Steve Blake

Scott Lloyd

Пендрагон.Король Артур: рождение легенды

Стив Блейк, Скотт Ллойд

ПЕНДРАГОН

КОРОЛЬ АРТУР: РОЖДЕНИЕ ЛЕГЕНДЫ

Москва

«Вече»

2006

ББК 63.3(0)4 Б 68

Блейк Стив, Ллойд Скотт

68 Пендрагон / Стив Блейк, Скотт Ллойд. — М. : Вече, 2006. — 352 с.,ил. — (Ключи от Авалона).

ISBN 5-9533-1173-7

О короле Артуре — полулегендарном доблестном воителе, вожде древних бриттов, написано немало; существует множество версий о том, где искать остатки его резиденции и место его последнего упокоения. Авторы этой книги не просто предлагают свой вариант ответа на эти «вечные вопросы» британской истории. Им удалось разыскать на земле Уэльса места, где в старинных селениях доныне сохранились церкви, посвященные воинам Артура, уцелевшим в его последней битве, где о нем напоминают местные предания и древние манускрипты. Из книги вы узнаете интересные подробности из истории древних кельтов и их во многом загадочной культуры, о бесстрашных рыцарях, посвятивших жизнь поискам Святого Грааля...

ББК 63.3(0)4

Steve Blake, Scott Lloyd.

Pendragon.

The Ddefinitive Account of the Origins of Arthur.

London: Rider / Ebury Press, 2002

ISBN 5-9533-1173-7

© Ebury Press, 2002

© Соколов Ю.Р., перевод на русский язык, 2006

© ООО «Издательский дом «Вече»,2006

Моему сыну Адаму Кинану,

чтобы, став взрослым,

знал сказания своего народа

и землю, на которой родился.

Он — дар мой неоценимый;

да найдет он свой Святой Грааль.

Стив Блейк

Моей сестренке Фей: пусть твое будущее

превратится в одну сплошную улыбку.

Скотт Ллойд

Благодарность

Приносим сердечную благодарность Сью Лассель и всему издательству «Райдер / Эбери Пресс» (Rider / Ebury Press). Особая благодарность Джиллиан и персоналу Флинтширской библиотеки, хранителям Артуровской коллекции, продолжающим оказывать нам колоссальную помощь в наших поисках. Спасибо также профессору Майклу Скотту и персоналу Института Северо-Восточного Уэльса за поддержку и место, предоставленное Центру артуровских исследований.

Личная признательность Стива Блейка: Многие люди шли по дороге с нами со времени написания «Ключей к Авалону», но особая благодарность за терпение Хью, истинному профессионалу, которого я теперь с гордостью причисляю к своим друзьям, и его подруге Сью. Энди Уилсону — ради общей мечты и многих вместе проведенных (несмотря на все преграды) удивительных дней — и его чудесной семье за гостеприимство. Еще «I» и «А» за веру и участие, Большому Медведю, Джону и Терри — почаще смотрите на звезды. Моим духовным братьям и сестрам, Кену и Карен, Джин и Джону, Саймону, Джемме и Эбби, Большому Марку и особенно Скиит и Сэму — за то, что всегда оказывались рядом; Энди и Сью — за любовь и реализм; Бобу и Джине Флеттам — что слушали мою бредовую болтовню и за хорошую компанию.

Всем членам моей семьи и друзьям, помогавшим нам и поддерживавшим в пути; Лиз, Мику и парнишкам; Тиш, Бруку и мальчишкам, поэту Вильяму и Элзи. Всей моей многочисленной братии и особенно Бобби, проявившему настоящую отвагу, «дедушке» Джону — за все. Наконец (и в особенности), двум женщинам всей моей жизни — моей жене, подруге и душе Ди, чья любовь, поддержка, дружба и терпение несравненны; моей матери, чья любовь и пример дали мне веру в то, что я могу протянуть руку к звездам.

Личная признательность Скотта Ллойда: Мне хотелось бы поблагодарить Джона Эйрвина Уильямса, без чьего великодушия, дружеского отношения и свободной комнаты эта книга так и осталась бы ненаписанной; моих родителей — за поддержку; Джона Эпплби, Арнольда Бантцера, Джеймса Крейна, Ричарда Холланда, Мэттью Джонса, Марка Олли, Марти Шофилда, Стивена Уитакера, Джейн Вулф и покойного Пола Дэвиса за обсуждение, вдохновение и отданное нам время; Наташу, Томаса и Хейзл, преподавшим мне больше, чем способна сделать любая книга, в особенности — Энн Робинсон, чья любовь, поддержка и общество помогли мне куда в большей степени, чем может представить она сама. Мне хотелось также поблагодарить всех, кто счел возможным остановиться и подвезти меня, когда я пробирался на перекладных, чтобы сэкономить деньги и приобрести побольше книг!

ВСТУПЛЕНИЕ

Перед нами простиралась озаренная лучами солнца утренняя долина, на траве еще поблескивали капли росы, и туманная дымка висела над полем старинной битвы, придавая ландшафту какой-то нереальный оттенок. Мы сидели на возвышенности, находясь всего в нескольких милях от цивилизации, хотя могли бы считать, что она находится во многих милях от нас. Раскрывавшаяся перед нами панорама сама навевала мысли о сражениях прежних времен — о верности, чести и предательстве посреди грохота щитов и мечей. На этом месте (по преданиям собственного народа Артура) закончилась жизнь этого человека, в котором воплотилась одна из самых ярких легенд нашего мира. Старые карты называют перевал, ведущий из Долгеллау в Маллуйд, именем Камлан, которое носит также местность возле реки Диви, расположенная в нескольких милях к югу отсюда. В окрестных селениях нетрудно найти церкви, посвященные уцелевшим в этом сражении воинам Артура, а также места могил воинов, чьи имена упоминаются в древней валлийской поэзии. Правда о месте последней битвы Артура в чем-то похожа на первоначальную легенду о нем и обретает простоту после того, как ее очистят от наслоений, оставленных людьми за столетия ее скитаний по чужим краям, когда Артур вернется в свой родной край, в ту землю, которой принадлежит.

Однако сцене этой скорей подобало бы закончить нашу повесть, а не начинать ее, ибо началась она далеко от этого уединенного и завороженного края, в мире древних письмен и рукописей, там, где встречаются легенда и история. Тот облик Артура, который привычен сегодня большинству людей, был создан гусиными перьями клириков и авторов создававшихся, начиная с XII века, романов о нем. Наиболее известные повести об Артуре первоначально представляли политическую или церковную пропаганду, использовавшуюся в Средние века для управления переменчивыми течениями давней политики. И мы хотели понять, что именно кроется за этими загадочными историями и, что еще более важно, какую долю истинного предания об Артуре они донесли до нас, если вообще сохранили ее.

Пытаясь проследить эволюцию образа Артура и объяснить сложный материал, составляющий оригинальную Артуровскую традицию, мы провели нечто вроде уголовного расследования, которое сильно осложняло то, что убийство было совершено более тысячи лет назад и место совершения его осталось нам неизвестным. Кроме того, все материалы проведенного тогда дознания также исчезли вместе (естественно) с телом убитого. До нас же дошли только слухи, показания третьих лиц, среди которых не нашлось ни единого очевидца. Предшествовавшие нам следователи, не сумевшие добиться определенного результата под нажимом политиков своего времени, сфабриковали улики под нужный им приговор. Чтобы разрешить тайну Артура, нам пришлось «вскрыть» столетия дезинформации и преднамеренной манипуляции со свидетельствами и найти в их недрах такое место, где хранились самые надежные доказательства — и только тогда мы получили возможность определить цену преступления.

Об Артуре написано множество книг, посвященных местам его сражений, дворам и могиле, и переносящим их в самые разнообразные области острова Британия. Однако эта книга поведет вас в края, многим неведомые, где и язык, и культура, и ландшафт существенно отличаются от привычных нам по книгам об Артуре. В этой книге вы не встретите Гластонбери, Тинтагеля или Винчестера с Камелотом, поскольку они не имеют никакого, или почти никакого, отношения к реальному Артуру. Не встретитесь вы здесь и со знаменитым Мерлином, ибо этот древний валлийский персонаж до XII столетия не имел ничего общего с Артуром. Вместо всего этого мы познакомим вас с преданиями и поэмами времени, предшествовавшего норманнскому вторжению в Британнию, с истинными корнями истории об Артуре, и к земле, которая запомнила жизнь и смерть своих героев в названиях гор, долин и рек.

Уже давно было известно, что самые ранние сведения об Артуре можно найти в валлийских текстах, однако большая часть их появляется на страницах академических журналов и в массе своей публике неизвестна. На последующих страницах вы познакомитесь с утраченными сагами о последней битве Артура, о его вражде с Хуэлом, сыном Кау, о смерти Кая, о любовницах Артура, а также с источниками, называющими его битвы, врагов и повествующие о событиях, неведомых более ниоткуда. Предполагаемое место погребения Артура в Сомерсете посещают толпы туристов, однако немногие из них знают о существовании рукописи, свидетельствующей о том, что могила Артура расположена совсем в другом месте. Написанная в монастыре, продутом ветрами Ирландского моря, рукопись эта помещает место последнего упокоения Артура возле далекой часовни в холмах Уэльса, вдали от туристов с их камерами. Эта книга отведет вас туда.

1. Взыскание Артура

«...И явилась звезда великого размера и блеска, и один луч выходил из нее. А на конце того луча был огненный шар, распростершийся в форме дракона. Из пасти дракона исходили еще два луча, один из которых, казалось, опускался ниже широты Галлии, в то время как второй был повернут в сторону Ирландского моря и разделялся на семь меньших струй света.

Звезда эта появлялась три раза, и всякий, кто видел ее, был поражен ужасом и удивлением»1.

Приведенный выше отрывок, хотя Артур в нем и не назван по имени, является тем самым фундаментом, на котором Гальфрид Монмутский построил свою легенду о великом бриттском короле, самом знаменитом персонаже чрезвычайно известной «Истории королей Британнии» (Historia Regum Britanniae), написанной между 1136 и 1138 годом. Именно эта книга представила миру Артура как такового, и все последующие авторы пользовались ею как основой, на которой возводили свой образ известного ныне Артура. Гальфрид разумным образом вкладывает эти слова в уста Мерлина, которого он уже извлек из британской лесной глуши в своей более ранней книге «Пророчества Мерлина» (Prophetiae Merlini) и представил средневековому миру в качестве величайшего пророка и волшебника.

Звезда является Мерлину, сопровождающему войско Утера, брата правителя Британнии Амброзия, марширующее навстречу вторгшимся с континента саксонским захватчикам Когда Утер требует объяснения этой небесной вести Мерлин с увлажненными слезами глазами объявляет, что она знаменует только что случившуюся смерть Амброзия, и что посему на Британнию обрушатся бедствия. Он просит Утера продолжать войну с саксонцами, потому что в случае победы тот должен стать королем бриттов. Мерлин объясняет, что сама звезда и огненный дракон символизируют Утера, а исходящий в сторону Галлии луч означает сына Утера Артура, который станет самым могущественным человеком, чьей власти покорятся все королевства, над которыми светит солнце2. Наиболее существенной частью пророчества, часто упускаемой из виду в связи с повышенным вниманием Гальфрида к Артуру, является то, что Мерлин также толкует значение второго луча, который был «повернут в сторону Ирландского моря и разделялся на семь меньших струй света». Гальфрид сообщает читателю, что луч этот представлял собой дочь Утера, «чьи сыновья и внуки один за другим будут королями Британнии»3.

После своей неизбежной победы в последовавшей битве и похорон брата Амброзия Утер становится королем. Помня о толковании звезды Мерлином, он приказывает сделать из золота изображения дракона, замеченного возле звезды. Одно из изображений он приказывает послать к своему двору в Винчестер; второй становится его личным боевым штандартом, который несут перед ним и за которым следуют в битве его люди. «И с того самого мгновения далее его звали Утерпендрагон, что на языке британцев значит "голова дракона". Титул этот ему присвоили потому, что через Дракона Мерлин предрек ему, что он станет королем»4. (В контексте настоящей работы слова «бриттский язык» и «бритты» означают народы, в VI столетии обитавшие на Британских островах и не являвшиеся саксонцами, пиктами (север Британии) или ирландцами. Говоря современным языком, британцы того периода обитали в основном в области, носящей ныне название Уэльс, и в ее приграничных регионах, а «бриттский язык» являлся предком современного валлийского.)

Титул Пендрагон стал синонимом королей-героев раннего Средневековья, и приведенный выше отрывок является первым объяснением его происхождения. Имя это было дано отцу Артура волей Гальфрида Монмутского, сумевшего через темное пророчество Мерлина создать титул, известный ныне всему миру, титул, немедленно заставляющий представить себе пылающую в ночном небе комету с двумя головами, предсказывая сразу погибель и спасение, и старинные распри, улаживавшиеся на затянутых туманами полях сражений. На самом деле титул этот можно проследить от времен куда более ранних, чем поколение Гальфрида, от начала VI столетия, когда Артур выезжал на поле брани во главе своих воинов, защищая суживавшиеся владения британцев. Гальфрид интерпретирует бриттское слово Пендрагон как «голова дракона»и использует это толкование в пророчестве, которое приписывает Мерлину, предрекая появление Артура. Сам Артур, однако, никогда и ни в каком источнике не назывался Пендрагоном, и привычное нам жизнеописание его в основном является делом рук Гальфрида — от обманного зачатия в Тинтагеле, когда Мерлин придал королю облик его союзника Горлойса, чтобы Утер мог переспать с его женой, через восхождение к власти в возрасте пятнадцати лет и многочисленные победоносные битвы и походы в Центральную Европу до последней битвы в Камлане и месте упокоения на острове Авалон. Таковы моменты артуровской легенды в том виде, в каком она известна средневековому и современному миру, но какую ее часть можно считать надежной, если это вообще можно сделать? Данное Гальфридом толкование британского слова Пендрагон как «драконья голова» основывается на переводе — буквальном, но не корректном. Титул этот можно точнее понять, обратившись к другим источникам, к другим произведениям валлийской литературы. Значение «голова, реп» - также используется в смысле «верховный, или высший». Слово «дракон» или draig в валлийской поэзии часто прилагается к великим воинам, поэтому титул Пендрагон наиболее точнее будет перевести как «глава воинов» или «высший вождь». Самый ранний (относящийся к послеримскому времени) латинский источник называет Маэлгуна Гвинедда, самого могущественного правителя Уэльса, «insularis draco, драконом острова»6. В XII веке в Гвинедде (королевстве, расположенном в Северном Уэльсе) придворный бард Гвалхмаи, превознося своего покровителя, Родри ап Овейна, именует его «pen draig a phen dragon, высшим драконом и главой драконов»7. Поэтому ясно, что не Гальфрид изобрел титул «Пендрагон», однако избранное им толкование как «голова дракона» придало яркости пророчеству Мерлина.

Прежний и будущий король

Король Артур, вне сомнения, является одной из величайших фигур, рожденных западным миром. Он является героем тысячи историй, пробуждает миллионы детских мечтаний и служит образом нации, хотя и ложным. Артур и в самом деле исполнил пророчество о прежнем и будущем короле, с которым связывается его имя в романах, — легенду о том, что он не умер, но спит в пещере вместе со своими людьми, готовыми пробудиться в час нужды своего народа, когда он выступит со своей армией против врага. Столетие за столетием вновь возрождался он в мире, — пером, кистью и фантазией многочисленных писателей, художников, поэтов и политиков. Почти тысячу лет развивалось нынешнее понимание его истории, тем не менее фундаментальные вопросы в отношении происхождения Артура до сих пор остаются без ответа. Существовал ли Артур как историческая фигура, и если да, то в каких краях осуществлял он свои деяния? Кем он.был - королем, полководцем или походным вождем? Или же его следует считать полностью легендарной фигурой, которую как не ищи, на карте не сыщешь? Именно эти вопросы и поставили мы перед собой.

Карта 1. Местности, связанные со старинным преданием об Артуре

1. Аберконви

2. Авон Гамлан

3. Авон Медрад

4. Басчерч

5. Басинверк

6. Бодвари

7. Граница Брихейниога и Гвинллеу

8. Брейдден

9. Кайаугвинион

10. Камлан

11. Кастеллмарх

12. Келиддон?

13. Честер

14. Корнви

15. Каэр Датал

16 Каэр Венлли

17 Каэр Гай

18 Капел Мархелл

19 Карнедд Артур

20 Каррег Гвинион

21 Кум Кервин

22 Даровен

23 Деганви

24 Динас Эмрис

25 Диненгроэн

26 Динорбеи

27 Дулас

28 Дулас

29 Гелливиг

30 Глейниант

31 Глин Диврдви

32 Хенллан

33 Хоуп

34 Наклес

35 Лланбедрог

37 Лланддогед

38 Лландивридог

39 Лланелидан

40 Лландирпог

41 Лланвер

42 Ллангевни

43 Лланиестин

44 Лланиестин

45 Лланиллтуд Ваур

46 Лланрхайадр

47 Лланрхайадр-им-Мохант

48 Лланиухпин

49 Ллонгпорт

50 Ллуйдгоэд

51 Ллин Тегид

52 Лоугор

53 Маэс-и-Камлан

54 Морва Рианедд

55 Нантлле

56 Нит

57 Олд Освестри

58 Пенмон

59 Пенрос

60 Пенрин Рианедд

61 Руабон, гора

62 Сноудон

63 Тре Беддай

64. Тревилан

65. Триван

66. Тивин

67 Валвен

68 Уитчерч

69 Инис Гингар

70 Инис Сейриол

71 Истрад Тиви

72 Истрад Ив

Настоящая работа приподнимает завесу тайны, окутавшей происхождение фигуры Артура, и обращается к тому немногому, что известно нам о нем в легендах и поэзии его собственного народа — в традиции, возникшей задолго до того, как Гальфрид Монмутский, величайший среди средневековых вралей-сочинителей, возвеличил его как всемогущего христианского повелителя Европы. В то время, когда Артур жил на свете, никаких рыцарей в блестящих доспехах не существовало, над ландшафтом не возвышались каменные замки и не было короля, который в одиночку правил бы всем островом, который теперь носит название Великобритании. До появления всего этого оставалось несколько столетий. Если вы видите в Артуре английского и христианского властелина, если вам дороги Тинтагель, замок Кэдбери, Гластонбери, Круглые Столы, средневековые дворы, дамы-служанки и рыцарские безрассудства, тогда мы самым почтительным образом советуем вам выбросить из головы эти романтические идеи и приготовиться совершить путешествие в истинный век Артура — в то время, когда ослабевший Рим предоставил провинции Британнии их собственной судьбе; в то время, когда истинные бритты, отступая перед натиском саксонцев, стояли спиной к волнам Западного моря, когда ничто не отделяло их от забвения. На этом фоне и вошел в историю и легенду Артур, тогда именно и начали рассказывать о нем соотечественники.

Хотя Артура представил миру Гальфрид Монмутский, не он первым из англо-норманнских священнослужителей упомянул его имя. Интерес к Артуру пробудился среди норманнских интеллектуалов за несколько лет до того, как Гальфрид написал свою работу; кратко его упоминают два ранних историка: Вильям из Мальмсбери и Генрих из Хантингтона. У обоих было кое-что общее с Гальфридом: всем троим покровительствовал Роберт Глостер, сводный брат Матильды, права которой на наследование престола после отца, короля Генриха I, узурпировал ее кузен Стефан.

В начале XII столетия легенды под общим названием «Дело Британнии» сделались существенной частью политической сцены. Содержавшиеся в них мифы утверждали, что Британния была некогда покорена Брутом, сыном троянского героя Энея, — таким образом уравняв Британнию с другими культурами Европы в претензии на классическое происхождение. «Дело Британнии», в котором также упоминается герой Артур, создало для новой нормандской династии миф о происхождении, которого ей не хватало до этого, и целью труда Гальфрида было доказать, что Британния — самая родовитая среди стран Европы, что она имеет классическое происхождение и историю сопротивления Римской империи. Фигура Артура использовалась в качестве главного символа этой власти, сопоставимой со статусом Карла Великого у франков, великих соперников норманнов, и пропаганда, основывавшаяся на «Деле Британнии» доминировала в британской политике еще не одно столетие. Успех и влияние «Истории королей Британнии» были бесспорны и не знают параллели в средневековой литературе. Полное вымысла повествование Гальфрида об участи бриттов после ухода римлян в начале V столетия превратилось в ядро артуровской легенды, впоследствии доминировавшей при королевских дворах Европы. Вкратце его можно изложить следующим образом.

В 410 году н.э. римские легионы покинули Британнию, чтобы защитить свою империю от вторжения готов. Легионы так и не вернулись назад, и бритты остались беззащитными перед нападениями пиктов и скоттов, приходивших из Ирландии. В разразившемся хаосе погиб британский король Константин. Поскольку его законные наследники, двое сыновей, были еще слишком юны, чтобы править, безопасности ради их отослали за границу. Тем временем, прибегнув к предательству, трон захватил некий знатный человек по имени Вортигерн, который пригласил в Британнию отряд враждебных саксов в качестве наемников, чтобы сражаться против пиктов. За помощь эту саксам отвели в Британнии небольшой кусок земли и предоставили припасы. Отразив нападение пиктов, саксонцы пригласили в Британнию своих соотечественников и начали нападать на законных хозяев этой земли. После многих сражений знатные люди с обеих сторон собрались на мирные переговоры, однако саксы явились на них, спрятав ножи в сапоги, и перерезали всех благородных бриттов, за исключением Вортигерна.

К этому времени сыновья Константина, Амброзии и Утер, достаточно повзрослели, чтобы возвратиться в Британнию, сразиться с саксонцами и занять подобающее им место на троне. После множества великих побед Амброзии сел на престол, и в Британнии воцарилась относительная стабильность. Однако саксы еще не были окончательно разбиты, и, когда Амброзии был отравлен их нарядившимся доктором-соплеменником, его сменил на престоле брат Утер. Потом, воспользовавшись помощью своего советника и волшебника Мерлина, Утер изменил свое обличье и переспал с женой своего союзника Горлойса. После этого Горлойс умер, и Утер женился на его вдове Эйгр, от которой имел двоих детей, Артура и Анну. После смерти Утера королем стал Артур (в возрасте пятнадцати лет), и после многих сражений он разгромил саксов и пиктов, после чего учредил Двор, известный всему христианскому миру, и был коронован королем всей Британнии на особой церемонии.

После долгих лет мира ко Двору Артура прибыл вестник из Рима, сообщивший, что королю надлежит поклониться папе. Предложение это прогневало Артура и его людей, и они решили напасть на Рим. Во время своего континентального похода Артур захватил большую часть современной Франции и, перейдя Альпы, пошел на Рим, но тут он получил известие о том, что Медрод — его собственный племянник, которого он оставил управлять страной, — захватил престол своего дяди, а вместе с ним и жену Гвиневеру. Артур возвратился в Британнию и встретился с войском Медрода (к которому присоединились пикты и саксы) в месте, носящем название Камлан. Там произошла жестокая битва, в ходе которой Медрод был убит, а Артур получил смертельную рану. Находящегося между жизнью и смертью Артура увезли на остров Авалон, после чего он исчез со страниц произведения Гальфрида.

Колоссальная популярность работы Гальфрида объяснялась в основном тем, что она была «очень хорошей книгой в тот век, когда книги вообще были редки»8. Всякий, кто читал произведения, дошедшие до нас из XII столетия, назовет их достаточно нудными по современным понятиям, в то время как повествование Гальфрида достаточно интересно и увлекает читателя. Аналогичными качествами обладает весьма популярная в VIII веке «Церковная история английского народа» (Historia Ecclesiastica Gentis Anglorum) Беды Достопочтенного, довольно занимательная и в наши дни, чем могут похвастаться весьма и весьма немногие из произведений той поры. Тот факт, что Гальфрид сочинил увлекательную вещь, способствовал ее популярности в не меньшей мере, чем содержимое, и оба этих фактора сделали его «Историю» неотразимой. Так начала распространяться легенда об Артуре. «История королей Британнии» (Historia Regum Britanniae) распространила ее во все стороны; содержавшие легенду рукописи копировались, переводились и корректировались согласно потребностям текущего дня. Так малоизвестный британский герой быстро сделался одной из самых знаменитых фигур во всем христианском мире, повесть о нем звучала во всех краях, от Исландии до Палестины, и современные ему писатели принялись перерабатывать легенду на свой лад, приписывая к ней новые и новые подробности.

В 1154 году Генрих II сменил Стефана на троне Англии, и в следующем году норманнский клирик Уэйс (Wace) посвятил хронику жене короля Элеоноре Аквитанской. Работа эта, названная «Роман о Бруте» (Roman de Brut), представляла собой перевод произведения Гальфрида англонорманнским стихом, произведенный, однако, с некоторыми дополнениями. Уэйс (Wace) добавил представление об изысканной любви (едва ли вообще существовавшей во времена оригинала) и первым предложил идею Круглого Стола, впоследствии ставшую центральным образом артуровской легенды. «Король Артур, о котором бритты рассказывают многое, — писал Уэйс, — учредил Круглый Стол. За ним сидели его вассалы — все во главе стола и все равные. Их сажали за стол как равных. Никто из них не мог похвастать тем, что занимает место более высокое, чем все остальные»9.

«Роман о Бруте» одним из первых превратил Артура из британского воина в средневекового короля, следующего кодексу рыцарского поведения, и другие сочинители скоро последовали его примеру.

В период между 1160-м и 1180 годом Кретьен де Труа написал четыре длинных романа: «Эрек» и «Энида», «Клижес», «Ивейн» и «Ланселот». Имя автора предполагает, что он или был родом из города Труа, расположенного на севере Франции, или провел там значительный промежуток времени. По меньшей мере две из этих крайне популярных поэм были посвящены Марии Шампанской, дочери покровительницы Уэйса Элеоноры Аквитанской, двор которой располагался в Труа. Покровительство этой могущественной семьи, владевшей землями в Англии и Франции, сыграло важную роль в распространении артуровской легенды. На данном этапе эволюции романа об Артуре сам Артур отходит на второй план, а наиболее видное место занимает его Двор, рыцари Круглого Стола и их приключения. Кретьену де Труа принадлежат три важных новации в рассматриваемой легенде. В его поэме «Ланселот» мы впервые знакомимся с ее одноименным героем, который в более поздних произведениях артурианы станет третьей стороной любовного треугольника, вместе с Артуром и Гвиневерой. Он также принадлежит к числу рыцарей, взыскующих Святого Грааля, священнейшей среди святых реликвий, которую более поздние авторы отождествят с чашей, использовавшейся Иисусом Христом во время Тайной вечери. Кроме того, Кретьен первым дал Двору Артура название Камелот, столь переплетшееся с тех пор с именем Артура, что трудно даже представить, что оно является поздним дополнением к повествованию. Однако наиболее важным вкладом Кретьена де Труа в артуровскую легенду — а по сути дела, и во всю европейскую литературу, — стало появление Святого Грааля в его поэме «Персиваль» (иногда носящей название «Повесть о Граале» (Le Conte de Graal), аспекта важного и впоследствии использовавшегося церковью в качестве политического оружия. В процессе поисков Грааля доминировал религиозный аспект, и Артур вместе с его рыцарями сделали еще один шаг от своих псевдоисторических оригиналов.

В 1190 году клирик из Вустершира по имени Лайамон перевел на английский язык составленный Уэйсом «Роман о Бруте», причем в работе его упор был сделан скорее на близкую к стилю относящегося к VIII столетию «Беовульфа», с присущими ему конфликтностью и героизмом, чем на французские романы с их упором на возвышенную любовь и галантность. Лайамон уже приводит описание Круглого Стола, и первым среди сочинителей делает Артура избавителем именно английского, а не британского народа, как повествовали до тех пор источники.

В какой-то момент между 1193-ми 1199 годом Гиральд Камбрийский, валлиец северного происхождения, написал в своей книге «De Principis Instructione» («Наставление вождю») о предполагавшемся обнаружении могилы Артура в Гластонбери. Из этого крохотного желудя неправды пошел в рост могучий лесной исполин, чей полог впоследствии охватил предания и сказания других народов, включая и повествования, заимствованные из континентальных романов, кельтского фольклора и валлийских легенд.

Работа Гиральда породила одну из самых знаменитых, но отнюдь не самую надежную из связанных с Артуром традиций: идентификацию места последнего упокоения Артура в Авалоне как Гластонбери. А вскоре там же была локализована легенда о том, что Иосиф Аримафейский — богатый человек, выпросивший в соответствии со свидетельствами Евангелий у Пилата тело Иисуса, — привез христианство в Британнию спустя считанные годы после Распятия. Популярная версия гластонберийской легенды, в которой Иосиф Аримафейский и его спутники усталые поднялись на вершину Веариолл Хилл, где Иосиф воткнул в землю свой посох, превратившийся в растущий поныне Гластонберийский терновник, и спрятал Святой Грааль в Источнике Чаши, воды которого до сих пор окрашены кровью Христа, возникла в Гластонбери в течение нескольких последующих столетий, что нетрудно доказать. В XVI веке эта легенда играла существенную роль в споре между Генрихом VIII и папским престолом по поводу образования Англиканской церкви. Генрих утверждал, что Иосиф Аримафейский доставил христианскую веру в Британнию раньше, чем Павел принес ее в Рим; посему, считал он, Англиканской церкви принадлежит старшинство над Римской, и король не обязан следовать устанавливаемым Римом правилам. Версия этой легенды, которую рассказывают в Сомерсете туристам, предпринявшим паломничество по артуровским местам, представляет собой собрание сказаний, некогда возникших в других частях страны и за столетия, так сказать, «перебравшихся» в Гластонбери. После того как две пропаганды, церковная и литературная, соединились, артуровская легенда приобрела немыслимое прежде влияние, и Гластонбери сделался фокусом многих произведений артурианы, созданных после XIII столетия.

В начале XIII века в романе «Мерлин» Роберта де Борона впервые упоминается история о погруженном в камень мече, Его вонзил в камень Мерлин, и тот, кто сумеет извлечь его, будет объявлен законным королем. Многие из попытавшихся сделать это знатных людей потерпели неудачу, и меч в итоге достал Артур, тем самым доказавший свое право на престол. Этот эпизод привлекал к себе большое внимание позднейших писателей и сделался одной из наиболее известных частей жизнеописания Артура.

К 1225 году монахами-цистерцианцами на севере Франции был составлен пятитомный труд, рассказывающий историю Святого Грааля, начиная от Христа до смерти Артура. Этот составной «Цикл Вульгаты», каковое название он приобрел впоследствии, начинался с повествования об Иосифе Аримафейском, включал роман о Мерлине, приключения Артура и его рыцарей, Грааля взыскавших, историю любви Ланселота и Гвиневеры и заканчивался «смертью Артура» — рассказом о последних днях жизни Артура и исчезновением Грааля. Этот огромный труд появился менее чем через столетие после написания Гальфридовой «Истории» и скоро сделался стандартной версией артуровской легенды среди сказителей Европы, однако он имел мало общего со своим источником.

В XIII же столетии появились переложения сказания об Артуре на немецкий, голландский, итальянский и скандинавский языки, и миф о британском короле достиг пика своей популярности. Дворы всей Европы устраивали свою жизнь в соответствии с артуровским образцом, стали популярными турниры, конные схватки рыцарей и последующая рубка на мечах развлекали толпу. Концепция рыцарственности сделалась важным аспектом легенды об Артуре и фундаментальной основой отношения к жизни высшего общества в пору Средневековья.

К XIV столетию аспекты артурианы уже использовались для оправдания военных конфликтов, и когда в 1301 году Эдвард I доказывал папе Бонифацию VIII свое право вторгнуться в Шотландию, он использовал в письме несколько цитат со страниц Гальфридовой «Истории»10.

Истинное место упокоения Артура всегда было окутано тайной, однако формулировка «прежний и будущий король» впервые появилась в «Alliterative Morte Arthur», анонимной поэме, относящейся к концу четырнадцатого столетия (не путать с более поздней и известной работой Томаса Мэлори «Смерть Артура» (Le Morte d'Arthur). Артур к этому времени сделался не только воплощением рыцарственного духа, но и игравшим весьма важную роль пропагандистским оружием, и репутация и значимость его уже не могли умалиться.

Одним из наиболее важных событий в эволюции артуровской легенды стало появление печатного пресса в последней половине XV столетия и публикация Вильямом Кэкстоном «Смерти Артура» (Le Morte d'Arthur) Томаса Мэлори в 1485 году. Долго было принято считать, что Мэлори написал свой манускрипт специально для печатного издания его Кэкстоном, однако в 1934-м в библиотеке Винчестерского собора была обнаружена рукопись, во многих местах отличающаяся от окончательного печатного варианта. Широкая известность и доступность этой книги в наше время сделали ее наиболее популярной версией повествования об Артуре. На страницах «Смерти Артура» мотивы, ныне широко связываемые с Артуром, соединились, образовав чудесный образчик романтической литературы. В пересказе Мэлори мы встречаем уйму красивых подробностей: меч в камне, Мерлина, загадочную Даму Озера, от которой Артур получает свой волшебный меч Эскалибур, и рожденный потусторонним миром Корабль Дев, выплывающий из туманов, чтобы доставить Артура на остров Авалон. Чтобы магическая эта смесь приобрела видимость реальности, Мэлори изменяет географию событий. Это Мэлори называет Артуровым Камелотом Винчестер, хотя сам издатель Вильям Кэкстон исправляет эту географическую ошибку, сообщая читателю во введении, что на самом деле Камелот находится в Уэльсе11.

На звание Камелота, кроме Винчестера, претендовали еще несколько городов, причем самым заметным среди них является замок Кэдбери в Сомерсете. О связи его с Камелотом впервые было упомянуто в 1542 году, когда антиквар Джон Леланд записал якобы известное среди местных жителей предание о том, что хиллфорт[A] Кэдбери и представляет собой место нахождения Камелота. В 1970-х годах здесь были проведены внушительные по масштабу раскопки, давшие широкую рекламу этому отождествлению Двора Артура. Были обнаружены следы относящегося к VI веку поселения, однако подобные существуют во многих местах, и, если не считать сомнительного упоминания Леланда, ничто не связывает его с Артуром.

Как это ни прискорбно, но и хранящаяся в Винчестере престижная артуровская реликвия, сделанная из дуба восемнадцатифутовая[B] в поперечнике столешница, носящая название Круглого Стола, также не имеет никакого отношения к Артуру. Научные исследования показали, что стол был изготовлен в XIV веке во время правления Эдварда III, весьма интересовавшегося артуровскими легендами, и подлинным его стали считать лишь по прошествии многих лет — если это вообще когда-то произошло12. Однако, если помнить о том, что Мэлори создал нового английского Артура, было куда правдоподобнее, чтобы стол этот обнаружился в прежней столице королей Уэссекса, чем в каком-то забытом валлийском местечке, соответствующем первоначальному преданию. К сожалению, с точки зрения поисков Артура, созданное Мэлори популярное изложение находится как нельзя дальше от подлинного героя, и тем не менее «Смерть Артура» воплощает в себе легенду об Артуре в том виде, в каком ее видят большинство людей, хотя на самом деле произведение это стало итогом более 350-летней эволюции. На самом деле любые попытки отыскать современный Артуру Камелот являются тщетными, поскольку он является изобретением континентальных авторов XII столетия. Действительно, при пристальном рассмотрении все связанные с Артуром знаменитые местности с исторической точки зрения переходят в разряд примечаний, бесполезных при поисках истинного происхождения легенды.

То, что «Смерть Артура» была опубликована в год восшествия на престол Генриха VII Тюдора, едва ли является совпадением. Род Тюдоров уходил корнями в Уэльс и потому счел удобным воспользоваться артуровской пропагандой, начатой предшествовавшими ему нормандской династией и Плантагенетами. Сделанный Генрихом VII тонкий ход (он назвал Артуром своего первенца и наследника) привлек к себе внимание общества, надежда на скорое возвращение Артура казалась вполне возможной. К сожалению, принц Артур скончался в 1502 году, в возрасте пятнадцати лет. Однако не стоит усматривать в этом факте полного пресечения стремления к использованию артуровской легенды, поскольку оба нынешних наследника британского престола, принцы Чарльз и Уильям, в качестве одного из средних имен носят имя Артур, и прецедент позволяет им воспользоваться любым из своих имен при восшествии на престол.

После Мэлори об Артуре было написано мало или вообще ничего нового (если произведение Мэлори действительно можно назвать новым), и артуровская легенда перешла в новую фазу своего развития. В течение предыдущих веков Артур приобрел широкую известность в качестве английского короля — к изрядному негодованию валлийцев, рассказывавших об Артуре еще до появления норманнов в Британнии, и скоттов, испытавших вторжение войска Эдварда I под тем предлогом, что в «Истории» якобы был зафиксирован захват Артуром их края. В 1534 году Полидор Виргилий, итальянский историк, пользовавшийся покровительством Генриха VIII, воспринял Артура и «Дело Британнии» как обыкновенную сказку. Поскольку династия Тюдоров во многом полагалась на предание об Артуре, Виргилий таким образом оспаривал претензии королевского дома. Его сомнения вызвали большое неодобрение со стороны таких антикваров, как Хэмфри Ллуйд и сыгравший существенную роль в развитии артурианской легенды Джон Леланд, которые видели в Артуре исторический персонаж13. Между 1534-ми 1543 годом исполнявший роль королевского антиквара Леланд предпринял путешествие по королевству в последние дни существования великих монастырей, разыскивая старинные рукописи. Во время путешествия он вел путевые заметки, теперь известные под названием «Подорожная» (Itinerary), и в них он идентифицирует в качестве Камелота замок Кэдбери в Сомерсете, повторяет претензии Гластонбери и предположительно обнаруживает камень с надписью возле моста С л отер (моста Побоища) на реке Камел в Корнуолле, который Гальфрид считает местом битвы при Камлане. В 1544 году он написал труд под названием «Достойное утверждение Артура, короля Британнии» (Assertio Inclytissimi Arturii Regis Britanniae), в котором защищал Артура и «Дело Британнии»; однако, как недавно заметил один автор, «полагаясь скорее на энтузиазм, чем на материальные свидетельства»14. Несмотря на старания Леланда, в середине XVI века предание об Артуре начинает терять свою власть, и в последний раз на высшем уровне им воспользовался в 1580 году придворный астролог и математик доктор Джон Ди, подаривший королеве Елизавете книгу, утверждавшую, что в свое время Артур покорил и Америку, оправдывая тем самым стремление Британнии заново колонизировать эту страну. В прочих отношениях Артур превратился из исторического предка и орудия пропаганды в инструмент литературного вдохновения. В 1590 году появились три первых книги огромной поэмы Эдмунда Спенсера «Царица Духов», содержащей существенную долю артуровского материала, а в начале XVII столетия были написаны несколько пьес на связанные с Артуром темы. Исторические труды на тему «Дела Британнии» продолжали появляться весь XVII век — выступая как за, так и против его подлинности.

Воцарение в 1714 году на британском троне немецкой по происхождению ганноверской династии в лице Георга I заставило изменить восприятие истории, причем упор теперь делался на саксонское происхождение монархии; происхождение же от некогда влиятельных британских родов теперь было или забыто, или преднамеренно игнорировалось. В течение XVIII века в области артуроведения публиковалось и производилось немного работ, хотя к числу тех немногих мест, где разговор об Артуре по-прежнему не смолкал, относился Уэльс. К концу столетия валлийцы начали публикацию ряда своих малоизвестных манускриптов, и к 1810 году трехтомная «Myvyrian Archaiology» ввела в научное употребление большинство основных текстов валлийских поэтов и летописцев, многие из которых содержали сведения об Артуре. Таким образом, доступность текстов вкупе с новым изданием в 1818 году влиятельного произведения Мэлори, первого после 1634 года, дало новый толчок к возобновлению интереса к Артуру, и, начиная с этой даты, новые произведения появляются регулярно. Публикация «Королевских идиллий», принадлежащих перу Альфреда, лорда Теннисона, была восторженно встречена в 1842 году и повторена в 1867 —1868 годах с иллюстрациями Гюстава Доре, которые в течение почти 150 лет после этого оставались наиболее долгоживущими среди изобразительных воплощений романа об Артуре. Далее тему Артура в мире изобразительного искусства пропагандировали Вильям Дайс своими росписями Палаты лордов (1846) и художники-прерафаэлиты, самым заметным из которых был Данте Габриэль Росетти (1828— 1882). На псевдоартуровские темы Вагнер написал свои оперы «Лоэнгрин» (1850) и «Персифаль» (1882), ознакомив публику оперных театров Европы с подобным материалом. Будучи одним из первых фотографов, Джулия Маргарет Камерон (1815—1879) снимала изображения в артуровском стиле, где натурщики в панцирях и на лодках изображали сцены из романов об Артуре. К теме поспешила присоединиться и быстро развивавшаяся Америка посредством классического романа Марка Твена «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» (1889) и пересказов Мэлори, иллюстрированных Говардом Пайлом в 1903 — 1910 годах. В 1983 году Обри Бердсли проиллюстрировал новое издание Мэлори, введя тем самым Артура в эпоху art nuovo. Когда возникала новая мода, Артура можно было к ней приспособить, и это проделывалось всегда.

В конце XIX столетия специалистами, имевшими опыт изучения кельтики, такими, например, как сэр Джон Рис, были выполнены важные работы в области артурианы, также было произведено первое серьезное исследование валлийских манускриптов, давно пылившихся без доступа в частных библиотеках, но наконец в первый раз изданных в соответствии с академическими требованиями. В 1911 году У. Льюис Джонс опубликовал первое серьезное исследование происхождения артуровской легенды, за которым в 1927 году последовал труд Э. К. Чемберса (до сих пор находящийся в научном обороте). После Второй мировой войны в 1948 году было основано Международное артуровское общество, до сих пор ежегодно выпускающее библиографии работ, посвященных Артуру или имеющих отношение к теме, и весьма полезных для специалиста15. Моду на артуровский роман вновь обновили Т. Г. Уайт своим произведением «Прежний и будущий король» (1958) и Розмари Смолл, написавшая книгу «Меч на закате» (1963), проданные в сотнях тысяч экземпляров, а также популярные адаптации, в том числе фильм Уолта Диснея «Меч в Камне» (1963), мюзикл Рика Уэйкмана «Мифы и легенды о Короле Артуре и рыцарях Круглого Стола» (1975), а также «Эскалибур» Джона Боормана (1981), возможно, лучший из фильмов на артуровскую тему, хотя и поставленный по Мэлори.

Первая из многочисленных, посвященных артуровской легенде работ Джефри Эша появилась в 1958 году, и в течение последующих двух десятилетий его публикации вместе со статьями Лесли Элкока, посвященными раскопкам в Кэдбери, сформировали общественное представление о возможном облике исторического Артура. Вскоре после этого появились две книги, где была предпринята попытка переписать историю раннесредневековой Британнии на основании артуровских источников, а именно «Британния Артура» Лесли Элкока (1971) и «Время Артура» Джона Морриса (1973). Подобный подход вполне удовлетворял широкого потребителя, однако в академических кругах зрела новая точка зрения, и в 1977 году Дэвид Дамвилль в своем эссе «Послеримская Британния: история и легенда» подверг критике подобную манеру написания истории Средних веков в подобной манере и весьма критически отнесся к источникам16. Дамвилль утверждал, что артуровские тексты нельзя считать строго историческими: являясь компиляциями ранних материалов, они не современны событиям, которые описывают, и потому имеют сомнительную ценность17.

С течением столетий теории и идеи приходят и уходят, однако после отказа от поздних романтических источников всем ученым пришлось для обоснования своих идей пользоваться одной и той же скудной горсткой источников. Вообще говоря, теорий существует ровно столько, сколько существует историков, и история артуроведения едва ли менее интересна, чем сам объект этой дисциплины. Начиная с 1980-х годов было опубликовано множество работ, переносящих область деятельности Артура в Шотландию, Йоркшир, Камбрию, Уэльс, Сомерсет, Корнуолл, Бретань и еще более удаленные края. Самой интересной чертой всех этих работ является то, что для подтверждения столь различных собственных выводов они пользуются одними и теми же историческими и литературными источниками.

Существующий подход к толкованию этих ранних источников сложился за века исследований, и все же ряд пунктов в отношении «темных веков» остается по-прежнему непонятным, и вокруг нескольких фундаментальных вопросов до сих пор разворачиваются дебаты. Академический подход по природе своей не приветствует радикальных идей, в корне меняющих способ рассмотрения предмета: ему близки малые изменения существующих идей в пользу их усовершенствования. Но что делать в том случае, если кардинальный дефект присущ уже базовой теории? Никакие ревизии и пересмотры не сделают дефективную теорию работоспособной, но после того как основы ее затвердили сменяющие друг друга поколения студентов, что-либо изменить в ней становится чрезвычайно трудно.

С нашей точки зрения, в пересмотре самым насущным образом нуждается один из аспектов истории этого периода, а именно понимание географического контекста, в котором следует рассматривать доступные факты. Существующее ортодоксальное толкование утверждает, что валлийские правители селили саксов на землях Кента, а войско Уэльса обороняло города Шотландии. Тезисы эти настолько умело аргументированы, что на абсурдность их просто не обращают внимания, к тому же студенты зубрили их много поколений подряд. Подобные академические легенды имеют малое отношение к оригинальным рукописям или археологическим находкам.

Хотя внушительная доля предания была утрачена за истекшие века, пока еще существует основной материал, содержащий ключи к ответам на самые фундаментальные вопросы относительно личности Артура. Читателя безусловно изумит тот объем информации, который возможно извлечь из этих древних преданий: относительно семьи Артура, его дворов, сражений и дружины, а также о географически ином крае, чем обыкновенно связывается с легендой. Души многих согреет то, что облик подлинного Артура еще различим в глубине веков, если вглядываться в нее от начала XXI столетия. Когда завоеватели-нормандцы еще только перекладывали на свой лад историю страны и ее легенды, британцы хранили свои первоначальные сказания в стихах и прозе. И потому в течение почти трех веков параллельно существуют два различных варианта предания. Широко известна английская версия, восходящая к Вильяму из Мальмсбери и Генри из Хантингтона, но мало кто знаком с изложением ее альтернативного варианта, начертанным перьями валлийских бардов XII века, таких как Мейлир Бридидд и Киндделу. Эти валлийские барды — наследники древней традиции — продолжали хранить родное, куда более раннее и подлинное предание, записанное на одном из самых старых языков Европы.

Загадка Артура восходит к содержанию горстки старинных рукописей; по сути дела, личность Артура представляет собой текстуальную проблему, и чтобы разрешить ее, нам придется повнимательнее рассмотреть эти манускрипты. Пора британской истории между уходом из страны римлян (ок. 410 г. н.э.) до норманнского завоевания в 1066 году обычно именуется «темными веками», однако рукописных и исторических свидетельств о них существует гораздо больше, чем старается доказать нам только что использованный термин. На данном этапе рассуждений нам важно различать время, когда впервые была написана или составлена работа, и датировку ее самой ранней из дошедших до нас рукописей. До изобретения книгопечатания в XV столетии рукописи копировали от руки — для обращения и замены обветшавших и износившихся. Труд, впервые написанный в 1100 году, вероятно, копировался заново каждые пятьдесят лет, и потому к 1400 году он должен был пройти через руки шести различных копиистов, каждый из которых мог сделать свои ошибки или вставки, предназначенные якобы Для «улучшения» текста. Оригинальная, относящаяся к 1100 году рукопись едва ли находилась в употреблении в 1400 году, поскольку более поздние копии находились бы к этому времени в лучшем состоянии, и ее могли отправить на хранение или попросту выбросить. До нас могли дойти копии, относящиеся к 1400 годам, точнее поре, предшествовавшей изобретению печатного пресса, однако оригинал 1100 года давно канул в небытие, а вместе с ним и оригинальная версия текста.

Нам известно, что во времена Артура в Британнии был написан всего один текст — монахом по имени Гильда, — в котором имя нашего героя не упоминается (весьма важный пункт, к которому мы вернемся позднее). Труд Тильды «О погибели Британнии» (De Excidio Britanniae) был датирован примерно 540 годом, однако самая ранняя рукопись относится к XI веку и была написана примерно через 500 лет. Самый ранний из дошедших до нас и упоминающих Артура манускриптов датирован ок. 1100 года и содержит материал, впервые записанный ок. 830 года. В самом строгом смысле слова первичного материала не существует, мы имеем дело только с более поздними копиями со всеми присущими им ошибками и характерными особенностями, и потому нам приходится иметь дело не с произведением рук самого автора. (Ситуация эта отнюдь не уникальна для британской истории: описания римского периода истории Британских островов также дошли до нас отнюдь не в оригинальных рукописях. Написанное Тацитом «Жизнеописание Агриколы», например, является фундаментальным для изучения римской Британнии, однако самая ранняя из дошедших до нас копий восходит к XV столетию и была переписана через 1400 лет после оригинала.)18 Более того, люди, населявшие Британнию в «темные века», видели в истории смесь пророчества, героической поэзии и саги, в которой исторические и героические персонажи ходят рука об руку. Подобное легендарное восприятие являлось наследием века, не разделявшего реальный и сверхъестественный миры — и представление это настолько глубоко укоренилось в народе, что проявления его зафиксированы в кельтских странах даже в XX столетии19. Поскольку сама идея безупречного исторического повествования во времена Артура отсутствовала, нам приходится иметь дело с легендарной историей, мифами, фольклором и устными преданиями, передававшимися в течение столетий. Факт этот оставляет простор интерпретациям и ошибкам, что и является причиной столь разнообразных истолкований личности Артура.

В британских манускриптах, восходящих к устному преданию, упоминаются считавшиеся в прошлом важными люди, хотя описания связанных с ними событий сохраняются редко. Однако от природной устной традиции сохранились самые крохи, поскольку большая часть преданий не дожила до обретения ими письменной формы, хотя в записанном фольклоре сохранились и утраченные варианты сюжетов. Тем не менее самые старые из связанных с Артуром преданий сохранили множество указаний на названия местностей, селений и посвящения церквей, способных свидетельствовать об исходном ландшафте, забытом за ненадобностью потомками, но сохраненном бардами, историками и летописцами Уэльса. В оригинале предания Артур не был королем; не было в нем и Ланселота, Галахада и упоминания таких мест, как Лондон (исторически находившийся под контролем саксов). И, конечно же, его собственная родня, его народ не ждали, что спящий в пещере Артур восстанет в час нужды своей страны и придет ей на помощь, — эта честь была отдана другим, более достойным фигурам, таким как Кинан и Кадваладр, считающиеся в предании спасителями Уэльса. Кроме того, исторический Артур был похоронен после последней битвы отнюдь не на далеком, населенном эльфами острове или в английском монастыре, а в конкретной области своей родной земли.

Если бы Артур не удостоился сомнительной чести стать символом королевской власти нормандских захватчиков, короткие упоминания его имени в ранних хрониках и анналах, вне сомнения, заставили бы видеть в нем всего лишь малоизвестную и второстепенную историческую фигуру, и большая часть мира, конечно же, никогда не услышала бы о нем, осчастливив тем самым несколько лесов. Если бы нормандцы не сделали бы этот политический ход, не было бы ни короля Артура, ни великого христианского монарха, ни Круглого Стола, ни Гластонберийской легенды, ни Камелота, ни Тинтагеля с Винчестером — и на месте их остался бы только Артур-воитель. Если бы материалы валлийских хроник дошли до нас, не претерпев воздействия англонорманнской пропаганды, Артур, очевидно, попал бы в другую графу классификации — вместе с другими валлийскими вождями того времени, например такими, как Уриен Регед. Могилу Артура никогда не отыщут на землях расположенного в Сомерсете аббатства. Останки его, если они сохранились, следует искать в летописях и преданиях его собственного народа; если их не обнаружится там, значит, следы подлинного Артура изгладило время.

Прежде чем приступить к поискам королевства Артура на карте древней Британнии, нам необходимо посетить другой ландшафт — ландшафт, образованный старинными текстами, утраченными сагами и героическими преданиями. Тот ландшафт, в котором горы, холмы и долины образованы древними пергаментами и веленью, моря, реки и озера наполнены многоцветными красками и выцветшими чернилами, а леса, поля и города очерчены кончиком давно сломавшегося гусиного пера. Нам придется возвратиться к преданиям об Артуре, существовавшим до Гальфрида Монмутского, — к материалам, свободным от англо-нормандского влияния, — чтобы изучить историю и легенды соплеменников Артура и докопаться до географии того мира, который родил предание о нем. Дело это окажется не менее сложным и трудным, чем деяния, совершенные воинами Артура в поисках Олвен, однако исход их может в той же степени вознаградить нас за старания.

Ниже приведена хронологическая схема внесения дополнений в артуровскую легенду, произведенных после периода Гальфрида Монмутского. Из нее следует, что большинство известных эпизодов жизни Артура принадлежат более поздней романической традиции.

1136—1138. Гальфрид Монмутский пишет «Историю королей Британнии» и переносит войны Артура на континент.

1155. Уэйс первым упоминает Круглый Стол

1165. Кретьен де Тру а впервые упоминает в своей поэме имя Ланселота. Там же содержится первое упоминание Камелота в качестве Двора Артура.

1180. Кретьен де Тру а вводит в повествование Святой Грааль и пользуется Двором Артура как фоном для его поисков.

1193— 1199. Гиральд Камбрийский говорит об эксгумации останков Артура и Гвиневеры в Гластонбери (Сомерсет), таким образом идентифицируя это место с Авалоном.

Ок. 1200. Роберт де Борон первым определяет природу Грааля как чаши, использовавшейся Христом на Тайной Вечере.

Ок. 1200. Роберт де Борон первым упоминает меч в камне.

1225. «Цикл Вульгаты» представляет собой первую попытку связного изложения повести о Граале и Артуре от начала и до конца.

Ок. 1330. Изготовлен ныне находящийся в Винчестере Круглый Стол.

1380.В анонимной «Alliterative Morte Arthur» впервые появляется фраза «прежний и будущий король».

1470. Мэлори заканчивает рукопись «Смерть Артура», содержащую переводы французских и английских источников и соединяющую их в одно долгое изложение артуровской легенды.

1485. Вильям Кэкстон ревизует и печатает текст Мэлори. Легенда об Артуре обретает стандартный вид.

2. Рождение легенды

Небольшая группа клириков смиренно молчит, ожидая, пока новый епископ Линкольнский, Роберт де Чесни, обратит на нее свое внимание. Хотя еще только три часа дня, царящий в помещениях монастыря постоянный полумрак заставил зажечь свечи, и запах горящего сала наполняет воздух, согревая холодную каменную комнату. Наконец взгляд епископа вновь обращается к развернутому перед ним на широком дубовом столе пергаменту, и он подзывает к себе облаченную в монашеские одеяния братию. Один за другим монахи берут в руку гусиное перо и ставят свои подписи под документом. Наконец и фигура, неподвижным силуэтом застывшая на фоне выходящего в сад стрельчатого окна, поворачивается и направляется к освещенному огоньками свечей столу. Теперь видно, что это достойный человек, волосы его начинают седеть, а в уголках глаз, привыкших щуриться при свечах над выведенными на пергаменте буквами, залегли морщинки. Высвободив правую руку из рукава, он берет перо и проставляет свою подпись на хартии епископа Роберта: «Galfridus Arturus, Episcopus Sancti Asaphi. 1151» — «Гальфрид, сын Артура, епископ Сент-Асафа. 1151»1.

Джеоффри, сын Артура, куда более известен под именем, которым он подписал свой самый известный труд — «Историю королей Британнии»: «Galfridus Monemutensis, Гальфрид Монмутский». Воздействие его работы на средневековый мир и выросшие из нее впоследствии артуровские романы заставят имя «Гальфрид Монмутский» появиться в каждой книге, посвященной артуровской легенде. Несмотря на это, о самом Гальфриде известно крайне мало, и самые ранние записи в анналах помещают его не в расположенный в Уэльсе Монмут, а в расположенный в Англии город Оксфорд. Именно там его имя около 1129 года впервые упомянуто в числе свидетелей в хартии об основании Аббатства Осени, и в течение последующих двадцати пяти лет появляется на нескольких более поздних хартиях2. Хотя знаменитый университет еще не был основан, во времена Гальфрида Оксфорд уже считался местом учения, и похоже, что Гальфрид занимался там преподавательской деятельностью, поскольку в первых документах он дважды именуется магистром (учителем). Его связь с Уолтером, архидиаконом Оксфордским и ректором светского колледжа Св. Георгия, заставила ученых предположить, что он, возможно, являлся каноником этого колледжа3.

Мотивы, стоявшие за шедевром Гальфрида, который он закончил примерно между 1136-м и 1138 годом, на первый взгляд кажутся относительно ясными. После завоевания нормандцами Британнии в 1066 году летописцы новой монархии не обнаружили нужного количества информации о доримской истории острова и о бриттах, коренных его жителях. Гальфрид Монмутский заполнил этот пробел трудом, излагавшим всю историю Британнии от прибытия на остров Брутуса сына троянского героя Энея в 1200 г. до н.э. до смерти в 688 г. н.э. Кадваладра, последнего бриттского короля. Во введении Гальфрид утверждает, что давно разыскивал информацию о ранней истории Британнии, однако обнаружил искомое, лишь получив от своего друга Уолтера, архидиакона Оксфорда, старинную книгу, написанную на языке бриттов. О том, что представляла собой эта книга, за прошедшие с той поры века спорили часто и упорно, и в итоге «История» Гальфрида ныне считается псевдоисторией — скорее образчиком политической пропаганды, чем серьезным трудом по истории Британнии. Посвящения в тексте позволяют нам установить истинные мотивы написания этого выдающегося литературного сочинения, выделяющегося во всем прочем скромной карьере Гальфрида. Посвящения «Истории» менялись, следуя течению политических событий. Большинство сохранившихся манускриптов посвящены покровителю Гальфрида, могущественному Роберту, графу Глостеру, в некоторых из них к нему добавляется посвящение графу Валерану Вустеру. Далее в рукописях упоминаются король Стефан и/или Александер, епископ Линкольна (церковный начальник Гальфрида), которому он посвятил свою раннюю работу «Пророчества Мерлина» (Prophetiae Merlini), вошедшую в текст «Истории», и свой последний труд «Жизнь Мерлина» (Vita Merlini)4.

«История» была закончена после последовавшей 1 декабря 1135 года смерти Генриха I, назначившего законным наследником престола свою дочь Матильду. В последовавшем хаосе Матильда и ее двоюродный брат Стефан (племянник Генриха) соперничали и сражались (и часто с достаточной яростью) за обладание английским престолом. Сделанное Гальфридом посвящение Роберту Глостеру помещает его в число сторонников Матильды, поскольку Роберт, сводный брат Матильды, был ее главным союзником и наиболее могущественным сторонником. В самом деле в то время он являлся скорее всего самым могущественным из вельмож в стране. Впрочем, к несчастью для Гальфрида, корона в итоге досталась Стефану, и, следуя перемещению центра английской политики, Гальфрид соответствующим образом переписал свое посвящение. Роберт скончался в 1147 году, епископ Александер последовал за ним в 1148-м, и с той поры Гальфрид обратил свой взор к Стефану, рассчитывая на его поддержку. Старания его не прошли даром. В Кентерберийских анналах за февраль 1152 года сохранилась запись о рукоположении Гальфрида в священство, совершенном архиепископом Теобальдом, а в следующем году — о его избрании и возведении в сан епископа Сент-Асафа, расположенного в Северном Уэльсе5. Каких-либо свидетельств о посещении Гальфридом своей епархии не сохранилось. Действительно, восстание валлийцев под предводительством Овейна Гвинедда должно было сделать подобное путешествие опасным, если не практически неисполнимым делом. По сути дела, единственной ролью, которую Гальфрид выполнил на своем новом епископском посту, стало свидетельство одного из самых важных (относящихся к правлению Стефана) исторических документов, а именно хартии, подписанной в Вестминстере в декабре 1153 года и подтверждающей условия Уоллингфордского договора. Этот документ расчистил дорогу Генриху Анжуйскому (сыну Матильды) к английскому трону, на котором он утвердился под именем Генриха II в следующем, 1154 году.

Насущные политические проблемы не просто влияли на начинавшие «Историю» посвящения, они определяли также существенную часть ее содержания и географических реалий работы. Основное внимание в «Истории» Гальфрида уделено землям его покровителя Роберта Глостера и прочих влиятельных лиц среди сторонников Роберта, в особенности расположенному в Южном Уэльсе Каэрлеону6. Город этот играл важную роль в римское время, однако ничто не указывает на то, что в «темные века» он был местом пребывания королевского двора или кафедры архиепископа, как утверждает Гальфрид. И едва ли является совпадением, что некоторые из самых славных событий, о которых повествует «История», происходят в месте, находящемся под властью патрона Гальфрида. Епископство Лландава уже фабриковало себе древнее прошлое, о чем свидетельствует современная «История» Гальфрида «Книга Лландава», в которой собрание житий святых и поддельных древних хартий было использовано для обоснования претензий на земли в Южном Уэльсе. Роберту и его сторонникам принадлежали земли в области расположенного лишь в нескольких милях оттуда Кардиффа, и Гальфрид, по всей видимости, был рад сыграть роль в рассмотрении претензий Лландава. Список политически обоснованных перемещений и выдумок «Истории» мог бы составить отдельный том, что не является, однако, целью настоящей работы7. Нас в первую очередь интересуют те источники, которыми Гальфрид воспользовался для изображения фигуры Артура, и к ним мы теперь обратимся.

Утраченная древняя книга

Чтобы понять истинный источник той артуровской легенды, какой мы видим ее сегодня, важно установить, откуда Гальфрид взял факты, использованные им для создания героического образа Артура, и какая часть этого источника дошла до нашего времени, если это вообще произошло.

В введении к своему произведению Гальфрид полезным для нас образом называет эти источники, оплакивая отсутствие сведений о дохристианских королях Британнии и деяниях Артура в трудах предшествовавших ему историков Беды Досточтимого и Гильды Премудрого8. Использованные им отрывки из этих работ определить достаточно просто, поскольку он либо точно цитирует их, либо чуть изменяет — в той мере, чтобы сделать свое изложение связным9. Тремя основными источниками наших сведений по истории донормандской Британнии являются: «О погибели Британнии» (De Excidio Britanniae) Гильды Премудрого, написанная ок. 540 года, «Церковная история английского народа» (Historia Ecclesiastica Gentis Anglorum), законченная Бедой Достопочтимым в 731 году, и «История бриттов» (Historia Brittonum), текст, составленный из нескольких более ранних источников, собранных вместе в самой ранней версии, относящейся примерно к 830 году. В этом труде присутствуют и несколько цитат из классических произведений Виргилия и Овидия, а также из Вульгаты, латинского перевода Библии.

Кроме того, Гальфрид три раза упоминает о таинственной книге, которой пользовался в своей работе. Он явно хочет, чтобы читатель знал об этом труде, поскольку упоминает его в введении и в заключительной части работы. Во вступительной части «Истории» этот загадочный источник именуется «весьма древней книгой, написанной на бриттском языке» («quendam Britannici sermonis librum uetustissimum»)10. В заключительной части Гальфридова повествования источник называется «книгой на языке бриттов, которую Уолтер Архидьякон Оксфордский привез из Британнии» («librum istum Britannici sermonis quem Gualterus Oxenfordensis archidiaconus ex Britannia aduexit»)11. Последнее упоминание загадочной книги сделано в рассказе о последней битве Артура при Камлане, и Гальфрид сообщает читателю:

О сем же именно деле, благороднейший герцог [Роберт Глостер], Гальфрид из Монмута, предпочитает умолчать. Тем не менее собственными скудными и скупыми словесами он опишет битву, в которой самый знаменитый из наших королей сразился со своим племянником, как только возвратился в Британнию после победы, ибо это он обнаружил в уже упомянутом бриттском трактате. То же самое рассказывал и Уолтер из Оксфорда, человек весьма сведущий во всех отраслях истории12.

Утверждение Гальфрида о том, что он перевел эту таинственную книгу («По указанию Уолтера я потрудился перевести эту книгу на латынь»13), не следует воспринимать буквально. Здесь следует придерживаться того толкования, которое проистекает из самой природы текста Гальфрида, то есть иметь в виду, что он использовал эту книгу для заполнения пробелов, оставшихся после пересказа трудов Гильды, Беды и «Истории бриттов», которые образуют определенный исторический фон для «Истории» Гальфрида.

Не всегда осознается, что существует некоторое количество рукописей, известных как «Варианты», где описанные события противоречат напечатанной современной версии14. Такие «Варианты» обращают на себя внимание многими фактами: в них отсутствует упоминание Уолтера, архидьякона Оксфордского, и его таинственной старинной книги; нет посвящения патрону; а сами тексты отличаются настолько, что некоторые ученые даже предполагали, что «Варианты» представляют собой ранний набросок, составленный по оригинальным источникам, или же раннюю версию «Истории», написанную совершенно другим автором15. Не могли ли эти рукописи представлять вариант «Истории», подготовленный Гальфридом до того, как он получил загадочную британскую книгу от Уолтера Оксфордского?

Итак, что же имел в виду Гальфрид под книгой, написанной «на бриттском языке» и привезенной «из Британнии» («ex Britannia»)? Вопрос этот разобран в нашей книге «Ключи к Авалону», однако в данном случае полезно повторить некоторые из положений. Природа текста, послужившего основой для сочинения Гальфрида, была объектом достаточно пылких дебатов ученых, начиная с XII столетия. Некоторые видели в повествовании Гальфрида полную выдумку, прикрытую ссылкой на утраченный источник, как нередко практиковалось в Средние века, дополненную утверждением на его древность, чтобы придать сочинению авторитет16. Занимающие такую позицию ученые полностью освобождают себя от ответственности за любые вопросы, окружающие происхождение значительного труда Гальфрида, и оставляют их без ответа. К сожалению, такой скептический подход присущ многим современным специалистам. Однако против такого мнения существуют не менее авторитетные возражения. В 1970 году, например, Р. У. Саутерн утверждал: «Лично я убежден в том, что источник, который он [Гальфрид] якобы получил от Уолтера, архидьякона Оксфордского, реально существовал»17.

Те из ученых, которые считают, что Гальфрид воспользовался старинной книгой, спорили о ее происхождении. Был ли этот ныне утраченный текст вывезен из Бретани или же он представлял собой загадочную и старинную валлийскую книгу? Причина путаницы рождена использованием слова Britannia, так как в XII веке оно использовалось для обозначения и Уэльса, и Бретани. Один из самых важных ключей к его толкованию предоставляет также посвященная Роберту Глостеру поэма «История Англичан» (L'Estoire des Englies), написанная Джеоффри из Гаймара ок. 1140 года18:

Robert li quens de Glaucestre

Роберт, граф Глостер,

fist translater icele geste

Приказал перевести эту повесть

Salum les liveres as Waleis

По книгам валлийским,

Kil aveient des Breton reis.

Которые были у него о королях бриттов.

Как указывал профессор Э. К. Чемберс в 1927 году, Джеоффри из Гаймара, писавший в расчете на англо-норманнскую аудиторию в начале 1140-х годов, считал, что посвященная Роберту Глостеру книга (почти наверняка ею была «История») переведена с валлийского языка19.

Споры продолжаются по сей день, хотя тщательное изучение содержания «Истории» свидетельствует о том, что Гальфрид, вне сомнения, имел доступ к чисто валлийским преданиям — письменным или устным, а скоре всего и тем и другим. Тот факт, что, находясь в Оксфорде, Гальфрид видит в Британнии самостоятельный регион, свидетельствует о том, что вопреки мнению историков классической школы он пользовался этим словом не для обозначения всего острова Британния. Учитывая приведенную выше цитату и следующие далее свидетельства, авторы согласны с мнением Джона Дж. Пэрри, написавшего несколько важных книг на интересующую нас тему: «Название это [Britannia] в третьем смысле используется для обозначения принадлежащей бриттам части острова. Писавший в Англии Гальфрид понимал слова ex Britannia как «из Уэльса», и использовал их именно так»20.

Соответствие между «Историей» и существующими в Уэльсе преданиями добавляет веса утверждению о том, что использованная Гальфридом таинственная старинная книга имела валлийское происхождение. В повествовании Гальфрида можно выделить отрывки, восходящие к более ранним источникам, почти все из которых либо являются валлийскими, либо написаны уэльсцами на латыни. К источникам этим относятся такие ключевые работы, как «Летописи Уэльса» (Annales Cambriae), «История бриттов» и повесть о «Кулохе и Олвен», которые мы подробнее рассмотрим в следующей главе. Ниже находится сводка моментов артуровской легенды, которая, как можно показать, восходит к ранним источникам. Скоро становится ясно, что Гальфрид не изобретал Артура, как утверждают некоторые, но просто собрал воедино старинные предания и добавил некоторую толику собственного материала.

Артура коронует в Каэрллеоне архиепископ Дубриций

Дубриций, именуемый по-валлийски Дивригом, упоминается в относящемся к VII веку Житии св. Самсона; однако самую полную версию этого жития можно найти в «Книге Лландава» (ок. 1140), в которой содержатся также пять хартий, где упоминается его имя. Все связанные с его именем названия местностей сосредоточены в Юго-Восточном Уэльсе и Херефордшире. Дивриг также упоминается в Житиях св. Иллтуда и св. Гвинллиу, действие которых также происходит в Юго-Восточном Уэльсе. В «Летописях Уэльса» сказано, что он умер в 612 году, однако приведенные выше свидетельства заставляют предположить как более вероятную дату — ок. 530 года. Тело его было погребено на острове Бардси, расположенном возле побережья полуострова Ллейн в Северном Уэльсе, но в 1125 году было перенесено в расположенный в Южном Уэльсе Лландав 21,

Битва Артура на реке Дуглас

В знаменитом перечне сражений Артура, помещенном в разделе 56 «Истории бриттов», местность эта носит название Дубглас, и там Артур дал свои второе, третье, четвертое и пятое сражения против саксов. Сцена этих сражений подробнее рассматривается в главе 6.

Битва Артура при Каэрлуидеойте

Кроме перечня артуровых битв местность эта упомянута только в «Истории Груфудда ап Кинан», биографии правителя Гвинедда, скончавшегося в 1137 году. Подробнее о нем также будет сказано в главе 6.

Битва Артура при Коэд Келиддоне

В соответствии со списком битв в «Истории бриттов» Коэд Келиддон стал местом седьмого данного Артуром сражения. Местность эта мимоходом также упоминается в других валлийских источниках, таких как «Черная книга Кармартена» и «Книга Талиесина». Место этого сражения также будет описано в главе 6.

Оружие Артура, носящее имена Придвен, Калибурн и Рон

Имена вещей Артура называются в «Кулохе и Олвен», и будут подробнее рассмотрены в следующей главе.

Артур сражается при Бадоне с изображением Девы Марии на щите

Битва при Бадоне является самой ранней среди известных британской истории «темных веков», ее упоминает Гильда в «О погибели Британнии». Подробнее см. в главе 6.

Шестьдесят островов на озере Лумоной

Заимствованы непосредственно из раздела 67 «Истории бриттов».

Квадратное озеро, в каждом углу которого ловится свой вид рыбы

Прямое заимствование из раздела 70 «Истории бриттов».

Озеро Лиин Лигуа, поглощающее море и изрыгающее его обратно

Вновь непосредственное использование «Истории бриттов» — в данном случае раздела 69.

Самсон, архиепископ Йоркский

Святой Самсон был весьма известным в Уэльсе персонажем прежде, чем Гальфрид воспользовался его именем для вымышленного архиепископа Йоркского. «Житие св. Самсона» датировано VII веком и является самым старшим среди дошедших до нас житий. В нем сказано, что Самсон был сыном Араона из Диведа (Юго-Западный Уэльс), и его в раннем возрасте послали в школу в Лланиллтуд Ваур, где впоследствии он был рукоположен Дубрицием (Гальфрид, как мы уже видели, также пользовался этим именем). Самсон совершал путешествия в Ирландию и Корнуолл и закончил свои дни в Доле (Бретань). Имя Самсона также упоминается в житиях валлийских святых Кадога, Иллтуда, Падарна и Теилио, реально существовавших до того, как Гальфрид написал свою «Историю». Юго-восточная валлийская принадлежность использованных Гальфридом материалов, касающихся Самсона и прочих святых, свидетельствует о том, что источником церковных имен для него послужила агиографическая школа Лланкарвана и Лландава, расположенных вблизи Кардиффа.

Артур женится на Гвиневере

В «Кулохе и Олвен» имя Гвенхвивар носит жена Артура.

Артур пересекает море, чтобы сразиться с ирландским королем Гилламури

Об аналогичном событии повествуется в «Кулохе и Олвен», где Артур переплывает в Ирландию, чтобы сразиться с Диурнахом за его котел (см. главу 5).

Кай и Бедвир являются ближайшими соратниками Артура во время его континентальных походов

Оба эти персонажа являются ближайшими спутниками Артура в соответствии с ранними валлийскими источниками, особенно «Житием св. Кадога», «Кулохом и Олвен» и поэзией «Черной книги Кармартена».

Утверждается, что Гавейн является племянником Артура

Родство это впервые зафиксировано в «Кулохе и Олвен».

Церкви в Каэрлеоне освящены во имя мучеников Аарона и Юлиана

В «О погибели Британнии» Гильды упоминаются святыни Юлиана и Аарона как находящиеся в Urbes Legiones (Городе легионов). Название это переводится на валлийский язык как «Каэрлеон» (Каэр — «город», а леон или ллеон — «легион»). В Уэльсе существовало два римских города, носившие это имя: Честер и Каэрлеон на реке Уск. Беда скопировал эту информацию непосредственно у Гильды, а предания об этих мучениках можно отыскать в «Книге Лландава».

Имена из длинного списка знатных людей, присутствовавших на коронации Артура

Этот длинный список имен можно разделить на две части: имена, уже присутствовавшие на страницах «Истории», и те, которым еще предстоит появиться там в разделах, относящихся ко времени, последовавшем за смертью Артура, и имена, вообще не упомянутые в рукописи. В первой части содержатся имена некоторых исторических персонажей, таких как Кадваллон Лаухир и Уриен Регед, присутствующие и в «Истории бриттов», и в ранней валлийской поэзии. Во второй части, содержащей пятнадцать имен, пять имен можно отождествить с именами из собрания валлийских генеалогий, содержащегося в хранящемся в Британской библиотеке манускрипте Harleian MS 3859, датированного приблизительно 950 годом23. Ниже приведены имена, присутствующие в «Истории» и в ранних источниках (с указанием раздела), расположенные рядом для облегчения сравнения:

Historia Regum Britanniae

Харлеанские генеалогии

Донаут мап Папо

Дунаут мап Паппо (11)

Хснеус мап Койл

Кенеу мап Койл Хен (9)

Гривуд мап Ногорд

Грипиуд ап Ноугой (15)

Горбониан мап Гойт

Гарбауниан мап Койл Хен (10)

Рун мап Нетон

Рун мап Нейрхон (16)

Отречение Дубриция и назначение новых епископов

Дубриция сменяет св. Давид, святой покровитель Уэльса, культовая фигура на юго-западе страны при главном центре в Сент-Дэвидсе (Пемброк). Клирик по имени Тебаус (латинский эквивалент валлийского Теилио) становится епископом Лландава, и поскольку «Житие св. Теилио» содержится в «Книге Лландава», южно-валлийское происхождение церковно-исторического материала очевидно.

Максен и Элен венчаются римской короной

Более подробно эта история пересказывается в валлийском повествовании «Сон Максена Вледига».

Артур рассказывает о своем сражении на Монс Аравиус с великаном Рето, который намеревался изготовить себе плащ из бород побежденных им королей.

В точности та же самая история рассказывается в валлийском предании о великане по имени Рита, упомянутом также в «Кулохе и Олвен». Подробнее этот эпизод рассматривается далее.

Артур сражается с Медродом при Камлане

В «Летописях Уэльса» говорится, что Артур и Медрод погибли при Камлане, хотя не вполне ясно, сражались ли они друг с другом. Медрод несколько раз появляется в других валлийских источниках, хотя он и не называется там племянником Артура, как в «Истории». Битва при Камлане является общей темой валлийских преданий и подробнее будет обсуждаться в главе 8.

Смерть Артура в 542 году

Эта дата хорошо соответствует 539/40 годам, названным датой битвы при Камлане в «Летописях Уэльса».

Приведенные выше детали показывают, насколько большую часть истории Артура Гальфрид обнаружил в ранних валлийских источниках, как письменных, так и устных, что только подтверждает то, что таинственная книга, написанная на бриттском языке, была валлийской. «История» также свидетельствует об еще одном валлийском источнике, не связанном с Артуром24. Теперь уместно привлечь внимание к семидесяти сохранившимся рукописям валлийской версии Гальфридовой «Истории», известным ныне под названием «Хроники королей» (Brut у Brenhinedd). Тексты эти имели пеструю судьбу; они именовались и простыми переводами латинской истории Гальфрида, и оригинальными валлийскими копиями использованного им первоисточника. Самая ранняя из валлийских рукописей датирована ок. 1200 года и представляет собой копию более раннего текста, о чем свидетельствуют ошибки переписчиков; посему она не могла оказаться использованным Гальфридом источником, и мы не способны узнать, работал ли он с более ранним и утерянным теперь манускриптом25. Скорее всего, правда расположена где-то посередине, поскольку хотя многие из валлийских рукописей являются просто переводом латинского текста, некоторые из них содержат информацию, отсутствующую в тексте Гальфрида. В «Хронике королей» латинизированные Гальфридом имена предстают в своем оригинальном валлийском виде и в некоторых случаях к ним добавляются отчества, известные по другим валлийским манускриптам. Упомянутые в «Истории» валлийские названия местностей остаются без изменения, однако опущены латинские пояснения Гальфрида и добавлены некоторые подробности, известные из валлийской традиции. В валлийских текстах часто более жестоко описывают сражения и уделяют больше внимания церковным аспектам повествования, чем светским. В одной из немногих посвященных этой теме статей Шарлотта Уард следующим образом описывает ситуацию: «Все MSS приводят подробности и валлийские эквиваленты, отсутствующие в латинском тексте, и во многих случаях независимы друг от друга26"»

«История королей Британнии» была написана в ту пору, когда нормандцы стремились расширить сферу своего влияния на Уэльс и Шотландию, и в труде Гальфрида явным образом проступает политический подтекст. Воспользовавшись доступными ему источниками, историческими или легендарными, Гальфрид заполнил пробелы с помощью собственного воображения, и в итоге создал труд, удобочитаемый даже в нынешнюю пору. Все свидетельства указывают на то, что использованный им загадочный источник был валлийским текстом — по всей вероятности, аналогичным упомянутому выше манускрипту Harleian MS 3859. Манускрипт этот также содержит одну из самых ранних версий «Истории бриттов», ряд ранних валлийских генеалогий и «Летописи Уэльса», причем все три вида источников были явным образом использованы Гальфридом. Остается надеяться, что дальнейшие исследования или удачная находка нового манускрипта пролеют свет на проблему.

Странно и даже отчасти печально, что, несмотря на весомый вклад в литературную и политическую жизнь своего времени, смерть Гальфрида явным образом была незамечена летописцами и придворными хронистами его господ. Кончину его заметили только те люди, предания которых Гальфрид похитил, и одна-единственная короткая и неточная запись (на самом деле он был епископом Сент-Асафа) в «Летописи валлийских князей» (Brut у Tywysogion) подводит итог жизни одной из самых влиятельных личностей Средневековья: «1155... В этом году почил Гальфрид, епископ Лландава»27.

3. Хранители преданий

Сохранившиеся фрагменты британских древностей, использованных Гальфридом Монмутским, представляют огромный интерес для наших исследований. В то время как наиболее известные истории о Мерлине и континентальных походах Артура представляют плод творческого воображения рассказчика, трудившегося на могущественного политического покровителя, ранние предания отражают в полулегендарной форме облик Артура, каким он был известен своему народу. Как можно было заметить в предшествующем обозрении развития артуровской легенды, след литературных улик уводит к преданиям, рожденным в земле, ныне называющейся Уэльсом. Как сказал Томас Джонс в 1958 году «существование преданий и повествований об Артуре до 1136 года ограничено валлийскими и немногими латинскими текстами, большинство которых созданы валлийцами»1. Эти предания составляют наиболее ранний и подлинный свод сохранившегося материала артурианы, хотя в них не упоминаются такие места, как Гластонбери, Тин-тагель и Кэдбери, связанные с Артуром в романтических произведениях и современных мифах (научных и популярных).

Многие годы не затихали споры о том, существовало ли полностью сформировавшееся валлийское предание об Артуре, сопоставимое по составу с сочиненным Гальфридом Монмутским жизнеописанием. Свидетельства уэльских источников позволяют со всей отчетливостью заключить, что среди остатков родного ему народа действительно существовало самостоятельное и решительно отличное предание об Артуре, причем существовало оно задолго до того, как Галь-фрид взялся за перо и тем самым навсегда изменил облик артурианы. Все ранние и наиболее подлинные упоминания Артура обнаруживаются в валлийском контексте. Более того, вопреки столетиям норманнского господства и пропаганды ранние предания древних бриттов как будто бы сохранялись в холмах и долинах Уэльса до существенно более поздних времен, несмотря на растущую популярность сочиненного Гальфридом «средневекового бестселлера» в иных краях. Но что можно сказать о хранителях этих преданий, монахах и бардах Уэльса? Что именно оставили они своим потомкам, и почему свидетельство их имеет такое значение?

Валлийские барды

В просторном каменном зале воцарилось молчание, едва бард Гвалхмаи ап Мейлир вступил внутрь него; воины оторвались от пира, похвальбы и возлияний меда, обратившись к серьезному делу — к барду и его песням. Здесь, посреди воителей, в Поуисе XII века Гвалхмаи предстояло пропеть хвалу Мадогу ап Маредудд и его свите после очередного удачного набега. Гвалхмаи остановился перед центральным столом и подождал, пока окончательно уляжется шум и затихнут незавершенные разговоры. В чертоге напряженно ожидали его слов, и, неторопливо повернувшись, он обвел взглядом зал, а потом начал петь. По обычаю хвалы поэта вождю и его дружине принимали вид груды сравнений с великими воителями и полководцами валлийского прошлого. Вознося хвалу, Гвалхмаи среди прочих помянул имя Артура — не только уподобив силу Мадога силе самого Артура, но и сравнив клич дружины Мадога с кличем артуровой рати: «mat gawr torf teulu Arthur» — «словно крик воинства Артурова»2.

Валлийские барды XII столетия являлись наследниками литературной традиции, уходящей в туманную древность, и традиция эта дошла в своем первозданном виде до наших дней. Наряду с греками и римлянами валлийцы обладают одной из наиболее древних литератур современного мира. Самые ранние упоминания о поэтах, существовавших среди ныне называемых кельтскими народов, обнаруживаются в трудах классических авторов, рассказывающих о bardoi или bardi кельтской Галлии. Слово «бард» находилось в употреблении в Уэльсе и Ирландии в начале Средних веков, оно восходит к индоевропейскому корню bardos, означающему «воспеватель хвалы»3. Положение таких лиц в кельтском обществе носило несколько эзотерический характер, если судить по таким классическим авторам, как Юлий Цезарь и географ Страбон. Эти ранние источники говорят о существовании в общественной иерархии континентальных кельтов трех важных интеллектуальных групп: барды, прорицатели-поэты и друиды. Свидетельства указывают на то, что практиковавшие героическую поэзию барды являлись панегиристами (певцами, возносившими хвалу), прорицатели или поэты (vates или manteis) были философами, а друиды (druidai) представляли собой высший среди образованных классов, исполнявший одновременно религиозные и судебные функции. Из трех перечисленных классов лишь барды пережили римскую оккупацию и приход христианства, и анонимные стиховорцы античности предшествовали панегиристам, процветавшим в средневековых Ирландии и Уэльсе.

Барды Уэльса и Ирландии хранили в памяти огромное количество местных преданий — обретавших форму повествований, стихов и генеалогий, рассказывающих о радостях и горестях собственных правителей, а иногда и правителей соседних областей. Материал этот не был организован так, как это сделали бы мы с нашей историей, расписав ее по темам и хронологии, но часто состоял из повествований, объединенных общностью темы и аналогией, вне зависимости от хронологических рамок. Если судить по строгим критериям, прилагаемым современными историками к более близким нам временам, в сказаниях этих содержится немного исторических фактов. Однако, если вдуматься в природу той информации, которая сохранилась у нас о рассматриваемом периоде, и осмыслить исторический фон их возникновения, тогда анализируемые источники становятся и более информативными, и надежными. Различие между историей, литературой и легендой не было для авторов этих материалов столь же очевидным, как и для нас.

В бардической поэзии, сохранившейся в валлийских рукописях (как практически и во всей кельтской героической литературе), можно отыскать многочисленные упоминания личных имен и наименований местностей. Некоторые из них надежно отождествлены; многие остались не найденными на карте или принадлежат к утерянным ныне сказаниям. Хороший пример представляет собой собрание валлийских стихотворений, известных нам под названием «Надгробные строфы». Считается, что они восходят к IX столетию или даже более ранним временам; собрание это представляет собой нечто вроде перечня или указателя мест погребения более чем сотни знаменитых прежде воителей, с рассказами о них и дополнительными материалами, накопившимися в процессе передачи сказаний, такими как цитаты из валлийских стихотворных саг. В некоторых строфах упоминаются известные нам истории, местности и люди; в других содержатся только неизвестные нам из прочих источников личные имена и достаточно неясные указания на место погребения.

Одной из наиболее интересных особенностей этого и прочего традиционного материала является то значение, которое придается тому, что и где происходило, но не тому, когда это было. Патрик Симс-Уильямс указывал, что «знание местностей, по сути дела, является центральным в кельтской героической литературе»4. И именно переосмысление наименований местностей в сохранившихся фрагментах современных преданий предоставляет нам наиболее продуктивный способ проникновения в суть ранней традиции, в том числе связанной с Артуром. Хотя положения легендарной фигуры Артур достиг в весьма «темную» для нас пору, сохранившиеся источники все же донесли до нашего времени ту информацию, которая способна помочь нам установить первоначально связанную с ним область. Не стоит даже и говорить, что Артур, каким рисуют его предания, совершенно не похож на привычного нам по романам.

На вопрос, что именно могут рассказать нам эти источники об историческом Артуре, ответить сложно, и не из-за кажущегося отсутствия материала и даже не из-за пластов, которые наложились на исходное ядро предания за прошедшие столетия, а в связи с самой природой сохранившихся исторических документов. В Уэльсе исторические предания передавались в устной форме, и многочисленные упоминания известных людей, повествований и отдельных событий в них в сохранившихся рукописях делают очевидным тот факт, что огромное количество этого материала никогда не было записано. Так, доктор Рейчел Бромвич считала, что «различные сходящиеся линии свидетельств без всяких сомнений говорят о том, что дошедшие до нас фрагменты повествований на валлийским языке некогда представляли всего лишь часть существенно более внушительной традиции... "Четыре ветви Мабиноги", "Кулох и Олвен" и валлийские романы представляют собой относительно позднюю литературную адаптацию того, что следует рассматривать как всего лишь фрагменты тех циклов повествований, к которым они принадлежат»5.

Первоначальные предания бриттов сохранились в истории и литературе Уэльса и, хотя самые ранние из рукописей датируются всего лишь XII столетием, в них содержатся ценные свидетельства о раннем периоде. Многие из валлийских рукописей подверглись тщательному исследованию, и даты их написания были определены согласно лингвистическим данным, содержанию и орфографии текстов6. Полученные даты были использованы для составления схем развития в письменной форме некоторых тем, повествований и персонажей, в соответствии с определением, данным опять-таки доктором Рейчел Бромвич: «Прогресс в нашем понимании исторического развития кельтских языков, имевший место в настоящем столетии, предоставляет нам возможность определить дату написания текста в его ранней письменной форме, как на несколько столетий предшествующую наиболее ранней из содержащих его рукописей»7.

В Уэльсе поэтов «темных столетий» называют кинвейрдд (Cynfeirdd) или «ранними поэтами», и идущая от них традиция нисходит к «Гогинвейрдд» (Gogynfeirdd), дословно — «поэтам, не столь ранним». Самые известные среди них — Бейрдд и Тивисогион (Beirdd у Tywysogion): поэты, или барды, валлийских князей, являвшиеся официальными придворными бардами князей независимых областей Уэльса с 1100 по 1300 год. Эта бардическая традиция просуществовала в той или иной форме вплоть до XVI столетия. Примерно до 1250 года аллюзии в их произведениях указывают на то, что барды по-прежнему глубоко осознавали свое наследие. Однако начиная с середины XIII столетия они постепенно утрачивают соприкосновение с ранним материалом: упоминания прошлого носят теперь в основном сравнительный характер, и на произведения их начинают оказывать влияние элементы поздних континентальных романов вместе с произведением Гальфрида Монмутского. Стихотворения «Гогинвейрдд» «указывают на то, что произведения этой устной литературы оставались в известной степени в обращении до конца XII столетия; что в меньшей степени обнаруживают стихи поэтов кивидд (cywydd) [барды, писавшие позже примерно 1300 года] последующего периода»8. Начиная с этого времени барды постепенно утрачивают свою центральную позицию в валлийском аристократическом обществе, а с утратой Уэльсом независимости и началом книгопечатания, наряду с утратой покровительства, частично вызванной роспуском монастырей, необходимость в этом древнем общественном классе полностью исчезает к середине XVI столетия9.

Как мы уже говорили, личность Артура представляет собой, по сути дела, текстуальную проблему, и именно в манускриптах, содержащих остатки ранних бриттских преданий, продолжим мы наш поиск этой загадочной фигуры. Хотя повествующие об Артуре валлийские источники изучались не одно столетие, по сравнению с трудом Гальфри-да Монмутского и поздними романами они пребывают в относительной неизвестности. Но, воспользовавшись ими, мы можем узнать имена соратников и родственников Артура, определить название местностей, где они жили, и в конечном счете обнаружить место возникновения предания об Артуре. Хотя в горстке ранних валлийских источников можно отыскать лишь маловразумительные фрагменты, тем не менее они сохранили достаточно материала, способного дать представление о предании, существовавшем задолго до того, как норманны высадились на этих берегах. Описанные ниже источники содержат донорманнское предание об Артуре. В первую очередь мы обратимся к той точке, в которой впервые встретились две культуры: к латинским материалам, впервые называющим Артура королем и использующим его для оправдания англо-норманнского правления в Южном Уэльсе.

Жития валлийских святых

Первое звено, связывающее нас с ранним валлийским материалом, мы находим в эпилоге «Истории королей Бри-таннии» Гальфрида Монмутского:

Дело описания их [бриттов] королей, после сего правивших Уэльсом, я оставляю моему современнику Карадогу из Лланкарвана. Королей саксов я оставляю Вильяму из Мальмсбери и Генриху из Хантингдона. Этим последним я рекомендую ничего не рассказывать о королях бриттов, зная, что в их распоряжении нет книги на бриттском языке, которую Уолтер, архидьякон Оксфордский, привез из Уэльса10.

Единственным текстом, определенно принадлежащим Карадогу из Лланкарвана, является «Житие Гильды», написанное примерно в то же самое время, когда Гальфрид составлял свою «Историю»11, в нем приводятся подробности жизнеописания Гильды и рассказывается о войне Артура с королем по имени Мелвас, похитившим его жену в местности, именуемой Гластеннин, которая долго трактовалась как расположенный в Сомерсете Гластонбери; здесь Карадог впервые связывает Артура и впоследствии прославившийся его именем город12. Около 1090 года в Южном Уэльсе были составлены жития нескольких валлийских святых, в которых упоминаются подвиги Артура, и по крайней мере одно из них было написано в Лланкарване, последнем из пристанищ Карадога13.

Самая ранняя рукопись, содержащая эти жития, датирована временем после 1200 года; она находится в Британской бибилотеке и известна под названием «Cotton Ms. Vespasian A. xiv». Предполагается, что она была написана в Монмуте, и многие из содержащихся в них житий имеют южноваллийское происхождение14. География событий, отраженных в житиях святых, приурочена к границам земель, принадлежавших церквам, освященным во имя конкретного святого. Споры из-за земель, принадлежавших той или иной церкви, играли существенную роль в повседневной жизни Южного Уэльса того времени. Изображение Артура в этих «Житиях» существенно отличается от того, каким он предстает нам в других ранних валлийских источниках: Артура сопровождают Кай и Бедвир, его спутники по самым ранним из преданий, и он изображается в качестве местного короля или тирана, которого необходимо победить святому, чтобы приобрести землю. Из «Житий» следует, что как персонаж Артур исключительным образом выполняет роль противника святого и за исключением этой функции ничем не выделяется, хотя некоторые элементы предполагают наличие ранее существовавшего предания. Аналогичную роль в житиях некоторых других святых выполняет Маэлгун Гвинедд, исторический король, правивший в VI веке в Северном Уэльсе. Авторы этих житий, видимо, знали о существовании Маэлгуна Гвинедда из хроник, подобных «О погибели» Гильды, однако откуда им стало известно об Артуре? В написанной на эту тему великолепной статье Джефф Райдер проясняет ситуацию следующим образом:

Шесть «Валлийских житий», в которых появляется Артур, возможно... связаны с норманнским завоеванием и продвижением в Уэльс между 1067-ми 1135 годом и представляют собой результат внезапного и бурного роста историографической деятельности, вызванной этой экспансией; и мы можем заключить, что когда ученые конца XI и начала XII столетия обратились к изучению доступных им письменных и устных источников по истории Британ-нии, одним из первых они обнаружили там Артура15.

Артур не только изображен в житиях как король (эта подробность отсутствует в ранних валлийских источниках), он предстает там в качестве короля Британнии; каковое название при жизни святых прилагалось только к Уэльсу, а не всей Британии, или Бретани.

Гальфрид бесспорно знал о существовании агиографической школы с центром в Лландаве и Лланкарване, о чем свидетельствуют упоминания в тексте его «Истории» южноваллийских святых и Карадога в эпилоге к ней. Не в «Житиях» ли этих святых наткнулся он на материал, вдохновивший его на создание фигуры Артура, короля всея Британнии? Джефф Райдер в этой связи отмечает два очень важных факта:

В общем, из тех «Житий», в которых присутствует Артур, следуют два вывода. Во-первых, создание артуровс-кой литературной традиции в XII веке получило свой начальный толчок от сильной англо-норманнской и камбро-норманнской историографической реакции на норманнскую оккупацию Англии и Уэльса: ответственность за возникновение артуровского цикла в известной степени (более чем на ком-либо другом) лежит на Вильгельме Завоевателе. Во-вторых, Гальфрид Монмутский ни в коем случае не был изобретателем фигуры Артура, и только придал прежде отсутствовавшие форму и определение уже существовавшей, достаточно пластичной и текучей персоне16.

Однако если повести об Артуре и была свойственна некая неопределенность, то персоне его все-таки не была присуща та расплывчатость, в которую нас так часто пытаются заставить поверить.

«История бриттов»

«История бриттов» представляет собой компиляцию местных преданий, собранных более чем из тридцати различных манускриптов. Хотя в различных рукописях, по сути дела, содержится основной базовый материал, в каждом конкретном случае существуют собственные прибавления к ним и различия в текстах17. Общепризнано, что большая часть материалов была собрана воедино ок. 830 года н.э. и весь труд часто приписывается самому знаменитому из редакторов этого труда Неннию (писавшему в первой половине IX века), хотя он являлся всего лишь одним из редакторов, чьи имена присутствуют в различных рукописях18. В своем введении он заявляет: «Посему я свалил в одну кучу все, что мне удалось найти в анналах римлян и хрониках Святых Отцов, и в писаниях ирландских и английских, а также в преданиях наших предков»19.

Ненний называет некоторые из использованных им источников «Книга св. Германа» и «Книга св. Патрика», однако происхождение внушительной доли материала проследить невозможно, и потому возраст его и подлинность остаются неопределенными. В хронике идет речь о происхождении бриттов, вторжении римлян и последовавшим усобицам между уэльсцами, пиктами, скоттами и саксами. Отношение к Артуру имеют два отрывка: во-первых, знаменитый список сражений Артура, который будет подробно разобран в главе 6; и во-вторых, часть, носящая у специалистов название «Mirabilia» (лат. «Чудесное»), в которой речь идет о чудесах Уэльса и содержится несколько весьма ранних относящихся к Артуру преданий. Приведенный ниже отрывок позволяет заключить, что предание, к 830 году уже видевшее в Артуре полулегендарного героя, локализовало его в Южном Уэльсе.

§73. Еще есть одно диво в области, которая называется Буилт; там находится груда камней и поверх этой груды поставлен камень со следами собачьих лап. Когда воин Артур охотился за Турх Труйт Кавалом (великим вепрем Труйтом), пес его оставил свой след на камне, и потом Артур сложил груду камней, а поверх нее поставил камень со следом своей собаки, который зовется Кэрн Ка-вал. Люди приходят и забирают камень на день и на ночь, однако утром он оказывается наверху груды камней»20.

Местность эта была идентифицирована как керн, давший свое название Корн Гаффаллт, горе, поднимающейся на четыре с половиной сотни метров над верховьями реки Уай в Северном Брекнокшире, между Райадером и Буилт Веллс. Еще три присутствующих в «Mirabilia» чуда, относящиеся к обладающим фантастическими свойствами озерам, как уже отмечалось выше, были упомянуты Гальфридом в его «Истории».

«Historia Brittonum» является самым ранним историческим трудом, на страницах которого упоминается Артур, и самая старая из версий текста присутствует в хранящемся в Британской библиотеке манускрипте, известном под названием Harleian MS 3859. В этом бесценном манускрипте содержится наиболее раннее и полное собрание исторических материалов, касающихся Уэльса, каким он был до норманнского вторжения, а также ряд валлийских генеалогий, которыми, как мы уже видели, Гальфрид мог пользоваться при создании перечня лиц, присутствовавших на коронации Артура. Сама рукопись датирована не ранее чем ок. 1100 года, однако сам текст относится к существенно более ранней поре: «История бриттов» датируется временем ок. 830 года, валлийские генеалогии — ок. 950 года; такой же возраст имеет и следующий источник, которого мы сейчас коротко коснемся, — «Летописи Уэльса».

«Летописи Уэльса»

Эти анналы (иногда более точно именуемые «Валлийские анналы» были написаны ок. 950 года и состоят из крайне коротких записей, касающихся истории Уэльса и нескольких важных событий, происшедших за его пределами. Анналы выстроены по сокращениям «an» (то есть «anno, в году таком-то») для каждого года (всего их 454), а все десятые годы отмечены римской цифрой («I», «И» и т. д.). Некоторые из годов имеют небольшую историческую справку, в то время как остальные комментариев не имеют. Одной из проблем здесь является то, что первое из «an» не снабжено никакой записью, что делает неопределенной дату начала отсчета; тем не менее ученые установили, что датой этой является 444 год, плюс-минус один год — что дает нам вполне приемлемую ошибку.

Невзирая на некоторую неопределенность, «Анналы» считаются одним из основных источников исторического толкования истории раннесредневекового Уэльса. Артур здесь упоминается дважды: по поводу битвы при Бадоне и его сражения с Медродом при Камлане — см. соответственно главы 6 и 8.

Творчество бардов

§62. Тогда прославился своими стихами Талхаэрн Тад Авен; и Анейрин, и Талиесин, и Блухбард, и Киан, звавшийся Гуеинт Гуаут, были также знамениты стихами на языке бриттов21.

Приведенная выше цитата из «Истории бриттов» является самым ранним упоминанием валлийских бардов, складывавших стихи в VI веке. До нас дошли сочинения двоих из упомянутых выше авторов — Анейрина и Талиесина, и оба они касаются жизни Артура.

Хотя любая точность в данном случае невозможна, считается, что валлийская поэзия была впервые записана ок. середины IX столетия, хотя самые ранние из дошедших до нас рукописей были написаны на 400 лет позже. Гильда Премудрый (ок. 540) уничижительным тоном отзывается о безымянных валлийских бардах, воспевавших его современника Маэлгуна Гвинедда: «Ваши возбужденные уши не слышат хвалы Господу... только пустые похвалы себе из уст преступников, скрежещущие словно вопли мелких торгашей, — а рты набиты ложью и слюной, брызжущей на рядом стоящих»22. Как священнослужитель он возражает против того, что они превозносят земных королей словами, с его точки зрения подобающими только Царю Небесному.

Но именно такие поэты породили подлинно героические предания, сохранили память о битвах, событиях и героях своего времени в великих песнях и поэмах; воспевая победы и поражения, они сопровождали княжеские дружины, увековечивая имена великих воителей, сраженных в тогдашних нескончаемых битвах, — героев, до последней капли крови защищавших избранных ими владык и королей, отбрасывавших назад превосходившего числом противника, сокрушавших стены вражеских щитов, прорубавших улицы и переулки в чужих ратях. Таким был идеал воинственного общества VI столетия. Именно в подобного рода поэме, приписываемой упомянутому выше Анейрину, зафиксировано одно из наиболее важных и, возможно, самых ранних упоминаний Артура.

«Книга Анейрина»

Этот манускрипт содержит одну из наиболее значительных среди дошедших до нас ранних валлийских поэм, носящую название «И Гододдин» (Y Gododdin). В поэме описывается катастрофический для героев набег на местность, называющуюся Катраэт, предпринятый Миниддом Миннид-догом и его людьми, из которого вернулись живыми только трое. Само сражение можно датировать примерно 600 годом, место его, однако, остается неясным вопреки настойчивому желанию ученых идентифицировать Катраэт с Каттериком (Йоркшир)23. Относящийся к Артуру пассаж сообщает нам не слишком много, помимо того, что в нем видели великого воина, которому некий Гварддур не годился в подметки:

Gochore brein du ar uur

Kaer ceni bei af arthur

Rug ciuin uerthi ig disur

lg kynnor guernor guaurdur

Накормил он черных воронов на крепостных валах,

Хотя не был Артуром.

Среди  могучих в битве,

В первых рядах, Гварддур был частоколом.

«Книга Анейрина» была датирована примерно 1275 годом и является единственным источником, содержащим текст «И Гододдин» и четырех других коротких стихотворений, известных под общим названием «Горханау» (Gorchanau)24. Рукопись содержит два различных варианта поэмы, записанные двумя различными почерками и известными как А и Б. Версия А датирована примерно 1100 годом и является более длинной; вариант Б короче, однако производит впечатление куда более древнего и восходящего, возможно, к IX веку. Обе версии воспроизводят в основе своей один и тот же сюжет. Почерком писца, записавшего вариант В, также скопирован другой старый валлийский манускрипт, «История Груфудда ап Кинан», правителя Гвинедда, скончавшегося в 1137 году23. Свидетельство это позволило предположить, что переписчик «Книги Анейрина» был связан с династией Гвинедда и рукопись была написана им в одном из двух значительных в то время монастырей Северного Уэльса: либо в Басингверке, либо в Аберконви26. Упоминание в тексте Артура, если оно является современным самой ранней версии поэмы, представляет собой самое первое упоминание нашего героя в мировой литературе.

«Книга Талиесина»

Эта средневековая рукопись, датированная временем после 1325 года, содержит ряд самых ранних и трудно толкуемых произведений валлийской поэзии, и полному переводу ее содержания еще предстоит появиться на свет. Некоторые из стихотворений, как оказалось, были составлены в XII веке, однако другие восходят к X веку или даже еще более ранним временам27. Артур упоминается в пяти различных произведениях, хотя фактически ему посвящено только одно стихотворение. Оно носит название «Трофеи Аннуна» (Preiddeu Annwn) и рассказывает о том, как Артур вместе со своими людьми переплывает море в своей лодке Придвен, направляясь в место, носящее название Аннун. Целью путешествия является похищение магического котла, однако последняя строка нескольких строф(«кроме семерых, никто не вернулся назад»28) предполагает, что не все сложилось в соответствии с планом. В поэме упоминаются многочисленные волшебные объекты, например вырастающие из моря стеклянные башни и окаймленные жемчугами волшебные котлы, что вкупе с неясным и трудным языком делает ее одним из самых загадочных источников артурианы.

Кроме того, Артур появляется в «Книге Талиесина» еще несколько раз:

Кат Годеу (Битва деревьев).

Derwydon doethur

Darogenwch у Arthur

Друиды премудрые

Прорекли Артуру29

Кадейр Теирнон (Престол князя)

Treded dofyn doethur

Y vendigaw Arthur.

Arthur vendigan

Ar gerd gyfaenant.

Arwyneb yg kat.

Ar now bystylat.

Третьей глубинной [песнью] мудреца,

Благословить Артура.

Артур благословенный

Искусством гармонии.

Защитник в битве,

Потоптавший девятерых30.

Марунат Утир Пен (Элегия о Страшной Голове)

Меи vi arannwys vy echlessur

Nauetran уд gwrhyt Arthur.

Я разделил свое убежище,

Девятую долю доблести Артура31.

Кану и Мейрх (Поэма о лошадях)

A march Gwythur, a march Gwardur

A march Arthur, ehofyn rodi cur.

Конь Гвитхура, конь Гвардхура

Конь Артура, бесстрашный в битве32.

В этих отрывках Артур изображен как человек, искусный в битве, а не как король, извлекший из камня меч и взыскавший Святого Грааля в последовательности рыцарских подвигов. Интересен последний отрывок, связывающий Артура с Гварддуром, которого сопоставляли с ним в упомянутой выше поэме «И Гододдин», и с Гвитхуром, которого упоминают наряду с Артуром в стихотворении, содержащемся в следующем из рассмотренных нами валлийских манускриптов, указывая тем самым на существование в ранних материалах объединяющего их предания.

«Черная книга Кармартена»

Являющаяся самой ранней из существующих ныне рукописей на валлийском языке (ок. 1250), «Черная книга Кармартена» представляет собой источник, весьма важный для рассмотрения многих разнообразных аспектов валлийской традиции, в том числе предания об Артуре. Она была написана в расположенном на юго-западе Уэльса приорстве Кармартен, и после роспуска монастырей в 1540-х годах попала в руки антиквара сэра Джона Прайса из Брекона. С тех пор манускрипт пользуется широкой известностью в валлийских кругах и представляет собой одну из наиболее популярных и изучаемых ранних валлийских рукописей33. Манускрипт содержит сорок поэм, среди которых некоторые датируются XII веком, другие же относятся к существенно более раннему времени. Темы стихотворений различаются между собой: часть из них религиозна или же сочинена в похвалу покровителю, другие связаны с прорицателем Мирддином, более известным под именем Мерлин, хотя место его в континентальных романах совершенно не связано с ранними валлийскими преданиями, присутствующими в «Черной книге Кармартена». Артур присутствует в четырех стихотворениях, однако сколько-нибудь продолжительное упоминание о нем содержится лишь в одном из них. Наиболее значительное и важное с точки зрения артури-аны стихотворение «Черной книги» известно под названием «Па Гур?» (Кто привратник?). В нем в девяноста строках описывается, как Артур и его люди просят, чтобы их впустили в зал, называющийся Аварнах. Чтобы получить разрешение, Артуру приходится называть своих людей и описывать их подвиги:

Pa imda genhid

Guir gorev im bid

Yin ty ny doi

Onys guarecdi

Mi ae guardi

— Что за отряд с тобой?

— Лучшие люди на свете.

— В дом мой ты не войдешь,

Если не поручишься за них.

—Я поручусь за них34.

Артур перечисляет своих воинов и описывает их подвиги, начиная от сражения со львами на Англси и кончая битвой с песьеглавыми людьми на горе Эйдин. Этот список воинов является самым ранним из тех, которые донесло до нас валлийское предание; многие из присутствующих в поэме имен можно обнаружить также в «Кулохе и Олвен» (см. «Мабиногион», получивший такое название сборник из одиннадцати валлийских повествований) и прочих валлийских преданиях, не связанных с Артуром. География воинов Артура имеет существенное значение для нас и будет подробно рассмотрена в Приложениях 1 и 2.

Три оставшихся упоминания Артура в «Черной книге» при своей краткости имеют фундаментальное значение для понимания связанных с ним валлийских преданий. В поэме о Герейнте, сыне Эрбина, упоминается о присутствии Артура в битве при Ллонгпорте:

En llogporth у gueleis e. у arthur

Guir deur kymynint a dur.

Ameraudur llywiaudir llawur.

При Ллонгпорте я видел Артура,

Где храбрецы рубились сталью,

Императора, вождя в труде (битвы)35.

После первой публикации этого отрывка в 1801 году он успел стать предметом многих статей и дискуссий, а о месте этой битвы будет сказано в главе 6.

В стихотворении под названием «Разговор между Гвид-днеу Гаранхиром и Гвином ап Нуддом» (Ymddiddan Rhwhg Gwyddneu Garanhir a Gwyn ap Nudd) Артур упоминается только по умолчанию, поскольку поэма эта посвящена смерти его сына Ллахеу. Валлийское предание называет Артура отцом многих детей — и этот факт будет рассмотерн в следующей главе.

Mi a wum lle llas llachev

mab arthur uthir ig kertev.

Ban ryreint brein ar crev.

Я был там, где убили Ллахеу,

Сына Артура, страшного в песнях,

Когда вороны слетелись на кровь36.

Последнее упоминание Артура в «Черной книге» обнаруживается в «Englynion у Beddau», или «Надгробных строфах», где, как говорилось выше, перечислены места похорон более чем сотни валлийских воинов. Упоминание о могиле Артура в этой поэме подробно разобрано в главе 8.

«Черная книга Кармартена» также содержит самые ранние варианты текста собрания бардической премудрости, известного под названием «Триады», сохраняющем сведения, отсутствующие в других источниках.

«Валлийские триады»

«Валлийские триады» образованы собранием сочетающихся по три строчек информации. Считается, что подобная группировка использовалась в качестве мнемонического способа запоминания основных моментов преданий и повествований, в которых им приходилось сочетать события исторического сказания, легендарной истории и мифологии. Подобный материал некогда имел куда больший объем, чем содержание самых ранних из дошедших до нас манускриптов, поскольку в последних содержатся упоминания повествований и людей, неизвестные нам из прочих источников37. В своем монументальном издании триад доктор Рейчел Бромвич выделила девяносто шесть отдельных триад, причем в двадцати четырех из них упоминается Артур — из различных манускриптов, датируемых самое раннее 1225 годом. Из тех двадцати четырех триад, в которых упоминается Артур, лишь десять содержат сведения о посвященном ему предании, существовавшем в Уэльсе до появления норманнов.

В наиболее поздних рукописях триад обнаруживается процесс, который за неимением более подходящего термина следует назвать «артуризацией» материала. В самых ранних манускриптах используется формула «Три "х" Инис При-дейн» (например «Три "х" края Придейн» — см. главу 5), однако впоследствии она превращается в «Три "х" Артуро-ва Двора», свидетельствуя тем самым о влиянии континентальных романов на местное предание.

Конкретно об Артуре повествуют лишь две триады самого раннего манускрипта; остальные, присутствующие в одной из двух знаменитых валлийских компиляций, «Белой книге Риддерха» и «Красной книге Хергеста», сохраняющих повествования «Мабиногиона», не могут использоваться в качестве надежного свидетельства о раннем предании. Более поздние «триады» можно разделить на две группы: содержащие нигде более не встречающиеся сведения предания об Артуре и испытавшие воздействие «Истории» Галь-фрида и ее валлийских переводов, делающих Артура и его Двор оправой самой триады, а не частью ее. Самая ранняя из триад, называющая имена воинов Артура, приведена ниже; три упомянутых здесь имени также появляются в огромном списке воинов Артура, присутствующем в «Кулохе и Олвен»:

Tri Vnben Llys Arthur:

(Gobrwy) mab Echel Vordwytwll,

a Chadr(i)eith mab Parthavr Gadw,

a Fleudur Flam.

Три вождя Артурова Двора:

Гобруи, сын Эхиля, Могучее Бедро,

Кадриет, сын Портавра Гаду,

и Влсудур Влам38.

Истинное значание «Триад» наилучшим образом было определено доктором Рейчел Бромвич, посвятившей свою жизнь их изучению:

«Триады» предоставляют свидетельство, подтверждающее тот факт, который четко демонстрируется некоторыми ранними валлийскими поэмами, сохранившимися в «Черной книге Кармартена» и «Книге Талиесина», то есть что в раннее время, исключающее необходимость рассмотрения внешних литературных влияний, имя Артура уже начинало становиться светилом, затягивавшим на свою орбиту героев ряда независимых циклов валлийских повествований: персонажей как мифологической... так и героической традиции, на самом деле существовавших в различное время, да, наверно, и в различных уголках Британии — с историческим Артуром39.

«Гогинвейрдд»

Как уже упоминалось в настоящей главе, название «Гогинвейрдд» объединяет собой бардов валлийских князей с 1100 по 1300 год — начиная с правления Груфудда ап Кинан Гвинедда до падения Лливелина ап Груфудд, последнего природного правителя Уэльса. Одним из наиболее ранних представителей «Гогинвейрдд» являлся Мейлир Бридидд, пенкердд (pencerdd) (главный поэт) Груфудда ап Кинан. Мейлир Бридидд процветал в первой половине XII столетия и умер примерно в то время, когда «История» Гальф-рида Монмутского впервые вышла в свет. В 1135 году скончался английский король Генрих I, и исчезновение его властной руки, контролировавшей дела в Уэльсе, вызвало там в некотором роде восстание и литературное возрождение. После этого англичане занялись гражданской войной между Стефаном и Матильдой и потому утратили силы, необходимые для того, чтобы поддерживать контроль над Уэльсом. Кроме того, в результате гражданской войны в Англии воцарился слабый монарх. События эти возродили в душах уэльсцев стремление к независимости, и, как указывает сэр Джон Ллойд в своем труде «История Уэльса», «повсюду, где было сброшено иноземное ярмо, силам новых поселенцев был брошен вызов, и дух отваги и независимости как будто бы овладел всем валлийским народом»40.

Из тридцати четырех дошедших до нас имен поэтов «Гогинвейрдд» семнадцать (а возможно, и восемнадцать) происходят из Гвинедда, восемь или девять из Поуиса, три из Дехеубарта и одно из Брекона. Это свидетельствует о том, что литературное возрождение сильнее всего проявилось в Гвинедде, который был также местом наиболее упорного сопротивления валлийцев наступающим английским войскам. В таком-то месте вновь возобновились традиции валлийских бардов и началось возрождение старинных преданий.

В поэзии «Гогинвейрдд» Артур упоминается несколько раз — в сравнении с покровителями поэтов — и воспринимается как исторический персонаж, повествования о котором были прекрасно известны аудитории бардов41. Неоднократно называются имена его спутников и связанные с ними по донорманнскому преданию местности. Поэты «Гогинвейрдд» писали во время, о котором сохранились подробные исторические свидетельства, которыми можно воспользоваться для сверки изображаемых поэтами событий, в них упоминаются названия местностей, с тех пор забытые и не идентифицированные. Изучению этих названий с тех пор не уделялось достаточно внимания, и, как мы увидим в последних главах, информация, содержащаяся в этих малоизвестных стихотворениях, хранит в себе ключ к дешифровке нескольких связанных с Артуром тайн. Среди упомянутых стихотворений содержится и одно, полностью противоречащее легенде о возвращении Артура.

Часто утверждают, что бритты верили в то, что Артур не умер, но вернется в собственную страну, чтобы помочь ей в час нужды. Тезис этот часто подтверждается цитатами из неваллийских источников, цитирующих фольклор и предания Корнуолла или английские и континентальные труды. Еще в 1530 году Элис Груфидд говорил на страницах своей хроники: «И до сих пор они [англичане] говорят о нем больше, чем мы [валлийцы]; потому что они говорят и твердо верят в то, что он восстанет, чтобы снова сделаться королем»42. В рамках валлийского бардического предания в отношении Артура подобного верования не существует; на самом деле можно продемонстрировать, что в нем имеет место противоположная убежденность, поскольку в стихах барда Киндделу (1155— 1195) утверждается, что Артур умер наряду с такими героями, как Цезарь и Александр, а Лливарх ап Лливелин (1160—1220) говорит прямо: «Маредудд тоже мертв, как и владыка Артур»43. Это и прочие свидетельства позволили Т. Гвинну Джонсу заключить, что «в этих стихотворениях нет свидетельств того, что барды верили в то, что Артур не умер, и однажды вернется, чтобы освободить свой народ из неволи»44.

Чтобы вернуть «Гогинвейрдд» в литературную перспективу, заметим, что в ту пору, когда они сочиняли свои стихи, полагаясь на ранние валлийские предания, их английские современники, такие как Генри из Хантингтона, Вильям из Мальмсбери и Гальфрид Монмутский, писали исторические труды об Англии, Гластонбери и в случае Галь-фрида — знаменитую «Историю» и «Vita Merlini» («Жизнь Мерлина»). Континентальные авторы, такие как Уэйс и Кре-тьен де Труа, сочиняли романы о Граале и Круглом Столе. Их труды сосуществовали по меньшей мере сто лет, перенося совершенно различные предания, пока наконец романтическая традиция — столь популярная в Англии и на континенте, не начала преобладать и Артур не утратил своего исходного облика, превратившись в оружие валлийской и английской пропаганды. В соответствии с Дж. Э. Каэрвином Уильямсом валлийское литературное возрождение, основную часть которого составляли поэты «Гогинвейрдд», совпало с золотым веком средневековой валлийской прозы, поскольку в широком смысле это есть время «Кулоха и Олвен», «Четырех ветвей Мабиноги», «Бреуддвид Максен» [Сна Максена Вледига]... и Бреуддвуйд Ронабви [Сна Ронабви]45.

К этому материалу мы и обратимся теперь.

«Кулох и Олвен»

«Повесть о Кулохе и Олвен» присутствует в собрании сказаний, известном под названием «Мабиногион», и является самым ранним и длинным из повествований артурианы, написанных на валлийском языке. Факт этот заставил многих исследователей придать данному источнику большее значение, чем он, возможно, заслуживает. Более критический подход позволяет заметить, что повесть представляет собой соединение более ранних преданий, переработанных автором, записавшим ее в настоящем виде. Несколько пассажей явно являются более поздними вставками, например возможное упоминание Вильгельма Завоевателя и последующая ссылка на другого французского лорда, вероятно, заменившего первоначальный персонаж, носивший то же самое имя46; прочие ключи, позволяющие определить время ее возникновения, скрыты внутри географии отраженных в повести событий.

Ученые датируют составление повести в настоящей форме примерно 1100 годом, и в связи с географической ориентацией текста на конкретное церковное благочиние называют местом ее возникновения Южный Уэльс — возможно, Сент-Дэвиде. Дата ее составления очень близка к дате составления «Житий святых», в одном из которых, «Житии св. Кадога», обнаруживается несколько параллелей с «Ку-лохом и Олвен»47. Таким образом, эту повесть можно рассматривать как еще один продукт южноваллийской школы, создавшей «Жития» и впоследствии оказавшей воздействие на Гальфрида Монмутского. Тем не менее все это не может отвлечь нас от того факта, что «Повесть о Кулохе и Олвен» является истинным хранилищем материалов ранней валлийской артурианы.

Повесть представляет собой достаточно объемистое произведение, в ней упоминаются буквально сотни связанных с Артуром личных имен и названия многих местностей, подробный анализ которых выходит за пределы настоящей книги. Мы ограничимся только рассмотрением наиболее важных и поддающихся идентификации имен и топонимов, особенно тех, которые соответствуют прочим ранним преданиям, сохраненным ранней валлийской поэзией. Содержание повести вкратце имеет следующий вид.

Килидд ап Келиддон Вледиг и его жена Голеуддидд, дочь Амлаудда Вледига, молились о даровании им ребенка, и молитва их получила ответ, хотя во время беременности Голеуддидд сходит с ума и отказывается подходить к любому жилью. Почувствовав приближение родов, она приходит в хижину свинопаса и рожает там сына, которому дает имя Кулох (Свинарник), по месту рождения. Невзирая на имя, мальчик происходит из высокого рода, поскольку является двоюродным братом Артура. Потом Голеуддидд умирает, и Кулоха отдают на воспитание кормилице до нового брака отца, происшедшего через много лет. Мачеха призывает Кулоха ко двору и просит его жениться на ее собственной дочери; он отказывается это сделать, и она накладывает на него заклятие — не жениться до тех пор, пока Кулох не завоюет сердце Олвен, дочери великана Исбададдена Пенкаура. Чтобы сын исполнил это, отец отправляет его ко Двору кузена Артура.

Прибыв к воротам Двора Артура, Кулох называет себя привратнику, чтобы тот пропустил его; привратник впускает Кулоха внутрь, перед этим переговорив с Артуром. Кулох входит, и Артур просит его рассказать, кто он такой и чего хочет. Кулох называет свое происхождение, доказывая тем самым родство с Артуром, и рассказывает, что должен завоевать сердце Олвен. Далее он обращается к помощи воинов Артура и называет их всех по именам — всего более 260 человек.

Артур соглашается помочь и посылает своих воинов (Кая, Бедвира, Кинддилига, Гвалхмаи, Гурхира и Мену) помочь Кулоху в поисках Олвен. После нескольких месяцев пути они встречают пастуха по имени Кустеннин, который с радостью берется помочь им найти Исбададдена, поскольку великан убил его сыновей — двадцать три души. Жена пастуха знакома с Олвен и приглашает ее в свой дом, где она встречается с Кулохом в первый раз. Олвен рассказывает Кулоху, что может выйти замуж, только получив благословение отца, потому что он умрет после ее свадьбы. Чтобы получить благословение, Кулох должен выполнить все поручения Исбададдена, какими бы трудными они ни оказались. После того как Кулох три раза побывал у Исбададдена, всякий раз сумев избежать подстроенной при этом смертоносной ловушки, великан наконец соглашается назвать испытания, которые придется пройти Кулоху. Он называет сорок заданий, многие из которых являются заведомо невыполнимыми.

Совершить эти подвиги Кулоху помогают Артур и его люди, при этом описания содержат имена и местности, принадлежащие самым ранним из валлийских преданий, и остаток повести отведен подробному описанию исполнения десяти из них; остальные не упоминаются. Наконец Исба-дадден соглашается позволить Кулоху жениться на Олвен, и в этот момент Гореу, один из воинов Артура, отрубает голову Исбададдена и захватывает его крепость. Кулох и Олвен становятся мужем и женой, а Артур вместе со своими людьми отправляются по домам.

В повести упоминаются многочисленные фантастические события, например сражения с великанами и охота на гигантских вепрей, однако Артур не присутствует ни в одном из таких эпизодов, и многие из заданий вместе с Кулохом исполняют Кай и Бедвир. Хотя «Повесть о Кулохе и Олвен» является старейшим среди дошедших до нас произведений артурианы, она не посвящена исключительно нашему герою, и потому Артур не всегда находится в центре повествования. Однако в самом предании присутствуют три отрывка, посвященных исключительно нашему герою: перечень воинов его Двора, перечень его имущества и описания заданий, которые он берется выполнить. Список его имущества рассматривается ниже; задания будут рассмотрены в главе 5, а о списке воинов — в Приложении 1.

При первой встрече Артур говорит Кулоху, что отдаст ему все, что имеет, чтобы тот мог выполнить свое дело, «за исключением лишь моего корабля и моей мантии, и моего меча Каледвулха, и моего копья Ронгоминиада, и моего щита Винебгуртухера, и моего кинжала Карнвеннана, и моей жены Гвенхвивар»48.

Наречение имен важным предметам, похоже, относилось к числу широко распространенных в рамках кельтской культуры обычаев, и некоторые из принадлежавших Артуру вещей также упоминаются в других валлийских материалах, хотя наиболее важным фактом следует считать то, что они присутствуют также в «Истории королей Британнии», непосредственно свидетельствуя тем самым о том, что Гальф-рид Монмутский, кроме прочих источников, пользовался и валлийскими материалами.

Корабль Артура

Хотя в приведенной выше цитате название корабля отсутствует, далее в тексте он получает имя Придвен, что переводится как «Прекрасный обликом». Он также упоминается в поэме «Прейддеу Аннум» (Preiddeu Annwn) из «Книги Талиесина», в которой описывается путешествие Артура и его людей в Преисподнюю, предпринятое, чтобы украсть там котел. Гальфрид Монмутский в своей «Истории» использует это же имя для щита Артура: «А за плечами его круглый щит, который звали Придвен»49.

Мантия Артура

Мантия Артура в «Кулохе и Олвен» не названа по имени, однако в двух поздних источниках она носит название Гвен. Самое раннее упоминание имени мантии присутствует в «Сне Ронабви» — также входящем в состав «Мабино-гиона», где находится и самое подробное ее описание: «И он расстелил мантию перед Артуром, и вот по яблоку червонного золота в углах ее, и он поставил кресло на мантию, и так велико было кресло, что в нем могли уместиться трое воинов. Гвен было имя мантии. И одним из свойств мантии было, что никто не мог увидеть его, а сам он мог видеть всякого. И никакой другой цвет не приставал к ней, кроме ее собственного»50. Она называлась в качестве одного из тринадцати сокровищ Инис Придейн, среди таких предметов, как корзина, которая, если положить в нее еды на одного человека, могла накормить целую сотню, и волшебная шахматная доска, на которой фигуры играли сами собой51.

Меч Артура

Это самое раннее упоминание знаменитого меча Артура, впоследствии приобретшего всемирную известность под названием Эскалибур. Валлийское имя Каледвулх раскладывается на два компонента («Калед»+«вулх»), которые можно истолковать как «брешь битвы», что подразумевает оружие огромной силы, находящееся в правильных руках. Имя это еще раз называется в «Кулохе и Олвен», но удивительным образом отсутствует в ранней валлийской литературе. Ее внимание было обращено к мечу, носившему название Каладболг и принадлежавшему ирландскому герою Фергусу МакРойгу; сходство обоих названий очевидно. Высказывалось также предположение о том, что подобное название принадлежало особому типу оружия, а не отдельному мечу52.

Гальфрид, видимо, знал валлийское название, поскольку он называет меч Артура Калибурнусом и добавляет, что оружие это было выковано на острове. Название Эскали-бор появилось только в 1180 году в поэме Кретьена де Труа «Персеваль», после оно прошло через многочисленные варианты написания и в итоге приняло стандартный теперь облик — Эскалибур. Стоит заметить, что романтические картины, живописующие извлечение меча из камня и последующее отправление оружия по воздуху в озеро, где его подхватывает на лету рука Дамы Озера, появились только в XIII столетии.

Копье Артура

Ронгоминиад, иначе говоря «Копье-убийца», присутствует в ранних валлийских преданиях только в этом единственном случае. Вновь им воспользовался Гальфрид в своей «Истории», где название это приобретает короткую форму «Рон» — «Копье, именуемое Рон, облагораживало его десницу»53.

Щит Артура

Название щита Артура — Винебгуртухер — переводится как «лик вечера», и как надо его толковать, остается загадкой. Щит Артура также присутствует в двух других ранних источниках — «Истории бриттов» и «Летописи Уэльса», в которых указано, что на нем было изображение Девы Марии54. Подробнее это будет рассмотрено в главе 6. Гальфрид дает щиту Артура название Придвен, на самом деле принадлежавшее его кораблю (см. выше).

Кинжал Артура

Название кинжала Артура «Карнвеннан» переводится как «Белый стволик» и в валлийском предании нигде более не упоминается.

Жена Артура

Речь о Гвенхвивар будет идти в следующей главе.

Судя по приведенной выше информации становится ясно, что Гальфрид Монмутский располагал таким списком или очень близким к нему. Ученые обращали внимание на то, что элемент Гвин присутствует в названиях существенного количества вещей Артура. В современном употреблении гвен означает «белый», однако в преданиях это слово часто принимает значения «святой» или «священный», что предполагает наличие в этих вещах некоторого обрядового значения, хотя, конечно, теперь невозможно сказать, какого именно55.

«Сон Ронабви»

«Сон Ронабви» отличается от всех прочих собранных в «Мабиногион» сказаний тем, что этому повествованию можно приписать приблизительную датировку, и тем, что оно сохранилось всего лишь в одной рукописи, «Красной книге Хергеста». В первой строчке содержится утверждение о том, что «Мадауг ап Маредудд держал Поуис от края и до края»56, и этот факт позволяет нам датировать это сказание временем между 1130-м и 1160 годом, когда в соответствии с другими источниками этим королевством правил Мадог ап Маредудд.

Повествование излагается в виде сна, и рассказ идет об Артуре и его людях, собравшихся перед битвой при Баддо-не. Артур играет в гвиддбуйлл (разновидность шахмат) со своим воином Овейном, и ходы партии определяют течение битвы и его итоговую победу. Сказание содержит много фантастических элементов и обнаруживает признаки переплетения материалов из «Истории» Гальфрида с валлийскими преданиями.

Схема 1. Связи между источниками

На этой схеме иллюстрирована взаимосвязь между различными источниками валлийской артурианы. Для наших изысканий в области артуровской легенды здесь существенное значение имеют два факта: имена сорока двух советников Артура находят себе параллель в списке придворных «Кулоха и Олвен» и географическое местоположение битвы при Баддоне — Бадоне саксонских и латинских источников.

Резюме

Рейчел Бромвич указала: «Давно стало ясным, что прозаические повествования, дошедшие до нас из средневековых Ирландии и Уэльса, представляют некую малую часть обширного корпуса литературы, развивавшейся, сохранявшейся и передававшейся через века орденом, состоявшим из высокообразованных и профессиональных ученых людей»57. Названные выше источники содержат почти всю информацию, которой мы располагаем в отношении Артура, каким он воспринимался в донорманнс-кую эпоху. При всей своей фрагментарности и сложности они, тем не менее, позволяют сузить область поисков той местности, в которой началось предание об Артуре. Внимательное рассмотрение связанных с Артуром людей позволяет нам установить, где именно началось старинное предание об Артуре, и в ряде случаев следы эти до сих пор остаются нетронутыми в ландшафте. Сами географические названия в Уэльсе не претерпели значительных изменений после Артура, что, конечно, нельзя сказать о значении тех или иных местностей. При этом испытываешь совершенно особенное чувство, когда вдруг оказывается, что местность, связанная в соответствии с литературными источниками с одним из воинов Артура, до сих пор носит его имя на карте. Даже если речь идет о малом ручейке или камне, однако иногда в подобных местностях сохраняется обрывок предания или традиции, подтверждающий то, что написано в литературе.

Нетрудно заметить, что в своем первоначальном виде предание об Артуре не предназначалось для того, чтобы его рассказывали при королевских дворах Европы или использовали в пропагандистских целях. В начале своем оно было куда более простым, и факт этот не следует забывать. Хотя многие из присущих валлийской традиции эпизодов в итоге нашли себе путь в поздние романы, ряд сюжетов не был использован Гальфридом Монмутским и его последователями на континенте, и именно к этим свидетельствам до-Гальфридовой традиции обратимся мы теперь, разыскивая родственников Артура и связанные с ними местности.

Многие из присутствующих в этой книге топонимов и имен, вероятно, покажутся вам незнакомыми, однако тот прекрасный язык, на котором они звучат, происходит от начальной речи британского народа, словами которой говорили Артур и окружавшие его люди. На древнем этом языке, предке современного валлийского, произносились и боевые кличи, вырывавшиеся из уст дружинников Артура, и причитания по павшим Каю и Бедвиру.

4. Генеалогия Артура

Из приведенных в предыдущих главах непреложно и неопровержимо следует, что уэльсцы знали предание об Артуре задолго до того, как Гальфрид Монмутский взялся за гусиное перо и переложил историю бриттов в соответствии с интересами новых хозяев острова. Практически все они из самых ранних и подлинных ссылок на Артура родом из Уэльса, и раннее предание о нем сохранялось среди валлийских долин и холмов еще в XVI столетии, вопреки власти и пропаганде норманнов, а также широкой популярности Гальфридовой «Истории» в Европе. При всей своей неполноте и отрывочности валлийские повествования об Артуре содержат внушительное количество свидетельств в виде связанных с ним топонимов, имен, людей и событий. Именно к этим свидетельствам должны обратиться мы теперь, задавшись цель разыскать род Артура и связанные с ним местности.

Вне сомнения, многие читатели будут удивлены тем, что сохраненное в валлийских манускриптах предание (до Гальфрида) позволяет реконструировать генеалогию Артура. Народы Уэльса и Ирландии сохраняли свои предания и генеалогии в устной форме с древних времен, и впервые записаны они были как раз в Средние века, по прошествии многих веков после смерти тех людей, о которых повествуют. Итак, хотя дошедшие до нас генеалогии обнаруживаются в основном в манускриптах, относящихся к XIII и XIV столетиям, происхождение самого материала их относится к куда более древней поре. Многие из знаменитых персонажей поздних романов об Артуре, например Гавейн и Кай, фигурируют в этих источниках.

В названных в главе 3 произведениях присутствуют упоминания людей, определяемых как «кузен Артура» или «дядя Артура». Этих фактов уже достаточно для того, чтобы начать составление семейного древа Артура, а сохранившиеся в валлийских рукописях генеалогические трактаты предоставят нам дополнительную информацию. Еще в XII веке валлийцы были известны своей любовью к генеалогиям, что отмечает Гиральдус Камбренсис в своем «Описании Уэльса», составленном в 1188 году во время путешествия по стране, предпринятом в обществе Болдуина, архиепископа Кентерберийского, для организации крестового похода: «Более всего прочего на свете валлийцы чтят благородное рождение и происхождение. Они скорее породнятся браком с благородной семьей, нежели с богатой. Даже обыкновенные люди помнят наизусть семейное древо и могут без труда перечислить своих дедов, прадедов и прапрадедов вплоть до шестого или седьмого колена»1.

В нашей предыдущей книге «Ключи к Авалону» мы воспроизвели семейное древо Артура, пользуясь в том числе материалами из «Хроник королей». В настоящей работе мы не стали пользоваться этой информацией, основываясь исключительно на подлинном валлийском предании. Имя Артура не часто попадается в хранящих генеалогическую информацию манускриптах; однако одно конкретное собрание, хотя оно и не находится среди ранних рукописей, содержит информацию, не присутствующую в других источниках. Трактат, известный под названием «Происхождение святых» (Bonedd у Saint), самая ранняя рукопись которого датируется примерно 1250 годом, сохраняет в себе генеалогии более чем сотни валлийских святых и содержит сведения о кузенах Артура и о его детях.

Родственные связи в заново установленном нами фамильном древе удивительно хорошо согласуются со всем комплексом валлийских источников, вне зависимости от того, каким столетием они датированы — XI или XV. Общий объем подробностей, которые предоставляют нам такие источники и согласование различных текстов, относящихся к различным векам, самым настойчивым образом предполагают существование связного предания о семействе Артура задолго до того, как в 1130-х годах Гальфрид взялся за перо и бумагу. Как станет ясно, географические подробности, связанные с жизнью этих людей, также содержат точные указания на источник предания об Артуре.

Ниже мы приводим два фамильных древа, определяемых валлийским преданием: одно из них фокусируется на отце Артура, другое на его матери. Далее следует алфавитный список кузенов, племянников, дядей и тетей Артура, сопровождаемый указаниями на связанные с ними местности. Приложенная карта позволяет нам, во-первых, ориентироваться в топонимах и, во-вторых, определить область, где прошла жизнь самого знаменитого персонажа британской истории.

Семейство Артура по Гальфриду Монмутскому

Прежде чем обратиться к валлийскому преданию, уместно обратить взгляд к тому, что мог сказать Гальфрид в отношении семейства Артура. Одним из наиболее фантастичных эпизодов его «Истории» является повествование о том, как с помощью Мерлина Утер меняет свое обличье на Горлойса, мужа Эйгр, ставшей предметом его страсти. Преображенный таким образом Утер вступает в замок Горлойса и проводит ночь с Эйгр, в результате чего происходит зачатие Артура. Вскоре после этого Горлойс гибнет, Утер женится на Эйгр, знающей, что забеременела она не от Горлойса. После брака у Утера и Эйгр рождается еще один ребенок, сестра Артура Анна, после рождения которой Утер вскоре заболевает и умирает. Вновь слышим мы об Артуре, когда тому исполняется пятнадцать лет и он становится предводителем воинов в войне с саксами.

Схема 2. Семейство Артура по Гальфриду Монмутскому

«История» сообщает нам имя Гвиневеры, жены Артура, и его племянников Гавейна и Медрода, сыновей Анны, его сестры; кроме этого, мы ничего не узнаем о его родственниках — Гальфрид не называет нам имен его детей и прочей родни. И при этом — в чем мы еще убедимся — он явно знает о валлийском предании, в котором у Артура есть дети, поэтому нам остается только удивляться тому, что историк не наделил Артура потомками.

Две генеалогии, содержащиеся в «Истории» и «Хрониках королей» (Brut у Brenhmedd), свидетельствуют о том, что число членов семейства Артура является крайне ограниченным. Когда латинский текст «Истории» был переведен на валлийский язык, переводчик воспользовался приведенными ниже именами, известными ему из валлийского предания.

Детство Артура

Единственным источником, содержащим подробные сведения о том, как был воспитан Артур, является раздел в «Цикле Вульгаты» романов о Граале, известном под названием «Vulgate Merlin» и появившемся примерно около 1225 года. Текст сообщает нам, что после рождения Артура Мерлин отдал ребенка Утер и Эйгр на воспитание проживавшей неподалеку семейной паре. Муж носил имя Энтор, у них был сын Кай. Семейная чета крестила младенца Артура и воспитала его как собственное дитя. В возрасте пятнадцати лет Артур отправился вместе с Каем и Энтором в Лондон, где рыцари как раз пытались вытащить меч из камня, чтобы доказать тем самым свою доблесть и право править в королевстве. Поскольку вместе собралось много рыцарей, были затеяны турниры, и во время одного из них Кай сломал свой меч и сказал Артуру, чтобы тот принес ему другой. Не сумев найти запасной меч Кая, Артур схватился за тот, который оказался у него под рукой, то есть за меч, вонзенный в камень. Остальную часть этой подлинной (в некоторой части) истории вы знаете. (См. Приложение 2 и английский перевод валлийского предания.)

Схема 3. Семейное древо Артура по «Хроникам королей»

Исходное валлийское предание о семействе Артура

Родословная Артура с отцовской стороны

Потратив много часов на исследование самого раннего генеалогического материала, мы с удивлением обнаружили, что Утер, знаменитый отец Артура, едва удостаивается там упоминания и на самом деле нигде не называется отцом Артура. По Гальфриду Монмутскому Утер Пендрагон зачал Артура в ту ночь, когда принял обличье Горлойса и переспал с его женой. Во всем комплексе литературной артурианы Утер с тех пор непреложно считается отцом Артура, однако в валлийском материале подобная связь не просматривается. Посвященное Артуру стихотворение «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена» содержит самое раннее в валлийском предании упоминание Утера Пендрагона в строчках

Mabon am Mydron

Guas Uuthir Pendragon.

Мабон, сын Мидрон,

Слуга Утера Пендрагона2.

Утер Пендрагон связан с Артуром, как и дюжина других персонажей поэмы, однако в ней не сказано, что он является отцом Артура, и остается только гадать, откуда Гальф-рид взял эти сведения.

Источником этой информации для Гальфрида могло послужить еще одно стихотворение из «Черной книги Кармартена», в котором содержится строчка, имеющая в оригинале следующий вид:

Mab Arthur uthir ig kertev

Сын Артура, ужасного в песнях5.

Отметим, что слова arthur и uthir, последнее из которых в данном контексте означает «ужасный», в этой строке стоят рядом друг с другом. Не на эту ли строку — или похожую на нее — наткнулся Гальфрид, истолковавший напиасанное как «Arthur mab Uthir ig kertev», что в переводе означает уже «Артур, сын Утера, в песнях»? Не эта ли строка позволила Гальфриду сделать Утера Пендрагона отцом Артура? Хотя доказать этого нельзя, подобная возможность рассматривалась как вероятный источник информации, сделавший Утера в глазах Гальфрида отцом Артура.4 В соответствии с «Историей» Утер являлся братом Аврелия Амброзия, однако этот факт не подтверждается никакими другими источниками, и представление Утера в качестве отца Артура является делом рук исключительно Гальфрида.

Схема 4. Семейство Артура со стороны отца в соответствии с валлийским преданием

Еще одно упоминание Утера в валлийской поэзии наделяет Утера сыном Мадогом и внуком Эливлодом; информация эта содержится в стиховорении «Беседа Артура и орла», присутствующем в манускрипте Jesus College MS 20, датированном ок. 1325 года. В этой поэме Эливлод принимает облик орла и наставляет Артура в основах христианской веры1. Стихотворение это содержит сведения, более нигде не присутствующие, и предположительно относится к XII веку, хотя ряд пассажей в одном из стихотворений «Черной книги Кармартена» заставляет усомниться в подобной датировке. Отрывки из более раннего источника касаются религиозных наставлений некоей безымянной персоне, однако в манускрипте Jesus College они воспроизведены в более современной орфографии и вложены в уста Эливлода и Артура. Возможно, что повествование об Артуре и Эливлоде было создано в качестве переложения более раннего религиозного стиха в форму, приемлемую для аудитории, знакомой с фигурой Артура.

Свидетельства, которые могли бы позволить нам привязать Утера к какой-нибудь из областей Уэльса, нам неизвестны, и немногие упоминания о нем, которые сохранились в поэзии «Гогинвейрдд», лишь подтверждают предположение о том, что он не являлся достаточно заметной фигурой. Причины, заставившие Гальфрида сделать Утера отцом Артура, анализируются в конце настоящей главы.

Родословная Артура со стороны его матери

В отличие от отца мы располагаем куда более подробными сведениями о семье Артура со стороны матери. Практически все ранние упоминания об Артуре связаны с этой стороной его родни, и, изучая связанные с этими персонажами местности, можно составить вполне надежное представление о месте существования предания. Память о многих из них (особенно малоизвестных святых) сохраняется лишь в названии одной местности или освящении единственного храма; нередко вся информация этим и ограничивается. Степень родства каждого из персонажей с Артуром приведена в скобках за его или ее именем, а упомянутые местности показаны на карте 1. (В перечне имен an означает «сын», а верх — «дочь» персонажа.)

Схема 5. Родственники Артура по материнской линии в соответствии с валлийским преданием.

Амлаудд Вледиг (дед)

В соответствии с «Житием св. Иллтуда» Амласдд Вледиг был королем Уэльса. Он, похоже, видел смысл своей жизни в произведении на свет Божий детей, ставших впоследствии дядями или тетями Артура. О нем нам не известно ничего определенного, и единственное конкретное указание на этот персонаж заключается в том, что один из его сыновей, Гурводд является тезкой короля, правившего в Эргинге, (современный Херефордшир), возможно, намекая этим на то, что Амлаудд правил в этом краю. Однако такое отождествление в высшей степени произвольно.

Биканус (дядя)

В соответствии с «Житием св. Иллтуда» Биканус являлся князем Летавии (латинизированная форма Ллидау), еще недавно уверенно отождествлявшейся с Бретанью, хотя валлийское предание в данном случае далеко неясно и некоторые ученые считали, что она является регионом Южного Уэльса7. Ссылки на Ллидау в поэзии «Гогинвейрдд» как на находящуюся «за морем Северн» предполагают указание на часть юго-западного полуострова Англии8. Ничего другого о нем не известно.

Кадви ап Герейнт (кузен)

Предполагалось, что Кадви ап Герейнта можно отождествить с неким Като, фигурирующим в «Житии св. Карра-нога» и правившим из местности, именуемой Диндраэтви, во времена Артура располагавшейся в Южном Уэльсе или Девоне. Кадви упомянут в списке воинов из «Кулоха и Олвен», кроме того, он называется одним из сорока двух советников Артура во «Сне Ронабви».

Килидд ап Келиддон Вледиг (дядя)

Килидд ап Келиддон Вледиг является отцом Кулоха, героя сказания «Кулох и Олвен». После смерти его жены Голеуддидд советники предложили ему жениться на жене короля Догеда. С территорией Догеда в Уэльсе граничит лишь Лланддогед, расположенный возле Лланруста на реке Конуи, указывая тем самым на то, что королевство Килидда располагалось где-то неподалеку. О нем ничего более не известно.

Кулох ап Килидд (кузен)

Кулох ап Килидд является героем «Кулоха и Олвен» и, как можно видеть из следующих отрывков, был первым кузеном Артура со стороны матери.

Тем не менее мальчик был благородного происхождения: он был первым кузеном Артура9.

Артур — твой первый кузен10.

Молвил Артур: «Сердце мое исполняется ласки к тебе: я знаю, что ты отрасль моей собственной крови»11.

Молвил Артур: «Верно это. А это значит, что ты — мой первый кузен»12

Повесть о «Кулохе и Олвен» представляет собой сложное произведение, события которого происходят на всей территории Уэльса, поэтому Кулоху трудно приписать какое-нибудь определенное происхождение. (См. примечания к сказанному выше о Килидде, его отце.)

Кустеннин ап Минвиедиг (дядя)

В соответствии с текстом «Кулоха и Олвен» Кустеннин ап Минвиедиг был женат на оставшейся неизвестной по имени дочери Амлаудда Вледига и являлся отцом Гореу, кузена Артура. Локализация его не представляется возможной.

Кингар ап Герейнт (кузен)

В разделе 76 «Происхождения святых» Кингар ап Герейнт назван сыном Герейнта и Гвиар, дочери Амлаудда Вледига, и святым покровителем Ллангевни на Энглси. Посвящения ему храмов отмечены также в Тревилане (Кередигион) и в Хоупе (Флинтшир); возможно, что память о нем сохранилась в названии Инис Гингар, небольшого холма, поднимающегося над эстуарием реки Двирид возле Портмадога.

Кинвал Гамхух (дядя)

Генеалогический трактат, известный под названием «Бо-недд ир Арвир», содержит подробное описание происхождения героев согласно валлийской традиции и существует в нескольких манускриптах, самый ранний из которых (ок. 1475), как известно, является копией более раннего. В соответствии с разделом 29 этого трактата Кинвал являлся сыном Амлаудда Вледига и отцом Гвен Аларх, дамы, находившейся при Дворе Артура в соответствии с «Кулохом и Олвен». Локализация невозможна.

Дихеувир (кузен)

В соответствии с разделом 43 «Происхождения святых» Дихеувир являлся святым покровителем Бодвари (Флинтшир), где Эдвард Луйд отметил существование носившего его имя источника ок. 1695 года13. Дихеувир также упоминается в «Житии св. Уинефреды» (ок. 1150), которого Уинефреда посетила на пути из Холивелла в Хенллан (в нынешнем Денбигшире), а потом в Гвитерин, где она скончалась; мощи ее были в 1136 году перенесены Робертом из Шрюсбери в Шрюсберийское аббатство (где романистка Эллис Питере впоследствии упомянула их как объект поклонения придуманного ею брата Кадваэля).

Эйгр верх Амлаудд Вледиг (мать)

Как отмечалось выше, Эйгр считается матерью Артура и женой Утера Пендрагона благодаря одному из самых фантастичных пассажей «Истории королей Британнии», принадлежащей перу Гальфрида Монмутского. Валлийским преданиям этот эпизод неизвестен, в них она никогда не связывается с Утером. В «Кулохе и Олвен» мы находим подтверждение того, что мать Артура также родила Горманта от Рикки, почти наверняка известного и под именем Рита Гавр (см. далее). Интересно, что многие из валлийских источников просто именуют мать Артура дочерью Амлаудда Вледига, и нам остается только предполагать, что имя является правильным. Редко упоминавшаяся поэтами «Го-гинвейрдд» Эйгр сделалась популярной у позднейших бардов, активно черпавших из «Хроники королей». Локализация невозможна.

Герейнт ап Эрбин (дядя)

Его родство с Артуром определяется высказанным в разделе 76 «Происхождения святых» утверждением о том, что Герейнт женился на Гвиар, дочери Амлаудда Вледига. Герейнт ап Эрбин является весьма важным персонажем валлийского предания, и с Артуром его связывает стихотворение из «Черной книги Кармартена», называющее местом его смерти Ллонгпорт. Поскольку некоторые историки отождествили Герейнта ап Эрбина с другим правителем по имени Герейнт, который владычествовал в Девоне в 705 году, место этой битвы идентифицировалось как Лангпорт (Сомерсет). Однако в соответствии с валлийским преданием битва эта происходила возле Тресайта, на побережье Кередигио-на, и более подробно будет рассматриваться в главе 6.

Голеуддидд верх Амлаудд Вледиг (тетя)

В «Повести о Кулохе и Олвен» Голеуддидд названа матерью Кулоха, героя сказания, и она рожает его в свинарнике. Никакая конкретная местность с ней не связана, однако вспомните соображения, изложенные выше в заметках по поводу ее мужа Килидда.

Гореу ап Кустеннин (кузен)

В соответствии с «Кулохом и Олвен» неизвестная по имени мать Гореу была дочерью Амлаудда Вледига, что делает его кузеном Артура, и о родстве этом также упоминают «Триады» в отношении «Трех высоких узников Инис Придейн»: «Этим высоким узником был Артур. И из всех трех узилищ его высвободил один и тот же паренек — Гореу ап Кустеннин, его кузен»14.

В «Кулохе и Олвен» Гореу убивает Исбададдена Пенка-ура и захватывает его крепость и удел. Точное местоположение их не упоминается, однако названия местностей как будто бы указывают на пару мест в области Нит, в Южном Уэльсе15. Имя Исбададден также означает «куст орешника», что чрезвычайно затрудняет выявление названий, непосредственно связанных с Исбададденом предания.

Гормант ап Рикка (сводный брат)

В «Кулохе и Олвен» Гормант однажды вспоминается как «брат Артура по матери»16. Это указывает на то, что мать Артура Эйгр в какое-то время своей жизни была замужем за Риккой, которого можно отождествить с Рита Гавром (см. далее).

Гваир ап Гвистил (кузен)

В средневековом валлийском манускрипте, повествующем о рыцарях Артура, говорится, что мать Гваира была дочерью Амлаудда Вледига17. В «Сне Ронабви» Гваир называется в числе сорока двух советников Артура, а поэты XIII столетия описывают его как попавшего в тяжелое положение: «уподобиться Гваиру ап Гвистил» означало «сделаться жалким»18.

Гвен верх Кунедда Вледиг (бабушка)

Гвен фигурирует в качестве жены Амлаудда Вледига в трех различных источниках и предположительно является матерью многих детей, хотя ей самой безусловно приписываются только двое: Эйгр и Кинвал Гарнхух14. Локализация невозможна, однако связываемые с ее братьями географические реалии весьма многозначительны.

Гвенхвивар (жена)

Гвенхвивар, жена Артура, знаменитая в поздних романах своей изменой мужу с Ланселотом, в валлийских преданиях является дочерью Огрвана Гавра. Имя это связано с хиллфортом, носящим название Олд Освестри, расположенным на границе Уэльса, и с местностью, где ныне находится замок Наклес. Имя ее сохраняет только урочище Гроэс Гвенхвивар, расположенное возле Лланголлена, впервые упомянутое в 1697 году Эдвардом Луйдом, хотя невозможно в точности установить, связано ли это название с женой Артура, поскольку в Средневековье имя Гвенхвивар было обыкновенным в Уэльсе20.

Гурводду Хен (дядя)

В соответствии с «Кулохом и Олвен», Гурводду Хен был дядей Артура, братом его матери, и был убит Ллвидогом Говинниадом, одним из поросят великого вепря Труйта, в Истрад Ив (возле Крикхоуэлла в Южном Уэльсе)21. Кроме Истрад Ив, другие местности с ним не связаны, однако имя Гурводду носит в «Книге Лландава» король Эргинга, области, расположенной на юге от Херефорда; предполагалось даже, что речь идет здесь об одном и том же человеке, хотя хронологические соображения делают подобный вывод маловероятным.

Гвиар верх Амлаудд Вледиг (тетя)

В разделе 76 «Происхождения святых» утверждается, что Гвиар была женой Герейнта ап Эрбин и матерью Иестин, Селива и Кингара. (Возможное географическое отождествление см. в относящемся к Кингару абзаце.)

Гвистил (дядя)

Гвистил был отцом Гваир, мужем неизвестной по имени дочери Амлаудда Вледига. Его, вероятно, можно отождествить с Гвистилом ап Нвитоном, названным в числе воинов Артура в «Кулохе и Олвен», однако географическая локализация его невозможна.

Хавистил Глоф (дядя)

Раздел 43 «Происхождения святых» называет Хавистила Глофа отцом святых Тивридога, Дихеувира, Тирнога, Туду-ра и Мархелла, рожденными Тиванедд, дочерью Амлаудда Вледига. Более о нем ничего не известно, однако расположение церквей, освященных в честь его детей, предполагает, что он связан с северо-западными областями Уэльса.

Хуаллу ап Тудвулх Корнеу (кузен)

Весьма интересный генеалогический трактат, известный под названием «Происхождение людей Севера» (Bonedd Gwyr у Gogledd), называет матерью Хуаллу Тиванедд, дочь Амлаудда Вледига, что делает его кузеном Артура. Об этом человеке нам ничего не известно, однако обратитесь к расположенным далее заметкам по поводу его отца, Тудвулха Корнеу.

Иаэна, сыновья (родственники жены)

«Тегерад, сын Иаэна, и Сулиен, сын Иаэна, и Брадвен, сын Иаэна и Карадауг сын Иаэна (людьми Каэр Датал они были, родственниками Артура со стороны их отца)»21. Этот отрывок из «Кулоха и Олвен» чрезвычайно важен для нас, поскольку в нем упомянуто название местности, откуда произошла семья, хотя ни об одном из них не известно ничего определенного. Дети Иаэна упомянуты в одном из поздних манускриптов, носящем название «Происхождение героев», в котором, несмотря на отличия в некоторых именах, была добавлена дополнительная строчка, объясняющая причину, по которой они считались родственниками Артура:

§2.7. Elerich verch Iaen mam Kyduan ар Arthur.

§2.7. Элерих, дочь Иаэна, была матерью Кидвана, сына Артура24.

Не мог ли тот факт, что у Артура был сын от одной из дочерей Иаэна, сделать остальных детей Иаэна родственниками Артура со стороны жены? Местность под названием Каэр Датал упоминается также во входящем в «Маби-ногион» сказании о Мате ваб Матонви, как расположенная в Арвоне. Арвон представлял собой название части западного Гвинедда с центром в Каэрнарвоне. Мнения немногих ученых, пытавшихся идентифицировать это место, сошлись на впечатляющем хиллфорте, носящем название Тре'р Кей-ри, высящемся над деревней Лланаэрнхаэарн25.

Иестин ап Герейнт (кузен)

Иестин называется сыном Герейнта в двух разных записях «Происхождения святых», а в соответствии с валлийским преданием он являлся основателем двух селений, носящих название Лланиестин, — одного на Энглси и второго на полуострове Ллейн.

Св. Иллтуд (кузен)

В «Житии св. Иллтуда», написанном ок. 1100 года, содержится упоминание о том, что св. Иллтуд был кузеном Артура: «Тем временем великолепный воин [Иллтуд], прослышав о великолепии своего кузена, короля Артура, решил посетить Двор столь великого завоевателя»21. Слова эти весьма интересны, поскольку они написаны раньше, чем писал Гальфрид Монмутский. Артур не играет в «Житии» никакой роли, однако факт этот свидетельствует о том, что генеалогия его матери была в это время хорошо известна. Святой Иллтуд почитался во всем Южном Уэльсе, однако основным центром его культа являлся Лланиллтуд Ваур (нынешний Ллантвит Мэджор).

Ллигадрудд Эмис (дядя)

Ллигадрудд Эмис был одним из братьев матери Артура и соотвественно его дядей, и в соответствии с «Кулохом и Олвен» также присутствовал при Дворе Артура. Вместе со своим братом Гурводду Хеном он был убит поросенком Ллвидогом Говинниадом в Истрад Тиви (Лландейлио, Южный Уэльс] во время охоты на гигантского вепря Труйта.

Мархелл верх Хавистил Глоф (кузина)

В разделе 43 «Происхождения святых» сказано, что Мархелл была дочерью Тиванедд верх Амлаудд Вледиг и сестрой Тивридога, Дихеувира и Тирнога. Она являлась святой покровительницей Уитчерча возле Денбига и Капел Мархелл возле Лланруста. Других преданий, касающихся ее, не сохранилось.

Риенвилидд верх Амлаудд Вледиг (тетя)

В соответствии с «Житием св. Иллтуда», бывшего ее сыном, Риенвилидд была женой Бикануса и дочерью Амлаудда Вледига. О ней ничего не известно.

Рита Гавр

Подробности см. в главе 5.

Селван ап Герейнт (кузен)

В соответствии с одной из версий раздела 76 «Происхождения святых» Селван непосредственным образом связывается с собственным братом Иестином в Пенмоне на Энглси.

Тудвулх Корнеу (дядя)

Об этом персонаже, муже Тиванедд верх Амлаудд Вледиг, нам известно немногое. В трактате «Происхождение людей Севера» его называют князем Керниу, которым давно уже считается Корнуолл, однако в следующей главе мы увидим, что дело обстоит далеко не так. Поскольку его жена связана с Северным Уэльсом, возможно, что это одно лицо с Тудвулхом Хиром, упомянутым в «Книге Анейрина» и связанным с регионом Эйвионидд, расположенным вокруг Криккиета в Северном Уэльсе.

Тудур ап Хавистил Глоф (кузен)

В соответствии с разделом 43 «Происхождения святых» Тудур также является сыном Тиванедд верх Амлаудд Вледиг. Имя его запечатлено в названии посвященной ему церкви, расположенной в Даровене возле Махинллета, а также в Эгивис Дудур в Лланиухлине, возле озера Бала, и в Ффинон Дудур, названии святого источника возле Лланелидана в долине Клуйда.

Тивридог ап Хавистил Глоф (кузен)

Тивридог является братом упомянутого выше персонажа, он почитался в качестве святого покровителя Лландифри-дога на Энглси.

Тирног ап Хавистил Глоф

Тирног является еще одним братом Тудура ап Хавистил Глофа, но его почитали в Лландирноге (долина Клуйда).

Тиванедд верх Амлаудд Вледиг

Тиванедд являлась матерью Дихеувира, Хуаллу, Мархелл, Тудура, Тивридога и Тирнога, и по связанным с каждым из ее детей местностям мы можем определить, что она жила в Северном Уэльсе.

Помимо двух упомянутых выше генеалогий, в валлийском предании можно отыскать еще три упоминания родственников Артура: два сделаны в «Сне Ронабви» и одно в «Кулохе и Олвен». Названные ниже люди играют важную роль в валлийской традиции, и вполне возможно, что связь их с Артуром устанавливается более поздними преданиями, старающимися присовокупить их к артуриане. Но, как бы ни обстояло дело в действительности, мы сочли разумным включить их в наш список полноты ради.

Карадог Врейхврас ап Ллир Марини (кузен)

В соответствии с рукописью, где перечисляются имена рыцарей Артура, Тиваннед, мать Карадога Врейхвраса, была сестрой Эйгр, матери Артура, что подтверждает их родство как двоюродных братьев27. Средневековый трактат «Происхождение святых» называет Карадога Врейхвраса отцом святых Кадварха, почитавшегося в Абердароне на полуострове Ллейн, Кайрдава, почитавшегося в Ллангоруде возле Лланбадарна Ваура в Кередигионе, Аберерха, чтившегося в Ллейне и Ллангоэде на Энглси, Маэтлу — в Лланваэтлу на Энглси и Тангуна — в Ллангоэде вместе с братом Кайрдавом. «Триады» свидетельствуют о том, что Карадог Врейхврас был одним из трех «Воинственных всадников Инис Придейн» и «верховным старейшиной Керниу». (О локализации этих мест см. в главе 5)28. «Сон Ронабви» в отношении Артура говорит, что Карадог был его «главным советником и первым кузеном»29.

Карадог Врейхврас проложил себе путь во французские романы под именем Карадеуэса Брибраса (Karadeues Briebraz), а относящаяся к XIII столетию «Жизнь де Кара-доса» (Livre de Carados) содержит повествование о неверности его жены30.

Гвалхмаи

В «Кулохе и Олвен» говорится, что Гвалхмаи был «племянником Артура, сыном его сестры, и его первым кузеном»31. Гвалхмаи более известен иод именем Гавейн, которое дали ему Гальфрид Монмутский и романы о Граале, однако в валлийском предании о нем говорится немногое. Он присутствует в триаде в качестве одного из «трех хорошо обеспеченных мужей Инис Придейн»32, и в «Надгробных строфах» называется место его погребения:

Bet gwalchmei ym peryton.

Ir diliv у dyncton

Могила Гвалхмаи находится в Периддоне

Как укор для мужей33.

Периддон, старинное имя реки Ди34, предполагает, что Гвалхмаи был похоронен невдалеке от ее берегов, быть может, как мы предположили в «Ключах к Авалону», в местности, до сих пор носящей имя Гвалхмаи и находящейся возле аббатства Басингверк в Северном Уэльсе.

Карта 2. Местности, связанные с родственниками Артура

1 — Лландивридог;

17 — Каэр Гай;

2 — Пенмон;

18 — Лланиухлин;

3 — Ллангевни;

19 — Олд Освестри;

4 — Лланиестин;

20 — Даровен;

5 — Лланддогед;

21 — Северн;

6 — Уитчерч;

22 - Нуклас;

7 — Бодвари;

23 - Теме;

8 — Лландирног;

24 - Уай;

9 — Хоуп;

25 - Тейви;

10 — Ди;

26 - Тревилан;

10а — Хенллан;

27 — Истрад Тиви;

11 — Клуйд;

28 — Тови;

11а — Лланелидан;

29 — Аск;

12 — Капел Мархелл;

30 — Истрад Ив;

13 — Каэр Датал;

31 — Таф;

14 — Лланйестин;

32 — Тав;

15 — Инне Гингар;

33 — Нит;

16 — Кастеллмарх;

34 — Лланиллтуд Ваур.

Марх ап Мейрхион (кузен)

Фигура Марха ап Мейрхиона широко использовалась поздними континентальными романистами, в частности в романах о Тристане он присутствует в виде Марка, короля Корнуолла. «Сон Ронабви» помещает его в число сорока двух советников Артура и также утверждает, что «Марх ап Мейрхион во главе их. Он — первый кузен Артура»35.

Средневековые рукописи Уэльса сохранили несколько отрывков сказаний, относящихся к Марху. Одно из них связывает его с Кастеллмархом, расположенным возле Аберсоха на полуострове Ллейн, где рассказывали, что у Марха были лошадиные уши36. И в 1540 году королевский антиквар Джон Леланд записал в Хенллане возле Денбига следующее: «Ther is a little Water caullid Merach Mirchion, whereby, as sura saie, was Lorde Marach a Mirch[i]ons Place. It is in Henellan [paroc]h. (Есть малая Вода, зовомая Мерах Мирхион, где, как говорят некоторые, жил господин Марах Мирхион. Это в приходе Хенеллан»37.) Деревня Тремейрхион (град Мейрхиона), находящаяся во Флинтшире, первоначально носила название Дин Мейрхион (Острог Мейрхиона) и располагалась всего в трех милях от Хенллана.

Связь Марха с Артуром можно объяснить двумя способами: или Мейрхион являлся братом Утера, как предполагают «Хроники королей» и «Сон Ронабви»; или же в соответствии с мнением поздних валлийских источников он был женат на еще одной дочери Амлаудда Вледига.

Как можно видеть на карте 1, родственники Артура со стороны матери географически в основном проживали в северной части Уэльса.

Сыновья Кунедды

Связанные с ними королевства

Авлосг

Авлоегион

Кередиг

Кередигион

Догваэл

Догвейлинг

Дуиод

Дунодинг

Эдерн

Эдейрнион

Эйниоп

Рос

Мейрион

Мейрионидд

Рувон

Рувониог

Матерью Эйгр была дочь Кунедды Гвен, и области Уэльса, получившие свои названия по именам ее братьев, предлагают нам еще одно свидетельство в пользу приведенной выше географической картины расселения родственников Артура. Хранящийся в Британской библиотеке манускрипт Harleian MS 3859, содержащий также самый ранний текст «История бриттов» и «Летописи Уэльса», следующим образом очерчивают область, находившуюся под влиянием детей Кунедды: «Вот их рубеж: от реки, зовущейся Диврд-ви [Ди], до другой реки, Тейви, и они владели многими областями в западной части Британнии [Уэльс]»39. (Регион этот очерчен на карте 2 и охватывает многие из местностей, упоминавшихся в настоящей главе, указывая на то, что за два поколения до рождения Артура семья его была связана с Северным Уэльсом.)

Карта З. Земли сыновей Кунедды

1 — Рос

10 — Северн

2 — Рувониог

11 — Уай

3 — Догвейлинг

12 — Тим

4 — Эдейрнион

13 — Аск

5 - Ди

14 Тейви

6 — Авлоегион

15 - Тови

7 — Дунодинг

16 - Тав

8 — Мейрионидд

17 - Таф

9 — Кередигион

18 - Клуйд.

;

Дети Артура

Во всей массе дошедшей до нас (посвященной нашему герою) литературы на удивление редко упоминаются дети, которых мог иметь Артур. Романы, упоминающие сына Артура, делают это мимоходом, в то время как валлийское предание называет пятерых сыновей Артура и двоих его внуков. Однако претензии на прямое происхождение от Артура встречаются не часто даже в Уэльсе. У знаменитой жены Артура Гвенхвивар детей от Артура не было, как, кстати, и от кого-либо другого.

Схема 6. Дети Артура в соответствии с валлийским преданием

Амхар

Самое раннее упоминание сына Артура можно найти в «Mirabilia», приложении к «Истории бриттов»: «Есть другое чудо в стране, именуемой Эргинг. Там, возле ручья, называемого Ллигад Агар, находится могила; погребенного в ней звали Амр. Он был сыном воина Артура, и тот убил его и похоронил его»40.

Ллигад Амр (Око Амра) отождествляется с керном возле источника реки Гамбер у Гамбер Хеда возле Лланварна. Имя Амхара сохранилось в позднем романе валлийской артурианы «Герейнт маб Эрбин», где он назван в числе четырех слуг, охранявших постель Артура.

Архведд

В разделе 85 «Происхождения святых» сохранился интересный отрывок предания относительно дочери Артура и двух ее сыновей, внуков Артура: «Efadier a Gwrial plant Llawvrodedd varchoc o Archvedd verch Arthur i mam (Эвадиер и Гуриал, дети Ллаувродедда рыцаря, и Архведд, дочь Артура, была их матерью41». Ллаувродедд Вархог («-рыцарь») присутствует в списке воинов в «Кулохе и Олвен» и назван в числе одного из сорока двух советников Артура во «Сне Ронабви».

Кидван

Матерью Кидвана была Элерих, как отмечалось выше в заметках о Иаэне. О нем ничего более не известно.

Гвидре

В «Кулохе и Олвен» сказано, что «Гвидре, сын Артура»42 был убит великим вепрем Труйтом в горах Пресели, расположенных в Диведе, на юго-западе Уэльса. О нем ничего более не известно.

Ллахеу

Сын Артура Ллахеу дважды упомянут в «Черной книге Кармартена»:

Kei guin a llachev

Digonint we kadev

Mi a wum lie lias llachev

Mab arthur uthir ig kertev

Кай прекрасный и Ллахеу —

Они давали сражения43.

Я был там, где убили Ллахеу,

Сына Артура, ужасного в песнях44.

Отрывки эти свидетельствуют о том, что Ллахеу присутствовал в ранних вариантах артуровской легенды, однако чтобы попытаться найти область его деятельности, нам придется обратиться к более поздним источникам. Бард Б лед-дин Вардд называет имя Ллахеу в строчках:

Dewr a was ban llas, yn llassar — arfau,

Fal у lias Llachau is Llech Ysgar,

Он был отважным юношей, когда убили его в украшенной синей эмалью броне,

Как убили Ллахеу под Ллех Исгар.

О местоположении Ллех Исгар ничего определенного сказать нельзя, однако контекст данного и прочих стихотворений подразумевает, что местность эта находилась в королевстве Поуис46.

Из всех детей Артура лишь Ллахеу смог проникнуть в поздние романы, и под именем Лохольта он упоминается в «Эреке и Эниде» Кретьена де Труа и в анонимном «Перлесваусе»

Любовницы Артура

В одной из дошедших до нас в позднейших манускриптах «Триад» названы три любовницы Артура, что заставляет гадать о том, были ли у них дети от Артура. В отношении двух из них существуют достаточно красноречивые сведения, приведенные ниже; все предания, связанные с третьей любовницей, оказались утраченными.

Карта 4. Местности, связанные с любовницами Артура

1 — Конуи;

4 — Клуйд;

2 — Морва Рианедд;

5 — Глин Диврдви;

3 — Динорбен;

6 — Ди.

Не следует удивляться тому, что у столь знатного и жившего в VI веке человека были любовницы: в те поры так было заведено повсюду (кстати, в этом отношении переменилось немногое). Однако поскольку впоследствии Артур сделался архетипом христианского короля, все упоминания о его любовницах были выброшены из текстов, тем самым подкрепляя подлинность настоящего материала.

А'е deir Karedicwrek oed у rei hynn:

Indec verch Arvy Hir,

A Garven verch Henin Hen,

A Gvyl verch endavt.

И его (Артура) тремя любовницами были:

Индег, дочь Гарви Высокого,

и Гарвен, дочь Хенина Старого,

и Гвил, дочь Гендавда 48.

Индег

Первая из любовниц Артура Индег часто появляется в стихотворениях как пример великой красоты, а в «Кулохе и Олвен» она названа в числе женщин Двора Артура, что доказывает принадлежность этой особы к ранней фазе развития артуровской легенды. Бард Груфудд ап Маредудд (начало XIV века) о любви Артура к дочери Гарви Хира сказал следующими словами: «Мне разделять любовь Артура к нагорьям Придейн... ради дочери Гарви Хира (ради нее), белоснежной»49.

С Индег не связывается никакой определенной местности, однако ее отец был популярной фигурой у бардов. Тудур Алед ок. 1500 года упоминает его в стихотворении как «Гарви из Глин Диврдви» — деревни, расположенной в Северном Уэльсе на берегах реки Ди на половине пути между Лланголленом и Корвеном50. Поскольку никаких других географических сведений об Индег или ее отце до нас не дошло, приходится предположить, что она происходила из Северного Уэльса, и предположение это подкрепляет географическая информация относительно других любовниц Артура.

Гарвен

К счастью, мы располагаем еще одним свидетельством о Гарвен, содержащимся в «Надгробных строфах» из «Черной книги Кармартена»:

Y beddeu уп у тоrиа

Ys bychan ay haelwy

Y mae sonant syberw vun

Y mae run ryuel afwy

Y mae earrwen verch hennin

Y mae lledin a llywy

Могилы на Морве —

Многие плачут над ними;

Там лежит Санант, гордая дева,

Там лежит Рун, пылкий в битве,

Там лежит Гарвен, дочь Хенина,

Там лежат Лледин и Лливи51».

Наиболее просто в этом списке идентифицировать Руна, отец которого, Маэлгун Гвинедд, правил из Деганнви, и, как утверждают, умер во время мора, пришедшего с Морва Рианедд (Брега или Побережья Дев), по всей видимости, и являющегося тем самым Морва, которое упоминается в стихе. Морва Рианедд находится на берегу Северного Уэльса между Лландудно и заливом Колвин и несколько раз упоминается в «Истории Талиесина», составного жития Тали-есина, сохранившегося в рукописи середины XVI столетия52. В соответствии с другой из строф той же поэмы Хенин Хен-бен, отец Гарвен, был похоронен в Динорбене, хиллфорте, расположенном над городом Абергеле на побережье Северного Уэльса всего в нескольких милях от залива Колвин.

Заключение.

Одним из наиболее важных аспектов в изложенном материале является постоянное упоминание матери Артура Эйгр; по сравнению с ней Утер в валлийском предании редко упоминается. Факт этот полностью противоречит вдохновленной Гальфридом Монмутским романической традиции, которая предполагает, что наиболее важным из родителей был как раз Утер. Когда и почему был перенесен этот акцент?

Все ранние материалы считают матерью Артура дочь Амлаудда Вледига, и лишь один из источников намекает на то, что Утер был отцом Артура, причем датировка этого источника подвергается сомнениям. Первым об отцовстве Утера утвердительно высказался Гальфрид Монмутский, но каким образом создал он эту связь? Исторические источники, которыми Гальфрид пользовался в качестве каркаса своего повествования, об Артуре не упоминают, и внимание их в рассматриваемый период сосредоточено на имеющей римское происхождение фигуре Амброзия Аурелиана. Валлийские предания, с которыми был знаком Гальфрид, знают воина по имени Артур, сражавшегося во многих битвах, но в них нет Амброзия. Каким образом Гальфриду удалось свести воедино оба предания?

Нам известно, что валлийское предание не считало Утера отцом Артура, и мы знаем, что он был соединен с Артуром в стихотворении «Кто привратник?» из «Черной Книги Кармартена». В другой из поэм, находящейся в том же манускрипте, слова Arthur и uthir стоят рядом, в чем, как указывалось выше, Гальфрид мог усмотреть тот намек, который был нужен ему для установления неизвестного пока имени отца Артура. Введение Гальфридом фигуры Утера дало следующие результаты:

1. Сделав Утера братом Амброзия, Гальфрид соединил Артура с историческим материалом, присутствующим в трудах Гильды и Беды, и в «Истории бриттов».

2. Сочетав брачными узами Утера с дочерью Амлаудда Вледига, он соединил генеалогию Артура валлийских преданий с упомянутыми выше историческими материалами.

3. В Артуре соединились римская и валлийская родословные.

4. Согласно валлийской традиции, более важным родителем считалась мать, однако поскольку в XII веке правила наследования уже изменились, была подчеркнута значимость отца, а доминирующая роль матери в раннем предании была отодвинута на второй план.

По сути дела все это означает, что повесть об Артуре как сыне Утера, присутствующая в каждом романе артурианы, была придумана Гальфридом Монмутским. Выдумкой также является история о том, что Утер Пендрагон был братом Амброзия и убил узурпатора Вортигерна (см. в главе 1), как и претензии на римское происхождение Артура. Средневековое предание об Артуре настолько далеко отстоит от раннего материала и настолько искажено, что оно практически ни в коей мере не способно помочь нам в поисках истинного происхождения Артура. Прежняя, подлинная генеалогия Артура была утрачана в XII столетии и заслонена выдумками Гальфрида и средневековых романистов.

Тем не менее географические реалии, связанные с родичами Артура, сохранились до сегодняшнего дня, и свидетельства указывают на то, что большинство местностей и преданий, связываемых с этими людьми, локализуются в северной части Уэльса. Начало литературной артурианы, обнаруживаемое в текстах из Южного Уэльса в начале XII столетия, стало также началом географической путаницы в отношении Артура. В 1136 году процессу этому поспособствовал Гальфрид Монмутский появлением своей «Истории», в которой Артур был изображен не только как владыка Уэльса, но и как повелитель всей Британии от Корнуолла до Шотландии, а также значительных территорий на европейском континенте. Ну а после Гальфрида фигура Артура начала появляться в качестве персонажа романов, написанных на землях всего христианского мира, начиная от Норвегии и кончая Святой землей; воины и святые, образующие его обширный род в горах Уэльса, были забыты и вытеснены романтическими персонажами — такими как Ланселот и Персеваль. Так романтическая фигура Артура сделалась наиболее популярной личностью Средневековья, но его валлийское происхождение оказалось забытым из-за политической пропаганды соединенной Британии (государства, реально никогда не существовавшего) и в меньшей степени соединенного Уэльса (опять же не существовавшего ни в кои веки). Политическая власть, приписанная Артуру вопреки его происхождению, сделалась наиболее могущественным символом монархии и героизма. В следующей главе мы обратимся к вопросу о том, как превратное понимание валлийских географических терминов и имен смогло затмить происхождение Артура и привести к возникновению легенды, распространенной по всей Британии.

5. Некоторые географические проблемы

Истинное положение мест данных Артуром сражений и приписываемых ему дворов привлекало внимание людей более девяти столетий и стало темой сотен книг и ученых статей. Учитывая приведенные в предыдущих главах соображения, мы должны попытаться теперь определить тот географический регион, в котором надлежит искать Артура и его воинов в соответствии с ранними валлийскими источниками. Как мы уже видели, местности, связанные с родичами Артура, концентрируются в меньшем по размеру регионе Британнии, чем считалось ранее, и, вглядываясь в первоначальные значения топонимов, в которых сохранилось предание, мы можем выделить среди них особые.

Историк Юрген Шпанут выделил одну из фундаментальных проблем в области толкования древних географических представлений: «Фундаментальная, но чрезвычайно часто встречающаяся при применении исторического метода ошибка заключается в том, что людям древности приписываются наши нынешние географические познания и концепции, а названия и фразы, использованные древними географами, приравниваются к словам и фразам современных ученых»'. В прошедшие века валлийские топонимы и географические термины часто понимались в саксонском контексте или на уровне нашего нынешнего понимания имен и регионов и это привело к тому, что некоторые источники стали казаться менее достоверными, чем они являются на самом деле. Важно понимать эти топонимы и географические термины такими, какими их видели люди, записывавшие сказания и поэмы.

И если сделать это, внутреннее свидетельство наших источников сделается вполне достаточным. К счастью, во всем материале валлийской артурианы постоянным остается один элемент — земля, на которой происходили события, связанные с Артуром.

Инис Придейн

В своей предыдущей книге «Ключи к Авалону» мы предположили, что география Британнии была искажена за счет непонимания валлийской географической терминологии, иногда неосознанно, а иногда и по политическим соображениям. В этой работе мы использовали свидетельства «Хроник королей», которые — пусть они и помогли нам в свое время сформулировать наши идеи, — теперь все же кажутся недостаточно надежными. Тем не менее сама идея о неправильном толковании валлийских географических терминов прошла испытание, и в настоящей главе мы повнимательнее рассмотрим этот пункт, полагаясь на свидетельства более надежных валлийских текстов, в особенности на поэзию «Гогинвейрдд». Чтобы освежить систему собственных доказательств, нам необходимо воспользоваться несколькими свидетельствами, первоначально использованными в «Ключах к Авалону», хотя мы и надеемся, что публикуемый в настоящей книге новый материал более чем возместит это повторение.

В соответствии с самыми ранними валлийскими источниками Артур совершал свои деяния в стране, называвшейся Инис Придейн на валлийском языке или Британнией — на латыни. Оба эти термина не один век понимались как относящиеся к острову Британия, каким мы видим его сегодня, от Корнуолла на юге, до Шотландии на севере, и содержавшаяся в текстах информация понималась соответствующим образом. В латинских текстах английского происхождения и во многих поздних валлийских текстах такая идентификация почти всегда является правильной; однако в латинских текстах, написанных в самом Уэльсе, и в ранних валлийских источниках термины эти как будто подразумевают другое определение земель, о которых идет речь. И если ранние валлийские барды утверждали, что Артур правил землей под названием Британния, или Инис Придейн, какой край имели они в виду? Начнем с рассмотрения валлийского названия Инис Придейн.

Прежде чем перейти к строгому определению слова «Придейн», следует четко понять, как именно понималось слово инис в средневековом Уэльсе. В современном валлийском языке слово это используется для обозначения острова или граничащей с водой земли, вне зависимости от того, идет ли речь об устье или просто о береге; на крупномасштабной карте Уэльса примеров подобного словоупотребления можно отыскать достаточно много. То же самое толкование существовало и в средневековом валлийском языке, однако в ту пору слово ynys имело и второй, весьма многозначительный смысл. В «Гейриадур привисгол кимри» (валлийском эквиваленте Оксфордского английского словаря) это альтернативное значение определяется следующим образом: «королевство, государство, область или регион»2. Подобное словоупотребление можно проиллюстрировать двумя примерами из бардической поэзии XII столетия.

Llys lleuuer ynys, gwrys goruyndawd.

Teyrn teir ynys.

Светлый двор страны, питатель свирепости3.

Князь трех областей4.

О длительности употребления слова «инис» в подобном значении свидетельствует произведение жившего в XV столетии барда, упоминавшего область королевства Поуис, носящую название Гвенвинвин. Гутун Овейн называет эту область ynys Gwenwynwyn (край Венвинвин), в то время как творивший за сто лет до него Гутор Глин называет ее gwlad Wenwynwyn (землей Венвинвин), демонстрируя тем самым взаимозаменяемость терминов gwlad («земля») и ynys (страна).

Конкретно слово ynys в значении «страна» широко употреблялось в XII и XIII столетиях и не вышло из употребления до XVI века5. И тот факт, что все валлийские рукописи, донесшие до нас раннее предание об Артуре, были написаны до 1400 года и содержат материалы, относящиеся к более раннему времени, означает, что мы должны учесть возможность того, что термин ynys использовался в них скорее в значении «страна или королевство», чем «остров».

Вооружившись более точным пониманием средневекового употребления слова «Инис», мы можем теперь понять и вторую часть этого важного словосочетания в его средневековом контексте. Придейн давно уже толкуется просто как «Британия», какой мы ее знаем сегодня, и все свидетельства, в которых оно присутствует, принимались как относящиеся ко всей Британии. Подобная интерпретация укоренилась настолько широко, что мы не без удивления обнаружили, что существует много случаев, в которых Придейн не относится ко всей Британии. Поэзия «Гогинвейрдд» является превосходным источником первоначальных значений топонимов, поскольку образующие ее стихотворения связаны с историческими персонажами, чье местопребывание нам известно из других источников. Многие из стихотворных произведений того времени представляют собой хвалебные оды главам общества, которыми в Уэльсе того времени являлись князья Гвинедда, Поуиса и Дехеубарта, трех основных частей Уэльса. Самые ранние поэты той поры писали примерно в то же самое время, что и Гальфрид Монмут-ский, и они часто пользовались словом «Придейн» для обозначения земли, известной нам ныне под именем Уэльс.

Мейлир Бридидд в своей элегии, посвященной правителю Гвинедда Груфудду ап Кинан (ум. в 1137 году), называет его «Pasgadur kynrein, Prydein briawd — воспитателем принцев, законным монархом Придейна»6. Кинделлу, посвятивший свою элегию Овейну Гвинедду, сыну Груфудда (ум. в 1170 году), обращается к нему со словами «priawdnen Prydein — верховный правитель Придейна»7. Приддид и Мох, воспевший в оде Родри ап Овейн (ум. в 1195 году), называет его «о Ynys Brydein, briawd ureint — привилегированным правителем Инис Придейн»8.

Существует множество примеров титулования правителей Уэльса владыками Придейна9. Все эти князья редко покидали Уэльс, если вообще когда-либо делали это, и во всяком случае, бесспорно, более занимались обороной собственных рубежей, чтобы претендовать на власть или верховенство над всей Британией. В своей великолепной статье об аспектах верховной власти в поэзии «Гогинвейрдд» Риан Эндрюс объясняет, каким образом барды XII и XIII столетий продолжали «пользоваться термином Prydain, несмотря на рост популярности наследовавшего ему слова Сутrу»10 Термин Сутrу, современное валлийское слово, обозначающее «Уэльс», вытеснило «Придейн», и существуют даже примеры попеременного использования обоих слов. Бледдин Вардд (ок. 1250) в шести последовательных строчках называет Риса ап Маредудд двумя различными словами: «Aryf Prydein — воин Придейна» и «Кутгу ddiffreityaf — защитник Кимри»11.

Однако термин «Инис Придейн» как обозначение Уэльса присутствует не только в поэзии: его можно обнаружить также во входящем в «Мабиногион» сказании о Бранвен, дочери Ллира. В составленном в XI веке повествовании слово ynys относится ко всем областям Уэльса. Действие происходит в Северном Уэльсе, значительные части сюжета имеют место в Каэрнарвоне, Харлехе и Эдейрнионе, а также в Аберфрау на Англси. По ходу сказания Бран совершает путешествие в Ирландию, чтобы спасти свою сестру, но прежде чем это сделать, он созывает на помощь воинов своего королевства: «И тогда начал он рассылать гонцов, чтобы собрать всю страну [ynys]. И тогда пришла к нему полная рать от семи двадцатериц областей и еще четырнадцати»12.

Наиболее интересной подробностью в этой цитате является количество областей, образующих собою страну. Здесь названо число 154, а одна из самых ранних работ, перечисляющих все кантрефы (районы) Уэльса, дает нам число 156, удивительно точно совпадающее с нашей цифрой, учитывая все возможные изменения границ, а также слияние и деление районов13. Наличие такого количества кантрефов в «инис» свидетельствует о том, что термин этот использовался для обозначения всей страны, а не острова, как делают все современные переводчики, тем самым искажая географическую основу сказания.

Приведенные выше примеры указывают на то, что название «Инис Придейн» часто использовалось для обозначения королевства Уэльс, а не острова Британния. Влияние этого факта на понимание нами источников трудно переоценить, поскольку на основе валлийских источников учеными были написаны история Южной Шотландии VI века, история саксонского вторжения в Англию и ранние этапы истории саксонских королевств Нортумбрии и Мерсии. Не многие представляют, что существование доказуемого альтернативного истолкования географического названия «Инис Придейн» означает необходимость пересмотра истории Британских островов, написанной на основании валлийских источников, и ученым, как валлийским, так и английским, следует обратиться к доселе остававшимся вне их поля зрения источникам — в особенности поэзии «Гогинвейрдд».

Британния

Латинский термин Britannia в отношении всего острова Британия присутствует в классических текстах Цезаря и Тацита, однако в латинских текстах, написанных валлийскими авторами, мы найдем совершенно другое толкование этого слова. Самое раннее и недвусмысленное использование слова «Britannia» валлийским автором мы найдем в «Житии св. Альфреда», написанном Ассером, монахом из Южного Уэльса, ок. 900 года: «Был недавно в Мерсии усердный король... по имени Оффа, который повелел сделать между Британнией и Мерсией великую насыпь от моря до моря»14. В данном случае не может быть никаких сомнений в том, что Britannia обозначает Уэльс, поскольку земляное сооружение, известное под названием «насыпь Оффы», до сих пор пролегает вдоль границы между Англией и Уэльсом11. Однако в другом месте своей работы Ассер обозначает Британнией весь остров, демонстрируя тем самым, насколько изменчивым было такое словоупотребление. Авторы «Латинских житий валлийских святых», упомянутых в главе 2, повсеместно пользуются словом Britannia для обозначения Уэльса. Они называют Маэлгуна Гвинедда величайшим из королей всей Британнии, в то время как валлийцы именуют его самым могущественным из правителей Уэльса, а термин «dextralis Britannia» (Южная Британния) в нескольких случаях также используется для обозначения Южного Уэльса. В другом тексте, происходящем из Южного Уэльса (Книге Лландава, написанной ок. 1135 года), содержится документ под названием «Привилегия св. Теи-лио», написанный на латинском и валлийском языках, который явным образом свидетельствует о том, что происходящие из двух различных языков термины «Britannia» и «Cymry» очевидно использовались для обозначения одного и того же региона:

Латынь:

aregibus istis principibus brittannie

короли и принцы Британнии'6.

Валлийский:

Breenhined Binn hatouyssocin cymry

Короли и принцы Кимри17.

Приведенные выше свидетельства наглядно демонстрируют, как и почему столько столетий ошибочно истолковывались латинские тексты валлийского происхождения. То, что писавшие на латыни валлийские авторы пользовались словом «Британния» для обозначения Уэльса, означает, что нам необходимо внимательно пересмотреть и столь важные тексты, как «История бриттов» и даже «О погибели Британнии» Гильды, самый важный и наименее понятный среди наших ранних текстов18. Если Гильда был связан в первую очередь с Уэльсом (ряд свидетельств предполагают, что так оно и было), тогда следует пересмотреть толкование упоминаемого им вторжения саксов и двух стен, построенных римскими легионерами в V веке19.

Приведенные выше свидетельства также указывают на то, что в ранних валлийских манускриптах не обязательно используется та же самая географическая терминология, что и в поздних валлийских рукописях или неваллийских источниках. Толкование термина «Придейн» как Уэльса, а не всей Британии приложимо не ко всем валлийским текстам, однако сам факт его существования означает, что мы должны пересмотреть наше понимание и осмысление этих ценных источников. Учитывая все это, мы можем сделать ранние источники артурианы более понятными, а также сузить сферу влияния нашего героя. Поскольку историки всегда пытались локализовать связанные с Артуром местности в масштабе всей Британнии, на наш взгляд, вполне целесообразно попытаться обнаружить связанные с ним местности, исходя из предположения о том, что он правил в Уэльсе. Места битв Артура будут рассмотрены в следующей главе; прочие топонимы будут проанализированы далее.

Дворы Артура

Наиболее известным среди дворов Артура, конечно же, является Камелот, дом Круглого Стола и самый фантастичный среди когда-либо существовавших королевских дворов.

Рыцари Круглого Стола выезжали из его ворот ради взыскания Святого Грааля и съезжались в поединках на глазах прекрасных девиц здешнего края: в таком виде он предстает нам на страницах романов артурианы. Имя его сегодня используется для иносказательного обозначения влиятельной семьи или организации: Камелотом называли в Америке кружок приближенных президента Кеннеди, тем же самым словом называется компания, проводящая национальную лотерею в Соединенном Королевстве. Однако, несмотря на широкую славу, Двор Камелота является изобретением XII столетия и впервые появился на страницах поэмы «Ланселот», написанной Кретьеном де Труа в 1165 году, позаимствовав имя у реки, протекавшей у замка Монтгомери на границе Уэльса20. И напротив, немногим известны названия дворов, связанных с именем Артура в раннем валлийском предании, однако имена самых ранних из них доносят до нас «Триады».

Первая триада самых ранних собраний относится к дворам Артура и будет полностью приведена ниже. Учитывая сказанное в предыдущих главах, проанализируем каждый из упомянутых топонимов и попытаемся определить, где именно находилась эта местность.

Teir Lleithiclvyth Ynys Prydein;

Arthur yn Pen Teyrned у in Mynyv, a Dewi yn Pen Esgyb, a Maelgvn Gvyned yn Pen Hyneif;

Arthur yn Pen Teyrned yg Kelli Wic yg Kernyw, a Bytwini Esgob yn Ben Esgyb, a Charadavc Vreichuras yn Ben Henyf;

Arthur yn Ben Teyrned ym Penn Ryonyd yn у Gogled, a Gerthmul Wledic Yn Benn Hyneif, a Chyndeym Garthwys yn Benn Esgyb.

Три престола племен страны Придейн:

Артура как верховного князя в Миниу [в некоторых вариантах Каэрллеоне], и Деви как верховного епископа, и Маэлгуна Гвинедда как верховного старейшину;

Артура как верховного князя в Келливиге в Керниу, и епископа Битввини как верховного епископа, и Карадуга — Сильная Рука как главного старейшины;

Артура как верховного князя в Пенрин Рианидд на севере, и Гертхмула Вледига как главного старейшину, и Кин-дерина Гартуиса как верховного епископа21.

Миниу и Каэрллеон

В первой части триады указывается, что у Артура был двор либо в Миниу (Сент-Дэвиде), либо (в соответствии с вариантом) в Каэрллеоне. Миниу упоминается в связи с Артуром в «Кулохе и Олвен», но не в качестве двора, а как место, где он провел всего лишь одну ночь перед охотой на гигантского вепря Труйта на просторах Южного Уэльса. Если не считать этого упоминания, Миниу не играет никакой роли в ранней артуриане, и присутствие этого названия в триаде, похоже, восходит к церковным дебатам XII столетия, когда обсуждался вопрос, считать ли Миниу, престол валлийской церкви, независимым от Кентербери. Пребывание в Миниу Двора Артура, конечно, могло подтвердить претензии валлийской епархии на главенство над соперницей из Кента. Валлийская история не донесла до нас никаких сведений о связях Маэлгуна Гвинедда с Сент-Дэвид сом, предполагая тем самым смешение преданий, и то, что первоначальный двор находился на пребывавших в его власти землях. Возможность эта далее подкрепляется еще одним вариантом этой триады в позднем манускрипте, где Миниу заменен Аберфрау, резиденцией князей Гвинедда на острове Англси 22.

Упоминание о Каэрллеоне (то есть Городе легионов) также, кажется, объясняется поздним влиянием сочинения Гальфрида Монмутского, поместившего Двор Артура в Каэрллеоне на реке Уск в Южном Уэльсе. Двор в Каэрллеоне часто присутствует в произведениях поздней артурианы, сочиненных на континенте, однако он начисто отсутствует в ранних валлийских преданиях. Этим же самым именем валлийцы называли город Честер, находящийся на нынешней границе между Чеширом и Северным Уэльсом. Под своим латинским названием Urbes Legiones (Город легионов) Честер упоминанется в «Летописях Уэльса» как место важного сражения между валлийцами и саксами в 613 году н.э., о чем мы еще будем подробнее говорить в главе 6. Тот факт, что название Каэрллеон прилагалось к двум различным городам, находящимся на границе между Англией и Уэльсом — один на севере, а другой на юге Уэльса, — неоднократно порождал существенную путаницу. Об истории обоих городов в VI веке известно немногое, и оба они едва ли могут располагать подлинными связями с арту-ровской легендой на ранней стадии ее развития

Гелливиг

Гелливиг является самым старым и наиболее важным из дворов Артура, поименованных в двух ранних валлийских текстах: цитированной выше «Триаде» и также в пяти случаях в тексте «Кулоха и Олвен». Оба источника добавляют, что Двор находился в местности, именуемой Керниу, и во многом благодаря автору «Кулоха и Олвен» и валлийским версиям «Истории» топоним этот широко толковался как Корнуолл. Во многих случаях эту интерпретацию следует считать правильной, однако внутренние свидетельства, присущие только валлийским источникам, предполагают, что в некую пору у этого термина существовало альтернативное значение. И то, что Двор этот является старейшим среди связываемых с Артуром мест, имеет первостепенное значение. Говоря словами доктора Оливера Пейдела, он требует идентификации, и были предприняты многочисленные попытки произвести ее»24.

Доктор Пейдел в своей статье анализирует многочисленные попытки, предпринятые в прошлом столетии, чтобы отождествить Двор в Гелливиге с различными местностями Корнуолла, основными претендентами среди которых являлись Колливит, Коллингтон и замок Киллибери, хотя ни один из аргументов в пользу упомянутых местностей не обладал особой убедительностью25. Многие поколения ученых тщетно разыскивали в Корнуолле похожие по звучанию топонимы, игнорируя тот факт, что местность Гелливиг до сих пор существует в Уэльсе. Единственная носящая это наименование во всей Британии местность находится на полуострове Ллейн на северо-западе Уэльса, где упомянутое название принадлежит старинном дому и расположенной невдалеке от него ферме26. Самого существования названия недостаточно, чтобы доказать, что Двор Артура располагался именно здесь, однако в повести о «Кулохе и Олвен» содержится весьма полезное указание. В перечне сопутствовавших Артуру воинов присутствует некий «Медир сын Медредидда (который из Келли Вига умел попасть точно под хвост крапивнику на Эсгейр Оэрвел в Ирландии)»27. Из отрывка этого следует, что из Гелливига можно было непосредственно видеть местность Эсгейр Оэрвел (Хребет Неприветливый) в Ирландии. Но где именно находилось указанное место?

В своей превосходной статье «География Ирландии в "Кулохе и Олвен"» профессор Патрик Симс-Уильямс связывает это валлийское название с местностью Сейсгеанн Уай-рбхеойл (Seisgeann Uairbheoil), называвшейся в средневековых ирландских рукописях обителью знаменитых героев28. В соответствии со свидетельствами нескольких ирландских источников она располагалась в горах Уиклоу на восточном побережье Ирландии, и Симс-Уильямс предположил, что речь шла о Брей Хед, холме, находящемся на побережье к югу от Дублина. Он, безусловно, являлся полезным ориентиром для мореходов и служит им до сих пор, что может подтвердить всякий, кто пользовался паромной переправой между Холихедом и Дублином. Горы Уиклоу нельзя увидеть из Корнуолла даже при идеальных условиях, однако в очень хороший день они вполне различимы с западного берега Северного Уэльса.

Еще в 1150 году барды упоминали Двор в Гелливиге. Кинделлу, придворный бард Гвинедда, вспоминает о нем в посвященной Овейну Гвинедду элегии:

Kyrt kertynt mal kynt kelliwyc.

Песни льются, как прежде в Гелливиге29.

Меуриг ап Иорверт, бард из Поуиса, говорит об этом дворе в поэме, обращенной к Хопкину Томасу:

I Arthur loyw deml wrth aur wledig

A'I Iwysgall awen lys Gelliwig

Как при властелине Артуре, храм которого блистал златом,

Он в Гелливиге, где придворная льется музыка30.

Поэт Иоло Гох, живший в Северном Уэльсе в долине Клуйда и тесно связанный с расположенным возле Ллан-голлена аббатством Балле Круцис, упоминает Гелливиг дважды: в первый раз — в 1382-м, в элегии, посвященной двум сыновьям Ту дура Вихана из Пениминидда на Энглси, и во второй — в хвалебной поэме, превозносившей Иеуана аб Эйнион из Хвилога (к северу от Пуллхели). В этом своем стихе Иеуан именуется шерифом, обязанности которого он исправлял в Каэрнарвоне между 1385-м и 1390 годом, что позволяет датировать сочинение этим периодом.

Соlli cum, cyllaig Gwinedd,

Call a glew, cuall ei gledd

Cellan ior, coll anwerys

Cell у gler, celliwig lys.

Cwrt hynod is Llyn frodir

Cell у dwin, Celliwig ir.

Утрата героя Гвинедда,

Мудрого и отважного, быстрого мечом.

Владыка Келлаи, ужасная потеря,

Палата поэта, двор Гслливига31.

Известный Двор ниже области Ллин,

Винный погреб, свежий Гелливиг 32.

Очевидно, что стихи эти подразумевают, что Гелливиг находился на полуострове Ллейн. Спустя столетие (ок. 1480 года) Гутун Овейн упоминает Гелливиг в стихотворении, посвященном Хув Конуи из Врин Эурин, что возле залива Кол-вин, не оставляя нам и малейших сомнений в его местоположении:

Lie Gawm Gelliwic Gwynedd

Мы находим Гелливиг в Гвинедде33.

Существует еще один источник, явным образом связывающий Гелливиг валлийского предания с сегодняшним поселением, носящим это же имя. Относящаяся к 1209 году хартия основанного в 1199 году Цистерцианского аббатства Киммер возле Долгеллау называет несколько местностей, находящихся внутри или на границе кантрефа Нейгул на полуострове Ллейн, на котором ныне стоит Гелливиг34. Местность эта именуется в хартии ynyskellywyc (слово инис здесь употреблено для обозначения изолированного владения). Хартия, заново подтверждающая земельные права аббатства, свидетельствует о том, что название ynyskellywyc существовало до 1209 года. Отсюда следует, что барды Северного Уэльса помнили о Гелливиге как о важном Дворе, находившемся на полуострове Ллейн: никакие валлийские материалы не связывают этот топоним с Корнуоллом или еще каким-либо местом.

Приведенной выше аргументации было бы более чем достаточно для того, чтобы отождествить топоним «Гелливиг» с местом нахождения Двора Артура. Однако нам следует также считаться с названием «Керниу». Столетиями люди тщетно пытались отыскать Гелливиг в Корнуолле, однако, быть может, все, что нам необходимо, — это поискать Керниу возле Гелливига. Прочие упоминания Керниу в валлийских источниках указывают на то, что название это некогда имело какое-то отношение к Гвинедду.

Присутствующий в «Кулохе и Олвен» персонаж по имени Рита Гавр, отец Горманта, сводного брата Артура, именуется там «верховным старейшиной Керниу»30. То немногoe, что известно нам кроме этих трех слов, о Рита Гавре можно найти в народной сказке о том, как он сражался с Артуром ради его бороды, которая была нужна Рита Гавру, чтобы закончить плащ, сплетенный им из бород побежденных королей. Предание это было использовано Гальфридом в его «Истории», и место сражения в его тексте носило название Mons Aravius. Валлийская версия этого предания помещает схватку на горах Аран, расположенных к юго-западу от озера Бала, где существуют намогильный курган и долина, имена которых обнаруживают связь с указанным поединком36. В поэзии бардов также отмечено, что керн, находящийся на вершине Сноудона, высочайшей горы Уэльса, в XIV столетии носил название Бедд Рита, или Могила Рита. Но если Рита являлся верховным старейшиной в Корнуолле, почему валлийское предание во всех случаях помещает его в Северном Уэльсе?

Прочие упоминания Керниу в валлийских манускриптах скорее предполагают связь этой области с Северным Уэльсом, а не с Корнуоллом. Например, генеалогический трактат, известный под названием «Присхождение людей Севера» (Bonedd Gwyr у Gogledd), именует отца некоего Хуал-лу «Тудвулхом Корнеу князем Керниу»37. Князя Керниу ни в коей мере нельзя считать человеком севера, что заставило многих ученых считать этот раздел позднейшим дополнением к тексту. Однако если Керниу не является Корнуоллом, появляется логическое объяснение. Имя Тудвулх еще раз появляется в «Книге Анейрина» как имя правителя кантрефа Эйвионидд, составляющего часть полуострова Ллейн — той самой области, где находится Гелливиг. Не могут ли оба этих Тудвулха оказаться на деле одним лицом?38 Также в Северном Уэльсе находится деревня, носящая название Ллангерниу (Священная обитель Керниу) и расположенная в шести милях к югу от залива Колвин. Однако местности эти не имеют никакого отношения к Корнуоллу.

В данном случае следует задать себе один-единственный вопрос: что на самом деле означает слово керниу? Слово cern на староваллийском означало «сторону мыса» или «открытого склона», предполагая тем самым, что керниу могло относиться к открытому мысу или полуострову. Не могло ли случиться так, что в самых ранних валлийских источниках употребление «керниу» носило описательный характер, скорее относясь к рельефу региона, чем представляя собой его имя? То, что и Корнуолл, и полуостров Ллейн представляют собой выступающие в море мысы, может оказаться далеко не случайным. Только ли более поздние писатели, такие как авторы «Кулоха и Олвен», а также валлийские переводчики «Истории» Гальфрида связывали Керниу с Корнуоллом? Современные ученые идентифицируют Керниу как Корнуолл, однако они не могут найти Гелливиг. Наша теория позволила отыскать место, по крайней мере с XII столетия известное под названием Гелливиг и также связанное с Артуром в поэзии этого периода, однако мы сумели найти лишь косвенные свидетельства в отношении названия Керниу. Какая же из противоречащих друг другу теорий является точной?

Местность, на которой расположен современный Гелливиг, расположена на невысокой прибрежной равнине, над которой господствует соседний холм Минидд Рив (высота 300 м), служивший местом неолитической фабрики, занимавшейся изготовлением каменных топоров. Но что находилось здесь в VI столетии? Ответ на этот вопрос должны дать археологи, однако самое главное наше доказательство находится на расположенном непосредственно возле Гелливига холме, известном под названием Крегиау Гвинеу. На вершине этого холма, крутым склоном обрывающегося в море, находятся руины необычного укрепления. Крепость образована сложенной из камня стеной, охватывающей всю вершину холма, за исключением обращенного к северу склона, который обороняется девятиметровой скалой, представляющей собой идеальное место отступления в случае опасности39. То, что это укрепление представляло собой упоминаемый в старинных текстах Двор Артура, доказать невозможно, однако в ясный день с его вершины видны расположенные в Ирландии горы Уиклоу. Совпадение ли это?

Пенрин Рианидд

Последний из упомянутых в «Триадах» дворов никогда не был удовлетворительным образом отождествлен, хотя благодаря ошибочному пониманию географического названия Инис Придейн в большинстве своем ученые пытались обнаружить эту местность в Южной Шотландии. Триада указывает на то, что Пенрин Рианидд располагался на севере. Но от чего?

За века было написано немало научных трудов относительно королевств Северной Англии и Южной Шотландии, часто называвшихся северными бриттскими королевствами или просто Старым Севером. Одно только количество посвященных им работ могло бы заставить нас поверить в то, что существование этих королевств является непреложным фактом, однако ничто не может находиться дальше от истины, чем подобное утверждение. Существующую ныне теорию можно обобщить следующим образом. В Южной Шотландии и Северной Англии существовало некоторое количество бриттс-ких королевств с основными центрами в Думбартоне и Карлайле, где разговаривали на валлийском языке. Повествующие об этих королевствах валлийские источники упоминают события, происходившие на севере (Gogledd), и предоставляют нам некоторые топонимы, а также события и людей, связанных с ними. Родословные правителей этого региона сохранил для нас генеалогический трактат, известный под названием «Происхождение людей Севера». Участь этих королевств, носивших названия Регед, Гододдин, Элвед и Истрад Клуд, считается неизвестной, однако существует общая уверенность в том, что англичане вместе со скоттами завоевали их, и в 1018 году пал последний король Истрад Клуд. После разгрома этих королевств население перебралось в Северный Уэльс, прихватив с собой собственные сказания и предания. В ту пору в Северном Уэльсе были записаны поэтические и исторические произведения о Гогледд, и многие из них успели запечатлеться в ландшафте их новой родины в виде топонимов, а также в фольклоре.

Теория эта существует с XVI столетия, и к настоящему времени сумела пустить настолько глубокие корни, что трудно догадаться о том, что на самом деле она представляет собой всего лишь гипотезу, которая не имеет никакого археологического подтверждения. Фатальный дефект этой теории выявился в ходе наших исследований. Процесс присваивания старинных имен объектам новой родины известен и носит название вторичной локализации, наличие которой может быть доказано, если можно обнаружить область существования первичных топонимов, и нам известно об эмиграции людей из первичного региона во вторичный; например австралийский Перт получил свое название от Перта шотландского, а Бирмингем в Алабаме (США) назван в честь Бирмингема (Англия). Крупнейшим недостатком теории о том, что валлийские королевства первоначально находились в Южной Шотландии является то, что ни один из топонимов, связанных с Гогледд валлийских источников, не может быть определенным образом ассоциирован с местностью в Южной Шотландии. Все поддающиеся идентификации топонимы находят себе место в Северном Уэльсе — этот факт академическая наука объясняет вторичной локализацией, несмотря на то, что о ней можно говорить лишь в том случае, когда твердо установлена область первичной. Однако, если рассыпанные по всему Северному Уэльсу топонимы не объясняются вторичной локализацией, каким образом можно объяснить их присутствие?

Свидетельства валлийских источников группируются вокруг указаний на Гогледд (север). Вопрос заключается в том, на север от чего? Ответ очевиден — Инис Придейн, что (в чем мы убедились) может означать и королевство Уэльс, и весь остров Британия. Учитывая это, можно вполне разумным образом предположить, что связанные с Гогледд события происходили на севере Уэльса, а не на севере Британии? Столь простейший прием мгновенно объясняет причину того, почему все поддающиеся идентификации названия оказываются в Северном Уэльсе, а не в Шотландии. Не более ли вероятно, что местности и люди Гогледд не забыты в Северном Уэльсе по той простой причине, что там-то они и имели место первоначально? Ошибочное отождествление «северного» материала стало возможно благодаря неправильному пониманию географического термина «Придейн», и теория вторичной локализации должна была только загладить это недоразумение. Короче говоря, существование северных бриттских королевств является чисто академической легендой40.

Приведенные выше теоретические соображения позволяют нам без особого труда определить местонахождение забытого Двора Артура в Пенрин Рианидд. Термин «Пенрин» означает просто «мыс» и как словообразующий элемент присутствует во многих топонимах валлийского побережья. Вторая часть его (Рианидд) является вариантом написания «Рианедд» и предоставляет нам ключ к местонахождению этого Двора. В валлийских преданиях о жившем в VI веке короле Маэлгуне Гвинедде несколько раз упоминается местность, носившая название Морва Рианедд. Она идентифицируется с береговой линией северо-валлийского побережья между Лландудно и Колвин Бей. На половине пути между двумя городами находится небольшой поселок Пенрин Бей. Расположенный между береговой линией и хиллфортом, он представляет собой единственное место в Уэльсе, где сходятся вместе обе части названия Двора Артура.

Расположенный неподалеку над идущей вдоль берега дорогой хил л форт теперь называется Брин Эурин, но раньше носил название Динарт, что означает «крепость медведя». Вероятно даже, что первоначальное имя ее содержало в себе первую часть имени Артур. Гильда в своей работе «О погибели Британнии» упоминает «медвежью цитадель», называя ее домом Кунегласуса, короля Роса, и ученые видели в этом названии намек на крепость Динарт41. Отсюда следует, что через несколько лет после смерти Артура эта крепость или же какая-нибудь другая, расположенная в непосредственной близости от нее, являлась обиталищем князя. В соответствии с триадой верховным епископом Пенрин Рианидд был Киндерин Гартуис — более известный как св. Кентигерн, основатель монашеской обители в расположенном в пятнадцати милях отсюда Сент-Асафе. Пенрин Рианидд не упоминается в других валлийских источниках и представляет собой загадочное место, однако те скудные свидетельства, которыми мы располагаем, заставляют поместить его вблизи Пенрин Бей.

Места, посещавшиеся Артуром в повести «Кулох и Олвен»

Центральной темой «Кулоха и Олвен» являются сорок anoethau (трудных поручений), выполнения которых требует Исбададден от Кулоха, чтобы тот заслужил руку его дочери Олвен. Мотив выполнения героем трудных поручений является в мифологии обыкновенным: в классическом мире примером может послужить хотя бы повесть о Ясоне и аргонавтах. Повесть о «Кулохе и Олвен» составлена из более раннего материала, и в ней подробно описывается лишь выполнение десяти поручений из сорока42. Фигура Артура присутствует лишь при выполнении шести из десяти заданий, и только в четырех содержится конкретная географическая информация, способная помочь нам в определении регионов, связанных с Артуром в ранних преданиях.

Задание первое

Артур и его дружина выезжают на поиски двух воинов его Двора, превращенных в щенков суки Римхи. Они являются ко двору Трингада в Абер Деу Кледдив, где им сообщают о том, что Римхи живет в пещере возле реки и нападает оттуда на стада селян. Артур со своими воинами отправляется на поиски этой пещеры на корабле «Придвен» и в итоге находит там Р.имхи вместе с двумя щенками. Когда люди окружают ее, «Бог ради Артура возвращает разыскиваемым их подлинный облик»43.

Валлийский префикс aber означает «устье реки» или «место слияния двух рек», a daugleddyf (дословно — «два меча») упоминался Гиральдом Камбрийским в составленном им в 1188 году «Описании Уэльса»: «С тех же гор [Пресели] стекают два ручья Кледдау. Между ними лежит область, имя которой Деугледдив, — по обоим ручьям. Один протекает возле замка Ллаухаден, а другой через Хаверфор-двест, а там оба вливаются в море»44. Две реки под названием Кледдау встречаются в Пемброкшире на северо-восток от Хаверфордвеста и параллельно текут несколько миль, прежде чем влиться в море у Мил форд Хейвен. Точное местоположение пещеры неизвестно.

Задание второе

Артур отправляет королю Ирландии Одгару послание с просьбой отдать ему волшебный котел Диурнаха. Король просит у Диурнаха котел, однако тот отказывается его отдавать, и Артур отплывает в Ирландию на своем корабле «Придвен» с немногими дружинниками, чтобы отнять котел силой. После прибытия Лленллеог, один из людей Артуpa, убивает Диурнаха мечом, имя которому — Каледвулх (первоначальное название Эскалибура). Они возвращаются на корабль и бегут из Ирландии с волшебным котлом, высадившись на сушу у дома Ллуидеу, сына Кел Коэда, в Порт Керддин в Диведе.

Точное местонахождение Порт Керддина в Диведе неясно. Название означает «рябиновая гавань», и ученые предполагали, что это мог быть Порт Маур возле Сент-Дэвидса в Пемброкшире, или Пулл Крохан, находящийся в пяти милях от Фишгарда, оба из которых удовлетворяют доступным нам свидетельствам45. В источнике присутствует еще одна короткая фраза: «Там находится Мезур-и-Пейр». Словосочетание означает «Мера Котла», а значит место, именем которого оно является, находилось в Порт Керддине или очень близко к нему.

Задание третье

Охота на гигантского вепря Труйта является заданием, наиболее подробно описанным в «Кулохе и Олвен». Чтобы коснуться всех географических наименований, упомянутых в этом разделе источника, потребуется много страниц, причем особого смысла в столь подробном изложении нет, поскольку география охоты была старательно разобрана во многих журнальных статьях и во всех деталях описана в академическом издании повести46.

Артур и его люди отправились в Эсгейр Оэрвел в Ирландии (см. выше), где жили вепрь и семь его поросят, чтобы добыть гребень, бритву и ножницы, находящиеся между ушами вепря. После трехдневного сражения Артур послал своего толмача Гурхира переговорить с вепрем, чтобы положить конец битве. Один из поросят сообщил Гурхиру, что Артур не получит нужных ему вещей, пока не убьет вепря, и что на следующее утро они отправятся в страну Артура, чтобы нанести ей как можно больший ущерб. На следующии день вепрь вместе с семерыми поросятами «отправились по морю в Уэльс»47, прибыв в Дивед в Порт Клейсе. Место это можно отождествить с устьем реки Алун, расположенным в пяти милях к юго-западу от Сент-Дэвидса, где высадился исторический Груфудд ап Кинан, в 1081 году приплывший из Ирландии, чтобы предъявить свои права на владение Гвинеддом. Этот факт заставил некоторых специалистов предположить, что путь вепря по Южному Уэльсу может оказаться параллельным маршруту Груфудда к месту решительной битвы у Минидд Кам, находящемуся где-то на границе Диведа.

Остальная часть географических подробностей раздела относится к Южному Уэльсу, многие из местностей легко поддаются определению — до того мгновения, когда вепрь погружается в воды устья Северна. Тут люди Артура срывают бритву и ножницы с его головы, однако сам вепрь уходит через воды эстуария в Корнуолл. Там «после многих злоключений с головы его забирают гребень48», а самого вепря загоняют в море, и он уплывает от берега Корнуолла, так что больше его никто не видел.

Помимо повести о «Кулохе и Олвен», великий вепрь Труйт упомянут в «И Гододдин» и в «Истории бриттов», поскольку сюжет, очевидно, составлял важную часть валлийской мифологии. Видимо, автор этого раздела в «Кулохе и Олвен» пользовался этими ранними преданиями и, похоже, сочинил путешествие вепря по Южному Уэльсу, чтобы объяснить таким образом существовавшие в его время топонимы. Наиболее существенным аспектом этого задания является его древность, а не присутствие Артура.

Задание четвертое

Для исполнения последнего задания, полученного Артуром и его людьми в «Кулохе и Олвен», героям требовалось добыть кровь «у Widon Ordu merch у Widon Orwen — Очень Черной Ведьмы, дочери Очень Белой Ведьмы». Двое из слуг Артура отправляются в ее пещеру, но оказываются побежденными: «визгом и воплями старуха выгнала их». Затем за ней отправляется новая пара слуг, но и они терпят поражение, после чего всех их грузят на коня Артура Лламреи и увозят прочь. Тогда в пещеру вступает сам Артур, который своим кинжалом по имени Карнвеннан «располосовал ее так, что из обоих половин хлынула кровь»49. Кровь ведьмы собирает и уносит Кау из Придейна.

В соответствии с повестью пещера находится в «Гогледд» в «Pennant Gouut yg gwrthir Uffern». Gogledd, как мы уже знаем, обозначает «север», и, как мы показывали выше, в данном контексте вполне может обозначать Северный Уэльс. Pennant является вполне обыкновенным в Уэльсе местообразующим словом и означает «верхняя часть долины». Gouut — старое написание слова gofid, означающего «печаль или расстройство»; gwrhtir означает «нагорье» или «возвышенность», a uffern в валлийском языке часто обозначает ад. Итак, название этой местности переводится как «Долина Скорби на Нагорье Ада», из чего в географическом смысле многого не извлечешь. Имя ведьмы Орду связывается с холмом, носящим название Ордду и расположенным между озером Бала и Ллангумом возле Керригидрудиона. Холм этот впервые упомянут как Yr Ordh Dhu в изданной Эдвардом Луйдом в 1698 году «Parochialia», и сходство обоих имен было отмечено в описи Королевской комиссии по древним и историческим памятникам Денбиг-шира в 1914 году50. Не могла ли эта местность сохранить память об Очень Черной Ведьме? В деревне Ллиангум находится церковь, первоначально посвященная Гвинногу и Ноэтону, двум сыновьям Гильды, являвшегося в свой черед сыном Кау из Придейна, собравшему кровь ведьмы и сохранившему ее51.

Интересно отметить, что в обрывке сказания артурианы, запечатленного в утраченной ныне рукописи, рассказано о пленении Артура: схваченный ведьмой и ее детьми, он вынужден провести ночь в их пещере. Чтобы спастись, ему приходится ответить на три загадки, что он, естественно, и делает, обретая свободу. Хотя установить четкую связь между двумя частями предания невозможно, интересно отметить, что ведьмина пещера описывается в утраченной рукописи как «расположенная в Денбигшире», то есть в том самом графстве, в котором находится холм Ордду52.

Еще одним связанным с Артуром топонимом оказывается его чертог Эхангвен, упомянутый в списке воинов в «Кулохе и Олвен». Расположение этого чертога нам неизвестно, единственное, что мы можем о нем сказать, это то, что он был построен «Глуиддином Саэром (мастером) из людей Артура и его главным строителем», убитым вепрем в Диведе53.

Южноваллийское происхождение «Кулоха и Олвен» отражено в большинстве упомянутых в тексте топонимов. Там нет мест, идентифицируемых в Северном Уэльсе, однако несколько отсылок к Гогледд, вероятно, относятся к этому региону. Автор, очевидно, находился в тесном контакте с той самой церковной школой в Южном Уэльсе, которая выпускала «Жития валлийских святых», и диалектные особенности некоторых из использованных в тексте слов весьма близки к манере речи нынешних Пемброкшира и Кармартеншира. Автор, похоже, имел в виду исторические события, происшедшие в Южном Уэльсе, в особенности высадку Груфудда ап Кинан в Порт Клейсе в 1081 году и состоявшийся в том же году визит Вильгельма Завоевателя в Сент-Дэвиде54. Единственное задание, которое исполняется за пределами Южного Уэльса и связано с топонимом, касается «Очень Черной Ведьмы»; хотелось бы знать, не позаимствовал ли автор этот сюжет из более старого свода преданий артурианы.

Местности, связываемые с Артуром в ранней валлийской поэзии

Среди валлийской поэтической литературы об Артуре существует только две поэмы, в которых называются местностей, поддающиеся идентификации. Первой из них является «Preiddeu Annum» из «Книги Талиесина», однако названия там настолько неясны, что отождествить их не представляется возможным55. Другим содержащим топонимы стихотворением об Артуре является «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена», и строчки с этими названиями приведены ниже.

A thi ae gueli

Vythneint elei

И вы увидите их

Коршунов Элей56.

Название «Элей» часто понимается как река Эли в Южном Уэльсе, но скорее всего оно связано с городом Пуллхели, носившим в XIV столетии имена Portheli и Porthely — и идентификацию эту подкрепляют имеющиеся в стихотворении указания на Англси и Гвинедд57.

Y gnaed gouerei

In neuat awarnach

In imlat ew a gurach

Он пролил кровь В

чертоге Аварнаха,

Сражаясь с ведьмой.58

Поэма не дает указаний относительно местоположения чертога Аварнаха, однако в «Кулохе и Олвен» Артур и его воины предпринимают путешествие к крепости Урнаха Великана, возможно, того же самого Аварнаха. Крепость описывается как «огромное укрепление из сложенного на растворе камня, и, входя в замок, Бедвир пересек три двора [catlys]59. Упоминание о скрепленном раствором камне скорее кажется указанием на замок более позднего времени, когда сказание о «Кулохе и Олвен» приобрело свою окончательную форму, однако названное число внутренних дворов может соответствовать любому из обведенных тремя рвами хиллфортов Уэльса. Этой информацией и ограничивается все то, что нам известно.

Ew a guant penpalach

In atodev dissethach

Он пронзил Пси Палаха

В жилище Дисетаех.

Кроме этого места имя Дисетаех не употребляется в валлийском предании, однако окончание -ach используется в валлийском языке для обозначения неприятных объектов. Схожие имена сохраняют два места в Уэльсе: Дисерт (Dyserth) в Денбигшире возле побережья Северного Уэльса и Диссерт (Disserth) возле Лландриндод Веллс в Поуисе. Пен Палаха — кем бы он ни был — вполне могли пронзить в любом из этих мест.

Ar eidin cyminauc

Ym minit eidin

Annie a chinbin

В Динас Эйдин на границе60.

На Минидд Эйдин

сражался он с песьеглавцами61

Форт Эйдин и гора Эйдин также упоминаются в поэме «И Гододдин», действие которой, как издавна считалось, происходит на северо-востоке Англии и в Южной Шотландии, что позволило ученым отождествить Эйдин с Эдинбургом. Как указывалось выше, возможность существования бриттских королевств в Северной Англии трудно подтвердить, и сам текст поэмы предполагает, что действие «И Гододдин» происходило в другом месте.

Динас Эйдин описывается как «находящаяся на границе». Хотя на какой границе она находится, из текста прямо не следует, однако граница эта едва ли может явиться рубежом между Шотландией и Англией. Природа загадочных иесьеглавцев остается неизвестной и не предоставляет нам никаких ключей к географии события. Местность под названием Ллех Эйдин (Глыба Эйдина) существует в Мерионетшире; предполагалось также, что слово Eidyn могло сохраниться в качестве словообразующего элемента в топонимах Treuddyn (деревня в Флинтшире) и Creuddyn (более известный под названием мыс Грейт Ормс (Ormes Head) в Лландудно)62.

Rac riev emreis

Перед владыкой Эмриса63.

В своих поэтических хвалах правителям Гвинедда поэты «Гогинвейрдд» часто пользовались словом Эмрис для обозначения этой земли, правители которой, в свою очередь, именовались Драконами Эмриса64. Подобное титулование вполне могло стать следствием воздействия легенды о двух драконах Динас Эмрис, находившейся возле Беддгеллерта в горах Сноудонии, как отражено в «Истории бриттов»65.

Yguarthaiu ystawingun

На нагорье Иставингуна61

Местность эта успешно отразила все попытки отождествить ее и до сих пор остается неведомой нам.

Kei win a deth von

Кей красавец отправился на Мон 67.

Топоним von идентифицировать проще всего, поскольку слово Мон используется к настоящему дню уже более чем две тысячи лет и до сих пор является валлийским именем острова Англси. Артура с этим островом связывает хроника Элиса Груфудда, написанная ок. 1510 года: «Есть небольшая дамба через Менай возле места, зовущегося ныне Бон и Дон, где всегда были люди в панцирях, охранявшие его. И король этого острова во многих жестоких сражениях противостоял Артуру»68. Пролив Менай отделяет Англси от материкового Уэльса, и Бон и Дон можно локализовать на современной карте как Моэл и Дон. Хотя в этом отрывке валлийские предания смешиваются поздним романическим материалом, интересно отметить, что текст помещает Артуpa (возможно, и его воинов) в Англси, как и поэма «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена».

Заключение

Надеемся, что помещенный в этой главе материал привлек ваше внимание к некоторым проблемам, тесно связанным с географией артурианы. Точное значение географических терминов, которыми пользовались валлийские барды XII столетия, не является настолько однозначно определенным, как нас вынуждали верить, и можно показать, что существовали альтернативные прочтения, что является важным для нашего понимания дошедших до нашего времени источников. И при альтернативном истолковании их легче определить некоторые топонимы, что помогает нам точнее обрисовать сферу деятельности Артура. Пора оставить всякие домыслы о том, что в VI веке н.э. воин мог попеременно участвовать в сражениях, происходивших в настолько удаленных друг от друга краях, какими являются Корнуолл и Шотландия. Следует учесть, что первой причиной возникновения таких идей стало ложное толкование валлийских географических терминов английскими историками, начиная с Вильяма из Мальмсбери... Более того, это недоразумение и стало одним из основных факторов, придавших жизни Артура столь интригующий и таинственный характер. Понимая то, что неясность географической среды, в которой разворачивается артуриана, не является только результатом фантастической природы сказаний, но и обусловлена ложным отождествлением географических терминов, имевшим место во все времена, мы обязаны более пристально рассмотреть те ранние валлийские топонимы, которыми располагаем. Если бы мы потратили на установление местоположений Иставингуна, Пеннант Гоуут и жилища Дисетаха столько же времени, сколько было потрачено на Камелот, Бадон и Остров Авалон, Артур не мог бы долго оставаться загадкой.

6. Сражения Артура

Потом Артур сражался с ними [саксами] вместе с королями бриттов; но был он их военным предводителем (dux bellorum]. Первое сражение произошло в устье реки, звавшейся Глейн. Второе, третье, четвертое и пятое были на другой реке, называвшейся Дубглас, — в области, принадлежавшей Линнуису. Шестая битва произошла на реке Бассас. Седьмая была в лесу Келидон, это битва при Коэд Келиддон. Восьмое сражение было у Кастелло Гуиннион, и в нем Артур нес на своих плечах образ Святой Приснодевы Марии2, и язычники были обращены в бегство на той почве, и было среди них великое смертоубийство силой Господа нашего Иисуса Христа и силой Пресвятой Девы Марии, Матери Его. Девятая битва была в Urbs Legionis. Десятая произошла на берегу реки, звавшейся Tribruit. Одиннадцатая была на горе, называвшейся Агнед. Двенадцатая случилась на горе Бадонис, и в ней девять сотен и шесть десятков мужей пали от руки одного Артура, и никто другой не разил их, кроме него одного; и был он победоносен во всех своих походах2.

Возможно, во всем комплексе артурианы нет вопроса, вызывавшего больше дискуссий между учеными, чем места якобы данных Артуром сражений и связь их с историческим сущестовованием нашего героя. Явление это нельзя назвать чисто современным: места сражений интересовали историков всех времен, и одним из самых первых среди них был Генри из Хантингтона, писавший в 1129 году: «Об этих войнах и местах этих войн Гильда [то есть цитированная выше «Истории бриттов»] рассказывает нам. Однако все местности неведомы в нашем веке»3. Положение не изменилось и до сего дня, хотя мы надеемся предложить несколько обоснованных гипотез на эту вечную тему.

Этот комментарий Генри из Хантингтона, исходящий из уст англо-норманнского клирика, составлявшего историю Англии, представляет для нас особый интерес, поскольку свидетельствует о том, насколько мало было известно об Артуре во времена, непосредственно совпадавшие с написанием «Истории» Гальфрида Монмутского. Современник Генриха, Вильям из Мальмсбери, сообщает нам: «Об этом-то Артуре бритты любовно рассказывают столь много сказок даже до сего дня; и муж этот достоин чести и не в праздной выдумке, а в подлинной истории. Он долго поддерживал тонувшее государство и возбуждал надломленный дух своих соотечественников к войне»4.

За прошедшие столетия ученые сумели отождествить места всех перечисленных двенадцати битв, разнеся их по столь отдаленным друг от друга краям, таким как Шотландия, Корнуолл, Камбрия и Йоркшир. Гальфрид Монмутский, черпавший сведения из ранних валлийских преданий, создал свой собственный географический контекст, служивший политическим целям его покровителей, а потом полностью перенес его в заново созданный артуровский эпос. Похоже, места всех битв не вызывают у него особых сомнений, однако, переходя к описанию сражений, он называет среди них только Дубглас, Келидон и Бадон, присутствовавшие в списке сражений, приведенном в «Истории бриттов», и добавляет к ним полностью вымышленные наименования, переносящие походы Артура в Шотландию и континентальную Европу. Интересно, что Гальфрид ограничивается использованием всего трех сражений из перечисленных в «Истории бриттов»: никак нельзя избавиться от впечатления, что если бы этот мастер художественного слова знал из имевшегося у него источника о других местах, то, вне сомнения, использовал бы и их. А раз он этого не сделал, неизбежно возникает вопрос о том, каким источником в отношении этих сражений пользовался Гальфрид?

Измененные Гальфридом географические наименования раннего предания, в свою очередь, были творчески переосмыслены всеми последующими поколениями писателей вплоть до Мэлори, породив при этом многие из местностей, в общем представлении тесно связанных с Артуром. Традицию эту продолжили современные ученые и энтузиасты, использовавшие наименования сражений, приписанных Артуру в «Истории бриттов», для собственного толкования перечня сражений и вообще всей артурианы. Так что же еще можно сказать по поводу сражений Артура?

При любом серьезном исследовании артурианы автор рано или поздно бывает вынужден обратиться к вопросам, которые чаще всего возникают в отношении этого персонажа: существовал ли он в качестве реальной исторической фигуры или же является плодом вымысла, рожденного фантазией патриотически настроенных летописцев и сказителей? А если он и существовал, то в каком качестве: короля, тирана, полководца, командира романизированной кавалерии или воеводы бриттов? За многие годы занимавшиеся этими вопросами ученые внесли чрезвычайно ценный вклад в изучение артурианы. Возникали различные концепции, и существовавшая некогда мода усматривать в Артуре чисто мифическую фигуру была в 1958 году отвергнута профессором Томасом Джонсом как «более неприемлемая». Т. Джонс добавил, что придерживается теперь «того мнения, что в начале VI столетия существовал исторический деятель по имени Артур, который мог являться предводителем бриттов в их войне с врагами, которыми могли быть пикты или скотты, или саксы, или комбинация и тех и других»5. Подобного мнения до сих пор придерживаются многие из современных ученых, в том числе мы сами, поскольку «дыма без огня» в этом вопросе быть не может.

Ряд свидетельств позволяют подтвердить существование исторического Артура, хотя он мог сделаться легендарным героем уже на крайне ранней стадии, и, невзирая на многочисленные попытки выбросить его из исторических трудов, Артур по-прежнему отказывается удаляться на покой. И одной из главных причин для этого является внушительный пробел в наших знаниях о конце V и начале VI столетий — этот период, по преданию, был временем его жизни. И пока весь этот период не получит надежной исторической основы, Артур и прочие получившие легендарный статус фигуры не сумеют занять подобающие им места, вне зависимости от сочетания исторического и легендарного в их персонах6.

Одно из самых важных соображений в отношении артурианы было высказано Томасом Джонсом в важной статье «Ранний этап эволюции легенды об Артуре» и может быть с равным успехом приложено ко всему периоду раннего Средневековья: «Время от времени возникали многие теории, подвергавшиеся столь искусному обсуждению, что существует опасность забыть о том, что они являются всего лишь теориями»7. Мы приняли этот тезис на вооружение, и в настоящей работе вы едва ли найдете упоминание о многих ранних гипотезах относительно личности Артура — например, что он был командиром римской кавалерии, оборонявшей запад Британнии от Шотландии до Корнуолла, сражавшимся то на стене Адриана, то в Девоне, Линкольншире или Корнуолле, или что он происходил с Севера или из Корнуолла. Представление о том, что в «темное время» могла существовать фигура, правившая нынешней Британнией от края, до края не может восприниматься серьезно, а места сражений, по мнению Рейчел Бромвич, «слишком широко раскиданы по Британии, чтобы можно было предположить, что победы в них мог одержать единственный полководец — или даже, что все эти битвы были произведены с саксами, а не (в некоторых случаях) с пиктами, скоттами или собратьями-бриттами» 8.

Кроме того, мы не станем обращать внимание на прочие теории, периодически озаряющие собой артуриану и созидающие некоего шизофренического Артура, составленного из слитых воедино нескольких исторических фигур, чтобы дать толкование доступным свидетельствам, или же возводящих в Артуры любую историческую личность, если только в имени этого персонажа где-либо обнаружились буквы Art или Arth, пусть даже в биографии его нет ничего общего с ранними преданиями или собранными наукой сведениями об указанном историческом периоде.

При всем сказанном выше имя Артур в некоторых своих формах как будто бы принадлежит некоторым историческим фигурам, в основном жившим в конце VI века. Все эти персонажи неприемлемы в качестве «подлинного» Артура по многим причинам, и всеми ними за последние годы интересовались многие ученые9. Предполагалось, что своей популярностью в то время имя это было обязано тому, что в последние годы жизни Артур уже обрел статус героя, как это случилось в нынешние времена с именем Диана после смерти принцессы Уэльсской. На это обстоятельство в 1930-х годах указывал Чэдвикс: «Поэтому существуют все причины предполагать, что своим широким хождением в конце VI столетия имя это было обязано некоей знаменитой личности, не столь давно носившей его. Это положение достаточно хорошо согласуется с датировкой жизни Артура по "Летописи Уэльса"»10.

Речь идет о следующих исторических персонажах по имени Артур:

• Артуриус, сын Аэдана мак Габрайна из Далриады;

• Артуир, сын Бикойра Бритта;

• Верадах хоа Артур (Верадах, внук Артура);

• Артур мап Педр (ок. 560 н.э.).

Различные ученые пытались превратить в Артура одного из перечисленных выше персонажей, обыкновенно прибегая для этого к существенно более поздним свидетельствам. Историки из Южного Уэльса в XIX столетии попробовали отождествить с Артуром некоего Атровиса, присутствующего в генеалогии правителей Гламоргана, дав тем самым еще один пример использования похожего имени вопреки полному отсутствию свидетельств. В недавно возродившемся варианте этой теории присутствует уже два Артура, разделенные 200 годами, что без всякой необходимости только осложняет вопрос11.

Преподобный А. У. Уэйд-Эванс, суммировав все трудности рассмотрения географии сражений Артура, писал в 1956 году: «Ни одна из местностей (насколько мне известно) не получила удовлетворительной идентификации, и все попытки осуществить ее, похоже, окажутся тщетными до тех пор, пока область деятельности Артура не будет сужена до разумных и возможных пределов»12. Сегодня большинство ученых соглашаются в отношении локализации одного из упомянутых в списке сражений (в том, что Urbes Legiones следует толковать как Честер), однако во всем прочем комментарий Уэйд-Эванса не утратил своей силы, и мы согласны с тем, что поиски мест сражений Артура надлежит начать с сужения сферы его деятельности. Проблема здесь заключается в том, что география событий в древних источниках, да и сами изложенные в них события, открыты для неправильного понимания и во многих случаях приходят в прямой конфликт с существующей ныне ортодоксальной картиной периода и существующими теориями в отношении Артура. Чтобы понять тайну походов Артура, следует увидеть географию древних источников глазами автора в соответствии с представлениями того времени, когда он писал, а не прилагать возникшие впоследствии представления к использованным им географическим терминам. Географический контекст раннего предания об Артуре, уже выявленный в предыдущей главе, явно указывает нам в качестве источника легенды на области, ныне известные под названием Уэльс и Марч вообще и на Северный Уэльс в частности. Если одно из батальных полей (Urbes Legiones) выявлена, по общему мнению, достаточно надежно и располагается в Честере, возле нынешней валлийской границы, а локализуемые местности ранней артурианы находятся в Северном Уэльсе, тогда в этой географической рамке непременно должны остаться следы битв Артура.

История «темных веков» вообще представляет собой нелегкую тему: то немногое, что известно нам об этом времени, сложно поддается истолкованию, и источники могут на первый взгляд противоречить друг другу и с трудом поддаваться интерпретации. Более того, сохранилось немного современных свидетельств, и те из них, что дошли до нас, как будто бы противоречат важным положениям существующей ныне исторической модели. Так, часто указывается на то, что у нас нет достоверных исторических свидетельств о событиях, последовавших за уходом римских войск из Бри-таннии в начале V столетия, как и надежного современного повествования о появлении отрядов германских завоевателей на берегах страны. Место их занимают некие основные факты, реконструированные на основе скудных и запутанных сведений о том времени.

За выводом римских легионов, происшедшим примерно в 410 г. н.э., похоже, последовало массовое возвращение местного населения к доримским кельтским племенным структурам, следствием чего стало возникновение крохотных независимых королевств, управлявшихся воеводами, королями и мелкими деспотами. При отсутствии центральной власти эти независимые воеводы и самозваные короли занялись — как и в прежние времена — бесконечными войнами. Однако это была еще только малая беда: после ухода римлян, воспользовавшись отсутствием у бриттов надежной военной организации, пикты, ирландцы и скотты возобновили свои нападения с запада и севера страны. Тем временем на юге и востоке постепенно в больших количествах объявились саксонские племена, чье первое локализуемое королевство в Англии датируется концом V века. (Общая уверенность в том, что отряды германцев внезапно высадились на берегах острова — в порядке так называемого вторжения саксов — ныне подвергается сомнению, поскольку существуют свидетельства того, что саксы пребывали в Англии с существенно более ранних времен, возможно, прибыв туда в качестве оплаченных Римом наемников.) Археологические свидетельства указывают на существование четкой разделительной грани между культурами бриттов и саксов, проходящей между эстуарием Северна к Южным Пеннинам и северо-востоку Англии. Хотя точную границу между двумя культурами провести невозможно, очевидно, что в конце VI столетия граница Уэльса находилась в зоне военного конфликта между ними.

На таком фоне и возникла фигура Артура — рожденного в одном из только что оформляющихся королевств V века, в стране, со всех сторон осажденной врагами, среди народа, в буквальном смысле этого слова борющегося за свое существование. И даже из нашего коротенького обзора следуют те трудности, с которыми сталкивается изучающий это время историк при полном отсутствии надежных исторических свидетельств, современных событиям или более поздних. Исторический Артур должен был приспособиться к резко меняющейся обстановке, к ветрам перемен. Его мир не знал той царственной фигуры, которую живописал Гальфрид Монмут-ский, которую приукрашивали поздние романы. Это было время воевод и тиранов, гражданских войн и вторжений, время, когда бритты отступали на западную оконечность острова, пытаясь отразить растущий натиск врагов.

Сражения Артура в «Истории бриттов»

А теперь возвратимся к самому известному из текстов артурианы: к «Истории бриттов», обыкновенно приписываемой Неннию, одному из ее редакторов, согласно некоторым, рукописям13. Сам Ненний свидетельствует о себе так: «Я, Нинниус, ученик Евлодугуса, взялся записать некоторые извлечения»14. Евлодугус также известен нам и из другого источника. Так, в «Летописях Уэльса» смерть его записана под 809 годом, где отмечен и титул: «Верховный епископ в земле Гвинедда»15. В тех же самых анналах отмечено, что в 768 году он исправил дату празднования бриттами Пасхи, приведя ее в соответствие с римской16. Бард Эйнион ап Гвалхмаи (ок. 1220) отмечает связь Евлодугуса с городом Абергеле на побережье Северного Уэльса, где также существовал источник, носивший его имя, а более позднее предание также связывает его с Каэр Киби (Холихед)17. Эти свидетельства заставляют нас предположить, что Ненний происходил из Гвинедда в Северном Уэльсе, и именно там в IX столетии был скомпилирован его вариант текста.

В отношении научной ценности «Истории бриттов» мнения различаются самым серьезным образом, что в особенности относится к списку сражений Артура. Некоторые видят в нем, быть может, наиболее важную информацию об Артуре; другие, напротив, считают его настолько темным, что не находят никакой возможности возводить на его основании какие-либо теории о реальном историческом Артуре. Значение «Истории бриттов» в попытках разыскать подлинного Артура зиждется на ранней дате оригинального текста, самой ранней из рукописей, а также в уникальности связанной с ней традиции.

Названия сражений, приписываемых Артуру в «Истории бриттов», служили путеводной звездой в исследованиях многим ученым, однако они ставят и крайне сложные вопросы — например, откуда взялись названия этих местностей и насколько подлинными они являются? Наиболее вероятный ответ на первый из этих вопросов был предложен несколько лет назад и предполагает, что автор ее использовал раннюю батальную поэму валлийского барда18. В пользу этого предположения свидетельствуют сохранившиеся в тексте следы перевода с валлийского языка на латынь и, возможно, схема первоначальной рифмовки в названиях местностей битв: Дулас, Линниус, Бассас, Легионис и Бадонис19.

Валлийская поэтическая традиция знает много поэм с перечнями побед, одержанных каким-либо вождем или королем, — от самых ранних лет до поэзии «Гогинвейрдд». Самым ранним известным нам примером такой практики является короткий отрывок из хвалебной поэмы, посвященной Кинану Гарвину Поуисскому в «Книге Талиесина», содержащий список его побед: «Кинан защитник рати... битва была на реке Уай... битва на прекрасном Англси... битва в Круг Дивед... битва на земле Прахан»20. Другими ранними примерами этой явно широко распространенной привычки являются стихи о битвах Гуаллауга, Уриена Регеда и его сына Овейна. Однако, возможно, наилучшим примером такой батальной поэмы является стихотворение, описывающее победы Кадваллона, называющее места шестнадцати сражений за Инис Придейн и упоминающее еще шестьдесят стычек, в которых он принимал участие. Стиль каждой из записей следует приведенной формуле:

Lluest gatwallawn glotryd

Yggwarthaf digoll uynyd

Seithmis aseithgat beunyd.

Стан Кадваллана знаменитого

На возвышенности Минидд Дигол.

Семь месяцев и семь сражений каждый день21

В отношении перечня битв из «Истории бриттов» было выдвинуто много теорий, и в наши намерения не входит рассматривать их подробно. Мы ограничимся основными соображениями по поводу каждого из мест и разберем выводы, которые можно сделать на основе известных свидетельств.

Места данных Артуром сражений в изложении «Истории бриттов» можно записать следующим образом и рассмотреть каждый пункт по отдельности:

1. В устье реки Глейн.

2, 3, 4, 5. На реке Дубглас в области Линниус.

6. На реке Бассас.

7. В лесу Келидон (Коэд Келиддон).

8. В Кастелло Гуиннион.

9. В Urbes Legiones — Городе Легионов.

10. На берегу реки Трибруит.

11. На горе под названием Агнед. (В варианте, сохраненном в другой рукописи, местность называется Монс Брегуойн.)

12. На горе Бадонис.

Устье реки Глейн

Место это является одним из самых загадочных в списке. Упомянутую реку иногда отождествляют с рекой Глен в Линкольншире, благодаря толкованию области Linnius в следующей строке как Линкольншир. Однако валлийский воин VI века самым решительным образом не мог сражаться в этом краю. Название Глейн, однако, сохранилось в Уэльсе: деревня Глейниант (долина Глейн) расположена чуть к северу от Лланиидлоэса в Среднем Уэльсе, а ручей, носящий имя Нант и Глейниант (ручей Глейниант), впадает в реку Траннон возле деревни Тревеглуис. Здесь находятся остатки римской дороги, проходившей по горам от Ка-эрсуса до Пенала, недалеко от Махинллета. Эта римская дорога явно имела стратегическое значение и потому являлась подходящим местом для битвы, в отличие от реки в Линкольншире.

Река Дубглас в области Линниус

Для точного отождествления области Линниус в данном контексте не хватает информации, хотя многие пытались идентифицировать Линниус как Линкольншир. Возможно, объяснение можно найти в том толковании слова Линниус как латинизированной формы валлийского названия области, по которой протекает одна из многочисленных в Уэльсе рек, носящих название Дулас. Точное место этой битвы никогда не было определено, хотя в качестве возможной кандидатуры предлагалась река Дервент в Йоркшире — несмотря на то, что она явно не соответствует свидетельствам. Название Dubglas представляет собой латинизированное валлийское слово Dulas и ок. 1200 года обнаруживается в монастырской хартии аббатства Кумхир (к северу от источников Лландриндод), где река Дулас присутствует в виде Дуглас11. Название Дулас, или Черная Вода, достаточно обычно в Уэльсе: Авон Дулас впадает в Ливерпульский залив у города Лландулас, и еще две реки того же имени находятся возле Махинллета и еще одна — в Англси. Любая из них способна оказаться местом сражения Артура.

Река Бассас

Реки с таким именем не сохранилось на всей территории Британии, и убедительной идентификации для нее не найдено. Однако слог Bas как часть топонима присутствует в названиях Бассалега возле Ньюпорта в Южном Уэльсе, Бас-черча в Шропшире и аббатства Басингверк возле Холивел-ла. Басингверк на валлийском языке носит название Динас Басинг (крепость потомков Бассы), а слог werk происходит от староанглийского weorc, означающего земляное укрепление или укрепление — вероятно в применении к расположенной неподалеку земляной насыпи, известной под названием Насыпь Уата. Не могло ли имя Басса распространиться на расположенную неподалеку часть реки Ди? Возле Басингверка, расположенного на границе между Англией и Уэльсом, недалеко от города Честер, за прошедшие столетия произошло несколько сражений; здесь также располагалась важная переправа через реку Ди по дороге на Виррал. Расположенный в Шропшире Басчерч именуется в валлийской поэзии Eglwyssau Bassa, однако поблизости от него не обнаруживается сколько-нибудь заметной реки23.

Лес Келидон (Коэд Келиддон)

Коэд Келиддон (лес Келидон или по латыни — Silvia Celidonis) долгое время отождествлялся с Каледонским лесом (Silva Caledonia, или Caledonius Saltus) классиков истории Тацита и Плиния, который, как считалось, располагался в Шотландии между Лох Ломондом и Данкелдом. В сходстве названий сомневаться не приходится, однако одно оно никак не может послужить достаточным обоснованием для как будто бы определенного отождествления. И в самом деле, ученые не всегда признавали подобное соответствие; считалось, что могли существовать и другие леса, носившие название Коэд Келиддон. Э. К. Чемберс полагал, что «Келидон мог оказаться любым лесом; быть может, даже Чилтернским»24, а преподобный А. У. Уэйд-Эванс считал, что имя это прилагалось к длинной полосе леса, некогда пролегавшей между Северном и Горами Котсволд»20, причем название Келидон сохранилось в названии Челтенхэм.

Фигура, именуемая Келиддон Вледиг, присутствует в «Кулохе и Олвен» в качестве деда Кулоха. Не могло ли оказаться так, что Коэд Келиддон валлийского предания попросту назван в честь того единственного Келиддона, известного этому преданию? А если так, не может ли область, фигурирующая в самых ранних преданиях об Артуре, каким-либо образом указать нам на возможное местоположение валлийского леса Келидон? Возможный ответ на этот вопрос присутствует в начале «Повести о Кулохе и Олвен» — в рассказе о сыне Келиддона Килидде. После кончины Голеуддидд, его первой жены и матери Кулоха, Килидд решает найти себе другую жену, и один из его советников рекомендует ему жениться на жене короля Догеда. Следуя совету, Килидд убивает короля Догеда и захватывает его королевство и жену. Единственным местом, связанным с Догедом, является посвященная ему церковь, находящаяся в деревне Лландогед (церковь Догеда), расположенная возле Лланруста в долине Конуи. Это позволило П.С. Бартруму предположить, что «если Догед, убитый Килиддом король, правил на территории, расположенной возле Лландогеда, в местности у реки Конвей... можно предположить, что территория самого Килидда находилась не столь уж далеко от указанного региона»21. Подобная возможность находит себе подтверждение в строчке поэмы «И Гододдин» из «Книги Анейрина», где воина по имени Гортин ап Урвай «от крови Килиддовой», чьих боевых коней и запятнанную кровью броню видели на берегах реки Алед, именуют «защитником Рувониога». Река Алед протекает от моховых болот Денби и сливается с рекой Элви к востоку от Лланвер Талхарайн, а область Рувониог охватывает возвышенности по обоим берегам этой реки, а также верховья реки Конуи.

Первоначальное название Келиддон явным образом является валлийским и также появляется в валлийской «Истории Тристана», посвященной истории бегства Тристана ап Таллуха с Эссиллт, женой короля Марка27. Как мы уже видели, король Марк известен валлийскому преданию как Марх ап Мейрхион, правивший частью Гвинедда и обыкновенно связывавшийся с полуостровом Ллейн. В соответствии с повестью Марх отправляется к своему кузену Артуру, чтобы попросить помощи в поисках жены, скрывшейся в Коэд Келиддон вместе с Тристаном. Это предполагает, что область, покрытая лесом Келидон, также находилась в Северном Уэльсе. Предания областей, примыкающих к границе Флинтшира и Денбигшира, в некоторых местах указывают на то, что Мейрхион, отец Марка, был связан с ними. Кроме Тремейрхиона (Город Мейрхиона) — в ранней версии «Книги Судного дня», именуемого Дин Мейрхион (Крепость Мейрхиона) — там существуют также Авон Мейрхион (Река Мейрхиона), Ллис Мейрхион (Двор Мейрхиона) и Кастелл Мейрхион (Замок Мейрхиона). Имя Тристана запечатлено в названии реки Авон Тристон, впадающей в реку Ди возле Кинвида, а Карнедд Тристан — вне сомнения, отмечающий могилу Тристана, как говорят, находится на холме Лливелин в Сноудонии28.

При соединении топонимических и текстуальных свидетельств наиболее вероятным местом для Коэд Келиддон, по валлийскому преданию, является область Северного Уэльса, ограниченная реками Клуйд и Конвей. Обращаясь к «Истории Тристана», П. С. Бартрум говорит, что «едва ли в конкретном случае подразумевался Каледонский лес»29; к этой точке зрения следует отнестись самым серьезным образом и распространить ее на прочие появления этого имени в валлийском предании.

Кастелло Гуиннион

Местность эта самым стойким образом противилась отождествлению, и удовлетворительно подобранного аналога никогда не было найдено. Проблемы создавало определение значения слова Гуиннион, однако проблема существенно упрощается, если сообразить, что Guinnion представляет собой просто латинизированную форму валлийского слова «Гвинион». В Уэльсе существует несколько крепостных сооружений, в название которых входит компонент Гвинион, например замковый холм неизвестного происхождения в Кайаугвинион Маур, к югу от Денби30. Хиллфорт под названием Каррег Гвинион располагается над деревней Лланармон Диврин Кейриог в горах Бервин31, а ферма Каеугвинион находится на Насыпи Оффы, крупном земляном сооружении, долго отмечавшем собой границу между валлийцами и саксами, возле города Чирк на северо-востоке Уэльса..

Urbes Legiones

Название этого места переводится как «город легионов», что по-валлийски будет звучать как Каэрллеон. Общепринято считать этим городом Честер, а другие свидетельства из поздней бардической поэзии, повествующей о битве Артура возле него, делают конкретный вариант еще более интересным. Честер являлся одним из наиболее важных городов Инис Придейн и впоследствии, примерно в 600 году, сделался ареной крупного сражения между бриттами и саксами, и некоторые ученые предполагали, что упоминание в «Истории бриттов» на самом деле относится к этой поздней битве при Честере. Однако прочных доказательств не обнаруживается ни у одной из этих точек зрения, и вполне возможно, что, невзирая на всю неопределенность, существующую при увязывании конкретных сражений с именем Артура, ему действительно приходилось биться в окрестностях Честера, хотя совершенно не ясно, кто был в этом случае его противником — саксы, пикты или скотты.

Река Трибруит

Этот пункт перечня сражений является едва ли не самым интересным, поскольку Трибруит «Истории бриттов» фигурирует в независимом материале ранних артуровских преданий. Трибруит представляет собой латинизированную форму названия Tryfrwyd, в двух случаях появляющегося в поэме «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена»:

Neus tuc manauid

Eis tull о trywuid

Ar traethev Tryvruid

Манавид доставил

назад расщепленную древесину из Тривруида32.

на берегах Тривруида33.

Точное значение этого названия неизвестно, однако наиболее часто фигурирует термин «многоцветный»34. В Уэльсе нет реки с таким названием, что особенно досадно, поскольку только эту битву можно независимым образом связать с Артуром, используя валлийское предание. Местность остается неотождествленной.

Гора, называющаяся Агнед

Местонахождение ее также неизвестно. Единственное независимое упоминание этой местности присутствует в «Хрониках королей», где сооружение замка на этом месте приписывается дохристианскому королю Еврогу: «И тогда король построил Каэр Еврог, Каэр Алклут и Кастелл Ми-нидд Агнед, который ныне зовется Кастелл Морвинион [Девичьим] на Минидд Долурус»35.

Mons Breguion

Это место сражения присутствует только в ватиканском манускрипте «Истории бриттов», замещая упомянутую выше гору Агнед. Название вполне может оказаться латинизированной формой от Brewyn, возле которого произошло данное Уриеном Регедом сражение по сведениям книги Талие-сина — «Kat gellawr brewyn», «Битва в хижинах Бревина»36. Было высказано предположение, что в список сражений Артура оно попало по ошибке37.

В качестве возможного места для него еще в 1905 году предлагалось римское поселение Бравониум, расположенное в Лейнтвардине38. Т. Гвинн Джонс считал название Brewyn искаженной формой от Berwyn, из чего можно предположить, что битва произошла в Северном Уэльсе, в горах Бервин39. Хотя многие из историков пытались связать названия из перечня битв с римскими фортами, их положение скорее следует связывать с менее крупными топонимами, и, возможно, результатов следует ждать от изучения названий полей и ручьев.

Mons Badonis

Битва при Бадоне является наиболее обсуждаемой среди битв «темного времени», поскольку название ее присутствует в более раннем из источников этого периода, «О погибели Британнии» Гильды. Написавший свой труд ок. 540 года, Гильда утверждает, что бритты находились под правлением саксов «usque ad annum obsessionis Badonici montis — вплоть до года осады горы Бадонис»40. Он также свидетельствует о том, что битва при Бадоне стала «последним поражением злодеев и, безусловно, не самым малым»41, однако не называет имени предводителя войска бриттов.

Хотя для битвы было предложено несколько возможных мест, истинное положение поля брани по-прежнему остается загадкой. В самой книге «О погибели Британнии» о месте битвы ничего не сказано, однако валлийское предание впервые говорит о битве при Бадоне как имеющей отношение к Артуру в записи «Летописей Уэльса» под 516 годом: «Bellum Badonis in quo Arthur portauit crucem Domini nostri Iesu Christi tribus diebus tribus noctibus in humeros suos Brittones uictores fuerunt» (Битва при Бадоне, в которой Артур носил на своих плечах крест Господа нашего Иисуса Христа три дня и три ночи, и бритты были победоносны)42.

Хроника эта не дает нам ключей к географическому расположению ратного поля, в то время как следующий источник высказывается вполне конкретно. В предании «Сон Ронабви» описан маршрут следования Артура вместе с воинами к Каэр Ваддон (по-валлийски — Бадон). «И тогда они пересекли великую равнину Агрингроег у самого Рид-и-Гроэс на Северне. И в миле от брода по каждой стороне дороги увидели шатры и палатки и собравшуюся великую рать. И они явились на берег у брода. Артура же можно было видеть сидящим на плоском островке, находившемся ниже брода»43.

Равнина Агрингроэг была отождествлена с двумя местностями, называющимися Гунгрог Ваур и.Гунгрог Вах и расположенными на север от Велшпула. Рид-и-Гроес упоминается в «Хрониках валлийских князей» под 1039 годом, и был отождествлен с бродом через реку Северн возле деревни Баттингтон к востоку от Велшпула44.

Далее по ходу развития действия один из всадников восклицает, «что ему кажется великим чудом, что в этот самый час здесь собрались все, кто обещал выйти на битву при Бадоне к полудню»45. Фраза эта говорит о том, что Бадон находился не столь уж далеко. Далее в повествовании появляется еще более конкретная нотка, поскольку воины выступают «на Кевин Диголл»46. Это название прежде служило именем Длинной Горы, возвышающейся над Баттингтоном к востоку47. Вскоре после выступления «Артур и его могучее воинство спустились ниже Каэр Ваддона»48. А это означает, что Каэр Ваддон располагался очень близко от Длинной Горы и возможным кандидатом на это название кажется подозрительная горка, носящая ныне название Брейдден, каковое соображение мы уже высказывали в своей предыдущей работе49. На вершине холма Брейдден находятся руины нескольких раскопанных в последнее время укреплений, и место это как будто было населено в интересующий нас период.

В своем переводе «Мабиногиона» Т.П. Эллис и Джон Эдвард Ллойд (написавший впоследствии «Историю Уэльса», одну из эталонных работ на тему) поместили следующее примечание: «Особенности повествования, на наш взгляд, указывают на вполне конкретную местность, реальную или помещенную преданием о Бадоне на расстоянии примерно в половину дневного перехода от брода Рид-и-Гроэс через Северн50. Мы разделяем эту точку, зрения. Несмотря на различные странности в тексте «Сон Ронабви», на наш взгляд, содержит некоторые географические подробности, слишком уж точные для того, чтобы они были получены не из уже существующего материала. Бадон, с точки зрения валлийцев XII столетия, находился возле Велшпула, вне зависимости от того, была эта битва первоначально связана с Артуром или нет.

Каэр Ваддон упоминается также в стихотворении поэта «Гогинвейрдд» Кинделлу Бридидд Маура, однако из этого произведения нельзя извлечь никаких географических указаний, если не считать того, что битва происходила в Уэльсе51. Следует отметить, что поэты «Гогинвейрдд» никогда не связывали этого сражения с Артуром, и Бадон, или Каэр Ваддон, ни разу не упомянут в «Триадах» в отличие от битвы при Камлане, которая связывается с Артуром, начиная с «Летописей Уэльса» и далее, но подозрительным образом отсутствует в «Истории бриттов». В самом раннем упоминании битвы при Бадоне, сделанном в работе Гильды имя полководца бриттов остается неизвестным, однако ко времени появления в «Истории» сражение это значится в списке данных Артуром. Но как обстояло дело в действительности (имеет ли оно отношение к битвам Артура или нет?), навсегда останется лишь предположением.

Битвы Артура в соответствии с валлийской поэтической традицией

Как мы уже видели, список сражений, связываемых в «Истории бриттов» с именем Артура, вероятно, представляет собой компендиум названий, унаследованных из более ранних преданий, очень немногие из которых имеют отношение к нашему герою. Теперь мы должны обратиться к тому, что рассказывает о его битвах валлийская поэтическая традиция.

Карта 5. Места данных Артуром сражений

1 - Дулас; 2 - Басинверк; 3 - Корнви; 4 - Коэд Келиддон; 5 - Каэр Венлли; 6 - Клиуд; 7 - Честер; 8 - Ллуйгоэд; 9 - Ди; 10 - Кайаугвинион; 11 - Бервин; 12 - Каррег Гвинион; 13 - Басчерч; 14 - Брейдден; 15 - Северн; 16 - Глейниант; 17 - Дулас; 18 - Уай; 19 - Тим; 20 - Ллонгпорт; 21 - То; 22 - Уск; 23 - Тав; 24 - Таф; 25 - Тейви.

Наиболее удивительной чертой валлийских поэм является то, что, в отличие от латинских текстов (и от некоторых прозаических, написанных в Уэльсе в более поздние времена), они никогда не говорят о сражениях Артура с саксами или пиктами, и во всех случаях, когда враги Артура получают какую-нибудь характеристику, они оказываются бриттами. И это заставляет нас задумываться о том, является ли упоминание врагов-саксонцев в «Истории бриттов» дополнением к списку битв, сделанным в более позднее время (быть может, соответствуя текущей ситуации), или же перечень сражений вовсе не имеет никакого отношения к Артуру. Единственной битвой, имеющей связь с Артуром в валлийском предании, является битва при Тривруиде (Трибруите из списка сражений «Истории бриттов»), и остальные сражения, упомянутые в этой книге, вполне могут быть связанными с британскими героями, жившими до или после Артура. Ранние упоминания о битвах в рамках артурианы можно отыскать в «Кулохе и Олвен», поэмах «Герейнт ап Эрбин» и «Па Гур?» и поздней бардической поэзии. Упоминания эти, очевидно, относились к известным людям того времени местностям, пусть даже современные читатели и не уверены в их точном местоположении.

В «Кулохе и Олвен» присутствуют неясные упоминания о сражениях Артура с людьми, о которых нам ничего не известно, например: «Я был там издревле, когда ты перебил дружину Глейса, сына Мерина, когда ты убил Миля Черного, сына Дугума»52. Единственный неуверенный намек в отношении этой строки можно усмотреть в том, что имя Merin обнаруживается в Гвинедде — в Бодверине возле Клинногваур53.

В «Кулохе и Олвен» присутствуют также фрагменты саги о смерти Кая и мести, обрушенной Артуром на убийц: Кай был «убит Гвиддогом ап Менестиром, которого убил Артур как и его братьев, воздавая отмщение за Кая»54. Событие становится еще более интересным оттого, что в той же повести нам сообщают о том, что Артур крепко оскорбил Кая, сочинив сатирическую песню в отношении победы последнего над великаном Диллусом Варвогом, в которой предположил, что Кай не сумел бы убить того, если бы великан не спал. Нам также сообщают, что воители Придейна с трудом сумели примирить Кая и Артура, и что «даже когда это было сделано, начиная с того времени, Кай не хотел иметь ничего общего с Артуром в час его нужды»55. Рассказ этот существенно отличается от запечатленного на страницах «Истории» Гальфрида Монмутского, где рассказывается о том, что Кай был убит при Шиноне, во Франции, во время одной из вымышленных битв на континенте.

Глеулвид, привратник Двора Артура в «Кулохе и Олвен», перечисляет места, в которых побывал вместе с Артуром. Единственным названием, известным за пределами артурианы, является Каэр Оэт ак Аноэт, впрочем, также загадочное место. Остальные номера списка отведены незнакомым нам названиям, связанным с преданиями, утраченными для нас. Считают, что Каэр Оэт ак Аноэт обозначает «трудная и крайне трудная крепость». «Триады» сообщают нам, что Артур «провел три ночи в тюрьме Каэр Оэт ак Аноэт» и что «три ночи он был заточен Гвеном Пендрагоном, и три ночи в зачарованной тюрьме под Камнем Эхимейнта»; он был освобожден из всех трех своим кузеном Гореу56. Могилы дружины Каэр Оэт ак Аноэт по сообщению «Надгробных строф» располагались в Гванасе, горной области, находившейся к югу от Долгеллау возле горы Кадайр Идрис, тем самым связывая ее с Северным Уэльсом:

Teulu oeth ас anoeth a dyuu ynoeth

Y eu gur y eu guas

Ае ceisso vy clated guanas

Дружина Каэр Оэт ак Аиоэт пришла туда

К их слуге;

Пусть тот, кто будет искать их, выкопает Гуанаса57.

Ллонгпорт

О битве при Ллонгпорте нам известно только из поэмы под названием «Герейнт, сын Эрбина» (Geraint filius Erbin), сохранившейся в «Черной книге Кармартена», «Красной книге Хергеста» и фрагмента из «Белой книги Риддерха»:

В Ллонгпорте я видел Артура

Людей отважных, умелых в убийстве сталью

Императора(?), предводителя в битве.

В Ллонгпорте убили Герейнта

Отважные мужи из области Дивнайнт;

и хотя могли они быть убитыми, они убивали58.

Ученые, пытавшиеся отождествить Герейнта с неким Герунтиусом из Думнонии, упомянутым в письме епископа Адельгейма Уэссексского в 705 году, только помешали идентификации этого валлийского героя59. Их крайне маловероятное отождествление привело к общей уверенности в том, что сражение при Ллонгпорте произошло в Лангпорте (Сомерсет). Герейнт, сын Эрбин, жил в VI столетии, как и Артур, а ссылка на «область Дивнайнт» была истолкована как обозначающая Девон — часть латинской Думнонии, чтобы соединить Герунтиуса и Герейнта. Dyfnaint или Dyfneint присутствует в нескольких различных местах на территории Уэльса, и хотя поздние источники привыкли пользоваться этим словом для обозначения юго-западного полуострова Англии, едва ли в данной поэме подразумевался этот край60.

Кроме того, название Ллонгпорт можно истолковать как «корабельный порт», или «гавань», причем «Триады» добавляют веса этому толкованию, называя Герейнта одним из «трех мореходов Инис Придейн»61. Валлийские историки давно определили место битвы при Ллонгпорте как расположенное возле деревни Тресайт к северу от Кардигана, на западном побережье Уэльса. Теофилус Эванс в 1740 году утверждал, что «по суждению некоторых место, которое барды зовут Ллонгпортом, является Лампортом в приходе Пенбрин в Кередигионе. Там есть место, которое обычно называется Маэсглас, однако старое имя его было Маэс-и-ллас (Поле Убиения), или Маэс Галанас (Поле Побоища). По соседству, в приходе Пенбрин, есть место, которое зовется Перт Гериант»62.

До конца XI столетия название Дин Герейнт (Крепость Герейнта) принадлежало месту, на котором ныне находится замок Кардиган, а вблизи от замка располагаются урочища, носящие названия Бедд Герейнт (Могила Герейнта) и Бетус Герейнт (Молитвенный дом Герейнта). Это свидетельствует о том, что подлинное предание, помещающее Герейнта в Кардиганшире, существовало в ранние времена, и любая связь Герейнта в валлийских источниках с Девоном является следствием ошибочного отождествления с другим Герейнтом, жившим 150 спустя.

Каэр Ллуйдкоэд

В латинском тексте Гальфридовой «Истории» содержится валлийское название поля, на котором Артур дал сражение, упоминание о котором отсутствует в более ранней «Истории бриттов». Место этой битвы носит название Caerluideoit, что в переводе на современный валлийский будет звучать как Каэр Ллуйдкоэд (Крепость Серого леса). Здесь Гальфрид добавляет строчку «теперь известная как Линкольн»63, возможно, потому, что последний являлся диоцезом его церковного начальника, епископа Александера, которому были посвящены некоторые варианты работы Гальфрида, а также диоцезом, в котором располагался Оксфорд, место, где он трудился. Этот факт может послужить явным доказательством манипуляций, произведенных им не только над записанными событиями, но и над изображенной географией. Но откуда Гальфрид взял название этого сражения?

Единственным посторонним источником, который называет место этой битвы в связи с Артуром, является «История Гру-фудда ап Кинана». Этот текст датируется серединой XII столетия, и на страницах его отмечено единственное поражение Артура. Источник утверждает, что он «сражался против саксов и пиктов в двенадцати известных битвах, в первой из которых был побежден и вынужден бежать из-за предательства в Каэр Луйтгоэд (место это было Динас и Ллуйн Ллуйт); в других испытаниях он был победоносен, и отплатил своим угнетателям по заслугам»64.

Похоже, что здесь Гальфрид воспользовался только подлинным названием места сражения: все прочее, что он поведал о нем на страницах своей «Истории», служило прославлению города, связанного с его покровителями, от которых зависели будущее положение и благосостояние нашего историка. И мы скорее всего никогда не узнаем о том, располагал ли Гальфрид какой-либо дополнительной информацией о месте сражения из письменного или устного валлийского источника.

Точное расположение этого места не определить с первого наскока, однако название Ллуйдгоэд по меньшей мере трижды присутствует в валлийских рукописях. Во-первых, в качестве названия поместья возле Мохдре (Северный Уэльс), в документе, датированном 1334 годом и известным под названием «Опись Денби»63, а также урочища возле Абердара в Южном Уэльсе. Наиболее интересным случаем употребления этого имени является, однако, его применение к участку парка в Хоупдейле, области, расположенной к северо-западу от Рексема и включающей города Хоуп и Каэргурл. Сохранились документы на присоединение «леса Лойдкойд», и поскольку в этом граничащем с Англией регионе расположено несколько укрепленных холмов, место это весьма подходит для происшедшей в VI веке битвы66.

Завершает картину уподобление бардом Бледдином Варддом своего брата «Артуру, сражавшемуся при Каэр Венлли»61, который можно отождествить с хиллфортом на вершине Воэл Венлли в Клуйдианских холмах между Молдом и Рутином в северо-восточном Уэльсе, что еще более подчеркивает намеченную выше географическую рамку.

Ученые разыскивали места сражений Артура по всей Британнии и не сумели достичь какого-либо согласия. Предыдущие главы позволили нам сузить область поисков, и заканчивающаяся глава показала, что многие из имен можно отыскать на карте Уэльса в формах, более близких оригинальному тексту, чем иные из ранних идентификаций. Нынешний уровень изучения топонимики Уэльса существенно отстает от Англии: исследования некоторых областей никогда еще не публиковались. И пока каждый валлийский приход не обзаведется подробным топонимическим исследованием, география источников по истории Уэльса так и останется неопределенной, как и места битв и погребений героев, о которых повествуют эти источники.

7. Артур-полководец

Всякий, кто интересуется историей или литературой Запада, пусть даже не вдаваясь в особые подробности, знаком с каким-либо аспектом Круглого Стола, каким он существует в артуровском романе и связанными с ним знаменитыми фигурами. Самыми прославленными из них являются сэр Галахад и Ланселот Озерный — рыцари, изобретенные в XII столетии авторами французских романов о Граале и с легкой руки Мэлори сделавшиеся неразлучными с именем Артура. В легендах поздней артурианы рыцари Круглого Стола предстают верными слугами Артура и его товарищами по оружию — отправляясь в свои странствия, они творят его именем мир и справедливость. Однако хотя подобное видение и несет в себе некоторый отголосок представления о присущей времени Артура тесной связи между князем и его дружинником, у рыцарей Круглого Стола найдется немного общего с людьми «темного времени», послужившими им образцом.

Как упоминалось в главе 1, Круглый Стол впервые появился на страницах артурианы в 1155 году в написанном Уэйсом «Романе о Бруте» (Roman de Brut). Данное Уэй-сом описание Круглого Стола основывается на образе придворной жизни и этикете его же собственного времени и соответствует миру, весьма удаленному от того, в котором обитал валлийский воин VI века.

Начиная с XII столетия Круглый Стол сделался для Средневековья символом рыцарства, верности и свершения — о чем свидетельствует хранящийся в Винчестере огромный стол, — и символ этот остался навеки запечатленным в психологии британцев. Остатки римского амфитеатра в Каэрлеоне (Южный Уэльс) давно назывались Круглым Столом Артура, пока проведенные в 1920-х годах раскопки не показали ошибочности такого представления, а деталь садового рельефа на территории замка Стерлинг носила название Стола Артура еще в 1478 году. Исследование происхождения Артура позволяет нам отказаться от рассмотрения Круглого Стола, как и многих знаменитых реликвий артурианы, однако как поступить с сидевшими вокруг него рыцарями? Можно ли отыскать их в раннем предании?

Прежде чем перейти к рассмотрению первоначальных рыцарей Артура, необходимо рассмотреть организацию воинских сообществ рассматриваемого периода. В VI веке в Британнии не было рыцарей в начищенных до блеска панцирях, не было турниров, не существовало никакого крупного войска, способного проводить такие походы, которые описаны на страницах Гальфрида Монмутского. Артур жил в то время, когда дружина из 300 копий считалась внушительной, когда на западе острова смешивались боевые кличи бриттов, пиктов, скоттов и саксов, когда .конская поступь и звон кольчуг несли с собой смерть и разрушения. В ту пору и речи не могло быть о победоносных военных походах на континент, описанных в «Истории королей Британнии»: шла усобица, сопровождаемая непрерывными взаимными набегами.

Центральной темой поздней артурианы являются приключения Артура и его рыцарей Круглого Стола; Двор Артура является всего лишь фоном для их подвигов. Как показано выше, Гальфрид располагал доступом к раннему валлийскому материалу, к которому восходят имена многих из знаменитых спутников Артура. Ключ к происхождению дружины Артура можно обнаружить в «Хрониках королей», валлийском варианте «Истории» Гальфрида. В этом источнике спутники и воины Артура называются teulu, это слово в современном валлийском языке означает «семья», но в средневековом Уэльсе имело также значения «свита» или «военная дружина». В валлийских источниках по истории Средневековья много упоминаний о действиях теулу различных вождей, владетельных особ и королей, опустошавших королевства, совершавших набеги на города, деревни, церкви и дворы владык; хроники, летописи и героическая поэзия того времени пестрят упоминаниями о грабежах, поджогах и мародерстве, демонстрируя тем самым непрерывность военных действий и основную их роль в жизни общества того времени.

Живущему в нашей уютной современной цивилизации трудно представить себе сцену средневековой битвы: жуткий треск ломающихся копий и щитов, звон стали о сталь, когда сталкиваются две стены ратников, когда воин за воином встает на место павшего; грохот, с которым сходятся ряд за рядом, изо всех сил стараясь взломать стену вражеских щитов, прорубить себе тропку в вражеской рати, зная, что тот, кто первым дрогнет, практически обречен. Когда разрывалась стена щитов, или ряд слишком растягивался или его обходил по флангу противник, начиналась настоящая бойня, и битва заканчивалась очень быстро. Разбитого врага уничтожали, и уцелевших бывало немного, если таковые вообще находились.

В военных действиях того времени использовалось жестокое оружие, способное раскроить человека пополам или насквозь пронзить его тело, оставив мучительно умирать. Для защиты большинство воинов располагало крайне скромными кожаными панцирями, а то обходилось и вовсе без них. Большинство ратников были вооружены только копьем и щитом: мечи и железная броня, шлемы и кольчуги были принадлежностью только профессиональных и знатных воинов. Щитами пользовались как в качестве оборонительного, так и наступательного оружия, орудуя им; врага пытались опрокинуть на землю или же старались получить возможность нанести удар клинком или копьем. Кавалерия в такой войне имела ограниченное применение, всадники вступали в дело лишь после того, как стена щитов была взломана и можно было без помех косить отступающего врага.

То есть тот тип военных действий, который существовал в VI веке, не имел ничего общего с возведенными в обряд турнирами, над полями которых трепетали геральдические вымпелы, но представлял собой кровавое побоище, в котором предельная отвага была совершенно необходима всякому, кто вышел на поле брани. И если сражение заканчивалось поражением, последние из уцелевших героев-дружинников собирались вокруг своего вождя и дорого продавали свои жизни, защищая его. Они продолжали сражаться даже после его смерти, отказываясь от бегства, чтобы избежать вечного позора, выпадавшего на долю того, кто пережил своего господина. Какая же сила приводила в действие эту воинскую культуру, требуя героических деяний, которые воспевали барды?

Военная организация владений средневековой Британнии была очень похожа — вне зависимости от их этнической принадлежности. У каждого короля была собственная военная дружина, состоявшая из хорошо обученных профессиональных воинов, являвшаяся основой его престижа и силы. (На континенте действовала такая же система: во Франции у Меровингских королей были свои leud.es, у саксов — heorogeneatas, или «сердечные друзья», а в латинских источниках такая личная дружина называется comitatus.) Права и обязанности каждой личности в мельчайших подробностях описаны в валлийских законах, и teulu являлась неотъемлемой частью такого общества. Наиболее важным среди двадцати четырех служителей валлийского королевского двора являлся penteulu (предводитель теулу), достоинство которого ценилось в одну треть королевского. Он ведал охраной короля, организовывал набеги и занимал чертог во время его отсутствия1.

Дружина состояла из местных молодых людей в возрасте вхождения во взрослое состояние (четырнадцать лет), присягнувших на верность местному владетелю или королю. Их будущее положение и продвижение по службе зависели исключительно от связи с этим владетелем и от верности ему. Существуют указания на то, что владыки пользовались услугами знаменитых воинов, если те были уроженцами других мест; то есть приобретая славу или известность, вождь или предводитель мог привлекать к себе воинов из других областей. Попав на службу, молодые люди получали возможность вести обеспеченную жизнь, они обладали правами и привилегиями, намного превышавшими возможности обыкновенного человека, в том числе на часть собранной в набеге добычи и прочих военных трофеев. Однако за место за господским столом и дары своего вождя им приходилось платить: частые набеги и схватки приводили к ранней гибели многих из них и до старости доживали немногие члены дружины2. Одной из самых знаменитых дружин валлийской литературы является теулу Миниддо-га Муинваура, обретшая бессмертие в поэме «И Гододдин». Проведя в пирах год за столом своего владыки, воины его выехали искать смерти и славы в сражении с воителями Дейвира и Бринейха в битве, которая произошла в месте, теперь известном под названием Катраэт. Лишь трое из них вернулись, чтобы рассказать свою повесть3. «И Гододдин» по одиночке (строфа за строфой) превозносит отвагу и поведение этих профессиональных воителей, воспевая героев битвы при Катраэте, их репутации, деяния и мужествЪ, а в итоге и смерть на поле боя.

В среднем дружина насчитывала 120 человек, однако «И Гододдин» неоднократно рассказывает нам, что к Катраэту выехали более 300 мужей, и в самом конце поэмы называется их точное число: 363 — три теулу и трое уцелевших4.

В «Триадах» упоминаются теулу других валлийских правителей и подчеркивается их преданность своему владыке:

Три верных теулу острова Британния:

во-первых, теулу Кадваллауна, сына Кадвана, семь лет бывшая с ним в Ирландии; и во все это время никто из них ничего не попросил у него, чтобы им не пришлось оставить его;

во-вторых, теулу Гаврана, сына Аэдана, которая отправилась в море ради своего владыки;

и, в-третьих, теулу Гвенддолау, сына Кеидиау в Арде-ридде, продолжавшая битву две недели и месяц после того, как был убит их господин5.

Цель и назначение существования, а также строгий кодекс чести теулу создавали почетную связь между ее членами — связь более крепкую, чем кровная, страх и даже любовь к жизни; и нарушение этой связи несло за собой полный позор и бесчестье, не только на все время жизни нарушителя, но и на последующие века:

Три неверные теулу страны:

Теулу Горонуи Сияющего из (Пенллина), отказавшаяся принять отравленное копье от Ллеу Искусная Рука ради своего владыки у Камня Горонуи во главе Кинвала;

и теулу Гурги и Передура, покинувшая своего господина у Каэр Греу, где они должны были на следующий день сразиться с Эда Большим Коленом; и там были они оба убиты;

и теулу Алана Виргана, ушедшая от него ночью и отпустившая его со слугами в Камлан. И там он был убит6.

В валлийских преданиях теулу других вождей играют не менее важную роль, чем отряд Артура, а в ряде случаев и существенно большую.

Представление о группе воинов, верных своему господину и предпринимавших набеги на врагов, было превращено писателями XII столетия в отряд облаченных в панцири рыцарей, отправлявшихся в походы, чтобы доказать собственную чистоту и приверженность кодексу рыцарской чести. Другим примером развития идеи от смиренного, хотя и жестокого образца VI столетия является тот путь, который превратил Артура в короля. Беглый взгляд на титулы, прилагавшиеся к имени Артура в ранних валлийских преданиях, свидетельствует о том, что люди видели в нем полководца, а не монарха.

«И Гододдин»

В этой поэме Артур упомянут в сравнительной степени в строчке «хотя он не был Артуром»7, свидетельствуя тем самым о том, что Артур считался великим воином. Титулование его отсутствует.

«Летописи Уэльса»

Артур поименован в этой летописи дважды — причем только по имени; титулование также отсутствует. Поскольку обе записи связаны с данным им сражением, можно предположить, что он был известен воинским мастерством.

«История бриттов»

В различных вариантах этого текста Артур изображается как dux bellorum (буквально «вождь сражений»), что указывает на то, что как военный вождь он обладал известной репутацией. В варианте, содержащемся в кембриджском манускрипте, Артур описывается следующими словами: «Хотя там было много людей поблагороднее, чем он сам, все же его двенадцать раз избирали их командиром и он часто был победоносен»8. Отсюда следует, что Артур не принадлежал к потомкам наиболее благородных семей и потому

считался не королем, а великим воеводой — и посему его избирали, а не назначали по праву рождения.

«Кулох и Олвен»

В этой древнейшей повести артурианы Артуру принадлежит титул Великого владыки страны (или острова) Perm Teyrned yr Ynys honn. Валлийские короли носили имя Brenin, и в самых ранних источниках это имя никогда не связывается с Артуром.

«Герейнт, сын Эрбина»

В этой поэме из «Черной книги Кармартена» Артур удостоен титула ameraudur, представляющего собой валлийский эквивалент латинского imperator («военный командир»). В некоторых переводах используется слово emperor, император, однако оно чересчур величественно для контекста поэмы и потому способно ввести в заблуждение.

Ни в одном из этих источников Артур не именуется королем. Впервые этот титул прилагается к нему в «Житии св. Кадога», написанном камбро-норманнским клириком Лливрисом из Лланкарвана ок. 1080 года. В этом произведении Артур называется «самым знаменитым из королей Британнии»9, причем последнее слово означает в данном случае Уэльс, а не Британию.

Приведенные выше свидетельства доказывают, что валлийское предание считало Артура достаточно широко известным полководцем. Воевода в Уэльсе VI столетия исполнял обязанности пентеулу, описанные в валлийских законах, он командовал войском и был вторым лицом после короля, но только не королем. Такое общественное положение Артура соответствует обычаю его времени, предоставляет ключ к толкованию его личности и отвечает на один из наиболее существенных вопросов, препятствующих изучению личности исторического Артура: если Артур действительно является историческим персонажем, присутствующим в «Летописях Уэльса» и «Истории бриттов», почему имени его нет в единственном находящемся в нашем распоряжении историческом источнике, повествующем о Британнии VI столетия — «О погибели Британнии» Гильды?

Гильда Премудрый был монахом и пользовался широкой известностью благодаря своей мудрости; упоминания о нем в ирландских хрониках и трудах деятелей церкви свидетельствуют о его большой популярности10. Написанный ок. 540 года труд «О погибели Британнии» в основном был посвящен состоянию дел в Западной Британнии и фокусирует свое внимание на пяти королях, которых автор осуждает за тираническое правление. Гильда, прежде чем перейти в наступление на них, приводит краткий обзор истории Британнии от принятия христианства во время римской оккупации вплоть до периода хаоса, за которым последовали вторжения пиктов и саксов. Текст Гильды имеет очень большое значение для историков, поскольку является единственным заметным британским источником, содержащим некоторую информацию в отношении положения дел на острове после ухода римских легионов, и в VIII столетии он послужил основой для составленной Бедой «Церковной истории народов англов» (Historia Ecclesiastica Gentis Anglorum), ставшей в свою очередь одним из основных источников «Англо-Саксонской хроники», составленной в X столетии и подробно описывающей историю Англии, начиная от римского времени. Далее эти работы были использованы норманнскими историками Генри из Хантингдона и Вильямом из Мальмсбери, на трудах которых во многом основывается наше знание донорманнской Британнии. Однако важно помнить, что Гильда был не историком, а церковнослужителем, и целью написания «О погибели Британнии» являлось отнюдь не создание истории Британнии, а полемическое осуждение современных ему владык: историческая часть послужила просто введением к его основной работе. И мы в такой степени полагаемся на нее лишь потому, что не имеем другого местного источника по истории этого периода.

Приступив к своей тираде, Гильда объявляет королей Британнии тиранами11. Основной причиной его ненависти к ним является их воинственность: эти короли «затевают войны — междоусобные и несправедливые»12. Люди, ведущие рати на битвы, утверждает Гильда, «презирают безобидных и смиренных, но превозносят до звезд, если не выше, своих соратников [commanipulares], кровавых и гордых убийц, развратников и врагов Бога»11. Латинское слово «commanipulares» использовалось в данном контексте для обозначения воевод этих королевских дружин и может восприниматься как эвивалент валлийского термина пентеулу. Все пять королей названы поименно, также упоминаются географические регионы, в которых они правили, или их можно определить по другим источникам:

Константин, правитель Думнонии, юго-западного полуострова Англии.

Аврелий Канин. Его королевство не названо, однако считается, что оно располагалось в Поуисе, вдоль границы между нынешними Англией и Уэльсом.

Вортипер, тиран королевства Деметия в Южном Уэльсе. Его могильный камень был обнаружен в 1985 году на церковном дворе Кастеллдуирана, вблизи Кармартена.

Кунеглас из Медвежьей Цитадели, отождествленный с Кинласом Гохом, правителем области Рос в Северном Уэльсе; Медвежья Цитадель, в свою очередь, представляет собой хиллфорт Динарт (Крепость Медведя), находящийся на побережье Северного Уэльса.

Маглокун, более известный как Маэлгун Гвинедд, король Гвинедда, занимавшего большую часть Северного Уэльса.

Труд Гильды относился не ко всей Британии, какой мы знаем ее сегодня, но только к ее юго-западному полуострову и Уэльсу. Мы уже показали, что семейство Артура проживало в Северном Уэльсе, так почему же Гильда забывает упомянуть его?

Наиболее вероятная причина того, что Артур не заслуживает упоминания в труде «О погибели Британнии», на самом деле очень проста. Гильда называет только тех королей, которые правили во время написания им книги, а Артур, как мы уже видели, был не королем, а пентеулу, или воеводой, и потому не имел достаточной величины. Многие годы историки тщетно разыскивали могущественного короля, который мог осуществить деяния, приписываемые Артуру латинскими источниками XII столетия — борьбу против саксов на землях, простиравшихся от Корнуолла до Каледонского леса в Шотландии, и поскольку Артур не упоминается в единственном современном событиям тексте, решили, что он не существовал. Дело в том, что до похищения норманнами предания об Артуре, он представлял собой просто воеводу, и если Гильда и знал о нашем герое, то, видимо, видел в нем одного из многих commanipulares, упомянутых в своем труде. То, что Гильда знал о нем, доказать невозможно, поскольку никто из этих воинов не назван по имени, однако здесь важно то, что первоначально Артур представлял собой второстепенный персонаж, запомнившийся успешными походами против врагов-бриттов, а не против саксонских захватчиков.

Валлийское поэтическое предание нигде прямо не указывает на то, что Артур сражался с саксами. Битвы, приписываемые ему в «Истории бриттов», были рассмотрены в последней главе; единственные прочие упоминания о походах Артура присутствуют в валлийских источниках, где он сражается только с бриттами (и, возможно, с ирландцами). Но если Артур вошел в память как руководитель британского сопротивления германским захватчикам, почему этот факт не упоминается в валлийском материале? Даже в «Житиях валлийских святых» (здесь Артур впервые удостоен королевского титула) он всегда присутствует в конфликтах с бриттами. Это отсутствие упоминаний с валлийской стороны также объясняет причину его отсутствия у Беды или авторов «Хроники англо-саксов», летописцев того самого народа, с которым он предположительно сражался. Они умалчивают о нем по той весьма простой причине, что саксы, историю которых они описывают, никогда не сражались с Артуром. Все свидетельства указывают на то, что конфликты, в которых приводилось участвовать Артуру, происходили во время междоусобных войн правителей Уэльса в первой половине VI столетия.

Карта 6. Области, в которых правили названные Гильдой короли

1— Кунеглас; 2 — Маэлгун; 3 — Аврелий Канин; 4 — Вортипер; 5 — Константин

Гильда утверждает, что после битвы при Бадоне, где бритты нанесли саксам жестокое поражение, наступил период, когда вторжения их прекратились. Однако, не имея перед собой внешнего врага, валлийские правители боролись друг против друга, и именно этот период традиционно считается временем жизни Артура14. Возможно ли, что Артур был пентеулу при одном из упоминаемых Гильдой королей? И если да, то при каком именно? Гильда рассказывает, что в своих битвах с соседями особенно прославился один из них, а именно Маэлгун Гвинедд.

Гильда ставит Маэлгуна Гвинедда «выше почти всех полководцев Британнии как своим королевством, так и статью»15, и далее говорит, что Маэлгун «устранил многих... тиранов из своих областей и даже из жизни»16. За исключением приведенных в «О погибели Британнии» подробностей мы знаем очень немного о деяниях остальных четырех названных в этой книге королей, однако Маэлгун неоднократно появляется и в валлийской поэзии, и в «Житиях валлийских святых» как персонаж, сражавшийся в южной части Уэльса, за пределами королевства Гвинедд17. Области, связываемые с его семейством в главе 4, предполагают, что Артур был родом из Гвинедда. Поскольку самый могущественный правитель того времени правил в этом же королевстве, не мог ли Артур предводительствовать дружиной короля Гвинедда? В «Летописях Уэльса» сказано, что Маэлгун скончался в 547 году, а Артур — в 539-м, что делает их современниками18. «Жития валлийских святых» в основном повествуют о святых из Южного Уэльса, и чаще всего конфликтуют с ними Маэлгун Гвинедд и Артур. Маэлгун вторгался в Южный Уэльс из Северного. Не мог ли Артур поступать аналогичным образом, возможно, по поручению Маэлгуна?

Гильда называет каждого из обруганных им королей каким-либо животным. Четверо из них сравниваются с львицей, львом, леопардом и медведем, но Маэлгун именуется insularis draco — драконом острова19. Не происходит ли этот титул от валлийского термина пендрагон? Упоминания этого титула в валлийском предании приписывают правителям Гвинедда, а в поэме «Кто привратник?», в которой он появляется впервые, подобное наименование связано в первую очередь с Гвинеддом. Хотя у нас нет никаких доказательств того, что титул некогда приписывался самому Артуру, можно предположить, что пентеулу войска «дракона острова» вполне мог именоваться пендрагоном. К сожалению, это лишь предположения, поскольку мы не располагаем источниками, способными подкрепить эту гипотезу, однако она кажется вполне вероятной и соответствующей тем свидетельствам, которыми мы располагаем, а также географией раннего артуровского предания.

8. Утраченная сага о Камлане и смерти Артура

И тогда король огляделся по сторонам и узрел он, что от всей его рати и от всех его добрых рыцарей в живых осталось только двое; что одним из них был сэр Лукан Дворецкий, а с ним брат его, сэр Бедивер, и что были они жестоко изранены. «Боже милостивый, — произнес король, — куда делись все мои благородные рыцари? Увы, выпало мне на долю видеть сей скорбный день, ибо ныне я приближаюсь к концу. Но хотелось бы мне знать, где на-ходится этот предатель сэр Мордред, который навлек на нас все эти горести». И тут король Артур увидел сэра Мордреда, опершегося на меч возле огромной груды мертвых тел. «А теперь дай мне мое копье, — сказал Артур сэру Лукану, — ибо вижу я изменника, сотворившего все это несчастье». «Сир, пусть живет, — произнес сэр Лукан, — ибо он несчастен; и если вы переживете нынешний день, то узрите достаточное отмщение. Добрый владыка, вспомни свой нынешний сон, и то, что дух сэра Гавейна сказал тебе этой ночью, — все же Господь от великой своей доброты сохранил тебя. Посему Бога ради, милорд, отъедем с этим, ибо благословением Господним сегодня ты оставил за собой поле, поскольку нас трое живых, а у сэра Мордреда в живых никого не осталось; и если мы отъедем теперь, несчастливый день кончится1.

Такими словами Мэлори описывает заключительные моменты последней битвы Артура, когда смертельно раненный Артур лежит среди груды изувеченных тел, и из всей великой свиты его остались в живых только Бедивер и его брат Лукан. Из всего войска противника на ногах остался только Медрод, в крайнем утомлении опершийся на меч среди груды мертвых тел и умирающих людей. Увидев Медрода, Артур, забыв о ранах, требует свое копье у Лукана и, взяв его обеими руками, совершает последний удар, воздавая своему злому гению. Направив удар ниже щита своего противника, Артур пронзает Медрода, который, понимая, что получил смертельный удар, сам наваливается на копье Артура и, верша возмездие, наносит Артуру страшный удар в голову, раскроивший шлем и череп, после чего падает бездыханным на землю.

Лежа на поле брани, Артур приказывает Бедиверу взять его меч Эскалибур и бросить в ближайшее озеро. Бедивер умоляет Артура не возвращать Эскалибур водам и дважды уходит и возвращается, якобы исполнив порученное. Артур спрашивает Бедивера о том, что он видел, когда бросал меч , в озеро, и Бедивер отвечает, что не видел ничего. Понимая по этим словам, что Бедивер не выполнил того, о чем он просил, Артур в последний раз приказывает тому выполнить поручение. На сей раз Бедивер повинуется, и видит, как вынырнувшая из воды рука подхватила оружие и унесла в глубины, закончив тем самым правление могучего короля Артура. Далее Мэлори повествует о прибытии таинственного корабля с тремя королевами: Морганой ле Фэй (сестрой Артура), королевой Пустошей и королевой Северного Уэльса. Далее Артур отплывает в лучах заката, и последние, обращенные к Бедиверу слова делают явным его место назначения: «ибо стремлюсь я в долину Авилиона, чтобы исцелиться от своей скорбной раны»2.

Эти мгновения последней битвы Артура были изображены в многочисленных романах, фильмах и пьесах, и вместе с эпизодом о вонзенном в камень мече они образуют последовательность событий, наиболее широко известную в романтической артуриане. Однако следует подчеркнуть, что Мэлори написал литературное произведение, а не исторический труд, и ловким образом сплетя воедино весь известный ему романтический материал, создал одно из классических произведений английской прозы.

Рассказывая о последней битве Артура, Мэлори помещает ее в некотором неопределенном месте на Сэлисберийской равнине в Южной Англии, что фундаментальным образом отличается от версии, предложенной Гальфридом Монмут-ским в его «Истории королей Британнии». Гальфрид рассказывает нам, что, пока Артур воевал в Галлии, Медрод захватил корону и женился на Гвенхвивар. После возвращения в Британнию Артур после ряда стычек оттеснил Мед-рода к реке Камбланус в Корнуолле. Он разделил свое войско на девять частей и после жестокой битвы наконец прорвался сквозь вражеские ряды, чтобы сразить Медрода3. Получивший смертельное ранение Артур передает корону Британнии своему кузену Константину, сыну Кадора, герцога Корнуольского. В самом конце Артур приказывает доставить его на «остров Авалон, чтобы раны его были ухожены»4. Среди всей массы поздних романов об Артуре можно найти и другие варианты описания битвы и места, на котором она происходила, однако нас интересует тот материал, на котором Гальфрид воздвиг собственную версию повествования, поскольку она послужила основой для всей последующей романтической прозы.

Прежде чем перейти к повествованию о Камлане, Гальфрид делает следующее упоминание об использованном им источнике:

Но об этом конкретном деле благороднейший герцог, Гальфрид из Монмута, предпочитает ничего не говорить. Тем не менее он неумелым пером и скупыми словами поведает о битве, в которой известнейший из наших королей сразился со своим племянником, когда вернулся в Британнию после победы; потому что нашел упомянутый трактат на бриттском языке. Он слышал об этом и от Уолтера из Оксфорда, мужа, весьма сведущего во всех отраслях истории5.

Как мы уже видели, «упомянутый трактат на бриттском языке» представляет собой валлийский источник, а единственным местом на свете, где в начале XII столетия существовали письменное и устное предания о Камлане, был Уэльс. К тому времени, когда Мэлори написал свою версию артурианы, Камлан — вместе со многими другими отрывками первоначального предания об Артуре — давно погрузился в забвение, скрылся под пластами континентального романа и пропаганды. Однако битва при Камлане живет как самая знаменитая из битв Артура в валлийской литературе, и именно в уцелевших фрагментах предания, сохранившихся в истории и литературе народа, к которому принадлежал Артур, следует искать нужные нам факты.

Утраченная сага о Камлане

Традиционные валлийские предания содержат упоминания о Камлане, позволяющие нам определить причины битвы и понять, где она происходила. Свидетельства «Триад» и других валлийских источников указывают на существование еще в XVI веке чрезвычайно устойчивого предания о последней битве Артура, полностью независимого от «Истории» Гальфрида, и многочисленные различия между этим преданием и повествованием Гальфрида представляют чрезвычайный интерес. Валлийцы утверждают, что битва произошла в результате ссоры между двумя сестрами, и Мед-род, являющийся злодеем у Мэлори, изображен у них в качестве героя. Подобные подробности наряду с другими валлийскими преданиями заставили некоторых ученых поверить в существование ныне забытой валлийской саги о

последней битве Артура: «Вполне возможно, что ранее существовал хведл (chwedl, сага) о Камлане, упоминаемый, не всегда серьезно, в другой триадической группировке в «Кулохе и Олвен», которая является составной частью валлийской легенды об Артуре»6.

Самое раннее из дошедших до нас упоминаний Камлана обнаруживается в «Летописях Уэльса» под 539 годом. Там не говорится, что Артур убил Медрода: запись гласит, что оба они погибли в битве: «Битва при Камлане, в которой пали Артур и Медраут»7. Наиболее подробную информацию о Камлане сохранили «Триады», в пяти из которых содержится основной объем имеющихся у нас сведений о битве. Их содержание позволяет нам хотя бы очертить контуры предания, очевидно, весьма известного в то время, когда «Триады» обрели письменный облик (в XIII столетии), и указывает на существование ряда повествований, составлявших вместе ныне утраченную сагу о Камлане.

В соответствии с «Кулохом и Олвен» истинной причиной этой битвы стала ссора между Гвенхвивар, женой Артура, и Гвенхвивах, ее сестрой8. Ниже приведены две «Триады», связанные с этим событием.

Второй [вредоносный удар Инис Придейн] Гвенхвивах нанесла Гвенхвивар: и по этой причине произошло потом дело битвы при Камлане9.

А третьим и худшим (из тщетных сражений Инис Придейн] был Камлан, сделавшийся результатом ссоры между Гвенхвивар и Гвенхви(в)ах10.

Однако в изложении Гальфрида и других авторов причины битвы при Камлане выглядят куда грандиознее, чем ссора между двумя сестрами!

Триада о «Трех безжалостных разорениях Инис Придейн» уточняет причины битвы и помогает нам понять, каким образом в нее оказались вовлеченными Артур и Медрод.

Первое из них случилось, когда Медрауд явился в Гелливиг ко Двору Артура в Керниу; во всем Дворе не осталось после него ни питья, ни еды; и он выволок Гвенхвивар из ее королевского кресла и ударил ее.

Второе безжалостное разорение (произошло), когда Артур явился ко двору Медрауда. Он не оставил после себя ни еды, ни питья11

В этих «Триадах», бесспорно, обнаруживается информация о битве при Камлане, неизвестная поздним романам; они свидетельствуют о вражде между Артуром и Медродом и о медленно разгорающейся внутрисемейной междуусобице, начавшейся со ссоры между двумя сестрами. Артур и Гвенхвивар в представлениях не нуждаются, но что можно сказать о Медроде, прославленном своим предательством в позднейшей легенде, и о свояченице Артура Гвенхвивах?

В «Кулохе и Олвен» Гвенхвивах названа сестрой жены Артура Гвенхвивар, однако кроме уже упомянутых «Триад» и посвященной ей короткой фразы в «Происхождении святых» она не играет особой роли в валлийском предании. Примечание в последней, однако, может объяснить, почему она сделалась центральной фигурой в событиях, приведших к битве, закончившейся гибелью Артура и Медрода. В тексте сказано, что она была матерью св. Дивнога (от некоего Медрода ап Кайрдава), святого покровителя Ллан-дивнога, расположенного в долине Клуйда, также известного под названием Лланрхаэадр инг Нгимейрх (Священная Ограда у водопада в Коммот Кимейрх).

Хотя сама рукопись «Происхождение святых», в которой появляется эта конкретная информация, относится к позднему времени (середина XVI столетия), Медрод ап Кайрдав также упоминается и в более ранних текстах. Те источники, в которых Медрод обнаруживает связь с Артуром, ничего не говорят о его происхождении, и генеалогия, приписываемая Медроду в «Хрониках королей», основывается исключительно на созданной Гальфридом Монмутским. Как ни странно, но в валлийских преданиях не обнаруживается другого Медрода, а потому, не мог ли этот неведомый Медрод ап Кайрдав являться Медродом поздней артурианы, что предположил в 1934 году преподобный А.У. Уэйд-Эванс?12 Если рассмотреть это предположение вместе с предложенной нами традиционной географией, это отождествление может сделаться еще более убедительным.

В относящихся к XII столетию поэмах «Гогинвейрдд» Медрод не является злодеем поздних романов, напротив, он воспевается как воплощение храбрости и справедливости. Кроме того, из поэзии бардов следует, что Медрод играл существенную роль в независимом и существовавшем до Гальфрида предании артурианы, не связанном с генеалогическими выдумками «Истории», предполагающими наличие отдельного предания о предполагаемом убийце Артура13.

Медрод ап Кайрдав являлся внуком Карадога Врейхв-раса и первым кузеном Артура, как уже упоминалось в главе 4, а все, что известно нам о детях Карадога, в том числе об отце Медрода, предполагает, что он был родом из Северного Уэльса. Имя Медрод, возможно, сохраняется в названии реки Авон Медрад, впадающей в реку Ди возле деревни Ллангум, расположенной в двенадцати милях от церкви Св. Дивнога (его сына) в долине Клуйда.

Из информации, содержащейся в двух повестях об Артуре «Мабиногиона», как будто бы следует, что вражду между Артуром и Медродом старательно разжигала какая-то третья сторона. В «Кулохе и Олвен» некто по имени Гвин Хивар назван «одним из девятерых, замысливших битву при Камлане»14, а в «Сне Ронабви» некий Иддауг Возмутитель Придейна сообщает Ронабви о том, что разжег вражду между Артуром и Медродом при Камлане, будучи вестником между ними обоими и подменяя послания, чтобы подвигнуть обоих на сражение. Быть может, именно то, что битва являлась плодом ссоры между двумя сестрами, преднамеренно раздутой Иддаугом и прочими, привело к тому, что Камлан стали называть «одной из тщетных битв Инис Придейн». Последнее упоминание битвы при Камлане было сделано бардом Тудуром Аледом, сказавшим, что битва произошла «из-за двух орехов»1'. Так что думайте сами.

Известная всем и использованная Гальфридом Монмут-ским история о предательстве Медрода, случившемся, когда Артур сражался на континенте, не имела под собой никаких исторических или традиционных оснований и являлась чисто литературной выдумкой, позволявшей семье покровителя Гальфрида распространить свое божественное право владеть теми землями, на которые они претендовали, как в Британии и так и на континенте. В Уэльсе память о Камлане как о жестокой битве распространилась на столетия; по сути дела, она превратилась в меру, которой барды измеряли опустошительные последствия поздних сражений. Например, бард Кинделлу (ок. 1155 — 1195) превозносил Хивела ап Овейн Гвинедд за победы в баталиях следующими строками:

Gnawd gosgo gosgordd yn ddiflan

Fal ymosgryn mawr Gawr Gamlan.

Воинству клониться к земле, никнуть,

Как в великой распре битвы при Камлане16.

При всей схожести с Армагеддоном Камлан также сделался обозначением «сброда» или «смятенной толпы», что в соответствии со словами доктора Рейчел Бромвич «само по себе является красноречивым доказательством распространенности предания [в Уэльсе] о последней битве Артура»17.

В поисках места последней битвы Артура

Приведенные выше материалы дают нам очерк событий, предшествовавших битве при Камлане, однако в них отсутствуют подробности самой битвы, и еще меньше сведений содержится в них о том, где эта битва произошла.

Поиски подлинного места сражения затянулись на столетия, и свои предположения о нем выдвигали самые разнообразные ученые. Гальфрид определил место последней битвы Артура как fluuium Camblani в Корнуолле18, то есть с современной рекой Кэмел, стекающей с холмов над Кэмелфордом в море возле Уэйдбриджа, и в подкрепление этой идеи были сочинены несколько местных «преданий»19. Поздние романы переносят место этого сражения на Сэлисбе-рийскую равнину, хотя шотландский хронист Боэс (Воесе) пытался заставить нас поверить в то, что произошло оно на реке Хамбер. В современных трудах часто встречается мнение о том, что сражение произошло у Стены Адриана, у римской крепости Камблоганна — впервые предложенное О. Дж. С. Кроуфордом в статье, написанной в 1935 году20. Мнение это основано исключительно на сходстве названий Камблоганн и Камлан и некоторых не слишком надежных лингвистических соображениях; остается только удивляться тому, что подобное отождествление пользуется столь широким успехом, тем более что ни один из источников не поддерживает его.

Но самым удивительным является то, что Камлан по-прежнему существует на карте, на что за последние 130 лет указывалось неоднократно. Впервые это было сделано в 1872 году на страницах периодического издания «Archaeologia Cambrensis», где отмечалось, что три местности, носившие название Камлан, еще существовали в пределах нескольких миль от Долгеллау (Северный Уэльс)21. А река под названием Авон Гамлан стекает с гор Риног и впадает в реку Иден возле деревни Лланеллтид; горный перевал на пути из Долгеллау в Маллуид присутствует на ранних картах «Артиллерийской описи» (Ordnance Survey) под названием Камлан; плес реки Диви к югу от Маллуйда известен под этим же именем; кроме того, расположенная в том же регионе ферма носит само по себе красноречивое название Маэс-и-Камлан (Поле Камлан). Несколько авторов обращали внимание на эти местности уже десятилетия назад, однако популярная в Средневековье (и в нынешних академических кругах) точка зрения упорно переносит место сражения в Корнуолл.

Принадлежность места последней битвы Артура к Уэльсу подкрепляется еще двумя свидетельствами. Самым ранним и существенным из них является присутствующее в «Надгробных строфах» из «Черной книги Кармартена»; второе, менее авторитетное, содержится в перечислении людей, переживших битву при Камлане.

Bet mab ossvran уд camlan

Gvydi llauer kywlavan

Bet bedwir in alld tryvan.

Могила сына Осврана находится при Камлане

После многого смертоубийства,

А могила Бсдвира находится на высотах Тривана.

Значимость этого содержащегося в «Надгробных строфах» утверждения не столь уж ясна, поскольку там как будто бы нет непосредственного указания на место событий, однако после установления связи между Освраном и уцелевшими при Камлане отождествление становится очевидным. Название Освран не так часто встречается в валлийском предании и помимо упомянутого выше присутствует лишь в двух других случаях, связанных с церковью Св. Кадвана в Тивине23. Интересным географическим моментом в обоих случаях является то, что церковь Св. Кадвана находится всего в восемнадцати милях от Камлана близ Маллуида. Строчка, упоминающая о могиле Бедвира, помещает ее на горе Триван в Сноудонии, тем самым чрезвычайно затрудняя отождествление с Корнуоллом или со Стеной Адриана.

Уцелевшие в битве при Камлане

В поздних романах повествование об уцелевших в битве при Камлане обыкновенно фокусируется на Бедивере и дворецком Артура Лукане, каждый из которых сопровождает меч Артура Эскалибур в ближайшее озеро. Тем не менее валлийское предание расходится с поздними романами, и в рамках его существуют два списка воинов, переживших великую битву, различающиеся именами и числом выживших ратников. Самое раннее из упоминаний присутствует в «Кулохе и Олвен»:

Морвран an Тегид (никто не коснулся его оружием в битве при Камлане, настолько уродливым был он; все думали, что он дьявол, пришедший на помощь. Волосы торчали на нем как рога на олене), и Сандде Ангелоликий (никто не ударил его копьем при Камлане, настолько красив он был; все думали, что он ангел, пришедший на помощь), и Кинуил святой (один из троих мужей, что выжили при Камлане. Он последним отъехал от Артура на Хенгроене (Старой Шкуре), его коне)24

Второй список, к сожалению, присутствует лишь в манускрипте, датирующемся XVII столетием, однако в нем содержатся некоторые имена, также упоминаемые бардами в отношении Камлана:

Вот имена семерых мужей, уцелевших в битве при Камлане: Сандде Брид Ангел (Ангелоликий), потому что из-за красоты его принимали за ангела; Морвран an Тегид, потому что из-за уродства его принимали за беса; св. Кинвелин, спасшийся благодаря быстроте своего коня; св. Кедвин по мирскому благословению; св. Педрог силой своего копья; Дервел Гадарн собственной силой; Генейд Хир своей быстротой. Год о Рождестве Христовом, когда случилась битва при Камлане: 542-й25.

Если рассмотреть ту скудную информацию, которая сохранилась об этих людях и связанных с ними местностях, можно без всяких сомнений убедиться в том, что битва произошла в Северном Уэльсе.

Кедвин

В соответствии с разделом 74 «Происхождения святых» Кедвин был сыном Гугона Гурона ап Передур. Дед его Передур, если верить «Летописям Уэльса», скончался в 580 году, что делает весьма невероятным то, что Кедвин мог сражаться на поле брани ок. 540 года. Память о нем сохранилась в названиях двух местностей, носящих название Ллангедуин, — расположенной в Истрад Иу и другой, возле Лланрхайадра и Мохнанта, в восемнадцати милях от Камлана.

Кинвил Святой

Присутствующий во втором списке Кинвелин кажется упомянутым ошибочно, в сравнении с более ранним Кинвилом из «Кулоха и Олвен». О нем известно крайне немного, и имя этого святого в Уэльсе хранят лишь три церкви — две в Аберпорте в Кередигионе и одна в Пенросе на полуострове Ллейн. Быть может, больший интерес представляет упоминание того, что спасся он на коне Артура Хенгроене, поскольку кличка коня сохранилась в названии города Диненгроэна (Крепость Хенгроена), находящегося на хиллфорте, известном ныне как Кастелл и Гавр и расположенном возле Абергела на побережье Северного Уэльса.

Дервел Гадарн

Дервел Гадарн был святым покровителем Лландервела, расположенного к северо-востоку от озера Бала в Северном Уэльсе, и поздние поэты, такие как Тудур Алед и Льюис Глин Готи, также связывали его с Камланом26. Деревянное изображение его почиталось в церкви Лландервела до 1538 года, когда его увезли в Лондон и сожгли в Смитфилде27.

Генейд Хир

Хотя он присутствует во втором списке, о нем ничего не известно.

Морвран ап Тегид

Морвран ап Тегид также упоминается в одной из триад, где его именуют одним из «Трех смертоубийц Инис Придейн»28. Имя его также присутствует в посвященном Талиесину позднем тексте, носящем название «История Талие-сина», где сказано, что отца его звали Тегид Воэл из Пенллина29. Находящееся неподалеку от Пенллина озеро Бала носит валлийское название Ллин Тегид, данное в честь отца Морврана, свидетельствуя тем самым о том, что Морвран был тесно связан с этой областью30.

Карта 7. Местности, связанные с людьми, имевшими отношение к Камлану.

1 — Динхенгроен; 2 — Лланрхайадр; 3 — Хоуп; 4 — Ди; 5 — Клиуд; 6 — Авон Медрад; 7 — Пенрос; 8 — Лланбедрог; 9 — Ланддервел; 10 — Ллин Тегид; 11 — Лланрхаеадр-им-Мохнант; 12 — Авон Гамлан; 13 — Тивин; 14 — Гамлан; 15 — Маэс-и-Камлан; 16 — Северн

Педрог

Предание о том, что Педрог сражался вместе с Артуром при Камлане, было впервые упомянуто бардом Давиддом Нантмором в XV веке: «Один из них свят благодаря своему копью: драгоценный Петрок прославился своим оружием при смерти Артура»31. Реликвия, называвшаяся копьем Педрога, хранилась в церкви Лланбедрога на полуострове Ллейн и в последний раз была упомянута в документе, датированном 1535 годом32. Составленное на латинском языке и датированное XII веком «Житие св. Педрога» относило его деятельность в Корнуолл, где существует более двух десятков посвященных ему церквей, хотя битва при Камлане в житии не упоминается. Похоже, что его имя стало связываться с перечнем уцелевших при Камлане лишь между концом XII столетия и 1450 годом.

Сандде Ангелоликий

Валлийские генеалогии свидетельствуют о том, что Сандде Ангелоликого путали с Сандде, сыном Лливарх Хена, о котором почти ничего не известно, за исключением того, что он умер в Уэльсе33.

Подтверждение того, что после битвы уцелело лишь определенное число человек, также можно найти в «И Гододдин» и поэме «Прейддеу Аннун» из «Книги Талиесина», и приходится гадать, не ввел ли автор «Кулоха и Олвен» троих уцелевших в параллель этим более ранним примерам. Имена семерых уцелевших, составляющие второй список, как будто бы взяты из более раннего предания, однако невозможно сказать, насколько старым оно может оказаться, — если не считать «Кулоха и Олвен», самое раннее упоминание об уцелевших обнаруживается в процитированной выше поэме Давидда Нантмора. Самым важным аспектом предания, связанного с уцелевшими в битве, является то, что всех их можно связать с областями Северного Уэльса, подкрепляя тем самым свидетельства того, что именно этот регион был местом последней битвы Артура.

Подлинная история смерти Артура

Теперь мы обратимся к латинскому манускрипту, который, несмотря на то что в нем описывается забытая всеми другими часть жизни Артура, был полностью напечатан только в 1981 году. Этот трактат, известный под названием «Подлинная история смерти Артура» (Vera Historia De Morte Arthuri), заполняет тот пробел, который возникает у Гальфрида Монмутского между концом битвы при Камлане и отбытием Артура в Авалон. Текст этот представляет колоссальный интерес для исследователей артурианы не только благодаря его содержанию, но и в связи с тем, где и когда он был написан. Самая ранняя из сохранившихся рукописей, датированная примерно 1300 годом, теперь находится в Лондоне, в библиотеке «Грейз Инн», а прежде она принадлежала францисканскому монастырю в Честере34. Особенности, внутренне присущие самому манускрипту, указывают на его происхождение из Гвинедда, и вполне вероятно, что он был написан в цистерцианском аббатстве Аберконви между 1199-м и 1203 годом в правление Лливе-лин ап Иорверта, князя Гвинеддского15. «Подлинная история» как бы продолжает повествование об Артуре с того момента, на котором его окончил Гальфрид Монмутский, и рассказывает нам о последних этапах битвы при Камлане. После битвы Артур в полном изнеможении опирается на щит, и, понимая, что получил смертельную рану, оседает на землю и приказывает своим воинам разоружить его, чтобы панцирь не причинял ему излишней боли. Когда это было сделано, к ним подъехал на коне симпатичный юноша с вязовым древком в правой руке. Далее повествование обращается к качествам этого древка, утверждая, что оно было «крепким, не гнутым и не узловатым» и к тому же острее, чем любая пика, потому что было закалено в огне, воде и даже окунуто в гадючий яд»11. Указанный безымянный юноша подъезжает прямо к Артуру, бросает в него древко и пускается наутек; однако Артур успевает взять копье и бросить его, поразив в спину своего убийцу и пронзив его сердце, так что юноша «выдохнул свое последнее дыхание»17. Рана, нанесенная копьем юноши, только усугубила и без того серьезные ранения Артура, и понимая, что на свете этом он уже не жилец, Артур говорит своим последователям, что скоро умрет. Далее в тексте следует достаточно мелодраматическое изложение отчаяния и сожалений собравшихся возле него соратников и причитания их о несчастье, павшем на бриттов.

Текст этот важен по двум причинам: во-первых, он представляет собой самое раннее изложение последствий битвы и, во-вторых, сохраняет в себе предание, способное помочь нам подтвердить связанные с Камланом географические подробности. Текст включает несколько мотивов и ссылок, устанавливающих его гвинеддское происхождение, в частности, речь идет о выборе оружия. Вяз, использованный Артуром и нанесшим ему последнюю рану юношей, является традиционным оружием людей Гвинедда, о чем в 1188 году свидетельствовал Гиральд Камбрийиский: «Так же как лук есть главное оружие на юге Уэльса, так здесь, в Гвинедде, предпочитают копье. Кольчуга не способна защитить от него, когда оно брошено с короткого расстояния как дротик»38.

«Подлинная история» далее излагает, возможно, самую важную информацию о последних днях Артура — среди всего, что сказано в посвященных ему текстах: «Наконец король, почувствовав легкое улучшение в своем состоянии, отдает приказ, чтобы его доставили в Венедоцию [Гвинедд], поскольку он решил посетить восхитительный Остров Авалон из-за красоты этого места (а также ради мира и облегчения боли от его ран)»39. Значение этого утверждения очевидно. «Подлинная история» является единственным текстом, который определенным образом помещает таинственный Авалон во вполне поддающемся определению географическом регионе: королевстве Гвинедд, которое, как мы уже видели, занимало большую часть Северного Уэльса и служило домом многим из членов семьи Артура.

Самое невероятное заключается в том, что текст этот оставался неизвестным миру до 1905 года, а первое полное печатное издание вышло в свет лишь в 1981 году40. Почему же эта версия смерти Артура оставалась в пренебрежении и безвестности, в то время как ложная повесть об эксгумации Артура в Гластонбери в 1191 году сделалась известной всей Европе и ныне сохраняет свою известность по всему миру? После «открытия тела Артура» монахи Гластонбери умудрились в том же самом месте «обрести» останки еще нескольких дюжин святых или перенесли их из других аббатств. После этого аббатство Гластонбери сделалось одним из богатейших в Англии — чему, вне сомнения, способствовали толпы паломников, являвшихся, чтобы поклониться реликвиям. Артуровские реликвии продолжали собираться в Сомерсете все последующие столетия, и многие из связанных с ним сегодня повествований происходят совершенно из других мест, что нетрудно доказать41.

«Подлинная история» была написана в пору великого валлийского ренессанса, о котором свидетельствует поэзия «Гогинвейрдд», и ее датировка говорит о том, что это было в то же самое время, когда Гиральд Камбрийский описывал могилу Артура, найденную в Гластонбери. Трудно сказать, что именно произошло раньше: валлийцы ли написали «Подлинную историю», чтобы опровергнуть претензии Гластонбери, или же Гиральд написал свой труд, чтобы опровергнуть претензии валлийцев.

В следующем разделе «Подлинной истории» говорится, что Артура похоронили возле посвященной Деве Марии часовни, вход в которую был настолько узок, что скорбящим приходилось протискиваться в него. Пока внутри шла служба, налетела гроза и спустился туман, настолько густой, что сквозь него не было видно тела Артура — оставшегося снаружи, поскольку не представлялось возможным занести его в часовню. После грозы спутники Артура вышли за телом, но обнаружили, что оно исчезло, а приготовленная гробница закрылась, «сделавшись подобием одного целого камня»42. В «Подлинной истории» содержится много больше подробностей в отношении тела Артура, чем в любом другом источнике, однако она самым возмутительным образом молчит о точном местоположении его могилы.

Из текста следует, что Артур хотел, чтобы его доставили в Гвинедд, что указывает на то, что само поле брани при Камлане в этом королевстве не находилось. Если битва при Камлане состоялась в Маэс-и-Камлан возле Маллуйда, поле это удовлетворяет указанному условию, поскольку находится в валлийском королевстве Поуис, а не в Гвинедде. Из Камлана в Гвинедд ведут два маршрута — один через перевал, также носящий название Камлан, в сторону города Долгеллау, другой пролегает возле берега реки Диви на Пенал, возле Махинллета.

Единственным свидетельством, которое можно извлечь из «Подлинной истории», является указание на то, что похороны Артура произошли возле небольшой уединенной часовни, посвященной Деве Марии. Подробность эта чрезвычайно важна, поскольку сама информация столь же — если не более — стара, как претензии на то, что Артур был похоронен в Гластонбери. Но какую же из часовен, посвященных Святой Деве и существовавших в Гвинедде ок. 1200 года автор имел в виду? Прежде чем обратиться к рассмотрению возможных вариантов, нужно рассмотреть самое раннее упоминание могилы Артура в валлийской литературе.

Тайна могилы Артура

«Anoeth bid bet у arthur»43 — этот отрывок из «Надгробных строф», посвященный погребению Артура, обычно переводится как «мир дивится могиле Артура», что кажется несколько непонятным. Отрывок этот часто толкуется как указание на то, что могила Артура покрыта тайной и является чудом, заставляя многих поверить в то, что даже барды не знали ее местоположения. Эти несколько слов понимали и в том смысле, что могила Артура останется неизвестной «до судного дня» или «до конца света». Если справедлива последняя интерпретация, склонность валлийских бардов к игре слов и тайноведению названий местностей должна заставить нас задуматься над тем, не скрывает ли в себе эта краткая фраза (уже далеко не первое столетие) указание на место погребения Артура. Не могут ли два слова anoeth bid служить обозначением местностей? Bid по-валлийски обозначает «мир», однако точное толкование слова anoeth вызывает трудности. Как мы уже видели, элемент anoeth также присутствует в названии местности Cаеr Oeth ас Anoeth и обычно понимается как «нечто трудно достижимое» или «чудо». Однако хотя такое значение является обыкновенным для этого слова, anoeth можно понимать и в другом смысле, обычно не применяемом в отношении этого пассажа: если речь идет о чем-то ценном, оно может также означать «драгоценность». Тогда мы получаем следующий перевод «Сокровище мира, могила для Артура».

Хотя это толкование не предоставляет нам дополнительных указаний на место погребения, оно позволяет отвергнуть идею о том, что сами валлийцы не имели представления о могиле Артура, и предполагает, что знания о ее местоположении были доступны немногим сведущим. К тому времени, когда «Надгробные строфы» обрели письменный облик, образ Артура уже успел далеко уйти от образца воинской доблести и героические наслоения на его легенду начались в полном объеме. Как можно видеть, даже самые ранние упоминания могилы Артура носят загадочный характер, допуская несколько толкований их смысла.

Несмотря на претензии Вильяма из Мальмсбери и прочих норманнских историков XII столетия, нигде в ранней валлийской литературе нет упоминания об Артуре как о живом и ждущем своего часа, чтобы вернуться и помочь своей стране в час нужды. Все ранние поэты говорят о нем в прошедшем времени, а бард XII столетия Приддид и Мох недвусмысленно говорит о том, что Артур мертв, в следующих строках:

Maredut marw yw heuyd

Mai modur Arthur arth gryd

Маредудд также мёртв,

как повелитель Артур44

Самая ранняя записанная в Гвинедде версия говорит нам, что последняя битва Артура с Медродом произошла не в одной из нескольких местностей, носящих название Камлан и расположенных возле Долгеллау, а в долине Кумл-лан. Эта долина пролегает от вершины Сноудона до Нант Гвинант, долины, в которой расположен Динас Эмрис. Артур гнал Медрода вверх по долине и, оказавшись в седловине между вершинами Сноудона и Лливедда, попал под ливень пущенных из засады стрел. Существуют два различных варианта окончания этой повести: один утверждает, что он был похоронен под керном, устроенным на перевале, получившем название Карнедд Артур; другой говорит, что его спустили с крутых утесов Лливедда и скрыли в пещере, которая стала называться Огов Ллансиау Эрири (Пещера юношей Сноудонии)45. (Мотив о погребении Артура в пещере распространился по всей Европе и затронул даже Сицилию.) В 1920-х годах утесы Лливеда были домом лучших горовосходителей мира, и участники первых экспедиций на Эверест тренировались там среди каменных плит и расселин; сегодня они служат приютом лишь воронам, и редкий альпинист забредет в эти места. Связанные с именем Артура пещеры давно забыты. Точное месторасположение керна, названного Карнедд Артур, остается неизвестным, однако на перевале существует много кернов, и каждый из них может оказаться могилой Артура, о чем свидетельствует приведенное выше предание.

Карта 7. Местности, связанные с погребением Артура.

1 — Аберконви; 2 — Корнви; 3 — Лланфэр; 4 — Тре Беддай; 5 — Сноудон; 6 — Карнедд Артур; 7 — Динас Эмрис.

Часовня Девы Марии и могила Артура

Итак, «Подлинная история», вероятнее всего, была написана в цистерцианском аббатстве Аберконви, но не могли ли монахи перенести повествование в знакомую им местность? В хартиях, относящихся к землям аббатства Аберконви, можно найти место могилы Артура, соответствующее описанию «Подлинной истории». В датируемом 1251 годом реестре Аберконви написано, что монахам принадлежала часовня в Рид Лланвер на мысе Хираэтог. Слово «рид» означает «брод», а «Лланвер» служит обозначением священного огражденного участка, посвященного Деве Марии46. Упомянутая в реестре подлинная часовня Лланвер более не существует, и до нас, к сожалению, не дошло ни малейшего следа ее, однако само имя по-прежнему существует на современной карте. К западу от Пентревоэла на магистрали А5, ведущей из Лондона в Холихед, Рид Лланвером называется мост через реку Конуи, однако наибольший интерес представляет собой крайне важный исторический объект, обнаруженный при сооружении этой дороги47.

Летом 1820 года строившие для Томаса Телфорда новое шоссе через самое сердце Гвинедда обнаружили одно из немногих кладбищ «темного времени», известных нам в Уэльсе. Они обнаружили на поле, носящем название Дол и Тре Беддай (Луг Города Могил), сорок выложенных камнем захоронений, занимавших площадь 20x10 ярдов. На одном из камней обнаружилась надпись: «BROHOMAGLI IATTI (H)IC IACIT ET UXOR EIUS CAUNE - [Камень] Брохомаглуса Иаттуса. Он лежит здесь, и его жена Кауни»48. Надпись эта была датирована серединой VI века — того самого времени, в котором жил и пал при Камлане исторический Артур49. Тот факт, что здесь на одном месте располагалось столько выложенных камнем могил, предполагает, что кладбище это служило для упокоения людей, известных в той или иной степени. Относящееся к «темному времени» кладбище Тре Беддай расположено на землях, принадлежавших монахам Аберконви, менее чем в двух милях вверх по течению ручья от прежнего места часовни святой Марии в Рид Лланвер. А не могли ли монахи Аберконви основывать свою «Подлинную историю» на каком-то местном предании, связанном с этим старинным кладбищем, принимавшим в землю Гвинедда местную знать?

Других происходящих из этого места надписей мы не знаем, возможно, потому, что оно было раскопано не в процессе археологических работ, а во время снесения части холма под дорогу, причем в такое время, когда на подобные находки часто вообще не обращали внимания. Истинное происхождение кладбища Тре Беддай скорее всего навсегда останется неизвестным, однако мы знаем, что ок. 1200 года монахи аббатства Аберконви написали текст, подробно описывавший последние дни Артура, его похороны и место могилы. Мы отыскали место, подтверждающее те скудные свидетельства, которые предоставляет нам этот текст, а расположенное, неподалеку от него кладбище использовалось для погребения видных людей в VI веке. Местность эта ныне имеет ничем не примечательный облик, ничем не напоминая о значении этого кладбища, и после открытия могил в 1820 году здесь не проводилось археологических исследований. И что скрывает в себе эта земля — другие могилы, часовню «темного времени» или давно забытую деревню, — способны открыть лишь время и лопата археолога.

Мы стояли рядом с той самой дорогой, сооружение которой привело к открытию нужных нам могил, стараясь не замечать проезжавшие по ней современные автомобили. Стояли и размышляли о том, что подумал бы скрытый от нашего зрения валлийский воин Артур о посвященных ему книгах, фильмах и стихотворениях. Глядя на расстилавшиеся перед нами холмы, мы поняли, что, хотя предпринятое нами исследование происхождения Артура привело нас на этот малый клочок британской земли, впереди нас еще лежит долгая дорога к окончательному решению загадки могилы Артура. Шансы когда-либо обрести телесные останки этого жившего в VI столетии воеводы, ставшего средоточием одной из наиболее известных легенд мира, остаются бесконечно малы, поскольку могила Артура не имела существенного значения в глазах валлийцев того времени. До того как норманны позаимствовали Артура у валлийцев, он не представлял собой более важной фигуры, чем сотни других людей, запечатленных в поэзии и летописях Уэльса. И могила Артура не была более важной, чем погребения Уриена Регеда, воинственных сыновей Лливарха Хена или героев «И Гододдин».

Если мы сумели показать в этой книге, что до прихода в страну норманнов в Уэльсе существовало целостное предание об Артуре и фрагменты его дошли до нашего времени, значит, мы достигли своей цели. Предания и топонимы этого региона еще только должны подвергнуться столь же тщательному исследованию, которое было проведено в других областях страны. И мы надеемся, что дело это будет проведено с не меньшим успехом, чем в других краях, потому что истинное происхождение легенды об Артуре пока остается сокрытым в холмах Уэльса.

Эпилог. Нерассказанная повесть об Артуре

По ходу изложения этой книги мы проанализировали самые ранние из существующих сведений об Артуре и показали, что легенда о нем уходит своими корнями в ту часть Великобритании, которая ныне носит название Уэльс. За прошедшие годы было предпринято много попыток объяснить происхождение Артура, используя одни и те же ранние источники, однако почти все разнообразные теории сходились в одном: Артур возглавлял сопротивление бриттов саксонским захватчикам. До недавних пор той же точки зрения придерживались и мы сами, однако переосмысливая ранние валлийские материалы для публикации книги по источниковедению артурианы, мы вдруг поняли, что в них Артур никогда не имеет дела с саксами — более того, имя этого народа даже не упоминается там.

Кроме сомнительного упоминания о сражениях Артура с саксами (в начале списка сражений «Истории бриттов»), немногое может подкрепить мысль о том, что Артур действительно боролся с такими врагами, да и сам упомянутый список, похоже, содержит мешанину из битв, относящихся к разным эпохам и связанных с иными героями, известными и неизвестными нам. Конечно, это не следует понимать так, что Артур не мог вступать в конфликт с саксами, и все же, если подобные столкновения и происходили, его собственный народ этого не запомнил. Валлийские источники повествуют о битвах Артура с врагами, носившими чисто бриттские имена, такие как Глейс ап Мерин, Миль Ду ап Дугум, Гвиддог ап Менестир и Медрод. Эти междоусобные сражения с представителями собственного народа, похоже, подтверждают данное Гильдой описание политической ситуации в Уэльсе в первой половине шестого столетия, и оригинальное предание называет местами сражений Артура такие местности, как Тривруид, Каэр Оэт ак Аноэт, Каэр Вен л ли и Камлан.

Валлийские источники не упоминают также о таких выдумках, как Камелот и рыцари Круглого Стола; напротив, они называют в качестве дворов Артура Гелливиг и Пенрин Рианедд. Артурова дружина-теулу состоит из таких фигур, как Кай ап Кинир, Бедвир, Тристан ап Таллух и Марх ап Мейрхион, попавших следом за ним и в поздние романы — чтобы обнаружить себя участниками турниров и пиршеств за огромным Круглым Столом. Но что можно сказать о других воинах Артура, таких как Дервел Гадарн, Морвран ап Тегид, сыновья Кау и сыновья Иаэна из Каэр Датал? Что говорили о них предания и откуда они пришли?

В поисках Артура мы обратились только к преданиям, запечатленным в ранней валлийской поэзии, летописях и анналах, — к преданиям, продолжившим свое существование в поэзии «Гогинвейрдд» в то же самое время, когда англо-норманны разрабатывали образ Артура в своих романах и стихах. Следует запомнить, что впервые подобным образом фигуру Артура использовал не Гальфрид Монмут-ский, как это принято думать, а камбро-норманская школа агиографов, работавшая в Южном Уэльсе в начале XII столетия. Это они возвели Артура в короли и представили его всему миру, находящемуся за пределами Уэльса, — в качестве пешки в игре за контроль над землями и правами между аббатствами и монастырями, находившихся под властью норманнов областей Британии. Спустя поколение предания, использовавшиеся этими агиографами, были самым подроб-

ным образом разработаны Гальфридом, создавшим нового Артура и перенесшим его сражения в места, неведомые самым ранним источникам. Эта пересмотренная география сыграла немалую роль в процессе, с помощью которого новая норманнская династия пыталась объединить и объявить своей страну, над которой не имела ни малейшего основания для власти. Земли, упоминавшиеся в работе Гальфри-да, принадлежали его покровителям и политическим союзникам — тем самым людям, от которых зависела в будущем его карьера, — и на таком фоне Артур сделался символом норманнской Британии.

И вместо того чтобы пытаться обнаружить Камелот или любой другой аналогичный ему плод фантазии, всякий, кто обращается к поискам подлинного артуровского предания, должен углубиться в интерпретацию намеков и иносказаний в источниках, подробно затронутых в этой книге и касающихся таких событий, как смерть Ллахеу, сына Артура, битва при Тривруиде — всего происшедшего в чертогах Аварнаха и битвах при Динас Эйдин, Иставингуне и Ллонгпорте. Но что представляли утраченные саги о битве при Камлане, вражде между Артуром и Хуэлем, сыном Кау, и предание о том, что тело Артура было погребено в Гвинед-де? Каким был первоначальный смысл некоторых темных географических терминов, содержащихся в валлийской литературе, и насколько надежны свидетельства, полученные из агиографических работ, написанных исключительно с церковной точки зрения? Эти и многие другие вопросы по-прежнему нуждаются в ответе.

Из мира ранней валлийской истории Артур был втянут в мир полулегендарный, в котором он сделался королем, императором и даже победителем Римской империи. Й это заставило многих искать столь значительный персонаж там, где его просто не могло быть. Могилу Артура обнаружат не возле стен знаменитого английского монастыря, а на склоне далекого холма в древнем валлийском королевстве Гвинедд. Участь Артура, каким он изображен в ранних валлийских текстах, — быть похороненным и, возможно, забытым в дальнем уголке родной земли, а его единственное стремление заключалось в том, чтобы жить жизнью воина, заслужить отвагой свой кубок меда и, если это окажется возможным, умереть в сражении. Таким Артура запомнил его собственный народ — иногда как тирана, иногда как образец доблести и воинского дарования, — всего лишь для того, чтобы новые захватчики приняли его и превратили в нечто совершенно неузнаваемое. И захватчики эти не только разрушили иерархию старых врагов Артура, но и возвели этого валлийского воеводу в ранг короля. Они использовали его как символ, выдвинув претензию на собственную империю — империю, созданную средневековыми политиками и политологами — с мечом в одной руке и доброй книгой Гальфрида в другой.

Если мы не сможем найти некую часть подлинного Артура в самых ранних преданиях и легендах его собственного народа, тогда он утрачен для нас, тогда он утонет в болоте романов и волшебных сказок, и его скромное происхождение растворится в последующем литературном успехе. Шансы наткнуться на новое рукописное свидетельство современного или, почти современного ему источника крайне малы, а блестящие археологические находки маловероятны, поскольку мы разыскиваем одну-единственную личность, а не археологическую культуру, которую может открыть нам лопата ученого. Едва ли будет найден когда-либо и камень с выбитым на нем на всеобщее обозрение именем Артур — как на поддельном свинцовом кресте, который одно время выставлялся в Гластонбери. К сожалению, имена, присутствующие на камнях, редко попадают в письменные источники.

Последнее слово в этом древнем предании еще не дописано, и названные нами имена составляют всего лишь очень малую часть подлинного предания артурианы, укрытого в ландшафте и рукописях Уэльса, однако мы надеемся, что сумели истолковать его достаточно наглядно, чтобы читатель более не сомневался в отношении того, где следует искать настоящий край Пендрагона и подлинного Артура. Мы твердо знаем, что Артур находится там — в лежащих на рукописях тенях, скрытый за пологом исходной легенды, не ждущий второго рождения в мире в качестве прежнего и будущего короля поздней сказки, а как истинный воевода «темного времени», искавший славу под знаменем одного из могущественнейших правителей своего времени.

Приложение 1. Воины Артура и прочие персонажи, связанные с ним в ранних валлийских источниках

Настоящее приложение имеет своей целью показать, что имена многих персонажей связаны с Артуром в нескольких разных валлийских источниках, свидетельствуя тем самым о том, что авторам этих источников было известно некое связное предание. Тот факт, что многие из них присутствуют в трех или четырех текстах или, как Кай, в пяти из шести названных здесь произведений, свидетельствует о том, что предание об Артуре не было в Уэльсе столь фрагментарно, как следует из дошедших до нас источников. Критерием для внесения имени в приведенный ниже список является его присутствие в связи с Артуром, по меньшей мере, в двух из обсуждавшихся в этой книге ранних валлийских источников. Некоторые из отмеченных ниже имен и связанные с ними топонимы можно найти в главе 4, а на карте 8 можно видеть местности, связанные с названными персонажами. В своей совокупности карта и таблица демонстрируют нам очертания географического региона, давшего имена и названия, связанные с Артуром раннего предания.

Примечания к таблице сделаны преднамеренно краткими, их задача заключается в демонстрации территориальной принадлежности каждой персоны. Для получения полной информации о каждом из этих персонажей целесообразно обратиться к работе Р. С. Bartrum. «A Welsh Classical Dictionary: People in History и Legend up to about A.D. 1000» (National Library of Wales, 1993). Инициалы в верхней графе толкуются следующим образом:

Аннуас Адейниог

Аннуас Адейниог является одним из воинов Артура в «Кулохе и Олвен» и в поэме «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена».

СО

«Кулох и Олвен». Список воинов Артура можно найти на стр. 84 — 90 книги Gwyn Jones Thomas Jones. «The Mabinogion» (Everyman, rev. edn, 1993).

ВВС

«Черная книга Кармартена». Этот текст присутствует в кн. А. О. Н. Jarman. «Llyfr Du Caerfyrddin» (University of Wales Press, 1982).

ВТ

«Книга Талиесина». Этот текст можно найти в кн. J. Gvenogvryn Evans. «The Book of Taliecin» (Лланбедрог, 1910).

TYP

«Триады». Их можно найти в книге Рейчел Бромвич. «Trioedd Ynys Prydein» (University of Wales Press, 2nd edn, 1978).

DR

«Сон Ронабви». Список сорока двух советников Артура присутствует на стр. 125—126 of Gwyn Jones Thomas Jones. «The Mabinogion» (Everyman, rev. edn, 1993).

LWS

«Жития валлийских святых». Этот материал присутствует в книге A. W. Wade-Evans. «Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae» (University of Wales Press, 1944).

Бедвини Епископ

В «Кулохе и Олвен» Бедвини называется одним из членов Двора Артура, «благословлявшим мясо и брашна»1. В «Сне Ронабви» он присутствует в числе сорока двух советников Артура, и «Триада» об артуровых дворах видит в нем верховного епископа Гелливига (см. главу 5).

Бедвир

Наряду с Каем Бедвир является одним из стариннейших и наиболее постоянных спутников Артура. Самое раннее упоминание о нем можно найти в «Житии св. Кадога», где он помогает Артуру и Каю победить войско Брихана, чтобы Гвинллеу мог увезти Гуладус, дочь Брихана, которую тот захватил. Событие это происходит на границе между старинными валлийскими королевствами Брихейниог и Гвинллеу, возле Абергавенни; существующие в области предания, свидетельствуют о том, что прежде там существовал источник, носивший имя Бедвир2. В списке воинов из «Кулоха и Олвен» он стоит сразу после Кая, а в тексте добавлено, что «не было в стране никого красивее, чем он, кроме Артура и Дрих ай Гибдхара, и хотя был он одноруким, никакие три воина на одном и том же поле не могли пускать кровь быстрее, чем он»3. Поэма «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена» делает Бедвира участником битвы при Тривруиде, связывавшейся с Артуром в «Истории бриттов» (см. главу 6). «Надгробные строфы» из «Черной книги Кармартена» помещают его могилу на Аллд Три-ван, «Холм Триван» — под которым, возможно, следует понимать броскую вершину Триван, находящуюся в Сноудонии (Северный Уэльс)4.

Кадриэт ап Саиди

В соответствии со «Сном Ронабви» Кадриэт являлся одним из сорока двух советников Артура, причем в тексте сказано: «Не было в Придейн человека более могучего советом, чем он»5. Предполагается, что в «Триадах» он тождественен Кадириеиту ап Портхавр Гандви, одному из «Трех вождей Двора Артура»6. Локализация и того и другого имени невозможна.

Кадви ап Герейнт

См. главу 4.

Кай

См. главу 4.

Карадог Врейхврас

См. главу 4.

Кискейнт ап Банон

В поэме «Кто привратник?» Кискейнт ап Банон назван одним из людей Артура, и, но всей видимости, его можно отождествить с упомянутым в «Кулохе и Олвен» Искавином ап Панон. Кискейнт был одним из воинов Артура, убитых в Кум Кервин (Дивед) великим вепрем Труйтом.

Карта 9. Местности, связывающиеся с близкими (по двум и более источникам) Артуру людьми

1 — Корнуи; 2 — Инис Сейриол; 3 — Пенрин Рйанедд; 4 — Морва Рианедд; 5 — Деганви; б — Триван; 7 — Конви; 8 — Динорбен; 9 — Валвен; 10 — Нантлле; 11 — Келиддон; 12 — Клиуд; 13 — Ди; 14 — Каэр Гай; 15 — Глин Диврдви; 16 — Гора Руабон; 17 — Олд Освестри; 18 — Киуклас; 19 — Северн; 20 - Вай; 21 - Тим; 22 - Тейви; 23 - Тов; 24 - Уск; 25 – Кум Кервин; 26 — Лоугор; 27 — Тав; 28 — Таф; 29 — Граница Брихейниога и Гвинллеу

Дивир ап Алун Дивед

Дивир также относится к числу сорока двух советников Артура в соответствии со «Сном Ронабви». Это позволяет предположить, что в «Кулохе и Олвен» он упомянут как безымянный воин Двора Артура, являвшийся сыном Алуна Диведа.

Эдерн ап Нудд

В «Кулохе и Олвен» Эдерн ап Нудд назван одним из воинов Артура вместе с братом Гвином ап Нуддом (в валлийской мифологии часто связывается с преисподней).

Эдерн находится в числе сорока двух советников Артура в соответствии со «Сном Ронабви», производящим его также в короли Дании. Он также присутствует в качестве персонажа в раннем образчике артуровского фольклора, похищенного Гластонбери в XIII веке. История, посвященная Эдерну (там его зовут Идером), впервые появляется в качестве вставки в труде Вильяма из Мальмсбери «Древности Гластонберийской церкви» (De Antiquitate Glastoniensis Ecclesiae), где повествуется о том, как Артур произвел его в рыцари. Чтобы доказать свою доблесть, ему приходится сражаться на холме с тремя великанами, и, победив их, он валится наземь от изнеможения. Прибывший на место сражения Артур решает, что Эдерн убит, возвращается в Гластонбери и дарит земли монастырю, чтобы монахи молились за душу погибшего. Другая версия этого события, присутствующая в «Хронике» Иоанна из Гластонбери, помещает этот холм в Северном Уэльсе, сохраняя часть раннего предания. Более подробно с этим вопросом можно ознакомиться в нашей книге «Ключи к Авалону».

Флеудур Флам

Как и многие прочие персонажи, упомянутые в настоящем приложении, Флеудур Флам присутствует и в перечне воинов Артура в «Кулохе и Олвен», и в списке сорока двух советников в «Сне Ронабви». Помимо этого он также упомянут в одной из ранних «Триад» в качестве одного из «Трех вождей Двора Артура»7. Локализацию произвести невозможно.

Гарвен верх Хенин Хен

См. главу 4.

Глеулуид Большой Вздох

Глеулуид Большой Вздох по «Кулоху и Олвен» является у Артура главным привратником и носильщиком; он также рассказывает в этом произведении о дальних краях, которые посетил вместе с Артуром — в том числе об Индии и Греции. Он также упоминается в поэме «Кто привратник?» в качестве привратника, с которым разговаривает Артур, вспоминая деяния сопровождающих его мужей. Локализации не имеет.

Годбруи ап Эхел Большое Колено

Годбруи также присутствует среди воинов Артура в «Кулохе и Олвен» и в числе сорока двух его советников в «Сне Ронабви». Он также появляется в одной из самых ранних «Триад» в качестве одного из «Вождей Двора Артура»8. Локализации не имеет.

Гореу ап Кустеннин

См. главу 4.

Грейдиол Галлддовидд

Грейдиол Галлддовидд присутствует в списке воинов Артура в «Кулохе и Олвен» и в числе его сорока двух советников в «Сне Ронабви». Локализации не имеет.

Гваир ап Гвистил

См. главу 4.

Гвалхмаи ап Гвиар

См. главу 4.

Гваррхегидд ап Kay

Гваррхегидд сопровождает Артура в его охоте на великого вепря Труйта в «Кулохе и Олвен» и гибнет в Кум Кервин (Дивед). В «Сне Ронабви» о нем говорится, что вместе с Бедвини Епископом он сидел рядом с Артуром и был одним из его сорока двух советников.

Гвенхвивар

См. главу 4.

Гвенвинвин ап Нав

Гвенвинвин упоминается в «Кулохе и Олвен» как «первый боец» Артура, а в «Сне Ронабви» он назван в числе его сорока двух советников. «Триады» именуют его одним из «Трех мореходов Инис Придейн» вместе с двумя другими спутниками Артура: Мархом ап Мейрхион и Герейнтом ап Эрбин9. Географической локализации не имеет.

Гвин Годиврион

О Гвине Годиврионе ничего не известно, кроме того, что имя его присутствует в перечне воинов из «Кулоха и Олвен» и в поэме «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена».

Гвитхир ап Грейдиол

Гвитхир назван в числе воинов Артура в «Кулохе и Олвен», он присутствует и в странной триаде о трех королевах Артура, где все они носят имя Гвенхвивар, а он назван отцом одной из них10. Самая общая локализация его присутствует в «Кулохе и Олвен», где он помещен «на севере»11.

Гиртмул Вледиг

Следуя «Сну Ронабви», Гиртмул Вледиг является одним из сорока двух советников Артура. «Триады» называют его «старшим князем» Двора Артура в Пенрин Рианидд (см. главу 5). В «Надгробных строфах» могила его помещена в местности Келли Вриаваэл, «где Ллиу впадает в Ллихур»; ученые отождествили ее с урочищем возле деревни Лоугор на полуострове Гоуэр в Южном Уэльсе12.

Хивейдд Один-Плащ

Хивейдд Один-Плащ назван в числе воинов Артура в «Кулохе и Олвен» и среди его советников в «Сне Ронабви». Локализации не имеет.

Индег верх Гарви Хир

См. главу 4.

Ллахеу

См. главу 4.

Ллари ап Каснар Вледиг

Ллари назван в числе воинов Артура в «Кулохе и Олвен» и среди его советников в «Сне Ронабви». Локализации не имеет.

Ллаувродедд Варвог

В соответствии с «Кулохом и Олвен» Ллаувродедд Варвог являлся одним из воинов Артура, а в «Сне Ронабви» он один из его советников. Локализации не имеет.

Лленллеог Виддел

Лленллеог Виддел является одним из воинов Артура по «Кулоху и Олвен». Именно Лленллеог сразил Диурнаха мечом Каледвуйхом (впоследствии превратившимся в Эс-калибур), позволив тем самым Артуру и его людям украсть волшебный котел. Событие это имеет параллель в артуров-ской поэме «Прейддеу Аннун» из «Книги Талиесина». В соответствии с «Кулохом и Олвен» Лленллеог Виддел происходил из «Пентир Гармон», отождествленного с Лох Гар-ман, находящимся в графстве Вексфорд на юго-восточной оконечности Ирландии13.

Ллух Ллау-Винниог

Ллух Ллау-Винниог назван среди воинов Артура в «Кулохе и Олвен», где его именуют отцом сыновей, пришедших «из-за Мор Тервин»; это называние толкуется как Тирренское море, область Средиземноморья, лежащая между Сицилией и Сардинией14. В поэме «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена» Ллух «защищал Эйдин на границе»: возможное расположение области Эйдин обсуждалось в главе 5.

Мабон ап Меллт

В соответствии с «Кулохом и Олвен» Мабон ап Меллт сопровождал Артура в путешествии в область Ллидау; точное расположение этого региона пока определить не удается. Мабон является также одним из спутников Артура в поэме «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена».

Мабон ап Модрон

Мабон ап Модрон спасен Каем из заточения в темнице Каэрлойва, который обычно идентифицируется как Глостер, однако альтернативное предположение и подробное обсуждение этого эпизода в повести о «Кулохе и Олвен» см. в нашей книге «Ключи к Авалону», стр. 147 — 154. Далее в том же самом произведении Мабон загоняет вепря Труйта в реку Северн и снимает с головы его бритву. В «Сне Ронабви» он значится среди сорока двух советников Артура. Мабон также упоминается в поэме «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена» как «слуга Утера Пендрагона»15, а в «Надгробных строфах» указывается, что место упокоения его находится «на высотах Нантлле»16. Название Нантлле носит расположенная в Сноудонии (Северный Уэльс) деревня. Имя его также хранит тракт, проложенный по вересковой пустоши, ныне носящей имя горы Руабон, но прежде звавшейся Рхивабон (Склон Мабона).

Маэлгун Гвинедд

Имя Маэлгун присутствует в большинстве созданных в Уэльсе ранних исторических и поэтических произведений. Маэлгун являлся королем Гвинедда, и его основной резиденцией служил замок в Деганви. «Летописи Уэльса» свидетельствуют о том, что он скончался в 547 году17, а позднее валлийское предание утверждает, что он умер в церкви находящегося неподалеку Роса и тело его было предано земле на Инис Сейриол, ныне известном под названием остров Паффин18. Он связан с Артуром в повести о «Кулохе и Олвен», где присутствует в числе его воинов, и в «Триадах», где именуется «верховным старейшиной Миниу (Сент-Давидс)» (см. главу 5).

Манавидан ап Ллир

Манавидан является одним из воинов Артура в соответствии с «Кулохом и Олвен» и поэмой «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена». Повесть о Манавидане фаб Ллир из собрания «Мабиногион» связывает его в первую очередь с Диведом, расположенным на юго-западе Уэльса19.

Марх ап Мейрхион

См. главу 4.

Мену ап Тейргваедд

Мену называется среди воинов Артура в «Кулохе и Олвен» (он изображен как человек, умеющий изменять свое обличье) и среди его советников в «Сне Ронабви». В соответствии с «Триадами» он научился этому волшебному умению от Утера Пендрагона20. Локализация отсутствует.

Морвран ап Тегид

Местности, связанные с Морвраном, упоминались в главе 8, в разделе, посвященном уцелевшим в битве при Камлане.

Мориен Миног

Мориен Миног также присутствует и в перечне воинов Артура в «Кулохе и Олвен», и списке его советников в «Сне Ронабви». Местности, связанные с ним, неизвестны.

Нерт ап Кадарн

О Нерте ап Кадарн мы знаем только то, что он присутствует среди людей Артура в обоих списках: в «Кулохе и Олвен» и в «Сне Ронабви».

Передур Паладр Хир

Передур Паладр Хир связан с Артуром в ранних валлийских преданиях как один из его воинов в «Кулохе и Олвен» и один из его советников в «Сне Ронабви».

Рувон Бевр

Рувон Бевр является одним из воинов Артура в «Кулохе и Олвен» и одним из его советников в «Сне Ронабви». Позднее предание связывает его с Гвинеддом, а поэма Гвилима Дду (ок. 1320) помещает его «возле Кайрнви», идентифицированном как Корнви на острове Англси21.

Рахауд айл Морган

Рахауд айл Морган является одним из сорока двух советников Артура в «Сне Ронабви» и в соответствии с одной из «Триад» одним из «Трех пэров Двора Артура»22. Связанные с ним местности неизвестны.

Тристан ап Таллух

См. примечания к битве при Коэд Келиддон в главе 6, где упомянуты местности, связанные с Тристаном.

Приложение 2. Отчизна воинов Артура

Несмотря на фрагментарность сохранившегося материала, анализ географической картины, которую создают местности, связанные с воинами Артура, в раннем валлийском предании, запечатленном в таких источниках, как «Кто привратник?» и «Кулох и Олвен», позволяет заключить, что артуровская легенда в средневековом Уэльсе обладала вполне связной географической картиной. Доступные нам свидетельства говорят не только о постоянстве этой традиции в различных источниках, но и о независимой природе валлийского материала в сравнении с поздней романтической литературой. Настоящее приложение имеет своей целью показать, что два различных компонента валлийской артурианы сосуществуют в конкретной области Северного Уэльса.

Гильда, Хуэл и Артур

Единственной хроникой, описывающей положение дел в Британнии во времена Артура, является «О погибели Британнии» Гильды, в соответствии с которой британская знать воевала не с саксами, а друг с другом.

В валлийских источниках имеется много указаний на то, что Артур сражался с противниками из числа бриттов, о чем уже говорилось в главе б, однако в настоящем Приложении мы рассмотрим одно из таких свидетельств, зафиксированное в «Житии Гильды», написанном Карадогом из Лланкарвана. Труд этот был записан в начале XII столетия одновременно с «Историей» Гальфрида, а возможно, даже чуть раньше, что придает ему огромное значение с точки зрения поисков происхождения артуровской легенды. В «Житии» использовались еще более ранние предания об Артуре, и именно их мы и рассмотрим здесь.

Начальная часть написанного Карадогом из Лланкарвана «Жития Гильды» на самом деле основывается на более раннем тексте, автором которого был монах Руис (Rhuys), живший в Бретани в конце XI века, однако подобно большей части агиографического материала, относящегося к этому периоду, в этом раннем тексте совмещены жития двух различных святых. В первом разделе говорится о Гильде, однако в середине повествования автор переходит к житию другого святого, известного под именем Гуэлтас (Gueltas), уроженца Бретани, являющегося подлинным предметом внимания автора. Артур здесь не упоминается, поскольку раздел о Гильде относится к самому началу его жизни, а посвященный Гуэлтасу материал занимает то самое место, где мог находиться связанный с Артуром раздел.

То немногое, что известно нам о Карадоге из Лланкарвана, существенным образом предполагает его принадлежность к профессиональным агиографам, занимавшимся в одной из многих священных обителей Англия фиксацией исторических событий, земельных пожалований, а также обоснованием претензий на древность каждой из них. К сожалению, с точки зрения историка, в случае отсутствия должных свидетельств эти профессиональные агиографы, ничуть не сомневаясь, подделывали документы или обращались к совершенно не связанным с ними преданиям. Так, например, аббатство Гластонбери претендовало на обладание мощами св. Дунстана, хотя было известно, что они находятся в Кентербери, и, упрекая в этом письме гластонберийских монахов, монах Эадмер заметил, что профессионал-агиограф

напишет любую ложь, если только ему хорошо заплатят за нее1. Большой объем материалов, нашедших место в трудах этих политологов от церкви, представляет собой простейшую пропаганду, цель которой заключалась в том, чтобы поставить обитель своих нанимателей выше соседних обителей — ради политической и экономической прибыли. Подобная деятельность приобрела наибольшее распространение после норманнского завоевания, поскольку новая династия потребовала, чтобы каждая религиозная обитель предоставила доказательства своих притязаний на собственные же земли — и именно такие доказательства за праведную мзду стряпали Карадог из Лланкарвана и иже с ним.

Написанное Карадогом из Лланкарвана «Житие Гильды» имеет существенное значение для артурианы, поскольку оно стало первым источником, связавшим Артура с Гластонбери, хотя основной причиной для написания этого сочинения стало желание связать с аббатством Гильду, а не Артура. Камбро-норманнская и церковная принадлежность Ка-радога не оставляет сомнения в том, что он свободно пользовался валлийскими преданиями при фабрикации собственных сочинений, и одно из менее известных и использованных им преданий касалось Артура и его конфликта с Хуэлом, сыном Кау и братом Гильды. Очевидно, что Кара-дог просто перенес валлийские предания о Гильде и Артуре в Гластонбери, и, воспользовавшись традицией мест, не слишком знаменитых и удаленных от непосредственного англо-норманнского влияния, он избежал ошибки, допущенной в отношении мощей св. Дунстана.

Записанный Карадогом из Лланкарвана рассказ о конфликте между Артуром и Хуэлом, существенно отличается от версии, передаваемой бардами Уэльса. Пользуясь этими валлийскими источниками, мы можем идентифицировать соответствующую повести географию и обнаружить свидетельства того, что Артур сражался с противниками-бриттами, а не с саксами.

Предания, которыми располагал бретонский монах Руис в конце XI столетия, сообщают нам о том, что Гильда «родился в весьма плодородном краю Ареклута, имея отцом своим Каунуса... Область Ареклута, представляющая собой часть Британнии, заимствовала свое название от некой реки Клут, водами которой по большей части и орошается тот регион»2. В валлийских источниках отец Гильды носит имя Кау или Кау из Придейна, и самую раннюю и наиболее важную повесть о нем можно обнаружить в «Житии св. Кадога», написанном Лливрисом из Лланкарвана ок. 1080 года. Нам точно известно о том, что текст этот был известен Карадогу, поскольку тот впоследствии переписал его. Содержание можно вкратце изложить следующим образом.

Святой Кадог отправился в паломничесто в Albaniam (Шотландию) и по возвращении остановился в местности, расположенной «на этой стороне горы Баннаук». Он провел в этой местности семь лет, обращая в христианство народ, и во время постройки монастыря обнаружил кости великана. Решив, что персона подобного роста поможет ему в постройке монастыря, Кадог воскресил гиганта. Тот выразил святому крайнюю благодарность за избавление от адских мук и посвятил тому свою жизнь. Он рассказал Кадогу, что некогда носил имя Кау из Придейна и «много лет правил там, за горой Баннаук». Кроме того, великан также рассказал Кадогу, что при жизни грабил берега со своей ратью, но в итоге его воинство — включая его самого — было уничтожено местным королем3.

Поскольку в этом тексте упоминается Albaniam, Kay обычно связывался с Шотландией, а область Arecluta, в которой он жил, отождествлялась с рекой Клайд. Монастырь, постройке которого он якобы помогал, идентифицировался как расположенная возле Глазго церковь Камбусланг4, a mons Bannauc — с находящимся возле Стерлинга Бэннокберном. Лливрис перенес этот эпизод в Шотландию, чтобы показать, что почитание св. Кадога было распространено до самого севера и его церкви принадлежали земли в этом краю (хотя свидетельств этого не существует): «Поскольку слава об этом чуде распространилась по всей Шотландии, короли народа скоттов одарили его двадцатью четырьмя гомстедами»5. Однако если Карадог пользовался ранними преданиями о семействе Кау, должно существовать доказательство того, что и Arecluta, и mons Bannauc первоначально представляли собой области Уэльса, связанные с Кау и его семейством и потому говорящие о старом предании.

Arecluta означает «землю возле реки Клут», и в настоящее время ученые связывают этот топоним с рекой Клайд, протекающей возле Глазго. Однако Уэльс предоставляет нам другую возможность. Река Клуйд, впадающая в Ирландское море возле Рила (Rhyl) в Северном Уэльсе, записана в Книге Судного Дня как Chit, а в XII веке она называлась (в рукописях) Cluyt, Cluit и Cloyth6. Название это также прилагалось ко всей весьма плодородной долине, по которой протекает река, «водами каковой по большей части и орошается тот регион». Смешение Клуйда и Клайда многие годы являлось причиной существования научной проблемы; например, саксонский форт Кледемута долгое время считался расположенным на реке Клайд, однако теперь его надежно отождествили с Рхуддланом, находящимся неподалеку от устья Клуйда7. Из наших исследований также следует, что многие из событий, предположительно совершавшихся у реки Clut, следует на самом деле перенести на Клуйд, а не на Клайд.

Перенос названия Arecluta с Клайда на Клуйд стал еще более обоснованным после того, когда мы обнаружили, что mons Bannauc латинского текста можно обнаружить возле берегов Клуйда. Название это на валлийском звучит как Минидд Банног, причем bannog означает «имеющий форму рога» или «нечто подозрительное»; кроме того, это место в нескольких случаях упоминалось валлийскими бардами. Гора, вне сомнения, представляла собой видный ориентир, поскольку события повествования происходили tra Bannog (за Банногом)8.

Одно из приписываемых Лливарху Хену стихотворений явным образом указывает на то, что Банног находится там, «где Клуйд впадает в Кливедог»9. Над долиной Клуйда возвышается гора, носящая название Брон Банног, двойная вершина которой поднимается на 500 м над уровнем моря, и с ее склонов начинают свой путь к водам Ирландского моря реки Клуйд и Кливедог. Существование топонимов Кевн Банног и Ваэн Банног свидетельствуют о том, что термин Ваппод прилагался к существенному по размеру участку нагорья10.

Итак, названия Arecluta и mons Bannauc можно отождествить с местностями в Северном Уэльсе, и если признать, что принадлежность Кау к Шотландии выглядит достаточно сомнительно, у нас не остается причин искать в Шотландии и его детей, в том числе Гильду, как делают сейчас многие историки. Приведя, как мы надеемся, окончательное доказательство этого факта, попробуем отыскать в Уэльсе свидетельства о Кау и его детях — особенно о Хуэле и его ссоре с Артуром.

Артур и сыновья Кау

Фигура Кау была рассмотрена нами в главе 5. Валлийское предание называет Кау отцом многих детей, самыми известными среди которых были Гильда, автор «О погибели Британнии», и Хуэл, о котором мы поговорим ниже; еще двадцать сыновей Кау были членами Двора Артура, как следует из, «Кулоха и Олвен»11. В соответствии с валлийскими генеалогическими материалами семейство Кау часто связываются с Гвинеддом, и хотя мы располагаем весьма скудной информацией, наиболее заметные их имена и связанные с ними местности подробно изображены на схеме и охарактеризованы в приведенных ниже параграфах12.

Схема 7. Потомки Кау

Эуград, Галлго и Пейтиен

Эти трое детей Кау упоминались в «Бретонском житии св. Гильды»: «Эгреас (Эуград) со своим братом Аллеккусом (Галлго) и их сестрой Петеовой (Пейтиен), девой, посвятившей себя Господу, также отказались от своего наследия и, оставив мирскую суету, удалились в отдаленнейшую часть страны, где, поселившись рядом, построили каждому по молельне, поместив свою сестру в средней из них»13. Поставленные ими молельни располагались в Туркелине, области Англси.

Карта 9. Местности в Северном Уэльсе, связанные с семейством Кау.

1 - Туркелин (Эуград, Галлго и Пейтиен); 2 - Ллангвиллог; 3 - Корнви; 4 - Ллангун Динмаэль; 5 - Клиуд; 6 - Каэрвис; 7 - Рутин; 8 - Миннидд Банног; 9 - Ди; 10 - Эдейрнион; 11 - Каэр Гай; 12 - Лланвер (Каэр Кау); 13 - Пенллин; 14 - Северн; 15 - Тим; 16 - Уай; 17 - Тейви

Гован ап Кау

Гован является святым покровителем ныне не существующей часовни в Сент-Говане, расположенном возле Бошертона в Пемброкшире14.

Гурделлу ап Кау

Гурделлу является святым Ллангвиллога на острове Англси15.

Гурхай ап Кау

Гурхай является святым Пенестривайда, расположенного возле Лландинама в Монтгомеришире16.

Гвинног

Гвинног является святым Лланунога и Аберхавесба (возле Ньютона в Монтгомеришире), двух ныне несуществующих капелл в Лланвинноге (возле Клодока в Херефордшире), и Капел Гвиног в приходе Каэрлеона на Уске17.

Мейлиг ап Кау

Мейлиг упоминается в «Книге Лландава» как святой покровитель Лоуэса в Элваэле18; место его пребывания теперь носит название Кроэс Вейлиг и расположено возле Ллоуэса19. Ему также посвящена церковь в Лланваэлоге (Англси).

Св. Ноэтон

Ноэтон вместе с его братом почитается в Ллангуме, как указывалось в главе 5.

Прочие валлийские источники связывают Кау с тремя различыми областями Северного Уэльса: Туркелином, Англси20, Кум Каулуйд возле Капел Куриг (Сноудония) 21 и, что наиболее важно в контексте этого Приложения, долиной Эдейрнион с центром в Корвене22.

Утраченная сага о Хуэле и Артуре

История вражды Артура с Хуэлом ап Кау имеет для нас существенное значение, поскольку она никогда не включалась в состав поздней артурианы и потому остается редким примером артуровского предания, не претерпевшего влияния Гальфрида Монмутского и поздних романов.

Самое раннее упоминание этого эпизода можно найти в «Кулохе и Олвен», где сказано: «Хуэл ап Kay, он никогда не покорялся руке своего господина»23. Далее нам сообщают, что между Артуром и Хуэлом существовала вражда из-за Гвидре, «поскольку дядя его, Хуэл, ударил его ножом, и потому между Хуэлом и Артуром возникла вражда из-за этой раны»24. Скупые эти подробности в более полном виде излагает Карадог в своем «Житии Гильды»:

Святой Гильда был современником Артура, короля всей Британнии, которого он любил чрезвычайно и которому всегда желал повиноваться. Однако двадцать три брата его постоянно восставали против упомянутого выше воинственного короля, отказываясь признавать его своим господином; они часто преследовали его и изгоняли из леса и с поля битвы. Хуэл, старший из братьев, усердный и отличный воин, не подчинялся ни одному королю, в том числе и Артуру. Он любил досаждать последнему, и оттого был между ними обоими великий гнев25.

Далее о раздоре между Хуэлом и Артуром повествует Гиральдус Камбренсис в своем «Описании Уэльса», написанном в 1188 году. Гиральдус был типичным представителем англо-норманнского общества в Южном Уэльсе и подобно Карадогу из Лланкарвана также подрабатывал сочинением пропагандистских опусов для Гластонбери. Родившийся в том самом обществе, которое впервые увенчало Артура короной и начало долгий путь его преображения из валлийского воеводы в победоносного английского монарха поздних романов, Гиральдус принадлежал к числу тех немногих, кто скептически относился к «Истории» Гальфрида, считая ее подделкой, — это само по себе забавно, учитывая, что подобное утверждение исходило от человека, впервые описавшего сфабрикованное открытие тела Артура в Гластонбери.

Упоминание о раздоре между Артуром и Хуэлом содержится в той части его работы, где он объясняет отсутствие упоминания Артура в трудах знаменитого Гильды:

Бритты полагают, что когда Гильда столь жестко осуждал свой народ, он писал так потому, что был разъярен тем, что король Артур убил его брата, князя Албании. Услышав о смерти своего брата (так во всяком случае рассказывают бритты), он бросил в море несколько своих выдающихся книг, которые написал в хвалу и о подвигах Артура. В результате этого теперь не найдешь книги, в которой правдиво рассказывалось бы об этом великом князе26.

Раннее «Житие Гильды», написанное монахом Руисом, рассказывает нам, что Хуэл был весьма «энергичен в войне и после смерти отца унаследовал его королевство»27. Поэтому приведенные выше свидетельства помещают Хуэла в область Эдейрнион, которой правил его отец. Однако наиболее полную версию повествования о вражде между Артуром и Хуэлом можно найти в хронике, датируемой ок. 1530 года, написанной Элисом Груфуддом, краткое изложение которой приводится ниже.

Хуэла заметили за шашнями с одной из любовниц Артура, и между обоими мужчинами состоялась жестокая схватка, в ходе которой Хуэл ранил Артура в колено. Их помирили — при условии, что Хуэл никогда не попрекнет Артура полученной им от его руки раной. Артур возвратился в Каэрвис, в собственный Двор, но после ранения всегда чуть прихрамывал. Потом Артур переоделся в женское платье, чтобы посетить некую девицу в городе Рутине. И когда Артур танцевал с ней, проходивший мимо Хуэл узнал его по хромоте и выкрикнул: «Была бы пляска хороша, кабы не колено». Услышав это, Артур понял, что слова сошли с уст Хуэла. Возвратившись к себе во Двор, он приказал, чтобы Хуэла доставили к нему. Хуэла привели в Рутин и обезглавили на большом камне, который до сих пор носит название Маэн Хуэл (Камень Хуэла)28. Действие явным образом соответствует очерченной выше географии Кау и его сыновей: и Каэрвис, и Рутин, и Маэн Хуэл расположены на относительно небольшой территории в Северном Уэльсе. Более того, древний камень Маэн Хуэл до сих пор можно видеть в углу городской площади Рутина, установленная на нем табличка гласит:

МАЭН ХУЭЛ,

на котором, по преданию, король Артур обезглавил Хуэла, брата историка Гильды.

Томас Джонс в своей статье «Чведл Хуэл ап Кау ас Артур» заметил, что «повесть о Хуэле, брате Гильды, и его связь с королем Артуром не дошла до нас, если не считать самого краткого изложения ее, помещенного на камне, однако следует заметить, что в нем содержится упоминание о предании, на котором основано само утверждение»29. Джонс придерживался того мнения, что «не может быть никакого сомнения в том, что анекдот о Хуэле ап Кау и Артуре и о казни Хуэла на камне в Рутине представлял собой повествование, которое он [Элис] слышал изустно», и что в истории Элиса существуют «другие свидетельства, которые показывают, что эта часть страны уже была каким-то образом связана с Артуром»30.

Может показаться, что Элис записал один из эпизодов, некогда составлявших ныне утраченную сагу о вражде между Артуром и Хуэлом. Однако есть свидетельства того, что предание о Хуэле существовало в более раннее время, поскольку барды XV столетия, превознося своих покровителей, уподобляли их Хуэлу. Бард Левис Глин Коти упоминает Хуэла несколько раз: в одном случае он говорит, что его патрон обладал корф Хуэл ап Кау — «плотью Хуэла ап Кау»31, в другом случае он сравнивает могилу мастера Уаткина, лорда Хераста (современный Хергест), с могилой Хуэл е хум — «самого Хуэла»32. Томас Джонс придерживался того хмнения, что «Левис, вне сомнения, знал о некоторой странности, которая была присуща могиле героя; и нам остается только гадать, было ли ему известно о находящемся в Рутине большом камне»33.

Хуэл также связан в одной из «Триад» с другими героями артурианы:

Обладающие тремя битвенными диадемами (Taleithyawc) мужи Инис Придейн:

Тристан, сын Таллуха,

И Хуэл, сын Кау,

И Кай, сын Кинира Кейнварвога.

И тот, кто был увенчан превыше этих троих:

Это был Бедвир, сын Бедравка34.

Как мы показали в главе 4, герои Тристан, Кай и Бедвир связываются с Артуром в самых ранних источниках. Валлийское taleithyawc переводится как «тот, кто носит talaith», представлявший собой диадему или маленькую корону, и в соответствии с утверждением Рейчел Бромвич, «очевидно, являвшийся знаком отличия, который носили на голове выдающиеся ратоборцы, быть может, для того, чтобы привлечь к себе внимание врагов»35. Как указывали мы в «Ключах к Авалону», отсюда может следовать объяснение одного из самых интригующих событий валлийской истории. После завоевания Северного Уэльса Эдварду I были переданы реликвии Гвинедда — это произошло в аббатстве Аберконви в июне 1283 года. Наиболее важной из этих реликвий считалась диадема, известная под названием «Корона Артура». Эдвард придавал этой реликвии огромное значение, и, после того как по его приказу диадему заново позолотили, ее торжественно пронесли по улицам Лондона в Вестминстерское аббатство, где возложили на могилу Эдварда Исповедника в качестве символа власти его преемника над Уэльсом. А может, это простое золотое кольцо было не короной никогда не существовавшего короля Артура, а талейтхом Артура-воеводы, подобным тем, которые носили многие воины того времени?

Как можно видеть из приведенных выше свидетельств, повесть о Хуэле и Артуре была прекрасно известна в ран-несред невековом Уэльсе — причем, вероятно, намного раньше, чем предполагает большинство письменных источников. Наилучшим образом ситуацию в отношении разнообразных упоминаний эпизода подытожил Томас Джонс. «В целом следует прийти к выводу о том, что героическую повесть о Хуэле рассказывали еще в XI столетии»37.

Итак, какой вывод мы можем сделать по дошедшим до нас фрагментам? Можно предположить, что сага об Артуре и Хуэле начиналась с рассказа о ранении племянника Хуэла Гвидре. После этого Хуэл и его двадцать два брата начали войну с Артуром и часто побеждали его в сражении. Это очень важно для нас, поскольку противоречит образу Артура всепобеждающего, предстающего перед нами практически во всех поздних источниках, и также доказывает, что он провел много времени в войнах с собратьями-валлийцами. Хуэл пользовался любой возможностью, чтобы задеть и спровоцировать Артура, найти повод для конфронтации, и в оригинальной повести, наверно, существовали эпизоды, где Хуэл дурачил и побеждал Артура, — подобно тому как это было в Рутине. Вместе со своими братьями Хуэл при любой возможности совершал набеги на земли Артура, грабя и разбойничая на них, увеличивая тем самым свою славу как знаменитого и вызывающего страх воина (таким Хуэла представляла валлийская поэзия столетия спустя). Одно из последних предложений текста «Жития Гильды», написанного Карадогом из Лланкарвана, показывает, что местное население считало своим законным правителем не Артура, полагая, что Хуэл, «как верили и надеялись местные жители, назначен судьбой в короли»38. Однако Хуэл в итоге был убит Артуром в Рутине, чем закончилась их распря39.

Лланворский камень

В стене церкви Лланвора, небольшой деревни, расположенной чуть к северу от озера Бала и прежде являвшейся очень важным церковным центром, находится очень интересный камень с надписью. О существовании его впервые сообщил великий валлийский ученый Роберт Воган (Vaughan) из Хенгурта, что возле Долгеллау, в первой половине XVII столетия40, и самое современное прочтение этой надписи дает следующий текст:

Каво(с) (сын) (Сенаргиоса) (почиет здесь?) 41.

В.Э. Нэш-Уильямс датировал эту надпись периодом между 500-м и 533 годом н.э., а проводя собственные исследования, мы подумали, что имя на камне вполне может принадлежать Кау, поскольку Лланвор расположен всего лишь в нескольких милях к югу от долины Эдейрнион, в которой он, как утверждают правила, правил там в указанные выше годы42. В своей самой ранней латинской форме имя Кау присутствует в «Житии Гильды», сочиненном бретонским монахом Руисом, где выглядит как Саипо, что похоже на использованное в этой надписи написание43. Подобная возможность прежде никогда не рассматривалась, поскольку всегда считалось, что Кау происходит из Шотландии, что, как мы уже показали, не соответствует действительности. Отец Кау не назван по имени ни в одном из источников, но не означает ли тот факт, что имя Кау связано с тем самым регионом, где находится камень с надписью, что в ней сохранилось имя одного из воинов Артура? Некоторые из ученых, например сэр Джон Рис, пытались отождествить имя на лланворском камне с именем Кая, другого воина Артура, ссылаясь на близость римского укрепления, известного как Каэр Гай, и именно к этой связи артурианы с указанным регионом мы сейчас обратимся.

Каэр Кай и «Валлийская версия рождения Артура»

В предшествующих главах мы рассказали о том, как повествование, изложенное в популярной «Истории королей Британнии» и поздней романтической литературе, в конечном итоге вытеснило валлийское предание об Артуре, вплоть до того, что сами валлийцы сочли политически выгодным адаптировать свои независимые сказания, чтобы включить их в новую иноземную артуриану. Но, несмотря на это, остатки более архаического свода преданий об Артуре можно найти в валлийских пересказах поздних романов. Одним из лучших примеров подобного сохранения считается относящаяся к XV столетию валлийская адаптация части «Vulgate Merlini», содержащаяся в хранящемся в Национальной библиотеке Уэльса манускрипте Llanstephan MS 201, известная под названием «Валлийской версии рождения Артура». В конце этого Приложения впервые после 1913 года опубликован полный английский перевод этого текста. Дж. Г. Дэвис, первым издавший перевод, указал, что, хотя повесть, вне сомнения, заимствована из посвященного Мерлину раздела «Цикла Вульгаты», «валлийский редактор был знаком с традиционным обликом этого предания в Уэльсе»44. Одним из наиболее интересных добавлений в валлийском тексте является личность приемного отца Артура.

В «Vulgate Merlini» приемный отец Артура носит имя Антор (Antor; иногда Auctor), а в более поздней «Смерти Артура» Мэлори зовет его сэром Эктором; однако «Валлийская версия рождения Артура» называет его Кинир Кейн-варвог из Пенллина. Кинир Кейнварвог называется отцом Кая как в «Кулохе и Олвен», так и в «Триадах», доказывая тем самым, что о родстве этом было широко известно в Уэльсе, о чем говорилось в главе 4. Дэвис также полагал, что автор валлийской редакции «должен был заимствовать имя Кинир Варваук [Кейнварвог] из местного предания или из какого-то раннего текста»45.

Центр области Пенллин находится у Ллин Тегид (больше известном как озеро Бала), являющемся истоком реки Ди, и внутри этой области, в приходе Лланувхлин, находящемся у южной оконечности озера Бала, находится римский форт Каэр Гай (Крепость Кая). Историк сэр Дж. Э. Ллойд полагал, что «Каэр Кай вполне мог являться королевской резиденцией в верхней части озера, от которого область получила имя Пенллин [то есть «Верховья Озера»]»41. О связи этой в начале XVII столетия было известно Роберту Вогану, который замечает в своих заметках относительно Мерионетшира: «В приходе Лланувхлин... напротив [замка Кэрн Дочан] расположен Каэр Гай, построенный в римские времена. Место это зовется Каэр Гай, в честь Кая Хир ап Кинир, сводного брата короля Артура, обитавшего там»47.

Предание это также уцелело в произведениях валлийского барда Вильяма Ллейн (ум. 1587), однако он именует Каэр Гай — Каэр Гинир (Крепость Кинира), отца Кая48. Тем не менее предание уходит в более ранние времена, и в короткой, написанной в 1944 году статье ученый Томас Роберте собрал воедино упоминания о юности Артура, прошедшей в Каэр Гай, сохранившиеся в валлийской бардической поэзии. Процитировав поэтические строчки из разных источников, он приходит к выводу о том, что предание о детстве Артура и Кая, проведенное в Каэр Гай, «определенно было широко известно средневековым поэтам и сказителям, поскольку народ Уэльса с ранних времен связывал Каэр Гай с Каем ап Киниром»49.

Слава этого предания не ограничивалась Уэльсом, и поэт Эдмунд Спенсер упоминает его в своей эпической и аллегорической поэме «Царица Духов», опубликованной в 1590 году. Повествуя о рождении Артура и полученном им воспитании, он рассказывает о приемном отце Артура (которого по какой-то причине называет Тимоном):

Старик Тимон, что в юности своей

Был самым ловким, вышедши на рать.

В зеленой жил долине, низменной,

У мшистых склонов Раурана |Аран|,

Откуда речка Ди, звеня чистейшим серебром,

Плеск волн своих уносит вдаль;

Там много моих дней он наставлял меня в науке вежестваъа.

Если толковать это предание в контексте свидетельств относительно Кая в самых ранних источниках, оно становится еще более красноречивым. Источники эти называют Кая главным среди воинов Артура и его постоянным спутником; Кай является центральной фигурой в относящейся к артуровскому циклу поэме «Кто привратник?» из «Черной книги Кармартена», где его изображают ведущим в бой рать Гвинедда:

Rac riev emreis

Gueleis e Kei ar uris.

Перед владыкой [Гвинедда]

Я видел, как поспешал Кей31.

Строчки той же самой поэмы изображают его ведущим войско в бой:

Oet hyneiw guastad

Ar lleg ar lies gulad.

On был постоянным вождем

Над воинством ради страны52.

Как предполагалось в главе 7, ранняя поэзия как будто бы прочно связывает самого Артура с Гвинеддом, где он, возможно, занимал положение пентеулу королевского дома. И то, что Кай, лучший воин дружины Артура, ведет в бой мужей Гвинедда, подтверждает это предположение. Исходя из поэмы «Кто привратник?», среди надежно идентифицируемых местностей, связанных с Каем, находятся Эмрис (второе имя Гвинедда) и Мон (Англси), также являющийся частью королевства Гвинедд, хотя такие топонимы, как Гурид Кай (Фатом Кая) возле Пен и Гурид, расположенный к западу от Капел Куриг в Сноудонии, указывают на то, что в отношении него здесь некогда существовали и другие предания.

В раннем предании Кай упоминается в героическом и хвалебном плане, и ранняя поэзия и прозаические сказания не оставляют никаких сомнений относительно того, что по поводу взаимоотношений Артура и Кая существовала самостоятельная группа сказаний. Свидетельством этого могут служить «Кто привратник?» и «Кулох и Олвен», где содержатся намеки на повествования о Кае и Артуре, о которых аудитория должна была иметь какое-то представление, — в тот период, когда они еще не обрели письменного облика, — взять хотя бы эпизод с великаном Диллусом Вар-вогом в «Кулохе и Олвен», где Артур предполагает, что Кай не сумел бы убить Диллуса, если бы тот не заснул. После такого оскорбления Кай отказывается иметь что-либо общее с Артуром, однако далее по ходу повествования рассказывается, что Артур убил Гвиддога ап Менестир и его братьев, мстя за убийство Кая53.

Завершает повесть о детстве и юности Артура в «Валлийской версии рождения Артура» упоминание о том, что Артур воспитывался в чужой семье — что было вполне естественно в средневековом Уэльсе. Такой способ воспитания составлял в то время важную часть социальной системы и заключался в отправлении одного из сыновей в возрасте семи — восьми лет ко двору союзного владыки или родственника, где он рос вместе с ровесниками, обучаясь военным премудростям. Подросток оставался в своей второй семье до возраста взрослого, каковым он считался после четырнадцати лет, когда его принимали в теулу этого владыки.

Связи родства, созданного подобным воспитанием, не следует недооценивать, и, возможно, именно родство обеспечивало то единение, необходимое, чтобы теулу придерживалась кодекса чести, лежавшего в основе общественных отношений того времени. Что может создать более прочную связь в воинской дружине «темного времени» среди людей, обреченных жить, есть, спать, сражаться и, возможно, умереть вместе, чем совместно проведенное детство и общие переживания?54 Сама близкая связь, подразумеваемая братством Артура и Кая, вполне может объяснить, почему Кай является его постоянным спутником почти во всех ранних источниках (см. Приложение 1).

Два рассмотренных в этом Приложении малоизвестных отрывка из артуровской легенды представляют, возможно, наиболее значительные части прежде существовавшего и прекрасно известного валлийским бардам корпуса сказания. Многие неясные топонимы и предания валлийских источников можно понять лишь тогда, когда сужается географический район поисков. Обратимся к контексту истории Уэльса «темного времени», а не Средневековья с его блестящими панцирями и огромными каменными замками.

«Валлийская версия рождения Артура»

Приведенный ниже английский перевод был первоначально опубликован в 1913 году в статье «Валлийская версия рождения Артура» в журнале «Y Cymmrodor» (Vol. XXIV, p. 247 — 264). Здесь он воспроизводится с любезного разрешения почетного общества «Киммродорион». Перевод был выполнен Дж. Г. Дэвисом, также издавшим валлийский текст на основании самой ранней и наиболее полной рукописи, присутствующей в манускрипте Llanstephan MS 201, хранящемся в национальной библиотеке Уэльса и датированном XV веком. Более ранний фрагмент того же текста, датированный XIV столетием, присутствует в манускрипте 505 Llanstephan MS 4 и в соответствии со свидетельством Дж. Гвеногврин Эванс написан почерком, очень похожим на тот, которым переписана знаменитая «Красная книга Хергеста»55. Более поздняя копия манускрипта Llanstephan MS 201 была выполнена в 1611 году валлийским ученым Джоном Джонсом из Геллиливди (Флинтшир) и сохраняется теперь в составе манускрипта Peniarth MS 215, которым воспользовался Дэвис, чтобы заполнить лакуны в тексте Llanstephan MS 201, там, где текст теперь не поддается прочтению. В приведенном ниже отрывке слова эти помечены курсивом. Текст начинается с середины строки, однако Дэвис полагал, что он является полным, поскольку «следов отсутствующих страниц обнаружено не было»56.

Текст

...ей часть своего королевства, пока он жил. Вскоре после этого он затеял пир для вельмож острова, и на пиру женился на Эйгир и примирился с родственниками Гурлейса и всеми его союзниками. У Гурлейса было двое дочерей от Эйгир, Гвиар и Дионета. Гвиар была вдовой, и после смерти своего мужа Имера Ллидау (жила) при дворе отца со своим сыном Хивелом. Теперь Утер заставил Ллеу, сына Кинварха, жениться на ней, и у них были дети, два сына, Гвал-хмаи и Медрауд, и три дочери, Грасия, Грерия и Дионета. Другую дочь Герцога Утер заставил (отослать) в Инис Аваллах, и среди всех, кто был ее возраста, она была наиболее искусна в семи искусствах. Теперь, когда пир закончился и все разошлись, Мерлин приблизился к Утеру и сказал ему так: «Владыка, — сказал он, — воистину с моей помощью ты добился своей воли во всех местах к настоящему времени, посему заплати мне, как обещал». «Охотно заплачу я тебе», — сказал Утер. «Господин, — сказал Мерлин, — Эйгир теперь в тягости ребенком с той ночи, когда ты спал с ней в замке Диндагол, и какой бы наследник у тебя ни появился на острове, его не признают, потому что он был зачат до брака. Поэтому скрой это дело до самого рождения ребенка, и тогда (дитя) пусть отдадут мне, и я воспитаю его с заботой и втайне, чтобы ни ты, ни твоя госпожа не испытали позора, и, возможно, что этот наследник будет править твоим королевством после твоего дня». И ночью в постели Утер обратился к Эйгир так, как научил его Мерлин. «Кажется мне, — сказал он, — что непраздна ты». «Господин, — сказала Эйгир, — к твоей защите я обращаюсь, и буду говорить правду. Когда была я в замке Диндагол, и твое войско осадило замок, где был Гурлейс, тогда пришли ко мне трое мужчин видом похожих на Гурлейса57, и он спал со мной в ту ночь и, уходя на следующий день, оставил меня в тягости». «Лучшее, что мне приходит в голову, это молчать, — сказал Утер, — до рождения (ребенка), и тогда я отправлю его в такое место, где его с любовью выпестуют». И они сошлись на том до времени, когда родился красивый сын, и вестник отвез (ребенка) ко двору Кинира Варвога, владыки Пенллина, а с ним письма от Утера и Мерлина. И когда он прибыл ко двору, он положил ребенка перед Киниром, и он отдал ему письма, и Кинир вскрыл их и прочел следующие слова: «Утер Пендрагон, вождь бриттов, шлет приветствия подлинному владыке Киниру Варвогу, и да узнаешь ты, что во сне получил я повеление подойти к двери своих покоев и то живое существо, что увижу там, должен буду выпестовать с любовью, посему повелеваю тебе воспитать найденного там нами парнишку, которого мы теперь посылаем тебе, и пусть кормит его твоя жена, а твоему собственному сыну найди другую кормилицу». И когда Кинир прочитал письма, он взял мальчика и сделал, чтобы крестили его с именем Артур, и он пестовал его во всем, как было приказано, пока не стало ему четырнадцать лет. Утер Пендрагон правил этим островом всего... лет, и у него была дочь от Эйгир, которую звали Анной, и на четырнадцатом году в неделю праздника Мартина пришел конец Утеру Пендрагону, как сказано в «Истории бриттов» [Истории Гальфрида].

И после кончины Утера вельможи острова сошлись у Каэр Вуддаи в присутствии архиепископа Диврига держать с ним совет о том, кого сделать королем, чтобы правил над королевством, и рассудить, кто по рождению, нраву и силе достоин быть королем, потому что они не сомневались в том, что Утер умер, не оставив наследника своей плоти, кроме дочери. И в самом деле, необходимость торопила их, потому что саксы, которых Вортигерн поселил на острове, едва услышав о смерти Утера, послали вестников в Германию за своей родней, и они захватили остров от устья Хамбера до моря Кайтнесс. И когда Дифрик услышал о беде и несчастье королевства, он ощутил сочувствие к народу и призвал епископов королевства и вождей их и именем Господа воззвал к ним, дабы выбрали они короля. И посему они начали говорить заново, и немедленно каждый выбрал своего родича или величайшего друга, так что в несогласии этом не нашлось одного, способного заслужить честь общего согласия. Посему Диврик обратился мыслью к скорбям народа и вспомнил слова Христа в Евангелии: «Если царство разделится само в себе, не может устоять царство то» (Мк.4:24) , и он понял, что богатые гневают бедных, и что сильные угнетают слабых, и злые презирают праведных из-за отсутствия справедливости и власти. Посему согласились они спросить у Мерлина, кого им называть королем, ибо он давал им совет в двух предыдущих случаях.

Вслед за этим Мерлин сказал, что не подобает ему вмешиваться в столь важное и способное прогневить их дело, как это. «И все же, — сказал он, — я дам вам совет, если вы согласитесь исполнить его». Тогда обещали они ему придерживаться его совета. «Господа, — сказал тогда Мерлин, — Утер Пендрагон умер после Мартинова дня, а теперь уже скоро Рождество, день, когда Христос, единственный сын Бога, явился в мир, рожденный владычицей нашей, Девой Марией, возлюбленный народом, Господь Гос-подей и Царь Царей, которому повинуется слабый и сильный, но от которого не уйдет ни один противящийся ему, который смотрит не на внешнее людей, но судит сердца их; посему да соберетесь все вместе и очиститесь к назначенному времени и придите вместе в церковь, и помолитесь ко Господу во всей невинности, чтобы Он явил свою волю о том, кто достоин править вами, и если вы подлинно верите в Него, ваше желание исполнится. Ибо Он сказал: «ищите и обрящете, толцыте и отверзется». И сказав такую речь, Мерлин спросил разрешения у знати вернуться в свою страну. Посему, много поблагодарив его за совет, они попросили остаться с ними на Рождество, однако он не стал задерживаться и не дал обещания возвратиться для этой оказии ради встречи, которая была назначена у него с епископом Блазиусом, его духовником, который записывал все его пророчества. Итак, Мерлин отправился в свою страну. И на Рождественский Сочельник весь народ собрался вместе, слабый и сильный, богатый и бедный, а с ними пришли также Кинир Варвог и Кай, его сын, и Артур не знал о том, что Кинир не отец ему, и почитал его так, как сын должен чтить отца. И когда пропел первый петух, все они поднялись и отправились в церковь, и архиепископ начал службу и потребовал, чтобы всякий помолился Богу, как сказал Мерлин. И после утрени архиепископ облачился для первой мессы и сказал народу: «Господа, три вещи нужны нам: спасение нашим душам, успех нашим телам, и чтобы правил нами король, и ни одной из них мы не можем добиться собственной властью, посему помолимся тому, чьим именем вершится все и без кого не творится ничего же, и если не внемлет он, пусть каждый повторит по пять раз молитву, которой Христос научил своих учеников». И когда были сказаны эти слова, пропели мессу до Евангелия и тогда начался рассвет, и те, кто говорил мессу первыми, вышли из церкви на ровный участок у ворот монастыря; и они узрели посреди этого участка огромный четырехгранный камень, цветом похожий на мрамор, и в камень острием был воткнут меч, так прочно, словно вырастал он из камня. И около меча золотыми буквами был написан следующий стих:

HOC GLADII SIGNUM MONSTRAT REGEM DEO DIGNUM.

NULLUS TOLLAT ILLUM SIC NISI SIT PER DOMINUM.

Стих этот гласил: «Меч этот есть знак, который укажет на достойного короля перед ликом Господним. Никто не сможет извлечь его из камня, кроме как с помощью Бога». И когда прочли они эту надпись, послали вестников в храм — сообщить о случившемся архиепископу. Посему архиепископ решил, что Господь прислал этот знак, и немедленно вышел, направившись к тому месту, где был камень, и с ним был простой народ, и он окропил камень святой водой, и они поклонились Богу, и он приказал пяти лучшим священникам и пяти мирянам охранять камень до окончания мессы, и они вернулись в церковь, воспевая хвалы Господу. И когда месса была закончена, они возвратились на то место, где был камень, и принялись ссориться между собой о том, кому первым тянуть меч из камня, или кто должен делать это первым. Некоторые требовали этого права, потому что имели власть, другие, благодаря пригожеству и силе, третьи — из-за числа родственников. Посему Дифрик, узрев их зависть, сказал народу: «О друзья мои, возрадуемся ныне вместе о Господе, ибо он по бесконечному своему милосердию внял со своего высокого небесного престола нашей молитве. Посему молю я вас и приказываю всей Богом данной мне властью, чтобы никто не приближался к этому святому знаку, чтобы не обесчестить его. Давайте же помолимся Богу, чтобы он показал, кому надлежит править над нами королем, ибо, вне сомнения, мы не можем, даже если захотим этого, помешать Богу исполнить его волю, так подождем же с терпением того, которого избрал Господь, ибо его нельзя обмануть дарами или запугать угрозами: Он не просит у человека ничего, кроме его сердца, ибо ради службы людской Он сотворил мир и все, что есть в нем, и человек был создан, чтобы служить ему». Тогда отправились они в церковь на вечернюю мессу и, когда совершена была месса, возвратились к месту, где лежал камень, и Дифрик сказал знати королевства: «Сэры, велика должна быть благодарность наша Христу, ибо Он явил нам знак, подобный тому, который явил ученикам Своим, когда, отправляясь на Страсти Свои, сказал им: «Тот, у кого нет меча, пусть продаст одежду свою и купит его». Один из учеников сказал ему: «Господи! вот, здесь два меча». Он сказал им: «Довольно».

«Под одним мечом подразумевается духовное владение, находящееся в руках прелатов церкви, которые должны предупреждать людей о том, что они грешат, и разрешать их от грехов, когда они каются. Под другим мечом подразумевается власть владык земли, которые обязаны помогать слабым, наказывать жестоких и поддерживать правосудие тем мечом, который сегодня явил вам Господь». И, сказав эти слова, Дифрик избрал пятьдесят и две сотни из лучших мужей королевства и приказал им от самого старого до следующего за ним попытаться извлечь меч из камня, и никто из них не сумел сделать этого. И тогда Дифрик снова приказал всем один за другим извлечь меч, если они сумеют это сделать, и никто из них и на сей раз не сумел извлечь его. Тогда Дифрик приказал десятерым мужам хранить камень до назначенного времени...58 и приказал им всем явиться в это место в тот день. И когда они собрались вместе в тот день, они сказали архиепископу, что не оставят город и окрестности его, пока не узнают, кому надлежит быть королем над ними. И когда они выслушали мессу и все пришли в доброе расположение, отправились они на рыцарские поединки и соперничество, и весь городской люд отправился наблюдать за представлением, даже мужи, назначенные охранять камень. Кай, сын Кинира, посвященный в рыцари предыдущим днем, явился туда, чтобы заслужить свои шпоры. И вот в конце представления поднялись меж ними шум и волнение, и они принялись с вожделением наносить друг другу удары, и посему Кай преломил свой меч возле поперечины и послал Артура в их жилье за другим мечом. И когда Артур пришел к своему жилью, он никак не сумел войти внутрь — из-за людей, следивших за представлением. И с печалью в сердце он возвратился к воротам монастыря, и там увидел меч и камень, и никто не охранял их, и он подумал, что еще не пытался извлечь меч, и что отдаст его брату Каю, если сумеет сделать это, взамен того, который тот переломил на турнире. И он спешился и взялся за рукоятку меча и вынул его из камня без всякого труда, и спрятал под своим панцирем и привез к Каю. И когда Кай увидел меч, он узнал его, показал отцу и сказал: «Я — король! Я — король! Я извлек меч из камня!» Но когда Кинир увидел это, он не поверил Каю, и втроем направились они к месту, где был камень, и Кинир спросил Кая о том, как он получил меч. Тот подумал, что грешно гневить отца, и сказал, что меч ему дал Артур. Тут Кинир расспросил Артура, и он рассказал ему правду о том, как извлек меч. «Верни меч на то место, где взял его», — приказал Кинир. И Артур исполнил это без труда. Тогда Кинир попросил Кая достать меч, и тот не смог этого сделать. «Достань меч», — сказал Кинир Артуру, и Артур сделал это мгновенно, а потом вновь вернул на место в камне. И все трое вошли в церковь. И Кинир взял Артура между руками своими и сказал ему так: «О сын мой возлюбленный, какую почесть воздал бы ты мне, если бы я сделал тебя королем этого королевства». «Конечно, отец, — ответил Артур, — какое бы богатство ни даровал мне Бог, я не только разделил бы его с тобой, но и передал все в твое распоряжение». «Тогда, — молвил Кинир, — я твой приемный отец, и ты принимаешь меня за природного. Тем не менее не знаю я ни отца, который породил тебя, ни матери, которая произвела тебя на свет». Тут заплакал Артур и сказал: «О Господь и Бог мой, чего хотел я в этом мире и на что надеяться мне теперь, как восставшему из земли, почему бы мне не вернуться обратно в землю». Тут ответил Кинир Артуру: «Я велел, чтобы тебя крестили и назвали Артуром и выпестовал тебя, и если Господь посылает тебе честь, ты должен разделить ее со мной и не забыть меня, когда примешь власть в своем королевстве». «Считай меня своим сыном, — молвил Артур, — и я сделаю все, о чем ты попросишь». «Требую у тебя, — сказал Кинир, — чтобы ты сделал Кая, моего сына, сенешалем своего королевства, и чтобы он не мог лишиться этого поста, что бы он ни сказал и ни сделал. Ибо если есть в нем неблагородство, то по твоей, а не его вине, ибо ты сосал грудь его матери, а он поэтому сосал грудь простой чужестранки». И Артур обещал это Киниру, и, тогда Кинир сказал архиепископу: «У меня есть сын, еще не произведенный в рыцари, который молит о том, чтобы ему позволили достать меч». Тогда архиепископ приказал всем сойтись к месту, где лежал камень, и когда все собрались вместе, Кинир попросил Артура передать меч в руку Дифрика, и тот сделал это без труда. Тогда Дифрик взял Артура за руку и повел его к церкви, воспевая хвалы Богу. Однако графы и бароны были разгневаны и говорили между собой: «Этот человек — низкого происхождения, в то время как мы — родня Утера Пендрагона, и потому сумеем ли стерпеть власть его над нами». Кинир стоял рядом с Артуром и простонародьем, и напротив него были бароны и графы. Но, заметив их зависть, Дифрик сказал им: «Неужели мы будем против избранника Божия; чего хочет Господь, то и должно быть». Тут Артур вновь вернул меч в камень, и Дифрик приказал им вытащить его, если смогут, но никто не сумел. Тогда дождались они праздника Введения во Храм, и в тот день вновь попытались извлечь меч, и никто не сумел сделать это. Потом Дифрик приказал Артуру принести ему меч, что тот и сделал. После этого знатные люди королевства попросили, чтобы дело отложили до Пасхи, чтобы убедиться в том, что не найдется человека знатнее Артура. И в канун Пасхи, когда они собрались вместе, Дифрик спросил, хотят ли они, чтобы Артур стал их королем. Тогда всякий прямо сказал, пусть будет королем над нами, избавителем и защитником. И на следующее утро графы и бароны приблизились к Артуру и сказали ему так: «Государь, так как ты будешь королем над нами, прими наше преклонение, надели нас землей, и на неделе после Пятидесятницы мы коронуем тебя. Дай нам ответ своими устами». «Отвечу, — молвил Артур. — Я ни от кого не приму преклонения, не дам и не отберу землю, пока не буду коронован, и с радостью буду я ждать корону, ибо никогда не думал ни о какой чести, кроме той, что послал мне Бог». И, не сумев обмануть его таким образом, они послали ему многие дары, чтобы посмотреть, не окажется ли он падким на сокровища и склонным к скупости. Однако Артур понял это и принялся знакомиться с ними до самого Троицына дня, так что некоторые убоялись его, а другие возлюбили превыше всего в королевстве. И в субботу перед Троицыным днем его посвятили в рыцари и многих других возвели в рыцари в его честь. И на следующий день возложили на него королевское одеяние и привели к месту, где находились камень и меч. Тут Дифрик сказал ему: «Государь, вот законы, которые ты должен соблюдать, доблестно храни кафолическую веру, церковь Господню, слабых и бедных, чти Бога и святых, сколько будет в твоей силе, терпеливо внемли советникам, учреждай добрые законы, наказывай злых. И если ты обещаешь это, возьми меч, который Господь послал тебе в знак любви к тебе и силы для нас». Тут пал Артур на колени, воздел руки и молвил: «Боже, пошли мне благодать направлять свои мысли и дела к Твоей хвале, и ради блага собственной души, и силу, чтобы править вами». Потом он взял меч в руку и вошел в церковь и сел на королевское место, и архиепископ поместил корону на голову его и вложил скипетр в его руку. И когда месса закончилась, все они отправились, чтобы посмотреть на камень, и никто более нигде не видел того камня, и они отправились пировать. После же Артур стал воевать и управлять королевством, как сказано в «Истории бриттов». И Артур хранил меч всю свою жизнь, и звался он Каледвулх. На этом кончается повесть.

Приложение 3. Источники

Это Приложение предназначено, чтобы дать краткий обзор публикаций, в которых напечатаны и обсуждаются важные источники, изданные как на языке оригинала, так и в переводе. В ходе всего нашего исследования мы с удивлением обнаруживали, насколько трудно было отыскивать некоторые наиболее важные работы на интересующую нас тему: даже опубликованные в течение последних двадцати лет книги не допечатываются и их почти невозможно купить у букиниста. Некоторые из книг, постоянно цитируемых исследователями этого периода, были напечатаны более пятидесяти лет назад тиражами в несколько сотен экземпляров, что чрезвычайно затрудняет доступ к текстам людей, не имеющих возможности обратиться в какую-нибудь из крупных библиотек.

Гильда (ок. 540 года н.э.)

Живший в VI столетии монах Гильда известен в качестве автора древнейшего из дошедших до нас британских документов «О погибели Британнии» (De Excidio Britanniae), обычно кратко называемого «De Excidio». Стандартное издание текста можно найти в Theodore Mommsen (ed.), «Monumenta Germaniae Historica» (Chronica Minora), Vol. Ill (Berlin, 1894). В этом издании напечатан латинский текст из четырех документов, однако сейчас его очень трудно найти. Не менее трудно и пользоваться им, так как все вводные материалы также напечатаны на латыни. Напечатанный Теодором Моммзеном текст был репринтно воспроизведен Хью Вильямсом вместе с лицевым английским переводом и объемистыми примечаниями под названием «Gildae De Excidio Britanniae» для Cymmrodorion Record Series (Hugh Williams, 1899-1901). Это издание также включает оба «Жития Гильды»: написанное бретонским монахом Руисом и другое, принадлежащее перу Карадога из Лланкарвана. Третий том, который должен был содержать Указатель к манускрипту, к сожалению, так и не был напечатан.

В наши дни наиболее широко используется издание под редакцией Michael Winterbottom (ed.), Gildas. The Ruin of Britain (Phillimore, 1978), которое содержит латинский текст, английский перевод и некоторые основные примечания (не столь объемные, как в издании Вильямса). Крайне необходимо новое издание «De Excidio», основанное на всех доступных манускриптах и сопровождаемое подробным комментарием. Наилучшую из недавних научных разработок этого текста можно найти в книге Michael Lapidge and David Dumville (eds.), Gildas: New Approaches (Boydell, 1984).

Беда (731 год от Р.Х.)

Английский монах Беда жил в Ярроу (Нортумбрия) и являлся одним из наиболее влиятельных писателей «темного времени». Нам повезло, и самые ранние рукописи его работы датируются VIII столетием и потому являются современными автору. Он написал много работ, в том числе летописи, биографии святых и комментарии к Евангелиям, однако наибольший интерес представляет его «Церковная история народа англов» {Historia Ecclesiastica Gentis Anglorum). Это написанное с антибриттской позиции сочинение является основным источником по истории Англии в VI и VII веках. Подробное академическое издание было выпущено в 1898 году С. Пламмером под названием «Baedae Opera Historica» (Clarendon Press) и было в свою очередь, переведено Лео Шерли Прайсом под названием «A History of the English Church and People» (Penguin, 1968). Текст был переиздан в 1969 году, на этот раз с использованием очень раннего манускрипта, хранившегося в Ленинграде и неизвестного Пламмеру в 1898 году; итак, книга В. Colgrave и R. А. В. Mynors (eds.), «Bede: Ecclesiastical History of the English People» (Oxford University Press) содержит латинский текст вместе с лицевым английским переводом и подробным введением. Исправленное издание 1991 года ныне считается эталонной версией текста. Подробный комментарий к тексту см. в J. М. Wallace-Hadrill. «Bede's Ecclesiastical History of the English People: A Historical Commentary» (Oxford University Press, 1988). Перевод Колгрейва был воспроизведен в изданной в бумажной обложке серии Oxford Worlds Classics под названием «Bede, The Ecclesiastical History», ed. Judith McClure and Roger Collins (Oxford University Press, 1994). В этой книге содержится также первый английский перевод раздела «Greater Chronicle» Беды, охватывающий период от Рождества Христова до VIII столетия, что делает ее самым полезным из изданий трудов Беды.

«История бриттив» (начало IX века)

Наиболее полным изданием «Historia Brittonum» по-прежнему остается Theodore Mommsen (ed.), «Monumenta Germaniae Historica», «Chronica Minora», Vol. III (Berlin, 1894), основанное на пяти группах различных рукописей, однако, как уже отмечалось выше, издание это не слишком удобно для пользования.

Труд этот часто фигурирует под именем Ненния, поскольку в версии Harleian MS (наилучшим образом сохранившийся текст) он именуется редактором. Самая ранняя из сохранившихся рукописей носит название Chartres MS и датирована примерно 900 годом. К несчастью, эта самая ранняя из рукописей является и наименее полной, причем заканчивается она на времени Вортигерна, за несколько глав до появления артуровского материала. Рукопись Chartres MS начинается со строчки «Здесь начинаются извлечения сына Уриенова, присутствующие в книге св. Германуса и касающиеся происхождения и генеалогии бриттов, и касающиеся Веков Мира1. Предположительно «сына Уриенова» можно соотнести с упомянутым в тексте неким Рхуном ап Уриен — и в случае справедливости этого предположения дата написания текста относится к середине VII столетия.

Латинский текст был издан L. Duchesne в журнале «Revue Celtique», Vol. XV (1894), а английский перевод с примечаниями публиковался A. W. Wade-Evans в журнале «Archaeologica Cambrensis», 1937, p. 64 — 85. Стоит также обратить внимание на издание Ferdinand Lot, «Nennius et 1'Historia Brittonum» (Paris, 1934), содержащее тексты «Harleian» и «Chartres», а также объемистые примечания (на французском) и, вероятно, представляющее собой самое точное издание этих текстов, за исключением издания Ватиканской группы рукописей (см. ниже). Ведущим специалистом по этим текстам является Дэвид Дамвилль, который опубликовал несколько очень важных статей на тему, наибольшую ценность среди которых представляет «The Historical Value of the Historia Brittonum», Arthurian Literature, Vol. VI (1986), p. 1-26, и «"Nennius" and the Historia Brittonum», Studia Celtica, Vol. X-XI (1975 — 1976), p. 78-95.

Плоды трудов Дамвилля должны были появиться в десятитомном издании «Historia Brittonum», содержащем все существующие версии, опубликованные на высоком академическом уровне, однако, к сожалению, публикация этой серии оборвалась после появления одного-единственного тома: David Dumville (ed.)? «The Historia Brittonum 3: The Vatican Recension» (Boydell Brewer, 1985). Появление других томов этой серии самым серьезным образом поможет исследованиям этого интереснейшего и важного текста, и можно только надеяться, что остальные тома появятся в недалеком будущем.

Английский перевод версии Harleian MS был опубликован А.У. Уэйд-Эвансом в книге «Nennius's History of the Britons» (SPCK, 1938) вместе с генеалогиями и «Annales Cambriae» (см. ниже) из того же самого манускрипта, а также некоторых полезных примечаний. В настоящее время наиболее часто используется издание Джона Морриса, опубликованное под названием «Nennius: British History and the Welsh Annals» (Phillimore, 1980) и содержащее латинский текст с переводом. В издании этом отмечены варианты из различных манускриптов, однако конкретные манускрипты при этом не называются, обесценивая тем самым эффект затраченного труда. Поэтому, хотя издание это проще всего достать и оно используется достаточно широко, польза от него существенно ниже упомянутых ранее.

«Летописи Уэльса» (X век)

Эта важная рукопись присутствует в четырех манускриптах. Три из них (обозначаемые А, В и С) были изданы совместно Джоном ап Ител в «Annales Cambriae», Rolls edition (HMSO, 1860), хотя точность транскрипции оставляет желать много лучшего. Самый ранний текст (А) был издан Эджертоном Филлимором в «Y Cymmrodor», Vol. IX (1888), p. 141 — 183, и это издание до сих пор остается лучшим. Еще один хороший английский перевод с примечаниями содержится в выпущенном Уэйд-Эвансом в 1938 году издании «Ненния» (см. выше). Базовое издание латинского текста манускрипта А с английским переводом также включено в выпущенное Джоном Моррисом издание «Ненния» (см. выше). Как и в случае «De Excidio» Гильды, срочно необходимо новое издание этого текста, поскольку неточное роллсовское издание 1860 года является единственным, содержащим тексты В и С.

«Жития валлийских святых»

Жития большинства валлийских святых были изданы и переведены А. У. Уэйд-Эвансом в «Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae» (University of Wales Press, 1944); Welsh Academic Press планировало произвести репринтное переиздание этого труда в 2003 году. Труд Сабины Бэринг-Гулд и Джона Фишера (издатели) «Жития валлийских святых» «Жития валлийских святых» The Lives of the British Saints (Society of the Cymmrodorion, 4 vols., 1908 — 13) предоставляет информацию обо всех связанных с Уэльсом святых, как знаменитых, так и забытых. Местами устаревший, он тем не менее представляет собой стандартную стартовую точку и содержит многие «Жития» и другие важные документы в их исходном виде или в переводе. Четыре тома были недавно переизданы издательством Llanerch publishers в виде восьми томиков в бумажной обложке (два на каждый исходный том, 2000 — 2002), что вновь сделало доступной эту важную работу.

Стандартный список посвящений всех приходских церквей Уэльса содержится в работе A. W. Wade-Evans «Parochialie Wallicanum», «Y Cymmrodor», Vol. XXII (1921). Теперь он пересмотрен и скорректирован доктором Грэмом Джонсом из Университета Лестера; новый список можно найти на сайте www.le.ac.uk/elh/grjl/database/dedwales.html (на 13 июля 2002). В списке этом содержатся посвящения всех церквей, часовен, святых источников и связанных с ними местностей в Уэльсе и Марче, делая тем самым его очень ценным источником.

Кроме того, при исследовании валлийских святых и христианства полезны следующие книги:

A. W. Wade-Evans. «Welsh Christian Origins» (Alden, 1934);

E. G. Bowen. «Saints, Seaways и Settlements» (University of Wales Press, 1969);

Molly Miller. «The Saints of Gwynedd» (Boydell, 1979);

Elissa Henken. «Traditions of the Welsh Saints» (D.S. Brewer, 1987);

Elissa Henken. «The Welsh Saints: A Study in Patterned Lives» (D. S. Brewer, 1991).

«История королей Британнии» и «Хроники королей»

Латинские тексты Гальфридовой «Historia» в последнее время пользовались вниманием историков, что привело к изданию четырех томов, предоставляющих самые надежные тексты и комментарии к «Historia Regum Britanniae»:

I. Neil Wright (ed.). «The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth I: A Single-Manuscript Edition from Bern, Burgerbibliothek». MS. 568 (D. S. Brewer, 1985);

II. Neil Wright (ed.). «The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth II: The First Variant Version: A Critical Edition» (D. S. Brewer, 1988);

III. Julia Crick. «Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth III: A Summary Catalogue of the Manuscripts» (D. S. Brewer, 1989);

IV. Julia Crick. «Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth IV: Dissemination и Reception in the Later Middle Ages» (D. S. Brewer, 1991).

Самым лучшим английским изданием, доступным в настоящее время, считается Lewis Thorpe, «The History of the Kings of Britain by Geoffrey of Monmouth» (Penguin, 1966), в котором использовался латинский текст, изданный Эктоном Грискомом в «The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth» (Longmans, 1929). Издание Грискома также содержало английский перевод валлийского текста «Brut у Brenhinedd», обнаруженного в манускрипте Jesus College MS 61.

Текст «Brut у Brenhinedd» впервые появился в «The Myvyrian Archaiology» в 3-х т., 1801 — 1806, переиздан в одном томе в 1870 г.) под названием «Brut Tysilio». Эта версия была переведена Питером Робертсом в «The Chronicle of the Kings of Britain» (E. Williams, 1811). Влиятельное в свое время издание было вытеснено переводом того же самого манускрипта в издании Griscom, 1929 (см. выше). Версия из «Красной книги Хергеста» была издана Джоном Рисом и Джоном Гвеногврином Эвансом под названием «The Text of the Bruts from The Red Book of Hergest» (Oxford University Press, 1890), а версия из манускриптов «Cotton Cleopatra B.V.» и «Черной книги Басингверка» была издана с лицевым переводом Джона Дж. Парри в книге «Brut у Brenhinedd, Cotton Cleopatra Version» (Medieval Academy of America, 1937), имевшей тираж всего 400 экземпляров. Самый ранний из сохранившихся валлийских MS (ок. 1200 г.) был издан Генри Льюисом в «Brut Dingestow» (University of Wales Press, 1942) с подробными примечаниями (на валлийском языке). Отрывки из манускрипта Llanstephan MS 1 были изданы Бринли Э. Робертсом в «Brut у Brenhinedd» (Dublin Institute of Advanced Celtic Studies, 1971), куда входит также весьма полезное эссе под названием «The Historia Regum Britanniae in Wales». Стандартный комментарий к этой работе можно обнаружить в подробной «The Legendary History of Britain» (University of California Press, 1950) J. S. P. Tatlock.

«Мабиногион»

Собрание повествований, известных ныне под названием «Мабиногион», сохранилось в основном в двух валлийских манускриптах: «Белой книге Риддерха» и «Красной книге Хергеста». Они были опубликованы в дипломатическом издании (текст воспроизводится в точности так же, как в манускрипте) под названием «Llyfr Gwyn Rhydderch» (Llanbedrog, 1907), перепечатаны с новым введением (на валлийском языке) P.M. Джонса в издательстве University of Wales Press в 1973 году, и как John Rhys и John Gwenogvryn Evans (eds.) «The Text of the Mabinogion and other Welsh Tales from the Red Book of Hergest» (Oxford University Press, 1887). Наиболее используемым английским переводом «Мабиногиона» является издание Everyman, подготовленное Гви-ном Джонсом и Томасом Джонсом, а в 1993 году было выпущено исправленное издание, снабженное полезным указателем. Оно содержит великолепное предисловие к повестям, а приложение вариантов прочтений из различных манускриптов делает его пригодным для тех, кто намеревается произвести более тщательное исследование.

Весьма полезной работой является также малоиспользу-емое двухтомное издание «Мабиногиона», выполненное в 1929 году Т. П. Эллисом и Дж. Э. Ллойдом (Clarendon Press). Перевод буквален, и потому его не так легко читать, как издание Джонса и Джонса, хотя и полезен во многих отношениях. Перевод был выполнен с упомянутых выше дипломатических изданий и содержит соответствующие номера томов для облегчения сопоставления.

Два важных предания артурианы, содержащиеся в «Мабиногионе», издавались также и индивидуально. Rachel Bromwich и D. Simon Evans (eds.), «Culhwch и Olwen: An Edition and Study of the Oldest Arthurian Tale» (University of Wales Press, 1992), издали этот валлийский текст с вариантами прочтения, введением и обильными и подробными примечаниями. Melville Richards (ed.), «Breudwyt Ronabwy» (University of Wales Press, 1948), является подробным изданием «Сна Ронабви», снабженным пространными примечаниями (на валлийском).

«Триады»

Произведенная в 1961 году Рейчел Бромвич публикация «Trioedd Ynys Prydein» впервые сделала доступными надежные тексты и переводы этого важного источника. Работа эта также включала пространные примечания в отношении каждого персонажа, упомянутого в опубликованных 96 триадах, что сделало эту книгу необходимой каждому, работающему в этой области специалисту. Второе издание было произведено в 1978 году University of Wales Press, где прибавились сорок две страницы дополнительных и скорректированных примечаний. Во время написания этой книги (лето 2002 г.) в не столь отдаленном будущем ожидалась публикация скорректированного издания этой ценной работы.

В XIX веке многие историки пользовались собранием «Триад», известным под названием «третьей серии», на которое в то время опиралось внушительное количество популярного сомнительного друидического материала. Подлинность этих «Триад» подлежит сомнению, поскольку многие приведенные в них материалы не имеют аналогий в других источниках, а сами манускрипты, в которых они содержатся, относятся к очень позднему времени. Ситуацию еще более усложняет тот факт, что ранние тексты переписаны почерком Иоло Морганнуга (XIX в.), усердного антиквара, известного своими фальсификациями. Принадлежавший Иоло английский перевод этих «Триад» был издан Рейчел Бромвич в «Trioedd Ynys Prydain: The Myvyrian "Third Series"», Transactions of the Honourable Society of Cymmrodorion, 1968, Part II, p. 299-338; 1969, Part I, p. 127-156.

Валлийская бардическая поэзия

Одной из лучших работ, посвященных ранней поэтической артуриане, является статья Патрика Симс-Уильямса «The Early Welsh Arthurian Poems», помещенная в сборнике Рейчел Бромвич, А. О. Н. Jarman и Brynley F. Roberts (eds.), «The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature» (University of Wales Press, 1991), p. 33 — 71. Произведения ранней валлийской поэзии, в том числе и имеющие отношение к Артуру, можно найти в охарактеризованных ниже манускриптах.

«Книга Талиесина»

Полный текст манускрипта публиковался всего лишь один раз тиражом в 800 экз. Дж. Гвеногврином Эвансом (Лланбедрог, 1910). Он произвел дипломатическое издание текста, и в 450 из 800 экземпляров параллельно дипломатическому тексту было опубликовано полное факсимиле рукописи. Впрочем, введение и палеографические примечания к тексту написаны в несколько эксцентричной манере и не слишком полезны, хотя один-два поднятых им вопроса до сих пор нуждаются в обсуждении. Наиболее важным для поэтической Артурианы является манускрипт, известный под названием «Трофеи Аннуна» (Preiddeu Annwn) и переведенный и изданный с подробными примечаниями Маргид Хэйкок в «"Preiddeu Annwn" and the Figure of Taliesin», «Studia Celtica», Vol. XVIII-XIX (1983-1984), p. 52-78. Переводы других кратких упоминаний Артура проще всего найти в упомянутой выше статье Симс-Уильямса.

«Книга Анейрина»

Цветное факсимильное издание этого манускрипта было произведено Национальной библиотекой Уэльса совместно с Советом Гламорганшира в 1989 году под названием «Лливр Анейрин», изд. Дэниэл Хувс. Это издание также содержит дипломатический текст, подготовленный Дж. Гвеногврином Эвансом в 1908 году, очень подробные примечания по поводу действительного состава манускрипта и заметок на его полях, накопившихся за многие годы. Наиболее исчерпывающее издание поэмы с пространными примечаниями (на валлийском) осуществлено Ивором Уильямсом иод названием Сапи Aneirin (University of Wales Press, 1938). Поэма была переведена Кеннетом Джексоном в книге «The Gododdin: The Oldest Scottish Poem» (Edinburgh University Press, 1969) и А. О.Г. Джарманом в «Y Gododdin» (Gomer Press, 1988), хотя Джарман опустил в своем издании более 150 строк. Совсем недавно гипотетический оригинальный текст был реконструирован Джоном Т. Кохом в The Gododdin of Aneirin: Text and Context from Dark-Age North Britain (University of Welsh Press, 1997).

«Черная книга Кармартена»

Точно воспроизведенное издание всего манускрипта полностью было осуществено в 1888 году, а дипломатическое вышло в 1906-м; оба издавались Дж. Гвеноврином Эвансом. Совсем недавно рукопись была издана А. О. Г. Джарманом под названием Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982), с примечаниями на валлийском языке. Доступное издание «Кто привратник?» можно обнаружить в упомянутой выше статье Симс-Уильямса, в одной из ллон-гбортских поэм — в книге Jenny Rowland «Early Welsh Saga Poetry» (D. S. Brewer, 1990). «Надгробные строфы» с комментарием и переводом опубликованы в Thomas Jones, «Stanzas of the Graves», The Sir John Rhys Memorial Lecture, «Proceedings of the British Academy», Vol. LIII (1967), p. 97-137.

Содержащая упоминание имени Артура ранняя поэма из другого MS носит название «Пророчество орла» и содержит пересказ разговора Артура с орлом, который оказывается Эливлодом ап Мадок ап Утер и потому его собственным племянником. Разговор обращается к теме добра и зла, и орел объясняет Артуру, что молитва к Христу может избавить его от грехов. Текст см. в Ifor Williams, «Ymddiddan Arthur a'r Eryr», «Bulletin of the Board of Celtic Studies», Vol. II (1925), p. 269 — 286, а перевод на современный валлийский в Marged Haycock, «Blodeugerdd Barddos о Ganu Crefyddol Cynnar» (University of Welsh Press, 1994), p. 297-312.

Поэзия «Гогинвейрдд» (1100-1282)

Этот важный поэтический корпус был впервые опубликован среди массы прочего валлийского материала в «The Myvyrian Archaiology» (3 vols, 1801 — 1806). Второе издание было уже однотомным (Gee Son, 1870), и именно на него обычно ссылаются в более старых работах; поэзия присутствует на стр. 140 — 356. Дипломатическое издание «The Poetry in the Red Book of Hergest» Дж. Гвеногврина Эванса (Лланбедрог, 1911 г.) также содержит значительное число поэм «Гогинвейрдд», а отсутствующие в этой работе можно найти в книге Эванса «Poetry by Medieval Welsh Bards» (Лланбедрог, 1926), представляющей собой сопутствующий том с общей нумерацией страниц и указателем личных имен и географических названий в обоих томах.

Самый старый среди манускриптов, содержащих произведения «Гогинвейрдд» (ок. 1250 г.), обнаружили в 1910 году — внизу платяного шкафа в доме, носящем название Хендре-гадредд, в Портмадоге (Северный Уэльс), и его купила Национальная библиотека Уэльса. Издание осуществили John Morris-Jones и Т. Н. Parry под названием «Llawysgrif Hendregadredd» (University of Wales Press, 1933), и теперь оно считается самым важным источником по этой поэзии. Весь корпус поэзии «Гогинвейрдд» был издан с примечаниями (на валлийском) и современными валлийскими переводами в семитомной серии «Cyfres Beirdd у Tywysogion» (Серия поэтов князей), выпущенным руководством Р.Дж. Груфидда (University of Wales Press, 1991 — 1996). Издание это считается теперь образцовым сводом всего корпуса поэзии «Гогинвейрдд», и остается надеяться, что когда-нибудь оно появится с примечаниями на английском и с английскими переводами стихотворений, поскольку они содержат колоссальной важности материал для исследования артурианы и истории Уэльса.

В настоящее время английские переводы разбросаны по различным работам, и собранная Патриком Симс-Уильям-сом библиография этих переводов присутствует в журнале «Ysgrifiau Beirniadol», Vol. XIII (1985), p. 39-47. См. также:

Joseph Clancy. «The Earliest Welsh Poetry» (Macmillan, 1970);

Tony Conran (ed.). Welsh Verse (3rd edn, Seren, 1992; первоначально опубликованная как The Penguin Book of Welsh Verse, 1967);

Gwyn Jones (ed.). The Oxford Book of Welsh Verse in English (Oxford University Press, 1977).

Барды, жившие после «Гогинвейрдд», известны под общим именем «поэты знати», и произведения самых важных бардов периода изданы в следующих книгах:

Йоло Гох - в Davidd Johnston (ed.). «Iolo Goch Poems» (Gomer Press, 1993);

Гуто’ Глин - в Ifor Williams and J. Lloyd Williams (eds.). «Gwaith Guto Glyn» (University of Wales Press, 1937);

Гутун Овейн - E. Bachellery (ed.). «L'Oeuvre poetique de Gutun Owain» (Librairie Ancienne Honore Champion, 2vols., 1950—1951) (примечания и переводы на французском);

Тудур Алед — Т. Gwynn Jones (ed.). «Gwaith Tudur Aled» (University of Wales Press, 2 vols, 1926);

Левис Глин Гооти — Dafidd Johnston (ed.). «Gwaith Lewys Glyn Gothi» (University of Wales Press, 1995).

Остальные поэтические произведения этого периода были изданы Центром передовых кельтских исследований в Абе-риствите, причем каждый том содержит именной указатель, а произведения каждого поэта предваряются собственным введением; все примечания даны на валлийском языке. Переводы этих поэм можно найти в перечисленных выше книгах, а также в Joseph Clancy. «Medieval Welsh Lyrics» (Macmillan, 1965).

Генеалогические материалы

В книге Р. С. Bartrum «Early Welsh Genealogical Tracts» (University of Wales Press, 1966) изданы все существующие ранние тексты, и она является эталоном по теме. Бартрум также выпустил 8-томные «Welsh Genealogies A.D. 300 — 1400» (University of Wales Press, 1974) и 18-томные «Welsh Genealogies A.D. 1400-1500» (National Library of Wales, 1983). Его последняя работа «A Welsh Classical Dictionary: People in History и Legend up to about A.D. 1000» (National Library of Wales, 1993) является плодом проводившихся в течение всей жизни исследований и начальной точкой для любых серьезных исследований раннего валлийского материала и происхождения Артура.

Топонимические исследования

Эти исследования в современном Уэльсе еще не достигли того же уровня, что и в Англии, где Английское топонимическое общество публикует великолепные исследования топонимов каждого графства — в том числе семь томов по Чеширу и два тома по Шропширу. Топонимические исследования многих областей Уэльса еще предстоит опубликовать, а уже существующие перечислены ниже:

Hywel Wyn Owen. «The Place-Names of East Flintshire» (University of Wales Press, 1994). Эта работа считается самой лучшей и подробной среди трудов, посвященных топонимике Уэльса, и представляет собой эталон, по которому следует равняться прочим авторам. С топонимикой областей Флинтшира, не охваченных этой работой, можно ознакомиться в книге Ellis Davies. «Flintshire Place-Names» (University of Wales Press, 1959), впрочем, не настолько подробной.

В. G. Charles. «The Place-Names of Pembrokeshire» (National Library of Wales, 2 vols., 1992);

John Lloyd-Jones. «Enwau Lleoedd Sir Garnarfon» (Кардифф, 1928);

Gwynedd O. Pierce. «The Place-Names of Dinas Powys Hundred» (University of Wales Press, 1968).

Мелвилл Ричардс собрал более 100 тыс. вырезок, относящихся к топонимике Уэльса. Известное под названием «Ономастикой», это собрание в настоящее время является основой для составления Валлийского топонимического словаря, составлением которого занимаются в Бангоре. Наиболее значительной среди остальных работ Ричардса является «Welsh Administrative и Territorial Units» (University of Уэльс Press, 1968). Весьма полезным изданием является также книга Elwyn Davies. «A Gazetteer of Welsh Place-Names» (University of Wales Press, 1968).

Фольклор

Фольклор собирают в Уэльсе более двух сотен лет, однако незаписанные устные предания можно обнаружить даже сегодня. Наибольший интерес с точки зрения артурианы представляют книги John Rhys. «Celtic Folklore, Welsh and Manx» (Clarendon Press, 2 vols., 1901), и Т. Gwynn Jones «Welsh Folklore and Folk Custom» (Methuen, 1930). В великолепной работе Chris Grooms «The Giants of Wales» (Edwin Mellen, 1993) содержится крайне важный для артурианы материал.

Артуриана

Многие из посвященных артуроведению книг можно обнаружить на полках, и мы приводим здесь список лишь тех из них, которые, на наш взгляд, являются наиболее полезными. Первым серьезным исследоварнием стала книга Е.K. Chambers «Arthur of Britain» (Sidgwick Jackson, 1927; reprinted 1966), до сих пор остающаяся одной из лучших. В состав приложений входят наиболее важные латинские и французские манускрипты артурианы, многие из которых были переведены и напечатаны в очень полезной книге Ричарда Уайта «King Arthur in Legend and History» (Dent, 1997). В нее также входят отрывки из некоторых менее известных романов артурианы, отсутствующие в «Arthur of Britain». В книге Ричарда Барбера «The Figure of Arthur» (Longman, 1972) содержится качественное обсуждение доступных свидетельств, много места отведено ранним валлийским источникам. В книге Rachel Bromwich, А.О.Н. Jarman, Brynley F. Roberts (eds.) «The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature» (University of Wales Press, 1991) подробно рассматривается валлийский материал, и ее следует считать важной работой. Все работы Роджера Шермана Лумиса могут послужить ценным подспорьем исследователю, в особенности его «Wales and the Arthurian Legend» (University of Wales Press, 1956) и «Arthurian Literature in the Middle Ages» (Clarendon Press, 1959). К числу опубликованных в академических журналах крайне полезных статей следует отнести:

Thomas Jones. «The Early Evolution of the Legend of Arthur» (1958), trans. Gerald Morgan Nottingham Medieval Studies, Vol. VIII (1964), p. 3-21;

Rachel Bromwich «Concepts of Arthur», Studia Celtica, Vol. X-XI, (1975-1976), p. 163-181;

Brynley F. Roberts «Geoffrey of Monmouth and the Welsh Historical Tradition», Nottingham Medieval Studies, Vol. XX (1976), p. 29-40.

Несколько устаревшая работа Т. Gwynn Jones «Some Arthurian Material in Celtic», Aberystwyth Studies, Vol. VIII (1926), p. 37 —93, до сих пор дает весьма полное общее представление о ранних валлийских и ирландских текстах, повествующих об Артуре. Еще одним ценным источником информации является ежегодник «Arthurian Literature», публикуемый издательством Boydell and Brewer; в настоящее время вышел XIX том.

Примечания

Глава 1

1. Lewis Thorpe, The History of the Kings of Britain by Geoffrey of Monmouth (Penguin, 1966), p. 200 — 201.

2. Ibid..

3. Ibid., p. 201. Факт этот нигде более не упоминается в

Historia.

4. Ibid., p. 202.

5. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978), p. 520.

6. Michael Winterbottom, Gildas, The Ruin of Britain (Phillimore, 1978), p. 32 — 36, § 33 — 36. Островом, упоминаемым в данном случае, является Мон (Англси).

7. R. Geraint Gruffydd (ed.), Cyfres Beirdd у Tywysogion (University of Wales Press, 7vols., 1991-1996), Vol. I, p. 244.

8. T. D. Kendrick, British Antiquity (Methuen, 1950), p. 10-11.

9. Judith Weiss, Wace's Roman de Brut: A History of The British (University of Exeter Press, 1999), p. 245.

10. Roger Sherman Loomis (ed.), Arthurian Literature in the Middle Ages (Clarendon Press, 1959), p. 88 и ссылки в ней.

11. Eugene Vinaver (ed.), The Works of Sir Thomas Malory (Clarendon Press, 3vols., 1947), Vol. 1, p. cxiii.

12. Подробнее об этой реликвии см.: Martin Biddle, King Arthur's Round Table (Boydell, 2000).

13. Kendrick, British Antiquity, 1950, p. 42.

14. Richard Barber, King Arthur: Hero and Legend (Boydell, 1986), p. 142.

15. Информация из Bibliographical Bulletin Международного артуровского общества была сведена в четырех томах The Arthurian Bibliography, охватывающих все посвященные Артуру работы вплоть до 1998 года.

16. David Dumville, Sub-Roman Britain: History and Legend, (History), Vol. LXII, (1977), p. 173-192.

17. Чуть более подробный обзор этого материала приведен Томасом Чарлз-Эдвардсом: Rachel Bromwich, А. О. Н. Jarman 8c Brynley F. Roberts (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991), p. 15-32.

18. Tacitus, De Vita Agricolae, ed. R. M. Ogilvie Sir Ian Richmond (Clarendon Press, 1967), p. 80-90.

19. В соответствии с преданиями, зафиксированными фольклористами в конце девятнадцатого столетия, — напр., John Rhys, Celtic Folklore, Welsh and Manx (Clarendon Press, 2 vols., 1901), and Rev. Elias Owen, Welsh Folklore (Woodall, Minshall Co., 1896).

Глава 2

1. В 1151 году Гальфрид был свидетелем пожалования земли в качестве «Episcopus Sancti Asaphi», а впоследствии, в том же году, он как свидетель же подписывал хартию Роберта де Чесни: «Electus Sancti Asaphi». J. S. P. Tatlock, The Legendary History of Britain (University of California Press, 1950), p. 438-448.

2. Некоторые ученые предполагают, что Гальфрид происходил из Бретани и был связан с Приоратом Монмута, основанном бретонцем Вихеноком, владетелем Монмута ок. 1075 года. Tatlock, The Legendary History of Britain, p. 440.

3. Ibid., p. 441 — 442. Уолтера, архидьякона Оксфордского, часто путали с Уолтером Мапом, бывшим дьяконом при Генрихе II примерно через пятьдесят лет. Это совершенно разные люди.

4. В то время Оксфорд входил в диоцез Линкольна.

5. Tatlock, The Legendary History of Britain, p. 442.

6. Ibid., p. 68 —69 и другие ссылки в указателе.

7. Эти и другие касающиеся Гальфрида вопросы хорошо обсуждены в работе Тэтлока The Legendary History of Britain.

8. Упоминание Гильды в тексте Гальфрида может относиться к работе, известной ныне под названием Historia Brittonum. В Средние века эту работу часто приписывали Гильде, но подлинный ее автор так и остался неизвестным, хотя его часто именуют Неннием.

9. Подробное обсуждение см. в двух статьях: Neil Wright, «Geoffrey of Monmouth and Gildas», Arthurian Literature, Vol. II (1982), p. 1 -40, и «Geoffrey of Monmouth and Bede», Arthurian Literature, Vol. VI (1986), p. 27-59.

10. Латинский текст из Neil Wright (ed.), The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth I: A Single-Manuscript Edition from Bern, Burgerbibliothek, MS. 568 (D. S. Brewer, 1985), p. 1, §2; перевод из Lewis Thorpe, The History of the Kings of Britain by Geoffrey of Monmouth (Penguin, 1966), p. 51.

11. Латинский текст из Wright, The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth I, p. 147, §208; перевод из Thorpe, The History of the Kings of Britain, p. 284.

12. Латинский текст из Wright, The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth I, p. 129—130, § 177; перевод из Thorpe, The History of the Kings of Britain, p. 257-258.

13. Thorpe, The History of the Kings of Britain, p. 5.

14. Подробное обсуждение рукописей-вариантов см в: Neil Wright (ed.), The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth II: The First Variant Version: A Critical Edition (D. S. Brewer, 1988), а полный каталог сохранившихся манускриптов Historia см в: Julia Crick, The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth III: A Summary Catalogue of the Manuscripts (D. S. Brewer, 1989). ,

15. Roger Sherman Loomis (ed.), Arthurian Literature in the Middle Ages (Clarendon Press, 1959), p. 87.

16. Tatlock, The Legendary History of Britain, p. 422 — 425.

17. R. W. Southern, «Aspects of the European Tradition of Historical Writing 1. The Classical Tradition from Einhard to Geoffrey of Monmouth», Transactions of the Royal Historical Society, Fifth Series, No. 20 (1970), p. 173-196, p. 194.

18. Alexander Bell (ed.), L'Estoire des Engleis By Geffrei Gaimar (Anglo-Norman Text Society, 1960), p. 204, 11. 6448-6453; перевод из: Sir Thomas Duffus Hardy Charles Trice Martin (eds.), Lestorie des Engles, Vol. II, Rolls edition (HMSO, 1889), p. 203.

19. E. K. Chambers, Arthur of Britain (Sidgwick Jackson, 1927), p. 55.

20. Loomis, Arthurian Literature in the Middle Ages, p. 81.

21. P. C. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary: People in History and Legend up to about A. D. 1000 (National Library of Wales, 1993), p. 215-217.

22. J. Gwenogvryn Evans John Rhys, The Text of the Book of Llan Dav Reproduced from the Gwysaney Manuscript (Oxford University Press, 1893), p. 225.

23. P. C. Bartrum, Early Welsh Genealogical Tracts (University of Wales Press, 1966), p. 4.

24. Подробное исследование этого материала потребует написания новой книги, однако имена четырех наследовавших Артуру королей взяты из De Excidio Гильды, и все они правили в Уэльсе или на юго-западном полуострове, а не в Англии или Шотландии. Кередиг кажется вымышленным, а последние трое правили друг за другом в Гвинедде, как говорится в Historia Brittonum и в Historia Ecclesiastica Беды.

25. Самой ранней рукописью, по общему мнению, является известная ныне под названием Brut Dingestow, опубликованная в: Henry Lewis, Brut Dingestow (University of Wales Press, 1942).

26. Charlotte Ward, «Arthur in the Welsh Bruts», in Cyril J. Burne, Margaret Harry Padraig O'Siadhail (eds.), Celtic Languages and Celtic Peoples: Proceedings of the Second North American Congress of Celtic Studies (St Mary's University, 1992), p. 383 — 390, p. 383. Интереснейшая, посвященная этой теме статья заслуживает самого широкого прочтения.

27. Thomas Jones, Brut Y Tywysogyon or The Chronicle of the Princes, Peniarth MS. 20 Version (University of Wales Press, 1952), p. 58.

Глава 3

1. Thomas Jones, «The Early Evolution of the Legend of Arthur» (1958), пер. Gerald Morgan, Nottingham Medieval Studies, Vol. VIII (1964), p. 3-21.

2. R. Geraint Gruffydd (ed.), Cyfres Beirdd у Tywysogion (University of Wales Press, 7vols., 1991-1996), Vol. III, p. 109.

3. Более подробное обсуждение этого материала см. в: Т. М. Charles-Edwards, Morfydd E. Owen Paul Russell (eds.), The Welsh King and his Court (University of Wales Press, 2000), p. 142—166, and A. O. H. Jarman Gwilym Rees Hughes, A Guide to Welsh Literature Volume 1 (Christopher Davies, 1976), p. 123-188.

4. Patrick Sims-Williams, «Clas Beuno and the Four Branches of the Mabinogi», in 150 Jahre Mabinogion Deutsch-Walisische Kulturbeziehungen (Max Niemeyer Verlag, 2001), p. 113.

5. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978), p. lxv.

6. Великолепный и подробный анализ валлийских манускриптов см. в: David Huws, Medieval Welsh Manuscripts (University of Wales Press, 2000).

7. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. lxiv —v.

8. Ibid., p. lxvi —vii.

9. Интересные соображения относительно бардов см: Ibid., p. lxx —lxxxiii, и в статье Ceri W. Lewis в: Jarman Hughes, A Guide to Welsh Literature Volume 1, p. 11—50.

10. Lewis Thorpe, The History of the Kings of Britain by Geoffrey of Monmouth (Penguin, 1966), p. 284, n.l.

11. Hugh Williams, Gildae De Excidio Britanniae, Cymmrodorion Record Series No. 3 (Hugh Williams, 2 vols., 1899-1901), Vol. II, p. 390-413.

12.Обсуждение некоторых вопросов, связанных с происхождением преданий, ныне связывающихся с Гластонбери, см. в: Steve Blake Scott Lloyd, The Keys To Avalon (Element, 2000), p. 121-217.

13. Эти Жития можно найти в A. W. Wade-Evans, Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae (University of Wales Press, 1944).

14. Kathleen Hughes, «British MS. Cotton Vespasian A. XIV ("Vitae Sanctorum Wallensium"): its purpose and provenance», Studies in the Early British Church (Cambridge University Press, 1958), p. 183-200, p. 185.

15. Jeff Rider, "Arthur and the Saints", in Valerie M. Lagorio and Mildred Leaks Day (eds.), King Arthur Through the Ages Volume I (Garland, 1990), p. 8.

16. Ibid., p. 17.

17. Эти варианты отмечены в издании Теодора Моммзе-на: Monumenta Germaniae Historica, Chronica Minora, Vol. III (Berlin, 1894).

18. David Dumville, «Nennius and the Historia Brittonum», Studio Celtica, Vol/ X-XII (1975-1976), p. 78-95.

19. John Morris, Nennius: British History and the Welsh Annals (Phillimore, 1980), p. 9.

20. Ibid., p. 42.

21. Ibid., p. 37.

22. Michael Winterbottom, Gildas, The Ruin of Britain (Phillimore, 1978), p. 34, §34.

23. Этот вопрос был затронут в Blake Lloyd, The Keys To Avalon, p. 240 — 241. Как нам кажется, первым отождествил Катраэт с Каттериком (Йоркшир) Эдвард Уильямс (Iolo Morgannwg) в Poems, Lyrical and Pastoral (E. Williams, 2 vols., 1794), Vol. II, p. 16.

24. Эти трудные для понимания поэмы еще нуждаются в удовлетворительном переводе. Валлийский текст см. в: If or Williams, Canu Aneirin (University of Wales Press, 1938), a два частичных перевода см. в: Kenneth Jackson, The Gododdin: The Oldest Scottish Poem (University of Edinburgh Press, 1969), и в А. О. Н. Jarman, Aneirin: Y Gododdin (Gomer Press, 1988).

25. Валлийский текст можно найти в D. Simon Evans, Historia Grufudd ab Kynan (University of Wales Press, 1977), а английский перевод в D. Simon Evans, A Mediaeval Welsh Prince of Wales — The Life of Grufydd ap Cynan (Llanerch, 1996).

26. Huws, Medieval Welsh Manuscripts, p. 75.

27. Ibid., p. 79.

28. Marged Haycock, «"Preiddeu Annwn" and the Figure of Taliesin», Studia Celtica, Vol. XVIII-XIX (1983-1984), p. 62-63.

29. J. Gwenogvryn Evans, The Book of Taliesin (Llanbedrog, 1910), p. 27.

30. Ibid., p. 34.

31. Ibid., p. 71.

32. Ibid., p. 48.

33. Huws, Medieval Welsh Manuscripts, p. 70 — 72.

34. А. О. Н. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982), p. 66; перевод из Rachel Bromwich, А. О. Н. Jarman Brynley F. Roberts (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991), p. 40.

35. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 48; перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 47.

36. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 73; перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 44.

37. «Таким образом, Trioedd Ynys Prydein начинались в качестве устного указателя, служащего мнемоническим целям при воспроизведении традиционной истории Британнии. Они обрели письменную форму и дегенерировали в самоценный материал, утеряв при этом огромное количество фонового материала». Е. I. Rowlands, «Bardic Lore and Education», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XXXII (1985), p. 152.

38. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 16.

39. Ibid., p. lxix.

40. Sir John E. Lloyd, A History of Wales (Longmans, Green Co., 3rd edn, 2vols., 1939), Vol. II, p. 485.

41. T. Gwynn Jones, «Some Arthurian Material in Celtic», Aberystwyth Studies, Vol. VIII (1926), pp. 37-93.

42. Thomas Jones, «A Sixteenth-Century Version of the Arthurian Cave Legend», in Mieczyslaw Brahmer (ed.), Studies in Language and Literature in Honour of Margaret Schlauch (Polish Scientific Publishers, 1966), p. 179.

43. R. G. Gruffydd, Cyfres Beirdd у Tywysogion, Vol. V, p. 124, 11. 7 — 8; перевод из Т. G. Jones, «Some Arthurian Material in Celtic», p. 42.

44. T. G. Jones, «Some Arthurian Material in Celtic», p. 42.

45. J. E. Caerwyn Williams, The Poets of the Welsh Princes (University of Wales Press, 1994), p. 6 — 7. В этой работе приведен великолепный обзор вопроса и сведений об этих поэтах.

46. Rachel Bromwich D. Simon Evans, Culhwch and Olwen: An Edition and Study of the Oldest Arthurian Tale (University of Wales Press, 1992), p. 98.

47. Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 83 — 84.

48. Gwyn Jones Thomas Jones, The Mabinogion (Everyman, rev. edn, 1993), p. 84.

49. Thorpe, The History of the Kings of Britain, p. 217.

50. Ibid., p. 120.

51. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 240 — 249.

52. Bromwich Evans, Culhwch and Olwen, p. 64 — 65.

53. Thorpe, The History of the Kings of Britain, p. 217.

54. На самом деле в Historia Brittonum and Annales Cambriae сказано, что Артур нес образ «на плечах, on shoulders», однако здесь это, вероятно, вызвано путаницей

в употреблении валлийских слов «scuit», означающего «щит», и «scuid», означающего «плечо».

55. Bromwich Evans, Culhwch and Olwen, p. 64 и ссылки там.

56. G. Jones Т. Jones, The Mabinogion, p. 114.

57. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. lxiv.

Глава 4

1. Lewis Thorpe, Gerald of Wales: The Journey Through Wales/The Description of Wales (Penguin, 1978), p. 251.

2. А. О. Н. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982), p. 66, 11. 13-14; перевод из Rachel Bromwich, А. О. Н. Jarman Brynley F. Roberts (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991), p. 40.

3. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 73, перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 44.

4. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978), p. 521, n.l.

5. Новое издание этой поэмы вместе с современным валлийским переводом можно найти в Marged Haycock, Blodeugerdd Barddos o Ganu Crefyddol Cynnar (University of Wales Press, 1994), p. 297-312.

6. P. C. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary: People in History and Legend up to about A.D. 1000 (National Library of Wales, 1993), p. 13.

7. Ibid., p. 420 и ссылки там.

8. R. Geraint Gruffydd (ed.), Cyfres Beirdd у Tywysogion (University of Wales Press, 7vols., 1991-1996), Vol. V, p. 205, 1. 23. Эта возможность также обсуждалась в Steve Blake Scott Lloyd, The Keys To Avalon (Element, 2000), p. 47-49.

9. Gwyn Jones Thomas Jones, The Mabinogion (Everyman, rev. edn, 1993), p. 80.

10. Ibid., p. 81.

11. Ibid., p. 84.

12. Ibid.

13. Rupert H. Morris (ed.), Parochialia: being a summary of answers to "Parochial queries in order to a geographical dictionary, etc., of Wales" / issued by Edward Lhwyd (1698) (Cambrian Archaeological Association, 4vols., 1909 — 1911), Vol. I, p. 70.

14. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 140.

15. Chris Grooms, The Giants of Wales (Edwin Mellen, 1993), p. 236-239.

16. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 86.

17. P. C. Bartrum, «Arthuriana from the Genealogical Manuscripts», National Library of Wales Journal, Vol. XIV (1965), p. 242.

18. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 301 и ссылки на ней.

19. Ibid., p. 312.

20. RCAHM [Royal Commission on Ancient and Historic Monuments], An Inventory of the Ancient Monuments in Wales and Monmouthshire, Volume IV — County of Denbigh (Royal Stationery Office, 1914), p. 124.

21. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 86, 110.

22. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 332.

23. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 85.

24. P. C. Bartrum, Early Welsh Genealogical Tracts (University of Wales Press, 1966), p. 85.

25. W. J. Gruffydd, Math vab Mathonwy (University of Wales Press, 1928), p. 343-345.

26. A. W. Wade-Evans, Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae (University of Wales Press, 1944), p. 194, §1. «Audiens, interea, miles magnificus Arthurii regis sui consobrini magnificentiam, cupiuit uistare tanti uictoris curiam».

27. Bartrum, «Arthuriana from the Genealogical Manuscripts», p. 242.

28. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 1, 31.

29. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 119.

30. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 103.

31. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 91.

32. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 8.

33. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 37, 11. 24 — 25.

34. E. Bachellery (ed.), L'CEuvre poetique de Gutun Owain (Librairie Ancienne Honore Champion, 2 vols., 1950—1951), Vol. I, p. 129, 191; Vol. II, p. 299. См. также Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 50 и примечания на ней.

35. G. Jones Т. Jones, The Mabinogion, p. 119.

36. John Rhys, Celtic Folklore, Welsh and Manx (Clarendon Press, 2 vols., 1901), Vol. I, p. 231-233.

37. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 452.

38. Llanstephan MS. 100, p. 19, from Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 452.

39. Bartrum, Early Welsh Genealogical Tracts, p. 13, «[H] ic est terminus eorum: A flumine quod uocatur Dubr Duiu usque ad aliud flumen Tebi. Et tenuerunt plurimas regiones occidentali plaga Brittanniae»,

40. John Morris, Nennius: British History and the Welsh Annals (Phillimore, 1980), p. 42, §73.

41. Bartrum, Early Welsh Genealogical Tracts, p. 66.

42. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 110.

43. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 68, 11. 76 — 77.

44. Ibid., p. 73, 11. 49-50.

45. R.G. Gruffydd, Cyfres Beirdd у Tywysogion, Vol. VII, p. 604, 11. 15-16.

46. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 416.

47. Дальнейшие упоминания его в поздней литературе см. в Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 402.

48. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 157.

49. Ibid., p. 354.

50. Jones, T. Gwynn, 1929, Vol. II, p. 357, поэма в честь Давидда ап Хивел из Нанхеудви, валлийского кантрефа, центр которого находится в Лланголлене.

51. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 43, 11. 213-218.

52. Patrick K. Ford, Ystoria Taliesin (University of Wales Press, 1992).

Глава 5

1. Jurgen Spanuth, Atlantis of the North (Sidgwick Jackson, 1979), p. 30.

2. Эта ссылка основана на корректурной записи для ynys, любезно присланной нам Эндрю Хоком и будет проверена по печатному изданию, которое должно выйти в конце 2002 года.

3. R. Geraint Gruffydd (ed.), Суfres Beirdd у Tywysogion (University of Wales Press, 7 vols., 1991-1996), Vol. I, p. 71, 1. 10.

4. Ibid., Vol. IV, p. 118, 11.64.

5. Thomas Jones, «Teir Ynys Prydein a' e Their Rac Ynys», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XVII (1958), p. 268 —269 и ссылки на них.

6. R. G. Gruffydd, Cyfres Beirdd у Tywysogion, Vol. I, p. 76, 1. 22; перевод из: К. L. Maund, Gruffydd ap Cynan: A Collaborative Biography (Boydell, 1996), p. 183.

7. R. G. Gruffydd, Cyfres Beirdd у Tywysogion, Vol. IV, p. 58, 1. 96.

8. Ibid., Vol. V, p. 72, 1. 7.

9. Другие примеры можно найти в: Rhian Andrews, «Rhai Agweddau ar Sofraniaeth yng Ngherddi'r Gogynfeirdd», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XXVII (1976), p. 25 — 26, J. Gwenogvryn Evans, The Book of Taliesin (Llanbedrog, 1910), p. ix, n. 6, и в книге того же автора Poetry by Medieval Welsh Bards (Llanbedrog, 1926), p. 421. Мы надеемся когда-нибудь опубликовать подробный анализ этих источников.

10. Andrews, «Rhai Agweddau ar Sofraniaeth yng Ngherddi'r Gogynfeirdd», p. 26. Нам хотелось бы поблагодарить Элин Ллуйд Морган за ее помощь в переводе этой статьи.

11. R. G. Gruffydd, Cyfres Beirdd у Tywysogion, Vol. VII, p. 544, 11. 17, 23.

12. Gwyn Jones Thomas Jones, The Mabinogion (Everyman, rev. edn, 1993), p. 27. Валлийский текст гласит: «a dechrau o'r lle hwnnw peri anuin kennadeu у dygyuoryaw yr ynys honn у gyt. Ac yna у peris ef dyuot llwyr wys pedeir degwlat a seith-ugeint». Примечания к этому разделу можно найти в Ifor Williams, Pedeir Keinc y Mabinogi (University of Wales Press, 1930), p. 190-191 (на валлийском языке).

13. Peniarth MS. 163, p. 57-60; see J. Gwenogvryn Evans, Report on Manuscripts in the Welsh Language (Historical Manuscripts Commission, 2 vols., 1898-1910), Vol I, p. 954.

14. Simon Keynes Michael Lapidge, Alfred the Great: Asser's Life of King Alfred and Other Contemporary Sources (Penguin, 1983), p. 71; латинский текст можно найти в William Henry Stevenson, Asser's Life of King Alfred (Clarendon Press, 2nd edn, 1959), p. 12.

15. С альтернативной точкой зрения в отношении происхождения этого сооружения можно ознакомиться в Steve Blake Scott Lloyd, The Keys To Avalon (Element, 2000) p. 60-67,302.

16. J. Gwenogvryn Evans John Rhys, The Text of the Book of Llan Dav Reproduced from the Gwysaney Manuscript (Oxford University Press, 1893), p. 118,11. 13-14.

17. Ibid., p. 120, 11. 5-6.

18. Neil Wright, «Gildas's geographical perspective: some problems», in Michael Lapidge and David Dumville (eds.), Gildas: New Approaches (Boydell, 1984), p. 85-106, p. 99: «Можно заметить, что автор [Гильда], подобно другим валлийским писателям Средневековья, пользовался термином "Britannia" для обозначения только Уэльса, а не Британии, и потому говорит только о вторжении пиктов в Уэльс».

19. Мы опубликовали ряд наших ранних открытий в книге Blake Lloyd, The Keys To Avalon, p. 55 — 60, а также некоторые возможные следствия из них. Однако исследования наши быстро продвигались вперед, и мы надеемся однажды опубликовать наши новые находки и пересмотренные интерпретации.

20. Blake Lloyd, The Keys To Avalon, p. 108-110.

21. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978), p. 1.

22. Ibid., p. 229.

23. Более подробно эта путаница между двумя городами освещается в Blake Lloyd, The Keys To Avalon, p. 31 — 33.

24. Rachel Bromwich, А. О. Н. Jarman Brynley F. Roberts (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991), p. 234.

25. Ibid., p. 234-238.

26. Blake Lloyd, The Keys To Avalon, p. 229-230 и первое фото среди черно-белых иллюстраций.

27. G. Jones Т. Jones, The Mabinogion, p. 89.

28. Patrick Sims-Williams, «The Irish Geography of Culhwch and Olwen», in Donnchadh Y Corrain, Liam Breatnach, Kim McCone (eds.), Sages, Saints and Storytellers: Celtic Studies in Honour of Professor James Carney, Maynooth Monographs No. 2 (An Sagart, 1989), p. 413-417.

29. R. G. Gruffydd, Cyfres Beirdd у Tywysogion, Vol. IV, p. 52, 1. 167.

30. T. Gwynn Jones, "Some Arthurian Material in Celtic", Aberystivyth Studies, Vol. VIII (1926), p. 37-93, p. 41.

31. Dafydd Johnston (ed.), Iolo Goch Poems (Gomer Press, 1993), p. 24 —25 и примечания на стр. 161 — 162.

32. Ibid., p. 12 — 3, а примечания к поэме см. на стр. 159.

33. Е. Bachellery (ed.), L'НЬuvre poetique de Gutun Owain (Librairie Ancienne Honore Champion, 2 vols., 1950—1951), Vol. II, p. 251, 1. 18.

34. Colin A. Gresham, «The Cymer Abbey Charter», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XXXI (1984), p. 141-157, p. 144.

35. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 86.

36. Chris Grooms, The Giants of Wales (Edwin Mellen, 1993), p. 214-218.

37. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 239.

38. Ifor Williams, Canu Aneirin (University of Wales Press, 1938), p. 50, 1. 1272, перевод в: Kenneth Jackson, The Gododdin: The Oldest Scottish Poem (University of Edinburgh Press, 1969), p. 153. Этот раздел отсутствует в А. О. Н. Jarman, Aneirin: Y Gododdin (Gomer Press, 1988).

39. Frances Lynch, A Guide to Ancient and Historic Wales: Gwynedd (Cadw, 1995), p. 80, предполагает, что крепость может оказаться принадлежащей к послеримскому времени, что еще более поддерживает идею.

40. Подробное обсуждение этих пунктов находится в стадии подготовки.

41. Michael Winterbottom, Gildas, The Ruin of Britain (Phillimore, 1978), p. 31, §32.

42. Малые задания просто описываются как завершенные, без приведения дополнительных подробностей. Rachel Bromwich D. Simon Evans, Culhwch and Olwen: An Edition and Study of the Oldest Arthurian Tale (University of Wales Press, 1992), p. xlvii-liii.

43. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 105.

44. Lewis Thorpe, Gerald of Wales: The Journey Through Wales/The Description of Wales (Penguin, 1978), p. 227, and Bromwich Evans, Culhwch and Olwen, p. 159—160.

45. Bromwich Evans, Culhwch and Olwen, p. 156.

46. Ibid., p. lxiv —lxx и примечания на них.

47. G. Jones Т. Jones, The Mabinogion, p. 109.

48. Ibid., p. 112.

49. Ibid., p. 112-113.

50. RCAHM [Royal Commission on Ancient and Historic Monuments], An Inventory of the Ancient Monuments in Wales and Monmouthshire, Volume IV — County of Denbigh (Royal Stationery Office, 1914), p. 129. Grid reference SH 964424.

51. A. W. Wade-Evans, Welsh Christian Origins (Alden Press, 1934), p. 239.

52. Peter Roberts, The Chronicle of the Kings of Britain (E. Williams, 1811), p. 361—362. Утраченный манускрипт также содержал артуровский материал, который представил бы огромный интерес, если бы его только удалось найти. Немногие существующие следы старательно исследуются нами, и если мы найдем его, то дадим вам знать!

53. G. Jones Т. Jones, The Mabinogion, p. 87.

54. Bromwich Evans, Culhwch and Olwen, p. lxxxii-iii.

55. Обсуждение некоторых вопросов, возникающих относительно топонимов в поэме, можно обнаружить в примечаниях к статье Marged Haycock, «"Preiddeu Annwn" and the Figure of Taliesin», Studio. Celtica, Vol. XVIII-XIX (1983 — 1984), p. 52 — 78. Прослеживая некоторые предания относительно одного из валлийских озер, мы наткнулись на упомянутый факт, которого нигде более не замечали; в книге Frank Ward, The Lakes of Wales (Herbert Jenkins, 1931), p. 43: три небольших озерца, расположенных возле берега в Авон-Вен, не слишком далеко от Криккиэта, прежде носили название Llynnoedd Annwn (Озера Аннуна). Любая новая информация на эту тему будет принята с благодарностью.

56. А. О. Н. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982), p. 66; перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 40.

57. Caernarvonshire Historical Society Transactions, Vol. 2 (1940), p. 30 и ссылки на ней.

58. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 67; перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 41.

59. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 102.

60. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 66, 1. 28; перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 40.

61. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 67, 1. 43; перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 41.

62. J. G. Evans, The Book of Taliesin, p. xxiii.

63. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 67, 1. 64; перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 43. '

64. Отсылки на эти обстоятельства см. в: J. Lloyd-Jones, Geirfa Barddoniaeth Gynnar Gymraeg (University of Wales Press, 8vols., 1931-63), Vol. V, p. 475.

65. John Morris, Nennius: British History and the Welsh Annals (Phillimore, 1980), p. 29-31, § 40-42.

66. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 68, 1. 79; перевод из Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 44. Ha стр. 45 последней работы приведены достаточно спекулятивные рассуждения на эту тему.

67. Ibid.

68. Blake Lloyd, The Keys To Avalon, p. 225-226.

Глава 6

1. См.: Глава 3, p. 53.

2. John Morris, Nennius: British History and the Welsh Annals (Phillimore, 1980), p. 35, §56.

3. P. C. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary: People in History and Legend up to about A. D. 1000 (National Library of Wales, 1993), p. 26-27.

4. Ibid., p. 27.

5. Thomas Jones, «The Early Evolution of the Legend of Arthur» (1958), пер. Gerald Morgan, Nottingham Medieval Studies, Vol. VIII (1964), p. 3.

6. Термин «легендарный» зачастую применяется в отношении персонажей, не укладывающихся в наше нынешнее понимание. Хотя некоторые из подобных фигур и имеют мифологический или определенно легендарный статус, прочие, хотя и удостоенные подобного титула, обязаны подождать более определенных свидетельств.

7. Т. Jones, «The Early Evolution of the Legend of Arthur», p. 4.

8. Rachel Bromwich, «Concepts of Arthur», Studia Celtica, Vol. X-XI (1975-1976), p. 168.

9. Интересные соображения можно найти в Richard Barber, The Figure of Arthur (Longman, 1972).

10. Н. М. Chadwick N. К. Chadwick, The Growth of Literature (Cambridge University Press, 2 vols., 1932), Vol. I, p. 155.

11. Идея эта первоначально была предложена в начале XIX столетия, однако была принята лишь историками и антикварами Южного Уэльса. К началу XX века она была утрачена, однако в конце 1970-х годов ее воскресили два исследователя, Алан Уилсон и Бэрэм Блэккетт. Их изложение оригинальной теории еще больше запутывает вопрос, как и настоятельные уверения в том, что существует заговор, целью которого является прекращение их работы. Изложение их взглядов см. в: Adrian Gilbert, Alan Wilson and Baram Blackett, The Holy Kingdom (Bantam, 1998).

12. A. W. Wade-Evans, The Emergence of England and Wales (Heffer, 2nd edn, 1959), p. 73.

13. Подробно этот вопрос обсужден в статье David Dumville, «Nennius and the Historia Brittonum», Studia Celtica, Vol. X-XII (1975-1976), p. 78-95.

14. Morris, Nennius: British History and the Welsh Annals, p. 9.

15. Ibid., p. 47.

16. Ibid.

17. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 239.

18. Chadwick Chadwick, The Growth of Literature, Vol.1, p. 154 — 155. Это признавали также Бромвич в «Concepts of Arthur», p. 169—172, и David Dumville в «Sub-Roman Britain: History and Legend», History, Vol. LXII, (1977), p. 188.

19. T. Jones, «The Early Evolution of the Legend of Arthur», p. 10.

20. Rachel Bromwich, The Poems of Taliesin (Dublin Institute for Advanced Studies, 1968), p. 1,

21. J. Gwenogvryn Evans, The Poetry in the Red Book of Hergest (Llanbedrog, 1911), p. 14, col. 1043, II. 23-24; перевод из: Barber, The Figure of Arthur, p. 98.

22. B. G. Charles, «An early charter from the Abbey of Cwmhir», Transactions of the Radnorshire Society, Vol. XL (1970), p. 68.

23. В поэзии Лливарха Хена, стихотворения которого можно найти в книге Jenny Rowland, Early Welsh Saga Poetry (D. S. Brewer, 1990).

24. E. K. Chambers, Arthur of Britain (Sidgwick Jackson, 1927), p. 202.

25. A. W. Wade-Evans, Nennius's History of the Britons (SPCK, 1938), p. 75, n. 4.

26. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 129.

27. Валлийский текст можно найти в: Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. V (1930), p. 115-129, переведен Томом Пиитом Кроссом в Studies in Philology, Vol. 17(1920), p. 93-110.

28. John Rhys, Celtic Folklore, Welsh and Manx (Clarendon Press, 2 vols., 1901), p. 480. "Carnedd" = "cairn" или насыпанному из камней погребальному кургану.

29. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 134.

30. RCAHM [Royal Commission on Ancient and Historic Monuments], An Inventory of the Ancient Monuments in Wales and Monmouthshire, Volume IV — County of Denbigh (Royal Stationery Office, 1914), p. 135-136. Grid reference SJ 051642. Пример того как "Guinnion" превратился в «Gwynion» можно найти в Честерском списке учеников торговцев железом, 1557-1646, «22 Feb 1613(1613-14) -Уильям сын покойного Джона Далбина из Кайегуннион Ко. Денби». Из The Cheshire Sheaf, March 1910, p. 22.

31. Grid reference SJ 151341.

32. А. О. Н. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982), p. 66, 11. 21-22.

33. Ibid., p. 67, 1. 48.

34. Rachel Bromwich, А. О. Н. Jarman Brynley F. Roberts (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991), p. 41.

35. John J. Parry, Brut у Brenhinedd, Cotton Cleopatra Version (Medieval Academy of America, 1937), p. 28.

36. Roger Sherman Loomis (ed.), Arthurian Literature in the Middle Ages (Clarendon Press, 1959), p. 4.

37. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 56.

38. Ibid.

39. T. Gwynn Jones, Welsh Folklore and Folk Custom (Methuen, 1930), p. 52.

40. Michael Winterbottom, Gildas, The Ruin of Britain (Phillimore, 1978), p. 28, §26.

41. Ibid.

42. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 87.

43. Gwyn Jones Thomas Jones, The Mabinogion (Everyman, rev. edn, 1993), p. 117.

44. Thomas Jones, Brut Y Tywysogyon or The Chronicle of the Princes, Peniarth MS. 20 Version (University of Wales Press, 1952), p. 13.

45. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 118-119.

46. Ibid., p. 119.

47. Melville Richards, Breudwyt Rhonabwy (University of Wales Press, 1948), p. 47 и ссылки на пей.

48. G. Jones Т. Jones, The Mabinogion, p. 119.

49. Steve Blake Scott Lloyd, The Keys To Avalon (Element, 2000), p. 104.

50. T. P. Ellis J. E. Lloyd, The Mabinogion (Clarendon Press, 2vols., 1929), Vol. II, p. 2.

51. «В похвалу Овейну Гвинедду», Кинделлу Бридидд Маур (ок. 1155—1200): «Fal gwaith Fadon fawr wriawr oriain» — «Как на Бадон вавр, мужественный боевой клич». R. Geraint Gruffydd (ed.), Суfres Beirdd у Tywysogion (University of Wales Press, 7 vols., 1991 -1996), Vol. IV, p. 8, 1. 40; перевод из Gwyn Jones (ed.), The Oxford Book of Welsh Verse in English (Oxford University Press, 1977), p. 26.

52. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 83.

53. Rachel Bromwich D. Simon Evans, Culhwch and Olwen: An Edition and Study of the Oldest Arthurian Tale (University of Wales Press, 1992), p. 60.

54. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 87.

55. Ibid., p. 106.

56. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978), p. 140.

57. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 39, 11. 90 — 2; перевод из Thomas Jones, «Stanzas of the Graves», The Sir John Rhys Memorial Lecture, Proceedings of the British Academy, Vol. LIII (1967), p. 97-137, p. 123, §30.

58. Bromwich et al. The Arthur of the Welsh, p. 47.

59. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 274 и примечания на ней.

60. В угоду нынешнему толкованию Девон часто пренебрегают несколькими топонимами «Dyfnaint» и вариантами этого слова. Например, существует лес Дифнант возле озера Вирнуи, Дифнант возле деревни Тревилан в Кередигио-не, и река Дифнант возле Кум Пенмахно — если ограничиться всего тремя названиями. Слово это означает «глубокая речная долина» и обычно используется в качестве названия небольшой речки, протекающей по глубокой долине.

61. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 25.

62. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 415.

63. Lewis Thorpe, The History of the Kings of Britain by Geoffrey of Monmouth (Penguin, 1966), p. 214 — 215.

64. Simon Evans, A Mediaeval Welsh Prince of Wales — The Life of Grufydd ap Cynan (Llanerch, 1996), p. 64; оригинальный валлийский текст напечатан в принадлежащей тому же автору книге Historia Grufudd ab Kynan (University of Wales Press, 1977), p. 11-12.

65. Grid reference SH 833767.

66. Hywel Wyn Owen, The Place-Names of East Flintshire (University of Wales Press, 1994), p. 276. Может быть, Каэр Естин?

67. R. G. Gruffydd, Cyfres Beirdd у Tywysogion, Vol.VII, p. 619, 1. 30.

Глава 7

1. Dafydd Jenkins, The Law of Hywel Dda (Gomer Press, 1986), p. 8-11.

2. Подробнее о валлийском термине «teulu» см. в Т. М. Charles-Edwards, Morfydd E. Owen Paul Russell (eds.), The Welsh King and his Court (University of Wales Press, 2000), «Teulu and Penteulu», p. 63-81.

3. В поэме утверждается, что эта дружина состояла из молодых уроженцев нескольких областей — таких как Рос, Арвон, Рувониог, Аэрон, Дунодинг, Эйдин, Гододдин, — в течение года пировавших перед битвой при Катараэте. Явно большой размер этой теулу можно объяснить тем, что собиралась она ради конкретного и трудного дела.

4. Sir John E. Lloyd, A History of Wales (Longmans, Green Co, 3rd edn, 2 vols, 1939), Vol. I, p. 316.

5. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978) p. 57.

6. Ibid., p. 61.

7. А. О. Н. Jarman, Aneirin: Y Gododdin (Gomer Press, 1988), p. 64, 1. 972.

8. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 57.

9. A. W. Wade-Evans, Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae (University of Wales Press, 1944), p. 69.

10. Hugh Williams, Gildae De Excidio Britanniae, Cymmrodorion Record Series No. 3 (Hugh Williams, 2 vols, 1899-1901), Vol. II, p. 415-420.

11. Michael Winterbottom, Gildas, The Ruin of Britain (Phillimore, 1978), p. 29, §27.

12. Ibid..

13. Ibid.

14. Там же, р. 28.

15. Ibid., p. 32. Указание на крупный рост Маэлгуна сохранилось в валлийских преданиях, где он часто именуется словом Hir (высокий).

16. Ibid.

17. Обсуждается в книге: Р. С. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary: People in History and Legend up to about A.D. 1000 (National Library of Wales, 1993), p. 438-442.

18. John Morris, Nennius: British History and the Welsh Annals (Phillimore, 1980), p. 45.

19. Winterbottom, Gildas, The Ruin of Britain, p. 32, §33.

Глава 8

1. Sir Thomas Malory, Le Morte d'Arthur (J. M. Dent (Everyman's Library), 2 vols, 1906), Vol. Ill, p. 386-387.

2. Ibid., p. 389-390.

3. Lewis Thorpe, The History of the Kings of Britain by Geoffrey of Monmouth (Penguin, 1966), p. 260 — 261.

4. Ibid., p. 261.

5. Ibid., p. 257-258.

6. Rachel Bromwich, А. О. Н. Jarman Brynley F. Roberts (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend, in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991),

p. 81.

7. John Morris, Nennius: British History and the Welsh Annals (Phillimore, 1980), p. 45.

8. Gwyn Jones Thomas Jones, The Mabinogion (Everyman, rev. edn, 1993), p. 89.

9. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978), p. 144.

10. Ibid., p. 206.

11. Ibid., p. 147.

12. A. W. Wade-Evans, Welsh Christian Origins (Alden Press, 1934), p. 190.

13. T. Gwynn Jones, «Some Arthurian Material in Celtic», Aberystwyth Studies, Vol. VIII (1926), p. 37-93, p. 43-44.

14. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 104.

15. T. Gwynn Jones, Gwaith Tudur Aled (University of Wales Press, 2 vols., 1926), Vol. I, p. 266, 11. 43-50.

16. R. Geraint Gruffydd (ed.), Cyfres Beirdd у Tywysogion (University of Wales Press, 7 vols., 1991-1996), Vol. IV, p. 130, 11. 266 — 267; перевод из О. Padel, Arthur in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 2000), p. 59.

17. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 162.

18. Neil Wright (ed.), The Historia Regum Britannie of Geoffrey of Monmouth I: A Single-Manuscript Edition from Bern, Burgerbibliothek, MS. 568 (D. S. Brewer, 1985), p. 131, §178.

19. Geoffrey Ashe, The Traveller's Guide to Arthurian Britain (Gothic Image, 1997), p. 198-200.

20. O. G. S. Crawford, «Arthur and his Battles», Antiquity, Vol. IX (1935), p. 277-291, p. 289.

21. Archaeologia Cambrensis, 1872, p. 71 — 73.

22. А. О. Н. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982), p. 37, 11. 36 — 38; перевод из Thomas Jones, «Stanzas of the Graves», The Sir John Rhys Memorial Lecture, Proceedings of the British Academy, Vol. LIII (1967), p. 97-137, p. 120-121.

23. Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 51.

24. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 102.

25. P. C. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary: People in History and Legend up to about A.D. 1000 (National Library of Wales, 1993), p. 98 и ссылки на ней.

26. Ibid.

27. Ibid., p. 192.

28. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 42.

29. Patrick K. Ford, Ystoria Taliesin (University of Wales Press, 1992).

30. Bromwich et al., The Arthur of the Welsh, p. 51.

31. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 493.

32. Ibid., p. 494.

33. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 548 — 549.

34. Michael Lapidge, «Vera Historia De Могte Arthuri: A New Edition», in James P. Carley (ed.), Glastonbury Abbey and the Arthurian Tradition (Boydell, 2001), p. 115-141, p. 116-117.

35. Ibid., p. 124-128.

36. Ibid., p. 135.

37. Ibid.

38. Lewis Thorpe, Gerald of Wales: The Journey Through Wales/The Description of Wales (Penguin, 1978), p. 182.

39. Lapidge, «Vera Historia De Morte Arthuri: A New Edition», p. 137.

40. Достаточно вольный английский перевод был опубликован в: Richard Barber, The Arthurian Legends: An Illustrated Anthology (Boydell, 1979), p. 30-32. Первый текст с лицевым английским переводом появился в 1981 году, а последнее издание, обобщающее все обнаруженные к настоящему времени манускрипты, находится в: Lapidge, «Vera Historia De Morte Arthuri: A New Edition».

41. Steve Blake Scott Lloyd, The Keys To Avalon (Element, 2000), p. 121-217.

42. Lapidge, «Vera Historia De Morte Arthuri: A New Edition», p. 141.

43. T. Jones, «Stanzas of the Graves», p. 126—127.

44. R. G. Gruffydd, Cyfres Beirdd у Tywysogion, Vol. V, p. 122, 11. 7-8.

45. John Rhys, Celtic Folklore, Welsh and Manx (Clarendon Press, 2vols., 1901), Vol. II, p. 73-76.

46. David H. Williams, Atlas of Cistercian Lands in Wales (University of Wales Press, 1990), 1990, p. 37-38.

47. Grid reference SH 828524.

48. V. E. Nash-Williams, The Early Christian Monuments of Wales (University of Wales Press, 1950), p. 125.

49. Ibid.

Примечания к приложениям

Приложение 1

1. Gwyn Jones Thomas Jones, The Mabinogion (Everyman, rev. edn, 1993), p. 89.

2. A. W. Wade-Evans, Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae (University of Wales Press, 1944), p. 25 — 29.

3. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 90 — 91.

4. A. O. H. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982), p. 37, 1. 38.

5. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 126.

6. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978), p. 16.

7. Ibid.

8. Ibid.

9. Ibid., p. 25.

10. Ibid., p. 154.

11. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 112.

12. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 40, 1. 119.

13.Rachel Bromwich D. Simon Evans, Culhwch and Olwen: An Edition and Study of the Oldest Arthurian Tale (University of Wales Press, 1992), p. 89.

14. Ibid., p. 97.

15. Rachel Bromwich, А. О. Н. Jarman Brynley F. Roberts (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991), p. 40.

16. Thomas Jones, «Stanzas of the Graves», The Sir John Rhys Memorial Lecture, Proceedings of the British Academy, Vol. LIII (1967), p. 97-137, p. 137.

17. John Morris, N ennius: British History and the Welsh Annals (Phillimore, 1980), p. 45.

18. P. C. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary: People in History and Legend up to about A.D. 1000 (National Library of Wales, 1993), p. 442.

19. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 35 — 46.

20. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 56.

21. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 561 и ссылки на ней.

22. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 193.

Приложение 2

1. Antonia Gransden, «Glastonbury traditions and Legends», in James P. Carley (ed.), Glastonbury Abbey and the Arthurian Tradition (Boydell, 2001), p. 29-53, p. 33.

2. Hugh Williams, Gildae De Excidio Britanniae, Cymmrodorion Record Series No. 3 (Hugh Williams, 2 vols, 1899-1901), Vol. II, p. 323-325.

3. Полную версию этого эпизода см. в: A. W. Wade-Evans, Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae (University of Wales Press, 1944), p. 80-85.

4. Уверенная идентификация неизвестной шотландской местности вокруг монастыря Кадога с Камбуслангом, похоже, опирается только на очень позднее и сомнительное свидетельство из составленного в 1533 году завещания. Подробности см. в: Molly Miller, The Saints of Gwynedd (Boydell, 1979), p. 128, n. 34.

5. Wade-Evans, Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae, p. 85.

6. Ellis Davies, Flintshire Place-Names (University of Wales Press, 1959), 1959, p. 36.

7. F. T. Wainwright, «Cledemutha», English Historical Review, Vol. LXV (1950), p. 203-212.

8. Самая ранняя отсылка к этой фразе находится в У Gododdin: валлийский тектс см. в Ifor Williams, Canu Aneirin (University of Wales Press, 1938), p. 10, 1. 255. Бан-ног также несколько раз упоминается поздними бардами: см. Rachel Bromwich, Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978), p. 278 — 279 и ссылки на них.

9. Jenny Rowland, Early Welsh Saga Poetry (D. S. Brewer, 1990), p. 415.

10. С этой областью также связаны распространенные по всему Уэльсу сказки о Ихайн Банног, паре огромных быков. В этих сказках сохраняются также и другие имена, содержащие элемент Ваппод: см. в Rev. Elias Owen, Welsh Folklore (Woodall, Minshall Co, 1896), p. 129-133.

11. Gwyn Jones Thomas Jones, The Mabinogion (Everyman, rev. edn, 1993), p. 85.

12. Подробнее с доступной информацией о каждом из сыновей Кау см. в: Р. С. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary: People in History and Legend up to about A. D. 1000 (National Library of Wales, 1993), p. 112 - 114 и ссылки на них.

13. Н. Williams, Gildae De Excidio Britanniae, Vol. II, p. 327.

14. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 290.

15. Ibid., p. 330.

16. Ibid., p. 335.

17. Ibid., p. 357.

18. J. Gwenogvryn Evans John Rhys, The Text of the Book of Llan Dav Reproduced from the Gwysaney Manuscript (Oxford University Press, 1893), p. 255.

19. Bartrum, A Welsh Classical Dictionary, p. 464.

20. P. C. Bartrum, Early Welsh Genealogical Tracts (University of Wales Press, 1966), p. 85: «Kaw of Dwrcelyn».

21. Ibid., p. 63. §59: «Kaw, arglwydd Kwm cawlwyd».

22. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 409: «Kay из Придейна звали вождя, который правил Эдейрнионом в Северном Уэльсе», переведено из хроники Эллиса Грувуд-да в манускрипте NLW 5276D, р. 334, хранящемся в Национальной библиотеке Уэльса в Абериствите.

23. G. Jones Т. Jones, The Mabinogion, p. 101.

24. Ibid., p. 103.

25. H. Williams, Gildae De Excidio Britanniae, Vol. II, p. 401-403.

26. Lewis Thorpe, Gerald of Wales: The Journey Through Wales/The Description of Wales (Penguin, 1978), p. 259.

27. H. Williams, Gildae De Excidio Britanniae, Vol. II, p. 325-327.

28. Полный перевод оригинального текста см. в: Steve Blake Scott Lloyd, The Keys To Avalon (Element, 2000), p. 225-227.

29. Thomas Jones, «Chwedl Huail ap Caw ac Arthur», in Thomas Parry-William (ed.), Astudiaethau Amrywiol (University of Wales Press, 1968), p. 49.

30. Ibid., p. 58.

31. Ibid., p. 59.

32. Ibid.

33. Ibid.

34. Bromwich, Trioedd Ynys Prydein, p. 37.

35. Ibid.

36. Подробнее об этой реликвии см. в: Blake Lloyd, The Keys To Avalon, p. 161-164.

37. T. Jones, "Chwedl Huail ap Caw ac Arthur", p. 64.

38. H. Williams, Gildae De Excidio Britanniae, Vol. II, p. 403.

39. В Житии Гильды сказано, что Артур убил Хуэла на «острове Минау» (Ibid., p. 403). Этот остров был отождествлен с островом Мэн, известным валлийцам под названием Manaw, однако интересно заметить, что Мон (Англси) также называется Manaw, или Manua, а Кау и некоторые из его детей связаны с ним. См. Blake Lloyd, The Keys To Avalon, p. 241 —242 и ссылки на них.

40. Его заметки по истории Мерионетшира были напечатаны в журнале «Archaeologia Cambrensis», 1850, p. 204.

41. V. Е. Nash-Williams, The Early Christian Monuments of Wales (University of Wales Press, 1950), p. 170.

42. Ibid.

43. H. Williams, Gildae De Excidio Britanniae, Vol. II, p. 322. Интересен также веб-сайт http://www.ucl.ac.uk/archaeology/cisp/database/, щелкнуть мышью на Llanfor. Сайт называется The Celtic Inscribed Stones Project (Проект — кельтские камни с надписями) и охватывает всю территорию Соединенного Королевства и Ирландии.

44. J. H. Davies, «A Welsh Version of the Birth of Arthur», Y Cymmrodor, Vol. XXIV (1913), p. 247-264, p. 248.

45. Ibid., p. 248.

46. Sir John E. Lloyd, A History of Wales (Longmans, Green Co., 3rd edn, 2 vols., 1939), Vol. I, p. 247.

47. Thomas Roberts, «Y Traddodiad am у Brenin Arthur yng Nghaergai», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XI (1944), p. 12-14, p. 13.

48. John Rhys, Celtic Folklore, Welsh and Manx (Clarendon Press, 2vols., l901), Vol. II, p. 693.

49. T. Roberts, «Y Traddodiad am у Brenin Arthur yng Nghaergai», p. 13.

50. R. Morris (ed.), The Works of Edmund Spenser (Macmillan, 1912), Book 1, Canto IX, p. 4.

51. А. О. Н. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982), p. 67, 1. 64; перевод из Rachel Bromwich, А. О. Н. Jarman Brynley F. Roberts (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991), p. 43. Слово Emrys (Эмрис) использовалось в бардической поэзии для обозначения Гвинедда: см. главу 5.

52. Jarman, Llyfr Du Caerfyrddin, p. 67, 11. 56 — 57; перевод из Bromwich, et al., The Arthur of the Welsh, p. 43.

53. G. Jones T. Jones, The Mabinogion, p. 87.

54. Stephen S. Evans, Lords of Battle (Boydell, 1997), p. 118-120.

55. J. H. Davies, «A Welsh Version of the Birth of Arthur», p. 247-248.

56. Ibid., p. 247.

57. В этом месте в валлийском тексте явно были опущены несколько слов.

58. Это предложение в MS осталось недописанным — возможно, писец не сумел разобрать, что было написано в оригинале.

59. Буквально «играть древком и щитом, и преломлять копья».

Библиография

Andrews, Rhian, «Rhai Agweddau ar Sofraniaeth yng Ngherddi'r Gogynfeirdd», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XXVII (1976), p. 23-30

Arthurian Bibliography, The: Volume I, Author Listing, ed. С E. Pickford R. W. Last (D. S. Brewer, 1981)

— Volume II, Subject Index, ed. C. E. Pickford, R. W. Last C. R. Barker (D. S. Brewer, 1983)

— Volume III, 1978-1992, ed. Caroline Palmer (D. S. Brewer, 1998)

— Volume IV, 1993-1998, ed. Elaine Barber (D. S. Brewer, 2002)

Arthurian Literature (D. S. Brewer, 1981).

Ashe, Geoffrey, The Traveller's Guide to Arthurian Britain (Gothic Image, 1997)

Bachellery, E. (ed.), L' НЬuvre poetique de Gutun Owain (Librairie Ancienne Honore Champion, 2vols., 1950 — 1951)

Barber, Richard, The Figure of Arthur (Longman, 1972)

— The Arthurian Legends: An Illustrated Anthology (Boydell, 1979)

— King Arthur: Hero and Legend (Boydell, 1986) Bartrum, P. C, «Arthuriana from the Genealogical Manuscripts», National Library of Wales Journal, Vol. XIV (1965), p. 242-245

— Early Welsh Genealogical Tracts (University of Wales Press, 1966)

— A Welsh Classical Dictionary: People in History and Legend up to about A.D. 1000 (National Library of Wales, 1993)

Bell, Alexander (ed.), L'Estoire des Engleis By Geffrei Gaimar (Anglo-Norman Text Society, 1960)

Bibliographical Bulletin of the International Arthurian Society, 1949 — до настоящего времени

Biddle, Martin, King Arthur's Round Table (Boydell, 2000)

Blake, Steve, and Lloyd, Scott, The Keys To Avalon (Element, 2000)

Bromwich, Rachel, The Poems of Taliesin (Dublin Institute for Advanced Studies, 1968)

— «Concepts of Arthur», Studio Celtica, Vol. X —XI (1975-6), p. 163-181

— Trioedd Ynys Prydein (University of Wales Press, 2nd edn, 1978)

Bromwich, Rachel, Jarman, А. О. Н., Roberts, Brynley F. (eds.), The Arthur of the Welsh: The Arthurian Legend in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 1991)

Bromwich, Rachel, Evans, D. Simon, Culhwch and Olwen: An Edition and Study of the Oldest Arthurian Tale (University of Wales Press, 1992)

Chadwick, H. M., Chadwick, N. K., The Growth of Literature (Cambridge University Press, 2vols., 1932)

Chambers, E. K., Arthur of Britain (Sidgwick Jackson, 1927)

Charles, B.G., «An early charter from the Abbey of Cwmhir», Transactions of the Radnorshire Society, Vol. XL (1970), p. 68-74

Charles-Edwards, T. M., Owen, Morfydd E., Russell, Paul (eds.), The Welsh King and his Court (University of Wales Press, 2000)

Crawford, O. G. S., «Arthur and his Battles», Antiquity, Vol. IX (1935), p. 277-291

Crick, Julia The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth III; A Summary Catalogue of the Manuscripts (D. S. Brewer, 1989)

Davies, Ellis, Flintshire Place-Names (University of Wales Press, 1959)

Davies, J. H., «A Welsh Version of the Birth of Arthur», Y Cymmrodor, Vol. XXIV (1913), p. 247-264

Dumville, David, «Nennius and the Historia Brittonum», Studia Celtica, Vol. X-XI (1975-6), p. 78-95

— «Sub-Roman Britain: History and Legend», History, Vol. LXII, (1977), p. 173-192

Ellis, T. P., Lloyd, J. E., The Mabinogion (Clarendon Press, 2vols., 1929)

Evans, D. Simon, Historia Grufudd ab Kynan (University of Wales Press, 1977)

— A Mediaeval Welsh Prince of Wales — The Life of Grufydd ap Cynan (Llanerch, 1996)

Evans, J. Gwenogvryn, Report on Manuscripts in the Welsh Language (Historical Manuscripts Commission, 2 vols., 1898 — 1910)

— The Book of Taliesin (Llanbedrog, 1910)

— The Poetry in the Red Book of Hergest (Llanbedrog, 1911)

— Poetry by Medieval Welsh Bards (Llanbedrog, 1926) Evans, J. Gwenogvryn, Rhys, John, The Text of the Book of Llan Dav Reproduced from the Gwysaney Manuscript (Oxford University Press, 1893)

Evans, Stephen S., Lords of Battle (Boydell, 1997) Ford, Patrick, K., Ystoria Taliesin (University of Wales Press, 1992)

Gransden, Antonia, "Glastonbury Traditions and Legends", in James P. Carley (ed.), Glastonbury Abbey and the Arthurian

Tradition (Boydell, 2001), p. 29-53

Gresham, Colin A., "The Cymer Abbey Charter", Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XXXI (1984), p. 141-157 Grooms, Chris, The Giants of Wales (Edwin Mellen, 1993) Gruffydd, R. Geraint (ed.), Cyfres Beirdd у Tywysogion (University of Wales Press, 7 vols., 1991-1996)

Gruffydd, W. J., Math vab Mathonwy (University of Wales Press, 1928)

Haycock, Marged, «"Preiddeu Annwn" and the Figure of Taliesin», Studia Celtica, Vol. XVIII-XIX (1983~), p. 52-78

— Blodeugerdd Barddos о Ganu Crefyddol Cynnar (University of Wales Press, 1994)

Hughes, Kathleen, «British MS. Cotton Vespasian A. XIV ("Vitae Sanctorum Wallensium"): its purpose and provenance», Studies in the Early British Church (Cambridge University Press, 1958), p. 183-200

Huws, David, Medieval Welsh Manuscripts (University of Wales Press, 2000)

Jackson, Kenneth, The Gododdin: The Oldest Scottish Poem (University of Edinburgh Press, 1969)

Jarman, А. О. Н., Llyfr Du Caerfyrddin (University of Wales Press, 1982)

— Aneirin: Y Gododdin (Gomer Press, 1988)

Jarman, A. O. H., Hughes, Gwilym Rees, A Guide to Welsh Literature Volume 1 (Christopher Davies, 1976)

Jenkins, Dafydd, The Law of Hywel Dda (Gomer Press, 1986)

Johnston, Dafydd (ed.), Iolo Goch Poems (Gomer Press, 1993)

Jones, Gwyn, Jones, Thomas, The Mabinogion (Everyman, rev. edn, 1993)

Jones, T. Gwynn, «Some Arthurian Material in Celtic», Aberystwyth Studies, Vol. VIII (1926), p. 37-93

— Gwaith Tudur Aled (University of Wales Press, 2 vols., 1926)

— Welsh Folklore and Folk Custom (Methuen, 1930) Jones, Thomas, Brut Y Tywysogyon or The Chronicle of the Princes, Peniarth MS. 20 Version (University of Wales Press, 1952)

— «Datblygiadau Cynnar Chwedl Arthur», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XVII (1958), p. 237-252

— «The Early Evolution of the Legend of Arthur» (1958), пер. Gerald Morgan, Nottingham Medieval Studies, Vol. VII! (1964), p. 3-21

— «Teir Ynys Prydein a'e Their Rac Ynys», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XVII (1958), p. 268-269

— «A Sixteenth-Century Version of the Arthurian Cave Legend», in Mieczyslaw Brahmer (ed.), Studies in Language and Literature in Honour of Margaret Schlauch (Polish Scientific Publishers, 1966)

— «Stanzas of the Graves», The Sir John Rhys Memorial Lecture, Proceedings of the British Academy, Vol. LIII (1967), p. 97-137

— «Chwedl Huail ap Caw ac Arthur», in Thomas Parry-William (ed.), Astudiaethau Amrywiol (University of Wales Press, 1968), p. 48-66

Kendrick, T. D., British Antiquity (Methuen, 1950)

Keynes, Simon, Lapidge, Michael, Alfred the Great: Asser's Life of King Alfred and Other Contemporary Sources (Penguin, 1983)

Lapidge, Michael, «Vera Historia De Morte Arthuri: A New Edition», in James P. Carley (ed.), Glastonbury Abbey and the Arthurian Tradition (Boydell, 2001), p. 115-141

Lapidge, Michael, and Dumville, David (eds.), Gild as: New Approaches (Boydell, 1984)

Lewis, Henry, Brut Dingestow (University of Wales Press, 1942)

Lloyd, Sir John E., A History of Wales (Longmans, Green Co., 3rd edn, 2 vols., 1939)

Lloyd-Jones, J., Geirfa Barddoniaeth Gynnar Gymraeg (University of Wales Press, 8 vols., 1931 - 1963)

Loomis, Roger Sherman (ed.), Arthurian Literature in the Middle Ages (Clarendon Press, 1959)

Lynch, Frances, A Guide to Ancient and Historic Wales: Gwynedd (Cadw, 1995)

Malory, Sir Thomas, Le Morte d'Arthur (J. M. Dent (Everyman's Library), 2 vols., 1906)

Mommsen, Theodore (ed.), Monumenta Germaniae Historica, Chronica Minora, Vol. III (Berlin, 1894)

Morris, John, Nennius: British History and the Welsh Annals (Phillimore, 1980)

Morris, Rupert H. (ed.), Parochialia: being a summary of answers to «Parochial queries in order to a geographical dictionary, etc., of Wales» / Issued by Edward Lhwyd (1698) (Cambrian Archaeological Association, 4 vols., 1909—1911)

Nash-Williams, V. E., The Early Christian Monuments of Wales (University of Wales Press, 1950)

Owen, Rev. Elias, Welsh Folklore (Woodall, Minshall Co., 1896) Owen, Hywel Wyn, The Place-Names of East Flintshire (University of Wales Press, 1994)

Padel, O., Arthur in Medieval Welsh Literature (University of Wales Press, 2000)

Parry, John J., Brut у Brenhinedd, Cotton Cleopatra Version (Medieval Academy of America, 1937)

RCAHM [Royal Commission on Ancient and Historic Monuments], An Inventory of the Ancient Monuments in Wales and Monmoutlishire, Volume IV — County of Denbigh (Royal Stationery Office, 1914)

Rhys, John, Celtic Folklore, Welsh and Manx (Clarendon Press, 2 vols., 1901)

Richards, Melville, Breudwyt Rhonabwy (University of Wales Press, 1948)

Rider, Jeff, «Arthur and the Saints», in Valerie M. Lagorio and Mildred Leake Day (eds.), King Arthur Through the Ages Volume I (Garland, 1990)

Roberts, Peter, The Chronicle of the Kings of Britain (E. Williams, 1811)

Roberts, Thomas, «Y Traddodiad am у Brenin Arthur yng Nghaergai», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XI (1944), p. 12-14

Rowlands, E. I., «Bardic Lore and Education», Bulletin of the Board of Celtic Studies, Vol. XXXII (1985), p. 143-155

Rowland, Jenny, Early Welsh Saga Poetry (D. S. Brewer, 1990)

Sims-Williams, Patrick, «The Irish Geography of Culhwch and Olwen», in Donnchadh О Corrain, Liam Breatnach, Kim McCone (eds.), Sages, Saints and Storytellers: Celtic Studies in Honour of Professor James Carney, Maynooth Monographs No. 2 (An Sagart, 1989), p. 412-426

— «Clas Beuno and the Four Branches of the Mabinogi», in 150 Jahre Mabinogion Deutsch-Walisische Kulturbeziehungen (Max Niemeyer Verlag, 2001), p. 111-127

Southern, R. W, «Aspects of the European Tradition of Historical Writing 1. The Classical Tradition from Einhard to Geoffrey of Monmouth», Transactions of the Royal Historical Society, Fifth Series, No. 20 (1970), p. 173-196

Spanuth, Jurgen, Atlantis of the North (Sidgwick Jackson, 1979)

Stevenson, William Henry, Asser's Life of King Alfred (Clarendon Press, 2nd edn, 1959)

Tacitus, De Vita Agricolae, ed. R. M. Ogilvie Sir Ian Richmond (Clarendon Press, 1967)

Tatlock, J. S. P., The Legendary History of Britain (University of California Press, 1950)

Thorpe, Lewis, The History of the Kings of Britain by Geoffrey of Monmouth (Penguin, 1966)

— Gerald of Wales: The Journey Through Wales/The Description of Wales (Penguin, 1978)

Vinaver, Eugene (ed.), The Works of Sir Thomas Malory (Clarendon Press, 3vols., 1947)

Wade-Evans, A. W, Welsh Christian Origins (Alden Press, 1934)

— Nennius's History of the Britons (SPCK, 1938)

— Vitae Sanctorum Britanniae et Genealogiae (University of Wales Press, 1944)

— The Emergence of England and Wales (Heffer, 2nd edn, 1959)

Ward, Charlotte, «Arthur in the Welsh Bruts», in Cyril J. Burne, Margaret Harry Padraig O'Siadhail (eds.), Celtic Languages and Celtic Peoples: Proceedings of the Second North American Congress of Celtic Studies (St Mary's University, 1992), p. 383-390

Weiss, Judith, Wace's Roman De Brut: A History of The British (University of Exeter Press, 1999)

Williams, David H., Atlas of Cistercian Lands in Wales (University of Wales Press, 1990)

Williams, Hugh, Gildae De Excidio Britanniae (Cymmrodorion Record Series No. 3, 2 vols., 1899)

Williams, Ifor, Pedeir Keinc у Mabinogi (University of Wales Press, 1930)

— Canu Aneirin (University of Wales Press, 1938) Williams, J. E. Caerwyn, The Poets of the Welsh Princes (University of Wales Press, 1994)

Winterbottom, Michael, Gildas, The Ruin of Britain (Phillimore, 1978)

Wright, Neil, «Geoffrey of Monmouth and Gildas», Arthurian Literature, Vol. II (1982), p. 1-40

— «Gildas's geographical perspective: some problems», in Michael Lapidge and David Dumville (eds.), Gildas: New Approaches (Boydell, 1984), p. 85-106

— (ed.), The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth I: A Single-Manuscript Edition from Bern, Burgerbibliothek, MS. 568 (D.S. Brewer, 1985)

«Geoffrey of Monmouth and Bede», Arthurian Literature, Vol. VI (1986), p. 27-59 (ed.), The Historia Regum Britanniae of Geoffrey of Monmouth II: The First Variant Version: A Critical Edition (D.S. Brewer, 1988)

Об авторах

Стив Блейк и Скотт Ллойд отдали годы жизни исследованиям Артура и Древней Британнии. Они являются основателями Центра артуровских исследований при Институте Северо-Восточного Уэльса, а также — консультантами, комплектующими одну из крупнейших мировых коллекций артурианы, располагающуюся в управлении Флинтширской библиотеки в Молде. В настоящее время они работают совместно с издательством Welsh Academic Press над серией, посвященной валлийским источникам артурианы.

Полезные адреса

Авторы

Если вы хотите вступить в контакт с авторами, пожалуйста, или напишите издателям, или свяжитесь с нами через наш веб-сайт: www.blakeandlloyd.com. На этом сайте также будут находиться короткие статьи по поднятым вопросам .

Издатели источников

Boydell Brewer

РО Box 9; Woodbridge; Suffolk; IP12 3DF; England; UK

Tel: 01394 411320; Fax: 01394 411477

www.boydell.co.uk

Dublin Institute of Advanced Studies School of Celtic Studies

10 Burlington Road Dublin 2 Ireland www.cp.dias.ie/celtic.html

The National Library of Wales

Aberystwyth, Cardiganshire SY23 3BU; Wales; UK

www.llgc.org.uk

University of Wales Press

10 Columbus Walk, Brigantine Place, Cardiff, CF10 4UP, Wales, UK

Tel: 02920 496899; www.uwp.co.uk

Другие адреса

Flintshire Library Headquarters

Mold, Flintshire, CH7 6NW, North Wales.

Более 3000 томов, затрагивающих все аспекты артуровской легенды, начиная с XVI столетия; собрание постоянно обновляется.

The Welsh Academic Press

www.ashleydrake.com/dragon books/Welsh Academic Press.html

Ранние манускрипты в Оксфордском университете

http://image.ox.ac.uk

На этом великолепном сайте находятся цифровые факсимиле многих важных рукописей. Наибольшее отношение к исследованию артурианы имеют: Jesus College MS.20, содержащий самую раннюю копию разговора между Артуром и орлом и некоторые из самых ранних валлийских генеалогий

Jesus College MS. 28, содержащий версию Brut у Brenhinedd

Jesus College MS.III, содержащий полный текст «Красной книги Хергеста», в том числе «Мабиногион», «Brut у Brenhinedd», внушительную часть поэзии «Гогинвейрдд» и другие интересные для нас поэмы.

Научно-популярное издание Ключи от Авалона

Блейк Стив, Ллойд Скотт: ПЕНДРАГОН

Генеральный директор Л. Л. Палько

Ответственный за выпуск В. П. Еленский

Главный редактор С.Н. Дмитриев

Научный редактор Е. С. Лазарев

Редактор В.А. Ластовкина

Корректор О.Н. Богачева

Верстка Т. А. Борисова

Разработка макета Т.А. Борисова

Оформление обложки Д. В. Грушин

Гигиенический сертификат

№77.99.02.953.П.002268.12.02. от 09.12.2002 г.

129348, Москва, ул. Красной Сосны, 24.

ООО «Издательство «Вече 2000»

ЗЛО «Издательство «Вече» ООО «Издательский Дом «Вече» E-mail: veche@veche.ru http://www.veche.ru

Подписано в печать 30.01.2006. Формат 60x90 '/16.

Гарнитура «NewtonC». Печать офсетная. Бумага офсетная.

Печ. л. 21. Тираж 3 000 экз. Заказ № 3007.

Отпечатано в полном соответствии с качеством

предоставленных диапозитивов в ОАО "Тульская типография".

300600, г. Тула, пр. Ленина, д.09.

[A] Хиллфорты представляют собой холмы со следами земляных оборонительных сооружений, иногда имеющих воистину титанические размеры.

[B] Приблизительно 5,4 метра.

Content

Steve Blake и др Пендрагон.Король Артур: рождение легенды