Александр Железняков

Тайны ракетных катастроф. Плата за прорыв в космос

От автора

Прежде чем читатель перевернет первую страницу этой книги, несколько слов о том, почему для нее выбрана, может быть, не каждому интересная тема аварий и катастроф ракетной и космической техники.

Во-первых, я посвятил изучению этого вопроса немало лет и надеюсь, что знание причин аварийности сложных технических устройств поможет уменьшить число подобных происшествий в будущем. А коли так, то кое-какая информация, приведенная в книге, может оказаться полезной для сегодняшних разработчиков космической техники и для тех, кто будет ее создавать завтра.

Во-вторых, мне хочется лишний раз напомнить, что создание ракетной техники и покорение космоса – это путь, усыпанный не только розами. Однако не стоит сваливаться в иную крайность и представлять все исключительно в черном свете. Поэтому рядом с трагичными страницами читатель найдет в книге и примеры выдающихся достижений человеческого разума при обуздании сил природы. Хотя упор все-таки делается на аварии и катастрофы.

В-третьих, к тому, чтобы написать эту книгу, меня подтолкнул «девятый вал» информации о происшествиях советских времен, обрушившийся на нас в начале 1990-х годов. Долгие годы об этих событиях официально не сообщалось, а все, что мы узнавали, являлось «произведением устного народного творчества». Был момент, когда «негатив» затмил все то положительное, что было сделано в этой области. Но сейчас наблюдается обратная тенденция, когда вновь начали замалчивать трагические события нашей недавней истории.

В-четвертых, аварии и катастрофы космической и ракетной техники происходили не только в нашей стране, но и за рубежом. О них российскому читателю известно гораздо меньше, за исключением самых крупных, таких, как гибель космических кораблей «Челленджер» и «Колумбия», аварийный полет «Аполлона-13». А были еще и десятки других, без таких катастрофических последствий, но оказавших немалое влияние на процесс освоения космоса.

Все это и побудило меня взяться за перо. Ну а сколь успешным оказался сей опыт, судить вам, читатели.

ПрологКатастрофа, которой не было

Двенадцать тысяч лет назад на Тибете потерпел катастрофу межпланетный космический корабль, прилетевший на Землю с Сириуса. Гигантская конструкция рухнула в горах Байан-Кара-Ула. Многие члены экипажа, именовавшие себя «дропа», погибли, но многие выжили и остались доживать свой век на планете, ставшей их последним пристанищем.

Инопланетяне жутко тосковали по родине, но пути назад не было. Им не осталось ничего иного, как осваивать навыки жития во враждебном мире. Они построили жилища, научились охотиться и выращивать овощи, пригодные для пищи. Пошли в дело и обломки корабля. Но технологии пришельцев оказались малопригодны для земных условий, и их быстро забыли.

Непросто складывались отношения гостей с Сириуса и местных жителей, внешне похожих на инопланетян, но превосходивших их физически – рост дроп был не более 130 сантиметров, у них была непропорционально большая голова, хрупкое телосложение, тонкие конечности. Да и во время своих предыдущих экспедиций на Землю вели они себя по отношению к аборигенам не всегда дружелюбно. И это запомнилось. Поэтому не редкостью в первые годы были войны дроп с землянами.

Шли годы Постепенно отношения стали налаживаться. На смену конфликтам пришло сотрудничество. Дропы стали брать в жены местных жительниц, у них рождались дети Пришельцы превратились в обыкновенных землян, а об инопланетном прошлом напоминали разве что передаваемые из уст в уста рассказы о далекой родине, да каменные диски с непонятными надписями, которые некогда дропы клали в могилы своих мертвецов, да тот факт, что за тысячелетия дропы так и не выросли.

* * *

Красивая легенда. Но, как ни жаль, прилет гостей с Сириуса – это выдумка. Пусть интригующий, но все-таки лишь миф. Хотя в горах Байан-Кара-Ула до сих пор живет низкорослое племя, свято верящее в то, что они потомки жителей звезд.

В мифологии любого народа можно найти нечто подобное. Не обязательно о пришельцах, которые были прародителями. Пусть только о богах, когда-то спускавшихся на Землю, или о землянах, взлетавших в поднебесье.

Чего стоит, например, древнегреческий миф о Дедале и Икаре. И другие «преданья старины глубокой», дошедшие до наших дней от римлян и греков, индийцев и индейцев, арабов и китайцев. Да и родные русские народные сказки о Бабе-Яге с ее легендарной ступой... Чем не прообраз летательного аппарата с реактивной тягой.

Элемент тайны присутствует везде, и многие считают, что современная цивилизация далеко не первая на нашей грешной планете. А легенды и мифы – это лишь деформированная в сознании людей история человечества. Лично я придерживаюсь именно этой точки зрения на историю человечества и, даже будучи закоренелым материалистом, никогда не сбрасываю со счетов возможность появления доказательств теории множественности существовавших на нашей планете цивилизаций. Поэтому рассказ об авариях и катастрофах с земной ракетной и космической техникой мне и захотелось начать с легендарных событий в Байан-Кара-Уле.

* * *

Ну а теперь давайте перейдем к событиям вполне реальным. Но прежде хочется кратко познакомить читателей с историей появления в нашей жизни ракетной техники. Это крайне важно для последующего рассказа.

Глава 1

Из истории ракетной техники

Ученые мужи пока не могут ответить на вопрос, когда же появилось на Земле то, что ныне называется ракетой. Я излагаю здесь свою версию ракетной истории человечества, не претендуя на истину в последней инстанции. Уверен, что найдется немало людей, которые многие приведенные здесь факты истолкуют иначе, чем я.

В американском справочнике «Handbook of Astronautical Engineering» («Руководство по разработке космических систем») утверждается, что первые рисунки устройств, напоминающих внешним видом ракеты, были обнаружены в вавилонских рукописях, датируемых 3200 годом до нашей эры. Но в самих манускриптах нет ни описания ракет или устройств, с ними сходных ни даже иносказательного намека на то что они существовали.

Гораздо больше информации содержится в древнеиндийском эпосе «Махабхарата» где они называются «оружием Брахмы» или «пламенем Индры». Там их сравнивают с «огромной железной стрелой, напоминающей гигантского посланца смерти».

Вот как в эпосе описано применение «оружия Брахмы» в битве, проходившей в 3138 году до нашей эры:

«Сверкающий снаряд, обладающий сиянием огня, был выпущен Густой туман внезапно покрыл войско Все стороны горизонта погрузились во мрак Поднялись несущие зло вихри Тучи с ревом устремились в высоту неба... Казалось, даже солнце закружилось. Мир, опаленный жаром этого оружия, казалось, был в лихорадке»

Если добавить немного воображения, то нетрудно увидеть в этом отрывке картину взрыва ядерной бомбы, доставленной на поле боя баллистической ракетой. Вполне возможно, что так оно и было.

Подобное допущение очень хорошо укладывается в теорию о множественности некогда существовавших на Земле цивилизаций, о которой я уже упоминал. Можно предположить, что пять с лишним тысяч лет назад на Земле случился ядерный апокалипсис, уничтоживший высокоразвитую цивилизацию, существовавшую некогда в Азии. Тем более что в последующие три тысячелетия ни в эпосах, ни в летописях нельзя найти никаких упоминаний о чем-то, что хотя бы отдаленно напоминало ракету.

Вновь о ракетах, точнее, об их прототипах, летописи заговорили в 424 году до нашей эры. В битве при Делии горящая смесь выбрасывалась мехами из трубы, представлявшей собой полое бревно. Правда, в описании отсутствовали детали устройства. Возможно, что это было обыкновенное метательное устройство и к ракетам оно не имело никакого отношения. Но могло и иметь. Ведь уже спустя столетие в Греции был известен принцип реактивного движения. В 360 году до нашей эры его продемонстрировал Архитос Тарентийский, последователь Пифагора и создатель раздела науки, ныне известной как механика. Его глиняная птица – голубь, наполненный водой и подвешенный над огнем, – демонстрировала силу пара, вращаясь вокруг планки, на которой он был закреплен.

Не исключено, что принцип реактивного движения был использован в 212 году до нашей эры Архимедом при обороне Сиракуз. Римские историки Полибий и Плутарх в своих трудах прямо указывают, что римский флот, приблизившийся к городу, был сожжен прямо в море. Как и в битве при Делии, горящая смесь выбрасывалась мехами из полой трубки. Однако секрет оружия Архимеда был утерян, так как в следующем году римляне захватили город и вырезали все его население. Поэтому и здесь нельзя утверждать, что речь идет о ракетах или об устройствах, с ними сходных.

Перенесемся из Древней Греции в Древний Рим. Там тоже можно найти несколько эпизодов, которые с некоторыми допущениями могут быть вписаны в историю появления ракет.

В 120 году до нашей эры Герон Александрийский повторил опыт Архитоса Тарентийского по демонстрации принципа реактивного движения. Он поставил на огонь бак с водой и укрепил его так, чтобы он мог вращаться вокруг своей оси. К шару были подведены еще две коротенькие, изогнутые в разные стороны, трубки. Вода в баке кипела, пар выводился наружу через трубки-сопла. Шар вращался. Продемонстрированное Героном устройство стало впоследствии прообразом паровой машины, и в ракетной технике непосредственно не использовалось. Но это был, несомненно, очередной шаг в правильном направлении.

Римский историк Корнелий Тацит в своих «Сочинениях» пишет, что в 69 году нашей эры (дальше речь пойдет только о нашей эре, поэтому я больше не буду оговаривать это) зажигательные снаряды использовались при столкновении войск враждовавших между собой партий вителианцев и флавианцев. Однако и здесь не удается идентифицировать применявшееся оружие.

Увы, отсутствуют подробности и многих других событий древности, где можно предполагать применение ракет. Как правило, историки того времени пытались образно, а часто и витиевато описать происходившее, больше внимания обращая на свои ощущения, чем на технические детали. Поэтому и приходится выбирать лишь те факты, которые содержат хотя бы намек на интересующую нас тему. Иначе говоря, все, что не свидетельствует об обратном, будем считать фактами ракетной истории.

В пришедших из Индии манускриптах содержится упоминание о первом появлении «огненных звезд», сиречь «бенгальского огня», во время одного из религиозных праздников в 80 году. Если допустить, что в «бенгальских огнях» использовалась селитра, то это хорошо вписывается в ракетную историю. По сути дела, речь идет о самом простом ракетном топливе, которое потом будут применять в различных видах в течение девятнадцати столетий. Тем более что вскоре после «бенгальских огней» пришел черед пороха.

Уже во втором столетии китайцы применяли «огненные стрелы». Реактивный снаряд изготавливался в виде бумажной трубки, заполненной порохом с зажигательным составом в головной части, и привязывался к стреле. Стрела выпускалась с зажженной ракетой из обычного воинского лука, а ее оперение обеспечивало устойчивость в полете. Дальность полета огненных стрел составляла около 300 метров, что почти на 100 метров превышало дистанцию полета обычной стрелы.

В первое тысячелетие от Рождества Христова упоминания о фейерверках, порохе и «огненных стрелах» приходили к нам по большей части из Азии. В хрониках китайской династии Тан упоминается, что в 645 году при осаде Ляодуна использовался «огонь», от действия которого в городе погибло около 10 тысяч человек.

В 678 году во время осады Константинополя войсками халифа Муавии «огонь» был применен защитниками крепости. Огненная смесь была вылита в море и подожжена во время одной из атак арабского флота. Море горело более суток, сгорели почти все люди и корабли. После этого между Византией и халифатом был заключен тридцатилетний договор о мире.

В VIII веке появилась книга, которую многие историки называют первым учебным пособием по подготовке ракетчиков, – написанная неким Марком Греком «Огненная книга, или Книга об огне, служащем для сжигания врагов». В ней подробно описывалось, как пользоваться «огненными стрелами», то есть ракетами.

Весьма любопытна история этого произведения. Так и осталось неизвестным имя человека, скрывшегося под псевдонимом Марк Грек. Можно предположить, что ее написал европеец, но первое упоминание пришло к нам из Азии – в начале девятого столетия о ней писал в своих трудах аравийский врач Месу. А до нас она дошла только в латинском переводе XII века.

Вот цитата из этого труда:

«Возьми одну часть серы, две части липового или ивового угля, шесть частей селитры, все мелко истолченное в мраморной ступке. Затем из этого приготовляют по желанию ракету или гром. Ракета должна быть длинной, и порох в ней должен быть набит плотно. Гром, наоборот, должен быть коротким и толстым и наполнен лишь наполовину. Оба конца должны быть при этом крепко обвязаны железной проволокой»[1].

Судя по всему книга Марка Грека стала «бестселлером» той эпохи и породила такое явление, как «греческий огонь». Хотя предложенный ею состав вряд ли отличался от того что уже несколько столетий использовали в Индии, Китае и на арабском Востоке.

В 941 году действие «греческого огня» испытали на себе киевские ратники.

В 1184 году зажигательные снаряды использовались половцами при походе на Русь. Вот как описал эти события древний летописец, которого через пять с половиной столетий цитировал историк Василий Татищев: «Хан Кончак имел мужа, умеющего стрелять огнем и зажигать грады, у коего были самострельные луки так велики, что едва восемь человек могли натягивать, и укреплены были на возу великом...»

Вскоре новое оружие «поступило на вооружение» русских дружин. Когда камские булгары захватили древний русский город Устюг, великий князь Владимирский Юрий II Всеволодович отправил своего брата Святослава с сильным ополчением обуздать захватчиков. В 1219 году русские атаковали город камских булгар Ошель, «...а наперед шли пешцы с огнем и с топорами, а за ними стрельцы... ко граду приступиша, отовсюду зажгоша его и бысть буря и дым велик на сих потяну...». Так об этом сообщал летописец.

Хроники Средневековья дают нам довольно много информации о ракетной технике И здесь речь идет именно о ней а не об устройствах, отдаленно напоминающих ракеты.

В 1258 году монголы используют зажигательные стрелы при осаде Багдада. В китайских хрониках, датированных годом позже, встречается упоминание о «Копье яростного огня», одном из первых вариантов стационарной ракетной установки. Широкое применение нашло реактивное оружие во время нападений монголов на Японию в 1274 и 1281 годах.

Приблизительно в это же время ракеты появляются в Аравии, где, по аналогии с природным принципом реактивного движения, получают название «воздушные кальмары». Первые сведения о военном использовании ракет арабами приведены в военных записках Аль-Хасана Аль-Раммаха, датируемых 1285 годом где описываются результаты применения пороховых ракет против войск французского короля Людовика IX во время 7-го крестового похода (1248-1254).

К концу XIII века технологию производства и методику применения «самоходных стрел» осваивают в Японии, Корее, Индии и на острове Ява, после чего новое оружие начинает быстро распространяться по Азии и Восточной Европе.

В западной части Европейского континента развитие ракетостроения долго сдерживалось запретом на использование пороха. Но прогресс остановить невозможно, и в конце XIV века европейцы уже оказались морально готовыми к появлению новой техники. А в 1379 году итальянец Маратори при описании пороховых зажигательных стрел впервые употребил понятие «ракета» («rochetta»). В 1400 году ракеты пришли в Европу и первоначально использовались только для фейерверков на итальянских праздниках Но так продолжалось совсем недолго.

Вскоре начинают появляться первые сочинения, посвященные военному применению ракет.

В 1405 году Конрад Кайзер из Айштата выпустил работу «Военные укрепления», в которой описал способы применения боевых ракет. Кайзеру приписываются и первые опыты по запускам воздушных змеев с прикрепленными к ним ракетами. Это могло быть впечатляющим зрелищем, когда ярко раскрашенные воздушные змеи стремительно взмывали в вышину.

Спустя пять лет Жан Фроиссарт в своих «Хрониках» описал конструкцию ракет и пусковых устройств для них. А еще через десять лет Джованни Фонтан издал «Энциклопедию военных инструментов», к которой приложил альбом военных ракет. Были там и проекты «увеселительных» устройств. Например, Фонтан предложил проект реактивной тележки. Сохранились его рисунки, на которых изображены «реактивная птица» и «реактивный заяц» на подставке с колесиками.

Первое массовое применение ракет в Западной Европе осуществили войска Жанны дАрк в 1429 году при защите Орлеана. Дальше – больше. В дальнейшем французы использовали их при осадах Андемира в 1449 году, Бордо в 1452 году, Гента в 1453 году.

Судя по всему, в XV-XVI веках ракеты были обычным явлением на поле боя. В 1561 году во Франции появилась анонимная публикация «Treatise Upon Several Kinds of War-Fireworks» («Несколько способов военного применения фейерверков»), где впервые был сделан критический анализ результатов применения ракет в военных кампаниях и содержались рекомендации о замене бумажных и бамбуковых оболочек ракет на кожаные.

Вскоре конструкторы Средневековья начали всерьез задумываться над проблемой применения принципов реактивного движения для иных целей. В 1591 году бельгийский инженер Ян Бив описал и сделал набросок многоступенчатой ракеты, предназначенной для преодоления земного притяжения (!).

Как видим, идея о многоступенчатой космической ракете была выдвинута задолго до Константина Эдуардовича Циолковского. Заслуга же Циолковского в том, что он вдохнул в полузабытую идею новую жизнь, дал толчок для ее практического применения. А это иногда оказывается важнее, чем сформулировать исходную мысль.

Но вернемся в Средние века. Поговорить о Циолковском у нас еще будет повод.

В 1597 году появляется книга Даниэля Павелоурта «Краткие инструкции по использованию французской артиллерии», в которой были описаны способы изготовления и применения военных ракет. В 1630 году было опубликовано описание ракет, эффект от взрыва которых был подобен артиллерийскому снаряду, изобретенному спустя двести лет. Надо также отметить работу польского инженера Казимира Сименовича, который в 1650 году опубликовал на немецком языке книгу «Ракеты для воздуха и воды» и впервые в мире дал чертежи трехступенчатой ракеты. Уже не наброски, как у Яна Бива, а чертежи. Еще один предтеча Циолковского...

А в 1668 году полковник немецкой армии Кристоф Фридрих приступил к экспериментам с ракетами массой 25-50 килограммов с пороховым зарядом до 7 килограммов, весьма внушительными для своего времени боевыми снарядами.

В конце XVII века ракетное оружие появляется на Руси. Причем это уже не те «огненные стрелы», которые использовали когда-то ратники Святослава, а принципиально новое оружие. В 1680 году в Москве открылась первая фабрика по производству армейских осветительных ракет.

Большое внимание ракетам уделял император Петр I. В дневнике путешественника Патрика Гордона за 1690 год можно прочесть, что царь лично руководил изготовлением фейерверочных ракет и устраивал грандиозные фейерверки. Тогда же в России было организовано массовое производство пороха высокого качества.

В Петровскую эпоху большое значение придавалось и боевым ракетам. В 1717 году была разработана знаменитая сигнальная ракета, которая стояла на вооружении русской армии почти без всяких изменений более 150 лет. Слава о русских фейерверкерах шла по всему миру. Было создано большое количество фейерверочных ракет и пороховых составов. В отдельных случаях применялись составные (ступенчатые) ракеты.

В те же годы, когда в России налаживалось массовое производство ракет, великий английский физик Исаак Ньютон сформулировал универсальные законы движения, которые не касались непосредственно ракетной техники, но оказали на нее самое непосредственное влияние. Особенно третий закон – «Для каждого действия имеется равная и противоположная реакция», являющийся фундаментальным принципом работы реактивного двигателя.

А в своих знаменитых «Математических принципах естественной философии», изданных в 1687 году, Ньютон впервые определил скорость и высоту подъема, необходимые для вывода ракеты на геостационарную орбиту. Есть в этой работе и другие интересные мысли об искусственных спутниках Земли. Но во времена Ньютона их черед еще не наступил.

В первой половине XVIII столетия ракетостроение активно развивалось, особенно во Франции. Несмотря на то что основной интерес тогда представляли фейерверки, французская армия начала постепенно накапливать опыт применения боевых ракет. Но во второй половине столетия Европа как-то охладела к этому виду развлечений и способу ведения боевых действий.

К этому же периоду относится еще одно событие, косвенно повлиявшее в дальнейшем на развитие ракетной техники: первый полет построенного братьями Монгольфье воздушного шара наполненного горячим дымом. Он состоялся 5 июня 1783 года во французском городе Видалон-лез-Анноне. Спустя всего несколько месяцев – 21 ноября 1783 года – в Париже состоялся первый полет людей на воздушном шаре. В дальнейшем аэростаты сыграли немалую роль и в развитии авиации, и в становлении ракетной техники, поэтому и стоило упомянуть здесь о полетах братьев Монгольфье.

К сожалению, мало что известно о развитии в XIII-XVIII веках ракетной техники в других частях света. В книгах можно встретить лишь упоминания о фейерверках, которые все эти столетия были популярны в Китае и в некоторых районах Индии. Но, судя по всему, там работали и над боевыми ракетами. Просто мы не имеем достаточных сведений об этом.

Например, в 1788 году, за два года до начала третьей англо-майсурской войны в Индии (1790-1792), командующий индусской армией магараджа Майсура Хайдер Али сформировал ракетно-артиллерийское подразделение численностью в 1200 человек, поручив командование им своему сыну Типпо Сагибу. В 1792 году ракетное оружие было применено индийскими солдатами в сражении при Сарингапатоме, и, несмотря на то что индийские ракеты были изготовлены по весьма примитивным технологиям, их количество и необычность воздействия деморализовали британских солдат.

Две из использовавшихся тогда ракет и сегодня можно увидеть в экспозиции Лондонского Королевского музея артиллерии. Первая представляет собой железную трубку длиной 25 сантиметров и диаметром 5,8 сантиметра. К ракете жестко присоединен металлический меч длиной около одного метра. Ко второй ракете длиной 20 сантиметров и диаметром 3,8 сантиметра несколькими кожаными полосками привязаны бамбуковые палки длиной по 7,5 сантиметров. Все ракеты имели максимальную дальность полета около 100 метров, а свидетели сражения утверждали, что только одна ракета убила троих и покалечила еще четырех солдат.

Англичане быстро усвоили преподанный урок. В 1799 году индийцы вновь пытались применить свое «секретное оружие», английская армия уже располагала технологически более совершенным арсеналом боевых ракет, и четвертая англо-майсурская война закончилась для Майсура поражением.

После этого ракеты возвратились в Европу. Произошло это благодаря полковнику английской армии Уильяму Конгреву, который прибыл в Индию после окончания там боевых действий, но много слышал о применении индийцами ракет. Вернувшись на родину, Конгрев прихватил с собой несколько образцов. Он организовал производство боевых пороховых ракет в Вульвичском арсенале и в 1804 году приступил к экспериментам с ними. Вскоре он сформулировал теорию проектирования и строительства твердотопливных ракет, включающую технологию поддержания устойчивого процесса горения топлива и методику использования хвостовых стабилизаторов для управления полетом.

На несколько десятилетий к ракетам, и не только в Англии, приклеилось название «конгревовы ракеты», или «ракеты Конгрева». Выпускались они нескольких калибров – 8, 11, 15, 19, 45 и 136 килограммов – и, соответственно, имели различную дальность стрельбы. Начало боевого применения ракет Конгрева относится к 1806 году, когда более 2000 ракет были использованы при обстреле Болоньи.

Годом позже состоялось одно из первых мирных применений ракет, когда англичанин Генри Тренгроус предложил закреплять на ракете фал для переброски на борт терпящего бедствие судна. К слову сказать, этот способ кое-где используется и поныне.

Наиболее широкое применение ракеты Конгрева нашли в период наполеоновских войн. Так, в 1807 году английский флот применил около 25 000 ракет при осаде Копенгагена, в результате чего город был практически полностью сожжен. Использовала ракеты английская армия и в сражениях при Каллао, Кадизе, Лейпциге. Применялись ракеты и в 1815 году в битве при Ватерлоо. С этого момента во многих европейских армиях началось формирование ракетных подразделений.

Не обошло новое веяние и Россию. Основная заслуга в этом принадлежит русским офицерам Александру Засядко и Константину Константинову. Благодаря трудам этих деятелей русской военной техники отечественные ракеты по своим летным и эксплуатационным характеристикам в ряде случаев превосходили зарубежные образцы.

В боевых ракетах, созданных Засядко, использовался пороховой двигатель фейерверочной ракеты, но стенки камеры изготавливались из железа, а не из картона. Для стабилизации полета он использовал длинный деревянный шест, как это делалось и в фейерверках. Полезным грузом в ракетах Засядко был зажигательный состав или граната.

Первые официальные испытания ракет Засядко были проведены в Петербурге в 1817 году. Тогда же была сформирована первая в Европе отдельная армейская ракетная бригада. Позднее этому примеру последовали и другие европейские страны.

Первое боевое применение ракеты Засядко получили во время русско-турецкой войны (1828-1829). Причем ракеты изготовлялись в действующей армии в непосредственной близости к фронту. В эти же годы ракеты широко применялись русскими войсками на Кавказе.

Дальнейший шаг вперед в деле совершенствования пороховых ракет был сделан Константином Константиновым, которого часто называют «отцом русской ракетной техники». Он же стал и основоположником экспериментальной ракетодинамики, и организатором производства ракет на черном дымном порохе.

Деятельность Константинова произвела настоящую революцию в массовом производстве ракет. Он считал, что для этого необходимо обеспечить такие условия, когда «сегодня можно приготовить ракету в строгости подобную той, которая была приготовлена вчера».

Результаты больших экспериментальных исследований и опыта производства ракет Константинов изложил в курсе лекций, прочитанных им в Михайловской артиллерийской академии. В виде книги эти лекции увидели свет в 1861 году на французском языке, а в 1964 году – и на русском.

«Победное шествие» «ракет Конгрева» и их аналогов по полям сражений продолжалось до 1860-х годов, когда им на смену пришла нарезная артиллерия, обладавшая гораздо большей разрушительной (на тот момент) силой и более точной стрельбой. Ракеты стали постепенно исчезать из арсеналов.

Это не означало, что от ракет отказались вовсе. Например, есть свидетельства о применении их во время Гражданской войны в США. По воспоминаниям современника, в 1863 году конфедераты собрали и запустили боевую ракету длиной 4 метра с пороховым зарядом весом 4,5 килограмма из Ричмонда на Вашингтон. Ракета поднялась и через некоторое время исчезла с глаз наблюдателей. Больше о ней никаких упоминаний не обнаружено.

Конец XIX века можно охарактеризовать не только как период отказа от боевого применения ракет, но и как период формирования нового мышления, когда человек пристально взглянул на ракеты как на средство достижения других миров. И здесь чрезвычайно велико значение работ Константина Эдуардовича Циолковского. Им было предложено большое количество оригинальных схем конструкций ракет. Существенно новым шагом стали разработанные схемы ракет дальнего действия и ракет для межпланетных путешествий с реактивными двигателями на жидком топливе. Это было по-настоящему революционное решение, так как до Циолковского исследовались и предлагались для решения различных задач ракеты с пороховыми двигателями.

Из других идей Циолковского следует выделить еще одну, предложенную им для управления полетом ракеты в верхних разреженных слоях атмосферы. Для достижения этой цели он рекомендовал два способа: применение графитовых рулей, помещаемых в струе газов вблизи среза сопла реактивного двигателя, или поворачивание сопла двигателя. Эти предложения нашли широкое применение и развитие в современной ракетной технике.

В 1903 году Циолковский опубликовал работу, до сих пор считающуюся классической в космонавтике, – «Исследование мировых пространств реактивными приборами», где сделал подробный расчет ракет, предназначенных для преодоления земного притяжения.

Рассказывая об истории становления ракетной техники, нельзя обойти одно событие, случившееся в «сопутствующей отрасли». Имеется в виду первый полет самолета братьев Райт, состоявшийся в том же году, что и публикация знаменитой работы Циолковского. В какой-то степени это не случайное совпадение. Вот уже более ста лет авиация и ракетостроение идут плечом к плечу, постоянно напоминая о единых своих корнях. Очень часто сферы их «интересов» пересекаются, поэтому, рассказывая об авариях и катастрофах ракет, волей-неволей придется вспоминать и об авиации.

Начавшийся век авиации существенно снизил интерес к ракетной технике, но тем не менее в начале 1900-х годов произошло несколько довольно примечательных событий. О том, что это были знаменательные вехи в ракетостроении, говорит хотя бы тот факт, что выдвинутые тогда идеи находят свое применение и поныне. Конечно, на качественно ином техническом уровне.

В те годы в Европе были проведены первые – и, к сожалению, неудачные эксперименты по рассеиванию дождевых облаков с помощью метеорологических ракет. А в 1906 году немецкий инженер Альфред Маул запустил первую ракету с аппаратурой для фотосъемки. Этот опыт был немедленно оценен картографами всего мира. Особенно важным это событие стало при аэрофотосъемке регионов, в которых отсутствовали не только аэродромы, но и дороги. Правда, надо учитывать, что в ту пору авиация делала еще только первые шаги и не могла конкурировать с ракетами.

Первые два десятилетия XX века оказались не очень продуктивными для ракетной техники. В период Первой мировой войны ракеты использовали в основном для постановки дымовых завес и как осветительные. Единственным исключением стали небольшие авиационные ракеты, разработанные лейтенантом французского военно-морского флота Ле Приером. Они предназначались для уничтожения аэростатов наблюдения противника, и ими снаряжались французские и английские самолеты.

Все остальное, что было сделано в тот период, носило в основном теоретический характер. Большинство публикаций принадлежало французу Эно-Пельтри, американцу Годдарду и немцу Оберту, и они во многом перекликались с работами Циолковского, а иногда и повторяли их.

Но все изменилось, когда 16 марта 1926 года Годдард запустил свою первую ракету на жидком топливе. И пусть поднялась та ракета на высоту всего 13 метров и летела всего 2,5 секунды, именно с нее началась современная летопись ракетной техники и космонавтики.

Глава 2

Икар, Ван Гу и другие

Когда заходит разговор об авариях и катастрофах ракетной и космической техники, обязательно звучит вопрос: «Кто был их первой жертвой?»

В разные годы на этот вопрос отвечали по-разному. Да и сейчас нет единого мнения, когда речь заходит не о минувшем веке, а годах более отдаленных. Все основывается в основном на легендах, мифах, домыслах, предположениях и допущениях.

Лет сорок назад в качестве «первой жертвы» было принято называть мифического древнегреческого героя Икара, стремившегося приблизиться к Солнцу и погибшего от его губительных лучей.

На самом деле, если уж и вносить Икара в пантеон «жертв», то сделать это надо применительно к авиации, а не к ракетной технике и космонавтике.

Перечитаем древнегреческий миф. Он невелик по объему, но очень интересен и сам по себе, и в контексте данной книги.

«Величайшим художником, скульптором и зодчим Афин был Дедал, потомок Эрехтея. О нем рассказывали, что он высекал из белоснежного мрамора такие дивные статуи, что они казались живыми; казалось, что статуи Дедала смотрят и двигаются. Много инструментов изобрел Дедал для своей работы; им были изобретены топор и бурав. Далеко шла слава о Дедале.

У этого-то великого художника был племянник Тал, сын его сестры Пердики. Тал был учеником своего дяди. Уже в ранней юности поражал он всех своим талантом и изобретательностью. Можно было предвидеть, что Тал далеко превзойдет своего учителя. Дедал завидовал племяннику и решил убить его. Однажды Дедал стоял с племянником на высоком афинском Акрополе у самого края скалы. Никого не было видно кругом. Увидев, что они одни, Дедал столкнул племянника со скалы Был уверен художник,что его преступление останется безнаказанным. Упав со скалы, Тал разбился насмерть. Дедал поспешно спустился с Акрополя, поднял тело Тала и хотел уже тайно зарыть его в землю, но застали Дедала афиняне, когда он рыл могилу. Злодеяние Дедала открылось. Ареопаг присудил его к смерти.

Спасаясь от смерти, Дедал бежал на Крит к могущественному царю Миносу, сыну Зевса и Европы. Минос охотно принял под свою защиту великого художника Греции. Много дивных произведений искусства изготовил Дедал для царя Крита. Он выстроил для него и знаменитый дворец Лабиринт, с такими запутанными ходами, что, раз войдя в него, невозможно было найти выхода. В этом дворце Минос заключил сына жены своей Пасифаи, ужасного Минотавра, чудовища с телом человека и головой быка.

Много лет жил Дедал у Миноса. Не хотел отпустить его царь с Крита; только один хотел он пользоваться искусством великого художника. Словно пленника, держал Минос Дедала на Крите. Дедал долго думал, как бежать ему, и наконец нашел способ освободиться от критской неволи.

– Если не могу я, – воскликнул Дедал, – спастись от власти Миноса ни сухим путем, ни морским, то ведь открыто же для бегства небо! Вот мой путь! Всем владеет Минос, лишь воздухом не владеет он!

Принялся за работу Дедал. Он набрал перьев, скрепил их льняными нитками и воском и стал изготовлять из них четыре больших крыла. Пока Дедал работал, сын его Икар играл около отца: то ловил он пух, который взлетал от дуновения ветерка, то мял в руках воск. Мальчик беспечно резвился, его забавляла работа отца. Наконец, Дедал кончил свою работу; готовы были крылья. Дедал привязал крылья за спину, продел руки в петли, укрепленные на крыльях, взмахнул ими и плавно поднялся на воздух. С изумлением смотрел Икар на отца, который парил в воздухе, подобно громадной птице. Дедал спустился на землю и сказал сыну:

– Слушай, Икар, сейчас мы улетим с Крита. Будь осторожен во время полета Не спускайся слишком низко к морю, чтобы соленые брызги волн не смочили твоих крыльев. Не подымайся и близко к солнцу: жара может растопить воск, и разлетятся перья. За мной лети, не отставай от меня.

Отец с сыном надели крылья на руки и легко понеслись. Те,кто видел их полет высоко над землей, думали, что это два бога несутся по небесной лазури. Часто оборачивался Дедал, чтобы посмотреть, как летит его сын. Они миновали уже острова Делос, Парос и летят все дальше и дальше.

Быстрый полет забавляет Икара, все смелее взмахивает он крыльями. Икар забыл наставления отца; он не летит уже следом за ним. Сильно взмахнув крыльями, он взлетел высоко под самое небо, ближе к лучезарному солнцу. Палящие лучи растопили воск, скреплявший перья крыльев, выпали перья и разлетелись далеко по воздуху, гонимые ветром. Взмахнул Икар руками, но нет больше на них крыльев. Стремглав упал он со страшной высоты в море и погиб в его волнах.

Дедал обернулся, смотрит по сторонам. Нет Икара. Громко стал звать он сына:

– Икар! Икар! Где ты? Откликнись!

Нет ответа. Увидал Дедал на морских волнах перья из крыльев Икара и понял, что случилось. Как возненавидел Дедал свое искусство, как возненавидел тот день, когда задумал спастись с Крита воздушным путем!

А тело Икара долго носилось по волнам моря, которое стало называться по имени погибшего Икарийским. Наконец прибили его волны к берегу острова; там нашел его Геракл и похоронил.

Дедал же продолжал свой полет и прилетел, наконец, в Сицилию. Там он поселился у царя Кокала. Минос узнал, где скрылся художник, отправился с большим войском в Сицилию и потребовал, чтобы Кокал выдал ему Дедала.

Дочери Кокала не хотели лишиться такого художника, как Дедал. Они придумали хитрость. Уговорили отца согласиться на требования Миноса и принять его как гостя во дворце. Когда Минос принимал ванну, дочери Кокала вылили ему на голову котел кипящей воды; умер Минос в страшных мучениях. Долго жил Дедал в Сицилии. Последние же годы жизни провел на родине, в Афинах; там стал он родоначальником Дедалидов, славного рода афинских художников».

В таком виде миф приведен в «Метаморфозах» Овидия. А на русском языке изложил его Н.А. Кун, коего я и процитировал.

Чем же интересна легенда о Дедале и Икаре?

Во-первых, помимо всего прочего, миф отражает извечное стремление людей овладеть способом передвижения не только по земле, но и в других стихиях. Это аксиома, к которой все привыкли. А между тем она очень важна для понимания психологии человека, как биологического существа, стремящегося преодолеть силы природы. Не будь этого, вряд ли возникло бы наше стремление к звездам.

Во-вторых, еще в древности, пусть и неосознанно, родилось разделение обязанностей, свойственное многим направлениям технического прогресса в XX веке. Кто-то создает летательные аппараты, а кто-то на них летает. Если провести аналогии с космонавтикой, то Дедала смело можно назвать Главным конструктором, а Икара – пилотом космического корабля. Этакие Королев и Гагарин древности.

Сейчас об Икаре как первой «жертве ракетной техники» почти не говорят. Мы стали больше знать, научились отличать зерна от плевел. Но продолжаем верить в то, во что хотим верить.

Поэтому и стала столь популярной легенда о китайском ученом Ван Гу, погибшем в Средние века при попытке подняться в небо на ракете. Дополнительный импульс ей придал и состоявшийся недавно первый полет китайского пилотируемого корабля. Но большинство исследователей все же считает рассказ о Ван Гу мифом. Хотя хроники той поры описывают его как реально существовавшего человека.

Итак, лет пятьсот назад жил-был в Китае некто Ван Гу. Судя по всему, это был весьма образованный и талантливый человек. Занимался изготовлением пороха и созданием пороховых ракет. Вероятно, «наследил» и в других областях знаний, но об этом история умалчивает.

И вот однажды пришла ему в голову мысль улететь к звездам. Сказано – сделано. Обвязал кресло бамбуком, закрепил в его основании 47 пороховых ракет, сел в него и приказал 47 своим слугам одновременно поджечь фитили ракет. Слуги не могли ослушаться своего господина и поднесли факелы к странной конструкции. После этого раздался страшный грохот, а когда клубы дыма рассеялись, на месте старта не было ничего – ни кресла, ни Ван Гу, ни слуг.

Конечно, улететь в космос ученый не мог и, вероятнее всего, просто погиб при взрыве пороха. Но подобный опыт вполне мог иметь место. А даже если бы этого не было в действительности, о подвиге Ван Гу нам вечно будет напоминать кратер на обратной стороне Луны, носящий его имя.

Миф об Икаре и легенда о Ван Гу – самые популярные, но далеко не единственные теории о «первой жертве ракетной техники». Можно, например, иначе взглянуть на историю появления ракет и включить в нее все, что касается появления пороха, который рассматривать как ракетное топливо.

Вот строки из письма неизвестного китайского алхимика, датированного 160 годом:

«Сегодня в своей комнате для составления смесей погиб Шин Ру, один из умнейших людей нашего времени. Ужасные компоненты, вызвавшие пожар, включали серу, селитру и древесный уголь. Я был потрясен этим случаем. Это был не обычный пожар, раздуваемый ветром, а внезапный взрыв, уничтоживший все. Вскоре после этого события ко мне прибыл посыльный, сообщивший, что подобный взрыв убил группу ученых в близлежащей деревне и уничтожил дом, в котором они жили Какое зло мы выпустили в этот мир!»

Пожалуйста, вот вам и еще один кандидат на роль «первой жертвы».

Если и дальше покопаться в истории, можно найти десятки других примеров когда люди гибли в процессе работ по «ракетной тематике» Но надо признать, что их связь с ракетами, в современном понимании этого термина, весьма условна.

Ну а теперь – о человеке, который действительно является первой жертвой ракетной техники. Именно так о нем и писали через два дня после его гибели. Уточню, что это первая жертва современной ракетной техники.

Глава 3

«Первая жертва межпланетных сообщений»

19 мая 1930 года многие берлинские газеты вышли под заголовками «Первая жертва межпланетных сообщений». Ниже шло подробное описание трагедии, ставшей причиной смерти гениального немецкого конструктора Макса Валье.

В ночь на 17 мая Валье вместе со своими помощниками испытывал новый ракетный двигатель, демонстрация которого должна была состояться в Берлине во время Недели авиации, запланированной на конец того же месяца. Все шло нормально до того момента, когда давление в камере сгорания достигло семи атмосфер. Вслед за этим горение в двигателе стало неравномерным, и он взорвался.

Взрыв был не столь силен, чтобы вызвать трагические последствия. Но маленький зазубренный кусочек стали рассек Валье аорту, и он умер прежде, чем кто-то успел оказать ему элементарную медицинскую помощь.

Так погиб человек, вклад которого в историю создания ракетной техники трудно переоценить.

Макс Валье родился в 1895 году в Австрии, в городе Боцен. Еще в школьные годы увлекся механикой и в ноябре 1910 года опубликовал в местных журналах свои первые научные работы. К моменту окончания в 1913 году гимназии Ордена францисканцев Валье успел поработать в мастерских и на фабрике, приобретя практические навыки во многих областях техники, что впоследствии ему пригодилось при конструировании ракет и ракетных двигателей.

В том же 1913 году он поступил в Инсбрукский университет, где изучал астрономию, математику и физику. В 1915 году Валье призвали в армию, и он участвовал в Первой мировой войне в качестве метеоролога газового батальона. Через три года он уже технический офицер австрийского воздухоплавательного батальона. Тогда-то с ним и произошел случай, который едва не стоил ему жизни. Во время одного из полетов на воздушном шаре он выпал из гондолы и упал с высоты четырех километров, к счастью отделавшись лишь переломом ребер. В тот раз судьба его сберегла и подарила еще 12 лет жизни и творчества.

Случись это тогда, не было бы впоследствии ни ракет Валье, ни ракетных автомобилей Валье, ни много другого, что называют его именем.

Летный опыт, приобретенный за годы войны, убедил Валье в том, что больших высот способны достигать только аппараты с ракетными двигателями. Их конструированию он посвятил всю свою дальнейшую жизнь. Причем делал это со свойственным ему энтузиазмом и энергией.

Послевоенные годы были нелегкими. Но Валье продолжал обучение сначала в Венском, затем в Инсбрукском, потом в Мюнхенском университетах. В 1924 году он опубликовал первую часть знаменитой теперь научно-популярной книги «Прорыв в мировое пространство. Техническая возможность», в которой изложил свои взгляды на межпланетные перелеты. В этой работе Валье дал критический обзор различных способов выведения летательных аппаратов в космос, подчеркнул преимущество ракет перед всеми другими методами достижения больших высот и дал свое видение развития ракетной техники в будущем.

Этот четырехэтапный план Валье, естественно, отличается от того, как все происходило в действительности в последующие годы, но в нем – отражение взглядов наиболее прогрессивной части инженеров 1920-х годов, которые еще многого не знали, многого не умели, но были полны энтузиазма и задора. С другой стороны, это был выверенный, а значит, вполне реальный план работ.

И кто знает, не стань Валье «первой жертвой ракетной техники», может быть, и сама ракетная техника развивалась бы иначе, чем это произошло в дальнейшем. Многие считают, что творческий потенциал австрийского изобретателя был гораздо выше, чем у Вернера фон Брауна, который и создал современные ракеты. А тот факт, что Валье был земляком Адольфа Гитлера, могло в годы Третьего рейха принести ему преимущество перед другими конструкторами и возможность воплощать в жизнь свои идеи. Можно предполагать, что Валье пошел бы в направлении быстрейшего создания воздушно-космического самолета. Того самого, которого нет и поныне, несмотря на обилие существовавших в различные годы проектов. Но история не знает сослагательного наклонения, и все случилось именно так, как случилось.

Книга Валье была написана столь доходчивым языком и так хорошо проиллюстрирована рисунками автора, что первый тираж раскупили в течение месяца. За три года ее переиздали пять раз. Причем Валье каждый раз дописывал все новые и новые страницы, уточняя расчеты, шлифуя свои мысли. В окончательном варианте книга вышла в 1928 году под названием «Ракетное движение».

Работа Валье была с восторгом встречена читателями, но подверглась резкой критике со стороны «коллег». Его рисунки, в которых были найдены ошибки, окрестили нелепыми, а планы – нереальными.

Валье остро воспринимал критику и пытался оправдаться, говоря, что его ракеты не запатентованы, и он сознательно вносит искажения в рисунки чтобы нечистые на руку люди не могли ими воспользоваться. Кроме того, он неоднократно подчеркивал, что не намерен заглядывать в далекое будущее, а пишет только о том, что может быть достигнуто в ближайшие годы.

Он считал, что освоение космоса должно было начаться с запуска небольших исследовательских ракет, которые позволили бы изучить верхние слои атмосферы на высотах до 10 тысяч километров. Если сравнить с тем, что произошло в действительности через 30 лет после публикаций Валье, то станет ясно, что первый шаг человечества в космос оказался куда более скромным. Поэтому и можно предположить что своей гибелью Валье изменил ход ракетной истории, сделав ее такой, какая она есть, а не такой, какой могла быть.

Валье представлял себе ракеты с автоматическими системами управления, которые должны были начать освоение межпланетных трасс. Одним из первых предполагался эксперимент по попаданию ракеты в видимый диск Луны. А затем к нашему естественному спутнику должны были отправиться большие корабли, снабженные фото– и киноаппаратурой, которые позволили бы человеку взглянуть на обратную сторону Луны.

Планировал Валье и строительство пассажирских ракет которые сначала достигали бы небольших высот, ну а затем все дальше и дальше удалялись бы от родной планеты. Немало внимания он уделил и вопросу подготовки пилотов для таких аппаратов, а также отметил некоторые моменты, на которые следовало обратить внимание при конструировании ракетной техники. В частности, он писал, что одним из самых опасных моментов полета станет возвращение на Землю. Но, по мнению автора, и эту задачу удастся решить.

Далее Валье «намечал» освоение Луны. Первым, пробным шагом после полета автоматических ракет должен был стать пилотируемый ее облет, а вслед за этим – высадка двух космонавтов на ее поверхности. Первые земляне, ступившие на поверхность Луны, должны были заняться поисками воды и, в случае успеха, немедленно сигнализировать об этом на Землю. Надо отметить, что Валье не предполагал связь с «пунктом управления полетом» по радио. Все общение планировалось посредством вспышек, которыми автоматика или космонавты должны были передавать информацию на Землю.

Сразу же после получения сигнала об обнаружении воды в сторону Луны должна была стартовать еще одна ракета с одним пилотом и максимальным количеством грузов. Ну а два первопроходца должны были в это время начать строительство постоянной базы на лунной поверхности.

Валье довольно подробно излагал свое видение предстоящей лунной экспедиции, описывая выбор района посадки, момент, когда ее целесообразно совершить набор инструментов и оборудования, который следовало взять в полет, средства, которые следовало применить при работе на лунной поверхности для защиты космонавтов от воздействия окружающей среды.

Вслед за первым полетом миссии на Луну должны стать регулярными. Ну а дальше с ее поверхности должны были отправиться корабли в сторону Марса и других планет Солнечной системы.

Если вновь вспомнить летопись космической эры, то ясно видно, что многие шаги, сделанные человечеством, в точности следуют мыслям Валье. Это и попадание «Луны-1» в диск Луны, и фотографирование «Луной-3» обратной стороны нашей небесной спутницы, и облет Луны пилотируемым кораблем «Аполлон-8», и высадка на поверхность Луны Нейла Армстронга и Эдвина Оддрина... Обратите внимание, что на лунную поверхность высадились именно два космонавта, как и предполагал Валье. Правда, они не стали искать воду и сообщать о ее обнаружении на Землю. Но побывали там действительно два человека.

Да и последняя космическая инициатива, с которой выступил в январе 2004 года президент США Джордж Буш, предполагает создание на Луне базы, с которой земные корабли отправятся покорять Марс и другие планеты Солнечной системы.

Макс Валье был прекрасным популяризатором ракетной техники и, вероятно, уже одним этим оставил бы свой след в космической летописи. Но он был еще и замечательным инженером, который умел воплотить в реальность, казалось бы, фантастические вещи.

Я имею в виду его опыты с моделями ракетных самолетов и эксперименты по созданию ракетных автомобилей, ракетных саней, ракетных велосипедов и тому подобного, что можно рассматривать и как забаву, и как вполне серьезные работы по развитию ракетной техники и внедрению ее в повседневную жизнь.

Первые эксперименты с моделями ракетопланов прошли в декабре 1927 года на северных склонах Саксонских гор. Их организацией и проведением, помимо Валье, занимались инженеры Бек и Таутехан. В качестве двигателей на моделях ставились небольшие пороховые ракеты фирмы «Айсфельд» в картонных гильзах Они горели всего 2-3 секунды, но обеспечивали модели скорость в 100 километров в час.

Модели ставились на лыжи или колеса и стартовали со слегка наклоненной вверх поверхности. Самые хорошие результаты продемонстрировали конструкции типа «утки», однако и для них было сложно достигнуть устойчивого полета.

Новым импульсом для работ оказалось знакомство Валье с Фрицем фон Опелем, одним из владельцев компании «Опель», специализировавшейся на выпуске дешевых автомобилей. Валье рассказал промышленнику о своей идее развития автомобилей с использованием ракетной тяги. Фон Опель был буквально очарован открывающимися перспективами. Вместе с Валье он решил создать ракетный автомобиль.

К работам был подключен и инженер Фридрих Зандер, владевший заводом, выпускавшим пороховые работы для нужд военно-морского флота. Моряки весьма лестно отзывались о ракетах Зандера из-за их высоких эксплуатационных характеристик, полученных благодаря особому процессу производства. Писал о нем в своей книге и Валье.

Начав совместные работы Валье и Зандер пришли к выводу о необходимости применения в автомобилях фон Опеля «смешанной батареи ракет», состоявшей из ракет с трубчатым и ракет со сплошным пороховым зарядом. Трубчатые пороховые заряды предназначались для первоначального разгона машины, обеспечивая тягу в 80 килограммов в течение 3 секунд. Сплошной заряд обеспечивал тягу в 18 килограммов и предназначался для поддержания достигнутой при разгоне скорости на всей дистанции пробега.

Первые испытания состоялись 15 марта 1928 года на испытательном треке Опеля в Рюссельсгейме. Так как специальный автомобиль еще не был готов, было решено использовать серийный автомобиль марки «Опель». Из предосторожности было решено для первого заезда использовать только одну разгонную ракету и одну ракету со сплошным пороховым зарядом.

В последнюю минуту между конструкторами возник спор о том, кому первым сесть за руль. Эта почетная обязанность в конце концов была доверена испытателю компании «Опеля», бывшему гонщику Курту Фолькхарту.

Можно сказать, что пробные пробеги, а их было совершено два за день, оказались успешными. Правда, во время первого автомобиль проехал около 150 метров со скоростью пешехода (5-6 километров в час). Но это было связано не с какими-то недочетами в конструкции двигателя а в малой мощности установленных на автомобиле ракет. Уже во втором пробеге, когда мощность ракет увеличили, а автомобиль предварительно разогнали до скорости 30 километров в час, удалось развить скорость в 75 километров в час, что было всего чуть меньше тогдашнего рекорда скорости.

Следующие испытания прошли 11 апреля того же года с созданным для этих целей автомобилем «Опель-Рак-1». На нем была установлена специальная насадка для 12 пороховых ракет. Кроме того, на панель управления автомобиля была выведена кнопка, позволявшая включать систему зажигания. Движимая часовым механизмом, эта система зажигала через равные промежутки времени ракеты в той последовательности, как это было задано.

Состоялось несколько заездов, в каждом из которых на автомобиле укреплялось разное число ракет. Вновь место за рулем занял Курт Фолькхарт.

Первый пробег закончился благополучно. Правда, после того как автомобиль остановился, выяснилось, что одна из ракет не включилась. Второй пробег также был успешен но перед включением третьей группы ракет произошел взрыв. Автомобиль и пилота спасло предохранительное устройство, придуманное Валье. Этот взрыв можно считать одним из самых первых инцидентов с ракетной техникой. К счастью, он завершился без серьезных последствий.

А 12 апреля 1928 года Валье, Зандер и Опель впервые продемонстрировали свое творение общественности, специально приглашенной на автодром. На следующий день все немецкие газеты пестрели сообщениями об этих испытаниях. Радиостанции передавали выступление фон Опеля. Журналисты не только давали отчеты из Рюссельсгейма, но выдвигали самые смелые предположения о будущности ракетных автомобилей и ракетной техники вообще.

Обратите внимание на дату. Ровно через 33 года состоялся первый в мире полет человека в космос. Вот и не верь после этого в магию чисел.

Между тем Валье продолжал совершенствовать ракетный автомобиль. Совершенствовалась как конструкция самой машины, так и конструкция двигателя. Не всегда испытания проходили успешно, но чаще всего трудности носили локальный характер и не могли повлиять на реализацию программы в целом. Так, 21 мая во время пробного заезда автомобиля «Опель-Рак-2» с Фрицем фон Опелем за рулем произошел небольшой взрыв из-за дефектов в зажигании. Это не помешало спустя два дня провести еще один заезд, во время которого был установлен новый рекорд скорости – 230 километров в час.

Окрыленный успехом, фон Опель пообещал журналистам, которые присутствовали во время рекордного заезда, создать новый, еще более мощный автомобиль – «Опель-Рак-3» Но на этом этапе у Валье и автомобильного магната возникли серьезные разногласия. Первый мыслил возвышенными категориями и рассматривал проводимые опыты как этап в развитии ракетной техники, способной проложить путь к звездам. Фон Опель же рассматривал ракетные автомобили как источник получения прибыли и жил сегодняшним днем. В результате Валье вышел из соглашения, и дальнейшие опыты проходили без него.

Большинство этих опытов сопровождалось всевозможными авариями.

Первые пуски ракетной дрезины «Опель-Рак-3» без пассажиров состоялись 23 июня 1928 года на участке железнодорожного пути Ганновер-Целле. Это был абсолютно прямой отрезок железнодорожного пути, без подъемов и спусков. Первый заезд прошел успешно, была достигнута максимальная скорость в 281 километр в час. Единственной проблемой стало то, что несколько ракет вывалились во время движения из связки, а тормозные ракеты зажглись не вовремя и вылетели вверх.

А вот во время второго заезда дрезина разрушилась. Связка из 30 ракет, установленная на ней, придала слишком большое ускорение, в результате чего аппарат сошел с рельсов, причем ракеты с воем разлетелись в разные стороны, а некоторые из них взорвались.

Следующий опыт с ракетной дрезиной «Опель-Рак-4», которая была вдвое тяжелее своей предшественницы, состоялся 4 августа 1928 года. Во время этого заезда предполагалось установить новый рекорд скорости. Для изучения влияния ускорения на живой организм на дрезину усадили кошку. Этот эксперимент закончился полной неудачей. Едва дрезина стронулась с места, в двигательной установке взорвалась одна из ракет. И все могло закончиться благополучно – на подобные эксцессы двигатель был рассчитан, если бы не осколок, который замкнул систему воспламенения, заставив все ракеты в связке сработать одновременно. Рванувшись вперед, дрезина развалилась на части на глазах изумленных зрителей. Говорят, что подопытная кошка уцелела в этой огненной катавасии и, громко мяукая, рванула во всю свою кошачью прыть с места происшествия. На этом эксперименты с ракетными дрезинами закончились по требованию железнодорожных властей.

В то время, когда фон Опель экспериментировал с собственными разработками, Валье вновь возвратился к экспериментам с моделями ракетных самолетов. По большому счету, он никогда и не прекращал этих опытов, тесно сотрудничая с главным конструктором общества «Рен-Росситен Гезельшафт» Александром Липпишем и пилотом общества Фридрихом Штамером. Просто работа над ракетным автомобилем на время отодвинула модели на второй план. Но летом 1928 года у Валье появилась возможность плотнее заняться этой темой, что он и сделал.

Экспериментальные пуски моделей были проведены 9-11 июня 1928 года на горе Вассеркуппе. Увы, все пуски закончились неудачно. Как бы конструкторы ни размещали ракеты (на или под фюзеляжем, снизу или сверху крыльев), добиться устойчивого полета им не удалось. Осенью того же года была проведена еще одна серия опытов, но с тем же результатом.

Неудачи с моделями ракетных самолетов хотя и расстроили, но не разочаровали Валье. Тем более что в этот период у него было и другое «увлечение» – опыты по изготовлению крупнокалиберных ракет и конструированию собственной ракетной дрезины. Причем он стремился придать вновь создаваемому «экипажу» форму, свойственную ракетам. Испытания проводились на фабричном подъездном пути «Айсфельд» длиной в 200 метров. В отличие от фон Опеля и Зандера, Валье проявил во время экспериментов завидную осторожность. Он не стремился сразу же установить рекорды скорости, а шел к этому постепенно. Вероятно, поэтому его опыты и проходили без серьезных неприятностей.

Впервые широкой публике созданную им дрезину «Айсфельд-Валье-Рак-1» Валье решил продемонстрировать 26 июля 1928 года. Первые два заезда были пробными, для «разогрева» зрителей. Рекордным должен был стать третий заезд. Сначала все шло так, как и планировалось. Неприятности произошли на самом заключительном этапе эксперимента, когда предполагалось одновременное зажигание группы из шести ракет для придания устройству максимальной скорости. Все так и случилось, но ускорение было слишком велико. Изумленные зрители увидели, как дрезина удвоила свою скорость а потом сошла с рельсов и разбилась вдребезги.

Неудачным оказался и опыт со следующим творением Валье – дрезиной «Айсфельд-Валье-Рак-2». Первое тайное ее испытание было проведено 15 сентября 1928 года близ города Бланкенбург. По требованию фирмы «Айсфельд», финансировавшей работы, на дрезине была установлена новая дополнительная ракета тягой 120 килограммов. Она-то и стала причиной аварии. При зажигании эта большая ракета продавила гнездо, в которой крепилась, проскочила вперед и ударилась о сиденье водителя. Вслед за этим последовал взрыв, который мог бы привести к тяжелым последствиям, если бы на дрезине находился человек, а не мешок с песком на месте водителя. Дрезина устояла на рельсах и лишь слегка деформировалась, что позволяло продолжить опыты. Однако Валье решил не рисковать и от повторного испытания отказался.

Дальнейшие работы также ни к чему существенному не привели, и фирма «Айсфельд» отказалась от поддержки работ. Пришлось Валье искать новые источники финансирования.

Некоторое время он экспериментировал с ракетными повозками на паровой тяге, но это лишь из теоретического интереса, так как уже тогда было известно о преимуществе двигателей внутреннего сгорания перед своими предшественниками. Затем увлекся идеей ракетных саней. Благодаря финансовой поддержке нескольких друзей в январе-феврале 1929 года состоялись первые заезды опытного экземпляра «Валье-Рак-Боб-1». В экспериментах использовались наборы из 6, 8 и 12 ракет, зажигаемых попарно. Все прошло благополучно, за исключением заезда 3 февраля на льду озера Эйбзее. Первые две пары ракет зажглись благополучно, а вот при воспламенении третьей пары одна из ракет взорвалась, вызвав преждевременное воспламенение ракет четвертой пары В итоге сила тяги последних ракет не была использована и сани вскоре остановились В очередной раз все закончилось благополучно – водитель саней, а им в тот раз был сам Валье, не пострадал, да и сами сани не получили повреждения. Максимальная скорость, которая была достигнута во время этой серии экспериментов, составила 110 километров в час.

Следующие опыты по ракетным саням состоялись спустя несколько дней, причем для этого была использована новая конструкция, получившая название «Валье-Рак-Боб-2». Пробный пробег без пассажиров состоялся 9 февраля 1929 года во время праздника зимнего спорта на озере Штарнбергерзее. Двигатель в тот раз сработал безупречно, все ракеты выгорели в нужное время, разогнав сани до скорости 400 километров в час. Казалось, что Валье предусмотрел все, чтобы избежать новой неудачи. Но стремительно мчащиеся неуправляемые сани врезались в берег и получили сильные повреждения. К тому же и деньги у Валье кончились, и ему пришлось вновь оставить практику и возвратиться к теории.

Поразмыслив, он решил навсегда отказаться от применения батарей пороховых ракет в наземном транспорте и сосредоточить усилия на создании ракет на жидком топливе. И тут ему в очередной раз повезло – его жизненный путь пересекся с доктором Гейландом, владевшим заводом промышленных газов. С помощью одного из инженеров завода Вальтера Риделя Валье удалось построить и испытать небольшой жидкостный ракетный двигатель. 8 марта 1930 года двигатель развил тягу в 8 килограммов. Для дальнейших экспериментов был построен автомобиль «Валье-Гейланд-Рак-Мотор», на который и установили двигатель. Единственный испытательный заезд состоялся 19 апреля 1930 года на аэродроме Темпельхоф под Берлином. Несмотря на некоторые проблемы со сгоранием топлива, эксперимент прошел успешно, что позволило Валье заняться дальнейшим усовершенствованием двигателя.

Тут-то и произошла авария, стоившая жизни талантливого ученого и сделавшая его «первой жертвой межпланетных сообщений».

Нельзя не упомянуть еще об одном проекте Валье, правда, не реализованном, предложенном им совместно с Германом Обертом. Если читатели помнят, в романе великого французского писателя-фантаста Жюля Верна «Из пушки на Луну» описано, как герои отправились в межпланетное путешествие внутри снаряда, который выстрелила гигантская пушка, установленная на Американском континенте во Флориде.

Жюль Берн даже привел технические параметры пушки, с помощью которой намеревался отправить космонавтов к Луне. Орудие должно было иметь длину 274 метра и диаметр 274 метра. Первые 61 метр длины ствола заполнялись взрывчатым веществом весом в 122 тонны. Снаряд выстреливался со скоростью 16,5 километра в секунду. После прохождения земной атмосферы, где происходило торможение аппарата, он начинал двигаться со скоростью 11 километров в секунду, что было достаточно для полета к естественному спутнику Земли.

Снаряд должен был быть изготовлен из алюминия с толщиной стенок до 30 сантиметров. Перегрузки, которые пассажиры испытывали при выстреле и при торможении, компенсировались амортизаторами.

Фантастично? Да. Но математически точно и логично. Однако в своих расчетах писатель допустил некоторые ошибки, которые спустя полвека попытались исправить Валье и Оберт.

В предложенном ими проекте предполагалось выстрелить в сторону Луны снарядом длиной 7,2 метра и диаметром 1,2 метра. Изготовить снаряд предполагалось из стали с примесью вольфрама.

Если сравнить предложенный Валье и Обертом аппарат с космическими кораблями будущего, то можно увидеть, что они практически одного размера. А это значит, что талантливые немцы правильно рассчитали параметры корабля, способного доставить людей к Луне.

Валье прожил короткую, но очень яркую жизнь. Начатые им работы были продолжены многочисленными последователями, а сформулированные им идеи надолго пережили своего автора.

Глава 4

Трагедия воздушного «Титаника»

Конец 1920-х – начало 1930-х годов были периодом становления не только ракетной техники. Человек активно покорял небо. Стремление летать «выше всех, дальше всех, быстрее всех» было характерно не только для Советского Союза, где этот лозунг возвели в ранг государственной политики, но и для других стран. Давайте опустим термины «дальше» и «быстрее», а остановимся только на понятии «выше». До пилотируемых полетов в космос было еще далеко, но приблизиться к звездам хотелось уже тогда.

Покорять заоблачные выси на тот момент могли лишь аэростаты. Основным средством совершенствования летательных аппаратов этого типа, а следовательно, и покорения высоты считалось увеличение объема оболочки и герметизация кабины, в которой помещались пассажиры.

Первый стратостат был построен в Бельгии Огюстом Пикаром. Он же вместе со своим помощником Паулем Кипфером 27 мая 1931 года поднялся на высоту более 15 километров. А уже на следующий год Пикар преодолел отметку в 16 километров. Правда, этот полет едва не закончился трагически – герметичность кабины нарушилась, разбился аппарат со сжатым воздухом, сломался ртутный барометр. Пилоты задыхались в ядовитых парах. Дотянуть до Земли удалось на последнем баллоне с жидким кислородом.

Таким образом, всего за два года Огюст Пикар более чем на шесть километров увеличил рекорд высоты подъема на воздушном шаре. Тогда как самолеты едва осваивали высоты в 1 – 2 километра.

Вполне естественно, что на эксперименты Пикара обратили внимание в Советском Союзе, где гонка за лидерство было официальной политикой. Строительство аппаратов, способных превысить достижение Пикара, было начато в Ленинграде и в Москве. В столице этим занимались специалисты военно-воздушных сил, а в городе на Неве – гражданские инженеры. Программа полета ленинградского стратостата включала научные исследования, готовившиеся под руководством академика АН СССР Абрама Иоффе.

Первым взлетел аппарат ВВС. Знаменательный полет стратостата «СССР» состоялся 30 сентября 1933 года. В экипаж вошли командир 4-го воздухоплавательного дивизиона ВВС РККА Георгий Прокофьев, инженер-резинщик с завода «Каучук» Константин Годунов (он руководил пропиткой шелковой ткани, сделанной на Богородско-Глуховской мануфактуре) и пилот Эрнст Бирнбаум.

Рекорд Пикара был превышен почти на 3 километра. Советские газеты в те дни были полны статьями о новом достижении отечественной науки и техники. Приводился и текст телеграммы Константина Циолковского, которую он направил из Калуги в адрес руководителей полета: «От радости хлопал в ладоши. Ура «СССР»!»

Не обошлось и без идеологического обоснования возможности рекордного достижения. Газета «Правда» писала:

«На американской гондоле, которая первой поднялась в стратосферу, было написано большими буквами «Пикар». Это был полет отдельного человека, искавшего известности для себя. На советской гондоле, которая первой поднялась на 19 км, написано «СССР», это значит, что в полете участвует вся Советская страна».

Детище ленинградских инженеров отправилось в полет спустя четыре месяца, уже в следующем году, в дни работы XVII съезда ВКП(б). Новый рекорд высоты должен был стать подарком партийному форуму.

Конструкцию стратостата «Осоавиахим-1» разработал инженер Андрей Васенко при финансировании Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству СССР (Осоавиахим). Отсюда и название аппарата. Фактически же стратостат также принадлежал ВВС, с которыми Общество активно сотрудничало.

Ныне существует мнение, что «Осоавиахим-1» был обречен с самого начала. Если бы он полетел на несколько месяцев раньше то и рекорд был бы установлен и трагедии не случилось. На такую мысль наталкивают строки из письма Павла Федосеенко, командира аппарата, которые он направил еще зимой 1933 года в Центральный совет Осоавиахима. Он писал:

«Продолжительное хранение материальной части вызывает некоторые опасения, так как невозможно дать полную гарантию, что на 100% сохранность материальной части будет обеспечена. Такой большой и тонкой оболочки еще в СССР никто не хранил и практики в хранении не имеет. Продолжительное хранение еще более опасно для гондолы. Гондола предназначалась и изготавливалась для полетов, а не для хранения».

Сейчас трудно сказать, почему не вняли этому предупреждению. Может быть, понадеялись на авось или же настолько были уверены в надежности конструкции, что посчитали это предостережение перестраховкой. А скорее, просто из-за того, что надо было сделать подарок съезду любой ценой. Как бы то ни было, 30 января 1934 года «Осовиахим-1» отправился в полет.

Кто же вошел в экипаж стратостата?

Командир «Осовиахим-1» Павел Федорович Федосеенко родился в 1898 году в слободе Новая Сотня, что в Воронежской губернии. Служил в царской армии, в воздухоплавательном отряде. В 1918 году добровольцем ушел в Красную Армию. Уже спустя год командовал 9-м воздушным отрядом. Прославился дерзкими полетами, когда с аэростата корректировал наступление Красной армии на позиции Врангеля в Крыму. Над Перекопом пробыл в воздухе 377 часов. За бои на Южном фронте Федосеенко был награжден орденом Красного Знамени, а его отряду было вручено почетное революционное Красное знамя (единственному из всех отрядов)

После войны окончил курсы пилотов-аэростатов под Москвой, в Кунцево, высшую Воздухоплавательную школу в Ленинграде со званием красного командира-воздухоплавателя. И все время летал установил ряд рекордов В 1927 году ему удалось продержаться в воздухе 23 часа 57 минут – это был первый советский мировой рекорд в воздухоплавании.

В 1929 году поступил в Военно-воздушную академию имени Жуковского, которую спустя три года окончил с дипломом инженера-конструктора по дирижаблестроению. Служил в ВВС, а потом перешел на работу в Осоавиахим, где судьба связала его с инженером Андреем Васенко.

Андрей Богданович Васенко родился в 1899 году в городе Пушкин (бывшее Царское Село) под Санкт-Петербургом. Здесь же прошли его детские и юношеские годы. С отличием окончил Николаевскую мужскую гимназию. Имел прекрасный голос и ему прочили оперную карьеру. Однако мечта о небе пересилила все остальные увлечения.

Учился в Петербургском институте инженеров путей сообщения, занимался в кружке воздухоплавания. Отлично защитив свой проект «Перспективы исследования атмосферы при помощи дирижабля», получил диплом инженера воздушных путей сообщения. Преподавал в военно-технической школе ВВС в Ленинграде, а затем перешел в ленинградский областной совет Осоавиахима, где и начались работы по конструированию стратостата «Осоавиахим-1».

Писал труды о проблемах воздухоплавания, проектировал дирижабли. В научных кругах Ленинграда к работам молодого инженера проявляли большой интерес. Его даже пригласили сделать доклад в Русском географическом обществе о новых методах исследования атмосферы.

Проектирование «Осоавиахима-1» завершилось в 1932 году, и Васенко стал главным инженером строительства. Под этот проект был создан всесоюзный денежный фонд «Штурм стратосферы», поддержанный Циолковским.

Как уже упоминалось, во время полета «Осоавиахима-1» предполагалось провести многочисленные научные исследования. Для этого в гондолу аппарата имелось в виду поместить фотоаппарат, прибор для исследования магнитного поля Земли, метеорограф и компактную камеру Вильсона. Если большинство приборов выпускалось серийно и с их приобретением проблем не было, то камеру Вильсона еще только предполагалось создать. С этой задачей успешно справился молодой инженер из Физико-технического института Илья Усыскин. Он же стал третьим членом экипажа.

Илья Давидович Усыскин родился в 1910 году в Ярославской губернии в семье рабочего-большевика Давида Усыскина, сосланного за революционную агитацию из Витебска в сельскую местность. Илья с детства любил математику, проявлял способности при изучении иностранных языков. Еще в школе он настолько блестяще овладел немецким, что мог в подлиннике читать «Фауста» Гете. Уже в 16 лет молодой человек поступил в Московское высшее техническое училище, откуда вскоре перевелся в ленинградский Политехнический институт. Закончив его, работал в Физтехе у легендарного «папы Иоффе». Академик Абрам Иоффе и предложил талантливому ученому заняться сначала проектированием компактной камеры Вильсона, а потом отправиться в полет, чтобы на практике опробовать результаты своего труда.

Строительство «Осоавиахима-1» велось в Ленинграде, на заводе имени Сталина. Гигантская конструкция была готова во второй половине 1933 года, и осенью ее переправили в подмосковное Кунцево. Старт был назначен на 30 января 1934 года.

Рано утром 50 красноармейцев вынесли со склада завернутую в полотнище оболочку стратостата и развернули ее в виде огромного серебристого круга. Прозвучала команда «Дать газ» – по ткани пробежали волны, шар начал медленно расти. 140 красноармейцев держали поясные веревки, удерживая стратостат у земли.

На летном поле присутствовали начальник ВВС Яков Алкснис и председатель ЦС Осоавиахима Роберт Эйдеман. Приехал и молодой тогда кинооператор Роман Кармен, который снял впоследствии фильм «Высота 22 000 метров» Был и уже известный журналист Михаил Кольцов, который еще в 1930 году опубликовал в «Правде» статью «Хочу летать!». Репортаж о полете на все радиоточки СССР вела радиостанция имени Коминтерна в перерывах между сообщениями о работе XVII съезда ВКП(б).

И вот на летном поле появились стратонавты. Одетые в специальные комбинезоны с электроподогревом, они прошли мимо журналистов, красноармейцев, членов Государственной комиссии, кивая знакомым и отвечая на многочисленные приветствия. Такими они и остались в памяти присутствующих.

Павел Федосеенко, взяв в руки знамя Осоавиахима, сказал:

«Я заверяю, что в исторические дни работы XVII съезда партии мы сделаем все возможное, чтобы взять штурмом высоты стратосферы, недосягаемые до сих пор. Мы поднимем это знамя, знамя Осоавиахима, на неизведанные высоты!»

Затем стратонавты попрощались с собравшимися и заняли свои места в гондоле. Раздалась команда «Отдать поясные», красноармейцы отпустили веревки, и в 9 часов 4 минуты по московскому времени полет начался.

Через два часа была достигнута высота 19 тысяч метров, рекордная на тот момент, а спустя еще час из заоблачной дали стратонавты рапортовали партийному съезду о покорении высоты в 20 километров.

В 12 часов 33 минуты Васенко сделал запись в бортовом журнале о показании альтимером высоты в 22 тысячи метров и о начале спуска. Из-за большой влажности внутри гондолы радиосвязь прервалась, но, судя по записям, экипаж пребывал в прекрасном настроении и работал: снимал показания приборов, наблюдал за космическими лучами.

Последняя запись в журнале была сделана в 16 часов 13 минут, когда стратостат находился на высоте 12 километров. Тогда же гомельский радиолюбитель Неклюев принял радиограмму: «Внимание, говорит стратостат, передатчик «Сириус»... Сообщите об этом... Стратостат попал в зону осадков, обледенел, мы находимся в безвыходном положении. Облеплены льдом, падаем... Ждем удара. Два моих товарища в скверном состоянии... Кончаю, скоро удар».

Через несколько минут огромная стальная сфера упала на землю. Падение было столь стремительным, что экипаж не успел открыть люк и выброситься из гондолы с парашютами.

Как было установлено в дальнейшем, причиной аварии стало обледенение гондолы и ее последующий отрыв от шара. Подвел сварной шов, сделанный рабочими завода имени Сталина «новым революционным способом». Крепежные «лапки» не выдержали веса обледеневшей гондолы, она оторвалась и упала с большой высоты близ деревни Потижский Острог (ныне село Усыскино) в Мордовии.

В тот момент, когда произошла катастрофа, в Москве приближался к своему завершению партийный съезд Уже были утверждены все резолюции, провозглашены все полагающиеся здравицы в адрес лидеров ВКП(б), когда в жестко регламентированной работе форума случилось непредвиденное.

Вот выписка из стенограммы съезда:

«ПРЕДСЕДАТЕЛЬСТВУЮЩИЙ. Слово для сообщения имеет товарищ Енукидзе.

ЕНУКИДЗЕ. Я зачитаю небольшое печальное сообщение:

«30 января, между 15 часами 30 минутами и 17 часами дня, в Инсарском районе Мордовской области, около села Потижский Острог, в 8 километрах южнее станции Кадошкино Московско-Казанской железной дороги, упал стратостат «Осоавиахим № 1». Оболочка от удара оторвалась и улетела. В гондоле обнаружены трупы участников полета – товарищей Федосеенко, Васенко и Усыскина.

Из опросов очевидцев установлена следующая картина аварии: при падении стратостата оболочка оборвалась и при этом были слышны два взрыва. На месте обнаружены три трупа погибших товарищей, лежавшие в гондоле, один изуродованный до неузнаваемости. Все предметы и приборы, находившиеся в гондоле, разбиты. На место катастрофы для расследования выехала специальная комиссия».

В составе комиссии, направленной на место падения стратостата, работали профессор Молчанов и ряд других ответственных лиц. Среди груды исковерканных приборов они обнаружили остановившиеся карманные часы Васенко, стрелки которых показывали 16 часов 23 минуты. Из клочков бумаги собрали ленту барографа, по записям которого окончательно установили время катастрофы – 16 часов 21 минута.

2 февраля 1934 года на Красной площади прошел траурный митинг, и урны с прахом погибших стратонавтов были захоронены в Кремлевской стене.

После гибели «Осоавиахима-1» в Советском Союзе больше не предпринималось попыток подняться на рекордную высоту. Да и в других странах мира охладели к этой идее. Лишь в 1961 году капитан ВМС США Малькольм Росс превзошел достижение «Осоавиахима» и достиг на воздушном шаре высоты 34 668 метров.

С того трагического дня минуло уже 70 лет. Человек вышел в космос, и тогдашний рекорд видится ныне очень скромным достижением. Но человечество всегда будет помнить о подвиге первых героев штурма стратосферы. С них начинался путь к звездам.

Глава 5

«БИ-1»

Было бы логично, если бы следующая глава книги содержала рассказ об авариях и катастрофах ракетной техники, происшедших во второй половине 1930-х годов. Однако ничего значимого в тот период не случилось, несмотря на довольно интенсивные работы, которые велись в США, Германии, России и в некоторых других странах. Это было время, когда прошла эйфория первых успехов и конструкторы приступили к напряженной и кропотливой работе. Да, случались, конечно, аварии Без них не обойтись, когда идет процесс познания нового. Но по своим масштабам, да и последствиям, все эти события слишком незначительны. Поэтому я упомяну некоторые из них в приложении, а в этой главе сразу перейду к периоду Второй мировой войны и рассказу о работах в Советском Союзе по созданию ракетного истребителя «БИ-1».

Создание летательных аппаратов, оснащенных ракетными двигателями, началось на рубеже 1920-х и 1930-х годов. Наиболее активно такими работами занимались в Германии и в Советском Союзе. В целом большинство проведенных экспериментов были достаточно успешными, однако использовать полученные результаты для создания эксплуатационной машины не удалось. Вообще-то никто такой цели перед собой и не ставил – все были заняты более насущными проблемами, а именно – подготовкой к надвигающейся войне. А создатели ракетных самолетов не смогли предложить ни одного варианта его использования в военных целях, что в то время было единственным аргументом для продолжения работ.

Весной 1941 года в Советском Союзе в конструкторском бюро Болховитинова началось создание ракетного истребителя «БИ-1». Авторами проекта были молодые конструкторы Александр Березняк и Алексей Исаев. Отсюда и название самолета, по первым буквам фамилий его создателей Правда проект был включен в план работ на правах факультативного, что и определило соответствующее к нему отношение – хочется заниматься ребятам какой-то фантастикой, ну и пусть занимаются. Гладишь, их идеи когда-нибудь и пригодятся.

Новая машина предназначалась для борьбы с бомбардировщиками, которые могли угрожать крупным советским городам. Это был первый ракетный самолет, имевший четкое функциональное предназначение. Планировалось, что за счет огромной скорости самолет приблизится к противнику, уничтожит его и, планируя, вернется на аэродром базирования. Полет должен был быть коротким, но эффективным А учитывая, что машина проектировалась как достаточно дешевая, большое количество ракетных истребителей должно было решить проблему отражения воздушных атак.

Самолет проектировался с размахом крыльев всего 6,5 метра, а длиной 6,4 метра. Взлетный вес его составлял 1650 килограммов, из которых 710 килограммов приходились на топливо и окислитель.

Поначалу отношение к новой машине было довольно прохладным. Но все изменилось в одночасье, когда началась Великая Отечественная война и воздушные налеты на Москву стали лишь делом времени. Проект «БИ-1» из факультативного мгновенно перешел в разряд первоочередного. После доклада в Наркомате авиационной промышленности конструкторы получили приказ в течение 12 дней завершить эскизное проектирование. Предполагалось, что на испытания новой машины уйдет месяц, а к ноябрю 1941 года должно было начаться серийное производство «БИ-1».

Сейчас понимаешь, что осуществить все это было весьма проблематично. Слишком мало времени отводилось на создание принципиально новой конструкции, к тому же содержащей в себе элементы, которые никогда и никем прежде не разрабатывались.

Тем не менее, работы начались в стремительном темпе, и уже 11 июля было подписано постановление Государственного комитета обороны (ГКО), где сроки создания машины были определены как правительственное задание.

Первый «БИ-1» был передан для летных испытаний 1 сентября, всего на пять дней позднее, чем предписывалось правительственным постановлением. Правда, это был еще не совсем самолет, а лишь планер. Двигателя на нем не было. Создатели машины не рискнули поставить на него недоработанный и часто взрывающийся агрегат.

Но и к испытаниям приступили не сразу, несмотря на стремление Березняка и Исаева как можно скорее поднять машину в воздух. По приказу заместителя наркома Александра Яковлева «БИ-1» сначала отправили на «продувку» в Центральный аэрогидродинамический институт. Решение это было правильным, так как выявило ряд недостатков конструкции, которые могли уже в первом полете привести к аварии. После необходимых доработок полеты были разрешены и начались во второй половине сентября. Пилотировали машину летчик-испытатель Борис Кудрин и другие пилоты из Летно-исследовательского института. Так как на самолете не было двигателя, аппарат буксировался бомбардировщиком «Пе-2». Всего состоялось 15 таких полетов.

Но одно дело испытывать планер, а другое – проводить эксперименты с включением ракетного двигателя. К ним намеревались приступить в октябре, но немецкое наступление на Москву помешало началу очередной фазы летных испытаний. Решение об эвакуации предприятий заставило приостановить работы и переключиться на иные проблемы, которые на тот момент являлись наиболее злободневными.

Все конструкторское бюро Болховитинова вместе с оборудованием было эвакуировано на Урал, где и предстояло продолжить работы над «БИ-1». Несколько месяцев ушло на то, чтобы обосноваться на новом месте – в поселке Билимбай, неподалеку от Свердловска. И лишь в январе 1942 года работы над ракетным истребителем были продолжены. К тому времени необходимость в новой машине стала не такой острой и работать над ней можно было более или менее спокойно. Конечно, все это было относительно – война продолжалась, и конструкторы чувствовали свою ответственность за судьбы страны. Как ни высокопарно это звучит, но именно такие чувства обуревали всех, кто работал в то время над проектом ракетного самолета.

Итак, в начале второго военного года испытания «БИ-1» возобновились. Первой их стадией стали стендовые испытания жидкостного ракетного двигателя. Тогда-то и случился инцидент, который едва не стоил жизни летчику-испытателю Григорию Бахчиванджи. Огневое испытание, проведенное 20 февраля, предусматривало, что пилот сам запустит на стенде двигатель, а потом его остановит. Находиться он должен был в некоем подобии кресла пилота. Испытаниями руководил двигателист Арвид Палло.

Сразу после включения двигатель взорвался. Сопло улетело далеко от стенда и упало на лед замерзшего озера. Камера сгорания ударила по баллонам. Из разорванных трубопроводов под давлением забила азотная кислота. Бахчиванджи получил сильный удар по голове, к счастью, без тяжелых последствий. Меньше повезло Палло – кислота обожгла ему лицо, оставив следы на всю жизнь.

Дальнейшие испытания шли с переменным успехом, но в конце концов у конструкторов стало получаться что-то похожее на двигатель для самолета, и появилась возможность установить его на машине и приступить к полетам. 25 апреля 1942 года была создана Государственная комиссия по испытаниям, а 15 мая «БИ-1» впервые самостоятельно поднялся в небо. Все собравшиеся в тот день на аэродроме Билимбай стали свидетелями того, как маленькая машина легко оторвалась от земли и стала резко набирать высоту. Через 65 секунд кончилось горючее, и самолет стал планировать. Первая посадка была жесткой – одна стойка шасси подломилась и оторвалось колесо. Бахчиванджи был собой недоволен, но все остальные радовались как дети.

Несмотря на явный успех в первом полете, летные испытания были продолжены лишь в январе 1943 года. Восемь месяцев ушло на замену двигателя. Но это были организационные проблемы, а не технические.

Дальше события разворачивались следующим образом. 10 января был совершен второй полет. Машину вновь пилотировал Бахчиванджи. На этот раз, учитывая морозную погоду, самолет поставили на лыжи. Взлет и посадка прошли безупречно. В феврале-марте состоялись еще четыре полета – «БИ-1» с каждым разом летал все быстрее и все выше поднимался над землей.

Седьмой полет, ставший роковым, был назначен на 27 марта. Основной его целью являлось достижение максимальной скорости в горизонтальном полете. Все ждали, что будет установлен мировой рекорд скорости, составлявший в то время чуть больше семисот километров в час.

Как обычно, самолет оторвался от земли, круто поднялся вверх и перешел в горизонтальный полет. То, что произошло дальше, было неожиданно для многочисленных зрителей, наблюдавших за полетом с земли. Неожиданно самолет сорвался в пике и под углом в 45 градусов врезался в землю в шести километрах от аэродрома. Пилот погиб.

Специальная комиссия, расследовавшая катастрофу, истинную причину аварии установить не смогла. Было лишь установлено, что удалось достигнуть скорости около 800 километров в час. Это было на 100 километров в час больше, чем мировой рекорд.

Несколько слов скажу о Григории Бахчиванджи, которого впоследствии поставят в один ряд с теми, кто сложил свою голову в деле покорения космоса. Будут даже искать трагическое совпадение в датах гибели Бахчиванджи и первого космонавта планеты Юрия Гагарина оба они погибли в авиационных катастрофах 27 марта, с разницей в 25 лет. Однако не в этом дело. Самое главное в том, что «БИ-1» действительно можно считать предтечей и реактивной авиации, и космических кораблей.

Григорий Яковлевич Бахчиванджи родился 20 февраля 1908 года в станице Бриньковская Краснодарского края. С 1925 года работал в литейной мастерской, а потом слесарем на заводе в Мариуполе. В 1931 году ушел в армию, а спустя три года окончил Оренбургскую школу пилотов.

С первых дней Великой Отечественной войны находился в действующей армии. К августу 1941 года совершил 65 боевых вылетов, лично и в группе сбил пять самолетов противника. В августе того же года был отозван с фронта для летно-испытательной работы.

Вот такая короткая биография этого человека, талантливого летчика.

Долгие годы о Григории Бахчиванджи вспоминали лишь специалисты. Признание его заслуг пришло уже после первых полетов человека в космос. Спустя 30 лет после гибели летчику было присвоено звание Героя Советского Союза, а один из кратеров на поверхности Луны был назван именем Бахчиванджи.

Но вернемся к истории создания «БИ-1». Катастрофа надолго затормозила работы над ракетным истребителем. Конструкторы вновь и вновь проверяли свои расчеты, просчитывали поведение самолета на различных высотах и при различных скоростях. Все узлы новой машины многократно испытывались на стендах. На это ушли многие месяцы. Испытательные полеты были возобновлены в самом конце войны. К тому времени задачи у разработчиков уже были иные. Приближалась эра реактивной авиации, и необходимо было сделать боевую машину для решения совершенно иных задач, чем те, которые в 1941 году возлагали на перспективный ракетный истребитель.

Глава 6

Наследство нацистской Германии

Еще не смолкли последние залпы Второй мировой войны, еще лилась кровь на полях сражений, а в Германию с востока и запада устремились специальные подразделения, целью которых было захватить все, что могло пригодиться в грядущих битвах. Наибольшее внимание, что вполне естественно, вызывали атомная и ракетная программы Третьего рейха. Брали все без разбору, что под руку попадалось. Инженеры, способные оценить то, что нашли разведчики, появились на оккупированных территориях чуть позднее.

Секретные операции проводили спецслужбы США, СССР, Великобритании, Франции, других стран, входивших в антигитлеровскую коалицию. Пока они были еще союзниками. Но только в боях. Все, что касалось послевоенных интересов, уже развело их по разные стороны баррикад.

Самую масштабную операцию вели спецслужбы США. Они окрестили ее «Пэйперклип», что в переводе на русский означает «Скрепка». Что вкладывали американцы в это название, можно только гадать. Но в результате они действительно скрепили разрозненные листки ракетной, атомной, химической и прочих программ в единые цельные документы.

«Пэйперклип» позволил американцам заполучить и ведущих немецких специалистов, и большую часть оборудования, и множество технических документов. Одним словом, все, что немцы не успели уничтожить. Правда, англичанам, проводившим не такую крупную операцию и не рассчитывавшим на ведущую роль в делах послевоенной Европы, досталось гораздо больше, чем заокеанским партнерам. Но потом это все перекочевало в США, где и сосредоточились усилия западных стран по разработке и изготовлению ракетного оружия.

Немало досталось при дележе германского пирога и советским спецслужбам, проводившим в поверженной Германии свою операцию. Увы, установить ее кодовое наименование пока не удалось. Вероятно, в архивах существуют соответствующие документы, но пока они не рассекречены. В отличие от американцев, которые сразу же переправили свою добычу на свою территорию, советские специалисты довольно долго находились в Германии и изучали доставшиеся им документы, оборудование, опрашивали специалистов. Было создано несколько институтов, где бок о бок работали советские и немецкие ракетчики. Потом, правда, все это также было перевезено на «свою территорию».

В начале октября 1945 года англичане на старом немецком полигоне Кунксхафен провели операцию «Бэкфайер». Ее целью было продемонстрировать возможности немецких ракет. На полигон были приглашены представители всех держав-победительниц, в том числе и представители Советской армии. Многие из наших будущих главных конструкторов ракетно-космических систем побывали в те дни в Кунксхафене и смогли наблюдать за оружием будущих войн.

К работе на стартовых позициях были привлечены как английские военнослужащие, так и специалисты-ракетчики из Пенемюнде. Последним и принадлежала ведущая роль при подготовке ракет к старту. Англичане лишь учились у немцев да демонстрировали американцам и русским, что и они «не лыком шиты» и являются такой же страной-победительницей, как СССР и США.

К запуску из Кунксхафена готовились три «Фау-2». Их предполагалось запустить в сторону моря на максимальную дальность. Первый пуск был запланирован на 1 октября, но оказался неудачным – не прошла команда на включение двигателя, и старт отменили.

На следующий день к старту готовили уже другую ракету. На этот раз все прошло успешно. Присутствовавшие в Кунксхафене, естественно, видели только начальный этап полета «Фау-2», а ее падение смогли наблюдать только моряки с кораблей британского Королевского флота, специально направленные в район испытаний. Головную часть первой запущенной ракеты выловили на удалении почти 250 километров от места старта. По расчетам, во время полета она поднялась на высоту 70 километров.

Следующий пуск состоялся 4 октября, когда на пусковую установку вывезли ту самую «Фау-2», которая отказалась взлетать тремя днями раньше. И на этот раз успеха достигнуть не удалось. Хотя ракета и стартовала, но уже через несколько секунд после отрыва от стартового стола произошло преждевременное выключение двигателя, и ракета упала в 24 километрах от места старта. Это был первый аварийный ракетный пуск после окончания Второй мировой войны.

Третий пуск в рамках операции «Бэкфайер» был осуществлен 14 октября. На этот раз высота подъема головной части составила 84 километра. Правда, дальность при этом оказалась немного меньшей, чем во время пуска 2 октября. Но так и должно было быть.

На этом англичане завершили пуски трофейных баллистических ракет. Все остальные экземпляры «Фау-2» были погружены на корабли и доставлены в США, где они испытывались на армейском полигоне Уайт-Сэндс в штате Нью-Мексико.

Так как американцам досталось более ста готовых ракет, да еще и немецкие специалисты, которые это оружие разрабатывали, то программа летных испытаний была весьма обширна и предполагала проведение множества пусков с различными задачами полета. Причем большое место отводилось и научным исследованиям, в первую очередь изучению верхних слоев атмосферы. Отмечу еще, что работу с «Фау-2» вели в основном немецкие ракетчики из команды Вернера фон Брауна. Сами американцы в тот момент предпочитали заниматься изучением неизвестных им технологий. Однако начали и разработку собственных ракет. К этим работам немцев не подпускали на пушечный выстрел.

Первый испытательный пуск «Фау-2» с полигона Уайт-Сэндс состоялся 16 апреля 1946 года. В ходе полета, кроме решения технических вопросов, предполагалось провести изучение космического излучения. Соответствующее оборудование было подготовлено специалистами Лаборатории прикладной физики из Университета Джонса Хопкинса. Как нередко бывает, в первом пуске достигнуть успеха не удалось – ракета поднялась на высоту 8 километров, после чего «решила» вернуться обратно.

Зато второй испытательный пуск, осуществленный 10 мая того же года, оказался успешным. Максимальная высота, которая была достигнута в том рейсе, составила 112 километров. Это первый задокументированный факт преодоления условной границы между атмосферой и космосом.

Нет нужды подробно описывать все пуски «Фау-2», которые провели американцы совместно с немцами. Их были десятки. Американцам хватило трофейных ракет до 1952 года. Перечислю только те пуски, которые были аварийными или при которых возникали серьезные отклонения от программы полета. Кроме того, стоит упоминания ряд любопытных экспериментов, которые так или иначе повлияли на развитие американской ракетной техники.

О первых двух стартах уже была речь. Еще три, которые состоялись в начале лета 1946 года, оказались успешными. А вот шестой завершился неудачей. Запущенная 19 июля 1946 года из Уайт-Сэндс ракета «Фау-2» выполнить свою задачу не смогла. В ходе полета предполагалось провести изучение ионосферы с помощью аппаратуры, разработанной специалистами Научно-исследовательской лаборатории ВМФ США. Но до верхних слоев земной атмосферы добраться не удалось – ракета потерпела аварию на высоте около 5 километров.

Неудачей закончился и девятый пуск, предпринятый 15 августа 1946 года. Для него задачей являлось изучение космической радиации по заданию ученых из Принстонского университета. И вновь не удалось добраться до нужной высоты – ракета взорвалась на высоте трех километров от земной поверхности.

А попытка запуска «Фау-2», которую сделали 22 августа 1946 года, вообще окончилась взрывом прямо на пусковой установке.

Аварией сразу после старта окончился тринадцатый пуск ракеты с полигона Уайт-Сэндс, предпринятый 7 ноября 1946 года. Чертова дюжина – она и в Америке чертова дюжина?

20 февраля 1947 года американцы приступили к пускам ракет по программе «Блоссом», предполагавшей отработку методики отделения возвращаемого отсека с образцами различных материалов и простейшими живыми организмами и его последующего спуска на Землю на парашюте. Но основной задачей было, конечно же, научиться отделять головные части боевых ракет при их приближении к цели.

Первые в мире фотографии земной поверхности с высоты более 160 километров были получены 7 марта 1947 года во время двадцатого пуска ракеты «Фау-2» с полигона Уайт-Сэндс.

Во время двадцать третьего пуска с полигона Уайт-Сэндс ракеты «Фау-2», осуществленного 17 апреля 1947 года, были проведены испытания прямоточного воздушно-реактивного двигателя, созданного специалистами компании «Дженерал электрик» для использования в проектируемой ракете «Гермес-В».

А 6 сентября 1947 года ВМФ США провели в Тихом океане операцию «Санди», в ходе которой немецкая трофейная ракета «Фау-2» была запущена с борта авианосца «Мидуэй». На борту судна присутствовали многочисленные гости, среди которых был Вернер фон Браун с некоторыми членами своей команды, а также многие американские ракетчики, работавшие над созданием собственных ракет. Показательный пуск оказался неудачным – ракета сразу после запуска пошла по нерасчетной траектории, поднялась на высоту в один километр, после чего устремилась вниз и упала в океан на удалении 10 километров от борта судна.

20 ноября 1947 года. Неудачей завершился очередной пуск ракеты «Фау-2» с полигона Уайт-Сэндс, в ходе которого предполагалось изучить верхние слои земной атмосферы. Преждевременное отключение двигателей не позволило преодолеть высоту 27 километров, что сделало невозможным проведение запланированных исследований.

На борту очередной ракеты «Фау-2», запущенной 11 июня 1948 года с полигона Уайт-Сэндс, находилась обезьяна Альберт I. Она стала первым живым существом, «заброшенным» на высоту более 60 километров (максимальная высота подъема составила 62,4 километра). К сожалению, возвратиться живым на Землю первому Альберту было не суждено – на большой высоте произошла разгерметизация кабины, и обезьяна погибла от удушья.

14 июня 1949 года. Во время очередного пуска «Фау-2» на борту ракеты находилась обезьяна Альберт П. Как и годом раньше подопытное животное живым на Землю вернуть не удалось Правда, на этот раз причиной гибели обезьяны стал удар о поверхность при приземлении.

16 сентября 1949 года. На борту «Фау-2» совершило полет еще одно подопытное животное – обезьяна Альберт III. Как и второй Альберт, третий погиб при ударе о земную поверхность.

Первое живое существо благополучно вернулось на Землю после полета на ракете лишь 8 декабря 1949 года. Им стала обезьяна Альберт IV. А обеспечило благоприятный исход специальное кресло, созданное для того, чтобы компенсировать удар о Землю. После полета Альберта IV в США прекратили экспериментировать с живыми существами и возобновили исследования только в начале 1960-х годов когда начали готовить к полету в космос людей.

Целая череда неудач последовала в начале 1950-х годов, когда пускали последние из сохранившихся экземпляров «Фау-2». Но к тому времени в распоряжении американских специалистов было немало других ракет, так что эти аварии особого значения не имели, но следует сказать и о них чтобы читатели могли составить целостную картину истории «Фау-2» в США.

Во время полета 26 октября 1950 года удалось достигнуть высоты только 8 километров, хотя было запланировано изучение верхних слоев атмосферы.

Еще одна неудача – во время полета 18 января 1951 года. Предполагалось изучение солнечной радиации. Но двигатель отключился практически сразу после старта, подняв ракету всего на два километра.

Аналогичным результатом завершился пуск 19 марта 1951 года. Вновь произошло преждевременное выключение двигателя, и ракета взлетела только на 3 километра.

А попытка запуска 14 июня 1951 года очередной «Фау-2» завершилась взрывом на стартовой позиции.

19 сентября 1952 года. Последний пуск ракеты «Фау-2» в США. Обычно «комом» оказывается только первый блин. У американцев же и последний пуск был неудачным – вновь преждевременное отключение двигателя и лишь 7 километров подъема над поверхностью Земли.

Вот так смогли распорядиться нацистским ракетным наследством в США.

Вернемся в родные пенаты и взглянем, как у нас распорядились всем тем, что попало в руки советских специалистов на оккупированных территориях. В Советском Союзе программа работ с немецкой трофейной техникой была не столь грандиозной, как у американцев. Досталось нам несравненно меньше, поэтому и пускали меньше. Да и путь от копирования немецкой техники до создания собственных работ в нашей стране удалось пройти быстрее, чем за океаном.

Работы по ракетному вооружению начались в СССР после принятия 13 мая 1946 года постановления Совета Министров № 1017-419. Этим документом был определен перечень задач, которые было необходимо решить в этой новой для советской промышленности сфере деятельности, а также состав предприятий и учреждений, которым предписывалось заниматься ракетной тематикой.

На первом этапе занимались обычным копированием немецких ракет на том оборудовании, которое было вывезено из Германии В Советский Союз доставили и некоторых немецких специалистов, работавших у себя на родине по ракетным программам. Конечно, это были не те «сливки» которые достались американцам. Но, может, это и к лучшему. Будь иначе, не удалось бы нам в кратчайшие сроки сделать те ракеты, которые впоследствии создали нам имидж сильной космической державы. Да и сейчас позволяют оставаться на плаву.

Итак, в наследство нам досталось всего-то ничего – десяток разукомплектованных «Фау-2», которые с помощью немецких специалистов были доделаны и доведены до летной готовности. Испытательные пуски проводились в октябре-ноябре 1947 года с только что созданного ракетного полигона Капустин Яр. Проведенные эксперименты оказали большую помощь в работе, хотя и не всегда проходили успешно. Процитируем технический отчет о проведенных опытных пусках ракет дальнего действия «А-4» («Фау-2»). Этот документ подписан главным конструктором НИИ-88 по ракетам дальнего действия Сергеем Королевым, главным конструктором ОКБ-456 по двигателям ракет дальнего действия Валентином Глушко, главным конструктором НИИ-885 по системам управления ракет дальнего действия Михаилом Рязанским, главным конструктором НИИ-10 по гироскопическим приборам ракет дальнего действия Виктором Кузнецовым, главным конструктором ГСКБ по наземному пусковому и заправочному оборудованию для ракет дальнего действия Владимиром Барминым и начальником 4-го Главного управления Главного артиллерийского управления генерал-майором Андреем Соколовым. Технический отчет был утвержден 28 ноября 1947 года председателем Комиссии по опытным пускам маршалом артиллерии Николаем Яковлевым.

Итак, раздел «Календарь испытаний» технического отчета:

«15 октября. Ракета 02Т с двигателем 04Т после успешного проведения на технической позиции предусмотренных инструкциями проверочных испытаний поставлена на стенд для огневых испытаний двигателя.

16 октября. Закончен полный цикл автономных и генеральных испытаний автоматики двигательной установки на стенде. Проверены вся электросистема наземного оборудования и агрегаты питания. Ракета заправлена топливом и полностью подготовлена к запуску.

17 октября. В 0 ч 30 мин произведены первые огневые стендовые испытания двигателей ракеты 02Т. Результат испытаний получен положительный. Двигатель работал хорошо, регистрирующие приборы записали все диаграммы. С утра готовили на технической позиции ракету 010Т для пуска в воздух и доставили ее на старт в 21 ч. Всю ночь продолжалась подготовка этой ракеты на старте при свете прожекторов.

18 октября. Сутра на старте были проведены автономные и генеральные испытания ракеты 010Т. Первый опытный пуск ракеты «А-4» № 010Т состоялся в 10 ч 47 мин. Ракета полетела нормально и упала в районе цели на дистанции 206,7 км, уклонившись влево на 30 км от директрисы.

19 октября. В 15 ч 40 мин на старте начаты работы с ракетой 04Т и закончены подачей заправочных средств на площадку к 19 ч 30 мин.

20 октября. Работы на стартовой площадке были возобновлены в 7 ч 30 мин утра и завершены пуском ракеты 04Т в 11 ч 14 мин. В полете ракета сильно уклонилась влево и упала на дистанции 231,4 км, уйдя влево от директрисы на 181 км. Вечером на старт привезена ракета 08Т.

21 октября. При заправке ракеты 08Т на старте было обнаружено протекание спирта внутрь хвостового отсека через трубку,предназначенную для регистратора давлений «Мессины-1». Трубку после снятия прибора забыли заглушить. Для просушки стабилизатора ракету сняли с пускового стола и отправили на техническую позицию.

22 октября. После детальной проверки ракеты 08T на технической позиции в 18 ч 30 мин ракета 08T вторично была доставлена на старт. На стенде установлена ракета 11Н, проведена подготовка ее к огневым испытаниям. Пять попыток запустить двигатель не увенчались успехом – не срабатывала главная ступень. Слили кислород и перекись.

23 октября. Пуск ракеты 08Т состоялся в 17 ч 05 мин. Вскоре после взлета ракета вошла в облака и скрылась из виду. Падение ракеты было обнаружено спустя несколько дней в 29,4 км от старта вправо на расстоянии 3,9 км от директрисы. Ракета упала плашмя, потеряв три стабилизатора на полпути в воздухе. На стенде из ракеты 11Н слили спирт.

24 октября. На старте установлена ракета 09Т. Весь день производили попытку запустить ракету 11Н на стенде, но безуспешно. Срабатывали зажигание и предварительная ступень, но главная ступень двигателя не включалась.

25 октября. Готовили к пуску ракету 09Т. После того как ракета была полностью заправлена, подломилась ножка пускового стола. Ракета сильно качнулась и, опершись о площадку лафета, задержалась в накрененном положении. Во время слива компонентов лопнул воздушный трубопровод и в камеру сгорания потек жидкий кислород.

26 октября. Ракета 11Н снята со стенда и отправлена на техническую позицию для выяснения причины отказов запуска двигателя. Впоследствии было установлено, что ракета 11Н находилась в полном порядке, а причина отказов скрывалась в электросхеме наземного оборудования – в пульте машины включения.

27 октября. На стенде установили ракету 12Н.

28 октября. Ракету 091 сняли со старта из-за трещин, которые появились на внутренней поверхности камеры сгорания и сопла в результате попадания на внутренние стенки камеры жидкого кислорода. В 8ч 50 мин на старт подана очередная ракета 03Т с «Мессиной», записывающей работу рулей. Пуск ракеты (четвертый по счету) состоялся в 16 ч 47 мин. В отличие от первых трех пусков в ракете ОЗТ дополнительно были поставленыфильтры, поглощающие колебания, идущие по проводам от гироприборов в усилитель-преобразователь при возникновении вибрации на ракете. Полет ракеты оказался удачным. Падение было отмечено в районе цели – 274,3 км по дальности и 4 км влево.

29 октября В 5ч утра на старт подана ракета 061, а в 8 ч 20 мин был дан отбой работе на стартовой площадке из-за плохой погоды – низкая облачность и ветер до 10 м/с. Стартовая команда была направлена на стенд, где принялась готовить ракету 12Н с двигателем 03Н для огневых испытаний. После нахождения неисправности в наземном электрооборудовании в 19 ч 30 мин на стенде состоялся очередной успешный запуск двигателя ракеты 12Н. Были записаны все наметившиеся диаграммы, кроме основной диаграммы давления в камере сгорания.

30 октября. Подготовка ракеты 06Т к пуску. Дан отбой – плохая погода.

31 октября. Пуск ракеты 06Т с «Мессиной», регистрирующей работу двигателя, состоялся в 16 ч 41 мин. Вскоре после отрыва от пускового стола ракета стала вращаться вокруг продольной оси. Вращение ракеты сопровождалось колебаниями, и в таком состоянии ракета скрылась в облаках. Падение ракеты из облаков происходило в горизонтальном положении с оторвавшимися стабилизаторами. Ракета упала плашмя в 2 км от старта.

1 ноября. На стенде проведены повторные огневые испытания ракеты 12Н. Двигатель работал нормально. Регистрирующие приборы произвели запись основных параметров работы двигателя. В 18 ч 10 мин на старт была подана ракета 01Т, которую ночью стали готовить к пуску.

2 ноября. В 10 ч 47 мин на старт вывезли ракету 14Н с регистрирующей аппаратурой «Фиан», а ракету 01Т в 11 ч 50 мин отвезли на техническую позицию для замены рулевой машинки. Пуск ракеты 14Н состоялся в 18 ч 14 мин, причем полет ее был нормальным и падение, по данным расчета на основании радиолокационных измерений, произошло в районе цели: Х-260 км, боковое отклонение от директрисы -5 км влево.

3 ноября. Состоялся 7-й пуск ракеты «А-4». На старт в 9 [ч] 00 [мин] была доставлена ракета 30Н. Пуск ее состоялся в 15 ч 05 мин. Вскоре после старта ракета стала уходить влево, затем вращаться вокруг продольной оси, потом у нее оборвались стабилизаторы, и ракета, воспламенившись, стала плашмя падать наземлю. Падение ракеты произошло на расстоянии 2,3 км от старта. Вечером на старт подана ракета 07Т.

4 ноября. Ракету 07T готовили к пуску, но в 12 [ч] 20 [мин] ее сняли со старта – был обнаружен запах горения кабельной сети ракеты. В 12 ч 00 мин на старт вторично была подана ракета 01T после замены у нее рулевой машинки на технической позиции. Пуск ракеты состоялся в 18 ч 02 мин. Полет ракеты 01T был устойчивым и нормальным. Падение ракеты зарегистрировано на дистанции 268,9 км с отклонением от директрисы влево на 1,1 км.

5 ноября. С 7 ч 30 мин на старте начались работы по подготовке к пуску ракеты 21Н с «Викторией-4». В 19 [ч] 00 [мин] дана команда «Отбой до утра».

6 ноября. С 7ч 00 мин работы по подготовке ракеты 21Н к пуску были возобновлены, и к 12 ч 10 мин ракета полностью была готова к старту. Пуск не состоялся из-за облачной погоды, и компоненты были слиты.

7 ноября. Праздновали 30-летие Великой Октябрьской социалистической революции.

8 ноября Днем ракету 21Н подготавливали к пуску; были проведены предстартовые испытания, но ракету не пустили из-за плохой погоды.

9 ноября В расчете на благоприятную погоду с 14 ч 00 мин ракету 21Н снова начали готовить к пуску; в 16 ч 45 мин небо опять закрылось тучами и была дана команда «Отбой».

10 ноября. Подготовка ракеты к пуску была возобновлена с 8ч 00 мин утра, в 12 ч 12 мин была неудачная попытка запуска двигателя. При включении предварительной ступени хлопком вышибло зажигательное устройство из камеры сгорания и повредило при этом графитовый руль, который был заменен новым. В 12 ч 39 мин состоялся пуск ракеты. Ракета после крутого подъема вверх стала заметно уклоняться вправо и упала на расстоянии 24,4 км от старта, на расстоянии 18,2 км от трассы.

Несмотря на то что головная часть ракеты была снаряжена дым[овой] смесью, воронка при падении оказалась очень большой, имеющей правильную коническую форму с размерами: диаметр основания -17 м и глубина воронки – около 6 м.

В 16 ч 00 мин вывезена на старт и установлена на пусковой стол ракета 22Н с головной частью «Фиан». Через час она быласнята и отправлена обратно на техническую позицию для замены рулевой машины №4.

11 ноября. Ракета 22Н в 3 ч 00 мин вновь была подана на стартовую площадку. К 12ч 10 мин ракета прошла все испытания, но из-за плохой погоды (ветер и дождь) была снята и отправлена на техническую позицию в закрытое помещение.

12 ноября. В 12 ч 00 мин ракету 22H вновь установили на пусковом столе и к 15 ч 15 мин подготовили к пуску, но из-за сильной облачности дальнейшие испытания были прекращены.

13 ноября. В 8ч 00 мин возобновлены работы на старте с ракетой 22Н, и в 11ч 30 мин ракета ушла в воздух. Полет ракеты был правильный. Упала ракета на дистанции 270 км, уклонившись вправо от трассы на 80 м. В 12 ч 00 мин на старт была подана новая ракета 19Н с прибором «Виктория-4». В 17 ч 00 мин состоялся старт этой ракеты. Полет ракеты был правильный, и упала она на дистанции 262,2 км, уклонившись от расчетной директрисы на 700 м влево».

Надеюсь, читатели согласятся, что в документе приведена вся необходимая информация и мне нет нужды что-либо добавлять.

Пуски 1947 года принесли чрезвычайно много отечественному ракетостроению. Уже через год в небо поднялись ракеты с индексом Р-1. Внешне они были очень похоже на немецкие «Фау-2». Но это были уже совершенно другие ракеты. За ними последовали еще более мощные и еще более совершенные. А потом пришло время космоса.

На этом завершим рассказ о наследстве нацистской Германии, доставшемся державам-победительницам. Но прежде чем перейти к следующему этапу развития ракетной истории, следует сделать небольшое отступление.

Отступление первое

«Розуэллский инцидент»

Вероятно, некоторым читателям уже поднадоело читать о тех неудачах, которые преследовали создателей ракетной техники в период ее становления. Взрывы, аварии, смерти.

Но это лишь цветочки. Ягодки будут, когда дело дойдет до освоения космоса!

Чтобы хоть ненадолго отвлечься от этой трагичной темы, расскажу об одном событии, случившемся в 1947 году в пустыне американского штата Нью-Мексико. Правда, и здесь речь пойдет о катастрофе, но не земной ракеты, а некоего «инопланетного космического корабля», разбившегося во время посадки на Землю. В уфологической литературе эта авария именуется «розуэллский инцидент». В ее достоверности сомневается большинство специалистов, но есть и такие, кто свято уверен, что мы уже давно вошли в контакт с внеземным разумом и своими достижениями в ракетной и космической технике обязаны именно им. В частности, этим контактам приписывается появление в нашей жизни таких технических достижений, как транзистор, лазер, приборы ночного видения и т. п.

Скажу сразу, что я принадлежу к числу тех, кто не верит в НЛО. Тем не менее, приведу ту трактовку «розуэллского инцидента», которая бытует среди уфологов. И сделаю это потому, что, во-первых, природа явления так и не выяснена, а значит, можно предполагать что угодно, а во-вторых, это просто интересно. Надеюсь, читатели меня за это не осудят. Ну а кому невмоготу читать об «инопланетных штучках», могут просто перелистнуть эти страницы.

Итак, вечером 2 июля 1947 года жители небольшого городка Розуэлл стали свидетелями необычного явления: над их головами с большой скоростью промчался неизвестный светящийся объект. В 120 километрах к северо-западу от города он попал в грозу, и в него, видимо, ударила молния, в результате чего он взорвался.

Поврежденный объект резко изменил направление своего движения и, пролетев еще 250 километров, упал в районе плато Сан-Антонио западнее города Соккоро. Наутро его обнаружила группа студентов-археологов, работавшая неподалеку. В этом же районе были обнаружены и тела человекоподобных существ.

По показаниям «очевидцев», упавший объект представлял собой круглый по форме металлический летательный аппарат диаметром около 9 метров, один край которого был сильно поврежден, а двигательная установка полностью разрушена взрывом. Найденные человекоподобные существа имели большие головы без волос с впалыми глазами и отверстия для рта, носа и ушей, непропорционально длинные пальцы на руках и ногах. Судя по всему, все погибшие были мужчинами.

Военные оцепили место катастрофы и приказали всем его покинуть, запретив говорить о том, что здесь произошло. Обломки дисколета были срочно собраны и переправлены на расположенную неподалеку авиабазу Райт-Петтерсон для изучения. А сам аппарат и тела членов его экипажа были перевезены на авиабазу Эдвардс в Калифорнии.

Завесу молчания первыми нарушили сами военные. Уже через неделю после аварии местные газеты опубликовали сенсационное сообщение, ссылаясь на слова лейтенанта Хута из 509-й бомбардировочной группы, дислоцированной в Розуэлле. По его словам, в руки военных попал поврежденный дисколет явно внеземного происхождения.

Дальнейшие публикации в местной прессе остановили агенты Федерального бюро расследований, а офицеров с базы в Розуэлле срочно перевели на другие авиабазы, дабы у них не было соблазна поделиться с кем-то секретной информацией. Но сенсацию подхватили крупнейшие печатные издания США, а затем ее напечатали и газеты других стран. Так как огласки избежать не удалось, на срочно созванной пресс-конференции представитель Пентагона сообщил, что близ Соккоро упал метеозонд и все, что удалось обнаружить, является его остатками. Для подкрепления этой версии были продемонстрированы куски обычного метеозонда «Равин» с радиолокационной мишенью из фольги.

Но официальные разъяснения мало кого успокоили, и слух о прилете НЛО стал быстро распространяться, обрастая все новыми и новыми подробностями.

О «розуэллском инциденте» спорят до сих пор. Для уфологов он стал самым ярким событием за все время наблюдений «летающих тарелок». По их данным, проблема «инопланетного вторжения» обсуждалась в американском правительстве, результатом чего стала совершенно секретная операция «Маджистик-12», целью которой как раз и являлся сбор любой информации о неопознанных летающих объектах и ее анализ на предмет возможного использования в военных целях.

Проводилась или нет такая операция, достоверно неизвестно. Но официальные и неофициальные представители правительства США в последующие годы делали неоднократные попытки дать какое-то объяснение тому, что произошло в Розуэлле. Чаще всего пытались списать феномен на неудачный пуск трофейной ракеты «Фау-2» с полигона Уайт-Сэндс. Причем указывалось, что найденные тела инопланетян есть не что иное, как трупы подопытных обезьян, которые помещались на этих ракетах.

В общем-то объяснение вполне правдоподобное. Тем более что многие появления НЛО действительно связаны с ракетными пусками. Бывало, что последние ступени ракет и принимали за «летающие тарелки».

Однако справедливости ради это объяснение придется опровергнуть.

Во-первых, пуски экспериментальных ракет проводились в те годы только в дневное время суток. Для удобства наблюдения за ними.

Во-вторых, согласно данным историков, ближайшие по времени пуски ракет «Фау-2» состоялись 15 мая и 10 июля, а вот 2 июля никакого старта не было.

В-третьих, согласно данным тех же историков, с обезьянами американцы начали экспериментировать только в 1948 году.

Поэтому вряд ли можно согласиться с ракетной версией событий в Розуэлле.

Есть предположения, что американцы экспериментировали с трофейными немецкими дисколетами, но и здесь слишком мало информации, чтобы сказать нечто определенное. Так что «розуэллский инцидент» как был загадкой, так ею и останется на долгие годы, если не навсегда.

Еще одно добавление к этому инциденту. Уфологи склонны считать катастрофу в Розуэлле некой подсказкой со стороны инопланетян нашей цивилизации, позволявшей человечеству выйти на новые рубежи технического прогресса. Причем эта подсказка была сделана в 1947 году только крупнейшим державам-победительницам во Второй мировой войне. До этого момента инопланетяне размышляли, к кому обратиться. Существует версия что катастрофа в Нью-Мексико так же как и менее известная катастрофа НЛО в России, под Архангельском, была специально подстроена, чтобы передать в руки землян внеземные технологии. Вроде бы все логично в этой версии. Но мне она не по душе. Человечество и без подсказок в состоянии сделать очень многое. Правда, жить по-человечески еще не научилось. Увы!

Пожалуй, на этом я поставлю точку и возвращусь к реальной ракетной истории человечества, с ее невзгодами и трудностями, с ее авариями и катастрофами. По крайней мере, здесь мне не придется применять эпитет «якобы», и писать я смогу о том, что знаю, а не о том, во что не верю.

Глава 7

Межконтинентальная баллистическая

Космическая эра началась для человечества поздним вечером 4 октября 1957 года, когда межконтинентальная баллистическая ракета «Р-7», позже получившая известность как «Семерка», вывела на орбиту первый в мире искусственный спутник Земли. Это была наша ракета, это был наш спутник, это была наша победа, сравнимая разве что с победой в Великой Отечественной войне, последние залпы которой отгремели всего за 12 лет до этого великого события. Над планетой разнеслось незабываемое «Бип-бип-бип», навсегда изменившее жизнь людей, сделав их гражданами Вселенной. Это был самый первый в мире космический пуск, и он, к радости одних и к досаде других, оказался успешным.

Но прежде чем удалось сделать, казалось бы, невозможное – преодолеть притяжение Земли, – советским инженерам и конструкторам пришлось пройти долгий путь познания, через длинную череду неудач и разочарований и найти те единственно правильные технические решения, которые и привели к победе человеческого разума над силами природы.

Поэтому и рассказ о космонавтике в целом надо начинать именно с «Семерки», и, соответственно, все «неприятности» в космосе также ведут свой отсчет от нее. Аварии, происшедшие в процессе летных испытаний ракеты, стали первыми, которые с полным правом относятся к разряду космических.

Разработка ракеты «Р-7» велась в интересах обороны, а за то, что она стала космическим носителем, надо благодарить судьбу и Сергея Павловича Королева, мечтавшего о прорыве в космос и подчинившего всю работу по созданию боевых ракет этой идее. Так что, по большому счету, «Семерка» – это побочный продукт «холодной войны», к счастью, уже десять с лишним лет как закончившейся. А ее детище в измененном виде продолжает находиться в строю.

Основой для начала работ по созданию межконтинентальной баллистической ракеты «Р-7» (заводской индекс 8К71) стало постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР, принятое 20 мая 1954 года. В те годы перед нашей страной стояла задача огромной важности – создание носителя ядерного оружия, способного поразить цели на территории неуязвимой на тот момент Америки. Одним из возможных вариантов, а их было несколько, и стала «Семерка».

За неполных три года удалось разработать не только саму ракету, но и создать производственную и испытательную базу, построить наземные сооружения, необходимые для обеспечения ее пусков. Именно в тот период родился знаменитый Байконур, правда, о его существовании мы узнали спустя много лет. Именно тогда были образованы предприятия, ставшие впоследствии гордостью отечественной космонавтики. Именно тогда...

Итак, к началу 1957 года работы по «Р-7» вступили в завершающую стадию. Лишь реальный полет мог теперь доказать или опровергнуть все то, что было придумано, сконструировано, воплощено в металле.

К летным испытаниям готовились долго и тщательно. Предстоящие пуски должны были стать своеобразным экзаменом не только для «Р-7» и ее создателей, но и для всей страны. Окажись они удачными, и Советский Союз с полным правом превращался в сверхдержаву, а провал испытаний ставил под сомнение само существование нашей страны.

Первый летный экземпляр «Семерки» прибыл на Байконур в апреле 1957 года. Почти месяц ушел на то, чтобы устранить те замечания, которые были выявлены при проверках отдельных узлов и агрегатов. И вот 15 мая в 19 часов 1 минуту по московскому времени ракета оторвалась от Земли и, быстро уменьшаясь в размерах, взмыла ввысь. Все причастные к пуску очень надеялись на успех, на то, что ракета полетит с первой попытки.

Но чаще всего первый блин оказывается комом. Так получилось и в тот раз. Следившие за полетом ракеты увидели, как сначала перекосилась струя огня, вырывавшаяся из сопел ракетных двигателей, а потом неожиданно все погасло.

Чуть позже стало известно, что телеметрия зафиксировала прохождение команды аварийного выключения двигателей где-то около сотой секунды полета. Дальнейший анализ данных показал, что причиной аварии стал пожар в хвостовой части блока «Д», начавшийся еще до отрыва ракеты от стартового стола и нарушивший герметичность в магистрали подачи керосина в двигатель. Тем не менее управляемый полет продолжался до 98-й секунды. Потом пожар усилился и достиг таких размеров, что тяга двигателей резко снизилась, и без команды блок отделился. Все остальные четыре двигателя работали, а система управления пыталась удержать ракету, но не смогла этого сделать На 103-й секунде полета двигатели выключились, и ракета стала падать.

Просто удивительно, что полет продолжался почти две минуты. Ракета героически «боролась» за свою жизнь, еще чуть-чуть – и произошло бы разделение ступеней и итог был бы иным...

И хотя первая «Семерка» своей задачи не выполнила, на полигоне царила радость. Многие были уверенны, что вторая ракета обязательно долетит до цели. Было решено готовить к старту следующий экземпляр естественно, доработав его по результатам первого пуска. Кстати, в процессе подготовки было выявлено такое количество потенциальных источников возгорания, что конструкторы не переставали удивляться, почему на первой «Р-7» загорелся только блок «Д». Но это к слову.

Второй испытательный пуск был запланирован на 10 июня. Старались предусмотреть все, что могло бы помешать, даже теоретически, ракете взлететь. Но, как обычно и бывает, неисправности возникают там, где их не ждешь.

Первый набор пусковых команд прошел нормально, но после команды «Зажигание» неожиданная остановка. Вместо моря огня, охватывающего ракету при старте, темнота и безмолвие. Электрический контроль зафиксировал сбой и остановил предстартовую подготовку.

А дальше лихорадочный поиск неисправности и решение повторить попытку. Через два с небольшим часа после замены зажигательных устройств и приведения стартовой схемы в исходное состояние все было готово к новому пуску.

Однако и вторая попытка закончилась тем же, что и первая. Стало ясно, что тут нечто серьезное, а не простой сбой, который мог бы и не проявиться при второй попытке. Подоспела телеметрия, которая позволила определить, что причиной всему стало неоткрытие главного кислородного клапана на блоке «В».

Настрой на запуск был столь велик, что решили сделать и третью попытку, на этот раз после дозаправки ракеты. А злополучный клапан «отогреть» горячим воздухом. Уже на исходе дня вновь начался предстартовый отсчет. На этот раз клапан открылся, но командой «Предварительная» все и закончилось. Как и было положено, ракету охватило яркое пламя и тут же погасло.

Теперь уже не думали об очередной попытке. Было решено топливо слить, ракету со стартового стола снять, а к старту готовить третий летный экземпляр.

Позже комиссия по расследованию причин несостоявшегося пуска с трудом, но докопалась до истины. Как впоследствии вспоминал один из участников тех событий, заместитель Королева Борис Евсеевич Черток, «она оказалась из разряда «нарочно не придумаешь». При монтаже на заводе клапан азотной продувки двигателя перед запуском был установлен с ошибкой... Рабочий, производивший сборку, и не знал таких тонкостей конструкции, а вот контролеры и военпреды сию ошибку проморгали.

Эта ошибка привела к тому, что продувка азотом не прекратилась перед запуском. Газообразный азот попал в кислородные полости камер сгорания двигателей. Ну и, естественно, керосин не пожелал гореть в кислородно-азотной атмосфере, а двигатель не выходил на заданный режим.

Но одно дело объяснить, а другое – не допустить повторения. Тем более и на третьей ракете, уже готовившейся к пуску, нашли аналогичный, неправильно установленный клапан. К счастью, это произошло еще до старта. Правда, найденная неисправность не застраховала следующую ракету от неприятностей, но об этом чуть позже.

А пока вернемся к ракете, которую пришлось снять со стартовой позиции. «Строптивицу» долго проверяли, провели профилактику двигателей, все виды испытаний и лишь в начале 1958 года вновь вывезли на старт. Однако она не хотела сдаваться, и 12 марта при очередной попытке пуска произошло аварийное отключение двигателей. Виновником стал главный кислородный клапан блока «Г», открывшийся преждевременно из-за разрушения разрывного болта.

Но это был последний аккорд в попытке второго летного экземпляра остаться на Земле – 29 марта его все-таки запустили, и он донес свою головную часть до полигона на Камчатке.

А теперь о третьем летном экземпляре. Его пуск состоялся 12 июля На этот раз все закончилось уже после 35 секунд полета. Наблюдавшие со стороны за величественной картиной старта увидели, как ракета завертелась вокруг продольной оси, боковушки отлетели от центра и пакет разрушился. Пять дымящихся обломков, двигаясь по инерции, ушли за горизонт.

На следующий день стала ясна картина происшедшей аварии. Причиной гибели ракеты стал один из приборов системы управления, в котором произошло короткое замыкание. Поступившая от этого прибора команда и заставила боковые ступени вращаться относительно центра, хотя делать им этого нельзя ни в коем случае. Поступили кардинально – прибор со следующей ракеты сняли, тем более что надобности в нем, как оказалось, не было никакой.

Это ли или что-то другое было необходимым для успеха решением, но следующий пуск, состоявшийся 21 августа, был успешным. Ракета взлетела, без замечаний прошли разделение ступеней, вход головной части в земную атмосферу. Правда, боеголовка земной поверхности в тот раз не достигла, но это были уже мелочи, которые не могли затмить главного – «Р-7» научилась летать.

Это позволило Советскому Союзу объявить на весь мир, что у нас создана и испытана межконтинентальная баллистическая ракета, а Сергею Павловичу Королеву заняться делом, которое было ему милее, – покорением космоса.

Глава 8

Впервые в мире

Первый пуск космической ракеты, состоявшийся поздним вечером 4 октября 1957 года, был успешным. Тем же результатом завершился и пуск 3 ноября. Это не означает, что не было никаких проблем. Просто техника работала столь надежно, что все неприятности, которые могли помешать осуществлению задуманного, «не успели» проявить себя в тот момент, когда их влияние на полет было доминирующим. А потом сие уже было не важно, и отработавшая положенное время техника могла выкидывать любые фортели.

И все-таки есть смысл хотя бы вкратце упомянуть об этом, чтобы оценить ту грань, по которой пришлось пройти, чтобы понять, сколь тонка была нить, на которой раскачивалось, и это без всякого преувеличения, будущее человечества. Кто знает, как бы события развивались в дальнейшем, случись самое неприятное.

«Семерка» с первым в мире искусственным спутником Земли взмыла вверх поздно вечером, когда полигон уже окутала ночная тьма. Время старта определяли баллистики, поэтому их трудно заподозрить в какой-либо предвзятости. Но те, кто хоть раз видел ночной старт, подтвердят, что зрелище это весьма и весьма впечатляющее. К сожалению, осталось не так уж много очевидцев события, а кинопленка тех лет не передает всю его красоту поэтому придется включить воображение чтобы представить себе тот первый космический старт.

От взлета до выхода спутника на околоземную орбиту отделяет всего девять минут, которые вобрали в себя все долгие годы труда, побед и разочарований. Всего девять минут, а как много в них умещается.

Такое происходит всегда. Было это и в тот раз. О неприятностях, которые могли бы произойти, сами конструкторы узнали уже на следующий день, когда, пережив волнующий миг победы, смогли вернуться к работе и изучить телеметрическую информацию, собранную во время старта. И вот что выяснилось.

Оказывается, при старте ракеты наблюдалось запаздывание с выходом на режим основного двигателя блока «Г». Эта задержка могла привести к автоматической остановке предстартовой подготовки. К счастью, «пронесло», в последние мгновения блок вышел на заданный режим и старт смог состояться.

Но безоблачными были лишь первые 16 секунд полета после чего отказала система опорожнения баков с топливом. Это привело к повышенному расходу керосина, и его не хватило, чтобы дотянуть до расчетного времени. Двигатель выключился на секунду раньше положенного. Но это уже мало влияло на полет – спустя мгновение произошло отделение второй ступени и полет продолжался. Повлияло это только на высоту орбиты спутника, которая оказалась существенно ниже расчетной, но главное было сделано – мы стали первыми.

Долетел до орбиты, причем уже расчетной, и второй советский спутник. На его борту находилось живое существо – собака Лайка. Техника работала великолепно, и что-либо добавить к тому, что уже говорилось и писалось об этом полете, просто нечего. Лишь несколько слов о пассажире.

В 1957 году, когда еще не умели сажать космические аппараты на родную Землю, речь о возвращении Лайки с орбиты и не шла. Чтобы не мучить животное, было решено на седьмые сутки полета в очередную порцию пищи добавить снотворное, которое усыпит собаку и сделает ее переход в мир иной безболезненным Так тогда официально и сообщили.

Однако сейчас стало ясным, что все произошло не так. Как именно, никто рассказать не может, потому что никто не знает. Есть только предположения, что Лайка погибла не позже чем на третьи сутки полета, от перегрева. Не было на тот момент опыта, который позволил бы конструкторам создать систему терморегулирования, способную обеспечить комфортные условия существования.

Как ни жаль Лайку, но она сложила свою голову на алтарь познания, как и тысячи других беспородных собак, верой и правдой служивших и служащих людям.

Глава 9

«Авангард» все-таки стал первым

В тот самый момент, когда на космодроме Байконур заканчивался предстартовый отсчет перед пуском ракеты с первым искусственным спутником Земли на борту, на другом конце планеты, в арсенале «Редстоун» в Хантсвилле, штат Алабама, царило оживление. Группа военных ракетчиков, позже получившая всемирную известность как «команда фон Брауна», принимала высоких гостей из Вашингтона. Был среди них и только что назначенный министром обороны США Нейл МакЭлрой.

И хотя министр еще только готовился к приему дел от своего предшественника, руководитель работ по ракетной программе фон Браун был намерен незамедлительно получить от него поддержку в своем стремлении запустить спутник. Предыдущий глава военного ведомства Чарльз Вильсон относился к этой затее отрицательно, считая космический полет никому не нужной ерундой.

Идея запустить спутник появилась у фон Брауна давно. Даже создавая в годы Второй мировой войны свою легендарную «Фау-2», он думал о космосе, о спутниках, о полетах к планетам. Весной 1944 года ему даже пришлось просидеть две недели в гестапо за свои мечтания – кому-то показалось, что тем самым конструктор наносит ущерб «делу Третьего рейха». После того как фон Браун перебрался в США и начал работать на армию, эти планы стали приобретать конкретные очертания, а после создания баллистической ракеты «Редстоун» появилась и возможность технического воплощения.

В 1954 году состоялась встреча энтузиастов космических полетов, предложивших запустить спутник в рамках программы предстоящего Международного геофизического года (1957 – 1958). Так родился проект «Орбитер», проживший недолгую жизнь, но ставший важной вехой в американской космической программе.

Ни Вернер фон Браун ни другие участники встречи даже не надеялись, что им удастся увлечь своей затеей администрацию президента Эйзенхауэра. Но, к их удивлению, идея нашла поддержку правительства США. В Белом доме сочли, что выведение на орбиту небольшого искусственного спутника лишний раз продемонстрирует технологическую мощь Америки и ее лидирующую роль в мире.

А вот реализацию программы было решено поручить не сотрудникам арсенала, поднаторевшим в ракетных вопросах, но подчинявшимся министерству обороны, а «невоенной» организации. Сыграл свою роль и «патриотический дух» – несмотря на заслуги, в американском руководстве хорошо помнили нацистское прошлое фон Брауна. Правда, когда потребовалось обогнать Советский Союз в «лунной гонке», немецким ракетчикам предоставили карт-бланш. Сейчас все историки и аналитики сходятся во мнении, что первое решение было ошибочным и именно это сыграло главную роль в том, что первый этап космической гонки Америка проиграла. Но об этом легко рассуждать сейчас, когда уже известны все перипетии этой борьбы. А тогда не все было столь однозначно и казалось, что только гражданские специалисты способны решить вопросы проведения научных исследований в космосе.

Получивший поддержку правительства проект нарекли «Авангардом». Он предполагал не только создание спутника, но и создание носителя, способного запустить его в космос. Вернер фон Браун пытался убедить правительственных чиновников в своей правоте, не раз и не два заявляя, что «Авангард» летать не может. Но все было тщетно, слова специалиста были гласом вопиющего в пустыне.

Но вернемся к коктейлю в арсенале «Редстоун». На встречу с МакЭлроем фон Браун пришел нагруженный диаграммами, чертежами, проектами, а также великолепной закуской, приготовленной супругой по его собственным рецептам. Фон Браун притащил бы и слона, если бы это помогло добиться нужного ему решения. Он даже представить себе не мог, сколь весомый аргумент в свою поддержку получит в тот вечер Но обо всем по порядку.

Неспешно текла беседа, перемежаясь с выпивкой. И вот, когда ракетчику уже стало казаться, что в лице нового министра обороны он нашел единомышленника, раздался крик, заставивший фон Брауна прерваться на полуслове:

– Доктор Браун! Они сделали это!

Все обернулись, чтобы рассмотреть ворвавшегося в комнату человека. Им оказался директор по связям с общественностью Гордон Харрис.

– Они сделали что? – переспросил фон Браун, уже догадываясь о происшедшем, но оттягивая неприятный момент истины.

– Русские... По радио только что объявили, что русские запустили спутник.

– Какое радио?

– Эн-би-си со ссылкой на бюллетень Московского радио. Они принимают позывные спутника. Би-би-си тоже ловит звуковые сигналы. Только звуковые сигналы «бип-бип».

Изменившийся в лице Вернер фон Браун, с трудом сдерживая ярость, повернулся к МакЭлрою:

– Мы знали, что они собирались это сделать. Вы знаете, что я предлагал еще кое-что, сэр.

– Вы знаете что мы рассчитываем на «Авангард» – оправдывался МакЭлрой.

– «Авангард» никогда не сделает этого, – отчеканил фон Браун. – Сэр, когда вы получите полномочия, дайте нам свободу, и мы запустим спутник через шестьдесят дней.

Вероятно, никто в мире не был так раздосадован успехом советских конструкторов, как Вернер фон Браун. Он мечтал быть первым в покорении космоса. Мечтал давно и далеко не безосновательно. Он чувствовал, что может сделать это. Если бы ему предоставили такую возможность, то первый спутник стартовал бы не в СССР, а в США, и не в 1957 году, а года на полтора раньше.

В очередной раз приходится говорить, что история не терпит сослагательного наклонения, и на все оставшиеся времена первенство в космических исследованиях останется за советскими учеными и конструкторами.

Успех Советского Союза потряс не только Вернера фон Брауна и его сотрудников В шоке пребывала вся Америка, в официальном Вашингтоне воцарился сущий ад.

Американская газета «Дэйли Ньюс» писала в те дни: «Сейчас мы выглядим довольно глупо со всем нашим пропагандистским визгом, когда мы утверждали на весь мир, что русские плетутся где-то в хвосте в области научных достижений». А агентство ЮПИ добавляло «Девяносто процентов разговоров об искусственных спутниках Земли приходилось на долю США. Как оказалось, 100 процентов дела пришлось на Россию».

Это был столь серьезный удар по вере американцев в свою исключительность, в свое технологическое превосходство над всем остальным миром, что необходимо было предпринять срочные и адекватные в пропагандистском плане меры, дабы уменьшить негативное воздействие достижения русских.

Специалисты, работавшие над проектом «Авангард», получили указание срочно подготовить и запустить спутник. Получил свободу и Вернер фон Браун, который, немного отойдя от потрясения, несколько скорректировал сроки запуска своего спутника – теперь он просил 90, а не 60 дней на подготовку и реализацию своего плана.

Но какими бы экстраординарными ни были усилия, предпринятые в США, первую попытку выйти в космос американцы предприняли лишь спустя два месяца после запуска советского спутника. За это время Советский Союз успел запустить еще один космический аппарат, да еще и с «пассажиром» – собакой Лайкой – на борту.

Старт ракеты-носителя «Авангард» с килограммовым спутником на борту был назначен на 6 декабря 1957 года и проходил под раскаты невиданной до того момента пропагандистской шумихи. Все ведущие радиостанции Америки вели прямой репортаж с мыса Канаверал. Америка просто оглохла от победоносных фанфар.

Но все переменилось уже на второй секунде полета «Авангарда». Ракета, едва оторвавшись от стартового стола, слегка качнулась и, охваченная пламенем, рухнула на землю. Крошечный спутник отлетел в сторону и из зарослей карликовых пальм начал передавать сигналы, как будто был уже на орбите. Комментатор Дороти Килгаллен в сердцах выдала в радиоэфир: «Пусть кто-нибудь выйдет и раздавит его».

Америка вновь испытала разочарование.

Это была первая в мире космическая авария. Именно с гибели «Авангарда» началась хроника космических неудач, которая сегодня насчитывает сотни и сотни случаев и продолжает увеличивать свой счет с завидным постоянством.

А как же фон Браун и его обещание запустить первый американский спутник?

Немец сдержал данное им слово. Правда, на это ему потребовалось не 90 дней, а несколько больше. Но своей цели он достиг – 1 февраля 1958 года ракета-носитель «Юпитер-С» доставила на околоземную орбиту спутник, получивший название «Эксплорер-1».

В этот день и Америка стала космической державой, и началась эра жесткой борьбы двух великих держав за космос.

Глава 10

Объект «Д» вышел на орбиту со второй попытки

Первая катастрофа космической ракеты произошла в декабре 1957 года. Об этом рассказано в предыдущей главе. Тогда погиб американский экспериментальный спутник «Авангад-1». А вот первым советским космическим аппаратом, не долетевшим до орбиты, стал научно-исследовательский спутник, который попытались запустить 27 апреля 1958 года.

О происшедшей аварии, как тогда было принято, ничего не сообщили. Да и сейчас она могла бы привлечь внимание немногих, если бы не одно «но»... Спутник, находившийся на борту погибшей ракеты, должен был стать первым искусственным спутником Земли, но, по стечению обстоятельств, не стал даже пятым. Судьбе было угодно распорядиться иначе.

Сама идея запуска спутника появилась не в середине XX века, а гораздо раньше. Долгое время это были лишь мечты, потом долгие разговоры, а первый реальный проект родился в 1954 году. Инициатором его, как и во многих других случаях, был Сергей Павлович Королев. Именно от него исходила идея использовать разрабатываемые боевые ракеты для доставки грузов на околоземную орбиту. Однако пришлось ждать еще почти два года, прежде чем эти идеи получили поддержку и начали воплощаться в жизнь.

Лишь 30 января 1956 года было принято постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР за № 149-88сс. Этим документом предусматривалось создание в 1957-1958 годах неориентированного спутника для решения научных задач. Была оговорена и масса спутника в пределах 1000-1400 килограммов, из которых на долю научной аппаратуры приходилось 200-300 килограммов, и срок пробного пуска – лето 1957 года.

Уже к июлю 1956 года появился эскизный проект такого аппарата. Несмотря на то что он предназначался исключительно для научных задач, работы были засекречены, а спутник получил наименование «Объект Д». Его-то и предполагалось запустить в космос первым.

С самого начала возникли трудности, которые даже Королеву с его энергией и энтузиазмом не удалось преодолеть. Он надеялся, что ученые будут видеть те перспективы, которые могли бы открыть им искусственные спутники Земли. Он ждал, что будет завален предложениями, из которых надо будет отобрать наиболее важное и интересное.

Вместо этого пришлось столкнуться с медлительностью и даже леностью «академиков». Предлагались эксперименты и измерения, которые не могли внести что-то нового в науку. Предлагались приборы, которые были массивны и велики по размерам. Но не это было самое страшное для Королева. Он был согласен на все, лишь бы быть первым в космосе. Однако график подготовки аппаратуры постоянно срывался. Еще в 1956 году Сергей Павлович осознал, что, доверься он Академии наук – не быть ему первым в космосе.

Его охватывал ужас, когда он представлял себе, что «американы» (слово придуманное им самим) его обгонят И тогда Королев пришел к трудному доя себя, но необходимому для дела решению. Когда к ноябрю 1956 года макеты спутника не были готовы, он дает команду своим сотрудникам параллельно с «объектом Д» готовить что-то другое, попроще.

25 ноября 1956 года молодой конструктор Николай Александрович Кутыркин получает задание на проектирование простейшего спутника. Именно этому простейшему спутнику и суждено было открыть космическую эру.

Королев добился своей цели. Он не только запустил первый спутник, но и получил поддержку на самом высоком уровне для своих, прямо скажем, грандиозных космических планов.

В начале 1958 года возобновились работы по «Объекту Д». Если первые два космических старта прошли в целом успешно, то с третьим так не получилось.

В солнечный апрельский день ракета-носитель «Р-7», как ей и было положено, ушла со стартового стола, но тут же пошла «кувырком». Высота была маленькая, исправить положение не представлялось возможным, и ракета рухнула на Землю неподалеку от места старта. При падении корпус спутника сплющился. Вновь ставить его на носитель не было смысла.

К счастью, на заводе существовал запасной экземпляр, и Королев принял решение форсировать его сборку, компоновку и проверку. Он собрал своих сотрудников, бывших на космодроме во время неудачного старта, и пообещал каждому крупную премию при условии, что все они остаются на полигоне и готовят следующий носитель.

Не только стремление к научному поиску было мотивом такого решения. Обязательства по пуску были уже даны Никите Сергеевичу Хрущеву, а портить отношения с первым лицом в государстве Королев не хотел.

15 мая 1958 года спутник все-таки стартовал. Запуск прошел без замечаний, и голос Юрия Левитана сообщил всему миру о новом успехе советской космонавтики.

В том далеком 1958 году была возможность подстраховаться, исправить неудачу, довести до конца задуманное. В будущем не всегда предоставлялась такая возможность. И многие космические старты, закончившиеся неудачей, уже не могли надеяться на повторение. Бывало, что вместе с ракетой гибли не только космические аппараты, но и надежды ученых и конструкторов.

Но об этом, как и о многом другом, разговор в следующих главах.

Глава 11

Первые межпланетные старты, первые неудачи

Едва улеглось ликование с запусками первых спутников, как в СССР и в США приступили к разработке новых планов космических исследований. Вполне естественно, что следующими целями, которые привлекали внимание ученых и инженеров, стали Луна и другие планеты Солнечной системы. В этом нет ничего удивительного: по большому счету, только межпланетные полеты и можно считать подлинно космическими. А кружение спутников вокруг Земли – это так, для обретения опыта. Ну и для помощи в повседневной жизни. Также понятно, что в первую очередь земляне устремили свои взгляды на ближайшую соседку нашей планеты – Луну.

В Советском Союзе начало межпланетных исследований было положено письмом, которое 28 января 1958 года направили в ЦК КПСС Сергей Павлович Королев и Мстислав Всеволодович Келдыш. В нем Главный конструктор и Главный теоретик космонавтики (так в будущем стали именовать в открытой советской печати этих двух замечательных ученых) предложили в качестве первостепенной задачи реализовать проект попадания автоматической станции в видимый диск Луны, а также проект облета Луны и фотографирования ее невидимой с Земли поверхности Как и в случае с первым спутником, идея о новых космических исследованиях шла снизу, и «забота коммунистической партии и советского правительства», которой, как тогда писали, «окружена советская космонавтика», заключалась только в том, чтобы не мешать работам и финансировать их.

Полеты к Луне позволяли вновь обогнать американцев, которые не дремали и в свою очередь приступили к реализации программы «Пионер», предполагавшей исследования не только Луны, но и межпланетного пространства, а в перспективе – и других планет. В США инициатива также «шла снизу», от сотрудников Лаборатории реактивного движения в Пасадине в штате Калифорния.

Проиграв гонку за первый искусственный спутник Земли, американцы «резвее» подошли к созданию межпланетных автоматических станций и первыми ринулись в «борьбу» за Луну и планеты. Правда, сейчас уже можно сказать, что изначально они были обречены на поражение. В отличие от Советского Союза, где космонавтика в тот момент была сосредоточена в одних руках, в королевском ОКБ-1, у американцев созданием аппаратов для исследований Луны занялись и флот, и военно-воздушные силы. Каждый имел свою собственную программу, каждый рассчитывал на собственный носитель, каждый стремился опередить конкурента. Следствием стали многочисленные аварии, которыми сопровождались в 1958 году попытки отправить аппараты к Луне.

Самая первая авария, происшедшая с межпланетными станциями, случилась 17 августа 1958 года. В тот день с мыса Канаверал военно-воздушные силы запустили ракету-носитель «Тор-Эбле-1» с 38-килограммовой станцией «Пионер». Попытка закончилась неудачей – через 17 секунд после старта ракета начала уклоняться от расчетного курса и была уничтожена по команде с Земли. Вероятной причиной аварии стал прорыв трубопровода в двигателе первой ступени.

Неудача американцев дала Советскому Союзу шанс вырваться вперед. Королев попытался этим воспользоваться, и 23 сентября 1958 года была запущена очередная «Семерка», получившая в трехступенчатом варианте название «Восток» (иногда используют наименование «Луна»). Она несла на своем борту автоматическую станцию, которая должна была достигнуть поверхности Луны и доставить туда вымпел с гербом СССР. Но и наш первый блин вышел комом. Ракета успешно стартовала с Байконура, но на конечном участке работы первой ступени стала разваливаться и взорвалась где-то над сибирской тайгой.

Причины аварии были непонятны, и требовалось время, чтобы в них разобраться. Но времени-то как раз и не было. Приближалась очередная годовщина Октябрьской революции, а руководству коммунистической партии и советского государства было обещано попадание в Луну. Принимается решение вновь пускать ракету со станцией. И 11 октября 1958 года «Семерка» вновь взмывает в небо. Но, как и в первом случае, на конечном участке работы первой ступени ракета стала разваливаться и взорвалась.

По иронии судьбы в тот же день, но на 15 часов раньше, американцы также предприняли попытку запустить свою станцию к Луне. На этот раз им повезло больше – ракета-носитель «Тор-Эбле-1» смогла вывести станцию «Пионер-1» на межпланетную траекторию. Но скорость, приданная аппарату, оказалась явно недостаточной для преодоления земного притяжения, и, удалившись почти на 114 тысяч километров, станция сошла с орбиты и через 43 часа затонула в водах Тихого океана.

С одной стороны, это был успех. Еще ни один рукотворный аппарат не удалялся так далеко от Земли. Но, с другой стороны, основная задача полета так и осталась невыполненной.

Пока в Советском Союзе разбирались с причинами двух аварий «лунников» и проводили конструктивные доработки ракеты, американцы предприняли еще одну попытку «добраться» до Луны. Очередной носитель «Тор-Эбле-1» был запущен 8 ноября 1958 года, но даже не смог повторить предыдущий успех – уже через несколько секунд после старта ракета потерпела аварию и вместе с межпланетным аппаратом упала в воды Атлантического океана. Надо отметить, что к тому моменту все космические исследования в США были объединены под эгидой только что созданного Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА). Все работы по межпланетным станциям, проводившиеся в ВВС и на флоте, были переданы новой правительственной организации. Кстати, американский флот так и не смог запустить ни одного межпланетного аппарата. И, если военно-воздушные силы преследовала череда аварий, то у флотских специалистов даже не дошло до попыток запустить станции в космос. Ну а после создания НАСА об этих работах можно было совсем забыть.

До конца 1958 года были предприняты еще две попытки запустить станции к Луне. В Советском Союзе это попытались сделать 4 декабря, но автоматическая межпланетная станция вновь не вышла в космос. Правда, на этот раз авария произошла на участке работы второй ступени ракеты. Прогресс был налицо, но результата по-прежнему не было.

Американцы осуществили свою попытку 6 декабря. На этот раз был использован носитель «Юнона-2», который вывел в космос станцию «Пионер-3». И на этот раз скорость, которую ракета сообщила станции, оказалась недостаточной, чтобы покинуть поле притяжения Земли – аппарат удалился на 102 тысячи километров, а потом повернул вспять и через 37 часов затонул в водах Тихого океана.

Таким образом, за 1958 год две космические державы предприняли семь попыток запустить межпланетные станции, четыре попытки в США и три – в СССР. Все они закончились неудачей, что было неудивительно, учитывая новизну создаваемой техники, и не так страшно, так как любой новый пуск был шагом в нужном направлении.

Единственное, что удручало соперников на очередном этапе космической гонки – это возможность для соперника стать первым. Наверное, поэтому в Советском Союзе едва справили новогодние праздники, как вновь приступили к работе. Следующая, четвертая по счету, попытка была предпринята уже 2 января 1959 года. Она оказалась успешной. В сообщении ТАСС межпланетную станцию окрестили «первой советской межпланетной ракетой». Позже, когда полеты к Луне стали регулярными, прижилось название «Луна-1».

Так же, как и ее предшественницы, станция несла вымпел с гербом СССР. Но и на этот раз ему не суждено было попасть на поверхность Луны. Из-за ошибки в системе управления станция прошла на расстоянии 6000 километров от нашего естественного спутника. Как было принято в те годы, нашу неудачу попытались изобразить очередным достижением. На весь мир было объявлено о появлении первой в мире искусственной планеты «Мечта», которая будет «вечно кружить вокруг Солнца».

По большому счету, относительную неудачу можно было и не скрывать, так как и то, что удалось сделать, было величайшим достижением человеческой мысли. Не все получилось, но явно просматривалась тенденция, которая должна была привести к успеху. Но поступили так, как поступили. А сколь правильной была такая позиция, показало будущее. И хорошо, что хотя бы сейчас мы знаем всю правду и можем писать о ней.

Далее в советской лунной программе наступил перерыв длительностью почти в полгода. Объясняется это тем, что определенный успех в освоении Луны был достигнут, приоритет завоеван, а американцы серьезно отстали и не могли в ближайшее время не только превзойти, но и повторить полет «Луны-1». Правда, в США с такой позицией, естественно, не были согласны, и 3 марта 1959 года с мыса Канаверал стартовал очередной носитель «Юнона-2», который вывел на межпланетную траекторию станцию «Пионер-4». На этот раз удалось сделать то, чего не смогли «Пионер-1» и «Пионер-3», – сила тяготения Земли была преодолена, и станция устремилась в космические дали. Провести запланированные исследования Луны не удалось из-за ошибок в расчетах, которые не позволили «Пионеру-4» сблизиться с нею. Но на гелиоцентрическую орбиту он вышел, став второй искусственной планетой, то есть повторил успех «Луны-1» Кстати, во время этого полета был установлен рекорд дальности радиосвязи – 655 тысяч километров. Для тех лет это был серьезный результат. Конечно, сегодня, когда удается связаться с «Вояджерами» и «Пионерами» летящими на окраинах Солнечной системы, это кажется скромным результатом. Но все познается в сравнении.

А в Советском Союзе летом 1959 года возобновился «штурм» Луны. Но стартовавшая 18 июня ракета-носитель взорвалась на старте, вновь не позволив доставить вымпел на поверхность Луны, к чему все так стремились И только шестая попытка увенчалась успехом. 12 сентября 1959 года стартовала станция «Луна-2» и через двое суток достигла Луны, наконец-то доставив на ее поверхность вымпел с гербом СССР.

Этот пуск не обошелся без неприятностей, к счастью, не катастрофических. Первая попытка пустить ракету состоялась 6 сентября 1959 года. Старт сорвался, так как произошел автоматический «сброс схемы». Стали искать причину и обнаружили глупейшую эксплуатационную ошибку при сборке – один из штепсельных разъемов не был показан на схеме, и его не состыковали при общей сборке кабелей. На устранение неисправности, новые проверки ушли сутки. Потом забарахлили гироскопы, потом – манометры в баках с горючим. В следующий раз ракету решили пустить 9 сентября. И вновь автоматика остановила предстартовую подготовку. В этих условиях было принято решение снять ракету со старта и заменить ее другой. Что и было сделано.

Пуск 12 сентября прошел без замечаний. Он оказался как нельзя кстати – в день достижения Луны лидер Советского государства Никита Хрущев отправился с визитом в Америку и в полной мере использовал очередное космическое достижение для решения своих политических задач.

А через месяц был успешно реализован проект фотографирования обратной стороны Луны. Это удалось сделать станции «Луна-3».

Планировалось получить еще один снимок лунного «затылка», на этот раз в косых лучах Солнца, что позволило бы составить более ясное представление о лунном рельефе. Сделать это не удалось. 15 апреля 1960 года станция, которая могла бы стать «Луной-4», была запущена в сторону Луны и вышла на сильно вытянутую эллиптическую орбиту. Однако с самого начала стало ясно, что скорость, сообщенная аппарату ракетой-носителем, явно недостаточна для полета к Луне и выполнить задачу не удастся. О запуске не сообщили, и станция, кстати, пролетавшая в космосе целый месяц, так и не получила собственного названия. Не был ей присвоен и международный регистрационный индекс, хотя, как мне кажется, это несправедливо.

Еще одну попытку запустить «лунник» предприняли 19 апреля 1960 года. Но и этот старт закончился неудачей. Правда, бед эта авария наделала несравненно больше. В момент старта отвалился один из боковых блоков носителя и упал вниз. Все остальное стало подниматься в небо и на высоте нескольких десятков метров над землей рассыпаться, заливая стартовую позицию и степь вокруг морем огня. Очень сильно пострадало оборудование стартовой площадки, но, по счастливой случайности, жертв не было.

Две последние катастрофы не сильно расстроили Королева. В какой-то степени «Луна-4» была лишь повторением «Луны-3», а его в тот момент уже волновали «корабль-спутник» и межпланетные автоматические станции, которые должны были стартовать в сторону Венеры и Марса.

И чтобы завершить рассказ о первой фазе изучения Луны, упомяну о двух программах, к реализации которых готовились в СССР и в США, но, к счастью, вовремя отказались. Речь идет о советской программе Е-4 и аналогичной программе А-119 у американцев, предполагавшей доставку и взрыв на поверхности Луны ядерного заряда.

Проект Е-4 был самым экзотичным из всей советской лунной программы того периода. К его реализации серьезно готовились в ОКБ-1, но он так и остался на бумаге. Предложил его известный советский физик-ядерщик Яков Зельдович. Предусматривалась доставка на Луну и подрыв на ее поверхности ядерного заряда.

Сам проект был придуман исключительно для одной цели – доказать, что советская станция достигла поверхности Луны. Предполагалось, что при ударе о Луну ядерный взрыв даст такую световую вспышку, что она будет легко зафиксирована наземными обсерваториями. В ОКБ-1 был даже изготовлен макет лунного контейнера, где размещался макет ядерного заряда. Его со всех сторон утыкали штырями взрывателей, чтобы подрыв произошел при любой ориентации контейнера в момент соприкосновения с лунной поверхностью.

Обсуждение проекта велось в очень узком кругу. Никак не могли решить, предупреждать ли мировую общественность о подготовке ядерного взрыва на Луне. Делать это не хотелось, а пускать ракету без предварительного уведомления было бессмысленно – вспышку могли просто не увидеть. Никто также не мог дать гарантии полной безопасности в случае аварии на участке выведения. Нетрудно было представить себе тот шум, который поднялся бы, если ядерный заряд, даже не взорвавшись, свалился на чужую территорию.

Вскоре от идеи ядерного взрыва на Луне отказались сами его инициаторы. Академик Зельдович подсчитал длительность и яркость вспышки в безвоздушном пространстве и усомнился, что ее гарантированно смогут сфотографировать с Земли. Это был один из тех редких случаев, когда закрытие проекта никого не разочаровало, а даже успокоило.

Аналогичную работу вели и американцы. По словам руководителя проекта А-119 Леонарда Рейфела, военные хотели узнать эффект влияния ядерной бомбы на облик спутника нашей планеты. В команду специалистов, которые занимались исследованием гипотетического взрыва, входил молодой Карл Саган, нанятый для изучения атомного облака – «гриба», который должен был сначала значительно разрастись при низкой гравитации, а затем опуститься. Саган предполагал, что из взрыва можно получить определенную научную выгоду, исследовав облако на предмет присутствия органических материалов.

Логика рассуждений и действий американцев была схожа с позицией советских ученых. Поэтому и результат оказался аналогичным – как и в Советском Союзе, работы в США были остановлены из-за опасения возможных последствий, а также из-за неэффективности наблюдений за ядерным взрывом на таком удалении от Земли.

Но планы такие были, и они вошли в историю освоения космического пространства. А из песни слова не выкинешь.

А теперь – о первых попытках запустить межпланетные станции в сторону Венеры и Марса, то есть о новом этапе космической гонки.

Читатели, вероятно, обратили внимание на то, что в названии ряда глав рассказывающих о конце 1950-х – начале 1960-х годов, часто используется слово «первый». В этом нет ничего удивительного – время, о котором идет речь, было такое. Все делалось впервые. Первые успехи, первые неудачи, первые радости, первые разочарования. Все было впервые.

Итак, «разобравшись» с Луной, космические державы стали готовить планы отправки космических аппаратов в настоящие глубины космоса – к другим планетам, Венере и Марсу.Задачи для этих пусков были те же, что и во время лунных стартов. Самое первое, что необходимо было сделать: попасть в планеты. Сделать это было неизмеримо сложнее, чем в случае с нашим естественным спутником: требовались и более мощные ракеты и более громоздкие баллистические расчеты.

И вновь первыми к «стрельбе» по планетам приступили американцы, уязвленные поражением в борьбе за первый спутник и за Луну. Их внимание привлекла Венера, к которой и предполагалось направить автоматические станции. Задача попадания на саму планету не ставилась, предполагалось лишь подлететь к «утренней звезде» и изучить ее с пролетной траектории Тогда еще была надежда, что с близкого расстояния удастся увидеть под облачным покровом то, что не удавалось разглядеть издалека.

Первый старт оказался неудачным. Ракета-носитель «Тор-Эбле-5», стартовавшая с мыса Канаверал 26 ноября 1959 года, свою задачу выполнить не сумела. Через 45 секунд после взлета закрепленный на ракете аппарат серии «Пионер» оторвался от носителя и упал в Атлантический океан. Бесполезную ракету подорвали по команде с Земли.

Успешней оказалась попытка, предпринятая 11 марта 1960 года. Автоматическая межпланетная станция, получившая название «Пионер-5», вышла на гелиоцентрическую орбиту, но долететь до Венеры не смогла. Ошибка в расчетах привела к тому, что орбита станции оказалась достаточно удаленной от планеты.

Еще одна авария случилась у американцев 25 сентября 1960 года при попытке запустить свой очередной «лунник». Ракета-носитель «Тор-Эбле-5» взорвалась вскоре после старта, надолго отбив у американцев охоту заниматься исследованиями Луны. К запускам автоматических станций к естественному спутнику Земли они возвратились уже в преддверии программы «Аполлон». Но речь об этом – в следующих главах.

В Советском Союзе также предполагалось запустить первые межпланетные станции в сторону Венеры. Однако сделать это не удалось. Программа работ в 1959 году была столь плотной, что конструкторы не успевали изготовить космические аппараты и запустить их в то астрономическое окно, которое существовало. Пришлось на ходу переориентировать направление работ и первой целью выбирать Марс. К нему-то и должны были отправиться станции, старт которых планировался на октябрь 1960 года. Запускать их предполагалось с помощью все той же «Семерки» (другой ракеты в те годы не было), дооснастив ее третьей и четвертой ступенями Четвертая ступень, получившая название «блок Л», и должна была вывести станции в межпланетное пространство. Сама четырехступенчатая ракета-носитель позднее получила название «Молния».

Интересная деталь. Ракете «Р-7» в двухступенчатом варианте доверили вывести на орбиту первый спутник только на шестом пуске. В трехступенчатом варианте она тщательно проверялась, многократно летала, прежде чем ей доверили доставить в космос первого человека. В четырехступенчатом варианте, при первом пуске, на ней сразу же была помещена станция, перед которой стояла задача – пролететь вблизи Марса.

Со станцией ситуация была гораздо сложнее, чем с носителем. Высшему советскому руководству требовался новый успех в космосе, причем успех впечатляющий и как можно быстрее. К непосредственному изготовлению станций приступили только в начале 1960 года, когда до пусков оставалось менее года. Сроки казались нереальными, но что-то делать было необходимо. Пошли по пути упрощения конструкции станций. На тех, которые предполагалось отправить к Венере, убрали теплозащиту. Важен был факт попадания в «утреннюю звезду», а не то, в каком виде станция на нее попадет. Были и другие упрощения в угоду быстрейшему пуску. То же самое было сделано и на аппаратах, которым предстояло стартовать к Марсу.

И вот «штурм» Марса начался. 10 октября 1960 года ракета-носитель с аппаратом под № 1 уходит со старта и терпит аварию. Быстро была установлена причина: две первые ступени работали нормально, но на участке работы третьей прошла ложная команда и ракета начала отклоняться от расчетной траектории полета. Автоматика выдала команду на отключение двигателя, и ракета со станцией устремилась назад, к Земле, а потом сгорела в атмосфере над Восточной Сибирью.

Второй пуск состоялся 14 октября, и снова – авария. На этот раз нарушилась герметичность системы подачи жидкого кислорода. Керосиновый клапан, установленный на третьей ступени, облитый жидким кислородом, замерз, и двигатель не смог включиться. Вновь ракета со станцией сгорела в атмосфере над Сибирью.

Больше аппаратов, предназначенных для полета к Марсу, не было, и волей-неволей пришлось переключить внимание на другую цель. К тому времени как раз «открылось» астрономическое окно для полетов на Венеру.

Как и для марсианских пусков, для полета к Венере готовились два космических аппарата. По системам управления и составу бортовой аппаратуры они во многом были похожи на марсианские станции. Целью пусков было попадание в диск планеты, а также проведение исследований на трассе полета. Подготовить аппаратуру для исследований атмосферы планеты уже не хватало времени. Разговоры на эту тему велись, но очень скоро всем стало ясно, что это нереально. На станциях был установлен вымпел в виде маленького глобуса с очертаниями земных материков. Внутри него находилась медаль с изображением схемы полета «Земля-Венера» на одной стороне и гербом Советского Союза на другой.

4 февраля 1961 года ракета стартовала. Три ступени отработали нормально, и станция вместе с четвертой ступенью вышла на околоземную орбиту. Дальше предполагалось включение четвертой ступени и переход на траекторию полета к Венере. Включение двигателя не произошло, и станция осталась на околоземной орбите.

Несмотря на явную неудачу, появилось сообщение ТАСС:

«На орбите – советский тяжелый спутник Земли... Поставленные при запуске спутника научно-технические задачи выполнены».

Так появилась еще одна «космическая ложь», которой суждено было прожить без малого тридцать лет.

С причинами неудачи разобраться оказалось довольно сложно, тем более что приближались сроки следующего пуска. Более всего грешили на преобразователь тока, который не был приспособлен для работы в вакууме, но тем не менее должен был там работать. Быстро смонтировали герметичный контейнер и установили на следующей ракете.

И вот 12 февраля 1961 года стартовала новая ракета, на которой впервые нормально отработали все четыре ступени. Наконец-то межпланетная станция была выведена на межпланетную траекторию. Наконец-то пришел успех, которого так долго ждали.

Но радость конструкторов оказалась непродолжительной. Почти сразу после выхода станции на межпланетную траекторию зафиксировали неустойчивую работу в режиме постоянной солнечной ориентации. Возникли сомнения в том, что аппаратура станции долго проработает. Так и получилось. 17 февраля состоялся очередной сеанс связи. Следующий был запланирован через пять суток, но станция на связь не вышла. Контакт с космическим аппаратом так и не был восстановлен. Молчащая станция, по расчетам баллистиков, прошла 19-20 мая 1961 года в 100 тысячах километрах от поверхности планеты.

На интервал между марсианскими и венерианскими стартами пришлась очередная попытка американцев запустить станцию типа «Пионер» для изучения межпланетного пространства. Пишу «попытка», так как старт вновь оказался неудачным – ракета взорвалась через 70 секунд после старта. Обломки космического аппарата и носителя упали в воды Атлантического океана, где доныне и покоятся.

Первые неудачи, конечно, огорчили создателей космической техники, но не отбили охоту к дальнейшей работе. По расчетам следующими датами для пусков межпланетных станций были август 1962 года – для Венеры и октябрь 1962 года – для Марса.

Чтобы соблюсти некоторую последовательность в описании событий космической эры, даже если речь идет и о неудачах, – о том, чем закончились новые пуски, я расскажу чуть позднее. А пока вернемся на просторы казахстанских степей в октябрь 1960 года, где произошла самая страшная катастрофа в истории ракетной техники.

Глава 12

Гибель маршала Неделина

28 октября 1960 года центральные советские газеты опубликовали коротенькое сообщение «От ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР». В нем говорилось:

«Центральный Комитет КПСС, Президиум Верховного Совета СССР и Совет Министров СССР с глубоким прискорбием извещают, что 24 октября 1960 года в авиационной катастрофе трагически погиб кандидат в члены ЦК КПСС, депутат Верховного Совета СССР, заместитель министра обороны СССР, главнокомандующий Ракетными войсками стратегического назначения, маршал НЕДЕЛИН Митрофан Иванович».

Какие-либо подробности аварии не приводились. Тем более ничего не говорилось о судьбе тех, кто, по логике вещей, должен был находиться вместе с маршалом в том злополучном «самолете». Однако, в отличие от других подобных происшествий, тайна гибели Неделина очень скоро стала известна на Западе и с «помощью» радиоголосов «пробралась» на просторы Советского Союза.

Детали происшедшего стали известны много лет спустя и тогда же стал ясен истинный масштаб трагедии, а также то влияние, которое она оказала на советскую ракетную и космическую технику В том числе и на планы по отправке первого человека в космический полет, хотя взорвалась боевая ракета, не имевшая к планам освоения космоса никакого отношения.

Если собрать всю ставшую доступной к настоящему времени информацию и реконструировать, довольно приблизительно, происшедшее на полигоне Тюра-Там, получится следующая картина. Я сознательно называю полигон так, как его звали в те годы ракетчики, а не космодром Байконур, как его называют сейчас и как я называю его в других главах этой книги. Тем самым я хочу выделить трагедию 1960 года из ряда других событий потому что до сего дня она остается самой масштабной катастрофой ракетной техники и заслуживает собственного имени.

Трагедия разыгралась на 41-й площадке при подготовке к первому пуску межконтинентальной баллистической ракеты «Р-16», разработанной в ОКБ-586 под руководством Михаила Кузьмича Янгеля. Первоначально пуск был назначен на воскресенье, 23 октября. Утром начался вывоз ракеты из монтажно-испытательного корпуса на старт. В отличие от космических стартов, где вывоз ракеты сопровождался определенным ритуалом, в данном случае все происходило довольно буднично. Тяжело груженная тележка на резиновом ходу проследовала по бетонке, заехала в ворота, остановилась у стартового стола. Специальная система тросов на поднятой стреле установщика перевела ее в вертикальное положение, так что колеса оказались сбоку. Потом, когда ракета была зафиксирована на столе ветровыми стяжками, а установщик обхватил ее площадками обслуживания, тележка опустилась на землю и отъехала от старта. На «этажи» площадок поднялись испытатели. Началась обыденная работа.

Заправка прошла успешно, отсечки на системе уровней сработали нормально. Но затем в электросхеме автоматики двигательной установки появилась неисправность, в результате которой ее турбонасосный агрегат заполнился компонентами топлива. Было принято решение произвести устранение дефекта на полностью заправленной ракете. Пришлось снять люки в нижней части ракеты и произвести перепайку разъемов. Пуск отложили до понедельника.

Как позже было написано в техническом заключении комиссии по расследованию причин аварии, «подготовка изделия к пуску производилась без существенных замечаний до 18 часов (здесь и далее время местное) 23 октября, после чего была приостановлена, так как проведение очередной операции – подрыв пиромембран магистралей окислителя второй ступени – выявило следующие ненормальности:

1. Вместо пиромембран магистрали окислителя 2-й ступени оказались подорванными пиромембраны магистралей горючего 1-й ступени.

2. Через несколько минут после подрыва указанных пиромембран самопроизвольно подорвались пиропатроны отсечных клапанов газогенератора 1-го блока маршевого двигателя 1-й ступени».

На следующее утро подготовку к пуску продолжили. Вновь цитирую техническое заключение комиссии:

«В результате последующего выявления причин возникновения указанных ненормальностей было установлено, что неверное исполнение команды по подрыву пиромембран и самопроизвольного срабатывания пиропатронов газогенератора произошло из-за конструктивных и производственных дефектов пульта подрыва, разработанного ОКБ-692.

Вследствие той же причины вышел из строя главный распределитель А-120 (бортовая кабельная сеть при этом не пострадала)».

Немаловажно отметить, что выявление и устранение дефектов происходило на полностью заправленной ракете, хотя по технике безопасности необходимо было перед этим всех удалить со стартовой площадки, топливо слить и работать, по крайней мере, с сухой ракетой. Но техническое руководство приняло иное решение, и замена клапана газогенератора и главного распределителя А-120 шла на готовой к старту ракете. Мало того подрыв разделительных мембран второй ступени было решено провести не с пульта подрыва, а по автономным цепям от отдельных источников тока.

На старте было много людей. Царило торжественное, но и несколько нервозное оживление, вызванное присутствием большого начальства. Возле ракеты прохаживались маршал Неделин и главный конструктор Янгель, тут же были заместители конструктора Лев Абрамович Берлин и Василий Антонович Концевой. В качестве наблюдателя был приглашен полковник Евгений Ильич Осташев. Полковник Александр Иванович Носов должен был ехать в Москву на повышение, но посчитал себя обязанным присутствовать на столь важном старте. Стартовыми работами руководил начальник Управления полковник-инженер Рубен Мартиросович Григорьянц. Приехал на старт заместитель начальника полигона генерал-майор Александр Григорьевич Мрыкин Начальник полигона генерал-майор Константин Васильевич Герчик приказал принести из служебного здания стулья и табуреты для важных гостей. Их расставили прямо на стартовой позиции.

День клонился к вечеру. Начались последние испытания – предстартовые проверки системы управления. Маршал Неделин сидел на табурете примерно в семнадцати метрах от подножия ракеты В 18 часов 45 минут по московскому времени была объявлена 30-минутная готовность к пуску.

Вот тут-то все и началось. При выполнении операции по приведению в исходное положение программного токораспределителя от него прошла преждевременная команда на запуск маршевого двигателя второй ступени. Газовой струей работающего двигателя были разрушены оболочки топливных баков первой ступени, возник пожар и взрыв.

То, что произошло дальше, можно сравнить только с виденным в фильмах-катастрофах. Часть боевого расчета и испытателей инстинктивно пыталась вырваться из опасной зоны, люди бежали в сторону правого старта к аппарели – специальному накату, под которым укрывалась специальная техника, но на их пути была полоса из свежезалитого битума, тотчас расплавившегося. Многие застревали в горячей вязкой массе и становились добычей огня – потом на этом месте можно было увидеть очертание фигуры человека и то, что сразу не горело, – металлические деньги, пряжки и тому подобное. Самая страшная участь выпала на долю тех, кто находился на верхних «этажах» площадок обслуживания, – люди срывались в пламя и на лету вспыхивали, как свечки. Температура в эпицентре достигала трех тысяч градусов.

В огне погибли Главнокомандующий ракетными войсками маршал Неделин, заместитель министра общего машиностроения Лев Архипович Гришин, заместитель Янгеля Берлин, Главный конструктор систем управления Борис Михайлович Коноплев, испытатель Осташов и другие. Многие из тех, кто получил ожоги, позже скончались в госпиталях. Всего взрыв «Р-16» унес жизни 126 человек.

Медикам и пожарным, стянутым со всех площадок на 41-ю открылась страшная картина. Среди тех, кто успел отбежать от ракеты, были еще живые. Их сразу же отправляли в госпитали. Погибшие были в большинстве своем обезображены до неузнаваемости. Трупы складывали в специальном помещении для дальнейшего опознания. Неделина смогли опознать по оплавленной Звезде Героя Советского Союза. Тело Коноплева идентифицировали по размерам – он был выше всех.

Огненное зарево было видно за десятки километров от места катастрофы. Мне довелось разговаривать с офицером одной из частей ПВО (ныне военный пенсионер, а тогда молодой лейтенант), охранявших полигон. Часть их стояла в степи, и, как в кинотеатр, они частенько ходили смотреть на пуски ракет с Тюра-Тама. В тот вечер должен был состояться очередной «киносеанс», зрители заняли свои места, но вместо запуска ракеты они увидели яркую вспышку и столб огня, окрасивший в багрянец небо над горизонтом. На следующее утро о трагедии им стало известно, но что-либо рассказать о ней они позволили себе только спустя 30 лет. Тем не менее мой собеседник просил его фамилию не упоминать.

Буквально за минуту до взрыва Янгель отошел от ракеты покурить и остался жив. Потом Хрущев довольно бесцеремонно спросил его по телефону «А вы почему не погибли?»

Курение спасло жизнь не только Янгелю, но и Андронику Гевондовичу Иосифьяну и некоторым другим, кто составил им компанию в курилке. Некурящего Алексея Федоровича Богомолова Иосифьян уговорил пройти вместе с ним в курилку обсудить некоторые вопросы. Заместитель начальника полигона генерал-майор Мрыкин, намеревавшийся бросить курить, отправился вместе со всеми выкурить свою последнюю сигарету. После этого он продолжал курить уже всю оставшуюся жизнь.

Уже на следующий день на полигон прибыла Государственная комиссия во главе с Леонидом Ильичом Брежневым. В нее вошли Гречко, Устинов, Калмыков, Сербии, Табаков, Тюлин, Глушко. Прямо с аэродрома эскорт машин, в первой из которых находился Брежнев, проследовал в монтажно-испытательный корпус. Здесь состоялось первое заседание комиссии. На нее были вызваны все оставшиеся в живых руководители запуска МБР «Р-16».

Собрав их, Брежнев заявил:

– Никого наказывать не будем.

В принципе это было правильное решение. Все непосредственные виновники аварии погибли, случайно оставшиеся в живых наказывать было бы негуманно. Из их числа было решено также создать техническую комиссию под руководством председателя Госкомитета по оборонной технике Константина Николаевича Руднева. На следующий день он уже докладывал о причинах аварии. Были тщательно и последовательно проанализированы все нестыковки и возникшие в ходе пуска неполадки. Кроме Брежнева, присутствовали заведующий Отделом ЦК КПСС Иван Дмитриевич Сербии и заместитель министра обороны Маршал Советского Союза Андрей Антонович Гречко.

Разбор всех обстоятельств дела показал, что если уж и можно кого винить, то не Янгеля, а, скорее, конструктора систем управления Коноплева и в первую очередь оператора, не выполнившего инструкцию предполетной проверки.

Государственная комиссия установила: авария произошла в результате грубейшего нарушения техники безопасности – вопреки здравому смыслу, игнорируя мнение специалистов, маршал приказал устранить неполадки в системе автоматики прямо на заправленной ракете.

Маршала Неделина похоронили на Красной площади в Москве, сотрудников ОКБ-586 в Днепропетровске на Украине, других на их родине, а остальных в братской могиле в Ленинске. На могиле стоит скромный обелиск с лаконичной надписью: «Вечная память погибшим при выполнении воинского долга 24 октября 1960 года». До недавнего времени список всех погибших в огненном смерче можно было увидеть лишь в музее на космодроме. В настоящее время эти списки опубликованы в сети Интернет, во многих других изданиях.

Описанное выше касается технических и организационных подробностей подготовки к пуску конкретного, пусть и первого, экземпляра ракеты «Р-16». Все, что позже записала в своем заключении комиссия, так или иначе касалось именно этих аспектов аварии. Но есть еще одно обстоятельство, которое, может быть, является главной причиной трагедии или спусковым механизмом ее В те годы было принято все свершения приурочивать к той или иной дате, к тому или иному событию Это недостаток тогдашней государственной системы, в которой не было места заботе о конкретном человеке.

Для выбора времени пуска первого экземпляра «Р-16» было несколько причин, которые заставляли сделать это именно тогда, а не позже.

Во-первых. За десять дней до этого из Нью-Йорка в Москву возвратился Никита Сергеевич Хрущев. 20 октября на многотысячном митинге трудящихся Москвы прозвучало его знаменитое: «...если вы, господа, хотите еще раз испытать могущество и выносливость социалистического государства, мы вам покажем, как говорится, кузькину мать». Пуск «Р-16», о котором вряд ли бы узнали советские граждане (хотя кто знает!), но о котором были бы хорошо проинформированы в США и других странах Запада, должен был стать именно этой «кузькиной матерью».

Во-вторых, на 25 октября было намечено открытие очередной сессии Верховного Совета РСФСР, на которой можно было бы в завуалированной форме отчитаться о «проделанной работе». Кстати, многие западные политологи тогда обратили внимание на отсутствие в президиуме Брежнева, который в тот день уже был на полигоне. Правда, первыми прозвучали предположения либо о его болезни, либо о снятии с работы.

В-третьих, приближались ноябрьские праздники, что также являлось поводом для демонстрации могущества социалистической державы.

Таким образом, поводов было множество, но вот «подарок» оказался совсем не праздничный.

Похоронив погибших, Москва приняла категорическое решение: работы по ракете немедленно возобновить. К тому времени американцы уже обладали целым арсеналом боевых ракет, и Советскому Союзу необходимо было создать нечто подобное. Но первый успешный пуск «Р-16» состоялся лишь 2 февраля 1961 года А вскоре ракету поставили на боевое дежурство Гонка вооружений между СССР и США вступила в новую фазу.

Тюратамская трагедия косвенно стала причиной и того, что первый полет человека в космос состоялся лишь 12 апреля 1961 года, а не на несколько месяцев раньше. Но сей факт интересен скорее историкам, чем всем остальным, для которых не так важно, когда человек впервые побывал в космосе. Главное, что люди вышли за пределы Земли и обратно их уже вряд ли удастся вернуть.

Глава 13

Они проложили дорогу к звездам

Только не воспринимайте название этой главы как рассказ о людях, которые делали первые ракеты или первыми побывали в космическом пространстве. О космонавтах речь еще впереди. Да и не они, по большому счету, стали космическими первопроходцами. И об этом тоже следует сказать.

Многие, вероятно, помнят симпатичные собачьи морды, фотографиями которых в начале 1960-х годов были заполнены первые полосы практически всех газет мира. Самые известные люди считали для себя честью оказаться с ними рядом, а тем более прикоснуться к этим совсем не породистым существам. Это была дань уважения, которую отдавали люди братьям своим меньшим, проложившим дорогу человеку к звездам.

К тому моменту, когда началась разработка космического корабля «Восток», а первые космонавты начали готовиться к полетам, медикам практически ничего не было известно о влиянии условий космического полета на организм человека. Были только догадки, основанные на опыте авиационной медицины. Одни утверждали, что космический полет мало отличается от полета на самолете и никаких особых требований к пилотам космических кораблей предъявлять не стоит. Другие же говорили, что космонавт, оказавшись в невесомости, просто сойдет с ума. Спорили до хрипоты, а к единому мнению прийти никак не могли. Но все понимали, что до первого полета человека ответ должен быть найден обязательно. Тогда-то и решили, что при проведении испытательных полетов на борту корабля должны присутствовать какие-нибудь животные. При решении вопроса о том, кто полетит, особых споров не было. Уже в течение многих лет на геофизических ракетах летали собаки, и был накоплен большой опыт, который обязательно надо было использовать. Кроме того, необходимо было убедиться в надежности всех систем корабля, так как от них зависела человеческая жизнь. И убедиться надо было не на макетах или тренажерах, а в реальных условиях.

Программа летных испытаний корабля «Восток» была составлена таким образом, чтобы получить ответы на два кардинальных вопроса: сможет ли ракета доставить в космос человека и вернуть его обратно, и сможет ли человек перенести космический полет. Подготовка полета человека шла в условиях жесткого лимита времени. Президиум ЦК КПСС ставил перед конструкторами задачу – опередить американцев. Поэтому и летные испытания планировались таким образом, чтобы сразу после двух успешных полетов собак в космос стартовал человек.

В конце 1959 года, одновременно с набором в советский «человеческий» отряд космонавтов, произошел и набор в «собачий» отряд. Здесь требования были не такими жесткими, как у людей, но также существовал ряд ограничений. Набирались собаки беспородные, «ростом» не более 35 сантиметров и весом не более 6 килограммов. Параметры определялись возможностями космического корабля, а вот порода, точнее ее отсутствие, была взята из предыдущего опыта. Дворняги оказались для медиков и биологов прекрасным «материалом». Они были не такими прихотливыми, как их породистые сородичи, они были смышлеными, добрыми. В общем, первый собачий космический отряд набрали в ближайших подворотнях. Готовили их почти как людей: крутили на центрифуге, помещали в баро– и сурдокамеры, приучали к пребыванию в замкнутом пространстве.

И вот наступил момент, когда и техника, и «пилоты» были готовы к полету.

Первый корабль-спутник стартовал 15 мая 1960 года. Это был еще не совсем тот аппарат, на котором меньше чем через год полетел первый космонавт планеты. Корабль был лишен теплозащитного экрана, обеспечивающего возвращение космонавта на Землю, отсутствовал ряд жизненно важных бортовых систем. Предстояло еще очень много работы, но на некоторые вопросы этот полет должен был дать ответы. Так как предполагалось сгорание корабля в атмосфере Земли, живых существ на его борту не было. Очень жаль было отправлять на верную смерть собак, которых все причастные к подготовке успели полюбить. Хватило Лайки, нашедшей мучительную смерть в космосе всего через месяц после начала космической эры.

Итак, космический корабль-спутник успешно стартовал. Надо сказать, что само название «космический корабль» родилось в день старта. В те годы было принято сочинять коммюнике, которые затем на весь мир зачитывал Юрий Левитан. Готовили текст конструкторы, а корректировали текст, естественно, цензоры и чиновники из аппарата ЦК КПСС. Так было и в этот раз. Коммюнике сочинили Королев, Келдыш, Александр Юльевич Ишлинский и Лев Архипович Гришин. Кто из них предложил назвать спутник «космическим кораблем» – история умалчивает. Но, когда название прозвучало, оно всем ужасно понравилось Королев сказал «А почему бы и нет? Есть морские есть речные, есть воздушные, теперь появятся космические корабли!» На том и порешили. Коммюнике отпечатали и передали в Москву И только после этого все поняли, что они «натворили» в этом документе. Сейчас невозможно представить себе иное название, чем «космический корабль».

А получивший такое экзотичное по тем временам название космический корабль продолжал свой полет по околоземной орбите. Предварительно спуск было решено осуществить 18 мая. И вот в расчетный момент на борт космического аппарата была передана соответствующая команда. Однако система ориентации неправильно выбрала направление тормозного импульса, и включившийся двигатель направил корабль не в сторону Земли, а в противоположном направлении. Первый корабль-спутник был заброшен с орбиты высотой в 320 километров на высоту 690 километров и до 5 сентября 1962 года кружил над планетой, прежде чем сгорел в атмосфере.

У многих конструкторов мороз по коже прошел, когда они представили, что будет, если в такой ситуации окажется человек. А некоторые ретивые западные газетчики уверяли, что на борту находились люди, которые стали «пленниками Вселенной». О «пленниках орбиты», как и о других «жертвах космонавтики», вы прочтете во втором отступлении, через несколько страниц.

Первый «блин» оказался пусть не «комом», но все-таки не совсем удачным Может, у кого-то другого опустились бы руки, но не у Королева. Сергей Павлович, глядя на кислые физиономии своих коллег, объяснял им, что это тоже огромный шаг вперед. В своих мечтах он уже видел корабли, маневрирующие на орбите, сближающиеся друг с другом и так далее. Но все это еще только предстояло сделать, а в 1960-м году надо было заставить летать корабли-спутники.

Следующий корабль-спутник пускали в таком варианте, как если бы на борту находился человек. Спускаемый аппарат был снабжен теплоизоляцией, на борту находились системы жизнеобеспечения. Впервые в практике космических полетов он должен был вернуться на Землю. На тот момент эта задача еще не была решена ни у нас, ни у американцев. Причем вернуться должен был не просто аппарат, но и пассажиры корабля-спутника – собаки Чайка и любимица Королева рыжая Лисичка. Корабль был подготовлен гораздо лучше, чем его предшественник: тщательно проработали все возможные ситуации, чтобы не допустить ошибки при выборе системы ориентации и выдаче команды на спуск с орбиты. Но не суждено было Лисичке и Чайке побывать в космосе.

28 июля 1960 года ракета стартовала. На 23-й секунде полета произошла катастрофа. Ракетные блоки разлетелись по степи, к счастью, не причинив никому вреда. А вот собаки погибли. Никаких сообщений ТАСС об этом пуске не появилось, и еще долгие годы мы ничего не знали о трагической судьбе двух «первопроходцев».

Авария продемонстрировала всем, сколь необходима разработка системы спасения космического аппарата и его пассажиров непосредственно от момента старта. Актуальность ей придавал тот факт, что очень скоро в космос должны были отправиться первые люди. Гибель Лисички и Чайки стимулировала разработку такой системы, и в этом их величайшая заслуга перед человечеством. По сути дела, этим собакам обязаны своей жизнью, по крайней мере, четверо советских космонавтов: Василий Лазарев, Олег Макаров, Владимир Титов и Геннадий Стрекалов. Первых двух созданная впоследствии система спасла на высоте 192 километра, когда отказала третья ступень носителя, а двух других – на самом старте, когда под ними взорвалась ракета.

А на Байконуре между тем начали готовить к полету третий корабль-спутник. Правда, в сообщениях ТАСС ему было суждено стать «вторым», но не в цифре дело. Это уже был полноценный корабль с большим набором аппаратуры для проведения научных исследований. Предусматривалось изучение особенностей жизнедеятельности животных в условиях космического полета, действия космической радиации, проверка работоспособности системы регенерации отходов, питания, водоснабжения и ассенизации Кроме двух собак, на борту в герметической кабине находились две белые крысы, множество белых и черных мышей, семена различных растений.

16 августа ракета была вывезена на старт, а на следующий день был намечен ее пуск. Неожиданно на носителе забраковали главный кислородный клапан, и пришлось отложить полет. Новый клапан привезли спецрейсом из Куйбышева.

Ракета стартовала 19 августа 1960 года. В целом все прошло благополучно, хотя и во время этого полета были моменты, которые заставили поволноваться конструкторов. Но все обошлось. 20 августа спускаемый аппарат возвратился на Землю, и, когда поисковики открыли его люк, они услышали заливистый лай Белки и Стрелки, который тогда показался приятней любой оперной партии. Единственной ложкой дегтя в очередном триумфе советской космонавтики стало то, что американцам удалось первыми возвратить на поверхность нашей планеты спутник, совершивший космический полет. Сделано это было всего на 9 часов (!) раньше, чем получилось у советских специалистов. Но и этот небольшой срок, увы, учитывается, когда речь идет о первенстве. Поэтому первым успешным возвращением с орбиты в истории космонавтики стал спуск капсулы разведывательного спутника «Дисковерер-14». А нам осталось только тешить свое самолюбие тем что мы были первыми кто возвратил на Землю живых существ. Да и в конце-то концов, нельзя все время быть первыми, особенно когда идет ожесточенное соревнование.

Но вернемся к героиням космоса. Собаки чувствовали себя превосходно и на второй день после возвращения, когда их вели на послеполетную пресс-конференцию в здание ТАСС на Тверском бульваре, устроили между собой грызню. Вероятно, за собачью славу. В общем, вели себя как настоящие собаки. Многие газеты в те дни вышли под заголовками «Теперь в космос полетит человек!»

А дело действительно шло именно к этому. 11 октября 1960 года правительство Советского Союза приняло решение осуществить первый полет человека в космос в декабре 1960 года. Для этого были все основания.

Я уже упоминал, что первый пилотируемый полет должен был состояться вслед за двумя подряд успешными стартами в космос кораблей-спутников. Первый успешный старт произошел в августе, следующий полет планировался на ноябрь. Так что при благоприятном стечении обстоятельств первый полет человека мог бы действительно состояться в декабре.

Но такому развитию событий помешали трагические обстоятельства, о которых говорилось в предыдущих главах. Сначала неудачами закончились две попытки пуска ракет в сторону Марса. Но они бы не повлияли на планы, если бы не взрыв 24 октября баллистической ракеты «Р-16». Подробно об этой трагедии было рассказано в предыдущей главе. И хотя прямого отношения к космическим полетам эта авария не имела, она повлияла на то, что сроки следующего пуска по пилотируемой программе были отодвинуты. Да и с пуском человека было решено не спешить – две масштабные подряд неудачи советская космонавтика не выдержала бы.

Следующий корабль-спутник стартовал 1 декабря 1960 года. На нем в космос отправились собаки Пчелка и Мушка. И сам старт и полет прошли нормально Неприятности случились тогда, когда на Земле уже готовились встретить своих четвероногих друзей. На борт была подана команда «на спуск», но тормозной двигатель проработал меньше расчетного времени, и траектория снижения корабля оказалась такой, что он вполне мог приземлиться где-то вне пределов территории СССР. Дабы во враждебные руки не попали государственные тайны, на корабле была размещена система аварийного подрыва объекта (АЛО). К слову сказать, в данном конкретном случае находившиеся на борту собаки были приравнены к прочему секретному оборудованию. АПО сработала штатно и уничтожила корабль, превратив его в тучу мелких обломков. Собаки погибли.

Очередной пуск корабля-спутника состоялся 22 декабря 1960 года. В полет на нем отправились собаки Жемчужина и Альфа (встречаются в литературе и другие имена этих собак, но я буду называть их так, как впервые услышал), мыши, крысы и другая живность. Но на участке работы третьей ступени произошел отказ, и поступила команда на отделение корабля. Спускаемый аппарат совершил посадку в Якутии. Велика была радость конструкторов, когда они узнали, что собаки остались живы. Вновь удалось в условиях реального полета проверить работу системы аварийного спасения.

Новый старт корабля-спутника смог состояться только через два с половиной месяца. Было сделано все возможное и невозможное, чтобы неприятности 1960 года не повторились. И это удалось.

9 марта 1961 года стартовал корабль-спутник с собакой Чернушкой и манекеном на борту. Полет проходил по одновитковой программе, аналогичной той, которая планировалась для полета человека. Все этапы полета прошли нормально, и спускаемый аппарат совершил посадку в 260 километрах от Куйбышева.

Успешно прошел и полет 25 марта 1961 года пятого корабля-спутника со Звездочкой на борту. Вообще-то в космос должна была лететь Удача, но за день до старта Юрий Алексеевич Гагарин, тогда еще просто один из кандидатов на полет, сказал: «Мы люди не суеверные, но удача нам и самим не помешает». Удачу переименовали в Звездочку. Под этим именем она и вошла в историю.

Полету в космос человека больше ничего не мешало.

Так шла подготовка пилотируемого полета в Советском Союзе А как обстояли дела в США?

Там тоже готовились отправить космонавта в полет на космическом корабле «Меркури». И тоже отрабатывали все стадии миссии. Но американским космонавтам дорогу к звездам проторили не собаки, а обезьяны. И хотя общее число подготовительных пусков в США было гораздо больше, чем в СССР, пусков с биологическими объектами там проводилось меньше. Полеты по ту сторону океана во многом напоминали наши, поэтому не стоит обременять читателей сходной информацией. Перейдем к кульминационному моменту космической эры – первому полету человека за пределы земной атмосферы.

Глава 14

С человеком на борту

Известно всем, что первый полет человека в космическое пространство состоялся 12 апреля 1961 года, а самым первым космонавтом планеты стал наш соотечественник Юрий Алексеевич Гагарин.

К счастью для всех нас гагаринский полет на корабле «Восток» завершился благополучно. Это был настоящий триумф, который по праву называют открытием «дороги к звездам». Однако долгие годы мы слышали лишь звук победных фанфар, даже не подозревая о том, по какой тонкой грани пришлось пройти Гагарину в тот апрельский день, чтобы остаться в живых и ощутить вкус победы.

Старт, выведение корабля на орбиту и сам полет, продолжавшийся более часа, прошли нормально. Если точнее, то – в «допустимых пределах». Правда, в самом начале рейса, когда ракета стремительно набирала высоту и скорость, были несколько секунд, когда пропала связь и на Земле перестали слышать голос космонавта.

Что успели подумать в эти несколько секунд Королев и его соратники, следившие за полетом из пункта управления, можно только догадываться. Разгерметизация? Взрыв? Смерть космонавта под тяжестью перегрузок? Наверняка у многих прибавилось в тот миг седых волос – столь велико было напряжение, столь огромна ответственность, которая свалилась на их плечи. Но через несколько секунд связь восстановилась, и бодрый голос Гагарина возвратил всех к жизни.

Дальнейший полет протекал нормально. Но вот через 90 минут после старта наступила пора возвращаться на родную Землю. Это самая опасная часть полета. В отличие от старта, когда у космонавта имеется шанс спастись в случае аварии ракеты-носителя, на участке спуска такой возможности практически нет.

Именно на участке спуска и произошли описанные ниже события, о которых долгие годы старались не вспоминать, чтобы не портить общую благостную картину.

Согласно расчетной схеме полета, после ориентации корабля по Солнцу на «Востоке» должна была включиться тормозная двигательная установка (ТДУ), после чего должно было произойти разделение приборного отсека и спускаемого аппарата. А дальше капсула с космонавтом по баллистической траектории должна была устремиться к Земле.

Предоставлю слово Юрию Алексеевичу Гагарину, рассказавшему в своем отчете Государственной комиссии о том, как в реальности происходил сход с орбиты:

«Я почувствовал, как заработала ТДУ. Через конструкцию ощущался небольшой шум. Я засек время включения ТДУ. Включение прошло резко. Время работы ТДУ составило точно 40 секунд. Как только включилась ТДУ, произошел резкий толчок, и корабль начал вращаться вокруг своих осей с очень большой скоростью. Скорость вращения была градусов около 30 в секунду, не меньше. Все кружилось. То вижу Африку, то горизонт, то небо. Только успеваю закрываться от Солнца, чтобы свет не падал в глаза. Я поставил носик к иллюминатору, но не закрывал шторки.

Мне было интересно самому, что происходит. Разделения нет. Я знал, что по расчету это должно было произойти через 10-12 секунд после включения ТДУ. По моим ощущениям, больше прошло времени, но разделения нет...

Я решил, что тут не все в порядке. Засек по часам время. Прошло минуты две, а разделения нет. Доложил по КВ-каналу, что ТДУ сработала нормально. Прикинул, что все-таки сяду, тут еще все-таки тысяч шесть километров есть до Советского Союза, да Советский Союз тысяч восемь километров, до Дальнего Востока где-нибудь сяду. Шум не стоит поднимать. По телефону, правда, я доложил, что ТДУ сработала нормально, и доложил, что разделение не произошло.

Как мне показалось, обстановка не аварийная, ключом я доложил «ВН» – все нормально. Лечу, смотрю – северный берег Африки, Средиземное море, все четко видно. Все колесом крутится – голова, ноги. В 10 часов 25 минут 37 секунд должно быть разделение, а произошло в 10 часов 35 минут».

Вот такие дела. А мы-то столько лет считали, что все прошло как по маслу, без сучка и задоринки.

Но оказалось – и это еще не все, что в тот день было суждено пережить первому космонавту планеты.

Где-то на высоте семи тысяч метров космонавт катапультировался из кабины и продолжил спуск на парашюте. Кстати, интересная деталь. О том, что космонавт спускался на Землю на парашюте в 1961 году не сказали. Наоборот всячески уверяли и нас, и иностранцев в том, что Гагарин во время приземления находился внутри аппарата. Делалось это из благих побуждений: при регистрации в Международной федерации авиации рекордов, установленных во время полета, могли возникнуть некоторые сложности, поэтому решили подстраховаться испытанным способом – враньем. Обман вскрылся довольно быстро, но еще долгие годы официально тиражировалась именно эта версия. Даже Гагарину во время одной из пресс-конференций на прямой вопрос о том, как он садился, пришлось, глядя прямо в глаза собеседнику, сказать, что он садился внутри спускаемого аппарата.

Но вновь послушаем, что рассказывал Гагарин о своем полете членам Государственной комиссии:

«Я стал спускаться на основном парашюте... Думаю, наверное, Саратов здесь, в Саратове приземлюсь. Затем раскрылся запасной парашют, раскрылся и повис вниз, он не открылся, произошло просто открытие ранца...

Тут слой облачков был, в облачке поддуло немножко, раскрылся второй парашют, наполнился, и на двух парашютах дальше я спускался...»

Еще одна нештатная ситуация, причем очень и очень опасная. Запасной парашют на то и запасной, чтобы использоваться в крайнем случае, когда откажет основной. А спускаться на двух – это чрезвычайно опасно. К счастью, и здесь все закончилось благополучно.

А последняя неприятность произошла уже на Земле, после приземления – не открылся клапан, подававший в скафандр воздух для дыхания. Так получилось, что когда космонавта одевали перед посадкой в корабль, этот клапан попал под демаскирующую оболочку. Космонавту потребовалось минут шесть (по оценке самого Гагарина), чтобы его достать. Лишь расстегнув оболочку, с помощью зеркала вытащил треклятый тросик и открыл его.

Так завершился этот героический полет. Все его стадии были риском, цена которого – жизнь. Гагарин рисковал ради прогресса всего человечества, а не только ради славы своей страны. И победил. Ну а дальше были цветы, награды, мировая слава и жизнь, короткая, но яркая.

Отступление второе

Немного о слухах

Слухи, сплетни, недомолвки, намеки. В 1960-1970-е годы для жителей Советского Союза они были одним из источников информации, позволяющих узнавать то, о чем молчали официальные источники. То, что писали «Правда» и «Известия», представляло из себя бесконечную череду побед..

Из передаваемых из уст в уста слухов мы узнали об обстоятельствах гибели маршала Неделина. Из тех же источников кое-что узнали о советской лунной программе. Да и еще много чего было услышано не из репродукторов и газет, а на кухне, в курилке или на улице.

В те годы, не имея возможности получить информацию об освоении космоса в том объеме, который меня интересовал, я с особым вниманием прислушивался к разговорам родителей, знакомых и незнакомых, фиксируя в памяти и на бумаге разрозненные факты, которые могли бы сложиться в целостную и правдивую картину эпохи. Но пришли перемены, обрушился вал информации, который смог устранить множество «белых пятен» в нашей истории, сделать ее если не прозрачной, то, по крайней мере, более правдивой и понятной.

Но я не напрасно упомянул о собранных некогда слухах. Понятно, что, когда появились публикации о советской космонавтике, я с особым интересом сравнивал их с моими записями. И вот что удивительно. Из всего, что удалось услышать в те далекие годы, лишь две вещи не нашли подтверждения: это слухи о якобы имевших место догагаринских полетах в космос и о чекистах-смертниках, которые будто бы находились на борту многих советских космических аппаратов и «погибли во славу Родины».

Свидетельств этого никто так и не смог обнаружить в архивах, хотя искали. Не удалось найти и «очевидцев» этих событий. Я не беру в расчет тех, кто объявлял себя таковыми, но не проходил элементарную «проверку» не то что на компетентность, но и на возможность своего присутствия при тех событиях, если бы они имели место. Все это позволяет отнести все эти слухи и сплетни к «городскому фольклору», хотя ежегодно в преддверии Дня космонавтики кто-нибудь обязательно вытаскивает на свет эту сенсацию и выдает ее за истину.

Я не единожды пытался разубедить скептиков, доказывая, что таких полетов не было, потому что в них НЕ БЫЛО НЕОБХОДИМОСТИ. Писал об этом и на русском языке, и на английском. Но то ли никто из пишущей братии этого не заметил, то ли тема столь лакома и «актуальна», что всегда находятся охотники ее поднять, но регулярно она всплывает на страницах газет и журналов. Про Интернет и говорить не приходится – там есть сайты, посвященные именно этой теме.

Добавлю, что и в Германии, и в США, то есть в тех странах, где серьезно занимались ракетами, есть слухи о своих покорителях Вселенной, сгинувших в ее бескрайних просторах. Или возвратившихся после долгого отсутствия на Землю Причем не всегда эти слухи появлялись накануне 1 апреля.

Некоторое время назад я попытался систематизировать всю имеющуюся информацию и разместить ее в хронологическом порядке.

Первая волна слухов о прикосновении человека к космосу приходится на конец 1940-х – начало 1950-х годов. После Второй мировой войны в руки союзников (СССР, США, Англии, Франции) попали образцы ракетной техники, созданной немецкими конструкторами. Да и сами специалисты оказались кто в Москве, кто в Лондоне, кто по другую сторону океана.

Первыми тему о пилотируемых полетах в космос подняли европейские газеты, объявившие о том, что в Германии в годы войны существовал отряд космонавтов-смертников, которые должны были пилотировать (и якобы пилотировали!) ракеты «Фау-2» и «Фау-3» Фамилии пилотов не назывались В лучшем случае упоминались их воинские звания, например майор люфтваффе.

Публикации на эту тему прекратили достаточно быстро и довольно бесцеремонно. Державы-победители не были заинтересованы в обсуждении этого пикантного вопроса, так как еще сами не разобрались в том наследстве, которое им досталось. Поэтому редакторы газет получили соответствующее указание и на страницах их изданий больше о космонавтах-смертниках из нацистской Германии не писали. Позднее об этой теме забыли так же, как и о ракетах.

Приблизительно к тем же годам относятся и слухи о суборбитальных космических полетах, совершенных в Советском Союзе и США. Все они связываются с испытаниями трофейных «Фау-2», проводившихся на полигонах Капустин Яр и Уайт-Сэндс.

К счастью, этот вопрос в настоящее время довольно прозрачен и позволяет объяснить причину появления слухов. В Советском Союзе они возникли во время работ над реактивными летательными аппаратами, которые часто отождествлялись с ракетами. Для многих нет никакой разницы между «реактивным» и «ракетным». Отсюда и домыслы о полете на ракетах.

Дальше – больше. Стали гулять слухи о том, что в головные части первых советских ракет сажали зеков. Питательной средой для таких утверждений послужили существовавшие в конце 1940-х годов планы создания двухместного космического корабля «ВР-190» для полетов по суборбитальной траектории.

Аналогичная ситуация сложилась и у американцев. У них слухи об экспериментах с добровольцами появились после того, как были проведены пуски ракет «Фау-2» с обезьянами на борту. Один полет завершился неудачей, и обезьяна погибла. Вполне вероятно, что кто-то стал свидетелем извлечения тела из обломков и рассказал об этом своим знакомым или газетчикам. Эта информация быстро трансформировалась в предположение об испытательных полетах в космос. Однако широкого распространения не получила, так как военные не скрывали истинные цели полета и им довольно легко удалось опровергнуть немногочисленные публикации. Хотя кое-кто до сих пор уверен, что их обманывают.

Правда тот кто видел труп обезьяны в разбившейся ракете вольно или невольно стал источником и других слухов, о которых шла речь в первом отступлении, – об инопланетянах, разбившихся в Нью-Мексико. Опровергнуть эту информацию оказалось сложнее и она живет по сей день обрастая все новыми и новыми подробностями.

Но вернемся к ракетным пускам. В начале 1950-х годов в Советском Союзе была проведена серия экспериментов с собаками, которых подымали на большую высоту, а затем в спускаемом контейнере возвращали на Землю. Эти пуски также связывались с суборбитальными полетами в космос.

Попытаемся оценить возможность совершения пилотируемых полетов в нацистской Германии, а затем в СССР и в США.

Теоретически они могли быть совершены Германские разработки заключительного этапа войны (модифицированный вариант «Фау-2» и «Фау-3») предусматривали наличие на ракете кабины пилота. Делалось это исключительно в военных целях: необходимо было подстраховать несовершенную на тот момент систему наведения и обеспечить поражение цели. Однако эту кабину можно было использовать и для размещения в ней экспериментатора, что могло бы, например, и быть реализовано в Советском Союзе. Если считать, что средства жизнеобеспечения и средства спасения пилота брались из авиационной техники, то этого могло быть достаточно для совершения кратковременного полета на большие высоты. Правда, трудно вообразить, что при этом должен был испытывать пилот. Но вполне вероятно, что в те годы найти кандидатов на полет было делом несложным.

Еще раз подчеркну, что с технической точки зрения такой полет был возможен и, более того, такие планы существовали в реальности, это уже доказано. Но вот поверить в то, что такие полеты состоялись, очень и очень трудно.

Во-первых, прошел слишком большой срок, чтобы информация об этих экспериментах могла держаться в секрете. В работах по ракетной тематике были задействованы десятки тысяч человек, и хотя бы один из них мог дать достоверную и проверяемую информацию, а не те слухи, которые гуляют по свету.

Во-вторых, необходимости в таких полетах не было никакой: ни с военной, ни с научной точек зрения. Это, пожалуй, самый главный аргумент.

Ну и еще одно. Вряд ли в США и в СССР стали бы скрывать столь выдающееся достижение, которое могло бы изменить расклад сил на международной арене. Если вспомнить тот резонанс, который вызвали первый спутник и первый космонавт, то логично предположить, что и суборбитальный полет, произойди он на заре ракетных исследований, также привлек к себе огромное внимание и вывел бы государство, осуществившее такой эксперимент, в мировые лидеры. Но молчали. Значит, нечего было предъявить на суд мировой общественности.

Вторая волна слухов о пилотируемых полетах в космос приходится на конец 1950-х годов. В эти годы в Советском Союзе проходили испытания межконтинентальной баллистической ракеты «Р-7», а также пуски с ракетного полигона Капустин Яр (Астраханская область) геофизических ракет «В-5» с научной аппаратурой и биологическими объектами на борту. Эти пуски дали повод предположить, что в экспериментах участвовали не только собаки и другие мелкие животные, но и люди.

Периодически в печати появляются сведения о космонавтах, погибших в те годы при совершении суборбитальных полетов. Чаще всего пишут о гибели Алексея Дедовского в 1957 году, Терентия Шиборина в 1958 году и Андрея Миткова в 1959 году. В отношении последнего называется и другая дата – 1958 год.

И хотя точные даты полетов не приводятся, их нетрудно связать с реальными пусками, состоявшимися в тот период и закончившимися авариями.

Возникновение слухов о гибели Дедовского, вероятнее всего, следует связать с неудачным экспериментом 24 мая 1957 года, закончившимся гибелью собак Рыжая и Джойна. Произошло это из-за разгерметизации на большой высоте контейнера, в котором находились биологические объекты. Официально о полете, а тем более о гибели собак, не сообщалось. Об этом стало известно гораздо позднее. Это молчание вызвало появление слуха о неудачном пилотируемом полете и гибели космонавта.

Эти же причины привели к появлению и других слухов. Так, информацию о гибели Шиборина по датам можно связать с пуском ракеты «В-5», состоявшимся 21 февраля 1958 года. В ее головной части находился контейнер с собаками Пальма и Пушок Собаки погибли, и вновь из-за разгерметизации кабины.

Еще один аварийный пуск имел место 31 октября 1958 года. В головной части ракеты «В-5» был установлен контейнер с двумя собаками – Жулькой и Кнопкой. При возвращении на Землю не раскрылся парашют, и собаки погибли. Вероятно, разговоры о гибели пилота Миткова имеют свои корни именно в этой катастрофе.

В 1950-е годы были и удачные пуски ракет с собаками на борту Пуски состоялись 16 мая 1957 года, 25 и 31 августа 1957 года, 9 сентября 1957 года, 2, 14 и 27 августа 1958 года, 10 и 14 июля 1959 года. Молва и их связывала с полетами космонавтов на большие высоты. Так как пуски прошли успешно, а пилоты благополучно возвратились на Землю, то внимание к ним не такое большое. Успех всегда менее привлекателен для обывателя. Поэтому и упоминают их гораздо реже.

Тем не менее упорно ходят слухи о существовании в Советском Союзе в докосмическую эпоху группы пилотов-космонавтов, испытывавших тогдашнюю ракетную технику. Это не был отряд космонавтов вроде того, что мы привыкли видеть, следя за жизнью обитателей подмосковного Звездного городка.

Наверное, пришла пора внести в этот вопрос ясность и рассказать о том, как все было на самом деле. В 1950-е годы в Советском Союзе не существовало специальной группы летчиков-испытателей, готовившихся к полетам на ракетах. Всю существовавшую к тому моменту технику, которая хоть каким-то боком могла быть отнесена к ракетной тематике (системы жизнедеятельности, катапульты, герметические кабины, ракетные ускорители и прочее), испытывали штатные испытатели – летчики и парашютисты.

Но к будущим космическим полетам готовились. Правда, только на бумаге. Мысли о том, что когда-нибудь придется формировать специальный отряд испытателей космической техники, родилась где-то в 1955 году, когда полеты человека в космос стали постепенно переходить из области фантастики в плоскость реальных работ. К этому на уровне теоретических изысканий готовились и инженеры ракетно-космической отрасли, и авиационные медики. Разрабатывались методики такой подготовки и, как следствие, критерии отбора пилотов космических кораблей. Эти методики опять же отрабатывались на штатных летчиках-испытателях, поэтому и родились слухи о «нулевом» отряде. Но организационно такая структура никогда не создавалась, а многие летчики, участвовавшие в экспериментах, даже не догадывались, что и для чего они испытывают.

Тем не менее слухи об этом отряде живут и обрастают все новыми и новыми подробностями. По одной из версий, туда входили не только упоминавшиеся Дедовский, Шиборин и Митков, но и некая Мария Громова, также якобы ставшая жертвой космической аварии – в июне 1959 года она якобы погибла в катастрофе ракетного самолета. При этом чаще всего ссылаются на высказывания некоего деятеля Коммунистической партии Чехословакии, который в декабре 1959 года, находясь в Италии, рассказал о нескольких неудачных суборбитальных полетах в Советском Союзе. По его данным одной из жертв этих ракетных аварий и стала летчица.

Слухи о Громовой в принципе не могут соответствовать действительности. Хотя бы по той причине, что все формировавшиеся в те годы группы испытателей состояли сплошь из мужчин.

Членами мифического «нулевого» отряда назывались и многие другие известные советские летчики. Такие, как братья Коккинаки, Владимир Ильюшин и другие. Но это тоже из области слухов, ничем не обоснованных и никем не подтвержденных.

А теперь самое главное об отряде пилотов-космонавтов – цель его создания. Здесь мне приходилось слышать две версии. Одна – проведение научных и технических экспериментов. Вторая – военные аспекты использования ракетной техники.

Согласно этим данным, все пилоты должны были, находясь на борту, обеспечить наведение на цель головных частей ракет, оснащенных ядерным зарядом. Слишком несовершенными были системы наведения в то время, чтобы без вмешательства человека доставить смертоносный груз к цели.

Это перекликается со слухами о ракетных разработках в фашистской Германии, где также хотели разместить пилотов на борту ракет, чтобы обеспечить поражение американских городов. Вполне возможно, что именно информация, пришедшая из Германии, и стала первопричиной аналогичных слухов в Советском Союзе.

А теперь давайте взглянем на эту информацию с технической точки зрения и попробуем оценить возможность пилотируемых полетов на ракетах «В-5» и «Р-7» Теоретически такие полеты были возможны. Грузоподъемность ракеты в те годы позволяла разместить в головной части кабину пилота с элементарной системой жизнеобеспечения. Но вот опять же не было никакой необходимости их совершения ни с технической, ни с политической точек зрения.

Конечно, было бы заманчиво первыми достигнуть космических высот. Но надо отдать должное конструкторам, которые в какой-то степени были авантюристами (в хорошем смысле этого слова), но не были безумцами. А Сергей Павлович Королев вообще считал, что «прыжок в космос» это некое половинчатое решение, от которого ни научной выгоды не получить, ни политических лавров не снискать.

Что мог бы решить такой полет? Вывести на околоземную орбиту простой кусок металла было куда более эффектно, чем мучиться с полетом человека на несколько минут на высоты до 500 километров.

Вероятнее всего, и сведения о полетах в конце 1950-х годов следует отнести к разряду легенд и мифов. Добавлю только, что в США в этот период не появлялось никаких слухов о пилотируемых полетах в космос. Лидерство Советского Союза в космической гонке было столь подавляюще, что даже по числу мифов мы находимся на первом месте.

Третья волна слухов относится к периоду когда человечество стояло на пороге проникновения людей в космос и когда это проникновение началось. Это первая половина 1960-х годов. Сначала массу слухов породили полеты первых кораблей-спутников (технологических экземпляров корабля «Восток»).

Вот наиболее часто повторяемые сообщения, на которые постоянно ссылаются все, кто касается данной тематики. Я попытался для большинства из них дать оценку их достоверности и указать источники их появления. Если это было возможно.

«Неизвестный космонавт (иногда звучит фамилия Зайцев) остался во Вселенной в мае 1960 года, когда его корабль изменил направление полета и ушел в далекий космос».

В реальности имел место полет первого корабля-спутника, когда сбой в системе ориентации привел к тому, что аппарат перешел не на траекторию спуска, а улетел в космические дали. Но корабль был беспилотный, и это не оспаривается никем из специалистов.

«В сентябре 1960 года другой космонавт (Петр Долгов) погиб, когда ракета-носитель взорвалась на старте».

На самом деле в сентябре не произошло ни одной аварии, которую можно было бы идентифицировать с этими слухами. Вероятнее всего, имеется погрешность в дате, и возникновение слухов следует связать с одной из октябрьских катастроф: либо с аварийными пусками автоматических станций в сторону Марса (10 и 14 октября 1960 года), либо со взрывом баллистической ракеты «Р-16» когда погибли маршал Митрофан Неделин и несколько десятков специалистов-ракетчиков. О судьбе реального Петра Долгова я расскажу в одной из следующих глав, а сейчас не буду останавливаться на этом эпизоде.

«4 февраля 1961 года в космос был выведен корабль с космонавтами Качуром и Грачевым на борту, также закончившийся неудачей».

В тот день была предпринята первая попытка запуска аппарата в сторону Венеры. Из-за аварии последней ступени (разгонного блока) корабль остался на околоземной орбите, получив официальное наименование «Тяжелый спутник». По своим габаритно-весовым параметрам он вполне мог быть принят за пилотируемый корабль, тем более что идея скорого полета человека в космос уже витала в умах человечества.

«В начале апреля 1961 года летчик Владимир Ильюшин – сын известного авиаконструктора Сергея Ильюшина – якобы трижды облетел Землю на космическом корабле «Россия», но получил ранения при посадке».

Вероятнее всего, поводом для слухов послужил пуск боевой ракеты «Р-9», состоявшийся 9 апреля. Но к освоению космоса он не имел никакого отношения. Впоследствии об этом слухе много писала советская пресса, так как ранения Владимир Ильюшин получил в автомобильной (даже не в авиационной хотя он был известным летчиком-испытателем) аварии, что было легко доказать.

«В середине мая 1961 года в Европе были приняты слабые сигналы о помощи, очевидно, с борта космического корабля с двумя космонавтами». Мне не удалось идентифицировать этот слух с каким-либо реальным событием Берусь предположить, что радиолюбители столкнулись в данном случае с отражением сигнала от верхних слоев ионосферы. Вполне возможно, что кто-то действительно просил о помощи, но не из космоса, а с Земли.

«14 октября 1961 года двухместный корабль сошел с курса и пропал в космическом пространстве. Итальянские радиолюбители услышали сигнал «SOS» и связали это с гибелью мифического космонавта Белоконева».

Космических запусков в тот день не было, но был пуск баллистической ракеты «Р-9».

«В ноябре 1962 года итальянские радиолюбители вновь (почему так везет именно итальянцам?) засекли сигналы гибнущего корабля».

Вероятнее всего, ситуацию запутал неудачный пуск советской автоматической межпланетной станции в сторону Марса. Из-за аварии последней ступени ракеты-носителя аппарат не смог набрать вторую космическую скорость и остался на околоземной орбите А может быть, как и в мае 1961 года, имело место отражение сигналов от земной ионосферы, и погибал не космический корабль, а, например, морское судно.

«18 ноября 1963 года второй полет женщины в космос завершился трагически».

Космических стартов в тот день не было, да и отправка в космос второй женщины после известного высказывания Сергея Павловича Королева о том, что «после Терешковой ни одна б... в космос не полетит» (в более мягкой форме это высказывание звучит так: «Чтобы баба еще раз в космос полетела?..»), трудно предположить о такой попытке.

Кстати, я слышал аудиозапись тех сигналов, который приняли досужие итальянцы и на которых зиждется данный слух. Невнятное бормотание, по которому не определить, что и, главное, где это происходит. Достоверно только одно – голос женский и говорила она по-русски.

«По меньшей мере, один космонавт погиб в апреле 1964 года, согласно данным все тех же итальянских радиолюбителей, которые приняли сигналы бедствия».

Без комментариев.

И это перечень только тех слухов, которые долгие годы ходили на Западе и которые можно назвать каноническими.

Хочу дополнить этот ряд еще несколькими сообщениями, которые имеются в моих записях тех лет. К сожалению, нет ни одной фамилии, а есть только якобы имевший место факт.

Вот какие события космической летописи, кроме уже перечисленных, народная молва связывала с пилотируемой программой.

Пуск 15 июня 1960 года с полигона Капустин Яр геофизической ракеты «В-2» с собаками Отважная и Малек на борту. Полет прошел успешно. На борту ракеты находился и космонавт.

Попытка пуска 18 июля 1960 года с космодрома Байконур ракеты-носителя «Восток» с кораблем-спутником, на борту которого находились две собаки. Ракета взорвалась, едва оторвавшись от стартового стола, обе собаки погибли. По слухам, погиб и космонавт, который должен был лететь в космос.

Обошедшие всю мировую прессу фотографии собак Белка и Стрелка, которые 20 августа 1960 года первыми из живых существ вернулись на Землю. По слухам, был еще один член экипажа – человек, который и посадил корабль.

Очередной пуск с ракетного полигона Капустин Яр 16 сентября 1960 года геофизической ракеты «В-2» с собаками Пальма и Малек. Успешный полет совершил неизвестный советский космонавт.

При возвращении 2 декабря 1960 года на Землю третьего корабля-спутника с собаками Пчелка и Мушка на борту из-за отклонения спускаемого аппарата от запланированной траектории спуска он был уничтожен системой аварийного подрыва. Собаки погибли. Вместе с ними якобы погиб и неизвестный космонавт.

Закончилась аварией попытка пуска 22 декабря 1960 года с космодрома Байконур очередного корабля-спутника. Спускаемый аппарат с собаками благополучно опустился в Сибири. И опять народная молва поместила в корабль вместе с небольшими собаками достаточно большого по размерам человека.

Кстати, два последних факта стоит связать с принятым 11 октября 1960 года постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР о первом полете человека в космос в декабре 1960 года. Действительно, было такое решение, и были такие планы. К сожалению, им не суждено было воплотиться в жизнь. Октябрьские аварии (две марсианские станции и трагедия 24 октября) отодвинули сроки первого полета, но слухи о сделанных попытках все равно ходили.

Полет 9 марта 1961 года четвертого корабля-спутника и собаки Чернушка. Кроме нее, на борту находился габаритно-весовой макет человека, причем при приземлении отрабатывалась схема катапультирования космонавта из кабины спускаемого аппарата.

Полет 25 марта 1961 года пятого корабля-спутника и собаки Звездочка Как и в предыдущем случае, наличие манекена породило слухи о неудачном космическом полете.

Как впоследствии писал известный советский летчик-испытатель Марк Галлай один из руководителей подготовки первых космонавтов: представьте ситуацию, когда на парашюте приземляется некто, одетый в скафандр, лежит на Земле без признаков жизни, а потом приезжают военные, грузят в машину «тело» и уезжают без всяких объяснений. Любой, увидевший эту картину, будет потом рассказывать о гибели космонавта, и поди докажи, что было не так. Это довольно точное описание природы возникновения слухов.

Были слухи о полетах в 1962-1964 годах еще нескольких советских космонавтов на кораблях типа «Восток». Вероятнее всего их источником стало решение правительства об изготовлении десяти кораблей типа «Восток» (в реальности такое количество не изготовлялось) и перспективный план полетов предусматривавший полеты кораблей «Восток-7» – «Восток-15». Существовал даже примерный расклад среди членов первого отряда советских космонавтов на пилотирование этих кораблей.

Возможным источником мифов и легенд могут быть и некоторые космические корабли, разработка которых велась параллельно с «Востоком». В первую очередь корабль «Север» – прообраз будущего «Союза». Дальше эскизного проектирования дело не пошло, но в народе очередная порция слухов возникла.

Приведенный здесь перечень не является исчерпывающим. Я думаю, что читатели и так уже устали от этих слухов, поэтому другие я просто опускаю.

А теперь несколько слов о возможности совершения в тот период необъявленных пилотируемых полетов. То, что касается полетов в 1960 году мне кажется абсурдом Да к тому времени уже был вчерне создан корабль «Восток». Но к полету человека в космос он был готов лишь к ноябрю, а все состоявшиеся до этого полеты как раз и преследовали цель отработки отдельных систем корабля. То есть технически многие полеты могли быть чисто гипотетически осуществлены. Однако надо сразу отбросить полеты экипажей – корабль «Восток» был одноместным кораблем. Тем более отправлять в космос экипаж, когда там еще никто не побывал, тоже кажется по меньшей мере странным.

Также трудно предположить, что какие-то корабли подавали сигналы бедствия из космоса. Если бы такие полеты все-таки совершались, то логичнее предположить, что советские космонавты погибали молча. Увы, так мы были воспитаны, такова реальность тех лет.

К началу 1960-х годов относится и слух о планах отправки на орбиту семейной пары. При этом ссылаются на Королева, якобы инициировавшего такой проект. В качестве возможных кандидатов назывались имена Людмилы Токовой и ее мужа Николая (в других вариантах Анатолия) Токова. Какой эксперимент они должны были провести в космосе, читатель уже понял.

Мне кажется, что абсурдность этого предположения не требует разъяснений.

Во-первых, техника была не столь совершенна, как сейчас (но и сегодня речи не идет о таких экспериментах), а во-вторых, в условиях космической гонки, когда на повестке дня стоял полет на Луну, отвлекаться на «мелочи» было не совсем логично.

Может быть, такие планы и существовали, но планировалось все это на гораздо более поздние сроки.

На начало 1960-х годов приходится и волна слухов о необъявленных полетах, совершенных в США. Хотя там их источниками чаще всего становилась продукция Голливуда. Одним из самых известных «полетов» стала миссия некоего Роберта Гибсона, отправившегося на орбиту по военной программе на одном из первых кораблей «Джемини» и возвратившегося на Землю уже в 1990-х годах. Слух живет, хотя мало кто обращает внимания на дату его появления – в ночь на 2 апреля 1990 года, спустя два часа после окончания «дня смеха». Но об этом уже позабыли, а вот сам слух периодически выплескивается на страницы газет и журналов, причем не только в апрельские дни.

В начале 1960-х годов вновь вспомнили и о нацистской Германии. После полета Юрия Алексеевича Гагарина некоторые газеты на Западе в попытке принизить значение этого свершения попытались доказать что Советский Союз не является первопроходцем в освоении космоса и что первый космонавт появился еще в середине 1940-х годов в Третьем рейхе. Но эти слухи особого распространения не получили и очень быстро были забыты.

И еще одна категория слухов, рожденных в чьем-то воспаленном воображении. О космонавтах-чекистах.

Слухи об этом ходили в нашей стране еще 30 с лишним лет назад, а в 1990-е были даже публикации в ряде российских изданий. Масла в огонь подлил Виктор Пелевин своим романом «Омон Ра», в литературной форме поддержавший эту легенду. Статьи появляются и сегодня, особенно много их в электронных средствах массовой информации. Но, как и раньше, это лишь слова, без фактов.

Какие же «достижения» приписывались этим безымянным «героям»? Утверждалось, что многие спутники оптической разведки типа «Зенит-2» и их модификации пилотировались представителями спецслужб; что первый советский «Луноход» был не автоматическим аппаратом, а пилотируемым, и что труп пилота-смертника до сих пор лежит на поверхности Луны рядом с безжизненным «лунным трактором» что в первом и единственном полете советского корабля многоразового использования «Буран» на его борту находился космонавт, который и произвел успешное приземление на космодроме Байконур. И так далее и тому подобное. Делалось это якобы для того, чтобы не уронить престиж Советского Союза в случае неудачи.

Критики подобная информация явно не выдерживает. В СССР неудачи с запусками космических аппаратов происходили достаточно регулярно, и трудно предположить, что наличие космонавта-смертника могло бы сделать картину аварий и катастроф более благоприятной. Пусть даже эти космонавты были из КГБ. Чтобы космонавт выполнил свою задачу, необходимо было разместить хотя бы элементарную систему жизнеобеспечения, иначе бы он погиб еще до того, как начиналась его миссия. Технически это реализовать было проблематично. Это во-первых. А во-вторых, проще было не ввязываться в проекты, которые не давали стопроцентную гарантию успеха, чем городить весь этот огород.

Мне кажется, что последняя категория слухов появилась в среде обывателей, которые не могли иначе объяснить для себя, почему ракеты летают.

Следующая волна слухов была порождена «лунной программой». Этот период (конец 1960-х – начало 1970-х годов) характерен тем, что больше говорили об американцах. Это понятно. Как ни крути, но именно американцы летали на Луну, а не мы. Да и слухи о фальсификации лунных экспедиций появились не в Советском Союзе, а все в той же Америке. Многие жители США, не без помощи желтой прессы, уверены, что, кроме шести объявленных высадок на Луне было по крайней мере еще три полета. В этом им помог Голливуд, снявший художественный фильм о полете «Аполлона-18» (не путать с «Ангаром-18» и «Аполлоном-13»), а также отсутствие интереса к самой идее освоения космоса. И это при том, что американское аэрокосмическое ведомство всячески пропагандирует космические полеты.

Немало слухов о Луне родилось и в нашей стране. Хотя в тот период официально нигде не сообщалось о ведущихся в нашей стране работах, большинство советских граждан догадывалось о наличии у нас программы, сходной с американским проектом «Аполлон».

Причиной возникновения большинства подобных слухов я бы назвал нежелание советских людей смириться с тем фактом, что «лунную гонку» мы проиграли. Если вспомнить историю освоения космоса, то до 1969 года Советский Союз мог похвастаться практически всеми пионерскими достижениями при освоении космоса: первый спутник, первый человек в космосе, первая женщина в космосе, первый выход в открытый космос, первые станции на Луне и Венере. У советских граждан просто не укладывалось в сознании, что кто-то мог нас опередить, и в городском фольклоре находила свой выход энергия неудовлетворенности.

А если без лирики, то вот что говорилось о соревновании между Советским Союзом и США в деле покорения Луны.

С космодрома Байконур 22 апреля 1968 года осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К» с лунным кораблем «Л-1». Пуск закончился аварией и, согласно одной из версий, гибелью двух космонавтов, находившихся на борту.

Спустя несколько дней после запуска очередного лунного корабля «Зонд-6» (10 ноября 1968 года), стали циркулировать слухи о том, что на его борту совершают полет два космонавта. Причем имя одного из них звучало с самого начала – Павел Попович. Как ни странно, но эта информация появилась благодаря сотрудникам НАСА. Программа полета предусматривала отработку многих бортовых систем, в том числе и линий связи корабля с Землей. В Евпатории, в центре связи, находились космонавты Павел Попович и Виталий Севастьянов, которые вели переговоры с Центром управления полетом в подмосковном Калининграде (ныне Королев), используя «Зонд-6» в качестве ретранслятора. Информационный обмен был зафиксирован американцами, решившими в первый момент, что русские летят к Луне. В НАСА даже собирались доложить президенту об очередной «подлянке» со стороны Советов, но потом разобрались и успокоились. Однако о происшедшем стало известно западным журналистам, и каким-то образом (может, с помощью радиоголосов?) информация попала в Советский Союз.

После полета американского корабля «Аполлон-8» с тремя астронавтами к Луне в декабре 1968 года стало ясно, что соревнование двух сверхдержав вступило в решающую стадию. Поэтому и стали появляться сообщения о наших попытках любым способом опередить американцев. Чем ближе была дата запуска корабля «Аполлон-11», а о ней все знали, в том числе и в Советском Союзе, тем чаще появлялись сообщения об имевших место попытках запустить советского космонавта.

Пилотируемым кораблем народная молва объявила автоматическую станцию типа «Е-8-5» предназначенную для доставки лунного грунта на Землю и погибшую в аварии ракеты-носителя «Протон-К» 14 июня 1969 года. Кстати, об этой аварии не сообщалось, но из моих записей следует, что слухи стали циркулировать уже 18 июня. Спасибо «голосам из-за бугра», которые позволяли нам быть в курсе событий.

Второй пуск ракеты-носителя «Н-1», состоявшийся 3 июля того же года, также связывался с пилотируемой программой. И, естественно, отправившаяся 13 июля в путь-дорогу станция «Луна-15» (на три дня раньше «Аполлона-11») также, по слухам, несла на своем борту космонавта.

Даже когда Нейл Армстронг и Эдвин Олдрин уже сделали свои первые шаги по Луне, советский народ не мог смириться с поражением. По Москве в те дни гуляла легенда, что при посадке на поверхность Луны американская лунная кабина получила повреждения и не могла взлететь. Спас американцев находившийся в тот момент на Луне советский космонавт. Как он там оказался, никто вразумительно сказать не мог, но фамилия называлась – Порфирий Ебенов. Иностранцам понять сложно, но знакомые с русской ненормативной лексикой, прочитав эту фамилию сразу же поймут и природу происхождения этого слуха, и его «достоверность». Правда, звучала и другая фамилия неизвестного космонавта – Порфирий Иванов, но достоверность происшедшего она не повышает.

Еще один слух, появившийся на рубеже 1960-1970-х годов, повествует о запуске в Советском Союзе космического корабля с двумя космонавтами, которому предстояло отправиться к Луне, но при включении разгонного блока произошел взрыв и экипаж погиб Могу только предположить, что речь идет либо о пуске 23 сентября, либо о пуске 22 октября 1969 года, когда на околоземной орбите остались и не смогли стартовать в сторону Луны автоматические межпланетные станции типа «Е-8-5». В дальнейшем эта легенда была использована в американском сериале «Космодром» в эпизоде «Похороненные в космосе». Иногда пишут, что слухи появились после проката по российскому телевидению этого фильма. Но – подчеркну это особо – именно слух стал основой сюжета, а не наоборот.

Следующим советским «пилотируемым полетом» на Луну стала доставка на поверхность естественного спутника Земли самоходного аппарата «Луноход-1». Я уже упоминал об этом слухе, когда писал о космонавтах-чекистах. Есть несколько версий тех событий. Согласно одной из них, внутри аппарата находился карлик, который и управлял машиной. Он умер 4 октября 1971 года, через 11 месяцев после высадки. Даже теоретически невозможно такое представить, поэтому и анализировать эту информацию нет смысла.

Другие версии также предполагают наличие на «Луноходе-1» водителя, но отводят ему гораздо меньшие сроки жизни: от нескольких дней до месяца. Ряд источников утверждает (и люди искренни в своем заблуждении) что до сих пор рядом с луноходом лежит тело неизвестного космонавта, застрелившегося, когда стало ясно, что возвратить его на Землю не удастся.

Источником этих слухов могла стать передача советского телевидения, рассказавшая о водителях «Лунохода-1». И хотя специально оговаривалось, что экипаж находится на Земле и управляет машиной с помощью дистанционных систем управления но видимо кто-то услышал только первую часть фразы, и пошли после этого гулять по городам и весям слухи о космонавтах, брошенных на Луне на произвол судьбы.

Был и еще один повод для возникновения подобных разговоров. Известно, что операторы, управлявшие луноходом, проходили медицинскую комиссию в Институте медико-биологических проблем. Требования к состоянию их здоровья предъявлялись если не космические, то достаточно жесткие. Возможно, что информация об этом просочилась из стен института в сильно искаженном виде. Ну а дальнейший ход событий читателям будет понятен.

На этом, пожалуй, стоит поставить точку в рассказе о лунных программах Да и вообще разговор о слухах и сплетнях близок к своему завершению.

Совместный советско-американский полет кораблей «Союз» и «Аполлон», начало полетов космонавтов социалистических стран по программе «Интеркосмос» и, как следствие, ставшая более открытой советская космическая программа привели к тому, что практически на нет сошли все слухи о «необъявленных» полетах. В 1970-1980-е годы в обществе лишь дважды циркулировала подобная информация.

Один раз космонавта «поместили» на борт «Бурана» во время его (корабля) первого и единственного полета, а второй раз утверждалось, что в одном из полетов на борт станции «Мир» прибыли не два, как сообщалось официально, а три космонавта. Программа работ этого неведомого космонавта была якобы столь секретна, что о его наличии на борту просто решили промолчать.

В США в этот период новых слухов о пилотируемых полетах не появлялось вовсе. В лучшем случае вспоминали о старых.

Последняя волна слухов о пилотируемых полетах в разных странах мира пришлась на 1990-е годы.

Вновь вспомнились слухи о полетах немцев на «Фау-2». Причем впервые стали появляться конкретные фамилии участников этих полетов. А 1 апреля 1990 года появилось сообщение о приводнении в Атлантическом океане капсулы с тремя немецкими космонавтами, которые 47 лет облетали Землю. Как и в случае с американцем Робертом Гибсоном, своим появлением они были обязаны празднику смеха. Но сейчас это уже забылось, а «космонавты Гитлера» продолжают жить на страницах газет и журналов.

Бурная дискуссия разгорелась в те годы и вокруг подзабытой темы фальсификации американских лунных миссий. Причем одна сторона утверждала, что полетов не было и все съемки выходов на лунную поверхность были проведены в кинопавильонах. Другая же сторона, наоборот, говорила, что полетов было больше, чем официально сообщалось. Так появились слухи о некоей «испытательной миссии», состоявшейся еще до исторического полета «Аполлона-11».

Тогда же стали циркулировать слухи о секретных полетах кораблей многоразового использования по военной программе. Но, если во времена программы «Аполлон» еще что-то теоретически можно было скрыть, то в последующие годы, учитывая уровень развития техники слежения за космическим пространством в СССР и в США, говорить о каких-либо необъявленных полетах проблематично.

В России из новых слухов, пришедшихся на рубеж двух тысячелетий, можно отметить только один. Как известно, в марте 2001 года был завершен полет орбитального комплекса «Мир». Гордость отечественной космонавтики свели с орбиты и затопили в Тихом океане. В те дни Всемирная паутина была полна информации об этом событии. Не писал о нем только ленивый Довольно много сообщений было и о «забытом космонавте», якобы погибшем вместе со станцией. Назывались различные фамилии этого «героя». Даже моя фамилия промелькнула в одном из сообщений. Пришлось этот слух пресечь и опубликовать в британском журнале «Спейсфлайт» опровержение.

Вот, пожалуй, и все, что хотелось бы написать «о некоторых аспектах истории космонавтики». Однако уверен, что еще не раз умы многих людей будет будоражить сенсационная информация о «секретных полетах».

А Юрий Гагарин все равно останется первым космонавтом планеты Земля, как бы кому-то ни хотелось доказать обратное.

Глава 15

Взрывы на орбите

В наши дни все чаще и чаще встает вопрос о засорении околоземной орбиты «космическим мусором». Проблема по-настоящему серьезна, хотя еще и не стала злободневной и пока рано говорить об угрозе космическим полетам. Вместе с тем задумываться над этим приходится уже сегодня, чтобы не оказаться в какой-то момент в ситуации, когда выход в космос для человечества будет закрыт. Необходимо разработать методики, которые позволили бы в будущем минимизировать эту опасность. Лучше, конечно, вообще избавиться от нее, но в обозримой перспективе это вряд ли удастся.

Тема данной книги не предполагает рассмотрение вопроса о способах расчистки околоземного пространства от «космического мусора». Но вот рассказать, кто и почему внес в загрязнение космоса значительный вклад, стоит. Тем более что все это стало следствием тех инцидентов, которые произошли на орбите за минувшие сорок с лишним лет. Но обо всем по порядку.

Утром 29 июня 1961 года с космодрома на мысе Канаверал стартовала американская ракета-носитель «Тор-Аблестар» с тремя космическими аппаратами на борту: навигационным спутником «Транзит-4А», разведывательным – «Инджун» и спутником «Солрад-3», предназначавшимся для изучения микрометеоритов. Сам запуск, как и выведение аппаратов на околоземную орбиту, прошел успешно. А вот потом начались проблемы.

Сначала не удалось разделить «Инджун» и «Солрад-3», и им пришлось совершать дальнейший полет в единой связке, представлявшей собой «груду бесполезного металла». А потом на высоте 990 километров над поверхностью Земли взорвались остатки топлива в баках ступени «Аблестар», которая, как и спутники, вышла на околоземную орбиту.

Данный инцидент стал первым в длинном ряду подобных, которые произошли на околоземной орбите. Взрывались космические аппараты почти всех стран, участвовавших в освоении космоса. «Повезло» лишь Великобритании, из-за того что в ее активе всего один успешный космический запуск, да Израилю, которого сия горькая чаша пока миновала.

Первым советским космическим аппаратом, взорвавшимся в космосе (второй по счету инцидент в истории космонавтики), стала советская автоматическая станция типа «2МВ-4» с пристыкованным к ней разгонным блоком. Взрыв произошел 29 октября 1962 года. Космический аппарат должен был отправиться к Марсу, но застрял на околоземной орбите. Четверо суток он кружил над планетой, готовясь сгореть в плотных слоях атмосферы, а потом неожиданно взорвался. Если бы старт прошел успешно, то станция получила бы наименование «Марс-1», а так она осталась в летописи как безликий «Спутник-29».

Точную причину установить не удалось. Вероятнее всего, произошел взрыв остатков топлива либо в основной двигательной установке, либо в двигателе разгонного блока. Речь идет именно о предполагаемой причине, хотя и наиболее реальной.

Следующим инцидентом в космосе стал взрыв 27 ноября 1963 года остатков топлива в ступени «Кентавр», вышедшей на орбиту в ходе испытательного пуска. И вновь причиной стали пары топлива в баках.

Ну а дальше взрывы происходили с завидной регулярностью. В том, что в 1960-е годы ракеты взрывались в космосе, нет ничего удивительного. Человечество еще только училось летать, и нельзя было все предусмотреть, чтобы сделать этот процесс безопасным. На первом этапе по числу инцидентов данного рода, хотя и с незначительным преимуществом, «лидировали» Соединенные Штаты.

К настоящему моменту зарегистрировано почти две сотни взрывов в космическом пространстве. В это число не включены инциденты, случившиеся на участке выведения ракет-носителей или на участке спуска космических аппаратов, а также взрывы на пилотируемых кораблях. О них разговор особый.

Условно все события такого рода можно разделить на две большие группы:

а) преднамеренные взрывы, происшедшие по логике работы бортовых систем или по команде с Земли;

б) самопроизвольные взрывы, когда приходится говорить именно об авариях.

К первой группе относятся полеты по военным программам СССР и США, а также преднамеренно уничтоженные космические аппараты, которые не могли выполнить намеченную программу полета и не могли быть возвращены на Землю. Большая часть таких взрывов носила «плановый характер». О них я упомяну в главах, где речь пойдет о создании разведывательных спутников, об испытаниях противоспутниковых систем и о полетах по программе создания системы частично-орбитального бомбометания. А сейчас только отмечу, что хотя ряд инцидентов и был инициирован командами с Земли, все-таки их надо отнести к аварийным событиям, так как стали они следствием других проблем с космическими аппаратами.

О второй группе взрывов стоит поговорить особо. Это были действительно аварийные события, которых никто не ожидал и многие из которых происходили, как обычно, в самый неподходящий момент.

В начале 1960-х основной причиной взрывов в космосе становились пары ракетного топлива, не выгоревшие во время работы двигательных установок. Да и сейчас это основная причина инцидентов на орбите. Эта гремучая смесь скапливается в топливных баках и под действием солнечных лучей или из-за искры, случайно высеченной, когда одна металлическая деталь задевала другую, взрывается, разнося в клочья все, что попадается ей на пути. При этом образуется огромное количество обломков, которые и становятся основным источником засорения космического пространства. На орбите появляются от нескольких десятков до нескольких сотен фрагментов. Средства наблюдения фиксируют и отслеживают большую часть из них размером от 10 сантиметров. Все они включаются в каталоги, получают идентификационные номера и международные регистрационные индексы.

Как правило, кроме этих зарегистрированных фрагментов, на орбите появляется в несколько раз большее число фрагментов размером менее 10 сантиметров. Они столь же опасны, как и их крупные «собратья». Нетрудно догадаться, какой ущерб может принести кусок железа, летящий со скоростью пули. А таких пуль в космосе «свистит» все больше и больше.

Как уже сказано, основная причина взрывов на орбите – остатки топлива в баках. Чтобы избежать взрывов или хотя бы уменьшить их вероятность, баки после выключения двигателей продувают, выбрасывая остатки топлива в космос. Такая методика применяется уже давно, но не всегда помогает. Хотя, если бы данная операция не проводилась в космосе, было бы гораздо больше «мусора».

Так как все инциденты довольно однообразны, не стоит рассказывать о каждом из них. Остановлюсь только на самых «интересных» событиях. К таковым можно, например, отнести взрывы, когда в космосе в одно мгновенье появляются сотни фрагментов, мешающих нормальному космоплаванию.

Самыми «грязными» за всю историю космических полетов следует признать следующие инциденты:

уже упомянутый взрыв 29 июня 1961 года остатков топлива в баках ступени «Аблестар» – 296 фрагментов;

взрыв 15 октября 1965 года остатков топлива в баках ступени «Транстейдж» – 470 фрагментов;

взрыв 4 октября 1969 года остатков топлива в баках ступени «Аджена-Д» – 259 фрагментов;

взрыв 17 октября 1970 года остатков топлива в баках еще одной ступени «Аджена-Д» – 372 фрагмента;

взрыв 24 июля 1981 года советского разведывательного спутника «Космос-1275» – 305 фрагментов;

взрыв 13 ноября 1986 года двигательной установки французского спутника «Спот-1» – 488 фрагментов;

взрыв 3 июня 1996 года остатков топлива в баках последней ступени американской ракеты-носителя «Пегас» – 704 фрагмента. АБСОЛЮТНЫЙ РЕКОРД;

взрыв 11 марта 2000 года остатков топлива в баках последней ступени китайской ракеты-носителя «Лонг-матч-4» – 293 фрагмента;

взрыв 19 декабря 2001 года остатков топлива в баках последней ступени индийской ракеты-носителя PSLV – около 500 фрагментов.

Остальные взрывы внесли гораздо меньшую лепту в загрязнение космоса, хотя их суммарный вклад достаточно велик.

К «интересной» особенности некоторых инцидентов следует отнести множественность взрывов одного и того же космического аппарата. Бывало, что во время первого взрыва не происходило полного разрушения конструкции, и тогда остатки топлива взрывались во второй раз. Бывало, что и в третий, и в четвертый.

Такие множественные взрывы зафиксированы у следующих аппаратов:

запущенный 24 июня 1966 года американский спутник «Пегас» – взрывы 12 июля 1975 года, 20 января 1976 года, 10 сентября 1976 года, середина июня 1978 года, середина сентября 1984 года, середина декабря 1985 года;

ступень «Аджена-Д», с помощью которой 8 апреля 1970 года был запущен метеорологический спутник «Нимбус-4», – 17 октября 1970 года, 23 января 1985 года, 17 декабря 1985 года, 2 сентября 1986 года;

вторая ступень ракеты-носителя «Дельта», с помощью которой 22 января 1975 года был запущен американский спутник «Лэндсат-2», – 9 февраля и 19 июня 1976 года;

вторая ступень ракеты-носителя «Зенит-2», с помощью которой был запущен российский спутник «Космос-2227», – 26 и 30 декабря 1992 года, причем 26 декабря произошло три взрыва.

О взрывах, связанных с топливом и двигательными установками, пожалуй, все.

Еще одной причиной, приводившей к гибели космических аппаратов, были бортовые аккумуляторные батареи, которые в случае их заводского дефекта или неправильной эксплуатации становились миной замедленного действия, которая периодически срабатывала. Как правило, такие инциденты расследованию не поддаются и о причинах можно говорить только предположительно. Чаще всего подозрение падает на аккумуляторные батареи, когда вроде бы больше нечему взорваться на борту, – топлива нет, тротил не положили, пластмасса и металл не принадлежат к числу взрывоопасных материалов.

Хотя некоторые инциденты, которые рядом западных экспертов списываются на аккумуляторные батареи, могли иметь другие причины. Речь идет о нескольких советских спутниках, которые являлись мишенями при испытании противоспутникового оружия Возможно, что они погибли от попадания в них поражающих фрагментов. Но на Западе упорно пишут о проблемах с аккумуляторными батареями.

Вот перечень взрывов в космосе, вызванных, вероятно, аккумуляторными батареями:

29 сентября 1977 года – взрыв советского военного спутника «Космос-839»;

23 июня 1978 года – взрыв на борту советского спутника связи «Экран-2»;

27 ноября 1978 года – взрыв советского военного спутника «Космос-880»;

24 июля 1981 года – взрыв советского военного спутника «Космос-1275»;

21 октября 1985 года – взрыв советского военного спутника «Космос-1375»;

22 ноября 1985 года – взрыв советского военного спутника «Космос-1691»;

30 декабря 1985 года – взрыв американского навигационного спутника NOAA-8;

17 декабря 1987 года – взрыв советского военного спутника «Космос-1823».

Как видим у американцев только один раз аккумуляторные батареи стали причиной взрыва космического аппарата. Впрочем, и у России лишь гибель спутника «Экран-2» достоверно может быть отнесена к этому классу инцидентов. О всех прочих пишем «вероятно».

В последнее время пальма первенства по взрывам на орбите прочно принадлежит России. С 1990 года произошло не менее 29 инцидентов с российскими аппаратами. Может быть, из-за упадка ракетно-космической отрасли в нашей стране качество отечественной космической техники снизилось.

Чтобы закончить тему взрывов на орбите, еще несколько слов о фрагментах, которые появились в результате этих инцидентов на орбите. За большинством из них ведут постоянные наблюдения и контролируют их полет. В случае если они могут создать угрозу работающим космическим аппаратам, орбиту последних корректируют, чтобы избежать не только столкновения, но даже опасного сближения. Так не раз делалось при полетах российского орбитального комплекса «Мир», Международной космической станции, американских кораблей многоразового использования. Не всегда принятых мер оказывается достаточно, и кое-какие обломки поражают спутники.

К сожалению, о подобного рода инцидентах не говорят, поэтому я могу привести только два случая более или менее достоверных. Один произошел во второй половине 1960-х годов с американским разведывательным спутником. Упоминание о нем когда-то промелькнуло в журнале «Наука и жизнь», правда, без указания наименования космического аппарата и даты инцидента. Второе столкновение произошло в 1990-х годах с французским спутником, но и здесь весьма мало подробностей.

Остается только надеяться, что взрывы на орбите когда-нибудь прекратятся Впрочем, даже не ожидая этого исторического события, стоит всерьез задуматься над разгребанием «космической свалки». А то как-то негоже уповать лишь на силы земного притяжения, сводящего обломки с орбиты и сжигающего их в атмосфере. Коль сами намусорили, надо самим и заняться уборкой.

Глава 16

Катастрофы на море

В этой главе будет рассказано о нескольких катастрофах, которые случились на море. Все эти инциденты имеют самое непосредственное отношение к ракетной технике и ее истории, а значит, и их нельзя обойти вниманием, коль скоро наша задача – собрать воедино все, что относится к вопросу аварийности ракет и космических аппаратов.

Во второй половине XX века океанские глубины просто кишели атомными подводными лодками с баллистическими ракетами на борту. Их и сейчас немало, но несравнимо с тем количеством, которое было когда-то. Напичканные ракетами, эти подводные монстры несли опасность не только потенциальному противнику в случае начала войны, но и всему населению планеты, случись какая-нибудь неприятность. И периодически такое происходило. Причем по масштабам и последствиям эти катастрофы затмевали собой многое другое, что случалось на земле.

Чтобы рассказать о всех морских катастрофах, потребовалось бы немало времени, даже если принимать во внимание только те, которые связаны с ракетной техникой. Поэтому ограничимся только самыми крупными инцидентами, связанными с гибелью или серьезными повреждениями подводных лодок. Обо всех прочих происшествиях будет кратко упомянуто в приложении к этой книге.

Большую часть приведенной в данной главе информации я почерпнул в книге Н.Г. Мормуля «Катастрофы под водой», которую можно считать наиболее полным собранием подобного рода фактов.

Увы, речь пойдет только о гибели советских ракетных лодок. Американцев бог миловал. У них неоднократно происходили столкновения с гражданскими судами, выходило из строя различное оборудование. Случались другие неприятности. Но ни одна американская ракетная (!) подводная лодка не погибла. Я специально подчеркиваю «ракетная», так как лодки иного назначения у них тонули.

Для советского ракетного флота летопись катастроф начинается с гибели подводной лодки «С-80». Субмарина исчезла в Баренцевом море 27 января 1961 года. Вместе с ней исчез весь экипаж – 68 подводников.

Подводная лодка «С-80» относилась к проекту 613 (по классификации НАТО – «Виски»). Корабли данного типа строились на заводах в Ленинграде, Николаеве, Горьком, Комсомольске-на-Амуре. Всего таких лодок «наклепали» 215 штук. Многие субмарины этого проекта позже были переоборудованы и модернизированы для отработки новых видов оружия. Например, шесть единиц серии, в том числе и «С-80», превратили в ракетоносцы проекта 644

Сразу же после сообщения об исчезновении подводной лодки была образована государственная комиссия по расследованию всех обстоятельств происшествия под председательством Маршала Советского Союза К.К. Рокоссовского, в то время главного инспектора министерства обороны СССР. Но найти «С-80», а тем более узнать причину ее гибели тогда не удалось.

Загадка разрешилась совершенно случайно спустя восемь лет. Рыбаки, ведшие промысел в Баренцевом море, неоднократно сообщали, что они теряют сети, цепляясь в одном и том же районе за какой-то подводный объект. Гидроакустическая проверка подтвердила, что на дне действительно находится нечто металлическое, похожее на корабль. Аварийщики Северного флота быстро убедились, что этот «объект» является подводной лодкой. Глубоководные погружения в указанном районе позволили установить: на большой глубине лежит именно «С-80».

Операция по подъему лодки прошла 24 июля 1969 года. С борта спасательного судна «Карпаты» затонувшую субмарину взяли в объятия «клещи» специально изготовленного захватного устройства. Ее перенесли на более мелкое и спокойное место, а затем уже с помощью наведенных водолазами понтонов подняли на поверхность. Вновь была создана государственная комиссия, на этот раз под председательством известного подводника, Героя Советского Союза вице-адмирала Г.И. Щедрина, которая и занялась выяснением причин аварии.

Вот что удалось установить спустя восемь лет после трагических событий.

Катастрофа произошла в ночь на 27 января 1961 года в 1 час 20 минут по московскому времени. В это время «С-80» находилась на полигоне в Баренцевом море, на траверзе Териберки. Погода стояла морозная, несколько штормило. Пополнив запас воздуха высокого давления, лодка пошла на глубину. Однако на крышке подачи воздуха к дизелям намерз лед, крышка целиком не закрывалась. В прочный корпус лодки начала поступать вода. В центральном посту могли предотвратить эту беду – стоило лишь закрыть крышку в третьем отсеке. Увы, по ошибке ее открыли... Забортная вода хлынула дальше и под напором ворвалась уже и в пятый отсек. Вахтенные пятого попытались спасти корабль, но оказались бессильны Их потом так и нашли вместе. Как показали расчеты, экипаж задержался с продуванием главного балласта на 30 секунд, и эта задержка стоила жизни всем.

Доклад о причине гибели «С-80» был заслушан в ЦК КПСС. По результатам работы комиссии по флотам провели технические конференции на всех уровнях, от матроса до адмирала. Саму лодку было решено подорвать, благо на ее борту не было ядерных зарядов.

На 1961 год приходится и авария на борту первой советской атомной ракетной подводной лодки «К-19», которую впоследствии моряки неофициально окрестили «Хиросима». Это была невезучая лодка, перенесшая все виды аварий, какие только могут быть на корабле: столкновение под и над водой, пожар, ядерную аварию главной энергетической установки, вывод из строя реактора, переопрессовка первого контура, поступление забортной воды в прочный корпус. Несмотря на это, она 30 лет входила в состав советского военно-морского флота.

«К-19» являлась подводной лодкой проекта 658 (по классификации НАТО – «Хотел-1»). Заложили ее в 1958 году в Северодвинске на Северном машиностроительном предприятии (завод № 402). В ноябре 1960 года ввели в состав флота. Подводное водоизмещение 5300 тонн. Экипаж 104 человека. Ядерная энергетическая установка. Три баллистические ракеты «Р-13».

Можно сказать, что предвестником всех несчастий «К-19» послужил символический эпизод при спуске лодки со стапелей: традиционная бутылка шампанского не разбилась о форштевень после первого броска. Однако еще при строительстве в трюме «К-19» произошел пожар, в результате которого двое специалистов получили тяжелые ожоги.

Следующая авария оказалась не менее серьезной. Во время швартовых испытаний на подводной лодке осуществлялся первый пуск реактора. К сожалению, организация работ была низкой, и приборы, измеряющие давление в контуре, оказались отключены. Пока разобрались, почему они не показывают, дали давление, в два раза превышающее норму, и допустили переопрессовку систем первого контура. Подобные происшествия требуют проведения ревизии первого контура реактора. Если бы это было сделано, ввод лодки в строй затянулся бы на многие месяцы. Поэтому аварию решили скрыть.

Несмотря на все эти инциденты, а были и иные, кроме вышеописанных, неприятности, лодку ввели в состав флота, а спустя восемь месяцев она уже участвовала в учениях в северной части Атлантического океана. 4 июля 1961 года дала о себе знать система первого контура реактора, переопрессованная во время швартовых испытаний. Из-за резкого падения давления воды и падения уровня вследствие большой течи первого контура сработала аварийная защита реактора. Для охлаждения реактора была смонтирована нештатная система, требовавшая длительного нахождения специалистов в зоне активного воздействия радиации. Это задача была выполнена, но выполнена очень дорогой ценой. Восемь человек получили смертельную дозу радиации и через неделю после возвращения в базу скончались. Но это будет потом а тогда в Атлантике они боролись за жизнь своего корабля «не щадя живота своего».

После происшедшей аварии «К-19» осталась с одним работающим реактором, с отсеками, загрязненными радиоактивными газами и золями. Связаться с берегом было невозможно из-за потери изоляции антенн. К счастью, сигнал бедствия услышали другие советские корабли, участвовавшие в учениях, которые тут же поспешили на помощь гибнущей субмарине. Экипаж лодки был эвакуирован а ее саму на буксире потащили к советским берегам. Правда, решение о буксировке было принято не сразу. Несколько дней решали: тащить на базу или затопить на месте. Оценив обстановку и проверив состояние ходового механизма подлодки, решили, что есть шанс дойти до дома. В конце концов лодку можно было затопить и где-нибудь по пути. А пока имелся хотя бы малейший шанс вернуть корабль на завод, если не для ремонта, то хотя бы для изучения механизмов, им следовало воспользоваться.

Через шесть дней после аварии «К-19» встала у причала в Западной Лице. После дезактивации и восстановительного ремонта она вновь вошла в состав Северного флота, чтобы в последующие годы полностью оправдать свое прозвище.

Чтобы завершить свой рассказ о «Хиросиме», вкратце опишу еще одну аварию на ее борту. Произошла она через 11 лет после первого инцидента, но унесла больше человеческих жизней чем это было в 1961 году Случилось это 24 февраля 1972 года в 10 часов 23 минуты по московскому времени на глубине 120 метров. Лодка возвращалась с боевого патрулирования в Северной Атлантике. До возвращения в базу оставалось восемь суток.

Пожар начался в 9-м отсеке. Немедленно в трюм отсека был подан шланг огнегасящей жидкости системы пожаротушения, а сама система на всей лодке была приведена в действие. Однако пожар разрастался. Личный состав, кроме расписанных по боевой тревоге, покинул 9-й отсек. Подводная лодка всплыла. Из-за задымленности на пульте управления главной энергетической установки была сброшена аварийная защита обоих реакторов и пульт оставлен операторами. В 10-м отсеке оказались отрезанными 12 человек. Им пришлось оставаться там до 18 марта (!). Единственная помощь, которую они получали, – это воздух среднего давления, подаваемый им по дифферентной системе.

Операция по спасению гибнущей в очередной раз «К-19» была масштабной. В ней принимали участие 27 кораблей. Из состава экипажа 52 моряка были эвакуированы по канатной дороге, а 32 – вертолетами. Но 28 подводников сгорели заживо. Погибли и два человека из экипажей кораблей-спасателей (один с крейсера «Александр Невский» и один с плавбазы «Магомет Гаджиев»). Полностью выгорели 5, 8 и 9-й отсеки.

Поврежденную лодку 2 апреля доставили к родным берегам. Ну а дальше был ремонт, модернизация, новые плавания и новые происшествия.

Чтобы не нарушать хронологической последовательности в рассказе о происшествиях на флоте, возвращусь в 1968 год, когда в водах Тихого океана исчезла еще одна советская ракетная подводная лодка – «К-129». Это был второй советский ракетоносец, безвозвратно потерянный в годы «холодной войны».

Дизельная ракетная подводная лодка Тихоокеанского флота «К-129» с экипажем более 100 человек и тремя баллистическими ракетами на борту вышла на боевое патрулирование 27 февраля 1968 года а спустя десять дней связь с ней прекратилась. Официально об исчезновении субмарины ничего не сообщалось, хотя в течение двух месяцев на просторах Тихого океана была развернута невиданная по размаху и секретности поисковая операция, в которой были задействованы десятки военных кораблей, суда морского и рыболовного флотов, самолеты и вертолеты. Однако не удалось обнаружить ни лодку, ни каких-либо признаков катастрофы.

Информацией о том, что случилось с подлодкой, располагали американцы, но они промолчали. Через несколько лет стало ясно, почему так произошло, – у наших противников был свой интерес в этом деле. Акустики американского флота зафиксировали взрыв от разрушения корпуса лодки на глубине в тот день, когда трагедия и случилась, – 8 марта. Место гибели «увидели» и разведывательные спутники США.

Что именно произошло с «К-129», установить не удалось. Некоторые специалисты, особенно наши, полагают, что советский ракетоносец погиб после столкновения с американской подлодкой «Суордфиш». Может быть, так и было, хотя многие в этом сомневаются. Снимки, которые были сделаны в 1968 году с помощью камер глубоководных аппаратов, ясно показывают разрушение двух ракетных шахт. Лишь третья ракета оказалась неповрежденной. Поэтому более вероятно, что именно ракеты стали причиной гибели субмарины. Сейчас выяснять истинную причину происшедшего уже поздно – противостояние на море закончилось, большинство участников тех событий либо умерли, либо тихо доживают свой век, а «К-129» погибла, и ее уже не вернешь. Гораздо интереснее описать то, что происходило вокруг затонувшей лодки впоследствии.

Убедившись, что советские спасательные службы прекратили поиски погибшей лодки, ВМС США и ЦРУ приступили к осуществлению секретной операции «Дженифер», целью которой являлось обнаружение и подъем «К-129». Их интерес был очевиден: получить доступ к советским баллистическим ракетам, шифрам, кодам, системам связи, управления, технологиям строительства прочного корпуса и тому подобному. Хотя справедливости ради надо сказать, что «овчинка выделки не стоила». К моменту гибели лодки большинство узлов спецбоеприпасов было снято с производства и в новых типах оружия не применялось. Что же касается шифров и блоков кодирования, то после исчезновения субмарины все документы на флоте были заменены.

Операция «Дженифер» сама по себе заслуживает детального описания, что на Западе и было сделано еще два десятилетия назад. Есть публикации и на русском языке. Не такие полные, как в англоязычной литературе, но достаточные, чтобы представить себе все нюансы происходивших в те годы событий. Для меня как «технаря» по образованию наиболее интересным оказался факт строительства специального судна «Гломар Эксплорер» для осуществления подъема подлодки с глубины 5 тысяч метров. Сколь технически сложна подобная операция, большинство читателей могут представить, если они следили за подъемом подводной лодки «Курск» в 2001 году. Тогда пришлось поднимать затонувшую субмарину с глубины около 100 метров, и то это удалось сделать с большим трудом. А американцы решали задачу подъема с глубины в 50 раз большей.

Проектирование и строительство «Гломар Эксплорер» длилось пять лет, а сама операция по поиску и подъему «К-129», проведенная в 1974 году, длилась около 40 суток и обошлась в полмиллиарда долларов. В середине лета лодку подняли. Зарубежная пресса шумно и многословно освещала беспрецедентную операцию по подъему затонувшей советской подлодки. Однако зачастую сообщения были весьма противоречивыми. По одним данным, уже у самой поверхности корпус субмарины переломился и кормовая часть погрузилась обратно в пучину. По другим, поднять удалось все три части развалившейся лодки.

Точка в деле о гибели «К-129» была поставлена в октябре 1992 года, когда директор ЦРУ Роберт Гейтс во время встречи с Борисом Ельциным передал российскому президенту материалы, касающиеся той давней катастрофы. Гейтс информировал президента, что в лодке были обнаружены останки шести погибших, трое из них имели удостоверения личности на имена Виктора Лохова, Владимира Костюшенко и Валентина Носачева. Всем им в момент гибели было по 20 лет. Остальных опознать не удалось. Моряков похоронили по нашему ритуалу. Церемония погребения была снята американцами на пленку на тот случай, если мы бы попытались обвинить американцев в неуважении к погибшим.

После гибели «К-129» на долгие 18 лет советский военно-морской флот оказался «застрахован» от потери ракетоносцев. Все прочие инциденты, даже если они и сопровождались многочисленными жертвами, не приводили к затоплению корабля. «Благоприятный период» окончился в октябре 1986 года, пять месяцев спустя после Чернобыльской трагедии. Тогда-то и появилось в советских газетах коротенькое сообщение ТАСС:

«Утром 3 октября на советской атомной подводной лодке с баллистическими ракетами на борту в районе примерно 1000 км северо-восточнее Бермудских островов в одном из отсеков произошел пожар. Экипажем подводной лодки и подошедшими советскими кораблями производится ликвидация последствий пожара. На борту подводной лодки есть пострадавшие. Три человека погибли. Комиссией специалистов в Москве проанализирована сложившаяся ситуация. Комиссия пришла к выводу, что опасности несанкционированных действий оружия, ядерного взрыва и радиоактивного заражения окружающей среды нет».

Еще через два на страницах «Правды» и «Известий» можно было прочесть «продолжение» этой истории:

«В течение 3-6 октября экипажем нашей подводной лодки и личным составом подошедших советских кораблей велась борьба за обеспечение непотопляемости. Несмотря на предпринятые усилия, подводную лодку спасти не удалось. 6 октября в 11 часов 03 минуты она затонула на большой глубине. Экипаж эвакуирован на советские корабли. Потерь в составе экипажа, кроме тех, о которых сообщалось 4 октября, нет. Обстоятельства, приведшие к гибели лодки, продолжают выясняться, но непосредственной причиной является быстрое проникновение воды извне. Реактор заглушен. По заключению специалистов, возможность ядерного взрыва и радиоактивного заражения среды исключается».

И хотя об аварии субмарины сообщили сразу – вот что значит гласность – подробности стали известны гораздо позднее.

А случилось следующее. В одной из ракетных шахт произошла утечка окислителя и взрыв. В конечном итоге возник пожар в ракетном четвертом отсеке, локализовать огонь не удалось. Он распространился по кораблю. Часть личного состава отравилась парами топлива и продуктами горения. Командир корабля отдал приказ покинуть четвертый отсек и перебраться в пятый Троих моряков вынесли в бессознательном состоянии. Вскоре они скончались. Подводная лодка всплыла, и в действие ввели второй борт энергоустановки. Пожар в четвертом отсеке не стихал несмотря на поступление воды Более того произошло короткое замыкание и сработала аварийная защита реактора правого борта. Сигнализация, выведенная на пульт, свидетельствовала: две компенсирующие решетки не дошли до требуемого нижнего положения.

Нужно было попытаться опустить решетки вручную, иначе в любую минуту реактор мог запуститься. Ничего сложного, впрочем, не требовалось. Достаточно было найти место, куда вставляется специальный ключ, и повернуть его до упора. Однако в отсек трижды посылали аварийные партии – каждый раз они возвращались ни с чем. Спас положение опытный матрос Сергей Преминин, отправившийся в отсек в одиночку и вскоре доложивший о выполнении работы. Все облегченно вздохнули: худшего не случится. Но случилось непредвиденное – в результате пожара произошел разрыв системы воздуха высокого давления, и этот воздух проник во все отсеки. Подводники, борющиеся с пожаром, сразу почувствовали себя, как в снижающемся самолете.

К сожалению, спасти Преминина не удалось. Он так и остался в этом отсеке, из-за слабости не способный выбраться из ловушки в одиночку. А лодка медленно, но верно продолжала погружаться. Экипаж эвакуировали на ботах на советские суда. Командир остался в рубке вместе с девятью членами экипажа, чтобы до конца бороться за живучесть корабля. Но когда субмарина, оголив винты, начала зарываться носом и рубку стало захлестывать волной, подводникам пришлось покинуть корабль. К-219 затонула и по сей день покоится на глубине около 5 километров.

Для выяснения причин аварии и гибели лодки была создана Государственная комиссия во главе с членом Политбюро ЦК КПСС Л.Н. Зайковым. Но, какова бы ни была первопричина аварии, далее командир и экипаж допускали много ошибок и прежде всего не сумели локализовать пожар допустили его развитие и загазовывание всего корабля токсичными продуктами сгорания. Такой вывод и содержался в отчете комиссии.

7 апреля 1989 года погибла атомная подводная лодка «К-278» «Комсомолец». В состав ВМФ СССР она поступила в 1984 году. На вооружении лодки находились одна ядерная торпеда, несколько обычных торпед и ракетное вооружение. Кроме того, в ее задачи входило изучение комплекса научно-технических и океанологических проблем.

Об этом корабле, единственном в серии, создавали мифы, хотя большинство из них не соответствовали действительности. Среди всех эпитетов, которыми ее награждали, можно согласиться только с одним – лодка была самой глубоководной в мире. Именно ей принадлежит не побитый до сих пор рекорд глубины погружения – 1000 метров. Этот эксперимент был проведен 5 августа 1984 года. Как вспоминал впоследствии штурман субмарины капитан 3-го ранга Александр Бородин, обжатие было таким, что койку выгнуло, как лук. Гидроакустик, который слушал погружение лодки с обеспечивавшего надводного корабля, вспоминал: «Я из-за вас чуть не поседел... Стоял такой скрип, такой скрежет...» Но титановая лодка выдержала и служила верой и правдой еще пять лет, пока не наступил тот роковой день.

Лодка возвращалась из автономного плавания на небольшой глубине. На борту был второй экипаж под командованием капитана 1-го ранга Евгения Алексеевича Ванина. До родных берегов было рукой подать...

Первый сигнал тревоги поступил в И часов 3 минуты по московскому времени, когда на пульте вахтенного механика появился сигнал: «Температура в седьмом отсеке больше 70». Немедленно была объявлена аварийная тревога. Лихорадочно запрашивали объятый пламенем отсек: «Седьмой! Седьмой!..»

Через 11 минут после начала пожара лодка всплыла на поверхность. Подняли перископ. В него было видно, как валит пар в районе седьмого отсека, а противогидролокационное резиновое покрытие вспучилось и слезает с легкого титанового корпуса, как чулок.

Между тем огонь из седьмого отсека перекинулся в шестой, и это означало: между ними разгерметизирована переборка. Более того, когда лодка была уже в надводном положении, полыхнул пожар и в пятом отсеке. Пожар упорно продвигался из кормы в нос, заставляя людей отступать шаг за шагом. К 13 часам по московскому времени на лодке появились первые жертвы: двоих моряков откачать не удалось врач дает заключение о смерти мичмана С. Бондаря и матроса В. Кулипина – отравление угарным газом. А через три часа стало ясно, что моряков с горящей подлодки необходимо срочно эвакуировать.

Подлодка «Комсомолец» имела в своей конструкции всплывающую камеру которая позволяла спасти весь экипаж став на время до прихода надводных кораблей флота своеобразным «Ноевым ковчегом». Но воспользоваться ею весь экипаж не успел. Готовили камеру командир дивизиона живучести и два мичмана. Личный состав был уже наверху – на верхней палубе и в рубке. Командир лодки спустился сверху, видимо – проверить, как идет подготовка. При резком возрастании дифферента верхний люк камеры быстро захлопнули сверху, чтобы в нее не попала вода. Впрочем, вода в камеру все же попала, уменьшив запас ее плавучести. Вот так по стечению обстоятельств в камере остались всего пять человек. А лодка стала стремительно тонуть.

Все, кто не успел добраться до всплывающей камеры, оказались в ледяной воде, откуда их подняли на борт плавбазы «Алексей Хлобыстов». К тому времени в живых оставались только 26 человек.

Всего в аварии «Комсомольца» погибли 42 человека, из которых четверо – во время пожара, а остальные или утонули, или умерли от переохлаждения.

Назначенная для расследования катастрофы комиссия именовалась государственной и состояла из 15 человек. Основным итогом ее работы стала рекомендация о принятии неотложных мер по четырем аспектам:

– улучшению проектирования кораблей;

– повышению надежности техники;

– улучшению подготовки личного состава;

– совершенствованию поисково-спасательной службы и средств спасения.

Я привел эти четыре пункта из отчета госкомиссии, чтобы акцентировать на них внимание читателей. Судя по всему, ни один из них в последующие годы выполнен не был. Иначе как объяснить еще одну трагедию, случившуюся 12 августа 2000 года. Она унесла жизни 118 подводников, многих из которых можно было бы спасти, если бы хотя бы последний пункт этого перечня был учтен.

Авария в Баренцевом море наделала в свое время очень много шума. В течение нескольких дней за ней с замиранием сердца следил весь мир. Достоверно так и не удалось выяснить причины гибели атомной подводной лодки «К-141» «Курск» с 24 крылатыми ракетами на борту. Здесь я приведу лишь ту версию, которую сам поддерживаю.

В тот день надводные и подводные корабли Северного флота участвовали в учениях. Задачей подлодки «Курск» являлось проведение скрытого маневрирования и стрельба по условным целям. Все случилось в момент, когда лодка готовилась занять позицию и произвести пуск торпеды. Одна из торпед оказалась дефектной и в момент заряжания сработала ее боевая часть. Корпус лодки оказался поврежденным, и она устремилась в глубину. В момент удара о грунт сдетонировал весь боезапас, который смял в гармошку несколько передних отсеков со всеми, кто в них находился.

Авария была скоротечной, и, как видим, ее описание умещается всего в один абзац. Гораздо больше времени ушло на ее освещение в средствах массовой информации и на выяснение причин происшедшего.

О происшедшем официально сообщили спустя два дня. Причем командование Северного флота всячески пыталось преуменьшить масштаб катастрофы. Говорилось лишь о том, что подлодка «Курск» легла на дно, проводится спасательная операция, с моряками установлена связь, в подлодку подается воздух На поверку все это оказалось враньем.

Во-первых, о том, что лодка погибла, в штабе флота не знали несколько часов Лишь когда она в установленное время не вышла на связь, чуть-чуть забеспокоились, хотя иностранные источники уже передали о зарегистрированных в Баренцевом море взрывах.

Во-вторых, лодку долго искали и нашли лишь сутки спустя.

В-третьих, даже обнаружив субмарину, никаких спастельных работ не вели. Ну нет средств у российского флота для организации глубинных работ. К тому времени все, что имелось когда-то, было уже распродано.

В-четвертых, не было никакой связи с экипажем. Акустики слышали какие-то звуки, но нет никакой гарантии, что они раздавались с борта лодки и не принадлежали другому источнику.

В-пятых, никакой воздух на лодку не подавался.

Тем не менее еще несколько дней всем морочили голову о том, что подводники живы и прилагаются все усилия, чтобы их спасти. Наконец, через неделю после аварии их всех объявили погибшими.

Спустя год лодку подняли, моряков похоронили.

«К-141» не стала последним ракетоносцем нашедшим свой конец на дне моря. Через три года, летом 2003 года, в Баренцевом море при транспортировке к месту утилизации из-за обыкновенного разгильдяйства затонула атомная подводная лодка «К-159». И хотя на ее борту уже не было ракет, реакторы были заглушены, экипаж был сокращен до минимума, авария стоила жизни девяти моряков.

Но пора поставить точку в главе о событиях на море и перенестись в другую стихию – в стратосферу, где также происходило много интересного и, увы, трагичного.

Глава 17

Прыжок из стратосферы

Самой природой заложено в человеке извечное стремление быть первым. Совершить нечто такое, что волнует кровь, будоражит воображение ведет к новым рубежам – вот цель к которой стремятся люди, несправедливо именуемые искателями приключений, авантюристами, безумцами. В наш сугубо рациональный век их не так уж и много. А было время…

В этой главе я хочу рассказать не об очередном космическом полете, а о парашютном прыжке, в ходе которого предстояло испытать новое оборудование, предназначенное доя будущих рейсов на орбиту. Это само по себе интересно.

Однако есть еще две причины, заставляющие коснуться данной темы.

Во-первых, испытания прошли не так, как было запланировано, и, к сожалению, завершились трагедией.

А во-вторых, участником этого эксперимента был Петр Долгов, вошедший в летопись космической эры не только как испытатель космического снаряжения, но и как «фантомный космонавт», якобы погибший во время неудачного полета в космос в октябре 1960 года.

Пришла пора расставить точки над «i» и рассказать, что же на самом деле произошло с этим легендарным человеком.

Сорок с лишним лет назад в нашей стране был проведен удивительный по своей смелости эксперимент – прыжок с парашютом из стратосферы. В отличие от многого другого, что происходило тогда, о нем не молчали, хотя он и относился к разряду испытаний средств космической техники – чрезвычайно закрытой сферы деятельности советских ученых и инженеров. Уже через несколько дней об эксперименте сообщили все советские газеты. Может быть, смерть одного из испытателей стала тому причиной или желание «догнать и перегнать Америку» сыграло свою роль? Не будем гадать, так как даже спустя многие годы об этом рекордном прыжке известно далеко не все, а то, что стало достоянием гласности, заслуживает того, чтобы вновь вспомнить об этом событии.

Главной целью эксперимента являлось проведение натурных испытаний снаряжения и систем аварийного покидании летательных аппаратов (самолетов и космических кораблей). Для этого был построен гигантский стратостат высотой более 100 метров. По месту проведения будущих испытаний – приволжских степей – аппарат нарекли «Волга».

К полету и прыжку из стратосферы готовились два экипажа (совсем как к космическому полету). В основной были включены известные советские парашютисты майор Евгений Андреев и полковник Петр Долгов.

Долгов стал испытателем парашютных систем в конце 1940-х годов. А до этого офицер-десантник прошел трудными дорогами Великой Отечественной, отличился в боях за Венгрию и Австрию за мужество и героизм был награжден орденами Ленина Красного Знамени, Красной Звезды, многими медалями. До полета на «Волге» за его плечами были уже тысячи прыжков с парашютом, восемь мировых рекордов, участие в экспериментах на грани возможного. К тому же Долгов успел зарекомендовать себя и как конструктор систем спасения пилотов летательных аппаратов. Кстати, во время прыжка из стратосферы ему предстояло испытать автоматическую систему раскрытия парашюта собственной конструкции. Его имя можно встретить и среди тех, кто готовил первых советских космонавтов, а также еще в одном списке, о котором чуть позднее.

Не менее известным в кругах специалистов был и второй член экипажа – Евгений Андреев. Как и Долгов, он стал испытателем в конце 1940-х. Ученик легендарного советского парашютиста Василия Романюка. В 1954-м при экспериментальном катапультировании он получил тяжелейшую травму бедра. Вопрос тогда стоял об ампутации ноги, на чем настаивали врачи. Но Андреев заартачился, сохранил ногу, а в дальнейшем смог вернуться на испытательную работу – один из редких подобных случаев в мировой практике.

Дублерами членов основного экипажа были испытатели Василий Лазарев и Иван Камышев. Кроме летной подготовки, оба имели еще и медицинское образование. Впоследствии Василий Лазарев прославился на весь мир, совершив космический полет на корабле «Союз-12».

В задачу дублеров, кроме непосредственной подготовки к эксперименту, входил еще и испытательный полет на стратостате «Волга» с максимальным набором высоты и последующей посадкой (во время основного эксперимента посадка не предусматривалась).

Увы, не удалось установить ни точную дату, ни высоту, на которую поднялись Лазарев и Камышев. Вероятнее всего, предварительный полет имел место приблизительно за месяц-полтора до основного эксперимента. Испытатели были облачены в то же снаряжение, что впоследствии Андреев и Долгов, имели те же средства спасения, но использовать их могли только в крайнем случае, если бы возникла угроза их жизни.

Несправедливо, что полет Лазарева и Камышева практически забыт. В истории российского (советского) воздухоплавания таких рейсов было не так уж и много, и любой из них представляет интерес не только своими рекордными результатами, но и самим фактом его совершения.

А теперь о самом эксперименте.

Стратостат «Волга» стартовал 1 ноября 1962 года в 7 часов 44 минуты утра по московскому времени с военного аэродрома на окраине города Вольска. Через два часа 20 минут он достиг максимальной высоты 25 458 метров и с Земли поступила команда к началу «работы».

Первым из кабины стратостата катапультировался Евгений Андреев. Его задачей было испытание системы аварийного покидания гондолы стратостата – аналога космической капсулы – и оценка возможности свободного падения в разреженных слоях атмосферы в серийном высотном снаряжении «ККО-3».

Двадцать четыре километра Андреев преодолел в свободном падении и лишь на высоте 900 метров раскрыл купол. Все прошло успешно, и спуск на Землю занял чуть более 6 минут.

На некоторых участках парашютист развивал скорость 900 километров в час. Представьте себе полет реактивного лайнера, и вам станет ясно, с чем можно сравнивать падение Андреева.

Вторым покидал кабину Петр Долгов, облаченный в высотный скафандр «СИ-ЗМ» – прообраз современного космического снаряжения. В его задачу входило и испытание специальной парашютной системы, обеспечивавшей автоматическое раскрытие купола на определенной высоте без вмешательства человека. По мысли конструкторов, среди которых был и сам Долгов, такая система могла сохранить жизнь летчика или космонавта в нештатной ситуации, если бы он, например, потерял сознание.

Долгов покидал кабину «Волги» самостоятельно, без использования специальных средств (катапульты). Вот тут-то и произошла трагедия, о которой стало известно спустя несколько десятков минут. От срабатывания катапульты после прыжка Андреева, а также из-за сильных ветров на высоте гондола стратостата раскачивалась, и Долгов, покидая ее, случайно ударился шлемом об обшивку. Стекло не выдержало, образовалась небольшая трещина, через которую мгновенно вышел весь воздух, вскипела кровь в сосудах, испытатель погиб.

А оборудование продолжало работать, как ему было положено. Раскрывшийся на большой высоте купол бережно и нежно нес парашютиста к Земле. Но никто из тех, кто следил за снижением, даже не предполагал, что Долгов уже мертв. Некоторое беспокойство вызывало отсутствие связи с пилотом, но в первый момент это списали на неисправность оборудования, что тогда было не такой уж и редкостью.

Через 38 минут тело Долгова опустилось на Землю.

За мужество и героизм, проявленные при испытаниях новых средств спасения экипажей летательных аппаратов, Петру Ивановичу Долгову и Евгению Николаевичу Андрееву было присвоено звание Героя Советского Союза. Долгову звание присвоили посмертно.

Ну а теперь о слухах и сплетнях вокруг имени Долгова и о его якобы имевшем место в октябре 1960 года полете в космос.

Долгов никогда не был космонавтом, хотя ему очень хотелось увидеть нашу планету со стороны. И погиб он не в самом космосе, а на его границе. И не в октябре 1960 года, а 1 ноября 1962 года. Кстати, это лишний раз доказывает «ценность» той информации, которая периодически циркулирует о догагаринских полетах.

Прыжок Евгения Андреева и Петра Долгова был последним по времени свершения значимым событием в истории покорения стратосферы. Вслед за этим более 30 лет никто не поднимался так высоко и никто не пытался прыгнуть с парашютом с такой высоты. Лишь в последнее время стали появляться сообщения о подготовке уникальных и рекордных экспериментов в США, Великобритании, Франции, Австралии, Испании.

Недавно появилась информация, что и в России может состояться такой же прыжок. Магомед Толбоев, бывший космонавт-испытатель (он готовился полететь на «Буране»), намерен совершить прыжок с высоты 40,5 километра. Для этого будет изготовлен специальный аэростат стоимостью 3 миллиона долларов. Финансировать проект намерен 1-й канал российского телевидения.

Хочется надеяться, что наступивший XXI век продолжит традиции века ушедшего и новые подвиги покорителей стратосферы будут занесены в скрижали истории.

Глава 18

Мини-Чернобыли на орбите

Вероятно, самым опасным, что случилось при освоении космоса, следует считать инциденты с космическими аппаратами, оснащенными ядерными энергетическими установками. Если все прочие аварии носили в какой-то степени локальный характер и создавали угрозу жизни и безопасности ограниченного круга людей, непосредственно связанных с проводимыми пусками, то катастрофы с источниками радиоизлучения представляли опасность для многих тысяч, если не миллионов людей.

Появление на спутниках ядерных энергетических установок было обусловлено бурным развитием в 1950 – 1960-х годах ракетной техники, когда для решения космических задач стали требоваться источники энергии все большей мощности. Ни химические источники, ни солнечные батареи не могли удовлетворить всех требований, предъявлявшихся к космической технике, в первую очередь военного назначения. Крайне заманчивым показалось использование ядерных реакторов, которые позволяли увеличить мощность источников электроэнергии в 10-100 раз.

Первыми к работам в этом направлении приступили американцы в рамках программы создания космической навигационной системы «Транзит». Вполне естественно, что и первым космическим аппаратом с ядерной энергетической установкой, потерпевшим аварию, стал американский спутник.

Произошло это 21 апреля 1964 года при запуске «Транзита-5В». Ракета-носитель «Тор-Аблестар», стартовавшая с космодрома «Ванденберг» в Калифорнии, потерпела аварию на участке выведения, оторвавшийся спутник вошел в земную атмосферу и сгорел над Индийским океаном. При этом разрушилась ядерная энергетическая установка «SNAP-9A», установленная на спутнике. Находившиеся в ней 950 граммов плутония-238 рассеялись в земной атмосфере, вызвав повышение естественного радиоактивного фона на всей нашей планете в 15 (!) раз. По оценкам специалистов, по воздействию на природную среду последствия катастрофы «Транзита-5В» превосходят последствия всех ядерных испытаний, которые были проведены Соединенными Штатами, Советским Союзом, Францией, Великобританией и Китаем за период с 1945 года до 1964 год.

Впечатляющий итог лишь одной аварии. Не правда ли?

Следующим инцидентом с космическим аппаратом с ядерным реактором на борту стал неудачный запуск американского метеорологического спутника «Нимбус-В». Ракета-носитель «Торад», взлетевшая с космодрома Ванденберг, уже через несколько секунд потерпела аварию и упала в Тихий океан. На дно пошел и «Нимбус» с ядерным реактором «SNAP-19B2». К счастью, конструкция аппарата оказалась весьма прочной, он выдержал все перипетии полета и не разрушился. Его потом выловил американский военно-морской флот. Радиоактивного заражения Мирового океана не произошло, и сейчас об этой аварии вспоминают очень редко.

В истории американской космонавтики есть еще два инцидента с космическими аппаратами, оснащенными ядерными энергетическими установками. Это именно инциденты, а не аварии или катастрофы.

Первый произошел 17 апреля 1970 года при возвращении на Землю космического корабля «Аполлон-13». Об этом аварийном полете будет подробно рассказано в одной из последующих глав, поэтому сейчас я остановлюсь лишь на моменте посадки.

В штатный комплект оборудования, которое во время лунных экспедиций доставлялось на поверхность Луны, входил ядерный генератор «SNAP-27». Если бы «Аполлон-13» выполнил свою программу и космонавты побывали бы на лунной поверхности, то все было бы нормально. Но полет получился аварийным, и к Земле корабль возвратился в «полном комплекте», включающем и опасное для здоровья оборудование. Лунную кабину, где и находился «SNAP-27», отделили в последний момент, перед входом спускаемого аппарата в земную атмосферу. Туда же вошла и лунная кабина. Хрупкая конструкция практически полностью разрушилась в плотных слоях, а несгоревшие микроскопические частицы корпуса утонули в Тихом океане. Разрушился и генератор, но активная зона, судя по всему, выдержала нагрузки и целехонькая пошла ко дну. Говорю «судя по всему», так как никаких следов радиоактивного заражения обнаружить не удалось.

Второй инцидент случился в 1979 году, когда на 1300-километровой высоте начал постепенно разваливаться на части навигационный спутник «Транзит-5В», запущенный в 1965 году и через полтора месяца активного функционирования переведенный на «орбиту захоронения». Сейчас в космосе летают несколько десятков фрагментов этого аппарата и среди них обломки генератора «SNAP-10A» с ураном-235 внутри.

В Советском Союзе работы по созданию спутниковых ядерных энергетических установок начались практически одновременно с американскими разработками. Правда, первый реактор у нас в стране отправили на орбиту почти на 10 лет позже, чем в США. С начала 1970-х годов такие пуски стали регулярными. Все советские космические аппараты с ядерными реакторами предназначались для наблюдения за военно-морскими силами противника в акватории Мирового океана.

Естественно, что и с советскими «ядерными спутниками» случались всякие неприятности. Долгое время считалось, что отсчет наших неудач с подобными аппаратами начинается с 25 января 1969 года, когда при старте с Байконура взорвалась ракета-носитель «Циклон-2А». Но тогда, к счастью, на аппарате был установлен лишь габаритно-весовой макет генератора типа «Бук», который, упав в Казахстане, никакого радиоактивного загрязнения местности не произвел. И, как понимаете, не мог произвести.

Первый советский спутник с действующим реактором был запущен 3 октября 1970 года. Им стал спутник радиолокационного наблюдения «Космос-367». Спутник вышел на околоземную орбиту, но сразу после запуска отказала система ориентации. На этот случай в аппаратах подобного типа предусмотрено аварийное отделение активной зоны и перевод ее на так называемую «орбиту захоронения». Именно так и произошло с «Космосом-367»: ядерный реактор срочно отделили и «забросили» его на высоту в несколько сот километров, где он и будет находиться еще лет 500, пока не станет безопасным.

Следующие советские запуски, а специалисты насчитывают их три, были успешными, что позволило принять разведывательную систему в ограниченную эксплуатацию и приступить к регулярным пускам аппаратов данного типа. Принятию системы на вооружение «поспособствовала» и напряженная обстановка в мире, особенно в районе Ближнего Востока, заставившая военных настаивать на применении системы даже в недостаточно отработанном виде. В целях повышения достоверности собираемой информации запуски стали парными (один спутник с ядерным реактором на борту, второй – без него).

Очередной инцидент произошел во время запуска спутника «Космос-785». Выйдя на орбиту, аппарат начал хаотично вращаться, что грозило его падением на Землю. Далее произошло то же самое, что и в эпизоде с «Космосом-367», – реакторный отсек был отделен от спутника и переведен на «орбиту захоронения». Запуск второго спутника из этой пары пришлось отменить.

Если в случаях с «Космосом-367» и «Космосом-785» удалось избежать их падения на Землю, то с «Космосом-954» такого не произошло. Аппарат радиолокационного наблюдения «Космос-954» стартовал 18 сентября 1977 года и до конца октября работал в паре со своим собратом «Космосом-952». Однако 28 октября аппарат вышел из-под контроля наземных служб. Почему это произошло, неизвестно до сих пор. Хотя версий на этот счет великое множество. Начиная от тривиальной – выхода из строя корректирующего двигателя, до использования американцами лазерного оружия. Последняя версия была озвучена даже на страницах официального партийного органа – газеты «Правда», где указывалось, что проблемы на спутнике начались после пролета над районом полигона Вумера в Австралии. Якобы там и был развернут боевой лазер, который «выстрелил» по советскому спутнику.

Может, это и так. По крайней мере, открытых данных об этом инциденте нет, а все, что писалось тогда и пишется сейчас, остается на уровне версий. Но, как бы то ни было, спутник вышел из строя, а перевести его на «орбиту захоронения» не удалось. Началось неконтролируемое его снижение.

Ситуация обострилась 6 января 1978 года, когда произошла неожиданная разгерметизация космического аппарата. Все бортовые системы вышли из строя, а его снижение стало происходить гораздо быстрее. 24 января «Космос-954» вошел в плотные слои атмосферы и разрушился над северными районами Канады. Произошло радиоактивное заражение около 100 тысяч квадратных километров. Хорошо еще, что спутник упал в пустынных малонаселенных районах. К счастью, никто не пострадал. Да и 37,1 килограмма отработанного ядерного топлива развеялись в основном в атмосфере. Земной поверхности достигли лишь граммы. По иронии судьбы, фрагмент аппарата с частью ядерного реактора, в котором находился уран-235, упал неподалеку от канадского городка Ураниум-Сити.

Но скандал вышел грандиозным. Мировые информационные агентства в течение нескольких дней ни о чем другом не говорили – только об аварии «Космоса-954». Так как обломки упали не на нашей территории, пришлось советскому правительству заплатить за очистку района падения обломков 3 миллиона долларов и приостановить запуск столь опасных спутников.

Вскоре о неприятностях забыли, и в 1980 году Советский Союз возобновил запуски спутников с ядерными реакторами на борту. Перерыв в пусках был использован конструкторами для доработок бортовых систем, для повышения надежности ядерного оборудования, для совершенствования системы управления. Но всего не предусмотришь, и новые инциденты не заставили себя ждать. Правда, они не имели столь катастрофических последствий, но поволноваться заставили.

28 апреля 1981 года на очередном спутнике радиолокационного наблюдения «Космос-1266» вышло из строя бортовое оборудование. Как и в случае с «Космосом-954», возникла угроза неконтролируемого его падения на Землю. В этих условиях единственным решением оказалось отделение от спутника реакторного отсека и перевод его на «орбиту захоронения», что и было сделано в экстренном порядке. Спутник проработал на орбите только 8 дней.

Аналогичные проблемы проявились и на следующем аппарате – «Космосе-1299». Единственным отличием от предыдущей аварии было то, что спутник проработал 13 дней.

Три последующих пуска оказались удачными, и военные уже подумывали о развертывании системы радиолокационного наблюдения за Мировым океаном в полном объеме, когда произошла новая авария.

Инцидент произошел 28 декабря 1982 года, когда вышел из строя проработавший полгода на орбите спутник «Космос-1402». Попытки перевести его на «орбиту захоронения» успехом не увенчались, и он начал неконтролируемое снижение. Конструктивные доработки после предыдущих аварий позволили отделить активную зону от термостойкого корпуса реактора и предотвратить компактное падение обломков. Тем не менее 7 февраля 1983 года аппарат вошел в атмосферу и радиоактивные продукты деления рассеялись над Южной Атлантикой. Из людей никто не пострадал, так как разрушение спутника произошло над безлюдными районами, но свою лепту в повышение естественного радиационного фона «Космос-1402» внес.

Эта авария заставила Советский Союз вновь приостановить запуски спутников с ядерными реакторами на борту. На этот раз на полтора года. Старты возобновились 29 июня 1984 года и регулярно продолжались до 1988 года, пока новый инцидент не поставил крест на этой программе.

В последний раз все завершилось более или менее благополучно. Хотя угроза повторения аварий, аналогичных гибели «Космоса-954» и «Космоса-1402», была. Все началось 16 апреля 1988 года, когда была потеряна связь со спутником «Космос-1900», выведенным на орбиту за четыре месяца до этого. Последующие пять месяцев космический аппарат неконтролируемо снижался, и все попытки выдать команду на увод реактора на «орбиту захоронения» или на отделение активной зоны реактора успехом не увенчались. Конструкторские доработки, к счастью, привели к тому, что за пять дней до прогнозируемого входа в атмосферу, 30 сентября 1988 года, сработала система автоматического увода реактора, включившаяся из-за исчерпания запасов топлива в системе ориентации.

На этом регулярные запуски советских спутников с ядерными энергетическими установками на борту были прекращены. Не запускает «ядерные спутники» и Россия.

А вот американцы продолжают эксперименты. Правда, ядерные энергетические установки используются в последние годы исключительно в межпланетных миссиях.

Всего за сорок лет в космос было выведено около 50 аппаратов с ядерными энергетическими установками на борту. Так как ни Советский Союз, ни Соединенные Штаты никогда не давали на этот счет достоверной информации, то здесь данные расходятся. По данным различных источников, в СССР было запущено от 33 до 36 таких спутников. Для США разброс еще больше. Называют от 12 до 40 аппаратов. Какими бы ни были реальные цифры, в любом случае это сотни килограммов радиоактивных материалов, которые болтаются на высотах от 800 до 1000 километров. И они в будущем могут стать источником больших неприятностей для человечества. Пока ничего не случилось, но, учитывая их потенциальную угрозу для безопасности будущих космических полетов, несколько слов об этом я все же скажу.

В начале 1990-х годов на околоземной орбите на высотах 870 – 990 километров были обнаружены сгущения мелких обломков явно искусственного происхождения. Эти высоты и по числу спутников самые «населенные», но сгущение обломков оказалось значительно более интенсивным, чем сгущение космических аппаратов. Сотрудник НАСА Дональд Кесслер предположил, что источником загрязнения стали как раз советские спутники морской разведки с ядерными энергетическими установками, «захороненными» на этих высотах. Лишние частицы, по мнению ученого, образовались после того, как теплоноситель (жидкая смесь калия и натрия, переносившая тепло от реактора к электрогенератору) вытек из потерявшего герметичность трубопровода и затвердел. По некоторым данным, это случилось на 16 реакторах. Уже через 10 лет эти частицы будут у Земли. На наше счастье, никакого вреда в себе они не несут, и человечество вряд ли заметит их возвращение. Но было бы лучше, если бы даже такой опасности не существовало.

По орбите летают и сборки ТВЭЛов – тепловыделяющих элементов, которые были автоматически выброшены из корпуса генераторов. Длина этих сборок 60 сантиметров, диаметр – 20 сантиметров. Они также кружат над Землей и ждут своего часа. Если не произойдет ничего экстраординарного, то на Землю они упадут лет через 500, когда уран-235 уже практически полностью распадется. Но, не дай бог, произойдет что-то непредвиденное...

Глава 19

Полеты, которых не было

В истории пилотируемой космонавтики было немало случаев, когда приходилось отменять ранее запланированные полеты. Причины разные: корректировка программы, отсутствие технических и финансовых средств, аварии и катастрофы. Многим космонавтам из-за этого «не повезло», и они уже никогда не смогли полюбоваться красотами космоса. Под «сокращение» попали и довольно интересные с научной и практической точек зрения полеты. В этой главе я попытаюсь рассказать о несостоявшихся полетах. Естественно, не обо всех, а только о тех, которые имели достаточно интересную программу и могли существенно повлиять на весь ход дальнейших исследований космического пространства.

Начну с самой первой пилотируемой программы, которую начало осуществлять человечество, – советской программы полетов на кораблях «Восток». Известно, что было проведено шесть полетов. Однако в планах значились еще не менее девяти полетов одноместных космических кораблей. Было даже принято решение об изготовлении аппаратов и предварительно расписаны пилоты, которым предстояло на них лететь. В ходе этих полетов предполагалось увеличить продолжительность пребывания космонавтов в космосе, провести медицинские и научно-технические эксперименты, а также изучить возможности военного применения «Востоков».

В черновом варианте график полетов должен был выглядеть следующим образом. После полета Валентины Терешковой предполагалось запустить «Восток-7», на борту которого должен был находиться Владимир Комаров. Следующим на орбиту на «Востоке-8» должен был отправиться Павел Беляев. Потом Борис Волынов. Ну а затем, друг за другом, Георгий Береговой, Алексей Леонов, Евгений Хрунов и Виктор Горбатко. В эту череду мужчин планировалось «вклинить» и еще одну женщину – Валентину Пономареву.

Ни один из этих полетов не состоялся. Сначала не нашлось средств на изготовление уже заказанных кораблей. Потом приоритеты советской космонавтики сместились в другую сферу и полеты одноместных кораблей потеряли актуальность. Одним словом, планы были пересмотрены, и космонавты приступили к подготовке к полетам по совершенно другим программам.

В большей степени повезло американской пилотируемой программе «Меркури». В ее рамках планировалось провести семь полетов: два по суборбитальной траектории и пять по околоземной орбите. Отмененным оказался всего один полет – последний. Уже в 1962 году, когда были проведены два «прыжка в космос» и два полета вокруг Земли, руководство американской космической программы пришло к выводу, что нет никакой необходимости гнаться за количеством. Все, что можно было выяснить о возможности пребывания человека в космическом пространстве, было уже известно, и поэтому американцы решили сэкономить и отменили полет Алана Шепарда на «Меркури-10» во второй половине 1963 года.

Вторая советская пилотируемая программа – «Восход» – также изначально предусматривала большее число полетов, чем это случилось в реальности. Из семи кораблей на орбиту отправились лишь два.

По разным причинам были отменены следующие полеты:

корабля «Восход-3», к которому готовились экипажи Георгий Шонин – Борис Волынов и Георгий Береговой – Владимир Шаталов. В ходе 19-суточного полета предусматривалось провести широкий круг медицинских исследований;

корабля «Восход-4», к которому готовились экипажи Борис Волынов – Георгий Катыс и Георгий Береговой – Лев Демин. Это должен был стать второй длительный полет (20 суток) по медицинской программе;

корабля «Восход-5», к которому готовились два женских экипажа – Валентина Пономарева – Ирина Соловьева и Татьяна Кузнецова – Жанна Еркина. В программе полета значилось изучение возможности работы в космосе женского экипажа и широкий круг медицинских исследований. Одна из женщин должна была покинуть корабль и выйти в открытый космос;

корабля «Восход-6», к которому готовились сотрудники Института медико-биологических проблем. В программу этого полета также предполагалось включить эксперимент по выходу в открытый космос;

корабля «Восход-7» по программе военных исследований.

Экипажи кораблей неоднократно менялись, как и программы их полетов, а сроки постоянно отодвигались. Но ни один из этих полетов не состоялся – к середине 1960-х годов все усилия разработчиков и изготовителей были переключены на создание корабля «Союз», и на «Восходы» времени уже просто не оставалось. Поэтому поступили просто – программу отменили и все экипажи расформировали. Причиной такого кардинального решения стала и неожиданная смерть Сергея Павловича Королева, который еще мог бы при желании настоять на проведении полетов, чего не сделал его преемник.

Одновременно с разработкой космических кораблей, запускаемых в космос с помощью ракет, в СССР и США велась разработка авиационно-космических систем, которые также требовали наличия на их борту космонавтов. Первыми к работам по программе «Дайна Сор» приступили американцы, они же первыми набрали группу будущих пилотов ракетопланов. На середину 1960-х годов был расписан график испытательных полетов. Достаточно скоро американцы пришли к выводу, что данная программа им ни к чему. Работы были прекращены, полеты отменили, группу будущих космонавтов распустили.

Чуть позже советские специалисты полностью повторили путь американцев в рамках проекта «Спираль». Точно так же планировалось провести испытательные полеты орбитального самолета с пилотами на борту, и точно так же работы были прекращены. В рамках программы к полетам готовились Герман Титов, Анатолий Филипченко и Анатолий Куклин. Когда стало ясно, что полетов не будет, все они перешли на подготовку по другим программам.

И еще о двух нереализованных программах и, соответственно, не состоявшихся полетах. В 1960-х годах в США активно работали над проектом создания военной орбитальной станции «MOL». С ее борта предполагалось вести наблюдения за территорией Советского Союза и его союзников, а также осуществлять функции управления подразделениями американской армии, разбросанной по всему земному шару. Еще на этапе проектирования выяснилось, что беспилотные аппараты гораздо эффективнее справляются с этими задачами. К тому же они были гораздо дешевле. Программу закрыли, начавших подготовку космонавтов распустили. Кое-кто из них был переведен в отряд астронавтов НАСА, а большинство вернулось к летной работе и уже никогда не помышляли о покорении космоса.

К военной сфере относится и программа создания в Советском Союзе военно-исследовательского корабля «Союз-ВИ». Его полеты должны были начаться во второй половине 1960-х годов. В первый рейс на орбиту планировалось отправить Павла Поповича и Геннадия Колесникова. Однако и этот полет не состоялся. Почему так произошло, читатели легко поймут, если вспомнят, что «Союз-ВИ» так и не был создан.

В одной из следующих глав я буду рассказывать о трагическом полете корабля «Союз» и гибели космонавта Владимира Комарова. Он отправился в космос 23 апреля 1967 года, а на следующий день к нему должны были присоединиться его коллеги – Валерий Быковский, Евгений Хрунов и Алексей Елисеев. Уже через несколько часов после старта первого корабля стало ясно, что пускать второй не имеет смысла. Программа предусматривала стыковку «Союза» и «Союза-2», а к тому времени проблема уже заключалась в возвращении корабля с космонавтом с орбиты. Благополучно сделать это не удалось, и Комаров погиб. Впоследствии выяснилось, что «Союз-2» имел тот же конструктивный дефект, что и его собрат, и если бы на орбиту были запущены оба, то и число жертв апреля 1967 года было бы гораздо больше.

Программа «Союз» вообще изобилует отмененными полетами. Если собрать их вместе, то десятка два наберется точно. В частности, были отменены полеты по программе «Контакт» (осень 1969 года и весна 1970 года), третий и последующие полеты на борт орбитальной станции «Салют» из-за катастрофы корабля «Союз-11», полеты на орбитальные станции, которые не смогли выйти на орбиту или на которых возникли аварийные ситуации уже в полете, и так далее и тому подобное. Период отмененных полетов «Союзов» охватывает почти 25 лет. Это только сейчас, когда отечественная космонавтика оказалась зажатой в рамки двух ежегодных полетов, перестали говорить об отмене полетов. Просто не стало того, что можно сократить.

Но вернемся к отмененным полетам. В конце 1960-х – начале 1970-х годов состоялись шесть высадок американских космонавтов на поверхность Луны. После этого программа «Аполлон» была закрыта, и разговор о возобновлении пилотируемых полетов на Луну возник только в 2004 году. Но еще когда человек покорял Луну, планы предусматривали совершенно иное. Во-первых, планировалось организовывать ежегодно две экспедиции на наш естественный спутник. Во-вторых, к 1980-му году предполагалось построить на Луне базу, на которой постоянно находились бы и работали два космонавта. При ее эксплуатации предполагалось, что полеты к Луне станут ежемесячными. Ну а дальше там должны были появиться многочисленные поселения, заводы и тому подобное.

Как оказалось, в то время Луна была человеку ни к чему. Сначала отказались от заводов, потом от лунной базы, затем от многих полетов. Наконец, было решено ограничить число экспедиций шестью высадками. Под сокращение попали три уже запланированные миссии, для которых велось изготовление кораблей, были назначены экипажи, определены районы посадок.

А в Советском Союзе в 1960-х годах в рамках лунной программы была сформирована группа из 20 человек, которым предстояло облететь Луну и совершить на нее посадку. Экипажи тренировались до тех пор, пока программу не закрыли. Соответственно, и подготовка была прекращена, а все запланированные полеты отменены. Из экипажей, которые проходили тренировку, назову только один, которому предстояло стать первым, – Алексей Леонов и Олег Макаров. Но ни им, ни их товарищам не удалось увидеть поверхность Луны вблизи.

Какие еще полеты и почему были отменены за годы космической эры? Сначала то, что сократили в нашей стране, а потом – у американцев.

Во-первых, ни один космический корабль, который разрабатывался в конструкторском бюро В.Н. Челомея по программе «Алмаз», не стартовал в пилотируемом режиме. Удалось провести только несколько беспилотных рейсов, после чего программу закрыли, полеты отменили, космонавтов распустили.

Во-вторых, были отменены пилотируемые полеты на советских кораблях многоразового использования. Они должны были состояться в начале 1990-х годов. На это время пришлась катастрофа глобального масштаба – распад СССР, после чего уже было не до полетов.

В-третьих, американцам пришлось отменить многие полеты шаттлов, когда произошла авария корабля «Челленджер». В частности, были отложены, а потом совсем отменены полеты по секретным программам Пентагона. Это послужило причиной замораживания строительства стартового комплекса на базе ВВС США Вандеберг в штате Калифорния, откуда должны были производиться пуски военных «челноков». Отменили и полеты по программе «Учитель в космосе». Было решено не рисковать жизнями непрофессиональных космонавтов.

В-четвертых, после гибели в феврале 2003 года корабля многоразового использования «Колумбия» были отменены некоторые полеты, не входящие в график строительства Международной космической станции. Например, очередная ремонтная бригада уже никогда не попадет на орбитальный телескоп «Хаббл», что станет причиной его преждевременной гибели. Коснулась эта трагедия и российской программы. На два года наши «Союзы» стали основным средством доставки экипажей на борт МКС. Вследствие этого пришлось отказаться от отправки в космос некоторых экипажей. На некоторое время иссяк и поток космических туристов, которые начали регулярно летать на российских кораблях.

Всего, по самым скромным подсчетам, не состоялось 115 пилотируемых полетов, в которых должны были принять участие более двухсот космонавтов. Еще в 22 случаях полеты состоялись, но по иным, чем первоначально планировалось, программам и с другими экипажами. Про отложенные полеты я просто не веду речь. Только в настоящий момент в графике полетов американских кораблей многоразового использования значится почти 20 миссий, которые состоятся не ранее чем после весны 2005 года. Судя по тому, что сроки возобновления полетов шаттлов постоянно откладываются, многие из этих рейсов в конце концов придется отменить вовсе.

Человечество намеревалось достаточно широко исследовать и осваивать космос, но груз земных проблем не позволял и не позволяет этого делать. Вероятнее всего, отмены полетов будут происходить и в будущем. И продолжаться это будет до тех пор, пока каждый корабль не перестанет быть уникальным инженерным творением, а станет обыкновенным транспортным средством, которое легко заменить. Но это произойдет не сегодня и даже не завтра.

Глава 20

«Человек вышел в космическое пространство»

Начало 1960-х годов вспоминается современниками как нескончаемая череда побед в космосе. Не было людей популярней, чем Юрий Гагарин, Герман Титов, Валентина Терешкова и их товарищи по отряду космонавтов. Это у нас. Ну а у американцев, соответственно, носили на руках Алана Шепарда, Вирджила Гриссома, Джона Гленна... Каждый новый полет встречался с неподдельным энтузиазмом. Мы гордились сынами и дочерями (точнее, одной дочерью) нашей планеты. Однако время брало свое, и вслед за первыми, испытательными, полетами требовалось проводить новые эксперименты.

Мы знаем, что не все экспедиции на орбиту состоялись. А вот полет, о котором пойдет речь сейчас, из программы «Восход» не выпал. Наоборот, он состоялся даже раньше, чем первоначально планировалось. Эксперимент по выходу в открытый космос первоначально планировалось провести в третьем или четвертом полете новой серии советских кораблей. Справедливости ради надо сказать, что ничего нового в «Восходах» не было. Но по политическим причинам требовалось удивить мир чем-то новым. Таковым должен был стать многоместный космический корабль. Но его еще только создавали, а время поджимало, поэтому пошли по пути модификации уже имевшегося к тому времени «Востока». Отказались от некоторых бортовых систем, облегчили вес кабины. За счет этого в космос можно было отправить несколько человек, правда, без скафандров. В остальном оба корабля были очень похожи, если не как близнецы, то как двойняшки.

Полет первого «Восхода» состоялся в октябре 1964 года и прошел великолепно. Три космонавта в течение суток кружили над Землей, а потом благополучно приземлились на территории Советского Союза. Причем сделали это, не покидая спускаемого аппарата, в отличие от своих коллег по «Востокам». Их бы тоже катапультировали на всякий случай, да три катапульты не помещались, поэтому пришлось рискнуть. Риск полностью оправдался. Единственное, что немного смазало эффект от этого события, стала происшедшая во время их полета смена власти в Кремле. Владимир Комаров, Константин Феоктистов и Борис Егоров отправились на орбиту при Никите Хрущеве, а приземлились уже при Леониде Брежневе. Даже их прилет в Москву пришлось отложить на то время, пока в верхах делили портфели.

Второй полет корабля типа «Восход» состоялся в марте 1965 года. В этом полете было много осложнений, поэтому о нем следует расказать подробнее. Но сначала несколько вводных слов.

Когда решался вопрос об осуществлении эксперимента по выходу человека в открытый космос, планировалось, что первым за пределы кабины космического корабля отправится другое живое существо, наш верный и бессловесный друг – собака. Был даже запланирован срок такого полета – начало 1966 года. Одним из участников этого эксперимента, кстати, должен был стать популярный впоследствии телеведущий Юрий Сенкевич. Предполагалось, что он, по сути дела, выпихнет из кабины корабля собачку, облаченную в специальный скафандр, а затем за страховочный фал втянет ее обратно. Естественно, планировалось наблюдать, как при этом собачка будет себя чувствовать и как будет себя вести. Лишь после этого должен был состояться выход человека в космос.

Но в дело вмешалась большая политика. Американцы тоже готовили аналогичный эксперимент, и советское руководство решило форсировать ход событий, чтобы подарить советскому народу еще один космический триумф.

«Восход-2» оснастили специализированной шлюзовой камерой, единственным предназначением которой был выход человека в открытый космос. После возвращения космонавта в корабль выполнившая свою миссию камера должна была быть отделена.

Прежде чем запускать корабль с экипажем на борту, был совершен полет аналога в беспилотном варианте. Корабль, стартовавший 22 февраля 1965 года, скрылся под названием «Космос-57». Полет закончился неудачей. Спустя несколько часов после старта по непонятным причинам корабль взорвался на орбите. Полагают, что причиной этого стало срабатывание системы аварийного подрыва, получившей ложный сигнал из-за сбоя в работе одной из электрических схем, но четко отработавшей этот сигнал и уничтожившей корабль.

По логике вещей, отправлять вслед за этой аварией в космос пилотируемый корабль было нельзя. Но... Опять это «но», опять большая политика и престиж государства.

Короче говоря, Королев собрал космонавтов и рассказал им о происшедшей неудаче и о том, что он не может гарантировать их безопасность в предстоящем полете, если таковой состоится. Как и следовало ожидать, никто не отказался продолжить подготовку.

18 марта космический корабль «Восход-2» стартовал с космодрома Байконур. На борту находились командир Павел Беляев и второй пилот Алексей Леонов. Леонову и предстояло осуществить этот уникальный эксперимент в открытом космосе. Старт прошел нормально, корабль вышел на орбиту, и космонавты начали подготовку к выходу.

Выход был осуществлен уже на втором витке вокруг Земли. Был открыт люк шлюзовой камеры, и Леонов в своем белоснежном скафандре медленно выплыл в бескрайний космос. На весь мир прозвучали ставшие знаменитыми слова Беляева:

– Я – Алмаз. Человек вышел в космическое пространство.

Выход был непродолжительным, всего 10 минут. Это сейчас, когда время пребывания в открытом космосе измеряется часами, тот выход кажется коротким и простым. А тогда это был гигантский прыжок вперед, сравнимый с первым полетом человека в космос. Недаром имя Алексея Леонова всегда ставится между именами Юрия Гагарина и Нейла Армстронга, когда речь заходит о первопроходцах.

Естественно, эти 10 минут промелькнули как один миг. Когда пришло время возвращаться в корабль, Леонов приблизился к люку и, как того требовала инструкция, попытался «войти» в корабль ногами вперед. Не тут-то было. Космонавт в скафандре не смог втиснуться в люк шлюзовой камеры. Новая заход – и новая неудача. Вновь и вновь космонавт предпринимал попытки, которые заканчивались тем же результатом.

Это был тот случай, который на Земле было трудно представить. В вакууме скафандр повел себя не так, как предполагалось. Он раздулся, стал жестким. Леонов бросил попытки действовать по инструкции и начал вплывать в корабль головой вперед. Нельзя сказать, что поворот на 180° решил все проблемы, но он дал космонавту тот единственный шанс остаться в живых, которым он и воспользовался. Медленно, сантиметр за сантиметром, Леонов буквально втискивался в корабль. Все было на грани, которая разделяла жизнь и смерть. Леонову удалось «вползти» в корабль. Полет продолжался.

Но беда никогда не приходит одна. Полет был рассчитан на несколько дней, а завершить его пришлось уже на следующее утро. В ночь на 19 марта неожиданно стало падать давление в баллонах наддува кабины корабля. Дальнейшее падение могло привести к разгерметизации корабля, за которой следовала бы вынужденная посадка. Поэтому на следующем витке Центр управления полетом принял решение о прекращении полета. Космонавты заняли свои места в креслах и приготовились к возвращению на Землю.

Однако неприятности на этом не закончились. Первая попытка посадки не удалась, не включился тормозной двигатель. На следующем витке поступила команда из Центра на совершение ручной посадки. Космонавты приступили к отработке ручного варианта, когда заметили, что началось «закислораживание» атмосферы в корабле. Это было очень опасно. Малейшее искрение в контактах и реле могло вызвать взрыв и пожар. Именно так в марте 1961 года на Земле во время эксперимента в барокамере погиб Валентин Бондаренко. Но на этот раз все обошлось. И к тому же сработал клапан разгерметизации. Это можно считать везением, так как космонавты были в скафандрах и им ничего не грозило. А избавиться от опасной атмосферы оказалось как нельзя кстати.

Когда спустя шесть лет то же самое произошло на корабле «Союз-11», находившиеся без скафандров космонавты погибли. Но для Беляева и Леонова это была удача, давшая временную передышку. Именно временную, потому что уже через несколько секунд после срабатывания клапана началась закрутка космического корабля – вышла из строя система ориентации по звездам. Идти на посадку, не сориентировав корабль, было безумием. Но космонавты справились и с этим. Беляев вручную сориентировал корабль и включил тормозной двигатель. Всего за время полета «Восхода-2» специалисты насчитали семь крупных неприятностей, каждая из которых могла быть фатальной. И тем не менее все завершилось благополучно.

Они приземлились в глухой сибирской тайге, вдалеке от предполагаемого района посадки. Но все это было уже не так важно. Они несколько раз заглянули в лицо смерти и остались живы. Из всех неприятностей, которые произошли в ходе этого полета, сообщили только об отказе системы ориентации. Все остальное, как говорится, осталось за кадром. А зря. Знай тогда правду, многие из советских граждан не озадачивались бы вопросом: «За что космонавты получают Звезды Героев, если полет прошел нормально?» Полет «Восхода-2» – это как раз и есть «нормально».

Глава 21

Ha межпланетных трассах

Мы уже говорили о тех неудачах, которые постигли СССР и США во время первых стартов к Луне и планетам. Теперь пришла пора возвратиться к межпланетным трассам и рассказать о том, что на них произошло в последующие годы. Сразу отмечу, что неудач было много. Ракеты взрывались на старте, станции пропадали в глубинах космоса, разбивались во время посадки на небесные тела Солнечной системы.

Большая часть всех аварий и катастроф, связанных с межпланетными исследованиями, пришлась на долю Советского Союза. В этом нет ничего удивительного – наша страна столь активно осваивала космос, что произвела гораздо больше пусков, чем американцы. Поэтому и количество «отечественного производства» аварий оказалось больше. К сожалению, их оказалось больше и в процентном отношении. Приведу некоторые эпизоды летописи, имеющие отношение к покорению Луны, Венеры, Марса и других планет.

С межпланетными станциями мы с вами расстались весной 1961 года, когда станция «Венера-1» безмолвно миновала «утреннюю звезду». Ничего сообщить о себе она уже не могла, поэтому и следили за ней только на бумаге, не зная достоверно, так ли это произошло на самом деле или нет. А в металле в Советском Союзе делали другие станции, которым предстояло отправиться в космос в 1962 году, когда должны были наступить благоприятные условия для стартов.

Между тем американцы приступили к реализации программы пусков к Луне станций типа «Рейнджер», которые должны были передать на Землю телевизионное изображение лунной поверхности. Первый старт, осуществленный 23 августа 1961 года, оказался неудачным – станция вышла на околоземную орбиту, но из-за аварии на ее борту там и осталась. Спустя неделю она вошла в атмосферу и сгорела.

Аналогичной оказалась и судьба «Рейнджера-2», запущенного 18 ноября 1961 года. Его жизнь в космосе оказалась еще более короткой – два дня.

Не смог достигнуть поверхности Луны и «Рейнджер-3», стартовавший 26 января 1962 года. Ступень «Дджена-В» не обеспечила попадание аппарата в Луну, и он вышел на гелиоцентрическую орбиту, став очередной искусственной планетой.

Первым аппаратом этого типа, упавшим на поверхность Луны, стал «Рейнджер-4», запущенный 23 апреля 1962 года. Но задачи полета считаются не выполненными, так как место падения не установлено и телевизионная съемка не была проведена.

Не выполнил программы своего полета и «Рейнджер-5», который отправили к Луне 18 октября 1962 года. Как и «Рейнджер-3», его не удалось отправить к лунной поверхности, и он поныне кружится вокруг Солнца.

Следующие четыре станции отработали нормально. Все они совершили жесткие посадки на Луну, как и планировалось, но перед своей гибелью смогли передать сотни детальных снимков тех районов, где предполагалось сажать в будущем пилотируемые корабли.

Пока велся «обстрел» Луны «Рейнджерами», открылись «астрономические окна» для пусков в сторону Венеры и Марса. Первыми, 22 июля 1962 года, попытались запустить свою станцию американцы. Однако «Маринер-1», которому предстояло исследовать Венеру, далеко не улетел. Через 293 секунды после старта ракета отклонилась от заданной траектории и спустя две секунды была уничтожена по команде с Земли. Обломки носителя и станции упали и затонули в Атлантическом океане.

В Советском Союзе между тем готовили к старту шесть станций. Три станции в сторону Венеры предполагалось запустить в августе-сентябре, а три станции к Марсу – в октябре-ноябре 1962 года.

Но, как и за два года до этого, успехами нашим конструкторам похвастаться не удалось. Первый раз станцию пытались пустить в сторону Венеры 25 августа 1962 года. Ракета-носитель «Молния» вывела ее на околоземную орбиту, а дальше с использованием разгонного блока предполагалось отправить ее в сторону Венеры. Подвел «разгонник». Он не захотел включаться, и станция осталась прикованной к земной орбите.

О самом факте неудачного запуска стыдливо умолчали, но американские средства слежения за космическим пространством зафиксировали появление непонятного спутника. Ему, как и положено, присвоили регистрационный номер, он появился во всех документах международных организаций, включая ООН. Для западного читателя не было секретом, что это за спутник, в каких целях и кем был запущен. Секретом все это было только в Советском Союзе, где таблица запусков космических объектов тоже публиковалась, но об этом запуске в ней было указано кратко «Нет данных». Данные появились только 25 лет спустя, когда и мы смогли узнать еще об одном факте нашей космической биографии.

Вторая попытка запуска станции к Венере была предпринята 1 сентября, но и ее результаты были неутешительны – разгонный блок вновь не включился, и станция осталась на земной орбите. И опять о старте официально ничего не сообщали. Не ясно, почему не скрыли эту неудачу под безликим названием «Космос». Может быть, из-за того, что в то время еще не было прецедентов? В дальнейшем не стеснялись называть «Космосами» все что угодно. А этот пуск также стал фигурировать в открытых документах под наименованием «Нет данных». А на нет, как известно, и суда нет.

12 сентября еще один пуск скрылся под словосочетанием «Нет данных». В тот день пытались пустить третью венерианскую станцию, но какой-то злой рок преследовал конструкторов. Опять не сработал разгонный блок.

Больше станций для полетов к Венере не было, и ее оставили в покое до лучших времен, переключив свое внимание на Марс. Но и с марсианскими станциями дела обстояли не лучшим образом. Две из них, которые вышли на околоземную орбиту 24 октября и 4 ноября, повторили судьбу своих венерианских предшественниц. Вновь не включились разгонные блоки и станции не увидели космических далей.

Но один пуск все-таки оказался результативным. 1 ноября 1962 года разгонный блок перевел на траекторию полета к Марсу автоматическую станцию «Марс-1». Почти пять месяцев с ней удавалось поддерживать связь. Но 21 марта 1963 года из-за неполадок бортовой аппаратуры она замолчала.

Если о неудачах с запуском станций в дальний космос в 1962 году молчали, то впоследствии, когда они выходили на орбиту, но не уходили в направлении планет, стали сообщать как о запусках очередных спутников серии «Космос». Так поступили, например, 11 ноября 1963 года, когда не смог стартовать к Венере очередной космический аппарат. Тогда на орбите появился «Космос-21». Межпланетной станцией был и «Космос-27», запущенный 27 марта 1964 года.

Когда удавалось включить разгонный блок и свести станцию с околоземной орбиты, но направить ее не в сторону нужной планеты, а неизвестно куда, использовали название «Зонд». Так запущенная 2 апреля 1964 года станция «Зонд-1» должна была направиться на свидание с Венерой, но система ориентации отправила ее в межпланетное пространство. Официально сообщалось, что станция именно для этого и была предназначена.

Так же поступили и 30 ноября 1964 года, когда не состоялся пуск в сторону Марса станции, получившей название «Зонд-2». Она ушла в межпланетное пространство, но с такой ошибкой в траектории, что ни о каких исследованиях планеты не приходилось и думать.

Как и американцы, Советский Союз в 1960-х годах не обделял своим вниманием и Луну. Пока американцы фотографировали ее поверхность, в нашей стране начали работать над мягкой посадкой. Уже тогда все это делалось с прицелом на будущий пилотируемый полет на Луну и предполагало отработку методики совершения посадки. Станции, предназначенные для мягкой посадки, были несоизмеримо сложнее своих предшественниц, стартовавших в 1958 – 1959 годах, но это еще не были те лунные корабли, которые должны были нести на своем борту человека.

Посадить станцию на Луну пытались в течение трех лет, начиная с 1963 года. Первый старт состоялся 4 января 1963 года, но закончился неудачей. Как и в случаях с Венерой и Марсом, из-за отказа разгонного блока очередная «Луна» оказалась прикованной к земной орбите. Она также стала спутником «Нет данных».

Вторую попытку предприняли 3 февраля, но она закончилась еще более неудачно. Ракета-носитель потерпела аварию и взорвалась на участке выведения. И только третья попытка, предпринятая 4 апреля 1963 года, закончилась появлением в официальных сообщениях станции «Луна-4». Но и здесь все происходило не так, как планировалось. В результате неправильных расчетов баллистиков станция через трое суток полета не только не совершила посадку на Луну, но и вообще пролетела мимо нее.

Почти год ушел на доработку конструкций ракеты и межпланетной станции. Следующий старт смог состояться только 20 апреля 1964 года, правда, закончился он, как и многие другие, аварией ракеты-носителя. Ракета взорвалась над Сибирью. Где-то в сибирской тайге до сих пор лежат остатки многих космических станций и спутников, которым не суждено было отправиться в космос.

И еще один год был потрачен на конструктивные доработки. 8 мая 1965 года стартовала очередная лунная станция, получившая название «Луна-5». Она благополучно добралась до Луны, но мягко прилуниться не смогла. На этот раз подвел тормозной двигатель, который не смог погасить скорость, и станция, в буквальном смысле этого слова, шлепнулась на поверхность Луны где-то в районе кратера Коперника.

В 1965 году еще несколько раз предпринимались попытки прилунить станции. Но «Луна-6» из-за неправильных баллистических расчетов вновь прошла мимо нашей вечной спутницы, а станции «Луна-7» и «Луна-8» хотя и достигли ее поверхности, но сделали это жестко, а не мягко.

Впервые мягко посадить станцию на поверхность Луны удалось только 3 февраля 1966 года. К тому времени в полном объеме развернулась лунная гонка, и такая посадка была не только делом престижа, но и логичным этапом по подготовке высадки человека.

А как же обстояли дела у американцев? После окончания программы «Рейнджер» в Штатах началась реализация сразу двух лунных проектов – «Лунар Орбитер», целью которого был вывод на селеноцентрическую орбиту автоматических аппаратов для изучения Луны и окружающего ее космического пространства, и «Сервейор», предполагавший совершение мягкой посадки на поверхность нашего спутника. Лунные спутники отлетали нормально, поэтому я о них не буду говорить совсем. А вот с «Сервейорами» некоторые неприятности произошли.

Все началось с неудачного запуска макета автоматической станции, которую предприняли 2 марта 1965 года. Ракета-носитель «Атлас-Кентавр», стартовавшая с мыса Канаверал, далеко не улетела. Вместе с макетом она свалилась в Атлантический океан, где и лежит до сих пор. Правда, дальше у американцев все пошло хорошо. Еще два макета, хотя и не без проблем, побывали в космосе и отработали основные этапы полета к Луне. А 30 мая 1966 года «Сервейор-1», через четыре месяца после нашей «Луны-9», успешно прилунился в Океане Бурь.

Однако уже следующий аппарат посадить не удалось – подвел двигатель, и 23 сентября 1966 года «Сервейор-2» разбился. Не перенес жесткой посадки и «Сервейор-4», который достиг Луны 17 июля 1967 года. Все прочие аппараты успешно отработали на лунной поверхности.

По логике вещей дальше стоило бы рассказать о полетах и неудачах, имевших место при подготовке высадки советских космонавтов на Луну. Но этому будет посвящена отдельная глава – «На пути к Луне». Поэтому сразу перехожу к другим межпланетным экспедициям – советским и американским, которые потерпели неудачу. Но сначала немного статистики, чтобы подвести некие промежуточные итоги.

За первые десять лет космической эры в Советском Союзе и в США было предпринято 79 попыток запуска автоматических межпланетных станций. В нашей стране была 41 такая попытка, в Америке чуть меньше – 38. В том числе 44 станции должны были отправиться к Луне, 19 – к Венере, 9 – к Марсу, а еще восемь должны были изучать межпланетную среду.

Из 21 советской лунной станции полностью выполнили программу полета лишь четыре. У американцев процент «попадания» оказался выше – своей цели достигли 12. Приблизительно такая же картина была и с покорением Венеры и Марса.

Несмотря на неудачи, программа исследования планет продолжалась. Дальше я буду в основном говорить о «достижениях» нашей страны, так как для американцев три последующих десятилетия оказались весьма успешными. Лишь один старт – 27 августа 1969 года – завершился аварией ракеты-носителя, да еще несколько станций оказались потерянными на рубеже тысячелетий. А в остальном для США межпланетные экспедиции оказались хорошим подспорьем в пропаганде своих достижений. Одни полеты «Пионеров» и «Вояджеров» к границам Солнечной системы чего стоят. Когда на Земле принимают сигнал от аппарата, находящегося на удалении 12 миллиардов километров, это вызывает и восхищение, и уважение. А посадки на Марс и на Эрос? В сбор межзвездной пыли? А...

Перейду к менее приятному разговору – об отечественных неудачах. Слабым звеном нашей межпланетной программы являлся носитель и разгонные блоки. Чаще всего именно они не позволяли выполнить программу полета. Чтобы повысить шансы на успех, обычно готовили к запуску не одну, а две или три, а иногда и четыре станции.

Две станции предполагалось запустить и в очередное «венерианское» окно, которое пришлось на июнь 1967 года. 12 июня успешно стартовал космический аппарат, получивший название «Венера-4». Ей удалось не только преодолеть земное притяжение, но и достигнуть Венеры и плавно опуститься на парашюте в ее атмосфере. Но подобный успех в те годы был редкостью. 17 июня пускали еще одну станцию. Она вышла на околоземную орбиту и осталась на ней, получив название «Космос-167».

В тот год к Марсу станции не пускали, решили ограничиться Венерой, с ней у советских специалистов как-то лучше получалось. Красную планету было решено «обстрелять» через два года.

Но начался 1969 год с очередных пусков в сторону «утренней звезды». 5 и 10 января были успешно запущены две станции – «Венера-5» и «Венера-6». Их задачей было опуститься на парашюте в атмосфере Венеры и достигнуть поверхности планеты. В мае 1969 года сделать это не удалось.

Однако в данном случае не стоит говорить о неудаче. Просто разработчикам не были известны условия, в которых предстояло работать аппаратам. Давление атмосферы у поверхности Венеры оказалось столь огромно, что запаса прочности у «Венеры-5» и «Венеры-6» не хватило. Это как раз тот случай, когда происходит процесс познания неизвестного. И вполне закономерно, что уже в следующем году станция «Венера-7», рассчитанная на более агрессивную среду, смогла совершить первую мягкую посадку на Венеру и некоторое время работала на ней.

А два марсианских пуска 1969 года закончились неудачей. 27 марта и 14 апреля ракеты-носители «Протон-К», как будто сговорившись, взорвались на участке выведения. Обломки обеих станций поглотили снежные просторы Сибири.

К следующему пуску в сторону Марса стали готовить уже три станции. 10 мая 1971 года была предпринята первая попытка. И снова неудача. И снова ракета-носитель взрывается в самом начале своего полета. Лишь 19 мая после девятилетнего перерыва стартует станция, которую официально называют «Марс-2». Через девять дней следом за ней уходит в полет «Марс-3». Обе станции несут на себе спускаемые аппараты, которые должны мягко сеть на Марсе и передать информацию. Очень хотелось уже тогда получить ответ на волновавший все человечество вопрос: «Есть ли жизнь на Марсе?»

Увы, тогда вопрос остался без ответа. 27 ноября 1971 года спускаемый аппарат «Марса-2» достиг поверхности планеты, но произошло это настолько жестко, что он просто превратился в лепешку. 2 декабря спускаемому аппарату «Марса-3» все же удалось мягко сесть на поверхность. Это был успех, и разработчики радовались ему как дети. Но радость была недолгой. Спускаемый аппарат по команде с Земли был приведен в рабочее состояние и начал передавать телеметрическую информацию, однако всего через 20 секунд умолк и, как оказалось, навсегда.

После Марса на первый план вновь вышла Венера. По традиции готовили две станции. 27 марта 1972 года успешно стартовала «Венера-8» и через пять месяцев достигла поверхности планеты. А вот вторая так и осталась на околоземной орбите под названием «Космос-482». В очередной раз подвела последняя ступень ракеты-носителя.

Относительная успешность полетов станций «Венера», а также успехи американцев в полетах к Марсу заставили все усилия сосредоточить на марсианских исследованиях. К запуску в 1973 году готовились сразу четыре станции. Очень надеялись, что хотя бы две из них смогут стартовать к Марсу.

Произошел тот редкий случай, когда, рассчитывая на худшее, получают лучшее: в сторону Марса стартовали все четыре (!) космических аппарата. Они успешно преодолели огромное расстояние между планетами, с ними постоянно поддерживалась связь. Неприятности начались на заключительном этапе полета.

10 февраля 1974 года «Марс-4» сблизился с планетой и должен был выйти на орбиту вокруг нее. Не сработал тормозной двигатель, и станция на огромной скорости просто проскочила свою «остановку» и ушла в космические дали. Где она сейчас, неизвестно. Наверное, летает где-то между орбитами Марса и Юпитера, превратившись в еще один, на этот раз искусственный, астероид. А может, уже погибла, столкнувшись с чем-нибудь.

На орбиту вокруг Марса удалось вывести станцию «Марс-5». В течение нескольких месяцев она исправно кружила над планетой, передавая ценную научную информацию. Это был единственный успех того массированного марсианского десанта.

9 марта 1974 года к планете приблизилась станция «Марс-7». Она несла на себе спускаемый аппарат, который должен был сесть на поверхность. В расчетное время произошло отделение аппарата, и он устремился к планете. На каком этапе расчетов в программу вкралась ошибка, неизвестно. Но вместо поверхности планеты спускаемый аппарат прошел мимо и тоже скрылся в просторах Солнечной системы.

Не лучше получилось и со спускаемым аппаратом станции «Марс-6». На этот раз расчеты не подвели: аппарат вошел в атмосферу Марса, стал снижаться, и даже произошло раскрытие парашюта. Вероятнее всего, аппарат мягко достиг поверхности, но узнать об этом нам не суждено. Еще на участке спуска связь с ним прервалась, и он превратился в бесполезный кусок железа.

Эта неудача перечеркнула все надежды ученых на продолжение исследований Марса. В советском руководстве были настолько раздражены явным провалом, что финансирование программы исследования Марса оказалось замороженным на долгие годы.

Следующие советские станции стартовали в сторону Марса лишь через 15 лет. 7 июля 1988 года в космос ушел «Фобос-1», а 12 июля – «Фобос-2». Им предстояло выйти на орбиту вокруг Марса и провести исследования самой планеты и одного из ее спутников – Фобоса. Во время сближения с ним предполагалось сбросить на его поверхность исследовательские зонды.

«Фобос-1» замолчал через два месяца после старта. Посланная на борт станции ошибочная команда так развернула антенну, что связь с Землей стала невозможной. Долго еще пытались исправить положение, но станция молчала.

«Фобос-2» успешно достиг окрестностей Марса и вышел на орбиту вокруг него. Почти два месяца продолжались исследования. Станция слушалась команд с Земли, передавала четкие снимки Марса и Фобоса. Все закончилось, когда приступили к выполнению самого главного, ради чего летели. Станция стала сближаться с Фобосом и готовиться сбросить на его поверхность зонды. И тут связь прервалась. Все опять было списано на ошибку оператора, пославшего на борт неправильную команду. Что же произошло на самом деле, неизвестно. Предполагают, что вышел из строя один из радиоэлектронных элементов, который и угробил проект. Ну а уфологи считают, что это все происки инопланетян.

Следующая, на данный момент последняя, попытка отправки отечественной станции к Марсу была предпринята спустя восемь лет. И снова нас ждала неудача. 16 ноября 1996 года ракета-носитель «Протон-К» вывела на околоземную орбиту станцию «Марс-8» и разгонный блок. Именно разгонный блок должен был отправить космический аппарат к Красной планете. Но у «разгонника», как это бывало уже не раз, двигатель не включился, и станция осталась на орбите близ Земли. Но и там она пробыла недолго. Спустя сутки станция сошла с орбиты и затонула в Тихом океане в районе острова Пасхи. По некоторым сообщениям, фрагменты аппарата достигли Южной Америки и свалились в районе границы Чили и Аргентины в труднодоступных горных районах.

А из исследований Венеры удалось выжать практически все. В Советском Союзе начиная с 1975 года все пуски, а их было 10, включая два пуска станций типа «Вега» для исследований Венеры и кометы Галлея, заканчивались успехом. Последний пуск непосредственно к Венере был произведен в 1983 году. Дальнейшие исследования ничего нового принести уже не могли, и программу закрыли.

После 1996 года в России даже не пытались запустить межпланетные станции. Только сейчас возобновились разговоры о необходимости проведения таких исследований. В 2004 году началась реанимация проекта «Фобос-Грунт», истоки которого приходятся еще на начало 1990-х годов. Удастся или нет его осуществить, покажет уже ближайшее будущее. Других реальных программ полетов к другим планетам в нашей стране сейчас нет. Зато очень много разговоров о том, что «мы бы могли сделать, если бы были деньги». Расписываются пилотируемые экспедиции и на Луну, и на Марс.

А пока мы говорим, другие страны активно исследуют небесные тела. Причем делает это уже не только США, но и Япония, и Европа. Достаточно реальные и совсем не отдаленные планы имеют Индия и Китай.

О межпланетных полетах еще будет разговор в ряде глав этой книги, а пока расскажу читателям об одной советской военной программе освоения космоса – программе создания системы частично-орбитального бомбометания.

Глава 22

«Мы можем запускать ракеты не только через Северный полюс...»

Хотя Советский Союз всегда подчеркивал, что освоение космического пространства в нашей стране носит исключительно мирный характер, на самом деле ни один полет не обходился без того, чтобы в его подготовке и осуществлении не поучаствовали специалисты Министерства обороны. Ряд программ был, говоря современным языком, «двойного применения», а некоторые имели ярко выраженный военный уклон. Время тогда было такое, что необходимо было иметь мощную армию. Поэтому и космическая деятельность строилась исходя из фактора противостояния двух социально-политических систем.

Околоземное космическое пространство стало рассматриваться как область военных действий задолго до того, как на орбите появились первые спутники. Еще в 1948 году бывший руководитель немецкой ракетной программы Вальтер Дорнбергер, живший тогда уже в США, выдвинул идею размещения ядерного оружия на околоземной орбите. Однако в те годы это было чисто теоретическое предложение, и именно в таком контексте оно и обсуждалось. Но, когда появились межконтинентальные баллистические ракеты и первые спутники, эта идея стала рассматриваться уже совершенно под другим углом зрения.

Главным преимуществом таких систем было незначительное время достижения целей после схода с орбиты: если ракете требовалось для этого 30 – 40 минут, то орбитальная бомба могла это сделать через 5 – 6 минут. С другой стороны, ракета могла быть пущена в любую минуту, тогда как орбитальная бомба могла поразить лишь ту цель, которая в данный момент находилась под ней.

Был еще один отрицательный фактор, который в конце концов остановил работы над ударными космическими системами в США. Это их высокая стоимость. Когда американские политики подсчитали, что эта система обойдется в десятки раз дороже баллистических ракет, за океаном об этой идее просто-напросто забыли.

Иначе обстояло дело в СССР. В конце 1950-х – начале 1960-х годов ракетное оружие было в фаворе у советского руководства, поэтому зеленый свет получала практически любая ракетно-космическая программа, какой бы дорогой, а часто абсурдной она ни была. Так было и в этом случае.

Сначала за дело взялся неутомимый Сергей Павлович Королев, и очень скоро в Советском Союзе появилась так называемая глобальная ракета «ГР-1». Это была еще не орбитальная система, но у созданной ракеты не было предела по дальности доставки ядерной боеголовки к цели. 15 марта 1962 года тогдашний премьер советского правительства Никита Хрущев заявил:

«Мы можем запускать ракеты не только через Северный полюс, но и в противоположном направлении тоже. Глобальные ракеты могут лететь со стороны океана или с других направлений, где оповещающее оборудование не может быть установлено».

Правда, королевская глобальная ракета так никогда и не взлетела. К моменту изготовления первых опытных экземпляров уже стало ясно, что «ГР-1» имеет массу недостатков, и на их устранение уйдут годы. Да и интересы Королева к тому времени сместились в иную плоскость. Поэтому разработку глобальной ракеты в ОКБ-1 прекратили. Однако свою роль в противостоянии сверхдержав она все-таки сыграла. На военном параде 7 ноября 1965 года на Красной площади в Москве эти ракеты были продемонстрированы и сопровождались следующим комментарием:

«Перед трибунами проходят гигантские ракеты. Это орбитальные ракеты. Боевые заряды орбитальных ракет способны наносить внезапные удары по агрессору на первом или любом другом витке вокруг Земли».

По-настоящему орбитальными стали другие ракеты и создавали их уже не в подмосковных Подлипках, а на Украине, в конструкторском бюро Михаила Янгеля. Именно там появилась в начале 1960-х годов знаменитая «Р-36», на базе которой впоследствии были созданы многие космические носители. Эта ракета неоднократно модифицировалась и жива до сих пор, оставаясь самой мощной боевой ракетой, созданной в период «холодной войны». Система частично-орбитального бомбометания, о которой идет речь, также создавалась на основе «Р-36». В литературе она проходит под обозначением «Р-36-орбитальная». Система предназначалась для нанесения ракетного удара по США не по кратчайшей баллистической траектории через Северный полюс, а с южного направления. Предполагалось, что ракета выведет на околоземную орбиту ядерный заряд, который, совершив неполный оборот вокруг Земли, будет с помощью тормозного импульса сведен с орбиты и достигнет выбранной цели. В таком виде система проходила интенсивные летно-конструкторские испытания в середине 1960-х годов.

На первом этапе были проведены четыре пуска по суборбитальной траектории с падением головных частей в районе камчатского полигона Кура. Ни один из этих стартов нельзя считать удачным. Во время первого пуска ракета потерпела аварию на заключительном участке полета, во втором – по вине тормозного двигателя произошло значительное отклонение головной части от цели, при третьем ракета не успела взлететь и сгорела на стартовом столе, серьезно повредив оборудование. Во время последнего пуска вновь подвела головная часть – не произошло полного отделения ГЧ от отсека управления.

На втором этапе состоялись пуски 15 ракет из шахтных пусковых установок с выводом головной части на околоземную орбиту. Из этой серии неудачными были три полета.

17 сентября 1966 года состоялся первый старт. Ракета-носитель вывела головную часть на околоземную орбиту, но столкнуть ее на цель на поверхности Земли не удалось – вышел из строя тормозной двигатель. Этот старт мог бы и не войти в историю космических стартов, но объект пришлось взорвать в космосе, и на высоте в несколько сот километров над поверхностью Земли возникло облако из более чем 50 фрагментов, которые еще долго кружили по орбите. Западные средства наблюдения их зафиксировали и внесли его в перечень космических запусков. Правда, долго не могли выяснить, что же взорвалось в космосе. А в Советском Союзе всегда данный пуск по программе создания системы частично-орбитального бомбометания прятали за безликой записью в соответствующей строке перечня космических стартов: «Нет данных».

Аналогичная ситуация возникла и 2 ноября того же года, когда состоялся второй полет «Р-36-орбитальной». Как и в первом случае, ракета-носитель вывела головную часть на орбиту, но толкнуть ее вниз не удалось. Вновь подвел тормозной двигатель. Объект опять подорвали. То есть произошло то же, что и во время сентябрьского старта. Единственным отличием стало меньшее количество обломков на орбите – чуть больше 40. А реестр космических стартов на долгие годы пополнился еще одной записью «Нет данных».

Первый удачный пуск состоялся только 25 января 1967 года. По существующей практике выведенную на орбиту, а потом сведенную с нее боеголовку спрятали под названием искусственного спутника Земли «Космос-139».

Аварийным стал и четвертый пуск по программе создания системы частично-орбитального бомбометания. Стартовавшая 22 марта 1967 года ракета взорвалась на 255-й секунде полета.

Последующие 11 пусков, в том числе два по суборбитальной траектории, прошли успешно: тормозной двигатель работал нормально, головная часть сходила с орбиты и падала в районе ракетного полигона Капустин Яр (т.н. район «Новая Казанка»). Правда, точность поражения оставляла желать лучшего, но система создавалась в основном как оружие устрашения, и точность в этом случае была не главным фактором. Все успешные испытательные пуски проходили под индексом очередных «Космосов», осуществлявших «исследования околоземного пространства в мирных целях».

В 1968 году система была принята на вооружение. За следующие три года состоялось еще четыре пуска, носившие контрольный характер. Больше пуски «Р-36-орбитальной» никогда не проводились, хотя 18 ракет простояли на боевом дежурстве в районе Байконура до 1983 года, когда они и были уничтожены в соответствии с положениями советско-американского договора об ограничении стратегических вооружений (ОСВ-2).

Глава 23

Пожар на мысе Канаверал

Американскую программу «Аполлон» многие считают самым грандиозным и самым удачным инженерным мероприятием XX века. Всего за восемь лет, если считать от исторической речи президента США Джона Фицджеральда Кеннеди о необходимости высадки человека на поверхности нашего естественного спутника, специалистам американского аэрокосмического агентства удалось разработать, испытать, изготовить и отправить в полет космический корабль, с помощью которого осуществилась извечная мечта человечества о межпланетных полетах.

Просто удивительно, но, несмотря на грандиозный размах работ и на технические сложности, с которыми пришлось столкнуться инженерам, все полеты завершились успешно. Даже аварийный полет космического корабля «Аполлон-13», о котором речь пойдет в одной из следующих глав, следует считать успешным, хотя тогда и не удалось высадиться на Луну, но все космонавты остались живы и без ущерба своему здоровью вернулись домой. Эта миссия продемонстрировала как надежность созданной техники, так и отменную подготовку экипажа.

Самой большой трагедией программы «Аполлон» стал пожар 27 января 1967 года, когда во время наземной тренировки на стартовой площадке космодрома на мысе Канаверал погибли Вирджил Гриссом, Эдвард Уайт и Роджер Чаффи, которым спустя месяц предстояло отправиться в первый испытательный рейс на околоземную орбиту.

К этому моменту Соединенные Штаты стали безусловным лидером в пилотируемом освоении космоса, что обеспечили десять экипажей кораблей «Джемини», успешно отлетавших в космосе в 1965 – 1966 годах. Казалось, еще одно усилие – и Луна в кармане. Однако это только казалось. Уровень разработок в рамках лунной программы оставлял желать лучшего. Главные претензии исходили от космонавтов, которым пришлось столкнуться с чрезвычайно низким качеством работ при изготовлении опытных образцов командных модулей. Недостатки стали проявляться уже на Земле, а этим «образцам» предстояло отправиться еще и в космос.

Американцы очень спешили. Сейчас известна причина этой торопливости. Главный конкурент в освоении космоса – Советский Союз – не сидел без дела и имел свои планы в гонке за лидерство.

Штурмовщина при создании «Аполлона» была ужасающей. Число изменений конструкции узлов и агрегатов исчислялось тысячами. Едва инженеры успевали что-то перепаять, что-то перемонтировать, как из конструкторских отделов к ним поступали новые чертежи, перечеркивающие все только что сделанное. Бывало, что новые схемы рисовались от руки прямо в сборочных цехах и по ним тут же начинали работать. Не было практически никакого контроля, внесенные изменения не учитывались штатной документацией.

Сегодня, когда все уже позади и мы знаем, чем завершилась программа «Аполлон», только диву даешься, что все обошлось столь малой кровью. Хотя итог мог быть гораздо более трагичный. И предчувствие надвигающейся катастрофы было у многих. Но от него отмахивались, как от надоедливой мухи. «Только пустите нас на борт, и мы полетим на том, что есть», – говорили космонавты.

Запланированная на 27 января тренировка не была самой последней для экипажа «Аполлона-1», но должна была ответить на многие вопросы по конструкции корабля, по функционированию бортовых систем, в которые было внесено столь много изменений. Инструкция по действиям в нештатных ситуациях, которую космонавты получили перед испытаниями, насчитывала 213 страниц. В ней было предусмотрено практически все – от неуклюжего движения одного из членов экипажа до выхода из строя системы энергопитания, от потери кораблем ориентации до отказа двигателя. Не было в ней только одного – как будут спасаться космонавты в случае пожара на корабле. Никто даже не предполагал, что такое может случиться, поэтому и обошли этот вопрос молчанием.

В экипаж корабля «Аполлон-1» входили трое.

Командиром был 40-летний ветеран американской космической программы полковник ВВС Вирджил Гриссом. К моменту назначения в экипаж он уже имел опыт двух космических полетов: в 1961 году вторым из американцев совершил «прыжок» в космос на космическом корабле «Меркури», а в 1965 году испытывал первый пилотируемый двухместный корабль «Джемини-3».

Среди своих коллег Вирджил, или Гас, как его называли друзья и сослуживцы, имел репутацию конкурентоспособного лидера и достаточно грубого человека, что многих заставляло держаться от него на расстоянии. Но ему нельзя отказать в смелости, честности и прямоте. Еще во времена программы «Джемини» он как-то сказал своей жене: «Если во время полетов произойдет что-то трагичное, то это будет со мной». Понимая опасность, Гриссом тем не менее всегда стремился в космос. Его амбиции простирались гораздо дальше, чем полет на «Аполлоне-1». Многие считают, что, останься он жив, именно ему бы доверили первую высадку на Луну.

Гриссом был одним из тех, кто знал о всех проблемах, которые существовали на борту корабля, но он также был одним из тех, кто настаивал на том, чтобы испытательный полет состоялся в запланированные сроки. Космонавт надеялся на свой опыт, на то, что присутствие экипажа на борту поможет решению многих проблем. Для этого были основания: в обоих своих предыдущих полетах Гриссом оказывался в чрезвычайных ситуациях, но выдержка и мужество позволяли ему выходить победителем. Он думал, что так будет всегда.

Заблуждался ли он? Да, но только отчасти. Опыт многих космических экспедиций показал в дальнейшем, что человек способен найти выход из, казалось бы, безвыходных ситуаций. Если бы решение всегда оставалось за автоматическими системами, то гораздо больше бы экипажей не вернулись из космоса. Однако не всегда и человек способен спасти гибнущий корабль.

Вторым членом экипажа «Аполлона-1» являлся 36-летний подполковник ВВС Эдвард Уайт. В НАСА он пришел на три года позже, чем его командир, но в 1965 году стал первым американцем, вышедшим в открытый космос. Высокорослый, обладавший прекрасной физической формой, он с удовольствием принимал все почести, которые выпали на его долю после полета. Он тоже мечтал о полете к Луне и так же, как Гриссом, делал все возможное для реализации своих честолюбивых планов.

31-летний Роджер Чаффи – третий член экипажа – был не только самым молодым, но и единственным, не имевшим опыта космических полетов. Улыбчивый, обаятельный. Его по-настоящему любили в отряде НАСА. Мечтой о полете в космос он заболел сразу же после первых рейсов на орбиту и сделал все, чтобы быть зачисленным в НАСА. Ну а после включения в программу «Аполлон» был просто одержим Луной, увешав весь свой дом фотографиями ночного светила.

В теплое январское утро Гриссом, Уайт и Чаффи прибыли на 34-ю площадку космодрома и поднялись в кабину корабля, установленного наверху ракеты-носителя «Сатурн-1В». Тренировка предполагала прогон четырех предстартовых и трех послестартовых часов будущего полета. Запланированные испытания не считались опасными, так как проходили на незаправленной ракете, но их начало было задержано на час из-за странного запаха, напоминавшего запах кислого молока. Что стало его причиной, так и не выяснили, но планы менять не стали. Все та же гонка.

Сейчас кажется, что многие случайности, которые произошли в тот день, были своеобразными предупреждениями астронавтам. Чего стоят, например, сбои в связи между бортом корабля и командным пунктом в нескольких сотнях метров от стартовой площадки. Именно тогда из уст Вирджила Гриссома, раздраженного плохой слышимостью, раздались слова, ставшие впоследствии крылатыми: «Боже, как мы собираемся лететь к Луне, если не можем разговаривать между двумя зданиями?» Тем не менее тренировка продолжалась, хотя обратный отсчет пришлось несколько раз прерывать.

Все произошло в 18 часов 31 минуту 4 секунды по местному времени, когда из динамиков раздался резкий возглас: «Пожар!» Впоследствии удалось установить, что это был голос Роджера Чаффи. Находившийся в центре управления полетом руководитель отряда космонавтов НАСА Дональд Слейтон бросил взгляд на монитор и увидел на нем плясавшие языки пламени в кабине корабля.

Дальнейшие события развертывались с калейдоскопической быстротой. Через секунду Уайт четко и раздельно доложил: «У нас пожар в кабине!» А еще через семь секунд кто-то из членов экипажа (кто именно, так и не удалось установить) прокричал в микрофон: «У нас сильный пожар! Мы горим!» Еще несколько секунд динамики приносили крики боли, скрежет и удары – экипаж пытался вырваться из ловушки, в которой оказался. Через 17 секунд после первого сообщения в кабине «Аполлона-1» все смолкло. В 18 часов 31 минуту 22,4 секунды связь с кабиной оборвалась, а в 18 часов 31 минуту 30 секунд обшивка корабля треснула и через образовавшуюся щель вовне устремились раскаленные струи ядовитого газа.

Расшифровка записей телеметрической информации позволила с точностью до секунды зафиксировать все события, сопровождавшие пожар в кабине «Аполлона-1». Были зарегистрированы колебания корабля, что свидетельствовало о судорожных движениях космонавтов в огненной ловушке, резкие скачки температуры, повышение давления и другие данные, которые впоследствии позволили восстановить картину трагедии.

Командам спасателей потребовалось около пяти минут, чтобы вскрыть люк корабля – обшивка раскалилась и не позволяла людям даже приблизиться к кораблю. Но к тому моменту, когда они проникли внутрь, спасать уже было некого. Взору спасателей открылась страшная картина – сильно обгоревшие тела трех членов экипажа, застывшие в тех позах, в которых их застала смерть. Чаффи так и сидел в своем кресле, не успев отстегнуть привязные ремни. Гриссом и Уайт как более опытные смогли это сделать, но не смогли предпринять что-то для своего спасения. Они сильно обгорели, и медикам пришлось потратить немало усилий для идентификации тел.

Немаловажная деталь, о которой почти никто уже не помнит. Во время вскрытия кабины 25 членов спасательной команды получили сильные отравления угарным газом. Многие из них испытали впоследствии серьезные проблемы со здоровьем. Но даже те, для кого все окончилось благополучно, на всю оставшуюся жизнь сохранили в памяти запах пожара и смерти.

Пожар на «Аполлоне-1» произошел на Земле, а не где-то в открытом космосе. Это позволило конструкторам определить причины трагедии и выяснить нюансы происшедшего.

Всему виной стала атмосфера внутри корабля. Если в Советском Союзе с самого первого «Востока» внутри был обыкновенный воздух, то американцы использовали чистый кислород. А, как известно, это хорошая подпитка любого пожара, если он, не дай бог, возникнет.

Решение об использовании кислородной атмосферы было принято из многих соображений. Как известно, работоспособность человеческого организма увеличивается при избытке кислорода. Кроме того, были и технические особенности конструирования замкнутых систем, при которых заполнение внутренних объемов кислородом и азотом предпочтительней, нежели сложной смесью газов, образующих обыкновенный воздух. Да и системы жизнеобеспечения, использовавшиеся на «Меркури» и «Джемини», были кислородные, что позволяло не заниматься разработкой новых систем, а использовать уже имевшиеся. Поэтому об опасности думали меньше всего, надеясь на другие средства спасения, которые должны были спасти экипаж в чрезвычайных ситуациях. Но вот не смогли.

Что конкретно стало причиной пожара в кабине «Аполлона-1», так и осталось неизвестным. На борту было множество легковоспламеняющихся предметов, и какой из них загорелся, установить не удалось. Возможно, что все произошло из-за искрения в одной из электросхем. Тем более что в 18 часов 30 минут 55 секунд, то есть за девять секунд до первого сигнала о пожаре, был зафиксирован кратковременный сбой в электропитании. Еще через шесть секунд телеметрия зарегистрировала кратковременное падение напряжения в цепи системы терморегулирования, что характерно для мгновенного разряда и возникновения искры, предположительно в поврежденном кабеле под люком, ведущим к блоку гидроокиси лития в левом нижнем отсеке оборудования.

А теперь вопрос, который задается всегда, когда происходит трагедия: «А можно ли было спасти космонавтов?»

Анализ конструкции кораблей типа «Аполлон» версии 1967 года дает однозначный ответ: «Нет». Кабина была спроектирована таким образом, что лишала экипаж всех надежд на спасение. Во-первых, космонавты были закреплены в креслах в очень ограниченном объеме, что не позволяло им быстро получить свободу действий и приступить к борьбе за собственную жизнь. Во-вторых, у скафандров членов экипажа не было автономных систем жизнеобеспечения, что уменьшило время их борьбы с огнем. Все трубки, подающие кислород в скафандры, крепились вверху кабины, где атака пламени была самой значительной. В-третьих, отсутствовали средства аварийного открывания люка, например, пиропатрона, что не позволяло провести экстренную эвакуацию. В-четвертых, даже если бы экипаж смог покинуть кабину корабля, отсутствовали средства эвакуации с верхней площадки носителя. Это уже потом, при полетах следующих «Аполлонов», сверху донизу протянули 150-метровый рукав, позволявший космонавтам в экстренных случаях за несколько секунд «домчаться» до бетонного бункера, который должен был спасти их, если бы авария случилась на старте.

Кроме вышеперечисленных причин, возможности спасения экипажа «Аполлона-1» были ограничены еще и местом предполагаемого возгорания. Если пожар возник за креслами космонавтов, то в течение нескольких секунд они могли просто не подозревать о грозящей им опасности. Ну а через несколько секунд было уже поздно что-либо делать.

Гибель экипажа «Аполлона-1» задержала реализацию американской лунной программы на полтора года. Первый испытательный полет по околоземной орбите состоялся лишь в октябре 1968 года и был успешен. Ну а спустя всего два месяца «Аполлон-8» уже летел к Луне, неся на своем борту Фрэнка Бормана, Джеймса Ловелла и Уильяма Андерса. Еще через семь месяцев Нейл Армстронг и Эдвин Олдрин первыми из землян ступили на поверхность нашего спутника. Они доставили на Луну памятные медали в память тех, кто отдал свои жизни в деле покорения космоса. Тогда их было пятеро, кого увековечили на поверхности другого небесного тела: советские космонавты Владимир Комаров и Юрий Гагарин и экипаж «Аполлона-1».

Сейчас в Солнечной системе можно встретить и другие напоминания об экипаже «Аполлона-1». Три астероида, летящие между орбитами Марса и Юпитера, носят имена Вирджила Гриссома, Эдварда Уайта и Роджера Чаффи. В январе 2004 года в кратере Гусева на поверхности Марса три холма получили свои названия в честь космонавтов, погибших во время пожара на мысе Канаверал.

Глава 24

Гибель Владимира Комарова

В 1960 году, когда до полета Юрия Гагарина в космос оставался целый год, в ОКБ-1 началась разработка нового пилотируемого корабля, который должен был прийти на смену еще не существовавшему «Востоку». Впоследствии эту машину окрестили «Союз». Тогда еще не существовало конкретных планов отправки советского человека к Луне, и первоначально корабль ориентировали только на полеты по околоземной орбите. Так как в те годы усиленно прорабатывались вопросы по военному использованию космоса, то и «Союз» изначально разрабатывался в нескольких вариантах. Существовал проект корабля для научных исследований по программе АН СССР («Союз»), проект военно-исследовательского корабля («Союз-ВИ»), разведывательного («Союз-Р»), перехватчика для уничтожения космических объектов противника («Союз-П»). Рассматривались и другие варианты использования корабля, но они не дошли до своей практической реализации, поэтому о них не стоит упоминать.

Лунный корабль, к разработке которого приступили чуть позднее, также являл собой одну из модификаций «Союза», а один из вариантов полета к нашей небесной соседки вообще предусматривал применение двух состыкованных космических аппаратов как единого целого. На околоземной орбите предполагалось отработать некоторые элементы лунной эпопеи, где новые корабли должны были быть использованы в этих целях. Таким образом, можно говорить, что середина 1960-х годов – это «лунный период» в истории «Союзов».

Согласно первоначальным планам, новые корабли должны были отправиться в свои испытательные полеты где-то в 1963 году. Но эти сроки оказались столь нереальными, что очень скоро первый рейс отодвинули на год, потом еще на один, потом еще... В реальности первые испытания состоялись лишь в конце ноября 1966 года. Тогда с интервалом в одни сутки предполагалось запустить два беспилотных «Союза» и состыковать их в автоматическом режиме. Такой «связке» в будущем предстояло, возможно, стартовать с космонавтами в сторону Луны.

28 ноября первый «Союз» под наименованием «Космос-133» успешно стартовал с Байконура. Телеметрия подтвердила, что бортовые системы функционируют нормально. Однако уже на первом витке корабль израсходовал весь запас топлива для двигательной установки ориентации и причаливания и вошел в режим закрутки со скоростью два оборота в минуту. Стало ясно, что пускать второй корабль бессмысленно. Старт отменили, а «Космос-133» было решено аварийно возвратить на Землю.

Но столкнуть ставший к тому времени непослушным корабль с орбиты удалось не сразу. Четыре раза предпринимались попытки сориентировать корабль и запустить тормозной двигатель, и четыре раза эти попытки заканчивались ничем. Направить корабль на Землю удалось только с пятого раза. Но и на этом неприятности не закончились. Корабль вошел в атмосферу и стал снижаться по нерасчетной траектории, угрожая приземлиться в Китае. Ну а дальше бортовая система аварийного подрыва объекта (АПО) уничтожила корабль, дабы секретное оборудование не попало в руки иностранных разведок.

Так слетал первый «Союз». После выяснения причин неполадок и устранения дефекта было принято решение спустя всего две недели осуществить очередной пуск. На этот раз программа не предусматривала проведения автоматической стыковки, а предполагала автономные испытания бортовых систем в условиях орбитального полета.

Старт был намечен на 14 декабря. Как обычно начался предстартовый отсчет, и все, как казалось, шло без замечаний. Уже прошла команда на включение двигателей, уже сполох огня и клубы дыма обозначили «начало». Но тут прошла автоматическая команда на выключение двигателя, и ракета осталась неподвижной на стартовом столе. Когда улеглось пламя, прозвучала команда:

– Поднять фермы обслуживания!

К ракете потянулись люди, огромные металлические сооружения начали медленно охватывать ракету. В какой-то момент одна из ферм чуть отклонила ракету от вертикали. И тут же сработала система аварийного спасения. Ее пороховой двигатель сорвал спускаемый аппарат с вершины и забросил на полукилометровую высоту. Тут же загорелась третья ступень. Началась паника, люди бросились в разные стороны. Серия мощных взрывов потрясла степь, разрушив ракету и стартовый комплекс. Пострадали и люди. Несколько человек получили тяжелые ранения, а майор Коростылев погиб.

Этот взрыв заставил перекроить всю программу летных испытаний нового корабля. Беспилотные запуски следовало бы продолжить и лишь потом переходить к пилотируемым полетам. Голоса в пользу такого решения звучали. Но их заглушили самоуверенность и честолюбие разработчиков. Проанализировав причины неудачного пуска, пришли к выводу, что, находись на борту корабля космонавт, все можно было бы исправить и корабль смог бы выполнить программу полета. К тому же неотвратимо приближался Первомай, к которому требовалось преподнести очередной «космический» подарок.

То, что не смогли сделать в беспилотном варианте, решили повторить в пилотируемом. На конец апреля был намечен пуск двух пилотируемых «Союзов», которые должны были состыковаться в космосе, а затем два космонавта через открытый космос должны были перейти из одного корабля в другой.

Справедливости ради надо сказать, что еще один беспилотный «Союз» все-таки успели пустить. 7 февраля 1967 года стартовал «Космос-140», который пролетал двое суток и 9 февраля возвратился на Землю. Правда, и здесь не обошлось без неприятных сюрпризов. Во время пребывания на околоземной орбите не удалось осуществить ориентацию корабля. А на участке торможения в атмосфере из-за того, что спуск проходил по крутой баллистической траектории, прогорело теплозащитное днище спускаемого аппарата. Не долетев полтысячи километров до намеченного района, он приводнился на лед Аральского моря и затонул. Из воды его достали на четвертый день.

Но решение о пилотируемом полете было принято, и никто его отменять не собирался. Предполагалось, что на первом корабле в космос отправится Владимир Комаров, а через сутки – на «Союзе-2» – полетят Валерий Быковский, Алексей Елисеев и Евгений Хрунов. Двум кораблям предстояло состыковаться в космосе, а Елисеев и Хрунов должны были через открытый космос перейти из одного корабля в другой и на нем возвратиться на Землю.

Можно, конечно, удивляться, что столь сложная программа была задумана для не испытанных толком кораблей. Но этому есть свое объяснение.

Во-первых, за скорейший пилотируемый полет ратовал новый руководитель ОКБ-1, к тому времени уже переименованного в Центральное конструкторское бюро энергетического машиностроения, Василий Мишин. Это должен был быть первый полет при его «правлении», и от его осуществления многое зависело в карьере нового Главного конструктора.

Во-вторых, было давление со стороны руководства КПСС и советского государства, «желавшего» преподнести «царский» подарок народу к 50-летнему юбилею революции (ноябрь 1967 года).

В-третьих, январская катастрофа на мысе Канаверал, когда в огне погибли трое американских космонавтов, на некоторое время вывела США из числа ведущих игроков в космической гонке. Этим следовало воспользоваться и вновь продемонстрировать советское лидерство по всем направлениям.

Были и другие причины: ведомственные, корпоративные, личные. Все они и привели к тому, что решение о запуске двух пилотируемых «Союзов» было принято и пересмотру не подлежало.

Как и планировалось, «Союз-1» отправился в космос 23 апреля 1967 года. Неполадки начались сразу после выхода корабля на орбиту – не раскрылась левая панель солнечной батареи. При такой асимметрии невозможна устойчивая ориентация, подзарядка батарей, сближение и стыковка со вторым кораблем. К тому же не открылся козырек солнечно-звездного датчика, не работала КВ-связь, и так далее и тому подобное. Космонавт делал все возможное и невозможное, чтобы как-то подчинить своей воле непослушный корабль. Кроме того, что он пытался исправить оборудование, а Комаров был высококлассным инженером и мог это сделать, он предпринимал и «экстраординарные действия», например, стучал по тому месту обшивки, за которой находился механизм, открывающий панели солнечных батарей. Увы, но освободить их от стопора ему не удалось. Спустя два витка стало ясно, что запускать второй корабль бессмысленно, и старт «Союза-2» отменили. Все усилия были сосредоточены на том, чтобы «вытащить» космонавта из той передряги, в которой он оказался. Было решено сажать корабль после семнадцатого витка, то есть всего через сутки после старта, чтобы приземление произошло на нашей территории. Но легко было решать на Земле, а космонавту надо было еще отлетать эти сутки.

К счастью, сделать это удалось. Более того, Владимиру Комарову удалось восстановить работу некоторых бортовых систем. Но для успешного выполнения программы полета этого было мало, хотя и оставляло надежду.

Посадить корабль на семнадцатом витке не удалось – малые двигатели не смогли удержать корабль в заданном положении, и автоматика запретила выдавать тормозной импульс. Полет был продолжен. И без того нерадостное положение стало критическим. Тогда решились на крайний шаг: Комарову предложили произвести ориентацию и удержание корабля вручную – «на глазок», соразмеряя пространственное положение «Союза» с проплывающим внизу шаром. После этого космонавту надлежало подключить гироскопы, чтобы не допустить серьезных отклонений корабля при полете над ночной стороной планеты. После выхода из тени Комарову предстояло вручную произвести дополнительную коррекцию, а затем также вручную включить тормозной двигатель. Сложнейшая операция, требующая высокого профессионализма, филигранной точности, мужества, наконец. Космонавт сделал все, что от него требовалось, хотя на Земле подобных тренировок просто не было.

На восемнадцатом витке корабль был сориентирован, и где-то над Африкой включилась двигательная установка. Был выдан требуемый тормозной импульс, корабль сошел с орбиты, произошло разделение отсеков, и спускаемый аппарат с космонавтом устремился к Земле. Комаров доложил в Центр управления полетом: «Двигатель отработал 146 секунд». В какой-то момент показалось, что все закончится благополучно и уже дома специалисты детально разберутся в причинах всех сбоев и к следующему полету устранят все проблемы.

Но этим надеждам не суждено было оправдаться. Вскоре после схода с орбиты прошла команда «Авария-2». Это означало, что корабль сорвался на траекторию баллистического спуска. Сама по себе ситуация не страшна – это не аварийный режим посадки, а, скажу так, не самый удобный и комфортный для космонавта способ возвращения домой. Но потом случилось непоправимое. На высоте семь километров должен был раскрыться парашют, под куполом которого спускаемый аппарат и должен был достигнуть земной поверхности. Однако основной парашют не вышел, а запасной не наполнился воздухом. Двигатели мягкой посадки, которые должны были сработать непосредственно перед посадкой, не успели это сделать. Но скорость снижения была такой большой, что приборы в силу своих конструктивных особенностей просто не успели «среагировать». На скорости 180 километров в час корабль врезался в землю, глубоко зарывшись в грунт. Произошел взрыв, начался пожар. Потушили его поисковики, которые вскоре приземлились рядом с местом посадки. Но большего сделать они не могли. Им оставалось только извлечь из корабля обгорелый комок размером 30 на 80 сантиметров, в который превратилось тело космонавта, и задокументировать следы катастрофы на фотопленку. Эти кадры были продемонстрированы по российскому телевидению лет через тридцать после трагедии.

Существуют две версии гибели Владимира Комарова – официальная и неофициальная. Согласно первой, основной парашют был очень плотно уложен в контейнере, стенки которого находятся внутри спускаемого аппарата. При возвращении корабля на Землю крышка контейнера отстреливается на высоте около семи километров. Сначала выходит тормозной парашют, а потом основной. Так должно происходить. Но при полете «Союза-1» тормозному парашюту не удалось вытащить купол основного. Произошло это потому, что давление в контейнере якобы снизилось и сравнялось с атмосферным. А в спускаемом аппарате оставалось нормальным. Из-за этого стенки парашютного контейнера как бы немного прогнулись внутрь и не дали выйти и без того плотно уложенному основному куполу. А запасной закрутился вокруг строп тормозного.

А вот неофициальная версия, которой придерживаются многие из тех, кто когда-то создавал «Союз». Суть ее в следующем. Когда на заводе, где шло изготовление корабля, спускаемый аппарат помещали в автоклав, чтобы при высокой температуре укрепить на поверхности теплозащиту из синтетических смол, то парашютные контейнеры закрывали не штатными крышками, которых еще не было, а чем-то другим. При этом не было полной герметичности спускаемого аппарата, и на стенки контейнера сквозь щели просочились клейкие вещества. Они-то впоследствии и не дали возможности выйти основному парашюту. Комиссия, расследовавшая обстоятельства катастрофы, до таких нюансов не докопалась, и неофициальная версия никак не озвучена в итоговом отчете.

Проведенное расследование выявило и множество других конструктивных недостатков, которые косвенно также являются причинами гибели корабля и космонавта. Но непосредственной причиной все-таки стал нераскрывшийся парашют. И не так уж важно, по какой причине это произошло. Результат, увы, один – катастрофа.

Гибель Комарова стала серьезным ударом для советской космонавтики.

Во-первых, это была первая катастрофа советского пилотируемого космического корабля, о чем уже говорилось.

Во-вторых, не было возможности скрыть трагедию, как это происходило во время беспилотных пусков. А это был серьезный удар по престижу Страны Советов, особенно в глазах собственных граждан.

Программа полета, которая была прописана экипажам кораблей «Союз» и «Союз-2», была выполнена только через два года экипажами кораблей «Союз-4» и «Союз-5». Об этом эксперименте и о тех проблемах, которые при этом возникли, разговор впереди. А сейчас возвратимся к летным испытаниям «непослушного» корабля.

После гибели Владимира Комарова всем стало ясно, что пройдет немало времени, прежде чем «Союзы» научатся летать. Теперь уже работали без излишней спешки. К беспилотным полетам возвратились через полгода, осенью 1967 года. Было решено все начать сначала. Вновь был запланирован эксперимент по автоматической стыковке двух кораблей. На этот раз все прошло успешнее, чем за год до этого. Но полного триумфа все равно не было.

Первая в мире автоматическая стыковка двух кораблей «Союз», в открытой печати именовавшихся «Космос-186» и «Космос-188», состоялась 30 октября. Однако детальный анализ телеметрии показал, что стыковка произошла только со второй попытки. При первом сближении из-за радиопомех активный корабль пролетел мимо пассивного на расстоянии около 900 метров. Вторая попытка завершилась механическим захватом, но направляющий штырь активного корабля погнулся и не смог полностью войти в приемное устройство пассивного. Полной стыковки не было. Но это было лучше, чем предыдущие аварии, поэтому корабли ждали на Земле, чтобы продолжить работы и устранить недостатки.

Но неприятности случились и при посадке. «Космос-186» из-за сбоя звездной системы ориентации вместо управляемого спуска выполнил баллистический, но все же совершил мягкую посадку. А вот «Космос-188» снижался по нерасчетной траектории и был подорван системой аварийного подрыва объекта после пролета Иркутска.

Полностью программу автоматической стыковки удалось выполнить лишь в апреле 1968 года, когда в космосе встретились два очередных «Союза» – «Космос-215» и «Космос-216». Дальнейшие испытания стыковочной системы решено было продолжить в варианте, когда на борту одного из кораблей будет находиться космонавт (полет «0+1»), а потом в варианте двух пилотируемых кораблей (полет «1+3»).

25 октября 1968 года в космос отправился беспилотный корабль «Союз-2». Бортовые системы работали нормально, телеметрическая информация говорила о том, что на борту все в порядке, поэтому было решено пускать пилотируемый «Союз». Спустя сутки на «Союзе-3» стартовал Георгий Береговой.

Он должен был состыковаться с беспилотным кораблем уже на втором витке, но не смог этого сделать, быстро исчерпал запас топлива и почти четверо суток совершал автономный полет, проверяя надежность бортовых систем. Анализ информации показал, что космонавт не смог на первых витках адаптироваться к условиям невесомости, в результате чего в его действиях множество ошибок, приведших к соответствующему результату. Кстати, явная ошибка пилота потом преподносилась чуть ли не как очередное достижение советской космонавтики. Предпринимаются попытки исказить истину и сегодня. Но давайте будем откровенны: то, что космонавту не удалось состыковать корабли, в первую очередь его вина. А все остальное – это лишь попытки переложить вину с больной головы на здоровую. А у Георгия Берегового немало и других заслуг, в том числе и во время полета в космос, за который он вполне заслуженно был награжден второй медалью Золотая Звезда.

В эпопее «Союзов» было еще два эпизода, которые можно отнести к экспериментальным полетам по первоначальной программе. Это уже упомянутый полет кораблей «Союз-4» и «Союз-5», о котором будет отдельный рассказ, и полет кораблей «Союз-6», «Союз-7» и «Союз-8». Эти полеты можно также назвать отголосками терпевшей к тому времени крах советской лунной программы. Да и проблема создания долговременной пилотируемой космической станции к тому времени привлекала к себе все большее внимание.

После успешной стыковки в январе 1969 года двух пилотируемых кораблей эксперимент было решено повторить еще раз в том же 1969 году. Его немного усложнили и отправили на орбиту не два, а три корабля. Целая флотилия советских космических аппаратов «бороздила просторы Вселенной», как об этом писали в те дни газеты. В космосе работали Георгий Шонин и Валерий Кубасов на «Союзе-6», Анатолий Филипченко, Владислав Волков и Виктор Горбатко на «Союзе-7», Владимир Шаталов и Алексей Елисеев на «Союзе-8». Шаталову и Филипченко предстояло состыковать свои корабли, а Шонин и Кубасов должны были заснять этот процесс со стороны. Но подвела система сближения и стыковки. Несмотря на все усилия, стыковка не состоялась.

Система сближения и стыковки вообще оказалась тонким местом, мешая выполнять многие эксперименты в космосе. В следующих главах будет рассказано о неудачах, которые случались при полетах на орбитальные станции. А пока только скажу, что эскадра «Союзов» в октябре 1969 года, совершив автономные полеты, с интервалом в одни сутки возвратилась на Землю. Все последующие «Союзы» создавались для нужд орбитальных станций и до сих пор в модифицированном варианте они остаются единственным отечественным транспортным средством для полетов людей в космос.

Глава 25

«Истребители спутников»

Проблемой уничтожения космических аппаратов, находящихся на околоземной орбите, военные озадачились, судя по всему, в тот момент, когда из космоса прозвучали позывные первого искусственного спутника Земли. Вообще-то в этом нет ничего удивительного. В годы «холодной войны» любое техническое достижение рассматривалось в первую очередь с точки зрения возможности его использования в военных целях. Почему же первый спутник должен был стать исключением? Он им и не был, как не были исключением и многие другие аппараты.

Работы по уничтожению космических аппаратов противника интенсивно велись в свое время в СССР и в США. Да и сегодня этот вопрос не забыт, и в конструкторских бюро существуют проекты новых истребителей спутников. Пусть не так активно, но работы по противоспутниковым системам продолжаются. Несколько лет назад к «традиционным» участникам космической гонки присоединился Китай, также вынашивающий планы развертывания в космосе военных систем.

Первые проекты по созданию противоспутниковых систем появились в США. Это было вызвано страхом перед советскими ракетами, которыми в те годы мы напугали весь мир. Работы по уничтожению космических аппаратов велись в тесной связи с работами по созданию противоракетной обороны. Уже 19 июня 1959 года было проведено первое испытание ракеты «Болд-Орион», которая была запущена с бомбардировщика «В-52» и должна была поразить спутник «Эксплорер-4», к тому времени выработавший свой ресурс. Ракета прошла в четырех милях от цели. Последующие пуски тоже не отличались особой эффективностью, и работы над этой ракетой постепенно сошли на нет.

В Советском Союзе работы по противоспутниковым системам начались в 1960-х годах, когда стало ясно, что не только ракеты, летящие из космоса, несут угрозу для безопасности страны, но и находящиеся на орбите разведывательные, связные, навигационные и метеорологические спутники представляют собой военные объекты, которые должны быть уничтожены в случае начала военных действий.

Перед тем как была окончательно сформулирована концепция создания советских противоспутниковых систем, был рассмотрен ряд проектов. Так как они представляют интерес в чисто историческом плане и позволяют понять и оценить основные предпосылки окончательного выбора, сделаю их краткий обзор. Но сначала оговорюсь, что многие из этих предложений рассматривались чисто умозрительно и до бумаги не дошли. Поэтому не надо искать их следы в архивных документах. Их как будто бы не было, хотя в чьих-то головах они были. Но там и остались.

Итак, основная задача, которая ставилась перед системами уничтожения спутников противника, это нейтрализация тех, что находились на орбите в тот момент, когда в этом возникала необходимость.

Первый из возможных вариантов предусматривал запуск межконтинентальной баллистической ракеты с ядерной боеголовкой и ее взрыв в космосе. Этот был один из множества других аналогичных проектов, которыми в те годы активно увлекались советские военные. Вспомнить хотя бы проект создания глобальной ракеты, термоядерные бомбы мощностью 100 мегатонн и тому подобное.

У этого проекта было то преимущество, что гарантированно уничтожались все космические объекты, находившиеся на расстоянии до 1000 километров от места взрыва. Отрицательным фактором являлось то, что под удар попадали как спутники противника, так и свои собственные. Да и воздействие радиоактивного излучения было в то время еще недостаточно изучено и могло привести к непредсказуемым последствиям. К счастью для будущих поколений, от этого проекта практически сразу же отказались. Хотя ядерные взрывы в космосе все же были проведены: в США в 1958 и 1962 годах, в СССР в 1961 и 1962 годах. В нашей стране «прогремело» пять таких взрывов, и при их осуществлении изучалось не только воздействие на систему противоракетной обороны, но и возможность применения в противоспутниковых системах. Что замышляли американцы, неизвестно, но, вероятно, и они изучали вопрос выведения из строя спутников с помощью ядерного оружия.

Второй вариант предполагал повторение тех испытаний, которые американцы провели в 1959 году. А именно предполагалось создание небольшой ракеты, запускаемой с самолета с высоты около 30 000 метров и несущей заряд около 50 килограммов взрывчатки. Ракета должна была сблизиться с целью и взорваться не далее 30 метров от нее. Работы по этому проекту были начаты в 1961 году и продолжались до 1963 года. Однако летные испытания не позволили достигнуть тех результатов, на которые надеялись разработчики. Система наведения оказалась не столь эффективной, как это было необходимо. Испытаний в космосе даже не стали проводить. Тогда. Позже к этому вопросу вернулись, и есть сведения, что сейчас на вооружении стоит что-то подобное.

Следующий вариант родился на волне той эйфории, которая царила в советской космонавтике после полета человека в космос. Тогда и пилотируемые корабли рассматривались в первую очередь как боевые машины. Поэтому и их предполагалось использовать в будущих войнах в космосе.

Первые проработки боевого пилотируемого корабля были осуществлены еще в 1962 году во время полета кораблей «Восток-3» и «Восток-4» с космонавтами Андрианом Николаевым и Павлом Поповичем на борту. Неманеврирующие корабли сближались до расстояния в 5 километров за счет точности выведения на орбиту. Научно-техническая комиссия Генерального штаба СССР сделала вывод о возможности военного применения пилотируемых кораблей (разведка, перехват, удар) и указала на необходимость срочного создания новых, более совершенных кораблей. Но в конце концов было решено для уничтожения вражеских спутников применять беспилотные системы.

Еще когда в космос летали корабли типа «Восток», в ОКБ-1 приступили к разработке многофункционального пилотируемого корабля «Союз». Одна из модификаций этого корабля, так называемый «Союз-П» (перехватчик), должна была решать в пилотируемом режиме проблему инспекции и вывода из строя космических аппаратов противника.

Сначала предполагали сближение корабля с целью, выход космонавтов в открытый космос, обследование спутника, а затем, в зависимости от результатов инспекции, вывод космического аппарата из строя либо путем механического воздействия (молотком по корпусу), либо его снятия с орбиты и помещения в контейнер.

Однако от такого сложного технически и опасного для космонавтов проекта отказались. Тогда практически все советские спутники снабжались аварийной системой подрыва, с помощью которой можно было уничтожить любой свой спутник, чтобы он не попал в руки противника. Адекватных действий советские военные ожидали и от потенциального противника, поэтому резонно заключили, что при таком варианте космонавты могли бы стать жертвами мин-ловушек. От инспекции в таком виде отказались, но сам пилотируемый вариант еще некоторое время развивался.

Был вариант оснащения пилотируемого корабля восемью небольшими ракетами или пушкой. При этом менялся алгоритм действия системы. По-прежнему корабль должен был сблизиться со спутником противника, но теперь космонавты не должны были покидать корабль, а визуально и с помощью бортовой аппаратуры обследовать объект и принять решение о его уничтожении. Если такое решение принималось, то корабль удалялся на расстояние до 1 километра от цели и расстреливал ее с помощью бортовых мини-ракет или пушки. В пилотируемых полетах дошло только до испытаний на орбите бортовой пушки. Она испытывалась в 1970-х годах на орбитальной станции «Алмаз». Но тогда она рассматривалась как средство обороны.

Еще один вариант предусматривал сближение с целью, определяемой на Земле, беспилотного спутника-перехватчика и расстрел противника с помощью бортовых мини-ракет. Однако здесь снова помешала нестабильная работа системы наведения на цель, но уже самого спутника. Чтобы поразить цель мини-ракетой, требовалось подвести спутник на довольно близкое расстояние. В противном случае пуск ракеты становился бессмысленным.

Рассматривался вариант создания спутника-«камикадзе», который, взрываясь сам, уничтожал цель. При этом изучалась возможность взрыва на некотором расстоянии от цели и ее поражение осколочным зарядом. Это был самый дешевый, самый простой и самый надежный вариант. В конце концов именно он и оказался базовым при создании противоспутниковой системы.

Еще один вариант как масштабное развитие предыдущего предусматривал создание на орбите группировки из спутников-перехватчиков, которые размещались в нескольких точках земной орбиты, в течение длительного времени совершали полет и активизировались в случае начала глобального мирового конфликта. Тогда эти спутники с помощью бортовых двигательных установок перемещались в сторону предполагаемых целей и, сблизившись с ними, взрывались, прекращая свое существование и поражая спутник противника.

Положительным фактором такой системы, с точки зрения военных, являлось постоянное наличие на орбите спутников-перехватчиков, то есть значительно сокращалось время на подготовку системы к использованию. Отрицательных сторон было гораздо больше.

Во-первых, необходимо было создать принципиально новую двигательную бортовую установку, которая позволяла бы свободно маневрировать на орбите в довольно широких пределах (высоты от 300 до 1000 километров, наклонение орбиты от 32 до 100 градусов), что на тот момент было практически неосуществимо.

Во-вторых, предполагалось поддерживать работоспособность таких спутников длительное время (от 6 до 12 месяцев), иначе вся эта система теряла смысл и превращалась в элементарное выкидывание денег.

В-третьих, с точки зрения военных, длительное пребывание спутников на орбите превращало их самих в цели, которые могли быть уничтожены раньше, чем они уничтожат кого-то другого.

Поэтому данный проект также не пошел дальше бумажного воплощения. И, наконец, еще один нереализованный вариант. Это проект размещения космических мин. Он в какой-то степени перекликался с проектом постоянной группировки спутников-перехватчиков. Суть была в том, что на орбиты, близкие к орбитам спутников, подлежащих уничтожению, выводились заминированные спутники, которые совершали полет рядом с целью и уничтожались по команде с Земли одновременно с началом военных действий. Плюсом такой системы считалось то, что при этом за счет резерва времени можно было достаточно близко вывести спутники к целям и одновременно поразить их в нужный момент. Отрицательным фактором была необходимость запуска очень большого количества спутников, что делало эту затею крайне дорогой и, следовательно, недостаточно эффективной.

Было и множество других вариантов создания противоспутниковых систем, но я остановлюсь в своем перечислении. Тех же, кого данная тема заинтересует, отправляю на страницы фантастических романов, где вы легко можете найти описание того, что вполне серьезно рассматривалось когда-то в отечественных конструкторских бюро.

В конце концов был выбран вариант, который стал впоследствии известен как «Истребитель спутников». Этот проект вобрал в себя кое-что из других планов, став, по сути дела, их продолжением и обобщением. Были отброшены абсурдные предложения о ядерных боеприпасах, об орбитальных минах и прочие труднореализуемые и малоэффективные проекты. Пошли по пути наименьшего сопротивления. Был выбран самый простой по техническому воплощению, самый быстрый по времени ввода в эксплуатацию и самый дешевый по затратам проект.

Суть проекта создания «Истребителя спутников» заключалась в следующем: с помощью мощной ракеты-носителя на орбиту вокруг Земли выводился спутник-перехватчик. Начальные параметры его орбиты определялись с учетом параметров орбиты цели. Уже находясь в космосе, истребитель с помощью бортовой двигательной установки осуществлял ряд маневров, которые позволяли ему сблизиться с целью и уничтожить ее, взорвавшись самому. Перехват цели предполагалось осуществлять на первом-третьем витке. В дальнейшем имелось в виду увеличить потенциал спутника, обеспечив возможность повторного перехвата в случае промаха при первом. Большое значение при создании такой системы играла точность выведения перехватчика на околоземную орбиту.

Спутник представлял собой относительно простой космический аппарат массой порядка 1400 килограммов. Состоял из двух функциональных отсеков: основной отсек, оснащенный системой управления и наведения на цель (по некоторым данным, в том числе и оптическими системами), а также несущий порядка 300 килограммов взрывчатки, и двигательный отсек. Обшивка аппарата была изготовлена таким образом, что после взрыва он распадался на большое количество фрагментов, разлетающихся с огромной скоростью. Радиус гарантированного поражения оценивался в 1 километр. Причем по ходу движения спутника поражалась цель на расстоянии до 2 километров, а в противоположном направлении – не более 400 метров. Так как разлет фрагментов носил непредсказуемый характер, то пораженной могла оказаться и цель, находящаяся на гораздо большем расстоянии. Двигательный отсек представлял собой орбитальный двигатель многократного включения. Суммарное время его работы составляло приблизительно 300 секунд. Основной и двигательный отсек представляли собой единую конструкцию. Их разделение на каком-либо этапе полета не предусматривалось.

В дальнейшем спутники подверглись значительной модернизации, и можно говорить, что в 1970-х годах в космос запускались «Истребители спутников» следующих поколений.

Работы по созданию «Истребителя спутников» были начаты в 1961 году в конструкторском бюро Владимира Челомея. Они предусматривали, кроме создания самого спутника, разработку ракеты-носителя «УР-200», с помощью которой этот космический аппарат должен был выводиться на орбиту. Работы по созданию ракеты продвигались гораздо медленнее, чем по спутнику, и поэтому, когда аппарат был уже готов, а носитель для него еще только создавался, было принято решение для испытательных полетов использовать слегка модифицированную ракету-носитель «Р-7», разработанную в ОКБ-1.

Спутник-перехватчик, получивший в официальных источниках наименование «Полет-1», был создан и запущен на орбиту 1 ноября 1963 года. В сообщении ТАСС о запуске говорилось, что это первый аппарат из большой серии, предназначенных «для маневрирования на орбите». Полет был успешным, хотя во время него изучались только возможности двигательной установки и системы наведения, но не действие боезаряда.

Всего состоялось два испытательных полета спутников типа «Полет», после чего программа была свернута. Роковую роль в этом сыграли перемены в руководстве СССР. Находившийся при Никите Хрущеве в фаворе Владимир Челомей лишился своего покровителя, чем не преминули воспользоваться его конкуренты. Тематику противоспутниковых систем передали из ОКБ-52 на другие предприятия.

Новый вариант «Истребителя спутников» предполагал применение в качестве носителя янгелевскую ракету «Р-36» (после доработки эта ракета-носитель получила наименование «Циклон»). Сам космический аппарат изменился незначительно. По крайней мере, все его функциональные системы были аналогичны «Полетам». Однако процесс передачи технической документации из одного конструкторского бюро в другое привел к тому, что испытания противоспутников возобновились только в 1967 году.

Программа летных испытаний нового варианта «Истребителя спутников» была рассчитана на 5 лет и осуществили ее практически полностью. Но на завершающей фазе в дело вмешалась политика. В 1972 году между СССР и США был подписан ряд документов, один из которых касался ограничения противоспутниковых систем. В связи с этим программа испытаний была сокращена, а потом и полностью свернута. Это не помешало принять систему на вооружение и подвергнуть ее существенной модификации. Как только позволяла международная обстановка, в Советском Союзе проводились контрольные полеты «Истребителей спутников». Так было в период с 1976 по 1978 год и с 1980 по 1982 год. На этой стадии испытаний отрабатывались усовершенствованные бортовые системы спутника, новые системы наведения, новые траектории перехвата целей. После 1982 года испытательных полетов по программе «Истребители спутников» не проводилось, и в настоящее время эта система снята с вооружения как морально и технически устаревшая. Но кое-что в арсеналах сверхдержав сохранилось, и в случае необходимости низколетящие спутники могут быть уничтожены. К счастью, это рассматривается только умозрительно.

Но вернемся к 1960-м годам, когда испытания противоспутниковых систем шли полным ходом. Описывать все полеты нет особого смысла, так как это сделано другими авторами и требует многочисленных специфических сведений технического характера, которые в данной книге неуместны. Расскажу только о неудачах. Правда, оговорюсь при этом, что имеющиеся в настоящее время сведения не дают оснований доверять им безоговорочно. Не исключено, что программа испытаний, а также ее результаты были совершенно иными.

Летно-конструкторские испытания начались запуском спутника «Космос-185». В дальнейшем все космические аппараты, запускавшиеся в рамках программы создания противоспутниковых систем, как, впрочем, и все другие военные, а часто и невоенные, спутниковые системы, скрывались под этим безликим наименованием. Во время полета спутника «Космос-185» проводились испытания бортовой двигательной установки. Похоже, что все прошло нормально или, по крайней мере, не было чего-то сверхординарного, что могло бы привлечь к себе внимание.

Следующий старт состоялся 24 апреля 1968 года. Программой полета спутника «Космос-217» предполагалось продолжить испытания бортовой двигательной установки, с ее помощью совершить ряд маневров на орбите, а потом использовать этот спутник в качестве мишени для дальнейших испытаний противоспутниковых систем. Однако программа полета не была выполнена из-за того, что при выведении на орбиту не произошло разделение космического аппарата и последней ступени ракеты-носителя. В такой ситуации включение двигателей спутника оказалось невозможным, и через двое суток аппарат сошел с орбиты и прекратил свое существование в плотных слоях земной атмосферы.

19 октября 1968 года был запущен спутник «Космос-248». Этим запуском были продолжены испытания, которые не удалось выполнить во время полета «Космоса-217». Но на этот раз все прошло более или менее удачно. Спутник перешел с начальной низкой орбиты на расчетную, более высокую. На следующий день, 20 октября 1968 года, был запущен космический аппарат «Космос-249». Уже на втором витке с помощью собственных двигателей он сблизился с «Космосом-248» и взорвался. Многие специалисты признали это испытание частично удачным, так как «Космос-248» продолжал функционировать, но не был уничтожен. Однако программа полета предусматривала повторное использование мишени, и при пуске «Космоса-249» проверялись лишь система наведения и система подрыва, но не ставилась задача уничтожения мишени. Мишень была уничтожена при запуске второго перехватчика «Космос-252», стартовавшего 1 ноября 1968 года и в тот же день подорванного на орбите вместе с мишенью.

Немаловажная деталь, о которой я писал в других главах, но которая характерна и для испытаний «истребителей спутников». Во время взрывов в космосе на околоземной орбите появлялось большое количество фрагментов, которые представляли угрозу для космических полетов не только объектов испытаний, но и других космических аппаратов. Причем эта угроза сохранялось довольно длительное время, а в некоторых случаях и поныне несет в себе опасность.

Если взять, например, спутник «Космос-249», первый аппарат, уничтоженный на орбите в рамках этой программы, то он распался на 109 фрагментов. Около 50 из них продолжают до сих пор кружить над планетой.

Количество фрагментов, на которые распадался спутник, а оно варьировалось от 27 (уничтожение спутника «Космос-462» 3 декабря 1971 года) до 139 (уничтожение спутника «Космос-252» 1 ноября 1968 года), дает основание предположить, что при этом испытывались как мощность размещенного на спутнике заряда, так и различные конструкции строения обшивки спутника. То есть исследовалась вероятность поражения цели фрагментами различного размера.

Следующее испытание предполагалось провести летом 1969 года. Спутник-мишень «Космос-291» был запущен 6 августа. Программа предусматривала перехват этой мишени спутником-перехватчиком, запуск которого планировался на следующий день. Однако на спутнике-мишени после его вывода на орбиту не включились бортовые двигатели, он остался на нерасчетной орбите, непригодной для применения, и запуск спутника-перехватчика был отменен. В ряде источников утверждается, что спутник «Космос-291» являлся габаритно-весовым макетом мишени и не предполагалось использовать его в качестве реальной цели. Может быть, это и так. Но вполне возможны и неполадки на борту.

Очередной спутник-мишень «Космос-373» стартовал 20 октября 1970 года и, совершив несколько маневров, вышел на расчетную орбиту. Перехват этой цели, как и планировалось, осуществлялся дважды. Сначала 23 октября 1970 года был запущен спутник-перехватчик «Космос-374». На втором витке он сблизился со спутником-мишенью, прошел мимо нее и затем взорвался, оставив мишень неповрежденной. 30 октября 1970 года стартовал новый спутник-перехватчик «Космос-375», который также совершил перехват цели на втором витке. Как и в случае с «Космосом-374», перехватчик прошел мимо цели и лишь потом взорвался. Такой двойной пуск спутников-перехватчиков с небольшим временным интервалом, во-первых, позволил оценить возможности стартовых команд по оперативной подготовке пусковых установок для повторных запусков, а во-вторых, позволил проверить методику определения исходных данных, необходимых для запусков спутников-перехватчиков. Но в западной литературе и эти испытания относят к разряду частично успешных, поэтому я их и упоминаю.

Состоявшиеся в последующие два года считаются успешными, и их число могло бы быть значительно большим, но тут подоспело советско-американское соглашение по противоспутниковым системам. Скорее по инерции советские военные запустили 29 сентября 1972 года очередной спутник-мишень «Космос-521», но его перехват уже не осуществлялся. Полагают, что по причине двусторонних договоренностей. Но истинной причиной отмены данного испытания стали обычные технические неисправности на борту спутника-мишени, а не политика. Но дальнейшие испытания остановила действительно разрядка в советско-американских отношениях. Однако система была принята на вооружение, и несколько «истребителей спутников» были помещены в шахтные пусковые установки в районе космодрома Байконур.

Испытания возобновлялись, когда советско-американские переговоры заходили в тупик. Так было в 1976 году, а затем повторилось в 1980 году. Большинство испытаний прошли успешно, но и неудач хватало.

12 февраля 1976 года стартовала мишень «Космос-803». Через четыре дня стартовал перехватчик «Космос-804». Он предпринял ряд маневров для сближения с целью, однако ближе чем на 150 километров подлететь не смог – нештатно сработала усовершенствованная система наведения.

8 июля 1976 года стартовала мишень «Космос-839». Когда 21 июля 1976 года стартовал перехватчик «Космос-843», он, по-видимому, не смог выйти на орбиту перехвата и вошел в земную атмосферу. Может быть, это произошло из-за неполадок на борту спутника, а может быть, так было задумано. Пока это остается одной из тайн советской космонавтики.

Очередная неудача произошла в мае следующего года. 19 мая 1977 года на орбиту была выведена мишень «Космос-909». Через 4 дня была предпринята попытка ее перехвата спутником «Космос-910». Но он прибыл в точку перехвата еще до того, как туда прибыла мишень, поэтому тут же был сведен с орбиты и сгорел в плотных слоях земной атмосферы.

Следующую мишень – «Космос-967» – пытались перехватить два перехватчика. Сначала это сделал «Космос-970» 21 декабря 1977 года, а затем «Космос-1004» 19 мая 1978 года. Оба раза испытывалась новая система теплового наведения, и оба раза не удалось сблизить аппараты до нужного для поражения цели расстояния.

3 апреля 1980 года стартовал спутник-перехватчик «Космос-1171». 18 апреля 1980 года была предпринята попытка его перехвата аппаратом «Космос-1174». С первой попытки осуществить задуманное не удалось, так как перехватчик не смог сблизиться с мишенью. В течение двух последующих дней предпринимались попытки маневров перехватчика с помощью бортового двигателя, чтобы вновь приблизиться к мишени. Однако и эти попытки закончились неудачей, и 20 апреля 1980 года «Космос-1174» был взорван на орбите. Это единственный «истребитель спутников», просуществовавший на орбите так долго.

14 марта 1981 года был запущен перехватчик «Космос-1258», который должен был поразить мишень «Космос-1241». Но сразу после запуска вышел из строя бортовой маневренный двигатель, что не позволило вывести перехватчик на рабочую орбиту, и он был взорван через несколько часов после старта.

Последнее испытание противоспутниковой системы в Советском Союзе было проведено 18 июня 1982 года и стало составной частью крупнейших учений советских вооруженных сил, получивших неофициальное название «семичасовая ядерная война». В этих учениях, которые охватили огромную территорию, участвовал весь личный состав советских вооруженных сил. Был разыгран сценарий полномасштабной ядерной войны, в ходе которого проверялась возможность использования и противоспутниковых систем. Запущенный в рамках учений перехватчик «Космос-1379» своей задачи не выполнил. Перехват цели хотя и состоялся, но был осуществлен на таком расстоянии, когда нельзя говорить с полной уверенностью, что спутник условного противника мог быть поражен.

На этом эпопея «истребителей спутников» заканчивается. Да они уже были и не нужны. Основное внимание переключилось на создание более эффективных систем, например лазерного оружия. Но все эти работы велись уже в рамках других программ, о которых в настоящее время известно гораздо меньше.

Конструкторская мысль в СССР и в США двигалась приблизительно в одном направлении, поэтому рассказ о советских разработках может быть легко трансформирован и в аналогичные американские проекты. Но за нашей страной было несомненное лидерство в этом вопросе. Мы дошли до создания таких систем, в то время как американцы отрабатывали лишь отдельные элементы.

К сожалению, история создания противоспутниковых систем имеет не только прошлое, но и настоящее, скрытое пока под грифами «Совершенно секретно». Полагают, что сейчас усилия конструкторов сосредоточены на лазерном оружии. О ведущихся по обе стороны океана работах известно мало.

Упомяну о единственной предпринятой в Советском Союзе попытке вывести на околоземную орбиту макет боевой лазерной станции «Скиф-ДМ» (другое название – «Полюс»). Это произошло 15 мая 1987 года во время первого пуска ракеты-носителя «Энергия». Старт закончился неудачей. В сообщении ТАСС указывалось, что ракета-носитель вывела в космос полезный груз, который из-за неисправности разгонного блока не смог выйти на орбиту и совершил посадку в Тихом океане, где был подобран советскими кораблями.

Дальнейшее стремительное изменение политической ситуации привело сначала к отказу от дальнейших работ над ракетой-носителем «Энергия», а вскоре и боевая космическая станция отошла на второй план на фоне стремительного развала советского государства и советской, а потом и российской экономик.

Очень хочется надеяться, что у противоспутниковых систем в любом виде нет будущего, а космос всегда будет представлять собой только арену сотрудничества, а не поле боя. Но поговорим об этом лет через десять, когда окончательно сформируется нынешний расклад сил на мировой арене и станет понятным, кто и куда стремится и какими средствами свои устремления собирается поддерживать.

Глава 26

Ha пути к Луне

А сейчас я хочу выполнить данное ранее обещание и рассказать о катастрофах ракет и межпланетных станций, пуски которых производились в рамках советской лунной программы. Особое внимание уделяю им по двум причинам.

Во-первых, они выпадают из ряда других межпланетных станций, которые направлялись к Венере и Марсу, да и к Луне.

Во-вторых, воспользуюсь поводом и расскажу, хотя бы кратко, о самой советской лунной программе, точнее – о некоторых ее эпизодах, которые изобиловали всевозможными происшествиями и хорошо отвечают теме книги.

Сначала о ракете-носителе «Н-1» – стержневом элементе всей программы. Это одна из легенд советской космонавтики, которых, кстати, немало. Она была любимым детищем Сергея Павловича Королева, и именно с ней он связывал свои самые грандиозные космические проекты. Именно она должна была доставить советских космонавтов на Марс – таковы были первоначальные планы. Правда, потом жизнь заставила немного умерить пыл и вместо Красной планеты «перенацелить» «Н-1» на Луну. Однако Королеву не суждено было увидеть ракету на стартовой позиции. Он умер, когда она еще только создавалась.

Долгие годы отрицался сам факт существования суперракеты. Сейчас она перестала быть секретной, и рассказано о ней немало. Но, как мне кажется, до написания полной истории создания «Н-1» еще довольно далеко.

К разработке мощных носителей, способных доставить на околоземную орбиту грузы большой массы и к тому же эти носители могли бы быть использованы как боевые ракеты, в ОКБ-1 приступили сразу после запуска первых искусственных спутников Земли. Начало работ датируется 30 июня 1958 года.

Прорабатывалось множество возможных вариантов таких ракет, хотя к дальнейшему рассмотрению были приняты только три.

Первый вариант был логическим продолжением «Р-7». Это была двухступенчатая ракета, у которой на основной корпус (вторая ступень) крепились шесть «боковушек» (первая ступень). То есть повторялась та компоновка, которая успешно себя зарекомендовала на «Семерке». Длина такого пакета составляла 48 метров. Каждая из «боковушек» снабжалась шестью кислородно-керосиновыми двигателями конструкции Николая Кузнецова. На второй ступени предполагалось установить ядерный двигатель, который включался бы после отделения первой ступени и обеспечивал тягу от 140 до 170 тонн. Стартовая масса такой ракеты составляла от 850 до 880 тонн, а выводимый на орбиту полезный груз – от 35 до 40 тонн.

Второй вариант представлял собой в чистом виде межконтинентальную баллистическую ракету с дальностью полета до 14 000 километров. Для этой ракеты рассматривалась возможность использования двигателей конструкции Валентина Глушко и Михаила Бондарюка. При использовании двигателя Бондарюка ракета имела бы стартовую массу 87 тонн, включая боеголовку весом 2,6 тонны. С двигателями Глушко соответственно 100 тонн стартовой массы и 4-тонную боеголовку. Испытание такой ракеты, если бы оно состоялось, да еще с реальным ядерным зарядом, могло нанести серьезный ущерб окружающей среде, который пришлось бы расхлебывать, наверное, до сегодняшних дней. К счастью, дальше прожектов дело не пошло.

Интересно то, что о существовании такой ракеты упоминал еще Олег Пеньковский в 1961 году. Но американская разведка, получившая сведения от своего агента, долго считала этот факт абсурдным, пока в 1996 году не появились соответствующие подтверждения в книге, выпущенной к 50-летию со дня создания Ракетно-космической корпорации «Энергия» (бывшее ОКБ-1).

И, наконец, третий вариант представлял собой носитель сверхтяжелого класса со стартовой массой 2000 тонн и массой полезного груза, выводимого на околоземную орбиту, в 150 тонн. Это в принципе и был прообраз той ракеты, которая впоследствии стала известна под наименованием «Н-1». Первую и вторую ступени предполагалось выполнить в виде конуса. На первой ступени размещалось 24 двигателя «НК-9» конструкции Кузнецова с тягой в 52 тонны каждый. Вторая ступень должна была использовать четыре ядерных двигателя с общей тягой в 850 тонн.

Ни одному из этих вариантов в том виде, как они задумывались, не суждено было воплотиться в реальность. Работы над ракетами с ядерными двигателями были прекращены в конце 1959 года, когда стало ясно, что и обычный химический двигатель дает почти тот же эффект, но с гораздо меньшим риском.

Первые работы в данном направлении проводились в ОКБ-1 в инициативном порядке. Лишь 23 июня 1960 года вышло постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 715 – 296 о создании тяжелых обитаемых спутников. Этот документ определял планы по освоению космоса на 1960 – 1967 годы и предполагал создание мощных ракет-носителей со стартовой массой от 1000 до 2000 тонн и с полезным грузом от 60 до 80 тонн. Именно на основании этого постановления работы были начаты официально.

Через год вышло новое решение ЦК КПСС и Совета Министров СССР, в котором прозвучало название ракеты, и была определена дата первого полета – 1965 год. Правда, тогда еще не шел разговор о Луне. Но, учитывая технические характеристики ракеты, учитывая сделанные проработки, учитывая, наконец, желание Королева во всем, что касается освоения космоса, быть первым в мире, нельзя исключить, что в его голове идея с высадкой человека на Луну уже вполне сформировалась. Интересна и дата появления постановления. Оно вышло 13 мая 1961 года, за 12 (!) дней до исторического послания президента США Джона Кеннеди конгрессу, в котором он предлагал еще до конца текущего десятилетия осуществить высадку американских космонавтов на Луне. Именно с этой даты я бы и вел отсчет сроков нашей лунной программы.

Хотя у нас принято считать ее началом 3 августа 1964 года, когда ЦК КПСС принял закрытое постановление, в котором говорилось об облете Луны и высадке космонавтов на ее поверхность. Но, если рассмотреть вопрос в историческом ракурсе, все полеты советских автоматических станций к Луне, начиная от неудачных пусков лунников в 1958 году, так или иначе были подготовкой к одной цели – высадить советского человека на Луну. Да и исследования Луны автоматическими станциями закончились, когда была похоронена надежда на полет советского человека на Луну.

Конечно, обидно, что мы не слетали на Луну. Тем более что это было вполне реально. Но, как говорится, после драки кулаками не машут. Поэтому вернемся в начало 1960-х годов.

16 мая 1962 года в ОКБ-1 был утвержден эскизный проект носителя «Н-1». Уже там его стартовая масса по сравнению с первоначальными набросками была увеличена до 2200 тонн, а грузоподъемность – до 75 тонн. Ракета проектировалась трехступенчатой, и все три ступени должны были быть выполнены в виде конуса, в который вписывались шесть сферических топливных баков последовательно уменьшающегося диаметра. Для первой ступени были отобраны двигатели конструкции Кузнецова с тягой по 150 тонн каждый. Была рассмотрена возможность установки двигателей с тягой от 600 до 900 тонн, но их конструирование и изготовление требовали большого времени, а его-то как раз и не было.

Пошли более быстрым и простым путем. Решили установить большее количество менее мощных двигателей и синхронизировать их работу. На первой ступени (блок А) должно было стоять 24 двигателя «НК-15», на второй (блок Б) – 8 двигателей «НК-15В», на третьей (блок В) – 4 двигателя «НК-19». Предусматривалась возможность размещения на ракете еще одной, четвертой, ступени (блок Г).

«Н-1» проектировалась в нескольких модификациях.

Трехступенчатая ракета с установленным на ней блоком Г позволяла бы выводить на околоземную орбиту грузы массой до 75 тонн. В трехступенчатом варианте со стартовой массой в 700 тонн на низкую орбиту мог бы выводиться груз массой до 20 тонн. А в двухступенчатом варианте со стартовой массой в 200 тонн и массой боеголовки в 5 тонн ракету «Н-1» предполагалось использовать в боевом варианте и заменить ею ракеты «Р-7».

Работы по созданию тяжелых носителей, которые проводил Королев, были не единственными в СССР. В 1961 году аналогичные работы начались в ОКБ Михаила Янгеля и Владимира Челомея. Янгель работал над ракетой Р-56, а Челомей над ракетой «УР-700».

Вполне естественно, что между конструкторскими бюро возникла конкуренция. Но Королев во всем стремился быть первым и очень болезненно реагировал на факт появления соперников. Тем более что в годы нахождения «у руля» советского государства Никиты Хрущева фаворитом был не Королев, а Челомей. Именно Челомей получил основную поддержку на правительственном уровне, в том числе и в своих планах освоения Луны.

Это не означало, что работы по «Н-1» были прекращены или приостановлены. Они были продолжены, а постановление Совета Министров СССР от 24 сентября 1962 года четко определяло сроки работ над носителем:

в конце 1964 года должен был быть готов стартовый комплекс для «Н-1»;

в первом квартале 1965 года должны были завершиться все стендовые испытания носителя;

в конце 1965 года планировался первый пуск.

Этим же постановлением определялись и основные задачи, которые ставились перед всеми «генералами» ракетно-космического комплекса. Янгель должен был обеспечить доставку на низкую околоземную орбиту 75-тонной платформы с ядерным оружием, Челомей должен был проводить работы по «лунному варианту», а Королеву поручалась разработка и доставка на орбиту орбитальной станции. Правды ради надо сказать, что ни один из вышеназванных Главных конструкторов не замыкался только на этих работах. Королев параллельно с работами над орбитальной станцией вел работы и по подготовке лунной ракеты, Челомей, в свою очередь, готовил проект огромной орбитальной станции, Янгель тоже не оставлял надежд на свое полномасштабное участие в освоении космического пространства. Как бы то ни было, постановление было принято, и его необходимо было выполнять.

С марта 1963 года на Байконуре были начаты работы по строительству стартового комплекса для «Н-1». Однако уже в 1964 году стало ясно, что для их завершения необходимо еще по крайне мере 1 – 2 года. Не лучше шли дела и у конкурентов Королева: они также отставали от графика. Пользуясь сложившейся ситуацией, Королев предпринимает решительные шаги, и в результате появляется новое постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 655-268.

На этом постановлении стоит остановиться более подробно. Сейчас многие авторы, рассказывая о советской лунной программе, пишут, что работы по доставке советского человека на Луну были поручены Королеву после смещения со своего поста тогдашнего Первого секретаря ЦК КПСС Хрущева. Пишут, что в результате перестановок в высшем советском руководстве Челомей, пользовавшийся поддержкой самого Хрущева, лишился ее, чем тут же воспользовался Королев.

Я не совсем согласен с такой трактовкой событий. Давайте посмотрим на даты. Смещение Хрущева произошло 13 октября 1964 года, а постановление № 655 – 268, где перед ОКБ-1, то есть перед Королевым, ставилась задача доставки человека на Луну и его благополучное возвращение на Землю, датируется 3 августа 1964 года. Перед Королевым была поставлена задача за два месяца до переворота в высшем партийном и государственном руководстве.

Нельзя отрицать того факта, что Королев воспользовался сложившейся ситуацией не без выгоды для себя. Он добился закрытия ряда программ, таких, как ракетоплан Челомея и орбитальная станция «Звезда». Он получил возможность использовать все наработки Челомея по пилотируемому полету к Луне, в частности, ракету «УР-500» («Протон-К»), для своих задач. Он «выжал» из ситуации в верхах максимум возможного. Но это было «после». А постановление вышло «до». Небольшой срок, но позволяет совершенно иначе расставить все акценты.

Вернемся к тексту постановления. В нем перед ОКБ-1 ставилась вполне конкретная цель – доставить человека на Луну и вернуть его обратно. Для достижения цели мобилизовывалась вся ракетно-космическая отрасль, за исключением предприятий, работавших на Челомея и Глушко. Это исключение, наверное, и вносит путаницу в оценку происходивших тогда событий.

Планировалось, что впервые носитель «Н-1» будет стартовать в первом квартале 1966 года, а первый космонавт будет доставлен на Луну в 1967 – 1968 годах. К тому времени уже были известны планы американцев: доставить первого космонавта на Луну в 1969 году. Поэтому советские планы строились с расчетом на достижение приоритета.

Работы развернулись широким фронтом. Но Королеву не суждено было увидеть, чем кончится «лунная гонка». 14 января 1966 года Сергей Павлович скончался на операционном столе.

Преемником Королева на посту руководителя ОКБ-1 стал Василий Мишин. Однако он не обладал тем упорством и тем влиянием, которые позволяли в свое время Королеву реализовывать свои устремления. Может быть, в какой-то степени это и явилось одной из причин, которые не позволили осуществить советскую лунную программу.

Но вернемся к ракете «Н-1». В феврале 1966 года на Байконуре было завершено строительство стартового комплекса (площадка № 110). Однако ему еще долго предстояло ждать своей ракеты.

Приблизительно в это же время стало ясно, что необходимо переработать проект носителя и увеличить массу полезного груза, выводимого на околоземную орбиту. Этого требовали массогабаритные параметры лунного комплекса. Для решения проблемы на первую ступень были добавлены еще шесть двигателей, доведя их число до 30, было решено выводить комплекс на орбиту с наклонением к плоскости экватора не 650, а 520. Были внесены и другие технические изменения в различные узлы ракеты. В результате стартовая масса носителя составляла теперь 2800 тонн, а на орбиту выводился груз в 95 тонн.

Ракета «Н-1» появилась на Байконуре только 7 мая 1968 года. Там же, на Байконуре, прошли динамические испытания, технологические отработки процесса сборки, примерки носителя на стартовом комплексе. Для этого были использованы первые два экземпляра ракеты «Н-1», известные в публикациях под обозначениями № 1Л и № 2Л. Им не суждено было взлететь, да и не для полетов они создавались.

В первый раз «Н-1» № ЗЛ стартовала 21 февраля 1969 года. Этим запуском начинались летно-конструкторские испытания. По плану предполагалось осуществить 13 – 14 запусков. Пуски № ЗЛ, 4Л и 5Л предполагались только для отработки трехступенчатой ракеты-носителя и разгонных блоков. С пуска «Н-1» № 6Л намечалось начать отработку различных элементов лунного комплекса. При пусках № 8Л и 9Л планировалось полностью отработать лунный комплекс в беспилотном варианте с посадкой и последующим возвращением на Землю. Если бы все прошло без замечаний, то при следующем пуске № ЮЛ можно было бы попробовать посадить космонавта. Были и другие варианты, но все они сводились к тому, что раньше первой половины 70-х годов космонавта на Луну мы доставить не смогли бы. Возникает, правда, один вопрос. Если уже в 1969 году стало ясно, что до полета советского космонавта на Луну еще несколько лет, к чему была вся эта гонка, развернувшаяся в первой половине того года? Вполне вероятно, что не вся правда известна и в наши дни, и были иные планы, которые предполагали все-таки обогнать американцев. Поживем, может быть, и узнаем что-то новое.

А первый пуск закончился неудачей. Громадная ракета оторвалась от стартового стола и стала медленно набирать высоту. Но ей не суждено было вырваться в космос. Через минуту после старта в хвостовом отсеке возник пожар, а на 70-й секунде полета произошло выключение двигателей. Неуправляемая ракета упала в 52 километрах от старта и сгорела почти дотла.

Разработчики не восприняли аварию как трагедию и продолжали упорно трудиться, чтобы научить космического монстра летать. После внесения необходимых изменений в конструкцию, дополнительных проверок 3 июля 1969 года стартовала вторая ракета – «Н-1» № 5Л (ракету «Н-1» № 4Л после первой аварии отправили на доработку ее характеристик по живучести и грузоподъемности). Но вторую ракету ждала еще более печальная участь, чем первую. Авария произошла практически в момент старта. В одном из двигателей первой ступени, напомню, их было тридцать, взорвался насос. Система контроля тут же отключила сначала четыре двигателя, а потом все остальные, за исключением одного, который и привел ракету к гибели. Ракета медленно, как бы нехотя, оторвалась от стартового стола и тут же стала проседать вниз, а через 23 секунды после старта плашмя упала на Землю. Произошел взрыв, который уничтожил не только ракету, но и стартовый комплекс.

Этот взрыв отодвинул работы над ракетой на два года, которые потребовались на восстановление стартового комплекса. В значительной степени оказались похороненными все советские планы по Луне, так как до первых шагов Нейла Армстронга по поверхности нашего естественного спутника оставалось всего 17 дней.

В следующий раз «Н-1» № 6Л пытались пустить 27 июня 1971 года. На этот раз на стартовой позиции был установлен существенно улучшенный вариант носителя. Но и этот пуск закончился неудачей. Сразу после старта ракета потеряла управление по крену и, хотя продолжала подниматься ввысь, все больше и больше отклонялась от расчетных параметров. На 51-й секунде полета, когда угол крена достиг 2000 и ракета должна была упасть на Землю, была выдана команда на ее подрыв. В небе возник гигантский огненный шар, в пламени которого сгорели и ракета, и макеты лунных кораблей.

Последний раз «Н-1» № 7Л пыталась взлететь 23 ноября 1972 года, и это ей почти удалось. В этот раз она несла на себе лунный орбитальный корабль, который должен был облететь Луну и возвратиться на Землю. Авария произошла на заключительном этапе работы первой ступени, когда взорвался один из двигателей.

Следующий, пятый пуск планировался на август 1974 года. Ракету продолжали модернизировать, и конструкторы не без оснований считали, что она будет летать. Уже были планы использования носителя «Н-1» не только для лунной программы, но и для доставки на околоземную орбиту составных частей огромной многомодульной станции. Планировалось использовать ее для запуска на геостационарную орбиту огромных спутников связи. Прорабатывался проект ее применения для полетов кораблей многоразового использования.

Но пуск не состоялся. На этот раз подвела не техника. В дело вмешалась политика.

В мае 1974 года советская лунная программа была закрыта, а все работы над ракетой были прекращены. Две, практически готовые к пускам, ракеты (№ 8Л и 9Л) были уничтожены.

От «Н-1» удалось сохранить только 150 двигателей, изготовленных для различных ступеней ракеты. Их создатель Николай Кузнецов, несмотря на строжайшие распоряжения, законсервировал и хранил их долгие годы. И как показало время, делал он это не зря. В 1990-е годы несколько десятков двигателей приобретены американцами и уже летают на их ракетах серии «Атлас».

Еще одним интересным эпизодом советской лунной программы является программа облета Луны. Для этой цели разрабатывался двухместный космический корабль «7К-Л1». Позднее в официальных сообщениях его окрестили «Зондом», но он существенно отличался от своих тезок, которые ранее совершали полеты по межпланетным трассам.

Программа предусматривала осуществить сначала 10 полетов беспилотного варианта корабля, затем проверить его в пилотируемом варианте на околоземной орбите и лишь 14-й полет должен был доставить советского космонавта к Луне.

Еще в 1965 году приступили к тренировкам космонавты, которым предстояло учить «7К-Л1» летать. В группу вошли уже летавшие к тому времени Валерий Быковский, Юрий Гагарин, Владимир Комаров, Алексей Леонов, Андриан Николаев, Павел Попович, а также еще не прошедшие космической школы Георгий Береговой, Лев Воробьев, Виктор Горбатко, Георгий Гречко, Георгий Добровольский, Алексей Елисеев, Валерий Кубасов, Василий Лазарев, Олег Макаров, Николай Рукавишников, Виталий Севастьянов, Анатолий Филипченко, Евгений Хрунов и Валерий Яздовский.

С самого начала программа столкнулась с недостатком финансирования, отсутствием необходимых производственных мощностей, скудностью испытательной базы. График работ срывался.

Первый корабль серии «7К-Л1» под названием «Космос-146» ушел в космос лишь 10 марта 1967 года. Из-за отказа в системе управления разгонного блока «Д» ракеты-носителя «Протон-К» вместо разгона к Луне произошло торможение корабля, который по крутой траектории вошел в атмосферу Земли и сгорел.

В том же году были предприняты еще три безрезультатные попытки пусков беспилотного корабля к Луне. Один из кораблей, стартовавший 8 апреля 1967 года, из-за отказа все того же блока «Д» остался на околоземной орбите и был объявлен научным спутником «Космос-154». 27 сентября и 22 ноября при попытке запуска кораблей произошли аварии ракеты-носителя «Протон-К».

Первый корабль, который все-таки ушел с околоземной орбиты, получил название «Зонд-4» и был запущен 2 марта 1968 года. Однако и при этом полете произошел отказ системы ориентации, и корабль не удалось направить, как планировалось, к Луне. Он вышел на высокоэллиптическую орбиту вокруг Земли и лишь частично выполнил программу полета.

Во время полета произошла любопытная история, которая заставила поволноваться американцев. В Евпаторийском Центре управления полетом, в специальном изолированном бункере находились Павел Попович и Виталий Севастьянов, которые в течение шести суток вели переговоры с ЦУПом через ретранслятор «Зонда-4», имитируя тем самым полет к Луне и обратно. Естественно, переговоры были зафиксированы американцами, и специалисты НАСА решили, что советские космонавты летят к Луне. Вскоре дело разъяснилось, и все успокоились.

При возвращении «Зонда-4» на Землю оказалось, что посадка должна произойти в нерасчетном районе, где не было советских кораблей. По команде из Центра управления полетами спускаемый аппарат был подорван, и его обломки упали в Гвинейском заливе у берегов Африки.

22 апреля 1968 года во время следующей попытки пуска из-за сбоя в системе управления сработала система аварийного спасения и полет был прерван – корабль так и не добрался до орбиты.

Впервые облет Луны удалось совершить «Зонду-5». 15 сентября 1968 года корабль стартовал с земной орбиты, облетел Луну и приводнился в Индийском океане.

Через два месяца облет был повторен. Правда, на этот раз не все закончилось так благополучно. Программа полета предусматривала посадку на территории СССР. Она и была совершена в заданном районе, но на высоте нескольких километров произошел преждевременный отстрел парашюта, и спускаемый аппарат «Зонда-6» на огромной скорости врезался в Землю, разбившись в лепешку.

Из-за этих постоянных неудач то с ракетой-носителем, то с кораблем запуск первого пилотируемого корабля постоянно откладывался. Предполагалось, что космонавты полетят только после трех подряд полностью успешных полетов.

К концу 1968 года стало ясно, что США могут опередить СССР в первом полете к Луне. И тогда члены трех «лунных» экипажей (Алексей Леонов и Олег Макаров, Валерий Быковский и Николай Рукавишников, Павел Попович и Виталий Севастьянов) обратились с письмом в Политбюро ЦК КПСС с просьбой разрешить лететь к Луне немедленно, несмотря на аварии, мотивируя свое решение тем, что надежность корабля возрастет, если на его борту будут находиться космонавты. В первых числах декабря космонавты вылетели на космодром и находились там в течение недели, надеясь, что поступит срочное указание о запуске.

Но решения о запуске не последовало, в ЦК КПСС решили не рисковать. 21 декабря 1968 года в направлении Луны стартовал «Аполлон-8» с тремя американскими космонавтами на борту, и советский полет потерял смысл.

Первый этап «лунной гонки» был нами проигран. Некоторое время еще пытались научить «Зонды» летать.

20 января 1969 года произошла очередная авария ракеты-носителя «Протон-К», и корабль погиб. 8 августа 1969 года и 20 октября 1970 года были запущены «Зонд-7» и «Зонд-8», которые совершили облет Луны и благополучно вернулись на Землю. После этого программа была окончательно закрыта. Вероятно, за ненадобностью.

Когда стало ясно, что американцев нам не опередить и советский человек не станет первым землянином на поверхности нашего естественного спутника, было решено хоть как-то насолить американцам и первыми доставить на Землю частицу лунного грунта. Подобный шаг мог существенно подпортить реноме американцам, а нашим пропагандистам позволил бы заявить, что мы сделали то же самое, что и конкуренты, но не рискуя жизнью людей. Но и этим планам не суждено было сбыться.

Станции типа «Е-8 – 5» стали одной из составных частей советской лунной программы. Идея о создании подобной станции родилась у конструктора межпланетных аппаратов Георгия Бабакина задолго до того, как «лунная» гонка подошла к своему финалу. Правда, у него идея о «космическом геологе» не замыкалась рамками исследования Луны. Он полагал, что аппараты подобного типа в дальнейшем полетят на другие планеты. Но в конце 1960-х годов не было задачи важнее, чем опередить американцев, поэтому и делали станцию в лунном варианте.

За основу была взята посадочная ступень «Е-8», которую разрабатывали для доставки лунохода. На ней предполагалось установить бур, а доставку грунта на Землю обеспечить ракетой «Луна – Земля». Масса станции должна была составлять приблизительно 5 тонн.

Схема полета предполагалась следующей. Вывод на околоземную орбиту осуществлялся ракетой-носителем «Протон-К». Довыведение станции на околоземную орбиту обеспечивал разгонный блок Д. На втором витке, после повторного включения разгонного блока Д, осуществлялся старт в сторону Луны. На трассе «Земля – Луна» предполагались две коррекции траектории полета, которые обеспечивали достижение станцией окололунного пространства и выход ее на орбиту вокруг Луны. Еще в течение трех дней станция должна была совершать полет по селеноцентрической орбите и проводить детальное изучение предполагаемого района посадки. Предполагалось произвести до двух коррекций орбиты с целью снижения высоты перицентра над выбранной точкой посадки до 20 километров. На 8-е сутки полета включался тормозной двигатель, и станция совершала мягкую посадку на поверхность Луны. После проверки бортовых систем и проведения сопутствующих научных исследований с помощью бура предполагалось провести забор лунного грунта. После этого со станции к Земле стартовала возвращаемая ступень и через 11 суток 16 часов с момента старта совершала посадку на территории СССР.

С началом полетов по этой программе очень спешили. И тем не менее первую станцию смогли подготовить только к лету 1969 года, когда до старта «Аполлона-11» оставалось совсем немного времени. Первая попытка запустить станцию типа «Е-8 – 5» была предпринята 14 июня 1969 года. Из-за ошибки в схеме системы управления не произошел запуск двигательной установки блока Д. Станция не вышла даже на околоземную орбиту.

Вторая попытка была сделана 13 июля 1969 года, за три дня до старта «Аполлона-11». На этот раз первый этап полета прошел нормально. Станция вышла сначала на околоземную орбиту, а потом успешно стартовала в сторону Луны. Она получила название «Луна-15», и если бы все пошло по графику, то доставила бы лунный грунт на Землю всего на два часа позже, чем американцы.

Правда, истинную цель полета знали только специалисты, а официальные сообщения ТАСС гласили, что запущена очередная станция для продолжения исследований лунной поверхности. Станция благополучно вышла на орбиту вокруг Луны, и началась подготовка к посадке. Однако здесь начинаются странности и загадки, не нашедшие объяснений до сих пор. По графику посадка должна была состояться 20 июля, за час с небольшим до посадки «Аполлона-11». Но она не состоялась.

Существует несколько версий этого.

Первая – технические неполадки на борту станции.

Вторая – американцы обратились к советскому правительству с просьбой отложить посадку, чтобы не создавать помех при высадке Нейла Армстронга и Эдвина Олдрина на Луну.

Как бы то ни было, но «Луна-15» в тот день вообще не села, а «Аполлон-11» благополучно прилунился. Попытка посадки была предпринята на следующий день, еще до того, как американцы стартовали с Луны, но оказалась неудачной. Рельеф предполагаемого места посадки был неизвестен (120 с. ш. и 600 в. д.). Там оказалась гора, в которую и врезалась станция.

24 июля 1969 года «Аполлон-11» благополучно возвратился на Землю, окончательно похоронив нашу надежду хоть в чем-то быть первыми в лунной эпопее.

В 1969 году СССР еще дважды предпринимал попытки пустить станции типа «Е-8 – 5». При запуске 23 сентября станция вышла на околоземную орбиту, но там и осталась, получив ничего никому не говорящее название «Космос-300». На этот раз не произошло повторное включение блока Д, который должен был отправить станцию в сторону Луны. И при запуске 22 октября станция вновь не смогла вырваться за пределы земной орбиты. Вновь не произошло повторного включения блока Д, и на околоземной орбите появился еще один спутник – «Космос-305».

И следующий год начался с неудачи – 6 февраля 1970 года во время запуска погиб очередной «космический геолог». И лишь «Луне-16» удалось выполнить то, к чему стремились конструкторы.

Станция стартовала 12 сентября 1970 года. Как это было принято в те годы, задачи полета сообщались лишь в общих чертах – «проведение научных исследований Луны и окололунного пространства». Истинная цель полета, как и при полете «Луны-15», не оглашалась. Ну а то, что это далеко не первая подобная попытка, не говорилось тем более.

На этот раз полет проходил точно по программе: две коррекции на трассе «Земля – Луна», выход на селеноцентрическую орбиту, маневры на орбите вокруг Луны, включение тормозного двигателя, и станция устремилась к лунной поверхности. 20 сентября 1970 года станция совершила мягкую посадку на поверхность Луны в районе Моря Изобилия в точке с координатами 0,680 ю. ш. и 56,30 в. д.

«Луна-16» была не первая советская межпланетная станция, садившаяся на Луну. Поэтому о том, что должно состояться что-то необычное, знали лишь посвященные. Остальным было суждено узнать лишь об истинном ее предназначении через сутки после посадки.

Выдержка из сообщения ТАСС:

«Советская автоматическая станция «Луна-16», совершившая мягкую посадку в районе Моря Изобилия, выполнила программу работы на лунной поверхности, и 21 сентября 1970 года в 10 часов 43 минуты по московскому времени с нее стартовала космическая ракета к Земле. На борту космической ракеты находятся образцы лунного грунта».

Полет к Земле проходил обыденно, и 24 сентября 1970 года станция «Луна-16» завершила свою лунную миссию. Лунный грунт был передан в Специальную приемную лабораторию АН СССР, где подвергся исследованиям. Общая масса колонки грунта, доставленного «Луной-16», составила 101 грамм.

Еще несколько раз советские автоматические станции стартовали к Луне, имея задачу доставить на Землю лунный грунт.

2 сентября 1971 года был осуществлен запуск станции «Луна-18». Но, как и в случае с «Луной-15», прилунение было жестким. Станция достигла поверхности Луны в районе материка, окружающего Море Изобилия, и врезалась в гору.

Следующая попытка оказалась удачной. 14 февраля 1972 года стартовала станция «Луна-20» и 21 февраля совершила мягкую посадку на участке материка, примыкающего к северо-восточной оконечности Моря Изобилия, в точке с селеноцентрическими координатами 3,530 с. ш. и 56,570 в. д. На следующий день взлетная ступень с образцами лунного грунта стартовала в сторону Земли и 25 февраля совершила посадку на территории Советского Союза.

Дальше – опять две неудачи. Сначала 28 октября 1974 года стартовала станция «Луна-23», которая 6 ноября совершила посадку на поверхность Луны в южной части Моря Кризисов. При посадке оказалось поврежденным грунтозаборное устройство, вследствие чего взять образцы грунта оказалось невозможно.

16 октября 1975 года предпринималась еще одна попытка запуска станции типа «Е-8 – 5», но произошла авария ракеты-носителя «Протон-К», и станция погибла еще на Земле.

И только 9 августа 1976 года очередная попытка увенчалась успехом. В тот день стартовала станция «Луна-24». 18 августа она мягко прилунилась в юго-восточной части Моря Кризисов в точке с селеноцентрическими координатами 12,750 с. ш. и 62,20 в. д. 22 августа 170 граммов лунного грунта были уже на Земле.

Попыток доставить лунный грунт на Землю больше не предпринималось.

Ну и последний фрагмент из советской лунной программы, о которой я хотел бы рассказать.

Большое место в лунной программе СССР занимали самоходные лунные аппараты, ставшие впоследствии известными как «луноходы». Именно им предназначалась роль быть глазами Земли еще до того, как на лунную поверхность опустится космонавт. Именно они должны были служить средством передвижения космонавтов по Луне.

К тому моменту, когда стало ясно, что с высадкой на Луну нам придется повременить, уже были изготовлены несколько экземпляров «лунных тележек». Было решено доставить их на Луну.

Впервые такую попытку предприняли 19 февраля 1969 года. Но неудача поджидала конструкторов уже в самом начале. Как и во многих других случаях, подвела ракета-носитель «Протон-К», которая взорвалась на участке выведения.

Тот год вообще изобиловал катастрофами, особенно в лунных стартах. Дважды взрывалась на старте ракета «Н-1», в течение года потерпели аварию семь «Протонов». Луна упорно не желала видеть на своей поверхности советских космонавтов.

После первой неудачи полеты луноходов отложили. На первое место вышла доставка на Землю лунного грунта. Что из этого получилось, я уже рассказал.

К луноходам возвратились только в конце 1970 года, когда все-таки удалось доставить на Землю частичку Луны.

10 ноября 1970 года стартовала автоматическая станция «Луна-17». Что это была за станция и с какой целью она направлялась к Луне, стало ясно через несколько дней, когда она мягко прилунилась и было объявлено о начале работы на лунной поверхности «Лунохода-1». Если отбросить риторику тех лет и оставить для рассмотрения только технический аспект, то надо признать, что это действительно было яркое и значимое достижение.

Аппарат был рассчитан на два месяца работы на лунной поверхности, а проработал 11 месяцев и наездил более 20 километров. Он не только привнес много нового в исследования Луны, но и доказал правильность выбранных технических решений, свои возможности решать задачи, которые перед ним ставились.

Но лунную программу этот полет спасти не мог, и второй луноход был запущен только для того, чтобы «добро не пропадало». Он прилунился в 1973 году и тоже накатал несколько десятков километров по лунной поверхности.

Больше полетов по этой программе не было. Один из нелетавших луноходов долгое время демонстрировался в павильоне «Космос» на ВДНХ, пока не оказался смытым в неизвестность перестройкой. Как и прочая лунная техника, которую на всякий случай хранили на задних дворах космических предприятий. Увы, не понадобилась.

Глава 27

Экспериментальная космическая станция

А теперь вновь о полетах космических кораблей типа «Союз». Речь пойдет о событиях января 1969 года, когда впервые в мире на околоземной орбите была создана экспериментальная космическая станция – прообраз ставших ныне привычными орбитальных комплексов. Она появилась в космосе после стыковки двух пилотируемых кораблей – «Союз-4» и «Союз-5».

Конечно, два состыкованных друг с другом корабля можно считать орбитальной станцией с некоторой натяжкой. Просто в Советском Союзе очень спешили «застолбить» это направление космонавтики, поэтому и объявили связку «Союза-4» и «Союза-5» станцией, но экспериментальной. Хотя от будущих орбитальных комплексов в ней были только корабли снабжения. Ну да бог с ним. Даже если не брать в расчет словесную шелуху тех лет, сам по себе эксперимент со стыковкой двух пилотируемых кораблей был очень интересен.

Во-первых, это было выполнение планов двухгодичной давности, которые не удалось осуществить из-за аварии корабля «Союз-1».

Во-вторых, это было испытание систем пилотируемых кораблей, на которых советским космонавтам предстояло летать долгие годы. Правда, тогда не думалось, что они будут летать на них до сегодняшнего дня.

В-третьих, это была отработка методик спасения терпящих бедствие космических кораблей.

Можно и дальше перечислять, но, думаю, особой необходимости в этом нет.

Первоначально старт космического корабля «Союз-4» с Владимиром Шаталовым на борту был назначен на 13 января. На следующий день должен был стартовать «Союз-5» с тремя космонавтами на борту.

Но число «13» оказалось несчастливым для Шаталова, которому к тому же предстояло стать тринадцатым советским космонавтом. В запланированный день старта он занял свое место в кабине корабля и начал подготовку к полету. Предстартовый отсчет был прекращен за несколько минут до момента запуска основного двигателя. Телеметрическая информация свидетельствовала о сбое в работе бортовой аппаратуры. В принципе расхождения с требуемыми параметрами были небольшими, и пускать корабль было можно. Но, когда речь идет о человеческой жизни, лучше перестраховаться. Особенно учитывая те неприятности, которые уже были в истории программы «Союз». Так и сделали. На Земле решили еще раз все перепроверить, чтобы исключить любые неожиданности. Старт был отложен на сутки, космонавт покинул кабину корабля.

На следующий день все прошло нормально и старт прошел без замечаний. Ровно через сутки вслед за ним стартовал «Союз-5» с тремя космонавтами. А еще через 24 часа на околоземной орбите два корабля сблизились и состыковались. Как я уже сказал, связку двух космических аппаратов назвали экспериментальной космической станцией.

Затем был произведен еще более грандиозный эксперимент. Космонавты Алексей Елисеев и Евгений Хрунов, надев скафандры, вышли в открытый космос и перешли в корабль «Союз-4». В течение пяти часов корабли летали в состыкованном состоянии, а потом расстыковались и медленно разошлись.

Нельзя сказать, что стыковка прошла без проблем. Но, к счастью, все они носили непринципиальный характер и укладывались в те пределы надежности, которые были заложены еще на Земле конструкторами.

И вот 17 января 1969 года космический корабль «Союз-4» уже с тремя космонавтами на борту возвратился на Землю. Оставшийся в одиночестве командир «Союза-5» Борис Волынов должен был последовать их примеру на следующий день. Кроме одиночества, других неприятностей у космонавта не было в течение всего автономного полета. Но все началось, когда поступила команда на спуск.

В расчетное время включился тормозной двигатель и, отработав положенное время, перевел корабль на траекторию спуска. После этого должны были сработать пиропатроны и разбросать отсеки. Пиропатроны сработали, но разделить приборный отсек и спускаемый отсек они не смогли. В атмосферу вошел не специально сконструированный для этого аппарат со слоем теплозащиты, а многотонная, беспорядочно кувыркающаяся конструкция.

Теплозащитный экран, обычно принимающий на себя удар атмосферы, в этой ситуации не очень-то мог помочь. При беспорядочном кувыркании тепловому воздействию подвергаются все поверхности корабля. В кабине появился ядовитый газ – горела изоляция. Двигатели разворотов, которые могли хоть как-то стабилизировать корабль, не работали. Они пытались сделать это в начале спуска, но очень быстро израсходовали весь запас топлива. Вообще говоря, в этой ситуации спасения нет. Ни космонавт, ни Земля никак не могли вмешаться в происходящее и могли надеяться только на чудо.

И оно произошло. На высоте 15 километров приборный отсек все-таки отвалился. Корабль по баллистической траектории устремился к Земле. Беспорядочное вращение прекратилось, но закрутка вдоль продольной оси продолжалась. На высоте 10 километров вышел парашют. Кажется, можно было бы вздохнуть спокойно, однако это было еще не все. Стропы основного парашюта начали закручиваться. Все это очень походило на «вариант» Комарова. Но в какой-то момент стропы начали раскручиваться в обратную сторону. Потом снова закручиваться и снова раскручиваться. Так продолжалось почти до самой поверхности.

Приземление получилось жестким. Удар о Землю был столь силен, что у Бориса Волынова сломались корни верхних зубов. От более серьезных травм спас ложемент, изготовленный строго по фигуре космонавта.

О событиях, которые произошли при посадке, тогда не сообщали. Говорили только об очередном успехе советской космонавтики. Да, это был успех. И было еще беспримерное мужество людей, которые учили космические корабли летать.

А затем началось создание уже не экспериментальных, а полнокровных орбитальных космических станций. Но прежде чем перейти к рассказу о них, я хочу остановиться еще на одном эпизоде, связанном с полетом четверки советских космонавтов в январе 1969 года.

Отступление третье

Выстрелы у Боровицких ворот

Дело было 22 января 1969 года, когда Москва торжественно встречала членов экипажей космических кораблей «Союз-4» и «Союз-5», за несколько дней до этого возвратившихся с орбиты. Как происходило это возвращение, было описано в предыдущей главе, а здесь речь пойдет о том, что последовало после прилета космонавтов в столицу нашей родины.

Все было как обычно для тех лет: торжественная встреча в аэропорту «Внуково», доклад руководителям партии и Советского государства, объятия с родственниками. Затем все расселись по машинам и кортеж направился в Кремль, где во Дворце съездов должно было состояться вручение наград. Центральное телевидение вело прямой репортаж, показывая на тогда еще черно-белых экранах толпы москвичей, приветствовавших космонавтов. И вот, когда машины приблизились к Кремлю, репортаж неожиданно прервался. Передача возобновилась только через час.

Какого-либо объяснения столь странному и неожиданному перерыву сделано не было. Если честно, то немногие обратили внимание на это, как и на необычную атмосферу, царившую в Георгиевском зале Кремля: все были скованны и чем-то ошарашены. Более или менее ситуация прояснилась спустя два дня, когда по Центральному телевидению скороговоркой зачитали краткое сообщение о том, что «во время следования из аэропорта в Кремль машина, в которой находились космонавты Береговой, Леонов, Николаев и Николаева-Терешкова, была обстреляна неизвестным преступником. Преступник задержан». На следующий день эта информация была помещена на последних страницах газет. В тот же день состоялась пресс-конференция, посвященная итогам завершившегося полета. На ней один из западных журналистов впрямую поинтересовался у Алексея Леонова о его ощущениях в момент покушения. Космонавт тогда довольно резко предложил журналисту самому оказаться на его месте, чтобы понять, что чувствует человек, в которого стреляют. Пресс-конференция транслировалась по телевидению, поэтому факт покушения стал известен уже тогда, но подоплека событий, так же как и истинный объект покушения, – гораздо позже.

Попробуем реконструировать события на основе публикаций, появившихся в последние годы в ряде российских изданий. Хочу сразу отметить, что многие подробности происшедшего неизвестны и по сию пору, а некоторые детали настолько противоречивы, что дают обильную пищу для возникновения всякого рода версий и домыслов.

История с покушением на Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева (как оказалось, именно он, а не космонавты, интересовал стрелявшего) началась не в тот морозный январский день, а гораздо раньше.

В марте 1968 года в войсковую часть под Ломоносовом близ Ленинграда после окончания топографического техникума прибыл для прохождения службы младший лейтенант Виктор Ильин. Жил он в Ленинграде вместе с приемной матерью и бабушкой в трехкомнатной квартире на Наличной улице, откуда каждое утро и отправлялся к месту своей службы.

Пребывание в армии Ильину особой радости не доставляло. С офицерами отношения не складывались, в первую очередь из-за его поведения на политзанятиях. Своими вопросами о вторжении в Чехословакию, о монополии партии на власть, о разложении комсомола он буквально изводил замполита, да и других офицеров тоже.

С младшими офицерами он был еще более откровенен и периодически сетовал, что в африканских странах офицеры чуть ли не каждый месяц устраивают государственные перевороты, а у нас такое невозможно. Уже после покушения младшие лейтенанты Степанов и Васильев поплатились за то, что слышали высказывания Ильина, но «не сообщили куда следует». Оба были осуждены на пять лет и отсидели свой срок от звонка до звонка.

Сейчас трудно установить, когда у Виктора Ильина родилась мысль о покушении. Ни с кем он этот вопрос не обсуждал, сообщников не искал, все родилось в его голове, и действовал он в одиночку. По крайней мере, такова официальная версия. Но нет и других сведений, которые бы это опровергали. Вероятнее всего, так оно и было.

21 января 1969 года Ильин заступил на дежурство по части. Обстановка складывалась благоприятная – командир части и замполит отбыли на недельные командирские сборы, – и молодой офицер решил действовать. Тем более что о предстоящей встрече космонавтов трубили все газеты. Было известно, когда она состоится и кто будет их встречать, да и другую необходимую информацию нетрудно было вычислить.

Выкрав ключи от оружейной комнаты, Ильин проник туда и взял из сейфа два пистолета Макарова и четыре обоймы патронов. Авиабилет на Москву уже лежал у него в кармане.

В 7 часов 45 минут он покинул территорию части, чтобы не возвращаться туда уже никогда. Часа через полтора его отсутствие обнаружили, но особого беспокойства не испытали, подумали, что где-нибудь спит, как бывало уже не раз. Исчезновение оружия обнаружили через несколько часов и только тогда подняли тревогу. Со сборов срочно был отозван командир части подполковник Машков.

Сначала фигурировала только одна версия: Ильин поссорился со своей девушкой и решил покончить жизнь самоубийством. Прочесали окрестности части, но ничего не обнаружили. Помчались на квартиру к Ильину на Наличной улице, до полусмерти напугав мать, но и там его не было. Правда, в квартире обнаружили тетрадь, в которой на одной из страниц крупным неровным почерком было написано: «Узнать, когда рейс на Москву... Если летят, брать... идти на дежурство... все уничтожить».

Оставив в квартире засаду, Машков с несколькими офицерами помчались в аэропорт. Несложно было выяснить, что Ильин накануне купил билет до Москвы. Одна из стюардесс вспомнила, что на борту самолета летел молоденький младший лейтенант. Вся история стала приобретать несколько иной характер, и не оставалось ничего иного, как доложить в местное управление КГБ.

Тем временем Ильин, которого искали сослуживцы, уже был в Москве на квартире у своего дяди, бывшего милиционера. Дядя и его жена удивились неожиданному приезду родственника, но он их успокоил: «Хочу на живых космонавтов поглядеть. Когда такое еще представится».

На следующее утро, проводив хозяев на работу, Ильин взял летнюю милицейскую форму дяди (плащ и костюм) и в ней вышел из дома. На метро он добрался до станции «Проспект Маркса», вышел из нее и направился к Боровицким воротам. Там Ильин пристроился к милицейскому оцеплению и стал довольно энергично руководить толпой. Несмотря на то что он единственный был в легком милицейском плаще, это не привлекло к нему внимания, хотя в то время, по официальной версии, его уже разыскивали.

В событиях того дня есть несколько странных моментов, которые и породили предположения, что чекисты не очень-то и хотели найти Ильина, так как покушение было выгодно многим, в том числе и самому Брежневу. Другие утверждают, что Ильин не был одиночкой, а само покушение не что иное, как инсценировка КГБ. А может, Ильину просто повезло, как часто везет дилетантам?

Ильин терпеливо ожидал приближения правительственного кортежа. Пистолеты в карманах были сняты с предохранителей. И вот у поворота на мост Боровицкой башни показались машины в сопровождении мотоциклистов. Пропустив первую машину, Ильин выскочил навстречу второй и, выхватив оба пистолета, открыл огонь. Он стрелял по лобовому стеклу и видел, как уткнулся в баранку водитель, как сидевшие в машине люди бросились под сиденье. Не видел он только лиц тех, в кого стрелял.

Всего Ильин успел произвести восемь выстрелов. У Георгия Берегового осколками стекла было изранено лицо, Андриану Николаеву пуля задела спину. Водитель машины Илья Жарков скончался через сутки в больнице. Посмертно его наградили орденом Красного Знамени.

Одна из пуль рикошетом ранила сопровождавшего кортеж мотоциклиста. Но тот, несмотря на ранение, направил мотоцикл прямо на террориста и сбил его. После этого Ильина скрутили милиционеры и чекисты.

Покушение на Брежнева не удалось.

Виктору Ильину были предъявлены обвинения по пяти статьям Уголовного кодекса: организация и распространение клеветнических измышлений, порочащих советский строй; попытка террористического акта; убийство; хищение оружия; дезертирство. Однако до суда дело не дошло. Врачи поставили Ильину диагноз: психическое расстройство. В мае его поместили в одиночную палату Казанской психиатрической больницы со строгой охраной.

О Виктора Ильине вспомнили в годы перестройки. Ругать Брежнева стало модно, а покушавшегося на него преступника попытались представить чуть ли не героем. В августе 1988 года по просьбе матери его перевели в ленинградскую психиатрическую больницу имени Скворцова-Степанова и через некоторое время выписали оттуда, как не представляющего опасности для общества. В настоящее время он живет на той же Наличной улице, откуда на долгие годы ушел ранним утром 21 января 1969 года.

Так завершилась эта история, лишний раз подтверждающая, что космонавты работают в космосе, но живут на Земле. И не всегда земные дороги оказываются легче звездных.

Глава 28

Миссия с несчастливым номером

Говорят, что во многих американских гостиницах нет 13-х номеров. Якобы суеверные жители Нового Света стремятся избежать несчастий и сознательно исключают даже намек на возможные неприятности. Может быть, в каких-то американских городах так и поступают, но мне этого встречать не приходилось, хотя и бывал в США не единожды.

О том, что цифра «13» число несчастливое, заставляет вспомнить полет корабля «Аполлон-13», едва не закончившийся страшной катастрофой. Вместе с тем это одна из самых ярких страниц мировой космонавтики, продемонстрировавшая и надежность космической техники, и возможности человека. О ней стоит рассказать подробнее.

Третья лунная экспедиция была запланирована на апрель 1970 года. Космонавтам Джеймсу Ловеллу и Фреду Хейсу предстояло высадиться в районе кратера Фра Мауро и, как и предыдущим экипажам «Аполлонов», собрать образцы камней, развернуть комплекс оборудования, «оставить следы» на Луне. Третий член экипажа – Томас Маттингли – должен был ждать возвращения своих товарищей на борту командного модуля, кружась вокруг естественного спутника Земли.

Таковы были планы. Но за три дня до старта руководством НАСА, а точнее, лично директором аэрокосмического агентства Томасом Пейном было принято решение о замене в составе экипажа – вместо Маттингли, не имевшего иммунитета к «краснухе», в полет должен был отправиться Джон Суиджерт (в другой транскрипции его фамилия звучит как Свайгерт). Решение более чем странное, но в НАСА чрезвычайно заботились о своей репутации и не хотели нехорошей огласки в случае заболевания во время полета кого-то из космонавтов.

Можно долго рассуждать о том, что испытал Маттингли, узнав об этом решении. Он ничего не сказал ни Пэйну, ни своим коллегам. Только молча пожал руки Ловеллу, Хейсу и Суиджерту. И молчал еще три дня, пока шли последние приготовления к полету. Никуда не выходил из дому и смотрел, смотрел телевизор, ловя любое сообщение о подготовке экипажа, в состав которого должен был входить он. Лишь на второй день полета Маттингли переборол себя и отправился на космодром. Как будто какая-то сила подтолкнула его к этому.

Сейчас, когда известны все перипетии полета, можно только порадоваться, что произошло так, а не иначе. Ведь именно Маттингли пришлось сыграть одну из ведущих ролей в спасении экипажа «Аполлона-13» в возникшей ситуации. Находись он на борту, вряд ли смог бы найти выход из создавшегося положения. А на Земле смог это сделать.

Но об этом чуть позже, а сейчас представлю космонавтов, отправившихся в полет.

Для 41-летнего командира корабля Джеймса Ловелла это был четвертый полет. На апрель 1970 года он был абсолютным мировым рекордсменом по продолжительности пребывания в космосе. Свой первый полет он совершил в декабре 1965 года, когда вместе с Фрэнком Борманом провел более 13 суток внутри капсулы корабля «Джемини-12». Спустя год – новый полет. В декабре 1968 года Ловелл отправился в свою третью экспедицию на «Аполлоне-8», на этот раз к Луне. Кстати, Ловелл – один из трех американских космонавтов, которые летали к ночному светилу дважды. Но в отличие от Юджина Сернана и Джона Янга, которые и кружили над Луной, и высаживались на ее поверхности, Ловелл видел наш естественный спутник только со стороны. Правда, и это немало.

Для двух других членов экипажа полет на «Аполлоне-13» был первым в их космической карьере. И Фред Хейс, и Джон Суиджерт пришли в отряд космонавтов НАСА в 1966 году. Готовились по программе «Аполлон». Хейс дублировал членов экипажа кораблей «Аполлон-8» и «Аполлон-11». Для Суиджерта это был первый опыт дублирования, закончившийся введением в состав основного экипажа.

Командному и лунному модулям корабля «Аполлон-13» были даны собственные имена. Первый окрестили «Одиссем», а второй – «Аквариусом». В современной литературе обычно пишут «Водолей», применяя прямой перевод на русский английского «Aquarius».

«Аполлон-13» стартовал с мыса Канаверал 11 апреля в 13 часов 13 минут по времени Восточного побережья США. И вновь цифры «13», которые позволили суеверным людям говорить об обреченности миссии.

Через 13 минут после старта корабль вышел на околоземную орбиту, а еще через 2 часа 22 минуты отправился в сторону Луны.

Во всех миссиях «Аполлонов» то время, которое тратится для преодоления пути от Земли до Луны, не самое интересное для рассказа. Космонавты занимаются проверками бортовых систем, вновь и вновь перечитывают инструкции, фотографируют звездное небо. Активной работой их не загружают, памятуя, что в последующие дни им потребуются силы, чтобы работать на лунной поверхности. Ну а пока можно отдохнуть.

Таким же был и день 13 апреля (опять «13»!). К вечеру «Аполлон-13» удалился от Земли на расстояние в 330 тысяч километров. До Луны оставалось совсем немного.

Космонавты занимались тем же, чем и все предыдущие дни, – проверкой бортовых систем: Хейс, выполнив очередные проверки в «Аквариусе», направлялся в «Одиссей»; Ловелл стоял наготове, чтобы закрыть переходный люк между лунным и командным модулями; Суиджерт по команде с Земли «размешал» кислород и водород в емкостях. Последнее на практике означало включение-выключение на несколько секунд тумблера «Вентилятор». Тогда-то и раздался громкий глухой удар. Корабль заметно качнуло. Космонавты услышали звон и звук сгибающегося металла. В шлемофонах устрашающе зазвенел сигнал тревоги. Это взорвался бак с кислородом № 2. Осколками был поврежден и резервуар № 1, а также ряд других жизненно важных систем корабля.

Первые 30 минут ни на борту, ни в Центре управления полетом никто не понимал, что же произошло. За это время масштаб аварии принял катастрофический характер. Сигнальные лампочки на пультах управления вспыхивали одна за другой: «вышли из строя маршевые двигатели», «вышли из строя топливные элементы», «вышел из строя кислородный резервуар № 2». Мигнул и самостоятельно начал перезагрузку бортовой компьютер. Часть телеметрической информации, которая могла позволить оценить масштаб аварии, оказалась потерянной.

Ловелл и Хейс бросились закрывать люк в лунный модуль, полагая, что «Аквариус» поврежден метеоритом и его нужно срочно «отсечь от остальных отсеков». Однако лунный модуль был цел и невредим. И тут командира «Аполлона-13» прошиб холодный пот. Случайно взглянув в иллюминатор, он увидел, что все обозримое пространство заполняло облако неизвестно откуда взявшихся металлических осколков, а из обшивки служебного модуля вырывалась струя газа или жидкости, взметнувшись на десятки метров. О происходящем на борту и за бортом тут же было доложено в Центр управления полетом. В эфире повисла гнетущая тишина.

Ловелл, вероятно, первым из экипажа корабля понял, что с планами высадки на Луну придется распрощаться. Но ни он, ни руководители полета в Хьюстоне не могли в тот момент даже представить, какие нужно будет предпринять усилия, чтобы вернуться на Землю. Как было потом подсчитано, через 38 минут после аварии шансы на благополучный исход составляли 1 к 9.

Первое, что было сделано, это активирован компьютер и система жизнеобеспечения «Аквариуса», который стал играть роль спасательной шлюпки. Системы же «Одиссея» начали выключаться, чтобы сохранить ресурс бортовых батарей. За пять минут до полуночи главный компьютер командного модуля уснул, и было неизвестно, проснется ли он в нужный момент.

На Земле также предпринимались меры для спасения экипажа. Все специалисты, которые могли хоть что-то сделать в аварийной ситуации, были срочно доставлены в Хьюстон. Их собирали по всей стране: вынимали из уютных постелей, из-за праздничных столов, из темных залов кинотеатров...

Уже через два часа после аварии состоялось первое заседание специального комитета НАСА. Надо отдать должное сменному руководителю полетом Ланни, проводившему заседание. Именно он предложил главное решение, ставшее основой для всех последующих действий: «Неудачу из списка возможностей исключить!»

А в космосе между тем люди боролись за свою жизнь. Несмотря на взрыв резервуаров с кислородом, экипажу не грозило удушье. Достаточно было и энергии, если, конечно, не расходовать ее попусту. А вот с водой были проблемы. Даже при максимальной экономии последняя капля была бы израсходована за пять часов до предполагаемого момента посадки.

Все заботы по управлению терпящим бедствие кораблем легли на плечи пилота лунного модуля Фреда Хейса. Он лучше всех знал «Аквариус» и, значит, должен был спасти всех.

Вести многотонный корабль с помощью двигателей лунного модуля – задача не из легких. Главное, что предстояло сделать, – стабилизировать «Аполлон-13» с помощью двигателей ориентации. Если бы это не удалось сделать, то с коррекцией траектории полета возникли бы трудноразрешимые проблемы. В этой ситуации двигатели «Аквариуса» либо не включились бы, либо забросили корабль туда, где его никакой ЦУП не нашел бы.

Ночь на 14 апреля оказалась для экипажа бессонной. Хуже всего пришлось Джону Суиджерту. Как пилот командного модуля, он оказался не у дел, и ему пришлось сидеть на корточках за креслами Ловелла и Хейса, наблюдая за их борьбой с непослушным кораблем и сознавая собственную беспомощность. А между тем неумолимо приближалось время, когда предстояло совершить первую коррекцию и перевести корабль на траекторию возвращения к дому.

Через 5,5 часа после аварии были включены двигатели посадочной ступени лунного модуля. «Аполлон-13» сошел с «гибридной траектории», по которой приближался к Луне, зашел за небесное тело, совершил маневр в гравитационном поле нашего естественного спутника и, как камень, выпущенный из пращи, устремился к Земле. Это в книге все действия космонавтов уместились в небольшой рассказ. А в реальности потребовалось гораздо больше времени и гораздо больше усилий, чтобы мельком взглянуть на лунную поверхность и целиком сосредоточиться на иных проблемах.

Конечно, им было жаль, что мечта всей их жизни проплывает мимо иллюминаторов, маня к себе и отталкивая от себя. Кто из них сожалел больше, сказать трудно. Может быть, Ловелл, который вторично был в окрестностях Луны и вновь смотрел на нее со стороны. А может быть, Суиджерт, единственный холостяк в экипаже, для которого космос был смыслом всей жизни. А может, Хейс, который должен был опустить «Аквариус» у кратера Фра Мауро, а теперь должен был довести корабль до Земли.

Но вот коррекция завершена, и стало ясно, что она прошла успешно. Появилась надежда на благополучный исход полета.

Позже Ловелл вспоминал, что в те минуты он не думал о судьбе. В голове вертелась только одна мысль: «Любой ценой вернуться на Землю. Лучше сгореть в атмосфере, чем стать первыми, не вернувшимися из космоса на родную планету». Отправив своих товарищей отдыхать, командир продолжал вглядываться в голубой шарик на звездном небе, к которому теперь стремился «Аполлон-13».

Тем временем неумолимо подошло время второй коррекции. Корабль предстояло «разогнать», чтобы уменьшить время возвращения на Землю и тем самым повысить шансы на благополучный исход эпопеи. Когда Ловеллу удалось по Солнцу сориентировать корабль, в ЦУПе так и не поняли, как он это сделал. Но впервые за сутки на лицах присутствующих появились улыбки.

Вторая коррекция удалась. Несмотря на риск, экипаж сделал это. Но до дома оставалось еще три дня пути. И проблем предстояло преодолеть еще очень и очень много.

Вечером 14 апреля зажегся индикатор «С02». Двухместный лунный модуль переполнялся углекислым газом, выдыхаемым тремя космонавтами. В действие пошли самодельные фильтры, которые изготовили члены экипажа. Им потребовалось на это в два раза больше времени, чем при сборке «опытных образцов» на Земле, но это был хороший результат. Ко двору пришелся и опыт Ловелла, которому пришлось участвовать в изготовлении «самоделок» во время полета «Аполлона-8».

Устранив «углекислотную» угрозу, экипаж остро почувствовал усталость. Командир не спал уже 36 часов, а ситуация требовала постоянного бодрствования одного из пилотов лунного модуля. Каждый час требовалось разворачивать корабль, переключать антенны. Суиджерт при всем желании был не в состоянии подменить Ловелла и Хейса.

А внутри корабля температура неумолимо понижалась. Вместе с холодом подкрадывались страх и неуверенность, что совсем не способствовало мыслям о благополучном исходе.

Почти в это же время всплыла еще одна проблема: заряда бортовых батарей могло не хватить на оживление командного модуля. Если бы не удалось это сделать, то получалось бы, что все усилия, предпринимаемые космонавтами, были бы напрасны. Над решением этой задачи бились на Земле. Предстояло так соединить электроцепи лунного и командного модуля, чтобы создать единую систему. Кроме того, предстояло выработать такой порядок включения тумблеров, чтобы не потерять ни единого ватта энергии.

А на земле отстраненный от полета Томас Маттингли, забыв об обидах и усталости, денно и нощно в тренажере лунной кабины искал ту единственную комбинацию переключения тумблеров, которая могла сохранить жизни его товарищей.

Уже когда все осталось позади, Маттингли рассказал журналистам, что в одну из этих напряженных ночей он вышел на улицу подышать свежим воздухом. Подняв голову вверх, он был просто поражен видом здания Центра управления полетом. В огромном корпусе были освещены все (!) окна.

Пока в Хьюстоне думали, как посадить корабль, на борту происходили все новые и новые события. Днем 15 апреля что-то вновь «грохнуло». Дежуривший в «Аквариусе» Хейс бросился к иллюминатору и увидел истекавший из основания лунного модуля белый пар. «Неужели мы потеряли спасательную шлюпку?» – промелькнула мысль. На счастье, это сработал предохранительный клапан гелиевого баллона. Земля успокоила: гелия на борту было в избытке.

Но тут замигал датчик тревоги: перегрев одной из химических батарей. А вот это было уже серьезно. Не успокоили даже заверения ЦУПа, что тревога ложная. Лампочка мигала пять часов, не добавляя оптимизма.

Проведенная вечером того же дня третья коррекция прошла успешно. Земля поблагодарила смертельно уставший экипаж за отличную работу. Шел 50-й час с момента аварии, борьба за жизнь продолжалась. Теперь оставалось только ждать. До приближения к Земле сделать что-либо космонавты уже не могли.

В ночь на 16 апреля «с мясом» вырвало предохранительный клапан гелиевого баллона посадочного двигателя лунной кабины. Этот движок трижды спасал экипаж, и вот его не стало. В любой другой ситуации это было бы воспринято очень остро. Но космонавты устали до такой степени, что прореагировали без всяких эмоций: «Ну вырвало и вырвало...»

К утру в лунном модуле стало по-настоящему холодно. Если раньше космонавты ощущали лишь понижение температуры, то теперь их дом превратился в настоящий холодильник. На приборах выступил иней, изо рта космонавтов при дыхании вырывались клубы замерзшего воздуха. Уснуть невозможно. Все мысли лишь об одном – каким образом хотя бы немного согреться.

Чем ближе была Земля, тем холоднее становилось в «Аквариусе». А тем временем Маттингли на Земле, приложив неимоверные усилия, нашел ту комбинацию переключения тумблеров, которая обеспечивала тот необходимый минимум энергии, требовавшийся для посадки. Вечером он начал диктовать экипажу последовательность работы.

И вот наконец наступило утро 17 апреля – дня, который решал все: либо «Аполлон-13» благополучно возвратится на Землю, либо произойдет трагедия, которая будет фактически означать закрытие программы «Аполлон» и на долгие годы закроет путь американским космонавтам в космос.

В 2 часа 35 минут по времени Восточного побережья США поступила команда с Земли: «Все включать». Ловелл, Хейс и Суиджерт приступили к реализации программы, которую для них составил Маттингли. Защелкали тумблеры, начали оживать системы.

Все действия, которые выполняли космонавты, были необходимыми для совершения посадки, но были они и чрезвычайно опасными, о чем в те минуты никто не хотел думать. Опасность состояла в том, что заиндевевшие контакты могли заискрить, а в кислородной атмосфере корабля, за три года до этого сгубившей экипаж «Аполлона-1», любая искра могла привести к катастрофе. К счастью, все прошло нормально. В «Аквариусе» потеплело, а вместе с теплом пришла уверенность в благополучном исходе.

В 5 часов 10 минут началось включение систем командного модуля «Одиссей». Этим занялся Суиджерт, который в течение трех с лишним суток был вынужден лишь наблюдать за работой своих товарищей, но теперь получил возможность продемонстрировать свое мастерство. Теперь на его плечи ложилась ответственность за жизнь экипажа.

В 6 часов 52 минуты началась четвертая коррекция траектории полета. Началась она с ошибочного вызова Ловеллом компьютерной программы посадочного двигателя. В ЦУПе заметили ошибку и отменили команду. В подобных действиях командира не было ничего удивительного. Сказывалось то нечеловеческое напряжение, которое свалилось на Ловелла. К тому же он пил меньше всех воды, что тоже провоцировало ошибки.

Почти у самой Земли экипаж провел последние перед посадкой работы: перешел в командный модуль, отделил лунную кабину, сориентировал корабль.

И вот «Одиссей» входит в земную атмосферу. Вся Америка приникла к экранам телевизоров и динамикам радиоприемников. Сейчас за посадкой «Аполлона-13» следил бы весь мир, но и тогда «аудитория» была огромна.

Когда капсулу окутало облако плазмы, связь оборвалась. Перерыв должен был составить 180 секунд, после чего стало бы ясно: жив экипаж или погиб. Томительно тянется время.

180 секунд – связи нет.

185 секунд – связи нет.

190 секунд – связи нет.

В эти мгновения по Америке прокатилась волна инфарктов. У специалистов, следивших за посадкой, прибавилось немало седых волос.

193 секунды – связи нет.

194 секунды – сквозь треск помех пробивается голос Джона Суиджерта: «Все о'кей!»

Зал Центра управления полетом в Хьюстоне потряс радостный крик.

А над водной гладью Тихого океана расцвел купол парашюта, под которым опускалась капсула «Аполлона-13». Группы спасателей, доставленных к месту приводнения на вертолетах, открыли люк «Одиссея». Их обдало облако морозного воздуха. А из чрева корабля на них смотрели уставшие, но счастливые лица космонавтов, вернувшихся домой.

Так закончилась эта беспримерная по мужеству космическая эпопея.

Членам экипажа «Аполлона-13» больше не довелось слетать в космос. Одного из них – Джона Леонарда Суиджерта – уже нет в живых. 27 декабря 1982 года, всего через полтора месяца после победы на выборах в палату представителей Конгресса США, он умер от рака костного мозга.

Джеймс Ловелл и Фред Хейс еще некоторое время работали в НАСА.

Ловелл ушел из отряда космонавтов в 1973 году, некоторое время служил на флоте, а потом возглавил созданную им компанию «Ловелл Коммуникэйшн». В 1994 году он вместе с Джеффри Клюгером выпустил книгу «Аполлон-13», в которой рассказал о пережитом. Спустя год Том Хэнкс снял одноименный блокбастер, который до сих пор регулярно показывают многие телеканалы мира.

Хейс входил в состав дублирующего экипажа корабля «Аполлон-16», планировался к включению в экипаж «Аполлона-19», но после закрытия лунной программы, не дожидаясь полетов кораблей многоразового использования, ушел в частный бизнес, где и пребывает по сию пору.

Каким бы трудным ни было возвращение «Аполлона-13» домой, но оно позволило продолжить реализацию лунной программы. В 1971 – 1972 годах состоялись еще четыре высадки на поверхность Луны, в том числе и в районе кратера Фра Мауро, где так и не смогли высадиться Ловелл и Хейс. Это сделали в феврале следующего года Алан Шепард и Эдгар Митчел.

Уже более 30 лет человечество не совершает полетов по открытой в 1968 году регулярной трассе «Земля – Луна – Земля». Ожидается, что лет через десять полеты возобновятся. Но отправятся на свидание с нашим естественным спутником другие корабли, не похожие на «Аполлоны». И поведут их космонавты, которые знают об эпопее «Аполлона-13» только по книгам и фильмам.

Но все равно мысленно они будут оглядываться на опыт своих предшественников. И может быть, опыт, приобретенный когда-то Ловеллом, Хейсом и Суиджертом, в чем-то поможет им, а может быть, и спасет чьи-то жизни. Хочется в это верить и очень хочется узнать имя того человека, который следующим ступит на поверхность Луны. Пусть его полет станет успешным, невзирая на то что он станет ТРИНАДЦАТЫМ землянином, которому суждено пройтись по лунной пыли.

Глава 29

Гибель экипажа «Союз-11»

Орбитальная станция «Салют» была выведена на околоземную орбиту 19 апреля 1971 года. В отличие от «связки» кораблей «Союз-4» и «Союз-5», которая была объявлена экспериментальной космической станцией, новый космический аппарат являлся полноценным орбитальным комплексом для длительного пребывания космонавтов на орбите. Этим запуском была открыта новая страница в истории советской, да и мировой, космонавтики. Вообще-то в космос должна была полететь станция «Заря», это даже написали на ракете, но при подготовке текста сообщения ТАСС большинство высказалось за другое название. Так появилась на свет божий серия орбитальных станций «Салют». Они были разными, эти станции. Разными были конструкции, различно предназначение. Но нас тогда не баловали разнообразием, особенно в официальных сообщениях. Поэтому и летали они под одинаковыми названиями, но с разными порядковыми номерами. А что есть что, пришлось разбираться историкам.

История полета первого «Салюта» не такая уж длинная – всего-то полгода. Но в этот срок вместились и первый грандиозный успех, и страшная трагедия. Да, труден и опасен оказался тот путь, который в 1971 году пришлось пройти первопроходцам. Но зато теперь станции функционируют более или менее нормально.

Подготовку к полетам на борту орбитальных станций в Советском Союзе начали за два года до старта «Салюта». Для доставки экипажей предполагалось использовать космический корабль «Союз» в трехместном варианте. В 1970 году были сформированы три экипажа. Первый: Георгий Шонин, Алексей Елисеев и Николай Рукавишников. Второй: Алексей Леонов, Валерий Кубасов и Петр Колодин. Третий: Владимир Шаталов, Владислав Волков и Виктор Пацаев. Чуть позже подготовку начал еще один экипаж в составе Георгия Добровольского, Виталия Севастьянова и Анатолия Воронова. В феврале 1971 года в составах произошли изменения: Шонина, к которому возникли претензии у медиков, заменил Шаталов, в третий – назначили Добровольского, в четвертый – Алексея Губарева. Именно в названном порядке космонавты и должны были побывать на борту станции.

Старт первого экипажа был запланирован на 22 апреля 1971 года. Владимир Шаталов, Алексей Елисеев и Николай Рукавишников заняли свои места в кабине корабля «Союз-10» и приступили к проверке бортовых систем. Все происходило как обычно. По громкой связи велся отсчет времени. Вот объявлена часовая готовность, потом получасовая, пятнадцатиминутная... В корабле уже приготовились услышать заключительную команду «Ключ – на старт!», но вместо этого оператор предупредил:

– «Амуры», приготовьтесь к эвакуации. Старт откладывается на сутки.

А случилось вот что: одна из мачт не отошла от ракеты, хотя соответствующая команда была выдана. Можно было рискнуть, надеясь, что в момент старта мачта отойдет сама. Такие предложения были. Но звучали и другие голоса. А если мачта не отойдет и пропорет обшивку ракеты? Если носитель завалится в момент отрыва и взорвется? Решили не рисковать.

Космонавты выбрались на площадку ферм обслуживания. Настроение было подавленным. Для Владимира Шаталова это уже было во второй раз, когда старт откладывался на 24 часа. Первый раз это произошло в январе 1969 года. Правда, потом его полет прошел очень хорошо. Некоторые из суеверных людей, а таковых на космодроме всегда было предостаточно, поспешили уверить космонавта в том, что это хороший знак и уж теперь их путь на «Салют» будет ровным и гладким.

Действительно, на следующий день старт состоялся, корабль вышел на орбиту. Через сутки он сблизился со станцией, и Шаталов перешел на ручное управление. И тогда все шло штатно. Метр за метром два космических аппарата сближались, и вот наконец произошло касание.

Космонавты почувствовали глухой удар и услышали трение металла о металл. Началось легкое покачивание. Оно длилось недолго и вскоре успокоилось. Сработали замки сцепления, произошло стягивание, а затем и жесткая сцепка «Союза» с «Салютом». Но Земля не дала разрешения на открытие люков. Телеметрическая информация показывала, что герметичности стыковочного узла нет и открывать его нельзя.

Несколько часов продолжался диалог «борт – Земля», и в итоге было принято решение расстыковаться и возвращаться на Землю. Было обидно, что приходится отказываться от того, ради чего прилетели. Но приказ есть приказ, и экипаж начал готовиться к расстыковке. Но тут выяснилось, что негерметичность стыковочного узла – это еще не все, что было уготовано им в этом полете. Шаталов попытался расстыковать корабль и станцию, с первой попытки это сделать не удалось. Станция вцепилась в корабль и не хотела отпускать его от себя. Безрезультатно закончилась и вторая попытка. Земля судорожно искала решение. Несмотря на ограниченность времени, успели рассмотреть многие варианты. Например, предполагалось свалить с орбиты с помощью тормозного двигателя корабля всю связку, надеясь, что при входе в земную атмосферу она сама распадется. Прежде чем реализовывать эту, прямо скажем, аварийную схему, решили сделать еще одну попытку. На третий раз удалось расстыковать корабль и станцию. Возвращение прошло без проблем.

Состоявшийся на Земле «разбор полетов» показал, что космонавты действовали правильно, техника работала нормально, а причиной неудачной стыковки мог быть посторонний предмет, попавший в стыковочный узел. Так как угрозы для жизни экипажа выявлено не было, то полеты было решено продолжить. Но «осваивать» «Салют» предстояло уже другому экипажу: Алексею Леонову, Валерию Кубасову и Петру Колодину. Они были вторыми в графике подготовки и должны были лететь следующими.

Но на станцию отправились другие. За три дня до старта, как обычно, космонавты проходят предполетную медицинскую комиссию. Лишь по ее результатам Государственная комиссия называет состав экипажа, которому предстоит отправиться в полет. Так было и на этот раз, но результаты оказались неожиданными даже для самих врачей. У Кубасова было обнаружено затемнение в легких. Повторные проверки, консилиумы, вызов специалистов из Москвы и никакой определенности. Было предположение, что «имеет место неярко выраженная аллергическая реакция», но его отвергли. Так как предстоял длительный полет, врачи решили, что лучше перестраховаться, чем взять на себя ответственность. Кубасова от полета отстранили, а вместе с ним и весь экипаж.

Когда решение было оглашено на заседании Госкомиссии, сначала наступила тишина, а затем взрыв протеста. Алексей Леонов и Петр Колодин отстаивали свое право на полет, доказывали, что они лучше знают станцию и провели больше тренировок, что включение в экипаж Владислава Волкова не повлечет за собой никаких осложнений. Но Госкомиссия была непреклонна и свое решение пересматривать не собиралась.

Мгновенно между экипажами пробежал холодок отчуждения. Больше других переживал Колодин. Понуро он произнес: «Теперь я уж никогда не полечу». Как в воду глядел. Хотя и пришлось ему в последующие годы проходить подготовку к полетам, но так и не довелось побывать на орбите.

Интересно, что чуть позже, при повторном медицинском обследовании Кубасова, медики свои претензии сняли, поэтому Леонов, Кубасов и Колодин начали подготовку к полету на станцию «Салют» на следующем корабле «Союз-12», запуск которого планировался на август – сентябрь 1971 года.

Георгий Добровольский, Владислав Волков и Виктор Пацаев не скрывали своей радости от такого подарка. Если бы они знали, что ждет их в недалеком будущем!.. Но от судьбы не уйдешь.

Георгий Тимофеевич Добровольский родился в 1928 году. Одесский мальчишка, приговоренный фашистами к расстрелу, но оставшийся в живых, прошел длинный путь к своему звездному часу. Были на этом пути Одесская спецшкола ВВС, Чугуевское военное училище летчиков, служба в ВВС, Военно-воздушная академия. В отряд космонавтов Добровольский пришел в 1963 году. Спустя восемь лет стал стал командиром первой в мире орбитальной станции.

Владислав Николаевич Волков был на семь лет младше своего командира. После окончания Московского авиационного института работал в ОКБ-1 у Королева. Одним из первых среди инженеров подал заявление в отряд космонавтов. С 1966 года начал готовиться к полетам в космос. В 1969 году впервые побывал на орбите на корабле «Союз-7». Потом были новые тренировки, назначение в новый экипаж и новый полет.

Схожей была биография и Виктора Ивановича Пацаева. Он также работал в ОКБ-1, но в отряд космонавтов пришел на три года позже Волкова. Полет на борт орбитальной станции «Салют» стал для него первым и, к сожалению, последним.

И вот 6 июня 1971 года «Союз-11» вышел на орбиту. Стыковка прошла гладко, и первый экипаж приступил к работе на борту «Салюта». Космонавты трудились старательно, но не все складывалось так, как хотелось. Побывавший уже в космосе Владислав Волков давил своим авторитетом, у него возникли трения с командиром экипажа. Добровольский, склонный к уставному порядку, не желал уступать. До войны дело не дошло, но обстановка была напряженная. Все же они полностью выполнили запланированную программу полета и 29 июня стали готовиться к возвращению.

Разделение корабля и станции прошло нормально, затем включился тормозной двигатель, и корабль устремился к Земле. Полет спускаемого аппарата завершился плавным приземлением в заданном районе. Одновременно с кораблем приземлился вертолет поисково-спасательной службы. Спасатели вскрыли люк и обнаружили космонавтов на своих рабочих местах без всяких признаков жизни. Тридцать минут пытались спасти космонавтов: делали массаж сердца, искусственное дыхание. Но все было напрасно.

Причину трагического происшествия выяснили довольно быстро. Правда, проинформировать об этом население Советского Союза и весь остальной мир решились спустя несколько месяцев. Все дело оказалось в клапане, который должен был автоматически открыться на небольшой высоте и сравнять давление в корабле и в земной атмосфере. Предусмотрено это было на случай посадки корабля на воду или если спускаемый аппарат «ляжет» на землю люком вниз. Так должно было произойти, но случилось иначе – клапан сработал на огромной высоте, практически в вакууме. Воздух ушел из корабля в считаные мгновения. Космонавты погибли, так как были без скафандров. Теоретически они могли бы просто заткнуть отверстие рукой. Но для этого надо было отстегнуться и встать из кресла. Требовалось время, которого у космонавтов не оказалось. Хотя по расположению тел в кабине можно предположить, что такая попытка все же была сделана.

В сентябре 1971 года состоялось заседание Государственной комиссии, на котором Леонов доложил о готовности экипажей к полетам на станцию и о желании космонавтов лететь. Но было принято другое решение: полеты временно прекратить, а корабль «Союз» модифицировать. В принципе это было логично. Нельзя было положиться на волю случая и свято верить в надежность техники, которая не всегда слушалась своих создателей. Дальнейшие полеты космонавты должны были совершать в скафандрах, поэтому экипаж «Союза» сокращался до двух человек. Учитывая это, из экипажей вывели Колодина и Воронова.

Первый «Салют» больше не принимал на своем борту космонавтов. Пока проводились доработки корабля, он совершал полет в автоматическом режиме. 11 октября 1971 года станция сошла с орбиты и прекратила свое существование.

Трагедия, случившаяся с экипажем корабля «Союз-11», многому научила конструкторов, она стала последней катастрофой в истории отечественной космонавтики. После полета «Союза-11» ни один наш космонавт не погиб во время космического полета. Были аварии, о которых я еще расскажу, но они не переросли в катастрофы с человеческими жертвами. А это о многом говорит.

Глава 30

«Салюты», «Скайлэб», «Алмазы» и «Мир»

Разработка орбитальных станций началась в СССР и в США вскоре после того, как на орбиту отправились первые искусственные спутники Земли. В какой-то степени это было навеяно фантастической литературой, где громадные поселения вне Земли рассматривались как основа проникновения во Вселенную. Человечество очень спешило покорить космос и поэтому немедля приступило к проектированию гигантских конструкций, которые могли бы ему в этом помочь.

Я не буду перечислять все проекты, которые легли на бумагу, а остановлюсь только на тех, которые были доведены до летных экземпляров и побывали в космосе. Их не так уж и много.

В Советском Союзе – бесспорном лидере в этом направлении космической деятельности – разработка велась в двух конструкторских бюро: ОКБ-1 (ныне РКК «Энергия»), где был создан ряд долговременных орбитальных станций (ДОС) и станция «Мир», и в ОКБ-52, где делали военные «Алмазы». И ДОСы, и «Алмазы» летали под общим наименованием «Салют». Делалось это, «чтобы враг не догадался».

В США была создана всего одна станция – «Скайлэб». Ее делали на скорую руку, чтобы хоть как-то ответить Советам, отправившим на орбиту первую орбитальную станцию «Салют». Ее эксплуатировали менее года, а потом законсервировали до лучших времен, которые так и не наступили.

Сейчас в космосе летает Международная космическая станция, в создании которой принимают участие 14 стран.

История полетов на орбитальные станции полна неприятностей. Это факт. Но, и это самое главное, удалось избежать катастроф, которые могли бы поставить под сомнение саму необходимость этого вида деятельности в космосе. О том, что произошло во время полетов «Салютов», «Скайлэба», «Алмазов» и «Мира», я и хочу рассказать.

Экспедиция Георгия Добровольского, Владислава Волкова и Виктора Пацаева на борт комплекса закончилась трагически, что больно ударило по советской пилотируемой программе. Сначала были отложены новые экспедиции на орбиту, а потом и сама станция сгорела в плотных слоях земной атмосферы, заставив заняться изготовлением нового «Салюта».

Для полетов на него были сформированы три экипажа. Первым в августе 1972 года должны были отправиться в космос Алексей Леонов и Валерий Кубасов. Следующими планировалось запустить Василия Лазарева и Олега Макарова, а потом – Алексея Губарева и Георгия Гречко.

Но ни один из этих полетов не состоялся. Все они были отменены из-за аварии ракеты-носителя «Протон-К», взорвавшейся 29 июля 1972 года на участке выведения. Вместе с носителем погиб и второй «Салют».

После этой неудачи стали срочно готовить к запуску третью орбитальную станцию. Соответственно и космонавты стали готовиться к полетам на нее. 11 мая 1973 года станция была выведена на орбиту, но уже на первых витках на ней вышла из строя система ориентации. Эксплуатировать ее в пилотируемом режиме стало невозможно, и ее нарекли «Космосом-557». Запланированные полеты вновь отменили, на этот раз окончательно. Космонавтов перевели на другие программы.

К началу 1973 года была изготовлена первая орбитальная станция военного назначения «Алмаз». Для конспирации было решено, что и она отправится в космос под названием «Салют» – пусть американцы ломают голову!

Для работы на борту готовились три экипажа. Первый – Павел Попович и Юрий Артюхин. Второй – Геннадий Сарафанов и Лев Демин. Третий – Борис Волынов и Виталий Жолобов.

3 апреля 1973 года станция «Салют-2» была выведена на орбиту. Первый экипаж должен был прибыть на нее во второй половине апреля. Но на тринадцатые сутки полета, 15 апреля, произошла внезапная разгерметизация отсеков, затем перестала поступать телеметрическая информация. Космический аппарат начал быстро терять высоту. Естественно, старт пилотируемого корабля отменили. А 29 апреля станция сгорела в плотных слоях земной атмосферы. Первый экипаж, готовившийся к полету на «Салюте-2», приступил к подготовке к полетам на станцию «Салют-3».

Пока в нашей стране пытались научить орбитальные станции летать (как видим, только самая первая летала нормально, если не брать в расчет все прочие неприятности), американцы смогли построить собственный космический аппарат. Станция «Скайлэб» представляла собой топливный бак ракеты-носителя «Сатурн-5», оборудованный системами жизнеобеспечения и научной аппаратурой. По большому счету, это не была специально созданная конструкция. Как я уже говорил, американцам надо было найти если не адекватный, то хотя бы какой-никакой ответ. Вот они его и нашли.

Продолжительность программы «Скайлэб» была очень незначительной. Хотя по тем временам она представлялась достаточно масштабной.

Станцию запустили 15 мая 1973 года. Во время наведения на околоземную орбиту был серьезно поврежден противометеоритный экран и кое-какие элементы систем терморегулирования. В какой-то момент возникло даже сомнение о возможности ее эксплуатации в космосе. Но, оценив повреждения и, самое главное, финансовые и организационные потери в случае отказа от полетов к ней, руководство американского аэрокосмического управления приняло решение попытаться восстановить работоспособность «Скайлэба». Для этого 25 мая на орбиту был отправлен первый экипаж. Его нарекли «аварийным», и длительность полета должна была быть определена исходя из возможности пребывания на борту комплекса.

С большой настороженностью космонавты состыковались со «Скайлэбом», перешли на борт и осмотрелись. К их радости, повреждения оказались не столь серьезны, как это представлялось на Земле, и они приступили к ремонтным работам.

Уже через два дня стало ясно, что станция не только будет летать, но на ней можно эффективно работать. Поэтому было решено оставить космонавтов в космосе на весь срок первой экспедиции – 28 дней. За эти четыре недели удалось не только выполнить «ремонтную программу», но и провести все те исследования и эксперименты, к которым космонавты готовились.

Две последующие экспедиции продолжительностью 56 и 84 суток прошли на удивление гладко и успешно. Однако своего продолжения программа «Скайлэб» не получила. Для нее была использована техника, которая осталась от программы «Аполлон», а новые ракеты и корабли в НАСА заказывать не собирались, сосредоточив все ресурсы на разработке нового поколения космических кораблей системы «Спейс Шаттл». Поэтому станция была законсервирована, а возобновить ее эксплуатацию предполагалось уже после начала полетов кораблей многоразового использования.

Однако этим планам не суждено было сбыться. Полеты «шаттлов» все откладывались и откладывались, а тем временем «Скайлэб» стал довольно быстро терять высоту и в 1979 году сгорел в земной атмосфере.

Ну а пока еще на борту американской орбитальной станции работали космонавты, в Советском Союзе начались летные испытания модифицированных кораблей «Союз» в автономном режиме полета. Первый старт состоялся 27 сентября 1973 года, когда на «Союзе-12» в космос отправились Василий Лазарев и Олег Макаров. Это был первый в нашей стране пилотируемый полет после трагической гибели Добровольского, Волкова и Пацаева. Космонавты летели в скафандрах. Полет был рассчитан на 8 суток.

Шли вторые сутки полета. Лазарев и Макаров освоились с невесомостью, проверили бортовые системы. Вот тут-то все и началось. Сначала возникли серьезные неполадки в системе жизнеобеспечения. Затем последовали отказы в системе ориентации. Было решено полет прервать и возвратить экипаж на Землю. Вместо восьми дней космонавты пробыли в космосе чуть больше двух суток.

В декабре 1973 года ту же программу повторили при полете «Союза-13». На этот раз все прошло благополучно, и новая модификация «Союза» получила разрешение на полеты к орбитальным станциям.

Третьим «Салютом» стал первый эксплуатационный экземпляр военной станции «Алмаз», который был запущен 25 июня 1974 года. Уже 4 июля на борт прибыл первый военный экипаж в составе Павла Поповича и Юрия Артюхина. В течение 15 суток они работали на борту станции, после чего возвратились на Землю. Все прошло относительно гладко.

Второй экипаж – Геннадий Сарафанов и Лев Демин – стартовал в космос 26 августа 1974 года на корабле «Союз-15». Им также предстояла стыковка со станцией «Салют-3» и 25 дней работы на ее борту.

На вторые сутки полета начался этап дальнего сближения. Расстояние сокращалось с каждой минутой. Еще немного – и должен был начаться режим причаливания. И тут космонавты почувствовали, что двигательная установка работает вопреки логике: вместо торможения – разгон, и наоборот. Ситуация на орбите складывалась серьезная. Перехитрить двигатель не удалось. Запас топлива для маневров не так уж и велик. Каждое включение двигателя уменьшает шансы на успех. Начались переговоры с Землей. Сарафанов и Демин были готовы к еще одной попытке попасть на станцию, но приказ был иным: «Дальнейшие попытки прекратить и готовиться к посадке».

Беда редко приходит одна. Перед включением тормозного двигателя произошла раскрутка гироскопов. Контроль велся по амперметру и бортовому секундомеру. И тут зашкалило амперметр. Что это? Короткое замыкание. «Только пожара не хватает», – буркнул Демин. Оба сознавали, что с посадкой может не получиться. Отключить тумблеры и попробовать снова – потеря времени. Рискнуть? Может, гироскоп уже раскрутился. А если не успел? Тогда можно навечно остаться в космосе. Решили рисковать. Хронометраж вели по ручным часам.

Им повезло, тормозной двигатель столкнул корабль с орбиты. Последнее испытание – гроза в районе посадки – показалось такой мелочью. На Земле состоялся разбор полетов. Во всем обвинили экипаж, хотя в данном случае люди стали жертвой обстоятельств. Эксплуатацию «Салюта-3» в пилотируемом режиме прекратили. Полет Волынова и Жолобова на «Союзе – 16» отменили.

Очередная гражданская орбитальная станция под открытым наименованием «Салют-4» отправилась в космос 26 декабря 1974 года. Планировалось доставить три экспедиции на станцию, но состоялись только два полета.

30-суточный полет Алексея Губарева и Георгия Гречко прошел успешно, а вот второй экипаж до станции не долетел.

5 апреля 1975 года с Байконура стартовал очередной пилотируемый космический корабль «Союз-18». На станцию «Салют-4» отправились Василий Лазарев и Олег Макаров. Это была вторая экспедиция на борт станции, и космонавтам предстояло проработать на ней два месяца. Но полет закончился гораздо раньше – отказала третья ступень ракеты, и космонавтам пришлось в аварийном режиме возвращаться на Землю. Об этом суборбитальном полете я подробно расскажу в следующей главе.

Последний из запланированных полетов на борт станции «Салют-4» начался через полтора месяца. Перерыв мог быть и более продолжительным, но в тот момент шла активная подготовка к совместному советско-американскому полету по программе ЭПАС, и требовалось доказать американцам, что советские корабли умеют летать. Поэтому и приняли решение пустить следующий корабль так быстро.

Следующей станцией, которая отправилась в космос под названием «Салют-5», был военный «Алмаз». На ее борту работали две экспедиции: экипаж корабля «Союз-21» (Борис Волынов и Виталий Жолобов) и экипаж корабля «Союз-24» (Виктор Горбатко и Юрий Глазков).

Как и во время полетов предыдущих орбитальных станций, работа на борту «Салюта-5» не обошлась без проблем. До сего дня достоверно неизвестно, что произошло на борту станции во время работы первого экипажа.

«Союз-21» стартовал 6 июля 1976 года. Программа полета была рассчитана на 60 дней. Военные очень хотели увеличить продолжительность полета до 90 дней, но ресурс «Союза» не позволял этого сделать. Работа на станции была монотонной. Это был разведывательный полет, и космонавтам приходилось регулярно заряжать фотоаппараты, проявлять пленку. Первый месяц работы на борту комплекса прошел штатно. Если не считать неприятного запаха в отсеках станции. Космонавты грешили на попавшие в атмосферу станции пары ядовитого топлива, на материал внутренней обшивки станции. На повседневной работе это не сказывалось, хотя и раздражало.

Неприятности начались на 42-е сутки полета. Неожиданно взревел сигнал тревоги, погас свет, отключились многие бортовые приборы. Отключили сирену, и станцию окутала гнетущая тишина. Экипаж не мог понять, что же произошло, насколько это серьезно. С каждой минутой открывались все новые неприятности. Не работала система регенерации воздуха. Кислорода становилось все меньше. Станция потеряла ориентацию. Но экипаж через два часа смог привести «Алмаз» в норму.

Авария не прошла бесследно. У Жолобова начались головные боли, наступила бессонница. Перепробовали все, что было в бортовой аптечке. Не помогало, день ото дня ему становилось все хуже, он не мог работать в полную силу. Какое-то время об этом на Землю не сообщали. Однако в очередном сеансе связи Жолобов пожаловался на свое состояние. Начались долгие переговоры, консультации.

В конце концов на 49-е сутки полета поступил приказ на возвращение. Космонавты надели скафандры и заняли свои места в корабле. Команда на расстыковку с первого раза не прошла. И это вызвало немало волнений. Но корабль все-таки отчалил от станции. Дальнейший путь к Земле прошел без осложнений.

В конце 1980-х годов в нашей печати очень много писали об этом полете. Было высказано немало предположений о том, что же произошло на борту станции. Чаще всего говорилось, что полет был прерван из-за «психологической несовместимости» экипажа. Писали, что на второй месяц полета космонавты рассорились друг с другом. Что превалировало в этом полете – человек или техника, – неясно и сегодня. Известно только, что полет был прерван досрочно.

Следующими на борту «Салюта-5» должны были побывать Вячеслав Зудов и Валерий Рождественский. 14 октября 1976 года стартовал космический корабль «Союз-23». Космонавтам предстояло проверить работоспособность систем жизнеобеспечения, исследовать атмосферу и, в случае необходимости, сменить атмосферу в отсеках станции. После этого предстояли два месяца рутинной разведывательной работы на борту станции.

Сближение корабля и станции началось на следующие сутки. Техника работала безупречно. Режим причаливания шел точно по графику. Между объектами оставалось две сотни метров, когда началось то, что стало неожиданным и для Земли, и для экипажа. Данные о параметрах относительного движения корабля и станции, заложенные в программу, не совпали с истинными значениями. Расхождения привели к ускорению всех процессов управления, и в считаные секунды то, что было нормой, стало чрезвычайной ситуацией, требующей немедленного вмешательства.

Анализ телеметрии наводил на грустную мысль: что-то неладное происходит в работе измерительной аппаратуры. Космонавты рвались продолжить сближение в ручном режиме, но Земля проявила осторожность. Данные с орбиты оптимизма не внушали, и поступила команда: стыковку отменить и готовиться к возвращению на Землю.

Велико было разочарование космонавтов, но приказ есть приказ. Через два дня после старта корабль сошел с орбиты и совершил единственное в истории советской космонавтики приводнение на гладь озера Тенгиз. Девять долгих часов космонавты ждали, пока их эвакуируют из севшего на мелководье спускаемого аппарата.

Эта посадка породила много шуток среди космонавтов. Валерий Рождественский был единственным, кто пришел в отряд космонавтов, поработав прежде водолазом. С той памятной посадки за ним закрепилось прозвище «Адмирал Тенгизский».

Следующими на станции побывали Виктор Горбатко и Юрий Глазков. После них планировалась еще одна экспедиция. К ней готовились Анатолий Березовой и Михаил Лисун, а также их дублеры Владимир Козельский и Владимир Преображенский. Старт их «Союза» был запланирован на март 1977 года. Но дополнительный корабль мог быть готов лишь к тому времени, когда на станции для поддержания орбиты иссякли бы все запасы топлива и она находилась бы в неуправляемом полете, что делало невозможной стыковку. По этой причине было решено эксплуатацию «Салюта-5» в пилотируемом режиме прекратить. 8 августа 1977 года станция вошла в плотные слои земной атмосферы и затонула в пустынном районе Тихого океана.

29 сентября 1977 года начался полет орбитальной станции второго поколения «Салют-6». От своих предшественников она отличалась не только техническим устройством, но и сроком пребывания на орбите. Если на четвертом и пятом «Салютах» побывали по две экспедиции, а на первом и третьем и вовсе по одной, то «Салют-6» принял на своем борту пять основных и 11 краткосрочных. Это был существенный прорыв. Несмотря на такое обилие полетов, неприятностей станция доставила относительно немного. Правда, начало было не очень удачное, и кое-кому показалось, что «Салюту-6» уготована судьба предшественников.

9 октября 1977 года стартовал «Союз-25» с космонавтами Владимиром Коваленком и Валерием Рюминым на борту. Однако на станцию они не попали. В очередной раз подвела система сближения и стыковки. Корабль коснулся стыковочного узла, но скорость сближения была настолько велика, что это было весьма жесткое касание. Возникли даже предположения, что в результате этого стыковочный узел оказался поврежденным. А Коваленок и Рюмин получили команду не предпринимать новых попыток стыковки и готовиться к возвращению на Землю.

Эти опасения смогли развеять только в декабре, когда на «Салюте-6» обосновался следующий экипаж – Юрий Романенко и Георгий Гречко. Космонавты вышли в открытый космос, осмотрели узел и убедились, что все в полном порядке.

Анализ полета «Союза-25» заставил специалистов сделать вывод, что одной из причин неудачи явилась неопытность членов экипажа: ни один из них ранее не имел опыта космического полета. Поэтому приняли действующее и поныне решение: в каждом экипаже должен быть хотя бы один опытный космонавт. Как следствие, в октябре 1977 года все экипажи, проходившие подготовку, переформировали. Из этого правила было сделано только одно исключение. В июле 1994 года в космос отправились Юрий Маленченко и Талгат Мусабаев. Оба не имели опыта космических полетов, но такое решение было принято в угоду политическим реалиям того дня.

До апреля 1979 года работа на борту станции «Салют-6» сопровождалась чередой успехов и триумфов. В январе 1978 года на станцию прибыл первый экипаж посещения (Владимир Джанибеков и Олег Макаров). Впервые в составе космического комплекса были состыкованы три космических аппарата, а на борту станции работали четыре космонавта. В марте стартовал первый международный экипаж. На борту станции побывал первый чехословацкий космонавт Владимир Ремек. В том же году стартовали первый польский космонавт Мирослав Гермашевский и первый космонавт ГДР Зигмунд Йен. Вновь, как и некогда, в сообщениях ТАСС замелькало такое приятное на слух слово «первый».

25 февраля 1979 года на станцию прибыли члены очередной экспедиции Владимир Ляхов и Валерий Рюмин. Именно во время этой самой длительной на тот период космической экспедиции произошла одна из самых неприятных ситуаций в советской пилотируемой космонавтике.

10 апреля 1979 года в космос отправился советско-болгарский экипаж – Николай Рукавишников и Георгий Иванов. Интересный факт, относящийся к этому полету. Когда утверждался экипаж, кому-то из советских чиновников не понравилась фамилия болгарского космонавта – Каканов. Какие нехорошие ассоциации возникли при этом у чинуши, неизвестно, но за несколько часов до полета по согласованию ЦК КПСС и ЦК Болгарской коммунистической партии космонавту дали новую фамилию – Иванов.

Советско-болгарский полет выпал из разряда стандартных международных полетов. На долю четвертой международной экспедиции неприятностей выпало предостаточно. Все шло более или менее гладко до момента стыковки корабля и орбитальной станции. Когда оставалось совсем чуть-чуть, произошла авария основного двигателя космического корабля. В одной из камер двигателя произошел взрыв. Речи о стыковке уже больше не шло, встал вопрос о возвращении на Землю. Подобного рода авария происходила впервые, и перед экипажем была вполне реальная угроза стать пленниками орбиты. Оставалась единственная надежда на тормозной двигатель, который мог столкнуть корабль с орбиты.

Но в той ситуации никто не мог дать гарантии, что это произойдет.

Во-первых, неизвестно было, остался ли неповрежденным тормозной двигатель во время взрыва.

А во-вторых, даже если он останется целым, не было уверенности, что он проработает необходимое время. Если бы он проработал менее 120 секунд, то корабль остался бы на орбите. Если бы от 120 до 180 секунд, то спуск должен был произойти по баллистической траектории с большими перегрузками. Если бы он проработал расчетные 188 секунд, то все должно было закончиться нормально.

Когда заработал тормозной двигатель, оба космонавта впились глазами в стрелку часов. Их жизнь была теперь связана с нею. Медленно текли секунды. Двигатель работал минуту, вторую, третью. Наконец все смолкло. Три минуты 33 секунды проработал двигатель, но ощущение нарастающей силы тяжести все не приходило. Как оказалось впоследствии, тормозной двигатель все-таки был поврежден и не обеспечивал необходимый тормозной импульс. Николай Рукавишников вспоминал впоследствии, что они как завороженные в этот момент смотрели на пылинку, которая в невесомости плавала по кабине корабля. Если она будет падать вниз, то все пройдет более или менее нормально. А если нет, то... Об этом космонавты старались не думать.

Но вот наконец она заскользила вниз. Корабль устремился к Земле. Спуск проходил по баллистической траектории. Перегрузки достигали 15 g. К счастью, все завершилось благополучно. Корабль сел, космонавты остались живы.

Из космоса на корабле «Союз-33» должны были возвратиться Владимир Ляхов и Валерий Рюмин, совершавшие полет на станции «Салют-6». Но из-за аварии, пока не были выяснены причины, было решено послать в космос беспилотный корабль «Союз-34», на котором космонавты и возвратились на Землю.

«Салют-6» эксплуатировался еще более двух лет и особых хлопот не доставил. Были еще две относительно небольшие неприятности, о которых я упомяну.

В августе 1979 года на станции проводились астрофизические и геофизические исследования с помощью радиотелескопа КРТ-10. Через стыковочный узел элементы конструкции были выдвинуты в открытый космос, и там раскрыта антенна. Исследования прошли успешно, и 9 августа антенна должна была быть отделена от корпуса станции. Но колебания антенны привели к частичному ее зацеплению за выступающие элементы агрегатного отсека. Когда корабль должен был отстыковываться от станции, могли произойти неприятности. Чтобы не создавать проблем при возвращении на Землю, было решено совершить выход в открытый космос и отцепить непослушную антенну. Это и было сделано 15 августа. А через четыре дня космонавты благополучно возвратились на Землю.

Вторая неприятность произошла через год и три месяца. К тому времени для доставки на станцию экипажей стали использовать усовершенствованные корабли «Союз Т». На четвертый квартал 1980 года был запланирован старт корабля «Союз Т-3». К полету готовились два экипажа: основной – Василий Лазарев, Геннадий Стрекалов и Валерий Поляков, дублирующий – Юрий Исаулов, Николай Рукавишников и Михаил Потапов. Был запланирован большой объем медицинских исследований, поэтому в экипажи входили врачи.

Но в октябре 1980 года в термосистеме «Салюта-6» возникла неисправность, которую надо было устранить, поэтому от полета корабля «Союз Т-3» по медицинской программе отказались. А готовиться к старту стала бригада «ремонтников» в составе Леонида Кизима, Олега Макарова и Константина Феоктистова. Незадолго до старта Феоктистов по состоянию здоровья был от полета отстранен, и его место занял Геннадий Стрекалов.

В декабре экипаж побывал на станции и устранил неисправности. На станции работала еще одна длительная экспедиция, побывали космонавты из Румынии и Монголии, прежде чем на смену «Салюту-6» пришел «Салют-7».

«Салют-7» оказался менее удачливым, чем его предшественник. Вероятно, это связано с тем, что эксплуатировали его эпизодически. Длительные экспедиции прилетали и улетали, каждый раз проводя расконсервацию бортовых систем в начале полета и консервируя их в конце. Последний экипаж покинул борт станции в октябре 1984 года, и она совершала обычный автономный полет. Исправно работала аппаратура, регулярно поступала телеметрическая информация.

Потом начались сбои. Поначалу они показались случайными. Попытки исправить положение к успеху не привели. А 11 февраля 1985 года станция смолкла совсем. Ежедневно группы специалистов проигрывали различные варианты, чтобы понять: что же случилось? Надежды реанимировать станцию уменьшались с каждым днем, и самым логичным казалось прекратить эксплуатацию.

Но один шанс все-таки был. Что, если послать к станции экипаж и попробовать ее оживить? Только побывав на борту, можно было понять, что произошло. Однако на борт «Салюта-7» надо было еще попасть...

Специальный экипаж, которому предстояло решить эту сложную техническую задачу, был сформирован оперативно. На тот момент наиболее опытным космонавтом считался Владимир Джанибеков. Он и был назначен командиром корабля. Еще до потери связи со станцией, когда все шло нормально, к работе на ней готовились Владимир Васютин, Виктор Савиных и Александр Волков. Сразу родилось решение, по которому бортинженер штатного экипажа включался в аварийный экипаж, а затем оставался на борту для работы в составе очередной длительной экспедиции. Так и поступили.

Джанибеков и Савиных отправились в космос 6 июня 1985 года. Стыковка была намечена не на следующие сутки, как обычно, а через 50 часов после старта. Был рассчитан график сближения, причаливания, стыковки. Это по расчетам все легко и просто. Но ведь станция в тот момент была не более чем неодушевленный кусок железа, который никак не реагировал на сигналы и мог в любой момент выкинуть какой-нибудь фокус. Один неточный маневр – и могло произойти столкновение.

Нет смысла пересказывать процесс стыковки. Это были напряженные, мучительные минуты. Все находилось в руках экипажа, и они сумели выполнить то, ради чего и затевался полет.

Маневры на орбите длились около 30 минут. Наконец с орбиты раздались слова:

– Есть касание!

На Земле в ЦУПе царило ликование. А на орбите не очень-то радовались. У космонавтов просто не было сил выразить свои эмоции. Они неподвижно сидели в своих креслах. Это была победа. Еще не полная, но успех был налицо.

То, что не работает система ориентации, стало ясно еще во время стыковки. Причина тоже была ясна – нет напряжения в системе энергопитания. А это худо. Если на борту нет электропитания, то, вероятнее всего, большинство приборов замерзли. Были еще опасения, что и атмосфера в отсеках может быть токсична. Про то, что на борту царил собачий холод, я уж не говорю.

Можно длинно и нудно описывать, как день за днем космонавты восстанавливали бортовые системы. Разбирали до винтика многие приборы и агрегаты, а потом снова их собирали. Проверки, пробы, новые проверки. И так каждый день. И все это, когда приходилось согреваться, делая резкие движения. Через неделю появился в сети первый ток. Медленно начали прогревать систему терморегулирования. Потом оттаяла система регенерации воздуха. И так шаг за шагом они приводили в порядок станцию.

Через месяц станция начала функционировать в нормальном режиме, и космонавты перешли от ремонтных работ к научным исследованиям и экспериментам.

В сентябре на борт станции прибыли члены основной экспедиции Владимир Васютин и Александр Волков, а Владимир Джанибеков возвратился на Землю. Это была последняя экспедиция на борт «Салют-7». Космонавтам предстояло проработать на борту станции около полугода, но проработали они только два месяца. Неожиданно заболел командир экипажа Владимир Васютин. Пытались лечить его тем, что находилось на борту, но не помогало. Ему становилось все хуже и хуже. Вполне естественно, что было принято решение о прекращении экспедиции и возвращении на Землю. 21 ноября спускаемый аппарат корабля совершил посадку близ Джезказгана. О тяжести сложившейся ситуации свидетельствует, например, тот факт, что во время посадки обязанности командира выполнял бортинженер Виктор Савиных.

В 1986 году был еще один полет на борт «Салют-7», но его целью была консервация систем корабля для автономного полета. В том же году в космос ушла станция новой конструкции «Мир». Работы по освоению космоса были перенесены на нее.

По своим габаритам и внешнему облику новая станция напоминала «Салюты», однако была оснащена новой системой стыковки с шестью узлами и представляла собой базовый блок для создания многоцелевого, постоянно действующего пилотируемого комплекса со специализированными модулями различного назначения. На станции было установлено и новое оборудование, а самое главное, взамен радиотехнической системы «Игла», которая в прошлом обеспечивала процесс стыковки кораблей «Союз» и орбитальных станций «Салют» и часто подводила, была установлена система «Курс». Именно она позволила в последующие 15 лет всем экспедициям благополучно добираться к месту назначения. Справедливости ради надо сказать, что проблемы были с беспилотными аппаратами, но об этом ниже.

В планах создания орбитального комплекса значилось выведение на орбиту и стыковка с базовым блоком нескольких специализированных блоков. На это отводилось чуть более трех лет.

«Мир», как и предшественники, в полной мере испытал на себе все превратности космической судьбы. Не все получилось так быстро, как хотелось бы. Срывы сроков, которые были вызваны и техническими трудностями, и финансовыми проблемами, и политическими причинами, намного увеличили продолжительность строительства орбитального дома. Вместо запланированных трех лет комплекс смогли собрать только через 10 лет, когда расчетный срок эксплуатации станции уже был значительно превышен.

Первым к базовому блоку 9 апреля 1987 года был пристыкован модуль «Квант». Конструктивно он представлял собой единый гермоотсек с двумя люками, один из которых является рабочим портом для приема транспортных кораблей.

Именно с «Кванта» начались проблемы со стыковками беспилотных кораблей, о чем я уже упомянул. Первая попытка, предпринятая 5 апреля, успехом не увенчалась. Впервые дала сбой новая система «Игла». Модуль и станция сблизились, но в последний момент стыковка была отменена, так как взаимная скорость сближения была велика.

Соединить космические аппараты в единое целое удалось только через четыре дня, но и это еще не было окончанием стыковочной эпопеи. По непонятной на тот момент причине они не могли быть жестко стянуты друг с другом и, соответственно, космонавты не могли перейти на борт модуля и проводить там работы. Чтобы выяснить причину, 11 апреля в открытый космос вышли находившиеся в тот момент на борту «Мира» Юрий Романенко и Александр Лавейкин и исследовали стыковочный узел. Все оказалось до обидного просто – в узле кем-то был забыт мешок с отходами. Космонавты удалили посторонний предмет и благополучно завершили процесс соединения космических аппаратов.

Модуль «Квант-2» был пристыкован к комплексу 6 декабря 1989 года. Он назывался также модулем дооснащения, поскольку в нем было сосредоточено значительное количество оборудования, необходимого для работы систем жизнеобеспечения станции и создания дополнительного комфорта ее обитателям.

Стыковка снова не обошлась без приключений. После выхода на орбиту не раскрылась солнечная батарея модуля. Четыре дня потребовалось на развертывание непослушной батареи. Наконец она зафиксировалась в рабочей позиции, и можно было стыковать космические аппараты.

Первая попытка, предпринятая 2 декабря, закончилась тем же, что и при стыковке первого «Кванта»: скорость сближения оказалась выше допустимой, и аппараты развели в космосе, чтобы избежать столкновения. Стыковку удалось выполнить только через четыре дня. К счастью, на этот раз никто ничего в стыковочном узле не забывал и соединение аппаратов прошло нормально.

Модуль «Кристалл» пристыковали 10 июня 1990 года. В нем было размещено преимущественно научное и технологическое оборудование для исследований процессов получения новых материалов в условиях невесомости.

Была какая-то зловещая закономерность: «Кристалл» также не смог состыковаться с комплексом с первого раза. Предпринятая 6 июня попытка стыковки окончилась безрезультатно. Через четыре дня проблем уже не было.

Модуль «Спектр» пристыковали 1 июня 1995 года. Аппаратура модуля позволяет вести экологический мониторинг атмосферы, океана, земной поверхности, медико-биологические исследования и многое другое. Стыковка прошла без проблем.

И, наконец, 26 апреля 1996 года была завершена сборка орбитального комплекса. В его состав вошел модуль «Природа». В этом блоке были сконцентрированы приборы высокоточного наблюдения за земной поверхностью в различных диапазонах спектра.

За 15 лет эксплуатации комплекса на нем были зафиксированы более 2 тысяч неисправностей, неполадок, выходов из строя аппаратуры, пожаров и других неприятностей. Всего не перечислишь. Да и большой необходимости в этом нет.

Расскажу только о самых крупных авариях и начну с полета космического корабля «Союз ТМ-5». На нем 7 июня 1988 года на «Мир» прибыл экипаж второй экспедиции посещения – советские космонавты Анатолий Соловьев, Виктор Савиных и болгарин Александр Александров, а возвращаться должны были члены экипажа третьей экспедиции посещения советский космонавт Владимир Ляхов и его афганский коллега Абдул Ахад Моманд. Распрощавшись 6 сентября 1988 года с остающимися на станции Владимиром Титовым, Мусой Манаровым и Валерием Поляковым, они заняли свои места в кабине и приготовились к спуску. Пружинные толкатели отделили корабль от станции, и два космических аппарата начали медленно удаляться друг от друга.

В расчетное время Ляхов вручную «отстрелил» бытовой отсек (на кораблях серий «Союз Т» и «Союз ТМ» отделение отсека производилось еще до выдачи тормозного импульса, что давало значительную экономию топлива). Это означало, что обратного пути на станцию нет, так как корабль лишился стыковочного узла. Дальше все заботы по доставке космонавтов на Землю должна была взять на себя автоматика.

Беду не ждешь. Она приходит сама. На границе входа в тень Земли отказал датчик инфракрасной вертикали системы ориентации. Это не особенно обеспокоило космонавтов, так как таких датчиков на корабле два. Но второй датчик тоже не сработал. Ориентация корабля была нарушена, и в расчетное время автоматика не дала команду на включение двигателя. Через семь минут ориентация восстановилась и неожиданно для экипажа двигатель включился. Время было нерасчетное, поэтому Ляхов через шесть секунд вручную двигатель отключил. Спуск был перенесен на следующий виток.

Пока «Союз ТМ-5» совершал незапланированный виток, операторы Центра управления ввели в бортовой компьютер новую циклограмму спуска. Наконец двигатель заработал, и пришла пора считать секунды. И тут выяснилось, что если двигатель отработает свои положенные 213 секунд, то корабль унесет куда-нибудь в Китай. Ляхов ручным переключателем прервал работу двигателя. «Союз ТМ-5» не сошел с орбиты. Командир доложил о происшедшем в ЦУП. Короткое замешательство на Земле, и поступает команда повторить попытку через два витка.

Но и повторное включение двигателя не обошлось без сюрприза: он проработал всего три секунды. Командир попытался «поправить» автоматику и сам включил двигатель. Тот заработал, но на 39-й секунде выключился. Ситуация осложнилась. Корабль продолжал оставаться на орбите. Еще одно самостоятельное включение, но результат тот же. В этой ситуации было принято решение отложить посадку на сутки.

Ляхов перевел дух и тут поймал испуганный взгляд Моманда. Только теперь он вспомнил, что на борту афганец. Для Ляхова это был третий полет, но эти космические сутки оказались самыми длинными в его жизни. Какие чувства испытывал в этой ситуации Моманд, остается только гадать, он большей частью молчал. Афганец начал подготовку в Звездном всего за полгода до старта, значился в экипаже космонавтом-исследователем, для него полет был интересен, но, если отбросить все политические нюансы, в сложившейся ситуации он мало что значил. Конечно же, он догадывался, что произошло что-то серьезное, что корабль перестал подчиняться, что кислород в системе на исходе, воды нет, туалет улетел вместе с бытовым отсеком.

В следующую ночь, через сутки после неудачи, вновь был включен двигатель. На этот раз он проработал 186 секунд, всего на две секунды меньше запланированного. Упрямый корабль устремился к Земле. А потом была посадка, Байконур, Москва, цветы, почести, награды. Но все это было потом. В очередной раз человек победил непослушную технику.

В последующие шесть лет основные неприятности происходили во время стыковок. О проблемах с модулями комплекса я уже писал. Однако неприятности были и с грузовыми кораблями типа «Прогресс М». Только со второй попытки были осуществлены стыковки «грузовиков» «Прогресс М-7» в марте 1991 года, «Прогресс М-10» в октябре того же года, «Прогресс М-13» в июле 1992 года.

А 14 января 1994 года произошло первое в истории освоения космоса столкновение пилотируемых кораблей. В тот день комплекс покинули Василий Циблиев и Александр Серебров. По просьбе ЦУПа перед посадкой им предстояло облететь «Мир» и произвести осмотр внешних поверхностей. Сначала все шло нормально, пока облет совершался на приличном расстоянии от комплекса. Но как только корабль приблизился, выяснилось, что показания приборов о скорости не соответствуют действительности. Корабль шел на станцию. Циблиев рванул ручку на себя и увернулся от надвигающейся громады. Но совсем касания избежать не удалось. Корабль сорвал приличный кусок теплозащитного покрытия. После этого космонавтам была дана команда готовиться к спуску.

В 1994 году произошло еще одно неприятное событие и тоже с уточнением «впервые». 15 октября 1994 года на борту возник небольшой пожар. Загорелась кислородная шашка, используемая в системе регенерации воздуха. Сжигание шашек процесс обычный, но пламя вспыхнуло впервые. Находившийся поблизости Валерий Поляков пожертвовал своим тренировочным костюмом и сбил пламя.

Следующие два года прошли относительно спокойно. Неприятности были, но ограничивались выходом из строя отдельных блоков, которые тут же либо исправлялись, либо заменялись на резервные.

Настоящий каскад неприятностей обрушился в 1997 году. Все началось с еще одного пожара, случившегося 23 февраля. Как и за три года до этого, вспыхнула кислородная шашка в системе регенерации воздуха. На этот раз все было куда масштабнее. Пожар потушили через 1,5 минуты, но еще полтора дня космонавтам пришлось работать на станции в респираторах. А Валерий Корзун получил ожоги на руках.

4 марта не удалось состыковаться с грузовым кораблем «Прогресс М-33». «Грузовик» был отстыкован за месяц до этого, чтобы освободить стыковочный узел для приема очередного корабля «Союз ТМ». Когда борт комплекса покинула предыдущая экспедиция, было решено вновь пристыковать «грузовик» и использовать остатки топлива для коррекции орбиты. Но подвела система сближения, и, чтобы избежать еще больших неприятностей, было решено отказаться от стыковки вовсе.

25 июня произошла авария, которая чуть было не привела к прекращению работ на борту комплекса. В тот день предстояло осуществить повторную стыковку с грузовым транспортным кораблем «Прогресс М-34». Как и предыдущий «грузовик», он был отстыкован, чтобы освободить место для приема американского корабля системы «Спейс Шаттл». После отлета американцев его снова хотели ввести в состав комплекса.

Стыковка происходила в обычном режиме. Василий Циблиев отслеживал процесс на экране монитора, а Александр Лазуткин наблюдал за приближением «грузовика» через иллюминатор. Корабль возник за «окном» неожиданно и стал надвигаться на комплекс с угрожающей быстротой. Циблиев пытался затормозить грузовик, но было поздно. Семитонная громада ударила в комплекс. Сразу же заревела сирена, загорелся транспарант «Разгерметизация».

Первое, что сделали космонавты, это стали готовить корабль «Союз ТМ» для экстренной эвакуации. Уже потом определили место разгерметизации. Оно оказалось в корпусе модуля «Спектр», и его пришлось отсечь от остальных отсеков комплекса. Но и это было еще не все. В результате столкновения нарушилась ориентация комплекса. После третьего витка в тени начали отключаться все системы. Приборы оживали только тогда, когда оказывались на солнечной стороне.

Станцию удалось спасти, но сколько она могла протянуть, в тот момент оставалось неясным. Космонавты были подавлены случившимся и физически не могли проводить ремонтные работы. Этим пришлось заняться следующему экипажу – Анатолию Соловьеву и Павлу Виноградову. Но этот ремонт тоже проходил непросто. Были во время этой экспедиции и многочисленные выходы из строя бортового компьютера, что тут же влекло за собой потерю ориентации комплекса. Была и неудачная попытка повторной стыковки с грузовым кораблем «Прогресс М-35». Все было.

Несмотря на все усилия, не удалось заделать пробоину в корпусе модуля «Спектр», он так и остался отрезанным от других отсеков. Но главное космонавтам сделать удалось: «Мир» продолжил свою работу.

Орбитальная станция «Мир» закончила свой полет уже в XXI веке. В ночь на 23 марта 2001 года гордость отечественной космонавтики и нашу надежду на будущее свели с орбиты и затопили в Тихом океане. Именно тогда и родилась шутка: «В то время, когда советские космические корабли бороздят просторы Тихого океана...»

Можно много говорить о причинах такого решения, выискивать доводы «за» и «против». Я выскажу лишь свое мнение, которое не совпадает с официальным мнением тогдашних руководителей космической отрасли.

Уничтожение «Мира» было не просто ошибкой, принятой некомпетентными чиновниками в угоду сюиминутным, корпоративным интересам. Это было преступление, за которое когда-нибудь кто-нибудь да ответит. Да, комплекс был стар и физически, и морально. Но он был единственным нашим плацдармом в космосе, куда мы могли летать без оглядки на «заокеанского дядю». Совершающая ныне полет Международная космическая станция, какой бы совершенной она ни была, не может заменить «Мир». Затопление комплекса далеко отбросило нашу космонавтику, лишив ее возможности движения вперед. Мы оставили свои лидирующие позиции в космонавтике, отдавая их на откуп, например, китайцам, которые медленно, но верно реализуют свою космическую программу, ставя амбициозные задачи и последовательно решая их. Мы все больше превращаемся в космических извозчиков, делом которых становится вывоз на прогулку космических туристов. Но это путь в никуда.

Вспомните названия первых глав книги. Практически в каждой из них речь шла о том, что делалось в нашей стране «впервые в мире». Теперь мы в лучшем случае вновь повторяем свои же достижения десяти-, двадцати-, тридцатилетней давности.

Пропасть, в которую мы свалились (а «Мир» – не единственная ошибка), приведет к самым тяжелым последствиям. Десять лет назад мы потеряли страну, в которой родились, а теперь мы лишаем наших детей и внуков будущего.

Можно ли что-то сделать? Я думаю, можно. Но для этого мало одного желания. Нужна воля государства. Сейчас говорят, что у России нет финансовых возможностей на освоение космоса. Но, во-первых, деньги надо просто эффективно тратить. А во-вторых, экономя сейчас на покорении Вселенной, мы рискуем в будущем потратить в несколько раз больше только на восстановление утраченных позиций.

Глава 31

Третий суборбитальный

«5 апреля 1975 года произведен запуск ракеты-носителя с пилотируемым космическим кораблем «Союз» для продолжения экспериментов совместно со станцией «Салют-4». На борту корабля находился экипаж в составе Героев Советского Союза летчиков-космонавтов СССР Лазарева Василия Григорьевича, Макарова Олега Григорьевича. На участке работы третьей ступени произошло отключение параметров движения ракеты-носителя от расчетных значений, и автоматическим устройством была выдана команда на прекращение дальнейшего полета по программе и отделение космического корабля для возвращения на Землю. Спускаемый аппарат совершил мягкую посадку юго-западнее города Горно-Альтайска. Поисково-спасательная служба обеспечила доставку космонавтов на космодром. Самочувствие товарищей В.Г. Лазарева и О.Г. Макарова хорошее».

Такое короткое сообщение появилось в газетах «Правда» и «Известия» в номере от 8 мая 1975 года. После упоминаемых в заметке событий прошел месяц, но лишь тогда идеологи от КПСС решились проинформировать советских граждан о неудачном старте пилотируемого корабля. Ни слова об истинной причине происшедшего, ни слова о серьезном отказе космической техники, ни слова о той сложной ситуации, в которой оказался экипаж после приземления. Да и эти несколько строк появились только потому, что шла активная подготовка к советско-американскому полету и скрыть неудачу не было никакой возможности.

Позднее в литературе этот корабль получит обозначение «Союз-18 – 1». Стали известны и подробности случившегося.

Итак, что же произошло в тот день, когда состоялся первый и единственный в истории советской космонавтики пилотируемый суборбитальный полет? Да и во всем мире до настоящего времени было всего три «прыжка в космос»

Утро 5 апреля 1975 года выдалось по-летнему теплым. Под стать погоде было и настроение инженеров и космонавтов: предстартовая подготовка шла по графику, вопреки ожиданиям, не возникало даже мелких неприятностей, которые всегда сопутствуют пуску пилотируемого корабля. Никто не мог даже представить, чем обернется столь чудесно начавшийся день.

Спокойны были и космонавты. Для каждого из них это был второй старт в космос, причем и в первый свой полет они отправлялись вместе. Лазарев и Макаров заняли свои места в кабине космического корабля. Быстро пробежали три часа, остававшиеся до старта, и вот в динамиках прозвучали очередные команды: «Есть предварительная... Есть основная... Подъем!»

В 14 часов 55 минут по московскому времени ракета-носитель «Союз» медленно оторвалась от стартового стола и, набирая скорость, устремилась ввысь. Во время выведения связь с экипажем корабля обычно поддерживает командир дублеров. В тот раз это был Петр Климук.

На 120-й секунде полета отделились «боковушки». Еще через полминуты произошел сброс головного обтекателя, и в иллюминаторе ярко засияло солнце, на миг ослепив своими лучами космонавтов. Спустя три минуты после старта Земля голосом Климука подтвердила: «Полет нормальный!»

На 261-й секунде полета должно было произойти отделение второй ступени. Именно в этот момент, когда космонавты находились в предвкушении будущих интересных событий и с нетерпением ожидали прихода невесомости, в корабле возникла тряска. Лазарев успел сообщить об этом на Землю, но дождаться ответа не успел: неожиданно смолк двигатель, а через мгновение раздался громкий рев сирены. Тревожно замигало табло «Авария носителя». Машина крутанулась, и по кабине метнулся солнечный зайчик.

В первую минуту космонавты даже не поняли, что произошло. Они не готовились к такому развитию событий и пытались вспомнить, что в подобной ситуации необходимо делать. Хотя вмешательства человека авария носителя не предусматривала, все должна была сделать автоматика. Как впоследствии вспоминал Олег Макаров, они так толком ничего не вспомнили и полностью отдали себя во власть автоматических систем. Если машина определила, что авария, значит, так и было.

Сирена продолжала гудеть, и Лазарев выключил ее, чтобы не мешала сосредоточиться. Наступила невесомость. Затем было тягучее ожидание. Попытки связаться с Землей успеха не имели. Как потом выяснилось, связь работала нормально, а Земле просто нечего было сказать космонавтам. Ну а через 30 – 40 секунд, когда что-то прояснилось, связь прервалась по-настоящему.

Потом космонавты ощутили резкий толчок. Пиротехника «раскидала» все корабельные блоки. Космонавты остались в спускаемом аппарате. Началось стремительное падение на Землю. Лазарев и Макаров поняли, что в этот раз им не долететь до космоса. Возможно было падение в море близ Японии или на территории Китая.

Все ближе и ближе Земля. Как она их встретит? И тут навалилась перегрузка. Космонавты не предполагали, что она будет такой большой. Известно, что человеку становится не по себе уже при перегрузке в пять единиц, при десяти единицах – невыносимо тяжело, а большие перегрузки не всякий человек выдержит. Лазареву и Макарову пришлось испытать перегрузки в 21 (!) единицу. К счастью, они не потеряли сознание и могли, хотя и с искажением, видеть в иллюминатор белые облака, горные вершины, к которым их неумолимо несло. Выдержать перегрузки помогло и желание жить. Впрочем, это бывает всегда, когда оказываешься в экстремальной ситуации.

Наконец перегрузки стали спадать. Космонавты смогли вдохнуть немного воздуха и перевести дух. На пределе сработала парашютная система. Выглянув в иллюминатор, космонавты убедились, что садятся в горы.

Корабль коснулся земной поверхности, и его тут же стало тянуть и разворачивать. По инструкции сразу после приземления командир должен отстрелить парашют. Но что-то остановило Лазарева. И, как оказалось, это спасло им жизнь. Парашют зацепился за дерево, а корабль завис у края пропасти. Огромная сосна под напором тысячеметрового купола трещала и ломалась.

Космонавты сняли скафандры, вылезли из спускаемого аппарата и попали в зиму. На склонах лежал снег, и Лазареву и Макарову пришлось передвигаться ползком. Но это было не страшно по сравнению с тем, что они только что испытали. Интересная деталь. Сразу после посадки, когда еще было неясно, где оказался спускаемый аппарат, в Советском Союзе или Китае, Василий Лазарев сжег какие-то листочки и таблички. Какие именно, не знал даже его товарищ по экипажу. А сам Василий Григорьевич рассказать об этом не успел – он ушел из жизни до того момента, когда об этом можно было рассказать.

Нашли их быстро, но сняли со скалы только на вторые сутки.

Так завершился единственный в советской космонавтике пилотируемый суборбитальный полет.

Изучение причин аварии показало, что выявленная неисправность носила конструктивный характер и с ней уже давно летали корабли. До старта Лазарева и Макарова все обходилось, а в этот раз проблема дала о себе знать. К счастью, для ее устранения не потребовалось много времени, и спустя полтора месяца следующий корабль – «Союз-18 – 2» – долетел до орбиты вполне нормально.

Перенесенные во время посадки перегрузки никак не отразились на здоровье Лазарева и Макарова, и они продолжали тренировки, готовясь к новым полетам в космос. Но так получилось, что Василию Лазареву больше не пришлось увидеть нашу планету из космоса. А вот Олег Макаров еще дважды побывал на орбите. Ему было суждено стать членом первого в мире экипажа посещения орбитальной станции, а потом спасать гибнущий «Салют-6», на котором вышла из строя система терморегулирования. Лазарев умер в 1990 году. Его товарищ по суборбитальному полету пережил его на 13 лет. Все это было потом, а 5 апреля 1975 года, сидя у костра в горах Алтая, они думали о том, как прекрасна жизнь.

Глава 32

Плесецкие катастрофы

Между рассказами о двух неудачных стартах советских пилотируемых кораблей хочу вклинить описание двух трагедий, которые произошли на космодроме Плесецк. Первая случилась 25 июня 1973 года и унесла жизни девяти человек, а вторая – 18 марта 1980 года и стала причиной смерти 48 военнослужащих. Это одни из самых печальных страниц в истории не только отечественной, но и мировой космонавтики.

Первая катастрофа произошла в тот день, когда со 132-й площадки космодрома должен был состояться пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ» со спутником радиотехнической разведки на борту. Все шло нормально до того момента, когда приступили к заправке ракеты топливом. Тогда-то и началась та череда неприятностей, которые в конце концов и привели к трагическому исходу.

В ходе заполнения бака первой ступени было замечено ненормальное функционирование бортовых датчиков системы измерения объемов заправленного топлива. Это был очень неприятный сигнал для боевого расчета, хотя сама по себе ситуация не являлась экстраординарной – она предусмотрена эксплуатационной документацией. Правда, в документах ничего не было сказано о том, как поступать дальше. Итак, операции по заправке были остановлены, а расчеты на свой страх и риск стали заполнять «белые пятна» инструкции.

После обсуждения ситуации было решено проверить герметичность заправочных коммуникаций и с помощью наземных измерительных устройств определить, сколько же топлива уже залито в баки. Датчики показали, что в бак первой ступени еще недолито около 4 тысяч литров горючего. На основании этого было решено дозаправить бак. А поскольку до времени пуска оставалось меньше двух часов, то подача топлива велась довольно интенсивно.

Как оказалось впоследствии, это решение было первым шагом к трагедии. Датчики безбожно врали. На самом деле топливный бак к тому времени был уже полон, и, естественно, горючее потекло через край по дренажной магистрали. Заправку вновь остановили и приняли решение излишки слить.

Это был второй шаг к катастрофе. Из-за разности давления в магистралях, возникшей в процессе слива горючего, произошла деформация стенок топливных баков, и они потеряли герметичность. Но находившиеся на стартовой позиции боевые расчеты этого не знали. Предстартовая подготовка была продолжена, и в уже деформированные баки вновь стали заливать топливо.

Операции по заправке ракеты топливом завершились за 34 минуты до старта. И хотя к тому моменту уже было сделано, кажется, все, чтобы катастрофа случилась, первые признаки надвигающейся беды заметили только тогда, когда начался наддув баков – на наблюдательном пункте заметили парение горючего в районе межбакового отсека первой ступени и услышали вначале скрежет, а затем звуки переменного тона. Высланная для визуального контроля группа обнаружила течь. Стало ясно, что в запланированное время пустить ракету не удастся, а необходимо слить топливо, устранить неисправности и лишь тогда думать о новом старте.

Но ситуация к тому моменту уже стала критической – пары топлива достигли той концентрации, когда малейшая искра могла вызвать взрыв и пожар. Именно это и произошло. Огненный вал накрыл всех, кто находился в тот момент на стартовой площадке. Семь человек погибли мгновенно, еще 10 получили ожоги. Двое из них позднее скончались в госпитале.

Имена тех, кто погиб в 1973 году на космодроме Плесецк: майоры Владимир Бирюков и Борис Хомяков, капитан Геннадий Безуглов, старший лейтенант Алексей Карнаухов, рядовые Юрий Ваганов, Мирослав Винсковский, Иван Осокин, Галиулла Сайдгалеев и Валерий Устинов.

Погибших в катастрофе похоронили в городе Мирный на берегу лесного озера в братской могиле.

Государственная комиссия, расследовавшая обстоятельства аварии, выявила многие недостатки, которые в конечном счете и стали причиной трагедии. Досталось всем: и разработчикам носителя, не предусмотревшим возникновение подобной ситуации, а главное, не прописавшим в инструкции порядок действия при этом боевых расчетов; и представителям заказчика, то есть Министерства обороны, на предприятии-изготовителе, «просмотревшим» недостатки эксплуатационной документации; и руководству полигона – за слабую подготовку личного состава; и стартовым командам – за отсутствие должного профессионализма; и изготовителям датчиков, которые вышли из строя.

Все это правильно, но я бы хотел привести еще одну причину, которая также способствовала аварии, но о которой в заключении Госкомиссии не было написано ни слова. Я имею в виду ту атмосферу, которая культивировалась в Вооруженных силах политорганами. Сорванный пуск, не важно, по какой причине, рассматривался как чрезвычайное происшествие, которое в дальнейшем сильно влияло на карьеру офицеров. Поэтому и шли командиры расчетов на риск, на нарушения, лишь бы не заработать «строгача» в личное дело. Подобное делалось не только в тот злополучный день первой Плесецкой катастрофы, но и во время других пусков. Чаще всего везло, но иногда удача отворачивалась от ракетчиков, и тогда в разные концы Советского Союза шли похоронки.

Поэтому в том, что случилось в том же Плесецке спустя семь лет, много схожего с аварией 1973 года. Вторая трагедия произошла также во время подготовки к запуску спутника радиотехнической разведки. Правда, в этом случае на орбиту его должна была доставить другая ракета-носитель – «Восток-2М».

Предстартовая подготовка проходила без замечаний – были проведены проверки всех систем, произведена заправка топливом, завершалась заправка перекисью водорода. До запланированного времени старта оставалось чуть больше двух часов.

18 марта 1980 года в 19 часов 1 минуту по московскому времени яркая вспышка неожиданно осветила местность, и море огня охватило пусковую установку. Как потом рассказали очевидцы катастрофы, все началось в районе третьей ступени ракеты. Через несколько секунд произошел второй взрыв ниже нулевой отметки, после чего возник пожар, сопровождавшийся еще несколькими взрывами. Разрушение ракеты носило столь скоротечный характер, что от боевого расчета не было получено ни одного тревожного сигнала.

В момент аварии на своих рабочих местах находился 141 человек. Сорок четыре из них погибли сразу, еще 43 были госпитализированы с ожогами различной степени тяжести. Впоследствии четверо умерли, доведя общее число жертв до 48 человек.

Хочу и в данном случае привести полный список погибших, дабы отдать дань памяти людям, сложившим свои головы в деле освоения космоса: подполковник Валентин Гринько, майоры Николай Кузнецов, Николай Ручков, капитаны Александр Кукушкин, Валерий Шепилов, старшие лейтенанты Сергей Микеров, Виктор Михайлов, лейтенанты Александр Куба и Сергей Сорокин, прапорщик Айрат Гареев, сержанты Фаридьян Габдуллин, Евгений Назаров, Иншат Шарипов, младший сержант Владимир Лузгин, ефрейторы Николай Аникеев, Ярулло Великоредчанин, Николай Годунов, Максат Желкибаев, Валентин Жуков, Рушан Зайнулин, Владимир Захаров, Юрий Кудрявцев, Игорь Кузнецов, Валерий Постовалов, рядовые Тофиг Аббасханов, Вахром Абдуразяков, Бекмурад Агоразов, Сулейман Акберов, Али Омар Алиев, Данатар Аманов, Азод Аминов, Сергей Денисевич, Фазаил Гамбаров, Амангельды Гельдыев, Виктор Гераскин, Анатолий Карачевцев, Рахимбек Кодиров, Анатолий Логинов, Тулкун Мамадиев, Шариф Назаров, Петр Овечкин, Мусуимонкул Одилов, Бекмурад Салтанов, Нугзари Сибошвили, Ислам Тагиев, Тазабай Шамуратов, Сергей Шашичев и Фаик Яруллин.

Правительственная комиссия, расследовавшая аварию, пришла к выводу, что ее причиной стал «взрыв (воспламенение) пропитанной кислородом ткани в результате несанкционированных действий одного из номеров боевого расчета». Те, кто мог опровергнуть данное заключение, погибли вместе с ракетой.

Сомнения в правильности выводов комиссии у ракетчиков возникли сразу после оглашения результатов ее работы, но истинная причина выяснилась только через год, когда чудом удалось избежать новой трагедии. Стало ясно, что авария 18 марта была вызвана использованием для изготовления фильтров перекиси водорода каталитически активных материалов. Разложение перекиси началось в наземных магистралях и завершилось взрывом на борту ракеты. Однако доказать документально, что при заправке взорвавшейся ракеты использовались некондиционные фильтры, ни тогда, ни тем более сегодня оказалось невозможно.

Обвинения с ракетчиков сняли почти через двадцать лет после случившегося.

Трагедия 1980 года была последней столь масштабной катастрофой ракетно-космической техники в нашей стране. Да и в других странах до конца XX века было относительно «спокойно», хотя иных неприятностей хватало. Новые крупные аварии произошли уже в третьем тысячелетии, и волей-неволей пришлось вновь обращаться к аналогичным событиям из летописи космической эры.

Глава 33

Неудачный старт

Рассказ о событиях, происшедших в сентябре 1983 года на космодроме Байконур, придется начать с апреля того же года, когда на свидание с орбитальной станцией «Салют-7» отправился космический корабль «Союз Т-8» с космонавтами Владимиром Титовым, Геннадием Стрекаловым и Александром Серебровым на борту. Дальше читатели поймут, почему я это делаю. Экипажу предстояло проработать на борту станции несколько месяцев, провести множество исследований и экспериментов. Эта экспедиция должна была стать второй основной на борту станции «Салют-7», которой предрекали долгую и активную жизнь.

Однако уже на втором витке выяснилось, что головка самонаведения антенны, которая измеряет при сближении расстояние и скорость, не заняла нужного положения. В такой ситуации автоматическая стыковка невозможна. Первая ночь на орбите прошла в мучительных поисках выхода из создавшегося положения. И космонавты ломали голову, и операторы из ЦУПа. В конце концов было решено рискнуть и осуществить стыковку в ручном режиме.

Для проведения подобной операции космонавты на Земле тренируются, и каждый командир готов к ее проведению. Кстати, американцы вообще не используют автоматику при стыковках, все переложив на плечи экипажей своих кораблей. Готов был это сделать и Титов. Но не всегда все свершается гладко. Так случилось и в тот раз. Скорость сближения корабля и станции оказалась слишком большой, Титов в последний момент был вынужден потянуть ручку управления на себя и увести корабль под станцию, лишь чудом не зацепив ее.

Для повторения попытки в баках корабля топлива оставалось еще достаточно, но разрешения на стыковку космонавтам не дали, а велели прервать полет и срочно возвращаться на Землю. Это был последний случай в истории отечественной космонавтики, когда экипаж не смог добраться до своего космического дома. После 1983 года не было ни одного случая неудачной стыковки пилотируемого корабля и станции. Проблемы возникали, это было, но их всегда удавалось преодолеть и довести дело до конца.

Через пять месяцев после преждевременного возвращения с орбиты Владимир Титов и Геннадий Стрекалов получили еще одну возможность попасть на борт «Салюта-7». Эта попытка заслуживает более подробного рассказа.

26 сентября 1983 года. Байконур. На стартовой позиции высится ракета-носитель с кораблем «Союз Т-10» (потом он войдет в историю как «Союз Т-10А», но это позже, когда многие факты нашей истории станут достоянием гласности и появится возможность хоть как-то систематизировать пилотируемые полеты). Ничто в тот день не предвещало беды. Предстартовая подготовка шла по графику, все бортовые системы носителя и корабля функционировали нормально, как и наземное оборудование.

Солнце клонилось к горизонту, когда космонавты прибыли на стартовую площадку. К ракете шли не торопясь, неуклюжие в своих скафандрах. И вот лифт доставил Титова и Стрекалова к люку корабля. Провожающие помогли им занять места в кабине, и космонавты приступили к обычным проверкам бортовых систем. Радиообмен экипажа с Центром управления шел спокойно: короткий вопрос – четкий ответ. Неумолимо приближалось время старта.

То, что произошло дальше, может показаться неправдоподобным, но именно так все и было. Чрезвычайная ситуация возникла за минуту (!) до старта. Неожиданно на теле ракеты появилось красно-желтое пламя. Клубы черного дыма стали окутывать высящуюся громаду. Она стала как бы проваливаться вниз.

Вот как об этом вспоминал впоследствии один из участников всех этих событий, командир корабля Владимир Титов:

«Идет отсчет последних секунд... Ждем легкого толчка и появления гула внизу. Он оповестит о выходе двигателей на режим. Секунда, другая... Ожидание затягивалось. Потом почувствовал,что ракету качнуло. Подумал: «Ветер рванул. Сейчас начнется наддув баков»... Прошла волна легкой вибрации. Не знаю почему, но это «дрожание» не понравилось. Снова подумал о ветре. Вибрация пошла на спад и через две-три секунды затихла. Взгляд на часы. Время! Но вот появилась вторая волна вибрации. Она быстро нарастала. Не успел сообразить, что происходит, как вдруг – сильный рывок... «Взрыв», – молнией пронзила мысль. Но испугаться не успел: «Если бы взрыв, то»... И тут же другая: «Опять идем не туда». А потом уже как-то спокойно: «Да, не туда»...

Те, кто наблюдал в этот момент за стартом, увидели, как сработала система аварийного спасения и кабина с космонавтами унеслась ввысь и в сторону. Надо сказать, что сама по себе аварийная система не срабатывает. Для того чтобы это произошло, два человека должны одновременно нажать кнопки на пульте управления. Этими двумя в тот день оказались генерал Шумилин и заместитель Генерального конструктора ЦСКБ «Фотон» Солдатенков. Именно они, не растерявшись и мгновенно оценив ситуацию, спасли жизнь космонавтам.

А ракета буквально в следующее мгновение после отстрела кабины взорвалась, залив стартовый стол и степь вокруг морем огня. Все спасательные службы космодрома ринулись в сторону 1-й площадки, чтобы тут же приступить к тушению и, если бы в этом возникла необходимость, к спасению пострадавших. Но таковых, к счастью, не оказалось.

Тем временем над отстрелянной кабиной раскрылся купол парашюта и понес космонавтов вниз, к земле. В иллюминатор они видели впечатляющую картину ночного пожара.

И вновь слово Владимиру Титову:

«Меня часто спрашивают: было ли страшно? Не знаю, что ответить. О страхе не думал. Это – честно! Поверьте, мы никогда не ждем каких-то экстремальных ситуаций, серьезных отказов, неполадок, аварий. На тренировках проигрываем множество если не аварийных, то опасных вариантов. Проигрываем, чтобы осознанно, грамотно и спокойно действовать в подобных случаях».

Итак, для Владимира Титова и вторая попытка попасть на борт «Салюта-7» оказалась неудачной. Стали поговаривать даже о «синдроме Титова». И меньшие неудачи могут сломить человека, а что говорить о взрыве корабля.

Но отдадим должное космонавтам – они продолжили подготовку к новым стартам. Владимир Титов еще трижды стартовал в космос. В течение года проработал на борту орбитальной станции «Мир», дважды стартовал на борту американских шаттлов и до сего дня остается в строю действующих космонавтов.

Не сдался и Геннадий Стрекалов. Он также еще трижды стартовал в космос, причем его следующий старт состоялся спустя всего полгода после сентябрьской катастрофы. Он побывал и на «Салюте-7», и на «Мире», и полетал на американских кораблях многоразового использования. Сейчас на пенсии, но регулярно бывает на Байконуре, и, кто знает, может быть, глядя на очередной старт, невольно вспоминает 26 сентября 1983 года и тот взрыв ракеты, когда лишь надежная работа техники и людей, ее создававших, спасла жизнь космонавтов.

К сожалению, не всегда подобные случаи заканчиваются без жертв. Бывает и иначе...

Глава 34

Взрыв «Челленджера»

Катастрофа космического корабля «Челленджер» стала знаковой для американской космонавтики. Долгое время вся история программы «Спейс Шаттл» делилась как бы на два периода: то, что было ДО, и то, что произошло ПОСЛЕ. Так продолжалось 17 лет, пока не взорвалась «Колумбия».

Но сначала о «Челленджере». Тот зимний день, 28 января 1986 года, человечеству запомнится навсегда. Свидетелями трагического события стало все население Америки, которое могло видеть в прямом эфире репортаж с космодрома на мысе Канаверал. Небо было чистым, сияло яркое солнце, дул слабый ветер – хорошая погода для старта. У всех было приподнятое настроение, зрители, разместившиеся на гостевых трибунах, улыбались, наводили бинокли на стартовую площадку. Был там и тогдашний президент США Рональд Рейган с супругой. Он отвечал на вопросы репортеров и с интересом поглядывал на сверкавший белизной космический корабль.

К тому времени шаттлы уже «отметились» 24 экспедициями на орбиту. Для «Челленджера» предстоящий старт должен был стать 10-й экспедицией. Несмотря на то что с начала года прошло всего четыре недели, уже второй корабль многоразового использования готовился к старту. А всего на 1986 год были запланированы 15 полетов. Программа «Спейс Шаттл» набирала обороты, и многим казалось, что нет такой силы, которая могла бы ее остановить. Но так было до старта корабля. А вскоре после того, как «Челленджер» взмыл в небо, в мире нельзя было найти ни одного человека, который придерживался таких взглядов. На кардинальные изменения потребовалось всего 73 секунды.

В состав экипажа «Челленджера» входили семь человек.

Командир экипажа Фрэнсис Скоби родился 19 мая 1939 года в штате Вашингтон, что на северо-западе США. В 1957 году он окончил среднюю школу и поступил на службу в американские ВВС. По программе переподготовки технического персонала получил разрешение на учебу в Аризонском университете, который окончил в 1965 году со степенью бакалавра в области аэрокосмической техники. Вслед за этим он получил квалификацию пилота и участвовал во вьетнамской войне.

После возвращения в США окончил школу летчиков-испытателей на базе ВВС США «Эдвардс». Принимал участие в испытаниях различных самолетов. Всего освоил 45 типов самолетов, имел налет свыше 6500 часов.

В 1978 году был зачислен в отряд космонавтов НАСА. Прошел годичный курс общекосмической подготовки и получил квалификацию пилота кораблей многоразового использования. Свой первый полет в космос совершил в апреле 1984 года в качестве пилота корабля «Челленджер». Январский старт был вторым в карьере Скоби.

Пилот корабля Майкл Смит родился 30 апреля 1945 года в небольшом городке Бифорт в штате Северная Каролина. Там же в 1963 году окончил среднюю школу, после чего поступил на службу в американский флот. В 1967 году окончил Академию ВМС, а затем флотскую аспирантуру в городе Монтерей в штате Калифорния. Участник вьетнамской войны.

Вернувшись в США, окончил школу летчиков-испытателей ВМС и некоторое время преподавал в ней же. Затем вновь вернулся на флот и служил на авианосце «Саратога».

В 1980 году был отобран кандидатом в космонавты и после годичного курса общекосмической подготовки получил квалификацию пилота шаттлов. Полет на «Челленджере» должен был стать первым в его космической карьере.

Специалист полета Рональд МакНэйр родился 21 октября 1950 года в Лэйк-Сити в штате Южная Каролина. Там же в 1967 году окончил среднюю школу и поступил в местный университет. В 1971 году окончил учебу, получив степень бакалавра по физике. В 1976 году в Массачусетском технологическом институте был удостоен докторской степени в области философских аспектов физических наук. Несколько лет работал в различных научных учреждениях Америки, занимался исследованиями в области лазерной техники.

В 1978 году был зачислен в отрад космонавтов НАСА, а через год был квалифицирован как специалист полета кораблей многоразового использования. В феврале 1984 года совершил свой первый полет в космос на борту корабля «Челленджер». МакНэйр, как и Фрэнсис Скоби, во второй раз отправлялся на орбиту.

Специалист полета Джудит Резник родилась 5 апреля 1949 года в городе Акрон в штате Огайо. В 1966 году окончила среднюю школу, а в 1970 году – университет Карнеги-Меллона со степенью бакалавра в области электротехники. После этого работала в компании RCA, занималась биоинженерией. В 1977 году в Мэрилендском университете защитила докторскую диссертацию по электротехнике и электронике. В отряде космонавтов НАСА с 1978 года. В августе-сентябре 1984 года совершила полет в космос на корабле «Дискавери». Полет на «Челленджере» был для Резник вторым стартом в космос.

Специалист полета Эллисон Онизука родился 24 июня 1946 года на Гавайях. Там же окончил среднюю школу. Высшее образование получил в Колорадском университете, уже на континенте.

С 1970 года Онизука служил в ВВС США. Занимался испытанием авиационного оборудования для различных типов самолетов. Затем окончил школу летчиков-испытателей на базе США «Эдвардс».

В 1978 году был отобран в отряд космонавтов НАСА. В январе 1985 года совершил полет в космос на корабле «Дискавери» по программе министерства обороны США. Был одним из четырех членов экипажа «Челленджера», имевших опыт космических путешествий.

Специалист по работе с полезной нагрузкой Грегори Джарвис родился 24 августа 1944 года в Детройте в штате Мичиган. Среднюю школу окончил в городе Мохаук в штате Нью-Йорк, а затем поступил в университет штата Нью-Йорк. Специалист в области электроники. После получения высшего образования работал в ряде американских компаний, занимался созданием телекоммуникационных спутников.

Летом 1984 года был зачислен в группу специалистов по работе с полезной нагрузкой НАСА. Полет на «Челленджере» был для Джарвиса первым в космической карьере.

Седьмым членом экипажа была школьная учительница Криста МакОлифф, которая должна была провести два телеурока из космоса и снять учебный фильм. Ее отобрали из 11 146 кандидатов по программе «Учитель в космосе».

Криста родилась 2 сентября 1948 года в Бостоне в штате Массачусетс. В 1966 году окончила среднюю школу в том же штате, в городе Фрамингхэм. Окончила местный колледж и получила степень бакалавра в области искусств. В 1978 году в колледже Буви в штате Мэриленд получила степень магистра в области образования. В течение 15 лет преподавала в старших классах ряда школ штатов Мэриленд и Нью-Гемпшир.

В июле 1985 года, пройдя жесткий отбор, была отобрана для полета на корабле многоразового использования. Очень часто Кристу называют первым непрофессиональным космонавтом, который должен был отправиться на орбиту. На самом деле это не так, и до МакОлифф в космосе бывали непрофессионалы.

Семь человек разных рас, национальностей, вероисповеданий. Объединяло их только одно – все они были гражданами США. Когда погибнет «Колумбия», найдут много общего в судьбах членов экипажа. Там тоже погибнут представители разных рас и вероисповеданий. Единственным отличием от «Челленджера» станет то, что экипаж «Колумбии» будет международным.

Трагедия «Челленджера» случилась на 73-й секунде полета, когда корабль поднялся на высоту 14 километров. На глазах всего мира в мгновение ока он обратился в белое пузырящееся облако. В тот момент все присутствующие буквально потеряли дар речи. А с неба в Атлантический океан падали раскаленные обломки «Челленджера».

На следующий день после катастрофы над Атлантикой была создана президентская комиссия, которую возглавил бывший государственный секретарь США Уилльям Роджерс. Что же удалось выяснить целой армии специалистов, привлеченных к работе?

Как было установлено, причинами катастрофы стали недостаточно надежная конструкция соединения сегментов в твердотопливном ускорителе и стиль руководства в Центре космических полетов имени Маршалла в городе Хантсвилл в штате Алабама, специалисты которого отвечали за двигательные системы кораблей многоразового использования.

Конструкции всех космических летательных аппаратов обладают определенной гибкостью, поскольку абсолютно жесткая конструкция при таких нагрузках обязательно сломается. Так и шаттл, включая ускорители, изгибается при запуске двигателей. Специалисты отмечали, что при изгибе газообразные продукты сгорания в твердотопливном ускорителе прорываются через соединение заднего и центрального сегментов. В большинстве полетов это соединение с двумя уплотняющими кольцами самоуплотнялось. Хотя ситуация с прорывом газов повторялась, казалось, что проблема не угрожает безопасности полетов. В то же время стиль руководства центра имени Маршалла не поощрял персонал сообщать о возникающих проблемах, поэтому специалисты описывали их уклончиво или осторожно, затушевывая потенциальную опасность.

В ночь перед запуском «Челленджера» над космодромом разразилась ледяная буря, в результате чего соединения и уплотнительные кольца на ускорителях переохладились и обледенели. Когда ускорители «Челленджера» изогнулись при запуске, уплотняющие кольца оказались недостаточно эластичными, и образовалась постоянная щель, через которую прорвались продукты сгорания. Язык пламени достиг одной из распорок, фиксирующих ускоритель. Вскоре после того как «Челленджер» прошел точку максимального динамического давления, распорка прогорела, ускоритель повернулся, прорвал днище водородного бака топливного блока и повредил кислородный бак. Огромный топливный блок мгновенно взорвался.

По иронии судьбы твердотопливные ускорители, которые стали причиной катастрофы, имея собственную систему наведения, продолжали полет до тех пор, пока им не была дана с Земли команда на самоуничтожение.

Вот такую картину катастрофы нарисовали эксперты. Однако официально объявленные причины удовлетворили далеко не всех. Многие эксперты были склонны считать ее слишком простой и недостаточно полной. По их мнению, надо было изучить и проанализировать не только события, происшедшие при старте, но и всю технологическую цепочку предстартовых операций, а также конструктивные решения, принятые при создании отдельных узлов многоразовой системы. Ничего этого сделано не было, и специалисты до сих пор считают истинную причину гибели «Челленджера» неизвестной.

При расследовании катастрофы инженеры НАСА обнаружили еще несколько проблем, которые в конце концов могли привести к неприятностям во время будущих полетов. Конструкцию оставшихся шаттлов доработали. Наиболее важным изменением была разработка нового соединения сегментов ускорителя с тремя уплотняющими кольцами и более эффективным креплением. Кроме того, были введены новые методы извещений, которые поощряли служащих обращаться к высшему руководству, если они считали, что существует угроза безопасности полета.

Катастрофа «Челленжера» круто изменила развитие космонавтики. По прошествии стольких лет это можно утверждать достаточно уверенно. О том, что пришлось отменить все запланированные полеты на 1986 – 1987 годы, и говорить не надо. Это само собой разумеющееся.

Но самыми тяжелыми последствиями можно считать тот факт, что пилотируемые полеты в космос до сих пор остаются уделом избранных. Не будь той катастрофы шаттла, американцам удалось бы достигнуть частоты полетов 15 – 24 в год. По сравнению с четырьмя запусками пилотируемых кораблей, состоявшимися в 2003 году, эта цифра впечатляет. Соответственно, и Советскому Союзу пришлось бы по-иному строить свои космические планы, учитывая достижения соперника по космической гонке.

Пришлось американцам поставить крест на программе «Учитель в космосе», в рамках которой в свой полет отправилась Криста МакОлифф. Ее попытался возобновить пятнадцать лет спустя президент Джордж Буш-младший. Но над этой программой висит какой-то злой рок. Едва начался отбор кандидатов на новый полет, как погибла «Колумбия». Даже если американцы рискнут послать второго учителя в космос, это произойдет очень не скоро.

Пришлось отказаться от планов туристических полетов в космос. Если до январской катастрофы в США существовали планы создания пассажирского модуля для размещения в грузовом отсеке шаттлов, в котором помещались бы одновременно до 30 пассажиров, то потом полеты гражданских специалистов были признаны слишком опасными, и этот проект также был закрыт.

Правда, можно найти и положительные стороны этой корреляции планов. Американские военные очень остро восприняли катастрофу «Челленджера». Посчитав корабли многоразового использования ненадежными носителями, они на будущее отказались от их применения при выводе на орбиту своих грузов. Кроме того, было заморожено строительство стартового комплекса для шаттлов на базе ВВС США «Ванденберг». Военные корабли предполагалось запускать именно оттуда. Ну а следствием стало то, что многие планы по милитаризации космического пространства не были реализованы и мы сейчас живем в более или менее спокойное время. Я говорю только об околоземной орбите, а не земной поверхности, где до спокойствия еще ой как далеко.

Отступление четвертое и последнее

Катастрофа космического масштаба

В последний раз переключаю внимание читателей с аварий ракетной и космической техники на неприятности иного рода. На этот раз речь пойдет о катастрофе истинно космического масштаба. Случись такое на Земле, и жизнь человечества была бы поставлена под угрозу. Вполне вероятно, что мы вымерли бы, как миллионы лет назад вымерли динозавры, погубленные прилетевшим из глубин Солнечной системы астероидом. Впрочем, ученые до сих пор не уверены, что именно этот катаклизм погубил древних ящеров.

Да и бог с ними, с динозаврами: вымерли и вымерли. Их уже не возродишь, поэтому давайте думать о будущем. А каким может быть грядущее, продемонстрировала в июле 1994 года комета Шумейкера-Леви-9. Известный американский астроном, директор Бюро астрономических телеграмм Международного астрономического союза Брайен Марсден назвал ее «камикадзе». В чем-то он прав.

Это необычное небесное тело открыли 18 марта 1993 года известные охотники за кометами, американские астрономы Дэвид Леви и супруги Шумейкеры, Каролина и Юджин. Фотографируя звездное небо, они заметили в созвездии Девы сильно вытянутый объект 14-й звездной величины. Его длина была в несколько раз больше ширины. Дальнейшее изучение вновь открытой кометы позволило установить, что она имеет несколько вторичных ядер, расположенных на одной прямой линии, которые образовались вследствие разрушения большего ядра родительской кометы. Еще одна известная открывательница комет и астероидов Элеонора Гелин назвала объект за его внешний вид «бриллиантовой ниткой». К 28 марта на эту нить было «нанизано» одиннадцать «бусинок», а спустя три дня их уже стало двадцать одна. Это был настоящий «кометный поезд».

Вычисления показали, что орбита кометы почти круговая и когда-то она почти совпадала с орбитой Юпитера. Вследствие тесного сближения с гигантской планетой комета была захвачена в его гравитационные «объятия» и превратилась в спутник с периодом вращения вокруг планеты два года. Ну а дальше произошло то, что требуют от небесных тел законы небесной механики: гигант разорвал свою временную спутницу, превратив ее в скопление фрагментов, каждый со своим ядром и хвостом.

Изучение динамики движения обломков показало, что все они в период с 16 по 22 июля 1994 года столкнутся с Юпитером. Конечно, газовому гиганту вследствие его огромной массы этот эксцесс ничем не грозил. Но при падении самого крупного фрагмента кометы должна была выделиться энергия, эквивалентная энергии взрыва 10 квадриллионов тонн тринитротолуола. Чтобы стало понятней, сколь грандиозна приведенная цифра, следует напомнить, что она соответствует взрыву миллиарда ядерных бомб мощностью в 10 мегатонн. За все годы своего «ядерного безумия» (1945 – 1962) человечество не навзрывало и малой толики этого количества.

Но вот наступил июль 1994 года. Телескопы всего мира были нацелены на Юпитер. К наблюдениям подключили и космические средства – орбитальный телескоп «Хаббл». Астрономы следили за всеми «вагонами» гигантского «кометного поезда», которые то распадались, увеличивая длину «состава», то выпадали из поля зрения, вероятно, превращаясь в газопылевые облака. В конечном итоге к «станции назначения» прибыли двадцать кометных ядер. Все они должны были упасть в южном полушарии Юпитера.

Падение обломков кометы Шумейкера-Леви-9 происходило точно по небесно-механическому расписанию. 16 июля вечером упало только одно ядро А, а уже в течение 17 июля в атмосфере Юпитера погибло еще четыре ядра В, С, D и Е. На следующий день в атмосфере планеты взорвались ядра F, G и Н. В последующие трое суток падение ядер кометы продолжалось. Последними в атмосфере Юпитера исчезли ядра V и W. Это произошло 22 июля. Комета Шумейкера-Леви-9 прекратила свое существование.

А что же смогли увидеть земные астрономы, приникшие к своим телескопам? Уже вечером 17 июля им открылась поразительная картина: атмосфера над южным полушарием планеты покрылась заметными черными кляксами. Например, пятно от падения самого первого обломка имело в диаметре 10 тысяч километров, что немногим меньше диаметра нашей планеты. Еще более масштабной картина бедствия стала, когда Юпитер поразило большинство фрагментов. Наибольшее по размерам пятно образовалось при падении в атмосферу ядра L.

На этом можно было бы и завершить рассказ о комете Шумейкера-Леви-9. Однако хочется сказать еще несколько слов. Читатели, вероятно, помнят, что в древности появление на звездном небе «хвостатых странниц» всегда считали предвестником всевозможных бед для человечества. Чаще всего войн и эпидемий.

Комета Шумейкера-Леви-9 принесла несчастье только своим первооткрывателям – 18 июля 1997 года, ровно через три года после ее падения в атмосферу Юпитера, в Австралии в автомобильной катастрофе погиб Юджин Шумейкер. Автомобиль, за рулем которого находился астроном, на огромной скорости столкнулся с другой машиной. Смерть Юджина была мгновенной. Его жена, Каролина, получила тяжелые ранения, но осталась жива.

Но связь Юджина Шумейкера с космосом не прервалась и после того, как окончился его земной путь. Отдавая дань заслугам ученого, частицу его праха поместили на борт американской межпланетной станции «Лунар Проспектор», которая 31 июля 1999 года достигла лунной поверхности. Шумейкер стал первым землянином, захороненным на поверхности нашего естественного спутника.

Глава 35

Единственный

Сначала я не хотел рассказывать об этом эпизоде отечественной космонавтики. Слишком тяжелые чувства вызывает он сейчас. И не трагизмом ситуации, потому что это рассказ не о еще одной катастрофе, а, наоборот, об успехе, правда, тогдашнем. По прошествии лет горько вспоминать о несбывшихся надеждах и о том пути, который пришлось при этом пройти. А тогда мы все испытывали чувство гордости за нашу страну, за очередной успех в покорении космоса. Поэтому и решил, что пусть маленькая, но будет отдельная глава о первом и, увы, единственном полете советского шаттла.

Ракетно-космическая система «Энергия» разрабатывалась в противовес американским кораблям многоразового использования «Спейс Шаттл». Правда, ее разработка началась тогда, когда американцы уже приступили к летным испытаниям своего орбитального корабля. Но на создание новой ракеты мы потратили времени меньше, чем конкуренты. О денежных затратах ничего сказать не могу – слишком противоречивы оценки вложенных в программу средств.

Ракета-носитель «Энергия» имела стартовую массу свыше двух тысяч тонн и была способна выводить на орбиту свыше 100 тонн полезного груза. Выполнена она была по двухступенчатой схеме. Высота носителя 60 метров. В отличие от другой ракеты сверхтяжелого класса – «Н-1», разработанной почти двадцатью годами раньше, но так и не достигшей космоса, «Энергии» не пришлось пройти тернистый путь неудач первых пусков. Опыт, накопленный в предыдущие годы, пригодился и помог решить многие проблемы. Да и та информация, которая была у советских разработчиков об американском аналоге, помогла преодолеть многие трудности. От «Спейс Шаттла» советская ракета отличалась тем, что могла выводить не только корабли многоразового использования, но и другие орбитальные грузы.

Летно-конструкторские испытания начались 15 мая 1987 года. Первый экземпляр ракеты-носителя успешно стартовал с Байконура. Нормально отработала первая ступень, затем вторая. Предполагалось, что во время этого запуска на орбиту будет выведен габаритно-весовой макет военной орбитальной станции «Скиф-ДМ» (или «Полюс», как было написано на обтекателе). Вот тут-то и произошла неприятность. Двигатель блока, который должен был вывести станцию на орбиту, не включился, и вместо околоземной орбиты она оказалась на дне Тихого океана. Впрочем, неудача не сильно расстроила создателей ракеты – сам носитель отработал прекрасно, ну а то, что потеряли макет, не сильно переживали. Все вполне укладывалось в задачи испытательного пуска, поэтому и решили готовить следующую ракету, но уже с кораблем.

Вторая «Энергия» взлетела 15 ноября 1988 года. На этот раз она несла первый советский многоразовый корабль «Буран». В отличие от американского шаттла, советский «челнок» мог летать как с экипажем, так и в автоматическом режиме. Первый его полет проходил именно в беспилотном варианте. Программа пуска была выполнена полностью.

Следующий пуск, намечавшийся на 1989 год, также планировалось провести в беспилотном режиме, а вот в 1990 году «Буран» должен был стартовать уже с экипажем из двух космонавтов.

Но... Ох, это планов громадье! Уже во время первого рейса на просторах нашей необъятной державы бушевала перестройка. Было не до полетов. Поэтому новый старт все откладывали и откладывали. А там подоспел и распад Советского Союза, и совсем стало не до освоения космоса. Политики, оказавшиеся у руля в возникших независимых государствах, не долго тешили себя надеждами на совместные работы по освоению космического пространства. Космодром Байконур перешел в собственность независимого ныне Казахстана. Ему же досталась и техника, которую делали под программу «Энергия» – «Буран». В 1994 году программу закрыли. Хотя о ее возрождении разговоры велись неоднократно, ни одного конкретного шага предпринято не было.

А единственный побывавший в космосе экземпляр корабля «Буран» долго ржавел в одном из корпусов на 112-й площадке Байконура. Там же лежала и «Энергия». И ей не могли найти дела.

Можно сказать, что история «Бурана» завершается 12 мая 2002 года, когда обрушилась кровля монтажно-испытательного корпуса. Многотонные обломки смяли и искорежили корабль, сделав невозможным его восстановление. После катастрофы «Колумбии» вообще считается неприличным вести разговоры о каком-то будущем системы «Энергия» – «Буран».

Ну а причиной обрушения кровли были названы дождь и нарушение правил ведения ремонтных работ. Хотя, не будь всеобщего развала в ракетно-космической отрасли, летать бы и летать «Бураном». Атак...

Глава 36

Космонавты работают в космосе, но умирают на Земле

Рассказать о всех космонавтах, летавших и не летавших, очень сложно. Во всем мире их насчитывается около восьмисот. Даже по странице на каждого – и то получится увесистый том. А многие из них заслуживают более пристального внимания к себе. Поэтому на этих страницах будет рассказано только о тех, кого уже нет среди нас.

Первая группа космонавтов была создана в США в 1959 году. В нее вошли семь пилотов реактивных самолетов: Джон Хершел Гленн, Вирджил Айвен Гриссом, Малколм Скотт Карпентер, Лерой Гордон Купер, Дональд Кент Слейтон, Алан Бартлетт Шепард и Уолтер Марти Ширра. Из этого отряда, более известного как «Меркури-7», в настоящее время в живых остались четверо.

Первым ушел из жизни Вирджил Гриссом. Один из самых целеустремленных и амбициозных американских космонавтов. Он очень хотел быть первым во всем. Его мечтой была Луна, и погиб он на пути к ней. Страшный пожар на мысе Канаверал 27 января 1967 года, о котором уже шла речь, стал причиной смерти и Гриссома, и его друзей по экипажу «Аполлона-1» – Эдварда Хиггинза Уайта и Роджера Брюса Чаффи.

Нет среди живых и еще двоих из «Меркури-7» – Дональда Слейтона и Алана Шепарда. Первый умер 13 июня 1993 года, а второй – 22 июля 1998 года. Обоих скосили обыкновенные земные болезни.

Дональд Слейтон должен был слетать в космос в 1963 году и стать седьмым американским космонавтом. Но сокращение программы «Меркури» не позволили тогда ему это сделать. А потом у медиков возникли серьезные претензии к его здоровью, и Слейтона просто отчислили из отряда. Потом была работа в Хьюстоне, в Центре подготовки космонавтов. К моменту завершения программы «Аполлон» Слейтон был одним из руководителей пилотируемой программы США. Чего греха таить, когда на горизонте забрезжил советско-американский полет, он использовал свое служебное положение, прошел медкомиссию, получил допуск к полетам и вошел в состав экипажа «Аполлона-18». Июль 1975 года стал звездным часом Слейтона – он смог осуществить мечту всей своей жизни и отправиться в космос.

Иначе сложилась судьба Алана Шепарда. В мае 1961 года он стал первым американцем, совершившим космический полет. Это был суборбитальный рейс, и многие до сих пор отказывают ему в праве считаться первопроходцем среди американцев. Но он видел Землю с высоты более 180 километров, и этим все сказано. А в 1971 году Шепард вновь отправился в космос и даже ступил на поверхность Луны. Потом были долгие годы работы в НАСА, в различных частных компаниях, в общественных организациях. Смерть скосила его, когда ему было 65 лет.

Первый отряд советских космонавтов, который сейчас иначе как «гагаринским» и не называют, был сформирован несколькими месяцами позднее, чем американский. В него вошли 20 человек, но в космосе побывали только двенадцать. К настоящему времени в живых осталось всего восемь (Андриан Григорьевич Николаев, Павел Романович Попович, Валерий Федорович Быковский, Алексей Архипович Леонов, Борис Валентинович Волынов, Виктор Васильевич Горбатко, Анатолий Яковлевич Карташов, Дмитрий Алексеевич Заикин).

Первым из этой двадцатки, еще до первого полета человека в космос, погиб Валентин Васильевич Бондаренко. Он был самым молодым из того набора. Окончив в 1954 году школу в Харькове, добровольно ушел в армию, поступил в военное авиационное училище. Стал летчиком. В апреле 1960 года приступил к тренировкам в отряде космонавтов. В отряде его любили, даже прозвище дали – «Звоночек».

23 марта 1961 года заканчивались 10-е сутки 15-суточного эксперимента в сурдобарокамере. В тот день Бондаренко работал при пониженном давлении, что компенсировалось избытком кислорода. Сняв с себя датчики после медицинских проб, протер места их крепления ваткой, смоченной в спирте, и случайно уронил ее на спираль включенной электроплитки. В кислородной атмосфере огонь вспыхнул мгновенно. Из камеры его вытащили еще в сознании. Восемь часов врачи боролись за его жизнь, но сделать ничего не смогли. Это была первая потеря среди советских космонавтов.

Об инциденте не сообщали, все было сверхсекретно. Не «просветили» и американцев, которые на своих кораблях использовали кислородную атмосферу. В результате в США спустя шесть лет произошла аналогичная трагедия, стоившая жизни трем космонавтам.

Следующую потерю советский отряд космонавтов понес 18 февраля 1966 года, когда под колесами поезда погиб Григорий Григорьевич Нелюбов. Это был незаурядный человек. Хороший летчик, спортсмен, он выделялся общим кругозором, живостью, быстротой реакции, природным обаянием. Это был шутник, анекдотчик, «душа компании». Он очень хотел быть первым. Упорное стремление пробиться в лидеры плюс напряженная работа привели к тому, что он был назначен резервным космонавтом на первый полет. По мнению тех, кто его знал, со временем он мог оказаться в первой пятерке наших космонавтов. Но случилось иначе. Подвело «гусарство». Однажды вместе с двумя другими членами отряда космонавтов Иваном Николаевичем Аникеевым и Валентином Игнатьевичем Филатьевым он отправился выпить пива. Потом была стычка с военным патрулем, рапорт о недостойном поведении и отчисление из отряда. Его отправили служить в одну из авиационных частей на Дальнем Востоке. Это решение очень больно ранило Нелюбова. Тяжело переживал, когда слышал, как в космос отправляются его товарищи по отряду. Стал много пить. Полагают, что он сам шагнул на рельсы.

О катастрофе космического корабля «Союз-1» и гибели Владимира Михайловича Комарова я уже рассказывал. Хочу только добавить несколько слов о нем самом. В первой группе космонавтов он был единственным инженером. Один из самых старших и по возрасту, и по званию. Закончил спецшколу ВВС, затем учился в Батайском и Борисоглебском авиационных училищах. Служил на Северном Кавказе и в Прикарпатье. Стремление быть летчиком-инженером привело Комарова в Военно-воздушную инженерную академию имени Н.Е. Жуковского. Еще во время первой встречи с космонавтами, когда до полета Юрия Гагарина оставался год, Королев выделил Комарова среди других и сказал, что быть ему командиром первого космического экипажа. Так впоследствии и случилось. Именно Комаров стал командиром «Восхода» – первого трехместного космического корабля. А после первого полета – новые тренировки. И был новый полет, который закончился так трагически.

Следующая по времени смерть стала настоящим потрясением не только для советского отряда космонавтов, для граждан нашей страны, но и для всего мира. 27 марта 1968 года в авиационной катастрофе погиб первый в мире космонавт Юрий Алексеевич Гагарин. Нет смысла пересказывать биографию смоленского мальчишки, которому суждено было стать первым «гражданином Вселенной». Она известна всем. А вот об авиационной катастрофе, в которой он погиб, надо немного рассказать. Истинная причина трагедии так и осталась невыясненной. Правительственная комиссия, которую немедленно создали после сообщения о гибели Гагарина, собрала огромный фактический материал, проанализировала все версии – от правдоподобных (столкновение с метеозондом, птицей, техническая неисправность) до абсурдных (попадание в самолет метеорита или «происки» инопланетян). Было изучено все, что возможно, но однозначного ответа дать так и не удалось. Официальный вывод комиссии – авария при попытке уклониться от столкновения с неким летательным аппаратом, вероятнее всего, метеозондом – не удовлетворила никого. Специалистов – тем, что не давала ответа на все вопросы, вставшие перед следствием. Непосвященных потому, что в такую простую причину гибели первого космонавта планеты не хотелось верить. Тогда-то и пошли гулять слухи о диверсии, подстроенной всесильным КГБ первому космонавту, который начал «выходить из-под контроля». Или о том, что Гагарин жив и спрятан в одной из «психушек». До сих пор предпринимаются попытки возобновить следствие и докопаться до истины. Но пока это только прожекты, которые могут таковыми остаться. Как и тайна, окружающая гибель Гагарина.

А 10 января 1970 года умер еще один из «гагаринского» отряда – командир корабля «Восход-2» Павел Иванович Беляев. Это была первая смерть, не связанная с какими-либо трагическими событиями. Хотя смерть сама по себе трагедия. Беляев умер от рака желудка, который сжег его буквально в считаные месяцы. Самый старший по возрасту из первого набора, Беляев в 1945 году закончил Ейское военное авиационное училище летчиков и летчиком-истребителем участвовал в войне с Японией. Затем была служба в ВВС, учеба в Военно-воздушной академии. С 1960 года – в отряде космонавтов. Полет на «Восходе-2» был очень труден и напряжен, но закончился благополучно во многом благодаря умению и выдержке Беляева. И после первого полета он продолжал готовиться к новым космическим стартам. Но противостоять болезни не смог и умер, оставаясь действующим космонавтом.

Следующие десять лет первый отряд советских космонавтов обходился без потерь. Но потом его вновь постигла утрата – 2 октября 1980 года умер Валентин Степанович Варламов. Нелепая случайность заставила его покинуть отряд в 1961 году. Во время купания он повредил шейный позвонок и не смог больше готовиться к полету. По общему мнению, это был талантливый человек, с явными техническими способностями. Отличался безупречным здоровьем, любил спорт. Очень тяжело переживал случившееся. Покинув отряд, Варламов не уехал из Звездного городка. Он работал в Центре подготовки космонавтов и еще до старта Гагарина стал заместителем начальника командного пункта управления космическими полетами. Затем – старший инструктор космических тренировок, специализировался на астронавигации. Причиной смерти стал бытовой несчастный случай – поскользнулся в ванной комнате, сильно ударился головой о кафель и умер от кровоизлияния в мозг. Бывает и так.

Шли годы. Лейтенанты и капитаны состарились. И наступил период, когда они начали умирать от старости и болезней.

15 сентября 1990 года умер Валентин Филатьев. Ему пришлось покинуть отряд вместе с Нелюбовым после глупой стычки с военным патрулем. Дальше служба в авиационных частях противовоздушной обороны. Выйдя в запас, преподавал в одном из профессионально-технических училищ города Орла. Потом ушел на пенсию, возился с внуком.

20 августа 1992 года смерть настигла и третьего участника пресловутого инцидента 1961 года, закрывшего дорогу в космос трем космонавтам. Иван Аникеев после отчисления из отряда космонавтов продолжал летать. Вышел в отставку, поселился в городе Бежецке, где и умер.

7 апреля 1997 года не стало Георгия Степановича Шонина. Его биография была схожа с биографией других первых космонавтов. Военное детство, одесская спецшкола ВВС, Ейское военное авиационное училище летчиков, служба в морской авиации. С 1960 года в отряде космонавтов. Ему довелось лишь однажды побывать в космосе – в 1969 году, в качестве командира корабля «Союз-6». Затем подготовка к новым полетам и одновременно работа в Звездном городке. Нельзя сказать, что судьба благоволила к Шонину. Он готовился к полетам на орбитальные станции, но так и не полетел. В 1979 году ушел из отряда космонавтов и продолжил службу в частях ВВС, был заместителем командующего воздушной армией. Потом возглавлял военный институт. В 1990 году ушел в запас.

19 мая 2000 года от сердечной недостаточности умер Евгений Васильевич Хрунов. За его плечами двадцать лет пребывания в отряде космонавтов и, как и у Шонина, лишь один космический полет. Хотя готовился он во многих экипажах. Но так уж складывалась жизнь: то полет отменяли, то неожиданно появлялась нечистоплотная бумага, которая ломала все планы. В самом конце 1980 года перешел на службу в ЦНИИ-30 Министерства обороны. Потом были Главное техническое управление Госкомитета СССР по внешнеэкономическим связям, Главное инженерное управление Министерства СССР по внешнеэкономическим связям (ныне Росвооружение), специальное автотранспортное предприятия ПО «Спецатом» в г. Припять и так далее.

Спустя два месяца, 23 июля 2000 года, в результате сердечного приступа оборвалась жизнь Марса Закировича Рафикова. Несмотря на истинно космическое имя, ему не удалось слетать в космос. В марте 1962 года он был отчислен из отряда космонавтов за нарушение режима. Как считал сам Рафиков, истинной причиной стало его желание развестись с женой. До 1978 года служил в частях ВВС, много летал. В 1980 году участвовал в боевых действиях в Афганистане в качестве рядового авианаводчика в составе мотострелкового батальона. После развала Советского Союза жил в Казахстане, где и похоронен.

А еще два месяца спустя, 20 сентября 2000 года, ушел из жизни космонавт-2 – Герман Степанович Титов. Его биографию также не надо приводить, как и биографию Гагарина. Она растиражирована миллионами экземпляров газет и книг. Кто интересуется космонавтикой, прекрасно ее знают. Лишь одна интересная деталь. Когда Титов отправился в космос, ему было 25 лет 10 месяцев 25 дней. До сих пор он остается самым молодым космонавтом, побывавшим на орбите. Ожидалось, что в конце 2002 года рекорд будет побит – к старту в качестве космического туриста готовился американский певец Лэнс Басс, которому нет еще и 24. Но поп-идолу не удалось собрать необходимую для полета сумму, и он остался на Земле. Потом случились неприятности с «Колумбией», и речь о полете Басса, по крайней мере в обозримом будущем, не стоит. Так что Титов до сих пор остается самым молодым космонавтом нашей планеты.

Я так подробно рассказал о первых отрядах космонавтов только потому, что они были первыми. Потом и в СССР, и в США, и в других странах были новые наборы и, увы, новые утраты. О ком уже пришлось писать на страницах этой книги или придется писать в последних главах, я лишь упомяну для полноты картины. О других – чуть подробнее.

Итак, первой «жертвой космонавтики» был Валентин Бондаренко, погибший в ходе предстартовых тренировок 23 марта 1961 года. Через три с половиной года этот список пополнил американец Теодор Корди Фримэн, погибший в катастрофе самолета «Т-38».

Фримэн родился 18 февраля 1930 года в городе Хаверфорд в штате Пенсильвания. Стандартная биография для космонавта тех лет: учился, служил, летал, окончил школу летчиков-испытателей. В октябре 1963 года был отобран в отряд космонавтов НАСА (3-й набор). Вероятнее всего, стал бы одним из пилотов кораблей типа «Аполлон». Но 31 октября 1964 года в районе базы ВВС США «Эллингтон» близ Хьюстона самолет, которым управлял Фримэн, столкнулся с птицей. Пилот не успел покинуть поврежденную машину и погиб вместе с ней.

Печальным для космонавтов оказался февраль 1966 года. Сначала 18 февраля в советском Приморье трагически погиб Григорий Нелюбов, а ровно через десять дней в США, в районе города Сент-Луис в штате Миссури, разбился (в тумане врезался в небоскреб) тренировочный самолет «Т-38», на борту которого находились космонавты Эллиот Маккей Си и Чарльз Артур Бассет – основной экипаж космического корабля «Джемини-9». Всего три месяца оставалось им до «звездного часа», но, увы, они его не дождались.

Эллиот Си родился 23 июля 1927 года в Далласе в штате Техас. Окончил Военно-морскую академию США и Калифорнийский университет. С 1949 по 1953 год работал в компании «Дженерал Электрик». Потом три года служил на американском флоте, шесть лет работал в «Дженерал Электрик», участвовал в испытаниях инженерных систем боевых самолетов. Имел общий налет около 3700 часов. В сентябре 1962 года был отобран в отряд космонавтов НАСА (2-й набор). Входил в состав дублирующего экипажа корабля «Джемини-5».

Его партнер по экипажу, Чарльз Бассет, родился 30 декабря 1931 года в городе Дэйтон в штате Огайо. Там же окончил университет, а потом служил в ВВС США. Окончил школу летчиков-испытателей и служил на Базе ВВС США «Эдвардс». Налетал около 3600 часов. В октябре 1963 года был отобран в отряд космонавтов НАСА (3-й набор) и готовился к своему первому космическому полету, который так и не состоялся.

В 1966 году произошла еще одна авиационная катастрофа, о которой необходимо упомянуть на страницах этой книги. 8 июня 1966 года в США столкнулись истребитель «F-104» и экспериментальный истребитель-бомбардировщик «ХВ-70». Одной из жертв этой катастрофы стал Джозеф Альберт Уокер, один из самых известных американских летчиков-испытателей. Он никогда не входил в отряд космонавтов, но по праву может считаться таковым.

Вероятно, многие читатели помнят о программе создания ракетного самолета «Х-15». Эта уникальная машина была одним из самых удачных прототипов авиационно-космических систем, которые когда-нибудь, надо полагать, будут созданы и сделают космическое пространство более доступным, чем сейчас. Американцы проводили испытательные полеты «Х-15» в период с 1959 по 1968 год и достигли впечатляющих успехов. На экспериментальной машине были установлены рекорды скорости (более 7 тысяч километров в час) и высоты (более 100 километров).

Американские военно-воздушные силы зачислили ряд пилотов, тех, кто побывал на высоте более 80 километров, в категорию космонавтов. Но это спорное решение, и я не буду акцентировать на нем ваше внимание. А вот два полета по-настоящему могут считаться космическими. Речь идет о полетах в августе 1963 года, когда удалось превысить высоту 100 километров, то есть ту условную границу, которая отделяет атмосферу от космоса. Условную потому, что нет и не может быть четкого разграничения этих двух стихий. Но для того чтобы «облегчить» себе жизнь, Международная авиационная федерация приняла в 1960 году решение фиксировать все рекорды, установленные на высотах до 100 километров, как авиационные, а выше – как космические. И хотя споры о правомерности такого разграничения идут до сих пор, иного решения пока никем не принято. А следовательно, и Уокера надо считать космонавтом.

Джозеф Уокер родился в 1921 году. Участник Второй мировой войны. С 1945 года ведет отсчет его карьера летчика-испытателя. Он был одним из тех, кто испытывал практически все американские ракетные самолеты: «Х-1», «Х-3», «Х-4», « Х-5», «Х-15». Уокер был первым пилотом, который испытал в полете лунную кабину, которую создавали в рамках программы «Аполлон». Многие считают, что у него были все шансы присоединиться к отряду космонавтов НАСА, и, вероятно, в какой-то момент это бы и произошло. Но его гибель в авиационной катастрофе заставляет нас говорить об этом только предположительно. Те, кто занимается историей освоения космического пространства, всегда ставят его в ряд первых покорителей космоса. Он это заслужил.

В 1967 году произошло множество трагических событий. О пожаре на мысе Канаверал, когда погибли американские космонавты Вирджил Гриссом, Эдвард Уайт и Роджер Чаффи, а также о катастрофе корабля «Союз» и гибели Владимира Комарова я уже говорил. Придется упомянуть еще о пяти (!) катастрофах того года.

6 июня близ Хьюстона в автомобильной катастрофе погиб Эдвард Гейлен Гивенс, член отряда космонавтов НАСА (5-й набор). Еще до прихода в аэрокосмическое агентство он был среди тех пилотов ВВС США, которые начали подготовку к полетам на ракетопланах. Правда, программа довольно быстро была свернута, но полученный Гивенсом опыт помог ему успешно пройти горнило отбора в НАСА, куда его зачислили в апреле 1966 года. Он успел пройти курс общекосмической подготовки, но его не успели еще зачислить ни в один из экипажей, когда нелепая случайность выбила из рядов будущих покорителей Луны.

13 сентября в катастрофе самолета «F-105» погиб Рассел Ли Роджерс, американский летчик, которого в сентябре 1962 года отобрали для подготовки к полетам на ракетоплане «Дайна Сор». В декабре 1963 года программа была закрыта, подготовка прекращена, и все члены того отряда космонавтов ВВС продолжили свою службу в авиационных частях.

Не прошло и месяца, как 5 октября во время тренировочного полета на самолете «Т-38» погиб еще один американский космонавт Клифтон Кертис Уилльямс. В отряд космонавтов НАСА он пришел в октябре 1963 года (3-й набор). Входил в состав дублирующего экипажа корабля «Джемини-10». Планировалось, что его включат в один из экипажей «Аполлона». Но, увы, этим планам не суждено было сбыться.

15 ноября разбился ракетный самолет «Х-15». В катастрофе погиб Майкл Джеймс Адамс – летчик-испытатель ВВС, который с ноября 1965 года входил в отряд космонавтов, готовившихся к полетам на борту военной орбитальной станции MOL. Через три недели, 8 декабря, отряд пилотов MOL понес еще одну утрату – в катастрофе «F-104C» погиб Роберт Генри Лоренс. Он начал тренировки в конце июня 1967 года и не успел пройти даже начальный курс подготовки.

Следующими по времени потерями были гибель Гагарина в 1968 году и смерть Павла Беляева в 1970 году. О них, как о членах первого отряда советских космонавтов, шла речь в начале этой главы, поэтому не буду повторяться. На 1970 год приходится еще одна смерть. 4 сентября в катастрофе самолета «Т-38» погиб Джеймс Мартин Тэйлор. В течение четырех лет, с 1965 по 1969 год, он готовился к полетам на военную орбитальную станцию MOL. После закрытия программы, в отличие от многих коллег по отряду, не перешел в НАСА, а продолжал служить в ВВС. Много летал. Один из полетов стал для него последним.

Гибель экипажа космического корабля «Союз-11» в конце июня 1971 года стала одной из самых печальных страниц истории освоения космоса. Этому событию была посвящена отдельная глава этой книги.

Катастрофа сверхзвукового пассажирского самолета «Ту-144» в Ле Бурже под Парижем, происшедшая 3 июня 1973 года, наделала в свое время много шума. Для всех, знакомых с миром авиации, она означала крушение многих надежд, которые связывались с выходом сверхзвуковых самолетов на пассажирские авиалинии. Но даже не это главное. Уже тогда в советских газетах был опубликован список членов экипажа, среди которых мелькнуло имя Владимира Николаевича Бендерова. Лишь спустя два десятилетия мы кое-что узнали об этом человеке.

Оказалось, что в первой половине 1960-х годов он проходил подготовку к полетам на космических кораблях типа «Восход». На приобщение к космосу Бендерову был отведен всего месяц. С 1 июня по 2 июля 1964 года он готовился в составе группы к первому полету на многоместном космическом корабле, но затем прекратил тренировки по состоянию здоровья. Не став космонавтом, он остался первоклассным авиационным инженером. Много летал. В последний полет отправился, будучи уже генерал-майором инженерно-технической службы. Похоронен Бендеров в Москве на Новодевичьем кладбище.

Летом 1973 года ушел из жизни еще один кандидат на будущие полеты в космос – Василий Дмитриевич Щеглов. Он пришел в отряд в 1970 году, но успел прослужить в нем только два года. Болезнь навалилась на него неожиданно и не оставила никаких шансов на жизнь. Умер Щеглов 19 июля в 33 года.

23 января 1976 года лейкемия свела в могилу Алексея Васильевича Сорокина. Врач по профессии, он пришел в отряд космонавтов в 1964 году. Готовился в составе группы к полету первого корабля типа «Восход». Потом новые тренировки и, увы, ранняя смерть.

В 1978 году в отряде космонавтов появилась группа, которая начала подготовку к полетам на кораблях многоразового использования. В нее вошли Игорь Петрович Волк, Анатолий Семенович Левченко, Александр Владимирович Щукин, Римантас Антанас-Антано Станкявичюс, Олег Григорьевич Кононенко. Неофициально их называли «волчатами», по фамилии командира. Никому из них не удалось полетать на советских шаттлах. Лишь двое из пяти совершили по одному космическому полету. К настоящему времени в живых остался лишь один. Судьба членов этой группы оказалась трагичной. Первым 9 августа 1980 года погиб Олег Кононенко. Программа подготовки этой группы, кроме непосредственно космических дисциплин, предусматривала интенсивные полеты на самолетах различных типов. Именно этим и занимался Кононенко в свой последний день. Ему предстояло отработать взлет и посадку на авианосец. При взлете самолет потерпел катастрофу, и космонавт погиб.

В августе 1988 года с интервалом в 12 дней оборвалась жизнь еще двух «волчат». 6 августа умер Анатолий Левченко. Судьба к нему благоволила. Учился летать в Черниговском высшем авиационном училище летчиков. Служил в строевых частях Военно-Воздушных Сил. Окончил школу летчиков-испытателей, работал испытателем. Освоил 80 типов самолетов и их модификаций. Заслуженный летчик-испытатель СССР. С 1978 года в отряде космонавтов. Интересная работа, слава. За полгода до смерти он вернулся из космического полета. Все в жизни складывалось благополучно. Но все окончилось в одночасье. В апреле врачи обнаружили у Левченко стремительно развивающуюся опухоль мозга. Сделать ничего не смогли, и через четыре месяца он умер.

18 августа в авиационной катастрофе погиб Александр Щукин. Обычная биография. Школа. Авиационное училище. Служба в частях ВВС. Школа летчиков-испытателей. Испытательная работа. С 1978 года в отряде космонавтов. Был дублером Левченко во время полета космического корабля «Союз ТМ-4». Тренировочный полет на спортивном самолете «Су-26М» закончился трагически.

На два года смерть оставила членов «бурановской» пятерки. Но только на два года. 9 сентября 1990 года в далекой Италии при выполнении показательного полета на международной авиационной выставке разбился 46-летний заслуженный летчик-испытатель СССР Римантас Станкявичюс. Он родился на отдаленном литовском хуторе, когда еще не отгремели залпы Великой Отечественной войны. С детства любил рисовать самолеты, и после школы проблема выбора профессии перед ним не стояла. Он поступил в летное училище и в своем решении был непреклонен. Закончил высшее военно-авиационное училище. Служил в Египте, совершал боевые вылеты, был награжден орденом. Потом школа летчиков-испытателей, испытательная работа, отряд космонавтов. Дважды проходил подготовку в составе экипажа космического корабля «Союз». Но полететь в космос ему было не суждено.

24 октября 1980 года при испытании истребителя «МиГ-27» на штопор погиб Леонид Георгиевич Иванов. Он пришел в отряд космонавтов в 1976 году. Успел пройти общекосмическую подготовку, но назначения в экипаж еще не получал. Готовился к присвоению квалификации летчика-испытателя 2-го класса.

26 сентября 1981 года в катастрофе истребителя «МиГ-21» погиб вьетнамский летчик Буй Тхань Лием. В 1979 – 1980 годах он проходил подготовку к космическим полетам на советских кораблях типа «Союз» и орбитальных станциях типа «Салют». Тогда выпало лететь его напарнику, Фам Туану, а Буй Тхань Лием стал его дублером. Вернувшись на родину, продолжил службу в военно-воздушных силах своей страны. И вот гибель в авиакатастрофе. Смерть Буй Тхань Лиема сделала Вьетнам третьей в мире страной, которая понесла потери среди своих граждан, прикоснувшихся к космосу.

27 декабря 1982 года рак костного мозга свалил американского космонавта Джона Леонарда Суиджерта. Он входил в экипаж злополучного «Аполлона-13», с превеликим трудом возвратившегося на Землю. В том числе и благодаря мужеству и профессионализму Суиджерта. Отважных космонавтов в 1970 году космос пощадил, а вот земные болезни оказались безжалостными.

А дальше был взрыв «Челленджера» и гибель семи американских космонавтов...

Следующим пополнением списка потерь стала смерть 15 апреля 1986 года от рака желудка известного советского летчика Сергея Николаевича Анохина. Его имя было хорошо известно в Советском Союзе еще со времен Великой Отечественной войны. Родился Сергей Анохин 19 марта 1910 года. В 1931 году окончил Высшую летно-планерную школу, а в 1935 году – Высшую парашютную школу. В 1933 году по его инициативе и при его участии впервые в мире был осуществлен перелет трехпланерного воздушного поезда. В том же году совершил испытательный полет планера на определение критической скорости.

На начало 1930-х годов приходится и знакомство Анохина с Сергеем Королевым, тогда еще молодым инженером, а впоследствии Главным конструктором ракетно-космических систем. Вероятно, эта встреча во многом стала определяющей спустя многие годы, когда началось формирование группы инженеров-испытателей космической техники. По рекомендации Королева в ОКБ-1 эту группу возглавил Анохин, который и сам должен был готовиться к полетам.

Но между этими двумя событиями была война, была испытательная работа, была страшная катастрофа 17 мая 1945 года, в которой Анохин лишился глаза. За все это ему были присвоены звания Героя Советского Союза, заслуженного летчика-испытателя СССР. Но самой большой наградой всей своей жизни Сергей Николаевич считал работу по подготовке космонавтов к полетам. И очень жалел, что возраст и здоровье не позволили ему самому увидеть Землю из космоса.

В 1986 же году, 24 мая, в авиакатастрофе погиб летчик ВМС США Стивен Дуглас Торн. К тренировкам в отряде космонавтов НАСА (11-й набор) он приступил летом 1985 года, но не успел пройти даже курс общекосмической подготовки.

2 декабря 1987 года в результате инфаркта скончался один из ветеранов американской космонавтики Донн Фултон Эйзел. В отряд космонавтов НАСА он пришел из ВВС США в 1963 году (3-й набор). Готовился по программе «Аполлон». На корабле «Аполлон-7» в октябре 1968 года совершил свой единственный полет в космос. В этом полете впервые новый корабль был испытан в пилотируемом режиме. Когда стало ясно, что программа «Аполлон» закрывается, покинул отряд космонавтов и перешел на работу в частный сектор.

17 июня 1989 года в катастрофе самолета времен 2-й мировой войны «АТ-6» погиб американский космонавт Стэнли Дэвид Григгс. Он пришел в отряд космонавтов НАСА в 1978 году (8-й набор). Готовился к полетам, один раз слетал в космос на корабле многоразового использования.

Ну а дальше смерть стала настигать летавших и не летавших космонавтов с пугающей регулярностью. Это была и гибель в катастрофах, и смерть от болезней и от несчастных случаев. С одной стороны, в этом нет ничего удивительного – те, кто был первым, в конце XX века в своем большинстве перешагнули 60-летний рубеж, а в таком возрасте можно всего ожидать. Так и происходило.

1 января 1990 года в возрасте 65 лет умер американский космонавт Джеймс Уэйн Вуд. В 1962 году он был отобран для полетов на ракетопланах по программе «Дайна Сор». Больше года готовился, но программа была закрыта, и Вуд возвратился к испытательной работе. Потом отставка, пенсия, тихая старость.

6 апреля 1990 года от инфаркта умер Рональд Эллвин Эванс, член экипажа космического корабля «Аполлон-17». Во время полета он обеспечивал работу своих товарищей на поверхности Луны, находясь в командном модуле на селеноцентрической орбите. Ему было всего 56 лет.

19 апреля 1990 года в возрасте 52 лет от острой сердечной недостаточности скончался Владислав Иванович Гуляев. В отряд советских космонавтов он пришел в 1963 году. В 1966 – 1967 годах готовился к полетам по программе «Звезда» (полеты на военно-исследовательском корабле). 11 августа 1967 года, находясь на отдыхе в санатории ВВС, получил тяжелую черепно-мозговую травму и перелом шейного позвонка во время ныряния в реку. Естественно, что после этого речи о полетах в космос уже не могло идти. Работал в Центре подготовки космонавтов. После выхода в отставку прожил 2,5 года.

2 мая 1990 года на 50-м году жизни от инфаркта во время игры в теннис умер еще один нелетавший советский космонавт Олег Анатольевич Яковлев. В Звездном городке он появился в 1965 году и восемь лет готовился к своему звездному часу, который так и не наступил. Тренировался по программе «Алмаз», готовился к испытательному автономному полету на возвращаемом аппарате в качестве командира условного экипажа вместе с Виталием Жолобовым и Эдуардом Степановым. Но сроки полета все отодвигались и отодвигались, и Яковлев решил, что пора возвращаться в авиацию, где он, по крайней мере, мог летать. Так и произошло. В последние годы перед смертью преподавал в Военно-воздушной академии имени Ю.А. Гагарина.

На 1990-й год приходятся еще несколько смертей, о которых я уже упоминал. Пока обойдена вниманием лишь кончина в последний день года Василия Григорьевича Лазарева. Его биография наполнена яркими событиями, каждое из которых примечательно. Не говоря уже об их совокупности.

Врач по профессии, Лазарев окончил военно-медицинский факультет Саратовского медицинского института, потом Чугуевское военное авиационное училище летчиков. Участвовал в испытаниях скафандров, противоперегрузочных костюмов, кислородного оборудования. Занимался изучением влияния факторов атмосферного, стратосферного и космического полетов на организм человека. В 1962 году участвовал в испытательном полете на борту стратостата-лаборатории «Волга». С 1963 года в отряде космонавтов. Проходил подготовку по программе первого полета на корабле типа «Восход», дублировал Бориса Егорова во время старта корабля. Неоднократно входил в экипажи космических кораблей. В 1973 году впервые поднялся в космос на корабле «Союз-12». В 1975 году должен был работать на борту орбитальной станции «Салют-4», но не довелось. Ракета-носитель потерпела катастрофу на участке выведения, и космонавты смогли совершить полет только по баллистической траектории. Это был третий в мире и первый в СССР суборбитальный космический полет. Затем новые тренировки, новые экипажи, но больше полетов не было. В 1985 году по болезни отчислен из отряда космонавтов. А умер в результате отравления за несколько часов до нового года.

Еще две смерти принес 1991 год. 5 апреля в катастрофе самолета «MB-120» погиб американский космонавт Мэнли Лани Картер. В отряд астронавтов НАСА он пришел в 1984 году (10-й набор). Один раз успел побывать в космосе. В последнем злополучном полете он не сидел за штурвалом самолета, а был обычным пассажиром.

8 августа 1991 года от инфаркта умер ветеран программы «Аполлон» Джеймс Бенсон Ирвин. Интересна биография этого человека. В 1951 году окончил Военно-морскую академию США, получив степень бакалавра военно-морских наук, а в 1957 году – Мичиганский университет, получив степень магистра наук по авиации, аэронавтике и приборостроению. Служил в различных частях ВВС США. В 1961 году окончил школу летчиков-испытателей ВВС, а в 1963 году – школу по подготовке пилотов для аэрокосмических исследований. С 1966 года в группе космонавтов НАСА. Летом 1971 года совершил свой единственный космический полет. Вместе с Дэвидом Скоттом три дня «гулял» по поверхности Луны. В следующем году покинул НАСА и возглавил христианскую организацию евангелистов, полностью переключившись на религиозную деятельность. Почему так произошло, гадают до сих пор. Некоторые полагают, что психологическое воздействие лунной прогулки оказалось столь велико, что Ирвину «открылись совершенно другие истины», которые и заставили его обратиться к богу.

4 мая 1992 года умер Виталий Андреевич Грищенко. Ему было 50 лет. Он пришел в отряд советских космонавтов в 1965 году. Два года готовился, но в феврале 1968 года был отчислен из отряда в связи с зачислением слушателем Военно-воздушной академии. Такова официальная формулировка. Сам Грищенко считал, что его отчислили по требованию КГБ в связи с тем, что его дед по отцу (немец) пропал без вести в Сибири в 1921 году во время Гражданской войны.

11 ноября того же года от рака легкого и также в 50 лет скончался еще один космонавт – Александр Яковлевич Петрушенко. В отряде космонавтов он прослужил восемь лет (1965 – 1973). В качестве оператора связи участвовал в управлении полетом корабля «Союз» в апреле 1967 года. Затем готовился к полетам на военно-исследовательских кораблях и на авиационно-космической системе «Спираль». После ухода из отряда космонавтов служил в авиации, преподавал в Военно-воздушной академии имени Ю.А Гагарина. Осенью 1991 года был уволен в запас по состоянию здоровья. Но служба в запасе была недолгой.

5 декабря 1992 года на 42-м году жизни от инфаркта умер Сергей Александрович Емельянов. Выпускник Московского авиационного института, по распределению был направлен на работу в НПО «Энергия». Участвовал в разработке многих космических аппаратов. В 1984 году был зачислен в отряд космонавтов предприятия. В 1986 – 1987 годах готовился к полетам на орбитальную станцию «Мир». По состоянию здоровья в 1987 году был выведен из экипажа, а в июле 1992 года отчислен из отряда космонавтов.

11 июля 1993 года во время тренировок на Черном море утонул Сергей Возовиков. Он пришел в отряд космонавтов из авиации в 1990 году. Готовился к полетам и погиб в 35 лет.

6 августа того же года умер Милтон Орвилл Томпсон, американский летчик-испытатель, один из пилотов ракетного самолета «Х-15». В 1962 – 1963 годах проходил подготовку к полетам в космос на ракетоплане «Дайна Сор».

А 5 октября 1993 года при восхождении на Эверест погиб американский космонавт Карл Гордон Хенайз. В отряд НАСА он пришел еще в 1967 году (6-й набор), но, как и все другие члены той группы, в космос смог отправиться только после начала полетов кораблей многоразового использования. В момент гибели ему было 66 лет. Можно лишь позавидовать Хенайзу, который в таком возрасте отправился покорять высочайшую вершину нашей планеты.

25 октября 1993 года был сбит автомобилем и умер от полученных ранений Владимир Евгеньевич Преображенский. В отряде космонавтов он пробыл 15 лет (с 1965 по 1980 год). Готовился к полетам, но ни один из них для него так и не состоялся. Ушел из отряда космонавтов, когда понял, что мечты вряд ли станут реальностью. Работал в Центре подготовки космонавтов, участвовал в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской атомной станции. Смерть пришла неожиданно. Преображенскому было 54 года.

Спустя всего шесть дней, 31 октября, ушел еще один из отряда советских космонавтов – Анатолий Федорович Воронов. Он появился в отряде на два года раньше, чем Преображенский, и пробыл на один год больше. Также готовился к полетам, в том числе и по программе облета Луны на корабле «Л-1». Если бы не катастрофа корабля «Союз-11» в июне 1971 года, кконцу того же года Воронов оказался бы на орбите. Но график полетов был изменен, экипажи переформированы. А дальше начались болезни, вывод из отряда космонавтов и работа в Государственном центре «Природа».

24 февраля 1994 года умер Эдуард Павлович Кугно. В отряде советских космонавтов он пробыл чуть больше года, с января 1963 года по апрель 1964 года. По мнению самого Кугно, он был отчислен из-за отказа вступить в КПСС и неоднократной критики советского и партийного руководства. До выхода на пенсию в 1990 году преподавал в различных военных учебных заведениях.

Борис Борисович Егоров, первый в мире врач-космонавт, умер от острой сердечной недостаточности 12 сентября 1994 года. Он пришел в отряд космонавтов в 1964 году. Во многом благодаря отцу (Борис Григорьевич Егоров – академик Академии медицинских наук СССР), на поддержку которого рассчитывал Королев, был включен в экипаж космического корабля «Восход». Совершил полет, работал в научно-исследовательских институтах.

12 декабря 1994 года умер еще один ветеран американской программы «Аполлон» Стюарт Аллен Руса. В отряд НАСА он пришел в 1966 году, а в космос отправился в 1971 году. Пока его товарищи по экипажу Алан Шепард и Эдгар Митчелл работали на поверхности Луны, Руса кружил на ней в командном модуле корабля «Аполлон-14». В 1976 году ушел из отряда космонавтов и работал в частном секторе экономики. Последние годы жил в Греции.

30 июня 1995 года после операции по шунтированию коронарных сосудов сердца умер Георгий Тимофеевич Береговой. Едва окончив школу военных летчиков, оказался на фронтах Великой Отечественной войны. Совершил 186 боевых вылетов. За мужество и героизм в 1944 году был удостоен звания Героя Советского Союза. После войны окончил курсы летчиков-испытателей и Военно-воздушную академию. Заслуженный летчик-испытатель СССР. С немалыми трудностями, но и при немалой поддержке, сумел пробиться в отряд космонавтов. В 1968 году учил летать корабль «Союз». Потом долгие годы возглавлял Центр подготовки космонавтов.

9 сентября того же года список стран, потерявших своих космонавтов, пополнила Германия. В катастрофе самолета времен 2-й мировой войны «ME-108» погиб Райнхард Альфред Фуррер. Физик по специальности, он пришел в космонавтику в 1982 году, когда был отобран для работы на американских кораблях многоразового использования по программе «Спейслэб Д-1». Его полет состоялся в 1985 году, и, вероятно, Фуррер еще бы не раз стартовал в космос, если бы не катастрофа «Челленджера» и не свертывание многих научных программ. А дальше была работа в Берлинском университете, увлечение старыми самолетами и гибель при катастрофе одного из них.

19 сентября 1995 года от инфаркта умер Евгений Николаевич Хлудеев. Один из нескольких советских космонавтов, которые готовились к полетам в космос исключительно по военным программам. Сначала это был «Алмаз», потом «Пион-К» и наконец «Буран». Кроме тренировок, занимался научной работой, но также применительно к военному использованию космического пространства. Хлудеевым подготовлено 15 научных публикаций, но все они имеют гриф «секретно». После отчисления из отряда космонавтов и ухода в запас продолжал работать в Центре подготовки космонавтов. Ушел из жизни рано. Ему было всего 55 лет.

3 октября 1995 года оборвалась жизнь американского космонавта Чарльза Лейси Вича. За плечами два полета в космос. 51 год. Диагноз – рак мозга.

22 марта 1996 года во время испытательного полета на самолете «VK-30» погиб другой американский космонавт Роберт Франклин Овермейер. Он стал космонавтом еще в 1966 году, когда началась подготовка к полетам на военную орбитальную станцию MOL. Потом его перевели на подготовку к полетам на шаттлах. Как и Вич, он участвовал в двух полетах кораблей многоразового использования.

Также в 1996 году, 4 августа, умер член отряда советских космонавтов Михаил Владимирович Сологуб. В отряде космонавтов прослужил недолго (с мая 1967 по сентябрь 1968 года), а потом был отчислен по состоянию здоровья. До увольнения в запас в 1990 году преподавал в различных высших военных учебных заведениях. Причина смерти – рак крови.

В 1997 году умерли трое: Георгий Шонин, о котором уже говорилось в рассказе о «гагаринском» отряде, и двое американцев – Генри Чарльз Гордон и Пол Эндрю Сефчик. Гордон умер 14 июня в возрасте 71 года. В 1962 – 1963 годах готовился к полетам на ракетопланах по программе «Дайна Сор».

Сефчик был моложе Гордона ровно на 20 лет. С 1979 года готовился к полетам на шаттлах по программе министерства обороны США. После отмены полетов по военным программам вернулся к летной работе.

15 февраля 1998 года в 70 лет умер Валентин Гаврилович Ершов. Еще один выпускник Московского авиационного института. Работал в закрытых конструкторских бюро, а потом в структурах Академии наук СССР. В 1967 году был зачислен в группу кандидатов в космонавты Академии. Готовился к полетам по программе облета Луны. В 1974 году был отчислен из отряда по состоянию здоровья (диагноз – «прогрессирующая глухота», который впоследствии не подтвердился). По мнению Ершова, он был отчислен из-за отказа вступить в КПСС. До последних дней своей жизни работал в Институте прикладной математики. Доказал теорему в области статистики независимых измерений, которая стала называться теоремой Эльвинга-Ершова.

27 июня 1998 года умер Борис Николаевич Белоусов, еще один нелетавший советский космонавт. В отряде космонавтов он пробыл с 1965 года по 1968 год, а потом был отчислен «по низкой успеваемости и по весомым характеристикам, не отвечающим требованиям, предъявляемым к членам экипажа космического корабля». Интересная и весьма необычная формулировка. Сам Белоусов считал, что его отчислили из-за плохого отношения к нему тогдашнего начальника Центра подготовки космонавтов Николая Кузнецова. Не исключено, что причиной такого решения был и тесть Белоусова, который в годы Великой Отечественной войны служил у немцев переводчиком, за что в 1952 году был осужден и провел в лагерях два года. После смены руководства Центра Белоусов написал письмо Генеральному секретарю ЦК КПСС Леониду Брежневу с просьбой восстановить его в отряде космонавтов. В полученном ответе было сказано, что в виду преклонного возраста его повторное вступление в отряд космонавтов нецелесообразно. После отчисления из отряда работал в военных научно-исследовательских институтах, потом в редакции «Воентехиниздата». В течение нескольких лет учительствовал в Лосинопетровской средней школе в Подмосковье. Похоронен на кладбище деревни Леониха близ Звездного городка.

4 августа 1998 года умер Юрий Петрович Артюхин. В отряде космонавтов он прослужил почти 20 лет (с января 1963 года по январь 1982 года), но в космос слетал лишь однажды, хотя неоднократно входил в составы экипажей. Но то полеты отменяли, то экипажи переформировывали. Был среди тех, кто готовился к облету Луны. Слетал по программе «Алмаз». После увольнения в запас работал в НПО «Молния», занимался разработкой математического обеспечения тренажеров по кораблю «Буран».

18 декабря 1998 года скончался еще один «алмазовец» Лев Степанович Демин, первый «космический дедушка». Так уж случилось, что к моменту своего космического полета он успел обзавестись внуком, чего до 1974 года среди космонавтов не было.

10 марта 1999 года рак костного мозга свел в могилу Валерия Васильевича Илларионова. В Центре подготовки космонавтов он появился в 1970 году и пробыл в отряде космонавтов 22 года. Входил в экипаж поддержки по советско-американской программе ЭПАС. Готовился к полетам на орбитальной станции «Салют» и корабле «Буран». Как и многие его коллеги, нашел упокоение на кладбище деревни Леониха.

18 июня 1999 года скоропостижно скончался Александр Николаевич Матинченко. После окончания авиационного училища служил в различных частях ВВС. С 1963 года – в отряде космонавтов. Через девять лет был отчислен. Работал в военных НИИ, потом в Министерстве авиационной промышленности. С 1992 года – на пенсии.

8 июля 1999 года в автомобильной аварии получил тяжелые ранения и через несколько часов скончался американский космонавт Чарльз Питер Конрад. Один из самых известных космонавтов эпохи программы «Аполлон». Конрад был третьим землянином, который ступил на поверхность Луны. А всего за его плечами четыре космических полета. Смерть застала его за рулем собственного мотоцикла. И это в 69 лет.

8 ноября 1999 года в 58 лет скоропостижно скончался Юрий Васильевич Малышев. Он дважды побывал в космосе. В своем первом полете Малышев вместе с Владимиром Аксеновым испытывал модифицированный корабль «Союз Т». Второй полет проходил в рамках двухстороннего сотрудничества СССР и Индии.

23 апреля 2001 года умер американский космонавт Дэвид Мэтисон Уолкер. Работая в компании «МакДоннел Дуглас», он был отобран для обслуживания на орбите электрофоретической установки. Трижды побывал в космосе, готовился к новым полетам, но авария «Челленджера» перечеркнула эти планы.

22 мая 2001 года в результате авиакатастрофы получила серьезные ранения американка Патрисия Хиллиард Робертсон. Через три дня она умерла в больнице. Патрисия еще только готовилась к полетам в космос. Если бы не авиакатастрофа, то ее полет мог бы состояться уже в 2002 году.

5 июня 2001 года умер «бурановец» Юрий Петрович Шеффер. До зачисления в отряд космонавтов работал летчиком-испытателем в ОКБ имени А.Н. Туполева. Испытательной работой занимался и после зачисления в отряд, и после расформирования группы Летно-исследовательского института.

25 июля того же года умер еще один «бурановец» – Юрий Викторович Приходько. После увольнения из отряда космонавтов перебрался в США. Получил там квалификацию пилота, пытался попасть в отряд космонавтов НАСА. По некоторым сведениям, был близок к положительному для себя решению руководства американского аэрокосмического агентства. Но стать американским космонавтом не успел.

12 августа 2001 года закончился жизненный путь Роберта Эверетта Стивенсона. Известный ученый-океанограф, он был отобран НАСА для полетов на шаттлах по программе океанографических исследований. Получил назначение в экипаж корабля, готовился к полету, но в последний момент отказался от участия по личным обстоятельствам. Вместо него полетел дублер – Пол Скалли-Пауэр.

11 сентября 2001 года весь мир с ужасом смотрел в прямом телеэфире атаку террористов на Нью-Йорк и Вашингтон. Тысячи людей погибли в тот день. Среди них было немало известных людей. Пассажиром одного из «Боингов», врезавшегося в северную башню Всемирного торгового центра, был космонавт Чарлз Эдвард Джоунз. Ему также не удалось побывать в космосе, хотя готовился к этому он пять лет по программе министерства обороны США.

18 февраля 2002 года умерла Лариса Григорьевна Пожарская. Медик по образованию, она входила в отряд космонавтов Института медико-биологических проблем. Из этого отряда слетали немногие, и Пожарская в их число не вошла.

21 марта 2002 года на 62-м году жизни скончался Анатолий Павлович Федоров. Стандартная биография нелетавшего советского космонавта 1960-х годов – авиационное училище, служба в ВВС, зачисление в отряд, отчисление из отряда, работа в Центре подготовки космонавтов. Прошел этот путь и Федоров.

13 апреля 2002 года умер товарищ Федорова по набору 1965 года – Александр Яковлевич Крамаренко. Их биографии схожи, будто писали их по одному трафарету. Вот только покинул отряд космонавтов Крамаренко раньше, чем Федоров.

19 июля 2002 года умер Владимир Владимирович Васютин. Ему едва исполнилось 50. Пришел в отряд в 1976 году, но в космос полетел только через девять лет. Полет прошел для него неудачно: Васютин заболел и полет был досрочно прекращен. О новых рейсах на орбиту речи быть не могло, и он был отчислен из отряда. Окончил Военно-воздушную академию имени Ю.А. Гагарина и остался в ней работать.

12 октября 2002 года в США умерла сотрудница Исследовательской лаборатории ВМС США Дайэнн Кэзник Принз. Ее отобрали для полетов на кораблях многоразового использования по программе «Спейслэб-2» в 1978 году. Была дублером Лорена Эктона, а сама никогда не летала. Потом вернулась к основной своей работе.

19 октября 2002 года от повторного инфаркта скончался летчик-космонавт СССР Николай Николаевич Рукавишников. Великолепный инженер, один из самых опытных космонавтов нашей страны, он пришел в отряд космонавтов в 1967 году. Вместе с Валерием Быковским входил в один из «лунных» экипажей.

Свой первый полет совершил в 1971 году к орбитальной станции «Салют», но из-за проблем с техникой так и не смог вступить на ее борт. В 1974 году вторично побывал на орбите по программе подготовки к советско-американскому космическому полету «Союз» – «Аполлон». В 1979 году предпринял еще одну попытку побывать на борту орбитальной станции, но вновь ему сопутствовала неудача – на корабле «Союз-33» взорвался двигатель, и советско-болгарскому экипажу пришлось отказаться от стыковки и досрочно возвращаться на Землю.

В 1999 году ушел на пенсию, в сентябре 2002 года отпраздновал свой 70-летний юбилей, но из восьмого десятка прожил только месяц.

А потом была катастрофа «Колумбии», рассказу о которой будет посвящена отдельная глава.

16 марта 2003 года умер еще один космонавт со звездным именем – Марс Нургалиевич Фаткуллин. После окончания Казанского государственного университета пришел на работу в Институт земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн (ИЗМИРАН), где и проработал до конца своей жизни. В 1967 году был зачислен в отряд космонавтов Академии наук СССР. В конце 1970 года покинул отряд по собственному желанию, не видя перспективы космического полета.

28 мая 2003 года скончался Олег Григорьевич Макаров. Один из немногих наших космонавтов, кто четырежды отправлялся в полет. Совершил три орбитальных и один суборбитальный полет. Великолепный инженер, талантливый конструктор. Кстати, вместе с Алексеем Леоновым он входил в первый экипаж, которому предстояло облететь Луну. И хотя полет не состоялся, в биографии Макарова оказалось много других ярких страниц.

А 25 сентября 2003 года умер популярнейший ведущий телепрограммы «Клуб путешественников» Юрий Александрович Сенкевич. Мало кто из телезрителей знал, что в биографии этого человека был и космический период. Когда в середине 1960-х годов планировались пуски кораблей типа «Восход», один из полетов предполагалось провести по программе медицинских исследований. Среди сотрудников Института авиационной и космической медицины, отобранных для подготовки, был и Сенкевич. Увы, полет не состоялся. Сенкевич вернулся к обычной работе.

Потом были зимовка в Антарктиде, плавания в составе международных экипажей на папирусных лодках «Ра», «Ра-2» и «Тигрис», множество путешествий в различные уголки Земли. Умер Сенкевич на своем рабочем месте, в телестудии, занимаясь подготовкой очередного выпуска «Клуба путешественников».

И последняя на момент сдачи книги в печать потеря. 2 октября 2003 года от гепатита умер военный журналист Валерий Васильевич Бабердин. Незадолго до распада СССР был произведен целевой набор журналистов для полета на борт орбитальной станции «Мир» по проекту «Космос – детям». Развал нашей страны похоронил эти планы, хотя все участники программы успели пройти общекосмическую подготовку и получить квалификацию «космонавт-исследователь».

Кажется, упомянуты все. Ну а теперь подведем кое-какие итоги.

В этой главе упомянуты имена более ста человек, которые либо побывали в космосе, либо готовились к этому. Задумайтесь – практически каждый восьмой из тех, кто проходил космическую подготовку, уже ушел из жизни. Больше половины из них стали жертвами аварий, катастроф, несчастных случаев или их последствий. Ужасающие цифры. Средняя продолжительность жизни космонавта составляет чуть больше 51 года. В США эта цифра еще меньше – 48 лет. Когда я начинал писать эту главу, даже не думал, что статистика будет столь печальной.

И все-таки судьбы космонавтов – одна из наиболее интересных страниц космической летописи. А сами они – незаурядные люди, иначе не оказались бы там, где создается будущее человечества.

Глава 37

Ha рубеже тысячелетий

Последнее десятилетие XX века и первые два года нового тысячелетия оказались относительно «спокойными» для мировой космонавтики. К тому времени стали забываться трагедии «Союза-1» и «Союза-11», «Аполлона» и «Челленджера». Реже стали случаться инциденты при космических стартах. Гораздо безопаснее стала эксплуатация ракетной техники.

Это совсем не означает, что в эти годы на космодромах мира царили «тишь, и гладь, и божья благодать». Всякое случалось. Но происходившие аварии не шли ни в какое сравнение с Тюратамской трагедией или Плесецкими катастрофами. Поэтому и след в памяти они оставляли не столь глубокий, и вспоминали о них гораздо реже, списывая неудачи то на организационные неурядицы, то на ошибки инженеров и конструкторов, то на влияние природных факторов. Одним словом, кому что нравится.

Из этого периода я хотел бы отметить лишь несколько эпизодов.

25 сентября 1992 года был осуществлен запуск межпланетной станции «Марс Обсервер». Это был первый в США запуск в сторону Марса после достаточно долгого перерыва. Задачей полета предусматривался вывод станции на орбиту вокруг Красной планеты и проведение детальной фотосъемки марсианской поверхности. Что произошло в глубинах космоса, за миллионы километров от Земли, навсегда останется неизвестным. Высказываются предположения о технических неисправностях на борту, о столкновении с метеоритом и многое другое. Но результат, увы, печальный – контакт с «Марс Обсервером» был потерян. Вполне вероятно, что он до сих пор мчит по гелиоцентрической орбите, оставаясь бессловесным памятником человечества.

14 февраля 1996 года с китайского космодрома Сичан пускали ракету-носитель «Чанг Зенг-3В» с телекоммуникационным спутником «Интелсат-708». Это был один из первых коммерческих стартов, когда использовался китайский носитель. От успеха этого запуска во многом зависели позиции Китая на международном рынке космических пусков. Но, несмотря на все усилия, космический аппарат на орбиту не вышел – ракета потерпела аварию и упала на Землю в 15 километрах от стартовой площадки. Китайские власти сообщили, что аппарат полностью разрушился при падении и не удалось собрать даже его обломков.

Китай – большая страна, но и население там более миллиарда, и трудно найти пустынные местности, где не было бы хотя бы одной деревни. Район космодрома Сичан не исключение, хотя и считается относительно малонаселенным. Тем не менее горящие обломки взорвавшейся вскоре после старта ракеты упали на дома местных крестьян. По разным данным, погибли от 5 до 9 местных жителей. Еще пять десятков были ранены.

Эта авария примечательна еще одним обстоятельством. Спутник «Интелсат-708» был изготовлен специалистами компании «Спэйс Системс/Лорал». А всем известно, как американцы относятся к передаче в другие руки техники и технологий, которые сами используют в военных целях. «Спэйс Системс/Лорал» – один из ведущих подрядчиков министерства обороны США. Сразу же возникло подозрение, что катастрофа была не случайной, на ракете стоял не действующий спутник, а его габаритно-весовой макет, а настоящий «Интелсат» попал в руки китайских экспертов, которые досконально изучили его и сделали существенный прорыв в производстве собственных высокотехнологичных космических аппаратов.

Может быть, и так. По крайней мере, ряд американских компаний впоследствии были вынуждены заплатить штрафы за «создание условий, сделавших возможными утечку ракетных технологий». Несмотря на катастрофу, Китай занял свое место на рынке пусковых услуг и осуществил несколько коммерческих пусков. Правда, сейчас китайцы заняты реализацией своих национальных космических программ, и пуски за деньги отошли для них на второй план. Но ведь могут их проводить, когда им это нужно.

В 1999 году целый каскад неприятностей обрушился на космонавтику США. Можно даже не брать в расчет другие страны с их ракетными инцидентами, американских аварий хватит на всех.

А начинался тот год довольно хорошо: были запущены две межпланетные станции – «Марс Полар Лэндер» и «Стардаст», несколько телекоммуникационных спутников. Прекрасно работало оборудование других космических аппаратов. А потом как будто кто-то включил невидимый тумблер, и полоса удач закончилась, сменившись чередой разочарований.

Первая черная «полоска» началась в марте и продолжалась два месяца. За этот период случились пять событий, которые можно без всяких оговорок назвать аварийными. «Мелкие» проблемы, такие, как бесконечные переносы сроков пусков ракет-носителей, периодические сбои в работе аппаратуры спутников и межпланетных станций, выход из строя еще одного геродина на борту орбитального телескопа «Хаббл», отказ системы связи на внешней поверхности модуля «Юнити», заклинивание поворотного механизмы антенны станции «Марс Глобал Сервейор», я только упомяну, не рассказывая о них подробно.

Итак, что же произошло за период с 5 марта по 5 мая 1999 года?

5 марта с борта самолета «L-1011», находившегося на высоте 12 километров над поверхностью Тихого океана в 240 километрах северо-западнее базы ВВС США «Ванденберг» в штате Калифорния, стартовала ракета-носитель «Пегас-XL». Через девять минут на околоземную орбиту был выведен космический аппаарт «WIRE», созданный специалистами НАСА и предназначенный для изучения галактик со вспышками звездообразования и поиска ярких протогалактик. На спутнике был установлен двухзеркальный телескоп, с помощью которого и предполагалось проводить наблюдения. Неприятности на борту обнаружились уже на втором витке: аппарат быстро вращался, и температура в криостате была выше расчетной. Вскоре выяснилось, что крышка телескопа, отделение которой должно было произойти после проверки систем ориентации, была отстреляна уже на первом витке. Так как спутник не был стабилизирован, при его вращении прямые солнечные лучи попадали на криостат и нагревали водород. Он начал испаряться и стравливаться через предохранительный клапан, создавая реактивный момент и заставляя вращаться «WIRE» еще быстрее. К 8 марта вращение удалось замедлить, но было уже поздно: водород в криостате полностью испарился, и охлаждение телескопа стало невозможным. Как следствие, невозможным стало и выполнение научной программы полета. Работа с аппаратом продолжалась и дальше, но использовали его лишь как испытательный стенд для оценки систем ориентации, связи, электропитания.

9 апреля с космодрома на мысе Канаверал был осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-4В», которая вывела на околоземную орбиту американский военный спутник, предназначенный для использования в системе предупреждения о ракетном нападении. Это был (теперь уже можно говорить о нем в прошедшем времени) самый совершенный на тот момент спутник данной системы, и его запуску американские военные придавали большое значение. Однако на расчетную орбиту спутник не вышел. Межорбитальный буксир «IUS», который должен был обеспечить довыведение на рабочую геостационарную орбиту, не справился со своей задачей, и аппарат остался на нерасчетной высокоэллиптической орбите. Его эксплуатация по назначению невозможна. Американские газеты оценили стоимость этой аварии более чем в 700 миллионов долларов, взятых из карманов налогоплательщиков. Неудача с «IUS» имела и другие последствия. С помощью аналогичного разгонного блока в июле 1999 года предполагалось осуществить довыведение орбитального рентгеновского телескопа «Чандра», стоимостью 1,5 миллиарда долларов. Однако в НАСА решили не рисковать и вывести телескоп с помощью других средств. Что и было впоследствии сделано.

Пока эксперты Пентагона и НАСА пытались разобраться с причинами аварии буксира «IUS», произошла новая авария. 27 апреля с базы ВВС США Ванденберг стартовала ракета-носитель «Афина-2», которая должна была вывести в космос спутник «Иконос-1», предназначенный для проведения фотосъемки земной поверхности с разрешением до одного метра. Это был первый невоенный аппарат, позволяющий получать снимки столь высокого качества. Фотографии, полученные с борта спутника, предполагалось уже через два месяца начать распространять по всему миру. Но и этим планам не суждено было сбыться. Спутник на орбиту не вышел. Через восемь минут после старта были получены последние данные телеметрии, которые свидетельствовали о нормальном полете. А потом сигналы прекратились. Наземные службы ждали еще целый час, прежде чем признали, что объект на орбиту не вышел. Как выяснилось позднее, спутник даже не отделился от последней ступени ракеты-носителя и вместе с ней вновь вошел в земную атмосферу. Что произошло на последнем этапе полета, неизвестно. Может быть, спутник сгорел в плотных слоях атмосферы, но, вполне возможно, что его остатки затонули в южной части Тихого океана.

30 апреля с космодрома на мысе Канаверал был осуществлен еще один пуск ракеты-носителя «Титан-4В» со спутником «Милстар-2» на борту. Аппарат стоимостью более 800 миллионов долларов должен был обеспечить стратегическую и тактическую связь с американскими войсками, дислоцированными по всему миру. Спутник планировали вывести на геостационарную орбиту, но сделать это не удалось. Ступень «Центавр», которая и должна была провести данную операцию, отделилась на четыре часа раньше, чем планировалось. Спутник остался на орбите с высотой в апогее 4997 км. В течение нескольких дней предпринимались попытки спасти аппарат и вывести его на расчетную орбиту с помощью собственных двигателей. Но успехом они не увенчались, и 4 мая американские военные официально объявили спутник потерянным.

5 мая с космодрома Cape Canaveral стартовала новая американская ракета-носитель «Дельта-3». Это был второй старт для нового носителя компании «Боинг». Первый в августе 1998 года закончился взрывом вскоре после пуска. На второй полет возлагались большие надежды. Находившийся на борту спутник связи «Орион-3» должен был обеспечить телекоммуникационными услугами пользователей в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Но какой-то злой рок преследовал в тот год последние ступени американских носителей. И при полете «Дельты-3» не состоялось повторное включение двигателя, и спутник оказался на нерасчетной орбите. Еще три года «Боинг» пытался научить свою ракету летать. А потом бросил это занятие и приступил к созданию более надежных носителей.

Вероятно, не стоит искать какую-то закономерность во всех этих событиях. Черные полосы бывают не только у американцев, но и у других космических держав. Тем более что последующие пуски были удачными. Но череда неудач для американцев в том году еще не закончилась.

Осенью 1999 года два межпланетных зонда – «Марс Клаймет Орбитер» и «Марс Полар Лэндер» – приблизились к Красной планете. Первому предстояло выйти на орбиту вокруг Марса и изучить его климат, а второй должен был сесть в полярной зоне и искать лед. Парный запуск, предпринятый двумя годами раньше, был для американцев удачным. Тогда удалось одну станцию вывести на ареоцентрическую орбиту, а вторую – посадить, доставив на Марс первый в мире марсоход. Новый двойной старт должен был закрепить этот успех и стать основой для дальнейших исследований Марса.

«Марс Клаймет Орбитер» отправился в космос 11 декабря 1998 года, а «Марс Полар Лэндер» – 3 января 1999 года. Схема перелета от Земли к Марсу для обеих станций была однотипной. Первой к Красной планете приблизился «Марс Клаймет Орбитер». Предполагалось, что 23 сентября он выйдет на орбиту и после недолгих проверок бортовой аппаратуры приступит к исследованиям. Однако в запланированное время аппарат на связь не вышел. Не подал он «голос» и на следующий день, и позже. Полагают, что аппарату не удалось затормозиться, и он на огромной скорости вошел в марсианскую атмосферу и либо сгорел, либо разбился о поверхность. Причины такого неординарного поведения выяснить не удалось, но полагают, что все дело в элементарной человеческой ошибке – исходные данные в систему управления заложили в дюймах и футах, а при подлете к Марсу все траекторные измерения проводили в сантиметрах и метрах...

После гибели «Марс Клаймет Орбитер» вся надежда возлагалась на «Марс Полар Лэндер», который должен был опуститься на поверхность Красной планеты 3 декабря. Сразу же после потери первого аппарата возникли опасения, что второй повторит его судьбу. Чем больше межпланетный зонд приближался к Марсу, тем напряженнее становилась обстановка в Центре управления полетом. И вот наступил момент, когда по расчетам станция должна была сесть. Через восемь минут, а именно столько требуется радиосигналу, чтобы преодолеть расстояние от Марса к Земле, в Центре должны были убедиться, что все прошло благополучно. Эти минуты, по воспоминаниям тех, кто там находился, тянулись бесконечно. И вот секундная стрелка описала свой последний круг. Все вперили свои взгляды в динамик приемника, откуда должен был раздаться сигнал. Но приемник молчал. Сигнал не раздался ни через восемь, ни через девять, ни через двадцать минут. Не раздался он и потом.

«Марс Полар Лэндер» искали долго. Сначала тешили себя надеждой, потом прекратили поиски. Затем, после того как одна из земных станций приняла какой-то странный сигнал, который мог идти и с Марса, поиски возобновили. Спустя два месяца наконец-то признали, что все тщетно.

Потеря двух марсианских аппаратов – самая крупная неудача на межпланетных трассах в конце XX века. Она заставила американцев кардинально изменить свой подход к исследованиям других небесных тел. Но практика показала, что учесть все никогда не удастся.

Это лишний раз подтвердила, уже в начале XXI века, история с межпланетной станцией CONTOUR, которая была запущена 3 июля 2002 года и предназначалась для изучения комет. Ее путь должен был занять несколько лет. Так планировалось. А в реальности все закончилось спустя 1,5 месяца – 15 августа станция взорвалась, совершая маневр в гравитационном поле Земли. Полагают, что причиной стали неполадки в двигателе «Стар-30». Связь с аппаратом была потеряна, а с Земли увидели три фрагмента, каждый из которых в полном молчании продолжил самостоятельный полет. Года через три они должны войти в земную атмосферу и сгореть в ней. Но тайну гибели CONTOUR они все равно не раскроют.

И, наконец, последний эпизод.

15 октября 2002 года с космодрома Плесецк был осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У» с научно-исследовательским спутником «Фотон-М» на борту. Через 29 секунд полета ракета взорвалась. Причиной аварии стала двигательная установка одной из «боковушек».

Эта катастрофа – последняя по времени авария российского носителя и первая в истории независимой России, сопровождавшаяся человеческими жертвами – обломки ракеты и спутника упали всего в нескольких сотнях метрах от стартового стола и убили 21-летнего рядового Ивана Марченко, вместе с товарищами находившегося в оцеплении. Еще восемь человек были ранены.

Все вышеприведенные эпизоды – это лишь срез тех событий в освоении космического пространства, которые происходили на стыке двух эпох. Это как бы прелюдия к новому тысячелетию. Ну а основной рассказ о XXI веке – в следующих главах и эпилоге.

Глава 38

Последний полет «Колумбии»

Вся первая половина 2003 года прошла под знаком трагедии, происшедшей 1 февраля в небе над Техасом. Катастрофа космического корабля «Колумбия» стала одним из самых значительных событий за всю историю освоения космического пространства. Связано это не только с количеством одновременно погибших космонавтов, но и с тем влиянием, которое она оказала и, главное, еще окажет на мировую космонавтику.

Итак, о последнем полете «Колумбии», значившемся в графике как STS-107, но являвшемся 113-м рейсом шаттла. Наличие цифры «13» в номере впоследствии дало основание многим говорить, что экипаж был изначально обречен на гибель.

* * *

В отличие от других кораблей многоразового использования, «Колумбия» не участвовала в программе строительства Международной космической станции. Связано это было с некоторыми ее техническими особенностями – самый первый «челнок» был значительно тяжелее всех остальных и просто не мог доставить на орбиту элементы конструкции станции, имевшие весьма внушительную массу. Чтобы не ставить корабль на прикол, в «эпоху МКС» его было решено использовать для автономных полетов по обслуживанию орбитального телескопа «Хаббл», для проведения научных исследований и экспериментов, а также для запуска уникальных космических аппаратов.

Первоначально полет с обозначением STS-107 планировали на 11 мая 2000 года. Однако график полетов шаттлов постоянно корректировался, в результате чего миссия «Колумбии» постоянно откладывалась. В какой-то момент ее вообще исключили из перечня, когда в НАСА было решено все силы бросить на сборку МКС. Но тут «взбунтовался» американский конгресс. Законодатели посчитали нежелательным намеренно создавать паузу в научных исследованиях в космосе и потребовали возобновления автономных полетов.

Полет «Колумбии» вновь включили в график, но отсрочили до 11 января 2001 года. Далее была модернизация корабля на заводе компании «Боинг» в Калифорнии и новые переносы даты старта: сначала на 2 августа 2001 года, а потом на 4 апреля 2002 года.

Но и это было еще не все. По разного рода причинам дата начала экспедиции плавно сместилась на 11 июля 2002 года, а когда корабль был уже практически готов к старту, на другом шаттле – «Атлантис» – в ламинизаторе потока в трубопроводе горючего основной двигательной установки была обнаружена микротрещина. Было принято решение проверить весь флот «челноков». В последующие недели микротрещины были обнаружены и на других кораблях, в том числе и на «Колумбии» – в магистрали двигателя № 2.

Специалистам так и не удалось разобраться в причинах появления дефектов стенок трубопроводов и не удалось оценить, сколь они опасны для кораблей, поэтому весь флот шаттлов встал на прикол. На ремонт ушло несколько месяцев.

Следствием этого стала задержка полетов всех кораблей многоразового использования. Миссию «Колумбии», как менее приоритетную по сравнению с полетами «Атлантиса» и «Индевера» к МКС, отложили сначала до 29 ноября 2002 года, а потом еще дальше – до 16 января 2003 года.

На стартовой площадке корабль оказался лишь 9 декабря 2002 года, и можно считать, с этого момента и начинается отсчет его последнего полета. Ровно через месяц на смотре летной готовности дата старта была подтверждена.

Надо отметить, что за несколько дней до этого в главной кислородной магистрали двигательной установки «Дискавери» был выявлен новый дефект, но «Колумбию» решили не проверять – проблема была незначительной, а в НАСА очень не хотели вновь откладывать предстоящую миссию, которой и так не везло слишком долго.

* * *

И вот, наконец, 16 января 2003 года в 15:39:00.075 по универсальному мировому времени, точно по графику, из Космического центра имени Кеннеди на мысе Канаверал во Флориде корабль стартовал.

После террористических атак 11 сентября 2001 года на Нью-Йорк и Вашингтон все запуски шаттлов сопровождались повышенными мерами безопасности, так как в НАСА всерьез опасались, что следующей мишенью террористов могут стать корабли многоразового использования. В случае с «Колумбией» эти меры были еще более ужесточены. В США полагали, что присутствие на борту израильского астронавта станет для экстремистов неким знаком, который заставит их сделать все возможное и невозможное, чтобы сорвать полет. Чтобы не произошло каких-либо нежелательных эксцессов, воздушное пространство в радиусе 50 километров от стартовой площадки было объявлено запретной зоной, и ее патрулировали истребители ВВС США. Ограничили число гостей, которые могли наблюдать за стартом. Журналисты передвигались по территории космодрома только в сопровождении представителей пресс-службы центра имени Кеннеди.

Но даже самый жесткий контроль, самые совершенные меры безопасности не спасают тогда, когда в дело вступает ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО СЛУЧАИ. И то, что не удалось сделать террористам, может свершить небольшой кусочек пены.

После включения двигателей корабля стартовую площадку окутало огромное облако дыма. Прошла секунда, другая, и вот из этого облака вырывается махина шатлла, как будто стоящая на столбе огня. Еще мгновение – и, набирая скорость, корабль поднимается все выше и выше. Прошло еще чуть-чуть – и можно рассмотреть только ярко светящуюся точку где-то высоко в небе.

Спустя 8 минут 30 секунд корабль вышел на переходную орбиту высотой 78 х 272 километров. Через 40 минут после старта с помощью двигателей системы орбитального маневрирования началось довыведение «Колумбии» на расчетную орбиту.

* * *

«Колумбию» пилотировал экипаж из семи человек.

Командир «Колумбии» Рик Даглас Хазбанд родился 12 июля 1957 года в городе Амарилльо в штате Техас. Там же прошли его детские и юношеские годы, там же в 1975 году он окончил среднюю школу. Потом была учебы в Техасском технологическом университете, где в 1980 году он был удостоен степени бакалавра наук по технике.

Одновременно с окончанием учебы в университете Рик получил звание второго лейтенанта ВВС США и был направлен на летную подготовку на авиабазу Вэнс в штате Оклахома.

В декабре 1987 года в жизни Хазбанда наступил новый важный этап – он поступил в Школу летчиков-испытателей ВВС на авиабазе Эдварде в штате Калифорния. Занявшись испытательной работой, Рику пришлось летать на самолете «F-4» и на всех модификациях самолета «F-15». Одновременно с испытательной работой Хазбанд начал посещать Калифорнийский университет в городе Фресно, где в 1990 году он был удостоен степени магистра наук по технике.

В июне 1992 года Хазбанд был назначен (по обмену с британскими ВВС) летчиком-испытателем Центра испытаний самолетов и вооружений в Боском-Дауне в Англии. За годы службы его общий налет на 40 типах самолетов составил более 3000 часов.

В декабре 1994 года Хазбанд был отобран кандидатом в астронавты НАСА в составе 15-й группы, прошел двухгодичный курс общекосмической подготовки в Космическом центре имени Джонсона в Хьюстоне, штат Техас, и получил квалификацию пилота корабля многоразового использования.

Свой первый полет в космос Хазбанд совершил с 27 мая по 6 июня 1999 года в качестве пилота корабля «Дискавери» по программе снабжения Международной космической станции. Стал 386-м космонавтом планеты и 242-м американским астронавтом. Продолжительность полета составила около десяти дней.

Полет на «Колумбии», где Хазбанду впервые пришлось выполнять обязанности командира корабля, был вторым в его карьере.

Был женат, имел двух детей. Увлекался водными и обычными лыжами, пением и велосипедным спортом, любил проводить время с семьей.

Пилот «Колумбии» Уильям Кэмерон МакКул родился 23 сентября 1961 года в городе Сан-Диего в штате Калифорния. Вскоре семья перебралась в штат Техас, где в городе Луббок в 1979 году окончил среднюю школу «Коронадо».

Затем Уильям стал курсантом Военно-морской академии США, которую окончил в 1983 году, получив степень бакалавра по прикладным наукам. В 1985 году в Мэрилендском университете ему была присвоена степень магистра наук в области компьютерной техники, а в 1992 году, после завершения учебы в Школе летчиков-испытателей ВМС США, получил степень магистра наук по авиационной технике.

В августе 1986 года, завершив летную подготовку в ВМС США, служил в частях электронного противодействия. В составе 133-й авиаэскадрильи тактического электронного противодействия выполнил два похода в Средиземное море на борту авианосца «Корал Си». После окончания Школы летчиков-испытателей служил летчиком-испытателем в Директорате испытаний штурмовиков в Пэтьюксент-Ривер в штате Мэриленд. За годы службы налетал более 2800 часов, имел в своем активе более 400 посадок на палубу авианосца.

В 1994 году предпринял первую попытку стать астронавтом, но не прошел отбор. Повезло со второго захода, и 1 мая 1996 года МакКул был зачислен в отряд астронавтов НАСА в составе 16-й группы. В 1996 – 1998 годах прошел полный курс общекосмической подготовки и получил квалификацию пилота шаттла.

Отправившись в полет на «Колумбии», МакКул стал 427-м космонавтом мира и 269-м астронавтом США.

МакКул был женат, но детьми обзавестись не успел. Увлекался бегом, туризмом, плаванием, играл на гитаре и в шахматы.

Специалист полета Дэвид МакДауэлл Браун родился 16 апреля 1956 года в городе Арлингтон в штате Вирджиния, где в 1974 году и окончил среднюю школу «Йорктаун». В 1978 году в Колледже Уильяма и Мэри он получил степень бакалавра наук по биологии, а в 1982 году в Медицинской школе Восточной Вирджинии – степень доктора медицины.

После окончания интернатуры в Медицинском университете Южной Каролины Браун поступил на службу в ВМС США и до 1984 года проходил подготовку в качестве авиационного врача. После этого он был направлен на авиастанцию военно-морского флота Адак на Аляске и являлся начальником медицинской службы местного госпиталя. Затем Брауну пришлось сменить немало мест службы.

Как и МакКул, впервые пытался попасть в отряд астронавтов НАСА в 1994 году, но также потерпел неудачу. Спустя два года его все-таки зачислили в отряд, и он два года проходил курс общекосмической подготовки в Космическом центре имени Джонсона. Был зачислен в отряд только 1 мая 1996 года и в 1996 – 1998 годах проходил курс общекосмической подготовки в Космическом центре имени Джонсона в Хьюстоне. После этого занимался обеспечением разработки полезных нагрузок для МКС, входил в состав группы поддержки экипажей шаттлов на стартовом комплексе.

Войдя в состав экипажа «Колумбии» с полетным заданием STS-107, Браун стал 428-м космонавтом мира и 270-м астронавтом США.

Не был женат. Любил летать и увлекался велосипедными походами.

Специалист полета Калпана Чаула родилась 1 июля 1961 года в индийском городе Карнал. Она была младшей дочерью в семье малограмотного лесоруба, беженца из Пакистана, сделавшего впоследствии миллионное состояние на шинном бизнесе.

В 1976 году окончила среднюю школу имени Рабиндраната Тагора в Карнале и поступила в Пенджабский технический колледж. Как сейчас отмечают все биографы Чаулы, еще в школе ее поведение разительно отличалось от поведения других индийских девушек – она носила джинсы, делала короткую стрижку, занималась каратэ.

Колледж Калпана окончила в 1982 году со степенью бакалавра наук по авиационной технике и получила стипендию для продолжения образования в США, куда и перебралась. Переезду способствовало и ее замужество – она вышла замуж за американца Жана-Пьера Гаррисона.

Со степенью магистра наук по аэрокосмической технике окончила Техасский университет, а в 1988 году в Колорадском университете ей была присвоена степень доктора в области аэрокосмической техники.

До своего зачисления в отряд астронавтов НАСА, которое произошло в 1994 году, Чаула успела поработать в Институте МСАТ в городе Сан-Хосе в штате Калифорния, где занималась исследованиями самолетов с вертикальным взлетом и посадкой по заказу Исследовательского центра НАСА имени Эймса, и в компании «Оверсет Методс» в городе Лос-Альтос в той же Калифорнии, где основной темой ее деятельности было изучение проблем движения тел и разработка эффективных технологий в аэродинамике.

Свой первый полет в космос Чаула совершила с 19 ноября по 5 декабря 1997 года на корабле «Колумбия» по программе STS-87. Стала 366-м космонавтом в мире и 231-м – в США. Продолжительность полета составила более пятнадцати суток.

Полет все на той же «Колумбии» по программе STS-107 стал для Чаулы вторым рейсом на орбиту.

Стать матерью Чаула так и не успела, да и с мужем она рассталась вскоре после переезда в США. Очень любила летать, увлекалась туризмом, горными походами, чтением.

Специалист полета Майкл Филипп Андерсон родился 25 декабря 1959 года в городе Платтсбург в штате Нью-Йорк, но своим родным считал город Спокан, что расположен на другом конце США в штате Вашингтон. Там прошли его детские годы. В 1977 году окончил среднюю школу в другом городе того же штата – Чени.

В 1981 году по окончании Вашингтонского университета получил степень бакалавра наук по физике и астрономии, а в 1990 году – степень магистра по физике в Крейтонском университете.

Затем была служба в различных частях военно-воздушных сил США. В его послужном списке несколько лет пилотирования самолета ЕС-135 2-й воздушной эскадрильи командования и управления на авиабазе Оффутт в штате Небраска (воздушный командный пост Стратегического командования США, известный под кодовым наименованием «Увеличительное стекло»).

В декабре 1994 года был отобран кандидатом в астронавты НАСА (15-я группа), а через два года, после прохождения курса общекосмической подготовки, получил квалификацию специалиста полета.

Свой первый полет в космос Андерсон совершил на корабле «Индевер» с 22 по 31 января 1998 года, став 371-м космонавтом в мире и 234-м – в США. Основной задачей полета являлась стыковка с российским орбитальным комплексом «Мир» и работа на его борту. Продолжительность полета составила около девяти суток.

Полет на «Колумбии» стал вторым в его космической карьере.

Был женат на Сандре Линн Хоукинс. В семье росли двое детей. Увлекался фотографированием, игрой в шахматы, компьютерами и теннисом.

Специалист полета Лорел Блэйр Кларк (в девичестве Селтон) родилась 10 марта 1961 года в городе Эймс в штате Айова, но своей родиной считала город Рэсин в штате Висконсин, где в 1979 году окончила среднюю школу «Уилльям Хорлик». В 1983 году получила степень бакалавра наук по зоологии Университета штата Висконсин в городе Мэдисон. Там же в 1987 году защитила докторскую диссертацию по медицине.

В 1987 – 1988 годах прошла углубленную подготовку по педиатрии в Военно-морском госпитале в городе Бетесдет в штате Мэриленд и там же подготовку по подводной медицине. В марте 1987 года стажировалась в составе экспериментального подразделения подводников ВМС США. В 1989 – 1991 годах служила в должности начальника медицинской службы 14-й эскадры подводных лодок ВМС США в Холи-Лох в Шотландии. В этот период многократно совершала погружения под воду, в том числе в составе 2-го специального подразделения боевых пловцов ВМС «Морские котики» участвовала в эвакуации больных военнослужащих с борта подводных лодок.

После шестимесячной подготовки по авиационной медицине в Институте аэрокосмической медицины ВМС США в Пенсаколе в штате Флорида Кларк была направлена на авиастанцию Юма в штате Аризона. Затем она сменила еще несколько мест службы. Неоднократно участвовала в боевых походах, летала на различных самолетах и оказывала медицинскую помощь в экстремальных условиях.

Как и некоторые другие ее коллеги из экипажа «Колумбии», в 1994 году Кларк пыталась попасть в отряд астронавтов НАСА, но не прошла отбор. Однако через два года она была принята в отряд и в течение двух лет проходила курс общекосмической подготовки в Космическом центре имени Джонсона.

Полет на «Колумбии» был первым в ее карьере. Кларк стала 429-м космонавтом в мире и 271-м астронавтом США.

Была замужем за Джонатаном Кларком. Имела сына. Увлекалась подводным плаванием, туризмом, прыгала с парашютом, летала и любила путешествовать.

Седьмым членом экипажа «Колумбии» являлся первый космонавт Израиля Илан Рамон. Он родился 20 июня 1956 года в небольшом израильском городке Рамат-Ган.

В 1972 году окончил среднюю школу в городе Беэр-Шева и в том же году поступил в летную школу ВВС. В одном из учебных полетов у тренировочного самолета «Цукит» отказала система управления, и Рамон с инструктором были вынуждены катапультироваться. В результате Илан сломал ногу и был отчислен из летной школы, но затем был восстановлен.

Еще будучи курсантом, участвовал в войне Судного дня (октябрь 1973 года), за что был награжден медалью. После окончания в 1974 году летной школы проходил службу в частях ВВС Израиля. 7 июня 1981 года Рамон пилотировал один из восьми истребителей F-16A, нанесших удар по иракскому ядерному реактору «Озирак» в 17 километрах к западу от Багдада (операция «Опера»). Он выполнял роль замыкающего в группе и был самым молодым участником рейда.

Также участвовал в боевых действиях на территории Ливана (операция «Мир для Галилеи»), за это был удостоен боевой награды.

В 1983 году уволился из армии и поступил в Тель-Авивский университет. Окончил его в 1987 году.

В 1988 году возвратился в ВВС Израиля и в течение десяти лет проходил службу на различных должностях. В 1998 году был направлен в США для подготовки к космическому полету.

Илан Рамон стал 430-м космонавтом в мире и первым у себя на родине. Был женат на Роне, университетском преподавателе по электронике и компьютерной технике. У них три сына и дочь. Увлекался горными лыжами, сквошем.

Вот эта семерка и отправилась в полет.

* * *

Как обычно, старт корабля многоразового использования снимали несколько телекамер, расположенных непосредственно на стартовом комплексе и вблизи него. Такое видеодокументирование позволяет увидеть различные отклонения от штатного режима выведения, если они возникают. Именно эти телекамеры и зафиксировали на 82-й секунде полета некий светлый объект в области передней стойки крепления орбитальной ступени к внешнему баку, который ударил левое крыло «Колумбии» неподалеку от передней кромки и разлетелся на мелкие кусочки.

Инцидент не прошел незамеченным, но детально рассмотреть картину происшедшего не удалось из-за низкого разрешения камер. Тем не менее в НАСА было проведено компьютерное моделирование возможных последствий, которое не выявило никакой угрозы для корабля и космонавтов. Расчеты велись на основании модели, созданной за десять лет до этого специалистами Юго-западного научно-исследовательского института. Никто не мог даже представить, что эта модель не учитывает многих событий, которые могли бы произойти при старте корабля. Вероятность их была слишком мала, но они все же случились. Обломок теплоизоляционного покрытия, сорвавшийся с внешнего топливного бака, со скоростью в несколько сот километров в час ударил по кромке левого крыла шаттла, образовав в обшивке дыру в полметра. Причем угол, под которым произошло соударение пены и корабля, лежал в тех пределах, которые не учитывались компьютерной моделью, и, следовательно, сделанный на ее основании прогноз был далек от истинного положения вещей.

Уже после происшедшей трагедии американские журналисты составили обширную базу данных, в которую занесли около 10 тысяч случаев, когда куски теплоизоляции, оторвавшиеся от топливного бака, поражали корпуса кораблей многоразового использования. Причем в эту «картотеку» вошли «результаты» лишь 82 полетов.

Вот перечень десяти самых крупных инцидентов подобного рода, включая последний полет «Колумбии», с указанием того, как на них реагировало Аэрокосмическое агентство США.

Август 1989 года. Корпус «Колумбии» получил удар куском пены размером с развернутую воскресную газету. По силе воздействия этот инцидент сравнивают с тем, что имел место 16 января 2003 года. После этого случая специалисты Аэрокосмического агентства стали сверлить отверстия в пене, дабы уменьшить силу удара при соприкосновении.

Январь 1990 года. Кусок изоляции размером 30 на 60 сантиметров поразил обшивку «Колумбии» на взлете. НАСА отдало команду делать отверстия в пене еще глубже.

Декабрь 1990 года. Все та же «Колумбия» была «поражена» 147 кусками изоляции. Ущерб был минимальным, поэтому в Аэрокосмическом агентстве посчитали принятые ранее меры достаточными.

Август 1991 года. При взлете «Атлантис» получил 131 удар по корпусу. Один из ударов привел к отрыву шести теплоизолирующих плиток – один из самых серьезных инцидентов подобного рода в истории полетов кораблей многоразового использования. Никаких мер не предпринималось, так как не удалось доказать (!), что именно пена стала причиной потери части покрытия.

Июнь 1992 года. Самое большие количество соударений с кусками теплоизоляции было зафиксировано при старте многострадальной «Колумбии». По крайней мере, 28 кусков имели размеры 10 на 20 сантиметров. Специалисты НАСА после этого инцидента были вынуждены заняться усовершенствованием процесса нанесения изоляции на внешнем топливном баке.

Ноябрь 1997 года. «Колумбия» испытала соударение с 307 кусками изоляции, причем почти половина этих ударов оставила на теплозащитных плитках заметные следы. Специалистам НАСА опять пришлось заняться вопросами пеноизоляции. В частности, был изменен химический состав, наносимый в места стыков на внешнем топливном баке.

Декабрь 1999 года. Во время набора высоты «Дискавери» был 153 раза «поражен» кусками изоляции. Воздействие было незначительным, поэтому ничего нового в предстартовую подготовку шаттлов не внесли.

Май 2000 года. Во время выведения на орбиту «Атлантис» получил 113 ударов кусками изоляции. Одно из них привело к появлению на теплозащитном покрытии корабля борозды длиной более 15 сантиметров. И вновь НАСА никак не прореагировали на инцидент.

Октябрь 2002 года. Зафиксирован удар большого куска пены по обшивке «Атлантиса». Никаких повреждений и, естественно, никаких мер.

Январь 2003 года. Обшивка «Колумбии» получила серьезные повреждения, ставшие для корабля фатальными.

Как уже отмечалось, факт удара куска пены по обшивке корабля был задокументирован и все, кто о нем знал, довольно бурно дискутировали на тему возможных последствий. Электронная переписка сотрудников НАСА по этому вопросу впоследствии была опубликована и насчитывает несколько тысяч страниц (!). Но ни в одной строке сотен писем, отправленных в период полета «Колумбии», нельзя найти категоричного утверждения о том, что шаттлу уготована гибель. Да, пытались оценить последствия удара, но никто даже не думал, что это завершится разрушением корабля на участке спуска.

Кстати. Большой ажиотаж в средствах массовой информации впоследствии вызывал вопрос: «Знали космонавты о повреждении крыла или нет?» Как показало проведенное расследование, экипаж был проинформирован об инциденте на старте. Но никаких особых предостережений о возможных последствиях на борт не передавалось. Были сообщены только результаты компьютерного моделирования, которые беды не предвещали.

Итак, «Колумбия» была смертельно ранена уже на 82-й секунде своего полета. Но пройдет еще более двух недель, прежде чем ей предстоит испытать агонию. А пока она благополучно вышла на орбиту, и космонавты приступили к своей работе.

* * *

Все 16 дней своего полета космонавты занимались проведением научных исследований, которые и являлись главной целью их миссии. Программа работ включала в себя эксперименты в области космической биологии и медицины, космической физики и физики Земли, материаловедения и физики горения, и так далее. Всего в этом перечне было более 100 позиций, причем около 80 экспериментов считались основными. Их подготовили не только в космических агентствах США и Израиля, но и в Европейском космическом агентстве, космических агентствах Германии, Канады, Японии, а также частные фирмы.

Большинство из этих работ интересно лишь специалистам, поэтому я не буду их перечислять, а тем более подробно рассказывать о каждом из них. Разве что упомяну израильский эксперимент MEIDEX (Mediterranean Israeli Dust Experiment – «Средиземноморско-израильский эксперимент по пыли»), целью которого было определение оптических, физических и химических характеристик аэрозолей – частиц пыли, плавающих в атмосфере региона Средиземноморья и Ближнего Востока, источников их возникновения и путей распространения. Последующий анализ собранной информации и ее сравнение с результатами аналогичных измерений с Земли и с самолета были необходимы для того, чтобы понять механизм влияния пылевых аэрозолей на возникновение облаков, дождя и изменения состояния атмосферы, формирование погоды в целом.

Естественно, что эксперимент проводился находившимся на борту израильским космонавтом Иланом Рамоном. В его задачу входило наблюдение за подстилающей поверхностью, обнаружение и идентификация выбросов пыли, уточнение их местоположения и объема взвешенного материала, фотосъемка.

Мое внимание этот эксперимент привлек не столько своими результатами, сколько составом группы специалистов из Тель-Авивского университета, участвовавшей в его подготовке. Там оказалось немало выходцев из СССР и России. Например, одним из трех главных руководителей проекта был доктор Юрий Меклер, которого в 1971 году в Москве осудили за «пропаганду сионизма», а после освобождения из тюрьмы «отправили» на историческую родину. Другой выходец из России – доктор Давид Штивельман – руководил «авиационной стороной» эксперимента. В группу также входили выпускник Московского физико-технического института, бывший сотрудник Института космических исследований Петр Израэлевич и бывший сотрудник Гидрометеоцентра Шимон Кричак. Были и другие бывшие наши соотечественники.

Орбитальный полет космического корабля «Колумбии» прошел на удивление гладко. Не возникло никаких проблем, которые могли бы быть истолкованы как предвестник беды. Правда, были зафиксированы два инцидента, один из которых впоследствии, после аварии, был все-таки связан с повреждениями обшивки, полученными на старте.

На вторые сутки полета наземные службы наблюдения за космическим пространством зафиксировали в непосредственной близости от корабля небольшой неизвестный объект размером 30 на 40 сантиметров. Через три дня этот кусочек благополучно сошел с орбиты и сгорел в плотных слоях земной атмосферы. Что это было, и был ли это фрагмент обшивки «Колумбии», а может, кусочек другого космического аппарата, оказавшийся «в нужное время, в нужном месте», так и осталось неизвестным. Некоторые специалисты полагают, что это был кусочек льда, выпавший из отверстия для сброса отработанной воды. Но большинство все-таки уверены, что от корпуса шаттла оторвался кусочек плитки, разрушенной во время инцидента при старте.

Комиссия, выяснявшая причины аварии, довольно много внимания уделила оторвавшемуся фрагменту, но так и не пришла к какому-то определенному выводу. Хотя этот неопознанный кусочек очень хорошо вписывается в общую картину аварии.

Другой инцидент относился к категории «рабочих» неприятностей, случавшихся в большинстве других полетов шаттлов. В ночь на 20 января в модуле «Спейсхэб» произошла утечка из подсистемы, входящей в его систему жизнеобеспечения и предназначенной для сбора и распределения атмосферного конденсата. Протекающий осушитель пришлось отключить. Второй осушитель продолжал работать без замечаний до того момента, когда в нем произошел скачок электрического тока. Таким образом, оба осушителя оказались неработоспособны. Ничего страшного не произошло. Космонавты слегка изменили конфигурацию клапана в кабине «Колумбии», что позволило прохладному воздуху с корабля идти в научный модуль.

Ну а в остальном все прошло хорошо, без существенных замечаний. Все шестнадцать дней средства массовой информации уделяли ему очень мало внимания. Даже пресс-служба Космического центра имени Джонсона «поленилась» выпускать сообщения о полете дважды в сутки, как делала во время предыдущих миссий. Так было всегда, когда не происходит ничего сверхординарного. Зато после катастрофы СМИ с лихвой компенсировали этот пробел.

* * *

Утром 1 февраля экипаж начал готовиться к возвращению на Землю. Погода в районе мыса Канаверал была неустойчивой, и до последнего момента была неясно, где будет садиться «Колумбия»: во Флориде или в Калифорнии. Космонавты уже надели скафандры, разместились в креслах, а наземные службы все никак не могли определиться. Наконец было решено, что лучше сесть на Восточном побережье, тем более что ночная низкая облачность ушла, сильный ветер стихал и погода явно улучшалась. Произошло это за шесть минут до расчетного времени.

Тормозные двигатели были включены в 16 часов 15 минут 30 секунд (здесь и далее московское время) на высоте 283 километра, когда корабль находился над Индийским океаном. За 158 секунд своей работы скорость «Колумбии» уменьшилась на 79 метров в секунду, и шаттл устремился вниз.

Спустя 20 минут после выхода корабля на посадочную траекторию случилось небольшое происшествие, которое, на мой взгляд, стало «последней каплей» для шаттла и сделало его гибель неизбежной. Подчеркну, что это моя точка зрения, которая даже теоретически не рассматривалась экспертами.

Итак, что же произошло в 16 часов 36 минут 45 секунд, когда корабль находился на высоте более 160 километров и лишь касался верхних слоев атмосферы? В этот момент был зафиксирован неожиданный переход из автоматического режима снижения на ручной. Что стало причиной этого, неизвестно. Полагают, что либо Рик Хазбанд, либо Уильям МакКул случайно задели тумблер и перевели корабль на ручное управление. Как только это было обнаружено, тумблер вернули в нормальное положение, и снижение продолжалось в автоматическом режиме.

Тем не менее «Колумбия» успела-таки совершить небольшой маневр, изменивший характер внешнего воздействия на обшивку. Динамические нагрузки на корпус были невелики, но они были. И если корабль действительно был поврежден на взлете, вполне могло случиться так, что неожиданное увеличение перегрузок, даже незначительное, еще больше повредило корпус и образовало ту щель, в которую потом и ворвался поток раскаленного газа.

Мне кажется, что, не будь этого непроизвольного маневра, все могло бы закончиться благополучно и шаттл совершил бы посадку. Конечно, это предположение ничем не подкреплено, но есть же такое чувство, как интуиция. Вот оно-то и подсказывает мне, что именно переход на ручное управление и решил все, сделав гибель космонавтов неизбежной.

В 16 часов 44 минуты 9 секунд корабль вошел в атмосферу. До космодрома оставалось 30 минут полета и 8 тысяч километров расстояния.

* * *

Посадка «Колумбии» отслеживалась не только специалистами, но и электронными средствами массовой информации. Поэтому можно утверждать, что происшедшая катастрофа была первой, которую жители Земли видели в прямом эфире. И именно через Интернет большинство землян узнало о трагедии. И было это еще до того, как факт гибели корабля зафиксировали специалисты Центра управления полетом в Хьюстоне. Да и телевидение стало показывать кадры распада корабля на несколько минут позже, чем это случилось во Всемирной паутине.

То, что произошло в эти минуты, лучше всего расскажет хроника последних минут полета. Я попытаюсь прокомментировать эти события, обратив внимание читателей на ключевые моменты.

К сожалению, формат книги не позволяет привести хронику полностью, со всеми мелочами, со всеми подробностями. Когда я готовил материалы для книги, составление хроники заняло у меня немало времени, а ее объем оказался сравним с объемом самой книги. Поэтому я решил ограничиться лишь основными событиями, которые, так или иначе, стали «решающими» на последних минутах полета. Опущены все переговоры, которые вели космонавты в кабине корабля. Не приведены и переговоры в Центре управления полетом, изобилующие техническими терминами, каждый из которых требует своего пояснения. Поэтому ниже приводится самое главное.

16 часов 50 минут 30 секунд.

Термодатчик «V09T1702A» в хвостовой части фюзеляжа ближе к левому крылу зафиксировал увеличение скорости изменения температуры, превышающее разрешенное значение. Это первый зарегистрированный признак надвигающейся катастрофы. Правда, в тот момент это никем не было замечено. Лишь расшифровка данных телеметрии позволила выявить этот факт. А тогда корабль, как ни в чем не бывало, продолжал снижение.

16 часов 50 минут 53 секунды.

Корабль вошел в зону интенсивного разогрева внешней поверхности. Высота 74 километра, скорость 24 Маха.

16 часов 51 минута 19 секунд.

Датчики «Колумбии» зафиксировали какое-то внешнее воздействие. Трудно сказать, что именно это было: может быть, оторвался какой-либо фрагмент обшивки или усилилось сопротивление воздуха. Как бы то ни было, в последующие полторы минуты несколько раз включались корректирующие двигатели «L2L», «L3L» и «R2R».

16 часов 52 минуты 00 секунд.

От момента входа «Колумбии» в плотные слои атмосферы прошло 7 минут 51 секунда. Температура обшивки достигла 2700 градусов по Фаренгейту.

16 часов 52 минуты 5 секунд.

Бортовые самописцы фиксируют первые признаки нештатного аэродинамического торможения корабля. Это еще не указание на аварийную ситуацию, но первый повод для беспокойства. Правда, и это стало известно гораздо позже, а в ходе полета ни экипаж, ни Центр управления полетом даже не заметил эти аномальные отклонения от штатного режима.

15 часов 52 минуты 15 секунд.

Еще ряд термодатчиков на левом крыле фиксируют отличное от расчетного увеличение скорости нарастания температуры внутри корпуса корабля.

15 часов 52 минуты 17 секунд.

По данным наземных станций слежения, «Колумбия» находилась над акваторией Тихого океана, в 500 километрах к западу от побережья штата Калифорния, над точкой с координатами 38,99 градусов северной широты и 129,15 градусов западной долготы, на высоте 72,22 километра. Скорость корабля – 23,58 Маха. Датчик температуры «V58T1703A» в тормозной магистрали левой стойки шасси, расположенный в задней части ниши этой стойки внутри крыла, показывает ненормальную скорость роста температуры – 1,1 градус в секунду.

Это самый первый факт повышения температуры, который был замечен и на борту, и в Хьюстоне. Все предыдущие аномальные показания стали известны уже в ходе расшифровки показаний приборов. Но на замеченные отклонения стали реагировать гораздо позже, когда повышение температуры стало фиксироваться и в других местах корпуса.

В последующие секунды и минуты термодатчики на левом крыле будут один за другим фиксировать резкое повышение температуры.

16 часов 52 минуты 59 секунд.

Прекращается получение информации с датчика «V09T1006» температуры нижней поверхности левого внутреннего элевона. Причем это происходит так, как будто оборвались идущие к нему провода.

16 часов 53 минуты 1 секунда.

Зафиксирован первый признак незапланированного крена «Колумбии».

16 часов 53 минуты 27 секунд.

«Колумбия» пересекает береговую линию штата Калифорния над городом Гуалала, в 150 километрах северо-западнее Сан-Франциско.

16 часов 53 минуты 42 секунды.

В Центре управления полетом в Хьюстоне руководитель полета Лерой Кэйн спросил инженера по навигации и контрольным системам шаттла Майка Сарафина: «Все нормально? Контроль, и показатели, и все остальное – все нормально, не так ли?» – «До сих пор весь полет проходил в соответствии с протоколом. Все в порядке, я не вижу ничего необычного», – услышал он в ответ.

Как видим, никто ни в воздухе, ни на земле еще не подозревал об угрозе, нависшей над кораблем, и считал происходящее нормальным явлением. Хотя не исключено, что кто-то в Хьюстоне уже начал проявлять беспокойство. Еще не явное, на уровне подсознания, но что-то зашевелилось в мозгу тех, кому пришлось сажать не один десяток шаттлов.

16 часов 53 минуты 46 секунд.

Зафиксировано отделение от корпуса «Колумбии» фрагмента, который в дальнейшем стали называть «номер 1». В момент отделения фрагмента корабль находился на высоте 70,25 километра над точкой с координатами 38,63 градуса северной широты и 122,12 градусов западной долготы. Скорость «Колумбии» в этот момент составляла 22,88 Маха.

Факт отделения удалось зафиксировать на пленку одному оператору-любителю, но известно о нем стало позже, когда эти кадры попали в руки членов комиссии. Надо отметить, что космонавты на борту ничего необычного не чувствовали. Связь еще работала нормально, и с борта не поступило никакой информации об инциденте.

16 часов 53 минуты 48 секунд.

Зафиксировано отделение от корпуса «Колумбии» фрагмента, который в дальнейшем стали называть «номер 2». Его также удалось снять на кинопленку оператору-любителю.

В следующие 30 секунд произошло отделение еще ряда фрагментов.

16 часов 54 минуты 24 секунды.

В Центре управления полетом инженер по механическим системам Джефф Клинг сообщает Лерою Кэйну: «Я только что потерял четыре термодатчика в гидравлических системах элевона левого крыла. Два в одной системе и по одному в двух других».

16 часов 54 минуты 46 секунд.

Прошло долгих 22 секунды, прежде чем Кэйн отреагировал на информацию Клинга: «Четыре термодатчика в гидравлических системах? Имеется ли что-то общее между ними? Я имею в виду – одновременно ли они вышли из строя?»

16 часов 55 минут 8 секунд.

Еще 22 секунды, и Клинг отвечает на вопрос Кэйна: «Все четыре датчика расположены в хвостовой части левого крыла, прямо перед элевонами, перед приводами. И нет ничего общего между ними».

16 часов 55 минут 12 секунд.

По данным телеметрии, начинается резкий рост температуры в районе передней стойки шасси. Температурную аномалию фиксируют сразу несколько датчиков.

16 часов 55 минут 21 секунда.

Телеметрическая информация показывает увеличение аэродинамического сопротивления, косвенно указывающего на начало разрушения внешней обшивки корабля.

16 часов 56 минут 30 секунд.

Начат первый стандартный аэродинамический маневр построения посадочной траектории (реверс по крену).

16 часов 57 минут 19 секунд.

Данные телеметрии свидетельствуют об аномальном росте давления в шинах под левым крылом корабля.

16 часов 57 минут 24 секунды.

Автоматика фиксирует аномальную работу гидравлических систем стойки левого шасси.

16 часов 57 минут 28 секунд.

Вышли из строя термодатчики на внешней поверхности левого крыла корабля.

16 часов 57 минут 53 секунды.

Наблюдатели в штате Нью-Мексико фиксируют многочисленные вспышки вокруг летящего космического корабля «Колумбия».

Что это были за вспышки, выяснить так и не удалось. Вполне вероятно, что разрушение обшивки уже шло полным ходом и небольшие ее фрагменты, срываемые набегающим потоком, мгновенно раскалялись и метеорами были видны с Земли.

16 часов 58 минут 3 секунды.

Телеметрическая информация свидетельствует о поворотах элевонов для компенсации увеличивающегося аэродинамического сопротивления.

16 часов 58 минут 9 секунд.

Зафиксировано существенное увеличение вращательных моментов «Колумбии».

16 часов 58 минут 20 секунд.

Космический корабль «Колумбия» на высоте 63,99 километров пересекает границу между штатами Нью-Мексико и Техас.

16 часов 58 минут 32 секунды.

Данные телеметрии показывают падение давления в шинах колес корабля. Вероятно, в этот момент шины просто взорвались. Ряд термодатчиков фиксирует увеличение температуры внутри левого крыла со скоростью 40 градусов в секунду.

16 часов 59 минут 18 секунд.

Джефф Клинг сообщает Лерою Кэйну о том, что потеряны данные о давлении во внешней и внутренней шинах левого шасси.

16 часов 59 минут 23 секунды.

Автоматизированные рабочие места в Центре управления полетом в Хьюстоне перестали получать телеметрическую информацию в реальном масштабе времени.

Все проблемы, которые фиксировались в тот момент в Хьюстоне, были списаны на неустойчивую связь с кораблем. О том, что «Колумбия» гибнет, никто и не помышлял.

16 часов 59 минут 31 секунда.

Данные телеметрии фиксируют максимальное (8,11 градусов) отклонение элевонов от нейтрального положения. Еще работающие термодатчики фиксируют стремительный рост температуры внутри левого крыла со скоростью в десятки градусов в минуту. Зафиксированы многочисленные сбои в поступлении телеметрической информации по командному каналу.

16 часов 59 минут 32 секунды.

Рик Хазбанд с борта «Колумбия» произносит: «Прием, ...ба...»

Это было последнее, что услышала Земля.

Все элевоны «Колумбии» на правом и левом крыльях достигли своего максимального отклонения, что свидетельствует о формировании еще работающей автоматикой команды на торможение.

16 часов 59 минут 37 секунд.

Прекратилось поступление телеметрической информации с борта «Колумбии».

16 часов 59 минут 58 секунд.

Инженер по приборам и связи Лаура Хоппе сообщает Лерою Кэйну: «Мы взяли несколько замеров. Мы находимся в правом верхнем углу траектории. Все не так плохо».

Это было сказано тогда, когда до гибели корабля оставались уже не минуты, а секунды.

17 часов 00 минут 1 секунда.

Автоматика выдает сообщение о повреждении обшивки левого крыла корабля.

17 часов 00 минут 2 секунды.

Автоматика выдает очередное тревожное сообщение: «Авария двигателей ориентации на левом крыле». Возобновляется, чтобы через 2 секунды пропасть окончательно, передача телеметрической информации с борта корабля.

17 часов 00 минут 5 секунд.

Бортовой самописец «Колумбии» заканчивает фиксировать телеметрическую информацию. Детали того, что произошло дальше, неизвестны, кроме факта катастрофы.

17 часов 00 минут 21 секунда.

Наблюдатели на Земле фиксируют распад «Колумбии» на куски. Полагают, что именно в это мгновение погиб экипаж корабля.

17 часов 00 минут 30 секунд.

С борта вертолета «Apache» в районе города Форт-Худ в штате Техас засняты следы инверсии от обломков «Колумбии».

17 часов 1 минута 16 секунд.

В Центре управления полетом в Хьюстоне информатор по громкой связи сообщает: «Нет связи «Колумбии» с Центром управления полетом. Корабль продолжает следовать к Флориде».

К сожалению, в этот момент к Флориде уже следовал не сам корабль, а лишь его обломки.

Последующие десять минут Центр управления упорно вызывал экипаж корабля и пытался понять, что происходит. С каждой минутой специалисты все больше и больше проникались уверенностью, что случилось непоправимое, но отгоняли от себя эту мысль, как надоедливую муху. Надеялись на чудо, но оно не произошло.

17 часов 12 минут 40 секунд.

В Центр управления полетом поступает информация, что телевизионная станция в Далласе демонстрирует кадры распада «Колумбии» в небе над Техасом.

17 часов 12 минут 55 секунд.

Лерой Клинг произносит: «Закройте двери».

Эти слова означали, что все сотрудники Центра управления полетом должны оставаться на своих рабочих местах и подготовить все материалы по полету «Колумбии» для отчета. В Хьюстоне поняли, что корабль погиб.

17 часов 36 минут.

НАСА выпускает официальное сообщение о потере связи с «Колумбией» и о поиске возможных обломков в районе Далласа. Жителям не рекомендуется приближаться к обломкам.

22 часа 4 минуты.

Президент США Джордж Буш объявляет, что «Колумбия» и ее экипаж погибли.

* * *

Сразу же после того, как факт гибели «Колумбии» был подтвержден, возник естественный вопрос: «Почему это случилось?» Было выдвинуто множество версий: от вполне правдоподобных до нереальных и даже абсурдных.

В процессе расследования большинство из них было отвергнуто, но все равно приведу их полный перечень, так как это, во-первых, позволяет окунуться в атмосферу тех часов, а во-вторых, представляет определенный интерес.

Акт терроризма. Это самая первая возникшая версия. Право на жизнь ей давали события, которые происходили в последние годы в различных уголках земного шара, и в первую очередь нападение на Нью-Йорк и Вашингтон 11 сентября 2001 года. Мир до сих пор живет в страхе повторения случившегося. Поэтому первая реакция и была: «Сбили!» К тому же на борту находился первый израильский астронавт, что делало космический корабль лакомой мишенью для террористов.

Конечно же, осуществить такое невозможно. Ни одна террористическая организация, к счастью, пока не располагает оружием, способным уничтожить космический аппарат на высоте более 60 километров, да еще и летящий со скоростью более 5 километров в секунду. Да и государств, обладающих такими возможностями, не так уж много. Но версия рассматривалась вполне серьезно. И была отвергнута.

Диверсия. Это был более реальный вариант происшедшего. Например, завербованный или внедренный агент заложил взрывное устройство в корабль во время предполетной подготовки. Или серьезно повредил жизненно важную систему.

Такое могло произойти, тем более что с кораблями многоразового использования на Земле работают множество людей из НАСА и фирм-подрядчиков. И, несмотря на все меры безопасности, среди них могли оказаться такие, которым там было не место. Уже после катастрофы, тщательно фильтруя свои кадры, служба безопасности Космического центра имени Кеннеди выявила несколько десятков сотрудников, в основном из вспомогательных служб, не имевших необходимого допуска к работе на космодроме, и даже нелегальных иммигрантов. Всех их, естественно, уволили. Но это произошло позже.

Так что вариант с диверсией теоретически был возможен, его тщательно исследовали, но подтверждения не нашли. Уже в первый день расследования выяснилось, что аварийная ситуация развивалась постепенно, что никак не стыкуется с возможным подрывом корабля. В дальнейшем выяснилось, что все системы корабля в момент старта были работоспособны и полностью исправны.

«Кусок пены». О куске пеноизоляции, оторвавшемся от внешнего топливного бака на 82-й секунде полета, как о причине трагедии, заговорили спустя два-три часа после взрыва в небе над Техасом. Телеканал CNN продемонстрировал видеозапись старта и акцентировал свое внимание именно на этом инциденте. Однако представители НАСА категорически отвергли эту версию и отвергали ее в течение нескольких месяцев, пока эксперименты в Юго-западном научно-исследовательском институте однозначно не подтвердили, что именно пена является наиболее реальной причиной происшедшего.

Подробно об инциденте на старте я уже писал. Добавлю только, что данная версия стала одной из первых, которые прозвучали в день катастрофы, и осталась единственной к моменту завершения следствия.

«Компьютерный вирус». Данная версия появилась из-за некомпетентности некоторых средств массовой информации, которые, услышав, что один из каналов передачи информации между «Колумбией» и Центром управления полетом в Хьюстоне был в порядке эксперимента организован с использованием интернет-технологий, тут же поспешили сделать вывод: занесли вирус! Или другой вариант – хакеры постарались.

Комиссия, которая выясняла все обстоятельства катастрофы космического корабля, никогда всерьез не занималась изучением этой версии, понимая ее нереальность.

«Сами сбили». Эта версия впервые появилась на сайте AngelFire («Ангельский огонь»), а потом с большим удовольствием была перепечатана рядом российских изданий, таких, как «Дуэль» и «Советская Россия». Кое-кто всерьез полагал, что в день посадки «Колумбии» проводились испытания некоторых элементов перспективной системы противоракетной обороны, а именно – нагревного стенда «HAARP» на Аляске. Садящийся шаттл использовался в качестве учебной цели.

Версия абсурдна. Никто и никогда не использовал пилотируемые корабли для таких целей. К тому же провести в секрете такое испытание в принципе невозможно. Это было бы зафиксировано многими техническими средствами, и не только российской разведкой, но и многими астрономическими приборами многих обсерваторий мира.

«Атака инопланетян». Была и такая версия, ничем не хуже любой другой из разряда бредовых. Но здесь, как говорится, «без комментариев».

Серьезный отказ бортовых систем.Возвращение корабля с орбиты происходило в довольно жестких условиях по аэродинамическим и тепловым нагрузкам. При этом аппарат полностью зависит от работы бортовых управляющих компьютеров. Многие системы корабля относятся к критическим, то есть отказ любой из них приводит к гибели.

Однако принятые с борта данные не подтвердили, что какая-то система вышла из строя и стала причиной аварии.

Усталость металла. Не исключалось и то, что за 24 года эксплуатации в конструкции корабля произошли такие изменения, которые стали причиной разрушения либо усугубили ход аварии. Выражалось сомнение, что металл за такой срок сохранил все свои свойства. Каркас мог просто не выдержать запредельных нагрузок. На это указывали и многочисленные проблемы, которые сопровождали флот шаттлов в последние годы (следы коррозии, микротрещины и тому подобное).

Следствие не выявило никакой связи между усталостью конструкции и катастрофой, но рекомендовало провести тщательное исследование изменений свойств металла с течением времени.

Специфические особенности «Колумбии». Корабли многоразового использования строились по одним чертежам и считаются идентичными. Тем не менее каждый из них имеет свои особенности, свою специфику, которая определяет поведение аппарата при возвращении с орбиты. В истории шаттлов уже были случаи, когда посадка происходила на грани возможного.

Комиссия по расследованию не нашла ничего необычного в последней посадке «Колумбии». По мнению экспертов, не это стало главным в развитии аварийной ситуации.

Неблагоприятное сочетание допустимых отклонений. В технике широко используется понятие допуска. Параметры каждого узла корабля, каждой системы работают в определенных пределах, когда гарантируется их надежность. Но на шаттлах таких систем сотни и тысячи. А что, если отклонения параметров от допустимых пределов «наложатся» друг на друга и 1001-я система окажется выведенной из строя? Такое могло случиться и с «Колумбией». Но, судя по всему, в том полете такого не произошло.

Человеческий фактор.Грешили и на ошибочные действия кого-то из членов экипажа. Ну, там, не ту кнопку нажал, не тот тумблер включил. Легче всего списать катастрофу на погибших космонавтов, которые не могут оправдаться. В принципе этого исключить нельзя. Вспомните хотя бы неожиданный переход на ручное управление вскоре после схода с орбиты. На этом событии я уже акцентировал внимание и по-прежнему считаю его «последней каплей» для развития аварийной ситуации. Тем не менее человеческий фактор нельзя считать основной причиной трагедии. Не будь злополучного куска пены, никакие кратковременные отклонения от запланированного режима посадки не привели бы к катастрофе.

Удар метеорита или объекта искусственного происхождения. Эта версия возникла после того, как стало известно об отделении на вторые сутки полета от корпуса «Колумбии» некоего фрагмента. Его появление связывали с различными причинами, в том числе и с возможным ударом метеорита или какого-то объекта искусственного происхождения, которые в изобилии кружат над планетой.

Предположение о внешнем воздействии на обшивку шаттла было очень удобно для американского аэрокосмического управления. В этом случае никаких претензий к НАСА не могло быть. В этом случае не надо было бы прекращать полеты шаттлов. Экономились бы значительные средства. Но подтверждения данное предположение не нашло.

Солнечная активность. Авторами этой версии стали российские ученые из Института земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн (ИЗМИРАН) К.А. Боярчук, Г.С. Иванов-Холодный и О.П. Коломийцев. Они связали события 1 февраля с магнитной бурей двумя днями раньше. Действительно, в день посадки потоки высокоэнергетичных электронов были значительно сильней, чем в предыдущие дни, и могли повлиять на работу бортовых систем «Колумбии», особенно тех, которые обеспечивали выполнение команд по маневрированию при входе в атмосферу.

Соответствующая информация была направлена в США, но нет никаких данных о том, насколько серьезно к ней отнеслись американские специалисты и рассматривали ли ее вообще.

Все прочие версии являются вариациями на уже озвученные предположения, поэтому я не буду их приводить. Скажу только, что при расследовании большинство из них было тщательно изучено. Даже самые абсурдные.

* * *

Большинство предположений о причинах гибели «Колумбии» было озвучено еще до того, как сформировалась группа экспертов, которая могла бы их оценить и проанализировать. Расследовать обстоятельства катастрофы было поручено независимой комиссии, во главе которой встал отставной адмирал Гарольд Геман. Надо отдать должное всем специалистам, которые в течение полугода денно и нощно трудились, чтобы найти истину. Конечно, это обошлось американским налогоплательщикам в довольно кругленькую сумму – в полмиллиарда долларов, но дело того стоило.

Скрупулезное изучение всех данных позволило не только восстановить картину происшедшего, но и с большой долей вероятности установить, что именно обломок пены, ударивший в обшивку, стал началом тех событий, которые в конечном счете и стали причиной аварии.

Но «комиссия Гемана» назвала и еще одну причину трагедии – плохую организацию работ в аэрокосмическом управлении. Причем в итоговом отчете именно на это было обращено основное внимание.

Комиссия сформулировала основные рекомендации, которые необходимо реализовать для того, чтобы сделать полеты шаттлов безопасными. Ряд из них должен быть выполнен еще до того, как полеты кораблей многоразового использования возобновятся (отмечены звездочкой). Другие необходимо реализовать в более отдаленной перспективе, но «как можно скорей».

Вот что требуется сделать и уже делается:

1*. Провести доработки конструкции теплозащитного покрытия внешних топливных баков, чтобы в будущем исключить отрыв фрагментов.

2*. Увеличить прочность керамических пластин, с тем чтобы повысилась сопротивляемость корпуса космического корабля поражению внешними предметами.

3*. Разработать методику внешнего осмотра корпуса космического корабля в орбитальном полете для скорейшего выявления возможных повреждений обшивки.

4*. При полетах к Международной космической станции необходимо предусмотреть возможность осмотра внешней поверхности кораблей многоразового использования с борта МКС и возможность проведения ремонтных работ в самом широком диапазоне вероятных повреждений корпуса, включая замену керамического теплозащитного покрытия. При автономных полетах необходимо выработать методику осмотра корпуса шаттла и проведение ремонтных работ иными средствами, не предусматривающими использование потенциала МКС.

5. Повысить возможность кораблей многоразового использования совершать спуск в земной атмосфере при наличии повреждения теплозащитного покрытия на передней кромке крыльев.

6. Провести дополнительные научно-исследовательские работы по изучению прочностных характеристик теплозащитного покрытия корпуса кораблей многоразового использования, а также изучить их предельные возможности по стойкости к внешнему воздействию.

7. Улучшить организацию работ по подготовке к запуску кораблей многоразового использования, чтобы свести к минимуму возможные повреждения теплозащитного покрытия корабля в ходе этих работ.

8. Создать в Космическом центре имени Кеннеди достаточный запас керамических плиток теплозащитного покрытия кораблей, чтобы сделать возможным оперативную их замену при малейшем сомнении в их прочности.

9. Разработать компьютерные модели для оценки степени опасности повреждения теплозащитного покрытия корабля при внешнем воздействии. Определить предельные значения такого воздействия, при которых корпус корабля получает фатальные повреждения, требующие оперативного вмешательства.

10*. Модернизировать систему фотодокументирования с момента старта кораблей многоразового использования до момента отделения твердотопливных ускорителей, включив в нее как минимум три фотокамеры, позволяющие проводить съемку при любом азимуте полета кораблей. При этом необходимо рассмотреть возможность использования самолетов и морских судов.

11*. Обеспечить возможность получения снимков с высоким разрешением внешней обшивки кораблей многоразового использования после отделения внешнего топливного бака.

12*. Обеспечить возможность получения снимков нижней части крыльев кораблей многоразового использования после выхода шаттла на орбиту.

13*. Изменить контракт с Национальным агентством США по картографии и снимкам из космоса, чтобы предусмотреть возможность обязательного фотографирования внешних поверхностей многоразовых космических кораблей всеми доступными средствами.

14. Необходимо модернизировать систему телеметрической информации на кораблях многоразового использования, чтобы увеличить объем информации о состоянии служебных систем кораблей.

15. Необходимо предусмотреть возможность перепрограммирования системы телеметрической информации на кораблях многоразового использования, чтобы сделать возможность получение информации в «заказном» порядке.

16. Как часть программы продления срока функционирования кораблей многоразового использования до 40 лет, необходимо предусмотреть возможность получения информации о состоянии труднодоступных или недоступных кабельных систем.

17*. Провести проверку состояния всех компьютерных систем на кораблях многоразового использования.

18*. Необходимо, чтобы заключительные операции на внешней поверхности кораблей и внешнего топливного бака производили как минимум двое техников. Тем самым будет усилен контроль за качеством работ и снизится вероятность совершения непреднамеренной ошибки со стороны наземного персонала.

19. При подготовке полетов кораблей многоразового использования необходимо предусмотреть такую ориентацию кораблей в ходе орбитального полета, чтобы снизить вероятность их поражения микрометеоритами. Ориентация должна быть такой же, как в настоящее время у МКС.

20*. Специалисты Космического центра имени Кеннеди и персонал компании United Space Alliance в ходе предстартовой и межполетной подготовки кораблей многоразового использования должны применять стандартные методики работы с отдельными системами корабля, в том числе с поврежденными во время полета.

21*. Четко соблюдать график полетов кораблей многоразового использования, так как любые переносы сроков или дополнительные работы влекут за собой увеличение вероятности ошибки наземного персонала и тем самым снижают уровень безопасности, принятой в США для пилотируемых полетов.

22*. Провести переподготовку персонала Центра управления полетом с целью повышения их квалификации.

23. Создать независимую наблюдательную комиссию, которая будет выполнять надзирающие функции за деятельностью наземного персонала, обеспечивающего полеты кораблей многоразового использования, и оперативно информировать руководство НАСА о всех недостатках.

24. Финансирование деятельности независимой комиссии должно осуществляться непосредственно из штаб-квартиры НАСА и никак не зависеть от величины средств, выделяемых на программу полетов кораблей многоразового использования.

25. Управление безопасности космических полетов в штаб-квартире НАСА должно иметь возможность прямого вмешательства в программу полетов кораблей многоразового использования.

26. Реорганизовать деятельность управления многоразовых систем.

27*. Улучшить систему планирования и отчетности в НАСА.

28. Для продления срока жизни кораблей многоразового использования после 2010 года необходимо провести переосвидетельствование всех бортовых систем шаттлов, включая проверку и квалификацию материалов, из которых изготовлен корпус.

29*. Провести сверку всех конструктивных элементов кораблей многоразового использования на их соответствие технической документации.

Насколько сложно оказалось учесть все рекомендации, стало ясно в первые же месяцы после публикации итогового отчета. В итоге возобновление полетов стало откладываться все дальше и дальше. Сначала говорили о конце 2003 года – начале 2004 года, потом об осени 2004 года, потом о начале 2005 года. Сейчас и этот срок считается оптимистичным.

* * *

Проведенное расследование позволило ответить на вопрос, который волновал всех: «Можно ли было спасти экипаж, если бы заранее было известно о фатальном повреждении его обшивки?» Специалистами были рассмотрены несколько вариантов развития событий. При этом они исходили из двух предположений:

1. О катастрофическом повреждении обшивки «Колумбии» стало бы известно сразу же после старта.

2. НАСА было бы готово рискнуть запустить шаттл «Атлантис» ранее, чем это планировалось.

В этом случае на третий день полета должно было бы быть проведено фотографирование корабля с помощью военных наземных систем наблюдения и с помощью разведывательных спутников. В это же время экипаж должен был готовиться к выходу в открытый космос, который мог бы состояться на пятые сутки полета.

Эта работа вне корабля должна была отличаться от обычных выходов, так как, во-первых, он заранее не планировался, а во-вторых, астронавтам пришлось бы принять дополнительные меры предосторожности, чтобы еще более не повредить теплозащитное покрытие. Фотографирование места повреждения и визуальный осмотр помогли бы установить степень повреждений.

Последующие 20 дней должны были быть потрачены на подготовку к старту «Атлантиса», а экипажу надо было бы экономить расходные материалы, чтобы сделать возможным 30-суточное пребывание корабля на орбите. Если к тому времени шаттл не удалось бы подготовить к старту, то оставшиеся запасы воздуха на «Колумбии» предполагалось бы использовать для двух дополнительных выходов в открытый космос, в ходе которых астронавты попытались бы заделать пробоину в теплозащитном покрытии.

Для этого предполагалось использовать подручные материалы из списка оборудования «Колумбии» и научного модуля «Спейсхэб». В докладе приводится подробный список этих материалов: от металлических деталей до канистр с водой. Все это помогло бы на время сдержать поток плазмы и сделать возможным приземление корабля.

Но это только в случае единичной пробоины. Если бы повреждения были более масштабны, то ремонт становился бы проблематичным. После проведения ремонта и облегчения корабля за счет выброса в космическое пространство части грузов можно было бы попытаться посадить корабль.

Анализ изменения угла входа в атмосферу и возможности перераспределения тепловых нагрузок показал, что нужного эффекта при этом не достигается. Однако проведенный ремонт мог бы обеспечить возможность покидания экипажем кабины корабля на высоте около 10 километров. Дальнейшее снижение «Колумбии» происходило бы в автоматическом режиме.

Как полагают специалисты, единственным надежным вариантом спасения все-таки следует признать запуск второго шаттла. В этом случае оба корабля сблизились бы и два члена экипажа «Атлантиса» вышли бы в открытый космос и доставили в шлюзовую камеру «Колумбии» два пустых скафандра. Обратно на борт своего корабля они возвратились бы в сопровождении двух членов экипажа гибнущего шаттла. Эта операция должна была быть повторена трижды. «Атлантис» с 11 астронавтами на борту должен был приземлиться на мысе Канаверал через сутки после окончания эвакуации. Ну а поврежденный шаттл предполагалось свести с орбиты и затопить в Тихом океане.

Сейчас легко составлять различные сценарии и рассуждать о том, что было бы, если бы... История, как все знают, не имеет сослагательного наклонения, и мы имеем то, что имеем, – «Колумбия» погибла, и ее уже не вернешь.

* * *

И, наконец, последний вопрос, которого мне хотелось бы коснуться, ведя разговор о гибели «Колумбии». Последствия, которые эта трагедия имела для мировой космонавтики. Сейчас можно говорить только о кратковременных последствиях, не касаясь долговременных аспектов, которые еще неизвестно когда и каким образом будут проявляться. А из того, что уже успели ощутить все причастные к освоению космического пространства, можно выделить следующие:

1. Прекращение на весьма длительный срок строительства Международной космической станции и пересмотр правительством США своего участия в этом проекте.

2. Принятие решения об отказе от эксплуатации кораблей многоразового использования после 2010 года, то есть гораздо раньше, чем это предполагалось сделать, скажем, незадолго до полета «Колумбии».

3. Усиление позиций сторонников исследования космоса с помощью беспилотных аппаратов и существенное сокращение интенсивности пилотируемых космических полетов.

Все эти последствия можно оценить как негативные. К счастью, есть и положительные моменты.

Спустя год, 14 января 2004 года, президент США Джордж Буш приехал в штаб-квартиру НАСА и выступил с речью, которую расценили как новую космическую инициативу. Выдвинутый Бушем план предусматривал активизацию космических исследований в обозримой перспективе. Причем упор в этих исследованиях космоса делался на человека. Предполагается к 2010 году, когда закончится «эра кораблей многоразового использования», разработать и начать испытания нового космического корабля, который станет основой для будущих межпланетных полетов. С помощью этого корабля в 2014 году предполагается возобновить полеты на Луну, а потом организовать экспедицию на Марс.

Многие специалисты оценили этот план как нереальный. Но об этом можно будет говорить только спустя несколько лет. А пока большинство заворожены масштабным проектом и с энтузиазмом смотрят на «семимильные шаги» американской космонавтики.

Ну а что же Россия, которой пришлось взять на себя обеспечение деятельности на борту МКС, пока шаттлы в простое? Ожидалось, что наша страна попытается воспользоваться ситуацией и заполнить образовавшуюся нишу в освоении космоса. В принципе такой шанс был, и очень хотелось бы, чтобы так и случилось. Но, увы, российскому руководству, сосредоточившемуся на земных проблемах, было явно не до просторов Вселенной. Поэтому все сохранилось по-прежнему. Ну а что такое по-прежнему, хорошо видно на примере, описанном в следующей главе.

Глава 39

Посадка «Союз ТМА-1»

Возвращения на Землю экипажа 6-й основной экспедиции на борт МКС во всем мире ждали с особым напряжением. Трудно припомнить, когда в предыдущий раз посадке российского корабля средства массовой информации уделяли столь большое внимание. Обычно ажиотаж царил во время старта очередного международного экипажа, особенно когда речь шла о полетах космических туристов. Приземление же происходило в относительно спокойной обстановке, можно сказать, по-домашнему. Да и какие могут быть волнения, когда уже многие годы космонавты спускались по «наезженной космической колее», а периодически возникавшие мелкие неприятности забывались так же быстро, как укус комара.

В тот раз все было иначе, и причин тому было предостаточно.

Во-первых, это была первая посадка пилотируемого аппарата после гибели «Колумбии», и от того, как она пройдет, зависело будущее программы строительства МКС. А по большому счету, и будущее всей пилотируемой космонавтики.

Во-вторых, это было первое использование новой модификации корабля «Союз ТМА». В беспилотном варианте корабль не испытывался, что беспокоило в первую очередь наших американских коллег. Еще осенью 2002 года в США высказывали сомнения в надежности российского корабля, и больше всего там волновались за заключительный этап полета.

В-третьих, космонавты Кеннет Бауэрсокс, Николай Бударин и Дональд Петтит проработали на орбите на два месяца дольше, чем было запланировано, – на Землю их должен был возвратить космический корабль «Атлантис», но гибель «Колумбии» и приостановка полетов шаттлов заставили внести в график коррективы. Специалистов волновало, как американские космонавты перенесут не столь комфортное, как на «челноках», приземление на «Союзе».

Правда, последнее обстоятельство в России воспринималось с улыбкой. «Не сахарные, не растают. Ну, посидят несколько часов в позе эмбрионов, зато домой возвратятся», – приблизительно так рассуждали в российском ЦУПе.

Однако дальнейшие события показали, что не таким уж и беспочвенным было это беспокойство. По закону подлости все неприятности происходят именно тогда, когда их меньше всего ожидаешь и когда они меньше всего нужны.

Итак, что же случилось в ночь с 3 на 4 мая 2003 года?

Вот хроника событий, оказавшихся спрессованными во временной интервал продолжительностью всего двенадцать часов. Для удобства читателей везде указано московское время, хотя местом действия стали различные часовые пояса.

3 мая, 23 часа 38 минут.

Космонавты Бауэрсокс, Бударин и Петтит простились со своими сменщиками, Юрием Маленченко и Эдвардом Лу, пожелали им удачи и закрыли люк между МКС и кабиной корабля «Союз ТМА-1». Все операции прошли штатно, без замечаний. Настроение у экипажа 6-й экспедиции замечательное – впереди дорога домой.

4 мая, 2 часа 43 минуты.

«Союз ТМА-1» мягко отчаливает от станции и быстро исчезает из поля зрения обитателей МКС. Маленченко и Лу наблюдают процесс расстыковки через иллюминаторы и докладывают на Землю, что никаких проблем при этом не возникло. О том же сообщает в ЦУП и Николай Бударин.

5 часов 12 минут 27 секунд.

В расчетное время двигатель «Союз ТМА-1» включен на торможение и, проработав 255 секунд, сводит корабль с орбиты. Телеметрия подтверждает штатную работу всех систем.

5 часов 40 минут 9 секунд.

В соответствии с циклограммой спуска произошло разделение отсеков. Пиропатроны отбросили в стороны орбитальный и двигательный отсеки, предоставив возможность спускаемому аппарату принять нужную ориентацию и устремиться к Земле.

Позже комиссия, изучавшая обстоятельства посадки, написала в своем заключении:

«Построение орбитальной ориентации корабля «Союз ТМА-1», включение двигательной установки, формирование тормозного импульса скорости и процесс разделения отсеков выполнены в соответствии с программой и технической документацией, без замечаний».

В 5 часов 43 минуты 14 секунд «Союз ТМА-1» вошел в плотные слои атмосферы.

Тогда-то и случилось то, что стало предметом разбирательства многочисленных комиссий. До входа в атмосферу корабль шел по траектории управляемого спуска, но затем неожиданно изменил курс и свалился в баллистический спуск. До посадки оставалось 23 минуты, и уже никто не мог вмешаться в ситуацию и что-либо изменить.

Чем ближе к Земле, тем все больше и больше спускаемый аппарат отклонялся от того района, где космонавтов ждали службы поиска и спасения.

Специалисты, работавшие в Центре управления полетом, почти сразу поняли, что не все идет так, как планировалось. Но присутствовавшие там журналисты продолжали оставаться в неведении и напряженно следили за огромным экраном монитора, на котором сменяли друг друга цифры обратного отсчета времени.

И вот наконец загорелся транспарант «Посадка». Уже через секунду мир был оповещен о «благополучном возвращении космонавтов на Землю». В последние годы в космической журналистике стало уже какой-то традицией сообщать об успешном проведении той или иной операции до того момента, когда становятся известны ее результаты. Особенно это распространено среди российских электронных средств массовой информации. Например, за последние два года 12 раз сообщалось о проведении успешных пусков космических носителей, хотя старты в те дни откладывались по тем или иным причинам. Так же произошло и во время посадки «Союз ТМА-1». Еще ничего не было известно, а по каналам информагентств потекли победные реляции.

Чуть позже, когда космонавтов нашли и напряжение спало, журналисты порадовали своих читателей еще двумя перлами. С упоением передавались сообщения о том, что когда поисковики приземлялись рядом со спускаемым аппаратом, космонавты собирали в степи тюльпаны. Красиво, но... Не было в степи никаких тюльпанов, да и космонавтам было чем заняться в этот момент.

Из этого же ряда и информация о джигитах на лошадях, круживших вокруг корабля. Не было никого на десятки километров вокруг.

Но вернемся в ЦУП, где напряженно ждали сообщения от поисковиков об обнаружении спускаемого аппарата. Однако текли минуты, а информации все не поступало. Не было и связи с экипажем. В зале повисла напряженная тишина. И хотя все надеялись на лучшее, в какой-то момент тень «Колумбии» накрыла своим крылом всех, кто следил за посадкой. В подсознании у многих в тот момент промелькнуло: «Неужели?» А ведущие информационные агентства мира между тем сообщали: «Корабль не обнаружен, связи нет». Лишь спустя два часа от экипажа самолета Ан-12, прочесывавшего широкую полосу возможного места посадки, поступило сообщение: «Вижу корабль! Вижу космонавтов!» От сердца отлегло – живы.

Правда, ставшие известными детали шокировали. Спускаемый аппарат приземлился в 480 километрах от предполагаемого района посадки. Спуск произошел не по управляемой траектории, а по баллистической. Перегрузки при снижении, которые испытали космонавты, достигали 8,1 единиц. Оборвалась одна из строп парашюта, в которую была вплетена антенна бортового передатчика, в результате чего космонавтам и не удавалось выйти на связь. Им пришлось самостоятельно выбираться из спускаемого аппарата, без помощи медиков и спасателей, чего не происходило уже более четверти века. А Петтит к тому же во время приземления повредил ребро, и ему пришлось довольно туго.

Сразу же возникли вопросы: «Что случилось? Почему произошло подобное?»

Первым на него попытался ответить тогдашний генеральный директор Российского авиационно-космического агентства Юрий Коптев, заявивший, что ничего сверхъестественного не произошло и посадка была «штатной». По его словам, при приземлении «Союзов» предусмотрено несколько режимов, в том числе и режим баллистического спуска. Вот он-то и был реализован.

Так-то оно так, но Коптев не сказал, что баллистический спуск – это запасной, почти аварийный режим, который реализуется тогда, когда нет другой возможности спасти экипаж. И говорить об этом, как о само собой разумеющемся, для специалиста по меньшей мере странно.

Второе заявление, прозвучавшее в день посадки из уст президента РКК «Энергия» Юрия Семенова, также было воспринято с нескрываемым удивлением. Он сообщил журналистам, что во всем виновен американец, который нажал не ту кнопку, в результате чего спускаемый аппарат начал «дуреть». Даже не искушенные в вопросах космонавтики люди были поражены: что же это за корабль, что же это за система, которую можно вывести из строя одним случайным нажатием клавиши. Понятно, что это была попытка свалить все с больной головы на здоровую.

Данная версия просуществовала, к счастью, недолго. Уже к вечеру ее отверг Николай Бударин, командовавший кораблем, а потом и специалисты, изучившие телеметрическую информацию и прослушавшие запись переговоров членов экипажа между собой и с Землей. Сделанный ими вывод звучал однозначно: «Космонавты не виноваты».

Однако проблема требовала тщательного изучения. Была срочно образована комиссия, в которую вошли представители Российского авиационно-космического агентства, предприятий ракетно-космической отрасли, Федерального управления авиационно-космического поиска и спасения, Центра подготовки космонавтов имени Ю.А. Гагарина. Возглавил комиссию первый заместитель генерального конструктора РКК «Энергия» Николай Зеленщиков.

Разбирательство длилось относительно недолго. Уже через три недели комиссия огласила свои выводы. К сожалению, полный текст заключения о причинах перехода спускаемого аппарата корабля «Союз ТМА-1» в режим баллистического спуска не публиковался, поэтому приходится довольствоваться официальным пресс-релизом РКК «Энергия». Это не очень объемный документ, но весьма интересный. Приведу его полностью.

«Комиссия констатировала, что в полете были проверены в основном все новые системы и элементы конструкции корабля. В полном объеме прошли испытания: новый пульт управления, холодильно-сушильные агрегаты системы терморегулирования, блок измерения линейных ускорений, конструкция спускаемого аппарата (СА), система записи и запоминания телеметрической и голосовой информации и все элементы комплекса средств приземления (бароблок, автоматика, модернизированный гамма-лучевой высотомер, двигатели мягкой посадки, новые кресла). Испытания нового спецвычислителя КС020-М – командного блока контура управляемого спуска – осуществить в полной мере не удалось вследствие перехода СА из режима автоматического управляемого спуска в баллистический спуск (ВС). Однако телеметрическая информация показала, что этот вычислитель, переведенный при переходе в БС из командного в индикаторный режим, формировал необходимые команды в соответствии с заложенной логикой, в связи с чем к его работе нет замечаний.

В течение 183 секунд после разделения отсеков корабля движение С А проходило по траектории управляемого спуска. Переход в режим Б С был выполнен автоматически после формирования в системе управления движением (СУД) команды по признаку достижения спускаемым аппаратом максимально допустимого угла отклонения по рысканию. Функционирование СУД и средств приземления по каналам крена и тангажа не отличалось от расчетного.

Баллистический спуск был реализован штатно, в соответствии с заложенной логикой управления. Максимальная перегрузка при спуске не превышала 8,1 единицы. Комплекс средств приземления СА выполнил свою задачу штатно, ударные перегрузки находились в расчетных пределах.

Спускаемый аппарат корабля «Союз ТМА-1» осуществил посадку в районе расчетной точки баллистического спуска. Поисково-спасательная служба обеспечила поиск СА и экипажа в установленные сроки. В работе системы связи и пеленга на этапе спуска и посадки технических замечаний не выявлено.

При выполнении спуска экипаж корабля «Союз ТМА-1» выполнил необходимые действия по контролю и управлению в соответствии с бортовыми инструкциями и рекомендациями ГОГУ, показав при этом слаженность в работе и хорошее взаимопонимание. Экипаж проявил высокую психологическую устойчивость, выдержку и спокойствие. Особо отмечен в сложившейся ситуации высокий профессионализм Н.М. Бударина как командира корабля.

Вывод комиссии: причиной перехода в режим БС явилась неадекватная реакция блока управления спуском (БУСП-М), входящего в состав системы управления спуском, на сигналы с гироскопа КИ00 – 18 и измерителя угловых скоростей. В результате СА отклонился по углу рыскания на предельную величину, что повлекло за собой выдачу концевым выключателем гироскопа команды на переход в режим БС.

В ходе работы комиссии были проведены исследования БУСП-М. При его электрических испытаниях в составе СА, доставленного с места посадки в РКК «Энергия», были проведены многократные попытки имитации имевшей место полетной ситуации, однако воспроизвести ее не удалось. Только при искусственном отключении одного канала прибора в единичном случае (из сорока) было получена ситуация, близкая к полетной.

Анализ не выявил также взаимосвязи сложившейся ситуации с проведенными доработками СА. Аппаратура СУД в части соответствующих функций управления не подвергалась доработкам, начиная с корабля «Союз Т» (с 1979 года). Блок БУСП-М электрически не взаимодействует с вновь введенными на корабле спецвычислителем и блоком измерения линейных ускорений.

Проверки БУСП-М после возвращения на Землю показали, что его электрические характеристики полностью соответствуют требованиям технической документации.

Однако углубленный анализ по БУСП-М, проведенный в ходе работы комиссии, выявил особенность электрической схемы, которая при весьма редком сочетании входных сигналов по любым из трех каналов (тангаж, рыскание, вращение) может привести к блокированию сигнала и прекращению выдачи команд на исполнительные органы. Замечание имеет весьма низкую вероятность проявления, о чем свидетельствуют 48 успешно проведенных управляемых спусков кораблей типа «Союз», в том числе с участием БУСП-М, который до его установки на корабле «Союз ТМА-1» прошел летные испытания на корабле «Союз ТМ-29» в 1999 году. Работы по моделированию и воспроизведению данной ситуации в автономной схеме электрических проверок БУСП-М продолжаются.

Анализ бортовой документации, документации по управлению полетом, действий ТОГУ, взаимодействия поисково-спасательной службы с ЦУП-М и экипажем выявил ряд замечаний, которые существенно не повлияли на выполнение программы полета, но должны быть устранены в будущем.

Комиссия допускает корабль «Союз ТМА-2», работающий внастоящее время на орбите в составе МКС, к дальнейшему полету без каких-либо оговорок, касающихся бортовой аппаратуры корабля, но при этом обращает внимание на необходимость учета рекомендаций по действиям экипажа, ГОГУ, взаимодействию поисково-спасательной службы с ЦУП-М. Окончательный вариант заключения комиссии представлен на утверждение.

Начиная с корабля «Союз ТМА-3», рекомендовано провести доработку БУСП-М введением в него дополнительных элементов, исключающих повторение, хотя и маловероятной, но возможной ситуации, аналогичной произошедшей».

Может показаться, что этим все сказано и все объяснено. Но если внимательно изучить документ, то возникнут новые вопросы. Например, почему не получил объяснений факт обрыва стропы парашюта. Или это такая мелочь, что на нее не стоит обращать внимания? Хотя в деле обеспечения безопасности экипажей космических кораблей мелочей быть не может. Есть и другие вопросы, но они носят узкотехнический характер, поэтому я не буду акцентировать на них внимание.

Какие же выводы были сделаны из происшествия?

Во-первых, конструкторы корабля доработали ряд бортовых систем, чтобы исключить в будущем повторения ситуации, возникшей при посадке «Союз ТМА-1». Правда, все эти доработки начали применять, начиная с «Союз ТМА-3», а второй «Союз» летал на старом оборудовании.

Во-вторых, космонавтам выдали спутниковые телефоны, чтобы впредь не пришлось искать их на просторах казахстанских степей.

В-третьих, стало ясно, что пилотируемая космонавтика – это не та вещь, на которой надо экономить. Надо либо заниматься ею, либо бросить это занятие, чтобы не ставить под угрозу жизни людей.

Вот так завершилась очередная экспедиция на борт Международной космической станции. Приятно, что приходится писать «очередная», а не «предпоследняя». А ведь такое могло бы быть, если бы...

Не буду продолжать. Все закончилось благополучно, и это главное. А рассуждения о том, что «могло бы быть, если бы», оставлю тем, кто пытается писать альтернативную историю. Моя же цель иная – рассказать о том, что было на самом деле.

Эпилог

Рассказом о трудной посадке «Союз ТМА-1» хотелось бы завершить книгу и поставить последнюю точку в летописи космических аварий и катастроф. Увы, жизнь не позволяет этого сделать. За двенадцать месяцев, прошедших с момента возвращения Бударина, Бауэрсокса и Петтита на Землю, космонавтика преподнесла немало неприятных сюрпризов...

Вот лишь некоторые заметки из этого нескончаемого ряда происшествий.

Японский «челнок» разбился, даже не слетав в космос. Япония приступила к разработке собственного корабля многоразового использования вскоре после того, как в космосе побывал первый американский шаттл. Долгое время проектирование велось на бумаге, и в некоторые моменты даже возникали сомнения, что в Стране восходящего солнца когда-нибудь будет собственный «челнок». Однако в середине 1990-х годов работы активизировались, и к концу века удалось построить первый уменьшенный экземпляр. Его успешно испытали осенью 2002 года на острове Рождества в Тихом океане.

Достигнутый успех заставил японцев еще интенсивнее заняться проектом, и вскоре был создан новый опытный образец – «Хоуп-Х», больший по размерам, чем первый демонстратор, но в четыре раза меньше, чем проектируемый орбитальный корабль. Полевые испытания были намечены на середину 2003 года на шведском ракетном полигоне Эсрандж. Они должны были пройти в два этапа. Сначала предполагалось сбрасывать корабль с борта воздушного шара, без включения собственного двигателя, проверяя лишь парашютную систему. Потом планировалось усложнить программу испытаний и проверить поведение машины в полете с работающими двигателями.

Однако можно сказать, все закончилось, так и не начавшись. Летательный аппарат 1 июня 2003 года был сброшен с высоты 21 километр, нормально повел себя в свободном полете, а потом... разбился. Подвел основной парашют, который не раскрылся. «Хоуп-Х» получил серьезные повреждения, лишился левого крыла и, по мнению специалистов, восстановлению не подлежал.

Естественно, испытания были остановлены, а в Японии вновь стали обсуждать вопрос: стоит или не стоит строить корабль многоразового использования. Пока решено работы продолжать. Слишком много средств уже вложено в программу, чтобы бросить ее на полпути. Да и амбиции континентального соседа (Китая) в области освоения космоса не дают японцам покоя и заставляют искать достойный ответ, коим может стать шаттл.

«Гелиос» упал в Тихий океан. Беспилотные летательные аппараты, способные длительное время находиться в воздухе и летать на больших высотах, иногда называют «самолетами-спутниками». По расчетам специалистов, если удастся создать надежную машину, питаемую солнечной энергией, то недалеко то время, когда часть функций перейдет от дорогих телекоммуникационных спутников к этим достаточно дешевым самолетам. Например, региональные сети связи будут обслуживаться именно ими.

Преимущества очевидны, и с этим никто не спорит. Такой самолет всегда можно оперативно заменить, если что-то выйдет из строя на борту основного аппарата. Даже держать в воздухе одновременно две машины не так накладно, как резервные космические аппараты на орбите. Но это все мысли о будущем, хотя и о недалеком. А пока...

А пока 27 июня 2003 года неподалеку от Гавайских островов упал в воды Тихого океана экспериментальный образец самолета «Гелиос», создаваемый специалистами американского аэрокосмического агентства. Хорошо, что падение произошло в безлюдном районе, ущерба никакого, жертв и пострадавших нет. Единственным негативным моментом стала приостановка работ до выяснения причин падения. Как следствие, первый эксплуатационный полет отодвигается на неопределенное время. А значит, нам придется подождать с введением в наш повседневный лексикон понятия «самолет-спутник».

Взрывной август.В августе 2003 года космическая техника доставила своим создателям множество неприятностей. Последний месяц лета заслужил недобрую славу «взрывного» за обилие инцидентов такого рода, случившихся на земле и в космосе.

Началом всему стал взрыв компонентов ракетного топлива на испытательном стенде американской компании United Technologies Corporation в Сан-Хосе, штат Калифорния, происшедший 7 августа. По счастливой случайности удалось избежать трагических последствий – лишь один сотрудник жаловался на боли в ушах. А вот оборудование пострадало достаточно серьезно, и вряд ли его можно будет использовать в будущем. По имеющейся информации, взрыв произошел в ходе работ по созданию новых видов топлива для ракетных двигателей компании Pratt and Whitney – ведущего производителя подобной продукции в США.

А 22 августа произошла одна из самых ужасных в истории человечества трагедий, связанных с ракетной техникой. О ней, вероятно, стоило бы написать подробней, и когда-нибудь я это обязательно сделаю. Но та скудность информации, которой поделились бразильские специалисты со своими коллегами, заставляет ограничиться кратким упоминанием о ней в контексте других событий, которые по времени оказались близки взрыву в Алькантаре.

Все произошло во время подготовки к старту ракеты-носителя «VLS-1» (бортовой номер V03), создаваемой Бразилией в попытке стать космической державой – десятой в мире и первой в Латинской Америке. Как известно, первые попытки на этом пути, предпринятые в 1997 и в 1999 годах, успехом не увенчались. К третьему старту, получившему название «Операция Сан-Луис», подошли гораздо серьезней. Специалисты работали без ненужной спешки, выверяя каждое новое решение, каждый свой шаг. Не обходили вниманием любую мелочь, которая могла бы поставить под угрозу задуманное. Не помогло.

До намеченной даты пуска оставалось всего три дня. Казалось, что все готово к старту. Уже никаких активных действий с ракетой не предполагалось, но все-таки проверки узлов и агрегатов велись. Да и других работ еще было предостаточно.

Все произошло неожиданно – полностью заправленная ракета, вокруг которой копошились люди, неожиданно окуталась облаками дыма и взорвалась. Начавшийся вслед за этим пожар уничтожил и носитель, и спутники, на нем установленные, и стартовые сооружения, и участок джунглей, прилегающих к пусковому комплексу. Огненный вал поглотил всех, кто находился поблизости, не оставив даже малейшей надежды на спасение. Катастрофа унесла жизни 21 человека.

Истинная причина трагедии остается неизвестной. Есть только догадки. Наиболее вероятно, что по ложной команде произошло зажигание одного из четырех стартовых ускорителей первой ступени. Именно к такому выводу пришла комиссия, изучавшая причины аварии. Кстати, в ее работе участвовали российские и украинские специалисты, которых задействовали по просьбе бразильского правительства. Но что заставило включиться двигатель, то ли ошибка обслуживающего персонала, то ли электромагнитный импульс чьего-то сотового телефона, то ли разряд атмосферного электричества, непонятно.

Отсутствие информации, что вполне естественно, породило массу догадок, предположений, версий. Так, бразильская левоцентристская газета, выходящая в Сан-Паулу, сообщила, что один из элементов, критически важных для функционирования носителя, был импортирован из России. Причем доставили его в Бразилию контрабандным путем, так как он входил в перечень оборудования двойного применения и мог быть использован, кроме космических носителей, в системе наведения межконтинентальных баллистических ракет. Газета также писала, что бразильские специалисты так и не смогли разобраться в принципах его работы и использовали этот элемент практически вслепую.

Трагедия на бразильском космодроме внесла и эту латиноамериканскую страну в перечень государств, испытавших на себе самые тяжелые последствия процесса овладения ракетной техникой. Ранее в нем находились Советский Союз, Соединенные Штаты и Китай. Теперь к ним прибавилась и Бразилия. Остальные космические державы бог пока миловал.

Последним в серии августовских инцидентов стал взрыв на околоземной орбите остатков топлива в системе обеспечения запуска (СОЗ) российской ракеты-носителя «Протон-К» за номером 349-02. Этого не ожидал никто. Мало того что обломки носителя давно уже были «позабыты, позаброшены», так и запущенные им космические аппараты – навигационные спутники «Космос-1970», «Космос-1971» и «Космос-1972» – уже отработали свое. Но вот рвануло там, где не ждали. Причем довольно сильно. На орбите возникло облако фрагментов в количестве 75 штук, которое не спеша стало снижаться под действием сил земного притяжения. Кое-какие обломки уже сгорели в атмосфере, но большинству еще придется провести в космосе не один год, мешая нормальному космоплаванию.

Точную дату происшествия установить не удалось. Полагают, что взрыв произошел где-то в конце августа. Но не так важно, когда сгинул космический блок. Важно, что ущерба он никому не причинил, и все обошлось лишь фиксацией факта.

«Уронили спутник на пол...» Происшествие, которое случилось 6 сентября 2003 года на заводе компании Lockheed Martin в Саннивэйле, штат Калифорния, можно отнести к разряду курьезных, хотя в инциденте и пострадал американский метеорологический спутник «NOAA-N». Космический аппарат упал на пол во время планового перемещения внутри заводского помещения. Причиной падения стала элементарная безалаберность технического персонала, который «положился на авось» (как нередко бывает и у нас) и не закрепил должным образом массивный аппарат.

Хорошо, что до запуска остается еще довольно много времени. В космос ему предстоит отправиться только в 2008 году. А так бы пришлось довольствоваться только тем, что уже есть на орбите. Правда, у американцев этого добра достаточно.

Носитель свою задачу не выполнил. Второй испытательный пуск китайской твердотопливной ракеты-носителя «КТ-1», предпринятый 16 сентября 2003 года, завершился тем же, что и первый, осуществленный ровно годом раньше, – полезный груз на околоземную орбиту не вышел. Правда, все ступени ракеты отработали нормально, но отделить спутник не удалось, и полет на этом закончился.

Первоначально об аварии стало известно из неофициальных источников, которые ориентировались на косвенные признаки того, что в Китае состоялся ракетный пуск. Потом эти данные подтвердила американская разведка. Ну а потом и сами китайцы официально оповестили мир, что провели «успешное» испытание нового космического носителя. О том, что во время пуска предполагался запуск спутника, они даже не удосужились сообщить. Да и чего сообщать о куске железа, который вместо космоса оказался на дне океана.

Двигатель воспламенился во время испытаний. Американская частная компания SpaceX близка к тому, чтобы стать первым негосударственным «извозчиком» космических аппаратов министерства обороны США. Ракета-носитель «Фалкон» почти готова и в ближайшее время отправится в космос с базы «Ванденберг» в Калифорнии. Этот двухступенчатый носитель сможет выводить в космос грузы весом до 500 килограммов. А стоить такой запуск будет всего 6 миллионов долларов – мелочь по сравнению с другими ракетами.

Двигатели носителя будут работать на керосине и жидком кислороде – экологически чистом топливе. Вот с этим-то агрегатом и произошла неприятность. Официально представители компании объявили об этом 14 ноября 2003 года, но указали, что двигатель был потерян при стендовых испытаниях на несколько недель раньше. По их словам, клапан подачи топлива должным образом не открылся, из-за чего жидкий кислород потек обратно в топливный инжектор и воспламенился в трубопроводе. Ну а дальше все поглотили языки пламени. Двигатель восстановлению не подлежит, а испытательный стенд нуждается в ремонте.

Тем не менее SpaceX продолжает работы, и ее руководители полны оптимизма. В этом нет ничего удивительного – спрос есть и, следовательно, будет предложение. Точнее, уже есть. Правда, осталась малость – слетать в космос.

Солнце сгубило японский спутник. Конец октября – начало ноября 2003 года стало периодом, когда взбунтовалось наше светило. По всем прогнозам, Солнце не должно было проявлять активности, но звезда неожиданно выдала серию мощнейших вспышек, одна из которых оказалась самой интенсивной за всю историю наблюдений (Х.45 – 45 баллов по шкале интенсивности явлений на Солнце). Ее последствия ощутили на себе не только люди, но и техника. В первую очередь это коснулось спутников, находившихся на околоземной орбите. Для большинства все обошлось временными перебоями в работе, но один космический аппарат все же «приказал долго жить».

Японский спутник для наблюдения за земной поверхностью «Мидори-2» был запущен в декабре 2002 года и нормально отработал на орбите десять месяцев. Однако сразу после первой мощной вспышки на Солнце поздно вечером 24 октября в работе аппарата были замечены аномалии – наземные станции слежения не смогли принять от него данные наблюдений. Вскоре выяснилось, что бортовые системы перешли в безопасный режим работы. А затем спутник вообще отказался выходить на связь с Землей. Предпринимались попытки реанимировать космический аппарат, но, судя по всему, новые вспышки на Солнце окончательно погубили «Мидори-2».

Не так часто природные факторы (метеориты, солнечное и космическое излучение и тому подобное) играли решающую роль в судьбе спутников. Но японский аппарат умудрился пополнить этот ряд.

«Мягкая» панель. Возвращение домой экипажа 7-й экспедиции на борт Международной космической станции так же не обошлось без проблем, как и посадка их предшественников. Все происходило по отработанной годами методике и не предвещало никаких бед. Впрочем, и другие неприятности случались в такие же моменты. Так что в этом нет ничего удивительного.

На Землю космонавтов должен был доставить корабль «Союз ТМА-2», полгода находившийся в составе орбитального комплекса. Еще не была проведена расстыковка, космонавты только готовились занять места в спускаемом аппарате, когда неожиданно заработали двигатели корабля и махина МКС начала разворачиваться в космическом пространстве. Так как маневр был незапланированным, то двигатели системы ориентации станции мгновенно среагировали и нейтрализовали возмущение. На это ушло 18 килограммов топлива. Вообще-то не так уж и много в абсолютных цифрах. Но учитывая мизерный грузопоток материалов и топлива, поступающих на орбиту, когда каждый грамм на счету, это кое-что.

Разворот комплекса заметили и в центрах управления полетом в Королеве и в Хьюстоне. Специалисты попытались узнать друг у друга, кто затеял это маневрирование, но потом решили отложить разборки – важнее всего было благополучно посадить «Союз ТМА-2», а не выяснять, кто прав, а кто виноват. Дальше все пошло по плану: расстыковка, краткий автономный полет, включение тормозного двигателя, сход с орбиты, посадка. Посадка прошла штатно, без проблем. Памятуя о долгих майских поисках приземлившегося спускаемого аппарата «Союз ТМА-1», следующий экипаж имел в своем распоряжении спутниковый телефон и сразу после касания поверхности дал о себе знать. Так что поиски много времени не заняли. Да и сел корабль в ожидаемом районе, а не в 500 километрах от него.

А что же с незапланированным маневром? Комиссия, расследовавшая инцидент, пришла к выводу, что включение двигателей произошло из-за случайного механического воздействия на фальшпанель пульта управления «Нептун». Во время укладки вещей в спускаемый аппарат кто-то из космонавтов случайно нажал на нее, и она прогнулась до кнопок. В результате была сформирована команда на включение двигателей корабля.

Вообще-то фалыппанель сделана из плексигласа и прогнуть ее весьма проблематично. Но то ли воздействие было достаточно мощным, то ли панель оказалась излишне мягкой, но это произошло, и слава богу, что обошлось без серьезных последствий. Теперь защиту сделают более жесткой, чтобы избежать повторения подобной ситуации.

Но нет худа без добра. Так, по крайней мере, посчитали в российском ЦУПе. Совершенная космонавтами ошибка помогла развернуть станцию в нужную сторону. Обычно перед расстыковкой ее и так разворачивают на 90 градусов, чтобы она оказалась в перпендикулярном положении к плоскости орбиты. Преждевременное включение двигателей лишь ускорило этот процесс. После того как «Союз ТМА-2» «ушел» к Земле, МКС вернули в обычное положение на орбите с помощью двигателей «Прогресса М-48» и корабля «Союз ТМА-3».

Фотопленка размоталась по орбите. Об этом инциденте очень много писали, хотя никому так и не удалось выяснить, как все было на самом деле. Да и о дате происшествия можно говорить лишь предположительно, так как российские военные, которым принадлежал спутник «Космос-2399», отрицают сам факт возникновения нештатной ситуации.

А началось все во второй половине октября, когда американские средства слежения за космическим пространством сообщили о появлении на околоземной орбите нескольких фрагментов российского разведывательного спутника. К тому времени этот фоторазведчик находился в полете уже несколько месяцев и активно работал, регулярно возвращая на Землю капсулы с отснятой пленкой. Вероятнее всего, проблемы возникли во время проведения одной из этих операций.

Как впоследствии сообщила газета «Коммерсант», из-за нештатного отделения от спутника очередной капсулы с отснятой фотопленкой она не была отстрелена, а просто вывалилась из корпуса космического аппарата. При этом фотопленка начала разматываться (ее длина составляет несколько десятков метров). Бликуя в солнечных лучах, она и была замечена с Земли.

Возможно, так и было на самом деле. Но российское Министерство обороны назвало появившиеся сообщения газетной «уткой». Пусть будет так. Но что же тогда летало по орбите?

Уничтожена по команде с Земли. Вероятно, читатели уже обратили внимание, что в 2003 году множество происшествий случилось с японскими космическими аппаратами: разбился прототип корабля многоразового использования «Хоуп-Х», вышел из строя спутник «Мидори-2». Не смогли добраться до околоземной орбиты и два разведывательных спутника, предназначенные для слежения за территорией Северной Кореи.

Старт ракеты-носителя «Н-2А» № 6 состоялся 29 ноября 2003 года с космодрома Танегасима. Ее полет продолжался всего 11 минут и закончился подрывом носителя на высоте 422 километра севернее Индонезии. Решение об уничтожении ракеты и спутников было принято после того, как не отделился один из навесных стартовых твердотопливных ускорителей. Это означало, что спутники не могли набрать нужную скорость и выйти на орбиту. Ну а раз так, то и продолжать полет было бессмысленно.

Хотя состоявшийся пуск и сопровождался беспрецедентными мерами безопасности, а подробности случившегося не оглашались, стало известно, что проблемы с носителем начались практически сразу после старта. Тогда же стало ясно, что задача полета не будет выполнена. Тем не менее миссия продолжалась еще некоторое время, может быть, в надежде, что удастся выехать на кривой. Не удалось, и в конце концов решение о подрыве было принято.

Истинную причину аварии, т.е. почему не отделился ускоритель, пока установить не удалось. И не удастся до тех пор, пока не будут подняты со дна Тихого океана обломки ракеты и спутников, где они покоятся на глубине в шесть километров. Их обязательно достанут, хотя сделать это не так уж и просто. Но, судя по всему, японцы не намерены разбрасываться секретным оборудованием и доверять тайны даже океанским глубинам. Вот тогда-то и станет ясно, почему погибла «Н-2А» № 6.

Космонавты услышали звук удара. Непонятный инцидент произошел на борту Международной космической станции 3 декабря 2003 года. Во время завтрака космонавты Александр Калери и Майкл Фоул услышали резкий, сильный металлический звук, напоминавший звук вскрываемой консервной банки. Все продолжалось не более секунды, но внесло заметную сумятицу в работу экипажа.

Об экстренной эвакуации речи не шло, но два центра управления полетом, российский и американский, в Королеве и в Хьюстоне, немедленно приступили к поискам неисправностей, которые могли стать причиной этого шума. Однако, несмотря на предпринятые усилия, что-либо выяснить не удалось. Не было обнаружено ни следов попадания какого-либо предмета в обшивку станции, ни проблем с бортовым оборудованием. Использовав видеокамеру, установленную на манипуляторе, космонавты осмотрели внешнюю поверхность комплекса, но и там не увидели каких-либо проблем.

Спустя некоторое время все успокоились. Необычный звук списали на неисправный вентилятор. Но для многих, если не большинства, происшедший инцидент стал неприятным «звоночком», своеобразным предзнаменованием грядущих проблем. В какой-то мере они оказались правы, и на долю 8-го экипажа МКС пришлось еще множество других проблем, о которых я еще успею упомянуть на страницах этой книги. Да и непонятные звуки «преследовали» экипаж практически до последнего дня их пребывания на орбите.

Она звалась «Надеждой». В июле 1998 года в Японии был осуществлен запуск автоматической межпланетной станции «Нозоми» (в переводе на русский – «Надежда»), которой в октябре следующего года предстояло выйти на сильно вытянутую орбиту вокруг Марса и провести детальное изучение марсианской атмосферы.

Проблемы с космическим аппаратом начались через полгода после старта. Выбранная схема межпланетного перелета предусматривала выполнение гравитационного маневра в поле тяготения Земли. Однако при пролете вблизи нашей планеты «Нозоми» не набрала нужной скорости, а последующая коррекция траектории лишила станцию запасов топлива, необходимых для торможения у Марса. И все-таки выход был найден. Японские специалисты разработали новую баллистическую траекторию, которая позволяла выполнить задуманное. Еще два маневра в гравитационном поле Земли, 21 декабря 2002 года и 19 июня 2003 года, вывели станцию на такую траекторию полета к Марсу, с которой она могла выйти на ареоцентрическую орбиту.

Но к тому моменту, когда начался межпланетный перелет, «Нозоми» уже была смертельно ранена. Во-первых, бортовое оборудование не рассчитывалось на столь долгий полет. А во-вторых, мощная солнечная вспышка 21 апреля 2002 года повредила распределительные устройства системы электропитания станции.

Когда аппарат находился у Земли, японским специалистам удавалось виртуозно обходить существовавшие проблемы. Но когда «Нозоми» стала все дальше и дальше удаляться от Солнца, система электропитания стала все чаще и чаще давать сбои. К тому же возникла угроза замерзания гидразина в бортовой двигательной установке. Но борьба за жизнь станции продолжалась до последнего момента. Надеялись на чудо. Но его не случилось.

Последняя попытка была предпринята 9 декабря 2003 года. Единственное, что смогли сделать – на последних каплях топлива выдать импульс, обеспечивающий пролет станции на расстоянии около тысячи километров от поверхности Марса. Спустя пять дней «Нозоми» миновала Красную планету и вышла на гелиоцентрическую орбиту с периодом обращения два года.

Конечно, этот полет нельзя признать удачным. Однако японцы приобрели опыт, которого у них не было. Да и работа со станцией продолжается. Бортовой комплект аппаратуры позволяет исследовать межзвездное магнитное поле и плазму солнечного ветра. Правда, осталась самая малость – обеспечить передачу собранных данных на Землю.

«Бигль-2» потерялся. Летом 2003 года в сторону Марса отправилась целая флотилия земных космических аппаратов. Были запущены два американских марсохода «Спирит» («Дух») и «Оппортьюнити» («Возможность»), а также европейский межпланетный зонд «Марс-Экспресс» с посадочным модулем «Бигль-2». О японской «Нозоми», которая также присоединилась к этой «армаде», речь шла выше.

Для Европейского космического агентства это была первая попытка приступить к исследованиям поверхности Марса. Программа полета предусматривала вывод орбитального модуля «Марс-Экспресс» на ареоцентрическую орбиту и посадку модуля «Бигль-2» на поверхность планеты. Свое имя этот аппарат, созданный британскими специалистами, получил в честь судна, на котором когда-то путешествовал Чарлз Дарвин и на борту которого он сформулировал знаменитую теорию эволюции видов. Дарвиновский корабль назывался «Бигль», ну а марсианский зонд, которому предстояло искать признаки жизни на Красной планете, нарекли «Бигль-2», ожидая от него таких же глобальных результатов.

В ходе всего межпланетного путешествия «Бигль-2» был закреплен на корпусе «Марс-Экспресса», а в свободное плавание отправился лишь 19 декабря, за шесть дней до предполагаемого момента посадки. Что произошло потом, покрыто тайной. Предполагалось, что зонд войдет в марсианскую атмосферу в ночь на Рождество (25 декабря), после чего произойдет его аэродинамическое торможение, раскроются парашюты, а затем надувные амортизаторы обеспечат мягкую посадку. Поступление какой-либо информации в этот период с борта «Бигля-2» не предполагалось. О том, состоялась посадка или нет, можно было узнать только спустя некоторое время, когда над станцией должен был пролететь американский зонд «Марс-Одиссей», уже два года несший вахту на ареоцентрической орбите.

Но «Бигль-2» так и не подал никаких признаков жизни. Его не услышал ни «Марс-Одиссей», ни наземные станции слежения, ни «Марс-Экспресс», который успешно вышел на орбиту вокруг Марса. Интересно отметить, что многие российские средства массовой информации утром 25 декабря поспешили оповестить мир об успешной посадке и даже о сигналах, которые поступили с поверхности Марса. Потом, конечно, эти сообщения были дезавуированы, но во всемирной сети и сегодня в архивах многих сайтов можно найти эти «победные реляции».

Ученые европейских стран не хотели верить в неудачу и упорно искали исчезнувший посадочный модуль. Выдвигались различные версии. Например, предполагалось, что «Бигль-2» сел внутри небольшого кратера, края которого не позволяют ему выйти на связь. Или что у него сели батареи и вот когда они зарядятся, то «Бигль-2» обязательно подаст «голос». Но время шло, надежды таяли, и стали выдвигаться уже другие идеи. Договорились до того, что якобы в зонд попал метеорит, который вывел из строя парашютную систему. В конце концов с потерей смирились и объявили «Бигль-2» потерянным.

Вероятнее всего, причиной аварии стал не мифический метеорит, а обычные просчеты в конструкции. Зонд просто разбился о поверхность, и, возможно, его обломки лежат на Красной планете. Ответ на загадку может когда-нибудь дать пилотируемая экспедиция на Марс, которую европейцы задумали на середину XXI века. Так что любопытствующим придется немного потерпеть.

Падение давления на МКС. Международная космическая станция почти пять лет оставалась «островком стабильности» на околоземной орбите. У многих стало складываться впечатление, что неприятности могут случиться где угодно, только не на МКС. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается.

Первый «звоночек» прозвучал в начале декабря 2003 года, когда космонавты услышали странный скрежет. Об этом я уже писал. С природой шума так до конца и не разобрались. Но так как никаких последствий не было, то о нем очень скоро позабыли. А новые проблемы не заставили себя долго ждать. То, что случилось в новогодние дни, оказалось куда опаснее, чем непонятный звук, и несло прямую угрозу для жизни членов экипажа.

Все началось 26 декабря, когда приборы зарегистрировали падение давления внутри помещений комплекса. Сначала этому не придали серьезного значения ни на Земле, ни в космосе. Может быть, не хотелось портить новогодние праздники? А может, действительно недооценили важность неожиданно возникшей проблемы. Одним словом, давление внутри станции стабилизировали и успокоились.

Но неприятность вновь дала о себе знать в новогоднюю ночь – давление внутри станции опять начало снижаться. То же самое продолжалось и в последующие дни. А через неделю информация о событиях на МКС попала на страницы газет. И вот тут-то начались настоящие проблемы. Газетчики представили все в таком свете, что впору было немедленно эвакуировать экипаж, бросив «прохудившуюся» станцию на произвол судьбы.

К счастью, до этого не дошло. Александр Кал ери и Майкл Фоул потратили немало часов, чтобы установить место утечки воздуха. В конце концов это сделать удалось. Выяснилось, что нарушилась герметичность дренажного шланга на одном из иллюминаторов в американском модуле «Дестини». Космонавты поставили на этот иллюминатор заглушку, после чего давление перестало снижаться. Газеты также успокоились, и ситуация на МКС возвратилась в нормальное русло.

Американский «Дух» на Марсе. Начало 2004 года стало поистине звездным для американского аэрокосмического агентства. В течение полутора суток (2 – 4 января) произошли два важных события, которые, без сомнения, будут занесены в анналы истории освоения космоса. Сначала межпланетный зонд «Стардаст» прошел на расстоянии 230 километров от поверхности ядра кометы Вайльд-2, а затем другой аппарат сумел благополучно доставить на поверхность Красной планеты марсоход «Спирит». В переводе на русский язык его название звучит как «Дух», что позволило острословам заговорить, что «на Марсе запахло американском «Духом».

Америка ликовала. После катастрофы «Колумбии» поводов для радости было не так уж много, поэтому двойной успех на межпланетных трассах рассматривался как хорошее предзнаменование в только что наступившем году. Совсем как у нас: «Как год встретишь, так его и проживешь». А для американцев, вынашивающих грандиозные планы возобновления полетов на Луну и организации пилотируемой экспедиции на Марс, это было важно вдвойне.

Посадка на Красную планету, если не считать мелких шероховатостей, прошла нормально. Да и не полностью сдувшийся амортизатор, который помешал марсоходу в плановые сроки покинуть посадочную платформу, нельзя считать серьезной проблемой.

Неприятность произошла чуть позже, когда аппарат уже начал двигаться по поверхности. В один из январских дней он неожиданно замолчал. Сначала потерю связи списали на ураган, который обрушился на Австралию, где расположены антенны станции дальней космической связи. Но погода на зеленом континенте улучшилась, а «Спирит» все молчал. В Лаборатории реактивного движения, в калифорнийской Пасадине, откуда управляли движением марсохода, забеспокоились всерьез. На поиски замолчавшего аппарата были брошены все силы. И уже через сутки был услышан слабый сигнал «Спирита», в котором сообщалось, что аппарат жив, но «что-то с памятью его стало».

Разобрались в происшествии достаточно быстро. Оказалось, что, отправляя марсоход в дальнюю дорогу, учли все, кроме одного – объем собираемый аппаратом информации оказался столь велик, что памяти бортового компьютера просто не хватило для ее хранения. Тут-то вычислительная машина и включила бесконечный цикл перезагрузки, который удалось прервать только вмешательством с Земли. Память компьютера почистили, ввели новую программу, и «Спирит» отправился дальше.

Его работа на Марсе принесла впечатляющие результаты, которые будут еще долго анализироваться и обсуждаться специалистами. А ведь все могло кончиться почти в самом начале. Приятно, когда приходится писать о преодолении трудностей, возникших во время космических полетов. Жаль, что это происходит не так уж и часто.

Солнечная батарея. Первый в 2004 году космический старт состоялся 11 января. В этот день с борта плавучей платформы «Одиссей», из экваториальной зоны Тихого океана, была запущена украинско-российская ракета-носитель «Зенит-3SL», с помощью которой на геостационарную орбиту был выведен бразильский телекоммуникационный спутник «Эстрела до Сал-1». Космический аппарат был изготовлен специалистами американской компании Space Systems/Loral и предназначался для предоставления услуг связи абонентам, в первую очередь в Южной Америке.

Сам старт и выведение спутника на орбиту прошли штатно, без замечаний. Проблемы начались уже в космосе. Как известно, большинство телекоммуникационных спутников имеют огромные солнечные батареи, обеспечивающие бортовое оборудование необходимым количеством электроэнергии. Не будет энергии – не будет нормальной работы космического аппарата, превращающегося в этом случае в бесполезный кусок железа. Во время запуска солнечные батареи находятся в сложенном положении внутри ракетного обтекателя, который защищает хрупкую конструкцию от стремительно набегающего воздушного потока. Развертывают их уже на орбите.

Проблемы для «Эстрела до Сал-1» начались именно в тот момент, когда предстояло раскрыть панели солнечных батарей. Первая из них развернулась нормально, а вот вторую заклинило, и она лишь слегка съехала в сторону от транспортного положения. Все попытки расклинить батарею, предпринятые из наземного Центра управления полетом, успехом не увенчались.

Истинную причину, к сожалению, установить не удалось – слишком далеко находится аппарат от поверхности Земли, чтобы «слетать и посмотреть». А все остальные предположения основывались на косвенных данных, которые нельзя считать истинными. Но было решено, что в механизм развертывания попал посторонний предмет, который и помешал выполнению запланированной операции. И хотя частично спутник можно эксплуатировать, это не совсем то, к чему стремились владельцы космического аппарата. Да и для фирмы-изготовителя возникшие проблемы стали серьезным ударом по репутации.

Умолк радиолюбительский спутник. В длинной череде неприятностей последних лет практически никто не обратил внимания на инцидент с радиолюбительским спутником АО-40. Между тем он лишний раз подтвердил расхожую истину о том, что «от неприятностей никто не застрахован». И пусть эти проблемы не столь масштабны, как в пилотируемой космонавтике или при исследовании других планет. Но когда из мелких фрагментов начинаешь складывать целостную картину, выглядит она не очень приглядно.

Созданный немецкими радиолюбителями, АО-40 был запущен в ноябре 2000 года с космодрома Куру, что во Французской Гвиане. Ракета-носитель «Ариан-5» вывела его на переходную орбиту, откуда с помощью собственного двигателя его планировалось перевести на геостационарную орбиту. Вот тут-то все и случилось. Сигнал на включение двигательной установки был отправлен в космос, после чего спутник умолк в первый раз. Как выяснилось впоследствии, на борту по неизвестной причине произошел взрыв. Однако наземные средства наблюдения установили, что аппарат цел и продолжает свое движение по околоземной орбите. Правда, эта орбита была далека от расчетной. Но лучше это, чем полная потеря спутника. Ситуация выглядела не безнадежной, и возникла надежда, что с АО-40 еще удастся поработать.

Так и получилось. В конце концов группе управления удалось взять спутник под свой контроль и «научить» его работать по новой, ограниченной программе. Использование его для нужд радиолюбительской связи началось в марте 2001 года.

Инцидент 2000 года не привлек к себе особого внимания. Тем более о взрыве знал лишь узкий круг специалистов, которые не стремились драматизировать ситуацию. Особенно через средства массовой информации.

Долгие годы АО-40 кружил над Землей, не привлекая к себе особого внимания. Вновь о нем заговорили 27 января 2004 года, когда на 1488-м витке резко упало напряжение в бортовых системах (с 27 до 14 Вт), а вслед за этим спутник замолчал. Группа управления полетом осознала, что с аппаратом творится что-то неладное, еще за несколько часов до потери связи. Специалисты обратили внимание на скачки напряжения, а потом на резкое повышение температуры (с 27 до 92 градусов), но что-либо сделать не успели. Попытки услышать спутник предпринимались еще долго, но, судя по всему, он умолк навеки.

От МКС что-то отвалилось. Непонятное происшествие случилось на околоземной орбите 6 февраля 2004 года. Во время пробного включения двигателей грузового транспортного корабля «Прогресс Ml – 11», за неделю до этого пристыкованного к модулю «Звезда», космонавты Александр Калери и Майкл Фоул заметили странный предмет длиной 21 см, неспешно удаляющийся от станции. Объект имел явно неметаллическую природу.

Что «отвалилось» от МКС, так и не удалось установить. Оптимисты посчитали это струей замерзшего топлива, вылившегося из сопла «грузовика», пессимисты – куском теплозащитного покрытия станции, утописты – очередным космическом НЛО. Ну а реалисты из подмосковного Центра управления полетом порекомендовали всем успокоиться и не пороть горячку – станции ничего не угрожает, а что там летает за бортом, не так и важно.

Спустя несколько дней ситуация повторилась. Космонавты опять заметили в иллюминаторах предметы, летевшие вблизи комплекса. На этот раз их удалось быстро идентифицировать – за «окном» пролетели фрагменты крепежа солнечных батарей «грузовика». И вновь все быстро успокоились.

Читатели могли заметить, что за время полета экипажа 8-й основной экспедиции МКС накопилось довольно много событий, которые можно истолковать по-разному. Это и какие-то странные звуки, которые слышали космонавты, и падение давления внутри комплекса, и «НЛО» вблизи станции. А еще будет рассказ о перегреве скафандра Александра Калери во время работы в открытом космосе. Может, все это и простое совпадение, а может быть, и предупреждение. Только вот о чем, пока не ясно.

Ракета повредила индийский корабль. В тот же день, когда на околоземной орбите экипаж МКС в первый раз пытался понять, что там летало за иллюминатором, на Земле, в водах Бенгальского залива, корабли военно-морских сил Индии проводили боевые стрельбы. Все шло нормально до тех пор, пока не пришел черед продемонстрировать свое мастерство морякам с фрегата «Аграй». Выпущенная с борта судна ракета с боевым зарядом неожиданно дала сбой, упала рядом с кораблем и взорвалась. По счастливой случайности обошлось без жертв. Но фрегату разворотило борт, и ему пришлось медленно, хорошо еще, что своим ходом, идти на базу и ждать ремонта.

Кому-то и этот инцидент может показаться мелким событием в сравнении с другими происшествиями. Но одна мелочь здесь, другая там. А дальше?.. Индия еще будет фигурировать в нашем рассказе, тогда и станет понятным, почему я упомянул инцидент с «Аграем».

«Безопасность-2004». В феврале 2004 года в России прошли крупномасштабные командно-штабные учения стратегических ядерных сил. Официально было сообщено, что тренировка пройдет в рамках «кампании противодействия мировому терроризму». Отсюда и название учений – «Безопасность-2004».

Однако даже непосвященному было ясно, что острие маневров направлено не против неких эфемерных террористов, а против нашего «заокеанского друга». Иначе зачем стратегам из Министерства обороны было прописывать в легенде отражение удара противника с суши, с моря, с воздуха и из космоса. Ну а кто, кроме США, может угрожать нам из космических просторов?

Почти месяц военные тренировались на картах, а к «активной» фазе с привлечением войсковых подразделений приступили лишь в середине февраля. Вечером 16 февраля в Мурманскую область прибыл президент России Владимир Путин. Прямо с аэродрома он отправился на пирс, где ступил на борт атомного ракетоносца ТК-208 «Архангельск» и ушел в глубину. Всю ночь он «скрывался» под толщей вод, а на следующее утро «вынырнул» в районе учений в Баренцевом море.

В этот день авиация и флот намеревались продемонстрировать президенту все, на что были способны: осуществить пуски из-под воды двух баллистических ракет с борта подлодки К-407 «Новомосковск», осуществить пуски двух крылатых ракет воздушного базирования с борта самолетов Ту-95МС, провести ракетные стрельбы с кораблей Северного флота. Планы по нынешним временам были грандиозные и напоминали учения советских времен.

Но не обошлось и без неприятностей.

Первый «ляп» случился уже 17 февраля. Утром Владимир Путин поднялся на мостик «Архангельска», чтобы лично наблюдать за стартом двух ракет с «Новомосковска». Но 20-минутное ожидание президента окончилось ничем, и он вновь спустился в чрево ракетоносца.

Что именно произошло на борту «Новомосковска», выяснить так и не удалось. То ли ракета не вышла из шахты, то ли автоматика остановила предстартовую подготовку, то ли стрельбы были отменены приказом... Короче, пуск так и не состоялся. Подлодку срочно вернули на базу. Сразу после швартовки на борт субмарины в большом количестве устремились технические специалисты, чтобы выяснить причины инцидента.

Ну а командование Северного флота, как это бывало уже не раз (вспомните хотя бы аварию атомохода «Курск»), поспешило заявить, что пуски были «условно-электронными», не предполагавшими реальной боевой работы. За ними якобы президент и наблюдал. Интересно, что при этом увидел Путин?

Другие пуски в тот день вроде бы прошли гладко. Две крылатые ракеты, запущенные с бомбардировщиков Ту-95МС, успешно поразили учебные цели. Пускали зенитные ракеты надводные корабли флота. Но это президенту не показали. Или он сам не захотел смотреть на военные игрища после утреннего конфуза?

Под вечер Путин сошел на берег и направился на космодром Плесецк, где и заночевал.

Ракетная программа была продолжена 18 февраля. Были запланированы четыре старта: космического носителя «Молния-М» с военным спутником связи из Плесецка, межконтинентальной баллистической ракеты «Тополь» с мобильной пусковой установки из Архангельской области, еще одной межконтинентальной баллистической ракеты PC-18 с Байконура и морской баллистической ракеты РМС-54 с борта подлодки К-18 «Карелия» с акватории Баренцева моря. Воочию президент смотрел только на запуск «Молнии». За пусками «Тополя» и PC-18 он наблюдал по телевизору. Старт ракеты с «Карелии» Путин решил «пропустить». И, как оказалось, правильно сделал.

Морякам вновь не удалось продемонстрировать президенту свою выучку. В отличие от предыдущего дня, пуск состоялся. Но радость подводников была недолгой – спустя минуту ракета начала отклоняться от курса и через 98 секунд после запуска самоликвидировалась. Как полагают, вышла из строя система управления, которая и послала ракету не туда, куда нужно. Вторую ракету, которая должна была стартовать с борта «Карелии» через семь минут после первой, решили не пускать, чтобы не усугублять ситуацию.

Все, что сказано о причинах неудачных пусков на флоте, информация неофициальная. Командование флота проинформировало общественность кратко и емко: «Разбираемся!». Вот только толкового объяснения случившемуся никто так и не услышал даже после того, как расследование инцидентов было завершено.

Президент между тем подвел итоги учений, всех похвалил и убыл в Москву. «Разбор полетов» состоялся через несколько недель, сразу после президентских выборов. Что сказал президент военным на закрытом совещании в Кремле, осталось тайной. Но, надо полагать, эти слова разительно отличались от тех, которые звучали на публике.

А экипаж «Новомосковска» реабилитировал себя ровно через месяц после несостоявшихся пусков. Две ракеты, запущенные с трехчасовым интервалом, успешно поразили цели на полигоне Кура на Камчатке.

Взрыв в Космическом центре Сатиша Давана. Февраль 2004 года стал не самым удачным месяцем для индийских ракетчиков. Об инциденте с боевой ракетой я уже упоминал. Тогда все закончилось без человеческих жертв, более или менее благополучно. А вот то, что случилось 23 февраля в одном из цехов Космического центра имени Сатиша Давана, стало настоящей трагедией.

Этот центр, расположенный на острове Шрихарихота, является основной базой индийских ученых и конструкторов, занятых в космической программе Индии. Там изготовляются и ракеты, и двигатели, и топливо для них, и космические аппараты. Да и многое другое.

Трагедия произошла в цехе, где производились компоненты твердого топлива. В корпусе было немноголюдно – лишь несколько техников да поставщиков оборудования. Отчего произошел взрыв, вероятнее всего, останется неизвестным. Те, кто находился в эпицентре и мог что-либо рассказать, погибли мгновенно. Их было шестеро, кому выпала страшная доля. Еще трое были неподалеку и выжили, но прояснить ситуацию они не могли. Самое простое – списать все на человеческий фактор. Вероятно, так и будет сделано.

Взрыв вызвал пожар, который удалось обуздать с большим трудом. Производственному корпусу был нанесен значительный ущерб. И хотя руководители Индийской организации космических исследований поспешили объявить, что взрыв не повлияет на выполнение космической программы и пуски ракет будут продолжены, это не совсем так. Для тех, кто придет на место очередных «жертв космонавтики», последствия будут. Пусть не физические, а моральные, но будут.

Скафандр перегрелся. Всего 3 часа 55 минут, а не 5 часов 25 минут, как планировалось, провели в ночь с 26 на 27 февраля 2004 года в открытом космосе космонавты Александр Калери и Майкл Фоул. Причиной их досрочного возвращения на борт Международной космической станции стали проблемы со скафандром у российского космонавта – температура внутри стала стремительно повышаться, и никакими силами этот процесс остановить не удавалось. Произошло это из-за пережатой трубки системы водяного охлаждения скафандра. Но не исключено, что проблема в «старости» облачения космонавта. Скафандр был изготовлен почти четыре года назад, и пришла пора его списывать. До этого происшествия ни один российский скафандр не служил так долго. Ведь у всякого оборудования есть предел прочности.

Несмотря на то что выход был прекращен досрочно, космонавтам удалось почти полностью выполнить запланированную программу работ. Ну а что не успели доделать Калери и Фоул, сделают их сменщики, которые в настоящий момент работают на орбите.

Заключение

Да, ракетная и космическая техника до сих пор доставляет массу неприятностей своим создателям. И хотя внимание автора привлек довольно большой период времени, это не все, о чем хотелось бы и пришлось рассказать.

Во-первых, еще не все известно и не все описано. Белых пятен, к счастью, остается все меньше и меньше. И все же... Хотелось написать обо всем, но сил на это, увы, не хватило. Если будет возможность, я обязательно вернусь к этой теме.

Во-вторых, полеты в космос продолжаются, и драматические сюжеты рождаются чуть ли не ежедневно. И нельзя рассчитывать, что в будущем все будет происходить гладко. Космос, к сожалению, еще не раз преподнесет нам неприятные сюрпризы. Хочется, конечно, чтобы их было как можно меньше. Но будем реалистами. И оптимистами. Иначе не стоило в свое время ввязываться в то, что называется освоением космического пространства.

Приложение

Хроника аварий и катастроф ракетной и космической техники[2]

Около 1500 г.

Согласно легенде, во время попытки полета на ракетах погиб китайский ученый Ван Гу. Устройство, которое должно было поднять его в небо, представляло собой кресло с 47 закрепленными в основании ракетами. Во время их зажигания произошел взрыв, который уничтожил и конструкцию, и пилота.

11.04.1928

На автодроме немецкой компании «Опель» в Рюссельгейме, Германия, во время испытательного заезда ракетного автомобиля «Опель-Рак-1» конструкции Валье – Опеля – Зандера произошел взрыв в двигательной установке. Пилота от гибели, а машину от разрушения спасло специально разработанное для подобных ситуаций устройство.

21.05.1928

На автомобильном поле «Авус» в Берлине, Германия, во время испытательного заезда ракетного автомобиля «Опель-Рак-2» конструкции Валье – Опеля – Зандера произошел небольшой взрыв в двигательной установке. Причина – дефект в системе зажигания.

9-11.06.1928

На склоне горы Вассеркуппе, Западная Германия, неудачей завершилась серия опытов с моделями ракетных самолетов конструкции Валье. Несмотря на все усилия конструкторов, так и не удалось обеспечить устойчивый полет летательных аппаратов.

11.06.1928

В районе горы Вассеркуппе прошли испытательные полеты ракетного самолета конструкции Опеля – Задлера. Во время второго полета, вскоре после того как планер поднялся в воздух, взорвалась одна из ракет ускорителя. Горящий порох тут же поджег машину, но пилоту удалось сбить пламя резким маневром и посадить машину. Сразу после посадки загорелась, но, к счастью, не взорвалась вторая ракета ускорителя. Планер был почти полностью уничтожен.

23.06.1928

На участке железнодорожного пути Ганновер – Целле, Германия, произошла авария во время испытательного заезда ракетной дрезины «Опель-Рак-3» конструкции Зандера – Опеля – дрезина сошла с рельсов и была разрушена, ракеты из двигательной установки с воем разлетелись в разные стороны, а некоторые из них взорвались. Причина – достигнуто слишком большое ускорение, на которое дрезина не была рассчитана.

18.07.1928

Американцу Роберту Годдарду не удалось осуществить пуск сконструированной им ракеты «Годдард-3» – двигатель не смог развить необходимой тяги, и ракета не сошла с пусковой установки в районе города Обурн в штате Массачусетс.

26.07.1928

На фабричном подъездном пути «Айсфельд» близ Берлина, Германия, произошла авария во время испытаний ракетной дрезины «Айсфельд-Валье-Рак-1» конструкции Валье. При зажигании последней группы ракет в двигательной установке произошло нерасчетное ускорение дрезины, в результате чего она сошла с рельсов и разлетелась на куски.

04.08.1928

На участке железнодорожного пути Ганновер – Целле произошла авария во время испытательного заезда ракетной дрезины «Опель-Рак-4» конструкции Зандера – Опеля – сразу после зажигания одна из ракет взорвалась, и ее осколок замкнул систему воспламенения, заставив все оставшиеся ракеты сработать одновременно. В результате дрезина была полностью разрушена.

15.09.1928

Неудачей завершилось испытание близ Бланкенбурга, Германия, ракетной дрезины «Айсфельд-Валье-Рак-2» конструкции Валье. Включенная в двигательную установку 50-миллиметровая ракета тягой в 120 килограммов продавила свое гнездо, не рассчитанное на такую тягу, проскочила вперед, ударилась в сиденье водителя и взорвалась. К счастью, в водительском кресле находился мешок с песком в качестве балласта, поэтому обошлось без жертв.

29.09.1928

Американцу Роберту Годдарду вновь не удалось осуществить пуск сконструированной им ракеты «Годдард-3» – как и в первый раз, двигатель не смог развить необходимой тяги, и ракета не сошла с пусковой установки в районе города Обурн.

30.09.1928

Не без проблем прошли первые испытательные полеты немецкого ракетного самолета конструкции Хетри – Задлера – Опеля. Во время первых двух попыток не удалось развить достаточной тяги, чтобы поднять машину в воздух. Взлететь удалось только на третьей попытке, но налетевший шквал ветра вынудил пилота совершить вынужденную посадку. При этом из-за высокой посадочной скорости лыжу срезало вместе с дном фюзеляжа, в результате чего пилот повис на ремнях.

03.10.1928

Неудачей завершилось испытание близ Бланкенбурга, Германия, ракетной дрезины «Айсфельд-Валье-Рак-2» конструкции Валье – при использовании полного заряда, состоявшего из 36 ракет с медными гильзами, все колеса дрезины отломились, не выдержав нагрузки.

10.10.1928

Третья попытка запуска американцем Робертом Годдардом ракеты собственной конструкции «Годдард-3» завершилась неудачей. Как и во время первых двух попыток, двигатель не смог развить требуемой тяги, и ракета осталась на пусковой установке в районе города Обурн.

20.10.1928

Новая попытка запуска американцем Робертом Годдардом ракеты собственной конструкции «Годдард-3» закончилась тем же, что и три предыдущие – двигатель не смог развить требуемой тяги, и ракета осталась на пусковой установке в районе города Обурн.

28.10.1928

На склоне горы Вассеркуппе неудачей завершилась серия опытов с моделями ракетных самолетов конструкции Валье. Как и во время предыдущей серии пусков, конструкторам не удалось обеспечить устойчивый полет моделей.

Октябрь 1928 г.

Неудачей завершилась на нью-йоркском велодроме попытка американца Джорджа Уайта совершить поездку на ракетном велосипеде. Заряд в двигателе взорвался еще на старте, в результате чего ранения получили несколько находившихся поблизости фоторепортеров.

03.02.1929

Во время заезда по льду озера Эйбзее, Германия, ракетных саней «Валье-Рак-Боб-1» конструкции Валье произошел взрыв одной из ракет двигательной установки, что вызвало преждевременное воспламенение всех остальных ракет и не позволило аппарату достигнуть расчетной скорости.

09.02.1929

Во время заезда по льду озера Штарнбергерзее, Германия, ракетные сани «Валье-Рак-Боб-2» конструкции Валье развили скорость в 400 км/ч, но потеряли управление и на полном ходу врезались в берег. Обошлось без жертв, так как испытания происходили в беспилотном варианте, но сама конструкция была значительно повреждена.

17.05.1930

В Берлине при испытании жидкостного ракетного двигателя конструкции Валье, установленного на автомобиле «Валье-Гейланд-Рак Мотор», произошел взрыв. Осколок двигателя рассек аорту Максу Валье, и он скончался до того, как ему успели оказать медицинскую помощь.

17.08.1932

Швейцарские воздухоплаватели Огюст Пикар и Макс Козине установили рекорд высоты, поднявшись на воздушном шаре на 16 916 метров. При спуске произошло нарушение герметичности кабины, разбился аппарат со сжатым воздухом, сломался ртутный барометр. Дотянуть до Земли удалось на последнем баллоне с жидким кислородом.

30.01.1934

Во время полета советского стратостата «Осоавиахим-1» из-за оледенения произошел обрыв гондолы с экипажем, которая с большой высоты упала на землю. В результате аварии погибли Павел Федосеенко, Андрей Васенко и Илья Усыскин.

04.12.1937

Неудачей завершился первый испытательный запуск с позиции на острове Грюствальд, Германия, баллистической ракеты «А-3» конструкции Вернера фон Брауна. Через 3 секунды после старта произошло неожиданное раскрытие парашюта, а еще 3,5 секунды спустя произошло выключение двигателя. Ракета упала в 300 м от места старта.

06.12.1937

Аварией завершился второй испытательный пуск с позиции на острове Грюствальд баллистической ракеты «А-3». Как и во время первого пуска, двигатель вышел из строя вскоре после старта.

08.12.1937

Третий испытательный пуск с позиции на острове Грюствальд баллистической ракеты «А-3» завершился, как и два предыдущих, аварией. И вновь причиной стал двигатель.

11.12.1937

Аварией закончился четвертый испытательный пуск с позиции на острове Грюствальд баллистической ракеты А-3. Как и в предыдущих случаях, подвел двигатель. Ракета упала и затонула в водах Балтийского моря.

13.06.1942

Испытательный пуск с полигона Пенемюнде, Германия, баллистической ракеты «V-2» конструкции Вернера фон Брауна завершился аварией. Ракета упала в море на удалении около 1 километра от места старта.

16.08.1942

Очередной испытательный пуск с полигона Пенемюнде баллистической ракеты «V-2» завершился очередной аварией. Ракета находилась в полете всего 45 секунд и упала на удалении более 8 километров от места старта.

28.11.1942

С полигона Пенемюнде осуществлен очередной пуск баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета упала в 8 километрах от места старта.

12.12.1942

С полигона Пенемюнде осуществлен очередной пуск баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета взорвалась через 4 секунды после старта.

07.01.1943

С полигона Пенемюнде предпринята попытка очередного пуска баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета взорвалась на стартовой позиции.

19.02.1943

С полигона Пенемюнде осуществлен очередной пуск баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета взорвалась через 18 секунд после старта.

18.03.1943

С полигона Пенемюнде осуществлен очередной пуск баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета взорвалась через 33 секунды после старта.

25.03.1943

С полигона Пенемюнде осуществлен очередной пуск баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета взорвалась через 28 секунд после старта.

27.03.1943

На аэродроме Билимбай, Свердловская область, СССР, потерпел аварию экспериментальный ракетный самолет «БИ-1». В катастрофе погиб летчик-испытатель Григорий Бахчиванджи.

26.05.1943

С полигона Пенемюнде осуществлен очередной пуск баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета взорвалась через 40 секунд после старта.

29.06.1943

С полигона Пенемюнде осуществлен очередной пуск баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета взорвалась через 15 секунд после старта.

01.07.1943

С полигона Пенемюнде осуществлен очередной пуск баллистической ракеты «V-2». Пуск аварийный – ракета взорвалась через 4 секунды после старта.

09.07.1943

Авариями завершились два испытательных пуска баллистических ракет «V-2», осуществленных в тот день с полигона Пенемюнде. Обе ракеты взорвались на первых секундах полета.

27.01.1944

На полигоне Пенемюнде аварией завершился очередной испытательный пуск баллистической ракеты «V-2».

29.01.1944

На полигоне Пенемюнде аварией завершился очередной испытательный пуск баллистической ракеты «V-2».

01.07.1944

На полигоне Пенемюнде аварией завершился очередной испытательный пуск баллистической ракеты «V-2».

04.10.1945

Аварией завершился пуск с полигона Кунксхафен, Германия, трофейной баллистической ракеты «V-2», предпринятый английскими оккупационными войсками в рамках операции «Бэкфайер». Ракета смогла достичь высоты 20 километров, после чего произошло выключение двигателей, и она упала в море.

16.04.1946

Неудачей завершился первый испытательный пуск трофейной немецкой ракеты «Фау-2» с территории США. На стартовавшей с ракетного полигона Уайт-Сэндс в штате Нью-Мексико ракете произошло преждевременное отключение двигателя, в результате чего максимальная высота подъема составила лишь 8 километров.

19.07.1946

Аварией завершился пуск с ракетного полигона Уайт-Сэндс трофейной баллистической ракеты «V-2». Ракета поднялась на высоту 4 километра, после чего взорвалась.

15.08.1946

Аварией завершился очередной пуск с ракетного полигона Уайт-Сэндс трофейной немецкой ракеты «Фау-2» – ракета взорвалась на высоте 3 километра.

22.08.1946

С полигона Уайт-Сэндс предпринята попытка пуска трофейной баллистической ракеты «V-2». Пуск неудачный – ракета взорвалась сразу после старта.

07.11.1946

Аварией сразу после отрыва от стартового стола завершился очередной пуск с ракетного полигона Уайт-Сэндс трофейной немецкой ракеты «Фау-2».

06.09.1947

С борта американского авианосца «Мидуэй», находившегося в Тихом океане, осуществлен пуск трофейной баллистической ракеты «V-2». Пуск неудачный – ракета взорвалась на высоте один километр и упала в воду на удалении 10 километров от корабля.

20.10.1947

В 08:14 UTC с ракетного полигона Капустин Яр, Астраханская область, СССР, осуществлен пуск баллистической ракеты «А-4», сер. № 04Т. В целом полет прошел нормально, но ракета сильно уклонилась влево и упала на дистанции 231,4 километров, уйдя влево от директрисы на 181 километр.

21.10.1947

На ракетном полигоне Капустин Яр при заправке баллистической ракеты «А-4», сер. № 08Т, на старте было обнаружено протекание спирта внутрь хвостового отсека через трубку, предназначенную для регистратора давлений «Мессины-1». Трубку после снятия прибора забыли заглушить. Для просушки стабилизатора ракету сняли с пускового стола и отправили на техническую позицию.

22.10.1947

На ракетном полигоне Капустин Яр при проведении огневых испытаний баллистической ракеты «А-4», сер. № 11Н, пять попыток запуска двигателя успехом не увенчались – не срабатывала главная ступень.

23.10.1947

В 14:05 UTC с ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск баллистической ракеты «А-4», сер. № 08Т. Вскоре после взлета ракета вошла в облака и скрылась из виду. Падение ракеты было обнаружено спустя несколько дней, в 29,4 километра от старта вправо на расстоянии 3,9 километрах от директрисы. Ракета упала плашмя, потеряв три стабилизатора еще в воздухе.

24.10.1947

На ракетном полигоне Капустин Яр вновь была предпринята попытка проведения огневых испытаний баллистической ракеты «А-4», сер. № ПН, как и в первый раз закончившаяся неудачей. Срабатывало зажигание и предварительная ступень, но главная ступень двигателя не включалась.

25.10.1947

На ракетном полигоне Капустин Яр при подготовке к пуску баллистической ракеты «А-4», сер. № 09Т, подломилась ножка пускового стола. Ракета сильно качнулась и, опершись о площадку лафета, задержалась в накрененном положении. Во время слива компонентов лопнул воздушный трубопровод и в камеру сгорания потек жидкий кислород.

31.10.1947

В 13:41 UTC с ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск баллистической ракеты «А-4», сер. № 06Т. Вскоре после отрыва от пускового стола ракета стала вращаться вокруг продольной оси. Вращение ракеты сопровождалось колебаниями, и в таком состоянии ракета скрылась в облаках. Падение ракеты из облаков происходило в горизонтальном положении с оторвавшимися стабилизаторами. Ракета упала плашмя в 2 километрах от старта.

03.11.1947

В 12:05 UTC с ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск баллистической ракеты «А-4», сер. № ЗОН. Вскоре после старта ракета стала уходить влево, затем вращаться вокруг продольной оси, потом у нее оборвались стабилизаторы, и она, воспламенившись, стала плашмя падать на землю. Падение ракеты произошло на расстоянии 2,3 километра от старта.

04.11.1947

На ракетном полигоне Капустин Яр при подготовке к старту баллистической ракеты «А-4», сер. № 07Т, был обнаружен запах горения кабельной сети ракеты. Ракета была снята со старта и направлена на доработку.

10.11.1947

В 09:12 UTC на ракетном полигоне Капустин Яр предпринята попытка пуска баллистической ракеты «А-4», сер. № 21Н. Однако при включении предварительной ступени хлопком вышибло зажигательное устройство из камеры сгорания и повредило при этом графитовый руль, который пришлось заменять новым.

10.11.1947

В 09:39 UTC с ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск баллистической ракеты «А-4», сер. № 21Н. Ракета после крутого подъема стала заметно уклоняться вправо и упала на расстоянии 24,4 километра от старта, на расстоянии 18,2 километра от трассы.

11.06.1948

С ракетного полигона Уайт-Сэндс осуществлен испытательный пуск трофейной немецкой ракеты «Фау-2» с обезьяной Альберт I на борту. Из-за неожиданной разгерметизации кабины на большой высоте подопытное существо погибло от удушья.

19.08.1948

С полигона Уайт-Сэндс осуществлен пуск баллистической ракеты «Бампер-2». Пуск неудачный – авария 1-й ступени ракеты.

30.09.1948

С полигона Уайт-Сэндс осуществлен пуск баллистической ракеты «Бампер-3». Пуск неудачный – авария ракеты в момент разделения 1-й и 2-й ступеней.

01.11.1948

С полигона Уайт-Сэндс осуществлен пуск баллистической ракеты «Бампер-4». Пуск неудачный – авария 1-й ступени ракеты.

22.04.1949

С полигона Уайт-Сэндс осуществлен пуск баллистической ракеты «Бампер-6». Пуск неудачный – авария 1-й ступени ракеты.

14.06.1949

С ракетного полигона Уайт-Сэндс осуществлен испытательный пуск трофейной немецкой ракеты «Фау-2» с обезьяной Альберт II на борту. Полет прошел нормально, но подопытное существо погибло при приземлении.

16.09.1949

С ракетного полигона Уайт-Сэндс осуществлен испытательный пуск трофейной немецкой ракеты «Фау-2» с обезьяной Альберт III на борту. Полет прошел нормально, но подопытное существо погибло при приземлении.

26.10.1950

Во время очередного пуска с ракетного полигона Уайт-Сэндс трофейной немецкой ракеты «Фау-2» произошло преждевременное отключение двигателя, что позволило ракете достигнуть высоты лишь 8 километров.

18.01.1951

Во время очередного пуска с ракетного полигона Уайт-Сэндс трофейной немецкой ракеты «Фау-2» произошло преждевременное отключение двигателя, что позволило ракете достигнуть высоты лишь 2 километра.

19.03.1951

Во время очередного пуска с ракетного полигона Уайт-Сэндс трофейной немецкой ракеты «Фау-2» произошло преждевременное отключение двигателя, что позволило ракете достигнуть высоты лишь 3 километра.

14.06.1951

С полигона Уайт-Сэндс предпринята попытка пуска трофейной баллистической ракеты «V-2». Пуск неудачный – ракета взорвалась сразу после старта.

29.07.1951

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-1Б», в головной части которой находился контейнер с собаками Лиса и Дезик. Из-за нарушения герметичности кабины обе собаки погибли.

28.08.1951

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-1В», в головной части которой находился контейнер с собаками Мишка и Чижик. Из-за нарушения герметичности кабины обе собаки погибли.

19.09.1952

Во время очередного пуска с ракетного полигона Уайт-Сэндс трофейной немецкой ракеты «Фау-2» произошло преждевременное отключение двигателя, что позволило ракете достигнуть высоты лишь 7 километров.

02.07.1954

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-1Д», в головной части которой находился контейнер с собаками Дымка и Мишка. Из-за нарушения герметичности кабины Мишка погиб.

07.07.1954

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-1Д», в головной части которой находился контейнер с собаками Рыжик и Дамка. Из-за нарушения герметичности кабины Рыжик погиб.

05.02.1955

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-1Е», в головной части которой находился контейнер с собаками Лиса и Бульба. Из-за нарушения герметичности кабины обе собаки погибли.

25.06.1955

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-2А», в головной части которой находился контейнер с собаками Рита и Лиса-2. Из-за нарушения герметичности кабины Рита погибла.

15.05.1957

В 16:01 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там (будущий Байконур; в хронике используются оба названия), Казахстан, осуществлен первый пуск советской баллистической ракеты «Р-7». Пуск закончился катастрофой. Еще до отрыва ракеты от стартового стола в хвостовом отсеке начался пожар, причиной которого стала потеря герметичности в магистрали подачи керосина в двигатель. Тем не менее до 98-й секунды продолжался управляемый полет. Затем усилившийся пожар привел к резкому снижению тяги двигателя блока Д, и без команды произошло его отделение. Все остальные двигатели продолжали работать. Рулевое управление не справилось с возникшим возмущением, и на 103-й секунде прошла команда на аварийное выключение двигателей. Полет был прерван, и ракета упала на Землю. Если бы двигатели смогли проработать еще 5 – 10 секунд, то прошла бы команда на разделение ступеней и вторая ступень могла бы продолжить полет.

24.05.1957

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-2», в головной части которой находился контейнер с собаками Рыжая и Джойна. Из-за нарушения герметичности кабины обе собаки погибли. Происшедшая авария впоследствии породила многочисленные слухи о неудавшейся попытке пилотируемого полета по баллистической траектории. Называлось даже имя космонавта, якобы ставшего «жертвой космоса», – Алексей Дедовский.

10.06.1957

На 1-й площадке полигона Тюра-Там предприняты три попытки пуска советской баллистической ракеты «Р-7». Во время первых двух не открывался один из клапанов двигателя, и после команды «Пуск» происходило автоматическое отключение последовательности предстартовых операций. При третьей попытке, когда первоначальная неисправность была устранена и клапан в двигателе открылся, последовательность предстартовых операций была прервана из-за сбоя в системе управления. Ракета была снята со стартового стола и отправлена на техническую позицию.

12.07.1957

В 12:53 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там осуществлен пуск советской баллистической ракеты «Р-7». Пуск закончился катастрофой. На 38-й секунде из-за неполадок в системе управления возникло вращение вдоль продольной оси и произошло разрушение «пакета». Полет был прерван, и ракета взорвалась.

01.08.1957

На полигоне Владимировка, Волгоградская обл., СССР, предпринята попытка пуска экспериментальной советской межконтинентальной крылатой ракеты «Буря», сер. № 2/1. Целью испытаний была проверка работы ускорителя 1-й ступени. Автоматизированная система управления пуском отключила двигатель после выдачи команды «Зажигание» из-за неполадок в электронной схеме одного из двигателей. Ракета осталась на стартовом столе. Ускорители были демонтированы, проверены и вновь собраны.

21.08.1957

В 12:25 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там осуществлен первый успешный пуск советской баллистической ракеты «Р-7». Программу полета полностью выполнить не удалось – не удалось доставить на полигон на полуострове Камчатка макет головной части ракеты. Никаких ее следов на поверхности Земли обнаружено не было. Как полагают, при входе в атмосферу произошло разрушение головной части, а ее обломки сгорели в плотных слоях.

01.09.1957

С полигона Владимировка осуществлен первый испытательный пуск советской межконтинентальной крылатой ракеты «Буря», сер. № 2/1. При старте произошел преждевременный сброс газовых рулей, ракета через несколько секунд упала и взорвалась.

07.09.1957

В 11:39 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там осуществлен второй успешный пуск советской баллистической ракеты «Р-7». Как и при предыдущем пуске, при входе головной части в атмосферу произошло ее разрушение. Но все же осколки дошли до Земли, и их удалось частично найти. Во время полета был зарегистрирован выход из строя системы наддува баков из-за повреждения магистрали жидкого азота, однако эта неисправность не повлияла на ход полета.

30.10.1957

С полигона Владимировка осуществлен испытательный пуск советской межконтинентальной крылатой ракеты «Буря», сер. № 2/3. Пуск закончился аварией после 30 секунд полета.

06.12.1957

В 16:44:35 UTC с 18-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Авангард», которая должна была вывести в космос первый американский искусственный спутник Земли. Пуск закончился аварией на 2-й секунде полета. Были повреждены стартовые сооружения.

05.02.1958

В 07:33 UTC с 18-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Авангард», которая должна была вывести на околоземную орбиту небольшой научно-исследовательский спутник. Пуск закончился аварией после 57 секунд полета.

21.02.1958

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-5А», в головной части которой находился контейнер с собаками Пальма и Пушок. Из-за нарушения герметичности кабины обе собаки погибли. Гибель собак впоследствии породила многочисленные слухи о неудавшейся попытке пилотируемого полета по баллистической траектории. Имя космонавта, якобы ставшего «жертвой космоса», – Терентий Шиборин.

05.03.1958

В 18:27:57 UTC с 26-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Юпитер-С», которая должна была вывести в космос научно-исследовательский спутник «Эксплорер-2». Пуск закончился аварией носителя на участке работы 4-й ступени.

21.03.1958

С полигона Владимировка осуществлен испытательный пуск советской межконтинентальной крылатой ракеты «Буря», сер. № 2/2. Основной задачей полета являлась проверка работы 1-й ступени ракеты (вторая ступень представляла собой габаритно-весовой макет). Плановая длительность полета составляла 96 секунд, но продолжался он всего 63 секунды. Незадолго до этого начались вибрации корпуса ракеты, и произошло ее разрушение.

27.04.1958

В 09:01 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там осуществлен пуск ракеты-носителя «Спутник», которая должна была вывести на околоземную орбиту третий советский ИСЗ («Д-1» № 1). Едва оторвавшись от стартового стола, РН пошла кувырком, упала на землю и взорвалась.

29.04.1958

В 02:53 UTC с 18-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Авангард», которая должна была вывести на околоземную орбиту небольшой научно-исследовательский спутник. Пуск закончился аварией на участке работы 3-й ступени.

28.05.1958

В 03:46:20 UTC с 18-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Авангард», которая должна была вывести на околоземную орбиту небольшой научно-исследовательский спутник. Пуск закончился аварией на участке работы 3-й ступени.

11.06.1958

На полигоне Владимировка предпринята попытка пуска советской межконтинентальной крылатой ракеты «Буря», сер. № 3/1. В последний момент запуск был отменен из-за проблем, возникших в двигательной установке.

26.06.1958

В 05:00:52 UTC с 18-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Авангард», которая должна была вывести на околоземную орбиту небольшой научно-исследовательский спутник. Пуск закончился аварией на участке выведения.

25.07.1958

Неудачей завершилась попытка запуска небольшого искусственного спутника Земли «NOTSNIC» с борта истребителя ВВС США «F-4D» над акваторией Тихого океана. Ракета-носитель взорвалась спустя несколько секунд после отделения от самолета.

12.08.1958

Неудачей завершилась очередная попытка запуска небольшого искусственного спутника Земли «NOTSNIC» с борта истребителя ВВС США «F-4D» над акваторией Тихого океана. Авария произошла из-за воспламенения двигательной установки ракеты-носителя.

17.08.1958

В 12:18 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Абле-1», которая должна была вывести на траекторию полета к Луне автоматическую станцию типа «Пионер». Авария ракеты на 17-й секунде полета. Вероятная причина – прорыв трубопровода в двигателе 1-й ступени.

22.08.1958

Неудачей завершилась очередная попытка запуска небольшого искусственного спутника Земли «NOTSNIC» с борта истребителя ВВС США «F-4D» над акваторией Тихого океана. Авария ракеты на первых секундах полета.

24.08.1958

В 06:17:22 UTC с 5-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Юпитер-С», которая должна была вывести на околоземную орбиту научно-исследовательский спутник типа «Эксплорер». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

25.08.1958

Неудачей завершилась очередная попытка запуска небольшого искусственного спутника Земли «NOTSNIC» с борта истребителя ВВС США «F-4D» над акваторией Тихого океана. Авария ракеты через 3,75 секунды после старта.

26.08.1958

Неудачей завершилась очередная попытка запуска небольшого искусственного спутника Земли «NOTSNIC» с борта истребителя ВВС США «F-4D» над акваторией Тихого океана. После сброса ракеты не произошло воспламенение двигателя, и ракета упала в океан.

28.08.1958

Неудачей завершилась очередная попытка запуска небольшого искусственного спутника Земли «NOTSNIC» с борта истребителя ВВС США «F-4D» над акваторией Тихого океана. Как и во время всех предыдущих пусков, ракета потерпела катастрофу через несколько секунд после старта.

23.09.1958

В 09:03:23 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там предпринята первая попытка пуска советской автоматической станции «У-1» № 1 в сторону Луны. Ракета-носитель «Восток-Л» потерпела аварию вскоре после старта и взорвалась. Программа полета предусматривала попадание станции в видимый диск Луны.

26.09.1958

В 15:38 UTC с 18-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Авангард», которая должна была вывести на околоземную орбиту небольшой искусственный спутник Земли. Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 2-й ступени.

11.10.1958

Неудачей завершилась попытка запуска американской межпланетной станции «Пионер-1» к Луне. Из-за недостаточной скорости, сообщенной аппарату ракетой-носителем, он сошел с орбиты и затонул в водах Тихого океана. Максимальное удаление от поверхности Земли составило более 113 тысяч километров.

11.10.1958

В 23:41:58 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там предпринята попытка пуска советской автоматической станции «У-1» № 2 в сторону Луны. Как и в предыдущем случае, ракета-носитель «Восток-Л» потерпела аварию вскоре после старта и взорвалась после 104 секунд полета. Программа полета предусматривала попадание станции в видимый диск Луны.

23.10.1958

В 03:21:04 UTC с 5-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Юпитер-С», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник «Бикон-1». Пуск неудачный – носитель потерпел аварию после 149 секунд полета.

31.10.1958

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской геофизической ракеты типа «Р-5А», в головной части которой находился контейнер с собаками Жульба и Кнопка. На участке спуска отказал парашют, и обе собаки погибли. Происшедшая авария впоследствии породила многочисленные слухи о неудавшейся попытке пилотируемого полета по баллистической траектории. Имя космонавта, якобы ставшего «жертвой космоса», – Андрей Митков.

08.11.1958

В 07:30 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор-Абле-1», которая должна была вывести на траекторию полета к Луне американскую межпланетную станцию «Пионер-2». Пуск неудачный – носитель потерпел аварию на участке работы 3-й ступени.

04.12.1958

В 18:18:44 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там предпринята попытка пуска советской автоматической станции «У-1» № 3 в сторону Луны. Ракета-носитель «Восток-Л», как и в двух предыдущих случаях, потерпела аварию на участке выведения и взорвалась на 245-й секунде полета. Программа полета предусматривала попадание станции в видимый диск Луны.

06.12.1958

Неудачей завершилась попытка запуска американской межпланетной станции «Пионер-3» к Луне. Из-за недостаточной скорости, сообщенной аппарату ракетой-носителем, он сошел с орбиты и затонул в водах Тихого океана. Максимальное удаление от поверхности Земли составило более 102 тысяч километров.

04.01.1959

Советская автоматическая станция «Луна-1», основной задачей которой было попадание в видимый диск Луны, прошла на удалении около 6 тысяч километров от поверхности нашего естественного спутника. Причиной неудачи стала радиосистема управления, которая не выдала команду на выключение двигателя ракеты в расчетное время. В результате ракета получила дополнительное приращение скорости и прошла мимо Луны. Официально неудача не была признана, а было объявлено о появлении «новой планеты» Солнечной системы с романтичным названием «Мечта». При расследовании выяснилось, что антенна радиопеленгатора наземного пункта управления ошибочно была выставлена не по главному лепестку диаграммы направленности, а по одному из боковых, что и стало причиной неудачи.

14.04.1959

В 02:49:46 UTC с 18-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Авангард», которая должна была вывести на околоземную орбиту небольшой научно-исследовательский спутник. Пуск неудачный – ракета потерпела аварию в момент отделения 2-й ступени.

03.06.1959

В 20:09:20 UTC с Базы ВВС США Ванденберг, штат Калифорния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-А», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-3». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы ступени «Аджена-А».

18.06.1959

В 08:06:59 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там предпринята попытка пуска советской автоматической станции «У-1» № 5 в сторону Луны. Ракета-носитель «Восток-Л» вновь потерпела аварию на участке выведения и взорвалась на 153-й секунде полета. Программа полета предусматривала попадание станции в видимый диск Луны.

22.06.1959

В 20:16:09 UTC с 18-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Авангард», которая должна была вывести на околоземную орбиту небольшой научно-исследовательский спутник. Пуск неудачный. Причина аварии носителя не установлена.

25.06.1959

В 22:47:45 UTC с базы ВВС США «Ванденберг», штат Калифорния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-А», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-4». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы ступени «Аджена-А».

16.07.1959

В 17:37:03 UTC с 5-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Юнона-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту научно-исследовательский спутник типа «Эксплорер». Пуск неудачный – носитель взорвался через 5,5 секунды после старта.

15.08.1959

В 00:31 UTC с 26-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Юнона-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник «Бикон-2». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 1-й ступени.

15.08.1959

Неудачей завершилась попытка возвращения на Землю спускаемой капсулы с отснятой фотопленкой SRV-111с американского разведывательного спутника «Дисковерер-5». Капсула осталась на околоземной орбите и совершала автономный неуправляемый полет.

22.08.1959

Неудачей завершилась попытка возвращения на Землю спускаемой капсулы с отснятой фотопленкой «SRV-105» с американского разведывательного спутника «Дисковерер-6». По некоторым сведениям, отделения капсулы от КА не произошло, однако другие источники утверждают, что капсула отделилась, но сгорела в плотных слоях земной атмосферы.

02.09.1959

С ракетного полигона Капустин Яр из экспериментальной шахтной пусковой установки «Маяк-1» осуществлен первый испытательный пуск межконтинентальной баллистической ракеты Р-12 (в варианте 63Ш). Ракета нормально вышла из шахты, но через 58 секунд полета потеряла устойчивость и упала на удалении около 100 километров от места старта из-за разрушения рулевой машинки.

06.09.1959

На ракетном полигоне Тюра-Там предпринята безуспешная попытка пуска ракеты-носителя «Восток-Л» с межпланетной станцией «У-1» № 6 на борту. Старт сорвался, так как произошел автоматический сброс схемы. Расследование причин неудачи выявило глупейшую эксплуатационную ошибку – один из разъемов не был показан на схеме, и его не подсоединили.

09.09.1959

На ракетном полигоне Тюра-Там предпринята вторая безуспешная попытка пуска ракеты-носителя «Восток-Л» с межпланетной станцией «У-1» № 6 на борту. Как и за три дня до этого, автоматика остановила предстартовую подготовку. Было решено ракету со стартовой позиции снять и заменить другой.

17.09.1959

С 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Абле-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту навигационный спутник типа «Транзит». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 3-й ступени.

26.11.1959

В 07:26 UTC с 14-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Абле-5», которая должна была вывести на межпланетную траекторию станцию типа «Пионер». Пуск неудачный – через 45 секунд после старта космический аппарат оторвался от носителя и упал в Атлантический океан. Ракета была уничтожена по команде с Земли.

24.01.1960

В 16:15 UTC с ракетного полигона Тюра-Там осуществлен пуск советской межконтинентальной баллистической ракеты «Р-7». Пуск закончился аварией – рулевая камера бокового блока В взорвалась из-за плохой продувки азотом. Начался пожар на блоке В, двигатель «погас», и весь пакет развалился на 31-й секунде полета.

04.02.1960

В 18:51:45 UTC с базы ВВС США «Ванденберг», штат Калифорния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-А», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-9». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 1-й ступени.

19.02.1960

В 20:15:14 UTC с базы ВВС США «Ванденберг», штат Калифорния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-А», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-10». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 1-й ступени.

26.02.1960

В 17:25 UTC с 14-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Аджена-А», которая должна была вывести на орбиту спутник системы предупреждения о ракетном нападении «MIDAS-1». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 2-й ступени.

23.03.1960

В 13:35:11 UTC с 26-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Юнона-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту научно-исследовательский спутник типа «Эксплорер». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 3-й ступени.

15.04.1960

В 15:06:45 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там предпринята попытка пуска советской автоматической станции «Е-3» № 1 в сторону Луны. Ракета-носитель «Восток-Л» не смогла сообщить аппарату требуемую скорость, и он вышел на сильно вытянутую эллиптическую орбиту. Спустя месяц станция вошла в атмосферу Земли и сгорела. О произведенном запуске официально никогда не сообщалось. Несмотря на длительный срок существования космического объекта, он никогда не был зарегистрирован.

17.04.1960

Неудачей завершилась попытка возвращения на Землю спускаемой капсулы с отснятой фотопленкой «SRV-103» с американского разведывательного спутника «Дисковерер-11». Снижение капсулы происходило по нерасчетной траектории, в результате чего она сгорела в плотных слоях земной атмосферы.

19.04.1960

В 16:07:41 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там предпринята попытка пуска советской автоматической станции «Е-3» № 2 в сторону Луны. В момент старта отвалился один из боковых блоков ракеты-носителя «Восток-Л». В результате происшедшего взрыва и последовавшего за ним пожара сильно повреждены стартовые сооружения космодрома.

12.05.1960

Неудачей завершился первый испытательный пуск с полигона Сары-Шаган противоракеты «В-1000». Из-за компьютерной ошибки был выдан чрезмерно усиленный сигнал на поворот рулей, что привело к преждевременному разрушению ракеты.

13.05.1960

В 09:16:05 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Дельта», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник связи «Эхо-1». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 2-й ступени.

18.05.1960

Предпринята попытка возвращения на Землю спускаемого аппарата «Первого советского корабля-спутника». Из-за неправильной ориентации космического аппарата тормозной импульс вместо траектории спуска перевел корабль на более высокую орбиту, на которой он оставался еще почти 1,5 года.

29.06.1960

В 22:00:44 UTC с базы ВВС США «Ванденберг», штат Калифорния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-А», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-12». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

28.07.1960

В 09:31 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там осуществлен пуск советской ракеты-носителя «Восток», которая должна была вывести на орбиту второй корабль-спутник («Восток-1» № 1). На 19-й секунде полета от РН отвалился боковой ракетный блок. Ракета потерпела аварию и взорвалась. Во время катастрофы погибли находившиеся на борту собаки Чайка и Лисичка.

11.08.1960

Неудачей завершилась попытка возвращения на Землю спускаемой капсулы с отснятой фотопленкой «SRV-100» с американского разведывательного спутника «Дисковерер-13». Поймать капсулу с борта самолета над акваторией Тихого океана не удалось, и она утонула в океане.

18.08.1960

В 19:58 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Аблестар», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник связи типа «Курьер». Пуск неудачный – ракета взорвалась через 150 секунд после старта.

15.09.1960

Неудачей завершилась попытка возвращения на Землю спускаемой капсулы с отснятой фотопленкой SRV-106 с американского разведывательного спутника «Дисковерер-15». Поймать капсулу с борта самолета над акваторией Тихого океана не удалось, и она утонула в океане.

25.09.1960

В 15:13 UTC с 12-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Абле-5», которая должна была вывести на межпланетную траекторию автоматическую станцию типа «Пионер». Пуск неудачный – взрыв 2-й ступени носителя.

10.10.1960

В 14:27:49 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там предпринята первая попытка пуска советской автоматической станции «1М» № 1 в сторону Марса. Ракета-носитель «Молния» потерпела аварию на участке выведения и взорвалась. Программа полета предусматривала достижение станцией поверхности Марса.

11.10.1960

В 20:33 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас-Аджена-А», которая должна была вывести на околоземную орбиту военный спутник «SAMOS-1». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 2-й ступени.

14.10.1960

В 13:51:03 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там предпринята попытка пуска советской автоматической станции «1М» № 2 в сторону Марса. Как и в первом случае, ракета-носитель «Молния» потерпела аварию на участке выведения и взорвалась. Программа полета предусматривала достижение станцией поверхности Марса.

24.10.1960

На 41-й площадке полигона Тюра-Там при проведении подготовительных работ к первому испытательному пуску советской межконтинентальной баллистической ракеты «Р-16» в результате несанкционированного запуска двигателя 2-й ступени произошел взрыв ракеты и последующий пожар на стартовой площадке. В результате катастрофы погибли 126 человек, в том числе Главнокомандующий РВСН Митрофан Иванович Неделин.

26.10.1960

В 20:26 UTC с базы ВВС США «Ванденберг», штат Калифорния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-16». Пуск неудачный – авария носителя при отделении ступени «Аджена-В».

05.11.1960

В рамках программы работ по созданию системы противоракетной обороны с ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской баллистической ракеты средней дальности «Р-5», которая должна была сыграть роль цели при пуске противоракеты «В-1000». Из-за аварии бортовых систем ракета «Р-5» потерпела аварию и упала на землю, не долетев до района испытаний половину пути.

30.11.1960

В 19:50 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Аблестар», которая должна была вывести на околоземную орбиту два аппарата военного назначения. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

02.12.1960

На участке снижения спускаемого аппарата третьего советского корабля-спутника произошло отклонение от расчетных параметров, в результате чего возникла угроза посадки вне территории Советского Союза. Программно-логическое устройство выдало команду на уничтожение объекта, и он был подорван, распавшись на мелкие обломки. Находившиеся в аппарате собаки Пчелка и Мушка погибли.

04.12.1960

В 21:14 UTC с ракетного полигона на острове Уоллопс, штат Виржиния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту исследовательский спутник типа «Эксплорер». Пуск неудачный – авария 2-й ступени носителя.

08.12.1960

В рамках программы создания системы противоракетной обороны с ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской баллистической ракеты «Р-5», игравшей роль мишени. Однако испытать систему ПРО не удалось из-за короткого замыкания в центральной вычислительной машине. Пуск противоракеты «В-1000» не состоялся.

10.12.1960

В Советском Союзе проведено очередное испытание системы противоракетной обороны. Испытание завершилось неудачей – в полете у противоракеты «В-1000» отказал программный механизм.

15.12.1960

В 09:10 UTC с 12-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Абле-5», которая должна была вывести на межпланетную траекторию автоматическую станцию типа «Пионер». Пуск неудачный – авария носителя через 70 секунд после старта.

17.12.1960

В Советском Союзе проведено очередное испытание системы противоракетной обороны. Испытание завершилось неудачей – неисправность в работе наземного радиолокатора. Пуск противоракеты «В-1000» не состоялся.

22.12.1960

В Советском Союзе проведено очередное испытание системы противоракетной обороны. Испытание завершилось неудачей – ошибка оператора радиолокатора дальнего обнаружения. Пуск противоракеты «В-1000» не состоялся.

22.12.1960

В 07:45:19 UTC с 1-й площадки полигона Тюра-Там осуществлен пуск советской ракеты-носителя «Восток», которая должна была вывести на орбиту очередной корабль-спутник («Восток-1» № 4) с собаками на борту. На участке выведения ракеты-носителя произошла авария 3-й ступени. Спускаемый аппарат с собаками был отделен от ракеты и упал на территории Якутии. Собаки остались живы.

23.12.1960

В Советском Союзе проведено очередное испытание системы противоракетной обороны. Испытание завершилось неудачей – во время полета не запустился двигатель 2-й ступени противоракеты «В-1000».

30.12.1960

В Советском Союзе проведено очередное испытание системы противоракетной обороны. Испытание завершилось неудачей – во время полета было потеряно сопровождение противоракеты «В-1000», и цель, роль которой, как обычно, играла баллистическая ракета «Р-5», не была поражена.

13.01.1961

В Советском Союзе проведено очередное испытание системы противоракетной обороны. Испытание завершилось неудачей – через 38,4 секунды полета противоракеты «В-1000» произошло пропадание сигнала ответчика.

27.01.1961

В Баренцевом море севернее полуострова Рыбачий затонула советская дизельная ракетная подводная лодка «С-80». Причиной катастрофы стало поступление воды через шахту работы дизеля под водой. Погибли 68 подводников.

02.02.1961

В 19:00 UTC с 41-й площадки полигона Тюра-Там осуществлен испытательный пуск советской межконтинентальной баллистической ракеты «Р-16». Полного успеха достигнуть не удалось – ракета упала на трассе полета из-за потери устойчивости на удалении 520 километров от места старта.

04.02.1961

В 01:18:03 UTC с 1-й площадки ракетного полигона Тюра-Там осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая вывела на околоземную орбиту советскую межпланетную станцию «1ВА» № 1 с пристыкованным с ней разгонным блоком (блок Л). Из-за отказа двигателя на блоке Л перевести станцию на траекторию полета к Венере, как это планировалось, не удалось. Официально было сообщено о запуске «Тяжелого спутника». Эта неудача стала причиной возникновения слухов о попытке пилотируемого полета и гибели космонавтов Качура и Грачева.

22.02.1961

Потеряна связь с советской межпланетной станцией «Венера-1», двигавшейся в сторону планеты Венера.

22.02.1961

Неудачей завершился запуск с космодрома на мысе Канаверал двух американских военных спутников. После выхода на околоземную орбиту аппараты не смогли отделиться от последней ступени носителя и совершали дальнейший полет в нефункциональном состоянии.

25.02.1961

В 00:13:16 UTC с 26-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Юнона-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту исследовательский спутник типа «Эксплорер». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке работы 3-й ступени.

30.03.1961

В 20:34:43 UTC с базы ВВС США«Ванденберг», штат Калифорния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-22». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 2-й ступени.

23.03.1961

Во время предполетной тренировки в сурдобарокамере в результате пожара погиб советский космонавт Валентин Бондаренко, проходивший подготовку к полетам на кораблях типа «Восток».

09.04.1961

В 09:16 UTC с 51-й площадки полигона Тюра-Там осуществлен первый испытательный пуск советской межконтинентальной баллистической ракеты «Р-9А». На 155-й секунде полета произошел отказ клапана, регулирующего подачу газа в топливно-насосный агрегат двигательной установки 2-й ступени, что привело к остановке двигателя и падению ракеты на Землю.

25.04.1961

В 02:26 UTC с 51-й площадки космодрома Байконур осуществлен очередной испытательный пуск советской межконтинентальной баллистической ракеты «Р-9А». Через 3,85 секунды после старта из-за высокочастотных колебаний произошло разрушение топливной камеры двигательной установки ракеты, и она упала рядом со стартовым столом, вызвав обычный в таких случаях пожар. В результате аварии погиб один офицер из состава стартовой команды – задохнулся горячим дымом.

25.04.1961

В 16:15 UTC с 14-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас-Д» с космическим кораблем типа «Меркури» на борту. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

24.05.1961

В 19:48:05 UTC с 26-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Юнона-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту исследовательский спутник типа «Эксплорер». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 2-й ступени.

08.06.1961

В 21:16 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-24». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

30.06.1961

В 17:09 UTC с ракетного полигона на острове Уоллопс осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту исследовательский спутник типа «Эксплорер». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 3-й ступени (не произошло включение двигателя).

29.06.1961

В 06:08 UTC на околоземной орбите на высоте 990 километров от поверхности Земли взорвались остатки топлива в баках американской ракетной ступени «Аблестар» № АВ008. В космосе возникло облако обломков в количестве 296 фрагментов.

04.07.1961

В северной части Атлантического океана на борту советской атомной ракетной подводной лодки «К-19» произошла крупная авария в контуре охлаждения ядерной энергетической установки. Благодаря самоотверженным действиям экипажа взрыв реактора удалось предотвратить. В ходе ликвидации аварии получили смертельную дозу радиации и позже скончались 8 моряков. Значительные дозы радиации получили и остальные члены экипажа подлодки. В народном «фольклоре» подводная лодка «К-19» получила прозвище «Хиросима».

21.07.1961

Едва не завершился трагедией полет по суборбитальной траектории американского космического корабля «Меркури-4» с космонавтом Вирджилом Гриссомом на борту. Из-за преждевременного срабатывания пиропатрона выходной люк капсулы был отстрелян сразу после приводнения, и в нее стала поступать забортная вода. Космонавта удалось эвакуировать буквально за мгновение до того, как капсула затонула.

21.07.1961

В 22:35 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-27». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

04.08.1961

В 00:01 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-28». Пуск неудачный – авария носителя на участке работы 2-й ступени.

23.08.1961

Неудачей завершился запуск американской автоматической станции «Рейнджер-1» в сторону Луны. Из-за отказа двигателя последней ступени аппарат остался на околоземной орбите и спустя несколько дней сгорел в земной атмосфере.

09.09.1961

В 19:28 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту военный спутник «SAMOS-3». Пуск неудачный – взрыв носителя на стартовой площадке.

23.10.1961

В 19:23 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-33». Пуск неудачный – авария при отделении аппарата от носителя. Полезный груз на орбиту не вышел, а разрушился при вхождении в плотные слои земной атмосферы.

27.10.1961

В 16:30 UTC со стартового комплекса «Маяк-2» ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на орбиту малый научный спутник «ДС-1» № 1. Ракета потерпела аварию и упала на Землю, но не взорвалась.

01.11.1961

Аварией завершился пуск с космодрома на мысе Канаверал американской ракеты-носителя «Блю Скаут-1» с полезной нагрузкой, предназначавшейся для проверки работы станций слежения по трассе полета.

18.11.1961

Неудачей завершился пуск в сторону Луны американской автоматической станции «Рейнджер-2». Перевести станцию на межпланетную траекторию не удалось, и она осталась на околоземной орбите.

22.11.1961

В 20:45:47 UTC с базы ВВС США «Ванденберг», штат Калифорния, США, осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту военный спутник «SAMOS-4». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

11.12.1961

В 09:39:02 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восток», которая должна была вывести на околоземную орбиту первый советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-2». На участке работы 3-й ступени РН произошел прогар газопроводов, ведущих от газогенератора к топливно-насосному агрегату, и сработал контакт аварийного выключения двигателя. На 407-й секунде полета система аварийного подрыва выдала команду на уничтожение объекта, и он был подорван тремя килограммами тротила. Обломки ракеты и аппарата упали в Якутии в 100 километрах севернее Вилюйска.

21.12.1961

В 12:30 UTC со стартового комплекса «Маяк-2» ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на орбиту малый научный спутник «ДС-1» № 2. Ракета потерпела аварию и упала на Землю, но не взорвалась.

26.12.1961

Неудачей завершилась попытка возвращения на Землю спускаемой капсулы с отснятой фотопленкой с американского военного спутника «SAMOS-5». Из-за отказа двигателя капсула осталась на околоземной орбите и позже сгорела в земной атмосфере.

13.01.1962

В 21:41 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор-Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник «Дисковерер-37». Пуск закончился неудачей – авария на участке работы ступени «Аджена-В».

24.01.1962

В 09:30 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Аблестар», которая должна была вывести на околоземную орбиту несколько американских военных спутников. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

28.01.1962

Сбой в работе системы наведения не позволил направить к Луне американскую автоматическую станцию «Рейнджер-3». Вместо диска нашего естественного спутника аппарат прошел на удалении более 36 тысяч километров от его поверхности и вышел на гелиоцентрическую орбиту.

26.04.1962

С базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный аппарат. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

28.04.1962

С ракетного полигона Капустин Яр осуществлен первый испытательный пуск советской баллистической ракеты средней дальности на твердом топливе «РТ-1». Пуск закончился неудачей из-за самопроизвольного срабатывания системы аварийного прекращения работы.

29.04.1962

Из-за отказа системы ориентации досрочно возвращен на Землю советский разведывательный спутник «Космос-4».

10.05.1962

В 12:07 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Аблестар», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский геодезический спутник «Анна». Пуск закончился неудачей – авария ракеты-носителя на участке выведения.

24.05.1962

С базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский военный аппарат. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

01.06.1962

В 09:38 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восток», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Зенит-2». Носитель потерпел аварию на 2-й секунде полета и взорвался на небольшой высоте, серьезно повредив стартовый комплекс.

22.07.1962

В 09:21:23 UTC с 12-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Аджена-В», которая должна была вывести на траекторию полета к Венере американскую автоматическую станцию «Маринер-1». Пуск закончился неудачей – через 293 секунды после старта ракета отклонилась от заданной траектории полета и спустя две секунды была уничтожена.

25.08.1962

В 02:18:45 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на межпланетную траекторию советскую автоматическую станцию «2МВ-1» № 1. Из-за аварии разгонного блока пуск в сторону Венеры не состоялся, и аппарат остался на околоземной орбите. Официально о запуске не сообщалось. Долгое время в отечественной литературе запуск скрывался под записью «Нет данных».

01.09.1962

В 02:12:30 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на межпланетную траекторию советскую автоматическую станцию «2МВ-1» № 2. Из-за аварии разгонного блока пуск в сторону Венеры не состоялся, и аппарат остался на околоземной орбите. Официально о запуске не сообщалось. Долгое время в отечественной литературе запуск скрывался под записью «Нет данных».

12.09.1962

В 00:59:13 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на межпланетную траекторию советскую автоматическую станцию «2МВ-2» № 1. Из-за аварии разгонного блока пуск в сторону Венеры не состоялся, и аппарат остался на околоземной орбите. Официально о запуске не сообщалось. Долгое время в отечественной литературе запуск скрывался под записью «Нет данных».

17.10.1962

Аварией завершился очередной испытательный пуск с мыса Канаверал американской межконтинентальной баллистической ракеты «Минитмен-2».Ракета благополучно вышла из шахты, но затем, вместо заданного курса в сторону Атлантического океана, к ужасу всех присутствовавших, пошла на небольшой высоте через центр полигона на Флориду. Ее взорвали через 8 секунд после того, как она все же набрала некоторую высоту. На ракетную базу и близлежащий район посыпался дождь горящего топлива и осколков. В городе и на базе возникли многочисленные пожары. В результате пожара серьезные повреждения получила другая ракета – «Юпитер».

21.10.1962

Сбой в работе системы наведения не позволил направить к Луне американскую автоматическую станцию «Рейнджер-5». Миновав наш естественный спутник, аппарат вышел на гелиоцентрическую орбиту.

24.10.1962

В 17:55:04 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на межпланетную траекторию советскую автоматическую станцию «2МВ-4» № 1. Из-за аварии разгонного блока пуск в сторону Марса не состоялся и аппарат остался на околоземной орбите. Официально о запуске не сообщалось. Долгое время в отечественной литературе запуск скрывался под записью «Нет данных».

25.10.1962

Со стартового комплекса «Маяк-2» ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый научный спутник типа «1МС». Ракета потерпела аварию на участке выведения и взорвалась.

28.10.1962

В 06:36 UTC в рамках операции «К-4» (эксперимент по подрыву ядерного заряда в космическом пространстве) с 51-й площадки космодрома Байконур и наземного комплекса «Десна-Н» на другой площадке того же космодрома осуществлен одновременный пуск двух советских межконтинентальных баллистических ракет «Р-9А». Предусматривался пролет ракет через радиоактивное облако, образовавшееся от взрыва, через 1 секунду после подрыва заряда. По иронии судьбы оба пуска закончились аварией – ракеты оторвались от стартовых столов, поднялись на высоту около 20 метров, а затем рухнули на землю, серьезно повредив стартовые сооружения. Причинами обеих аварий стали высокочастотные колебания, возникшие в двигателях ракет, которые и привели к их разрушению.

29.10.1962

На околоземной орбите на высоте около 200 километров над поверхностью Земли произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке советской автоматической станции «2МВ-4» № 1 с пристыкованным к ней разгонным блоком. В космосе образовалось облако обломков в количестве 24 фрагментов.

01.11.1962

По программе испытаний индивидуальных космических систем парашютисты-испытатели Петр Долгов и Евгений Андреев осуществили прыжок с парашютом с высоты более 25 километров. Испытания закончились трагически – при покидании кабины стратостата «Волга» Долгов ударился о корпус гондолы и пробил свой шлем, в результате чего произошла мгновенная разгерметизация скафандра. Испытатель погиб.

04.11.1962

В 15:35:15 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на межпланетную траекторию советскую автоматическую станцию «2МВ-3» № 1. Из-за аварии разгонного блока пуск в сторону Марса не состоялся, и аппарат остался на околоземной орбите. Официально о запуске не сообщалось. Долгое время в отечественной литературе запуск скрывался под записью «Нет данных».

17.12.1962

В 20:36:33 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту ряд спутников военного назначения. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

04.01.1963

В 08:49 UTC 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на межпланетную траекторию советскую автоматическую станцию Е-6 № 2. Из-за аварии разгонного блока пуск в сторону Луны не состоялся и аппарат остался на околоземной орбите. Официально о запуске не сообщалось. Долгое время в отечественной литературе запуск скрывался под записью «Нет данных».

03.02.1963

В 09:29:14 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-6» № 3. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей.

28.02.1963

В 21:48 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на 101-й секунде полета.

18.03.1963

В 21:13 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

21.03.1963

Из-за неполадок бортового оборудования потеряна связь с советской межпланетной станцией «Марс-1».

05.04.1963

В 03:01:43 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский навигационный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

06.04.1963

Со стартового комплекса «Маяк-2» ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник «ДС-П1» № 2. Пуск неудачный – носитель взорвался на участке выведения.

07.04.1963

Из-за ошибки в расчетах советская межпланетная станция «Луна-4», задачей которой являлась мягкая посадка на поверхность нашего естественного спутника, прошла мимо Луны и затерялась в просторах Солнечной системы.

26.04.1963

С базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный аппарат. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

26.04.1963

В 20:13 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

01.06.1963

В 02:50 UTC со стартового комплекса «Маяк-2» ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник «ДС-МТ» № 1. Пуск неудачный – носитель взорвался на участке выведения.

13.06.1963

С базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Аджена-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту несколько военных спутников. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

10.07.1963

С 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восток», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Зенит-2». Пуск неудачный – носитель потерпел аварию на участке выведения.

22.08.1963

Со стартового комплекса «Маяк-2» ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник «ДС-А1» № 3. Пуск неудачный – носитель потерпел аварию на участке выведения.

27.09.1963

В 11:17:49 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

28.09.1963

В рамках программы летно-конструкторских испытаний с космодрома Байконур осуществлен первый пуск межконтинентальной баллистической ракеты «Р-36». Через 0,225 секунды после старта произошло прекращение работы двигательной установки 1-й ступени, и ракета сгорела на стартовом комплексе.

24.10.1963

Со стартового комплекса «Маяк-2» ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник «ДС-А1» № 4. Пуск неудачный – носитель потерпел аварию на участке выведения.

24.10.1963

На 70-й площадке космодрома Байконур во время испытаний межконтинентальной баллистической ракеты «Р-9А» после проведения заправочно-сливных операций возник пожар в шахтной пусковой установке. В результате трагедии погибли 8 военнослужащих, находившихся в шахте.

09.11.1963

В 20:27:54 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

11.11.1963

В 06:23:35 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на траекторию полета к Венере советскую автоматическую станцию «ЗМВ-1» № 1. Из-за аварии разгонного блока перевести аппарат на межпланетную траекторию не удалось, и он остался на околоземной орбите, получив официальное наименование «Космос-21».

27.11.1963

На околоземной орбите взорвались остатки топлива в баках американской ракетной ступени «Центавр» № АС-2. В космосе возникло облако обломков в количестве 19 фрагментов.

28.11.1963

С 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восток», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Зенит-2». Пуск неудачный – на участке работы 3-й ступени носителя произошло отклонение от расчетной траектории полета, и была приведена в действие система аварийного подрыва, которая уничтожила ракету и спутник.

19.02.1964

В 05:47:40 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на траекторию полета к Венере советскую автоматическую станцию ЗМВ-1 № 2. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала достижение станцией поверхности Венеры.

09.03.1964

Неудачей завершился пуск межконтинентальной баллистической ракеты «Атлас-Ф» с боевой позиции на базе ВВС США «Уокер». Поднявшись на высоту один метр над краем шахтной пусковой установки, полностью заправленная ракета взорвалась. Пусковой установке были нанесены серьезные повреждения.

19.03.1964

В 11:13:41 UTCc 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Дельта-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский исследовательский спутник типа «Эксплорер». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

21.03.1964

В 08:15:35 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-6» № 4. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей.

24.03.1964

В 22:22 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

27.03.1964

В 03:24:42 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на траекторию полета к Венере советскую автоматическую станцию «ЗМВ-1» № 3. Из-за аварии разгонного блока перевести аппарат на межпланетную траекторию не удалось, и он остался на околоземной орбите, получив официальное наименование «Космос-27».

02.04.1964

В 02:42 с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на траекторию полета к Венере советскую автоматическую станцию «ЗМВ-1» № 4. Программа полета предусматривала доставку на поверхность Венеры спускаемого аппарата и вымпела с Государственным гербом СССР. С самого начала траектория полета отличалась от расчетной, что заставило в официальном сообщении именовать станцию не «Венерой», а дать ей новое имя – «Зонд».

20.04.1964

В 08:08:28 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-6» № 5. На 295-й секунде полета произошла авария носителя, и его обломки вместе с аппаратом упали на Землю.

21.04.1964

В 18:50 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Аблестар», которая должна была вывести на околоземную орбиту два навигационных спутника. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения. На борту спутника находилась экспериментальная ядерная установка «SNAP-3». В результате аварии в земной атмосфере оказались рассеяны несколько сот граммов плутония.

30.05.1964

Состоялся последний сеанс связи с советской автоматической межпланетной станцией «Зонд». Перебои в работе командной радиолинии наблюдались почти с самого начала полета, что сделало невозможным передачу на борт требуемых команд. Попытки возобновления контакта к успеху не привели, и станция была объявлена потерянной.

04.06.1964

С 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник связи «Молния-1». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

25.06.1964

В 01:40:24 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту геодезический спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

22.08.1964

В 07:12 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния» со спутником связи «Молния-1» на борту. Из-за нераскрытия бортовой остронаправленной антенны космический аппарат не мог использоваться по назначению и получил наименование «Космос-41».

08.10.1964

С базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

23.10.1964

В 07:30 UTC с космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту три спутника советской системы военной связи типа «Стрела-1». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

31.10.1964

В авиационной катастрофе в районе базы ВВС США «Эллингтон» близ Хьюстона погиб американский космонавт Теодор Корди Фримэн.

05.11.1964

Из-за отказа тормозного двигателя на советском разведывательном спутнике «Космос-50», что сделало невозможным его возвращение на Землю, космический аппарат был взорван на высоте 200 километров над земной поверхностью. В космосе образовалось облако обломков в количестве 96 фрагментов.

01.12.1964

С 86-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск советской ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый научный спутник «ДС-2» № 2. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

21.01.1965

В 21:34:54 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту несколько американских военных спутников. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

12.02.1965

С 86-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник «ДС-Ш-Ю» № 2. Пуск неудачный – носитель взорвался на участке выведения.

20.02.1965

С 86-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник «ДС-А1» № 6. Пуск неудачный – носитель взорвался на участке выведения.

22.02.1965

Неудачей завершился испытательный полет беспилотного корабля типа «Восход» со шлюзовой камерой, предназначенной для выхода космонавта в открытый космос. Официально корабль носил наименование «Космос-57». Вскоре после выхода на орбиту сработала система аварийного подрыва объекта, и в 09:57 UTC космический аппарат был уничтожен. В космосе образовалось облако обломков в количестве 167 фрагментов.

02.03.1965

В 13:25 UTC с 36-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Центавр», которая должна была вывести на околоземную орбиту макет американской межпланетной станции «Сервейор». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

15.03.1965

В 17:14 UTC на околоземной орбите на высоте 1640 километров над земной поверхностью произошел взрыв остатков топлива во 2-й ступени советской ракеты-носителя «Космос» № 04Л. В космосе образовалось облако обломков в количестве 147 фрагментов.

19.03.1965

Во время посадки советского космического корабля «Восход-2» с космонавтами Павлом Беляевым и Алексеем Леоновым на борту вышли из строя система ориентации и ряд других бортовых систем. Космонавтам пришлось вручную сориентировать корабль и садиться на резервном витке в запасном районе. Из-за несовершенства существовавшей тогда поисково-спасательной службы эвакуация космонавтов из района посадки произошла лишь на третьи сутки.

10.04.1965

С 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния», которая должна была вывести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-6» № 8. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей.

12.05.1965

Не удалось осуществить мягкую посадку советской автоматической станции «Луна-5» на лунную поверхность. Тормозной двигатель не сумел погасить скорость снижения, и прилунение было жестким.

15.05.1965

Из-за отказа парашютной системы при возвращении на Землю разбился спускаемый аппарат советского разведывательного спутника «Космос-66». Материалы полета при этом погибли.

28.05.1965

В 02:54:56 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

12.07.1965

В 19:00 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

13.07.1965

С 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восток», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Зенит-2». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

09.08.1965

При проведении работ с межконтинентальной баллистической ракетой «Титан-2» на боевой позиции в штате Арканзас, США, возник пожар, за которым последовал взрыв ракетного топлива. В результате катастрофы погибли 53 человека.

25.08.1965

В 15:17 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Дельта-С», которая должна была вывести на околоземную орбиту солнечную обсерваторию «ОСО». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

02.09.1965

В 20:00:16 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

07.10.1965

Не удалась мягкая посадка советской межпланетной станции «Луна-7» на лунную поверхность. Тормозной двигатель не сумел погасить скорость снижения, и прилунение было жестким.

15.10.1965

В 18:20 UTC на околоземной орбите на высоте 740 километров от земной поверхности взорвались остатки топлива в баках американской ракетной ступени «Транстейдж» № 4. В космосе возникло облако обломков в количестве 470 фрагментов.

25.10.1965

В 15:00 UTC с 14-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

23.11.1965

Из-за аварии разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Венере советскую автоматическую станцию «ЗМВ-4» № 6. Официально было сообщено о запуске спутника «Космос-96».

08.12.1965

Не удалась мягкая посадка советской межпланетной станции «Луна-8» на лунную поверхность. Тормозной двигатель не сумел погасить скорость снижения, и прилунение было жестким.

16.12.1965

В рамках программы создания системы частично-орбитального бомбометания с 67-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты «Р-36орб». Из-за ненормальной работы системы стабилизации головная часть ракеты перелетела цель на полуострове Камчатка на 27 километров.

28.12.1965

С 86-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник «ДС-К-40» № 1. Пуск неудачный – носитель взорвался на участке выведения.

08.01.1966

В 04:48:23 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Бернер-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

15.01.1966

На околоземной орбите по неизвестной причине произошел взрыв на борту советского исследовательского спутника «Космос-95».

05.02.1966

В рамках программы создания системы частично-орбитального бомбометания в 12:20 UTC с 67-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты «Р-Зборб». Отмечено большое отклонение головной части от цели по вине тормозной двигательной установки.

15.02.1966

На околоземной орбите на высоте около 200 километров от земной поверхности по неизвестной причине взорвался американский разведывательный спутник «OPS-3031». В космосе возникло облако обломков в количестве 28 фрагментов.

18.02.1966

В Приморье в результате несчастного случая погиб Григорий Нелюбов, проходивший подготовку к полетам на кораблях типа «Восток» в составе первого набора в отряд советских космонавтов.

21.02.1966

С 86-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник «ДС-К-40» № 2. Пуск неудачный – носитель взорвался на участке выведения.

27.02.1966

Не удалось осуществить попадание советской автоматической станции «Венера-2» в планету Венера. Из-за просчета баллистиков аппарат прошел на расстоянии 24 тысячи километров от планеты.

28.02.1966

В авиационной катастрофе, происшедшей в районе города Сент-Луис в штате Миссури, погибли американские космонавты Эллиот Маккей Си и Чарльз Артур Бассет – основной экипаж космического корабля «Джемини-9», который должен был стартовать в мае 1966 года.

01.03.1966

Из-за аварии разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-6С» № 203. Официально было сообщено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-111».

16.03.1966

Преждевременно был прекращен полет американского космического корабля «Джемини-8» с двумя космонавтами на борту. После стыковки корабля с мишенью неожиданно началось его беспорядочное вращение. Командиру экипажа Нейлу Армстронгу удалось взять управление на себя, срочно отстыковаться от мишени и включить тормозные двигатели, которые обеспечили возвращение на Землю. Корабль приводнился в Тихом океане.

18.03.1966

С 67-й площадки космодрома Байконур не удалось осуществить пуск по программе создания системы частично-орбитального бомбометания ракеты «Р-36орб». Во время заправки ракета загорелась и погибла в огне, существенно повредив стартовый комплекс.

24.03.1966

С 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский исследовательский спутник «Н-4» № 3. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

27.03.1966

С 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния-М», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник связи «Молния-1» № 5. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

03.05.1966

В 19:25:25 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

17.05.1966

С 41-й площадки космодрома Плесецк, Архангельская область, СССР, осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Зенит-4». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

17.05.1966

В 15:15 UTC с 14-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

20.05.1966

В рамках программы создания системы частично-орбитального бомбометания в 19:00 UTC с 67-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты «Р-36орб». Пуск неудачный – не произошло полное отделение головной части от отсека управления.

08.06.1966

В США в авиационной катастрофе погиб летчик-испытатель Джозеф Альберт Уокер, совершивший летом 1963 года два полета на ракетном самолете «Х-15» на высоту более 100 километров над поверхностью Земли.

Середина июня 1966 г.

На околоземной орбите, на высоте около 250 километров от земной поверхности, взорвались остатки топлива в баках американской ракетной ступени «Атлас-Е» № 5340. В космосе возникло облако обломков в количестве 51 фрагмента.

05.07.1966

В 21:11 UTC на околоземной орбите, на высоте 205 километров от земной поверхности, взорвались остатки топлива в баках американской ракетной ступени «Сатурн-4В» № 203. В космосе возникло облако обломков в количестве 34 фрагментов.

26.08.1966

В 13:59:56 UTC с 41-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Титан-ЗС», которая должна была вывести на околоземную орбиту восемь спутников военной системы связи. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

16.09.1966

С 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восток», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Зенит-2». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

17.09.1966

В рамках создания системы частично-орбитального бомбометания в 22:35 UTC со 162-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты «Р-36орб». Пуск аварийный – из-за невозможности свода головной части с орбиты она была взорвана, образовав в космосе облако обломков в количестве 53 фрагментов.

23.09.1966

Неудачей завершилась попытка мягкой посадки на поверхность Луны американской автоматической станции «Сервейор-2». Тормозным двигателям аппарата не удалось погасить скорость, и станция разбилась о поверхность Луны.

26.09.1966

В 02:58 UTC с космодрома Кагосима предпринята первая в Японии попытка запуска искусственного спутника Земли с помощью ракеты-носителя собственного производства. Пуск закончился аварией носителя на участке выведения.

02.11.1966

В рамках создания системы частично-орбитального бомбометания в 00:50 UTC со 162-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты «Р-Зборб». Пуск аварийный – из-за невозможности свода головной части с орбиты она была взорвана, образовав в космосе облако обломков в количестве 41 фрагмента.

16.11.1966

В 13:00 UTC с 41-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-3», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник системы военной связи типа «Стрела-2». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

28.11.1966

С 31-й площадки космодрома Байконур запущен космический корабль «7К-ОК» № 2 (официальное название «Космос-133»). Согласно программе полета, на следующий день предполагался запуск второго корабля данного типа для проведения стыковки двух космических аппаратов в автоматическом режиме. Однако уже на первом витке на «Космосе-133» было израсходовано все топливо в двигателях системы ориентации, вследствие чего дальнейшее управлением полетом корабля стало невозможным. От запуска второго корабля было решено отказаться.

30.11.1966

Во время посадки советского космического корабля, скрывавшегося под обозначением «Космос-133», вышла из строя система ориентации. Спускаемый аппарат перелетел территорию СССР и шел на посадку в Китае, когда в действие была приведена система аварийного подрыва и аппарат был уничтожен.

14.12.1966

На космодроме Байконур при подготовке к старту ракеты-носителя «Союз» произошел отказ двигателя одного из боковых блоков и автоматика выдала команду на запрет пуска. Вслед за этим самопроизвольно включилась система аварийного спасения корабля, в результате чего возник пожар на полностью заправленной ракете, которая взорвалась и разрушила старт. В результате катастрофы погиб 1 человек, несколько человек получили тяжелые ранения.

20.12.1966

В 02:20 UTC с космодрома Кагосима предпринята вторая в Японии попытка запуска собственного искусственного спутника Земли. Как и первая попытка, новый пуск закончился катастрофой.

27.01.1967

На космодроме на мысе Канаверал при проведении наземной тренировки в результате возникшего пожара погиб экипаж американского космического корабля «Аполлон-1»: Вирджил Гриссом, Эдвард Уайт и Роджер Чаффи.

31.01.1967

В 12:45:01 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Скаут-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

07.02.1967

В 03:20 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз», которая вывела на околоземную орбиту советский космический корабль «7К-ОК» (официальное название «Космос-140»). Сразу после запуска начались неприятности – быстро израсходовалось топливо двигателей ориентации, со сбоями работали звездные датчики. Было решено произвести аварийную посадку. Из-за нерасчетной траектории снижения спускаемый аппарат сел на застывшую поверхность Аральского моря, прожег лед и затонул. Вынули его из воды лишь через четверо суток.

10.03.1967

Из-за отказа разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Луне космический корабль «Л-1». Официально было сообщено о запуске спутника «Космос-146».

22.03.1967

В рамках программы создания системы частично-орбитального бомбометания в 14:505 UTC со 161-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты «Р-36орб». Пуск аварийный – вторая ступень взорвалась на 255-й секунде полета из-за прогара газогенератора наддува бака окислителя.

04.04.1967

Вышла из строя фотокамера на борту советского разведывательного спутника «Космос-153», в результате чего он не мог использоваться по назначению и досрочно был возвращен на Землю.

08.04.1967

Из-за отказа разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Луне космический корабль «Л-1». Официально было сообщено о запуске спутника «Космос-154».

13.04.1967

Неудачей завершилась и третья попытка Японии стать космической державой. Запущенная с космодрома Кагосима ракета-носитель с экспериментальным спутником потерпела аварию на участке выведения.

24.04.1967

Из-за отказа парашютной системы на участке спуска близ города Орск потерпел катастрофу и разбился советский космический корабль «Союз». Пилотировавший его летчик-космонавт СССР Владимир Комаров погиб.

26.04.1967

В 18:00 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-ЗВ», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

30.05.1967

В 02:06 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Скаут-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту европейский научно-исследовательский спутник «ESRO-2A». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

06.06.1967

Близ Хьюстона в штате Техас в автомобильной катастрофе погиб американский космонавт Эдвард Гейлен Гивенс.

17.06.1967

Из-за отказа разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Венере советскую автоматическую станцию «4В» № 311. Официально было сообщено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-167».

20.06.1967

С 41-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский разведывательный спутник типа «Зенит-4». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

26.06.1967

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту габаритно-весовой макет советского разведывательного спутника типа «Целина-О». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

04.07.1967

Вскоре после запуска вышли из строя фотокамеры на борту советского разведывательного спутника «Космос-153». Эксплуатация аппаратуры была невозможна, но узнали об этом только после завершения полета, когда спускаемый аппарат доставил на Землю пустые пленки.

17.07.1967

Неудачей завершилась попытка мягкой посадки на поверхность Луны американской автоматической станции «Сервейор-4». Скорость встречи оказалась гораздо выше расчетной, и аппарат разбился о скальные породы.

21.07.1967

В 06:00 UTC с 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский разведывательный спутник типа «Зенит-4». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

31.08.1967

Из-за отказа разгонного блока не удалось перевести на рабочую орбиту советский спутник связи типа «Молния-1». Официально было сообщено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-174».

01.09.1967

В 10:30 UTC с 41-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский разведывательный спутник типа «Зенит-2». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

13.09.1967

В США в авиационной катастрофе погиб Рассел Ли Роджерс, американский летчик, в сентябре 1962 года отобранный для подготовки к полетам на ракетоплане «Дайна Сор».

27.09.1967

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту габаритно-весовой макет спутника военного назначения типа «Циклон». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

27.09.1967

В 22:11:54 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Луне советский космический корабль «Л-1» № 4Л. Из-за аварии 1-й ступени носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала облет Луны и возвращение корабля на Землю.

05.10.1967

В США в авиационной катастрофе погиб американский космонавт Клифтон Кертис Уилльямс.

30.10.1967

На околоземной орбите впервые в мире осуществлена автоматическая стыковка двух советских кораблей типа «Союз» (официальное наименование «Космос-186» и «Космос-188»). Однако детальный анализ телеметрии показал, что стыковка произошла только со второй попытки. При первом сближении из-за радиопомех активный корабль пролетел мимо пассивного на расстоянии около 900 метров. Вторая попытка завершилась механическим захватом, но направляющий штырь активного корабля погнулся и не смог полностью войти в приемное устройство пассивного. Полной стыковки не было.

31.10.1967

Спускаемый аппарат советского космического корабля «Союз» (официальное наименование «Космос-186») совершил мягкую посадку на Землю на территории Казахской ССР. Из-за сбоя звездной системы ориентации он вместо управляемого спуска выполнил баллистический, но все завершилось благополучно.

31.10.1967

При попытке возвращения на Землю спускаемого аппарата советского космического корабля «Союз» (официальное наименование «Космос-188») произошел сбой ионной системы ориентации. Траектория спуска сильно отличалась от расчетной, и система аварийного подрыва уничтожила корабль после пролета им города Иркутск.

15.11.1967

Во время очередного испытательного полета потерпел катастрофу и разбился американский ракетный самолет «Х-15». Пилотировавший аппарат летчик-испытатель Майкл Джеймс Адамс погиб.

22.11.1967

В 19:07:59 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Луне советский космический корабль «Л-1» № 5Л. Из-за аварии 2-й ступени носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала облет Луны и возвращение корабля на Землю.

16.01.1968

Сразу после вывода на орбиту произошел отказ системы ориентации на советском разведывательном спутнике «Космос-199». Спутник не мог эксплуатироваться в нормальном режиме, и его пришлось досрочно возвращать на Землю.

24.01.1968

При попытке возвращения на Землю советского разведывательного спутника «Космос-199» произошло срабатывание системы аварийного подрыва объекта. В космосе возникло облако обломков в количестве 3 фрагментов, которые позже затонули в акватории Охотского моря.

07.02.1968

В 10:43:54 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Молния-М», которая должна была перевести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-6ЛС» № 112. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала проведение фотографирования лунной поверхности с селеноцентрической орбиты.

02.03.1968

В 18:29:23 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая вывела в космос советский космический корабль «Л-1» № 6Л (официальное наименование «Зонд-4»). Из-за выхода из строя системы ориентации корабль не удалось перевести на траекторию полета к Луне, и он вышел на высокоэллиптическую околоземную орбиту.

06.03.1968

В 11:02:37 UTC с 86-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский военно-прикладной спутник «ДС-У1-Я» № 1. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

08.03.1968

В Тихом океане, в 560 километрах северо-западнее Гавайских островов, при несении боевого дежурства погибла советская дизельная ракетная подводная лодка «К-129». Предположительно причиной катастрофы стало столкновение с американской атомной подлодкой. Погибли 97 моряков.

09.03.1968

При возвращении на Землю советского космического корабля «Зонд-4» оказалось, что посадка спускаемого аппарата должна произойти в районе, где отсутствовали поисково-спасательные суда Советского Союза. По команде с Земли аппарат был подорван, и его обломки упали в Гвинейском заливе, у берегов Африки.

27.03.1968

В авиационной катастрофе погиб первый в мире космонавт Юрий Алексеевич Гагарин.

13.04.1968

В 10:54 UTC на околоземной орбите, на высоте 330 километров от поверхности Земли, взорвались остатки топлива в баках американской ракетной ступени «Сатурн-4В» № AS-206. В космосе возникло облако обломков в количестве 16 фрагментов.

22.04.1968

В 23:01:57 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Луне советский космический корабль «Л-1» № 7Л. Из-за аварии 2-й ступени носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала облет Луны и возвращение корабля на Землю.

24.04.1968

В 16:00 UTC с 90-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Циклон-2А», которая вывела в космос советский спутник «Космос-217», представлявший собой мишень для испытаний противоспутниковых систем. По неофициальной информации, сразу после запуска вышел из строя маневровый двигатель, который должен был обеспечить перевод аппарата на рабочую орбиту. Запуск спутника-перехватчика был отменен.

18.05.1968

В 08:23 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту метеорологический спутник «Нимбус-В». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

04.06.1968

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Сфера». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

15.06.1968

С 41-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-3», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник военной системы связи типа «Стрела-2». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

16.08.1968

В 20:57:44 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Бернер-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту несколько американских военных спутников. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

17.08.1968

При возвращении на Землю спускаемого аппарата советского разведывательного спутника «Космос-235» произошел отказ парашютной системы. Аппарат разбился, все отснятые материалы погибли.

19.09.1968

В 00:09 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Дельта-М», которая должна была вывести на околоземную орбиту телекоммуникационный спутник «Интелсат-301». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

20.10.1968

По неподтвержденной информации, неудачей закончилось испытание советской противоспутниковой системы. Спутник-перехватчик «Космос-249» должен был поразить мишень, роль которой играл «Космос-248», однако точность сближения оказалась недостаточной для поражения цели. «Космос-249» был взорван, а «Космос-248» оставлен на орбите для повторного использования.

25.10.1968

Из-за ошибки пилотирования не удалось осуществить стыковку советских беспилотного космического корабля «Союз-2» и пилотируемого корабля «Союз-3», которым управлял летчик-космонавт Георгий Береговой.

13.11.1968

Вышла из строя фотокамера на борту советского разведывательного спутника «Космос-253». Спутник не мог далее использоваться по своему назначению, и было решено возвратить его на Землю.

17.11.1968

При посадке советского космического корабля «Зонд-6» произошел преждевременный отстрел парашюта, и спускаемый аппарат врезался в Землю, разбившись в лепешку.

29.11.1968

В 23:12 UTC с ракетного полигона Вумера, Австралия, осуществлен пуск ракеты-носителя «Европа-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту технологический спутник, созданный специалистами европейских стран. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

16.12.1968

Из-за отказа разгонного блока не удалось перевести на рабочую орбиту советский спутник связи типа «Молния-1». Официально было сообщено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-260».

18.01.1969

В нештатном режиме произошла посадка спускаемого аппарата советского космического корабля «Союз-5» с летчиком-космонавтом Борисом Волыновым на борту. После выдачи тормозного импульса и команды на разделение отсеков по непонятной причине приборно-агрегатный отсек не отделился от спускаемого аппарата. Лишь мощный встречный поток воздуха оторвал отсек уже на траектории спуска, и все завершилось благополучно.

20.01.1969

В 04:14:36 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Луне советский космический корабль «Л-1» № 13Л. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала облет Луны и возвращение корабля на Землю.

25.01.1969

С 90-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Циклон-2А», которая должна была вывести на околоземную орбиту габаритно-весовой макет советского спутника радиолокационного наблюдения. В перспективе подобные аппараты предполагалось оснащать ядерными реакторами, но в тот раз, к счастью, радиоактивных материалов на борту не было. Из-за аварии РН спутник на орбиту не вышел и упал на поверхность Земли.

01.02.1969

В 12:11 UTC с 41-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восток-М», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский метеорологический спутник «Метеор». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

19.02.1969

В 06:48:15 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-8» № 201. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала доставку на поверхность Луны самоходного аппарата «Луноход-1».

21.02.1969

В 09:18:07 UTC со 110-й площадки космодрома Байконур осуществлен первый испытательный пуск ракеты-носителя «Н-1» № 3Л, которая должна была вывести на околоземную орбиту советский лунный космический корабль «Л-1С» № 3. На участке работы двигателей 1-й ступени носителя возник пожар в хвостовом отсеке. На 70-й секунде полета ракета взорвалась.

27.03.1969

В 10:40:45 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Марсу советскую автоматическую станцию «2М» № 251. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала совершение мягкой посадки на поверхность Марса.

28.03.1969

В 18:45 UTC на околоземной орбите, на высоте 555 км над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива во 2-й ступени советской ракеты-носителя «Восток-2М». В космосе образовалось облако обломков в количестве 37 фрагментов.

02.04.1969

В 10:33:00 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Марсу советскую автоматическую станцию «2М» № 522. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала совершение мягкой посадки на поверхность Марса.

14.06.1969

В 04:00:47 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-8 – 5» № 402. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала мягкую посадку на поверхность Луны, забор образцов грунта и доставку их на Землю.

02.07.1969

В 22:55 UTC с ракетного полигона Вумера осуществлен пуск ракеты-носителя «Европа-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту технологический спутник, созданный специалистами европейских стран. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

03.07.1969

В 20:18:32 UTC со 110-й площадки космодрома Байконур предпринята попытка пуска ракеты-носителя «Н-1» № 5Л с советским лунным космическим кораблем «Л-1С» № 5 на борту. Через несколько секунд после старта взорвался один из двигателей 1-й ступени, и ракета упала на Землю, разрушив стартовый комплекс.

23.07.1969

В 09:00:10 UTC со 133-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский военный спутник «ДС-П1-Ю» № 23. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

26.07.1969

В 02:28 UTC на околоземной орбите, на высоте 270 километров от поверхности Земли, взорвались остатки топлива в двигательной установке ТЕ-364 – 4 американской ракеты-носителя «Тор Дельта-М» № 547/D71. В космосе возникло облако обломков в количестве 23 фрагментов.

27.08.1969

В 21:59 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Дельта-М», которая должна была вывести на межпланетную траекторию американскую автоматическую станцию «Пионер-Е». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

22.09.1969

В 02:10 UTC с космодрома Кагосима Японией предпринята очередная попытка запуска искусственного спутника Земли Японии с помощью ракеты-носителя собственного производства. Пуск закончился аварией носителя на участке выведения.

23.09.1969

Из-за отказа разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-8 – 5» № 403. Официально было сообщено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-300».

04.10.1969

В 15:53 UTC на околоземной орбите, на высоте 920 километров от поверхности Земли, взорвались остатки топлива в баках американской ракетной ступени «Аджена-Д», стартовавшей 30.09.1969 г. В космосе возникло облако обломков в количестве 259 фрагментов.

14.10.1969

Из-за отказа системы сближения и стыковки «Игла» не удалось осуществить запланированную стыковку советских космических кораблей «Союз-7» и «Союз-8». Попытка состыковать корабли вручную также успехом не увенчалась.

22.10.1969

Из-за отказа разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-8 – 5» № 404. Официально было сообщено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-305».

28.11.1969

В 09:00:00 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на траекторию полета к Луне советский космический корабль «Л-1е» № 1. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

27.12.1969

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-3», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский научный спутник для исследований ионосферы. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

30.01.1970

В 15:40:01 UTC со 133-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский малый научный спутник «ДС-Ш-И» № 6. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

06.02.1970

В 04:16:06 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-8 – 5» № 405. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала мягкую посадку на поверхность Луны, забор образцов грунта и их доставку на Землю.

13.04.1970

На борту американского космического корабля «Аполлон-13», совершавшего полет в сторону Луны, взорвался резервуар с кислородом. В результате аварии были повреждены многие жизненно важные системы корабля. Высадка космонавтов на поверхность Луны была отменена. Ценой невероятных усилий экипаж удалось благополучно возвратить на Землю.

12.05.1970

Вскоре после запуска вышли из строя фотокамеры на борту советского разведывательного спутника «Космос-344». Эксплуатация аппаратуры была невозможна, но узнали об этом только после завершения полета, когда спускаемый аппарат доставил на Землю пустые пленки.

22.05.1970

В 12:39:55 UTC со 133-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский военный спутник «ДС-П1-Ю» № 36. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

12.06.1970

В 01:10 UTC с ракетного полигона Вумера осуществлен пуск ракеты-носителя «Европа-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту технологический спутник, созданный специалистами европейских стран. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

27.06.1970

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник военной системы связи типа «Стрела-2». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

21.07.1970

С 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский разведывательный спутник типа «Зенит-4». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

02.09.1970

В 00:34 UTC с ракетного полигона Вумера осуществлен пуск британской ракеты-носителя «Блэк Эрроу», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник «Орба». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

04.09.1970

В США в авиационной катастрофе погиб американский космонавт Джеймс Мартин Тэйлор.

25.09.1970

В Японии предпринята очередная попытка запуска искусственного спутника Земли с помощью ракеты-носителя собственного производства. Как и все предыдущие попытки, новый старт закончился аварией носителя.

03.10.1970

На борту советского разведывательного спутника «Космос-367», оборудованного ядерным реактором, вышла из строя система ориентации, что сделало невозможным использование аппарата в штатном режиме и грозило его падением на Землю. Реакторный отсек был переведен на высокую «орбиту захоронения».

09.10.1970

Во время пребывания на космодроме Байконур президента Франции Жоржа Помпиду планировалось провести показательный пуск ракеты-носителя с космическим аппаратом на борту. К старту готовились два носителя. Основная ракета ушла со стартового стола штатно, а запасная (ракета «Восход» с советским разведывательным спутником типа «Зенит-4М» на борту), полностью заправленная, находилась в готовности и ожидала открытия «стартового окна». Однако за пять часов до запланированного времени пуска из-за неосторожного обращения с огнем солдат на пусковой установке начался пожар. Четверо военнослужащих погибли, двое были госпитализированы с ожогами. Чтобы избежать гибели ракеты, она была запущена досрочно, когда пламя уже охватывало ее. На орбиту был выведен КА, получивший официальное наименование «Космос-370».

17.10.1970

В 03:17 UTC на околоземной орбите, на высоте 1075 километров от поверхности Земли, взорвались остатки топлива в баках американской ступени «Аджена-Д» № 6323. В космосе возникло облако обломков в количестве 372 фрагмента.

23.10.1970

По неофициальной информации, неудачей закончилось очередное испытание советской противоспутниковой системы. Спутник-перехватчик «Космос-374» должен был уничтожить мишень, роль которой играл спутник «Космос-373», однако для поражения цели точность сближения оказалась недостаточной. «Космос-374» был подорван, а мишень была оставлена на орбите для последующего использования.

30.11.1970

В 22:40:05 UTC с 36-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Центавр», которая должна была вывести в космос астрономическую обсерваторию «ОАО-В». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

22.12.1970

В 21:30 UTC со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский спутник «ДС-П1-М» № 1. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

17.02.1971

В 20:04:30 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

05.03.1971

С 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-2М». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

05.03.1971

В 08:15 UTC с 86-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский военный спутник «ДС-Ш-Ю» № 39. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

24.04.1971

На околоземной орбите осуществлена стыковка советского космического корабля «Союз-10» и орбитальной станции «Салют». Из-за повреждения стыковочного агрегата корабля в процессе стыковки космонавты не смогли перейти на борт орбитальной станции и вынуждены были досрочно вернуться на Землю.

05.05.1971

Неудачей завершилась попытка запуска советской автоматической станции типа 71-С в сторону Марса. Из-за ошибки оператора, выдавшего неправильную установку на второе включение разгонного блока Д, аппарат остался на околоземной орбите, получив официальное наименование «Космос-419».

09.05.1971

В 01:11:02 UTC с 36-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Центавр», которая должна была вывести на траекторию полета к Марсу американскую автоматическую станцию «Маринер-8». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

25.06.1971

С 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-4М». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

26.06.1971

В 23:15:08 UTC со 110-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Н-1» № 6Л, которая должна была вывести на околоземную орбиту советский лунный космический корабль. После отрыва от стартового стола было потеряно управление по крену. Носитель был подорван на 51-й секунде полета, когда угол поворота достиг 200 градусов.

29.06.1971

При посадке советского космического корабля «Союз-11» на большой высоте произошла внезапная разгерметизация кабины, приведшая к гибели космонавтов Георгия Добровольского, Владислава Волкова и Виктора Пацаева.

22.07.1971

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Целина-0». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

03.08.1971

В 11:00:00 UTC со 133-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский военный спутник «ДС-П1-Ю» № 33. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

19.08.1971

С 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-4М». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

11.09.1971

Неудачей закончилась попытка мягко посадить на поверхность Луны советскую автоматическую станцию «Луна-18». Из-за неисправности в тормозном двигателе станция не смогла погасить скорость и разбилась.

05.11.1971

В 13:00 UTC с космодрома Куру во Французской Гвиане осуществлен пуск ракеты-носителя «Европа-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту технологический спутник, созданный специалистами европейских стран. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

27.11.1971

Неудачей завершилась попытка мягко посадить на поверхность Марса спускаемый аппарат советской автоматической станции «Марс-2». Из-за выхода из строя тормозного двигателя спускаемый аппарат не смог погасить скорость и разбился.

02.12.1971

Совершена мягкая посадка на поверхность Марса спускаемого аппарата советской автоматической станции «Марс-3». Однако через 20 секунд после начала работы связь со спускаемым аппаратом неожиданно прекратилась. Полагают, что причиной стала бушевавшая в тот момент на поверхности Красной планеты песчаная буря.

03.12.1971

С 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-2М». Поднявшись на высоту нескольких километров, ракетный «пакет» рассыпался, и его обломки упали как в районе стартовой позиции, так и в радиусе нескольких километров от места старта. Центральный блок РН упал и взорвался на окраине деревни Караси, Архангельская область. Взрывом были сорваны крыши с нескольких домов, но, к счастью, никто из местных жителей не пострадал.

04.12.1971

В 22:30 UTC с 13-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Аджена-Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

05.12.1971

В 16:20 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск французской ракеты-носителя «Диамант-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник «Полар». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

16.02.1972

В 09:59 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-ЗВ», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

24.02.1972

На борту советской атомной ракетной подводной лодки «К-19», несшей боевое дежурство в 960 километрах северо-восточнее острова Ньюфаундленд, возник сильный пожар. В борьбе с огнем погибли 28 моряков. Для «К-19» это была уже вторая авария с трагическими последствиями.

31.03.1972

Из-за отказа разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Венере советскую автоматическую станцию «4В-1» № 671. Официально было сообщено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-482».

15.04.1972

Произошла внезапная разгерметизация отсеков советской орбитальной станции «Салют-2», что сделало невозможным ее эксплуатацию в пилотируемом режиме. Отменены полеты всех экипажей.

25.04.1972

В 11:29:59 UTC со 133-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский военный спутник «ДС-П1-Ю» № 51. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

20.05.1972

В 15:30 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

29.07.1972

В 03:20:57 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на околоземную орбиту советскую орбитальную станцию «ДОС-2» № 122. Из-за аварии 2-й ступени носителя полет был прерван на 162-й секунде.

02.09.1972

С 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-4М». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

17.10.1972

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник советской военной системы связи типа «Стрела-2». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

23.11.1972

В 06:11:55 UTC со 110-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Н-1» № 7Л, которая должна была вывести на околоземную орбиту советский лунный космический корабль. На заключительном этапе работы 1-й ступени произошел взрыв носителя.

03.04.1973

В 22:36 UTC на околоземной орбите, на высоте 225 км над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в 3-й ступени советской ракеты-носителя «Протон-К» № 283-01. В космосе образовалось облако обломков в количестве 26 фрагментов.

15.04.1973

Произошла внезапная разгерметизация отсеков советской военной космической станции «Алмаз» № 101 (официальное наименование «Салют-2»), запущенной за две недели до этого. Вероятной причиной инцидента стал взрыв одного из двигателей станции. В связи с происшедшей аварией были отменены все ранее запланированные пилотируемые полеты по программе работ с «Салютом-2». 28.05.1973 г. за счет естественного торможения станция сошла с орбиты и сгорела в плотных слоях земной атмосферы.

25.04.1973

С 90-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Циклон-2А», которая должна была вывести на околоземную орбиту габаритно-весовой макет советского спутника радиолокационного наблюдения типа «УС-А». Из-за аварии носителя спутник на орбиту не вышел и упал на поверхность Земли.

11.05.1973

В 00:20:00 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К» с советской орбитальной станцией ДОС-3 на борту. Сам пуск прошел нормально, однако из-за нештатной работы ионного датчика системы ориентации и стабилизации станции на первых витках опорной орбиты возникли колебания космического аппарата, на парирование которых был выработан практически весь бортовой запас топлива. Полеты экипажей к такой станции оказались невозможны. Официально было сообщено о запуске спутника «Космос-557».

21.05.1973

В 08:47 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск французской ракеты-носителя «Диамант-В», которая должна была вывести на околоземную орбиту два исследовательских аппарата. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

25.05.1973

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник военного назначения. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

03.06.1973

В аэропорту Ля Бурже под Парижем разбился советский сверхзвуковой пассажирский самолет «Ту-144». В катастрофе погиб экипаж авиалайнера, в том числе и Владимир Николаевич Бендеров, в середине 1960-х годов готовившийся к полетам в космос на кораблях типа «Восход».

26.06.1973

В 01:22 UTC на 132-й площадке космодрома Плесецк при сливе топлива из ракеты-носителя «Космос-ЗМ» № Ю47121 – 16 после отмененного пуска произошел взрыв и пожар. В результате катастрофы погибли 9 человек.

26.06.1973

В 17:00 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

04.07.1973

С 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-4М». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

16.07.1973

В 17:10:21 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Дельта-300», которая должна была вывести на околоземную орбиту метеорологический спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

21.07.1973

С космодрома Байконур осуществлен пуск советской межконтинентальной баллистической ракеты «Р-36». Пуск закончился аварией – ракета упала в 1,5 км от стартовой позиции.

18.09.1973

С китайского космодрома Цзюцуань осуществлен пуск ракеты-носителя «Фен Бао-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

29.09.1973

Из-за неполадок в системе жизнеобеспечения и в системе ориентации досрочно прерван полет космического корабля «Союз-12», который пилотировали космонавты Василий Лазарев и Олег Макаров.

06.10.1973

Неудачей завершилось первое испытание возвращаемой капсулы, выведенной на орбиту в составе советского разведывательного спутника «Космос-596». В капсуле ФЭУ-170 № 1Л произошло короткое замыкание проводов, что привело к неразделению корпуса капсулы при спуске в атмосфере, из-за чего не вышел парашют. Капсула разбилась.

23.12.1973

В 09:04 UTC на околоземной орбите, на высоте 1515 километров над поверхностью Земли, взорвались остатки топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» № D98. В космосе образовалось облако обломков в количестве 197 фрагментов.

10.02.1974

Не включилась тормозная двигательная установка советской автоматической станции «Марс-4», в результате чего не удалось вывести станцию на орбиту вокруг Марса. Станция продолжила полет по гелиоцентрической орбите.

14.02.1974

В 13:48:02 UTC с 41-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-ЗЕ», которая должна была вывести на околоземную орбиту макет межпланетного космического аппарата «Викинг». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

09.03.1974

Из-за сбоев в работе бортовой аппаратуры спускаемый аппарат советской автоматической станции «Марс-7» прошел мимо Марса и продолжил движение по гелиоцентрической орбите. Предполагалась мягкая посадка на поверхность Марса.

12.03.1974

Неудачей закончилась попытка мягкой посадки спускаемого аппарата советской автоматической станции «Марс-6» на поверхность Марса. Связь со спускаемым аппаратом прервалась еще на участке спуска, и осталось неизвестным, удалось ему или нет сесть на марсианскую поверхность.

12.04.1974

С 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-4МК». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

27.04.1974

В рамках программы совместных летных испытаний с космодрома Байконур осуществлен пуск советской межконтинентальной баллистической ракеты «15А14». Пуск закончился аварией.

23.05.1974

В 12:17 UTC с 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту новый советский спутник-фоторазведчик типа «Янтарь-2К». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

11.07.1974

В 10:59:58 UTC со 133-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский военный спутник «ДС-П1-Ю» № 68. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

14.07.1974

С китайского космодрома Цзюцуань осуществлен пуск ракеты-носителя «Фен Бао-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

27.08.1974

Из-за неисправности в системе сближения и стыковки не осуществлена запланированная стыковка советского космического корабля «Союз-15», который пилотировали Геннадий Сарафанов и Лев Демин, с орбитальной станцией «Салют-3». Корабль с космонавтами был досрочно возвращен на Землю.

30.08.1974

С 41-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Восход», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-2М». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

23.09.1974

От советской орбитальной космической станции «Салют-3» произведено отделение спускаемой капсулы с отснятой фотопленкой (к тому времени космонавты уже покинули борт станции). На плазменном участке спуска в атмосфере прошел отказ программного устройства, не ввелся основной парашют и теплозащитный экран не отделился. Тем не менее капсула успешно приземлилась, хотя и с гораздо большей скоростью, чем рассчитывалось.

05.11.1974

С китайского космодрома Цзюцуань осуществлен пуск ракеты-носителя «Чанг Зенг-2А», которая должна была вывести на околоземную орбиту военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

06.11.1974

На поверхность Луны совершила мягкую посадку советская автоматическая станция «Луна-23», которая должна была доставить на Землю новые образцы лунного грунта. При посадке было повреждено грунтозаборное устройство, что сделало невозможным выполнение программы полета.

20.02.1975

В 22:35 UTC с 36-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Центавр», которая должна была вывести на околоземную орбиту телекоммуникационный спутник «Интелсат-406». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

05.04.1975

В 11:04:54 UTC с 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский космический корабль «Союз-18 – 1» («7К-Т» № 39) с космонавтами Василием Лазаревым и Олегом Макаровым на борту. На участке работы 3-й ступени носителя произошло отклонение от расчетной траектории, и автоматика выдала команду на отделение корабля от ракеты. Спускаемый аппарат с космонавтами совершил аварийную посадку в районе Горно-Алтайска, Алтайский край.

13.04.1975

В 00:51 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас-Ф», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

17.04.1975

В 21:48 UTC на околоземной орбите, на высоте 440 километров над поверхностью Земли, по неизвестной причине взорвался советский разведывательный спутник «Космос-699». В космосе образовалось облако обломков в количестве 50 фрагментов.

22.05.1975

В 18:27 UTC на околоземной орбите, на высоте 730 километров от поверхности Земли, взорвались остатки топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» № D89. В космосе возникло облако обломков в количестве 226 фрагментов.

03.06.1975

В 09:00 UTC со 107-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник серии «Интеркосмос», созданный в рамках программы сотрудничества социалистических стран. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

12.07.1975

В 22:48 UTC на околоземной орбите, на высоте 5145 километров от поверхности Земли, по неизвестной причине взорвался американский спутник «Пегас». В космосе возникло облако обломков в количестве 79 фрагментов.

02.08.1975

В 16:23 UTC на околоземной орбите, на высоте 435 километров над поверхностью Земли, по неизвестной причине произошел повторный взрыв на борту советского разведывательного спутника «Космос-699».

20.08.1975

В 13:07 UTC на околоземной орбите, на высоте 1465 километров над поверхностью Земли, взорвались остатки топлива в баках 2-й ступени ракеты-носителя «Дельта» № D104. В космосе образовалось облако обломков в количестве 146 фрагментов.

06.09.1975

Вышла из строя тормозная двигательная установка на разведывательном спутнике «Космос-758». Из-за невозможности возвращения на Землю в 19:06 UTC космический аппарат был взорван на орбите. В космосе образовалось облако обломков в количестве 76 фрагментов.

16.10.1975

В 04:04:56 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была перевести на траекторию полета к Луне советскую автоматическую станцию «Е-8 – 5М» № 412. Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей. Программа полета предусматривала мягкую посадку на поверхность Луны, забор образцов грунта и их доставку на Землю.

06.12.1975

В 03:35:01 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Скаут», которая должна была вывести на околоземную орбиту два американских научно-исследовательских спутника. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

12.12.1975

На борту советского спутника радиолокационного наблюдения «Космос-758», оборудованного ядерным реактором, вышла из строя система ориентации, что сделало невозможным использование спутника по назначению и грозило падением его на Землю. Реакторный отсек был переведен на высокую «орбиту захоронения». Отменен запуск второго спутника радиолокационного наблюдения, который должен был работать в паре с «Космосом-785».

19.12.1975

Со 132-й площадки космодрома Плесецк в рамках создания советских противоспутниковых систем осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник-мишень типа «ИС-М». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

20.01.1976

В космосе произошел повторный взрыв на борту американского спутника «Пегас».

04.02.1976

Неудачей завершился пуск с космодрома Кагосима ракеты-носителя «Мю-ЗС» с японским научно-исследовательским спутником на борту. Носитель потерпел аварию на участке выведения.

09.02.1976

На околоземной орбите взорвались остатки топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» № D107. В космосе возникло облако обломков в количестве 206 фрагментов.

28.02.1976

От советского разведывательного спутника «Космос-805» произведено отделение возвращаемой капсулы, которая должна была доставить на Землю отснятую фотопленку. Однако на капсуле не взвелась парашютная система, и она разбилась.

05.03.1976

От советского разведывательного спутника «Космос-805» произведено отделение возвращаемой капсулы, которая должна была доставить на Землю отснятую фотопленку. Из-за ненормальной работы привода компенсатора произошел отказ порохового тормозного двигателя 11Д864, в результате чего в расчетное время капсула с орбиты не сошла.

19.06.1976

В 06:59 UTC на околоземной орбите, на высоте 750 километров от поверхности Земли, произошел еще один взрыв остатков топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» № D107.

01.07.1976

Из-за неисправности последней ступени ракеты-носителя «Молния-М» не удалось вывести на рабочую орбиту советский спутник связи типа «Молния-2». Официально было объявлено о запуске спутника «Космос-837».

25.07.1976

Вышла из строя тормозная двигательная установка на советском разведывательном спутнике «Космос-844». Из-за невозможности возвращения на Землю в 17:18 UTC космический аппарат был взорван на орбите. В космосе образовалось облако обломков в количестве 248 фрагментов.

24.08.1976

Из-за неполадок на борту советской орбитальной станции «Салют-5» досрочно прерван полет экипажа космического корабля «Союз-21» в составе Бориса Волынова и Виталия Жолобова. По некоторым сообщениям, причиной досрочного возвращения космонавтов на Землю стали обострившиеся до предела отношения между командиром и бортинженером.

01.09.1976

Из-за неисправности последней ступени ракеты-носителя «Молния-М» не удалось вывести на рабочую орбиту советский спутник связи типа «Молния-2». Официально было объявлено о запуске спутника «Космос-853».

20.01.1976

В космосе произошел третий взрыв на борту американского спутника «Пегас».

04.10.1976

В 11:00 UTC с 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Фрам». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

15.10.1976

Из-за неисправности в системе сближения и стыковки не удалось осуществить стыковку советского космического корабля «Союз-23», который пилотировали Вячеслав Зудов и Валерий Рождественский, с орбитальной станции «Салют-5». Корабль с космонавтами был досрочно возвращен на Землю.

10.11.1976

С китайского космодрома Цзюцуань осуществлен пуск ракеты-носителя «Фен Бао-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

29.12.1976

Вышла из строя тормозная двигательная установка советского разведывательного спутника «Космос-884», что сделало невозможным его возвращение на Землю. Спутник был уничтожен на орбите.

15.02.1977

Осуществлен запуск очередной группы (8 штук) советских спутников связи типа «Стрела-3». Из-за неисправности в последней ступени ракеты-носителя космические аппараты не смогли отделиться от платформы и использоваться по назначению. Было официально сообщено о запуске только одного спутника «Космос-893».

22.02.1977

С 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-4МК». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

15.03.1977

Из-за невозможности нормальной эксплуатации космического аппарата в 12:56 UTC на околоземной орбите на высоте 5375 километров над поверхностью Земли подорван советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-862». В космосе образовалось облако обломков в количестве 11 фрагментов.

23.05.1977

Неудачей закончилось очередное испытание советской противоспутниковой системы. Спутник-перехватчик «Космос-910» прибыл в точку встречи значительно раньше мишени «Космос-909» и, не выполнив задачу, вошел в земную атмосферу и сгорел.

14.07.1977

В 16:12 UTC на околоземной орбите, на высоте 1450 километров над поверхностью Земли, взорвались остатки топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» № D132. В космосе образовалось облако обломков в количестве 169 фрагментов.

04.08.1977

В 22:00 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К» с двумя возвращаемыми аппаратами советского транспортного космического корабля, созданными в рамках программы «Алмаз». На 54-й секунде полета произошел отказ двигательной установки 1-й ступени носителя, в результате чего он потерпел аварию. Возвращаемый аппарат № 009/П разбился, а возвращаемый аппарат № 009А/П, установленный по штатной схеме, отделился от летно-весового изделия и с помощью двигателей системы аварийного спасения совершил успешную посадку.

10.08.1977

С 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник типа «Зенит-4МКМ». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

13.09.1977

В 23:31 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Дельта-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту европейский исследовательский спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

29.09.1977

В 07:17 UTC на околоземной орбите, на высоте 1910 км над поверхностью Земли, произошел взрыв советского военного спутника «Космос-839». Специалисты расходятся во мнении относительно причин взрыва. Одни считают это преднамеренным актом. Другие склоняются к версии взрыва аккумуляторных батарей. Как бы то ни было, в космосе образовалось облако обломков в количестве 69 фрагментов.

30.09.1977

В 01:02:59 UTC с 36-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Центавр», которая должна была вывести на околоземную орбиту телекоммуникационный спутник «Интелсат-4А05». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

10.10.1977

Из-за отказа системы сближения и стыковки не удалось осуществить стыковку советского космического корабля «Союз-25» и станции «Салют-6». Было принято решение полет корабля прервать и возвратить космонавтов Владимира Коваленка и Валерия Рюмина на Землю досрочно.

24.10.1977

Из-за невозможности нормальной эксплуатации космического аппарата на околоземной орбите подорван советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-931». Аппарат распался на 6 фрагментов.

30.10.1977

На борту советского спутника радиолокационного наблюдения «Космос-954» вышла из строя двигательная установка, позволявшая производить коррекции орбиты. Попытка разделения орбитального и реакторного отсека также не увенчалась успехом из-за выхода из строя двигателя, предназначенного для перевода реакторного отсека на высокую «орбиту захоронения». Спутник начал неконтролируемое снижение.

21.12.2977

Неудачей завершилось очередное испытание советской противоспутниковой системы. Спутник-перехватчик «Космос-970» предпринял попытку перехвата мишени, роль которой играл спутник «Космос-967», однако прошел на слишком большом расстоянии от цели. «Космос-970» был взорван, а «Космос-967» оставлен на орбите для дальнейшего использования. В космосе образовалось облако обломков в количестве 70 фрагментов.

24.12.1977

В 11:33 UTC на околоземной орбите, на высоте 1510 километров над поверхностью Земли, взорвались остатки топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» № D126. В космосе образовалось облако обломков в количестве 159 фрагментов.

06.01.1978

Произошла неожиданная разгерметизация продолжавшего неконтролируемое снижение советского спутника радиолокационного наблюдения «Космос-954». Полностью вышла из строя бортовая аппаратура. Неконтролируемое снижение спутника ускорилось.

24.01.1978

На севере Канады произошло падение обломков советского спутника радиолокационного наблюдения «Космос-954», оборудованного ядерным реактором. В районе падения произошло радиоактивное заражение местности. Это падение вызвало грандиозный международный скандал, который заставил Советский Союз на время приостановить запуски спутников с ядерными реакторами на борту.

25.03.1978

В 18:09 UTC с 40-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту два спутника американской военной системы связи. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

19.05.1978

Неудачей закончилось очередное испытание советской противоспутниковой системы. Спутник-перехватчик «Космос-1004» предпринял попытку перехвата мишени «Космос-967», однако прошел на слишком большом расстоянии от цели.

27.05.1978

В 01:25 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на стационарную орбиту советский спутник связи «Экран» № 13Л. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

08.06.1978

Из-за невозможности нормальной эксплуатации космического аппарата на околоземной орбите подорван советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-903».

Середина июня 1976 г.

В космосе произошел четвертый взрыв на борту американского спутника «Пегас».

23.06.1978

На геостационарной орбите, на высоте 35 790 км над поверхностью Земли, вышел из строя советский спутник связи «Экран-2». Вероятнее всего, причиной этого стал взрыв аккумуляторных батарей.

17.08.1978

В 20:02 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на стационарную орбиту советский спутник связи «Экран» № 15Л. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

10.10.1978

Из-за невозможности нормальной эксплуатации космического аппарата на околоземной орбите подорван советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-1030». Аппарат распался на 4 фрагмента.

17.10.1978

В 16:04 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на стационарную орбиту советский спутник связи «Экран» № 14Л. Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

27.11.1978

В 17:03 UTC на околоземной орбите на высоте 560 км над поверхностью Земли произошел взрыв советского военного спутника «Космос-880». Специалисты расходятся во мнении относительно причин взрыва. Одни считают это преднамеренным актом. Другие склоняются к версии взрыва аккумуляторных батарей. Как бы то ни было, в космосе образовалось облако обломков в количестве 50 фрагментов.

19.12.1978

Из-за отказа в работе разгонного блока не удалось вывести на геостационарную орбиту советский спутник связи «Горизонт-1». Космический аппарат вышел на нерасчетную орбиту и по назначению не мог использоваться.

20.12.1978

Из-за отказа в работе двигателя последней ступени ракеты-носителя «Восток-М» не удалось вывести на рабочую орбиту и использовать по назначению советский метеорологический спутник типа «Метеор-2». Официально было сообщено о запуске искусственного спутника «Космос-1066».

16.02.1979

С 41-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-2М». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

30.03.1979

Из-за невозможности нормальной эксплуатации космического аппарата в 15:45 UTC на околоземной орбите на высоте 3280 километров над поверхностью Земли подорван советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-917».

11.04.1979

Из-за аварии двигательной установки отменена стыковка советского космического корабля «Союз-33» и орбитальной станции «Салют-6».

12.04.1979

Посадка советского космического корабля «Союз-33» с космонавтами Николаем Рукавишниковым и Георгием Ивановым прошла в аварийном режиме. Спускаемый аппарат спускался по баллистической траектории, в результате чего космонавты испытывали перегрузки до 22 g.

15.05.1979

В 06:19:22 UTC осуществлена стыковка советского грузового транспортного корабля «Прогресс-6» и орбитальной станции «Салют-6». В течение двух последующих суток не удавалось добиться гереметичности переходного люка.

23.05.1979

Неудачей завершился очередной испытательный полет возвращаемых аппаратов советского транспортного космического корабля, созданного в рамках программы «Алмаз». После входа в плотные слои атмосферы возвращаемых аппаратов № 0102А и 0102 произошли сбои в системах бортовой автоматики обоих аппаратов. Аппараты снижались по баллистической траектории и разбились.

28.07.1979

С китайского космодрома Цзюцуань осуществлен пуск ракеты-носителя «Фен Бао-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту военный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

09.08.1979

При отделении от советской орбитальной станции «Салют-6» антенны космического радиотелескопа КРТ-10 произошло зацепление ее конструкции за выступающие элементы станции. Космонавты Владимир Ляхов и Валерий Рюмин совершили выход в открытый космос и вручную отцепили антенну.

10.08.1979

Неудачей завершилась первая попытка Индии запустить ракету-носитель собственного производства. Стартовавшая с космодрома Шрикарикота ракета потерпела аварию на участке выведения.

09.09.1979

Из-за невозможности нормальной эксплуатации космического аппарата в 02:30 UTC на околоземной орбите, на высоте 8375 километров над поверхностью Земли, подорван советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-1124». Аппарат распался на 4 фрагмента.

12.10.1979

С 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-6». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

12.02.1980

Из-за аварии разгонного блока не удалось вывести на рабочую орбиту и использовать по назначению советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-1164».

Середина февраля 1980 г.

Из-за невозможности нормальной эксплуатации космического аппарата на околоземной орбите подорван советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-1109». Аппарат распался на 9 фрагментов.

18.03.1980

В 16:01 UTC на 4-й пусковой установке 43-й площадки космодрома Плесецк при проведении заправки взорвалась ракета-носитель «Восток-М», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский разведывательный спутник типа «Целина-Д». Взрыв и возникший вслед за этим пожар стали причиной гибели 48 солдат и офицеров, а также привели к потере ракеты со спутником и пусковой установки.

18.04.1980

Неудачей закончилось очередное испытание советской противоспутниковой системы. Спутник-перехватчик «Космос-1174» должен был перехватить мишень, роль которой играл спутник «Космос-1171», однако на заключительном этапе сближения отказал маневровый двигатель. «Космос-1174» был уничтожен. В космосе образовалось облако обломков в количестве 46 фрагментов.

18.04.1980

Из-за неисправности разгонного блока не удалось вывести на рабочую орбиту советский спутник связи типа «Молния-2», сер. № 26. Официально было объявлено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-1175».

Апрель 1980 г.

На околоземной орбите произошел взрыв остатков топлива в баках 3-й ступени европейской ракеты-носителя «Ариан-1» № VI. В космосе образовалось облако обломков в количестве 13 фрагментов.

23.05.1980

В 14:29:39 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск европейской ракеты-носителя «Ариан-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту несколько спутников. Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

03.06.1980

Произошел отказ двигателей мягкой посадки спускаемого аппарата советского космического корабля «Союз-35», на котором на Землю возвращались космонавты Валерий Кубасов и Берталан Фаркаш. К счастью, космонавты отделались легкими ушибами.

15.07.1980

В 02:22:11 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Тор», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский военный метеорологический спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

09.08.1980

В авиационной катастрофе погиб советский космонавт Олег Григорьевич Кононенко, готовившийся к полетам в космос на кораблях типа «Буран».

24.10.1980

В катастрофе самолета «МиГ-27» погиб советский летчик Леонид Георгиевич Иванов, готовившийся к полетам в космос на кораблях типа «Союз».

09.12.1980

В 07:18 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас-Е», которая должна была вывести на околоземную орбиту несколько американских военных спутников. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

23.01.1981

С 32-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Циклон-3», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский военный спутник типа «Муссон». Пуск неудачный – авария носителя на участке выведения.

27.01.1981

В 04:32 UTC на околоземной орбите, на высоте 910 километров от поверхности Земли, произошел взрыв остатков топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» № D139. В космосе образовалось облако обломков в количестве 210 фрагментов.

28.03.1981

В 09:30 UTC с 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский военный спутник типа «Феникс». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

28.04.1981

Серьезные неполадки возникли на борту советского спутника радиолокационной разведки «Космос-1266», оборудованного ядерным реактором. Во избежание неконтролируемого падения на Землю реакторный отсек был переведен на высокую «орбиту захоронения».

24.07.1981

В 23:51 UTC на околоземной орбите, на высоте 980 км над поверхностью Земли, произошел взрыв советского военного спутника «Космос-1275». Специалисты расходятся во мнении относительно причин взрыва. Одни считают это преднамеренным актом. Другие склоняются к версии взрыва аккумуляторных батарей. Как бы то ни было, в космосе образовалось облако обломков в количестве 305 фрагментов.

05.09.1981

Серьезные неполадки возникли на борту советского спутника радиолокационной разведки «Космос-1299», оборудованного ядерным реактором. Во избежание неконтролируемого падения на Землю реакторный отсек был переведен на высокую «орбиту захоронения».

11.09.1981

Из-за неисправности разгонного блока не удалось вывести на рабочую орбиту советский спутник связи «Молния-3» № 28. Официально было объявлено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-1305».

11.09.1981

На околоземной орбите произошел взрыв остатков топлива в 3-й ступени советской ракеты-носителя «Молния-М», которая вывела в космос спутник связи «Космос-1305». В космосе образовалось облако обломков в количестве 8 фрагментов.

14.09.1981

При запуске советского спутника радиолокационного наблюдения «Космос-1306» произошел отказ разгонного блока, который должен был вывести аппарат на рабочую орбиту. Выведение на рабочую орбиту было произведено с помощью бортового двигателя.

26.09.1981

Во Вьетнаме в авиационной катастрофе погиб летчик Буй Тхань Лием, за два года до этого готовившийся к космическим полетам на советских космических кораблях.

19.12.1981

В 01:10 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас-Е», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

26.12.1981

На околоземной орбите произошел взрыв остатков топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» №D145.

19.02.1982

Вышла из строя аппаратура на борту советского спутника радиолокационного наблюдения «Космос-1337». Так как спутник больше не мог использоваться по назначению, он был сведен с орбиты и сгорел в плотных слоях земной атмосферы.

04.03.1982

Со 107-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту малый советский военный спутник, предположительно типа «Ромб». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

08.05.1982

В 04:44 UTC на околоземной орбите, на высоте 555 километров над поверхностью Земли, по неизвестной причине произошло разрушение советского разведывательного спутника «Космос-1260». В космосе образовалось облако обломков в количестве 68 фрагментов.

15.05.1982

С 41-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник-фоторазведчик типа «Зенит-6». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

12.06.1982

С 1-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский военный спутник, предположительно типа «Кобальт». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

18.06.1982

Неудачей закончилось очередное испытание советской противоспутниковой системы. Спутник-перехватчик «Космос-1379» должен был перехватить мишень, роль которой играл спутник «Космос-1375». Было осуществлено точное сближение с целью, но детонатор на перехватчике сработал преждевременно.

18.06.1982

Из-за неисправности двигателя последней ступени ракеты-носителя «Космос-ЗМ» не удалось вывести на рабочую орбиту и использовать по назначению советский навигационный спутник «Космос-1380».

20.06.1982

В 18:18 UTC на околоземной орбите, на высоте 875 километров над поверхностью Земли, по неизвестной причине произошло разрушение советского разведывательного спутника «Космос-1220». В космосе образовалось облако обломков в количестве 81 фрагмента.

22.07.1982

В 22:11 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на стационарную орбиту советский спутник связи «Экран» № 23Л. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

25.08.1982

В 12:31 UTC на околоземной орбите, на высоте 665 километров над поверхностью Земли, произошел повторный взрыв на борту советского разведывательного спутника «Космос-1220».

30.08.1982

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», сер. № 65047 – 236, которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник военной системы связи типа «Стрела-2». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

09.09.1982

В 02:12:03 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск европейской ракеты-носителя «Ариан-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту два телекоммуникационных спутника. Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

24.11.1982

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту группу спутников советской военной системы связи типа «Стрела-1М». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

08.12.1982

Из-за неисправности разгонного блока не удалось вывести на рабочую орбиту советский спутник связи «Молния-1» № 49. Официально было объявлено о запуске искусственного спутника Земли «Космос-1423».

08.12.1982

В 14:48 UTC на околоземной орбите, на высоте 400 км над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в 3-й ступени советской ракеты-носителя «Молния-М», которая вывела в космос спутник связи «Космос-1423». В космосе образовалось облако обломков в количестве 29 фрагментов.

24.12.1982

В 12:00 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на стационарную орбиту советский спутник связи типа «Грань» № 22Л. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

28.12.1982

Вышла из строя двигательная установка на борту советского спутника радиолокационного наблюдения «Космос-1402», оборудованного ядерным реактором, что не позволило перевести его на «орбиту захоронения», и он начал неконтролируемое снижение.

25.01.1983

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной советский спутник для калибровки наземных радиолокаторов типа «Ромб». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

07.02.1983

Вошел в плотные слои земной атмосферы советский спутник радиолокационного наблюдения «Космос-1402». Конструктивные доработки после предыдущей аналогичной аварии позволили отделить активную зону от термостойкого реактора и обеспечить компактное падение обломков. Активная зона вошла в атмосферу, и радиоактивные продукты рассеялись над Южной Атлантикой.

21.04.1983

Из-за неполадок в системе сближения и стыковки не удалось осуществить стыковку советского космического корабля «Союз Т-8», который пилотировали космонавты Владимир Титов, Геннадий Стрекалов и Александр Серебров, и орбитальной станции «Салют-7». Корабль был досрочно возвращен на Землю.

23.06.1983

В районе полуострова Камчатка, в бухте Крашенинникова, всего в 7 километрах от берега затонула советская атомная ракетная подводная лодка «К-429». Причиной стало поступление забортной воды через незакрытые шахты вдувной и вытяжной вентиляции. Погибли 17 человек.

26.09.1983

В 19:36 UTC на 1-й площадке космодрома Байконур при старте советского космического корабля «Союз Т-10А» («7К-СТ» № ЮЛ) с Владимиром Титовым и Геннадием Стрекаловым на борту произошел взрыв ракеты-носителя «Союз-У». Буквально за две секунды до взрыва капсула с космонавтами была отстреляна от ракеты и совершила посадку на парашюте в стороне от стартового комплекса. Стартовый комплекс был полностью разрушен.

03.02.1984

В 21:45 UTC на околоземной орбите, на высоте 305 километров над поверхностью Земли, взорвалась двигательная установка американского разгонного блока PAM-D, с помощью которого предполагалось перевести на геостационарную орбиту индонезийский спутник связи «Уэстар-6». Блок распался на 14 фрагментов. Сам спутник более полугода находился на орбите, после чего был снят с нее и доставлен на Землю экипажем космического корабля «Дискавери».

06.02.1984

В 16:00 UTC на околоземной орбите, на высоте 280 километров над поверхностью Земли, взорвалась двигательная установка американского разгонного блока «PAM-D», с помощью которого предполагалось перевести на геостационарную орбиту индонезийский спутник связи «Палапа-В2». Блок распался на 3 фрагмента. Сам спутник более полугода находился на орбите, после чего был снят с нее и доставлен на Землю экипажем космического корабля «Дискавери».

13.05.1984

На базе советского Северного флота в Североморске серией взрывов уничтожены склады оружия и боеприпасов. В результате катастрофы были уничтожены 580 из 900 ракет класса «земля – воздух» и 320 из 400 ракет «корабль – корабль». Кроме того, полностью был уничтожен арсенал ракет, способных нести ядерные боеголовки, которые хранились отдельно от носителя, и много противокорабельных ядерных ракет. Было повреждено также некоторое количество ракет «земля – воздух». Одновременно взрывом было уничтожено или повреждено множество запасных частей к ракетам. Ни один из боевых кораблей флота не пострадал, но все они лишились возможности пополнить свои боекомплекты. Погибли около 200 человек, столько же получили ранения.

18.06.1984

В Баренцевом море на борту советской атомной ракетной подводной лодки «К-131» проекта 675 произошел сильный пожар в одном из отсеков. В огне погибли 14 моряков.

06.07.1984

Со 107-й площадки ракетного полигона Капустин Яр осуществлен пуск по суборбитальной траектории советской ракеты-носителя «К65М-РБ5» с космическим аппаратом «Бор-5» в качестве полезной нагрузки. Из-за электрического дефекта аппарат и ракета не разделились и упали на Землю вместе.

03.09.1984

В 20:23 UTC на околоземной орбите, на высоте 700 км над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в советском разгонном блоке ДМ, который вывел на вытянутую эллиптическую орбиту научно-исследовательский спутник «Астрой».

Середина сентября 1984 г.

В космосе произошел пятый взрыв на борту американского спутника «Пегас».

27.11.1984

Из-за сбоя в работе двигателя 3-й ступени ракеты-носителя «Циклон-3» не удалось вывести на рабочую орбиту советский метеорологический спутник типа «Метеор-3». Официально было сообщено о запуске спутника «Космос-1612».

23.01.1985

В космосе произошел повторный взрыв остатков топлива в баках американской ступени «Аджена-Д» № 6323.

23.01.1985

При выводе на орбиту советского спутника радиолокационного наблюдения «Космос-1625» не произошло включение разгонного блока. Спутник не смог выйти на рабочую орбиту, в тот же день был сведен с орбиты и сгорел в атмосфере.

11.02.1985

Потеряна связь с советской орбитальной станцией «Салют-7». Как выяснилось впоследствии, произошел сбой в бортовом компьютере, который выдал неправильную команду, и произошло нарушение ориентации станции, резкое падение напряжения и отключение всей бортовой аппаратуры.

13.04.1985

С 45-й площадки космодрома Байконур осуществлен испытательный пуск советской ракеты-носителя «Зенит-2» с экспериментальной полезной нагрузкой на борту. Вследствие неправильного знака команды управления расходом топлива и повышенного расхода горючего произошла преждевременная остановка двигателя 2-й ступени. Полезная нагрузка совершила суборбитальный космический полет.

21.06.1985

На борту советского разведывательного спутника «Космос-1654» в 10:47 UTC произошел взрыв двигательной установки, в результате чего сдетонировал находившийся на борту заряд тротила. Космический аппарат был разрушен. В космосе образовалось облако обломков в количестве 18 фрагментов.

21.06.1985

В 10:29 UTC с 45-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск советской ракеты-носителя «Зенит-2» с габаритно-весовым макетом разведывательного спутника на борту. Из-за аварии 2-й ступени носителя полезный груз не удалось вывести на околоземную орбиту. Аппарат совершил суборбитальный полет и упал на поверхность Земли. Вторая ступень вышла на околоземную орбиту и была зафиксирована западными средствами наблюдения, которые внесли объект в каталог. В Советском Союзе о запуске ничего не сообщалось.

28.08.1985

В 21:20 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-34Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

13.09.1985

В 20:43 UTC на околоземной орбите, на высоте 525 километров над поверхностью Земли, осуществлен преднамеренный подрыв американского военного спутника «Р-78». В космосе образовалось облако обломков в количестве 285 фрагментов.

21.10.1985

В 03:53 UTC на околоземной орбите, на высоте 995 км над поверхностью Земли, произошел взрыв советского военного спутника «Космос-1375». Специалисты расходятся во мнении относительно причин взрыва. Одни считают это преднамеренным актом. Другие склоняются к версии взрыва аккумуляторных батарей. Как бы то ни было, в космосе образовалось облако обломков в количестве 60 фрагментов.

23.10.1985

В 17:24 UTC со 133-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский военный спутник типа «Парус». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

21.11.1985

В связи с тяжелым заболеванием командира экипажа Владимира Васютина досрочно прекращен длительный полет на борту советской орбитальной станции «Салют-7». Космонавты Владимир Васютин, Александр Волков и Виктор Савиных возвратились на Землю.

22.11.1985

В 08:40 UTC на околоземной орбите, на высоте 1415 км над поверхностью Земли, произошел взрыв советского военного спутника «Космос-1691». Специалисты расходятся во мнении относительно причин взрыва. Одни считают это преднамеренным актом. Другие склоняются к версии взрыва аккумуляторных батарей. Как бы то ни было, в космосе образовалось облако обломков в количестве 14 фрагментов.

Середина сентября 1985 г.

В космосе произошел шестой взрыв на борту американского спутника «Пегас».

17.12.1985

В космосе произошел третий взрыв остатков топлива в баках американской ракетной ступени «Аджена-Д» № 6323.

28.12.1985

Из-за отказа в работе двигателя 2-й ступени советской ракеты-носителя «Зенит-2» не удалось вывести на рабочую орбиту спутник радиотехнической разведки «Космос-1714».

28.12.1985

В космосе взорвались остатки топлива в двигательной установке 2-й ступени советской ракеты-носителя «Зенит-2», с помощью которой был запущен военный спутник «Космос-1714». На орбите зафиксировано появление двух фрагментов.

30.12.1985

В 10:05 UTC на околоземной орбите, на высоте 825 километров над поверхностью Земли, распался на фрагменты американский метеорологический спутник NOAA-8. Причиной инцидента стал взрыв аккумуляторной батареи.

26.03.1986

С космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский военный спутник, предположительно типа «Облик». Из-за аварии РН пуск закончился неудачей.

28.01.1986

Через 73 секунды после старта на высоте 14 километров над водами Атлантического океана взорвался американский корабль многоразового использования «Челленджер». В катастрофе погибли семь американских космонавтов.

18.04.1986

В 17:45 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-34Д», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

03.05.1986

В 23:18 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Дельта», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский метеорологический спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

24.05.1986

В США в авиационной катастрофе погиб американский космонавт Стивен Дуглас Торн, едва начавший подготовку к полетам в космос.

30.05.1986

В 00:53:03 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск европейской ракеты-носителя «Ариан-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту телекоммуникационный спутник «Интелсат-504». Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

02.09.1986

В космосе произошел четвертый взрыв остатков топлива в баках американской ракетной ступени «Аджена-Д» № 6323.

05.09.1986

В 17:52 UTC на околоземной орбите, на высоте 220 километров над поверхностью Земли, из-за невозможности нормальной эксплуатации уничтожен американский военный спутник «USA-19» с пристыкованной к нему двигательной установкой. В космосе возникло облако обломков в количестве 18 фрагментов.

11.09.1986

С советской атомной ракетной подводной лодки проекта «667-БД» осуществлен учебный пуск баллистической ракеты типа «Р-29». Ракета должна была поразить цель в районе полигона на полуострове Камчатка. В результате неправильного ввода данных ракета отклонилась от заданной траектории и упала на китайской территории, на правом берегу Амура, недалеко от Хабаровска. Китай не предъявил советской стороне никаких претензий, но, вероятно, подверг доставшийся ему неожиданный «подарок» серьезному изучению.

03.10.1986

На борту советской атомной ракетной подводной лодки «К-219», находившейся в 770 километрах северо-восточнее Бермудских островов, в результате соединения компонентов ракетного топлива произошел взрыв одной из ракет с последующей разгерметизацией шахты. Погибли 4 моряка. Попытки спасти лодку успехом не увенчались, и она 6 октября затонула.

03.10.1986

Из-за сбоя в работе двигателя разгонного блока не удалось вывести на рабочую орбиту советский спутник системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-1783».

15.10.1986

С 32-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Циклон-3», которая должна была вывести на околоземную орбиту шесть спутников советской военной системы связи типа «Стрела-3». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

13.11.1986

В 19:40 UTC на околоземной орбите, на высоте 805 километров от поверхности Земли, по неизвестной причине взорвалась двигательная установка французского спутника для дистанционного зондирования земной поверхности «Спот-1». В космосе возникло облако обломков в количестве 488 фрагментов.

29.11.1986

В 08:00 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник радиолокационного наблюдения типа «Меч-К». РН потерпела аварию на участке выведения и взорвалась.

29.01.1987

Из-за невозможности нормальной эксплуатации советского военного спутника «Космос-1813» в 05:55 UTC на околоземной орбите, на высоте 390 километров над поверхностью Земли, произведен подрыв аппарата. В космосе образовалось облако обломков в количестве 194 фрагментов.

30.01.1987

Из-за аварии двигателя последней ступени ракеты-носителя «Протон-К» не удалось вывести на геостационарную орбиту советский военный спутник связи «Космос-1817».

24.03.1987

С космодрома Шрикарикота осуществлен пуск индийской ракеты-носителя ASLV, которая должна была вывести на околоземную орбиту прикладной индийский спутник. Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

26.03.1987

В 21:22 UTC с 36-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас Центавр», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский телекоммуникационный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

05.04.1987

Из-за нештатной работы системы сближения не удалось осуществить стыковку модуля «Квант» и советского орбитального комплекса «Мир».

09.04.1987

Со второй попытки осуществлена стыковка модуля «Квант» и советского орбитального комплекса «Мир». Однако после стыковки не удалось полностью осуществить стягивание модуля и комплекса. Спустя два дня космонавты Юрий Романенко и Александр Лавейкин совершили выход в открытый космос и изъяли из стыковочного узла посторонний предмет, который мешал стягиванию. После этого процесс стыковки был завершен.

24.04.1987

Неудачей завершился запуск трех советских навигационных спутников типа «Ураган». Ракета-носитель «Протон-К», стартовавшая в 12:42:54 UTC с космодрома Байконур, смогла вывести космические аппараты «Космос-1838», «Космос-1839» и «Космос-1840» только на переходную орбиту, где их эксплуатация была невозможна. Попытки перевести космические аппараты на рабочую орбиту успехом не увенчались.

15.05.1987

В 17:30:01 UTC с 250-й площадки космодрома Байконур осуществлен первый испытательный пуск советской ракеты-носителя «Энергия». Предполагался вывод на околоземную орбиту габаритно-весового макета аппарата «Скиф-ДМ», предназначавшегося для отработки конструкции и бортовых систем боевого космического комплекса с лазерным оружием. Из-за неполадок разгонного блока КА на орбиту не вышел и приводнился в Тихом океане.

18.06.1987

В 07:24:59 UTC с 3-й пусковой установки 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник типа «Ресурс-Ф1». При подъеме на высоте менее 100 метров над стартовым комплексом началось взрывное разрушение ракеты. Последний, четвертый взрыв (центрального блока) произошел на нулевой отметке. В бетонном козырьке двухметровой толщины образовалась обширная пробоина, на старте возник пожар. От светового импульса пожелтели деревья на удалении до 300 метров от старта. Причиной аварии стало попадание постороннего предмета в кислородный насос топливно-насосного агрегата одного из боковых блоков. Стартовый комплекс был вынужденно поставлен на капитальный ремонт.

26.07.1987

На борту советского разведывательного спутника «Космос-1866» в 15:39 UTC произошел взрыв двигательной установки, в результате чего сдетонировал находившийся на борту заряд тротила. Космический аппарат был разрушен и распался на 9 фрагментов.

30.07.1987

Из-за серьезных отклонений в работе сердечно-сосудистой системы, обнаруженных медиками у советского космонавта Александра Лавейкина в ходе плановых обследований, произведена досрочная замена космонавта в экипаже второй основной экспедиции на борту орбитальной станции «Мир».

10.08.1987

На борту советского разведывательного спутника «Космос-1871» зафиксирован выход из строя тормозной двигательной установки. Так как спутник представлял собой не рабочий аппарат, а габаритно-весовой макет, он не был оснащен системой подрыва и впоследствии сгорел в плотных слоях атмосферы.

17.12.1987

В 17:39 UTC на околоземной орбите, на высоте 1485 км над поверхностью Земли, произошел взрыв советского военного спутника «Космос-1823». Специалисты расходятся во мнении относительно причин взрыва. Одни считают это преднамеренным актом. Другие склоняются к версии взрыва аккумуляторных батарей. Как бы то ни было, в космосе образовалось облако обломков в количестве 113 фрагментов.

05.01.1988

В 01:47 UTC в космосе на высоте 860 км над поверхностью Земли взорвались остатки топлива в двигательной установке разгонного блока «ДМ2», с помощью которого на рабочую орбиту был выведен советский военный спутник «Космос-1656». На орбите зафиксировано появление 6 фрагментов.

18.01.1988

В 09:58 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на стационарную орбиту советский спутник связи «Горизонт» № 25Л. Из-за аварии 3-й ступени носителя пуск закончился неудачей.

31.01.1988

Из-за значительного отклонения от расчетной посадочной траектории и невозможности приземления на территории Советского Союза подорван спускаемый аппарат советского военного спутника «Космос-1906» (тип «Ресурс Ф2»).

17.02.1988

Неудачей завершился запуск трех советских навигационных спутников типа «Ураган». Ракета-носитель «Протон-К», стартовавшая с космодрома Байконур в 00:23:22 UTC, вывела спутники «Космос-1917», «Космос-1918» и «Космос-1920» на низкую опорную орбиту, где они и остались, не отделившись от разгонного блока.

27.02.1988

На борту советского разведывательного спутника «Космос-1916» в 04:44 UTC произошел взрыв двигательной установки, в результате чего сдетонировал находившийся на борту заряд тротила. Космический аппарат был разрушен.

16.04.1988

Утеряна связь с советским спутником радиолокационного наблюдения «Космос-1900», оборудованным ядерным реактором. В течение пяти месяцев спутник неконтролируемо снижался, и наземные службы не могли дать команду ни на увод реактора на «орбиту захоронения», ни на отделение активной зоны для ее безопасного схода с орбиты. К счастью, за пять суток до предполагаемого схода с орбиты, 30.09.1988 г., сработала система автоматического увода реактора, включившаяся ввиду исчерпания запаса топлива в системе ориентации спутника.

09.05.1988

В 12:18 UTC на околоземной орбите, на высоте 1705 километров над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в 3-й ступени советской ракеты-носителя «Циклон-3», с помощью которой в космос был запущен спутник «Космос-1045». В космосе образовалось облако обломков в количестве 48 фрагментов.

18.05.1988

Вышла из строя двигательная установка советского разведывательного спутника «Космос-1936». Из-за невозможности нормальной эксплуатации аппарата полет был прерван и спутник был возвращен на Землю.

09.07.1988

С космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У» с советским военным спутником типа «Терилен» на борту. Из-за аварии носителя вывести спутник на орбиту не удалось.

12.07.1988

С космодрома Шрикарикота осуществлен пуск индийской ракеты-носителя ASLV, которая должна была вывести на околоземную орбиту прикладной индийский спутник. Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

27.07.1988

В 09:05:00 UTC с 4-й пусковой установки 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник типа «Ресурс-Ф1». Пуск закончился аварией. На активном участке полета из-за производственной ошибки в системе управления РН на высоте около 200 м одновременно отключились все двигатели. Ракета упала на стартовую позицию и взорвалась. Комплекс был вынужденно поставлен на капитальный ремонт, продолжавшийся полгода.

18.08.1988

В авиационной катастрофе погиб советский космонавт Александр Владимирович Щукин, готовившийся к полетам в космос на кораблях типа «Буран».

02.09.1988

Потеряна связь с советской автоматической станицей «Фобос-1», совершавшей полет по трассе «Земля – Марс».

06.09.1988

Очень опасная аварийная ситуация сложилась при посадке советского космического корабля «Союз ТМ-5». В соответствии с циклограммой спуска командир корабля вручную отстрелил бытовой отсек, но из-за отказа датчика инфракрасной вертикали системы ориентации корабля в расчетное время не включился двигатель. Однако через 7 мин ориентация восстановилась и бортовой компьютер неожиданно запустил двигатель. Время включения было нерасчетным, и поэтому командир вручную отключил двигатель.

11.11.1988

С космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У» с советским спутником типа «Терилен» на борту. Из-за аварии носителя вывести спутник на орбиту не удалось.

21.12.1988

При посадке советского космического корабля «Союз ТМ-6», который пилотировали Владимир Титов, Муса Манаров и Жан-Лу Кретьен, произошел сбой в работе бортового компьютера. Посадка была выполнена на резервном витке.

Март 1989

На космодроме Байконур во время испытаний был поврежден советский космический корабль «Союз ТМ», сер. № 59. Агрегатный отсек корабля частично разрушился из-за перенаддува во время испытаний в барокамере, и аппарат пришлось направить на завод для ремонта. Запуск отремонтированного корабля состоялся лишь 01.08.1990 г.

27.03.1989

Потеряна связь с советской автоматической станцией «Фобос-2», совершавшей полет по орбите вокруг Марса.

07.04.1989

В Норвежском море из-за пожара и поступления забортной воды затонула советская атомная ракетная подводная лодка «К-278» «Комсомолец», оснащенная ядерными крылатыми ракетами. Погибли 42 человека.

09.06.1989

В 10:10:00 UTC с 32-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Циклон-3», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник «Океан-01». Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей.

17.06.1989

В США в катастрофе самолета времен Второй мировой войны погиб американский космонавт Стэнли Дэвид Григгс.

28.07.1989

На борту советского разведывательного спутника «Космос-2030» в 04:10 UTC произошел взрыв двигательной установки, в результате чего сдетонировал находившийся на борту заряд тротила. Космический аппарат был разрушен.

31.08.1989

Из-за выхода из строя тормозной двигательной установки и невозможности возвращения космического аппарата в 18:51 UTC на высоте 240 км над поверхностью Земли взорван советский разведывательный спутник «Космос-2031», который распался на 9 фрагментов.

26.11.1989

После вывода на орбиту модуля дооснащения «Квант-2» на нем не раскрылась солнечная батарея, что заставило на несколько дней отложить запланированную стыковку с советским орбитальным комплексом «Мир».

02.12.1989

Из-за нештатной работы системы сближения не удалось с первой попытки осуществить стыковку модуля «Квант-2» и советского орбитального комплекса «Мир».

11.02.1990

Во время выведения на орбиту советского космического корабля «Союз ТМ-9» при сбросе головного обтекателя самопроизвольно расчековались и раскрылись как лепестки три (из шести) листа экранно-вакуумной теплоизоляции спускаемого аппарата корабля. После стыковки со станцией космонавтам пришлось выходить в открытый космос и закреплять раскрывшиеся листы.

23.02.1990

В 23:17 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск европейской ракеты-носителя «Ариан-4», которая должна была вывести на околоземную орбиту два японских телекоммуникационных спутника. Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

03.04.1990

С 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский военный спутник типа «Кобальт». Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей.

06.06.1990

Из-за нештатной работы одного из двигателей не удалось с первой попытки осуществить стыковку модуля «Кристалл» и советского орбитального комплекса «Мир».

21.06.1990

Из-за нештатной работы двигателя последней ступени ракеты-носителя «Молния-М» не удалось вывести на рабочую орбиту и использовать по назначению советский спутник системы раннего предупреждения о ракетном нападении «Космос-2084».

03.07.1990

С 16-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский военный спутник типа «Кобальт». Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей.

09.08.1990

В 20:18:59 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на стационарную орбиту советский спутник связи «Экран». Из-за аварии 2-й ступени носителя пуск закончился неудачей.

09.09.1990

В Италии при совершении показательного полета разбился Римантас Антанас-Антано Станкявичюс, советский летчик, готовившийся к полетам в космос на кораблях типа «Буран».

04.10.1990

С 45-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск советской ракеты-носителя «Зенит-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник радиотехнической разведки типа «Целина-2». Из-за отказа в работе 1-й ступени ракеты-носителя пуск закончился неудачей. Ракета упала и взорвалась. Взрывом полностью уничтожен стартовый комплекс.

04.10.1990

В 20:14 UTC на околоземной орбите, на высоте 895 километров над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в баках китайской ракеты-носителя «Лонг-матч-4А». В космосе образовалось облако обломков в количестве 83 фрагментов.

30.11.1990

Из-за выхода из строя тормозной двигательной установки и невозможности возвращения в 17:20 UTC на высоте 210 километров над поверхностью Земли взорван советский разведывательный спутник «Космос-2101».

01.12.1990

В 16:10 UTC на околоземной орбите, на высоте 850 километров над поверхностью Земли, взорвалось топливо в двигательной установке американского военного спутника USA-68. В космосе возникло облако обломков в количестве 28 фрагментов.

04.02.1991

В 03:12 UTC на околоземной орбите, на высоте 18 550 км над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока ДМ-2, который вывел на рабочую орбиту советские навигационные спутники «Космос-1519», «Космос-1520» и «Космос-1521». В космосе образовалось облако обломков в количестве 6 фрагментов.

05.03.1991

В 13:45 UTC на околоземной орбите, на высоте 1560 километров над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива во 2-й ступени ракеты-носителя «Космос-ЗМ», с помощью которой на орбиту были выведены советские спутники связи «Космос-2125», «Космос-2126», «Космос-2127», «Космос-2128», «Космос-2129», «Космос-2130», «Космос-2131» и «Космос-2132». В результате взрыва в космосе образовалось облако обломков из 86 фрагментов.

21.03.1991

Из-за нештатной работы системы сближения и стыковки не удалось с первой попытки осуществить стыковку советского грузового транспортного корабля «Прогресс М-7» и орбитального комплекса «Мир».

05.04.1991

В США в авиационной катастрофе погиб американский космонавт Мэнли Лани Картер.

18.04.1991

В 23:30 UTC с 36-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Атлас-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту японский телекоммуникационный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

01.05.1991

В 08:56 UTC на околоземной орбите, на высоте 1090 километров над поверхностью Земли, взорвались остатки топлива в баках 2-й ступени американской ракеты-носителя «Дельта» № D111. В космосе возникло облако обломков в количестве 240 фрагментов.

25.06.1991

Со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник для калибровки наземных радиолокаторов типа «Ромб». Из-за аварии носителя пуск закончился неудачей.

04.07.1991

Вышла из строя двигательная установка советского разведывательного спутника «Космос-2149». Из-за невозможности нормальной эксплуатации аппарата полет был прерван и спутник возвращен на Землю.

30.08.1991

В 08:58:01 UTC с 45-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Зенит-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник радиотехнической разведки типа «Целина-2». Из-за отказа 2-й ступени носителя пуск закончился неудачей. Ракета упала и взорвалась.

19.10.1991

Из-за нештатной работы системы сближения и стыковки не удалось с первой попытки осуществить стыковку советского грузового транспортного корабля «Прогресс М-10» и орбитального комплекса «Мир».

06.12.1991

Из-за выхода из строя тормозной двигательной установки советского разведывательного спутника «Космос-2163», что сделало невозможным его возвращение на Землю, в 20:21 UTC на высоте 210 километров над поверхностью Земли аппарат был подорван и распался на 11 фрагментов.

23.12.1991

В космосе произошел пятый взрыв остатков топлива в баках американской ракетной ступени «Аджена-Д» № 6323.

29.12.1991

В 09:03 UTC в космосе на высоте 4730 км над поверхностью Земли взорвались остатки топлива в двигательной установке разгонного блока ДМ2, с помощью которого на рабочую орбиту были выведены советские навигационные спутники «Космос-1710», «Космос-1711» и «Космос-1712». На орбите зафиксировано появление 12 фрагментов.

05.02.1992

С 45-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Зенит-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник радиотехнической разведки типа «Целина-2». Из-за отказа 2-й ступени РН пуск закончился неудачей. Ракета упала и взорвалась.

21.02.1992

На околоземной орбите, на высоте 35 600 километров над поверхностью Земли, взорвались остатки топлива в баках американской ракетной ступени «Транстейдж» № 5. В космосе возникло облако обломков в количестве 3 фрагментов.

02.07.1992

Из-за нештатной работы системы сближения и стыковки не удалось с первой попытки осуществить стыковку российского грузового транспортного корабля «Прогресс М-13» и орбитального комплекса «Мир».

Июль 1992 г.

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен советский военный спутник «Космос-2054».

22.08.1992

В 22:40 UTC с 36-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Атлас-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский телекоммуникационный спутник. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

05.09.1992

В 14:51 UTC на околоземной орбите, на высоте 835 километров над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока «ДМ2», который вывел на рабочую орбиту советский военный спутник «Космос-1603». В космосе образовалось облако обломков в количестве 22 фрагментов.

17-18.12.1992

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен советский спутник связи «Горизонт-17».

26.12.1992

В 07:38, 22:49 и 23:10 UTC в космосе зафиксированы три последовательных взрыва остатков топлива во 2-й ступени ракеты-носителя «Зенит-2», с помощью которой на орбиту был выведен российский военный спутник «Космос-2227».

30.12.1992

В 09:03 UTC в космосе зафиксирован взрыв остатков топлива во 2-й ступени ракеты-носителя «Зенит-2», с помощью которой на орбиту был выведен российский военный спутник «Космос-2227». В результате этого и трех предшествующих взрывов в космосе образовалось облако обломков из 219 фрагментов.

12.01.1993

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен советский спутник связи «Горизонт-18».

28.03.1993

В 07:16 UTC на высоте 840 километров над поверхностью Земли произошел взрыв остатков топлива во 2-й ступени ракеты-носителя «Зенит-2», с помощью которой на орбиту был выведен российский военный спутник «Космос-2237». В результате взрыва в космосе образовалось облако обломков из 29 фрагментов.

21.04.1993

В космосе произошел взрыв остатков топлива в баках 3-й ступени европейской ракеты-носителя «Ариан-4» № V50. Ступень распалась на 11 фрагментов.

27.04.1993

В 10:44 UTC практически сразу после выхода на околоземную орбиту взорвался российский военный спутник «Космос-2243». Причины взрыва неизвестны, но полагают, что это было сделано преднамеренно в связи с невозможностью эксплуатировать аппарат по назначению.

27.05.1993

В 01:22:00 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на околоземную орбиту советский спутник связи «Горизонт» № 39Л. Из-за отказа 2-й ступени носителя пуск закончился неудачей. Ракета упала и взорвалась.

11.07.1993

В результате несчастного случая на Черном море погиб российский космонавт Сергей Возовиков, проходивший подготовку к полетам в космос на кораблях типа «Союз».

25.07.1993

Из-за неполадок на борту российского спутника детальной фотографической разведки «Космос-2259» аппарат взорван на орбите.

02.08.1993

В 19:59 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-4», которая должна была вывести на околоземную орбиту несколько американских военных спутников. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

22.08.1993

Потеряна связь с американским межпланетным зондом «Марс Обсервер», совершавшим перелет по трассе «Земля-Марс».

20.09.1993

В 05:12 UTC с космодрома Шрикарикота осуществлен пуск индийской ракеты-носителя PSLV, которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник IRS-1E. Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

05.10.1993

При восхождении на Эверест погиб американский космонавт Карл Гордон Хенайз.

05.10.1993

В 17:56 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский геодезический спутник «Лэндсат-6». Пуск закончился неудачей – авария носителя на участке выведения.

18.10.1993

В 12:04 UTC на околоземной орбите, на высоте 605 километров над поверхностью Земли, по неизвестной причине взорвался выведенный из эксплуатации советский разведывательный спутник «Космос-1484». В космосе образовалось облако обломков в количестве 48 фрагментов.

25.10.1993

В Подмосковье был сбит машиной и скончался от полученных ранений Владимир Евгеньевич Преображенский, бывший член отряда советских космонавтов.

18.12.1993

В 07:11 UTC на околоземной орбите, на высоте 195 километров над поверхностью Земли, взорван вышедший из строя российский разведывательный спутник «Космос-2262».

27.12.1993

На космодроме Плесецк предпринята попытка пуска ракеты-носителя «Циклон-3» с российским метеорологическим спутником «Метеор-3-07» на борту. Из-за обнаружившейся негерметичности топливной магистрали пуск пришлось отменить, топливо слили, ракету вернули в монтажно-испытательный корпус.

14.01.1994

После расстыковки российского космического корабля «Союз ТМ-17» и орбитального комплекса «Мир» во время облета станции произошло нерасчетное сближение и столкновение космических аппаратов. К счастью, все обошлось без серьезных последствий.

24.01.1994

В 21:37 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск европейской ракеты-носителя «Ариан-4», которая должна была вывести на околоземную орбиту два телекоммуникационных спутника. Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

27.04.1994

В 01:44 UTC на околоземной орбите, на высоте 270 километров над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в баках 3-й ступени европейской ракеты-носителя «Ариан-4» № V42. После взрыва ступень распалась на 5 фрагментов.

07.05.1994

В 09:30 UTC на околоземной орбите, на высоте 16 195 километров над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на орбиту был выведен советский военный спутник «Космос-2133». В результате взрыва блок распался на три фрагмента.

25.05.1994

В 10:14:59 UTC с 32-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Циклон-3», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной российский военный спутник типа «Целина-Д». Пуск закончился аварией, причиной которой стало короткое замыкание в одной из цепей, контролировавших работу двигательной системы. Обломки ракеты-носителя и космического аппарата упали в акватории Восточно-Сибирского моря, в 300 километрах северо-западнее острова Врангеля.

27.06.1994

В 21:15 UTC с борта самолета-носителя «L-1011» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Пегас-XL», которая должна была вывести на околоземную орбиту микроспутник «Степ-1». Пуск закончился неудачей – ракета взорвалась вскоре после отделения от самолета.

27.08.1994

Из-за нештатной работы системы сближения и стыковки не удалось с первой попытки осуществить стыковку российского грузового транспортного корабля «Прогресс М-24» и орбитального комплекса «Мир».

31.08.1994

Из-за нештатной работы системы сближения и стыковки не удалась вторая попытка стыковки российского грузового транспортного корабля «Прогресс М-24» и орбитального комплекса «Мир».

15.10.1994

Небольшой пожар произошел на борту российского орбитального комплекса «Мир». При сжигании кислородной шашки загорелся ее фильтр. Возгорание удалось быстро ликвидировать.

08.11.1994

Около 08:24 UTC в космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на рабочие орбиты были выведены российские навигационные спутники «Космос-2204», «Космос-2205» и «Космос-2206».

01.12.1994

В 22:57:51 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск европейской ракеты-носителя «Ариан-4», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский телекоммуникационный спутник «ПанАмСат-3». Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

26.12.1994

В 06:27 UTC на высоте 1880 километров над поверхностью Земли произошел взрыв остатков топлива в 3-й ступени российской ракеты-носителя «Рокот», с помощью которой на орбиту был выведен радиолюбительский спутник «PC-15». В результате взрыва в космосе образовалось облако обломков из 23 фрагментов.

15.01.1995

В 13:45 UTC с космодрома Кагосима осуществлен пуск японской ракеты-носителя «Мю-ЗС2», которая должна была вывести на околоземную орбиту японо-германский спутник «Экспресс». Из-за недостаточной скорости, сообщенной космическому аппарату, он был выведен на орбиту с низким перигеем и после двух витков вокруг Земли сгорел в земной атмосфере.

25.01.1995

В 19:26 UTC с космодрома Сичан осуществлен пуск китайской ракеты-носителя «Чанг Зенг-2Е», которая должна была вывести на околоземную орбиту гонконгский телекоммуникационный спутник «Апстар-2». Носитель потерпел аварию на участке выведения.

28.03.1995

В 09:00 UTC со 158-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск российской ракеты-носителя «Старт», которая должна была вывести на околоземную орбиту израильский, мексиканский и российский научные спутники. Из-за отказа 5-й ступени РН пуск закончился неудачей, спутники оторвались от ракеты и упали в море.

11.05.1995

Около 05:47 UTC в космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен российский спутник связи «Электро».

22.06.1995

В 19:58 UTC с борта самолета-носителя «L-1011» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Пегас-XL», которая должна была вывести на околоземную орбиту микроспутник «Степ-ЗМ». Пуск закончился неудачей – ракета взорвалась вскоре после отделения от самолета.

15.08.1995

В 22:30 UTC с базы ВВС США осуществлен испытательный пуск американской ракеты-носителя «LLV-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник «Гемстар». Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

31.08.1995

Потерпел аварию и не мог эксплуатироваться по назначению чилийский спутник «Фасат Альфа», выведенный на орбиту в качестве дополнительной полезной нагрузки к украинскому спутнику «Сич-1». Спутники были выведены в космос «в связке», и авария произошла в момент разделения.

09.09.1995

В Германии в авиационной катастрофе погиб немецкий космонавт Райнхард Альфред Фуррер.

27.09.1995

На космодроме Байконур перевернулась железнодорожная платформа, на которой к месту старта должна была доставляться ракета-носитель «Союз-У» с российским грузовым транспортным кораблем «Прогресс М-29». Повреждено около 20 метров одноколейного железнодорожного полотна.

06.10.1995

В 03:23:11 UTC с космодрома Плесецк запущен российский навигационный спутник «Космос-2321». Из-за неисправности в последней ступени носителя космический аппарат вышел на нерасчетную орбиту.

Ориентировочно 21.10.1995 г.

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен российский военный спутник «Космос-2282».

23.10.1995

В 22:03 UTC с полигона на острове Уоллопс осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Конестенога», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник «Метеор». Пуск закончился неудачей – носитель потерпел аварию на участке выведения.

Ориентировочно 14.12.1995

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен советский спутник связи «Горизонт-22».

14.02.1996

В 19:01 UTC с космодрома Сичан осуществлен пуск китайской ракеты-носителя «Чанг Зенг-ЗВ», которая должна была вывести на околоземную орбиту гонконгский телекоммуникационный спутник «Интелсат-708». Носитель потерпел аварию на участке выведения. Обломки ракеты упали на расположенную в 15 километрах от космодрома деревню, убив не менее пяти человек.

19.02.1996

Из-за отказа в работе двигателя разгонного блока не вышел на рабочую орбиту и не мог эксплуатироваться по назначению российский спутник связи «Радуга-33».

19.02.1996

В 14:59 UTC на высоте 36 511 километров над поверхностью Земли произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен российский спутник связи «Радуга-33». В результате взрыва блок распался на два фрагмента.

22.03.1996

В США во время испытательного полета на самолете VK-30 погиб американский космонавт Роберт Франклин Овермейер.

14.05.1996

В 08:55:00 UTC с 31-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту российский спутник-фоторазведчик типа «Комета». Из-за разрушения головного обтекателя на 49-й секунде полета РН взорвалась.

25.05.1996

Из-за отказа в работе двигателя разгонного блока не вышел на рабочую орбиту и не мог эксплуатироваться по назначению российский спутник связи «Горизонт-32».

03.06.1996

В 15:18 UTC на околоземной орбите, на высоте 625 километров над поверхностью Земли, взорвались остатки топлива в баках последней ступени американской ракеты-носителя «Пегас» № 5. В космосе образовалось облако обломков в количестве 704 фрагментов.

04.06.1996

В 12:34:06 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск европейской ракеты-носителя «Ариан-5», которая должна была вывести на орбиту несколько экспериментальных спутников, изготовленных специалистами Европейского космического агентства. Носитель потерпел аварию на участке выведения.

20.06.1996

В 18:45 UTC с 16-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У», которая должна была вывести на околоземную орбиту российский военный спутник типа «Кобальт». Из-за разрушения головного обтекателя на 49-й секунде полета РН взорвалась. Это вторая однотипная авария ракеты-носителя «Союз-У» подряд.

16.11.1996

Из-за отказа двигательной установки разгонного блока не удалось перевести на траекторию полета к Марсу российскую автоматическую станцию «Марс-8». Станция «застряла» на околоземной орбите и спустя сутки сгорела в земной атмосфере.

Приблизительно 01.12.1996

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на рабочие орбиты были выведены советские навигационные спутники «Космос-1883», «Космос-1884» и «Космос-1885». В результате взрыва в космосе образовалось облако обломков из 14 фрагментов.

17.01.1997

В 16:28 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Дельта-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной американский навигационный спутник системы «GPS». Носитель потерпел аварию на участке выведения.

23.02.1997

На борту российского орбитального комплекса «Мир» произошел пожар в системе регенерации воздуха. Пожар удалось достаточно быстро потушить, но задымление в отсеках станции сохранялось еще более суток.

04.03.1997

Из-за нештатной работы системы сближения и стыковки не удалось осуществить повторную стыковку российского грузового транспортного корабля «Прогресс М-33» и орбитального комплекса «Мир».

20.05.1997

В 07:07:00 UTC с 45-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Зенит-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту российский разведывательный спутник типа «Целина-2». На 49-й секунде полета на высоте 15 километров РН потерпела аварию и взорвалась.

22.05.1997

На околоземной орбите произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен советский спутник связи «Экран-17».

25.06.1997

При попытке стыковки российского грузового транспортного корабля «Прогресс М-34» и орбитального комплекса «Мир» произошло столкновение двух космических аппаратов. Соударение привело к разгерметизации модуля «Спектр» комплекса и поставило под угрозу жизнь находившихся на борту космонавтов.

14.08.1997

При посадке российского космического корабля «Союз ТМ-25» с космонавтами Василием Циблиевым и Александром Лазуткиным на борту преждевременно, на высоте 5,8 километра, сработали двигатели мягкой посадки. По этой причине посадка спускаемого аппарата была жесткой.

17.08.1997

Из-за ошибки в программе бортового компьютера не состоялась повторная стыковка российского грузового транспортного корабля «Прогресс М-35» и орбитального комплекса «Мир».

02.11.1997

В 12:25 UTC с космодрома Алькантара осуществлен первый пуск бразильской ракеты-носителя «VLS», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник SCD-2A. Пуск неудачный – носитель потерпел аварию вскоре после старта.

03.11.1997

После завершения работы в открытом космосе российские космонавты Анатолий Соловьев и Павел Виноградов не смогли закрыть за собой выходной люк шлюзового отсека модуля «Квант-2» на орбитальном комплексе «Мир», в результате чего отсек потерял герметичность и в течение нескольких последующих месяцев находился в нерабочем состоянии.

24.12.1997

В 23:19 UTC с 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск российской ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на геостационарную орбиту гонконгский спутник связи «Азиасат-3». Из-за нештатной работы разгонного блока спутник остался на переходной орбите, и его довыведение производилось на собственных двигателях космического аппарата с использованием силы тяготения Луны.

25.12.1997

В 05:50 UTC в космосе на высоте 35 995 километров над поверхностью Земли взорвались остатки топлива в баках российского разгонного блока типа ДМ, с помощью которого на околоземную орбиту был выведен гонконгский спутник связи «Азиасат-3».

22.01.1998

В 12:56 UTC с космодрома Палмачим осуществлен пуск израильской ракеты-носителя «Шавит», которая должна была вывести на околоземную орбиту очередной разведывательный спутник. Пуск неудачный – носитель потерпел аварию вскоре после старта.

15.02.1998

В 22:24 UTC в космосе на высоте 945 километров над поверхностью Земли взорвались остатки топлива в двигательной установке последней ступени ракеты-носителя «Циклон-3», с помощью которой был запущен российский метеорологический спутник «Метеор-2 – 16». На орбите зафиксировано появление 79 фрагментов.

17.02.1998

В 12:35 UTC на околоземной орбите, на высоте 19 630 километров над поверхностью Земли, произошел взрыв остатков топлива в 3-й ступени европейской ракеты-носителя «Ариан-4» № V27. В космосе образовалось облако обломков в количестве 7 фрагментов.

03.03.1998

Российским космонавтам Талгату Мусабаеву и Николаю Бударину не удалось осуществить плановый выход в открытый космос. Один из замков на люке оказался настолько затянут предыдущим экипажем, что, несмотря на все усилия, космонавты не смогли открутить гайку, сломав при этом три гаечных ключа.

14.03.1998

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на рабочие орбиты были выведены советские навигационные спутники «Космос-2109», «Космос-2110» и «Космос-2111».

17.03.1998

Вышел из строя российский телекоммуникационный спутник «Купон», использовавшийся в интересах Центрального банка России.

17.03.1998

В 00:31:17 UTC осуществлена стыковка российского грузового транспортного корабля «Прогресс М-38» и орбитального комплекса «Мир». Стыковку предполагалось провести в автоматическом режиме, однако, когда корабль и станция находились на расстоянии около 30 метров друг от друга, автоматика отказала. Талгат Мусабаев успел перехватить управление кораблем на себя и завершил процесс стыковки вручную.

15.06.1998

В 22:58:05 UTC с 32-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Циклон-3», которая вывела в космос спутники «Космос-2352», «Космос-2353», «Космос-2354», «Космос-2355», «Космос-2356» и «Космос-2357», предназначенные для использования в интересах Министерства обороны РФ. Однако космические аппараты оказались на нерасчетной орбите из-за нештатного повторного включения двигателей 3-й ступени. Несмотря на возникшие проблемы, военные заявили, что используют спутники по назначению.

06.07.1998

Потеряна связь с российским геостационарным спутником системы предупреждения о ракетном нападении «Космос-2350». По неофициальной информации, спутник разгерметизировался и по назначению использоваться не может.

03.08.1998

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на рабочие орбиты были выведены российские навигационные спутники «Космос-1987», «Космос-1988» и «Космос-1989». В результате взрыва блок распался на семь фрагментов.

12.08.1998

В 11:30:01 UTC с 41-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Титан-4», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский разведывательный спутник. Пуск закончился неудачей – ракета взорвалась вскоре после старта.

27.08.1998

В 01:17 UTC с 17-й площадки космодрома на мысе Канаверал осуществлен пуск ракеты-носителя «Дельта-3», которая должна была вывести на околоземную орбиту американский телекоммуникационный спутник «Гэлакси-10». Пуск закончился неудачей – ракета взорвалась вскоре после старта.

09.09.1998

В 20:29 UTC с левой пусковой установки 45-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Зенит-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту 12 американских спутников связи типа «Глобалстар». На 283-й секунде полета ракета потерпела аварию, и ее обломки упали в Алтайском крае. Причиной аварии стал отказ двух каналов управления бортового вычислительного комплекса, что привело к выполнению штатной программы аварийного прекращения полета.

22.10.1998

В 13:53 UTC из шахтной пусковой установки космодрома Плесецк произведен пуск российской межконтинентальной баллистической ракеты «Тополь-М» (РС-12М2). Предполагалось поражение учебной цели в районе полигона на полуострове Камчатка. Этот запуск стал пятым в рамках летно-конструкторских испытаний. Однако из-за нештатной работы 2-й ступени сработала система аварийной ликвидации, и ракета взорвалась на высоте нескольких километров. Ее обломки упали на территории Архангельской области в 190 километрах от места старта.

29.11.1998

В 09:25 UTC в космосе на высоте 16 420 км над поверхностью Земли взорвались остатки топлива в двигательной установке разгонного блока «ДМ-2», с помощью которого на рабочую орбиту были выведены навигационные спутники «Космос-1650», «Космос-1651» и «Космос-1652». На орбите зафиксировано появление двух фрагментов.

04.02.1999

Неудачей завершился эксперимент «Знамя-2.5», который предполагалось осуществить на околоземной орбите. Согласно программе полета, вскоре после отстыковки российского грузового транспортного корабля «Прогресс М-40» от орбитального комплекса «Мир» должен был развернуться тонкопленочный солнечный отражатель. Однако одновременно с началом развертывания отражателя произошло раскрытие антенны системы «Курс», которая воспрепятствовала запланированному процессу. Полотно зеркала стало разворачиваться, раскручиваться, сделало 15 оборотов и в конце концов, задевая за антенну, зацепилось за нее. Попытки исправить ситуацию с помощью кратковременных включений двигателя корабля к успеху не привели, и от дальнейших попыток отказались.

09.03.1999

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на рабочие орбиты были выведены советские навигационные спутники «Космос-1970», «Космос-1971» и «Космос-1972».

Приблизительно 29.03.1999

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на рабочие орбиты были выведены советские навигационные спутники «Космос-2079», «Космос-2080» и «Космос-2081».

18.04.1999

В 01:19 UTC на высоте 485 км над поверхностью Земли произошел взрыв остатков топлива в 3-й ступени ракеты-носителя «Циклон-2», с помощью которой на орбиту был выведен советский военный спутник «Космос-2053». В результате взрыва в космосе образовалось облако обломков из 26 фрагментов.

27.04.1999

В 18:22:01 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск американской ракеты-носителя «Афина-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник «Иконос-1». Пуск закончился неудачей – носитель не смог сообщить аппарату требуемую скорость, в результате чего тот оказался на орбите с низким перигеем и сгорел в земной атмосфере, даже не завершив первого оборота вокруг Земли.

05.07.1999

В 13:31:59.973 UTC с 24-й пусковой установки 81-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести на геостационарную орбиту российский спутник связи типа «Грань». Запуск завершился аварией на 277-й секунде полета из-за взрыва двигателя «8Д412К» (двигатель № 3) двигательной установки 2-й ступени. Как показало расследование, причиной аварии явилось возгорание турбонасосного агрегата третьего двигателя в стыке крышки и соплового аппарата из-за возможного производственного дефекта сварного шва при случайном попадании в сопловой аппарат алюминиевых частиц. В этом пуске на «Протоне-К» был установлен новый разгонный блок «Бриз-М», изготовленный в ГКНПЦ имени М.В. Хруничева. Планировалось проведение его первых летных испытаний. Однако из-за аварии РН выполнить программу испытаний блока не удалось.

08.07.1999

В США попал в автомобильную аварию и позже скончался от полученных ран американский космонавт Чарльз Питер Конрад.

17.07.1999

Сразу после вывода на околоземную орбиту вышел из строя и не мог использоваться по назначению российско-украинский спутник «Океан О» № 1, предназначенный для изучения Мирового океана. Вернуть спутник «к жизни» удалось лишь несколько месяцев спустя.

23.07.1999

Российские космонавты Виктор Афанасьев и Сергей Авдеев совершили очередной выход в открытый космос. Одной из целей выхода являлось проведение эксперимента «Рефлектор», предусматривавшего раскрытие крупногабаритной рефлекторной антенны новой конструкции для исследования ее механических характеристик и отработки процесса развертывания. На заключительном этапе работ возникли непредвиденные обстоятельства, которые помешали завершению эксперимента. Начавшую раскрываться и развернувшуюся на 60% антенну как бы заклинило, и все попытки космонавтов ее разблокировать успехом не увенчались. Как выяснилось впоследствии, отсоединился электроразъем, подававший питание на электродвигатели антенны. От провала эксперимент спасло то, что программа полета предусматривала еще один выход космонавтов в открытый космос, который и состоялся спустя пять дней. Космонавты подсоединили электроразъем и завершили развертывание антенны.

06.09.1999

Вскоре после вывода на околоземную орбиту возникли проблемы на борту российского спутника связи «Ямал-100» № 1. По одним данным, не произошло раскрытие солнечных батарей, а по другим – произошел обрыв силового кабеля. Тем не менее аппарат был выведен на геостационарную орбиту в плановую точку стояния и функционирует в ограниченном режиме.

23.09.1999

Неудачей завершился полет американского межпланетного зонда «Марс Клаймет Орбитер». Аппарат исчез при попытке его выведения на орбиту вокруг Марса. Полагают, что сбой в работе системы управления привел к тому, что зонд упал на марсианскую поверхность.

09.10.1999

В 15:08 UTC на высоте 1460 километров над поверхностью Земли произошел взрыв остатков топлива в 3-й ступени ракеты-носителя «Циклон-3», с помощью которой на орбиту были выведены советские спутники связи «Космос-2157», «Космос-2158», «Космос-2159», «Космос-2160», «Космос-2161» и «Космос-2162». В результате взрыва в космосе образовалось облако обломков из 34 фрагментов.

27.10.1999

В 16:16 UTC с 200-й площадки космодрома Байконур осуществлен пуск ракеты-носителя «Протон-К», которая должна была вывести в космос российский спутник связи «Экспресс-А» № 1. Пуск закончился аварией, причиной которой стало возгорание газового тракта топливо-насосного агрегата первого двигателя «8Д411К» и самопроизвольное отключение трех остальных двигателей. Вторая, третья ступени носителя и космический аппарат упали на Землю.

15.11.1999

В 07:29 UTC с космодрома Танегасима осуществлен пуск японской ракеты-носителя «Н-2», которая должна была вывести на околоземную орбиту экспериментальный телекоммуникационный спутник. Носитель потерпел аварию на участке выведения.

03.12.1999

Неудачей завершился полет американского межпланетного зонда «Марс Полар Лэндер». Сбой в работе бортового оборудования привел к тому, что не удалось погасить скорость аппарата и он разбился о марсианскую поверхность.

11.12.1999

В 19:40 UTC с космодрома Алькантара осуществлен пуск бразильской ракеты-носителя «VLS-1», которая должна была вывести на околоземную орбиту два небольших спутника. Носитель потерпел аварию на участке выведения.

Приблизительно 13.12.1999

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен российский спутник связи «Горизонт-32».

22.12.1999

На космодроме Плесецк при проведении повторных комплексных испытаний российской ракеты-носителя «Рокот» произошел сбой в циклограмме, что привело к несанкционированному срабатыванию бортового электрооборудования и в результате непредусмотренному сбросу головного обтекателя. При этом произошло повреждение обтекателя, предназначавшегося для запуска спутника «РВСН-40». В официальном сообщении об инциденте ничего не говорилось о самом спутнике.

10.02.2000

В 01:30 UTC с космодрома Кагосима осуществлен пуск японской ракеты-носителя «M-V», которая должна была вывести на околоземную орбиту астрономический спутник. Из-за нештатной работы двигателя 1-й ступени носителя аппарат был выведен на нерасчетную низкую орбиту и сгорел в земной атмосфере, совершив неполный виток вокруг Земли.

10.02.2000

Неудачей завершилось испытание новой системы посадки возвращаемых из космоса аппаратов, разработанной специалистами российского НИЦ имени Г.Н. Бабакина. С помощью этой системы предполагалось обеспечить мягкое приземление нового разгонного блока «Фрегат» и габаритно-весового макета полезной нагрузки. Согласно данным специалиста центра, приземление прошло нормально, однако «из-за неблагоприятных погодных условий и выхода из строя радиомаяка» обнаружить разгонный блок не удалось. По мнению независимых экспертов, испытание закончилось аварией.

11.03.2000

В 13:04 UTC на околоземной орбите, на высоте 741 километр, взорвались остатки топлива в баках 3-й ступени китайской ракеты-носителя «Чанг Зенг-4». В результате в космосе образовалось облако обломков в количестве 293 фрагментов.

12.03.2000

В 14:49:18 UTC с морской стартовой платформы «Одиссей» осуществлен пуск ракеты-носителя «Зенит-3SL», которая должна была вывести на околоземную орбиту телекоммуникационный спутник типа «ICO». Пуск закончился неудачей – авария носителя на 461-й секунде полета. Причиной стал сбой в работе программного обеспечения.

15.07.2000

В 12:00 UTC со 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск российской ракеты-носителя «Космос-ЗМ», которая вывела в космос итальянский спутник «MITA» и немецкий спутник «CHAMP». Во время запуска спутник «CHAMP» получил повреждения. Судя по всему, в процессе выведения головной обтекатель задел космический аппарат и вывел из строя два датчика системы ориентации, которые фиксировали направления на Землю и Солнце. Это привело к увеличенному потреблению топлива.

12.08.2000

В ходе учений Северного флота в Баренцевом море потерпела аварию и затонула российская многоцелевая атомная подводная лодка «Курск». В катастрофе погибли 118 моряков.

06-07.09.2000

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на геостационарную орбиту был доставлен российский спутник связи «Горизонт-29».

20.11.2000

В 23:00:00 UTC с 1-й пусковой установки 132-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск российской ракеты-носителя «Космос-ЗМ» с американским телекоммуникационным спутником «Квикберд-1» на борту. На участке выведения не произошло повторное включение двигателя 2-й ступени носителя, в результате чего космический аппарат был выведен на орбиту с низким перигеем. Не совершив даже одного полного оборота вокруг Земли, спутник вошел в плотные слои атмосферы и сгорел.

21.11.2000

В космосе произошел взрыв остатков топлива в двигательной установке разгонного блока, с помощью которого на рабочие орбиты были выведены российские навигационные спутники «Космос-2316», «Космос-2317» и «Космос-2318».

Приблизительно 01.01.2001

В космосе взорвались остатки топлива в баках 3-й ступени европейской ракеты-носителя «Ариан-2». Зарегистрировано появление 6 фрагментов.

Март 2001

Во время наземных испытаний в Североморске получил повреждения российский космический аппарат «Космос-1» (солнечный парус), полет которого по суборбитальной траектории был запланирован на 26.04.2001 г. Авария произошла во время репетиции развертывания паруса, и это заставило отодвинуть дату запуска на три месяца.

23.03.2001

Российский орбитальный комплекс «Мир» сведен с орбиты и затоплен в водах Тихого океана. И хотя все прошло по плану, этот факт тоже должен быть внесен в хронику аварий и катастроф ракетной и космической техники. Это действительно катастрофа, отбросившая отечественную космонавтику на десятки лет назад.

22.05.2001

В США в авиационной катастрофе получила серьезные ранения и спустя три дня скончалась в больнице Патрисия Хиллиард Робертсон, готовившаяся к полетам в космос на кораблях многоразового использования.

20.07.2001

В 00:31 UTC с борта российской атомной подводной лодки «Борисоглебск», находившейся в погруженном положении на глубине 60 метров в акватории Баренцева моря, осуществлен пуск ракеты-носителя «Волна». Основной задачей полета являлось проведение эксперимента по развертыванию солнечного паруса. Процесс раскрытия планировалось заснять камерой, которая должна была возвратиться на Землю. Однако отделение космического аппарата от носителя не произошло, и он, вероятно, упал вместе с последней ступенью ракеты на полуострове Камчатка.

11.09.2001

Во время террористического нападения, которому были подвергнуты Нью-Йорк и Вашингтон, погиб Чарлз Эдвард Джоунз, готовившийся к космическим полетам по военным программам.

21.09.2001

В 18:49 UTC с базы ВВС США «Ванденберг» осуществлен пуск ракеты-носителя «Таурус», которая должна была вывести на околоземную орбиту спутник «Орбимэйдж» и контейнер с прахом двух десятков землян, пожелавших быть захороненными в космосе. Носитель не смог сообщить аппаратам необходимую для выведения на орбиту скорость, и они затонули в Индийском океане.

28.11.2001

В 16:43:02 UTC на околоземной орбите осуществлена стыковка российского грузового транспортного корабля «Прогресс M1 – 7» и Международной космической станции. Из-за попаданий на крюки служебного модуля постороннего предмета их не удалось закрыть, и между космическими аппаратами образовался зазор до 4 миллиметров. Из-за нештатной ситуации станция два витка находилась в индикаторном режиме. Было решено до удаления из стыковочного узла постороннего предмета отложить старт корабля многоразового использования «Индевер», намечавшийся на 30.11.2001 г. Процесс стыковки космических аппаратов был завершен 03.12.2001 г., когда космонавты Владимир Дежуров и Михаил Тюрин вышли в открытый космос и ликвидировали неисправность.

19.12.2001

На околоземной орбите взорвались остатки топлива в баках последней ступени индийской ракеты-носителя «PSLV» № 3С. В результате взрыва на околоземной орбите образовалось облако обломков в количестве около 500 фрагментов.

12.05.2002

На космодроме Байконур при очистке крыши здания монтажно-испытательного корпуса на 112-й площадке произошло обрушение кровли. Под обломками погибли восемь рабочих, находившихся в момент аварии на крыше. Причиной трагедии стали десятки тонн скопившейся после дождя воды и строительных материалов, поднятых наверх для проведения строительных работ. Рухнувшая кровля раздавила космический корабль «Буран», находившийся внутри корпуса, а также топливные баки ракеты-носителя «Энергия», так и не дождавшихся своего часа.

12.07.2002

В 00:58 UTC с борта российской атомной подводной лодки «К-44» «Рязань», находившейся в подводном положении в акватории Баренцева моря, осуществлен пуск по суборбитальной траектории ракеты-носителя «Волна» с космическим аппаратом «Демонстратор-2» на борту. Целью запуска являлась отработка новой технологии доставки на Землю грузов с космической орбиты. Результат пуска так и остался неизвестным – полезную нагрузку, которая должна была достигнуть поверхности Земли в районе полигона «Кура» на Камчатке, так и не удалось обнаружить. Полагают, что не произошло разделение «Демонстратора-2» и последней ступени носителя и они сгорели в плотных слоях земной атмосферы.

15.08.2002

В 08:49 UTC во время совершения маневра в непосредственной близости от Земли (в перигее орбиты) на борту американского межпланетного зонда CONTOUR произошел взрыв двигателя «Стар-30». Аппарат распался как минимум на три части и считается погибшим.

15.09.2002

Неудачей завершилось в Китае испытание новой твердотопливной ракеты-носителя КТ-1 – ракета потерпела аварию на участке работы 2-й ступени. Причины аварии неизвестны.

15.10.2002

В 18:20 UTC с 43-й площадки космодрома Плесецк осуществлен пуск ракеты-носителя «Союз-У» с российским научно-исследовательским спутником «Фотон-М» на борту. Пуск закончился аварией носителя на 29-й секунде полета. Предполагается, что ее причиной стала неисправность двигателя в одной из боковых ступеней РН. Обломки ракеты и спутника упали на территории космодрома и взорвались. В результате аварии погиб рядовой Иван Марченко, стоявший в оцеплении. Еще восемь военнослужащих получили ранения.

11.12.2002

В 22:21:25 UTC с космодрома Куру осуществлен пуск европейской ракеты-носителя «Ариан-5», которая должна была вывести на околоземную орбиту два телекоммуникационных спутника. Авария носителя через три минуты после старта. Ракета была взорвана по команде с Земли.

01.02.2003

Катастрофой завершился полет американского корабля многоразового использования «Колумбия». Во время снижения произошло разрушение обшивки левого крыла, в результате чего раскаленные газы проникли внутрь корабля и привели к его взрыву. В катастрофе погибли семь астронавтов, возвращавшихся на Землю из космического полета.

20.02.2003

Зафиксирован сбой в работе канадского телекоммуникационного спутника «Нимик-2». К счастью, отказ носил кратковременный характер, и работа бортовой аппаратуры вскоре восстановилась полностью.

01.06.2003

Неудачей завершилось на шведском ракетном полигоне Эсрандж очередное летное испытание прототипа японского корабля многоразового использования «Хоуп-Х». Летательный аппарат был сброшен с высоты 21 километр и должен был совершить посадку на парашюте. Однако основной парашют не раскрылся, и аппарат на большой скорости упал на землю, получив серьезные повреждения, сделавшие нецелесообразным его восстановление.

22.08.2003

На бразильском космодроме во время предстартовой подготовки прямо на стартовой площадке взорвалась ракета-носитель «VLS-1». Погиб 21 специалист, еще около 20 получили тяжелые ожоги.

Вторая половина августа 2003 г.

На околоземной орбите произошел взрыв остатков топлива в баках системы обеспечения запуском (СОЗ) ракеты-носителя «Протон-К» № 34902, с помощью которой 16 сентября 1988 года в космос были доставлены три спутника системы ГЛОНАСС («Космос-1970», «Космос-1971» и «Космос-1972»). В космосе образовалось облако обломков в количестве 75 фрагментов.

16.09.2003

Неудачей завершился второй пуск китайской твердотопливной ракеты-носителя КТ-1. Все ступени носителя отработали нормально, но не произошло отделение полезной нагрузки, которая вместо околоземной орбиты оказалась на дне Тихого океана.

26.09.2003

Нештатная ситуация возникла на российском космодроме Плесецк во время заправки топливом ракеты-носителя «Космос-ЗМ». Проблема возникла в заправочно-сливном клапане. По действующей инструкции в подобной ситуации необходимо было остановить заправку, слить топливо и отправить ракету на проверку в монтажно-испытательный корпус. В данном случае пошли иным путем – заправку продолжили, немного изменив алгоритм проведения операции. К счастью, все закончилось благополучно, хотя заправка и продолжалась восемь часов, а не два, как обычно.

Начало октября 2003 г.

Неудачей завершилось испытание ракетного двигателя, созданного специалистами компании «Спейс-Х» для разрабатываемого носителя «Фалкон». Во время тестирования не открылся должным образом клапан подачи топлива, из-за чего жидкий кислород потек обратно в топливный инжектор и воспламенился в трубопроводе. Двигатель восстановлению не подлежит, а испытательный стенд нуждается в ремонте.

Приблизительно 19.10.2003

Из-за нештатного отделения от спутника «Космос-2399» очередной капсулы с отснятой фотопленкой она не была отстрелена, а просто вывалилась из корпуса спутника. При этом фотопленка начала разматываться (ее длина составляет несколько десятков метров).

24.10.2003

Мощные вспышки на Солнце привели к выходу из строя японского спутника для наблюдения за земной поверхностью «Мидори-2». Космический аппарат был объявлен потерянным.

29.11.2003

В 04:03 UTC с космодрома Танегасима осуществлен пуск японской ракеты-носителя «Н-2А», которая должна была вывести в космос два разведывательных спутника для слежения за территорией Северной Кореи. Из-за прогара стенок двигателя ракета потеряла остойчивость, сбилась с курса и была уничтожена по команде с Земли.

25.12.2003

При попытке совершения посадки на поверхность Марса исчез европейский космический аппарат «Бигль-2». Полагают, что он разбился.

11.01.2004

С морской стартовой платформы «Одиссей» осуществлен пуск ракеты-носителя «3eHHT-3SL», которая вывела в космос бразильский телекоммуникационный спутник «Эстрела до Сал-1». После выхода на орбиту на спутнике не полностью раскрылась одна из панелей солнечных батарей, в результате чего бортовые ретрансляторы могли быть использованы лишь частично.

21.01.2004

Почти сутки отсутствовала связь с американским марсоходом «Спирит», находившимся на поверхности Марса. Позднее выяснилось, что причиной инцидента стало переполнение памяти бортового компьютера. После избавления от излишков информации и перезагрузки программного обеспечения марсоход начал функционировать в нормальном режиме.

27.01.2004

Полностью вышел из строя радиолюбительский спутник «АО-40». Вероятной причиной инцидента стали множественные короткие замыкания в элементах солнечных батарей.

06.02.2004

Зафиксировано отделение от МКС неизвестного объекта длиной около 20 сантиметров. Фрагмент наблюдал в иллюминатор экипаж станции при пробном включении двигателей грузового корабля «Прогресс Ml – 11».

23.02.2004

В космическом центре имени Саваша Дахана на острове Шрихарикота, Индия, в цехе по производству компонентов ракетного топлива произошел сильный взрыв. Вслед за этим начался сильный пожар. В огне погибли шесть сотрудников центра, еще трое получили серьезные ранения.

27.02.2004

Из-за перегрева скафандра российского космонавта Александра Калери досрочно прекращена работа в открытом космосе на внешней поверхности МКС. Причиной инцидента стал пережатый шланг системы охлаждения.

22.04.2004

На борту Международной космической станции вышел из строя гироскоп, что усложнило поддержание нормальной ориентации комплекса на орбите.

Список использованной литературы

Валье М. Полет в мировое пространство как техническая возможность. – М.: ОНТИ, 1935.

Галлай М. С человеком на борту. – М.: Сов. писатель, 1985.

Голованов Я. Дорога на космодром: мечта – опыт – дело. – М.: «Детская литература», 1982.

Голованов Я. Королев: факты и мифы. – М.: «Наука», 1994.

Железняков А. Взлетая, падала ракета. – СПб.: «Система», 2003.

Железняков А. Советская космонавтика: хроника аварий и катастроф. – СПб: Левран, 1998.

Каманин Н. Скрытый космос. Книга 1: 1960 – 1963. – М., Инфортекст-ИФ, 1995.

Каманин Н. Скрытый космос. Книга 2: 1964 – 1966. – М.: Инфортекст-ИФ, 1997.

Каманин Н. Скрытый космос. Книга 3: 1967 – 1968. – М.: Инфортекст-ИФ, 1999.

Кама-нин Н. Скрытый космос. Книга 4: 1969 – 1978. – М.: Инфортекст-ИФ, 2001.

Космонавтика: Энциклопедия. – М.: Сов. энциклопедия, 1985.

Мормуль Н. Катастрофы под водой. – Мурманск: Элтеко, 2001.

«Новости космонавтики», журнал, публикации 1992 – 2004 гг.

Первушин А. Астронавты Гитлера. – М.: «Яуза», 2004.

Первушин Л. Битва за звезды: космическое противостояние. – М.: ООО «Издательство ACT», 2003.

Первушин Л. Битва за звезды: ракетные системы докосмической эры. – М.: ООО «Издательство ACT», 2003.

Ребров М. Космические катастрофы. – М.: Экспринт НВ, 1996.

Рынин Н. Астронавигация (Летопись и библиография). – Изд-во Академии наук СССР, Ленинград, 1932.

Тарасенко М. Военные аспекты советской космонавтики. – М., 1992.

Чертпок Б. Ракеты и люди. – М.: Машиностроение, 1999.

Черток Б. Ракеты и люди. Фили – Подлипки – Тюра-Там. – М.: Машиностроение, 1999.

Черток Б. Ракеты и люди. Горячие дни холодной войны. – М.: Машиностроение, 1999.

Черток Б. Ракеты и люди. Лунная гонка. – М.: Машиностроение, 1999.

Сетевые ресурсы

Encyclopedia Astronautica (Энциклопедия астронавтики Марка Вейда)

http://www.astronautix.com

History Homepage by NASA (Исторический сайт HACA)

http://www.hq.nasa.gov/office/pao/History/history.html

Jonathan's Space Home Page (Авторский сайт Джонатана МакДауэлла)

http://planet4589.org/space/space.html

V2 ROCKET.COM – A4-V2 Resource Site (Материалы о ракете «V-2»)

http://www.v2rocket.com

«Буран» (Авторский сайт Вадима Лукашевича)

http://www.buran.ru

Эпизоды космонавтики (Авторский сайт Сергея Хлынина)

http://epizodsspace.narod.ru

Примечания

1

Цитата приводится в переводе автора на современный русский язык.

2

Данная хроника не претендует на полноту в освещении всех аварийных событий из истории ракетной и космической техники.

Content

Александр Железняков
Тайны ракетных катастроф. Плата за прорыв в космос

От автора

ПрологКатастрофа, которой не было

Глава 1 Из истории ракетной техники

Глава 2 Икар, Ван Гу и другие

Глава 3 «Первая жертва межпланетных сообщений»

Глава 4 Трагедия воздушного «Титаника»

Глава 5 «БИ-1»

Глава 6 Наследство нацистской Германии

Отступление первое «Розуэллский инцидент»

Глава 7 Межконтинентальная баллистическая

Глава 8 Впервые в мире

Глава 9 «Авангард» все-таки стал первым

Глава 10 Объект «Д» вышел на орбиту со второй попытки

Глава 11 Первые межпланетные старты, первые неудачи

Глава 12 Гибель маршала Неделина

Глава 13 Они проложили дорогу к звездам

Глава 14 С человеком на борту

Отступление второе Немного о слухах

Глава 15 Взрывы на орбите

Глава 16 Катастрофы на море

Глава 17 Прыжок из стратосферы

Глава 18 Мини-Чернобыли на орбите

Глава 19 Полеты, которых не было

Глава 20 «Человек вышел в космическое пространство»

Глава 21 Ha межпланетных трассах

Глава 22 «Мы можем запускать ракеты не только через Северный полюс...»

Глава 23 Пожар на мысе Канаверал

Глава 24 Гибель Владимира Комарова

Глава 25 «Истребители спутников»

Глава 26 Ha пути к Луне

Глава 27 Экспериментальная космическая станция

Отступление третье Выстрелы у Боровицких ворот

Глава 28 Миссия с несчастливым номером

Глава 29 Гибель экипажа «Союз-11»

Глава 30 «Салюты», «Скайлэб», «Алмазы» и «Мир»

Глава 31 Третий суборбитальный

Глава 32 Плесецкие катастрофы

Глава 33 Неудачный старт

Глава 34 Взрыв «Челленджера»

Отступление четвертое и последнее Катастрофа космического масштаба

Глава 35 Единственный

Глава 36 Космонавты работают в космосе, но умирают на Земле

Глава 37 Ha рубеже тысячелетий

Глава 38 Последний полет «Колумбии»

Глава 39 Посадка «Союз ТМА-1»

Эпилог

Заключение

Приложение Хроника аварий и катастроф ракетной и космической техники

Список использованной литературы

Сетевые ресурсы

Примечания