Дороти Тайтс

Прекрасная и желанная

1

— Тебе необходима особая охрана.

Молли Стоун покачала головой и улыбнулась:

— Кого ты собираешься убедить в этом — меня или себя?

— Нас обоих.

— Мне она не нужна, и я готова с тобой поспорить, несмотря на то, что ты в этой области большой специалист. Кстати, какое назначение ты недавно получил? Стал главным над всеми шпионами?

Сэл Мэтью на самом деле никогда не рассказывал Молли о своей работе в разведке и о том, что он является руководителем особого отдела. Обо всем этом она могла только догадываться.

— Можешь звать меня мистером Главным шпионом, — усмехнулся он.

— Знаешь, повышение по службе иногда здорово сказывается… — для вящего эффекта она сделала выразительную паузу, — на сообразительности.

Они сидели в небольшой процедурной палате. Сэл прислонился к стене.

— Я хочу, чтобы тебя охранял этот человек, — сказал он, указывая прямо перед собой.

Молли протянула руку и коснулась ладонью двойного затемненного стекла, которое позволяло видеть, что происходит в соседней палате, но скрывало наблюдателя от посторонних глаз. Пациент, находившийся в этот момент по другую сторону стекла, не видел ни Молли, ни Сэла.

— А он знает? — Она кивнула в его сторону.

Сэл утвердительно кивнул головой.

— В свое время посвящу его. Мне кажется, что, даже если ты почувствуешь, что тебе требуется усиленная охрана, все равно мне об этом не скажешь. А он будет все время рядом. Он — профессионал и сможет здраво оценить ситуацию. — Сэл поднял руку, предупреждая ее возражения. — Понимаю. Ты думаешь, что я слишком сгущаю краски. Может быть, ты и права. Но у меня дурное предчувствие, и я хочу, чтобы ты была в безопасности.

Она подняла глаза на своего собеседника, чуть склонившегося над ней. На первый взгляд этот симпатичный обаятельный мужчина мог сойти за спортсмена-яхтсмена, эдакого калифорнийского сердцееда. Но если вглядеться попристальней, то в голубизне его глаз можно увидеть компьютерный ум и распознать характер пантеры. Молли знала, что Сэл перестраховщик и способен нагнать страху, но, поскольку они были знакомы давно, она доверяла ему и не хотела создавать для него лишние проблемы.

— Хорошо. Тебе лучше знать. Ты меня сюда вызвал, ты и решай, — сдалась она.

Этот госпиталь отличался от обычных лечебных учреждений, где принимают роды или лечат переломы. Это было секретное заведение, спрятанное за высоким забором, где несла службу круглосуточная охрана, а специально обученные собаки по команде сразу же бросались на нежданного посетителя. Здесь обитали люди без фамилий и имен, по собственной воле отказавшиеся от реального мира. В какой-то момент они исчезали из больницы бесшумно и незаметно, как тени, и вскоре уже принимали участие в секретных операциях, проводившихся в таких местах, названия которых Молли даже не могла выговорить.

— Он совсем не похож на тех раненых заблудившихся животных, которых ты, Мол, подбираешь и выхаживаешь. Он совершенно особенный. Таких в моем подчинении еще никогда не было. Он опасен и непредсказуем. Будь с ним осторожна.

Она взглянула на Сэла.

— Быть осторожной лишь потому, что он знает пятьдесят способов, как можно убить человека голыми руками? Сэл, уволь. Воспользуйся своей устрашающей тактикой для подготовки новобранцев. На них это здорово действует.

— Ну, конечно, ты у нас крепкий орешек. — Его шутливый тон сменился сожалением. — Ужасно, что из-за работы совсем не остается времени. Как хотелось бы пообедать с тобой где-нибудь в маленьком уютном ресторане. — Он прикоснулся к ее руке и вышел из процедурной палаты.

Молли проводила его взглядом. Ей показалось, что он уже забыл о ней. Помнил, наверное, лишь о том, что она каким-то образом причастна к его ведомству. Почему Сэл доверил это дело именно ей? Молли не была какой-то особенной. Вероятно, Сэлу в первую очередь было важно то, что она надежный, проверенный человек и досконально знает свое дело. Она вздохнула. Когда-то в прошлом она надеялась на что-то большее в их отношениях, но этого не получилось. Никаких сюрпризов. Ей всегда не везло с мужчинами. Но в целом жизнь у нее сложилась замечательно. Отсутствие семейного счастья она компенсировала любимой работой. Больше ей ничего и не требовалось. Она снова посмотрела в двойное стекло, внимательно разглядывая человека в соседней палате.

Он стоял около окна, глядя на то, что творится снаружи. Вместо больничного халата на нем были рубашка без воротника и джинсы с одной штаниной, закатанной выше колена из-за толстой повязки на икре. Вся поза этого человека выражала настороженность. Что-то, находящееся снаружи здания, вызывало у него беспокойство. Казалось, он пытается высмотреть кого-то, кто находится вне больничного помещения. Она с интересом наблюдала за ним. Он напомнил ей Теда. Невольное сравнение этого человека с любимой кошкой вызвало у нее улыбку.

Внезапно он повернулся к стеклу и посмотрел прямо на нее. Хотя Молли и понимала, что он не может увидеть ее, она все же инстинктивно отшатнулась назад, почувствовав угрозу в его облике.

Яркий солнечный свет освещал его лицо, подчеркивая необыкновенную худобу. Была ли она результатом ранения или следствием пережитого напряжения во время выполнения служебного задания — это оставалось загадкой. Во всяком случае шрам на лице выглядел совсем свежим. Тонкие швы стягивали кожу, а всю щеку заливала фиолетовость синяка. Красивые каштановые волосы с золотистым отливом спадали на лоб. Но особенно выразительными были глаза. Их пронизывающий блеск заставил Молли почувствовать собственную беззащитность.

Темно-коричневые крапинки на радужной оболочке глаза почему-то еще больше усиливали впечатление скрываемой ярости. Такие глаза обычно бывают у попавшего в капкан раненого зверя. Сэл прав. Этот человек явно опасен. Инстинктивно она правой рукой потерла плечо. И, коснувшись четырех шрамов в этом месте, вспомнила другого четвероногого хищника, который оставил ей эти страшные метки.

Человек моргнул и отвернулся. Она увидела, как дверь в его палату отворилась и вошел Сэл. Он заговорил с этим человеком. Мол пристально смотрела на губы говорящих, стараясь понять, о чем они говорят. Но это ей не удавалось. По их резкой жестикуляции Молли поняла, что они спорят. Раненый стоял напротив Сэла. Хотя Сэл был в костюме, под одеждой без труда можно было различить его хорошо сложенную мускулистую, красивую фигуру. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: он обладает недюжинной силой. Если бы незнакомец не был ранен, трудно сказать, в чью бы пользу закончился их поединок, если бы они вдруг вздумали помериться силой.

Когда незнакомец во второй раз посмотрел на двухстворчатую стеклянную перегородку, Молли почему-то почувствовала себя виноватой. Не в ее правилах было подслушивать, даже если она не могла разобрать слов. Она повернулась и вышла из процедурной. Было около одиннадцати часов утра. Ей еще предстояла утомительная шестичасовая дорога, кроме того, по пути нужно было захватить кое-какой груз. Через час она обязательно должна была выехать. Либо с этим человеком, либо без него.

— Черт возьми, должен же я знать! — Терри Уоррен подхватил костыли и оперся на них. — И ты скажешь мне!

Его начальник присел на угол больничной койки.

— Доктор сказал…

— Мне плевать на то, что сказал доктор. Есть вещи, которые я сам не могу вспомнить. Целых три недели я провел в Южной Америке, выполняя задание. И тем не менее сейчас не могу восстановить в памяти, что же там случилось. — Спина у него взмокла от пота. После перенесенной два дня назад операции рану на ноге дергало, а в голове стоял шум. — Все, что я припоминаю, это то, что мне пришлось участвовать в каком-то жутком шабаше и перестрелять почти все население города. И ты, черт тебя подери, должен сказать мне, что же там все-таки произошло, — почти выкрикнул он.

Сэл как можно спокойней отнесся к его угрозам, продолжая стоять, скрестив руки на груди.

— Нет. Доктор сказал, что ты сам позднее должен все вспомнить.

Терри положил костыли на пол и вытянулся в кресле. Как он ни старался напрячь память, ничего не получалось. В голове возникали какие-то обрывки разговоров, отдельные слова по-испански и по-португальски. Всплывали какие-то лица, а потом все исчезало в тумане. Полный провал памяти длиной в три недели. Он только помнил, что покидал Штаты на персональном самолете. Помнил и то, что очнулся на борту того же самолета, когда срок задания истек. Но то, что происходило в промежутке, он вспомнить не мог. Он потрогал шрам на щеке. Как дополнение к нему пуля в ноге и легкое сотрясение мозга. Сувениров предостаточно.

— Придет время, и ты все вспомнишь, — сказал Сэл. — Не стоит торопиться.

— Тебе легко говорить. Ведь это не ты… — Терри прикусил язык. Господи, страшная мысль промелькнула в его голове. — Он что, мертв?

Сэл промолчал.

Терри встал и сразу же ощутил боль в ноге. Сэл легко поддержал его за руку, но Терри тут же схватил его за лацкан.

— Так он мертв?

Сэл холодно посмотрел на него и поджал губы.

— Успокойся. Еще не хватало нам подраться. Я не собираюсь ссориться с тобой из-за этого.

Терри отпустил его и опять уселся в кресло.

— Только потому, что ты знаешь, как бы я тебя здорово отколошматил, не будь я так измотан.

— Может быть, ты думаешь, что я тебя боюсь? Будь ты здоров, уж я бы показал тебе, кто из нас двоих сильнее. — Сэл взглянул на него. — Скажи, ты хотя бы что-нибудь помнишь?

— Про Роя?

Сэл кивнул.

— Я помню, что встретился с ним, но не знаю зачем.

— И ты думаешь, что он мертв?

Терри закрыл глаза и двумя пальцами потер переносицу. Думаю это я убил его, сказал он про себя, но произнести это вслух не решился. Это было выше его сил.

— Рой убит? — снова спросил он Сэла.

— Да.

Терри резко вскинул голову.

— Ты уверен?

— У нас есть свидетели.

Боль в ноге усилилась. Он думал о мертвом Рое. Они встретились на тренировке лет пятнадцать назад. Потом много раз вместе выезжали на задание. А теперь получается, что он убил своего приятеля? Нет, наверное, Сэл прав, не стоит делать таких ужасных выводов заранее, до того как он все вспомнит. Но, черт возьми, он не может ничего вспомнить. И никуда от этого не денешься.

— Не стоит торопиться, — повторил Сэл. — Память восстановится. — Он присел на угол кровати, наблюдая, как солнечные лучи, заливая светом палату, поблескивают на металлической поверхности больничной мебели и пляшут на поцарапанном зеленом линолеуме палаты. — К тому времени, как к тебе вернется память, я подыщу для тебя новое задание. А пока ты должен отдохнуть. Не здесь, конечно.

Терри приподнял раненую ногу.

— И медицина не будет возражать?

— Нет.

— Тогда я сразу отправлюсь домой.

Сэл встал и засунул руки в карманы.

— Я хотел бы, чтобы ты кое-что сделал для меня.

— Но ты же сказал…

— Это неофициальная просьба. — Сэл подошел к окну и выглянул наружу. — Это особое дело, для него требуется добровольное согласие.

— И поэтому?..

— Не хотел бы вовлекать сюда лишних людей. — Сэл посмотрел на Терри. — Ты мне нужен, чтобы помочь моему другу. Защитить в случае необходимости. Для этого ничего особенного не потребуется. Она живет…

— Она?

— Ее зовут Молли. Она живет в горах. В ее ведении находится питомник. Я оставил у нее кое-какой груз. Люди, у которых мы его изъяли, будут стараться вернуть груз обратно. Я хотел бы, чтобы ты находился там и пресек их попытки. Если случится что-то непредвиденное, то я официально организую помощь. Я могу положиться на тебя?

Терри подумал о своей маленькой квартирке в Вашингтоне. Стоял конец весны. Самое начало туристического сезона, к тому же скоро наступит жара. В прошлом году, когда он отдыхал летом в своей квартире, за три дня кондиционер ломался дважды. Потом он вспомнил о том времени, когда они вместе были в Ираке и Сэл не раз вытаскивал его из беды. Разве он может забыть о том, что сделал для него Сэл? Ни в коем случае. Терри взялся за костыли и с их помощью поднялся на ноги.

— Можешь на меня рассчитывать.

— Спасибо, Терри. — Сэл вытащил походную сумку из шкафчика, стоявшего у противоположной стены. — Место там, может быть, и не очень живописное, но, думаю, что на природе, на свежем воздухе, ты сможешь хорошо отдохнуть. Тебе придется пробыть там всего несколько недель, в крайнем случае, два месяца — это максимум.

— А кто эта женщина? Тоже из спецслужбы?

— Нет. Просто моя хорошая знакомая. Ей можно доверять.

Меньше всего сейчас Терри был склонен кому-то доверять. Он не мог верить даже себе — память, чувства, инстинкты отказывались служить ему.

— Она знает, что я собой представляю?

— Она понимает, что могут возникнуть некоторые проблемы, и готова сделать все, чтобы их избежать. — Сэл указал на повязку. — Она неплохо разбирается в ранах.

— Ты так говоришь, словно убедился в этом на собственном опыте.

Голубые глаза Сэла вдруг потемнели и стали почти серыми.

— Да. Она выхаживала меня после возвращения из Ливана.

Терри опустил голову и направился собирать свои пожитки. Делал он это медленно, давая Сэлу время успокоиться и прийти в себя. Его начальник несколько лет назад чуть не погиб в Ливане. Но не это привело его в мрачное расположение духа. Там же от рук террористов погибли жена и маленький сын Сэла.

Терри застегнул несессер с бритвенным прибором и заковылял к койке. Несессер и смену белья он засунул в походную сумку.

— Я уезжаю довольно надолго. За то время, что пробуду в горах, думаю привести себя в порядок. Надеюсь, перемена обстановки пойдет мне на пользу. Я рассчитываю снова вернуться в строй. Что ты думаешь на этот счет, босс?

Сэл пожал плечами.

— Это в интересах нас обоих.

— А как по поводу Южной Америки? Что, если я не вспомню?

Сэл застегнул свою сумку и закинул ее за плечо.

— Если не сумеешь вспомнить к тому времени, как поправишься, то сможешь прочесть досье. Не будем обращать внимания на то, что говорит доктор. Даю тебе слово.

Терри кивнул. Это уже кое-что значит. И все же он знал, что, если сам не сможет справиться с потерей памяти, ему не придется вернуться назад. В спецслужбе нет места тому, кто не может вспомнить, убил он или нет своего напарника.

— Спасибо, Сэл, — сказал он, надевая темно-синий китель и беря в руки костыли. — Будь у меня иной выбор, я бы не принял твоего предложения.

Сэл подошел к двери и открыл ее.

— Я хочу, чтобы ты вернулся. Ты же мой лучший сотрудник.

— Ты всегда так говоришь, — проворчал Терри. — Я слышал, что ты то же самое говорил и Джеку. Не можем же мы оба быть самыми лучшими.

Сэл усмехнулся, но ничего не ответил.

Терри последовал за своим шефом в госпитальный холл. Несколько человек из медицинского персонала приветственно кивнули ему, когда он проходил мимо. На груди каждого висела карточка с фотографией и личным номером. Фамилии отсутствовали. В конце коридора Сэл свернул налево. Терри ковылял сзади. Он внимательно оглядывал бесшумно открывавшиеся двери, стены, проходы, инстинктивно ища спасительный выход. Но в этой предосторожности не было никакой необходимости. Здесь он находился в полной безопасности. Старые привычки, мрачно подумал он. В его нынешнем положении ему следовало подумать о том, что его ждет впереди, на расстоянии десяти ярдов.

В зале стояла девушка. Когда туда вошел Сэл, она приветливо улыбнулась ему. Они заговорили вполголоса, но глаза ее были обращены на Терри, приближавшегося к ним из коридора. Он остановился в дверном проеме и встретился с ней взглядом.

Чуть виноватое выражение голубых глаз девушки подсказало ему, что именно она наблюдала за ним сквозь двойное стекло. Следуя профессиональной привычке, Терри занялся составлением мысленного досье на нее. Волосы — светло-каштановые, длинные. Внезапно стройный лаконичный ход его мыслей нарушило неожиданно пришедшее на ум сравнение: волосы цвета осени. Это его удивило, но он решил не отвлекаться, продолжая изучать девушку. Рост средний. Телосложение нормальное. Глаза — он пристально вгляделся в ее лицо — пожалуй, не совсем голубые, а скорее бирюзового оттенка. Одета просто — в ковбойку и потертые джинсы, на ногах грубые ботинки типа армейских. В принципе, никаких особых примет.

Не представляет никакой опасности до тех пор, пока в ее руках не окажется оружие. Впрочем, наверное, почти каждый человек становится потенциально опасен, возьми он в руки автомат. Он перевел взгляд на ее лицо. По внешнему виду ей лет двадцать пять. Вероятно, она и Сэл — любовники, подумал он вначале, но сразу же отверг это предположение. Они стояли довольно близко, глядя друг на друга так, будто были друзьями уже тысячу лет, но ничто не указывало на существование близости между ними. Саднящая боль в ноге усилилась, и он был вынужден переменить положение, чтобы снять нагрузку с ноги.

— Мол, это Терри Уоррен, — сказал Сэл, положив ей руку на плечо и подталкивая вперед. — Терри, познакомься. Молли Стоун.

— Рада видеть вас, — сказала она, протягивая руку.

На какой-то момент ему пришлось освободиться от костылей. Молли терпеливо ждала, пока он найдет удобное положение.

Ее пожатие удивило его. Не столько своей неженской силой — судя по ее немудреному туалету, она не относилась к числу светских дам, — сколько загрубевшей от ежедневной физической работы ладонью. Он почувствовал сухость ее кожи и мозоли на пальцах.

Глаза их встретились. Ну, конечно, не девушка с обложки, хотя… подумал он, разглядывая ее прямой нос и полные губы с чуть приподнятыми вверх уголками. Все подтверждало его первое впечатление — ничего выдающегося. Никакого соблазна. Так, чуть-чуть. Он был против любых осложнений.

— Мисс Стоун. — Поклонился он.

— Просто Мол. — Ее губы слегка изогнулись в улыбке, когда она освободила руку.

— Я готов, если вы тоже.

— Вот и прекрасно. — Она взглянула на Сэла. — А как с лекарствами?

— Нужно обезболивающее и кое-какие антибиотики на случай инфекции. Я их принесу. — Он посмотрел на Терри. — Тебе может понадобиться оружие. «Беретта» устроит?

Терри кивнул:

— В самый раз.

— А тебе, Мол?

Она пожала плечами.

— У меня есть ружья, но пистолет только один. Маленький револьвер. — Она посмотрела на Терри. — Вам, возможно, будет неловко пользоваться им.

— Я захвачу лекарства и «беретту» и встречу вас около фургона, — сказал Сэл, подхватив сумку Молли и удаляясь.

Девушка решила помочь Терри идти, но он покачал головой.

— Я пойду сам вслед за вами.

— Как будет угодно.

Прядь длинных волос упала ей на лицо, остальные же рассыпались по плечам шелковистыми волнами. Быстрым движением она поправила их.

— Я запарковалась в конце стоянки. Вам не нужно взять кресло-каталку?

Он ответил испепеляющим взглядом, который часто заставлял содрогаться вооруженных преступников. Она же просто моргнула пару раз и терпеливо дождалась его ответа.

— Нет, — выдавил он наконец.

— А ваш позвоночник?..

— В основном моя нога.

Она мягко улыбнулась, а он подумал, что улыбка делает ее очень привлекательной.

— Шутите, — сказала она. — Хороший знак.

Она шла впереди него, и он мог вдыхать запах ее духов. Французские, решил он. Однако их название никак не приходило в голову. Информация о духах явилась еще одной деталью в его мысленном досье, составленном на новую знакомую.

Они прошли около двадцати футов, когда Молли повернула направо в другой коридор. Вдруг она испуганно ахнула и отскочила назад, загораживая собой проход. Терри не мог видеть, что ее поразило. Он только услышал жуткий грохот.

Инстинктивно он отбросил костыли. Одной рукой схватил Молли за талию и швырнул ее на пол. Потом и сам растянулся на полу, перевернулся, стараясь смягчить падение, и зарычал от боли, когда всем весом навалился на раненую ногу. Легким натренированным движением он схватился за то место на ремне, где всегда находился пистолет.

Конечно, не было ни кобуры, ни пистолета. Он посмотрел вверх. Две перепуганные санитарки замерли около упавших подносов, но, взглянув на выражение его лица, умчались прочь.

Молли приподнялась на локте и изучающе посмотрела на него. Ее глаза выражали только сочувствие, никакого страха.

— Вы повредили что-нибудь, мистер Уоррен?

— Меня зовут Терри, — пробормотал он, стараясь не закричать от боли. — Я в порядке. А вы?

Она села.

— Вроде бы ничего не сломала. Вам помочь?

— Нет.

Она встала на ноги. Подобрав его костыли, она спокойно ждала, пока он поднимется. Потом вручила их Уоррену.

— Надеюсь, я еще не полностью спятил, — сказал он, прекрасно понимая, что все выглядело довольно глупо. Интересно, знает ли она, что он частично потерял память?

— Вот уж не думала об этом.

Она повернулась и продолжила свой путь к выходу.

Он почувствовал, как по ноге потекла кровь. Проклятье! Рана только-только начала затягиваться. Может быть, следует вызвать кого-нибудь, чтобы осмотреть ее перед отъездом?.. Нет. Кровотечение должно скоро прекратиться. Сейчас, покидая госпиталь, он отчетливо понял, как чертовски ему надоело это одиночное заключение в больничных стенах. Если первая неделя пролетела более или менее незаметно, то последние несколько дней были невыносимой пыткой. Терри почти довел себя до сумасшествия, стараясь напрячь память и вспомнить все, что произошло с ним в Южной Америке.

Молли остановилась у заднего выхода и встала на площадку автоматически открывающейся двери. Улыбнувшись охраннику, она назвала свое имя и имя Терри. Пожилой страж нажал несколько клавишей на пульте и кивнул.

Свобода! Уоррен жадно вдохнул сухой воздух пустыни и огляделся. Кругом тишина и покой.

Внезапно земля под его ногами закачалась, в глазах потемнело. Вместо охранника и девушки, он неожиданно увидел покрытую пылью внутреннюю поверхность складского помещения в Южной Америке. Ударивший в нос запах сырости подсказал, что он находится вблизи воды. Что это? Океан? На губах почувствовал соленый привкус…

Опасность! Мозг просто взрывался от обилия мыслей. Прочь отсюда! Как только у него возникло желание бежать, призрачная картина начала растворяться в воздухе. Костыль уткнулся в край порога. Когда минутное видение исчезло, он почувствовал, что сейчас рухнет на землю. Молли подскочила к нему и схватила ускользающий из его рук костыль. Сильная рука обняла его за пояс и помогла не потерять равновесия. Под свободными складками рубашки он почувствовал округлые формы ее тела. Интеллектуальная информация вошла в противоречие с внезапно пробудившимся сексуальным интересом. Это мгновенное прикосновение женского тела полностью вернуло его к действительности.

— Вам нехорошо? — участливо спросила она, всматриваясь в его глаза.

Ее лицо выражало обеспокоенность, но не испуг. Она вела себя именно так, как он и ожидал, как ему хотелось. А хотелось ему видеть ее вот такой собранной, мужественной, решительной. Такой она и была. Не говорил ли ей Сэл, что он очень восприимчив? В висках пульсировала кровь. Он вспомнил что-то новое. Это было уже прогрессом. Он покрылся потом. Одежда прилипла к телу. Ему захотелось как Можно скорее убраться отсюда. Он освободился от ее рук.

— Не беспокойтесь, все нормально. Где ваша машина?

Она показала на сияющий свежей краской фургон. Он посмотрел туда, куда она указывала, и заковылял к машине.

Сэл встретил их около фургона.

— В нем тебе будет удобно.

В одной руке он держал сумку с лекарствами, в другой — пистолет.

Терри подумал, а не рассказать ли Сэлу, что он кое-что вспомнил, но воздержался. Вскоре память потихоньку начнет возвращаться к нему, и он выяснит что-то еще, более значительное. Сэл открыл дверку фургона и положил лекарства на приборную доску. Терри все еще колебался, стоит ли поделиться с начальником своими новыми ощущениями до того, как они отправятся в дорогу. Нет, отложим, в конце концов решил он и взобрался на обтянутое винилом сиденье. Он поудобнее устроил ногу в кабине и отдал костыли Сэлу. Тот положил их на заднее сиденье и протянул Терри пистолет.

— Здесь запасная обойма и сотня патронов. — Он поставил небольшой бумажный пакет на пол кабины. — Постарайся не выстрелить себе в ногу.

— Сделаю как надо.

Молли закинула дорожную сумку в фургон и обняла Сэла. Около минуты они стояли обнявшись.

Терри следил за выражением лица босса. Гримаса боли, появившаяся у того на лице, вероятно, означала, что Сэл вспомнил свою жену. Терри отвернулся. Нечего наблюдать за тем, как переживает человек. Такие вещи не для чужих глаз. Сам он старался избегать подобных переживаний.

Молли скользнула на водительское место рядом с Терри и пристегнулась. Она смотрела на Терри до тех пор, пока он не пристегнулся. Потом улыбнулась. Он снова подумал, что улыбка делает ее особенно привлекательной.

— Уж не собираетесь ли вы держать эту штуку в руках всю дорогу? — спросила она, указывая на пистолет.

Он уставился на оружие и представил на минуту, что бы произошло в госпитале, будь оно у него тогда в руках. Он устал. Операция, которую он недавно перенес, подкосила его силы. Неплохо бы сейчас заснуть и не просыпаться часов двенадцать. После такого продолжительного сна он почувствовал бы себя способным охранять кого угодно.

— Возьмите, — сказал он передавая ей пистолет. — И держите его при себе до завтра.

Она изучающе посмотрела на него.

— Со мной все в порядке, — повторил он.

Она проверила предохранитель и вынула обойму. Затем, откинувшись назад, посмотрела в ствол, чтобы убедиться, что там нет патрона.

Он вскинул брови.

— Я потрясен.

— Что-то вы быстро потрясаетесь, — сказала она, кладя пистолет в бардачок. — Кроме того, как я заметила, вы здорово вымотались, а нам предстоит шестичасовой путь. Почему бы вам не вздремнуть? У нас будет только одна остановка. Я вас разбужу, и мы перекусим.

— Такие слова звучат как музыка.

Он откинул голову назад и закрыл глаза. Эта женщина из особого теста, совсем не похожа на тех, с кем когда-либо приходилось иметь дело, подумал он в тот момент, кода она, включив двигатель, начала выводить фургон со стоянки. Он не мог припомнить ни одной женщины из своих знакомых, которые хотя бы знали, как держать оружие в руках. Она же не только умеет отлично обращаться с ним, но и, судя по всему, неплохо в нем разбирается. Странно, она много лет дружила с Сэлом, но он никогда не упоминал о ней.

— Возьмите. — Она сунула ему в руки что-то мягкое.

Он приоткрыл один глаз. Свитер.

— Используйте его как подушку. Но сначала заприте дверцу. Я не хочу, чтобы вы вывалились из машины на первом же ухабе.

— Спасибо, — буркнул он, свертывая свитер и подкладывая себе под голову. Он нажал на головку дверного замка и глубоко вздохнул. Его беспрестанно преследовал исходящий от нее запах. Неуловимый, но возбуждающий аромат этих проклятых французских духов. Как же они, черт возьми, называются? Он засыпал, продолжая вспоминать название духов.

После того как они провели в дороге час, она заметила кровь на его повязке. Внимательно следя за дорогой, она время от времени поглядывала на своего спящего пассажира. Он спал глубоким сном, не делая ни малейшего движения, только грудь у него мерно поднималась и опускалась. Она старалась хорошо разглядеть его. Теперь, когда он находился совсем рядом, она увидела, какой он большой и сильный, но его рана заставила ее заволноваться. Сначала она подумала, что пятна на белой повязке — просто тень.

— Проклятье, — пробормотала она тихонько, когда еще через час это пятно значительно увеличилось. Должно быть, разошелся шов, когда он упал на пол в госпитале, подумала она.

Через два часа она увидела знак нужного поворота. Она свернула направо, на четырехрядное шоссе, а затем съехала на двухполосную дорогу, ведущую на север, к дому. Ее пассажир продолжал спать.

Она направила машину к городку Боуманд, где собиралась забрать зерно и продукты. Хоть в этом мне сегодня повезло, подумала Молли, когда увидела, что груз для нее уже приготовлен. Сразу же, как только ящики будут проверены, можно отправляться в горы. Она вышла из машины и купила в ближайшей лавке несколько бутылок апельсинового сока и сандвичи. Вернувшись к фургону, она увидела, что Терри по-прежнему спит, подложив под голову свитер и уткнувшись в стекло.

Она бесшумно открыла дверцу и проскользнула на сиденье. Достав аптечку, она взглянула на ногу Терри. Кровавое пятно расплылось и стало уже размером с блюдце.

— Если кровотечение не остановится, у нас будут неприятности, — сказала она вслух.

Он не шевельнулся. Молли осторожно прикоснулась к его руке.

— Терри, проснитесь. Вам нужно принять пару таблеток.

Никакой реакции.

Она посильнее нажала ему на бицепс, заметив, как развита его мускулатура.

— Терри, проснитесь же!

Результат оказался совершенно неожиданным. Его пробуждение напоминало прыжок тигра. Без всякого предупреждения он подскочил и схватил ее. Она не успела охнуть, как он прижал ее голову к своему плечу и вцепился ей в горло.

— Одно движение, — прошипел он ей в самое ухо, — и я убью тебя.

2

Молли не шевелилась. Она даже не дышала. Старалась держать себя в руках, не пытаясь вступить с ним в борьбу. Он значительно сильней и владеет приемами, с помощью которых может одним движением сломать ей шею.

Ей стало нечем дышать. Она запаниковала. Перестань, скомандовала она самой себе. Ей приходилось оказываться в ситуациях и похуже. Надо сделать что-то такое, чтобы он понял, что она ему не враг.

Железная хватка, сжимавшая ей горло, неожиданно ослабла. Она сумела наконец вздохнуть. Тишину кабины прорезал болезненный стон.

Терри выругался и освободил ее. Она качнулась вперед и схватилась обеими руками за руль, чтобы не удариться. Господи милостивый, благодарю тебя! На секунду кабина поплыла перед глазами, и стало темно. Чуть позже она снова стала различать предметы.

Восстановив дыхание, она прикоснулась к шее, на которой теперь обязательно появятся синяки. То же самое могло бы произойти, войди она в клетку, где спал раненый хищник.

Она подняла таблетки, упавшие на пол, и повернула голову, оглядывая Терри. Он прислонился к дверце и тоже смотрел на нее. В покрасневших, воспаленных глазах сверкало что-то мрачное и жутковатое, но что это означало, она не понимала. То ли он ругал себя, то ли ее. Оба молчали. Тишина нарушалась только их дыханием.

— Могло быть хуже, — сказала она наконец. Голос у нее стал сиплым. Он приподнял брови. — Вы могли бы использовать пистолет.

Он не ответил. Во всяком случае, он и не собирался извиняться.

Она протянула ему таблетки и сок. Он взял их, но таблетки отложил в сторону и, не глядя на нее, одним глотком осушил бутылку. Ей было страшно смотреть на него, в его глазах светилось нечто вызывающее.

— Сколько времени прошло с тех пор, как вы вернулись с задания? — спросила она.

— Две недели.

— Это многое объясняет…

— Сэл не говорил вам, с чем мне пришлось там столкнуться? — перебил он ее.

— Нет. — Она с усилием проглотила слюну. Шея все еще болела. — Расскажите.

Он до сих пор не отводил от нее глаз и будто онемел вдруг. Это нервировало ее, но она делала все возможное, чтобы сохранять спокойствие. Она и сама принялась разглядывать его. Прямой нос. Отросшая щетина, придававшая его лицу еще большую мужественность. Выразительные глаза. Он красив, подумала она с некоторым удивлением. Красив, как дикий хищник.

Она протянула ему сандвич.

— Уверена, что вы проголодались, к тому же вам нужно выпить эти таблетки, — сказала она. — Согласно инструкции, лекарство следует принимать вместе с пищей. А я только прицеплю трейлер к фургону, и мы тут же отправимся.

Он промолчал. Она положила сандвич ему на колени и собиралась открыть дверцу, но еще не успела взяться за ручку, как он заговорил:

— Я пытался убить вас.

— Не отрицаю. Кроме того, вы пытались напугать меня.

— Тогда какого черта вы не бежите из этого фургона?

— Меня не так легко испугать.

— Вы какая-то странная, леди. По-моему, с вами что-то не так.

В его тоне она заметила нотку скрытого уважения.

— Вы не первый, кто мне об этом говорит, — сказала она, глядя на него через плечо. Полуденное солнце высвечивало в его глазах золотистые искорки. Ничего не скажешь — глаза, как у кота. — Давно нога кровоточит?

Он взглянул на окровавленную повязку.

— С тех пор, как упал в госпитале.

— Когда вас оперировали?

— Два дня назад. Думаю, что разошлись швы.

— Это опасно. — Она открыла дверцу, но вышла не сразу. — В питомнике мы будем минут через сорок. Для того чтобы добраться до ближайшего медпункта, потребуется полтора часа. Вы нуждаетесь в помощи доктора?

— Нет.

— В рану могла попасть инфекция, наверное, придется снять повязку.

Он ответил ей легкой улыбкой, но при этом агрессивное выражение его лица почти не изменилось.

— Согласен.

Она подождала, надеясь, что он скажет еще что-нибудь. Но он молчал.

— Пойду взгляну на груз, — сказала она. — Скоро вернусь.

Она выскочила из фургона и захлопнула за собой дверцу.

Терри наблюдал, как несколько человек заканчивали погрузку провианта в фургон Молли. Он принялся за сандвич. Голова у него раскалывалась, нога болела, и боль даже после приема лекарства не утихала.

Он чуть не убил ее. Если бы в руках у него оказался нож или, что еще хуже, пистолет, она была бы мертва. И безо всяких на то причин. А уж она к разряду врагов никак не относилась. До этого он никогда не терял контроля над собой. Что же сейчас так его напугало? Как это могло произойти?

Он взглянул в зеркало заднего вида и увидел Молли, разговаривающую с человеком, который держал в руках большой блокнот. Она указывала на какую-то запись в нем и на ящики, погруженные в трейлер. Мужчина принялся спорить. Молли, не дав ему произнести и двух слов, подбоченилась и стала наступать на него. Через несколько секунд мужчина согласно закивал головой и направился к помещению магазина.

Черт возьми, что же она за женщина? Он положил недоеденный сандвич на сиденье и сжал пальцы в кулаки. Несколько минут назад он чуть не прикончил ее, а сейчас она ведет себя так, словно ничего не произошло. Сэл сказал, что ей требуется охрана. Ничего подобного. Она сама готова защитить кого угодно, а не только себя.

Он изменил положение раненой ноги и сразу же почувствовал, как под повязкой потекла кровь. Он закрыл глаза. Если хорошенько выспаться и сменить бинты, что через пару дней он встанет на ноги. Но что же будет дальше? Как быть с его памятью?

Терри уперся локтем в дверцу и потер лоб. В чем заключалось его задание? Рой был его давним коллегой по агентурной работе. Где-то в глубине его сознания что-то щелкнуло. А вдруг Рой провалил операцию и Терри послали ликвидировать его? Если он выполнил поручение, то об этом следует забыть. Но выполнил ли он его?

Мысли, наскакивая одна на другую, кружились в голове до тех пор, пока даже то, что он помнил, не исчезло в тумане.

Молли открыла дверцу и села за руль. Он услышал, как она застегнула замок на ремне безопасности. Он нуждался в плане дальнейших действий. Для того чтобы обеспечить охрану, много времени не требовалось. Но в первую очередь ему необходимо восстановить физические силы.

— Ненавижу делать это, — сказала Молли, выводя фургон задом.

Он обернулся и посмотрел в заднее стекло.

— А зачем вы это делаете?

— Видите большой трейлер? Мне нужно прицепить его к фургону.

По размерам трейлер был таким же, как и фургон, — около десяти футов в длину и восьми футов в вышину. На его окрашенных краской бортах не имелось никаких надписей.

— А что у него внутри?

— Еда. — Она немного повернула руль и сбросила газ. — Какого черта они таращатся?! Это выводит меня из себя.

Он взглянул в ту сторону, куда она смотрела, и увидел группу старичков, стоящих на крыльце магазина.

— Чего они высматривают?

— Ждут, когда я ошибусь. Они не могут поверить, что женщина без посторонней помощи способна сцепить фургон с таким громоздким трейлером. Они собираются здесь каждый раз, когда я приезжаю за грузом.

— И вы каждый раз ошибаетесь?

Она ухмыльнулась.

— В том то и дело, что никогда.

Терри улыбнулся. Она сделала последний маневр, чуть нажала на педаль и подождала, пока фургон остановился.

— Все на месте, — сказала она и выскочила из кабины. — Теперь я только закреплю сцепку, и мы двинемся дальше. Не хотите ли что-нибудь еще съесть?

— Нет, — сказал он и с опозданием добавил: — Спасибо.

Как она и обещала, крепежный болт через несколько секунд занял свое место. И минут через десять они уже оставили маленький городишко далеко позади и понеслись по извилистой горной дороге.

Он смотрел вперед. По обеим сторонам дороги мелькали высокие деревья. Это были секвойядендроны — огромные стометровые великаны. Чтобы обхватить ствол такой махины, потребовалось бы, наверное, не меньше полудюжины людей. За громадные размеры их еще называют мамонтовыми деревьями. Терри вспомнил, что эти удивительные, невероятные гиганты живут около четырех тысяч лет. В это почти не верилось. Вокруг было очень тихо и красиво. Недавно прошедшие весенние дожди превратили землю в яркий зеленый ковер.

— Прошу простить меня за то, что произошло, — буркнул он, не отводя глаз от дороги. — Я сделал вам больно… Не знаю, как это случилось.

— Ну, больно мне не было, а извинения принимаются.

— Это правда? — Он взглянул на нее, но она сделала вид, что внимательно следит за дорогой.

— И что вы еще хотите сказать в свое оправдание?

Какое уж тут оправдание. Он был близок к тому, чтобы совершить и нечто пострашнее, а не только причинить ей боль.

— Я чуть не убил вас.

— Что толку ругать вас за это. Я сама виновата. Мне не следовало путать вас. Я должна была помнить об осторожности, будя вас, и должна была знать, чем это может кончиться.

— Почему вы должны были это знать? Сэл сказал, что вы не имеете отношения к нашей службе.

На лице у нее появилась загадочная улыбка.

— Так и есть. Однако мне приходится возиться с опасными животными.

— Больше этого не повторится, — пообещал он.

— Я знаю.

— Позвольте спросить, откуда вы можете это знать?

— Я больше ничем вас не напугаю. Я соображаю довольно быстро.

Он устроился поудобнее на сиденье, чтобы как следует рассмотреть ее. Коротко остриженные ногти, отметил он. Никакого маникюра. Обычная рабочая одежда. Он втянул в себя воздух. Однако пользуется она французскими духами.

— Откуда вы знаете Сэла? — спросил он.

— Мы познакомились лет шесть назад. Он дружил с одной леди, с которой мы вместе работали. Когда Сэла ранили в Ливане… — Она на мгновение замолчала и взглянула на него.

— Мне известно об этом, — сказал он.

Она кивнула.

— После возвращения оттуда он оставался с нами в течение нескольких месяцев. Я помогала ухаживать за ним. Составляла ему компанию. Вот такая штука… Так мы и стали друзьями.

— Значит, вы медсестра?

— Не совсем, — улыбнулась она.

Терри подумал о тех событиях. Раны Сэла угрожали его жизни. Но не это было главным. Потеря жены и сына чуть не убила его четыре года назад. Терри довелось несколько раз работать вместе с ним, и он помнил, что Сэл постоянно волновался за семью. Волнение отвлекало его, мешая работе. Он принял твердое решение во что бы то ни стало сохранить брак и семью, хотя это было непросто при их профессии. И вдруг все рухнуло. Кейт и сын погибли.

Терри тряхнул головой. Хуже не придумаешь. Брак тяжким грузом ложится на плечи мужчины. Семейные заботы отражаются на работе.

— Расскажите мне о вашем питомнике, — попросил он.

— Питомник находится примерно в пятнадцати милях от ближайших соседей, — заговорила она. — У меня там есть помощники — трое студентов из колледжа. Они заняты неполный день. В нашем владении находится приблизительно двести акров земли, к этой территории примыкает еще участок леса в тысячу акров, но его мы арендуем. Мы достаточно хорошо изолированы от посторонних.

— А для чего питомник?

Она посмотрела на него с удивлением.

— Разве Сэл не говорил? Я держу там кошек.

— Кошек? — Он потер пульсирующий висок.

— Я думала, что он вам все объяснил.

— Нет.

Он выругался про себя. Кошки! Еще не хватало! С какой стати босс втянул его в это? Он посмотрел на Молли. В джинсах, рубашке, в тяжелых рабочих ботинках, с лицом без каких-либо следов косметики, она ничем не напоминала женщину, которая занимается кошками.

— И сколько их у вас в доме, штук двадцать?

Она озорно хихикнула. Ее смешок он расценил как насмешку.

— Вообще-то, их не больше сорока, но в доме их нет, не бойтесь. Там для них не нашлось подходящей комнаты.

— Сорок?! — Он сглотнул. Пожалуй, ему все же следовало отправиться в свою квартиру в Вашингтоне и наплевать на наплыв туристов.

— Они совсем не раздражают, — сказала она.

— Ну да, разумеется.

— Ах, да. Есть еще Тед. Он всегда на своем месте.

— Тед? Он спит в доме?

— Нет, в конторе. Он наш талисман.

— Чудесно. — Он представил блохастого кота, свернувшегося в уголке.

— Он был любимцем Джоанны, бывшей хозяйки питомника.

— Неужели там действительно сорок кошек?

— И Тед.

О Боже. Терри откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. Почему Сэл поручил ему это дело? Неужели последнее задание так подпортило Терри репутацию.

Он полностью отдался болевым ощущениям, контролируя дыхание и подсчитывая удары пульса. Это продолжалось до тех пор, пока фургон не замедлил ход. Он огляделся вокруг.

Машина притормозила на повороте. Маленький указатель оповещал, что они въезжают в питомник Джоанны Грейвс Стенли.

Она посмотрела в ту сторону, где находится въезд.

— Странно, ворота открыты. Не могу понять почему? — сказала она, пожав плечами. — Возможно, ребята знают, что я должна вернуться.

— А как бывает обычно? — спросил он.

Она показала маленькую черную коробочку, укрепленную на приборной панели.

— Это дистанционное управление.

Он взял в руки миниатюрный прибор.

— Напоминает приспособление для открывания гаражных ворот.

— Совершенно верно. Но мы его немного усовершенствовали.

Она резко нажала на газ.

— Держитесь.

Он ухватился одной рукой за край опущенного стекла, а другой за спинку сиденья. Его пальцы находились на расстоянии нескольких дюймов от ее плеча. Пряди ее волос касались его руки. Их шелковистая мягкость отвлекала его от изматывающей боли во всем теле. Про себя он удивлялся, что такая женщина, как Молли, возится здесь в компании нескольких молодых людей из колледжа с четырьмя десятками кошек.

Они сделали крутой поворот по изрытой ухабами дороге и выехали на асфальтированную полосу длиной в целую милю.

— Что за черт… — Он посмотрел назад на проселочную дорогу, всю усеянную глубокими рытвинами.

— Мы специально оставили эти колдобины. Ямы и ухабы отпугивают нежелательных визитеров.

— Вы не хотите, чтобы кто-нибудь посторонний нарушил покой ваших питомцев. Верно?

— Да. Мы принимаем только тех, кого приглашаем. — Она опустила стекло и втянула в себя воздух. — Ну вот, мы почти дома. Я уже чувствую его запах.

Он тоже высунулся из окна и настороженно принюхался, ожидая, что в нос ему ударит терпкий кошачий запах. Вместо этого он ощутил запах прелых листьев и сыроватой земли. Высокие деревья и густые заросли кустарника тянулись по обеим сторонам дороги. Он услышал нежное пение птиц и снова вдохнул в себя воздух, почувствовав терпкий аромат цветов. Повсюду царила тишина. Именно это ему и требовалось.

— Вот и приехали, — сказала она, нарушая ход его мыслей.

Они сделали последний поворот, и он чуть не врезался головой в лобовое стекло, когда она неожиданно нажала на тормоз.

Почти в трехстах ярдах впереди лежало широкое открытое пространство, похожее на большую автостоянку. Дорога вела к длинному одноэтажному зданию. За ним высились деревья и крупный кустарник.

В самом центре стоянки, сверкая яркой краской, стоял небольшой автобус. Надпись на его боках гласила, что он принадлежит лос-анджелесской телестудии.

— Я же запретила ему, — забормотала Молли, тряся головой и растерянно глядя на Терри. — Это репортеры. Один из них недавно позвонил из телестудии и попросил дать ему интервью. До его ушей, как он сказал, дошли слухи о необычных котятах. Но я ответила ему, что никаких интервью давать не буду.

Она выскочила из фургона и подошла к журналистам.

— Это частное владение, — сказала она. — Вам никто не разрешал приезжать сюда. Убирайтесь прочь немедленно!

Для Молли не составляло большого труда выпроводить журналиста, несмотря на то что тот выглядел до неприличия красивым в своем модном пиджаке и ярком галстуке. Рядом стояли еще двое. Один держал в руках телекамеру, а другой возился с микрофонами и радостно улыбался.

— Привет. Я Ларри Вэнс из студии «Кей-Ньюс» в Лос-Анджелесе, — сказал журналист, приближаясь к ней и протягивая для приветствия руку.

Молли не обратила внимания на протянутую руку.

— Я же запретила вам появляться здесь. Давайте поворачивайте назад.

— Леди, в чем, собственно, проблема?

Не говоря ни слова, она повернулась и подошла к дому. Войдя внутрь, она проследовала мимо конторы, направляясь к кладовке, вытащила связку ключей и одним из них открыла металлическую дверь. Сняв со стойки ружье, она прижала его к боку. Ружье предназначалось для стрельбы специальными патронами, напоминающими стрелы для игры в дартс. Она положила пару патронов-баллончиков с транквилизатором в карман джинсов и вышла из помещения.

— Это частное владение, — повторила она. — И я настаиваю на том, чтобы вы убрались отсюда. — Она вложила в ствол один патрон-баллончик. — В противном случае вы уснете прямо здесь на двадцать четыре часа.

Затвор угрожающе лязгнул. Через несколько секунд мотор автобуса зафыркал, и парни с телевидения, сделав разворот, помчались к воротам.

— Почему вы позволили телевизионщикам въехать сюда? Где Фред? — с ходу устроила Молли разнос своим помощникам.

Мадж, маленькая брюнетка в очках с золотой оправой, потупилась, боясь поднять глаза на начальницу.

— Фред сажает котят обратно в клетки, — ответила она.

Молли немного успокоилась.

— Мы для вас оставили ворота открытыми, — пояснил Хэнк.

На юных лицах застыло виноватое выражение.

Услышав шаги за спиной, Молли не обернулась.

— Что случилось? Мадж, почему они так быстро уехали? Я хотел показать им… О Боже, Молли. Вы вернулись.

— Я требую, чтобы ты все объяснил, Фред, — сказала она холодно, так и не повернувшись. — Давай рассказывай все как есть.

— Это произошло случайно, — ответил он, переступая с ноги на ногу.

— И чем это можно объяснить? В беседе со мной журналист сказал, что телевидение располагает информацией… — Ах вот оно что, подумала Молли. Теперь все понятно. — Итак, это произошло из-за девушки. Ведь это ты позволил ей снимать?

Несколько недель подряд Фред только и говорил, что о некоей Нэнси. Нэнси чудная. Нэнси храбрая. Нэнси настоящая журналистка.

— Только немного, — ответил Фред и взглянул на Молли. Его лицо выражало искреннее раскаяние. — Она отнесла фотографии в местную газету, а они сообщили о снимках на телевидение. Вот почему телевизионщики и появились здесь. Извини, — сказал он. — Я уволен?

Он говорил тоном провинившегося мальчишки.

Молли сунула руки в карманы.

— Пока не знаю, — сказала она после паузы.

Юноша отошел.

Терри, стоявший у фургона, прислонившись к дверце, выпрямился и, опираясь на костыли, направился прямо к Молли.

— Я посмотрю, что делается вокруг и что можно предпринять. Кажется, у вас есть проблемы с безопасностью, — сказал он, оглядывая питомник.

Тяжело двигаясь, он вошел через открытые двери в помещение. В неосвещенном коридоре чувствовался запах затхлости. К нему примешивался еще один — запах животного. Терри услышал фыркающий звук и легкое покашливание. Он прошел на другую сторону здания. Звуки усилились. Они стали походить на легкое рычание. Рычание? Он стал соображать, кто бы это мог так рычать. Костыли немного разъехались на скользком полу. Он установил равновесие, повернулся налево…

И столкнулся лицом к лицу с тигром!

3

Большая полосатая кошка смотрела на него не отрываясь. Терри сделал шаг назад. Стараясь отойти подальше, он забыл о костылях, споткнулся и тяжело плюхнулся на пол. Тигр понюхал воздух и заворчал.

Перед глазами Терри появилась пара ботинок. Взглянув повыше, он увидел ноги, обтянутые джинсами, узкую талию, а еще выше — синюю рубашку. Рот Молли сложился в усмешку, причем, как ему показалось, в весьма самодовольную.

— Значит, кошки! — сказал он, поворачиваясь на бок таким образом, чтобы уменьшить боль в ноге.

Она кивнула.

— Большие кошки.

— М-да, будь я проклят. — Он протянул руку.

Она наклонилась, взяла его за запястье и помогла подняться. Пока она подбирала костыли, он балансировал на одной ноге. Оперевшись на них, он почувствовал себя увереннее и огляделся по сторонам.

Семь больших клеток, значительно больше тех, что ему приходилось видеть в зоопарках, располагались с правой стороны от основного здания. Слева шла узкая дорожка, ведущая в лес. Остальные вольеры, протянувшиеся вдоль дорожки, образовывали широкий полукруг. В центре открытой площадки торчали телефонные столбы и простирался довольно широкий, заболоченный водоем, на краю которого находились сложенные в кучу шары кегельбана. Вся территория была тщательно вычищена и подметена. В открытых вольерах тоже царила чистота. Внутри зеленая травка, деревья и несколько бассейнов для купания. В дальнем углу одного вольера маленькая кошка поменьше тигра, но побольше колли, наклонив голову, пила из искусственного водопада.

— Я мог бы стать для него неплохим обедом, — сказал Терри, показывая костылем на клетку с тигром.

— Слишком жестким. — Она вынула руку из кармана и взглянула на часы. — О, уже пятый час. Следует подумать о еде.

— Уверен, что на вкус вы более нежная. Верно?

— Чтобы меня попробовать, нужно как следует постараться. — Она взглянула на его ногу. — Как нога? Вам нужно отдохнуть, а уж осмотром займемся завтра.

Он снова оглядел окрестности. Ему никогда не приходилось так близко встречаться с тигром. Почти все животные подошли к краю своих вольеров и наблюдали за ним. Их желто-золотистые глаза посверкивали. Он отвернулся, чтобы не видеть этого гипнотизирующего блеска. Тигр, которого он увидел первым, издал кашляющий звук.

— Он здоровается с вами, — пояснила Молли. — Его так и зовут Тигр. И ничего с этим не поделаешь. Имя пришло вместе с ним. Это бенгальский тигр. Почти ручной.

— Почти? — Терри наморщил брови. — Уж не значит ли это, что сначала он вас сожрет, а потом извинится.

Она засмеялась. Ее смех, такой жизнерадостный и задорный, вызвал у него желание услышать его еще раз. С тех пор как он в последний раз слышал нормальный непринужденный человеческий смех, прошло много времени.

— Вообще, большинство наших кошек почти ручные, а это значит, что вы можете не опасаясь входить в их вольеры, но с некоторыми надо соблюдать осторожность. А есть просто дикари, и, когда ведется уборка, их запирают в домиках. Они там, за фасадом, где начинаются скалы.

— Что? И нет ограждения?

— Практически нет. Мы стараемся содержать наших подопечных в естественных условиях. Воду в водоемах, где они купаются, мы регулярно очищаем. Для этого имеется специальная система фильтрации. Их домики сложены из камня. Толщина стен около восьми дюймов и там поддерживается постоянная температура. У нас также есть видеокамеры, которые позволяют следить за тем, как ведет себя животное, здорово оно или нет, а также наблюдать, как проходят роды.

Он даже присвистнул.

— Неплохо продумано.

— Бенгальские тигры, — продолжала Молли, — почти спасены от вымирания. В американских зоопарках рождается множество тигрят, они появляются на свет и в некоторых европейских странах.

Терри посмотрел на тигра-самца, весившего без малого три сотни фунтов. Хищник сидел, уперевшись мордой в прутья ограды, и сладостно жмурился. Моли почесала его за ухом.

— Вот жизнь, — сказал Терри.

— Да, ему нравится. — Она выпрямилась. — Чуть дальше живет парочка кугуаров. Мы стараемся получить от них потомство.

— Тигры, кугуары. А мне-то что делать? — спросил он. — Если появится какой-нибудь чужак, то стоит открыть одну из клеток — и нет нарушителя. Вы решаете эту проблему, а заодно и экономите на кормежке.

— Я не хочу причинять беспокойство ни одному из наших животных.

— Рад слышать, что я не отношусь к категории поставщиков корма.

— Ваша работа — следить за их покоем.

Он посмотрел на тигра.

— По-моему, мы вполне могли бы поменяться с ним местами.

Они шли по правой стороне сооружения. К краю вольера подскочила рысь и, судя по ее поведению, вознамерилась поиграть. Ее короткий хвостик подрагивал.

— Не сегодня, Геракл, — сказала Молли, обращаясь к рыси. Но та продолжала смотреть на хозяйку, надеясь, что на нее обратят внимание. Как я уже говорила, все кошки, которые находятся здесь, почти ручные. Гераклу мы спилили когти. Да, учтите, входить одному в вольер не рекомендуется.

— А я и не собирался вообще входить в какую-нибудь клетку, — сказал он, рассматривая рысь. Играющее животное фыркнуло, затем повернулось и, крадучись, направилось к задней стенке вольера.

— С другой стороны этих вольеров у нас живут дикие кошки. — Она повернулась и показала, где они находятся. — Мы стремимся по возможности установить с ними дружеский контакт. Это ягуары, — продолжала она, указывая на две клетки в самом конце. — Они появились всего две недели назад. Это самец и самка, от которых можно ждать потомства.

Крупная пятнистая кошка с мощными лапами и широкой мордой с угрожающим видом приблизилась к ограждению. Хищник не смотрел на них, но Терри понимал, что ягуар точно знает, где они остановятся.

Терри посмотрел на разделенные узким проходом вольеры.

— А не лучше ли будет, если их поместить в одной клетке? Я, по правде говоря, не очень здорово разбираюсь в кошках, но…

— Понимаю. — Она приблизилась к вольеру и смахнула с лица упавшую прядь волос. — Мы уже пытались, но они чуть не загрызли друг друга насмерть. Вам следует знать об этих вольерах. — Она показала на край клетки. Там находились дверцы со стальными креплениями. — Мы планировали поместить тут двух уссурийских тигров. Это сильные животные весом почти в семьсот фунтов. Но они еще не прибыли. Когда же эта парочка ягуаров перестанет питать друг к другу недоверие, мы их переведем в другое место. К сожалению, ягуары могут повредить себе лапы о петли на дверце. Да, не пытайтесь пройти между клетками. — Она улыбнулась. — Вполне вероятно, что они захотят цапнуть вас.

Он смотрел на идущего зверя. В каждом его шаге чувствовалась ярость.

— Ходить между их клетками я не собираюсь, но за предупреждение благодарю.

Сзади он услышал шаги, повернулся и увидел одну из помощниц Молли. Молодая женщина, не обращая на него внимания, смотрела на свою начальницу.

— Мол, все продовольствие разгружено. Мы уходим.

— До завтра. Не забудь запереть за собой ворота.

— Не забуду.

Молодая женщина оглядела Терри и вопросительно посмотрела на Молли. Потом внезапно покраснела. Повернувшись на каблуках, она заспешила к центральному зданию.

— Черт возьми, — пробормотала Молли.

Он взглянул на нее и увидел, что щеки ее порозовели.

— Мне следовало познакомить вас, — сказала она. — Совсем забыла предупредить их о дополнительной охране. Они же не знают, кто вы. Ну ладно, объясню все завтра, — вздохнула она.

Его поразило, что женщина, которая смело обращается с тиграми и не испугалась, когда незнакомый ей мужчина чуть не задушил ее в собственном фургоне, вдруг смутилась из-за того, что одна из ее сотрудниц подумала, будто она притащила сюда своего любовника.

— Вы замужем? — спросил он.

Она все еще выглядела расстроенной.

— Нет, а что?

Он пожал плечами и крепче ухватился за костыли.

— Мне кажется, что вы из-за чего-то переживаете. Я подумал, что, может быть, вам стало неудобно из-за мужа или еще кого-то.

— Никаких мужей, — резко ответила она. — Я живу здесь одна. Давайте лучше сменим вам повязку.

— Хорошее предложение.

Упоминание о ране усилило боль. Он поплелся за ней к центральному зданию по узкой дорожке.

— А что там? — спросил он, указывая на здание вдали.

— Там большой дом. — Она подошла к стеклянной двери и распахнула ее. — Но там я больше не живу. Устроилась в этом помещении. Здесь проще жить. Большой дом я использую для приемов, в которых принимают участие наши спонсоры, и для других подобных целей.

Она закрыла за ним дверь. Терри повернулся и вопросительно посмотрел на нее.

— Как, нет замков?

— Только на той стороне, которая выходит на стоянку. Запах кошек отгоняет других четвероногих пришельцев. Если что случится, я могу быстро выскочить из помещения.

Опираясь на костыли, он подошел к парадной двери. Отметив, что замок самый примитивный, подергал дверь. Она жалобно заскрипела. Он дернул ее вновь. Любой, у кого вес тела больше ста фунтов, может без труда вломиться сюда. Стоит немного разбежаться и налечь на дверь плечом.

Он оглядел вестибюль. По обе стороны двери стояли два кресла и диван с виниловой обивкой. Длинные коридоры тянулись к противоположному концу здания. Он взглянул на низкий потолок и широкие окна.

— Сигнальная установка? Видеообзор?

Она отрицательно покачала головой.

— Но у вас есть специальные видеокамеры, чтобы следить за кошками. Как же так?

— Им отдается предпочтение.

— Ну и ну! Я позвоню Сэлу и сообщу, что требуется для надежной охраны. Вам нужны новые замки и оборудованные современными устройствами ворота. А также еще кое-какие приспособления для обеспечения безопасности. Как часто вы просыпаетесь ночью?

— А что?

— Нужны специальные датчики, фиксирующие движение.

— Они здесь бесполезны. Тед имеет привычку в любое время суток бродить по помещению. Но хватит об этом. Пойдемте менять повязку.

Он пошел за ней, свернув налево. Без сомнения, линолеум на полу знавал лучшие дни, да и стены требовали свежей покраски, но везде было чисто. Только на стенах виднелись следы больших кошачьих лап.

— Это Тед? Кто его так назвал?

— Джоанна. Он был ее любимцем.

Следовало, наверное, спросить, что это за кошка — лев или тигр, но его это не очень волновало. Молли привела его в смотровую комнату. По ее убранству — металлическому столу и клетке в углу — он понял, что тут она лечит своих подопечных.

— Садитесь, — сказала Молли, указывая на металлический стол.

Он прислонил костыли к стене и взобрался на стол. Она ножницами разрезала повязку. Когда бинты были сняты, обнажилась залитая кровью нога. Терри увидел, что рана выглядит намного хуже, чем он предполагал. Но Молли даже не зажмурилась. Взяв влажную марлю, она стала протирать кожу вокруг раны.

— Вот здесь, — сказала она, — у вас разошлись два шва. Я еще никогда не зашивала рану у человека.

Но работала она уверенно и быстро. Смыв запекшуюся кровь, она обработала рану антисептиком и затем туго стянула ее края. Повязка вышла отличная.

— Будет немного побаливать, — сказала она, сочувственно улыбаясь.

Но Терри внимательно наблюдал за ней и не торопился с ответом. Молли Стоун была сведуща во многих вопросах: как обращаться с оружием, как ухаживать за кошками и как накладывать повязки. Все это как-то не укладывалось у него в голове.

Она вручила ему костыли и повела обратно в холл. Миновав две двери, они вошли в небольшую комнату, вдоль стен которой стояли полки с папками, деревянный стол, а у окна — кровать.

— Здесь довольно скромная обстановка, — сказала она. — У меня не хватило времени приготовить вам спальню в Большом доме. Кроме того, я хотела бы понаблюдать за вами этой ночью.

Он опустился на кровать.

— Со мной будет все в порядке.

— Через холл находится ванная. Там есть душ… Не хотите ли сейчас им воспользоваться или подождете?

— Спасибо.

Он передвинул больную ногу. Боль с повой силой ожгла его. В висках стучали раскаленные молоточки.

Она поставила его походную сумку на стол и открыла верхний ящик шкафа. Включив настольную лампу, она вытащила из сумки бритвенный прибор и принялась развешивать в шкафу одежду.

— Я могу сделать это сам, — сказал он.

— Вы же валитесь с ног от усталости, а меня это не затруднит.

Свет настольной лампы освещал половину ее лица и шеи, подчеркивая смуглую матовость кожи. Терри вспомнил о том, что произошло сегодня в машине. Время и профессия наложили отпечаток на его характер. Однако когда же он переступил ту грань, за которой превратился в холодного и жесткого человека?

Она присела рядом и спросила озабоченно:

— Что случилось?

— Не могу забыть, что причинил вам боль. — Он осторожно дотронулся до ее горла.

Она немного поежилась, но не отодвинулась. Теплота ее тела контрастировала с его холодными пальцами.

— Я же сказала, что понимаю причину происшедшего, — произнесла она. — Это по моей вине. Я должна была предвидеть вашу реакцию. А я повела себя глупо.

— За ошибки приходится платить высокую цену. — Он отнял руку.

— Все ведь обошлось, но впредь мне следует быть более осторожной и не будить вас ненароком. Хотя в сущности у вас не имелось причин хватать меня за горло.

— Чертовски трудно так жить.

— Это касается вас или меня?

На него уставились бирюзово-голубые глаза, пытавшиеся отыскать в нем что-то такое, чего, по его мнению, в нем не существовало: человечность, умение доверять людям, любить… Эти категории в его характере напрочь отсутствовали. Наверное, так было всегда. Он не отводил от нее глаз, словно давая разрешение изучать его и заведомо зная, что делает она это напрасно.

Не услышав от него ответа, Молли наклонилась вперед.

— Понимаю, — сказала она. — Вы мне не доверяете. Ну что ж, это и не важно.

— Вовсе нет.

Она попыталась сменить тему.

— Однажды к нам сюда привезли кугуара. В то время я была новичком в этих краях и, кроме того, романтической идеалисткой. Кугуар был почти детенышем. Большие звери на воле его затравили. В питомник его доставили ободранным, израненным и голодным. Мы привели его в порядок, накормили. Но это было еще не все. У него оказалась рваная рана на лапе, которая требовала хирургического вмешательства. После операции он пошел на поправку. Как-то я вошла к нему в клетку, чтобы сменить бинты и напоить.

Продолжая рассказ, Молли стала расстегивать на себе рубашку. Терри почему-то не удивился и заставил себя смотреть прямо на нее, не обращая внимания на движения ее пальцев. Боковым зрением он видел, что рубашка уже полностью расстегнута. Она взялась за ее края на груди.

— Я не испытывала никакого волнения, думая, что кугуар еще спит. Присела на корточки, чтобы взять миску для воды.

Она повернулась спиной к Терри и еще шире приоткрыла рубашку. Он не представлял, что же она будет делать дальше. Рубашка сползла с левого плеча. Терри, не отрываясь, смотрел на обнажившееся тело. Чуть ниже затылка на спине шли четыре глубоких рубца — следы когтей кугуара.

— Он проснулся и сильно ударил меня лапой. — Она набросила рубашку и повернулась к нему. — Мне повезло. Я сумела выскочить из клетки до того, как он возобновил нападение.

Терри успел заметить нежную матовость ее кожи и округлую форму грудей. Нижнее белье соответствовало остальному наряду. Мягкий хлопок комбинации удерживался тонкими кружевными бретельками. Эта женщина не испытывает потребности соблазнять мужчину всякими атласными штучками, хотя пользуется духами, которые его волнуют.

— Теперь вы поняли, почему я не боюсь вас? — спросила она.

Увы, он и кугуар имели между собой мало общего. Хищник, это божье создание, убивает свою жертву для того, чтобы прокормить себя или защитить свою шкуру. Терри же убивал потому, что ему приказывали.

Она легонько тронула его за руку.

— Ложитесь спать, — сказала она. — Я буду в холле. Если вам что-нибудь понадобится, позовите.

Она поднялась и направилась к двери.

Он вдруг услышал шум прилива, бьющего о сваи причала, и почувствовал запах соленого ветра.

Где он? На складе?!

Что-то было не так. Опасность! Он кожей ощущал опасность. Голос звал его. Рой? Он должен встать и бежать…

— Успокойтесь, Терри. Вы в безопасности.

Нежные руки прикоснулись к его плечам.

Он заставил себя открыть глаза. Вместо пропитанного сыростью южноамериканского склада он увидел широко открытые голубые глаза и вдохнул аромат французских духов.

— Я люблю тебя, — пробормотал он по-французски.

— Замечательно, — сказала женщина и улыбнулась. — Но ты только-только увидел меня.

— Твои духи…

— Ах, да. Это они.

Он несколько раз моргнул, чтобы яснее видеть. Все сразу же вернулось — пребывание в госпитале, кошки, эта женщина.

— Молли…

— Доброе утро. Как вы себя чувствуете?

Он сел. Ночью он несколько раз просыпался все старался освободиться от одежды. Простыня обмоталась вокруг его тела. Он поднял вверх руки и потянулся.

— Как новенький. Надо побриться, — сказал он. — Умывайтесь, а я приготовлю завтрак.

Она наклонилась, чтобы подобрать с пола его джинсы и рубашку, и бросила их в ванную комнату.

— Полотенца чистые. Я принесла пластиковый пакет, можете принять душ, не опасаясь намочить повязку.

К тому времени, как он привел себя в порядок, из кухни уже доносился аппетитный запах. К нему примешивался и странный аромат мяты.

Из-за плиты выглянула Молли.

— Надеюсь, яичница-болтунья вас устроит? — Она подошла к столу. — Присаживайтесь.

Через несколько минут, когда он уже с аппетитом поглощал яичницу, раздался странный звук, похожий на треск пропеллера. Он замер.

Она посмотрела на его тарелку.

— Вы закончили?

— Угу.

Молли сложила губы колечком и тихо свистнула, сначала высоким, а потом низким тоном.

— Тед, — позвала она. — Иди сюда.

Из комнаты, расположенной за кухней, Терри услышал кашляющий звук, затем позванивание металлической цепи, волочащейся по линолеуму. И из тени возникла очень большая, очень черная пантера.

— Господи…

Зверь медленно приближался. Желтые глаза, по форме напоминающие миндальные орехи, оглядели комнату и остановились на Терри. Стоило огромной кошке подойти поближе к Молли, как запах мяты стал сильнее. Терри понял, что он исходит от зверя.

— Тед, — сказала она, поглаживая его голову. — Это Терри.

Громко мурлыкая, пантера не отрываясь смотрела на Терри. Ее массивная голова легла на колени Молли. Когда Тед садился, было видно, как под шелковистой шкурой у него красиво переливаются все мускулы. На черном меху там и сям виднелись светлые пятнышки. Хвост пантеры подрагивал, двигаясь то вправо, то влево, словно отбивал какой-то ритм.

— Это ваша идея взять пантеру в дом? — спросил Терри, еще раз удивившись тому, о чем же думал Сэл, посылая его сюда.

— Нет. Это Джоанна приучила его жить здесь. Теду было всего четыре недели, когда его мать погибла. После этого он воспитывался в доме. Джоанна не могла досадить его в клетку. Вот поэтому он живет с людьми.

Она погладила пантере лоб, а затем почесала за ухом.

— Почему он пахнет мятой? — спросил Терри.

— У леопардов, пантер особый запах.

— А где он спит?

— В конторе. — Молли продолжала гладить пантеру. — Или со мной. Дайте-ка руку.

Пантере никак не прореагировала на руку незнакомца, которая с помощью Молли ближе и ближе продвигалась к голове.

Терри с трудом заставил себя не отдергивать руку. Шкура животного оказалась значительно грубее, чем у домашней кошки, но во всем остальном пантера была очень похожа на нее, только отличалась большими размерами. Уши ее двигались, словно она следила за разговором людей. Мурлыканье не прекращалось, только Тед плотнее придвинулся к Молли.

Глядя на длинные и широкие лапы, на мощные мышцы, которые перекатывались под шкурой, Терри подумал о силе этого животного. Прекрасная машина для убийства. Элегантная, красивая. Существо, не испытывающее угрызений совести. Не это ли увидел Сэл в Терри, когда в первый раз встретил его?

— Он относится с симпатией к большинству людей, — сказала она, поглаживая Теда рукой, а чуть позже отняла свои пальцы.

Он заколебался. Глаза человека и животного встретились. Терри продолжал гладить кошку.

— К большинству, говорите? А как мне определить, что я отношусь к тем, кто ему нравится?

— Он не подошел бы сюда, если бы ему не понравился ваш запах.

Тед вытянулся, словно почувствовал, что его гладит не Молли. Он поднялся и сделал два шага по направлению к Терри. Хотя стул, на котором сидел Терри, был достаточно высок, Тед заглянул ему прямо в глаза.

Пантера понюхала его ладонь. Терри хотелось вскочить и бежать куда глаза глядят, но он продолжал сидеть.

Он знал, что это значит. Хищник против хищника. Он понял намерение Теда изучить того, кто нежданно-негаданно вторгся в его владения. Если у Молли такой телохранитель, то не стоит удивляться, что она не замужем.

Тед опять кашлянул, повернулся и подошел к холодильнику. За ним тянулась цепь толщиной в дюйм. Мурлыканье стихло. Но, когда зверь лег, оно возобновилось.

Молли принялась убирать со стола. Подойдя к холодильнику, чтобы положить туда масло, она бесцеремонно подвинула Теда. Увиденное потрясло Терри.

— Не хотите ли проехаться вокруг поселения? — спросила она. — Я закончила свои дела еще утром и теперь могу показать вам все, что пожелаете.

Не успел он ответить, как утреннюю тишину нарушил громкий визг и жалобное мяуканье. Даже Тед перестал мурлыкать.

— О Господи! — воскликнула Молли скорее раздраженно, чем обеспокоенно, и вышла из комнаты. — Что, если и вы пойдете со мной?

Терри подхватил костыли и последовал за ней. Визг раздался снова. На этот раз его сопровождало мяуканье Теда.

— Ты же не голоден, — сказала Молли, идя по холлу к комнате, расположенной справа. — Я только-только покормила тебя.

Мяуканье стало громче. Терри ковылял за ней. Когда они вошли в комнату, он увидел большую клетку, занимавшую большую часть помещения. Внутри клетки находилось подобие гнезда, сделанное из одеял. В дальнем углу были разостланы газеты. Полосатый узел в середине гнезда зашевелился, едва они приблизились. На них уставились два белоснежных тигренка, издавая жалобное мяуканье.

— Вот этих красавцев, — сказала Молли, присев на корточки около малышей, — Сэл прислал мне на прошлой неделе.

— Это из-за них сюда притащился репортер?

— Да. Их конфисковали на границе. Какой-то мерзавец намеревался пополнить свою коллекцию. — Она взглянула на него и улыбнулась. — Подумайте над тем, как обеспечить их безопасность.

Стив Бернард занимал маленький номер в мотеле. Ему хотелось выпить, но он не мог пропустить важный телефонный звонок. Что со мной будет? — повторил он вопрос, который задавал себе уже сотню раз. Что они от него ждут? В его организации второго шанса не существует. Но это не его вина. Они сами установили правила. Они настаивали, чтобы не было никакой мокрухи. Если бы он убрал офицера-пограничника, ничего бы не случилось.

Он с трудом сглотнул. Его мучила жажда. Может быть, удастся выскочить за бутылочкой в ближайший магазинчик. Он тут рядом, через дорогу. Это займет совсем немного времени и…

В уши ударил телефонный звонок. Он сразу же снял трубку.

— Да? — сказал он.

— Я весьма разочарован, мистер Бернард.

— Понимаю. Это произошло случайно. Правила, которыми я руководствовался, очень жесткие.

— Меня не волнуют случайности. Я хочу, чтобы работа была выполнена.

— Конечно. — Стив заставлял себя говорить как можно спокойней. Тот факт, что они еще не убили его, отнюдь не означает, что опасность миновала.

— Наш общий хозяин пока находится за рубежом, — сказал абонент бесстрастно-холодным тоном. — У вас двадцать один день до его возвращения. Если тигрята к этому сроку не появятся, вряд ли он простит вам вашу маленькую оплошность.

— Я смогу вернуть их назад, как только узнаю, где они находятся…

Человек на другом конце провода оборвал его.

— Их показывали вчера вечером по телевидению.

— Что? Тигрят?

— Да. Репортер, некий Ларри Вэнс, рассказывал о них. Найдите его, тогда найдете и тигрят.

— Считайте, что дело сделано.

— Двадцать один день, мистер Бернард. Наш общий хозяин заплатил за тигрят кругленькую сумму. Они — гордость его коллекции. Если вам не удастся это сделать, то придется разорвать наше сотрудничество. Надеюсь, вы меня понимаете?

Попробуй не пойми, когда ко лбу приставлена пушка 45-го калибра!

— Я понимаю.

Трубку на том конце провода повесили. Тишина.

4

— Спокойно, альбиносики, — сказала Молли, открывая клетку. — Идите сюда, мы здесь.

Более крупный тигренок, громко мяуча, подполз к ней.

— Не любишь одиночества, малыш. — Она взяла его на руки и покачала. — В тебе всего-то двадцать фунтов, а беспокойства на все двести.

Терри в некоторой растерянности смотрел на происходящее. Затем подошел ближе, намереваясь погладить тигренка.

— Хотите подержать?

Она посмотрела на Терри. Шрам на его щеке в это утро побледнел, исчезли тени под глазами. Если бы не костыли и впалые щеки, никто бы не подумал, что он перенес серьезное ранение.

— С удовольствием, — сказал он, прислоняясь к стене и ставя костыли, чтобы они не свалились в клетку. — Иди-ка сюда, малыш.

Молли почувствовала, как его рука оказалась между тигренком и ею. Его пальцы коснулись ее живота. Она вздрогнула. Ей потребовалась определенная выдержка, чтобы не отпрянуть назад. Что это с ней?..

Терри уже держал тигренка на руках. Детеныш поглядел на Терри, затем мяукнул и прижался к его груди.

— Вы ему нравитесь, — сказала она, вдруг почувствовав, как что-то оцарапало ее лодыжку. — Ах, и ты требуешь к себе внимания. Да? — Она наклонилась и подняла другого тигренка. Холодные голубые глазенки уставились на нее. Розовый треугольный носик задвигался, обнюхивая ее. — Они плохо переносят перемены. Я не знаю, в скольких руках они побывали и кто занимался их кормлением, но мне абсолютно ясно, что жизнь у них была не из приятных.

— Скажите-ка, тигры-альбиносы — большая редкость? — спросил Терри.

— Это зависит от разных причин. Некоторые люди специально занимаются разведением тигров-альбиносов. Они отличаются от зверей цветом глаз. У настоящего тигра-альбиноса глаза голубые. Точно такие, как у тебя. — И она погладила тигренка по головке. Тигренок выгнул спинку и боком прижался к ней. — Кроме того, у них на белой шкурке коричневые полосы, а носы и губы розовато-серые.

— Вот уж никогда не задумывался о цвете их губ.

Он осторожно держал в руках тигренка, стараясь не прижимать его к себе особенно сильно.

— Они требуют внимания и хорошего ухода, а у меня на это просто не хватает времени, — сказала она.

— Ага, вам нужен доброволец? — спросил он.

— Я просто сказала, ни на что не намекая.

— Как бы не так.

— Хорошо. Пожалуй, что и так. Но это требует времени и сил.

Он оглядел маленькую комнату.

— Попозже установлю здесь систему оповещения, это совсем не трудно, зато у меня будут развязаны руки. Если нет возражений, я готов попробовать.

Молли почувствовала, что нервное напряжение, которое до сих пор жило в ней, спало. Краешком сознания она понимала, что вызвано оно тем, что рядом находится Терри.

— Вы уверены? — спросила она. — Я совсем не имела в виду, что вы должны заботиться о них. Это моя главная обязанность.

— И моя тоже. — Он неуверенно улыбнулся.

Молли посадила тигренка в клетку и подхватила другого.

— Тогда следует познакомить вас с расписанием и рационом их кормления.

Она закрыла клетку, а Терри взялся за костыли. Тигрята не отрываясь смотрели на него, а потом вновь принялись мяукать. Он взглянул на Молли.

— Как у вас хватает сил сопротивляться их капризам?

Она пожала плечами.

— Просто привыкла. Знаю на практике, что если они настоят на своем, то тогда придется сидеть с ними все двадцать четыре часа. В этом-то вся и беда. Люди, которые занимаются контрабандой редких животных, преследуют только одну цель — иметь нечто уникальное, но их совсем не волнуют сами животные. Они не думают ни об их питании, ни о внимании, которое требуется детенышам. — Она присела и погладила самого маленького сквозь прутья решетки. — Бедняжки. Мы постараемся побыстрее перевести вас в более удобное место.

Она поднялась и двинулась к выходу.

— А сколько времени требуется, чтобы вырастить их? — спросил Терри, двигаясь вслед за ней.

— Чтобы они нормально развивались, нужны определенные условия. Совсем нелегко передавать их в зоопарки или центры по разведению животных. Содержание тигров — дорогое удовольствие, тигрята — существа требовательные. Многие заведения не имеют необходимых помещений для животных, нет персонала для ухода за ними да и финансовых возможностей тоже. Сэл хочет быть уверенным; что с ними все будет в порядке, вот поэтому тигрята у меня. Я умею ухаживать за ними значительно лучше, чем кто-либо.

Они вошли в служебный кабинет Молли. На стенах были развешаны фотографии всевозможных комнатных кошек. Огромный письменный стол занимал почти весь кабинет. На стенах располагались полки с папками. Рядом со столом стояли два кресла. Молли указала на одно из них. Терри сел, положив костыли на пол.

— Как нога? — спросила она, открывая ящик стола и вынимая оттуда несколько листков.

— Вроде получше. Через пару дней, пожалуй, смогу ходить без этих деревяшек.

— Очень хорошо. — Она повернулась и посмотрела на него. Даже с повязкой на ноге и костылями он напоминал ей крупную кошку, осторожно двигающуюся, обдумывающую каждое движение и полагающуюся на собственные инстинкты. — Здесь кое-какие таблицы, которыми я пользуюсь, чтобы соблюдать режим тигрят. Не думаю, что они покажутся вам трудными.

Он посмотрел на листки и кивнул.

— Как будто все очень просто.

— Корм для тигрят я готовлю, исходя из числа калорий, которое им требуется. — Она закрыла ящик, устроилась поудобнее в кресле и взглянула на бумаги. — Большинство этих папок содержит материалы по новому проекту, который я намереваюсь осуществить. Здесь сто восемьдесят семь форм. Ума не приложу, сколько организаций и бюрократов будет задействовано в этом проекте.

— А что за проект?

Она взяла несколько листков и склонилась над ними, сложив руки.

— Я хотела бы заняться разведением снежных барсов.

Между делом она упомянула об участии в проекте одного спонсора будущего питомника, который однажды посоветовал ей не пытаться откусывать слишком большой кусок, чтобы не подавиться.

— Это почему? — спросил Терри.

— Снежные барсы почти вымерли, их осталось очень мало в мире. Год назад я купила участок земли в Северной Дакоте. Он удален от жилых мест, и климат там для животных вполне подходящий. Если я приобрету несколько пар этих зверей, то через два поколения их станет столько, что можно будет переселить их в естественные условия. Они не только увеличат популяцию, но и улучшат генетический фонд.

Она остановилась, испугавшись, что ее рассказ не вызывает у Терри интереса. Но Терри внимательно слушал. Он уселся удобнее, изменив положение раненой ноги.

— А зачем вся эта бумажная канитель?

— Я должна сначала получить разрешение от разных властей: федеральных, местных и тому подобное. Заручиться согласием соседей, выправить зональные бумаги, представить предварительные финансовые расчеты. Я ходила советоваться с адвокатом, и он объяснил мне, как надо действовать. На первых порах все эти сложности меня несколько обескуражили.

— Странно. Вы же руководите вот этим питомником…

— Это не одно и то же. Питомник уже нормально функционировал, когда я появилась здесь. Джоанна, несмотря на известную эксцентричность, обладала опытом ведения дел и разбиралась в повадках кошек. Мой тогдашний вклад в дело я не склонна переоценивать. Перед смертью Джоанна уговорила меня взять в руки все это хозяйство, но некоторые члены-учредители попытались отстранить меня.

Терри заметил, что у нее появились тревожные морщинки между бровями. Он с большим интересом выслушал рассказ Молли. До тех пор пока тигрята не переселятся на новое место, ответственность за безопасность Молли и всего питомника ложится на его плечи. Когда угроза перестанет существовать, он спокойно вернется на старую работу.

— Вы готовы осмотреть весь питомник? — спросила она, стараясь переменить тему разговора.

— Конечно. — Он взял костыли и встал. — Но сначала верните мне пистолет.

Она изучающе посмотрела на него, потом выдвинула ящик и извлекла оттуда «беретту» вместе с обоймой.

— Если сюда попытается вторгнуться какая-нибудь из стран третьего мира, вы, надеюсь, сможете отразить агрессию, — сказала она.

Они прошли через вестибюль и вышли из центрального подъезда к автостоянке, где Молли напугала журналистов.

— Через пару часов сюда придет Мадж, — сказала Молли, ведя его к гаражу. — У нее утренние занятия.

— Мне бы хотелось просмотреть их личные дела, — сказал Терри. — Проверить кое-что.

Чуть замедлив шаг, он взглянул на нее. При ярком солнечном свете ее кожа приобрела розовый оттенок. Естественный цвет лица красил ее лучше, чем косметика.

— Я доверяю своим помощникам.

— Но это обычное дело, — сказал он. — Возможно, что-нибудь произошло с одним из них за последний месяц. Я, не собираюсь никого подозревать, но проверить не мешает.

Она скрестила руки на груди.

— А что ваш шпионский компьютер рассказал обо мне?

— Сэл ничего мне о вас не говорил.

— Но меня что, тоже проверяли?

— Если бы у вас не все было чисто, то вам не разрешили бы вчера посетить госпиталь.

Она несколько секунд, не отрываясь, смотрела на него.

— Не завидую вам, Терри, — сказала она, опуская руки. — Пойдемте, джип на месте.

Гараж, рассчитанный на три машины, находился рядом с центральным зданием. Она подняла ворота и вошла внутрь. Вскоре он услышал фырканье работающего двигателя. Она подрулила на раскрашенном в черные и белые полосы джипе прямо к тому месту, где стоял Терри. Машина напоминала зебру на колесах.

— Не удивляйтесь, — усмехнулась она, глядя на джип. — Ничего не поделаешь. Автомобиль нам подарили. Когда его пригнали сюда, мы пришли в ужас.

Он просунул костыли на заднее сиденье, а сам забрался на переднее. Раненая нога зацепилась за подножку, заставив его охнуть от боли. Когда боль утихла, он повернулся к ней.

— А почему зебры полосатые?

— Вот уж не знаю. — Она устроилась в машине рядом с ним. — Возможно, паши благодетели посчитали, что кошки при виде джипа подумают, что они вернулись обратно в саванну. — Она положила руки на руль. — Что вы хотите увидеть сначала?

Она перевела рычаг скоростей, и джип медленно двинулся по дорожке к основному пути.

— Начнем отсюда, — сказал он, выбираясь из машины и направляясь к воротам. — Петли совсем изношенны. Их можно спилить простым напильником. Итак, пункт первый — новые ворота, — констатировал Терри.

— Ого, сразу берете быка за рога, — отметила Молли.

Он взглянул на девушку. Несколько прядей выбились у нее из пучка. Ему остро захотелось поправить ей прическу, но, спохватившись, он посчитал свою мысль глупой. Не стоит начинать ухаживать, если из этого все равно ничего не выйдет.

— Это моя работа, — буркнул он.

— Знаю, но мне и подумать страшно, что тигрятам действительно грозит опасность.

— Все нужно предусмотреть, — сказал он.

— Я полностью вам доверяю.

Терри вернулся в машину.

— Между прочим, — спросил он, забрасывая костыли назад, — что рассказывал вам Сэл обо мне?

— Совсем немного. Только то, что вас ранили во время последнего задания и у вас нелады с памятью.

— Да, это почти ничего, — сказал он, устраиваясь поудобнее.

Чувство беспомощности опять овладело Терри. Его не оставляла мысль о Рое. Ему нужно было знать, кто убил его. Он? Этот вопрос как заноза сидел у него в мозгу. За время своей работы в конторе он не приобрел друзей. Более того, он уклонялся от дружбы. Таково было его правило. К смерти Роя следовало относиться как к обычному эпизоду на войне. Смерть — цена, хотя и очень большая, которую платят в схватке. И все же смерть приятеля не могла оставить его равнодушным.

— Я думала насчет покраски холла в центральном здании, — заговорила Молли, когда они проезжали по узкой тропинке. — Стены выглядят ужасно. Пожалуй, их стоит покрасить в светло-кремовый или белый цвет…

Он вгляделся в нее. Какого черта она толкует об этом? Какое ему дело до всего этого? Его совершенно не волновало, что она собирается менять виниловую обивку мебели и красить стены в холле!

Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь ветви деревьев, освещали лицо Молли. Он смотрел на ее ноги, обтянутые джинсами, на грудь, колыхавшуюся на каждом ухабе. Внутри у него что-то теплело, пробуждало желание и успокаивало одновременно. Он перевел взгляд на ее сильные руки, на каштановые волосы, разметавшиеся по плечам.

Терри почувствовал, как легкий спазм заставил сжаться желудок. Ах вот в чем дело. Он смотрел на то место, где розовая блузка открывает шею. Он понял, что она говорит о чепухе для того, чтобы отвлечь его от мучительных мыслей.

— Наверное, точно так же поступает и тигрица-мамаша? — сказал он вслух.

Она оборвала себя на полуслове и взглянула на него.

— Простите, вы о чем-то спросили?

— Вы разговариваете со мной, чтобы я успокоился. Разве не так же поступает тигрица, увещевая своего детеныша? Разве мурлыканье не тот же разговор?

Она улыбнулась и перевела взгляд на дорогу.

— Вы думаете, что я проявляю какую-то хитрость?

— Так оно и есть. Я очень наблюдательный.

Она объехала заповедник и свернула на восток, на узкую дорогу. Он смотрел на пышную зелень, окружающую их со всех сторон. Запах деревьев, шорох веток были совсем иными, чем в Южной Америке. Там он видел…

Он тряхнул головой. Проклятье. Он не помнил, что видел там, но кожей ощущал разницу. Он заставил себя сконцентрироваться, но сознание отказывалось подчиняться. Более того, туман в голове стал еще плотнее. Он сжал руки в кулаки и напряг мышцы. Он должен вспомнить. Должен, и точка. Если не…

— Терри, — услышал он свое имя. Он взглянул на Молли. Она остановила машину и протянула руку, намереваясь прикоснуться к нему, но передумала. — Как вы себя чувствуете?

— Хорошо.

Она перехватила его взгляд, а затем медленно положила руку ему на кулаки, будто стараясь их разжать. Ее ладонь с немного загрубевшей кожей была теплой и ласковой.

— Ты вспомнишь, — сказала она. — Но сначала успокойся.

В простой одежде, с распущенными волосами без косметики, она не выглядела такой женщиной, на которую хотелось бы смотреть, не отрываясь. Но в изящном рисунке ее губ читалась нежность, а в глазах цвета морской волны светилось бесстрашие. Он догадывался, почему кошки доверяли ей и позволяли себя лечить. Он знал, почему Тед начинал мурлыкать при ее появлении.

Он освободил руку и нежно прикоснулся к ее щеке. От этого прикосновения она вздрогнула, глаза от удивления округлились, словно она услышала, как одна из кошек произнесла ее имя. А Терри открыл дверцу и вышел из машины.

— Это и есть Большой дом? — спросил он, указывая на массивное, в викторианском стиле здание, находившееся прямо перед ними. Оно явно не вписывалось в окружающую обстановку.

Молли кивнула.

— Раньше здесь жила Джоанна. Она любила кошек, но предпочитала находиться вдали от вольеров.

— А кто сейчас его владелец?

Он увидел смущение на ее лице. Она небрежно засунула руки в карманы.

— Джоанна завещала его мне. Учредители питомника являются собственниками всех построек и прилегающей к ним земли, за исключением участка размером в акр и этого дома.

— Ты намерена устроить мне постель где-то здесь?

— Да. — Она улыбнулась. — Здесь хорошие ванные комнаты и вообще более комфортабельно. Сюда тебе и следует перебраться. Большинство комнат пустует, но парочка спален обставлена всем необходимым.

Он покачал головой.

— Все это соблазнительно, но я все же предпочел бы находиться рядом с тигрятами. А почему ты здесь не живешь?

— Я всегда чувствовала себя здесь неуютно. — Она взглянула на Большой дом. — Он так и останется домом Джоанны, а не моим. Когда она была жива, я жила вместе с ней, но когда она умерла, переселилась в комнату позади своего кабинета. Она больше соответствует моему вкусу.

— Тогда для чего же предназначен этот старый дом?

— Для приемов.

— По-моему, ты не любительница светских раутов.

— Верно. — Она пожала плечами. — Это делается для наших спонсоров. Мы устраиваем для них торжественные вечера три или четыре раза в году. Мы показываем наших кошек, угощаем роскошным обедом и собираем очень неплохие пожертвования.

— Меня это не впечатляет.

— Это просто ужасно. — Она поджала губы и посмотрела на Терри. — Черные галстуки, крахмальные манишки, нужные люди. Это отнимает массу времени, но это необходимо — мы нуждаемся в средствах. Кроме того, к каждому торжеству я должна купать Теда.

— Должно быть, он ненавидит эту процедуру.

— В этом нет никакой радости для нас обоих. — Ее глаза сузились. — Ты опять подтруниваешь надо мной?

— У тебя очень забавный вид. Ты говоришь о приемах так, словно тебе удаляют зуб.

— Прекрасно. Посмотрим, как тебе понравятся эти приемы. Кстати, ты захватил с собой смокинг?

— Что? — Он уставился на нее.

— А разве я об этом не сказала? На следующей неделе как раз и состоится такой прием.

Он подумал об изношенных и ненадежных воротах, о заборе, в котором множество дыр, и о посторонних, которые разными способами могут проникнуть в питомник.

— Нет, ты ни о чем таком не упоминала. Наверное, просто забыла об этом.

— Прости. Приглашения уже разосланы и отменять торжество поздно.

Терри посмотрел на пустую бутылочку и мысленно подсчитал, сколько калорий получили тигрята. В клетке крупный тигренок-самец возился с полотенцем, завязанным узлом, и рычал, словно в его лапы попалась добыча. Почти каждую минуту он поднимал мордочку, убеждаясь в том, что Терри продолжает находиться в поле его зрения. А крошка тигрица сидела около дверцы и жалобно мяукала.

— И не надейся, — сказал Терри, стараясь не обращать внимания на ее приставания, — я не возьму тебя на руки. Почти все утро я проваландался с тобой.

Она не переставала мяукать. Ее голубые глазенки неотрывно смотрели на Терри. Тигрята, пока еще нетвердо стоящие на лапах, находились полностью на его попечении. За какие-нибудь четыре дня они привыкли к его нежным поглаживаниям и все время требовали ласки. Маленькая тигрица замяукала снова. Когда он не прореагировал на ее призыв, она повесила голову и задрожала.

Терри выругался, открыл дверцу и посадил ее к себе на колени. Малышка тут же прижалась к его груди и принялась грызть запонку на рукаве.

— Ты у нас жуткая капризуля, — сказал он. Капризуля посмотрела на него. Он погладил ее и стал почесывать ее любимое место — между ушками, затем посмотрел на часы. — Ты делаешь все, чтобы я остался без ланча.

Она зевнула, показав маленькие белые зубки, которым по истечении какого-то времени суждено превратиться в страшные клыки. Предваряя ее очередной каприз, он посадил ее в клетку рядом с братцем, закрыл дверцу и пошел в холл. Тигрица мяукнула, затем несколько раз чихнула и улеглась спать.

Молли в кабинете не было. Он направился к основным клеткам.

— Привет, Терри! — К нему быстрыми шагами приближался Фред. — Молли не предупреждала вас о ягуарах? — спросил юноша.

Терри посмотрел на двух крупных пятнистых кошек, снующих и пофыркивающих в своих вольерах.

— Привет. Она сказала, что к ним не стоит приближаться.

— Правильно. — Фред смотрел на него с любопытством. — Молли говорила, что вы отвечаете за безопасность.

— Совершенно верно.

— Да, я видел новую ограду и ворота. — Фред шел за Терри на шаг сзади, примериваясь к его тяжелой походке. — Неужели вы думаете, что могут произойти какие-нибудь неприятности?

— Уж не собираешься ли ты их устроить?

Юноша покраснел. Очки в большой оправе, бородка и длинные волосы должны были производить впечатление солидности, но выглядел он как мальчишка, которому сделали выговор за кражу конфет в кондитерской.

— Я совсем не имел в виду, что что-то может произойти, — сказал он упавшим голосом.

— Тогда действуйте по инструкции, сообщайте мне о любых необычных, на ваш взгляд, вещах. Скажем, о посторонних лицах на территории, о вопросах, которые они могут задавать, короче, обо всем подозрительном.

— Хорошо. Вы будете первым, кому я сообщу об этом.

Фред остановился, взглянул на Терри и через минуту отправился по своим делам. Терри проследил за ним взглядом, потом повернулся и медленно зашагал к зданию. Последнее время ходить ему стало легче, он мог нормально наступать на больную ногу. Он даже попробовал немного ускорить шаг, но мускулы на ноге еще не пришли в норму, и он чуть было не споткнулся. На секунду он остановился, чтобы передохнуть, а затем зашагал дальше с большей осторожностью.

Уголком глаза он заметил, как что-то черное взмыло в воздух. Прежде чем он понял, что произошло, сильный удар сбил его с ног, и он всем телом рухнул на землю. Почти мгновенно он перенесся в прошлое.

…Взрыв почти оглушил его. Он попытался поднять голову, но не смог. Он ощущал жар пламени, слышал выстрелы, перед глазами плясали языки пламени, огонь охватывал деревянное здание.

Так же быстро, как и появились, вспышки исчезли. Терри царапал ногтями землю, стараясь вцепиться в нее, но грунт, как песок, протекал между пальцев. Он сжал зубы. Он находился в самом центре взрыва и потерял возможность двигаться. Кто-то попытался оттолкнуть его в безопасное место. Но кто? И что же, черт возьми, случилось с Роем?

5

Молли стояла у клетки Геракла, когда увидела подпрыгнувшего Теда, а затем и Терри, который лежал, уткнувшись в землю. Она бросилась к нему. Когда она подбежала к Терри, Тед лизал его щеки и нервно повизгивал. Она оттолкнула пантеру.

— Терри, — позвала она, присев рядом. — Как ты? Ты меня слышишь?

Он застонал и затряс головой.

— Что за чертовщина?..

— На тебя бросился Тед. Ты, наверное, прихрамывал, а он подумал, что ты с ним намерен поиграть.

— Здорово! — Он попытался приподняться.

— Не двигайся, — сказала она, прикасаясь к его руке, а потом ощупывая спину. — Что-нибудь болит?

— Хороший вопрос. Только что меня как следует огрела трехсотфунтовая пантера. Конечно, болит все, — раздраженно и капризно ответил Терри.

— Не пытайся встать.

— Но не лежать же мне здесь целый век и жрать землю.

Она присела на корточки.

— Раз ты ругаешься, значит, с тобой все в порядке.

Он приподнялся на локте и посмотрел на Молли.

— Это не кошка, а дьявол какой-то.

— Тед очень ласковый, и ты ему нравишься.

Терри потер голову и с усилием сел, отряхнув руки от земли.

— Представляю, во что бы он превратил меня, если бы я ему не нравился.

Она наклонилась и заглянула ему в лицо. Лицо не повреждено, и глаза оставались ясными. Она придвинулась еще ближе и принялась ощупывать его ноги. Как только она дотронулась до него, его мускулы напряглись и стали твердыми как камень. Через грубую ткань джинсов она чувствовала теплоту его тела. Не обращая внимания на собственную ответную реакцию, которая отозвалась у нее в животе, она продолжала ощупывать его, пытаясь определить, нет ли переломов или растяжений. Ничего необычного.

— Кажется, все на месте, — сказала она, стараясь избежать его взгляда.

Она гнала от себя мысль, что Терри нравится ей. Ей было легче думать о нем как об одном из своих пациентов или просто как о мужчине, которого Сэл послал сюда, чтобы охранять тигрят. Она поднялась, протянула ему руку и рывком поставила на ноги.

Подошел Тед и мордой ткнул ее в бедро.

— Тебе нечего передо мной извиняться, — сказала она, обращаясь к пантере.

Терри посмотрел вниз.

— Она права, парень.

Тед глянул на него и кашлянул.

Терри покачал головой.

— Все в порядке, Тед. Подойди-ка. — Терри похлопал себя по ноге. Черная пантера приблизилась и понюхала его руку. — Я тебя прощаю. — Он взялся за ошейник и потянул за него, пантера подняла морду. — Только не делай этого снова.

Тед потряс головой, а Терри потрепал его по загривку. Молли улыбнулась. Терри быстро взглянул на нее. Она постаралась поскорее согнать с лица улыбку, но он ее заметил.

— Что тут смешного? — раздраженно спросил он, внутренне стыдясь, что она оказалась свидетельницей инцидента с пантерой.

— Ничего.

— Конечно, Тед зверь дикий. И у него свои рефлексы. Мне не удалось увернуться, а удержаться на ногах после такого удара я не смог.

— Прости, — сказала она. — Я совсем не хотела обидеть тебя. Просто вы оба выглядели очень забавно. К тому же я вспомнила тот эпизод в машине, по дороге сюда. Когда ты…

— Когда я пытался убить тебя, — резко сказал он, перебивая ее.

Она быстро наклонила голову, словно извиняясь, что затронула больную тему.

— Да. — Она поправила волосы и посмотрела на него. — То, что произошло с Тедом, было очень похоже на то, что случилось тогда. Я в тот раз не рассердилась на тебя, потому что поняла: просто сработала твоя реакция.

Ее объяснение подействовало на него как холодный душ. Он поджал губы, рот превратился в узкую полоску, из глаз исчез блеск.

— Все же есть разница, — медленно произнес он. — Я не пантера, а человек. И я не действовал рефлекторно. Я пытался убить тебя.

— А теперь пытаешься меня запугать. — Не в силах смотреть в его пустые глаза, она отвернулась.

Стив Бернард застыл перед дверью служебного кабинета телерепортера. По пути на телестудию он перебрал в уме разные способы получения интересующей его информации. Но ни один его не удовлетворил.

Конечно, проще всего было бы войти, вынуть револьвер и потребовать от репортера выложить все, что тот знает о тигрятах. Но если даже журналист и поддастся на это, то непременно сболтнет кому-нибудь, и тогда предприятие обречено на провал. Нет, такой метод не годится. Лучше всего появиться у него с какой-нибудь забавной историей. Он поправил пиджак, чтобы под ним не было заметно оружия, и постучал в дверь.

— Войдите, — раздался голос.

Бернард глубоко вздохнул и заставил себя улыбнуться.

— Ха, Ларри, дружище. Сколько лет, — произнес он, открывая дверь. С непринужденным видом он переступил порог и протянул для приветствия руку.

Смазливый репортер взглянул на вошедшего и инстинктивно пожал протянутую руку, но тут же сделал удивленное лицо.

— Простите. Не помню, где мы встречались.

Конечно, не помнишь, молокосос, подумал Бернард. Мы раньше никогда не виделись.

— Гарри Уильямс, — солгал Бернард. — Работал в «Таймсе». Мы оба писали тогда о грандиозном скандале, который разразился в центре.

Держи себя понаглее и тебе поверят, напомнил себе Бернард. Люди в основном глупы и доверчивы. Если скажешь, что знаешь их, они изо всех сил будут стараться вспомнить тебя. Бернард опирался на тот факт, что центр Лос-Анджелеса мог означать что угодно — от района Вест-Сайда до Иста, а скандал мог произойти и в среде политиков, и в больших университетах, или же на киностудиях. Кажется, Ларри и в самом деле писал подобный репортаж.

— Ну конечно, — сказал сразу же Ларри, и брови у него разгладились. — Дело об ограблении.

— Старик, — весело сказал Бернард. — Был здесь рядышком и решил заскочить. А не отправиться ли нам куда-нибудь пропустить стаканчик-другой и вспомнить былое?

— Хорошая идея, — сказал Ларри, оглядывая дешевый спортивный пиджачок Бернарда. — Но вот незадача, я выступаю с четырехчасовыми новостями и поэтому не могу…

Бернард громко хохотнул.

— Это от нас никуда не уйдет. Но я не для этого к тебе забежал.

Его смех зазвучал более искренне, когда он увидел, как посветлела физиономия Ларри. Он знал, что представляет собой репортер вроде него. Большой кабинет, наполненный тщеславием, гардероб с кучей претенциозных костюмов, который не соответствует его реальному финансовому положению. Конечно, этот Ларри, или как его там, поклонник дорогого барахла, виски и баб, но в карманах у него редко водятся стодолларовые купюры. Короче, под покровом респектабельности скрывается обыкновенная пустышка.

— Слушай, я видел кусочек твоей передачи о тигрятах.

— О, это был ужасный день, — поежился Ларри и повернулся к зеркалу. — Управляющая там — какая-то сумасшедшая… — Бернард вытащил из кармана блокнот, делая вид, что собирается свериться с кое-какими записями. — Да уж, никогда не забуду эту Молли Стоун, — сказал репортер.

— Верно, верно. Молли Стоун.

— Не вздумай встречаться с этой женщиной. Например, меня она грозилась пристрелить.

Бернард лицемерно прищелкнул языком. Он хорошо понимал эту женщину. Он сам был не прочь всадить пулю в этого трепача.

— Кажется, она обитает где-то на севере? — спросил он таким тоном, будто знал ее местонахождение, но не мог припомнить, где точно.

— Это неподалеку от Боуманда. — Ларри скорчил рожу. — Неужели ты и впрямь собираешься навестить ее, Гарри? Она же просто опасна.

— Собираюсь, — сказал он и подумал: найти этих тигрят — мой последний шанс, в противном случае мне крышка.

Ларри оглядел кучу бумаг, разбросанных повсюду.

— У меня есть ее точный адрес. В конце недели у нее состоится ежегодный банкет спонсоров. Телецентр собирается направить меня в ее владения, но я сказал, что эта женщина возражает против каких бы то ни было публикаций и съемок. — Он порылся в пачке приглашений и нашел то, что нужно. — Вот пригласительная карточка. — Он прочел адрес, а затем бросил пригласительный билет в мусорную корзину. Бернард поблагодарил его. Взглянув на часы, Ларри спохватился. — Слушай, сейчас начнется передача. Как бы мне ни хотелось поболтать с тобой, но…

— Нет проблем, — сказал Бернард, засовывая в карман блокнот. — Спасибо за информацию. Через пару недель я звякну тебе, и мы посидим за стаканчиком.

— Разумеется, — ответил Ларри, вставая. Мужчины пожали друг другу руки.

Бернард вышел и быстро пересек большой холл. Потом проскользнул в подсобку и прикрыл за собой дверь. Студия находилась на противоположной стороне. Он слышал, как работники студии готовились к передаче. Затем прозвучал сигнал соблюдать тишину. Передача началась. Через несколько минут Бернард услышал голос Ларри, читающего репортаж о Сакраменто. Бернард приоткрыл дверь, убедился, что холл пуст, вышел и направился прямо к кабинету Ларри Вэнса.

Пригласительный билет валялся там же, куда его бросил Вэнс. Бернард достал его из корзины и засунул в карман. Через пять минут он уже шагал по улице, смешавшись с толпой.

Накормив тигрят и отправив их в клетку на полуденный отдых, Терри заторопился в кабинет Молли, У нее было по горло работы, и она предложила ему обедать, не дожидаясь ее. Но он понимал, что причина ее отсутствия крылась совсем в другом. Он остановился на пороге ее кабинета и загляделся на нее.

Молли сидела за столом, опустив голову, и что-то писала. Лучи полуденного солнца врывались в комнату. В ярком свете ее волосы удивительно искрились. Обычно она предпочитала собирать их в пучок, но сейчас они лежали свободными прядями. Сияющий бронзой локон спускался с плеча прямо на бумагу. Она нетерпеливо отбрасывала его назад.

Запах мяты усилился и смешался с легким ароматом французских духов. Молли — женщина, Терри — мужчина. Кроме них в помещении никого не было. Он на секунду представил себе, как он прикасается к ней, ощущает ее крепкое тело. Но что будет чувствовать она от близости с ним, как будет вести себя в постели? Сексуальна ли она?

И вообще, почему он подумал об этом? Он здесь находится по чисто служебным делам. А отступление от них приводит к нежелательным осложнениям. Кроме того, на такие вещи у него нет времени. Самое лучшее, не позволять фривольным мыслям появляться в голове.

Терри подумал о том, что он и Молли из абсолютно разных миров. Тяга к семейной жизни, к семейному очагу была ему столь же чужда, что ей — жизнь в джунглях Южной Америки. Его жизнь резко отличалась от ее привычного жизненного уклада. Удивительно, что он еще способен об этом размышлять. Семейный уклад — он не знал, что это такое.

— Как дела? — громко спросил он.

От неожиданности она подпрыгнула в кресле. Карандаш вылетел у нее из руки. Она взглянула на Терри, затем подняла с пола карандаш.

— Даже не спрашивай. Это какой-то кошмар. Каждая правительственная контора руководствуется своими правилами. Для каждого чиновника нужно готовить отдельный документ.

Она откинулась на спинку кресла и завела руки за голову. В ее движениях проскальзывала неуловимая грациозность, заставившая его поддаться очарованию Молли. Но он подавил свой восторг и оглядел кабинет. Стены были увешаны фотографиями животных. Он обратил внимание на два снимка в темных деревянных рамках.

— Это и есть снежные барсы?

Она повернулась, чтобы увидеть, что он рассматривает.

— Да. Это самец и самка.

Он подошел к фотографии ближе.

— Выглядят так, будто их фотографировали с очень высокого места.

— С самолета.

Молли поднялась и встала рядом с ним. Ее рука касалась его руки. Он сделал вид, что ничего не замечает.

— Их привезли в страну нелегально. Не знаю, с какой целью. То ли для личной коллекции, то ли еще для чего-то. Но их все же конфисковали и передали службе ветеринарного контроля. — Она сняла со стены маленькую фотографию. — Ее служащие доставили кошек сюда, и я ухаживала за ними. Это были очень красивые и очень дикие существа.

Терри вгляделся в ее глаза, в ее неяркие веснушки и четкий рисунок губ. Не очень красива, подумал он. Но интеллигентность, теплота и неброская привлекательность делали ее очень симпатичной. И все же он, наверное, не смог бы увлечься ею. У него в жизни почти не было привязанностей, он считал, что любовь опасна. Возможно, правда, что в другое время и в другом месте он был бы не прочь поухаживать за ней.

Она повесила фотографию обратно.

— Их отвезли в Азию и выпустили на волю. Эти фотографии были сделаны около года назад. Оба зверя до сих пор живы.

Он положил руку ей на плечо. Ее голубые глаза немного округлились, но она не двинулась с места. Сделай он еще движение, и она была бы у него в руках. Ну и круглый же ты дурак, подумал он, но тем не менее не изменил положения.

— Ты должна гордиться собой.

— Я очень рада, что они выжили.

У нее было хрупкое сложение. Однако он чувствовал, что она сильная. Эта хрупкость и сила интриговали его. Он также определенно знал, что, скажи он вслух, о чем думает, она бы врезала ему по первое число. Он взглянул на нее и отступил назад.

— Уж не поэтому ли ты намереваешься заняться разведением снежных барсов? — спросил он.

Она кивнула в раздумье, силясь вспомнить, о чем они говорили.

— Их осталось очень мало. Если не заниматься этим, барсы могут исчезнуть навсегда.

Они помолчали.

— Ты послала приглашение Сэлу? — спросил Терри.

— Рано утром. Жду его звонка. — Она посмотрела на часы. — Вероятно, через час или чуть позже.

— Нам для приема потребуется дополнительная охрана, — сказал он. — Я бы хотел переговорить с ним об этом. Список гостей уже направлен в картотеку. Там все в порядке. Ты знаешь, что на прием приглашен и тот журналист, которого ты напугала?

— Да, знаю, — сказала она. — Но не думаю, что он рискнет здесь появиться.

— Что ты намереваешься сейчас делать? — поинтересовался Терри.

— Пойду в Большой дом. Собираюсь принять ванну. Можешь присоединиться ко мне. — Как только она произнесла эту фразу, то моментально поняла всю ее двусмысленность и покраснела. — Я хотела сказать… Не пойми меня превратно, — пробормотала она…

— Хо-хо. — Ее неосторожное приглашение вызвало в его воображении соблазнительную картину: обнаженная Молли Стоун плещется в воде.

Она рискнула бросить на него быстрый взгляд, а затем занялась складыванием бумаг.

— В гостевой комнате есть специально оборудованная ванна. Она снимает любую усталость.

— Спасибо.

— Через пару минут я встречу тебя у гаража.

Она выскочила из кабинета, не ожидая его согласия.

6

Молли открыла холодильник и вытащила оттуда два куска сырого ростбифа, овощи и несколько картофелин. Сложив снедь в пластиковые мешки, она уложила их в корзину.

Без сомнения, Терри уже поджидал ее у джипа. Ей же следовало сохранять выдержку, чего бы это ни стоило. Однако, вспомнив еще раз свои слова, она почувствовала, что у нее запылали щеки.

Можешь присоединиться ко мне. О! Она чуть не застонала от досады. Как у нее могла вырваться такая фраза. Она тяжело вздохнула и направилась к выходу из холла.

Ей никогда никого не приходилось обманывать, а саму себя тем более. Да, она видела в Терри привлекательного мужчину, ей было приятно его присутствие, но она никогда даже и не думала о том, чтобы принимать вместе с ним ванну.

Когда она вошла в вестибюль, то инстинктивно повернула голову в сторону клеток. Фред и Тед играли с любимым одеялом пантеры. Каждый тянул в свою сторону. Побеждал Тед.

— Фред, — позвала она.

Юноша оторвался от игры, а Тед тут же с рычанием потянул одеяло на себя, и Фред, потеряв равновесие, уселся на пол.

— Это нечестно, — пробормотал он обиженно, но, взглянув на Молли, быстро встал на ноги и отряхнулся. — Да?

— Я вместе с мистером Уорреном отправляюсь в Большой дом. Пожалуйста, накорми тигрят перед уходом и проверь, чтобы все было заперто.

— Будет сделано, — сказал он, улыбнувшись, и пошел за пантерой.

Терри стоял, прислонившись спиной к борту джипа.

Черная рубашка подчеркивала стройность его фигуры. Молли почувствовала, как у нее сильнее забилось сердце. Терри взял у нее корзинку и удивился ее весу.

— Что у тебя там? Камни?

— Обед, — сказала она, садясь в машину. — В доме я займусь подсчетом рюмок и тарелок. Следует прикинуть, чем мы располагаем, прежде чем я вызову поставщика. Плита в Большом доме значительно лучше, и, пока я буду работать, как раз успеет зажариться ростбиф.

Он сел рядом с ней и поставил корзину к себе на колени. Подъехав к Большому дому, Молли запарковала джип возле главного входа. Она достала ключи из кармана джинсов и открыла двери.

Войдя в дом, Терри даже присвистнул от восхищения.

— Ну и ну. Настоящий дворец. — Он внимательно оглядел высокие потолки и обитые штофом стены.

— А вот там находится столовая, — показала она.

Комнаты были просторными. Паркетные полы из бука, несмотря на наросший слой пыли, сверкали. Кремово-розовые обои поражали своей элегантностью. Вдоль стен стояли небольшие диванчики, накрытые чехлами, и стулья с высокими спинками. Круглые столы были сдвинуты к выложенному гранитом камину. Бархатные шторы с богатыми парчовыми подзорами закрывали широкие окна. Она указала, на закрытые двойные двери.

— Здесь мы устраиваем маленький зоопарк из молодняка.

Терри взглянул на помещение и поднял брови.

— Что-то подсказывает мне, что здесь не бывает овечек и козочек.

Она улыбнулась и покачала головой.

— Я привожу сюда только самых дружелюбных кошек. Геракла, например. Помнишь ту самую рысь в крайней клетке. Он обожает внимание. Да и спиленные когти позволяют возиться с ним. Приводим и парочку молодых кугуаров, которым нравятся люди. Ну и, конечно, Тед.

— А Тед не бросается на гостей? — спросил он.

— Нет. Я же говорила, что его прыжок свидетельствует о том, что ты ему нравишься.

Он потер шрам на руке.

— Если кто-нибудь из гостей будет вести себя неприлично, то позволим Теду урезонить нарушителя.

— Буду иметь в виду это предложение, — усмехнулась Молли.

Она перебросила корзинку в другую руку и начала подниматься по лестнице.

— Этот дом был построен в первой четверти XX века. Дедушка Джоанны разбогател, занимаясь строительством и лесоторговлей.

— Красивое здание. Но меня не удивляет, что ты не хочешь здесь жить.

— Я не люблю помпезности. Кроме того, очень дорого обходится его содержание, особенно отопление. Когда погода хорошая, то находиться здесь приятно, но зимой стоит жуткий холод.

На последней ступеньке Молли остановилась.

— Комнаты, где жила Джоанна, находятся в том крыле. — Она махнула рукой в противоположном направлении. — Там сейчас пусто. На содержании дома мы сэкономили кучу денег, да и мне удобнее быть рядом с кошками.

Он шел за ней, пока не наткнулся взглядом на стеклянный шкаф, тянувшийся вдоль стены длинного коридора.

— Это что? — спросил он, указывая на множество розеток и призов внутри шкафа.

Она включила верхний свет и встала рядом с ним.

— Моя тайная жизнь.

Он открыл шкаф и вынул оттуда одну из статуэток.

— Ты снайпер?

— Стрельба — одно из моих увлечений, — улыбнулась она.

Он пристально посмотрел на нее своими карими глазами.

— Сэл ничего мне не говорил.

— Я не уверена, что он об этом знает.

Он поставил статуэтку-приз на место.

— И ты можешь метко стрелять не только по мишеням?

— Если нужно.

Он оставался серьезным.

— Если кто-нибудь вознамерится утащить тигрят, ты готова защищать их?

Она прикусила губу. Его вопрос явно имел скрытый смысл — может ли она убить человека? Она подумала о тигрятах-альбиносах, безмятежно спавших в своей клетке, и медленно покачала головой.

— Я сделаю все, что будет необходимо.

Они стояли рядом друг с другом, и она ощутила горьковатый запах его тела, запах полыни.

В следующее мгновение она вытащила из корзинки полотенце и бросила его на плечо Терри.

— Ванная комната расположена там, — указала она на полуоткрытую дверь. — По-моему, ванна достаточно большая. Можно и поплавать.

Он огляделся.

— Здесь нет телефона?

— Один находится в моей комнате и еще один внизу, а кроме того, телефоны есть в самом питомнике. Не волнуйся, мы не пропустим звонка Сэла.

Молли откинулась на край ванны и вздохнула. Горячая вода плескалась у груди. Аромат шампуня возбуждал. Тихая музыка лилась из портативного приемника. Молли чувствовала себя на седьмом небе. Напряжение спало, и она закрыла глаза. В голове роились мысли, связанные с предстоящим приемом спонсоров: ей предстояло продумать меню, побеспокоиться о посуде и расстановке мебели. Но сейчас ей не хотелось думать об этом.

Веки потихоньку закрывались. Волны музыки баюкали, погружая в нежную мелодию. Молли опустилась ниже, пока вода не закрыла ей шею. Теплота напоминала о прикосновении руки Терри к ее плечу, и она почти физически ощутила близость его тела.

Она так резко села, что вода перелилась через край ванны. Прохладный воздух заставил ее поежиться. Следовало забыть о Терри! Она поджала колени к груди и обхватила их руками. Она ничего не могла поделать с нахлынувшими на нее чувствами. Значит, нужно делать вид, что с ней ничего не происходит.

Она вышла из ванны и растерлась досуха, заставляя себя думать о предстоящем приеме и тигрятах. Не одеваясь, она прошла в спальню. Взяла чистое белье, которое захватила с собой, надела трусики из мягкого хлопка и белый лифчик. Ничего шелкового. Покончив с последней застежкой, она вздохнула. Разве это главное? Кошкам безразлично, во что одета их покровительница. Поэтому неразумно тратиться на изысканное белье. Кроме нее самой, никто этого не видит.

Она подошла к гардеробу и открыла дверцу. На вешалках висело около дюжины платьев, внизу стояли три коробки с обувью. На верхней полке лежали чулки.

Это ее выходные наряды. В них она появлялась на приемах. Но эта часть жизни не имела для нее особого значения. Она коснулась пальцем вечернего платья из темно-синего бархата. Когда она надевает его, то совершенно преображается. Самые чванливые и богатые гости стараются заговорить с нею, но она скромно опускает глаза. Зажиточные дамочки признают ее своей и доверительно шепчутся о самых лучших модельерах и стилистах. Жены восторгаются красотой кошек, мужья, в тайне от них, назначают ей свидания.

Молли тряхнула головой и закрыла дверцу. Не все такие, напомнила она себе. Многие гости приезжают сюда, потому что искренне интересуются кошками. Фонд требовал средств для поддержания питомника, а это означало, что она должна играть предназначенную ей роль.

Она вытащила джинсы и трикотажную блузку.

Иногда ей хотелось быть иной. Не той искусственно улыбающейся дамой в вечернем бархатном платье, не сухим профессионалом в джинсах и ботинках, заботливо следящим за самочувствием и здоровьем своих питомцев, но… женщиной. Просто женщиной, которая любит своего мужа, растит детей, занимается хозяйством. И иногда для собственного удовольствия, а не по воле обстоятельств, наряжается в красивые платья…

Впрочем, нет. Что значат эти роскошные туалеты и изящные туфельки? Играть роль вешалки неинтересно. Ей хотелось иметь рядом близкого человека, появляться с ним всюду вдвоем, чтобы окружающие завистливо шептали: «Посмотрите, какая красивая пара». У нее не было ничего этого. Она привыкла к одиночеству, и оно уже не тяготило ее. Но она была готова одарить кого-то своей нежностью и любовью. Только вот человека, который был бы достоин ее любви, она еще не встречала. Ей трудно было угодить.

Она считала, что самое безопасное — отдавать всю свою любовь кошкам. По крайней мере, она знала наверняка, что они нуждаются в ней.

Молли натянула на себя через голову белую трикотажную блузку и взяла щетку для волос. Вытащив шпильки, она распустила волосы и принялась их расчесывать.

Как только она закончила их укладывать, на тумбочке зазвонил телефон. Она взяла трубку.

— Алло.

— Скажи-ка, у тебя нет никаких неприятностей? — спросил Сэл.

Она засмеялась.

— Почему ты всегда думаешь, что происходят одни только неприятности?

— Такая у меня работа, Мол. Как ты там?

Она лаконично сообщила ему о состоянии тигрят и рассказала, какие меры безопасности принял Терри.

— Терри хочет сам тебе рассказать о приеме спонсоров, который состоится в конце недели. Мы предполагаем, что у нас будет около ста двадцати гостей. Мне известно, что он намерен увеличить число охранников.

— Я категорически возражаю против приема, — после долгой паузы пророкотал Сэл.

— Мне не нужно ничье разрешение, — твердо ответила Молли.

— Ты же знаешь, что эти тигрята представляют большую ценность. И я не хочу, чтобы с ними что-то случилось.

— Я понимаю и буду рада сохранить их для тебя. Но ты поручил мне заботиться о них, ни о чем не предупреждая. А этот прием был запланирован еще несколько месяцев тому назад. Если ты ассигнуешь мне полмиллиона долларов, тогда я, может быть, и отменю его.

Сэл молчал.

— Я пойду позову Терри, — сказала она.

— Хорошо, — вздохнул Сэл.

Она положила трубку на кровать и пошла в гостевую. Постучала в дверь, но он не отвечал. Она постучала еще раз.

— Терри, Сэл ждет тебя у телефона.

Молчание. Может, он заснул в ванне? Она постучала в третий раз и толкнула дверь. Когда она вошла в комнату, дверь ванной отворилась и вышел Терри.

Совершенно голый, он выглядел несравненно более красивым, чем любая дикая кошка. Неяркий свет превращал его загорелое тело в золотистое. Он был как бы соткан из мышц.

Терри поспешил закрыться полотенцем. Она взглянула ему в лицо. И, встретившись с ним взглядом, поняла, что он совсем не похож на диких кошек, которых она любила. Перед ней стоял мужчина, которого она хотела.

Он улыбнулся ласкающей мужской улыбкой. Почва чуть не ушла у нее из-под ног.

— Сэл на телефоне, — пробормотала она, повернулась и выскочила из комнаты.

Терри бросился за ней.

— Мол, подожди.

Но она уже пробежала почти половину лестницы. Он остановился, колеблясь между обязанностью и желанием, затем повернулся и направился в ее спальню к телефону.

— Да! — рявкнул он в трубку.

— Заставляешь себя ждать, — заметил Сэл. — Чем ты, черт возьми, там занимаешься?

Терри присел на край кровати и провел рукой по влажным волосам. Все как-то глупо получилось. Но выражение ее лица… Разве можно этому сопротивляться? Когда в последний раз он видел женщину, которая с таким восхищением и откровенным желанием смотрела на него?..

— Терри, ты слышишь?

— Что ты сказал?

— Расскажи-ка мне о приеме.

Терри вкратце обрисовал ситуацию. Он заставил себя забыть то, что произошло с Молли, и постарался сконцентрироваться на деле.

— Я хочу, чтобы ты прислал сюда команду. Я уже направил список гостей в твое управление. К сегодняшнему дню проверка выявит, нет ли среди них лиц с дурной репутацией.

— Я позабочусь об этом, — пообещал Сэл.

Потом Терри сообщил о принятых им мерах безопасности.

— Можешь достать мне смокинг? — спросил он. — Прием, который устраивает Мол, носит официальный характер.

Сэл засмеялся.

— Ну и просьба! Я пошлю тебе свой. У нас вроде один размер.

— У тебя есть смокинг?

— Служба требует, парень.

Терри поморщился.

— Я никогда не видел тебя в нем, Сэл. Ты же отказываешься от всех официальных раутов.

Шеф молчал целую минуту.

— Отказывался, потому что не мог никого видеть после того, что случилось с Кейт и сыном.

— Прости. — Терри почувствовал себя чертовски неуютно. Он затронул больную тему, совсем не подумав.

— С тобой могло быть намного хуже, — сказал Сэл. — Оперативники стареют.

— Не понял. Это означает, что придется протирать штаны за столом? — Терри переложил трубку из одной руки в другую. — Лучше уж умереть. Я готов все бросить и снова включиться в живую работу. Там хоть врага видишь.

— Когда изменишь свою точку зрения, дай знать. Тебя не ждет повышение. Что у тебя еще? — спросил Сэл.

Терри глубоко втянул в себя воздух. Сэл — единственный человек, у которого он может узнать правду.

— Рой погиб во время взрыва?

Молчание.

— Я вспомнил о складе, который загорелся. Теперь я должен знать подробности. — Терри ждал, но Сэл не отвечал. — Скажи мне, — продолжал настаивать Терри. — Я же помню, что пошел туда, чтобы помочь Рою. Черт возьми, он был моим другом. Имею же я право знать, что с ним случилось! — Он прижал телефонную трубку с такой силой, что пластик чуть не треснул. — Это я убил его?

— Это действительно тебя трогает? — спросил Сэл.

— Да.

— Ты его не убивал.

Терри наклонился вперед и уперся локтями в колени. Он слышал, как Сэл перебирает бумаги.

— Я рад, что тебе стало лучше, — продолжил Сэл. — Предложение остается в силе. Будь осторожен и побереги Мол, парень. Я позвоню. — Сэл повесил трубку.

Чувство огромного облегчения охватило Терри. Он не убивал Роя. Слава Богу! Он опрокинулся на кровать и уставился в потолок. Как он мог потерять самообладание? За время его службы с ним такого не случалось. Он не задумывался, что делать, когда враги стреляли в него. Но Рой? Терри сел и потер щеку. Вот почему он предпочитает не иметь ни с кем дружеских отношений. Они всегда осложняют жизнь.

Если бы Сэл приказал ему убить Роя за то, что тот стал изменником, смог ли бы Терри так поступить со своим другом? На мгновение он задумался, а потом мотнул головой. Да, он хороший оперативник, черт побери. Он выполняет приказ. Но почему же он, человек, соглашается по приказу убивать других людей?

Ему не нравился этот вопрос. Он поднялся и направился в гостевую, намереваясь поговорить на эту тему с Молли.

Однако позже такое желание испугало его. Он не привык делиться своими неприятностями.

Он мысленно вернулся к разговору с Сэлом. Ведь Сэл так и не ответил, погиб Рой при взрыве или нет. Изворотливый дьявол, подумал Терри и попытался представить, как бы поступила Молли при таких обстоятельствах. Она…

Терри выругался. Он вдруг вспомнил, как она убежала от него. Потуже закрутив на себе полотенце, Терри уверенно поспешил вниз.

Молли он нашел в кухне у шкафов, наполненных стеклянной посудой. Она сидела на высоком стуле, положив на колени большой блокнот. Солнце, заглядывающее в окно, освещало ее нежный профиль.

Она его не замечала. Он прислонился к дверному косяку и стал рассматривать ее, отметив, что у нее красивый, чуть вздернутый нос. Он изучал движения ее безмолвно шевелившихся губ. В такт ударам сердца на шее у нее билась жилка. Тонкая белая блузка была заправлена за пояс джинсов. Волосы аккуратно зачесаны назад. Когда она протянула руку, чтобы отодвинуть бокалы, он увидел плотную выпуклость груди. Ее форма и объем почти соответствовали его ладони.

— Мол. — Он позвал ее, как будто спросил.

При звуке его голоса она вздрогнула и обернулась. Краска залила ее щеки. Она подняла блокнот, прикрывая им грудь как щитом. Глаза ее смотрели мимо него.

— Обед будет через час, — тихо сказала она. — Я только что поставила варить картошку. Мне нужно закончить подсчет столовых приборов, а ты можешь посмотреть телевизор в гостиной или там, где тебе удобно.

— Мол, — сказал он снова.

Она продолжала отводить от него глаза. Он подошел к ней и дотронулся пальцем до щеки. Он нежно поглаживал ее атласную кожу до тех пор, пока она не взглянула на него.

Ему нравилось, как она краснеет. Он вспомнил ее смущенный вид, когда она произнесла двусмысленную фразу, приглашая присоединиться к ней в ванной.

— Посмотри на меня.

Но вместо того чтобы поднять голову, она отвела его руку и отвернулась.

— Почему я не могу полюбоваться тобой? — настаивал он.

— Оставь меня.

Он не послушался. Должна же она смягчиться. Он сжал зубы. Проклятье, к чему скрывать правду. Он не может оставаться равнодушным к ней. У него не было, друзей. Только Рой и Сэл. Рой мертв, и Терри не знал, по какой причине. А Сэл — начальник и мужчина. Он взял ее за плечи. Блокнот упал на пол. Она взглянула ему прямо в глаза.

— Ты упрямая, — сказал он.

Губы у нее дрогнули в некоем подобии улыбки.

— Я знаю.

— Нечего смущаться. Мне хочется, чтобы ты на меня смотрела.

Ее щеки заалели. Она постаралась освободиться, но он крепко держал ее за плечи. Она даже не могла двинуться со стула.

— Перестань, — сказал он и наклонился, чтобы поцеловать ее. Своим поцелуем он намеревался только успокоить ее, но, коснувшись ее губ, он понял, что совершает тактическую ошибку. Она была нежной, очень нежной, и ее податливость возбудила его.

Желание напоминало острый укол. Он попытался объяснить свое состояние тем, что очень давно не спал с женщиной. И в результате при виде любой из них начинаешь терять голову. Но он думал не о любой женщине. Он думал о Молли. Когда он отпустил ее плечи, она вздохнула.

Он снова поцеловал ее в губы, взглянул ей в глаза. На него смотрели огромные голубые озера. Она выглядела растерянной и скованной. Он чувствовал ее состояние. Не ощути Терри такого сильного возбуждения, он бы отступил, взял бы себя в руки. Но…

— Терри, — прошептала она, и тут он совсем лишился выдержки. Он тесно прижался к ней, раздвинул ее ноги так, что оказался между ними. Обнял ее, касаясь ее тела своей обнаженной грудью. Руки Молли гладили его спину. Их нежные прикосновения резко контрастировали с ее обычной сдержанностью. Он застонал.

Не давая ей возможности вырваться, протестовать, он снова коснулся ее влажных губ, от которых уже не смог оторваться.

Перед его приходом Молли не находила себе места, переживая неловкость оттого, что застала его абсолютно голым. Теперь же, вспомнив его красивое обнаженное тело, она отбросила смущение и со страстью отвечала на его поцелуи.

От него исходил аромат мыла и какой-то специфический мужской запах. Запах самца. Его язык нежно касался внутренней поверхности ее губ. Его настойчивые движения заставили ее приоткрыть губы. Это было восхитительно: чувствовать своим телом его тело, ощущать на губах его целующие губы.

Его язык коснулся кончика ее языка. Внутри будто что-то взорвалось, обдав ее нестерпимым жаром, словно поднесли спичку к сухому хворосту. Огонь охватил ее руки и ноги. Желание росло, усиливалось, заставляя ее изнывать от сладкой боли. Она отвечала на каждое его прикосновение, стараясь теснее сплестись с ним. Ее пальцы гладили его влажные волосы, плечи, спину.

Он поцеловал ее в щеку, затем в шею, туда, где кончался ворот блузки. Она задохнулась, откинула голову назад, требуя большего.

Обе его руки двинулись к талии, затем поднялись выше, к налившимся грудям. Она подалась назад, давая ему возможность свободнее двигаться, но он снова впился в ее губы. На этот раз она сама проявила инициативу и просунула свой язык в его полуоткрытый рот. Она никогда еще не переживала такого взрыва страсти. Она никогда еще не чувствовала такого настойчивого желания отдаться мужчине. Она жаждала их соития. Без пустых слов, без обещаний, без фальшивых заверений.

Он поднял ее блузку, торопливо расстегнул лифчик. Она сжимала его крепкие ягодицы. Когда он коснулся ее обнаженной груди и дотронулся пальцами до сосков, она придвинулась к Терри так, что низ ее живота плотнее прижался к его внушительной выпуклости под полотенцем.

С каждым выдохом он шептал ее имя. Поддерживая ее за бедра, он помог ей обнять его спину ногами.

В ее жизни были только два любовника. Каждая физическая близость с ними начиналась медленно, неуклюже, с ощупывания и сопения. Теперешние ее ощущения не шли ни в какое сравнение с прежними.

Он расстегнул пуговицу на ее джинсах. Молли наклонилась вперед и поцеловала его голую грудь. Она дотронулась губами и языком до его соска. Это прикосновение вызвало у него крупную дрожь. На какую-то секунду она почувствовала, что погибнет, если не удовлетворит своего желания. Он взялся за молнию и потянул вниз. Но как только его руки оказались внутри джинсов, он вдруг покачнулся.

Молли выпрямилась и обняла Терри за пояс, чтобы помочь ему сохранить равновесие. Он схватился за угол буфета. Глаза их встретились.

— Что-то с ногой, — прохрипел он, глядя на повязку.

Она медленно кивнула. Вернулся самоконтроль, вытеснив куда-то страсть.

— Мы продолжим наверху, — сказал он.

Она прикусила верхнюю губу. Сможет ли она? Соитие, как у кошек, без мысли, только ради потребности? Раньше она никогда не понимала подобного поведения у людей. Оба прежних любовника претендовали на обладание ее сердцем еще до того, как она отдала им тело. К сожалению, позднее они более не интересовались ни тем, ни другим.

Она посмотрела на Терри, на его фигуру, слегка прикрытую полотенцем. Да, она хотела его. Но разве этого достаточно? Он был как снежный барс. Красивый, дикий. Есть причины восхищаться им издалека, но никогда не требовать большего.

— Я не могу, — прошептала она.

Он с трудом проглотил слюну, затем дотронулся до ее щеки, заставив взглянуть на него.

— Понимаю. Желания больше нет.

— Да, — солгала она. — Наверное, нам следует забыть обо всем…

Его губы скривились в усмешке.

— Ты можешь, Мол, а я не намерен ничего забывать.

7

— Необыкновенно вкусно, — сказал Терри, отрезая себе еще ломоть ростбифа.

Молли уткнулась в свою тарелку, не поднимая глаз и ничего не отвечая. За последние десять минут она была награждена тремя комплиментами. Не слишком ли много и не для того ли, чтобы поскорее забыть все, что случилось несколько минут назад.

Она считала себя виноватой. Ей не следовало отвечать на его ласки. Не стоило показывать ему, что она питает к нему нежные чувства. Она вздохнула. И чего она уставилась на него, когда он вышел из ванной голым. Украдкой бросив на него взгляд, Молли увидела, что он не отрываясь смотрит на нее. Она не могла справиться со смущением, хотя сейчас он был одет и сидел с таким видом, будто ничего не произошло. Возбуждение еще не остыло в ней, и, как она ни пыталась его скрыть, ее выдавали пылающие щеки. Она положила вилку и еще раз глубоко вздохнула. Им предстоит работать вместе. Кажется, он всерьез отнесся к ее просьбе забыть о том, что произошло. Сначала он с негодованием воспринял ее слова, а сейчас как будто и впрямь решил выкинуть все из головы.

— Должно быть, ты считаешь меня набитой дурой, — сказала она наконец.

Он отрицательно покачал головой.

— Какая же ты дура, напротив, я думаю, что ты очень умная женщина и к тому же блестяще готовишь мясо.

Она слабо улыбнулась.

— Это грубая лесть.

— Разве? Ах да, понимаю. Ты хочешь, чтобы я извинился?

— Похоже, ты ждешь, чтобы я сделала это?

— Вовсе нет.

— Ну конечно. Все это ничего не значит. Хорошо, оставим эту тему. Лучше скажи, собирается ли Сэл прислать тебе подкрепление?

Он поставил тарелку на буфет.

— Это его забота. Он также учтет все последние изменения в списке приглашенных.

Заведя руки за голову, он откинулся на спинку стула.

— Знаешь, — сказал он, растягивая слова, — тебе следует найти достойного мужа, и все твои хлопоты относительно снежных барсов отойдут на второй план.

Она улыбнулась.

— Для таких дел приличных мужчин почти не осталось. Большинство уже обзавелось семьями, а те, кто свободен, не проявляют никакого интереса к животному миру.

Терри не раз видел, как она улыбается. И по правде говоря, каждый раз у него от восхищения екало сердце. Но нынешняя улыбка совершенно преобразила ее лицо: глаза засветились, и вся она стала необыкновенно притягательной.

Он поднялся со стула.

— Ладно. Я помогу тебе пересчитать тарелки.

С трудом передвигаясь, он принялся убирать со стола. Про себя он думал, что начинает потихоньку сходить с ума. Ему определенно кажется, что она готова ему отдаться. Если бы тогда, на кухне, он не обратил внимания на боль в ноге, то теплое, податливое, трепещущее тело Молли подчинилось бы его рукам. Но — прочь подобные предположения. Если бы он поступил так, то грохнулся бы со стула и сломал себе шею. Ни Молли, ни Сэлу тогда он не будет нужен. И сразу же мысль о Сэле напомнила ему, что память еще не вернулась. Самое главное, он теперь знал, что Роя убил не он.

Молли взяла стопку тарелок и понесла на кухню.

— Здесь сто штук, — сказала она. — Нам не хватает еще пятидесяти.

— Слушай, а почему ты не выходишь замуж? — спросил он.

Она вскинула голову, удивившись его вопросу.

— Предложений не поступает.

— Но кто-то же пытался?

— Было дело. Сокурсник по колледжу. Я думала, что у нас получится, но после окончания учебы он решил исчезнуть. В день свадьбы он упаковал свои чемоданы и смылся. Я звонила ему, но телефон был отключен…

Терри почувствовал себя неловко.

— Прости, что задал такой вопрос, — сказал он.

Ему почему-то захотелось отыскать того парня и набить ему морду. Он сполз со стула и взял оставшиеся тарелки. Впрочем, подумал он, какое отношение я имею к тому сопляку? Кстати, а как бы он сам повел себя, если оглянуться на прошлое?

Она собрала кружки со стола и поставила их в мойку.

— А ты сам? — спросила она. — Не надоело еще жить бобылем?

Он ждал подобного вопроса. Как правило, он ни с кем не обсуждал свои личные дела, но с ней ему хотелось быть откровенным.

— Однажды у меня была подружка, но мы разошлись, — сказал он и пошел с посудой на кухню. Молли последовала за ним.

— Должно быть, ты ее очень любил.

Терри испугался, что посуда выскользнет у него из рук, и поторопился поставить ее на буфет. Почему обязательно кого-нибудь любить? Нет, он не любил ее, потому что вообще никого не любил. Не имея ни к кому привязанности, перемещаться с места на место удобней, быстрей и безопасней.

Он уже открыл рот, собираясь сказать правду.

— Я…

Голубые глаза Молли округлились в ожидании. Под внешней оболочкой сдержанности у Молли скрывался романтический характер. Она продолжала верить в чистую любовь и крепкое семейное счастье. Ее отношение к кошкам подтверждало это. Если потребовалось бы убить кого-нибудь, он бы сделал это не задумываясь, но нанести удар по ее вере оказался не в состоянии. Он почувствовал себя неловко оттого, что приходилось врать, хотелось взять свои слова обратно и сказать правду, но момент был явно упущен. Она понимающе кивнула.

— Тебе трудно ее забыть. Я знаю, что это такое. Нет, это меня не касается. Если бы меня так любили, я бы никогда не рассталась с этим человеком. — Эту фразу она произнесла с затаенной грустью. — Мой отец любит точно так же. Нет, не мою мать, а свою вторую жену. Когда я была маленькой, отцу часто приходилось ездить по делам. Мы подолгу ожидали его возвращения, переезжали с места на место или вместе с ним. Мы с матерью просили его подыскать другую работу, не столь беспокойную, которая позволила бы нам всем постоянно быть вместе. Но он отказался. — Она посмотрела на Терри. — Он напоминает мне тебя. Он тоже придерживался собственной линии поведения. Когда мама умерла, он отправил меня в школу-интернат на два года. Я очень не хотела расставаться с ним, но он сказал мне, что это единственно правильное решение.

Терри уселся на стул.

— И что же дальше?

— Он встретил другую женщину. Она отличается от мамы, но человек она хороший. Мне она нравится. Перед тем как выйти замуж, она потребовала от отца сменить работу. Он поступил так, как она хотела. Сейчас они живут в Лас-Вегасе. Он работает в казино. У них три маленькие дочки, и папа проводит с ними все свободное время. Он ходит на футбол и на школьные соревнования. — Она глубоко вздохнула. — Короче, уделяет им много внимания, которого была лишена я.

— Молли, я…

— Не стоит ничего говорить, — сказала она. — Я не злюсь. Но, говоря по правде, я им завидую. Завидую отношениям между отцом и мачехой, завидовала Сэлу и Кейт. Должно быть, это прекрасно, когда в ком-то видишь надежного и преданного друга. Я бы тоже хотела этого, но увы, мне так и не довелось встретить человека, который бы меня так любил. Я понимаю, почему ты не можешь забыть свою женщину, Терри. Она, вероятно, замечательный человек.

Если чуть раньше он чувствовал себя неловко, то сейчас ему показалось, что он проглотил змею. Ему хотелось разубедить Молли, сказать ей, что отношения не всегда бывают такими замечательными, как она себе их представляет. Любовь бывает и ненастоящей. За любовь порой принимают обычное сексуальное влечение. В своей жизни он еще ни разу не любил ни одной женщины. Но если бы он сказал ей то, что думает, то, наверное, совсем бы испортил ей настроение. Он встал и взялся за посуду. Лучше всего оставить ее в покое, пусть она верит в то, во что хочет верить. Для них обоих так будет лучше.

Когда он проходил мимо нее на кухню, она приподнялась и дотронулась до его руки.

— Терри…

— Не надо, Молли. Давай обойдемся без слов.

Она кивнула и отдернула руку.

Он чувствовал, что она расстроена. В нем все кипело, но он не знал такого средства, которое могло бы ее утешить. Вот почему он всегда боялся серьезно увлечься. Вопрос взаимоотношений казался ему непреодолимым барьером.

Следующий день — день после поцелуя, как она его назвала, — тянулся ужасно медленно, но она заставила вести себя с Терри самым обычным образом. Каждый старался погрузиться в свои дела, но тем не менее эхо неутоленной страсти все время отзывалось в ней. Она знала, что после его отъезда ей будет очень одиноко.

— Когда приедет остальная охрана? — спросила Молли. — Я видела, что вчера прибыла первая команда из четырех человек.

Он посмотрел на часы.

— Не позже чем через час. Тигрята будут находиться в центральном здании под охраной. Только мы сможем посещать эту часть здания.

— Пожалуйста, предупреди охранников, чтобы они не играли с малышами.

Терри и Молли подошли к дому. Он открыл дверь, пропуская Молли.

— Ты немного волнуешься, — заметил он, вглядываясь в нее.

— Терпеть не могу эти приемы. Они всегда действуют мне на нервы.

— Почему?

— У меня немеют щеки от того, что я должна постоянно улыбаться и отвечать на бесконечные глупые вопросы о пантерах и леопардах. Приходится напоминать всем, что звери с каждым днем утрачивают свои естественные привычки и их становится все меньше и меньше на земле. После подобных разъяснений спонсоры подписывают мне чеки.

— Когда явятся твои помощники? — спросил он Молли, зная, что на приемах обычно заняты три смены. Они должны привести кошек в Большой дом и показать их гостям.

— Ребята будут на месте вовремя. А я сейчас собираюсь зайти в Большой дом и проверить, как обстоит дело с угощением. После этого приготовлюсь к параду.

— Увидимся на приеме.

Молли скрылась в доме. Внутри все сверкало. Хрустальные люстры были тщательно промыты. На каминной доске стояли вазы с яркими цветами. Молли переговорила со старшей экономкой и, удостоверившись, что во всех комнатах наведен порядок, поднялась к себе.

Она придирчиво осмотрела свой гардероб. В такие вечера она становилась похожей на других женщин, красилась и укладывала волосы. Дорогие платья уравнивали ее с гостями. Прежде она довольно равнодушно относилась к тому, как выглядит. Но нынешний вечер был во всех отношениях особенным, и она должна предстать на нем во всем блеске.

Терри поправил револьвер, затем положил в карман пиджака переговорное устройство. В доме стояла тишина. Обслуживающий персонал возвратился в задние комнаты, чтобы переодеться в униформу. Гости пока еще не прибыли. Как всегда, когда начиналась какая-нибудь операция, он был особенно собран и спокоен.

Его внимание привлек тихий шорох. Он повернулся и посмотрел вверх, на лестницу. Там, на площадке, опершись на перила, стояла Молли.

Длинное кремовое платье облегало ее складную фигуру, подчеркивая прелестной формы грудь, узкую талию и округлые бедра. Сверкающие блестки украшали ее плечи, спускаясь ниже, до самой талии. Воздушные рукавчики доходили почти до локтей. Светло-кремовые замшевые туфельки оттеняли ее загорелые узкие лодыжки.

Пока она спускалась вниз, он не отрываясь смотрел на нее. Синяя тушь превратила ее глаза в два глубоких, таинственных голубых озера, яркая помада придавала особую пикантность ее губам. Роскошные серьги почти касались обнаженных плеч. Зачесанные кверху волосы полностью открывали лицо. Завитки кольцами окружали шею. Она выглядела неотразимой.

Когда она остановилась на последней ступеньке, Терри сделал шаг ей навстречу. Он на мгновение пожалел, что не успел надеть смокинг. Ему вдруг очень захотелось стоять с ней рядом, на равных. Приветствовать гостей не на положении наемного охранника, а в качестве хозяина дома. Она постаралась улыбнуться, но губы у нее дрожали.

— Я могу расценить твое молчание как комплимент, — сказала она, сплетая ладони. — Если тебе не нравится, как я выгляжу, то лучше помолчи. Я очень нервничаю.

— Ты выглядишь грандиозно, — сказал он, потрясенный таким перевоплощением.

— Правда? — вспыхнула она. — Спасибо. Я просто вся трясусь.

Он взял ее руки.

— Перестань. Ты просто бесподобна, Молли…

— Что? — Тень беспокойства пробежала по ее лицу. — Что-нибудь не так? Волосы? Тебе не нравится…

— Нет, наоборот. Мне очень нравится… Твоя помада…

— Но почему ты…

Он наклонился вперед и коснулся ее губ своими губами. Ее веки затрепетали и закрылись. Он почувствовал, как вздрогнуло ее тело. Он уже был готов прижать Молли к себе, когда услышал шаги на крыльце. Он поспешно отступил назад.

Молли почувствовала легкое головокружение. Будто во сне она дотронулась до своих губ, а Терри поспешил стереть со своего рта следы помады. Входная дверь приоткрылась, и в нее просунулась голова Фреда.

— Гости собрались, — сказал он. — Вас ждут.

8

Стив Бернард нетерпеливо постукивал пальцами по рулю. В веренице машин, выстроившихся около ворот, он был следующим. Стоявший перед ним лимузин медленно въехал на территорию питомника. Бернард снял ногу с тормоза, и его машина подкатила к открытым воротам, около которых стоял вооруженный охранник.

— Добрый вечер, сэр, — кивнул он Бернарду и взял протянутый пригласительный билет. Он внимательно изучал кусочек плотной бумаги кремового цвета. — Ваше имя?..

— Брук, — сказал Бернард. — Гарри Брук из «Кей-Ньюс».

Репортер и его продюсер Гарри Брук были приглашены на этот торжественный прием. Звонок на телестудию подтвердил, что Брук в городе отсутствует. В обязанности охраны входила проверка каждого гостя. Для Бернарда представиться не очень известным публике продюсером казалось безопаснее всего — репортера многие знали в лицо.

— Могу я взглянуть на ваши водительские права? — спросил охранник.

Бернард вытащил поддельную карточку. Именно за это ему нравился Лос-Анджелес. Здесь можно купить все что угодно. Водительские права были сделаны по высшему разряду, самый придирчивый полицейский не мог ничего заподозрить.

Охранник взглянул на фотографию, потом на его физиономию, улыбнулся и вернул права.

— Поезжайте по дороге до одноэтажного здания, сэр. Приятного вам вечера. — Напротив фамилии Гарри Брука он поставил галочку в списке гостей.

Бернард нажал на газ. Его автомобиль с тонированным задним стеклом двинулся вперед, минуя поднятый шлагбаум, и выехал на асфальтированную дорогу. Бернард нащупал под пиджаком пистолет и самодовольно ухмыльнулся. Первая фаза была пройдена.

Молли приветствовала гостей, собравшихся в зале. Она старалась не смотреть на часы. С начала приема прошло только пятнадцать минут. Зал был переполнен. На лице у нее застыла маскообразная улыбка. Чего она нервничает? Подобные вечера всегда длились долго и проходили без каких-либо происшествий.

Ее внимание привлек импозантный человек в смокинге, обтягивающем его широкие плечи. Он стоял в конце зала. Терри. Сегодня он совсем не походил на себя. Она привыкла видеть его в джинсах. Смокинг здорово изменил его внешний вид. Черная ткань вечернего костюма подчеркивала его сильную и крепко сбитую фигуру. Он легко двигался по залу, наблюдая, раскланиваясь, но в основном старался держаться в тени. Она стремилась перехватить его взгляд, но он полностью сосредоточился на происходящем и не замечал Молли. Его мощная фигура излучала какие-то флюиды, которые заставляли женщин оборачиваться, а мужчин отступать в сторону, пропуская его. В его присутствии Молли чувствовала себя в полной безопасности.

Молли вышла из зала и прикрыла за собой дверь. Взглянув на часы, она решила, что пора навестить тигрят. Питомник находился примерно в миле от Большого дома, однако если идти по тропинке через лес, то можно сэкономить время. От лампочек, развешанных по ветвям деревьев и высоким кустам, было светло. Позднее ей придется сопровождать гостей в питомник, чтобы показать им два новых вольера, сооруженных на средства спонсоров.

— Куда ты так торопишься? — раздался за ее спиной голос Терри.

Вздрогнув от неожиданности, она обернулась.

— Откуда ты взялся?

— Я видел, как ты вышла.

— А мне казалось, что ты совсем не смотришь на меня, — пробормотала она, сразу же пожалев о вырвавшейся фразе.

— Когда я на работе, то замечаю все, что происходит вокруг. Ты даже не подозревала, что я внимательно наблюдаю за тобой. Так куда же ты направляешься?

— Проведать тигрят. И заодно предупредить охрану, что через полчаса приведу гостей. Охранникам следует проявлять твердость, но быть вежливым.

Терри взял ее за руку и повернул лицом к Большому дому.

— Я сделаю все сам, а ты возвращайся обратно и развлекай гостей.

— Но я…

— У тебя все отлично получается. Всем очень хорошо и весело. Никому и в голову не приходит, что ты нервничаешь.

— Откуда ты знаешь?

— Знать — моя работа. Прошу тебя, иди. — Он помахал ей рукой, скрываясь за деревьями. — Через полчаса увидимся около вольеров.

Бернард прятался за спинами гостей. Управляющая, эта Молли Стоун, произносила речь о бескорыстном поступке спонсоров, которые пожертвовали деньги на сооружение новых просторных клеток. Он сделал несколько шагов в сторону и растворился в тени. Пробил его час. В то время, когда все будут увлечены осмотром, он должен отыскать тигрят.

С помощью нескольких банальных вопросов он понял, что они не будут представлены на обозрение. Это упрощало ему задачу. Как пояснила одна словоохотливая дама, зверята находятся под охраной в основном здании. Повернувшись на каблуках, он уставился на низкий одноэтажный домик, находившийся перед ним. В нескольких окнах горел яркий свет. Значит, они там.

Он направился к задней части дома, считая окна и прикидывая, в какой из комнат могут находиться тигрята. Густые кусты мешали ему беспрепятственно двигаться вокруг здания. Он направился к стеклянным дверям. На его счастье, они оказались незапертыми.

В вестибюле с правой стороны светились указатели мужского и женского туалетов. Слева тянулся коридор с чередой дверей. Туда он и решил пойти сначала.

Бернард сунул руку в карман и нащупал рукоятку пистолета. Толкнув первую дверь, он оказался в помещении, где стоял металлический стол, а по стенам располагались полки с лекарствами и бинтами. Ясно, решил он, здесь находится медпункт. Он пошел дальше, открывая дверь за дверью. Наконец за одной из дверей оказалась небольшая комната, все пространство которой занимала клетка. Он удовлетворенно улыбнулся. В центре клетки, свернувшись на одеяле клубочком, спали тигрята. Прекрасно, подумал он. Взять их отсюда совсем просто…

— Простите, сэр. В это помещение входить нельзя.

Он обернулся на голос. На него несколько растерянно смотрел вооруженный охранник, одетый в форму цвета хаки. Бернард решил рискнуть и убрать его, тем более что большого труда это не составит. Охранник выглядел хлипким и был ниже его ростом — не больше шести футов. Пока он раздумывал, появился еще один.

— Какие-нибудь проблемы?

— Я объяснил джентльмену, что входить в это помещение запрещено.

— Это моя оплошность, — сказал Бернард, прикидывая, что справиться с двумя парнями ему уже не под силу. Будет шум, что неизбежно привлечет сюда и других стражей. — Я просто искал туалет.

Первый охранник улыбнулся и отступил назад.

— Он находится в конце коридора, сэр. На нем есть указатель.

— Спасибо.

Бернард вернулся в холл. Проходя по коридору, он запоминал двери, чтобы, когда понадобится, сразу же найти интересующую его.

Он вышел через главный вход на парковочную площадку. Там собрались шоферы, болтая друг с другом. Он обошел машины, нашел свою, подогнал ее как можно ближе к центральному зданию.

Тигрята находились во второй от конца комнате. Он закрыл глаза, мысленно представляя план комнаты. Стульев там не было. Охранники находились при тигрятах, как видно, постоянно. Ему следовало подготовиться к тому, чтобы быстро и бесшумно обезвредить одного или сразу обоих охранников. Нужно обойти здание, невзирая на густой кустарник вокруг, и разбить окно. Деревья скроют его со стороны автостоянки и облегчат работу. Он осмотрел жалюзи, установленные на окнах. Затем проверил карманы. Те инструменты, которые он захватил с собой, позволят ему осуществить задуманную операцию. Но пока надо выждать время. Он поправил смокинг и направился к вольерам.

Терри хотел как можно скорей увести гостей из центрального здания, но Молли предложила им осмотреть дом, заглянуть в любую из комнат, кроме той, разумеется, где находились тигрята. Он прошел к охраннику, затем повернул обратно, осматривая территорию. Около вольеров с двумя ягуарами был поставлен охранник для того, чтобы не подпускать любопытных слишком близко к клеткам во избежание неприятностей. Трое часовых патрулировали около вольера с тигром и пытались разговаривать со зверем. Ситуация с контролем не очень удовлетворяла его, но каких-либо оснований для тревоги не наблюдалось. Он в питомнике уже достаточно давно и привык к его шумам и запахам. Казалось, все в порядке. Он посмотрел на часы. Еще два часа — и прием окончится. Гости потихоньку начали выходить из дома, кто-то подходил к клеткам, разглядывая зверей, кто-то прощался с хозяйкой, благодаря за приятный вечер. Часть гостей уже уехала.

Он повернулся спиной к толпе и принялся осматривать центральное здание. Там не замечалось никакого движения. Он вернулся к клеткам с ягуарами. Когда он шел в темноте, что-то внезапно вспыхнуло в его сознании. Он застыл на месте. Это было даже не воспоминание, но невольное возвращение в атмосферу его последнего задания. Где же он шел? По причалу? Он закрыл глаза, силясь вспомнить. Сплошной туман.

Терри выругался. Когда же наконец память вернется к нему? Он должен, должен вспомнить. Он потряс головой и приблизился к охраннику.

— Заметил что-нибудь подозрительное? — спросил он.

— Нет. Ничего такого. Подходила только парочка пожилых людей. Я сказал, что не следует сюда совать нос. Они повернулись и ушли.

— Хорошо. Я… — Терри оборвал себя. Шестое чувство заставило его повернуться в сторону узкой тропинки, ведущей от питомника к Большому дому. В темноте ничего не было видно. Он кожей ощущал, что кто-то или что-то двигается по тропе. — Я сейчас вернусь, — сказал он и направился к центральному зданию.

Стараясь припомнить людей, которые недавно находились поблизости, Терри огляделся — сейчас там их не было. Кто-то снова вошел внутрь дома, другие присоединились к основной группе. Может быть, один из них пытался обойти здание? Он увидел силуэт человека, скрывающегося в кустах, и бросился за ним.

— Эй вы! — крикнул он. — Остановитесь!

На секунду человек замер, а затем исчез в кустах. Терри погнался за ним, на бегу вытаскивая из кармана переговорное устройство. Когда он влетел в кусты, связь заработала…

Внезапно время сместилось.

Ему показалось, что он находится на том самом складе на причале. Даже морской ветер шумит снаружи. Он чувствовал привкус соли на губах. Вперед. Там Рой! Терри согнулся, проползая между ящиками. Его партнер открыл чемоданчик, наполненный документами. Терри силился рассмотреть эти документы. Какие-то темные личности — их было шестеро — стояли поблизости, стараясь скрыть от него свои лица. Но он догадался, кто это. Террористы, торговцы оружием, отщепенцы, жадные до денег. Он вспомнил цель своего задания: проверить, не торгует ли Рой секретами своей страны. Увидев, что его друг берет деньги, много денег, он оцепенел от удивления. Предательство Роя наполнило горечью его сердце.

Видение заколебалось, стало менее отчетливым. Он смог разглядеть, что бандиты разошлись. Он выбрался на открытое место, услышал шум за своей спиной. Рой!

— Какого черта ты тут делаешь? — гаркнул Терри.

Рой вздрогнул, потом схватил его за руку и притянул к себе.

— Мы должны выбраться отсюда. Они собираются вернуться.

Терри сопротивлялся, его охватил озноб. Освободившись, он побежал к выходу из склада. Но было уже поздно. Взрыв отбросил его в сторону, как куклу. Он попытался подняться на ноги, вздохнуть, но силы оставили его. Чьи-то сильные руки выволокли его на безопасное место, где не ощущалось ни дыма, ни гари. Теперь он мог дышать свободней. Воздух был пропитан солью. Он закашлялся.

— Что произошло? — застонал он, еле шевеля языком, потеряв способность сосредоточиться. Его голова. Что же стукнуло его?..

Рядом треснула ветка.

Этот треск вернул его к действительности. Он заставил себя пробежать вдоль фасада центрального здания, но не обнаружил каких-либо следов. Он взял с собой двоих охранников и вторично обошел с ними дом. На рыхлой земле они нашли несколько четких отпечатков мужских ботинок. На ногах же охранников были сапоги. Может, кто-то из гостей, хвативши лишнего, сбился с дороги. Или, любопытства ради, просто захотел взглянуть на тигрят, не имея намерений причинить им вред.

К этому времени последние гости уехали. Терри предположил, что кто-нибудь, возможно, еще продолжает бродить вокруг питомника в поисках выхода. Если он не столкнется со стражей, то яркий свет ламп, установленных на фасаде центрального здания, выведет его на дорогу.

Пока Молли прощалась с последними гостями, он вместе с Фредом и Хэнком перенес клетку с тигрятами во внутреннюю комнату. Затем запер дверь и положил ключи в карман. Он так и не узнал, кого он преследовал в кустах. Но зато он кое-что вспомнил о себе. До сих пор он не мог уяснить, как погиб Рой, зато восстановил в памяти кое-какие детали своей миссии.

Рой был замешан в грязных делах. Что же заставило его друга переступить черту? Финансовые трудности, которые навалились на него дома? Он потер лоб, стараясь вспомнить, имелась ли у Роя семья. Вероятно, нет. Они оба придерживались одной жизненной позиции — безопаснее быть холостяками.

Взрыв и пожар на южноамериканском складе был явно подстроен. Кто-то пытался избавиться от Роя или… от него.

Эта мысль поразила его. Все это время он думал, что бомба на складе рванула из-за Роя. Но знали ли они о его, Терри, присутствии там? Что известно об этом Сэлу?

Он даже не поинтересовался, сколько времени. Поздно или нет. Придвинул к себе телефон и набрал знакомый номер.

— Мэтью, — послышалось в трубке.

— Кто же еще может быть, кроме тебя, — нервно сказал Терри.

— Что-нибудь случилось с тигрятами?

— В общем нет, но какой-то тип шатается в темноте. Однако тебя больше беспокоят тигрята или я?

— Мне известно, что с тобой все в порядке. Если бы у меня имелись какие-нибудь сомнения, то я бы не послал тебя к Молли.

— Послушай, Роя убрали торговцы оружием. Верно?

— Значит, ты вспомнил?

— Еще не все. — Терри подался вперед, поставив локти на стол. — Но достаточно. Дело сорвалось?

Молчание.

— А ты не думаешь, что они охотились за мной?

— Это абсолютно исключено, но…

— Сэл, ты должен найти мне замену.

— Ты хочешь бросить дело? — удивился Сэл.

Терри почувствовал, как что-то толкнуло его в ногу. Он посмотрел вниз. Рядом сидел Тед. Автоматически Терри опустил руку и потрепал зверя по загривку. Он вдруг подумал о Молли и вспомнил, как он ее целовал…

— Да, если хочешь. Мне необходимо вернуться на прежнюю работу.

— Ты еще находишься на лечении, а эти тигрята нуждаются в защите.

— Но есть же люди, которых ты можешь послать сюда.

— Конечно. — Терри услышал, как Сэл зашелестел бумагой. — К концу недели освободится Стэн. Ты можешь потерпеть?

Терри сморщился.

— Стэн? Он не очень-то расторопен. А кто еще?

— Он единственный, кого я могу направить.

— Плохое утешение. Я не могу уехать, пока не буду уверен, что Молли и тигрята в безопасности.

— Тогда оставайся, — отрезал Сэл. — Ты же мой самый лучший оперативник. Таких у меня больше нет. Или ты чего-то не договариваешь? Может, есть другие причины, из-за которых ты хочешь уехать?

Причин было сколько угодно, но ни об одной из них он не мог поведать своему шефу.

— Нет, — твердо сказал он, — Таких причин нет.

9

Молли налила кофе в чашку Терри.

— Ты совсем не спал прошлой ночью?

Терри сделал глоток.

— Разве это заметно?

Мне заметно, хотела она сказать, но воздержалась.

— У тебя темные круги под глазами.

— Слишком о многом пришлось думать, — произнес он после паузы.

Стрелки часов приближались к полудню. После приема время тянулось медленно. Мадж и Хэнк приехали на полчаса раньше, чтобы почистить клетки. Терри уже обошел питомник.

— Слушай, а почему бы нам не пострелять в одном из каньонов? — предложила Молли.

— Пострелять? — Он приподнял брови.

— Я давно уже не тренировалась. Забыла, когда в последний раз держала ружье в руках. Поехали?

— Ладно, — согласился он после небольшого раздумья. — Пойду возьму «беретту» и подожду тебя около машины.

Она собрала ружья и патроны и вышла на парковочную площадку. Терри помог погрузить все в джип. Она забежала на кухню, чтобы взять несколько банок с содовой, и предупредила Мадж, что они вернутся часа через два.

По дороге в горы они не разговаривали. Терри заметил, что Молли все время поглядывает на него. Он хотел сказать, что с ним все в порядке, но понимал, что она ему не поверит. После разговора с Сэлом он находился в состоянии нервного возбуждения. По словам Сэла, он не убивал Роя. Но Сэла не было с ними в Южной Америке, и он не может знать наверняка. Скорее всего, кто-то третий незримо присутствовал там, нажал на курок, и именно его следует винить в смерти друга. Но кто этот третий?

Он откинул голову на спинку сиденья и меланхолично наблюдал за проплывающим мимо пейзажем. Буйная зелень по обеим сторонам дороги почти касалась кабины. Полевые весенние цветы уже отцвели, зато кустарники были усеяны завязями ягод. Белки прыгали с дерева на дерево, а в ста ярдах от них резво проскакал заяц.

Молли снизила скорость, переключившись на подъем, и направила джип на глинистую дорожку. Ветви деревьев царапали борта машины. Через несколько минут они выехали на небольшую открытую площадку, на краю которой стоял полуразвалившийся сарай.

Она остановила джип и улыбнулась Терри.

— Вот мы и приехали.

Он вышел на прогретый солнцем воздух. Глубоко вздохнув, ощутил дурманящий запах шиповника и травы.

— Вот чего мне не хватало.

— Прекрасно. — Молли откинула задний борт машины. — А теперь посмотрим, как ты стреляешь из ружья.

Она выбрала одно и бросила ему. Легко поймав его, он взял из джипа еще три. Молли достала тяжелый ящик с патронами. Одета она была как обычно, в майку и джинсы. И когда она поднимала ящик и ставила его на землю, он увидел, как отчетливо прорисовались мускулы на ее руках. Она нагнулась, чтобы достать сумку с пистолетом, и он с удовольствием лицезрел ее соблазнительные формы, обтянутые джинсами. Про таких, как Молли, обычно говорят: в самом соку. В прошлом Терри почему-то привлекали капризные кокетливые женщины, которые не выносили физической нагрузки, зато отличались неутомимостью в постели и занятиях аэробикой. Молли была совсем иной. Она терпеть не могла кривляния. Она для этого, черт возьми, не имела времени. Работа с кошками требовала полной отдачи.

Она прикрепила к оконной раме сарая бумажные мишени. Легкий ветерок раскачивал бумагу. Терри решил начать первым. Обычно он стрелял по движущимся целям из пистолета и делал это весьма успешно, а вот из ружья не пробовал.

— Ты должен учитывать ветер, — посоветовала она.

— Благодарю, — сухо буркнул он, задерживая дыхание и нажимая на курок.

Мишень дернулась, когда пуля пробила ее. Терри с сожалением отметил, что дырка от пули находится далеко от яблочка. Он выстрелил еще несколько раз, но успеха не добился.

Молли встала рядом и легонько оттолкнула его.

— Давай, дорогой, я покажу, как стреляют профессионалы, — сказала она. Ее самодовольная улыбка покоробила Терри, хотя он и понимал, что она вовсе не хотела каким-то образом унизить его.

Молли всадила дюжину пуль в самый центр мишени. Когда она закончила стрельбу, бумага превратилась в клочья. Она повесила новую, повернув оконную раму так, чтобы та свободно двигалась под дуновением ветра. Несмотря на такую сложность, все ее последующие пули угодили в десятку.

Терри взял из ее рук ружье.

— С тобой трудно соревноваться.

Она скромно кивнула.

— Просто ты должен лучше целиться. Я же говорила тебе, что я снайпер.

— Ты, наверное, еще чему-нибудь выучилась в свободное время?

— Нет. В сущности, меня заставили делать это.

Она достала две банки с содовой и протянула одну Терри.

— Когда я начала работать с Джоанной, то была занята лишь половину рабочего дня, как мои нынешние помощники. Тогда у Джоанны служил один старичок, который собирался вскоре выйти на пенсию и жить с дочерью. Я делала то же самое, что и он, но не умела стрелять. — Она отпила из банки. — Я запомнила навсегда тот день, когда он привел меня сюда. — Она улыбнулась. — До этого я вообще не держала в руках оружия и даже не знала, как целиться. А работая в питомнике, уметь метко стрелять просто необходимо. Иногда требовалось усыплять кошек, а это довольно сложно. Необходимо учитывать вес животного, чтобы определить приблизительную дозу транквилизатора. Капсула с лекарством должна попасть в сплетение больших мышц. Если она попадет в кость, то может сильно ее повредить. А если капсула, пробив мягкие ткани, проникнет во внутренние органы, это может убить зверя. Поэтому я всегда целюсь в заднюю часть. Если промахиваюсь, то капсула уходит в землю.

— Как, оказывается, все сложно.

— Эта часть моей работы мне не нравится.

— Но ты же выполняешь ее.

Он придвинулся к ней и заглянул в лицо. Несколько локонов упали ей на щеки. Он пригладил их и заложил за уши.

— Ты каждый раз меня чем-то удивляешь.

Она опустила глаза.

— Что ты имеешь в виду? Я…

— Ты, — прервал он ее, — восхищаешь меня тем, что ни при каких обстоятельствах не испытываешь страха. Это редкое качество.

— Ты мне льстишь. Хотелось бы, чтобы это было правдой. Если бы ты знал, как часто я пугалась.

Он прикоснулся к щеке Молли, стараясь поймать ее взгляд.

— Все боятся. Но большинство людей бессильны справиться со страхом, а ты не такая.

Он вдохнул аромат ее духов, смешанный с запахом тела. Эта необыкновенная гамма заставила его придвинуться к ней ближе. Он провел пальцем по ее подбородку. Ему захотелось поцеловать ее и вновь ощутить ту горячность, которая охватила их несколько дней назад. Но он сделал над собой усилие и отнял руку.

— Ты удивительная женщина.

Терри допил содовую. Почему-то прежнее благостное расположение духа улетучилось. С Молли он чувствовал себя удивительно легко. Если хотелось, он мог разговаривать с ней, если нет, то просто молчать. Но вообще-то, в ее характере отчетливо проявлялись черты лидера. Она показывала ему, как ухаживать за тигрятами и как их кормить, а потом отправлялась по своим делам. Он знал, что время от времени она проверяет его, но в принципе доверяла ему во всем.

Терри прибегал к точно такому же методу, когда занимался обучением своих подчиненных. Но на оперативных заданиях он был один. Он был один и тогда, когда его послали в Южную Америку. Почему он согласился поехать туда? Он сморщился. Он знал ответ. Это его работа.

— Что случилось? — внезапно спросила Молли. — У тебя такой вид… — она наклонилась ближе к нему, губы у нее дрогнули, — словно ты потерял лучшего друга.

— Знаешь, я действительно потерял близкого друга. Нет, не Сэла, как раз теперь он остался моим единственным товарищем. Его звали Роем, он погиб в Южной Америке, когда я выполняя Задание. — Он посмотрел на нее. — Тебя не шокирует, что за всю жизнь у меня было только двое друзей?

— Нет, — коротко ответила она. — Такова твоя работа. С Сэлом то же самое. Работа научила вас не доверять людям.

— Чувствую, что ты понимаешь. Ты сама живешь как отшельница и знаешь, что значит быть только с самой собой.

Терри с трудом шел на откровенность, но на вопросы Молли почему-то охотно отвечал, сейчас он доверял ей.

— Ты помнишь какие-нибудь подробности, связанные с твоим заданием? — спросила она.

— Кое-что помню. Я точно знаю, где мне пришлось быть. Я занимался проверкой агента, который предположительно пошел по неправильной дорожке.

— Этим агентом был Рой?

— Да.

— И что же, предположение подтвердилось?

Терри посмотрел на деревья.

— Да.

— И он убит?

Он как-то нехорошо посмотрел на нее.

— Почему ты так решила?

— Не знаю. Просто допустила.

— Да, он убит.

— И кто же его… его?..

Терри не ответил.

Она задержала дыхание.

— Ты убил?

— Нет.

— Тогда что тебя мучает?

— Я мог, — сказал он резко, поднимаясь на ноги и делая несколько шагов. — Я мог оказаться убийцей. И самое ужасное, что я никак не могу вспомнить, кто убил его.

— Так тебе приказали убить Роя? В этом состояло задание?

Он сам не хотел признаваться себе в этом, но такова была правда.

— Да.

— Я уже говорила, что не завидую твоей работе, — сказала Молли, поднявшись. Она прислонилась к дереву. — Я не понимаю, как можно было согласиться на такое задание. Убить друга…

Он засунул руки в карманы. Он и сам этого не понимал теперь. Но не тогда. Тогда он выполнял свою работу. Он не мог отказаться.

Он взглянул на нее, умоляя не продолжать. Ее слова прожигали его насквозь. Она интуитивно почувствовала безмолвный призыв, шагнула навстречу, обняв его за пояс и склонив голову ему на грудь. Он прижал ее к себе.

— Прости, но я не знаю, как тебе помочь, — пробормотала она.

— Тебе удалось сделать намного больше, чем ты думаешь.

Он старался вобрать в себя всю ее теплоту, надеясь, что она растопит его переживания. Как же давно он обнимал так другую женщину. Нет, не из-за того, что ему хотелось сексуальной близости, а просто потому, что было очень хорошо стоять вот так, обнявшись, и знать, что ты, твоя боль кому-то не безразличны. Он был человеком замкнутым и опасался кому-либо доверять. Из-за чего, по какой причине? Он никогда не знал, кому и насколько можно довериться. Он ничего не знал. Он верил только в одно — в борьбу. Даже тогда, когда оказывался в проигрыше. Его послали убить друга. Обстоятельства спасли его, но он знал, что был готов нажать на курок. К этому призывала его работа.

Он закрыл глаза и вдруг понял, что больше уже никогда не сможет так бесстрастно убить человека.

Стив Бернард сидел в небольшом ресторане. Он только что заказал чашку кофе, когда на парковку въехал фургончик и из него вышел бородатый молодой человек. Стив удовлетворенно улыбнулся. Ни минуты опоздания.

В ресторан вошел Фред, огляделся и, увидев Бернарда, направился к его столику.

— Рад видеть вас снова, — сказал он, протягивая руку.

— И я рад, парень. — Бернард пожал протянутую руку и указал на свободный стул напротив. — Пожалуйста. Что-нибудь хотите? — спросил он в тот момент, когда у столика появилась официантка с заказанной чашечкой кофе.

Фред сел и улыбнулся официантке.

— Пожалуйста, кока-колу. — Когда она удалилась, он повернулся к Бернарду: — Я просто в восторге от того, что вы мне сказали. Это место еще не занято?

— Конечно нет. Именно поэтому я и предложил вам встретиться. — Бернард улыбнулся. — Вы именно тот человек, которого я ищу.

Ему страшно хотелось перегнуться через стол, взять юношу за лацканы его поношенного спортивного пиджачка и вытрясти из него нужные сведения, но он заставил себя успокоиться. Во время минувшего приема служба безопасности оказалась на высоте, и его жизнь продолжала висеть на волоске. Поэтому следовало разработать новый план похищения. И этот парень из колледжа был одним из звеньев этого плана.

Он рассказал Фреду, что собирается организовать собственный питомник и подыскивает сотрудников. Студентик клюнул на эту приманку.

— В следующем месяце я заканчиваю учебу, — сказал Фред, стараясь унять нетерпение. — Намереваюсь остаться и работать летом у Молли.

— Во время приема я заметил, что у вас там на каждом шагу стоят охранники, — прервал его Бернард. — Разве они так уж необходимы? Это же дороговато стоит.

— Да нет. — Фред откинулся на спинку стула. — Такая охрана была только на приеме. Обычно в питомнике нет никого, кроме сотрудников.

— Обычно?

— Да. Правда, сейчас там постоянно находится один человек, обеспечивающий охрану. Но это только потому, что у нас… — Он замялся.

Бернард молчал. По опыту он знал, что люди долго молчать не могут. Они обязательно начнут болтать, чтобы заполнить паузу.

— Там есть редкие экземпляры тигрят, которые пробудут в питомнике около двух месяцев, — сказал Фред. Он остановился на секунду, но затем заговорил снова: — Я помогаю этому человеку обеспечивать безопасность.

Бернард улыбнулся. Один человек. С одним справиться проще простого. Он отправится туда ночью и похитит тигрят.

Бернард постарался отвлечь внимание Фреда, продолжив разговор о несуществующей работе. Нельзя вызывать у юноши подозрения. Быстрый взгляд на часы, и Бернарду стало ясно, что он располагает до вечера уймой свободного времени. За оставшиеся часы следует разработать сценарий похищения, а затем разыграть эту пьесу.

10

Отсутствие каких-либо звуков разбудило Терри. Он сел и прислушался. Обычно по ночам кошки проявляли особую активность. Они играли, огрызались друг на друга, повизгивали, рычали в темноту. Сейчас за окном господствовала тишина. Ни звука. Не слышно даже шороха листьев.

Он надел джинсы, натянул сапоги и взял пистолет. В коридоре было темно. В первую очередь он проверил тигрят. Они спали на одеяле в центре клетки. После приема он перенес их в комнату без окон. Он чувствовал себя спокойней, зная, что никто не проникнет туда, разбив окно. Он вышел из комнаты и запер замок. Потом тихо двинулся к комнате Молли и открыл дверь. Она спала, по подушке разметались ее прекрасные волосы. От этой картины у него забилось сердце. Постояв, он тихонько прикрыл за собой дверь и пошел в ее служебный кабинет.

Там, пребывая в одиночестве, растянулся на полу Тед. Когда Терри приблизился, зверь приветствовал его глухим ворчанием. Цепь, на которой сидел бедолага, туго натянулась. Терри наклонился и освободил пантеру. Внезапно Тед вскочил и устремился по коридору к двери, ведущей к вольерам.

Терри последовал за ним. Жаль, что нельзя спросить зверя, что он унюхал или услышал. Он силился разглядеть сквозь стеклянные двери, что творится снаружи, но ничего не мог разобрать. Все кошки вели себя на редкость спокойно, не издавая ни звука. Тед толкнул его в бок и принялся скрести когтями запертую дверь. Терри отпер замок и выпустил зверя на волю. Перед тем как последовать за ним, он поправил перевязь и расстегнул кобуру. Как только Терри вышел на территорию питомника, то сразу же почувствовал присутствие постороннего. Пригнувшись, он двинулся вперед, прячась за стволами деревьев. Тед словно растворился в темноте, но позвать его он не рискнул.

Терри закрыл глаза, пытаясь мысленно представить, прохаживается ли здесь четвероногий полуночник или же это человек. Нет, чужого зверя здесь быть не может. Молли уже говорила, что запах кошек отпугивает других животных. Видимо, кто-то из посторонних намеревался подобраться к тигрятам. Он пригнулся еще ниже, скрывшись за кустами. Нарушитель мог кружить вокруг центрального здания, но скорей всего находился где-то рядом. После своего последнего задания в Южной Америке Терри перестал доверять своей интуиции, своим инстинктам. Он несколько минут постоял в раздумье, а потом медленно направился к вольерам.

Обход занял минут тридцать. Он прошел мимо клеток, присматриваясь к поведению кошек. Тед появлялся дважды. Казалось, что пантера кого-то выслеживает. Однако никаких признаков постороннего человека или животного не обнаружилось. Когда Терри снова подошел к центральному зданию, все его сомнения по поводу присутствия незваных гостей на территории исчезли. Он загнал Теда в дом, но на цепь решил не сажать. На всякий случай он доехал на джипе до главных ворот и тщательно их осмотрел. Под ногами стелился легкий туман. Он ощупал ладонями землю у ворот. Никаких следов протекторов. Совершенно ясно, что вечером никто из питомника не выезжал и не въезжал. Он разогнулся и обтер ладони о джинсы. Можно спокойно возвращаться назад…

Он открыл дверь в вестибюль и сразу же зажмурился от яркого света, вспыхнувшего в коридоре. В дверях своего кабинета возникла Молли. Взглянув на нее, он вздрогнул, будто его сильно ударили кулаком в живот. Она стояла в ореоле света только в одном легком прозрачном халатике. Рядом с ней сидел Тед. Черная шкура пантеры резко контрастировала с белизной ее одежды. Женское очарование околдовало его. Каждая клеточка его тела напряглась. Больше всего на свете ему хотелось сейчас быть с ней.

— Что случилось? — спросила она.

— Мне показалось, что кто-то здесь бродит, но я ничего не обнаружил. Тед тоже ничего не заметил.

Она кивнула.

— Тед очень чутко реагирует на присутствие чужих. С ним не раз так случалось. Но, как правило, он не нападает. — Она положила руку на голову пантеры. — Что-нибудь еще, Терри?

Он с трудом заставил себя отвести от нее глаза.

— Как ты думаешь, а что, если здесь действительно кто-то есть? Может быть, я просто не заметил?

— Успокойся. Возможно, здесь кто-то и был. Я знаю, что у тебя очень острая восприимчивость. Но сейчас здесь нет никого. Он исчез. — Она протянула руку. — Пойдем, я согрела молоко.

Он не заметил протянутой руки.

— Я давно уже не ребенок и успокаивать меня не надо.

Резкий тон, которым он ей ответил, мог обидеть. Но Молли спокойно посмотрела на него.

— Я добавлю в молоко чуть-чуть рома, — сказала она. — Мне кажется, тебе полезно будет немного выпить.

Хотя Молли не показала вида, но он почувствовал, что все же обидел ее.

— Черт возьми, Молли, — пробормотал он, поспешив подойти к ней. — Я не собирался… — сказал он, переступая через пантеру, растянувшуюся на полу. — Я не собирался расстраивать тебя.

Он крепко взял ее за руку. Молли посмотрела на его руку, на царапины, которые появились на ней, когда он играл с тигрятами, на его обнаженную грудь, на след от пули. Боже мой, он пробыл здесь всего несколько дней, а ей казалось, что они вместе давным-давно. Глубоко вздохнув, она подняла глаза.

— Я знаю. Пойдем на кухню.

Когда он устроился на одном из стульев, она налила молоко в две кружки и добавила туда рому. Размешав напиток, она протянула одну Терри, другую придвинула к себе. Тед проводил взглядом кружку и облизнулся.

— Пей, — сказала она.

Он чокнулся с ней.

— Мне не следует пить на работе. Выпивка не оправдывает промахов. — Он смущенно улыбнулся. — Черт возьми, у меня нет никаких оправданий. — Он сделал глоток. — Как вкусно.

Тед мяукнул.

— Спасибо. — Она отодвинула абажур и села напротив него. Свет теперь струился из коридора и освещал старую плиту. — Так что же случилось ночью?

Он пожал плечами.

— Что-то вдруг разбудило меня. Хотя это похоже на безумие, но на меня подействовала тишина. Ты же знаешь, как резвятся кошки по ночам.

Она согласилась.

— Если они ведут себя слишком тихо, это значит, что кто-то или что-то их беспокоит.

— Что бы там ни было, оно, как видишь, исчезло. — Он сделал второй глоток. — Я проверял ворота. Никто к ним не прикасался. Могу предположить, что какой-нибудь заблудившийся турист решил посмотреть на кошек, а потом направился обратно в горы.

— Уверена, что так оно и есть.

— Уверена? Как хорошо быть в чем-нибудь уверенным. — Он поставил кружку на стол и наклонился к ней. — А вот я, Молли, до сих пор не могу вспомнить. Это действует мне на нервы. Я всячески заставляю работать свою память, но от этого становится все труднее и труднее представить, что же произошло на самом деле. Я устал от неопределенности.

Прядь волос упала ему на лоб. Ей захотелось поправить ее. Однако сидеть на кухне и вести разговор с полуобнаженным мужчиной ей вдруг показалось неловким. Она взглянула на свой прозрачный халатик и усмехнулась. Она сама полураздета, но Терри, кажется, этого не замечает.

— Тебе совсем не интересно слушать мою болтовню, — пробормотал он, уставившись в стол.

— О чем ты говоришь!

Он взглянул на нее такими глазами, что ей захотелось заплакать. Она прикрыла ладонью его руку.

— Можешь говорить мне все. Твои слова не проникнут за эти стены. Это я обещаю.

Он повернул свою ладонь так, что пальцы их сплелись. Она легонько пожала их, как бы обещая, что не отнимет руки до тех пор, пока он сам не захочет.

— Я до сих пор не могу вспомнить, чем окончилась моя миссия. Сэл сказал мне, что я не убивал своего приятеля. — Терри покачал головой.

— А почему ты сомневаешься в том, что сказал Сэл?

— Ему кажется, что я еще не готов услышать правду. — Терри наклонился к ней. — Боюсь, он не говорит мне всего.

— Перестань сходить с ума, — сказала она. — Выброси все из головы, тебе следует жить настоящим и думать о будущем.

— Это-то мне и не удается.

Он задумчиво смотрел в окно, в темень ночи. Странно, но она почему-то разделяла его боль, словно эта боль была ее собственной. Она смотрела на его четкий профиль, на прямой нос, на волевой подбородок, энергично выдающийся вперед. Тот клубок боли, который давил ей грудь, касался не только его переживаний. У нее имелись и собственные душевные раны.

Она убеждала себя, что ей уже никогда не придется встретить человека, который сможет понять ее и по-настоящему полюбить. Полюбить навсегда, никогда не расставаясь с ней. Но сейчас, когда рядом находился Терри, деля с ней заботы по содержанию питомника, которые раньше лежали только на ней одной, у нее затеплилась пусть слабая, но надежда. Хотя разумом она понимала, что для подобной надежды нет серьезных оснований.

Когда тигрята отправятся на новое место, его работа здесь закончится и он уедет. Специфика его деятельности заставляла Терри избегать семейных уз. Он относился к ним как к нежелательной обузе.

Она слушала его рассказ о Рое, о том, как они впервые познакомились в военной академии. Он упомянул Сэла и те прекрасные времена, когда они практически не разлучались.

— Это было чертовски здорово! — говорил он. — Сэл пошел дальше меня. Собираясь жениться, он попросил меня быть шафером на свадьбе. — Он покачал головой. — Сначала я не мог понять, почему он так торопится жениться. Потом я встретил его с Кейт. — Он потер переносицу. — Любовь к этой женщине стала для него смыслом существования. Я этого не понимал… Потеря жены нанесла ему жесточайший удар, едва не стоив жизни. Так любить… — Он откинулся назад. — Если ты спросишь меня, как я к этому отношусь, то скажу, что подобная любовь — сущее безумие.

Но любовь, которую пережил Терри, сделала его сильным, подумала Молли. Она посмотрела на их сплетенные пальцы. И вдруг откровение, как молния, поразило ее.

Она поняла, почему Терри боится заводить семью. Она поняла, что он уверился в справедливости собственного постулата: эмоциональные переживания есть тяжкий груз, который осложняет жизнь мужчины. В какой-то степени ей была близка его точка зрения на любовь и на долг. Уже несколько дней она раздумывала о том, почему он напоминает ей дикую кошку. Эта похожесть привлекала ее. Он такой же неуправляемый, красивый, с неприступным сердцем. Теперь она поняла причину своей симпатии к нему. У него есть нечто большее, чем простое сходство с кошками. Между ней и Терри существовало некое душевное совпадение.

— Мне нужно вернуться, — сказал он.

— Зачем? — спросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Просто хочу знать, все ли спокойно. — Он внимательно посмотрел на нее. — Знаешь, ты… ты каждый день такая разная.

Она хорошо понимала, что сейчас происходит в его душе. Там царили боль и смятение. Но как его успокоить? Она не могла найти подходящих слов.

Терри допил молоко. И еще раз взглянул на нее. Даже в тусклом свете он увидел, что ее глаза полны сострадания, и вся она — с рассыпавшимися по плечам волосами — была необыкновенно красива. И не потому, что ее грудь, просвечивающая сквозь тонкую ткань, выглядела так соблазнительно, что он просто терял голову. Нет, не ее физическая красота так привлекала Терри. Он угадал ее благородную, твердую, самоотверженную душу и почувствовал, что нуждается в ней.

Однако эта мысль испугала его.

Он отшатнулся от нее и встал.

— Терри? — спросила она, продолжая сидеть за столом.

— Все это бессмысленно, — пробормотал он, подходя к буфету. — Прости.

— Я не против того, чтобы продолжить наш разговор. — Она повернулась к нему.

— А что, если я совсем не хочу разговаривать?

Она вздохнула и подошла к нему.

— Может быть, и я предпочла бы что-нибудь иное.

Эта фраза удивила его. Он пристально взглянул на нее. Интересно, что она имеет в виду? — подумал он. Вероятнее всего, на нее так подействовала ночь или обстоятельства. А он должен помнить, что она приятельница Сэла, которому он обещал заботиться о ее безопасности. Но к черту Сэла!

Он схватил ее за руку и притянул к себе, почувствовав, как прекрасное женское тело приникло к нему, вызвав сладкое томление.

— Ты мне нужна, — сказал он. — Благодаря тебе мне удается сохранить разум.

Она облизала пересохшие губы. С неожиданной силой в ней вдруг вспыхнуло желание, заглушившее все иные чувства и мысли.

— Терри, я… — Она дотронулась до его лица. Прошлась по щекам указательным пальцем, дотронулась до губ. Кончиком языка он прикоснулся к пальцу, заставив ее вздрогнуть. Глаза у нее потемнели. Она кивнула, словно приняла какое-то важное решение. — Я чувствую это, — пробормотала она. — И понимаю твое состояние. Я знаю, что ты думаешь о ней.

Он откинул голову назад, уклоняясь от ее прикосновений.

— Ты о чем говоришь?

— О женщине. Той самой, которая разбила твое сердце. Я понимаю, что ты о ней постоянно думаешь. Ты считаешь, что она… — Молли оборвала себя и опустила глаза. Казалось, она старается собраться с силами. Отбросив волосы с лица, она улыбнулась.

Он посмотрел на нее. Такого искреннего, честного человека ему еще не приходилось встречать. Она терпела его притворство. Как бы убедить ее в том, что та женщина, с которой он давным-давно расстался, ничего для него не значит. Молли совсем другая, она замечательная женщина. Таких он еще не встречал.

— Ты все делаешь значительно лучше, чем я, — сказал он, стараясь хоть как-то поднять ее настроение.

— Прекрасно. Все так говорят.

— Молли, я… — выдавил он из себя. — Спокойной ночи, — прохрипел он и почти выбежал из комнаты. Ему хотелось по-настоящему заботиться о ней, но это не входило в его обязанности. Ему следует только защищать ее. Лучше не стараться стать ее другом.

В коридоре он остановился и долго стоял, размышляя над тем, что в нем произошли какие-то странные перемены. Он стал иначе думать о себе. Но ведут ли эти перемены к лучшему или наоборот? Именно об этом он и думал.

От яркого солнца, бившего в глаза, Терри зажмурился и тихо застонал. В прошлую ночь, когда Молли отправилась спать, он нашел бутылку рома и осушил ее более чем наполовину. Он пил не только из-за того, что не мог забыть осуждающего взгляда Молли, и не только потому, что хотел забыться во хмелю.

Позднее, когда он накормил тигрят и вычистил клетку, пульс у него пришел в норму и противные молоточки, стучавшие в висках, постепенно затихли. Каждый раз при мысли о еде в желудке у него начинались спазмы. Настроение было такое, что впору попросить Молли пристрелить его и тем самым избавиться от отвращения к себе.

Воспоминание о Молли усугубило его тяжелое состояние. Вполне вероятно, что она сама была готова прикончить его прошлой ночью. Он присел около центрального здания и прикрыл глаза, спасаясь от солнца. Ему просто необходимо посидеть здесь несколько минут, а затем он будет в состоянии добраться до своей комнаты.

Около него появился Тед. Пантера ткнулась прямо ему в лицо, фыркнула и шершавым языком лизнула щеку. Потом положила свою массивную голову ему на колени.

— Только не мурлычь громко, — пробормотал Терри, поглаживая круглые уши зверя.

— Вот вы где, Терри?

Терри повернулся на голос. К нему приближался Фред.

— Как ваше самочувствие? В порядке?

— Нет, — ответил Терри, стараясь не двигать головой.

— Могу я поговорить с вами? — В голосе юноши звучали тревожные нотки. Терри насторожился.

— О чем?

Фред сел на землю рядом с ним.

— Возможно, это и не очень важно, но меня кое-что встревожило. Тигрята и все такое прочее…

— Ну-ка, выкладывай, — сказал Терри, потирая голову.

— На приеме я встретил одного человека. Он расспрашивал меня о тигрятах и предложил встретиться по поводу работы. — Фред посмотрел на Терри. — Она связана с кошками. В зоопарке вакансий в ближайшее время не предвидится, а в частных питомниках — таких, как наш, все места заняты.

Об этом Молли уже говорила Терри.

— Значит, ты собираешься уходить?

— Нет. Нет, еще не решил. — Фред пожал плечами. — Я встретился с этим человеком вчера и сказал ему, что хочу знать конкретные условия. А после разговора подумал, что без рекомендации мне не обойтись; возможно, он потребует ее. Чтобы выяснить этот вопрос, я позвонил в гостиницу, где, по его словам, он остановился. А там такого не оказалось. В Боуманде всего-то только две гостиницы. Я позвонил во вторую, а потом обзвонил все местные мотели, которые расположены в горах.

— И что же обнаружил? — спросил Терри, уже догадываясь, какой будет ответ.

— Ничего. Такой не регистрировался.

— А как фамилия того парня?

Фред вспыхнул.

— Фрэнк Стэн.

— У тебя есть его визитка?

Фред отрицательно покачал головой.

— Думаю, он врал мне про работу. Как вы считаете?

Терри оттолкнул Теда и встал. Не обращая внимания на головную боль, он уставился на Фреда.

— Подозреваю, что это так. Он спрашивал о тигрятах?

— Да. — Фред тоже поднялся на ноги и засунул руки в карманы. — Помню, он спрашивал еще и о безопасности. Терри, простите, я не…

— Понимаю, ты не собирался ничего рассказывать. Но такие люди знают, как вести дело. Ты же не знал, во что это может вылиться. Ты только договаривался о работе. Ты узнаешь этого типа? Значит, он был на приеме?

— До этого я его никогда не видел, да и вообще, в тот вечер я почти не общался с гостями.

— Лучше всего переговорить с Молли, — сказал Терри и направился к зданию.

Молли сидела за столом и заполняла служебные карточки. Когда Терри с Фредом вошли в кабинет, она подняла голову.

— У нас могут быть неприятности, — произнес Терри.

Избегая смотреть на Терри, она все свое внимание обратила на Фреда.

— Что вы стоите? Присаживайтесь.

Через десять минут она внимательно изучала список приглашенных на прием. Никакого Фрэнка Стэна в списке не значилось, а это означало, что неизвестный тип воспользовался вымышленным именем. Фред совсем растерялся.

— Не огорчайся, малыш, — сказал Терри. — Ты правильно поступил, сказав нам об этом. Если этот человек снова встретится с тобой, постарайся быть вежливым, но храни дистанцию. Скажи ему, что не можешь обещать ничего определенного и сразу же дай мне знать. Что бы ни случилось, не играй роль героя.

Фред кивнул. Молли ободряюще улыбнулась ему.

— Постарайся об этом не думать. Почему бы тебе не заняться сейчас тигром?

— Хорошо. Спасибо, — сказал Фред и ссутулившись вышел из кабинета. Молли со вздохом закрыла лежавшую перед ней папку.

— Был ли это один из охотников за тигрятами? — спросила она, стараясь не смотреть на Терри. Выглядел он, по ее мнению, ужасно, но она не собиралась спрашивать его о причинах.

— Бесспорно. Я позвоню Сэлу. Ясно, что они узнали, где находятся тигрята. Нам потребуется дополнительная охрана, и мне бы хотелось, чтобы он перевез зверушек в другое место, и как можно скорее.

— Мне не нравится мысль о переезде…

Он оборвал ее.

— В данном случае решаешь не ты. На меня возложена обязанность обеспечивать безопасность. Я не шутил, когда сказал Фреду, что ему не следует играть роль героя. И тебе не следует храбриться. Нам нужна команда по крайней мере из шести человек.

— Из шести! — Она взглянула на него и внутренне ахнула. Темная щетина, выступившая на щеках, придавала ему зловещий вид. Под покрасневшими, воспаленными глазами залегли темно-коричневые тени. — Ты кошмарно выглядишь.

— Я и чувствую себя кошмарно.

Он поднял трубку и набрал номер. Пока он говорил со своим начальником, она играла карандашом. Когда же посмотрела на него еще раз, ей стало до боли жалко его.

— Ты храбрая женщина, — сказал он.

— И какое это имеет отношение к происходящему?

— Никакого. Просто у меня мелькнула такая мысль.

Великолепно! Но она не хотела быть храброй женщиной. Она хотела быть слабой и женственной. Она решила посмотреть правде в глаза. Только однажды в жизни она пожелала стать такой, и это произошло именно сегодня.

Он поднялся и пошел к двери. Прежде чем выйти, он повернулся и посмотрел ей в лицо.

— Храбрость — дело наживное, Мол. Кто научил тебя быть такой?

Она пожала плечами.

— Я не особенно храбрая.

— В этом все и дело. Однако запах опасности превращает тебя в сильного и смелого человека.

11

Бернард притормозил машину перед въездом на университетскую парковку. День выдался неприятный. Утром его разбудил телефонный звонок. Ему сказали, что в запасе у него лишь одна неделя, чтобы осуществить данное ему поручение.

Он оглядывал студентов, направлявшихся к своим машинам. Звонок в университетскую администрацию позволил Бернарду узнать расписание занятий Фреда. Теперь он точно знал, в какое время у него закончатся лекции, и решил терпеливо ждать его выхода. Он намеревался разузнать у юноши все возможные подходы к питомнику. Прошлой ночью его постиг полный провал.

Ерзая на сиденье, Бернард болезненно морщился. Руки и ноги были в кровь исцарапаны колючками кустарника. Пришлось бродить почти вслепую, поскольку в его распоряжении был только карманный фонарик да тусклый свет неполной луны. Целых два часа он потратил на то, чтобы проникнуть на территорию. Как только он приблизился к входу в центральное здание, оттуда вышел охранник. Бернард уже приготовился ликвидировать помеху, как откуда ни возьмись появилась черная пантера, крадущаяся мимо клеток. Боже, что он испытал тогда. Какой сумасшедший позволил разгуливать такому зверю на воле?

Теперь он намеревался использовать этого юношу Фреда в своих интересах. Если тот откажется сотрудничать, Бернард принудит его силой.

Он внимательно наблюдал за потоком студентов. Ага, вот и Фред за тем блондином с широкой грудью. Бернард проехал вперед, загородив проход. Ребята обходили машину, бросая на него злые взгляды. Поравнявшись с Фредом, Бернард открыл дверцу и вышел наружу.

— Фред, — окликнул он юношу и изобразил на лице сладенькую улыбку. — Как поживаешь?

Фред застыл на месте. Он казался испуганным.

— Это вы? Что вы здесь делаете?

Бернарду поведение юноши показалось подозрительным, и у него сразу же возникло плохое предчувствие. Как всегда в подобных ситуациях, он полез под пиджак за пистолетом.

— У тебя есть минутка? Хочу задать тебе всего лишь несколько вопросов.

Последние студенты расселись по машинам, оставив Бернарда и Фреда в одиночестве перед въездом на стоянку.

Бернард взял юношу за руку. Фред энергично запротестовал.

— Оставьте меня, — чуть не закричал он, намереваясь уйти.

— Не торопись, приятель.

Бернард выхватил пистолет и приставил ствол к животу Фреда.

— Ни звука, слышишь?

Бернард подтолкнул Фреда к машине.

— Садись.

Лицо Фреда сделалось белым как мел.

— Что вы собираетесь делать?

— Ничего особенного. Только задам несколько вопросов.

У парнишки должно быть дистанционное устройство, с помощью которого открываются ворота в питомник. Бернард собирался воспользоваться им. Чтобы разработать действенный план по захвату тигрят, потребуется два дня. Перед этим он предпримет еще одну попытку. Короче, работы предстоит немало.

Молли положила телефонную трубку. В течение двух последних дней Фред не показывался и не давал о себе знать. Она несколько раз звонила в студенческое общежитие, но там его никто не видел. Один из сокурсников Фреда сообщил, что Нэнси, подружка Фреда, получила назначение в Лас-Вегас. Без сомнения, Фред отправился вместе с ней.

Она сжала ручки кресла, чувствуя, как страх холодит спину. Неужели с ним что-нибудь случилось? Нет, этого не может быть. У Фреда наверняка все в порядке.

— Ты выглядишь очень озабоченной, — сказал Терри.

Она повернулась в кресле и посмотрела на него. Стоя в дверях, Терри держал на руках маленького тигренка. Малышка прижалась к его груди и обнюхивала шею.

— Я совсем расклеилась, — сказала Молли, поразившись тому, что она завидует маленькому зверьку, расположившемуся на руках у Терри.

Он вошел в кабинет и уселся напротив нее. Тигренок уютно свернулся на его коленях и заморгал, глядя на Молли. Появился и Тед, понюхал тигренка и подошел к Молли.

Терри почесал тигренка за ушком и посмотрел на Молли. В его светло-карих глазах застыло такое выражение, которое заставило ее смутиться.

— Ты как-то странно смотришь на меня, — сказала она.

— Я подумал, что снежные барсы очень счастливые кошки.

Она наклонилась и поправила у Теда ошейник.

— Что это вдруг?

— Я говорю совершенно серьезно. Ты человек, преданный идее.

— Я еще не уверена, что смогу заняться ими.

— Нет. Ты создашь свой питомник, найдешь способ достать средства, преодолеешь все формальности. В этом я нисколечко не сомневаюсь, — обнадежил он Молли.

Малыш тигренок принялся усердно грызть пуговицу на рубашке. Терри отодвинул его. Зверек удобнее устроился на коленях, перевернулся на спину, выставив беленький живот. Терри погладил его мягкую шкурку.

Молли смотрела на тигренка, испытывая чувство зависти. Терри нежно ласкал малыша. Молли даже задержала дыхание от умиления. Удивительно, подумала она, наиболее отважный сотрудник Сэла так нежно заботится о маленьких беззащитных тигрятах.

Она улыбнулась и оглядела свой кабинет, вольеры, видные из окна, черную пантеру, устроившуюся у ее ног. Возможно, вся эта обстановка и далека от той, о которой она мечтала, но тем не менее в ней есть что-то домашнее, к чему не привык Терри. Возможно, его способность приспосабливаться к обстоятельствам благотворно сказывалась и на его характере, и на работе. Но мысль о том, чтобы приручить, заставить его подчиняться ей, показалась Молли жестокой и бесчеловечной. Это все равно что посадить дикую пантеру или снежного барса в клетку.

— Где же Фред? — спросил Терри. — Я не видел его целых два дня.

Она снова начала волноваться.

— Надеюсь, что с ним все в порядке, — сказала она неуверенно. — Я недавно связывалась с его однокашником. Он рассказал, что подружка Фреда получила назначение в Лас-Вегас. Приятель Фреда считает, что он поехал с ней, и я разделяю его точку зрения. Это уже не первый раз, когда он исчезает, не давая о себе знать.

Терри подвинул к себе телефон.

— Что ты собираешься делать? — спросила она.

— Звонить в полицию.

— Разве Фреду грозит опасность?

Терри не ответил, ожидая соединения. Он сообщил местной полиции об исчезновении Фреда. Полицейский офицер согласился связаться с властями Лас-Вегаса и попросить их найти подружку Фреда.

— А что потом? — спросила Молли, когда он положил трубку.

— Будем ждать. Я хочу…

Стук в дверь прервал его. Один из охранников заглянул в комнату.

— Терри, Энди просил передать, что прибыл трейлер. Он остановился рядом с Большим домом.

— Прекрасно. — Он махнул рукой охраннику, приглашая его войти, и вручил ему переговорное устройство. — Я хочу на эти дни изменить частоту диапазона. Скажи об этом Энди. Кроме того, мне нужно с ним переговорить. У нас из питомника исчез один парень. Можешь идти.

— Я ненавижу эти перемены, — сказала она. — Какие-то незнакомые люди беспрестанно снуют взад-вперед, какие-то машины без конца ездят по питомнику. Кошки волнуются, а это им противопоказано. Утром я говорила с Сэлом. Он сказал, что в конце недели тигрят увезут. Осталось всего четыре дня. Что может произойти в этом промежутке? Разве вся эта суета так необходима?

Терри наклонился вперед и посадил тигренка на стол.

— Мол, я же не даю тебе советов, как ухаживать за кошками. Поверь, я знаю свое дело и стараюсь выполнять его добросовестно. Я хочу, чтобы ни тебе, ни тигрятам не причинили никакого вреда.

Она плотнее уселась в кресле, поджав коленку к груди. Осталось всего четыре дня до отправки тигрят, а с ними уедет и Терри. Сейчас он поправился, вспомнил почти все, что было связано с его заданием. А этого вполне достаточно, чтобы вернуться на оперативную работу и делать то, что он любит. По правде говоря, его здесь ничто не держит.

— Мол? — На нее изучающе смотрели светло-карие глаза.

Прядь волос упала Терри на лоб. Его широкие плечи заслоняли свет из окна. С головы до пят он являл собой классический тип настоящего мужчины. Как было бы здорово всегда быть рядом с ним.

— О чем ты думаешь? — спросил он.

О разных несусветных глупостях, сказала она про себя.

Терри наклонился и погладил ее по волосам.

— Выкинь все из головы — Фреда, тигрят, безопасность. Все, что могла, ты сделала. Я отнесу это маленькое чудовище к ее братцу, а потом вместе с Тедом прогуляюсь вокруг питомника. Ты направляйся в Большой дом и прими горячую ванну. Я хочу, чтобы ты вернулась сюда не раньше чем через два часа.

— Это приказ?

— Считай, что да. И я прошу его выполнить.

Она встала и взяла тигренка.

— Я отнесу его сама. Следи за Тедом.

Уходя, она прижала к груди тигренка. Маленький теплый комочек был не в состоянии унять ее боль.

— Увы, жизнь не похожа на праздничный карнавал, — пробормотала она, сажая тигренка в клетку. — А полюбить кого-нибудь иногда бывает опасно.

В полночь Тед пробрался в комнату Терри. Терри скорее почувствовал, чем услышал присутствие зверя. В темноте он все же разглядел пантеру. Приподнявшись на локте, он посмотрел в ту сторону, где находился Тед.

— Что случилось, парень? Ты что-то услышал?

Пантера тихонько заворчала и ушла из комнаты. Второй раз за неделю Терри пришлось подниматься ночью с постели, надевать джинсы, натягивать сапоги и браться за пистолет. Убедившись, что тигрята в клетке, он вышел из их комнаты и запер за собой дверь. Тед вертелся рядом и увязался за Терри, который направился будить Молли.

Он распахнул ее дверь.

— Молли, думаю, что мне…

Он уставился на пустую кровать. Куда же она ушла? Он взглянул на Теда.

— Нет, приятель, ты не сможешь мне ответить, а посему оставайся здесь. Любой охранник по неведению может случайно пристрелить тебя.

Пантера заворчала и попыталась пойти за ним. Терри отвел ее в кабинет и посадил на цепь. Тед глухо зарычал, но Терри не обратил внимания на его недовольство.

— Пока я выполняю свои обязанности, никто не должен пострадать, — пробормотал он.

Подойдя к задней двери, он через стекло посмотрел в темноту, прежде чем выйти наружу. Кошки спокойно вели себя в своих вольерах. Он оглядел окрестность. Когда он отправлялся спать, джип стоял на своем месте. Теперь же машина исчезла. Кто-то уехал на нем. Скорее всего, Молли.

Он включил переговорное устройство, но никто не откликнулся на его сигнал. Когда он приблизился к первой клетке, вспышка фонарика ударила ему в глаза. Он всмотрелся и увидел Молли, выходящую с другого конца вольеров, оттуда, где находилась клетка с одним из диких ягуаров. Он сделал несколько шагов навстречу и позвал ее. Она повернулась в его сторону. На ней были черные джинсы и ботинки, но ее белый джемпер ярким пятном выделялся в темноте.

Терри поспешил к ней. И вновь шестое чувство заставило его посмотреть вперед, туда, где крайние вольеры скрывались среди деревьев. Сверкание какого-то металлического предмета заставило его сердце тревожно забиться.

— Ложись! — крикнул он.

Молли замерла и посмотрела в его сторону.

— Ложись! — крикнул он еще раз, устремляясь к ней. Она секунду колебалась, а затем упала на землю. Он нагнулся над ней как раз в тот момент, когда в темноте прогрохотал выстрел. Терри быстро выпрямился, схватил Молли за руку и потащил за собой в пространство между вторым и третьим вольерами.

Он подсчитал, что по ним было произведено шесть выстрелов, пока он и Молли не остановились рядом с клеткой, где бесновался ягуар. Пятнистая кошка рычала и била когтистой лапой по металлическим прутьям. Терри оттолкнул Молли в сторону. Он подобрался к тропинке и выстрелил по кустам, в которых мог скрываться злоумышленник.

Хлопок «беретты» эхом прокатился по округе. Откуда-то издалека он услышал звук открываемой дверцы машины. Четверо охранников бежали к вольерам.

В кустах было тихо. Человек, стрелявший по ним, должно быть, скрылся. Он вспомнил, что Молли не сказала ему ни слова. Он вернулся к ней и дотронулся до ее щеки.

— Мол, почему ты молчишь. Тебя ранило?

Она не ответила. Он выхватил из джинсов карманный фонарик и осветил ее. Он увидел, что она ранена в руку и из раны струится кровь, собираясь на земле в крохотное озерцо.

12

Молли с трудом открыла глаза. В лицо ей был направлен луч фонарика. Она зажмурилась, подняла руку, пытаясь заслониться от света.

— Не двигайся, — произнес Терри, обрадованный, что она в сознании. — Тебя ранило?

— Что? — сказала она, взглянув на левую руку. — О, мой Бог, кровь.

— Это единственное место, куда в тебя попали?

— Судя по всему, рана не очень опасна. Почти не болит.

— Это от шока, — пробормотал он.

К вольерам подбежали охранники.

— Что стряслось? — спросил Энди. — Почему-то на мой вызов никто не отвечал. К тому же джипа на месте не оказалось.

— Я знаю, — сказал Терри, поднимаясь на ноги. — Пусть Майк отнесет Молли в дом и останется с ней. Скажи Ральфу, чтобы подогнал грузовик к воротам и оставался там. Никого с территории не выпускать. Ты вместе с Томом пойдешь со мной. У меня руки чешутся схватить этого подонка. — Он посмотрел на Молли. — Ты можешь потерпеть?

Один из охранников помог Молли встать.

— Не беспокойся. Все в порядке. Иди! — Она махнула на него рукой.

Он окинул ее беспокойным взглядом, затем указал охранникам направление и зашагал к кустам.

Два охранника, шедшие за ним, отстали. Через пять минут ему стало ясно, что обнаружить кого-либо не удастся до тех пор, пока стрелявший сам по оплошности не выдаст себя. Свет ущербной луны был слишком тусклым, к тому же его заслоняли густые ветви деревьев.

Время шло. Тишину нарушало еле слышное потрескивание сухих сучьев под ногами. Вдруг Терри почувствовал, что его вновь отбрасывает в прошлое.

Он отчетливо услышал, как прогремел взрыв. Его откинуло в сторону, будто тряпичную куклу. Он рухнул на пол склада. Дым и гарь наполнили легкие. И что-то еще щекотало ему ноздри. Соль. Он чувствовал близость океана.

Он попытался ползти, намереваясь выбраться и спастись, но тело отказывалось повиноваться. Кто-то потянул его за руку, стараясь оттащить от разгоравшегося огня. Его тащили через горящее здание склада и наконец втолкнули на сиденье машины. На несколько минут он потерял сознание и очнулся от тряски машины на ухабах. Автомобиль мчался в темноте с выключенными фарами.

Кто за рулем? Где они? Кто его спас? Кроме него в машине находился только один человек — шофер. Он напряг зрение и впился в темноту. Рой? Человек за рулем не обернулся.

— Я рад, что ты пришел в себя. Ты сильно ушиб голову. Я уже начал опасаться, что ты не очнешься. Почему ты оказался здесь, Терри? Тебя прислали за мной? Я не собираюсь возвращаться, дружище. Не волнуйся.

Рой свернул в сторону длинного, узкого поля и выключил мотор. Терри с усилием выбрался из машины, огляделся — местность была ему знакома.

— Что мы здесь делаем?

— Сейчас я отправлю тебя домой. Человек, с которым я имею дело, поможет тебе выбраться.

Рой встал рядом с ним.

— Я слежу за тобой со времени твоего приезда. Считай, что ты счастливчик. Все же остался жив.

Признаться, Терри этого не чувствовал. Одной рукой он держался за борт машины, чтобы не потерять равновесия, другой ощупывал себя. В какой-то момент, когда головокружение прошло, он вытащил из-под пиджака пистолет. При свете полной луны металл зловеще сверкнул.

— Ты продался, — сказал Терри. — Почему?

— Если я скажу тебе, что причиной стали деньги, ты мне никогда не поверишь.

— Ты прав. Но тогда из-за чего же? Шантаж?

Рой повернулся. Терри медленно поднял глаза и увидел знакомую презрительную усмешку своего друга.

— А с этим легче согласиться? — спросил Рой. Он прикурил сигарету, затушил спичку и отбросил ее в сторону. — Тебе хотелось бы думать, что меня вынудили так поступить. Другие причины, если я их назову, покоробят тебя, нанесут удар по твоим незыблемым принципам. Для тебя же существуют только два цвета — белый и черный.

— Черт тебя подери! — Терри навел пистолет на Роя. — Я доставлю тебя домой.

Рой отрицательно покачал головой.

— Этого тебе не приказывали. Шеф велел тебе провести проверку на месте, и если все подтвердится, то со мной никаких проблем не должно быть. Поэтому ты тут и появился. — И он указал сигаретой на небо.

Терри тоже посмотрел вверх. Самолет шел на посадку, стремительно приближаясь к полю. Шум двигателя нарастал с каждой секундой. По-прежнему держа Роя на прицеле, Терри приказал:

— Иди.

— Нет! — Рой затянулся в последний раз и бросил сигарету на землю. Наступив на нее ногой, он посмотрел на Терри и улыбнулся. — Ты можешь меня убить или отпустить на все четыре стороны, но в Штатах я больше не появлюсь. Я отрицательно отношусь к решеткам на окнах.

За их спинами вспыхнул свет. К ним приближался длинный черный автомобиль. Терри узнал машину и бандитов, сидящих в ней.

— Похоже, твои друзья нашли нас, — сказал Терри.

К его удивлению, Рой рассмеялся.

— В этой стране все происходит шиворот-навыворот. Идем. — Рой направился к самолету.

Терри пошел за ним пригнувшись. Они немного не дошли до самолета, как услышали выстрелы, и Терри почувствовал, что пуля попала ему в ногу. Он упал.

Внезапно Рой нагнулся над ним.

— Не везет тебе здесь, старина. Верно?

Терри скривился, но не от боли.

— Проклятая командировка! Помоги мне добраться до самолета, подонок.

Рой подставил ему плечо и потащил к открывшейся дверце самолета. Кто-то изнутри втащил Терри в безопасное место. Он схватил Роя, но его друг сразу же вырвался.

— Ты слышал, что я сказал? Я не вернусь. — Голос Роя заглушал работающий двигатель.

Люди, стоявшие на земле, открыли огонь по самолету.

— Они пристрелят тебя! — закричал Терри.

— Это лучше, чем получить пулю от тебя. Я не вернусь.

Самолет начал движение, набирая скорость для взлета.

— Нет, Рой, постой! — заорал Терри. — Мы оставили нужного человека на земле, — прокричал он пилоту. Но его никто не слышал. Он бросился к люку, собираясь выпрыгнуть, но люди в салоне оттащили его прочь.

Его товарищ взмахом руки послал ему последнее приветствие, затем повернулся к людям, бежавшим к самолету. Выхватив пистолет, он открыл огонь. Двое из бежавших грохнулись на землю. Оставшиеся трое повернули оружие в его сторону. Видя, как они всаживают в Роя пулю за пулей, Терри оцепенел. Его друг как подкошенный свалился на траву.

Самолет взмыл вверх над окружающими поле деревьями и взял курс на север. Терри отбросило назад. Боль в голове возрастала с каждым ударом сердца. Он почувствовал, как кровь, стекающая по ноге, заливает ботинок, и закрыл глаза. Все случившееся казалось ему кошмаром…

Картины пережитого стали тускнеть, звук моторов самолета постепенно стих в его ушах, сменившись ночными звуками питомника и уханьем совы, сидевшей на дереве где-то поблизости. Он опустился на влажную землю позади клеток. Теперь он все вспомнил, но в то же время чертовски захотелось забыть это снова.

Выходит, Рою была известна цель командировки Терри. И если это так, то Рой знал, что Терри должен ликвидировать его. А на деле произошло наоборот — Рой спас ему жизнь.

Почему? Во всем этом не виделось никакого смысла. Почему Рой стал предателем? Нет, деньги здесь ни при чем. Рой ими никогда не интересовался. Да и шантажом здесь не пахло. Сейчас трудно разобраться в причинах. Важно то, что он все вспомнил. Он добился того, чего хотел больше всего. Теперь он может вернуться к исполнению своих прежних обязанностей. Но для чего? Разве отныне это так важно?

Когда он вышел на открытое пространство, к нему подошел один из охранников.

— Кто-нибудь ранен? — спросил Терри.

— Нет. Энди просил передать, что он сообщил в полицию о перестрелке.

Бернард выругался вслух, хватаясь за руль. Все шло не так, как он планировал. Надежды на успех рушились, он все время терпел неудачи.

На разбитой дороге он сбросил газ. Черт возьми, когда же начнется асфальтированная дорога, проложенная от центрального здания к воротам? Наконец, вырулив на дорогу, он вытащил прибор дистанционного управления, который он украл из грузовика Фреда. Пальцем нащупал нужную кнопку.

Приближаясь к воротам, Бернард выругался еще раз, увидев перед ними два больших грузовика, а рядом — вооруженных людей. Бернард изо всех сил надавил на кнопку, управляющую воротами, и одновременно нажал на газ.

Один из охранников взял его на мушку, но Бернарду было на все наплевать. Выстрел! Пуля пробила дверцу машины.

— Мазила, — процедил сквозь зубы Бернард и направил свою машину в узкий просвет между грузовиками и постом у ворот. Сзади откуда ни возьмись выскочил небольшой автомобиль и пристроился за ним. Еще две пули врезались в его машину. Одна, разбив заднее стекло, застряла в спинке сиденья.

Он что есть силы жал на педаль газа. Визг шин прямо-таки оглушил его. Не оглядываясь, он гнал машину вперед. Увы, ему так и не удалось незамеченным пробраться к тигрятам. Теперь нет смысла заботиться о скрытности операции, пришло время подумать о подкреплении.

— Вы собираетесь еще что-нибудь добавить, мэм? — спросил полицейский офицер.

Молли отрицательно покачала головой.

— Нет. Я уверена, что кто-то охотится за белыми тигрятами, но я не знаю имен людей, которые в них заинтересованы. — Она привстала и протерла глаза. Глаза, как и все тело, болели. — Сэл Мэтью не сообщил мне его имя, и, честно говоря, я не хочу знать, кто он.

— Благодарю вас, мэм. — Офицер вежливо улыбнулся и оставил ее одну.

Разумеется, подумала она, человек, появившийся в питомнике в два часа ночи, охотился именно за тигрятами. Однако Терри вместе со своими людьми делал все возможное, чтобы держать ситуацию под контролем. Сейчас ей хотелось одного — побыстрее выпроводить полицию с территории питомника.

— Ну как ты, держишься? — услышала она голос Терри.

Она подняла голову и увидела, что он стоит в дверях ее кабинета. Со сна волосы у него были всклокочены, да и щетина порядочно отросла. Однако, судя по всему, он пребывал в отличном настроении.

— Как видишь, выжила, — сказала она. — Полиция уже все сделала?

— Да. Взгляни-ка. — Он вошел в кабинет и протянул ей маленький пластиковый пакетик.

— Что это?

— Пуля. Они нашли три таких. Одну из них я отослал Сэлу.

— А что он с ней будет делать?

— Проведет экспертизу. Но сейчас он в отъезде, говорят, будет отсутствовать пару дней. Никто не мог мне сказать, где он находится. Я никак не могу соединиться с ним. — Он присел на край стола. — Мне бы хотелось, чтобы ты вместе с тигрятами уехала отсюда на то время, пока Сэл не вернется и не сделает соответствующие распоряжения.

Она покачала головой.

— Даже не думай об этом. Я не брошу остальных кошек. Через два дня Сэл заберет тигрят. Мы справимся. Ведь ты и твоя команда здесь.

— Хотел бы я быть таким же оптимистом, как ты. Операция-то неофициальная. Если я потребую усилить охрану, у меня могут быть неприятности. Утром я позвоню кое-кому и выясню, что происходит. Очень важно узнать, где все же находится Сэл.

Терри взглянул на майку Молли со следами крови.

— Тебя кто-нибудь осматривал?

— Рана пустяковая. Скорей всего, меня задела щепка от дерева. Вообще, я в порядке.

Вымыв руки, приготовив бинты, он попытался осторожно стянуть с нее майку.

— Необходимо ее снять, — сказал он.

Она непроизвольно прижала руки к груди. Как бы прореагировал Терри, если бы она попросила его снять рубашку? Молли саркастически усмехнулась. Вероятно, точно так же.

Молли подняла майку и высвободила здоровую руку. Он стянул с нее майку, отбросил в сторону и обнажил рану.

Она взглянула на Терри. Он смотрел на нее с таким выражением, словно перед ним было раненое животное, а не обнаженная женщина. Он просто разглядывал рану, не обращая внимания ни на что.

— Особых повреждений я не вижу, — наконец изрек он. — Очень похоже на след кошачьего когтя. Подожди, я сейчас промою рану и наложу бинт.

Пока он занимался ее рукой, она исподволь изучала его лицо, последнее время почему-то ставшее ей близким; особенно всматривалась в его глаза. Уголки губ у него сложились в болезненную гримасу. Она сравнила его с боксером, который выдержал десять раундов в схватке с самим дьяволом, но так и не был объявлен победителем.

— Тебя что-нибудь беспокоит? — спросила она.

— Нисколечко. Что за вопрос?

Терри распаковал бинт, сложил его конец несколько раз и прижал к ране. Повязка вышла на редкость удачной.

— Все хорошо. Будешь как новенькая.

— И все же, что тебя беспокоит?

— Ничего. — Он собрал медикаменты и убрал их в шкафчик. — Все в порядке. Отправляйся в постель, Мол.

Она пошла в спальню. Из своей комнаты она слышала, как Терри ходил взад-вперед по холлу, слышала, как он тихо разговаривал с Тедом. Время тянулось ужасно медленно.

Когда, по ее мнению, прошло уже целых десять минут, она решила, что, если он сейчас не прекратит свое хождение по холлу и не отправится спать, она выйдет и потребует от него объяснений.

Она прождала значительно больше, потом отбросила одеяло и ступила на пол. Ноги сразу же почувствовали прохладу деревянного пола. Она открыла дверь и вышла в холл. Терри она нашла в маленькой кухне. Он стоял около окна, пристально всматриваясь в темноту, туда, где виднелись еле различимые контуры больших деревьев.

— Почему ты не спишь? — спросил он, не поворачиваясь к ней. Его голос звучал ровно, в нем не слышалось никаких эмоций. Это обнадежило ее. Она рискнула подойти к нему поближе.

— Скажи мне, о чем ты думаешь? — спросила она как можно мягче.

Он медленно повернулся и посмотрел на нее. Ее поразили его глаза, в которых затаилась такая глубокая тоска, что ей захотелось зареветь.

— Мол, сейчас не время для разговоров, — сказал он. — Возвращайся в постель и дай мне возможность побыть одному.

Молли стало ясно, что она от него ничего не добьется, он не намерен разговаривать. Вздохнув, она повернулась к выходу.

— Спокойной ночи.

— Подожди, — еле слышно прошептал он. Она даже подумала, что ей показалось.

— Что ты сказал?

Он отодвинул стул и жестом предложил ей сесть.

— Не уходи, пожалуйста. Ты права. Кое-что случилось.

Она села. Он устроился рядом с ней, разглядывая собственные царапины.

— Я вспомнил все, что там произошло, — после долгой паузы сказал он. — Память вроде бы окончательно вернулась. Я уже говорил, что мое задание заключалось в том, чтобы схватить агента, который оказался предателем. Так вот, он погиб из-за меня, спасая мою никому не нужную жизнь. И я не имею ни малейшего представления, зачем он это сделал.

— Так тебя волнует, почему он стал изменником или почему он спас тебя?

— Меня волнуют обе причины. Я хотел бы получить более или менее вразумительный ответ, но ничего не выходит.

Она наклонилась к нему и нежно прикоснулась к щеке. Он не отодвинулся. Она гладила теплую кожу. Отросшая щетина щекотала ладонь.

— Может быть, он тогда понял, что ему некуда идти. Если бы он вернулся, то его сразу же засадили бы в тюрьму, — предположила она.

Он горько рассмеялся.

— Рой скорее бы согласился умереть, чем вернуться обратно. — Терри помолчал, а потом продолжил: — На деле он оказался подонком, и это привело его к гибели.

— И все же он отдал свою жизнь не зря. Он же спас тебя.

— Довольно неравнозначный обмен. — Он выпрямился. Она, отдернув руку, прижала ее к груди. — Ты права. Не следует переживать. Теперь все прояснилось. Сэл по-прежнему предлагает мне вернуться. Возможно, я так и сделаю. Теперь, когда события сложились в целостную картину, все стало ясно. Но произошло это слишком поздно. Хороший парень все же погиб.

— А Рой был хорошим парнем?

Он откинулся на спинку стула.

— Ты задаешь трудный вопрос. Зачем тебе знать?

Она пожала плечами.

— Затем, что я тоже стараюсь стать твоим другом.

— Мы друзья, Мол?

— Надеюсь.

— Не уверен, что ты нуждаешься в таких друзьях, как я.

Ей очень хотелось сказать ему, что она нуждается именно в таком друге, как он. Эта ночь, перипетии с тигрятами, время, проведенное вместе с Терри, и предстоящее расставание с ним — все это до предела обострило сознание ее одиночества и наполнило ее существо почти осязаемой болью. Ей хотелось утешить этого человека, заботиться о нем. И вместе с тем что-то удерживало ее открытого проявления чувств, поскольку Молли не знала, как он к этому отнесется. Все же она рискнула сказать ему прямо:

— Мне нужен такой друг, как ты.

Когда она прошептала эти слова, глаза вспыхнули, словно в них зажегся внутренний огонь.

— Наверное, твое желание слабее моего.

Его слова придали ей смелости. Не задумываясь, она поднялась и протянула ему руку. Он посмотрел на Молли.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Не думай ни о чем, — сказала она. Взяв его за руку, она притянула его к себе. Ноги стали ватными, коленки подкашивались. Это из-за него ее охватила слабость, но одновременно его присутствие вливало в нее силу.

13

Когда его губы прикоснулись к ней, она, чтобы не потерять равновесия, обняла его за плечи. Кожа у него оказалась горячей. Ожидание поцелуя вызвало у нее головокружение. Легонько поглаживая ему плечи, она с готовностью принимала его ласки. Его язык нетерпеливо блуждал по ее губам. Подчиняясь инстинкту, она приоткрыла их, и он стремительно проник внутрь. Она ощутила во рту привкус мяты и чего-то еще, не поддававшегося определению. Это что-то принадлежало только Терри.

Она обхватила руками его шею, ощутив жесткость волос.

Он чуть приподнял голову и посмотрел на нее. Желание разгладило жесткие складки его лица. От ее поцелуев губы у него стали влажными.

— Мол, — мягко произнес он ее имя.

Она опустила руки, коснувшись его бицепсов. Мышцы напряглись, стали твердыми. Их взгляды встретились. В его глазах она прочла желание и любовь. Желание возрастало с такой силой, что ей стало трудно дышать. Она чувствовала, что это желание никогда в ней не угаснет. Как она ждала этого момента, этого человека, которому может с радостью отдать свое тело, свое сердце.

Он взялся за край ее майки и потянул вверх. Она чуть отодвинулась от него, помогая ему освободить ее от одежды. Он осторожно извлек ее раненую руку из рукава. Майка была снята и оказалась на полу, и он устремился к ее обнаженным грудям.

Под его нежным прикосновением они сразу же уплотнились. Его сильные руки оглаживали их округлости, пальцы касались сосков, ставших твердыми. Она не смогла сдержать стон. Он наклонился ниже, ловя соски губами. Судорога пронизала ее с головы до ног, отозвавшись между бедер.

Он отступил назад, освобождая ее от трусиков. Когда они очутились там же, где и майка, он подхватил ее за талию, приподнял и посадил на стол. От прикосновения холодной поверхности стола к ее обнаженным ягодицам она вздрогнула. Оказавшись между ее ногами, он счастливо улыбнулся. Затем наклонил, укладывая на спину и продолжая поддерживать руками ее тело. От желания, сжигавшего ее, внутри у нее все кипело. Она ни о чем не думала, она полностью отдалась ощущениям. Раздвинув ноги пошире, она звала его к близости. Оставалась еще одна помеха на этом пути — его джинсы. Она ухватилась за пуговицу на поясе и стала нетерпеливо ее расстегивать. Вот и все — джинсы на полу. Когда ее пальцы дотронулись до его напрягшейся плоти, он прижал ее к себе еще сильнее.

Она вгляделась в его лицо. Выражение было поистине дикарским, глаза закрыты, ни малейшего признака притворства.

Все было так, как происходило между мужчиной и женщиной многие тысячи лет, когда господствовали первобытные чувства и не скрывалось откровенное желание обладать друг другом. Если она сейчас не сольется с этим человеком, если он не уймет ее сладкое томление, родившееся внутри, она погибнет.

Когда она почувствовала, как кончик его плоти коснулся ее самого чувствительного места, спина у нее выгнулась дугой, глаза непроизвольно закрылись. Его ритмичные движения побудили ее двигаться ему в такт. Приближаясь к кульминации, она задышала глубже, сопровождая каждый выдох стоном. Ее ноги обхватили его бедра, движения стали более энергичными. Она впивалась ногтями в его тело. Он вновь прикоснулся губами к ее соскам, а она вся отдалась движению, сконцентрировавшись только на осязании его плоти, стремившейся достичь большей глубины. Ритм все учащался и учащался. Ее охватило безумие. Все мышцы сокращались в небывалой судороге. Пик страсти совпал с последним сильным толчком Терри…

Когда Терри попытался привстать, она приникла к нему, спрятав голову у него на груди. Теперь она насытилась, теперь в голове стало светлей. Она избегала его взгляда, не зная, что он думает сейчас о ней. Она вела себя как животное, спариваясь с ним подобным образом.

Она приоткрыла глаза. Боже мой, они любили друг друга на кухонном столе.

— Терри, я…

— Тише, — прошептал он.

Она почувствовала, что он берет ее на руки и поднимает. Она открыла глаза.

— Что ты делаешь?

— Собираюсь отнести тебя в постель, — улыбнулся он. — Постель более цивилизованное место. Как ты думаешь?

Он ни капельки не был шокирован тем, что произошло между ними. И это успокоило ее. Может быть, он тоже испытал такое же дикое, непреодолимое и страстное желание.

Когда он положил ее на кровать, она вся напряглась, подумав, что он покинет ее. Однако ее беспокойство оказалось напрасным. Он лег рядом с ней и укрыл их обоих одеялом. Она повернулась на бок, а он прижался к ее спине. Одной рукой он держал ее за талию. Другую его руку она положила между своих грудей и просунула его пальцы между своими. Она вздрагивала при каждом его поцелуе.

— Спасибо, — прошептала она.

— Пожалуйста, но тебе тоже спасибо.

Он приподнялся на локте и прижал ее плечо, развернув его так, чтобы она могла его видеть. В его карих глазах еще горел прежний огонь. Он прикоснулся пальцем к ее припухшим губам.

— Такое забыть невозможно. Это было как извержение вулкана. — Он ободряюще улыбнулся. — Мы оба потеряли голову. Я даже забыл спросить тебя, предохранилась ли ты. Конечно, сейчас спрашивать об этом глупо. И тем не менее, как у тебя с контрацептивом?

— Не беспокойся. Все в порядке.

— Замечательно.

Терри опустился на постель. Он облегченно вздохнул. Было бы непростительно предаваться любви с Молли, не выяснив заранее, что она может забеременеть. Однако он поразился, что мысль о более близких отношениях с ней и возможном ребенке приятно взволновала его. Но он сразу же ее прогнал. Такие мысли, сказал он себе, появляются лишь от усталости или одиночества.

Он теснее прижался к ее спине и глубоко вздохнул. От Молли пахло сексом и французскими духами.

Свет от фонаря, который он зажег над входом в здание, проникал в ее спальню сквозь зашторенное окно.

— Я догадывалась, что все так и произойдет, — пробормотала она.

— Почему?

— Мужчине из подразделения «Альфа» всегда благоволит судьба.

Он улыбнулся.

— Ты считаешь, что я из «Альфы»? — спросил он, целуя ее между лопаток.

— Угу, — протянула она.

Он притрагивался языком к каждой ложбинке на ее спине. Затем отодвинул в сторону ее длинные волосы и принялся легонько покусывать ей шею. Она шевельнула бедрами. Желание вновь охватило его.

— Я почему ты решила, что из «Альфы»? — спросил он.

— Крутизна, смелость. А… ах…

Он пососал мочку ее уха.

— Продолжай, — совсем по-кошачьи промурлыкал он.

— Способность выдерживать лишения. Вызывать симпатию у других людей.

— Включая и женщин?

Он потянулся и поцеловал ее в шею. Она откинула голову, чтобы ему было удобней.

— Особенно у женщин.

Ее глаза были закрыты. Она вытянулась как пантера, которой чешут за ушком.

Он продолжал целовать ее спину, затем отбросил одеяло, открыл ее голые круглые ягодицы и длинные ноги. Она вздрогнула, когда он поцеловал ее в чувствительное место под коленкой. Она приподняла ноги, а он просунул между ними руку и пощекотал ее влажное лоно. Она приподняла бедра, когда он принялся покусывать ее ягодицы. Его плоть пульсировала, он был опять во всеоружии.

Он прижался к ее спине, зарывшись лицом в ее волосы. Затем ввел свою затвердевшую плоть ей внутрь. Она застонала, дернулась и прижалась к нему плотнее. Он продолжал ласкать ее, сочетая движение губ с движением тела. Одной рукой он держал ее за грудь. С каждым его толчком, ее грудь вздрагивала, а сосок терся о его ладонь. Он уверенно углубился в нее. Она вскрикнула, кончая.

Когда она затихла, он перевернул ее на спину и снова углубился в нее. Она схватила его за плечи, сильнее прижимая к себе. Теперь он чувствовал приближение кульминации. Она двигала бедрами все быстрее и быстрее. Он был готов к заключительному толчку, почувствовав, что и она вот-вот снова кончит.

Глаза их встретились. Он видел, что она испытывает необыкновенное наслаждение, и восхищался тем, с какой энергией двигается ее тело.

Еще мгновение, и он забыл обо всем. Только ощущал всеми клеточками своего тела, что и она испытывает такой же экстаз.

Потом вновь и вновь они отдавались взаимному наслаждению… И только какое-то время спустя он лежал совершенно опустошенный, прижимаясь к ней. Тела их трепетали.

Чуть позже она дотронулась до его лица, склонилась ниже и поцеловала шрам от пули на его руке. В ответ он прикоснулся к следам когтей на ее теле. Они смотрели друг на друга и понимали друг друга без слов. Он никогда еще не испытывал такого удовлетворения. Он ближе притянул ее к себе и повернул так, чтобы она могла положить голову ему на плечо.

Терри держал ее в руках до тех пор, пока она не заснула. Он откинул ее волосы со лба и погладил щеку. Неизведанная нежность затеплилась в его душе и заставила сжаться сердце от какого-то болезненного предчувствия.

Когда Молли, вздохнув, отодвинулась от него, он выскользнул из постели и посмотрел на нее. Свет, проникавший снаружи, освещал ее длинные волосы, разметавшиеся по плечам. Ему были видны четыре шрама на тыльной стороне руки. Аромат духов смешивался с приятным запахом ее разогревшегося тела. Он набросил на нее одеяло и тихо вышел из спальни.

На кухне он подобрал джинсы и надел их. Пока варился кофе, он натянул сапоги и рубашку. Затем он наполнил кружку и направился с ней в свою комнату. Там он взял пистолет и зашагал в холл. Сев на диванчик, стоявший у двери, он стал ждать.

Его мышцы приятно побаливали. Он устал, но спать не хотел. Он готов бодрствовать до тех пор, пока не будет уверен, что Молли в безопасности. Перед глазами возникала сцена, связанная с тем, как она отдавалась ему. Он видел ее обнаженное тело, полные груди, длинные, стройные ноги. Он вспомнил выражение ее лица, когда она переживала пик наслаждения, вызывая в нем ответное чувство.

Он усмехнулся и отхлебнул кофе. Увы, недавнее видение смешивалось с картинами прошлого. Состояние собственной души никогда не вызывало у него тревоги. Но Молли заставила его взглянуть с особой пристальностью на прошлое.

Терри проверил обойму и поставил «беретту» на предохранитель. В холл вошел Тед и сел у его ног, положив голову ему на колени. Терри почесал у него под подбородком и прислушался к звукам, доносившимся из ночи. Кошки в вольерах активно резвились и рычали друг на друга. Это был их мир. Рука Терри продолжала лежать на голове зверя.

Наверное, лучше заглянуть в ад и суметь выжить, сказал он самому себе. Спокойнее иметь пустую грешную душу, чем отдать ее часть кому-то другому. Он знал свои способности, знал все вариации игры, в которую играл, и считал, что способен защитить Молли и тигрят от опасности. В прошлом ему приходилось бороться против конкретного врага. Теперь же ставка значительно выше и во много раз дороже.

С рассветом Бернард вывел машину из заброшенного сарая и выехал на шоссе. Сейчас он находился в том же положении, в котором пребывал и неделю назад. Тигрята так и остались недоступными. А время стремительно уходило. Люди, охраняющие тигрят, не теряли бдительности. Сейчас, вполне возможно, они готовятся к тому, чтобы вывезти зверят из питомника. Однако этой ночью он должен выполнить поставленную перед ним задачу, но решить ее только своими силами вряд ли удастся.

Он остановился около телефонной будки, вышел из машины и набрал номер.

— Да, — ответил мужской голос.

— Это Бернард.

— Тигрята с тобой?

— Нет.

На другом конце провода молчали.

— Мне требуются люди и снаряжение, — сказал Бернард. — Я собираюсь взять тигрят этой ночью.

— Я обеспечу тебя всем необходимым, — последовал ответ. — Но задание во что бы то ни стало должно быть выполнено. Хозяин возвращается завтра.

Бернард перечислил, в чем он нуждается, и договорился о встрече в четыре часа. После этого ему нужно быть в горах. Он подождет там до десяти вечера, пока не стемнеет, а затем проникнет в питомник и похитит тигрят.

14

Молли повернулась на бок. Рука коснулась чего-то твердого и плоского. Она услышала позвякивание металла. Открыв глаза, она увидела Теда. Громко чавкая, пантера что-то слизывала с подноса, стоявшего на кровати рядом с Молли.

— Ах ты обжора!..

Тед сверкнул глазами, продолжая поглощать яичницу. За нею последовали тосты.

— Какое свинство! — Молли хмыкнула и села. — Мне кажется, что это приготовлено не для тебя, — сказала она.

Но пантера не соизволила оторваться от трапезы.

Молли услышала звук шагов в коридоре. Она закуталась в простыню. Тед на ходу сжевал бекон и затрусил к двери.

— Какого черта? — произнес Терри, увидев, что пантера расправилась с завтраком, который он приготовил для Молли. — А ну, верни все на место! — Громкий голос Терри эхом прокатился по холлу.

Молли засмеялась и убежала в ванную. С каждым шагом мышцы напоминали ей о том, что произошло ночью. Об этом она нисколечко не жалела. Любовь. Она взглянула на себя в зеркало. А не ошибка ли это? Она осознавала, что Терри не похож на остальных мужчин. И, кроме того, он скоро покинет ее. Ей, наверное, следует осудить себя за сердечную слабость. С самого начала его пребывание здесь, рядом с нею, носило временный характер. Почему же она позволила себе так поступить?

Она слышала, как он ходил по спальне, и понимала, что вечно прятаться в ванной ей не удастся. Уж лучше выйти наружу и смело встретиться с ним. Она сделала глубокий вдох, открыла дверь и появилась в спальне. Терри лежал на постели, растянувшись и закинув руки за голову. Узкие джинсы и белая рубашка подчеркивали его прекрасную фигуру.

Она почему-то застеснялась. Бог мой, как давно она испытывала подобное смущение после ночи любви.

— Вот, хотел удивить тебя, — сказал он. — Но Тед, мерзавец, слопал твой завтрак. Извини.

— Перестань. — Она улыбнулась. — Все равно мне приятно.

— Иди сюда. — Он потянулся к ней.

Она подошла и присела на край кровати. Он приподнялся на локте.

— Ты что, сожалеешь о вчерашней ночи? — спросил он, беря ее за руку и притягивая к себе. — Разве это возможно?

— Да я и не сожалею. Только…

Он не дал ей договорить, обнял ее и поцеловал. Она вяло ответила. Но он крепче прижался к ее губам и попытался проникнуть внутрь языком. Когда она наконец позволила ему это сделать, его язык начал медленно, нежно двигаться внутри. Терри вел себя с ней так осторожно, даже нерешительно, словно и не было прошлой ночи. Не отрываясь от нее, он склонил ее на кровать. Ее глаза полузакрылись.

Утро начиналось необычно. Придвинувшись к ней, он освободил ее от короткой блузки, расстегнул джинсы и снял их. Ее обнаженная кожа чувствовала дуновение прохладного утреннего ветерка. Она открыла глаза, почувствовав, что он ласкает ее грудь.

Воспоминание о прошлой ночи сразу же возбудило ее. Грудь стала упругой, соски напряглись. Казалось, он интуитивно догадывался, чего ей больше всего хочется, и гладил ее так бережно, словно она была сделана из тонкого хрусталя. Он сжал пальцами ее соски. Прикосновение поразило ее, как электрический разряд.

Она приподнялась, коснулась его волос, затем положила руку ему на плечо. Он целовал ее в губы, затем в шею, а потом коснулся губами груди. Сосок, очутившись у него во рту, стал твердым, а она сама почувствовала прилив страсти. Он опустился ниже, целуя ее в живот. Губы следовали за пальцами.

За окном слышался разговор охранников, возня кошек, рычание и повизгивание. Но тот мир казался ей далеким, даже нереальным. Она чувствовала лишь Терри, его присутствие, его ласки, которые словно обжигали ее. А огонь разгорался все ярче и ярче, все сильней. Прикосновения его языка делались все настойчивей. Когда же он приник к ее лону, она взорвалась оргазмом. Терри нежно поцеловал ее и сжал в объятиях ее вздрагивающее тело. Глаза у нее горели, ей почему-то захотелось плакать. Нет, это желание было вызвано не болью, а, наоборот, каким-то новым, еще неизведанным чувством.

Он повернулся так, что ее голова оказалась у него на плече.

— Это небольшая компенсация за то, что Тед съел твой завтрак, — пошутил он, погладив ее по голове.

Она удовлетворенно вздохнула:

— А как бы это выглядело, если бы Тед съел мой обед?

Он засмеялся.

— Ты должна проявить терпение и посмотреть.

— Ого!.. — Она взглянула на низ его живота.

Он прикоснулся к ее щеке.

— Ты увидишь, как это будет замечательно. Удовольствие будет иным. Ты ведь позволишь и мне насладиться.

Внезапно Терри нахмурился, вспомнив о чем-то.

— Что случилось? — встревожилась она.

Терри довольно долго колебался, прежде чем заговорить. Он не хотел ее расстраивать.

— В общем, ничего особенного, — сказал он наконец. — Мне не нравится отсутствие Фреда, к тому же я никак не могу найти Сэла. Я уже звонил нескольким знакомым. К ночи здесь все же появятся дополнительные охранники.

Он встал, поцеловал ее еще раз и покинул спальню. Она осталась одна. К концу недели тигрят увезут, а с ними уедет и Терри. Она не представляла, что будет делать без него. Она не хотела даже думать об этом.

Молли смотрела на кипу официальных бумаг, лежащую на столе. Она раскладывала их по категориям, делила по значимости. Заполненные формы она вкладывала в конверты и запечатывала — их нужно было отправить по сотне адресов: адвокатам, спонсорам, федеральным властям и т. д. Молли перелистала оставшуюся толстую пачку бумаг. За несколько часов работы она справилась только с третью. Сможет ли она осилить остальное?

В кабинет вошел Терри в сопровождении Теда.

— Над чем работаешь? — спросил он, опускаясь на стул.

— Заполняю формы. — Она попыталась улыбнуться, чувствуя, как у нее дрожат губы. — Ты собираешься вернуться к своей работе после того, как Сэл увезет в пятницу тигрят?

Он удивил ее тем, что отрицательно покачал головой.

— Не уверен, что смогу вернуться.

— В чем же проблема?

— А что меня там ждет? Новое задание, подобное тому, что было с Роем? Сколько еще парней мне прикажут убить?

— Есть же другие варианты.

— Что ты имеешь в виду? Сидеть в офисе и протирать штаны? Думаешь, меня это устроит? Я оперативный работник. У Сэла имелись веские причины распрощаться с оперативной работой и обосноваться за столом, а у меня таковых нет.

Таковой причиной для Сэла стала его жена, Терри же оставался холостяком. Но, может быть, он продолжает любить ту женщину.

— Не ищи причины для своего возврата, — сказала она. — Это будет лучшим для тебя решением. Тебе не стоит все время наказывать себя. Ты должен распрощаться с прошлым и подумать о том, как жить дальше. Я говорю о той женщине, которую ты любил, о той, по которой у тебя болит сердце.

Терри резко повернулся и выругался.

— Прости, — быстро сказала она. — Я не хотела трогать твое прошлое. Я уважаю чувства, которые ты питал к ней. Она же занимала в твоей жизни важное место. Вот о чем я думала. Ты и я…

— Почему женщины ведут себя подобным образом? — спросил он, поворачиваясь к ней лицом. Она заметила, что в его глазах сверкнул гнев. — Почему? Можешь ты мне объяснить?

Она вспыхнула.

— Я не…

— Нет, именно это ты и имела в виду. Ты хочешь досконально знать о моем прошлом, Мол? Хорошо! — Он приблизился к ней и взглянул в лицо. — Я встретил ту девушку еще в колледже. Встречались, шутили, но это продолжалось недолго. Я знал, чего я хочу от нее, и не думал брать ее в жены. Однажды она сказала, что забеременела. Прелестный предлог, чтобы все пошло кувырком. Она сказала, что предпринять что-либо уже поздно. Оказалось, что все это туфта. И как только мне стало ясно, что она меня надула, встречи прекратились. — Он пожал плечами. — Все вошло в свою колею, никаких истерик, никаких разбитых сердец.

С каждым его словом в ней рос страх. Боже мой, она страдала за него, что-то лепетала о разбитом сердце.

— Почему же ты обманывал меня?

— Потому, что ты сама этого хотела. Ты уверена, что хочешь услышать настоящую причину? Ты хотела подтверждения своей фантазии. А правда, Мол, заключается в том, что любовь — обыкновенная ложь. Я никогда не заботился о той женщине, более того — о любой женщине.

— Ну, вот и договорились. Следовательно, ты никогда не заботился и обо мне, — с горечью сказала она.

— Ты для меня — работа, и я, черт возьми, делаю эту работу неплохо.

— Особенно в постели. Это я отмечу особо в моем благодарственном письме Сэлу, — сказала она, отталкивая Терри от себя.

Она почти бежала по холлу. В груди у нее все сжималось, словно она пробежала под палящим солнцем целую милю.

Она слышала, как Терри зовет ее. Сейчас она не желала смотреть на него. Она проскользнула между вольеров с ягуарами, рискуя быть схваченной их когтями, и скрылась за клетками. Стороной обойдя Терри, она вбежала в здание и заперлась в своем кабинете. Подойдя к стене, на которой висел план замысленного ею питомника, Молли вгляделась в аккуратно вычерченные контуры вольеров, в план будущего дома, посмотрела на стопку карточек, лежавших на столе. Всхлипывая, она подвинула к себе корзину для мусора и широким взмахом руки смела все в нее. Задуманное никогда не сбудется. У нее нет ни опыта, ни достаточного образования. У нее нет ничего, кроме глупой мечты.

Подтянув коленки к груди, она застыла, сидя на полу.

— Мол, — звал ее Терри, стоя перед запертой дверью. — Позволь мне войти.

Она продолжала сидеть в прежней позе, не обращая внимания на его просьбы.

Как трудно дышать, подумала она, когда испытываешь такую боль. Ей было больно не только от мысли, что она теряет Терри. Но от сознания, что он оказался не тем человеком, которого она создала в своем воображении. Она утратила Что-то очень дорогое. Рухнули ее мечты, ее надежды. Он играл с ней, как с дурочкой, отнесся к ней так же, как и ко всем другим женщинам. Она стала для него еще одной жертвой в длинном ряду его побед. Оказалось, что в ней нет ничего такого, что бы отличало ее от остальных его подружек.

Она посмотрела на фотографии на стене. Ее взгляд остановился на двух снежных барсах, изображенных на снимке. Она вспомнила, как радовалась, когда узнала, что они выжили на воле. Она повернулась и придвинула к себе мусорную корзину. Взглянула на бумаги, брошенные в нее.

Нет! Она не оставит этого дела из-за того, что ее чувства втоптали в грязь. Она не может и не должна трусливо поджимать хвост. Она сильнее! Благодаря Богу, судьбе или чему-то еще у нее есть своя цель, и она будет поступать вопреки нахлынувшей минутной слабости. Да, ей сейчас трудно, но она продолжит все, о чем мечтала многие месяцы. Она должна постараться.

Молли извлекла бумаги из корзины и разложила их на столе. Разгладила смятую карту и опять пришпилила ее на стену. Затем села в кресло и взяла из стопки новый бланк. В первые секунды она не могла понять, почему буквы и строчки расплываются перед глазами. Она коснулась щеки и почувствовала слезы. Она смахнула их и решительно принялась за прерванное дело.

15

Терри стоял рядом с полицейской машиной и следил за входом в центральное здание. Молли в сопровождении охранника направилась на стоянку. Она оглядела два полицейских фургона, группу людей, стоявших поблизости. Наконец она увидела его. Глаза их встретились.

Она откинула волосы, собранные в хвостик. Голубая майка обтягивала ее высокую грудь, которую он еще совсем недавно ласкал. Настороженный взгляд, желание побыстрее отвести глаза были единственным знаком обиды за те прошедшие два часа, когда он вел себя как последний подонок. Будь это в его силах, он бы не задумываясь взял свои слова обратно. Он с радостью отдал бы все сокровища мира только за то, чтобы стереть с ее лица выражение горечи и разочарования. Он раскаивался в том, что сказал ей. Он не имел права так с ней обойтись. В момент слепого гнева он позволил себе потерять выдержку и такт. Он ничем не отличался от тех эгоистических мужчин, которые в разное время причинили ей душевную боль. Он презирал себя. Он был еще хуже других, ибо знал, что его слова причинят ей страдание, и тем не менее произнес их вслух.

Терри прошел мимо офицеров полиции и направился к Молли. Он увидел, как при его приближении она нервно сглотнула. Она смотрела под ноги, потом вскинула голову и смело посмотрела прямо на него.

— Что тут происходит? — спросила она чуть дрогнувшим голосом.

Она выглядела неестественно бледной. Он не мог точно определить, плакала она или нет. Однако при виде ее внутри у него все сжалось. Он старался прогнать неприятную мысль о том, что явился причиной ее слез. Нет, Мол не могла плакать, а если это и так, то не из-за него. Он всегда восхищался ее стойкостью.

— Прости, — уныло сказал он.

Она уставилась на него. В ее прекрасных голубых глазах сверкнул гнев. Она отвернулась и кивнула в сторону полицейских:

— Что они здесь делают?

— Прости за то, что случилось, — повторил он. — Я совсем не хотел… Молли… — Он попытался взять ее за руку, но она отшатнулась от него. Ему все же удалось ухватить ее за запястье. — Послушай, остановись, — попросил он. — …Фред мертв.

Глаза у нее расширились. Она издала сдавленный стон. Он притянул ее к себе, но она вырвалась.

— Как это произошло? — спросила она.

Он кивнул головой в сторону полицейских, тихо разговаривающих между собой.

— Они обнаружили его тело рано утром. Его застрелили. Экспертиза показала, что пули выпущены из того же самого пистолета, из которого стреляли в нас ночью.

— Кто-то убил Фреда из-за тигрят?

Он кивнул.

— О Боже! — Она скрестила руки на груди. — Бедный мальчик. У него не было семьи. Теперь он умер. Какой ужас!

— Мол, прости. — Он хотел дотронуться до нее.

— Не прикасайся!

Он засунул руки в карманы, почувствовав противную горечь во рту.

— У полиции есть кое-какие вопросы, — бесцветным голосом сказал Терри.

— А они уверены, что это именно он? — спросила она, направляясь к полицейским.

Он неотрывно смотрел на Молли. Теперь она стояла спиной к нему и о чем-то говорила с детективом. Терри постоял несколько минут, наблюдая за ней. Ему стало ясно, что она не только не собирается говорить с ним — он для нее перестал существовать.

Терри вернулся в здание, рассчитывая переговорить с Сэлом. Он вошел в кабинет Молли. Тед приветствовал его глухим мурлыканьем. Терри почесал пантеру за ухом и повернулся к столу. На стуле, на котором он привык сидеть, стояла белая, плоская коробка — бандероль, приготовленная к отправке. Он посмотрел на стопку бланков на столе. С прошлого раза она значительно похудела. Там же лежала пачка бумаг, перетянутая резинкой. Сверху было написано: «Запросы адвокату». В открытом блокноте значились адреса строительных фирм. Он понял, что все это имеет непосредственное отношение к Северной Дакоте. Значит, она продолжает думать о питомнике по разведению снежных барсов.

Да, на свете найдется немного людей, которые готовы рисковать всем ради призрачной идеи. Он понимал, что Молли поступает так не из-за будущих наград, финансовых благ, а потому, что хочет решить уникальную задачу, связанную с разведением снежных барсов. Посвящая себя этой идее, она отказывается от многого: от нормальной жизни, дома, семьи, от вещей, о которых мечтают многие женщины. Она отодвигает их на задний план во имя доброго дела.

Он сел в ее кресло, подвинул к себе телефон и набрал номер. К его радости, ответ последовал после первого же сигнала:

— Мэтью.

— Где тебя, черт подери, носит?

— Привет, приятель, — ответил Сэл утомленным голосом. — Понимаешь, пришлось поохотиться за разными типами.

— У нас тоже здесь была стрельба. Получила ранение Молли. К тому же один из парней, из тех, кто с ней работает, убит.

Сэл долго молчал.

— Слушай, — сказал он после паузы, — расскажи мне все по порядку.

Терри лаконично рассказал ему о происшедших событиях.

— Мы не можем ждать до пятницы, — сказал в заключение Терри. — Тигрят нужно вывезти отсюда как можно скорее.

Терри слышал, как Сэл постукивает карандашом по столу.

— К утру прибудет специальная команда, — сказал он. — Тигрят вывезем. В питомнике я оставлю охранников, чтобы обеспечить безопасность Молли. Сможешь продержаться еще одну ночь?

— Конечно. Я уже сделал несколько звонков от своего имени, пока ты отсутствовал. Сейчас здесь четверо дополнительных охранников.

— Я же говорил, что ты у меня самый лучший, Терри, — сказал Сэл. — Я знал, что Молли в надежных руках.

Терри промолчал. Его начальник ошибается на все сто процентов, но возражать ему не хотелось. Скоро Сэл сам все узнает.

В первый раз за это утро Терри улыбнулся.

— У нас достаточно и оружия и кошачьих когтей, чтобы отразить вторжение целой армии.

Его улыбка стала еще шире, когда он вспомнил, что Молли уже однажды приводила подобный пример. Прекрасно, теперь он цитирует ее слова.

— Присылай сюда как можно скорее своих людей, — сказал Терри. — Мы превратим питомник в неприступный форт.

И он повесил трубку, забыв даже попрощаться. Выйдя на автостоянку, он увидел, что полицейские машины уже уехали. Молли смотрела им вслед.

— Мол!

Она не повернулась.

— Этот тип наверняка вернется сюда, — сказал Терри. — Убив Фреда, он вернется за тигрятами. Он готов рисковать даже собственной головой.

— Да. — Она кивнула. — Ну что ж, пусть попробует. Во всяком случае, мы готовы к этому.

Она повернулась на каблуках и пошла к дому. Когда она поравнялась с ним, он схватил ее за руку. Молли сразу же отдернула ее.

— Не трогай меня.

Она прошла мимо, вошла в здание и остановилась у двери, ведущей в помещение, где хранились ружья и боеприпасы. Когда он приблизился к ней, она уже отперла дверь и достала ружье двадцать второго калибра. Затем взяла маленький револьвер и две коробки с патронами. Терри внимательнее, чем обычно, вгляделся в нее. Что-то — он не знал, что именно — магически притягивало его к ней. На ее лице не обнаруживалось и следа косметики. На заправленных в сапоги джинсах зияла дырка. Ее одежда отличалась непритязательностью и крайней простотой. Однако ему она казалась чрезвычайно привлекательной. В ней не было ничего искусственного. Она всегда оставалась такой, какая есть.

— Я знаю, что мне не искупить своей вины, — тихо сказал он.

Молли застыла у двери, стоя спиной к нему.

— Могу с этим согласиться, — пробормотала она.

— Прости меня, если можешь. Не знаю, какой черт дернул меня за язык говорить тебе неправду. Наверное потому, что врать значительно легче.

— Жаль, что ты так думаешь. Но не это важно. Знаешь, мне хочется понять, почему ты согласился выполнить последнее задание?

— У меня не было выбора. Это же моя работа.

— Рой был твоим другом. Вместо тебя мог поехать и кто-то другой. Но согласился ты. Почему?

— Потому что я самый лучший.

Она медленно кивнула.

— И ты считаешь, что это подходящее объяснение. Будь проклята твоя работа.

Она закрыла глаза и глубоко вздохнула, стараясь держать себя в руках. Но это ей плохо удавалось. На глаза навернулись слезы и покатились по щекам.

Терри не удивило бы, если бы она выхватила револьвер и пристрелила его. Молли не принадлежала к той категории женщин, у которых чуть что слезы на глазах. Указательным пальцем Терри дотронулся до ее щеки и вытер слезу. Он сжал руку в кулак, но все равно продолжал ощущать эту маленькую соленую капельку.

Она открыла глаза, моргнула, стараясь ресницами смахнуть слезы.

— Продолжай свою борьбу, Терри. Старайся быть самым лучшим. Поддерживай репутацию, поскольку все остальное для тебя не имеет никакого значения.

От такого разговора ему захотелось провалиться сквозь землю и забыть обо всем. Все получилось совсем не так, как он замысливал.

— Ты отправился туда, потому что тебе было наплевать на Роя, — продолжала она. — Мне кажется, что тебя никогда не волновали другие люди. Ты даже к себе относишься равнодушно.

— Это неправда. Рой был моим другом.

— Видимо, ты отнесся ко мне точно так же, как относился к Рою. А я-то, дура, думала, что мы сможем стать друзьями.

Ее удар пришелся на самое больное место. Теперь он никогда не сможет избавиться от ее страшных слов. Даже если ему удастся скрыться на другом краю земли, все равно ее слова будут преследовать его.

Она взяла из его рук ружье и прислонила к стенке.

— Ты научил меня двум вещам — быть смелой и помнить о своей цели. Я твердо решила заняться осуществлением программы по созданию питомника. Я собираюсь посвятить этому всю мою жизнь и уверена, что добьюсь успеха. И знаешь почему?

Он внутренне сжался, предчувствуя, что его ждет еще один, более жестокий удар.

— Почему? — спросил он, еле шевеля пересохшими губами.

— Да потому, что я думала, что ты нуждаешься в моей любви, заботе, ласке. Я была готова отдать тебе свое сердце, но ты отверг его. Все это не представляет для тебя никакой ценности.

Она подхватила ружье и вышла.

Он смотрел ей вслед, приходя в ужас от мысли, что теряет ее навсегда и не остается никакого шанса вернуть ее. Черт возьми, он долгие годы был слишком увлечен ведением войны против каких-то безликих врагов, забыв о том, что нормальная жизнь проходит мимо. Он убил ее любовь почти так же, как убил Роя.

Молли провела остаток дня, сидя за телефоном, названивая возможным спонсорам, которые могли бы ей помочь с финансированием питомника. Она переговорила и с Сэлом, выяснив, где можно приобрести несколько пар снежных барсов.

За делами она постепенно забыла о размолвке с Терри, о трагедии, которая произошла с Фредом, о тигрятах. Однако она не смогла избавиться от пустоты, наполнившей ее душу.

Появился Тед. Он бродил из угла в угол, а когда она встала из-за стола, последовал за ней. Он направился прямо в ее апартаменты, учуяв аппетитный запах. На кухне сегодня хозяйничал Терри, пообещавший состряпать прощальный обед. Завтра утром помощники Сэла увезут тигрят. С ними уедет и Терри.

Воспоминание о ночи их любви наполняло ее стыдом и тоской. Но избежать встречи с ним не удастся. Она глубоко вздохнула и заставила себя принять непринужденный вид.

Терри стоял у плиты. На конфорках разогревались две кастрюли и сковорода. На столе были разложены приборы.

— Мне кажется, ты проголодалась, — сказал он, не поворачиваясь. — Я приготовил цыпленка в карри.

Они оба старались делать вид, что между ними ничего не произошло. Во всяком случае, Молли казалось, что это ей удается, хотя в каждом жесте сквозила фальшь.

— Пахнет вкусно, — сказала она, стараясь представить себе, как пройдет этот последний вечер.

Время за обедом тянулось мучительно медленно. Они то начинали разговор, то обрывали его, избегая смотреть друг на друга. Когда обед наконец подошел к концу, она выставила Терри из кухни и принялась мыть посуду. Разложив все по местам, она повернулась к выходу и увидела, что Терри никуда не ушел и стоит в дверном проеме.

— Объявим перемирие, — сказал он. — На сегодняшнюю ночь.

— Не понимаю, разве что-нибудь случилось? — спросила она, чувствуя, что внутри у нее все похолодело.

— Я не знаю.

Она медленно кивнула.

— Хорошо, Терри. Пусть будет перемирие.

Он подошел к ней и положил руки ей на плечи.

— Я не имел намерения обидеть тебя…

— Перестань. — Она раздраженно взглянула на него.

Его пальцы ощутили волнующую теплоту ее тела.

— Для нас обоих все это нелегко. Я чувствую свою ответственность за то, что произошло с Фредом, — признал он.

— Ты ни в чем не виноват. Если каждый будет ругать себя… — Стоять так близко с ним было невыносимо. Его присутствие напоминало ей о том, что все пережитое ими вместе никогда больше не повторится. — Что ты намереваешься делать? — спросила она.

— Сидеть и охранять.

— Тогда я тоже буду сидеть и охранять вместе с тобой.

— Тебе следует надеть темные брюки и рубашку обязательно с длинными рукавами. Переодевайся, а потом встретимся в холле.

Близилась полночь. Терри периодически вызывал по рации двух охранников, дежуривших у ворот. Молли прислушивалась к потрескиванию эфира и позевывала. Шпионское занятие оказалось довольно скучным. Они провели вечер, играя в карты на диване в холле. За это время она научилась играть в «блэк джек» и канасту. Оба старались избегать разговоров на волнующие темы. Просто перебрасывались ничего не значащими словами.

Он снова приник к переговорному устройству. На этот раз он говорил громко. Она взглянула на него.

— Что-то не так?

— Они не отвечают.

Он встал, подошел к выключателю и погасил свет. Холл погрузился в темноту. Только свет фонаря, горевшего снаружи здания, проникал сквозь окна. Он попытался соединиться с другими охранниками.

— Ни один из шести дежурных не отвечает, — сказал он, обеспокоенно наморщив лоб. — Энди и трое других сейчас отдыхают, но им следует осмотреть территорию и отыскать остальных. Оставайся здесь и запри за мной дверь, — сказал он и исчез в темноте.

Она осталась одна. Пока она размышляла, как ей поступить дальше, кто-то или что-то стукнуло в заднюю дверь. Сердце у нее сжалось, а ладони стали влажными. Она вынула револьвер и держала его на вытянутой руке.

— Кто там? — как можно спокойней произнесла она.

— Это я, Терри. Я вместе с раненым. Скорее открой.

Она спрятала револьвер и открыла дверь. Из тени выступил Терри, поддерживая одного из охранников.

— О Боже. Что случилось?

Она помогла Терри проводить раненого в смотровую комнату. Расстегнув окровавленную рубашку, она увидела, что на его левом плече зияет большая рана, а на правой руке еще одна. Она достала широкий пластырь и наложила его на рану на руке, а затем стала обрабатывать плечо. Страх у нее прошел.

— Что произошло? — спросил Терри у Ральфа.

— Они каким-то образом прошли мимо нас.

— Вы стояли на посту у ворот?

— Да. Я слышал какой-то шум. Возможно, это был грузовик или фургон. Я вышел на дорогу, и неизвестные сразу же открыли стрельбу.

— А где джип?

— Спрятан в кустах.

Терри удовлетворенно кивнул.

— Хорошо. — Он повернулся к Молли. — Звони в полицию и вызывай «скорую».

Она побежала к телефону и подняла трубку. Аппарат молчал. Терри выругался.

— Они обрезали провод. К счастью, на трейлере есть двусторонняя радиоустановка.

Он извлек из кармана переговорное устройство и вызвал Энди, которому приказал взять с собой охранника и организовать помощь. Закончив разговор, он снова посмотрел на Молли.

— Патрульная машина сейчас выйдет. Через полчаса она будет здесь. Тебе следует запереться и…

— Нет! Я здесь не останусь. Я же хорошо стреляю, Терри, и могу пригодиться.

— Ты же никогда не была в боевой ситуации.

— Здесь находятся мои кошки. Я за них отвечаю. В любом случае я пойду с тобой. — С этими словами она накрыла раненого одеялом и ободряюще улыбнулась ему, а Терри бросила: — Пойдем.

Терри заколебался.

— Чертова баба…

— Выругаешь меня позже.

Он направился в холл, остановился, затем вернулся назад и отдал свое переговорное устройство раненому охраннику.

— Если возникнут неприятности, сразу же вызывай Энди.

— Хорошо.

Терри закрыл за собой дверь, запер ее и позвал Молли.

— Делай только то, что я тебе скажу.

— Буду стараться.

— Если станешь своевольничать, тебе это может стоить жизни.

Он направился к задним дверям центрального здания, затем круто свернул направо, в заросли кустарника. Она шла за ним, низко пригибаясь к земле, повторяя его движения.

Сначала она услышала доносившийся издалека звук работающего двигателя автомобиля. Шум мотора становился все громче и отчетливей. Затем наступила тишина. Несколько секунд спустя она увидела большой темный фургон, стоявший у вольеров. Из фургона выскочил человек. Молли затаила дыхание. Она оказалась так близко от незнакомца, что почувствовала запах его тела, разглядела блестящую кожу сапог.

Терри сделал знак, чтобы она хранила молчание. Она понимающе кивнула — любой шум может повредить им. Сложив руки на груди, Молли молилась, чтобы бандиты не услышали, как громко бьется у нее сердце.

С другой стороны фургона выскочили еще какие-то люди. Их было четверо. Трос из них направились к центральному зданию, а четвертый прошел к вольерам, стараясь держаться как можно ближе к решеткам.

Терри придвинулся вплотную к Молли.

— Оставайся здесь, — шепнул он. — Если они выйдут из дома, подожди, пока не сядут в фургон, а потом стреляй по колесам. Не давай им возможности скрыться в лесу.

— Не ходи туда один. Это просто безумие. Против тебя четверо, — прошептала она.

В ночной темноте при рассеянном свете луны она увидела, как он улыбается. Глаза у него горели, как у тигра.

— Достойный перевес, — ответил он шепотом и скрылся за фургоном.

Молли села на землю. Какое-то воспоминание вызвало у нее прилив страха. Внутри все сжалось. После обеда она не посадила Теда на цепь. Сейчас он свободно разгуливал по зданию. Эти вооруженные люди намеревались вторгнуться на его территорию.

16

Терри пересек узкую тропинку, затем проскользнул в лес, минуя фургон. В какой-то момент он подумал, что следовало бы взять с собой Молли, но тут же отверг эту мысль. Она сковывала бы ему руки.

Очутившись у последней клетки, Терри огляделся, бросив внимательный взгляд на каждый из вольеров. Он увидел человека, стоявшего около клеток и пугливо рассматривавшего ягуаров. Животные злобно рычали, негодуя за вторжение на их территорию. Но пока незнакомец был недоступен их когтям. Терри, глядя на эту сцену, усмехнулся.

Он нагнулся и, не сводя глаз с незнакомца, набрал в ладонь мелких камешков. Выбрав момент, он бросил их в металлические прутья. Камешки, зазвенев, ударились о решетку.

Терри быстро отступил назад в темноту, а незнакомец насторожился. Привлеченный звоном, один из ягуаров подошел вплотную к решетке, а второй находился тут же, только в другой стороне прохода. Короче, два ягуара сошлись в том месте, где стоял пришелец.

Давай, мысленно скомандовал Терри, давай, проходи ближе.

Бернард остановился перед центральным зданием и приказал двум сопровождавшим его людям затихнуть. Он прислушался, но, кроме возни кошек в вольерах, ничего не услышал.

До настоящего момента все шло как по маслу. Им удалось обезвредить шестерых охранников. Двоих застрелили, четверых связали и оставили у ворот.

Он шагнул вперед, крепче сжав рукоятку пистолета. Его спутники двинулись за ним.

— Джо, оставайся здесь, — распорядился он. — Не позволяй никому пройти в здание.

Один из сопровождавших занял позицию у входа. Бернард повернул ручку двери. Она поддалась. Он махнул рукой второму сопровождавшему, чтобы он шел первым. Бернард вошел в здание следом за ним. От возбуждения сердце у него стучало. Ни при каких обстоятельствах ему нельзя провалить дело.

Он вспомнил, в какой комнате находились тигрята при первом посещении. Он повернулся и пошел по коридору, ища нужную дверь, но вдруг остановился и принюхался. Мята? Он еще раз втянул в себя воздух. Что за черт…

Когда человек почти вплотную приблизился к клеткам, Терри затаил дыхание. Он поднял пистолет и прицелился. Конечно, лучше захватить негодяя живьем, но если этого не получится, он пристрелит его. Однако зря рисковать жизнью ягуаров и других кошек нельзя.

Второй ягуар подкрался поближе и когтистой лапой через решетку схватил человека. Тот вскрикнул и бросил ружье. Оно проскользнуло между прутьями и упало в клетку. Незнакомец схватился за руку, отпрянул и оказался у другой клетки. Сидевший в ней ягуар ударил лапой по решетке и зарычал. Человек оцепенел — спасительного отступления не было. Большая кошка поджидала его в конце узкого прохода. Человек застонал и опустился на колени. Убедившись, что один мерзавец обезврежен, Терри повернулся и заспешил к дому.

Услышав крик, Молли застыла на месте. По спине поползли мурашки. Она прислушалась. Один из ягуаров громко зарычал. Она сжала в руке револьвер и повернулась к центральному зданию. Низко пригибаясь, она обошла кусты, миновала фургон и очутилась на расстоянии пятидесяти футов от человека, стоявшего у входа. Подойдя еще на двадцать футов, она ступила на веранду. И вдруг споткнулась. Человек сразу же обернулся. Она вытянула руку с пистолетом и прицелилась.

— Замри! — скомандовала она. — Брось оружие.

Человек смотрел на нее с ужасом, словно перед ним оказалось привидение. Затем сделал шаг вперед, сбрасывая с плеча ружье.

— Буду стрелять! — крикнула она и в ту же секунду подумала, что действительно сможет это сделать. Ее начало трясти. Револьвер задрожал в руках.

Он тоже поднял ружье, затем дернул головой и почему-то бросил взгляд в сторону. Молли стоило больших усилий не посмотреть туда же.

— Бросай оружие! — снова крикнула она.

Он пропустил ее слова мимо ушей. Она прицелилась, задержала дыхание и нажала на курок.

Грохот выстрела эхом прокатился по питомнику. Кошки ответили на выстрел рычанием. Молли смотрела, как человек медленно оседает на землю. Его ружье покатилось по веранде. Как только она наклонилась, чтобы поднять ружье, кто-то схватил ее за руку.

Она уже была готова вступить в борьбу, но, увидев Терри, облегченно вздохнула.

— Я все же думал, что ты будешь находиться там, где я тебя оставил, — ворчливо произнес он, забирая из ее рук ружье.

— Я не могла. Вспомнила, что Тед не привязан. Эти типы могли причинить ему вред.

Внезапно в окнах здания вспыхнул свет и послышался глухой шум изнутри.

— Что это, Терри? — вскрикнула Молли.

Но Терри был невозмутим. Он достал из кармана джинсов моток веревки.

— У нас мало времени, — только и произнес он.

Он связал руки человека, которого ранила Молли. Из другого кармана достал платок и сделал из него кляп.

Кто-то бежал к ним. Терри поднял пистолет, прицелился, но тут же опустил его вниз.

— Энди, что у вас там происходит?

— Я слышал выстрел…

— Я иду в здание. Оставайся с Молли. И не позволяй ей совершать неразумные поступки.

— Хорошо. — Энди взял ее за руку и повел прочь от здания.

Сначала Молли упиралась, а затем покорно зашагала к клеткам. Терри подошел к дому и остановился около двери, прислушиваясь. Затем резким движением распахнул ее и скрылся внутри.

Глаза Терри привыкли к темноте. В этой части здания было темно хоть глаз выколи. Сюда не проникал даже лунный свет. Все его чувства обострились. Каждый мускул напрягся. Через несколько секунд он услышал за своей спиной крадущиеся шаги. Терри повернул в ту сторону, где находились тигрята.

Первые три двери были открыты. Четвертая закрыта, но не заперта. Он подождал несколько секунд, потом тихонько толкнул ее и проскользнул внутрь. Он сразу же низко пригнулся. Прозвучал выстрел. Пуля ударилась в стену над его головой. Он застыл в темноте, стараясь услышать хоть какой-нибудь шорох. Ага, там, около окна, силуэт человека. Терри, стараясь не дышать, двинулся вперед, пока не оказался рядом с незнакомцем. Затем рывком бросился на него и схватил левой рукой за горло. Завязалась борьба. Человек судорожно сопротивлялся, но Терри оказался намного сильнее. Он ударил незнакомца по темени рукояткой «беретты». Противник сразу же обмяк и выронил оружие на пол.

— Успокоилась, птичка, — пробормотал Терри, засовывая пистолет в кобуру и доставая из кармана веревку.

Едва затянув последний узел, Терри услышал крик, доносившийся со стороны вольеров. Он весь похолодел. Крик повторился. Это голос Молли, звавшей его по имени.

Что с ней? Он схватил пистолет пленника и стремительно выскочил наружу. Лунный свет освещал Энди, лежавшего на земле. Из раны на голове стекала кровь. Какой-то тип среднего роста держал перед собой Молли, прикрываясь ею, как щитом. Ствол пистолета уперся ей в щеку.

Терри заставил себя не смотреть на Молли. Все внимание он сосредоточил на человеке, державшем ее.

— Бросай оружие, — крикнул захватчик. — Если ты сделаешь хотя бы шаг, ее симпатичная мордашка превратится в кашу.

Терри повиновался. Он выбросил пистолет, который отобрал у бандита, но у него еще оставалась его собственная «беретта».

— Мне нужны тигрята, — сказал тип. — Тащи их сюда.

Терри бросил на Молли быстрый взгляд. В глазах у нее стоял страх, но она сохраняла самообладание.

— Их здесь нет, — сказал Терри, стараясь потянуть время.

— Нечего пудрить мне мозги, — угрожающе произнес незнакомец.

— Они находятся в Большом доме.

— Зачем ты сказал ему! Я не позволю взять тигрят! — закричала Молли.

Она играет очень убедительно, подумал Терри. Ей вполне можно поверить.

— Прекрасно, леди. Пойдем туда. А ты… — он наставил пистолет на Терри, — покажешь дорогу. Если выкинешь какой-нибудь фортель, эта дамочка не увидит завтрашний день. Я с удовольствием отправляю баб на тот свет.

Терри медленно повернулся. Краем глаза он заметил, как длинная черная тень скользнула около вольеров. Он взглянул через плечо. Ах вот в чем дело. Когда он выскочил из дома, дверь осталась открытой.

— Вперед, — скомандовал человек, не замечая угрожающей тени, бесшумно подкрадывающейся все ближе и ближе.

Терри бросил красноречивый взгляд на Молли. Она ответила едва заметным кивком.

— Спокойно, — произнес человек, сдавливая ей руку.

Она закричала значительно громче, чем вынуждала боль, и попыталась освободиться.

— Отпустите меня, мне больно!

Терри приготовился атаковать бандита. Темная длинная тень замерла, затем прыгнула на спину незнакомца. Терри тоже рванулся вперед. Тед повис на спине у человека, вонзив в него острые когти. Человек зашатался, выронил пистолет и упал лицом вниз, крича от ужаса, Терри схватил Молли, прикрыл ее собой и выхватил «беретту».

— Отпусти этого мерзавца, Тед! — крикнула Молли прерывающимся голосом.

Пантера неохотно оторвалась от своей жертвы и прижалась к ногам своей хозяйки. Терри шел рядом с Молли, держа пистолет наготове. В это время вдалеке послышался вой полицейской сирены…

Прошло две недели. Молли, задумавшись, сидела за столом в своем кабинете. Взглянув в окно, она увидела, что к дому приближается спортивная машина. Она вскочила и выбежала навстречу. Из автомобиля появился улыбающийся Сэл Мэтью.

— Прости, никак не мог появиться у тебя раньше. Не позволяли дела. Я кое-что привез тебе, — сказав он, протягивая Молли пачку фотографий. — Они выглядят просто замечательно.

Молли взглянула на снимки, на которых красовались тигрята-альбиносы.

— Не могу поверить, что за такое короткое время они успели так вырасти, — восхитилась она.

— Они скучают по тебе.

— Нет. — Она покачала головой. — Они скучают по Терри. Это он ни на минуту не отходил от них.

Она посмотрела в ту сторону, где Терри играл с Тедом в «А ну-ка отними». Терри не уехал в тот день вместе с тигрятами. Он остался в питомнике под предлогом того, что Молли еще может понадобиться охрана. Надолго ли он здесь задержится? Она этого не знала. За прошедшие две недели дружба между Терри и черной пантерой стала еще более крепкой.

В питомнике было тихо. Вольеры опустели. Молли переезжала в Северную Дакоту. Ей не терпелось поскорее приступить к обустройству своего питомника, но, конечно, в первую очередь она позаботилась о том, чтобы все ее любимые кошки были хорошо устроены. Питомник переходил в ведение Калифорнийского зоопарка. Некоторые кошки, включая ягуаров, уже переселились туда. Геракл и Тигр переехали в южно-калифорнийский заповедник. Последние два кугуара отправились на новое место жительства этим утром. Сама Молли тоже готовилась к отъезду.

Она вернула фотографии Сэлу. Положив руку ей на плечо, он направился к центральному зданию.

— Ты уж извини меня за все неприятности, которые вам пришлось тут пережить. Я очень рад, что все закончилось благополучно. Этот тип, его зовут Стив Бернард, находится за решеткой в ожидании суда. Он получит сполна и за убийства, и за попытку совершить организованный грабеж. То же самое ждет и его босса.

Они вошли в ее кабинет. Сэл устроился в кресле, на котором любил сиживать Терри.

— Значит, ты всерьез намерена заняться своим питомником? — заговорил Сэл.

Она оглядела кабинет, заставленный ящиками и коробками.

— Вроде так. Попечители фонда Джоанны заверили меня, что я получу обещанные мне средства. Они даже посулили выделить дополнительную сумму. Сейчас дело за адвокатами. Один работает в Вашингтоне, другой в Северной Дакоте; он связан с властями штата. Потребуется несколько месяцев, чтобы получить официальное разрешение. За это время я рассчитываю провести встречи с представителями строительных фирм. Короче, к концу года я собираюсь открыть питомник.

— Думаю, что на первых порах это тебе поможет, — сказал Сэл, извлекая из кармана пиджака узкий конверт.

Она посмотрела на конверт, потом на него. В его глазах отчетливо читалась затаенная грусть. Ей захотелось найти какие-то подходящие слова, которые смягчили бы ту внутреннюю боль, которая давно уже не отпускала его. Но она понимала, что слова — слишком слабое утешение. К тому же она и сама сейчас испытывает душевную пустоту.

Она открыла конверт. Первая бумага, которую она вынула, оказалась чеком на миллион долларов. Она взглянула на Сэла и приподняла брови.

— Долго же ты откладывал свои центы.

Он улыбнулся.

— Ошибаешься. После повышения я чертовски разбогател. А если серьезно, это пожертвование группы по охране природы. Не той, которая выпускает и рассылает по почте специальные календари и листовки. Это небольшая организация, основанная очень состоятельными людьми. Я познакомил их с твоим проектом и списком рекомендаций. Все вместе произвело на них большое впечатление.

Забота Сэла растрогала Молли до слез. Сэл вынул второй листок с напечатанным на нем списком фамилий и адресов.

— Это твои потенциальные спонсоры, — сказал Сэл. — Я уже встречался с некоторыми из них.

— Ты мой самый верный и преданный друг.

— А ты у меня самая замечательная подруга. — Он легонько щелкнул ее по носу. — Когда ты уезжаешь?

— Грузчики прибудут завтра. Мадж собирается сопровождать наше имущество. Ну, а я заберу с собой только кое-какие личные вещи.

— И Теда?

— Разумеется. А как же иначе? Он ведь член моей семьи.

Голубые глаза Сэла испытующе уставились на нее.

— А как с Терри?

Она отвела глаза.

— С ним все не так просто. Он не тигр.

Сэл понял ее смущение и воздержался от дальнейших расспросов. Медленно кивнув, он пообещал:

— Я постараюсь навестить тебя через пару месяцев.

— Буду очень рада.

Она проводила его до двери.

Когда Терри увидел своего начальника, выходящего из центрального здания, он отпустил конец полотенца, которым играл с Тедом. Тед тут же подхватил его, потащил к телеграфному столбу и взобрался наверх, держа завоеванный приз в массивных челюстях.

Подошедший Сэл вытащил фотографии из кармана пиджака.

— Посмотри. Молли говорит, что они здорово выросли.

Терри скрестил на груди руки и сделал вид, что не замечает фотографий.

— Ты заставил нас чертовски понервничать, — начал он.

— Неужели? Знаешь, что-то подсказывает мне, что ты не очень-то сопротивлялся тому, чтобы провести здесь еще какое-то время.

— Не совсем так. Лучше, черт возьми, скажи, о чем ты думал, посылая меня за Роем? О Господи, Сэл, он же был моим другом, а ты послал меня его убить.

Сэл сунул фотографии в карман.

— Я не видел другого выхода.

Терри сощурил глаза.

— Так-таки и не видел? Чушь.

— Шеф хотел скорее все кончить. Я не соглашался. Мне казалось, что Рою следует дать еще один шанс. Поэтому я и послал тебя, чтобы решить проблему. Ты единственный, на кого можно было положиться в этом деле. Я знал, что ты не сможешь убить своего друга.

Терри ошалело смотрел на Сэла. Тот улыбнулся мудрой, немного усталой улыбкой человека, много повидавшего в жизни.

— Я был уверен, что ты найдешь другое решение, — сказал он.

— Если бы я об этом знал, то не позволил бы его дружкам расправиться с ним. — Терри оперся на телеграфный столб. Сэл коснулся его плеча, стараясь успокоить.

— Это не твоя ошибка. Если бы тебя не подстрелили, ты бы заставил его сесть в самолет. Рой мог бы остаться жить.

— И оказался бы в тюрьме. Вариант не намного лучше, — пробормотал Терри, но его гнев уже прошел. Замысел Сэла мог бы сработать.

— Ему давался такой шанс. Мы все хотели, чтобы он им воспользовался, — сказал Сэл.

Терри оглядел пустые вольеры.

— Слушай, а почему он так поступил?

— Не знаю. Да и никто толком не знает, какие мотивы им руководили.

— Черт его знает, а мне-то как жить?

— Заняться каким-нибудь делом.

— Каким? Я умею делать только то, к чему привык.

Сэл подошел к своей машине.

— Мы начинаем операцию совместно с канадцами по пресечению терроризма в наших странах. Пока еще у меня нет для этого дела ни одного подходящего кандидата. Интересует такая работа? Обещаю повышение.

В первый раз Терри по-настоящему привлекло предложение Сэла. Он засунул руки в карманы.

— Я подумаю. Вполне возможно, что это мне подойдет.

— Тебе придется много ездить, но я знаю, что ты не слишком привязан к своему жилищу в Вашингтоне. — Сэл открыл дверцу машины. — В начале следующего месяца я должен принять решение. Дай мне знать. — Он сел в машину и захлопнул дверцу. Затем высунулся из окна. — Можешь продолжать свою внутреннюю войну, Терри. Иногда это помогает разглядеть мир лучше. Подумай об этом.

Терри смотрел вслед удаляющейся машине. Когда рассеялась пыль и вдали затих шум мотора, он понял, что шатается без дела. Терри посмотрел на центральное здание. Черт возьми, кто из них дурачит друг друга?

Он болтается здесь уже около двух недель, делая вид, что обеспечивает безопасность. А по существу просто не может отсюда уехать.

Из здания вышла Молли. Она увидела его.

— Я думала, что ты уехал. Разве Сэл не предложил довезти тебя до города?

— Наверное, он просто забыл.

Держа в руке поводок, она направилась в сторону от него и позвала Теда.

— Подожди, — сказал Терри, прикасаясь к ее руке.

Она остановилась. Теперь или никогда, приказал себе Терри. Пришло время для разговора с ней. Только слова почему-то застряли у него в горле. Ему показалось, что они будут звучать очень глупо. Ведь Молли привыкла жить одна, она очень самостоятельная женщина и, скорее всего, совсем не нуждается в нем.

— Что ты хочешь от меня? — спросила она, сжимая в руке поводок.

— Не притворяйся, — сказал он, улыбнувшись. — Ты знаешь, чего я хочу. Я хочу услышать от тебя, что ты меня любишь.

Она уставилась на него, словно он приказал ей убить одну из ее любимых кошек.

— Ты, наверное, сошел с ума?

— Нет. — Он пожал плечами. — Я просто боюсь потерять тебя. Молли, Сэл предложил мне работу.

Она сузила глаза.

— Поздравляю.

— Мне не придется мотаться за кордон, хотя будут частые поездки внутри страны, и я смогу жить, где захочу.

Одетая в узкие джинсы, выцветшую желтую рубашку, возможно, кому-то она бы не показалась красавицей, но для него она стала самой прекрасной и желанной женщиной на свете. Женщиной с осенними волосами.

Она выпрямилась, задумчиво посмотрела куда-то вдаль и медленно проговорила:

— Хорошо. Что я теряю? Ничего. Я люблю тебя, Терри.

Ее слова поразили его как гром. В горле у него что-то сжалось. Он почувствовал, как его захлестывает волна нежности, благодарности и невыносимого счастья.

— Это правда? И ты не боишься потерять свою независимость? — спросил он.

— Скорее, я боюсь тебя. Это тебе я отдаю свое сердце. И мне страшно, что ты снова можешь растоптать его.

Ему показалось, что ее бьет дрожь, но это только показалось.

— Нет, Молли. Я собираюсь навечно сохранить твое сердце. Я тоже люблю тебя.

Он притянул ее к себе. Темная пленка, затянувшая его душу, прорвалась. Внутри у него затеплился огонек. Сначала было больно, зато потом наступил блаженный покой.

— Слушай, тебе не кажется странным, что я буду единственным в Северной Дакоте профессиональным шпионом?

— Вовсе нет.

— И мы сможем вместе работать?

— Без сомнения.

Он взял в ладони ее лицо и поцеловал.

Терри почувствовал теплый толчок в ногу, но не обратил на него внимания. Второй толчок чуть не свалил его с ног. Молли отступила и засмеялась. У их ног вертелась черная пантера.

— Конечно, Тед, я позабочусь и о тебе.

Терри взял Молли за руку и направился к зданию.

— Сэл сказал, что ждет моего ответа лишь в начале месяца. У нас куча времени для того, чтобы пожениться.

— Пожениться? — Она уставилась на него.

— А ты разве возражаешь?

— Вовсе нет. Просто удивлена. Конечно же, ты сейчас скажешь мне, что мечтаешь о детях.

— Правильно. Почему бы нам не иметь пятерых ребятишек.

— Я готова подарить тебе столько, сколько ты пожелаешь.

Он заглянул в ее голубые глаза.

— Я буду любить тебя вечно. Клянусь.

— Я верю тебе, — прошептала она, наклоняя его голову ближе к себе.

На этот раз она могла верить. Он будет относиться к ней с той же преданностью, с какой относился к своему опасному делу. Она верила в его честность и любовь. Терри представлял собой необыкновенное существо — человека, который, полюбив кого-то однажды, отдавал тому свое сердце целиком и навсегда.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Дороти Тайтс
Прекрасная и желанная

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16