Анатолий Галкин

Срок давности

Последний вагон московского поезда остановился на краю платформы…

Все пассажиры начали торопливо и шумно выходить на горячий асфальт. Они стремились вперед, туда, где вокзал с высоким шпилем, где шум южного города, где жадные таксисты и усталые квартирные зазывалы.

И лишь единственный пассажир пошел в другую сторону – к ограде на краю платформы… Он стремился к мастерским, к складам, к переплетению рельсов внизу.

Он шел к гаражам, за которыми легко выйти в жаркий душный город. Тут просто скрыться в толпе отдыхающих и местных жителей, спешащих с работы.

Этот человек приехал не отдыхать… Он приехал мстить!

За гаражами Олег Рыжиков почувствовал, как у него начала кружиться голова. Вдыхая знакомый воздух Сочи, он пьянел от ароматов любимого города.

Здесь всё было так, как и двенадцать лет назад… В этих местах мало что изменилось! Эти задворки никто не собирался показывать гостям Зимней Олимпиады!..

Олег шел наверх, вспоминая схему, которую описал ему «Сильвер»…

Там, в лагере под Архангельском всё это казалось далекой мечтой.

Вечерами на нарах Холмского Исправительного учреждения № 384 встреча с Сочи казалась им очень возможной, но далекой, призрачной и совсем нереальной.

Они мечтали о южном городе примерно так, как курсанты летного училища мечтают о полете в Космос – это вполне вероятно, но как-то сказочно, туманно и несбыточно…

Мощные ворота коттеджа были построены недавно, и о них «Сильвер» ничего не говорил.

Рыжиков нашел у калитки кнопку, позвонил и встал перед глазком телекамеры.

Его осмотрели, и суровый голос охранника произнес.

– Ты кто?

– Олег Рыжиков… Кличка «Хруст»…

– Ты к кому?

– Я пришел к Гураму.

– Ошиблись. Здесь таких нет.

– Передайте Григорию Романовичу, что я приехал из триста восемьдесят четвертого. У меня привет от «Сильвера».

Около минуты за воротами молчали, а потом глухая высокая калитка открылась.

Во дворе двое тихих ребят обыскали Олега и повели в дом, где в одной из комнат его ждал «Гурам» – Григорий Романович Мамин.

Он еще не был стариком, но находился очень близко к этому возрасту!.. Шестьдесят три года – это та грань, за которой начинается старость.

Можно еще десять-двадцать лет быть сравнительно активным и что-то делать, но всё равно это будут действия бойкого старика.

Три года назад Гурам отошел от дел. Он оставил при себе группу ребят, которых обучал мастерству. Но он добровольно сложил с себя функции криминального авторитета города.

С высоких постов редко кто уходит добровольно!.. Лидеры держатся за власть до последнего и дурят доверчивый народ, раздавая подачки и обещания.

А Гурам ушел сам!.. И его за это в определенных кругах очень уважали.

Хозяин пригласил гостя расположиться в мягком кресле у журнального столика, на котором стояла бутылка красного вина и легкая закуска.

– Садись, дорогой! Мне «Сильвер» много писал о тебе… Отдыхай! Сутки в поезде, это утомительно… Ты же из Москвы приехал?

– Да, я из Москвы.

– Я слышал от «Сильвера», что твой отец там очень большая шишка!..

– Да, он в Кремле работает. Должность очень высокая.

– Ты с ним виделся?

– Да, Гурам, мы поговорили около часа.

– Давай я угадаю!.. Я думаю, что отец дал тебе денег. Но он не верит в твою невиновность и открыто помогать не будет.

– Да, всё так… Но об этом «Сильвер» не знал. Он не мог тебе написать.

– Не мог!.. Это я сам догадался. Я старый и мудрый!.. Я, например, знаю, что тебе нужна крыша над головой, документы и машина.

– Всё так, Гурам!

– Вот, Олег, ключи от машины и документы. Серый «Форд» стоит во дворе. Он твой!

– Спасибо.

– Документы получишь завтра утром. Всё официально, через паспортный стол. Нужные люди тебя ждут… Фамилию свою решил оставить?

– Да, Гурам. Я не хочу скрываться!.. Пусть они знают и боятся меня.

– Кто тебя подставил?

– Если бы я знал!.. Но я узнаю!

– Пусть так!.. Завтра с новым паспортом поселишься в пансионате «Аркадия». До декабря я оплатил тебе хороший номер. Полулюкс № 20.

– Ясно!.. Даже и не знаю, как благодарить.

– И не надо благодарить!.. Это не тебе подарки, а «Сильверу»… Он очень просил за тебя, а я его должник…

– Понятно!

– А теперь, Олег, последнее… Я буду помогать тебе мстить. Но я хочу знать детали…

– Конечно, Гурам!.. Началось это двенадцать лет назад. Даже на два года пораньше…

* * *

В пансионате «Аркадия» все сотрудники уже месяц обсуждали одну тему… Четыре недели тому назад они дружно гуляли на свадьбе. Их начальник Артур Шмаков сочетался законным браком со своим заместителем – главврачом Оксаной Боровик.

И вся жизнь молодых проходила на глазах коллектива. А то, что оставалось за кадром, легко домысливалось и ярко представлялось.

Незаметно подкрался конец медового месяца…

Любая другая влюбленная пара в эти тридцать дней занималась бы только друг другом, и, желательно, наедине!..

Но молодые супруги Шмаковы так проводить сладкое время не могли!

Тут были очень веские причины. В Сочи шел бархатный сезон!.. А Артур и Оксана Шмаковы были хозяевами элитного пансионата «Аркадия».

Они, конечно, не купались в деньгах, но и бедными их нельзя было назвать. Особенно, если в медовый месяц не заниматься всякими глупостями, а работать, работать и еще раз – работать!..

Иначе можно иметь приятные воспоминания, но остаться на бобах.

Всё лето главные каналы ТВ пугали зрителей авариями в Египте, татарами в Крыму и диареей в Турции… Испугавшись заморских напастей народ начал валом валить на оставшуюся у России полоску теплого моря.

Все номера «Аркадии» были забиты под завязку…

Была еще одна причина ударной работы после Загса!.. Молодые супруги Шмаковы были не очень молодые. Оксане тридцать лет, а Артуру так и вообще все сорок!.. Запас шальной страсти у них еще не иссяк, но он стал не таким безумным и безоглядным.

Это в двадцать лет молодожены могут весь месяц не вылезать из кровати. У них много лишних эмоций, много суеты и мало толка!..

А тут, как в бархатный сезон – нет духоты и зноя, но есть солидная, основательная любовь!.. Всё делается радостно, ярко и быстро.

Короче, после бракосочетания, после банкета и после брачной ночи – супруги Шмаковы работали на благо отдыхающих и своего пансионата.

С учетом того, что некоторые прошлогодние гости делали рекламу заведению, статус отдыхающих стремительно повышался.

Особенно в этом деле помогал московский бизнесмен Владимир Шустриков, которому Артур с Оксаной оказали добрую услугу.

Так случилось, что практически они спасли его сына от киллера. И благодарный отец рекламировал «Аркадию» среди элиты Москвы.

По его наводке приехали десятки богатых постояльцев, среди которых был даже настоящий депутат Госдумы.

Правда были и странные отдыхающие!..

Так вчера заселился в двадцатый полулюкс сорокалетний Олег Рыжиков. У него сочинская прописка в затрапезной коммуналке, а в графе «место работы» стоит скромное – безработный.

* * *

Депутат Илья Исаевич Букин действительно выбрал «Аркадию» по рекомендации Шустрикова. Но главную роль в этом сыграло не качество услуг. Понятно, что в «Пурпурной» сервис на более высоком уровне.

Но в крупной элитной гостинице везде глаза и уши!.. Это не в смысле спецтехники ФСБ. Это в смысле своих знакомых, коллег и журналистов.

Конечно, часть депутатов уже начала заседать! А часть еще сидит в Куршавелях, на всяких Лазурных берегах и в своем любимом Лондоне.

Но и сейчас в «Пурпурной» можно встретить знакомых людей – думских депутатов или высших чиновников из министерств, а то и кого-то из самой Администрации!..

И здесь же наверняка крутится десяток пронырливых журналистов.

Если бы Букин ехал в Сочи один или, не дай бог, с женой, тогда можно и в «Пурпурную».

А Илья Исаевич приехал отдыхать с Лидочкой, которая владела его мыслями и желаниями уже второй месяц!.. И вот для этой цели отдаленная, маленькая и уютная «Аркадия» была самым подходящим местом.

Депутат Думы Букин и студентка второго курса МГУ Лидочка Трошкина заселились в люкс № 21.

Они так любили друг друга, что большую часть времени проводили в номере!..

Только на третий день они стали выезжать на небольшой закрытый пляж «Аркадии».

Илья Исаевич не просто так хотел сохранить инкогнито… Он не мог подвести партию!

И еще – он не желал нарываться на скандал с женой!..

Честно говоря, второе для него было даже страшней и опасней первого…

* * *

Майор Фирсов понимал, что в общем и целом разглашать оперативную тайну нельзя!

Но если это гнусная и подлая тайна, то ее можно и разгласить!.. Жить надо не по закону, а по совести!

Даже работая в полиции, можно жить честно!

За последние полтора месяца у Фирсова полностью наладились отношения с Оксаной Боровик и Артуром Шмаковым.

Раньше так получалось, что майор подозревал Артура в разных преступлениях, сажал его в СИЗО и даже на хрупкую Оксану надевал наручники.

Но они сами подставлялись!.. Улики сыпались на следствие, как из рога изобилия… И с точки зрения уголовного права, общего здравого смысла и совести полицейского Михаил Фирсов действовал правильно!

Закон суров, но таков закон!

Но потом всё как-то рассосалось и разрешилось само собой…

Они снова подружились, и майор Фирсов был даже приглашен в Загс, где Оксана Боровик стала мадам Шмаковой…

Сейчас майор зашел к руководству «Аркадии» со скользким и неуютным делом.

Он просто разрывался между присягой и совестью…

Накануне на обычном совещании полковник Сироткин заявил, что вечером пройдет операция по захвату крупного наркокурьера…

Обычное дело!

Но майора Фирсова смутило одно обстоятельство. Шеф сообщил, что он сам проведет обыск в двадцатом номере пансионата «Аркадия»!.. При этом Сироткин проговорился, что Марина уже подготовила протоколы.

– Работы там всего на полчаса!.. Быстро находим пакет героина, пакуем клиента, с понятыми подписываем бумаги и все свободны!.. Через неделю дело будет в суде.

Зайдя к секретарю Марине, майор использовал всё свое обаяние… Он сплетничал о сотрудниках и плакался о своей неудачной личной жизни.

В конце концов он «случайно» увидел протокол обыска в пансионате «Аркадия».

В этой бумаге четко сказано, что в спальне двадцатого номера, где проживает гражданин Рыжиков, в его прикроватной тумбочке обнаружен пакет весом 523 грамма с порошком, похожим на героин.

Через час Миша Фирсов был у руководства «Аркадии».

– Ребята, я не знаю этого Рыжикова. Может быть он и сволочь. Но сажать его надо за дело!.. А это подстава чистой воды!

– Почему ты так думаешь?

– Готовый протокол! Полковник заранее знает где найдет, что и сколько!.. Кстати, у нас не так много было пакетов героина. Я точно помню, что год назад была пачка в 523 грамма.

– И где этот пакет?

– Уничтожен по описи!.. Нет, ребята, это чистая подстава. Полковнику срочно надо, чтоб этот Рыжиков сел надолго… Знаешь, Артур, мне просто жалко этого мужика!

– И мне, Миша, жалко этого непутевого Рыжикова!

Оксана с тоской смотрела, как горюют сорокалетние мужчины. Горюют, и ничего не делают!

Так они проявляли свой русский характер – видели явную несправедливость, но надеялись на «авось»… Как-нибудь само рассосется!

И тогда женщина взяла отвертку и пошла по коридору в основной спальный корпус…

Из-за множества закутков и холлов в «Аркадии» двери номеров размещались так, что особой логики в нумерации не усматривалось. Вслед за семнадцатой шла девятнадцатая, а потом и вовсе двадцать вторая.

Оксана отвинтила и поменяла местами два номерка. Теперь двадцать первый стал двадцатым и наоборот!

* * *

Сироткин не раз проделывал такие спектакли и не очень волновался перед выходом на сцену.

Он подготовился основательно!.. Понятых взял не с улицы, не бомжей подзаборных, а солидных борцов за справедливость – членов какого-то Фонда по правам человека!..

Для верности полковник позвонил в ряд газет и на местное ТВ.

Чем больше шума и чем мутней вода, тем легче рыбку поймать!

Кроме трех полицейских машин на территорию «Аркадии» въехали несколько личных автомобилей журналистов и микроавтобус от ТВ.

Во главе шумной процессии шел гордый полковник Сироткин. Сегодняшним делом он убьет сразу несколько зайцев – спасет себя от реальной угрозы, заработает круглую сумму от покровителя и приобретет влиятельных друзей.

На первом этаже Илья Борисович прихватил с собой дежурную с «ключом-вездеходом», который открывает все номера пансионата.

Поднявшись на второй этаж и подойдя к номеру с табличкой «20», Сироткин постучал, а потом приказал дежурной открыть дверь.

Администраторша хотела сообщить, что еще утром здесь был двадцать первый номер, но не стала вмешиваться в большую политику… Раз полицейский полковник сказал открывать – значит открывать!

Полулюкс мало отличался от люкса.

Ковер поуже, люстра пониже и нет биде в ванной комнате… Это мелочи, которые замечает лишь опытный взгляд.

Полковник Сироткин начал играть спектакль.

– Товарищи понятые и господа журналисты. Мы начинаем обыск в номере, хозяин которого матерый наркокурьер!

– Кто это, полковник?

– Узнаете в свое время!.. А сейчас мы будем искать героин. И начнем, как всегда, со спальни… В ней всегда всё начинается и кончается!

Илья Борисович краем глаза уловил, что его шутку оценили. Кто-то улыбнулся, кто-то смутился, а кто-то записал в блокнот.

Прошли в спальню!

Полковник расположил всех по дальней стене, а сам подошел к стенному шкафу и левой прикроватной тумбочке. Он двигался осторожно, постоянно прижимая правую руку к груди…

У Сироткина в рукаве пиджака был спрятан солидный пакет героина. Так просто его не было видно, но если опустить руку, то закладка могла выпасть в самый неподходящий момент.

Демонстрируя открытость и прозрачность следственных мероприятий, Сироткин старался вслух комментировать каждое свое действие.

– Обыск начинаем с левой прикроватной тумбочки и идем против часовой стрелки. Потом – стенной шкаф, трюмо, письменный стол, правая тумбочка, а в конце сама кровать. Будем искать везде – под одеялом, под матрацем, под подушками и в других интимных местах… Понятые! Подходите ко мне поближе!

Полковник присел перед тумбочкой, левой рукой открыл ящик и загородил пространство своей огромной спиной!..

Он ловко вытряхнул из рукава пакет героина и спрятал его в дальний угол ящика.

Потом Илья Борисович повернулся к понятым, начал доставать из тумбочки разные предметы и раскладывать их на кровати.

– Так!.. Бритва мужская импортная!.. Черные носки с дырой на подошве!.. Красные маленькие трусы типа плавки!.. И наконец он – пакет с белым порошком, напоминающим героин!.. Все видели?

Понятые закивали головами, журналисты начали щелкать камерами со вспышками, а телевизионщики делали панораму и крупный план улики.

Полковник приступил к финалу спектакля.

– Мы знали, что найдем у этого преступника пакет наркотиков. Мы даже подготовили обычные в таких случаях протоколы. Прошу следователя и понятых подписать.

Сироткин положил на стол три экземпляра бумаг. Каждый понятой расписывался неторопливо, с гордостью выполняя свой гражданский долг.

По просьбе полковника, пока он перед камерой гневно клеймил «торговцев дурманом и смертью», Шмаков взял экземпляр протокола, прошел в свой кабинет и сделал четыре ксерокопии…

А пятую копию – для себя!.. Так, на всякий случай…

Шмаков вернулся, и в этот момент в спальню вошел хозяин номера – депутат Государственной Думы господин Букин.

Он сразу же был очень возмущен, что его покой потревожили!.. Илья Исаевич даже не замечал оперативников, которые стояли за его спиной с пистолетами и наручниками.

Депутат сразу определил, что главным лицом во всей этой вакханалии является полицейский офицер, сидящий около тумбочки.

– В чем дело, полковник?

– Здесь проводится обыск!.. И вопросы тут буду задавать я!.. Вы хозяин номера «люкс»?

– Я хозяин!

Сироткин встал, поправил мундир и, видя микрофон, начал говорить громко и четко.

Он спрашивал подозреваемого, но при этом смотрел в телекамеру, а не на него.

– Значит, это ваш номер?

– Да, мой!.. Но по какому праву…

– Скажите, это ваша спальня?

– Дурацкий вопрос! Раз номер мой, то и спальня моя!.. Но по какому праву…

– Скажите, это ваша тумбочка?

– Если левая, то моя!

– И бритва ваша?

– Моя!

– И носки с дырой?

– Мои носки!

– И пакет с белым порошком ваш?.. Он тоже из этой тумбочки.

– Мало ли что там лежит!.. Нет! Пакет не мой.

Полковник совсем развернулся на камеру и работал уже на зрителя. Он показывал, как лихо работает полиция! Он добродушно улыбался и слегка ехидничал.

– Кто бы сомневался! Все вещи ваши, а героин не ваш!.. Он сам сюда прибежал!.. Пакуйте его, ребята!

Оперативники быстренько надели наручники на ошалевшего депутата.

«Слуга народа» собирался закатить гневную речь, но в это время в спальню ворвалась Лидочка Трошкина, которая задержалась у столовой, покупая глянцевые журналы с программкой на следующую неделю.

Девушка четко знала, что ее Букин всегда прав!.. Всё, что происходит, Лидочка восприняла как театральный бандитский налет!..

Как честный гражданин России Трошкина посчитала своим долгом защитить депутата Думы!..

Она набросилась на Сироткина, как кошка на бобика!.. И первым же ударом небольшого кулачка девушка подбила полковнику глаз.

Она готовилась ко второму удару. Но прямой в челюсть не прошел!.. Шустрые оперативники прямо перед телекамерой схватили «террористку», выкрутили ей руки и надели наручники сзади.

После чего, один ретивый «поручик», защищая честь полковника, со всего размаха влепил беззащитной женщине звонкую оплеуху.

Если в свое время «менты» и были сатрапы, то этот конкретный полицейский – варвар, монстр и просто хам!

Сироткин виновато посмотрел на журналистов и начал допрос странной девушки.

– Что вы здесь делаете?

– Живу я здесь!

– Одна или с задержанным?

– Да, я с ним живу!.. А что, нельзя?

– Можно!.. Только значит, что вы сожительница и соучастница… Назовите фамилию!

– Чью?

– Вашу, естественно!.. Вашего дружка мы знаем, как облупленного. Это рецидивист Олег Рыжиков.

– Ха-ха, полковник!.. Я живу с депутатом Госдумы Ильей Букиным!.. А Рыжикова я знаю! Он недавно заехал в полулюкс. Это справа за стеной.

Предчувствуя провал, Сироткин подошел к задержанному «наркокурьеру» и дрожащей рукой вытащил из внутреннего кармана пиджака темно-красную книжицу.

Это было солидное удостоверение депутата Государственной Думы с гербом – золотая птица с двумя головами и тремя коронами.

Повернувшись лицом к прессе полковник произнес совсем нелепую фразу:

– Извините, товарищи!.. Маленькая накладка! Мы нашли героин не там, где он должен был быть… Депутат Букин – это Власть! А наркокурьер – совсем другой человек. Он за стеной живет. Мы с вами и в его тумбочке пакет найдем!.. Но уже не сегодня…

Диктор программы, используя всеобщее замешательство, пробралась с микрофоном к полковнику и задала невинный женский вопрос.

Она была блондинка, и умела с умным видом задавать глупые вопросы.

– Господин Сироткин, мы у наркокурьера найдем этот же пакет, или вы подготовите другой?

* * *

У Оксаны были ключи от дома Жанны Айвазян в Хосте. Сама хозяйка с Мишей Шустриковым и их сыном Володей уехали в Москву, а следить за домом доверили Ксении, как самому близкому человеку.

Пока шел обыск у депутата Думы, хозяин «Аркадии» Артур Шмаков наскоро объяснил Рыжикову ситуацию…

С помощью Оксаны они в три минуты собрали вещи и вышли через балкон процедурной на первом этаже.

Там за кустами стоял маленький красный автомобильчик «Рено». Это машина Ксюши Боровик или теперь Оксаны Шмаковой.

Олег Рыжиков устроился на полу машины, и был прикрыт сумками и пляжным ковриком.

«Рено» уже выехал на шоссе, когда полковник Сироткин только начал понимать, что перед ним в наручниках не его личный враг, не бывший уголовник Рыжиков, а важная государственная личность со своей хорошенькой любовницей.

Перед въездом в Хосту, Оксана остановила машину и в ближайшем магазинчике купила набор продуктов на первое время – чай, сахар, хлеб, колбасу…

А в это время Артур позвонил в Москву, в квартиру Шустрикова, где жила Жанна..

Понятливая армянка Айвазян не стала задавать лишних вопросов. По просьбе Шмакова она обзвонила всех соседей и сообщила, что сегодня в ее дом заедет племянник из Еревана, который последние годы жил на севере, где-то около Архангельска…

* * *

Продюсер местного ТВ Игорь Бардин просматривал материал по аресту в «Аркадии» наркокурьера. Сюжет должен был пойти в субботней аналитической программе «Под небом голубым».

Начало было отличное! Но после появления депутата все пошло кувырком!.. Бардин почти кусал себе локти.

Картинка убойная!

Полковник полиции Сироткин выглядел, как клоун… Молоденькая любовница депутата старалась держать марку светской львицы… А сам «слуга народа» Букин имел бледный вид.

Всё отлично!.. Но давать в эфир этй околесицу нельзя по ряду политических причин.

Букин – депутат от правящей партии, а их трогать нельзя никогда! Там по определению только кристальные люди, у которых не может быть любовниц.

Далее!.. Полиция – любимое детище Кремля. Там думают, что она только что очистилась от скверны!.. Милицию на ТВ ругать можно, а полицию нельзя!

И еще!.. Где арест наркокурьера?.. Героин есть, а преступника нет.

Игорь Бардин очень ждал этого сюжета!.. Арест и посадка Олега Рыжикова освобождали его от многих страхов и опасностей.

Продюсер даже застонал от злости и печали. Чувствовалась нервная дрожь и какой-то ком в груди.

Хорошо, если сбой с арестом «наркокурьера», это простая случайность. А если за двенадцать лет отсидки Рыжиков стал хитрым, сильным и мудрым?..

Если сейчас он умнее, чем вся сочинская полиция?..

До сих пор Игорь Бардин чувствовал себя важной персоной в городе.

С ним советовались на самом высоком уровне, его везде приглашали и все делали вид, что любят его безмерно. Так же, как усатого Якубовича с «Поля чудес»!

Но из-за приезда Рыжикова всё могло накрыться медным тазом!..

И это в лучшем случае. В худшем – есть опасность для жизни и здоровья.

Игорь Викторович четко знал, что вздохнет полной грудью только после ареста «наркокурьера». Или после «случайной» гибели его бывшего друга – Олега Анатольевича Рыжикова.

А отснятый сюжет в эфир не пойдет. Он будет лежать в домашнем сейфе Игоря Бардина.

Было понятно, что Сироткин грубо прокололся!..

Теперь полковник у него в кармане. Сейчас его уже не надо покупать – сам всё сделает!.. Его надо только чуть-чуть припугнуть. Игорь Бардин не удержался и еще раз посмотрел диск с обыском полковника Сироткина.

Комедия!.. Этот дурак до конца считал, что «нашел» наркотики у того Рыжикова, дело которого он вел двенадцать лет назад.

Конечно, за эти годы замотанный делами мент мог забыть внешность очередного подозреваемого.

Тем более, что думский депутат Букин имеет тот же возраст, что и Олег. И ростом он такой же, и лицом слегка похож на Рыжикова…

Всё так!.. Но как можно перепутать холеного депутата и бедолагу, отсидевшего весь срок в лагере. У них глаза разные! У одного наглые, а у другого потухшие…

Бардин несколько раз просмотрел последний эпизод, где любовница депутата сообщала, что Рыжиков живет за стенкой в соседнем номере.

Бардин сделал несколько копий репортажа из «Аркадии»… Один диск запечатал в конверт, на котором написал ироническое послание: «Любимому полковнику Сироткину – грозе наркокурьеров и депутатов!»

Всё остальное будет сказано на словах.

Бардин набрал телефон полковника:

– Привет, Илья!.. Здорово ты поработал в «Аркадии». Все записи твоего позора у меня. Уже подготовлена передача. Запускать в эфир?

– Не издевайся, Игорек! Да, я ошибся! Но я же и для тебя работал.

– Плохо работал!.. Ошибся он… И ведь не к простому инженеру в номер залез, а прямо к депутату Думы!

– Он будет молчать. Ему не резон любовницу светить… А материалы съемки все у тебя?

– Да.

– В квартире?

– Да… Я, Сироткин, хочу подорить тебе копию диска с передачей. Надо, чтоб ты проникся! Чтоб понял, от чего я тебя спасаю.

– Хорошо! Давай встретимся… Вернее, я не смогу подойти. Ты передай диск моему парнишке.

– Договорились, полковник! Я буду на пустыре за «Ривьерой» ровно через час… Посылай своего парнишку.

И только, когда связь прервалась, Бардин понял, что тоже не сможет приехать в условленное место за парком «Ривьера».

Игорь позвал из соседней комнаты Сергея. Это был его двоюродный брат. Вчера он с женой Галиной приехал из Новосибирска.

– Вот что, брат! Хватит вам по комнатам шляться!.. Сочи – это жемчужина.

– Так мы утром у моря были.

– Море, оно и в Африке море!.. А такого парка, как у нас – нигде нет!

– Это ты о «Ривьере».

– Да, ребята… Бери Сергей мою машину, держи мое водительское удостоверение, хватай Галю и кутите весь вечер… Возьми немного денег. У меня тут лишние завалялись!

– Спасибо, Игорь!

– Ну и, кстати, исполнишь мое маленькое, но ответственное поручение… Вот смотри – я рисую план пустыря за «Ривьерой». Вот в этой точке через пятьдесят минут какой-то парень спросит у тебя диск. Отдашь ему этот пакет. И всё! Дел на три минуты… А потом гуляйте!

* * *

Зайдя в дом Жанны Айвазян они включили свет, плиту, чайник и сразу сели за круглый стол для серьезного разговора.

На первый взгляд то, что сделали супруги Шмаковы – было авантюрой!.. Что они знали об Олеге Рыжикове?

По приговору суда он был назван убийцей. Он отсидел в лагере от звонка до звонка!.. Всё это так!

Но, по словам майора Фирсова, в старом уголовном деле не всё так однозначно!..

Вел дело «убийцы Рыжикова» капитан Сироткин, который сегодня проводил обыск в номере депутата.

Придумав пустяковый повод, Оксана позвонила старшей медсестре. И Светлана Громова сразу сообщила, что в люксе у Букина нашли много героина. И всё из-за того, что какой-то шутник поменял таблички с номерами комнат…

* * *

Сергей Бардин остановил машину за сто метров до назначенной точки. Она была далеко за кустами и в предательской тени деревьев. Но место встречи изменить нельзя!

Оставив Галину в машине, Сережа осторожно пошел вперед. Он не оглядывался, хотя по характеру жены мог догадаться, что она не усидит в уютном салоне машины.

Подходя к кустам, Серега Бардин пригнулся и стал красться, как крыса!.. Галочка двигалась за ним мягко, как мышка.

Там, где начинались деревья, было совсем сумрачно и страшно!

И вот из этой темноты вышла плечистая фигура и спокойно спросила:

– Вы Бардин?

– Да, я Бардин… А вы за пакетом?

– Давайте диск!

– Вот он.

Незнакомец взял пакет с записями, положил его в левый карман рабочей жилетки.

А из правого кармана вынул пистолет с глушителем…

Последнее, что увидел Сергей Бардин – это злые глаза киллера, две родинки на его левой щеке и сноп пламени из ствола…

Два выстрела заняли не более трех секунд.

И тут вдруг в десяти метрах от киллера что-то хрустнуло, ойкнуло и зарыдало.

Здоровяк в жилетке подошел поближе и увидел, как на земле сидит молодая женщина, ревет белухой и театрально заламывает руки над головой.

Киллер сделал еще два выстрела и сбросил пистолет на тело жертвы… Ствол качнулся несколько раз на женских округлостях и соскользнул на землю…

Мужик в жилетке поспешил к парку.

На бегу он думал, что надо содрать с заказчика двойную плату… Или даже больше, поскольку второй клиент был особой прекрасного пола!

А Киллер очень не любил убивать женщин!

Он просто терпеть этого не мог…

* * *

Ни Артур, ни Оксана не сомневались, что сегодня в их пансионате готовилась гнусная подстава!

Но если господин Сироткин хотел подставить Олега сейчас, то он очень мог сделать это и тогда, двенадцать лет назад!.. Зная характер полковника и уровень его совести, в этом можно было не сомневаться.

Но всё это версии, догадки и гипотезы.

Это аргументы, но без фактов!.. Нужны были подробности!

Артур пересел на диван, а Оксана мягким женским голосом начала разговор.

– Мы помогли вам, Олег Анатольевич. Но сделали это из чувства справедливости!.. Неправильно, когда человеку подбрасывают наркотики.

– Спасибо.

– Похоже, что Сироткин вас преследует!.. Мы с Артуром могли бы и дальше помогать вам. Но мы хотим знать правду!

– Но это долгий разговор.

– А мы, Олег, не спешим!.. Нам нужны все детали этой истории. Всё – от самого начала, до сегодняшнего дня. И тогда мы подумаем, как вам помочь.

– Еще раз – спасибо!.. Но учтите, что рассказ будет длинным. Вы сами напросились!

– Слушаем вас, Олег Анатольевич.

– Это было давно! Всё началось двенадцать лет назад. И даже чуть раньше…

* * *

Это было давно!

Анатолий Сергеевич, отец Олега Рыжикова, постоянно чувствовал свою вину перед сыном.

Жена рано умерла, а он – чиновник высокого ранга не мог сам воспитывать ребенка…

В его доме всегда крутились домработницы, частные учителя и временные подруги старшего Рыжикова.

Но из-за всей этой неразберихи Олег Анатольевич приобрел самостоятельность, твердость характера и иронический взгляд на жизнь.

Он был фаталистом, и часто произносил фразу, написанную на кольце царя Соломона: «Всё проходит! Пройдет и это»…

Поэтому его мало волновала занятость отца, бытовая неустроенность и другие накладки… Всё когда-нибудь пройдет!

Олег окончил школу с медалью, и отец устроил его на маленькую, но перспективную должность. Но через год лет младшему Рыжикову надоела карьера чиновника. Он собрался и уехал учиться в Москву…

А когда он вернулся, то в столицу вызвали отца. Старший Рыжиков не мог не поехать!.. От должности на уровне заместителя министра нельзя было отказаться…

Так Олег оказался хозяином трехкомнатной квартиры в центре Сочи.

Рыжиков был доволен, но он не очень радовался… Всё в жизни быстро меняется!

Всё проходит! Пройдет и это…

В двадцать пять лет всё кажется простым, понятным и достижимым.

Олег два года проработал в руководстве крупной торговой компании. За это время произошли события, которые напрочь перевернули его жизнь.

Прежде всего, у него появились друзья!.. Не сослуживцы, не знакомые, не приятели, а такие ребята, за которых можно и жизнь отдать… Игорь Бардин, Рома Посевин и Денис Зыков.

Олег называл их мушкетерами, а себя гасконцем!.. Вероятно, потому, что их было трое, и они подружились раньше, чем он вернулся в Сочи.

Второе важное событие – он почувствовал вкус к бизнесу.

Олег решил, что может организовать прибыльную сеть небольших магазинов… Отец, конечно, обеспечил финансовую и другую поддержку из Москвы.

Через год открылся супермаркет «Рог изобилия» и пять мелких магазинов с тем же названием… Друзья работали вместе и начали получать неплохой доход…

Но самое главное, что произошло в жизни Олега Рыжикова – он встретил девушку своей мечты!

В ней всё было прекрасно – и лицо, и одежда, и душа, и имя!.. Ее звали Кристина Репина.

* * *

Игорь Бардин постоянно думал о возвращении из лагеря Олега Рыжикова… До сих пор он считался бывшим другом. А сейчас это рецидивист, враг и, возможно, мститель!

Ведущий передачи «Под небом голубым» отправился в студию. Его вызвали на какие-то ночные съемки… Перед уходом он нежно поцеловал жену и сказал ей, что вернется поздно…

Так бывало очень часто, и Кристина Бардина поняла, что спать будет ложиться одинокой… А ей еще не было тридцати пяти. И ей хотелось тепла, ласки и сумасшедшей любви!

Женщина побрела в ванну…

Она стояла под струей журчащей воды и просто не слышала звонков и ударов в дверь!..

Когда с визгом начала работать пила «Болгарка», срезая замок и петли, Кристина уже стояла на коврике, вытирая влажное горячее тело.

В этот момент раздался грохот упавшей входной двери, и по всем комнатам затопали десятки ног.

Женщина с трудом пыталась угадать, что происходит в квартире.

Она аккуратно повесила полотенце и повернулась к замку, который кто-то пытался открыть, дергая за бронзовую ручку.

А снаружи опытный оперативник подцепил петли фомкой, и дверь в ванну завалилась набок, освобождая вход.

Перед Кристиной стоял знакомый ее мужа – полковник Сироткин.

Симпатичная женщина вскрикнула и замерла, как греческая скульптура, прикрывая руками всё, что возможно!

Сироткин тоже смутился, но не отвернулся. Он сделал вид, что смотрит ей прямо в лицо. Но его глазки сами предательски скакали по всему телу женщины…

– Простите, Кристина, но тут такая сложная ситуация… Где ваш муж?

– Я не знаю. Час назад ему позвонили, и он уехал.

– Да, всё сходится… Полчаса назад за парком «Ривьера» нашли его машину, а недалеко от нее два трупа.

– Какие трупы!

– Одно тело – женщина без документов. По макияжу и длине юбки – предположительно проститутка.

– А второе тело?

– Крепитесь, Кристина!.. В кармане второго трупа водительское удостоверение Игоря Бардина.

– Он убит?

– Да!.. И мы полагаем, что Игорь что-то прятал дома. Нам надо срочно найти этот диск. Поэтому мы и вошли вот так – по горячим следам.

– Так значит, полковник, это обыск.

– В некоторой степени да, это обыск!

– Мне можно одеться?

– Как хотите, Кристина!.. Это ваше право.

* * *

Двенадцать лет назад Олег Рыжиков познакомился с Кристиной Репиной.

Девушке было уже двадцать два года. Она была, что называется, из хорошей семьи. Отец – Главный врач в большом санатории, а мать – директор музыкальной школы…

Рыжиков по жизни не был ловеласом, но он не был и монахом. У него были контакты с женским полом и в школьные годы, и в Москве, и за месяц до Кристины.

Встречи с девушками он любил! Всё это было занятно, весело, приятно и полезно. И для здоровья, и для жизненного опыта!..

Как симпатичный и свободный московский студент Олег Рыжиков несколько раз попадал на жен бизнесменов средней руки… Все крупные капиталисты держали своих жен под присмотром. А у очень мелких предпринимателей супруги сами вкалывали.

Но вот какой-нибудь владелец маленького заводика, ресторана или риэлтерской конторы – сам трудился на всю катушку, обеспечивал семью, напрочь забывая о супружеских обязанностях!..

И эти обеспеченные сорокалетние женщины любили развлекаться, опекая бедных студентов, неоперившихся офицеров и робких чиновников. Дамы обучали юношей жизни, а взамен получали молодую нерастраченную страсть.

Одним словом, до Кристины у Олега Рыжикова был обширный жизненный опыт!..

Но с Репиной было всё не так, как всегда! Тут были совсем другие эмоции и странное желание прожить с этой девушкой всю жизнь.

Олег со стыдом вспоминал свои прежние контакты. Он пытался оценить известных ему женщин – книжных и киношных героинь, сослуживиц, соседок, знакомых…

Он вспоминал всех женщин на свете!

Но получалось, что Кристина не просто лучше их всех – красивее, ласковей, умнее, добрее… Нет! Она парила над остальной массой девочек, девушек, женщин и старушек, как солнце над землей!

И Рыжиков сразу понял, что это любовь!

Дело шло к свадьбе!

* * *

Двенадцать лет назад все они были молодые и чушь прекрасную несли!..

Игорь Бардин познакомился с Кристиной в тот же вечер, когда и Олег.

Но везучий Рыжиков во всем занимал первые позиции. Хотя при этом он был беспечен, глуп и наивен. Он даже не подозревал, что «друзья» его люто ненавидят.

Сам Игорь Бардин мечтал быть журналистом и на этом основании считал себя интеллигентом. А значит не ощущал злобной и жгучей ненависти, достойной плебеев!.. Просто Рыжиков был его соперник в любви. И поэтому он был ему противен.

Олег, почти ничего не делая, влюбил в себя Кристину Репину, на которую Бардин имел серьезные виды… Не то, чтоб он ее любил, но точно, что он ее хотел, жаждал и вожделел.

Обычная ревность, зависть и обида на удачливого соперника…

А потом всё пошло, как надо! Всё изменилось!.. Кристина Репина стала женой Бардина через месяц после суда над Рыжиковым…

Пока шло следствие, Игорь опекал девушку, внушая ей, что Олег убийца, маньяк и зверь! Такого любить невозможно.

А вот он – Игорь Викторович Бардин, это образ настоящего мужчины!

Ромка Посевин – тот действительно ненавидел «друга»!.. Поскольку деньги на раскрутку сети супермаркетов «Рог изобилия» дал отец Рыжикова, то и семьдесят процентов акций осталось у Олега…

Юридически младший Рыжиков мог вообще ничего никому не давать!.. Но он сделал дружеский жест и выделил каждому по десять процентов.

И Игорь Бардин, и Денис Зыков были только рады такому подарку… Или сделали вид, что рады.

Но Рома считал, что он пахал, как вол. Он тянул на себе львиную долю организаторской работы.

И действительно – Посевин был главный менеджер компании «Рог изобилия»! Его не устраивали жалкие десять процентов.

А еще один «друг» по фамилии Зыков любил спорт! Он хотел организовать сеть модных тогда теннисных кортов. И Денис размечтался, что деньги на эту забаву даст ему Рыжиков!..

А тот не дал, предложив Зыкову организовать в «Роге изобилия» секции спортивных товаров. Но это не просто обидело парня, это взбесило его!

Спортсмен – это вам не торгаш!.. Понятно, что Зыков не устраивал истерик. Но затаил на Олега смертельную злобу…

Всё это было двенадцать лет назад.

* * *

Ночная работа в студии заняла у Бардина не больше часа.

Несмотря на поздний час, Игорь позвонил двум уважаемым людям – успешному тренеру, хозяину теннисных кортов Денису Зыкову и председателю Совета директоров фирмы «Рог изобилия» Роману Посевину.

Трое друзей договорились встретиться в центре города, у Галереи, в кафе «Парнас».

Мужики понимали, что разговор будет сложный. Но всю инициативу они спокойно отдали Игорю Викторовичу!.. Раз ты ведущий аналитической программы – вот ты и вещай!

Сами они отвечали вяло, односложно и одинаково.

– Ребята, вы слышали, что в город вернулся Олег Рыжиков?

– Нам доложили!

– Вы понимаете, как это опасно! Он начнет копать старое, а потом будет мстить!.. Уголовник с двенадцатилетним стажем – это прямая и явная угроза.

– Понятно! Он крепкую школу прошел.

– Я уверен, друзья, что у него в городе есть помощники. Им паханы при выписке дают адреса бандитских банд и всяких шаек, малин и кланов.

– Не пугай ты нас, Игорь! Надо подумать, и найдется способ его нейтрализовать.

– Для этого Рыжикова надо сначала найти.

– Как это?

– Помните следователя Сироткина?.. Сейчас он полковник. И сегодня я пытался через него посадить Рыжикова еще на десять лет.

– Получилось, Игорек?

– Как бы не так!.. Полный провал! Сироткин промахнулся! Он при журналистах нашел героин в номере депутата Думы Букина. А при этом еще расшифровал его любовницу.

– Забавно!

– Очень весело!.. Рыжиков убежал, и теперь он будет в сто раз осторожней.

– Так, что делать, Игорь?.. Он же всех нас убьет!

– Что делать?.. Сперва надо думать!

На том они и разошлись…

Подъезжая к дому, Игорь видел, что во всей его квартире горит свет… Странно! Два часа ночи, а дома такая иллюминация!

Игорь знал, что придет домой очень поздно, и сын будет спать. И, значит, опять не получится пообщаться!..

Игорь планировал на сегодня ночь любви с женой, но и это мероприятие из-за усталости должно было сорваться!.. После двух ночи уже не до секса!

Но теперь, когда в квартире горел свет, Бардин приободрился. Возможно, что Кристина ждала его, готовя любовный сюрприз!

Он влетел в открытую дверь, и оказался в толпе криминалистов, оперативников и понятых… Везде, где только возможно лежали его личные бумаги, диски, блокноты, кейсы…

Ясно, что у него что-то искали!

И командовал всем этим безобразием лично Илья Сироткин.

Бардин подошел к полковнику и громким театральным голосом спросил.

– И что всё это значит, уважаемый Илья Борисович?

– Мы проводим обыск!

– По какому поводу?

– В связи с обнаружением тела на пустыре за «Ривьерой»…

– Какого еще тела?

– Мертвого тела с дыркой в голове!.. Недавно нами найден труп Игоря Бардина!

– Как труп?.. Ты же меня знаешь, полковник! Вот он я – живой и невредимый!

– Ну, это еще надо доказать!

* * *

Оксана поняла, что разговор будет действительно долгий.

Она еще раз включила чайник, принесла свою сумку и вытащила хлеб, колбасу, коробочку плавленого сыра «Волна» и пачку вкусных сухарей, посыпанных сахаром.

Они молча перекусили, но Оксане очень хотелось выслушать продолжение истории, происходившей двенадцать лет назад.

– Олег, вы рассказали про знакомство с Кристиной. Что было дальше?..

* * *

Это было двенадцать лет назад…

Встретив Кристину Репину Рыжиков понял, что это настоящая любовь!.. И она смотрела на него, как зачарованная. Как настоящая невеста.

Дело шло к свадьбе!..

Влюбленные не только «часов не наблюдают», они не замечают ничего вокруг. Не зря все эти народные присказки, типа «любовь слепа» или про «надел розовые очки»…

Жених всегда мечтает о великих подвигах. Он готов «луну достать с небес» и построить «дом хрустальный на горе для нее»… Но часто он очевидных и элементарных вещей вокруг себя не видит.

А всё шло своим чередом!..

Закадычный друг Зыков злился на Олега из-за своих теннисных кортов…

Игорь Бардин имел виды на Кристину, и его бесила предстоящая свадьба…

Рома Посевин продолжал вкалывать в «Роге изобилия», и мысль о том, что не он полный хозяин фирмы доводила его до белого каления…

Но всё шло к свадьбе!

Олег и Кристина гуляли после заката на пустынных приморских склонах, где волшебный свет луны над горизонтом, где расходящиеся во все стороны узкие дорожки и где уютные лавочки в кустах.

Влюбленные вели себя не как взрослые люди, а как старшеклассники. Или, в крайнем случае, – первокурсники!.. Они, имея страстное желание и все возможности, тратили время на ласковые слова, скромные поцелуи и нежные объятья.

С любой другой Рыжиков действовал бы смелее и быстро бы добился успеха. Но для Кристины где-то на подкорке было записано табу: «До свадьбы ничего такого нельзя! Она моя невеста. И даже, может быть, невинная девушка»…

Этот день с самого начала был плохой по определению! Мало того, что понедельник! Так еще и тринадцатое число.

После очередного свидания, гуляния и провожания с прощальным поцелуем в подъезде, Олег возвращался пешком…

При встречах с Кристиной Рыжиков никогда не брал машину. Автомобиль – груда железа напрочь лишенная романтики!.. Это вам не яхта под парусом и не карета с «тройкой борзых лошадей»…

Перед своим домом Олег пересекал заброшенную рощу и площадку со старым забором от какой-то заглохшей стройки.

Справа от тропинки за кустами и грудой камней явно слышались звуки борьбы – удары, рычание, треск разрываемой ткани.

Можно было пройти мимо! По голосам было ясно, что там в углу площадки бузят несколько парней…

Лучше не ввязываться! В городе Сочи темные ночи!.. Мало ли здесь бомжей, которые не поделили последний стакан?..

И Рыжиков прошел бы мимо!.. Но совсем рядом возле забора возник звонкий и панический девичий голосок.

– Не надо, пожалуйста. Не делайте это!.. Помогите! Насилуют!

Всё это было в пяти метрах от Олега – там за кустами и за грудой камней.

В такие моменты голова работает четко и анализирует ситуации с огромной скоростью.

За две секунды Олег сообразил, что связываться со злыми возбужденными парнями очень опасно!

Сколько их?.. Два, три, четыре…

Кто они?.. Хрупкие хиляки или каратисты с разноцветными поясами…

Но была и главная мысль!.. Рыжиков понял, что он никогда не простит себе, если пройдет мимо. Он даже представил, как его будут мучить ночные кошмары с трепетным девичьим голосом: «Помогите! Насилуют»…

Олег в десять прыжков обогнул кусты и каменистую кучу.

Девушка лежала навзничь в углу у забора.

Ребят было трое…

Они придавливали жертву к земле. Кто-то затыкал ей рот. Кто-то рвал на ней одежду. Кто-то готовился быть первым.

Ребята были крепкого телосложения. Это не каратисты, а штангисты или просто «качки». Если драться, то Рыжиков ляжет на первых минутах первого раунда.

Олег попытался найти компромисс. Он думал, что с любым человеком можно договориться!

– Ребята, ну зачем же вы ее прямо здесь?.. Я могу оплатить вам апартаменты. Могу заказать по шикарной девке для каждого.

Парни соображали туго.

Они встали, дав девушке подняться, прижаться к забору и замереть.

Странно!.. Если бы появившийся фраер закричал, как обычно: «Безобразие! Хулиганы! Сейчас вызову милицию», то реакция была бы предсказуемой… А тут какая-то непонятка.

– Ты что сказал?

– Ребята, я закажу вам проституток из «Интуриста» на всю ночь… Это приятней, чем тут на земле.

– Не поняли!

– Я говорю, что у вас есть отличный вариант!.. Отпустите эту девушку. Видите, что она не хочет. А вы уперлись, как козлы.

– Это кто козлы?

Очевидно, что последняя фраза всем очень не понравилась. Ребята взъерошились и вразвалочку начали надвигаться на Олега.

Один из парней с заметной родинкой на левой щеке вытащил старый револьвер системы «Наган».

Рыжиков попытался успокоить наступающих.

– Всё нормально, ребятки! Я вам добра желаю. А вы разволновались, распетушились!.. Ну, чистые петухи!

– Пацаны! Он нас петухами назвал!.. Дави его!

Один схватил обрезок трубы и стал заходить слева. Другой с куском доски окружал Рыжикова справа. А главарь с наганом и родинкой шел по центру.

Девушка пришла в себя в самый неподходящий момент… Парни могли просто покуражиться, набить Олегу физиономию за козлов с петухами и разбежаться в разные стороны!..

В городе Сочи странные ночи!

Но от стресса, от страха и от отчаянья девушка закричала благим матом, призывая сюда всю округу.

Главарь развернулся, сверкнул глазами на орущую девку, вскинул руку с наганом и два раза выстрелил!.. Потом он бросил оружие в сухую траву и повернулся к Рыжикову, еще раз сверкнув родинкой на щеке… Даже две родинки! Одно пятно размером с советскую трехкопеечную монету, а чуть пониже с копейку.

Даже в полумраке Олегу было видно, как тело девушки сползает на землю, цепляясь спиной за забор. А на ее груди, на разорванном светлом платье расползаются кровавые пятна…

Это было последнее, что Рыжиков увидел!.. Один из парней, обходивших его справа, оказался в тылу и тяжелой доской огрел его по голове…

Очнулся Олег в машине «Скорой помощи». Он лежал на узких неудобных носилках. Ближе к его голове сидела женщина в белом халате. А на топчане у его ног два милиционера обсуждали перспективы дела… Всё казалось им очевидным! Пять дней работы, и можно отправлять в суд.

И действительно!.. У забора прострелянный труп девушки. А в десяти метрах – мужик с револьвером в руке… Мотив налицо! Он хотел, а она не дала… Улик под эту версию – пруд пруди!

Рыжиков не вслушивался в эту беседу. Он вспоминал Кристину. Он ее очень и очень любил! А теперь всё может сорваться!.. Жалко, что всё произошло так нелепо…

Жаль!.. А ведь всё шло к свадьбе!

* * *

Артур Шмаков попытался воспринять весь рассказ Рыжикова без эмоций. Лишь одной дедукцией и холодной мужской логикой…

Как ни крути, но получалось, что Олег – человек честный! Он невинная жертва обстоятельств или чьих-то интриг, замешанных на милицейском произволе.

А Оксана слушала душевную историю несбывшейся любви, как трагедию!.. Или как реальную чувствительную мелодраму без счастливого конца… И у Ксюши слезы сами наворачивались на глаза и текли тоненькими ручейками.

Но неясности при этом оставались!

И поскольку Оксанка тихо ревела, то вопросы Рыжикову задавал Артур.

– То, что ты рассказал, Олег, очень похоже на правду. Мы с Оксаной поможем тебе, но мы даже не знаем, чего ты хочешь?.. После лагеря ты мог осесть где угодно, но приехал в Сочи!.. Зачем? Мстить?

– Я приехал за правдой!.. Я постараюсь найти настоящего убийцу. Я хочу показать всем, как несправедливо шло следствие, каким глухим был суд… Это и будет моя месть!

– Понятно, Олег!.. Если мы с Оксаной вам помогаем, то у нас условие – никакой крови и тем более никаких смертей! Всё в рамках закона.

– Обещаю!

– А кто был вашим следователем? Кто вел ваше дело?

– Капитан Сироткин.

– Илья Борисович?

– Да, он.

– Это еще один плюс в вашу пользу, Олег!.. Теперь Сироткин полковник! Именно он пытался подбросить вам наркотики.

– Не пойму, чем я его так раздражаю?.. Тогда, двенадцать лет назад всё было понятно. Следователю надо было закрыть дело и галочку поставить. Но зачем я ему сейчас?

– Разберемся, Олег!.. Вы напишите нам данные из вашей прошлой жизни – названия фирм, адреса, телефоны, приметы ваших друзей, знакомых и их подруг. Всё, что вспомните!.. И мы с Оксаной начнем работать.

– А я как?

– А ты, Олег, сиди пока тихо… Не дразни гусей! У Сироткина везде свои люди.

* * *

Максим Борисович всегда считал себя чудаком!..

Люди давно уже живут по негласным правилам, которые меняются, но очень медленно!..

Если ты туземец, то тебе надо жить под бананами, бегать за туземками, ловить игуан и плясать под шаманский бубен вокруг костра.

Если ты цыган, то должен ездить в кибитках, воровать коней, щелкать кнутом, ревновать своих неверных жен и петь песни, усевшись вокруг костра.

А если ты подполковник сочинского УВД, то тебе следует немножко брать взятки, надо иметь коттедж и добротную квартиру, содержать жену с детьми, желательно завести любовницу, а по субботам нужно с друзьями пить водку и жарить шашлыки, сидя вокруг костра.

Подполковник Горюнов всегда был чудаком – тем, кто не выполняет неписанных правил для людей своего круга!..

Взяток он не брал совершенно, считая, что бережет честь офицера… Из-за этого у него не было коттеджа.

Квартиры у него не было потому, что в нужное время не подсуетился… Жены не было потому, что негде жить… Детей не было потому, что не было жены.

Пить водку он просто не любил, и мясо на шампурах никогда не жарил…

Самым отличительным его качеством была феноменальная память. Он держал в голове многие дела с их фигурантами, с уликами, с датами, адресами, свидетелями…

Но во всем остальном Горюнов был нормальный мужик – честный, работящий, дотошный и въедливый… Одним словом – зануда!

Понятно, что такие ребята не работают операми! И они не становятся большими начальниками.

К моменту выхода на пенсию Максим Борисович руководил архивным отделом.

Он жил в старой пятиэтажке на улице Островского. В трехкомнатной квартире ему принадлежала комната в пятнадцать квадратных метров.

Оксана подкараулила Горюнова, когда тот пошел за хлебом.

Выждав, пока он зайдет в пустынный проходной двор, Ксюша без всяких предисловий догнала пенсионера, встала не его пути и начала сложный разговор.

– Максим Борисович! Подождите пять минут!.. Я – Оксана Боровик, врач из пансионата «Аркадия». Только я недавно вышла замуж, и теперь я Шмакова.

– Очень интересное начало!

– Да, но я совсем не о том говорю!.. Произошла страшная несправедливость! А вас рекомендовали, как человека честного.

– Милая девушка, спасибо за комплимент, но я уже не работаю в системе!.. Ничем не могу помочь.

– Да вы послушайте сначала!.. Я еще не сказала, Максим Борисович, но это очень старый эпизод. Вы много раз поднимали это дело… И у вас отличная память.

– А у вас хорошие информаторы… Вы, Оксана, говорите о деле Олега Рыжикова?

– Точно!.. А вы догадливый, Максим Борисович.

Они стояли посреди проходного двора, а это не самое лучшее место для секретных переговоров.

Горюнов рукой указал на склон за ближайшими гаражами. Там не было домов. Зато под южными деревьями было множество каменистых тропинок, уютных закоулков и самодельных лавочек.

Пока шли до места, каждый думал о продолжении разговора.

Горюнов гадал, кто вывел на него эту Оксану Шмакову, и можно ли ей доверять.

А Ксюша жалела, что начала беседу очень сумбурно, и не смогла убедить Горюнова…

Но ничего! Еще не вечер!

Когда они нашли самую укромную лавочку, инициативу разговора взял на себя Максим Борисович.

– Так вас, Оксана, интересует дело Рыжикова?

– Да, конечно!.. Мы думаем, что его осудили несправедливо.

– «Мы», как я полагаю, это вы и ваш муж.

– Да! Я и Артур кое-что знаем об этом деле.

– От кого?.. От самого Рыжикова! Он уже освободился?.. Впрочем, я догадываюсь, что он живет в вашем пансионате. Но вы, даже под страхом смерти, не подтвердите это.

– Да, я ничего не скажу!.. Вернее, я знаю, что он не в «Аркадии», а совсем в другом месте… Короче, Олега надо спасать! Вчера на моих глазах полковник Сироткин пытался подложить в его номер пакет героина.

– Сироткин, вы говорите?.. Точно, Оксана! Этот может! Его почерк… И как дела, эта подлость у полковника получилась?

– Получилась!.. Но он номером ошибся. Сироткин нашел героин в спальне депутата Госдумы. И всё это при понятых, под протокол.

– Стареет Сироткин. Раньше он таких промахов не допускал… Когда он вел дело Рыжикова, он так виртуозно работал. Просто фокусник какой-то… А сейчас депутату подложил? Смешно!..

* * *

Двенадцать лет назад Олегу Рыжикову было совсем не до смеха!

Он очнулся в машине «Скорой помощи»… За его головой сидела врачиха в белом халате.

Олег всегда был парнем честным, романтичным и доверчивым!.. И особенно сейчас, когда дело шло к свадьбе!

Рыжиков был уверен, что на первом же допросе он всё объяснит!..

Всё очень просто!

Он шел поздним вечером… Девушка позвала на помощь… Он побежал на ее крик, а там трое парней, которые реально собирались ее насиловать…

Потом девушка панически заорала! А главный пацан в нее выстрелил!.. Затем Рыжикову дали доской по башке, и полный мрак.

Это всё!.. Где тут его вина?.. Почему он в наручниках и под конвоем?

До больницы его не довезли!.. Доктор сказала, что больной в госпитализации не нуждается. Сотрясения мозга нет! На голове не рана, а обычная большая шишка.

Позади «Скорой» шла милицейская «Нива». Олега перегрузили туда и повезли в отделение…

Принимал «убийцу» дежурный опер – капитан Сироткин.

Он вытащил из «обезьянника» двух мятых и сонных проституток. Как две честные российские гражданки, эти «ночные бабочки» выполняли роль понятых.

Капитан поставил задержанного у стола и начал шмонать его карманы… Вот бумажник с кредитками, долларами и рублями… Вот кошелек с проездным и мелочью… Вот мобильник с большим экраном… Вот записная книжка с визитными карточками… А вот и два пакетика с непонятным белым порошком!

Рыжиков хотел произнести банальную фразу: «Это не мое», но вовремя заткнулся.

Если две дозы героина подкинули, то это мог сделать только Сироткин!.. Тогда зачем сотрясать воздух?

Подписывая протокол, Олег впервые узнал, что убитой девушке, которую он пытался спасти, было всего семнадцать лет… Ее звали Даша Гулько.

На следующий день с теми же понятыми провели обыск в квартире Олега.

Там, конечно, нашли героин и два патрона с той же маркировкой, что и в нагане, который в момент задержания держал в руках Олег.

Но даже капитан Сироткин удивился, когда увидел на письменном столе Рыжикова фотографию девушки.

Снимок был крест накрест перечеркнут красным фломастером. А на обороте была короткая подпись: «Гулько Дарья, 10 «Б» класс»…

После всех этих улик следствие продвигалось семимильными шагами!.. На первых порах Рыжиков говорил про крики о помощи, про трех парней, про главного с револьвером и родинками, но вскоре понял, что все воспринимают это, как детский лепет.

А Сироткин был един в двух лицах. То он играл злого следователя и пугал «вплоть до высшей меры». То был добрее самого доброго адвоката и предлагал компромиссы…

Суд тоже шел, как по маслу!..

Попытку изнасилования не рассматривали вообще!.. Прокурор предложил Олегу за убийство, за наркотики и хранение оружия всего шестнадцать лет в колонии строгого режима.

Добрый российский суд присудил четырнадцать общего режима.

С учетом примерного поведения Рыжиков отсидел двенадцать…

Все эти годы его мучил вопрос, почему на суд не пришла его невеста. Возможно, что Кристина обиделась на него…

И правильно! Если бы не этот суд, то они бы поженились.

Да!.. Всё шло к свадьбе!

* * *

Мир очень тесен!..

И если Москва – это большая деревня, то Сочи и вовсе маленькое поселение. Здесь все обо всех знают.

Невозможно было полностью утаить досадный эпизод с депутатом Букиным. Хорошо еще, что Илья Исаевич оказался человеком хитрым и не очень глупым!..

Иногда бывает, что простой народный избранник при журналистах орет, что его коттедж ограбили, и увели ее личные украшения на миллион долларов!..

Ты подумай, женщина! Откуда у тебя коттедж? Откуда эти серьги и браслеты?.. Если ты воруешь, то веди себя, как все – тихо и незаметно. Иначе партия разозлится и направит тебя в народное хозяйство!

Букин знал эти правила думских депутатов. Он быстро оплатил всем журналистам их возможные гонорары в тройном размере. Лишь бы его фамилия нигде не упоминалась.

Он выдал фантастические премии понятым!

Он пригрозил полковнику Сироткину и его небольшой оперативной группе.

Он пообещал руководству «Аркадии» всякое содействие в процветании их пансионата.

И все согласились молчать!

Но одна газетная журналистка поняла так, что она не должна упоминать депутата Букина.

И тогда она порылась в архивах и тиснула короткую замету о том, что в город вернулся Олег Рыжиков, отсидевший на севере за жестокое убийство Даши Гулько… А недавно полиция хотела провести у него обыск, но мероприятие трагически сорвалось!.. Но то, что у Рыжикова не нашли героин, совсем не значит, что он не наркокурьер…

Вот такая скромная заметка, где ничего нет о Букине с его любовницей, но есть несколько страшилок про бывшее убийство, про приезд рецидивиста, про горы наркотиков, стремящихся в Сочи.

Эта пустяковая заметка совершенно случайно попала на глаза Кристине Бардиной.

Ей казалось, что она совсем забыла Рыжикова. Вернее – она научилась не думать о нем.

Это было очень сложно!.. Сама бы она могла и забыть. Но рядам с ней всегда был красивый одиннадцатилетний мальчик – Павел Игоревич Бардин…

Это был ее сын!.. И сын ее бывшего жениха Олега Рыжикова!..

Но Игорь Бардин честно считал, что это его ребенок. Он его усыновил, воспитал и полюбил…

Кристина упорно пыталась вычеркнуть из своей жизни эту кошмарную историю с первым женихом, с убийством и судом.

Тогда она не могла не поверить, что ее Олег – жестокий убийца. Об этом ей говорили все вокруг!.. И ее родители! И следователь Сироткин! И другие милицейские начальники. И Игорь Бардин. И Денис Зыков. И сочувствующие ей подружки…

Но был один человек, слова которого она запомнила дословно. Их сказал ей милицейский капитан Горюнов Максим Борисович.

– Сочувствую вам, Кристина!.. Улик против Олега много, и его, конечно, посадят!.. Я думаю, что он не убивал. Мою интуицию к делу не пришьешь, хотя я очень сомневаюсь в его виновности. Я верю ему… И вы, Кристина, верьте в Олега!

Но тогда она не поверила…

* * *

Максим Борисович не думал, что он такой заводной.

После встречи с Оксаной подполковник запаса в очередной раз убедился, что Рыжиков не убийца!..

Если Сироткин так срочно и так настойчиво пытается закрыть парня, то это значит, что присутствие Олега пугает кого-то очень богатого!.. Только так! Бесплатно полковник ничего бы не стал делать.

А если Рыжиков не убийца, то тот, кто его подставил, должен тоже отсидеть двенадцать лет!.. И это будет справедливо!.. А поскольку «Зорро» в Сочи не водится, то его функцию выполнит он – пенсионер Горюнов.

Одним словом, подполковник завелся и начал действовать по полной программе – составление оперативного плана, подбор агентуры и доверенных лиц, поиск адресов, паролей и явок…

Самым нужным информатором для Максима Борисовича была в сочинской полиции Надя Корнеева… Еще совсем недавно она была его подчиненной.

Правда, эту статную даму надо было называть Надеждой Васильевной. Они были с Горюновым не только ровесниками, но и старыми друзьями с тридцатилетним стажем. Более того – они были периодическими любовниками.

Раз в год у них вскипала страсть, и несколько дней они жили в состоянии бурного романа!.. Это случалось, когда муж Надежды уезжал в командировку в Москву, а Горюнов использовал отгулы, накопленные за несколько месяцев.

Этот «служебный роман» случался не с бухты-барахты… Более тридцати лет назад Горюнов учился в Школе милиции, а юная Надя работала там машинисткой. За несколько месяцев до выпуска у них случилось что-то вроде любви.

Они бродили по ночному городу, ворковали, целовались и стремительно продвигались к более интимным действиям. Он готов был сказать ей про любовь, про Загс, про свадьбу…

Но тут знойная Надежда допустила тактическую ошибку. Она сама решила взять быка за рога!..

В момент страстных ласк, не дожидаясь его признаний, Надя попросила его прояснить ситуацию: «Или ты будешь жениться, или нет»?..

Поскольку ошарашенный Максим долго молчал, Надя предложила другие способы любовных отношений, при которых можно не опасаться беременности…

Предложила и быстренько всё исполнила!

Возможно, что это был порыв горячей девушки, но Макс испугался такой опытности… Он был ей благодарен, но он тихо слинял!

А через десять лет Надежда Корнеева стала работать секретаршей в милиции города Сочи.

Они встретились и сразу поняли, что тогда любили друг друга!.. Надя и сейчас была готова на всё, но у нее уже был муж и двое детей. А Горюнов как-то не горел желанием второй раз входить в ту же реку…

Потом Корнеева оказалась в архивном отделе, которым руководил Максим.

При удобных обстоятельствах они встретились наедине и загуляли на три дня!.. Потом эти «запои» происходили каждый год.

И всем было хорошо!.. Кроме кардиолога – мужа Надежды Васильевны.

Но наивный врач ничего не знал и любил свою Наденьку, как пылкий молодой юноша!

Иногда лучше ничего не знать!..

Правда хорошо, а счастье лучше…

* * *

Надежда Васильевна понимала, что совершает должностное преступление. Но она не могла отказать Горюнову.

Из-за любви люди и не такое делали!.. А тут сущий пустяк! Корнеева вынесла из архива толстое дело двенадцатилетней давности и передала Максиму.

Все материалы по убийству Дарьи Гулько лежали на верхней полке. Судя по слою пыли, к ним за последние годы не обращались.

Надежда думала, что «Дело по обвинению Олега Рыжикова…» вообще никому не нужно. Но Горюнов пообещал вернуть все бумаги утром следующего дня.

При этом Максим сказал Корнеевой пару ласковых слов… Это он умел!

– Я очень боюсь за тебя, Надюха! Ты самая лучшая из всех людей на земле!.. Только тебе можно доверять.

– Спасибо…

– Если что с тобой случится – не переживу!.. Но я тебя в обиду не дам.

– Это приятно..

– Я уверен, Надежда, что это дело скоро затребует Сироткин. Этот жук хочет опять посадить Рыжикова.

– Убийцу Даши Гулько?

– Он такой же убийца, как ты космонавтка!.. В свое время парня аккуратно подставили.

– Кто?

– Буду разбираться. Для этого я и взял дело… Одно ясно, что без Сироткина тут не обошлось!

* * *

Всю ночь в кабинете Артура Шмакова кипела работа. Он вместе с Оксаной и Горюновым копировали дело Олега Рыжикова.

Они читали старые протоколы, справки, заключения и акты экспертиз. Как профессионал, Горюнов показывал, где дело подтасовано, а где шито белыми нитками.

Одновременно они разрабатывали план дальнейших действий по полной реабилитации Олега Рыжикова. Но для этого надо было определить заказчиков и организаторов подставы. Надо было найти настоящего убийцу Даши Гулько и доказать, что именно он душегуб.

Утром Максим Борисович побежал к дому Надежды Корнеевой. Надо было до работы передать ей пакет с делом…

Артур занялся текущими делами «Аркадии», которые по понятным причинам были слегка заброшены…

А Оксана направилась на место преступления – к тем домам, где двенадцать лет назад была убита девушка…

План стройплощадки и прилегающих домов имелся в деле. Он был наскоро нарисован капитаном Сироткиным.

За эти двенадцать лет все сильно изменилось… На месте смерти Даши Гулько возник ресторанный комплекс с парковкой и уютным садиком… Дорогу через пустырь расширили и асфальтировали.

Но вокруг стояли всё те же дома, что и двенадцать лет назад… Возможно, что в них жили те же люди. Или хоть часть из них!..

Оксана подошла к ближайшей пятиэтажке, не совсем понимая, что она будет делать. Не проводить же под видом участкового поквартирный обход?

В таких случаях надо начинать с мамаш на детских площадках, со старушек у подъездов или с доминошников под кипарисами.

Но бабушки на лавочках не наблюдались… И доминошников не было – «козла забивают» обычно вечерами… А вот три женщины с колясками медленно гуляли туда и сюда.

Оксана подошла поближе и уловила, что мамаши обсуждают дела в каких-то санаториях. Все они, как и большинство сочинцев, работали в курортной системе.

В удобный момент Ксюша подключилась к разговору.

– А у нас в пансионате медсестры не разбегаются… Меня зовут Оксана! У нас в «Аркадии» такие огромные оклады, что уходить не захочешь.

– Точно, Оксана, в любой период деньги решают многое… А большие деньги решают всё!

Две мамаши были молодухи – двадцать пять лет максимум. А та, которая начала общаться с Оксаной была «старушкой». Ей было не меньше тридцати двух!.. Она сразу представилась. Ее звали красиво, хотя и слишком вычурно – Анжелина.

– Ваш пансионат, Оксана, не пример. Он полностью частный и немного элитный.

– Да, это так!.. Олигархи у нас не отдыхают, но мелких буржуев полно. И даже есть депутат Госдумы.

– Вот! Что я и говорила.

– Но нет, Анжела! У нас бывают и простые люди… Вот недавно поселился человек, который отсидел двенадцать лет.

– За что?

– Страшно сказать, Анжелина! Этот парень, Олег Рыжиков, сидел за убийство… Помните дело Дарьи Гулько?

– Еще бы! Дашка была моей подругой. Она умерла тут недалеко. Там, где угол ресторана… Так это он ее убил?

– Не знаю, Анжела! И даже сомневаюсь в этом… Олег и сейчас добрейший парень! Он говорит, что он хотел Дашу спасти, а его подставили.

– Кто?

– Трое парней… Они реально насиловали Дарью, а Олег вступился… Я верю ему, Анжела.

– А что это были за ребята. Он их запомнил?

– Запомнил, но только одного. Того, который и выстрелил в Дашу… У него на левой щеке две родинки – с три копейки и с копейку.

– Он стрелял из нагана?

– Да, Анжела!.. А потом Олега ударили по голове, а в руку вложили этот наган!.. Вот так из невинного парня сделали убийцу… Как удобно! И для убийц, и для суда, и для следствия…

– Послушай, Оксана. А я знала парня с такими родинками. Это Сережа Смирнов… И наганом он как-то хвастался. Еще до убийства Дашки.

– А где он жил? И где он сейчас?

– Он жил в этой пятиэтажке. А потом сразу исчез!.. Еще до суда сбежал. Как в воду канул… А как странно! Ведь тогда следователь даже не спрашивал нас про наган и про Сергея с родинками…

* * *

За несколько дней до того, как Оксана обрадовалась, установив парня с двумя родинками, «Гурам» уже всё знал.

Сергей Смирнов по кличке «Рябой» двенадцать лет назад исчез из Сочи и жил где-то в Ростове или Краснодаре. А в солнечном курортном городе он появлялся изредка, но регулярно.

Жил он не в центре, а в поселках – Лоо, Хоста, Мацеста.

Жил Сергей тихо и старался ни с кем не общаться. Но каждый раз с его появлением совпадали странные убийства, похожие на заказные.

«Гурам» не считал себя блестящим аналитиком, но тут и ёжику всё понятно… Очевидно, что «Рябой» ходит под кем-то очень важным и подрабатывает для него киллером.

С Сережей Смирновым было всё понятно! Но Григория Мамина интересовал не исполнитель убийства Дарьи Гулько. Он искал организаторов подставы Олега Рыжикова.

Еще в молодом возрасте, в период своей первой посадки «Гурам» на допросах встречался с молодым следователем, который любил щеголять латынью.

Подследственный Гриша Мамин навсегда запомнил главный принцип сыщика – «Куи продэст?»

На русском языке это звучит примерно так – «Ищи, кому это выгодно!»

И «Гурам» начал искать среди друзей Рыжикова… Он сразу удивился, что посадить Олега было выгодно всем!

Пришлось выбрать того, кто от этой комбинации получил больше всего денег…

Это не Денис Зыков, теннисные корты которого давали мало прибыли.

Это не Игорь Бардин, получивший желанную Кристину Репину – девушку, которая моментально без рыданий и сожалений предала своего бывшего жениха… Если она предала раз, то с легкостью может предать еще и еще!

Для первой проверки «Гурам» выбрал Романа Семеновича Посевина, напористого бизнесмена, получившего в собственность главный приз – сеть гипермаркетов «Рог изобилия».

* * *

Оксана позвонила в квартиру, где когда-то жил Сережа Смирнов… Никто не отзывался, и никто не открывал дверь. А зачем? Она и так была открыта – Заходите, мол, люди добрые!

И Ксюша зашла… В полумраке она пробиралась по захламленному коридору коммунальной квартиры, призывая хозяев или кого-нибудь живого.

Она машинально толкнула дверь с правой стороны и провалилась в комнату, пропахшую табаком, водкой и потом.

Она пробежала несколько шагов, споткнулась о лежащего на полу человека, полетела головой к окну и приземлилась на старом вонючем матраце.

От грохота проснулся мужчина, спавший на тахте. Он мутным взглядом посмотрел на лежащую девушку, подмигнул ей и стал улыбаться, как мартовский кот, предчувствуя веселые приключения.

Второй мужик, об которого споткнулась Оксана, тоже встал, демонстрируя боевую стойку. И без всяких улыбок на лице. Его глаза сверкали злостью и похотью!.. В том смысле, что он тоже был не против пошалить с чистенькой трезвой бабой.

Мужики не грубили, не матерились и не форсировали события… Как английские лорды, они начали со знакомства.

Веселого дядьку с тахты звали Мишей, а крепкий мужик с пола представился, как Эдик… Да! Эдуард Ильич Онежский.

Они еще не протрезвели, но уже понимали разницу между изнасилованием и добровольным сожительством. Они собирались Оксану завлечь, уломать, соблазнить, а уже потом слиться в экстазе!.. Но все это по любви и исключительно добровольно!

Ксюша поняла, что у нее есть некоторое время.

– Послушайте, Эдуард Ильич, вы давно живете в этой квартире?

– Скажу!.. Только ты, Оксанка, не вставай с матраца. Лежишь и лежи! Зачем нам лишний раз туда-сюда… Так! Я живу здесь пятнадцать лет.

– А Михаил?

– Мишка? Он сибиряк! Он на море приехал… Мишутка, ты уже видел море?.. Оксана, лежи, как лежишь!

– Раз вы, Эдуард Ильич, давно живете в этой квартире, то вы должны помнить Сергея Смирнова.

– Должен помнить! Но не помню… Оксана, я тебе нравлюсь?

– Очень нравитесь, Эдуард!.. У этого Смирнова на левой щеке две крупных родинки.

– Так это «Рябой»! Точно!.. А ты говоришь Смирнов… И кончай треп, Оксанка. Давай отработаем, а тогда спрашивай.

Оксана была почти в безвыходном положении. Сверху на нее все надежней нависал мятый Эдуард Онежский… Голова девушки упиралась в стену под окном. Слева на нее наступал скромный, но тоже ожидающий удовольствия сибиряк Миша. Справа в углу валялась куча ломаной мебели.

Краем глаза углядев массивную ножку от стула, Ксюша расстегнула пару верхних пуговиц на блузке, страстно сжала губы и раскинула руки.

Всё выглядело так, будто она сдалась и жаждет отдаться!.. Но ее правая рука, как бы машинально, легла рядом с лакированной дубинкой.

– Всего два вопроса, Эдик, и я твоя!.. У «Рябого» были друзья.

– А как же!.. Он ходил с Димой «Крестом». А третьим у них был «Ванёк». Это не потому, что он придурок. У него родители кандидаты наук. Просто у Кирюши был Иванченко… Это фамилия такая!

– Понятно, Эдик!.. А наган у «Рябого был?

– Был!.. Но это уже третий вопрос. Мы так не договаривались. Нам с тобой пора переходить к десерту!.. Хочу сладенького!

Эдуард зажмурился, выпятил губы, начал мурлыкать и приближаться…

Он практически лег на нее!

Оксана крепко сжала ножку стула, чуть развернула своего «любовника» и со всего маха врезала ему по голове…

Она старалась не попасть в висок. Как врач Оксана знала, что тут возможен летальный исход!.. Эдик заслужил его, но это другой разговор… Сейчас это лишнее.

Сбросив на тахту негодяя с красивой фамилией Онежский, Ксюша вскочила, сверкая глазами и размахивая дубиной.

Это было так неожиданно!.. Вероятно, что в Сибири такие амазонки не водятся. И Михаил вместо бегства в ужасе замер на месте.

Он постоял пять секунд и опустился на колени… Правильно говорят, что повинную голову меч не сечет! А вот врезать по темечку ножкой стула – это с большим удовольствием.

Уходя, Оксана оглянулась в дверях…

В комнате ничего не изменилось! Эдуард храпел на тахте, а сибиряк Миша лежал на полу.

Даже интересно – что они вспомнят, когда очухаются?

* * *

Выбрав первый объект нападения «Гурам» собрал свою группу.

Их было всего трое, и они подчинялись Григорию Мамину безоговорочно.

Перед тем, как изложить план действий, «Гурам» вспомнил своего первого следователя и его любимое латинское выражение: «Крэдэ экспэрто»… В упрощенном переводе на русский это означало: «Вы уж поверьте мне, опытному человеку».

Команда ждала инструкций.

– Ребята, работать надо четко! Рома Посевин не должен учуять подвоха… Сложней всего будет Вике Марфиной. А вы, ребята, действуете на подхвате… Слушайте мой план…

За боковым входом в основной магазин «Рог изобилия» следили два дня. Именно тут был кабинет главы фирмы…

Стало ясно, что хозяин супермаркетов Рома Посевин всегда сам водит машину. И делает это слишком лихо!

Обедал Роман Семенович в ресторане в центре города. И, возвращаясь, на полной скорости влетал на площадку перед магазином… Потом разворачивался и тормозил, скрипя шинами по асфальту…

Самый удобный момент для акции!

Миловидная Вика по кличке «Моника» гуляла у боковой двери магазина. А совсем рядом на асфальте была нарисована «зебра» – символ пешеходного перехода.

Боря по кличке «Ботаник» и Юра Гусев расположились в пределах видимости. Они сидели в белой «Газели» с красным крестом… Это транспортное средство было взято в аренду в Хосте в гараже поселковой «Неотложки».

Ровно в два сорок пять на площадку влетела серебристая «Хонда» и, визжа тормозами, начала разворачиваться… И в нужный момент на «зебру» вошла «Моника».

Вика делала вид, что не смотрит в сторону «Хонды». Но в ее голове мгновенно сопоставлялись параметры – время, скорость и расстояния…

Иномарка лишь легко толкнула «Монику» в верхнюю часть бедра. Но «несчастная» девушка с криком отлетела и упала на горячие камни, незаметно выливая на себя пузырек с куриной кровью…

Она лежала на «зебре» красивая, бездыханная и окровавленная!..

Посевин в панике выбежал из машины, подхватил девушку и понял, что она еще дышит.

«Моника» открыла глаза и попросила воды.

Рома подхватил ее и потащил в свой кабинет. Это был правильный ход! Если сюда нагрянет полиция, то это будет стоить ему очень дорого. А так он пригласит своего врача, откупится от девушки небольшой суммой и отправит ее на месяц в Египет… Или еще куда подальше!

Открывая дверь своего кабинета, Посевин увидел, как с улицы влетели в коридор два крепких парня в белых халатах.

Когда Вика легла на кабинетный диван Посевина, медики закрыли за собой дверь и подошли к пациентке, ощупывая ее кости и проверяя пульс. «Ботаник» сразу обратился к хозяину кабинета.

– Если вы пьяны, то пять лет вам обеспечено!

– Я трезв!

– Тогда, возможно, что всё обойдется… Приготовьтесь! Я возьму кровь на пробу.

И не давая Роману опомниться, Юра Вилькин снял с бизнесмена пиджак и повесил его на стул около второго «медика».

Пока «Ботаник» путем проб и ошибок искал у Посевина вену, Боря Гусев нашел в пиджаке ключи от сейфа.

Вилькин посмотрел на кровь, которую он выцедил из Романа, и сообщил.

– Похоже, что алкоголя нет!.. Повезло вам, гражданин Посевин. Но полицию надо вызывать.

– Зачем?

– А вдруг у девушки внутренние повреждения?

– А вы не можете сейчас ее осмотреть? Я бы заплатил вам.

– Сколько? Назовите сумму, гражданин Посевин.

– Три тысячи долларов.

– Каждому!

– Согласен!

– Тогда выходите в коридор на пять минут! Живо!.. Мы не можем работать при вас. Нам надо девушку раздеть и со всех сторон осмотреть в естественном виде.

«Ботаник» буквально выпихнул Посевина за дверь и заперся на ключ…

Пока роман Посевин стоял возле дверей своего кабинета, его не покидала тревога. Вдруг они нащупают разрыв селезенки или что-нибудь по женской части…

Через пять минут дверь открылась, но тревога у Ромы не прошла.

Кровь у девушки почти смыли. Но она лежала на носилках посреди кабинета. Это могло означать самое худшее!

Но «Ботаник» успокоил Романа.

– Внутренних повреждений нет, но у нее полный стресс!.. Везунчик, ты, товарищ Посевин!

– А зачем она на носилках?

– Мы аккуратненько отвезем ее домой и будем приводить в чувство… А вечером к тебе зайдем. Ты обещал нам восемь тысяч баксов?

– Как восемь? Мы говорили про три штуки каждому! Это шесть…

– Да, Посевин, ты прав! Семь тысяч вполне достаточно!.. Или милицию звать?

– Согласен…

Санитары подхватили носилки, и через минуту Роман услышал, как медицинская машина урчит и набирает скорость.

Напряжение начало спадать… Он улыбнулся, считая, что легко отделался.

Совершенно успокоившись Посевин вспомнил, что вечером придут оборотни в белых халатах. Надо приготовить им семь тысяч.

Он пошарил в карманах, но ключей не нашел… Он посмотрел на стол и успокоился – связка с брелоком лежала на самом краю.

Рома взял ключи, подошел к сейфу, открыл его и остолбенел… Внутри было не просто пусто, а идеально чисто.

Пропали деньги, уставные документы, договора, письма от любовниц… Но самое опасное, что ушла красная тетрадь, куда он записывал деньги, которые передавал полковнику Сироткину, Игорю Бардину, Денису Зыкову и другим лицам.

В этой тетради были фразы, намекающие на Олега Рыжикова и на все, что произошло двенадцать лет назад…

* * *

Оксана решила пошутить!..

Она быстро узнала, что Иванченко – тот, кого двенадцать лет назад называли «Ванёк», кто тесно общался с «Рябым» и с «Крестом» – он сейчас кандидат наук и опытный врач по женским болезням.

Очень уважаемый человек!

И все же, этот гинеколог с императорским именем Кирилл Владимирович недавно был членом банды. Он наверняка присутствовал при убийстве Даши Гулько…

Любой юрист согласится, что положение Кирилла в тот вечер называется соучастием в убийстве!

Поэтому Оксана боялась идти к нему одна. Она через свои каналы записалась на прием к модному врачу, но с собой взяла мужа Артура.

Она говорила намеками и сообщила, что ее надо подстраховать… Шмаков понял, куда они пришли, только увидев вывеску на двери кабинета и солидную очередь из девушек, женщин и дам.

Как медик, Оксана прошла вне очереди, а обалдевший Артур сел посреди «цветника»… Здесь были только особы женского пола. И каждая персона волновалась, ожидая своей встречи с тридцатилетним красавчиком Кириллом Владимировичем.

Забыв все намеки Оксаны о страховке, Шмаков думал только об одном – в этом кабинете вполне могут сказать простую фразу: «У вас будет ребенок».

А что такого? Они с Оксаной живут достаточно долго. И этим делом занимаются регулярно… Так почему бы и нет?

Но в кабинете гинеколога Иванченко шел совсем другой разговор!

Медсестры у Кирилла Владимировича не было. Он предпочитал работать один.

Полистав почти чистую карту, он пошел мыть руки, привычно бросив на ходу:

– Проходите за ширмочку!.. Раздевайтесь и устраивайтесь.

Когда он, надевая резиновые перчатки, вернулся на свое рабочее место, то замер от непонимания ситуации… Пациентка сидела в медицинском кресле в положенной позе, но при этом в джинсах и кроссовках.

– Простите, я не понял, мы что будем смотреть?

– Мы будем смотреть документы, «Ванёк». Смотреть и вспоминать…

Оксана лихо сняла ноги с подставок, взяла свою папку и вытащила первую фотографию из следственного дела Олега Рыжикова. Это было фото трупа убитой Даши Гулько.

Потом она вынула копию приговора Рыжикову.

– Читайте, коллега! Из-за вас хороший человек отсидел двенадцать лет!.. Вы в институт поступали, а он сидел! Вы студенток целовали, а он сидел! Вы диссертацию кропали, а Олег на севере лес валил!

– Я сожалею, что так вышло…

– Очень благородно!

Оксана вытащила фото револьвера системы «Наган».

– Узнаете, Кирюша? Это оружие «Рябого»… Как его звали в миру? Сергей Смирнов?

Иванченко молчал! Он всё еще находился в ступоре… Он попал туда в тот момент, когда увидел эту нахалку с растопыренными джинсами…

Это же надо так!.. Она без всякого трепета уселась в штанах там, где другие…

– Значит так, «Ванёк»!.. Или ты сейчас бегло говоришь, как было дело. Или я сажаю тебя за соучастие в убийстве… Начинай говорить, Кирилл! Это не страшно. Ты же привык смотреть правде в глаза!

Пытаясь понять последнюю фразу, Иванченко вышел из ступора и начал соображать. Не сразу, но быстро набирая скорость.

– А если я скажу всю правду?

– Тогда, Кирюша, я не стану вас сажать. Вы вообще уйдете в тень… В крайнем случае пройдете, как свидетель… Но я включу диктофон.

– Включайте… Но я и есть свидетель! Я даже их жертва! Они меня таскали везде, издевались и изредка насиловали.

– Как?

– В прямом смысле!.. Мне до сих пор противно. Но отказаться я не мог. Я бы предал мужскую дружбу!.. Но больше всего я боялся! «Рябой» пригрозил, что если я откажусь, он вставит мне туда наган и выстрелит.

– Понятно, Кирилл Владимирович… Это тот самый наган? Присмотритесь.

– «Рябой» процарапал над барабаном три семерки. Вот они!.. Их плохо видно, но они есть.

– Хорошо… Как готовилось убийство Даши Гулько.

– А никто его не готовил!.. Заказчик просил избить до полусмерти Рыжикова. А эту девушку мы взяли для приманки. Ну, чтоб заманить клиента за забор… Но Дарья вдруг начала орать, и «Рябой» выстрелил.

Ему было трудно всё это вспоминать. Так бывает, что хороший, но слабовольный парень попадает в криминальную трясину… Сначала легкие шалости и приятный адреналин от рискованных действий. А потом дикая случайность – и ты уже преступник.

– Кирилл, ты видел заказчика?

– Да, но только ночью… После выстрела «Крест» ударил Рыжикова доской. Потом «Рябой» прогнал нас, но мы видели, что к нему подошел мужик… Наган у Сереги пропал. И как-то мимоходом он брякнул, что ствол взял заказчик… Значит его мы и видели тогда за забором.

– Последний вопрос, Кирилл!.. «Рябой» стрелял. «Крест» ударил доской. А ты что делал?

– Ничего!.. Я только эту Дарью к земле придавливал и рот ей затыкал, чтоб не орала…

Оксана с жалостью посмотрела на талантливого врача Иванченко и пошла к выходу.

В коридоре к ней бросился Артур. Не стесняясь насмешливых пациенток, он громко спросил Оксану.

– Ну как, у нас будет ребенок?

– Обязательно будет!.. Но не сейчас.

– Почему?

– Врач сказал, что все в порядке, но нам нужно постоянно трудиться в этом направлении. Работать, работать и еще раз работать!

В больницах обычно тихо. А тут в коридоре раздался громовой хохот!

* * *

Роман Посевин вошел в кабинет полковника Сироткина, закрыл обе двери и сел с повинной головой.

У них всегда были очень сложные отношения.

Они познакомились двенадцать лет назад. Илья Сироткин – тогда еще ментовский капитан стал вести дело Олега Рыжикова. А Рома числился лучшим «другом» подследственного.

При первой встрече они почувствовали, что будут нужны друг другу всю жизнь. А пока будущий полковник полиции и будущий хозяин «Рога изобилия» понимали, что задача на ближайшую перспективу у них одна – как можно крепче посадить Олега Рыжикова.

И они слаженно работали в этом направлении.

Но это было давно! Тогда молодой зеленый капитан Сироткин при получении денег от Посевина дал ему несколько расписок, которые вместе с важными документами хранились в сейфе Романа Семеновича.

В том самом сейфе, который сегодня опустел.

– Ну, виноват я, Илья Борисович!.. Они играли, как по нотам. Я даже фоторобот сделать не смогу – у девки волосы всклокочены и вся морда в крови, а санитары в медицинских масках.

– Ты оставил где-то кровь? Возьмем ее на анализ ДНК…

– Ты что, полковник! Ты реально считаешь, что это ее кровь?.. По твоей ДНК мы найдем курицу или свинью. Обычную хрюшку, которая вчера превратилась в сосиски.

– А что делать, Рома?

– Искать Рыжикова!.. Я чувствую, что это его проделки. И это только начало! Ещё не вечер…

– «Аркадию» мы прочесали вдоль и поперек. Он там был, но во время моего обыска у депутата снялся и уехал.

– Он сам уехал?

– Сам!.. Но до такси его провожал хозяин «Аркадии» – мой знакомый Артур Шмаков. Он там командует вместе с женой Оксаной.

– Что ж ты молчал, полковник! Это зацепка!.. У них есть знакомые в Сочи?

– Знакомые?.. У них треть города в друзьях или приятелях… Хотя ты прав, Роман! Эти ребята из «Аркадии» слишком уж большие правдолюбы! Справедливость им подавай!.. Они точно могли помочь Рыжикову.

* * *

«Гурам» срочно вызвал Олега.

До его приезда всё содержимое сейфа было поделено на две кучи – деньги и всё остальное.

Доллары сразу разошлась между участниками операции. Не зря же они рисковали!

Со второй кучей Мамин не стал разбираться. Особенно там, где акции, договора, отчеты, платежки и разные уставные документы «Рога изобилия»… Пусть здесь юристы голову ломают. А для нормального человека это кроссворд и ребус!

Правда, Григорий Романович просмотрел письма любовниц Посевина…

Понятно, что сейчас не то время, чтоб на бумаге писать. Для любовных страданий есть телефоны, электронная почта и всякие СМС. Но некоторые дамочки предпочитают белые листы, которые сохраняют нервность почерка, следы от горючих слез и прощальный запах любимых духов.

Письма были очень проникновенные и читались, как отрывки из сентиментальных романов… Но толку с них было мало!

«Гурам» знал, что у Ромы Посевина есть законная жена. Эти письма ее немножко огорчат, но не более… Она знала, что выходит замуж за деньги, а деньги не пахнут, не издеваются и не гуляют с другими бабами.

А вот на денежные записи и расписки полковника Сироткина Мамин обратил особое внимание… То, что милиция брала деньги у бизнесменов – это нормально! То, что полиция берет – тоже понятно!.. Тут вопрос про Сироткина, который когда-то вел дело Рыжикова… Когда он начал брать у Посевина деньги? Сколько? За что? И почему?..

Последние годы полковник перестал писать расписки. Но в своей денежной тетрадке Посевин аккуратно отмечал даты и суммы.

В этом предательском «гроссбухе» кроме Сироткина Ильи Борисовича, записанного, как СИД, были и другие чиновники-получатели субсидий. По трем первым буквам легко угадывалось – кто есть кто!..

Получалось, что коррупция в городе цветет пышным цветом… Цветет и пахнет!

Рыжикова привез Юра Вилькин по кличке «Ботаник». Он по дороге в ярких красках рассказал Олегу, как они брали сейф Ромки Посевина… И про окровавленную «Монику» с синяком на заду, и про санитаров в масках, и про то, как он прощупывал кости пациентки с ног до головы.

«Гурам» не задерживал Олега долго. Он передал ему все документы. А потом вдруг сообщил, что помогает Рыжикову не только по просьбе «Сильвера». Дело в том, что для него в этой разборке есть свой спортивный интерес, игра и азарт поиска.

Кроме того, все должно быть по понятиям! Нужна справедливость!..Такие хамские подставы нельзя спускать безнаказанно. За них надо «Фаберже» отрывать!

* * *

Оксана решила действовать до конца.

От Иванченко она узнала, что «Крест» немного остепенился. У Дмитрия Шохина скромная жена по имени Валя и трое малолетних детей… Теперь он не хулиган, не грабитель и насильник. Он простой шофер на ниве частного извоза.

Он – честный бомбила!

На следующее утро Ксюша на своем красном «Рено» проводила девятку «Креста» к вокзалу. Утром там самое сладкое место для бомбил. Прибывают ранние поезда, и ошалевшие курортники готовы платить шальные деньги за километровый рейс.

Ксюша решила, что правильней стать второй пассажиркой Димы Шохина…

Она проследила, как он завлек на платформе пожилую парочку нарочито интеллигентного вида. Она была в шляпке, а он в бабочке, в тонких очках, в усах и в аккуратной бородке…

Шохин дотащил все их баулы, а потом отвез почтенную чету в санаторий «Правда».

Оксана оставила свою машину и на выезде подловила девятку «Креста».

– Куда едем?

– Отвезите меня на то место, где была убита Дарья Гулько.

– Что?.. Это куда? Я ничего такого не знаю.

– Как же так!.. Двенадцать лет назад это было очень громкое дело… Вы поезжайте к Центру, а я потом покажу.

– Конечно! Я поеду… А вы кто такая?

– Я – журналист из Москвы. Мы с Центрального телевидения… Хотим покопаться в этом деле.

– Зачем? Это же давно было.

– Никто не забыт и ничто не забыто!.. У нас появился новый свидетель. Он всё видел. И он подтвердит, что убивал не Олег Рыжиков.

– А кто?

– Стрелял из нагана некто «Рябой». У него еще две родинки на щеке… А помогал ему отморозок по кличке «Крест». Он, кстати, тоже таксистом подрабатывает.

– Вот урод!

– Еще какой урод!.. Завтра я узнаю его имя. Потом полиция протокол напишет, и в кандалы его гада… Поехали, шеф! Почему стоим? Кого ждем?

* * *

Полковник любил вызывать на ковер!

Это так приятно, когда перед тобой стоит подчиненный и ждет расправы… Можно ласково пожурить, грозно поругать или вообще разнести в пух и прах.

А можно еще вдоволь поехидничать, покуражиться, поиздеваться над жертвой. Но тут нужны зрители, которые одобряют и радуются, что на этот раз чихвостят не их…

Майор Фирсов привычно стоял на ковре, ожидая разноса. Но Сироткин сегодня был не в духе! Чтоб распекать подчиненного нужен кураж. И нужен испуг подчиненного… А Миша Фирсов закаленный боец! Будет стоять с безразличным видом и ждать конца спектакля… Скучно с таким!

– Ты что творишь, Фирсов?

– А что?

– Два трупа у тебя!.. И где? Рядом с резиденцией первых лиц!.. Ужас!

– Да, кошмар!.. Но указанных вами лиц в городе нет. Тандем улетел за день до трупов.

– Это случайность. Повезло тебе, Фирсов!.. Что с поиском. Какие версии.

Майор помялся, намекая, что трудно строить версии стоя. Добрый полковник жестом предложил сесть.

– Версии есть, Илья Борисович…

– Версия, Фирсов, одна!.. Значит так, Сергей Бардин с женой попали под раздачу случайно. Убийца их перепутал!.. Недавно освободился маньяк Рыжиков. А у него зуб на Игоря Бардина, на журналиста с ТВ…

– Не получается, господин полковник! Точно установлено, что работал тот же киллер, что и три месяца назад. А тогда Рыжиков еще сидел.

– Ты мне Ваньку не валяй, майор! Как вы установили, что это старый киллер?.. Это тот, который любитель наганов?

– Он самый!.. Пули совпали! След его кроссовок совпал! И собачка опознание провела!.. Мы зафиксировали землю с того убийства и взяли с этого. Потом взяли еще десять нейтральных проб. И овчарка точно вывела… Одним словом, это не Рыжиков.

– Возможно, майор! Но искать его надо… Я думаю, что парня пожалели и спрятали Шмаковы из «Аркадии». Вот адреса их связей. Проверь, включая этот, который в Хосте. Помнишь, там армянка жила.

– Помню. Ее звали Жанна Айвазян.

Когда Фирсов ушел, полковник вынул из сейфа секретный мобильник и позвонил.

– Привет тебе, «Рябой»!.. Плохо работаешь. Убрал не того парня!.. Бабу его зачем-то пристрелил. Наследил везде… Значит так! Сиди пока тихо… Кроссовки свои сожги! Наган сбрось в море и подальше! Где-нибудь на хорошей глубине… А я тебе новенький ТТ передам… Конечно, с глушителем! А как иначе? Нам шум не нужен…

* * *

Поездку с московской журналисткой «Крест» закончил на автопилоте. Он плохо соображал, что делает, как и куда едет.

Когда она ушла, он поставил машину в тени платана и двадцать минут приходил в себя.

Вначале его сильно трясло… Потом он начал улыбаться, как идиот… Затем успокоился и стал тихо материться.

Ну и баба! Она действительно копает про ту свару за забором… Но он-то в девку не стрелял! Он ее пальцем не тронул! Только кулаком два раза врезал и платье разорвал… А когда она свалилась в нокдаун, то на земле ее держал «Ванёк». Обнимал, как родную!

А то, что Рыжикова доской огрел, то это самооборона! Тот тоже мог кирпич поднять и пойти в атаку…

Когда у «Креста» закончились эмоции, он стал трезво размышлять о ситуации… «Рябого» нет в Сочи. И найти его невозможно!.. Но какой-то свидетель вывел журналистку на него. Пока в общем плане, но грозится выдать фамилию и адрес…

Свидетель! Это кто?

Того, кто стрелял – видели всего пятеро.

Дарья Гулько уже никому ничего не расскажет.

Серега Смирнов?.. Нет, это не «Рябой» Ему нет резона светить себя перед журналисткой… И что он ей скажет? «Это я стрелял»… Полный бред!

Олегу Рыжикову никто не поверит!.. Он для всех маньяк! Отсидел свое, а теперь хочет оправдаться. Надо было раньше стараться…

Четвертый, это я – Дима Шохин с кликухой «Крест»… Но с этим всё ясно! Не встречался, не говорил, не предавал…

Остается пятый участник – «Ванёк». Вот он вполне мог заложить всех!.. Слишком чистенький! И родители в белых халатах, и сам весь в белом… Одно слово – интеллигент.

Рассуждая дальше, «Крест» уверил себя, что успешный врач, перед которым млеют все женщины – он и есть свидетель, предатель и просто гад!..

Давить таких надо!

День уже заканчивался, когда в такси «Креста» сел странный пассажир.

Он долго открывал заднюю дверь. А потом ввалился в машину, долго и несвязно размахивая руками и втягивая в салон ноги.

Странным было не то, что этот субъект был пьян как сапожник. Удивительно, что он был в форме лейтенанта полиции… Хотя он был не совсем в форме!

Лейтенант – звание небольшое. Оно для молодых и зеленых. А этот тип был слишком мятый и старый – больше сорока лет. И, опять же, он был толстый и совсем не вязал лыка.

Главное, что заметил «Крест» – этот страж порядка скрипел новой портупеей и кожаной кобурой, которая была расстегнута… А из нее выглядывала запасная обойма в кармашке и край вороненой рукоятки.

Пистолет ПМ не просто выглядывал. Он манил и убеждал, как гадалка на вокзале: «Возьми меня! Я тебе нужен. Я очень хороший и послушный… Бери, и сделай то, что ты должен сделать»…

Поскольку лежащий полицейский не успел сказать адрес, «Крест» поехал в сторону Адлера… За поворотом в аэропорт он развернулся и малой скоростью двинулся в сторону Красной поляны.

Дорога там идет в горы. И есть много боковых проселков, которые через километр заканчиваются тупиком.

Машина свернула налево… Недавно прошел дождь, и «Крест» выбрал очень скользкий путь!

В глубине южного леса нашлось уютное местечко. Справа теплая от солнца скала, слева густые кусты, а посередине куча прошлогодней листвы – сухой и ароматной.

Пистолет пассажира остался в бардачке, а Дима Шохин тащил толстого лейтенанта к мягкой постели. Тот что-то бормотал, пуская слюни, и невнятно перебирал ногами. Примерно, как собака во сне…

«Крест» уложил бедолагу на мягкое место, подгребая листву под голову и делая уютную подушку.

Потом Шохин замульчировал офицера, присыпав его травой, гнилушками, темно-рыжим перегноем и обломками мягких веток…

Было ясно, что в такой постели толстый полицай проспит до утра.

Когда девятка Шохина выехала из Адлера, начало темнеть.

«Крест» знал, что сегодня у Иванченко вечерняя смена. И именно в это время «Ванек» проводит сложные, и не всегда законные операции на своих пациентках.

Было время, когда Шохин завидовал профессии Кирилла. И однажды, напугав его физической расправой, заставил взять на вечерний прием, представив, как профессора из Москвы…

Уже через полчаса «Креста» начало мутить. После четвертой пациентки он сорвал с себя белый халат и выбежал из больницы.

Так только кажется, что это заманчиво!.. Одно дело белозубая девичья улыбка, а другое – стоять и смотреть, как в эти зубы вгрызается бормашина дантиста!

Свет в кабинете Иванченко еще горел… Это был третий этаж, но совсем рядом была пожарная лестница и лепной карниз, позволявший добраться до окна.

И «Крест» полез!.. Это оказалось намного легче, чем представлялось. Карниз оказался широким, а в стене был крюк, позволявший устойчиво стоять и смотреть в окно.

Обычно «Ванек» работал один. Но сейчас, вероятно, шла операция, и вокруг крутились две медсестры… Пациентка была развернута так, что Шохин видел ее лицо и колени… Сестры его не интересовали, а сам врач работал под прикрытием.

В какой-то момент Иванченко встал во весь рост, поднял вверх руки в резиновых перчатках и стал двигать конечностями, делая зарядку. Типа, как в школе: «Мы писали, мы писали – наши пальчики устали»…

«Крест» прямо через окно прицелился во врачебную грудь и выстрелил… Сразу же он рванулся к пожарной лестнице, и всё остальное воспринимал на слух.

Яркий и громкий пистолетный хлопок… Звон разбитого и падающего стекла… Вскрик и стон умирающего Иванченко… Вопль пациентки и грохот падающего кресла… Дружный визг двух медсестер сразу.

Вниз по лестнице Шохин не сполз, не сошел, а слетел. Соскользнул, чуть держась за ржавые трубы.

Девятка пряталась в ста метрах, и через минуту «Крест» уже несся по Курортному проспекту. Он ехал в сторону Адлера!.. Он спешил туда, где под скалой в бурой листве и теплых гнилушках спал толстый лейтенант без пистолета…

Шохин боялся, что страж порядка проснется от света фонарика. Но лейтенант Наливайко еще находился в хорошей кондиции и реагировал на свет индифферентно… То есть, никак не реагировал!

Он спал на левом боку, повернувшись к скале передом, а к лесу задом… Пустая кобура при храпе колыхалась вместе со всем грузным телом.

«Крест» чистым платком протер пистолет, приподнял лейтенантскую руку и вложил в нее ствол… Потом, не прикасаясь голыми пальцами к оружию, Шохин на вороненом затворе наделал множество отпечатков Наливайко и только тогда вложил ПМ в кобуру. Вложил и застегнул.

В последний момент он наломал веток, и этим веником стал заметать свои следы…

* * *

Майор Миша Фирсов не спешил в Хосту с обыском дома Жанны Айвазян. Надо дать возможность Артуру Шмакову вывезти и надежно спрятать гонимого всеми Рыжикова.

Михаил Петрович настроил свою интуицию, которая подсказала, что работать надо в направлении Дениса Зыкова… Это спортсмен, а значит настойчивый, бесхитростный и не очень далекий человек.

Спортсмен!.. Большинство из них, как дети! Или, как армейские прапорщики – «Тренируемся от забора и до обеда»…

В биографии тренера Зыкова смущала одна деталь – двенадцать лет назад кроме Рыжикова, Бардина и Посевина он был знаком еще и наркоторговцем Масловым, который в те годы сел на пятнадцать лет.

Было и еще одно пятнышко в жизни Дениса Зыкова. Три года назад оказалась в тюрьме его первая жена – сорокалетняя Любовь Петровна. Она, якобы, сбила двух пешеходов на «зебре»…

Но, листая дело, майор обнаружил протокол допроса свидетельницы Зинаиды Лобовой. Она сообщала две важных вещи.

Первое – Люба Зыкова безумно любила мужа. Как декабристка! В том смысле, что ради него могла себе всю жизнь покалечить.

Второе – она вовсе не умела водить машину. То есть знала, что в автомобиле есть руль, но даже не слышала про переключение скоростей и педали внизу.

Фирсов позвонил своим ребятам и через час они привезли ему робкую нежную женщину в очках – Зинаиду Лобову.

– Вы успокойтесь, Зинаида Максимовна… Всего несколько слов о вашей подруге.

– О Любаше Зыковой?

– Да, о ней… Она действительно не умела водить машину?

– Абсолютно!.. Это, как посади меня в подводную лодку и прикажи атаковать фрегат!

– Зинаида Максимовна, никто вас не собирается в лодку…

– Это я фигурально выражаюсь, товарищ майор… Не могла Любаша задавить! Для нее всякие педали, рычаги и кнопки в машине – темный лес.

– А почему вы не выступили с этим на суде?

– Мне полковник пригрозил. Сказал, что всё установлено, а меня засудят за лжесвидетельство.

– Простите, Зинаида Максимовна! О каком полковнике речь?

– О Сироткине! Он, товарищ майор, специально вызывал меня по этому делу.

– Понятно! Значит, Любовь Зыкова сидит зря?

– Зря!

– А кто должен сидеть?

– Денис Зыков! Если между нами, то он такая сволочь, как Кащей Бессмертный… А Любушка – ангел! Она, как Прометей – на кусочки готова себя порвать ради любимого…

– Но он хоть письма ей пишет?

– Наивный вы человек, майор!.. Этот подлец развелся с Любой через месяц после суда. Развелся и сразу женился на теннисистке из олигархов… На деньгах он женился! Его бизнес сразу стал пухнуть, как квашня на дрожжах… А бедная Любочка за него сидит в лагере! Где справедливость?

Через час после ухода Зинаиды Лобовой майору принесли полную справку по Валерию Маслову, наркокурьеру, виновному и в ряде других преступлений.

Хорошо, что его не отправили в Мордовию или на Колыму… Он сидит в небольшом лагере под Новороссийском.

Туда и обратно можно смотаться за день!

* * *

Вика любила «Гурама» почти, как родного деда. Он был немножко романтик, слегка чудак и очень добрый.

Совсем недавно они поделили деньги, взятые в сейфе Посевина на четыре равные часть, а сегодня старик передал «Монике» двадцать тысяч долларов – две банковские упаковки с пометками и штампом магазина «Рог изобилия»…

Это была не премия. Эти деньги должны были пойти на продолжение игры.

Теперь под расклад попал владелец теннисных кортов, хозяин спортивной школы Денис Иванович Зыков… Сейчас именно он стоял на направлении главного удара!..

«Гурам» объяснил Виктории задачу, и девушка загорелась! Это тонкая и деликатная работа. Тут нужен не простой артистизм, а что-то вроде гипноза…

К вечеру «Моника» знала всё о Зыкове. Это властный и грубый спортсмен. Он везде шел напролом и добивался своей цели… Единственная его слабость – женский пол.

Как в большинстве театров все актрисы двигаются к первым ролям через постель главного режиссера, так примерно и в спорте.

Те ученицы, за которых платили большие деньги, были свободны от поползновений тренера. А те девушки, которые шли к победе через труд и талант, могли засохнуть на корню!.. Ведь именно главный тренер распределял игры, места, поездки, рейтинги.

Последнее время Денис Иванович немного притих. Если его старая жена Люба старалась не замечать шалостей мужа, то новая, молодая спортсменка Надежда была совсем другой.

Она и сама не любила секс, но и мужу воли не давала. А поскольку ее родитель был лицом влиятельным, то Зыков рисковал потерять весь свой бизнес – все свои корты вместе с теннисистками.

Теперь Денис разрешал себе редкие связи на стороне. Их легче скрыть!

Утром «Ботаник» сообщил, что жучки в квартире Зыкова заработали. И первая новость меняла всю схему игры… Юра Вилькин узнал, что недавно жена клиента улетела в Европу на какой-то мелкий турнир.

Денис остался один в квартире и вечерами спасался алкоголем от шальных мыслей.

Весь день «Моника» провела в парикмахерских, у психологов и у стилистов по одежде.

А за минуту до приезда Зыкова домой по команде «Ботаника» ее «Опель» встал поперек тихой улицы, перегородив движение… Хорошо еще, что никто никуда не двигался!

Виктория Марфина вылезла из машины и при полном параде, при бриллиантах и макияже открыла капот… За несколько секунд она испачкала всё, что можно: и лицо, и одежду, и руки…

Через минуту на тихую проездную улицу вкатился «Мерседес» Зыкова.

Как вежливый автомобилист он вышел, чтоб выяснить, какого черта какая-то колымага перегородила его дорогу.

Но подойдя поближе, он остолбенел! Милая девушка так ему улыбнулась и так сверкнула бриллиантами, что он поплыл…

Он понял, что сегодня не сможет сохранить супружескую верность.

Но не всё так просто! Это произойдет, если ему удастся очаровать эту красотку…

Некоторые из них всегда готовы. А иногда попадаются особы очень строгих правил. Как в Институте благородных девиц – в первый день можно лишь разговаривать, на третий дотрагиваться, на пятый целоваться, а после Загса – всё остальное.

Зыков с видом знатока заглянул в мотор «Опеля».

– Двигатель заглох?

– Да!.. Я с ним и так, и так. А он что-то не едет, и всё тут.

– Да, знакомая ситуация. У меня много раз это случалось… Меня, кстати, Денисом зовут.

– Очень приятно!.. А я – Виктория!

– Раз ваше имя Вика, то значит, что вы победительница… Починим мы вашу подружку.

– Ой, вы мне поможете? Я так благодарна!

– Какая благодарность! Легкий поцелуй, и всё!

– Сейчас?.. Даже не знаю, Денис. Я, конечно, готова, но посреди улицы как-то…

– Не надо посреди!.. Мы сделаем так, Вика. Сейчас я подпихну вашего «Опеля» к обочине. Потом мы поднимемся ко мне. Я вызову мастера. А пока он будет чинить, вы помоетесь и тогда уж благодарность…

– Я очень грязная?.. Скажите правду, Денис – я страшная?

– Ты прелесть, Виктория!.. Но мыться придется хорошо, под душем. А я еще бензином протру, где не отмоется…

Они вдвоем оттащили «Опель» на край дороги. Потом сели в «Мерседес», проехали сто метров и остановились у подъезда Зыкова.

На улице уже был полумрак, и они незаметно пробежали к лифту… И никакие соседи пока не встретились!

Зыков знал эту закономерность – если ему начинает везти, то везет во всем и до конца.

В лифте он обнял девушку за талию… Вика отстранилась, но не испугалась и не отшатнулась. Она как-то скромно и виновато улыбнулась. Вроде того, что я знаю – это нехорошо, но мне приятно!

Денис Иванович наполнился радостным ожиданием, чувствуя, что с этой красоткой всё получится. И это будет триумф!.. Это будет кайф!

Когда они вошли в квартиру, Зыков действительно позвонил кому-то насчет ремонта машины, но мастер сказал, что починит завтра утром.

Девушка совсем засмущалась, понимая, что Денис предложит остаться. Но пока он нашел чистый бензин для зажигалок и бросился готовить ванну.

В этот момент «Моника» открыла дверь, пропуская ребят, которые пробежали в кабинет.

Зыков повел Викторию в ванну, объясняя, что черные масляные пятна она сама мылом не отмоет. Надо протереть бензином!

Дальше шла долгая игра. Через пять минут скромная девушка согласилась снять платье, которое мешало бензиновой протирке… Еще через десять минут он убедил Вику, что сам поможет ей помыться.

Она залезла в ванну, все меньше и меньше стесняясь… А Денис снял рубашку и начал доброе дело! Он медленно мылил красавицу, прикасаясь к ней и получая сладкое эстетическое наслаждение.

А «Ботаник» и Боря Гусев работали в кабинете Зыкова…

Сейф поддался почти сразу!

В него легли старые воровские отмычки, печать «Рога изобилия», письма любовниц Посевина и две полновесные пачки долларов, помеченные бухгалтерами супермаркета.

Часть второстепенных документов фирмы была спрятана в книжном шкафу и в столе. От себя лично «Ботаник» добавил пакетик героина… Так, для верности!

Когда все было кончено, Гусев позвонил соседям по площадке и позвал их в квартиру Зыкова. В коридор, поближе к двери, за которой журчала вода!

А «Ботаник» распахнул дверь ванной, начал фотографировать происходящее и орать обидные слова. Типа: «Опять ты взялась за свое, шалава! На минуту нельзя оставить. Везде мужика найдет… Вот шлюха, на старого кобеля позарилась»…

Скандал длился минуту! Потом голая «Моника» вытащила Дениса в коридор и, плача, с платьем подмышкой побежала к лифту… Ребята, прикрывая лица, рванулись за ней…

Вперед к родному «Опелю» с новыми номерами!

А мокрый Зыков стоял с намыленной мочалкой и смотрел на соседей… Он думал, что это самое страшное на сегодня.

Но он ошибался!

Через десять минут в полицию Сочи поступил странный звонок. Мужчина с украинским акцентом утверждал, что он вор Вова Терещенко. Они вместе с другом Денисом Зыковым брали сейф хозяина «Рога изобилия»… Все вещи сейчас в квартире тренера, в его кабинете, прямо в сейфе…

Еще через сорок минут к Денису Ивановичу Вежливо позвонила опергруппа с понятыми из тех же соседей… Следователь спокойно попросил показать сейф, повторяя, что это не обыск, а осмотр.

Ничего не подозревая Зыков открыл свой сейф…

Затем на него надели наручники.

А потом, когда обыскали всё и обнаружили вещдоки в шкафах и в столе, подозреваемого отвезли в СИЗО.

* * *

Лагерь под Новороссийском прятался в горах.

На первый взгляд он напоминал каменоломню, цеха по производству блоков из ракушечника, административный корпус и бараки для рабочих.

Всё так и было! Только по краям стояли вышки наблюдения, в нужных местах была протянута колючая проволока, и рабочих охраняли профессионалы. Они ходили без погон в обычном пестром камуфляже.

Оружие у них было, но они старались его не светить. А зачем пугать мирных людей?..

Совсем недалеко большой город, веселые пляжи, шумный порт, толпы туристов… Ну зачем распускать слухи о лагере, о заключенных и об охране с большими автоматами.

А каменные блоки позарез нужны городу! Вот и создали эту каменоломню особого режима… Здесь не было убийц, насильников и грабителей. Только воровавшие бухгалтеры, взяточники, жулики и, в крайнем случае, наркоторговцы…

Майора Фирсова встретили и провели в административный корпус. Там в кабинете начальника лагеря его ждал Валерий Маслов… Сидеть в лагере и пилить камень ему надоело! Но через год намечалось освобождение.

Целый год! И прожить его хотелось так, чтоб не было мучительно и больно…

Начальник решил деликатно удалиться, но Фирсов попросил подполковника остаться. Майор понимал, что могут возникнуть вопросы, которые надо решать срочно.

Маслов стоял в центре кабинета, держал руки за спиной и начинал понимать, что сейчас с ним будут торговаться.

– Слушаю вас, граждане начальники. Готов к любым поворотам судьбы… Могу даже выпить чая и покурить.

Фирсов жестом пригласил Маслова сесть напротив и улыбнулся самой добродушной улыбкой.

– У вас огромный опыт, Валерий! Будет вам и чай и курево… Но потом! После короткого разговора.

– Почему короткого? Я готов сидеть здесь до вечера. Надоел визг пилы по камню.

– Это хорошо, что надоел!.. Но разговор у меня про Дениса Зыкова. Помните такого?

– Ой, помню, начальник! Когда все волосы в каменной пыли, то память сохраняется намертво… Зыков – это трус! Его друг хотел купить героина, а Дениска не смог ему передать. Испугался!

– Когда это было?

– За два месяца до моей посадки… Я имею ввиду – до первого ареста.

Фирсов быстро пролистал дело, подмигнул подполковнику и стал потирать руки от удовольствия.

– Значит, это было за неделю до убийства Даши Гулько?

– Да, где-то так! Я помню этот ужас! Жалко девочку… И вот Зыков привел ко мне своего друга.

– Имя, фамилия, приметы…

– Начальник, вы много от меня хотите! Прошло двенадцать лет… Помню, что звали Роман. Это точно – так, как мою овчарку… А фамилия связана с сельским хозяйством.

– Это как?

– Не помню точно, начальник!.. Ну, там – вспашка, уборка, прополка…

– Посев!.. Хозяин «Рога изобилия» Роман Посевин.

– Точно он. Вижу его, как живого… Он взял у меня два пакета героина и еще пять доз.

Фирсов встал и, размахивая руками, начал ходить вокруг Маслова, пытаясь сбить волнение.

– Молодец, Валерий!.. Именно столько нашли у Рыжикова. И теперь ясно, что не он убивал ту девушку. Его подставили друзья.

– Начальник, но это подло с их стороны!

– Еще как!.. Вот ты, Валера, сидишь за дело, а Рыжиков отсидел за просто так!

– Жалко парня!

– Помоги ему, Маслов!.. Всё, что ты сказал про Посевина, надо под протокол. И опознание по фото… Валера, он подлый фраер! Его можно заложить. Это по понятиям!

– Я готов, начальник!.. Но не за так.

– Что ты хочешь?

– Завтра у нас освобождается библиотекарь… Я хочу поближе к книгам! Мечтаю раздавать людям разумное, доброе, вечное.

Фирсов взглянул на подполковника… Тот тяжело вздохнул и кивнул.

– Договорились, Маслов! Завтра будешь библиотекарем… А сейчас пишем протокол!

– Как скажете, начальник!.. Только вы обещали блок сигарет и чай с пирожными…

* * *

Впервые адвокат Штурм был в таком сложном положении.

Его клиентом стал Денис Зыков, которого обвинили во взломе сейфа хозяина «Рога изобилия» Посевина.

В СИЗО, на встрече с адвокатом Зыков заявил, что у него есть алиби. Весь тот день он провел с молодой теннисисткой в горах, в охотничьем домике.

Штурм проверил! Девушка смущалась, но подтверждала, что всё так и было… Почти победа, но клиент запретил говорить об этой встрече.

Разрыв с богатой женой страшнее отсидки!

Вещи Посевина могли подложить в сейф Зыкова те трое – девушка из ванной и два парня… Но клиент и об этом просил молчать.

Разрыв с богатой женой страшнее отсидки!

Подследственный Денис Зыков убеждал адвоката, что это происки Рыжикова, но эти дни Олег был под присмотром, а сейчас он вообще живет в коттедже Семена Осиповича Штурма.

Адвокат решил, что без объяснения причин следует отказаться от защиты Зыкова и без всяких официальных бумаг начать разбираться в деле Рыжикова.

Да, Семен Штурм потеряет на этом много денег! Но чистая совесть дороже… Тем более, что победа в деле Рыжикова так высоко поднимет рейтинг адвоката, что он быстро покроет потери от Дениса Зыкова.

Совесть – хорошо, но денежки счет любят!

* * *

Полковник Сироткин был похож на голодного тигра. Он немножко рычал и мягко ходил кругами.

В центре кабинета стоял толстый лейтенант Наливайко… Если продолжать звериную тему, то он напоминал ягненка, которого готовили к закланию.

Сироткин держал в руках заключение экспертизы о том, что гинеколог Иванченко прострелен именно из пистолета лейтенанта…

Врач, слава богу, не погиб, но правая рука раздроблена у плеча, и ее пришлось отнять. Теперь кандидату наук придется проститься с профессией – какой гинеколог с одной левой рукой?

А у Ивана Наливайко были алиби, но все косвенные.

Друзья лейтенанта сознались, что в конце дня они так набрались, Иван Тарасович ни одного лыка не мог связать! Он был не просто под мухой, а пьян, как стелька… Такой человек будет спать сутки, а не по карнизам лазить.

Опять же комплекция! Как такому толстому и неуклюжему лазить по пожарной лестнице. Да еще под крепким градусом.

Нет, Наливайко физически не мог стрелять в Иванченко. Но кто тогда пулял из его пистолета?

Для Сироткина вопроса не было! Это, конечно, маньяк и рецидивист «Хруст» – Рыжиков Олег Анатольевич…

Полковник чуть успокоился и подошел к столу, где были разбросаны фотографии «Хруста».

– Подойди сюда, Наливайко!.. Посмотри внимательно на эту рожу! Это гад по фамилии Рыжиков. Именно он украл у тебя пистолет и стрелял во врача.

– Вот сволочь!

– Сейчас ты пойдешь в соседний кабинет и при понятых из трех фото уверенно опознаешь вот этого… Он встретил тебя в темном переулке, оглушил и забрал ствол.

– Так точно, товарищ полковник… Но он почему-то вернул оружие.

– Он пошел к больнице, выстрелил в Иванченко и вернул тебе оружие. Он хотел все стрелки перевести на тебя.

– Вот мразь!.. Теперь, значит, мне за него сидеть.

* * *

Когда Оксана пришла к Максиму Борисовичу Горюнову, он был не один. Рядом с ним за столом сидела миловидная женщина лет пятидесяти.

– Знакомьтесь, Оксана. Это, можно сказать, моя подружка. Моя старая любовь… Не то, что она старая, а просто мы с ней вместе очень долго дружим… Короче – это Корнеева Надежда Васильевна.

– Очень приятно!

– Так вот, Ксюша! Двенадцать лет назад Надя еще в машбюро милиции работала. Тогда нас только начали переводить на компьютеры… Я знаю, что вы принесли протоколы общего собрания акционеров «Рога изобилия»?

– Да… Я и другие документы принесла.

– Отлично!.. Как вы мне сказали, Оксана, про эти протоколы, я сразу протрепался об этом Корнеевой. Она надежная подруга – никогда не выдаст… Так вот, Надя вспомнила, что она для Сироткина печатала что-то такое похожее.

– Когда?

– Двенадцать лет назад… Надя, садись поближе. Давай смотреть документы.

Смотрела бумаги только Корнеева. Она нашла что-то на первых секундах, но у нее были стальные нервы. Надежда тянула до десяти минут, и только потом начала говорить.

– Я узнаю свою машинку. Вот буква «М» выступает, а «Р» скошена. И текст я помню. Вот эти бумаги печатала я!.. Сироткин принес черновики и попросил сделать быстро. Он даже денег мне дал… Я виновата, Оксана, но я не знала.

– Не волнуйтесь, Надежда Васильевна. Эти протоколы – только часть их плана… А зачем он у вас печатал, а не на стороне?

– Так ему подпись была нужна. Вот тут фамилия Рыжикова… Сироткин поехал тогда в СИЗО с кучей документов. Заодно и эти подписал.

– То есть, вы думаете, что Рыжиков подмахнул всё не глядя?.. Значит это липа!

– А что тут думать! Я историко-архивный институт кончала, и не одной бумажки не выбрасываю У меня дома черновики этих протоколов остались. С рукописными вставками.

– Правки делал Сироткин?

– Нет, Оксана. Почерк полковника я знаю хорошо… Это кто-то другой. Вероятно тот, кто оплачивал эту подлость.

– Вероятно, Роман Посевин.

– Вам виднее!.. Завтра утром я принесу черновики. Сверяйте почерк… А если надо, я и в суде могу подтвердить… А что? Сироткин надоел всем хуже горькой редьки.

* * *

Ближе к ночи в кабинете Артура Шмакова собралась пятерка заговорщиков… Он сам, Оксана, майор Миша Фирсов, частный сыщик Максим Борисович Горюнов и адвокат Штурм.

После часа обсуждения стало ясно, что документов более чем достаточно для оправдания Олега Рыжикова и для уголовного дела на Сироткина, Посевина, Бардина и Иванченко…

Впрочем «Ванёк» и так уже получил свое – лишился руки.

Можно готовить документы и составлять иски.

Всё так!.. Но если начать это, как положено по закону, то улики быстро растеряют, а нужные люди дело замотают и развалят.

Какая радость генералам, что подчиненный им полковник вор, жулик и даже бандит?.. Всё спустят на тормозах, а виновным окажется стрелочник – майор Фирсов!

Хитрый еврей Штурм предложил простую идею. Надо сначала вбросить эти документы в прессу, а когда поднимется шум, тогда начинать юридические действия…

Все согласились, но Артур Шмаков решил творчески развить идею.

– Пресса может не дать скандала. Кто сейчас читает серьезные статьи!.. Нам нужен страшный фильм про оборотня и его подручных. Или убойная передача, как у Игоря Бардина.

– Бардин – хитрая бестия!.. Ты думаешь, он будет вещать сам против себя?

– Нет, конечно!.. Но у меня есть знакомая журналистка из команды Бардина. Она зла на шефа, но пока у него работает… Если Оксана не будет ревновать, я готов попробовать завербовать Аллу Львовну.

– Не буду ревновать! Я тебе верю… Если для пользы дела, то я почти на всё согласна!.. Ты только интим ей не предлагай!

Алла Лещинская была всего на пять лет младше Шмакова. И если бы Оксана знала историю их знакомства, то ревновала бы на всю катушку.

Год назад Артур по делам поехал в Москву. И соседкой по купе в «СВ» оказалась журналистка из передачи Игоря Бардина «Под небом голубым»…

С первого взгляда между ними завязался бурный роман, который длился всю дорогу!.. А в Москве на Курском вокзале страсти сразу улеглись, хотя взаимная симпатия осталась.

В пути, в процессе откровенного общения Шмаков узнал, что Лещинская не просто не любит Бардина, не просто злится на него – она своего шефа терпеть не может!

Дело в том, что ведущий передачи «Под небом голубым» стал ленив и заносчив. Он потерял кураж!.. Почти всю передачу за него готовит Алла и другие сотрудники… Даже текст всех комментариев пишет Лещинская и выставляет на «суфлере».

Бардин лишь приходит под грим, потом становится перед камерой, вешает на себя ехидную улыбку и зачитывает текст… Прохвост!

Это было год назад!.. Артур очень боялся встречи с Аллой Лещинской. Боялся и ее и себя!

Но журналистка оказалась более практичной. Она начала с того, что приятный эпизод в поезде придется забыть… Почему? А потому, что и Шмаков недавно женился, и Алла готовит себя под венец.

– Было хорошо, Артур, но всё! Проехали!.. Ты что-то от меня хотел?

– Да, Алла! Это чисто деловое предложение… Хочу дать тебе бомбу, которая взорвет Бардина, а тебя поднимет наверх.

– Пока не поняла.

– Есть точные материалы и доказательства, что друзья Бардина и он сам причастны к убийству… Очень давно они подставили своего друга, посадили на двенадцать лет и захватили его бизнес. А помогал им капитан Сироткин… Теперь он полковник.

– Уже интересно!

– Есть документы, свидетели, убойные видеокадры. Есть люди, готовые дать интервью. Есть фальшивки, которые делал Сироткин… Если ты смонтируешь эту передачу и дашь в эфир, то ты проснешься звездой. Ты будешь сама вести эту передачу!.. А Бардина сразу снимут и посадят.

– Да, но Бардин никого не подпускает к эфиру.

– Когда твоя передача будет готова, мы сделаем так, что он на неделю передаст микрофон тебе.

– Я согласна!.. Когда начинаем работать?

– Уже сегодня!

* * *

Операция готовилась быстро, но тщательно!

Фирсов лично обклеил Оксану микрофонами, диктофонами и всякими сигнальными «жучками».

Алла Лещинская держала под парами микроавтобус с надежными операторами.

Машину «Креста» вели уже несколько часов… И вот у вокзала, когда он высадил загорелую парочку с чемоданами, к нему подсела она – та самая журналистка, которую он возил несколько дней назад.

– Здравствуйте, Дима Шохин.

– Откуда вы знаете мое имя?

– От Кирилла Иванченко… Вы плохо стреляете, «Крест». Врач жив, только теперь он без правой руки…

– Вам куда ехать?

– Вперед!

«Крест» от страха начал движение неуклюже и крепко поцарапал стоящий впереди «Мерседес».

Девятка с визгом вышла на полную скорость и стала прорываться на набережную реки. Потом он свернул на улицу Макаренко, а затем на Вишневую, которая выводила в горы.

Там, где кончается асфальт, Шохин немного расслабился. Простенькие дачки остались позади, а впереди лесистые скалы и тишина…

– А вы смелая женщина!

– Мне все так говорят.

– Вы одна работаете или с друзьями.

– Одна, Шохин… Я одинокий волк! Сначала собираю всю информацию, пишу статью, а уж потом показываю редактору.

– А зовут тебя как?

– Оксана… А куда мы едем?

– Вперед, Ксюша!.. Значит, все документы ты возишь с собой?

– Да, вот в этом портфеле… Но тут не всё. Я не знаю, кто был заказчик избиения Рыжикова? Кто вложил ему в руку пистолет? Кто подложил пакетики героина?

«Крест» явно потерял осторожность. А зачем что-то скрывать? Этой журналистке жить осталось полчаса… Надо свернуть в лес, и там без крови и визга удавить гадину.

А пока пусть она узнает всё!.. Говорят, что для журналиста это самый кайф.

– Дурочка ты, Оксана! Заказчик – это самое главное. А о нем знаю только я… Я бы сам не знал его фамилии, если бы он постоянно на экране не вертелся.

– И кто это?

– Игорь Бардин. Он – ведущий шоу «Под небом голубым»… Очень честный человек! Он деньги нам вперед заплатил.

– Он был рядом, когда «Рябой» убивал Дашу.

– Да! Он за кипарисом стоял… А когда я вырубил клиента, то Бардин взял у Смирнова наган, протер его, и положил в руку Рыжикова… Он же и героин ему подсунул.

«Крест» свернул влево и через сто метров уткнулся в скалистый тупик. Самое удобное место для акции.

– Странная ты девка, Оксана!.. Тупая, что ли?

– Почему это?

– А ты понимаешь, что я тебя сейчас убью?

– Вряд ли, Шохин!.. Я заговоренная.

– Это мы сейчас посмотрим!.. Вот дура-девка.

«Крест» вышел из машины и захлопнул дверь… Он хотел обойти свою девятку и вытащить глупую бабу на природу.

Но Оксана успела нажать кнопочки на всех окошках, заблокировав открытие дверей.

Шохину оставалось только найти в темноте увесистый камень и разбить одно из окон… Он прижался лицом к лобовому стеклу, рассматривая, что делает пленница…

А журналистка полезла куда-то в район декольте, вынула маленький микрофон на проводке и очень громко сказала: «Пора, ребята. Он готов».

И сразу совсем рядом вспыхнули фары и заурчали моторы нескольких машин.

«Крест» хотел бежать, но он сам завез журналистку в тупик… А вскоре десяток человек прижали его к скале. И именно туда были направлен свет всех машин…

Пока Алла Лещинская со своими операторами настраивала светильники и микрофоны, Фирсов проводил с задержанным воспитательную беседу.

– Послушай меня, Дима… Ты влип по уши. Тебе светит пожизненное!

– Почему?

– По совокупности!.. Ладно бы один случай с Рыжиковым. Это давно было… Но зачем ты у лейтенанта ствол украл? Зачем гинеколога подстрелил?.. А сегодня, Шохин, мы предотвратили убийство нашего сотрудника… Все твои угрозы записаны, а понятые их слышали. Уже не отвертеться!

– Так эта Оксана – она значит не та которая, а вроде как из ваших?

– Не вроде как, а точно!.. А убийство сотрудника полиции это вышак! Закроют тебя на пожизненное.

– И что мне делать?

– Выход один! Здесь и сейчас ты перед камерой говоришь всё про подставу Рыжикова, про заказчика Бардина, про его друзей, про следователя Сироткина…

– Вы и о нем знаете?

– Да, «Крест», мы всё знаем!.. Ты говоришь всё на камеру, а я забываю о покушении на Оксану!.. Дашу Гулько ты не убивал?

– Нет! Это «Рябой».

– Так, Дима. Значит и этот эпизод можно закрыть… Остается выстрел в Иванченко!.. Поскольку он жив, а ты сотрудничал со следствием, то дадут тебе пять лет. А через три года выйдешь на свободу с чистой совестью… Иначе пожизненное!

– Я согласен! Я всё скажу на камеру… А с Иванченко – это случайность! Я в окно заглянул, а он там девушку мучает… И я случайно выстрелил.

– Может быть, Дима. Тогда получишь условно. Мы потом разберемся… Алла Львовна! Вы готовы?.. Наш клиент жаждет сотрудничать.

Лещинская вошла в кадр и встала у скалы рядом с испуганным и подавленным «Крестом»…

На них были направлены две камеры. Одна из них показывала двух собеседников у поросшего мхом утеса, а другая ловила их крупные планы.

Журналистка профессионально и быстро настроилась, установила нужное лицо, проверила свой вкрадчивый голос и начала запись.

– Друзья! Наше криминальное шоу называется «Под небом голубым». Но сегодня мы работаем ночью вместе с нашей доблестной полицией… Только что сотрудники убойного отдела задержали Дмитрия Шохина. И он сам хочет рассказать о своей сложной судьбе… Говорите, Дима!

– Я всё скажу! Чистосердечно… Двенадцать лет назад ваш ведущий Игорь Бардин положил глаз на невесту Олега Рыжикова и попросил нас крепко его избить. До полусмерти или совсем…

– А как там оказалась Дарья Гулько?

– Дашку мы прихватили для приманки… А у Сергея Смирнова был наган… Когда Рыжиков подошел, то девка вырвалась и заорала. И «Рябой» в нее пальнул…

Шохин рассказывал подробно и эмоционально.

Изредка Лещинская вставляла уточняющие вопросы, а «Крест» говорил и говорил…

На последний вопрос Алла не очень рассчитывала. Она задала его потому, что должна была задать.

– Дима, а где сейчас убийца Сергей Смирнов?

– Он не живет в Сочи. Он бывает здесь изредка, когда его вызовут на работу.

– Так он работает?

– Да! «Рябой» сказал мне, что служит в полиции.

– Кем?

– Киллером… Когда возникает нужда, его вызывает полковник Сироткин. «Рябой» проводит акцию и уезжает… Непыльная работенка!

* * *

За три дня Алла Лещинская взяла десять интервью. Тут и наркокурьер Маслов на фоне тюремных книг, тут и Надежда Корнеева, печатавшая подложные акты, и бывший врач Иванченко, лежащий в отдельной палате, и понятые из «Аркадии» и сам невинный Олег Рыжиков.

Еще через день Алла Львовна смонтировала передачу.

А завтра – суббота! Вечером должна выйти передача «Под небом голубым».

* * *

После смерти брата и его жены Игорь Бардин совсем сник. Он сразу понял, что покушались на него. И тот, кто хотел его смерти, повторит попытку в ближайшее время.

И совсем не обязательно, что это будет опять пуля. Подойдет и яд в чайном пакетике, и нож в темном подъезде, и случайный кирпич на голову.

Это не простое дело – жить и ждать своей смерти!.. Всю неделю знаменитый ведущий пил.

А вечером в пятницу ему позвонил «Крест». Неожиданно позвонил – как снег на голову.

Все эти годы они почти не общались. Но каждый помнил: кто есть кто!.. Каждый знал все обстоятельства дела и дружков друг друга…

По телефону «Крест» говорил сложно! Как лектор или философ…

Бардин и подумать не мог, что это был звонок из кабинета майора Фирсова.

– Я понимаю, Игорь Викторович, что мы с вами из разных слоев общества.

– Что?

– Я имею в виду, что у нас разный социальный статус.

– Ну и что?

– Я бы не осмелился позвонить вам, но речь идет о вашей жизни… Есть такая категория – совесть! И она меня замучила.

– Послушайте, Дмитрий! Я прошу конкретней и точнее.

– Мне приятно, господин Бардин, что вы помните мое имя! Но вас хотят убить… Я не собираюсь быть соучастником!

– Бред!.. Кто меня хочет убить?

– Вот скажите, Игорь, вашего брата убили из нагана?.. А кто у нас любитель этих револьверов?

– Это «Рябой»!.. Это Сергей Смирнов за мной охотится?.. Но его же нет в городе.

– Ошибаетесь, Бардин!.. Сейчас он в Сочи. И он собирается убить вас.

– Когда?

– Завтра. В субботу… Еще до эфира передачи «Под небом голубым»… Это точно!

Бардин налил себе полный стакан и залпом выпил… Хотя, после такого разговора надо не водку жрать, а принимать конкретные решения…

Бардин совершенно не знал, что делать, но положение спас второй звонок.

Старый московский знакомый с ведущего канала Центрального ТВ предложил обсудить перевод «Голубого неба» в Москву… А что? Шоу сделано круто, а столица всегда собирала таланты…

Бардин не мог знать, что и этот звонок через свои связи подработал майор Фирсов.

Теперь выход был очевиден!.. На ночь глядя, Игорь Бардин поехал на Красную поляну.

Проезжая Адлер, он заехал в аэропорт и взял билет на Москву… Самолет полетит в субботу поздно вечером, но здесь в горах у Олимпийской стройки «Рябой» его не найдет.

Уже из машины Игорь Викторович позвонил руководству сочинского ТВ. Он наврал про свою скоропостижную болезнь, и попросил на завтрашнее шоу выпустить Аллу Лещинскую… Она подготовила передачу про коррупцию в школах, про поборы и платные оценки за ЕГЭ…

Это очень важная тема!.. Пусть Алла попробует, пусть тренируется… Может что-то путное у нее и получится.

Бардин сидел в дешевой гостинице Красной поляны… До регистрации в аэропорту оставалось три часа. А дороги туда не больше часа!

За долгие годы он привык волноваться в субботний вечер… Шоу «Под небом голубым» уже началось, но смотреть на Лещинскую ему не хотелось.

Он машинально включил телевизор, ожидая текст про школьные столовые, про деньги на шторы, про подсказки на ЕГЭ.

Но Лещинская говорила о чем-то другом… Потом появилась скала, а на ее фоне испуганный «Крест».

Дмитрий Шохин торопливо сообщал, что Бардин – заказчик избиения и подставы Рыжикова. Дело в том, что Игорь влюбился в невесту Олега и решил уничтожить противника… Это журналист Бардин подложил Рыжикову револьвер в руку и героин в карман…

Игорь Викторович не слышал всего остального! Он со злостью выключил телевизор, схватил сумку и решил ехать в Сочи… Ему вдруг представилось, что он успеет к началу передачи, выкинет из эфира заразу Лещинскую и начнет вещать сам.

Уже в своей машине, которая зигзагами скатывалась с гор Красной поляны, пьяный Бардин понял, что ничего нельзя вернуть.

Лещинская за несколько секунд сбросила его с пьедестала местного ТВ!

Теперь надо думать о том, как не загреметь в тюрьму по уголовному делу… Соучастие в убийстве тут не пришить!

Заказал избить Рыжикова?.. Да!

Взял у Посевина героин?.. Да!

Подложил Олегу ствол и наркотики?.. Да!

Это всё нехорошо! Но это мелочи… Есть же у них какой-то срок давности?.. Конечно, есть? Должен быть!..

Это была последняя мысль Бардина… Навстречу ему на Олимпийскую стройку летел МАЗ с бетонными блоками.

Бардину надо было прижаться вправо. А он крутанул руль влево и начал тормозить.

На мокрой грязной дороге «Мерседес» развернуло, и он подставился правым боком под МАЗ.

Грузовик пытался замедлить ход, но инерция бетонных блоков тянула его вперед.

МАЗ своими огромными колесами начал со скрежетом подминать под себя «Мерседес» вместе с водителем… Вместе со знаменитым журналистом Игорем Бардиным.

МАЗ остановился!.. Шофер выпрыгнул и побежал назад…

В десяти метрах за его машиной на дороге лежала горка искореженного металла и всего остального…

* * *

Через месяц после похорон Игоря Бардина в коттедже адвоката Штурма намечался банкет.

Семен Осипович решил ярко отпраздновать несколько своих побед.

Штурм добился полного оправдания Рыжикова и подал иск о возмещении морального вреда.

Далее – адвокат переделал всю собственность на Олега. Теперь Рыжиков опять хозяин сети магазинов «Рог изобилия»…

К банкету было все готово! Народ уже сидел за столом и ждал…

Лещинская с Оксаной живо говорили о своем, о девичьем… Голодный Артур Шмаков незаметно хватал со стола куски ветчины и семги.

Ждали двоих!..

Опаздывал Олег Рыжиков и задерживался подполковник Михаил Фирсов.

Первым появился виновник торжества… Но Олег пришел не один. С ним была женщина тридцати пяти лет и одиннадцатилетний парень.

Рыжиков был взволнован и говорил сбивчиво.

– Друзья! Я хотел вас познакомить с Кристиной. Это моя бывшая невеста. Тогда ее обманули, и она думала, что я плохой, а Бардин хороший… Но когда она посмотрела передачу Аллы Лещинской, то поняла, что всё наоборот… Короче, мы опять решили пожениться!

Публика одобрила, но как-то вяло. Никто не выразил восторга… Ни один не закричал «Горько!»

Оно и понятно!.. Кристина – вдова Бардина. Он, конечно, нехороший человек, но через месяц после похорон выскакивать за другого. Странно!

Оно вроде да!.. Но как-то не по нашему!

А Олег продолжал.

– А этого парня зовут Павел… Кристина созналась, что это мой ребенок!.. Пока у него документы неправильные, но скоро мы всё поменяем. Он будет настоящий Павел Олегович Рыжиков.

Народ более активно поддержал растерянного парня, который вдруг сменил любимого отца на незнакомого дядю…

И тут появился последний задержавшийся. Офицер полиции с новенькими погонами подполковника.

Миша Фирсов сиял, как блин с икрой!

– У меня есть новости! И все хорошие. Слушайте и одобряйте!.. «Рябого» задержали в Майкопе. На нем куча убийств, и его ждет пожизненное… Далее – Зыков пока сидит за грабеж сейфа в «Роге изобилия»… А Посевина арестовали сегодня днем. У него букет лет на десять – дача взяток, связь с криминалом, ну и прошлые дела… Теперь самое главное – вчера сняли полковника Сироткина. Он ходит под уголовным делом как взяточник, мошенник и заказчик убийств… Вот такие дела!

От всех этих новостей за столом начался шум. Но опытный адвокат Штурм решительным жестом прекратил обсуждение и восстановил тишину.

Семен Осипович хитро посмотрел на Фирсова и спросил.

– Но скажите мне, подполковник, а кто теперь сядет на место Сироткина?

– Скажу!.. Час назад меня вызвал генерал и сообщил, что командовать парадом буду я!

Content

Анатолий Галкин
Срок давности