало праведный гнев. К тому же незадолго до этого президент Египта Гамаль Абдель Насер вдохнул новую жизнь в идею объединения арабов, и она покорила сердца простых ливийцев. В панарабском движении, получившем странноватое для русского уха название «насеризм», была отчетливо выражена антиизраильская и антизападная направленность. Умеренная позиция ливийского руководства в отношении Запада и Израиля не могла импонировать многочисленным местным «насеристам», стабильности в стране это не добавляло.

В 1963 г. король Идрис, обеспокоенный складывающимся положением, сменил устройство государства на унитарное. Женщины получили право голоса, что в арабской стране выглядело верхом либерализма. Но запрет на политические партии и закон 1956 г. об ограничении собраний, демонстраций и запрещении забастовок никто и не подумал отменить. Король пытался завоевать народную поддержку и, в противовес панарабскому движению, пропагандировал национализм. Но поскольку он был родом из Киренаики и к тому же нежно дружил с Западом, поддерживать его народ не желал.

В 1964 г., желая хоть чем-то угодить строптивым ливийцам, король решил избавиться от иностранных военных баз. Британия нехотя вывела основную массу войск к 1966 г. Американцы задержались до июня 1970 г.

Женщины получили право голоса, что в арабской стране выглядело верхом либерализма.

В июне 1967 г. началась война в Израиле. Население Ливии отреагировало на это событие эмоционально: пошло громить британские и американские посольства, офисы нефтяных компаний, изгнало из страны немногочисленных евреев. Правительству удалось подавить беспорядки, но необходимость модернизации и укрепления армии, а также реформы разжиревшей коррумпированной бюрократии были очевидны. Во все времена и эпохи подобная задача легкой не бывала.

В арабском мире Ливия избытка активности, как правило, не проявляла. Тем не менее в 1967 г. на конференции глав арабских государств Ливия, наряду с Саудовской Аравией и Кувейтом, согласилась предоставить экономическую помощь государствам, пострадавшим в войне с Израилем. Вдобавок, король Идрис предложил организованно поднять цены на нефть. При этом Ливия старалась не утратить и дружеских связей с Западом. Ливийское руководство пыталось усидеть на двух стульях. А эта задача тоже не из простых.

Недовольство назревало. Король отдалялся от народа, проводил все больше времени в своем дворце в Дарне, неподалеку от одной из немногих сохранившихся британских военных баз. Он менял правительства как перчатки – некоторые из них не продержались и полгода. В 1967–1968 гг. возобновились массовые демонстрации против остающихся на территории Ливии иностранных баз. Демонстрации были жестоко подавлены.

В июне 1969 г. король отправился на лечение в Грецию и Турцию. Регентом на время его отсутствия был назначен принц Хасан ар-Рида.

Переворот (1969)

1 сентября 1969 г. организация «Движение свободных офицеров» состоящая из 70 молодых офицеров, в основном связистов, совершила переворот. Заговорщики низложили короля Идриса и создали Совет революционного командования (СРК), который провозгласил Ливийскую арабскую республику. Совет возглавил 28-летний предводитель «свободных офицеров» Муаммар Абу Меньяр аль-Каддафи. К удивлению самих революционеров, переворот получился бесшумным и бескровным. Армия тут же признала новую власть, и за пару дней к ней присоединилась вся страна.

В своих мыслях и действиях повстанцы, очевидно, ориентировались на пример соседнего Египта. В этой стране революция произошла еще в 1952 г. Именно тогда впервые появились названия «Движение свободных офицеров» и «Совет революционного командования». Так что ливийские революционеры по части красивых названий не проявили творческой самостоятельности, но это не помешало им добиться успеха в главном.

Король Идрис Первый, находившийся в момент переворота в Турции, попытался было сагитировать британцев на военное вторжение с целью восстановить законную власть. Но заговорщики оказались предусмотрительными. Они захватили племянника короля и наследника престола принца Хасана ар-Рида, остававшегося в Ливии. Неизвестно, какие аргументы пустили в ход «свободные офицеры», но племянник отрекся от власти и заявил о переходе на сторону повстанцев. Идрис Первый отказался от кровожадных планов в обмен на гарантии, что новая власть не тронет его семью (впоследствии это обещание было нарушено) и поселился в Египте, где и прожил до смерти в 1983 г.

К удивлению самих революционеров, переворот получился бесшумным и бескровным.

Ливийскую Арабскую Республику признал Египет, потом остальные арабские страны. Советский Союз и страны Варшавского договора сделали это через три дня после переворота. Западных послов заверили, что внешняя политика Ливии не изменится, а права иностранных граждан и компаний будут защищаться. Послы поверили, и 6 сентября новое правительство Ливии признали США.

Американские специалисты утверждают, что на тот момент было бы неверно считать Каддафи единоличным диктатором. СРК считал индивидуальную власть неэффективной и придерживался коллективной формы принятия решений. Каддафи же был самым ярким членом СРК, его безусловным и признанным лидером, с которым просто в голову никому не приходило спорить. Специалисты, правда, забывают уточнить, как долго длилась эта идиллия.

Великая Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джамахирия

С этих пор история Ливии ассоциируется с одной-единственной личностью, с человеком, несущим всю полноту ответственности за развитие страны, за ее удачи и промахи. Этот человек – Муаммар Каддафи.

И внешняя, и внутренняя политика Ливии становятся фактами его личной биографии. Поэтому дальнейшие исторические события, равно как и ситуацию в стране, логично рассмотреть в отдельной главе, целиком посвященной описанию его жизненного пути.

Пока же следует отметить, что все эти годы политика Каддафи была своего рода виртуозной игрой, рискованным лавированием между интересами Запада, СССР, арабского мира и своими собственными. Можно по-разному относиться к средствам, которые он использовал для достижения своих целей, как в отношениях с зарубежными странами, так и во внутренних делах. Можно иронизировать над его экстравагантными проектами и претензиями на лидерство в арабском мире, из-за которых он ухитрился испортить отношения едва ли не со всеми африканскими и ближневосточными странами. Несомненно одно: прийти к власти в 28 лет в результате переворота, а потом удерживать ее до седьмого десятка лет по силам далеко не каждому. А сделать это в неспокойном, разобщенном и богатом нефтяном государстве мог только виртуозный политический игрок.

С его приходом в Ливии постепенно водворилась идеология, причудливым образом сочетающая социализм с исламскими традициями. Последние, судя по прохладной реакции ортодоксальных мусульман, понимались Каддафи несколько нестандартно. Судебная система представляла собой смесь итальянского, французского и исламского религиозного суда. Конституцией служила Декларация об учреждении власти народа (принята в 1977 г.). Экономика была практически полностью монополизирована государством, о свободе СМИ речи не было, политические противники беспощадно подавлялись.

С приходом Каддафи в Ливии постепенно водворилась идеология, причудливым образом сочетающая социализм с исламскими традициями.

Тем не менее существует расхожее мнение, что жизнь в Ливии лишь немного уступала райской, а население как сыр в масле каталось и ни в чем себе не отказывало. Действительно, по сравнению с большинством соседей по континенту, дела в этой стране шли неплохо. Например, в 2009 г. показатель ВВП на душу населения в Ливии был одним из самых высоких среди африканских стран. Нефтяные доходы и малочисленность населения (на 2010 г. оно составляло не более 6,5 млн человек) позволяли сделать многое. В Ливии, как, впрочем, и в Египте во времена Насера, существовало множество государственных дотаций, были бесплатное образование и медицина, поддерживались низкие цены на бензин и многие товары народного потребления. Правда, государственное регулирование цен на продукты время от времени вызывало их дефицит, а бесплатная медицина не всегда оказывалась самой качественной (едва ли следует объяснять это подробно российскому читателю). Заметим к тому же, что безработица в Ливии составляла 30 % и около трети населения жило за чертой бедности (данные на 2004 г.). Но население всех стран планеты устроено одинаково – рано или поздно оно начинает сравнивать свою жизнь не с худшими, а с лучшими образцами. Тем более что политика Каддафи в отношении свободы слова и прав человека была, мягко говоря, не идеальной, а это людям со временем надоедает. Поэтому недовольных в Ливии было немало, и время от времени недовольство прорывалось наружу.

В 1988 г. на фоне очередной волны недовольств, недостатка товаров народного потребления и неудач в войне с Чадом Каддафи провел реформы в области экономики и внутренней политики. Многие политические заключенные были отпущены на свободу, ослаблены ограничения на заграничные поездки, разрешен частный бизнес. Однако с конца 1990-х по 2003 г. население чувствовало себя в экономическом плане все хуже и хуже. Причиной тому были наложенные на Ливию после терактов конца 1980-х санкции США и ООН в сочетании с плохим управлением государственной экономикой.

С 2003 г., после отмены основной части международных и односторонних американских экономических санкций (полная отмена произошла в 2006 г.), Ливия стала привлекать в нефтедобычу инвесторов. Предпринимались попытки диверсифицировать и либерализовать экономику, но этот процесс шел медленно: по-прежнему сохранялся государственный контроль над ценами, кредитами, торговлей и курсом валют. Ограничение импорта и неэффективное распределение ресурсов периодически приводили к дефициту основных товаров и продуктов. Ливия стремилась в ВТО, но для этого ей нужно было еще больше либерализовать свою социалистическую экономику: сократить субсидии, приватизировать заводы. Тем не менее в течение последних 5 лет правительство планомерно проводило экономические реформы, направленные на повышение благосостояния граждан.

Кто знает, может быть, и на этот раз полковнику Каддафи удалось бы выправить положение и выйти сухим из воды. Но свою роль сыграли факторы, над которыми он был уже не властен. По арабскому миру прокатилась волна революций, которую некоторые западные комментаторы окрестили «арабской весной». В декабре 2010 – январе 2011 гг., на фоне массовых народных протестов произошла смена власти в Тунисе. В конце января 2011 г. революционный вирус перекинулся на Египет, а потом и на другие арабские страны. Не миновал он и Ливию.

2011 год

После расстрела демонстрации 17 февраля 2011 г. на площади перед зданием суда в Бенгази в Ливии началась настоящая гражданская война. В конце февраля ливийские оппозиционеры создали Переходный национальный совет (ПНС), который возглавил Мустафа Абдель Джалиль, в течение четырех лет занимавший пост министра юстиции при Каддафи. После некоторого колебания правительства Франции, Италии, Катара, Мальдивов и Гамбии признали ПНС легитимным органом власти. США, по состоянию на май 2011 г., окончательно не определились с признанием ПНС, однако заявили, что считают его «законным представителем ливийского народа» и оказывают ему военную поддержку. Базируется ПНС в Бенгази – городе, полностью занятом силами оппозиции.

Оправившись от первого потрясения, 68-летний полковник приступил к ответным действиям и не дал спуску никому.

Однако дешево отделаться от Каддафи не получилось. Оправившись от первого потрясения, 68-летний полковник приступил к ответным действиям и не дал спуску никому. Хотя моральное состояние его войск и оставляло желать лучшего (приходилось держать ливийских военнослужащих в информационном вакууме, и даже, по некоторым свидетельствам, использовать заградительные отряды), на стороне полковника было подавляющее преимущество в технике. По информации некоторых журналистов, за Каддафи воевали и наемники из африканских стран, которых он снабжал оружием и щедро оплачивал. Через некоторое время стали поговаривать, что если в дело не вмешаются западные страны, оппозиции скоро придет конец.

Западные страны вмешались. 17 марта 2011 г. Совет Безопасности ООН выступил с резолюцией об обеспечении бесполетной зоны над Ливией, поскольку появились сведения об использовании Каддафи авиации против мирных граждан. Защита гражданского населения – дело святое, поэтому резолюцию поддержала и Россия.

19 марта под руководством США началась авиационная операция стран НАТО в Ливии. В ней участвовали Великобритания, Франция, США, Канада, Бельгия, Италия, Испания, Дания, Норвегия. Первоначально силы НАТО бомбили установки ПВО, оружейные склады и вооруженные формирования сторонников Каддафи. Но в конце апреля бомбардировкам подверглись также резиденции Каддафи в Триполи и Азазии. Со стороны России и самого Каддафи прозвучали заявления о том, что речь идет о персональной охоте на неугодного ливийского лидера. Представители НАТО в один голос отвечали, что на Каддафи они не охотятся, но его бункеры и резиденции могут «по совместительству» оказаться командными пунктами, и поэтому, ничего не поделаешь, приходится бомбить и их.

С конца апреля от авиации НАТО стало доставаться и повстанцам. Количество ее ошибочных ударов со временем дало ряду комментаторов повод предположить, что дело тут не только в безалаберности и несогласованности действий повстанцев и западных военных.

31 марта США «отошли в сторону» и передали командование операцией в Ливии в руки НАТО.

В начале апреля Каддафи написал письмо президенту Обаме. Западные комментаторы охарактеризовали его как «напыщенное и безграмотное». Судить о стиле – дело вкуса, но сам его стиль действительно превысил общепринятые для дипломатических бумаг нормы. В послании Каддафи просил американского президента уговорить НАТО прекратить бомбежки, делалая при этом особый акцент на происхождении Обамы. Просьбу Каддафи Обама, как мы знаем, не удовлетворил.

Вместе с тем американцы по-видимому пытаются неофициально договориться с Каддафи: идет поиск компромиссных условий, на которых он согласился бы добровольно отказаться от власти. Переговоры ведутся и с повстанцами. Относительно последних существуют некоторые сомнения в их безотчетной преданности идеям свободы и прав человека. Поговаривают, что в рядах оппозиции присутствуют исламские фундаменталисты, что не может не вызывать беспокойство у американской администрации.

В середине апреля предпринимались попытки уладить конфликт к обоюдному удовольствию сторон. Компромиссные условия выдвигались как Каддафи, так и Африканским союзом. Повстанцы и слышать об этом не хотели. Их главное требование – полное отстранение от власти всей семьи Каддафи, на меньшее они не согласны. Европейцы также не были склонны верить обещаниям Каддафи прекратить огонь.

13 апреля в Катаре собралась «контактная группа», в которую вошли представители 22 стран, в том числе арабских, а также шести международных организаций, включая НАТО, ООН и Лигу арабских государств. Было принято принципиальное решение о материальной поддержке ливийских оппозиционеров.

18 апреля британская разведка донесла, что тяжелое вооружение войск Каддафи не пострадало от авианалетов, поскольку было укрыто в подземных тоннелях построенной в 1980-х оросительной системы – «Великой рукотворной реки».

В конце апреля к силам НАТО присоединилась Италия. До этого Италия предоставляла НАТОвцам военные базы, но от участия в военных действиях против бывшей колонии воздерживалась.

Вечером 29 апреля Каддафи заявил по национальному телевидению, что готов прекратить военные действия, если его примеру последуют повстанцы и силы НАТО. Он сказал, что прекращению огня в Ливии мешают только самолеты НАТО, и призвал иностранные державы позволить народу Ливии решать свои проблемы самостоятельно. При этом полковник дал понять, что не собирается отказываться от власти и покидать Ливию. Во время обращения Каддафи силы НАТО наносили удары по зданиям вблизи телецентра.

Представители оппозиции дружно заявили, что ничему не верят и что время для компромисса прошло.

Представители западных стран продолжали утверждать, что их цель – защитить гражданское население и они не помышляют о личной охоте на кого бы то ни было. Но 1 мая в результате авианалета на резиденцию Каддафи погибли три его внука и сын Саиф аль-Араб. С этого дня и до середины мая Каддафи не появлялся на публике, в результате чего возникли неподтвержденные слухи о его гибели.

1 мая в отместку за убийство Саифа аль-Араба сторонники Каддафи напали на посольства Великобритании и Италии в Триполи. ООН заявила об эвакуации своих сотрудников из столицы Ливии.

5 мая в Риме состоялось второе заседание «контактной группы». Было принято решение о военном и экономическом давлении на Каддафи. Цель – вынудить его к переговорам с повстанцами при международном посредничестве. Кроме того, был создан специальный фонд для финансирования Переходного национального совета. Фонду обязались помогать Франция, США, Катар, Кувейт и ряд других стран. США жертвуют в фонд как собственные бюджетные деньги, так и средства с замороженных государственных счетов Ливии. Некоторые европейские страны призывают ЕС последовать американскому примеру и заморозить ливийские счета, с тем чтобы средства с них передать ливийской оппозиции.

13 мая слухи о смерти Каддафи были решительно опровергнуты. Он выступил по национальному телевидению со следующими словами: «Я говорю трусливым крестоносцам, что нахожусь в таком месте, где им не достать и не убить меня, – я живу в сердцах миллионов». Помимо этого, он обозвал недавние бомбардировки своей резиденции в Триполи «настоящей трусостью» и заверил аудиторию, что жив и здоров.

Между силами Каддафи и оппозицией продолжаются ожесточенные бои. Противники пытаются захватить друг у друга нефтяные месторождения и помешать противнику экспортировать нефть, перекрыв тем самым поступление денег.

Чем закончится противостояние сторон – пока неясно. Несмотря на преклонный возраст и различные толки о состоянии здоровья Каддафи, последние события показали, что он по-прежнему обладает несокрушимой волей и является непреклонным авторитетом для окружающих его сподвижников. Как и многих политических деятелей всех времен и стран, его не беспокоят соображения гуманизма и человечности. Он готов идти до конца.

Каддафи: «Я говорю трусливым крестоносцам, что нахожусь в таком месте, где им не достать и не убить меня, – я живу в сердцах миллионов».

Возможно, охота авиации НАТО лично за Каддафи – которую, по заявлениям политиков, никто и не думает вести – все-таки увенчается успехом. Не исключено, что в случае принятия западными странами решения о проведении сухопутной операции его удастся захватить живым. Несомненно одно: в объемистом томе ливийской истории, краткий конспект которого мы попытались изложить в этой главе, перевернута очередная страница. Как бы ни сложились обстоятельства, жизнь в Ливии уже не вернется в прежнее русло.

Глава 2

Жизнь замечательного полковника

Полное имя лидера ливийской революции – Муаммар бен Мухаммед Абу Меньяр Абдель Салям бен Хамид аль-Каддафи. Запомнить непросто, да и незачем. Но есть и другая проблема. Арабский язык не имеет стандартов транслитерации в латиницу, поэтому западному читателю приходится разбираться с не меньше чем двадцатью одним вариантом написания имени ливийского полковника. Один из самых распространенных – Gaddafi. Но есть и другие, не менее неожиданные, – Qaddafi, Kazzafi и даже Qadhdhaafiy.

Невзирая на такое разнообразие, западный читатель практически всегда понимает, о ком идет речь. У него было достаточно времени привыкнуть. В течение нескольких десятков лет персона Каддафи неизменно привлекала к себе пристальное внимание журналистов, и это немудрено – среди политиков второй половины XX века едва ли возможно отыскать более колоритную фигуру.

Революционер, анархист, жестокий диктатор, обладатель значительного состояния, крайне неприхотливый в еде и некоторых бытовых привычках. Мыслитель, рассуждающий о счастье человечества с позиций ислама и социализма одновременно. Любитель экстравагантных слов и жестов. И наконец – непримиримый враг Запада. Враг, который совсем было раскаялся и чуть не стал другом, но после снова взялся за свое.

Сказанного вполне достаточно, чтобы получше присмотреться к этому человеку, его характеру и жизненному пути. Не стоит также забывать, что Каддафи был другом и союзником СССР, причем настолько, что во время его визита в СССР Леонид Брежнев лично приехал встречать его в аэропорт, а такая честь оказывалась далеко не каждому.

Так кто же такой Муаммар Каддафи? Исчерпывающе ответить на этот вопрос просто невозможно. Каковы бы ни были человеческие качества лидера революции, его личность сложна, многогранна и противоречива. Тем более что правящий режим в Ливии весьма скрытен и далеко не все подробности жизни главы государства становятся известны широкой публике.

Тем не менее жизнь полковника была достаточно долгой и богатой на события, чтобы попытаться составить некий общий портрет полковника Каддафи и проследить его исторический путь. Конечно, не отрицая того, что этой картине суждено остаться неполной.

Бербер, бунтарь, курсант, капитан

Муаммар Каддафи родился в 1942 году в бедуинском шатре, в пустыне, неподалеку от города Сирт, в племени арабизированных берберов. Семья его не отличалась ни богатством, ни высоким положением, зато многие ее члены в свое время участвовали в антиитальянском вооруженном сопротивлении. Отец и один из дядей Каддафи даже сидели в тюрьме.

В возрасте 9 лет Каддафи пошел в начальную мусульманскую школу, а через 4 года продолжил образование в средней школе города Себха. Смена учебного заведения далась нелегко. В начальной школе его способностями восхищались, а в средней одноклассники взялись дразнить его за резкость манер.

Это обстоятельство дает некоторым специалистам повод утверждать, что у Каддафи с детства сформировалось самоощущение аутсайдера и что именно оно ответственно за революционные настроения и склонность к борьбе с империализмом. Оставим это мнение без комментариев, отметив, впрочем, что бунтарские настроения Каддафи действительно проявились достаточно рано.

В 1956 году 14-летний Каддафи принимал участие в антиправительственных демонстрациях. Что послужило поводом к этим демонстрациям, никто толком не помнит. Несомненно только, что выступления были антиправительственные и что юный Каддафи в них участвовал.

Дальше – больше. В 1961 году Каддафи организовал демонстрацию в поддержку алжирской революции, которая переросла в массовые беспорядки, Каддафи арестовали и выслали из города. Но он не впал в уныние, а поехал учиться в лицей в городе Мисурата.

В 1963 году Каддафи поступил в военный колледж в Бенгази. В те времена военная служба была практически единственным «социальным лифтом» для человека вроде Каддафи – бедуина из бедной семьи. В колледже он был примерным курсантом, интересовался историей, а среди однокурсников встретил многих будущих членов СРК.

В 1964 году в Ливии была создана «Организация свободных офицеров юнионистов-социалистов». Каддафи принимал в этом начинании самое непосредственное участие. Первый съезд организации состоялся у селения Тельмеит, в нескольких десятках километров от Бенгази. В качестве девиза Каддафи предложил лозунг египетской революции 1952 года «Свобода, социализм, единство». Участники избрали Центральный комитет и разработали кодекс поведения членов организации. Свободным офицерам юнионистам-социалистам запрещалось играть в карты, пить спиртное, посещать увеселительные заведения. Помимо этого следовало строго соблюдать все религиозные предписания. Центральный комитет обязался приступить к подготовке восстания.

Революционная деятельность не помешала Каддафи успешно закончить колледж и в числе избранных отправиться в Сэндхарст для дальнейшего обучения в британской Королевской военной академии. Правда, об обстоятельствах его пребывания в Великобритании мало что известно. Но в Ливию Каддафи вернулся уже капитаном.

Тем временем наступил 1967 год. После поражения арабов в войне с Израилем в сердцах ливийских военных поселилась гнетущая печаль. К этой войне было приковано внимание всего арабского мира, а им пришлось сидеть дома, пассивно наблюдая за происходящим. Перенести такое было непросто. В ливийской армии крепло стремление переломить ситуацию и начать активно участвовать в арабской жизни. Прозападно настроенные ливийские власти во главе с королем Идрисом не могли отвечать стремлениям и чаяниям армии. Дни этой власти были сочтены.

Революционная деятельность не помешала Каддафи успешно закончить колледж и в числе избранных отправиться для дальнейшего обучения в британскую Королевскую военную академию.

События переворота 1969 года были описаны в предыдущей главе. Стоит добавить, что Каддафи лично руководил нападением на радиостанцию в Бенгази, которая впоследствии и объявила о смене власти в стране.

Проснулся он уже полковником

Капитан Каддафи стал лидером Ливии. На этом посту ему будет суждено задержаться надолго. Трудно сказать, в чем секрет такого политического долголетия в стране, имеющей, по крайней мере формально, республиканскую форму правления. Его управление было настолько успешным, что народ не хотел отпускать своего благодетеля? Не нашлось достойной замены? А может, революционный опыт Каддафи помог ему сделать все, чтобы предотвратить революции, направленные против него? Гадать мы предоставим вдумчивому читателю, здесь же обратимся к фактам.

Каддафи возглавил Совет революционного командования (СРК), который провозгласил уже знакомый нам девиз «Свобода, социализм, единство». Совет пообещал активно участвовать в палестинских делах, добиваться объединения арабов, водворить в Ливии социальную справедливость, искоренить эксплуатацию и справедливо делить нефтяные доходы.

СРК назначил кабинет министров из 8 членов. Премьер-министром стал Махмуд Сулейман аль-Магриби, получивший образование в США и с 1967 года пребывавший в ливийской тюрьме за политическую деятельность. Кабинет министров подчинялся напрямую СРК. Партии были по-прежнему запрещены, парламента не было, законодательным органом был все тот же СРК. Каддафи мгновенно дослужился до полковника и был назначен главнокомандующим.

Первый кабинет министров пришелся главнокомандующему не по сердцу. Через три месяца министр обороны и министр внутренних дел были арестованы по обвинению в заговоре. Сформировали новый кабинет министров, где посты премьер-министра и министра обороны «многостаночник» Каддафи взял на себя. Должности главы СРК он при этом, разумеется, не покинул. Вторым лицом государства и министром внутренних дел стал майор Абдель Салам Джеллуд, тоже член СРК и тоже политический долгожитель: он оставался вторым лицом страны до середины 1990-х. Всего в новом правительстве было 13 человек, из них 5 – члены СРК.

Но беспокойному полковнику опять что-то не понравилось. В 1970 году Абдаллу Абида Сануси, племянника короля Идриса, и членов одного из самых сильных и уважаемых кланов Феццана обвинили в подготовке переворота. Состав кабинета министров был снова изменен, и на этот раз большинство в нем составили члены СРК.

Тогда же Каддафи решил наладить и свою личную жизнь. Здесь тоже получилось не сразу. В конце 1969 года он женился на школьной учительнице Фатхии Нури Халед, дочери одного из приближенных бывшего короля. Вскоре после переворота брак был расторгнут. В 1970 году избранницей Каддафи стала медсестра Сафия Фаркаш аль-Барасси, которая остается женой полковника по сей день. Сафия – вице-президент Организации первых леди Африки, владелец первой частной авиакомпании в Ливии и мать семерых детей лидера государства.

За всеми этими хлопотами Каддафи не нужно было заботиться о выводе иностранных военных баз. Они продолжали сворачиваться сами, по графику, установленному еще при прежней власти. 11 июня 1970 года последний американец покинул базу под Триполи, и день этого знаменательного события с тех пор отмечается в Ливии как национальный праздник.

Не стоит, однако, думать, что Каддафи не собирался отличиться в деле изгнания иностранцев. Через год он закрыл все иностранные библиотеки, культурные центры и выгнал остававшихся в стране итальянцев и евреев. Их имущество было конфисковано.

В том же году были национализированы нефтяные активы British Petroleum, а затем и большинства других нефтяных компаний. Каддафи, видимо, в ответ на предупреждения западных нефтяников о неизбежном падении нефтедобычи, гордо заявил: «Народ, живший без нефти пять тысяч лет, проживет без нее еще год-другой, особенно если речь идет о реализации его законного права». И он не ошибся. Ливия стала первой из развивающихся стран, кому удалось отобрать у западных компаний основную часть прибыли от своих месторождений. За ней последовали другие нефтедобывающие страны – и начался арабский нефтяной бум 1970-х.

Каддафи закрыл все иностранные библиотеки, культурные центры и выгнал остававшихся в стране итальянцев и евреев.

Их имущество было конфисковано.

К 1974 году 70 % нефтедобычи Ливии находилось в руках государства. Остальные 30 % Каддафи скрепя сердце оставил как есть, поскольку понимал, что Ливии все-таки требуются иностранные специалисты и инвестиции.

Вместе с нефтяными компаниями он национализировал иностранные вклады в банках. И на всякий случай вывел из иностранных банков вклады Ливии. В 1972 году США поняли, что обещание защищать права иностранцев в Ливии выполняется плохо, и отозвали посла.

С выполнением обещаний у Каддафи действительно было не очень. Сразу после переворота королю Идрису было обещано, что если тот не будет добиваться восстановления своей власти с помощью иностранных войск, его семью не тронут. Король не стал ничего добиваться. Каддафи был доволен, но выполнять свою часть соглашения не счел нужным. В 1971–1972 гг. состоялись судебные процессы над бывшими властителями Ливии. Более двухсот прежних министров и чиновников, включая семерых премьер-министров, были обвинены в государственной измене и коррупции. Среди них оказались и члены семьи короля Идриса.

Ливия стала первой из развивающихся стран, кому удалось отобрать у западных компаний основную часть прибыли от своих месторождений.

Некоторых подсудимых оправдали и отпустили, остальных приговорили к тюремным срокам до 15 лет и большим денежным штрафам. Королева Фатима и принц Хасан ар-Рида были приговорены к пяти и трем годам тюрьмы соответственно. Справедливости ради следует сказать, что смертные приговоры были вынесены только тем, кто находился за границей и, следовательно, не мог от них пострадать. Таких приговоров было пять, один – королю Идрису.

Итак, Каддафи входит в роль лидера страны. К нему прикованы взгляды нескольких миллионов ливийского населения и немалого количества людей на Востоке и Западе. Как же он выглядит на должности правителя?

Очень нетипичный современный лидер: психологический портрет Муаммара Каддафи

Национальные лидеры бывают разные. Большинство из них – скучные прагматики, решающие вопросы в тиши кабинета, время от времени появляясь на телеэкране, чтобы выступить с какой-нибудь занудной речью. Но бывают и другие. Харизматичные, экстравагантные личности, обладающие ярким набором индивидуальных особенностей и даже странностей, свойственных скорее художникам и артистам. Таков был Гитлер, таковы отчасти были британские премьеры Дизраэли и Черчилль, русские цари Иван Грозный и Петр I. Таким был и остается Муаммар

Каддафи. Всю жизнь он давал повод посудачить о своих неожиданных выходках, нестандартном поведении и образе жизни. Его манера ярко одеваться и украшать себя множеством самых экзотических орденов тоже производила неоднозначное впечатление. В арабском мире он заслужил прозвище «маджнун» – безумец.

В западном мире безумцами занимаются соответствующие специалисты. Их взгляд на мир и людей несколько специфичен, но, тем не менее, представляет интерес. Итак, западные психологи называют Каддафи «пограничным типом», которому свойственны резкие переходы от приступов ярости к эйфории. По их мнению, под маской «нормы» скрывается слабый, незащищенный и очень чувствительный человек. Реальность он воспринимает фрагментарно и не всегда верно. Хотя большую часть времени Каддафи нормален и адекватен, в стрессовой ситуации его восприятие реальности и мышление нарушаются.

Его манера ярко одеваться и украшать себя производила неоднозначное впечатление. В арабском мире он заслужил прозвище «маджнун» – безумец.

Специалисты-душеведы выделяют в личности Каддафи два основных мотива, которые кажутся им важными. Первый – самоощущение аутсайдера, восстающего против авторитетов. И второй – паническая боязнь заговоров против себя, как внутри Ливии, так и вовне, за границей. Насколько эта экспертная оценка соответствует действительности, судить сложно. Мы едва ли когда-нибудь узнаем, ощущал ли Каддафи себя аутсайдером. А что касается заговоров, то у него, как почти у любого диктатора, были все основания их опасаться. Нужно учесть, что персона полковника привлекла внимание психологов в самое недавнее время, и на их высказывания не могли не наложить отпечаток последние события, сделавшие образ Каддафи в сознании западного человека несколько демоническим. Тем не менее рискнем предположить, что «нет дыма без огня».

Тем более что в связи с нашумевшими публикациями сайта WikiLeaks в прессе широко обсуждаются сведения об очевидных психических отклонениях Каддафи. Говорят, что он боится высоты, и именно поэтому возит за собой знаменитый бедуинский шатер, который якобы позволяет ему уклониться от необходимости жить в высотных зданиях. Также рассказывают о том, что он избегает перелетов длительностью более 8 часов, и при трансатлантических перелетах ему приходится останавливаться на ночлег где-нибудь на западе Европы.

В воспоминаниях советских послов, в разное время работавших в Ливии, образ ливийского лидера предстает в несколько ином свете. Хотя и здесь он не свободен от некоторых странностей и чудачеств.

Вот что рассказал о своей встрече с Каддафи чрезвычайный и полномочный посол СССР в Ливии (1986–1991) Погос Акопов[1]:

«Помню обстоятельства одной из первых встреч с Каддафи. Я получил из Москвы послание, которое должен был передать ливийскому лидеру. Запрашиваю возможность встречи. Звонят: «Ночью приезжайте в аэропорт». Сначала летим самолетом, потом едем по пустыне на машине. Ночь. Темно. Шатер. В центре – Каддафи на вращающемся кресле. Перед ним походный раскладной стол. Для меня предназначен обычный стул. В глубине шатра бедуинская постель. Телевизор. На столе радиоприемник, блокнот, ручка. Каддафи укутан в верблюжье одеяло. Поприветствовал меня. Пригласил сесть. Я спросил, почему он ведет такой аскетический образ жизни. Он отвечает: «Я здесь один. Мне никто не мешает. Ко мне здесь приходят мысли. Здесь я разговариваю с Аллахом»».

Акопов вспоминает, что Каддафи любил беседовать один на один не только с высшими силами.

«В первую же встречу я передаю ему послание Горбачева, переведенное на арабский язык. Каддафи: «Я ничего не понимаю, скажи своими словами». «Ничего себе, – думаю. – Переведено на чистейший арабский литературный язык. Как он может не понимать, если даже я понимаю?!» Соображаю, что Каддафи проверяет, знаю ли я арабский язык. Могу ли я говорить с ним один на один».

При первой же возможности Каддафи стремился изгнать переводчика.

Каддафи: «Я не президент, не глава государства, я лидер революции».

Несмотря на столь серьезное отношение к беседам с послами у Каддафи было обыкновение не принимать у них верительные грамоты, передавая эту обязанность министру иностранных дел. Он говорил: «Я не президент, не глава государства, я лидер революции, но это не запрещает мне принимать послов».

На вопрос о психических отклонениях ливийского лидера Акопов отвечает отрицательно:

«Я более сорока раз встречался с Каддафи и ни разу не почувствовал, что у него есть какие-нибудь психические отклонения. Совсем наоборот. Помню, мы как-то стали его убеждать, что война с Чадом, которую тогда вела Ливия, бесперспективна, не отвечает интересам Ливии и эту войну надо поскорее заканчивать. Каддафи спокойно выслушал и обращается ко мне: «Да, я ошибся, что влез в Чад, но теперь не знаю, как оттуда вылезти. Помогите мне. Я передаю вам все права на переговоры. Договаривайтесь с французами и англичанами о прекращении военных действий». Разве сумасшедший сумасброд так быстро и здраво среагировал бы на наши слова?»

Реакция Каддафи на оккупацию Кувейта Саддамом Хусейном была не менее здравой. На следующий же день после оккупации Акопов был приглашен на беседу с лидером революции и услышал от него следующие слова: «Хусейн что, дурак? Зачем он оккупировал Кувейт? Он же тем самым предоставил американцам золотую возможность войти в Персидский залив и десятками лет оттуда не выходить!»

Он не всегда давал себе труд соблюдать приличия в общении с некоторыми государственными деятелями африканских стран.

С другой стороны, бывший чрезвычайный и полномочный посол России в Ливии Владимир Чамов утверждал, что многих своих союзников Каддафи потерял «по причинам психологического характера». Он не всегда давал себе труд соблюдать приличия в общении с некоторыми государственными деятелями африканских стран, не делая исключения даже для президентов. «Он всех учил жить, он рассказывал, как должно быть, как надо сделать… Конечно, это не всем нравится»[2]. Чамов охарактеризовал Каддафи как человека вспыльчивого, динамичного, быстро принимающего решения.

Очень может быть, что у слухов о «ненормальности» Каддафи вполне достаточно оснований. Но очевидно, что его «безумие» прекрасно сочеталось с умением принимать сильные и удачные решения в своих интересах. Удержаться у власти в нефтяной стране – непростая задача. Обычному сумасшедшему это не по силам.

Американский политолог Бенджамин Барбер, которому довелось несколько раз встретиться с полковником лично, замечает: «Я вижу в нем бербера, выходца из культуры, сформировавшейся в пустыне, в песках, очень нетипичного современного лидера. Это придает ему определенную выносливость и настойчивость»[3].

Оставим эту красивую, хотя и несколько неопределенную характеристику в качестве резюме того, что было сказано выше о сложностях и противоречиях характера ливийского лидера.

Каддафи осваивается на посту главы государства

В 1970 году посольства Ливии по всему миру стали называться «народными бюро». Смена вывесок была призвана подчеркнуть, что ливийская внешняя политика является проявлением воли народа. Бюро, в компании с религиозными, политическими, образовательными и торговыми ливийскими структурами, предназначались для экспорта революционной философии Каддафи.

Отношения с арабскими странами развивались ускоренными темпами. В 1970 году революционер Каддафи заявил претензии на позицию лидера арабских и африканских революционных движений и международных организаций в качестве последователя и преемника египтянина Насера, известного своими панарабистскими взглядами и призывами.

Панарабское движение исторически возникло как средство борьбы с западным колониализмом. Изначально оно было национально-освободительным, но имело ярко выраженный исламский подтекст. К 1960–1970 годам колониализм заметно сдулся, и арабские страны одна за другой обрели независимость. Панарабское движение утратило большую часть религиозного содержания и сосредоточилось на противостоянии Израилю в частности и западному влиянию вообще.

Идея объединения арабов нашла в сердце Каддафи горячую поддержку. Основные арабские государства тоже стремились к объединению, но сомневались, что оно возможно в ближайшем будущем. Каддафи решительно отверг сомнения подобного рода.

В 1970 году он вел переговоры на тему объединения с Суданом и Египтом. В 1972 году был сделан следующий шаг – создана Федерация арабских республик (ФАР), в которую вошли Ливия, Египет и Сирия. Планировались общие система судопроизводства, конституция, армия и внешняя политика. Однако проект не двинулся дальше символических соглашений и общего флага.

О своем населении Каддафи тоже не забывал и как мог пытался объединить его, разрушив племенной строй. Он не давал власти лидерам племен, проводил административные границы поперек традиционных племенных территорий. Впрочем, даже несмотря на эти ухищрения, племенам удавалось оказывать значительное влияние на жизнь страны.

Каддафи и сам был членом сравнительно небольшого племени под названием каддафа. Самыми многочисленными и сильными племенами в Ливии были и остаются племена магарха и варфалла. Каддафи, как представитель другого, менее значительного племени, был, в некотором смысле, компромиссной фигурой. Враждующие племенные тяжеловесы были довольны тем, что по крайней мере во главе страны стоит не их недруг. Отчасти именно поэтому революционному полковнику удалось продержаться у власти так долго.

В 1971 году была создана единственная в Ливии политическая партия – Арабский социалистический союз (партия с таким же названием уже существовала в Египте). Основной целью новой партии было политическое просвещение населения. К концу года в нее входило больше 200 000 человек.

В 1972 году пресса, с давних пор подвергавшаяся жестким цензурным ограничениям, была объявлена «рупором революции». Проще говоря, монополизирована государством. Частные СМИ были национализированы.

Он не давал власти лидерам племен, проводил административные границы поперек традиционных племенных территорий.

Ни один уважающий себя единоличный лидер страны не пренебрегает заботой об армии. До переворота численность ливийской армии составляла 6000 человек. Вооружение и обучение осуществлялись Британией. При Каддафи численный состав армии значительно увеличился, а роль поставщика вооружения постепенно перешла к СССР. К 1980 году армия Ливии была на 90 % укомплектована советским оружием, от автоматов и танков до самолетов и систем ПВО. По американским данным, доля ливийских закупок вооружения и военной техники составила 10 % всей прибыли, получаемой СССР от продаж в военной сфере.

Ливийские военные не обладали достаточной квалификацией для использования сложной техники, к тому же она не всегда поддерживалась в должном состоянии. Часть ее буквально уходила в песок. Но даже с учетом этого количество оружия, закупаемого Каддафи, было абсолютно несоразмерным. Поначалу западные страны даже заподозрили, что это СССР готовится к нападению на какую-нибудь африканскую страну, используя Каддафи в качестве прикрытия. Подозрения развеялись, когда стало ясно, что в использовании оружия ливийский лидер далеко не всегда считается с интересами Советского Союза.

Западные страны заподозрили, что это СССР готовится к нападению на какую-нибудь африканскую страну, используя Каддафи в качестве прикрытия.

Наряду с оружием Советский Союз поставлял в Ливию своих военных экспертов. Многие ливийские военные, включая нескольких сыновей Каддафи, приезжали учиться в СССР. Кроме того, до 1987 года советские корабли и самолеты могли практически свободно входить в ливийские порты и садиться на аэродромы. СССР помогал Ливии в сфере атомной энергетики – в частности, построил в Ливии атомную электростанцию в Таджуре и исследовательский институт при ней.

После визита в 1975 году министра иностранных дел СССР А. Косыгина в Ливию в СССР началась «ливийская лихорадка»: потоки советских специалистов хлынули в Ливию для участия в самых разных проектах. В основном они были связаны с нефтью, но не ограничивались этим. Сотрудничество имело место и в других областях: Советский Союз строил дороги и поставлял продукцию гражданского назначения.

Характер и перспективы развития ливийско-российских отношений Каддафи определил как «любовь, которая так и не привела к свадьбе».

У советского руководства Каддафи был явно на хорошем счету. Советская пропаганда, скорая на язык в оценке неугодных руководству зарубежных политиков не сказала ни единого плохого слова о ливийском лидере. Даже несмотря на двусмысленное отношение последнего к марксизму. Правда, со временем у Каддафи накопился огромный долг за поставки вооружений, который стал непреходящей темой в ливийско-советских отношениях.

Впоследствии, в 1994 году, когда Советского Союза уже не было, а у российских лидеров появились новые интересы, Каддафи подвел лирический итог своим многолетним отношениям с северным партнером. Когда корреспондент ИТАР-ТАСС спросил Каддафи, как он оценивает состояние и перспективы развития ливийско-российских отношений, тот ненадолго задумался и ответил по-арабски: «Как любовь, которая так и не привела к свадьбе»[4].

Беспокойный сосед

В 1972 году Каддафи несколько отошел от внутренних проблем страны, желая серьезнее сосредоточиться на внешней политике. Кроме того, он почувствовал неодолимое влечение посвятить некоторое время размышлениям о глобальных проблемах. Майору Джеллуду пришлось сменить его на посту премьер-министра, но Каддафи по-прежнему оставался главнокомандующим и фактическим главой государства.

Деятельность Каддафи во внешней политике была весьма разнообразна и энергична. Ливия стала одним из самых активных основателей Организации стран – экспортеров нефти (ОПЕК). Каддафи воспринимал нефть как средство давления на страны Запада и Израиль, поэтому в рамках ОПЕК Ливия последовательно выступала за повышение цен, введение эмбарго и регулирование нефтедобычи. В результате между 1970 и 1974 годами объем добычи в самой Ливии сократился вдвое. Но унывать не пришлось, поскольку доход от продажи нефти вырос вчетверо. Минимальный объем нефтедобычи был зафиксирован в 1975 году, затем стабилизировался на уровне около 2 млн баррелей в день и продержался на этом уровне вплоть до начала мирового кризиса в 1980-х.

Оплакав неудачу ФАР, Каддафи не пал духом и попытался договориться об объединении с президентом Египта Анваром Садатом. У этого предприятия были некоторые шансы на успех. Население Египта составляло около 34 млн человек, Ливии – меньше 2 млн, но доходы Ливии были в 14 раз больше. В 1973 году Каддафи даже устроил «священный марш» к Каиру, в котором участвовали около 30 000 ливийцев. Целью марша было продемонстрировать, насколько Ливия стремится к союзу. Каддафи даже предложил Садату стать главой общего государства. Садат крепко задумался, и пока он думал, за него все решили обстоятельства.

Секрет привлекательности панарабского движения для Каддафи крылся, в том числе, в его недобрых чувствах к Израилю. Смысл союза с Египтом сводился, в первую очередь, к противостоянию новоиспеченному еврейскому государству, а если повезет, то и к его уничтожению. Каддафи втайне перебросил свою авиацию в Египет, и она в составе египетской армии приняла участие в войне Судного дня. Но именно эта война и вбила последний гвоздь в гроб ливийско-египетского союза. Дело в том, что Египет и Сирия, партнеры Каддафи по ФАР, заключили за его спиной союз и пошли воевать с Израилем, не посоветовавшись с ним. Да к тому же проиграли.

Каддафи втайне перебросил свою авиацию в Египет, и она в составе египетской армии приняла участие в войне Судного дня.

Такого полковник снести не мог, и отношения с Египтом дали трещину.

В дальнейшем напряжение между Египтом и Ливией только нарастало. Садат налаживал мирный процесс с Израилем. Каддафи это категорически не нравилось. В 1977 году между Египтом и Ливией произошла короткая война, ставшая результатом росшего недоверия между Садатом и Каддафи, а также того, что Египет обвинил Ливию в подрывной деятельности с целью свержения египетского правительства. Но вовремя вмешался Алжир и урегулировал конфликт. В результате инцидента Ливию покинули тысячи египетских рабочих, занятых в нефтедобыче, сельском хозяйстве, торговле, что заметно пошатнуло ливийскую экономику.

Но Каддафи не отступил. В 1977 году, накануне заключения Египтом мирного договора с Израилем (1978), Каддафи инициировал объединение, в которое вошли Ливия, Сирия, Алжир и Народная демократическая республика Йемен (Южный Йемен), а также Организация освобождения Палестины. Объединение выступало против переговоров Садата с Израилем. Каддафи даже призывал к бойкоту Египта.

Попытка объединения с западным соседом – Тунисом – успехом тоже не увенчалась и, более того, закончилась разрывом дипломатических отношений в начале 1980-х.

Потерпев неудачу с Тунисом и Египтом, Каддафи опять начал соблазнять сирийского президента Асада, и в сентябре 1980 года они вновь попытались объединиться. Соглашение предполагало, в частности, что Ливия берет на себя долг Сирии перед СССР в размере 1 млрд долларов, накопленный также за поставки оружия. Надо сказать, союз с Сирией оказался не самым прямым путем к панарабскому объединению. И вот почему. В сентябре 1980 года, когда началась война между Ираном и Ираком, Ливия с Сирией, по настоянию последней, поддержали Иран – единственные из всего арабского мира. В итоге из-за сотрудничества с Сирией пострадали отношения Ливии с Ираком и Саудовской Аравией.

Наряду с развитием (если это можно так назвать) отношений с арабскими странами, Каддафи смотрел и в другую сторону – вглубь Африки.

В 1973 году ливийская армия вошла в полосу Аузу на территории соседнего Чада и построила военную базу. В Чаде в то время шла гражданская война между Севером и Югом страны. Франция, прежняя метрополия Чада, поддерживала Юг, Каддафи – Север, назначение ливийской базы было – оказывать военную поддержку северянам. Кроме того, ходили слухи, что в полосе Аузу «водится» урановая руда и другие полезные ископаемые.

Позже, в 1980 году, силы Каддафи вместе с войсками Севера захватили Нджамену, столицу Чада. После этого чуть было не состоялось слияние Ливии и Чада, но африканская общественность и Франция подняли такой шум, что слияние пришлось отменить. Уступая международному давлению, Каддафи вывел свои силы, числом от 10 до 15 тысяч человек, из центрального Чада в полосу Аузу.

В начале 1970-х Каддафи принимал активное участие в делах Судана – поддерживал суданского президента Джафара Мухаммеда Нимейри в борьбе с левыми оппозиционерами. Но и здесь его ждало разочарование. В середине 1970-х Нимейри обвинил ливийского лидера в попытке свергнуть законную власть в Судане, и отношения между двумя странами испортились.

Помимо этого, Каддафи оказывал финансовую и техническую поддержку еще одной спорной политической фигуре. Правление исламского лидера Уганды Иди Амина не было гуманным, но оно мешало Израилю. Каддафи просто не мог его не поддержать.

Народная революция

За этими хлопотами полковник не забывал и о внутренних делах. В 1973 году он объявил «народную и культурную революцию». Идея революции включала пять пунктов:

• отмена законов, существовавших в монархические времена, и введение законов шариата;

• борьба с альтернативными революционными движениями, идеологией коммунизма и консерватизма, а также с атеистами, западными шпионами и организацией «Братья мусульмане»;

• раздача оружия народу;

• административная реформа бюрократии, борьба с коррупцией;

• распространение ислама и решительный отказ от всех идей западного происхождения. Каддафи заявил, что бюрократия неэффективна, а народ пассивен и не участвует в жизни страны. Чтобы исправить положение, по всей Ливии были организованы «народные комитеты». Эти выборные административные органы создавались в университетах, на предприятиях, в правительственных учреждениях и СМИ; кроме того, организовывались территориальные народные комитеты. К середине 1973 года народных комитетов было уже больше 2000. СРК как высший орган государственной власти перестал устраивать Каддафи. Было предложено создать представительный орган под названием «Всеобщий народный конгресс» (ВНК). Правда, воплощения последней идеи пришлось некоторое время подождать. Таким образом Каддафи претворял в жизнь заявленный им принцип прямой демократии.

В 1975 году в Ливии был принят первый пятилетний план экономического развития. Огромные прибыли нефтяного сектора позволили сделать инвестиции в сельское хозяйство, промышленность и другие области, не связанные с нефтью. При этом пришлось привлекать квалифицированную рабочую силу из других стран. К чести Каддафи, следует сказать, что в 19701980-х годах уровень жизни населения неуклонно возрастал. В 1980-х ситуация с жильем, образованием, социальными услугами и здравоохранением в Ливии была одной из лучших в Африке.

Ставка корпоративного подоходного налога для иностранных компаний не была фиксированной. Для каждой компании она устанавливалась индивидуально в процессе ежегодных переговоров.

Финансовая система, сложившаяся в Ливии при Каддафи, обладала рядом любопытных особенностей. В частности, ставка корпоративного подоходного налога для иностранных компаний не была фиксированной. Для каждой компании она устанавливалась индивидуально в процессе ежегодных переговоров, имевших некоторое сходство с процессом торговли на восточном базаре. Ставка варьировалась от 15 % (на доход в размере 150 000–170 000 долл.) до 40 % (на доходы свыше 1,5 млн долл.). Кроме того, иностранные компании платили так называемый «налог на джихад». Он составлял 4 % для юридических лиц и 1–3% для физических. Куда уходили поступления от этого налога, никто толком не знал.

Впрочем, достижений в области экономики лидеру революции оказалось недостаточно.

Теория в действии: «Зеленая книга»

1970-е годы ознаменовались появлением в мире новой политической теории. Автором ее стал, как легко догадаться, полковник-мыслитель Муаммар Каддафи. Свое творение он назвал «Третьей всемирной теорией», вполне созвучно опубликовав ее в трех томах своей знаменитой «Зеленой книги». Третья всемирная теория предлагала устройство новой, истинной демократии. Предполагалось, что эта система в Ливии заработает сама собой. Первая часть «Зеленой книги» вышла в 1976 г.

В отличие от многих политических лидеров, Каддафи, по слухам, был человеком начитанным. Ему были знакомы произведения мировой литературы, в том числе творчество Толстого и Достоевского. Работы философов он тоже вниманием не обошел – читал Сартра, а произведения Кропоткина и Бакунина даже перевел на арабский язык. Вернее, инициировал их перевод, поскольку русского он все-таки не знал. Помимо этого Каддафи с детства был глубоко религиозен, знал Коран и даже совершил хадж. Вдобавок он был увлечен идеологией арабского национализма, в египетском его варианте, главным героем и примером которого был Насер.

Американский политолог Бенджамин Барбер, которого мы уже цитировали, утверждал, что Каддафи «видит себя как интеллектуала». «Он удивительно философичен и рефлексивен для его темперамента – для диктатора»[5]. Что ж, в жизни каждого философа наступает момент, когда ему надоедает быть пассивным объектом постороннего влияния. «Хватит петь с чужого голоса! – говорит он, – Настало время сказать миру свое веское слово!»

И слово было сказано. «Зеленая книга» содержит сокровенные мысли и взгляды лидера ливийской революции на устройство общества и другие животрепещущие вопросы. В масштабе и значительности своего произведения Каддафи не сомневается: «Я – пророк революции, а не Аллаха, ибо я хочу, чтобы «Зеленая книга» стала Библией современного мира»[6].

Излагать взгляды на устройство общества – священное право каждого. Обязанность лидера страны – претворять свои идеи в жизнь. Этим Каддафи и занялся.

В 1977 году страна получила новое название «Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джамахирия». «Джамахирия» в переводе означает «власть масс». Такое название обязывает ко многому, и чтобы привести в соответствие форме содержание, Каддафи провел реформы.

Был созван давно обещанный Всеобщий народный конгресс (ВНК). По требованию Каддафи конгресс принял Декларацию об установлении народной власти. ВНК стал высшим законодательным органом страны, но обсуждать мог только то, что через сложную систему промежуточных инстанций пришло «снизу», из народных комитетов. В Генеральный секретариат ВНК вошли члены распущенного СРК, а Генеральным секретарем стал не кто иной, как сам Каддафи. На практике вышло так, что из всего ВНК работал в основном только Генеральный секретариат, так что его главе пришлось снова взвалить на свои плечи тяжкое бремя управления страной.

Кроме того, были организованы «революционные комитеты», в задачи которых входило «направлять власть народа». То есть повышать политическую сознательность населения, помогать народным комитетам и т. п. Таким образом, к концу 1970-х в Ливии возникла запутанная управленческая система, состоящая из многочисленных комитетов с пересекающимися функциями.

Формально в Ливии действовал режим прямой демократии: народ участвовал в управлении страной не с помощью парламента и политических партий, а посредством системы народных комитетов и прочих структур. С другой стороны, на Западе, а порой и на российских просторах Каддафи величают «диктатором».

К концу 1970-х в Ливии возникла запутанная управленческая система, состоящая из многочисленных комитетов с пересекающимися функциями.

По поводу народных комитетов аналитики иллюзий не строят: народ не больно-то активно в них участвовал. К тому же он, народ, прекрасно знал, что происходит с теми, кто возражает власти. Поэтому даже те, кто участвовал в заседаниях этих комитетов, предпочитали помалкивать.

Таким образом, Каддафи управлял страной единолично, в крайнем случае, с опорой на узкий круг приближенных. В Ливии не очень вразумительный суд, запрещены политические партии и отсутствует свобода слова. Конституции в Ливии тоже нет. Преследование оппозиции, публичные повешения и казни без суда, жестокие подавления демонстраций и народных акций – все это опять-таки наталкивает западных специалистов на мысль о диктатуре.

Но у специалистов свое мнение, а у Каддафи – свое. Он считает, что политические партии и вообще представительная демократия служат для угнетения одной части народа другой его частью. Не может же он допустить в своей стране угнетения! А конституции в Ливии нет, поскольку Каддафи вполне разумно полагает, что законы любой страны зависят от того, кто в данный момент находится у власти. Значит, со сменой власти будет меняться и конституция. Ну и какой тогда в ней смысл?

Впрочем, если серьезно, то в отказе Каддафи от политических партий можно отыскать некий разумный смысл. По мнению некоторых аналитиков, эта мера, невзирая на ее очевидную недемократичность, явилась важным стабилизирующим фактором. Дозволь Каддафи появиться нескольким конкурирующим партиям – и они, по всей вероятности, стали бы вместо разных политических позиций представлять интересы разных племен. Межплеменная борьба – не чета межпартийной, нормальному развитию страны она не способствует. Многие эксперты, да и сами ливийцы опасались, что при нарушении существующего баланса сил в стране власть будет захвачена одним из этих сильных племен, что вызовет ожесточенную борьбу остальных ливийцев против «узурпаторов». Возможно, последние события предоставят нам шанс проверить основательность этих опасений.

В 1978 году Каддафи выпустил в свет вторую часть «Зеленой книги». Следствием этого литературного события стали нововведения, фактически налагавшие запрет на частный бизнес. Было запрещено владеть больше чем одним предприятием, а управлять ими должны были сами рабочие посредством рабочих комитетов.

В марте 1979 года ВНК объявил о завершении революции. Каддафи облегченно вздохнул и ушел с поста генсека. Что ему этот пост? «Я – как королева Англии… Я намного больше, чем любой ранг, я враг всем, кто вообще говорит о рангах»[7]. Вот как смотрел на вещи скромный полковник.

В марте 1979 года ВНК объявил о завершении революции. Каддафи облегченно вздохнул и ушел с поста генсека.

Впрочем, он остался главнокомандующим войсками. Неофициальное звание «лидера революции» тоже никуда не делось. То есть Каддафи по-прежнему был главой государства. Генеральным секретарем стал Абдалла Убайди. На практике он исполнял функции премьер-министра. Кроме него в нелегком деле правления Каддафи помогали несколько доверенных советников, в основном из числа его родственников и земляков.

Оппозиция внутренняя и внешняя

Одним из итогов народной революции стало все большее недовольство граждан.

Во внутренней политике государство по-прежнему старалось справедливо перераспределять доходы между населением, что радовало одних и огорчало других. Нефтяная прибыль шла на развитие сельского хозяйства и промышленности, но эффективность этих инвестиций была ниже ожидаемой. Все это не очень нравилось представителям среднего класса.

Недовольны были и студенты: революционные комитеты снимали университетских профессоров и деканов, сокращали учебный год и т. д.

В ряды недовольных влились мусульмане. Их возмущало, с одной стороны, то, что в ходе экономических реформ они потеряли имущество, мечети были переданы в руки народа. С другой стороны, как уже говорилось, в религиозной части своей идеологии Каддафи не так уж тщательно следовал ортодоксальному пониманию ислама. Полковник был своего рода Мартином Лютером от ислама: он отрицал необходимость посредников для общения с богом, что сильно не нравилось имамам и прочим служителям культа. К тому же Каддафи слишком вольно толковал Коран. Например, просто взял и выкинул из него главы с жизнеописанием Пророка, на которых основано большинство законов шариата. А в 1977 году поменял календарь, и вместо дня отъезда Пророка в Медину год в Ливии стал начинаться с дня его смерти.

Полковник был своего рода Мартином Лютером от ислама: он отрицал необходимость посредников для общения с богом, что сильно не нравилось имамам и прочим служителям культа.

В довершение ко всему, в начале 1980-х случился мировой экономический кризис. США и страны Европы сократили потребление нефти, доходы Ливии упали. Это замедлило ее экономическое развитие и ухудшило настроение населения.

Время от времени в стране происходили студенческие волнения. Каддафи неизменно их подавлял, в том числе и жестоко. В частности, в 1984 году были публично повешены два студента из университета Триполи. Позже в кампусе были найдены тела двух членов революционного комитета, убитых в ответ на казнь студентов.

Но хуже всего было с армией, где недовольных тоже хватало. Еще в 1975 году группа из 30 офицеров под предводительством майора Умара Михайши, министра планирования и члена СРК, предприняла попытку государственного переворота. Каддафи справился и с этим. Михайши бежал, 22 человека были казнены. О казнях сообщалось и в 1979 году. В августе 1980-го во время новой попытки переворота было убито предположительно около 100 человек. (Из-за закрытости режима данные о преследованиях и казнях в Ливии остаются по большей части предположительными.) В 1987 году несколько офицеров, включая одного подполковника, сбежали и попросили политического убежища в Египте. Чтобы оздоровить ситуацию в армии, с начала 1980-х Каддафи стал проводить постоянную ротацию кадров. Многие военные были вынуждены досрочно уйти в отставку.

Преобразования Каддафи в области экономики сильно опечалили более обеспеченную часть населения, и она потянулась в эмиграцию. К 1982 году Ливию покинули от 50 000 до 100 000 человек. За границей они собирались в оппозиционные Каддафи организации, которые в основном сотрясали воздух. Тем не менее Каддафи призвал беглецов-диссидентов вернуться и пригрозил «ликвидацией». Они не послушались, и в 1979 году, сразу после первого призыва, в Западной Европе была совершена серия убийств ливийских эмигрантов, а в 1982 году ВНК объявил о национализации имущества эмигрантов. Для пущей демократизации 2 марта 1985 года ВНК официально утвердил политику «преследования и физической ликвидации бродячих собак», под которыми подразумевались представители оппозиции.

Наиболее значительной оппозиционной организацией вне Ливии был Национальный фронт освобождения Ливии. Именно он стоял за нападением на резиденцию Каддафи в Азизии в 1984 году. Правда, не исключено, что в этом достойном деле фронту помогали США и другие западные страны. Переворот не удался, внутри Ливии было арестовано около 2000 человек, 8 из них публично повешены.

Незадолго до этого на демонстрации Национального фронта перед посольством Ливии в Лондоне произошел другой инцидент. Из окон посольства по демонстрантам стали стрелять. При этом была убита британская женщина-полицейский из числа охранявших демонстрацию, Ивонна Флетчер. Лондон разорвал дипломатические отношения с Триполи.

Британцы могли позволить себе решительные шаги, поскольку не зависели от ливийской нефти. Другие страны Европы находились в куда более щекотливом положении. Несмотря на то, что Ливия не стеснялась убивать своих эмигрантов по всей Европе, несмотря на ливийский терроризм, речь о котором пойдет далее, европейцы стеснялись обижать Каддафи, боясь остаться без нефти. Каддафи прекрасно это понимал и не отказывал себе в маленьких удовольствиях. Например, потребовал от Великобритании, ФРГ и Италии компенсацию за ущерб, причиненный Ливии во время Второй мировой войны, и пригрозил захватом имущества этих стран, если таковая не будет предоставлена. Компенсацию европейцы не заплатили, но осадок остался.

Как раз в этот период Каддафи был одержим очередной идеей объединения арабов мира. Теперь ему захотелось объединить мусульманские страны Африки и восстановить давно канувшее в лету государство Фатимидов. Правда, здесь была небольшая проблема. Фатимиды были шиитами, а Ливия – исторически суннитская страна. Поэтому Каддафи срочно потребовалась поддержка шиитов. И в 1978 году в Ливию для переговоров с Каддафи был приглашен ливанский шиитский имам Муса Садр, очень известный и уважаемый человек, богослов и философ.

Имам Садр имел большой вес в шиитских кругах и был известен своей миролюбивой позицией, вот почему Каддафи и затеял с ним переговоры. Но, похоже, поговорили они неудачно. Имам Садр исчез. До сих пор неизвестно, жив ли он. Возможно, его убили сразу же после встречи с Каддафи. Есть и неподтвержденные слухи, что он до сих пор томится в одной из ливийских тюрем.

Похищение Мусы Садра сильно испортило отношения Каддафи с шиитскими государствами – Ливаном, Ираном и др. Садр состоял в родстве с главами многих государств, в том числе с пришедшим к власти в Иране аятоллой Хомейни. Во время официального визита майора Джеллуда в Иран Хомейни отказался от встречи с ним, заявив, что прежде хочет узнать, что случилось с Садром[8].

В африканском направлении дела тоже не ладились. В 1981 году пришел черед Ливии принять у себя очередной съезд Африканского союза. Однако и в 1981, и в 1982 году многие страны – члены союза объявили бойкот и не поехали в Триполи. Съезды не состоялись. Из африканских стран Каддафи поддерживали, как правило, лишь наиболее радикальные, такие как Зимбабве, Мозамбик, Ангола и Эфиопия.

Впрочем, в 1984 году Ливия подписала договор о партнерстве с Марокко. Этот договор, как и многие предыдущие, оказался пустой формальностью. В 1986 году, после визита премьер-министра Израиля Шимона Переса в Марокко, отношения с Ливией расстроились окончательно.

«Зеленый» террор

В 1970-1980-е у западного мира зародились подозрения, что Ливия поддерживает терроризм. О том, что Ливия помогает палестинским боевикам, известно было давно. Помимо этого не исключалось, что Ливия финансирует террористические организации и что на ее территории находятся тренировочные лагеря. В числе адресатов ливийской помощи назывались ИРА, ливанские, европейские и даже японские левые экстремисты, мусульмане на Филиппинах. Каддафи не стал развеивать подозрения. Устами ВНК он официально заявил, что поддержка «национальных освободительных движений» для Ливии – дело принципа.

Сказано – сделано. К концу 1980-х в числе питомцев Каддафи числились, помимо уже упомянутых, Национальный фронт освобождения Сомали, алжирские диссиденты, а также множество других радикальных оппозиционных группировок в разных частях Африки. Наряду с этим Каддафи поддерживал Пакистан, тренировал у себя бойцов для самых радикальных ответвлений Организации освобождения Палестины.

Не ограничиваясь материальной поддержкой экстремистов всех сортов, Каддафи подбрасывал им идеи. В конце 1980-х опасность, исходящая из скромной бедуинской палатки, угрожала многим арабам, пытавшимся дружить с Западом. По данным американцев, нельзя исключать участие Ливии в подготовке покушений на президентов Чада и Заира, а также на арабских лидеров, мирно настроенных по отношению к Западу. В числе последних числились президенты Египта Анвар Садат и Хосни Мубарак, президенты Туниса и Судана, король Иордании Хуссейн и король Марокко Хассан II.

По данным американцев, нельзя исключать участие Ливии в подготовке покушений на президентов Чада и Заира, а также на арабских лидеров, мирно настроенных по отношению к Западу.

В 1979 году США включили Ливию в список «государств, поддерживающих терроризм». В 1981 году в США закрыли ливийское посольство («народное бюро») и выслали весь его персонал за поведение, не соответствующее принятым стандартам. Как уже говорилось, американский посол покинул Триполи еще в 1972 году.

В 1981 году во время учений армии США в Средиземном море случился инцидент. Американские корабли в рамках учений зашли в залив Сидра, который Каддафи, в нарушение международных конвенций, объявил территориальными водами Ливии. Ливийские самолеты вылетали и пытались кружить над кораблями, но их быстро отгоняли обратно к берегу. Пока, наконец, один из ливийских пилотов не произвел некое непонятное действие. Не то он действительно попытался выпустить ракету, не то просто сбросил топливный бак. Бравые американцы занервничали и от греха подальше сбили оба самолета.

После этого Госдепартамент США запретил своим гражданам въезд в Ливию и порекомендовал всем американцам, находящимся в этой стране, срочно покинуть ее из соображений безопасности. США запретили импорт ливийской нефти и установили контроль за экспортом в Ливию, постепенно ужесточая ограничения. В 1985 году были запрещены все банковские операции с Ливией.

Дискотека в Западном Берлине

5 апреля 1986 года прогремел взрыв на дискотеке LaBelle в Западном Берлине. Три человека погибли, 28 получили ранения различной степени тяжести. У половины посетителей был диагностирован разрыв барабанных перепонок. В тот день дискотека была переполнена: все знали, что ночной клуб LaBelle популярен среди американских военнослужащих, которым днем перед взрывом как раз выдали жалованье. Из трех погибших двое были американцами, третья – девушка-турчанка, которая просто «попала под раздачу».

Немедленно было начато расследование. Суд состоялся через 16 лет. Германское следствие установило, что теракт был подготовлен и осуществлен спецслужбами Ливии. Об этом свидетельствовали, в том числе, телексные сообщения в посольство Ливии, а также ответ из посольства на родину о том, что «цель успешно достигнута без всяких следов».

Американцам следы и не потребовались. Они не стали ждать 16 лет, а сразу же окончательно запретили любые экономические отношения с Ливией, заморозили ливийские счета в банках США. Рональд Рейган окрестил ливийского лидера «бешеным псом Ближнего Востока», и с британских военных баз, гостеприимно предоставленных Маргарет Тэтчер, авиация США нанесла удары по Триполи и Бенгази. В результате погибло множество мирных жителей, в их числе и малолетняя приемная дочь Каддафи.

Возможно, целью ударов был сам Каддафи. В этом случае следует считать, что американские пилоты сильно промахнулись. Помимо этого, в Белом доме, безусловно, надеялись, что противники Каддафи в армии воспользуются неразберихой и устроят переворот. Здесь американцы тоже не угадали: ливийское общество сплотилось перед лицом иностранной агрессии. Даже Национальный фронт освобождения Ливии, базировавшийся в Лондоне, осудил действия США.

Советский Союз, напротив, не стал вмешиваться в ситуацию, ограничившись газетной кампанией.

СССР не был готов ссориться с США из-за Ливии. К тому же советские лидеры не всегда были довольны тем, как используется поставляемое в Ливию оружие.

Самолет над Локерби

В 1987 году закончилось участие Ливии в гражданской войне в Чаде. Граждане перестали враждовать между собой и решили, объединив усилия и заручившись поддержкой Франции, прогнать Каддафи. Это им вполне удалось. Каддафи покинул Чад вообще и полосу Аузу в частности. При этом Ливия понесла значительные потери, в том числе утратила репутацию сильной военной региональной державы.

В 1988 году на фоне растущего недовольства масс, недостатка товаров народного потребления и неудач в войне с Чадом Каддафи стал ограничивать власть революционных комитетов и проводить некоторые реформы. Были отпущены на свободу многие политические заключенные, ослаблены ограничения на выезд из страны, сделаны отдельные послабления частному бизнесу.

При этом в том же году стало ясно, что американские бомбежки Каддафи не испугали и он не собирается сокращать террористическую активность. 21 декабря 1988 года над шотландским городом Локерби произошло крушение самолета компании Pan American, следовавшего из Лондона в Нью-Йорк. Погибли все 259 человек, находившихся на борту, и еще 11 человек на земле. Британские следователи заключили, что причиной катастрофы стала бомба в багажном отсеке самолета.

11 мая 1989 года газета Washington Post опубликовала отчет ЦРУ, в котором говорилось, что взрыв самолета был осуществлен палестинскими боевиками по заказу Ирана. А в марте 1990 года президент тогдашней Чехословакии Вацлав Гавел вдруг обнаружил, что в конце 1980-х чехословацкий коммунистический режим поставил Ливии 1000 тонн того самого труднообнаружимого взрывчатого вещества, которое использовалось при взрыве самолета над Локерби.

Катастрофа в пустыне

Но Каддафи не угомонился. В 1989 году в Сахаре на юге Нигера потерпел крушение французский самолет UTA 772, летевший из Парижа в Браззавиль (Конго). Все находившиеся на борту 170 человек погибли. Как и в случае взрыва над Локерби, причиной была бомба в багажном отсеке. Теракт был раскрыт в результате отслеживания закупок Ливией взрывчатки, а также по показаниям некоего конголезца, участвовавшего в подготовке теракта.

Парижский суд, рассматривавший дело в отсутствие обвиняемых (которых Ливия категорически отказалась выдавать), возложил вину за теракт на шестерых ливийских разведчиков. Французы потребовали от Каддафи признания вины и выплаты компенсаций семьям погибших. По некоторым версиям, самолет был взорван в отместку за действия Франции в Чаде.

Процесс

14 ноября 1991 года США и Великобритания выдвинули обвинения против двух ливийских разведчиков, подозреваемых в причастности к взрыву над Локерби, и заявили, что, по их данным, в теракт были вовлечены и высокопоставленные ливийцы, вплоть до самого лидера Джамахирии. Каддафи отказался выдать подозреваемых.

В 1992 году ООН ввела санкции против Ливии. Для отмены санкций Каддафи надлежало выполнить выдвинутые ООН требования: признать ответственность Ливии за теракт, выдать подозреваемых в его осуществлении, выплатить компенсации родственникам жертв и прекратить поддержку терроризма. Он отказался.

Санкции поддержала в том числе и Российская Федерация, поскольку новое руководство страны не считало нужным поддерживать друзей прежнего режима. Россия отозвала своих специалистов из Ливии и приостановила экономическое сотрудничество.

В 1998 году на съезде Лиги арабских государств коллеги не поддержали Каддафи и не стали возражать санкциям ООН против Ливии. Обиженный полковник заявил, что отказывается от планов панарабского объединения. И действительно, впоследствии его объединительный пыл перенаправился целиком и полностью на страны Африки.

В 1999 году произошел еще один скандал. Пяти болгарским медсестрам и палестинскому врачу, работавшим в одной из больниц Бенгази, были предъявлены обвинения в преднамеренном заражении СПИДом более 400 детей. Медработников пытали, выбивая признательные показания, и дважды судили. Все шестеро были приговорены к смертной казни, но Верховный суд Ливии приостановил приговор. В 2007 году Высший совет судей заменил смертный приговор пожизненным заключением.

Европейцы ни минуты не сомневались в невиновности медиков, по словам которых, эпидемия СПИДа возникла из-за ненадлежащих санитарных условий в больнице. Равным образом, для Европы было очевидно, что Каддафи просто искал, на кого бы свалить вину за эпидемию в больнице, пытаясь избежать внутренних конфликтов.

В изоляции

В течение всей своей карьеры Каддафи пребывал в скромной уверенности, что Ливия и лично он, ее лидер, являются центром пересечения трех миров: арабского, мусульманского и третьего. После инцидента с самолетами над заливом Сидра в 1986 году Каддафи поблагодарил США за то, что они сделали его «героем третьего мира».

И вот герой оказался в изоляции. Ни Запад, ни Россия знать его не хотели. С соседями-арабами он разругался в пух и прах, и те не стали поддерживать его в гневе против Запада. Вдобавок, с востока ему стала угрожать новая сила.

В 1989 году в Судане пришли к власти исламские фундаменталисты. Судан стал первой исламистской страной в Африке, причем достаточно крупной. Вскоре оттуда на континент начался экспорт радикального ислама, в том числе и в Ливию.

В том же году на Каддафи было совершено очередное покушение, на этот раз инициированное суданскими фундаменталистами. Оно заставило его признать реальность исламистской угрозы и начать с ней бороться. С тех пор иначе как «шарлатанами» Каддафи исламистов не называл. В 1994 году он выдал Алжиру около ста активистов Исламского фронта спасения. Из Ливии были высланы нелегально пребывавшие там суданцы, а граница с Суданом была закрыта и заминирована. Суданские исламисты вынесли полковнику смертную фетву.

В октябре 1993 года силы безопасности Каддафи предотвратили новый государственный переворот. За этим последовали аресты, перетряска правительства, публичные «признания» оппонентов режима, а также, скорее всего, пытки и казни.

Сложно жить в таких условиях. Возможно, постоянная боязнь переворотов и покушений, в которой западные психологи видят доказательство психического расстройства Каддафи, на самом деле – просто адекватная реакция на происходящее вокруг него. Говорят, что после американских бомбежек 1986 года ливийский лидер не ночует в городе, а выезжает на ночлег в пустыню. В Триполи он выстроил несколько подземных бункеров, сравнимых по степени защищенности со знаменитым бункером Гитлера.

Приручение «бешеного пса»

Видимо, в какой-то момент такая жизнь полковнику опротивела. Помучившись внешнеполитическим одиночеством и внутренними неурядицами, он решил пойти на попятную и замириться с Западом.

В 1999 году Каддафи выполнил требования ООН, выдав двух ливийцев, замешанных во взрыве самолета над Локерби. Один из них, Абдель Бассет аль-Меграхи, был признан виновным, второй – оправдан.

Кроме того, Ливия выплатила компенсацию за гибель британской женщины-полицейского во время инцидента со стрельбой у ливийского посольства в Лондоне. В Триполи снова открылось британское посольство. Были выплачены компенсации семьям погибших при взрыве самолета UTA 772. Американских семей это, правда, не коснулось. А в 2004 году Каддафи договорился о компенсациях пострадавшим при теракте на дискотеке в Берлине. Тоже за исключением американцев.

Возможно, постоянная боязнь переворотов и покушений – не доказательство психического расстройства Каддафи, а просто адекватная реакция на происходящее вокруг него.

В августе 2003 года Ливия выполнила и прочие требования ООН, включая признание ответственности официальных лиц за теракты и выплату компенсаций семьям жертв. 12 сентября 2003 года санкции ООН были отменены.

В том же 2003 году Каддафи объявил о прекращении поддержки международного терроризма.

С трибуны народного съезда Ливии полковник провозгласил новый курс. С этого момента стране предстояло строить «народный капитализм». В соответствии с этим было объявлено о приватизации углеводородного сектора промышленности. Западные нефтепромышленники насторожились. Но приватизации нефтяных месторождений так и не дождались.

В 2000-х годах возобновились отношения Ливии с Россией. Российские компании участвовали в разработке ливийских нефтяных месторождений, строительстве дорог. Возобновились и военные закупки Ливии. В апреле 2008 года В. Путин посетил палатку Каддафи – и проблема ливийского долга была урегулирована.

С трибуны народного съезда Ливии полковник провозгласил новый курс. С этого момента стране предстояло строить «народный капитализм».

В 2003 году Ливия объявила о своем намерении избавиться от оружия массового поражения. Начала сотрудничать с США, Великобританией, МАГАТЭ и Организацией по запрещению химического оружия, подписала протокол о запрещении химического оружия. Это был важный шаг на пути к восстановлению дипломатических отношений с США.

В 2004 году президент Буш официально отменил экономические санкции США против Ливии.

В 2005 году на Генеральной Ассамблее ООН Каддафи подтвердил свою решимость отказаться от терроризма и убийства мирных жителей. В 2006 году США вычеркнули Ливию из списка стран, поддерживающих терроризм. В этом же году были восстановлены посольство США в Ливии и посольство Ливии в США. Правда, пока без послов.

Отношения Ливии и ЕС улучшились после того, как в июле 2007 года было урегулировано скандальное дело о якобы имевшем место заражении СПИДом ливийских детей. Арестованные медики были возвращены в Болгарию для отбывания наказания, болгарский президент объявил им амнистию. Решающую роль в переговорах об освобождении медсестер и врача сыграли жена президента Франции Николя Саркози Сесилия, с одной стороны, и сын Каддафи Саиф аль-Ислам – с другой. Тем временем США вместе с европейскими союзниками организовали Международный фонд Бенгази, собравший 460 млн долл. для зараженных СПИДом ливийских детей. Каждый из них получил по миллиону долларов и продолжил лечение во Франции и Италии.

В 2008 году, впервые с 1972 года, министр иностранных дел Ливии посетил США, где подписал соглашение о сотрудничестве в области развития науки и технологий. В том же году США и Ливия подписали соглашение о компенсации гражданам, пострадавшим или погибшим в результате действий другой страны. Правительство США получило 1,5 млрд долл. на компенсации пострадавшим при устроенных Ливией терактах. В январе 2009 года, впервые с 1973 года, страны обменялись послами.

Италия, наконец, раскаялась в своем колониальном прошлом и в 2008 году выплатила Ливии компенсацию в размере 5 млрд долл.

А в сентябре 2009 года Каддафи впервые приехал в Нью-Йорк для участия в Генеральной Ассамблее ООН, где весьма успешно выступил с речью: ему удалось заставить почтенных членов ООН выслушивать себя почти два часа вместо отведенных 15 минут. Характерно, что даже тут Каддафи не особенно стеснялся в выражениях. Например он прямо с трибуны ООН заявил, что Джордж Буш-младший и бывший премьер-министр Великобритании Тони Блэр лично участвовали в казни Саддама Хусейна. В течение одной речи он трижды назвал Барака Обаму «сыном». Как и многие другие случаи его расчетливого безумия, это сошло ему с рук. Американцы посмеялись и забыли – не возражать же на это всерьез!

Сколько волка ни корми…

Впрочем, ангелом Каддафи так и не стал. Подозревают, что он продолжал тайком поддерживать террористов и участвовал в ряде провокаций в Северной Африке.

С середины 2000-х в Ливию стали возвращаться эмигранты-оппозиционеры. Каддафи дал им гарантии личной свободы и неприкосновенности. Но исполнять свои обещания он так и не научился, поэтому, приземлившись в Ливии, лидеры оппозиции оказывались в тюрьме, а то и вовсе бесследно исчезали.

Проследить внутреннюю политику Каддафи стало еще сложнее, чем раньше. Из соображений безопасности он постоянно менял местами ближайших к нему должностных лиц. Даже бессменный, казалось бы, майор Джеллуд, вошедший в ближайшее окружение Каддафи еще до переворота 1969 года, в 2005 году был вынужден уйти в отставку и отправиться на почетную пенсию. Полномочия чиновников пересекались, роли менялись, личные отношения значили куда больше, чем формальные должности.

Но во внешней политике Каддафи был на удивление стабилен. Несмотря на зашедшие в тупик отношения со многими африканскими странами, в 2000 году на саммите лидеров африканских стран в Того Каддафи предложил создать Соединенные Штаты Африки. Эту идею Каддафи повторил на саммитах в 2007 и 2009 году. И продолжал настаивать на ней вплоть до событий в Ливии 2011 года.

Впрочем, не стоит полагать, что раскаявшийся лидер революции умел настаивать только на заведомо несбыточных проектах. Организатор теракта над Локерби Абдель Бассет аль-Меграхи, отбывавший пожизненное заключение в шотландской тюрьме, был в Ливии непростой персоной. Он принадлежал к одному из крупнейших ливийских племен магараха, которое пользовалось существенным влиянием в стране. Племя стояло горой за своего достойного представителя, и это в свое время значительно осложнило Каддафи процесс его выдачи. Поэтому как только появилась возможность, полковник, с помощью «Международного благотворительного фонда развития имени Каддафи», возглавляемого его сыном Саифом аль-Исламом, стал добиваться освобождения аль-Меграхи из шотландской тюрьмы. Делу сильно помог якобы обнаружившийся у того рак, и в конце концов старания Каддафи-отца и Каддафи-сына увенчались успехом.

19 августа 2009 году аль-Меграхи, которому, по мнению врачей, оставалось жить не больше трех месяцев, был освобожден и вернулся в Ливию. В Триполи ему устроили торжественную встречу: тысячи людей с флагами и транспарантами приветствовали его как героя. На главной площади Триполи прошли народные гуляния. Родственников жертв теракта произошедшее оскорбило. Тем более что по неведомым причинам аль-Меграхи живет намного дольше отведенного ему врачами времени – сообщение о его смерти до сих пор не поступило.

Вопрос угрозы со стороны исламистов тоже потихоньку решался. Тот же «Международный благотворительный фонд развития» Саифа аль-Ислама выступил посредником на переговорах с бывшим Ливийским исламским фронтом. В результате переговоров члены фронта вышли из тюрем в обмен на публичное обещание отказаться от насилия и джихада. В сентябре 2009 года предводители Ливийского исламского фронта выпустили более чем 400-страничный документ, в котором отказывались от насилия, от связей с Аль-Каидой и прочими террористическими организациями, а также извинялись перед Каддафи.

Таким образом, казалось, что беспокойный ливийский лидер снова на коне. Он дружил с президентом Венесуэлы Уго Чавесом и собирался поставить в своей стране памятник Саддаму Хусейну. Запад не обращал на это внимания, отменял экономические санкции и снисходительно аплодировал сумасбродным полковничьим речам.

Россия относилась к старому партнеру Советского Союза с нарастающей симпатией. В 2008 году была достигнута договоренность о списании части ливийского долга России. По словам одного из членов российской делегации, Путин сказал тогда: «Отрадно, что в Совете Безопасности у нас появился друг и союзник». Ливия действительно была в то время непостоянным членом СБ ООН. И это тоже не могло не давать Каддафи дополнительного повода для оптимизма.

Казалось, что беспокойный ливийский лидер снова на коне. Он дружил с президентом Венесуэлы Уго Чавесом и собирался поставить в своей стране памятник Саддаму Хусейну.

Известно также, что Украина наградила Каддафи двумя орденами. В 2004 году в коллекции его наград появился орден Ярослава Мудрого I степени, а в 2008 году президент Ющенко пожаловал ему орден Богдана Хмельницкого I степени. Последнее награждение произошло в нарушение положения об ордене, по которому он мог быть вручен только гражданам Украины. Неизвестно, много ли оптимизма добавил этот факт мироощущению Каддафи. Но следует сказать, что с Украиной его связывали особые отношения, о которых мы поговорим в другой главе.

Портрет старого полковника

Здоровье полковника, по утверждению личной медсестры Каддафи, не давало поводов для беспокойства. На материальное положение он тоже не жаловался. Та же медсестра рассказывает, что во всех поездках самолет Каддафи сопровождали еще два лайнера, с вещами и машинами. «Сам Папа ездит на американском бронированном лимузине. Если командировка по пустыне, он использует джипы»[9].

К своему персоналу «папа» – полковник относился по-человечески. Ежегодно каждый получал подарок в виде золотых итальянских часов с изображением самого лидера Джамахирии. «Нам, персоналу, жаловаться нечего – когда приехали в Нью-Йорк, например, Папа лично распорядился выдать нам деньги, чтобы мы пробежались по местным бутикам»[10].

Очевидно, что на такую щедрость может быть способен только тот, кто не испытывает финансовых затруднений. Тем более приятно узнать, что в еде Каддафи непривередлив – любит кускус (традиционное берберское блюдо из крупы) с бараниной или мясом верблюда, а также отдает должное кухне бывшей метрополии – Италии, особенно макаронам.

Богатство Каддафи и его детей в основном нефтяного происхождения. В этом, разумеется, нет ничего удивительного, но интересно отметить, что многие бизнес-решения Каддафи принимал лично. К тому же в Ливии процветала коррупция и полковник прекрасно знал схемы коррупционных сделок, извлекая из них немалую выгоду. Сам Каддафи или его приближенные часто получали большие гонорары за «консультационные услуги». Можно вспомнить и нефиксированную ставку налога для иностранных компаний.

За годы экономической изоляции, наступившие после громких терактов, Каддафи научился скрывать свои счета на случай очередных замораживаний, а также распределять средства так, чтобы в любом случае не остаться без денег. По мнению The New York Times, именно поэтому весной 2011 года ему удалось так долго держаться и платить наемникам, невзирая на введенные ООН экономические санкции.

Несмотря на оптимистичные утверждения медсестры о его здоровье, не так давно Каддафи, по слухам, перенес ряд заболеваний, в том числе инсульт. Что бы ни говорили о его психике в предыдущие периоды его жизни, многие наблюдатели и аналитики отмечают, что последние недомогания не замедлили на ней сказаться. Заместитель генерального директора ИТАР-ТАСС Михаил Гусман вспоминает, что во время 40-минутного интервью, которое ему удалось взять у Каддафи в 2010 году, у него возникло ощущение, что он «все-таки общался не с совсем адекватным человеком»[11]. При этом корреспондент отметил, что он каждую секунду как бы контролирует окружающее его пространство. Полковник все держит под контролем и спуску никому не даст. Крупным планом его не снимают, ограничиваясь одним ракурсом. Потому что лицо его «оставляло просто ужасное впечатление»[12].

Несмотря на оптимистичные утверждения о его здоровье, не так давно Каддафи перенес ряд заболеваний, в том числе инсульт.

При этом Каддафи остается верен своим привычкам в отношении встреч. Съемочную группу ИТАР-ТАСС подняли среди ночи, везли на машине неведомо куда, а согласие полковника на интервью подтвердилось буквально перед самыми воротами резиденции.

В связи с преклонным возрастом Каддафи в стране возник вопрос, что же будет после него. Политическое поле было чисто выметено – ни оппозиции, ни преемников. Кроме детей самого Каддафи.

Наследники престола: дети Каддафи

Детей у полковника немало. От первого брака – сын Мухаммед. От второго – сыновья Саиф аль-Ислам, Саади, Мутассим, Ганнибал, Саиф аль-Араб, Хамис и дочь Айша. Есть еще приемный сын Милад. Приемная дочь Каддафи Ханан, как уже было сказано, погибла в малолетнем возрасте во время бомбардировок НАТО в 1986 году.

Сыновья у Муаммара очень разные. Старший, Мухаммед, – человек серьезный. Он не занимается политикой, но возглавляет национальный олимпийский комитет Ливии и руководит одной из сотовых компаний.

Саади предпочитает политике футбол. Он даже играл в итальянской команде «Перуджа» – действительно большая честь, учитывая, что команда входит в первый дивизион итальянской футбольной лиги. И, по словам российского посла в Ливии Владимира Чамова, «трижды избирался худшим итальянским футболистом»[13].

Ганнибал, человек без определенных занятий и выпускник MBA в Копенгагене, прославился в основном громкими скандалами и пышными вечеринками с безумно дорогими поющими гостями.

Саиф аль-Араб с 2006 года обучался в Мюнхене, где постоянно привлекал внимание полиции то драками в ночных клубах, то гонками на «феррари» по городским дорогам, то незаконной перевозкой оружия. Ни одно из дел не было доведено до конца, однако и в дипломатическом статусе Германия наотрез ему отказала. Саиф аль-Араб погиб 1 мая 2011 года во время обстрела резиденции Каддафи силами НАТО.

Хамис – самый младший из сыновей Каддафи, в отличие от братьев начал свое обучение в Ливии, в военной академии в Триполи, затем продолжил в Москве. Но и этого ему было мало: с 2010 года он поступил на курс MBA в Италии. Буквально накануне народных волнений 2011 года Хамис Каддафи отправился на стажировку в США, но как только услышал о событиях на далекой родине, тут же прыгнул в самолет и вернулся в Ливию. Дома он сразу возглавил 32-ю усиленную армейскую бригаду, штаб которой несколько позже подвергся ожесточенным бомбардировкам НАТО, подозревавшего именно это подразделение в особой жестокости по отношению к повстанцам.

Наиболее политически активны трое детей Каддафи: Мутассим, Саиф аль-Ислам и Айша. Присмотримся к ним повнимательнее.

Мутассим

Мутассима Каддафи (р. 1977) можно считать вторым претендентом на наследование власти Каддафи после Саифа аль-Ислама. Он прошел военную службу и до последнего времени занимал пост советника по внутренней безопасности Ливии. По слухам, в конце 1990-х Мутассим замышлял заговор против отца, был отправлен в Египет, где заодно и выучился военной специальности. В конце 2000-х Мутассим был реабилитирован в глазах отца, вернулся в Триполи и даже вошел в круг доверенных лиц Муаммара Каддафи.

Саиф аль-Ислам

Первым претендентом на «трон» считался все-таки 38-летний Саиф аль-Ислам Каддафи. Его имя в переводе означает «меч ислама». Он учился в Европе и закончил аспирантуру в Лондонской школе экономики. После начала гражданской войны 2011 года общественность заинтересовалась, сам ли он писал диссертацию. До этого момента такой вопрос почему-то не возникал.

Саиф аль-Ислам был главой «Международного благотворительного фонда развития имени Каддафи», который оказывал, по крайней мере по данным западных стран, давление на ливийские власти по вопросам прав человека, развития гражданского общества, политических и экономических реформ. Саиф выступал за освобождение болгарских медсестер, а также договаривался об отмене санкций ООН. Особенно нравились Западу увлеченные рассуждения Саифа о необходимости либеральных реформ и призывы к принятию конституции. В 2009 году Муаммар Каддафи предложил ему стать координатором народного и социального управления – эта должность позволяет контролировать законодательную и исполнительную власть.

Саиф аль-Ислам говорит на чистейшем английском и обладает безупречными манерами. Он увлекается рисованием и архитектурой, хотя нигде этому не учился. Среди его друзей – принц Эндрю, у которого Саиф гостил в Букингемском дворце, и лорд Питер Мандельсон, видный деятель партии лейбористов, член кабинета министров при Тони Блэре и Гордоне Брауне. Кроме того, сын лидера революции близок к семье Ротшильдов. Вместе с ними он делал инвестиции в бизнес их общего друга – Олега Дерипаски. Именно Саиф пустил Дерипаску в алюминиевую промышленность Ливии.

Полагают, что свое состояние он, как и остальные члены семьи лидера Джамахирии, сделал на ливийской нефти. Состояние это немалое. В Лондоне, неподалеку от Бишоп-авеню, в «ряду миллионеров» стоит и дом Саифа аль-Ислама – особняк с бассейном и кинотеатром стоимостью 10 млн фунтов стерлингов. В качестве домашних животных (конечно, в своем ливийском доме, не в Англии) он держит тигров, с которыми временами играет – до крови. Так что образ классического восточного владыки ему тоже отнюдь не чужд.

Многие наблюдатели воспринимали Саифа аль-Ислама как реформатора и либерала. Но во время событий 2011 года он открыл свое истинное лицо. Общественность была шокирована выпадами Саифа против Запада и заявлениями, что повстанцы – сплошь наркоманы, алкоголики и иностранные агенты.

Айша

Дочь Каддафи Айша (36 лет) – персона не менее колоритная. По образованию она юрист, и в этом качестве участвовала в процессе над Саддамом Хусейном в 2004 году. Представляя, разумеется, защиту. Выиграть дело, как известно, не удалось, да и вряд ли было возможно.

Но Айша – не только блестящий юрист. Она обладает эффектной внешностью, за которую ее называли Клаудией Шиффер Северной Африки. Ее фотографии нередко появляются на страницах глянцевых журналов. В одежде она отдает предпочтение дизайнерским моделям, но иногда надевает и обязательный для женщин-мусульманок платок. В Триполи на встречу с корреспондентом The New York Times[14] она пришла «в узких джинсах, туфлях от Gucci и платке, который не покрывал ее длинных светлых волос». Жизнь Айши описана в изданной в Ливии книге «Принцесса мира».

Дочь Каддафи пользуется репутацией мягкого человека, что неудивительно на фоне отца и братьев. Она была послом доброй воли ООН, участвовала в проектах программы ООН по борьбе со СПИДом и насилием в отношении женщин, занималась благотворительностью.

Во время нынешнего мятежа в Ливии она поддержала действия отца в отношении повстанцев и за это была лишена звания посла доброй воли. Некоторые издания сообщают, что еще в самом начале беспорядков Каддафи пытался отправить дочь за границу.

Но Мальта, куда направлялся ее самолет, не дала разрешения на посадку, и Айше пришлось вернуться.

О настроениях в семье Каддафи можно судить по некоторым фразам из недавнего ее интервью. Айша Каддафи поведала корреспонденту The New York Times, что семья «впадает во все большую изоляцию» и настроена «фаталистически». Она читает своим детям сказки о загробной жизни. «Их нужно подготовить, потому что во время войны никогда не знаешь, когда в тебя попадет снаряд или бомба, после чего наступит конец». На вопрос, на что рассчитывает семья Каддафи, планируя сохранить власть, она отвечает: «Мы очень надеемся на Господа».

Действительно ли все так безысходно? Или эти слова были сказаны намеренно, с целью выжать у сердобольных европейцев слезу? Такое тоже вполне возможно. Айша последовательно поддерживает отца. На митинге его сторонников перед резиденцией в Триполи она заявила, что требование отставки Каддафи является оскорблением для народа. «Каддафи не в Ливии, он – в сердцах всех ливийцев». Впрочем, не исключено, что семья полковника и вправду чувствует себя не лучшим образом. По-человечески это было бы вполне понятно.

Айша, Саиф аль-Ислам, да и все остальные дети полковника уверяют западных журналистов, что без Каддафи Ливия погрузится в хаос. Они предрекают междоусобицу ливийских племен, превращение страны в базу исламских фундаменталистов на Средиземноморском побережье и наплыв нелегальных иммигрантов в Европу. Айша напоминает об опыте Ирака: «Иракские оппозиционеры говорили Западу, что в Ираке их будут встречать с цветами. Прошло почти десять лет – американцев принимают пулями, и ситуация в Ливии, поверьте мне, будет гораздо хуже».

Возможно, это сказано просто для того, чтобы испугать западного читателя. Тем не менее, странам НАТО, поддерживающим повстанцев, о которых им мало что известно, возможно, стоит прислушаться к предупреждениям дочери полковника.

Последние новости (продолжение следует)

Военные действия в Ливии продолжаются. Полковник Каддафи остается верен себе и продолжает удивлять мировую общественность неожиданными поступками. Вот что рассказывает The New York Times. В мае 2011 года Каддафи удалось провести в Триполи тайную встречу с вождями ливийских племен в гостинице, битком набитой западными журналистами. Представители прессы обедали буквально в нескольких метрах от зала, где проходила встреча, но никто из них даже ничего не заподозрил. Журналисты узнали об этом только на следующий день, и трудно даже представить себе степень их досады и разочарования.

Представители прессы обедали буквально в нескольких метрах от зала, где проходила встреча, но никто из них даже ничего не заподозрил.

Провести секретную встречу прямо под носом у журналистов – нестандартное и сильное решение в духе классического английского детектива. Действительно, гостиница с западными корреспондентами – последнее место в Ливии, по которому могла бы ударить авиация НАТО. Из этого можно заключить, что Каддафи сохраняет ясный ум и волю к борьбе. Но мало придумать оригинальную военную хитрость. Ее нужно осуществить. То, что полковнику это удалось, может свидетельствовать о том, что в Ливии все еще немало людей, готовых помочь Каддафи в реализации его планов, и он по-прежнему может на них положиться. Организовать такую встречу в одиночку вряд ли было бы возможно.

Тем временем международные финансовые организации с ног сбились в поисках счетов бывших и нынешних руководителей Ливии, Египта и Туниса. Проблемы возникают из-за той самой неразберихи в написании арабских имен, о которой мы упоминали в начале. Западные банки, как правило, разрешают своим иностранным клиентам выбирать латинское написание имени и фамилии по своему усмотрению. Теперь они расплачиваются за свой либерализм. Kadafi? Gheddafi? Kazzafi? Q'udafi? Разобраться непросто.

Годы экономической изоляции научили Каддафи скрывать свои счета и грамотно распределять средства, чтобы не остаться на мели. «Бербер, выходец из культуры, сформировавшейся в песках», ускользает от преследователей даже на сухих и скучных пространствах финансовой отчетности.

Глава 3

Главный труд Каддафи – «Зеленая книга»

Обращаясь к советским читателям в предисловии к переводу «Зеленой книги» на русский язык, Каддафи говорит о том, что писал свою книгу в палатке и что уничтожить эту палатку вместе с рукописью безуспешно пытались 170 бомбардировщиков. Теперь эта палатка известна всему миру.

«Мне открылось, что цель людей – счастье. Что счастье – это обещанный или утраченный рай. Путь к нему – свобода.

Тот, кто в чем-то нуждается, несвободен, он – раб своей потребности. Тот, кто нуждается, не может быть счастливым, ибо он несвободен. За свободу надо постоянно бороться, чтобы сохранить ее; в этом и заключается радость труда».

Современность Каддафи называет эпохой масс, стремящихся утвердиться у власти, когда к власти стремится каждый. На смену единовластным правителям и республикам приходит народное самоуправление – Джамахирия, то есть «государство масс». Принципы «Зеленой книги» достаточно причудливым образом Каддафи воплотил в государственном и общественном устройстве Ливии, о чем мы более подробно рассказали в главе 1.

Свою книгу Каддафи считает научной, потому что она предлагает «научно обоснованный выход из полемики между прежними учениями и переживаемого ими кризиса».

Вспоминая пророков – простых людей, прославившихся благодаря открытым им истинам, – Каддафи проводит параллель с собой, «простому бедуину, который ездил на осле и босым пас коз», и со своей книгой, по его утверждению, состоящей из человеческих чувств и мечтаний о счастье.

«Я лишь собрал эти бессмертные россыпи, объединив их в трех главах Книги, зеленый цвет которой есть цвет весны, цвет народа, цвет развития, цвет рая».

«Зеленая книга» состоит из трех частей, посвященных политическому, экономическому и общественному аспектам «третьей всемирной теории», которую Каддафи противопоставляет коммунизму Маркса и капитализму Адама Смита. Впервые термин «третья всемирная теория» в приложении к в экономическим и политическим взглядам Каддафи появился в начале 1970-х, а в 1973 году ливийское министерство информации выпустило брошюру по названием «Третья мировая теория: священная концепция ислама и революция в Ливии»[15]. Окончательную же свою форму политическая теория Каддафи приобрела в «Зеленой книге», предлагающей альтернативный способ создания справедливого общества, чего не смогли добиться две предшествующие теории – либерализм и коммунизм.

Первая часть «Зеленой книги» вышла в Ливии в 1976 г., вторая – в 1978 г., третья – в 1979 г.

Когда «Зеленая книга» вышла полностью, ливийское правительство сделало все возможное, чтобы превратить ее в местный и мировой бестселлер. Ежегодно она публиковалась огромными тиражами в Ливии, была переведена на десятки языков, стала предметом комментирования и исследований. Более того, в Триполи был создан Всемирный центр изучения и исследования «Зеленой книги».

«Зеленая книга» кажется примитивно написанной. Зачастую она пространно «разжевывает» очевидные интеллигентному читателю вещи. Однако не следует забывать, что Каддафи создавал ее, прежде всего, для внутреннего, ливийского, пользования и стремился сделать понятной каждому простому бедуину.

В своей книге Каддафи синтезировал самые разные левые теории – от анархизма Бакунина и Кропоткина и до фрейдистских взглядов. Однако, по его мнению, этот труд прежде всего отражает принципы ислама. Вот что говорит Каддафи:

«Первая часть ЗК – это, в действительности, лишь объяснение одного изречения из Корана: Вы должны держать совет друг с другом… Прочтя вторую часть «Зеленой книги» … вы найдете аутентичное объяснение и толкование божественных законов, как они даны в Коране. Вторая часть ЗК есть применение Корана»[16].

Далее мы рассмотрим основные положения каждой из трех частей «Зеленой книги», а наиболее яркие высказывания Каддафи приведем в виде цитат.

Первая часть представлена как решение проблемы демократии (народовластия). В ней Каддафи подвергает резкой критике существующие инструменты демократической власти – парламент, партии, референдумы, понятие классов, – противопоставляя им истинно народные конгрессы и комитеты и объявляя демократию «народным самоконтролем». Здесь же он говорит о подлинно справедливом законе общества, отождествляя его с религией и традициями в его исполнении, а также о прессе как о способе самовыражения общества. Подводя итог первой части, Каддафи подчеркивает, что все это лишь теория и в действительности правит всегда сильная часть общества.

Фальсификация демократии

Первая часть «Зеленой книги» начинается с рассмотрения вопроса об орудии власти, решить который демократически, по мнению Каддафи, до сих пор не удалось, и его «Зеленая книга» как раз предлагает окончательное теоретическое обоснование решения этой проблемы. Существующие «фальсифицированные» демократии Каддафи считает диктатурами меньшинства. Если победивший кандидат набирает 51 % голосов, а остальные 49 % избирателей голосовали против него, то для них орудие власти становится диктатурой, хотя при этом и сохраняется видимость демократического выбора. То же происходит и в случае, когда голоса распределяются между несколькими кандидатами: победитель получает больше голосов, чем любой из проигравших кандидатов, но если сложить отданные за них голоса, то в сумме их будет больше, чем у победителя, в итоге оказавшегося у руля власти. В итоге – снова диктатура под личиной демократии.

Парламент, партии, классы, референдумы – все это обман

«Парламенты составляют основу существующей традиционной современной демократии, но представительство народа в парламентах является обманом, а парламентаризм – это порочное решение проблемы демократии»

Парламент, традиционная основа демократии, сложившаяся в эпоху, когда народ желал иметь у власти хотя бы каких-то своих представителей, по мнению Каддафи, изжил себя в этой роли. С того момента, как депутат избран, он теряет связь с избирателями, представляя только свои личные интересы или интересы своей партии. Кроме того, бедные кандидаты и партии, не имея средств на предвыборные кампании, заведомо проигрывают богатым. В результате парламент монополизирует власть, являясь узаконенным барьером для участия народа в политике. Народ при этом становится жертвой в борьбе политических сил за голоса, подвергаясь эксплуатации и обману с их стороны. Сегодня, в век республик, в эпоху масс, представительство устарело и является абсурдом.

«Подлинная демократия возможна лишь при участии самого народа, а не его представителей».

«Народы вправе путем народной революции бороться во имя того, чтобы сокрушить именуемые парламентами орудия монополизации демократии и попрания суверенной воли масс, и провозгласить во весь голос новый принцип – НИКАКОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА ОТ ИМЕНИ НАРОДА!»

«Самые жестокие диктатуры, которые когда-либо знал мир, существовали в условиях парламентских режимов».

Партию Каддафи также считает диктатурой, потому что это власть части народа над всем народом. Партия – более современное орудие диктатуры, а вовсе не демократии. В партию объединяются люди, связанные общими интересами, культурой, территорией или идеологией, чтобы продвигать свои интересы или свою идеологию, добиваясь власти под видом осуществления своей программы. Там, где народом правит одна партия, невозможна истинная демократия, потому что народ – это множество интересов, взглядов, характеров, убеждений, и партия по отношению к народу – лишь меньшинство. Теоретически предполагается, что цели партии и цели народа совпадают, но это лишь оправдание для партийной диктатуры. Даже если партий несколько, по сути ничего не меняется. Борьба партий за власть вредит народу. Чтобы доказать некомпетентность правящей партии, оппозиционная партия стремится опорочить ее достижения и программу действий, хотя эта программа может служить интересам общества. То есть борьба партий, создавая видимость политической активности, вредит политическим, социальным и экономическим сторонам жизни общества. При этом старое орудие правления заменяется подобным ему новым, и от этого не выигрывает ни народ, ни демократия.

«Кроме того, партии продажны и могут быть подкуплены как изнутри, так и извне».

По мнению Каддафи, первоначально партия – представитель интересов народа. Затем руководство партии становится представителем интересов членов партии, а лидер партии – представителем интересов руководства.

«Вполне очевидно, что игра в партию – это ханжеский фарс, облеченный в форму демократии, но по существу построенный на эгоизме и деспотизме, в основе которого лежит маневрирование, трюкачество и политиканство».

Победившая партия создает собственный парламент, который создает исполнительную власть – власть этой партии над народом. И эта партия является врагом всех сторонников оппозиции в народе. Это еще одно свидетельство фальши и несостоятельности теоретической базы современной демократии.

«Партия представляет часть народа, между тем как СУВЕРЕНИТЕТ НАРОДА НЕДЕЛИМ».

В современном мире партия – это племя или клан, и борьба партий за власть – та же борьба за власть между племенами или кланами. И если неприемлема политическая власть одного племени или одного клана, то и партийная власть также неприемлема.

Класс подобен партии, племени или клану и так же подчиняет себе большинство народа. Объединенный общими интересами, основанными на кровных связях, общей идеологии, культуре, географической общности, уровне жизни, он становится социальным орудием, действуя политическими средствами во имя своих интересов и идей. Господство класса, как и господство партии, для остальной части общества оборачивается диктатурой, полагает Каддафи. При этом союз классов или племен он предпочитает союзу партий, объясняя это тем, что практически каждый человек принадлежит какому-либо племени или классу, а в партию вступают далеко не все.

Класс, подавляющий во имя своих интересов остальные классы, как и партия, подавляющая ради своих интересов остальные партии, несовместим с истинной демократией. Здесь попирается логика демократии и действует логика силы, что невозможно оправдать.

Если какой-то класс создает свою партию, то она начинает подменять собой этот класс, а со временем – и тот класс, который противостоит создавшему ее классу.

Представляя общество в целом, класс усваивает его черты. Например, победивший рабочий класс постепенно приобретает черты, присущие подавленным им классам, их взгляды и противоречия. И снова начинается борьба за власть над обществом.

«Орудие правления, опирающееся на единую по своему характеру материальную базу общества, вероятно, может в течение некоторого времени быть стабильным, но как только в этой единой материальной базе нарождаются новые материальные и социальные явления, эта стабильность утрачивается».

Каддафи утверждает: унифицировать материальную базу общества, чтобы решить проблему управления государством или закрепить победу одной партии или класса, невозможно, как невозможно соблюсти интересы масс посредством их представителей или выяснить их мнение посредством референдума.

«Референдум – фальсификация демократии».

Голосуя на референдуме, человек может сказать только «да» или «нет», не имея возможности объяснить свой выбор.

«Это наиболее жестокая и беспощадная форма диктаторского режима».

Призывая навсегда покончить с тиранией и диктатурой, Каддафи предлагает решить вопрос об орудии правления, наиболее сложный во всей проблеме демократии, следующим образом: нужно создать новое орудие правления, которое бы не порождало конфликты и не представляло лишь часть общества, как партия, класс, клан или племя, и отражало бы волю всего народа, а не являлось «представительством» от его имени.

«НИКАКОГО ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВА ОТ ЛИЦА НАРОДА. ПРЕДСТАВИТЕЛЬСТВО – ЭТО ОБМАН».

«Зеленая книга» Каддафи предлагает такое решение, указывая народам путь перехода от эпохи диктатуры к эпохе истинной демократии. Прежде демократия не могла быть реализована, поскольку не существовало массовых народных организаций. Новая теория состоит в том, чтобы дать народу власть без всяких форм представительства, и реализует прямую демократию планомерно и эффективно.

Прямая демократия – через народные конгрессы и комитеты

«Единственным средством осуществления народной демократии являются народные конгрессы. Всякие иные системы правления недемократичны. Прямая демократия – это идеальное решение, которое, будучи воплощено на практике, не может являться предметом спора и разногласий».

Невозможно собрать вместе весь народ, чтобы решать политические вопросы, поэтому прямая демократия оставалась теорией. На практике применялись разные орудия правления (собрания депутатов, коалиции партий, референдумы и т. п.), не позволявшие народу напрямую участвовать в политике. Третья всемирная теория Каддафи предлагает реалистический подход к решению вопроса прямой демократии – идеальной формы правления, чтобы решить его окончательно.

«Массы должны бороться за уничтожение всех авторитарных форм правления, лицемерно именуемых разными формами демократии – будь то правление парламентов, кланов, племен, классов или правление одной, двух или нескольких партий».

Это единственный путь к демократии и ее единственная теория, считает Каддафи. Многообразие так называемых демократических режимов свидетельствует об их недемократичности. Единственно верная форма власти народа осуществляется путем создания народных конгрессов и народных комитетов.

«БЕЗ НАРОДНЫХ КОНГРЕССОВ НЕТ ДЕМОКРАТИИ. КОМИТЕТЫ ДОЛЖНЫ СУЩЕСТВОВАТЬ ПОВСЕМЕСТНО».

Первичные (низовые) народные конгрессы, на которые разбивается все население, избирают руководящие органы – комитеты, которые затем формируют народные конгрессы следующего уровня (окружные). Вместо государственной администрации первичные народные конгрессы избирают административные народные комитеты, которые управляют всеми отраслями общественного хозяйства. Первичные народные конгрессы определяют политику этих комитетов и контролируют их. Вместо устаревшего определения «демократия – это КОНТРОЛЬ НАРОДА НАД

ПРАВИТЕЛЬСТВОМ» применяется правильное определение: «демократия – ЭТО НАРОДНЫЙ САМОКОНТРОЛЬ».

Поскольку все граждане принадлежат к различным группам и слоям общества, то кроме членства или руководства первичными народными конгрессами или комитетами они должны создать свои профсоюзы (рабочих, крестьян, студентов, торговцев, ремесленников, чиновников и др.).

По всем обсуждаемым народными конгрессами, народными и профессиональными комитетами вопросам окончательные решения принимаются на Всеобщем народном конгрессе, объединяющем руководство народных конгрессов, народных комитетов и профсоюзов. Всеобщий народный конгресс проходит ежегодно, итоги его работы передаются народным конгрессам, комитетам и профсоюзам. Исполняют его решения народные комитеты, подконтрольные первичным народным конгрессам. От парламентов Всеобщий народный конгресс отличается тем, что это форум не отдельных членов, а народных конгрессов, комитетов и профсоюзов. Каддафи убежден:

«Так естественно решается проблема орудия правления и кладется конец существованию диктаторских форм правления. Орудием правления становится народ. Окончательно и навсегда решается проблема демократии в мире».

Проблема закона общества

Закон общества не должен вырабатываться или изменяться комитетом, парламентом или отдельными лицами – по мнению Каддафи, это недемократично:

«Подлинным Законом общества является либо обычай, либо религия. Всякая попытка установить Закон общества, минуя эти исходные отправные моменты, неправомерна и нелогична. Конституция не является Законом общества. Конституция – это основной, установленный человеком закон».

В современном обществе Законом стали конституции, отражающие взгляды разнообразных диктатур. Свобода человека – едина, а конституции отличаются друг от друга. Современные режимы по-разному толкуют понятие «свобода», и в этом их изъян. Конституция, порожденная идеологией, определяет метод, позволяющий подчинять народ. При такой подмене происходит смещение критериев понятия «свобода». Это делается для того, чтобы орудия власти (личность, парламент, класс или партия) могли господствовать над народами.

«…когда меняется орудие власти, обычно меняются и конституции. Это говорит о том, что конституция – отнюдь не естественный закон, а волюнтаристское порождение орудия правления, призванное служить его интересам».

Чтобы не было угрозы свободе человека, нужно, чтобы метод правления соответствовал Закону общества, который, опираясь на незыблемые нормы, позволяет определить, что есть истина или ложь и каковы права и обязанности членов общества. Орудие правления также должно подчиняться Закону общества. Как полагает Каддафи, референдумы не всегда эффективны: применяемые в них односложные ответы «да» и «нет» создают лишь видимость демократии. К тому же законы, принуждающие народ к участию в референдуме, созданы самими людьми. Иными словами, референдум по вопросу о конституции неспособен сделать ее Законом общества:

«Закон общества – непреходящее наследие, а не достояние лишь ныне живущих. Поэтому разработка конституции и вынесение ее на референдум среди современников – это фарс».

Законы, созданные человеком, предусматривают множество мер наказания, в том числе и унизительных, в то время как моральные меры наказания, налагаемые обычаем, не умаляют достоинство человека. Обычай – часть религии. Религия – наиболее соответствующий человеческому достоинству закон. Большинство материальных мер наказания откладываются ею до Судного дня (немедленное наказание применяется только в крайних случаях – когда это необходимо для защиты общества).

Религия, по Каддафи, есть утверждение естественного Закона. Законы же, созданные человеком против человека, не основываются на религии и обычае, поэтому они неправомерны.

Самоконтроль общества за исполнением своего Закона

Каддафи считает недемократичным надзор за обществом, осуществляемый некой группой людей, поскольку это – одно из проявлений диктатуры.

«ОБЩЕСТВО САМО ОСУЩЕСТВЛЯЕТ КОНТРОЛЬ НАД СОБОЙ».

По мнению Каддафи, первичные народные конгрессы, народные комитеты и Всеобщий народный конгресс (национальный конгресс) – это реальное демократическое орудие правления, соответствующее характеру организации общества. Народ при этом является орудием правления и контролирует себя сам.

Средство против нарушения Закона – демократическая перестройка

Если Закон нарушают диктаторские правления, свойственные всем современным политическим режимам, обществу остается только свергнуть их революционным путем. Но при таком подходе становится возможной диктатура другого правления, вновь подменяющего собой народ. Поэтому, как полагает Каддафи, насилие – это явление недемократическое. Современному обществу следует отыскать выход из этого замкнутого круга.

«Зеленая книга» Каддафи как раз предлагает его. Орудием правления должен стать весь народ, создав народные комитеты и конгрессы разных уровней. Комитеты заменят государственную администрацию, а Всеобщий народный конгресс объединит первичные народные конгрессы, комитеты и профсоюзы.

«И если в условиях подобной системы происходит отступление от Закона общества, это означает, что отступление носит тотальный характер и должно корректироваться с помощью широкой демократической перестройки, а не посредством применения силы».

В таком истинно демократическом, по мнению Каддафи, обществе просто не будет органов, стоящих над народом, виновных в нарушении Закона и которые нужно было бы свергать.

Пресса – способ самовыражения общества

«Демократия – это правление народа, а не народное самовыражение. Человек как физическое лицо должен иметь свободу самовыражения и, даже будучи умалишенным, иметь право свободно выражать свое безумие».

То же Каддафи полагает справедливым и для юридического лица, когда один человек является представителем группы физических лиц. Физические и юридические лица составляют общество. Пресса же – это способ самовыражения всего общества, поэтому она не может принадлежать ни физическому, ни юридическому лицу, – полагает ливийский лидер.

Издатель газеты выражает только свою точку зрения и в принципе не может представлять общественное мнение. Так же и газета, издаваемая какой-либо общественной группой, выражает только ее интересы и взгляды, а не точку зрения всего общества При подлинной демократии отдельная личность не может владеть средствами массовой информации.

«Физическое лицо имеет право выражать только самого себя».

Демократическими Каддафи называет только СМИ народных комитетов, включающих представителей разных общественных групп (рабочих профсоюзов, женщин, студентов, крестьян, специалистов, служащих, ремесленников и др.), поскольку только они в состоянии выражать истинное общественное мнение.

«Если профсоюз врачей издает газету, чтобы действительно представлять издающую ее организацию, она должна быть чисто медицинской газетой. Если газета издается коллегией адвокатов, она, чтобы действительно представлять этот союз, должна быть чисто юридической газетой».

В этом, считает автор «Зеленой книги», и состоит радикальное, демократическое решение так называемой проблемы свободы печати, порожденной общемировым кризисом демократии:

«Единственным средством решения проблемы демократии является только Третья всемирная теория».

Третья всемирная теория – решение проблемы демократии

Подводя итог первой части своей книги, Каддафи утверждает, что подлинно демократическое общество возможно только в виде монолитной структуры с опорой на народные конгрессы и комитеты, объединенные Всеобщим народным конгрессом.

Эпоху республик, по мнению Каддафи, сменит эпоха масс, предвещающая истинную свободу и освобождение от недемократических орудий правления. Она также сможет стать и эпохой анархии и демагогии – если новая демократия, то есть власть народа, снова превратится во власть личностей, классов, племен, кланов или партий.

«В действительности всегда правят сильные, наиболее сильная часть общества».

Во второй части «Зеленой книги» ее автор представляет свое решение стоящих перед обществом экономических проблем.

Вместо наемных работников – партнеры

Не отрицая важные сдвиги в решении проблемы труда и его оплаты, такие как изменение отношений между работниками и работодателями (ограничение рабочего времени, оплата сверхурочного труда, отпуска, минимальная зарплата, участие рабочих в прибылях и управлении, запрет на необоснованные увольнения, социальное обеспечение, право на забастовки и др.) и не менее важные исторические изменения в сфере отношений собственности (ограничение дохода, запрет на частную собственность и передача ее государству), Каддафи считает, что экономическая проблема в мире по-прежнему не решена.

Изменения, произошедшие в сфере оплаты труда, Каддафи называет лицемерной реформистской попыткой облагодетельствовать, а не действительно признать права трудящихся. Правильным Каддафи считает принцип «кто производит, тот и потребляет».

«Наемные работники, как бы ни был велик их заработок, – это те же рабы».

Наемный работник, утверждает Каддафи, раб хозяина, независимо от того, кто является работодателем – частное лицо или государство. Конечно, при государственной собственности доход идет обществу (включающему и самих работников). Но даже при общенародной власти заработная плата работников, по сути, не отличаются от того, что получают работники предприятий частного сектора. То есть несмотря на изменение форм собственности они по-прежнему остаются наемными.

Окончательное решение проблемы, предлагаемое Каддафи, состоит в отмене заработной платы. Освобожденный человек должен вернуться к естественным правилам, существовавшим до появления классов, орудий правления и созданного человеком законодательства.

Естественный социализм основан на естественных правилах, по которым люди потребляют продукты природы примерно поровну. Эксплуатация человека человеком – это отход от естественных правил. Исторически сложившиеся элементы производства – это предметы труда, орудия производства и производители, которые по естественному правилу равенства вносят в производственный процесс свою долю. По мнению Каддафи, каждый из них имеет право на равную долю производимого продукта: если в производственном процессе участвуют двое, то эта доля равна половине, если трое, то одной трети и т. д.

Со временем сырье и орудия производства совершенствуются, производитель тоже меняется: от рабочего – к инженеру, от множества неквалифицированных работников – к небольшому числу технических специалистов. Но роль элементов производственного процесса остается неизменной, и это свидетельствует о том, что:

«…естественное правило – это та здоровая основа, к которой необходимо обратиться для окончательного решения экономической проблемы после того, как потерпели неудачу все прежние попытки, пренебрегавшие этими правилами».

Рабочих Каддафи называет «производителями», поскольку слова «рабочие» и «трудящиеся» полагает устаревшими.

«Неграмотность обречена на исчезновение самим этим процессом. Простые рабочие перед лицом непрерывного научно-технического развития – временное, постепенно исчезающее явление, но человек в этом своем новом качестве навсегда останется основным элементом производственного процесса».

Потребности

По мнению Каддафи, если потребностями человека управляют другие, то его свобода является неполной. Возникает конфликт: стремление удовлетворять свои потребности за счет других порождает эксплуатацию.

Основная потребность отдельной личности и семьи по Каддафи – жилище, и оно не может принадлежать никому другому. Современные попытки государств решить жилищную проблему обречены на провал, пока они не направлены на радикальное и окончательное решение вопроса, чтобы у каждого человека было собственное жилище. В социалистическом обществе никто, даже само общество, не должен полновластно распоряжаться потребностями человека. Но эту, казалось бы, справедливую установку применительно к жилищному вопросу Каддафи трактует весьма своеобразно:

«Никто не имеет права строить жилое здание, площадь которого превышала бы потребности человека и его наследников с тем, чтобы сдавать излишки в аренду, поскольку это затрагивает потребности других людей».

Насущной потребностью человека являются также средства существования. В социалистическом обществе нет наемных работников, а есть партнеры, соответственно, и средства существования не должны выплачиваться в виде зарплаты, выдаваемой как милостыня.

«Средства существования – это не плата за продукцию, произведенную человеком для кого-то другого, а либо личная собственность человека, которой он сам распоряжается для удовлетворения своих потребностей, либо его доля в производстве, одним из основных элементов которого он является».

Еще одна насущная потребность личности и семьи – средства передвижения. В социалистическом обществе ни физическое, ни юридическое лицо не должно сдавать в аренду индивидуальные средства передвижения, поскольку это – посягательство на потребности других.

У каждого человека и его потомков есть право пожизненного пользования землей, чтобы он мог удовлетворять личные потребности – возделывать ее или пасти на ней скот.

«Земля не принадлежит никому».

Цель нового социалистического строя – счастливое общество

Каддафи утверждает, что создать свободное и потому счастливое общество можно, только удовлетворив материальные и духовные потребности человека. При этом никто не должен препятствовать удовлетворению этих потребностей и управлять ими. Эксплуатация противоречит целям нового социалистического общества: человек работает либо сам на себя, либо является партнером в производстве на социалистическом предприятии, либо работает в сфере общественных услуг. В последнем случае его материальные потребности обеспечивает общество.

Умеряя свои потребности, человек может делать накопления, получая же сверх потребностей, он мешает удовлетворять их другим. Добросовестность человека, работающего на себя или в качестве партнера на социалистическом предприятии, стимулируется тем, что он трудится для удовлетворения собственных материальных потребностей.

«Тот же, кто работает за плату, не имеет стимула в работе. Поскольку в социалистическом обществе отсутствуют возможности для частного производства, превышающего личные потребности индивидуума, и не допускается удовлетворение потребностей одних за счет других, социалистические предприятия работают для удовлетворения потребностей общества в целом».

Как полагает Каддафи, только в том случае, когда работник трудится не пассивно и не по принуждению, это свидетельствует о здоровой основе такого производства. Из чего делает не менее последовательный и захватывающий вывод:

«Зеленая книга не только решает проблему материального производства, но и намечает путь к достижению всеобъемлющего решения проблем человеческого общества в целях окончательного материального и духовного раскрепощения личности и достижения всеобщего счастья».

А откуда берутся богатые и бедные при неравном распределении общественного богатства? «Это воровство и грабеж, более того, это открытый, узаконенный грабеж, соответствующий жестоким эксплуататорским законам».

Равная доля общественного богатства, по мнению Каддафи, полагается и умелым старательным работникам, и нетрудоспособным людям.

Справедливое распределение общественного богатства

Каддафи сравнивает общественное богатство со складом, откуда люди каждый день получают равное количество провизии, достаточное для удовлетворения их ежедневных потребностей. Из этого количества каждый по желанию может употребить сколько захочет, а остальное отложить про запас. Пытаться получить со склада лишнее может только вор.

«Такова теория освобождения потребностей человека во имя освобождения самого человека».

Одним словом, черты нового социалистического общества, закономерно возникающего в несправедливом мире, по мнению ливийского лидера, следующие: это личная собственность, удовлетворяющая личные потребности человека без эксплуатации других, и социалистическая собственность, когда производители являются партнерами в производстве (последняя вытесняет частную собственность).

Цель социалистического общества – счастье человека

Чтобы стать счастливым, человек должен быть свободным. Для этого он должен сам распоряжаться своими потребностями. Средства удовлетворения основных личных материальных потребностей – от одежды и пищи до средств передвижения и жилья – являются личной и священной собственностью человека, здесь недопустима никакая аренда. Их удовлетворение определяется естественными законами общества, а не законами, созданными человеком.

Вопрос поворота современных обществ от принципа наемного труда к принципу равноправного партнерства сегодня еще не решен. Но Каддафи уверен, что рано или поздно это сбудется. Новое социалистическое общество, по его мнению, достигнет высшего этапа своего развития, когда производство будет полностью удовлетворять материальные потребности всех членов общества, а деньги исчезнут.

Домашняя прислуга – особый вопрос

Домашняя прислуга, считает Каддафи, – современные рабы, стоящие на социальной лестнице даже ниже наемных работников. В социалистическом обществе они не являются партнерами в производстве и поэтому оказываются вне сферы действия естественных социалистических законов, по которым работники сферы обслуживания должны получать равную долю общественного богатства. Поэтому ее следует освободить. По мнению Каддафи, его Третья всемирная теория указывает массам путь к окончательному избавлению от эксплуатации во имя построения «…общества, в котором люди свободны, поскольку все они, во имя окончательной и полной победы Свободы, имеют равные права на власть, богатство и оружие».

Наемные работники и слуги должны освободиться из рабства и превратиться в партнеров в сфере материального производства. А жилище пусть обслуживают сами жильцы. При необходимости к этому можно привлекать свободных работников, пользующихся социальными и материальными гарантиями наравне с остальными работниками сферы общественных услуг.

Заключительная часть «Зеленой книги» посвящена общественному аспекту Третьей всемирной теории. В ней Каддафи исследует вопросы нации и национального самосознания, исторического развития общества, рассматривает взаимосвязь семьи, племени и нации, исследует сходство и различие между женщиной и мужчиной, а также уделяет внимание вопросам меньшинств, образования, искусства и спорта.

Ради чего жертвуют собой исторические герои?

«ГЕРОИ ИСТОРИИ – ЭТО ЛИЧНОСТИ, ЖЕРТВУЮЩИЕ СОБОЙ ВО ИМЯ ОБЩЕГО ДЕЛА».

Все исторические движения – всегда массовые, коллективные движения общности людей во имя своих интересов, например во имя независимости от другой общности, – утверждает Каддафи. При этом внутри самой общности происходит борьба за власть на всех уровнях, вплоть до семьи. Сформированная путем естественного процесса национальная общность имеет свои общественные потребности, и пока все национальные общности не освободятся от господства других общностей, будут продолжаться национально-освободительные движения. То есть современный мир, по Каддафи, находится на историческом этапе национальной борьбы во имя торжества национального самосознания.

«Национальное самосознание – это основа сохранения наций. Нации, утратившие национальное самосознание, обречены на гибель. Проблема национальных меньшинств как одна из политических проблем современного мира носит общественный характер, поскольку меньшинства – это народы, утратившие национальное самосознание и, как следствие, подрубившие саму основу своего существования».

Каддафи сравнивает национальное самосознание с силой гравитации. Объединяющее национальное самосознание – основа существования любого сообщества, поэтому оно и побуждает сообщества к борьбе. Это закон природы, и его нарушение меняет весь ход жизни.

Наряду с общественным фактором действует и религиозный фактор, который может как разъединять национальную общность, так и объединять разные национальные общности.

«Исторически каждая национальная общность должна иметь свою религию. Только при этом условии возможна гармония. Однако в жизни дело обстоит иначе, и именно в этом заключается истинная причина конфликтов и нестабильности в жизни народов в различные эпохи».

По мнению Каддафи, исключения из основополагающего принципа, согласно которому у каждого народа должна быть собственная религия, только подтверждают это правило, ведут к возникновению нестабильности внутри единой национальной общности и способствуют возникновению конфликтов. Единственный способ устранить такие конфликты состоит в восстановлении нарушенного естественного правила, согласно которому у каждой нации должна быть своя религия. При этом общественный и религиозный факторы приходят в соответствие, возвращается гармония и развитие сообществ людей продолжается в верном направлении.

Влияние семьи

Каддафи утверждает: естественное право и мужчины, и женщины – свободный выбор.

«Для человека, как отдельной личности, семья важнее государства».

Семья для человека– это его колыбель и социальная защита. Понятие государства несвойственно человеку.

«Государство – это искусственное политическое, экономическое, а иногда и военное устройство, никак не связанное с понятием «человек» и не имеющее к нему никакого отношения».

Каддафи сравнивает семью с отдельным растением, из которых состоит растительный мир. Политические, экономические, военные факторы в рамках государства вынуждают множество семей к существованию, подобному искусственному разведению растений на плантациях. Все, что ведет к распаду семьи или ее вырождению, не только негуманно и противоестественно, оно является насилием над природой.

«Общество, где в силу каких-то условий существует угроза единству семьи и ее существованию, подобно плантации, где растения могут быть выдернуты с корнем, засохнуть от недостатка влаги, или погибнуть от огня и засухи, или просто увянуть. Человеческое общество подобно цветущему саду или возделанной ниве, где растения развиваются естественно, цветут, дают завязь, идут в рост».

Для процветания общества нужно, чтобы человек естественно развивался в условиях семьи, необходимо процветание семьи. Существование человека вне ее лишено смысла и общественного содержания, как существование листка невозможно без ветки, на которой он растет.

«Если человеческое общество станет когда-нибудь обществом без семьи, оно будет обществом бродяг и уподобится искусственному растению».

Племя – это большая семья

Семья, увеличившаяся вследствие роста потомства, – это племя. Нация – это большое племя. А мир – это большая семья, которая вследствие роста населения разделилась на множество наций. Мир, нация, племя формируются на основе тех же связей, что и семья.

«Человечество – это межнациональные связи, нация – это межплеменные связи, племя – это междусемейные связи. Прочность этих связей снизу вверх ослабевает. Это общеизвестная истина, отрицать которую невозможно».

То есть самая прочная общественная связь – сплоченность, слияние, любовь и привязанность – прочнее всего на уровне семьи.

«ЧТОБЫ ИМЕТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ ЦЕННОСТЯМИ, ПРИВИЛЕГИЯМИ И ИДЕАЛАМИ, КОТОРЫЕ СОЗДАЮТСЯ ВЗАИМОСВЯЗЬЮ, СПЛОЧЕННОСТЬЮ, ЕДИНСТВОМ, ПРИВЯЗАННОСТЬЮ И ЛЮБОВЬЮ НА УРОВНЕ СЕМЬИ, ПЛЕМЕНИ, НАЦИИ И ВСЕГО ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, ДЛЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА ЧРЕЗВЫЧАЙНО ВАЖНО СОХРАНИТЬ СПЛОЧЕННОСТЬ КАК НА УРОВНЕ СЕМЬИ И ПЛЕМЕНИ, ТАК И НА НАЦИОНАЛЬНОМ И МИРОВОМ УРОВНЯХ».

Семейное общество с точки зрения взаимосвязей, взаимного милосердия, солидарности и интересов предпочтительнее племенного, племенное – предпочтительнее национального, национальное – предпочтительнее интернационального.

Преимущества племени

Племя – это следующая стадия семьи, поэтому у его членов такие же материальные потребности и социальные преимущества, как и у членов семьи. Из-за того что семья невелика, она не всегда может контролировать человека, поэтому его поведение вне семьи может быть не всегда достойным. А племя может контролировать своих членов, вырабатывая для них нормы поведения, которые воспитывают лучше, чем любая школа. Эти нормы закрепляются в сознании человека по мере взросления, в отличие от искусственно прививаемых ему навыков и знаний, которые постепенно утрачиваются.

Племя коллективно осуществляет естественную социальную защиту своих членов (выкуп, штраф, месть и т. п.). Основной фактор формирования племени – кровное родство.

«Со временем различия между членами племени, связанными кровным родством, и теми, кто присоединился к племени, исчезают, племя становится единым социальным и этническим образованием. Тем не менее это единство, в первую очередь, основано на кровном родстве и общем происхождении».

Нация в рамках всемирного сообщества – то же, что семья в рамках племени

В политическом и национальном смыслах нация защищает человека лучше, чем племя. Преданность человека своему племени (трайбализм) вредна для нации, поскольку ослабляет его национальные чувства, так же как преданность семье ослабляет преданность своему племени.

«Национальный фанатизм, даже в той мере, в какой он присущ нации, представляет собой угрозу человечеству».

Если враждуют семьи одного племени, то сильные внутрисемейные связи – угроза для него, как неприязнь между членами одной семьи – угроза для самой семьи. Так же и существование нации ставится под угрозу, если враждуют образующие ее племена. И наоборот, сильный, уважающий себя и ответственный человек необходим и полезен семье. Такая же семья полезна племени, а нация – целому миру.

«Политическая и национальная структура деградирует, если опускается до уровня социальных категорий, то есть до семейного и племенного уровней, взаимодействует с ними и принимает их в расчет».

В результате длительного социального процесса семья развивается до племени, совокупность племен – до нации. Со временем возникают новые нации, старые дробятся. В становлении нации главную роль играет единство происхождения и второстепенную – общность судьбы.

В этой связи Каддафи предлагает рассмотреть причину исчезновения одних великих государств и появления на их месте других. По его мнению, семья, племя и нация, безусловно, являются социальными, а не политическими образованиями, в отличие от государства, которое может соответствовать или не соответствовать общественному образованию. Однонациональное государство существует долго и без изменений, а если оно переживет упадок, то возрождается под лозунгами национальной борьбы, возрождения и единства.

«Если же государство как политическое образование объединяет более одной нации, то его политическая структура в результате стремления каждой нации к национальной независимости разваливается. <…> Яркие доказательства этому мы находим на протяжении всей истории мира».

Государство – это не только общественное, но и политическое образование. На его возникновение влияет целый ряд факторов: национальное самосознание (основной фактор), религиозные, экономические и военные факторы. Несколько наций могут объединиться в одно государство благодаря единой религии, экономической необходимости или военным завоеваниям. Борьба за независимость между различными нациями, объединенными религией, усилится, если национальный дух окажется сильнее религиозного, при этом империя разрушается. Затем происходит обратный процесс (религиозный дух берет верх над национальным), нации снова объединяются, и это будет происходить до тех пор, пока общественный фактор окончательно не восторжествует над политическим.

«Общественный фактор – это основной и постоянный фактор. Этим фактором является национальное самосознание. Поэтому необходимо делать упор на социальную действительность, уделяя внимание семье ради воспитания нормально развитого человека, далее – племени, как общественной защите и как естественной социальной школе, где человек помимо семьи получает свое общественное воспитание, а затем и нации, поскольку человек постигает подлинный смысл социальных ценностей через семью и племя, являющиеся естественными общественными образованиями, возникшими без вмешательства извне».

Политические системы, не соответствующие социальной действительности, являются временными и неизбежно падут под воздействием национальных побуждений нации.

Каддафи называет свои утверждения непреложными истинами, приравнивая их незнание к непониманию и неуважению основ человеческого бытия, чреватому ошибками, нарушающими течение жизни человеческих сообществ.

Женщина – человек. Мужчина – тоже человек

Поскольку женщина и мужчина в равной степени люди, по мнению Каддафи, несправедливо делать различия между ними. Их сходство – в равной потребности еды, питья, жилья, одежды, средств передвижения, способности испытывать чувства, мыслить, учиться, как и в том, что они живут и умирают.

Но между ними есть и природное различие, обусловленное естественной необходимостью, их особой ролью. Для выполнения этой роли им нужны разные условия.

«В период беременности женщина находится в болезненном состоянии почти год. В это время она лишена возможности заниматься своей обычной деятельностью. <…> Процесс естественного кормления … также лишает женщину возможности заниматься обычной деятельностью».

Из-за естественного природного различия между мужчиной и женщиной равенство между ними невозможно. При этом и те, и другие должны существовать одновременно, поскольку ни один из них не способен заменить другого. Биологические функции нелегки для женщины, но здесь женщина лишена выбора, иначе человеческая жизнь прекратилась бы.

Предотвращение зачатия, вмешательство при родах или кормлении направлены против естественной жизни. Так же вредна тенденция заменять мать яслями, в которых дети подобны цыплятам на птицефермах.

«РЕБЕНОК ДОЛЖЕН РАСТИ В СЕМЬЕ, В ОБЩЕСТВЕ МАТЕРИ И ОТЦА, БРАТЬЕВ И СЕСТЕР, А НЕ НА ПТИЦЕФЕРМЕ». <…> ДЕТИ, НЕ ИМЕЮЩИЕ СЕМЬИ И КРОВА, ВОСПИТЫВАЮТСЯ ОБЩЕСТВОМ. ТОЛЬКО ДЛЯ ЭТИХ ДЕТЕЙ ОБЩЕСТВО СОЗДАЕТ ЯСЛИ И ДРУГИЕ ПОДОБНЫЕ УЧРЕЖДЕНИЯ. ОПЕКА ОБЩЕСТВА НАД НИМИ ПРЕДПОЧТИТЕЛЬНЕЕ ОПЕКИ ОТДЕЛЬНЫХ ЛИЦ, НЕ ЯВЛЯЮЩИХСЯ ИХ РОДИТЕЛЯМИ».

По естественной склонности ребенок без колебаний выберет мать, а не детскую ферму. Мать для ребенка – естественная и идеальная защита. Заменять мать яслями негуманно, это насильственное препятствие свободе нормального развития. Чтобы не вынуждать женщину отказываться от выполнения ее естественных функций, следует обеспечить ей все права и благоприятные условия для их выполнения, например не принуждать беременную женщину к физическому труду или кормящую – к посту.

Мужчина и женщина равны во всем, что касается человеческих отношений, например они не должны вступать в брак против своей воли. Но по биологической природе их качества отличаются, как внешне, так и по сути. Как и в дикой природе, особи женского пола – красивые и нежные, а особи мужского пола – сильные и грубые.

«Пренебрежение природными особенностями, произвольный выход за их пределы означает попрание ценностей самой жизни и ее уничтожение. <…> Однако почти всюду в мире роли женщины и мужчины в жизни человеческого сообщества, в результате попыток превратить женщину в мужчину, смешиваются. Это – насилие над природой, предопределившей, что каждому – и мужчине, и женщине – принадлежит своя особая роль, иначе это – регресс. Эта тенденция противна природе, она сокрушает правило свободы, обращена против жизни и законов существования».

Мужчина или женщина могут отказываться от выполнения своего природного жизненного предназначения только в ненормальных условиях, противоречащих закону свободы и угрожающих самому человеческому существованию. Изменить эти условия может только переворот во всемирном масштабе, неизбежный в промышленно развитых обществах в силу инстинкта самосохранения – для этого, по мнению Каддафи, даже не потребуется внешняя агитация, например «Зеленая книга».

«ВСЕ СУЩЕСТВУЮЩИЕ НЫНЕ ОБЩЕСТВА ВИДЯТ В ЖЕНЩИНЕ ТОЛЬКО ТОВАР. ВОСТОК РАССМАТРИВАЕТ ЕЕ КАК ПРЕДМЕТ КУПЛИ-ПРОДАЖИ, ЗАПАД ЖЕ ОТКАЗЫВАЕТСЯ ПРИЗНАВАТЬ В НЕЙ ЖЕНЩИНУ».

Женщина не должна выполнять работу, для которой она не создана и которая угрожает ее природной функции, превращая женщину в мужчину. Нельзя игнорировать естественные различия между женщиной и мужчиной, не разрушая основы жизни человека и его общественную жизнь, как это делается в современных индустриальных, материалистических обществах. Это неразумно и опасно для Человечества и Цивилизации.

«ВОПРОС НЕ В ТОМ, ДОЛЖНА ИЛИ НЕ ДОЛЖНА РАБОТАТЬ ЖЕНЩИНА. ПОДОБНАЯ ПОСТАНОВКА ВУЛЬГАРНА И АБСУРДНА, ПОСКОЛЬКУ ОБЩЕСТВО ОБЯЗАНО ОБЕСПЕЧИТЬ РАБОТОЙ ВСЕХ СВОИХ СПОСОБНЫХ К ТРУДУ ЧЛЕНОВ, БУДЬ ТО МУЖЧИНЫ ИЛИ ЖЕНЩИНЫ. ДЕЛО В ТОМ, ЧТО КАЖДЫЙ ДОЛЖЕН ВЫПОЛНЯТЬ ТАКУЮ РАБОТУ, КОТОРАЯ ЕМУ ПОДХОДИТ, И НЕ ДОЛЖЕН ПРИНУЖДАТЬСЯ К ВЫПОЛНЕНИЮ НЕПОДХОДЯЩЕЙ ДЛЯ НЕГО РАБОТЫ.

ЗАСТАВЛЯТЬ ДЕТЕЙ ВЫПОЛНЯТЬ РАБОТУ ВЗРОСЛЫХ – ПРОИЗВОЛ И НАСИЛИЕ. ЗАСТАВЛЯТЬ ЖЕНЩИНУ ВЫПОЛНЯТЬ РАБОТУ МУЖЧИНЫ – ТАКЖЕ ПРОИЗВОЛ И НАСИЛИЕ».

Свободный человек, обладая отвечающими его природе знаниями и навыками, способен выполнять соответствующую работу. Обратное – произвол. Мужчины и женщины, взрослые и дети равны в своих человеческих правах, но у них далеко не равные обязанности.

Суверенные общественные права меньшинств

Третья всемирная теория Каддафи предполагает решение проблемы прав и обязанностей меньшинств.

Меньшинства, по Каддафи, бывают двух типов – слившееся с нацией, ставшие ее социальной частью, и не имеющее своей нации. Меньшинство второго типа является самостоятельным общественным организмом, исторически сложившейся общностью, и со временем станет нацией под влиянием факторов присоединения и общности судьбы. Такое меньшинство обладает суверенными общественными правами, на которые не вправе посягать никакое большинство. Общественная самобытность – неотъемлемое свойство такого меньшинства.

«Политические и экономические проблемы такого меньшинства могут быть решены только в условиях общества, которым правят массы, где власть, богатство и оружие принадлежат массам. Рассматривать меньшинство только под углом политических и экономических проблем – диктат и несправедливость».

Править миром будут черные

Каддафи уверен: на последнем этапе истории рабства белая раса поработила черную. Пока черный человек не поймет, что его права полностью восстановлены, он этого не забудет. Этот психологический фактор нельзя не учитывать.

Исторически возникало господство и желтой расы, и белой расы.

«Ныне наступает период господства черной расы».

В настоящее время черная раса является крайне отсталой, но это способствует ее численному превосходству.

«В то же время другие расы вследствие регулирования деторождения и действующего законодательства о браке численно сокращаются. Это также следствие их постоянной занятости в противоположность черным, ведущим праздный образ жизни в атмосфере вечной свободы».

Образование, не противоречащее свободе

Принятый в нынешнем мире метод обучения молодежи с его регламентированным процессом и зафиксированными в учебниках материалами, предназначенными к заучиванию в учебных аудиториях за определенное время, противоречит свободе, считает Муаммар Каддафи. Мировые государства, которые гордятся тем, что навязали молодежи обязательное обучение, подавляют свободу и природные способности человека. Принудительная профориентация – это губительный для свободы диктат, лишающий человека права на свободный выбор, творчество и проявление таланта.

«Обязательное регламентированное обучение по программам означает на деле принудительное насаждение невежества среди масс».

Чтобы уничтожить принятые ныне в мире методы обучения, освободив человеческое сознание от тенденциозных программ и преднамеренной перестройки вкусов, понятий и умонастроений человека, необходима всемирная культурная революция.

«Сказанное не означает, как может показаться некоторым вульгаризаторам, что нужно закрыть учебные заведения и лишить людей возможности учиться. Напротив, это означает, что общество должно обеспечить образование всех видов и дать своим гражданам возможность выбрать такой вид, который больше соответствует их природе, что, в свою очередь, требует наличия достаточного числа учебных заведений во всех областях знаний».

При нехватке таких заведений человек вынужден изучать только доступные в существующих учебных заведениях дисциплины, что ограничивает его свободу, поскольку он не может реализовать свое естественное право свободного выбора из-за отсутствия других учебных заведений.

Общество, преграждающее путь к знаниям (в том числе к истинному знанию веры, религии, культуры – своей или чужой) или монополизирующее эти знания, – это отсталое, крайне невежественное и враждебное свободе общество. Нельзя лишать человека его естественного права на знание – только сам человек может отказаться от него.

«Невежеству придет конец, когда все будет представлено в истинном свете, когда каждый человек будет иметь возможность познавать истину доступным для себя путем».

Музыка и искусства

«Люди будут отсталыми, пока не смогут объясняться на одном языке».

Без воплощения этой неосуществимой, по мнению Каддафи, мечты, всем народам останется выражать все многообразие чувств, вкусов и настроений на своем родном языке, и этот язык, влияя через эмоциональное восприятие на реакцию своего носителя, будет определять поведение человека.

Нельзя просто принять единый для всех язык – процесс слияния языков должен захватить несколько поколений, лишенных фактора наследственности, поскольку обычно чувственные восприятия, вкус и темперамент сыновей и внуков формируются под влиянием дедов и отцов.

«Если предки говорили на разных языках, а потомки говорят на одном, то это не значит, что потомки, говоря на одном языке, имеют общие вкусы и одни и те же эмоциональные восприятия. Единое эстетическое отношение может появиться только после того, как новый язык создаст генетический фактор передачи вкуса и чувственных восприятий от поколения к поколению».

Например, если у одного народа цвет траура – белый, а у другого – черный, то каждый из них воспринимает данный цвет с соответствующими эмоциями, и следующее поколение унаследует это восприятие (например, будет инстинктивно не любить черный цвет, как и предыдущее поколение). Поэтому каждый народ по генетическим причинам по-настоящему воспринимает только свое национальное искусство и наследие, а чужое не воспринимает даже при сходстве языков. Проявление этого различия, хотя и в слабой форме, возможно даже внутри одного народа.

«Обучиться единому общему языку нетрудно, так же как нетрудно, зная язык других народов, научиться понимать их искусство. Трудность заключается в невозможности подлинного эмоционального слияния с чужим языком. Эта проблема будет существовать, пока не исчезнет воздействие фактора наследственности на людей, говорящих на одном языке. <…> Тем не менее, достижение этой цели при условии неуклонного развития человеческой цивилизации – всего лишь вопрос времени».

Спорт, верховая езда, зрелища

Для начала Каддафи сравнивает спорт с молитвой: индивидуальный спорт подобен уединенной молитве, а массовый (спортивные игры на открытых площадках) – совместной молитве в храме. Заметив, что разумно молиться самому, а не смотреть, как молятся другие, он тут же проводит аналогию: неразумно идти на стадионы и спортивные площадки, чтобы смотреть выступления спортсменов, лучше самому участвовать в спортивных играх.

«Спорт подобен молитве, еде, отоплению, свежему воздуху. Люди не ходят в ресторан, чтобы смотреть, как едят другие. Нелепо также представить себе людей, поручивших другим вместо себя греться у огня или освежаться у вентилятора. Столь же нелепо, когда общество позволяет отдельному человеку или группе людей монополизировать спорт, отстранив от него общество, причем общество оплачивает все расходы спортсмена-одиночки или группы спортсменов. С демократической точки зрения это столь же недопустимо, как недопустимо, чтобы народ позволял отдельному человеку или группе людей – партии, классу, клану племени, парламенту – решать от имени народа его судьбу или определять его потребности».

Индивидуальным спортом можно заниматься по собственной инициативе, самостоятельно неся при этом расходы. А массовый спорт – это социальная потребность человека. Передоверять занятия спортом кому-то еще недопустимо, как невозможно передать другому духовное и физическое удовлетворение.

«С демократической точки зрения, ни отдельный человек, ни группа людей не имеют права монополизировать спорт, власть, богатство, оружие, отстранив от этого остальных».

В современном мире во всех государствах традиционную основу спорта составляют спортивные клубы, обладающие соответствующими средствами и возможностями. Это такая же социальная монополия, как и политическая монополия диктатуры, правящей от имени масс, экономическая монополия, отнимающая богатства у общества, военная монополия на оружие. В эпоху масс монополия на богатство, власть и оружие разрушается, значит должна быть разрушена и монополия на социальную активность (спорт, верховую езду и т. п.).

Тем, кто голосует за кандидата, чтобы он решал их судьбу, а то и стал носителем их достоинства, суверенитета и т. д., – им, лишенным воли и достоинства, остается лишь наблюдать со стороны, как другой действует там, где они по определению должны действовать сами.

«Аналогичное происходит с теми людьми, которые не занимаются спортом сами и для себя, поскольку неспособны заниматься им из-за неумения или надувательства со стороны организаций, монополизировавших занятия спортом и стремящихся развлечь массы и притупить их сознание, оставив им в удел вместо занятия спортом лишь смех и аплодисменты. Когда власть принадлежит массам, спорт становится массовым».

Массы должны заниматься коллективным спортом – это право всего народа, поскольку спорт полезен для оздоровления и развлечения. Если оздоровительную и нравственную стороны спорта будут использовать только одиночки или отдельные группы людей, массам придется обеспечивать их всем необходимым и оплачивать все расходы, что неразумно.

«Тысячи аплодирующих и смеющихся зрителей, заполняющих трибуны стадионов, – это тысячи введенных в заблуждение людей, которые, не имея возможности заниматься спортом лично, праздно сидят на трибунах и аплодируют чемпионам, которые перехватили у них инициативу, оттеснили их и монополизировали спорт, используя в своих интересах возможности, предоставленные им массами».

Трибуны стадионов закрывают массам доступ на спортивные поля и к спортивным сооружениям, не давая им заниматься спортом. Когда массы осознают, что спорт – это вид социальной активности, они займут спортивные арены, чтобы заниматься спортом, а не просто смотреть. Только неспособное заниматься спортом меньшинство может пребывать в роли пассивного зрителя.

«Трибуны стадионов исчезнут, когда на них некому будет сидеть».

Тем, кто понимает смысл исторических событий и представляет себе будущее, кто способен играть в жизни героическую роль, незачем идти в театр или концертный зал, куда бездельники приходят посмотреть на течение жизни и поучиться, как ученики приходят учиться в класс.

Тому, кто сам творит жизнь, не нужна поддельная жизнь на сцене. Всадник не сидит на трибуне во время скачек.

«Если бы каждый имел коня, то не нашлось бы желающих наблюдать за скачками и аплодировать их участникам. Сидящие зрители – это те, кто не могут сами заниматься этим видом спорта, потому что не умеют ездить верхом».

Каддафи приводит в пример кочевые народы, которым не нужны театр и зрелища: их жизнь крайне трудна, они относятся к ней серьезно, и всякие имитации жизни им смешны. Они не смотрят спортивные состязания, а с радостью участвуют в них сами, повинуясь своей инстинктивной потребности.

Такие виды спорта, как бокс и другие единоборства, – свидетельство того, что человечеству все еще не чужды пережитки варварства. Но поднявшись на более высокую ступень цивилизации, человек непременно избавится от них.

«Дуэли на пистолетах, а до этого принесение жертв, тоже были обычными явлениями в жизни человеческого общества. Но вот уже сотни лет, как эти варварские явления исчезли без следа. Теперь люди с усмешкой и смущением вспоминают, что они когда-то занимались такими вещами. То же самое произойдет через десятки или сотни лет с боксом и борьбой. Однако самые просвещенные и интеллектуально развитые люди уже сейчас сторонятся этих варварских видов спорта, не желая быть ни участниками, ни зрителями подобных выступлений».

Глава 4

Каддафи решает мировые проблемы

Каддафи позиционирует себя в качестве лидера мирового масштаба. А лидеру мирового масштаба пристало заниматься застарелыми и трудноразрешимыми мировыми проблемами. Поэтому в своем блоге[17] Каддафи публикует на множестве языков оригинальные идеи и предложения, призванные изменить мировой порядок. Предлагаем вашему вниманию несколько наиболее интересных идей Каддафи, касающихся реформы ООН, международных уголовных судов, израильско-палестинской проблемы и единства арабского мира.

Предложение по реформе ООН и Совета Безопасности

«В последнее время во всем мире много говорят о реформах и демократии. Эти лозунги всем нравятся, и никто, кроме диктаторов и реакционеров, их не отвергает: диктатор отвергает демократию, реакционер – реформы. Но это будет никому не нужно, если дело ограничится пропагандой, сопровождаемой выборочным подходом, если за правильными словами будет скрываться ложный смысл, то есть если за лозунгами демократии и реформы будут стоять совсем иные цели.

Если же говорить о демократии и реформах во всемирном масштабе серьезно, то следует начинать разговор с реформирования и демократизации высшего международного органа – Организации Объединенных Наций».

Сравнивая Генеральную Ассамблея ООН со всемирным парламентом, Каддафи утверждает, что без ее реформирования и демократизации нельзя требовать того же от парламентов и правительств государств. Он предлагает придать этому всемирному парламенту полномочия, традиционные для парламентов всех демократических государств: сделать Генеральную Ассамблею ООН законодательным органом, Совет Безопасности – исполнительным, а судебную функцию будет выполнять Международный суд.

В отличие от Совета Безопасности (СБ), на Генеральной Ассамблее (ГА) как на всемирном форуме все государства – члены ООН – и большие, и малые – имеют равное представительство, поэтому обязательными должны быть резолюции именно ГА, а не СБ. Без этого ГА остается лишь декорацией, трибуной для речей, как Гайд-парк.

«В этом смысле она напоминает рынок Укказ в Мекке, где в доисламский период (джахилия) собирались поэты и публично читали свои поэмы, восхваляя одних и понося других».

Тогда нужно распустить ГА, чтобы сэкономить расходы государств-членов и того государства, на территории которого она действует, расширить и обновить состав СБ и пересмотреть его полномочия.

«Те же, кто выступает против этой радикальной концепции реформирования международной организации, лишаются каких бы то ни было оснований для критики того или иного государства за то, что его парламент не обладает истинной законодательной властью или что его правительство не выполняет решений парламента, а государство пренебрегает постановлениями суда».

Генеральная Ассамблея создавалась как объединение наций во имя мира, но сегодня она превратилась в ничто. Согласно Уставу, она обязана исполнять инструкции и рекомендации СБ, а все ее резолюции должны быть им одобрены, иначе они не подлежат исполнению. Такой Устав выражает пренебрежение к представителям государств в ГА.

«Очевидно, что СБ воплощает в себе диктаторское начало, а ГА – демократическое. В Совете представлено ничтожное меньшинство, и этим он напоминает орган военной диктатуры, некий чрезвычайный совет, не имеющий ничего общего с демократией и равенством».

Сегодняшнюю ГА Каддафи называет «нулем без палочки, театром комедии, ложной иллюзией, пустой тратой денег, смехотворным спектаклем, насмешкой и издевательством над народами», считая необходимой для ее серьезного реформирования перестройку, центральным объектом которой станет Совет Безопасности, поскольку нельзя считать международным органом эту ограниченную группу лиц, принимающую все обязательные решения относительно мира и безопасности народов. Но даже он зависит от права вето, когда одно государство, представленное в Совете, может отменить решение всех остальных.

«Применение вето со стороны одного государства аннулирует резолюции ГА, презирая волю почти двухсот стран, представленных в ней, но не имеющих никаких полномочий».

Поэтому для демократизации ООН Каддафи предлагает передать полномочия Совета Безопасности Генеральной Ассамблее, чтобы СБ только исполнял ее резолюции.

Каддафи возражает против альтернативного пути – расширения Совета безопасности, – поскольку при этом, по его мнению, неизбежны опасные международные проблемы. Европейский и Африканский союзы находятся на пути превращения в единое государство. Если одному федеративному государству предоставить несколько постоянных мест в СБ, другие будут обижены.

«Представьте себе, что было бы, если бы у Советского Союза в Совете Безопасности было несколько мест постоянных членов, как бы вы себя чувствовали? И кто тогда будет вправе лишать таких же полномочий Грецию или Турцию?»

Далее, если предоставить постоянное место в СБ Индии и Японии, кандидатуры которых обсуждаются, это может стать дополнительным вызовом Пакистану и Северной Корее – ядерным державам, породив серьезную угрозу для мира. К тому же

«…бессмысленно делать постоянным членом неядерное государство. Это будет выглядеть как фарс и издевательство над этим и подобными ему государствами».

Проблема в том, что если какая-то страна получит место постоянного члена, будет трудно отказать и другим, не усиливая напряженности в мире. Поддержка расширения Совета Безопасности ведет к новой холодной войне, которая может превратиться в «горячую». Нужно реформировать всю Организацию Объединенных Наций.

Во Второй мировой войне для победы над Германией объединились четыре нации, создавшие Совет Безопасности в том виде, какой был необходим им в тех условиях. Сегодня в ООН представлено 190 наций, обладающих естественным правом на создание собственного совета безопасности, который служил бы ее целям.

«Без этого ООН в ее нынешнем виде будет обречена на гибель, и нам следует быть готовым жить в мире, в котором нет организации наций».

Выдвинув радикальное предложение по демократизации ООН, Каддафи считает, что решение по этому важному и серьезному вопросу нужно отложить на будущее, поскольку от него зависят судьбы войны и мира для всего человечества. Для его изучения и обсуждения с учетом мнения всех жителей планеты потребуется несколько лет.

«Лидеры мирового сообщества, мыслители, теоретики и ученые должны изучить постановку этого вопроса и не торопиться принимать необдуманное решение из желания угодить кому-то или снискать чью-то похвалу, не заглядывая при этом ни в ближайшее, ни в более отдаленное будущее и не принимая во внимание негативные последствия такого решения»

О неправомочности международных уголовных судов

Существующие международные уголовные суды, по мнению Каддафи, основаны на предвзятости, двойных стандартах и не являются законными из-за невыполнения, в частности, следующих необходимых условий:

• суд должен быть учрежден органом, легитимным по своему правовому статусу;

• суд должен рассматривать фактические обстоятельства в соответствии с составом преступления и наказанием за него, предусмотренными в законе, который вступил в силу до совершения преступления;

• закон этот должен быть принят легитимным законодательным органом;

• члены суда должны быть независимыми и обладать возможностью выносить решения, не подвергаясь никакому внешнему воздействию;

• правила процедуры суда должны включать в себя гарантии справедливого процесса по делу обвиняемого. Свое утверждение Каддафи аргументирует тем, что

все известные международные уголовные суды были учреждены либо победившими державами (Нюрнбергский и Токийский трибуналы), либо Советом Безопасности ООН – международным органом, легитимность которого Каддафи подвергает сомнению (трибуналы по бывшей Югославии и Руанде).

В первом случае победители могли навязывать проигравшей стороне любые условия. Суды позволяли им признать преступниками противников и оправдать собственные военные преступления, такие как массовое истребление гражданского населения с помощью атомной бомбы. Фактически эти суды не соответствовали критериям правосудия.

• Они были созданы военно-политическим руководством оккупационных властей. Их судьи не были нейтральными, поскольку представляли одну из воевавших сторон, т. е. не имели права судить, по общепризнанным нормам правосудия.

• Обвиняемые в этих судах, согласно нормам международного права, были неподсудны, т. к. являлись военнопленными.

• По нормам правосудия, состав преступления должен быть обозначен в действующем законе. А победившие стороны определили список «преступлений» уже после совершения деяний, за которые были осуждены обвиняемые, в нарушение принципов предусмотренности преступлений и наказаний в законе и отсутствия у закона обратной силы.

• Правовой основой Токийского трибунала послужил личный приказ генерала Макартура, содержавший надуманные составы преступлений, в результате которого были казнены беззащитные на тот момент японцы.

• Государства до сих пор не пришли к единому мнению относительно «преступлений», за которые судили обвиняемых.

• Победители избежали суда и наказания за применение атомной бомбы.

• Основой для вынесенных этими судами приговоров служили предположения и подозрения, а не улики, пусть даже косвенные.

«Так, например, Токийский трибунал, созданный в 1946 году американским генералом Макартуром, осудил командующего японской армией на Филиппинах за преступления, совершенные, как счел суд, солдатами, воевавшими под его командованием. Он был приговорен к смертной казни, несмотря на доказательства того, что не отдавал никаких приказов. Более того, он не мог ничего знать о происходящем, поскольку бежал с поля боя».

Свидетельством фиктивности этих судов, главной целью которых, по мнению Каддафи, было оправдание превышения союзниками пределов допустимой обороны, он считает то, что

«…Россия, в отличие от англичан и французов, не стала судить никого из немецких военнослужащих в своем секторе оккупированной Германии, несмотря на то, что она больше всех пострадала от этой войны».

А раз приговоры международных уголовных судов по Второй мировой войне незаконны, то все, кто пострадал от их решений, могут потребовать реабилитации и пересмотра фактических обстоятельств независимыми судами, в том числе касающихся победителей.

В случае международных трибуналов по бывшей Югославии и Руанде, учрежденных Советом Безопасности, под вопросом остается его легитимность. СБ был создан в результате Второй мировой войны союзными державами для продвижения угодных им принципов политики и международных отношений. При его создании не соблюдался принцип свободного выбора и волеизъявления всех стран мира, в нем представлено меньшинство государств, что не дает ему права судить граждан всех остальных государств.

«Достаточно вспомнить, что Международный суд постановил, что дело Локерби не подпадает под юрисдикцию Совета Безопасности. Однако СБ пренебрег заключением Международного суда и продолжил заниматься делом Локерби в нарушение норм международного права.

И наоборот, он отказался заниматься решением того же суда о «Военной и полувоенной деятельности против Никарагуа» (Никарагуа против США)».

По закону, Совет Безопасности не имеет права создавать суды, но использует статью 29 Устава ООН, предусматривающую создание вспомогательных административных органов, и другие его положения не по назначению, посягая на суверенитет народов.

«…резолюции органа под названием Совет Безопасности, касающиеся создания судов и трибуналов, не имеют никакой юридической силы с точки зрения международного права и юриспруденции».

По своему назначению (одностороннее судебное преследование побежденных) создаваемые в настоящее время международные суды аналогичны прежним международным трибуналам, политизированным и предвзятым.

Например, временный международный трибунал по Сьерра-Леоне, хотя и учрежден по просьбе правительства страны, не является законным, действуя вне системы ее национального законодательства:

• статут этого суда частично подчиняется так называемым нормам международного права, основанным на статуте и решениях другого незаконного международного суда – Нюрнбергского трибунала;

• председатель этого суда и генеральный прокурор не являются гражданами Сьерра-Леоне;

• некоторые из его судей – иностранцы, которые не подчиняются национальному суверенитету;

• приговоры этого суда будут исполняться за пределами Сьерра-Леоне.

Международный уголовный суд (МУС) был учрежден на основе международного договора, но на тех же принципах, что и временные международные трибуналы. То есть, строго говоря, не может считаться полноправным судом по следующим причинам.

1. Совет Безопасности может приостановить рассмотрение этим судом любых исковых заявлений. То есть МУС не является независимым и вряд ли вообще может называться судом.

«…приняв резолюцию 1422, которая откровенно нарушает общеизвестный принцип независимости суда, являющийся главным условием непредвзятого судебного разбирательства, СБ начал опекать Суд еще до того, как тот приступил к работе».

2. МУС не располагает согласованным правовым документом, где определялись бы подпадающие под его юрисдикцию составы преступления и наказания за них. То есть нарушаются принципы предусмотренности в законе преступления и соответствующего ему наказания и отсутствия у закона обратной силы.

3. Под юрисдикцию МУС не подпадает преступление агрессии – основа всех остальных преступлений.

4. В Римском статуте перечислены только наиболее тяжкие преступления.

5. МУС не гарантирует право обвиняемого на защиту – основу справедливого разбирательства. Отсутствие конкретного механизма защиты превращает ее в формальность.

6. Как и прежние международные трибуналы, МУС руководствуется предположениями, подозрениями и обстоятельствами фактических событий, не достигающими даже уровня косвенных улик.

«Он создан по образцу тех прежних трибуналов, одним из которых был временный Международный трибунал по бывшей Югославии, осудивший командующего армией боснийских сербов и командующего силами боснийских хорватов, несмотря на отсутствие каких бы то ни было улик, свидетельствующих о том, что они отдавали приказы о совершении убийств и применении пыток, в которых их обвиняли, и даже о том, что в момент совершения этих преступлений они присутствовали в месте проведения операции».

7. В составе МУС нет нескольких судебных инстанций, что не удовлетворяет требованиям правосудия. Несколько его отделений не реализуют многоступенчатую судебную процедуру, поскольку в них работают одни и те же 18 судей, отобранные Ассамблеей государств-участников. По сути, это скорее некий административный орган, чем суд. Нет и независимой надзирающей инстанции для обжалования его решений.

Каддафи не устает напоминать о сомнительности полномочий Совета Безопасности, которому подчиняется Международный уголовный суд (как и о том, что нынешняя Генеральная Ассамблея не является законодательным органом). Законной альтернативой он видит некую ассамблею парламентских представителей государств всего мира, которые соберутся вместе и разработают основной статут или закон о международном суде. А пока, по мнению Каддафи, все известные международные суды, включая МУС, – лишь фикция, поскольку:

• нет международного уголовного законодательства, определяющего преступления и наказания;

• не определены преступление агрессии, право на законную самозащиту и понятие агрессивной войны;

• Ссылка на резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН, принятую в ноябре 1948 года, о кодификации норм международного права, вытекающих из статута и решений Нюрнбергского трибунала, не имеет законной силы. Сама эта резолюция не имеет под собой легитимной основы, поскольку Нюрнбергский трибунал также был незаконным. Предусматривая кодификацию норм международного права, вытекающих из статута и решений Нюрнбергского трибунала, эта резолюция нанесла ущерб международному праву. Тем не менее, Международный уголовный суд продолжает оставаться судом по «чрезвычайным» делам, прикрывая враждебные замыслы могущественных держав против слабых. При этом в глазах общественности национальные суды, в силу их легитимности и независимости, будут оставаться более справедливыми, чем международные. Тем более, что любое государство сможет предавать военных преступников национальному суду независимо от их гражданства и места преступления. Пока международное право остается всего лишь обычаем, межгосударственным, а не надгосударственным правом, национальный суверенитет государств позволяет применять и толковать любой международно-правовой документ.

«Естественной нормой и правом любого человека является положение о том, что на него не распространяется действие закона, разработанного без его участия. Если закон был сформулирован и принят каким бы то ни было органом в обход его участия, его нельзя заставить подчиняться этому закону».

Израиль + Палестина = Изратина

В своей «Белой книге» Каддафи предлагает решение застарелой ближневосточной проблемы – как всегда, научное, справедливое и единственно верное, гарантирующее окончательное избавление региона от военных бедствий. Прежние мнения обеих сторон, арабской и еврейской, международные проекты решения проблемы, свидетельства видных ученых и военных, а также современные реалии призваны подтвердить предложенный Каддафи подход.

Об истории проблемы

Историческое название местности «Палестина», связанное с ее исконными обитателями филистимлянами, упоминается в книгах Ветхого Завета и других древних источниках. Так эта территория называлась и во времена британского мандата на ее управление, вплоть до создания израильского государства. Слово «Палестина» или «палестинский» использовалось в названиях сионистских организаций и газет, и даже в сионистских гимнах.

Палестину, как и другие страны этого региона, заселяли разные народы – одни как переселенцы, другие как завоеватели, она видела много войн и волн эмиграции со всех концов мира. Ни один народ не может утверждать, что это его земля, безраздельно владеть той или иной частью Палестины.

Когда впервые была выдвинута идея создания государства для евреев, предлагалось разместить его на Кипре, в Аргентине, Уганде, Джебель аль-Ахдаре, Палестине или на Синае, а не однозначно в Палестине. Причем побудительным мотивом этой идеи было не столько сочувствие евреям, сколько стремление избавить от них Европу.

С древности судьба была неблагосклонна к евреям. Их всячески угнетали правительства, властители, другие народы – египтяне, римляне, англичане, русские, вавилоняне и ханаанеи и, наконец, гитлеровцы.

Исторически арабы и евреи не были враждебны друг другу. Евреи – двоюродные братья арабов, потомки Авраама. Во время преследований евреев арабы предоставляли им убежище, поэтому во всех арабских странах есть еврейские кварталы.

Прежние проекты единого государства

Неоднократно выдвигались различные проекты создания в Палестине единого арабо-еврейского государства. Несколько британских проектов (планы Уокхоупа, Ньюкомба, лорда Моррисона, «Белая книга» 1939 года) были отвергнуты по несущественным причинам, например из-за разногласий по поводу размеров выделенных сторонам областей, сроков окончания британского мандата, количества эмигрантов и т. п. Были также предложения сионистских и арабских лидеров. Все они предупреждали, что отказ от создания единого двухнационального государства не принесет мира. Именно это и произошло.

«Отказ от создания единого государства – это историческая ошибка, ставшая причиной сегодняшней трагедии. Провозглашение государства в одностороннем порядке в интересах провозгласившей его стороны – ошибка. Попытка раздела закончилась неудачей и не имеет будущего».

Каддафи цитирует видных ученых и военных деятелей, которые писали об ошибочности и опасности создания двух государств, обосновывая свою позицию неоспоримыми географическими и экономическими фактами.

Риски при создании двух государств

Уникальность конфликта между Палестиной и Израилем состоит в том, что каждая из сторон претендует на обладание одной и той же территорией. Для палестинцев это часть их большой родины, а для евреев – их историческая родина, земля обетованная. Чтобы они не уничтожили друг друга, необходим компромисс – единое государство, в котором каждая из сторон будет чувствовать, что она имеет право проживания на всей спорной территории.

Раздельные государства не решат проблему беженцев, и борьба продолжится на следующем этапе. А создание демилитаризованных зон размывает суверенитет над этими зонами и также способствует не стабилизации, а нагнетанию противоречий. Кроме того, ни одна из сторон не будет удовлетворена, не завладев всей территорией, что неизбежно приведет к противостоянию и насилию.

«Белая книга» Каддафи – фундаментальное историческое решение

Каддафи предлагает свое фундаментальное историческое решение – создать единое еврейско-палестинское государство под названием Изратина.

Он считает, что для этого нужно разрешить возвращение отовсюду палестинских беженцев и перемещенных лиц, если они того пожелают.

«Было бы неверно допускать сюда евреев, которые ни сами, ни их предки не жили в Палестине, и в то же время лишать этого права палестинцев, которые бежали или были изгнаны из Палестины совсем недавно – после 1948 года». Тем более, что евреи утверждают, что они не изгоняли палестинцев, а те, мол, сами поверили пропаганде и бежали из своих домов».

Найти окончательное решение Каддафи помогают заявления сионистских руководителей, ученых, беспристрастных и предвзятых наблюдателей, в которых он видит подтверждение следующим фактам:

• палестинцы жили на этой земле, до 1948 и 1967 годов у них там были дома и угодья;

• в 1948 году они покинули эти земли, оставили свои хозяйства и дома, опасаясь резни, при этом не важно, имели ли место случаи такой резни в действительности или нет;

• наиболее видные сионистские руководители и ученые, участвовавшие в конфликте 1948 года, свидетельствуют о том, что евреи не изгоняли палестинцев из Палестины и из их домов, а палестинцы сами поверили устрашающей пропаганде и бежали из Палестины;

• бегство было массовым и широкомасштабным.

«Итак, евреи не питают ненависти к палестинцам, не стремятся изгнать их из их страны – Палестины. Они не принимали решения об их истреблении, как утверждают слухи, и даже резни в Дейр-Ясин на самом деле не было. Это арабы из других стран напали на Палестину и объявили войну евреям».

Каддафи предлагает в интересах решения проблемы считать все эти утверждения достоверными. Тогда возвращение палестинских беженцев и будет главным ключом к ее решению, позволив вернуть течение событий в их исконное русло.

«Речь идет об осуществлении резолюции ООН от 11 декабря 1948 года, пункт 1 которой гласит о возвращении беженцев. Для того чтобы оспорить его, нет никаких правовых и юридических оснований».

Далее Каддафи вспоминает исторические предпосылки решения этой проблемы. Как уже говорилось, Ветхий завет и другие источники свидетельствуют, что Палестина попеременно принадлежала разным племенам и народам, постоянно являясь объектом соперничества. То есть ни один из них не имеет права присвоить всю Палестину или «подарить» какую-либо ее часть другому.

Неизбежный провал планов раздела

Каддафи уверен в том, что планы создания двух соседних государств обречены на провал, поскольку:

1. Эти будут не просто два соседних государства, а государства, неразрывно сплетенные друг с другом как географически, так и демографически.

2. В случае создания второго государства на Западном берегу глубина территории Израиля не будет превышать 14 км, что недопустимо для израильтян.

3. Все города побережья будет уязвимыми для огня из любого тактического оружия или оружия средней дальности из любой точки на Западном берегу.

4. Любая буферная зона будет источником раздражения и угрозы безопасности, объектом соперничества за контроль над ней или за ее использование.

5. Палестинцы не согласятся на карликовое государство. Им нужно государство с собственными вооруженными силами, способное защитить себя. Это их неоспоримое естественное и законное право.

6. Территория между рекой и морским побережьем слишком узка для того, чтобы на ней уместились два государства.

7. Западный берег и сектор Газа не смогут вместить всех беженцев и не подходят для этого.

8. Израиль недостаточно велик, чтобы принимать новых иммигрантов.

9. Налицо зачатки ассимиляции как прообраз будущего совместного проживания двух народов в одном государстве; это фундамент для построения будущего единого государства.

«В так называемом государстве Израиль проживает миллион палестинцев <…> Их число со временем вырастет, и миллион превратится в несколько миллионов. С другой стороны, на Западном берегу и в секторе Газа <…> проживает несколько сот тысяч евреев, а со временем будет миллион или больше. То, что после 1948 года стало называться Израилем, не является чисто еврейским государством. В нем живут и христиане, и евреи, исповедующие католичество, и мусульмане, и мусульмане-друзы, и фалаши и т. д.».

10. Повседневная взаимозависимость сторон. Палестинцы работают на израильских заводах. Происходит взаимный обмен товарами и услугами.

11. С каждым годом палестинцы и израильтяне все больше ассимилируются. С одной стороны, вследствие колонизации евреями Западного берега, а с другой – в результате повсеместного роста использования в Израиле арабской рабочей силы. В сфере услуг, в муниципальных службах ежедневно трудятся десятки тысяч молодых палестинцев из Набулуса, Газы, Тибы, Галилеи и Хеврона.

Отсюда нецелесообразность и невозможность разделения Палестины на два государства.

«В результате такого раздела не будет ни государства под названием Израиль, ни государства под названием Палестина. Те, кто выступает за разделение Палестины, либо не имеют представления о природе этого региона и его демографических особенностях, либо хотят любым путем избавиться от проблемы, переложив ее на плечи евреев и палестинцев и делая при этом вид, что урегулировали ее. Это неискренний подход, закладывающий основы для будущего соперничества».

Земля предков, земля обетованная

Палестинцы считают, что это земля их предков, населявших ее вплоть до самого последнего времени. Свидетельство тому – множество беженцев, перемещенных в результате войны 1948 года. Евреи верят, что это их священная земля, земля их предков.

Ученые утверждают, что суть проблемы – соперничество двух народов за право на обладание одной и той же территорией.

«…проблема заключается в том, что обе стороны правы».

И в случае создания двух государств обе стороны будут продолжать бороться друг с другом: палестинцы – за право жить на земле предков, а евреи – за право оставаться на земле обетованной».

Решение, предлагаемое Каддафи, заключается в том, чтобы, используя преимущества нынешних обстоятельств и исторические предпосылки, создать на месте Палестины и Израиля единое государство – Изратину, в котором евреи и палестинцы жили бы вместе и имели свободу передвижений.

«Так жизнь вернется в нормальное русло, исчезнут притеснения и дискриминация, тем более, что исторически евреи никогда не враждовали с арабами, в отличие от того, как они в древности враждовали с римлянами или в новое время – с европейцами.

Именно арабы приняли евреев и защитили их от гнета и преследований со стороны римлян, английских королей, а также после их изгнания из Андалусии».

В качестве примера позитивного подхода к решению проблемы посредством создания единого государства Каддафи цитирует сионистского ученого Алофа Эрабина: «Палестинцы задаются вопросом: «Почему именно мы должны расплачиваться за преследования евреев в Европе? Ведь палестинцы евреев не преследовали». Евреи же говорят: «Мы не выгоняли палестинцев. Арабы-непалестинцы развязали против нас войну в 1948 году»». Тот же автор говорит об израильтянах и палестинцах как о двух народах, «переживших страшные и мучительные трагедии, до которых другим нет дела».

Решение, предлагаемое Каддафи, – создать на месте Палестины и Израиля единое государство – Изратину, в котором евреи и палестинцы жили бы вместе и имели свободу передвижений.

«Поэтому решением является создание демократического государства без религиозного фанатизма и не по этническому признаку. С поколением Шарона и Арафата покончено. Нам нужно новое поколение, когда все смогут жить в мире. Посмотрите на палестинскую и израильскую молодежь; они хотят мира, демократии и хотят жить в рамках одного государства. Этот конфликт отравляет мир»[18].

Выводы

1. Территория слишком мала, чтобы вместить два государства.

2. Два государства будут вынуждены воевать между собой, поскольку оба претендуют на одну и ту же землю исходя из собственных убеждений. Каждое из этих маленьких государств будет угрозой для другого.

3. Одно из них не может принять всю еврейскую иммиграцию, а другое – всех палестинских беженцев.

4. У каждой из сторон есть поселения на территории другой стороны. Как минимум миллион палестинцев проживают в Израиле и около полумиллиона израильтян проживают на Западном берегу и в секторе Газа. Есть и другие общины – друзы, католики, христиане, мусульмане и др. Есть условия для ассимиляции.

5. Рабочие на израильских заводах – палестинцы.

6. Есть взаимозависимость, можно даже сказать, интеграция в сфере производства товаров и услуг.

Заключение

1. Палестинские беженцы и перемещенные лица возвращаются в свои дома.

2. Создается единое государство по ливанскому образцу.

3. Проводятся свободные выборы (первый и второй раз – под контролем ООН).

4. Новое государство и весь Ближний Восток отказываются от оружия массового поражения, если таковое имеется.

5. На этом конфликт на Ближнем Востоке будет исчерпан. Новое государство будет похоже на Ливан. Оно получит международное признание и сможет вступить в Лигу арабских государств.

Каддафи догадывается, что с названием «Изратина» согласятся не все. Но подобные возражения он считает «неконструктивной, вредной и поверхностной позицией», поскольку безопасность и мирная жизнь евреев и палестинцев в едином государстве важнее сохранения старого названия и вместе с ним – угрозы миру для евреев, Ближнего Востока и всего человечества.

Он предлагает прислушиваться не к «старой гвардии», которая мыслит категориями времен Второй мировой войны, а к молодежи – поколению эпохи глобализма, поколению будущего. Причину сегодняшней трагедии он видит именно в застарелом мышлении.

«В одиночку еврейское государство подвергается опасности со стороны арабов и ислама, тогда как смешанное государство мусульман и иудеев, палестинцев и израильтян никогда не будет объектом агрессии ни для арабов, ни для мусульман.

Единое «изратинское» государство существует с 1967 года, и даже террористы-смертники (федаины) проникали сюда извне».

Нынешние операции федаинов осуществляются не «арабами 1948 года», а палестинцами, не относящимися к так называемым израильским арабам. Это, по мнению Каддафи, свидетельство неизбежного успеха единого и неделимого государства – Изратины.

О будущем арабского мира

В середине XX века была основана Лига арабских государств (ЛАГ). С тех пор многое изменилось. По наблюдению Каддафи, то, что было возможно тогда, сегодня уже политически неправомерно.

«Сегодня араб не примет своего же брата араба, если тот попросит укрыть его от врага. Араб сегодня ищет приюта в иностранных государствах, ибо братские арабские страны не хотят давать ему пристанище, как это бывало в прошлом, когда его и приняли бы, и защитили. <…> Если твою страну захватит иностранная держава, ты не найдешь опоры ни у одного из членов ЛАГ».

Когда-то лидеры антиколониальных движений могли без помех перемещаться по всем арабским странам, собирая пожертвования на поддержку вооруженного сопротивления и организуя легальные пункты призыва добровольцев. Теперь все это запрещено.

Абдель Насер, затем Партия арабского социалистического возрождения (БААС) и Ливийская революция призывали арабов объединиться под флагом арабского национализма. Но в эпоху массовых движений, глобализма и больших пространств стали возникать прагматичные регионы, не зависящие от этнических, религиозных, языковых и расовых признаков: Евросоюз, Африканский союз, АСЕАН, СНГ, Шанхайская организация сотрудничества, Организация Южной Азии, Североамериканское соглашение о свободной торговле.

«В основе новой карты мира лежит чисто демографический и региональный принцип, когда важна территория, которую можно связать воедино с помощью инфраструктуры, а затем сформировать на ней общий рынок и таможню, единый визовый режим, объединенную транспортную сеть и сеть спутниковой связи. Это регион, которому выгодно объединиться, выработать единую позицию в переговорах с другими подобными образованиями, сплотить усилия в конкурентной борьбе».

Обладая единым языком, культурой, религией, арабы являются единой нацией. Но одни из них живут в Азии, другие – в Африке, а третьи – на Аравийском полуострове.

«…между ними образовалась «…преграда, чтобы не могли они слиться» (Коран, 55:20)».

Когда-то часть европейцев, создав США, стали американцами. Так и две трети арабов со временем станут африканцами в Африканском союзе, который обретет единую политику, экономику и безопасность, а в перспективе – и общую культуру и язык.

Судьба азиатских арабов не столь предсказуема. Скорее всего, они разделятся, попав в силовые поля крупных пространств. Если Иран и Афганистан не присоединятся к Организации Южной Азии или другому региональному объединению,

«они утратят свою государственность, которая, растворившись, превратится в смазочный материал для уменьшения трения между более крупными деталями механизма.

Каддафи считает, что, разойдясь по двум континентам, создать собственное пространство арабы уже не могут.

«Африканский араб географически отделен от араба-азиата. Азиатский араб – не африканский араб. Он демографически относится к Азии. «Позади них… [будет] преграда до того, как их воскресят» (Коран, 23:100)».

Национальные чувства и духовные переживания теряют смысл вне единого регионального пространства.

Африканские арабы – две трети арабской нации – не могут сегодня создать собственное пространство, для этого они слишком слабы, но, создав единое государственное образование, они могут войти в Африканский союз. Азиатские арабы тоже слишком слабы, чтобы создать собственное единое пространство. Все это подтверждается показателями ВНП некоторых региональных объединений:

• совокупный ВНП 15 стран – членов Евросоюза – 9,25 трлн долл.;

• совокупный ВНП стран – членов ЛАГ – 700 млрд долл.;

• ВНП Италии – 1,5 трлн долл.

По результатам исследований, даже Италия, ВНП которой вдвое превышает совокупный ВНП арабских стран, не войдя в Евросоюз, исчезла бы как государство через 30 лет.

Каддафи уверен, что арабы, если бы могли создать собственное единое пространство, сделали бы это еще в эпоху национальных государств. А сегодня так называемому арабскому миру постоянно угрожают этнические и религиозные разногласия, свойственные эпохе крупных региональных объединений и борьбы за права национальных меньшинств.

«Разговоры о каких бы то ни было совместных действиях и практических мерах со стороны арабских стран или о единых структурах по типу Лиги опровергаются реальностью. Таким образом, любые попытки сохранить Лигу арабских государств означают либо пренебрежение реальностью, либо ее незнание».

Глава 5

Самый странный диктатор

Каддафи, пожалуй, самый заметный политик. Заметный своей одеждой, своими охранницами-амазонками, своей палаткой, верблюдами и, конечно же, эпатирующим поведением.

Например, Каддафи очень любит продемонстрировать презрение к своим братьям – арабам. На саммите в Каире он вместо зала заседаний направляется в туалет, сделав вид, что именно там происходит встреча Арабской лиги. На очередной встрече Арабской лиги в Катаре (2009) он заявляет королю Саудовской Аравии Абдалле, что его создали британцы, а поддерживают американцы. А в ответ на попытку эмира Катара разрядить обстановку изрекает: «Я международный лидер, старейшина арабских правителей, царь царей Африки, имам всех мусульман, мне ли снисходить до вас». На арабской конференции в Алжире (1988) Каддафи надевает белые перчатки, чтобы не запачкаться, пожав «запятнанные кровью» руки арабских лидеров.

Каддафи очень любит продемонстрировать презрение к своим братьям – арабам.

Эпатаж Каддафи не ограничивается арабским миром. В 2009 году на Генеральной Ассамблее ООН он вместо положенной по регламенту четверти часа говорил целый час и еще сорок минут, так что даже специально привезенный из Ливии переводчик-синхронист не выдержал и упал в обморок. Каддафи называет Барака Обаму «нашим сыном». Он предлагает ООН расформировать Швейцарию, поделив ее между Италией, Германией и Францией.

Примеры странностей Каддафи можно приводить до бесконечности. Однако стоит задаться вопросом: являются ли эти странности его «личным безумием», как зачастую пытаются представить охочие до развлечений СМИ, или продуманной стратегией политического поведения? На наш взгляд, верен именно второй вариант. Ведь просто странный человек вряд ли смог бы удерживать власть больше сорока лет, вряд ли стал бы признанным лидером десятка африканских стран, вряд ли сумел бы в конце последнего десятилетия из изгоя превратиться в желанного гостя высших международных саммитов. Странности Каддафи – неотъемлемая составляющая его власти. Отчасти именно они обеспечивают ему популярность среди ливийцев и многих других народов Азии и Африки. Попробуем взглянуть на дело глазами простого ливийца. Например, Каддафи приезжает в Москву или Киев, разбивает собственную бедуинскую палатку и в шикарных ливийских одеждах принимает у себя дома Путина или Ющенко, несмотря на то что находится у них в гостях. Как не гордиться таким лидером?

Странности Каддафи – неотъемлемая составляющая его власти. Отчасти именно они обеспечивают ему популярность среди ливийцев и многих других народов Азии и Африки.

Тем не менее на одних странностях далеко не уедешь. Странности хороши, когда подкреплены реальной политической и экономической властью. Поэтому заключительную главу этой книги мы решили начать с документов американской дипломатии, опубликованных сайтом WikiLeаks и свидетельствующих о «семейном бизнесе» Каддафи. Вы также сможете познакомиться с еще одним дипломатическим документом из коллекции WikiLeаks, посвященным непосредственно «странностям» ливийского лидера. А затем мы расскажем об основных составляющих имиджа полковника – его нарядах, охранницах-амазонках, бедуинской палатке и других интересных вещах.

Корпорация Каддафи: деньги и власть

10 мая 2006 г. 09:26

Секретно Триполи 000198

DEPARTMENT FOR NEA/MAG, NEA/PI

LONDON FORTSOU

E. O. 12958: DECL: 4/26/2016

Тэги: ECON, ECIN, ETRD, PGOV, LY

Тема: «Корпорация Каддафи»

Ссылки: Триполи 33, 53

Гриф секретности добавил: Элизабет Фритшл,

начальник политического/экономического отдела,

Бюро США по связям, Государственный департамент.

Основание: 1.4 (b), (d)

1. (C) Резюме. Хотя Каддафи часто публично выступает против коррупции чиновников, связанная с правительством элита имеет непосредственный доступ к выгодным бизнес-контрактам. Те, кто утратил благосклонность властей, этот доступ быстро теряют. Семья Каддафи и другие политические фавориты Джамахирии обогащаются благодаря своему умению манипулировать многоуровневым и изменчивым механизмом ливийского государственного управления. Их интересы сосредоточены преимущественно на нефти и газе, телекоммуникациях, развитии инфраструктуры, гостиничном бизнесе, распространении информации и дистрибуции потребительских товаров.

Саиф[19] призывает к свободе печати и получает чистую прибыль

2. (C) Как и в случае многих других режимов, благодаря связям в мире политики представители ливийской политической элиты получают непосредственный доступ к выгодным коммерческим сделкам. Каддафи часто публично выступает против правительственной коррупции и увольняет чиновников, уличенных в значительных злоупотреблениях. Зачастую вслед за утратой политической благосклонности открываются злоупотребления в бизнесе, которые в ином случае не стали бы достоянием общественности. Как сообщалось в упомянутой в ссылках телеграмме, компания One-Nine Group, принадлежащая Саифу аль-Исламу, по данным источников, в ближайшем будущем намеревается заняться сбытом в Ливии иностранных изданий. «Фонд Каддафи», якобы некоммерческая организация Саифа, прославляет это решение как пример свободы и реформ Джамахирии.

<…> Семья Каддафи, несомненно, получит значительную финансовую выгоду от эксклюзивного права на распространение иностранной прессы в Ливии и возможной последующей цензуры проблемных статей. One-Nine (Один-Девять) Group названа так в честь военного путча во главе с Каддафи, свергнувшего короля Идриса 1 сентября 1969 г.

Доходы от продажи нефти и газа оседают в карманах семейства Каддафи и политической элиты

3. (S) Предположительно, все дети и фавориты Каддафи получают постоянный доход от National Oil Company (Национальной нефтяной компании) и ее дочерних предприятий по переработке или продаже нефти. Саиф связан с нефтью чрез One-Nine Petroleum, а другие члены семьи и партнеры Каддафи, по некоторым данным, получают значительные доходы от нефтеторговой компании Lybian Tamoli, расположенной в Европе, и Oil Invest. Абдель-Маджид аль-Мансури, бывший «директор» One-Nine Petroleum, отвечал за подготовку провального «Экономического форума Ливия – США», проходившего в отеле Corinthia в декабре 2004 г. Этот форум был воспринят как неприкрытая попытка заключить выгодные для ливийских элит, стремящихся к установлению представительских отношений с американскими компаниями, процентные сделки. В течение 2004 г. интернет-издание Libya al-Yown публиковало информацию о льготных сделках, заключенных нефтегазовым подразделением компании One-Nine <…> в Шотландии, где имеется ливийская диаспора со значительными связями. Считается, что ливийцы и ливийские эмигранты со связями в мире политики получили миллионы долларов через <…>.

Айша[20] не уступает Саифу в благотворительности и широких коммерческих интересах

4. (C) Доктор Айша Муаммар аль-Каддафи, генеральный секретарь благотворительного общества Wa'atassemo, является патроном намеченного на 4–7 декабря 2006 г. мероприятия «Инфраструктура Ливии: международная выставка и форум ливийской инфраструктуры и экономического развития», которое проводит британская компания Montgomery and Associates, специализирующаяся на организации конференций. Также ему содействуют Всеобщий народный комитет планирования, Всеобщий комитет о инфраструктуре и городскому развитию и Всеобщий инспектор жилищно-коммунального хозяйства. В то же время и в том же Международном выставочном комплексе будет проходить «Американо-ливийская нефтяная, газовая и энергетическая выставка и форум», чьим спонсором выступит то же Wa'atassemo. До последнего времени общественное внимание к Айше привлекали ее благотворительная деятельность, спонсирование семинаров, посвященных правам человека и ситуации в Ираке (где особо подчеркивалось негативное влияние присутствия американских и других иностранных войск), участие в международном консультативном совете по стратегии защиты Саддама Хусейна, а также содействие социальной защите женщин и детей. По-видимому, сейчас Айша стремится распространить свою деятельность в те сферы, где у нее появится возможность более тесно контактировать с энергетическим и строительным секторами экономики, особенно с учетом заявления правительства о том, что при распределении бюджета 2006 г. основное внимание будет уделено жилищному строительству. <…> предполагает, что Айша активно стремится охватить новые сферы, потому что недавно заключенный брак с Кадафом аль-Дамом привнес в ее жизнь новые бизнес-интересы. По сообщениям, Айша участвует в финансировании частной клиники Сент-Джеймс в Триполи – одного из двух наиболее надежных медицинских учреждений, восполняющих пробелы медицинского обслуживания, доступного в государственных учреждениях. Кроме медицинской деятельности общего характера и направления в больницы Мальты и других европейских государств, эта клиника предоставляет широкий спектр услуг пластической хирургии.

Конкуренция детей Каддафи привела к поглощению завода Coca-Cola

5. (С) Недавний конфликт вокруг завода Coca-Cola в Триполи также подчеркнул вовлеченность семейства Каддафи в коммерческую деятельность. По слухам, три сына Каддафи – Саади, Мухаммед и Мутассим – оспаривали по разным причинам право на представительскую лицензию, их спор, предположительно, рассматривался в судах и был решен усилиями посредников. История франшизы Coca-Cola, описанная в телеграмме «Триполи 53», весьма запутанна, поэтому у местного делового и дипломатического сообщества пока нет ясного представления о том, чьи интересы здесь задействованы. По словам одного поставщика потребительских товаров, имеющего связи в верхах, сын Каддафи Мутассим участвовал в организации франшизы Coca-Cola египетской группой Ka'Mur в конце 1990-х. <…> Возможно, в 2001–2005 гг. Мутассим утратил контроль над многими своими бизнес-интересами в Ливии, а братья в его отсутствие создали собственные компании. Сын Каддафи Мухаммед возглавляет Ливийский олимпийский комитет, которому в настоящий момент принадлежит больше 40 % компании Lybian Beverage (Ливийская компания по производству напитков), совместного предприятия с Coca-Cola. По словам британского посла в Ливии, его источники объясняют решение проблемы с франшизой Coca-Cola тем, что в результате давления Мухаммед аль-Каддафи отказался от своей (Олимпийского комитета Ливии) доли в совместном предприятии и передал ее Ливийскому пенсионному фонду. По слухам, дошедшим до другого посла, Айша аль-Каддафи посредничала между двумя своими братьями и заставила Мухаммеда уйти из бизнеса газированных напитков. Официальные представители ливийского правительства на вопросы об этой истории с Coca-Cola обычно отвечают, что правительство проверяло наличие всех необходимых лицензий и регистраций.

Телекоммуникациями правит Мухаммед

6. (S) У Мухаммеда, контролирующего Всеобщий комитет почты и телекоммуникаций, достаточно дел. Он оказывает принципиальное воздействие на телекоммуникации и Интернет. Последние два года ливийское правительство игнорировало просьбы Бюро США по связям о встрече со Всеобщим комитетом почты и телекоммуникаций даже для ведущих американских чиновников и делегаций Конгресса. Несколько американских компаний активно пытаются заключить контракты на столь необходимую Ливии модернизацию местной телекоммуникационной сети, однако ливийское правительство официально отвергает любые попытки расширить сотрудничество в этой области. Во время свержения короля Идриса в 1969 г. полковник Каддафи осознал важность контроля над радио, а также роль мобильных сетей во время восстаний в Бенгази, поэтому семейство Каддафи, несомненно, не выпустит из рук контроль над телекоммуникациями.

Саади планирует новый город

7. (S) Саади расширяет свою деятельность в область развития инфраструктур. Его функционеры обратились в отдел связей с общественностью Бюро США по связям с запросом публикаций на арабском языке, посвященных экономике и коммерции. Сотрудники Саади сообщили Бюро США по связям, что их босс планирует создать «новый город на востоке страны, в районе между Зуарой и ливийско-тунисской границей. Руководство и управление новым городом будет осуществлять инженер аль-Саади аль-Каддафи». По словам подчиненных Саади, «он хочет получить информацию о том, чем США могут ему в этом помочь Пару лет назад расположенный у побережья этого района остров был выделен под развитие туристической индустрии, однако практических шагов предпринято не было, скорее всего, потому что вид с этого острова портит большая нефтеперерабатывающая станция, а также потому что иностранные инвесторы не могут получить разрешение на торговлю спиртным в отелях для иностранных туристов. Семья Каддафи уже вошла в туристический бизнес, владея большим процентом <.>.

Дистрибуцию потребительских товаров контролируют несколько семейных холдингов

8. (C) По имеющимся сведениям, дистрибуцию продуктов питания контролируют 4 или 5 семейств со связями в политических кругах. В Ливии нет больших продовольственных супермаркетов западного образца. В Триполи есть небольшой супермаркет западного типа и несколько маленьких магазинов, торгующих импортными товарами, однако большинство местных магазинов закупают продукцию на складах, принадлежащих людям со связями в правительстве. Дистрибуцию потребительских товаров в основном контролируют три оптовика, таких как Husni Bey Group, диверсифицированный холдинг, занимающийся различными видами деятельности под управлением детей Хусни Бея. И хотя Бей отрицает, что его компания имеет большие связи в высших политических кругах, расширить ее деятельность он смог лишь благодаря ключевым контактам. Он умеет использовать систему себе во благо и, что важнее, знает, как выходить из ситуаций, когда его бизнес сталкивается с финансовыми интересами более близкой к политическим кругам элиты. Akida Group, управляемая семейством Акак, по слухам, тесно связана с правящим режимом и в качестве местного представителя LG практически является монополистом оборудования для кондиционирования воздуха, нагревательных приборов и бытовой техники.

9. (C) Попытки правительства в 1980-х стимулировать развитие больших универмагов «социалистического стиля» провалилась; по всему Триполи и другим городам стоят пустующие здания этих государственных предприятий. (По слухам, по крайней мере одно из них вскоре должно превратиться в современный торговый центр с частными магазинами.) Начиная с середины 1990-х гг. было вновь разрешено мелкое частное предпринимательство. Во время празднования Ид аль-Фитр[21] ливийские семьи покупают праздничную одежду и балуют детей игрушками и сластями из небольших магазинов. Мужчины обычно облачаются в традиционные вышитые шерстяные халаты, произведенные в Ливии, Египте или Сирии, а женщины – в новые модные наряды европейских и азиатских производителей. Во время Ид аль-Фитр в январе 2006 г. местные женщины жаловались на ограниченный выбор одежды в местных магазинах. В Триполи ходили слухи, что многие новые магазины одежды, открытые после отмены санкций, принадлежат второй жене Каддафи и его дочери Айше (либо приносят им прибыль). <…> Большинство продающихся в местных магазинах нарядов импортированы из Китая, Малайзии и Индии. Некоторые дорогие товары из Европы предлагаются в небольших бутиках, по-видимому, финансируемых приближенными правящей элиты.

Стиль жизни «Корпорации Каддафи»

10. (C) В Триполи Каддафи ведет себя скромно. В Баб аль-Азизии[22] есть помещения для банкетов и других публичных мероприятий, однако они не идут ни в какое сравнение с показным шиком семейств из нефтяных княжеств Персидского залива или клана Харири. По Ливии жена Каддафи путешествует на специально зафрахтованном самолете, в аэропорту ее встречает и отвозит к месту назначения кортеж из мерседесов, однако ее перемещения ограниченны и редки. В сентябре она была хозяйкой банкета в Баб аль-Азизии для жен дипломатов по случаю праздника аль-Фатах (Революции). Банкет был хорошо организован, но без излишеств. Поскольку семья Каддафи контролирует средства массовой информации, а свои основные траты дети Каддафи осуществляют за пределами Ливии, общественное внимание к богатствам «Корпорации Каддафи» весьма незначительно. В сравнении с бесстыдным разграблением государственной казны в других африканских странах или расточительством арабов Персидского залива, стиль жизни руководителя Ливии не вызывает у граждан этой страны особого недовольства – до тех пор, пока он не забывает выделять им кусок пирога. А если ливийцы жалуются, их лишают доступа к материальным благам.

Комментарий

11. (S) Финансовые интересы Каддафи и его главных союзников не только открывают возможности, но и создают проблемы на пути проведения реформ в Ливии. Как минимум, можно с уверенностью прогнозировать подъемы и спады реформ при столкновении национальных интересов, интересов режима и отдельных людей. Саифу выгодно, чтобы иностранные издания стали доступны в Ливии (если это вообще возможно). При этом семейство Каддафи будет и дальше определять доступ народа к информации. В долгосрочной перспективе благодаря растущему спросу на внешнюю информацию обострится вопрос открытого доступа и большей свободы прессы. Также Ливия заявила о своей готовности двигаться в направлении вступления в ВТО и международные финансовые организации. Однако у нее собственное, неспешное расписание. Как сообщалось в другой телеграмме, Всеобщий народный конгресс Ливии недавно (в апреле 2006 г.) принял новые правила посредничества и представительства, противоречащие принципам ВТО. И хотя рабочие группы Всеобщего народного комитета по экономике и торговле активно пересматривают законодательство в рамках подготовки к вступлению в ВТО, для примирения всех различных структур Джамахирии (в переводе – «государство масс») потребуется время. Чиновники ливийского правительства в течение 10 месяцев говорили главе политического/экономического отдела посольства, что презентация вступления в ВТО произойдет «уже через пару недель, нужно только закончить перевод». Ливийские институции находятся на очень примитивном уровне развития, а культурные и социальные предпочтения ливийцы связывают с элементами распределительной экономики, высоко ценя материальные блага, получаемые благодаря связям с лидерами режима, спецслужбами и т. д. В начале 2006 г. правительство получило несколько BMW, которые, скорее всего, были «распределены» гоняющим на них по городу молодым людям благодаря связям в различных правительственных структурах. В отношении усилий по улучшению сотрудничества наибольшие возможности открывает участие в деятельности Центрального банка по установлению контроля и стандартов в банковском деле, сотрудничество со Всеобщим народным комитетом по занятости и профессиональному обучению в плане гражданской реформы и со Всеобщим народным комитетом по экономике и торговле в плане его деятельности по вступлению в ВТО.

Берри Голдрич

Странности Каддафи: взгляд из американского посольства

29 сентября 2009 17:05

Секретный раздел 01 из 02 Триполи 000771

NOFORN

SIPDIS

E. O. 12958: DECL: 9/29/2019

Тэги: PREL PGOV LY PINR

Тема: Некоторые сведения о странностях ливийского лидера Каддафи

Гриф секретности добавил: Джин Гретц, посол, посольство США в Триполи, Государственный департамент.

Основание: 1.4 (b), (d)

1. (S/NF) Резюме. Недавно благодаря прямому контакту с ливийским лидером Муаммаром аль-Каддафи и его канцелярией, в связи с подготовкой его визита на Генеральную Ассамблею ООН, появилась уникальная возможность ознакомиться с окружением Каддафи и его собственными привычками. Похоже, Каддафи доверяет <.> и, по сообщениям, в путешествиях его всегда сопровождает старшая медсестра украинка Галина Колотницкая. Также сообщают, что он, скорее всего, избегает или опасается высоких этажей, не любит летать над водой и может быть поклонником конных бегов и танцев фламенко. Судя по его недавнему путешествию, возможно, он уже не так полагается на свою знаменитую женскую охрану: в Нью-Йорке его сопровождала только одна охранница. Конец резюме.

Страхи Каддафи – отражение его личности

2. (S/NF) Муаммар аль-Каддафи известен непостоянством и своеобразием; эти его особенности проявились и при нашем прямом контакте с ним и его штатом в связи с недавней подготовкой к его визиту на Генеральную Ассамблею ООН. Как только помощники Каддафи начали готовить его поездку в Соединенные Штаты, <.> 40 лет его власти, разные его страхи и наклонности отразились на мельчайших аспектах подготовки. <.>, обращаясь за визой для Каддафи, спросил, нужно ли предоставить фотографию Вождя, как того требуют правила консульства, ведь в городе сотни плакатов с фотографиями Каддафи, можно сфотографировать любой из них и, уменьшив снимок, получить фотографию, соответствующую правилам. Консульство не разрешило нарушать правила, и <…> пришлось специально фотографировать Вождя для получения визы.

3. (S/NF) Когда <…> выбирал жилье для Каддафи, <…> проинформировал нас, что Вождя следует разместить только на первом этаже помещения, которое для него арендуют. (По специальному сообщению <…> официальным лицам США в Вашингтоне, Каддафи не должен подниматься выше, чем на 35 ступенек.)

Это требование <.> привел как главную причину того, что в качестве жилья для Каддафи была выбрана не резиденция постоянного представителя Ливии в Нью-Йорке, а ливийская резиденция в Нью-Джерси. Также требовалась возможность разместить бедуинский шатер Каддафи, где он обычно встречается с посетителями, демонстрируя приверженность традициям своей культуры.

4. (S/NF) Каддафи не любит долго находиться в воздухе и, несомненно, боится летать над водой, что дополнительно усложняет задачу его персонала по обеспечению визитов. Во время обсуждения полета с чиновниками посольства <.> сказал, что делегация Ливии прилетит из Португалии, потому что Каддафи «не выдержит больше 8 часов полета» и ночь они проведут в Европе, после чего и отправятся далее в Нью-Йорк. Тогда же <.> сообщил о неприязни Каддафи к полетам над водой. Вероятно, с целью прервать по этой причине перелет Каддафи из Венесуэлы в Ливию его канцелярия и запросила посадку на о. Ньюфаундленд[23] 29 сентября. (Комментарий: Правительство Канады недавно подтвердило, что впоследствии делегация Ливии отменила эту посадку на о. Ньюфаундленд. Конец комментария.)

Доверие только узкому кругу лиц – свидетельство зависимости

.

5. (S/NF) Предположительно, Каддафи испытывает психическую зависимость от узкого круга доверенных лиц. Среди них – <.>, руководящий подготовкой визита Каддафи. Подготовку к Генеральной Ассамблее ООН <.> совмещает со столь же ревностной подготовкой к саммиту Африканского союза (АС) 31 августа и празднованиями по поводу путча Каддафи[24] 1 сентября Башир Салах, долгие годы возглавляющий администрацию Каддафи, скорее всего, имеет не менее важное значение и в личной жизни Каддафи. По частым сообщениям, Мутассим, сын Каддафи и советник по национальной безопасности, также является доверенным лицом и помогает отцу в международных путешествиях. Вероятно, в обязанности Мутассима также входит забота о том, чтобы Вождь хорошо смотрелся на всех освещаемых СМИ мероприятиях, к которым они серьезно готовятся.

6. (S/NF) Каддафи также очень доверяет своей постоянной медсестре украинского происхождения – Галине Колотницкой (по описаниям, блондинка полного телосложения). По сообщениям, здоровье и хорошее самочувствие Вождя поддерживают четыре медсестры; беседуя с чиновниками посольства, <…> не раз говорил, что Каддафи всегда берет в поездки Колотницкую, потому что «его привычки известны» только ей. Когда визу для Колотницкой запросили слишком поздно и ответ был получен уже после того, как свита Каддафи отбыла в США, она улетела из Ливии на правительственном частном самолете, прибыв в Португалию, где Вождь остановился на отдых. Человек из политического аппарата Украины недавно сказал, что украинские медсестры «всегда сопровождают Вождя в путешествиях», но слухи о романе не прокомментировал.

Увлечение танцами и скачками

7. (S/NF) За последний месяц поступили сведения о проявленном Каддафи интересе к танцам и другим культурным событиям. В честь сорокалетия его власти были организованы празднества, продолжавшиеся три дня, где в том числе выступали танцевальные коллективы из Украины, Туниса, Алжира, Египта и Марокко, а также музыканты из Мексики, России, Новой Зеландии и др. Каддафи очень понравились скачки Туарег, особенно два заезда, на протяжении всех скачек он улыбался и аплодировал. Также его очень заинтересовало выступление танцоров фламенко, Каддафи даже планирует посетить представления фламенко в Севилье, для чего специально заедет туда, возвращаясь в Ливию из Венесуэлы (местный испанский посол сообщил, что это «личное путешествие»). (Комментарий: Как сообщают, позже он по неизвестной причине отменил эту поездку в Севилью. Конец комментария.)

Каддафи не взял в Нью-Йорк охранниц

8. (S/NF) Ходят упорные слухи о женской бригаде охраны Каддафи, но в его визите в Нью-Йорк она не участвовала. В Нью-Йорке делегация Ливии состояла примерно из 350 человек, и в нее входила только одна охранница. Она же охраняет Каддафи во время публичных выступлений в Ливии и за рубежом, то есть фактически это официальная телохранительница. По сообщениям наблюдателей в Триполи, женская бригада уже не играет столь важную роль в личной охране Вождя.

9. (S/NF) Комментарий: Важные особенности личности и характера Каддафи проявляются в его визитах на государственном уровне, а также на различных совещаниях и встречах в Ливии и за рубежом. Можно было бы счесть эти особенности следствием нестабильности, но нужно учитывать сложность личности Каддафи, сумевшего сорок лет удерживать власть, искусно сочетая свои интересы с действенными политическими методами. Необходимо продолжать поддерживать общение с Каддафи и его ближайшим окружением, помогающее понять побуждения и цели диктатора, который сохраняет власть дольше всех в мире, и кроме того развеять мифы, порожденные его многолетней закрытостью. Как сказал <.>, указав на огромный плакат с портретом Каддафи: «Тот, кто так долго был в изоляции, очень ценит общение». Конец комментария.

Гретц

По одежке встречают

Шеренга мужчин в однотипных костюмах разных оттенков темно-серого, белых рубашках и серых, в лучшем случае синих галстуках. Все коротко и аккуратно подстрижены. Взгляд скользит по ним без интереса, с изумлением останавливаясь на средних лет господине в ослепительно белом костюме. На его плечах – ниспадающий до земли черный плащ, на правом лацкане пиджака – брошь изрядных размеров в форме африканского континента, а у сердца – ряды разноцветных орденских планок. Прическа как у Мика Джаггера, глаза скрыты черными очками. Это церемония открытия мемориальной доски в память жертв землетрясения 2009 года в Италии (см. фото 8 на вклейке). «Серые» личности – Барак Обама, Дмитрий Медведев, Николя Саркози и др. А интересный господин – конечно, Муаммар Каддафи.

Каддафи следит за своей внешностью как никто из политиков. Его одеяния – отчасти дань североафриканской моде и личным пристрастиям, но прежде всего это продуманный политический жест. Одежда Каддафи придает его фигуре объем, делая его визуально крупнее, то есть метафорически значительнее и весомее его политических конкурентов (а теперь уже просто врагов) в облегающих европейских костюмах. Хорошего политика должно быть много. Но если забыть на время о политике, его одежда просто шикарна! Все в тон, ничего лишнего, цвета подобраны с большим вкусом, вышивки изумительны. Все продумано до мелочей.

Его одеяния – отчасти дань североафриканской моде и личным пристрастиям, но прежде всего это продуманный политический жест.

Кто же автор этих нарядов? Стоит предположить, что Каддафи не просто получает на дом коробки с готовым платьем, а сам принимает по крайней мере концептуальное участие в его изготовлении. Что же касается практического исполнения, известно лишь об одном из его дизайнеров – Рабиа Бен Барка. Бен Барка родилась в богатой ливийской семье, владевшей восемью текстильными фабриками. Когда в 1969 году Каддафи пришел к власти, ее семья потеряла все. Бен Барка жила за границей, изучала в Риме дизайн одежды и постепенно выработала свой индивидуальный стиль, сочетающий элементы ливийской и европейской моды. В 1980-е ее творчеством неожиданно заинтересовалась дочь Каддафи Айша. Бен Барака, продолжая жить в Риме, стала часто приезжать в Ливию, а потом вернулась насовсем, открыв в Триполи собственную дизайнерскую компанию. Вначале она создавала одежду для дочери и жены Каддафи, а потом стала личным дизайнером самого лидера революции.

В одежде Каддафи в основном придерживается трех образов. Назовем их условно «бедуин», «генерал» и «денди»:

Бедуин

Шапочка-куфи, туника-галабия до пят, поверх нее – просторный открытый спереди халат (аба) или живописно ниспадающий бурнус, придающий Каддафи императорскую величавость. Черные (очевидно, крашеные), небрежно растрепанные лучшими парикмахерами волосы и в дополнение – большие, совершенно непрозрачные черные очки. Таков образ главного бедуина Ливии. Интересно, что именно «бедуином» Каддафи предпочитает являться на официальные встречи с европейскими лидерами. Например, на саммите Большой восьмерки 2009 года в Италии мы видим шелковый бедуинский наряд, решенный в красно-черных тонах (см. фото 5 на вклейке). На встрече с Ющенко в Киеве в 2008 году – это бордовые галабия и очень дизайнерский аба с красивыми сиреневыми узорами (см. фото 6 на вклейке). В дружественной Москве на встрече с Путиным (см. фото 4 на вклейке) Каддафи тоже выступает бедуином, на без затей, не стремясь противопоставить цветовую грамму своей одежды цивильным костюмам руководителей России – на нем темно-коричневая галабия и почти черный бурнус. Он выглядит скромно, строго и величественно.

Эстетическое влияние Каддафи – «бедуина» на окружающих, по-видимому, весьма велико. Так, Ющенко, дабы соответствовать цветовой гамме костюма Каддафи, надел бордовый галстук, а в кармашек пиджака вставил бордовый платок (см. фото 6 на вклейке). Радикал Жириновский на встречу с Каддафи в Ливии сам явился в бурнусе (см. фото 7 на вклейке). А вице-премьер Беларуси Владимир Семашко сфотографировался с Каддафи, надев пиджак на два размера больше, видимо, в подражание свободному покрою бедуинского платья лидера ливийской революции[25].

Генерал

Конечно, Каддафи только полковник. Правда, Национальный конгресс правящего Арабского социалистического союза в январе 1976 года решил произвести Каддафи в генералы, но лидер революции с благодарностью отказался, сославшись на то, что слово «полковник» уже срослось с его именем. Тем не менее в полковничьей форме, которую Каддафи иногда надевает и на встречи с мировым лидерами, он выглядит настоящим свадебным генералом: вся в золоте фуражка-аэродром, огромные эполеты, аксельбанты в руку толщиной, пара десятков различных орденов, широкая зеленая лента через плечо и знаменитые черные очки. По-видимому, парадная форма Каддафи тоже дизайнерская. Ведь, во-первых, равные ему чины ливийской армии выглядят гораздо скромнее (вообще, униформа ливийцев, частично заимствованная из английской и американской армий, достаточно скромна), а во-вторых, уж слишком много у него парадных мундиров – и черный, и белый, и голубой, и бежевый. В белом, голубом или хаки Каддафи принимает военные парады, а в черном впервые прибыл с официальным визитом в 2009 году в Италию, бывшую метрополию Ливии (см. фото 9 на вклейке). Мундир решен в трех цветах: основной черный, много золота (пуговицы, аксельбанты, эполеты и прочее) и вкрапления красного (нашивки на лацканах кителя и рукавах). На груди слева орденские планки, а справа. фотография Омара аль-Мухтара, бойца ливийского сопротивления, казненного итальянцами в 1931 году. Настоящий эпатаж! Но при этом и элемент дизайна. Черно-белая, довольно крупная (примерно 10x15 см) фотография в красной рамке, символизирующей цвет пролитой итальянцами ливийской крови, гармонично вписалась в общую цветовую гамму. Думается, автором дизайнерской идеи, судя по ее наглости, был сам лидер. Кстати, на пресс-конференции он заявил, что эта фотография – «нечто вроде креста, который некоторые из вас носят».

Денди

Словом «денди» (по-современному, метросексуал) мы обозначим европейскую цивильную ипостась стиля одежды Каддафи. Как «денди» он очень разнообразен. Вот, например, Каддафи и Мубарак в Ливии. Каддафи шествует чуть впереди Мубарака по песчаному побережью с огромным белым парасолем в руке. На заднем плане пляж и море. В тон белому зонту на Каддафи белые брюки, черные ботинки гармонируют с черными волосами. На нем рубашка навыпуск со множеством портретов, по-видимому, африканских героев, перемежающихся зелеными контурами африканского континента – ведь в 2008 году Каддафи был объявлен «королем королей» Африки, а в 2009 году избран председателем Африканского союза!

А вот Каддафи направляется на встречу с депутатами французского парламента (см. фото 10 на вклейке): на нем зеленая рубашка и двубортный пиджак свободного кроя с уже знакомой нам зеленой брошью на лацкане, изображающей Африку. На носу чуть затемненные очки, на шее легкий шарф, небрежно закинутый за спину. С этим европейским образом молодящегося богача-интеллектуала прекрасно сочетается надетый поверх пиджака черный халат-аба, кажущийся, скорее, некоей адвокатской мантией, чем «фольклорным» элементом.

В королевстве Свазиленд в 2002 году мы видим идущего Каддафи в шляпке набекрень с небрежно обмотанным вокруг шеи шарфом, в светло-коричневой рубашке навыпуск с зеленовато-бежевым цветочным орнаментом и круглым воротом. Глаза скрыты темными очками, одна рука в кармане брюк. Он похож на актера, на героя французского фильма-нуар.

Вдохновение для стиля «денди» дизайнеры Каддафи явно черпают в прошлом. Европейские наряды Каддафи, в которых нет и намека на современную «спортивность», заставляют вспомнить 1960-е, а то и 1930-е.

В гости со своей палаткой

На конкурсе причуд Муаммар Каддафи обошел бы большинство экстравагантных политиков мира. Так, яркой деталью его образа в глазах мировой общественности стала бедуинская палатка, которую иногда называют «шатром» или даже «тентом». Считалось, что Каддафи днюет и ночует в этом шатре круглый год, пока не выяснилось, что ночи он все-таки предпочитает проводить в апартаментах. В течение нескольких лет согласование «места под шатер» было непременным пунктом в списке обязанностей «райдера» при зарубежных выездах политической звезды Ливии. Привычная с рождения обстановка, политический эпатаж или свобода самовыражения? Что же такое – истинно домашний уют в представлении лидера Джамахирии?

Во время визита Каддафи в Минск ливийцы вроде бы раскинули шатер на 135 м^2, то есть величиной с хорошую четырехкомнатную квартиру.

Палатка Каддафи отличается своими размерами – обычно сообщают о 60 м^2 или 7x9 м. Габариты, бывает, разнятся, по неизвестным причинам: во время визита Каддафи в Минск ливийцы вроде бы раскинули шатер на 135 м^2 (9x15 м), то есть величиной с хорошую четырехкомнатную квартиру. Однотонный внешний слой палатки изготовлен из верблюжьей шерсти. Снаружи она никак не украшена, а внутри, как правило, обтянута тканью с орнаментом, в котором преобладает зеленый – цвет ливийского флага. Обстановку составляют кресла и диваны, телевизор, неоновые лампы, иногда обогреватели и кадильницы для освежения воздуха. Пол покрыт коврами, ими же при необходимости маскируют электроприборы. Перед входом горит живой огонь в мангале, расстелена дорожка.

В пределах Ливии быт ее главного лица может быть и скромнее: по описанию Абдула-Вахида Ниязова, руководителя исламского центра России, стулья и табуретки в бедуинской палатке Каддафи «выглядели так, будто раньше стояли в дешевых пляжных забегаловках. Там даже двух одинаковых не было»[26].

По слухам, палатка появилась в списке постоянных привычек Каддафи после того, как в апреле 1986 года его штаб-квартиру в Триполи разбомбили самолеты США, в ответ на взрыв дискотеки в Берлине. У себя на родине он предпочитает проводить официальные встречи именно в шатре. Один из них был раскинут неподалеку от его столичной резиденции. Кроме того, Каддафи принимал своих гостей и в пустыне, где шатер лидера Джамахирии отличился от прочих удобствами в виде вакуумного туалета. Говорят, что только в пустыне Каддафи, всячески подчеркивающий свое бедуинское происхождение, отдыхает «как следует» – здесь он разговаривает с Аллахом[27].

Впервые «ливийское жилье на выезде» было отмечено в 1989 году, во время визита Каддафи в Белград для участия в Конференции глав государств и правительств неприсоединившихся стран. Но тогда внимание от палатки отвлек другой эксцентричный поступок: в столицу Сербии Муаммар Каддафи взял с собой нескольких верблюдиц, чтобы в поездке пить свежее молоко. Впоследствии животные остались радовать посетителей белградского зоопарка.

С середины 2000-х, когда взаимоотношения Ливии с мировым сообществом оживились, Каддафи демонстративно возил свое национальное жилище по всем столицам, благо его визиты не ограничивались часами: например, Париж палатка украшала пять суток. Нередко место для нее находилось в каком-нибудь парке. Так, в апреле 2004 года, во время визита в Брюссель, палатка Каддафи была установлена в парке, окружающем правительственный замок Валь Дюшес. Когда три с лишним года спустя, в декабре, она появилась на лужайке возле дворца Мариньи, парижане отреагировали на это с юмором, предположив, что бедуинская палатка теплее многих французских гостиниц. Первый официальный визит Каддафи в Рим летом 2009 года также был начат с монтажа жилья – в парке Вилла Дориа Памфили.

Без малейшего сопротивления обошлось и на территории бывшего СССР: Киев выделил территорию на Липской, 4, Минск предоставил место в одной из государственных резиденций «Заславль», в Москве палатку разбили на земле Тайницкого парка. Журналисты с легкой ехидцей отмечали, что до этого московский Кремль видел костры разве что в 1812 году.

К слову, в столице России палатка Каддафи, помимо премьер-министра Владимира Путина, неожиданно для всех приняла в свои тканые стены Мирей Матье, которая в этот вечер как раз выступала с концертом в Кремлевском дворце. Впервые в жизни оказавшись в жилье бедуина, певица загадала желание.

А свою киевскую палатку Каддафи подарил украинскому президенту Виктору Ющенко. Тогда же появились сообщения о том, что ливийский лидер оставляет образцы традиционного ливийского жилья «на память» принимающей стране. Косвенным подтверждением факта можно счесть эпизод с обжившимися в Белграде верблюдами, но достоверных свидетельств нет. Любопытно, куда деваются шатры потом? Хлопот с хранением «дара» не оберешься, да и вряд ли администрация какого-либо правительства нуждается в собственном бедуинском шатре даже изредка.

В большинстве случаев привычка Каддафи устанавливать свой шатер по месту пребывания не вызывала особых эмоций у местного населения (удивление не в счет). Против выступили разве что американцы. Но здесь поводом к негодованию и протестам скорее послужил случившийся чуть раньше эпизод с чествованием террориста, который многим напомнил о трагических событиях прошлых лет. 20 августа 2009 года Каддафи как героя встретил Абделя Бассета Али аль-Меграхи. Этот ливиец, осужденный за организацию взрыва «Боинга» над шотландским городом Локерби (1988), был освобожден по медицинским показаниям и отправлен на родину умирать от неизлечимой формы рака.

Спустя месяц, когда Каддафи готовился выступить с речью на 64-й сессии ГА ООН, ему было отказано в размещении шатра на территории Центрального парка Нью-Йорка по соображениям безопасности. Место для палатки запланировали было в городе Энглвуд (Нью-Джерси), где находится резиденция посла Ливии. Но власти Энглвуда отказали, поскольку в этом районе живут родственники погибших при взрыве «Боинга». Стремление лидера Джамахирии во что бы то ни стало отметиться с палаткой и в США выглядело уже показательным… В конце концов, установку разрешили в округе Вестчестер (Нью-Йорк), на территории частной фирмы Trump Organization, возглавляемой известным американским миллиардером Дональдом Трампом. Судя по тому, что глава исполнительной власти Вестчестера Энди Спано, комментируя это событие, подчеркнул отсутствие законных оснований на запрет возведения шатра, запретить все-таки очень хотелось! Другие местные политики не преминули выразить свое недовольство по этому поводу, несмотря даже на уверения, что жить в шатре Каддафи не будет, а использует его исключительно для встреч.

Сам лидер Джамахирии объяснил любовь к палатке тем, что это полезнее для здоровья. И, в отличие от здания, ее легко перенести с места на место, если вдруг надоест. В качестве еще одной причины Каддафи упомянул свое стремление к неприхотливой жизни без роскоши[28]. Последнее заявление вступает в некоторое противоречие с другими известными привычками Каддафи, требующими немалых средств (дизайнерские наряды, золотые часы). Зато демонстрация национального жилья за границей неплохо увязывается с мыслью, которую он высказал в своей «Зеленой книге»: «Человек как физическое лицо должен иметь свободу самовыражения и, даже будучи умалишенным, иметь право свободно выражать свое безумие».

Полковник амазонок

«Арабские амазонки Каддафи» – именно так чаще всего именуют отряд телохранительниц Муаммара Каддафи в мире. Их можно увидеть вокруг лидера Ливии на многих фотографиях и во время видеосъемок. Первые известия об элитном корпусе Каддафи появились в 1980-е годы. Фактически, идея не так уж нова: телохранительницы были у главы Кот-д'Ивуара Лорана Гбагбо, у президента Южной Кореи Но Му Хёна, у президента Афганистана Хамида Карзая и многих других глав государств[29]. Но лидер Ливии и здесь отличился, сузив свою свиту до нескольких десятков молодых, хорошо вооруженных женщин. Вместе с другими поступками и заявлениями это не могло не привлечь всеобщего внимания к «шоу Каддафи». Журналисты нашли повод позубоскалить, упрекнув ливийца в том, что он употребляет больше косметики и краски для волос, чем все женщины его охраны вместе взятые.

По одной версии, миссию женщин-коммандос присоветовал Муаммару во время холодной войны разведчик из Восточной Германии Карл Ханс. Последний считал, что такая команда неспособна на предательство, хотя бы потому, что женщин меньше привлекает власть. По другой версии, сам Каддафи перестал доверять мужчинам-охранникам после того, как одиниз них неудачно покусился на персону лидера Джамахирии. Версия о вере Каддафи в развитую женскую интуицию также имеет место. В ее пользу говорит множество фактов, легко выстраивающихся в схему «женского окружения Каддафи», которое включает в себя не только охранниц и медсестер, но и такую личность, как беззаветно преданная ливийскому лидеру Худа бен Амир, бывшая градоначальница Бенгази[30]. Или менее именитых миловидных итальянок, очарованных Каддафи на встречах в Риме. Этих представительниц прекрасного пола пресса одарила званием «амазонок ливийского лиса с итальянской земли»[31].

Помимо всего перечисленного, в качестве одной из причин создания «женского отряда» выдвигалось соображение о том, что арабам может быть «неудобно» стрелять в женщин. Но когда это киллера любой национальности смущала половая принадлежность вероятной жертвы? Истина, вероятно, где-то посередине, близко ко всем прочим странностям Каддафи, благодаря которым его личность всегда на виду. Что немаловажно для любого политика.

По некоторым данным, число секьюрити доходит до 200, но в поездки Каддафи брал с собой 30–40 человек. Это походит на правду, если отследить фотохроники: за плечами лидера – одни и те же лица. Девушки не скрывают их под паранджой. Красные губы, красные ногти, красные береты: привлекательные от природы барышни используют духи, не чураются макияжа, который подчеркивает и без того выразительные черты, носят туфли на каблуках. Фраза о том, что они держат «автоматы Калашникова, словно модные аксессуары от Gucci», облетела весь мир. Береты и вся одежда девушек менялись от случая к случаю: обычно это был камуфляж всевозможных оттенков, от серого до зеленого, в торжественных ситуациях – светлые мундиры с золотыми эполетами. Неизменным в их экипировке оставалось только одно: оружие.

Должность телохранительницы Каддафи считалась в Ливии очень престижной. Как и других своих сотрудников, «bodyguard-woman» он выбирал лично. До этого девушки проходили жесткую подготовку в академии, где из них делали первоклассных экспертов по рукопашному бою и огнестрельному оружию. В полном соответствии с известным утверждением Каддафи: «Женщин нужно учить сражаться, чтобы они не стали легкой добычей для врагов». Вроде бы перед вступлением в должность красавицы давали клятву не отходить от начальника ни днем, ни ночью, а при необходимости и отдать за него жизнь. И это оказались не просто слова: одна из девушек, Эйша, пожертвовала собой, закрыв Каддафи во время покушения на него исламских фундаменталистов в 1998 году. Говорят, она была любимицей ливийского лидера.

Одна из девушек, Эйша, пожертвовала собой, закрыв Каддафи во время покушения на него исламских фундаменталистов в 1998 году.

С началом военных действий в Ливии общественность «встревожилась» фактом пропажи женщин-коммандос. «Исчезли, спрятаны или уволены?» – вопрошали заголовки новостей. Может быть, они покинули страну или заперлись вместе с работодателем в его подземном бункере… Так или иначе, с этого времени в редких публичных появлениях Каддафи стали окружать мужчины. Лишь однажды на видео мелькнула одна из «амазонок», тем самым снова подняв волну обсуждений возможного конца власти ливийского лидера. Ведь именно «амазонки» клялись быть с ним до последнего.

С точки зрения самого Муаммара Каддафи, женская охрана символизирует его стремление эмансипировать ливийских женщин. Вообще-то свое отношение к равноправию полов он высказал еще в «Зеленой книге»: «…женщина и мужчина в равной степени люди, и делать различия между ними как людьми – это явная и ничем не оправданная несправедливость». Каддафи и на деле добавил прав женщинам своей страны, начиная с избирательного, что, впрочем, вызвало негодование у мужской половины общества. Эти прекраснодушные инициативы несколько портят слухи о том, что лидера Ливии с его телохранительницами связывают не только рабочие отношения. Иногда амазонок называют «гаремом Каддафи», недвусмысленно намекая на то, что девушки оказывают ему сексуальные услуги. Щекотливый вопрос целомудрия поднимается все годы существования женской охраны ливийского лидера. Дело в том, что еще одно общеупотребительное название отряда звучит как «девственницы Каддафи». Якобы лидер Джамахирии настаивал на том, чтобы его секьюрити были девственны, и более того – осознанно держали целибат. Мало кого смущал тот факт, что в мусульманском мире девственность женщины до замужества пока еще является нормой. А вот замужняя женщина, с точки зрения рядового ливийца, должна уже не с автоматом бегать, а сидеть дома с детьми. Таким образом, на родине «одинокого бедуина» в охранницах-девственницах не находили никакой загадки. В отличие от его выездов за рубеж, которым эта интрига добавляла пикантности.

Развеять домыслы не помог даже документальный фильм «Телохранительницы Каддафи: тени лидера», который в 2004 году сняла Ранья Аджами, американка ливанского происхождения. Режиссер потратила два года, чтобы добиться разрешения на съемку. По мнению выпускницы Нью-Йоркского университета, «амазонки» создали образ свободных женщин, который распространился на все сферы жизни ливийского общества: «Телохранительницы стали символом этого нового феминизма». Комментируя фильм, Ранья Аджами, помимо всего прочего, указала, что многие из женщин замужем и воспитывают детей[32].

«Амазонки» побудили к творчеству не только молодую американку. Их волнующий образ повлиял и на израильского музыканта Ноя Алуша, который «из уважения к легендарным телохранительницам» поместил полуобнаженную танцовщицу в свой клип «Зенга-Зенга», посвященный Каддафи.

Украинские медсестры – залог здоровья

Муаммар Каддафи очень расположен к женскому персоналу. Возможно, он не так уж неправ, считая, что женщины лучше прогнозируют ситуацию и быстрее реагируют на опасность – немаловажные качествадля телохранителя такой персоны. Каддафи доверил женскому отряду свою жизнь – и одна из телохранительниц спасла ее во время покушения на Вождя в 1998 году (она погибла, еще семь были ранены). Но женщина – это не только интуиция, мгновенная реакция и преданность. Кто бы, имея такую возможность, отказался окружить себя красавицами? Говорят, в Риме Каддафи пригласил несколько сотен (!) местных моделей «для беседы», одарив каждую экземпляром Корана, «Зеленой книгой» и брошюрой «Как стать мусульманином»[33]. Все чинно, не придерешься.

Свое здоровье Вождь тоже не доверит кому попало. Интересно, что особо приближенными оказались «славянские» медсестры. «Главной медсестрой» – той, что сопровождает Каддафи во всех путешествиях, – небезызвестный сайт WikiLeaks назвал украинку Галину Колотницкую (по другим сведениям, эту должность занимала некая Драга из Сербии).

Как украинки оказались в Ливии? Кто-то откликнулся на объявление о наборе медперсонала. Например, Оксану Балинскую Каддафи выбрал сам – ему оказалось достаточно увидеть ее и пожать руку. Галина Колотницкая была опытнее других медсестер – она проработала в Ливии 9 лет, знала язык и обычаи страны. По слухам, она спасла жизнь одному из помощников Каддафи во время очередного покушения на Вождя, после чего ее и приняли в госпиталь, который обслуживает всю его семью.

В начале 2011 года, когда в Ливии началось вооруженное восстание, 39-летняя Галина Колотницкаяи 24-летняя Оксана Балинская вернулись на родину вместе с другими украинскими специалистами (на тот момент их в Ливии было несколько тысяч). Каддафи остался под присмотром 32-летней Ирины из Киева и 38-летней Татьяны из Шепетовки, которые отказались эвакуироваться и продолжают охранять здоровье Вождя в его подземной резиденции. По одной из версий, Каддафи так высоко ценит свой украинский персонал именно потому, что девушки оказались не только ответственны, но и на редкость непритязательны. С лидером Ливии – хоть в пустыню, хоть в Америку, хоть в вынужденное заточение под землей.

Все время своего пребывания на родной земле Галина Колотницкая избегала общения с представителями прессы. Более того, именно активность СМИ якобы вынудила женщину просить политического убежища в Норвегии[34]. Да и немудрено: после всплывших благодаря WikiLeaks слухов о ее романе с Каддафи родне Галины пришлось буквально отбиваться от журналистов, которых тоже можно понять – «украинские медсестры» оказались практически единственным источником известий о ливийском лидере. Между тем, явных свидетельств ее романа с Каддафи нет.

Недостаток информации обычно дает простор домыслам. Вдруг распространилась «сенсационная» новость: Колотницкая беременна. Но «тревога» была ложной – в интересном положении оказалась другая медсестра, Оксана Балинская. И не от Каддафи, а от сербского предпринимателя Дейла, который тоже работал в Ливии. Балинская, кстати, опровергла слухи о романе Колотницкой и Каддафи, сказав, что медсестры прикасались к нему лишь затем, чтобы измерить давление. Позднее появилась информация о том, что на самом деле у Колотницкой была романтическая связь со старшим сыном и преемником Каддафи Саифом аль-Исламом, которая закончилась, когда ее пациент выздоровел.

Сообщалось также, что Колотницкая, покинув Ливию (возможно, не по своей воле), во время полета была пьяна и конфликтовала с экипажем. Но попутчики этого не подтвердили. По их словам, с ними она говорила о том, что Папа (как называют Каддафи его приближенные) скоро победит и она вернется в Ливию. Балинская тоже собирается вернуться в случае победы Каддафи.

Так чем же манит славянок далекая Африка? Безусловно, главная причина – высокая оплата труда медсестер: лидер Джамахирии платил им до $3000 в месяц[35], против 800 гривен ($100), что они получали бы в Украине. В Ливии каждая из медсестер-украинок занимала отдельную двухкомнатную квартиру неподалеку от госпиталя, причем на работу и с работы их доставляли на машине. А когда Каддафи отправлялся в зарубежное путешествие, они сопровождали его – выполняя при этом только свои прямые обязанности. И неплохо справлялись, по-видимому. По словам Балинской, Каддафи вполне крепок и многим еще даст фору, поскольку заботится о своем здоровье, принимает витамины и регулярно обследуется. Ну как ему без медсестер!

Именно благодаря рассказам украинок выявились малоизвестные подробности жизни Каддафи. Так, по утрам лидер Ливии обязательно выпивает стакан воды с медом натощак, несколько раз в день меняет одежду, с большим пиететом относится к своей внешности. Как «сын пустыни», непривычный к холоду, в поездках он нередко настаивает на дополнительном отоплении своих апартаментов. А на родине Каддафи все же предпочитает проводить ночи в своей резиденции, используя знаменитую бедуинскую палатку только для встреч.

«Папа» не экономит по мелочам, во время путешествий неизменно заселяет персонал в хорошие отели и может даже выдать наличные на покупки.

С сотрудниками Каддафи обычно добр, но не склонен к излишней фамильярности – например, вежливо отстраняется, если кто-то попытается приобнять его во время группового снимка. «Папа» не экономит по мелочам, во время путешествий неизменно заселяет персонал в хорошие отели и может даже выдать наличные на покупки. Ежегодно 1 сентября он дарил людям из своего окружения золотые часы, отмечая дату, когда стал «первым лицом Ливии». Каддафи одаривал не только сотрудников, но даже их родных, например, презентовал часы матери Галины Колотницкой в благодарность за то, что вырастила хорошего специалиста. Грех жаловаться на такого начальника!

Обама – сын Каддафи?

В своем почти двухчасовом выступлении (вместо намеченных 15 минут) на Генеральной Ассамблее ООН в сентябре 2009 года Каддафи уделил немало внимания «нашему сыну» Обаме. Вот что он, в частности, сказал:

«От имени Генеральной Ассамблеи на ее шестьдесят четвертой сессии под руководством Ливии, Африканского союза, тысячи традиционных африканских королевств и от себя лично я хотел бы воспользоваться этой возможностью как председатель Африканского союза и приветствовать нашего сына Обаму…

Мы, африканцы, рады и гордимся тем, что сын Африки сейчас избран президентом Соединенных Штатов Америки. Это историческое событие. Сегодня в стране, в которой чернокожие в свое время не могли находиться в обществе белых в кафе или ресторане или сидеть рядом с ними в автобусе, американцы избрали своим президентом молодого чернокожего мужчину кенийского происхождения г-на Обаму. Это замечательное событие, и мы очень этим гордимся. <…>

Мы были бы рады, если бы Обама мог остаться президентом Соединенных Штатов навсегда. Его выступление свидетельствует о том, что он совсем не такой, как предыдущие президенты Америки. Предыдущие президенты Америки угрожали нам всеми видами оружия, заявляя, что направят на нас «Бурю в пустыне», «Гроздья гнева», «Раскаты грома» и «Отравленные розы» для ливийских детей. <…> У них был такой подход: мы будем править миром – нравится вам это или нет – и накажем любого, кто выступит против нас. <…>

До недавнего момента президенты Америки говорили, что демократия должна быть навязана Ираку и другим странам. Он же [Барак Обама] сказал, что это внутреннее дело каждой страны. Он был прав, говоря, что демократия не может быть навязана извне».

Забавно было предположить, что Каддафи, полагая себя императором, говорит о себе во множественном числе, а Обаму считает своим вассалом, «вежливо» именуя его сыном. Именно так и представили дело некоторые СМИ, правда, не без некоторых на то оснований. Ведь в своем первом письме Обаме от 19 марта 2011 года он таки обращается к Обаме: «мой сын». Как бы то ни было, в речи на Генеральной Ассамблее Каддафи, называя Обаму «нашим сыном», хотел сказать, что афроамериканец Обама все же отчасти сын Африки. «Наш сын», надеялся Каддафи, будет проводить политику невмешательства во внутренние дела других стран. Однако весна 2011 года – начало бомбардировок Ливии – показала, насколько он ошибался: цвет кожи президента на американскую политику не влияет.

Тем не менее поступки Обамы не заставили Каддафи совершенно разочароваться в чернокожем президенте. Он еще надеется образумить непокорного «сына» – письмами. По словам пресс-секретаря Белого дома Джей Карней, Каддафи прислал Обаме по крайнее мере два письма. Одно – 19 марта 2011 года, непосредственно перед началом бомбардировок Ливии, другое – 5 апреля этого же года. Судя по стилю и весьма странному английскому языку последнего, его автор – сам полковник (после революции 1969 года Каддафи демонстрировал некоторое знание английского и с тех пор, скорее всего, продвинулся в изучении этого языка). Вот что пишет Каддафи[36]:

«Наш сын, Ваше превосходительство,

Президент Обама

США

Ваши слова и дела нанесли нам скорее моральный, чем физический ущерб. И несмотря на все это, Вы всегда будете нашим сыном, что бы ни случилось. Мы продолжаем молиться, чтобы Вы оставались президентом Соединенных Штатов. Мы стремимся и надеемся, что Вы победите на будущих президентских выборах. Вы – человек, обладающий достаточным мужеством, чтобы аннулировать неверные и ошибочные действия. <…> Как Вам отлично известно, демократию и гражданское общество нельзя создать ракетами и самолетами или поддержкой вооруженных формирований Аль-Каиды в Бенгази.

Вы – сами – неоднократно говорили, в частности на Генеральной Ассамблее ООН, чему я лично был свидетелем, что Америка не несет ответственности за безопасность других народов. Америка только помогает. Это верная логика.

Наш дорогой сын, Барака Хуссейн Абу умама, Вам необходимо вмешаться от имени Соединенных Штатов, дабы НАТО в конце концов прекратило операцию в Ливии. Ливия должна остаться ливийцам в рамках Африканского союза <…>».

Помимо стиля и необычного обращения к американскому президенту это письмо едва ли можно счесть странным. В конце концов, Каддафи выдвигает достаточно логичное требование невмешательства во внутренние дела Ливии. Однако, как мы уже знаем, никакого влияния на действия Обамы и НАТО это письмо не оказало, став лишь предметом насмешек. Долго ли сохранится вера Каддафи в готовность «сына» держаться своих обещаний?

Футбол как корень зла

Каддафи личность противоречивая. Даже в том, что касается спорта.

В свой «Зеленой книге» Каддафи делит спорт на индивидуальный, по его словам, подобный молитве, и массовый, когда множество людей вместе участвуют в спортивных состязаниях. Однако будь то «молитва» или массовые соревнования – спорт не должен быть зрелищем праздных:

«Тысячи аплодирующих и смеющихся зрителей, заполняющих трибуны стадионов, это тысячи введенных в заблуждение людей, которые, не имея возможности заниматься спортом лично, праздно сидят на трибунах и аплодируют чемпионам, которые перехватили у них инициативу, оттеснили их и монополизировали спорт, используя в своих интересах возможности, предоставленные им массами».

Третья часть «Зеленой книги», откуда заимствована эта цитата, вышла в 1979 году. А в 2001 году Каддафи решает инвестировать в одну из «монополий», отнимающих, с его точки зрения, у людей их естественное право самим заниматься спортом, – туринскую футбольную команду «Ювентус». Государственная ливийская инвестиционная компания Lafico приобретает 7,5 % акций (около $15,5 млн) и становится вторым по величине акционером. Почему именно «Ювентус»? Сын диктатора аль-Саади Каддафи, сам бывший профессиональный футболист, – фанат этой команды.

Мы могли бы подумать, что Каддафи изменил свое отношение к спорту и смирился с идеей спорта как зрелища. Но лидер остался верен себе и в 2006 году в своем блоге разражается гневной статьей, обличающей Международную федерацию футбола (ФИФА). Вот что он пишет:

«Во-первых, остерегайтесь опасной болезни, которая кроется в ФИФА. Медицинскими исследованиями многократно подтверждено и будет подтверждаться впредь, что самые страстные болельщики и любители футбола, до безумия увлеченные этой игрой, более других подвержены сильнейшим психическим и нервным расстройствам, которые, в свою очередь, вызывают сердечные приступы, инсульты, диабет, повышение кровяного давления и раннее старение. И это в то время, когда из-за чрезмерного использования технических средств человек стал меньше двигаться, стал более пассивным, обленился и прибавил в весе.

В то же время спорт из сугубо индивидуального вида деятельности, который, так же как и молитву, нельзя препоручить никому другому, или формы массовой активности превратился в форму эксплуатации, монопольно осуществляемой богатой элитой. Именно так обстоит сегодня дело с ФИФА, а народным массам при этом отводится роль оболваненного зрителя.

Во-вторых, остерегайтесь ненависти, враждебности и расизма, которые порождает игра в футбол».

Футбол порождает ненависть, расизм?! До московских событий 2010 года, когда в центре столицы фанаты ловили и избивали «лиц кавказской внешности», мы могли еще посмеяться над словам Каддафи, но сейчас невольно задаешься вопросом, а так ли уж неправ полковник?

Заключение

Двадцатый век был богат на диктаторов. Сложно сказать, что побуждает обычного гражданина стать диктатором, презрев карьеру художника или военного. Мир человеческих амбиций непредсказуем и загадочен.

Муаммар Каддафи, пожалуй, один из самых знаменитых диктаторов, игравших серьезную роль на мировой политической сцене в последнее время. Простой бедуин с не слишком заманчивыми жизненными перспективами стал практически единоличным правителем Ливии и в течение сорока с лишним лет успешно удерживал власть, невзирая на зачастую весьма неблагоприятные обстоятельства и неприкрытую враждебность мировых держав. Уже одно это говорит о немалом таланте, чутье и умении маневрировать Каддафи-политика. Однако его власть в Ливии и авторитет в Азии и Африке основаны не на одной лишь политической хитрости. Знаменитый полковник ярко проявил себя:

• как государственный деятель – создал не имеющий мировых аналогов политический и общественный строй, в котором соединил ислам, социализм и уникальные ливийские традиции;

• как первый крупный ливийский левый мыслитель – сформулировал в своей «Зеленой книге» теоретические основы нынешнего политического устройства своей страны;

• как создатель собственного оригинального имиджа – независимого, эпатажного и шикарного.

Конечно, западному человеку многое из того, что говорит, пишет и делает Каддафи, подчас кажется нелепым. Но не будем забывать, что основная часть публики, на которую он работает, придерживается иных ценностей и норм.

Смыслом жизни Каддафи, несомненно, была и остается власть. Но все ли исчерпывается одной лишь жаждой власти? Как мы знаем, не чуждо ему и позерство. Не исключено, что в случае Каддафи поза может быть отражением его истинных взглядов. Вряд ли он уверен, что как единоличный властитель не принес своему народу ничего, кроме блага. Но, похоже, искренне убежден, что демократия европейского образца не годится для пустыни и что ему удалось создать именно ту форму государственности, которая более всего близка истории и культуре Ливии.

Подробности правления Каддафи пока малоизвестны, в лучшем случае – предположительны. Невозможно даже приблизительно определить количество жертв его режима, хотя в том, что они имеются, сомнений не возникает. Трудно предугадать и то, чем закончится гражданская война в Ливии, и последствия НАТОвских бомбардировок. Учитывая умение Каддафи маневрировать, нельзя исключить вариант, что полковник в очередной раз выйдет сухим из воды. А если режим Каддафи все же рухнет, то вполне возможно, что простые ливийцы от этого лишь проиграют. Ведь сегодня вряд ли кто-то может однозначно ответить на вопрос: Муаммар Каддафи – благо или зло для своей страны.

Иллюстрации

Революция свершилась. Еще год назад никому не известный капитан, а ныне полковник и председатель совета Революционного командования Муаммар Каддафи выступает на митинге, посвященном первой годовщине Ливийской революции. Ливия, Триполи, сентябрь 1970 года

Брежневу остается жить чуть больше года. Советскому Союзу – чуть больше десяти лет. Каддафи предстоит стать свидетелем еще многих перемен в нашей стране. Генеральный секретарь ЦК КПСС Брежнев, министр иностранных дел СССР Громыко и другие официальные лица встречают Каддафи в аэропорту Внуково. Москва, 27 апреля 1981 года

1985 год – начало перестройки, ветер перемен. Каддафи прибывает в Москву на встречу с Генеральным секретарем ЦК КПСС Горбачевым. Одет он еще достаточно скромно, эпоха дизайнерских нарядов Каддафи еще впереди. Москва, 14 октября 1985 года

Полковник Каддафи, подполковник и премьер-министр Владимир Путин и любимица советской публики 1970-1980-х

Мирей Матье. Певица выглядит несколько испуганной необходимостью пожать руку лидеру ливийской революции. Москва, Большой Кремлевский дворец, 1 ноября 2008 года

Самый шикарный из бедуинских нарядов Каддафи. Каддафи и Дмитрий Медведев на саммите Большой восьмерки. Италия, Аквила, 9 июля 2009 года

Каддафи и президент Украины Виктор Ющенко во время официальной встречи в Киеве. Эстетическое влияние одежды Каддафи, по-видимому, весьма велико. Ющенко, дабы соответствовать ее цветовой гамме, надел бордовый галстук, а в кармашек пиджака вставил бордовый платок. Украина, Киев, 4 ноября 2008 года

Вечно радикальный Жириновский, навещая Каддафи в Ливии, под стать хозяину закутался в бурнус. Ливия, 1 марта 1995 года

Шеренга мужчин в однотипных костюмах разных оттенков темно-серого, белых рубашках и серых, в лучшем случае синих галстуках. Взгляд скользит по ним без интереса, с изумлением останавливаясь на средних лет господине в ослепительно белом костюме. Прическа как у Мика Джаггера, глаза скрыты черными очками. Этот господин, конечно, Каддафи. Люди в сером (слева направо): председатель совета министров Италии Сильвио Берлускони, президент Франции Николя Саркози, Президент России Дмитрий Медведев, президент США Барак Обама, генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун. Открытие мемориальной доски в память жертв землетрясения в регионе Абруццо. Италия, Аквила, 10 июля 2009 года

Каддафи впервые прибыл с официальным визитом в Италию, бывшую метрополию Ливии. На груди слева орденские планки, а справа… фотография Омара аль-Мухтара, бойца ливийского сопротивления, казненного итальянцами в 1931 году. Настоящий эпатаж! Кстати, на пресс-конференции Каддафи заявил, что эта фотография – «нечто вроде креста, который некоторые из вас носят». Италия, Рим, 10 июня 2009 года

Каддафи в образе молодящегося богача-интеллектуала. С европейской одеждой прекрасно сочетается надетый поверх пиджака черный халат-аба, кажущийся, скорее, адвокатской мантией, чем «фольклорным» элементом. Франция, Париж, 11 декабря 2007 года

Бедуинская палатка Каддафи, путешествующая с ним по всему миру, разбита в Тайницком парке на территории московского Кремля. Внутри не слишком жарко: Путин, Каддафи и Матье – в верхней одежде (переводчики – почему-то нет). Москва, 1 ноября 2008 года

Знаменитая женская охрана Каддафи, его «амазонки», на встрече Виктора Ющенко и Каддафи в Киеве. Своим телохранительницам Каддафи, по-видимому позволяет некоторые вольности: у девушки справа – голубой шарфик, явно не соответствующий стандарту военной унифомы. Украина, Киев, 4 ноября 2008 года

Сын Каддафи Саиф аль-Ислам и бывший мэр Москвы Юрий Лужков на выставке античного и современного искусства Ливии «Пустыня не безмолвна». Москва, 28 июня 2010 года

В ливийском городе Рас-Лануф, захваченном силами оппозиции, гражданин пытается символически разрезать портрет Каддафи ножом. Ливия, 5 марта 2011 года

В России Каддафи не забывают. Сюрреалистическая картина первомайской демонстрации в Москве: женщина, чем-то похожая на английскую королеву, несет портрет Ленина, вероятно, в честь Каддафи украшенный зелеными бантиками; рядом с ней юноша с портретом молодого Каддафи на шее. Коммунисты хотят запомнить Каддафи молодым. Москва, 1 мая 2011 года

А тем временем противники Каддафи в Бенгази жгут его портреты. Сгорит ли режим Каддафи в огне гражданской войны и натовских бомбардировок, или изворотливому полковнику удастся и на этот раз выйти сухим из воды? Ливия, Бенгази, 2 марта 2011 года

Примечания

1

Интервью П. Акопова сайту «Фонтанка. ру», http://www. fontanka.ru/2011/04/13/159/

2

Интервью В. Чамова радиостанции «Эхо Москвы», 24.03.2011.

3

News, http://www.bbc.co.uk/news/world-africa-12488278

4

Эхо Москвы, передача «48 минут», 19.07.2007.

5

http://www.bbc.co.uk/news/world-africa-12488278

6

Из интервью французскому телевидению, опубликованного в Jeune Afrique в 1986 г.

7

http://www.guardian.co.uk/world/quiz/2011/mar/01/muammar-gaddafi-charlie-sheen-quiz

8

21 августа 2008 г. ливанский суд признал Каддафи и еще 17 человек виновными в похищении Садра и выдал ордер на их арест.

9

Newsru. com, 5.04.2011, http://newsru.com/world/05apr2011/kadmed.html

10

Там же.

11

«Эхо Москвы», передача «48 минут», 24.02.2011, http://echo. msk.ru/programs/48minut/752766-echo/

12

Там же.

13

Интервью В. Чамова на «Эхо Москвы», 24.03.2011.

14

http://newsru.com/world/27apr2011/aisha.html

15

Рясов А. В. «Левые» на Арабском Востоке: ливийский опыт. – М., 2005.

16

Поднеров А. Б. «Третья мировая теория» М. Каддафи и попытки ее претворения в жизнь: автореферат диссертации на степень кандидата исторических наук. – М., 1982.

17

http://www.algathafi.org/

18

Из речи брата-лидера Муаммара Каддафи на Генеральной Ассамблее ООН 1.10.2009.

19

Саиф аль-Ислам Каддафи – второй сын Муаммара Каддафи, инженер и политик.

20

Айша аль-Каддафи – дочь Муаммара Каддафи. По профессии – адвокат.

21

Праздник, отмечаемый в честь окончания поста в месяц рамадан, Ураза Байрам – примеч. ред.)

22

Баб аль-Азизия – военная база в пригороде Триполи, основная резиденция Муаммара Каддафи.

23

Остров Ньюфаундленд (территория Канады) расположен у северо-восточных берегов Северной Америки.

24

1 сентября 1969 г. группа офицеров ливийской армии из организации «Движение свободных офицеров юнионистов-социалистов», возглавляемая капитаном Каддафи, свергла короля Ливии Идриса I и провозгласила Ливийскую Арабскую Республику.

25

http://www.alpenforum.ru/invision/index.php?showtopic=41434

26

http://www.rg.ru/2011/03/11/kaddafy.html, Российская газета.

27

http://www.vz.ru/politics/2011/4/25/482870.html, «Взгляд».

28

http://www.itar-tass.com/v1/201.html, ИТАР-ТАСС.

29

http://www.newizv.ru/world/2007-12-21/82024-vstanut-grudjuna-zashitu-tela.html

30

http://www. izvestia.ru/world/article3152531/

31

http://www.lastampa.it/_web/CMSTP/tmplrubriche/giornalisti/grubrica.asp?ID_blog=124&ID_articolo=1193&ID_sezione=274&sezione

32

http://www.nytimes.com/2004/05/14/nyregion/public-livescapturing-qaddafi-s-gun-toting-women-on-film.html

33

NEWSru. com,

http://www.newsru.com/religy/17nov2009/gaddafi.html

34

Vakthavende journalist,

http://www.vg.no/nyheter/utenriks/libya/artikkel.php?artid=10085118

35

The Newsweek, http://www.newsweek.com/2011/04/10/my-years-as-gaddafi-s-nurse.html#,

перевод на ИноСМИ. ru www.inosmi.ru/africa/20110411/168289894.html

36

http://thelede.blogs.nytimes.com/2011/04/06/text-of-new-qaddafi-letter-to-obama/?scp=3&sq=Qaddafi&st=cse

Content

Фридрих Бригг
Каддафи: «бешеный пес» или народный благодетель?

За что бомбят Каддафи

Вступление

Глава 1 Ливия – коротко о главном

От начала времен: древняя Ливия

Арабские завоевания

Турецкие завоевания

Между молотом и наковальней (1910-1940-е)

Под крылом союзников (Вторая мировая война, 1940-1950-е)

Соединенное Королевство Ливии

Манна небесная – нефть

Переворот (1969)

Великая Социалистическая Народная Ливийская Арабская Джамахирия

2011 год

Глава 2 Жизнь замечательного полковника

Бербер, бунтарь, курсант, капитан

Проснулся он уже полковником

Очень нетипичный современный лидер: психологический портрет Муаммара Каддафи

Каддафи осваивается на посту главы государства

Беспокойный сосед

Народная революция

Теория в действии: «Зеленая книга»

Оппозиция внутренняя и внешняя

«Зеленый» террор

Дискотека в Западном Берлине

Самолет над Локерби

Катастрофа в пустыне

Процесс

В изоляции

Приручение «бешеного пса»

Сколько волка ни корми…

Портрет старого полковника

Наследники престола: дети Каддафи

Мутассим

Саиф аль-Ислам

Айша

Последние новости (продолжение следует)

Глава 3 Главный труд Каддафи – «Зеленая книга»

Фальсификация демократии

Парламент, партии, классы, референдумы – все это обман

Прямая демократия – через народные конгрессы и комитеты

Проблема закона общества

Самоконтроль общества за исполнением своего Закона

Средство против нарушения Закона – демократическая перестройка

Пресса – способ самовыражения общества

Третья всемирная теория – решение проблемы демократии

Вместо наемных работников – партнеры

Потребности

Цель нового социалистического строя – счастливое общество

Справедливое распределение общественного богатства

Цель социалистического общества – счастье человека

Домашняя прислуга – особый вопрос

Ради чего жертвуют собой исторические герои?

Влияние семьи

Племя – это большая семья

Преимущества племени

Нация в рамках всемирного сообщества – то же, что семья в рамках племени

Женщина – человек. Мужчина – тоже человек

Суверенные общественные права меньшинств

Править миром будут черные

Образование, не противоречащее свободе

Музыка и искусства

Спорт, верховая езда, зрелища

Глава 4 Каддафи решает мировые проблемы

Предложение по реформе ООН и Совета Безопасности

О неправомочности международных уголовных судов

Израиль + Палестина = Изратина

Об истории проблемы

Прежние проекты единого государства

Риски при создании двух государств

«Белая книга» Каддафи – фундаментальное историческое решение

Неизбежный провал планов раздела

Земля предков, земля обетованная

Выводы

Заключение

О будущем арабского мира

Глава 5 Самый странный диктатор

Корпорация Каддафи: деньги и власть

Саиф призывает к свободе печати и получает чистую прибыль

Доходы от продажи нефти и газа оседают в карманах семейства Каддафи и политической элиты

Айша не уступает Саифу в благотворительности и широких коммерческих интересах

Конкуренция детей Каддафи привела к поглощению завода Coca-Cola

Телекоммуникациями правит Мухаммед

Саади планирует новый город

Дистрибуцию потребительских товаров контролируют несколько семейных холдингов

Стиль жизни «Корпорации Каддафи»

Комментарий

Странности Каддафи: взгляд из американского посольства

Страхи Каддафи – отражение его личности

Доверие только узкому кругу лиц – свидетельство зависимости

Увлечение танцами и скачками

Каддафи не взял в Нью-Йорк охранниц

По одежке встречают

Бедуин

Генерал

Денди

В гости со своей палаткой

Полковник амазонок

Украинские медсестры – залог здоровья

Обама – сын Каддафи?

Футбол как корень зла

Заключение

Иллюстрации

Примечания