Анатолий Галкин

Ночной поезд на юг

Они шли по шпалам почти в полной темноте…

Их можно было назвать юной влюбленной парочкой, но с очень большой натяжкой.

Дело в том, что ей было под тридцать, а ему – около сорока лет… В таком возрасте далеко не все гуляют ночами у моря, смотрят на луну и тихо говорят ласковые слова…

Они шли по шпалам, взявшись за руки…

А справа за кустами стояли заборы… Немного пониже виднелись всякие пляжные сооружения – ангары с лодками и деревянными лежаками, раздевалки, медицинские кабинеты, кафе.

Чуть ближе к морю торчали зонтики, стояли топчаны и блестел в лунном свете широкий пляж…

А еще дальше шла полоса прибоя, едва различимая по отблеску мокрой пенистой гальки и легкому шуршанию камней.

Слева, в пяти метрах от крайнего рельса начинался подъем, заросший кустами, деревьями и разной южной экзотикой. Здесь росли платаны, кипарисы, пальмы и ветвилось что-то длинное, похожее на лианы.

Ночью вся эта зелень выглядела мрачновато, как серая пятнистая стена… Она чуть шуршала от ветра и слегка серебрилась, когда молодая луна выглядывала из облаков.

В это время поезда здесь проходили редко – два-три состава в час…

Чаще всех шли грузовые вагоны, которые везли в Адлер технику для Олимпийских строек…

И совсем редко появлялись почти пустые пассажирские поезда. Все отдыхающие уже вышли из них в Туапсе, в Лоо и в Сочи.

Влюбленная парочка шла по рельсам, совсем не боясь поездов. В ночной тишине перестук колес можно было услышать за пятьсот метров и спокойно посторониться…

Составы вдоль моря идут медленно и осторожно, не нарушая покой курортников….

Да и яркий свет фар локомотива хорошо виден издалека – он заранее начинает плясать по деревьям, по строениям у моря, по рельсам и кустам.

Эти двое влюбленных почти успели дойти до своего пляжа, когда сзади послышался перестук колес и мощный прожектор осветил колею… Это был ночной пассажирский поезд «Уфа – Адлер».

Ключи от пляжа были у Оксаны, и она побежала вперед – к просвету в ровном ряду кустов. Там сверкала под луной красивая ажурная калитка с надписью наверху – «Аркадия»…

Это и был вход на маленький пляж пансионата.

Артур Олегович оглянулся, оценил расстояние до «паровоза» и решил не торопиться. Он отошел в сторону и встал за мощный бетонный столб, на котором держались ведущие провода… Очень надежная защита!

Оксана открыла калитку и посмотрела налево, где у столба стоял Артур Шмаков… Именно в этот момент мимо неё пролетела яркая свистящая голова электропоезда…

Девушка отошла вглубь калитки, спасаясь от лязга, от пыли и от мощных воздушных завихрений.

Оксана не видела, как это произошло… Она, скорее, почувствовала, что мимо пронесся четвертый вагон, из открытой двери которого прямо в ее сторону полетел черный плоский предмет.

Всё было так близко и так неожиданно, что Ксюша не успела даже отшатнуться… Но летящий «предмет» пролетел мимо, ударился о стойку калитки, упал на ступени, жалобно звякнул и раскрылся.

Это был обычный мужской кейс – маленький чемоданчик, который когда-то называли «Дипломат»…

Оксана присела и стала машинально собирать папки, бумажки и мелкие вещи, разбросанные вокруг.

Она успела заметить, как мимо, догоняя уходящий поезд «Уфа – Адлер», пробежал Артур!

Зачем он побежал?..

А Шмаков рванулся за хвостом состава потому, что он всё видел!..

Это при нем открылась дверь вагона, и кто-то швырнул кейс в калитку «Аркадии»… А через десять секунд этот «кто-то» и сам выпрыгнул наружу.

Не соскочил с поезда, а именно прыгнул «ласточкой», как с трамплина в воду!.. Или его так выбросили?

Очень может быть!

Тело пролетело над кустами и упало грудью на забор… Хорошо еще, что это была изгородь соседнего санатория! Теперь все разборки лягут не на Артура Шмакова, а на них.

Загородка смежного пляжа была сделана мощно, красиво и дорого. Верхушки забора смотрелись, как наконечники копий у древних воинов… Санаторий «Газовщик» был богатым объектом. Те, кто «сидят на газе» могут жить с шиком!

Короче говоря, Артур, как порядочный человек, устремился спасать потерпевшего!.. Но уже в пути он понял, что бежит к трупу…

Если в полете из вагона наткнуться грудью на такие пики, то нет никаких шансов!.. Артур был медик и понимал, что чудес не бывает!

Почти подбегая к месту трагедии, Шмаков заметил, что из того же вагона № 4 успешно выпрыгнули двое крепких парней… Они огляделись и сразу побежали навстречу.

Очевидно, что и они заметили Артура! И возможно, это им не очень понравилось!.. Во всяком случае – эти крепыши на бегу вытащили стволы и стали стрелять в Шмакова.

Или после прыжков с поезда у них дрожали руки, или стрелки они были хреновые, но пули не попадали в цель. Они пролетали мимо Артура. Они свистели за ушами, царапали джинсы и звякали по рельсам…

Уже после первых вспышек Шмаков резко остановился, сдирая подошвы о дорожный щебень…

А стрелки приближались! Они даже перестали стрелять. Зачем им тратить патроны? Легче подбежать и уложить наверняка… Два выстрела в грудь и ещё два контрольных в голову!

Артур затормозил там, где кончался забор пляжа его родной «Аркадии»… И если у соседа наверху торчали наконечники копий, то здесь стояли элегантные столбики с шариками наверху.

Он рванулся через кусты, навалился пузом на гладкие части изгороди и перемахнул на бетонную площадку…

Здесь был его мир!

Четыре года назад Шмаков строил все сооружения этого пляжа… Не в том смысле, что он месил цемент и сваривал столбы для навесов. Нет!

Артур Олегович – бывший медик и бизнесмен средней руки. Он смог прикупить участок земли в горах над Курортным проспектом. Там была построена его мечта – элитный пансионат на шестьдесят богатых душ…

Всё в «Аркадии» было сделано с любовью и в стандарте «Евро» четыре звезды…

А это значит, что везде было чисто, красиво и уютно… Это значит, что мраморный холл был с люстрой, лифты с зеркалами, бар с тремя сортами виски и набором коктейлей…

Это значит, что в любом номере в ванной комнате было биде, фен, зеркало во всю стену и телефон рядом с унитазом…

Так вот к участку земли, которую купил Шмаков прилагался этот маленький пляж – пятьдесят метров берега между двумя волнорезами.

И вот четыре года назад Артур сам спроектировал тут нечто экзотическое. Смесь из того, что он видел в Италии, Турции, Испании и Мексике… Евро-пляж, но в миниатюре!

Тут был бар, пальмы на смотровой площадке, душ, сауна, медпункт и белые лежаки с яркими накидками… Он не строил сам, но почти год наблюдал за процессом!

И вот сейчас это спасало его!.. Артур даже в темноте знал каждый закуток, каждую щель в заборе… Краем глаза он заметил, что в медпункте на две секунды вспыхнул свет и сразу погас.

Это значит, что Оксана там, и надо уводить бандитов подальше! Надо спасать любимую девушку!.. Если эти придурки найдут врача Оксану Боровик, то растерзают ее на месте… Им терять нечего!

Артур прополз по площадке и спрыгнул вниз на гладкие камни… Под прикрытием подпорной стены он перебежал на другую сторону пляжа, подтянулся и забрался на холодную плиту волнолома.

Как хорошо, что соседний санаторий устроил забор с фундаментом в четыре кирпича. Невысокая стеночка давала возможность спрятаться… Луна светила справа, и ползущего к морю Артура совсем не было видно.

Ночью бетон волнореза влажный, холодный и скользкий… Рубашка сразу промокла, а потом еще и расстегнулась.

Артур голым пузом скоблил щербатый бетон и краем глаза наблюдал за парочкой бандитов, которые искали его. Они метались на верхней части пляжа… Бегали там, где площадка с пальмами и столиками. Искали и там, где двери в бар, сауну, медпункт и склад для шезлонгов.

Еще четыре года назад, понимая, что ночная охрана пляжа дело дорогое, бизнесмен Шмаков сделал везде стальные двери и небольшие окна с крепкими ажурными решетками… Всё защищено!

Всё, кроме трех пальм в бетонных кадках, столов из мореного дуба и таких же тяжелых стульев… Но кто их украдет? Кому нужны ночью стулья? И куда их отсюда тащить?..

Братки рвались в закрытые двери, рыскали в закутках за сауной, но скоро им это надоело. Они спустились на пляж и стали смотреть на море…

К этому моменту Артур дополз до края волнореза, встал во весь рост и схватился за край забора, который полукругом спускался в воду…

Братки его увидели!.. Но поздно!

Шмакову нужно было всего три секунды, чтоб обогнуть препятствие.

Но это только потому, что здесь всё родное… Он сотни раз облазил эти мокрые камни, поросшие водорослями. Он точно знал, как не поскользнуться и на какой глубине в волнорезе есть выемка, куда можно поставить ногу…

Раз-два-три, и Шмаков уже перемахнул на ту сторону!.. Он полз по части волнореза от соседнего санатория… Артур полз под прикрытием всё того же фундамента в четыре кирпича.

А потом он вообще спрыгнул в прибрежную полосу, утопая кроссовками в мокрой гальке…

Нормально!.. Ноги у него и так мокрые по колено. Но бежать по гальке всё равно быстрее, чем ползти!..

Пляж у соседского санатория «Земфира» был в два раза больше. И вообще – более богатый и навороченный… Уже на верхней площадке пляжа, чувствуя под ногами ровные плиты зеленоватого мрамора, Артур обернулся.

В это время бандиты только начали обходить забор на краю волнореза.

Первый из них крепко схватился за прутья и сделал шаг на затопленный скос бетонной плиты… Он сразу поскользнулся и начал елозить ногами по мягким и нежным водорослям.

Второй попытался поддержать друга, но оба рухнули в воду… Очень настойчивые ребята! Они нырнули и сразу поплыли догонять Шмакова.

Конечно, санаторий «Земфира» был богат и устроен с восточным шиком. Но дыра в его пляжном заборе была!..

Кто-то и когда-то за кустами раздвинул прутья настолько, что даже нормальное плотное тело свободно пролезало наружу, как щенок из будки…

Артур раздвинул кусты и нырнул в эту дыру. Он понял, что запас времени у него есть, но это не больше минуты.

Братки не нашли дыры в заборе. Но они не долго возились с этим препятствием. Мокрые ребята подтянули два пластиковых стола и перемахнули преграду, будто десантники на учениях.

Непонятно почему, но Шмаков не перебежал рельсы сразу и не углубился в густой лес, карабкаясь в горы… Нет, он побежал по шпалам в сторону Сочи.

Артур знал, что в ста метрах есть небольшой ручей, а за ним – тропинка, ведущая вверх.

Всё было бы нормально, но двое «десантников» форсировали забор быстрее, чем предполагалось. И они заметили его, бегущего по путям. И они примерно засекли место, где он свернул в лесистые горы.

Поднимаясь наверх вдоль русла с журчащей водой, Артур услышал топот ног и громкую беседу двух громил.

Одному из них казалось, что клиент свернул до ручья, а другой вежливо настаивал, что после!

Братки так страстно спорили, что Шмаков решил им помочь… Он нащупал под ногами булыжник и швырнул его далеко за ручей…

Десантники прервали разговор и прислушались.

Тогда Артур пошевелил дерево рядом с собой… Ребята опять прислушались, но теперь в эту сторону.

Шансы были равны, и они сделали именно то, что хотел Шмаков – один браток пошел по тропинке слева от ручья, а другой пробирался справа, где сплошные кусты и заросли… Он рвался вперед, как бык, как танк по бурелому!

Прибрежная растительность в районе Сочи очень разнообразна… Артур сошел с тропинки и встал за широкий плотный куст – это или туя, или толстый кипарис…

А совсем рядом стояло мощное дерево с гладким стволом. Что-то вроде тополя или платана.

Идя все выше в гору, бандит стал серьезно нервничать… Внизу был свет от луны, редкие тусклые фонари над путями, искрящееся море. А здесь такая темень, что можно идти с закрытыми глазами – видимость ноль.

Если бы был фонарик, тогда конечно!.. Браток машинально выставил вперед руку с пистолетом, пытаясь осветить им дорогу.

Спрятавшись за своей туей, Шмаков тоже плохо видел. Но где-то далеко сквозь просветы ветвей серебрились облака и мерцало море… На этом фоне был виден идущий по тропе силуэт с вытянутой рукой.

Когда этот призрак приблизился почти вплотную, Артур левой рукой схватился за ствол, выворачивая его вверх. И одновременно правая рука прихватила шею бандита и рывком направила его голову к платану… Десантник так крепко приложился лбом, что даже не успел пискнуть.

Но в полной тишине удар черепом по стволу произвел своеобразный мелодичный звук. Что-то вроде литавр в опере или перезвона курантов… Тот, кто шел за ручьем, не мог не услышать и не среагировать.

Он сначала свистнул три раза и прислушался… Тишина!

Тогда он громко крикнул, называя свое имя и имя своего боевого товарища:

– Коля!.. Ты где?.. Это я – Денис. Отзовись!

Но в ответ полная тишина!

Только за ручьем странно качался невысокий кипарис, возле которого стояло крупное дерево – большое, как дуб…

И тогда Денис прицелился куда-то вниз, в темноту, туда, где могло быть основание этих деревьев.

А Артур успел аккуратно уложить Николая, взять у него пистолет и найти в карманах еще две обоймы… Он хотел достать документы бандита, но не успел.

Первая пуля пролетела через кипарис в метре над головой… Вторая взрыхлила землю у ног Николая. А третья со смачным стуком вошла в ствол платана.

Шмаков отпрыгнул в сторону и пополз по утоптанной земле… Ему повезло, что тропинка уходила влево, удаляясь от ручья.

Через десять метров Артур перевалил за холм, и теперь стрелок не смог бы его достать… Теперь у него есть фора!

Коля, отдыхающий у платана, очнется через пять-десять минут. И столько же надо Денису, чтоб перелезть через ручей, прикрытый крупными ветками, кусками бетона с арматурой и всяким другим мусором.

Артур встал и, чуть пригнувшись, побежал по тропе вверх… Через три минуты он остановился и позвонил Оксане.

– Ты где?

– Я закрылась в медпункте. Лежу на кровати и дрожу от страха.

– Правильно, что закрылась! Но лучше, Ксюша, ложись под кровать… Эти гады могут вернуться.

– Да, Артур, они вернутся!.. Я точно знаю! Они, наверное, ищут кейс, а он у меня… А ты сам как?

– Ничего! Бывает и хуже!.. Я поднимаюсь наверх по тропе… Но теперь они за мной не пойдут.

– Это же настоящие бандиты!

– Вот тут ты права!

– Как так можно? Надо жить правильно!.. Я видела, Артур, что они в тебя стреляли! Из двух пистолетов сразу.

– Теперь у них один пистолет. А второй у меня… Вот так, дорогая!

– Артур!.. Скажи честно – ты убил одного из них?

– Обижаешь! Я хороший… Ты подумай, Ксюша – я похож на душегуба?

– Нет!

– Я всё сделал аккуратно!.. Будет него шишка во весь лоб и синяк на неделю… Всё! Конец связи… Я приеду за тобой ровно в семь утра. Сиди тихо!.. Ты мне нужна живая!

– И ты мне тоже…

Он отключил мобильник и прислушался…

Нет! За ним никто не шел… Это точно!..

* * *

Оксана порадовалась за себя… Год назад она добилась, чтоб на пляже в медпункте был не простой топчан с белой простыней, а широкая кровать с подушками и плотным зеленым покрывалом, опускавшимся до самого пола… Теперь есть, где спрятаться!

Свет она не включала… На ощупь нашла в шкафу теплое одеяло, сложила его и вместе с ним закатилась под кровать… Вместо подушки Оксана подложила под голову тот самый кейс.

Теперь надо тихо лежать и ждать… Спать нельзя ни в коем случае!

Почему?.. А потому!..

Каждый человек может храпеть во сне. Про себя Ксюша Боровик ничего такого не слышала, но кто скажет?..

Со Шмаковым она пока не спала!..

А ее первый брак был очень давно. Еще в Москве, в студенческие годы… И первый муж сейчас так далеко, что и не спросишь…

Красавчик был! Такой тихий и вежливый литовец. Высокий блондин Андрис Гирулис, который давно укатил в свою Литву.

Это был даже не брак, а сплошной цирк!..

Оксана родилась в Москве, но до двенадцати лет жила с родителями в Одессе… Ее родители – врачи. И в какой-то момент они поняли, что могут потерять Россию навсегда!..

И они вернулись в Москву, где Ксюша отлично окончила школу и без проблем поступила во Второй Медицинский…

Любовь с Андрисом началась в начале второго курса, когда по Воробьевым горам кружила теплая золотая осень… И они вдвоем гуляли по самым тенистым аллеям Нескучного сада. Он говорил мало, но ласково и с приятным акцентом.

Оксана сначала влюбилась в имя и фамилию – Андрис Гирулис… Нет, правда! Очень волшебно звучит. Как в сказке!..

Уже на третий день гуляний литовец завел Ксюшу на безлюдную темную аллею парка, обнял за плечи и повернул к себе… Он не делал ничего насильно! Он, сказал, что она ему очень нравится и, как приличный человек, спросил – можно ли поцеловать ее в щечку?

А почему нельзя, если в щечку?..

Ксюша прошептала: «Да», зажмурилась и чуть склонила голову, поставляя нужное место.

Андрис целовал долго и нежно… Потом она подставила ему левую щеку, затем опять правую.

Незаметно закружилась голова, и всё расплылось в приятном восторге… Оксана даже не заметила, что парень целует ее в губы.

Это было так восхитительно, что Оксана поверила – это и есть настоящая любовь!.. А что? Если это не любовь, то какая она тогда на самом деле?..

Через месяц играли свадьбу!.. Сначала дома у Ксюши, а потом в общежитии – в их собственной отдельной комнате.

В этой же самой комнате в конце медового месяца Оксана застала подлого литовца с аспиранткой Мартой…

Они оба были в таком раздетом виде, что даже у наивной Ксаны никаких сомнений не оставалось!

Марта Гомес – это плотная, шустрая, темнокожая кубинка, которая завлекательно стреляла глазами во всех парней сразу!.. И очень часто попадала в цель!

…Молодой муж пытался извиняться и оправдываться. Но при этом он довольно глупо заявил:

– Пойми, Оксана! Это не измена… Это – эксперимент! Просто я никогда не пробовал с кубинками…

– Я поняла, Андрис… А с японками ты пробовал?

– Нет!

– А с грузинками?

– Было! Но всего два раза…

Развели их быстро!.. А через два месяца господин Гирулис навсегда укатил в свой родной Каунас…

Это было восемь лет назад… И сейчас, лежа под кроватью и боясь заснуть, Оксана вспоминала это первое несчастье своей жизни.

Первый поцелуй!.. Первая любовь!.. Первый брак!..

Да какой это брак? Это цирк в одном отделении с чернокожей гимнасткой в финале!..

Оксана хотела вспомнить что-нибудь приятное, но не успела!..

За окошком послышались голоса, а потом в замке что-то заскрежетало. И жизненный опыт подсказал ей – это отмычки!..

Ксюша тихонько поставила кейс к стенке, подтянула под себя одеяло и забилась в самый угол.

Они скрипели около трех минут, после чего дверь открылась… Странные делают замки! Чтоб отпереть их нужны ловкие руки, набор гнутых железок и две-три минуты…

Братки вошли и почти сразу включили свет… Бандиты! Они вели себя в медпункте, как хозяева!

Им сразу показалось, что в этом помещении никого нет… Денис для проформы открыл шкаф для одежды – одни только простыни наверху и белые халаты, висящие на плечиках.

В это время Николай взял швабру и начал вяло водить ей под кроватью… Шишка у него на лбу продолжала расти, и голова дико болела. Он мог ходить, говорить, немножко думать… Но наклоняться ему совсем не хотелось.

Ксюша вжалась в стенку, втянула в себя живот, а швабра заглянула под кровать, скользнула туда-сюда и, удалилась, даже не задев девушку на одеяле…

Чувствовалось, что парни устали. Они утомились от нервной стрельбы, от купания в море, от суматошной погони по горам… Ребята увидели в углу электрический нагреватель, и Денису вдруг пришла в голову здравая мысль.

Братки разделись полностью, включили нагреватель, расставили вокруг стулья и повесили мокрую одежду… Очень умно! Что-нибудь, но высохнет. Если не совсем, то хоть чуть-чуть!

А поскольку все стулья оказались заняты, голые бандиты сели на кровать и начали обсуждать ситуацию.

Оксана видела четыре пятки, висящие над полом, и слышала каждое слово из их разговора.

– Я думаю, Колян, что нам нельзя здесь засиживаться.

– Почему?

– А потому, что через три часа рассветет.

– Ну и что?

– Да, Колян! Ты полный тормоз! Тот фраер крепко тебя лбом приложил?

– А ты как думал… Это не фингал под глазом. Это шишка во весь лоб… Ты посмотри, Дэн, там крови нет?

– Нет! Я уже смотрел… Нам надо до рассвета убрать труп «Черкеса». Он крепко в заборе застрял.

– А куда его?

– Скинем на тот пляж, раскопаем в углу гальку и завалим гада… А с рассветом еще работа! Даже две.

– Как две?

– Две, Колян!.. Надо кровь смыть, где можно. Или землей засыпать… А второе – самое важное!

– Это что, Дэн?

– Да, Колян, крепко тебя мужик к дереву приложил. Ты, видно, с тем дубом мозгами поменялся… Мы с тобой зачем «Черкеса» гнали? Нам нужен был его кейс… Где он?

– Так «Черкес» его сбросил!.. Я сам видел.

– Вот!.. Это хорошо, если кейс где-то в кустах лежит. Тогда мы короли!

– А если нет?

– Если нет, то значит его тот мужик прибрал. Или на пляже припрятал, или наверх унес… Мне показалось, Колян, что он полез сюда, как к себе домой. Это точно, он здешний!

– В каком смысле?

– В прямом… Или он работает в этом санатории, или давно здесь отдыхает… Найдем мы этого типа! Ты, Коля, не запомнил его особые приметы?

– Запомнил, Дэн!.. У него рука очень крепкая! Он как взял меня за шею и как махнул об ствол…

– Хорошая примета… А еще у него твой пистолет с двумя обоймами!

Через час они ушли, выключив свет и закрыв дверь… И только тогда Оксана смогла привести мысли в порядок.

Что такого ценного в этом кейсе, который вывалился из четвертого вагона «Уфа – Адлер», а сейчас смирно стоит у стенки под кроватью?..

Тогда в час ночи Оксана собирала кейс в темноте и в полной суматохе…

Что там было? Там были папки с бумагами, блокнот, записная книжка, большая коробка с мазями и лекарствами, очки, телефон, бумажник…

Что для бандитов важно? Не очки же, и не лекарства…

Конечно, бумаги! В них, вероятно, списки и планы всей банды!.. Пароли, явки, имена…

* * *

Частный пансионат «Аркадия» находился не в самом удобном месте. Вокруг – непролазные горы. А до автобуса, идущего в Сочи, надо спускаться вниз с высоты восьмиэтажного дома. И спускаться не по лестнице, а по петляющей и крутой дороге.

Путь до моря, так вообще – страшно сказать!.. Нет, спуститься можно. Долго, но можно…

Но, когда после пляжной жары начинаешь подниматься вверх, то через пять минут проклинаешь всё на свете! А идти надо больше, чем полчаса…

Не хочешь, не можешь, но надо!

Шмаков очень хотел, чтоб «Аркадия» стал элитным пансионатом. Поэтому он для пляжных поездок купил две «Хонды» – два больших серебристых микроавтобуса на шестнадцать человек каждый… В горячее время они сновали вверх-вниз, как челноки.

Первый рейс – в семь утра!.. Он был всегда полупустой, но находились любители проплыть до завтрака пару сотен метров и сделать зарядку на мокрой гальке, прямо на полосе прибоя.

Если смотреть с моря, то пляж «Аркадии» имел двух богатых соседей… Слева приятная восточная «Земфира», а справа тоже богатый санаторий с советским именем «Газовщик».

Не было здесь шоссе вдоль железной дороги или пляжа… Узкие асфальтовые проезды изредка спускались сверху и утыкались в рельсы.

«Хонды» Шмакова останавливались на площадке за «Газовщиком». Это сто пятьдесят метров от калитки на пляж «Аркадии»…

Тоже много, но это не вверх-вниз!.. Отдыхающие чинно шли по шпалам или по узкой тропинке вдоль подзаборных кустов.

Когда видишь слева море, то идти очень легко.

На следующий день в семь пятнадцать хозяин «Аркадии» Шмаков вышел из «Хонды», осмотрел группу и повел ее на «утреннюю процедуру»… Он шел впереди, ведя за собой пять смельчаков мужского пола и одну дородную даму в атласном халате.

Артур боялся, что на заборе «Газовщика», остром, как копья римских легионеров, до сих пор наколот труп бедняги, вылетевшего из двери четвертого вагона поезда «Уфа – Адлер».

Если так, то это ужас!..

Это значит, что сразу начнется женский визг, паника, вой полицейских мигалок, допросы, осмотры и обыски…

И пусть труп на заборе «Газовщика», но это всё рядом! «Аркадии» тоже достанется порция страха и позора. И без того низкий рейтинг пойдет вниз.

Двухэтажный пансионат «Аркадия» был рассчитан на шестьдесят человек… В центре основного здания – красивый холл, винтовая лестница, сад цветов, аквариум и башенка наверху. И на каждом этаже расходящиеся коридоры в три спальных корпуса.

Очень уютно! В каждом коридорчике по пять дверей – одна в шикарный люкс, а остальные для обычной элитной публики…

Но последнее время Шмаков еле сводил концы с концами…

Сейчас бархатный сезон, а заполнение номеров – треть от нормы! То есть, не шестьдесят отдыхающих, а всего двадцать…

Нет у нас среднего класса!.. Кто богатый – тот едет в Лондон, Монте-Карло и Куршавель… А кто победнее – на дачные шесть соток… А милая «Аркадия» прогорает!

Думая всё это, Артур уже видел, что трупа на копьях забора нет!.. А как всегда говорили менты – если нет тела, то нет и «Дела»!

Какие из этого выводы?

Первая версия – всё, что было ночью, приснилось! Игра воображения на базе влюбленности!..

И значит, что врач Оксана Боровик вчера его не целовала. А сейчас она не на пляже под кроватью, а в своей квартирке в пяти километрах от «Аркадии»…

Но откуда тогда мокрые кроссовки, ссадины на ладонях и пулевая дырка в джинсовой куртке?..

Про сон – это чушь! Всё было – и стрельба, и труп, и поцелуи!

К этому времени Артур поравнялся с тем самым местом…

Есть! Вот оно!.. Мокрый бетон за кустами, кучи свежей земли, песка и гравия… А вот и кровь, которую не заметили или забыли смыть и присыпать.

Значит – не приснилось! Был труп!

И тогда вторая версия – тело нашел обходчик и в пять утра убойный отдел сочинской полиции приехал, отработал происшествие, всё прибрал и смотался…

Тоже чушь!.. Это в теории полиция должна работать быстро и четко. Но они, как были ментами, так ими и остались!

Но если не полицейские убрали с забора несчастного пассажира поезда «Уфа – Адлер», то кто?

И тогда версия третья и последняя: это сделали сами бандиты – Денис с пистолетом и Николай с шишкой на лбу…

Странно!.. Падение человека из открытой двери четвертого вагона можно было списать на несчастный случай… Но братки не хотят, чтоб об этом знали вообще!

Почему они так рискуют и возвращаются к телу, наколотому на копья забора «Газовщика»…

Тут какая-то хитрая тайна!

Артур открыл калитку пляжа, запустил к морю физкультурников, а сам спокойно пошел в медпункт.

Оксана, сонная, но причесанная и умытая, уже ждала его… В ее глазах был страх и надежда на то, что он всё поправит, спасет и защитит… Он же мужчина!

Почему-то они всё делали молча… Артур чмокнул ее в щеку и ободряюще потрепал по плечу. Потом поставил на кровать спортивную сумку, открыл ее и вытащил женский спортивный костюм.

– Переоденься, Оксана! Это твой размер… Сейчас приплывут наши моржи, проведи с ними зарядку. А я одену белый халат и выйду чуть позже.

– Но, это чей костюм?

– Это твой!.. Он новый. Я еще в августе его купил, но всё не решался подарить.

– Спасибо, Артур!.. Но зачем всё это.

– Если они следят за пляжем, то совсем запутаются… Ты переодевайся.

Оксана покорно сняла кроссовки, потом джинсы, куртку, футболку… Конечно, Артур не совсем чужой мужчина, но раньше она никогда вот так перед ним не раздевалась.

Вот, как сближает людей общий стресс с выстрелами, трупами и странными черными кейсами!

Кстати, о кейсе!.. Натянув спортивный костюм и взглянув в зеркало, Ксана полезла под кровать… Вот он – черный, слегка поломанный кейс.

Она засунула его в сумку Шмакова и обложила с двух сторон своими джинсами и курткой.

– Артур, как приедем наверх, надо закрыться на чердаке и рассмотреть эту штуку… Здесь какая-то хитрая тайна!

* * *

Они привыкли везде ездить на своем синем «Лексусе». Но со вчерашнего вечера он стоял где-то за Центральным рынком Сочи, недалеко от вокзала…

Только к полудню Денис с Николаем добрались до особняка на улице Джапаридзе…

Они еще ночью доложили шефу о проблемах с покойным «Черкесом», но только в общих чертах – не всё скажешь в сотовый телефон. Тут, как у солдат невидимого фронта! Конспирация – вот основной закон!

Шеф – молодой высокий блондин со странной фамилией Гирулис, отодвинул кресло и стал ходить вдоль дальней стены кабинета…

Он с прибалтийским спокойствием выслушал доклад двух своих придурков и начал размышлять, как исправить ситуацию.

Колян и Дэн стояли в центре кабинета с опущенными головами. Примерно так, как нашкодившие ученики у директора школы…

Или, как сыновья Петра Первого на картине художника Николая Ге… Правда там, на допросе у отца всего один сын, царевич Алексей. Но он такой же виноватый и понурый… Очень похоже!

Денис не был старшим в этой бригаде, но фактически докладывал он один. А Колян только согласно кивал, поддакивал и демонстрировал свою красивую лиловую шишку, почти закрывающую весь лоб… Он, очевидно, считал, что раненую голову и меч не сечет!

По ходу доклада Андрис задавал уточняющие вопросы, и Дэн давал пояснения…

Вот и сейчас он настороженно ждал, что шеф еще что-то спросит… И тот спросил!

– Вы «Черкеса» хорошо обыскали?

– Очень хорошо, Андрис Карлович!.. Правда, на нем кровищи было – ужас сколько!.. Но мы во всех карманах проверяли. Куртку и брюки прощупали. Везде смотрели, где можно спрятать!..

Колян что-то промычал, согласно кивнул и опять выставил вперед свой фиолетовый лоб.

– А как вы его закопали? Надежно?

– Очень надежно, Андрис Карлович! У бетонной стены на метр под гальку спрятали… У него кровищи было – море! Потом отмывались почти час.

Николай поддакнул, кивнул и снова продемонстрировал свою красно-синюю шишку.

– Хорошо… А кейс искали везде?

– Везде искали, Андрис Карлович! Нет его там!.. И людей других не было. Наверняка, его взял тот, который…

– Тот, который вам лбы расшибал!

– Не нам, Андрис Карлович, а только Коляну. Вон у него какой синий шишак… А от меня он бегал, как заяц от волка. Я почти догнал, но он пляж этот знает, как свои пять… Это точно – он или работает в этом пансионате, или давно тут отдыхает.

– Значит, пансионат «Аркадия»?.. Не ошиблись?

– Никак нет, Андрис, Карлович. Так на калитке было написано.

– Хорошо… Лучше бы какой-нибудь другой! Но пусть так… Может это хороший знак.

Андрису уже час назад передали все данные по «Аркадии»… Именно поэтому он был немного не в своей тарелке…

Такие совпадения настораживают!.. Главным и единственным врачом в пансионате числилась Оксана Львовна Боровик, его первая законная жена.

– А скажите, Денис, тот тип, что отнял у вас оружие…

– Не у нас, а у Коляна!.. Мой ствол при мне.

– Да!.. Так тот тип, кто забрал пистолет у Коли, он там ночью был один?.. Я тоже когда-то гулял в час ночи, но не один, а с девушкой.

– Трудно сказать, Андрис Карлович… Сначала «Черкес» кейс выбросил, потом мы его швырнули, затем сами соскочили… Если и была девушка, то вполне могла спрятаться. Просто от страха!.. Мы там из двух стволов палили, как на стрельбище.

– Стреляли-стреляли, и не попали!

– Так у нас после «Черкеса» руки дрожали… И вообще-то, ночь была…

– Ладно, с вами все понятно… Сидите тут тихо! В город выходить по крайней нужде…

– Понятно, шеф!

– Я сам займусь этой «Аркадией».

– Ясно, Андрис Карлович!

– А ты, Денис, мог бы узнать того типа?

– Если со спины, то мог бы!

Когда понурые братки ушли, Андрис нашел номер курортного агентства, набрал номер и спросил:

– У вас есть путевки в пансионат «Аркадия»?

– Есть! Сколько угодно!.. Но есть и в другие места. Можно дешевый санаторий с лечением всего. И рядом с морем, поближе к городу и территория с экзотикой – пальмы, платаны и всякое такое.

– А что, в «Аркадии» даже нет пальм?

– Есть, но молодые… Не подросли еще. Пансионат недавно построен.

– Вот и отлично. Нам именно туда и надо… Мы любим молоденькие пальмочки… С семнадцатого сентября есть путевка?

– Это же завтра!.. Конечно есть, но надо приехать к нам в офис. Мы не успеем доставить…

Гирулис отключил телефон…Он всё уже понял. Но он пока еще не знал, сколько человек поедет в «Аркадию» и кто именно.

Но он точно знал две вещи. Это то, что сам он поехать не сможет.

И, главное – надо обязательно найти кейс!..

Любой ценой!

* * *

Шмаков был опытный бизнесмен, но такого он не ожидал! За одни сутки в Сочи двадцать два человека купили путевки в «Аркадию». Тут и семейные пары, и просто пары, и одиночки разного пола, возраста и места проживания… Питерцы, ростовчане, москвичи и сибиряки. Очень разный народ!

Но факт есть факт!.. Семнадцатого сентября ожидается рекордный заезд в пансионат – более трети за один день…

Артур знал, в чем тут дело…

В начале августа со своей подружкой в «Аркадии» отдыхал спортивный журналист Гуров… Шмаков нюхом почуял, что тут можно получить бесплатную рекламу. Он дал сладкой парочке пустующий «люкс», повозил их по окрестностям – Красная поляна, ресторан «Старый базар», рыбалка, шашлыки в горах…

Короче, пять дней назад этот самый Гуров по Центральному каналу ТВ говорил о грандиозной олимпийской стройке в Сочи.

Журналист сообщил, что всё видел своими глазами. Он с восторгом рассказал, что жил совсем рядом – «в райском уголке под названием «Аркадия»…

В передаче он упомянул пансионат три раза!

И вот он результат…

Да, телевидение – страшная сила!

Накануне Оксана и Артем не нашли время поговорить о ночной трагедии. Они не успели даже разобрать кейс погибшего.

Шмаков бросил в сумку «трофейный» пистолет с обоймами и попросил Ксюшу спрятать всё до лучших времен…

Врач Боровик заведовала небольшим медицинским корпусом с бассейном на десять человек, с сауной и двумя «джакузи», куда доливались целебные настойки.

А еще был массажный душ Шарко. Это почти пожарный брандспойт, который направляют на человека, стоящего у стены. Только тут струя потоньше и вода потеплее.

Одним словом, в хозяйстве Оксаны были разные помещения, подвалы, закутки. Есть, где спрятать одну спортивную сумку с пистолетом и непонятным кейсом.

С учетом того, что Артур и Оксана не спали почти всю ночь, день для них выдался совсем тяжелый – нервный, суетный, напряженный… Не только для них – для всех работников «Аркадии».

Они распределяли и приводили в порядок номера, считали сметы по продуктам, готовили места в столовой, вызывали сотрудников из отпусков, заменяли воду в бассейне…

Иначе нельзя! Надо блюсти честь фирмы!.. Чуть что не так, и пойдет по стране слух, что пансионат «Аркадия» не совсем «райский уголок»…

Шмаков назначил общий сбор в столовой после ужина… Это было похоже на профсоюзное собрание из прошлых лет.

Вначале выступил сам Артур под общим лозунгом: «Отдыхающий всегда прав!.. Даже тогда, когда он не совсем прав».

Потом было предоставлено слово заму Шмакова по финансам, Главному бухгалтеру Лобачеву… Петру Петровичу было за шестьдесят. Он был самый старый в коллективе, и потому – самый требовательный… Он говорил о дисциплине вообще!

– Когда я был молодой, у нас тоже была свобода, но не было разгильдяйства!.. У нас тоже любовь была, но не в рабочее же время!.. Ты встань, Кудрин, я про тебя говорю.

Петр Петрович пальцем указал на тридцатилетнего веселого парня в легком рабочем комбинезоне с эмблемой «Аркадии» на груди… Это был слесарь пансионата, электрик, лифтер и вообще – мастер на все руки… Золотые руки!

– Когда ты, Юра, работаешь, то на тебя приятно смотреть. Но скажи, кто вчера ночью дежурил по объекту.

– Я дежурил! И по всем правилам сегодня имею отгул. Но я пришел потому, что люблю корпоративный дух!

– Это ясно, Юра! Я вот тоже уважаю коллектив. И вчера до полуночи писал отчет… Я уходил, а тебя на месте не было!

– Отошел на минутку…

– Нет, Кудрин!.. Я знаю, что ты любитель ночных купаний. Может и вчера какую-то девицу на наш пляж таскал?

– Может и так, Петр Петрович!.. Вы злитесь потому, что девушки меня любят, а вас уже нет…

Бухгалтер стойко перенес ехидный укол и поднял для критики другого парня – одного из водителей пляжной «Хонды». Этому шустрому шоферу – Илье Сорину, было всего двадцать пять.

– Ты хороший парень, Илюша, но ловелас. Зря девушкам головы крутишь… Когда я был молодой, я тоже крутил, но не всем сразу!

– А в чем дело, Петр Петрович?

– Когда я вчера в полночь искал Кудрина, я заглянул в гараж… Твоей «Хонды» там не было!

– Не было… Я по делам уехал.

– Какие у тебя дела в это время? Скажи честно – возил очередную знакомую на наш пляж… Мне мужики с «Газовщика» говорили, что твоя машина часто ночью стоит у пляжей.

– Нет, не часто, а редко!.. А вчера я вовсе не был на нашем пляже. Особенно в час ночи!.. Не был и всё.

Шмаков понял, что разговор пошел не по той колее и решил взять всё на себя.

– Я так понимаю, что Петр Петрович говорит о дисциплине вообще. Это очень важный элемент сервиса… Если отдыхающий, который всегда прав, видит, что у нас разлад, то он недоволен… А этого допустить нельзя!.. Я верно говорю, Оксана Львовна?

– Очень верно!.. Завтра к нам приедут двадцать два человека. Впервые столько за один день! И мы должны устроить их отдых… Нам надо жить правильно! И тогда всё будет хорошо… А если ночью по пляжам гулять, то на следующий день всё из рук будет валиться.

– Очень правильно сказали, Оксана Львовна… На этом и закончим. Завтра много важной работы… И главное – все запомнили: ночью никому на пляж не ходить. Запрещаю!..

* * *

Список сотрудников «Аркадии» был у Андриса уже утром. И он задействовал все силы, чтоб найти в этих людях «самое слабое звено»… Это мог быть, кто угодно, кроме его бывшей жены Оксаны Боровик.

Когда восемь лет назад они гуляли по ночной Москве, то Андрис не философствовал. Он думал об очень конкретных и манящих вещах – о ее глазах, плечах и всём остальном теле… Литовцы только внешне холодные, а внутри всё кипит.

Короче, он так быстро на ней женился, что не успел ничего узнать о ее моральных принципах… Эту идиотку заклинило на чести, совести и полной безгрешности.

Оксана и тогда любила говорить, что надо жить правильно!.. Но среди людей таких ангелов нет!

Да, он, конечно, крепко пошалил тогда с мулаткой. Но кто знал, что Оксана раньше вернется?..

И потом – он же сразу извинился… Ну, дала бы ему в морду. Не сильно, а так – для вида!.. Так нет! Сразу развод, и со скандалом!

Андрис не зря ждал. К шести вечера ему нашли в «Аркадии» слабое звено…

Свой человек в местной полиции выгодно продал ему пачку пикантных фотографий…

Действительно, это было слабое звено!.. Им оказалась старшая медсестра пансионата Светлана Громова…

Она была сравнительно молода, симпатична и игрива… У нее была хорошая большая семья и просторный дом.

Ее любимый муж – главврач в другом санатории… Еще у нее двое детей-школьников, старшая сестра с дочкой, родители. Все жили вместе в старом особняке рядом с Мацестой.

Но год назад Светочка случайно познакомилась с милым грузином по имени Григорий. Он ловко говорил комплименты и красиво сверкал глазами…

Громова и не думала ничего серьезного!.. Она только раз была у Гоги Вачнадзе в номере гостиницы.

Так – маленькое приятное приключение. Мимолетная связь, и не больше…

Правда, развлекались они в тот вечер по полной программе!..

И совершенно случайно именно в это время местный отдел по борьбе с наркотиками начал плотно следить за этим самым Гогой Вачнадзе…

Вот тут Громова, которой тогда было тридцать пять, попала под полицейское наружное наблюдение и под их скрытые фотокамеры в гостиничном номере.

Медсестру начали проверять, но Вачнадзе быстро нашел себе другую красотку… Поматросил Громову пару дней, и бросил!

Стало ясно, что насчет наркотиков Светлана была сбоку припека…

И в полиции о ней сразу забыли.

Конечно, ее данные внесли в картотеку, сохранили все фото ее любовных утех, а потом забыли. Зачем она нужна, если сам Вачнадзе сбежал в Грузию…

Андрис подумал, что теперь медсестру можно крепко завербовать!.. Но тут нужна ювелирная работа. Действовать следует очень аккуратно…

Надо не давить на женщину со всего размаха, а ласково взять это «слабое звено» и довести его до ума…

Хорошо бы всё сделать самому, но нельзя! Нехорошо лишний раз светиться…

Самому нельзя! Слишком рискованно!

* * *

Колян сидел в синем «Лексусе», постоянно надвигая на лоб бейсболку. Денис ходил возле машины и ждал… Он точно знал, что старшая медсестра «Аркадии» пройдет здесь…

Собрание в «Аркадии» затянулось, и Светлана появилась на дорожке только в восемь тридцать. Она шла легко – красивая, обаятельная и привлекательная.

Дэн бросился навстречу:

– Девушка, милая, как нам проехать на Мацесту.

– Это недалеко. А куда именно?

– На улицу Береговую.

– Ой, так я там рядом живу.

– Девушка, подскажите, где это… А мы вас довезем до самого дома.

Денис распахнул перед Светланой дверцу, и она уже не могла отказаться… У нее был такой характер! Если молодые мужчины просили, то она никогда не отказывала.

Они поехали, и понятно, что первым делом познакомились.

Дэн сразу начал шутить… Громова в ответ смеялась и пыталась тоже сказать что-то смешное.

Она привыкла именно к такому общению. Как только мужчины ее видят, они сразу, как павлины распускают хвост и начинают весело щебетать!..

Не она же в этом виновата!

Но Денис смеялся не очень долго!.. Он начал говорить о том, о чем Громова не хотела слушать.

– А ты знаешь, Светлана, я тебя раньше где-то видел… Точно!

– А я тебя, Денис, не помню!

– Так, конечно, Светочка! Я же видел тебя на фото… Мне дружок показывал, Гога Вачнадзе! Помнишь такого?.. Лихой мужик был! Его сейчас вся полиция ищет. Не только здесь в Сочи, а во Всероссийском масштабе…

– Останови машину, Денис!.. Я Григория действительно знала, но больше слышать о нем не хочу!

– Колян! Что спишь? Пристегни-ка дамочку… Нам надо обстоятельно поговорить.

Николай уже держал в руках наручники. Он шустро сбросил с себя бейсболку, включил в машине свет и, пугая медсестру лиловой шишкой на лбу, застегнул «браслеты» на обе ее руки.

Она первый раз оказалась в таком положении!.. Сразу возникло чувство тревоги, беспомощности и отчаяния… Кто не сидел никогда в наручниках, тот не поймет этого безнадежного страха…

А Денис завернул к какому-то магазину с яркой витриной, остановился и вынул из кармана куртки пачку фотографий. Быстро поглядел сам и оставил три штуки. Те, где она была с Гогой во всей красе.

– Смотри, сучка! Узнаешь себя?.. Хочешь, мы это увеличим, размножим и расклеим в «Аркадии» и в Мацесте?.. Хочешь?

– Нет, не надо этого… Я всё сделаю, как вы хотите… Могу прямо сейчас!

– Вот дура! Для этого дела у нас есть другие девки. Помоложе и пошустрее!.. А мы тебя сейчас вербуем!.. Ты поняла или нет?

– Я поняла!.. Я на всё согласна!

– На всё – не надо… Ты будешь нашим стукачом в «Аркадии». Надо только придумать тебе кликуху – оперативный псевдоним…

– Зачем?

– Для конспирации. Будешь писать нам донесения с липовой подписью… Хочешь быть птичкой. Например, агент «Петух» или «Дятел».

Дэн с Коляном стали громко и противно смеяться… Нет, правда, что это нормальная хохма!.. «Петух» – он такая птица, что это смешно в принципе. На зоне нет круче оскорбления!.. Даже «Козел» звучит не так гнусно.

А агент «Дятел» и слово стукач – почти одно и то же… Мог бы ее еще и «Барабаном» назвать!..

– Нет, ребята. Я хочу что-то из цветов… Магнолия или фиалка.

– Лады! Будешь «Фиалкой»… И не бойся! Когда-нибудь потом мы вернем тебе эти фотки… Только надо хорошо себя вести!

– Я согласна…

– Отлично, «Фиалка»… Тогда первый вопрос! Кто из ваших ребят мог вчера в час ночи гулять возле пляжа?.. Всегда есть любители. Ходят туда парочками и купаются голыми?

Когда начались вопросы, Светлана сразу успокоилась. Спрашивали-то не про ключи от сейфа, где деньги лежат…

А ночные купания нагишом, это не такой большой секрет…

– Знаю, Денис! Всё знаю… Только сегодня Петр Петрович говорил про это. Он всё знает!

– Так!.. Ты, «Фиалка», не тараторь… Кто этот Петрович?.. А Ты, Колян, всё записывай!

– Он простой бухгалтер. Фамилия – Лобачев. Ему шестьдесят лет.

– Так!.. Бухгалтер, милый мой бухгалтер… Так этот старик с голыми девками купается?

– Не он, конечно!.. Просто Лобачев говорил на собрании, что нашего слесаря Юры Кудрина этой ночью не было на дежурстве… А этот парень большой любитель погулять с разными купальщицами.

– Ясно!.. Кудрин для нас – гад номер один… Кто еще?

– Да, Денис, есть еще один! Это наш водитель Илья Сорин. Его «Хонды» сегодня ночью в гараже не было. А раньше ее часто в это время видели около пляжа.

– Молодец, «Фиалка»!..Так, и этого Сорина берем на заметку… А скажи, Светка, кто из этих ребят покрепче? Кто может одной рукой схватить за шею и лбом о дерево?

Громова внимательно посмотрела на сизую шишку Коляна, пытаясь оценить силу удара.

– Конечно, ребята, и Сорин любитель девок пощупать. Но он – слабый и хилый… А Юра Кудрин крепкий парень! Он, как обнимет, так и не вырвешься. По себе знаю!.. Ручищи, будто у медведя!

– Теперь ты понял, Колян! Это Кудрин тебя и приложил лбом к дубу… Точно! Тут даже к бабке ходить не надо!

* * *

Заезд в пансионат прошел удачно… К завтраку приехали все двадцать два человека.

Сотрудники улыбались и были приветливы. Отдыхающие улыбались и не были привередливы…

Всем всё нравилось! Все были довольны жизнью, погодой и друг другом.

Завтрак продлили на час!.. Шмаков распорядился увеличить порцию красной икры, которую накануне завезли из местного форелевого хозяйства…

И вообще, еда в «Аркадии» была элитная! Лангеты, отварной судак с польским соусом, паштет из гусиной печени, йогурты, джемы, горячие багеты, соки на выбор и настоящий кофе в трех вариантах…

Это вам не как у других, где соевые сосиски с макаронами, котлеты из всего, что попалось под руку, кофейная бурда из цикория с желудями и чай, пахнущий веником…

После завтрака и первого обустройства Шмаков повез молодых и бойких к морю, а тех, кто заботится о своем здоровье осматривала врач Боровик вместе со старшей сестрой Светланой Громовой.

Они сразу распределяли ванны, массажи, души и всякие полезные напитки, типа кислородного коктейля с шиповником и медом.

После обеда настала очередь Никиты Ильича Бобрикова… По должности это был еще один заместитель Шмакова. Зам по культуре!.. Но по существу он был экскурсоводом, библиотекарем и массовиком-затейником.

Бобрикову было под пятьдесят! Он успел поработать в советских санаториях, и его всё время тянуло организовать вечерние танцы под баян и соревнования типа «Бег в мешках».

Но сегодня он повез всех на экскурсию по Сочи. Стандартный маршрут для новичков – Зимний театр, Дендрарий, торговые ряды, легкий ужин в хорошем ресторане, порт, набережная, парк «Ривьера» с пивным баром на пляже и Центральный рынок…

Кабинет Артура Шмакова находился над гаражами, на втором этаже Административного корпуса. Рядом была комната бухгалтера, библиотека и холл для ночного дежурного. Вдоль по коридору шел переход в медицинский корпус, где бассейн, ванны, светлицы с массажными столами и кабинет Главного врача.

Только в десять вечера Оксана аккуратно пронесла в кабинет Шмакова сумку с кейсом и пистолетом.

Они заперлись и хотели начать осмотр трофеев. Артур даже вынул «Макарова», извлек из него обойму, вытащил патрон из патронника и стал любовно протирать ствол…

Они уже собирались открыть кейс, но сначала надо было решить главный вопрос.

– Как думаешь, Ксюша, может отдать это всё в полицию. Они профи в этих делах. Пусть сами ищут – кто, где, когда?

– Согласна, Артур! Мы должны были им всё передать. Это дело полиции!.. Но уже поздно. Поезд ушел!

– Это почему?

– Потому, Артур!.. Если бы мы сразу в час ночи сообщили об убийстве и о кейсе, тогда всё правильно… А прошло почти двое суток. Нас в полиции сразу посадят.

– Не понял, Оксана! Нас награждать надо!.. За что это нас сажать?

– Найдут за что!.. За хранение оружия, за недонесение о преступлении, за возможное соучастие и за сокрытие улик.

– Каких улик?

– Милый мой Артур, а ты что сейчас делаешь?

– Протираю пистолет… Ты – женщина, Ксюша! Ты не понимаешь, что оружие требует чистки и смазки.

– А я думаю, что вы, гражданин Шмаков стираете отпечатки. Это прямое уничтожение улик!

Артур даже испугался. Он резко положил на стол «Макарова»… Потом взял его опять и сделал всё, как было. Он вложил одинокий патрон в патронник, вогнал в пистолет обойму и передернул затвор.

– Вот теперь, Оксана, можно отдать полицаям… Тем более, что начальник убойного отдела мой приятель.

– Это Миша Фирсов?.. Он хороший парень, но он трус. Против закона он не пойдет… Да и не в этом дело! Если всё станет известно, то нас с тобой засмеют в пансионате.

– Почему?.. Ты вела себя очень храбро, лежа под кроватью… И я этому Коляну так в лоб закатал, что не до смеха.

– Я не о том, Артур!.. Мы с тобой, как подростки, в час ночи гуляем по пляжу… Тоже мне – влюбленные! Курам на смех.

– Обижаешь! Мы с тобой еще достаточно молодые… Хотя, конечно, будут над нами смеяться!.. Пусть говорят! Но не зло и не ехидно.

– И еще одно, Артур! Если всё станет известно, то рейтинг пансионата упадет… Тут и мы с тобой запачканы, и кровавый труп на заборе…

– Так труп не у нас, а у «Газовщиков».

– Это совсем рядом! А кто будет метры высчитывать?.. Это, как в старом армейском анекдоте, когда кадровики майору звание не повышали. «Или он шинель украл, или у него украли, но что-то нехорошее было»…

Шмаков встал, проверил, как заперта дверь, задернул поплотнее шторы на окнах и опять сел… Было заметно, что руки у него дрожат.

Для бизнесмена не так страшно, что будут смеяться из-за любовных похождений. Но угроза, что деньги уплывут из рук – это кошмар!

– Ты права, Ксана, к нам никто не поедет…

– Но есть ещё угроза!

– Ещё одна?.. Обижаешь, Оксана!

– Да, Артур, еще одна угроза!.. Подумай, почему это кейс так важен для бандитов?.. Если они узнают, что он был у нас, то убьют, как минимум!.. Или еще похуже…

– И что нам делать?

– Надо самим всё расследовать и доказать, что мы не виноваты!.. Когда всё узнаем – преподнесем твоему майору Фирсову на блюдечке… Бандитов сразу в тюрьму! А мы даём всем интервью, и реклама «Аркадии» обеспечена!

– Согласен, Оксана!.. Открываем кейс?

– Да, но осторожно… Надо всё делать правильно!

* * *

Слесарь Юра Кудрин жил в отдельном доме. Не далеко от центра, но высоко от него. Где-то в конце Дмитровской улицы – это выше верхней части Дендрария.

Цивилизация туда не доходила, и домишки лепились к скалам на свой страх и риск… Были здесь и крепкие особняки, и даже коттеджи, но общая обстановка удручала. В смысле отсутствия дорог, канализации и уборки мусора.

Синий «Лексус» с трудом доехал до хаты Кудрина, но встать было негде…

Пришлось проехать вперед, спуститься немного вниз и свернуть на соседнюю каменистую улочку. Там нашлась поляна, лишь наполовину засыпанная ломанной мебелью и коробками с мусором… Вполне можно притулить «Лексус»!

Денис вышел первым и огляделся…

Тишина и благодать!

Он махнул рукой, и из машины вышел Колян в бейсболке, которая была натянута так, что не было видно синяка на лбу, бровей, глаз и носа.

Братки пошли назад, осторожно продвигаясь к дому Кудрина…

От «Фиалки» они точно знали, Что ближайшие три часа Юры дома не будет. Он ей сам сказал, что в восемь вечера встречается с очередной «невестой» и ведет ее в ресторан около порта…

Как ни считай, а раньше полуночи не явится… Сперва еда и танцы, а потом прогулки по темным аллеям…

Затем надо проводить «даму» домой и потом до своей халупы дойти. Тут не так далеко, но доберешься не очень быстро.

Уже темнело… Дэн не стал вскрывать замок в калитке. Зачем?.. Совсем рядом в заборе была такая дыра, что и на «Лексусе» можно проехать.

Они прошли на участок, взошли на крыльцо и немного повозились у входной двери. Она была крепкой и с довольно качественным запором.

Внутри дома был относительный порядок… Яркий палас в коридоре, целые обои, зеркало, вешалка, игривые картинки на стенах… Было понятно, что Кудрин использует дом, как ловушку для неопытных девиц.

Основная комната подтвердила такую мысль.

Это было что-то среднее между гостиной и будуаром… Широкая кровать была спрятана в углу, а у окна стоял диванчик, торшер и тумба с аквариумом…

В центре под люстрой столик с букетом искусственных роз и двумя хрустальными подсвечниками.

Напротив диванчика у стены – шкафы с музыкой, телевизором и видаком… Всё продумано!

Дэн даже похвалил хозяина:

– Хитер парень! Сажает девку на диван, зажигает свечи, ставит нужный диск, открывает шампанское и всё! Она твоя!.. Так, Колян?

– Да!.. Но везти ее надо на такси и вечером, когда темно… А то, обстановка вокруг не возбуждает.

– Это точно!

– И еще, Дэн, надо ласковые слова говорить… Я слышал, что они любят ушами.

– Такое бывает, Колян… Но чаще они любят за деньги…

Это была прелюдия. Легкий трёп для разогрева!

Они пришли сюда по очень важному делу… Никто уже не сомневался, что с очередной своей девкой в час ночи у пляжа пансионата «Аркадия» был он – Юрий Кудрин.

Всё сходилось на нем! И его хитрый взгляд, и отсутствие на ночном дежурстве, и крепкие руки, которые запросто могут приложить лбом к платану…

Версия получалась такая: Кудрин с кем-то гулял вдоль пляжа и видел, как мимо проходил поезд «Уфа – Адлер». И он заметил, что из четвертого вагона что-то выпало… Потом этот тип вполне мог побегать кругами, вернуться за кейсом и спрятать его дома… Вместе с пистолетом Коляна и двумя полными обоймами.

Ребята сначала разделили дом на сектора и квадраты, а потом начали обыск…

Юра оказался не таким уж аккуратным мальчиком. В его шкафах и кладовках дюжина чертей могла сломать все свои ноги!..

Одно слово – бедлам, ералаш и кавардак!

Обыск начался нервно. И так, не очень приятно копаться в чужом грязном белье… Но если оно свалено вперемешку с чистым? А сверху посуда, инструменты и разные документы – в папочках, скрепочках и внавалку.

На первых минутах в адрес Кудрина ребята выражались грубо. Они начали всё ломать и разбрасывать вещи по комнате…

Денис прямо сказал, что в армии служил сержантом, и такого свинарника терпеть не может. И если этот тип сюда явится, то его надо разделать, как бог черепаху!.. Даже круче!

Вот так упомяни слесаря, он сам и явится!… Юра Кудрин появился в десять вечера. Тогда, когда стемнело!

Он приехал на такси и, судя по звонкому девичьему голоску, явился не один…

Поскольку ребята начали обыск не с коридора, то там пока был внешний порядок. И Юра Кудрин начал охмурять привезенную девицу…

Было слышно, что гостья щебечет у зеркала, а хозяин сзади пытается ее обнять, вызывая игривый смех и не очень активный протест…

Еще минута, и они откроют дверь в комнату. А там такой погром, будто два Мамая прошли…

Дэн крякнул, привлекая внимание замершего Николая, и стал жестами объяснять свой план…

Если Колян понял правильно, то девицу надо схватить и связать. А из Кудрина следует выбить, выжать и вытрясти признание…

Нормальный план!.. Но это в том случае, если бы его удалось реализовать.

Братки спрятались за шкаф возле двери… Они услышали, как слесарь Юра завлекательным голосом обещает девице ужин с шампанским и при свечах.

Дверь распахнулась и они вбежали в центр комнаты…

Толстая девка всё еще искала глазами цветы, шампанское и свечи, утыкаясь глазами в кучи тряпья на полу, в горы коробок, банок и битой посуды на диване.

А Кудрин, тот вообще обалдел, не понимая, где находится… Он приготовился к яркому и приятному завершению свидания.

И что теперь делать?..

Это что за подлость?.. Тут уже не до секса. Тут полная катастрофа… Общий привет! Сушите весла, господа!..

В этот момент Дэн с Коляном навалились на высокий шкаф, который в падении захлопнул дверь в коридор и напрочь перекрыл ее…

Теперь все четверо были в ловушке!

Теперь стало ясно, что пришедшие сюда, не уйдут, не получив свое… Правда, Кудрин пока не понял, зачем пришли эти милые ребята.

Согласно плану, Колян набросился на девку, пугая ее лиловым лбом…

Он обхватил толстушку и повалил на кучу разного тряпья. Надо было связать ей руки и ноги, но чем?.. Футболка для этого не подходит! Рубашка с рукавами лучше, но тоже не то…

Совсем рядом на полу Николай увидел хозяйские джинсы с ремнем. Это то, что надо!.. Он частично сполз с девушки и потянулся за брюками.

А толстушка ловко воспользовалась моментом и сбросила с себя негодяя. И сразу же с гордо горящими глазами она вскочила на ноги…

Правая сторона ее футболки порвалась, обнажив солидную грудь. Прямо, как на картине Делакруа «Франция на баррикадах»… Ей бы флаг в руки!

А слесарь Кудрин оказался джентльменом! Он не стал себя спасать, а бросился на выручку дамы, которую знал уже второй день…

Дениса, вставшего на его пути, Юра оттолкнул так резко, что браток со звоном завалился на журнальный столик, разбивая хрустальные подсвечники и бокалы для шампанского… Потом Кудрин пнул ногой Коляна, подхватил толстушку и поволок ее к окну.

Не успевая раскрыть раму, он взял длинную диванную подушку, вышиб ею широкое стекло, положил этот матрац на подоконник и по нему перебросил полногрудую девушку на волю…

«Особняк» Кудрина стоял на скалистом склоне, но за окном была довольно широкая площадка, окружавшая весь дом.

Юра тоже рванулся вперед, собираясь нырнуть в ночную свободу… Он животом навалился на подоконник, но диванная подушка смялась и мешала движению вперед.

Колян подполз поближе и навалился на ноги беглеца… Очень опрометчиво!

Дело в том, что Кудрин шел на свидание не в кроссовках. На нем были черные туфли с твердым каблуком… Вырываясь, Юра несколько раз дернул ногами и один раз попал – каблуком в челюсть!

После звука глухого смачного удара Николай бесшумно отвалился на спину, раскинул руки и начал нервно дышать… Чистые нокдаун!

Но к этому времени встал Дэн, сбрасывая с себя битый хрусталь и искусственные розы… Он быстро оценил ситуацию и в прыжке забрался на спину Кудрина.

Денис, лежа на беглеце, тихо и зло смеялся, понимая, что теперь в окно враг не пройдет!.. Он чуть подтянулся и выглянул за раму. Там далеко внизу светился огнями город. Был виден порт, море и корабли…

Но Дэн зря высунулся!.. За секунду до этого толстушка присела под окном и нащупала увесистый булыжник, размером в два кулака.

Девушка резко встала и быстро определилась – кто есть кто!.. Снизу лежал ее парень, а сверху «чужой». Гад ползучий, насильник и грабитель! Душитель пламенной идеи!

Толстушка взмахнула булыжником, сверкнула голой грудью и от всей души врезала врагу точно между бровей. Или чуть повыше!.. Получай фашист гранату!

Дэн что-то чирикнул, обмяк и сполз на пол.

Кудрин заурчал от удовольствия и стал пропихиваться дальше… Но поздно!

Колян очнулся от нокдауна, пошатываясь встал, взял в руки стойку торшера и размахнулся, направляя вперед тяжелую подставку…

Удар пришелся по шее Кудрина. В ту часть, которая по научному называется «основание черепа»… Там что-то хрустнуло, и Юра затих.

Он, как «боец молодой вдруг поник головой».

Толстушка была рядом. У нее округлились глаза. Она дико завизжала и с криком «Убили!» бросилась вниз по склону.

Дородная девица скатывалась по склону, разбивая коленки, разметая кучи мусора и ломая чужие заборы в нижних домах…

Только через минуту Дэн с Коляном пришли в себя, посмотрели на обмякшего Кудрина и переглянулись.

Они оба сразу сообразили, что им уже пора сматываться… Но не вниз, куда полетела эта толстая дура, а совсем в другую сторону.

Через минуту, оттащив в сторону шкаф, братки побежали на соседнюю боковую улочку, где стоял их любимый уютный синий «Лексус»…

* * *

Артур вытащил из сумки кейс, положил его в центр стола и открыл…

Он делал всё осторожно, хотя не боялся, что внутри бомба или куча скорпионов. После удара о стойку калитки пляжа, всё бы внутри давно взорвалось и разбежалось.

Аккуратность действий Шмакова вызывалась торжественностью момента… Сейчас они могут узнать что-то важное, ценное и секретное!..

Тогда ночью, лежа под кроватью, Оксана слышала, что кейс принадлежит какому-то «Черкесу»… И это очень нужная бандитам вещь! Иначе бы они не стали гоняться за людьми, стрелять в Артура, прыгать в море и устраивать обыск в пляжных кабинетах…

Артур распахнул кейс!..

Оксана смутно помнила его содержимое. Тогда в суматохе она горстями собирала с земли всё, что попадалось под руки… Теперь это было видно невооруженными глазами!

Они оба улыбнулись, вынули из кейса и отложили в сторону несколько камней, пучков травы и окурков…

Всё остальное, очевидно, принадлежало неизвестному «Черкесу», погибшему на заборе санатория «Газовщик».

Многое пояснил бумажник, где был паспорт жителя Сочи гражданина Черкесова Сергея Анатольевича…

Значит, что этот «Черкес» это не лицо кавказской национальности, а кличка по фамилии… На фото – молодой симпатичный мужчина, который в начале зимы мог отпраздновать свои тридцать пять лет…

Из всей информации паспорта самой важной была прописка… У парня была квартира в центре города, в красивой высотке за рекой.

Остальные бумажки в бумажнике не представляли интереса: деньги, магазинные чеки, записочки с непонятными цифрами.

Бумаги в папках были интересны, но только потенциально. Их надо было тщательно читать и изучать. В них проскакивали денежные расчеты, фамилии, адреса. Но всё перепутано, накручено и зашифровано… Можно три дня рассматривать и получить «пшик на постном масле».

Записная книжка понятней – там связи Сергея Черкесова. Фамилии, адреса, телефоны… Но их очень много. И непонятно, как их проверять!..

Нельзя же просто звонить или ходить по квартирам и говорить: «Здравствуйте! Мы от Сережи Черкесова, который сейчас лежит на пляже «Газовщика» под толстым слоем гравия»…

Так можно нарваться на что угодно – на истерику, на пулю или на вызов врачей из психушки…

Записная книжка – важная вещь, но она подождет.

Остальное – набор джентльмена. Это трубка с баночкой табака, французский одеколон из Польши, два очечника с очками, бумажные носовые платки, электрическая бритва и кожаный несессер, который был размером со среднюю конфетную коробку. В нем могли быть ножницы, пилки для ногтей, расческа, зубная щетка… Но ничего этого не было!

Футляр из мягкой коричневой кожи был полностью заполнен тюбиками, как детский пенал карандашами…

Здесь было две зубных пасты, вазелин и разные кремы или крема для лица, рук и ног – питательный от морщин, ароматный от пота, китайский от веснушек и разогревающий от радикулита…

Все восемь тюбиков не новые, сильно помятые, но полные.

Странный набор! Но каждый человек сам складывает свой кейс…

– Ничего не понимаю, Ксана!.. Я всё думаю, может кейс полиции подкинуть. Но и это не выход… Знаешь, это как в шахматах – называется цугцванг. Ходов много, но один хуже другого!

– Я, Артур, тоже не все понимаю, но кое-что заметила… В записной книжке на букву «С» есть Николай Суров. А в самом конце – Щукин Дэн.

– Щукин, это похоже! Дэн – редкая кличка… А почему ты на Сурова обратила внимание?.. У нас в Сочи каждый десятый – Коля.

– Да, но Суров – единственный Николай в этой книжке… И у него есть адрес.

– Ну и что?

– Подкараулим его вечерком и посмотрим. Если он с отметиной на лбу – значит это Колян. А тогда и Дэн Щукин это тот самый Денис.

Шмаков удивился, что он сам этого не заметил. Он почувствовал себя совершенно тупым… Но почему-то он богатый бизнесмен, а не она.

Вероятно, есть всеобщий закон, что деньги любят дураков! А к умным и талантливым они не идут…

– Оксана, а что-нибудь еще ты заметила?

– Да, заметила!.. Скажи, Артур, зачем человеку две зубных пасты, если у него нет зубной щетки?

– Так этому «Черкесу» теперь не нужно ни того, ни другого.

– Да, Шмаков! У тебя хороший черный юмор… Но скажи, зачем молодому мужчине крем от морщин?

– Не знаю… А ты, Оксанка, что думаешь?

– Я думаю, что в тюбиках не то, что на них написано… Там могут быть, например, наркотики или другая дрянь.

– И что делать?

– Выдавлю по капельке и отнесу на анализ… У меня есть связи во всех лабораториях!

Им обоим стало спокойней и даже веселей… Когда полный тупик, тогда скучно. Тогда нервозность, мрак, и уныние!

А если понятно, с чего начинать, то дело пойдет… Лиха беда – начало!

Оксана хотела сказать еще что-то важное, но ее остановил звонок телефона на директорском столе…

Это был не аппарат секретаря, а личный номер Шмакова. Его знали не так много человек. И никто из них не стал бы звонить в кабинет в двенадцатом часу ночи.

Очевидно, это ошибка.

Но Артур встал, обошел стол, сел в свое кресло и протянул руку к телефону…

Он решил немного пошутить и включил «громкую связь». А, кроме того, так он демонстрировал полное доверие к Оксане. Пусть знает – никаких других женщин у него нет, и ночными шалостями он не занимается.

– Слушаю вас… Шмаков у телефона.

– Это хорошо, что ты у телефона… Ты мне очень нужен, Артур… Не узнал? Это майор Фирсов.

– Конечно узнал! Здравствуй, Миша… Вот ты всё ругал бизнесменов. Но смотри – скоро полночь, а я на рабочем месте. Тружусь, как пчелка!

– Трудишься? Небось, сидишь с Оксаной и лясы точишь… Ты когда, дурак, женишься? Ты – старик, и она уже не девочка. Пора детей рожать… Красивая она у тебя! Если бы не жена и дети, то отбил бы ее у тебя… Передавай ей привет!

Было понятно, что сыщик Фирсов не догадывается, что у телефона включен внешний динамик… Или догадывается, и все это говорит специально.

Шмакову пришлось играть по его правилам. Он повернулся к Оксане и четко произнес:

– Ксана, это майор Фирсов. Он передает тебе привет.

Девушка тоже пожала плечами и что-то прошептала… А Артур продолжал в полный голос:

– Спасибо, Миша! Моя невеста тоже передает тебе привет… Пламенный привет!

Шмаков с Оксаной переглянулись…

Он еще никогда не говорил с ней о любви и не делал ей предложения… Слово «невеста» он произнес первый раз…

Но они не успели прочувствовать эту интимную ситуацию, поскольку Фирсов продолжал:

– Я, Артур, тоже на работе. На происшествии… Нам недавно девушка позвонила и сообщила об убийстве.

– Убийстве?

– Ну, не совсем. Парню шейные позвонки поломали, но врачи навскидку говорят, что выживет… Правда, не гарантируют, что будет двигаться и с девушками гулять.

– Жаль парня!

– Да, жаль… Злодеи у него в доме сначала провели обыск по полной программе… Ты, Артур, не знаешь, что у него искали?

– Откуда?.. Я тут причем?

– Так это твой сотрудник – Кудрин Юрий Николаевич… Знаешь такого?

* * *

Массажные кабинеты были расположены именно на втором этаже. Тут было два преимущества!..

Первое – отдыхающий видел в окно море, солнце, паруса. Это успокаивало, убаюкивало и расслабляло мышцы на всем теле… Так и нужно при массаже!

И второе – сюда никто не мог заглянуть с улицы, хотя иногда было на что посмотреть…

Здесь массировали всех, и массировали всё!

Сегодня у массажистки Ирины Куркиной оставалась последняя пациентка – статная дама из новеньких…

Любопытная особа! Ей было около сорока лет, и в ней всё было красиво: и лицо, и одежда, и фигура, и фамилия…

Её звали Зоя Баланчина! Это что-то из царских времен, из старого балета, из богемы времен Шаляпина…

Эта дама заглядывала к Куркиной вчера, но только на минутку – уточнить расписание сеансов.

Массажистка любила говорливых и сама обожала потрепаться…

И Зоя Павловна Баланчина была тоже бойкая на язык… Она вошла в кабинет с хитрой улыбкой и коробкой конфет. А через минуту они уже были на «ты» и сплетничали обо всём!

Правда, именно сегодня Ира Куркина была немножко печальна. Она уже знала, что ее близкий друг Юра Кудрин лежит в больнице, и что он пробудет там очень долго. Три недели или больше…

Баланчина разделась по пояс, села перед массажным столом на невысокий табурет и наклонилась, упираясь лбом на ладони и подставляя красивую шею и плечи…

Массажистка смазала их простым детским кремом и начала поглаживать, разогревая кожу.

Куркина уже пять лет работала с людьми. И она точно знала, что, когда своими ладонями прикасаешься к пациенту, то иногда возникает чувство близости… Не всегда, но часто. Особенно, если человек тебе симпатичен, как эта Зоя Павловна.

Очень захотелось рассказать ей всю свою жизнь… И это хорошо, что сегодня Баланчина последняя. Значит можно делать массаж неторопливо и долго. И говорить, говорить…

Еще месяц назад Ира напрочь разругалась со своим первым и пока единственным мужем…

Они давно уже не жили вместе. Но сейчас пошли всякие дрязги с разделом квартиры, имущества и всего остального…

Эта болячка постоянно сидела в голове Куркиной, и ей хотелось кому-то рассказать о своей непутевой жизни.

– Зоя, а у меня скоро праздник!.. Я с мужем развожусь.

– Сочувствую, Ира… Это в любом случае плохо! Особенно, если ты его любила… Ты давно замужем?

– Давно! Уже пять лет… Перед свадьбой я Игоря любила. Вернее – я его очень хотела. Мне казалось, если я его женю на себе, то дальше всё пойдет, как по маслу.

– Так это не он за тобой ухаживал, а ты его соблазняла?

– Точно, Зоя!.. Мы с ним вместе на курсах учились: массаж, уколы, перевязки… Я три месяца перед ним крутилась. А он – ноль внимания.

– Не клюнул на тебя?.. Не пойму я, Ирка, мужиков! Ты такая хорошенькая.

– Сейчас уже не то, что пять лет назад! Мне, Зоя, почти тридцать!.. Не старуха, конечно, но уже близко.

– И как же ты его подцепила? Что-то придумала?

В голове Куркиной ярко всплывали воспоминания того приятного дня… Она работала над Зоей, не останавливаясь и машинально массировала шею, плечи, лопатки, не замечая, что пошла по второму кругу.

– Да вот так! Придумала кое-что… За месяц до выпуска нам предложили тренироваться друг на друге. И делать всё натурально, как на самом деле! Будто бы один медик, а другой клиент со стороны… Я подкараулила Игоря вечером, когда никого уже не было на этаже…

Ирина вспомнила, как вошла в кабинет и представилась гражданкой Ивановой…

Они начали игру! Игорь заполнил карточку, вымыл руки и спросил: «Что будем массировать? Как обычно – шею и плечи»… А она ответила, что у нее другая проблема. Ей надо похудеть, и она просит разогнать жир, размять ей живот, бедра, попу…

Еще на общем собрании группа договорилась, что все будут работать на полном серьезе!.. Условия игры не позволяли парню рассмеяться и послать шальную сокурсницу подальше… А возможно, он сам хотел, чтоб было именно так, как предлагает «клиентка»..

Клиент всегда прав!

Как их учили, Игорь запер дверь, а она разделась и устроилась на массажном столе.

Она легла на живот…

Пятнадцать минут парень честно разминал всё, что находилось ниже пояса, пытаясь согнать жир, которого почти не было.

Потом пришла очередь живота.

Ирина перевернулась на спину и Игорь начал массаж… Он вытерпел не больше двадцати, секунд.

А какой мужчина это выдержит?..

Через месяц они сдали экзамены, и в этот день сыграли свадьбу… Медовый месяц был скучный, а потом стало еще хуже.

Они тянул лямку пять лет, пока наконец поняли, что не любят друг друга…

Тогда, до свадьбы, у нее была яркая цель – обойти всех подруг и заполучить завидного жениха.

Но, когда цель была достигнута, Ирина поняла, что гонялась за призраком!.. Игорь Куркин – самый заурядный парень. Он немножко курит, много пьет, любит лежать на диване и смотреть футбол… Но самое обидное, что изредка он, как мартовский кот, гуляет налево!

Нельзя сказать, что Ирина ему не нравилась. Он даже как-то любил жену, но не больше, чем всех остальных женщин…

И вот теперь – развод и девичья фамилия!..

Нет, она оставит фамилию этого козла!.. Уж лучше Куркина, чем Жабкина…

А еще от этого брака у нее останется комнатка в коммуналке, какие-то вещи из мебели и посуды и два чемодана уже не модных тряпок…

– А вот скажите, Зоя, вы в судьбу верите?

– Верю!.. Иногда такое с тобой случается, что никак не объяснить… Я, Ирочка, точно знаю, что кто-то свыше нами управляет.

– А я раньше смеялась над этим, а сегодня поверила… Не только в судьбу, а в злой рок!

– Что случилось?

– Честно скажу тебе, Зоя, я ни разу мужу не изменяла. Терпела!.. Последние месяцы очень хотелось, но у меня такие правила. Пока развода нет, то нельзя!

– Удивительно!.. Зря ты так, Ирина! Как монашка какая-то.

– Зря или не зря, но я такая… А три дня назад я всё равно не вытерпела… Юрочка ко мне давно клинья подбивал. Напрямую интим не предлагал, но намеки делал… В ту ночь он дежурил по пансионату. И я с ним осталась.

– Хорошо было?

– Хорошо? Не то слово, Зоя! Мы с ним расслабились на всю катушку… Только вот этого парня сегодня ночью чуть не убили.

– Как?

– А прямо так, как ты, Зоя, говорила. Кто-то свыше ударил его по черепу, и теперь Юра в реанимации… Вот это что – судьба или рок?

– И то, и другое!.. А это какой Юра? Кудрин, что ли, ваш слесарь-электрик?

– Ты уже слышала об этом?.. Конечно, наш бухгалтер при всех сказал, что Юра вместо дежурства покинул объект и пошел на пляж, а он здесь был, у меня!.. Вот прямо на этом столе всё и случилось.

– Так значит, Кудрин не был на пляже?

– Какой пляж, Зоя?.. Вот Илья Сорин, тот мог! Я слышала, что он ездил к морю… А мы с Юрочкой, как заперлись здесь в массажной, так до четырех утра… Чуть стол не разломали.

– Да… Значит ошибочка у нас вышла!

– Страшная ошибка, Зоя! Это всё из-за меня… Надо было терпеть, а меня бес попутал!.. И вот результат – Юра сейчас в реанимации!..

– Успокойся, Ирина! Ты тут не причём?.. Это его судьба так шмякнула!.. Фортуна к нему не тем боком повернулась.

* * *

Составление фотороботов только в кино проходит гладко. Обычно люди плохо запоминают лица, особенно, если в них есть яркая примета – кривой нос, рыжие усы или фингал под глазом… Свидетелей заклинивает на этой детали, а всё остальное расплывается и забывается.

Ребята Миши Фирсова уже больше часа терзали милую толстушку Катю Пронину…

Одного из бандитов она видела мельком, а с другим она общалась очень тесно. Он схватил ее в охапку, повалил на пол и несколько секунд лежал сверху, глядя прямо в глаза…

Но прав был поэт – лицом к лицу лица не увидать!

Катя запомнила только синяк на лбу парня. Она говорила, что это страшная шишка с большое куриное яйцо. И цвет у нее пугающий – темно-красный, переходящий в лиловый и синий.

Когда Пронину спрашивали о бандитских волосах, о форме носа, о цвете глаз – она смущенно улыбалась и опять возвращалась к страшному темно-вишневому лбу…

Ну, так бывает!.. Просто после нервного шока девушку заклинило на этой детали…

Но зато про второго бандита она говорила более детально и четко:

– Когда он высунулся в окно, я его пригрела булыжником в лоб. Точно в то же место, как у того, у первого… Теперь и у этого тоже будет синяк – темно-красный, бордовый и фиолетовый.

* * *

В этот вечер в пансионат приехали строители, и Шмаков был очень занят.

Артур очень хотел построить у себя в «Аркадии» что-то вроде английского клуба конца 19 века…

Это был бы такой уютный домик с маленьким фонтаном, с цветами в кадках, с настоящим камином и индийскими коврами… А еще красивые уголки на два кресла для приватных бесед… А ещё – бильярд с зеленым сукном, тир с дротиками, карточные столики, шахматы, чай, кофе и тихая нормальная музыка – Шопен, Григ, Моцарт…

И, главное, чтоб никакого Интернета!

Задумка хорошая! Это могло привлечь элитную публику в межсезонье… А могло и отпугнуть!

Шмаков был занят, и Оксана сама поехала по адресу, где должен жить Николай Суров. Они нашли его в записной книжке погибшего «Черкеса»…

Ксюша хотела просто посмотреть на Сурова…

Она как рассуждала – если у этого парня разбит лоб, то он и есть Колян.

Всё просто, как апельсин!.. Надо найти этого братка, а от него плясать, как от печки.

Потом найдется Дэн и все остальные бандиты… Их, вероятно, очень много – целая мафия.

После трагедии с Юрой Кудриным всё очень усложнилось. Теперь Артур и Оксана никак не могли передать в полицию кейс и всю информацию об этом деле.

Как бы они объяснили майору Фирсову задержку в несколько дней?

Нет! Теперь остается одно! Надо самим довести всё до конца и выложить полицаям раскрытое дело.

Причем, работать надо умно, аккуратно и срочно!

Телефон этого неизвестного Николая Сурова они с Артуром определили через «Справку» в Интернете. Номер был установлен в обычной пятиэтажке за парком «Ривьера». В квартире номер тридцать три…

Оксана часто читала детективы и знала, что при слежке нельзя ставить машину прямо у подъезда или где-то под окнами преступника.

Враг труслив и коварен! Он настороженно наблюдает за всем вокруг. Этот Суров, если он, конечно, Колян с синяком, может испугаться и сбежать в самый неподходящий момент…

Ищи его потом! Бегай за ним по всему Сочи!

Красный «Рено» два раза объехал «хрущовку» Сурова… Оксана оставила машину за сквером, в сорока метрах от угла дома.

Сама она надела белый халат, взяла оранжевый чемоданчик и, сделав безразличное лицо, подошла к обшарпанному первому подъезду…

Простые арифметические подсчеты показали, что за этим «парадным входом» всего двадцать квартир… И значит, что нужная дверь под номером тридцать три расположена во втором подъезде на четвертом этаже…

Оксана позвонила, боясь, что откроет именно он – человек с синяком… Голос этого Коляна она запомнила еще тогда, лежа под кроватью.

Сначала звякнула цепочка, потом скрипнул ключ и лязгнул засов… Недоверчивая женщина выглянула из квартиры и осмотрела незнакомого врача.

– Вы к кому?.. У нас все здоровы!

– Я к Николаю Сурову. Он дома?

– Откуда я знаю? Он – свободная личность! То он есть, то его совсем нет… А зачем вы к нему? У вас с ним любовь?

– Нет-нет!.. Я – врач…

– Вижу, я не совсем слепая! У вас весь халат белый… Так и зачем вы пришли к этому оболтусу?

– Мне сообщили, что у Сурова рана на лбу.

– Ой, не смешите меня! Чтоб наши врачи из-за синяка домой приходили?.. Проходите уже внутрь! Сейчас посмотрим за Николая.

Они зашли в коридорчик двухкомнатной пятиэтажки, которая была еще и коммуналкой. Большую комнату занимала эта колоритная пожилая женщина, похожая на одесситку с армянским носом.

Николай Суров занимал вторую комнату – маленькую каморку в девять квадратных метров… «Одесситка» подвела Оксану к двери, громко постучала и на минуту замерла, приставив ухо к замочной скважине.

Потом она постучала очень громко… И опять тишина.

– И что я вам говорила? Этот балбес с синяком сбежал к своей красотке… Точно! Он уже два дня не маячит в коридоре.

– А у вас нет ее адреса?

– Вот мне интересно, зачем доктору адрес Кати Гуревич? Или вы хотите найти там Николу и лечить его синяк?.. Нет у меня ее адреса!

– Жаль!

– Но у меня есть ее телефон… Вон там над тумбочкой на стене… Только перепишите на бумажку, а не рвите обои. Их и так уже мало осталось…

Проводив Оксану до двери, «Одесситка» хитро подмигнула и неожиданно спросила шепотом:

– Скажите мне, «доктор», вы этого типа сколько лет будете лечить – пять или семь?.. Я хоть поживу спокойно…

* * *

Развитие событий Андрису всё больше и больше не нравилось…

А кому такое понравится?

По большому счету Гирулис был добрым прибалтийским парнем! Он уважал права человека и был гуманистом… А что? Прибалтика, между прочим, это часть Европейского Союза. Не хуже Парижа и Брюсселя…

Андрис гордился тем, что он из Каунаса… Он всегда считал, что литовцы – самая цивилизованная нация!

Поэтому Гирулис очень не любил крови и грубого, прямого насилия. Он во всех случаях предпочитал терпимость и лояльность.

Понятно, что в его сегодняшней профессии не обойтись без риска, без крутых мер и принуждения… Но два последних случая просто выбили его из колеи.

И при этом – он совсем не виноват! Он просто приказал ребятам отнять у предателя награбленное… Просто взять и отнять кейс!

Андрис понимал, что братки обязательно набьют «Черкесу» лицо… Это плохо! Так в Европе не поступают!

Но это вполне можно простить, поскольку господин Черкесов не курьер, а вор… Вместо перевозки товара, этот оборотень украл всю партию и пытался сбежать…

Так что, битье морды – это для него легкое наказание!.. Но кто мог подумать, что эти двое «стахановцев» проворонят кейс и со злости вышвырнут «Черкеса» на чугунные пики пляжного забора.

Вместо простого мордобоя образовался труп!.. Как ни крути, но это очень мокрое дело…

А второй эпизод!..

Андрис велел провести обыск в доме того парня, кто мог украсть кейс. Простой интеллигентный обыск!..

Так нет! Эти козлы всё там разворотили, применили физическое насилие к посторонней девушке, разорвали ей кофточку и почти убили хозяина дома…

Теперь совсем не ясно – был ли кейс у этого Кудрина или нет?.. Но сам парень лежит в реанимации.

Работнички!.. Сделали много шума, всё разворошили, а товара так и нет!

Сегодня Андрис Карлович решил разобраться с ними «по всей строгости» и предложить загладить вину… Он хотел дать им новое задание…

Красивая женщина, которой Гирулис доверял безоговорочно, сообщила из «Аркадии», что личность, гулявшая в ту ночь возле пляжа, установлена!

Да! Именно водитель «Хонды» Илья Сорин мог заметить, как из четвертого вагона поезда «Уфа – Адлер» вылетел кейс… А раз он заметил, то вполне мог взять и умыкнуть!

Надо срочно найти товар!.. Но только без крови и насилия! Надо, черт побери, привыкать к европейской культуре, к либерализму и толерантности…

Именно для объяснения этого задания Гирулис пригласил своих сотрудников «на ковер».

Улица Джапаридзе улица совсем не курортное место. Далеко от моря, и как-то всё очень мрачно.

Дорога уходит в узкое ущелье. Справа – горы, слева – горы, а на узкой полоске – речка, особняки и дорога…

Здесь живет особый народ. Большинство – грузины, немного армян, два-три русских и один литовец из Каунаса.

Ближе к полуночи здесь вообще полный мрак! Гаснут уличные фонари, засыпают собаки и всё замирает.

Синий «Лексус» развернулся у ворот, лихо расшвыривая шинами гравий… Они встали так, чтоб не загораживать дорогу.

Первым из машины вышел Дэн. Он, на всякий случай, осмотрелся, как его учил шеф. Андрис всегда повторял, что главное – не привезти сюда «хвост».

Слежки не было! Это точно!..

Какая-то машина ехала за ними, но она остановилась у ворот другого коттеджа… И даже, кажется, водитель вышел и подошел к замку, пытаясь открыть ворота…

Нет, это не слежка!

Братки подошли к калитке, возле которой висел небольшой фонарь, освещавший площадку у ворот.

Ребята позвонили, встали перед глазком телекамеры и улыбнулись, зная, что на них смотрит кто-то из охраны…

Дверь открылась автоматически, и они вошли на участок…

Братки бодро двигались по бетонной тропе, думая о предстоящей беседе с Андрисом Карловичем. Они совсем забыли о своем «Лексусе», о дороге и о той машине, которая застряла у ворот дальнего коттеджа… И зря!

Оксана отошла от чужих ворот, опять села в свой красный «Рено», развернула машину и на малой скорости бесшумно проехала мимо синей иномарки, мимо фонаря над глухой калиткой, мимо длинного забора…

Это была настоящая разведка! Ксюша следила за бандитами уже два часа…

Сначала она долго ждала у дома Кати Гуревич, подружки Коляна…

Потом к подъезду подкатил синий «Лексус» и почти сразу на улицу вышел парень в бейсболке. Синяк у него уже начал желтеть и сходить на нет…

Но сомнений у Оксаны не было! Это и есть пресловутый Колян!

Понимая, что она имеет дело с бандитами, Оксана старалась не светить свой красный «Рено». Его цвет хорош, но не для слежки… Она держала солидную дистанцию, прячась за вечерними маршрутками.

«Лексус» остановился недалеко от центра города – в тупике за торговыми рядами. А «Рено» притормозил за кустами в десяти метрах… Ксюша не очень боялась, что ее заметят. Вокруг было много других машин – одни уезжали, а другие приезжали.

Ребята не выходили из машины. Они явно кого-то ждали…

И дождались!

Оксана чуть не вскрикнула, когда увидела, что к «Лексусу» подошла их медсестра Светка Громова, которая сама открыла дверцу и юркнула на заднее сидение…

Через пять минут она вышла и побежала к рынку, туда, где во все стороны снуют маршрутки и маленькие городские автобусы…

Не успев осмыслить, что это такое было, Ксюша Боровик поспешила за «Лексусом», который направлялся вдоль местной реки с одноименным названием Сочи…

Примерно, как в Москве!

Они проехали по улице Конституции, потом по Пластунской и по Краснодонской… Они направлялись в ущелье между горами.

Перед улицей Джапаридзе как-то сразу стемнело… Оксана немножко приблизилась к «Лексусу». Можно было действовать смелее…

Колян с Дэном скрылись за мощной дверью, и тогда Оксана проехала дальше, мимо забора особняка, где по ее прикидкам жил главарь мафии…

Нет, точно он!

Если не он, то кто еще?.. Иначе зачем двое братков поехали сюда, на ночь глядя?.. Все нехорошие дела делаются ночью!

Надо жить правильно, а не так, как эти…

Развернуться Оксане удалось только через двести метров. Она медленно поехала назад, запоминая все детали – забор с колючей проволокой, «Лексус» с вмятиной на крыле, вход с телекамерой и крыша дома с башенкой и флюгером…

Непонятно почему, но Ксюша вспомнила, что ее непутевый первый муж мечтал о доме с флюгером.

Как странно складывается жизнь! Если бы она тогда не сбежала с лекций, то не застала бы Андриса с этой кубинкой…

И что тогда?.. Жила бы сейчас в пригороде Каунаса, в доме с флюгером. Водила бы в школу троих детей, которые литовский знали бы лучше, чем русский…

Всё могло быть!

От испуга Оксана резко затормозила. Её «Рено» вздрогнул и начал пятиться назад… На них с огромной скоростью надвигались слепящие фары встречной машины.

Если стоять на этой узкой дороге, то можно вполне столкнуться лоб в лоб!..

И Ксюша освободила проезд. За несколько метров до «бандитской» калитки она встала впритирку к забору… Остановив свой «Рено», она зачем-то выключила все огни – и фары и габариты…

Перед воротами со скрежетом шин остановилось обыкновенное сочинское такси… Минуту клиент расплачивался, а потом вышел под свет фонаря над входной дверью.

Это был не пассажир, а пассажирка… Оксана сразу узнала ее!

Это была яркая статная дама из последнего заезда. И фамилия у нее была красивая. Что-то пахнущее балетом, музыкой, эмиграцией… Дягилева? Нет!.. Бенуа? Нет!.. Баланчина?.. Точно!

В дом «крестного отца мафии» входила она – Зоя Павловна Баланчина…

* * *

Начальнику убойного отдела майору Фирсову врач впервые разрешил провести допрос потерпевшего.

На шее Кудрина был какой-то гипсовый воротник, но в остальном он был бодр, весел и вполне адекватен…

Допрос длился не больше десяти минут, а больной пять раз успел переброситься шутками с медсестрами, которые напрочь не замечали майора полиции.

Девушки хихикали и сами порхали вокруг неказистого свидетеля Юры Кудрина…

Он отвечал на все вопросы, слегка бравируя тем, как за один вечер уговорил толстушку Катю поехать к нему домой… Юра и сейчас сожалел, что у них ничего не сложилось!

Могло бы быть так хорошо!.. Но тут в хате оказались два урода, которые всё испортили.

Кроме этих эмоций Фирсов мало добился от Кудрина, который в одном лице был и свидетелем и потерпевшим.

Да, Юра подтвердил, что у одного нападавшего был синяк на лбу… А в остальном по его описанию это были боксеры тяжелого веса.

Конечно так!.. На него напали огромные «амбалы»! Любых других Кудрин раскидал бы, как мартышек…

Подошла молоденькая врачиха и многозначительно посмотрела на Фирсова. Типа того, что «мы нашу родную полицию уважаем, но пора и честь знать».

Майор начал складывать бумаги, но Юра жестом попросил его приблизиться. Он шепотом сообщил довольно любопытную вещь.

– Тут такое дело, Михаил Петрович… Я повис на подоконнике и карабкался вперед. Один из них схватил меня за ноги, но я его успокоил пяткой в лоб. Возможно, что в тот самый синяк!

– Интересно!

– Да, очень интересно… И тут сразу на меня навалился другой бугай.

– Знаю. Гражданка Пронина рассказала.

– Так вот, майор, пока эта гражданка Пронина наклонилась и искала подходящий камень для бугая, то он два раза прошептал мне в ухо: «Отдай кейс, гад!»… Ну, и другие неприличные слова говорил.

– Понятно! Значит, он искал у вас какой-то кейс! Какой?

– Странная логика у сыщиков!.. Я просто удивляюсь. Если бы я знал, о каком кейсе речь!..

Фирсов тоже удивился, но совсем по другому поводу… Когда он уходил из палаты, то оглянулся. И что он увидел?

Возле Кудрина уже крутились три сестрички, а он начал травить им байки…

Вот так всегда бывает!.. К одному балбесу все девки липнут, а другим почти ничего не достается… Почему такая несправедливость?

* * *

Оксане хотелось сразу рассказать всё Артуру…

Всё! И про то, где скрывается Колян, и про «Лексус», за рулем которого второй бандит по имени Дэн, и про особняк «крестного отца» на улице Джапаридзе.

Но главное, про двух дамочек, связанных с мафией – про Старшую медсестру Громову и про отдыхающую красавицу Зою Баланчину.

Но она не решилась зайти к Артуру. Ее красный «Рено» на малой скорости проехал мимо дома Шмакова на улице Роз…

Шел уже первый час ночи! И Оксана представила, как она позвонит в квартиру, как расскажет всё Артуру, а потом вынуждена будет остаться ночевать…

Никогда!.. Только после свадьбы.

Раз он сам не говорит о любви и не делает предложения, то значит, что она не очень ему нужна. Зачем самой навязываться?

Но утром она еле дождалась, когда у Шмакова закончится ежедневная летучка…

На совещании долго обсуждали всякие глупости – не совсем чистые простыни, удачный месячный баланс, уборку пляжа после легкого шторма, план экскурсий на неделю…

Наконец все ушли!

Все, кроме Оксаны… Она поплотнее закрыла дверь кабинета, с видом заговорщика подошла к Директорскому столу и села поближе к Шмакову.

– Вот скажи, Артур, чем ты вчера занимался вечером?

– Сначала вел переговоры со строителями.

– Это в рабочее время!.. А потом?

– Потом мы с Лобачевым повели их в ресторан… А к десяти мы с Петром Петровичем вернулись сюда, и он начал меня критиковать.

– Он? Тебя?.. Хотя, после ресторана он мог тебе правду-матку выложить.

– Вот именно, Оксана!.. Петр Петрович сказал, что я полный дурак.

– Лихо, Артур! Не ожидала я от старика… И почему это он тебя так?

– А потому, говорит, что я могу упустить тебя! Потому, что мне надо срочно вести тебя в ЗАГС, создавать семью, делать детей…

– Это Лобачев говорил?

– Он!

– А что ты сказал, Артур?.. Впрочем, об этом – в другой раз! У меня более важная информация… Ты послушай, что я за вчерашний вечер узнала.

И Оксана подробно рассказала всё. Про старушку-одесситку, соседку Николая Сурова. Про поиски дома, где живет Катя Гуревич, подружка Коляна. Про синий «Лексус» с Денисом Щукиным за рулем. Про странную встречу братков с медсестрой Громовой. Про дом с флюгером на улице Джапаридзе. И про приезд в этот дом отдыхающей Зои Павловны Баланчиной.

Никаких сложных версий Ксюша не выдвигала. Она говорила только о том, что видела вчера… Она сообщала Шмакову даже не аргументы, а только голые факты!

* * *

Дело по нападению на дом Юрия Кудрина было каким-то запутанным!..

Его поручили Михаилу Фирсову потому, что убийств в городе было мало. Убойный отдел последнее время прохлаждался и подчищал хвосты. А сотрудники других подразделений бегали в мыле и не знали, за что хвататься – было предостаточно квартирных краж, хулиганства, бытовых разборок.

Кроме того, у Кудрина смутно просматривалось покушение на убийство. Если бы бандит стукнул Юрия ножкой от торшера чуть выше, то не избежать летального исхода. А это было бы чистое дело убойного отдела…

Фирсов понимал, что Кудрина не хотели убивать, а его подружку, толстушку Пронину не хотели насиловать. Оно само так получилось…

И на кражу это не похоже, а тем более на грабеж. Нечего брать в доме слесаря из пансионата «Аркадия»… Это был обыск! И искали бандиты какой-то кейс, о котором потерпевший знать не знает…

Ребус с тремя неизвестными! Два налетчика с побитыми лбами и важный для них маленький чемоданчик типа «Дипломат»…

Дело Кудрина так и осталось бы в нераскрытых «глухарях», но на пляже санатория «Газовщик» после шторма неожиданно всплыл труп…

Не в прямом смысле «всплыл». А просто ночью волны разворошили гальку в углу пляжа, и в семь утра таджик Анвар, убиравший на санаторском пляже увидел торчавшую из камней руку с часами…

Мусульманин проявил сознательность, позвонил в страшную для него контору и стал сбивчиво объяснять «Господам полицейским» о мусоре на пляже, о ночном шторме, о мокрой гальке и торчащей из нее руке…

Через тридцать минут ребята майора Фирсова блокировали пляж «Газовщика», а к полудню местные следственные действия были завершены…

Собраны возможные улики, убран труп, замыта кровь с забора и увезен для допросов бедный таджик Анвар.

Михаил Петрович понимал, что мусульманин здесь не при делах!.. Но для первой версии пляжный уборщик Анвар был самой подходящей фигурой…

Оказалось, что у парня не продлена регистрация. Это раз!.. Он единственный, кто видел труп до приезда полиции. Это два!.. Он почему-то не заметил кровь на заборе, хотя убитый лежал в гальке три-четыре дня. Это три!.. Остальное можно было придумать и подтянуть…

Нормально! Так все делают!… Если очень захотеть, то на Анвара можно было повесить и это убийство, и несколько нераскрытых грабежей!..

Но Фирсов был честным полицейским… Такое редко, но бывает!

К обеду в убойном отделе знали, что погибший – Черкесов Сергей Анатольевич, работавший охранником в Универмаге и живший в центре Сочи, в высотке за рекой.

А еще через два часа у оперативников была полная картина убийства… За исключением некоторых мелочей!

Не было ясно – кто убил, как, зачем и почему?

Куча свидетелей показала, что Черкесов сбежал из города четыре дня назад – вечером 15 сентября.

Днем в Универмаге он срочно уволился и забрал документы… Своим ребятам из охраны Сергей сказал, что за вещами зайдет ночью.

И он действительно пришел около полуночи. Взял из своего шкафчика только черный кейс, посмотрел расписание поездов, красным карандашом типа «Кремль» отметил что-то и побежал… От универмага до вокзала – рукой подать!

Как вещественное доказательство оперативники изъяли из комнаты охраны расписание, в котором имелся красная отметина возле ночного поезда «Уфа – Адлер»… По всем прикидкам Черкесов спешил к этому поезду.

Быстро нашли и опросили бригаду, работавшую в ту смену.

И точно!.. Проводники четвертого вагона подтвердили, что примерно в час ночи на уровне Мацесты в тамбуре слышался шум драки… А уже в Адлере, осматривая вагон, они обнаружили в месте потасовки разбитое стекло и открытую дверь вагона.

Фирсов лично допрашивал проводников. Оказалось, что из них свидетели, как из палки ружье!.. Когда начался шум и кавардак, эти храбрецы сразу заперлись в своем купе…

А утром они аккуратно починили стекло и смыли все улики вместе с отпечатками.

Единственная от них польза – это информация, что была открыта дверь, смотревшая на море…

По мнению майора Фирсова – картины маслом пока не выходило, но нарисовалась четкая ночная акварель!

Вывод был прост, как пареная репа!.. Черкесов от кого-то убегал, но его догнали и в районе санатория «Земфира» начали бить… Проезжая «Аркадию», бандиты распахнули дверь, но Черкесов сопротивлялся… Его удалось выбросить из вагона только в середине «Газовщика». Поскольку его швыряли с размахом, бедняга угодил не в кусты, а на острый забор санатория.

Понятно, что потом убийцы вернулись, сняли труп с забора и закопали его в гальке…

Миша Фирсов не был бы начальником отдела, если бы не умел сопоставлять факты… Это в милиции никто не мог соображать и анализировать. А здесь у нас – Полиция!..

Это, конечно, те же самые люди, но мозги у них сразу повернулись, как надо!

Короче, майор вспомнил, что убитый Черкесов захватил из универмага только свой кейс, который рядом с трупом не обнаружен.

Второе – бугай, напавший на Юру Кудрина, требовал от него какой-то кейс. И возможно, что весь налет на дом и обыск проводился из-за него. Из-за маленького черного чемоданчика системы «Дипломат».

Третье – браток, больно ударивший Кудрина, был с мощным синяком. А этот фингал на лбу он мог получить во время схватки в тамбуре четвертого вагона поезда «Уфа – Адлер».

Теперь пятое – Юра Кудрин сотрудник «Аркадии», и он любит ночью водить девочек на свой пляж… А разгар драки и распахнутая дверь в тамбуре упомянутого поезда – тоже где-то в районе этого пляжа.

Вот тут уж действительно «картина маслом»!.. Какой-то «Черный квадрат» Малевича. Ничего не понятно, но очевидно, что всё крутится вокруг пансионата «Аркадия».

* * *

Когда тебе двадцать пять лет, то все женщины за сорок кажутся пожилыми. А за пятьдесят, то вообще старухами.

Илья Сорин еще утром, готовя свою «Хонду», заметил, что на него очень странно смотрит статная женщина в голубом спортивном костюме!

Будучи активным холостяком, он хорошо разбирался в женских взглядах… Глаза этой «пожилой», но яркой дамы говорили: «Ты – мой! Я очень тебя хочу».

Сорин отвез отдыхающих к морю и сам зашел на пляж. Не купаться, а просто так – понаблюдать, как всё это красиво… Его «голубая» незнакомка встала у моря, бросила сумку на чуть теплую гальку и начала плавно раздеваться.

Под костюмом у нее было прекрасное тело в синем купальнике.

Сорин не мог этого выдержать! Он развернулся и побежал к своему маленькому автобусу.

Пока отдыхающие грелись под солнцем, Илья на своей «Хонде» вернулся в пансионат.

Секретарь «Аркадии» Карина знала всё!..

Но у нее, как у многих беззаботных двадцатилетних девушек было легкое словесное недержание. Она всем, всегда и везде рассказывала всё то, что знала.

Вспоминая утреннюю яркую даму в голубом и синем, Илья чувствовал нервную дрожь и жалобное томление души.

Короче, он точно знал, что будет продолжение!.. И он не хотел, чтоб Карина разнесла всем о его интересе к незнакомке.

Спрятавшись в коридоре за огромный фикус, Сорин позвонил секретарше и сообщил, что за воротами ее ждет красавец с букетом.

Карина вылетела из приемной, как стрела из лука… Три минуты она будет лететь до проходной! Потом она будет искать «принца с цветами», выяснять о нем у вахтера и медленно возвращаться.

Короче – у Сорина была фора в десять минут.

Он вошел в пустую приемную и стал ворошить журнал приезда отдыхающих… Илья только примерно знал номер, где живет жгучая женщина – мечта водителя.

Вот она! Это Зоя Павловна Баланчина из Москвы… Хорошо, что ей еще нет сорока лет! Через три месяца будет, но пока-то нет!.. И еще приятно – она живет в отдельном люксе. Это плюс!

Это даже два плюса. Первый – богатая! Второй – есть место, где можно пообщаться без свидетелей!

После обеда Зоя сама нашла его в пустом гараже. Она ничего не сказала, было видно, что женщина натурально дрожит и со страстью пожирает его глазами.

Баланчина протянула ему записку, пахнула обворожительными духами, повернулась и направилась к выходу. Она уходила из гаража той самой походкой, которая говорит ярче всяких слов.

В записке было всего одно слово и время из четырех цифр: «Здесь. 23.00.»… Другой бы засомневался из-за такой краткости любовного послания, но Илья знал женщин хорошо. Он был уверен, что прекрасная Зоя появится в гараже в одиннадцать вечера.

Затем они, возможно, сядут в «Хонду» и поедут туда, куда глаза глядят – или в горы, или к морю… А если мечтать дальше, то лучше осторожно пробраться в ее люкс на втором этаже… Там уютней!

Но она пришла с большой сумкой и одетая, как утром – в своем светло-синем спортивном костюме и кроссовках.

– Илья, поехали к морю… Думаю, что в прошлой жизни я была русалкой! Очень люблю купаться ночами… А вы как, любите?

– Люблю! Даже обожаю плескаться под луной… Я, Зоя Павловна, тоже кем-то был в той жизни. Если не русалкой, то водяным…

– Дорогой мой Илюша! Не надо подчеркивать, что я немного старше тебя… Называй меня просто Зайкой! И давай общаться на «ты». Это сближает!

– Согласен, Зайка!.. Ты говори, куда поедем? На наш пляж или еще подальше?

– Илюша, а у тебя даже ключ от пляжной калитки имеется?

– Есть и ключ, Заяц! Я запасливый!.. Я там, если не каждую ночь бываю, то через раз.

– И всё с разными девочками?

– Бывает, что и с ними… Одному скучно!

– Значит ты, Илья, опытный… Вот и научишь меня чему-нибудь. А-то я совсем «чайник» в этих делах.

– Ой, не верю я, Заяц!.. Такие, как ты, долго в девках не сидят.

Вот так, болтая на увлекательные темы, они спустились вниз и встали на площадке над «Газовщиком».

Покинув «Хонду» они вышли на рельсы и пошли по шпалам в сторону Сочи…

Перед калиткой на пляж «Аркадии» Сорин остановился. Он поудобней закинул за спину сумку Зои, достал ключ и привычными движениями открыл замок.

Они спустились к самому морю.

Мадам Баланчина вынула из сумки плед, постелила его на прибрежной гальке и начала раздеваться. Делала она всё плавно и красиво.

Как балерина – без суеты и спешки.

Илья стоял чуть в стороне и восхищался буквально всем – и пластикой женского тела, и луной, которая освещала Зою со стороны моря, и скрипом влажной гальки, и шелестом ночного прибоя…

Он думал, что у нее, как и утром, под спортивным костюмом будет купальник – синий с искоркой… Но там не было ничего!

Баланчина неторопливо вошла в воду и поплыла, стараясь держаться рядом с серебристой лунной дорожкой.

На минуту Сорин остолбенел, а потом мигом сбросил с себя всё и поспешил догонять свою Зайку…

В это время Дэн уже вскрыл заднюю дверцу «Хонды», А Колян уже работал в салоне микроавтобуса.

У них было время!.. Зоя Павловна обещала задержать этого лоха на час… А что потом?

Если кейс не будет найден, то придется возле «Хонды» вырубить лоха, скрутить, бросить в салон и везти на улицу Джапаридзе… К дому с флюгером!

Зоя вышла из воды через десять минут… Полотенце было одно, и они торопливо вытирали друг друга, радуясь непонятно чему.

Потом она сказала, что ей холодно и попросила обнять покрепче…

Прошел час, а звонка от Дениса не было. Зоя поняла, что ребята кейс не нашли, и пора собираться и идти к «Хонде»…

Она одевалась и смотрела на Сорина почти с материнской любовью…

Жалко парнишку! Илюша очень милый мальчик. А через пять минут Колян подкрадется сзади и шмякнет его монтировкой по темечку.

Потом беднягу повезут к шефу и в подвале будут допрашивать, делая ему больно…

Зоя подумала, что Илья хороший человечек, но слишком нежный и беспечный. А в наше время выживают только хитрые, злые и жестокие!

* * *

Еще вчера днем Оксана получила ответ от своей знакомой из городской лаборатории. Все восемь проб оказались именно тем, что написано на тюбиках – где-то зубная паста, где-то вазелин, а где-то крем от веснушек.

И тогда Ксюшу осенило!

Ее сокурсник Роман Ложкин работал простым рентгенологом… Это то, что сейчас надо!

День был такой ясный, что никто не рвался просвечивать свои грудные клетки. Очереди у Ложкина не было вообще… Роман не очень понимал, что делает, но ему было очень приятно общаться с шальной Оксанкой Боровик.

Они привязали кожаный несессер с тюбиками к аппарату, вышли за свинцовую дверь, прицелились и вместе нажали копку… Через пять минут Ксюша держала в руках чуть влажный снимок.

Даже с учетом того, что все тубы были из легкого алюминия, можно было рассмотреть в нижней части инородные тела. Все разного размера – с вишневую косточку, с маленькую горошину или со спичечную головку.

Вечером Оксана позвонила из города Шмакову и попросила его задержаться. Она сказала, что приедет в «Аркадию» в девять часов для очень важного разговора.

Ксана думала, что это будет очень сложно. Но она быстро купила точно такой же кейс, а главное – точно такой же набор тюбиков, которые лежали в несессере, плотно прижавшись друг к другу.

Те же самые марки! Ту же зубную пасту, вазелин и всякие разные кремы… Все восемь штук!

Они понимали, что играют не в детские игры.

Артур запер дверь кабинета, а Оксана включила воду в умывальнике, который был спрятан за ширмой… Они начали разговор, но говорили только шепотом или жестами.

Первым делом Ксения выложила отрицательное заключение из лаборатории и тихо произнесла:

– Это не наркотики!

– Жаль! Хорошая версия сорвалась.

– Жаль?.. Нет, Артур! Сейчас ты скажешь другое.

И Оксана вынула кожаный футляр для тюбиков и рентгеновский снимок всего несессера.

Шмаков долго смотрел картинку на свет, а потом карандашом стал указывать на затемнения в тюбиках… Он посмотрел на Оксану и подмигнул ей:

– Оно?

– Оно!

– Ты, Оксана Львовна, не вскрывала тюбики?

– Как я могла без тебя?

– Тогда начнем?

– Начнем, Артур Олегович!

Он вытащил из стола большие листы бумаги, взял ножницы, пачку салфеток и белый медицинский лоток из зубоврачебного кабинета.

Артур открыл несессер и аккуратно разложил тюбики. Все восемь штук!..

Он почему-то начал с зубной пасты. Она привычней и легче отмывается… Шмаков отрезал алюминиевый задник тубы и начал выдавливать на бумагу широкий поток белой пасты.

Когда на листе образовалась ароматная колбаска, пахнущая мятой и чем-то кондитерским, Артур начал мыть пальцами эту субстанцию…

Наконец он выковырял две маленьких горошины, измазанные в белой пасте. Сразу бросил их в лоток и пошел отмывать.

Потом принес, протер зеленые «горошины» бумажной салфеткой и положил сверкающие камушки перед настольной лампой.

Оксана взяла один и попыталась рассмотреть.

– Изумруд!

– Да, он!.. В старые времена его называли смарагд.

– Артур, а он настоящий?

– Откуда я знаю! Тут и не всякий ювелир разберется.

– Артур, я включу компьютер… Хочу набрать в Поиске слово изумруд.

Пока ноутбук разогревался, включая защиту и расставляя по местам свои окна с иконками, Шмаков резал задники у тюбиков, выдавливал содержимое, выискивал камушки и отмывал их вместе с руками.

Наконец на тарелочке лежало шестнадцать изумрудов разной величины, а Оксана нашла нужный сайт и начала читать:

– Представляешь, хорошие изумруды дороже бриллиантов!

– Ксюша, ты посмотри, эти камушки у нас в России водятся?

– Есть, Артур! Но только в одном месте. На Урале, на реке Токовой… «Ермаковское месторождение».

– И сколько эта красота стоит?

– Так… Тут, Артур, надо бы взвесить. Все цены в каратах.

– Это что такое?

– Это мера веса… Один грамм равен пяти каратам.

– Понятно!

Шмаков сгреб все камни в одну руку, а второй стал балансировать, изображая весы… Потом он переложил изумруды в другую ладонь, закрыл глаза, вытянул руки и проделал то же самое.

– Можешь потом проверить! Здесь веса на пятак. Или чуть меньше. Я имею ввиду советские деньги… Тут ровно четыре грамма. Точно, как в аптеке!

Оксана схватила лист бумаги лист бумаги и начала считать в столбик, как школьница – шевеля губами… Потом она побледнела и дрожащим голосом сообщила результаты.

– Если здесь четыре грамма, то это двадцать карат.

– Нормально!

– Артур, один карат крупных изумрудов может стоить сто тысяч баксов… Эти не очень большие, но и не мелкие…

– Какой вывод, Оксана?

– Здесь на миллион долларов!.. Но это, если они натуральные. Такие же, но искусственные – в двести раз дешевле.

Шмаков тоже схватил бумагу и начал делить миллион на двести… Голова была такая шальная, что в уме он бы это не посчитал.

– Так, если это синтетика, то тут на пять тысяч зеленых. Из-за такой мелочи людей на забор не кидают… И нашего Кудрина приложили слишком солидно… И шпионы вокруг «Аркадии» крутятся… Нет, Оксана, здесь натуральный лимон баксов!

– Это хорошо?

– Чего хорошего?.. Влипли мы с тобой! Теперь уже в полицию не пойдешь. С чем идти? С разрезанными тюбиками?.. Надо самим разоблачить гадов и тогда…

– Правильно, Шмаков!.. Я тоже так подумала. И смотри, что я купила.

Она вытащила из большой сумки черный кейс. Точно, как тот, только целый… А ещё восемь тюбиков – таких же, но не мятых.

– Давай, Артур, засунем внутрь по две бусинки, и соберем весь набор, всё, как было… Документы ксерокопируем, и тоже в кейс… Это будет наша приманка!

– Хорошая приманка! Можно использовать… Но ловить, Оксана, надо на живца.

– Отлично!.. А кто будет живцом?

– Ты!

* * *

Ребята мучились с Сориным всю ночь!

Они заранее договорились, что Дэн будет изображать доброго следователя с открытой улыбкой, а Колян – сердитого, злого и даже свирепого.

Пока Дэн размещался за письменным столом, протирая настольную лампу влажной тряпочкой, Колян сорвал с Илюши рубашку, усадил на кресло и толстой пеньковой веревкой привязал к спинке и к подлокотникам.

Допрос начал Денис… Он представился, как майор Пронин и говорил сначала сам – про любовь, про ночь и звезды, про прогулки с девушками вдоль пляжа.

Водитель «Хонды» Сорин встрепенулся. Ему показалось, что он всё понял. Сейчас он объяснит этим ребятам суть дела, и они его отпустят.

– Братва, если вы из-за Зои Павловны, то она сама захотела. Она мне с утра глазки строила. Потом записку передала… На пляже, так вообще полный финиш – сама постелила одеяло, совсем разделась и моментально в море… А потом…

– Мы знаем, что было потом! Ты, друг, госпожу Баланчину не трогай. Она работает четко… Скажи нам, Илья, с кем ты гулял ночью?

– Простите, товарищ Пронин, это когда было?

– Это тогда, когда ночью по пансионату дежурил Кудрин, а твоей «Хонды» до утра не было в гараже!.. Вспомни, голубчик.

Дэн постарался спросить Илью максимально приветливо. В конце он даже улыбнулся американской улыбкой – это, когда выпячивают наружу тридцать два белоснежных зуба.

А Колян тоже постарался, чтоб клиент всё вспомнил… Он подошел к столику, у стены. И привязанный Сорин увидел, как из тумбочки появляются клещи, утюг, паяльник.

Увиденные бытовые предметы сразу освежили мозги.

– Ах, в тот день?.. Отлично помню, товарищ Пронин! «Хонды» действительно не было в гараже. Я на ней катался!

– С кем?

– С Маринкой, с кассиршей из «Перекрестка»…

– Фамилия Марины?

– Она не говорила… А зачем мне ее фамилия. Мне, товарищ Пронин, другое от нее нужно.

– Хорошо, Илья… Как нам найти эту Марину.

– По телефону!.. Вон у вас на столе моя книжка лежит. Посмотрите на букву «Р».

– Почему на «Р», если она Марина?

– Так Маришка пухленькая, как пончик и рыженькая, как солнышко!.. Рыжая – значит на «Р».

– Ясно, Сорин!.. Перейдем к событиям той ночи.

– Перейдем!.. Я вам честно вам скажу, господин майор, когда Маринку обнимаешь, то она вся такая мягкая, теплая и урчит от удовольствия… Просто кайф!

Денис очень спешил с допросом… В любом случае с рассветом они должны были поехать на квартиру Сорина и провести обыск там… Шеф сказал четко – кейс надо найти!

– Ладно, Илья. Я очень люблю послушать про всякое такое, но эти подробности потом… Значит, шел ты ночью с рыжей Марией вдоль пляжа «Аркадии», и тут вдруг поезд.

– Какой поезд?

– Поезд «Уфа – Адлер»!.. С одной стороны рельсы, с другой забор, пляж, море…

– Не понял, товарищ майор! Пори чем тут Уфа с пляжем?.. Я возил Маринку на Ахун. Там слева от башни есть отличная полянка.

– Ты не путай, Илья… Почему Ахун?

– А я знаю?.. Машка сама захотела. Сказала, что там к звездам ближе. У рыжих всегда свои причуды… Так вот, расстелили мы одеяло, сели рядышком, а она урчит…

На обыск в дом Ильи Сорина ребят провожал шеф… Молодой парень, но хитрый, как Министр финансов. Они звали его уважительно Андрис Карлович.

По результатам допроса было ясно, что и обыск пройдет впустую. Но делать надо!

Потом надо допросить рыжую Марию… Очевидно, что она подтвердит про Ахун и звезды. С ней всё ясно!

Но что делать с водителем «Хонды»?.. Почему-то Зоя очень просила не убивать этого Илью Сорина…

А что делать?

Конечно, Илью надо отпускать, но нельзя!

Илью следует замочить, но не хочется!

Гирулис проводил синий «Лексус» и запер ворота.

Потом он пошел на кухню и стал заваривать себе крепкий кофе – так лучше думается…

А пусть этот Сорин посидит в подвале! Когда-нибудь всё рассосется само собой… Или Султан помрет, или ишак сдохнет!

* * *

Майор полиции Фирсов начал действовать прямо и решительно!

Нет сомнений, что труп на пляже «Газовщика» как-то связан с «Аркадией». И еще всё это связано с обыском у Кудрина и с каким-то кейсом, который ищут бандиты…

Если это так, то надо срочно обратиться к широкой общественности пансионата и выяснить всё сразу.

Понятно, что есть инструкции, есть тайна следствия, но майор любил нестандартные решения!

Он пришел к Шмакову и попросил назначить общий сбор сотрудников через час после завтрака…

В 11.00. в столовой собрались все… Или почти все!

Фирсов, подбирая слова, намекнул, что на соседнем пляже случайно нашли труп. Тот, который ночью 15 сентября выпал из поезда… И вот сейчас бандиты с синяками на лбах ищут кейс, который был при трупе, но исчез, непонятно как…

Одним словом, завершил Фирсов, если кому известно про поезд, про труп, про меченых бандитов и их кейс – прошу сигнализировать органам нашей родной полиции…

Майор ждал, но никто не проронил ни слова. И особенно крепко молчали, кто кое-что знал – хозяин Артур Шмаков, врач Оксана Боровик и медсестра Света Громова.

И тогда Михаил Фирсов усилил давление на массы, бравируя своей осведомленностью.

– Зря молчите, господа!.. Полиции известно, что Юру Кудрина чуть не убили по этому делу. Они думали, что кейс у него… А теперь под угрозой ходят другие люди, которые любят ночные прогулки у пляжа. Например – гражданин Сорин, который ночами на казенной «Хонде» выгуливает девочек… Где вы? Встаньте, Илья Иванович!

Вместо Сорина встал сорокалетний мужчина.

– Я – Гриша Назаров, водитель второй «Хонды»… Илья не пришел сегодня.

– Почему?

– Откуда мне знать! Я звонил ему, но все телефоны молчат… Илья, как в воду канул!.. И машины его нигде нет. Ни здесь, ни у пляжа.

Фирсов резко вытащил мобильник.

Перед ним были полные списки сотрудников «Аркадии». Майор позвонил кому-то, назвал адрес дома Сорина, вызвал ближайшую патрульную машину и предложил проверить квартиру.

Через минуту ему сообщили, что дверь открыта, что людей в квартире нет, но кругом следы жесткого обыска.

Фирсов еще раз позвонил, и тут всем всё стало ясно.

– Срочно опергруппу на квартиру Сорина!.. И объявляйте его в розыск. Его самого и его машину… Да, как обычно – сначала по моргам, больницам и бомжатникам. А потом везде, где только можно!

* * *

Сегодня массажный кабинет светился и благоухал… У Ирины Куркиной был день рождения!

Еще вчера она провела генеральную уборку и до блеска начистила всякие никелированные полочки, трубы и плафоны. Отмыла хрустальные вазочки и зеркальный шкаф с пузырьками и кремами…

Сейчас комната наполнилась цветами, а яркое дневное солнце играло в отполированных деталях. И сверкающие веселые зайчики прыгали по потолку, по стенам, по массажному столу, накрытому белоснежной простыней.

Ира могла вообще никого не принимать! Сегодня – ее день, ее праздник… Но она оставила в расписании только одну женщину. И это потому, что она не пациентка, а уже почти близкая подружка… Даже ближе!

За последние четыре дня они почти сроднились… Они, болтали о всяких интимных подробностях, раскрыли свои души, а Ирине казалось, что они срослись в одно целое.

Зоя Баланчина вошла, заперла за собой дверь, приятно улыбнулась и замерла… Везде, где только возможно стояли разные букеты – большие и маленькие, красные и белые, голландские розы и что-то из местных садов.

В Сочи везде много цветов, но раньше в этом кабинете их никогда не было.

– Что случилось, Иришка? Сегодня у нас праздник?

– Да, Зоя! Тридцатник мне стукнул… «К сожаленью, день рожденья только раз в году»…

– Поздравляю, Иришка!.. А почему ты мне не сказала? Это не честно!.. Я пришла без подарка и чувствую себя, как дура.

– Даже и не думай! Зачем деньги тратить?.. Мне, Зоя, так приятно с тобой поговорить, что больше ничего и не надо.

– Нет, подруга, тридцать годков – это юбилей, и подарок за мной обязательно… Мы с тобой сегодня просто поговорим, или как обычно?

– Конечно, как всегда! Полный массаж… Мне, когда я работаю, даже легче трепаться. Говоришь свободно всё, что на душе лежит… Как, Зоя, я права?

– Да, и мне так тоже удобней… Приятно, когда у нас полная откровенность.

Куркина пошла за ширму мыть руки, а Зоя Павловна подошла к окну и стала раздеваться… Где-то вдали сверкало море, чуть поближе внизу виднелись кроны деревьев и корпуса других санаториев.

Баланчина сняла с себя всё, но повернулась лишь тогда, когда Ирина вышла из-за ширмы.

– Ох, и красивая ты, Зоя!.. Давай, ложись на живот, и начнем.

Массажистка начала, как обычно. Она выдавила из тюбика две «колбаски» ароматного крема и мягкими круговыми движениями стала втирать их в упругие бедра…

– Сегодня, Зоя, столько произошло, что у меня голова идет кругом.

– Понятно! У тебя юбилей!.. Поздравления, подарки, поцелуи…

– Нет, не только в этом дело… Утром девочки принесли цветы, мы немножко выпили, а к одиннадцати нас собрали в столовой.

– Тебя поздравлять?

– Нет, Зоя!.. Пришел майор из полиции. Просто красавец! В новой форме, стройный, чуть старше меня.

– И он хотел тебя поздравить?

– Совсем нет!.. Он напомнил про труп на пляже «Газовщика». Сказал, что бандиты искали там какой-то важный кейс, но не нашли…

– Да, это так…

– Потом они, Зоя, искали кейс у Юры Кудрина!

– И там не нашли… Верно, Ира?

– Точно!.. Но сегодня не вышел на работу Илюша Сорин, водитель «Хонды».

– Запил?

– Нет, Илья не по этому делу! Он мастер по женской линии…

– Похоже, что так…

– Ты, Зоя, слушай дальше… Так вот, этот красавец-майор прямо при всех звонит своим полицаям. Те быстро едут к парню на квартиру, а там всё открыто и полный бедлам!

– Я поняла, Ирочка! Бандиты и у этого водителя делали обыск… Они нашли кейс?

– Ну, Зойка, ты корифей! Прямо, как Агата Кристи!.. Кейса бандиты не нашли. Знаешь почему?

– Нет!

– Потому, что он был не там!

– А где он был?.. Говори, Ирочка, не томи!

– Сейчас расскажу… Ты переворачивайся на спину и слушай!

Зоя Павловна делала всё, как в замедленном кино. Она чуть приподнялась, легла на бок и замерла на пять секунд… Она думала!

Судя по разговору, массажистка Куркина знала, где кейс. И он сейчас где угодно, но не в полиции.

Баланчиной удалось лечь лицом вверх. Она вся дрожала от напряженного ожидания…

А Ирина выдавила себе на ладони порцию крема и начала гладить, а потом всё сильнее массировать живот Зои Павловны.

– Так вот, Зоя, слушай дальше… Когда майор ушел, то меня и старшую медсестру Светку Громову пригласил в свой кабинет Артур Олегович…

Всё, что произошло дальше, Ирина рассказывала подробно и в лицах – кто сказал, что сказал, каким тоном и с какой интонацией.

Она вошла к Шмакову и поняла, что сейчас ее будут поздравлять… Артур Олегович произнес что-то вроде тоста. Очень красиво и приятно. Потом он троекратно поцеловал Ирину, вручил ей подарок и букет алых роз… Он выступал от лица всего коллектива!

Потом пять слов от имени всех подруг промямлила Светка Громова. Она тоже что-то вручила и чмокнула именинницу в щеку.

Третьей говорила Оксана Боровик. Она поздравляла от лица медиков пансионата…

После торжественной части они глотнули по сто грамм шампанского, и все заторопились по рабочим местам.

Уходя, Ирина со Светкой притормозили и оглянулись… В этот момент Оксана взяла в шкафу у шефа черный кейс и сказала, что спрячет его в своем кабинете за сейфом.

Юбилярша Куркина хотела поскорей уйти, а простодушная Громова брякнула, обращаясь к Шмакову:

– Артур Олегович! Так это и есть тот кейс, который бандиты потеряли, а полиция ищет.

– Да, это он! Завтра мы с Оксаной Львовной собираемся его передать майору. Но как-то так, чтоб незаметно… Оксана, посмотри, тут всё, как было тогда?

Оксана Львовна открыла чемоданчик, быстро глянула и тихо сказала.

– Всё, Артур, на месте. Как мы нашли его тогда ночью, так я ничего и не трогала.

– Да, страшно вспомнить! Час ночи, а этот кейс прямо на нас из поезда летит! Ужас… Скажи, Оксана!

– Я тоже испугалась… Но как ловко эта штука приземлилась. По кустам, по траве и прямо к нашей калитке.

Ирина закончила рассказ!..

И массаж приближался к концу… Куркина напоследок ребрами ладоней несколько раз прошлась по всему животу клиентки – с самого верха до самого низа.

Обычно Зое было приятно в этот момент, но сейчас она ничего не замечала… Она думала и пыталась уточнить:

– Значит, она за сейф его спрячет?

– Оксана так сказала.

– А завтра хотят в полицию отнести… Странная история!

– Еще бы не странная!.. Нет, я понимаю, когда Илюша или Юра Кудрин бродят ночами и любовь крутят.

– Я думаю, Ира, что это делают не только мужики… А ваши горничные или официантки?

– Верно, Зоя! И девочки гуляют напропалую.

– Так хорошо!.. Секс – занятие полезное!

– Согласна, Зоя! Это приятно… Но это же не царское дело!.. Ты только представь себе – наш начальник Артур Олегович со своей докторшей в час ночи тащится на пляж… Зачем? Понятно зачем!.. Нет, это просто уму непостижимо!

* * *

О важной новости Гирулис узнал быстро.

Еще разгоряченная массажем Баланчина вбежала в свой люкс и сразу позвонила Андрису. Она прямым текстом сказала, что это не телефонный разговор. Но при этом он срочный и важный.

Они договорились встретиться в сквере напротив вокзала через сорок минут.

Пока Зоя ехала в центр Сочи, Андрису позвонил по мобильнику Денис и не шифруясь сообщил, что ему только что просигналила агент «Фиалка». Ну та, которая работает старшей медсестрой в «Аркадии»…

Далее Дэн радостно и подробно сообщил про разговор в кабинете Артура Шмакова и про кейс, который всю ночь будет лежать за сейфом Главврача Оксаны Боровик.

К приезду Баланчиной у Андриса был готов план действий…

Непричастного к краже кейса водителя Сорина надо оставить в покое. Пусть тихо сидит в подвале до лучших времен.

Далее – сегодня в ночь за кейсом пойдут двое. Всё те же Колян и Дэн… А Зоя подстрахует их изнутри – нейтрализует вахтера, проводит, поможет открыть двери…

* * *

Место для засады они выбрали с умом!

Кабинет Главного врача пансионата имел две комнаты, не считая коридорчика, ванной и кладовки. Есть, где спрятаться!

Шмаков ушел из пансионата поздним вечером. Он сделал это демонстративно – громко прощался со всеми, с кем мог. Потом с одним из отдыхающих разговаривал перед окнами основного корпуса, а потом медленно уходил к воротам…

А в кабинете главного врача Оксаны Боровик ярко горел свет.

Через сорок минут Артур по лесу, холмам и оврагам обогнул пансионат. Сквозь дыру в заборе, которую он давно хотел заделать, Шмаков проник на территорию…

Через тенистые заросли он приблизился к медицинскому корпусу и вошел через желтую дверь возле бассейна… Замок здесь бы сейфовый, а ключей всего два – у Шмакова и на вахте у ворот.

Артур незаметно проскользнул на второй этаж и постучал в дверь Оксаны. Но не просто постучал, а кодом из азбуки Морзе – три коротких стука, три длинных и опять три коротких…

Это означало «SOS» или «Спасите наши души». Три точки, три тире, три точки…

Ничего другого из Морзе Артур просто не знал.

Ксюша открыла, и Шмаков, пригибаясь, пробежал во вторую комнату. Там за дверью лежали два ватных матраца, накрытые зелеными одеялами… Еще днем они приготовили эту лежку – место для засады.

Они всё делали молча, как заговорщики… Артур нежно, но быстро поцеловал Оксану, отдал ей ключ от желтой двери, передернул затвор пистолета и лег на пол.

А теперь они продемонстрировали, что врач Оксана Боровик завершила свой рабочий день… Она выключила везде свет, вышла и быстро направилась к воротам. Она делала вид, что спешит домой.

Но перед автобусной остановкой она резко свернула в лес и пошла назад, прячась за кустами… Поближе к забору «Аркадии» началась пересеченная местность – заросли, канавы, холмы и пригорки.

Обходить пансионат Оксане было сложней, чем Шмакову – он шел в полумраке, а она в полной темноте… И ей было страшней, чем ему – он же мужчина, а она совсем наоборот.

Наконец нашлась известная дыра в заборе, и через пять минут Ксюша была уже в своем кабинете… Не включая свет, она заперла дверь, пробралась во вторую комнату и легла рядом с Артуром.

Она и раньше лежала рядом с ним, но то было днем и на людном пляже. Но чтоб ночью, да в полной темноте – такого еще не было… Это, конечно, волновало, но Оксана хорошо понимала, что никакой любви сегодня не будет.

Не то время! Это только видимость, что они лежат рядом. На самом деле они, как часовые – стоят на посту!.. А точнее – сидят в засаде…

Бандиты могли появиться и в полночь, и в час ночи, и в два…

Но они, гады, пришли в три часа!

Сначала от старых отмычек начал скрипеть замок, а затем с легким свистом открылась дверь…

Потом зажегся свет, но только в прихожей и в основной комнате, где стол, сейф, фикус и много стульев…

Послышались шаги!.. Бандитов было двое, и они сразу направились к сейфу.

В это время во второй комнате уже встали со своих матрацев бойцы из группы захвата – Оксана с молотком в руке и Шмаков с пистолетом.

Послышался скрежет отодвигаемого сейфа.

Радость бандитов была полная! Когда они вытащили кейс, то один весело присвистнул, а другой сказал что-то ласковое, типа: «Вот он где, наш родной! А мы его искали»…

Шмаков решил, что пора действовать!.. Он выбежал в кабинет и, встав спиной к входной двери, выкрикнул стандартную фразу: «Руки вверх! Буду стрелять»…

Оксана выбежала вслед за Артуром. Она тоже загородила открытую дверь и, размахивая над головой молотком, тоже крикнула про «руки вверх».

Дэн с Коляном послушно подняли руки… А что делать, если на тебя смотрит дрожащий ствол «Макарова».

Да и молоток в руках шальной бабы – это оружие! Почти, как автомат!

Пока они лежали на матрацах, надо было продумать все варианты действий. А Артур не знал, что дальше делать… Он нервно вспоминал похожие ситуации в боевиках и детективах…

Вспомнил! Кажется, что в этот момент сыщик должен вынуть наручники, потрясти ими и ехидно улыбнуться… Но нет же наручников!

Артур еще дальше выставил пистолет и грозным голосом приказал:

– Теперь очень медленно кладем руки на затылок!

Бандиты выполнили.

– Далее – два шага влево, и оба встали на край ковра… А сейчас – на колени!

Братки встали, как приказано.

– И последнее – ложимся животом вниз, а руки кладем на поясницу.

Дэн с Коляном дружно подчинились… И только тогда Шмаков почувствовал силу и уверенность. Он обратился к Оксане.

– У тебя есть бинт или катушка широкого пластыря?

– Есть и то, и другое!

– Тащи всё!

Ксюша развернулась, положила молоток на стул, стоящий у открытой двери, и побежала во вторую комнату, которая была процедурной, перевязочной и вообще – более медицинской, чем большой кабинет.

Она вернулась меньше, чем через минуту. Оксана прибежала с нагруженным до верху лотком – бинты в бумажной упаковке, мотки клейких «советских» пластырей, ножницы и два скальпеля.

– Готово, Артур!.. Что делать дальше?

– Теперь поставь лоток на ковер, освободи конец одного пластыря и садись правому типу на шею.

– Как это – на шею?

– Как-как! Натурально!.. Подходишь к его голове, приседаешь, упираешься коленками в его плечи и садишься… На шею или на голову – это, как получится!

– Это понятно… А что дальше?

– Дальше, Оксана, наклоняешься, ставишь локти ему на лопатки и начинаешь пластырем связывать руки. И не как-нибудь, а крепко-накрепко! … А я пока буду держать на мушке их обоих.

– Ясно, шеф… Начинаем!

Оксана и в школе была отличницей… То, что сказал ей Шмаков, она исполнила на пять с плюсом. Она намотала на руки Коляна все три метра пластыря, перекручивая его в разные стороны и прижимая клейким слоем к волосатым рукам… Это теперь навечно!

Ей было не очень приятно чувствовать между ног затылок противного парня, но она терпела…

Когда ее работа была завершена, Артур передал Оксане пистолет, оседлал Дэна и начал с удовольствием клеить его руки.

И в этот момент оба бандита, как по команде начали ныть, ойкать и вертеться…

Если бы Шмаков обладал оперативной интуицией, он бы сообразил, что братки, лежа на ковре, увидели кого-то. И они отвлекают внимание на себя, заглушая чьи-то шаги… Они увидели кого-то третьего!

А этот третий еще в коридоре сбросил туфли на каблуках и двигался босиком – легкой летящей походкой.

Взяв со стула увесистый молоток, Зоя поняла, что, если бить, как вколачивают гвозди, можно и черепушку проломить… А «мокрые дела» в ее планы не входили.

Уже размахнувшись, Баланчина развернула свое оружие и ударила Шмакова боковой частью молотка… Так не смертельно! Нормальный женский удар, который может отключить мужика на час или два…

Пока Артур заваливался на бок, Зоя моментально сделала шаг влево и размахнулась еще раз.

Но и у Оксаны была хорошая реакция! Она успела оглянуться и увидеть, что на нее летит молоток. Но не острой частью, а так – бочком. Не в фас, а в профиль!.. И еще Боровик узнала ту, в чьих руках было это оружие… Узнала и отключилась.

Это хорошо, что врачиха принесла скальпели в лоточке… Зоя резала пластырь на руках налетчиков, а они негромко смеялись, вспоминая прошедшую битву.

Дэн был рад, что они выполнили задание шефа и обнаружили кейс. Колян был рад, что нашелся его пистолет, а франт с пижонским именем Артур получил ответный удар. Пусть не в лоб, но молотком!

А оба они были рады, что Зоя Павловна спасла их… Для крепких мужиков немножко стыдно, когда их вызволяет сорокалетняя дама.

Но позор – не неволя!..

Если бы эти фраера сдали братков полиции, а те повесили на них пляжное убийство Черкеса, нападение на Кудрина, похищение Сорина – то это минимум десятка!..

Десять лет воли не видать!

Да, позор – дело временное. Можно и потерпеть…

– Так что, Зоя Павловна, дело сделано! Теперь хватаем кейс и делаем ноги?

– Ишь, разбежались!.. Надо привести все в порядок, протереть места, где вы пальчики могли оставить.

– Это мы мигом, Зоя Павловна!

– Потом найдите в подсобке одеяла и свяжите эту парочку.

– Вместе связать?

– Отдельно!.. Ребята, когда вы научитесь сами думать?

Колян пропустил реплику мимо ушей, а Денис реально обиделся.

– Я всегда думаю, Зоя Павловна!.. Вот бинты. Ими мы завяжем одеяла… Потом я этим же молотком незаметно нейтрализую вахтера, открою ворота и подгоню сюда наш «Лексус»… А потом мы с Коляном вытащим этих двоих и загрузим в багажник.

– Молодец, Дэн!.. Можешь, когда захочешь.

– Это да!.. Мы грузим их в багажник и везем на пляж. Там раздеваем и моментально в море!.. Тема такая: купались любовники и случайно утонули.

– Дурак ты, Денис!.. Хватит нам трупов! Одного Черкеса достаточно. А этих двоих сначала допросить надо… Значит так – грузим их, и везем на улицу Джапаридзе.

– Нормально, Зоя!.. Там у Андриса Карловича полно подвалов…

* * *

Еще до завтрака всем сотрудникам пансионата было ясно, что их шефа похитили вместе с главврачом… Это очевидно, как ясный день!

С ночи ворота «Аркадии» были распахнуты, а в кустах лежал пьяный вахтер. Но спиртным от него не пахло, а раньше он вообще не пил… Это первая странность!

Шмаков и Оксана Боровик дружно не пришли на свои рабочие места. Народ даже начал шушукаться! Типа того, что «пригрелись в одной кроватке и проспали»… Но легкий беспорядок в кабинете главврача показал, что тут не такое простое дело.

Конечно, у Оксаны не было полного разгрома, но на полу валялся скальпель, на стуле – молоток, а на столе обрывки пластыря… Более того, на сдвинутом с места сейфе лежал лоток с ножницами и бумагой от бинтов.

Народу в кабинет набилось много, но никто не знал, что делать.

Позвали сестру-хозяйку, которая быстро всё осмотрела и заявила, что пропали два одеяла.

И вот тут уже всем всё стало понятно. Кто-то первый произнес слово «Похитили»… Второй сказал чуть длиннее – «Их обоих повязали и увезли»… А третий придумал конкретное действие: «Надо звонить в полицию»…

Позвонили только после полудня.

А в час дня кабинет директора «Аркадии» превратился в комнату допросов.

Майор Фирсов решил допрашивать всех сам и наедине… Он не любил в разговорах с людьми всякие ловушки, психологические комбинации и игры в плохих и хороших следователей.

Михаил Петрович точно знал, что умеет расположить к себе собеседника. А особенно – женский пол всех возрастов!.. И вот уж в таких разговорах – третий лишний…

Это точно!

Сначала майор разговаривал с руководством «Аркадии». Таких людей у Шмакова было мало. Зам по медицине – Ксюша Боровик. Но ее-то как раз и нет…

Главный бухгалтер Лобачев старался помочь, но он ничего не знал. Он пытался проявить дедукцию, что-то вспомнить, оценить ситуацию – пустой номер…

Единственное, это то, что Петр Петрович деликатно намекнул на особые отношения директора и главного врача.

– Я очень подозреваю, господин полицейский, что вчера вечером Артур пришел в кабинет Оксаны не по служебным делам.

– А по каким?

– По «амурным»… Любовь и всякое такое.

– Вы уверены, Петр Петрович?

– Я так думаю… Более того, товарищ майор, эта парочка вполне могла гулять на пляже в ту ночь, когда там появился труп.

– Вы так думаете, Петр Петрович?

– Я так предполагаю!.. Тогда они вместе уходили из «Аркадии».

– Во сколько это было?

– Около одиннадцати… Плюс-минус пять минут.

– Странно! Поезд прошел в час ночи… Они что это, два часа спускались? Тут пешком до пляжа двадцать минут…

– Ой, молодой человек, в свое время я тоже гулял со своей женой… Мы ходили медленно и останавливались везде, где нет фонарей…

Вторым номером Фирсов допрашивал Никиту Ильича Бобрикова… Это тот, который зам Шмакова по кадрам, по экскурсиям, по физкультуре и по пляжу…

Очень веселая и странная личность! Хорошо чувствовалось, что он когда-то работал массовиком-затейником…

В пансионате почти траур, а у Бобрикова даже сейчас было излишне приподнятое настроение. Он улыбался, говорил много пустых слов и выдавал плоские шуточки… Сплошное «Кривое зеркало».

Третьей была старшая медсестра Светлана Громова… Вот это интересный экземпляр! Майор печенкой чувствовал, что она что-то скрывает, но раскусить ее не смог… Кремень, а не женщина!

Но ничего, еще не вечер! Сегодня ребята проведут по полную установку этой дамочки, проверят распечатки с ее мобильника, поговорят с соседями, проверят по учетам все ее связи…

Ребята – зубры! Что-нибудь, но наверняка накопают! Вот тогда посмотрим, как запоет старшая медсестра…

Потом он говорил с горничными, с поварами, с садовником, массажистками.

Под номером девять Фирсов записал Куркину Ирину Васильевну…

В кабинет вошла тридцатилетняя женщина с добрым суетливым взглядом…

Майор посмотрел на нее мельком и попытался оценить… Он подумал, что именно такие женщины очень беспечны, доверчивы и говорливы. Они любят откровенные чувствительные разговоры на любые темы… Для допроса – один из лучших вариантов!

– Вы очень волнуетесь, Ирина Васильевна… Вы что, первый раз говорите с полицейским?

– Да, первый!.. Нет, я и раньше общалась, но с только с милиционерами. Они как-то попроще, без гонора.

– Обижаете, Ирочка! Где у меня гонор? Я прост, как правда… Ну посмотрите – разве я страшный?

– Нет, вы очень симпатичный… А я, как раз, с мужем развожусь.

– Отлично, Ирина!.. Но об этом мы с вами потом поговорим. А сейчас о главном!.. Уверен, что вы знаете, кто похитил ваших начальников… Я прав?

– Да, Михаил Петрович, вы правы! Я знаю, кто их похитил… А вы откуда знаете, что я знаю?

* * *

Это была экскурсия, которая начиналась рано утром.

Прежде чем доехать до озера Рица, предстояло добраться до Адлера, за которым по реке Псоу шла граница с соседним государством…

Потом – Абхазия! Короткая дорога до Гагр, и осмотр этой «жемчужины»… Нет, правда! Это отличное местечко! Набережная с запахом вина и шашлыка, парк с павлинами и цветами, пальмы на кромке пляжа…

Всё прямо, как в песне: «О море в Гаграх! О пальмы в Гаграх! Кто побывал, тот не забудет никогда»…

Затем экскурсанты собирались заехать в Пицунду и сразу развернуться налево в горы.

Вперед и вверх!..

Изумительно красивые мощные ущелья с обрывами, быстрые речки, небольшие голубые озера и маленькие наскальные водопады…

Только к обеду ожидается прибытие на саму Рицу…

Назад планировали ехать после ужина, и переезжать границу в полной темноте.

Из «Аркадии» на эту экскурсию записались всего пять человек… Их наскоро в восемь утра накормили завтраком. Они получили то, что называется «сухой паек» и сразу из столовой пошли вниз, к Курортному проспекту. Там все собирались ждать автобус, который уже ехал из центра Сочи и по дороге подбирал других экскурсантов.

Зоя Павловна вышла на полчаса раньше. Ей предстояла важная встреча…

Спрятав свою машину за киосками, Андрис Карлович собирался проводить Баланчину. Это был не просто знак вежливости. Гирулис должен был передать ей тот самый несессер, который ему доставили сегодня ночью…

Он встретил Зою с маленьким букетиком цветов… Это широкая русская душа требует, чтоб цветы дарили охапками. И чтоб не один вид, не один цвет, а много всего разного. И побольше, побольше, побольше!

А чуткая нежная литовская натура считала, что красивым может быть только миниатюрный презент. Такой, где три зеленых листика и пять-семь мелких цветочков…

У нас в России так продают только ландыши или подснежники. И только потому, что из этих малюток никак не сотворишь огромный букетище!

Зоя взяла цветочки, улыбнулась и наклонила голову. Этим она и благодарила, и вдыхала тонкий аромат белых фиалок.

Они сели в машину – так удобней разговаривать.

– Андрис, спасибо за букетик. Он такой милый.

– Пустяки! Вам совсем не за что благодарить!.. Красивым женщинам приятно дарить цветы.

– А как там наши пленники?..

– Спят!.. У них, Зоя, очень крепкие нервы.

– Они спят в одной постели?

– О, нет! Я расселил их по разным подвалам.

– Правильно, Андрис!.. А что с ними дальше будет?

– Пусть посидят, пока всё не закончится… Давайте говорить о деле!

Гирулис вынул из «бардачка» тот самый несессер и передал его Зое. Она открыла, взглянула мельком и спрятала в свою объемистую сумку, где лежал «сухой паек», теплая кофта, платок, косметичка и всякие женские мелочи… Андрис взглянул на всё это и одобрил.

– Правильно, Зоя! Это далеко прятать не надо. Такие автобусы пропускают без таможни… На Рице вас встретит Григорий Вачнадзе и проведет в Грузию.

– Пешком?

– Сначала на машине. До Сухуми, и перед Зугдиди в горы. А последний километр – пешком… Кстати, ты зови его Гога. Он это очень любит… И осторожней с ним. Он не насильник, но ловелас.

– Понятно! Грузинская кровь бурлит.

Зоя взглянула на часы… До автобуса оставалось всего пять минут.

– Андрис, мой муж прилетит послезавтра. У него будет последняя партия товара. Очень большая!

– Да, я знаю… Я отпущу ребят заранее, а сам поеду провожать вашего мужа. Гога встретит нас в Гагре, а потом, как и вы – полезем в горы, и пешком через границу.

– Последний вопрос, Андрис!.. Мы встретимся на той стороне?

– Возможно, Зоя… Но я думаю, что нет!.. Это мы здесь работали вместе. А там, когда все получают свою долю, там – каждый сам за себя.

– Жаль!

Баланчина вышла из машины, обошла киоск и побежала к автобусу. Он только что подошел, и экскурсанты из «Аркадии» начали входить в салон… Места свободные пока были, но впереди еще санатории в Хосте, Кудепсте, Адлере…

Когда майор полиции Фирсов начал допрашивать массажистку Ирину Куркину, автобус с Зоей Павловной петлял в ущельях по горной дороге, приближаясь к изумительному озеру Рица.

* * *

Михаил Петрович считал, что у него крепкие нервы, но он ошибался… После ответа свидетельницы Куркиной у майора задрожали руки и он начал странно улыбаться.

– Я не понял, Ирина Васильевна!.. Я вас спросил в том смысле, а не знаете ли вы кто похитил ваших начальников…

– Да, вы спросили!.. А я, товарищ майор, сказала, что знаю преступника.

– И кто же этот бандит?

– Это – бандитка! Её зовут Зоя Баланчина… Вот скажите, когда тот труп сбросили с поезда?

– Ночью… Пятнадцатого сентября.

– Правильно! А Баланчина шестнадцатого купила путевку и семнадцатого приехала в «Аркадию»… Как, товарищ Фирсов, это подозрительно?

– Да… Но тут не явная улика. Этого, Ирочка, мало, чтоб подозревать кого-то.

– Знаю! Слушайте дальше… В день, когда Юре Кудрину стукнули по голове, Зоя была у меня. Я мяла ей спину и случайно сказала, что в ту ночь Кудрин был не на пляже, а у меня.

– В каком смысле?

– В прямом, товарищ майор! Я с мужем развожусь, и я имею право. Я человек свободный…

– Я не против, Ира. Просто я не знал.

– Дальше самое интересное! Я намекнула Баланчиной о том, кто был на пляже ночью. Это – Илья Сорин!.. И тогда вдруг Зоя говорит, что с Кудриным значит ошибочка вышла. А ночью Илюша пропал!.. Это улика?

– Да! Почти прямая и явная улика… Но у вас еще что-то есть?

– Есть!.. Только давайте мы, Михаил Петрович, мы с вами кофейку попьем. Здесь у Шмакова имеется чайник, сахар и какой-то изумительный кофе… Неизвестно, понадобится ли он ему, а мы пока им побалуемся.

Куркина смутилась… Она поняла, что ее последняя фраза получилась не очень деликатной, грубой и даже страшной. Чистый черный юмор…

Куркина стала суетиться, включая чайник, расставляя на столе чашки, ложки, сахарницу и ту самую банку изумительного кофе, который вряд ли понадобится похищенному Шмакову и его подружке Оксане.

Массажистка все время щебетала, рассказывая Фирсову о малозначительных деталях – как Зоя вела себя во время процедуры, как она наводила на нужные темы, как ехидно улыбалась, принимая Куркину за глупую дурочку.

– А я совсем не такая! Пусть у меня не семь пядей во лбу, но уж шесть точно есть… Я ее сразу раскусила, товарищ майор.

– Но ты, Ирина, сказала, что у тебя есть еще важная информация?

– Есть! И это самое главное!.. Вчера утром в этом кабинете Шмаков вручал мне подарок… Мне, кстати, тридцатник стукнул.

– Поздравляю!

– Спасибо, Миша… Так вот, входит сюда Оксана, забирает у Шмакова черный кейс – тот самый, о котором вы на встрече говорили… Забирает она его и говорит, что завтра передаст его вам, а пока спрячет у себя за сейфом.

– И вы, Ирина Васильевна, сказали об этом Баланчиной?

– Да, господин офицер! Я разминала ей животик и всё подробно изложила… Это была проверка!

– И как результат?

– Сами видите, Михаил Петрович. Эксперимент удался! И Шмакова, и Оксану, и кейс похитили.

Фирсов глотнул кофе и вытащил свой мобильник. Он собирался созывать своих сыщиков… У него начался охотничий азарт!

Преступление почти раскрыто…

Оставались сущие пустяки. Что называется – дело техники… Надо срочно задержать Баланчину и крепко ее допросить!.. Надо освободить Артура с Оксаной. Надо повязать двух братков с отметиной на лбу… Надо найти кейс и раскрыть его тайну…

Оставались сущие пустяки!

Видя горящие глаза массажистки, Фирсов решил и ее привлечь к делу.

– Значит так, Ирина! Сейчас я вызову своих ребят, и мы арестуем эту преступницу… Ты знаешь, где сейчас может быть твоя Зоя.

– Она совсем не моя!

Куркина взглянула на часы и что-то просчитала в уме.

– Я знаю, майор, где сейчас Баланчина… Очень точно знаю!

– Где она?

– Зоя сейчас за границей!

– Где?!

– Рано утром она поехала на экскурсию… В десять часов она была уже в Абхазии. А сейчас – на озере Рица.

Не зная, что делать, Фирсов крутил в руках свой мобильник. А Ирине показалось, что он собирается звонить… Куда? Ну, конечно, туда – на горное озеро, где была когда-то дача Сталина.

– Попытайтесь, майор… Но на Рице с сотовой связью плохо… Просто зла не хватает. То берет, то не берет!

* * *

Обычно в подвалах бываю маленькие окошки под потолком. А это был глухой подвал с железной дверью…

Одна койка у стены, одна табуретка, один столик и ведро с крышкой в углу… Прямо, не подвал, а отдельная тюремная камера со всеми удобствами.

Вчера Шмаков очнулся еще в машине. Он сразу сообразил, что лежит на полу того самого бандитского «Лексуса»…

Чуть выше над ним в скрюченном виде ехала Оксана… Ей тоже было не очень удобно, но ее, как женщину, положили на мягкое сиденье и для конспирации прикрыли связанную пленницу одеялом из «Аркадии».

Артур лежал лицом вверх, но не видел деревьев, домов или других ориентиров. Только изредка появлялась луна и сверкали звезды над морем…

Можно не быть астрономом, чтоб понять – что их везут куда-то в горы. Подальше от пляжей и городской суеты… Они едут в хорошие места, к природе – прочь от ночных клубов, от подпольных казино и других мест разврата…

А почему в горы?.. Шмаков подумал и решил, что там наверху будет легче их убить и проще спрятать трупы… Очень логично!

Он не успел придумать свои последние слова перед смертью, как синий «Лексус» притормозил, аккуратно повернул и просигналил… Так делают, когда просят открыть ворота.

Потом послышался характерный скрежет и скрип.

Машина проехала еще десять метров и окончательно остановилась…

Сидевшие впереди братки вышли, открыли задние дверцы и стали вытаскивать Оксану.

Для Артура это оказалось самым мучительным моментом. Он видел, как Колян в азарте берет девушку в охапку и вытаскивает из машины…

Потом подключился Денис, и они, ехидно посмеиваясь, вдвоем потащили пленницу, прижимая ее к себе и хватая за все возможные места…

Никакой деликатности… Насильники и грабители!

Через три минуты громилы вернулись и отнесли Шмакова вниз, в другой одиночный подвал…

Всё это было вчера…

За предрассветные часы Артур всё обдумал. Он понял, что надо бежать!.. И действительно – если их не убили вчера ночью, то это не значит, что их не ликвидируют сегодня вечером или завтра днем.

Бандиты думают, что нашли свой кейс с изумрудами в тюбиках. И зачем им после этого такие важные свидетели?..

Нет, надо срочно бежать!..

Артур подумал, что не переживет, если они станут убивать Оксану… Самого себя Шмаков не очень жалел. Он уже мужчина не первой молодости! Прожил целых сорок лет… Это вам не кот наплакал!

А Ксюша молоденькая! Ей и тридцати еще нет!

Бежать! И немедленно!

Шмаков обдумал несколько способов побега. Но каждый из них требовал техники или оружия…

Хорошо бы для начала иметь лом, кувалду и пилу-болгарку… А еще лучше автомат, две гранаты или на крайний случай динамит с бикфордовым шнуром и зажигалкой.

Поскольку никаких таких орудий не было, Шмаков начал планировать бегство, используя хитрость, смекалку и интуицию. Надо работать только подручными средствами и голыми руками…

Кто-то говорил, что для удачи в деле нужны чистые руки, горячее сердце и холодная голова!.. Всего этого у Артура было в достаточном количестве.

* * *

Уже вчера вечером стало ясно, что Зоя Баланчина не пришла к автобусу, стоявшему на площадке у озера Рица…

Ее ждали целый битый час…

Ее звали громкими голосами! Туристы хором орали на всю округу, но в ответ слышали лишь горное эхо…

Ее искали вокруг, да около! И даже дальше. Искали везде, где только можно!…

Наконец экскурсовод в прямом смысле плюнул, сообщил о пропаже охране, стерегущей озеро, загнал всех в автобус и скомандовал водителю: «Вперед и вниз! Едем к морю, а потом домой, в Сочи»…

Это стало известно вчера вечером…

А сегодня в первой половине дня подчиненные майора Фирсова работали, как папы Карло!

Они бегали, звонили, встречались со знающими людьми, копались в архивах и в Интернете… Они добыли кучу информации!..

Когда Михаил Петрович разложил все фактики по своим полочкам, то получилась ясная, четкая и красивая система…

Просто акварель! Или больше – картина маслом!

Здесь было всё, кроме мелких деталей. Не было видно, где находятся Шмаков с Оксаной. Непонятно, куда делся похищенный ранее Илья Сорин… А главное, где находится субъект, прилетевший в Адлер сегодня утром?

Теперь подробно…

Фирсов узнал, что явный член шайки Зоя Баланчина приехала в Сочи из Новосибирска. А там при каком-то академическом институте есть заводик, выпускающий искусственные кристаллы – фианиты, рубины, изумруды и прочие синтетические драгоценные камни.

Главный инженер этой фирмы – Ян Леонидович Баланчин – муж Зои, исчезнувшей вчера возле горного озера Рица…

Новосибирские сыщики сообщили, что они подозревали этого деятеля в каких-то махинациях с изумрудами, но улики были слабенькие, и следили за ним не очень активно…

За Яном Леонидовичем сибирские полицаи почти совсем не следили!.. Но они успели заметить, что Баланчин пропал странным образом. Позавчера Главный инженер не пришел на фирму… Исчез, и всё тут!

Сослуживцы искали его и в ресторанах, и в моргах, и у любовниц…

Пропал их боевой товарищ! Сгинул начальник, как концы в воду…

И любопытное совпадение! Прямо, как в кино…

Ян Леонидович как сквозь землю провалился в городе Новосибирске… И одновременно на озере Рица куда-то испарилась его милая супруга Зоя Баланчина.

Получив от сибиряков фото пропавшего гражданина, Фирсов начал искать его искать в Сочи… И сразу повезло!

Два часа назад московским самолетом в город Зимней Олимпиады прилетел человек с точно такой физиономией, как на фото…

Стюардессы сказали, что он очень приятный мужчина. Но он никакой не Главный инженер из Новосибирска, а простой геолог с Камчатки.

И фамилия у него не Баланчин!..

Стюардессы и паспорт его видели… Девочки точно запомнили, как звали геолога… Этот приятный мужчина – Ян Леонидович Сидоров…

Не Иванов, не Петров, а именно Сидоров!

* * *

Днем в камере Оксаны Боровик открылась дверь, и вошел он – человек, которого она страстно ненавидела и немножко любила… Может быть, это и не любовь, но Андрис Гирулис был ее первым мужчиной. А такое не забывается!..

Ксюша поняла, что внешне ее литовец стал еще привлекательней!..

Тогда, восемь лет назад он был почти юноша. Такой милый, такой восторженный и медлительный студент…

Все девушки мечтают о первом поцелуе, о признаниях, о фате, о криках «Горько»… И вся эта радость у Ксюши была именно с этим гадом! С этим придурком, который изменил ей с вертлявой кубинкой…

Вот куда привела кривая дорожка, на которую Андрис вступил, лежа на мулатке!..

Вот он результат его нравственного падения!..

Восемь лет назад в шумной общаге Гирулис осквернил их брачную кровать, а сейчас вляпался в крутой криминал с летальным исходом.

Но Андрис, осторожно вошедший в подвал, улыбался мило и даже приятно. Те же у него ямочки у него на щеках…

И, главное, что он совсем не был похож на «крестного отца» сочинской мафии… В том фильме даже у Аль Пачино глаза злого гангстера, а не жалкого литовца-неудачника.

Она сидела на кровати, а вежливый Гирулис проявил деликатность… Он даже не дотронулся до своей пленницы. Он робко встал в двух метрах от нее и склонил голову… Вроде как, извинялся или просил прощения.

– Скажи, Оксана, ты меня еще помнишь?

– Не всё!.. Но один эпизод очень ярко запомнился. Как сейчас вижу этот международный разврат!.. Куба – любовь моя!.. Фу, какая гадость!

– Зря ты так, Оксана… Это был жест дружбы. Мы ведь и действительно всегда Кубу любили!

– Ах, так с твоей стороны это был дипломатический акт? Конкретная помощь подружке Фиделя Кастро?

– Нет, Оксана, я виноват! Но не очень сильно… Секундное затмение головы.

– Секундное?.. Да я минуту за вами наблюдала!.. Но это мне безразлично. Я уже давно забыла про твои международные сношения… Ты нас с Артуром убьешь? Это всё из-за ревности?

– Глупая ты, Оксана! За это я тебя и любил… Нет, я, конечно, ревную, но здесь совсем другое.

– Что?

– Как всегда и везде… Здесь – деньги!

– Помню, Андрис! Ты всегда мечтал стать богатым.

– Да, мечтал… Послушай, Оксана, я уже стал очень богатым. У меня много денег!

Голос у Андриса задрожал, а колени стали ватными. Он сделал два шага вперед и сел рядом с Ксюшей…

Сел не просто рядышком, а вплотную!.. Боровик отстранилась и подвинулась. Но очень плавно, и всего на два-три сантиметра.

– Оксана, у меня очень много денег! Давай уедем и будем любить друг друга, как тогда.

– Как когда?

– Когда мы были молодыми… Я знаю, Ксюша, что ты так и не вышла замуж. Почему?

– Потому… Поклонников было очень много. Как пчел возле улья. Но я на тебе обожглась и дала себе зарок по этой части… А сколько у тебя денег.

– Если в долларах, то больше десяти миллионов.

– Солидно!.. Я не поняла, Андрис, ты меня опять замуж зовешь или что?

– Конечно, замуж! Мы начнем всё сначала… Завтра мы поедем в Абхазию, оттуда в Грузию, а потом в Италию или в Лондон… Мы поедем туда, куда ты захочешь!

– А если я не захочу, ты нас убьешь?

– Надо бы, Оксана, но я не смогу… Посидите недельку в подвале, потом вас вывезут в горы и привяжут к деревьям…Если вас найдут, то будете живы. А нет, то не судьба!

Андрис встал и начал медленно уходить… Очевидно, он ждал, что она бросится за ним, ласково обнимет, скажет нежные слова и согласится.

Да, это главное!.. Оксана – глупышка, но она же не полная дура. Она обязательно согласится!.. Что лучше – сутками стоять привязанной к дереву или жить в Лондоне рядом с Абрамовичем и другой российской элитой?

Гирулис уходил явно обиженный.

Он всё еще ждал, неторопливо запирая дверь, а Оксана сидела неподвижно с гордо поднятой головой…

Очень красивая поза!

* * *

Миша Фирсов иногда намекал подчиненным, что надо применять дедуктивный метод. Но он сам толком не знал, что это такое…

Понятно, что этим пользовался сыщик всех времен и народов Шерлок Холмс.

И еще ясно, что это какие-то построения выводов от общего к частному.

На редких занятиях майор объяснял своим ребятам дедукцию по Сократу:

– Философ строил версии как? Сверху вниз по ступенькам… Например, первый шаг – все люди смертны. Это точно!.. Далее – Сократ, это человек. Верно?.. И вывод – значит Сократ тоже когда-то умрет. Однозначно!

– Ловко, товарищ майор!.. А можно я, как Сократ, построю эту самую дедукцию?

– Давай, Сидоров.

– Значит так… Мэр – это чиновник. Точно?

– Допустим.

– Все чиновники воруют… Верно, майор?

– Да, это так!.. Многих мы еще не поймали, но думаю, что все воруют.

– Теперь вывод! Мэр – чиновник, а значит, и он тоже ворует… Нормальная дедукция?

– Постой, капитан!.. Ты какого мэра имеешь ввиду?

– Естественно, не нашего!.. Наш – это луч света во мраке коррупции.

– Ну, если не нашего, то в основе ты прав, Сидоров… Нам их еще ловить и ловить. Как учил великий Сократ – от общего к частному! Верно, капитан?

– Так точно, майор! Сверху вниз по ступенькам… Если наверху так, то и внизу то же самое!

Это была учеба, а сегодня Фирсов попытался на практике применить дедукцию.

Он рассуждал так… В Новосибирске Ян Баланчин химичил с синтетическими изумрудами. Одна ступенька!

В Москве есть заводы и фирмы, где работают с настоящими дорогими камнями. Это второй шаг!

Третья ступенька – Зоя Баланчина исчезла на озере Рица. Возможно, что она ушла за бугор в прямом и переносном смысле… И ушла не одна, а вместе с кейсом.

Далее – Ян Леонидович прилетел из Москвы. Что он там делал?..

Фирсов зажмурился, замер в своем скрипучем кресле, и картинка нарисовалась сама собой…

Значит так – Баланчин крал у себя в Новосибирске изумрудную синтетику, менял ее в Москве на драгоценные камни и вместе с Зоей перевозил добро через Абхазию в Грузию…

И еще дальше – за пределы нашей великой Родины!

Конечно, кроме них двоих есть еще сообщники в Москве, в Сочи, В Сухуми…

Мафия, блин!

Преступная сеть, которая доживает последние дни.

Расхитители народного добра!.. Подлые жулики, контрабандисты, похитители людей и убийцы…

Конечно – убийцы! Иначе, куда деть найденный на пляже труп гражданина Черкесова. Не мог же он упасть с высоты собственного роста и сам закопаться под гальку…

Фирсов вспомнил, как новый генерал Сочинской полиции призывал перед Олимпиадой очистить город от криминала:

– Позор!.. К нам понаехали самые высокие гости – Премьер, Президент, Министр финансов… А что у вас? То труп, то разбой, то зеленые бузят… Надо зачистить всё, чтоб блестело, как у слона… хвост!

* * *

В этот вечер Денис с Коляном долго играли в карты.

Сначала отыгрывался один, потом другой, а ужин они приготовили только к десяти вечера.

Когда Николай вдрызг проигрался, то Дэн сразу заторопился домой. Ночное дежурство сегодня не входило в его планы… Это в обычные дни они вместе кормили пленников и вместе запирали их на ночь.

А сегодня Колян и ужин подаст, и двери закроет на сигнализацию, и постережет пленников. Это же не в «Крестах», где сотни арестантов… Здесь всего трое!

И у каждого узника отдельная камера…

Курорт!.. Одно слово – Сочи!

Колян открыл маленькую форточку в двери. Это был подвал, где сидел Шмаков… Ему бы сначала заглянуть в глазок. Возможно, что тогда бы он заметил, что единственный столик прислонен а стенке и еле держится на трех ногах.

Но Коля Суров занимался делом!..

Он толкал перед собой тележку, на которой громоздились шесть тарелок, три миски и стаканы с теплым чаем… Всё было, как в лучшем ресторане!

Сначала раздающий просунул в форточку тарелку с хлебом… Артур принял.

Потом пошел салат и чай… Шмаков и это поставил на шаткий столик.

А последним номером в форточку протиснулась миска с картошкой, залитой серой подливой с кусочками темного мяса… Артур взял это и сразу вскрикнул:

– Ты что, гад, делаешь? Почему таракан в еде?

– Какой таракан? Я сам готовил! Здесь всё чисто… Дай посмотрю!

Шмаков не возражал. Хочешь – смотри!.. Но при этом миска маячила в полуметре от окошка.

Пытаясь достать миску, Колян просунул в камеру руку по локоть… И даже чуть дальше!

Он же не знал, что солидный человек, начальник пансионата Шмаков готовит для него такое низкое коварство!

Артур схватил Николая за руку, чуть развернул, сдвинул в угол «кормушки» и надавил, выламывая сустав в локте…

Охранник собирался заорать благим и всяким другим матом, но вовремя услышал окрик Шмакова:

– Чуть пискнешь – сразу руку сломаю. Молчать, гад!..

– Я уже молчу.

– Где Денис?

– Дэн час назад смотался… Его не будет до утра. Точно не знаю, где он – или дома, или у очередной бабы.

Колян говорил откровенно. При этом давление на локоть немножко ослабело, и острая боль прошла…

Вырваться никак невозможно, но появилась перспектива переговоров… А это уже хороший знак!

И Колян ощутил прилив энергии! Жить стало лучше… Жить стало веселее! Хотелось говорить, говорить, говорить…

– Дэна нет, а наверху всего двое – хозяин и гость. Он утром из Москвы прилетел.

– Молодец, Коля! С тобой можно иметь дела… Кто твой шеф?

– Он худенький, хилый. На вид – тридцать пять лет…Да он даже не русский!

– Кто он?.. Грузин, армянин, хохол?

– Хуже, товарищ Шмаков!.. Он литовец! А они всегда наших не любили… Понаехали тут!

– Ты патриот, Николай!.. Как зовут шефа?

– Андрис Карлович… А фамилия такая, что язык сломаешь. Или Горбис, или Гинтарас.

– Ясно, Коля!.. У тебя ключи с собой?

– Да! В кармане.

– Открывай!

Колян страшно волновался. Он нашел ключи, сжал их в кулак и, как та обезьяна, долго не мог вынуть руку из кармана…

Потом задрожала и зазвенела связка на простом кольце… Послышался скрип замка, и дверь начала медленно открываться. Вместе с окошком, и вместе с торчащей из него рукой, которую цепко держал Артур.

– Не стесняйся, Колян! Проходи внутрь.

– Не могу, товарищ Шмаков! В локте больно… Вы руку-то отпустите, пожалуйста.

– Ишь, размечтался!.. Проходи, сколько сможешь. Хоть голову просунь.

Наивный житель Сочи и начинающий бандит Николай Суров протиснул в щель сначала плечо, а потом и голову… Он же не знал, что интеллигентный бизнесмен Шмаков устроит ему такую подлянку.

В правой руке Артур сжимал четвертую ножку от разбитого столика. Эта палка была не хуже, чем бейсбольная бита или дубинка Ильи Муромца.

Когда в проеме появилась голова несчастного Коляна, оружие уже было занесено… Легкий взмах, и ножка стола своей плоской частью, чтоб не проломить ребром череп, опустилась на темечко гражданина Сурова.

Колян сразу потерял сознание и рухнул бы, но Шмаков крепко держал его за руку…

Внутри подвала была только голова Коляна.

Шмаков прикрыл дверь, слегка прижимая шею обмякшего врага. Только тогда Артур отпустил руку, и Суров окончательно сполз на пол…

Прямо, как в детской загадке: «Лежит красавчик с шишкой на башке. Всё тело в коридоре, а голова в подвальчике … Кто это?.. Колян, сочинский братан».

Еще днем Шмаков разорвал простыню и скрутил много веревок. А для шеи Сурова была заготовлена петля с удавкой…

Это не от злости и жестокости, а из предосторожности. Вдруг ножка стола не сработала в полной мере.

Надев на голову Николая петлю и держа за конец удавки, Артур открыл дверь и начал осторожно связывать охранника… Сначала ручки, потом ножки, затем – кляп.

А как же иначе?.. Только криков здесь не хватало!

Водрузив тело на кровать и прикрепив его, как мумию, Шмаков бросился к ключам… Связка так и торчала в двери, и чуть раскачивалась, мелодично позвякивая.

Понятно, что Артур спасал Оксану… Но за первой дверью стоял испуганный Илья Сорин. Он-то не знал, кто открывает дверь и зачем!

А что, если его собираются вести на расстрел?..

Следующий подвал был забит хламом… И только за крайней дверью их ждала она – милый доктор Оксана Боровик…

В ее уютной камере бывшие пленные провели короткое совещание.

Они решали второй вопрос русской интеллигенции: «Что делать?»… Первый вопрос «Кто виноват?» был и так понятен.

Если реально, то делать можно было две вещи.

Первая – бежать!

Вторая – пытаться скрутить хозяина дома и его друга. Схватить, связать и передать нашей доблестной полиции и лично – майору Фирсову… Тому потом дадут орден, всем скажут спасибо, а «Аркадия» получит мощную рекламу…

Проголосовали и решили работать по второму варианту… Двое – «За», при одном воздержавшемся.

Это Илюша Сорин побаивался и занял вялую позицию – и не то, чтобы да, и не то, чтобы нет…

* * *

Неприметные «Жигули» Гоги Вачнадзе стояли за кустами на самом выезде из туристической зоны озера Рица.

Зоя прошла так, что никто из группы не мог ее видеть.

Она села в машину и произнесла совершенно глупый пароль: «Как у вас погода в Пензе?»…

Такое мог придумать только литовец, потомок «лесных братьев»…

Баланчина знала номер машины, она видела фото Георгия, но ей хотелось услышать отзыв – еще большую галиматью…

И Вачнадзе ответил: «У нас в Пензе в сентябре гололед».

Сначала они ехали молча. Зоя отходила от стресса и смотрела на красоты. А Гога не мог отвлекаться от извилистой дороги с ущельями справа и слева…

И вдруг горы расступились…

Когда они выехали в долину, то где-то впереди показалась Пицунда. Вачнадзе свернул влево и остановил «Жигули» за виноградниками.

Они вышли размяться, и только тут Гога заметил, что его пассажирка не просто хороша, как любая другая женщина, а прекрасна и заманчива. Он даже начал робеть, боясь заговорить первым.

А Зоя мельком глянула на Вачнадзе и сразу определила, что это вполне нормальный мужчина. Грузин, как грузин! И усы есть, и взгляд с хитринкой…

– Скажите, Гога, куда мы с вами сейчас поедем?

– Сначала в Сухуми, а утром в горы… К ночи перейдем границу с Грузией.

– Понятно, Гога… А послезавтра еще двоих поведешь? Так же в два раза опасней. Да?

– Правильно говоришь, Зоя. Но…

– Никаких «но». Через границу пойдем вместе… Ты послезавтра где с ними встречаешься?

– В Гагре. Там, где автобус с туристами делает первую остановку… На проспекте, напротив ресторана «Гагрипш».

– Понятно, Гога… Там и пансионат есть?

– Есть.

– Тогда едем в пансионат «Гагрипш» и ждем ребят до послезавтра.

– Как скажешь, Зоя!.. Но сейчас еще бархатный сезон. Номера, конечно, есть, но только люксы. И только для любимых гостей.

– Не бойся, Гога. Я с тобой!.. А со мной много долларов. И с ними я везде «любимый гость»…

Через сорок минут они стояли в холле пансионата «Гагрипш»… Поскольку на Кавказе такими вещами должен заниматься мужчина, то у стойки администратора стоял Вачнадзе. Он сжимал в руке пачку зеленых банкнот, которые дала ему Зоя.

А сама Баланчина, как скромная женщина Востока, стояла в трех шагах позади.

Администратор – женщина с красивой проседью в густых черных волосах, с сомнением смотрела на Гогу, который был одет, как турист, собравшийся лезть в горы.

– Уважаемый, весь пансионат занят. Свободных номеров нет… Вот табличка – на ней всё написано.

– Понимаю, красавица. Но нам очень нужен люкс. Две штуки…

– Даже две?

– Две!.. Или одна.

Гога обернулся и вопросительно посмотрел на Зою… Та согласно кивнула.

– Не надо две, красавица. Можно один люкс… Мы разместимся!

– Уважаемый! Один люкс у меня есть, но на них броня.

– Спасибо, красавица!.. Мы согласны и с броней.

– Уважаемый!.. Броня, она потому и броня, что не каждому дается!.. Она предназначена только для самых важных гостей. Для самых нужных и ценных.

Вачнадзе поднял правую руку, которая висела под стойкой, и веером разложил перед администраторшей пачку долларов.

– Дорогая моя! Сейчас я и есть твой самый важный, нужный и ценный гость… Здесь три тысячи баксов. А нам нужна всего ночь, завтра – день и еще ночь… Есть вопросы?

– Есть!.. Давайте ваши паспорта.

Администраторша вместе с документами сгребла доллары, прощупывая их и просвечивая на приборчике… Все баксы были подлинные!

Взглянув на паспорта, она с легкой усмешкой предупредила:

– В люксе даже дивана нет. Только кресла… А кровать одна, семейная… И одеяло общее.

Вачнадзе с глупым видом повернулся к Баланчиной и вопросительно посмотрел на нее… Зоя помедлила пять-семь секунд и кивнула, соглашаясь с таким вариантом.

Пока Гога ждал оформления номера, он что-то бодро мурлыкал, а ноги сами плясали лезгинку…

День был сложный. Они очень устали. Но их первая ночь была великолепна!..

А вторая еще лучше!

Баланчина вела себя сдержаннее, но, судя по всему, она была очень довольна… А Вачнадзе вообще сиял от радости, как блин с маслом! Он топорщил усы и улыбался, демонстрируя белоснежные зубы…

Любовники не знали, что именно в эту ночь в Сочи, в подвале особняка на улице Джапаридзе из своих камер вышли трое узников…

* * *

По подвальным коридорам они двигались осторожно, прижимаясь к стене…

Троица бывших пленников была похожа на разведгруппу в тылу врага.

В авангарде шел Артур с поднятой вверх левой рукой. Он постоянно шевелил пальцами, но его знаков никто не понимал.

Замыкающий Сорин все время оглядывался, охраняя тылы группы.

Поднявшись на первый этаж, все замерли на минуту и прислушались.

Приглушенный разговор двух мужчин слышался в конце коридора с правой стороны.

Если ориентироваться по звону посуды и по запаху, то там была кухня. И хозяева там жарили мясо… Хотя есть не очень хотелось, но предательский аромат будоражил всё внутри и поднимал аппетит.

Если мужчины начали жарить мясо, то это надолго!

Группа захвата решила не штурмовать кухню. Там слишком много подсобного оружия – от ножей до сковородок…

Нужна осторожность и хитрость! Лучше брать врага наверняка – неожиданно и из засады.

Они поднялись на второй этаж…

Там было несколько пустых спален и кабинет. Всё здесь отдавало казенщиной, всё напоминало гостиницы советского периода.

В спальнях есть всё – кровати, коврики, шкаф, столик с графином и стаканами, люстра, блеклые шторы на окнах… Всё есть, кроме уюта.

Очевидно, что Гирулис снял на несколько месяцев пустующий особняк и не собирался превращать его в элегантный родной прибалтийский дом.

В кабинете всё то же самое. Только ноутбук на столе, только открытый сейф у стены и рядом стальная дверь, ведущая куда-то за стену.

Они зашли, осмотрелись и помолчали, не зная, что делать…

Первую дельную мысль сказала Оксана… Поскольку Сорин при голосовании воздержался, она обсуждала всё со Шмаковым.

– Артур, я думаю, что полный обыск проводить нельзя. Они могут взять свое жареное мясо и подняться сюда… Надо посмотреть сейф и комнату за крепкой дверью. Если там можно спрятаться, то…

Было не очень понятно, что будет дальше, но Ксюша предложила вполне внятное действие.

Они пошли к дальней стене огромного кабинета, туда, где был сейф и рядом полуоткрытая железная дверь…

Заглянув в сейф, Оксана взяла то, что лежало на виду – пухлый еженедельник и банковскую упаковку долларов. Их там было столько, что одной меньше, одной больше – никто не заметит.

Шмаков распахнул стальную дверь…

Это был вход в большую кладовку.

Тут были вешалки со старой одеждой, ящики с книгами, стеллажи с барахлом, полки с инструментами и пятилитровые бутыли для вина. Всё это было видно, если широко открыть дверь – лампочки в кладовке не было.

Краем глаза Оксана заметила фонарик, и это позволило всей группе пройти внутрь, и осматривать, непонятно зачем, разные железки, шмотки и другое чужое имущество.

Мудрее всех в группе оказался замыкающий. Илюша Сорин почти полностью прикрыл стальную дверь.

И он сделал это очень вовремя.

В коридоре послышался громкий разговор. С шумом открылась дверь. Весь кабинет заполнил аромат хорошего жареного мяса.

Оксана выключила фонарик еще до того, как аппетитный запах проник в кладовку.

Все трое бывших пленников легли на пол и начали осторожно отползать к стенкам, прячась за ящиками и под висящей одеждой…

А в кабинете шел слегка пьяный, но вполне серьезный разговор о завершении дел, об удаче, о женщинах, которые ждут…

Андрис уже не чувствовал себя хозяином в этом доме.

Особняк на улице Джапаридзе сняли на общие деньги еще в начале хитрой комбинации с изумрудами. А через два дня, когда Гирулис и Ян Баланчин будут уже в Грузии, то этот домик «случайно» сгорит…

Дэн и Колян отвезут пленников высоко в горы, потом подожгут коттедж и с хорошей суммой уедут в свой родной Ростов…

Или еще дальше – в пёструю заграничную Одессу… «Ах, Одесса – жемчужина у моря»…

Они говорили около часа…

До пола кладовки четко доходило каждое слово, каждая интонация. И было ясно, что над всей беседой нависало мрачное нервное напряжение.

Оно и понятно!.. Около года тянулась комбинация с изумрудами. Каждый соучастник тянул свою лямку – в Новосибирске, в Москве, в Сочи, в Абхазии и Тбилиси.

Во всех деталях об операции не знал никто! И основных главарей было двое. Именно они сидели сейчас за столом и ели жареное мясо.

Именно они, насмотревшись детективов, очень боялись, что в последний момент всё рухнет, придут сыщики с понятыми, а их закуют в наручники…

– Андрис, давайте еще раз о деле!.. Когда и где у нас встреча с этим грузином. Я имею ввиду проводника через горы.

– Ясно… Григорий Вачнадзе будет нас ждать в Гагре на стоянке туристического автобуса. Это в начале проспекта, прямо под «Гагрипшем»… Время – десять утра.

– Хорошо, Андрис!.. Мы садимся в автобус в восемь двадцать у входа в парк «Ривьера», так?

– Так, Ян Леонидович!.. Но не совсем так! Мы с вами в списке туристов, и можем сесть в автобус, где угодно.

– И даже в Адлере?

Да!.. И даже перед самой границей. Перед мостом через Псоу… Там автобусы стоят в очереди. Недолго, но стоят… Это примерно в половину десятого. Или чуть пораньше.

Мужчины за столом долго молчали, хотя всем был понятен ход их мыслей… Для Андриса этот дом опостылел. И стены, и вещи, и всё вокруг было пропитано опасностью.

Но сейчас, в последние часы страх начал переходить в ужас. Хотелось бежать отсюда. Поскорее и наверняка!

– Я вот что думаю, Ян Леонидович. Нам надо собрать всё, что мы возьмем с собой… Надо хорошо проинструктировать Коляна.

– Кого?

– Николая Сурова, охранника, который сторожит в подвале… Я подготовил ему с Денисом деньги. Всю сумму – как договаривались.

– Правильно, Артур!.. Надо быть честным до конца.

– Да!.. А потом мы можем сразу уехать в ночной ресторан… А ранним утром поедем в Адлер. Так, чтоб подсесть в автобус у самой границы.

– Согласен! Давай, Артур, действовать. Ты иди к своему охраннику, а я погуляю по коридору… Захвати пистолет! Мало ли что там внизу.

Ян Баланчин вышел сразу, а Гирулис вынул из сейфа и отсчитал двадцать зеленоватых пачек. Это двести тысяч долларов – оплата Денису и Николаю.

Андрис Карлович сбросил деньги в пакет, лихо засунул «Макарова» и пошел в подвал… Он делал всё решительно и даже, уходя, громко хлопнул дверью.

Наступила тишина…

В первый момент Илюша Сорин, уставший от неподвижного лежания на полу, рванулся вперед! Он хотел куда-то бежать, но Артур тормознул его грозным шепотом:

– Лежать!.. У них оружие. А вернутся они через минуту-две… Хочешь нарваться на пулю?

В этот момент раздался сигнал мобильника, оставленного Гирулисом на столе. Сотовый телефон немного подпрыгивал, дребезжал и вместо звонка голосом Олега Анофриева пел жалостную песню про «Миг между прошлым и будущим»… Очень актуальная песня!

Через минуту музыка оборвалась, а потом затрещал звонок обычного городского телефона…

Очень звонкий звонок! Он повторился пять раз, а потом включился автоответчик.

Записанный на кассету баритон с прибалтийским акцентом вежливо поздоровался и сообщил, что очень занят и не может подойти к телефону…

После звукового сигнала зазвучал низкий женский голос – почти контральто… Дама сразу представилась.

– Привет, Андрис Карлович!.. Это Зоя. А рядом со мной – Гога Вачнадзе… Мы решили не тащиться через горы одни. Завтра вместе пойдем в Грузию… Мы ждем вас в пансионате «Гагрипш». Номер 311… Как там мой ненаглядный?.. Целую всех! До завтра!

Телефон отключился, и в кладовке опять повисла тишина… Но Шмаков не выдержал и прошептал: «Какая дура, эта Баланчина!.. Открытым текстом, через границу, по прямому проводу… А если прослушка? Всё! Полный провал… А на первый взгляд – умная баба»…

Никто Артуру Олеговичу не возражал.

Да и времени не было!.. Через пять секунд после его пламенной речи в кабинет ворвались оба – и Ян Леонидович и Андрис Гирулис. Они говорили испугано, нервно, отрывисто, понимая, что с бегством пленников счет пошел на минуты.

– Андрис, они знают, что мы поедем в Абхазию?

– Конечно, не знают…Откуда им знать?

– Это хорошо!

– Хотя, Ян, могут и догадаться… Твоя Зоя исчезла на озере Рица. Просто не пришла к автобусу. К тому, на котором мы утром должны поехать.

– Это плохо!.. Как считаешь, Андрис – они пойдут в полицию сразу или утром.

– Откуда мне знать?.. Но точно то, что полицаи не почешутся до утра.

– Почему?

– Трупов-то нет! Полиция, конечно, искала двоих похищенных из «Аркадии». Но все пропавшие нашлись… Чего горячку пороть?

– Ты прав, Андрис! Они – такие! Как были ментами, так и остались… Значит до утра у нас есть время… Но Коля пусть сразу сжигает дом и бежит в свой Ростов.

– Да!.. Давай, Ян Леонидович, попробуем попасть в Гагры другим путем… Есть у меня в Адлере приятель с хорошим катером. Он точно готов продать Родину за тридцать тысяч баксов… Он сам так говорил…

Последние слова Гирулис говорил уже в коридоре. Они торопились! Они бежали, как шведы под Полтавой…

* * *

Майор Фирсов торопился!.. В полночь он договорился с руководством и обзвонил всех своих сотрудников.

Спать оставалось пять часов!.. В шесть утра все, как огурчики, должны явиться в контору. Далее – короткий инструктаж, и «По машинам!»

Михаил Петрович понимал, что и братки, за которыми он гонялся вторую неделю, скоро сбегут из Сочи. Скорее всего – завтра утром.

И вместе со всеми сбежит некто Сидоров Ян Леонидович!.. Все они уедут в сторону Гагры, вслед за Зоей Баланчиной, пропавшей в районе озера Рица.

Как хитро придумано! Туристические поездки в Абхазию самый удобный способ скрыться из России… Какие пограничники будут тщательно проверять автобус с веселыми отдыхающими из разных санаториев?..

Тем более, что на мосту через Псоу всегда суматоха, и создавать лишнюю очередь никто не будет.

Майор Фирсов решил устроить два поста проверки перед Адлером… Один у Хосты, а другой у Кудепсты.

Первый автобус до Нового Афона пройдет в семь сорок… Потом пойдут косяком!

Начало засады – семь утра, а завершение – до упора! «Пока не поймаем гадов»…

И проверять людей надо не по паспортам!.. Вот, Ян Баланчин прилетел в Адлер, как Ян Сидоров… А в автобусе он спокойно покажет «ксиву» на Ваню Петрова или на Петю Иванова…

И грим у них может быть. Поэтому – надо смотреть в глаза гадам, надо выворачивать их наизнанку, нужно развивать полицейскую интуицию!

Пока злодеи ловко уходили от Фирсова…

Ну, ничего! Ещё не вечер!.. «Завтра утром настанет момент истины! Мы их повяжем, как сусликов».

* * *

Лежащие в кладовке выжидали!.. Они слышали топот по коридору и по лестнице…

Потом, вероятно, прошел короткий инструктаж Коляна…

Затем заскрипели ворота, заурчал мотор и машина вышла на улицу Джапаридзе.

Теперь можно было встать, выйти в кабинет и подумать о сложившейся ситуации.

Люди давно заметили, что лежа хуже думается… Вернее, тоже думается, но не о том. Не о погоне за контрабандистами и убийцами!

Говорили шепотом. Где-то внизу мог еще оставаться Коля Суров… Он парень слабый, но мстительный и злой! Особенно на Шмакова, который и лоб ему изуродовал, и руку чуть не сломал.

Илюша Сорин решил выйти в коридор и около лестницы постоять «на стрёме».

За директорским столом остались двое… Совещание начала Оксана:

– В полицию, Артур, идти нельзя! Там нас не поймут… Они спросят: «А где вы раньше были, господа? Надо было вовремя сигнализировать».

– Да, особенно, если эти двое уйдут за границу.

– А они уйдут!.. Ты же слышал, что кроме автобуса у них есть запасной канал.

– Канал у них есть, а времени у нас нет!.. Как мы сможем их достать?

– Сможем, Артур!.. Завтра в девять сорок утра они будут около ресторана «Гагрипш»… Место встречи изменить нельзя!

– Гениально!.. А мы-то как попадем туда?

Ксюша вдруг ужасно смутилась. Ситуация вынуждала ее признаться Артуру в маленькой шалости, которая случилась в мае этого года…

Собственно говоря, сознаваться было не в чем, но мужчины такие ревнивые! Они из маленькой мушки могут сделать слона. Или даже кашалота!..

В мае Шмаков ездил в Краснодар, а точно в это время в «Аркадии» отдыхал полковник Сорокин, какой-то пограничный начальник из Москвы…

Понятно, что мужик запал на Оксану, дарил цветы, пытался провожать до дома. Он даже два раза обнял ее за талию и два раза чмокнул в щеку…

Это всё! Больше ничего и не было.

Конечно, полковник хотел большего, но Ксюша ловко увернулась от его поползновений!..

Уезжая в Москву добродушный Сорокин подарил Оксане и ее красному «Рено» годовой пропуск через границу. Можно без проверки с кем угодно ездить в Гагру и обратно.

Когда дрожащая от страха Боровик рассказала Артуру эту историю, он не превратился в Отелло и, как мавр, не стал душить Оксану… Он даже как-то обрадовался.

– Значит, что мы все втроем сможем навестить пансионат «Гагрипш» в шесть утра… Дальше – дело техники.

Они покинули кабинет и начали осторожно спускаться вниз… Первая остановка – лестничная площадка первого этажа. За ней небольшой коридор. Потом холл с колоннами, пальмами и множеством окон – почти зимний сад.

В холле хлопнула входная дверь и послышались тяжелые шаги… Это шел Колян с двумя большими канистрами.

Понятно, что в коттедже оставались отпечатки, документы и другие улики преступлений Гирулиса и Баланчина… Понятно, что домик принадлежал неизвестно кому… Но ведь жалко! Зачем жечь такой красивый особняк?

Когда Колян поравнялся с лестничной площадкой, Шмаков вразвалочку вышел на середину хорошо освещенного коридора и встал небрежно, как Терминатор.

Возможно, что Сурова испугало холодное спокойствие Артура. А возможно, что он вспомнил ночной кросс возле пляжа… Но Колян реально испугался! Он тяжело развернулся, взмахнув канистрами, и побежал назад в холл.

Без бензина в руках бежать намного легче… Шмаков настиг парня у одной из колонн, схватил его за шею, развернул и со всего маха проложил лбом к столбу.

Очевидно, что колонны были сделаны из металлических труб… После удара раздался звук, похожий на звон колокола.

А потом послышался глухой грохот – это упали на кафельный пол полные канистры… Потом между ними, нежно обнимая столб, сел сам Николай Суров.

На его лбу начала вырастать фиолетовая шишка.

Коляна пришлось оттащить в подвал, привязать к кровати и запереть в бывшей камере Шмакова.

Потом около получаса шли к центру славного олимпийского города.

Ночь, улица, фонарь и полное отсутствие машин… У Оксаны была пачка долларов, но на ней далеко не уедешь.

Первый же полуночный таксист за сто баксов довез троих помятых путников до «Аркадии».

Они пробежали мимо заспанного вахтера, который, вероятно, испугался и крикнул вдогонку: «Вам сюда нельзя! Вас недавно похитили»…

Оксана открыла единственный свободный люкс. Они решили быстро принять душ – надо отмыться от тюремных нар… А потом у каждого будет три часа для сна.

Выезд в пять часов тридцать минут.

В это время дорога пустынна, и ехать по ней – одно удовольствие… Они проскочили Хосту и Кудепсту еще до того, как ребята Фирсова установили там посты.

И переезд через границу прошел как по маслу. Пропуск, который подарил Оксане влюбленный полковник, подействовал на пограничников как корочка депутата Думы… Они, не рассуждая, взяли под козырек и быстренько подняли шлагбаум.

А через сорок минут красный «Рено» Оксаны поднялся чуть выше знаменитого ресторана «Гагрипш» и остановился у пансионата.

Их встретила «Хозяйка гостиницы» – яркая абхазская женщина с красивой проседью в густых черных волосах.

Она, естественно, не ожидала гостей в это время и была одета в пурпурный атласный халат с крупными рисунками на тему китайских пейзажей.

Шмаков успел в «Аркадии» переодеться, и выглядел очень импозантно. Именно он и начал разговор с пурпурной женщиной.

– Уважаемая! Мы приехали из Москвы.

– Отлично! У нас бывают и с Камчатки, и с Чукотки.

– Вы не поняли!.. Простите, как вас зовут?

– Гунда Аджировна… Это по паспорту! А для гостей – Галина Андреевна.

– Послушайте, дорогая моя Гунда. Мы не отдыхать сюда приехали… Мы из Департамента по борьбе с терроризмом!.. Недавно у вас в номере 311 поселилась интересная парочка. Страшные люди!

– Поняла!.. Я их сразу заподозрила. Они мне взятку пытались дать!.. Сейчас я верну эти деньги.

– Не надо, Гунда! Оставьте себе… Мы вам еще и премию выпишем, если вы будете работать на нас.

– Вы меня вербуете?

– Тихо, Гунда Аджировна!.. Эти слова надо произносить шепотом.

Шмаков попросил у администраторши странный набор вещей – пару больших ножей, бельевые веревки, резиновую грушу-клизму и четыре бутылки местной «Чачи». Это что-то вроде самогонки из виноградного жмыха.

Когда всё было готово, все четверо поднялись на третий этаж, и Гунда Аджировна своим ключом тихо открыла номер триста одиннадцать…

В спальне они обнаружили не очень приличную картинку… Было жарко. Парочка, очевидно, очень устала с вечера, и голубки спали почти без ничего!

Они спали, как сурки!..

Только тогда, когда Шмаков с помощью Гунды связали голого Вачнадзе по рукам и ногам, он начал просыпаться…

С Зоей Баланчиной было еще проще! Она вчера вечером выкушала бутылку ароматного «Букета Абхазии» и сладко улыбалась, когда ее вязали…

Шмаков подходил к делу очень ответственно. Он даже зашифровал операцию, назвав ее почему-то «Зимний вечер»… Вероятно, для конспирации – чтоб никто не догадался, что дело происходит в Гаграх!

Первый этап этого «Вечера» прошел успешно и досрочно. Зою и Гогу приодели, развели по разным комнатам и бельевыми веревками прикрепили к рабочим креслам.

Илюша Сорин с помощью резиновой груши вливал в Вачнадзе чачу, а Баланчину наоборот – ее пытались протрезвить…

К девяти утра она была, как огурчик… Немного вялый, но всё же огурец!

Оставался час, чтоб объяснить Зое ее незавидное положение… Той жизни, о которой она мечтала, уже не будет в любом случае. Дальнейшая жизнь с мужем Яном Леонидовичем тоже под большим вопросом.

Самое важное сейчас – помочь следствию, изобразить мелкую сошку и получить условный срок.

Это сложно! Но, по мнению «опытного юриста» Артура Шмакова, вполне возможно. Надо лишь около десяти часов позвонить на мобильный Андриса Гирулиса и спокойно попросить его с мужем подняться сюда, в пансионат «Гагрипш», в номер триста одиннадцать…

И всё, милая Зоя Павловна!.. Вам не надо будет сидеть в тюрьме – условный срок обеспечен… Или вы этого хотите, или нет?

К десяти утра Баланчина окончательно протрезвела и всё поняла. Одной свободной рукой она взяла трубку, набрала номер Андриса и игриво заговорила своим низким голосом…

Зоя была умной женщиной и сделало все правильно.

В момент звонка Баланчин и Гирулис уже вышли из автобуса, предупредив экскурсовода, что погуляют в Гагре и подсядут на обратном пути… Они ждали появления Гоги Вачнадзе, а позвонила Зоя.

Гирулис слегка насторожился, но Баланчин успокоил его, заявив, что жена любит его настолько, что не смогла одна уйти в Грузию. «Она у меня верная, преданная и решительная женщина!.. Я не удивлен, что она осталась, встречать меня… Она соскучилась».

Через пять минут они уже были наверху у стойки администраторши с красивой проседью в черных волосах.

Гунда Аджировна должна была задержать одного из них… И она это сделала!

Ян Баланчин побежал на третий этаж, где в номере триста одиннадцать ждала его любимая жена.

А Андрис Гирулис на пару минут остался у стойки – яркая абхазская женщина по имени Гунда попросила его подписать какие-то бумажки, необходимые при выезде из номера люкс.

Известно, что прибалтийские парни тугодумы. Особенно литовцы!.. Подписывая квитанции, Андрис машинально спросил:

– Это документы по люксу Зои Баланчиной… А в каком номере жил господин Вачнадзе?

– Какой он господин? Гога – грузин, и этим всё сказано… Он сверкнул глазами, быстренько соблазнил вашу Зою и потащил ее в койку… Я, конечно, храню тайны постояльцев, но всё это время они жили в одном номере.

– Этого не может быть! Зоя Павловна – порядочная женщина.

– Порядочная?.. У вас в Прибалтике свои порядки, у нее в Сибири другие, а здесь на юге – совсем третьи!

Андрис общался у стойки три минуты… Потом еще две минуты просто стоял столбом, приходя в себя.

Короче, у Шмакова с Илюшей Сориным было время, чтоб достойно встретить Яна Баланчина. Его связали, заглушили кляпом и оттащили в дальнюю комнату.

Теперь у бойцов появился опыт!

«Группа захвата» затаилась у двери и ждала последнего клиента – литовца Андриса Карловича Гирулиса…

Когда все были повязаны, Шмаков впервые позвонил майору Фирсову.

– Привет, Миша! Это Шмаков… Ты далеко?

– Я на дороге за Хостой… Какой Шмаков?!.

– Как какой?.. Шмаков из «Аркадии». Ты что это, Миша, своих не узнаешь?

– Так ты Шмаков? Молодец, Артур!.. Значит ты сбежал? А Оксана где?

– Мы сейчас вместе с ней в Гагре… Все вместе! И Илья Сорин тоже рядом.

– Отлично!.. Столько висяков сразу снялось!

– Миша, я прошу – ты направь двоих ребят на улицу Джапаридзе. Там в конце есть дом с башенкой и флюгером… Надо в подвале забрать Коляна – Николая Сурова…

– Это, который был с синяком на лбу?.. Он не убежит?

– Нет! Мы его втроем вязали… Только у него опять фингал. И на том же месте. А еще шишка на затылке… Ты, Миша, основную группу направляй к пограничному мосту. Через сорок минут мы начнем привозить контрабандистов.

– Много?

– Всех, майор… Супруги Баланчины, Гога Вачнадзе и самый главный – Андрис Гирулис… Сейчас мы их поим чачей.

– Зачем?

– Чтоб не шалили в пути. Им границу переходить!

– А как там изумруды?.. Ты знаешь, Шмаков, на сколько миллионов они их похитили?

– Послушай, Фирсов, эти самоцветы раньше назывались «смарагд». Красиво, да?.. Мы вернем все изумруды. До последнего камушка!.. Всё будет точно, как в аптеке!

В это время в номере люкс стоял смрадный запах самогонки. Илюша Сорин наполнял клизму чачей и поил троих связанных пленников… Четвертый – Гога Вачнадзе был уже настолько хорош, что дальше некуда.

А Оксана смотрела на всё это печально.

– Придется два рейса делать… Мой «Рено» вместительный, но сразу всех не увезет… Как думаешь, Артур, когда мы будем в «Аркадии»?

– В час завершим все дела.

– Тогда – сразу в душ, а потом на море… Сегодня жарко! Хорошо бы в море окунуться.

– Согласен, Ксюша!.. Сейчас можно! Но только ночью! Когда темно, мы на пляж мы больше не ходим… А днём можно. С огромным удовольствием!

Content

Анатолий Галкин
Ночной поезд на юг