Мирна Маккензи

Двое в тихой гавани

(Девичий уикенд в Вегасе – 1)

М.: ЗАО Издательство Центрполиграф, 2011. – 158 с.

(Любовный роман – 0118)

ISBN 978-5-227-03089-4

Переводчик: Г. Ю. Степанова

©2010 by Myrna Topol

Оригинальное название: Myrna Mackenzie "Saving Cinderella!", 2010

Аннотация

Александра Лоуэлл приехала в отель «Маккендрикс», намереваясь хорошо провести время с подругами, но неожиданно для себя нашла работу… и любовь в лице сурового, но невероятно привлекательного владельца отеля.

Пролог

Александра Лоуэлл смотрела на фасад отеля «Маккендрикс». Самое изысканное место, в котором ей когда-либо доводилось останавливаться. Алекс всем сердцем надеялась, что их задумка не окажется ошибкой. От внезапно обрушившихся расходов ее банковский счет впал в депрессию. Ее подруга Джейн сейчас оказалась в отчаянном положении, и было просто жизненно необходимо сменить обстановку. Поэтому Алекс решила не обращать внимания на страдания своего бедного счета.

Она посмотрела на своих трех подруг:

– А сейчас мы перенесемся на эти выходные в другую вселенную.

Сирина лишь усмехнулась:

– Алекс, мы в Вегасе, а не в параллельном мире.

– Сирина, не будь занудой. Ты ведь была у меня дома и знаешь – я его люблю до последней дверной ручки. Я безумно рада, что у меня наконец есть своя собственная квартира, но это все равно лишь четыре стены. А это… это…

– Другая вселенная, – ухмыльнувшись, согласилась Молли.

– Хорошо, я с вами согласна, – проворчала Сирина. – От этого места действительно бегут мурашки по коже. Тут столько интересного, что просто глаза разбегаются!

– И здесь нам предстоит провести выходные! – добавила Джейн. – Черт возьми, да мы просто обязаны повеселиться от души!

Алекс знала – это всего лишь маска, которую она нацепила, чтобы не расстраивать подруг. В эти выходные у Джейн должна была состояться свадьба, но жизнь распорядилась по-другому. А Сирина предложила сбежать на выходные в Лас-Вегас.

– Думаю, мы заслужили возможность, как следует оторваться.

– Точно, – заявила Молли. – Единственное, что сейчас имеет смысл, – это ты и твои самые лучшие друзья. Оторвемся по полной!

– И никаких сожалений, – продолжила ее мысль Сирина. – Я хочу, чтобы потом, когда мы будем вспоминать эти выходные, у всех на лицах были широченные ухмылки.

– Когда настанет время уезжать, – подытожила Алекс, – единственное, что мы возьмем с собой, – хорошее настроение.

Глава 1

Субботним вечером Алекс спускалась к своему номеру из «Спаркл», ресторана, который располагался под самой крышей отеля. Она очень устала от бесконечного шопинга, массажей, ресторанов и вечеринок, но вместе с тем была абсолютно счастлива. Уже завтра они уедут из Лас-Вегаса, и кто знает, суждено ли им сюда вернуться… Бросив лишь один взгляд на несчастное лицо администраторши, стоявшей за своим столом, Алекс сразу же поняла, что с молодой женщиной что-то не так.

Но тем не менее та вымученно улыбнулась и чуть слышно спросила:

– Могу я вам чем-нибудь помочь?

Женщина ответила не сразу. Ее улыбка была неестественной, но, начав задавать вопросы, Алекс рисковала показаться назойливой. Она напомнила себе, что обычно, пытаясь кому-то помочь, в ответ получала только высказанные в грубой форме пожелания не совать нос в чужие дела. Но этой женщине, казалось, и впрямь плохо…

– Прошу прощения, – произнесла Алекс. – Не хочу показаться назойливой, но мне кажется, вам нехорошо. Я могу помочь?

Глаза женщины округлились.

– Нет! Вы же гость! Я хотела сказать… Я в порядке, просто…

Женщина неожиданно охнула, Алекс посмотрела вниз и поняла, что, думая о своем, упустила самое главное. Скрестив перед собой руки и прислонившись к столу, женщине почти удалось скрыть, что она беременна. Похоже, ей действительно срочно нужна помощь.

– Пожалуйста, забудьте о том, что я гость. Кому позвонить?

– Я… я не знаю. Мне… – Женщина посмотрела на свой живот. – Это еще не должно начаться. Еще четыре недели, и… я пока не готова. Мы не готовы. Нужно, чтобы кто-то присмотрел за моим сыном, и я говорила владельцу отеля, что он может не спешить искать мне замену. Нет, время еще не пришло.

Но на самом деле, разумеется, оно пришло.

– Я уверена, владелец все поймет, – заверила ее Алекс.

– Вьятт любит, чтобы все шло точно по плану. Никаких неожиданностей.

– Вызвать врача?

– Нет. Да. Я чувствую себя очень странно. Не так, как в прошлый раз. Все идет… быстрее. Но мне нужно отработать еще целый час. Луиза, администратор, работающая в ночную смену, сейчас в отпуске и не вернется раньше завтрашнего дня. Вьятт не сможет быстро найти мне замену.

Она невольно ахнула от боли.

– Ничего не бойтесь… Белинда, – быстро произнесла Алекс, взглянув на табличку, стоявшую на столе. – Я окончила курсы первой медицинской помощи. Думаю, вам лучше присесть.

– Я не могу… сидеть. Стул промокнет. Воды отходят…

– Забудьте о стуле, – сказала Алекс, обходя стол администратора. – Вам нельзя долго стоять. У вас с собой телефон врача?

– Да, в сумочке, посмотрите в ящике стола.

Буквально через несколько секунд Алекс уже набирала номер. Поздоровавшись с секретарем, она назвала имя Белинды и принялась слушать инструкции, затем подозвала молодого человека, сидевшего за стойкой регистрации, и попросила его найти этого загадочного Вьятта.

– Вашему боссу придется срочно подыскать Белинде замену. Ей нужно немедленно ехать в больницу, – заявила Алекс.

Юноша отправился на поиски босса.

Беременная женщина негромко всхлипнула.

– Дышите, – приказала Алекс, тон ее голоса был успокаивающим, но в то же время непреклонным. – Забудьте об отеле. Вдох и выдох.

Алекс опустилась на одно колено рядом с женщиной и взяла ее за руку.

В этот момент рядом со столом появилась роскошно одетая дама.

– Не подскажете, где кафе «Лизетт»?

Белинда была не в силах ответить. Алекс быстро встала и посмотрела на план этажа, который лежал на столе администратора.

– Второй этаж, западное крыло. Я там была, вам непременно понравится, – улыбнулась она, и женщина направилась прочь.

В отдалении послышалась сирена приближающейся машины скорой помощи. Подошел еще один из гостей отеля, который тоже никак не мог отыскать дорогу. Алекс помогла и ему. Наконец вернулся Рэнди, казавшийся очень взволнованным.

– Вьятт скоро будет, – сказал он, подойдя к Алекс, которая как раз принялась успокаивать Белинду – у той снова начались схватки. – Может, стоит уйти из коридора? Этот отель – любимое дитя Вьятта. Простите, – поспешно добавил он, покосившись на коллегу.

– Предоставьте Вьятта мне, – заявила Алекс. – Разве вы не видите, ей больно?

Она очень надеялась, что этот Вьятт не будет очень зол на администраторшу за столь неподходящее время для родов, нарушившее все расписание.

И что боссом Белинды не окажется тот высокий красивый мужчина в изысканном костюме, который только что вошел в фойе.

Вьятт шел через вестибюль к столу администратора. Два врача скорой помощи помогали Белинде опуститься на носилки. Рядом стояла стройная темноволосая девушка и ободряюще улыбалась, держа ее за руку. Она на мгновение повернулась к мужчине, который подошел с каким-то вопросом. Незнакомка протянула ему план этажа, посетитель сверился с ним и направился восвояси.

– Я позвонила вашему мужу и сказала, чтобы он ехал сразу в больницу. За сыном присмотрит соседка. А я посижу здесь, пока кто-нибудь не подойдет, – сказала девушка Белинде спокойным, мягким голосом. – Не переживайте, все под контролем.

В этот момент Рэнди, остававшийся на своем месте за стойкой регистрации, заметил Вьятта и двинулся к нему навстречу.

– Вьятт, я пытался отвести Белинду в другое место, потому что кругом люди, все смотрят… Но вот эта женщина заявила, что ничего не нужно предпринимать и что она готова сама разобраться с тобой…

Вьятт удивленно поднял бровь. Из-за его высокого роста и не меньшего самомнения окружающие обычно побаивались его. Женщины, да и мужчины тоже, что греха таить, обычно не горели желанием разбираться с ним.

К стойке регистрации подошла еще одна женщина в яркой блузке. Гостья вопросительно оглядела присутствующих и сперва направилась было к мужчинам, но тут же передумала – хватило одного взгляда на мрачные лица Вьятта и Рэнди, – и повернулась к девушке, стоявшей рядом с Белиндой.

Вьятт чувствовал, что должен вмешаться. Обычно он так бы и поступил… но не сейчас. Ему было интересно, чем все это закончится. Гостья принялась извиняться, объясняя, что забыла закрыть кран в ванной и вода залила весь пол. В ответ темноволосая девушка лишь очаровательно улыбнулась, бросив украдкой взгляд на Белинду.

– Прошу вас, не беспокойтесь, – сказала она, записывая номер комнаты. – Сейчас этим займутся. Пожалуйста, дайте нам знать, если у вас будут еще какие-либо неприятности.

Женщина горячо поблагодарила темноволосую красавицу.

Не совсем верно. Незнакомка не обладала подлинной красотой в привычном смысле слова, но в ее манере держаться, в выражении лица было нечто обаятельное. Несмотря на нестандартную ситуацию, девушка вела себя так, словно для нее было в порядке вещей оказывать помощь страждущим и замещать рожающую администраторшу. И похоже, ее забота и беспокойство не были напускными.

Стон беременной женщины вывел Вьятта из раздумий. Она была бледна как мел, а лицо исказилось от боли.

– Позвони в главный отдел и попроси прислать сюда кого-нибудь из тех, кто сейчас на перерыве, – сказал он Рэнди. – Разумеется, сверхурочные будут оплачены в двойном размере. Мы сумеем разобраться с этой ситуацией. По крайней мере, сегодня, – произнес Вьятт, направляясь к Белинде.

– Вьятт, мне так жаль, – произнесла несчастная женщина, когда босс подошел и взял ее за руку.

– Тебе жаль, что собираешься подарить миру новую жизнь? Какая глупость!

– Но кто будет замещать…

Вопрос она так и не закончила, застонав от боли.

– С ней все в порядке? – спросил Вьятт у одного из врачей скорой помощи.

– Похоже, все идет неплохо.

– Даже не смей думать о «Маккендрикс», – непреклонным тоном заявил Вьятт Белинде. – Это приказ. Я нашел тебе замену на сегодня.

Услышав это, женщина слабо улыбнулась.

– Правда? Хорошо. Тогда можно с чистой совестью отправляться в больницу, – сказала она, обращаясь к доктору, потом повернулась к темноволосой девушке: – Спасибо за то, что не дали мне потерять рассудок.

Когда врачи повезли лежавшую на носилках женщину к машине, незнакомка направилась к лифту, но Вьятт догнал ее:

– Прошу меня простить, но, черт побери, вы-то кто такая?

Незнакомка остановилась и воззрилась на мужчину глазами небесно-голубого цвета.

– Никто, – ответила она. – Я остановилась в этом отеле. Случайно оказалась рядом, когда у Белинды начались схватки. Ничего особенного, – произнесла незнакомка.

– Ничего особенного? Простите, но… нет, вы так просто от меня не отделаетесь. Я владелец этого отеля, и для меня важно все, что здесь происходит. Вам удалось успокоить рожающую женщину и разобраться с проблемами, возникшими у гостей. Причем на удивление легко. Скажите, мисс Никто, вы часто подобным занимаетесь?

Почему-то этот вопрос смутил девушку.

– Не совсем. Я хочу сказать, помогать беременным женщинам мне пока не доводилось, но, к сожалению, да, я часто попадаю в похожие ситуации. Как-то раз я начала оказывать первую помощь человеку, которому стало плохо на улице, пока не выяснилось, что это была съемка любительского фильма. Мне было очень стыдно, а им пришлось делать новый дубль. – Голос девушки стал тише, и она нахмурилась. – Но я ничуть не жалею, что помогла Белинде. Никто, оказавшись на моем месте, не прошел бы мимо. Но все остальное… Я ведь могла кому-то что-нибудь не так объяснить. Неудивительно, что тот молодой человек за стойкой регистрации так беспокоился.

Девушка подняла на Вьятта свои удивительные небесно-голубые глаза. Она казалась такой ранимой и хрупкой… Вьятт нахмурился. Не в его правилах было заводить интрижки с постояльцами.

– Я очень рад, что вы не стали колебаться. Вы очень помогли отелю и Белинде. – Незнакомка сумела сохранить контроль над ситуацией, чем произвела на него большее впечатление, чем все те, кто приходил на собеседование. Причем без малейших усилий. – Прошу прощения, мисс…

– Лоуэлл. Александра Лоуэлл. Но почти все зовут меня Алекс.

– Что ж, Алекс, можно полюбопытствовать, чем вы зарабатываете на жизнь?

Она удивленно моргнула:

– Сижу в приемной небольшого отеля и отвечаю за веб-сайт, посвященный достопримечательностям Сан-Диего.

– А-а, – протянул Вьятт.

Что ж, это многое объясняло.

Отель «Маккендрикс» был известен редким изобилием услуг, квалификацией сотрудников и качеством сервиса. Он являлся прекрасно отлаженным механизмом, но даже такая машина может сломаться, если хозяин не будет следить за ней. Некоторые клиенты, лишившись возможности задать вопросы компетентному консьержу, выложат в интернет жалобы и негативные отзывы, а это нанесет репутации гостиничного комплекса значительный урон. Инстинкт подсказывал Вьятту, что пора сделать ход.

И все же его мучили сомнения. Он ничего не знал о ней. К тому же девушка заявила, что, желая помочь, действует импульсивно и необдуманно. Это означает, что она излишне эмоциональна… А ее удивительные голубые глаза он находил слишком красивыми…

– Если вы управляете веб-сайтом, то, полагаю, прекрасно ориентируетесь в Сети?

– Честно говоря, интернет – моя слабость, – призналась девушка. – Сайт вашего отеля, кстати, сделан на удивление хорошо. Особенное впечатление производит виртуальный тур по ресторанам и клубам. Правда, было бы неплохо добавить меню для кафе-мороженого. – Внезапно Алекс смутилась. – Простите, если мои слова прозвучали грубо.

«Она только что внесла довольно конструктивное предложение по улучшению работы отеля, – вкрадчиво указал внутренний голос. – Не будь дураком, Маккендрик».

Вьятт обладал безошибочным чутьем и знал наперед, что именно нужно его отелю. Он сделал состояние, доверяясь исключительно инстинктам. Кроме того, в кризисной ситуации нельзя позволить себе такую роскошь, как череда бесконечных собеседований. Это ведь Лас-Вегас. Бурный. Переменчивый. Человек, с которым ты познакомился сегодня, через два часа может бесследно исчезнуть. А Алекс была здесь гостьей…

– Скажите, не могли бы вы на пару минут заглянуть в мой офис? У меня есть несколько вопросов.

Во взгляде девушки мелькнуло беспокойство.

– Меня ждут друзья.

– Я отниму у вас не больше пяти минут. Это важно.

– Хорошо, – кивнула Алекс. – В конце концов, что может измениться за пять минут?

«Очень многое», – подумал Вьятт.

Глава 2

Вьятт то и дело посматривал на Алекс, пока они вместе шли по коридору. Она казалась обеспокоенной.

– Извините, что отнял время у вас и ваших друзей.

– Не беспокойтесь, я дала им знать, куда отправилась. Скажите, вы не могли бы послать Белинде открытку от моего имени, когда родится малыш?

– А у вас самой есть дети?

– Нет, я не замужем.

Вьятт почувствовал, как все тело неожиданно напряглось. К напряжению примешивалось чувство облегчения – вне всякого сомнения, чисто мужская реакция на красивую женщину, оказавшуюся свободной.

Не важно. Либо она ответит согласием на его предложение и тогда, став частью персонала, окажется в полной безопасности, либо откажется, и тогда Вьятт больше никогда ее не увидит.

«Пять минут», – напомнил он себе, открывая дверь кабинета.

– Прошу, присаживайтесь.

Девушка с такой опаской посмотрела на стул, словно ожидала, что под обивкой прячутся острые зубы.

– Что-то не так?

– Мистер…

– Маккендрик. Вьятт Маккендрик.

– Разумеется. Мистер Маккендрик, я не знаю, что у вас на уме, но могу вас заверить, что чувствую себя на редкость неуютно.

– А еще вы на редкость откровенны.

Алекс пожала плечами:

– Какая есть.

Она опустилась на стул, разгладив белое платье. Вьятт не мог не обратить внимание на то, какие у нее изумительные ноги.

– Да, подобная честность большинству людей не по нраву, – кивнула Алекс.

Вьятт покачал головой.

– Это именно то качество… – он чуть было не ляпнул: «которое мне нравится видеть в своих служащих», но вовремя прикусил язык. – Алекс, я буду краток. Уверен, вы заметили, как обеспокоена была Белинда тем фактом, что я еще не нашел ей замену.

Алекс напряженно посмотрела на собеседника:

– Да.

– Она воспринимает свою работу очень серьезно – и ей действительно нет равных.

– Да, хорошего администратора нелегко найти.

– Именно. Здесь нужен человек, способный думать. Кто-то, способный помочь клиентам успокоиться, расслабиться, почувствовать себя как дома. И не важно, в чем дело – в билетах на концерт или незакрытом кране.

Алекс моргнула. Вьятт решил, что зря упомянул об этом кране – ведь всего пару минут назад ей самой пришлось разбираться с похожей ситуацией. Но терять время было нельзя.

– Разумеется, хороший администратор должен, помимо всего прочего, прекрасно знать все достопримечательности города, но их легко выучить.

– Не понимаю, к чему вы клоните? – нахмурилась Алекс.

– Дело в том, что на данный момент я остался без администратора.

– Вы же сказали Белинде, что нашли замену!

– Я солгал. Иначе она продолжала бы волноваться, а ей нужно думать о ребенке.

Милая улыбка озарила хорошенькое личико.

– А вы совсем не такой, каким Рэнди вас описывал.

Мужчина поднял бровь.

Алекс покраснела и виновато опустила глаза:

– Забудьте, что я это сказала.

– Уже забыл. Рэнди суетлив, но он знает свое дело.

– И для вас как для владельца такого отеля – точнее, дворца – это очень важно.

– Именно. Мне нужны самые лучшие люди.

Девушка немного расслабилась:

– Это хорошо. На мгновение мне показалось, будто вы собираетесь предложить мне работу.

– Угадали. Мне отчаянно нужна адекватная замена Белинде.

Вьятт и сам удивился тому, как прозвучали эти слова.

– Вы же не можете говорить серьезно. Я никогда не работала администратором.

– А у меня никогда не было отеля – до этого. Некоторым призвание дано свыше.

– Вы же ничего обо мне не знаете.

– Я знаю вполне достаточно. А остальное вскоре выясню.

– А вдруг я окажусь безрукой идиоткой?

– Уже не оказались.

– Может, я воровка?

Вьятт покачал головой:

– Я так не думаю.

Девушка одарила его красноречивым взглядом:

– А может, я живу в Сан-Диего?

Выражение ее лица говорило: «Ну и что же ты ответишь на это?»

Вьятт позволил себе слегка улыбнуться:

– Да, вы упоминали об этом. Прекрасный город.

– Я знаю это. И обожаю его.

– И… видимо, не собираетесь переезжать?

– Простите, но нет. Помимо сайта «Путь в Сан-Диего» я надеюсь открыть одноименный магазин. Несмотря на то, что ваше предложение очень лестно, я, к сожалению, не могу переехать в Лас-Вегас.

Что ж, значит, придется побороться.

– Неужели вы бы отказались пожить здесь даже несколько месяцев?

Алекс покачала головой, отчего прелестные черные локоны коснулись ее щек.

– Видите ли, у меня есть работа.

– Сидите в приемной небольшого отеля, я помню. Я полагаю, вы уже скопили сумму, необходимую для открытия собственного магазина? Понимаю ваш отказ.

Чего Вьятт совершенно не мог уяснить, так это причины, по которой это так его задевает.

– Я бы не сказала, что обладаю необходимым капиталом. Жизнь в Калифорнии отнюдь нельзя назвать легкой. Но я работаю и потихоньку подбираюсь к цели.

В ее голосе так ясно прозвучало раскаяние, что Вьятт с трудом подавил улыбку. Можно подумать, состояние американской экономики целиком и полностью на ее совести. Вместе с тем Маккендрик не мог не заметить, что у него появился шанс.

– А если я предложу вам лучшее жалованье. – И он назвал такую сумму, что Алекс пораженно посмотрела на него. – И пообещаю подобрать должность, схожую с вашей, если через два месяца вы захотите вернуться в Сан-Диего, вы и тогда не согласитесь стать моим администратором?

Последняя фраза прозвучала слишком чувственно, слишком властно. Черт побери, можно подумать, он только что предложил Алекс стать его любовницей!

А она походила на хорошенького кролика, глядящего на аппетитную наживку, но до смерти боящегося положившего ее волка.

Внезапно Алекс посмотрела прямо в глаза собеседнику, мгновенно превратившись из кролика в деловую, до боли красивую женщину.

– Не стану скрывать, предложение весьма заманчивое и совершенно неожиданное. Поймите, я люблю свой город. У меня есть друзья, с которыми я не хочу расставаться. У меня есть надежды и мечты, и все они связаны с Сан-Диего.

Этого заявления оказалось достаточно, чтобы у Вьятта по спине пробежал холодок. Люди, для которых важны надежды и мечты, легко могут сломаться, не выдержав давления жизни.

– Пусть так, – с усилием произнес он. – Ваши мечты, возможно, полностью связаны с Сан-Диего, но ничто не мешает вам устроиться здесь на работу, которая поможет приблизить их воплощение. Вы сможете заработать столько, сколько нужно.

Алекс закрыла глаза.

– Что вы делаете? – удивился Вьятт.

На мгновение ему показалось, что она тихо считает вслух.

И он не ошибся. Дойдя до цифры «шесть», девушка открыла глаза.

– Что я делаю? Пытаюсь не ответить «да» с ходу, – отозвалась она. – Я приехала сюда на выходные в надежде хорошо отдохнуть. У меня есть друзья, с которыми мы завтра утром возвращаемся домой.

– Я полностью возмещу вам стоимость билета на самолет.

Девушка иронично подняла брови:

– Увы, это не решит проблему.

– Какую еще проблему?

– Видите ли, я как раз знаменита своей способностью принимать скоропалительные решения, а потом страдать от последствий. Согласившись на ваше предложение… – Она замолчала. – Я так и слышу негодующий хор: «Какой-то красавчик, владеющий шикарным гостиничным комплексом, попросил Алекс о помощи! И что же она? С радостным визгом согласилась?!» Они точно решат, что я спятила…

«Не дави на нее», – велел себе Вьятт.

– Разумный человек видит выгодную возможность, не так ли? – уточнил он.

Алекс нахмурилась:

– Наверное. И все же мне нужно идти. Я бы хотела обдумать ваше предложение.

Не дожидаясь ответа, девушка поднялась и направилась к двери.

– Алекс? – позвал он негромко.

Та обернулась.

– Оставайтесь, – посоветовал Вьятт. – Уверяю вас, оно будет стоить того.

Кто-то громко ахнул, но это была не Алекс. Нахмурившись, девушка распахнула дверь и увидела своих подруг.

– Джейн, Сирина, Молли, познакомьтесь с мистером Вьяттом Маккендриком, моим потенциальным работодателем. Вьятт, это мои лучшие друзья.

Мужчина кивнул гостьям:

– Очень рад встрече. Надеюсь, Алекс поможет мне стать еще более успешным и счастливым человеком. – Вьятт твердо решил убедить Алекс принять его предложение – даже не из-за ее сегодняшнего героизма. Она смогла противостоять ему. Вьятт нахмурился и шепнул ей на ухо: – Мне очень нужна ваша помощь.

– И что он тебе нашептал? – ревниво поинтересовалась одна из ее подруг.

Значит, они и впрямь стараются ее оберегать.

– Я уезжаю завтра утром.

– Что ж, в таком случае подумайте о моем предложении сегодня вечером. Завтра в восемь встретимся здесь. И… Александра?

Удивленное выражение, появившееся на лице девушки, подсказывало, что немногие люди называют ее так. Вот и хорошо.

– Скажите «да», – попросил Вьятт.

– Вы можете пожалеть об этом, – отозвалась Алекс. – Но обещаю подумать.

Права ли она? Вполне вероятно. Александра Лоуэлл – удивительно притягательная женщина. Это может стать серьезной проблемой. Да, пожалуй, он еще пожалеет о том, что решил ее удержать.

С другой стороны, еще больше он пожалеет, если не удержит ее. Вьятт брал на работу лучших из лучших, подчиняясь своему инстинкту, который сейчас твердил, что Алекс из их числа.

И он хотел именно ее.

Глава 3

Алекс чувствовала себя так, словно только что спрыгнула с самолета и в полете осознала, что не знает, как открывать парашют. Она-то наивно полагала, что Вьятт хотел узнать подробности происшествия с Белиндой. А вместо этого он предложил ей работу, пообещав просто неприличную сумму. Но Алекс запомнилось еще кое-что. Например, то, что ее тело реагировало на каждый его взгляд.

В присутствии Вьятта у Алекс дрожали руки. Так дело не пойдет. Мужчины неизменно вели ее к катастрофе – начиная с отца и отчима. Алекс до сих пор помнила, как бежала за машиной последнего, умоляя его остановиться. С тех пор и началась ее гонка за самоутверждением, превратившаяся со временем едва ли не в манию. Она постоянно пыталась помогать мужчинам решать проблемы, а в результате оставалась одна и с разбитым сердцем. Разумнее всего в такой ситуации было бы…

– Вернуться в Сан-Диего, – чуть слышно пробормотала Алекс себе под нос.

– Что ты сказала? – переспросила Молли.

– Говорю, не беспокойтесь обо мне.

– Нельзя приехать в Лас-Вегас на выходные и в итоге остаться! – воскликнула Джейн. – Алекс, это безумие! Ты можешь пострадать!

Девушка упрямо покачала головой:

– Нет, не могу. Я установила для себя новые правила. В конце концов, это всего лишь работа. – От которой она бы отказалась сразу же, если бы Вьятту не было так трудно ответить «нет». – Кстати, тебе очень идет эта прическа.

– Спасибо, конечно, но это не сработало.

– Что не сработало?

Алекс притворилась, будто ничего не понимает.

– Тебе не сбить нас с толку, – нахмурившись, пояснила Молли. – Алекс, мы волнуемся. Если ты останешься здесь одна… Это будет нехорошо. В общем, мы этого не хотим.

Алекс почувствовала, как подступающие слезы сдавливают горло. Молли, Сирина и Джейн были рядом, когда Майкл разбил ее сердце, и она совсем пала духом.

– Я еще не приняла решения.

– Это слишком важный шаг, чтобы решиться на него с бухты-барахты. Ты ведь собираешься согласиться? – осторожно уточнила Сирина.

– Не следовало бы этого делать, но когда он шептал мне на ухо…

У Алекс заколотилось сердце от одного воспоминания о горячем дыхании Вьятта.

Молли щелкнула пальцами перед самым носом подруги:

– Вернись к нам, дорогая!

Девушка моргнула от неожиданности:

– Я просто задумалась…

– О чем? – поинтересовалась Джейн.

– Я расскажу. Она вспоминала, как неотразимый мистер Маккендрик очень сексуально прошептал ей на ушко отчаянную мольбу, – отозвалась Сирина.

– Это совершенно не связано с неотразимостью мистера Маккендрика… Просто он предложил мне жалованье в три раза больше нынешнего, – быстро сообщила Алекс.

Джейн округлила глаза:

– Думаю, лучше присесть и выслушать наконец полную версию событий. Ты ведь отошла только для того, чтобы взять у администратора меню!

– Выкладывай, Лоуэлл, – велела Сирина.

Алекс вздохнула:

– Ладно. – Она опустилась на постель. – Все началось с беременной администраторши, у которой преждевременно начались роды…

На губах Сирины заиграла лукавая улыбка.

– Да уж, ты знаешь, как заинтересовать слушателей.

Но к концу рассказа они уже не улыбались.

– Осторожней, милая. Если ты останешься, не миновать беды. Вьятт Маккендрик из тех, кто привык к вниманию женщин. Богатых, утонченных женщин.

А Алекс не принадлежала ни к первым, ни ко вторым.

– Но ведь он предлагает тебе ключ к исполнению всех желаний, верно? – уточнила Молли. – Шанс открыть магазин. Об этом стоит задуматься.

– Отказавшись, я могу вообще не накопить нужную сумму. Но здесь есть еще кое-что. Всю свою жизнь мне не везло. Не было нормального дома, не было никакой возможности что-то изменить. Сначала отец ушел, потом отчим, мать работала, не покладая рук, чтобы прокормить нас обеих. Потом появились мужчины – и ни один не задержался надолго. Роберт, тот атлет, бросил меня ради королевы выпускного бала. Лео, на редкость застенчивый юноша, которого я превратила в дамского угодника, сбежал к какой-то девушке, которую любил с детства. Потом еще и Майкл… Он изо всех сил пытался быть хорошим отцом, воспитывая дочь в одиночку. Я помогала ему, мне казалось, все получится… Но, увы.

– Алекс, – вставила Джейн, – это-то меня и беспокоит. Я где-то читала, что этот отель участвует в очень престижном состязании за большую награду, и… мы слишком хорошо тебя знаем. Ты отзывчива до безумия. Мчишься на помощь и сталкиваешься с неблагодарностью.

– Именно поэтому на сей раз мне ничего не грозит, – отозвалась Алекс. – Джейн, я прекрасно осознаю ошибки, которые совершала в прошлом. Те мужчины, которым я пыталась помочь и в которых так безрассудно влюблялась, ничего ко мне не испытывали. С этого дня я объявляю себя независимой от мужчин, которые не гарантируют стабильности. У меня есть цель, и когда я наконец получу собственный магазин, то вложу в него всю душу. И деньги, которые предлагает Вьятт, помогут значительно ускорить этот процесс.

– А как же твой веб-сайт? – вспомнила Молли.

– Ну, уж его-то я могу обновлять отсюда.

– Ты наверняка будешь жить в отеле. Мы знаем, как сильно ты любишь свою квартиру.

– Это верно, но я ведь здесь ненадолго.

– Значит, ты решила остаться?

– Не знаю. Это не так-то просто… Господи, все произошло так быстро, что я не могу трезво мыслить. Я знаю одно: когда мне пришлось заменить ту беременную женщину… Мне это понравилось.

– А потом подскочил неотразимый Вьятт Маккендрик, предложив тебе испытывать это ощущение каждый божий день, – закончила Сирина.

– Если я и останусь, то, уверяю, не из-за Вьятта. Я провела с ним всего несколько минут.

– И о чем ты думала? – уточнила Молли.

– Что у него прекрасный отель.

Ничего умнее она не могла придумать.

– А глаза? Дивные янтарные глаза… – протянула Сирина.

– Но они же зеленые, – нахмурилась Алекс… и застонала, поняв, что попалась.

– Алекс… – начала, было, Джейн, но та покачала головой.

– Надеюсь, вам всем станет легче, если я скажу, что его дивные глаза никак не повлияют на мое решение?

– Но думаю, вряд ли это большой минус… – сочувственно кивнула Молли.

Она права. И это могло стать большой проблемой. Если Алекс останется, ей придется постоянно держать в узде свои разыгравшиеся эмоции.

– Просто… не принимай решение в спешке, – посоветовала Джейн.

– Мы бы очень хотели, чтобы ты вернулась с нами, – добавила Молли.

Она уже готова была согласиться. Дома все такое родное, знакомое…

– Наверное, так и сделаю, – медленно заключила Алекс.

А может, и нет.

Вьятт и сам был удивлен тем, что ему просто не терпелось поскорее услышать из уст Алекс окончательное решение. Он нанимал и увольнял огромное число людей, всегда основываясь на том, что лучше для отеля.

Конечно, рассчитывать служащих – дело неприятное… Но отчего так нервничать, нанимая кого-то?

Все дело во времени, точнее, в его отсутствии. Он уже исчерпал все резервы, пытаясь найти Белинде адекватную замену. Так что его нетерпение не имеет ничего общего с голубыми глазами Александры.

Однако, увидев, как она идет к нему в ярко-красном платье, открывавшем ее стройные длинные ноги, Вьятт почувствовал напряжение внизу живота.

Она неуверенно улыбнулась. Вьятт внутренне приготовился услышать речь в духе: «Спасибо за предложение, но…»

Вместо этого Алекс улыбнулась еще шире.

– Итак, с чего начнем? – спросила она. – Раз уж я согласна принять ваше предложение, то хочу быть уверена, что справлюсь.

Вьятт почувствовал, как по телу разливается теплая волна.

– Вы справитесь.

– Вы не можете знать наверняка.

– Разве мы уже не обсуждали этот вопрос вчера? Когда вы пытались убедить меня в том, что являетесь преступницей?

– Вовсе нет, я просто напомнила, что вы обо мне ничего не знаете.

– Полагаю, я мог упомянуть, что намерен выяснить о вас как можно больше. Пока я отметил лишь ваш редкий талант, но, уверяю, из меня получился весьма проницательный бизнесмен.

– Я догадалась. Я хочу сказать… Я имею в виду… достаточно только взглянуть на ваш отель, мистер Маккендрик.

– Вьятт. Все служащие обращаются ко мне по имени.

Девушка удивленно приподняла брови. На мгновение он решил, что сейчас Алекс прочтет ему лекцию по адекватному обращению с подчиненными. Ему даже хотелось это услышать – наверняка тирада бы вышла занимательной.

Но вместо этого она покачала головой:

– Пусть будет Вьятт. Но любой бы заметил, что это место больше похоже на дворец, а вы – тот человек, который поддерживает его на должном уровне. Разумеется, вы знаете, что делаете.

– Значит, вы не знаете, что нужно делать?

– Поймите, я бросаю свою работу. Если у меня ничего не получится, все будет еще хуже, чем до моего приезда сюда.

– Все будет в порядке. Я научу вас.

– С тем же успехом можете встать за стойку сами.

Он изогнул бровь:

– Я еще ни разу не встречал человека, который бы с таким рвением убеждал меня не нанимать его.

– Я просто хотела убедиться, что мы правильно поняли друг друга.

Их взгляды встретились.

– Что ж, вот как ситуация выглядит с моей точки зрения. Мне очень нужен новый администратор, и я решил, что им станете вы. Ваша очередь?

Алекс удивленно уставилась на него:

– Я намереваюсь стать лучшей заменой вашему администратору, черт побери! Кстати, как она?

– Стала матерью прекрасной девочки Мисти.

– Я просто обожаю это имя! Могу поспорить, она очень хорошенькая!

В глазах Алекс появилась тоска, которая насторожила Вьятта. Этой девушке нужен семейный очаг, мужчина, который хочет иметь семью, а он не из их числа.

– Вы готовы? – спросил Вьятт.

– Да. Но есть еще кое-что…

– А именно?

– Сегодня днем мои подруги уезжают…

– Ваши подруги? Ну разумеется.

Вьятт был не из тех, кто понимал ценность дружбы. Подпуская близко людей, вы даете им в руки оружие против себя. Вьятт решил раз и навсегда, что больше никому не позволит причинить ему вред. И все же он понимал Алекс.

– Разумеется, вы хотели бы их проводить.

– Это мои лучшие друзья.

– С которыми вы хотели здесь хорошенько отдохнуть. И я не намерен сокращать ваш отдых. Можете приступить завтра.

Девушка снова нахмурилась:

– Ваши служащие будут не в восторге от необходимости прикрывать меня.

– Мои служащие прекрасно знают, кто подписывает чеки. И еще они знают, что получат компенсацию за неудобство, и я верну эту услугу, если им внезапно потребуется выходной.

– Я не хочу пренебрегать своими обязанностями.

Вьятт одарил ее самым устрашающим взглядом из своего арсенала:

– Это не обсуждается.

Но на Алекс, казалось, он не подействовал.

– Разумеется, нет. Я понимаю, что вы здесь главный, и все же…

И вновь Вьятт с трудом подавил улыбку, хотя он был не из тех, кто часто находит причины для веселья. Он вошел в свой кабинет, открыл ящик стола и вынул стопку брошюр, которые протянул девушке.

– Что это?

– Домашнее задание. Если уж вы увиливаете от работы, я, по крайней мере, ожидаю, что вы начнете потихоньку знакомиться с местными достопримечательностями и особенностями работы отеля.

Улыбка этой женщины могла бы осветить банкетный зал.

– Хорошо. Еще что-нибудь?

«Да, перестаньте, наконец, улыбаться, – хотел бы сказать Вьятт. – Хватит обращать мое внимание на вашу привлекательность. Я не должен хотеть прикоснуться к вам».

– Да.

Алекс молча дожидалась продолжения.

– Наслаждайтесь выходным.

– Непременно. И… спасибо.

– За что?

Девушка улыбнулась еще шире:

– Вы сделали возможным исполнение моей мечты.

Вьятту хотелось застонать. Лучше бы она этого не говорила. Мечтатели – хрупкие создания. Вьятт и сам когда-то был им, давным-давно.

– Завтра утром встретимся здесь. Я введу вас в курс дела.

Потому что чем быстрее Алекс свыкнется со своими обязанностями, тем скорее он сам начнет воспринимать ее как одну из своих служащих.

По крайней мере, он на это надеялся.

Глава 4

Алекс наблюдала за тем, как ее подруги собирают вещи. Теперь, когда наступила пора расставаться, никто не выглядел особенно счастливым. Джейн казалась еще красивее с новой прической, но боль, оставшаяся в ее глазах, не угасла. И все же она решительно улыбнулась подругам.

– Эта поездка – именно то, что мне было нужно, – заявила она. – Я рада, что ты предложила ее нам, Сирина.

– Это был порыв, – отозвалась та. – Возможно, не самый лучший.

Все трое посмотрели на Алекс.

– Все в порядке, – произнесла та. – Кроме того, я очень скоро вернусь в Сан-Диего, осуществлю все свои мечты, и мы устроим вечеринку.

– Шикарную вечеринку, – согласилась Молли.

– Какой наш город еще не видывал, – добавила Сирина.

– Обещай оставаться на связи, – попросила Молли, обнимая Алекс.

– Телефон, электронная почта, письма – все в нашем распоряжении.

– И ни в коем случае не позволяй своему красавчику боссу заставлять тебя работать до изнеможения, – добавила Сирина, и все рассмеялись.

– У меня будет много свободного времени.

– И самое главное, не… – Джейн неуверенно замолчала. – Алекс, он слишком хорош. Это небезопасно.

– Обещаю, что не влюблюсь в него, – торжественно поклялась та. – Сегодня несколько моих новых коллег по секрету рассказали мне, что во Вьятта влюбляются все женщины, но он никогда не заводит романов с подчиненными. Считайте, меня предупредили. Впрочем, я слишком часто обжигалась, чтобы теперь вздыхать по мужчине, у которого на лбу написано: «Разбиваю девичьи сердца».

– Пусть так. Но если мы тебе понадобимся… – начала Сирина.

– Сюда лететь всего несколько часов, – напомнила Молли.

А потом они уехали.

Алекс осталась одна. Наконец она позволила странной реальности просочиться в сознание. Она согласилась работать с человеком, который имел славу самого неуловимого холостяка в Лас-Вегасе. И, к сожалению, находила его весьма привлекательным.

– Я готова, – объявила Алекс, встретив Вьятта у дверей его кабинета. – С чего начинать?

Тот иронически изогнул бровь:

– Рад видеть, что вы полны энтузиазма. Вы так отчаянно возражали, не желая браться за эту работу…

– Однако теперь будет лучше сразу взяться за дело.

Вьятт невольно посмотрел на ее ноги, обутые в босоножки на изящном каблучке. Алекс ни разу в жизни не ощущала чужой взгляд с такой остротой. Она чувствовала себя голой. Однако нельзя было позволить Вьятту понять это, поэтому девушка гордо вздернула голову, ожидая ответа.

– Отлично, – согласился он. – Но, строго говоря, вы должны занять свое место за столом только через час, поэтому я решил познакомить вас с некоторыми людьми.

– Такими, как…

– Агенты в бюро путешествий, гиды, некоторые деловые партнеры.

– Отлично. Я готова.

– У вас на столе есть полный список основных наших партнеров. Цель этой прогулки – представить им вас. Я сотрудничаю с некоторыми из них с тех пор, как переехал сюда.

– Так вы не местный?

– Нет. Я приехал из крошечного городка в Иллинойсе около пяти лет назад.

– Ух ты, вы остались здесь, несмотря на то что у вас не было ни друзей, ни родных? Большинство прилетает сюда на выходные, максимум на неделю-другую.

– И сразу же уезжают, – произнес он, заканчивая ее мысль. – Но ведь эти люди хотят просто развлечься. Я лично приехал, потому что здесь можно начать жизнь с нуля и быстро добиться очень многого.

Отель был разделен на два крыла. В одном можно было наслаждаться спокойными размышлениями, а также отыскать тихие уголки, чтобы побыть наедине с собой или с другими. Второе крыло было раем для тех, кто наслаждался обществом, предпочитал оживленные места вроде пляжей и клубов.

– Вы сами планировали дизайн? – спросила Алекс.

– По большей части.

– И вы прекрасно поработали. Мы приехали сюда потому, что Джейн бросил жених. Нам было совершенно необходимо ненадолго сбежать от суровой реальности. И «Маккендрикс» оказался просто идеальным местом.

– Наша работа продолжается.

– Неужели вы что-то меняете?

Алекс слишком часто наблюдала за тем, как в поисках лучшего, теряется хорошее.

– А вы это не одобряете?

– Ваш отель и без того совершенен.

– Совершенство, как и несовершенство, – это дело вкуса.

Алекс пристально посмотрела на мужчину. Его тон оставался шутливым, но в глазах промелькнуло совсем иное выражение.

– Неужели кто-то остался недоволен?

– Как вы ревностно относитесь к моему отелю, – с ноткой веселья в голосе заметил Вьятт.

– Не забывайте, я ведь теперь тоже здесь работаю! – Алекс бросила взгляд на часы. – Уже целых пять минут. И я хочу заверить вас в бесконечной преданности своему делу.

А еще в редкостном умении попадать в переделки. Она только что пыталась поучать своего босса. Пора это прекращать.

– Рад слышать. Но бывают и перемены к лучшему. Если я хочу, чтобы «Маккендрикс» всегда был на высоте, то просто необходимо корректировать его работу.

Девушка кивнула:

– Да, Джейн говорила что-то о соревновании между отелями. Если я правильно поняла, близится финал.

– Верно, – напряженно отозвался он. – «Маккендрикс» номинирован на одну из самых престижных наград, однако у нас серьезные соперники. Я полагаюсь на тех служащих отеля, которые работают непосредственно с постояльцами, чтобы выяснить, какие сферы требуют доработки. Так что не стесняйтесь высказываться.

Алекс хихикнула.

– Что? – поинтересовался Вьятт.

– Вряд ли кто-то из моих знакомых скажет, что я стесняюсь выражать свое мнение. Наоборот, мне бывает трудно держать рот на замке.

Мужчина невольно посмотрел на ее губы, и Алекс почувствовала, что ей становится трудно дышать. Вьятт покачал головой:

– Честно, меня вы этим не напугаете. Можете разговаривать со мной совершенно свободно.

А вот это очень опасно. Все знали, что Алекс с излишним рвением относится к обустройству всего вокруг. И зачастую окружающие начинали бессовестно пользоваться этим. Она слишком многое отдавала. Однако обычно это касалось не работы, а Вьятт все-таки был ее боссом. Недосягаемым и опасным.

Но к счастью, Алекс было некогда об этом думать. Через несколько минут мужчина уже усадил ее в свою черную спортивную машину.

Все его партнеры оказались владельцами прекрасных заведений и солидными людьми. Они, не спеша, разъяснили девушке, в каких случаях она должна связаться непосредственно с ними, и заверили ее в своей абсолютной готовности дать совет. Но Алекс немало удивило, что Вьятта с этими людьми связывало только взаимное уважение и общие деловые интересы – никаких дружеских бесед и шуток. Было видно, что они восхищались хозяином «Маккендрикса», но тот неизменно держал дистанцию.

– Спасибо, Гарольд, мы будем на связи, – пообещал он владельцу «Баррингтон турз».

– Очень рад знакомству, Алекс, – тепло произнес мужчина. – Звоните, если у вас возникнут какие-то вопросы.

– Вы можете пожалеть об этом, – пошутила она. – Я очень люблю задавать вопросы.

– Что ж, проверим. Жду с нетерпением. Честное слово, – ухмыльнулся тот.

Девушка поблагодарила его, повернулась к выходу и только тогда заметила, что Вьятт стоит у дверей, скрестив руки на груди, и наблюдает за ними с явным неодобрением. Алекс даже захотелось проверить, не соскользнула ли с плеча бретелька лифчика.

– Что дальше? – спросила она.

– Последняя остановка, – ответил Вьятт, трогаясь с места. – А потом вы вернетесь за свой стол и начнете привыкать к новой роли.

Девушка кивнула. Она ожидала, что и здесь все будет точно так же – обходительные бизнесмены, отстраненно вежливый Вьятт…

Однако ее ждал сюрприз. В салоне пошива одежды несколько швей с порога принялись пожирать мужчину голодными взглядами.

– Привет, Беверли, это Алекс – мой новый администратор, – произнес Вьятт, обращаясь к красивой женщине средних лет. Он повернулся к своей новой служащей: – Беверли может сшить костюм, платье, рубашку и галстук в рекордные сроки.

– Да. Я, конечно, предпочитаю раздевать мужчин, но, увы, считаюсь специалистом все-таки в обратном, – с улыбкой подмигнула Беверли.

Она сразу же понравилась Алекс.

– И часто вам доводится это делать?

– Одевать или раздевать?

– И то и другое, – отозвалась девушка.

Беверли рассмеялась.

– Она мне нравится, – сообщила она Вьятту, несмотря на то, что он по-прежнему пытался оставаться холодным и отстраненным. – И кстати, нам редко приходится раздевать мужчин – особенно таких симпатичных, как Вьятт. Но ты удивишься, узнав, как часто они приезжают, не запасшись рубашками, и постоянно пачкают их то горчицей, то кетчупом.

– Пожалуй, поставлю ваш номер на быстрый набор, – отозвалась Алекс. – А еще лучше, выучу наизусть.

– О, вы определенно знаете толк в этих вещах. Вьятт, будь с ней добр и ласков и не запугивай бедняжку. Да, и не давай ей в тебя влюбиться, это вернейший способ потерять ценную сотрудницу.

Алекс вздрогнула:

– Это не проблема. Я поклялась больше не связываться с мужчинами.

Беверли только фыркнула:

– Милая моя, мы все обещаем себе одно и то же. А потом попадается кто-нибудь вроде Вьятта, и все клятвы тут же забываются.

Алекс очень хотелось посмотреть на Вьятта.

– Я не забуду.

– Беверли, перестань поучать Алекс, – наконец не выдержал Вьятт. – Уверен, ей это неинтересно.

Беверли только наморщила нос:

– Не пытайся запугать меня, глядя букой. Может, с другими это и работает, но только не со мной.

Вьятт нехотя улыбнулся. Они вышли на улицу, залитую солнцем.

– Я прошу прощения, – произнес он.

– Не стоит, мне нравятся люди, которые честно выражают свои мысли. И еще больше мне нравится, когда играют в открытую.

Вьятт кивнул:

– Как, например, в случае с вашим признанием насчет мужчин?

– Я серьезно, вам не о чем беспокоиться.

– Даже и не думал. Но в вашем случае мужчины наверняка обратят внимание на хорошенькую девушку за столом администратора и попытаются за вами приударить. Знайте, если вам будут слишком надоедать назойливые клиенты, вы в любой момент можете рассказать Рэнди или мне, и мы разберемся с ними.

Алекс покачала головой:

– Я в состоянии о себе позаботиться и могу вас заверить, что мои проблемы с мужчинами были вызваны другими причинами. Мне просто пришлось взглянуть в лицо своим недостаткам. Слишком часто я спешу на помощь, когда этого не требуется. Мне нужны дом, стабильность, хорошая работа и, возможно, дети.

– Но ведь вы согласились поработать здесь, несмотря на то, что хотите остаться в Сан-Диего.

– Потому что вы меня подкупили. Эта работа поможет мне приблизиться к исполнению всех желаний. В конце концов, совсем скоро вернусь к тому, что люблю.

– И возможно, однажды вам встретится подходящий мужчина.

– Это вряд ли. Я счастлива, занимаясь своим делом. Знаете, отказ от надежд обрести счастье в любви освобождает. Я могу, наконец, сосредоточиться на достижении своих целей.

– Хорошо, когда есть к чему стремиться.

– Сказано истинным бизнесменом. А у вас есть другие дела? Кроме отеля, я хочу сказать. – Эти слова самовольно слетели с ее губ, прежде чем Алекс успела хотя бы подумать. – Забудьте, – поспешно произнесла она. – Вы мой босс, и это – совершенно не мое дело.

Вьятт только пожал плечами:

– Хотите правду? Все мои устремления сосредоточены на «Маккендрикс». Через два месяца будет пять лет с того дня, как я приобрел отель. Я хочу расширить свое дело, чтобы мой комплекс прочно вошел в десятку лучших. Так что никаких личных планов у меня нет, если именно это вас интересовало. Я давным-давно понял, что серьезные отношения – не для меня, но это очень длинная и скучная история, а нам уже пора возвращаться. Я бы хотел, чтобы вам хватило времени привыкнуть к своему месту, перед тем как вы приступите к работе.

«Я всего лишь служащая», – напомнила себе Алекс.

– Я полностью ваша, располагайте мной, – произнесла она и не погрешила против истины.

Она во власти Вьятта на много недель. Нужно как можно быстрее привыкнуть к этой мысли и попытаться справиться с совершенно нежелательными мыслями и чувствами, которые у нее вызывало присутствие нового босса.

Всю дорогу до отеля Вьятт напряженно пытался понять, какого черта натворил. Одно дело – обучать новую администраторшу, и совсем другое – получать удовольствие от ее компании.

Он был рад, что вопросы девушки заставили его вспомнить прошлое. Свои недостатки. Свои границы. Он с рождения был никому не нужным неудачником. Мать дала ему жизнь – и тут же оставила на милость родственников, которые старательно выбивали из него «дурь». С женщинами дела шли не лучше. В этом смысле сотрудничество с Алекс – настоящее минное поле. Она казалась в одно и то же время сильной и удивительно хрупкой женщиной, которой нужен рыцарь на белом коне. А не одиночка, который снова разобьет нежное сердце. Вьятт не имел ни малейшего желания причинять боль кому бы то ни было.

Правда, она решила отказаться от серьезных отношений с мужчинами, а он – с женщинами. Наверное, есть шанс, что все образуется… По крайней мере, Вьятт очень на это надеялся.

Он не стал заострять внимание девушки на том, насколько глубока его потребность победить. Прошло почти пятнадцать лет с тех пор, как Вьятт сбежал из дома, от людей, которые предсказывали ему судьбу вечного неудачника. Наконец-то он поднялся на новый уровень, чего никто никогда не ожидал. В этом отеле началась его настоящая жизнь, он был единственной ценностью и отрадой Вьятта.

Все остальное не имеет никакого значения.

Глава 5

Хорошо, что у Алекс, было, не так много времени, чтобы предаваться размышлениям о Вьятте. Как только она села за свой новый стол, подошел мужчина, поинтересовавшийся, где в Лас-Вегасе лучшая парикмахерская. «Не паникуй, – напомнила себе Алекс. – Не признавайся ему, что не имеешь ни малейшего понятия».

Она окинула быстрым взглядом холл, а увидев подходящий вариант, помахала Рэнди.

Тот нахмурился, но подошел.

– Рэнди, смени меня на секундочку, пожалуйста.

Тот только удивленно моргнул. Подошедший с вопросом мужчина тоже.

– Я сейчас вернусь и дам вам исчерпывающий ответ, – с улыбкой пообещала Алекс, направляясь через фойе к официанту, подававшему напитки двум женщинам у фонтана… – Здравствуйте, Сет. Я – Алекс Лоуэлл, новый администратор. – Имя мужчины Алекс прочла на нагрудной табличке. – Когда освободитесь, не ответите мне на один вопрос?

Тот кивнул.

– Сет, не могли бы вы дать мне имя и адрес своего парикмахера? Того, кто так потрясающе вас подстриг. Это для одного из клиентов, – поспешно пояснила Александра. – Вы выглядите великолепно!

Женщины, которых он обслуживал, согласились, что прическа официанта и впрямь просто чудо, и рассмеялись, когда тот покраснел и нацарапал на листке адрес.

– Благодарю, Сет, вы мой спаситель. – С этими словами Алекс улыбнулась женщинам и поспешила в другой конец холла. – Прошу простить за задержку, мистер Толивер. Спасибо, Рэнди. Я просто хотела проконсультироваться насчет лучших стилистов у Сета.

– Алекс, – тихо пробормотал Рэнди, – Сет – всего лишь официант.

– Да, и у него потрясающая стрижка. Обе леди нашли ее очаровательной. Думаю, вы будете в хороших руках, – Алекс взглянула на бумагу, – в парикмахерской «Грегориз».

Мистер Толивер посмотрел на уже немолодых, но элегантных дам, одна из которых улыбнулась ему.

– Что ж, пусть будет «Грегориз». Благодарю вас, юная леди.

– Рада услужить.

Когда мужчина удалился, Рэнди покачал головой:

– Алекс, предполагалось, что ты поищешь парикмахерскую в файлах! У нас есть списки тех мест, которые можно рекомендовать клиентам.

– Но я же ничего не знаю о них!

– На сей раз тебе повезло. Фрэнк Толивер – частый и очень ценный гость, но на его месте мог быть кто угодно. Наш отель приближается ко дню своей пятой годовщины, повсюду могут быть члены жюри, прибывшие инкогнито. Большинство клиентов не хотели бы быть похожими на людей вроде Сета.

Алекс ощутила укол беспокойства. Может, Рэнди прав? Неужели она совершила серьезную ошибку, не успев проработать и пяти минут?

– Сета-официанта?

Позади Алекс раздался глубокий мужской голос. Ей не обязательно было оборачиваться, чтобы понять, кто присоединился к беседе.

К чести Вьятта, Рэнди лишь немного смутился, но не произнес ни одного критического замечания в адрес Алекс.

– А мне понравилась стрижка Сета, – упрямо произнесла она. – Правда, я не подумала о том, что мистеру Толиверу, возможно, не захочется посещать парикмахеров, услугами которых пользуется персонал.

– Уверен, Сет не отправил бы одного из гостей на какую-нибудь захудалую улочку, – заверил Вьятт. – Значит… вам понравилась его прическа?

– Да, – отозвалась девушка.

– Алекс, я вовсе не критикую вас, – нахмурился владелец отеля. – Я жду.

– Чего?

– Возвращения мистера Толивера, разумеется. Посмотрим, как он будет выглядеть и останется ли доволен. Если все пройдет хорошо, добавим «Грегориз» к нашему списку парикмахерских.

Алекс не могла не поинтересоваться про себя, что будет, если мистер Толивер останется недоволен. Повредит ли это репутации «Маккендрикс»?

– Что ж, полагаю, я просто буду работать с теми списками, которые сделала Белинда, – произнесла Алекс. – Думаю, не стоит экспериментировать.

– К вам обратились с вопросом. Вы сумели дать ответ. Именно поэтому я и предложил вам работу, Алекс. Каждый клиент важен, но наша репутация не пострадает и не улучшится от мнения одного-единственного человека. Если по каким-либо причинам Фрэнк вернется не в лучшем расположении духа, тогда я сам обо всем позабочусь. Отель предоставит ему кое-какие льготы и привилегии. Уезжая, мистер Толивер вновь будет всем доволен.

– А у вас из-за меня прибавится работы.

– Это уже моя забота.

– Но вы же нанимали меня не для того, чтобы постоянно подчищать за мной хвосты. Если я хочу быть полезной, мне нужно научиться делать все правильно.

Именно это Алекс так часто говорила себе с детства. Если она научится делать все правильно, папа вернется домой, отчим начнет навещать ее, Роберт, Лео или Майкл наконец осознают, какие перемены она внесла в их жизни.

– Я нанял вас, чтобы вы помогали гостям, Алекс. И я один могу решать, справляетесь ли вы со своими обязанностями.

«Я один». Он и впрямь был одиночкой. Надо же, она всю жизнь пыталась найти себе равноправного партнера, а Вьятт, наоборот, сделал отсутствие такового своим главным преимуществом.

– Вы слышали, как меня критиковал Рэнди. Надеюсь, ему это ничем не грозит? Он всего лишь хотел дать мне хороший совет.

– В своем деле ему нет равных.

– Это я уже поняла. Может, и впрямь стоило бы попросить у него совета…

– Уверен, ему будет очень приятно. Но не забывайте, я взял вас на работу, потому что вы способны контролировать ситуацию. Одна или две незначительные оплошности не повредят репутации отеля.

Может, и нет, но цена некоторых ошибок бывает слишком высока.

– Рэнди сказал, вы соревнуетесь с другим отелем в Лас-Вегасе.

Выражение лица Вьятта не изменилось.

– «Шампань» нелегко побить. Они будут повышать ставки до последнего.

Значит, это состязание – и впрямь серьезная вещь.

– И каковы наши шансы на победу?

– Такого исхода ничто не гарантирует, – спокойно отозвался Вьятт.

Однако Алекс поняла, что для него награда имеет большое значение.

А почему бы и нет? В конце концов, Вьятт Маккендрик всего добивался сам. Разумеется, он хочет победить.

– Вьятт, вот ты где! Я везде тебя ищу!

Повернувшись, Алекс увидела красивую блондинку, направляющуюся к ним. На ней было потрясающее золотистое платье, идеально облегавшее фигуру. Длинные ноги и ухоженные руки оказались загорелыми, а лучистая улыбка была предназначена исключительно Вьятту.

Алекс инстинктивно отступила, однако мужчина выдвинул ее вперед:

– Катрина, это Александра, мой новый администратор. Алекс, перед тобой хозяйка ресторана «Жандарм» чуть дальше по улице.

– А, одна из ваших коллег, – с улыбкой произнесла Алекс.

Улыбка красавицы померкла.

– Да, – отрывисто отозвалась она. Сразу же стало ясно: Алекс для нее никто. – У нас общие интересы в бизнесе… и не только. Пойдем, Вьятт, мы опоздаем.

– Алекс, у меня сейчас встреча с некоторыми из местных владельцев гостиниц и ресторанов. Мы должны уладить кое-какие вопросы и разобраться с расписанием приемов. Я буду в «Жандарме», но, если что-то случится, звоните.

Алекс показалось, что Катрина зашипела как змея, услышав это.

– Спасибо, но я надеюсь, что все будет в порядке, – отозвалась девушка.

И все же, когда ее босс ушел со своей спутницей, Алекс была вынуждена признать, что невольно ощутила укол ревности. Как глупо с ее стороны. Вьятт Маккендрик был путевкой к очередному разочарованию.

Любовь – смертельное оружие в плохих руках. Особенно в ее собственных. Думать о Вьятте категорически запрещено, поэтому углубление в дебри ревности тоже придется отложить.

Поэтому Алекс принялась осваиваться. Она прочла все, что обнаружилось на столе и в ящиках, затем обратилась к Интернету. Она отвечала на вопросы клиентов, давая полезные советы. В одну из редких минут затишья Алекс подошла к столу Рэнди и обратилась к молодому человеку с вопросом.

Тот подозрительно прищурился, но потом все-таки изложил свое мнение.

– Значит, ты настроена решительно?

– Раз уж я согласилась взяться за эту работу, я хочу сделать все, как полагается.

– Я могу дать тебе совет?

– Да.

– Не делай этого только для того, чтобы произвести впечатление на Вьятта. Женщины всегда влюбляются в него, но он из тех парней, которые ревностно оберегают личное пространство.

– Угу.

– Только не говори мне, что уже запала на него.

– Нет, просто ты уже десятый человек, который советует мне нечто подобное. Я не собираюсь влюбляться в него.

– Ты говоришь так, будто пытаешься убедить саму себя.

– Все под контролем.

– Послушай, никто из нас не может похвастать тем, что хорошо знает босса. Личную жизнь он с работой не смешивает. Однако Вьятт прекрасно обращается с подчиненными. Это я знаю лучше, чем кто бы то ни было. Я здесь, потому что Вьятт поймал меня на попытке влезть к нему в карман вскоре после того, как умерла моя мать и мы с братом остались без гроша. Он схватил меня за шкирку, прочитал нотацию и взял на работу. Видишь ли, – продолжил Рэнди после паузы, – каждый раз, когда появляется женщина, мечтательно поглядывающая на нашего босса, и он вынужден поставить ее на место, Вьятт замыкается в себе еще больше. Когда он невольно делает больно другим, нашему боссу обычно бывает хуже, чем им.

– Э, и поэтому ты хочешь, чтобы я уберегла ранимую психику Вьятта, согласившись не влюбляться в него?!

– Понимаю, это звучит глупо, но да, что-то в этом роде.

– Не проблема. Даю слово.

Алекс надеялась, что ее голос не дрогнул.

– Вот и хорошо, потому что другие уже делают ставки, сколько времени пройдет, прежде чем ты пополнишь список безответно влюбленных.

– Рэнди!

– Я просто говорю…

– Я здесь, чтобы делать свою работу. Только и всего.

Алекс вернулась за свой стол, лишний раз укрепившись в намерении держаться подальше от Вьятта.

Она извлекла из ящика стола еще несколько путеводителей и углубилась в их изучение. Ей было совершенно необходимо больше узнать о Лас-Вегасе. На две секунды Алекс снова усомнилась в себе, но поспешно отогнала невеселые мысли. Ключ к успеху – знание, и девушка была решительно настроена после окончания своей смены приступить к выполнению «домашней работы».

А сейчас…

– Лифты, ведущие в караоке-бар, вон там, – сообщила она одному молодому человеку и, повернувшись к другому, добавила: – А автобус до аэропорта отправляется через десять минут.

Алекс исследовала содержимое очередного ящика, когда, подняв на мгновение глаза, увидела, что в холл входит мистер Толивер. Она автоматически обратила внимание на его волосы… или почти полное их отсутствие. Ничего общего с шикарной стрижкой Сета.

К ее удивлению, мужчина с улыбкой направился к ней:

– Ну, что скажете?

– Э…

– Конечно, теперь волосы куда короче, – перебил девушку мистер Толивер, проведя рукой по макушке. – Но Грегори сказал, что у меня идеальная форма головы для короткой стрижки, и поскольку я потихоньку начинаю лысеть, то решил попробовать. К тому же так куда прохладнее.

Похоже, у «Маккендрикс» стало на одного довольного клиента больше. И, честно говоря, прическа действительно хорошо смотрелась.

– Вам очень идет, – искренне похвалила девушка. – Просто потрясающе!

Он ухмыльнулся еще шире и отошел. Алекс проследила за ним взглядом и увидела Вьятта, только что вошедшего в отель.

Ни на мгновение не задумавшись, девушка подошла к своему боссу.

– Возможно, это слишком радикальная перемена, – начала она, – но…

– Но он в восторге, знаю. Я столкнулся с ним у дверей. Отличная работа, – произнес Вьятт, и в его зеленых глазах мелькнуло нечто, похожее на удовольствие.

«Даже не думай о том, как он будет выглядеть, если наконец улыбнется», – велела себе девушка.

– А разве вы не забеспокоились, увидев его новый стиль?

Вьятт ответил не сразу:

– Честно говоря, уже держал руку на телефоне, чтобы приказать доставить в его номер бесплатную бутылку шампанского.

Алекс не сумела сдержать озорной смешок:

– Ага, значит, вы все-таки волновались!

Его губы слегка изогнулись в едва заметной улыбке.

– Если вам станет легче, то я и впрямь забеспокоился, но совсем ненадолго. Алекс, в моем бизнесе у клиентов то и дело возникают претензии, но я нанимаю лучших людей и ожидаю, что они прекрасно справятся. Но последнее слово за мной. Я здесь вроде страховки от несчастных случаев. Если вы делаете все, что в ваших силах, чтобы гости были счастливы, значит, вы соответствуете моим ожиданиям. Договорились?

Вьятт протянул руку. Алекс уставилась на нее, не решаясь пожать.

И когда ее рука оказалась наконец в его ладони, девушка поняла, что боялась ненапрасно. Жар, сила и внезапное возбуждение нахлынули на нее, как цунами.

«Вьятт – одиночка, – поспешно напомнила себе Алекс. – И он не заводит интрижек со своими подчиненными».

Ее босс по-прежнему ждал ответа.

– Договорились, – с трудом выдохнула девушка.

– Вы свободны, Алекс.

Та нахмурилась.

– Начинается смена Луизы, – пояснил Вьятт. – Вы пережили первый день работы.

Вернувшись в свою комнату, девушка первым делом осмотрела свою ладонь. Ее вновь охватило возбуждение. Какая нелепость… Он всего лишь пожал ей руку. Так почему до сих пор покалывает пальцы? Она ведет себя как очередная идиотка, по уши влюбившаяся во Вьятта. Алекс начала глубоко дышать, надеясь успокоиться. Сосчитала до десяти.

– Я – сильная женщина, а не рабыня своих чувств. Я могу противостоять этому притяжению, Вьятт, – пробормотала она. – Ты будешь рад, что нанял именно меня. Потому что я собираюсь помочь тебе преодолеть все препятствия и выиграть этот чертов конкурс.

И Алекс теперь знала, с чего начать.

Глава 6

Вьятт шел по коридорам отеля, пытаясь отбросить неприятное ощущение. Не стоило пожимать Алекс руку. Он лишь хотел заверить ее в том, что ответственность за успех и процветание «Маккендрикс» лежит не только на ее плечах. Он нанял Алекс не для этого.

«Тогда зачем ты это сделал?» – поинтересовался внутренний голос. Ответ нашелся быстро. Ему нужна была адекватная замена Белинде. Алекс показалась Вьятту человеком, способным гладко и незаметно обеспечить нормальную работу отеля. К сожалению, для него эта девушка отнюдь не была незаметной. В тот миг, когда ее ладошка оказалась в его руке, по коже прокатился жар, охватив огнем желания все тело.

«В таком случае больше не прикасайся к ней», – зло оборвал себя мужчина. Но, боже правый, как ему этого хотелось…

Начался новый день, и пока все шло гладко. Алекс не рисковала больше отправлять клиентов в новые, неизвестные места. Она даже сдержалась и не одернула мужчину, который громко распекал свою жену.

С другой стороны, она могла поступить по-другому… если бы не появился Вьятт. Он решительно положил руку на плечо гостю и отвел его в сторонку. Его глаза метали молнии, а тон не допускал пререканий, однако при этом Вьятт говорил небрежно и спокойно о том, как иногда устаешь в дороге. Когда наконец выяснилось, что самолет сбился с курса и несколько часов пробыл на каком-то острове, Вьятт смилостивился и подозвал носильщика, а затем преподнес паре в подарок бесплатные купоны на массаж. Когда супруги проходили мимо, Алекс услышала краем уха, как мужчина извинился перед женой.

– Ловко, – похвалила она. – Но этот человек был готов взорваться, когда вы отвели его в сторону. Откуда вы знали, что он не разозлится на вас за вмешательство?

– Алекс, вы что, не одобряете мою тактику?

Она почувствовала, что неудержимо краснеет.

– Напротив! Я очень рада, что вы своевременно вмешались. Но… Честно говоря, я боялась, что он может ударить вас.

– Он не из таких, – покачал головой ее босс. – Я знаю тип людей, любящих пускать в ход кулаки.

Алекс вспомнила слова Рэнди о том, что никто не знает Вьятта. Она сделала глубокий вдох, пытаясь скрыть волнение.

– Думаю, мне пора возвращаться к работе.

Вьятт кивнул:

– Если хотите знать, отдельные посетители очень хвалили вас за отзывчивость и…

– И?…

– И за очаровательную улыбку, – нехотя закончил мужчина.

Алекс почувствовала, как стремительно теплеет на душе.

– Лишний раз улыбнуться не вредно, – произнесла она. – Даже самому владельцу отеля.

Вьятт почти не улыбался, хотя сейчас его глаза весело заблестели.

– Я это учту, – пообещал он. – Может, даже сделаю пометку.

С этими словами мужчина ушел. Неужели суровый Вьятт Маккендрик только что поддразнил ее?!

«Не обращай внимания, – приказал внутренний голос. – Тебе есть чем заняться».

Вьятт направлялся в свой роскошный пентхаус, когда, завернув за угол, едва не сбил с ног Алекс. Она! шла, уткнувшись носом в карту, которая в результате столкновения приобрела совершенно непрезентабельный вид.

Вьятт подхватил девушку, не дав ей упасть, и ею окатило жаром. Боже правый, какая у нее нежная кожа… Гладкая… Ароматная…

«Перестань», – одернул он себя. Алекс казалась слегка выбитой из колеи.

– Простите, пожалуйста, – произнесла она и поспешно сделала шаг назад, пытаясь привести карту в порядок.

«Иди своей дорогой, – велел себе Вьятт. – На ее месте могла оказаться любая из твоих подчиненных, веди себя соответственно».

Только вот Алекс была ни капли не похожа на своих коллег.

– Подсказать вам дорогу? – поинтересовался он.

Девушка улыбнулась той самой теплой улыбкой, которая пришлась по сердцу многим гостям.

– Я просто никак не могу сообразить, откуда лучше начать.

– Что именно?

– Запоминать город. Я поняла, что мне совершенно необходимо знать Лас-Вегас так же хорошо, как Сан-Диего. Я должна представлять себе место, о котором спрашивают постояльцы. Поэтому мне пришло в голову, что можно погулять по городу в свободное время. Раствориться в его атмосфере, проникнуться им. Вчера было легко – я взяла такси и прокатилась мимо большинства местных ресторанов. Но сегодня никак не могу решить, с чего начать.

– Александра, вы совершенно не обязаны работать сверхурочно.

– Я же не прошу вас платить за мои прогулки. Завтра мой третий рабочий день, и я твердо намерена ликвидировать пробелы в своих познаниях.

– Вы и без того прекрасно справляетесь.

– Спасибо. Я начинаю чувствовать себя увереннее и хочу научиться еще кое-чему.

– Снимаю шляпу перед вашим энтузиазмом, – отозвался Вьятт. – Но бродить одной по городу? Не думаю, что это удачная мысль.

Девушка гордо вздернула подбородок:

– Я могу о себе позаботиться. Я прошла курс самообороны, у меня при себе лак для волос, зажигалка и очень острый тяжелый ключ.

– Да, но, если вы на что-то отвлечетесь, справиться с вами можно будет в два счета. Так что извините, но вы не будете бродить в одиночестве. Рабочий день у вас закончился, и это означает, что у меня больше нет никакой власти. Но если, конечно, мое присутствие не покажется вам нежеланным, я могу сам показать вам Лас-Вегас. И можем перейти на «ты», если вас это устроит.

Алекс вопросительно подняла бровь:

– Вы и в самом деле думаете, что я скажу своему боссу нечто вроде «Твое присутствие крайне нежелательно»?!

Вьятт попытался подавить улыбку, и впервые ему это не удалось.

– Ну, вообще-то, да. Я уже говорил, твой рабочий день закончился, теперь ты сама себе хозяйка.

Девушка подозрительно посмотрела на него:

– Вам… тебе не обязательно становиться моим телохранителем.

Вьятт невольно скользнул взглядом по ее фигуре и едва не задохнулся от желания. Он только укрепился в своем нежелании отпускать Алекс бродить одну по городу, вооружившись картой, ключом и лаком для волос. Она – олицетворение искушения.

– Ну, раз уж я прошу тебя консультировать клиентов, то должен лично показать город.

Алекс открыла рот, вне всякого сомнения собираясь отказаться, но мужчина опередил ее.

– Александра, – произнес он. – Идем.

– Это приказ босса?

– Это просьба весьма нетерпеливого… – «мужчины», собирался сказать Вьятт, но вовремя спохватился, – экскурсовода.

– Ну, в таком случае, – с широкой улыбкой произнесла Алекс, – вперед, экскурсовод. Надеюсь, тур мне понравится.

– А ты по-прежнему чувствуешь себя неуверенно?

– Самую малость. И только потому, что слишком мало знаю об отеле и городе. Я знаю, ты обещал помочь, если возникнут проблемы, но я сама должна научиться, понимаешь?

Вьятт прекрасно понимал, откуда берутся такие желания.

– Хорошо. Мы об этом позаботимся. – Он жестом попросил водителя подогнать машину. – Мы прогуляемся пешком чуть позже, – пообещал он, помогая девушке сесть. – Я сейчас устрою тебе потрясающую экскурсию. Ночной Лас-Вегас – это сказка, – заявил Вьятт, пытаясь не думать о ее очаровательной улыбке.

Он начал с того, что показал Алекс наиболее солидные гостиницы, объяснив, что именно привлекает посетителей. Не без трепета созерцая «Луксор», Алекс заметила, поднимая фотоаппарат:

– Я чувствую себя туристкой.

– Ты и есть туристка.

Вьятт снова не сумел сдержать улыбку, когда девушка одарила его взглядом, исполненным притворного негодования.

– Ничего, это ненадолго. Я уже чувствую, как превращаюсь в суперадминистратора.

Ее глаза ярко сияли, и Вьятт обнаружил, что хочет заставить Алекс улыбаться, смеяться от счастья. Это было бы волнующе… восхитительно… возбуждающе… «Даже слишком, – строго оборвал он себя. – Держись-ка ты подальше, Маккендрик». Нельзя было слишком сближаться с Алекс – ради них обоих.

– А этот отель, – произнес он, – один из лучших в мире.

– Очень красиво, – согласилась девушка, когда они задержались перед фонтанами «Белладжио». – Но ты сказал – один из лучших, а знаю, что этот же титул ты приберегаешь для «Маккендрикса»… Боюсь, я не понимаю – зачем показывать мне гостиницы, в которые я никогда не буду направлять посетителей?

– Но ты можешь отправить их сюда с другой целью – красивое фото, прекрасный ресторан, вид на город. В конечном итоге мы позволяем своим гостям получить адекватное представление о Лас-Вегасе. Поверь мне, это работает. Нельзя загонять людей в слишком строгие рамки. Это зачастую оборачивается против тебя.

Его губы сжались в тонкую линию. Очевидно, последняя фраза вызвала сильные и не слишком приятные воспоминания.

Вьятт завершил обзорную экскурсию осмотром некоторых достопримечательностей – парка аттракционов, музеев, ресторанов.

– Можно покататься на вертолете. Город выглядит совсем по-другому с высоты птичьего полета, освещенный яркими огнями.

– А я и не думала, что в Вегасе есть столько возможностей развлечься.

Неподдельный энтузиазм девушки вызывал у Вьятта непреодолимое желание показать ей еще больше…

Эту экскурсию пора заканчивать.

Когда они вернулись в отель и Вьятт предложил Алекс руку, чтобы помочь выйти из машины, его охватило непреодолимое желание поцеловать ее тонкие пальчики.

Вместо этого он лишь задержал ее руку в своей буквально на мгновение.

– Доброй ночи, Александра.

Алекс Лоуэлл не для него. Она слишком эмоциональна, отзывчива.

Вьятт вышел на балкон своего пентхауса и, облокотившись на перила, долго смотрел в темноту.

Да, работать с Александрой Лоуэлл будет очень нелегко.

Глава 7

Разум Алекс лихорадочно работал. Она пыталась не вспоминать редкие улыбки Вьятта. То, как здорово было оказаться с ним наедине. Его прикосновения… Боже правый, он просто помогал ей выйти из машины. Что с ней такое?

«Ничего, – вновь и вновь твердил внутренний голос. – Не обращай внимания на свои сумасшедшие желания. Сосредоточься на своей работе».

– Да, – пробормотала она. – Перемены к лучшему, победа в состязании.

Проходившая мимо гостья покосилась на Алекс:

– Простите?

Алекс моргнула. Неужели она на самом деле сказала это вслух? Хотелось только надеяться, что она оставила мысли о Вьятте при себе.

– Я сказала, что все желающие отправиться на обзорную экскурсию по отелю должны записаться, – сымпровизировала Алекс, схватив чистый лист и нацарапав сверху «Обзорная экскурсия».

– О, а я даже не знала, что здесь предоставляются такие услуги! – обрадовалась посетительница. – Я еще и половины не видела… А кто будет гидом? Вы?

Ой-ой-ой! Алекс пока об этом не думала. Она просто не хотела, чтобы ее сочли ненормальной, которая разговаривает сама с собой, и выпалила первое, что в голову пришло. Но сказанного не воротишь…

– Да. Надеюсь, вы решите присоединиться.

Алекс очень старалась держать себя в руках. Если она пообещала гостям тур по отелю, то приложит все усилия, чтобы им было интересно.

– Ни за что не пропущу эту экскурсию, – пообещала женщина, записывая свое имя. – Вам бы следовало поставить табличку или повесить объявление.

– Превосходная идея! – отозвалась Алекс и принялась составлять текст объявления.

На протяжении часа желание присоединиться изъявили еще пятеро. Супружеская пара как раз вписывала свои имена, когда Алекс поняла, что за ее спиной стоит Вьятт. Он проглядел объявление и, стоило паре отойти, вписал свое имя.

– Тебе же не нужна экскурсия.

– Нет, но мне очень интересно посмотреть, что получится.

– Ничего сверхъестественного. По крайней мере, в этот, первый раз. А потом я клятвенно обещаю облазить весь отель сверху донизу и узнать, что я пропустила.

– Если поведешь туристов прямо сейчас, пропустишь очень милую уединенную застекленную террасу, где можно позагорать. – Вьятт взял ручку и пометил нужное место на плане, где оно не было обозначено. – Ее нелегко найти, но усилия стоят того. И не пропусти роскошные столовые внизу – идеальное место для того, чтобы сделать даме запоминающееся предложение руки и сердца. Не пройдешь мимо, надеюсь?

Алекс медленно покачала головой:

– Нет, но мне потребуется помощь, одна я не найду.

– Это не проблема.

– Н-не понимаю…

– Я-то знаю, где здесь что.

– Да нет, я хотела сказать, что не понимаю, почему ты столько труда вложил в романтические уголки. Ты же не веришь в сказки со счастливым концом.

– Я – нет. Но клиенты – да. Я пытаюсь дать им все, чего они хотят.

Алекс понадеялась, что Вьятт не попытается дать и ей то, чего она хочет. Прямо сейчас она мечтала только об одном – чтобы он подошел ближе.

И, словно прочтя ее мысли, мужчина это сделал.

– Встретимся здесь же в пять.

– Учти, я буду на тебя рассчитывать.

Он вопросительно изогнул бровь.

– Мне и в самом деле требуется помощь.

– Что ж, в таком случае я буду здесь.

Алекс чувствовала себя мотыльком, который пытается противиться притяжению пламени. Она взяла календарик. Белинда звонила недавно и подтвердила, что двух месяцев ей будет вполне достаточно. Если учесть, что три дня уже прошли, осталось всего пятьдесят семь.

Алекс вычеркнула сегодняшнюю дату и написала под ней «57».

Ну вот, теперь она снова себя контролирует.

– Перед вами Голубая бальная зала, – произнесла Алекс, изящным жестом обведя комнату. – Полагаю, происхождение названия очевидно. – С этими словами девушка лукаво посмотрела на Вьятта. – Возможно, следовало бы нанять специалиста по более оригинальным названиям. Или устроить конкурс, предложив в качестве приза бесплатные билеты на какое-нибудь шоу.

– О, это было бы замечательно! У меня уже есть потрясающие идеи, и все такие романтические! – воскликнула одна дама, и остальные закивали.

– Ваш энтузиазм заразителен! – воскликнула Алекс. – Если у вас есть желание потанцевать, можем остановиться здесь ненадолго. Пит, займись музыкой и освещением, пожалуйста, – попросила она охранника.

Неожиданно с потолка спустились хрустальные люстры, и их свет залил комнату приглушенным, нежным светом. Алекс потянулась к Вьятту, когда заиграла медленная, красивая мелодия.

– Прости, но, боюсь, нам придется начать, – шепнула она.

– Не проблема, – быстро произнес тот.

Прикасаться к Алекс – все равно, что жонглировать обоюдоострыми мечами. Но выбора не было. Алекс пришлось импровизировать на ходу. Только совершенно бессердечный человек оставил бы ее расхлебывать эту кашу в одиночестве. У Вьятта сердце еще имелось.

– Как это все вышло? Колонки, музыка? – спросил мужчина, пытаясь сосредоточиться на происходящем.

– Я была просто обязана придумать что-нибудь этакое, – пояснила девушка.

– Ну, так давай танцевать, Александра.

Положив руку на талию девушки, Вьятт почувствовал тепло ее тела и легкий аромат жасмина, исходящий от волос.

– Я не планировала ничего подобного. Я хочу сказать – наш танец, – призналась Алекс. – Конечно, мне следовало предупредить тебя, спросить разрешения…

– Не извиняйся. Возможно, это мой последний шанс потанцевать в Голубой бальной зале до того, как она превратится в Зал влюбленных сердец, – ехидно произнес мужчина и сам удивился.

Она тихо рассмеялась:

– Я об этом не подумала. А вдруг все предложенные названия будут одинаково ужасными?

– Придется устроить еще один конкурс.

– Очень мило с твоей стороны соглашаться на всю эту суматоху, – произнесла девушка, но Вьятт только покачал головой.

– Думаю, я заставил тебя согласиться на это.

– Я могла бы отказаться, – шепнула она, когда мелодия замедлилась.

Вьятт мечтал притянуть Алекс к себе, но, к счастью, музыка перестала играть. Девушка с улыбкой поблагодарила Вьятта.

– Не за что. Мне было приятно танцевать с тобой.

– А возможно ли как-нибудь вечером устроить настоящие танцы? – спросил кто-то из гостей.

– Почему бы не каждую неделю? – поддержала идею Алекс, и в «Маккендрикс» появилась новая традиция.

Остаток экскурсии прошел в той же манере. Алекс высказывала одну за другой новые идеи – регулярно показывать кино, например. Однако когда они добрались до солнечной террасы, девушка передала бразды правления Вьятту, попросив его рассказать историю этого помещения.

– Все просто, – произнес он. – Когда я только приехал сюда, то обнаружил, что отчаянно скучаю по свежей зелени. Поэтому попытался сотворить здесь райский сад.

– И тебе это удалось, – заметила Алекс. – Тропические растения, удобные кресла, укромные уголки, журчание воды. Полагаю, я бы нашла это место весьма приятным для уединения.

– Надеюсь, ты и впрямь придешь именно сюда, если вдруг захочется отдохнуть, – произнес Вьятт.

– Спасибо, – одними губами произнесла она.

Мужчина так и не понял, за что она благодарна – за разговор с гостями или за предложение отдыхать здесь.

К тому времени, как экскурсия подошла к концу, Алекс успела познакомиться с каждым гостем, и все пообещали рекомендовать обзорную экскурсию своим знакомым, ходить на танцы, смотреть фильмы и начать придумывать имена для бального зала. Меньше чем за неделю эта девушка успела совершенно очаровать постояльцев и перевернуть устоявшийся алгоритм работы отеля с ног на голову.

– Ты их совершенно покорила, – сообщил Вьятт, проводив девушку до ее номера.

– У меня было много практики, к тому же желание помочь людям, как правило, вознаграждается.

– Но не всегда?

– Ну, ничто не работает на все сто, – отозвалась Алекс. – Иногда я слишком сильно вовлекаюсь в процесс или поражаю других неуместным рвением, а это уже не очень хорошо.

Вьятт подумал, не имеет ли девушка в виду тех мерзавцев, с которыми имела несчастье связаться в прошлом. Он сам постоянно разочаровывал женщин. И совершенно не хотел, чтобы Алекс стала одной из них.

– Но я постараюсь держать себя в руках, – произнесла она. – Мне просто хочется помочь отелю.

– Я рад, что ты здесь.

– И я очень рада. «Маккендрикс» – особенное место.

Это замечание, произнесенное чувственным, хрипловатым голосом, пробудило удивительное по своей силе желание, с которым Вьятт не сумел справиться.

– Спасибо, – произнес он, а затем нежно приподнял лицо Алекс за подбородок, приближая к своему, и прикоснулся к ее губам.

Когда она склонила голову и положила руку ему на грудь, Вьятт почувствовал, как стремительно улетучивается здравый смысл. Он рывком прижал Алекс к себе, углубив поцелуй. Голова кружилась, все чувства смешались. Девушка обняла его за шею, зарывшись пальцами в густые волосы.

Это последнее движение едва не лишило Вьятта остатков разума. К счастью, он вовремя вспомнил, что они стоят в чертовом коридоре!

Похоже, он все-таки что-то сказал, потому что внезапно Алекс замерла и легонько толкнула его в грудь. Вьятт тут же отступил:

– Прости. Я не могу этого сделать. Я…

Его затопило раскаяние. Вьятт рассердился на самого себя.

– Тише, Алекс, – произнес он, взяв девушку за руку. – Не извиняйся, это целиком и полностью моя вина. Мне не следовало прикасаться к тебе.

Алекс отвела глаза:

– Э… ну да, я тоже была бы не против. Дело не в том, что ты сделал. Вопрос в том, способна ли я контролировать себя.

– Разумеется.

– Я серьезно. Я не хочу совершить глупость.

Вьятт не удержался от улыбки:

– Заметано.

– Ни при каких обстоятельствах я больше не собираюсь с тобой целоваться или…

– Да, я понял.

Их взгляды встретились, и Алекс скрестила руки на груди:

– Ну что ж, мистер Маккендрик, день выдался долгий и нелегкий. Думаю, я лучше пойду к себе.

– Разумеется, – согласился он. – Доброй ночи, Александра.

Его голос звучал совершенно спокойно, словно на Вьятта никак не повлияли последние события. Однако, уходя от двери ее комнаты, он чувствовал, как по телу, пульсируя, разливается жар. Он хотел поцеловать Алекс снова.

Девушка изо всех сил пыталась не думать о том, что произошло прошлым вечером, но, как бы она, ни старалась не думать о Вьятте, губы начинали предательски гореть, а все тело покалывало от желания.

– Как глупо, – пробормотала она себе под нос.

– Что-то случилось? – спросил Рэнди.

– Нет, ничего, – соврала она.

Если бы ее тело превратилось в здание, то сейчас из каждого окна вырывались бы языки пламени.

– Я просто слышал, что владельцы отеля «Шампань» старательно улучшают всю меблировку и каждый вечер предлагают своим гостям бесплатные шоколадные десерты. Они решительно настроены выиграть.

– А Вьятт знает?

– Он знает обо всем и, если для него это по-настоящему важно, не показывает виду. Но разумеется, Вьятт переживает.

– Ах ты, паршивый мальчишка! Идиот! – раздался крик.

Растрепанная мамаша с младенцем на руках и еще двумя малышами с ужасом взирала на высокого мужчину, нависшего над перепуганным мальчуганом лет пяти. На полу валялся пустой стакан из-под содовой, а стопка бумаг уже успела пропитаться газировкой.

– Ваш сын только что испоганил плоды каторжного труда! Я этого так не оставлю…

От гнева на шее мужчины вздулись вены. Мальчик прижался к матери, которая не могла даже приласкать его, занятая младенцем.

– Все хорошо, Денни, – тихо произнесла она, надеясь успокоить сына.

– Все далеко не хорошо! – отозвался мужчина, наклонившись и глядя мальчику в глаза. – Ты настоящий придурок, понял? Мне потребуется несколько недель, чтобы восстановить эти бумаги!

Алекс прекрасно слышала, как мальчик громко шепчет:

– Простите, простите, простите, пожалуйста!

Отчаянно, со слезами на глазах.

Девушку затопил гнев.

Кто-то направлялся к ее столу – по всей видимости, с каким-то вопросом, но Алекс даже не задержалась, чтобы взглянуть на нового посетителя. Она бросилась к мальчику, сжавшемуся в комочек, и встала между мужчиной и ребенком.

– Не слушай его, маленький, – спокойным, ласковым тоном сказала девушка малышу. – Я уверена, что ты не нарочно. Такие вещи случаются со всеми.

– Не лезьте, дамочка, – рявкнул мужчина. – Это не случайность! И со мной такого не происходит! Я хочу, чтобы кто-то все исправил. Сейчас же! И пусть родители этого выродка заплатят за то, что сделал их дебил сынок!

Алекс почувствовала, как сильные пальцы сомкнулись на ее руке, но не обернулась к мужчине, хотя ее сердце забилось еще быстрее от испуга.

Обернувшись, Алекс увидела Вьятта, быстрым шагом направлявшегося к ним:

– Если вы не уберете руки от моей подчиненной и не отойдете от ребенка, то окажетесь в полицейском участке. Немедленно. Это я гарантирую.

Тихий, но угрожающий голос Вьятта заставил толпу расступиться. Его глаза сузились, взгляд метал молнии.

Алекс взяла ребенка за руку и отвела мать с детьми подальше.

– Мои бумаги уничтожены! Вся работа насмарку!

– Мне очень жаль. Плохо, что у вас нет копий.

Но голос Вьятта звучал отнюдь не сочувственно.

– Обычно есть, но не этих бумаг!

– И все же вы до смерти напугали ребенка – между прочим, одного из наших гостей.

– Это я – один из ваших гостей.

Глаза Вьятта источали холод.

– Уже нет. Все деньги, которые вы потратили, будут возмещены. Вы больше не числитесь среди постояльцев «Маккендрикс».

– Но у меня оплачен номер!

– А у меня хороший отель, который отменяет ваш заказ и возвращает оплату. Вон.

Он бросил взгляд в сторону, и по бокам тут же материализовались двое охранников.

Мужчина выругался, но начал собирать промокшие бумаги. Вьятт попросил другого служащего выписать бывшего постояльца из номера, а затем обернулся к Алекс и малышу, прильнувшему к матери.

– Я… Спасибо! – воскликнула женщина. – Денни иногда бывает довольно неуклюж, но он – хороший мальчик.

– И очень храбрый, – произнес Вьятт, присаживаясь на корточки перед малышом. – Такое случается, сынок. Когда я был в твоем возрасте, мне все время не везло.

– Правда?

Глаза мальчика удивленно расширились.

Отчаяние в его голосе заставило Алекс вспомнить это ужасное ощущение, знакомое в детстве, – когда с тобой на людях происходит что-то унизительное.

– Еще бы. Однажды я пролил фруктовый пунш прямо на белый костюм своего дяди.

– И что случилось? – шепотом спросил Денни.

Вьятт помолчал.

– Я вырос. И ты тоже вырастешь. Конечно, тебе следовало быть осторожнее, но этот человек не имел никакого права на тебя кричать. Все мы совершаем ошибки.

Он легонько щелкнул мальчика по носу, а затем обернулся к его матери. Узнав, что женщина приехала сюда, чтобы навестить свою сестру, лежавшую в больнице, он отдал распоряжение о бесплатном обеде и найме няни.

Когда женщина и ее дети поднялись наверх, Алекс повернулась к Вьятту, желая поблагодарить за вмешательство. Но ее босс уже направлялся к выходу из отеля. В дверях он обернулся и, нахмурившись, взглянул на девушку.

Может, Вьятт пожалел, что пришлось вмешаться в личные дела гостей. Может, боялся, что эта ситуация будет стоить отелю награды.

Может, волновался из-за того, что Алекс может чего-то от него ожидать.

Глава 8

Прошла неделя. Алекс так быстро свыклась со своей ролью, что ей начало казаться, будто она рождена для этой работы. Это настораживало. «Маккендрикс» слишком тесно связан с мужчиной, один вид которого заставлял ее вспоминать о том, каково находиться в его объятиях.

За всю неделю после их поцелуя он ни разу не подошел к Алекс. Значит, и ей не стоит думать о нем.

Если удастся перестать думать о нем, все будет в порядке. Иначе она постоянно будет вспоминать его низкий, глубокий голос. А это, в свою очередь, приводило к воспоминаниям о вкусе его горячих губ…

Этот поцелуй был ошибкой. Он заставил ее желать куда большего…

– М-м-м-м… – тихо простонала она и встретилась с вопросительным взглядом Рэнди.

– Я мог бы помочь тебе.

Алекс удивленно моргнула:

– Спасибо. Ты хороший парень, Рэнди.

Тот покраснел:

– Всего лишь делаю свою работу.

– И прекрасно справляешься. Знаешь, мне, наверное, и впрямь потребуется твоя помощь в дальнейшем. Но пока мне еще нужно спланировать тур для Эйринсонов. Они будут здесь в два.

Зазвонил телефон на столе Рэнди.

– Да. Нет, у нее обеденный перерыв. Надолго ли?… Э…

Он промямлил еще что-то, Алекс не разобрала что, а повесив трубку, искоса посмотрел на нее и отвернулся.

Через пять минут к ним подошел Вьятт. За ним семенила Дженна, одна из сотрудниц.

– Идем, – отрывисто бросил он. – Пора начинать нормально питаться. Я не хочу, чтобы ты упала в обморок прямо на работе.

– Я уже обедала.

– Ну да. – Он посмотрел на переполненную корзину для новых предложений, а с нее перевел взгляд на стол администратора. Почти никаких личных вещей, рамочек с фотографиями или сувенирчиков. – Прибыла смена. Просто скажи Дженне, с чем нужно разобраться в первую очередь. Рэнди поможет, если понадобится.

Алекс повернулась к Рэнди:

– Да, язык у тебя без костей…

К ее удивлению, юноша приобрел весьма виноватый вид.

– Я знаю, что ты просто пытался помочь, – смягчившись, произнесла девушка.

– Ты прекрасно работаешь, только слишком… усердно.

Это была самая приятная вещь, которую Рэнди когда-либо ей говорил.

– Ладно, я сейчас закончу работать над этой картой – Эйринсоны на меня рассчитывают. А потом поем.

– Эйринсоны обнаружат в своей комнате бесплатные билеты на шоу и записку с извинениями от меня лично. Дженна, я уверен, справится.

– Обещаю, Алекс, я сделаю все, что в моих силах.

– Ладно, в таком случае я быстренько доем обед и вернусь.

– В этом нет никакой необходимости. Я увожу тебя отсюда.

Вьятт по-прежнему хмурился.

Алекс перестала спорить и последовала за ним к выходу.

Он отвез ее в дорогой ресторан, находившийся довольно далеко от «Маккендрикс». Девушка посмотрела на цены в меню и вздрогнула:

– Конечно, спасибо, что привез меня сюда пообедать, но я… Скажи, почему ты такой мрачный?

– Ничего не получается.

Она сжалась в комочек.

– Я с самого первого дня говорила тебе, что могу оказаться не самым подходящим человеком…

Вьятт угрюмо воззрился на нее.

– Ты - самый подходящий человек для этой работы.

– Но ты же сам только что сказал…

– Каюсь, я не думал, что придется вытаскивать тебя из лап обезумевшего ублюдка. Или похищать прямиком с рабочего места, чтобы заставить сделать перерыв. Знаешь, большинство людей так поступают, чтобы отдохнуть, перекусить – да хотя бы просто свежим воздухом подышать. Поэтому и существует слово «перерыв», Александра.

– Я не хочу, чтобы ты волновался из-за того, что произошло пару дней назад с этим… этим…

– Приматом, – вставил Вьятт.

– Но ты мог бы просто подойти ко мне и сказать, что я не должна вмешиваться, когда гости выясняют отношения.

Он одарил ее мрачным взглядом, говорившим: «Ты, должно быть, шутишь».

– Ты же сама заявила, что в своем стремлении помогать людям иногда проявляешь излишнее рвение. И ты же сказала, что любишь принимать решения, основываясь только на своих чувствах.

– Нет, все совсем не так…

– Разве? Что ж, в таком случае у меня, похоже, сложилось ошибочное мнение. Ах да, теперь я припоминаю… Наверное, потому, что ты закрыла собой ребенка. И в таком случае, если бы тот тип пустил в ход кулаки, все побои достались бы тебе.

– Ты бы поступил точно так же.

– Возможно.

Разумеется, именно так Вьятт бы и поступил. Единственное, что спасло мерзавца от хорошего хука в челюсть, – это усвоенное Вьяттом искусство самоконтроля. Если не считать того эпизода с поцелуем, конечно.

Алекс нахмурилась, но Вьятт невозмутимо продолжал:

– Не имеет особого значения, что я сделал бы на твоем месте. Я выше, крепче и сильнее тебя. Он мог тебя покалечить.

– Но все в порядке!

– Вовсе нет. Ты моришь себя голодом и работаешь до изнеможения.

– Я не хочу, чтобы ты теперь чувствовал себя виноватым только потому, что я забыла сегодня нормально пообедать. Я как раз собиралась…

Вьятт расхохотался.

– Ты, – произнес он, указывая на нее хлебной палочкой, – настоящий трудоголик.

Девушка рассмеялась и тоже взяла палочку.

– Ты сам из таких.

Но Вьятт снова нахмурился:

– Я серьезно, Алекс. Цезарь сказал мне, что ты спустилась вниз вчера после окончания рабочей смены, чтобы помочь Луизе, когда стало ясно, что она не справляется. А потом провела две дополнительные обзорные экскурсии.

– Работа помогает мне… – начала, было, девушка, но тут же замолчала. И что теперь? «Работа помогает мне не думать о тебе»? Вьятт из тех мужчин, которых она бы ни за что не сумела завоевать. Он сам сказал ей об этом. – На кону судьба отеля, – произнесла Алекс.

– Ну, это не вопрос жизни и смерти, – отозвался Вьятт. – Совершенно необязательно изводить себя до изнеможения.

– Ладно. Обещаю, больше этого не повторится. Я буду благоразумна.

Он недоверчиво посмотрел на девушку.

– Я буду более благоразумна, чем раньше, – торопливо поправилась она. – А почему ты прикладываешь такие неимоверные усилия, чтобы одержать победу? Прошу, – произнесла девушка, – скажи мне.

Его глаза снова вспыхнули яростью и гневом.

– Я не хочу хотеть этого, но так получается. Я ничего не могу с этим поделать. Это было бы… правильно.

Выражение его глаз заставило Алекс снова вспомнить слова Рэнди о прошлом Вьятта. «Пусть это послужит тебе предупреждением», – заявила она сама себе.

– Я хочу помочь тебе выиграть, – произнесла она.

– Я и сам хочу одержать победу. Но при этом не желаю подвергать твое здоровье опасности, не хочу злоупотреблять твоей отзывчивостью, Алекс. Я не хочу и не буду иметь добровольных рабов.

Прохладное спокойствие, свойственное обычному тону Вьятта, исчезло без следа, сменившись странным надрывом. Он определенно не желал делиться личными переживаниями. И… возможно, она сама боялась узнать больше? Точнее, боялась чувств, которые могли пробудиться в ней…

– Не волнуйся. Я не стану ничьей рабыней. Мне уже доводилось соглашаться на незначительные роли в жизни мужчин, и с меня довольно. Ничего хорошего из этого не вышло.

Его зеленые глаза, не отрываясь, смотрели на нее.

– Что ты имеешь в виду?

Открывать душу Вьятту определенно было бы ошибкой.

– О, э… ну, знаешь, это просто один из тех незначительных комплексов, которые остались с детства. После того как не один, а два отца уходят из твоей жизни, начинаешь уделять слишком много внимания укреплению отношений. Мне доводилось жертвовать своими интересами, но, как я уже говорила, теперь это в прошлом, а значит, не имеет никакого значения.

Алекс пыталась говорить небрежно, легко, однако Вьятт выглядел весьма серьезным.

– Уточни, пожалуйста, что ты имела в виду. Жертвовать своими интересами ради других?

Девушка несколько мгновений серьезно обдумывала, не стоит ли обойти эту просьбу. Она могла бы напомнить Вьятту, что подобные откровения не входят в список ее служебных обязанностей. Однако Алекс совершила серьезную ошибку. Она посмотрела прямо в эти суровые, полыхающие гневом зеленые глаза и забыла, как нужно дышать. Ей захотелось склониться к нему, а доверительная беседа внезапно показалась удивительно приятным занятием. Поэтому девушка рассказала Вьятту о том, как учила Роберта, наставляла Лео и помогала Майклу решить проблемы с дочерью.

– Они все верили, что влюблены, а на самом деле чувствовали всего лишь благодарность. И как только к ним вернулась уверенность в себе, я оказалась лишь пройденной ступенькой. Конечно, все мои бывшие мужчины чувствовали себя виноватыми, но это ничего не меняло. Поэтому тебе не нужно беспокоиться, что я могу переутомиться, работая в «Маккендрикс». Мне нравится чувствовать себя занятой.

– Идиоты.

– Вообще-то я пыталась донести до тебя, что не стоит волноваться и считать меня жертвенным ягненком.

– Они ранили твою душу, – сердито произнес Вьятт.

– Но я это пережила.

– Потому что ты – умная, самодостаточная и уверенная в себе женщина.

– Да, думаю, ты прав, – согласилась Алекс и неожиданно осознала, что это на самом деле так. Многочисленные неудачи в любви не сломили ее. Пока. – Я вовсе не эгоцентрична и не считаю себя самим совершенством; у меня предостаточно недостатков. Однако, помимо этого, я знаю, что мне нравится и что у меня действительно получается. В первую очередь к моим талантам относится умение общаться с людьми дружелюбно и благожелательно. Я могу помочь тебе выиграть.

– Загнав себя до смерти?

Девушка раздраженно вздохнула:

– Вьятт, ты что, не слушал меня? Работа дарит мне чувство уверенности. А новая должность наполняет сознанием своей власти и силы. Тебе кажется, что я себя изматываю. Я же веду себя как обычно. – Не подумав, Алекс прикоснулась к его длинным пальцам. Это оказалось очередной глупой ошибкой. Первым ее порывом было отдернуть руку, но тогда Вьятт понял бы, как она реагирует на его прикосновения. – Я знаю, что у меня есть привычка перебарщивать, и это сводит окружающих с ума. И, между прочим, тебя об этом предупредили еще в первый день. Но я могу сама позаботиться о себе. Когда оба моих отца – родной и приемный – ушли из семьи, мы оказались на улице. Мать мало что могла сделать, поэтому пришлось быстро взрослеть. Мне приятно твое беспокойство, но…

– Ты сводишь меня с ума, – бесцветным голосом произнес Вьятт. – Я не слишком хороший человек. Никогда им не был. Когда я рос, родственники с трудом могли со мной справиться. Конечно, они и сами не сахар – их очень раздражал тот факт, что я осмелился не сдохнуть в первые несколько лет своей жизни. Но в целом они не ошибались на мой счет. Я жил только для того, чтобы причинять им, как можно больше, мучений.

– А, – только и сказала Алекс.

Ее сердце сжалось от нахлынувшей боли. Перед глазами стояла картинка – съежившийся перепуганный мальчик и потрясающий кулаками крупный мужчина, называющий малыша идиотом и выродком.

Вьятт нахмурился:

– Повторю за тобой: я поделился этим не для того, чтобы вызвать жалость к себе. Я обычно не рассказываю об этом. Однако ты должна понять, что я не собираюсь превращаться в рыцаря в сияющих доспехах. Я из тех, кто с охотой помашет кулаками. И не смотри на меня с выражением «Я о тебе позабочусь». Я не раз видел, как оно появляется, когда ты беседуешь с постояльцами.

– Тогда оно тебе нравилось.

– Да, но я-то не твой клиент.

– Ты – мой босс.

– Именно, – кивнул он.

Алекс так и не убрала руку, и теперь уже Вьятт накрыл ее пальцы своей ладонью.

– Не заставляй меня волноваться о тебе.

И вновь девушка вспомнила, что говорил Рэнди. Вьятт всегда был сам не свой, когда чье-то сердце оказывалось разбитым по его вине. Неужели прошлое повторяется? Неужели еще один мужчина сожалеет о том, что слишком сблизился с ней? Она была уверена, что Вьятт замыкался в себе, переживая мучительное чувство вины. Мужчина, созданный, казалось, только для страдания, который никогда не чувствовал себя любимым, мог бы… мог бы… Что он мог сделать?

Вероятно, превратиться в карьериста, стремящегося всеми силами доказать, что он тоже заслуживает своего места в этом мире. Или же запретить себе вновь привязываться к кому бы то ни было.

– А ты на самом деле причинял женщинам страдания? – неожиданно спросила Алекс, удивив саму себя и, разумеется, Вьятта, судя по выражению его лица. Он только что признался ей, что не делился личными переживаниями ни с кем и что и так уже рассказал слишком много. – Прости. Мне не следовало упоминать об этом.

Вьятт нахмурился и тяжело вздохнул:

– Следовало, если тебя это беспокоит. И ответ «да». Но в то же время и «нет». Я бы ни за что не поднял руку на женщину. Но если ты имеешь в виду сердечную боль… Да.

– Ладно. Я постараюсь не давать поводов для беспокойства, – пообещала Алекс. – Установлю сигнал на своих часах для перерыва на обед и буду регулярно отдыхать. Рэнди может напомнить мне, если что. Не волнуйся, я не упаду в обморок прямо за рабочим столом, обещаю.

А еще ни за что не позволю себе влюбиться в тебя, чтобы не видеть в твоих глазах выражение боли…

Угрюмость, владевшая им, немного рассеялась.

– Но у меня есть и свои правила, – сообщила Алекс боссу. – Я тебе говорила, что работа меня вдохновляет, особенно если я хорошо с ней справляюсь. Поэтому, раз уж мне не слишком нравится делать длинные перерывы, думаю, мы должны поесть.

Потому что еще немного – и она не сможет не обращать внимание на то, что Вьятт по-прежнему держит ее за руку…

Вьятт отпустил ее и пожал плечами:

– Извини, не следовало этого делать.

Алекс хотела было напомнить, что это она первой потянулась к его руке. Однако, уже открыв рот, по выражению его зеленых глаз девушка поняла, что Вьятт все понял.

Он лениво приподнял бровь и повторил:

– Это моя ошибка.

Алекс кивнула:

– Как скажешь. Ты здесь босс.

– Иногда я в этом сомневаюсь, – пробормотал Вьятт, когда подошел официант, чтобы принять их заказ.

Но Алекс сомневалась совсем в другом – удастся ли ей теперь держаться подальше от Вьятта и поддерживать с ним сугубо деловые отношения. Он на мгновение открыл ей свою душу… Алекс охватило желание помочь, поддержать…

«Лучше начинай планировать триумфальное возвращение в Сан-Диего», – вздохнув, посоветовала себе Алекс. Отличная мысль. Так она и поступит.

Глава 9

Вьятт пребывал в отвратительном расположении духа.

Воспоминания о рассказе Алекс разжигали в нем гнев. Он не хотел даже думать о причинах. Достаточно мысли о том, что нашлись люди, причинившие боль такому жизнерадостному созданию. Она заслуживает большего.

Для «Маккендрикс» Алекс – настоящее сокровище. «Но она не для тебя», – еще раз напомнил себе Вьятт.

Пришла пора сосредоточиться на отеле и состязании, хватит думать о новой администраторше. Возможно, нужно просто выплатить ей обещанную сумму и нанять другого человека…

Но Вьятт прекрасно понимал, что никогда этого не сделает. Да, он и впрямь ничем не отличался от тех мерзавцев. Ему ведь нравилось, что Алекс уже успела столько сделать для «Маккендрикс». И еще хуже, ему нравилось устраивать словесные баталии, дразнить ее… смотреть на нее… прикасаться… И Вьятт был намерен наслаждаться небольшими радостями жизни.

* * *

– Ты уверена, что все в порядке? Ты начинаешь как-то странно суетиться каждый раз, как мы упоминаем Вьятта, – заметила Джейн позже тем вечером, когда Алекс решила, что видеозвонок Джейн и Молли не помешает. Сирина сегодня не заглядывала, хотя она недавно вернулась в Лас-Вегас… чтобы провести некоторое время с мужчиной, за которого вышла замуж во время их небольших каникул. Они с Алекс встретились несколько дней назад, когда Сирина попросила ее помочь выбрать вечернее платье, достойное жены кандидата на пост мэра. И как она только ухитрилась?…

– Я в порядке. Честное слово. По-моему, волноваться надо за Сирину.

– Знаю. У меня, если честно, возникло ощущение, что она совсем запуталась. И не слишком счастлива. Все-таки нужно было тем вечером держаться вместе, – посетовала Джейн.

Молли нахмурилась:

– Да. Нужно было. – В ее глазах мелькнуло странное выражение, не слишком похожее на беспокойство за Сирину. – Я поговорю с ней при первой же возможности.

– Да, но кто поговорит с тобой? – спросила Молли.

– Молли, обещаю, я расскажу вам, если совсем увязну. Пока все под контролем.

– А что именно – «все»? – осторожно спросила Джейн.

Ой-ой!

– Э… ну, мы не так давно целовались…

Вообще-то инициатором был Вьятт. Однако Алекс отвечала с превеликой охотой, так что разницы никакой.

– Алекс… – протянула Молли.

– Все в порядке. На меня это не подействовало. Я полностью себя контролирую.

– Алекс, мне очень не нравится то, что я слышу… И еще меньше мне нравится то, чего я не слышу. Мужчины…

– Они могут сломать тебе всю жизнь, – перебила ее Джейн.

– Но я прекрасно знаю, что Вьятт не для меня. И я никому не позволю ломать свою жизнь.

– Но Вьятт поцеловал тебя, – напомнила Молли.

– Да, но это была страсть, а не романтика. Это было… – «Удивительно, головокружительно, умопомрачительно», – подумала она про себя, но вслух сказала: – Довольно приятно. Но все в полном порядке. Я не увлечена им.

– Алекс, ты повторяешься. И почему-то легче мне не стало, – покачала головой Джейн.

– Зато мне стало. Мне вас очень не хватает, девчонки. Ради вас и себя самой я буду очень часто считать до десяти, прежде чем сделать что-то.

Подруги улыбнулись.

– Если понадобимся, мы всегда на связи.

– Спасибо вам обеим. Постараюсь связаться с Сириной.

В последнее время ее беседы с друзьями начали напоминать отчет перед мамой. Она их любила, скучала по ним, но не осмеливалась рассказать все.

– Иначе они бы довели себя до нервного срыва, – пробормотала Алекс.

Девушка волновалась о них не меньше.

В данный момент беспокойство вызывала в первую очередь Сирина. Когда та позвонила и предложила встретиться в «Хеннесси», ирландском пабе неподалеку, Алекс сразу же согласилась.

– Не могу поверить, что ты вернулась в Лас-Вегас! – воскликнула она при встрече. – Это просто замечательно!

– Я очень рада тебя видеть! – согласилась Сирина, избегая упоминания об истинной цели своего приезда. – Я хочу услышать рассказ обо всем, что с тобой произошло.

– Со мной произошло?! – расхохоталась Алекс и рассказала подруге, как она совершенно нечаянно организовала новые проекты для развлечения гостей отеля.

– Джейн и Молли рассказали, что тебя поцеловал босс. Алекс…

– Сирина… – с той же укоризненной интонацией протянула та. – Или я должна называть тебя миссис Бенджамин?

Сирина рассмеялась:

– Ладно, мы обе хороши. И когда только жизнь стала такой запутанной?

– Полагаю, когда мы сбежали от проблем в Лас-Вегас и нажили новые. – Алекс неторопливо потягивала коктейль. Через открытые двери паба лилась нежная музыка. – Ты любишь его, Сирина? А он тебя?

Та ответила не сразу:

– Честно говоря, не уверена, что из всего этого получится. А как насчет тебя? Что ты чувствуешь сейчас, после того как целовалась с Вьяттом?

Алекс рассмеялась:

– Давай ограничимся тем, что Вьятт мог бы зарабатывать на жизнь, давая уроки поцелуев, если бы его затея с отелем провалилась. В любом случае это было ошибкой, о которой мы уже забыли.

Позже Сирина наконец разговорилась и рассказала немного о своем муже Джонасе. Алекс поняла, что шансы ее подруги обрести счастье близки к нулю, и милосердно перевела разговор на «Маккендрикс».

Неужели она и вправду только что сказала, что успела забыть о поцелуе с Вьяттом? Когда только научилась так врать…

* * *

Вьятту было нужно отвлечься и расслабиться. В последние две недели он старательно взвешивал каждый свой шаг. Не следовало целовать Алекс, потому что теперь его тело остро реагировало на ее присутствие. Пришла пора прекратить это. Вьятту было необходимо уехать подальше от отеля и хорошо знакомого ему мира. Куда-нибудь, где нельзя то и дело бросать взгляды на Алекс. Потому что ее там не будет.

С женщинами Вьятт был безукоризненно вежлив, но не более того. Его романы были недолгими и несерьезными, к тому же он никогда не смешивал работу и личную жизнь. Разбив сердце не одной красотке, мужчина осознал, что ему просто не хватает чувствительности, чтобы влюбиться по-настоящему. Сердце Вьятта умерло давным-давно. А может, его вообще не было.

Когда он рос, от побоев спасали только одиночество и умение прятаться.

А теперь?

Ничего не изменилось. Вьятт был попросту не способен полюбить кого-то, а в результате всегда страдали ни в чем не повинные женщины. Он презирал себя за то, что оказался холодным, бесчувственным монстром, поэтому одинокая жизнь для него была единственным выходом.

Обычно Вьятта это полностью устраивало.

Он поехал в единственное место, где не обязан был носить маску невозмутимости. «Гавань» – так назывался старинный мотель с коттеджами и небольшой часовней. Вьятт купил его несколько лет назад, решив отреставрировать. Однако до этого дело не дошло. Обычно Вьятту удавалось отвлечься тут от дел и расслабиться… но не сегодня.

Опустившись в кресло в единственном коттедже, где был сделан косметический ремонт, мужчина попытался погрузиться в чтение. И отложил книгу. Один раз. Другой. Третий.

– Все из-за нее, – вслух произнес он, глядя в окно на красные скалы, но думая о прекрасных голубых глазах. – Я должен перестать думать о ней, – пробормотал он.

Ему не нужны серьезные отношения, а Алекс уже достаточно настрадалась. Ей нужен уютный дом. А у Вьятта вообще его нет.

Интересно, что она сейчас делает?

Скорее всего, сидит за столом, мило улыбается и помогает гостям решать их проблемы. Или снова вмешивается в споры между не в меру ретивыми клиентами. Все чаще другие служащие обращались с вопросами к Алекс, если Вьятта не было поблизости. Ее способность улучшать другим настроение была просто потрясающей. Алекс с легкостью разрешала споры, заставляла других изменять правила, подстраиваться под нужды клиентов…

Вьятт закрыл книгу. Наверное, стоило взять Алекс с собой. Интересно, что бы она сказала о «Гавани»…

Наверное, решила бы, что это просто руины, которые нужно как можно быстрее снести. Тогда ее мнение о нем изменилось бы не в лучшую сторону. Может, он утратит наконец свой ненормальный интерес к этой женщине.

«В следующий раз», – пообещал себе Вьятт. В следующий раз он обязательно привезет Алекс.

Алекс понимала, что должна радоваться. Она придумала еще два удачных проекта, выгодно отличающие «Маккендрикс» от остальных отелей. И, несмотря на то, что вчера в местной газете опубликовали статью о том, что «Шампань» в эти выходные спонсируют некое исключительное мероприятие, клиентов здесь было ничуть не меньше. Все казались довольными жизнью и отдыхом.

Она даже не обратила внимания, когда Вьятт пару часов назад ушел. Подумаешь, решил отдохнуть. Правда, отель теперь казался пустым, но ей нет до этого дела… В конце концов, это нормально – чувствовать себя по-другому, когда меняется распорядок дня.

Разумеется, она не могла не заметить, что несколько женщин с надеждой улыбнулись и призывно помахали ему. Возможно, он и сейчас был с какой-нибудь особой. Эта мысль принесла с собой неожиданно острую боль, но Алекс заставила себя проигнорировать ее.

Случайно подняв глаза, она увидела, что к ней направляется горничная.

– Я только что проходила мимо бальной залы. Там двое рабочих повздорили.

– Драка?

– Нет, они только орут друг на друга. Но их прекрасно слышат посетители. А охранники сейчас на десятом этаже, оказывают помощь женщине, упавшей в ванной. Я не знала, что делать, поэтому пришла сюда.

– Спасибо, вы поступили совершенно правильно, – отозвалась Алекс, направившись к бальной зале.

Она услышала сердитые выкрики еще до того, как открыла двери.

– Не волнуйтесь, – успокоила девушка, собравшихся у входа, постояльцев. – Наверное, просто возникли некоторые разногласия. Я все улажу.

Она вошла в огромную, почти пустую комнату. На дальнем конце рабочие мирно занимались своими делами, но прямо в центре двое мускулистых мужчин стояли вплотную, размахивая руками и выкрикивая ругательства. Они даже не взглянули на Алекс.

Она сделала глубокий вдох. Девушка не имела ни малейшего представления о том, что сказать или сделать. Без сомнения, нужно позвать кого-то еще, но чем дольше эти двое будут орать друг на друга, тем больше перепугаются посетители. А если дело дойдет до настоящей драки, газетчики будут вне себя от радости. Алекс с содроганием представила себе версию заголовка: «В «Маккендрикс» пролилась кровь». Владелец «Шампань» от радости джигу станцует.

Девушка нахмурилась. Нет, она этого не допустит. Алекс снова сделала глубокий вдох и очертя голову бросилась в омут.

– Не знаю, кто вы такие, – произнесла она, повысив голос, – но я здесь по поручению мистера Маккендрика, и если вы не прекратите кричать сию же минуту, ваша фирма распрощается с контрактом. Это первое и последнее предупреждение. Я сейчас подойду к вам, поэтому если вздумаете драться, скорее всего, достанется мне. Это будет расценено как нападение на сотрудника, и вы не сможете отрицать, что не знали о моем присутствии. – Все это время Алекс медленно продвигалась вперед. – Меня совершенно не интересует причина вашей ссоры. Я просто хочу, чтобы вы замолчали. Сейчас же.

Теперь девушка была совсем рядом, и оба спорщика наконец обратили на нее внимание. Один из них удивленно моргнул и повернулся к Алекс:

– Это вас не касается.

– Еще как касается! В мои обязанности входит обеспечивать посетителям отеля комфортный отдых. А вы их пугаете.

Теперь к ней повернулся и второй. Этот окинул девушку взглядом с головы до ног.

– Ага, так ты работаешь на мистера Маккендрика… А кто ты такая, красотка?

До Алекс неожиданно дошло, что этот тип мог схватить ее в любую секунду. Она сделала осторожный шажок назад.

– Меня зовут Александра Лоуэлл.

– И вам до нее не должно быть никакого дела, – произнес за ее спиной глубокий, властный голос. Обернувшись, девушка увидела, быстро приближающегося, Вьятта. Его глаза метали молнии. – Предлагаю вам обоим немедленно вернуться к работе, – произнес он. – А вашу выходку обсудим позже – в присутствии начальства.

Рабочие, нахмурившись, проворчали себе под нос что-то нелестное, но покорно направились прочь.

Вьятт молчал до тех пор, пока оба скандалиста не оказались вне зоны слышимости.

– Я смотрю, у тебя интересные представления о перерыве, – заметил Вьятт.

Он был зол и даже не пытался скрыть это.

– Но мне следовало…

– Найти кого-то, способного занять твое место, пока ты прерываешь воркование двух голубков? Это уже сделано. Нам нужно поговорить, – произнес он совершенно ровным и спокойным тоном.

Однако от взгляда девушки не укрылось, как он скрипнул зубами. Она последовала за своим боссом в конференц-зал. Втолкнув Алекс внутрь, Вьятт вошел сам и захлопнул дверь.

– И что это было? – спросил он, пытаясь обуздать гнев.

– Я пыталась предотвратить кризис.

– По-моему, ты пыталась до неузнаваемости обезобразить свое хорошенькое личико. Снова. Похоже, у тебя входит в привычку предоставлять рассерженным мужчинам грушу для битья, Алекс. Ты хоть понимаешь, что мог сотворить с тобой хотя бы один удар тех мужланов?

– В этот раз все по-другому. Когда я бросилась защищать мальчика, это был порыв… любой поступил бы так.

– А в чем разница?

Он всмотрелся в эти небесно-голубые глаза, ожидая ответа – и мгновения, когда его сердце перестанет бешено колотиться. Хрупкая девушка бросает вызов двум здоровякам… Ему захотелось громко выругаться.

– Есть целых два отличия. Во-первых, репутация отеля могла серьезно пострадать.

– Боже правый, Алекс, ты поразительная женщина! Ты много сделала для «Маккендрикс», стала любимицей наших постояльцев. Но я не хочу, чтобы ты пострадала, пытаясь помочь мне! Я не хочу, чтобы тебе было больно. Не хочу присоединиться к тем, кто принимает твою помощь, не желая ничего дать взамен.

– Вьятт, со мной все в порядке!

– Не пытайся меня умаслить, Лоуэлл. Ты знаешь, что я имею в виду. Больше не смей приближаться к разозленным мужчинам. Ни по каким причинам. Это ясно?

На мгновение Вьятту показалось, что она поступит правильно: кротко согласится, как любой нормальный подчиненный. Но Алекс гордо вздернула подбородок и с вызовом посмотрела на босса:

– Извини. Я не могу обещать тебе это. Если я собираюсь управлять собственным магазином, то должна научиться справляться с любыми кризисными ситуациями. Собственно, это и была вторая причина, по которой я вмешалась.

Что он мог на это ответить?

– Уверен, у тебя будет потрясающий магазин. Покупатели будут приходить целыми толпами, и ни один не уйдет недовольным. Но не стоит развивать эти навыки здесь, Алекс. Если обстановка начинает накаляться, а охранники заняты чем-то другим, сразу же обращайся ко мне. Если рабочие начинают спорить, отправляй их в мой офис. Если меня нет на месте, отыщи кого-то покрепче, обратись к нему за помощью, а потом сообщи мне.

– Это же был твой выходной! – дерзко заметила Алекс.

– Если речь идет о твоей безопасности, у меня не может быть выходных. Это ясно?

Девушка моргнула.

– Алекс, пожалуйста.

Это слово наконец-то совершило чудо – она кивнула:

– Хорошо. Если честно, мне и впрямь было страшновато. Когда тот парень спросил, кто я, он так на меня посмотрел, словно хотел… сделать кое-что… У меня мурашки по спине побежали.

Все мысли о том, что нужно держать себя в руках, в тот же миг вылетели у Вьятта из головы. Он опустил руки на талию Алекс и медленно притянул ее к себе, давая возможность остановить его в любую секунду.

– Я никому не позволю прикоснуться к тебе.

Не считая себя самого. Вьятт притянул девушку еще ближе. Несколько мгновений он просто обнимал ее, гладил по волосам, шептал успокаивающие слова на ухо. Ее тело оказалось таким нежным, теплым, мягким… Каждый нерв в его теле отзывался на это объятие, заставляя отчаянно желать эту женщину.

Вьятт немного отстранился и посмотрел ей в глаза:

– Я собираюсь поцеловать тебя, Алекс.

– Да, – чуть слышно выдохнула она.

– Ты можешь остановить меня. Ты знаешь, что у тебя есть выбор.

В ответ девушка поднялась на цыпочки и легко коснулась его губ своими.

– Знаю, – прошептала она.

Вьятта охватил жар, страсть затопила его, подчиняя, и он прижал ее к себе. А потом снова поцеловал, лаская ее губы своими.

И Алекс ответила с неменьшим жаром и страстью.

Он медленно, чувственно провел рукой по ее спине, изучая женственные изгибы фигуры.

Алекс зарылась пальцами в его волосы. Вьятт отстранился, чтобы глотнуть воздуха.

– Алекс, – простонал он, снова впиваясь в губы девушки.

Дверь распахнулась. В то же мгновение Вьятт повернулся так, чтобы Алекс оказалась позади. На пороге стояли Дженна и несколько постояльцев. Очевидно, реакция Вьятта, хотя и молниеносная, оказалась недостаточно быстрой. Они видели, как Алекс прижималась к нему, как он обнимал ее.

– Это было просто превосходно! – затараторила Алекс. – Огромное спасибо вам за эту демонстрацию, мистер Маккендрик, я теперь знаю, как нужно действовать в случае сексуальных домогательств. Очень хитрый прием, когда неожиданно заламываешь руку насильника за спину, заставляя его опуститься на колени. Я слышала о нем, но, признаться, никогда не видела. Да и не было причин до сегодняшнего дня. Мне очень жаль, у вас совсем растрепались волосы, когда вы потеряли равновесие и упали. Но уверяю, все приемы, которые вы мне показали, очень полезны. В конце концов, даже в лучших отелях случаются неприятности подобного сорта, верно, Дженна? – Алекс небрежно взмахнула рукой. – Каждый гость должен знать хотя бы несколько базовых приемов. – Алекс задумчиво посмотрела на Вьятта. Он снова заметил, как вспыхнули ее глаза. – Думаю, можно организовать в бальной зале занятия по самозащите для желающих. Вдруг кому-то это покажется интересным. Правда, прекрасная идея? Я пойду, нужно все обдумать и начать организовывать…

Широко улыбнувшись непрошеным гостям, девушка покинула конференц-зал своей обычной решительной походкой.

– Уроки самозащиты? Чудесная идея, мистер Маккендрик, – просияла Дженна.

Вьятту захотелось застонать.

– Да, Дженна. У Алекс появилась прекрасная идея. Каким образом ей все время удается улучшать работу отеля?… – Он снова нахмурился, но потом сообразил, что Дженна по-прежнему здесь. – Значит… вы считаете, что это сработает?

– О, я думаю, это будет великолепно! – отозвалась Дженна. – Я бы точно записалась, если бы нечто подобное проводилось прямо здесь. Это ведь очень удобно!

Посетители, пришедшие с Дженной, выразили согласие, хотя многие из них недоверчиво поглядывали на Вьятта. Очевидно, у них еще остались сомнения насчет того, что здесь действительно только что происходило.

Вьятт и сам еще этого не понял, но уже начинал радоваться, что появление Дженны заставило их остановиться.

Вьятт по-прежнему ощущал вкус ее губ. Мечтал отыскать ее и продолжить то, что началось в конференц-зале. Но Алекс так часто причиняли боль, что она навсегда решила отказаться от мужчин и любви. А он сам остался одиночкой, неспособным построить и поддержать долгие отношения. Если он не мог предложить Алекс большего, значит, у него нет никакого права добиваться ее. Вьятт не желал быть мужчиной, наконец сломившим ее дух. Наоборот, он хотел укрепить его.

Вьятт выругался. Алекс всем своим существом стремилась помочь людям, и иногда они – особенно мужчины – беззастенчиво пользовались ее бескорыстием. Он сделал сегодня то же самое. А ведь Алекс нужна поддержка. Возможно, даже утешение.

На мгновение Вьятт снова подумал, не отвезти ли девушку в «Гавань», его единственное убежище… Но мужчина тут же отбросил эту мысль.

Это совершенно неподходящее для нее место, а ему несвойственна роль утешителя. Но он знал, кто справится с этим заданием просто превосходно.

Глава 10

Нетерпеливое ожидание встречи переполняло душу девушки, когда она вышла из лимузина возле ресторана «Таблоу».

Тут же до нее донесся восторженный вскрик:

– Алекс!

К ней подбежала Молли, крепко обняла и расцеловала в обе щеки. Джейн и Сирина отстали от нее всего на пару шагов.

Алекс почувствовала, как горло сжимается, а на глаза наворачиваются слезы счастья. Каким-то образом Вьятт сумел выманить Джейн и Молли из Сан-Диего и отыскал Сирину, чтобы организовать их сегодняшнюю встречу.

Вьятт сказал, что прекрасно видел, как ей не хватает подруг. Конечно, она очень соскучилась. И ей было совершенно необходимо увидеть их, чтобы хоть немного прояснилось в голове.

После того безумного поцелуя в конференц-зале Алекс, на подгибающихся ногах, направилась в свою комнату, где сползла вниз по стене, едва не потеряв сознание. Она молила Бога о том, чтобы Он, наконец, наделил ее разумом, указал путь к спасению и помог перестать мечтать о Вьятте.

– Алекс, у тебя какой-то отстраненный взгляд, – заметила Молли.

– Прости. Вы же меня знаете. Мне нужно некоторое время, чтобы окончательно спуститься с небес на землю и забыть о работе.

Но, приглядевшись к подруге, Алекс поняла, что в Молли тоже что-то изменилось. Не в лучшую сторону. Однако, услышав ее осторожный вопрос, та только сморщила нос и отмахнулась:

– Эй, у меня все в порядке! Это Сирина, Джейн и я сегодня должны играть роль заботливых мамочек и старательно допрашивать тебя. До сих пор не могу поверить, что Вьятт попросил нас всех приехать повидаться с тобой. Частным самолетом! Ух ты!

– Вьятт сказал, что здесь совершенно необходимы люди, которые смогут наконец заставить тебя немного расслабиться, – добавила Сирина. – Алекс, что он имел в виду? Что случилось такого, чтобы потребовался срочный сбор Батальона верных друзей?

– Батальона верных друзей?

– Лучше поверь на слово, – посоветовала та. – У меня есть соответствующая татуировка, и у Джейн с Молли тоже. Мы бы их показали, но тогда ты захочешь такую же. А все знают, как ты боишься иголок.

– Ладно, хватит посторонних разговоров. Давай выкладывай, – скомандовала Молли.

– Да, в общем-то, нечего рассказывать, – произнесла Алекс, а потом поведала подругам историю о маленьком испуганном мальчике и испорченных бумагах.

Она упомянула о тех изменениях, которые уже успела внести в работу отеля, и о последнем инциденте с двумя рабочими в бальной зале.

– А что происходит между тобой и Вьяттом? – спросила Сирина.

– Что ты имеешь в виду?

– Оплаченный перелет для твоих друзей. Просто так, чтобы собраться вместе. Знаешь, это новый метод поощрения образцовых работников.

– Он… Вьятт не похож на большинство мужчин, – осторожно произнесла Алекс.

– Ой-ой-ой, – после паузы отозвалась Молли.

Сирина и Джейн кивнули.

– В каком смысле – не похож? – деловито осведомилась Сирина.

– В таком смысле, что Вьятт из числа тех боссов, которые готовы многое сделать для своих подчиненных, – одарив подруг суровым взглядом, произнесла Алекс. – Послушайте, нет никаких причин беспокоиться. Скоро я уже буду дома. Я звонила агенту по продаже недвижимости в Сан-Диего, и она уже подбирает местечко для магазина.

После того как Алекс вновь оказалась в объятиях Вьятта, у нее не было другого выбора. Лучше всего избавиться от непрошеных размышлений, начав что-то новое. И больше не думать о Вьятте.

– Алекс, это просто замечательно! Но расскажи нам чуть больше о своем боссе.

– Отличная попытка, Молли. Должна признаться, что совершенно не намерена этого делать.

– Чего делать?

– Отвечать на огромное количество глупых вопросов о Вьятте. Я знаю, вы их задаете только потому, что беспокоитесь за меня, но мне больше всего сейчас нужно просто побыть с вами. Развлечься. Вьятт сказал, чтобы я сегодня ни разу не упоминала название «Маккендрикс». Босс велел старательно лениться, наслаждаться бездельем, и я намереваюсь выполнить его распоряжение.

– Отлично! Мне тоже не помешает немножко отвлечься, – ухмыльнулась Сирина.

– Звучит просто прекрасно. С чего начнем? – спросила Молли.

– С шоколада, разумеется. Потом двойная порция, может, даже тройная… а там посмотрим, – отозвалась Алекс.

Они полакомились шоколадом, прошлись по магазинам и разговаривали, не умолкая ни на миг. Они примеряли одежду, в которой никогда бы не рискнули выйти на улицу, и туфли на таком высоком каблуке, что в них было невозможно даже стоять. Алекс позволила своей маленькой слабости одержать верх и купила дурацкие серьги. Подруги вспоминали смешные происшествия и хохотали. У них был лишь один волшебный день, полностью свободный от забот, и они не собирались тратить время даром.

Однако постепенно он подошел к концу. После слезных прощаний подруги Алекс сели в такси, а она сама – в лимузин, который должен был вернуть ее в «Маккендрикс».

Разумеется, Вьятт тут же занял центральное место в ее размышлениях. Она вспомнила, как он пытался скрыть ее от любопытных взглядов. Как пообещал, что никому не позволит прикоснуться к Алекс. И терпкий вкус его поцелуев.

Губы начало покалывать, и внезапно девушке показалось, что лимузин едет слишком медленно. Она хотела увидеть Вьятта.

Конечно, это был не слишком хороший признак, однако, наконец заметив его в холле, она тут же решила, что ничего лучше и быть не может.

– Огромное спасибо за сегодняшний день, Вьятт. Мне очень этого не хватало.

Она встала на цыпочки, легонько поцеловала его в щеку и только тогда поняла, что они не одни.

Мужчина тут же заметил, как Алекс напряглась. Она не подумала о том, что кто-то может быть поблизости. Именно так она поступала всегда – прямолинейно, ничего не скрывая. Эта черта нравилась Вьятту больше всего, хотя она же заставляла его бояться за Алекс. Однажды кто-то нагло воспользуется ее бескорыстием и отзывчивостью. Снова. И пусть это будет не он.

– Боже правый, мы сегодня просто лучимся энтузиазмом, – произнесла Катрина тем надменным, неприятным тоном, который раньше нисколько не задевал Вьятта.

А сейчас он одарил Катрину угрожающим взглядом.

Но такой реакции Алекс Вьятт не ожидал. Она выпрямилась во весь рост, и забавные серьги в форме маленьких пальмочек закачались, позвякивая. Это должно было выглядеть нелепо, но сейчас производило обратный эффект. Оказалось, что Алекс на несколько сантиметров выше Катрины, и это давало ей преимущество.

Окинув хозяйку ресторана пренебрежительным взглядом, девушка коварно улыбнулась:

– Энтузиазм, да. Я стараюсь наполнять им всю свою жизнь. Вам тоже следует попробовать, Катрина. Я слышала, это идеальное средство от появления морщин.

Ого! Откуда Алекс узнала, что Катрина очень настороженно относится к упоминанию о своем возрасте? Нужно вмешаться, прежде чем разъяренная женщина успеет натворить дел…

Однако, к удивлению Вьятта, Катрина рассмеялась:

– Значит, у миленького котенка тоже есть коготки? Туше, Алекс. Конечно, я на это напрашивалась, но кто бы мог подумать, что ты пробьешь брешь в защите? Мне нравятся женщины, которые могут постоять за себя. Конечно, это не означает, что мы теперь станем друзьями.

Алекс улыбнулась:

– Думаю, шансы и раньше были невелики.

– Милые сережки.

Это явно был не комплимент.

– Да, мне тоже нравятся, – невозмутимо отозвалась девушка и тряхнула головой, чтобы те снова закачались.

– Итак, – продолжала между тем Катрина, – Вьятт предоставил тебе выходной, а сам в это время работает как проклятый.

– Достаточно, Катрина, – оборвал ее мужчина. – Я не заставляю своих подчиненных работать по семь дней в неделю.

– Не понимаю причины. Сам-то ты частенько так поступаешь.

– Я – владелец этого отеля. Я сам решаю, когда мне работать. И думаю, сейчас как раз самое подходящее время.

– Это не слишком тонкий намек на то, что мне следует вернуться в свой ресторан?

Вьятт улыбнулся:

– Спасибо за предупреждение о грядущем визите рецензента из жюри, Катрина.

Женщина улыбнулась в ответ и повернулась к Алекс:

– Что ж, дорогуша, поскольку ты пробудешь здесь очень и очень недолго, полагаю, я могу быть чуть снисходительнее. Мне действительно нравятся эти серьги.

С этими словами она вышла, помахав Вьятту на прощание.

Вьятт посмотрел на Алекс. Та стояла, нахмурившись. Ему очень захотелось разгладить пальцем морщинки на лбу и заставить ее улыбнуться. Эта мысль была неожиданной. Вьятт был не из тех, кто подвержен сентиментальности.

– Что не так? – спросил он.

– Ты и впрямь все время работаешь, – ответила Алекс. – Скажи, ты хоть иногда отдыхаешь? Я не видела, чтобы ты сам устраивал перерывы. Если, конечно, не считать, что ты не так давно уезжал на пару часов.

Алекс была права. Но он вернулся, потому что она бесцеремонно вторгалась в его мысли.

– У меня были дела, – уклончиво произнес мужчина.

– Вьятт, – укоризненно протянула она.

– Алекс, – передразнил ее босс. – Не волнуйся. Я отдохну.

– Когда? Неужели тебе самому хоть иногда не хочется… оттянуться по полной? Что ты тогда делаешь?

Вьятт с трудом подавил улыбку. Никому бы и в голову не пришло спрашивать, что он понимает под выражением «оттянуться по полной». Внезапно ему вновь ужасно захотелось показать ей «Гавань». Никто не знал, что он купил этот старый комплекс. Он никогда никого не возил туда. И не делился своими секретами ни с одной живой душой. И все же…

– Пойдем, я отвезу тебя туда.

– Куда?

Вьятт пожал плечами, пытаясь говорить беззаботно и небрежно:

– У меня есть еще один отель.

Она удивленно моргнула.

– Мне никто не говорил об этом.

Вьятт посмотрел в яркие голубые глаза Алекс:

– Я никогда никому не рассказывал.

Ее глаза расширились.

– Ты не обязана ехать со мной, – произнес он. А потом запоздало сообразил, как именно это прозвучало. – Послушай, если ты боишься, я обещаю, что не наброшусь на тебя, как голодный тигр.

Девушка улыбнулась и покачала головой, от чего ее забавные сережки снова мелодично зазвенели.

– Я не боюсь. Честно говоря, я польщена.

Его охватил жар, хотя Вьятт прекрасно понял, что смысл ее слов был совершенно невинным. Алекс запоздало осознала двусмысленность сказанного и залилась румянцем. Это было очаровательно. Она сама была очаровательной. И Вьятт до боли хотел ее.

– Я имела в виду, что для меня большая честь быть твоей первой гостьей. Это будет нечто вроде второго «Маккендрикс»?

Вьятт покачал головой:

– Нет, ничего похожего. «Маккендрикс» был моей настоящей целью, от и до, я был уверен, что добьюсь успеха, и вложил в него все. «Гавань» – нечто иное, – пояснил он, впервые произнеся название своего убежища, доверившись Алекс.

– Ты не уверен, что проект окажется успешным?

– Я не уверен, что вообще хочу открывать вторую гостиницу. Дело не только в том, что я не готов к поражению. Просто там не хватает… чего-то…

Алекс пристально поглядела на своего босса, словно обладала способностью читать мысли. Никогда ни один человек не уделял ему столько внимания – по крайней мере, таким образом. Женщин обычно притягивали деньги, власть, внешность, в конце концов. Но Алекс была другой. Она устремлялась в самую сердцевину человеческой сущности.

– Место, конечно, далеко не самое впечатляющее, – признался он. – Ты можешь отказаться прямо сейчас, я не обижусь.

– Почему? – наконец спросила она. – Почему сейчас? И почему я?

Вьятт не хотел знать всех причин. Он не хотел, чтобы эти глубокие, проницательные глаза видели его насквозь. Однако он мог открыть ей, по крайней мере, одну истину.

– Потому что ты видишь возможности, которые часто не замечают другие.

Глава 11

Алекс посмотрела на запущенные здания и почувствовала, как сердце сжимается, переполняясь сочувствием к тому, кто однажды пытался сделать это место процветающим. Оно было слишком далеко от гудящего, жизнерадостного Лас-Вегаса, домики оказались маленькими, часовня разваливалась, и все же…

– Здесь очень красиво, – произнесла она, отметив красные скалы, видневшиеся вдалеке.

– Это верно. А еще тут очень тихо.

Девушка пристально рассматривала сгрудившиеся маленькие домики, построенные с очевидным стремлением создать атмосферу уюта. Цветы, когда-то росшие в длинных кашпо, давным-давно умерли, безжизненные останки некогда пышного плюща извивались на решетке.

Войдя в глинобитную часовенку, открытую силам всех стихий из-за давно разбитых витражей и окон, Алекс пару минут постояла на месте, вбирая в себя атмосферу. Постройка была предельно простой – голые деревянные полы, лавки со спинками. Ни одного светильника. Кто-то нацарапал граффити на толстой балке, поддерживавшей крышу, и исписал все стены.

Снаружи вдоль дорожки были поставлены скамьи, теперь полуразвалившиеся – уцелели только железные рамы. Это место оказалось пустым, безмолвным, покинутым.

Алекс заметила и другие недостатки – выцветшая голубая дверь на одном из домиков, покосившаяся табличка «Добро пожаловать!» над другим. Цветы, нарисованные над входом в часовню, совсем поблекли. К тому же в этой местности они не встречались, а потому выглядели слишком неестественно. И все же…

– Знаешь, здесь есть нечто очаровательное и располагающее к себе, – наконец произнесла Алекс.

Вьятт улыбнулся:

– Ну, пусть будет располагающее к себе. Но успешное ли? Вряд ли.

– И, несмотря на это, ты его купил.

– Как видишь.

Этот человек однажды сведет ее с ума. Вьятт прекрасно знал, что она никак не может найти ответ. Почему владелец одного из самых роскошных отелей Лас-Вегаса купил весьма скромный комплекс, который никогда не принесет дохода?

– Здесь потребуется многое переделать.

– Я люблю перемены.

– Давно ты купил это место?

– Да… Больше года назад. Около двух, наверное.

– Но пока никаких изменений?

– Как видишь.

– Почему? Вряд ли дело в нехватке средств.

– Верно, деньги для меня не проблема.

– Так почему все осталось, как было?

Вьятт ответил не сразу, обдумывая вопрос.

– Умом я понимаю, что здесь все нужно починить и переделать. Беда в том, что это место нравится мне таким. Несмотря на то, что оно никогда не окупится.

Девушка звонко рассмеялась.

– Судя по всему, ты сердишься на себя. Но, честно говоря, я не понимаю, в чем проблема. Если тебе не нужны деньги и этот комплекс устраивает тебя таким, какой он есть, зачем вообще что-то переделывать?

– А в чем тогда смысл?

– Неужели у всего в этой жизни обязательно должен быть смысл?

– Некоторые так считают.

– А ты? – склонив голову, поинтересовалась Алекс.

– Скажем так, я вырос в мире, где все имеет смысл и цену.

Она открыла, было, рот, чтобы задать еще один вопрос, но Вьятт покачал головой:

– Не спрашивай больше ничего, Алекс. Я и так рассказал тебе больше, чем кому-либо.

– Тебе не нравится говорить о том, что причиняет боль.

– Ты просто удивительная женщина.

– Потому что задала очень личный вопрос?

– Нет. Потому что задала его сразу после того, как я сказал, что не хочу обсуждать свои проблемы.

– Это было грубо, верно?

Однако девушку по-прежнему снедало желание узнать, что сделало Вьятта тем, кто он есть.

– Зачем тебе знать мои мотивы? – наконец спросил мужчина, застав ее врасплох.

– Я… Честно говоря, сама не знаю.

Это было не совсем правдой. Вьятт слишком сильно интересовал ее, что могло закончиться весьма трагично. В прошлом, несмотря на все совершенные ошибки, Алекс хотя бы знала, что у нее был шанс обрести счастье. С Вьяттом об этом нельзя было и мечтать. И все же, глядя в его зеленые глаза, девушка понимала: он вовсе не такой непробиваемый, каким хочет казаться. Алекс не могла вырвать из своей души чувства, которые не должна была испытывать.

К ее немалому удивлению, Вьятт рассмеялся:

– Нет, все-таки я в жизни не встречал настолько прямолинейной женщины. Тебя интересует, почему я не хочу говорить о своем прошлом? Могу тебя заверить, оно было совершенно безрадостным. Мать не хотела детей, а дядя, на которого она меня оставила, вообще терпеть их не мог. Он верил, что тяжкий труд и побои – самые правильные методы воспитания. Я сам был настоящим дьяволенком, из тех, с кем лучше никогда не встречаться. Почему я не рассказываю о своем детстве… Подобные жалостливые истории не очень вяжутся с образом сурового владельца преуспевающего отеля, особенно в городе, куда люди приезжают в поисках развлечений.

И все же с ней он уже этим поделился.

– Я ненавижу проигрывать – и купил «Гавань», – скривившись, произнес Вьятт. – Не самое удачное вложение, верно? Полно недоделок, разруха, никакой пользы. Сплошные недостатки.

Наверное, точно так же когда-то критиковали и его самого… Те, кому полагалось любить Вьятта, заботиться о нем. Но в его голосе отчетливо прозвучала нежность.

Большего и не потребовалось. В душе Алекс немедленно пробудилось желание помочь и поддержать.

– Не так уж здесь все и плохо.

– Если ты сейчас скажешь, что этому месту не хватает любящей руки, я рассмеюсь тебе в лицо, – честно предупредил он.

Девушка забавно сморщила нос.

– Вообще-то я собиралась сказать, что «Гавани» не хватает внимания, творческого подхода и… и…

Подняв взгляд на Вьятта, она увидела, что в его глазах снова полыхает пламя страсти. Она мигом забыла, что подчиненная не должна испытывать таких чувств к своему боссу.

– Алекс, – со стоном произнес Вьятт. – Умоляю, не смотри на меня так. Не надо…

– Чего не надо?

– Не заставляй меня хотеть тебя.

– Я и не пытаюсь.

Но Алекс сама отчаянно желала его.

– Тебе не приходится прилагать для этого никаких усилий. Я мечтаю о тебе с самого первого дня. Мне не следовало брать тебя на работу.

– Потому что это непрофессионально?

– Потому что я не хочу ранить тебя, но могу сделать это.

– Что поделать. Ты притягиваешь женщин. Но при этом любовь тебе не нужна. Неудивительно, что сердца разбиваются.

– Да, и я не хочу, чтобы это случилось с тобой.

– Мое сердце в полной безопасности. Не беспокойся. Я научилась быть сильной.

– В таком случае тебе придется быть сильной за нас обоих, потому что я позорно близок к капитуляции.

И, словно доказывая правдивость сказанного, Вьятт склонился к девушке и замер в дюйме от ее губ. Между ними словно проскочил электрический разряд, который невозможно было проигнорировать. Алекс чувствовала, как по телу разливается огненный поток страсти…

И сама преодолела оставшееся расстояние, прильнув к мужчине в страстном, глубоком, голодном поцелуе.

Вьятт застонал. От острого мучительного желания у Алекс закружилась голова и подогнулись колени.

Вьятт, покусывая ее губы, прижал ее к своему сильному, твердому телу. Его ласки воспламеняли ее, обжигали… Его руки… О, эти руки…

«Не допусти этого, – велел внутренний голос. Можно было подумать, предупреждения Молли, Джейн и Сирины переплелись в единое целое, наделенное холодным разумом и здравым смыслом. – Ты же обещала быть сильной. Не отказывайся от своих слов…»

– Вьятт, мы должны остановиться, – прошептала Алекс в его раскрытые губы.

Слова путались и не желали слетать с языка.

Однако Вьятт тут же разомкнул объятия и отстранился:

– Я должен перестать делать это.

– Ну уж нет, на сей раз тебе не удастся приписать всю вину себе! – возмутилась Алекс, нахмурившись и скрестив руки на груди. – И потом, я сильная и могу позаботиться о себе.

На лице Вьятта тут же появилась улыбка, которую он не смог подавить.

– Не смейся надо мной!

– И в мыслях не было. Ты пугаешь меня, Алекс.

– Правда?

– Да. Правда. – Только из его тона исчез даже намек на шутливость. – Я должен отвезти тебя домой.

– Еще рано.

Вьятт удивленно приподнял бровь, ожидая объяснений.

– Мы же приехали сюда не для того, чтобы заниматься любовью, а ради этой милой гостиницы, – напомнила Алекс. – Настало время уделить «Гавани» внимание, поскольку совершенно очевидно, что ты ее очень любишь.

Вьятт посмотрел на нее с таким загнанным выражением в ярких зеленых глазах, что ее душа снова сжалась от боли.

– Я не люблю ничего и никого.

Услышать это оказалось неожиданно больно, хотя Алекс толком не поняла почему. Он говорил ей об этом с самого начала. И повторил то же самое всего несколько минут назад. Вообще-то все вокруг твердили об этом. Ничего удивительного: вряд ли можно ожидать чего-то иного от человека, который видел в жизни только ненависть. Однако он заботился о людях. Алекс вспомнила, как мягко Вьятт разговаривал с Белиндой. Он сделал все, что мог, чтобы помочь Рэнди. «И для меня тоже разве что не вывернулся наизнанку», – подумала девушка. Все-таки Вьятту знакомо понятие заботы и сострадания.

Она сделала глубокий вдох и решила рискнуть:

– Я так понимаю, ты привез меня сюда, чтобы услышать объективное мнение. Что, если бы я сказала, что эти коттеджи нужно снести?

Она заметила, что Вьятт нервно сглотнул.

– Ты бы этого не сделала.

Теперь Алекс знала наверняка, почему он никого не возил сюда.

– Знаешь, большинство посоветовали бы тебе продать «Гавань».

– Если бы это место приобрел другой человек, я сам предложил бы такое решение.

– А ты уверен, что сам не хочешь сделать это?

– Абсолютно.

– Почему?

Вьятт одарил девушку одной из своих редких улыбок, и ей тут же захотелось прижаться к нему и замереть, наслаждаясь мгновениями близости.

– Тебе нравится что-то улучшать, развивать, а не разрушать. Рэнди относился к тебе снисходительно, а ты искала в его поведении плюсы. Белинда рожала, ты могла бы отправить клиентов к Рэнди или вообще сказать, что это не твое дело, но ты помогла. Алекс Лоуэлл просто не способна на то, чтобы умыть руки и отойти в сторону. Поэтому если ты скажешь, что нужно сносить весь этот комплекс, я буду знать, что затея и впрямь безнадежная.

– В твоем описании я похожа на оптимистичную идиотку.

Вьятт покачал головой:

– Нет, по-моему, ты похожа на женщину, достойную восхищения, у которой всегда есть хорошие идеи.

– Ты любишь побеждать. И прекрасно знаешь, что, несмотря на все мои замечательные идеи, я часто проигрываю.

Алекс помолчала, снова вспомнив свои неудачи. Она подняла взгляд и, к своему удивлению, прочла на лице босса беспокойство.

– Я не собираюсь возлагать ответственность за успех или неудачу на твои плечи, Алекс. Мне просто интересно твое мнение.

– И все же это ты у нас гений в этой части. «Маккендрикс»…

– Совсем другое дело. Половина успеха была обеспечена его местоположением.

– И все же ты сумел добиться успеха там, где большинство потерпело бы поражение.

– Спасибо. Давай скажем так: моя ненормальная привязанность к «Гавани» мешает принимать адекватные решения. Я не хочу слишком вовлекаться в процесс.

Последний кусочек головоломки встал на место.

– Ты совершенно не хочешь что-то здесь переделывать, но это не согласуется с твоей концепцией «Перемены – это хорошо, совершенство – ключ к успеху».

– Что-то в этом духе, да. Наверное, мне и впрямь следует продать этот комплекс.

Алекс поняла, что «Гавань» и впрямь занимает очень важное место в его мире, даже если Вьятт не хотел признавать это. Мужчина боролся с желанием сохранить ее только потому, что в его жизни должно было быть место только для победителей.

В сердце снова возникла странная боль. Алекс столько всего знала и умела, но по жизни оставалась неудачницей…

Она сделала глубокий вдох. Сейчас речь шла не о ней. Вьятт сражался со своим прошлым и тем, что собой олицетворяло это место. Что он почувствует, решившись продать «Гавань»?

Алекс знала только одно: за нее стоило побороться.

– Не продавай. У нее есть… свои ценности.

Вьятт невесело рассмеялся:

– Например? Ты так говоришь, словно сама не уверена в этом.

Этот мужчина был слишком проницателен. Алекс сосредоточилась. С чем мы имеем дело?

– Можно добавить маленький садик к каждому коттеджу с местными растениями, цветами и камнями и поставить в нем видоискатель. Тогда посетители смогут любоваться скалами и птицами, которые там гнездятся. Или поместить на каждом домике таблички с интересными историческими сведениями. Поставить антикварную мебель. Можно даже увеличить один из коттеджей и устроить в нем комплекс развлечений. Это идеальное место для того, чтобы отдохнуть от вечной суеты Лас-Вегаса. Или…

– Или что, Александра? – спросил Вьятт, взяв девушку за руки.

– Или оставить его таким, как есть, – мягко произнесла она. – Не нужно ничего менять или сдавать коттеджи, если «Гавань» нравится тебе.

Вьятт протянул руку и откинул с ее лица выбившуюся из прически прядь волос.

– Я знал, что твое присутствие пойдет этому месту на пользу.

Его прикосновение завораживало, слова немало подняли самооценку, хотя Алекс прекрасно знала: Вьятт просто вежлив. Ее всегда дразнили за чрезмерную самоотверженность и энтузиазм.

– Так что ты будешь делать?

– Еще не решил, но ты дала мне несколько подсказок. Спасибо. А теперь, думаю, пора отвезти тебя обратно. Не хочу, чтобы у остальных начали появляться ложные представления о нас с тобой.

– Думаешь, они решат, что я похитила босса?

– Думаю, они решат, что я тебя совращаю. Рэнди в последнее время относится к тебе очень покровительственно.

Алекс закатила глаза:

– Ты его кумир, Вьятт.

– Ага, а еще он хорошо меня знает и понимает, что у меня тоже есть недостатки. А у тебя – нет.

– Еще как есть, – буркнула она.

Вьятт рассмеялся, помогая ей сесть в спортивную машину. Через несколько минут они уже ехали в «Маккендрикс».

– Слушай, что такое ужасное ты могла натворить?

Алекс знала ответ, но не хотела сейчас об этом думать. Искреннее беспокойство Вьятта подталкивало ее все ближе к краю пропасти. Что она успела натворить? Практически влюбилась в него. Но в этом признаваться нельзя.

– Написала «Я люблю Эрика Свансона» на зеркале в школьном туалете для девочек. Несмываемым маркером, да еще и красным, – сказала Алекс и почувствовала себя очень глупо.

Это было единственное дисциплинарное взыскание, которое она заработала в школе.

– Повезло Эрику.

– Ну, мое увлечение продлилось недолго. Когда об этом стало известно, Эрик начал оскорблять меня и смеяться над моими брекетами.

– За это он должен лишиться всех зубов до старости.

– Если бы только в те дни ты был рядом, – улыбнулась Алекс, – у меня бы появился защитник.

– Тогда ты не захотела бы знать меня, – отозвался он.

Но Вьятт ошибался. Алекс хотела узнать о нем как можно больше. Желательно – все.

Глава 12

Вьятт рьяно принялся за работу, постоянно напоминая себе о причинах, по которым нужно держаться подальше от Алекс. «Маккендрикс» захлестнула новая волна рецензентов. Было очевидно, что ставки повышаются. Город начал гудеть, и главный соперник, «Шампань», вкладывал в свое предприятие огромные деньги. Вьятт должен бы, был, забеспокоиться – впрочем, разумеется, он был обеспокоен. Пройти такой долгий путь – и проиграть… И все же больше всего ему на нервы действовало отнюдь не состязание.

Когда вчера они возвращались в отель, Вьятт спросил девушку, как обстоят дела с ее магазином. Алекс рассказала, что недавно звонила агенту по операциям с недвижимостью. Процесс запущен. Стало совершенно ясно, что Сан-Диего – ее единственная страсть. Место Вьятта было здесь – в «Маккендрикс», в Лас-Вегасе.

Он слишком увлекся Алекс, был преступно слеп – у них нет ни единого шанса.

Нужно помнить, что она здесь только на время. Вот и хорошо. Потому что Алекс слишком чиста и жизнерадостна для человека вроде него.

Вьятт мог бы притвориться, что оставил прошлое позади, но это не изменило бы главного. Он был все тем же человеком, и призраки былого никуда не делись. Он занимался бизнесом, а не любовью. Единственный безопасный путь – одиночество. Сближение с кем бы то ни было означало риск получить глубокие раны.

Он должен остановиться – как бы сложно это ни было.

Алекс была обеспокоена.

– Джейн, я не понимаю, что происходит. Вьятт в последнее время ведет себя очень странно, – сообщила она по телефону подруге через несколько дней.

Молчание.

– Джейн?

– В каком смысле – странно? – надтреснутым голосом осведомилась та. – Алекс, ты говоришь так, словно он слишком много для тебя значит.

– Да нет, я не влюбилась. Я просто беспокоюсь, как о любом другом человеке.

«Возможно, чуть больше, – ехидно пропел внутренний голос. – Намного, намного больше».

– Возможно, у него появились какие-то срочные дела, Алекс. А это уже не твоя проблема. Ты привыкла предлагать свою помощь, но нельзя спасать всех вокруг.

– Я знаю, – отозвалась Алекс.

Джейн права. Она опять взялась за старое. Так было с Робертом, и Лео, и Майклом. А теперь?

В голове словно зазвенел сигнал тревоги. Нужно уезжать прямо сейчас.

Так и следовало бы поступить. Вчера звонила агент и сообщила, что может представиться возможность приобрести неплохое здание. Алекс должна была прыгать от радости, а она вместо этого первым делом подумала о Вьятте.

Вчера еще один мужчина стал источником неприятностей в отеле, громко жалуясь, что она не пытается удовлетворить все его требования. Когда постоялец дошел до оскорблений, за его спиной появился Вьятт с каменным выражением лица и глазами, полыхающими от ярости. Холодным тоном, от которого даже Алекс стало не по себе, он сообщил мужчине, что у него есть десять секунд на то, чтобы покинуть помещение.

Тот хотел было возразить, но, взглянув на подтянутую, мускулистую фигуру хозяина отеля и отметив суровое выражение его лица, быстро передумал. Он устремился к двери, пробормотав что-то о запугивании.

– Спасибо, – тихо произнесла Алекс.

– Ты – служащая отеля. Я весьма серьезно отношусь к своим обязанностям.

Только чудом Алекс сумела не вздрогнуть, снова став просто еще одной из подчиненных. Однако, по всей видимости, ее чувства отразились в глазах.

– Не смотри на меня так. Я это делаю для твоего же блага.

– Разумеется. В конце концов, я и есть твоя служащая.

Вьятт тихо выругался:

– Я уже пытался сказать тебе, что не стоит ни на что рассчитывать. Ты ошиблась, посчитав, что я мог бы стать твоим героем.

К боли, которая ее пронзила, Алекс оказалась не готова. Какая глупость! Она ведь прекрасно знала, на какой риск идет. Вьятт отгородился от всего мира стеной, которую нельзя пробить. А она опять совершила ту же ошибку, что и раньше, бросившись на помощь и увлекшись мужчиной, которого никогда не сможет завоевать. Единственный способ спастись теперь от боли – отойти в сторону. Так она и сделает.

Только не сейчас.

Вьятт вошел в холл отеля, бросил один-единственный взгляд на Алекс и чуть слышно выругался.

– Это неправильно, – пробормотал он себе под нос.

– Что? – донесся до него голос Рэнди.

Молодой человек стоял прямо за спиной босса.

Вьятт кивнул в сторону Алекс:

– Она выглядит утомленной.

Что еще хуже, она казалась печальной. И Вьятт был совершенно уверен, что это его вина. Она подарила ему солнечный свет своих улыбок, а он игнорировал ее несколько дней. И Вьятта ничуть не извиняло, что он пытался защитить ее. Она ничего не скрывала, рассказала о себе все. А он отплатил ей молчанием и холодностью.

– Она нам всем очень нравится, Вьятт, – после непродолжительного молчания произнес Рэнди.

Это было предупреждение. Иногда Рэнди сходило с рук то, за что любой другой получил бы как минимум выговор. Возможно, потому, что у них обоих прошлое было не из веселых.

– Ей нужны друзья.

– Ей нужно нечто большее. И Алекс этого заслуживает. В конце концов, она сделала для репутации «Маккендрикса» больше, чем кто бы то ни было, кроме вас.

Вьятт выразительно посмотрел на Рэнди. Молодой человек стушевался:

– Простите.

– Нет. Ты прав. Я в последнее время был настоящей сволочью, верно?

– Мы все уверены, что у вас были на то причины.

– Не нужно меня оправдывать. Я, конечно, босс, но при этом не должен переставать быть человеком.

Он неправильно обращался с Алекс. Она должна знать: Вьятт избегал ее не потому, что не оценил по достоинству. Алекс оказалась настоящим благословением для отеля, а его владелец даже не сказал ей об этом.

Алекс уже собралась уходить, когда к ней неожиданно подошел Вьятт:

– Ты сегодня, случайно, не занята?

Девушка моргнула:

– Что-то случилось?

Он нахмурился.

– Вьятт?

Его глаза полыхнули зеленым огнем.

– Я хотел извиниться перед тобой.

Алекс удивленно взглянула на него:

– За что?

– За то, что был настоящим мерзавцем и игнорировал тебя. За то, что не сказал, как много ты сделала для «Маккендрикса» и для меня.

Он мрачно нахмурился.

Алекс не сумела удержаться от смеха:

– Это самое сердитое извинение, которое мне когда-либо доводилось слышать.

– Не думаю, что мне доводилось раньше просить прощения.

– В таком случае польщена быть первой.

– Достаточно польщена, чтобы согласиться поужинать со мной? Предоставить мне возможность извиниться… как подобает?

Эти слова совершенно не сочетались с тоном его голоса.

Сердце бешено забилось в груди. Подступали непрошеные слезы, но он их не увидит. Она так по нему соскучилась. Алекс была так рада снова видеть Вьятта, что ей было все равно, почему он пришел. В ее голове вновь прозвучал сигнал тревоги. Нужно отказаться и вновь оказаться в безопасности.

Но со здравым смыслом отважно боролось глупое сердце. К черту безопасность и благоразумие. В календаре осталось не так много цифр. Время утекало как песок. И Алекс знала, что их отношения в любом случае временные и ни к чему не приведут. Чем она рискует?

– С радостью.

Господи, неужели она сказала это с таким восторгом? Однако мужчина мягко улыбнулся:

– В таком случае встретимся у твоей комнаты через десять минут.

У ее комнаты. Алекс тут же подумала, что с большей охотой она бы назначила свидание в своей комнате.

– Одеться как обычно? – уточнила она, притворившись, что последней мысли не было вообще.

– Угу. Я прихвачу корзинку для пикника. Надень те симпатичные пальмочки. И шорты. Белые. Мягкую удобную майку. Голубую.

– Это приказ босса?

– Просьба Вьятта. Давай на сегодня притворимся, что я просто мужчина, который знает, как тебе идут эти цвета.

Она обнаружила, что не может дышать. Сердце словно перестало биться.

– Что, слишком? – спросил Вьятт. – Мне извиниться еще раз?

– Нет, но если сегодня ты не мой босс, значит, я не обязана подчиняться каждой твоей просьбе – раз уж моя смена закончилась.

– Мне нравится, когда ты так бойко разговариваешь со мной. Я говорил это раньше? – произнес он и, не дожидаясь ответа, направился к лифту.

«Нет, не говорил», – ответила про себя Алекс, переодеваясь. Он пытался сохранить их отношения безличными, деловыми – и, наверное, был отчасти прав. В этом новом, дружелюбном Вьятте было нечто настораживающее. Алекс очень хотелось дать ему именно то, о чем он просил. Но тогда она стала бы одной из женщин, о которых рассказывал Рэнди. Им доставались только слезы и воспоминания. Алекс не хотела, чтобы такой была и ее участь.

Когда через несколько минут она открыла дверь, Вьятт улыбнулся:

– Замечательные шорты – а ноги еще лучше. Да и красный тебе определенно идет, – произнес он, глядя на футболку с округлым вырезом. – Даже, пожалуй, больше голубого. И сережки в форме велосипедиков ничуть не хуже тех пальмочек. Хорошо, что ты проигнорировала мою надменную просьбу.

– Спасибо, – улыбнулась она. – Пойдем?

– Да… Нет.

Она осознала, что Вьятт хмурится, осматривая комнату.

– Что не так?

– Неужели это лучшее, что я смог для тебя найти?

– Вьятт, это замечательный номер! Ты поселил меня сюда уже после того, как я начала работать.

– Да, но здесь только пара комнат. Нет ничего, что могло бы сделать это место похожим на дом. Я должен был найти менее спартанские условия.

Алекс не удержалась от смеха:

– Вьятт, я никогда не жила в таком шикарном месте, а тебя беспокоит, что мне не хватает плюшевого мишки или других вещей из Сан-Диего?

– Ну, я же знаю, как ты любишь этот город. А все, что здесь напоминает о доме, – это фотография с друзьями, которую ты поставила на свой стол в холле.

– Вьятт, не волнуйся. Все в полном порядке. – Алекс приподнялась на цыпочки и чмокнула его в щеку. – Пойдем, я умираю от голода. Где у нас пикник?

– Это сюрприз. Увидишь, когда доберемся.

Он был прав. Когда Вьятт припарковал машину перед «Гаванью», девушка действительно удивилась. Новая неяркая табличка, цветы в саду, выкрашенные в белый цвет коттеджи с голубыми ставнями, дощечки с надписью «Добро пожаловать» над каждой дверью.

Алекс восхищенно ахнула:

– Вьятт, ты так быстро это все сделал?!

– Да. Понимаешь, я хотел, чтобы ты увидела плоды своего творческого подхода. Конечно, ремонт еще не закончен – я даже не притронулся к часовне, да и в домах много работы. Но начало положено.

– Выглядит замечательно. А можно зайти внутрь?

– Выбирай любой.

Это было несложно. Один из домиков был чуть меньше остальных и казался потрепанным. Алекс открыла голубую дверь и, шагнув внутрь, нашла его вполне уютным. Стены, выкрашенные в светлый цвет, простая мебель из дуба. Небольшой камин обрамлен белой плиткой и деревянными панелями. Старинный кувшин с рифленым покрытием стоял на полке, окруженный ярко-красными камнями.

– Я подумал… В общем, небесно-голубой цвет напоминал мне о… – Вьятт посмотрел в глаза Алекс. – Глупо, но мне показалось, что это хорошее решение.

– Вьятт, это замечательно. Здесь так уютно, удобно, тепло… Поверить не могу, что ты сделал столько за такой короткий срок.

– Я бы продвинулся дальше, но поскольку работаю здесь только урывками…

Глаза ее расширились от изумления.

– Надменный владелец потрясающего отеля занимался физическим трудом?

Вьятт пожал плечами:

– Когда я был маленьким… Короче, я многое знаю о тяжелом труде, Алекс.

– Не могу сказать, что удивлена.

Мужчина одарил ее одной из своих редких сияющих улыбок:

– Я начинаю думать, что тебя вообще ничто не может надолго расстроить.

– Ну, у меня были свои трагедии.

– Те мужчины, которые тебя использовали?

– Они этого не делали. Я сама вызывалась помочь.

– В отличие от меня. Я-то устроил настоящую засаду.

– Отнюдь. Ты просто меня подкупил, – улыбнулась Алекс.

– И сделал бы это снова. Ты оказалась для «Маккендрикса» настоящим чудом.

Почему вдруг на сердце стало так тяжело? Потому что хотелось стать чудом для него?

– Ты поделилась со мной своими чувствами, переживаниями, сделала для меня больше, чем я просил. А я ничего не дал тебе взамен.

– Ты мне очень хорошо платишь!…

– Деньги… Я… Видишь ли, Алекс, правда заключается в том, что я не умею быть открытым, не умею дарить тепло. Но это не твоя вина. Сначала ты лезешь из кожи вон, чтобы помочь мне, а потом я отворачиваюсь и не замечаю тебя. Мне не нравится вспоминать о прошлом. Я был не слишком общителен еще и потому, что не хотел рисковать. Я боялся, что кто-то узнает, что творится у меня в душе.

– С тобой не должно было этого случиться.

– А ты не должна была встречать идиотов, которые с радостью принимают твою помощь, а потом уходят прочь как ни в чем не бывало. – Глядя ей в глаза, Вьятт погладил большим пальцем ее ладонь. – В моем прошлом было много такого, о чем не хочется думать, но никто не уязвлял меня в самое сердце, – произнес он. – Не так, как тебя. Как можно сделать вид, что влюблен, а потом отвергать эту женщину?

– Некоторые так поступают.

– Тогда это не настоящие мужчины.

Алекс попыталась улыбнуться.

Вьятт тихо выругался:

– Не нужно ради меня делать вид, что тебя это не трогает. Алекс, в Лас-Вегасе останется человек, который всегда будет благодарен за то, что ты для него сделала. За то, что у него появилась возможность узнать тебя.

Вот оно. Ее горло мучительно сжалось, слезы навернулись на глаза. Алекс не хотела этого. Если она начнет плакать, Вьятт поймет, что ее чувства к нему слишком сильны и глубоки. Сделав глубокий вдох, она заставила себя успокоиться.

– Спасибо… Спасибо тебе, – уже увереннее повторила она. – Слушай, так каким образом тебе удалось достичь таких высот?

– Став старше, я сбежал из дома. Мне было почти шестнадцать. Я работал по всей стране, откладывал каждый пенни до тех пор, пока не смог купить разваливающийся на части дом, который отремонтировал и продал. Потом еще один. Больше я все равно ничего не умел. Вот, собственно, и все.

Но Алекс знала, что Вьятт не рассказал ей и половины.

Ему неоднократно твердили, что он останется неудачником. И все же Вьятт сумел превратить «Маккендрикс» в отель мирового класса, а теперь работает над «Гаванью», снова и снова доказывая обратное.

«Вот, собственно, и все», – снова прозвучал у нее в голове голос Вьятта.

Он, возможно, думал, что правда о его прошлом отпугнет ее, а вместо этого она падала в пропасть быстрее, чем когда-либо в своей жизни.

Глава 13

Вьятт нахмурился.

– Что? – спросила Алекс. – Не смотри на меня так, Александра.

– Как?

– Я вроде бы уже перестал быть тем мальчиком. Жалость мне не нужна.

Вьятту было нужно только одно – быть сильным. Он хотел, чтобы «Маккендрикс» получил престижную награду, чтобы его самого уважали, им восхищались. И еще знать, что не причинит Алекс боли.

Ни один мужчина раньше не беспокоился об этом.

– Не беспокойся обо мне, когда я уеду, Вьятт. Люди в прошлом заставляли меня страдать только потому, что в глубине души хотели быть вежливыми. Они лгали, притворяясь, будто готовы дать мне что-то взамен. Я верила, а потом чувствовала себя наивной идиоткой. Не хочу, чтобы ты беспокоился.

– Тогда чего ты хочешь?

«Того, что ты никогда не сможешь мне дать», – подумала Алекс, но вслух сказала совсем другое:

– Честности, Вьятт. Ты ничего не обещал мне, поэтому не сможешь разочаровать.

Что-то в его глазах изменилось, и Алекс поняла, что попала по больному месту. Эти самые слова когда-то наверняка использовали против него. Черт побери. Алекс очень хотелось бы взять и переписать его прошлое, но это, увы, невозможно – как и переделать ее собственное. Куда двигаться из этой точки?

«Вперед, – ответила Алекс сама себе. – Мы принимаем ограничения. Он давным-давно утратил способность любить. Я не могу доверять тем, кто предлагает мне любовь».

Она грустно улыбнулась:

– Я тут просто подумала… мне бы очень хотелось помочь тебе с этим проектом.

«Я очень хочу проводить больше времени с тобой».

– Ты не обязана.

– Но я хочу. Мне напомнить тебе, Вьятт, что я на тебя работаю?

– Да, но «Гавань» в контракте не значилась.

– Теперь значится. Ты попросил помочь тебе с идеями о том, как улучшить это милое местечко. Если при этом ты счел, что потом я отойду в сторону, значит, босс совсем забыл об одной моей привычке. Постоянно вмешиваться.

– Я помню.

– Значит, я снова вмешиваюсь. Приступим к работе, – произнесла она, выделив голосом последнее слово.

– Слушаюсь, о мой нахальный босс.

Алекс усмехнулась:

– Мне нравится, как это звучит.

На сей раз его улыбка была искренней.

– Власть ударяет в голову, а, Алекс?

– Есть немного.

«Но не так, как твои поцелуи…»

Черт. Как перестать думать о боссе? Возможно, вспомнить о том, что она уедет домой. Скоро не придется бояться влюбиться, потому что она окажется за сотни километров отсюда.

Но сейчас она здесь, с ним. И ей хочется…

«Считай, Алекс, считай, – сурово напомнила себе девушка. А потом передумала. – Нет. Не считай. Наслаждайся его компанией. Возможно, было бы неплохо даже снова его поцеловать…»

Если бы Джейн, Молли и Сирина были здесь, они бы помогли. Попытались остановить ее.

Но подруги сейчас далеко. А Вьятт близко.

– Осторожней, Вьятт, – прошептала Алекс. – Я иду в атаку.

* * *

Когда она решалась на что-то, то выполняла свои обещания. Вьятт понял это давно, но окончательно уверился в своем мнении, когда они начали ездить в «Гавань» каждый день после работы. Более того, Алекс ни в какую не соглашалась принять увеличенную оплату за «сверхурочные».

– Я сама вызвалась, – напомнила она.

– После того как я попросил тебя помочь.

– Но это же было только вначале! Ты просил подкинуть парочку идей, помнишь? А я решила помочь тебе с работой.

– В этом споре тебе не победить, – предупредил Вьятт. – Я заплачу тебе ровно столько, сколько, по-моему, стоит твой труд. А это немалая сумма.

И Вьятт на самом деле так считал. Алекс постоянно предлагала новые идеи. Работа, а с ней и время летели с поразительной скоростью. Вьятту очень хотелось замедлить их, чтобы подольше побыть с ней.

Но он не мог. Похоже, Белинда была намерена вернуться к работе как можно быстрее. В таком случае Алекс отправится в Сан-Диего, город своих мечтаний и надежд.

Эта мысль причинила неожиданно сильную боль. Какая глупость! Пусть Алекс очаровательна, жизнерадостна и сексуальна, но он быстро забудет ее. Так было всегда.

– Предлагаю потом взяться за полы, – между тем говорила она. – Но они не должны выглядеть новыми. Просто потертыми. Уютными. Словно единственный обитатель здесь – любовь.

Он не смог сдержать улыбку.

– Что не так? – воинственно подбоченилась Алекс.

Ему захотелось подойти к ней, запустить пальцы в эти чудесные шелковистые волосы и прильнуть к ее губам. Но Вьятт сдержался.

– Как ты думаешь, стоит включить это выражение в рекламу?

– Так, по-твоему, это смешно?! Но… ладно, по крайней мере, это будет правдой. Ты любишь это место и в каком-то смысле обитаешь здесь… – Она разочарованно застонала. – Забудь, что я это сказала. О рекламе подумаем потом, когда начнем… я хотела сказать, когда ты начнешь сдавать коттеджи.

Это напоминание о том, что вскоре всему наступит конец, заставило их молча вернуться к работе. Алекс мыла. Он тер полы наждачкой. Она украшала. Он чинил. Вьятт мог с легкостью найти специалистов во всех этих областях, но хотел, чтобы с ним работала именно Алекс.

– Знаешь, что мне больше всего нравится? – неожиданно спросила она.

Вьятт обернулся.

– Это место нельзя назвать идеальным. Здесь уютно, как дома.

– Места мало, – произнес он.

– Не критикуй «Гавань», – шикнула Алекс.

– Я до сих пор не могу понять, почему всем этим занимаюсь. Никто не захочет приезжать сюда. Здесь нет ни шика, ни блеска, а именно этого люди ожидает от Лас-Вегаса.

– Ты занимаешься этим просто потому, что хочешь, – ответила она. – Потому что это доставляет довольствие. Разве не так?

Вьятт посмотрел на Алекс, одетую сегодня в белую юбку и голубую майку. Его любимые, с улыбкой подумал он. Сейчас Алекс стояла босиком на полу и пыталась дотянуться до гвоздика, чтобы повесить фотографию красных скал на стену. Которую она сделала.

– Мне нравится, – признался он, когда она взглянула на него через плечо.

– Не хочешь повеселиться? – вдруг спросила она, и Вьятт недоверчиво поднял бровь.

Как ни странно, его бойкая Алекс внезапно стушевалась:

– Я не то имела в виду, хотя… Это, конечно, принесло бы массу новых впечатлений. Я говорю о детских развлечениях – подурачиться, помаяться дурью. Повеселиться, одним словом.

– Я знаю, как люди веселятся, Алекс.

– Что-то я в этом сомневаюсь.

– Развлечения предназначены для моих гостей.

– Что ж, возможно, тебе стоит для начала продемонстрировать им свои навыки.

– Хороший ход. Но у меня полно работы.

А вот теперь она нахмурилась всерьез:

– Я пообещала себе, что ни в жизнь не скажу об этом, но признайся, разве у тебя были возможности повеселиться в детстве?

Вьятт вздохнул:

– Зря я тебе рассказал. Теперь ты меня жалеешь.

– Ты что, шутишь? Передо мной владелец «Маккендрикса», который вращается в высших кругах. Им восхищаются, ему завидуют. Но это тоже своего рода работа, не хватает элемента игры. Тебе нужен специалист по отрыву, и я – просто идеальный кандидат. Пошли!

Алекс развернулась на пятках, одной рукой схватила босоножки, другой – запястье Вьятта и направилась к двери.

– Может, хотя бы скажешь мне, куда мы направляемся?

– Лучше пока помолчу. Знай одно: моя смена закончилась.

Скоро Вьятт стоял в огромном зале с синим ковром и миллионом игровых автоматов.

– Жетончики у нас есть, – говорила Алекс. – И я собираюсь жестоко побить тебя в пинбол. Не жди пощады. Я – настоящий мастер.

Она забавно наморщила нос и улыбнулась.

Двое мужчин, стоявших неподалеку, открыв рты, во все глаза смотрели на девушку. Только что слюни не пускали. Вьятту захотелось загородить ее собой. А еще лучше обнять. Но сначала пришлось бы догнать Алекс, которая уже устремилась вперед по проходу к автомату с полуобнаженной женщиной на экране.

Вьятт застонал.

– Не переживай. Обещаю, будет весело и совсем не больно.

Эта женщина просто не знала, о чем говорит. Сейчас болел каждый мускул в его теле. От желания прикоснуться к ней, а не к дурацкому автомату. Но, черт побери, судя по всему, Алекс и впрямь не терпелось. Придется либо веселиться от души, либо в конечном итоге сдаться.

И тогда он ее поцелует. И не один раз.

Вьятт знал, что Алекс потащила его играть в пинбол, чтобы повеселиться, и, в общем, цель была достигнута. Однако куда больше удовольствия ему доставляло наблюдать за самой Алекс.

– Да!!! – радостно взвизгнула она, удачно хлопнув створками в последнюю секунду.

Шарик едва избежал роковой гибели.

Ее стройные, чуткие пальцы порхали по рычажкам. Шарик послушно набирал очки, зажигал лампочки и попадал в мишени. Быстрые прикосновения этих пальцев разжигали настоящий пожар в теле Вьятта, и он из последних сил пытался обуздать желание. И когда наконец раздавался сигнал, говорящий о том, что очков хватит для еще одной бесплатной игры, Алекс поднимала глаза, чтобы одарить Вьятта сияющей улыбкой.

– Впечатляет, – кивнул он.

– Спасибо. А теперь твоя очередь.

– Я раньше никогда этого не делал, – глупо произнес Вьятт и почувствовал себя пугливым девственником.

– Ты никогда не играл в пинбол? Как это?

– Времени не было. И энтузиастов вроде тебя.

Алекс пожала плечами:

– В одном кафе в Сан-Диего стоял древний автомат. Я подсела очень быстро. Конечно, сейчас не так просто отыскать подходящее местечко – пинбол заменили другие игры. Компьютеры, стрелялки. А здесь заправляет человек, который жертвует весь доход на благотворительность. Давай, я хочу показать тебе настоящий пинбольный рай!

Вьятт рассмеялся:

– Рай, Алекс?

– У всех свои фантазии.

В данный момент его фантазии вращались исключительно вокруг Алекс. И если ее слабостью была глупая игра, в которой нужно было удержать шарик от падения, значит, нужно постараться.

Однако через несколько минут Вьятт понял, что заразился. Он не знал, в чем причина – в самой игре или женщине, прыгающей от радости рядом. Однако он выкладывался по полной, стремясь удержать шарик в игре.

– Просто поразительно! На мгновение мне показалось, что ты проиграешь. Но шарик остался в игре! Удивительно. Ты выиграл целых две бесплатных игры!

Вьятт взглянул на Алекс и увидел, что она едва не приплясывает на месте, полностью охваченная возбуждением. Игра оказалась глупой, но по-настоящему азартной.

– Оказывается, тебя несложно развлечь, – поддразнил он.

– Со мной не так уж и просто, – притворно надулась Алекс, однако оставила всякую обиду, когда подошла ее очередь играть.

А потом она снова нетерпеливо пританцовывала рядом с ним.

По правде говоря, выигрыш мало трогал Вьятта. Он добивался куда более примечательных успехов. Много лет провел, пытаясь доказать, что он тоже способен достичь цели, сорвать все навешанные ярлыки, стереть следы прошлого. Но сейчас, рядом с этой женщиной, такой открытой, жизнерадостной, Вьятт чувствовал себя так, словно выиграл гонку, потому что был уверен: даже если шарик упадет, Алекс все равно улыбнется.

Именно это он и сделал в следующий раз. Нарочно. Вьятт посмотрел на девушку. Та, подозрительно прищурившись, изучала его взглядом.

– Ты сделал это специально.

– Возможно.

– Ох, – внезапно погрустнела она. – Ты, должно быть, устал развлекать меня. Я забыла, что пинбол не всем по вкусу. Какая я невоспитанная, даже не заметила, что тебе совсем не весело…

Вьятт взял ее за руку:

– Алекс, честно говоря, я никогда еще так не веселился. Просто… похоже, спасти шарик было не суждено.

Если потребуется лгать, чтобы вернуть эту жизнерадостную улыбку, он не против.

Это сработало. Алекс улыбнулась, а потом погладила его по щеке, от чего по всему телу прокатилась жаркая волна.

– Сохранить шарик было бы нелегко даже профессионалу, – произнесла она.

Очевидно, Алекс тоже была не против небольшой лжи во спасение.

Однако вскоре наступила пора возвращаться в реальность – и в отель. Вьятт настоял на том, чтобы снова проводить девушку до двери. Однако, когда девушка открыла дверь, Вьятт снова был неприятно поражен тем, насколько эта комната ей не подходила.

– Что? – спросила она, заметив, что босс нахмурился.

– Она вообще не кажется твоей. На том столе внизу…

– Настоящий бардак? – рассмеялась Алекс.

– Да, но я хотел сказать, что там много интересного.

– Просто нелепые сувениры из Лас-Вегаса. Маленькая копия «Эйфелевой башни», снежный глобус с моделью «Маккендрикса» (подарок одного из клиентов) и фотография с нашей первой обзорной экскурсии.

Интересно, что находилось бы в этой комнате, если бы Алекс по-настоящему жила здесь?

– Ты скучаешь по Сан-Диего? – неожиданно спросил Вьятт.

Девушка задумалась:

– Мне не хватает своих друзей, и, уверена, тоска по дому свойственна всем. Учитывая свое прошлое, думаю, я больше привязываюсь непосредственно к своему жилью, чем большинство. Но Лас-Вегас – потрясающий город, красивый, живой, подкупающий…

Вьятт вспомнил о том, что в детстве у Алекс не было настоящего дома. А отель не мог стать таковым.

В любом случае он знал, что никогда не скажет этой девушке о том, как трудно будет отпустить ее. Как можно так поступить, когда Алекс не раз говорила ему обо всех тех людях, притворявшихся, будто хотят быть с ней, а потом уходивших прочь?

Алекс взглянула на него:

– Честно говоря, все это было очень волнительным.

«Было», – сказала она. Конечно, Алекс соскучилась по дому.

– А в твоей комнате есть какие-нибудь необычные вещи? – неожиданно поинтересовалась она. – Сувениры или фотографии?

– Я мало времени провожу там.

Она моргнула:

– Даже когда… Я имею в виду, ты ведь там ночуешь?

Вьятт прекрасно понял, что на самом деле интересовало Алекс: куда он приводит своих женщин?

– Я никого не привожу в свою комнату. Пойдут слухи…

– А то и еще хуже: начнут делать ставки, женишься ты или разобьешь еще одно сердце.

– Я знаю об этих пари. И не одобряю их.

– Никто не имеет в виду ничего плохого. Подчиненные искренне восхищаются тобой. Конечно, им интересно, чем ты занят.

– Я знаю. Но кто-нибудь может пострадать.

– Ты сейчас говоришь обо мне? Честно, я не придаю значения этим глупым спорам. Вряд ли нам суждено удовлетворить всеобщее любопытство, ведь мы… ничего не делаем.

В этом и дело. Они говорили о женщинах, с которыми он спал, и при этом Вьятт думал только о том, чтобы заняться любовью с Алекс.

Он заключил ее в объятия. Она охотно прильнула к нему.

– Не позволяй мне сделать какую-нибудь глупость, которая потом причинит тебе боль.

– Не позволю. В конце концов, мы не обещаем друг другу любви до гроба. А теперь заткнись и поцелуй меня. Пожалуйста. Я очень хочу этого.

Вьятт охотно исполнил эту просьбу. Его руки скользнули по ее талии, небрежно прошлись по изгибам ягодиц и забрались под застежку юбки сверху.

– Не останавливайся, Вьятт, – попросила она, расстегивая пуговицу его рубашки и поглаживая плечи и грудь.

У него подогнулись колени, и Вьятт развернулся, опираясь плечом на стену и прижимая Алекс к сердцу. Однако после следующего поцелуя он вспомнил, что они стоят на виду. Его репутации это ничем не грозило. Но Алекс…

– Открой глаза, – прошептал он, лаская губами ее шею. Уронив еще один поцелуй на нежные губы и в последний раз вдохнув нежный аромат жасмина, мужчина неохотно отстранился.

– Вьятт? – произнесла она, распахнув глаза. Где-то неподалеку раздался звонок лифта. Алекс застонала. – О боже, я что, правда просила тебя не останавливаться?!

– Не надо выглядеть такой виноватой, ты просто воскресила мое эго.

Она покачала головой и улыбнулась:

– Можно подумать, ему была нужна моя поддержка. Если бы кто-то узнал, чем мы здесь занимаемся, тут же выстроилась бы длинная шеренга женщин, желающих оттеснить меня в сторону и встать на мое место.

– То же самое я могу сказать и о тебе.

– Что мужчины бы выстраивались в очередь, мечтая о поцелуе? Вьятт, не глупи. Нет, ну, конечно, один-два, может, и соблазнились бы, но…

– Алекс. – Вьятт быстро притянул ее к себе и крепко, страстно поцеловал в губы. – Говорю тебе, сюда сбежится несколько сотен. Ты что, опять считаешь до десяти?

– Нет, собираюсь поцеловать тебя. – С этими словами Алекс встала на цыпочки и чмокнула его в губы. – Что ж, тогда я ухожу, пока не наделала глупостей, о которых мы оба пожалеем. Например, затащу тебя в свою комнату и запру дверь. – С этими словами Алекс ретировалась. Однако до того, как закрыть дверь, она выглянула в щелочку. – Вьятт?

Он молча ждал продолжения.

– Я действительно считала. Не помогло.

Она закрыла дверь и оставила его стоять в коридоре, сгорая от желания.

Вьятт понял, что сегодня не сможет заснуть. В любом случае сначала нужно сделать кое-что важное.

Глава 14

Закончив работу, Алекс вернулась в свою комнату и обнаружила на столе коробку. Записка от горничной гласила: «Мистер Маккендрик сказал, это прибыло для вас сегодня». Очень странно.

Открыв посылку, она с любопытством заглянула внутрь. Внутри оказалась хрупкая жемчужно-белая керамическая модель Калифорнийской башни в Бальбоа-Парк и великолепное полотно, на котором был запечатлен Бэй-Бридж Сан-Диего. Под ними обнаружились две подушки, желтая и белая, с надписью «Путь в Сан-Диего» и набор фотографий, сделанных во время круиза с Джейн, Молли и Сириной по гавани. Помимо этого, в коробке лежали несколько дисков, хорошенькая коробочка с ее любимыми мятными леденцами и голубая корзинка с ароматными лепестками цитрусовых, похожая на ту, что стояла у Алекс дома.

Она вдохнула замечательный, чуть терпкий аромат и снова заглянула в коробку. Никакого письма или записки. Но эти фотографии…

Алекс нахмурилась и немедленно написала друзьям:

«Срочное видеосовещание сегодня в 8.30. Нужно поговорить со всеми вами. До скорого».

Ожидая начала «совещания», Алекс пыталась не думать о возможном источнике, свалившегося на нее, богатства. Это не может быть просто совпадением – Вьятт вчера два раза упомянул о скупом убранстве ее номера, а наутро она получает настоящий сундучок с сокровищами.

В восемь тридцать на экране телефона появились ее три подруги. Молли выглядела обеспокоенной:

– Что-то случилось?

Алекс стало немного стыдно.

– Нет, ничего страшного не стряслось. По крайней мере, ни пожара, ни наводнения. Скажите, каким образом у меня оказались фотографии с нашего круиза? Они лежали в коробке, которую горничная оставила в моей комнате. Такие есть только у вас…

Джейн вздохнула:

– Мы должны были рассказать тебе о звонке Вьятта, но он очень просил не делать этого.

– Вы разговаривали с Вьяттом?!

– Только Джейн, – отозвалась Сирина. – Его очень обеспокоило, что у тебя нет никаких личных вещей из дома.

– Он хотел, чтобы мы сказали, что тебе нравится. Чем ты украшаешь дом, – добавила Молли.

– Поэтому мы как следует посовещались, дали парочку советов и… Все в порядке? – спросила Джейн. – Почему он забеспокоился только сейчас, хотя ты уже проработала там несколько недель?

«Не говори, что он был в твоей комнате», – тут же встрял внутренний голос. Алекс вздохнула. Это ее лучшие друзья.

– Раньше он не был в моей комнате.

– А теперь оказался там, – подытожила Сирина. – Алекс, о чем ты умалчиваешь?

«Что я схожу с ума».

– Вьятт – прекрасный человек, внимательный босс, и – так и быть – его поцелуи превосходят мои ожидания. Но нет причин беспокоиться. Очень скоро я уже буду дома. У меня хватит денег, чтобы открыть свой магазин и реализовать давнюю мечту. Агент говорит, что у нее уже появился подходящий вариант.

– Ну… ладно, – протянула Джейн, – но почему-то это меня не убеждает.

Ой-ой! Надо попробовать еще раз. Но Алекс взглянула на содержимое коробки и ощутила, как на глаза наворачиваются слезы.

– Простите, но я должна была сказать вам, как люблю все эти вещи.

– Мы ничего не видели. Расскажи, что оказалось в коробке! – взмолилась Молли.

Алекс перечислила содержимое.

– Но фотографии-то вы прислали?

– Джейн.

– В любом случае я очень рада. А как у вас дела?

Повисло настороженное молчание.

– У меня неплохо, – отозвалась Джейн.

– Все в полном порядке, – добавила Молли.

– Потихоньку продвигаются, – произнесла Сирина.

Почему-то все это прозвучало ничуть не более убедительно, чем тирада Алекс. Интересно, не тянутся ли все проблемы к одному-единственному путешествию в Лас-Вегас?

Правда, какое это теперь имело значение? Открыв коробку, нельзя притвориться, будто ты не знаешь, что внутри.

Алекс посмотрела на, разложенное на полу, содержимое посылки от Вьятта, и сердце охватила пронзительная боль. Она поняла, почему ничего не приносила в эту комнату. Боялась почувствовать себя здесь как дома и начать представлять, что ее место здесь – рядом с Вьяттом.

Алекс должна была сохранить свое сердце, чтобы не ранить его. Однако ночью в ее сны вновь и вновь вторгались воспоминания о сильных, теплых мужских руках на ее талии. А утром она проснулась, судорожно обнимая желтую подушку, промокшую от слез.

Разозлившись на себя, Алекс как можно быстрее спустилась вниз и направилась к столу. Там она вычеркнула еще несколько дней из календаря. Она немного перестаралась и убрала пару лишних, но какое это имело значение?

Как она переживет оставшиеся несколько недель?

Вьятт только что получил весть о том, что их отель ожидает последний наплыв членов жюри и рецензентов, которые на этой неделе заполнят отель до отказа.

Они будут бегать повсюду едва ли не с лупами в руках. Он был готов.

Благодаря служащим отеля – и особенно Алекс – «Маккендрикс» был тоже готов к испытанию. Бальная зала, несколько раз переименованная и временно известная как «Ля Данс», была отремонтирована, и теперь каждую неделю там проводились обещанные новым администратором танцы. Появились занятия по самозащите. Алекс организовала еще и комплексные обеды, в ходе которых клиенты успевали попробовать блюда нескольких ресторанов отеля. Но, разумеется, в любую минуту что-нибудь могло пойти не так.

Ничего, он постарается, чтобы все прошло как нужно. Это пик его карьеры, и Вьятт был решительно настроен победить – не только конкурентов, но и свое прошлое.

Однако эти размышления были прерваны телефонным звонком.

– Вьятт? – раздался в трубке голос Алекс.

Она была как-то… не похожа на себя.

– Уже иду, – произнес он, повесил трубку и поспешил к ее столу.

Оказавшись там, он увидел, как Алекс качает головой.

– Я не о том хотела попросить… – Она опустила взгляд на телефон. Один из огоньков по-прежнему мерцал. – Понимаешь, звонила мой агент, а я не знала, что ей сказать.

У него екнуло сердце.

– Плохие новости?

Алекс не улыбнулась, но покачала головой:

– Наоборот. Она нашла подходящее место.

Какая-то смутная надежда разлетелась вдребезги, поранив душу. Алекс уезжает, а он совершенно не готов к этому.

– Но мне необходимо взглянуть на него прямо сейчас. Цена довольно низкая, поэтому в любой момент это здание могут выхватить у меня из-под носа.

– Что ж, поезжай.

– Я не хочу оставлять свою работу.

– Алекс, я знаю, как сложно бывает заключить хорошую сделку с недвижимостью. Я раньше играл в эти игры и по большей части побеждал, однако были и неудачи. Когда это так много значит, человек должен, не раздумывая, отправляться на место. И если агент прав, а документы и все остальное в порядке, нужно оформлять сделку как можно быстрее.

Большие голубые глаза девушки удивленно расширились, и она сделала глубокий вдох:

– Ладно. Я так и поступлю. Просто не ожидала, что это случится так скоро… Признаюсь, я несколько выбита из колеи. Я, конечно, представляю, какие вопросы нужно задавать… Но ты не мог бы – просто на случай, если я что-нибудь забуду, – записать самые важные вещи, которые нужно узнать?

Вьятту очень захотелось обнять ее. Все, о чем она мечтала, – это дом. Когда-нибудь он у нее будет. Обязательно. Если до сих пор Алекс попадались только неудачники и эгоисты – это еще не значит, что она никогда не встретит подходящего мужчину.

Но до этого дня домом станет этот магазин. Он будет ее убежищем, местом, в которое она вложит сердце и душу. И Вьятт очень хотел, чтобы выбранное место было идеальным. А это означало…

Вьятт прекрасно разбирался в вопросах недвижимости. Агенты, разумеется, совершенно необходимы, а их помощь – бесценна, однако управление собственным бизнесом – задача не из легких. Успех или неудача зачастую определялись расположением и обустройством.

Если Алекс не повезет, ее магазин превратится в один из тысяч, которые закрываются каждый год.

– Вообще-то переговоры с агентом по недвижимости – моя специальность. Я хотел бы поехать с тобой, – произнес он.

А если, пока его нет, нагрянут рецензенты? Вьятт тщательно готовился к встрече с членами жюри, желая получить эту награду, а вместе с ней и осознание собственного успеха, но…

Алекс. Девушка, которая провела всю жизнь, вновь и вновь поднимаясь с колен. Украденная любовь. Растоптанная гордость. Разбитое сердце. Она боролась из последних сил, чтобы вновь обрести себя, и этот магазин должен был стать ее спасением.

– Ты разрешишь мне сопровождать тебя?

Если прибудут рецензенты… Что ж, это Вегас. Иногда здесь нужно ставить на темную лошадку. Есть шансы, что сегодня они еще не доберутся до «Маккендрикса». Это и хорошо, потому что рассказывать Рэнди о возможном наплыве членов жюри было нельзя. Кто-то проболтается Алекс, а она настоит на том, чтобы разобраться с магазином самой. Без поддержки.

– Алекс?

Отель подождет. Он знал, что не сможет пожертвовать шансами Алекс на успех для того, чтобы выиграть состязание. Как бы ни были важны для него «Маккендрикс» и награда, Алекс все равно на первом месте. Вьятт не позволял себе даже подумать о том, что это могло означать.

Будь он проклят, если Алекс потерпит поражение.

– Ты уверен?

Надежда, появившаяся в голубых глазах, окончательно укрепила Вьятта в своей правоте.

– Абсолютно.

– Я была бы счастлива, если бы ты поехал со мной! – воскликнула Алекс.

Вьятта охватил жар – и нелепая, невозможная надежда.

«Алекс стоит большего, чем «Маккендрикс», – снова подумал он. И это была правда.

– Тогда пусть так и будет, – произнес он и взял ее за руку… вполне возможно, в последний раз.

Алекс взглянула на Вьятта. Они оказались в довольно милом, но не самом дорогом районе Сан-Диего.

– Ну, что скажешь? – спросила она.

На самом же деле ей хотелось узнать другое: «Как ты считаешь, какой будет моя жизнь, когда я буду проводить здесь все время – без тебя?»

Этот магазин уже несколько лет был средоточием всех ее устремлений, Алекс должна была прыгать от радости. А вместо этого она думала только о Вьятте.

– Мне бы хотелось получить сведения обо всех частных предприятиях в этом районе и о том, что с ними происходило на протяжении последних двух лет, – говорил он между тем ее агенту. – К этому приложите информацию о местном сообществе. Скажем, о случаях грабежей и любой криминальной активности в районе.

Алекс моргнула:

– Криминальной активности?

– Она есть в любом районе. Лучше заранее знать об этом – как для более успешного ведения дел, так и для выбора страховки. К тому же… я хочу, чтобы ты была в безопасности.

– Я должна была догадаться, что нужно задать подобный вопрос.

– И ты бы это сделала. Алекс, ты знаешь, чего хочешь. Однако, если сделка касается тебя лично и вовлечены чувства или надежды, не повредит прихватить с собой… друга.

У Алекс закружилась голова. Она и впрямь собиралась задать большинство из этих вопросов, но прямо сейчас все это казалось ей до странности неважным. Эту сделку полностью затмевали чувства к Вьятту, осознание того, что их время и впрямь подходит к концу. К тому же он только что назвал ее своим другом… Сердце Алекс бешено забилось. Она снова это сделала. Влюбилась в мужчину, которому пыталась помочь. Даже если впервые за все это время он отвечал тем же, результат не изменится…

Нет. Гораздо хуже. Те чувства, которые она питала по отношению к Вьятту, оказались куда острее и насыщеннее, и… Нет, стоп. Вьятт мигом вычислит, что с ней происходит, и будет беспокоиться. Поэтому Алекс незаметно сделала глубокий вдох и постаралась успокоиться.

– Так вот, вернемся к службе охраны… – начала, было, она, но в этот момент зазвонил телефон агента.

Женщина нажала на кнопку и тут же удивленно произнесла:

– Это вас.

Она обращалась к Вьятту. Алекс вспомнила, что он выключил свой телефон, как только они вошли в офис. Мужчина нахмурился, но взял трубку.

– Маккендрик, – отрывисто бросил он.

Голос на другом конце оказался достаточно громким, чтобы Алекс его узнала. Рэнди. Он явно был чем-то расстроен.

Вьятт нахмурился. Он сделал глубокий вдох и взъерошил пальцами волосы.

– Нет, быстро не получится. Нам еще нужно кое-что закончить. Нет, она занята. Держите оборону.

Прежде чем Алекс успела вставить хоть слово, Вьятт вернул телефон агенту. Он не улыбнулся, но Алекс прекрасно поняла, что он собирался продолжить обсуждение, как ни в чем не бывало.

– Постой. Чего хотел Рэнди? Полагаю, это я занята?

Вьятт покачал головой:

– Просто появились рецензенты, и он слегка занервничал.

Алекс моргнула:

– Подожди. Вьятт, начался тот самый последний этап?!

– Возможно.

– Они захотят познакомиться с тобой. Таковы правила!

– Но этого, увы, не произойдет. Кстати, эта милая дама совершенно права. Сделку нужно заключить как можно скорее.

Сжав губы, Вьятт отвернулся.

Алекс не могла поверить собственным ушам.

– Вьятт, что происходит? Неужели ты не хочешь победить? Этот отель значит для тебя все!

– А этот магазин значит то же самое для тебя. Я работал над своей мечтой много лет. Теперь твой черед получать желаемое. Я хочу убедиться, что это на самом деле произойдет и ты потом ни о чем не пожалеешь.

Алекс знала, что Вьятт ошибается. Она будет жалеть, что бы ни случилось потом с этим магазином. Ей никогда не заполучить Вьятта.

– Ты же жертвуешь собой.

– Я делаю то, что правильно.

– И я тоже.

С этими словами девушка вытащила телефон из сумочки.

– Что ты делаешь?

– Помогаю тебе.

– Только не в этот раз. Теперь твоя очередь побеждать.

Сердце сжалось от острой боли, в горле стоял комок, а на глаза наворачивались отчаянные слезы. Алекс боялась, что на сей раз не сумеет сдержать их. Все годы, потраченные на исправление чужих ошибок, не смогли подготовить ее к этому моменту.

Алекс пыталась найти слова, способные вернуть Вьятту разум. Она молилась, думала, проклинала упрямых мужчин, которые не знают, что для них лучше всего. Наконец она прибегла к последнему средству.

– Вьятт, как, по-твоему, я буду себя чувствовать, если ты не получишь эту награду? – спросила она. – Я тоже изо всех сил стремилась к победе. Отдала твоему отелю все свои силы, вложила в работу душу. Я бодрствовала ночи напролет, пытаясь прийти к новым идеям, которые дадут «Маккендриксу» еще больше шансов. Если теперь отель проиграет, потеря будет не только твоей, но и моей тоже. Мне нужно, чтобы ты победил! – Черт побери, иначе Вьятт не сможет навсегда оставить позади воспоминания о мерзавцах, лишивших его детства. И только потому, что она, Алекс, сказала, что потеряет этот чертов магазин, если не успеет сегодня заключить сделку! – Вьятт, это, конечно, милое местечко, но ведь Сан-Диего – огромный город, полный возможностей. Недвижимость все время выставляется на продажу. – Алекс понятия не имела, правду ли говорит сейчас. Она надеялась только на то, что они успеют вернуться вовремя. – Будут и другие магазины. Еще лучше!

Она предостерегающе подняла руку, чтобы агент не вмешалась.

Вьятт поколебался.

Неужели он сейчас упрется, как осел, и будет настаивать на своем?

Его губы сжались.

Алекс окончательно запаниковала.

– Вьятт, прошу тебя, – взмолилась она шепотом.

Его зеленые глаза полыхнули опасным огнем.

– Хорошо. Мы попытаемся успеть. Ты права, будут варианты и получше. И я намерен убедиться в том, что в конечном итоге ты получишь лучший магазин в городе. Но, Алекс, я бы не советовал тебе сейчас надеяться на то, что мы вернемся вовремя. Видишь ли, рецензенты уже в отеле, а мы еще не в Лас-Вегасе.

– Но по воздуху путь не так уж долог, верно? У тебя есть собственный самолет, и я вижу аэропорт отсюда. Тебе нужно только найти подходящего человека, который возьмет на себя руководство, – произнесла Алекс. – Рэнди мне нравится, но он слишком трепетно относится к отелю и не сможет трезво мыслить в такой ситуации. А тебе нужны люди, привыкшие работать с важными гостями. Здесь нужны друзья, Вьятт.

Он снова одарил ее мятежным взглядом, который девушка знала так хорошо и так сильно любила.

– Ты прекрасно знаешь, что я не из таких людей.

– Из таких. Просто не хочешь это признать. Посмотри, что ты сделал ради меня. Ты всего лишь сказал, что ты – мой друг и хочешь помочь мне. Значит, я тоже твой друг. - Хотя мысль о том, что мужчина, которого она любит всем сердцем, останется для нее только другом, причиняла невыносимую боль. – И есть… В конце концов, есть Катрина. Ведь она точно твой друг. Вспомни, Катрина уже один раз предупредила тебя о визите рецензентов. Наверняка она сможет ненадолго отлучиться. Те две дамы, на которых я наткнулась в первый же день, Джоанн и Мередит, все время возвращаются, в том числе из-за тебя. И я знаю, что ты получал письма по электронной почте от матери того мальчика, которого спас от грубияна.

– Алекс, ты нарываешься.

– Вспомни Беверли из ателье. Она обожает тебя. Если бы эта женщина знала, что тебе нужна помощь, она бы оказала ее, не задумываясь. И Гарольд тоже.

– Это мои партнеры.

– Которые искренне симпатизируют тебе. Уважают тебя. И если ты позволишь, они станут твоими друзьями. Возможно, я не так много понимаю в недвижимости, но зато разбираюсь в дружбе. Вьятт, можно потянуть время. Если поспешишь, Катрина придет на выручку и очарует этих ребят. Она их накормит, Рэнди предоставит им все возможные привилегии, я дам необходимые инструкции Дженне. Она может быть совершенно очаровательной. Вьятт! – взмолилась Алекс. – Просто попытайся! Подумай обо всех своих подчиненных, которые столько сделали ради этой награды. Этот отель для них значит не меньше, чем для тебя.

Еще один подлый удар по больному месту. Но девушка почему-то совершенно не чувствовала себя виноватой.

– Ты просто хитрая лисица, – наконец произнес он.

Его руки, всегда сильные, уверенные и умелые, мелко дрожали, когда Вьятт набирал номер. Алекс еще никогда не любила его так сильно. И никогда до такой степени не гордилась им.

Голос Вьятта звучал глухо, когда он впервые просил других об одолжении.

– Мы свяжемся с вами, – пообещал он, ошеломленной женщине-агенту.

А потом взял Алекс за руку и улыбнулся ей.

Ее сердце подскочило в груди и бешено заколотилось.

Глава 15

Когда они входили в «Маккендрикс», Вьятт не знал, чего ожидать. Звонки, которые Алекс уговорила его сделать, заставили мужчину чувствовать себя очень некомфортно. Он привык давать поручения своим служащим или предлагать условия сотрудничества возможным партнерам. Но просить о личном одолжении? Вьятт едва сумел выдавить нужные слова. Только Алекс, которая едва не плакала, стоя рядом с ним, и ее меткое напоминание о том, что другие служащие изо всех сил работали ради этой награды, заставили его попросить.

Поэтому, когда они, наконец, прошли в холл отеля, наполненный светом, музыкой и добродушным смехом, Вьятт замер.

В некотором смысле все было как обычно. Рэнди дежурил на привычном месте, общаясь с посетителями с присущими ему терпением и профессионализмом. Все остальные тоже оказались на своих постах.

Однако на одном из угловых диванов сидела Катрина, развлекая беседой хорошо одетого крепенького лысеющего мужчину.

Сет предлагал бесплатные напитки Беверли и Гарольду. Те были погружены в беседу с элегантной женщиной.

К немалому удивлению Вьятта, застенчивая, немного нервная Дженна сидела за огромным роялем, который редко открывали. Рядом с ней на скамейке расположился Денни, а его мама, держа ребенка на руках, пела сильным, чистым голосом. Джоанн и Мередит исполняли второстепенные партии. Другие служащие выполняли свои повседневные задачи – наполняли бокалы и кувшины с водой, отвечали на вопросы гостей – спокойно и уверенно. Словно в помещении сейчас не сидели двое рецензентов, которые ловили каждое слово, подмечали каждое движение.

К удивлению Вьятта, за столом консьержа оказалась Белинда, а не Луиза. Женщина широко улыбнулась и помахала им рукой.

– Алекс? – недоуменно произнес Вьятт.

– Да. Это я ей позвонила. Луизе нужно было срочно уходить домой. Я подумала – возможно, Белинда сможет заменить ее.

Сердце Вьятта сжалось. Если его предыдущий администратор и впрямь собирается так быстро вернуться на работу, значит, Алекс скоро уедет. Но мужчина не мог позволить ей прочесть его чувства. Она была причиной всех чудес, происходивших сейчас в этой комнате. Будь он проклят, если теперь разочарует ее.

– Ну что, шоу начинается, дорогая моя, – произнес Вьятт.

Девушка быстро взглянула на него, но потом привычно улыбнулась и направилась вместе с ним к рецензентам. К огромному удивлению Вьятта, полный невысокий мужчина тут же двинулся навстречу с широкой улыбкой на лице:

– Ну, ей все удалось?

Вьятт непонимающе моргнул.

– Я про магазин, дружище. Катрина рассказала, что вы проявляете небывалую заботу о своих служащих и поэтому решили помочь своей юной администраторше заключить довольно важную сделку. Так она получила свой магазин?

– Да, и он просто идеален, – быстро соврала Алекс. – Я бы никогда не достигла этого без помощи Вьятта.

– Должна сказать, мистер Маккендрик, – вставила элегантная немолодая леди, также поднявшись, – что вы сумели построить замечательные отношения в коллективе. Все эти люди пришли только для того, чтобы убедиться, что в отеле дела обстоят лучшим образом, пока вы помогаете своей подчиненной… Честно говоря, это просто удивительно. Особенно если учесть, что многие оторвались от собственных дел. А ваши служащие чрезвычайно горды своей работой. Это необычно. Вы ведь не пытаетесь ввести нас в заблуждение?

– Мистер Маккендрик никогда не прибегает к подобным методам. Он вдохновляет нас всех своим личным примером, – неожиданно произнесла Дженна, а затем ойкнула и зажала себе рот рукой, залившись румянцем.

Женщина рассмеялась.

– Не могу сказать, что ваше замечание сыграет против него, – пообещала она.

Мужчина попросил Вьятта предоставить им шанс посмотреть отель в его сопровождении, а заодно задать некоторые вопросы.

Его служащие и – да, друзья! – совершили настоящее чудо.

Весьма довольные рецензенты переходили вместе с ним из комнаты в комнату. Через некоторое время, после менее дружелюбной беседы, протекавшей в сугубо деловом тоне, они вернулись в холл. К удивлению Вьятта, собравшиеся там и не подумали расходиться, притворившись, что заняты своими делами.

Лысеющий человечек, Боб Зейн, улыбнулся и произнес:

– Я вижу, они действительно преданы своему делу.

– Интересно, чем нас удивят ваши соперники, – произнесла Арлин Роджерс, протянув Вьятту руку на прощание.

После рукопожатия владелец «Маккендрикса» произнес:

– Уверен, вы найдете там много интересного. Марк Уиттингтон – превосходный бизнесмен с творческим подходом, и «Шампань» производит весьма сильное впечатление.

– Он тоже вдохновляет служащих личным примером? – спросила Арлин.

– Понятия не имею. Я знаю только, что у меня работают лучшие люди в этом городе, моим деловым партнерам нет равных, а более верных друзей в Лас-Вегасе не найти. Благодарю вас всех, – произнес Вьятт, обращаясь ко всем присутствующим.

– Было весьма приятно познакомиться с вами, мистер Маккендрик, – произнес Боб Зейн, и женщина кивнула.

Когда рецензенты наконец ушли, Алекс наклонилась к Вьятту и шепнула:

– Думаю, было бы неплохо сказать пару слов Катрине и всем остальным.

– Да, благодаря тебе, им всем пришлось бросать дела и мчаться сюда.

– Благодаря тебе. Ты позвал на помощь своих друзей. Они не покинули тебя в беде. Это означает, что, похоже, ты в любом случае останешься в выигрыше, – произнесла Алекс и отошла в сторону, чтобы пообщаться с Белиндой.

Вьятт смотрел ей вслед. Это был миг его торжества. И в целом нечто подобное он и испытывал. Однако в одном Алекс ошибалась. Он потеряет ее, значит, проигрыш неизбежен. Было бы нечестно просить эту чудесную девушку остаться. Тогда он станет просто одним из тех эгоистов, укравших ее мечты.

Вьятт повернулся к своим друзьям, которые в его жизни появились впервые. И о существовании которых, он бы еще долгое время не подозревал, если бы не Алекс.

* * *

Это был очень, очень длинный день. Алекс наблюдала за Вьяттом, провожавшим Беверли, последнюю из посетителей, к двери. Он сегодня выглядел увереннее и сильнее, но почему-то отнюдь не счастливее.

В сердце снова вгрызлась боль. Она любит его и проведет остаток своих дней, гадая, чем он занят. Счастлив ли? Потому что, появится у нее магазин или нет, вскоре придется покинуть Вьятта.

Нужно было как можно быстрее начать забывать его, снова залечивать свое несчастное сердце. Но почему Вьятт не выглядит счастливым после того, как кризисная ситуация так благополучно разрешилась? Почему-то ей казалось, что она уже знает ответ.

– Надеюсь, ты не переживаешь из-за сорвавшейся сделки? – спросила Алекс. – Не считаешь себя виноватым? Потому что это не так. Я была с тобой абсолютно откровенна. Подыщем что-нибудь еще.

Вьятт улыбнулся:

– Можешь перестать читать мне нотации для поддержания духа. Я не такой уж слабенький. Конечно, я не могу радоваться тому, что хорошая возможность ускользнула. Однако я намерен исправить упущенное. Честно говоря, я тебе благодарен. Ты здорово мне помогла.

Теперь улыбка отражалась в его глазах. Убийственная по силе воздействия. Но его слова… Алекс раньше уже слышала их, видела эту благодарность в чужих глазах. В глазах мужчин, чувствовавших себя обязанными отплатить ей за помощь. Именно это происходило перед тем, как внезапно весь мир стремительно скатывался под откос и разбивался на части. Однако, если уж сердце все равно будет разбито, не лучше ли обзавестись более романтичными воспоминаниями? Терять, так терять!

– Я ни о чем не жалею, – серьезно отозвалась Алекс. – Я бы сделала все это снова. Все… и даже больше.

Улыбка исчезла. В зеленых глазах появилось привычное суровое выражение. Вьятт не произнес ни слова, только протянул ей руку. Алекс приняла ее, и они направились прочь из холла по коридору…

Слова Алекс эхом отдавались в голове у Вьятта. Его тело было охвачено жаром. Желание мешало здраво мыслить.

В конце концов, он всего лишь человек. А эта женщина удивительна, восхитительна, полна жизни…

Он неожиданно замер, повернулся к Алекс и всмотрелся в глубины голубых глаз.

– Алекс, я сейчас отведу тебя в свою комнату. Мне хочется побыть с тобой наедине. Если не хочешь, скажи сразу. Тогда я провожу тебя, и мы оба притворимся, что я не собирался заниматься с тобой любовью. Хотя я умираю от желания. Ты вернешься в Сан-Диего целой и невредимой, и…

– Нет, я не хочу возвращаться целой и невредимой, – произнесла девушка, поднимаясь на цыпочках и целуя Вьятта. – В моем календаре почти не осталось незачеркнутых дней, а я не собираюсь возвращаться домой без сувенира. Мне надоело притворяться, будто я не хочу этого. И считать тоже. Давай оторвемся по полной.

Алекс снова поцеловала его, и, когда лифт остановился на нужном этаже, Вьятт на руках донес Алекс до своей комнаты и положил на постель. И сам упал рядом с ней.

Наконец-то. Наконец-то он будет обладать ею. Возможно, тогда удастся перестать о ней думать.

Вьятт целовал ее. Столько, сколько хотел. Он не спеша расстегнул пуговички на хорошеньком красном платье и не мог не заметить, какой прелестный контраст представляет собой алое белье на молочно-белой коже. Вьятт смотрел на нее. Столько, сколько хотел.

А потом снова приник к ее губам.

Алекс чуть слышно вздохнула и ответила на поцелуй.

Он ласкал губами ее щеки, подбородок, нежный изгиб шеи.

Алекс охнула и, схватившись за лацканы его пиджака, стянула его с Вьятта одним быстрым движением.

Шершавые теплые ладони скользили по мягким, плавным, женственным изгибам.

Алекс неловко расстегивала пуговицы его рубашки, и в конце концов Вьятт просто стащил ее через голову. Он разделся и опустился на постель. Тогда Алекс поднялась на колени и принялась освобождаться от платья.

– Я хочу увидеть тебя целиком, – хрипло произнес он, избавляя Алекс от оставшихся незначительных деталей одежды и опуская ее на кровать. Она была мягкой, теплой, нежной и пахла жасмином. Как он и думал.

Новый поцелуй.

– Когда это закончится, я не хочу, чтобы ты жалел, – прерывисто дыша, произнесла Алекс.

Вьятт улыбнулся и вдохнул пьянящий аромат ее кожи.

– Это должны были быть мои слова.

– На сей раз их говорю я.

– И ты серьезно думаешь, что я могу пожалеть об этом? – спросил Вьятт и снова припал к ее губам.

Он пил ее стоны и вздохи, лаская податливое, чуткое тело.

Когда Алекс была готова, он навис над ней. Девушка подняла на него взгляд, ожидая продолжения.

Выражение ее лица… Вьятт не понимал, что оно означает.

– Ты сожалеешь, Алекс? Передумала?

Она медленно покачала головой и улыбнулась.

– Я наслаждаюсь, – хрипловато ответила она. – Предвкушаю.

Алекс придвинулась ближе к Вьятту. Их тела соприкоснулись.

– Алекс, – отрывисто бросил он.

– Вьятт? – неуверенно произнесла она. – Ты что, сам передумал?

– Я считаю, – со стоном отозвался мужчина. – Пытаюсь не спешить.

Алекс ласково провела руками по его телу и крепко обняла.

– Не пытайся не спешить. Не считай. Люби меня. Сейчас. Давай просто оторвемся.

Так он и сделал. Ничего подобного Вьятт еще никогда не испытывал.

Он проснулся в середине ночи. Алекс не было.

На прикроватном столике обнаружилась записка:

«Я не хочу, чтобы тебя потом обвиняли в совращении служащих. Спасибо за эту ночь. И за то, что нанял меня. Ты приблизил все мои мечты».

Вьятт моргнул и одной рукой взъерошил волосы. Потом тихо выругался. Вежливая короткая записка. Что это должно было значить?

Он знал ответ. Чертовски хорошо знал, что наконец заполучил Алекс – и потерял ее. Чего с самого начала и ожидал.

В прошлом, оказываясь в постели с другой женщиной, он и сам поступал так. Честно говоря, Вьятт бы даже записки не оставил, потому что с самого начала было ясно, что заниматься любовью никто не собирается. Только сексом.

Но эта женщина всегда заботилась о чувствах других людей. Сегодня она помогла ему увидеть, что не нужно быть одиночкой всю жизнь и бояться дружбы. Она занималась с ним любовью и оставила записку, чтобы Вьятт не чувствовал себя виноватым. Алекс была по натуре спасительницей, благословением.

Вьятт запоздало осознал, что Алекс – единственная, кого он сумел полюбить. А ее мечты где-то далеко, не здесь, не с ним. Что прикажете делать с этим?

«Ничего. Просто отпусти ее. Пусть мечтает и добивается своего», – мрачно велел себе Вьятт.

Он хотел сделать это. Однако с Алекс все было очень сложно и запутанно.

Он понял кое-что еще. Ни один мужчина не был еще готов рискнуть ради нее всем. Алекс шла через огонь и воду ради других, а потом оставалась одна на пепелище. Никто никогда не делал того же самого для нее.

И это было просто…

– Неприемлемо, – сказал он вслух.

Совершенно неприемлемо.

Сердце Алекс разрывалось на части. Она совершенно не жалела о том, что занималась любовью с Вьяттом. Но уйти от него после оказалось очень трудно.

А она должна была это сделать. Белинда вернулась. Еще один администратор Вьятту не нужен. Кроме того, какой смысл оставаться после всего случившегося прошлой ночью?

Она не слишком хорошая актриса. Вьятт все поймет. Или Рэнди заметит. Возможно, скажет об этом боссу. А тот начнет изводить себя. Разве ей не говорили, что Вьятт ненавидит причинять боль другим?

Поэтому Алекс сидела здесь, собрав вещи. Она умылась холодной водой, накрасилась, а потом снова разревелась, угробив макияж. Теперь, повторив всю процедуру, кроме последнего пункта, Алекс выглядела практически нормально. Она надеялась, что быстренько попрощается с бывшими коллегами и нырнет в такси. Если все получится, Вьятт никогда ничего не узнает.

Решившись, она сделала глубокий вдох в последний раз вышла из своей комнаты и направилась в холл. Выйдя из лифта, она отметила, что в отеле непривычно тихо. Лишь изредка раздавались разговоры, проходивших мимо, гостей. Однако, войдя в холл, Алекс обнаружила, что там собрались все служащие. По крайней мере, было очень на то похоже.

И Вьятт.

Он многозначительно посмотрел на собранную сумку.

– Что происходит? – спросила она.

– Ты уезжаешь.

Алекс прикусила губу:

– Ну да. Пора. Нужно ехать.

Но больше всего на свете ей сейчас хотелось броситься в его объятия.

– Знаю. Я с самого начала понимал, что это не может продлиться вечность. Хотя очень хотел бы этого.

Вьятт пристально посмотрел в красивые голубые глаза, а потом медленно опустился на одно колено – прямо посреди заполненного людьми холла.

– Вьятт? Все в порядке?

– Лучше, чем когда-либо, Алекс. И все из-за тебя.

– Значит, мы… то есть ты выиграл? – сдавленным шепотом произнесла она – голос не повиновался.

– Я выиграл, правда, не знаю, как насчет отеля… Но в этом городе, где творятся порой самые невообразимые вещи, произошло нечто замечательное. Ты вошла в фойе моего отеля, научила меня видеть новые возможности, ценить дружбу и…

Его глубокий, низкий голос неожиданно сорвался. Вьятт на мгновение опустил глаза.

Когда их взгляды вновь встретились, Алекс прочла в зеленой глубине суровую решимость.

– Ты научила меня тому, что нельзя все время прятаться в своей раковине, можно рискнуть довериться сердцу. Жизни всех присутствующих в этой комнате изменились к лучшему – только благодаря тебе. Мы, конечно, справлялись раньше, делали свою работу, кое-как плелись по жизни. А потом появилась ты и научила нас вдохновению, самоотдаче и терпению.

– Мы никогда не забудем тебя, Алекс, – неожиданно добавила Дженна, и раздался целый хор согласных голосов.

Потом они все посмотрели на Вьятта и неожиданно замолчали.

– Я никогда не забуду тебя, Алекс, – произнес он. – И я хочу, чтобы ты знала: если когда-нибудь тебе понадобится дом, он у тебя есть. Здесь. И к нему не обязательно прилагается работа.

Алекс посмотрела на него, чувствуя, что недолго сможет сдерживаться. Одинокая слезинка сбежала с ее ресниц, когда она направилась к Вьятту.

– Ты разбиваешь мне сердце.

– Но я хотел сделать совсем не это, Алекс.

Она погладила его по щеке.

– Тогда что ты хотел сделать? – прошептала она чуть слышно. – Вьятт, я не хочу, чтобы ты сказал или сделал то, о чем после можешь пожалеть.

Мужчина поймал ее руку и поднес к своим губам:

– Я бы никогда не смог пожалеть о том, что сделал с тобой или ради тебя. Я хотел сказать тебе кое-что в присутствии других людей, чтобы ты знала: я серьезен, как никогда в жизни. На свете есть один человек, который не просто благодарен за помощь. Даже если я должен сейчас отпустить тебя… Даже если я выгляжу как последний дурак, говоря женщине, которая уезжает, что люблю ее… Я все равно скажу. Я люблю тебя, Александра. Ты поселилась в моем сердце навсегда, и это чувство никогда не угаснет – где бы ты ни была.

Сердце Алекс готово было разорваться от наплыва противоречивых чувств. Она услышала щелчок фотоаппарата и обернулась.

– Не смейте это опубликовывать, я не хочу, чтобы все решили, будто Вьятт спятил.

Мужчина грустно улыбнулся:

– Я и впрямь спятил, Алекс. И твое поведение не способствует исцелению. Ты могла бы сказать в ответ хотя бы то, что будешь иногда думать обо мне.

– Вьятт… – Ее голос сорвался. Алекс бросилась в его объятия, опустившись рядом со своим боссом на колени. – Я не могла бы не думать о тебе. Каждый день, каждый час, каждую минуту. Как я могла бы забыть о тебе, кого люблю больше жизни? И ты тоже сводишь меня с ума. И ты мог бы… мог бы хотя бы попросить меня не уезжать.

Вьятт зажмурился, прижимая ее к себе.

– Не уезжай, Алекс, – прошептал он. – Пожалуйста, останься. Выходи за меня замуж.

Она с такой силой прижалась к нему, что они оба потеряли равновесие. Алекс теперь лежала на нем и покрывала лицо Вьятта поцелуями.

– Да, да и да! Я, конечно, люблю Сан-Диего, но туда можно и просто ездить. Магазин открою прямо здесь, где теперь мой дом и мое сердце.

И Алекс поцеловала Вьятта.

Еще один щелчок камеры.

– Очень надеюсь, что это не попадет в газеты, – произнесла она. – Подобное может стоить отелю награды.

– Ну, это уже не имело бы значения, если бы Вьятт продал отель, – заметил кто-то из толпы. – А он пригрозил, что так и поступит.

Алекс недоуменно нахмурилась:

– А это еще зачем?

Вьятт подумал и непринужденно устроился поудобнее, подложив одну руку под голову:

– Я решил отправиться за тобой хоть на край света. Если, конечно, ты бы не возражала против моего навязчивого присутствия.

– Я бы очень возражала, если бы ты вздумал продать отель! Во что превратится «Маккендрикс», если им не будет управлять мистер Маккендрик? Хотя при этом, должна признать, это самая романтичная вещь, которую мне когда-либо говорили. Мне понравилось.

Вьятт поцеловал ее:

– Давай поженимся прямо на этих выходных.

– Сказано человеком дела. Это мне в тебе и нравится.

– Место можешь выбрать сама.

Алекс чмокнула его в губы:

– Тогда я выбираю «Гавань».

Вьятт рассмеялся:

– Да, ты любишь браться за невыполнимые дела. Нам ни за что не закончить ремонт вовремя.

– Успеем! У нас есть друзья. У тебя есть друзья.

– Да. А у тебя теперь есть здесь семья. Настоящий дом, – произнес Вьятт. – Мы справимся.

К вольготно устроившимся на полу Алекс и Вьятту подошел Рэнди с огромной сумкой.

– Что это? – поинтересовался хозяин отеля.

– Мой выигрыш, он же ваш свадебный подарок, – отозвался молодой человек. – Увы, я обнаружил, что не могу наживаться на счастье своих друзей. Но пари я выиграл, – сообщил он Алекс, открывая сумку и подбрасывая в воздух содержимое. Денежные купюры. – Я с самого начала знал, что, если Вьятту суждено влюбиться, то это будешь ты.

– Ты оказался прав, – доверительно сообщил Вьятт. – Она похитила мое сердце в тот же миг, как я ее увидел.

Алекс улыбнулась и посмотрела на разбросанные вокруг них деньги:

– Думаю, этого хватит на хорошую вечеринку для всех друзей семьи Маккендрик, как ты думаешь, Вьятт?

– У тебя всегда появляются потрясающие идеи, любимая.

Алекс наклонилась поближе:

– А у меня есть еще одна.

– Какая?

– Поцелуй меня еще, Вьятт.

– Лучшая идея из всех, которые когда-либо приходили тебе в голову, – одобрительно заметил Вьятт. – Как это я сам не догадался?

– Думаю, рано или поздно ты бы об этом подумал.

– Наверное, ты права, – согласился мужчина, а потом он поцеловал ее.

Через два дня, на закате, Алекс стояла в начале короткого прохода часовни, ожидая встречи с Вьяттом. Их друзья сотворили настоящее чудо. Небольшое здание освещалось сотнями свечей, и их мерцающий свет отражался от стен, выкрашенных в нежный кремовый цвет. Зал украшали ослепительно-белые драпировки и алые розы.

Часовня выглядела просто потрясающе. Но самое главное, ее друзья тоже были здесь. Джейн, Молли и Сирина улыбнулись Алекс.

– Будь счастлива, – пожелала Джейн перед началом церемонии.

– Она и так счастлива, – вставила Молли. – Это видно по глазам.

– И что еще лучше, она любима, – добавила Сирина. – Это видно по его глазам.

Катрина и Беверли сидели рядом с Рэнди, который сегодня утром принес Алекс и Вьятту газету, в которой красовалось объявление о том, что «Маккендрикс» обошел «Шампань» в состязании за высшую награду. В статье отмечали потрясающий декор, доброжелательность персонала и широкий спектр развлечений, предлагаемых гостям.

– Слава богу, что здесь фото отеля, а не нас двоих, лежащих на полу в холле, – поддразнила Вьятта его невеста.

– Ну, не знаю, мне лично та фотография очень понравилась. Дженна сказала, я могу поставить ее в свой кабинет.

Алекс вскрикнула.

– Или в нашу спальню, – поспешно добавил Вьятт, подмигнув ей.

Но теперь все эти нежные поддразнивания остались позади, и Алекс, подняв голову, смотрела на Вьятта, ждущего ее у алтаря. Он был таким прекрасным – любая женщина была бы счастлива разделить с ним свою жизнь. И постель.

Вскоре она уже стояла рядом с Вьяттом у алтаря. С ее любимым. С человеком, с которым Алекс хотела провести всю жизнь.

Она обернулась к Вьятту и поднялась на цыпочки, шепча ему на ухо:

– Если ты хочешь сбежать, любовь моя, сейчас самое подходящее время.

Вьятт грозно взглянул на невесту:

– Предлагаешь мне свободу, Александра?

– Если она тебе нужна, то да, – нервно сглотнув, произнесла та.

Вьятт прижал невесту к себе:

– Все, что мне нужно, – это ты. И если я хочу сбежать, то только в твои объятия.

И он поцеловал ее нежно, страстно и крепко.

Все сомнения и страхи вылетели у Алекс из головы. Она ответила на поцелуй со всей любовью и нежностью, которые царили в ее душе. Букет алых роз упал на пол.

Раздались смешки.

– Вообще-то поцелуи обычно приберегаются для заключительной части, – ехидно пошутил кто-то.

– В этой свадьбе нет вообще ничего обычного, – громко отозвалась Алекс. – Вьятт, поцелуй-ка меня еще разок.

Он это сделал. С энтузиазмом.

– Слава богу, что тебе хватило ума выбирать одних идиотов до тех пор, пока не появился я. Было бы ужасно, если бы мне не удалось жениться на тебе, любить тебя, спать с тобой и, в конце концов, завести детишек.

– Да, это и впрямь было бы ужасно. Давай поженимся, Вьятт.

– Чем раньше, тем лучше. Я хочу быть твоим мужем всю свою жизнь и не прочь начать прямо сейчас, – произнес он, снова заключив невесту в объятия, к вящему восторгу собравшихся.

Это была совершенно нетрадиционная свадьба. Букет пришлось заново собирать, чтобы, наконец, его бросить. После церемонии начались танцы прямо в церковном проходе.

– Идеальная свадьба, – со вздохом произнесла Алекс.

– С идеальной невестой.

И, прижав девушку к сердцу, Вьятт Маккендрик унес ее от алтаря в роскошный номер в самом сердце своего отеля, в центре города, который в один безумный выходной день свел их вместе.

Content

Мирна Маккензи
Двое в тихой гавани
(Девичий уикенд в Вегасе – 1)

Аннотация

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15