Райчел Мид

Кровные узы Родословная — 1

Оригинальное название: Richelle Mead «Bloodlines»2011

Райчел Мид «Кровные узы» 2011

Перевод: Stinky,sunshima,VisibleVoid,Светуська,

Catharin (При участии: rubinns, sovik, MacV, KotiK)

Бета-ридер: Светуська (При участии: Aileen, Stinky, Vik)

Редактор и оформитель: Светуська

Правка: Aileen

Переведено специально для сайтов: http://laurellhamilton.ucoz.ru   и http://richelle-mead.ucoz.ru

Когда Алхимику Сидни поручают защищать принцессу Мороев — Джил Мастрано. Она никак не ожидает, что для этого ей придется поступить в человеческую частную школу в Палм-Спрингс, Калифорния. Где драма только начинает набирать обороты.

Вас ждут старые и новые знакомые, и все те же дружба и романтика, предательства и сражения, к которым вы привыкли, читая «Академию вампиров» но на этот раз ставки будут выше, а кровь — все желаннее.

ГЛАВА 1

Перевод и Вычитка: Светуська

Я не могла дышать.

Чья-то рука зажала мне рот, вторая стиснула плечо, выдергивая из кошмарного сна. За один удар сердца в моей голове пронеслись тысячи неистовых мыслей. «Это случилось. Сбылся мой худший кошмар. Они здесь! Они пришли за мной!»

Я заморгала, в панике озираясь по сторонам в темной комнате, пока мое зрение не сфокусировалось на лице отца. Мое сердце начало униматься — я все не так поняла. Он отступил на шаг и окинул меня взглядом. Я сидела на кровати, с все еще дико колотящимся сердцем.

— Отец?

— Ты все никак не просыпалась, Сидни. — «Ну да, и это умоляло его, что он чуть ли до смерти меня напугал». — Оденься как подобает и приведи себя в презентабельный вид, — продолжил он. — Быстро и тихо. Встретимся внизу в моем кабинете.

Я чувствовала, как у меня полезли на лоб глаза, но не колебалась с ответом. Был только один приемлемый ответ:

— Да, сэр. Конечно.

— Пойду, разбужу твою сестру.

Он развернулся к двери, а я вскочила с постели.

— Зои? — громко воскликнула я. — Зачем ее?

— Т-с, — цыкнул он. — Поторопись. И помни — без шума. Не разбуди свою мать.

Он закрыл за собой дверь, не сказав больше ни слова, оставляя меня в немом изумлении. Паника, которая уже успела пойти на спад, снова начала разрастаться во мне. «Что ему нужно от Зои?» Ночные пробуждения могли означать только одно — для Алхимиков появилась работа, но какое это имеет к ней отношение? Ну, технически, сейчас и ко мне тоже, так как меня наказали на неопределенный срок за неподобающее поведение этим летом. «Ладно, теперь уже ничего не поделаешь. Но что, если меня собираются направить на переподготовку, и заменят Зои?»

На мгновение вокруг меня расплылся мир, и я ухватилась за свою кровать, чтобы не упасть. «Центры Переподготовки».

Они были вещими кошмарами для всех молодых Алхимиков, таких как я. Таинственные места для тех, кто слишком сближался с вампирами, с целью перевоспитания, указывая на ошибочность их пути.

Что именно там происходило — оставалась тайной за семью печатями, которую я надеялась никогда не узнать. Уверена, что «переподготовка» однозначно можно было назвать «промывкой мозгов». Мне только однажды довелось увидеть человека, который вернулся оттуда, и, если на чистоту, после этого, его уже нельзя было назвать полноценной личностью. Скорее, как зомби, и я даже думать не хочу о том, что его таким сделало.

В моей голове, словно эхом раздался голос отца, чтобы я «поторопилась». Нужно было попытаться абстрагироваться от своих страхов. Вспомнив, другое его предупреждение, я постаралась действовать потише. Моя мать спала весьма чутко. Вообще-то в том, что она могла застать нас, уходящими по Алхимическим делам, не было ничего страшного. Но в последнее время она была не особо добра к своему мужу (и дочерям). С тех пор, как в прошлом месяце, меня доставили на порог нашего дома, прямо в руки моих родителей разъяренные Алхимики. Между моими предками начались ужасные ссоры, и нам с сестрой Зои приходилось ходить вокруг них на цыпочках.

Зои.

«Зачем ему Зои?»

Я задавалась этим вопросом снова и снова, пока собиралась. Я знала, что значит «презентабельный вид». О том, чтобы надеть джинсы с футболкой не было и речи. Вместо этого, я потянулась за чистыми, отутюженными серыми брюками и белой блузкой на пуговицах. К верху подошел темно-серый кардиган, который я аккуратно подпоясала на талии черным ремнем. Маленький золотой крестик, тот, что не снимая носила на шее — был единственным украшением, которое мне никогда не надоедало. А вот с волосами дело обстояло куда хуже. Даже всего после каких-то двух часов сна, они уже торчали во все стороны. Я пригладила их, как смогла, и, в надежде добиться лучшего результата, покрыла их обильным слоем лака для волос. Из макияжа была только легкая пудра. Ни на что большее у меня просто уже не оставалось времени. Весь процесс приготовления у меня занял всего шесть минут, думаю, это мой личный рекорд.

Я побежала вниз по лестнице, стараясь ступать аккуратно, без лишнего шума, чтобы не разбудить свою мать. В гостиной было темно, но из приоткрытой двери отцовского кабинета, лился в коридор свет. Расценивая это, как приглашение, я толкнула ее и проскользнула внутрь. Приглушенный разговор прекратился в тот же момент, стоило мне войти. Отец осмотрел на меня с ног до головы, одобряя мой внешний вид; он знал, что лучшее средство сейчас — просто избежать критики.

— Сидни, — резко сказал он. — Думаю, ты знакома с Донной Стентон.

У окна скрестив на груди руки, стояла грозного вида Алхимик, выглядя все такой же худощавой, но угрюмой, какой я ее и запомнила. Еще не так давно я много времени проводила со Стентон, хотя нас наврятли можно назвать подругами, учитывая, что некоторые мои действия привели к тому, что мы обе оказалась под «вампирским домашним арестом». Если она и затаила на меня обиду, то не выказывала этого мне. Она кивнула мне в вежливом приветствии, все с таким же непроницательным лицом.

Остальные три Алхимика были мужчинами. Мне представили их как Барнса, Михельсона и Горовиц. Барнс, Михельсон и Стентон были одного возраста с моим отцом. Горовиц выглядел моложе, примерно на лет двадцать пять, и работал татуировщиком. Все они были одеты, как и я — в деловые костюмы невзрачных цветов. Нашей целью был, не привлекающий внимания опрятный внешний вид. Алхимики были, что-то в роде «Людей в Черном» на протяжении многих веков. На их лицах отражали свет татуировки в виде лилии, указывая на пренадлежность к Алхимиками, таким же, как и я.

Во мне снова возросла тревога. «Может это очередной допрос? Они хотели оценить и убедиться, осталась ли я изменницей или не поменялись ли мои взгляды на жизнь?» Я скрестила на груди руки и сделала нейтральное выражение лица, в надежде, что выглядела крутой и уверенной в себе. Если бы у меня был шанс изменить случившееся, я по-прежнему бы осталась тверда в своих убеждениях.

Прежде чем кто-то успел сказать хоть слово, вошла Зои. Она прикрыла за собой дверь и окинула всех присутствующих испуганными, широко раскрытыми глазами. Кабинет нашего отца был огромным, он специально достраивал еще одну комнату к дому, чтобы вместить всех гостей. Наблюдая за своей сестрой, я видела, как она пыталась выглядеть невозмутимо, но я знаю, что она задыхалась в этом помещении словно в ловушке. Я встретилась с ней сочувственным взглядом и попыталась мысленно передать сообщение о том, что стоит молчать. Вроде сработало, и она быстрым шагом направилась в мою сторону, с уже менее заметным испугом.

— Зои, — произнес наш отец. И ее имя повисло в воздухе, давая понять, что он разочарован. Я сразу догадалась о причине. Она надела джинсы и поношенную толстовку, а каштановые волосы заплела в две милые, но неряшливые косички. По стандартам кого-то другого, возможно она и считалась бы «презентабельно одетой», но только не для отца. Я почувствовала, как она съежилась. Убедившись, что его осуждение было понято — отец познакомил Зои с гостями. Стентон наградила ее своим обычным вежливым кивком, а затем повернулась к отцу.

— Я не понимаю, Джаред, — произнесла она, — которую из них ты собираешься использовать?

— В том-то и проблема, — ответил отец. — Запрос было на Зои…, но не думаю, что она к этому готова. А точнее, я в этом уверен. Она прошла только самую базовую подготовку. Но, в свете недавних событий, приключившихся… с Сидни

Мой разум сразу же стал складывать пазлы головоломки. Главное, кажется, меня не собираются отправлять в центр на «переподготовку». По крайней мере, сейчас. Мое первое подозрение оказалось ошибочным. Речь идет о каком-то задании или же назначении, потому что кто-то захотел привлечь Зои, по причине, что она не имела никакого отношения, в отличие от некоторых членов семьи, в предательстве Алхимиков. Отец прав, она прошла только самую основную, базовую подготовку. Наша работа и обязанности передавались по наследству, и так уж получилось — я была выбрана в качестве следующего Алхимика в роду Сейдж. Моя старшая сестра Карли поступила в колледж и сейчас слишком взрослая для обучения. Зои натаскивали в качестве резерва, на тот случай если со мной что-то случиться — например, автокатастрофа или укус вампира.

Я шагнула вперед, не осознавая, что собираюсь сказать. Единственное, что я знала наверняка — Зои нельзя позволить увязнуть в махинациях Алхимиков. Больше «центра переподготовки» меня беспокоила ее безопасность.

— Я обсуждала с комитетом произошедшие со мной мои действия, — сказала я. — И скажу, осталась, впечатлена пониманием с их стороны причин моих поступков. Я полностью квалифицирована, для проведения любой необходимой операции гораздо больше моей сестры. У меня есть реальный опыт. И я знаю эту работу, вдоль и поперек.

— Слишком много «реального опыта», если мне не изменяет память, — сухо произнесла Стентон.

— Я, как и все хотел бы еще раз услышать эти «причины», — встрял Барнс, изображая пальцами воображаемые кавычки над этим словом. — Я тоже не в восторге, от того чтобы на это дело бросать неподготовленную девушку, но так же трудно верить тому, кто помогал вампиру-преступнику, тем более, если этот кто-то «полностью квалифицирован для этой работы». — И изобразил кавычки более пафосно.

Я мило улыбнулась, маскируя свое раздражение. Если я выкажу свои истинные эмоции, то они никак не поспособствуют моему делу.

— Я понимаю, сэр. Но в конечном итоге невиновность в преступлении Розы Хэзевей была доказана. Так что, технический, я не помогала преступнику. В конечно итоге, мои действия помогли раскрыть настоящего убийцу.

— Как бы то ни было, ни Вы и ни мы на тот момент не знали об ее невиновности, — сказал он.

— Знаю, но я верила в ее неповинность.

Барнс фыркнул.

— В этом-то и проблема. Надо было верить тому, что вам говорили Алхимики, а не сбегать со своими собственными неоправданными теориями. По крайней мере, вы должны были представить вышестоящим доказательства, собранные вами.

«Доказательства?» Как же мне им объяснить, что не доказательства подвигли меня так поступить, а то, что я нутром чувствовала невиновность Розы. Я точно знала, что им этого не понять. Все мы привыкли видеть их в худшем свете. Сказать им, что я поверила ее правдивым словам, мне совсем бы не помогло. Упомянуть, что меня шантажировал другой вампир, ей в помощь, было еще хуже.

— Я… я ничего не рассказывала, потому что сначала хотела полностью во всем удостовериться. Я надеялась, что если бы смогла найти доказательства и убийцу, то получила бы повышение по службе и лучшее назначение.

Потребовался весь мой самоконтроль, чтобы сказать эту ложь с серьезным видом. Я чувствовала себя опущенной, произнося эти слова. Как если бы амбиции реально могли стать причинами такого поведения! Это заставило чувствовать себя скользкой и мелочной. Но, как я и подозревала, Алхимики смогли это понять.

— Это глупо, но вполне ожидаемо для ее возраста, — фыркнул Михельсон.

Все остальные посмотрели на меня снисходительно, даже отец. Только Стентон выражала свое сомнение на лице, но вскоре так же потерпела фиаско, как и другие.

Мой отец взглянул на них, в ожидании дальнейших комментариев. Но когда никто ничего не произнес, и он пожал плечами.

— Если ни у кого нет возражений, то я предлагаю задействовать Сидни. Хотя не совсем понимаю, что вам конкретно от нее требуется. — В его голосе проскользнула толика обвинения в их адрес. Джаред Сейдж не приемлет быть вне игры.

— Я не против задействования старшей девушки, — сказал Барнс, — но все равно не стоит далеко отодвигать младшую, на тот случай, если остальные не согласятся.

Я задалась вопросом: сколько еще «остальных» будет с нами? Похоже, мой отец думал о том же. Но все же, думаю, что в кабинете находились самые важные из всех «остальных», которые сюда прибыли. Моя кожа холодела от мысли, на что же меня назначат. Я уже видела, что Алхимики скрывали крупные бедствия с помощью одного-двух человек. Что же такого колоссального намечалось, чтобы требовалось столько помощи?

Горовиц впервые высказался.

— Что требуется от меня?

— Повторное нанесение татуировки Сидни, — решительно ответила Стентон. — Даже если пойдет не она, то усиление заклинания ей не помешает. Нет смысла на данный момент татуировать Зои, пока мы не знаем, что нам с ней делать.

Я кинула взгляд на сестру с нетронутой щекой. Верно. Пока у нее нет знака в виде лилии — она свободна. Если тебе сделают такой символ на коже, то пути назад уже не будет. С этого момента ты принадлежишь Алхимикам.

Действительность, которая поразила меня в прошлом году или около того. Естественно, я этого не понимала, пока росла. Мой отец ослепил меня с самого раннего девства правильностью этого поступка. Я все еще верю в эти справедливые слова, но жалею, что он не предупредил меня, скольким придется пожертвовать ради такой жизни.

У дальней стены отцовского кабинета Горовиц разложил складной столик. Распрямив его, он приветливо мне улыбнулся.

— И так, — сказал он мне. — Получи свой лотерейный билетик.

Барнс с явно выраженным недовольством взглянул на него.

— Прошу, Дэвид, ты не мог бы проявить чуть больше уважения к этому ритуалу.

Горовиц лишь пожал плечами. Он помог мне улечься, и хотя я побоялась так же улыбнуться в ответ при всех остальных, все же надеялась, что в моих глазах выражалась благодарность. Его улыбка означала, что он все понял. Повернув голову набок, я наблюдала за тем, как Барнс выкладывал на стол инструменты из черного кожаного портфеля. Остальные Алхимики столпились вокруг нас и взяли друг друга за руки.

Он был что-то вроде Верховного жреца, как я поняла. Многое из того, что делали Алхимики, основывалось на науке, но некоторые вещи требовали божественного вмешательства. В конце концов, нашей основной миссией было защищать человечество, и внедрение в веру, что вампиры противоестественны и пошли против Воли Божьей. Поэтому жрецы — по-нашему священнослужители — работали бок обок с нашими учеными.

— О, Всевышний, — произнес он речитативом, закрывая глаза. — Благослови эти эликсиры. Изничтожь все зло, сокрытое в них, чтобы они напоили нас, слуг твоих их сияющей живительной магией.

Из открытого портфеля, он достал четыре маленьких флакончика наполненных темно-красной жидкостью. На них были этикетки, но мне не удалось прочитать их названия. Затем уверенной рукой и «глазом-алмазом» — отлил равное количество жидкости из каждой склянки в сосуд. Затем, вытащил крошечный пакетик с каким-то порошком и высыпал туда же. Я почувствовала покалывание в воздухе, когда все содержимое сосуда превратилось в золотую жидкость. Он передал его Горовицу, который уже приготовил иглу. Наконец, все расслабились, торжественная часть была завершена.

Я подставила ему щеку и на меня упала тень Горовица.

— Это будет немного жалить, но не настолько, как в первый раз. Обычное прикосновение иглы, — пояснил он.

— Знаю, — ответила я. Мне не в первой. — Спасибо.

Игла проникла мне под кожу, и я постаралась не вздрагивать. Это и вправду жалило, как он и предупреждал, но не так, как при создании первой татуировки. Горовиц, не создавал мне новую, а просто вводил небольшие количества чернил в мою, уже существующую тату, заряжая ее магической энергией. Я восприняла это, как хороший знак. Хоть Зои пока и не была вне опасности, но как бы они на меня не рассердились, они не взяли бы на себя труд обновлять мне татуировку, если бы собирались отправить в «переподготовительный центр».

— Может, все-таки введете нас в курс дела, пока мы ждем? — спросил мой отец. — Все, что они мне сказали, так только то, что нуждаются в девушке-подростке. — То, каким тоном он это произнес, походило на легкодоступную роль. Я с трудом подавила нахлынувший на меня гнев к отцу. И это все — кем мы для него были.

— У нас возникла ситуация, — сказала Стентон. Ну, наконец-то, у меня появятся ответы на вопросы. — С Мороями.

Я испустила негромкий вздох облегчения. Это куда лучше стригоев. В любой «ситуации» Алхимикам всегда приходится участвовать в каких-нибудь вампирских стычках, где они приходили к мирному существованию, а, не убивая изо дня в день. И время от времени они казались обычными людьми (хотя, я никогда не сказала бы об этом никому из присутствующих в этой комнате), живущими и умирающими, как и мы. Стригои же, однако, были извращенной ошибкой природы. Они немертвые — опасные вампиры, созданные либо самими стригоями, либо если морой преднамеренно лишал жизни другого, осушив его досуха. Ситуации со стригоями обычно заканчиваются чьей-то смертью.

В моей голове проигрались всевозможные сценарии, но, ни один из них не давал мне ответа, что вынудило сегодняшней ночью к таким действиям Алхимиков: человек, заметивший кого-то с клыками, сбежавший «кормилец»,[1] которого придали гласности или же обычного мороя, которого осмотрели человеческие доктора? В большинстве случаев, нам, Алхимикам, приходилось сталкиваться с такого рода проблемами. Этому меня и учили — держать все под контролем и предотвращать последствия «без шума и пыли». Но по какой причине им понадобилась «девочка-подросток» оставалось для меня загадкой.

— Вам известно, что в прошлом месяце они избрали в новую королеву — молоденькую девушку, — сказал Барнс. Я практически увидела, как он закатывает глаза.

Все присутствующие в комнате одобрительно пробормотали. Конечно, они знали об этом. Алхимики уделяли особое внимание всем политическим событиям имеющим отношение к Мороям. Следить за действиями вампиров, было крайне важно, чтобы сохранить их существование втайне от остальной части человечества и охранять эту часть от них. Это была наша цель — защищать нашу расу. И это знание, заставляло врага относиться к нам не менее серьезно.

Девушке, которую избрали новой королевой — Василисе Драгомир было всего восемнадцать лет, так же, как и мне.

— Ой, да расслабься ты, — сказал непринужденно Горовиц. Я пыталась расслабиться, но думая о Василисе Драгомир, не возможно было не вспомнить Розу Хэзевей. Я с беспокойством подумала, что может быть, поторопилась с выводами, что у меня не возникнет проблем. К счастью, Барнс продолжил говорить, не упоминая о моем прямом отношении к молодой королеве и ее компании.

— Однако нас шокировало, что они отнеслись довольно враждебно по отношению к своим же. Было много протестов и гражданского неповиновения. Никто, конечно, не пытался напасть на Драгомир, да и с такой хорошей охраной это и неудивительно. Но ее враги нашли обходной путь: ее сестру.

— Джил, — вырвалось у меня прежде, чем я смогла себя остановить.

Горовиц вопросительно посмотрел на меня, и я сразу же пожалела о том, что привлекла внимание и блеснула знаниями о Мороях. В моей голове мелькнул образ Джиллиан Мастрано — высокая и слишком худая, как и все Морои, с всегда горящими огромными бледно-зелеными глазами. И тому были причины. В пятнадцать лет, она узнала, что приходится незаконнорожденной сестрой, Василисы Драгомир, что делало ее единственным родственником по их линии королевской семьи. И она так же, как и я была замешана в некоторых беспорядках, что произошли этим летом.

— Вам известны их законы, — продолжала Стентон, после неловкого молчания. Ее тон передал все, что мы думали об этих законах. Избрание монарха? Это не имело никакого смысла, но что еще можно было ожидать от таких противоестественных существ, как вампиры? — У Василисы должен быть как минимум один член из ее семьи, чтобы она смогла удержать трон. Таким образом, ее враги решили, что если просто уберут ее сестру, то лишат власти Драгомир

По моей спине пробежался холодок, и я снова выпалила, не подумав:

— Что-то случилось с Джил? — На этот раз, я, по крайней мере, выбрала подходящий момент для того, чтобы не было опасности испортить татуировку, пока Горовиц макал в жидкость иглу.

Я закусила губу, чтобы еще чего не ляпнуть, представляя осуждение в глазах отца. Выказывать беспокойство о Мороях, было последней вещью, которую я собиралась делать, учитывая в каком шатком положении, сейчас находилась. Я не испытывала никакой сильной привязанности к Джил, но мысль о том, что кто-то пытается убить пятнадцатилетнюю девушку, такого же возраста, как и Зои — ужасала, независимо от того, к какой расе она принадлежала.

— Пока не знаем, — задумчиво произнесла Стентон. — То, что она подверглась нападению, это точно, но нам неизвестно, получила ли она какое-нибудь увечье. Несмотря на это, на данный момент с ней все в порядке, но покушение на ее жизнь было совершено при их же собственном Королевском Дворе, указывая на то, что у них есть предатели в высших кругах.

Барнс фыркнул с отвращением.

— А чего вы ожидали? До абсурдности ума не приложу, как их расе удается выжить при постоянном натравливании других друг на друга.

Все согласно пробормотали.

— Абсурдно или нет, но нам не нужна гражданская война, — сказала Стентон. — Некоторые Морои устроили протест, достаточный для того, чтобы привлечь внимание человеческих СМИ. Мы не можем этого допустить. Все должно оставаться, как есть, а значит, мы вынуждены обезопасить девушку. Может быть, они и не доверяют друг другу, но могут поверить нам.

Неизвестно, доверяют ли морои Алхимикам, но так, как мы не заинтересованы в устранении монарха или его родственников, думаю, что мы вызовем больше доверия, чем все остальные.

— Надо заставить девушку скрыться, — заявил Михельсон. — По крайней мере до того момента, пока Морои не примут решение отменить закон, чтобы правление Василисы не было таким сомнительным. На данный момент скрываться Мастрано, среди себе подобных — опасно, так что нам нужно ввести ее в человеческое общество. — Я уловила презрение в его голосе. — Но не менее важно, чтобы она так же не обнаружилась и среди людей. Наша раса не должна знать об их существовании.

— Переговорив со стражей, мы нашли надежное место, которое все одобрили, где она будет в безопасности от мороев и стригоев, — сказала Стентон, — Однако, чтобы убедиться, что она — и те, кто с нею — останутся незамеченными, нам нужен под рукой Алхимик, посвященный во все потребности, в случае любых возникших осложнений.

Отец фыркнул.

— Это пустая трата наших ресурсов. Не говоря уже о том, что пребывание с ней будет невыносимо тому, кто должен будет остаться с ней.

У меня возникло нехорошее предчувствие на этот счет.

— Сидни отправится, — сказала Стентон. — Мы хотели бы, чтобы она была одной их тех Алхимиков, который, будут ее сопровождать, пока та скрывается.

— Что? — воскликнул отец. — Ты ведь не серьезно.

— Почему — нет? — тон Стентон был спокойным и уверенным. — Они почти ровесники, так что вместе не будут вызывать подозрений. И, к тому же Сидни уже знакома с этой девушкой. Для нее это не будет столь «невыносимо», как для других Алхимиков.

Подтекст был яснее ясного. Я все еще не избавилась от своего прошлого. Пока. Горовиц остановился, отняв иглу, давая мне высказаться. Как мне показалось, предугадывая желания. Я не хотела показаться слишком расстроенной их планом. Мне нужно восстановить свое доброе имя среди Алхимиков, показав свою готовность к выполнению приказов. Но с другой стороны, не показать им, что чувствую себя комфортно с вампирами и полулюдьми — дампирами.

— Проводить хоть с кем-то из них время не особо-то веселое занятие, — сказала я тщательно сохраняя свой голос прохладным и высокомерным. — Не важно, сколько это займет. Но я сделаю все необходимое, чтобы сохранить нас и каждого в безопасности. — Мне не требовалось объяснять, что говоря «каждого», я имела в виду людей.

— Видишь, Джаред? — Барнс был удовлетворен ответом. — Девушка осознает свою обязанность. Мы уже многое подготовили, поэтому все должно пройти гладко, и, конечно же мы бы никогда не послали ее одну, да, к тому же и моройка будет не одна.

— Что ты имеешь в виду? — отец совершено казался недовольным, услышав все это. И я задалась вопросом, что расстраивало его больше: Что я могу быть в опасности? Или, что пребывание большего количества Мороев, привяжет меня к ним еще больше? — Сколько их будет?

— Они отправляют дампира, — сказал Михельсон. — Одного из стражей, с которым не должно возникнуть проблем. Мы выбрали место, где нет стригоев, но если что-то пойдет не так, уж лучше пусть они борются с этими монстрами, чем мы. — Стражами являлись специально обученные дампиры, служившие в качестве телохранителей.

— Готово, — сказал Горовиц, отступая назад. — Можешь вставать.

Я сделала, как он велел, поборов желание коснуться своей щеки. Единственное, что я чувствовала, так это чувство легкого жжения от прикосновения иглы, но я прекрасно знала, что мощная магия усилит мою сверхчеловеческую иммунную систему и не даст рассказать обычным людям о вампирском существовании. Я постаралась не думать об обратной стороне монеты, о том, откуда исходила эта сила. Татуировки были необходимым злом.

Остальные все еще продолжали стоять, не обращая на меня никакого внимания, за исключением Зои. Она по-прежнему выглядела смущенной, бросая на меня тревожные взгляды

— Так же там может появиться еще один морой, — продолжала Стентон. — Честно говоря, не знаю, по каким причинам, но он был весьма настойчив, чтобы поехать с Мастрано. Мы сказали им, что чем их меньше, тем легче будет скрыться, но… что ж, казалось, что ему было крайне необходимо быть там и еще сказали, что примут все необходимые для него меры. Думаю, он один из Ивашковых.

— Где «там»? — спросил отец. — Куда вы собираетесь ее отправить?

Отличный вопрос. Я и сама им задавалась. В мою первую настоящую миссию, как Алхимика, меня забросили ни куда-нибудь, а в саму Россию. Если Алхимики были полны решимости скрывать Джил, то лучше и отдаленней этого места просто не найти. На мгновение, я осмелилась понадеяться, что мы можем оказаться в городе моей мечты — Риме. С легендарными произведениями искусств и итальянской кухней, были лучшим способом компенсировать бумажную волокиту, вместе с вампирами.

— В Палм-Спрингс, — ответил Барнс.

— Палм-Спрингс? — эхом вторила я. Это было совсем не то, что я ожидала. Думая о Палм-Спрингсе, я представляла кинозвезд и поля для гольфа. Не совсем Римские каникулы, но, по крайней мере — не Арктика.

Губы Стентон искривила кривая усмешка.

— Это в пустыне, где полно солнечного света. Крайне неподходящее место для стригоев.

— Разве это не губительно так же и для Мороев? — спросила я, не подумав.

Морои не сгорали, как стригои, но чрезмерное пребывание на солнце делало их слабыми и больными.

— Ну, да, — призналась Стентон. — Но небольшой дискомфорт стоит того, чтобы туда отправиться. До тех пор пока морой проводит большее времени внутри, это не проблема. Плюс, никто из Мороев не захочет ехать туда и…

Звук открываемой и захлопываемой автомобильной двери со стороны окна привлек всеобщее внимание.

— О, — сказал Михельсон. — Вот и они. Пойду встречу.

Он выскользнул из кабинета, и по ходу отправился к парадной двери, чтобы узнать, кто к нам пожаловал. Спустя мгновение, я услышала чужой голос, когда Михельсон вернулся.

— Что ж, отец не смог приехать, поэтому он послал меня, — послышался новый голос.

Дверь кабинета открылась и мое сердце остановилось.

«Нет, — подумала я. — Кто угодно, но только не он».

— Джаред, — поприветствовал моего отца вновь прибывший, — Рад снова видеть вас.

Отец, который этой ночь что только и делал, как хмурился — улыбнулся.

— Кит! А я все задавался вопросом, как ты там. — Оба обменялись рукопожатиями, и по мне прошла волна отвращения.

— Это Кит Дарнэлл, — представил его всем остальным Михельсон.

— Сын Тома Дарнэлла? — спросил впечатлено Барнс. Том Дарнэлл был выдающимся лидером среди Алхимиков.

— Он самый, — бодро проговорил Кит. — Он был, приблизительно пятью годами старше меня. Его волосы были намного светлее моих. Я знала, что многие девушки считали его весьма привлекательным. Что касательно меня? Я считала его низким и мелочным. Он был последним человеком, которого я ожидала здесь увидеть.

— Думаю, с сестрами Сейдж ты уже знаком, — добавил Михельсон.

Сначала Кит перевел свои яркие голубые глаза на Зои. Почти неотличимого друг от друга цвета. Один стеклянный глаз оставался безучастным, смотря все время прямо. Другим подмигнул ей и широко улыбнулся.

«И он еще умудряется подмигивать, — взбешенно подумала я. — Это раздражительное, глупое, снисходительное подмигивание!»

А хотя, почему бы и нет? Мы все слышали о несчастном случае, произошедшем с ним в этом году, который стоил ему глаза. Он остался с одним здоровым, но так или иначе, после потери глаза, я думала, что его мерзкие, приводящие меня в бешенство подмигивания прекратятся.

— Малышка Зои! Только посмотри на себя, как же ты вымахала, — с нежностью произнес он. Вообще-то я не была жестокой, но внезапно мне захотелось, как следует ему врезать за то, как он пялился на мою сестру.

Она одарила его своей улыбкой, обрадованная тем, что увидела здесь знакомое лицо. Когда Кит повернулся ко мне, все его обаяние и дружелюбие испарилось. Это чувство было невыносимым.

Сжигающая изнутри черная ненависть была столь подавляющей, что мне потребовалось время, чтобы сформулировать хоть какой-то ответ.

— Привет, Кит, — сказала я натянуто.

Кит даже не пытался придать вежливый вид. Он тут же повернулся к старшим Алхимикам.

— Что она здесь делает?

— Мы знаем, что ты запрашивал Зои, — сказала Стентон, — но после рассмотрения, мы решили, что для выполнения этого задания лучшей кандидатуры не найти. Ее опыт затмевает все ее прошлые деяния.

— Нет, — резко сказал Кит, возвращая на меня стальной взгляд своих голубых глаз, точнее глаза. — Нет никаких причин, по которым она должна туда ехать. Ни что не заставит меня поверить любительнице вампиров. Тут и рассматривать нечего. Мы берем ее сестру.

ГЛАВА 2

Переводчики: Stinky, Светуська, rubinns, sovik Вычитка: Светуська

Несколько присутствующих ахнули, когда Кит произнес «любительница вампиров». По отдельности эти два слова не несли в себе такого ужаса, но вместе… что ж, они представляли собой некую анафему[2] всего, что поддерживали Алхимики. Мы боролись, ограждая людей от вампиров. Состоять в союзе с этими существами — самое мерзкое, в чем нас только могли обвинить. Даже допрашивавшие меня ранее, другие Алхимики были крайне осторожны, в выборе выражений.

Брошенные Китом слова были, скажем, так — непристойными. Горовиц рассердился от такого моего прозвища и уже открыл, было, рот, как если бы собирался сказать не менее резкое замечание, но после беглого взгляда на нас с Зои, кажется, пересмотрел свое решение и промолчал. Однако Михельсон не удержался от бормотания «защити нас всех». Произнося словно молитву как при признаке зла.

И не смотря на то, что эти слова не имели отношения к очернительству, брошенному в мой адрес Китом, (хотя от этих слов по моей спине и пробежал холодок). Они относились к более раннему небрежно брошенному комментарию Стентон. «Мы знаем, что ты запрашивал Зои».

«Так значит это Кит, предлагал Зои на это задание?» Моя решимость держать ее подальше от всего этого только крепла. Может каждый присутствующий здесь и думал, что Кит Дарнэлл был очаровательным малым, но мне-то лучше известно. Ни одной девчонке — не говоря уже о моей сестре — не стоило оставаться с ним наедине.

— Кит, — сказала Стентон с тихим предупреждением в голосе. — Я могу уважать твои чувства, но ты не вправе выдвигать подобных требований.

Он покрылся красными пятнами.

— Палм-Спрингс — мой пост! Я имею полное право диктовать, что будет происходить на моей территории.

— Мне понятна твоя точка зрения, — сказал мой отец. Невероятно. Если бы Зои или я поставили бы под сомнение авторитет члена его семьи, как сейчас Кит, наш отец, не колеблясь, высказал бы нам наши «права» — а точнее их отсутствие. Кит оставался с моей семьей на одно лето — молодые Алхимики делали так, пока обучались — и мой отец растил его как собственного сына, которого у него никогда не было. Даже тогда, когда между Китом и нами возникала двойственная мораль. Время и расстояние, видимо ничего не изменили

— Палм-Спрингс может и твой пост, — cказала Стентон, — но это назначение исходит из мест организации, которая вне твоей юрисдикции. Ты необходим для координации, согласна, но ты, отнюдь, здесь не высший авторитет. — В отличие от меня, я подозревала, что Стентон осадила немало людей в своей жизни, и думаю, что сейчас она собиралась проделать это с Китом. Было забавно, что она встала на мою защиту, потому что я более чем уверена, что она не купилась на ту историю об использовании Розы для продвижения моей карьеры.

Кит заметно посмирнел, поступив мудро понимая, что ребяческие вспышки ни к чему хорошему его не приведут.

— Я понимаю. Просто беспокоюсь об успешном выполнении этого задания. Я знаком с обеими девушками Сейдж. Даже несколько лет назад, еще до «инцидента» Сидни, у меня были серьезные опасения на ее счет. Я полагал, что она выросла из всего этого, потому ничего и не говорил. Но сейчас понимаю, как ошибался. В то время я действительно думал, что Зои гораздо лучше подходит для продолжения семейного дела. Не в обиду вам, Джаред. — Он послал моему отцу, что, по-видимому, должно было быть очаровательной улыбкой.

Тем не менее, становилось все труднее скрывать свое негодование.

— Зои было всего одиннадцать, когда ты остался с нами, — сказала я. — На основании чего ты сделал такие выводы? — Я не купилась ни на йоту, что у него были «и тогда опасения» на мой счет. «Ага, как же». Скорее всего, он беспокоился о своем последнем дне, проведенном у нас, когда я высказала ему в лицо его грязный секрет, который он так тщательно скрывал. Я была практически уверена, что его агрессия была вызвана именно по этой причине. Он хотел, чтобы я замолчала. Мои приключения с Розой были просто предлогом, чтобы мне отомстить

— Зои всегда опережала свой возраст, — возразил Кит. — Иногда ты могла бы просто признать это.

— Зои ни разу не встречала стригоев, не говоря уже о мороях! Есть большая вероятность, что она, просто застопориться на деле. Такое происходит с большинством Алхимиков, — сказала я. — Кого бы вы к ним ни отправили, они не выдержат среди них, и не имеет значение, что вы думаете о моих причинах, я к ним привыкла. Они мне не нравятся, но я знаю, как с ними ужиться. У Зои, кроме обычных базовых знаний, которые проходили в домашней обстановке, нет навыка. Все то и дело твердят, что это ответственное задание. Вы действительно хотите рисковать его исходом из-за неопытности и необоснованных страхов? — Закончив говорить, я возгордилась собой за спокойствие и высказывание такого обоснованного аргумента.

Барнс, тревожно переступил с ноги на ногу.

— Но если Кит еще несколько лет назад сомневался…

— Вероятно, Зоиной подготовки достаточно, чтобы пойти на это задание, — сказал мой отец.

Пять минут назад он предлагал на это задание меня вместо нее! «Здесь вообще кто-нибудь слушал меня?» Такое ощущение, что я превратилась в невидимку, с тех пор, как здесь появился Кит. Горовиц деловито очищал и складывал свои тату-инструменты, но усмехнулся на замечание Барнса.

— Ты сказал ключевые слова: «несколько лет назад». Кит не может быть старше, чем сейчас эти девушки. — Горовиц захлопнул свой чемоданчик с инструментами и прислонился к стене, скрестив руки на груди. — Я не подвергаю тебя сомнению, Кит. Вовсе нет. Но, если быть честным, я не уверен, что ты можешь составлять свое мнение о ней, опираясь на какие-то воспоминания о том времени, когда вы все еще были детьми.

Следуя логике, Горовиц сказал, что тогда я была еще ребенком, но мне было плевать. Он выступил со своими комментариями, с легкостью заставляя Кита выглядеть идиотом. Кит так же это знал и стал красный как рак.

— Согласна на этот счет, — вставила Стентон, которая явно пребывала в некотором раздражении. — Сидни, слишком упорно этого хочет и некоторые считают, что она, действительно, обживется с вампиром.

«Слишком этого хочет? Не сказала бы. Я всего лишь любой ценой хочу защитить Зои и восстановить свой авторитет. Если это означает убрать Кита Дарнэлла с дороги, что ж, быть…

— Постойте, — сказала я, осознавая слова Стентон. — Вы сказали «обживусь с вампиром?»

— Да, — подтвердила Стентон. — Даже если она будет скрывается, молодая моройка по-прежнему должна вести подобие нормальной жизни. Мы полагали, что убьем двух зайцев одним выстрелом, зачислив ее в школу-интернат. Позаботившись о ее образовании и проживании. Поэтому мы примем меры, чтобы ты стала ее соседкой по комнате.

— Не будет ли это… не будет ли это означать, что мне предстоит посещать школу? — спросила я, немного озадаченная. — Я уже закончила учебу. — По крайней мере, в средней школе. Я несколько раз отцу давала ясно понять, что мне хотелось бы отправиться в колледж. Он так же ясно дал понять, что не видит в этом обходимость.

— Видите? — воскликнул Кит, подпрыгивая от подвернувшегося благоприятного момента. — Она слишком взрослая. Возраст Зои больше подойдет.

— Сидни, может сойти за выпускницу. Она подходящего возраста. — Стентон обернулась ко мне. — Кроме того, ты была на домашнем образовании, верно? Это будет для тебя новым опытом. Не плохой шанс увидеть, что ты упустила.

— Вероятно, там для тебя не будет ничего сложного, — неохотно согласился отец. — Твое образование превосходит все, что они могут тебе дать.

«Сомнительный комплимент, папочка».

Я боялась показать, как непросто мне давалось это дело. Моя решимость поменяться местами с Зои не ослабла, но осложнения продолжали набирать обороты. Повторное обучение в средней школе. Жить с вампиром. Оберегать ее. И хотя я говорила ранее, насколько мне некомфортно рядом с вампирами, мысль о том, чтобы делить комнату с одной из них — даже с такой, казалось бы, безопасной, как Джил — нервировала. Еще одна проблема на мою голову.

— Ты тоже будешь студентом под прикрытием? — спросила я Кита. Мне снова сделалось дурно от одной только мысли, что мне придется посещать с ним одни и те же лекции.

— Конечно же, нет, — возмутился он. — Я слишком взрослый для этого. Поэтому я буду в Местном Командном Пункте на Связи. — Держу пари, что он просто заставил назначить его туда. — Моя работа заключается в координировании этого задания, и докладывать о результатах нашему руководству. И я не собираюсь этого делать, если там будет — она. — Он переводил взгляд с одного лица на другое, пока говорил, но о ком идет речь, догадаться было не сложно. Обо мне.

— И не делай, — прямо сказала Стентон. — Потому что туда отправится Сидни. Это мое решение, и я буду отстаивать его любой вышестоящей власти, к которой ты захочешь обратиться. Если вы так против того, чтобы она направилась туда, мистер Дарнэлл, я лично прослежу за тем, чтобы вас перевели из Палм-Спрингс и тогда вам не придется иметь с ней дело.

Все взгляды устремились к Киту, и он заколебался. Я поняла, что она поймала его в ловушку. И подумала, что со своим климатом Палм-Спрингс повидал не так уж и много вампирских поползновений. Работа Кита, вероятно, была «не бей лежачего», в то время, пока я пахала в Санкт-Петербурге, то и дело, занимаясь подчищением останков. Это место было пристанищем вампиров, как и многие подобные места в Европе и Азии, куда мой отец брал меня с собой, посещая их. Не говоря уже о Праге. И переведи Кита, он бы рисковал не только тем, что на него взвалили бы работу потруднее, но и тем, что запросто мог попасть в гораздо худшее место. Потому что, не смотря на то, что Палм-Спрингс не было желанным местом для вампиров, для людей оно звучало как сказка.

Лицо Кита это подтверждало. Он не хотел покидать Палм-Спрингс.

— Что если она поедет туда, а у меня снова появится основание подозревать ее в измене?

— Тогда доложишь на нее, — ответил Горовиц, беспокойно переминаясь на месте. Очевидно, он тоже не был впечатлен Китом. — Так же, как ты поступил бы на любом другом месте.

— А пока я могу усилить подготовку Зои, — сказал мой отец, почти извиняясь перед Китом. Было ясно, на чьей он стороне. Не на моей. На самом деле, даже и не на стороне Зои. — Тогда, если у тебя возникнут претензии к Сидни, мы сможем ее заменить.

Я ощетинилась от мысли о том, что Кит будет единственным, кто будет решать мою судьбу, но эта мысль беспокоила меня меньше, чем та, что Зои по-прежнему привязана к этому делу. Все же если бы мой отец оставил ее в резерве, она была бы в безопасности. Алхимики по-прежнему могут держать ее на крючке, как и Кит. Тогда я поклялась, что несмотря ни на что, даже если мне придется из собственных рук кормить его виноградинками, я заставлю Кита убедиться в том, что у него не будет оснований усомниться в моей преданности.

— Хорошо, — сказал он. Это слово, казалось, причиняло ему немало боли. — Сидни, можешь ехать… на первое время. Но я буду следить за тобой. — Он уставился на меня. — И я не собираюсь тебя покрывать. Ты будешь нести ответственность за сохранность девушки и в вождении ее на кормление.

— «Кормление»? — повторила я безучастно. Конечно же. Джил будет нуждаться в крови. На мгновение моя уверенность пошатнулась. Легко было говорить о нахождении среди вампиров, когда ни одного не было поблизости. Труднее, когда ты не думаешь о том, что делает вампиров тем, кто они есть. Кровь. Эта ужасная, неестественная необходимость, которая подпитывает их существование. В моей голове мелькнула ужасная мысль, но исчезла так же быстро, как и появилась. «Не придется ли мне давать ей собственную кровь?» Нет. Даже смешно. Эту черту Алхимики никогда не пересекут. Сглотнув, я попыталась подавить свою панику. — Как вы планируете ее кормить?

Стентон кивнула Киту.

— Просветишь? — Я думаю, что она давала ему шанс почувствовать себя важным, как способ реабилитировать свои прошлые поражения. Он клюнул.

— Мы знаем всего лишь одного Мороя, проживающего в Палм-Спрингс, — сказал Кит. Пока он говорил, я отметила, что его взъерошенные светлые волосы были покрыты гелем. Это придавало его волосам скользкий блеск, который думаю, и в малейшей степени не был привлекательным. Так же, я не доверяла ни одному парню, который использует подобных продуктов больше, чем я сама. — И если ты спросишь меня, он сумасшедший. Но безобидный сумасшедший — на столько на сколько и любой из них безобидный. Он старый отшельник, живущий на окраине города. Он не входит в верхние слои Мороев, в их правительство и вообще не поддерживает с ними никакой связи, поэтому он не расскажет о том, что вы там. А самое главное, у него есть кормилица, которой он готов поделиться.

Я нахмурилась.

— Мы действительно хотим, чтобы Джил находилась поблизости с каким-то антиправительственным Мороем? Весь смысл заключается в том, чтобы держать их подальше от нее. Если мы познакомим ее с повстанцем, как мы можем быть уверены, что он не попытается ее использовать?

— Отличная точка зрения, — похвалил Михельсон, который, казалось, был удивлен, принять все как есть.

Я не хотела подрывать репутацию Кита. Мое сознание просто бросилось вперед, выделяя потенциальную угрозу и указывая на нее. Хотя взгляд, который он бросил на меня был таким, словно я специально пыталась дискредитировать его выступление и выставить в невыгодном свете.

— Очевидно, мы не скажем ему кто она, — сказал он, с нескрываемым гневом в глазах. — Это было бы глупо. И он не является частью какой-либо группировки. Он не является частью вообще чего-либо. Он убежден, что морои и их стражи подвели его, и он не хочет иметь с ними ничего общего. Я скормил ему историю о том, что семья Джил имеет такие же антисоциальные убеждения, поэтому он проявил сочувствие.

— Ты права в том, что осторожничаешь, Сидни, — похвалила Стентон. В ее взгляде было одобрение, словно она была рада за меня вступиться. Это одобрение, очень много стоило, учитывая то, насколько суровой она часто казалась. — Мы не можем быть самонадеянными с любым из них. Хотя мы и проверили этого Мороя с Эйбом Мазуром, который подтвердил, что он достаточно безобиден.

— Эйбом Мазуром? — усмехнулся Михельсон. Он почесал свою седеющую бороду. — Да. Уверен, что он эксперт в том, кто безобиден, а кто — нет.

Мое сердце пропустило удар при упоминании этого имени, но я постаралась этого не выказывать. «Не реагируй, оставайся невозмутимой», приказывала я своему лицу. Сделав глубокий вздох, я спросила очень, очень осторожно.

— Эйб Мазур — и есть тот морой, который сопровождает Джил? Я встречалась с ним прежде… но я думала, вы сказали, что с ней отправился Ивашков. — Если Эйб Мазур объявится в Палм-Спрингсе, это значительно меняло дело.

Михельсон снова хмыкнул.

— Нет, мы бы никогда тебя не послали к Эйбу Мазуру. Он просто помог нам в осуществлении этого плана.

— Что такого ужасного в этом Эйбе Мазуре? — спросил Кит. — Кто он?

Я очень внимательно изучала Кита, когда он говорил, выискивая хоть какие-то следы лицемерия. Но, нет. Его лицо оставалось, с неприкрытым любопытством. Его голубые глаза — если быть точнее, то глаз — таили в себе сумятицу, контрастирующую с его обычным всезнающим высокомерием. Имя Эйба ни о чем ему не говорило. Я выдохнула, поняв, что задержала дыхание.

— Мерзавец, — резко сказала Стентон. — Ему слишком много известно, чего знать не полагается. Он полезен, но я ему не доверяю.

«Мерзавец?» Это еще мягко сказано. Эйб Мазур был мороем, чье прозвище в России было «Змей»; змея — и этим все сказано. Эйб был в числе тех, кто заставил меня расплатиться со значительным риском для меня самой. Частью расплаты было помочь Розе бежать. Ну, он называл это расплатой, я называла это шантажом. У меня не было желания пересекаться с ним снова, в основном потому, что я боялась того, что он попросит еще одну часть расплаты. Убивало то, что не было никого, к кому бы я могла обратиться за помощью. Мое руководство не обрадуется, если узнает, что помимо всех остальных своих сольных действий с вампирами, я заключила с ним сделку.

— Никому из них не следует доверять, — сказал мой отец. Он сделал знак Алхимика против зла, выписывая крест на левом плече правой рукой.

— Да, и ко всему прочему, Мазур еще хуже остальных, — добавил Михельсон. Он подавил зевок, напоминая нам, что была середина ночи. — Мы закончили?

Последовали согласные бормотания. Мрачное выражение лица Кита отражало, как он несчастен, что не настоял на своем, но не делал больше попыток меня остановить.

— Думаю, что теперь мы можем уехать в любое время.

У меня заняло секунду, чтобы понять, что «мы» означало его и меня.

— Прямо сейчас? — Спросила я в недоумении.

Он пожал плечами.

— Вампиры скоро отбывают. Мы должны убедиться, что для них все подготовлено. Если выдвинемся в путь сейчас, то к завтрашнему дню уже окажемся там.

— Здорово, — натянуто произнесла я. Поездка с Китом. Ух. Но что еще я могла сказать? У меня не было выбора, а даже если бы и был, я была не в том положении, чтобы отказаться от того, о чем сейчас меня просили Алхимики. Сегодняшней ночью я разыграла все свои карты, которые у меня были и должна понимать, что сосуществование с Китом было куда лучше «центра переподготовки». Кроме того, я провела тяжелую борьбу за то, чтобы взяли меня, а Зои осталась в резерве. И должна продолжать показывать, что готова на все.

Мой отец отправил меня паковать вещи с той же бойкостью, с которой он приказал мне ранее вести себя тихо. Я оставила остальных и скользнула в свою комнату, где так же спала и моя мать. Я была экспертом в быстром и тщательном сборе вещей, благодаря неожиданным поездкам, которые устраивал мой отец на протяжении всего моего детства. На самом деле, сумка с туалетными принадлежностями всегда была собрана и готова к дороге. Проблема заключалась не столько в скорости, сколько в том, как много вещей паковать. Со временем задание покажет, но у меня было неприятное чувство, что никто, на самом деле, не знает. Мы говорили о нескольких неделях? Или о целом школьном годе? Я слышала, что кто-то упоминал мороя, желающего отменить закон, из-за которого Джил находилась под угрозой, но этот вид правового процесса, который может занять некоторое время. Что еще хуже, я даже не знала, что принято одевать в школу. Единственное, в чем я была уверена, это то, что там жарко. Я заканчивала упаковывать свой десятый легкий наряд и надеялась, что смогу воспользоваться прачечной.

— Сидни?

Я как раз укладывала в сумку ноутбук, когда на пороге моей двери возникла Зои. Она переплела свои косы, так что теперь они выглядели аккуратнее, и подумала, может это была попытка произвести впечатление на отца.

— Эй, — сказала я улыбнувшись.

Она проскользнула в комнату, закрыв за собой дверь. Я была рада, что она зашла попрощаться. Я буду по ней скучать, и хотела, чтобы она знала, что…

— Почему ты это сделал? — спросила она, до того, как я смогла вымолвить хоть слово. — Ты понимаешь, как я была унижена?

Я растерялась, потеряв дар речи на какое-то время.

— Я… что ты такое говоришь? Я пыталась…

— Ты выставила меня некомпетентной! — сказала она. Я удивилась, увидев блеск слез в ее глазах. — Ты пошла дальше и рассказала, что у меня нет никакого опыта, и я не могу справиться с тем, с чем можете вы с отцом! Я выглядела идиоткой в глазах всех Алхимиков. И Кита.

— Кит Дарнэлл не тот, о впечатлении которого ты должна заботиться, — быстро выпалила я, пытаясь обуздать свой нрав. Увидев ее взбешенное лицо, я вспомнила весь разговор. Я не пыталась выставить Зои в плохом свете, чтобы быть уверенной, что они отправят меня. Я понятия не имела, что она так все воспримет. — Послушай, я не пыталась тебя оскорбить. Я пыталась тебя защитить.

Она выдавила резкий смешок, и было странно слышать гнев от кого-то столь нежного, как Зои.

— Вот как ты это называешь? Ты сама сказала, что пыталась получить повышение по службе!

Я сморщилась. Да, я так говорила. Но едва ли могла рассказать ей правду. Ни один человек не знал правду о том, почему я помогла Розе. Ложь близким — особенно моей сестре — ранила меня, но я ничего не могла с этим поделать. Как обычно, я почувствовала себя загнанной в ловушку. Поэтому, воздержалась от комментариев.

— Ты никогда не была предназначена для того, чтобы стать Алхимиком, — сказала я. — Тебе лучше остаться вне этого.

— Потому что я не такая умная, как ты? — спросила она. — Потому что я не говорю на пяти языках?

— Не в этом дело, — огрызнулась я. — Зои — ты чудесная и ты, вероятно, станешь великим Алхимиком! Но поверь мне, жизнь Алхимиков… ты не захочешь быть частью ее. — Я хотела рассказать ей, как ненавистна была мне такая жизнь. Я хотела рассказать ей, что она навсегда перестала бы нести ответственность за свое собственное будущее или принимать свои собственные решения. Но мое чувство долга помешало мне, и я промолчала.

— Я сделаю это, — сказала она. — Я помогу защищать нас от вампиров, если это будет угодно отцу. — Ее голос немного дрогнул, и я вдруг подумала, что в действительности разожгло в ней желание стать Алхимиком.

— Если ты хочешь быть рядом с отцом, найди другой способ. Стать Алхимиком — может и хороший способ, но однажды воспользовавшись им, они завладеют тобой. — Мне хотелось объяснить ей, как это чувствовалось. — Ты не захочешь такой жизни.

— Потому что ты хочешь это все для себя? — спросила она. Она была на несколько дюймов ниже меня, но в ней было столько злости и ярости, что казалось, занимает всю комнату.

— Нет! Я не… ты не понимаешь, — наконец сказала я. Я хотела вскинуть руки в раздражении, но сдержала себя, как всегда.

Взгляд, которым она меня одарила, почти превратил меня в лед.

— О, я думаю, что все прекрасно понимаю. — Она резко развернулась и поспешила к двери, все так же двигаясь не спеша. Ее страх перед нашим отцом пересилил гнев ко мне.

Я уставилась на то место, где она стояла и чувствовала себя просто ужасно. Как она могла подумать, что я на самом деле пыталась присвоить всю славу себе и выставить ее в не лучшем свете? «Потому что именно это ты и сказала», проговорил мой внутренний голос. Я полагала, что это была правда, но никогда не ожидала, что она обидится. Я не знала, что она так заинтересована в том, чтобы стать одним из Алхимиков. Даже сейчас я подумывала о том, что это желание в большей степени лишь для того, чтобы что-то доказать мне и нашему отцу, нежели истинным желанием быть выбранной для этого задания.

Какой бы ни была ее причина, теперь уже ничего не поделаешь. Мне может не нравиться тот жесткий способ, каким Алхимики имеют дело со мной, но я по-прежнему отчаянно верила в то, что они защищают людей от вампиров. И я определенно верила в обеспечении Джил в безопасности от ее собственного народа, если это означало избежать массовой гражданской войны. Я могу сделать эту работу и сделать ее хорошо. А Зои… у нее будет возможность осуществить все, что она только захочет в своей жизни.

— Почему так долго? — спросил отец, когда я вернулась в кабинет. Мой разговор с Зои задержал меня на пару минут, но эти пару минут были слишком долгими для него. Я даже не потрудилась ответить.

— Я готов выехать, как только ты соберешься, — сказал мне Кит. Настроение его изменилось, пока я была наверху. Сейчас из него сочилось дружелюбие, такое сильное, что удивительно, почему каждый не понял, что это фальшь. Видимо, он решил попытаться проявить более дружелюбное отношение рядом со мной, либо в надежде произвести впечатление на других, либо умаслить меня, чтобы я не обнародовала то, что мне о нем известно. Но даже, когда он нацепил свою искусственную улыбочку, в его положении тела и того, как он скрестил на груди руки, была некая скованность, о чем говорила мне, что он не счастливее меня от необходимости совместного сосуществования. — Я даже могу вести большую часть дороги.

— Я не возражаю о разделении обязанностей, — сказала я, пытаясь избежать взгляда с его стеклянным глазом. Мне так же не было комфортно гонять с кем-то дефектным восприятием окружающего.

— Я бы хотел переговорить с Сидни с глазу на глаз, пока она не уехала, если не возражаете, — попросил отец.

Никто не возражал, и он повел меня на кухню, закрывая за нами дверь. Мы несколько минут молчали, просто стоя друг перед другом со скрещенными на груди руками. Я внезапно посмела надеяться на то, что возможно, он привел меня сюда, чтобы извиниться за те вещи, что произошли между нами за этот последний месяц, сказать, что он прощает и любит меня. Честно говоря, я была бы счастлива, если бы он просто захотел наедине по-отечески проститься со мной.

Он пристально посмотрел на меня сверху вниз своими карими, как и у меня самой, глазами. Я только надеялась, что мои никогда не станут такими же холодными, как у него.

— Надеюсь мне не нужно напоминать, насколько это важно, как для тебя, так и для всех нас.

«Отеческая любовь так и прет».

— Нет, сэр, — ответила я. — Не нужно.

— Не знаю, можно ли снять тот позор, который ты на нас повесила, сбежав с ними, но это шаг в верном направлении. Не повторяй ошибок. Тебя будут проверять. Следуй приказам. Оберегай моройскую девочку без неприятностей. — Он вздохнул и провел рукой по своим темно-русым волосам, которые я так же унаследовала от него. Странно, я думала, что у нас так много общего… но все же мы были совершенно разными. — Слава Богу, что Кит с тобой. Следуй его указаниям. Он знает, что делать.

Я напряглась. В его голосе снова появилась нотка гордости, словно Кит был лучшим сокровищем, бродящим по земле. Мой отец видел то, что мое обучение было основательным, но когда с нами остался Кит, мой отец брал его в поездки и на уроки, частью которых я никогда не была. Моя сестра и я были в ярости. Мы всегда подозревали, что наш папочка жалел, что у него только дочери, и это было тому доказательством. Но не из-за ревности сейчас моя кровь кипела, а зубы стиснулись.

На мгновение я подумала, «а что если я ему расскажу, о том, что мне известно? Что он тогда будет думать о своем золотом мальчике?» Но глядя в жесткие глаза своего отца, я сама ответила на свой вопрос: «мне никто не поверит». Но сразу за этим последовало воспоминание о другом голосе и умоляющей меня напуганной девочке с большими карими глазами. «Не рассказывай, Сидни. Что бы ты ни делала, не рассказывай, что сделал Кит. Не рассказывай никому». Я не могла предать ее так.

Мой отец до сих пор ждал ответа. Сглотнув, я кивнула.

— Да, сэр.

Он поднял брови, явно довольный этим, и грубо похлопал меня по плечу. В этот момент он был так близок к проявлению настоящей любви. Я вздрогнула от удивления и сильного чувства разочарования.

— Хорошо. — Он двинулся в сторону кухонной двери, но остановился и оглянулся на меня. — Может быть, с тобой еще не все потеряно.

ГЛАВА 3

Переводчики: Stinky, rubinns, Светуська Вычитка: Светуська

Путешествие до Палм-Спрингс было сплошным мучением.

Я была истощена из-за того, что меня выдернули из теплой постели, и не смогла уснуть даже когда Кит сел за руль. В моей голове то и дело роилось слишком много всего: Зои, моя репутация, назначение… Мысли вихрем кружили по кругу. Мне просто хотелось исправить все навалившиеся на меня проблемы в моей жизни. Вождение Кита не заставляло меня чувствовать себя менее тревожно.

Так же я была расстроена из-за того, что отец не позволил мне попрощаться с мамой. Он отмахнулся тем, что я должна дать ей поспать, но я знала правду. Он был напуган тем, что если она узнает, что я уезжаю, то попытается нас остановить. Она была в ярости от моего последнего задания: уехала на другой конец света, одна одинешенька, только чтобы вернуться ничего не подозревая, что поджидало меня в будущем. Моя мама считала, что Алхимики слишком плохо со мной обращались, и потребовала у отца, забрать меня от них. Не знаю, смогла бы она действительно встать на пути сегодняшних ночных планов, но я не хотела испытывать судьбу на случай, если Зои отправят вместо меня. Конечно, я не ожидала теплого и радушного прощания от него, но было как-то странно их покидать с недовыясненными отношениями с моей сестрой и матерью.

Наступивший рассвет, окрасил пустынный пейзаж Невады в пылающее море красного и медного, и окончательно отказавшись от сна, я решила немного размяться. В круглосуточном магазинчике при заправке купив кофе, я заверила Кита, что смогу вести весь остаток пути. Он с радостью передал руль мне, но вместо того, чтобы уснуть, взял кофе и занимал меня болтовней все оставшиеся часы. Он все еще переигрывал своим новым «мы-друзья» отношением, почти вынуждая меня скучать по его прошлой враждебности. Я по-прежнему была полна решимости не давать ему никаких причин усомниться во мне, поэтому упорно трудилась над тем, чтобы улыбаться и кивать в нужные моменты. Это было довольно трудно, с постоянно стиснутыми зубами.

Некоторые из разговоров были не так уж плохи. Я поднимала деловую тему, и у нас появлялось много деталей, которые нужно было проработать. Он рассказал мне все, что знал о школе, и я проглотила его описание моего будущего «дома». Подготовительная школа в Амбервуде, оказалась престижным местом, и я подумывала о возможности того, чтобы рассматривать ее как колледж. По стандартам Алхимиков я знала все, что было необходимо для моей работы, но что-то во мне всегда жаждало как можно больше новых знаний. Мне предстояло научиться довольствоваться чтением и исследованиями, но все же, колледж — или просто хотя бы нахождение рядом с тем, кто много знал и мог чему-нибудь меня научить — давно уже стало моей мечтой.

Как у «выпускницы» у меня были привилегии покидать университетский городок и первым по плану — после поддельных удостоверений личности — было приобрести мне машину. Зная, что мне не придется попадать впросак в школе-интернат, делало вещи немного более терпимыми, хотя было очевидно, что половина энтузиазма Кита по обеспечению меня собственным транспортным средством было для того, чтобы убедиться, что я смогу выполнить всю работу, на этом назначении.

Так же Кит просветил меня о том, чего я не знала — но, все же, должна была знать.

— Вы с Джил зарегистрированы как сестры, — сказал он.

— Что? — Мне понадобился весь мой самоконтроль, чтобы удержать машину на дороге. «Жить с вампиром — это одно дело, но быть с ним в родстве?»

— Почему? — потребовала я.

Боковым зрением я увидела, как он пожимает плечами.

— Почему нет? Это объяснит, твое постоянное пребывание рядом с ней — и это хороший повод сделать вас соседками по комнате. По правилам школы, студенты разных возрастов не проживают вместе, но… ну… ваши «родители» обещали немалое пожертвование, что заставило их пересмотреть свои устоявшиеся стандарты.

Я так опешила, что даже не последовала своей внутренней привычной реакции — врезать ему, когда он растянул губы в самодовольной улыбке. «Я знала, что мы будем жить вместе… но сестры? Это было… странно. Нет, не совсем так. Нелепо».

— Это безумие, — сказала я, наконец, все еще, слишком потрясенная, чтобы придумать более красноречивый ответ.

— Это только на бумаге, — сказал он.

Верно. Но все равно осознание кровного родства с вампиром как-то выводило из строя весь порядок вещей. Я была горда тем, что научилась уживаться со всеми вампирами, но часть всего это пришла из строгих убеждений находиться подальше от них, имея деловые отношения на расстоянии. Игра в сестру Джил нарушала эти границы. Задание предполагало более тесное знакомство, и я не уверена, что была к этому готова.

— Проживание с одним из них не должно оказаться, для тебя таким уж ужасным, — отметил Кит, барабаня пальцами по стеклу распаляя мои нервы до предела. Что-то в этом, слишком случайном разговоре, заставило меня подумать, что он загонял меня в ловушку. — Тебе не привыкать.

— Сомневаюсь, — ответила я, осторожно подбирая слова. — Я провела с ними максимум неделю. А если точнее, большую часть моего времени я прибывала с дампирами.

— Тоже мне разница, — фыркнул он пренебрежительно. — В любом случае, дампиры даже хуже. Они мерзость. Не люди, но и не совсем вампиры. Продукт противоестественного союза.

Я не ответила, и сделала вид, что сосредоточена на дороге. В его словах была истина, какой нас обучали Алхимики. Меня вырастили на вере, что обе расы, морои и стригои, были темными и злыми. Они нуждались в крови, чтобы выжить. Какой вид человека пил из другого? Это было отвратительно, но простая мысль о том, что в скорее мне предстоит возить мороя на кормление, заставляла меня неважно себя чувствовать.

Но дампиры… тут дела обстояли иначе. Или, по крайней мере, так было для меня сейчас. Дампиры были наполовину люди — наполовину вампиры, созданные в те времена, когда две расы еще свободно смешивались между собой. На протяжении последних веков, вампиры изолировались от людей, и обе наши расы пришли к соглашению, чтобы такие союзы находились под строгим табу. Тем не менее, раса дампиров сохранилась, невзирая на все трудности, даже, несмотря на то, что дампиры не могли воспроизводить друг от друга потомство. Зато могли с Мороями или людьми, и немало мороев выполняли эту задачу.

— Согласна? — спросил Кит.

Я осознала, что он смотрит на меня, ожидая, что я соглашусь с ним в том, что дампиры омерзительны или, может быть, он надеялся, что я не поддержу его мнения. Но, не смотря на это, я молчала слишком долго.

— Согласна, — ответила я. Я понахваталась стандартных выражений алхимиков. — В некотором смысле, они хуже мороев. Их раса никогда не должна была существовать.

— Ты испугала меня на секунду, — сказал Кит. Хоть я и наблюдала за дорогой, но мне показалось, что он мне подмигнул. — Я уж подумал, что ты кинешься на их защиту. И я должен был бы знать лучше, а не верить всяким россказням про тебя. Мне абсолютно понятно твое стремление к славе — но человек, который должен оставаться не преклонным, попытался якшаться с одним из них.

Я не могла объяснить, что однажды, проведя немного времени с Розой Хэзевей, можно было забыть о том, что она дампир. Физически дампиры не отличались от людей. Роза была настолько преисполнена жизни и страсти, что казалась больше человеком, чем я. Роза, конечно же, не приняла бы смиренно эту работу, промямлив «Да, сэр». Не то, что я.

Роза не сдалась даже, когда ее заключили в тюрьму, с довеском моройского правительства против нее. Шантаж Эйба Мазура был катализатором, подстегивающим меня ей помочь, но так же я никогда не верила, что Роза совершила убийство, в котором ее обвинили. Эта уверенность наряду с хрупкой дружбой привела к тому, что я нарушила законы Алхимиков, помогая Розе с ее парнем дампиром — грозным Дмитрием Беликовым — ускользнуть от властей. На протяжении всего этого, я с удивлением наблюдала, как Роза противостояла всему миру. Я не могла позавидовать кому-то, кто не был человеком, но я, безусловно, могла позавидовать ее силе и неотступности, ни при каких условиях.

И опять же, я не могла рассказывать ничего из этого Киту. Но все же, ни на секунду не поверила, несмотря на его дружелюбное поведение, что он внезапно смирился с тем, что я сюда отправилась.

Я слегка пожала плечами.

— Я думала, это того стоило.

— Что ж, — сказал он, видя, что я не собираюсь ничего больше добавлять. — В следующий раз, когда ты решишь сбежать с вампирами и дампирами, подстрахуйся, чтобы не огрести так много проблем.

Я усмехнулась.

— Я не собираюсь снова подаваться в изгои. — По крайней мере, это была правда.

Мы добрались до Палм-Спрингса в конце дня и незамедлительно принялись выполнять поставленные задачи. К этому моменту я умирала, как хотела спать и даже Кит — несмотря на свой чрезмерный словесный понос — выглядел порядком уставшим. Но нам было известно, что Джил с ее свитой прибудут уже завтра, оставляя ничтожно мало времени, чтобы расставить все по своим местам.

Посещение Амбервуда, выяснило, что моя «семья» расширяется. Судя по всему дампир, который едет с Джил, будет играть нашего брата. Кит так же собирался стать нашим братом. Когда я спросила его «почему», он объяснил это тем, что нужен кто-то из местных, в качестве нашего законного опекуна, на тот случай, если Джил или любому из нас потребуется покидать пределы школы или для еще каких привилегий. Так как наши вымышленные родители проживали за пределами штата, от него можно было бы быстрее добиться результатов. Я не отказывала в своей логике, хотя и нашла, что быть в родстве с ним было более отвратительным, чем находиться в родстве с вампирами или дампирами. И это говорило о многом.

Немного погодя, водительское удостоверение от постоянного производителя фальшивых удостоверений гласило, что теперь я была Сидни Кэтрин Мелроуз из Южной Дакоты. Мы выбрали Южную Дакоту потому, что поняли, что местным жителям не часто доводилось видеть удостоверения из этого штата, потому будут не в состоянии обнаружить в нем какие-либо отклонения. Не то, чтобы я ожидала, что они вообще будут. Алхимики не связывались с людьми, которые делали второсортную работу. Так же мне понравилась картинка горы Рашмор[3] на удостоверении. Это было одно из нескольких мест в Соединенных Штатах, которые я еще никогда не видела.

День подошел к концу, и мы с нетерпением ждали поездку в автосалон. Мы торговались с Китом, как два продавца. Меня воспитывали быть практичной и держать свои амбиции под контролем, но я чертовски любила автомобили. Это была одно из немногих наследий моей мамочки. Она была механиком и некоторые из моих самых лучших воспоминаний были связаны с нашей совместной возней в гараже.

Особенно я питала слабость к спортивным и старым моделям автомобилей, с мощными движками, которые, как я знала, были вредны для окружающей среды — но я все равно балдела от них. Хотя, для данной работы вопрос с этим не стоял. Кит утверждал, что мне нужно что-то, что было у каждого — что не привлечет лишнего внимания. Я еще раз уступила его рассуждениям, как хорошенький, маленький Алхимик.

— Но я не понимаю, почему это должен быть универсал, — негодовала я.

Все это привело нас к новенькой Субару аутбек, которая отвечала многим его требованиям. Мои инстинкты водителя говорили о том, что Субару — это то, что мне нужно. Она маневренная и с приличным движком. А еще…

— Я чувствую себя футбольной мамочкой,[4] - проворчала я. — Я слишком молода для этого.

— Футбольные мамочки водят минивэны, — парировал Кит. — И в футболе нет ничего плохого.

Я нахмурилась.

— Надеюсь, он хотя бы не будет невзрачного цвета?

Будет, если мы хотим взять один из этих автомобилей. Как бы сильно я не хотела что-нибудь синее или красное, но новизна взяла вверх. Моему придирчивому характеру не нравилась идея водить «чужую» машину. Я хотела, чтобы она была моя — блестящая, новая и чистая. Таким образом, мы заключили сделку, и я — Сидни Мелроуз, стала счастливым обладателем темного невзрачного универсала. Я назвала его Латте, надеясь, что моя любовь к кофе скоро передастся и на машину.

После выполнения поставленных задач, Кит оставил меня и направился в свою квартирку в черте Палм-Спрингса. Он так же предложил мне остаться там, но я вежливо отказалась и забронировала номер в гостинице, благодарная глубоким карманам Алхимиков. Если честно, я бы отдала и свои собственные деньги, лишь бы избавиться от ночлежки под одной крышей с Китом Дарнэллом.

Заказав легкий ужин в свой номер, я наслаждалась одиночеством после всех тех часов, проведенных в машине с Китом. Затем переоделась в пижаму и решила позвонить маме. Хотя я и была рада быть свободной от осуждений моего отца на некоторое время, я все равно буду скучать по ней.

— Неплохая машина, — одобрила она после того, как я рассказала ей о поездке в автосалон. Моя мама всегда была вольна духом и едва ли подходила кому-то вроде моего отца. Хотя он обучил меня химическим уравнениям, она показала мне, как изменить свою собственную нефть. Алхимики не обязаны были жениться на других Алхимиках, но я была сбита с толку, не понимая какие силы соединили моих родителей. Может быть, мой отец был более спокойным, когда был моложе.

— Не спорю, — сказала я, хотя это прозвучало угрюмо. Моя мать была одной из немногих людей, рядом с которыми я могла быть менее совершенной или довольной. Она была большим сторонником того, чтобы давать волю своим чувствам. — Думаю, я просто раздосадована, что не успела с тобой поговорить на прощание.

— Раздосадована? Я крайне возмущена тем, что он даже не удосужился поговорить об этом со мной, — фыркнула она. — Поверить не могу, что он просто отдал тебя тайком! Ты моя дочь, а не какой-то товар, который он запросто может задвинуть. — На мгновение моя мама напомнила мне Розу — обе обладали непоколебимостью, и невозможно было сказать, что у них на уме. Эта способность казалась странной и экзотической, но временами, когда я думала о своем собственном тщательном самоконтроле и сдерживании характера — я задумалась — что если я была такой же странной.

— Он не знал всех подробностей, — сказала я, автоматически защищая его. С характером моего отца, если мои родители придут в ярость друг на друга, тогда жизнь в доме станет совершенно невыносимой для Зои — не говоря уже о моей маме. Лучше обеспечить мир. — Они не во все его посветили.

— Иногда я их просто ненавижу, — услышала я недовольство в мамином голосе. — Иногда я и его ненавижу.

Я не была уверена, что ответить на это. Иногда отец возмущал меня, конечно, но он все еще оставался моим отцом. Большинство трудных выборов, сделанных им, были в пользу Алхимиков. И независимо от того, какой бы подавленной я себя не чувствовала время от времени, эта работа была очень важна. Люди должны быть защищены от вампиров. Знание о существовании этой расы могло создать панику. Хуже того, это могло привести к тому, что множество безвольных людей могли стать рабами стригоев в обмен на бессмертие и окончательное разрушение их душ. Такое происходило гораздо чаще, чем нам нравилось признавать.

— Все нормально, — сказала я успокаивающе. — Я в порядке. Не в беде и даже нахожусь в Соединенных Штатах. — На самом деле я не была уверена по части «беды», но думала, что не последним делом было бы успокоить ее. Стентон сказала нам, что наше нахождение в Палм-Спрингсе засекречено, но рассказ о внутренней обстановке не принесет слишком много вреда и возможно заставит маму подумать, что мне предстоит работа, легче чем есть на самом деле. Я поговорила с ней еще немного прежде, чем повесить трубку и она мне поведала, новости о моей сестре Карли. С ней в колледже все было в полном порядке, и я рада была это услышать. Я отчаянно хотела узнать о Зои, но сопротивлялась попросить поговорить с ней. Я боялась, что если она подойдет к телефону, то может выясниться, что она все еще сердится на меня. Или, того хуже, вообще не захочет со мной разговаривать.

Я завалилась спать в подавленных чувствах, желая о возможности рассказать о всех страхах и сомнениях своей матери. «Разве это не то, что делали нормальные матери с дочерями?» Я знала, что она бы приветствовала это. Это я была тем, кто не позволял себе подобного, слишком окутанная тайнами Алхимиков, чтобы быть нормальным подростком.

После долгого сна и с утренними лучами солнца, проникающими в мое окно, я почувствовала себя немного лучше. Мне предстояла работа, которую я должна выполнить и цель, не позволяющая мне заниматься самобичеванием. Я вспомнила, что делаю это ради Зои, мороев и ради всего человечества. Это позволило мне сконцентрироваться и отодвинуть в сторону неуверенность, хотя бы на время.

Я заехала за Китом около полудня и отвезла нас за город, чтобы встретиться с Джил и мороем-отшельником, который будет нам помогать. Кит много рассказал о парне, по имени Кларэнс Донахью. Он жил в Палм-Спрингсе в течение трех лет, пока в Лос-Анджелесе не умерла его племянница, смерть которой, вероятно, нанесла ему психологическую травму. Кит встречался с ним пару раз на предыдущих назначениях и продолжал потешаться, намекая на сумасшествие Кларэнса.

— Ты знаешь, что он в нескольких пинтах от банка крови? — спросил Кит, усмехаясь своей собственной шутке. Бьюсь об заклад, он с нетерпением ждал этого дня, чтобы ее отмочить.

Приколы были в плохом вкусе — и совершенно не остроумными — но чем ближе мы подъезжали к дому Кларэнса, тем все более тихим и нервным он становился. И я вместе с ним.

— Как много ты встречал мороев? — спросила я, когда мы свернули с главной дороги на длинную и извилистую подъездную дорожку. Дом выглядел, как особняк из готического фильма, квадратной постройки из серого камня, резко контрастируя с остальными архитектурными строениями, встречающимися нам в Палм-Спрингсе. Единственным напоминанием того, что мы все еще были в Калифорнии, служили пальмы, вокруг дома. Странное сочетание.

— Достаточно, — уклончиво ответил Кит. — Я смогу находиться рядом с ними.

Уверенность в его голосе звучала вымученно. Я поняла, что, несмотря на всю его браваду в работе, его комментариях о расах мороев и дампиров и его суждениях о моих действиях, говорили о том, что Кит очень и очень плохо знаком с идеей как находиться среди нелюдей. И не удивительно. Почти со всеми Алхимиками происходила точно такая же картина. Большая часть нашей работы не включала в себя взаимодействие с миром вампиров — мы больше заботились о мире людей. Доказательства уничтожали, свидетелей подкупали. Большинство Алхимиков мало контактировали с нашими субъектами, то есть знание Алхимиков основывались на учении истории и передавались из поколения в поколение. Кит говорил, что виделся с Кларэнсом, но не упоминал, что проводил время с другими мороями или дампирами — естественно не с толпой, а всего с одним.

Я не была так взволнована как он, тем, что мне предстояло находиться рядом с вампирами, но поняла, что это не пугало меня уже так сильно, как бывало прежде. Роза со своей компанией закалили меня. Я даже побывала в Моройском Королевском Дворе — месте, которое посетили лишь несколько Алхимиков. Если уж я ушла из самой обители их цивилизации никем нетронутой, то была уверена, что смогу справиться с нахождением внутри этого дома. Правда, было бы немного легче, если бы дом Кларэнса так не напоминал страшную жутковатую усадьбу с приведениями из фильма ужасов.

Мы подошли к двери, представляя единый фронт в наших стильных, официальных костюмах Алхимиков. Каковы бы ни были опасения, Кит хорошо их скрывал. На нем были брюки цвета хаки, белая рубашка на пуговицах и шелковый галстук. Хотя я сомневалась, что рубашка с короткими рукавами приносила бы меньше тепла. Было начало сентября, и температура колебалась в районе 32 градусов, когда я выходила из отеля. Мне было в равной степени жарко в коричневой юбке, колготках и блузке, рукава которой были расшиты коричневыми цветами.

С запозданием я осознала, что мы чем-то похожи.

Кит поднял руку, собираясь постучать в дверь, но она открылась прежде, чем он успел ее коснуться. Я вздрогнула, немного нервно, несмотря на ту браваду, что дала себе только что.

Парень, который открыл дверь, выглядел так, как будто был удивлен, нас увидеть. В одной руке он держал пачку сигарет, и казалось, собирался выйти на улицу покурить. Он остановился и оценивающе нас оглядел.

— Итак ребята. Вы здесь, чтобы обратить меня в веру или продать мне сайдинг?[5]

Разряжающего обстановку комментария было достаточно, чтобы помочь мне избавиться от моего беспокойства. Говоривший был моройским парнем, немногим старше меня, с темно-каштановыми волосами, которые, несомненно, были тщательно стилизованы под небольшой беспорядок. В отличие от китовских экспериментов с гелем, этому парню удалось сделать так, что это выглядело довольно неплохо. Как и все морои он был бледен и имел высокое, худощавое строение тела. Со скульптурного лица нас изучали изумрудно-зеленые глаза, как у одного из классических художников, которым я так восхищалась. Потрясенная, я отмахнулась от этого сравнения, как только оно пришло мне в голову. В конце концов, это был вампир. Было смешно любоваться им так, словно это был горячий человеческий парень.

— Мистер Ивашков, — поприветствовала я вежливо. — Приятно видеть Вас снова.

Он нахмурился и изучал меня с высоты своего роста.

— Я знаю тебя. Но откуда?

— Мы… — я хотела было сказать «познакомились», но осознала, что это не совсем верно, так как мы не были официально друг другу представлены, когда я видела его последний раз. Он просто присутствовал, когда Стентон и я были вызваны на Моройский Двор для допроса. — Мы сталкивались в прошлом месяце. В вашем Дворе.

В его глазах промелькнуло узнавание.

— Верно. Алхимик.

На мгновение он задумался, а потом удивил меня, произнеся мое имя. Со всем тем, что происходило в Моройском Дворе, я не ожидала, что произведу впечатление.

— Сидни Сейдж.

Я кивнула, стараясь не выглядеть взволнованной из-за того, что меня узнали. Я осознала, что Кит, стоявший рядом со мной, оцепенел. Он утверждал, что может находиться рядом с мороями, но, очевидно, это значило стоять с открытым ртом, не издавая ни звука. Стараясь сохранить приятную улыбку, я сказала:

— Кит, это Адриан Ивашков. Адриан, это мой коллега, Кит Дарнэлл.

Адриан протянул руку, но Кит ее не пожал. Поступил ли он так потому, что все еще был в ступоре или потому, что просто не хотел прикасаться к вампиру, сложно сказать. Казалось, Адриана это ничуть не задело. Он опустил руку и, достав зажигалку, прошел мимо нас, кивая на дверной проем.

— Они ждут вас. Входите. — Адриан наклонился к уху Кита и произнес зловещим голосом, — Если. Осмелишься. — Он толкнул Кита плечом и выдал что-то наподобии «чудовищного» смеха.

Кит подскочил, чуть ли, аж, не на три метра. Адриан усмехнулся и побрел вниз по садовой дорожке, закуривая сигарету. Я посмотрела ему вслед — признавая, что это было довольно забавно — затем подтолкнула Кита к двери.

— Пошли, — сказала я. Меня овеял прохладный кондиционированный воздух.

Кит, казалось, потихоньку оживал.

— Что это было? — потребовал он, когда мы вошли в дом. — Он чуть не напал на меня!

Я закрыла дверь.

— Все из-за того, что ты выглядел как идиот. Иначе он этого бы не проделал с тобой. Не мог бы ты проявить еще больше ужаса? Они знают, что не нравятся нам, и ты выглядишь так, словно готов сбежать.

Если честно мне принесло удовольствие видеть Кита застигнутым врасплох, но из чисто человеческой солидарности не оставила вопроса на чьей я была стороне.

— Это не так, — заявил Кит, хотя явно был смущен. Мы шли по длинному коридору с темными деревянными полами и отделкой, которая, казалось, поглощала весь свет. — Господи, что не так с этими людьми? О, я знаю. Они не люди.

— Замолчи, — сказала я, немного шокированная горячностью, прозвучавшей в его голосе. — Они вон там. Ты что не слышишь?

В конце коридора виднелась двойная массивная французская дверь. Матовое стекло его витража скрывала то, что находилось по ту его сторону, но все равно можно было услышать низкий гул голосов. Я постучала в дверь, дожидаясь от туда ответа. Когда мы обменялись быстрыми, напряженными взглядами, гнев с лица Кита исчез. Вот и все. Вперед.

Войдя внутрь и увидев, кто был внутри, моя челюсть чуть было не отвисла, как челюсть Кита чуть ранее.

На мгновение у меня перехватило дыхание. Я измывалась над Китом из-за его боязни находиться рядом с вампирами и дампирами, но сейчас, встретившись лицом к лицу с группой вампиров, я почувствовала себя загнанной в ловушку. Будь хоть угроза обвала на меня стен, а я только и могла думать как о клыках и крови. Мой мир пошатнулся и не из-за размеров группы.

Здесь был Эйб Мазур.

«Дыши, Сидни. Просто дыши», уговаривала я себя. Это было нелегко. Эйб олицетворял для меня тысячу страхов, тысячу затруднительных положений, в которые я попадала.

Постепенно все окружающее меня, стало обретать форму, и я снова могла себя контролировать. В конце концов, Эйб был здесь не один, и я заставила себя сосредоточиться на других, игнорируя его.

В комнате сидели еще трое — двоих из них я узнала. Незнакомец, пожилой морой с редкими волосами и большими седыми усами, должно быть был нашим хозяином. Кларэнс.

— Сидни!

Это была Джил Мастрано, ее глаза сверкали от восторга. Мне нравилась Джил, но я не думала, что произвела на нее столь неизгладимое впечатление, чтобы ждать такого приема. Джил выглядела так, как будто собиралась подбежать и задушить меня в объятиях, и я молилась, чтобы она этого не делала. Не нужно, чтобы Кит это видел. Более того, еще не хватало, чтобы он доложил об этом.

Кроме Джил был дампир, которого я знала так же, как знала Адриана — то есть, видела его, но никогда не была с ним знакома. Эдди Кастиль так же присутствовал, когда меня допрашивали в Королевском Суде, и если память мне не изменяет, с его показаниями были проблемы. Со своими намерениями и целями он выглядел как человек, с атлетическим телом и лицом, словно он проводил много времени на солнце. С песочно-каштановыми волосами и карими глазами, смотрящими с дружелюбием — но не без осторожности — на меня и Кита. Как это всегда и происходило со стражами. Они всегда оставались в состоянии боевой готовности, всегда выискивая угрозу. В некотором смысле я даже находила это обнадеживающим.

Осмотрев комнату, мой взгляд снова вернулся к наблюдавшему за мной Эйбу. Его, казалось, позабавило, мое старательное избегание его личности, расплывающейся в хитрющей улыбке.

— Что, Мисс Сейдж, — медленно проговорил он. — Даже не поздороваетесь со мной?

ГЛАВА 4

Переводчики: Stinky, Светуська, VisibleVoid, rubinns, sovik Вычитка: Светуська

Эйб умел преподать себя так, что многие тут же замолкали, стоило только взглянуть на него, даже если совершенно ничего о нем не знали.

Не обращая внимания на теплую погоду снаружи, моройский мужчина был одет в костюм и при галстуке. И не смотря на то, что костюм хоть и был белого цвета, он все равно выглядел жарковато. Его рубашка и галстук были пурпурного цвета, как и роза в кармане его пиджака. В ушах и на шее поблескивало золото. Он был родом из Турции и по этому обладал более смуглой кожей, чем большинство мороев, но все же он был бледнее людей, таких, как мы с Китом. На самом деле цвет лица Эйба напоминал мне загорелого человека, которому в последнее время нездоровилось.

— Здравствуйте, — натянуто поздоровалась я.

Его кривая полуулыбка переросла в полноценную усмешку.

— Как приятно снова вас встретить.

— Неизменно рада. — Моя ложь вырвалась на автомате, но я надеялась, что, по крайней мере, не звучала испугано.

— Нет, нет, — возразил он. — Это я весьма рад.

— Если вы так настаиваете, — ответила я. Что развеселило его еще больше.

Кит снова замер, когда я шагнула к пожилому Морою и протянула ему для приветствия руку, чтобы хоть один из нас проявил хорошие манеры.

— Мистер Донахью? Я Сидни Сейдж.

Кларэнс улыбнулся, пожимая мне руку своей морщинистой. Я не вздрогнула, даже если и испытывала побуждение. В отличии от большинства встреченных мною мороев, он не утруждал себя скрывать свои клыки когда улыбался, из-за чего мой фасад почти дал трещину. Еще одно напоминание того, как бы они время от времени не походили на людей, они все еще оставались вампирами.

— Очень рад нашей встречи, — сказал он. — Я слышал о вас много лестного.

— Неужели? — спросила я, выгибая одну бровь и размышляя над тем, кто же мог про меня что-то сказать.

Кларэнс утвердительно кивнул.

— Добро пожаловать в мой дом. Как приятно принимать так много гостей.

Далее прошло знакомство со всеми остальными. Эдди и Джил держались немного сдержанно, но дружелюбно. Кит никому не пожал руку, но, по крайней мере, перестал вести себя как слюнявый придурок. Он уселся на стуле, когда предложили, с высокомерным выражением на лице, которое, вероятно, должно было выглядеть храбростью. Я надеялась, что он больше ничего не выкинет, что может вех нас привести в замешательство.

— Прошу прощения, — сказал Эйб, чуть склоняясь вперед. Его темные глаза блестели. — Кажется, вы говорили, вас зовут Кит Дарнэлл?

— Да, — ответил Кит. Он с любопытством рассматривал Эйба, без сомнения вспоминая разговор Алхимиков в Солт-Лейк-Сити.[6] Даже через браваду Кита, которую он пытался на себя нацепить, я могла разглядеть беспокойство. Это же видел и Эйб. — А что?

— Да так, — произнес Эйб. Его взгляд метнулся ко мне, а затем к Киту. — Просто звучит знакомо, и все.

— Мой отец весьма важная фигура среди Алхимиков, — надменно сказал Кит и немного расслабился, вероятно, думая, что история об Эйбе была сильно приукрашена. Дурак. — Вы, несомненно, должны были о нем слышать.

— Безусловно, — согласился Эйб. — Уверен, что именно поэтому мне и показалось так знакома ваша фамилия. — Он говорил так небрежно, что никто даже не заподозрил, что он говорит неправду. Только я знала, что настоящая причина скрывалась в том, что Эйб знал, кем был Кит, но, конечно же, я не хотела, чтобы это раскрылось. А так же не хотела, чтобы Эйб бросал больше намеков в его адрес, которые, я подозревала, он делал только для того, чтобы меня подразнить.

Я старалась держаться подальше от этой темы — и хотела прояснить для себя некоторые ответы.

— Я не знала, что вы присоединитесь к нам, мистер Мазур. — Сладость в моем голосе соответствовала ему.

— Прошу, — начал он, — называй меня просто Эйб. И, к сожалению, у меня не получится остаться. Я пришел просто удостовериться, что эта группа благополучно добралась… и встретилась с Кларэнсом.

— Как мило с вашей стороны, — сухо произнесла я, искренне сомневаясь, в столь простых мотивах Эйба. Если я что и усвоила, так это то, что если где-то был замешан Эйб Мазур — это было неспроста. Он был своего рода кукловодом, который хотел быть не только в курсе всех дел, но и контролировать их.

Он победно улыбнулся.

— Что ж, я всегда стараюсь помогать всем нуждающимся.

— Ага, — послышался новый голос. — Именно это мне и приходит на ум, когда я о тебе думаю, старик.

Я не думала, что кто-то может шокировать меня больше, чем Эйб, но, оказывается, была неправа.

— Роза? — Имя вопросом слетело с моих губ, хотя не было никаких сомнений насчет того, кто был новоприбывшим. В конце концов, это была только одна Роза Хэзевей.

— Привет, Сидни, — поздоровалась она, одаривая меня небольшой, кривоватой ухмылкой, входя в комнату. Ее блестящие, темные глаза были дружелюбными, но они так же оценивали всю обстановку в комнате, как и взгляд Эдди. Это была манера стража. Роза была примерно моего роста и одета в обычные джинсы и красную майку. Но, как всегда, было что-то экзотическое и опасное в ее красоте, что заставляло ее выделяться из остальных. Она была похожа на тропический цветок в этом мрачном, душном помещении. Который, в мгновении ока мог вас убить. Я никогда не видела ее мать, но с уверенностью могла сказать, что некоторые черты ее внешности перешли от турецкого вмешательства Эйба, как и ее длинные темно-каштановые волосы, ее глаза остановились на Ките, и она вежливо кивнула.

— Привет, еще одному Алхимику.

Кит уставился на нее широко раскрытыми глазами, но была ли эта реакция на то, что мы остались в безнадежном меньшинстве или ответ на экстраординарный характер Розы — трудно было сказать.

— Я… я Кит, — наконец, промямлил он.

— Роза Хэзевей, — представилась она ему. Его глаза распахнулись еще шире, стоило узнать ее имя. Она прошла по комнате к Кларэнсу, и я заметила, что половина ее привлекательности была в том, как она доминировала среди окружающих. Выражение ее лицо смягчилось, когда она подошла к старику. — Я проверила периметр дома, как вы и просили. Он настолько безопасен, насколько вы и хотели его таким сделать, хотя замок на задних дверях следует заменить.

— Ты уверена? — недоверчиво спросил Кларэнс. — Он же совсем новый.

— Может и был, когда этот дом только построился, — послышался еще один новый голос. Взглянув на дверь, я поняла, что с Розой был кто-то еще, когда она здесь появилась, но я была слишком поражена, чтобы это заметить. Опять же, в этом и была вся Роза. Она всегда была в центре внимания. — Он ржавый еще с тех самых пор, как мы сюда въехали.

Этот новичок был мороем, что снова заставило меня приблизиться к черте. При подсчете оказалось, что было четыре мороя и два дампира. Я очень пыталась не поддаваться настроению Кита — тем более, с некоторыми людьми я была здесь знакома, но трудно было стряхнуть это чувство превосходства Их над Нами. Возраст у мороев был как у людей, и я подумала, что этот новый парень был приблизительно моего возраста, может, ближе к возрасту Кита, но не более. У него были милые черты лица, черные волнистые волосы и серые глаза. Сияющая улыбка на его губах казалась искренней, хотя можно было отметить некое чувство беспокойства в том, как он стоял. Его взгляд был устремлен на нас с Китом, что не могло не волновать, и я подумала, что возможно, он проводил, не так много времени среди людей. Так поступало большинство мороев, хотя у них были не те же самые опасения по поводу нашей расы, что и у нас. По крайней мере, наша раса не использовала их в качестве еды.

— Я Ли Донахью, — представился он, протягивая свою руку. Кит снова не принял ее, зато это сделала я и представила нас.

Ли переводил полный удивления взгляд с меня на Кита.

— Алхимики, верно? Никогда не встречал кого-то из вас. Татуировки, которые вы ребята носите — очень красивые, — сказал он, уставившись на золотую лилию на моей щеке. — Я слышал об их свойствах.

— Донахью? — переспросил Кит переводя взгляд с Ли на Кларэнса. — Вы родственники?

Ли одарил Кларэнса потакающим взглядом

— Отец и сын.

Кит нахмурился.

— Но ты не живешь здесь, верно? — Я удивилась, что, помимо всего прочего, его внимания привлекло именно это. Может быть, ему не приятна мысль, что информированность оказалась не точной. В конце концов, он был назначен палм-спрингским Алхимиком и был убежден, что Кларэнс был единственным мороем на этой территории.

— Нет, по крайней мере не постоянно, — ответил Ли. — Я учусь в колледже ЛА,[7] но мое расписание выкроило мне свободное время в этом семестре. Поэтому я хочу провести больше времени с отцом.

Эйб взглянул на Розу.

— Видишь? — спросил он. — Вот это я понимаю — преданность. — Она закатила глаза.

Кит выглядел так, словно у него было много вопросов по этому поводу, но Кларэнс вернулся к разговору.

— Я могу поклясться, что менял замок.

— Что ж, я быстро могу его заменить, если хочешь, — сказал Ли. — Это не составит труда.

— Думаю это отличная идея. — Кларэнс поднялся на ослабевшие ноги. — Я хочу его посмотреть.

Ли поспешил к нему и бросил на нас извиняющийся взгляд.

— Разве это нужно делать прямо сейчас? — Когда он получил утвердительный ответ, Ли произнес, — Я пойду с тобой. — У меня сложилось впечатление, что Кларэнс часто следовал своим прихотям, а Ли просто с этим свыкся.

Я использовала отсутствие Донахью, чтобы получить ответы, которые умереть, как хотела прояснить. Я повернулась к Джил.

— У вас не возникло проблем пока вы сюда добраться? Никаких, гм, инцидентов?

— Столкнулись с парочкой мятежников перед тем, как покинуть Двор, — сказала Роза. В ее голосе присутствовала тревожная нотка. — Ничего такого, с чем бы, мы не могли справиться. Все остальное время было спокойно.

— И так и останется, — подтвердил Эдди, как ни в чем не бывало. Он скрестил руки на своей груди. — По крайней мере, если я в силах что-то с этим сделать.

Я озадачено переводила между ними взгляд.

— Мне сказали, что здесь будет один дампир… но они решили отправить двух?

— Роза сама вызвалась, — сказал Эйб. — Просто чтобы убедиться, что остальные из нас ничего не упустили. В Амбервуде с вами будет только Эдди…

Роза нахмурилась.

— Я должна была остаться. И быть соседкой Джил по комнате. Ничего личного, Сидни. Ты будешь нам нужна для бумажной волокиты, а я буду той, кто будет надирать задницы, доставляющие Джил неприятность.

Естественно я не собиралась приводить доводы против этого.

— Нет, — сказала Джил с удивительным рвением. Она была тихой и нерешительной, когда я видела ее в последний раз, но в ее глазах была свирепость от мысли, что Роза возложит на себя это бремя. — Ты должна оставаться с Лиссой и обеспечивать ее безопасность. У меня есть Эдди, и кроме того, никто не знает, что я здесь. Больше ничего не случится.

Выражение глаз Розы говорило, что она сомневается. Я так же подозревала, что она на самом деле не верит, что кто-то сможет защитить Василису или Джил настолько хорошо, как могла только она. Это о чем-то говорило, принимая во внимание, что молодая королева была окружена личной охраной. Но даже Роза не может быть вездесущей, и она должна была сделать выбор. Ее слова заставили меня обратить свое внимание назад к Джил.

— Что случилось? — спросила я. — Тебе причинили вред? Мы слышали рассказы о нападении, но они не подтвердились официально.

В комнате повисла гнетущая пауза. Все, кроме меня и Кита казалось, явно испытывали неудобство. Что ж, мы тоже чувствовали себя неуютно… но по другим причинам.

— Со мной все в порядке, — наконец ответила Джил, после проницательного взгляда Розы. — Было совершено нападение, да, но никто из нас не пострадал. Я имею в виду, ничего серьезного. Мы находились посреди королевского званого ужина, когда были атакованы мороями — моройскими наемниками (по политическим мотивам или по найму). Они подстроили, чтобы это выглядело, как нападение на Лиссу — королеву, но вместо этого пришли за мной. — Она помедлила, опуская глаза, позволяя своим длинным, вьющимся каштановым волосам упасть вперед. — Я была спасена, несмотря ни на что, и стражи их окружили. — Вот это была взволнованная энергетика Джил, которую я помнила прежде. Это было мило и заставляло ее казаться очень похожей на застенчивого подростка, кем она и являлась.

— Но мы не думаем, что они все успокоились, и именно поэтому должны держаться подальше от Двора, — пояснил Эдди.

Даже сейчас, когда он адресовывал свои слова Киту и мне, он излучал покровительство к Джил, желая отважно бросить любой вызов за девушку, поддержание безопасности которой он возглавлял.

— Будем надеяться, это ненадолго, — сказал Кит. Я кинула на него предупреждающий взгляд, и он, казалось, осознал, что его комментарий может быть расценен как грубость. — Я имею в виду, это место не может быть всецело забавным для вас, ребята, с солнцем и всем прочим.

— Здесь безопасно, — сказал Эдди. — И только это имеет значение.

Вернулись Ли с Кларэнсом, и об окружении Джил или нападении больше не упоминалось. Насколько отец с сыном знали, Джил, Эдди и Адриан просто впали в немилость важным королевским мороям и находились здесь в изгнании. Двое моройских мужчин не знали, кто Джил в действительности и считали, что Алхимики помогали ей из-за влияния Эйба. Это была паутина лжи, но необходимая. Даже если Кларэнс был в добровольном изгнании, мы не могли рисковать (или Ли в настоящее время), случайно позволить узнать посторонним, что здесь скрывается сестра королевы.

Эдди посмотрел на пожилого мороя.

— Вы сказали, что никогда не слышали о каких-либо стригоях где-то поблизости, верно?

На мгновение из глаз Кларэнса, ушедшего глубоко в себя, исчезла рассредоточенность.

— Нет… но здесь есть вещи похуже, стригоев…

Ли застонал.

— Пап, пожалуйста. Только не это.

Мгновенно Роза и Эдди оказались на ногах, и было удивительно, что они не повытаскивали оружие.

— О чем вы говорите? — потребовала Роза.

— Какие другие угрозы здесь существуют? — спросил Эдди, его голос был подобен стали.

Ли на самом деле залился краской.

— Никакие… пожалуйста. Он заблуждается, вот и все.

— Заблуждаюсь? — спросил Кларэнс, прищурившись на сына. — Была ли смерть твоей кузины заблуждением? Не факт ли, что эти высокопоставленные «шишки» при Дворе позволили Тамаре уйти неотомщенной — это заблуждение?

В моей памяти всплыл разговор, который состоялся у меня с Китом в машине. Я кинула на Кларэнса, как я надеялась, сочувствующий взгляд.

— Тамара была вашей племянницей, не так ли? Что с ней случилось, сэр?

— Она была убита, — ответил он. Повисла драматичная пауза. — Охотниками на вампиров.

— Прошу прощения, кем? — переспросила я, уверенная, что ослышалась.

— Охотниками на вампиров, — повторил Кларэнс. Все в комнате выглядели настолько же шокированными, насколько я сама себя почувствовала, что было небольшим облегчением. Даже свирепость Розы и Эдди немного померкли. — О, вы нигде этого не найдете — даже в своем архиве. Мы жили в Лос-Анджелесе, когда они настигли ее. Я сообщил об этом стражам, потребовал, чтобы они выследили преступников. Знаете, что они сказали? — Он вглядывался в каждое лицо по очереди. — Знаете?

— Нет, — коротко ответила Джил. — Что они сказали? — Ли вздохнул и выглядел несчастным.

Кларэнс фыркнул.

— Они сказали, что нет такого понятия. Что нет никаких доказательств в поддержку моего заявления. Они решили, что это стригои совершили убийство и сказали, что ничего не могут сделать, что я должен быть благодарным, что она не обернулась в стригоя.

Я взглянула на Кита, который в очередной раз казался пораженным этой историей. Он, видимо, не знал Кларэнса так хорошо, как утверждал. Кит знал о жалобе пожилого мужчины с упоминанием о его племяннице, но не степень ее. Кит подал мне небольшой знак, пожав плечами, что казалось попыткой сказать: «Видишь? Что я тебе говорил? Псих».

— Стражи очень внимательны, — сказал Эдди. Его тон и слова — оба — четко подбирались с особой осторожностью, стараясь не задеть. Он сел обратно рядом с Джил. — Я уверен, что у них были на то свои причины.

— Причины? — спросил Кларэнс. — Если вы считаете отрицание и существование бредовым образом жизни, то я думаю так же. Они просто не хотят признать, что здесь появились охотники на вампиров. Но расскажите мне. Если моя Тамара была убита стригоями, почему они перерезали ей горло? Это был аккуратный порез лезвием. — Он сделал рассекающее движение под своим подбородком. Джил вздрогнула и съежилась в своем кресле. Роза, Эдди и Эйб так же выглядели ошеломленными, что удивило меня, потому что я не думала, что что-нибудь могло вызвать дурноту у этой компании. — Почему бы не использовать клыки? Чтобы облегчить процесс питья. Я на это обратил внимание стражей, и они сказали, что, поскольку было выпито около половины ее крови, это явная работа стригоев. Но я повторял, что это сделал охотник на вампиров, который подстроил так, чтобы это выглядело, будто они взяли ее кровь. У стригоев нет оснований использовать нож.

Роза начала говорить, сделала паузу, а потом заговорила снова.

— Это странно, — сказала она спокойно. У меня было такое чувство, что она, скорее всего, собиралась выпалить, насколько смехотворной была эта теория заговора, но передумала. — Но я уверена, что есть другое объяснение мистер Донахью.

Я задалась вопросом, если бы Алхимиками не велось в архиве записей об охотниках на вампиров — за несколько столетий, во всяком случае — было бы это полезным или нет. Кит вдруг увел разговор в неожиданном направлении. Он твердо встретил взгляд Кларэнса.

— Это может показаться странным для действий стригоя, но они совершают разные гнусные вещи без всякой на то причины. Я знаю по личному опыту.

Мой желудок опустился. «О, нет». Все взоры обратились к Киту.

— Правда? — спросил Эйб, поглаживая свою черную бородку. — Что же случилось?

Кит указал на свой стеклянный глаз.

— На меня напал стригой ранее в этом году. Он избил меня и вырвал мой глаз. После чего удалился.

Эдди нахмурился.

— И не пытался выпить твою кровь или убить тебя? Это действительно странно. Это ненормальное поведение для стригоев.

— Не уверен, что вы в принципе можете ожидать от стригоя чего-то «нормального», — отметил Эйб. Я стиснула зубы, желая, чтобы он не привлекал в это Кита. «Пожалуйста, не спрашивайте о глазе», подумала я. «Оставьте эту тему». Было слишком нелепо надеяться на это потому, что следующим вопросом Эйба было: — Они забрали только один глаз? И не потрудились вырвать оба?

— Прошу прощения. — Я встала прежде, чем Кит смог ответить. Мне стало невмоготу сидеть при этом разговоре и слушать, как Эйб изводит Кита, просто ради удовольствия помучить меня. Мне нужно было отсюда убраться. — Я… мне что-то нездоровится. Хочу немного подышать свежим воздухом.

— Конечно, конечно, — сказал Кларэнс, он выглядел так, словно тоже хотел подняться. — Попросить мою экономку принести вам воды? Мне стоит лишь позвонить в колокольчик…

— Нет, нет, — сказала я, направляясь в сторону двери. — Мне просто… просто нужна минута.

Я поспешила на улицу и услышала изречение Эйба: «Такая чувствительная. Я думал, что она не должна быть настолько брезглива, учитывая ее профессию. Но Вы, молодой человек, похоже, можете справиться с разговором о крови…»

Эго Эйба принялось за работу, и Кит пустил в ход одну историю, которую я определенно не хотела слышать. Я отправилась обратно вниз по темному коридору и вышла на улицу. Свежий воздух только приветствовался, даже если он был более чем на двадцать градусов теплее, чем тот, откуда я родом. Я сделала глубокий ровный вдох, заставляя себя сохранять спокойствие. «Все будет в порядке. Эйб скоро уедет. Кит вернется в свою собственную квартиру». Я хотела бы вернуться в Амбервуд с Джил и Эдди, которые, на самом деле, не казались дурными спутниками, учитывая кто в конечном итоге, мне мог бы достаться.

Без каких либо определенных мыслей в голове, я решила немного прогуляться в округе и сходить на разведку посмотреть, что из себя, представляет дом Кларэнса, который на самом-то деле больше смахивал на имение. Наугад выбрав сторону направления дома, я отправилась на прогулку неподалеку, восхищаясь деталями скульптур с внешней стороны дома. Даже если это безнадежно устарело и вышло из моды в ландшафте южной Калифорнии, это по-прежнему впечатляло. Я всегда любила изучать архитектуру — дисциплина, которую мой отец считал бессмысленной — и всегда восхищалась тем, что меня окружало. Оглянувшись, я отметила, что почва не соответствует той, что мы проезжали, добираясь сюда. Много земель в этом штате приобрели коричневый цвет из-за летней жары и засухи, но Кларэнс явно потратил целое состояние, чтобы поддерживать его внушительных размеров двор зеленым и пышным. Великолепные с изобилием цветов, не встречающиеся в данной местности деревьев — в искусном расположении, создавали пешеходные дорожки и внутренние дворики.

После нескольких минут моей прогулки на природе, я развернулась и отправилась обратно, к передней части дома и остановилась, когда услышала чей-то голос.

— Ты где? — спросил голос. Эйб. Великолепно. Он искал меня.

— Здесь, — едва слышно ответил Адриан. Его голос раздался с противоположной, относительно меня стороны дома. Я слышала, как кто-то шел по гравийной дорожке, шаги остановились, когда достигли того, что по моим подсчетам, было задней дверью, где стоял Эйб.

Я прикусила губу и осталась там, где стояла, скрываясь за домом. Я боялась дышать. С их слухом, морои могли улавливать мельчайшие детали.

— Ты собираешься возвращаться? — спросил Эйб, забавляясь.

— Не вижу в этом смысла, — лаконично ответил Адриан.

— Дело в элементарной вежливости. Ты мог бы проделать над собой усилие и встретиться с Алхимиками.

— Они не хотят со мной встречаться. Особенно парень. — В голосе Адриана сквозил смешок. — Ты бы видел его лицо, когда я столкнулся с ними в дверях. Жаль я не был в плаще с капюшоном. Девушка в наименьшей степени испытывает нервозность.

— Тем не менее, они играют решающую роль в пребывании здесь тебя и Джил. Тебе известно насколько это важно, чтобы она оставалась в безопасности.

— Да, мне известно. И понимаю, почему она здесь. Единственное чего я не понимаю, это почему я здесь.

— Не понимаешь? — спросил Эйб. — Я считал, это очевидно и для Джил и для тебя. Ты должен остаться рядом с ней.

Повисла пауза.

— Все так говорят… но я до сих пор не уверен, что это необходимо. Я не думаю, что ей нужно, чтобы я был рядом, независимо от того, что думают Роза с Лиссой.

— У тебя есть дела получше?

— Нет, дело не в этом. — Голос Адриана звучал раздраженно, и я возрадовалась, что была не единственной, на кого так воздействует Эйб.

— Вот в чем загвоздка, — сказал Эйб. — Ты чах во дворе, тонущий в своей собственной жалости к себе. Здесь у тебя есть шанс быть полезным.

— Для тебя.

— И для тебя в том числе. Это твоя возможность сделать что-то в жизни.

— Особенно, когда ты не говоришь мне, что именно я должен делать! — раздраженно сказал Адриан. — Кроме Джил, что это за великое дело припасено у тебя для меня?

— Слушать. Слушать и следить. — Я могла прекрасно представить, как Эйб поглаживает свою бородку, говоря это. — Следи за каждым — Кларэнсом, Ли, Алхимиками, Джил и Эдди. Обращай внимание на каждое слово, каждую деталь, а позже докладывай мне. Полезной может стать любая мелочь.

— Я не имею представления, как это, по правде говоря, прояснит ситуацию.

— У тебя есть потенциал. Слишком много потенциала, чтобы растрачивать его впустую. Мне очень жаль, что так вышло с Розой, но ты должен двигаться дальше. Может быть, некоторые вещи сейчас не будут иметь смысла, но позже все проясниться. Поверь мне.

Мне едва не стало плохо за Адриана. Мне тоже однажды Эйб сказал поверить ему, и посмотрите, чем все это закончилось.

Я подождала, пока два мороя зайдут внутрь, а затем, минутой позже, последовала за ними. В гостиной Кит по-прежнему сохранял дерзкую позу, но заметно расслабился, увидев, что я вернулась. Мы обсудили подробности и составили график кормления, которого я должна была придерживаться, так как возить Джил предстояло мне (и Эдди, так как он не хотел выпускать ее из поля зрения) к Кларэнсу и обратно.

— Как ты собираешься кормиться? — спросила я Адриана. Подслушав его разговор с Эйбом, мне было более чем любопытно узнать о его роли здесь.

Адриан стоял у стены в противоположной, стороне комнаты. Руки были скрещены в оборонительной позиции, и в его позе была некая жесткость, что противоречило ленивой улыбке, которую он на себя нацепил. Я не уверенна, но мне показалось, что он намеренно держится от Розы как можно дальше, насколько это вообще было возможно.

— Спустившись из гостиной.

Увидев мой недоуменный взгляд, Кларэнс пояснил:

— Адриан останется здесь со мной. Было бы неплохо, если в этих старых стенах будет, хоть кто-то еще.

— О, — сказала я. А себе под нос пробормотала, — Прям, как «Таинственный сад».[8]

— Прям, как что? — спросил Адриан, поворачивая голову в мою сторону.

Я вздрогнула. Их слух был превосходен.

— Ничего. Я просто думала о книге, которую читаю.

— А-а, — пренебрежительно произнес Адриан, отворачиваясь. То, как он это произнес, казалось осуждением всех книг во всем мире.

— И про меня не забудь, — сказал Ли, улыбаясь своему отцу. — Я говорил тебе, что больше времени буду проводить рядом.

— Тогда, возможно, юный Адриан удержит тебя от неприятностей, — заявил Кларэнс.

На это никто ничего не сказал, но я увидела, что друзья Адриана обменялись насмешливыми взглядами.

Кит уже не выглядел таким перепуганным, как, когда мы приехали сюда, но в воздухе витали нетерпение и раздражительность, что я не совсем понимала.

— Ну, — произнес он, прочистив горло. — Мне нужно возвращаться домой и позаботиться о кое-каком деле. И так как ты мой водитель, Сидни…

Его слова повисли в воздухе, и он многозначительно посмотрел на меня. Из того, что я узнала, я была более чем уверена, что Палм-Спрингс был наименее активным вампирским районом. И честно не могла себе представить о каком «деле» ему нужно позаботиться, но мы должны были рано или поздно отсюда уехать. Эдди и Джил отправились за своими чемоданами, и Роза воспользовалась этой возможностью, чтобы оттащить меня в сторону.

— Как ты? — спросила она тихим голосом. Ее улыбка была искренней. — Я беспокоилась о тебе с тех пор… ну, ты понимаешь. Никто не рассказывал мне, что с тобой произошло. — В последний раз, когда я ее видела, стражи держали меня под арестом в отеле, пока Морои пытались выяснить, насколько велика была моя роль в побеге Розы.

— Сначала у меня была кое-какие неприятности, — сказала я. — Но это в прошлом. — Это была маленькая ложь между друзьями? Роза была такой сильной, что я просто не могла в ее глазах выглядеть размазней. Я не хотела, чтобы она знала, что по-прежнему живу в страхе перед Алхимиками, вынужденная делать все, чтобы вернуть себе их благосклонность.

— Я рада, — сказала она. — Сначала они мне сказали, что здесь будет твоя сестра.

Эти слова снова напомнили мне, что Зои в любой момент может меня заменить.

— Произошла путаница.

Роза кивнула.

— Хорошо, я чувствую себя здесь с тобой лучше, но это все еще тяжело… Я по-прежнему чувствую, что должна защищать Джил. Но так же нужна Лиссе. Они думают, что Джил — легкая мишень, и все же отправляют меня к Лиссе. — В ее темных глазах отражалось внутреннее смятение, и я почувствовала укол сочувствия. Это было то, что я затруднялась объяснить другим Алхимикам, как дампиры и вампиры временами могли быть так похожи на людей. — Знаешь, это просто дурдом. С тех пор, как Лисса взошла на трон. Я думала, что, наконец, отдохну с Дмитрием. — Ее улыбка стала шире. — Я должна была бы знать, что с нами ничего не бывает так просто. Мы проводим все наше время, присматривая за Лиссой и Джил.

— С Джил все будет в порядке. Пока недовольные не знают что она здесь, все должно пройти гладко. Даже скучно.

Она все еще улыбалась, но ее улыбка немного поникла.

— Надеюсь на это. Если бы ты только знала, что случилось… — Выражение ее лица изменилось, когда она погрузилась в воспоминание. Я начала было настаивать на том, чтобы она рассказала мне о случившемся, но она сменила тему прежде, чем я смогла добиться ответа. — Мы работаем над изменением закона, который гласит, что у Лиссы для правления необходим как минимум еще один член из ее рода, чтобы оставаться королевой. Как только закон изменится, они с Джил будут в безопасности. Но это означает, что те, кто хотят убрать Джил, будут стараться это сделать более безрассудно, чем когда-либо, потому что знают, что время уходит.

— Как долго? — спросила я. — Как много времени потребуется для изменения закона?

— Не знаю. Возможно, несколько месяцев? Официальная часть… ну, это не мое. По крайней мере, не детали. — Она поморщилась, а затем снова напряглась. Роза перекинула волосы на одно плечо. — А вот те сумасшедшие люди, что хотят причинить вред моим друзьям? Это мое дело, и поверь мне, я знаю, как с ним справиться.

— Я помню, — сказала я. Это было странно. Я думала о Розе, как об одной из самых сильных людей, которых я знала, но казалось, она нуждается в моей поддержке. — Послушай, ты делаешь все от тебя зависящее, и я тоже сделаю все, что в моих силах. Я прослежу за тем, чтобы Джил смешалась с толпой. Твои ребята проследят за тем, чтобы никто о ней не узнал. Теперь она в безопасности.

— Надеюсь, что так, — мрачным голосом повторила Роза. — В противном случае, ваша малочисленная кучка не выстоит против этих чокнутых мятежников.

ГЛАВА 5

Переводчики: rubinns, Stinky, Catharin, VisibleVoid, Светуська Вычитка: Светуська

И на этой грустной ноте Роза оставила меня, чтобы пойти попрощаться с остальными.

Ее слова немного успокоили меня. На протяжении долгого мгновении мне хотелось потребовать пересмотра этой миссии. И настоять на том, чтобы они прислали сюда к Джил не менее дюжины страж на случай возвращения на нее нападавших. Вскоре я отклонила эту мысль. Одной из ключевых частей плана в этой работе требовалось просто не привлекать внимания. И это увеличит шансы, пока ее местонахождение остается в тайне, и Джил будет в безопасности, если смешается с толпой. Эскадра стражей вряд ли останется незаметной и может привлечь внимание более крупных моройских общин. Мы сделали правильный выбор. Пока никто не будет знать, что мы здесь, все будет в порядке.

Конечно, если я буду говорить себе об этом достаточно часто, это просто обязано стать правдой.

И все же, к чему было это зловещее заявление Розы? Зачем присутствие Эдди? Неужели это задание на самом деле перешло из «затруднительного» в «опасно для жизни»?

Зная, насколько были близки Джил с Розой, я ожидала, что в их прощании будет больше слезливости. Вместо этого, Адриан был тем, кого сложнее всего стало покинуть Джил. Она бросилась в его распростертые объятия, вцепившись пальцами в его рубашку. Юная моройка оставалась тихой на всем протяжении встречи, наблюдая за нами в своей любопытной, взволнованной манере. Я слышала ее в те редкие случаи, когда ранее Ли пытался вовлечь ее в разговор. Хотя ее прощание, казалось, так же удивило и Адриана, его недовольный взгляд смягчился на что-то вроде привязанности, когда он неуклюже похлопал ее по плечу.

— Ну, ну, Малышка.[9] Я увижу тебя совсем скоро.

— Я хотела бы, чтобы ты поехал с нами, — произнесла она дрожащим голосом.

Он криво ей усмехнулся.

— Нет, не хотела бы. Может быть, прочие из них могут избежать неприятностей в игре «обратно-в-школу», но я буду выгнан в первый же день. По крайней мере, я никого не хочу подкупать… разве что только Кларэнса с его баром со спиртными напитками.

— Я буду на связи, — пообещала Джил.

Его улыбка дрогнула, и он одарил ее знающим взглядом, в котором было и веселье, и печаль.

— Что ж, как и я.

Этот краткий момент между ними был весьма странным. С его легкомысленным, высокомерным характером и ее очаровательной застенчивостью, они казались неправдоподобной дружеской парочкой. И все же была очевидна привязанность между ними. Это не казалось романтическим, но была определенная глубина, которую я не могла распознать полностью. Я вспомнила разговор, который подслушала между Эйбом и Адрианом, где Эйб сказал, что ему крайне важно оставаться рядом с Джил. Что-то мне подсказывало, что между этим и тем была какая-то связь, чему я сейчас стала свидетелем, но у меня не было достаточно информации, чтобы сопоставить все это воедино. Я отложила эту загадку на потом.

Мне было грустно покидать Розу, но радовало, что наш отъезд подразумевал расхождение дорог с Эйбом и Китом. Эйб откланялся с его типично таинственными замечаниями и осведомленностью, где меня искать, за что я ничуть не осталась признательна. Высадив Кита на его остановке, прежде чем отправиться в Амбервуд, напоследок он сказал мне, что будет держать меня в курсе. Честно говоря, я задавалась вопросом, о чем именно он собирался меня информировать, поскольку большую часть работы здесь предстояло проделывать именно мне. Насколько я могла судить, в действительности он ничего не будет делать, кроме как слонялся по своей квартире в деловой части города. Тем не менее, оно того стоило — избавиться от него. Я никогда не думала, что буду так счастлива, умчаться прочь с вампиром и дампиром.

На протяжении всей поездки до школы, Джил все еще выглядела взволнованной. Уловив это, Эдди предпринял попытку ее успокоить, развернувшись назад и глянув на нее со своего пассажирского места.

— Мы скоро увидимся с Адрианом.

— Знаю, — ответила она, со вздохом.

— И ничего плохого больше не случится. Ты в безопасности. Они не найдут тебя здесь.

— И это я знаю, — пробубнила она.

— Насколько все было ужасно? — спросила я. — Я имею в виду нападение. Никто не сообщал нам деталей.

Краем глаза я заметила, что Эдди снова обернулся посмотреть на Джил.

— Достаточно ужасно, — мрачно ответил он. — Но теперь все в порядке, и это самое главное.

Ни один из них больше ничего не добавил, и я быстро уловила намек, что подробностей больше не предвидится. Они делали вид, как будто нападение было пустяковой проблемой, которая закончилась избиением кого-то, но уж слишком они были уклончивы. Случилось что-то, о чем я не знала — о чем, вероятно, не знали и Алхимики, что-то, что они мастерски держали в секрете. Подозреваю, что это было как-то связано с нахождением здесь Адриана. Они тогда упомянули «очевидную» причину прибытия его в Палм-Спрингс, а затем Эйб намекнул на некоторые скрытые мотивы, о которых Адриан и сам не знает. Все это было из разряда раздражающего, принимая во внимание, что мне приходилось здесь рисковать своей жизнью. И они ожидают, что я буду как ни в чем небывало выполнять свою работу, если они настаивают на принятии этой паутины тайн?

Алхимики торгуют секретами, и, несмотря на мое трудное прошлое, я все еще оставалась Алхимиком достаточно, чтобы возмутиться, возникшему отказу отвечать на вопросы. К счастью, я так же достаточно была Алхимиком, чтобы выискивать эти ответы самостоятельно.

Конечно, я понимала, что прямо сейчас допрос Джил и Эдди мне ничего не принесет. Мне нужно было бы играть в дружелюбие и заставить их расслабиться. Они не смогли бы доверить секрет, если бы были уверенные в том, что люди — это порождение зла, но это не значит, что они не доверили бы его мне. Я их не винила. В конце концов, я и сама им не слишком-то доверяла.

Вечер только начинался, когда мы добрались до Амбервуда. Мы с Китом осмотрели школу заранее, а Эдди с Джил широко поразевали свои роты, увидев ее. В то время, как дом Кларэнса казался старомодным, школа была яркой и современной и состояла из отштукатуренных зданий, которые были характерны для Калифорнии и вообще южной архитектуры. Вдоль пышных зеленых газонов разрослись пальмовые деревья. В заходящих лучах солнца, студенты все еще гуляли парами или группами по дорожкам, которые оплетали собой весь парк.

Хотелось перехватить чего-нибудь из фастфуда, но поздний час означал, что нам с Джил предстояло разделиться с Эдди. В восемнадцать лет с машиной и «родительским разрешением» я могла свободно уходить и приходить когда мне вздумается, но должна была соблюдать комендантский час, как и все остальные, по наступлению ночи. Эдди было очень непросто покинуть Джил, особенно, когда он осознал, как далеко ему придется от нее находиться.

На территории Амбервуда располагались три кампуса: Восточный, Западный и Центральный. В восточном кампусе располагалось общежитие девочек, а в Западном — общежитие мальчиков. В Центральном кампусе, и самом большом из трех, располагались административные, научные и развлекательные объекты. Кампусы были на расстоянии друг от друга аж в милю, покрыть, которую был пущен автобус, разъезжая в течение дня, хотя пешая прогулка всегда оставались отличным выбором для тех, кто мог находиться на пекле.

Эдди понимал, что не может остаться в общежитии для девочек, хотя я подозревала, что если бы у него была такая возможность, он бы верным псом спал у подножия кровати Джил. Наблюдать за ними обоими было даже немного забавно. Прежде мне никогда не доводилось наблюдать за взаимодействием пары морой-страж. Когда я была с Розой и Дмитрием, они просто старались выжить любой ценой — плюс, они оба были дампирами. Теперь, наконец, я могла увидеть всю систему в действии и поняла, почему так упорно тренировались дампиры. И ты должен был делать то же самое, чтобы не потерять свою бдительность. Даже в самые обычные моменты, Эдди всегда наблюдал за нашим окружением. Ничто не ускользало от его внимания.

— Насколько хороша здесь система безопасности? — потребовал он, когда мы вошли в женское общежитие. Он настоял на том, чтобы осмотреть его прежде, чем отправиться в свое собственное. В вестибюле в этот час, было тихо, и бродило всего пара студентов с коробками и чемоданами, заканчивая свои переезды. Они окинули нас любопытными взглядами, когда проходили мимо, и мне пришлось подавить растущую во мне тревогу. Учитывая все остальное, произошедшее со мной, общественная жизнь средней школы не должна была меня испугать, но пугала. Алхимики не проходили это на своих занятиях.

— Безопасность на достаточно высоком уровне, — ответила я, сохраняя свой голос приглушенным, поворачиваясь к Эдди. — Конечно, они не беспокоятся о вампирских наемниках, но, тем не менее, хотят, чтобы их студенты оставались в безопасности. Мне известно, что ночью всю территория патрулирует охрана.

Взгляд Эдди остановился на матроне, крупной седой женщине, которая контролировала периметр коридора из-за стойки.

— Неужели ты думаешь, что у нее есть боевая подготовка? Ты и вправду думаешь, что она сможет остановить нарушителя?

— Бьюсь об заклад, что она сможет остановить парня, пробирающегося в комнату к девушкам, — пошутила Джил. Она положила руку ему на плечо, заставив его подскочить. — Расслабься. Здесь безопасно.

В некотором смысле, озабоченность Эдди утешала и заставляла меня чувствовать себя в безопасности. Но в то же время, я не могла не подумать еще раз о том, почему он так насторожен. Он был здесь из-за нападения, о котором мне так никто ничего и не рассказали. Он знал об опасности, потому что видел ее собственными глазами. Если он и сейчас был на грани, то в какой же опасности мы по-прежнему находились? Алхимики уверили меня, что как только мы укроемся в Амбервуде, все будет хорошо и нам только и останется принять выжидательную позицию. У меня был подобный разговор с Розой, и я пыталась убедить ее в том же самом. Отношение Эдди ко всему этому наводило тревогу.

Комната в общежитии, которую мне предстояло делить с Джил, по моим стандартам была маленькой. Когда я росла, у меня всегда была собственная комната, и мне не приходилось беспокоиться о совместном использовании пространства и шкафов. За время моего пребывания в Санкт-Петербурге у меня и то была собственная квартира. Тем не менее, у нас было широкое окно, открывающее вид на задний дворик общежития. Внутри комнаты все было светлым и ярким, с кленовой мебелью, которая выглядела новой: кровати, столы, комоды. У меня не было опыта проживания в общажных комнатах — но я могла только предположить, по реакции Джил, что мы получили хорошую комнату. Она заверяла, что комната была больше, чем та, что была у нее в моройской школе, в Академии Святого Владимира, и осталась, вполне довольна.

Я задавалась вопросом, что если она думала, что наша комната была большой только потому, что у нас было мало вещей, для ее размещения. Никто из нас не успел упаковаться, как следует с таким срочным отбытием в это место. Мебель светилась золотистым теплом, а без некоторых личных украшений и других опознавательных штрихов, комната могла бы сойти за картинку из каталога. Смотрительница общежития, миссис Уизерс была удивлена, увидев наш скудный багаж. Девушки, переезд которых я наблюдала ранее, приезжали на до-отказа набитых машинах. Я надеялась, что мы не выглядели подозрительно.

Джил подошла к окну и взглянула в него, когда мы готовились ко сну.

— Здесь так сухо, — пробормотала она скорее себе, чем мне. — Они сохраняют газон зеленым, но так странно не чувствовать влагу в воздухе. — Она застенчиво посмотрела на меня. — Моя специализация — вода.

— Я знаю, — произнесла я, не уверенная в том, что еще добавить. Она имела в виду магические способности, которыми обладали все морои. Каждый морой специализировался на одном из элементов, будь то физические, такие как Земля, Воздух, Вода и Огонь, или же более нематериальный и психологический элемент — Дух. Обладание последним было крайне редко, но я слышала, что Андриан был одним из немногих. Если Джил не может получить легкий доступ к своей магии, я не собиралась разочаровываться по этому поводу. Магия была одной из тех вещей, как питье крови, которые служили как-пощечина-напоминанием, что те люди, с которыми я смеялась и ела, вовсе людьми не были.

Если бы я не была настолько истощена поездкой с Китом, вероятно, легла бы спать с мучительными мыслями о том, что сплю рядом с вампиром. Когда я впервые встретилась с Розой, я не могла даже оставаться с ней наедине в одном помещении. Наш совместный побег немного изменил это, и в итоге я смогла немного ослабить свою бдительность. Теперь, в темноте, некоторые из старых страхов возвращались. «Вампир, вампир». Я сурово напомнила себе, что это была всего лишь Джил. Мне не о чем волноваться. В конечном счете, усталость взяла верх над страхом и я уснула.

Поутру я не смогла не взглянуть в зеркало, чтобы удостовериться, что на мне не было следов от укуса или других признаков того, что вампир причинил мне какой-то вред. Покончив с этим, я сразу же почувствовала себя глупой. Учитывая трудности Джил с просыпанием, было сложно представить ее подкрадывающейся ко мне в ночи. Как и то, что будет сложно вытолкать ее за дверь, чтобы осмотреться. Она была слабой, с налитыми кровью глазами, и продолжала жаловаться на головную боль. Я поняла, что мне не придется беспокоиться о ночных нападениях со стороны моей соседки по комнате.

Тем не менее, ей удалось встать и обойти все вокруг. Мы покинули общежитие, и нашли Эдди, собираясь с остальными новобранцами возле фонтана у Центрального кампуса. Большинство в толпе были первокурсниками, как и Джил. Лишь немногие были нашего с Эдди возраста, и я была удивлена, увидев, как он легко общается с окружающими. С той бдительностью, которую он проявил накануне, я ожидала, что он больше будет на страже, и меньше способный к нормальным социальным взаимодействиям, но он опроверг это. Пока мы поднимались наверх, все же я поймала его взгляд, украдкой просматривающий окрестности. Он мог прикидываться студентом, как и я — но, по-прежнему, оставался дампиром.

Он как раз рассказывал, что еще не успел познакомился со своим соседом по комнате, когда к нам подошел улыбчивый парень с яркими голубыми глазами и рыжими волосами.

— Привет, — поздоровался он. Когда он приблизился, я заметила на его лице веснушки. — Ты Эдди Мелроуз?

— Да, это я, — Эдди повернулся с особой ловкостью стража, готовый взять на себя любую потенциальную угрозу и когда он увидел незнакомца, застыл на месте. Его глаза немного расширились, и он забыл все, что собирался сказать.

— Я Мика Вэлленс. Твой сосед по комнате, а так же гид. — Он кивнул в сторону остальных студентов и усмехнулся. — Но, сперва, я хотел поздороваться, так как приехал сюда только сегодня утром. Моя мама сместила границы отпуска.

Эдди до сих пор смотрел на Мику таким взглядом, как будто увидел призрака. Я тоже принялась его изучать, желая узнать, что же такого я упустила. Он казался совершенно нормальным. Чтобы не происходило, Джил так же была не в курсе, так как смотрела она на Мику с абсолютно спокойным выражением на лице, без какой-либо тревоги или удивления.

— Приятно познакомиться, — наконец сказал Эдди. — Это мои, э-э, сестры — Джил и Сидни.

Мика улыбнулся каждому из нас по очереди. Его манера держаться позволяла мне чувствовать себя более непринужденно в его присутствии. Я поняла, почему его назначили «гидом». Хотела бы я знать, почему Эдди так странно отреагировал.

— В каких вы классах? — спросил он.

— В выпускном, — ответила я. И, вспомнив легенду, добавила: — Мы с Эдди близнецы.

— Я первокурсница, — произнесла Джил.

Осмотрев наше «семейство», я поняла, что мы с Эдди вполне могли бы сойти за родных брата с сестрой. Цвет нашей кожи был схож и мы оба походили на людей. Конечно, посмотрев на Джил, люди не сказали бы, что она вампир, но она все равно выделялась. Ее телосложение и бледность определенно контрастировали со мной и Эдди.

Если Мика и заметил отсутствие фамильного сходства, то не подал виду.

— Нервничаешь, из-за того, что идешь в старшую школу? — спросил он Джил.

Она покачала головой и улыбнулась в ответ.

— Я готова к любым сложностям.

— Что ж, если вам что-нибудь понадобится, только дайте мне знать, — сказал он. — А сейчас мне предстоит начать эту встречу. Поговорим позже.

По тому, как его внимание сосредоточилось на ней, было очевидно, что фраза «если вам что-нибудь понадобится» была адресована Джил, а ее взгляд показал, что она поняла это. Она улыбнулась, на мгновение, встретившись с его взглядом, а затем застенчиво отвела глаза. Я находила это милым, если бы не тревожное представление перспективы. Джил была в школе полной людей. Которые и по сей день оставались для нее под абсолютным запретом, и парни, такие как Мика, не должны поощряться. Эдди, казалось, этот комментарий не взволновал, потому что его, по-прежнему, беспокоил сам Мика в целом.

Мика призвал нашу группу к вниманию и начал ознакомление. Первая часть была обычной экскурсией по территории. Мы следовали за ним повсюду, внутрь помещений и обратно на свежий воздух, показывая нам важные здания. Объяснив, как тут все устроено, мы перебрались к Западному Кампусу, который был почти зеркальным отражением Восточного. Юноши и девушки допускались друг к другу в общежития, но с некоторыми ограничениями, после чего перечислил эти правила, чем вызвал недовольное ворчание из толпы. Ссылаясь на грозную миссис Уизерс, я посочувствовала любому парню, который попытается нарушить ее правила общежития.

В обоих общежитиях были свои собственные столовые, где мог поесть любой студент, так же как и наша ознакомительная группа, пока находилась в Западном Кампусе. Мика снова присоединился к нам — ко мне и моим «брату с сестрой», чтобы поболтать с нами. Эдди вежливо отвечал, кивая и задавая вопросы, но его глаза по-прежнему были настороже. Джил сначала была застенчива, но когда Мика перешел к ней на шутливый флирт, она заметно потеплела к нему.

«Забавно, — подумала я, — что для Эдди и Джил было легче приспособиться к ситуации, чем мне самой». Они находились в странной среде, с другой расой, но по-прежнему среди знакомого окружения, такого как столовые и шкафчики. Они вжились в свои роли в процессе без каких-либо затруднений. Несмотря на то, что мне доводилось постоянно путешествовать и жить в разных уголках мира, я чувствовала себя не в своей тарелке, когда для всех остальных это было обычными условиями.

В любом случае, у меня не займет много времени, чтобы понять, как протекает студенческая жизнь. Алхимики были обучены наблюдать и адаптироваться, и даже если школа была для меня чужда, я быстро приспособлюсь к этой рутине. Я не боялась разговаривать с людьми — привыкшая завязывать разговор с незнакомцами и находить выходы из различных ситуаций. Однако, единственное, что я знала — это то, что мне придется поработать над этим.

— Я слышала, что ее семья переехала в Анкоридж.[10]

— Мы были на ознакомительном обеде и пара новеньких, сидящих рядом со мной, обсуждали свою подругу, которая сегодня не показалась.

Глаза другой девушки расширились.

— Серьезно? Я бы умерла, если бы мне пришлось туда переехать.

— Ну не знаю, — размышляла я, ковыряя еду в своей тарелке. — Со всем этим солнцем и ультрафиолетовыми лучами здесь, Анкоридж мог бы действительно продлить жизнь. Вам бы не пришлось закупать столько крема от загара, поэтому это более экономичный вариант.

Я думала, что мой комментарий окажется полезным, но когда подняла глаза, то встретилась с шокированными взглядами. По взглядам девушек, которыми они меня одарили, было очевидно, что я вряд ли могла бы выбрать более странный комментарий.

— Я думала, что должна говорить все, что мне приходит в голову, — пожаловалась я Эдди. Я привыкла к непосредственности в общественных ситуациях, но мне пришла мысль, что просто сказать «Ага, согласна!» было бы, наверное, неправильным ответом. У меня было несколько друзей моего возраста, но не было практики.

Эдди улыбнулся мне.

— Ну не знаю, сестренка. Ты довольно забавная сама по себе. Так держать.

После обеда наша группа вернулась в Центральный Кампус, где мы расстались, чтобы встретиться с академическими консультантами для распланировки своих графиков занятий. Когда я села с моим консультантом, веселой молодой женщиной по имени Молли, я не была удивлена тому, что Алхимики прислали мою фальшивую успеваемость из школы в Южной Дакоте. Она даже достаточно соответствовала тому, что я изучала на домашнем образовании.

— Твои оценки и тесты разместили тебя в наших самых современных математических классах и классах английского языка, — сказала Молли. — Если ты хорошо в них продвинешься, то сможешь получить стипендию в колледже. — «Жаль, что у меня нет никакого шанса, поступить в колледж», подумала я со вздохом. Она пролистала несколько страниц моего личного дела. — Я не вижу здесь никаких записей об иностранном языке. В Амбервуде существует требование, чтобы каждый выучил, по крайней мере, один язык.

«Упс. Ну и напортачили с этим в моих липовых документах». На самом деле я изучала несколько языков. Мой отец проконтролировал, чтобы я занималась этим с самого раннего детства, так как Алхимик никогда не знал, куда его или ее в конечном итоге могли забросить. Исследуя список языков предоставляемых для обучения Амбервудом, я заколебалась и задалась вопросом, «должна ли я соврать». Затем решила, что на самом деле не испытываю никакого желания сидеть над спряжениями и временами, которые я уже и так знала.

— Я уже знаю их все, — сказала я Молли.

Молли посмотрела на меня скептически.

— Все? Здесь пять языков.

Я кивнула и добавила услужливо:

— Но японский я изучаю только два года. Так что полагаю, могу выучить больше.

Молли, казалось, не купилась на это.

— Готова ли ты пройти тесты на знание?

Итак, в конечном счете, я провела остаток второй половины дня, кропя над иностранными языками. Я совсем не так надеялась его провести, но предполагала, что позже это окупиться — тесты были проще простого.

Когда я, наконец, покончила со всеми пятью языками тремя часами позже, Молли поторопила меня, чтобы я успела на примерку формы. Большинство других новичков уже получили свою форму, и забеспокоилась, как бы не пропустить женщину, проводящую примерку. Я двигалась так быстро, как только могла, стараясь не бежать вниз по коридору. Там я чуть было не столкнулась с двумя девушками, вынырнувшими из-за угла.

— Ой! — воскликнула я, чувствуя себя идиоткой. — Прошу прощения, я опаздываю на примерку…

Одна из них добродушно рассмеялась. Это была темнокожая девушка спортивного телосложения с волнистыми черными волосами.

— Не парься, — сказала она. — Мы только что проходили мимо ее кабинета. Она все еще там.

У второй девушки были светлые волосы, чуть светлее моих, убранные в высокий конский хвост.

Обе девушки светились уверенностью, присущей всем, кто знал здесь все закрома. Они не были новенькими.

— Примерки всегда занимают больше времени, чем думает миссис Делейн, — сказала со знанием дела блондинка. — Год за годом… — Ее челюсть отвисла, несколько мгновений она не знала, что сказать. — Где… где ты это сделала?

Я понятия не имела — о чем она, но другая девушка тоже заметила и склонилась ближе ко мне.

— Отпад! В этом году они теперь делают и такие?

— Твоя татуировка, — пояснила блондинка. Я должно быть все еще выглядела озадаченной. — Где ты ее сделала?

— Ах, это. — Мои пальцы рассеянно коснулись щеки. — В, эм, Южной Дакоте, откуда я родом.

Обе девушки выглядели разочарованными.

— Думаю именно поэтому я и не видела таких никогда, — сказала девушка с темными волосами. — Я уж подумала, Nevermore уже ничего нового не предложит.

— Nevermore? — переспросила я.

Девушки обменялись молчаливыми взглядами, передавая друг другу какое-то сообщение.

— Ты новенькая, верно? Как тебя зовут? — спросила блондинка. — Я — Джулия, а это — Кристин.

— Сидни, — представилась я, все еще озадаченная.

Джулия снова улыбнулась.

— Давай пообедаем завтра вместе в восточном кампусе, договорились? Мы все объясним.

— Что объясните? — спросила я.

— Это длинная история. А сейчас тебе нужно поторопиться к Делейн, — добавила Кристин, уходя. — Она задерживается допоздна, но не всегда.

Когда они ушли, я продолжила свой путь, правда гораздо медленнее. «Интересно о чем это они? Я только что нашла себе друзей?». На самом деле я не была уверена, как это происходит таких школах, но весь разговор казался достаточно странным.

Миссис Делейн как раз собиралась уходить, когда я пришла.

— Какой размер одежды ты носишь, дорогая? — спросила она, увидев меня в дверях.

— Второй.[11]

Вся одежда была уже изготовлена: юбки, брюки, блузки и свитера. Я сомневаюсь, что свитера вообще когда-нибудь пригодятся, разве что на Палм-Спрингс обрушится жуткий аппокалиптический снегопад. В Амбервуде не сильно заморачивались, какую одежду носили студенты, так как все было стандартного покроя. Цвета, которые использовались — были бордовыми, темно-серыми и белыми, которые, думаю, неплохо сочетаются вместе.

Наблюдая, как я застегиваю белую блузку, миссис Делейн сказала:

— Думаю, тебе нужен четвертый.[12]

Я застыла, застегнув блузку лишь наполовину.

— Я ношу второй.

— О, конечно, ты можешь влезть во второй, но посмотри на свои руки и длину юбки. Думаю, тебе будет удобнее в четвертом. Попробуй это. — Она передала мне другую стопку одежды, а потом рассмеялась. — Не смотри так обиженно, дорогая! Четвертый размер ничего не значит. Ты все еще очень худенькая. — Она похлопала себя по своему внушительному мамону. — В мою одежду влезут трое, таких как ты!

Несмотря на мои протесты, меня отослали обратно в комнату с одеждой четвертого размера. Удрученная, я вернулась в общежитие и нашла Джил, лежащую на кровати и что-то читающую. Она села, при моем появлении.

— Привет, а я уже начала задаваться вопросом, не случилось ли что с тобой.

— Меня задержали, — сказала я вздыхая. — Тебе уже лучше?

— Да. Гораздо. — Джил наблюдала, как я убираю свою форму. — Она отвратительна, не правда ли? В Академии Святого Владимира мы не носим униформу. Будет ужасно скучно носить каждый день одно и то же. — Я не хотела ей говорить, что являясь Алхимиком, я вынуждена была носить что-то подобное.

— Какой тебе дали размер? — спросила я, чтобы сменить тему разговора. Это мне наказание за обжорство.

— Второй.

Я почувствовала раздражение, пока развешивала в шкафу свою форму рядом с ее. Сравнивая себя с ней, я чувствовала себя просто огромной. «Почему все морои такие худые? Генетика? Низкоуглеводная кровяная диета? Может, это было просто потому, что они все были такими высокими?» Все что я знала, это то, что находясь рядом с ними, я чувствовала себя непривлекательной и неуклюжей серой мышью, от чего аппетит пропадал окончательно.

Развесив одежду, мы принялись сравнивать наши расписания. Не удивительно, учитывая разницу в классах, у нас ничего не совпадало. Единственным общим уроком была физкультура. У всех студентов этот предмет в расписании в каждом семестре был обязательным, с тех пор как фитнес стал считаться частью опыта всесторонне-развитого студента. Может быть, мне удастся сбросить несколько лишних фунтов и вернусь свой прежний размер.

Джил улыбнулась и протянула мне мое расписание обратно.

— Эдди пошел и потребовал, чтобы ему позволили быть с нами на физкультуре, потому что это наш единственный с тобой общий урок. Хотя у него в это время испанский и его не отпустили. Не думаю, что у него получится прожить целый день, не убедившись, что я жива здорова. О, и Мика с нами на физкультуре.

Я подошла к своей кровати, все еще раздраженная из-за формы, когда слова Джил привлекли мое внимание.

— Слушай, ты не знаешь, почему Эдди так странно себя повел рядом с Микой?

Джил покачала головой.

— Нет, у меня не было шанса спросить его, но я тоже это заметила, особенно поначалу. Позже, когда ты проходила тест, а мы ждали свою форму, Эдди, казалось, успокоился. Немного. Хотя, все время, когда я его видела, он одаривал Мику странными взглядами.

— Ты ведь не думаешь, что он считает Мику опасным, правда?

Джил пожала плечами.

— Он не выглядит опасным, как мне показалось, но я не страж. Хотя если бы Эдди подумал, что тот может представлять хоть малейшую угрозу, он бы действовал по-другому. Более агрессивно. Но он всегда казался взвинченным, находясь рядом с Микой. Почти, но не совсем, испуганным. И это самое странное, ведь стражи никогда ничего не боятся. Хоть технически конечно сейчас Эдди не страж, ну ты понимаешь, о чем я.

— Да, понимаю, — сказала я, улыбаясь, несмотря на мое раздраженное состояние. Ее милая, немного суматошная натура немного улучшила мое настроение. — Что ты имела в виду, говоря, что Эдди «технически не страж»? Разве он не назначен, чтобы тебя защищать?

— Да, это так, — согласилась Джил, играя с одним из своих светло-русых локонов. — Но… ну, это немного странно. Он влип в неприятности со стражами за пособничество Розе и за, хм, убийство парня.

— Он убил мороя, который напал на Василису, верно?

Эта информация дошла до меня.

— Да, — подтвердила она, углубившись в свои воспоминания. — Это была самооборона и защита Лиссы, но все были шокированы, что он убил мороя. Стражи не должны так поступать, ты знаешь, но и Морои не должны нападать друг на друга. Тем не менее, его временно отстранили от должности. Никто не знал, что с ним делать. Когда на меня… напали, Эдди помог меня защитить. Позже Лисса сказала, что глупо было его отстранять, когда может быть полезен и, учитывая, что Морои тоже были виноваты, она сказала, что все должны привыкать к мысли, что и Морои тоже могут быть врагами. Ганс, Глава стражи при Королевском Дворе, согласился и отослал его сюда со мной, но я думаю, официально Эдди все еще не восстановили в звании стража. В общем все запутано. — Джил произнесла целую речь, не останавливаясь и, закончив, перевела дыхание.

— Ну, я уверена, что они совсем разберутся, — сказала я, стараясь, чтобы мои слова звучали обнадеживающе. — И думаю, он получит «очки» за спасение принцессы.

Джил сурово посмотрела на меня.

— Я не принцесса.

Я нахмурилась и постаралась припомнить сложности моройских законов.

— Принц или принцесса — старший член семьи. С тех пор как Василиса стала королевой, этот титул перешел к тебе, разве нет?

— Только на бумаге, — сказала Джил, смотря в сторону. Ее тон, который было трудно разобрать, представлял собой некую смесь горечи и печали. — Я не принцесса, не совсем так. Я просто та, кто оказался в родстве с королевой.

Мать Джил какое-то время была любовницей Эрика Драгомира, отца Василисы, и она много лет держала в секрете существование Джил. Это обнаружилось лишь недавно, и я сыграла немалую роль, помогая Розе ее выследить. Со всеми моими проблемами, а так же заботами о безопасности Джил, у меня не было времени, чтобы подумать, как Джил адаптируется к своему новому статусу. Это должно быть стало важной переменой в ее жизни.

— Я уверена, что это больше чем ты думаешь, — мягко сказала я. Я задалась вопросом, как много времени у меня уйдет, разыгрывая психолога для Джил на этом задании. Перспектива утешать вампира все еще казалась для меня слишком странной. — Я считаю, что ты действительно важна. Все так беспокоятся о твоей безопасности.

— Но делается ли это ради меня? — спросила Джил. — Или для того, чтобы помочь Лиссе сохранить трон? Она едва говорила со мной, с тех пор, как обнаружилось, что мы сестры.

Разговор свернул в то неудобное для меня русло межличностных отношений, где я действительно не знала что делать. Я не могла себя представить ни на месте Василисы, ни на месте Джил. Единственное что я понимала — для них это было совсем нелегко.

— Уверена, она заботится о тебе, — сказала я, хотя не была действительно в этом уверена. — Но, вероятно, это очень странно для нее, особенно со всеми теми изменениями в ее жизни. Дай ей время. Сконцентрируйся на более важных проблемах — остаться здесь и остаться живой.

— Ты права, — согласилась Джил. Она обратно легла на кровать и уставилась в потолок. — Я нервничаю по поводу завтрашнего дня, где мне предстоит провести весь день в окружении людей. Что если они заметят? Что если кто-то узнает обо мне правду?

— Ты отлично справляешься, — заверила я ее. — Только не показывай клыки. И, кроме того, я довольно хорошо умею убеждать людей, что они не видели того, что видели.

Благодарное выражение на ее лице напомнило мне о Зои. Они были во многом схожи — обе застенчивые и немного неуверенные, но в тоже время горячо и отчаянно желавшие себя проявить. Я пыталась защитить Зои и только провалилась в ее глазах. Сейчас, будучи здесь с Джил, я конфликтовала сама с собой. В некотором смысле я могла сделать то, что была неспособна сделать для Зои. Но когда я так думала, какой-то внутренний голос шептал мне, что Джил не моя сестра. Она вампир. Это мое задание.

— Спасибо, Сидни. Я рада, что ты здесь. — Она улыбнулась, и я почувствовала себя еще более виноватой. — Ты знаешь, я немного завидую Адриану. Он думает, что жить с Кларэнсом скучно, но ему не нужно беспокоиться о знакомстве с новыми людьми или привыкании к новой школе. Он может просто болтаться по дому, пялиться в телек, играть в пул на пару с Ли, дрыхнуть… звучит заманчиво, — вздохнула она.

— Могу представить, — сказала я, немножко удивленная столь детальной информацией. — Откуда ты знаешь все это? Ты… ты говорила с ним, с тех пор как мы уехали?

Даже, несмотря на то, что я это сказала, идея казалась мне невероятной. Я была с ней большую часть дня.

Улыбка сползла с ее лица.

— О, нет. Я имею в виду, я просто представила, что он может делать. Он упоминал об этом раньше, это все. Прости, я была немного сентиментальной, а мои слова — несвязным лепетом. Спасибо, что выслушала меня… даже как-то полегчало.

Я натянуто улыбнулась и ничего не сказала. Я до сих пор не могла примириться с мыслью, что начинаю чувствовать дружелюбие по отношению к вампиру. «Сначала Роза, теперь Джил?» Не важно, какой располагающей она к себе была. Я должна сделать так, чтобы наши отношения оставались чисто профессиональными, чтобы Алхимики не могли меня обвинить в привязанности к вампирам. Слова Кита отдались эхом в моей голове: любительница вампиров…

«Это просто смешно, — подумала я. — Нет ничего плохого в том, чтобы быть милой с теми, о ком заботишься. Это было нормально, и очень далеко от того, чтобы «быть к ним слишком близко». Верно?» Отбросив свои заботы, я сконцентрировалась на распаковывании вещей и мыслях о нашей новой жизни в этом месте. Я искренне надеялась, что завтра все пройдет так гладко, как я и обещала Джил.

К сожалению, этого не произошло.

ГЛАВА 6

Переводчики: Stinky, Светуська, sunshima, Catharin, rubinns Вычитка: Светуська

Честное слово, день предстоял не из легких.

Когда мы проснулись, через окна струился солнечный свет, и уже можно было почувствовать тепло, несмотря на раннее утро. Я выбрала свой самый легкий наряд из школьной униформы: серую юбку в комплект с белой блузкой с короткими рукавами. «Простые драгоценности» разрешались, так что на мне оставался мой неизменный золотой крестик. Мои волосы переживали один из своих трудных дней — казалось, они еще не привыкли к этому новому климату. Мне хотелось убрать их в хвост, как это делала Джил, но локоны были разной длины, чтобы это получилось аккуратно. Взглянув, как они падали мне на плечи, я задумалась о том, что пришло время их отрастить.

После завтрака, который никто на самом деле не съел, мы поехали на автобусе до Центрального Кампуса, который мгновенно набился людьми. Около трети студентов были приезжими. Остальную часть составляли местные жители, которые вернулись только сегодня. Джил во время поездки почти не разговаривала, и казалось, снова неважно себя чувствовала. Трудно было сказать, но мне казалось, что она выглядит бледнее обычного. Ее глаза опять были налиты кровью, под которыми пролегали темные круги. Я проснулась среди ночи и видела, как она крепко спит, так что сомневалась, что существуют какие-то проблемы. Те темные круги под глазами, на самом деле, были первым недостатком, который я увидела на коже моройки — она всегда была совершенной, фарфоровой. Не удивительно, что обычно она может спать допоздна. Ей не нужно было возиться с пудрой и тональником, которыми пользовалась я.

Все утро, Джил продолжала покусывать губу и беспокойно поглядывать по сторонам. Возможно, она просто нервничала из-за погружения в мир, населенный исключительно людьми. Она, казалось, не была обеспокоена поиском нужных классов и предстоящей учебой. Зато этот аспект по-прежнему немного пугал — меня. «Просто переходи из одного класса в другой, — успокаивала я себя. — Это все, что от тебя требуется».

Первым уроком у меня была античная история. Как и у Эдди и он почти бросился ко мне, как только завидел меня.

— Она в порядке? Ты ее видела?

— Ну, мы делим комнату, так что, думаю — да. — Мы сели за соседние столы. Я улыбнулась Эдди. — Расслабься. Она в порядке. Казалась немного на взводе, но я не могу ее в этом винить.

Он кивнул, все еще сомневаясь. Когда вошел учитель, Эдди устремил все свое внимание в переднюю часть класса, но в нем чувствовалось беспокойство, в том, как он сидел, словно едва сдерживая себя, чтобы не вскочить и не пойти ее проверить.

— Приветствую вас и добро пожаловать.

Нашим преподавателем оказалась женщина на вид лет сорока с сединой в редеющих черных волосах и с достаточно нервной энергетикой, чтобы конкурировать с Эдди — и если ее большая чашка была с кофе тогда, не трудно было догадаться почему. Я так же немного позавидовала и пожелала, чтобы нам тоже можно было бы приносить напитки на уроки — особенно после общажной столовой, где не подают кофе. Не знаю, как проживу на протяжении нескольких месяцев без кофеина. В ее гардеробе преобладали вязаные вещи.

— Я мисс Тервиллиджер, ваш прославленный гид в незабываемой поезде под названием античная история. — Она говорила стремительным, громким голосом, вызвав у некоторых моих одноклассников взрывы хохота. Она указала на молодого человека, сидящего позади нее, за большим письменным столом. Он со скучающим выражением лица наблюдал за классом, но когда она повернулась к нему, он оживился. — А это мой гид-ассистент, Трей, которого, я полагаю, некоторые из вас уже знают. Трей — мой помощник на данный период времени, так что, главным образом, он будет тихонько сидеть в сторонке и заниматься бумажной работой. Но вы должны проявить к нему уважение, так как он вполне может оказаться тем, кто будет вводить ваши оценки в мой компьютер.

Трей махнул рукой и улыбнулся кому-то из своих друзей. У него была загорелая кожа и черные волосы, длина которых граничила с правилами дресс-кода. Аккуратное давление амбервудской униформы давало ему иллюзию своего, но в его темных глазах не было озорного блеска, что заставило меня подумать, что он на самом деле был серьезным помощником.

— Продолжим, — сказала мисс Тервиллиджер. — История важна, потому что учит нас прошлому. А узнав о прошлом, вы придете к пониманию настоящего, чтобы вы смогли принять обоснованные решения относительно будущего.

Она сделала драматическую паузу, позволяя нам впитать эти слова. Когда она убедилась, что мы благоговеем, подошла к ноутбуку, к которому был подключен проектор. Она нажала несколько клавиш, и на экране в передней части класса появилось изображение здания с белыми колоннами.

— Итак. Кто мне скажет, что это?

— Храм? — предположил кто-то.

— Очень хорошо, мистер…?

— Робинсон, — поднялся юноша.

Мисс Тервиллиджер открыла журнал и пробежалась по списку.

— А, вот, вижу вас. Робинсон. Стефани.

— Стефан, — вспыхнув, поправил парень, когда все остальные засмеялись.

Мисс Тервиллиджер поправила на носу очки и прищурилась.

— Верно. Весьма благодарна. Я только подумала, насколько трудно должно быть с таким именем. Мои извинения. Мне поломали очки в нелепом инциденте с крокетом[13] на этой неделе, вынуждая меня надеть старые очки. Итак, Стефан-не-Стефани, вы правы. Это храм. А поконкретнее?

Стефан покачал головой.

— Кто-нибудь еще может поделиться своим идеями?

Когда мисс Тервиллиджер встретила тишина, я подняла свою руку. Сейчас я выглядела, прям как настоящая студентка. Она кивнула мне.

— Это — Парфенон,[14] мэм.

— Правильно, — похвалила она. — Ваше имя?

— Сидни.

— Сидни… — Она проверила список и подняла удивленный взгляд. — Сидни Мельбурн? Моя хорошая. У тебя нет австралийского акцента.

— Эм, меня зовут Сидни Мелроуз, мэм, — поправила ее я.

Мисс Тервиллиджер нахмурилась и передала список Трею, который, казалось, думал, что мое имя было самой забавной вещью.

— Возьмите это на себя, мистер Джарес. Ваши молоденькие глазки лучше моих. Если я продолжу в таком же духе, то превращу юношей в девушек, а прекрасных милых юных леди в потомков преступников. Итак, — мисс Тервиллиджер вернула ко мне свое внимание. — Это Парфенон. Что вам о нем известно?

Все смотрели на меня в основном с дружелюбным любопытством, но все же я испытывала некое удовольствие от пребывания в центре внимания. Сосредоточившись исключительно на мисс Тервиллиджер, я сказала:

— Это часть Акрополя, мэм. Находится в Афинах. Он был построен в пятом веке до нашей эры.

— Не надо называть меня «мэм», — сказала мне мисс Тервиллиджер. — Хотя освежающе получить немного уважения в обмен. И блестящий ответ.

Она взглянула на остальных в классе.

— А теперь скажите мне вот что. С какой стати нас должны волновать Афины или что там происходило более полутора тысяч лет назад? Как это может быть для нас актуально?

Большинство молчало и переводило друг на друга глаза. Когда невыносимая тишина растянулась, казалось на часы, я начала поднимать руку. Мисс Тервиллиджер сделала вид, что не заметила этого и оглянулась на Трея, который сложил ноги на учительский стол. Парень мгновенно опустил ноги и выпрямился.

— Мистер Джарес, — заявила мисс Тервиллиджер. — Время заработать себе на пропитание. Вы закончили этот предмет в прошлом году. Можете ли вы рассказать им, почему события в Древних Афинах имеют к нам отношение и посей день? Если же нет, тогда я снова вызову мисс Мельбурн. Она, похоже, знает ответ, и думаю, как неловко это будет для вас.

Взгляд Трея метнулся ко мне, а затем обратно к учителю.

— Ее фамилия Мелроуз, а не Мельбурн. И, в шестом веке в Афинах была основана демократия. Большинство методик, которые они там установили, по-прежнему имеют отношение к нашему нынешнему правительству.

Мисс Тервиллиджер драматично схватилась рукой за сердце.

— Вы почтили своим вниманием этот курс, в прошлом году! Ну, почти. Ваша дата неверна. — Ее взгляд упал на меня. — Бьюсь об заклад, что вы знаете, когда в Афинах возникла демократии.

— В пятом веке, — немедленно ответила я.

Этим я заработала улыбку учителя и пристальный взгляд Трея. Остальная часть класса поступила во многом таким же образом. Мисс Тервиллиджер продолжила в своем ярком стиле и подчеркнула ряд важных дат и мест, которые мы будем изучать углубленно. Я обнаружила, что могу ответить на любой вопрос, какой бы она не задала. Какая-то часть меня твердила мне бы быть осмотрительней, но я ничего не могла с собой поделать. Если никто не знал ответа, я чувствовала, что вынуждена дать его. И каждый раз, когда я это делала, мисс Тервиллиджер проговорила:

— Трей, а вы это знали? — Я поморщилась. Не хватало мне еще нажить себе врагов в первый же день. Другие студенты смотрели на меня с любопытством, когда я отвечала, что заставляло меня немного смущаться. Я так же видела, как некоторые из них обменивались взглядами, когда отвечая, я словно открывала для них секреты. Чем больше дело касалось меня, тем раздражительней становился Трей. Разве казалось, что я хвастаюсь? Я была слишком уверена, что общественная политика здесь может понять, что было абсолютно нормальным, а что нет. Это была академически конкурентная школа. Разве плохо быть образованным?

Мисс Тервиллиджер оставила нам задание прочитать две первые главы из наших учебников. Все застонали, но я была взволнована. Мне нравилась история, в частности, история искусства и архитектуры. Мое домашнее обучение было агрессивным и хорошо отработанным, но на этот особенный предмет отец считал, не стоило тратить время. Мне приходилось его изучать в свое свободное время, и думать, что теперь появились лекции, где предстояло выучить этот предмет, было такой поразительной и настоящей роскошью, и к тому же мои знания были оценены — по крайней мере, учителем.

Наши пути с Эдди разошлись, и я направилась на химию. И пока ждала в классе начало урока, рядом со мной за стол скользнул Трей.

— Итак, мисс Мельбурн, — сказал он, имитируя голос мисс Тервиллиджер. — Когда вы сами начнете преподавать историю?

Мне было жаль, что мисс Тервиллиджер так с ним поступила, но мне не понравился его тон.

— Ты на самом деле окончил этот курс? Или ты собираешься околачиваться там, делая вид, что помогаешь учителю?

Это вызвало улыбку на его лице.

— О, закончил, к сожалению. И я был лучшим студентом мисс Тервиллиджер в прошлом году. Если ты так же хороша в химии, как в истории, тогда я лишу тебя партнера по лабораторным. И буду способен так делать целый семестр.

Химия была важной составной в обучении Алхимиков, и я сомневалась, что в этом курсе было что-то, чего я не знала. В средневековье Алхимики появились как «магические ученые», которые пытались превратить свинец в золото. В тех ранних экспериментах они обнаружили особые свойства крови вампиров, и как она реагирует на взаимодействие с другими веществами, что, в конце концов, привело к крестовому походу, чтобы держать вампиров и людей на расстоянии друг от друга. Этот ранний научный опыт и наша текущая работа с вампирской кровью сделали химию одним из главных предметов моего образования с самого детства. Я получила свой первый набор по химии, когда мне было шесть лет. Когда другие дети занимались алфавитом, мой отец строго расспрашивал меня о кислоте и основах молекулярных решеток.

Не в силах вынести так много Трея, я отвела глаза и стряхнула волосы со своего лица.

— Я с этим справлюсь.

Он перевел взгляд на мою щеку, и на его лице появилось понимающее выражение.

— А-а, вот оно что.

— В смысле? — не поняла я.

Он указал на мое лицо.

— Твое тату. Оно именно это означает, да?

Убрав волосы со своего лица, я случайно открыла ему тату золотой лилии.

— Что ты имеешь в виду? — спросила я.

— Не надо играть со мной в скромницу, — сказал он, закатывая свои темные глаза. — Все понятно. Я имею в виду, что это казалось мне подставой, но уверен, что каждый беспокоится о своей чести. Хотя, на твоем лице отображена миленькая дерзость. Тебе известно, что тату идут против дресс-кода — не то, чтобы это кого-то останавливало.

Я встряхнула головой, позволяя волосам упасть на место.

— Знаю. Я хотела замаскировать ее, но забыла. Но что ты имеешь в виду под словом «подстава»?

Он просто мотнул головой, дав понять, чтобы я отвалила. Я сидела, ощущая беспомощность, задаваясь вопросом, что не так сделала. Вскоре мое замешательство сменилось волнением, когда наш преподаватель дал введение в курс предмета и раздал нам установки. У меня в комнате был свой набор по химии, который был более обширным, чем амбервудский. «Ну и ладно. Думаю, что немного элементарного обзора мне не повредит».

Во всех остальных предметах у меня были такие же успехи. Я была везде подготовлена и обнаружила, что могу ответить на каждый вопрос. Это выставило меня в хорошем свете перед учителями, но не могла оценить реакцию остальных студентов. Я по-прежнему видела множество унылых покачиваний головой и заинтересованных взглядов — но только Трей был тем, кто действительно осуждал. И я не знала, должна ли я себя сдерживать или нет.

Пару раз я столкнулась с Кристин и Джулией, и они напомнили мне присоединиться к ним за обедом. Я так и сделала, найдя их за угловым столиком в столовой Восточного Кампуса. Они махнули мне, и когда я плелась через ряды столов, сделала быстрый осмотр, надеясь увидеть Джил. Я не встречалась с ней на протяжении всего дня, но это и не удивительно, учитывая наши расписания. Можно предположить, что она ела в другой столовой, возможно с Эдди или Микой.

Кристин и Джулия были дружелюбными, расспрашивая меня о том, как прошел мой первый день, и, рассказывая в ответ об учителях, с которыми им приходилось сталкиваться раньше. Они были в выпускном классе, как и я, и у нас совпадало несколько общих предметов. Мы провели большую часть обеда, обмениваясь информацией — кто откуда. И только к концу обеда, я начала получать ответы на не дававшие мне весь день покоя вопросы. Хотя, поначалу, все это только прибавляло еще больше вопросов.

— Итак, — начала Кристин, наклоняясь через стол. — Неужели она дает тебе супер память? Ну, или я не знаю, на самом деле меняет твой мозг и делает тебя умнее?

Джулия закатила глаза.

— Она не может сделать тебя умнее. Должно быть, дело все же в памяти. Я только хочу узнать, как долго это продлится?

Я переводила взгляд с одной девушки на другую, более запутанная, чем когда-либо.

— О чем бы вы ни говорили, это не может делать меня умнее, потому что прямо сейчас я не понимаю, о чем речь.

Кристин рассмеялась.

— Твоя татушка. Я слышала, что ты ответила на все самые сложные вопросы по математике. И моя подруга, с которой у тебя общая история, сказала мне, что ты и там тоже отличилась. Мы пытаемся понять, как тебе помогает тату.

— Помогает мне… отвечать на вопросы? — спросила я. Их лица подтвердили мою догадку. — Она не помогает. Это… это просто, ну, я… я просто знаю ответы.

— Никто не может быть таким умным, — утверждала Джулия.

— В этом нет ничего из ряда вон. Я не гений. Думаю, что просто много училась. Я была на домашнем образовании часть времени, и мой отец был, на самом деле… строгим, — добавила я, думая, что это сможет помочь.

— Ох, — вздохнула Кристин, играя со своей длинной косой. Я заметила, что она убирала свои темные волосы в аккуратные прически, в то время как светлые волосы Джулии всегда были взъерошены в беспорядке. — Думаю, это вполне возможно… но тогда, что дает татуировка?

— Она ничего не дает, — сказала я. Даже произнося эти слова, я почувствовала легкое покалывание на своей плоти. Тату была своего рода магией, которая останавливала меня от разговоров о чем-то алхимическом с теми, кто не входит в ближайшее окружение. Эта татуировка останавливала меня от высказывания слишком многого, что было не нужно. — Я просто подумала, что это круто.

— А-а, — протянула Джулия. Обе девушки выглядели необъяснимо разочарованными.

— А с чего вы взяли, что татуировка делает меня умнее? — спросила я.

Предупреждающий звонок прервал дальнейшие расспросы, напоминая, что нам пора вернуться в класс. Наступила пауза, во время которой Кристин и Джулия что-то обдумывали. Кристин казалась лидером среди них, потому она была той, кто кивнул, в конце концов. У меня было отчетливое впечатление, что меня оценили.

— Ладно, — сказала она, наконец, одаривая меня широкой улыбкой. — Мы расспросим тебя поподробнее позже.

Мы договорились встретиться позднее и все обсудить, а затем разошлись. У меня сложилось впечатление, что я скорее научусь лучше контактировать с людьми, чем со школьным предметам, но про себя отметила, что сперва надо выполнить «домашнее задание». Остальная часть дня прошла быстро — на одном из занятий я получила записку от моего консультанта, Молли. Как и ожидалось, мне не нужно было посещать ни один из языковых курсов, и она хотела со мной встретиться после урока, чтобы обсудить, как прошел день, технически, сегодня у меня уже больше не было занятий в аудиториях. Это значило, что мой школьный день завершится физкультурой.

Переодевшись в спортивную форму, шорты и футболку с символикой Амбервуда я вышла под палящее солнце, присоединяясь ко всем остальным. В перерывах между уроками переходя из класса в класс, я ощущала, как на улице было жарко, но после того как мне пришлось простоять на улице продолжительное время, я осознала тот факт, что мы в пустыне. Оглядев своих одноклассников, парней и девушек различных комплекции — убедилась, что не одна я потею. Вообще-то я редко обгорала на солнце, но напомнила себе обзавестись защитным лосьоном. Джил он тоже пригодиться.

«Джил!»

Я оглянулась по сторонам. Я уже и забыла, что Джил тоже должна была быть в этой же группе. «Вот только где она?» Не было никаких признаков ее присутствия. Когда наш преподаватель, мисс Карсон, проверяла присутствующих, она даже не произнесла имя Джил. Я задалась вопросом, а не были ли изменены расписания в самый последний момент.

Мисс Карсон решила на практике проверить, как мы прыгаем. Нас разделили на команды для волейбола, и я оказалась рядом с Микой. Его светлое веснушчатое лицо порозовело, и я едва удержалась от предложения одолжить ему солнцезащитный крем. Он одарил меня одной из своих дружелюбных улыбок

— Привет, — поздоровалась я. — Ты случайно не видел сегодня мою сестру? Джил?

— Нет, — ответил он. Едва заметная морщинка пересекла его лоб. — Эдди искал ее сегодня за обедом. Он полагал, что она обедала с тобой в вашей комнате.

Я покачала головой, чувствуя подкатывающую к горлу тошноту. «Что же произошло?» В моей голове тут же возникали кошмарные сценарии. Я думала, что Эдди излишне эмоционально реагирует на обеспечение ее безопасности, но что же, все-таки случилось с Джил? «Неужели, несмотря на весь наш план, сюда все-таки проник один из врагов Джил и выкрал ее у нас из-под носа? Стоит ли рассказать Алхимикам и отцу о том, что мы потеряли Джил в первый же день?» На меня нахлынула паника. Если я раньше и не была сослана в «центр переподготовки», то сейчас точно была на пути к нему.

— Что с тобой? — спросил Мика, оглядывая меня. — С Джил все в порядке?

— Не знаю, — ответила я. — Извини.

Я покинула нашу команду и побежала туда, где мисс Карсон наблюдала за игрой.

— Да? — спросила она меня.

— Извините, что беспокою вас мэм, но я волнуюсь за свою сестру. Джил Мелроуз. Я Сидни. Она должна была быть здесь. Вы случайно не знаете, может у нее поменялось расписание?

— Ах, да, Мелроуз. Я получила записку от руководства, буквально перед уроком, что ее сегодня не будет.

— Там сказано почему?

Мисс Карсон извиняясь, покачала головой и гаркнула на какого-то парня, который просто слонялся без дела. «Ладно, по крайней мере, хоть кто-то видел сегодня Джил, но с какой стати она отсутствует?»

— Она в порядке? — спросил у меня Мика.

— Я… я надеюсь. Оказалось, что мисс Карсон в курсе, что ее не будет, но не знает почему.

— Могу я что-нибудь сделать? — спросил он — Чтобы помочь ей? Оказать экстренную помощь?

— Нет, спасибо. Но спасибо за предложение. — Я хотела бы повернуть время вспять. — Я найду ее после урока. — Мне в голову пришла внезапная мысль. — Да, Мика. Не говори ничего Эдди.

Мика посмотрел на меня с любопытством.

— Почему нет?

— Он слишком ее опекает. И волнуется на пустом месте.

«И, кроме того, разнесет по кирпичику школу, пока ее не найдет».

По окончании урока, я наскоро приняла душ и переоделась, перед тем как отправиться в административный корпус. Я была раздосадована тем, что не сообразила сбегать в спальню и проверить, нет ли Джил там, но не могла опоздать на занятия. Я прошла уже половину пути до офиса Молли, и прошла уже мимо основного корпуса, когда эта идея возникла в моей голове. Я остановилась, чтобы поговорить с секретарем, прежде чем отправиться на занятия.

— Джил Мелроуз, — произнесла, кивнув секретарь. — Ее отправили обратно в ее общежитие.

— Отправили? — воскликнула я. — Что это значит?

— Я не могу распространяться на этот счет. — «Не слишком ли мелодраматично?»

Раздраженная и еще больше запутавшаяся, я отправилась в кабинет Молли, успокаивая себя тем фактом, что даже если Джил и исчезла с занятий таинственным образом, это произошло с разрешения школы. Молли предложила мне вместо языков выбрать другой предмет для изучения, или принять участие в независимом исследовании, если мне удастся найти руководителя. Мне на ум пришла идея.

— Могу я ответить вам завтра? — спросила я. — Для начала, мне нужно это кое с кем обсудить.

— Конечно, — ответила Молли. — Только решай поскорее. А сейчас тебе лучше вернуться в общежитие, мы не одобряем того, что бы вы болтались по округе каждый день в это время.

Я заверила ее, что скоро определюсь с ответом и направилась к выходу. Во время занятий автобусы ходили не часто, так что я просто пошла пешком милю до общежития. Это заняло всего двадцать пять минут, а ощущалось как будто вдвое дольше, а все из-за жары. Когда я, наконец, добралась до комнаты в общежитии, на меня нахлынуло облегчение. Джил прохлаждалась в комнате, как ни в чем не бывало.

— Ты в порядке?

Джил лежала на кровати и перечитывала свою книгу. Мрачно посмотрев на меня, она ответила:

— Да, отчасти.

Я присела на свою кровать и скинула обувь.

— Что случилось? Я запаниковала, когда не увидела тебя на занятии. Если Эдди узнает…

Джил выпрямилась.

— Нет, не говори Эдди. Он будет волноваться.

— Ладно, ладно. Но расскажи мне, что произошло. Они сказали тебе отправиться сюда?

— Да. — Джил поморщилась. — Потому что меня выгнали с моего первого урока.

Я потеряла дар речи. Я и представить не могла, что милая, застенчивая Джил могла сделать что-то, чтобы заслужить такое. «О, Боже. Надеюсь, она не никого не укусила». Предположительно я была единственной, от кого ожидались проблемы на школьных занятиях. Джил должна была быть в них профи.

— За что тебя выгнали?

Джил вздохнула.

— За то, что у меня похмелье.

Окончательная потеря дара речи.

— Что?

— Я выгляжу болезненной. Миссис Чанг, мой преподаватель, кинув всего один взгляд на меня сказала, что за милю различает похмелье. Она отослала меня в учительскую за нарушение школьных правил. Я пыталась объяснить ей, что просто приболела, но она настояла на своем. Директор, в конце концов, понял, что причина моего недомогания не похмелье, но он не разрешил пойти на остальные занятия. Мне пришлось провести остаток дня здесь.

— Это… это просто идиотизм какой-то! — Я вскочила на ноги и начала расхаживать. Теперь, когда мои первоначальные опасения рассеялись, я была просто оскорблена. — Я была с тобой прошлой ночью. Ты спала здесь. Я точно знаю. Когда я проснулась, ты была отрубившись. Как миссис Чанг может выдвигать подобные обвинения? Без доказательств! И школа тоже не может. Они не имели никакого права выгонять тебя с уроков. Я сейчас же отправлюсь в учительскую! Нет, я поговорю с Китом, и пусть Алхимики подадут жалобу от имени наших «родителей».

— Нет, Сидни, стой. — Джил подпрыгнула с кровати и поймала меня за руку, как будто боялась, что я осуществлю задуманное прямо здесь и сейчас. — Прошу. Не надо. Просто забудь. Я не хочу больше доставлять никаких неприятностей. Я не получала плохих отметок. Меня не наказали по-настоящему.

— Ты отстанешь от программы своего класса, — сказала я. — Это серьезное наказание.

Джил покачала головой, широко раскрыв глаза. «Она испугалась», поняла я, но понятия не имела, почему она не хочет, чтобы я обо всем рассказала. Ее вины в этом нет.

— Нет, все в порядке. Я наверстаю упущенное, без последствий. Пожалуйста, не раздувай из этого проблему. Другие преподаватели, по всей видимости, решили, что я приболела. Они, наверное, даже не узнают об этих обвинениях.

— Тем не менее это неправильно, — проворчала я. — Я должна с этим что-то поделать, ведь для того я и здесь, чтобы тебе помогать.

— Нет, — не сдавалась Джил. — Пожалуйста. Давай оставим это. Если ты действительно хочешь мне помочь… — Она отвела глаза.

— Что? — спросила я, все еще преисполненная праведным гневом. — Чего ты хотела? Говори.

Джил обратно кинула на меня взгляд,

— Я хотела… я хочу, чтобы ты отвезла меня к Адриану.

ГЛАВА 7

Переводчики: Stinky, sunshima, Catharin, Светуська, VisibleVoid, MacV Вычитка: Светуська

— Адриану? — удивленно переспросила я. — Какое он ко всему этому имеет отношение?

Джил лишь мотнула головой в ответ и умоляюще на меня посмотрела.

— Прошу. Просто отвези меня к нему.

— Но мы вернемся туда через пару дней для кормления.

— Знаю, — отмахнулась Джил. — Но мне нужно увидеться с ним сейчас. Он единственный, кто поймет.

«С трудом верится».

— Ты о том, что я не пойму? Или, Эдди тоже?

Она застонала.

— Нет. Ты не можешь рассказать Эдди. Он выйдет из себя.

Я старалась не хмуриться, закипая все больше и больше. «Джил нужно увидеться с Адрианом после сегодняшней неудачи в школе? Андриан не сможет ей в чем-либо помочь, в чем могу помочь я. — Как у Алхимика, у меня лучшее положение, чтобы подать жалобу. — Может Джил просто хочет моральной поддержки?» Вспомнив, как Джил обняла Адриана на прощание, до меня внезапно дошло, что она в него влюблена. Естественно, если Джил нуждается в том, чтобы чувствовать себя с кем-то защищенной, то Эдди был лучшим вариантом, к которому можно обратиться. «Или же нет?» Эдди, скорее всего, будет расшвыривать вокруг столы в бешенстве. Сохранить это втайне от него, может, не такая уж и плохая идея.

— Ладно, — сказала я, наконец. — Поехали.

Я зарегистрировала нас для разрешения на выезд за пределы кампуса, что воспринималось, как маленькое жульничество. Миссис Уизерс быстро напомнила, что Джил была отослана в свое студенческое общежитие, отдыхать остальную часть учебного дня. А я в свою очередь быстренько напомнила, что занятия уже почти закончились и это означает, что школьный день подходит к концу. Миссис Уизерс не могла недооценить разумность сказанного, но все равно заставила нас ждать целых десять минут до тех пор, пока не раздался последний звонок. Джил сидела, нервно постукивая ногой по стулу.

Чтобы доехать до владений Кларэнса на холмах нам понадобилось полчаса, всю дорогу почти не разговаривая. Я не знала, какая светская беседа подойдет в данном случае. «Как прошел первый день в школе?» Вряд ли это соответствующая тема для разговора. И вообще, каждый раз, когда я думала об этом, только больше злилась. «Поверить не могу, что какой-то там учитель мог обвинить Джил в том, что у нее похмелье. Это же полный бред, и тем более, достаточно было бы провести с ней всего пять минут, чтобы в этом убедиться».

У дверей нас встретила женщина средних лет. Ее звали Дороти, она была экономкой Кларэнса и кормилицей по совместительству. Если немного отвлечься от всего этого, то Дороти была довольно приятной женщиной, носившей серое платье с высоким воротником, чтобы скрыть следы от укусов. Я улыбнулась ей, сохраняя профессионализм, но не смогла не содрогнуться, когда подумала о том, кем она была. «Как кто-то может делать это? Как можно охотно предлагать свою кровь?» Мой желудок скрутило, и я обнаружила что, обхожу ее стороной. Мне не хотелось даже случайно коснуться ее руки, пока я проходила мимо.

Дороти сопроводила нас в комнату, в которой мы были накануне. Никаких признаков Кларэнса по близости не было, зато на роскошном зеленом диване возлегал Адриан и смотрел телевизор, который в прошлый раз был ловко скрыт внутри богато украшенной деревянной панели, в которую он был вмонтирован. Увидев нас, он выключил пультом телевизор и сел. Дороти извинилась и закрыла за собой французские двери.

— Что ж, это приятный сюрприз, — сказал он, внимательно изучая нас. Джил переоделась в свою обычную одежду во время своей сегодняшней изоляции, но я до сих пор была в Амбервудской блузке и юбке. — Сейдж, разве вам, ребята, не полагается иметь форму? Это точно такая же, как твоя повседневная.

— Умник, — съязвила я, сдерживаясь, чтобы не закатить глаза.

Адриан шутливо поклонился мне.

— Осторожно. Ты едва не улыбнулась. — Он потянулся за бутылкой бренди, стоявшей на столике рядом. С прилагающимися к ним небольшими стаканами тут же, и щедро плеснул себе. — Не хотите пропустить по стаканчику?

— Сейчас середина дня, — сказала я недоверчиво. Нельзя сказать, что для меня имело значение — в какое время суток пить.

— У меня страшное похмелье, — заявил он, и насмешливо чокнулся с нами в воздухе. — Это всего лишь способ от него избавиться.

— Адриан, мне нужно с тобой поговорить, — искренне произнесла Джил.

Он посмотрел на нее, и ухмылка сошла с его лица.

— В чем дело, Малышка?

Джил взглянула на меня с беспокойством.

— Ты не возражаешь…

Я поняла намек и постаралась сдержать раздражение, что была вне секретов.

— Конечно. Я просто… просто выйду. — Мне не нравилась мысль того, что меня отсылали, но никоим образом, не собиралась расхаживать по коридорам старого дома.

Не успела я далеко уйти по коридору, как кто-то передо мной вышел. Я издала придушенный вскрик и чуть не подпрыгнула аж на метр. Спустя один удар сердца, я сообразила, что это Ли — не то, чтобы это очень меня успокоило. Неважно, насколько, якобы, дружелюбной была эта компашка, оставшись наедине с новым вампиром, внутри меня усиливались старые защитные механизмы. Столкнуться с ним не улучшало положения дела потому, что мой мозг рассматривал это, как нападение! Ли просто стоял, глядя в изумлении на меня. Судя по выражению его лица, он никак не ожидал встретить меня в своем доме — хотя, возможно, не до такой степени встревожен этим, как я.

— Сидни? — спросил Ли. — Что ты здесь делаешь?

В этот момент мой страх перешел в неловкость, как будто меня подловили на чем-то постыдном.

— Э-э… я здесь с Джил. У нее был ужасный день, и ей хотелось поговорить с Адрианом. Я просто хотела оставить их… наедине.

Недоверие Ли сменилось улыбкой.

— Ты не должна была уходить. В этом нет необходимости. Пойдем, я собираюсь на кухню чего-нибудь перекусить. — Мое лицо, должно быть, выражало крайний ужас, потому что он засмеялся. — Не человека.

Я покраснела и пошла с ним.

— Прости, — сказала я. — Это инстинкт.

— Без проблем. Знаешь, вы Алхимики всегда какие-то нервные.

— Да, — испытывая неловкий момент, я улыбнулась. — Знаю.

— Я всегда хотел встретиться с кем-нибудь из вас, но вы, ребята, совсем не такие, какими я вас себе представлял. — Он открыл дверь в просторную кухню. Весь остальной дом мог выглядеть древним и мрачным, ну тут было светло и современно. — Если тебе от этого будет легче, то ты не так плоха, как Кит. Он был тут сегодня и так нервничал, что буквально каждую секунду озирался себе через плечо. — Ли остановился, задумавшись. — Думаю, он так реагировал, потому что Адриан ржал как сумасшедший, просматривая все эти черно-белые киноленты.

Я резко остановилась.

— Кит быт тут… сегодня? Зачем?

— Об этом тебе лучше спросить у моего отца. В основном он разговаривал с ним. — Ли открыл холодильник и достал банку колы. — Хочешь?

— Что? А, нет. Слишком много сахара.

Он схватил другую банку.

— Диетическую?

Я колебалась лишь мгновение, пред тем, как ее взять.

— Конечно. Спасибо — Я не собиралась ничего есть или пить в этом доме, но банка казалась достаточно безобидной. Она была закупорена и выглядела, как будто только что доставлена из человеческого магазина, а не из вампирского котла. Я открыла ее и сделала глоток. — И у тебя, конечно, нет никаких идей, зачем ему это?

— Что? — Ли взял себе яблоко и приподнялся, устраиваясь на стойке. — Ах Кит? Нет. Но я почти уверен, что речь шла обо мне. Выясняя, надолго ли я тут задержусь. — Он откусил огромный кусок яблока, и я подумала, что у него самые крепкие клыки.

— Он просто любит быть в курсе дела, — сказала я. Несмотря на то, что мне не нравился Кит, мне все еще нужен был человек на моей стороне. Думаю, что не была так уж неточна в моих рассуждениях. Я была почти уверена, что Кит почувствовал недоверие к тому, что на «его территории» еще один морой, и хотел быть уверен, что в курсе всего. С одной стороны это было хорошей работой Алхимика, а с другой, в основном, вызвано оскорбленным самолюбием Кита.

Ли, похоже, не очень-то заморачивался по этому поводу поедая яблоко, хотя я чувствовала, как он изучает меня взглядом.

— Ты сказала, у Джил был плохой день? Все в порядке?

— Да, думаю в порядке. В смысле, не знаю. Я даже не уверена, в том, что же случилось. Она хотела, по какой-то причине срочно увидеться с Адрианом. Может он может ей помочь.

— Он морой, — уверенно произнес Ли. — Может это что-то такое, что мог понять только он, что вам с Эдди не понять. Не в обиду сказано.

— Без проблем — ответила я. И так было понятно, что между Джил и мной были разительные отличия. Я — человек, она — вампир. Даже постарайся, мы не могли бы больше отличаться друг от друга еще больше, и на самом деле я предпочитала, чтобы так оно и оставалось.

— Ты ходишь в колледж… в Лос-Анджелесе? В человеческую школу? — Такое поведение казалось не таким уж и странным для мороя. Иногда они жили общинами, а иногда пытались затеряться в человеческих городах.

Ли кивнул.

— Да. И в первое время было очень тяжело. Я имею в виду, когда другие не в курсе что ты вампир… ну, всегда есть какое-то ощущение, что ты тут чужой… и я понимаю каково ей сейчас.

— Бедная Джил, — сказала я, внезапно осознавая, что воспринимала эту ситуацию неправильно. Большей частью своего сознания я фиксировала, что в школе болезнь Джил принимали за похмелье. Но прежде всего, мне следовало сосредоточиться на том, почему она была больна. Обеспокоенность всей этой новой жизнью должна была дать о себе знать. Я пыталась побороть свою неуверенность, пытаясь наладить дружеские отношения и социальные контакты, но, по крайней мере, я имела дело с моей собственной расой. — На самом деле я даже не задумывалась о том, что она может так переживать.

— Хочешь, чтобы я поговорил с ней? — спросил Ли. Он отложил огрызок в сторону. — Не то, чтобы, конечно, у меня было много чего умного, чтобы этим делиться.

— Все может помочь, — честно сказала я.

Повисшее между нами молчание заставило меня начать неловко себя чувствовать. Ли казался очень дружелюбным, но мои старые страхи слишком прочно укоренились. Часть меня чувствовала, что он не столько хочет узнать меня, сколько изучить. Алхимики были для него чем-то новым.

— Не возражаешь, если я спрошу… о татуировке. Она дает тебе особенные силы, да?

Это было почти повторением школьного расспроса, с тем лишь исключением, что, что Ли, на самом деле знал правду. Я рассеянно коснулась своей щеки.

— Уж точно никаких сил. Это принуждение, удерживающее нас от лишних разговоров о наших делах. А еще благодаря ей, у меня хорошая иммунная система. Но все остальное? Во мне нет ничего особенного.

— Очаровательно, — пробормотал он. Я беспокойно отвела взгляд в сторону и попыталась небрежно сбросить волосы на лицо.

Именно в этот момент Адриан просунул голову в дверь. Всего его прежнего веселья как не бывало.

— А, вот вы где. Можно тебя на секундочку?

Вопрос был адресован мне, поэтому Ли спрыгнул со стойки.

— Намек понят. Джил все еще в кабинете? — Адриан кивнул и Ли взглянул на меня вопросительно. — Хочешь, чтобы я…?

Я кивнула:

— Это было бы здорово. Спасибо.

Ли ушел, а Адриан посмотрел на меня с любопытством:

— Как это понимать?

— О, мы подумали, что Ли может помочь Джил с ее проблемами, — объяснила я. — У них схожие ситуации.

— «Проблемами»?

— Да, ну, ты знаешь. Адаптация к жизни с людьми.

— А-а, — протянул Адриан. Он достал пачку сигарет, на удивление полную, и закурил прямо передо мной. — Да, думаю, это хорошая идея. Но не об этом я хотел с тобой поговорить. Мне нужно, чтобы вы вытащили меня из этого места.

Я была поражена. «Это не относится к Джил?»

— Из Палм-Спрингса? — спросила я.

— Нет! Из этого места. — Он обвел рукой вокруг себя. — Это все равно, что проживать в доме престарелых! Кларэнс прямо сейчас спит, а ест только в пять. Это так скучно.

— Ты здесь всего лишь два дня.

— И это более, чем достаточно. Единственная вещь, удерживающая меня здесь — это здоровенные запасы спиртного. Но в случае, если я останусь, они закончатся уже к выходным. Иисусе, я уже на стены лезу. — Его взгляд упал на крест на моей шее. — О, извини. Не обижайся на счет Иисуса.

Я все еще была сбита с толку резкой сменой темы разговора.

— А что насчет Ли? Он же здесь, верно?

— Верно, — согласился Адриан. — Иногда. Но он занят… черт, не знаю. Школьными занятиями. Он собирается завтра вернуться в Лос-Анджелес, и у меня еще будет одна скучная ночь. Кроме того… — Он посмотрел на меня заговорщицки. — Ли достаточно милый, но он не… ну, он, на самом деле, далеко не забавный. Не такой, как я.

— Это, должно быть ценное замечание, — подчеркнула я.

— Не читай мне мораль, Сейдж. И как я уже говорил — он мне нравится, но он проводит здесь совсем мало времени. А когда он здесь, то вечно занят собой. Постоянно крутится перед зеркалом, даже больше чем я. А на днях я слушал его опасения, на счет седеющих волос.

Меня не заботила эксцентричность Ли.

— И куда же ты хочешь отправиться? Ты же не хочешь… — Мне в голову пришла очень неприятная мысль. — Ты же не хочешь поступить в Амбервуд, не так ли?

— Чтобы мне играть с вами в «21 Джамп Стрит»?[15] Нет, спасибо.

— Двадцать один, что?

— Не бери в голову. Послушай. — Он затушил сигарету в мойке, по-моему, это было довольно глупо, потому что он едва ее прикурил. «Какой смысл обзаводиться вредной привычкой и не докуривать до конца?» — Мне необходимо свое убежище, понимаешь? Вы ребята можете это устроить. Чего вам стоит выделить мне шикарное местечко как Киту, в центре города, чтобы я мог тусоваться с богатенькими курортниками? Напиваться в одиночестве тоскливо и жалко. Мне нужна компания, пусть даже и человеческая.

— Нет, — сказала я. — У меня на это нет полномочий. Ты не… ну, на самом деле, ты даже не под моей ответственностью. Мы присматриваем за Джил… и Эдди, так как он ее страж.

Адриан нахмурился.

— Что насчет машины? Ты можешь устроить это?

Я покачала головой.

— Что насчет твоей машины? Что если я заброшу вас в школу, а затем одолжу ее на некоторое время?

— Нет, — тут же ответила я. Возможно, это было самым нелепым предложением, на какое я была только способна. Латте был моим малышом. И я не собиралась одалживать его алкоголику, да к тому же еще и вампиру. Если какой вампир и мог быть абсолютно безответственным, то это был Адриан Ивашков.

— Ты убиваешь меня здесь, Сейдж!

— Я ничего не делаю.

— Прямо в сердце.

— Послушай, — сказала я с возрастающим раздражением. — Я же сказала тебе. Ты не под моей ответственностью. Поговори с Эйбом, если хочешь, чтобы все изменилось. Разве не он та причина, по которой ты здесь?

Раздражение Адриана и жалось к себе, сменились настороженностью.

— Что тебе об этом известно?

И точно. Он не должен знать, что я подслушала их разговор.

— Я имею в виду, что он тот, кто притащил тебя сюда приятель, и обо всем договорился с Кларэнсом, разве нет? — Я надеялась, что это прозвучало достаточно убедительно, и возможно это даст мне возможность побольше разузнать о гениальных замыслах Эйба.

— Да, — ответил Адриан, после нескольких секунд напряженных раздумий. — Но Эйб хочет, чтобы я торчал в этом склепе. Если у меня будет собственное убежище, мы сохраним это от него в секрете.

Я усмехнулась.

— В таком случае я определенно в этом не участвую, даже если бы и могла. Тебе нечего мне предложить, чтобы я перешла дорогу Эйбу.

Я видела, что Адриан заготовил еще аргументов, и решила уйти. Повернувшись спиной к нему и дальнейшим возражениям, я вышла из кухни и направилась в гостиную. Где я обнаружила, болтающих Джил и Ли и на ее лице была искренняя улыбка, в первый раз за все время. Она смеялась над каким-то его комментарием, а потом подняла взгляд и увидела, что вхожу я.

— Привет, Сидни, — поздоровалась она.

— Привет, — ответила я. — Готова ехать?

— Уже пора? — спросила она. Они с Ли, оба выглядели разочарованными, но потом она сама ответила на свой вопрос. — Да, думаю нам пора. Тебе, наверное, надо делать домашнее задание, да и Эдди вероятно уже волнуется.

Вслед за мной, вошел нахохлившийся Адриан. Джил взглянула на него, и на секунду будто ушла в себя, как будто ее мысли витали где-то еще. Потом она повернулась ко мне.

— Да, — сказала она. — Нам пора, Ли, надеюсь попозже поболтаем.

— Я тоже, — ответил он и поднялся на ноги. — Время от времени я буду приезжать сюда.

Джил обняла Адриана на прощанье, с явной неохотой расставаясь с ним. С Ли, она прощалась так как будто ей было грустно покидать того, с кем можно узнать много чего интересного. В прощании с Адрианом создавалось впечатление, что она не уверена, сможет ли уйти. Следующее ее кормление было запланировано через два дня, и Адриан подбодрил ее, сказав, что у нее достаточно сил, чтобы пережить завтрашний день в школе. Независимо от того, насколько он меня раздражал, меня взволновало то, как он сочувствовал юной девушке. Любой, кто был так мил с Джил не мог быть полным негодяем. Он начал меня удивлять.

— Ты выглядишь лучше, — сказала я ей, по дороге в «Виста Азул».[16]

Разговор с Адрианом… с ними обоими… оказывается, пошел на пользу.

— Думаешь, что завтра будешь в порядке?

— Да, — вздохнула Джил и откинулась на сиденье. — Это просто нервы. И то, что я почти ничего съела за завтраком.

— Джил… — Я закусила губу, колеблясь продолжить дальше. Душевные разговоры были не по моей части, тем более, на личные темы. — Вы с Адрианом…

Джил настороженно посмотрела на меня.

— Что мы?

— Есть что-нибудь… Я имею в виду, вы, ребята…?

— Нет! — Краем глаза я уловила, как Джил стала ярко-розовой. Такого цвета я никогда не видела на лице вампира. — А почему ты спрашиваешь?

— Ну, сегодня утром у тебя было недомогание. А затем была непреклонна в том, чтобы увидеться с Адрианом. Так же, ты всегда с грустью прощаешься с ним…

Джил ахнула.

— Ты думаешь, я беременна?

— Не совсем, — сказала я, понимая, что отчасти это было бессмысленным ответом. — Я имею в виду, может быть. Я не знаю. Просто с учетом всех возможностей…

— Нет, не думай так! Между нами ничего нет. Ничего. Мы просто друзья. Он никогда не интересовался мной. — Она сказала это с мрачной уверенностью… и возможно, даже небольшой грустью.

— Это неправда, — сказала я, подбирая слова, чтобы исправиться. — Я имела в виду, ты моложе, да, но ты милая… — Да, это был ужасный разговор. Я бы просто сейчас поболтала.

— Нет, — сказала Джил. — Не говори мне, что я мила и красивая и тому подобное. И вообще. Все это не имеет значения. Не тогда, когда он все еще сохнет по ней.

— По ней. А. По Розе.

Я уже почти и забыла. Впервые я лично увидела Адриана, когда ездила на суд, но фактически, в первый раз я увидела его на пленке камеры видеонаблюдения, когда они были с Розой в казино. Они держались за руки, хотя я не была до конца уверена в серьезности их отношений. Когда я помогала бежать Розе и Дмитрию, химия между ними двумя зашкаливала, даже если они этого и не признавали. Даже я была в состоянии определить это с расстояния в милю, а ведь я почти ничего не знала о их романе. Видя, что теперь Роза и Дмитрий официально были парой, я предположила, что для Адриана эта ситуация закончилась только болью.

— Да по Розе. — Джил вздохнула и рассеяно уставилась перед собой. — Он видит только ее, закрывая глаза. Горящий взгляд черных глаз и тело полное огня и энергии. Неважно, как сильно он пытается о ней забыть, независимо от того, сколько он выпьет… она всегда остается. Он не может ее забыть.

Голос Джил был наполнен исключительной горечью. Я могла бы списать это на ревность, только она произнесла это так, будто у нее был личный мотив обижаться на Розу.

— Джил? Ты в порядке?

— Что? Ай. — Джил помотала головой, как будто избавлялась от видения. — Да, я в порядке. Извини. Это был странный день. Я немного не в себе. Как ты думаешь, мы могли бы сходить за покупками? — На следующем повороте был указатель на торговый центр.

Я повернула по указателю, радуясь, что мы отвлеклись от разговоров на личные темы, так как я до сих пор испытывала неловкость.

— М-м, да. Нам нужен лосьон от загара. И может, прикупим маленький телевизор к нам в комнату.

— Это было бы здорово, — оживилась Джил.

Я оставила эту тему, найдя другой выход. Остаток вечера никто из нас, больше не заговорил об Адриане.

ГЛАВА 8

Переводчики: sunshima, VisibleVoid, Светуська Вычитка: Светуська

— Ты собираешься это доедать? — спросил Эдди.

Эдди мог и не знать о неприятностях, произошедших с Джил в первый учебный день, но его все равно расстраивало, что он не видел ее весь день. Поэтому когда мы спустились с ней вниз по лестнице на следующий день, увидели, что он стоит в фойе общежития, готовый пойти с нами на завтрак.

Я толкнула ему тарелку с половиной своего рогалика через стол. Он уже покончил с собственным рогаликом, так же как с блинчиками и беконом, и незамедлительно принял мое щедрое предложение. Возможно, он и был неестественным созданием, результатом скрещивания, аппетит у него был как у обычного парня подросткового возраста.

— Как ты? — спросил он у Джил, когда прожевал полный рот набитый рогаликом. Так как он, в конечном счете, все равно услышал бы, что она не была на занятиях, мы просто сказали Эдди, что Джил вчера перенервничала. Обвинения в похмелье все еще приводили меня в бешенство, но Джил настояла, чтобы я опустила этот момент.

— Прекрасно, — ответила она. — Намного лучше.

Я оставила это без комментариев, но в душу закралось сомнение. Джил действительно сегодня утром выглядела лучше, но этой ночью у нее едва был крепкий сон. А если точнее — она с криком проснулась посреди ночи.

Я выпрыгнула из своей кровати, ожидая, что в наше окно ломится не меньше сотни убийц стригоев или мороев. Но когда осмотрелась, то обнаружила, что никого кроме Джил, бормочущей и кричащей во сне, больше не было. Я поспешила, наконец, разбудить ее, что оказалось, немного, труднее, чем я ожидала. Она села задыхаясь, вся взмокшая от пота и обхватила себя руками за плечи. Успокоившись, она твердила мне, что это был просто кошмарный сон, но что-то было в ее глазах… отголосок чего-то реального. Я это знала, потому что это напомнило мне, то время, когда я сама множество раз просыпалась с мыслью, что за мной идут Алхимики, чтобы забрать в «центр переподготовки».

Она настаивала на том, что с ней все в порядке, и поутру, мы всего раз упомянули о ее кошмаре, когда она просила меня ничего не рассказывать Эдди.

— Это только растревожит его, — говорила она. — И к тому же, это не имеет значения.

Я уступила ей, но когда попыталась расспросить ее о том, что ей приснилось, она отмахнулась от меня, сказав, что не хочет разговаривать на эту тему.

Сейчас, за завтраком она держалась увереннее, но после всего, что я узнала, это было прогрессом, особенно учитывая то, что ей пришлось пережить в первый день школьных занятий.

— Я до сих пор не могу смириться с тем, насколько я отличаюсь от всех остальных, — произнесла она тихим голосом. — Я о том, что, во-первых, я выше ростом, чем большинство здешних девушек! — Это было правдой. Для мороек не было редкостью вымахать до метра восьмидесяти в высоту. Джил была пониже, но все равно была высокой и стройной, поэтому создавалась иллюзия того, что она выше ростом, чем была на самом деле. — И, во-вторых, я очень костлявая.

— Вовсе нет, — возразила я.

— Я слишком тощая, по сравнению с ними, — не уступала Джил.

— У каждого свои особенности, — вставил Эдди. — Эта девчонка покрыта тонной веснушек. Этот парень бреет голову. Здесь нет стандартов «нормальности».

Джил все еще выглядела сомневающейся, но с упорством отправилась на занятия, когда зазвонил первый предупреждающий звонок, пообещав, что встретится с Эдди за обедом, а со мной на физкультуре.

Я пришла в свой класс истории на несколько минут пораньше. Мисс Тервиллиджер стояла у своего стола, перебирая какие-то бумаги, когда я робко обратилась к ней.

— Мэм?

Она взглянула на меня, сдвинув, привычным жестом очки на своем носу.

— М-м? О, я помню вас. Мисс Мельбурн.

— Мелроуз, — поправила я.

— Разве? Готова поклясться, что ваше имя происходит откуда-то из Австралии.

— Что ж, мое имя Сидни,[17] - сказала я, не уверенная, должна ли ее поддержать.

— Ах. Тогда я точно еще не сошла с ума. По крайней мере, пока что. Так чем могу быть вам полезна, мисс Мелроуз?

— Я хотела спросить вас… видите ли, у меня окно в расписании, потому что сдала языковые тесты. И подумала, может, вам нужен еще один помощник… вроде Трея. — Вышеупомянутый Трей тоже был здесь, сидел за отведенным ему столом, перебирая какие-то бумаги. Он поднял глаза, при упоминании его имени и украдкой взглянул на меня. — Это последний семестр мэм. Так что если вам нужно выполнить что-то срочное…

Она несколько минут смотрела на меня изучающим взглядом, прежде чем ответить. Я была уверена, что сегодня замаскировала свою татуировку, но казалось, что она смотрит прямо на нее.

— Мне не нужен другой помощник, — прямо ответила она. Трей ухмыльнулся. — Мистер Джарес, несмотря на его ограниченность, больше подходит для того чтобы разгребать кипу моих бумаг. — Его ухмылка увяла после двусмысленного комплимента.

Я кивнула и начала отворачиваться, разочарованная.

— Хорошо. Как скажете.

— Нет, нет. Не думаю, что вы правильно меня поняли. Видите ли, я пишу книгу. — Она сделала паузу, и я поняла, что она ожидала увидеть произведенное на меня впечатление. — На еретическую религию и магию в греко-римском мире. До этого я читала лекции об этом в Карлтонском колледже. Увлекательнейший предмет.

Трей поперхнулся от кашля.

— Сейчас, мне реально могла бы пригодиться помощь научного сотрудника, добывать определенную информацию, выполнять поручения для меня, и все в таком духе. Вас это интересует?

Я разинула рот.

— Да, мэм. Вполне.

— Чтобы заработать участие в независимом исследовании, вам нужно бы сделать какой-нибудь свой собственный проект на подобную тему… такую, как научные исследования с последующим его документированием. Никаких приблизительных отрывков из моей книги, конечно же. Есть какая-нибудь особо интересующая вас эпоха?

— Э, да. — Я едва могла в это поверить. — Классическое искусство и архитектура. Я предпочла бы изучать это более углубленно.

Теперь она выглядела впечатленной.

— Неужели? Тогда, кажется, мы идеальная пара. Или, ну, почти. Жаль, вы не знаете латынь.

— Ну… — Я отвела глаза. — Я, гм, как ни странно это может прозвучать… могу читать на латыни. — Я осмелилась бросить взгляд на нее. Теперь она выглядела более, чем впечатленной, скорее просто ошеломленной.

— Что ж, тогда. Как насчет… — Она печально покачала головой. — Боюсь даже спрашивать о греческом языке. — Прозвенел звонок. — Проходите и займите свое место, а позже, в конце дня, найдите меня. У меня запланировано внеурочное время, так что у нас будет достаточно времени поговорить и заполнить необходимые документы.

Я вернулась к своей парте и приняла одобрительное крепкое рукопожатие Эдди.

— Отличная работа. Тебе не обязательно посещать реальные занятия. Хотя, если она поручила тебе читать латынь, скорее всего, это будет сквернее, чем реальные занятия.

— Я люблю латынь, — произнесла я на полном серьезе. — Это увлекательно.

Эдди покачал головой и сказал очень тихим голосом:

— Поверить не могу, что ты считаешь нас чудаковатыми.

Комментарии Трея на моем следующем занятии были менее лестными.

— Ничего себе, ты действительно обвела Тервиллиджер вокруг пальца. — Он кивнул в сторону нашего преподавателя по химии: — Собираешься пойти сказать ей, что расщепляешь атомы на части в свободное время? У тебя в комнате случаем устройство реактора не завалялось?

— Нет ничего плохого в том, чтобы… — Я оборвала себя, не уверенная в том, что собиралась сказать. Я чуть не сказала «быть умной», но это прозвучало бы самоуверенно. — Нет ничего плохого в том, чтобы что-то знать, — сказала я, наконец.

— Конечно, — согласился он. — Когда это законное знание.

Я вспомнила, вчерашний странный разговор с Кристин и Джулией. Поскольку мне пришлось везти Джил к Адриану, я упустила шанс подготовиться к неприятному разговору и не довела до конца обсуждение вопроса касательно моей татуировки. Тем не менее, сейчас я меньше всего понимала, происхождение презрения Трея — даже не смотря на то, что это казалось абсурдным. Никто другой в школе не ссылался на особенность моей татуировки, народ постоянно подходил ко мне, интересуясь, где я ее приобрела. Они были разочарованы, когда я отвечала, что в Южной Дакоте.

— Послушай, не знаю, откуда пришла эта идея о том, что моя татуировка делает меня умнее, но если это то, о чем ты, что ж… это не так. Это всего лишь татуировка.

— Это золото, — заявил он.

— И что? — спросила я. — Это просто специальные чернила. Я не понимаю, почему люди верят в какое-то мистическое свойство. Кто вообще верит в эту фигню?

Он фыркнул:

— Половина этой школы верит. Как же тогда тебе удается быть такой умной?

Была ли я, в действительности, среди тех большинства фриков, когда превосходство на школьных занятиях с этими людьми обернулось в сверхъестественное объяснение? Я выдала свой заготовленный ответ.

— Я была на домашнем образовании.

— О, — задумчиво произнес Трей. — Это все объясняет. — Я вздохнула. — Тем не менее, держу пари, в твоем домашнем обучении немного уделялось физическим упражнениям, — добавил он. — Что будешь делать, когда от тебя потребуют выполнения спортивных нормативов?

— Не знаю; я как-то не думала об этом, — ответила я, чувствуя себя немного неловко. Я могу заниматься школьными амбервудскими занятиями в ночное время, уменьшая время на сон. Но занятия спортом? Беспонятия.

— Что ж, тебе лучше принять решение в ближайшее время, конечный срок близится. Не смотри так озабоченно, — добавил он. — Может быть, взамен, они позволят тебе начать преподавать латынь.

— Что это значит? — спросила я, мне не понравился его тон. — Я занималась спортом.

Он пожал плечами.

— Как угодно. Ты не выглядишь, уж слишком спортивной. Скорее слишком… изящной.

Я не совсем поняла, комплимент это или нет.

— А каким спортом занимаешься ты?

Трей выпятил свой подбородок, выглядя очень самодовольным.

— Футбол. Настоящий мужской вид спорта.

Сидящий по соседству парень услышал его и оглянулся.

— Паршиво, что тебе так и не удалось стать квотербеком,[18] Джарес. В пошлом сезоне ты был так близок к этому. Похоже, ты получишь диплом, так и не осуществив свою мечту.

Я-то думала, что это я не нравлюсь Трею, но когда он переключил свое внимание на этого парня, создалось впечатление, что температура в комнате упала, аж на десять градусов. В этот момент я поняла, что меня Трей просто подкалывает. Но этого парня? Трей всецело его презирает.

— Не припомню, чтобы у тебя был хотя бы шанс на выигрыш, Слейд, — парировал Трей, грозно взглянув на него. — С чего ты взял, что тебе удастся добиться успеха в этом году?

Слейд — я не поняла имя это или фамилия — заговорщически обменялся взглядом с парой товарищей и ответил:

— Предчувствие. — Они отвернулись, а Трей нахмурился.

— Великолепно, — пробормотал он. — Слейд, наконец, при бабле. Хочешь узнать про татуировки? Поякшайся с ним.

Моя интуиция подсказывала мне, что Слейд не тот с кем бы мне захотелось «поякшаться», но Трей больше не вдавался в подробности. Вскоре началось занятие, поэтому я попыталась сосредоточиться на лекции, но мои мысли были заняты вопросом: с чего бы Амбервуду так помешаться на татуировках. «Что бы это могло значить?»

Когда началась физкультура, я с облегчением увидела, что Джил уже была в раздевалке. Моройка одарила меня усталой улыбкой, когда мы вышли на улицу.

— Как прошел день? — спросила я.

— Сойдет, — ответила Джил. — Ни хороший, ни плохой. Мне действительно многое непонятно в людях. — Она не произнесла этого вслух, но по тону Джил и так было понятно: «Вот видишь? Я же предупреждала, что буду отличаться от всех остальных».

Когда, наконец, начался урок, я поняла, что проблема Джил не в том, что она отличается от остальных. Она избегала зрительного контакта, позволяя своей нервозности скрывать ее лучшие качества во время разговора с людьми. Никто откровенно ее не избегал, но исходящая от нее энергетика не настраивала на дружелюбный лад, поэтому самостоятельно с ней никто не заговаривал. Я, конечно же, не самый общительный в мире человек, но улыбалась и старалась заводить разговор с одноклассниками, так как у нас уже были совместные волейбольные тренировки. Этого оказалось достаточно, чтобы ко мне начали относиться с радушием.

Скоро обнаружилась еще одна проблема. Класс разделился на четыре команды, образуя одновременно две игры сразу. Мы с Джил оказались в разных командах, и я лишь мельком ее замечала. Она выглядела несчастной и измотанной уже через десять минут, даже толком не поиграв. Ее реакция тоже ухудшилась. Она пропустила мимо много мячей, а те которые замечала, отбивала совсем неуклюже. Некоторые из ее товарищей по команде, обменивались разочарованными взглядами за ее спиной.

Я вернулась к своей игре, беспокоясь о ней, пока команда противника отбила мяч в не защищенную зону моей команды. Я не обладала такой реакцией, скажем как у дампира, но в этот момент мой мозг просчитал, что я смогу отбить мяч, если сделаю сильный и быстрый выпад. Делая это, я шла вразрез со своими правилами — не делать ничего, что может меня поранить или испачкать. Я всегда тщательно просчитывала свои действия, никогда не поступая импульсивно. Но не в этот раз. Я собиралась отбить этот мяч. Я рванулась, отбивая его на своего товарища по команде, который смог его перебросить обратно за сетку, чтобы нам не забили гол, и резко приземлилась на колени. Это было неуклюже, и я клацнула зубами, но все-таки мне удалось не допустить перевеса в счете игры. Мои товарищи по команде ликовали, и я удивилась, сообразив, что смеюсь. Меня всегда учили, что у всех моих действий должна быть четко намеченная цель. Спортивные состязания шли вразрез с целями Алхимиков, потому что они проводились просто забавы ради. Но, возможно, было бы весьма неплохо время от времени просто поразвлечься.

— Прекрасно, Мелроуз, — одобрительно произнесла мисс Карсон, прогуливаясь мимо нас. — Если вы хотите отсрочить свои занятия спортом до зимы и войти в волейбольную команду, подойдите переговорить со мной позже.

— Молодец! — похвалил Мика и протянул мне руку. Отрицательно покачав головой, я встала на свое место. Я была потрясена увидеть мою ободранную ногу, но все еще ухмылялась от уха до уха. Если бы кто-нибудь две недели назад сказал бы мне, что я буду очень счастлива кататься по полу, ни за что бы не поверила в это. — Она не очень-то бросается комплиментами.

Это правда. Мисс Карсон уже побывала у Джил несколько раз и сейчас остановила нашу игру, чтобы наказать игрока той же команды за неопрятный вид. Я воспользовалась перерывом, чтобы понаблюдать за Джил, чья игра была все еще в действии. Мика проследил за моим взглядом.

— Не имеет характерной семейной черты, да? — спросил он сочувственно.

— Нет, — пробормотала я. Моя улыбка увяла. Внезапную я ощутила острую боль в груди усиленную чувством собственного триумфа, когда было очевидно, что Джил сейчас находилась в бедственном положении. Это несправедливо.

Джил все так же выглядела изможденной, с вьющимися и взмокшими волосами от пота. На ее щеках выступили красные пятна, от чего у нее был лихорадочный вид, и казалось, что она из последних сил держится на ногах. Было странно, что для Джил это оказалось такой проблемой. Я подслушала разговор, в котором они с Эдди обсуждали боевые и защитные приемы, от чего у меня создалось впечатление, что Джил довольно спортивная. Они с Эдди даже договорились попрактиковаться сегодня ночью и…

— Солнце, — простонала я.

— Что? — спросил Мика.

Я упомянула Стентон свои предостережения по поводу солнца, но она отклонила их. И просто посоветовала Джил быть поосторожнее на солнце, что Джил и делала. Кроме, того времени, разумеется, когда школьные занятия проходили вне классных аудиторий. Заставлять ее играть в спортивные игры под палящим палм-спрингским солнцем, было просто безжалостно. Чудо, что она до сих пор еще держится на ногах.

Я вздохнула, делая про себя заметку, позже созвониться с Алхимиками.

— Нам нужно сделать ей справку от врача на освобождение от физкультуры.

— О чем это ты? — спросил Мика. Игра продолжилась, и он занял позицию у меня за спиной.

— О Джил. Она… очень чувствительна к солнцу. Что-то типа аллергии.

Как будто по команде, мы услышали, как мисс Карсон крикнула с другой площадки:

— Мелроуз Младшая! Вы ослепли? Не видите, что он летит прямо на вас?

Джил еле держалась на ногах, но кротко снесла критику.

Мика хмуро посмотрел на нее, и как только мисс Карсон переключила свое внимание на кого-то другого, он выскочил из строя, и побежал на площадку Джил. Я быстро попыталась занять позицию, чтобы защитить его и мою зоны. Мика подбежал к парню, который стоял у Джил за спиной, шепнул ему что-то и показал на меня. Через секунду парень был уже в нашей команде, а Мика занял его место за Джил.

Игра продолжилась, и я поняла его намерения. Мика хорошо играл в волейбол, и причем даже очень. Настолько, что он мог свободно защищать обе зоны — свою и Джил. Не замечая больше никаких грубых ошибок, мисс Карсон переключилась на других, и команда Джил стала к ней менее враждебно настроенной. По окончании игры, Мика схватил Джил за руку и повел ее в тень. По пути она шаталась, и казалось, что он был единственной причиной, почему она до сих пор еще не упала.

Я уже собиралась к ним присоединиться, когда услышала голоса рядом с собой.

— Я получаю товар сегодня вечером. Тип, с которым я говорил, поклялся, что он будет сногсшибательный. — Это был Слейд, который ранее препирался с Треем. Я не поняла этого из-за слепящего солнца во время игры, но это он был тем парнем, с которым Мика поменялся местами. — На этот раз будет круче, — продолжал Слейд, — сколько бы он меня не обвинял.

Потом к Слейду присоединились двое товарищей, и они отправились в раздевалку.

— Когда ты его испробуешь, Слейд? — спросил один из его корешей. На химии я узнала, что Слейд — это фамилия, а имя — Грег, но все почему-то обращались к нему по фамилии, даже учителя.

— В пятницу, — ответил Слейд. — Я собираюсь их уничтожить, окончательно размазать, я вырву у Джареса позвоночник и скормлю ему его.

«Очаровательно», — подумала я, смотря им вслед. Моя первоначальная слейдовская оценка была верной. Я повернулась к Джил и Мике и увидела, что он принес для нее бутылку воды. Казалось, теперь с ней было в порядке, так что я окликнула мисс Карсон, когда она проходила мимо.

— Моя сестра, очень плохо себя чувствует на солнце, — сказала я. — Для нее это действительно трудно.

— Многим детям, поначалу, трудно на солнце, — ответила мисс Карсон со знанием дела. — Ей просто нужно поднажать. Вы же хорошо себя чувствуете.

— Да, ну понимаете, мы с ней немного разные, — сухо ответила я. Если только она могла это понять. — Не думаю, что ей нужно «поднажать».

— Я ничего не могу с этим сделать, — отрезала мисс Карсон. — Если я позволю ей сидеть в сторонке, как думаете, сколько детей, внезапно «почувствуют слабость на солнце?» Если у нее будет справка от врача, она сможет не посещать мой занятия.

Поблагодарив ее, я отправилась к Джил и Мике. Когда подошла ближе, я услышала, как Мика сказал:

— Сейчас приму душ и провожу тебя на следующее занятие. Мы же не хотим, чтобы ты упала в обморок в коридоре. — Он остановился и потом продолжил мысль. — Конечно, я буду безгранично счастлив тебя поймать, на тот случай, если ты вдруг решишь упасть в обморок.

Джил была явно поражена, но, не смотря на это, поблагодарила его. Она пообещала скоро увидеться с ним, и отправилась со мной в женскую раздевалку. Я заметила на лице Мики улыбку, и мне это не понравилось. Джил казалась утомленной, поэтому я решила ничего ей не говорить, но мое беспокойство усилилось, когда мы отправились на последний урок. Мика уже ожидал Джил, и заверил ее, что если она захочет, он подтянет ее вечерком в волейболе.

Пока мы стояли в коридоре, от окружения своей свиты подружек отделилась девушка с длинными рыжими волосами и надменным выражением на лице, направляясь в нашу сторону. Она остановилась, посмотрев на Мику, перекинула свои волосы на одно плечо, и, одарив его своей милой улыбкой, произнесла:

— Привет, Мика.

Все внимание Мики было приковано к Джил, и едва взглянул в направлении девушки:

— А, привет, Лорел. — После чего развернулся и ушел, пока Лорел смотрела ему вслед, ее лицо помрачнело. Она бросила на Джил быстрый гневный взгляд, сбросила волосы с плеча и ретировалась.

«Ой-ой, — подумалось мне, пока наблюдала, как она удаляется по коридору. — Может она вернется и нападет на нас?» Это был один из тех моментов, когда я могла применить свои социальные навыки.

Позже я зашла в кабинет мисс Тервиллиджер, прослушав большую часть той первой встречи, определяющей цели семестра и обрисовывающей в общих чертах, в чем будет заключаться моя помощь. Нужно было много читать и переводить, что меня полностью устраивало. Так же выяснилось, что половина моей работы будет заключаться в составлении ее расписания, уж с этим я точно в состоянии справиться. Освободившись, я поспешила на поиски Эдди. Он стоял на остановке с другими парнями, ожидающими автобуса, в сторону общежития.

Заметив меня, он на автомате спросил:

— Как Джил?

— Отлично… отчасти. Мы можем где-нибудь переговорить?

Его лицо помрачнело, и я не сомневалась, что он подумал, об армии стригоев, выследивших Джил. Войдя в один из учебных зданий, и отыскав скамейки в уединенном уголке, мы наслаждались прохладой кондиционированного воздуха. Я быстро пересказала ему о Джил и ее неприятностях из-за солнца на физкультуре.

— Не думал, что будет так плохо, — угрюмо ответил Эдди, эхом вторя моим же собственным мыслям. — Слава Богу, там был Мика. Вы можете что-нибудь сделать?

— Да нам понадобится какая-нибудь справка от врача или от наших «родителей». — И как бы мне ни было это противно, договорила, — Кит может этому поспособствовать.

— Отлично, — свирепо произнес Эдди. — Мы не можем ей позволить себя изматывать. Я сам пойду и поговорю с этим преподавателем, если это поможет.

Я сдержала улыбку.

— Ну, надеюсь, это ее убедит. Но есть еще кое-что… так ничего особенного, — быстро добавила я, увидев на его лице воинственное выражение. — Просто что-то… — Я старалась не сболтнуть слова приходящие на ум. Ужасающее. Неправильное, — …тревожное. Думаю… мне кажется, Мике нравится Джил.

Лицо Эдди по-прежнему оставалось очень спокойным.

— Конечно, она ему нравится. Она славная. Он славный. Ему все нравятся.

— Я не это имею в виду, и ты это знаешь. Ему нравится она. В более-чем-дружеском плане. Что нам с этим делать?

На какое-то время Эдди уставился в другой конец зала, прежде чем повернуться обратно ко мне.

— Почему мы должны что-то делать?

— Как ты можешь такое спрашивать? — воскликнула я, потрясенная его ответом. — Тебе известно, почему. Люди и вампиры не могут быть вместе! Это отвратительно и неестественно. — Слова вылетели из моего рта прежде, чем я смогла их остановить. — Даже дампир, как ты должен это понимать.

Он печально улыбнулся.

— «Даже дампир, как я?»

Думаю, что была немного груба, но это не поможет. Алхимики — я в том числе — никогда не верили что дампиры и морои, достаточно беспокоились о той же проблеме, что и мы. Они могут признать табу, подобное этому, но годы практики показали, что только мы, люди, действительно относимся к этому весьма серьезно. Именно поэтому была столь важна работа Алхимиков. Если не мы будем следить за этими делами, тогда кто?

— Я хотела сказать, — начала я. — Это для того чтобы соблюдать нашу договоренность.

Его улыбка угасла.

— Да, верно.

Даже Роза с Дмитрием, которые были терпимы к сумасшествиям, были шокированы, встретив стражей и мороев-изгоев которые свободно смешивались с дампирами и людьми. Это было под запретом для всех трех рас, и мы с трудом принимали обычаи стражей. Они жили скрытно, В горах Аппалачи, и предоставили превосходное убежище, когда Роза была в бегах. Игнорирование их диких обычаев было приемлемой ценой за безопасность, которую они нам обеспечили.

— Ты можешь с ним поговорить? — спросила я. — Не думаю, что у Джил серьезные чувства. На нее слишком много всего навалилось. Это ее дело, так или иначе… но было бы лучше, если бы ты ему помешал. Мы должны это прекратить, пока она не зашла слишком далеко.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал? — спросил Эдди. Он проговорил это так растеряно, что меня это удивило, учитывая то, что он был готов предъявить любые требования к мисс Карсон от имени Джил.

— Ну не знаю. Разыграй карту старшего брата. Притворись защитником. Скажи, что она еще слишком молода.

Я ожидала, что Эдди согласиться, но он снова отвел глаза в сторону.

— Неуверен — должны ли мы вмешиваться.

— Что? Ты с ума сошел? Думаешь это нормально…

— Нет, вовсе нет, — вздохнул он. — Я не сторонник этого. Но посмотри на это с другой стороны. Джил застряла в школе полной людей. Не справедливо запрещать ей встречаться с парнями.

— Я думаю Мике нужно большее, чем просто встречаться.

— Почему бы ей не выбираться время от времени на свидания? Или на танцы? У нее должны быть все те естественные вещи, которые свойственны девушкам ее возраста. Ее жизнь кардинально изменилась. Мы не должны ее усложнять.

Я недоверчиво посмотрела на него, силясь понять, почему его это не беспокоит. Правда он не сталкивался с последствиями, а я сталкивалась. Если мое начальство узнает, что я «поощряю» свидания человека с вампиром это было бы достаточным доказательством против меня и моей преданности. После всего этого моя репутация у Алхимиков была бы бесповоротно подмочена. Тем не менее, я знала, что таким людям, как Эдди это так же не по душе. «Так в чем же дело?» Внезапно у меня нашелся странный ответ.

— У меня такое чувство, что ты просто не хочешь перечить Мике.

Эдди пристально посмотрел на меня.

— Это сложно, — сказал он. Что-то в выражении его лица говорило мне, что я попала в точку. — Почему бы тебе не поговорить с Джил? Ей известны правила. Она поймет, что не сможет с ним встречаться не нажив неприятностей.

— Думаю, это плохая мысль, — сказала я, до сих пор не смирившись с тем, что он смотрит на это с такой позиции. — Мы устраиваем здесь серую зону,[19] в конечном счете, которая может привести к беспорядку. Нам необходимо сохранять это черно-белым и запретить ей свидания, пока она здесь.

Он вернул мне кривую улыбку.

— Для вас, Алхимиков есть только черное и белое, да? Ты действительно думаешь, что можешь ей помешать? Должна была бы уже знать лучше. Ты даже в детстве не была нормальной.

После этой пощечины, Эдди зашагал прочь, оставляя меня ошарашенной. «Как так? Как Эдди, который так непреклонен в том, что правильно для Джил, мог одобрять ее неосмотрительные свидания с Микой?» Было что-то странное, связанное с Микой, вот только что? Но все-таки я не могла не придать этому значения. Это было слишком важно. Я должна поговорить с Джил, и убедится, что ей известно о том, что дозволено, а что — нет. Если необходимо, я и с Микой поговорю, хотя по-прежнему считаю, что у Эдди это получилось бы гораздо лучше.

И тут меня осенило, где мне искать помощи. Был еще один источник, к которому я могла обратиться, тот, кто имел большое влияние на Джил.

Адриан.

И так, похоже, мне придется нанести ему еще один визит.

ГЛАВА 9

Переводчики: VisibleVoid, sunshima, Stinky, Catharin, Светуська Вычитка: Светуська

Если принять во внимание, что мне полагалось посещать Кларэнса всего дважды в неделю и исключительно для кормления, отчасти я даже была удивлена, что мне приходилось бывать здесь практически каждый день. И к тому же, это было мое первое посещение имения в одиночку. До этого, я была здесь с Китом или Джил и имела очень четко поставленную цель. Сейчас, я была сама по себе. И понятия не имела, как долго это собиралось сводить меня с ума, пока я все ближе приближалась к неясно вырисовывающемуся в дали и более мрачному, чем обычно дому.

«Здесь совершенно нечего бояться, — убеждала я себе. — Ты же находилась с вампиром и дампиром всю неделю. Должна была бы уже и привыкнуть к этому». Да и, ко всему прочему, этот старый дом был ужасен сам по себе. Кларэнс и Ли были не всем, что пугало, и Адриан… хорошо, Адриан был в значительно меньшей степени ужасающим вампиром, из всех, что я когда-либо встречала. Для меня он был слишком своевольный, чтобы испытывать какой-либо реальный страх, и на самом деле… как бы мне ни было противно в этом признаться, но я с нетерпением ожидала с ним встречи. Это не имело смысла, но что-то в его раздражающей натуре, заставляло меня позабыть о других своих опасениях. Таинственным образом, я чувствовала, что могла расслабиться рядом с ним.

Меня сопровождала Дороти, как я ожидала, в гостиную, но вместо этого, экономка провела меня вглубь через несколько поворотов, удаляясь все дальше, по темным коридорам, пока, наконец, не достигли бильярдной комнаты, словно прямиком из странного запутанного лабиринта. Комната была отделана деревом более темных пород, витражное стекло пропускало тусклый, рассеянный, солнечный свет. Основное комнатное освещение поступало из подвешенного по центру светильника над ярко зеленым бильярдным столом. Когда я закрыла за собой дверь, Адриан, как раз выставлял бильярдные шары.

— А, — протянул он, забивая красный шар в лузу. — Это ты.

— Ожидал кого-то другого? — спросила я. — Отрываю тебя от светской повестки дня? — Я наигранно, оглядела пустое помещение. — Не хотела тебя задерживать от толпы поклонниц, штурмующих твою дверь.

— Эй, у парня есть надежда. Вдруг машина набитая полураздетыми девочками из университетского женского клуба попала в аварию на дороге, и нуждаться в моей помощи.

— Ага, — съязвила я. — Может быть, тебе еще навесить на себя табличку с надписью: "ВНИМАНИЕ ВСЕМ ДЕВУШКАМ: БЕСПЛАТНАЯ ПОМОЩЬ — ЗДЕСЬ".

— «ВНИМАНИЕ ВСЕМ ГОРЯЧИМ ДЕВУШКАМ», — поправил он, выпрямляясь.

— И правда, — сказала я, стараясь не закатить глаза. — Существенная разница.

Он указал на меня кием.

— Кстати о «горяченьком», мне нравится эта униформа.

На этот раз, я закатила глаза. После предыдущих адрианских подколок касательно моей униформы, выглядевшей как моя обычная повседневная одежда, я переоделась, прежде, чем приехать сегодня сюда. Сейчас на мне были темные джинсы и блузка с черно-белыми надписями и кружевным воротом. Я должна была знать, что полная смена гардероба не спасет меня от его снарка.[20]

— Ты здесь только один? — спросила я, отметив его сольную игру.

— Не-а. Кларэнс где-то поблизости занят… не знаю, вещами, которые делают все старые люди. А, Ли, думаю, занят фиксацией локонов на своей голове, прежде чем отправится в ЛА. Даже смешно. Кажется, он раздосадован тем, что ему приходиться использовать всякие там щипцы с бигудями. И продолжает думать, что должен справиться только при помощи своих рук.

Я не могла не улыбнуться.

— Думается, помощи ты не предложил?

— Сейдж, — заявил Адриан. — Эти руки не занимаются физическим трудом. — Он забил еще один шар в лузу. — Не желаешь сыграть?

— Что? С тобой?

— Нет, с Кларэнсом, — вздохнул он, глядя на мой ошарашенный взгляд. — Конечно же, со мной.

— Нет. Мне нужно поговорить с тобой о Джил.

Он помолчал какое-то время, а затем вернулся к игре, как ни в чем не бывало.

— Сегодня она не была больна. — Он произнес это с такой уверенностью, и несмотря на всю комичность, в его словах послышались горькие нотки.

— Нет. Ну, не в этом плане. Она испытывала недомогания на солнце во время занятий по физкультуре. Позже я собираюсь встретиться с Китом, на тот случай, если мы сможем получить медицинскую справку на освобождение. — Вообще то, я пыталась дозвониться ему ранее, но не дозвонилась. — Но я здесь не по этому. Есть парень, которому нравится Джил — человеческий парень.

— Пускай Кастиль его малость встряхнет.

Я откинулась на стену и вздохнула.

— В этом-то и проблема. Я уже просила его. Ну, не то чтобы встряхнуть, конечно. Это его сосед по комнате. Я попросила Эдди сказать ему, отступить, и придумать какие-нибудь причины держаться подальше от Джил — наподобие того, что она еще слишком молода. — Опасаясь, что Адриан будет столь же безалаберным, как Эдди в этом вопросе, решила уточнить: — Ты понимаешь, почему это так важно, верно? Не сближаться морою и человеку?

Он, не моргая, смотрел на бильярдный стол.

— Думаю, соглашусь с тобой, Сейдж. Только я все еще так и не понял в чем собственно проблема.

— Эдди не хочет этого делать. Он считает, что Джил стоит дать шанс сходить на свидание и на танцы. Все будет в порядке, если они с Микой потусуются вместе, пока это не превратится во что-то серьезное.

Адриан хорошо умел скрывать свои эмоции, но он выглядел так, будто я застала его врасплох. Он выпрямился, уперся кием в пол и задумался.

— Странно. Я имею в виду, я поступаю логично, и если следовать логике, Джил не следует быть в изоляции, пока она здесь. Я просто удивлен, что Кастиль этого не учел.

— Ага, но такого понятие жизни. Как ты представляешь «случайные» судьбы? Честно говоря, у меня такое ощущение, что Эдди просто не хотел противостоять Мике — соседу по комнате. Что само по себе странно, потому что Эдди не тот человек, который чего-то боится. Что такого в этом Мике, что заставляет Эдди так беспокоиться?

— Неужели Мика из, неуклюжих громил?

— Нет, — ответила я. — У него хорошее телосложение, думаю. Довольно неплох в спорте. Вообще-то даже дружелюбный и спокойный, но не выглядит человеком, который заставит тебя бояться, что он может завестись, если ты предупредишь его держаться подальше от твоей сестры.

— Тогда ты можешь поговорить с ним. Или просто поговори с Малышкой, и объяснить ей эти вещи. — Адриан казался довольным, что решил вопрос и ударил по последнему шару.

— Это был мой план. Я просто хотела убедиться, что ты поддержишь меня. Джил прислушивается к тебе, и думаю, будет легче, если она узнает, что ты согласен со мной. Не то, чтобы я знала, что она испытывает. Но, насколько мне известно, все это уже выходит за рамки разумного.

— Попытка быть слишком с ней осторожной — не повредит, — сказал Адриан. Он смотрел в сторону, затерявшись в своих мыслях. — И я передам ей, что думаю по этому поводу.

— Спасибо, — сказала я, отчасти удивленная, насколько легко это было.

— Теперь ты будешь играть со мной? — Его глаза озорно заблестели.

— Я, на самом деле, не…

Открылась дверь, и вошел Ли, небрежно одетый в джинсы и тенниску. Он нес «отвертку». — Эй, Сидни. Мне показалось, что я видел твою машину. — Он осмотрелся. — Значит, э-э, и Джил с вами?

— Не сегодня, — ответила я. Меня поразило новое озарение, когда вспомнила, что Ли учился в Лос-Анджелесевском колледже. — Ли, ты когда-нибудь встречался с человеческой девушкой в своей школе?

Адриан выгнул бровь.

— Для себя интересуешься, Сидни?

Я нахмурилась.

— Нет!

Ли задумался.

— Нет. На самом-то деле. У меня есть несколько человеческих друзей, и мы зависаем компанией… но я никогда не позволял себе большего. ЛА большой город. Там хватает моройских девушек, если знать, где искать.

— Да? — оживился Адриан.

Мои надежды, что Ли скажет Джил, о том что он тоже избегает таких встреч — провалились.

— Что ж, в твоем случае немного проще с кем-то встречаться, нежели Джил.

— Ты о чем? — спросил Ли.

В качестве весомого довода, я указала на Мику и Эдди.

Ли многозначительно кивнул.

— Проблемка, — признался он.

— Не могли бы мы вернуться к той части о моройках, тусующихся в Лос-Анджелесе? — с надеждой спросил Адриан. — Ты не мог бы меня познакомить с некоторыми… мм, скажем так, более непредубежденными из них?

Проигнорировав реплику Адриана, с робкой улыбкой смущения, и глядя на свои ботинки, Ли обратился ко мне:

— Это может показаться странным… я хотел сказать, что был бы не против пообщаться с Джил.

Адриан ответил прежде, чем до меня дошел смысл слов Ли.

— Не намекаешь ли ты, что хочешь встречаться с ней сам? Ах, ты сукин сын! Ей всего пятнадцать. — Сейчас, было трудно поверить, что всего минуту назад он сам грезил о легкомысленных моройках.

— Адриан, — сказала я. — Могу поспорить, что представление Ли о свиданиях немного отличается от твоего…

— Прости, Сейдж. Но, что касательно свиданий тебе лучше положиться на меня. К тому же что-то мне подсказывает, что ты не эксперт в любовных делах. Я о том, когда ты в последний раз ходила на свидание? — Это было простое остроумное замечание, но меня оно задело. «Неужели моя неопытность в сердечных делах была написана у меня на лбу?»

— …но, — продолжила я, игнорируя вопрос Адриана, — есть разница в возрасте. — Я, честно, понятия не имела какого возраста Ли. Он учился в колледже, и отталкиваться можно было только от этого, но Кларэнс казался ужасно старым. Опять же, в том, чтобы обзаводиться детьми на старости лет, не было ничего предосудительного как для людей, так и для мороев.

— Есть, — согласился Ли. — Мне девятнадцать. Промежуток не огромный конечно, но достаточно существенный. Мне не следовало этого предлагать. — Он выглядел весьма смущенным, и я почувствовала одновременно и жалость к нему и собственное смущение. В настольную книгу Алхимиков не входило — как заниматься сватовством.

— Почему бы тебе не попробовать? — спросила я. — Я о том, что она классная. Но ведь сделаешь это, просто чтобы отвлечь ее от Мики, и дать ей безопасную альтернативу для свиданий? И она ведь, тебе нравится?

— Конечно, она ему нравится, — быстро отреагировал Адриан, защищая честь Джил.

У меня было чувство, что Ли не мог придумать соответствующих доводов. Если он проявит к ней интерес, тогда повинуясь своему причудливому рыцарскому кодексу, Адриан просто его убьет. Если же Ли не проявит к ней интереса, Адриан, без сомнения потребует от него ответа, почему Ли не хочет на ней жениться. Это было одной из очаровательных, и в тоже время очень странных причуд Адриана.

— Она мне нравится, — прямо ответил Ли. — Я просто поговорил с нею пару раз, но… ладно, я действительно хотел бы узнать ее поближе.

Адриан усмехнулся, и я стрельнула в него взглядом.

— Повторяю, — сказала я. — Думаю, вы ребята, по-разному понимаете смысл одних и тех же слов.

— Дерьмо собачье, — ответил Адриан. — Все парни подразумевают одно и то же, когда говорят, что «хотят узнать ее поближе». Ты благовоспитанная молодая леди, поэтому мне понятна твоя наивность. Хорошо, что я здесь и могу все разъяснить.

Я повернулась к Ли, даже не потрудившись ответить Адриану.

— Мне кажется, прекрасной идеей, если вы с ней начнете встречаться.

— Возможно, при том условии, что я ей интересен, — неуверенно ответил Ли.

Я вспомнила ее улыбку при их вчерашнем разговоре. Это казалось весьма перспективным. Но потом, этот ее энтузиазм по поводу Мики.

— Бьюсь об заклад, ты ей интересен.

— Итак, ты просто позволишь им встречаться наедине? — спросил Адриан, и сделал такой вид, что мне и спрашивать не пришлось. На этот раз его беспокойство было обоснованным. И я его разделяла. В Палм-Спрингсе Джил была в безопасности. Ее определили в Амбервуд, потому что это так же обеспечивало ее безопасность. И внезапные свидания с парнем, которого она едва знает, не входило в планы Алхимиков или стражей, отвечающих за ее безопасность.

— Но она ведь даже не может выезжать за пределы студенческого городка, — высказала я вслух свои мысли. — Без меня.

— Вау, — воскликнул Адриан, — если ты будешь ее компаньонкой, тогда я тоже иду.

— Если мы оба пойдем, тогда и Эдди захочет с нами, — заметила я. — А это уже совсем не похоже на свидание.

— Ну и? — серьезность и беспокойство моментально исчезли с лица Адриана, когда он унюхал возможность поразвлечься. «Как чье-то настроение может так быстро меняться?» — Думай об этом не как о свидании, а как о пикнике с липовыми родственничками. Это развлечет меня и защитит ее честь.

Я уперлась руками в бедра и повернулась к нему. Кажется, его это неплохо позабавило. — Адриан, мы здесь обсуждаем Джил, а не организацию твоего досуга.

— А вот и нет, — не согласился он, блеснув зелеными глазами. — Для меня это, все развлечение. Мир — моя сцена. Продолжай в том же духе, и получишь главную роль в этом шоу.

Ли переводил на нас по очереди взгляд с наигранной беспомощностью.

— Ребятки, может вас оставить наедине?

Я покраснела.

— Извини. — Адриан, конечно же не извинился.

— Послушайте, — вмешался Ли, он кажется уже сожалел о том, что все это затеял. — Она мне нравится. Если для того чтобы с ней встречаться мне нужно будет терпеть всю вашу компанию, что ж, быть посему.

— Может это лучшее решение, — высказала я свои размышления. — Может, если мы будем чаще делать что-нибудь всей компанией, не считая кормления, она не захочет рисковать и начинать встречаться с человеческим парнем. — Хотя мы даже не знаем наверняка, нравился ли он ей. И не известно, нравился ли ей Ли. Я понимала, что мы до ужаса грубо вторгались в ее личную жизнь.

— Это почти то, чего я и просил ранее, — сказал мне Адриан. — Только теперь нам придется почаще общаться друг с другом.

Я вспомнила вчерашний разговор, в котором он потребовал найти ему жилье.

— Это не совсем то, чего ты просил.

— Если ты хочешь поразвлечься, — сказал Ли, — тогда сегодня вечером тебе следует поехать со мной в Лос-Анджелес. Я все равно вернусь сюда завтра, после занятий, так что это будет недолгое путешествие.

Адриан, настолько оживился, что мне подумалось, Ли предложил ему это, чтобы попытаться сгладить напряженность после своего интереса к Джил.

— Ты познакомишь меня этим девушкам? — спросил Адриан.

— Невероятно, — простонала я. Двойные стандарты Адриана были просто нелепы.

Я не заметила, как открылась дверь, пока Кит не зашел в комнату. Вообще-то я никогда не радовалась при виде этого человека, но его внезапно появление здесь было большой удачей, как раз в тот момент, когда мне надо было с ним поговорить о Джил и ее проблемах с физкультурой. Следующее по плану у меня было, нагрянуть к нему в квартиру и надеяться, что он окажется дома. Он избавил меня от лишних хлопот.

Кит посмотрел на нас троих, не разделяя нашей улыбчивости. Сегодня не было никаких подмигиваний, никакого мальчишеского очарования.

— Снаружи я видел твою машину, Сидни, — серьезно сказал он, обращаясь ко мне. — Что тебе здесь понадобилось?

— Я хотела переговорить с Адрианом — сообщила я. — Ты получил мое сообщение? Я пыталась до тебя дозвониться.

— Я был занят, — сухо ответил он. Выражение его лица было жестким, его тон замораживал комнату. Улыбки Адриана и Ли исчезли, и оба сейчас выглядели сбитыми с толку, поскольку они пытались понять, с чего Кит был настолько раздражителен. Я разделяла их любопытство. — Давай поговорим. Наедине.

Не знаю почему, но я вдруг почувствовала себя нашкодившим ребенком.

— Конечно, — произнесла я. — Я… в любом случае, уже собиралась уходить. — И мы с Китом двинулись к двери.

— Подожди, — окликнул Ли. — А как же… — Адриан слегка пихнул его локтем и покачал головой, шепча что-то, чего я не расслышала. Ли замолчал.

— Увидимся, — весело сказал Адриан. — Не волнуйся, я помню о чем мы говорили.

— Спасибо, — поблагодарила я. — Увидимся.

Кит не сказал ни единого слова, и я последовала за ним на улицу в послеполуденное пекло. Температура воздуха немного снизилась со времени злополучного урока по физкультуре, но не так чтобы особо. Кит побрел по гравию подъездной дорожки, остановившись только возле Латте. Его машина была припаркована неподалеку.

— Это было грубо, — сказала я ему. — Ты даже не попрощался с ними.

— Извини, если я не проявил свои лучшие манеры к вампирам, — отрезал Кит. — Я не так близок с ними, как ты.

— Что это должно означать? — потребовала я, скрестив руки. Смутившись под его взглядом, я чувствовала, как вся моя старая враждебность по отношению к нему нарастала комом. С трудом верилось, что еще минуту назад я улыбалась.

Кит презрительно усмехнулся.

— Только что ты выглядела, словно тебе ужасно уютно там с ними — тусовалась, хорошо проводила время. Я не знал, что так ты проводишь свой досуг после школы.

— Как ты смеешь! Я приехала сюда по делам, — зарычала я.

— Ага, рассказывай.

— Я расскажу. Я должна была поговорить с Адрианом о Джил.

— Я не припоминаю, чтобы он был ее стражем.

— Он заботится о ней, — аргументировала я. — Точно так же, как и любой из нас заботился бы о друге.

— Друге? Они не похожи на всех нас, — сказал Кит. — Они неверующие и противоестественные, и ты не должна дружить с кем-то из них.

Мне хотелось крикнуть: из того, что я заметила, Ли был в сто раз более порядочным человеком, чем когда-либо станешь ты. Даже Адриан. И только в последнюю секунду мое воспитание взяло верх: «Не выражай протест. Не противоречь своему начальству». Неважно, как сильно я ненавидела это, но Кит был здесь боссом. Я сделала глубокий вдох.

— Вряд ли это было панибратством. Я просто пришла поговорить с Адрианом, и Ли оказался здесь. Это не было, будто мы все планировали какую-то большую вечеринку. — Лучше не упоминать о намерении касательно группового свидания.

— Почему ты просто не позвонила Адриану, если хотела задать вопрос? Мне-то ты звонила.

«Потому что быть лицом к лицу с ним менее тошнотворно, чем быть вблизи от тебя».

— Это было важно. И когда ты не взял трубку, я предположила, что в любом случае должна съездить к тебе.

В надежде стереть свое «неподобающее поведение», я действовала быстро и энергично, кратко изложив все сегодняшние происшествия, включая пребывание Джил на солнце и внимание Мики.

— Конечно, она не может встречаться с ним, — воскликнул он, после того как я рассказала о Мике. — Ты должна положить этому конец.

— Я и пытаюсь. И Адриан и Ли согласились помочь.

— О, ну, теперь я чувствую себя намного лучше. — Кит покачал головой. — Не будь наивной, Сидни. Я говорил тебе. Они не могут печься об этом в той же степени, в какой это делаем мы.

— Я думаю, они могут, — заявила я. — Адриан выглядит способным, и он оказывает огромное влияние на Джил.

— Что ж, он не тот Алхимик, за которым могут приехать и забрать на переподготовку по причине флирта с вампирами, в место того чтобы их дисциплинировать.

Все на что я была способна это только смотреть в изумлении. Я не была уверенна, какая часть из того, что он только что сказал, была обиднее: банальный намек, что я «любительница вампиров» или что способна «дисциплинировать» кого-то из них. Я знала: его притворное дружелюбие не выдержит.

— Я выполняла здесь свою работу, — сказала я, все еще удерживая свой голос ровным. — И исходя из этого, становится очевидным, что я выполняю куда больше работы, чем ты, к тому же, я единственная, кто принимает огонь на себя всю неделю.

Я знала, что это иллюзия, что его стеклянный глаз на самом деле не мог видеть, но я чувствовала себя так, будто он уставился на меня обоими глазами. — Я делаю много всего. И даже не думай критиковать меня

— А что ты здесь делаешь? — спросила я, внезапно осознав, как странно это было. Он обвинил меня в «общении», но никогда не объяснял своих мотивов.

— Я должен был увидеться с Кларэнсом, и это совершенно тебя не касается.

Я хотела бы узнать больше, но опасалась, что буду выглядеть чересчур любопытной. По разговорам Ли, он был здесь и вчера.

— Ты позвонишь завтра в школу, чтобы освободить Джил от физкультуры?

Кит хмуро посмотрел на меня.

— Нет.

— Что? Почему нет?

— Потому что тренировки на солнце ее не убьют.

И снова, мне пришлось подавить свой гнев, и попробовала действовать дипломатично.

— Кит ты не видел ее. Может это и не убьет ее, но это делало ее несчастной. Она страдала.

— На самом деле меня мало волнует, страдает она или нет, — отрезал Кит. — И тебя не должно. Наша работа заключается в том, чтобы сохранить ей жизнь. И никакого намека на то, чтобы обеспечить ей комфорт и счастье.

— Не думаю, что нам кто-то это говорил, — произнесла я, поражаясь. «Почему он пытается поссориться?» — Думаю, что, будучи сострадательными человеческими существами, мы могли бы это сделать.

— Ну вот ты этим и займись. Можешь либо попросить кого-то из вышестоящих, написать записку или же можешь обеспечивать ей ледяные ванны после физкультуры. Мне на самом-то деле плевать, что ты будешь делать, но возможно это займет тебя настолько, что ты перестанешь таскаться сюда без предупреждения и крутиться среди этих порождений тьмы. Не позволяй мне услышать о таких случаях снова.

— Ты невероятен, — сказала я. Я была слишком расстроена и не могла найти слов, чтобы выразить, что-то более красноречиво.

— Я беспокоюсь о твоей душе, — сказал он надменно. — Это самое малое, что я могу сделать для твоего отца. Плохо, что ты не похожа на своих сестер.

Кит развернулся ко мне спиной и молча открыл дверцу машины. После чего сел и уехал, оставив меня смотреть ему вслед. Слезы наворачивались мне на глаза, но я проглотила их обратно. Я чувствовала себя идиоткой, но не из-за его обвинений. Я ни на минуту не верила в то, что делаю, что-то неправильное приехав сюда. Нет, я была безумно зла, зла на саму себя, за то, что позволила ему сказать последнее слово в этой перебранке и потому что я не набралась дерзости ответить ему. Я просто молча стояла, как мне всегда и велели.

Со злости я пнула гравий, и он брызгами пыли разлетелся вокруг. Несколько мелких камешков попали в мою машину, и я вздрогнула.

— Прости.

— Не обвинит ли он тебя в том, что тобой овладел дьявол за то, что ты разговариваешь с неодушевленными предметами?

Я обернулась, с подскочившим пульсом. Прислонившись к дому, стоял и курил Адриан.

— Откуда ты взялся? — спросила я. Хотя я и знала все, что касалось вампиров, все же было сложно противостоять суеверным страхам о том, что они появляются из ниоткуда.

— Из другой двери, — пояснил он. — Я вышел покурить и услышал шум.

— Тебя не учили, что подслушивать не хорошо? — Я знала, что это прозвучало чересчур грубо, но не могла себя сдержать.

— Он просто невоспитанный мудак. — Адриан кивнул вслед уехавшему Киту. — Ты собираешься достать для Джил освобождение от урока?

Я вздохнула, внезапно почувствовав усталость.

— Да, это в моих силах. Просто это займет немного больше времени, пока я подключу других Алхимиков побыть нашими поддельными родителями. Было бы намного быстрее, если бы этим занялся Кит.

— Спасибо, что приглядываешь за ней, Сейдж. Ты неплохая. Для человека.

Я почти рассмеялась.

— Спасибо.

— Знаешь, ты могла бы сказать то же самое.

Я подошла к Латте и остановилась.

— Сказать что?

— Что я неплохой… для вампира, — пояснил он.

Я покачала головой, все еще улыбаясь.

— Тебе трудно будет убедить любого Алхимика признать это. Но могу сказать, что ты неплох для непочтительного парня с редкими моментами великолепия.

— Великолепия? Ты считаешь меня великолепным? — Он вскинул руки к небу. — Мир, ты слышал это? Сейдж сказала, что я великолепен.

— Это не то, что я сказала.

Он бросил сигарету и затоптал ее, одаривая меня сногсшибательной усмешкой.

— Спасибо за повышение эго. Я собираюсь пойти к Кларэнсу и Ли, чтобы поведать о твоем высоком мнении.

— Эй, я не…

Но он уже ушел. Уезжая, я решила, что Алхимикам необходимо весь отдел посвятить обработке только Адриана Ивашкова.

Когда я вернулась в свою комнату в общежитии, я обнаружила Джил, сидящую в окружении учебников и тетрадей, несомненно, пытающуюся наверстать упущенное за вчерашний день.

— Ух-ты, — сказала я, думая о том, что меня так же ждали домашние задания. — У тебя тут создан целый командный центр.

Вместо того, чтобы улыбнуться моей шутке, Джил взглянула на меня ледяным взглядом.

— Тебе не кажется, — начала она, — что, возможно, в следующий раз, когда тебе приспичит лезть в мою личную жизнь, следует поговорить сперва со мной?

Я потеряла дар речи. Адриан сказал, что поговорит с Джил. Я просто не понимала, что это произойдет так быстро.

— Тебе не нужно что-то делать за моей спиной, чтобы держать меня подальше от Мики, — добавила она. — Я не глупая. Я знаю, что не могу ходить на свидания с человеком. — Так, видимо Адриан рассказал ей слишком много. — И, — продолжила Джил, все еще ледяным тоном, — ты не можешь подбивать меня на единственного мороя в пределах ста миль для того, чтобы уберечь меня от неприятностей.

О'кей… Адриан, видимо, рассказал ей все. Я ожидала от него большей осмотрительности, особенно, по части Ли.

— Мы… мы не подбиваем тебя, — проговорилась я, заикаясь. — В любом случае, Ли хотел, спросить тебя.

— Но вместо того, чтобы поговорить со мной, он спросил разрешения у вас, ребята! Не вам контролировать мою жизнь.

— Знаю, — ответила я. — Мы даже и не пытались этого делать! — «Как же эта ситуация вышла у меня из-под контроля?» — Ли действовал по своей собственной инициативе.

— Так же, как ты, когда отправилась поговорить с Адрианом за моей спиной. — В ее глазах блестели сердитые слезы, которые я не могла отрицать. Я только сейчас осознала ошибочность того, что сделала. Даже с тех пор, как она узнала, что из королевской семьи, Джил не позволяла другим людям диктовать, как ей жить. Может быть, мои намерения обратиться к Адриану с тем, чтобы он поговорил с ней о Мике, были и во благо, но я адресовала их неверным способом.

— Ты права, — сказала я. — Мне очень жаль, я…

— Забудь про это, — сказала она, вставляя в уши наушники. — Я больше не хочу ничего слушать. Ты выставила меня полной дурой перед Адрианом и Ли. Они даже не подумают обо мне сегодня ночью в Лос-Анджелесе. — Она махнула на меня рукой и уперла взгляд в книгу перед собой. — Я закончила с тобой.

Она игнорировала меня из-за музыки или просто потому, что так хотела сейчас — не могла сказать. Все, что я знала, так это то, что сравниваю ее с Зои. Так же, как и для Зои — я хотела сделать что-то хорошее для Джил, но опять провалилась. Как и с Зои, я причинила боль и унизила того, кого пыталась защитить.

«Сожалею, Сейдж. Последняя проверка показала — что ты не эксперт в социальных делах».

Я подумала, что самой печальной частью из всего это то, что Адриан Ивашков оказался прав.

ГЛАВА 10

Переводчики: Stinky, Catharin, sunshima, Светуська, VisibleVoid Вычитка: Светуська

Именно в этот момент зазвонил мой телефон, спасая меня от неловкости выяснения, что делать с Джил. Я ответила, даже не потрудившись посмотреть на определитель номера.

— Мисс Мельбурн? Срочно необходимы ваши услуги.

— Мэм? — удивилась я. Чего я меньше всего ожидала услышать так это взбешенный голос мисс Тервиллиджер. — Что-то случилось?

— Мне просто необходимо чтобы вы достали «у Спенсера» капучино с карамельным сиропом. Абсолютно нет никакой возможности закончить перевод этого документа, если вы не принесете его.

Существовал миллион возможных отговорок, но, ни одна из них не была достаточно вежлива, поэтому я решила действовать исходя из логики.

— Не думаю, что смогу это сделать, — ответила я.

— У вас же есть привилегия покидать кампус, не так ли?

— Ну, да, мэм, но в кампусе почти наступил комендантский час. Я понятия не имею, где находится этот Спенсер, и не думаю, что смогу вернуться вовремя.

— Ерунда. Кто следит за общежитием? Эта женщина Уизерс? Я позвоню вниз, и для вас сделают исключение. Я работаю в одном из кабинетов библиотеки. Встретимся там.

Несмотря на мое личное пристрастие к кофе, «сделать исключение» в школьный комендантский час, казалось, своего рода, излишним для такого поручения. Я не любила нарушать правила. С другой стороны, я была ассистентом мисс Тервиллиджер. Разве это не было частью моей должностной инструкции? Все старые инстинкты Алхимика подталкивали меня выполнить поручение.

— Ну, хорошо, мэм, думаю я…

Она отключилась, а я в изумлении уставилась на свой телефон.

— Мне надо идти, — сказала я Джил. — Надеюсь, что скоро вернусь. Возможно, очень скоро, так как удивлюсь, если она вспомнит о том, что нужно позвонить миссис Уизерс. — Она даже не взглянула в мою сторону. Пожав плечами, я собрала свой ноутбук и некоторые домашние задания на тот случай, если мисс Тервиллиджер вздумается что-то еще, что я могу сделать.

Чтобы улучшить память моей преподавательницы я отправилась за дозой кофеина, и, спустившись вниз, обнаружила, что мне действительно разрешено покинуть территорию общежития. Миссис Уизерс даже объяснила мне, как проехать до кофейни «у Спенсера» находящейся в нескольких милях от школы. Я купила капучино, задаваясь вопросом, возместят ли мне затраты, и раз уж пошло на то, прихватила кое-что и для себя. По возвращении, персонал библиотеки Амбервуда запретил мне проходить с напитками, но когда я объяснила для кого кофе, они отправили меня через все помещение, к дальним кабинетам. Очевидно, привычка мисс Тервиллиджер хорошо была им известна.

На удивление библиотека была полна народу, и я быстро сообразила, что к чему. По наступлению вечера, после определенного времени, для девушек и юношей закрывался доступ друг к другу в общежития. Библиотека закрывалась позже, поэтому была местом, где можно пообщаться с противоположным полом. Большинство людей занимались домашними заданиями прямо там, включая и Кристин с Джулией.

— Сидни! Сюда! — позвала Кристин театральным шепотом.

— Отмажься от Тервиллиджер, — добавила Джулия. — Ты можешь это сделать.

Проходя мимо них, я подняла кофе.

— Шутите? Если она не получит свой кофеин в ближайшее время, мне ее не избежать. Я вернусь, если смогу.

Проходя дальше, я увидела небольшую группу студентов, собравшихся вокруг кого-то, и услышала знакомый и раздражающий голос. Грега Слейда.

Удивляясь самой себе, я подошла к краю толпы. Слейд что-то показывал на своем предплечье: татуировку.

В самом рисунке не было ничего особенного. Летящий орел, одна из тех татуировок, которые распространены почти во всех тату-салонах. Что действительно привлекло мое внимание, так это ее цвет. Она полностью была выполнена насыщенно-серебристыми чернилами с металлическим отливом. Такого оттенка как этот очень сложно добиться, он был слишком интенсивным и блестящим. Я знала ингредиенты, которые входили в чернила для моей собственной золотой татуировки, формула была сложна и составлена из нескольких редких компонентов.

Слейд пытался изобразить равнодушный спокойный тон, в конце концов, татуировки были здесь под запретом, но было ясно, что он наслаждается вниманием. Я спокойно наблюдала, довольная тем, что другие задают интересующие меня вопросы за меня. Конечно же, эти вопросы только оставляли после себя еще больше вопросов.

— Она ярче, чем те, что они обычно делали, — отметил один из его приятелей.

Слейд наклонил свою руку так, чтобы на нее попал свет.

— Что-то новенькое. Они говорят, что эти лучше, чем те, с прошлого года. Неуверен, что это правда, но скажу вам, она мне не дешево обошлась.

Приятель, которому он это сказал, усмехнулся.

— Теперь тебе осталось ее только испытать.

Лорел — рыжеволосая девушка, которая интересовалась Микой — вытянула ногу рядом со Слейдом, показывая тонкую лодыжку с выцветшей татуировкой бабочки. Там не было металлики.

— Я собираюсь подкрасить свою, может, когда вернусь домой, если смогу вытянуть у родителей деньги. Не знаешь, не улучшились ли Улетные тату в этом году? — Говоря это, она откинула волосы назад. Из того, что я увидела в неурочное время в Амбервуде, Лорел очень щепетильно относилась к своим волосам и, по крайней мере, каждые десять минут откидывала их назад.

Слейд пожал плечами.

— Не спрашивай.

Лорел заметила меня.

— О, привет. Не ты сестра девушки-вампира?

Мое сердце остановилось.

— Вампира?

— Вампира? — вторил Слейд.

«Как она это раскрыла? Что же мне делать?» Я уже начала составлять список Алхимиков, которым должна позвонить, когда одна из дружек Лорел рассмеялась.

Лорел посмотрела на них и тоже высокомерно хмыкнула, повернувшись ко мне.

— Мы решили ее так назвать. Возможно, ни у кого из людей не может быть такой бледной кожи.

Я чуть не села на пол от облегчения. Это была шутка, до боли близка к истине, но все-таки шутка. Хотя и казалось, что Лорел не вела двойную игру, но было бы лучше, чтобы все из нас вскоре забыли бы об этой шутке. И я выпалила первый пришедший на ум комментарий.

— Забавно. Когда я впервые увидела тебя, то подумала что невозможно иметь такие длинные и прямые рыжие волосы. Но ты же не слышала, чтобы я говорила об утюжке или краске.

Слейд засмеялся в два раза громче.

— Я знал это! Я знал, что это фальшивка!

Лорел стала такой же красной, как и ее волосы.

— Это не так. Они настоящие.

— Мисс Мельбурн? — Я подпрыгнула от голоса позади себя и увидела мисс Тервиллиджер, потрясенно глядевшую на меня. — Я не одобряю пустую болтовню, особенно с моим кофе в руках. Бегом сюда.

Я тихонько отошла, хотя вряд ли кто-то это заметил. Друзья Лорел слишком активно потешались над ней. Я надеялась, что затмила шутку про вампира. И в то же время не могла выкинуть из головы изображение татуировки Грега. Я позволила своим мыслям блуждать в поисках ответа на вопрос, какие же компоненты нужны для такого серебряного цвета. И почти что выяснила это, по крайней мере, могла бы выяснить это, я бы хотела, чтобы у меня был доступ к ингредиентам Алхимиков, чтобы провести несколько экспериментов. Мисс Тервиллиджер взяла кофе, поблагодарив меня, когда мы вошли в небольшой кабинет.

— Слава Богу, — простонала она, сделав большой глоток. Она кивнула на мой. — Это запасной? Чудесная мысль.

— Нет, мэм. — сказала я — Это мой. Вы хотите, чтобы я начала с этих? — На столе лежала знакомая стопка книг, их же я видела и в ее классе. Они были основной частью ее исследования, и она говорила, что, в конечном счете, я должна набросать конспект от руки и потом задокументировать напечатав его. Я потянулась за той книгой, что лежала сверху, но она остановила меня.

— Нет, — сказал она, подходя к большому портфелю. Порывшись в бумагах и канцелярских принадлежностях, она, наконец, извлекла старую кожаную книгу. — Сначала эту.

Я взяла ее.

— Могу я поработать там? — Я наделялась, что если вернусь в главную аудиторию, то смогу поговорить с Кристин и Джулией.

Мисс Тервиллиджер задумалась.

— В библиотеке не позволено находиться с кофе. Возможно, вам следует оставить его тут.

Я колебалась, взвешивая мое желание поговорить с Кристин и Джулией и вероятностью того что мисс Тервиллиджер выпьет мой кофе до того как я вернусь. Я решила рискнуть, и, кинув на мой кофе прощальный тоскливый взгляд, потащилась с книгой в библиотеку.

Джулия с презрением взглянула на потрепанную книгу мисс Тервиллиджер.

— Неужели этого нет нигде в интернете?

— Возможно, нет. Уверена, что никто даже не открывал ее со времен изобретения интернета. — Я открыла том, и из него вылетели клубы пыли. — Задолго до того.

Перед Кристин лежала открытая домашка по математике, которой не шибко-то и интересовалась. Она рассеянно постучала ручкой по переплету учебника.

— Ну что видела татуировку Слейда?

— Трудно не увидеть, — заметила я, высовываясь из-за лэптопа. Я взглянула поверх экрана. — Он все еще ее демонстрирует.

— Он хотел сделать ее еще раньше, но не хватало денег, — пояснила Джулия. — В прошлом году все основные спортсмены делали такие. Ну, за исключением Трея Джареса.

— Трей не сильно то и нуждается в ней, — заметила Кристин. — Он и так хорош.

— Теперь он сделает… если не хочет отстать от Слейда, — сказала Джулия.

Кристин покачала головой.

— Не сделает, потому, как сторонник этого. Он пытался доложить о них мистеру Грину в прошлом году, но никто ему не поверил.

Я смотрела то на одну, то на другую, более потерянная, чем когда-либо.

— Мы все еще говорим о татуировках? О том, «нуждается» ли Трей в одной или нет?

— Ты еще не догнала? — удивилась Джулия.

— Это мой второй день, — отметила я с чувством разочарования. Вспомнив, что нахожусь в библиотеке, я заговорила потише. — Единственные люди, которые говорили о татуировках — это Трей и вы, а вы не очень-то много рассказали.

Наконец, они обменялись растерянными взглядами. Кристин открыла рот, остановилась, а затем, казалось, изменила то, что хотела сказать.

— Ты уверена, что твоя татуировка ничего не делает?

— Абсолютно, — солгала я. — Как такое даже возможно?

Джулия обвела взглядом библиотеку и развернулась на стуле. Она немного приподняла рубашку, открывая поясницу — и выцветшую татуировку ласточки в полете. Удовлетворенная тем, что я увидела это, она ее одернула рубашку на место.

— Я сделала это на прошлых весенних каникулах — и это были лучшие весенние каникулы в моей жизни.

— Из-за татуировки? — скептически спросила я.

— Когда я ее только сделала, она не так выглядела. Она была с отливом металлик… но не так как твоя. Или Слейда. Скорее, больше…

— Медная, — пришла на выручку Кристин.

Джулия обдумала это и кивнула.

— Да, красновато-золотистая. Цвет оставался таким целую неделю, и пока он таким был — это было удивительно. Я никогда не чувствовала себя так хорошо. Было не по-человечески обалденно. Лучше, чем когда-либо.

— Стопудово, в препарате присутствовала Улетная, — сказала Кристин. Она пыталась звучать неодобрительно, но думаю, что там была нотка зависти.

— Если бы у тебя была такая, ты бы поняла, — заверила ее Джулия.

— Улетные татуировки… Я слышала, та девушка там говорила о них, — показала я.

— Лорел? — спросила Джулия. — Да, они называют эту татуировку медной. Она заставляет тебя чувствовать себя за гранью этого мира. — Она выглядела отчасти смущенная своим восторгом. — Глупое название, да?

— А та, что сделал Слейд? — спросила я, ошеломленная тем, что разворачивалось передо мной.

— Нет, у него стальная, — сообщила Кристин. — Эти придают тебе спортивной мощи. Как если бы ты стала сильнее, быстрее. И все в таком духе. Они действуют дольше, чем улетные — более двух недель. Иногда три, но эффект исчезает. Они называют ее стальной потому, что их обладатели становятся выносливыми, я думаю. А может быть, потому что они с содержанием стали.

«Не сталь, — подумала я. — Соединение серебра». Искусство использования металла для связывания определенных веществ в коже, было одним из того, что Алхимики усовершенствовали еще много лет тому назад. Золото было самым лучшим и поэтому мы использовали его. Другие металлы — когда выражены формулой соответствующего вида — достигают аналогичных эффектов, но, ни серебро, ни медь не связываются тем способом, которым может золото. Медная татуировка была проста для понимания. Для красочного эффекта можно было смешать любое количество веществ или препаратов. Серебряная была более сложной для моего понимания — или, скорее, эффект от серебряной. То, что они описывали, звучало похоже на атлетический стероид. «Неужели серебряная содержит это?» Я должна проверить.

— Сколько народу их сделали? — встревожено спросила я их. Мне не верилось, что такие редкие и специфические татуировки, настолько распространены среди учащихся. Я так же начала проникаться мыслью, насколько же состоятельные здесь ученики. Одни только ингредиенты стоят целое состояние, не говоря уже о возможных побочных эффектах.

— Все, — сказала Джулия.

Кристин нахмурилась.

— Не все. Однако, я уже почти достаточно наскребла сбережений.

— Я бы сказала, что, по крайней мере, полшколы попробовали улетную татуировку, — сказала Джулия, бросая своей подруге утешительный взгляд. — Ты можешь подкрасить ее позже, но это по-прежнему стоит денег.

— «Полшколы»? — недоверчиво повторила я. Я осмотрелась вокруг, задаваясь вопросом, как много рубашек и штанов скрывали татуировки. — Это сумасшествие. Поверить не могу, что татуировка может делать что-то подобное. — Я надеялась, что проделала неплохую работу в сокрытии того, насколько я была в этом осведомлена.

— Сделай себе такую татушку, — предложила с улыбкой Джулия. — Тогда и поверишь.

— Где их делают?

— Это место называется Nevermore, — сказала Кристин. — Однако, они избирательны и не делают их так легко. — «Не так уж и избирательны, — подумала я, — если они есть у половины школы». — Они стали гораздо более осмотрительны, после того, как Трей пытался их выдать. — Снова прозвучало имя Трея. Теперь его пренебрежительное отношение к моей татуировке в день нашей встречи обрело смысл. Но я задавалась вопросом, почему его это так заботило — достаточно, чтобы попытаться прикрыли их лавочку. Это было не просто случайное разногласие.

— Может, потому что он думал, что это несправедливо, — дипломатично предположила я.

— Думаю, он просто завидует, что не может позволить себе тату, — сказала Джулия. — Знаешь, у него есть татуировка. В виде солнца на его спине. Но она обычная черная — а не золотая, как твоя. Я никогда не видела таких, как у тебя.

— Так вот почему вы думаете, что она делает меня умнее, — сказала я.

— Это может быть действительно полезно во время экзаменов, — задумчиво произнесла Джулия. — Ты уверена, что не тату причина тому, что ты так много знаешь?

Я улыбнулась, несмотря на то, насколько была потрясена тем, что узнала.

— Да. Легче это сделать через эту книгу. До которой, — продолжила я, глянув на часы, — мне нужно все-таки добраться. — Она была о древнеримских священниках и магах, своего рода гримуар,[21] подробно описывающая виды заклинаний и ритуалов, с которыми они работали. Это был не ужастик для чтения, но уж очень толстый. Я думала, что исследование мисс Тервиллиджер было больше сосредоточено на основных религиях той эпохи, поэтому книга казалась мне странным выбором. Возможно, она надеялась включить раздел об альтернативной практической магии. «И вообще, кто я такая, чтобы совать в это нос? Если она попросила, я сделаю это».

Я просидела в библиотеке дольше, Кристин и Джулии, оставаясь там так же долго, как и мисс Тервиллиджер, до самого ее закрытия. Казалось, она была рада тому, насколько далеко я продвинулась с заметками и сказала мне, что ей бы хотелось, чтобы я закончила целую книгу за три дня.

— Да, мэм, — ответила я на автомате, как будто у меня больше не было других занятий в этой школе. «И почему я всегда соглашаюсь на автомате?»

Я вернулась в восточное крыло кампуса, в глазах все расплывалось от только что проделанной работы, понимая, что выполнение домашки придется отложить. Джил спала крепким сном, от чего я испытала облегчение. Мне совсем не хотелось ловить ее обвиняющие взгляды или терпеть неуклюжее молчание. Я быстро и бесшумно приготовилась ко сну и вырубилась, стоило только моей голове упасть на подушку.

Около трех часов ночи, меня разбудил плач. Пробудившись ото сна, я разглядела, что Джил сидит на своей кровати, уткнувшись лицом в ладони. Все ее тело сотрясали сильные рыдания.

— Джил? — спросила я, ничего не понимая. — Что случилось?

Снаружи пробивался слабый свет, и я увидела, как Джил подняла голову и посмотрела на меня. Не в силах ответить, она покачала головой и заревела еще громче. Я встала, подошла к ней и присела на краешек ее кровати. Я не могла себя заставить прикоснуться к ней или обнять, чтобы утешить. И поэтому чувствовала себя еще отвратительней. Это была всецело моя вина.

— Джил, мне так жаль, прости меня. Я не должна была говорить с Адрианом. Когда Ли упомянул о тебе, мне следовало прервать его и объяснить, чтобы он поговорил с тобой, если ты ему так нравишься. Мне вообще, в первую очередь следовало было поговорить с тобой… — Несла я полную неразбериху. Глядя на нее, я могла думать только о Зои, и ее ужасных обвинениях в день моего отъезда.

Как бы то ни было, в итоге моя помощь всегда приводила к плачевным последствиям.

Захлебываясь в рыданиях, Джил удалось выдавить из себя несколько слов, прежде чем разразиться по новой.

— Это не… не из-за того…

Я беспомощно смотрела на ее слезы, разочарованная сама в себе. Кристин и Джулия считали, что я суперсообразительная. Более чем уверена, что одна из них смогла бы успокоить Джил в сто раз лучше меня. Я потянулась и почти погладила ее руку, но отдернула в последний момент. «Нет, я не могу этого сделать». Говорил во мне голос Алхимика, этот внутренний голос всегда предупреждал меня держаться от вампиров подальше, такое прикосновение было слишком личным.

— Тогда в чем причина? — все-таки спросила я.

Она покачала головой.

— Это не… я не могу объяснить…, ты все равно не поймешь.

Думаю у Джил, было много причин расстраиваться. Неуверенность в ее королевском статусе. Нависшая над ней угроза. Быть отосланной далеко от ее друзей и родни, застрять с людьми под открытым солнцем. Я действительно не знала с чего начать. Прошлой ночью она меня до смерти напугала, отчаянным ужасом в ее глазах, когда проснулась. Но сейчас было по-другому. У нее горе. Оно шло от сердца.

— Могу я тебе чем-то помочь? — спросила я, наконец.

Ей понадобилось несколько минут, чтобы взять себя в руки.

— Ты уже и так достаточно сделала, — выдавила она из себя. — Правда, мы все это ценим. Особенно после того, что тебе сказал Кит. — «Адриан рассказал ей и это?» — И я сожалею… мне жаль за то, что была так груба с тобой ранее. Ты не заслужила этого. Ты просто пыталась помочь.

— Нет… не извиняйся. Это я все испортила.

— Ты не должна волноваться, ну ты понимаешь, — она добавила: — о Мике. Я все понимаю и воспринимаю его только как друга.

Я почти на сто процентов была уверена, что продолжала делать небольшие попытки привести ее в чувства. Но должна признать, что принесенное мной извинение, по крайней мере, отвлекло ее от той боли, что ее разбудила.

— Знаю, — ответила я. — Мне вообще не полагалось о тебе волноваться.

Она снова уверила меня, что с ней все в порядке больше не возвращаясь к ее пробуждению с криком. Я чувствовала, что должна была сделать что-то еще, чем-то помочь, но вместо этого побрела обратно к своей кровати. Всю оставшуюся часть ночи рыданий больше не слышалось, но проснувшись пару часов спустя, я, тайком взглянула на нее. В наступающем рассвете ее черты были едва различимы. Она лежала с широко раскрытыми глазами, смотря в никуда, что все чаще можно было увидеть на ее лице.

ГЛАВА 11

Переводчики: sunshima, Catharin, VisibleVoid, Светуська, Stinky Вычитка: Vik, Светуська

На следующий день, до начала занятий, я оставила сообщение на автоответчике в офисе Алхимиков, сообщив, что мне нужно, чтобы «мистер и миссис Мелроуз» выслали справку, освобождающую Джил от занятий по физкультуре или на худой конец, запрещающую занятия на открытом воздухе. Я надеялась, что они быстро отреагируют. Алхимики могли действовать быстро, когда им это нужно, но время от времени их странности брали верх. Я надеялась, что они проявят больше участия к страданиям Джил, в отличие от Кита.

Но я знала, что сегодня не следует ожидать от них каких-либо действий, так что Джил опять придется страдать на физкультуре, и я буду страдать вместе с ней, наблюдая за ее мучениями. Самым ужасным было то, что Джил не жаловалась и не пыталась ничего с этим сделать. Не показывала и тени вчерашнего ночного расстройства. Она пришла решительной и оптимистичной, и я даже подумала, что сегодняшний солнечный день ей не повредит. Но все же, вскоре она начала ослабевать, как и в прошлый раз. Она выглядела больной и уставшей, и моя собственная игра немного хромала, потому что я следила за ней, боясь, что она упадет в обморок.

Мика стал спасительной благодатью. Он снова бесстрашно поменялся командой, на этот раз сразу после начала урока. Прикрывая, как и в прошлый раз, позволив ей избежать замечаний преподавателя и одноклассников, все было прекрасно, за исключением Лорел, которая кажется, замечала каждую мелочь и ее это раздражало. Она сверкала злобным взглядом между Микой и Джил, и продолжала раскидывать волосы по плечам, чтобы привлечь его внимание. Я была немного удивлена тем, что внимание Мики сосредоточилось исключительно на том, чтобы держать мяч подальше от Джил.

Сразу после окончания урока Мика без промедления подскочил к ней, как и в прошлый раз, с бутылкой воды наготове, которую она с благодарностью приняла. Я тоже была благодарна, но наблюдая за тем, как он о ней заботится, во мне опять проснулась тревога. Все было в порядке, по ее словам, но все же. Ее намерения к нему были определенно чисто платоническими, вы бы точно не смогли принять это за флирт. Он же не скрывал своих намерений. Мне по-прежнему было неспокойно, и было бы лучше, если бы нам больше не пришлось иметь с ним дело. Я имею в виду, конечно, я доверяю ей, но для всех нас было бы лучше, если бы она его попусту не обнадеживала. Назревает Разговор с большой буквы.

Боясь того, что мне предстояло сделать, я догнала Мику у выхода из раздевалки. И пока мы оба дожидались, когда выйдет Джил, решила воспользоваться моментом, пока мы были наедине.

— Привет, Мика, — сказала я. — Мне нужно с тобой поговорить…

— Привет, — бодро ответил он. Его голубые глаза были широко открыты, как будто он был чем-то взволнован. — У меня идея. Если вы, ребята, не можете достать для нее освобождение, может вам удастся передвинуть ее расписание? Если переставить физкультуру на утро, когда еще не так жарко. Может ей будет легче. Я о том, что ей кажется, нравится, в смысле ей по душе участвовать во всем этом балагане.

— Ей понравится эта идея, — медленно проговорила я. — И это действительно прекрасная мысль.

— Я знаю кое-кого в администрации. Могу попросить их рассмотреть варианты, чтобы это не мешало другим занятиям в ее расписании. — Он наиграно надулся. — Мне будет не хватать ее на уроках, но это того стоит, если она перестанет быть такой несчастной.

— Да, — согласилась я, внезапно почувствовав себя опустошенной. Мика действительно предложил прекрасную альтернативу. Он бескорыстно отказывался от возможности видеться с нею ради ее блага. И как я теперь с ним «Поговорю»? Как могу взять и сказать: «Оставь мою сестру в покое», когда он изо всех сил старался быть таким милым? Я оказалась такой же беспомощной, как и Эдди, избегающий с Микой конфликта. Этот парень был слишком милым, что давало ему множество плюсов.

Прежде чем, я сообразила, что еще можно добавить, Мика заговорил дальше:

— Я считаю, вам следует показать ее врачу, не думаю, что у нее аллергия на солнце.

— Что? — удивленно спросила я. — Ты же сам видел, что с ней творится на каждом занятии.

— Нет, я верю, что у нее проблемы с солнцем, — быстро заверил он. — Но вдруг ей поставили неверный диагноз. Я читал про солнечную аллергию, и при ней люди обычно покрываются сыпью. А у нее просто общая слабость… не знаю. Думаю тут что-то еще.

«О нет», — подумала я, но вслух только спросила:

— Ты о чем?

— Точно сказать не могу, — размышлял он. — Но я продолжу заниматься этим вопросом, и если что-то найду, дам вам знать.

«Замечательно».

Кроме всего прочего уроки физкультуры в Амбервуде дали мне возможность проверить «Металлические» татуировки в действии. Грег Слейд так и притягивал всеобщие внимание во время занятия, так что я была не единственной, кто отвлекся. Как и говорили Кристин с Джулией, он действительно был быстрее и выносливее остальных. Он делал выпады с такой молниеносной реакцией, на которую никто другой не был способен. После его ударов по мячу, тот еще не скоро приземлялся. Сначала он заслуживал похвалу, но вскоре я заметила кое-что еще. Он слишком жестко играл. Его переполняли возможности, да, но он не всегда использовал их с умом. После его мощных ударов мяч слишком часто оказывался за пределами поля. И когда он, сделав удар, бежал до базы, то редко оценивал обстановку вокруг себя. Когда парень из моего класса по английскому был сбит с ног, потому что оказался на пути Слейда, мисс Карсон остановила игру, возмущенная его агрессией. Слейд выслушал ее замечание с ухмылкой.

— Жаль, что Эдди не в этом классе, — позже говорила Джил. — Он был бы достойным соперником Слейду.

— Может лучше не привлекать лишнего внимания, — заметила я. Эдди, и так уже, судя по слухам, был звездой в своем классе на физкультуре. Это было частью сущности дампиров — природная атлетичность, и я знала, он упорно трудился над ее дальнейшем развитием.

Я встретилась с мисс Тервиллиджер после физкультуры. Потратив большую часть времени, бегая за книгами и делая заметки в своем ноутбуке. Где-то в середине процесса, она подошла, чтобы проверить, как я справляюсь.

— Вы очень организованы, — похвалила она, глядя мне через плечо. — Оглавления, главы, параграфы.

— Благодарю, — ответила я. Джаред Сейдж был очень практичен, в обучении своих детей, так что моя организованность была наследственной.

Мисс Тервиллиджер глотнула кофе и продолжила смотреть в монитор.

— Вы не описали сам ритуал и заклинания, — заметила она минуту спустя. — А просто резюмировали их в пару строк.

«Ну, да в этом суть конспекта».

— Я цитирую все номера страниц, — сказал я. — Если вам надо будет проверить какие-либо факты, есть легкодоступная ссылка.

— Нет. Вернитесь в начало и опишите все ритуалы и заклинания в своем конспекте. Я хочу, чтобы у меня был доступ к ним из одного источника.

«Но они и так в одном источнике, — хотела сказать я. — В книге». Конспект, просто упорядочивает материал, а не повторяет текст оригинала слово в слово. Но мисс Тервиллиджер уже отошла, рассеянно уставившись на свой шкафчик с документами, что-то бурча о неправильном расположении папок. Со вздохом я вернулась обратно к началу книги, пытаясь не думать о том, как это может меня задержать. По крайней мере, я делала это ради себя самой, а не за оценку.

В итоге, после последнего урока, мне пришлось вернуться, чтобы все доделать. Когда, наконец, мне удалось попасть в свою комнату, пришлось разбудить Джил, которая уже крепко спала, после утомительного дня.

— Хорошие новости, — сказала я, когда она посмотрела на меня заспанными глазами. — День кормления.

Я определенно никогда не думала, что произнесу такие слова. И так же не думала, что буду волноваться по этому поводу. И, конечно же, я определенно не приходила в восторг от мысли, что Джил будет кусать шею Дороти. Но, тем не менее, я очень переживала за Джил и радовалась, что она получит хоть какую-то подпитку. Находясь на такой ограниченной «диете», ей было вдвойне тяжело пережить все это.

Когда пришло время ехать, Эдди уже поджидал нас внизу. Он встревожено посмотрел на Джил.

— Ты в порядке?

— В порядке, — ответила она улыбаясь. Она действительно выглядела далеко не так плохо как на физкультуре. Я вздрогнула, представив, что бы сделал Эдди, если бы он действительно увидел ее в худшем состоянии.

— Почему это до сих пор продолжается? — спросил он меня. — Разве ты не собиралась поговорить с Китом?

— Мы немного застопорились, — уклончиво ответила я, ведя их на студенческую стоянку, где был припаркован Латте. — Но я справлюсь. — Если Алхимики не ответят на сообщение, я попробую последовать совету Мики и постараюсь передвинуть ее урок физкультуры на утренние часы.

— Мы знаем, что ты все сделаешь правильно, — сказала Джил. Я различила симпатию в ее голосе, напомнившую мне, что она знает о вчерашней стычке между мной и Китом. Надеясь, что она не станет развивать этот разговор в присутствии Эдди, и была спасена, когда Джил неожиданно переключилась на другую тему. — Как думаешь, мы могли бы по пути заскочить в пиццерию? Адриан больше не в силах есть стряпню Дороти.

— Какая для него должна быть трагедия, — заметил Эдди, усаживаясь на заднее сиденье, позволяя Джил ехать впереди, — иметь под рукой собственного повара, который приготовит ему все, чего бы он только не пожелал. Я прямо не знаю, как он выдерживает это?

Я засмеялась, но Джил казалось, была возмущена и принялась защищать Адриана.

— Это не одно и то же! Она готовит по-настоящему гурманские блюда.

— Да. Это, конечно, проблема, — сказал Эдди.

— Она пытается готовить только здоровую пищу. Как лучше для Кларэнса. То есть, в еде нет никакой соли, перца или масла. В ней нет никакого вкуса. И это сводит его с ума.

«О Боже и как часто она общается с Адрианом?»

— Кажется, его все сводит с ума, — заметила я вслух, припомнив его отношение к новому жилищу. — И не может все быть так плохо. Разве он не ездил в Лос-Анджелес вчера вечером? — Единственным ответом Джил был хмурый взгляд.

Тем не менее, я чувствовала, что мы какое-то время проведем в доме Кларэнса, а лично я не собиралась, есть хоть что-то приготовленное там. Так что скорее по эгоистичным причинам я согласилась остановиться по дороге и купить несколько пицц.

Лицо Адриана засияло, стоило нам войти в гостиную — его основное место тусовки в доме Кларэнса, за исключением бильярдной.

— Малышка — воскликнул он, вскакивая. — Ты святая. Настоящая Богиня!

— Эй, — проворчала я, — вообще то, это я платила за пиццу.

К великому ужасу Дороти, Адриан понес одну из коробок на диван. Она поспешила скрыться, бормоча что-то насчет тарелок и салфеток. Адриан примирительно кивнул мне.

— Ты тоже молодец, Сейдж, — сказал он.

— Ну и ну, что это тут у нас? — Пошатываясь, в гостиную вошел Кларэнс. Я никогда раньше не замечала, что он передвигался с помощью трости. Верхняя ее часть была изготовлена из хрусталя в форме змеи, которая одновременно и впечатляла, и пугала. Именно таким обычно все и представляют себе старого вампира. — Выглядит как вечеринка.

Ли был с ним, приветственно улыбаясь и кивая нам. Его глаза на секунду задержались на Джил, после чего, он сел рядом с ней, правда, не очень близко. Джил оживилась больше, чем за все эти дни. Но только мы приступили к поеданию пиццы, как в дверях появилась Дороти с новым гостем. Я почувствовала, что мои глаза расширились. Это был Кит.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, как можно более равнодушно.

Он подмигнул.

— Пришел, чтобы проверить всех вас и убедиться, что все в порядке. Это моя работа, следить за всем.

Кит был само дружелюбие, будто он сам помогал делать пиццу, никаких признаков вчерашнего конфликта. Он улыбался и болтал со всеми, как будто каждый в этой комнате был его лучшим другом, чем совершенно сбил меня с толку. Казалось, что больше никто не заметил его странного поведения, но почему он ведет себя с ними так странно? «Я же никому из них не рассказывала тайну Кита».

Нет, я не совсем оказалась права. Несмотря на увлеченную беседу с Эдди, Адриан замолчал и посмотрел на меня с любопытством, безмолвно спрашивая про вчерашний инцидент. Он взглянул на Кита, потом обратно на меня. Я беспомощно пожала плечами, давая понять, что меня так же приводит в замешательство перемена его настроения. Может Кит сожалеет о вчерашней стычке. Конечно, если он пришел с извинениями, то причина его переменчивого настроения выглядит вполне разумно.

Я откусила кусок пиццы с сыром, но продолжала наблюдать за остальными. Джил оживленно пересказывала Адриану события двух последних дней, заметно опуская некоторые неприятные подробности. Он снисходительно слушал ее, кивая головой, и кое-где вставлял остроумные шутки. Почти вся та дребедень, которую она ему рассказывала, была обыденной чушью, и я спрашивала себя, о чем же они говорят по телефону. Может он в этих беседах не дает ей и слова вставить. Видимо так и есть, потому что сейчас он не упоминал о своей скуке или других неудобствах.

Кларэнс изредка перекидывался словечками с Эдди или Ли, но его взгляд всегда возвращался к Джил. В его глазах читалось выражение задумчивости, и я вспомнила, что его племянница была лишь немного старше Джил. И задумалась, может быть одна из причин, по которой он так тепло принял нас — это попытка испытать, каково это — жить настоящей семьей, испытать те ощущения, которое он давно утратил.

Кит сел рядом со мной, вначале это заставило меня чувствовать себя некомфортно, но потом, я решила дать ему повод для размышлений. Увидев, что остальные заняты разговором, я тихо спросила:

— Ты когда-нибудь слышал о поддельных татуировках Алхимиков, внедряемых в широкие массы?

Он испуганно посмотрел на меня.

— Я даже не понимаю о чем ты.

— В Амбервуде такая тенденция. По-видимому, где-то в городе делают металлические тату, и они обладают особыми свойствами, примерно как наши. Некоторые дают ощущение полета. Другие действуют как стероиды.

Он нахмурился.

— Они же не используют золото, или…?

— Нет. Серебро и медь. И это еще не все. Вероятно, люди охотно пользуются их услугами.

— Но тогда они не могут быть нашими, — заявил он, — Мы веками используем одни и те же ингредиенты для татуировок.

— Да, но кто-то мог использовать для их создания технологии Алхимиков.

— Просто дают ощущение полета? — спросил он. — Я даже не знаю, что бы из металлов могло дать такой эффект.

— У меня есть некоторые мысли, — сказала я

— Дай угадаю. Они включают в состав наркотические вещества? — Когда я кивнула, он посмотрел на меня как будто мне десять лет. — Сидни, просто кто-то нашел сырой метод татуировки, Алхимики не имеют к этому никакого отношения. И если это так, мы ничего не можем сделать. Наркотики давно используются в плохих целях, и еще много всякого дерьма творится в мире. Но если это не касается дел Алхимиков, то это не наше дело.

— Но что если это касается Алхимиков? — спросила я.

Он застонал.

— Видишь? Вот почему я беспокоюсь о тебе, у тебя есть склонность придумывать дикие и странные теории.

— Я не…

— Прошу, не ставь меня в неловкое положение, — прошипел он, бросив взгляд на собравшихся в гостиной, — не перед ними, и не перед нашим начальством.

Его выговор, по большей части, застал меня врасплох. Что он имел в виду насчет этой «склонности, которая у меня была»? Был ли это намек, на то, что он действительно сделал мой психологический анализ несколько лет назад? Идея того, что я ставлю его в неудобное положение, была смехотворной… и все же после его слов во мне зародилась доля сомнения. Может быть, татуировки в Амбервуде имели отношение не только к странным увлечениям.

— Как дела на физре? — слова Адриана вырвали меня из размышлений, все еще выслушивающего краткое изложение школьной жизни Джил, он сделал вопросительное лицо.

— Не очень, — призналась она, резюмируя некоторые худшие факты.

Эдди бросил на меня многозначительный взгляд.

— Это не может продолжаться в том же духе, — воскликнул Ли. — Солнце в этой местности палит беспощадно.

— Согласен, — сказал Кит — человек, от которого я меньше всего ожидала подобных слов. — Сидни, почему ты мне не сказала как все скверно?

Мне показалось, что моя челюсть ударилась об пол.

— Я сказала! Именно поэтому я и пытался убедить тебя обратиться в школу.

— На самом деле ты не рассказала мне всей истории. — Он блеснул одной из своих приторных улыбок. — Джил, не волнуйся. Я позабочусь об этом. Я свяжусь с администрацией школы и Алхимиками.

— Я уже передала им, — заявила я.

Но, с таким же успехом я могла бы и промолчать. Кит уже сменил тему, и разговаривал с Кларэнсом о чем-то, не относящемся к делу. «Откуда этот поворот на сто восемьдесят градусов?» Вчера дискомфорт Джил не имел совершенно никакого веса. Сегодня, Кит был ее рыцарем в сияющих доспехах. В итоге он намекал на то, что именно я была той, кто облажался. Вот тут-то до меня, наконец, и дошел его замысел. Он не хотел, чтобы я здесь находилась. С самого начала. И тогда мне в голову пришло кое-что похуже.

«Он собирается использовать это, чтобы начать заводить против меня дело».

В другом конце комнаты Адриан снова поймал мой взгляд. Он знал, как обстояло дело. Он подслушивал наш разговор с Китом на подъездной дороге. Адриан начал было говорить, и я поняла, что он собирался обвинить Кита во лжи. Это галантно конечно, но не то, чего я хотела. Я хотела разобраться с Китом самостоятельно.

— Как в Лос-Анджелесе? — быстро вставила я, прежде чем Адриан успел сказать хоть слово. Он с любопытством посмотрел на меня, искренне изумляясь, почему я не дала себя защитить. — Ты же ездил туда прошлой ночью с Ли?

Адриан был сбит с толку, но на его лице заиграла усмешка.

— Ага, — наконец ответил он. — Было весело. Ли показал мне студенческую жизнь.

Ли рассмеялся.

— Я бы не стал заходить так далеко. И даже не в курсе, где тебя носило полночи.

На лице Адриана расползлась очаровательная улыбка. Но мне все равно захотелось ему врезать.

— Наши пути разошлись. Я познакомился с… несколькими другими мороями в городе.

Тут даже Эдди не смог промолчать.

— О-о… теперь это так называется?

Джил резко подскочила на ноги.

— Если вы не против, я хотела бы покормится прямо сейчас?

Повисла неловкая пауза, в основном, потому что она вряд ли когда-либо раньше спрашивала разрешения.

— Конечно, милая, — ответил Кларэнс, потому, как являлся хозяином дома. — Полагаю, Дороти на кухне.

Джил быстро кивнула и поспешила из комнаты. Оставшиеся обменялись озадаченными взглядами.

— Что-то не так? — с взволнованным лицом спросил Ли. — Надо ли мне… может мне пойти и поговорить с ней?

— Она просто все еще нервничает, — сказала я, не отважившись упомянуть об эпизоде с рыданиями и криками.

— Я думал о чем-то, что может развеселить ее… всех нас, — произнес он неуверенно. Он огляделся, а затем сфокусировал свой взгляд на мне. Я предположила, что была здесь за «мамочку». — Если вы сочтете это подходящим. Я имею в виду… это отчасти глупо, но я подумал, что мы могли бы пойти вечером на мини-гольф. У них в программе есть все эти фонтаны и бассейны. Ей подвластна магия воды, не так ли? Ей нужно выбраться отсюда.

— Да, ее стихия — вода, — произнес Эдди, нахмурившись. — Она упоминала об этом вчера.

Я вздрогнула. Кит, набиравший текст на своем мобильнике, замер. Наши разногласия не имеют значения, мы все еще оставались Алхимиками, и оба были встревожены тем, что касалось магии мороев.

— Ей, вероятно, очень понравится эта идея, — предположил Адриан, произнеся это с большой неохотой. Думаю, его все еще беспокоила мысль, что Ли интересуется Джил, неважно насколько они были дружны. Идея Ли была абсолютно невинной, и честной. Трудно придраться.

Ли задумчиво склонил голову.

— На выходных комендантский час наступает позже, верно? Не хотите отправиться сегодня вечером?

Была пятница, предоставляющая нам дополнительный час отсрочки до возвращения в студенческое общежитие.

— Я в игре, — заявил Адриан, — Буквально и фигурально.

— Если Джил будет там, то и я соответственно тоже, — сказал Эдди.

Они взглянули на меня. Я была в ловушке. Я хотела вернуться и сделать домашнее задание. Но напомнила себе, что это назначение не касалось ни меня, ни моих учебных занятий, независимо от того, как долго я притворялась, что это так. Это было ради Джил.

— Я могу пойти, — медленно произнесла я. Предположив, что это могло прозвучать слишком странно, особенно в моем нынешнем положении, я с беспокойством взглянула на Кита. Он обратно вернулся к набору текста, когда магия уже больше не обсуждалась, снова становясь спокойным. — Кит? — спросила я ради разрешения.

Он поднял свой взгляд:

— Да? А, я не могу пойти. Мне нужно быть в другом месте.

Я постаралась не сгримасничать. Он неверно истолковал мои слова и подумал, что я пригласила его. С другой — обнадеживающей — стороны, он даже не возразил, против того, что мы собираемся отдохнуть.

— Ой, как мило, — произнес Кларэнс. — Вы устроите пикник, молодые люди. Может быть, для начала пропустите со мной по стаканчику вина? — Дороти тут же появилась с бутылкой красного вина, Джил тащилась следом за ней. Кларэнс улыбнулся Адриану. — Я знаю, ты не откажешься от стаканчика.

У Адриана было такое выражение лица, по которому было совершенно ясно, что ему очень хочется. Но вместо этого Адриан глубоко вздохнул и покачал головой.

— Лучше не надо.

— Надо, — нежно сказала Джил. Теперь после небольшой кровяной подпитки, она, казалось, выглядела наполненной жизненной энергией.

— Не могу, — настаивал он.

— Сейчас выходные, — ответила она ему. — Ничего страшного. Особенно если ты не будешь особо увлекаться.

Он два раза напряженно моргнул, и наконец, произнес:

— Ну, хорошо, налей и мне стаканчик.

— И мне один, пожалуйста, — сказал Кит.

— И тебе тоже? — спросила я его. — Не знала, что ты пьешь.

— Мне двадцать один,[22] - возразил он.

Адриан взял свой стакан у Дороти.

— Так или иначе, думаю, не в пример Сейдж. Однако я предполагал, что Алхимики не пьют спиртного и всегда мрачно одеваются.

Я опустила глаза. Я была в сером, а Кит в коричневом.

— От одного стаканчика вреда не будет, — сказал Кит.

Я не стала с ним спорить. Я Киту не нянька. Как ни как у Алхимиков не было запретов на алкоголь. У нас были глубокие религиозные убеждения о том, что значит жить хорошей и праведной жизнью, и на выпивку мы, как правило, смотрели свысока. Запрещалось ли это? Нет. Так было заведено, правило, которое было для меня важным. Если он его не придерживался, это был его выбор.

Как только Кит поднес стакан к губам, Адриан протянул:

— М-м… густое, мое любимое.

Кит поперхнулся глотком вина и закашлялся. Я испытала облегчение, от того что не стала пить. Джил засмеялась, а Кларэнс с любопытством уставился на свой стакан.

— Это? Я думал, что это Каберне Совиньон.

— Так оно и есть, — произнес Адриан с непроницаемым лицом. — Моя ошибка.

Кит одарил Адриана скупой улыбочкой, притворившись, что для него это тоже смешная шуточка, но меня он не провел. Кит становился безумным, когда его высмеивали, и не имело значения, насколько дружелюбным он казался, его отношение к вампирам и дампирам, было гораздо суровее, чем могло показаться. Конечно же, Адриана это нисколько не волновало. Я подумала, что это было довольно забавно, и частенько мне приходилось изо всех сил сдержать улыбку, что бы ни навлечь на себя гнев Кита. Однако это давалось мне с большим трудом, потому что вскоре Адриан украдкой подмигнул мне, и понимающе улыбнулся, как бы намекая, что это ему расплата за предыдущую грубость.

Эдди поглядел на Джил.

— Я рад, что сегодня было кормление. Знаю, что ты хотела выучить несколько защитных приемов, и ждал, когда к тебе вернутся силы.

Джил просияла.

— Мы можем начать завтра?

— Конечно, — ответил он, практически с таким же восхищением, как и она.

Кит нахмурился.

— Зачем ей учиться драться, когда поблизости есть ты?

Эдди пожал плечами.

— Потому что она хочет, и она должна иметь любое преимущество, какое только сможет получить. — Он не упоминал конкретно покушение на ее жизнь — только не перед Ли и Кларэнсом — но все остальные поняли.

— Мне думалось, что морои в бою не так хороши, так или иначе, — сказал Кит.

— Главным образом, это потому что они не обучались должным образом. Они не столь сильны, как мы, конечно, но их защита будет получше вашей, — объяснил Эдди. — Вопрос стоит только в подготовке и наличии хорошего учителя.

— Вроде тебя? — подколола я.

— Я неплох, — скромно сказал он. — Я могу обучить любого, кто захочет учиться. — Он толкнул локтем Адриана, который тянулся к вину за добавкой. — Даже этого олуха.

— Нет, спасибо, — ответил Адриан. — Эти руки не запятнают себя в сражениях.

— А так же не пятнаются и физическим трудом, — подметила я, припомнив его прошлые комментарии.

— Точно, — заявил он. — Но может, ты попросишь Эдди преподать тебе парочку уроков, как нужно наносить удар, Сейдж. Может пригодиться. Мысль, о сноровке такой молодой девушки, как ты, захватывает.

— Что ж, спасибо конечно за выказанное доверие, но не думаю, что мне это необходимо, — сказала я.

— Конечно же необходимо!

Восклицание Кларэнса застало нас всех врасплох. На самом деле я думала, что он задремал, так как несколько минут назад сидел с закрытыми глазами. Но сейчас он склонился вперед с рьяным выражением на лице. И я съежилась под силой его взгляда.

— Ты должна научиться защищать себя! — Он указал на меня, затем на Джил. — И ты. Обещайте мне, что научитесь защищаться. Пообещайте мне.

Светло-зеленые глаза Джил расширились от шока. Она попыталась одарить его ободряющей улыбкой, однако она получилась с оттенком беспокойства.

— Конечно, мистер Донахью. Я постараюсь. А до тех пор, у меня есть Эдди, чтобы защищать меня от стригоев.

— Не от стригоев! — Его голос упал до шепота. — От охотников на вампиров.

Никто из нас ничего не сказал. Ли выглядел подавленным.

Кларэнс с такой силой сжал свой бокал, и я забеспокоилась, как бы он его расколет.

— Никто раньше даже не заикался о самозащите. Может быть, если бы Тамара научилась чему-то, ее бы не убили. Для вас еще не все потеряно — для всех вас.

— Отец, мы все «за», — обеспокоенно сказал Ли.

Кларэнс проигнорировал его. Взгляд пожилого мужчины метался между мной и Джил, и я задалась вопросом, знает ли он, что я человек. Или, возможно, это не имеет значения. Может быть, это был просто немного сумасшедший защитный инстинкт по отношению ко всем девушкам Тамариного возраста. Я ожидала того, что Кит бестактно заметит, что нет никаких охотников на вампиров, но он был необычайно тихим. И Эдди был единственным, кто, наконец, заговорил; его слова были успокаивающими и добрыми. Он так часто производил на меня впечатление сделай-или-умри война, что было поразительно понять, что на самом деле, он был очень сострадательным.

— Не беспокойтесь, — сказал Эдди. — Я помогу им. Я обеспечу их безопасность, и будьте уверенны, с ними не произойдет ничего плохого.

Кларэнс все еще выглядел взволнованным, но все же сфокусировал свой взгляд на Эдди.

— Ты обещаешь? Не позволишь им снова убить Тамару?

— Обещаю, — поклялся Эдди, ни в коей мере не указывая на странность просьбы.

Кларэнс еще несколько секунд изучал Эдди, а затем кивнул.

— Ты хороший парень. — Он протянулся за бутылкой вина, чтобы наполнить свой бокал. — Еще? — спросил он у Адриана, как ни в чем не бывало.

— Да, пожалуйста, — поблагодарил Адриан, протягивая свой бокал.

Мы продолжили разговор, словно ничего не случилось, но тень от слов Кларэнса еще долго продолжала нависать надо мной.

ГЛАВА 12

Перевод: Svetyska, Stinky, sunshima, VisibleVoid

Вычитка: Stinky, Светуська

Когда мы все отправились на наше групповое свидание или семейный пикник, или как там это еще назвать, Ли не прекращал извиняться за своего отца.

— Мне так жаль, — проговорил он, резко плюхнувшись на заднее сидение Латте. — Не стоит с ним больше это обсуждать. Мы пытались объяснить ему, что Тамару убили стригои, но он не верит. Не хочет верить. Он не может отомстить стригоям. Они же бессмертны. Неуязвимы. Но неким охотникам на вампиров? Так или иначе, в его голове засело, что ему это рано или поздно удастся. А если не удаться, тогда он сосредоточит всю свои силы на том, чтобы стражи были готовы сражаться с этими мифическими охотниками на вампиров.

Я едва услышала бормотание Эдди:

— Стригои вовсе не неуязвимы.

В зеркало заднего вида я видела лицо Джил, переполненное состраданием. Она сидела между Ли и Эдди.

— Даже если это плод его воображения, возможно, так ему легче, — предположила она. — Спокойнее. Думаю, должно быть так и есть. Ему необходимо иметь какой-нибудь материальный объект для ненависти. Иначе он просто поддастся отчаянию. Своими теориями он никому не вредит. Я считаю, он славный. — Она набрала в грудь воздуха, от того, что слишком много слов сказала на одном дыхании. Мой взгляд вернулся на дорогу, но, могу поклясться, Ли улыбнулся.

— Это так мило с твоей стороны, — обратился он к ней. — Я знаю, ему нравится, когда ты рядом. Здесь поверни направо.

Это было адресовано мене. Ли давал мне указания с того момента, как мы выехали от Кларэнса. Мы находилась недалеко от Палм-Спрингс, рядом с очень впечатляющим видом на гольф-курорт «Пустыня богов». Его дальнейшее руководство привело нас к мини-гольф комплексу, который находился при курорте. Я искала место для парковки и услышала, как ахнула Джил, когда она кинула взгляд в сторону поля для гольфа. В том направлении, в центре скопления слишком яркой зелени, располагалась огромная гора с искусственным водопадом, бьющим из самой вершины.

— Водопад! — воскликнула она. — Он потрясающий.

— Ну, — сказал Ли, — я бы не стал бросать таких громких слов. Дело в воде, которая перекачивается снова и снова, и только Бог знает, что в ней. Я имею в виду, что не стал бы пить ее или купаться в ней.

Не успела я полностью остановить машину, как Адриан уже выскользнул из нее, прикуривая сигарету. Дорогу мы провели в споре, в котором я три раза сказала ему, что Латте — автомобиль, для некурящих. Затем вышли и все остальные, и я задалась вопросом, зачем я только подписалась на это, когда мы направились к входу.

— Мне еще никогда не доводилось играть в мини-гольф, — призналась я.

Ли остановился и оглянулся.

— Никогда?

— Никогда.

— Как такое возможно? — недоумевал Адриан. — Как вообще возможно, что ты не играла в мини-гольф?

— У меня было специфическое детство, — ответила я, наконец.

Даже Эдди глядел на меня с недоверием.

— У тебя? Я воспитывался в изолированной школе где-то посреди Монтаны, и все же играл в мини-гольф.

На этот раз было бесполезно говорить, что я была на домашнем обучении, так что просто решила промолчать. В действительности мое детство сводилось к штудированию химических формул, и в нем не было места отдыху и развлечениям.

Стоило только начать игру, как я тут же приловчилась. Мои первые попытки были неважными, но вскоре я определила вес клюшки и под каким углом нужно замахиваться. Потом уже было довольно просто рассчитать расстояние и силу для точного удара.

— Невероятно. Если бы ты так играла, когда была ребенком, то сейчас ты была бы уже профессионалкой, — похвалил меня Эдди, когда я закатила свой мяч в разинутую пасть дракона. Мяч закрутился на месте, потом вниз по трубе, отскочил от стены, и закатился прямо в лузу. — Как ты это сделала?

Я пожала плечами.

— Это просто геометрия. Ты тоже неплох, — заметила я, наблюдая, как он бьет. — А как ты это сделал?

— Я просто выстроил траекторию и нанес удар.

— Очень поучительно.

— А я просто полагаюсь на природный талант, — вставил Адриан, направляясь к входу в Логово Дракона. — Когда у тебя есть так много соблазнов, тебя подстерегает слишком много опасностей.

— В этом вообще нет никакого смысла, — сказал Эдди.

В ответ Адриан остановился и вынул серебристую фляжку из внутреннего кармана пальто. Он откупорил ее и сделал глоток, потом вытянулся во весь рост и сделал удар.

— Что это? — воскликнула я. — Ты не можешь пить здесь алкоголь.

— Ты слышала, что ранее сказала Малышка? — возразил он. — Выходные.

Он поставил свой мяч и нанес удар. Мяч попал прямо в глаз дракона, отскочил от него и полетел обратно к Адриану. Он прокатился и остановился у его ног, почти там, откуда Адриан нанес по нему удар.

— Природный талант, да? — спросил Эдди.

Я наклонилась вперед.

— Думаю, ты выбил глаз дракону.

— Прям, как у Кита, — сказал Адриан. — Я рад, что ты это оценила, Сейдж.

Я одарила его пронзительным взглядом, задаваясь вопросом, был ли за этим скрытый смысл. Адриана, казалось, позабавило его собственное остроумие. Эдди принял выражение лица, подобное моему.

— Это было неуместно, — сказал он Адриану.

— Извини, папочка. — Адриан сделал еще один удар и умудрился на этот раз не нанести увечье какой-нибудь статуе. Еще несколько ударов и он загнал мяч в лунку. — Пойдемте туда. К третьей лунке.

— Четвертой, — сказали в унисон мы с Эдди.

Адриан недоверчиво смотрел на меня.

— Это была третья?

— Ты забыл о своем первом ударе, — сказала я. — Том, где ты ослепил дракона.

— Это была всего лишь разминка, — запротестовал Адриан. Он нацепил улыбку, и мне подумалось, что он, таким образом, надеялся меня очаровать. — Давай, Сейдж. Ты понимаешь, как работает мой мозг. Помнишь, ты сказала, что я был великолепен?

Эдди взглянул на меня с удивлением

— Ты так и сказала?

— Нет! Я никогда не говорила такого! — Улыбка Адриана приводила в бешенство. — Прекрати говорить это людям!

Так как за счетом следила я, в его игре было записано «четвертая лунка», несмотря на все его дальнейшие протесты. Я начала двигаться вперед, но Эдди протянул руку, останавливая меня, поглядев своими карими глазами мне за плечо.

— Погоди, — сказал он. — Давай подождем Джил и Ли.

Я проследила за его взглядом. Они оба были погружены в беседу с тех пор, как мы сюда приехали, поэтому замедлились и отстали от остальных. Даже перекидываясь насмешками со мной и Адрианом, Эдди продолжал следить за ней и ее окружением. Было весьма впечатляюще, что он мог выполнять несколько дел сразу. До сих пор, Джил и Ли прошли всего лишь одну лунку. Теперь они почти дошли до второй, которая была слишком далеко, чтобы Эдди мог держать ее в поле зрения. Поэтому мы ждали, пока рассеянная парочка прокладывала свой путь к Логову Дракона.

Адриан сделал еще глоток из своей фляжки и покачал головой в благоговении:

— Тебе не о чем беспокоиться, Сейдж. Она подходит ему.

— А тебе благодарности не полагаются, — огрызнулась я. — Поверить не могу, что ты рассказал ей каждую деталь моего визита той ночью. Она была так зла на меня за вмешательство в ее личную жизнь за ее спиной с тобой, Ли и Микой.

— Я мало что ей рассказал, — утверждал Адриан. — Я только сказал ей держаться подальше от человеческого парня.

Эдди переводил взгляд с одного лица на другое.

— Мики?

Я замялась. Эдди ничего не знал о том, какую активность я развела.

— Помнишь, когда я хотела, чтобы ты что-нибудь ему сказал? А ты не согласился? — Я начала рассказывать ему, как потом искала помощи у Адриана и обнаружила заинтересованность Ли в Джил. Эдди был ошеломлен.

— Как ты могла ничего мне из этого не сказать? — потребовал он.

— Ну, — начала я, задаваясь вопросом, все ли из того, что я делаю, приведет к гневу мороя или дампира, — это тебя не касалось.

— Безопасность Джил, превыше всего! Если она приглянулась какому-то парню, я должен об этом знать.

Адриан захихикал.

— Сейдж должна проверять твою посещаемость на уроках?

— Ли хороший, — сказала я. — Очевидно, он обожает ее, но не показывает этого, когда она остается с ним наедине.

— Мы не знаем наверняка, что он хороший, — возразил Эдди.

— Тогда как Мика может быть на сто процентов хорош? Ты собрал на него досье? — спросила я.

— Нет, — ответил Эдди, смутившись. — Я просто знаю это. Я чувствую это в нем. Если Джил будет с ним встречаться, он не доставит ей проблем.

— За исключением той, что он человек.

— У них это несерьезно.

— Ты этого не знаешь.

— Вы двое, довольно, — прервал нас Адриан. Джил и Ли наконец добрались до Логова Дракона, так что мы могли двигаться дальше. Адриан понизил голос. — Твои доводы бессмысленны. Посмотри на них, этот человеческий парнишка вне игры.

Я взглянула на парочку. Адриан был прав. Джил и Ли явно были очарованы друг другом. Часть меня почувствовала вину, и задавалась вопросом: не должна ли я лучше приглядывать за Джил. Я испытала такое облегчение, когда она заинтересовалась мороем, что не переставала задаваться вопросом, можно ли ей вообще встречаться с парнями. Ей всего лишь пятнадцать! В пятнадцать я ни с кем не встречалась. Вообще-то я никогда ни с кем не встречалась.

— У них разница в возрасте, — признала я, в большей степени для себя.

Адриан хмыкнул.

— Поверь мне, я знаком с разницей в возрасте. Она ничего не значит.

Он пошел дальше, и через несколько секунд мы с Эдди присоединились к нему. Эдди нес свою бессменную вахту по охране Джил, но в этот раз у меня создалось впечатление, что он видел опасность в том, кто шел рядом с ней. Впереди нас звонко рассмеялся Адриан.

— Сейдж! — позвал он. — Ты должна это увидеть.

Мы с Эдди добрались до следующей лужайки и уставились в изумлении. Потом я расхохоталась.

Мы добрались до Замка Дракулы.

Огромный, черный замок, с большим количеством башен охранял лунку возле него. В центре был вырезан мостик, по которому должен был прокатиться мячик. Если мяч падал в сторону, прежде чем прокатиться через замок, он возвращался обратно на исходную позицию. На стене стоял кукольный Граф Дракула. Он был чисто белым, с красными глазами, заостренными ушами, и прилизанными черными волосами. Он рывками поднимал свои руки, показывая рукава плаща, сделанные наподобие крыльев летучей мыши. Поблизости из микрофона вырывалась жуткая органная музыка.

Я не могла остановиться. Адриан и Эдди смотрели на меня, словно впервые видели.

— Не думаю, что когда-нибудь слышал ее смех, — сообщил ему Эдди.

— Да уж, не такой реакции я ожидал, — задумчиво произнес Адриан. — Скорее рассчитывал на крайний ужас, судя по поведению Алхимиков в прошлом. Не знал, что тебе по нраву вампиры.

Продолжая заливаться смехом, я наблюдала за тем, как Дракула поднимал и опускал свои рукава.

— Это не вампир. Ни капельки не похож. И это делает его таким забавным. Этот какой-то Голливудский. Настоящие вампиры пугающие и неестественные. А этот? Этот забавный.

Они действительно не понимали, почему меня это так рассмешило. Я попросила Адриана сфотографировать меня с Дракулой на мой сотовый телефон, и он не отказался. Я позировала на фоне Дракулы с широченной улыбкой. Адриан сделал снимок, как только Дракула поднял рукава плаща. Увидев фото, я очень обрадовалась, что отлично на нем вышла. Даже прическа была в порядке.

Адриан одобрительно кивнул, увидев фото, и протянул мне телефон.

— Ну ладно, даже я могу признать, что получилось весьма мило.

Я обнаружила, что слишком обдумываю этот комментарий. Что он имел в виду, говоря, что «даже он мог признать это»? То, что я была привлекательной для человека? Или то, что я подходила под какой-то критерий Адриана горячей девчонки? Спустя несколько минут, я принудительно заставила себя не думать об этом. «Перестань, Сидни. Это комплимент. Просто прими его».

Мы прошли остальные лунки, в конце концов, заканчивая у водопада. Это была самая сложная лунка, и я провела много времени, готовясь к удару — не то, чтобы я нуждалась в этом. Я довольно ловко производила каждый удар. Эдди был единственным, кто был близок к лунке. Было ясно, что Джил и Ли не обращают внимание на игру, а что касается Адриана и его природного таланта… ну, они очень упрочились на последнем месте.

Эдди, Адриан и я по-прежнему опережали этих двух, поэтому мы ждали их у водопада. Джил практически бежала к нему, когда у нее появилась возможность, глядя на него очарованным взглядом.

— О, — выдохнула она. — Это просо чудо. Я не видела так много воды уже несколько дней.

— Помни, что я говорил о токсичности, — подразнивал Ли. Но было ясно, что он находил ее реакцию очаровательной. Когда я взглянула на двух других парней, то увидела, что они разделяют те же чувства. Ну, не совсем те же. Привязанность Адриана явно была братской. Привязанность Эдди? Было трудно прочитать, это было своего рода сочетанием двух разных чувств. Может быть, своего рода любовь стража.

Джил сделала жест, в сторону водопада, и внезапно, от спадающего вниз каскада воды отделилась часть. Эта часть воды приняла форму косы, витая высоко в воздухе, создавая спирали прежде, чем распасться на миллион капель, которые покрыли всех нас. Я замерла, уставившись широко раскрытыми глазами, но эти капли, падающие на меня, вывели меня из состояния шока.

— Джил, — сказала я голосом, который еле признала своим собственным. — Не делай так больше.

Джил с ярко горящими глазами едва взглянула на меня, когда подняла еще одну порцию воды танцевать в воздухе.

— Вокруг же никого нет, кто бы это смог увидеть, Сидни.

Не это меня так расстроило. А то, что это наполнило меня такой сильной паникой, что я едва могла дышать. Мир, где она делала это, начал вращаться и я забеспокоилась, что упаду в обморок. Меня прошил сильный, леденящий страх, страх неизвестности. Неестественности. Законы моего мира только что были сломаны. Это была вампирская магия, что-то чуждое и недоступное для людей — недостижимое, так как была под запретом, и никто из смертных не должен был углубляться в нее. У меня был всего лишь один-единственный раз, когда я видела магию в действии, когда двое, специализирующиеся на духе, направили его друг на друга, и я никогда больше не хотела увидеть этого снова. Один из них вырывал растения из земли, чтобы заключить сделку, как-то договориться, в то время, как другой с помощью телекинеза бросался предметами, намереваясь убить. Это было страшно, и хотя целью была не я, я почувствовала ловушку и подавленность в лице такой потусторонней силы. И послужило напоминанием того, что это было далеко не развлечением и неподвластно людям. Эти существа полностью отличались от меня.

— Прекрати это, — сказала я, чувствуя, как нарастает паника. Я боялась магии, боялась, что она коснется меня, боялась того, что она могла мне причинить. — Не делай этого больше!

Джил даже не слышала меня. Она улыбалась Ли.

— Ты специализируешься на воздухе, верно? Можешь создать туман над водой?

Ли сунул руки в карманы и отвернулся.

— Ну, это, вероятно, не очень хорошая идея. Я имею в виду, что мы в общественном…

— Давай же, — умоляла она. — Это не составит для тебя труда.

Он на самом деле нервничал.

— Нет, не сейчас.

— И ты туда же, — засмеялась она. Над ней и перед ней по-прежнему кружилась, вихрилась и разветвлялась вода…

— Джил, — сказал Адриан с более стальной ноткой в голосе, чем я когда-либо слышала раньше. На самом деле, я не могла вспомнить, чтобы он вообще когда-либо обращался к ней ее настоящим именем. — Остановись.

Это было все, что он сказал, но через Джил прошла, словно некая волна. Она вздрогнула, и вихри воды исчезли, падая каплями.

— Хорошо, — сказала она, выглядя смущенной.

Наступил неловкий момент, а затем Эдди сказал:

— Надо поторопиться. Мы же не собираемся вернуться в комендантский час.

Ли и Джил сделали свои удары и вскоре снова смеялись и флиртовали. Эдди продолжал наблюдать за ними в своей беспокойной манере. Только Адриан проявлял ко мне внимание. Я поняла, что он был единственным, кто действительно понял, что произошло. Его зеленые глаза изучали меня, без каких-либо следов своего обычного едкого юмора. Однако, меня не обманешь. Я знала, что должна последовать какая-нибудь остроумная шутка, высмеивающая мою реакцию.

— Ты в порядке? — тихо спросил он.

— В порядке, — ответила я, отворачиваясь от него. Я не хотела, чтобы он увидел мое лицо. Он уже и так увидел слишком много — увидел мой страх. Я не хотела, чтобы кто-то из них знал, как я испугалась. Я услышала, что он сделал несколько шагов ко мне.

— Сейдж…

— Оставь меня в покое, — огрызнулась я, и заторопилась к выходу, уверенная, что он за мной не последует. И оказалась права. Я ожидала их у финиша игры, пользуясь моментом уединения, чтобы успокоиться. К тому времени, как они догнали меня, я была достаточно уверена в том, что мне удалось справиться с большей частью эмоций на своем лице. Адриан по-прежнему смотрел на меня с беспокойством, которое мне не нравилось, но, по крайней мере, он ничего больше не сказал о моем припадке.

Ни для кого не стало сюрпризом, когда финальный счет показал, что я выиграла, а Адриан был проигравшим. Ли был третьим, что казалось, огорчило его.

— Я должен был быть намного лучше, — пробормотал он, нахмурившись. — Я должен был быть профи в этой игре. — Учитывая, что он провел большую часть времени, обращая внимание только на Джил, я подумала, что третье место было довольно почетное.

Сперва, я закинула домой его и Адриана, а затем Эдди, Джил и я вернулись в Амбервуд едва-едва, поспев вовремя. Я более или менее пришла в норму к этому времени, и никто ничего не заметил. Джил витала в облаках, когда мы вошли в нашу комнату в общежитии, безостановочно болтая о Ли.

— Я и понятия не имела, что он так много путешествовал! Возможно, он был в большем количестве мест, чем ты, Сидни. Он все продолжал твердить, что возьмет меня с собой во все эти места, что мы проведем всю нашу жизнь, путешествуя и делая все, что пожелаем. А так же, он взял все предметы в колледже потому, что не был уверен, что хочет специализироваться на чем-то конкретном. Ну, не все предметы в этом семестре. У него гибкий график, чтобы он мог побольше времени проводить со своим отцом. И это хорошо для меня. Точнее, для нас.

Я подавила зевок, и устало кивнула.

— Это здорово.

Она молчала, пока копалась в своем комоде в поисках пижамы.

— Кстати, извини меня.

Я замерла. Мне совершенно не хотелось извинений за магию. Я даже не хотела вспоминать о том, что произошло.

— За то, что накричала на тебя той ночью, — продолжила она. — Ты не подбивала меня на Ли. И я не должна была обвинять тебя во вмешательстве в мою личную жизнь. Я действительно нравилась ему все это время и, ну… он действительно классный.

Я выдохнула затаенное дыхание и выдавила слабую улыбку.

— Я рада, что ты счастлива.

Она радостно вернулась к своим заданиям и разговору о Ли, пока я шлепала в ванную комнату. Прежде чем почистить зубы, я стояла перед раковиной и мыла свои руки снова и снова, терла их так сильно, как только могла, чтобы смыть магические капли воды, которые, клянусь, все еще могла ощущать на своей коже.

ГЛАВА 13

Перевод: sunshima, Stinky, Светуська, VisibleVoid

Вычитка: Stinky, Светуська

Мой сотовый зазвонил на рассвете следующего утра. Я уже была на ногах, так как я ранняя пташка, но Джил перевернулась на другой бок и накрылась подушкой.

— Пусть он заткнется, — простонала она.

Я ответила на звонок и обнаружила, что это звонит Эдди.

— Я внизу, — сообщил он. — И готов к занятиям по самозащите, пока на улице не слишком жарко.

— Вам придется пойти без меня, — сказала я. У меня сложилось впечатление, что Эдди слишком серьезно относится к обещанию тренировать нас, которое он дал Кларэнсу. Я не чувствовала такой необходимости. — У меня тонны домашнего задания, которое нужно выполнить. К тому же, я просто уверена, что мисс Тервиллиджер заставит меня сегодня бегать за кофе.

— Ну ладно, тогда отправь Джил вниз, — ответил Эдди.

Я взглянула на одеяло, завернутое в кокон на кровати.

— Легче сказать, чем сделать.

Удивительно, но ей удалось проснуться настолько, что она даже почистила зубы, приняла аспирин от головной боли и даже натянула на себя какую-то спортивную одежду. Она попрощалась со мной, и я пообещала проведать их позже. Сразу после этого позвонила мисс Тервиллиджер, потребовав свой кофе, и я внутренне приготовилась к еще одному дню с попытками сопоставить ее и мою работу.

Я приехала в «у Спенсера», и даже не сразу заметила Трея, пока не оказалась прямо перед ним.

— Это для мисс Тервиллиджер? — спросил он, указывая на капучино с карамельным сиропом.

— Что? — я подняла взгляд. Моим кассиром оказался Трей. — Ты здесь работаешь?

Он пожал плечами.

— Так или иначе, я должен зарабатывать на жизнь.

Я вручила ему немного наличных, отметив, что он взял с меня только половину стоимости.

— Не надо, это неправильно. Ты не выглядишь особо счастливым, — сказала я ему. Он выглядел усталым. При ближайшем рассмотрении стали видны ушибы и синяки.

— Да, ну… у меня вчера был трудный день.

Я смутилась. Это был существенный комментарий, но за мной не было очереди.

— Что случилось? — спросила я, зная, что услышу в ответ.

Трей нахмурился.

— Этот мудак Грег Слейд со своими вчерашними попытками на футбольном поле. Я имею в виду, пока конечно нет результатов, но почти очевидно, что он станет квотербеком. Он как комбайн, просто вспахивает всех на своем пути. — Он вытянул свою левую руку, пальцы которой были перевязаны. — Он и по моей руке прошелся.

Я вздрогнула, вспомнив неукротимый атлетизм Слейда на физкультуре. Вся эта политика старшей школы насчет футбола и того, кто же будет квотербеком, меня совсем не волновала. Правда, я жалела Трея, но он был источником информации об интригующих меня татуировках. Предупреждения Кита, чтобы я не доставляла ему неприятностей, не смогли меня удержать.

— Я знаю про татуировки, — сказала я. — Джулия и Кристин рассказали мне о них. И теперь я понимаю, почему ты меня подозревал, но это не то, о чем ты подумал. На самом деле.

— Это не то, что я слышал. Большинство людей думает, что ты просто что-то скрываешь потому, что не хочешь говорить правду о том, где тебе ее сделали.

Я была немного озадачена этим. И была достаточно уверена в том, что Джулия и Кристин поверили мне. «Неужели они на самом деле распространяют противоположное?»

— Понятия не имею.

Он пожал плечами, и на его губах появилась улыбка.

— Не волнуйся. Я тебе верю. Есть что-то в тебе наивно-очаровательное. Не думаю, что ты жульничаешь.

— Эй, — проворчала я. — Я не наивная.

— Это был комплимент.

— Как давно появились эти татуировки? — спросила я, решив, что лучше всего начать с этого. — Я слышала, с прошлого года.

Задумавшись, он, вручил мне мой кофе.

— Да, но это был конец года. Я имею в виду, школьного года.

— И они появились в месте, которое называют Nevermore?

— Насколько мне известно. — Трей подозрительно посмотрел на меня. — Почему спрашиваешь?

— Простое любопытство, — ответила я.

Пара подростков из колледжа, одетых как богатые бродяги, встали в очередь позади меня, глядя на нас с нетерпением.

— Нас не обслужат?

Трей одарил их суровой улыбкой и закатил глаза, когда я собралась уходить.

— Увидимся, Мельбурн.

Я направилась обратно в Амбервуд и доставила кофе мисс Тервиллиджер. Но была не в настроении находиться рядом с ней весь день и спросила ее, могу ли я отправиться в другое место, если мой мобильный будет у меня под рукой. Она согласилась. В библиотеке было слишком людно и — по иронии судьбы — шумно для меня сегодня. Мне хотелось одиночества своей комнаты.

Пересекая лужайку, я заметила несколько знакомых фигур за скоплением деревьев. Изменив направление, я обнаружила Эдди и Джил в боевых стойках на небольшой полянке. Мика сидел на земле, скрестив ноги, с жадностью наблюдая за ними. Он махнул мне, когда я подошла.

— Я даже представить себе не мог, что ваш брат Мастер кунг-фу, — отметил он.

— Это не кунг-фу, — грубо произнес Эдди, не отрывая взгляда от Джил.

— Есть некоторая разница, — согласился Мика. — Но это по-прежнему довольно агрессивно.

Эдди сделал отвлекающий маневр, собираясь нанести удар Джил. Она весьма ловко блокировала его, но не достаточно быстро, чтобы остановить удар. Если бы он делал это намеренно, ее настиг бы удар. Но все же, казалось, что он был доволен ее реакцией.

— Прекрасно. Ты почти ушла от удара, хоть и почувствовала его. Будет лучше, если ты сможешь увернуться и полностью его блокировать, но чтобы этого добиться, нужно еще немного потренироваться.

Джил покорно кивнула.

— Когда мы сможем над этим поработать?

Эдди с гордостью посмотрел на нее. Это выражение смягчилось после нескольких минут изучения.

— Не сегодня. Слишком много солнца.

Джил начала было протестовать, но потом сама остановилась. Она уже чувствовала солнечную слабость, снова обильно вспотев. На мгновение она взглянула на небо, как бы моля его о небольшом облачке. Но оно оставалось безоблачным, так что ей ничего не осталось, как кивнуть Эдди.

— Хорошо. Но мы займемся этим завтра в тоже время? Или может пораньше. Или сегодня вечером? Может и утром и вечером? Потренируемся сегодня после захода солнца, и еще раз с утра? Не возражаешь?

Эдди улыбнулся ее энтузиазму.

— Как пожелаешь.

Улыбнувшись в ответ, Джил присела рядом со мной, стараясь держаться в тени, насколько это было возможно. Эдди выжидающе посмотрел на меня.

— Что? — спросила я.

— Разве ты не собираешься учиться драться?

Я усмехнулась.

— Нет. Зачем мне это делать?

Джил подтолкнула меня.

— Давай же, Сидни!

Неохотно, я позволила Эдди преподать мне урок по нанесению ударов, не повредив при этом мою руку. Я едва обращала на это внимание, понимая, что по большей части развлекаю других. Когда Эдди закончил со мной, Мика спросил:

— Эй, а не могли бы вы и меня обучить этим приемчикам ниндзя?

— Это не стиль ниндзя, — возразил Эдди, до сих пор улыбаясь. — Поднимайся.

Мика вскочил на ноги, и Эдди начал обходить его по кругу. Скорее всего, это походило на то, что он оценивает возможности Мики. После этого Эдди встал в стойку и показал Мике несколько приемов, позволяющих уйти от атаки.

— Эй, — запротестовала Джил, когда Эдди уложил Мику с одного удара. — Так нечестно. Меня ты не бил, когда мы тренировались. — Мика не подал вида, как настоящий мужик.

Эдди замешкался, и у Мики было достаточно времени для удара. Эдди посмотрел на него с невольным уважением, а затем сказал Джил:

— Это другое.

— Потому что я девчонка? — потребовала она. — Ты никогда не сдерживался с Розой.

— Кто такая Роза? — спросил Мика.

— Еще один друг, — объяснил Эдди. А Джил он добавил: — У Розы было на несколько лет опыта больше, чем у тебя.

— Так же больше, чем и у Мики. Ты сдерживаешься со мной.

Эдди покраснел и переключил внимание на Мику.

— Вовсе нет, — сказал он.

— А вот и да, — пробормотала она. Когда парни снова сошлись в схватке, она тихонько шепнула мне: — Как я могу чему-нибудь научиться, если он боится мне навредить?

Я наблюдала за парнями и анализировала то, что я знаю об Эдди.

— Думаю все намного сложнее, чем, кажется. Может, он просто верит, что тебе не придется рисковать. Если он будет хорошо справляться со своей работой, тебе не придется защищать себя.

— Он прекрасно справляется со своей работой. Только взгляни, как он нападает. — На ее лице запечатлелось то выражение, которое появлялось всякий раз, когда она упоминала о том, как уходила от его атак. — Но мне по-прежнему надо учиться. — Она еще немного понизила голос. — А так же еще хочу научиться, использовать в схватке свою магию, но в этой пустыне мне не получится это осуществить.

Я вздрогнула, вспомнив ее вчерашнее представление.

— Всему свое время, — уклончиво ответила я.

Я встала, сказав, что меня ждут дела и мне нужно идти. Мика спросил у Эдди и Джил, не хотели бы они сходить на завтрак. Эдди тут же ответил согласием, а Джил повернулась ко мне за одобрением.

— Это всего лишь завтрак, — обоснованно сказал Эдди. Я понимала, что он по-прежнему считал Мику вполне безобидным. А вот в чем я была не уверена, так это в его шансах, после наблюдения того, как Джил увлеклась Ли, и чтобы Мике добиться хоть какого-то прогресса, ему придется как следует поднапрячься.

— Уверена, что это прекрасная идея, — согласилась я.

Джил расслабилась, и вся компания отправилась на завтрак. Остаток времени я провела, заканчивая дряхлую книжонку мисс Тервиллиджер. И до сих пор думала, что переписывание архаичных записей и дословное описание ритуалов было пустой тратой времени. Единственное утешение, которое я могла придумать, это то, что она сможет продолжать свои исследования при помощи легкодоступного компьютерного файла, не рискуя при этом испортить древние фолианты.

К тому времени, когда я закончила это и свое домашнее задание, уже наступил вечер. Джил до сих пор не вернулась, и я решила воспользоваться возможностью проверить, что так давно меня беспокоило. Ранее в этот же день Джил упомянула о технике атаки Эдди, когда он ее защищал. Я чувствовала, что было что-то необычное в том первом нападении. Так что решила зайти в сеть Алхимиков и просмотреть всю информацию о моройских мятежниках.

Естественно, все это было задокументировано. Мы обязаны отслеживать важные события в жизни мороев, потому это крайне важно. Так или иначе, Алхимики заполучили фотографии с судебного разбирательства мороев, на них так же были запечатлены протестующие, которые выстроились снаружи. Стражей-дампиров было легко распознать, когда они смешались с толпой и поддерживали порядок. К моему удивлению, я узнала на них Дмитрия Беликова, бойфренда Розы. Он был среди тех, кто сдерживал толпу. Его было легко обнаружить, потому что он почти всегда оказывался самым высоким в толпе. Дампиры выглядят очень похожими на людей, я даже допускаю, что он очень красив. Его красота была очень выразительна, даже на фотографии, и я смогла увидеть свирепость в его взгляде, наблюдающим за толпой.

Другие фотографии демонстрантов подтверждали все то, что я уже знала. До сих пор большинство людей поддерживает молодую королеву. Те, кто был против нее, оказались в меньшинстве, но громком и опасном меньшинстве. Человеческий новостной репортаж из Денвера показывал двух парней-мороев, затевающих драку в баре. Они кричали про королеву и правосудие, большинству из них было все равно, что за ними наблюдают люди. Это видео снял обычный человек на камеру своего мобильника, и он утверждал, что видел клыки у обоих забияк. Видеооператор предоставил свои записи, утверждая, что он стал свидетелем вампирской заварушки, но ему никто не поверил. Они были слишком плохого качества, чтобы можно было разглядеть хоть что-нибудь. Тем не менее, это было напоминанием о том, что может произойти, если ситуация с мороями выйдет из-под контроля.

Проверка статуса показала мне, что королева Василиса пытается протолкнуть закон, который позволил бы ей оставаться на троне даже без еще одного члена своей семьи. Эксперты Алхимиков утверждали, что это займет около трех месяцев, как и говорила Роза. Это число маячило в моей голове, как бомба замедленного действия. Нам нужно было держать Джил в безопасности в течение трех месяцев. И в течение трех месяцев, враги Василисы будут все упорнее пытаться навредить Джил. Если Джил умрет, права Василисы на трон закончатся, наряду с ее попытками изменить систему.

Однако, это не та информация, из-за которой я начала копаться в архивах. Я хотела узнать о первом нападении на Джил, о котором они мне не рассказали. То, что я нашла, не очень-то мне помогло. В тот момент, Алхимиков не было рядом, так что вся информация об этом происшествии была получена нами от мороев. Все, что мы знали это: «сестра королевы подверглась злобному и жестокому нападению, но уже полностью оправилась». Согласно тому, что я видела, это действительно было правдой. У Джил не было никаких признаков того, что она была травмирована при нападении всего за неделю до приезда в Палм-Спрингс. Достаточно ли у нее было времени, чтобы оправиться от «злобного и жестокого» нападения? И было ли это нападение причиной ее ночных кошмаров и криков?

Я не знала, но до сих пор не могла развеять свои подозрения. Позже когда Джил пришла «домой», она была в очень хорошем настроении, и я просто не решилась ее допрашивать. Так же, но с запозданием я вспомнила, что хотела исследовать странную смерть племянницы Кларэнса, которой перерезали горло. Меня отвлекла ситуация с Джил. И я отложила решение этого вопроса, так как уже наступила ночь.

«Завтра, — устало подумала я. — Оставлю все это на завтра».

Завтра наступило гораздо быстрее, чем я ожидала. Я пробудилась из глубоко сна из-за того, что кто-то меня тряс, и на долю секунды всплыл старый кошмар об Алхимиках, уводящих меня в ночь. Узнав Джил, я едва заставила себя остановить рвавшийся наружу пронзительный крик.

— Эй, эй! — заворчала я. Снаружи было светло, но свет еще был багрянистым. Едва-едва взошло солнце. — Что происходит? В чем дело?

Джил посмотрела на меня с широко распахнутыми от страха глазами на мрачном лице.

— Это Адриан. Ты должна его спасти.

ГЛАВА 14

Перевод: VisibleVoid,sunshima, Stinky, Светуська,

Вычитка: Светуська

— От самого себя? — Я ничего не могла с этим поделать, шутка вырвалась, прежде, чем я смогла остановиться.

— Нет. — Она плюхнулась на краешек кровати с дрожащей нижней губой. — Может «спасение» не совсем подходящее слово, но нам нужно до него добраться. Он застрял в Лос-Анджелесе.

Я потерла глаза и села, затем подождала какое-то время, на тот случай, если это все еще сон. Нет. Ничего не изменилось. Я взяла со своего ночного столика телефон, и, взглянув на дисплей, застонала.

— Джил, еще нет даже шести. — Я начала сомневаться, что Адриан бодрствует так рано, но потом вспомнила, что, вероятно, у него ночной распорядок дня. Морои, предоставленные сами себе, могли ложиться спать, когда наступало позднее утро для остальных из нас.

— Знаю, — сказала она тихим голосом. — Мне очень жаль. Я бы не стала тебя просить, если бы это не было так важно. Он уехал прошлой ночью, потому что хотел увидеться с той… той моройкой еще раз. Ли тоже должен был быть в Лос-Анджелесе, так что Адриан рассчитывал вернуться домой вместе с ним. Только он не смог застать Ли, так что теперь он не может вернуться. В смысле Адриан. Он без денег и страдает похмельем.

Я начала укладываться обратно.

— Я ему ни капли не сочувствую. Может это послужит ему уроком.

— Сидни, пожалуйста.

Я закрыла рукой глаза. Может, если я прикинусь спящей — она от меня отвяжется. Внезапно в моей голове возник вопрос, и я резко откинула руку.

— Как ты вообще могла об этом узнать? Он звонил? Я конечно не супер-бдительно-спящая, но телефонный звонок в состоянии услышать.

Джил отвела глаза в сторону. Я села и нахмурилась.

— Джил? Как ты об этом узнала?

— Пожалуйста, — прошептала она. — Не можем мы просто поехать и забрать его?

— Нет, до тех пор, пока ты мне не расскажешь, что происходит. — По моей коже побежали мурашки от какого-то странного предчувствия. На краткое мгновение я почувствовала себя, не допущенной к чему-то очень важному, и теперь, неожиданно поняла, что могу выяснить, то что от меня скрывают морои.

— Ты никому не расскажешь, — сказала она, наконец, снова встретившись со мной глазами.

Я слегка похлопала по своей татуировке на щеке:

— Вряд ли я вообще могу рассказать кому-то хоть что-то из-за этого.

— Нет. Никому. Ни Алхимикам. Ни Киту. Ни любому другому морою или дампиру, которому еще неизвестно.

«Не рассказывать Алхимикам?» Это может оказаться проблематично. Среди всего прочего сумасшествия в моей жизни, не важно, сколько моих назначений приводили меня в ярость или сколько времени мне приходилось проводить с вампирами — я никогда не сомневалась в своей преданности. Я обязана была рассказать Алхимикам, на тот случай если что-то произошло с Джил или остальными. Это был мой долг перед ними, перед всем человечеством.

Естественно, частью моего долга перед Алхимиками было присматривать за Джил, и чтобы не беспокоило ее сейчас, это было связано с ее благосостоянием. На долю секунды, я решила солгать ей, но тут же, отказалась от этой затеи. Я не могла сделать этого. Если я собиралась сохранить ее секрет, я так и сделаю. Если бы я не собиралась его сохранить, тогда я дала бы это знать ей лично.

— Не расскажу, — пообещала я. Думаю, что эти слова удивили меня не меньше ее. Она изучала меня в тусклом свете и должно быть, наконец, решила, что я говорю правду и медленно кивнула.

— Мы связаны с Адрианом. Духовной связью.

Я почувствовала, что мои глаза расширяются в неверии.

— Как это… — Внезапно все сошлось воедино, все недостающие фрагменты. — Нападение. Ты… ты…

— Умерла, — прямо сказала Джил. — Когда появились морои-убийцы, произошла большая путаница. Все думали, что они пришли за Лиссой, поэтому большинство стражей окружило ее. Эдди был единственным, кто побежал ко мне, но все произошло слишком быстро. Тот мужчина, он… — Джил коснулась местечка в центре груди и содрогнулась. — Он ударил меня ножом. Он… он убил меня. Именно в тот момент появился Адриан. Он использовал Дух, чтобы исцелить меня и вернуть к жизни, и теперь мы связаны. Все случилось так быстро. Никто даже не понял, что он сделал.

Моя голова пошла кругом. Духовная связь. Дух был тревожным элементом для Алхимиков, в основном потому, что у нас о нем почти не было записей. Наш мир вращался вокруг документов и знаний, поэтому такая брешь заставляла нас чувствовать себя столь уязвимыми. Признаки использования Духа регистрировались на протяжении веков, но никто по-настоящему не понимал, что это был их собственный элемент. Эти события были списаны на случайные магические явления. И только совсем недавно, когда Василиса Драгомир обнаружила его в себе, Дух был открыт заново, наряду с множеством его психических эффектов. У нее с Розой была духовная связь, единственная в современном мире, которая была нами задокументирована. Исцеление было одним из самых заметных атрибутов Духа, доказав это, когда Василиса вернула к жизни Розу после автокатастрофы. Он поддерживал между ними метафизическую связь, которая разрушилась, после повторно перенесенной клинической смерти Розы.

— Ты можешь видеть, что твориться у него в голове, — ахнула я. — Его мысли. Чувства. — Теперь многое прояснилось. Например, то, что Джил всегда все знала об Адриане, даже когда он утверждал, что ничего ей не рассказывал.

Она кивнула.

— Я не хочу этого. Поверь мне. Но ничего не могу с этим поделать. Роза говорила, что со временем я научусь ограждаться от его эмоций, но пока у меня не выходит. А у него их так много, Сидни. Так много эмоций. Он все так остро чувствует: любовь, горе, гнев. Его эмоции постоянно скачут, сменяя друг друга. То, что произошло между ним и Розой… это терзает его, разрывая на части. Иногда, из-за того, что с ним происходит, мне трудно сосредоточиться на собственных чувствах. По крайней мере, время от времени. Я не могу предугадать, когда это случиться.

Я не произнесла этого вслух, но подумала: «а, что если эта молниеносна перемена эмоций — часть сущности Духа, способная свести с ума обладателя духовной стихии. Или это просто часть личности Адриана». На данный момент это не имеет значение.

— Но он не может тебя ощущать, верно? Это работает только в одну сторону? — спросила я. Роза могла читать мысли Василисы, и наблюдать за ее повседневными делами, но не наоборот. Я предположила, что и сейчас было то же самое, но с Духом, ничего нельзя было считать само собой разумеющимся.

— Верно, — согласилась она.

— Вот значит, как… каким образом ты всегда все про него узнаешь. Про мой визит, и про то, что он хочет пиццу. Теперь понятно, почему он здесь, и почему Эйб настоял, чтобы он был здесь.

Джил нахмурилась.

— Эйб? Нет, это было общим решением, чтобы Адриан приехал сюда. Роза и Лиса подумали, что так будет лучше, пока мы привыкаем к этой связи, и я тоже хотела, чтобы он был рядом. С чего ты взяла, что здесь замешан Эйб?

— Э-э, ни с чего, — промямлила я. Должно быть Джил не наблюдала за тем моментом, когда Эйб инструктировал Адриана, по поводу того, что он должен оставаться в доме Кларэнса. — Видимо, я что-то напутала.

— Может, поедем уже? — просила она. — Я ответила на твои вопросы.

— Во-первых, позволь мне уточнить, все ли я правильно поняла, — сказала я. — Объясни поподробнее, как он попал в Лос-Анджелес, и почему он в ловушке?

Джил сжала руки вместе и снова отвела глаза — привычка, вылезавшая наружу, когда она пыталась что-то скрыть, и вытянуть из нее эту информацию было непросто.

— Он, мм, покинул Кларэнса прошлой ночью, потому что ему стало скучно. Он решил добраться автостопом от Палм-Спрингса, и остановил попутку с тусовщиками, которые, как раз направлялись в Лос-Анджелес, и поехал с ними. Так он оказался в клубе, отыскал тех девушек, тех мороек, после чего он отправился к ним домой. А потом всю оставшуюся ночь он был в отрубе. До сих пор. Сейчас он очнулся. И хочет домой. К Кларэнсу.

Со всеми этими разговорами о тусовках и девушках, в мою голову закрались тревожные мысли.

— Джил, сколько из всего этого ты фактически испытала?

Она по-прежнему избегала моего взгляда.

— Это не важно.

— Для меня важно, — настояла я. По ночам Джил просыпалась с рыданиями… это должно быть еще и из-за того, что Адриан был с девушками. «Она жила его сексуальной жизнью?». — О чем он только думал? Он знал, что ты была с ним, знал, что ты наблюдаешь за всеми его действиями и никогда не останавливался. О Боже. В первый день занятий миссис Чанг была права, не так ли? У тебя было похмелье. Опосредовано, по крайней мере. — Практически каждое утро она просыпалась, чувствуя себя почти больной, потому что Адриан страдал похмельем.

Джил пожала плечами.

— Я не чувствовала что разделяю это физически, как кровь, или что-то вроде этого, доказывающего, что это было на самом деле, но — да. И я определенно чувствовала все то же самое, и ощущала, каково это. И это было ужасно.

Я протянула руку и повернула ее к себе лицом, чтобы посмотреть на нее.

— И сегодня тоже. — В комнате стало светлее от восходящего солнца, и я опять увидела все симптомы. Болезненная бледность, воспаленные глаза. Не удивлюсь, если у нее болит живот и голова. Я опустила руки и покачала головой с отвращением. — Он может оставаться там.

— Сидни!

— Он это заслужил. Я знаю, что ты чувствуешь… что-то… к нему. — Было ли это братской или романтической любовью, это действительно не имело значения. — Но он тебе не ребенок, чтобы бегать к нему при каждой надобности и выполнять его требования.

— Он не просил меня об этом, вовсе нет, — возразила она. — Я просто чувствую, что он этого хочет.

— Что ж, он должен был подумать об этом прежде, чем впутываться в этот бардак. Пусть теперь так же сам из него и выпутывается.

— У него сдох мобильник.

— Он может одолжить, у кого-нибудь из своих новых друзей.

— Он мучается, — твердила она.

— Такова жизнь, — ответила я.

— Я мучаюсь.

Я вздохнула:

— Джил…

— Нет, я серьезно. И дело не в похмелье. Я имею в виду, это похмелье, только отчасти. И пока ему плохо, и он не вырвался оттуда, я буду там с ним! Плюс… его мысли. Бее. — Джил обхватила свою голову руками. — Это как… как будто тебе молотком бьют по голове. Я ничего не могу с этим поделать и на чем-то сосредоточиться. Я ни о чем не могу думать, только о том, что он очень несчастен! А это и меня делает несчастной, или думать, что я несчастна. Не знаю, — вздохнула она. — Сидни, пожалуйста, давай поедем?

— Ты знаешь, где он? — спросила я.

— Да.

— Хорошо, тогда я поеду. — Я соскользнула с кровати. Она встала со мной.

— Я тоже.

— Нет, — отрезала я. — Ты вернешься в кровать. Выпьешь аспирин, и глядишь, тебе полегчает. — Так же у меня было пару вещей, которые я хотела высказать Адриану с глазу на глаз. Но надо признать, раз она постоянно связана с ним, то все равно сможет «подслушать» нашу беседу, но было бы намного легче высказать ему все, что я собиралась без ее фактического присутствия, когда она смотрит на меня своими большими глазами.

— Но как ты будешь…

— Я не хочу, чтобы тебе стало плохо в машине. Просто позвони мне, если что-то изменится или если он уедет оттуда, или что-то еще.

Дальнейшие протесты Джил были менее решительны, чтобы она не чувствовала, она была благодарна всякому, кто «спасал» Адриана. У нее не было точного адреса, но зато было очень яркое описание многоквартирного комплекса, в котором он находился, и рядом с ним отеля. Поискав это место, я обнаружила, что отель находится в Лонг Бич,[23] то есть нужно было проехать мимо Лос-Анджелеса. Мне предстояло два часа езды. Потребуется кофе.

Стоял прекрасный солнечный день, и движения на дороге в такую воскресную рань, почти не было. Глядя на солнце и на голубое небо, я всю дорогу мечтала, как было бы здорово мчаться сейчас на кабриолете с откинутым верхом. Как же было бы здорово, если бы я давила на акселератор по другой причине, а не для того что бы вытащить застрявшего на вечеринке вампирскую пьянь.

Мне все еще с трудом верилось, что у Джил и Адриана была духовная связь, и идея того, что кого-то можно вернуть из мертвых шла в разрез с моими религиозными верованиями. Еще одно тревожное достижение Духа: регенерация стригоев. У нас было два задокументированных случая происходящего, когда двое стригоев волшебным образом изменились при помощи духовной магии и вернулись в свое первоначальное состояние. Первой была женщина по имени Соня Карп. Вторым был Дмитрий Беликов. Между этим и всей этой регенерацией меня действительно начинал пугать Дух. Казалось неправильным, что кто-то мог обладать такой властью.

Я доехала до Лонг Бич точно по графику, и без проблем нашла нужный многоквартирный комплекс. Это было как раз через улицу от отеля под названием Каскадия, на берегу океана. Так как Джил не позвонила и не сообщила о его перемещениях, я предположила, что Адриан до сих пор скрывается там. В это время, было проще простого припарковаться на улице, и я задержалась снаружи, чтобы посмотреть на серо-голубые просторы Тихого Океана западного горизонта. У меня захватывало дух, особенно после недели, проведенной в пустыне Палм-Спрингса. Мне было жаль, что Джил не поехала вместе со мной. Возможно, нахождение так близко к воде, заставило бы ее почувствовать себя лучше.

В трехэтажном здании со штукатуркой персикового цвета, располагались по две квартиры на этаже. Из воспоминаний Адриана, Джил видела, что нужно подняться на последний этаж и направо. Я прошла тем же путем и обнаружила синюю дверь с тяжелым медным дверным молоточком. И постучала.

Ответа не последовало и после почти минутного ожидания, повторила попытку, но на этот раз более громогласно. Я была близка к тому, чтобы склониться к третьей попытке, когда услышала, как замок открывается ключом. Скрипнув, отворилась дверь, и из нее выглянула девушка.

Она была, несомненно, моройкой, с модельным худощавым телосложением, с бледной, безупречной кожей, что сегодня, в высшей степени раздражало, если принять во внимание мою абсолютную уверенность в том, что на моем лбу в скором времени выскочит огромный прыщ. Она была моих лет, может немного постарше, с гладкими черными волосами и большими голубыми глазами. Выглядя, как кукла из потустороннего мира. Она так же была полусонной.

— Да? — Она тщательно изучила меня. — Вы что-то продаете? — Рядом с этой высокой безукоризненной моройкой я неожиданно почувствовала себя замухрышкой и старомодной в своей льняной юбке и блузке на пуговицах.

— Адриан здесь?

— Кто?

— Адриан. Высокий такой. Темные волосы. Зеленые глаза.

Она нахмурилась:

— Ты имеешь в виду Джета?

— Я… я не уверенна. Он курит как паровоз?

Девушка глубокомысленно кивнула головой.

— М-да. Ты точно о Джете. — Она оглянулась назад и выкрикнула: — Эй, Джет! Здесь какая-то продавщица хочет тебя видеть.

— Впусти ее, — окликнул легко узнаваемый голос.

Моройка открыла дверь шире и сделала мне знак войти внутрь.

— Он на балконе.

Я прошлепала через гостиную, которая послужила поучительной историей о том, что может случиться, если мы с Джил всецело потеряем способность ведения домашнего хозяйства и чувство собственного достоинства. Это место было катастрофой. Девушки — катастрофы. По полу громадными кучами было разбросанное нестиранное белье, грязная посуда покрывала каждый квадратный сантиметр, который не был занят пустыми пивными бутылками. От опрокинутых флакончиков выливающегося лака для ногтей производило впечатление розового большого неровного пятна жевательной резинки на ковре. На диване, закутавшись в шерстяное одеяло, на меня сонно взглянула, белокурая моройская девушка, перед тем, как снова отрубиться.

Обходя все это, я направилась к Адриану через большую стеклянную дверь, выходящую на балкон. Он стоял на балконе лицом к перилам, спиной ко мне. Утренний воздух был теплым и чистым, таким естественным, а он пытался это испортить своим сигаретным дымом.

— Вот скажи мне, Сейдж, — произнес он, не поворачиваясь ко мне. — За коим чертом устанавливать здание рядом с пляжем, но не вывести балконы на воду. Они были построены, чтобы смотреть на холмы позади нас. Если соседи не начнут заниматься кое-чем интересным, я готов объявить это здание абсолютно бесполезным.

Я скрестила руки ну груди и уставилась ему в спину.

— Рада была выяснить твое ценное мнение касательно этого. Я обязательно обращу на это внимание, когда зарегистрирую свою жалобу на их муниципалитет из-за не отвечающего требованиям океанского пейзажа.

Он обернулся, с намеком на улыбку скривившей его губы.

— Что ты здесь делаешь? Я предполагал, что ты в церкви или что-то в этом роде.

— А сам как думаешь? Я здесь по просьбе пятнадцатилетней девочки, которая не заслуживает, чтобы ты обращался через нее.

Все признаки улыбки исчезли.

— Ох. Она рассказала тебе. — Он отвернулся.

— Да, и вы все должны были рассказать мне раньше! Это существенно… важно.

— И без сомнения, кое-что из того, к чему Алхимики проявили бы тягу к исследованию. — Я в полной мере могла представить себе его усмешку.

— Я пообещала ей не рассказывать. Но ты, тем не менее, должен был рассказать мне. Это своего рода очень важная информация с тех пор, как я стала той, кто нянчит всех вас.

— «Нянчит» — своего рода крайне отдаленное выражение, Сейдж.

— Принимая во внимание текущий сценарий? Не думаю.

Пока Адриан молчал, я бегло оглядела его. Он был одет в высококачественные темные не выцветшие джинсы и красную хлопковую рубашку, в которых он, должно быть, спал, судя по тому, что они были изрядно помятыми. Ноги его были босы.

— Ты брал с собой пальто? — спросила я.

— Нет.

Я вернулась внутрь и произвела обыск посреди беспорядка. Белокурая моройская девушка крепко дрыхла, а та, что впустила меня, развалилась на разобранном диване в другой комнате. В конце концов, я отыскала носки и туфли Адриана, разбросанные по углам. Быстро схватив их, я направилась обратно на открытый воздух и бросила их ему на балкон.

— Обувайся. Мы уезжаем.

— Ты не моя мамочка.

— Нет, твоя отбывает наказание за лжесвидетельство и воровство, если мне не изменяет память.

Это было подло, подло так говорить, но это правда. И это привлекло его внимание.

Голова Адриана резко обернулась ко мне. В глубине его зеленых глаз вспыхнула ярость, которую впервые за все время я увидела по-настоящему.

— Не смей упоминать о ней когда-либо снова. Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

Его гнев немного пугал, но я решила ему обосновать:

— Вообще-то, я была одной из ответственных, кто отслеживал документы, которые она украла.

— У нее на то были свои причины, — произнес он сквозь стиснутые зубы.

— Ты так охотно защищаешь того, кто осужден за преступление, но до сих пор у тебя нет никакого уважения к Джил — к той, которая ничего не сделала.

— У меня достаточно к ней уважения! — Он сделал паузу, чтобы прикурить сигарету дрожащими руками, и я подозревала, что он так же пытается получить контроль над своими эмоциями. — Я думаю о ней постоянно. Как же не думать? Она здесь… я могу чувствовать это, но она всегда здесь, всегда слушает мысли в моей голове, слушает то, что даже я не хочу слышать. Чувствует то, что я не хочу чувствовать. — Он затянулся сигаретой и повернулся, чтобы осмотреться, однако я сомневалась, что он действительно видел хоть что-то.

— Если ты так хорошо о ней осведомлен, тогда как ты можешь творить подобное? — Я жестом обвела вокруг нас. — Как ты можешь пить, когда знаешь, что это так же влияет и на нее? Как ты можешь делать, — я поморщилась, — то, что ты делал с теми девчонками, зная, что она может «видеть» это? Ей пятнадцать.

— Я знаю, знаю, — выпалил он. — Я не знал о выпивке — не с самого начала. Когда в тот день она пришла после школы и рассказала мне об этом, я перестал. Я действительно перестал. Но затем… когда вы нагрянули в пятницу, она велела мне расслабиться, так как были выходные. Я предположил, что она не переживает за то, что будет хреново себя чувствовать. Поэтому я сказал себе: «Всего пару глотков». И только прошлой ночью меня понесло. А потом все смешалось, и я попал сюда и… какого черта? Я не обязан перед тобой отчитываться.

— Не думаю, что ты можешь отчитываться хоть перед кем-то. — Я была в ярости, моя кровь кипела.

— Не тебе мне это говорить, Сейдж, — проговорил он, обвиняюще тыкая в меня пальцем. — По крайней мере, я хоть что-то делаю. А ты что? Позволяешь миру проходить мимо тебя. Ты стоишь здесь, в то время, как этот мудак Кит относится к тебе, как к дерьму, а ты просто улыбаешься и киваешь. У тебя нет стержня. Ты не даешь отпор. Даже старикан Эйб, кажется, тебя запугал. Неужели Роза была права в том, что у него на тебя что-то есть? Или он просто еще один, против кого ты не осмеливаешься пойти?

Я изо всех старалась не дать ему понять, как глубоко ранили меня эти слова.

— Ты не знаешь обо мне одной вещи, Адриан Ивашков. Я достаточно умею давать отпор.

— Тебе не обмануть меня.

Я одарила его натянутой улыбкой.

— Просто я не делаю из этого шоу. Это и называется быть ответственным.

— Конечно. И это помогает тебе спать по ночам.

Я вскинула руки.

— Тогда как тебе такое: я больше не сплю по ночам потому, что приходится спасать тебя от твоего собственного идиотизма. Теперь мы можем уже обраться отсюда? Пожалуйста?

В ответ он лишь потушил сигарету и начал надевать свои носки с обувью. Закончив, он посмотрел на меня, гнева уже, как и небывало. Его настроение сменялось с такой легкостью, словно щелкнули выключателем.

— Ты должна меня вытащить оттуда. От Кларэнса. — Его голос был ровным и серьезным. — Мужик он неплохой, но я сойду с ума, если останусь там.

— В противоположность твоему примерному поведению, когда ты не там? — Я оглянулась на квартиру. — Может у двух твоих поклонниц для тебя найдется местечко.

— Эй, выкажи хоть немного уважения. Они настоящие люди с именами. Карла и Крисси. — Он нахмурился. — Или Мисси?

Я вздохнула.

— Я тебе уже говорила, что у меня нет никакой юрисдикции над жилищными вопросами. Так трудно для тебя найти самому себе место? Зачем тебе нужна я?

— Затем, что у меня почти не осталось денег, Сейдж. Мой старик отрезал меня от поступлений. Того пособия, что он мне выделяет, едва хватает на сигареты.

Я предполагала, что он уклониться, но это, вероятно, не было бы полезным поворотом в разговоре. — Мне жаль. На самом деле. Если я что-нибудь придумаю, то дам тебе знать. Хотя, разве не Эйб хотел, чтобы ты оставался там? — Я решила рассказать правду. — Я подслушала вас двоих в первый день. Когда он хотел, чтобы ты кое-что для него сделал.

Адриан выпрямился, надев обувь.

— Да, но я не понял, к чему все это было. Разве ты не слышала, какими, уж очень прозрачными были его слова? Я думал, что он просто пытался оказать на меня давление, загрузить по полной, и дело в его барахлящем сердце, он плохо себя чувствует после того, что приключилось с…

Адриан закрыл рот, но я могла услышать непроизнесенное имя: «Розой». Черты его лица исказила страшная грусть, когда глаза выглядели потерянными и населенными призраками прошлого. Я припомнила, разговор с Джил в машине, и после поезди, когда она выдала тираду о Розе, о том, как память о ней терзала Адриана. Зная в настоящий момент о связи, у меня появилось чувство, что этими словами Джил слишком о малом рассказала. Это был прямой доступ к Адриану. Глядя на него, я едва могла понять масштабы этой боли, не то, чтобы знать, как помочь. Я просто знала, что внезапно поняла его немного лучше и то, что он так сильно хотел утопить свое горе на дне бутылки, не делало его целее.

— Адриан, — начала я, чувствуя себя неловко, — я…

— Забей, — сказал он. — Ты не знаешь, какого это любить кого-то так сильно, а затем, когда этот кто-то швыряет эту любовь обратно тебе в лицо…

Внезапно воздух прорезал оглушительный крик. Адриан вздрогнул сильнее меня, сказался недостаток его вампирского слуха: раздражающие звуки раздражали гораздо сильнее.

Мы оба поспешили обратно в квартиру. Блондинка, сидевшая на диване, была перепугана не меньше нашего. Другая девушка, которая впустила меня, стояла в дверях спальни, бледная как смерть, сжимая в руке сотовый телефон.

— В чем дело? — спросила я.

Она открыла рот, чтобы ответить и тогда снова взглянула на меня, видимо, вспомнив, что я была человеком.

— Все в порядке, Карла, — сказал Адриан. — Она знает о нас. Ты можешь ей доверять.

Для Карлы это оказалось достаточно. Она бросилась в объятья Адриана и разразилась слезами.

— Ох, Джет, — всхлипывала она между рыданиями. — Поверить не могу, что с ней могло такое случиться. Как это могло произойти?

— Что произойти? — спросила другая моройская девушка, неуверенно поднимаясь на ноги. Как и Адриан, она выглядела, словно спала в своей одежде. Я осмелилась надеяться, что Джил не подвергалась настолько большому количеству непристойностей, насколько я подумала изначально.

— Расскажи нам что произошло, Карла? — попросил Адриан мягким голосом, который я всегда слышала, только, когда он применял его в отношении Джил.

— Я Крисси, — посипела она. — И наша подруга… наша подруга. — Она вытерла глаза, когда в них появилось еще больше слез. — Мне только что сообщили. Наша подруга — еще одна мройка, которая училась с нами колледже — она мертва. — Крисси посмотрела на другую девушку, которая, как я теперь поняла, была Карлой. — Это Мелоди. Прошлой ночью она была убита стригоем.

Карла ахнула и тоже заплакала, пуская еще больше слез, чем Крисси. Я встретилась глазами с Адрианом, мы оба были в ужасе. Даже, несмотря на то, что мы понятия не имели, кто такая Мелоди, убийство стригоями было по-прежнему ужасной, трагической вещью. Мой мозг Алхимика, тут же подтолкнул меня к действию. Мне нужно было убедиться, что место преступления было обезопасено и убийство останется втайне от людей.

— Где? — спросила я. — Где это произошло?

— Западный Голливуд, — сказала Карла. — Позади какого-то клуба.

Я немного расслабилась, хотя меня еще продолжало трясти от трагедии всего случившегося. Это был деловой, населенный район, который, несомненно, улавливался радаром Алхимиков. Если бы ее обнаружили какие-нибудь люди, Алхимики давно бы уже позаботились бы этом.

— По крайней мере, они не обратили ее, — понуро сказала Карла. — Она может покоиться с миром. Правда, эти монстры все же не смогли уйти, не изуродовав ее тело.

Я уставилась на нее, чувствуя, как вся похолодела.

— Что ты имеешь в виду?

Она шмыгнула носом в рубашку Адриана.

— Мелоди. Они не просто ее выпили. Они еще и горло ей перерезали.

ГЛАВА 15

Переводчики: sunshima, VisibleVoid, Stinky, Светуська Вычитка: Sunriel, Светуська

Адриан спал большую часть пути до Палм-Спрингса. Очевидно, после вечеринки с Карлой и Крисси ему совсем не удалось поспать. От мысли об этом мне становилось неуютно, а от мысли о Джил, испытывающей это через него, мне становилось дурно.

Мы мало, что могли сделать для Крисси и Карлы, разве что только посочувствовать. Нападения стригоев продолжались. Это трагично и ужасно, но единственным способом, которым большинство мороев могли защитить себя, было укрепление своих убежищ и нахождение, по возможности, со стражами. Мороям, таким, как Карла и Крисси, которые не имели королевского происхождения и посещали обычные учебные заведения, стражи не полагались. Большинство мороев могло вести такую жизнь, просто им приходилось быть чрезвычайно осторожными.

Обе девушки считали, что обстоятельства, связанные со смертью их подруги, были ужасными. Верно. Так оно и было. Но, ни одна из них никогда раньше не сталкивалась с кем-то с перерезанным горлом. Я тоже, пока я не узнала про обстоятельства смерти племянницы Кларэнса.

Я вернулась в Амбервуд, прихватив с собой Адриана и поселив его в общежитие в качестве гостя. Подумав, что Джил почувствует себя лучше, если сама его увидит. Конечно же, когда мы приехали, она уже поджидала нас в общежитии. Она обняла его и наградила меня благодарным взглядом. Эдди был с ней, и хотя он ничего не сказал, выглядел он раздраженным, и это говорило о том, что я была не единственной, кто думал, что Адриан вел себя по-идиотски.

— Я так беспокоилась, — сказала Джил.

Адриан взлохматил ее волосы, что заставило ее пригнуться.

— Беспокоиться не о чем, Малышка. До тех пор, пока не помялась рубашка, проблем не было.

«Не было проблем, — подумала я, ощущая, как внутри меня закипает ярость. — Не было проблем, за исключением того, что Джил наблюдает за тем, как Адриан развлекается с разными девками и терпит его попойки». И не имеет значение, если Ли вытесняет ее старую страсть к Адриану. Она просто слишком молода, чтобы становиться свидетелем всему этому. Адриан эгоист.

— А теперь, — продолжил Адриан, — если Сейдж будет так любезна, чтобы продолжить сыграть в роль шофера, я приглашаю всех вас на ланч.

— Я думала, у тебя совсем нет денег, — отметила я.

— Я сказал, что «у меня почти не осталось денег».

Джил и Эдди обменялись взглядами.

— Мы, мм, собирались встретиться с Микой за ланчем, — сообщила Джил.

— Возьмите его с собой, — сказал Адриан. — Пусть познакомится с нашим семейством.

Вскоре после этого появился Мика и был счастлив встретиться с нашим еще одним «братом». Он пожал руку Адриану и улыбнулся.

— Теперь я вижу некоторое семейное сходство. Вначале я задумался над тем, что Джил удочерили, но вы двое немного похожи друг на друга.

— Так же и наш почтальон в Северной Дакоте делал ставки, — сказал Адриан.

— Южной, — поправила я. К счастью, Мика, казалось, не заподозрил, что здесь было кое-что странно ускользающее.

— Верно, — согласился Адриан. Он задумчиво изучал Мику. — В тебе есть что-то знакомое. Мы не встречались?

Мика покачал головой:

— Я никогда не был в Южной Дакоте.

Я была совершенно уверенна, что слышала, как Адриан пробормотал

— Это объединяет нас двоих.

— Мы идем? — поспешно спросил Эдди, двигаясь в направлении двери нашего общежития. — У меня еще на носу домашка, которую надо доделать.

Я нахмурилась, озадаченная сменой темы разговора. Эдди не был плохим студентом во всех смыслах, но как только мы прибыли в Амбервуд, я сразу поняла, что он не заинтересован в учебе так, как я. Дня него это был повторный курс и он просто наслаждался процессом и выполнял задания исключительно с целью поддержания хорошей репутации.

Если кто и посчитал его поведение необычным, то не подал виду. Мика уже говорил о чем-то с Джил, а Адриан выглядел так, словно все еще пытался оценить Мику. Великодушное предложение Адриана оплатить ланч распространялось только на фаст-фуд, так что наш прием пищи оказался быстрым. Тем не менее, я высоко оценила перемену после недели питания в студенческом общежитии, а Адриан уже давно имел свои четкие убеждения касательно «здоровой» стряпни Дороти.

— Тебе проще было заказать детскую порцию, — подколол меня Адриан, указав на наполовину съеденный бургер и фри. — Сэкономила бы мне приличную сумму. А так же получила бы игрушку.

— «Приличную» весьма преувеличено, — сообщила я. — К тому же, теперь у тебя есть объедки, которые помогут тебе сэкономить по случаю.

Он закатил глаза и тайком стащил у меня с тарелки жареную картошку.

— Думаю тебе нужнее прихватить остатки домой. Как тебя еще ноги носят на такой цыплячьей порции? — задал он вопрос. — Однажды тебя просто снесет ветром.

— Хватит, — сказала я.

— Просто говорю как есть, — произнес он, пожимая плечами. — Ты смогла бы устоять, если бы набрала килограммов пять.

Я недоверчиво уставилась на него, слишком шокированная даже для того, чтобы придумать ответ. Что могут знать морои о набирании веса? У них безупречная фигура. Они не знают, каково это — смотреть в зеркало и видеть недостатки, никогда не чувствовать себя достаточно хорошо. Для них это не стоит никаких усилий, и не сравнится с тем, каких усилий стоит мне находиться в форме, чтобы быть в состоянии состязаться на равных с их нечеловеческим совершенством.

Взгляд Адриана переместился на Джил, Эдди и Мику, оживленно беседующих о том, чтобы больше практиковаться в самозащите всем вместе.

— Они смотрятся, — произнес Адриан, понизив голос, чтобы могла услышать только я. Он играл своей соломинкой, пока изучал эту компашку. — Может, Кастилю стоило высказаться, о разрешении ей встречаться в школе.

— Адриан, — простонала я.

— Шутка, — сказал он. — Ли, наверно, вызвал бы его на дуэль. Он не может перестать говорить о ней, ты же знаешь. Когда он вернулся с мини-гольфа, Ли только и продолжал носиться с «Когда мы все сможем еще раз выбраться?». Но, тем не менее, когда он был в Лос-Анджелесе и я в нем нуждался, а он ударил в грязь лицом.

— Вы должны были встретиться? — спросила я. — Он согласился подбросить тебя домой?

— Нет, — признался Адриан.

— Но что, в таком случае, он собирался делать?

Именно в этот момент на стул Джил налетел проходящий мимо седоволосый человек, пытаясь удержать поднос с бургерами и содовой. Ничего не расплескалось, но Эдди вскочил на ноги с молниеносной скоростью, готовый перелететь через стол, чтобы ее защитить. Мужчина восстановил равновесие и пробормотал извинения.

Адриан покачал головой в изумлении.

— Просто пошли его в качестве сопровождающего с тем, с кем бы она ни пошла на свидание, и нам никогда не придется волноваться.

Теперь, зная о связи Джил и Адриана, я в другом свете увидела Эдди и его покровительственное поведение. О, конечно же я знала, что это свойственно природе стражей, таких как он, но мне всегда казалось, что здесь что-то более серьезное. Что-то почти… личное. Поначалу я задавалась вопросом, может это потому, что Джил стала для него частью расширяющегося круга его друзей, как Роза. Сейчас же я начала думать, что здесь что-то большее. Джил говорила, что Эдди пытался в одиночку защитить ее в ночь нападения. Он потерпел неудачу, вероятно, из-за того, что ему не хватило времени, а не из-за нехватки умения.

Но что если на нем остался отпечаток? Он был человеком, чьей единственной целью в жизни было защищать других — и он видел, как кто-то умирает у него на глазах. Теперь, когда Адриан вернул ее к жизни, это было вторым шансу для Эдди? Возможность искупить вину? Может, поэтому он был таким бдительным.

— Ты выглядишь озадаченной, — произнес Адриан.

Я покачала головой и вздохнула.

— Я подумала, что действительно слишком много размышляю о положении дел.

Он важно кивнул:

— Вот почему я стараюсь никогда этого не делать.

В моей голове всплыл старый вопрос:

— Эй, как получилось, что ты сказал этим девушкам, что тебя зовут Джет?

— Стандартная практика, если ты не хочешь, чтобы цыпочки нашли тебя позже, Сейдж. К тому же, я думал, что защищаю нашу операцию здесь.

— Да, но почему Джет? Почему не… ну, не знаю… Тревис или Джон?

Адриан кинул на меня взгляд, говорящий, что я трачу его время:

— Потому что Джет[24] звучит как задира.

После ланча мы отвезли Адриана обратно к Кларэнсу и вернулись в Амбервуд. Джил и Мика ушли по своим делам, а я убедилась, что Эдди отправится со мной в библиотеку. Там мы заняли стол, и я достала свой компьютер.

— Итак, сегодня мы с Адрианом узнали кое-что интересное, когда я вытаскивала его, — сказала я Эдди, понизив свой голос до приемлемого в библиотеке.

Эдди покосился на меня:

— Думаю, в целом, сам опыт вытаскивания Адриана был интересным, по крайней мере та часть, о которой мне рассказала Джил.

— Могло быть и хуже, — размышляла я. — По крайней мере, он был одет, когда я там появилась. И там было всего две моройки, кроме него. Я хотя бы не наткнулась на полный дом девиц, или еще чего хуже.

Это его рассмешило.

— Если бы все было действительно так, тебе бы пришлось силой его оттуда выволакивать.

Экран моего ноутбука вышел из «спящего» режима, и я начала проходить непростую процедуру регистрации в мега-защищенной базе данных Алхимиков.

— Так вот, когда мы уезжали, девушки, с которыми он был, узнали, что их подруга ночью была убита стригоем.

Из выражения лица Эдди исчезла всякая веселость. Его взгляд стал тяжелым.

— Где?

— Не здесь, в Лос-Анджелесе, — добавила я. Я должна была убедиться, предупредив его, что ему не нужно быть начеку с тем, что стригои могут оказаться на территории кампуса. — Насколько мы знаем, все они правы по Палм-Спрингсу стригои не болтаются.

Нервозность Эдди немного поубавилась.

— Еще одно, — продолжила я. — Эта моройка, подружка тех двоих, была убита так же, как племянница Кларэнса.

Эдди вскинул брови:

— Ей тоже перерезали горло?

Я кивнула.

— Странно. А ты уверена, что с ними двумя произошло одно и то же? Я имею в виду, мы это знаем со слов Кларэнса, так ведь? — Эдди забарабанил карандашом по столу, обдумывая мои слова. — Кларэнс довольно милый, но эй! Мы все знаем, что он не совсем в себе.

— Вот почему я тебя сюда привела, и почему я хотела проверить эту базу данных. Мы отслеживаем большинство убийств, совершенных стригоями.

Эдди поглядел мне через плечо, когда я открыла досье Тамары Донахью, пятилетней давности. И убедилась, что ее обнаружили с перерезанной глоткой. Другой поисковой запрос на Мелоди Крофт, подругу Крисси и Карлы, показал отчет о происшествии прошлой ночи. Наши люди побывали на месте преступления и быстро добыли информацию. Горло Мелоди так же было перерезано. Там были и другие сообщения об убийствах совершенных стригоями в Лос-Анджелесе, кроме всего прочего это большой город, но только эти два убийства подходили под один профиль.

— Ты все еще думаешь о том, что говорил Кларэнс, про охотников на вампиров? — спросил меня Эдди.

— Не знаю. Я просто подумала, что это стоит перепроверить.

— Стражи сопоставили оба этих случая, — сказал Эдди, указав на монитор. — Они так же заявили, что они жертвы нападения стригоев — из обеих девушек высосали кровь. Это свойственно стригоям. Не знаю, как поступают охотники на вампиров, но не думаю, что питье крови одна из их целей.

— Я так не думаю. Но, ни одна из этих девушек не была осушена.

— Стригои не всегда убивают, осушая своих жертв. Особенно если их прервали в этот момент. Эта девушка, Мелоди, была убита около клуба, правильно? Я о том, что если убийца услышал чье-то приближение, он мог просто удрать.

— Предположим. А что насчет перерезанного горла?

Эдди пожал плечами.

— У нас есть тонны отчетов о стригоях, делающих кошмарные вещи. Достаточно взглянуть на глаз Кита. Они — зло. Их поступки не поддаются логике.

— Хм, давай оставим в покое глаз Кита. — Мне вообще не хотелось бы поднимать тему Кита. Я откинулась на стуле и вздохнула. — Что-то во всех этих убийствах не дает мне покоя. Полуосушенные. С перерезанными глотками. В обоих случаях одни и те же странные совпадения. А мне не по душе странные совпадения.

— Может ты ошиблась с выбором профессии, — предположил Эдди, снова улыбнувшись.

Я улыбнулась в ответ, все еще прокручивая в голове свои догадки.

— Похоже на то.

Когда я замолчала и ничего не добавила, он удивленно на меня посмотрел.

— Ты ведь на самом деле не… ты ведь не думаешь, что это охотники на вампиров, правда?

— Нет, не думаю. У нас нет доказательств их существования.

— Но… — Эдди сделал жест рукой.

— Но, — продолжила я за него, — тебе эта идея кажется немного абсурдной? Я о том, что на данный момент ты знаешь, кто как выглядит. Морои и стригои выделяются от остальных. Но как отличить охотников на вампиров среди обычных людей? — Я указала на студентов, занимающихся в библиотеке. — Ты не сможешь определить от кого исходит угроза.

Эдди покачал головой.

— Вообще-то это довольно просто. Я буду относиться к каждому как к угрозе.

Я не могла решить, как мне себя чувствовать лучше или хуже.

Позже, возвращаясь в общежитие, миссис Уизерс передала мне:

— Мисс Тервиллиджер кое-что для тебя оставила.

— Она мне что-то оставила? — удивленно спросила я. — Это ведь не деньги? — До сих пор, она мне ни разу не возместила затраты за купленное мной кофе.

В ответ миссис Уизерс протянула мне книжку в кожаном переплете. Сначала я подумала, что эта та книга, которую я уже законспектировала. Когда же я рассмотрела поближе обложку, то прочитала «Том Второй». На ней был приклеен желтый стикер, подписанный небрежным почерком мисс Тервиллиджер: «Следующая». Я вздохнула и поблагодарила миссис Уизерс. Я выполнила бы любое задание, которое мне поручила моя преподавательница, но я надеялась, что она даст мне конспектировать книгу с большим количеством исторических хроник, вместо книги заклинаний.

Идя по коридору в свою комнату, я услышала возгласы в конце коридора, и увидела несколько человек, столпившихся у открытой двери. Пройдя мимо своей двери, я поспешила выяснить, в чем там проблема. Эта была комната Джулии и Кристин. И без всякой уверенности, что действительно имела на то право, я проложила себе путь сквозь толпу перепуганных зевак. Меня никто не стал останавливать.

Моему взору престала Кристин, бьющаяся в судорогах на своей кровати. Она вся обливалась потом, а ее зрачки были настолько расширены, что радужной оболочки почти не было видно. Джулия сидела рядом с ней на кровати, вместе с еще парой девочек, которых, я не слишком хорошо знала. Она подняла взгляд, при моем приближении, с застывшим на лице ужасом.

— Кристин? — громко окликнула я. — Кристин, что с тобой? — Когда ответа не последовало, я повернулась к остальным. — Что с ней?

Встревоженная Джулия сложила мокрый платок и положила его на лоб Кристин.

— Мы не знаем. Она с самого утра в таком состоянии.

Я посмотрела на нее с недоумением.

— Тогда ей нужно к врачу! Нам сейчас же нужно кому-нибудь позвонить. Я пошла за миссис Уизерс…

— Нет. — Джулия подскочила и схватила меня за руку. — Нельзя. Она так себя чувствует из-за того… ну, мы думаем, это из-за татуировки.

— Из-за татуировки?

Одна из девочек ухватилась за кисть Кристин и развернула руку так, чтобы я смогла увидеть ее внутреннюю сторону запястья. На ее смуглой коже, красовалась блестящая татуировка, выполненная медными чернилами. Я вспомнила, как Кристин до смерти хотела такую татуировку, но раньше, насколько я знала, она не могла себе ее позволить.

— Когда она ее сделала?

— Сегодня рано утром, — ответила Джулия, и смутилась. — Я одолжила ей денег.

Я уставилась на сверкающий цветок, такой красивый и на первый взгляд безобидный. И не сомневалась, что именно эта татуировка была причиной ее недомогания. Они что-то добавляли в чернила, что придавало им такую яркость, и это что-то вызвало в ее организме отторжение.

— Ей нужно к врачу, — настаивала я.

— Ты не можешь. Мы не можем им рассказать о татуировках, — произнесла девушка, держащая руку Кристин. — Трею никто не верил, но если они увидят что-то вроде этого… тогда все кто побывал в Nevermore, будут раскрыты.

«Отлично!» — подумала я. Но к моему удивлению другие девочки приняли ее слова с одобрением. «Они тут что, все с ума посходили? У скольких из них еще были эти нелепые татуировки? И неужели, защита этой тайны важнее жизни Кристин?»

Джулия сглотнула, и снова присела на край кровати.

— Мы надеемся, что это пройдет. Возможно, ей нужно какое-то время для адаптации к татуировке.

Кристин застонала. Одна ее нога затряслась как при спазме, а потом расслабилась. Ее взгляд опустел, дыхание участилось.

— Она уже целый день мучается! — взорвалась я. — Ребята, такими темпами она скоро умрет.

— Откуда тебе знать? — удивилась Джулия.

Я не знала наверняка. Но время от времени, татуировки Алхимиков тоже вызывали отторжение. В девяноста девяти процентах случаев, человеческий организм принимал вампирскую кровь, использовавшуюся для изготовления татуировок Алхимиков, и перенимал часть ее свойств, делая из нас облегченную версию дампиров. Мы получали удивительную стойкость и долголетие, хотя едва могли похвастаться получением феноменальных физических способностей. Для этого концентрация крови была слишком ничтожна. Но даже при всем этом, бывали случаи, когда человек заболевал от алхимической татуировки. Его кровь превращалась в яд. Ему становилось все хуже, пока золото и другие химические соединения распространялись по крови, все глубже проникая под кожу, так, что избавится от них, было уже невозможно. Их нельзя было излечить, и они умирали.

В данном случае, кровь вампира была не причем, так как она вызывала сильную эйфорию, поэтому мне не верилось, что она присутствовала в этой татуировке. Но лечение, которое мы использовали при отторжении алхимических татуировок, заключалось в том, чтобы разрушить металлические компоненты татуировки, а для этого надо было очистить кровь, позволяя телу вывести все естественным образом. Я предположила, что здесь сработает тот же принцип. Только вот, я не знала точной формулы специального алхимического состава и не была уверена, что на медь он подействует так же как на золото.

Я закусила губу, обдумывая это, и наконец, приняла решение.

— Сейчас вернусь, — крикнула я им, убегая в свою комнату. Все это время, мой внутренний голос корил меня за глупость. У меня не было другого варианта сделать то, что я собиралась. Мне следовало идти прямо к миссис Уизерс.

Вместо этого, я открыла дверь своей комнаты и обнаружила Джил за ее ноутбуком.

— Привет, Сидни, — поздоровалась она, улыбаясь. — Я переписываюсь с Ли и… — Она посмотрела на меня. — Что случилось?

Я включила свой ноутбук и поставила его на кровать. Пока он загружался, я протянула руку к маленькому металлическому чемоданчику, который тщательно упаковала, но никогда не предполагала, что мне придется им воспользоваться.

— Можешь принести мне немного воды? Только быстро?

Джил колебалась лишь мгновение, прежде чем кивнуть.

— Сейчас, — сказала она, спрыгивая с кровати.

Пока она бегала за водой, я отперла чемоданчик ключом, который всегда хранила при себе. Внутри него, в небольшом количестве содержались десятки алхимических компонентов, виды веществ, которые мы смешивали вместе и использовали, как часть нашей работы. Некоторых ингредиентов — как те, что я использовала для растворения тел стригоев — у меня было в достатке. Других — у меня были лишь образцы. Мой ноутбук полностью загрузился, и я вошла в базу данных Алхимиков. Потратив немного времени на поиски, и вскоре у меня была формула по анти-тату лечению.

Джил вернулась, неся чашку, наполненную до краев водой.

— Этого достаточно? Если бы здесь был другой климат, я смогла бы достать ее прямо из воздуха.

— Этого достаточно, — произнесла я, довольная тем, что климат удерживал ее от использования магии.

Я изучила формулу, анализируя ингредиенты, входящие в нее. Мысленно, отбрасывая те, которые относились исключительно к золоту. Пары ингредиентов у меня вообще не было, но я была достаточно уверена в том, что они были для успокаивания кожи и не относились к числу необходимых. Я принялась извлекать ингредиенты из моего комплекта, тщательно отмеряя их — однако, двигалась так быстро, как только было возможно — в другую чашку. Произвела замену, которая была необходима, и добавила ингредиент, который — я была уверена — разрушит медь, хотя о необходимой дозировке, я могла только догадываться. Закончив, я взяла воду у Джил и добавила в нее столько вещества, сколько указывалось в оригинальной инструкции. Окончательный результат был жидким и напоминал йодный раствор.

Я взболтала жидкость и почувствовала себя немного смахивающей на сумасшедшего ученого. Джил, молча, наблюдала за мной все это время, понимая срочность происходящего. Ее лицо выражало беспокойство, но она воздерживалась от вопросов, которые, я знала, терзали ее. Она последовала за мной, когда я вылетела из нашей комнаты, направляясь в комнату Кристин. Здесь было уже больше девочек, чем прежде, и, честно говоря, удивляло, как миссис Уизерс не слышит это шумное столпотворение. Для группы настолько полной решимости защищать свою «драгоценную» татуировку, они были не особенно осторожны.

Я вернулась к кровати Кристин, найдя ее без изменений.

— Откройте ее запястье еще раз, и удерживайте ее руку, пока я не скажу вам ее отпустить. — Я не давала прямого указания кому-то лично, но в обращении оказалось достаточно давления, чтобы увериться — что кто-то подчинится. И оказалась права. — Если это не сработает, мы обратимся к врачу. — Мой тон не оставил возможности для препирательств.

Джулия, выглядевшая уже бледнее Джил, слабо кивнула, соглашаясь. Я взяла мягкий платок (со лба), который она использовала и макнула его в свою чашку. В действительности, я никогда не видела, как это делается и могла только гадать о том, как это применяется. Безмолвно произнесла молитву, затем прижала мягкую влажную ткань к татуировке на запястье Кристин.

Она издала сдавленный крик, и все ее тело заметалось по кровати. Две ближайшие девочки инстинктивно помогли ее удержать. В том месте, где я прижимала к ней платок, заклубились щупальца дыма, и я почувствовала острый едкий запах. Выжидая какое-то время, период которого, я надеялась, был приемлемым, наконец, отняла ткань.

Прелестная маленькая маргаритка изменялась прямо на наших глазах. Ее аккуратные линии стали растекаться и смазываться. Медный цвет начал изменяться, темнея до сине-зеленого. Вскоре, рисунок стал неузнаваемым. Он превратился в бесформенную кляксу, вокруг которой появилась красная припухлость, но несмотря на это, она выглядели скорее поверхностным раздражением, чем чем-то более серьезным.

Тем не менее, это выглядело просто кошмарно, и я ужаснулась. «Что же я натворила?»

Все остальные молчали, никто не знал, что делать дальше. Прошла пара минут, которые показались часами. Неожиданно Кристин прекратила содрогаться. Ее дыхание все еще казалось тяжелым, но она заморгала и приоткрыла веки, ее глаза сфокусировались, как будто впервые увидев окружающий мир. Зрачки до сих пор оставались большими, но она обвела взглядом вокруг и, наконец, сосредоточилась на мне.

— Сидни, — прохрипела Кристин. — Спасибо.

ГЛАВА 16

Переводчики: sunshima, Stinky, VisibleVoid, Светуська, KotiK Вычитка: Vik, Светуська

Я объяснила свой химический эксперимент, сказав, что это обычное средство, которым пришлось обзавестись, после того, как мне сделали татуировку, так как у меня тоже была аллергическая реакция. Я и виду не подала, что это было мое собственноручное творение. И возможно все купились бы на эту историю, если бы не тот факт, что несколько дней спустя, я сделала еще одну смесь, которая помогла залечить химические ожоги Кристин. И хоть данное средство никак не повлияло на цвет чернил, которые, кажется уже навсегда, остались на коже — ее раны действительно стали выглядеть намного лучше. Думаю, для того, чтобы последствия этого инцидента навсегда остались в прошлом, ей пришлось бы обратиться к лазерной хирургии.

После этого случая, за Сидни Мелроуз закрепился статус местного фармацевта. Поскольку Кристин не нуждалась в большом количестве моего чудодейственного средства, то я отдала остатки девочке, у которой были прыщи, так как оно помогало и от угревой сыпи тоже. Мой «новый» талант, не приносил мне никакой пользы. Люди стали обращаться ко мне за разными услугами и даже за деньги. Большинство просьб были просто нелепы, например, вылечить головную боль. Таким я просто советовала принять аспирин, другие запросы были мне не по силам, некоторых же просто хотелось послать, так как в мои планы явно не входил контроль рождаемости в этой школе.

Если не брать в расчет абсурдные запросы, я даже была рада, что круг моего общения заметно расширился. Привыкнув к тому, что во мне нуждаются, я неожиданно оказалась в своей тарелке. Некоторые просто хотели узнать меня поближе, как новичка из их окружения, который внезапно оказался приятнее, чем они ожидали. В общем, все преследовали какую-то свою цель.

— Сидни.

Я сидела в аудитории в ожидании начала урока английского языка, поэтому присутствие одного из друзей Слейда около моего стола стало для меня неожиданностью. Это был Брайан, и хотя я ничего о нем не знала, он никогда не казался мне таким неприятным, как Слейд.

— Да? — спросила я, сомневаясь, что он хотел одолжить у меня конспекты.

Парень был обладателем весьма привлекательных каштановых кудрей, которые специально были приведены в слегка неряшливый вид. Он провел по ним рукой, подбирая слова:

— Ты что-нибудь знаешь про немое кино?

— Конечно, — ответила я. — Первые фильмы вышли в свет в конце девятнадцатого века, и иногда имели музыкальное сопровождение, хотя только в тысяча девятьсот двадцатых годах, картинку смикшировали со звуковой дорожкой, однако, в конечном счете, немое кино кануло в лету.

У Брайана отвисла челюсть, он явно не ожидал подобного ответа.

— Э-э. Ладно. Ну, м-м, на следующей неделе в центре города будет фестиваль немого кино. Не хочешь туда сходить?

Я отрицательно покачала головой:

— Нет, не горю желанием. Я ценю это, как искусство, но в действительности просмотр не доставляет мне большого удовольствия.

— А-а, ну тогда… — Он снова пригладил волосы, и было видно, как в его голове судорожно крутились мысли. «С чего это он спрашивает меня о немом кино?» — …как насчет фильма «Звездолет 30», выйдет в эту пятницу. Не хочешь сходить на него?

— На самом деле, научная фантастка тоже не мой жанр, — сказала я. — Мне кажется, это совершенно неправдоподобно.

Брайан выглядел так, как будто был готов рвать волосы у себя на голове.

— Есть какой-нибудь фильм, который бы ты хотела посмотреть?

Я пробежала по мысленному списку современных развлечений.

— Нет. На самом деле нет. — Прозвенел звонок, и озадаченный Брайан отправился к своему рабочему месту. — Это было странно, — пробормотала я. — У него дурной вкус по части фильмов. — Оглянувшись, я увидела недалеко от себя Джулию, которая сотрясалась от беззвучного хохота, — Что?

— Это, — сказала она, даваясь смехом, — было действительно весело.

— Что? — спросила я, ничего не понимая.

— Сидни, тебя только что приглашали на свидание!

Я прокрутила весь разговор.

— Нет, не приглашали. Он спрашивал меня о кино.

От взрыва хохота, ей на ее глазах выступили слезы.

— Он хотел узнать, какой фильм ты хотела бы посмотреть и пригласить тебя на него!

— Но почему было просто не спросить?

— Ты так прелестно наивна, — сообщила она. — Надеюсь, окажусь поблизости в тот день, когда ты поймешь, что тобой кто-то заинтересовался. — Она провела остаток занятий, сотрясаясь от непроизвольного смеха.

Пока я становилась объектом всеобщего внимания, популярность Джил падала. Отчасти это было из-за ее застенчивости. Ее все еще беспокоило отличие от других студентов. Она старалась держаться как можно дальше от общения с людьми, что заставляло их обходить ее стороной. Удивительно, что «справка от врача» для Джил, которая, наконец, прибыла от Алхимиков, лишь ухудшила положение дел. Учреждение отказалось определять ее на различные факультативы, которые уже были набраны. Так как первокурсникам не дозволялось быть ассистентами преподавателей, как Трей, то после консультации с мисс Карсон, в конечном счете, было принято решение, что Джил будет принимать участие во всех занятиях физкультурой, проходящих в помещении, и выполнять «альтернативные задания», в то время, когда мы будем на открытом воздухе. В большинстве случаев под «альтернативными заданиями» подразумевался набор на компьютере текста вроде истории софтбола.[25] К сожалению, все это приводило к еще большей изоляции Джил.

Мика продолжал слепо ее обожать, даже после нескольких неудач.

— Ли скинул мне сообщение этим утром. — Это было сказано за ланчем в один прекрасный день. — Он хочет пригласить меня на обед в эти выходные. Как ты думаешь… я имею в виду, я знаю, вы, ребята, тоже хотели бы пойти, но… — Она неуверенно переводила взгляд с Эдди на меня.

— Кто такой Ли? — спросил Мика, только что подсевший к нашей компании.

Неловкая тишина продолжалась лишь несколько мгновений.

— Ох, — произнесла Джил, отводя взгляд. — Это один наш знакомый, он не учится здесь. Он учится в колледже. В Лос-Анджелесе.

— Он пригласил тебя на свидание? — спросил Мика, сопоставив полученные данные.

— Да… мы на самом деле прежде уже встречались. И думаю, это, ну, отчасти свидание.

— Так, ничего серьезного, — протянул Эдди. Я не была уверенна, сказал ли он это, щадя чувства Мики или это было неким защитным способом ограждения Джил от сближения с кем-либо.

Стоит отдать Мике должное, он хорошо скрывал свои эмоции. Немного поразмыслив, сосед Эдди, наконец, выдал улыбку, которая показалась мне сильно притянутой за уши.

— Здорово. Надеюсь, мне выпадет случай, с ним познакомится. — После этого разговор перешел на предстоящий футбольный матч и никто больше не упоминал Ли.

Информация о Ли изменила поведение Мики рядом с Джил, однако, он все равно ошивался с нами. Может быть лелеял надежду, что Джил и Ли разбегутся. Или, возможно, потому, что они с Эдди проводили много времени вместе, а «старший брат» всегда был рядом с сестренкой. Но не Мика стал проблемой. Ей стала Лорел.

Не думаю, что Мика заинтересовался бы Лорел, даже если бы Джил не появилась на горизонте, но Лорел все еще видела в ней потенциальную угрозу и вышла на путь войны, чтобы сделать ее несчастной. Лорел распространяла о ней слухи и выдавала комментарии о бледной коже, высоком росте и худобе.

Один или два раза я слышала, в коридорах произнесенное шепотом «вампирша». Это заставляло мою кровь холодеть, и неважно сколько раз я напоминала себе, что это была шутка.

— Джил уж точно не та, кто мешает быть вместе этим двоим. — Как-то раз заметила я, Джулии и Кристин, во время болтовни на перемене. Они были поражены моими тщетными усилиями по применению логики к социальному поведению в школе. — Бред какой-то. Ему просто не нравится Лорел.

— Да, но Лорел легче думать, что проблема в ком-то еще, чем признать, что она сука, и что Мика прекрасно это осознает, — объяснила Джулия. После неловкого столкновения с Брайаном, она и Кристин взяли на себя попытку обучить меня «нормальному» человеческому поведению.

— К тому же, Лорел просто нравится ко всем придираться, — сказала Кристин. Она редко упоминала о татуировке, но с тех пор была серьезна и рассудительна.

— Ладно, — произнесла я, пытаясь придерживаться логики, — тогда, почему после нашей с ней стычки по поводу искусственных волос, она мне и слова не сказала?

Кристин улыбнулась.

— Ей неинтересно связываться с тобой, потому что ты в состоянии за себя постоять. Джил же почти не защищается, а еще не так-то уж и много людей, готовых за нее заступиться. Она легкая мишень.

Ну, хоть одна хорошая новость. После неудачного лос-анджелесевского опыта, Адриан вел себя вполне прилично, и я задавалась вопросом, надолго ли это. Судя по облику Джил, он все еще несчастен. У Ли было свободное время, но приглядывать за Адрианом не входило в его обязанности. Казалось, что эта проблема безвыходная и не имеет решения. Если Адриан поддавался своим порокам, то Джи либо страдала от похмелья, либо была вынуждена наблюдать за его любовными похождениями. Если же нет, то его накрывало отчаяние, что соответственно влияло и на нее. Единственное на что оставалось надеяться, что Джил научится блокировать его мысли, но, по словам Розы, это могло затянуться надолго.

Когда пришел день очередного кормления, я была разочарована, увидев на подъездной дорожке автомобиль Кита. Раз уж он не собирался нам помогать, то мог бы просто держаться подальше. Но видимо он думал, что эти «контрольные» визиты это его прямая обязанность, чем и оправдывал свое присутствие. За исключением Адриана в гостиной никого не наблюдалось, Кита и Кларэнса нигде не было видно.

— Где они? — спросила я Адриана.

Тот, развалившись на диване, перевел на меня взгляд, и затем захлопнул книгу, которую читал. У меня создалось впечатление, что чтение было для него нечастым занятием, поэтому я почти почувствовала вину за то, что прервала его. В гостиной не было никакого алкоголя, но рядом с Адрианом стояли три пустые банки, напоминавшие энергетические напитки.

Он пожал плечами.

— Не знаю. Болтаются где-нибудь. У твоего коллеги больное чувство юмора. Думаю, он развивает паранойю Кларэнса, расспрашивая его о мистических охотниках на вампиров.

Я бросила на вошедшего Ли тревожный взгляд, однако, тот незамедлительно начал болтать с Джил. Оба настолько были поглощены друг другом, что совсем не осознавали, о чем идет речь. Я знала, на сколько разговоры про охотников беспокоили Ли. Готова поспорить, он явно не поблагодарит за это Кита.

— Кларэнс слышал про убийство в Лос-Анджелесе? — спросил Эдди. У Кита не было никаких причин скрывать это, с тех пор как Алхимикам стало все известно, но у меня не было уверенности, что это как-то связано с хозяином дома.

— Он не упоминал об этом, — сказал Адриан. — Зуб даю, Кит делает это просто скуки ради или что-то в этом роде. Даже я не пал бы так низко.

— Теперь ты так развлекаешься? — спросила я, указав на энергетические напитки.

— Эй, это не водка или бренди или… ну, кое-что другое. — Адриан вздохнул и, закинув ногу на ногу, допил последний глоток. — Так что я заслужил немного похвалы.

Эдди взглянул на банки.

— У Джил не было проблем со сном прошлой ночью?

— Адриан, — простонала я. Мой именуемый братец был прав, Джил постоянно ворочалась этой ночью. Конечно, заменитель кофеина многое объяснял.

— Эй, я стараюсь, — возмутился Адриан. — Если бы ты вытащила меня отсюда, Сейдж, то я бы не топил свои печали в Таурине.[26]

— Она не может сделать этого, Адриан, и тебе это прекрасно известно, — сказал Эдди. — Не мог бы ты… ну, я не знаю. Найти себе хобби или что-то в роде этого?

— Быть очаровательным — вот мое хобби, — упрямо сказал Адриан. — Я — король любой вечеринки, даже без выпивки. И я не могу находиться в одиночестве.

— Ты можешь найти работу, — сказал Эдди, усаживаясь на стул в углу, и улыбаясь собственному остроумию. — Решишь обе свои проблемы — заработаешь денег и будешь среди людей.

Адриан нахмурился.

— Осторожно, Кастиль. В этом доме шучу только я.

Меня же предложение Эдди заинтересовало.

— А это и вправду неплохая идея.

— Это ужасная идея, — пробурчал в ответ Адриан.

— Почему же? — спросила я. — Или ты снова хочешь сказать, что твои руки не созданы для работы?

— Я хочу сказать, что мне нечего предложить обществу, — возразил он.

— Может, нужна помощь?

— Неужели ты собираешься работать, а зарплату приносить мне? — с надеждой спросил Адриан. — Потому что это действительно могло бы помочь.

— Я могу устроить тебе собеседование, — сказала я. — Могу составить резюме, чтобы ты смог получить любую работу… ну, в пределах разумного конечно.

Адриан снова потянулся и взглянул на меня с вымученной улыбкой

— Прости, Сейдж. Что-то не хочется.

Через мгновение в комнату вошли Кларэнс и Кит. Хозяина дома явно переполняли эмоции.

— Благодарю, благодарю, — твердил он. — Так приятно поговорить с кем-то, кто считает мои страхи обоснованными.

Я ни на секунду не поверила, что Кит может заботиться о чем-то кроме своих собственных корыстных интересов. Лицо Ли потемнело, когда он понял, что Кит поощряет старика, в его безумных идеях. Однако парень Джил воздержался от каких-либо комментариев. Я первый раз видела на лице Ли столько негативных эмоций. Видимо Кит может сломить даже самую жизнерадостную личность.

Кларэнс рад был нас видеть, так же как и Дороти. Люди, дающие кровь вампирам не видят в этом ничего отвратительного. В действительности ужасно то, что от этого развивалась зависимость. Во время укуса вампиры выделяют эндорфины, дающие ощущение эйфории. Люди-кормильцы, постоянно проживающие с мороями, всегда находились в таком состоянии, попадая в зависимость. Такие, как Дороти, которая прожила с Кларэнсом в течение многих лет. При нашем появлении ее глаза загорелись, показывая, что каждый приезд нового мороя доставляет ей удовольствие.

— Эй, Сейдж, — прервал ход моих мыслей Адриан. — Не хочу напрашиваться, но ты не могла бы съездить со мной за сигаретами?

Я хотела было сказать ему, что не собираюсь потакать его вредным привычкам, но потом заметила его многозначительный взгляд на Дороти. «Он пытается вытащить меня отсюда? Дает мне повод сбежать на время кормления?» Из того, что я знала, морои обычно не скрывались друг от друга во время своих трапез. Джил и Дороти обычно уходили в комнату, чтобы меня не смущать. Я знала, что они сделают это снова, но решила, что лучше воспользоваться возможностью и слинять. Я взглянула на Кита, ожидая, что он воспротивится. Но тот только пожал плечами.

— Хорошо, — сказала я, поднимаясь. — Поехали.

В машине Адриан повернулся ко мне.

— Я передумал, — сказал он. — Давай найдем мне работу.

Мою Латте чуть не вывернуло на встречного полосу. Вряд ли что-нибудь, сказанное им, могло поразить меня еще больше. Но, похоже, он был абсолютно серьезен.

— Так скоро. Ты не шутишь?

— Это же в моем репертуаре. Ты до сих пор хочешь помочь?

— Полагаю, что так, хотя и немногое могу сделать. Я не могу найти тебе саму работу. — Я мысленно пробежалась по списку, состоящему из известных мне фактов жизни Ивашкова. — Не уверена, что найдется работа, которая может тебя прийтись по вкусу.

— Хочу что-нибудь интересное, — сказал он. И, подумав еще немного, добавил. — Еще, хочу зарабатывать много денег — и ничего при этом не делать, насколько это вообще возможно.

— Прекрасно, — пробормотала я. — Это значительно сужает круг поиска.

Мы добрались до центра города, и мне удалась безупречная параллельная парковка, которая не шибко-то и произвела на моего спутника впечатления. Пока Адриан покупал сигареты в маленьком магазинчике, я осталась на улице. Упали вечерние тени. В последнее время я часто была за пределами кампуса, но мои поездки ограничивались Кларэнсом, мини-гольфом и заведениями фастфуда. Оказалось, что городок Палм-Спрингс был действительно великолепен. Вдоль переулка выстроились бутики и рестораны, а мимо проходило множество разных людей: пенсионеры в нарядах для гольфа прогуливались рядом с молодым гламурным обществом. Я знала, что сюда так же приезжает огромное количество знаменитостей, но мои познания в этой области были так ничтожны, что я вряд ли могла бы узнать хоть кого-то.

— Боже, — прорычал Адриан, выйдя из магазина. — Они подняли цену на мои сигареты, пришлось купить какую-то дрянь.

— Знаешь, — сказала я, — прекратить курить — это отличный способом сэкономить…

И тут я застыла, как вкопанная. В трех кварталах отсюда, внизу по улице, сквозь листья нескольких пальмовых деревьев, можно было разглядеть вывеску, богато украшенными готическими буквами:

Nevermore

Это было то самое место. Источник татуировок, которые распространились по всему Амбервуду. С момента инцидента с Кристин, я хотела покопаться в этом деле, но не была уверена в том, как это сделать. Сейчас у меня появился отличный шанс.

На мгновение я вспомнила, как Кит предупредил меня не ввязываться в то, что может привлечь внимание или навлечь неприятности. Затем вспомнила, как выглядела Кристин во время передозировки. Это была моя возможность что-то сделать. Так что решение было принято.

— Адриан, — позвала я. — Мне нужна твоя помощь.

Пока мы шли в сторону тату-салона, я вводила его в курс дела. История его явно заинтересовала, и он уже начал подумывать о возможности нанесения такой штуки на вампирскую кожу. Однако, после рассказа о Кристин, его интерес резко поубавился.

— Даже если это не технология Алхимиков, они по-прежнему делают что-то опасное, — объяснила я. — Не только по отношению к Кристин. То, что вытворял Слейд — используя ее как стероиды — так же плохо. Людям причиняют вред. — Внезапно, я подумала о порезах и синяках Трея.

От соседнего ресторана тату-салон отделял небольшой переулок, и мы остановились перед ним. Стоя там, мы увидели, как со стороны салона открылась дверь, и оттуда вышел курящий мужчина. Он сделал всего пару шагов, когда из двери высунул голову другой человек и крикнул:

— Ты надолго?

— Только сбегаю до магазина, — ответил человек с сигаретой. — Вернусь через десять минут.

Второй парень исчез внутри, закрыв за собой дверь. Несколько минут спустя, мы увидели его в окне магазина.

— Мне нужно туда попасть, — сказала я Адриану. — В ту дверь.

Он выгнул бровь.

— Что, тайком пробраться внутрь? Это слишком не похоже для тебя. И, эх, не тебе говорить — это опасно и безрассудно.

— Знаю, — согласилась я, удивленная тем, насколько спокойно звучал мой голос. — Но мне нужно выяснить как можно больше, и это, может быть, мой единственный шанс.

— Тогда я пойду с тобой, вдруг тот парень вернется, — сказал он со вздохом. — Никому не позволю сказать, что Адриан Ивашков отказывает в помощи дамам, попавшим в трудное положение. Кроме того, ты видела того парня. Он выглядит как безумный байкер. На самом деле они оба так выглядят.

— Я не хочу, чтобы ты… погоди. — Меня осенило. — Ты поговоришь с парнем внутри.

— А?

— Ступай. Отвлеки его, пока я там осматриваюсь. Навешай ему о… не знаю. Придумай что-нибудь.

Мы быстро приступили к исполнению плана. Я отправила Адриана вперед, а сама нырнула в переулок и подошла к задней двери. Потянув ручку, я обнаружила, что дверь заперта.

— Ну, конечно же, — пробормотала я. «Что за глупость оставлять заднюю дверь незапертой?» Мой гениальный план начал рушиться, пока я не вспомнила, что у меня в сумке есть «предметы первой необходимости» для Алхимика.

Мой полный комплект редко был необходим — в средней школе он требовался только для избавления от прыщей, поэтому обычно я хранила его дома. Но Алхимики всегда были во всеоружии, где бы они ни были, скрывая следы вампирского пребывания. Поэтому пару вещей всегда находились при мне. Одна из них — вещество, которое может растворить тело стригоя меньше, чем за минуту. Другое — было столь же эффективно при растворении металлов.

Это был тип кислоты, хранившийся в защищенном флаконе. Быстро достав его из сумки, я отвинтила крышку. В меня ударил резкий запах, заставив наморщить нос. Захватив пипеткой жидкость из стеклянного флакончика, я осторожно капнула несколько капель прямо в сердцевину замка. В течение тридцати секунд появившийся белый туман рассеялся, а в центре дверной ручки образовалась дыра. Одним из качеств этого вещества, который Алхимики прозвали «скоростной прожиг» была мгновенная реакция. Теперь же оно не представляло опасности для моей кожи, так что я толкнула ручку и вошла.

Приоткрыв дверь, я убедилась, что там никого не было. Ни души. Чисто. Я прокралась внутрь и тихонько закрыла за собой дверь, запирая изнутри на щеколду, дабы удостовериться, что она останется запертой. Внутри находилось складское помещение, заполненное всевозможными инструментами для создания татуировок. Меня окружали три дверных проема. Один вел в ванную комнату, второй — в темноту, а третий — в переднюю часть салона, к главной стойке. Из того дверного проема, сквозь который просачивался свет и я могла расслышать голос Адриана.

— У моего друга есть одна такая, — говорил мой партнер. — Я увидел ее и он сказал, что сделал ее в этом месте. Ну же, хватит меня разыгрывать.

— Извини, — последовал грубый ответ. — Без понятия о чем ты.

Я медленно начала обыскивать шкафы и ящики, читая этикетки в поисках чего-нибудь подозрительного. Там было много всякой всячины, а вот времени у меня было в обрез.

— Так дело в бабках? — спросил Адриан. — Если так, то у меня их навалом. Просто назови цену.

Наступила длинная пауза, и я надеялась, что Адриана не попросят показать наличные, так как последние его деньги ушли на сигареты.

— Ну не знаю, — наконец, протянул парень. — Если бы я был в состоянии сделать эту медную татуировку, о которой ты говоришь, ты бы не смог себе ее позволить.

— Говорю же тебе, — сказал Адриан. — Просто назови свою цену.

— Что конкретно тебя в ней интересует? — медленно спросил мужчина. — Только цвет?

— Думаю, что мы оба знаем, — хитро начал Адриан. — Хочу цвет. Хочу «дополнительные эффекты». И так для пантов. Но не думаю, что ты в состоянии сделать дизайн, который бы мне подошел.

— Это наименьшая из твоих забот, — сказал парень. — Я делаю это в течение нескольких лет, могу нарисовать все, что хочешь.

— Правда? А можешь нарисовать скелет байкера на мотоцикле объятый пламенем? А на скелете я хочу пиратскую шляпу. И попугая на плече. Скелет попугая. Или, возможно, скелет попугая-ниндзя? Нет, это, наверное, это будет уже перебор. Но было бы круто, если бы скелет байкера мог метать несколько пламенных звездочек.

Между тем, я все еще не нашла никаких признаков того, что мне было нужно, однако, был миллион укромных уголков и трещин слева от меня, которые тоже требовали исследования. Во мне начала зарождаться паника. Мне не хватало времени. Затем, приметив темную комнату, я поспешила к ней. Метнув быстрый взгляд в переднюю салона, я щелкнула выключатель и затаила дыхание. Должно быть никто ничего не заметил, так как разговор продолжился с того места, где он был прерван.

— Это самая бредовая просьба, какую я когда-либо слышал, — произнес тату-мастер.

— Дамы будут думать иначе, — парировал Адриан.

— Послушай, малыш, — сказал парень. — Дело даже не в деньгах. Речь идет о наличии материалов. Такого большого количества чернил, которое тебе нужно нет даже у меня на складе.

— А, когда ваш поставщик поставит новую партию? — спросил Адриан.

Тем временем я оказалась в комнате, где делались эти татуировки. Здесь был раскладной стул, стол, гораздо, более удобный, чем тот, на котором мне набивали татуировку — и небольшая часть этого стола была заставлена, казалось, только что использованным инвентарем.

— У меня в списке уже есть несколько людей перед тобой. Я не знаю, когда поступят чернила.

— Можешь позвонить мне, когда узнаешь? — спросил Адриан. — Я дам тебе свой номер. Меня зовут Джет Стил.

Если бы не вся напряженность ситуации, я бы точно застонала. «Джет Стил?[27] Серьезно?» Но тут, я, наконец, нашла то, что искала. У тату-пистолета, лежащего на столе, был свой контейнер для чернил, но рядом с ним стояло несколько маленьких пузырьков. Они все были пусты, но некоторые по-прежнему хранили достаточное количество металлических остатков, которых вполне хватит для анализа. Не раздумывая, я начала складывать их в свою сумку. Рядом стояли несколько запечатанных флакончиков, полных темной жидкости. На мгновение я замерла и, осторожно взяв один из них, открыла и принюхалась.

Это было то, чего я и боялась, и плотно закрыв пузырек, тоже отправила его в сумку.

И тут позади меня раздался грохот. Кто-то пытался открыть заднюю дверь. Я заперла ее на задвижку, поэтому она не поддавалась. Это означало, что время вышло. Застегнув свою сумку, я услышала, как открывается парадная дверь.

— Джо, какого хрена заперта задняя дверь? — спросил сердитый голос.

— Она всегда заперта.

— Нет, она заперта изнутри. Когда я уходил, этого не было.

Это было сигналом, что пора уносить ноги, и, погасив свет, я поторопилась назад через чулан.

— Постой! — воскликнул Адриан. В его голосе слышалась тревожная нотка, как будто он пытался привлечь внимание. — Я еще не все выяснил про татуировку. А можно и попугаю наколоть шляпу? Только маленькую?

— Минутку. Нам нужно кое-что проверить. — Голос прозвучал громче, чем раньше. Кто-то приближался.

Я нащупала руками задвижку и отперла ее. Мне удалось быстро открыть дверь, когда позади меня уже раздались голоса. Не оглядываясь, я закрыла дверь и, выбежав из переулка, припустила обратно на стоянку. Я была почти уверена, в том, что меня не заметили. Это была просто фигура, метнувшаяся к двери. Как, все-таки хорошо, что на улице кромешная тьма. Я смешалась с толпой, и незаметно пробравшись к своей машине, открыла дверцу.

Мне ужасно хотелось оглянуться, но боялась привлечь внимание двух парней-татуировщиков, на тот случай, если они прочесывают улицу. Пока у них не было оснований подозревать меня…

И тут меня за запястье схватила чья-то рука и дернула. Я ахнула.

— Это я, — произнес голос.

Адриан. Я с облегчением перевела дух.

— Не оглядывайся, — тихо произнес он. — Просто садись в машину.

Повторять дважды было не нужно. Как только мы оба оказались внутри, я сделала глубокий вдох, чтобы унять свое дико колотящееся сердце, и откинулась на спинку, закрывая глаза.

— Чуть не попалась, — сказала я. — А ты молодец.

— Знаю, — гордо ответил он. — Теперь мне уж точно захотелось сделать себе такую татуировку. Нашла то, что искала?

Я открыла глаза и вздохнула.

— Нашла, даже больше чем ожидала.

— Ну, так, что это? Они подмешивают наркоту в чернила для татуировок?

— Не совсем, они используют вампирскую кровь.

ГЛАВА 17

Переводчики: sunshima, Stinky, KotiK Вычитка: Светуська

Мое открытие вывело проблему с татуировками на новый уровень. До этого, я просто думала, что борюсь против людей использующих технологию схожую с технологией Алхимиков, чтобы подсадить студентов Амбервуда на наркоту. Это была моральная проблема. Сейчас же, когда оказалось, что замешана кровь, это стало проблемой Алхимиков. Наша главная цель, скрывать от людей существование вампиров. Если кто-то незаконно закачивает вампирскую кровь в людей — это значит, что они пересекли черту, которую мы каждый день сохраняем с огромным трудом.

Я знала, что должна немедленно сообщить об этом Алхимикам. Если кто-то доставал вампирскую кровь, Алхимики должны были бросить сюда свои силы и заняться расследованием. Если действовать по должностной инструкции, то мне следует доложить Киту и позволить ему самому отрапортоваться руководству. Если так, то уверена, что он подаст запрос, на его назначение по раскрытию этого дела. Я не могла этого допустить, и не потому, что сама хотела прославиться. Слишком много Алхимиков ошибочно верили, что Кит порядочный человек. Мне не хотелось поддерживать их иллюзию.

Но прежде чем что-нибудь предпринять, мне предстояло изучить содержимое остальных пузырьков. Я прикинула, правда не со ста процентной уверенностью, что металлические остатки, как и кровь, происходили прямо из каталога Алхимиков или же были их образцами. И если бы они пользовались нашими формулами, это стало бы очевидно с первого взгляда, как ни крути. Серебряный порошок в одном из пузырьков, например, мог быть одновременно несколькими различными алхимическими составами. У меня была возможность провести несколько опытов и разузнать подробнее, но одно вещество мне никак не удавалось распознать. Это была прозрачная, густоватая эссенция, не имеющая никакого характерного запаха. Я предположила, что это был наркотик, использующийся в Улетных татуировках. Кровь вампиров не могла вызвать такое усиление способностей, хотя это и могло объяснить тот сумасшедший атлетизм, у тех, кто сделал себе так называемые Стальные татуировки. Еще раз наскоро пробежавшись по результатам исследований, я вернулась к своей обычной школьной рутине.

На этой неделе, на физкультуре мы играли в баскетбол, так что Джил тоже участвовала, и, естественно стала объектом едких замечаний Лорел. Я слышала, как она говорила что-то вроде: «Думаю, она будет лучше играть, потому что вон какая каланча. Она вообще может дотянуться до корзины не подпрыгивая. Или может она обернется летучей мышью и полетает здесь».

Я поморщилась. Мне пришлось внушить себе, не раздувать проблему из-за каких-то подколок, но всякий раз, когда я их слышала, меня охватывала паника. Это необходимо как-то прекратить. Если я хочу помочь Джил, мне придется пресечь любые поддразнивания — не только на вампирскую тему. Ни к чему было привлекать к этому всеобщее внимание.

Мика пытался успокоить Джил после каждого брошенного комментария, что с определенной ясностью приводило Лорел в еще большее бешенство. До моих ушей долетали не только комментарии Лорел. Со времен моего рейда в тату-салон, я слышала немало интересной информации о Слейде и его компашки.

— Ну что, он сказал — когда? — расспрашивал Слейд парня по имени Тим о недавней поездке в салон, стоило только Мисс Карсон выйти из тренажерного зала.

Тим покачал головой.

— Нет. У них какие-то проблемы с поставщиками. Сказали, что товар завезли, но не хотят продавать его по прежней цене.

— Черт, — прорычал Слейд. — Мне нужно обновить.

— Эй, — сказал Тим. — А как же я? У меня вообще ни одной нет.

Это был не первый комментарий, который я услышала от кого-то, кто уже имел такую татуировку и нуждался в подкраске. Наркомания в действии.

Лицо Джил было непроницаемо, когда закончилась физкультура, и у меня создалось чувство, что она сдерживалась, чтобы не разреветься. Я попыталась поговорить с ней в раздевалке, но она просто покачала головой и отправилась в душ. Я и сама собралась туда пойти, когда услышала вопль. Все, кто еще оставался в раздевалке ринулись в душевую, узнать, что же случилось.

Лорел отдернула занавеску душевой кабинки и выбежала, не обращая внимания на то, что была абсолютно голой. Я разинула рот. Ее кожа была покрыта тонким слоем льда. Капельки душевой воды застыли твердой коркой по всей ее коже и волосам, хотя от теплого пара в душевой они уже начали подтаивать. Я осмотрела душевую и заметила, что вода, текшая из крана, тоже была замерзшей глыбой.

На крики Лорел, прибежала мисс Карсон, потрясенная, не меньше нашего, представшим нашему взору, невероятным зрелищем. Когда она, наконец, заговорила, то объяснила это какой-то странной проблемой с трубами и системой водонагрева. «Как характерно для моих собратьев. Они всегда тянутся к надуманным научным объяснениям, прежде, чем обратиться к мистическим».

Но у меня с этим проблем не было. Поэтому это облегчило мою работу.

Мисс Карсон пыталась отвести Лорел в другую душевую кабинку, чтобы смыть лед, но та отказалась, оставшись ждать, пока оттает сама, а потом обсушиться полотенцем. Ее волосы выглядели ужасно, когда она, наконец, отправилась на свой следующий урок, и я ухмыльнулась. «Видимо сегодня обойдется без перебрасывания волос по плечам».

— Джил, — позвала я, увидев, как она пытается затеряться в толпе девчонок, выходящих из раздевалки. Она виновато оглянулась через плечо, но сделала вид, что не услышала меня. Я подобралась ближе, позади нее. — Джил! — снова окликнула я ее. Она, определенно, меня избегала.

В коридоре Джил разыскала Мику и поспешила к нему. Умно. Она знала, что я не буду задавать компрометирующих вопросов, пока он рядом.

Ей удавалось избегать меня весь оставшийся день, но я засела в нашей комнате, пока она, наконец, не пришла домой, как раз перед комендантским часом.

— Джил! — воскликнула я, как только она вошла в дверь. — О чем ты только думала?!

Она кинула свои учебники на пол и развернулась ко мне. Похоже, что не только я заготовила речь на сегодня.

— Мне осточертело слушать издевки Лорел и ее прихвостней в мой адрес.

— И поэтому ты заморозила ее в душевой? — спросила я. — Как это должно было ее остановить? Тебе не позволено так поступать.

Джил пожала плечами.

— Зато мне полегчало.

— Это твое оправдание? — Мне едва верилось в это. Джил всегда казалась такой разумной. Она пережила становление принцессой и смерть с ясным умом. А это ее сломало. — Ты понимаешь, чем рискуешь? Мы всячески пытаемся не привлекать здесь внимания!

— Мисс Карсон не подумала, что это что-то сверхъестественное.

— Мисс Карсон придумала неубедительные оправдания, чтобы успокоить себя! Люди обычно так и поступают. По поводу всего этого проведут расследование и поймут, что трубы не могли замерзнуть, тем более в Палм-Спрингсе!

— И что? — требовательно спросила Джил. — Что тогда? Неужели их следующей мыслью будет, что это вампирская магия?

— Конечно же — нет, — ответила я. — Но поползут слухи. Ты возбудила их подозрения.

Она внимательно на меня посмотрела.

— Тебя это на самом деле расстраивает? Или то, что я в принципе использовала магию?

— Это не одно и то же?

— Нет. Я имею в виду, ты расстроена, что я использовала магию, потому что тебе оно ненавистно. Тебе не нравится иметь ничего общего с вампирами. Мне кажется это личное. Я знаю, что ты о нас думаешь.

Я застонала.

— Джил, ты мне нравишься. И ты права, магия меня беспокоит. — «Хорошо, очень беспокоит». — Но мои личные чувства не причина того, что люди будут задаваться вопросом, как могла замерзнуть вода при таких условиях.

— Это не правильно, что она может продолжать надо мной издеваться!

— Я знаю. Но ты должна быть лучше ее.

Джил присела на кровать и вздохнула. Похоже, ее ярость, сменилась отчаянием.

— Мне ненавистно это место. Я хочу обратно в академию Святого Владимира. Или во Двор. Или в Мичиган. Куда угодно, лишь бы не оставаться здесь. — Она умоляюще посмотрела на меня. — Разве у тебя нет никаких новостей о том, когда мне можно будет вернуться обратно?

— Нет, — ответила я, не желая говорить ей, что это может затянуться.

— Здесь все отлично проводят время, — сказала она. — Тебе здесь тоже нравится. У тебя куча друзей.

— Мне не…

— Эдди тоже здесь нравится. У него есть Мика и другие ребята, с кем можно затусить. Плюс, он опекает меня, что дает ему цель. — Я никогда не думала об этом в таком свете, но поняла, что она была права. — Но я? Что получила я? Ничего, кроме этой идиотской связи, которая только делает меня более подавленной, потому что я вынуждена слушать жалеющего себя Адриана.

— Завтра я беру Адриана на поиски работы, — сказала я, неуверенная, что это действительно поможет.

Джил мрачно кивнула. — Знаю. Его жизнь теперь тоже улучшится.

Она скатывалась в мелодраматичную жалость к себе, но в свете последних событий, отчасти я понимала, что прямо сейчас она имеет на это право.

— У тебя есть Ли, — сказала я

Это вызвало улыбку на ее лице.

— Знаю. Он классный. Я очень ему нравлюсь, и даже не верится… я имею в виду, это кажется безумием, что он тоже мне нравится.

— Не так уж и безумно.

Ее веселого настроения, как не бывало.

— Знаешь, Ли говорил мне, что ему кажется, я смогла бы стать моделью? Он говорит, что такое телосложение как у меня нравится дизайнерам модной одежды, и он знает одного из столицы, который в поиске моделей. Но когда я рассказала об этом Эдди, он сказал, что это ужасная идея, потому что я не могу рисковать и быть сфотографированной. Он сказал, если это выплывет наружу, другие могут меня найти.

— Это правда, — сказала я. — Во всех смыслах. У тебя действительно есть все данные, чтобы стать моделью, но это было бы слишком опасно.

Она вздохнула, выглядя подавлено.

— Вот видишь? У меня ничего не выходит.

— Мне жаль, Джил. Действительно жаль. Я знаю это трудно. Все, что я могу посоветовать, так это чтобы ты постаралась быть сильной. Ты действительно хорошо держалась до сих пор. Просто постарайся продержаться подольше, ладно? Просто продолжай думать о Ли.

Мои слова были пустым звуком, даже для меня самой. Я почти склонилась к тому, чтобы пригласить ее с собой и Адрианом, но решила этого не делать. Не думаю, что Адриану стоит отвлекаться. А так же я не уверена, что это заинтересует и ее. Если ей действительно будет так интересно, как проходит собеседование Адриана, она может и «подсмотреть» через их связь.

* * *

Я встречалась с Адрианом на следующий день, после школы, и первый раз за все время ни Ли ни Кита не было в пределах видимости старого имения. Однако был Кларэнс, который почти сбил меня с ног, когда я вошла.

— Ты слышала? — требовательно спросил он. — Ты слышала про эту бедную девушку?

— Какую девушку? — спросила я.

— Ту, что убили в Лос-Анджелесе две недели назад.

— А, да, — сказала я с облегчением, что не было новой смерти. — Это прискорбно. Нам повезло, что здесь нет стригоев.

На удивление он понимающе на меня посмотрел.

— Это был не стригой! Разве ты не заметила? Это были они. Охотники на вампиров.

— Но они выпили ее кровь, сэр. Вы думаете, что охотники на вампиров не люди? Ни у одного человека нет причин пить мoрoйскую кровь.

Он отвернулся от меня и начал расхаживать по гостиной. Я огляделась, задаваясь вопросом, где Адриан.

— Все продолжают это твердить! — произнес Кларэнс. — Как будто я этого еще не слышал. Не могу объяснить, зачем и для чего они это делают. Они очень непредсказуемы. Они поклоняются солнцу и имеют странные представления о зле и чести, даже более странные, чем ваши. — Ну, это уже что-то. По крайней мере, он знал, что я человек. Хотя иногда я сомневалась по этому поводу. — У них те же странные взгляды на вампиров и на то, что они все должны умереть. Без исключения убивают всех стригоев. С мороями и дампирами, они более, избирательны.

— Вы так уверены, что все о них знаете, — сказала я.

— Это стало моей целью после того случая с Тамарой. — Он вздохнул и внезапно стал выглядеть очень-очень старым. — По крайней мере, Кит верит мне.

Я продолжала стоять с непроницаемым лицом.

— А?

Кларэнс кивнул.

— Он хороший молодой человек. Ты должна дать ему шанс.

Мое самообладание ускользало, и я поняла, что нахмурилась.

— Я постараюсь, сэр. — В этот момент, к моему огромному облегчению, появился Адриан. Находиться наедине с Кларэнсом стало довольно стремно, когда он начал хвалить Кита Дарнэлла.

— Готов? — спросила я.

— А то, — ответил Адриан. — Дождаться не могу, того момента когда стану полезным членом общества.

Я оглядела его прикид и воздержалась от комментариев. Выглядел он весьма недурно, впрочем, как и всегда. Джил утверждала, что мой гардероб был дорогой, но Адриан меня переплюнул. Сегодня он надел черные джинсы и бургундскую рубашку на пуговицах. Рубашка была из какого-то материала с добавлением шелка, он носил ее расстегнутой на выпуск поверх брюк. Его волосы были тщательно уложены, выглядя так, будто он только что выполз из кровати. «Жаль, что у него не такая структура волос, как у меня. Мои так выглядят без всякой укладки».

Должна признать, он выглядел великолепно, но совсем не походил на того, кто собирается на собеседование по поводу работы. Он выглядел так, словно собрался на вечеринку. Это оставило меня в противоречивых чувствах. Но, тем не менее, я обнаружила, что восхищаюсь им, и снова он мне напомнил, что мое впечатление о нем иногда, как своего рода, от произведения искусства. Это было небольшое помешательство, то и дело, повторяя себе, что вампиры не привлекательны так, как люди. К счастью, вскоре я взяла себя в руки, браня за то, что не имело значения, насколько великолепно он выглядел. А имело лишь то, что он выглядел неподобающе для собеседований. Хотя, чего я удивляюсь. Это же Адриан Ивашков.

— Итак, что у нас на повестке дня? — спросил он, как только мы выехали на дорогу. — Думаю, «Председатель Ивашков» звучит вполне заманчиво.

— Там, на заднем сидении, лежит папка с нашим маршрутом, Председатель.

Адриан полез назад, доставая папку. После беглого просмотра ее содержимого, он провозгласил:

— Очко в твою пользу за сообразительность, Сейдж, но я не думаю, что кто-нибудь из них даст мне возможность вести мой привычный образ жизни.

— Тебе поможет резюме. Я приложила все усилия, но у меня было недостаточно информации.

Он пролистал бумаги и нашел резюме.

— Ого. Да я был репетитором в академии Святого Владимира?

Я пожала плечами.

— Это было самое близкое к тому, чем ты занимался.

— А Лисса была моим наставником, значит? Надеюсь, она даст мне хорошие рекомендации.

Когда Василиса и Роза еще учились в академии, Адриан тоже проживал там и занимался с Василисой изучением стихии Духа. «Репетитором», конечно, его можно было назвать с натяжкой, но это характеризовало его как пунктуального человека способного справляться с различными задачами.

Он захлопнул папку и откинулся на сидушку, прикрыв глаза.

— Как там Малышка? Она казалась подавленной, когда я последний раз ее видел.

Я подумала соврать, но поняла, что, в конечном счете, он все равно узнает правду, или непосредственно от нее или через их связь. Суждения Адриана могли быть под вопросом, но я обнаружила, что он прекрасно разбирался в людях. Эдди утверждал, что это из-за того, что Адриан был пользователем магии Духа, и еще что-то упоминал об ауре, о чем мне не очень-то верилось. У Алхимиков не было неопровержимых доказательств существования всего этого.

— Так себе, — ответила я, давая ему полный отчет, пока мы ехали.

— А в душе смешно получилось, — произнес он, когда я закончила.

— Это безответственно! Почему никто этого не видит?

— Но эта сука получила по заслугам.

Я вздохнула.

— Приятель, не забыл, для чего ты здесь? Ты один из тех людей, который видел ее смерть. Разве ты не понимаешь, насколько важно для нее оставаться в безопасности и вести себя сдержанно?

Адриан замолчал на минуту, и когда я взглянула на него, его лицо было непривычно серьезным.

— Знаю. Но я не хочу, чтобы она тоже страдала. Она… не заслуживает этого. Не так, как остальные из нас.

— Не думаю, что мы можем что-нибудь сделать.

— Может ты и не можешь, — сказал он, слегка улыбнувшись. — С своим-то монашеским образом жизни и прочей дребеденью. Не знаю. Джил просто такая… невинная. Знаешь, по этой причине, я ее спас. Я имею в виду, одной из причин.

Я вздрогнула.

— Как она умерла?

Он покачал головой с тревожным взглядом в глазах.

— Когда я увидел ее там, окровавленную и неподвижную… я даже не задумался о последствиях того, что делал. Я просто знал, что должен ее спасти. Она должна была жить. Я действовал без вопросов, даже не зная наверняка, получится ли у меня.

— Это был храбрый поступок.

— Может и так. Не знаю. Но понимаю, что ей пришлось пройти через многое. И не хочу, чтобы на нее навалилось еще больше.

— Как и я. — Я была тронута. Он продолжал удивлять меня своим странным поведением. Иногда было трудно представить Адриана, действительно заботящегося о ком-либо, но, когда он говорил о Джил, проявлялась его более мягкая сторона. — И сделаю все, что в моих силах. Я знаю, что мне следует больше говорить с ней… стать лучшим другом, или даже фиктивной сестрой. Просто…

Он посмотрел на меня.

— Неужели, и вправду, так стремно находиться рядом с нами?

Я покраснела.

— Нет, — ответила я. — Но… это сложно. Мне вдалбливались определенные вещи на протяжении всей моей жизнь. И их трудно перебороть.

— Самые глобальные перемены в истории произошли из-за того, что люди были способны стряхнуть с себя то, что им диктовали другие. — Он отвернулся от меня, уставившись в окно.

Такое утверждение раздражало меня. Конечно, так оно и было. Люди все время говорили, в самом деле, не понимая о последствиях. Будь собой, борись с системой! Но те, кто говорили это — такие люди, как Адриан — не жили моей жизнью. Они не росли в системе верований настолько жестких, что больше походило на тюрьму. Они не были вынуждены отказываться от своей способности самостоятельно мыслить и делать свой собственный выбор. Я поняла, что его слова не просто раздражали меня. Они рассердили меня. Они заставляли меня ревновать.

Я усмехнулась и бросила ему достойный комментарий.

— Должна ли я добавить мотивированный оратор в твое резюме?

— Если хорошо заплатят, то я только — «за». О-о. — Он выпрямился. — Я наконец-то раскусил его. Этого парня, Мику, насчет которого ты так беспокоилась.

— «Раскусил его»?

— Да. Почему он выглядит таким знакомым. Мика — точная копия Мэйсона Эшфорда.

— Кого?

— Дампира из Святого Владимира. Какое-то время он встречался с Розой. — Адриан усмехнулся и прислонился щекой к стеклу. — Ну, как и все, кто встречался с ней. Даже тогда она сходила с ума по Беликову. Даже, когда мы встречались. Не знаю, знал ли об этом когда-нибудь Эшфорд или она дурачила и его все время. Надеюсь, что так. Бедный ублюдок.

Я нахмурилась.

— Почему ты так говоришь?

— Он умер. Ну, думаю, точнее, будет сказать, что он был убит. Ты знала об этом? В прошлом году их компанию захватили стригои. Роза с Кастилем выкарабкались. Эшфорд — нет.

— Нет, — ответила я, делая мысленную галочку разобраться в этом. — Не знала. Эдди тоже там был?

— Был. Физически, по крайней мере. Стригои кормились от него, поэтому большую часть времени он неважно себя чувствовал. Хочешь поговорить об эмоциональном ущербе? Не забегай дальше.

— Бедный Эдди, — проговорила я. Внезапно, многое в дампире стало принимать для меня смысл.

* * *

Мы добрались до первого места по списку — юридическую фирму, которой требовался помощник. Должность звучала более эффектно, чем было на самом деле, и вероятно, включала множество поручений, которые мы с Треем постоянно исполняли для мисс Тервиллиджер. Но из трех мест, которые я отыскала, в этом был наибольший потенциал для будущего карьерного роста.

Очевидно, что в фирме хорошо шли дела, судя по вестибюлю, в котором мы ждали. В гигантских вазах росли орхидеи, а в центре холла располагался даже фонтан. В вестибюле, помимо нас, было еще трое ожидающих. Одной из них была хорошо одетая женщина, на вид лет сорока. Напротив нее сидел мужчина примерно того же возраста с молоденькой женщиной, чей вырез блузки послужил бы причиной незамедлительного исключения из Амбервуда. Каждый раз, глядя на нее, у меня чесались руки прикрыть ее вырез кардиганом. Все трое, очевидно, знали друг друга, судя по тому, как держали визуальный контакт, перекидываясь взглядами

Адриан изучил каждого по очереди, а затем повернулся ко мне.

— Это юридическая контора, — проговорил он тихим голосом, — специализирующаяся на разводах, верно?

— Да, — ответила я.

Он кивнул и несколько минут о чем-то размышлял. Затем, к моему ужасу, он наклонился вперед и сказал женщине постарше:

— Он был ослом, ясное дело. Вы потрясающая, стильная женщина. Просто подождите. Он еще пожалеет.

— Адриан! — воскликнула я.

Женщина вздрогнула, но не выглядела обиженной. Между тем, на другой стороне комнаты молодая женщина выпрямилась, выбираясь из объятий мужчины.

— Простите? — потребовала она. — Что это должно означать?

Мне хотелось провалиться сквозь, спасительную, землю. К счастью, следующей хорошей вещью, что случилась — было появление администратора, который вызвал троицу на встречу с адвокатом.

— Ты не шутишь? — спросила я, когда они ушли. — Неужели ты сказал это?

— Я говорю то, что думаю, Сейдж. Ты не веришь в правосудие?

— Конечно же, верю. Но для этого есть время и место! И уж точно не с совершенно незнакомыми людьми, которые находятся не в лучшей ситуации.

— Как бы то ни было, — сказал он самодовольно. — Я абсолютно уверен, что это день дамочки.

Именно в этот момент из офиса вышла женщина в черном костюме и туфлях на очень высоких каблуках.

— Меня зовут Джанет Маккейд, я офис-менеджер, — представилась она. Она неуверенно переводила взгляд между нами двумя, а затем остановилась на мне. — Вы, должно быть, Адриан.

Ошибка с именем была понятна, но путаница не сулит для него ничего хорошего. Моя оценка его клубной одежды оказалась верна. Моя невзрачная юбка и блузка цвета слоновой кости казались более подходящими для собеседования.

— Это Адриан, — произнесла я, указывая на него. — Я его сестра и здесь просто для моральной поддержки.

— Очень мило с вашей стороны, — сказала Джанет, выглядя немного озадаченной. — Что ж, тогда, можем мы побеседовать, Адриан?

— Конечно, — ответил он, вставая. Он отправился за ней, и я вскочила.

— Адриан, — прошептала я, хватая его за рукав. — Хочешь говорить правду? Так сделай это там. Не приукрашивай или не придумывай сумасшедшие байки о том, что ты был окружным прокурором.

— Понял, — сказал он. — Это будет как ветерок.

Если под «ветерком» он имел в виду быстро, тогда он оказался совершенно прав. Он вышел из офиса уже через пять минут.

— Не думаю, — сказала я, когда мы уже оказались в машине, — что она дала бы тебе работу, хотя бы основываясь на одном твоем внешнем виде.

Адриан, который, до этого не смотрел в мою сторону, сейчас одарил меня широкой улыбкой.

— Боже, Сейдж, ты говоришь приятные вещи.

— Я не это имела в виду! Что случилось?

Он пожал плечами.

— Я сказал правду.

— Адриан!

— Я серьезно. Она спросила, в чем моя самая сильная сторона. И я ответил, что лажу с людьми.

— Это неплохо, — призналась я.

— Затем она спросила, в чем моя самая большая слабость. А я спросил, «С чего мне начать?»

— Адриан!

— Прекрати постоянно повторять мое имя. Я сказал ей правду. К тому времени, когда мы добрались до четвертого вопроса, она сказала мне, что я могу идти.

Я застонала и боролась с желанием побиться головой об руль.

— Мне следовало бы сначала отрепетировать с тобой. Это стандартный вопрос с подвохом. Ты должен был ответить фразами типа: — Я слишком предан своей работе или я перфекционист.[28]

Он фыркнул и скрестил руки.

— Бред какой-то. Кто будет говорить что-то в этом духе?

— Люди, которым нужна работа.

Так как у нас теперь было дополнительное время, я приложила все усилия, чтобы наднатаскать его к следующему собеседованию. На самом деле это было «у Спенсера», где я попросила Трея замолвить словечко. И пока Адриан проходил собеседование в его задней части, я устроилась за столиком и заказала небольшую порцию кофе. Трей подошел ко мне примерно через пятнадцать минут.

— Он действительно твой брат? — спросил он

— Да, — ответила я, надеясь, что это прозвучало убедительно.

— Когда ты сказала, что он ищет работу, я представил себе мужскую версию тебя. И полагал, что он захочет чашечку в цветочек или еще что-то в этом роде.

— Так ты меня себе представляешь? — спросила я.

Трей покачал головой.

— Я считаю, что можно было найти что-нибудь и получше. Я только что был наверху и видел, как он говорил с моим менеджером. Она объясняла ему, что он должен будет убирать каждую ночь. Тогда он сказал что-то о руках и ручном труде.

Я не выругалась, но в этот момент мне этого очень хотелось.

Последнее собеседование проходило в модном баре в центре города. Я была уверена, что Адриан, скорее всего, знал каждый спиртной напиток в мире, и в фальшивом резюме добавила запись о том, что он окончил курсы бармена. На этот раз я осталась в машине и отправила его одного, понимая, что здесь для него был самый благоприятный шанс. По крайней мере, здесь его прикид был уместен. Когда он вышел через десять минут, я была ошеломлена.

— Как? — потребовала я. — Как ты мог так быстро вернуться?

— Когда я пришел, они сказали мне, что менеджер разговаривает по телефону и будет через несколько минут. Поэтому я сел и заказал себе выпивку.

На этот раз я прислонилась лбом к рулю.

— Что ты заказал?

— Мартини.

— «Мартини». — Я подняла голову. — Ты заказал мартини перед собеседованием по поводу работы.

— Это бар, Сейдж. Я полагал, что им будет плевать.

— Нет, не плевать! — воскликнула я. Громкость моего голоса удивила нас обоих и он слегка съежился. — Ты не глуп, независимо от того, насколько прикидываешься! И тебе прекрасно известно, что ты не можешь этого делать. Ты не должен делать этого рядом со мной! Не должен делать это рядом со всеми нами. Ты не принял это всерьез. И просто тратишь время мое и этих людей, только потому, что тебе больше нечем заняться!

— Неправда, — возразил он, однако прозвучало это неубедительно. — Я хочу получить работу… просто не подобную этим.

— Ты не в той ситуации, чтобы выбирать. Уже не хочешь съехать от Кларэнса? Это были твои билеты. Ты получил бы один из них, если бы просто приложил усилие. Ты очарователен, когда хочешь. Ты можешь реализовать себя в работе. — Я тронулась с места. — Заканчиваем с этим.

— Ты не понимаешь, — сказал он.

— Я понимаю, что у тебя трудные времена. Я понимаю, что ты испытываешь боль. — Я отказывалась смотреть на него и уделила все свое внимание дороге. — Но это не дает тебе право играть жизнями людей, которые тебя окружают. Попробуй позаботиться о своей перемене.

Он не отвечал, пока мы не вернулись к Кларэнсу и даже тогда, я не хотела его слышать.

— Сейдж… — начал он.

— Проваливай, — сказала я.

Он колебался, словно не соглашался с этим, но, наконец, уступил, быстро кивнув. Он вышел из машины и направился к дому, прикуривая сигарету. Меня переполняли ярость и разочарование. Как одному человеку удается отправлять меня на такие эмоциональные взлеты и падения? Каждый раз, когда он начинал мне нравиться, и я чувствовала, что мы действительно друг друга понимаем, он шел и вытворял нечто подобное. Я была дурой, позволяя себе чувствовать по отношению к нему дружелюбие. Неужели я действительно раньше думала, что он был произведением искусства? «Скорее он похож на обломок этой работы».

Мои чувства все еще бурлили, когда я вернулась в Амбервуд и съеживалась от мысли столкнуться с Джил в нашей комнате. Я не сомневалась, что она уже знала обо всем, что случилось с Адрианом, и у меня не было желания слушать, как она его защищает.

Войдя в свое общежитие, я не прошла мимо регистрационной стойки. Миссис Уизерс была в вестибюле вместе с Эдди и кампусовским офицером секьюрити. С бледным лицом поблизости стоял Мика. Мое сердце остановилось. Эдди бросился ко мне, его лицо выражало панику.

— Вот ты где! Я не мог связаться с тобой или Китом.

— М-мой телефон был выключен. — Я посмотрела на миссис Уизерс и офицера и увидела на их лицах то же самое беспокойство, как и у Эдди. — Что случилось?

— Джил, — мрачно сказал Эдди. — Она пропала.

ГЛАВА 18

Переводчики: sunshima, Stinky, Светуська Вычитка: Светуська

— Что значит пропала? — спросила я.

— Она должна была встретиться с нами пару часов назад, — сказал Эдди, обменявшись взглядом с Микой. — И я подумал, может она с тобой.

— Я не видела ее с физкультуры. — Я изо всех сил старалась, не ударится в панику. Существовало слишком много переменных в игре и недостаточно доказательств, чтобы начать думать о ее похищении сумасшедшими моройскими диссидентами. — Это действительно большая территория, я имею в виду, здесь в студенческом городке. Ты действительно уверен, что она просто не укрылась в каком-нибудь укромном месте и занимается?

— Мы довольно тщательно все обыскали, — сказал сотрудник службы безопасности. — Все учителя и секьюрити были подняты на ее поиски. Никто ее не обнаружил.

— И на мобильный не отвечает, — добавил Эдди.

Вот теперь я по-настоящему испугалась, и, наверное, это отразилось на моем лице. Выражение лица офицера смягчилось.

— Не волнуйтесь. Уверен, она скоро вернется. — Это были слова утешения, которые люди его профессии обязаны были говорить родственникам. — Но может у вас есть какие-нибудь соображения, куда она могла отправиться?

— Может она с другим вашим братом? — спросил Мика.

Я боялась, что дойдет до этого. Я была почти на сто процентов уверена, что она не с Китом, но вероятно, он уже может быть в курсе о ее исчезновении. Я вовсе не ждала этого с нетерпением, потому что знала, что он начнет читать мне нотации. В глазах других Алхимиков я провалила свое задание. Я всегда должна была находиться рядом с Джил. Это было моей работой, разве нет? Вместо этого, я как идиотка, бегала с дурацкими поручениями. И не просто с кем-то, а с вампиром. Вот что будет иметь значение для Алхимиков. «Любительница вампиров».

— Я только что виделась с Адрианом, — медленно проговорила я. — И могу предположить, что она могла добраться до Кларэнса и дожидаться его там. На самом деле внутрь я не заходила.

— Я и Адриану тоже звонил, — сказал Эдди. — Он тоже не отвечал.

— Прости, — сказала я. — Мы ездили с ним по собеседованиям, так что он, наверное, отключил свой мобильник. Может, снова попытаешься? — Мне точно не хотелось.

Эдди отошел позвонить Адриану, пока я разговаривала с миссис Уизерс и офицером. Мика оглядывался, выглядя взволнованным, и я даже чувствовала вину за то, что старалась держать его от Джил подальше. Расовые различия были проблемой, но он действительно о ней беспокоился. Я рассказала офицеру о всех местах студгородка, где частенько любила бывать Джил. Они совпали с теми местами, которые они уже прочесали.

— Что-нибудь узнал? — спросила я Эдди, когда он вернулся.

Он кивнул.

— Ее там нет. У меня дурное предчувствие. Теперь и он тоже взволнован. Может, нужно было подождать, и не говорить ему пока.

— Нет… на самом деле, это может и к лучшему. — Я встретилась глазами с Эдди и заметила искру понимания. Когда Адриан испытывал сильные эмоции, Джил всегда это чувствовала. Если он сейчас был взволнован, она, надеюсь, поняла, что ее ищут и объявится. Но это прокатит только в том случае, если она самостоятельно скрылась или отправилась куда-нибудь, где мы и не подумали ее искать. Я старалась не рассматривать вариант: «что-то случилось, и поэтому она не смогла снами связаться».

— Иногда студенты просто сбегают, — сказал офицер. — Это неизбежно. Обычно они пытаются прокрасться обратно до комендантского часа. Надеемся именно с этим мы сейчас и имеем дело. Если она не покажется после комендантского часа, что ж, тогда обратимся в полицию.

Он связался по рации с остальными, чтобы проверить обстановку, и мы поблагодарили его за помощь. Миссис Уизерс вернулась к регистрационной стойке, но была заметно взволнована и расстроена. Иногда, она производила впечатление грубого человека, но у меня сложилось такое впечатление, что самом деле, она заботилась о своих студентах. Мика оставил нас, чтобы разыскать несколько своих друзей, работающих в университетском городке, на случай, если они что-нибудь видели.

Нас с Эдди оставили одних. И не сговариваясь, мы направились к стульям в холле. Как и я, думаю, он специально застолбил местечко у двери, чтобы не пропустить момент, на случай ее возращения.

— Я не должен был ее оставлять, — сокрушался он.

— Тебе пришлось, — рассуждала я. — Ты не можешь быть с ней на занятиях и в ее комнате.

— Приехать сюда, было ужасной идеей. Это слишком большая территория. Охранять ее здесь очень сложно. — Он вздохнул. — Поверить не могу.

— Нет… это была хорошая идея. Джил нужно хоть какое-то подобие нормальной жизни. Вы можете запереть ее где-нибудь в комнате и отрезать от окружающего мира, но чего вы добьетесь? Ей нужно было пойти в школу и находиться среди людей.

— И все же это не шибко-то ей и пригодилось.

— Нет, — признала я. — Ей нелегко здесь пришлось. Я все надеялась, что вскоре все наладится.

— Я просто хотел, чтобы она была счастлива.

— Я тоже. — Я выпрямилась, когда в меня закралась тревожная мысль. — А ты не думал… не подумал, что она могла сбежать и вернуться к своей матери — может туда? Или во Двор, или еще куда?

Его лицо помрачнело.

— Надеюсь, нет. Ты представляешь, насколько это будет плохо?

Я подумала о нашей стычке после инцидента в душе.

— Не знаю. Возможно.

Эдди обхватил лицо руками.

— Поверить не могу, — продолжил он. — Я провалился.

С пропажей Джил, Эдди превратился в сплошной комок нервов и свирепости. Я никогда не видела, чтобы он был так близок к срыву. Я жила в страхе перед моим собственным провалом, приехав в Палм-Спрингс, но только сейчас осознала, что Эдди находился в таком же положении. Я вспомнила слова Адриана об Эдди и его друге Мэйсоне, и как Эдди чувствовал себя ответственным за случившееся. И если Джил не вернется, не будет ли это значить, что история повториться? Будет ли и она той, кого он потеряет? Я подумала, что эта миссия, возможно, была искуплением той ошибки. Вместо этого, она может превратиться в историю с Мэйсоном по новой.

— Ты не провалился, — сказала я. — Ты нес ответственность, защищая ее, и ты это сделал. Но ты не можешь контролировать ее счастье. Если кто и виноват, так это я. Это я ее отчитала за инцидент в душе.

— Да, но я разрушил ее надежды, когда сказал ей, что идея Ли, сделать ее моделью, ни куда не годится.

— Ты прав насчет Ли! — ахнула я. — Ну конечно. Вот где она. Она с Ли, я в этом просто уверена. У тебя есть его номер?

— Какой же я идиот, — застонал он, вытаскивая свой мобильник, и пролистывая справочник в поисках номера. — Я должен был догадаться.

Коснувшись до крестика на шее, я взмолилась про себя, чтобы все так легко обошлось. По крайней мере, это означало, что Джил была жива и здорова, Ли уж точно не стал бы с ней обращаться как с тайной беглянкой.

— Привет, Ли? Это Эдди. Джил не с тобой?

Наступила пауза, пока отвечал Ли. Но по языку тела Эдди, я поняла, что он ответил, прежде чем это прозвучало вслух. Его тело расслабилось, а в чертах лица читалось облегчение.

— Хорошо, — сказал Эдди через несколько минут. — Ладно, вези ее обратно. Прямо сейчас. Ее все ищут. — Еще одна пауза. Лицо Эдди стало серьезным. — Мы можем обсудить это позже. — Он дал отбой и повернулся ко мне. — Она в порядке.

— Слава Богу, — выдохнула я. Я встала и только теперь поняла, как была напряжена. — Минутку.

Разыскав миссис Уизерс и офицера секьюрити, я сообщила им новость. Офицер немедленно передал мои слова своим коллегам и дал отбой. К моему удивлению, миссис Уизерс выглядела так, будто скоро расплачется.

— Вы в порядке? — спросила я.

— Да, да. — Она отвернулась, стесняясь того, что дала волю эмоциям. — Просто сильно переволновалась. Я, я просто не хотела ничего говорить, чтобы не пугать вас, но постоянно кто-то пропадает… м-м, несколько лет назад, пропала одна девочка. Мы подумали, что она просто сбежала, как и предположил Мэтт. Но оказалось… — Миссис Уизерс скривилась и отвела взгляд. — Мне не следовало тебе этого рассказывать.

Как будто она могла молчать после такого вступления.

— Нет, пожалуйста. Расскажите мне.

Она вздохнула.

— Полиция нашла ее через несколько дней, мертвой. Ее похитили и убили. Это было ужасно, и они так и не поймали ее убийцу. Теперь, когда кто-нибудь пропадает, я всегда вспоминаю тот случай. Этого больше никогда не происходило, конечно, но такие вещи оставляют на нас шрамы.

Могу себе представить. И когда я вернулась к Эдди, опять подумала про него и Мэйсона. Кажется, у всех нас есть багаж прошлого. Как и у меня. Сейчас, когда Джил была в безопасности, все, о чем я могла думать: «Что же скажут Алхимики? Что скажет мой отец?» Эдди опять «повесил трубку», когда я приблизилась.

— Я позвонил Мике и все ему передал, — объяснил он. — Он действительно волновался.

Все признаки душевного расстройства миссис Уизерс мгновенно исчезли стоило Ли и Джил появиться в дверях. Джил действительно выглядела оптимистично, пока не увидела наши лица. Она застыла на месте. За ее спиной Ли тоже выглядел угрюмо. Думаю, он понял, что натворил.

Мы с Эдди поспешили вперед, но не могли говорить прямо сейчас. Миссис Уизерс немедленно потребовала отчета о том, где они были. Вместо того, чтобы промолчать, Джил призналась и рассказала правду: они с Ли покинули кампус и поехали в Палм-Спрингс. Она приложила все усилия чтобы Ли не обвинили в ее похищении, клятвенно заверяя, что он не знал о том, что она может покидать кампус только с членами семьи. Я подтвердила это, хотя Ли, по моему мнению больно легко отделался.

— Не мог бы ты подождать снаружи? — любезно спросила я его. — Мне нужно с тобой поговорить с глазу на глаз.

Ли послушался, кинув на Джил извиняющийся взгляд. Слегка провел по ее руке своей на прощание и отвернулся. Миссис Уизерс остановила его.

— Секундочку, — окликнула она, глядя на него с любопытством. — Я вас знаю?

Ли выглядел удивленным.

— Не думаю. Я никогда не был здесь раньше.

— В вас есть что-то знакомое, — настаивала она. Она хмурилась еще некоторое время. И наконец, пожала плечами. — Этого не может быть. Должно быть обозналась.

Ли кивнул, снова встретился с глазами Джил и ушел.

Миссис Уизерс не отставала от Джил. Она разразилась лекцией о том, насколько опасно и безрассудно они были.

— Если уж ты намылилась улизнуть, нарушив школьные правила, то могла бы, по крайней мере, предупредить об этом своих братьев с сестрой. Они из-за тебя до смерти перепугались. — Ее «лекция» о нарушении правил была почти смехотворной. Но учитывая то, как я была напугана — сейчас мне было не до смеху. Так же она сообщила Джил, что на нее донесут, после чего ее ждет наказание.

— А сейчас, — сказала миссис Уизерс, — ты заключена в своей комнате на остаток ночи. Приходи ко мне после завтрака, и мы найдем выход, если директор посчитает это основанием для исключения.

— Прошу прощения, — сказал Эдди. — Могу я остаться с ней наедине на пару минут, прежде чем она поднимется к себе? Я хотел бы с ней переговорить.

Миссис Уизерс колебалась, словно хотела, чтобы наказание Джил вступило в силу прямо сейчас. Затем всмотрелась Эдди. Его лицо было жестким и суровым, и думаю, что миссис Уизерс понимала, что наказание со стороны старшего брата Джил, последует незамедлительно.

— Пять минут, — сказала миссис Уизерс, постукивая по часам. — Затем поднимайся наверх.

— Нет, — сказала Джил, как только мы остались одни. В выражении ее лица присутствовала смесь страха и непокорности. — Я знаю, что была неправа. Мне не нужна ваша лекция, ребята.

— Неужели? — спросила я. — Потому что, если бы ты знала, что это неправильно, ты бы так не сделала!

Джил скрестила руки на груди.

— Я должна была выбраться отсюда. По своим собственным делам. И не с вами.

Комментарий относился именно мне. Это звучало по-детски и мелочно. Но к моему удивлению, задетым этим оказался Эдди.

— Что это значит? — спросил он.

— Это значит, что я просто хотела побыть подальше от этого места и без твоих нравоучений, в которых только и слышно, что я делаю все не так. — Это опять мне. — И без того, чтобы ты бросался на каждую тень. — Это, естественно, уже Эдди.

— Я просто хочу тебя защитить, — сказал он, с таким видом, словно ему больно. — Я не пытаюсь слишком сильно опекать тебя, но не могу допустить, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Только не снова.

— Я в большей опасности рядом с Лорел, чем с каким-либо убийцей! — воскликнула Джил. — Знаете, что она сделала сегодня? Мы работали в компьютерной аудитории, и она «случайно» так споткнулась об шнур питания моего компьютера. Я потеряла половину своей работы и не закончила ее вовремя, поэтому теперь мне влепят низкую оценку.

Урок по резервному копированию работы, вероятно, сейчас был бы не к месту.

— Слушай, это действительно ужасно, — сказала я. — Но это не одно и тоже, как если бы тебя убили. Где вас носило?

Мгновение она выглядела так, словно не собиралась выдавать информацию. Наконец, она сказала:

— Ли отвез меня в Солтон Си.[29]

— Видя наши недоуменные взгляды, она пояснила: — Озеро за городом. Это было чудесно. — На ее лице появилось почти мечтательное выражение. — Вокруг меня так долго не было такого количества воды. Потом мы отправились в центр города и просто гуляли, ходили по магазинам, ели мороженое. Он привел меня в бутик, дизайнер которого ищет моделей и…

— Джил, — прервала ее я. — Я не спрашиваю тебя, насколько удивительным был твой день. Ты напугала нас. Ты этого не понимаешь?

— Ли не должен был этого делать, — проворчал Эдди.

— Не вини его, — ощетинилась Джил. — Я сказала ему, что… я заставила его подумать, что вы не против. И ему не известно о настоящей причине, по которой я здесь или о существующей опасности.

— По-моему, устраивать свидание было плохой идеей, — пробормотала я.

— Ли — самое лучшее, что произошло со мной здесь! — воскликнула она сердито. — Я заслуживаю иметь возможность выходить в свет и развлекаться, как вы, ребята.

— «Развлекаться»? Это сильно преувеличено, — не согласилась я, вспоминая свою вторую половину дня, проведенную с Адрианом.

Джил нуждается в мишени для своего срыва, что ж, я выиграю эту роль с блеском.

— Не сваливай все на меня. Сама все время уезжаешь. А когда ты здесь, то от тебя только и слышно, что я, то одно, то другое — делаю все не так. Словно ты моя мать.

Я спокойно все это выслушивала, но внезапно, что-то в ее комментарии заставило меня сломаться. Мой контроль рухнул.

— Знаешь что? Это уже слишком. Потому что, насколько могу судить, я единственная среди вас, кто ведет себя как взрослый. Ты думаешь, что я выезжаю отсюда поразвлечься? Все, что я делаю — это нянчусь с вами, ребята и исправляю все ваши неприятности. Я потратила всю вторую половину дня, возя Адриана, чтобы он мог провалить все собеседования, которые я ему устроила. Затем я приезжаю сюда и сталкиваюсь с последствиями твоей «экскурсии». Мне понятна боль на счет Лорел — хотя, если бы ты с самого начала все прояснила с Микой, этих проблем можно было бы избежать. — Последний комментарий я адресовала Эдди. — Не понимаю, почему я одна вижу, насколько все это серьезно. Вампиро-человеческое свидание. Вы живете на грани. Вам запрещено устраивать подобное! И все же… вы по-прежнему продолжаете это делать. Вы сваливаете на меня непосильную ношу — наводить за вами порядок… пока все это время Кит и остальные Алхимики дышат мне в спину, ожидая, что я оступлюсь, потому что никто не доверяет мне с тех пор, как я помогла Розе. Ты думаешь, это забавно? Хочешь жить моей жизнью? Тогда приступай прямо сейчас, и начни принимать ответственность на себя.

Я не кричала, но мой голос, повысился. Я довольно долго говорила, на одном дыхании, и теперь сделала паузу, чтобы вдохнуть немного кислорода. Эдди и Джил смотрели на меня с широко раскрытыми глазами, словно не узнавали меня.

Именно тогда вернулась миссис Уизерс.

— На сегодня достаточно. А теперь сейчас же наверх, — приказала она Джил.

Джил кивнула, по-прежнему немного ошеломленная, и поспешила ретироваться, не сказав нам ни слова. Миссис Уизерс направилась к лестнице, и Эдди повернулся ко мне. Его лицо было бледным и серьезным.

— Ты права, — сказал он. — Я не справляюсь со своей задачей.

Я вздохнула, внезапно почувствовав усталость.

— Ты не так плох, как они.

Он покачал головой.

— Все равно. Возможно, ты права насчет Мики. Возможно, он бы сохранял дистанцию, если бы я поговорил с ним, и тогда Лорел не цеплялась бы к Джил. Я поговорю с ним сегодня вечером. Но… — Он нахмурился, осторожно подбирая слова. — Постарайся не быть слишком суровой к Адриану и Джил. Это для нее стресс, и иногда я думаю, что через их связь к ней просачивается часть сущности Адриана. Уверен, что именно поэтому, она, сегодня и сбежала. Именно так он бы и поступил в подобной ситуации.

— Никто не заставлял ее этого делать, — не согласилась я. — И меньше всего Адриан. Тот факт, что она принудила Ли и не рассказала нам, доказывает, о ее понимании, неправильности своего поступка. Это был ее выбор. И Адриан тут не причем.

— Да… но это Адриан, — сказал неубедительно Эдди. — Иногда я не знаю, как много из того, что он делает — его личное и сколько от Духа.

— Специализирующиеся на Духе могут принимать антидепрессанты, разве не так? Если его беспокойство по этому поводу становится такой проблемой, тогда ему следует научиться себя контролировать, взяв себя в руки. У него есть выбор. Он не беспомощный. Здесь нет жертв.

Эдди изучал меня несколько секунд.

— А я-то думал, что это у меня суровый взгляд на жизнь.

— У тебя суровая жизнь, — поправила я. — Но ты выстроил вокруг себя мысль, что всегда должен заботиться о других. Я была воспитана на том, чтобы верить в эту необходимость, но так же каждый должен попытаться позаботиться и о себе самом.

— И все же ты здесь.

— Скажи мне лучше вот что. Ты собираешься вместе со мной поговорить с Ли?

Все извиняющиеся черты исчезли с лица Эдди.

— Да, — яростно ответил он.

Мы нашли Ли, сидящим на скамье с несчастным видом. Он вскочил, когда мы приблизились.

— Ребята, мне так жаль! Я не должен был этого делать. Она просто звучала так грустно и так потеряно, что я хотел…

— Тебе известно, как мы ее опекаем, — отрезала я. — Как же так вышло, что ты не подумал о том, что мы забеспокоимся?

— И к тому же она несовершеннолетняя, — вставил Эдди. — Ты не можешь просто забрать ее, и делать с ней все, что вздумается!

Признаюсь, я была немного удивлена, что он предпочел предъявить Ли угрозу о добродетели Джил. Не поймите меня неправильно — я так же осознавала ее возраст. Но после того, как он буквально увидел ее смерть, казалось, что Эдди будет беспокоить нечто более насущное.

Серые глаза Ли расширились.

— Ничего не было! Я бы никогда не сделал с ней ничего подобного. Клянусь! Я бы никогда не воспользовался кем-то столь доверчивым. Я не могу это загубить. Она значит для меня больше, чем любая девчонка, с которой я когда-либо встречался. И хочу, чтобы мы навсегда были вместе.

Я думала, что «навсегда вместе» не относилось к их возрасту, но его глаза светились искренностью, которая меня тронула. Я все еще не простила того, что он сделал. Он серьезно выслушал нашу проповедь и пообещал, что этого больше никогда не повторится.

— Но пожалуйста… могу я все же видеться с ней, хотя бы, когда вы рядом? Можем мы по-прежнему проводить время все вместе?

Эдди и я обменялись взглядами.

— Если ей позволят покидать кампус после этого, — начала я, — не знаю, что будет дальше.

Ли ушел после еще нескольких извинений, и Эдди тоже вернулся в свое общежитие. Я поднималась по лестнице, когда зазвонил мой телефон. Взглянув на него, я остолбенела, увидев номер своих родителей из Солт-Лейк Сити на определителе номера.

— Алло, — отозвалась я. Какую-то безумную минуту я надеялась, что это была Зои.

— Сидни.

Отец. Мой живот скрутило от страха.

— Поговорим о том, что произошло.

Меня накрыла паника. «Как же он узнал об исчезновении Джил? — Кит сразу же стал очевидным предателем. — Но как Кит об этом узнал? Неужели он был у Кларэнса, когда Эдди звонил Адриану?» Несмотря на его недостатки, я не могла представить, что Адриан рассказывает Киту о том, что случилось.

— О чем поговорить? — спросила я, оттягивая время.

— О твоем поведении. Прошлой ночью мне звонил Кит, и должен сказать, я очень разочарован.

— Прошлой ночью? — Это было не об исчезновении Джил. «О чем же тогда?»

— В твои обязанности входило скоординировать усилия, чтобы эта моройская девушка вписалась в коллектив. И никак не входило общаться с ними и уж тем более хорошо проводить время! Я едва поверил, когда Кит рассказал мне, что ты возила их в боулинг.

— Это был мини-гольф, и Кит дал добро! Я первым его спросила.

— И затем я слышу, что ты девочка на побегушках для всех этих вампиров и тому подобное. В твои обязанности входит только одна девушка, и ты должна делать только то, что необходимо для ее выживания — о чем я так же слышал, что ты не делаешь и этого. Кит рассказал мне, что произошел инцидент, где ты неправильно урегулировала ее трудности с солнцем?

— Я немедленно доложила об этом! — закричала я. Я знала, что Кит собирался использовать это против меня. — Кит… — Я замолчала, обдумывая, как это лучше преподнести. — Неправильно истолковал мой первоначальный доклад. — Кит отверг мой первоначальный доклад и рассказал моему отцу, что его протеже солгала, чтобы самому подняться в глазах моего отца. Он мне не поверит. — Кит и был тем, с кем я разговаривала! Он всегда ошивается с Кларэнсом без объяснения причин.

— Наверное, чтобы удостовериться, что он смирный. Мне известно, что старик не всегда стабилен.

— Он одержим охотниками на вампиров, — объяснила я. — Он думает, что это люди убили его племянницу.

— Что ж, — сказал мой отец, — есть несколько людей, помешанных на вампирском мире, те, кого мы не можем от этого отгородить. Но вряд ли они охотники. Кит выполняет свой долг по просветительству Кларэнса. Однако, ты оказалась ошибкой.

— Это несправедливо!

— Честно говоря, я виню себя, — сказал он. «Я как-то в этом сомневаюсь». — Я не должен был позволять тебе ехать. Ты не была готова… не после того, что произошло. Нахождение с вампирами сбивает тебя с толку. Вот почему я меняю тебя.

— Что?

— Если бы у меня была возможность, я бы сделал это прямо сейчас. К сожалению, Зои еще не будет готова недели две. Алхимики хотят, чтобы она прошла некоторые испытания прежде, чем получит свою татуировку. Как только она ею обзаведется, мы отправим ее на твое место, а тебе предоставят… помощь.

— Отец! Это сумасшествие. Я хорошо справляюсь здесь. Пожалуйста, не присылай Зои…

— Прости, Сидни, — сказал он. — Ты не оставила мне выбора. Прошу, не натвори неприятностей за оставшееся время.

Он отключился, а я стояла в коридоре с упавшим сердцем. «Две недели! Две недели и они пришлют Зои. А меня… куда они отправят меня?» Я не хотела даже думать об этом, но и так уже знала ответ. Мне нужно остановить это. У меня началась бурная мозговая деятельность. «Татуировки», — внезапно подумала я. Если бы только закончить свои тесты над выкраденными веществами и найти информацию о поставщике крови, я бы добилась уважения Алхимиков — надеюсь, достаточное, чтобы стереть пятно, которое на меня навел Кит.

«Почему он это сделал? Почему сейчас?» Я знала, что он никогда не хотел брать меня с собой. Может он только и ждал своего часа, накапливая против меня информацию, пока не сможет сокрушить одним махом. Однако, я не позволю ему это сделать. Я раскрою это дело с татуировками и докажу, кто тут ведущий Алхимик. Сейчас у меня было достаточно доказательств, чтобы привлечь их внимание и будет просто переманить их на свою сторону, если за эту неделю не всплывет ничего нового.

Такое заключение наполнило меня решимостью, но стоило улечься в постель, как у меня возникли проблемы со сном. Надо мной так и висела угроза отца, а так же страх перед «центром переподготовки».

Примерно через час ворочиней, я задремала. Но даже этот сон был прерывистым и беспокойным. Я проснулась через несколько часов, после чего то и дело засыпала и снова впадала в дремоту.

На этот раз мне приснился сон.

Во сне я оказалась в гостиной Кларэнса. Все здесь было изысканным, антикварная мебель из темного дерева создавала ощущение простора и одновременно навивала зловещие чувства. Все детали ощущались очень ярко, вплоть до того, что я чувствовала запах запыленных книг и кожаной мебели.

— Ха. Сработало. Я не был уверен, сработает ли это с человеком.

Я оглянулась вокруг и обнаружила, подпирающего стену, Адриана. Секунду назад, его там не было, и во мне вспыхнул детский страх того, что вампиры появляются «из ниоткуда». А потом я вспомнила, что это сон, а во сне такое случается.

— В чем не был уверен? — спросила я.

Он обвел руками комнату.

— Смогу ли связаться с тобой и перенести в этот сон. — Не совсем поняв, к чему он клонит, я решила промолчать. Он выгнул бровь. — Ты не знаешь, так ведь? Где ты сейчас?

— У Кларэнса, — рассудила я. — А если в реальности, то сплю в своей кровати, а это просто сон.

— Ты права, от части, — согласился он. — Это духовный сон. Поэтому все реально.

Я нахмурилась. Духовный сон. Поскольку большинство наших знаний о Духе были отрывочными, мы почти ничего не знали о «духовных снах». Большинство из того, что я о них знала, было от Розы, которую таким образом, частенько посещал Адриан. Согласно ее рассказам, спящий и пользователь Духа, на самом деле встречались разумами, общаясь даже на больших расстояниях. Для меня было трудно все это постичь, но я видела, как Роза просыпалась с информацией, которую никак иначе узнать не могла. До сих пор у меня не было доказательств, одни предположения, а сейчас я действительно пребывала в духовном сне.

— Это просто обычный сон, — возразила я.

— Ты уверена? — спросил он — Оглянись вокруг. Сконцентрируйся. Чувствуешь разницу? Похоже на сон… но не совсем сон. И не совсем реальность. Называй это как хочешь, но в следующий раз, когда мы увидимся в реальности, и ты будешь бодрствовать, я в точности тебе опишу, что в нем произошло.

Я оглядела комнату, изучив ее, как он и посоветовал. Опять же, я была поражена яркостью, даже мельчайших деталей. Это определенно казалось реальным, но сны часто бывают, похожи на реальность… верно? Как правило, вы никогда не знаете, спите ли вы еще или уже проснулись. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить мысли. И тогда, я почувствовала. Я поняла, о чем он говорил. Не совсем похоже на сон. Не совсем похоже на реальность. Мои глаза распахнулись.

— Прекрати это, — закричала я, отвернувшись от него. — Закончи это. Выпусти меня отсюда.

Потому, что осознание того, что я действительно пребываю в духовном сне, я осознала кое-что и еще: я была окружена вампирской магией. Мой разум был пойман в ловушку. Я почувствовала клаустрофобию. Магия давила на меня лишая возможности дышать.

— Пожалуйста, — мой голос становился все более и более обезумевшим. — Пожалуйста, отпусти меня.

Адриан выпрямился, и выглядел удивленным.

— Постой, Сейдж. Успокойся. С тобой все в порядке.

— Нет. Я не в порядке. Я не хочу этого. Я не хочу, чтобы меня касалась магия.

— Это не навредит тебе, — говорил он. — Ни капли.

— Это неправильно, — прошептала я. — Адриан, прекрати это.

Он протянул руку, будто пытался меня успокоить, но потом передумал.

— Это не навредит тебе, — повторил он. — Просто выслушай меня, а потом я рассею его. Обещаю.

Даже во сне мой пульс участился. Я обхватила себя руками и оперлась о стену, стараясь сделаться маленькой.

— Хорошо, — прошептала я. — Только побыстрее.

— Я просто хотел сказать… — Он засунул руки в карманы и огляделся с неловкостью, прежде чем снова на меня посмотреть. «Его глаза действительно были более насыщенного зеленого цвета, чем в реальности? Или это просто мое воображение разыгралось?» — Я хотел… хотел извиниться.

— За что? — спросила я. Я ни о чем не могла думать, кроме моего собственного ужаса.

— За то, что я сделал. Ты была права. Сегодня я заставил тебя проделать напрасную работу и попусту занять свое время.

Я вынудила свой разум выудить воспоминания сегодняшнего дня.

— Спасибо, — просто ответила я.

— Не знаю, почему я так поступаю, — добавил он. — Я просто ничего не могу с этим поделать.

Я по-прежнему была напугана, все еще задыхалась, окружающей меня магией. Так или иначе, мне удалось повторить мою недавнюю беседу с Эдди.

— Ты можешь иметь над собой контроль, взяв себя в руки, — сказала я. — Ты не жертва.

Адриан не уставился в одну точку мигающим взглядом, уйдя в себя. Но тут он внезапно перевел свой пристальный взгляд на меня.

— Точно так же как Роза.

— Что?

Адриан протянул свои руки к колючей красной розе, внезапно появившейся здесь. Я ахнула, стараясь держаться подальше. Он аккуратно покрутил ее за стебель, чтобы не уколоть свои пальцы.

— Она так сказала. Что я строю из себя жертву. Я действительно так жалок?

Роза увяла и превратилась в пыль у меня на глазах. Я начертила знак против зла на своем плече, и попыталась вспомнить суть разговора.

— Жалкий — не то слово, которое я бы использовала, — сказала я.

— А какое тогда?

Мой разум опустел.

— Не знаю. Заблудший?

Он улыбнулся.

— Это преуменьшение.

— Я проверю в словаре, когда проснусь и скажу тебе. Пожалуйста, не мог бы ты прекратить это?

Улыбка исчезла, уступив место изумлению.

— Тебе действительно так страшно, да? — Я позволила себе промолчать, вместо ответа. — Ладно, еще только одна вещь. Я нашел другой способ уйти от Кларэнса и заработать немного деньжат. Я читал о колледже и стипендии. Если бы я поступил учиться, как думаешь, мне бы хватило на жизнь?

Это был конкретный вопрос, в котором был толк.

— Возможно. Но думаю уже слишком поздно. Группы уже сформированы, занятия начались.

— Я нашел одно место по интернету. Карлтон. Колледж на другом конце города, там еще не начались занятия. Но мне нужно действовать быстро и… я не знаю, с чего мне начать. Документы. Процедура оформления. Ну, это же твоя специализация, правильно?

— Печально, но факт, — согласилась я. Какая-то часть меня подумала, что Карлтон, звучит знакомо, но я не могла вспомнить.

Он глубоко вдохнул.

— Ты мне поможешь? Я знаю, что тебе снова придется стать нянькой, но я не знаю с чего начать. Обещаю, я пойду тебе на встречу, в любом случае. Скажи мне, что нужно делать, и я сделаю.

«Нянька». Он говорил с Джил или с Эдди, или с обоими. Хотя, это было весьма обосновано. Он просто хотел знать, что с ней все в порядке. Могу только догадываться, как моя тирада была ими понята.

— Ты был в колледже раньше, — сказала я, вспоминая свои записи. Я изучила его биографию, когда собирала воедино сведения для злополучного резюме. — Потом бросил.

Адриан кивнул.

— Да.

— Как я могу знать, что ты не сделаешь этого, на сей раз? Как я могу быть уверена, что ты снова не потратишь мое время впустую?

— Никак, Сейдж, — признался он. — И я не виню тебя за это. Все, о чем я прошу — это дать мне еще один шанс. Попытайся поверить в мои слова, что пойду до конца. Поверь мне, я серьезно. Просто поверь.

Между нами наступило молчание на несколько долгих минут. Я немного расслабилась, даже не осознавала это, однако продолжала стоять у стены. Я изучала его, желая лучше уметь читать людей. «В реальности его глаза были такими же зелеными», сделала я вывод. Просто обычно я не смотрела в них с такого близкого расстояния.

— Ладно, — сказала я. — Я тебе верю.

Его лицо выглядело изумленным.

— Веришь?

Я не улучшилась в своей способности читать людей, чем десять секунд назад, но в этот момент во мне внезапно вспыхнуло прозрение понимания тайны, которой был Адриан Ивашков. Люди не часто ему верили. Они мало чего от него ожидали, что он и делал. Даже Эдди описал его своего рода так: это Адриан. Однако, для этого ничего не было сделано.

Я вдруг внезапно осознала, каким бы маловероятным это не казалось, но у нас с Адрианом было много общего. Мы оба постоянно были зажаты в рамки ожидания других. И не важно, что от меня люди ожидали всего, а от него — ничего. Мы были похожи, оба постоянно пытались вырваться из этих рамок, что другие вешали на наши собственные личности. Адриан Ивашков — легкомысленный, вампирский парень — был больше похож на меня, чем кто-либо, кого я знала. Мысль была настолько поразительной, что я не смогла даже сразу ответить ему.

— Верю, — сказала я, наконец. — И помогу тебе. — Я вздрогнула. Страх сна снова вернулся, и я просто хотела, чтобы это закончилось. Я бы на все согласилась лишь бы оказаться в своей немагической постели. — Но не здесь. Пожалуйста… ты можешь отправить меня обратно? Или закончить это? Или что там?

Он медленно кивнул, выглядя все еще ошеломленным. Цвета и очертания стали расплываться подобно картине оставленной на проливном дожде и комната начала меркнуть. Вскоре все затуманилось, погрузившись во тьму, и я очнулась в своей постели в комнате общежития. Приходя в себя, я успела уловить отзвук его голоса у себя в голове:

«Спасибо, Сейдж».

ГЛАВА 19

Переводчики: sunshima, Stinky Вычитка: Светуська

Если у меня раньше и были проблемы со сном, то «сон» Адриана все только усугубил. Хоть я и вернулась благополучно в свою постель, все равно не могла избавиться от ощущения нарушения целостности. Мне казалось, что на моей коже налет магии. Мне так не терпелось выбраться из сна, что я только наполовину осознавала, на что подписалась. Я уважала желание Адриана пойти в колледж, но сейчас задавалась вопросом, должна ли я, на самом деле, помочь с этим после наказания моего отца о «вождении дружбы» с вампирами.

Окончательно проснувшись несколькими часами позже, я находилась в не самом наилучшем настроении. Напряжение в нашей комнате висело густым облаком, когда мы с Джил собирались на лекции. Вчерашнее воинственное поведение Джил испарилось, и она то и дело нервно поглядывала на меня, когда думала, что я этого не замечаю. Поначалу, я думала, что это мой всплеск вчерашних эмоций заставил ее встревожиться. Но когда мы вышли из комнаты, направляясь на завтрак, я поняла, что здесь было что-то еще.

— Что? — прямо спросила я, наконец, нарушая молчание. — Ты что-то хотела?

Джил бросила на меня еще один осторожный взгляд, когда мы влились в поток других девушек, спускающихся вниз.

— Эм, кое-что произошло вчера.

«Вчера много чего произошло», подумала я. Это было моим переутомлением, и я знала, что она не об этом.

— А именно? — спросила я.

— Ну… я начала рассказывать тебе о том, как Ли взял меня в тот магазин. В тот бутик одежды, владельца с которым он знаком? Ее имя Лия Ди Стефано. Мы поговорили и она, гм, предложила мне работу. Вот так.

— Работу моделью? — Мы дошли до очереди за едой, и хотя у меня не было никакого аппетита, я выбрала йогурт, который выглядел грустно и одиноко в середине моего пустого подноса. — Мы уже говорили на эту тему. Это небезопасно.

Тем не менее, была какая-то ирония в том, что случайный визит Джил смог принести ей работу, тогда как Адриан провалил, аж три собеседования.

— Только, без фотографий, которые появятся в журналах и тому подобному. Это показ местных дизайнеров. Мы наплели ей историю о том, что у нас некая религиозная семья, где существуют правила, касаемые фотографий и идентификации. Лия сказала, что вообще-то все ее модели носят полумаски. Ну, такие, как носят на маскараде, понимаешь? В этом всем, да и при таком освещении и движении… думаю, будет трудно меня узнать, если получится какой-нибудь откровенный снимок. Это всего лишь одноразовое событие, но мне нужно увидеться с ней заранее для примерок… и для практики. Она мне заплатит, и я буду нуждаться в поездках туда, а еще нужно разрешение от родителей.

Мы сели, и значительное количество времени я провела, помешивая свой йогурт, обдумывая ее слова. Все это время, я могла чувствовать ее взгляд на себе.

— Глупо конечно, — продолжила она, когда я не ответила. — Я имею в виду, что у меня даже и опыта-то никакого нет. Понятия не имею, почему она меня выбрала. Может, это какая-нибудь новая фишка. Неуклюжие модели или что-то в роде того.

В конце концов, я съела немного йогурта и посмотрела на нее.

— Ты не неуклюжая, Джил. На самом деле у тебя хорошие параметры для модели. Такие трудно найти. У людей, по крайней мере. — Опять же, я старалась не думать о том, как сложно приходится жить людям рядом с совершенством мороев. Пыталась не думать о том, как несколько лет назад, мой отец раскритиковал мою фигуру и сказал: Если те монстры могут выглядеть совершенно, почему ты не можешь?

— Но все же, ты по-прежнему думаешь, что это ужасная идея, — предположила она.

Я не ответила. И так было понятно, к чему вела Джил, но она не могла заставить себя прямо спросить меня об этом. И я не хотела облегчать ей эту задачу. Я была слишком расстроена из-за вчерашнего, и не чувствовала никакого желания оказывать услуги. С другой стороны, я не могла ей так же сказать «нет». Пока не могла. Несмотря на ее безнравственное поведение, ее слова о том, как несчастна ее жизнь, сильно задели меня. Это могло заполнить ее время чем-то позитивным и хорошим. Кроме того, это могло бы послужить для повышения ее эго. Лорел отлично использовала экзотичные черты лица Джил против нее; модельная карьера, может ей послужить, хорошо выглядеть в глазах остальных. Ей необходимо понять, что она особенная и чудесная. Не знаю, то ли ругать, то ли благодарить Ли за эту возможность.

— Не думаю, что мы можем что-нибудь решить, пока не поговорим с миссис Уизерс, — наконец ответила я, и посмотрела на часы. — И к тому же, нам предстоит с ней встретиться прямо сейчас.

Я съела еще несколько ложек своего йогурта прежде, чем его выбросить. Джил доела пончик. Вернувшись в наш вестибюль, мы узнали, что Джил пришла посылка: букет красных роз и записка с извинениями от Ли. Джил растаяла от этого жеста, и ее лицо преисполнилось обожанием. Даже я восхитилась его романтизму, хотя другая часть меня нашептывала, что вместо этого, Ли, следовало бы отправить цветы нам с Эдди. Это мы нуждались в извинениях. Несмотря на это, цветы были быстро позабыты, стоило только сесть в кабинете миссис Уизерс, и узнать вердикт, касаемый Джил.

— Я разговаривала с директором. Ты не исключена, — сказала она Джил. — Но весь следующий месяц, не считая занятий, ты будешь находиться в своем общежитии. После лекций ты должна будешь незамедлительно отмечаться у меня, чтобы я знала, что ты здесь. Тебе разрешено посещать столовую для приема пищи, но только в своем кампусе. А не в Западном. Единственное исключение из этого правила — если задания или учителя потребуют, нахождения где-то еще вне учебных часов. Например, в библиотеке.

Мы обе кивнули, и на минуту я просто порадовалась, что Джил не исключили или что-то тому подобное. А затем меня, как пощечина, ударила реальная проблема. Я сказала Джил, что эта встреча повлияет на решения о модельном бизнесе, но на горизонте маячило кое-что и похуже.

— Если она будет заперта в общежитии, тогда не может покидать школу, — сказала я.

Миссис Уизерс ухмыльнулась мне.

— Да, мисс Мелроуз. Именно это обычно и означает «нахождение».

— Конечно, мэм, — согласилась я. — Но два раза в неделю у нас проходят семейные собрания. — В идеале, у нас должно было быть их больше, но я надеялась, что низкое число может купить для нас свободу. Было абсолютно необходимо, чтобы Джил получала кровь, и два дня в неделю — это было минимумом, с чем мог выжить вампир.

— Уж прости. Правила есть правила, и, нарушив их, твоя сестра потеряла привилегию подобных собраний.

— Они религиозные, — сказала я. Я ненавидела играть в религию, но, на это суровость школы не распространялась. И эй, это видимо, сработало. — На днях мы семьей посещаем церковь — мы и наши братья.

Лицо миссис Уизерс показало мне, что я шла верным путем.

— Нам понадобится письмо от ваших родителей, — наконец, сказала она.

Здорово. Это сработало так же хорошо, как и с физкультурой.

— Что насчет нашего брата? Здесь он наш официальный опекун. — Конечно, даже Кит не может на это не пойти, только не с делом, касающимся крови.

Она обдумала это.

— Да. Думаю это вполне приемлемо.

— Мне жаль, — сказала я Джил, когда мы вышли на улицу, чтобы поймать попутку. — Насчет модельной карьеры. У нас займет достаточно много времени, чтобы достать тебе разрешение на выезд для кормления.

Джил кивнула, не прилагая усилий, чтобы скрыть свое разочарование.

— Когда показ? — спросила я, думая, что возможно, к этому времени ее наказание закончится.

— В ближайшие неделю-две.

Слишком мало времени для этой затеи.

— Мне жаль, — повторила я.

К моему удивлению, Джил рассмеялась.

— Для этого нет причин. Не после того, что я натворила. Это я должна извиняться. И это мне жаль, что произошло с адриановскими собеседованиями.

— Тебе не стоит об этом сожалеть. — Меня снова поразило, как легко все его оправдывали. И она доказала это своим следующим комментарием.

— Он ничего не может с этим поделать. Он тот, кто он есть.

«Он может», — подумала я. Но вместо этого я сказала:

— Только повиси пока, хорошо? Я заставлю Кита разобраться с нашим религиозным жизненным укладом.

Она улыбнулась.

— Спасибо, Сидни.

Обычно мы разбегались, когда автобус доезжал до Центрального Кампуса, но она задержалась, когда мы из него вышли. Я опять видела, что она хотела мне что-то сказать, но у нее возникли некоторые проблемы с мужеством.

— Ну? — спросила я.

— Я… просто хотела, чтобы ты знала, что я действительно сожалею, что принесла так много проблем. Так много для тебя, на самом-то деле. Ты расстроена, и это из-за того… ну, я знаю, что ты заботишься обо мне. И даже больше, чем я могла бы сказать о других людях при Дворе.

— Это неправда, — возразила я. — Они заботятся. Они справились с кучей проблем, чтобы ты оказалась здесь и была в безопасности.

— Я по-прежнему ощущаю, что это было сделано больше для Лиссы, чем для меня, — печально сказала она. — А моя мать не слишком-то и сопротивлялась, когда они сказали ей, что собираются отправить меня сюда.

— Просто они хотят, чтобы ты была в безопасности, — сказала я ей. — Это означает, что приходится делать трудный выбор — не менее трудный для них.

Джил кивнула, но не знаю, поверила ли она мне. Я пересказала все Эдди, когда добралась до класса истории. Его лицо отображало различные эмоции с каждым новым поворотом в истории.

— Думаешь, Кит напишет записку? — спросил он вполголоса.

— Напишет. Весь смысл нашего нахождения тут в том, чтобы обеспечить ее сохранность. Довести ее до голодной смерти — провал задания.

Я не стала рассказывать Эдди, что была не в ладах с отцом и Алхимиками и через две недели, скорее всего, меня уже может и не быть рядом с ними. Эдди и так был очень расстроен ситуацией с Джил, и я не хотела добавлять ему еще одно беспокойство.

Встретившись, в конце концов, с мисс Тервиллиджер, я отдала ей последние заметки, сделанные для нее из старинных книг. Усевшись за стол, я обратила внимание на лежащую на нем папку со статьями. На ней золотыми буквами было написано «Карлстонский Колледж». Теперь я вспомнила, почему это название показалось таким знакомым, когда Адриан упомянул его во «сне».

— Мисс Тервиллиджер… не подскажете, может, вы кого-нибудь знаете из Карлстонского Колледжа?

Она подняла глаза от своего монитора.

— Хм? Ах, да. Думаю, что знаю. Я играю в покер с половиной факультета по истории. Я там даже преподавала летом. Историю, не покер.

— И вы знакомы с кем-нибудь из приемной комиссии, не так ли? — спросила я.

— Ну не так чтобы уж. Предположим, я знаю человека, который знает. — Она переключила свое внимание обратно на монитор. Я ничего не отвечала, и после паузы она спросила: — А с какой целью интересуетесь?

— Так просто.

— Конечно же просто так. Вы заинтересованы в поступлении? Видит Бог, там вы получите гораздо больше знаний, чем здесь. За исключением, конечно же моего предмета.

— Нет мэм, — ответила я. — Мой брат, хочет туда поступить. Он слышал, что там еще не начались занятия, но не уверен, успеет ли выполнить все требования за такое короткое время.

— Да, времени осталось совсем в обрез, — согласилась мисс Тервиллиджер. Она внимательно на меня посмотрела. — Если хотите я могла бы навести кое-какие справки?

— Оу. Ох нет, мэм. Я просто надеялась, что вы мне подскажете, к кому можно было бы обратиться. Я никогда бы не посмела просить вас о чем-то подобном.

Она вскинула брови.

— А почему нет?

Я растерялась. Ее иногда было так трудно понять.

— Потому что… у вас нет причин этого делать.

— Я могу сделать вам одолжение.

Я не могла собраться с мыслями, чтобы ответить, и просто стояла. Она улыбнулась и сдвинула на нос очки.

— Не можете в это поверить, да? Что кто-то просто может сделать вам одолжение.

— Я… ну, это… — силилась я подобрать слова. — Вы мой преподаватель. Ваша работа, просто выучить меня. И только.

— А ваша работа, — начала она, — предоставить доклад в этой аудитории за последний период по всем рутинным вопросам, которые я нахожу для себя, и так вплоть до конца семестра. Вы ведь не обязаны таскать мне кофе после учебного дня, организовывать мое расписание или полностью перекраивать свое личное время, чтобы удовлетворять мои нелепые запросы.

— Я… я не возражаю, — сказала я. — И все это было необходимо.

Она хохотнула.

— Да уж. И вы настаиваете, на том, что вас вовсе не смущает тот факт, что это не ваша забота, не так ли? Неважно сколько бы неудобств это вам не доставляло.

Я пожала плечами.

— Я привыкла хорошо выполнять свою работу, мэм.

— Вы превосходно выполняете свою работу. Намного лучше, чем от вас требовалось. И выполняете ее без нареканий. Поэтому, меньшее, что я могу для вас сделать, это несколько телефонных звонков от вашего имени. — Она опять засмеялась. — Это поражает вас больше всего, не так ли? Что вас кто-то хвалит.

— О, вовсе нет, — пролепетала я, несвязно. — Меня хвалят, иногда.

Она сняла свои очки и внимательно на меня посмотрела. Вся веселость исчезла.

— Нет, думаю, не хвалят. Я не знаю всей вашей ситуации, но мне знакомы студенты, вроде вас, чьи родители ведут себя подобным образом. Хотя я и ценю заботу о высшем образовании, я считаю, что чаще всего, большая часть студентов, приезжают сюда потому, что у их родителей просто нет времени или желания заниматься ими, или они, вообще, не обращают внимание на жизнь своих детей.

Мы затронули одну из тем межличностных отношений, от которой мне становилось не по себе, отчасти потому, что в этом была доля правды.

— Все гораздо сложнее, чем кажется, мэм.

— Уверена, что так и есть, — ответила она. На ее лице появилось жестокое выражение, это сделало ее совсем не похожей на ту преподавательницу, которую я знала. — Но послушайте, что я вам скажу: вы необыкновенная, талантливая, и выдающаяся молодая девушка. Ни в коем случае никому не позволяйте заставлять себя чувствовать, что это не так. Никогда и никому не позволяйте, сделать из себя невидимку. Не позволяйте никому, даже преподавателям, которые постоянно гоняют вас за кофе, запугать себя. — Она опять нацепила очки и начала беспорядочно рыться в своих бумагах. Наконец она нашла ручку и торжествующе ухмыльнулась. — А теперь, как зовут вашего брата?

— Адриан, мэм.

— Тогда получается. — Она вынула листок бумаги и тщательно записала имя. — Адриан Мельбурн.

— Мелроуз, мэм.

— Да, конечно. — Она исправила свою ошибку, пробурчав себе под нос: — Хорошо, что его фамилия не Хобарт.[30]

— Она небрежно откинулась на спинку стула, закончив записывать. — Теперь, раз уж вы упомянули об этом, есть одно дело, которое я хочу попросить вас выполнить.

— Назовите его, — сказала я.

— Я хочу, чтобы вы сотворили одно из заклинаний из первого тома.

— Извините. Вы сказали сотворить заклинание?

Мисс Тервиллиджер махнула рукой.

— Ой, да не волнуйтесь вы так. Я же не прошу вас размахивать волшебной палочкой или приносить в жертву животных. Но я ужасно заинтригована тем как совершались ритуалы и смешивались эликсиры. И мне очень интересно, узнать все в мельчайших подробностях, как же людям удавалось все это проделывать? Некоторые из них были действительно крайне сложными.

— Знаю, — сухо ответила я. — Я все их перепечатывала.

— Именно так, Я хочу, чтобы вы сделали следующее. Выполняйте все этапы ритуала. Засеките, сколько это займет времени. Только будьте внимательны с соблюдением условных измерений, чтобы они были как можно точнее с исходными. Затем задокументируйте все данные и составьте отчет. Уверена, что с этой частью, вы блестяще справитесь.

Я не знала, что на это ответить. На самом деле Мисс Тервиллиджер не просила меня воспользоваться магией, уж точно не той, что используют вампиры. Да, на такое я уж точно не способна. Людям неподвластны магические способности. Они неестественны и шли вразрез с вселенскими законами. То, чем занимались Алхимики, было основано на научных фактах и химии. Татуировки несли в себе магию, но это была вампирская магия, используемая с нашего согласия, но мы не могли творить ее самостоятельно. Самое близкое к магии, на что мы были способны, и то ничего сверхъестественного — благословения, которые заключали в свои снадобья. Она просто попросила меня произвести ритуал заклинания. Это не взаправду. Не во вред. Тогда… почему я чувствую такое беспокойство? У меня было ощущение, что меня попросили солгать или своровать.

— В чем дело? — спросила она.

На минуту, я задумалась, не сослаться ли на свои религиозные соображения, но потом передумала. Это оправдание сегодня звучало и так уже слишком часто, но на сей раз, оно действительно было полуоправдано.

— Ни в чем, мэм. Просто немного необычно.

Она достала первый том в кожаном переплете и открыла его на середине.

— Вот здесь. Сделайте вот это — воспламеняющийся амулет. Оно трудное, но в итоге, у вас получится выполнить проект по декоративно-прикладному искусству. К тому же, большинство из этих ингредиентов достать не составит труда.

Я взяла книгу у нее из рук и пролистала.

— А где мне достать крапиву?

— Спросите у мистера Карнса. За его аудиторией разбит сад. Остальное уверена, вы сможете приобрести. И знаете что, пришлите мне счет. Я все оплачу, за все, зачем я вас посылала. Вы, должно быть, потратили целое состояние на кофе.

Я почувствовала себя лучше, когда увидела, что ингредиенты не сложные. Крапива. Агат. Лоскут шелка. Среди них даже не было толком воспламеняющихся веществ. Это просто ерунда. Я кивнула и сказала, что скоро начну.

Тем временем, я напечатала официальное письмо в Амбервуд от имени Кита. В нем я пояснила, что наши религиозные убеждения обязывают посещать всем семейством церковь два раза в неделю и, что Джил должна быть освобождена от наказания на это время. Так же, я написала в нем, что Джил будет регистрироваться у миссис Уизерс до и после семейных поездок. По окончании, я осталась, весьма довольна своей работой и подумала, что представила манеру письма Кита куда более красноречивей, чем он того заслуживает.

Я позвонила ему после занятий, и дала краткий отчет того, что произошло с Джил. Естественно, я осталась виноватой.

— Ты должна была не спускать с нее глаз, Сидни! — кричал Кит.

— Хоть я здесь и под прикрытием, но все еще остаюсь студентом, поэтому я не могу находиться возле нее каждую секунду на протяжении всего дня. — Не стоит упоминать, что когда Джил сбежала, в это время я находилась с Адрианом, не то чтобы Кит мог сделать мне еще хуже. Он и так уже мне нагадил.

— И теперь я должен разгребать последствия, — сказал он уставшим-от-жизни голосом. — Я тот, кто расхлебывает последствия твоей некомпетентности.

— «Расхлебываешь»? Да тебе ничего и делать то не нужно, только подпись поставить на документе, который я за тебя написала. Ты сейчас дома? Или когда будешь? Я привезу его тебе.

Я думала, он запрыгает от такого предложения, видя, как его раздражала эта ситуация. Так что была весьма удивлена, когда он сказал:

— Не надо сюда приезжать. Я сам приеду.

— Мне не составит труда. Я могу приехать к тебе в течение десяти минут. — Я не хотела, чтобы у него появилось еще больше оснований, чем уже было, сказать, что я доставляю ему неприятности или настучать Алхимикам.

— Нет, — повторил Кит с неожиданной твердостью. — Я сам к тебе приеду. Я выезжаю прямо сейчас. Встречаемся у административного здания?

— Ладно, — сказала я, совершенно озадаченная этой переменой. «Неужели он хотел проверить меня или что-то в этом роде? Провести инспекцию?» — До встречи.

Я и так уже находилась в Центральном Кампусе, поэтому не было нужды добираться до административного здания. Я сидела снаружи на декорированной каменной скамье с хорошим обзором на предоставленную посетителям парковку и ждала. На улице было довольно жарко, как и всегда, но нахождение в тени сделало ожидание довольно приятным. Скамейка располагалась в небольшом, ухоженном саду, среди цветущих растений и вывеской, на которой гласило «Мемориальный Сад Келли Хейз». Она выглядела довольно новой.

— Эй, Сидни! — махнули мне, выходя из здания Кристин и Джулия. Они подошли и сели рядом со мной, интересуясь, чем я занимаюсь.

— Жду своего брата.

— Он привлекательный? — с надеждой спросила Кристин.

— Нет, — сказала я. — Совсем нет.

— Да, он привлекательный, — не сдавалась Джулия. — Я видела его в твоем общежитии в минувшие выходные. Когда вы всей компанией ездили на ланч.

Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что она имеет в виду Адриана.

— А. Другого брата. У них нет ничего общего.

— Правда, что у твоей сестры крупные неприятности? — спросила Джулия.

Я пожала плечами.

— Так, не особо. Она не может покидать кампус, за исключением, семейных обстоятельств. Могло быть и хуже. Хотя… это стоило ей модельной карьеры, поэтому она грустит из-за этого.

— Моделью для кого? — спросила Кристин.

Я покопалась в мозгу.

— Для Лии Ди Стефано. Через две недели состоится показ, и она хотела, чтобы Джил приняла в нем участие. Но Джил не может попрактиковаться, так как должна оставаться здесь.

Их глаза расширились.

— Одежда Лии потрясная! — выдохнула Джулия. — Джил просто обязана на него попасть. Она может получить халявные шмотки.

— Я же уже сказала вам. Она не может.

Кристин задумчиво склонила голову.

— А что, если это было бы для обучения? Что-то вроде карьеры или профессионального роста? — Она повернулась к Джулии. — Швейный клуб еще существует?

— Думаю да, — торопливо закивав, сказала Джулия. — Отличная идея. Джил чем-нибудь занимается? — Наряду со спортивными достижениями, Амбервуд так же требует от своих многогранно-развитых студентов, чтобы у них было хобби и какая-нибудь деятельность за пределами школы. — Есть кружок кройки и шитья, в который она могла бы записаться… и держу пари, что тогда она сможет получить работу с Лией, назвав это специальным исследованием.

Как-то на днях, при попытке закрепить вытянутую нитку на ее свитере, Джил распустила почти весь свитер.

— Не думаю, что это ее призвание.

— Да какая разница, — возразила Кристин. — Большинство его членов вообще шить не умеют. Но, каждый год, члены клуба, участвую добровольцами у местных дизайнеров. Мисс Умани добивается полного освобождения от занятий для участников дефиле. Она в восторге от Лии Ди Стефано.

— И она может добиться освобождения для Джил, — добавила Джулия с торжествующим лицом. — Так как это на благо школы.

— Интересная мысль, — сказала я. Может, даже есть шанс, что это сработает. — Я передам Джил. — На подъездную дорожку въехала знакомая синяя машина, и я встала. — Вот и он.

Кит припарковался и вышел, то и дело, осматриваясь вокруг. Кристин выразила тихое одобрение.

— Он неплох.

— Поверь мне, — сказала я, выступая вперед. — Лучше тебе с ним не связываться.

Кит изобразил для девчонок то, что можно называть очаровательной улыбкой, и даже подмигнул им. Как только они ушли, его улыбка угасла. Он прямо таки излучал нетерпение, удивительно, что он еще не рыл землю ногой.

— Давай покончим с этим побыстрее, — прорычал он.

— Если ты так торопишься, то должен был позволить мне приехать, и сэкономил бы свое время. — Я вытащила сложенное письмо и передала его вместе с ручкой. Кит подписал, даже не взглянув на него, и отдал его мне обратно.

— Еще что-нибудь требуется? — спросила я.

— Нет.

— Не надо больше ни во что впутываться, — сказал он, открывая дверцу своей машины. — У меня нет времени тебя прикрывать.

— Тебе, не все ли равно? — не выдержала я. — Ты уже и так сделал все возможное, чтобы избавиться от меня.

Он холодно мне улыбнулся.

— Тебе не следовало мне перечить. Ни сейчас, ни тогда. — Он подмигнул и повернулся, собираясь уехать. Я пристально смотрела ему в след, не веря в свою дерзость. Это был первый раз, когда он непосредственно упоминал, то событие из прошлого.

— Кстати о том происшествии, — крикнула я вслед его удаляющейся фигуре. — Я не раскрыла тебя тогда. И ты легко отделался. Этого не повториться. Думаешь, я боюсь тебя? Я единственная, кого тебе стоит опасаться.

Кит остановился, затем медленно развернулся, его лицо было преисполнено недоверия. Я его не винила. Я и сама от себя была в шоке. И не помнила, чтобы когда-нибудь прежде, я так открыто дерзила кому-то, кто стоял выше меня по служебной лестнице, не то, чтобы у него была такая власть, чтобы он мог на меня воздействовать.

— Осторожнее, — предупредил он, наконец. — Я могу сделать твою жизнь невыносимой.

Я одарила его ледяной улыбкой.

— Уже сделал, и поэтому у меня есть преимущество. Ты подложил мне свинью, но ты даже не представляешь, на что я могу быть способна.

Это был большой блеф с моей стороны, даже будучи уверенной, что он может сделать еще хуже. Помимо всего прочего, я знала, что он мог уже завтра вызвать сюда Зои. Он мог бы отправить меня на перевоспитание в «центр переподготовки».

«Но если я пойду ко дну? Он тоже».

Он смотрел на меня несколько секунд, потупившись. Не знаю, напугала ли я его на самом деле, или он просто решил не удостаивать меня ответа, но к счастью он окончательно развернулся и уехал. Разъяренная, я потопала внутрь, чтобы занести письмо в администрацию. На ресепшене, секретарь миссис Доусон, поставила печать, и сделала копию, чтобы я отнесла его миссис Уизерс. Когда она отдала его мне, я спросила:

— Кто такая Келли Хейз?

Обычно, улыбчивая, с ямочками на щеках миссис Доусон, погрустнела и ответила:

— Это несчастная девушка. Она училась здесь несколько лет назад.

У меня щелкнуло в памяти.

— Не та ли это девушка, о которой упоминала миссис Уизерс? Которая пропала?

Миссис Доусон кивнула.

— Это было ужасно. Она была такой милой девушкой. Такой юной. Она не заслужила такой смерти. Она вообще не заслужила смерти.

Мне очень не хотелось спрашивать, но я должна была.

— Как она умерла? Я знаю, что ее убили, но я никогда не слышала подробностей.

— Наверное, это и к лучшему. Это довольно жутко. — Миссис Доусон огляделась вокруг, как будто боялась, что у нее будут неприятности, если она посплетничает со студентами. Она перегнулась через стойку ко мне с заговорщическим лицом. — Бедняжка умерла от потери крови. Ей перерезали горло.

ГЛАВА 20

Переводчики: Stinky, sunshima Вычитка: Светуська

У меня почти вырвалось «Вы шутите?» Но давайте посмотрим правде в глаза: она не стала бы шутить на такие вещи, тем более если учесть ее мрачное выражение лица. В моей голове всплыли еще вопросы, но я так же придержала и их. Они были не такими уж и таинственными, но я не хотела привлекать к себе внимание, выказав нездоровый интерес к зверскому убийству. Вместо этого, я просто поблагодарила миссис Доусон за помощь с письмом и вернулась в Восточный Кампус.

Когда я вошла в общежитие, миссис Уизерс находилась за своей стойкой. Я отдала ей письмо, которое она прочла дважды, прежде чем убрать его в долгий ящик.

— Хорошо, — сказала она. — Только убедись, что твоя сестра отмечается всякий раз, когда входит и выходит.

— Да, мэм. Спасибо. — Я колебалась, разрываясь между тем, чтобы уйти и задать вопросы по полученной информации у миссис Доусон. И решила остаться. — Миссис Уизерс… после исчезновения Джил, я не могу перестать думать о той девушке, про которую вы мне рассказывали. О той, что умерла. Я не могу перестать думать, что такое могло случиться и с Джил.

Лицо миссис Уизерс смягчилось.

— Джил в порядке. Я не должна была тебе это рассказывать. Я никак не хотела тебя напугать.

— Это правда, что горло девушки было перерезано?

— Да. — Она печально покачала головой. — Это ужасно. Просто ужасно. Я не знаю, кто мог сделать подобное.

— Они что-нибудь узнали о том, почему это произошло? Я имею в виду, что-нибудь необычное о ней?

— Необычное? Нет, ничего такого. Я имею в виду, что она была прекрасной девушкой. Умной, красивой, популярной. Хорошей… нет, выдающейся спортсменкой. У нее были друзья, парень. Но ничего, чтобы делало ее особенной и выделяющейся в качестве мишени. Конечно же, люди, которые совершают такие ужасные поступки, вероятно, не нуждаются в причине.

— И правда, — пробормотала я.

Я направилась в свою комнату, желая, чтобы миссис Уизерс выдала немного больше деталей о том, насколько хорошей была Келли. Что я на самом деле хотела знать, так это была ли Келли мороем. Если «да», то я надеялась, что миссис Уизерс могла бы упомянуть о том, какой высокой или бледной она была. По отчетам Кларэнса и Алхимиков, не было ни одной записи о морое, проживающем на территории Палм-Спрингс. Однако, это не значило, что никто не мог просто взять и проскочить сюда. Я сама должна найти ответ. Если Келли была Мороем, то мы имеем трех молодых мороек, убитых одним и тем же способом в южной Калифорнии в течение относительно короткого промежутка времени. Кларэнс может возразить своей теорией об охотниках на вампиров, но для меня эта картина так и кричала «стригои».

Джил была в нашей комнате, выступающей для нее в роли заточения. Постепенно моя злость на нее улеглась. Решенный вопрос с кормлением немного этому поспособствовал. Я расстроилась бы гораздо больше, если бы нам не удалось получить для нее разрешение покидать кампус.

— Что случилось? — спросила она меня, отрывая взгляд от своего ноутбука.

— С чего ты взяла, что что-то случилось?

Она улыбнулась.

— По твоему виду. У тебя образуется маленькая морщинка между бровями, когда ты что-то обдумываешь.

Я покачала головой.

— Ничего не случилось.

— Знаешь, — сказала она, — возможно, все эти обязанности были бы для тебя менее в тягость, если бы ты делилась ими и взамен получала поддержку от других.

— Вовсе нет. Это просто кое-то, что я пытаюсь собрать воедино.

— Расскажи мне, — умоляла она. — Ты можешь мне доверять.

Дело было не в доверии. А в излишней эмоциональности Джил. Миссис Уизерс боялась, что напугала меня, но если кто-то убивал мороек, то я была вне опасности. Глядя на Джил и ее упорный взгляд, я решила, что если она смогла справиться, и жить со знанием того, что ее пытался убить ее же собственный народ, то и с этим сможет справиться. Я дала ей краткий пересказ того, что я узнала сама.

— Но, ты не знаешь, была ли Келли мороем, — подвела она итог, когда я закончила.

— Нет. Этот пазл здесь решающий. — Я уселась, скрестив ноги, на свою кровать со своим ноутбуком. — Хочу проверить наш архив и местные новостные сводки, и посмотреть, получится ли мне откапать ее фотографию. Все, что мне удалось узнать от миссис Уизерс — это то, что Келли была выдающейся спортсменкой.

— Что может означать, что она не морой, — сказала Джил. — Я имею в виду — посмотри, как я чудовищно играю на солнце. Что если она не морой? У тебя множество теорий, относящихся к тому, что она морой. Но что, если она была человеком? Что тогда? И если мы проигнорируем это? Это все равно может оказаться один и тот же человек… но означает ли это, что преступник убил двух мороев и одного человека?

В словах Джил был смысл.

— Не знаю, — сказала я.

Мне не пришлось долго искать. У Алхимиков не было записи об убийстве, и к тому же, они бы не стали записывать, если бы Келли была человеком. Во множестве новостных газет о ней нашлись статьи, но я не смогла найти, ни одной фотографии.

— А как насчет ежегодника? — спросила Джил. — У кого-то должны они быть.

— Слушай, блестящая идея, — похвалила я.

— Видишь? Говорила же, что я полезна.

Я улыбнулась ей, а затем кое-что вспомнила.

— О, у меня для тебя хорошие новости. Возможно. — Я кратко пересказала «план» Кристин и Джулии о вступлении Джил в «швейный клуб».

Джил оживилась, но по-прежнему оставались настороженной.

— Ты действительно думаешь, что это сработает?

— Есть только один способ это выяснить.

— Я за всю свою жизнь ни разу не прикасалась к швейной машинке, — призналась она.

— Думаю, что это твой шанс научиться, — сказала я ей. — Или, возможно, другие девушки будут рады просто вступиться за тебя, как за модель в их классе.

Джил ухмыльнулась.

— Думаешь, на это подпишется хоть одна?

— Не знаю, — честно ответила я. — Но вдруг сыграет женская солидарность.

Зазвонил мой телефон, высветив на дисплее номер мисс Тервиллиджер. Я ответила, готовясь бежать за кофе.

— Мисс Мельбурн? — сказала она. — Если вы и ваш брат сможете добраться до Карлтона в течение часа, то договоритесь с кем-нибудь из регистратуры, прежде, чем они закроются. Успеете?

Я посмотрела на часы и понадеялась, что Адриан не занят чем-нибудь важным.

— М-м, да. Да, конечно, мэм. Спасибо. Огромное вам спасибо.

— Человека, с которым вам предстоит беседовать, зовут Уэс Реган. — Она помолчала. — И сможете прихватить мне капучино на обратном пути?

Я заверила ее, что смогу, а затем позвонила Адриану с инструкциями, чтобы, когда я приеду — он уже ожидал меня. Быстро сменила свою униформу на блузку и юбку из саржи.[31] Глядя на свое отражение, я поняла, что он был прав. Действительно не было большой разницы между амбервудским и моим повседневным гардеробом.

— Жаль, что я тоже не смогу поехать, — грустно вздохнула Джил. — Хочется снова повидаться с Адрианом.

— Ты же вроде как каждый день его видишь?

— Правда, — согласилась она. — Хотя я не всегда могу попасть в его голову, как только мне вздумается. Это происходит спонтанно. И вообще, это не то же самое. Он не может разговаривать со мной через нашу связь.

Я чуть было не сказала, что это звучит намного лучше, чем быть лично с ним рядом, но понимала, что это было бы бесполезно.

Когда я добралась до Кларэнса, Адриан был уже во всеоружии и готов ехать, взволнованный и стремящийся действовать.

— Ты только что разминулась со своим дружком, — сказал он, усаживаясь в Латте.

— С кем?

— С Китом.

Я поморщилась.

— Вовсе он мне не дружок.

— Неужели? Многие из нас в первый же день подумали так же, Сейдж.

Я почувствовала себя из-за этого неуютно. Некая часть меня знала, что я не должна смешивать свои личные чувства к Киту с работой. Мы, своего рода, были коллегами, и должны были представлять единый, профессиональный фронт. Но, в то же время, отчасти я была рада, что эти люди — даже если они были вампирами и дампирами — не думали, что я была на одной волне с Китом. Я не хотела, чтобы они считали, что у нас с ним много общего. И разумеется, я не хотела иметь с ним ничего общего.

И тут до меня дошел полный смысл слов Адриана.

— Секундочку. Он только что был здесь?

— Полчаса назад.

Он, должно быть, отправился сюда прямо из школы. Я была счастлива, что с ним разминулась. Что-то мне подсказывало, что он бы не одобрил, мое содействие дальнейшему образованию Адриана.

— Зачем он здесь был?

— Не знаю. Думаю, что проверял Кларэнса. Старик неважно себя чувствует. — Адриан достал пачку сигарет из кармана. — Не возражаешь?

— Возражаю, — ответила я. — Что с Кларэнсом?

— Не знаю, но он много отдыхает в последнее время, что делает пребывание там еще более невыносимым. Я имею в виду, что он не самый великий собеседник, но некоторые из его сумасшедших баек были весьма интересными. — Адриан задумался. — Особенно под виски.

— Держи меня в курсе о том, что он делает, — пробормотала я. Я задавалась вопросом, может быть, именно поэтому, сегодня Кит так торопился. Если Кларэнс серьезно болен, у нас есть возможность договориться с моройским врачом. Это усложнило бы нашу обстановку здесь, в Палм-Спрингсе, так как либо мы должны были бы отвезти Кларэнса, либо кого-то к нему привести. Если этим занялся Кит, мне нет нужды самой об этом беспокоиться… просто не верилось, что он может хорошо справиться, хоть с какой-то работой.

— Не знаю, как ты его терпишь, — сказал Адриан. — Раньше я думал, что ты слабая и просто не сопротивляешься… но, теперь честно говоря, думаю, что на самом деле, в тебе есть стержень. Не жаловаться и не грызться в ответ отнимает чертовски много энергии. У меня нет такого самоконтроля.

— У тебя его больше, чем ты думаешь, — сказала я, немного взволнованная его комплиментом. Порой я так много взваливала на себя, не в силах иногда с этим справиться, что даже никогда не задумывалась, как это отнимает мои силы. И еще больше была удивлена тем, что именно Адриан указал мне на это.

— Я постоянно хожу по краю. Мой отец и Алхимики, на самом деле, проявляют огромную дисциплину и беспрекословно следуют указаниям вашего руководства. И, своего рода, я в двойне связана, потому, как хожу с ними по шаткому мосту, поэтому для меня, сейчас крайне важно не высовываться.

— Это из-за Розы? — Он тщательно контролировал свой тон.

Я кивнула.

— Да. То, что я сделала, было равносильно предательству в их глазах.

— Не знаю, о каком «равносильном» идет речь, но звучит довольно серьезно. — Боковым зрением, я могла видеть, как он изучает меня. — Это стоило того?

— Да. — Было легко так говорить, пока у Зои не появилась татуировка, а я не столкнулась с «центром переподготовки». Стоит этому измениться — думаю, изменились бы и мои ответы. — Это был правильный поступок. Думаю, что драма оправдана.

— Я тоже нарушил немало правил, помогая Розе, — сказал он с беспокойной ноткой в голосе. — Я сделал это ради любви. Безответной, но все же, любви. Не знаю, было ли это так же благородно, как и твои причины, тем более, что она была влюблена в кого-то другого. Большинство моих «драматических действий» были беспричинны. И большинство из них были направлены исключительно на то, чтобы досадить моим предкам.

Я обнаружила, что немного даже завидую. Не смотря на то, что я не понимала намеренную попытку добиться отцовской реакции — хотя, конечно, и сама хотела бы этого.

— Думаю любовь — благородная причина, — сказала я ему. Конечно же, я говорила объективно. Я никогда не влюблялась, поэтому не мне было говорить. Судя по тому, что я видела у других, могу только догадываться, что это было потрясающе… но сейчас я была слишком занята своей работой, чтобы замечать ее отсутствие. И задалась вопросом, должна ли я быть разочарована этим. — А так же, думаю, что у тебя было достаточно времени, чтобы совершить и другие благородные поступки.

Он засмеялся.

— Вот уж никогда бы не подумал, что моей самой ярой группой поддержки окажется тот, кто думает, что я зло и что-то противоестественное.

Это заставило нас двоих рассмеяться.

Нерешительно, но мне удалось выдавить из себя вопрос, который снедал меня изнутри.

— Ты все еще любишь ее? Розу? — Наряду с незнанием, каково это быть влюбленным, я так же не знала, сколько требуется времени, чтобы оправиться после этого.

Вся улыбчивость сошла с Адриана. Его взгляд обратился внутрь.

— Да. Нет. Трудно ответить кому-то на подобный вопрос. У нее было огромное влияние на меня, хорошее и плохое. Это очень трудно оставить в прошлом. Я стараюсь не думать о ней в плане любви или ненависти. В основном, я пытаюсь учиться жить заново. С переменным успехом, к сожалению.

Вскоре мы добрались до колледжа. Уэс Реган был крупным мужчиной с бородой цвета соли с перцем, который работал в карлстонском административном отделе. Мисс Тервиллиджер бесплатно обучала племянницу Уэса одно лето, и он чувствовал себя обязанным ей.

— Ну, вот что, — начал он, когда мы сели напротив него. Адриан был одет в брюки цвета хаки и рубашку цвета шалфея на пуговицах, что было очень гармонично для собеседования по поводу работы. Слишком поздно. — Я не могу просто взять и зачислить вас. По правилам колледжа такие процедуры занимают немало времени, и нет способа, чтобы вы успешно могли их уладить в течение двух дней. Что я могу сделать, так это зачислить вас пока как аудитора.

— Как в налоговой? — спросил Адриан.

— Нет. Аудиторство означает, что вы будете присутствовать в аудитории и выполнять задания, но не будете получать за них оценки.

Адриан открыл рот, чтобы ответить, и я живо представила себе, как он может высказаться по поводу неоплачиваемой работы, и быстро перебила его.

— А после?

— После, если вы сможете собрать всю нужную документацию, скажем за неделю-две, и все сдадите, я смогу перевести вас в студенты.

— А что насчет стипендии? — спросил Адриан, наклонившись вперед. — Я могу получить за это немного денег?

— Если вы собираетесь приобрести какую-либо квалификацию, — ответил Уэс. — Но не рассчитывайте на это, до тех пор, пока не будете официально зачислены.

Адриан резко откинулся назад, и, судя по его выражению, не трудно было догадаться, о чем он думал. Если на зачисление уйдет пару недель, это, несомненно, повлечет за собой задержку финансовых поступлений. Как и то, что ему еще с месяц или и того больше придется жить с Кларэнсом. В лучшем случае. Я почти ожидала, что Адриан встанет и от всего откажется. Вместо этого на его лице появилось решимость, и он кивнул.

— Хорошо, давайте начнем с этой аудиторской штуки.

Я была под впечатлением.

Во мне опять проснулась зависть, когда Уэс принес каталог преподаваемых дисциплин. Мне удалось напомнить себе, что меня устраивало преподавание в Амбервуде, но взглянув на то, что предлагает настоящий колледж, мне стало ясно насколько большая разница между этими учебными заведениями. Курс истории был более углубленным и целенаправленным, чем где-либо, о таком я даже, и мечтать не могла. Однако, Адриану это не было интересно, так что он немедленно записался на факультет искусств.

Он заполнил анкеты на два вводных курса по живописи, масляными красками и акварелью. Они проходили три раза в неделю и очень удобно шли сразу друг за другом.

— Думаю, так будет удобнее, раз уж я буду ездить на автобусе, — заявил он, когда мы покинули университет.

Я потрясенно уставилась на него.

— Ты будешь ездить на автобусе?

Его, казалось, позабавило мое удивление.

— На чем же еще? Занятия дневные, ты не сможешь меня подвозить.

Я подумала, что дом Кларэнса находится довольно далековато.

— Где же там автобусная остановка?

— Остановка в полумиле от дома. Потом пересадка на другой автобус, который уже идет до Карлтона. Дорога займет около часа.

Надо признать, это заставило меня замолчать. Я была поражена тем, как много Адриан выяснил, не говоря уже о том, что он был готов терпеть такие неудобства. Всю обратную дорогу он не произнес ни одной жалобы о том, насколько это будет неудобно, или сколько времени он должен ждать, чтобы съехать из дома Кларэнса.

Вернувшись в Амбервуд, я была взволнована тем, что расскажу Джил новости об удачном поступлении Адриана в колледж, не то чтобы она нуждалась во мне, чтобы узнать про это. С этой их связью, возможно, она узнает гораздо больше, чем я когда-нибудь смогу. Однако, она всегда волновалась о нем и несомненно обрадуется увидев, что потихоньку у него все налаживается.

Вернувшись, я не обнаружила Джил в комнате, но записка гласила, что она находилась где-то на территории общежития. Единственной светлой частью ее наказания, являлось то, что она была ограничена в передвижениях в это время. Я решила воспользоваться этой возможностью, чтобы выполнить поручение мисс Тервиллиджер, и изготовить этот чокнутый амулет. Мне удалось собрать большинство необходимых ингредиентов и наряду с согласованием преподавателя биологии, мисс Тервиллиджер обеспечила мне доступ в химические лаборатории. В это время там никого не бывало, что давало мне возможность, сделать это не привлекая лишнего внимания.

Как мы и отметили, инструкции были очень подробными, и на мой взгляд, даже излишне. Не достаточно было, просто нарезать листья крапивы. В инструкции говорилось, что они должны «потомиться один час», в течении которого мне полагалось произносить над ними «я наполняю вас пламенем» каждые десять минут. Так же следовало прокипятить агат, чтобы «нагреть его до нужной температуры». Остальные инструкции были в том же духе, и я знала, что у Мисс Тервиллиджер не было возможности узнать, в точности ли я следую всем инструкциям, особенно по поводу напевания заклинаний. Тем не менее, главной целью этого мероприятия было составить отчет о том, как это было у древних практиков. Так что я досконально следовала всем инструкциям. Но сконцентрироваться, чтобы правильно выполнить все этапы было довольно непросто, так что вскоре я отключилась от всего окружающего и перестала замечать все, кроме заклинания.

Закончив, спустя два часа, я удивилась, насколько это меня утомило. Полученный результат, казалось, не стоил затраченной на него энергии. В итоге у меня получился шелковый кисет,[32] перевязанный кожаным ремешком, с начинкой из листьев и камней. Я подобрала его вместе со своими заметками и пошла в общежитие, с намерением составить отчет для мисс Тервиллиджер, чтобы наконец-то покончить с этим заданием. Добравшись до своей комнаты, у меня перехватило дыхание, когда я увидела свою дверь. Кто-то взял красную краску и нарисовал клыкастую летучую мышь во всю дверь. Выше рисунка огромными готическими буквами красовалась надпись: ВАМПИРША

Ударившись в панику, я ворвалась в комнату. Джил была там, вместе с миссис Уизерс и другим преподавателем, которого я не знала. Они обыскивали все наши вещи. Я застыла в недоумении.

— Что происходит? — спросила я.

Джил качала головой, с подавленным лицом и ничего не могла ответить. Очевидно, я подоспела уже к концу обыска, потому что миссис Уизерс и ее помощник почти тут же закончили и направились к двери. Я обрадовалась, что сегодня прихватила свои алхимические причиндалы с собой в лабораторию. В комплекте было несколько имеющих вес инструментов, которые могли мне понадобиться. И я определенно не хотела бы объясняться перед комендантом общежития, почему у меня храниться целый набор химикатов.

— И так, — серьезно произнесла миссис Уизерс. — Здесь, кажется, ничего нет, но позже я могу нагрянуть с новой проверкой, так, что без глупостей. У вас и так уже достаточно проблем, не надо добавлять еще и обвинения. — Она вздохнула и кивнула головой в сторону Джил. — Вы меня очень разочаровали мисс Мелроуз.

Джил побледнела.

— Говорю же вам, это какая-то ошибка!

— Будем надеяться, — зловеще проговорила миссис Уизерс. — Будем надеяться. Я была бы не прочь заставить вас отчищать это безобразие на вашей двери, но в свете того, что у меня нет доказательств… что ж, я распоряжусь, чтобы завтра об этом позаботился служащий.

Как только нас покинули гости, я немедленно потребовала:

— Что случилось?

Джил рухнула спиной на свою кровать и простонала:

— Лорел случилась.

Я села.

— Объясни.

— Ну, я обратилась в библиотеку, спросить есть ли у них ежегодник, тот в котором можно узнать про Келли Хейз? Выяснилось, что естественно он у них имеется, но он числится за кружком журналистов, подготавливающих юбилейный выпуск про Амбервуд. И ты никогда не угадаешь, кто стоит во главе этого кружка: Лорел.

— Ты права, — согласилась я. — Ни за что бы не догадалась. Разве она не на первом курсе английского? — Лорел выглядела старше.

— Ага.

— Видимо, всем нужны внеклассные занятия, — пробормотала я.

Джил кивнула.

— В любом случае, мисс Умани была у себя в кабинете, так что я пошла, спросить ее, можно ли мне вступить в кружок кройки и шитья, и работать на Лию. Она была очень этим взволнована и сказала, что вполне возможно.

— Ну, хоть что-то, — осторожно сказала я, до сих пор не понимая, как это связано с порчей нашей двери и обыском в комнате.

— Когда я возвращалась, то наткнулась в коридоре на Лорел. И решила рискнуть… подойти к ней и сказать: «Я знаю, что в прошлом у нас были разногласия, но мне действительно нужна кое-какая помощь». Потом я объяснила, что мне нужен ежегодник, и спросила, могу ли я позаимствовать его, на один вечер, и что я его сразу же верну обратно.

На это, мне нечего было сказать. Со стороны Джил, это был определенно храбрый и благородный поступок, особенно после того как я призывала ее быть терпимее к Лорел. К сожалению, я не была уверена, что в ответ Лорел поведет себя как взрослый и разумный человек. И оказалась права.

— Она послала меня на х… в общем, очень недвусмысленными выражениями, довела до сведения, что мне ни за что не получить этот ежегодник. — Джил нахмурилась. — Потом она сказала мне еще пару ласковых. Тогда я обозвала ее чокнутой сучкой. Наверное, мне не следовало так говорить, но она это заслужила! Так что она побежала к миссис Уизерс с бутылкой… я не знаю чего. Думаю, это был малиновый шнапс. Она утверждала, что я ей его продала и у меня в комнате есть еще. Миссис Уизерс решила не наказывать меня без неопровержимых доказательств, но после обвинений в похмелье миссис Чанг в первый учебный день, миссис Уизерс решила, что это достаточное основание для обыска моей комнаты.

Я в полном недоумении отрицательно покачала головой, с клокотавшей в груди яростью.

— Для такого элитного, престижного места — эта школа, несомненно, слишком быстро реагирует на любые обвинения! Я про то, что они верят всему, кто бы и что бы о тебе ни говорил. И где краска, которой это написали?

В ее глазах от досады блеснули слезы.

— О-о, конечно у Лорел или у кого-то из ее свиты. Это сделали в то время когда Лорел разговаривала с миссис Уизерс, так что, конечно же у нее есть алиби. Ты ведь не думаешь… не думаешь, что кто-то о чем-то догадывается? Ты раньше говорила, что они просто шутят… и люди не верят в то, что мы существуем… верно?

— Верно, — на автомате ответила я.

Но я задавалась вопросом. Начиная с того телефонного звонка моего отца, когда он упомянул, что среди подозреваемых есть люди, которых было не заставить молчать, и я задумалась не рано ли вычеркнула Лорел из списка подозреваемых. «Может кто-то надоумил ее так жестоко пошутить? Или же она была одним из тех людей, кто догадывался о существовании вампиров, и могла наделать из этого много шума?» Я сомневалась, что кто-то ей поверит, но мы не могли рисковать, привлекая внимание кого бы то ни было.

«Возможно ли, чтобы она на самом деле думала, что Джил — вампир?»

Несчастное выражение лица Джил становилось сердитым.

— Может мне что-нибудь сделать с Лорел? Есть много способов ей отомстить, не замораживая при этом воду.

— Нет, — быстро сказала я. — Не опускайся до этого. Месть это мелочно, и ты выше этого. — К тому же, мало ли, если произойдет еще что-нибудь сверхъестественное, Лорел может подумать, что ее подколки оказывают больший эффект, чем это есть на самом деле.

Джил грустно мне улыбнулась.

— Ты продолжаешь твердить об этом, но на самом деле не думаешь, что она должна так легко отделаться?

О да. Разумеется, я так не думала. Это зашло уже слишком далеко, и я была не права, пустив все на самотек. Джил верно подметила, что были и другие способы мести. Зато, я была права, что месть это мелочно и Джил не должна себя этим пятнать. Поэтому этим займусь я.

— Я позабочусь об этом, — сказала я ей. — Обращусь к Алхимикам, чтобы они написали жалобу от имени наших родителей.

Она посмотрела на меня с сомнением.

— Ты думаешь, что это ее остановит?

— Уверена, — сказала я. Потому что жалоба была дополнительной мерой. Я взглянула на время, было уже слишком поздно возвращаться в лабораторию. «Не велика беда». Я просто завела будильник на «пораньше», намереваясь забежать туда до начала занятий.

Собираясь провести еще один эксперимент, где Лорел будет моей подопытной свинкой.

ГЛАВА 21

Переводчики: sunshima, VisibleVoid Вычитка: Светуська

Смешать все необходимое было нетрудно. Вот только для выполнения этого замысла мне потребуется пара дней. Во-первых, мне предстояло узнать, каким шампунем пользуется Лорел в душе после физкультуры. Конечно, школа снабжала душевые шампунем и кондиционером, но Лорел не доверяла свои драгоценные волосы, чему-то столь банальному. Узнав марку, я отыскала его в местном парфюмерном магазине, после чего его дорогое содержимое отправилось в унитаз. Вместо этого заполнив бутылку смесью собственного приготовления.

Следующим шагом, была подмена бутылки. Для этого я пригласила Кристин. Их шкафчики в раздевалке на физкультуре были соседними, и она с удовольствием вызвалась мне помочь. Частично, это было потому, что она разделяла нашу неприязнь к Лорел. А так же, с тех пор, как я спасла ее от отравления татуировкой, Кристин утверждала, что она моя должница и готова была прикрыть мою спину в любой момент. Мне не нравилась мысль быть ей чем-то обязанной, но ее помощь оказалась, как нельзя кстати. Она дождалась момента, когда Лорел отвернулась от своего открытого шкафчика и тайком подменила бутылки. Теперь нам просто осталось дождаться, когда Лорел использует «шампунь», чтобы увидеть результаты моей самодеятельности.

Тем временем другой мой лабораторный эксперимент не произвел той реакции, которую я ожидала. Мисс Тервиллиджер приняла мой отчет, но не амулет.

— Мне он совершенно ни к чему, — заметила она, взглянув на бумаги, которые я ей отдала.

— Ну… мне, собственно тоже, мэм.

Она опустила взгляд на мои записи.

— Здесь все верно? Вы точно соблюдали все шаги? Я хочу быть уверена, что вы не упустили никаких деталей.

Я покачала головой.

— Нет. Я досконально следовала всем инструкциям.

— Ну что же. Тогда это означает, что вы сделали для себя огненный талисман.

— Мэм, — не поняла я.

Она усмехнулась.

— Как им пользоваться? Может бросить его, произнося заклинания? Вы его знаете?

— Вспыхни пламенем,[33] - тут же отчеканила я. Я перепечатывала заклинания для ее отчета, затем, повторяла их в точности при наложении чар — забыть, было сложно. Согласно книге, при переводе на английский с латыни, язык был не так важен, если смысл слов не терялся.

— Что ж, тогда можете идти. Попробуйте его использовать, как-нибудь на досуге и посмотреть, что получится. Только не спалите нам школьное имущество. Будьте осторожны.

Я держала амулет за шнурок.

— Но ведь это не по-настоящему. Это нонсенс. Это просто кучка барахла, брошенная в мешочек.

Она пожала плечами.

— Кто мы такие, чтобы судить о древнем заклинании?

Уставившись на нее, я пыталась понять, не шутит ли она. Я знала, что временами она была чудаковатой, но все же она до сих пор серьезно подходила к изучению, как ученый.

— Вы не можете в это верить. Магии подобно этой… не существует. — Не задумываясь, я добавила: — Даже если она и существует, мэм, люди не должны обладать подобной силой.

Мисс Тервиллиджер, замолчала на какое-то время.

— Вы серьезно в это верите?

Я обхватила ладонью свою шею.

— Так меня воспитали.

— Понятно. Ну, тогда можете делать с этим амулетом, что вам вздумается. Можете его выбросить, пожертвовать — придумайте сами. Независимо от этого, мне нужен был только отчет для моей книги. Благодарю за потраченное время, как всегда, вы сделали гораздо больше, чем от вас требовалось.

Уходя, я кинула амулет в свою сумку, не совсем понимая, зачем это делаю. Он был бесполезен… и все же — его изготовление стоило мне немало затраченных сил и времени. Я осталась разочарованной, что он не сыграл значимой роли в ее исследованиях. Что все мои усилия были коту под хвост.

Однако, другое мое исследование принесло свои плоды уже на следующий день. На Вводной по химии, Грег Слейд с несколькими его приятелями, суетились в классе даже после звонка. Наш преподаватель бросил на них предупреждающий взгляд, но на них это не подействовало. Слейд хвастался перед всеми своей орлиной татуировкой, выставляя ее на всеобщее обозрение. Чернила снова отливали серебром. Подражая ему, один из его друзей, с такой же гордостью демонстрировал такую же серебристую татуировку. Это была пара скрещенных клинков, которые немного проигрывали в броскости на фоне орла. Это был тот самый приятель, который беспокоился, что не сможет сделать татуировку на этой неделе. Очевидно, ситуацию с поставщиком удалось уладить. Занятно. То, что я выкрала в Nevermore, чтобы составить отчет для Алхимиков, было восполнено.

— Полный отпад, — проговорил приятель Слейда. — Испробуем.

— Конечно. — Слейд легонько ударил его кулаком — Как раз завтра.

Трей наблюдал за ним с угрюмым выражением лица.

— А что намечается на завтра? — шепнула я ему.

Он еще какое-то время с отвращением следил за ними прежде, чем повернуться ко мне.

— Ты что в пещере живешь? Завтра у нас первая домашняя игра.

— Конечно, — сказала я. Мой опыт в высшей школе не был бы полным без футбольной шумихи.

— Удача мне так и прет, — пробормотал он.

— Твои же перевязки уже закончились, — заметила я.

— Да, но тренер до сих пор заставляет меня сидеть на скамье запасных. Плюс сейчас я для них что-то вроде балласта. — Он кивнул в сторону Слейда и его компашки. — Почему у них нет неприятностей из-за татуировок? Они даже не пытаются их скрыть. В этой школе больше нет дисциплины. Мы живем практически при анархии.

Я улыбнулась.

— Практически.

— Знаешь, твоему брату следует записаться в команду. Я видел его на физкультуре. Он мог бы добиться огромных успехов в спорте, если бы захотел.

— Он не любит привлекать к себе всеобщее внимание, — объяснила я. — Но, думаю, он придет посмотреть на игру.

— А ты?

— Нет, наверное.

Трей выгнул брови.

— Жаркое свидание?

— Нет! Я просто… ну, не люблю наблюдать за спортивными состязаниями. И чувствую, что мне стоит остаться с Джил.

— Не пойдешь из-за солидарности ко мне?

— Ты в ней не нуждаешься.

Трей разочаровано на меня посмотрел и ответил:

— Может это даже и к лучшему, — проговорил он. — Ты бы все равно не смогла меня увидеть во всей красе.

— Какая досада, — согласилась я.

— Ой, оставь свой сарказмом при себе, — он вздохнул. — Мой отец будет очень разочарован. Фамильное ожидание, понимаешь ли.

Ну, уж это-то я прекрасно могла понять.

— Он тоже футбольный игрок?

— Нет, он давно уже отошел от футбола, но держит себя в отличной физической форме. Превосходной. Словно всегда готов вернуться в команду. Пока я был лучшим в команде, это была самая главная причина мною гордиться, пока не появились эти татуировки.

— Ты и так хорош, без помощи всяких татуировок. Он должен тобой гордиться, — сказала я.

— Ты не знаешь моего отца.

— Нет. Но думаю, что знаю кое-кого очень на него похожего. — Я улыбнулась. — Знаешь, может мне все-таки стоит сходить на игру.

Трей просто улыбнулся в ответ, и начался урок.

День прошел на удивление спокойно, но стоило мне войти в раздевалку на физкультуре, как ко мне тут же подлетела Джил.

— Я получила сообщение от Лии! Она спрашивает смогу ли я придти сегодня вечером. Она проводит регулярные тренинги с другими моделями, но сегодня мне нужно присутствовать на индивидуальной встрече, потому что у меня совсем нет опыта. Я о том, что я… ну, ты понимаешь, нужно ехать. Как ты думаешь… я имею в виду, не могла бы ты…

— Конечно, — сказала я. — Я здесь именно для этого.

— Спасибо, Сидни! — К моему великому удивлению, она бросилась мне на шею. — Я знаю, что у тебя нет никаких причин помогать мне после всего, что я натворила, но…

— Все в порядке, правда, — сказала я, неловко похлопывая ее по плечу, переводя дух, чтобы успокоиться. «Думай о том, что тебя обнимает Джил, а не вампир». — Рада помочь.

— Может вас двоих оставить наедине? — сострила Лорел, вышагивая из своего окружения. — Я всегда знала, что в вашей семейке есть что-то странное.

Мы расцепили объятия, и Джил залилась румянцем, еще больше развеселив Лорел.

— Боже, как же я их ненавижу, — прошипела она, когда они уже были вне зоны слышимости. — Я действительно хочу их проучить.

— Терпение, — пропела я. — Когда-нибудь они получат по заслугам. — Посмотрев на шкафчик Лорел, я подумала, что «когда-нибудь» может наступить уже довольно скоро.

Джил покачала головой в недоумении.

— Не понимаю, как тебе удается оставаться такой великодушной, Сидни. Тебе все нипочем.

Я улыбнулась, представив, как удивится Джил, когда узнает правду, что я не такая уж и «великодушная» как она думает. И не только, когда дело касалось Лорел. Если Джил хочет обо мне думать в таком свете, пусть думает. Конечно же внешне я была любезной, но часть моей личности под названием «подставь-другую-щеку» разлетелась в дребезги в тот момент, когда в конце занятий через час, раздевалку разразил визг Лорел.

Ну прям повторение инцидента со льдом. Лорел выскочила из душа, завернутая в полотенце, и в ужасе бросилась к зеркалу, держась за свои волосы.

— Что происходит? — спросила одна из ее прихвостней.

— А ты не видишь? — взвыла Лорел. — Что-то не то… так не должно быть. Это масло… или я не знаю! — Она схватила фен и начала сушить свои волосы, пока остальные с интересом наблюдали за ней. Через несколько минут длинные пряди высохли, но это было нечто. И действительно, выглядело так, будто все ее волосы были вымазаны маслом или жиром, словно она неделями их не мыла. Естественно блестящие, упругие локоны, теперь свисали длинными убогими лохмами. Их цвет потускнел, превратившись из огненно-красного в болезненно-ржавый.

— И пахнут они как-то странно, — воскликнула она.

— Помой их еще раз, — предложила другая подпевала.

Лорел так и сделала, но это не помогло. Даже когда она поняла, что все дело в шампуне, состав уже глубоко пропитал ее волосы. Вода будет продолжать реакцию, и ей придется много, много раз вымывать их, прежде чем сможет устранить эту проблему.

Джил удивленно на меня посмотрела.

— Сидни? — прошептала она, вкладывая в это слово миллион вопросов.

— Терпение, — уверила я ее, — Это только первый номер программы.

Ближе к вечеру я отвезла Джил в бутик Лии Ди Стефано. Естественно в сопровождении Эдди. Лия оказалась всего несколькими годами старше меня и почти на тридцать сантиметром ниже. Несмотря на ее крошечный размер, было в ней что-то большое и значимое, отличающее ее от других, когда она предстала перед нами. Магазин пестрил изящными платьями и костюмами, тогда как она была одета в весьма затрапезные драные джинсы и безразмерную крестьянскую блузу. Она перевернула вывеску на входной двери на «Закрыто», а затем встала перед нами, уперев руки в бока.

— Итак, Джил Мелроуз, — начала она. — У нас осталось всего две недели, чтобы сделать из тебя модель. — Ее взгляд упал на меня. — А ты ей в этом поможешь.

— Я? — воскликнула я. — Я просто водитель.

— Нет, если хочешь, чтобы твоя сестра блистала на моем показе. — Она осмотрела Джил с головы до ног, с, почти смешной разницей в их росте. — Ты должна есть, пить и дышать как модель, если действительно хочешь преуспеть в этом деле. А ты, должна помогать ей, со всем этим справиться.

С цветущим выражением на лице, Лия схватила ближайшую обувную коробку и вытащила пару лакированных пурпурных туфель на каблуке, как мне показалось не менее тринадцати сантиметров. Джил и я уставились на нее.

— Разве она недостаточно высокая? — наконец спросила я.

Лия фыркнула и пихнула туфли Джил.

— Это не для показа, но если она научится на них ходить, то будет готова ко всему.

Джил осторожно взяла обувь в руки и начала их рассматривать. Каблуки напомнили мне серебряные колья, которыми Роза и Эдди убивали стригоев. Если Джил действительно хочет быть во всеоружии, ей просто нужно всегда носить такие туфельки. Набравшись, наконец, смелости, она скинула свои коричневые шлепанцы, и принялась застегивать множество переплетающихся пурпурных ремешков на туфлях. Закончив, она медленно выпрямилась, и чуть упала. Я тут же подскочила, чтобы ее поддержать.

Лия одобрительно закивала.

— Вот видишь? Я именно об этом. Сестринская взаимопомощь. Тебе лучше удостовериться, что она не упадет и не свернет себе шею на моем показе.

Джил бросила на меня полный паники взгляд, который как мне казалось, отразился и на моем лице. Я начала было намекать, что Эдди был защитником Джил, но он незаметно переместился к стеночке и молча наблюдал от туда, избежав, таким образом, напутствий Лии. Видимо, его функции как защитника, тоже имели свой предел.

В то время, как Джил пыталась просто не свалиться, я помогла Лии освободить место посреди магазина. Следующий час Лия потратила на то, чтобы продемонстрировать, как правильно вышагивать на модных показах, с акцентом на позиции и шаги, чтобы в лучших ракурсах представить коллекцию. Большинство этих деталей Джил пропустила мимо ушей, пытаясь пересечь комнату, хотя бы попросту при этом не упасть. Изящество и красота были ничем, по сравнению с проблемой, как оставаться в вертикальном положении.

Тем не менее, когда я взглянула на Эдди, то заметила, как он увлеченно смотрит на Джил, будто каждый ее шаг был волшебным. Поймав мой взгляд, он немедленно нацепил на свое лицо привычную маску стража и защитника.

Я старалась изо всех сил, чтобы подбодрить Джил, и да, не дать ей упасть и свернуть себе шею. На середине занятия, мы услышали стук в стеклянную дверь. Лия нахмурилась, но, узнав лицо по другую сторону двери, просияла и пошла ее открыть.

— Мистер Донахью, — поприветствовала она, впуская Ли. — Пришли посмотреть, как справляется ваша звездочка?

Ли улыбнулся и его серые глаза, немедленно отыскали Джил. Джил встретилась с ним взглядом и расплылась в широченной улыбке. В прошлый раз, когда мы приезжали на кормление Ли не было дома, и хотя они постоянно общались по телефону и перекидывались электронными письмами, я знала, что она по нему скучала. Взглянув на Эдди, я поняла, что он не в восторге от присутствия Ли.

— Я и так знаю, как она справляется, — ответил Ли. — Она превосходна.

Лия фыркнула.

— Ну, я бы не забегала так далеко.

— Эй, — на меня внезапно накатило вдохновение. — Ли, не хотел бы ты взять на себя ответственность, за то, чтобы Джил не свернула себе шею? Мне нужно кое-куда отлучиться. — Неудивительно, что Ли более чем желал этого, и знала, что не стоит беспокоиться за ее безопасность, когда она под «прицелом» у Эдди.

Я покинула их, спеша через две улицы, к Nevermore. С тех пор, как Слейд и его друзья подтвердили, что татуировщики снова принялись за дело, я хотела лично в этом убедиться. На этот раз не таясь. Украденные мной материалы уже были доказательством. За исключением прозрачной жидкости, мне удалось идентифицировать остальные вещества в пузырьках. Все металлические компоненты в точности совпадали с алхимическими соединениями, то есть эти люди были либо связаны с Алхимиками, либо воровали у нас. В любом случае, это все больше становилось моим делом. Я просто надеялась, что этого будет достаточно, чтобы искупить мою вину и удержать Зои подальше отсюда, тем более что до ее прибытия, оставалось ничтожно мало времени.

Мой план состоял в том, чтобы в Nevermore мне согласились сделать татуировку. В первую очередь, я хотела знать какие у них предостережения (если они были) и как легко мне будет этого от них добиться. «Заговор зубов» Адриана не дал мне достаточной информации, но возможно его татуировка «скелет-на-байке-объятый-пламенем-с-попугеем-на-плече», не показалась им очень уж убедительной просьбой. Сегодня я вооружилась наличностью, которая, как я надеялась, мне в этом поможет.

Как и всегда, мне не следует светиться. Войдя внутрь, я сразу увидела за стойкой того же парня с которым беседовал Адриан, и который посмотрел на меня с облегчением.

— Слава Богу, — вздохнул он. — Пожалуйста, скажите мне, что у вас есть еще. Эти дети сводят меня с ума. Когда мы начали этим заниматься… я понятия не имел, что это зайдет так далеко. Это хорошие деньги, но Иисусе, что за сумасшествие делать такое.

Я быстро скрыла замешательство со своего лица, задаваясь вопросом, что он там такое несет. Он вел себя так, как будто схема была уже отработана. Но когда его глаза уставились на мою щеку, тут, до меня дошло.

Моя татуировка в виде лилии.

Я не стала ее скрывать, так как была за пределами школы. И тогда я поняла с абсолютной уверенностью, с кем бы он ни работал по доставке «материалов», это тоже был Алхимик. Он предположил, что моя татуировка сделала меня союзником.

— У меня собой ничего нет, — ответила я.

Он растерялся.

— Но спрос…

— Вы потеряли последнюю партию, — надменно сказала я. — Вы позволили украсть это прямо у себя под носом. Вам известно, на какой риск мы идем, чтобы это достать?

— Я уже все объяснил вашему коллеге! — воскликнул он. — Он сказал, что все понимает. Сказал, что уладит все проблемы и нам больше незачем беспокоиться.

У меня возникло чувство пустоты в животе.

— Да, но, он не может говорить за всех нас, и мы не уверены, что нужно продолжать. Вы себя скомпрометировали.

— Мы будем осторожней, — сказал он. — Эта кража, не наша вина! Ну же. Вы должны нам помочь. Разве он вам не говорил? На завтра огромный спрос, так как у тех детей из частной школы завтра игра. Предоставив товар, мы получим вдвойне.

Я улыбнулась ему своей лучшей холодной улыбкой.

— Что ж, мы обсудим это между собой и вернемся к вам.

С этими словами я повернулась и направилась к выходу.

— Подождите, — окликнул он. Я бросила на него надменный взгляд. — Не могли бы вы заставить одного типа не звонить нам больше?

— Какого типа? — спросила я, задаваясь вопросом, не имел ли он ввиду кого-то из постоянных клиентов студентов Амбервуда.

— Того, со странным голосом, который продолжает спрашивать, не появляются ли здесь какие-нибудь высокие, бледные люди, похожие на вампиров. Я полагал, что это был кто-то, кого вы знаете.

«Высокие, бледные люди?» Мне это не понравилось, но я не подала вида.

— Извини, понятия не имею о чем вы. Может это просто розыгрыш.

Уходя, я отметила про себя, что должна разобраться и в этом. Если кто-то спрашивает о людях похожих на вампиров, это проблема. Однако, была проблема и понасущней. Мой разум быстро обрабатывал, только что полученную у татуировщика информацию. Поставщиком в Nevermore был Алхимик. В некотором роде, это даже не удивительно. Как еще они могли достать столько вампирской крови и все необходимые металлы для своих татуировок? Естественно этот мошенник-Алхимик обещавший «уладить все проблемы» которые возникли с поставкой ингредиентов. По телефону отец сказал, что меня хотят отослать из-за отчетов Кита?

«Сразу после того как я покинула Nevermore».

Я точно знала, кем был этот мошенник-предатель.

И так же знала, что была его занозой в заднице. Кит позаботился на мой счет, делая все возможное, чтобы отослать меня из Палм-Спрингса, и ввести кого-то новенького и неопытного того, кто не будет вмешиваться в его незаконные делишки с татуировками. В первую очередь, именно по этой причине, он и хотел, чтобы сюда приехала Зои.

Я была ошарашена. Я никогда не была большого мнения о Ките Дарнэлле, в общем. Но никогда, и, ни за что бы, не подумала, что он опустится так низко. Он был безнравственным человеком, но все же был воспитан на тех же самых принципах, что и я по отношению к людям и вампирам. Для него, отбросить свои убеждения и подвергнуть невинных страшным побочным действиям вампирской крови, ради собственной материальной выгоды… что ж, это было больше, чем предательство Алхимиков. Это было предательство всей человеческой расы.

Моя рука замерла на мобильнике приготовившись звонить Стентон. Я должна это сделать. Один звонок с подобными известиями и Палм-Спрингс наводнят Алхимики, накинувшись на Кита. «Но, что если не было веских доказательств, о причастности к этому Кита? Может, стоило другому Алхимику, войти и сыграть в ту же игру, что и я сейчас, заставив татуировщика подумать, что он заодно с Китом?» Как бы то ни было, я хотела разоблачить Кита. Я должна была убедиться на все сто процентов, что ему не удастся выйти сухим из воды.

Я приняла решение, но не в пользу Алхимиков, я позвонила Адриану.

Вернувшись в магазин Лии, я обнаружила, что тренинг закончился. Лия давала Джил несколько последних наставлений, пока Эдди и Ли ошивались поблизости. Эдди только взглянул на мое лицо и сразу понял, что что-то не так.

— Что случилось?

— Ничего, — беззаботно ответила я. — Так одна неприятность, которую я скоро улажу. Ли, не мог бы ты отвезти Джил и Эдди обратно в школу? У меня есть несколько дел, которые мне нужно уладить.

Эдди нахмурился.

— Ты в порядке? Тебе нужен кто-нибудь для защиты?

— У меня будет компания, — заверила я, зная, что собираюсь встретиться с Адрианом. — Ну, в каком-то смысле. В любом случае, со мной все в порядке. Твоя задача, не спускать глаз с Джил, помнишь? Спасибо, Ли, — добавила я, увидев, как он кивнул. Меня внезапно поразила мысль. — Погоди… я думала сегодня вечером у тебя лекции. А мы не задержим тебя… или… ну, когда у тебя занятия?

Я не особо задумывалась над этим, и только сейчас обратила внимание, что в некоторые дни Ли был поблизости, а в другие в Лос-Анджелесе. Но, оглянувшись назад, у меня не складывалась полная картинка происходящего. И тут, я увидела понимающий взгляд на лице Эдди.

— И правда, — сказал он, подозрительно посмотрев на Ли. — Что это у тебя за расписание такое?

Ли открыл рот, и я почувствовала, что сейчас он нам выдаст заготовленную историю. Тогда он остановился и бросил тревожный взгляд на Джил, которая, до сих пор разговаривала с Лией. Его лицо осунулось.

— Прошу, только не говорите ей, — прошептал он.

— Не говорить ей чего? — спросила я, успешно удерживая свой голос низким.

— Я не учусь в колледже. В смысле, учусь. Но не в этом семестре. Я хотел какое-то время отдохнуть, но… не хотел разочаровывать своего отца. Так что, я сказал ему, что просто учусь не на полную ставку, именно, поэтому я часто бываю рядом.

— Тогда что ты делал в Лос-Анджелесе все этого время? — спросил Эдди. Это был превосходный вопрос, на который я и сама хотела бы знать ответ.

— У меня там друзья, и нужно держать свое лицо. — Ли вздохнул. — Это глупо, я знаю. Пожалуйста… позвольте мне самому сказать ей об этом. Мне так сильно хотелось произвести на нее впечатление и самоутвердиться перед ней. Она замечательная. Просто застала меня в не лучшее время.

Мы с Эдди обменялись взглядами.

— Не скажу, — пообещала я. — Но тебе действительно нужно ей рассказать. Я о том: думаю — от этого не будет вреда… но ты не должен позволять этой лжи встать между вами.

Ли выглядел несчастным:

— Знаю. Спасибо.

Когда он отошел, Эдди покачал головой.

— Мне не нравится его лживость. Нисколько.

— Попытка Ли сохранить лицо — наименьшая из странностей, что здесь творятся, — пробубнила я.

Я узнала, что Джил может пройтись с одного конца магазина до другого и возвращаться без падений. Конечно без изящества, но начало было положено. Она все еще была далека от того, чтобы выглядеть как модели на дефиле, которых я видела по телевизору, но учитывая, что на первых порах она вообще не в состоянии была стоять на этих туфлях, я предположила, что это прогресс. Она начала снимать туфли, но Лиа остановила ее.

— Нет, нет. Я говорила тебе. Ты должна носить их не снимая. Практика, практика, и еще раз практика. Носи их дома. Носи их везде. — Она повернулась ко мне. — А ты…

— Знаю. «Удостовериться, что она не свернет себе шею», — повторила я. — Тем не менее, у нее нет такой возможности — носить эти туфли не снимая. В нашей школе дресс-код.

— Что если они будут другого цвета? — спросила Лия.

— Не думаю, что все дело только в цвете, — произнесла Джил извиняющимся тоном. — Думаю, отчасти это из-за высокого и тонкого каблука. Но я обещаю носить их вне занятий и практиковаться в нашей комнате.

Для Лии этого оказалось вполне достаточно, и после еще нескольких наставлений, она отправила нас восвояси. Мы пообещали практиковаться и вернуться через два дня. Я сказала Джил, что встречусь с ней позже, но не знаю, услышала ли она меня. Она была настолько поглощена идеей, что Ли отвезет ее домой, что все остальное пролетало мимо ее ушей.

Подъехав к Кларэнсу, у двери я была встречена Адрианом.

— Ого, — удивилась я, его проворности. — Не ожидала, что ты будешь готов так быстро.

— Я и не готов, — ответил он. — Мне нужно тебе кое-что показать прямо сейчас.

Я нахмурилась.

— Ладно. — Адриан повел меня в глубину дома, в ту его часть, куда я обычно не заходила, что заставило меня нервничать. — А ты уверен, что это не может подождать? То дело, что нам предстоит — очень срочное…

— Это, не менее срочное. Каким тебе показался Кларэнс, когда ты его видела в последний раз?

— Странным.

— А в психическом состоянии?

Я подумала об этом.

— Ну, знаю — измотанным. Но обычно он выглядел так, как будто в порядке.

— Да, а сейчас он не в порядке. И это не просто усталость. Он вялый, у него головокружение и он не встает с постели. — Мы дошли до закрытой деревянной двери, и Адриан остановился.

— Ты не знаешь, что послужило причиной? — встревожено спросила я. Я подозревала, что недомогание мороя будет прогрессировать, но никак не ожидала столкнуться с этими проблемами так скоро.

— У меня появилась довольно неплохая догадка, — сказал Адриан, с удивительной свирепостью. — Твой парень, Кит.

— Перестань нести бред. Он не «мой парень», — воскликнула я. — Он разрушает мою жизнь!

Адриан широко распахнул дверь, открыв взгляду большую, резную кровать с балдахином. Зайти в спальню мороя было для меня совсем не комфортно, но повелительный взгляд Адриана был исчерпывающим. Я последовала за ним, и у меня перехватило дыхание, когда я увидела Кларэнса, лежащего на кровати.

— И не только твою, — сказал Адриан, указывая на старика.

Веки Кларэнса затрепетали при звуке наших голосов, но потом снова закрылись, как будто он провалился в сон. Я не видела взгляда его глаз, но и этого оказалось достаточно. Эта бледность, болезненная бледность его кожи, и эта кровавая рана на шее Кларэнса. Она была маленькой, нанесенная всего одним проколом, как будто каким-то хирургическим инструментом. Адриан выжидающе смотрел на меня.

— Ну, Сейдж? У тебя, случаем, нет никакой идеи, куда Кит сливает кровь Кларэнса?

Я сглотнула, едва способная поверить в то, что видела перед собой. Это было последней каплей. Я знала, что Кит был поставщиком татуировщиков, а теперь и узнала, откуда Кит пополняет свои «запасы».

— Да, — наконец сказала я, тихим голосом, — есть и еще какая.

ГЛАВА 22

Переводчики: sunshima, Catharin, Stinky, WildOrchid, VisibleVoid Вычитка: Светуська

Кларэнс отказывался говорить с нами о происходящем. На самом деле, он наотрез продолжал отрицать, что что-то не так, утверждая, что просто порезался, когда брился.

— Мистер Донахью, — сказала я настолько мягко, насколько только могла. — Это сделано хирургическим инструментом. И этого не было, пока не появился Кит.

— Говорю же, «нет», — отнекивался слабым голосом, Кларэнс. — Это ни как с ним не связано.

В этот момент в комнату заглянула Дороти со стаканом сока. Мы позвали ее вскоре после моего приезда сегодня вечером. При кровопотере, первая помощь мороям, была такая же, как и людям: сахар и жидкость. Она принесла ему стакан с соломинкой, и ее морщинистое лицо наполнилось беспокойством. Пока он пил, я продолжала свои расспросы.

— Расскажите нам, каковы условия сделки, — не сдавалась я. — О чем вы договорились? Что он вам предложил в обмен на свою кровь? — Когда Кларэнс не нарушил молчания, я постаралась сменить тактику. — Людям причинен вред. Он раздает вашу кровь налево и направо.

Это возымело эффект.

— Нет, — возразил Кларэнс. — Он использует мою кровь и слюну во благо человечества. Чтобы излечивать больных людей.

«Слюну? — Я почти застонала. — Ну, конечно же. Загадочная прозрачная жидкость. Теперь понятно, почему блестящие татуировки были такими яркими. Интенсивными».

Мы с Адрианом обменялись взглядами. Ну да, кровь вампиров, вообще-то использовалась в лечебных целях. Татуировка, которую я носила, служила тому доказательством. Алхимики долго и упорно трудились над выявлением некоторых компонентов в крови для ее обширного применения в медицинских целях. До сих пор, нам не удалось искусственно ее синтезировать, а использовать настоящую, было попросту не практично.

— Он солгал, — ответила я. — Он продает ее богатеньким тинэйджерам, помогая им в спортивных достижениях. Что он вам за это пообещал? Мешок денег?

Адриан обвел взглядом богато обставленную комнату.

— Не думаю, что ему нужны деньги. Единственное чего он хочет, это то, чего ему не смогли дать стражи. Правосудие для Тамары, верно?

Удивленная, я повернулась к Кларэнсу и увидела на лице старого мороя подтверждение слов Адриана.

— Он… расследует для меня дело «охотников на вампиров», — медленно произнес он. — Он говорит, что уже близок. Близок, к их обнаружению.

Я покачала головой, желая, как следует себя пнуть за то, что раньше не обнаружила, что источником крови был Кларэнс. Это объясняло, спонтанные и частые визиты Кита, и почему он всегда приходил в бешенство, стоило мне здесь появиться без предупреждения. Мое «панибратство с вампирами», ничто по сравнению с этим.

— Сэр, я вам гарантирую, что единственная вещь, которая его беспокоит, это как потратить вырученные деньги.

— Нет… нет… он помогает мне найти охотников, которые убили Тамару…

Я впала в ступор, больше не в силах была здесь стоять и выслушивать все это.

— Дайте ему настоящей еды, и проследите, чтобы он поел, — сказала я Дороти. — Если он ослаб от кровопотери, ему просто нужно время.

Я кивнула Адриану, чтобы он следовал за мной к выходу. На подходе к гостиной, я высказалась:

— И так, у этого есть плохая и хорошая стороны. Теперь мы можем быть уверены, что Кит придет за добавкой, чтобы не разориться. Мне просто жаль, что для Кларэнса это такой удар…

Зайдя в гостиную, я застыла. Мне хотелось пойти именно туда, потому что это место мне было знакомо, где можно было обсудить наш план, все лучше, чем в жуткой спальне Кларэнса. Учитывая, как часто в этом старом доме разыгрывалось мое воображение, кое-что стало для меня абсолютной неожиданностью. Никогда, даже в самых моих диких фантазиях, я даже не представить себе не могла, что гостиная превратиться в картинную галерею.

По всей комнате были расставлены мольберты с полотнами. Даже бильярдный стол был накрыт большущим холстом. Картины поражали своим разнообразием. На некоторых были простые пестрые мазки. Некоторые детально и реалистично отображали объекты и людей. На этих полотнах сменяли друг друга разнообразие акварели и масляных красок.

На мгновение из моей головы исчезли все мысли о Кларэнсе и Ките:

— Что это?

— Домашка, — сообщил Адриан.

— Вы не… вы же толком еще и не начали заниматься? Когда они умудрились столько назадавать?

Он подошел к холсту, демонстрирующему темное облако с завихренной на нем красной полоской, чтобы убедиться, что краска уже высохла. Рассматривая ее, я старалась понять, действительно ли я видела облако. По очертаниям оно чем-то напоминало человека.

— Конечно, они столько не задавали, Сейдж. Но я должен был убедиться, что добьюсь первых успехов в этом направлении. Предстоит, как следует потрудиться, чтобы достичь совершенства. — Он сделал паузу, рассматривая их по новой. — Ну, за исключением моих родителей. Они всегда добивались всего с первой попытки.

Я не могла не улыбнуться. Последние пару недель настроение Адриана постоянно скакало и было приятно видеть его на подъеме.

— Да это просто поразительно, — признала я. — И, кстати, что это такое? Ну, я имею в виду, я понимаю что это, — я показала на картину, где был изображены женские карие глаза, с длинными и пышными черными ресницами и потом еще на одну из роз, — но остальные картины для меня, наверное, уж слишком креативны.

— И эта? — спросил Адриан, разворачивая меня к туманной картине с красной пересекающейся полосой. — Я думал, что это очевидно. Это — любовь. Разве не заметно?

Я пожала плечами.

— Наверно у меня недостаточно художественное восприятие.

— Возможно, — согласился он. — Как только разберемся с твоим дружком Китом, мы обсудим мое гениальное творение, если, конечно захочешь.

— Правильно, — сказала я, становясь серьезной. — Для доказательств нам нужно определить его роль во всем этом. И думаю, лучший способ это выяснить — выманить его, а тебе тем временем вломиться в его квартиру, пока его не будет. Но чтобы взломать замок…

Адриан отмахнулся от меня.

— Я знаю, как взламывать замки. Как ты думаешь, я проникал в кабинет родителей за ликером, когда еще учился в школе?

— Могла бы и догадаться, — сухо произнесла я. — Убедись, что ты все проверил, а не только в самых очевидных местах. У него могут быть тайники в стене или в мебели. Тебе нужно найти флаконы с кровью или металлической жидкостью или возможно даже инструмент, которым он прокалывал Кларэнса.

— Понятно. — Мы обсудили еще несколько деталей, включая и то кому ему звонить, в случае находки и уже собирались уходить, когда он спросил: — Сейдж, можно узнать, почему ты выбрала меня на роль соучастника в преступлении?

Я задумалась.

— Методом исключения, полагаю. Джил нужно держать подальше от неприятностей. Эдди был бы неплохим помощником, если бы не должен был присматривать за Джил и Ли. Кроме того, я знаю, что тебя не будут мучить угрызения совести по поводу взлома с проникновением.

— Это самое приятное, из того, что я когда-либо от тебя слышал, — заявил он с усмешкой.

После этого мы срываемся к Киту. На первом этаже здания горят все окна, разбивая в прах последние надежды на то, что мне не придется его выкуривать. А то, могла бы помочь с поисками. Высадив Адриана, я направляюсь в круглосуточную закусочную, находящуюся на другом конце города. Полагая, что это как нельзя, кстати, чтобы держать Кита подальше от его дома. Уже одного времени затраченного на дорогу, дало бы больше времени для поисков Адриана, хотя и означало что Адриану придется немного подождать прежде, чем Кит отъедет на достаточное расстояние. Наконец доехав до нее, устраиваюсь за столиком, заказав себе кофе, после чего набираю номер Кита.

— Алло?

— Кит, это я. Нам нужно поговорить.

— Так говори, — сказал он самодовольно и уверенно, без сомнения счастливый возросшим спросом на татуировки в последнее время.

— Не телефонный разговор, нам нужно встретиться с глазу на глаз.

— В Амбервуде? — удивленно спросил он. — В такое время? — Сейчас действительно уже был поздний час, но об этом я буду беспокоиться позже.

— Я не в школе, а в Закусочной Маргарет у шоссе.

Продолжительное молчание. Затем:

— Ну, раз уж ты уже нарушила комендантский час, то приезжай сюда.

— Нет, — решительно говорю я. — Ты приедешь ко мне.

— С чего бы это?

Я немного колеблюсь, прежде чем разыграть козырь, который, несомненно, сработает. Только одна вещь могла заставить его примчаться сюда не вызвав подозрения о том, что мне известно про татуировки.

— Это насчет Карли.

— Что насчет нее? — спросил он после секундной паузы.

— Тебе известно, что.

После очередной паузы, капитулировав, Кит вешает трубку. Я заметила, что за день у меня появилась голосовая почта, и решила ее прослушать, нажав на клавишу для прослушивания.

Сидни, это Уэс Реган, из Колледжа Карлтон. Просто хочу вам сообщить пару вещей. И боюсь, что у меня для вас плохие новости. Похоже, я не в состоянии перевести в этом семестре вашего брата из статуса аудитора в студенты. Но наверняка смогу зачислить его в следующем семестре, конечно же, если он останется на хорошем счету, но единственный способ ему продолжать занятия на данный момент, это оставаться в качестве аудитора. В результате чего, он не сможет рассчитывать на стипендию, и вскоре ему придется заплатить за аудиторство, если желает оставаться на лекциях. Если он не захочет больше заниматься, что ж мы поймем. Просто позвоните и дайте мне знать, каково ваше решение.

Я встревожено пялюсь на телефон, когда сообщение закончилось. Так улетел в трубу наш замысел по внедрению Адриана в статус полноправного студента, не говоря уже о его надеждах на получение стипендии и переезда от Кларэнса. Следующий семестр, по всей вероятности, начнется только в январе, таким образом, Адриану придется остаться у Кларэнса еще на четыре месяца. Вкупе с четырьмя месяцами поездок на автобусе и занятиями без финансирования.

Но так ли была важна стипендиальная финансовая поддержка? Вспоминая волнение Адриана после первых двух занятий, с головой погрузившегося в искусство. С сияющим лицом, стоя в своей «галерее». В моей голове, эхом всплывают слова Джил, что искусство помогало ему выплескивать свои эмоции и чувства, а ей легче справляться с последствиями их связи. Это увлечение положительно сказывалось на них обоих.

«Интересно сколько составляла плата за аудиторство?» Я, конечно, не уверена, но не думаю, что она была такой же, как и за само обучение. Вероятно, мне удастся списать прошлые расходы на свои издержки, не привлекая лишнего внимание Алхимиков. Адриан нуждался в этих курсах, в этом я была уверена. Если бы он узнал, что в этом семестре стипендии не предвидеться, была большая вероятность, что он просто забросит обучение. Я не могла этого допустить. Он в курсе, что может быть «задержка» с денежными переводами. Если мне удастся задержать его в Карлтоне немного дольше, тогда есть шанс, что он достаточно погрузится в искусство и останется там, даже если правда всплывет наружу. Подло, не спорю, но это ради его же блага — и Джил, в конце концов.

Перезвонив в офис Уэсу Регану, уверенная, что наткнусь на автоответчик, я оставляю ему сообщение о том, что выпишу чек за аудиторное обучение, и что Адриан останется пока не будет зачислен в следующем семестре. Повесив трубку, мысленно молюсь, чтобы Адриан не узнал об этом как можно дольше.

Официантка кидает на меня недружелюбные взгляды за то, что я заказала себе только кофе, поэтому, в конце концов, мне приходится заказать кусок пирога. Только она ставит тарелку на мой стол, в ресторан входит раздраженный Кит. Он останавливается у входной двери, и нетерпеливо озирается, пока не замечает меня.

— Итак, что стряслось? — сходу требует он ответа, усаживаясь на стул с пафосом. — Что произошло такого важного, если ты посчитала необходимым нарушить школьные правила и тащить меня сюда, аж через весь город?

На мгновение я застываю. Глядя в глаза Кита — настоящий и искусственный — меня накрывают все те противоречивые чувства, которые я испытывала в прошлом году. Страх и беспокойство по поводу той вещи, из-за которой я пыталась обуздать глубокую ненависть, которую давно уже сдерживала при себе. От импульсивности основной инстинкт требовал, чтобы я сделала что-то, что заставило бы его страдать, вмазать ему чем-нибудь. Например, пирогом. Или стулом. Или бейсбольной битой.

— Я…

Прежде чем успеть сказать еще хоть слово зазвонил мой телефон. Взглянув на него, я прочла сообщение от Адриана: «Нашел. Позвонил. Через час».

Сунув телефон обратно в свою сумку, выдыхаю. У Кита, чтобы добраться сюда заняло двадцать минут, и за это время Адриан со знанием дела произвел обыск квартиры. Поиски, по-видимому, прошли успешно. Теперь от меня требовалось задержать Кита до прихода подкрепления. Один час на самом деле не так много, как кажется. Я дала Адриану номер телефона Стентон, и она уже послала к нам всех ближайших Алхимиков. Я бы сказала, что из Лос-Анджелеса, но трудно с точностью предугадать, как разбросаны наши участки. Если это были Алхимики с востока города, то они могли добраться достаточно быстро. Так же возможно они могли сократить время, используя частный самолет для прибытия сюда.

— Что там? — раздраженно спросил Кит — Один из твоих дружков вампиров?

— Можешь уже прекратить, — сказала я. — Я знаю, что на самом деле тебя не заботит, что я «слишком сблизилась» с ними. — Не думаю, что это надолго бы его отвлекло, но решила начать с малого.

— Конечно, заботит. Я беспокоюсь за твою душу.

— Поэтому ты позвонил моему отцу? — спросила я. — И по этой причине ты хочешь вышвырнуть меня из Палм-Спрингса?

— Это для твоего же блага, — отвечает он, нацепляя на себя «личину святости». — Тебе известно, что негоже было даже хотеть это задание. Ни один Алхимик не захотел бы. Но ты, ты просто умоляла дать его тебе.

— Да, — согласилась я, чувствуя растущий внутри гнев. — Чтобы ее не получила Зои.

— Можешь внушать себе все, что угодно. Но я-то знаю правду. Тебе нравятся эти создания.

— Почему должно быть только черное и белое? По-твоему я должна или ненавидеть их или быть с ними заодно. Есть и золотая середина, знаешь ли? Я могу оставаться лояльной к Алхимикам и дружественной с вампирами и дампирами.

Кит посмотрел на меня, как будто мне было лет десять.

— Сидни, ты такая наивная. Ты не понимаешь превратностей судьбы как я. — Знаю я о его «превратностях судьбы» и уже собиралась высказаться по этому поводу, как в этот момент подошла официантка с его заказом. Стоило ей уйти восвояси, Кит тут же продолжил свои разглагольствования. — Я о том, как ты вообще можешь знать, что ты чувствуешь и делаешь все правильно? Вампиры могут принуждать, знаешь ли. Они используют контроль над разумом. Пользователи Духа, такие, как Адриан, на самом деле хорошо это умеют. И всем нам известно, что он использует свои способности, чтобы внушить тебе лояльность к себе.

Я задумалась, припоминая, не было ли каких случаев, пробуждающих какие-нибудь чувства к Адриану.

— Значит, у него не очень-то это выходит.

Мы еще долго с ним препираемся, но в этот раз я была рада упрямству Кита, который отказывался понять суть. Чем больше он со мной спорил, тем больше времени было у Алхимиков добраться до его квартиры. Если Стентон обозначила Адриану «один час», вероятно именно это она и имела в виду. В любом случае, всегда лучше подстраховаться.

Но последней каплей моего терпения стало, когда Кит сказал:

— Ты вообще должна благодарить меня, что я так о тебе забочусь. И речь сейчас идет даже не о вампирах. Я преподаю тебе жизненный урок. Ты поглощаешь книги, но не понимаешь людей. Ты не знаешь, как с ними взаимодействовать. Реальный мир тебе видится через твое хрупкое наивное восприятие, будто бы все кругом хорошие, и кто-нибудь — вероятно, какой-нибудь парень, обязательно этим воспользуется.

— Ну конечно, — огрызнулась я, — кто может лучше этим воспользоваться, как не ты?

Кит фыркнул.

— Можешь быть спокойна, ты меня не интересуешь.

— Я не о себе! Я о Карли. — Итак. Вот она. «Настоящая цель» нашей встречи.

— А что с ней? — Кит сохранял тон спокойным, но я видела это. Мельчайшие искорки тревоги, промелькнувшие в его глазах.

— Я знаю, что произошло между вами. Я знаю, что ты с ней сделал.

Он стал очень заинтересованным в таянии льда вокруг его соломинки.

— Я ничего с ней не делал. Понятия не имею, о чем ты.

— Нет, ты точно имеешь! Она все рассказала мне. После всего этого она пришла ко мне. — Я наклонилась вперед, чувствуя уверенность. — Как ты думаешь, что сделает мой отец, если узнает об этом? Что сделает — твой?

Кит резко поднял глаза.

— Если ты так уверена, что произойдет что-то ужасное, тогда почему твой отец еще об этом не знает? А? Может быть, потому, что Карли знает, что это был пустой треп? Все, что мы делали, она хотела, уж поверь мне.

— Это наглая ложь, — прошипела я. — Я знаю, что ты сделал. Ты изнасиловал ее. И ты никогда не понесешь достаточное наказание за это. Ты заслуживаешь потерять оба своих глаза.

Он напрягся и сузил свои глаза.

— Это уже хамство. И не имеет к тому происшествию никакого отношения. Сидни, да что, черт возьми, с тобой происходит? С чего вдруг ты превратилась в такую суку? Возможно твои тесные контакты с вампирами и дампирами, сильнее на тебя повлияли, чем мы предполагали. Первой же вещью, которую я завтра сделаю, будет звонок Стентон, чтобы она немедленно тебя отсюда сняла. Не дожидаясь конца недели. Тебя нужно незамедлительно изолировать от этого темного влияния. — Он покачал головой и посмотрел на меня с жалостью и снисхождением. — Нет, тебе необходимо пройти «переподготовку». Это следовало сделать гораздо раньше, как только тебя поймали в компании этих убийц.

— Не меняй тему, — надменно сказала я, не смотря на то, что он снова разбудил во мне страх. «Что если мы с Адрианом провалились? Что если Алхимики послушают Кита и отправят меня назад? Если меня отправят в «центр переподготовки», ему уже не нужно будет волноваться на мой счет». — Сейчас речь не обо мне. Мы говорим о Карли.

Кит раздражительно закатил глаза.

— Я уже закончил говорить о твоей шлюховатой сестрице.

В этот момент мой первоначальный импульс одержал надо мной верх. К счастью для него же, это оказался всего лишь мой кофе, а не стул. Так же, на его удачу, кофе успел изрядно подостыть. В моей чашке его оставалось достаточно, так что оно расплескалось повсюду, залив его белоснежную рубашку, которую он надел так «кстати». Он уставился на меня неверящим взглядом, изрыгая проклятья.

— Сука! — выплюнул он, поднимаясь.

Когда он направился к двери, я поняла, что мой вздорный характер только что загубил весь наш план. Я поспешила за ним, хватая его за руку.

— Подожди, Кит. Я… прошу прощения. Не уходи.

Он вырвал свою руку и посмотрел на меня.

— Для тебя уже слишком поздно. У тебя был шанс, и ты его упустила.

Я снова схватила его.

— Нет, нет. Подожди. Нам еще о многом нужно поговорить.

Он открыл рот намереваясь сделать грубое замечание, но затем быстро его закрывает. Он изучает меня в течении нескольких секунд, становясь очень серьезным.

— Не пытаешься ли ты сделать так, чтобы я оставался здесь? Что происходит? — Когда я не отвечаю, он отталкивает меня и скрывается за дверью. Я быстро возвращаюсь к столику и кидаю на него двадцатку. Хватаю пирог и на бегу гаркаю недоумевающей официантке, чтобы сдачу оставила себе.

Часы на приборной панели моей машины показали, что у меня оставалось еще двадцать минут до того, как в квартиру Кита нагрянут Алхимики. Ровно столько же, ему потребуется, чтобы добраться до туда. Я еду прямо за ним, не прилагая усилий скрыть свое присутствие. Уже не секрет, что что-то происходило, что-то, из-за чего я выманила его так далеко от дома. Я благословляла каждый красный сигнал светофора, который останавливал нас, молясь, чтобы он не приехал слишком рано. Если бы он это сделал, мы с Адрианом оказались бы перед необходимостью его обездвижить. Это было бы невозможно, а так же у меня совершенно не было никакого желания этого делать.

Наконец, мы оказываемся на месте. Доехав до своего подъезда, Кит небрежно бросает свою машину возле пожарного гидранта. Я еле-еле поспеваю за ним, когда он мчится к двери, не замечая меня. Все его внимание приковано к освещению в окнах его квартиры и темным силуэтам, едва различимым за тяжелыми драпированными шторами. Он врывается в дверь, я сразу за ним, чуть не врезаясь в него, когда он застывает на месте.

Я не узнала трех мужчин, находящихся здесь вместе с Адрианом, но точно знала, что это Алхимики. В них была эта характерная отчужденность, и исключительная сдержанность, к которой мы все так стремились, их щеки украшали золотые лилии. Один из них осматривал кухонные шкафчики Кита, другой державший в руке блокнот беседовал с Адрианом, подпирающим стену с сигаретой в руке. Он улыбнулся, завидев меня.

Третий Алхимик сидел на корточках в гостиной, около небольшого тайника в стене. Аляповатая картина, изображающая женщину, лежащую на спине, очевидно, была предназначена для того, чтобы скрыть этот тайник. Его деревянная дверца была явно взломана, а различное его содержимое было разбросано по полу, за некоторым исключением. Алхимик с особым усердием отсортировывал эту кучу различных вещей: металлические пробирки и иглы, используемые для выкачивания крови, повсюду пузырьки с кровью, и маленькие пакетики с серебристым порошком. Он отвлекся при нашем внезапном появлении, и посмотрел на Кита с холодной усмешкой.

— О, как хорошо, что вы почтили нас своим присутствием мистер Дарнэлл. Надеемся, вы проедете с нами, чтобы ответить на пару вопросов.

Кит побледнел.

ГЛАВА 23

Переводчики: sunshima, VisibleVoid, Stinky Вычитка: Светуська

— Что ты сделала?

Неделю спустя, я сидела на заднем ряду, на показе Джил, в центре Палм-Спрингса, ожидая начала дефиле. Я даже представить себе не могла, что Трей тоже окажется на показе, и удивилась, увидев внезапно появившиеся его колени рядом с моими.

— А, поконкретнее? — спросила я его. — У меня есть миллион вариантов ответа на твой вопрос.

Он усмехнулся и продолжил тихим голосом, чего вовсе не требовалось, из-за громкого окружающего нас гомона. Здесь собралось несколько сотен, чтобы увидеть модный показ.

— Я о Слейде и его компашке, и ты знаешь, о чем я, — сказал Трей. — На этой неделе они действительно были чем-то расстроены. И все жаловались, на эти чертовы татуировки. — Он кинул на меня многозначительный взгляд.

— Что? — спросила я, делая невинное выражение лица. — С чего ты взял, что я к этому причастна?

— А ты хочешь сказать, что никак к этому не причастна? — спросил он не купившись на мою увертку.

Я чувствую, как на моих губах расцветает предательская улыбка. После рейда на китовскую квартиру Алхимики позаботились о том, чтобы у его партнеров-татуировщиков больше не осталось ингредиентов для изготовления незаконных татуировок. А так же разговор о моей замене на Зои больше не поднимался. С тех пор прошло уже несколько дней, прежде чем Слейд со своими друзьями поняли, что их преимущество от блестящих татуировок сошло на «нет». На этой неделе я следила за их разговорами, посмеиваясь над ними, и не заметила, что Трей тоже не сводит с них глаз.

— Скажу только, что Слейду уже недолго осталось расхаживать в своей команде суперзвездой, — сказала я. — Надеюсь, ты уже готов пойти и занять его место.

Трей изучал мое лицо еще какое-то время, в надежде, что я добавлю чего-то еще. Когда я ничего не говорю, он просто кивает и начинает смеяться.

— Мельбурн, если тебе когда-нибудь понадобится кофе, я к твоим услугам, приезжай ко мне.

— Заметано, — отвечаю я, и махаю рукой в сторону прибывающих гостей. — А, кстати, что ты здесь делаешь? Я не замечала за тобой тягу к последним тенденциям моды.

— У меня ее и нет, — согласился он. — Но у меня тут пара друзей участвующих на показе.

— Подружек? — лукаво переспросила я.

Он закатывает глаза.

— Просто друзей. У меня нет времени на глупые ухаживания за девочками.

— Правда? А я думала для этого ты и сделал свою татуировку. Я слышала, девчонки на них клюют.

Трей насторожился.

— Ты о чем?

Я припомнила как Кристин и Джулия упоминали, что очень странно, видеть у Трея собственную татуировку, и Эдди позже упоминал, что видел ее в раздевалке у Трея на пояснице. Эдди говорил, что она в виде многолучевого солнца и сделана вполне обычными чернилами. И я ждала момента, чтобы подразнить Трея.

— Не строй из себя скромника, я знаю про твое солнце. И ты еще меня всегда обвинял, а?

— Я…

Он на самом деле выглядел растерявшимся. Даже больше. Он выглядел уязвленным и растерявшимся, как будто он очень не хотел, чтобы я об этом узнала. Странно. Тут вроде ничего такого уж не было. Я собиралась поподробнее его расспросить, когда сквозь толпу к нам пробрался Адриан. Трей бросил один единственный взгляд на яростное лицо Адриана и немедленно поднялся на ноги. Мне была понятна его реакция. Меня и саму напугало такое выражение лица Адриана.

— Ну, — торопливо произнес Трей. — Еще раз спасибо. Увидимся позже.

Я пробормотала «до встречи» и посмотрела на Адриана, проскользнувшего мимо меня. Рядом со мной сидел Мика, затем Эдди, и далее шли еще два свободных места, которые мы тоже застолбили себе. Адриан сел на одно из них, игнорируя приветствие Эдди. Через минуту прибежал Ли и занял последнее место. Он выглядел чем-то обеспокоенным, но сохранял более непринужденный вид, чем Адриан. Тот уставился перед собой с каменным выражением на лице, и мое приподнятое настроение быстро улетучилось. И, не знаю откуда, но у меня было такое ощущение, что причиной его мрачного настроения была я.

Невзирая на это, у нас не было времени на выяснение. Погас свет, и началось шоу. Ведущий был местным диктором, который представлял пятерку дизайнеров сегодняшнего показа. Дизайнер Джил шла третьей по списку, и наблюдение того как выходят другие перед ее выходом, делало ожидание еще более волнующим. Этот мир был очень далек от того, что я видела до этого на репетициях. Освещение и музыкальное сопровождение вывело все на профессиональный уровень, и другие модели выглядели более опытными и «закалёнными». Я начала разделять беспокойство Джил о том, что она, возможно, не дотягивает до их уровня мастерства.

Затем пришла очередь моделей Лии Ди Стефано. Джил была одной из первых ее моделей и появилась в ниспадающем, серебристом вечернем платье из какой-то ткани, которая, казалось, бросала вызов гравитации. Полумаска из жемчуга и серебра скрывала ее личность от тех, кто не так хорошо ее знал. Я ожидала, что они немного смягчат ее вампирские черты лица, возможно, придадут ей немного человеческого цвета кожи. Вместо этого, они обыграли ее необычную внешность, нанеся на ее щеки люминесцентную пудру, усиливая ее бледность до такой степени, что заставляло ее выглядеть потусторонней. Каждый локон лежал на своем месте, искусно струясь вокруг нее и сверкая крошечными драгоценными камнями.

Ее походка кардинально улучшилась со времени первой тренировки. Она практически спала в этих высоченных каблуках и уже запросто ходила, не падая. Теперь у нее была новая уверенность и цель, которых не было прежде. Время от времени, я замечала мелькавшую в ее глазах нервозность во время ее размашистого шага, когда пыталась устоять на своих высоких серебристых каблуках. Однако я сомневаюсь, что кто-нибудь еще это заметил. Тот, кто не достаточно знал Джил, чтобы распознать ее по чертам лица, не видел ничего, кроме сильной, неземной женщины, плывущий по подиуму. «Потрясающе. Если она смогла добиться такого прогресса лишь при незначительной поддержке, то, что же будет дальше?»

Взглянув на ребят, сидящих рядом со мной, на их лицах я увидела подобные чувства. Лицо Адриана светилось братской гордостью, которую он часто испытывал по отношению к ней, и всех следов его прежнего плохого настроения как небывало. Лица Мики и Ли излучали чистое обожание. К моему удивлению, выражение лица Эдди было слишком обожающим с примесью чего-то еще. На нем было почти… почитание. Я поняла, что это было. Выйдя такой красивой, подобная богини, Джил дала почву для всех идеалистических, защитных фантазий Эдди. Теперь она была идеальной принцессой со своим покорным рыцарем, ожидающим, чтобы ей услужить.

Она появилась на подиуме еще два раза, как и планировала Лия, ошеломляя каждый раз, хотя уже и не так, как при первом выходе в серебристом платье. Оставшуюся часть показа я смотрела вполглаза. Моя гордость и изобилие чувств к Джил, слишком отвлекали и, честно говоря, большая часть одежды которую я видела сегодня вечером, была слишком кричащей на мой вкус.

После показа состоялся банкет, где гости, дизайнеры и модели могли пообщаться и просто расслабиться. Моя немногочисленная компашка обосновалась в укромном уголке возле стола с закусками в ожидании Джил, которой, еще предстояло переодеться. Ли принес ей огромный букет белых лилий. Адриан не сводил глаз с официантки, разносившей бокалы с шампанским. Его взгляд был полон тоски, но он не стал ее останавливать. Я испытала облегчение и гордость за него. Джил, равновесие и алкоголь — вещи не совместимые.

Когда официантка скрылась из вида, Адриан повернулся ко мне, и я, наконец, увидела, как на его лицо вернулся прежний гнев. И подозревала, что он направлен на меня.

— Когда ты собиралась мне рассказать? — выплюнул он.

Он говорил загадками, так же как ранее Трей.

— Рассказать тебе, что?

— Что мне не светит стипендия! Я заходил в деканат и там сказали, что ты в курсе.

Я вздохнула.

— Если честно, я не скрывала это от тебя. У меня просто еще не было подходящего времени, чтобы тебе рассказать. Так много всего навалилось. — Ладно, вообще-то я откладывала как раз по этой причине. Ну, не совсем по этой. Я не ожидала, что его это так рассердит.

— Зато у тебя было достаточно времени, чтобы внести плату за мое присутствие в качестве аудитора. И денег достаточно. Но не для того, чтобы оплатить новое жилье.

Я подумала, что его больше расстроит обсуждение этой темы, чем сама эта ситуация, так что, так или иначе я хотела пойти тем путем, который причинит ему меньшее беспокойство. Поэтому я преднамеренно скрыла свое участие в этом, чтобы избежать этого момента.

— Одноразовый взнос нетрудно списать, — сказала я ему. — А месяц за месяцем платить аренду? Это нелегко будет скрыть.

— Тогда зачем вообще беспокоиться? — воскликнул он. — Все это было задумано только для того чтобы замутить денег и уехать от Кларэнса! Иначе, нафига мне нужны эти долбанные занятия. Ты думаешь, мне по кайфу изо дня в день часами мотаться туда и обратно на автобусах?

— Эти занятия тебе на пользу, — парировала я, чувствуя, как начинаю выходить из себя. Я не хотела терять самообладание, не здесь и определенно не в тот момент, когда наши друзья были свидетелями. Сейчас же я была оскорблена реакцией Адриана. «Неужели, он не понимал, как хорошо на него влияло занятие живописью?» Я видела его лицо, когда он демонстрировал мне свои картины. Они давали ему здоровый выход эмоциям связанных с Розой, не говоря уже о том, что у него появилась цель в жизни. И к тому же, меня убивало то, как небрежно он мог просто бросить эти «долбанные занятия». Это было еще одним напоминанием того, что «добрыми намерениями выстлана дорога в ад», он считал само собой разумеющимся то, что доставалось мне с большим трудом.

Он нахмурился.

— Хорошо для меня? Да что ты?! Прекрати снова изображать мою мамочку! Учить меня жизни не входит в твою работу. Если мне понадобиться твой совет, я его спрошу.

— Да, — сказала я, уперев руки в бедра. — В мою работу и не входило учить тебя жизни, она заключалась в том, чтобы облегчить тебе жизнь насколько это возможно. Потому что одному Богу известно, как ты можешь отреагировать на одно ничтожное недоразумение. А, что насчет всех тех вещей, которые ты мне говорил? Ты был серьезен, когда говорил, что хочешь улучшить свою жизнь? Когда ты просил меня в тебя поверить?

— Ну же ребята, — встревожено сказал Эдди. — Сейчас не время и не место.

Адриан проигнорировал его.

— У тебя не возникает проблем с облегчением жизни Джил на столько, насколько это вообще возможно.

— Это моя работа, — буркнула я в ответ. — И она еще совсем девочка. Я не думала, что с такими взрослыми как ты нужно нянчиться так же!

Глаза Адриана полыхали изумрудным огнем, сверля меня взглядом с высоты своего роста, а затем его взгляд сосредоточился на чем-то позади меня. Я повернулась и увидела, пробирающуюся к нам Джил. Она еще была одета в серебристое платье, ее лицо лучилось от счастья, счастья, которое быстро улетучилось, когда она подошла ближе и поняла, что мы ссоримся. К тому времени, когда она встала рядом со мной, все ее приподнятое настроение сменилось на беспокойство и озабоченность.

— Что стряслось? — спросила она, переводя взгляд с меня на Адриана. Конечно же, она уже обо всем знала через их связь. Удивительно, что его угрюмое настроение не повлияло на ее выступление.

— Ничего, — решительно ответила я.

— Ну да, — сказал Адриан. — Это зависит от того, что ты имеешь в виду, под словом «ничего». Я о том, если ты считаешь ложь и…

— Хватит! — раздраженно воскликнула я, повысив голос, несмотря на мои титанические усилия. В помещении было довольно шумно, чтобы привлечь внимание, но несколько человек, которые стояли поблизости, взглянули на нас с любопытством. — Просто прекрати, Адриан. Не мог бы ты постараться не портить все ради нее? Неужели ты не можешь просто на один вечер сделать вид, что в мире есть и другие люди, кроме тебя, которые имеют значение.

— «Портить все ради нее»? — воскликнул он. — Как, черт возьми, у тебя язык поворачивается такое говорить? Тебе известно, на что я пошел ради нее! Я на все пошел ради нее! Я отказался от всего ради нее!

— Правда что ли? — спросила я. — Потому что, из всего, что я могу сказать, не похоже что…

Я мельком бросила беглый взгляд на лицо Джил и быстро оборвала себя. Под маской ее глаза широко раскрылись в смятении из-за метавшихся туда и обратно наших с Адрианом обвинений. Я только что чуть не ляпнула Адриану, что он был эгоистичен и не думает о Джил, но в действительности таковой была я, продолжая перепалку с ним во время ее праздника — прошедшего с огромным успехом — перед ней и нашими друзьями. Не имеет значение, что я права — даже если я и была уверенна, что права. Сейчас не время для этого разговора. Я не должна была позволить Адриану втравить себя в это, и если ему не хватало здравого смысла прекратить это прежде, чем они услышат худшее, то у меня здравого смысла было больше.

— Мне пора, — сказала я. Я натянула настолько искреннюю улыбку, насколько смогла для Джил, которая теперь выглядела на грани слез. — Ты была сегодня просто изумительна. Честно.

— Сидни…

— Все нормально, — сказала я ей. — У меня есть кое-какие дела. — Я поняла, что так оно и есть. — Мне нужно, гм, разобрать оставленные Китом вещи. Подкинете их с Эдди до Амбервуда? — Это было адресовано Мике и Ли. Я знала, что один из них возьмет на себя ответственность. Я чувствовала, что нет необходимости предоставлять подобную возможность для Адриана. Честно говоря, меня не заботила, какая судьба постигнет его сегодня.

— Конечно, — в унисон ответили Ли с Микой. Тем не менее, через мгновение, Ли нахмурился: — Зачем тебе нужно разбирать вещи Кита?

— Долгая история, — пробормотала я. — Скажем так: он покинул город и в ближайшее время возвращаться не собирается. Может быть, никогда не вернется. — По непонятной причине Ли, кажется, это встревожило. Может быть, в течении всего времени, потраченного Китом у Кларэнса, двое ребят все же сдружились. Если так, то Ли передо мной в долгу.

Джил все еще выглядела расстроенной.

— Я думала, мы все отправимся праздновать?

— Празднуйте, если хотите, — сказала я. — До тех пор, пока Эдди с вами, я спокойна. — Я неуклюже протянула руки, намереваясь ее обнять, но в этом своем наряде и макияже, она была настолько детально проработана и так великолепна, что я боялась испортить все это. И решила ограничиться похлопыванием по плечу. — Ты была бесподобна.

Я поспешила прочь, наполовину испуганная тем, что либо Адриан, либо я не выдержим и с дуру ляпнем друг другу чего еще похуже. И сбежала оттуда. Сейчас я надеялась, что у Адриана хватило ума замять эту тему и не испортить вечер Джил. По непонятной причине меня расстроило наше препирательство, и это еще было мягко сказано. У нас часто возникали с ним разногласия за то время, что мы знакомы. Что такого в еще одной перепалке? «То, — поняла я, — что мы ее переросли». Я до сих пор не воспринимала его, как человека, но где-то в процессе, я стала расценивать его как монстра уже меньше.

— Сидни?

Меня окликнул человек, которого я меньше всего ожидала здесь увидеть: Лорел. Она коснулась моей руки, когда я проходила мимо группки амбервудских девушек. Я, должно быть, выглядела совершенно обезумевшей, потому что когда я устремила на нее свой взгляд, она действительно вздрогнула. Такое произошло впервые.

— Что? — спросила я.

Она сглотнула и подальше отошла от своих подружек, с широкими и отчаявшимися глазами. Мягкая фетровая шляпа прикрывала большую часть ее волос, которые — по слухам — она до сих пор так и не вернула в первозданное состояние.

— Я слышала… слышала, что ты можешь мне помочь. С моими волосами, — пролепетала она.

Это была следующая услуга, оказанная мне Кристин. Позволив Лорел пострадать несколько дней, я попросила Кристин пустить слушок, что Сидни Мелроуз — с ее аптечной общажной комнатой — может решить эту проблему. К тому же, я была уверенна, что и так было понятно — Лорел далеко не была моей любимицей и убедить меня помочь ей будет ой, как не просто.

— Все может быть, — произнесла я, сохраняя суровое выражение лица, что было не сложно, учитывая, мое подвешенное состояние из-за Адриана.

— Пожалуйста, — взмолилась она. — Я сделаю все, что угодно, если ты мне поможешь! Я уже все перепробовала на своих волосах, но ничего не помогло. — К моему удивлению, она протянула мне несколько ежегодников. — Вот. Ты хотела их, верно? Возьми их. Возьми все, что хочешь.

Еще пять дней мытья волос насыщенным моющим средством действительно могло привести в порядок ее волосы, но, естественно, я не собиралась эй этого говорить. Я взяла альбомы ежегодников.

— Если я помогу тебе, — начала я, — ты должна будешь оставить мою сестру в покое. Ты меня поняла?

— Да, — поспешно ответила она.

— Не думаю, что поняла. Больше никаких подколок, запугиваний, или шушуканий за ее спиной. Тебя никто не просит становиться ее лучшей подругой, но я не хочу, чтобы ты к ней больше цеплялась. Держись от нее подальше. — Я прервалась. — Ну, за исключением, принесения ей своих извинений конечно.

Лорел кивала головой, как китайский болванчик на все, что я говорила:

— Да, да! Я извинюсь перед ней прямо сейчас!

Я бросила взгляд в ту сторону, где со своей свитой и цветами Ли в руках стояла Джил.

— Нет. Этим вечером не делай ничего странного по отношению к ней. Завтра наступит достаточно скоро.

— Хорошо, я извинюсь завтра, — произнесла Лорел. — Обещаю. Просто скажи мне, что делать. Как это исправить.

Я не ожидала, что Лорел подвалит ко мне сегодняшним вечером, но рассчитывала, что это произойдет со дня на день. Поэтому у меня уже была с собой наготове маленькая бутылочка «противоядия» в сумке. Я достала ее и покрутилаею перед ее носом, глаза у Лорел почти выскочили из орбит.

— Одна доза — это все, что тебе потребуется. Просто используй ее, как шампунь. Только тебе заново придется покраситься. — Она потянулась к флакончику, но я резко отдернула руку. — Напоминаю еще раз: твоя агрессия по отношению к Джил заканчивается прямо сейчас. Я тебе отдаю это, и больше не слышу слов о том, что ты делаешь ее жизнь невыносимой. Больше никакой желчи, когда она разговаривает с Микой. Больше никаких вампирских шуточек. Никаких звонков в Nevermore и вопросов о высоких бледных людях.

У нее отвисает челюсть:

— «Никаких» чего? Я никогда никому не звонила!

Я усомнилась. Когда татуировщик упомянул, что кто-то звонил и расспрашивал о людях, выглядящих похожими на вампиров, я подумала, что это проделки Лорел со своими вампирскими шуточками. Сейчас же, увидев ее растерянное выражение лица, я поняла, что ошиблась.

— Но, если я еще хоть раз услышу, что насмешки продолжаются то, то что случилось с твоими волосами, покажется тебе ничтожным по сравнению с тем, что я для тебя приготовлю. Ничтожным. Ты меня поняла?

Она испуганно кивает головой:

— А-абсолютно.

Я передала ей флакон.

— Помни об этом.

Лорел начала отворачиваться, но затем бросила на меня еще один перепуганный взгляд.

— Знаешь, иногда ты можешь быть чертовски устрашающей.

Я задумалась, представляли ли себе Алхимики, как я буду действовать в подобной ситуации. По крайней мере, один вопрос решен. Растерянность Лорел, убедила меня, что вампирские шуточки были всего-навсего пакостью с ее стороны. На деле она не верила, что это правда. Однако, кто-то же звонил в Nevermore с расспросами о вампирах, и это меня настораживало.

Наконец, выйдя из здания, и направляясь к своей машине, я решила, что действительно прокачусь до Кита. Кто-то должен был разобраться с его вещами, и это была неплохая отмазка отделаться от остальных. До комендантского часа в Амбервуде у меня оставалась еще пара часов.

После визита Алхимиков в квартиру Кита никто больше не наведывался. Явные признаки обыска выдавал его тайник, в котором были обнаружены кровь Кларэнса и серебряный порошок. Алхимики забрали немного больше, чем требовалось для доказательства, зато оставили на месте большую часть его имущества. Приехав сюда сегодня, я надеялась, забрать кое-что из других компонентов, не употребляемых для создания незаконных татуировок. Никогда не помешает иметь под рукой дополнительный запас химикатов для уничтожения трупов стригоев, ну или общажных экспериментов.

Но не тут-то было. Даже если другие его материалы не были незаконными, Алхимики, видимо, посчитали нужным конфисковать все химические вещества и ингредиенты. Ну, раз уж я все равно была здесь, то решила посмотреть, не было ли у него еще каких вещичек, которые могут мне пригодиться. А, Кит не скромничал в растрачивании срубленного на незаконных татуировках бабла, чтобы с комфортом обставить свое жилище. Ущипните меня. Сомневаюсь, что в его квартире еще до его появления уже были такие вещи как: калифорнийская кровать королевских размеров, гигантское ТВ с плоским экраном, домашний кинотеатр и такое количество еды, что хватило бы устраивать вечеринки каждую ночь в течение месяца. Я обшаривала шкафчик за шкафчиком, изумляясь, сколько же здесь было фастфуда. Хотя, наверное, стоит забрать кое-что для Джил и Эдди, поэтому я хватаю пакеты по большей части со сладостями, расфасованными по цвету и размеру.

Задумываюсь, о том, как бы перетащить телевизор к нам в Амбервуд. Было бы расточительством оставлять его Алхимикам и позволить пустить с молотка, хотя представляю себе выражение лица миссис Уизерс, когда она увидит, как мы прём его вверх по лестнице. Я даже не уверена, что в нашей с Джил комнате найдется подходящая стена, для его размещения. Плюхнувшись в глубокое китовское кресло, принимаюсь обдумывать проблему с телевизором. Даже кресло было первоклассным. Роскошная кожа на ощупь была как масло и я чуть не утонула в подушках. Какая жалость, что для него не найдется места в кабинете мисс Тервиллиджер. Я так и представила ее млеющую с чашечкой капучино и просматривающую старинные записи.

Все же, независимо от того, что случится с остальной частью барахла Кита, я собираюсь арендовать грузовик, потому что, естественно в Латте не поместиться телевизор, кресло, и большая часть остальных вещей. Решив этот вопрос, мне больше незачем здесь задерживаться на сегодня, но мне совсем не хотелось возвращаться домой. Я боялась столкнуться Джил. Мне не понравилась бы любая ее реакция. Если она до сих пор расстроена моей ссорой с Адрианом, это может заставить меня почувствовать себя виноватой. Если же она попытается оправдывать Адриана, тогда это расстроит меня.

Я вздохнула. Это кресло было таким комфортным, что мне хотелось понежиться в нем еще хоть чуть-чуть. Я порылась в своей сумке в поисках домашнего задания и вспомнила о ежегоднике. Келли Хейз. У меня еще не было времени подумать о ней и убийствах, пока я занималась проблемами, связанными с Китом и татуировками. Келли была юниоркой,[34] когда умерла, и у меня на руках был ежегодник, в котором был описан каждый год ее амбервудской жизни.

Уже, будучи первокурсницей, Келли занимала место в ежегоднике. Я вспомнила упоминание миссис Уизерс о том, что Келли была выдающейся спортсменкой. А если точнее — Келли участвовала почти во всех спортивных амбервудских соревнованиях и везде отличилась. В первый же год она уделала университетскую команду, завоевав всевозможные награды. Одно выяснилось точно, Келли не была моройкой. Это было совершенно очевидно, даже на черно-белой фотографии и на цветной, хоть и неважного качества. У нее было человеческое сложение тела, и загорелая смуглая кожа, по которой становилось ясно, что она любила понежиться на солнышке.

Я просматривала содержание ежегодника, когда послышался стук в дверь. На секунду я задумалась отвечать или нет. На мой взгляд, это мог быть какой-нибудь из друзей-неудачников Кита, который завалил сюда пожрать и посмотреть телек. Потом я забеспокоилась, что это может быть связной от Алхимиков. Я нашла и сделала закладку на странице ежегодника, где отдавалась дань заслугам Келли и закрыла его, прежде чем осторожно подойти к двери. Взглянув в глазок, я увидела знакомое лицо.

— Ли? — спросила я, открывая дверь.

Он робко мне улыбнулся.

— Привет. Прости, что помешал тебе здесь.

— Что ты тут делаешь? — воскликнула я, приглашая его внутрь. — Почему не поехал с остальными?

Он проследовал за мной в гостиную.

— Я… мне нужно было с тобой поговорить. Когда ты сказала, что поедешь сюда, это заставило меня задуматься, что может мой отец прав и этот Кит здесь больше не появиться?

Я уселась обратно в кресло. Ли присел неподалеку на диванчик.

— Да. Кит уехал. Он был, м-м, переназначен. — Кит где-то отбывал свое наказание, и про себя я добавила: «скатертью дорога».

Ли огляделся, осматривая богатое убранство.

— Недурно. — Его взгляд упал на тайник, в котором лежали алхимические компоненты. Его дверца все еще болталась на петлях, потому что после того как Алхимики, покинули это место, вычистив все за собой, я не позаботилась ее закрыть.

— Так это был… — Ли нахмурился. — Это был взлом?

— Не совсем, — поправила я. — Киту, м-м, просто срочно кое-что понадобилось перед отъездом.

Ли заломил руки и еще раз огляделся, прежде чем снова на меня посмотреть.

— И он не вернется?

— Скорее всего — нет.

К моему удивлению, Ли расстроился. У меня всегда складывалось впечатление, что он недолюбливал Кита.

— Значит, его заменит другой Алхимик?

— Не знаю, — ответила я. Этот вопрос до сих пор оставался открытым. Выслав Кита, Алхимики перестали обсуждать мою замену на Зои, и на данное время Стентон полагала, что я вполне справляюсь с ролью местного Алхимика, так как хлопот было и так невпроворот. — Если кого-то и пришлют, то это займет какое-то время.

— Итак, ты единственный Алхимик на этой территории, — подытожил он, по-прежнему мрачно.

Я пожала плечами.

— Есть еще несколько в Лос-Анджелесе.

Эта новость его малость, от чего-то, взбодрила.

— Серьезно? Не могла бы ты сказать мне их…

Ли остановился, когда его взгляд упал на открытый ежегодник, лежащий у моих ног.

— О, — сказал он, хватая его.

— Просто исследовательский проект, над которым я работаю…

— Келли Хейз. — Во взгляде веселости, как не бывало.

— Да. Ты слышал о ней? — Я протянула руку за листком бумаги, который использовала в качестве закладки для нужного раздела.

— Можно сказать и так, — ответил он.

Я начала спрашивать, что он имеет в виду, когда увидела это. На развороте они сделали в честь Келли фотографии всех этапов ее проживания в средней школе. Неудивительно, что большинство ее фотографий были связаны со спортом. Так же, было несколько из других областей ее социальных и учебных кругов, в том числе и одна с выпускного. Она была в потрясающем атласном голубом платье, подчеркивающем ее спортивную фигуру, и широко улыбаясь в камеру, держась за обнимающую ее руку.

Ли.

Я вздернула голову и посмотрела на Ли, который сейчас смотрел на меня с непроницаемым выражением на лице. Я снова вернула свой взгляд к фотографии, внимательно ее разглядывая. Примечательно было не то, что Ли бы в кадре, хотя, поверьте мне, я все еще не понимала, что происходит. То, что заинтересовало меня, было временем. Этот ежегодник был выпущен пять лет назад. Ли, тогда должно было быть четырнадцать, а парень, смотрящий на меня с фотографии Келли, естественно был не так молод. На фотографии Ли выглядел как же, как девятнадцатилетний, сидящий передо мной, что было невозможно. Морои не обладают бессмертием. Их возраст соответствует человеческому. Я подняла взгляд, задаваясь вопросом, должна ли я спросить, нет ли у него старшего брата.

Однако, Ли избавил меня от расспросов. Он просто посмотрел на меня печальным взглядом и покачал головой.

— Дерьмо. Я не хотел, чтобы до этого дошло.

А затем вынул нож.

ГЛАВА 24

Переводчики: sunshima, Catharin, VisibleVoid, Stinky

Вычитка: Светуська

Как странно люди реагируют в момент непосредственной опасности. Часть меня была в абсолютной панике, вдобавок к бешено колотящемуся сердцу и прерывистому дыханию. Это чувство пустоты, как будто в груди образовалась огромная дыра, достигло предела. Другая часть меня, до сих пор каким-то необъяснимым образом была способна логически мыслить, в основном о том, что «наверное, это тот же нож, которым перерезали горло». А остальная часть меня? Ну, остальная часть была до смерти перепугана.

Я замерла, как вкопанная и каким-то чудом, мне даже удалось сохранить тон своего голоса ровным.

— Ли, что происходит? Ты о чем?

Он покачал головой.

— Не притворяйся. Я знаю, что тебе все известно. Ты же такая умная. Я знал, что ты догадаешься обо всем, но не думал, что так скоро.

Мои мысли понеслись в скач. Опять, кто-то думал, что я умнее, чем есть на самом деле. И предполагала, что мне вроде полагается быть польщенной, его оценкой моего интеллекта, но правда заключалась в том, что я совсем не понимала, что здесь твориться. Я не знала, был ли он предателем призванным остановить меня или помочь мне. Я решила прикинуться шлангом, настолько, насколько это было возможно.

— Это ты, на фотографии, — сказала я осторожно, чтобы это не прозвучало как вопрос.

— Конечно, — подтвердил он.

— Но ты совсем не изменился. — Я осмелилась бросить быстрый взгляд на фотографию, просто, чтобы убедиться в правдивости своих слов. Это сбивало меня с толку. Только стригоям неподвластно старение, оставаясь бессмертными в том возрасте, когда их обратили. — Это… это невозможно. Ты же морой.

— О, я изменился, — с горечью проговорил он. — Немного. И не настолько, чтобы ты смогла это заметить, но поверь мне, я старею. Не то, что раньше.

Я все еще не могла прийти в себя, как мы достигли точки, где Ли, мечтательный и влюбленный в Джил, внезапно стал угрожать мне ножом. Я не могла понять, почему он выглядел точно так же как и на фотографии пятилетней давности. Была только одна ужасная вещь, в которой я начинала убеждаться.

— Ты… убил Келли Хейз. — В моей груди усилил свою хватку ужас. Я подняла свой пристальный взгляд от лезвия, чтобы встретиться с его глазами. — Но конечно… конечно не Мелоди… или Тамару…

Он кивнул.

— Или Диану. Но о ней ты не знаешь, не так ли? Она была единственным человеком, но вы ведь не следите за человеческими смертями. А только касающиеся вампиров.

Было так трудно, снова не обратить свое внимание, на лезвие ножа. Все о чем я могла думать, это насколько же оно острое и как оно близко от меня. Один сильный удар, и мне конец, точно так же как это было с другими девушками, когда моя жизнь пронесется перед глазами. Я отчаянно пыталась найти тему для разговора, снова желая обладать навыками общения, которые с такой легкостью давались другим.

— Тамара была твоей двоюродной сестрой, — выдавила я. — Почему ты убил собственную кузину?

На его лице промелькнула тень сожаления.

— Я не хотел… делать этого… но, ну, я был сам не свой когда вернулся. Я просто знал, что должен снова пробудиться. Тамара оказалась не в том месте и не в то время. Я воспользовался первым попавшимся мороем, до которого мог добраться… но это не сработало. Тогда я попытался с другими. Я думал, просто был уверен, что с одним из них это сработает. Человек, дампир, морой… ни с кем из них не сработало.

В его голосе звучало наводящее ужас отчаяние, и, несмотря на мой страх, какая-то часть меня хотела ему помочь… но я была безнадежно растеряна.

— Ли, мне жаль, но я не понимаю, чего тебе понадобилось «пытаться с другими». Прошу, опусти нож, и давай поговорим. Может я смогу тебе помочь.

Он горестно мне улыбнулся.

— Ты можешь. Хотя, я не хотел, чтобы это была ты. Хотел, чтобы это был Кит. Он определенно намного больше заслуживает смерти, чем ты. И Джил… ну, Джил ты нравишься. Я уважал это и хотел сохранить тебе жизнь.

— И ты до сих пор можешь, — сказала я. — Она… она не одобрит, если ты это сделаешь. Она очень расстроится, когда узнает…

Внезапно, Ли был уже на мне, вдавливая меня в кресло с ножом у моего горла.

— Ты не понимаешь! — закричал он. — И она не понимает. Но она поймет, и обрадуется. Она еще поблагодарит меня, когда мы будем молодыми, навечно вместе. Ты мой шанс. С другими не сработало, но с тобой… — Он переместил лезвие ножа к моей татуировке. — Ты особенная. Твоя кровь волшебная. Мне нужен был Алхимик, и сейчас ты мой единственный шанс.

— Что… шанс… о чем ты говоришь? — ахнула я.

— Мой шанс на бессмертие! — выкрикнул он. — Боже, Сидни. Ты даже представить себе не можешь на что это похоже, когда ты это имеешь, а потом теряешь. Иметь бесконечную силу и власть… не стареть и знать, что будешь жить вечно. А потом потерять это! У меня это отняли. Если я когда-нибудь найду этого ублюдочного пользователя Духа, который сделал это со мной, я его убью. Я убью его и осушу, после сегодняшнего вечера, снова став цельным. Когда пробужусь по новой.

По моей спине пробежал холодок. В свете последних событий, можно было бы подумать, что я была уже на грани истерики. Но нет. Оказалось, что я еще не доведена до предела. Потому что после его слов, у меня начало складываться воедино понимание того, что он имел в виду, когда говорил об этом. «Пробуждении» этот термин использовался среди вампиров в связи с очень специфическими обстоятельствами.

— Раньше ты был стригоем, — прошептала я, неуверенная, что верю своим словам.

Он немного отстранился назад, его глаза широко распахнулись и лихорадочно заблестели.

— Я был Богом! И я снова им стану. Клянусь. Я сожалею, действительно сожалею, что это ты, а не Кит. Я сожалею, что ты узнала про Келли. Если бы ты не узнала, я нашел бы в Лос-Анджелесе другого Алхимика. Но разве ты не понимаешь? Теперь у меня просто нет другого выхода… — Нож до сих пор был вжат в мое горло. — Мне нужна твоя кровь. Я не могу больше оставаться… смертным мороем. Я должен пробудиться обратно.

Раздался стук в дверь.

— Ни слова, — прошипел Ли. — Они уйдут.

Через секунду, стук повторился, сопровождаемый словами:

— Сейдж, я знаю, что ты там. Я видел твою машину. Знаю, ты обижена, но прошу, просто выслушай меня.

Он начал беспрерывно звонить в дверь.

— Адриан! — закричала я, выпрыгнув из кресла в попытке увернуться от оружия Ли. Моей единственной целью было обезопасить себя. Я проскользнула у него за спиной, прежде чем он успел среагировать, и метнулась к двери, но он оказался проворнее, чем я ожидала. Ли прыгнул на меня, повалив на пол, и я ощутила, как его нож пронзил мою руку. Я вскрикнула от боли, когда почувствовала, как острие лезвия рассекает мою кожу. Борясь с ним, я преуспевала лишь в том, что лезвие ножа погружалось все глубже.

Дверь резко распахнулась, и я возблагодарила Бога за то, что не заперла ее на задвижку после прихода Ли. Вошедший Адриан застыл на месте, увидев развернувшуюся перед ним картину.

— Не приближайся, — предупредил Ли, снова приставив нож к моему горлу. Я почувствовала, как теплая кровь медленно сочится из моей руки. — Закрой дверь. Потом… сядь, и заложи руки за голову. Если не сделаешь это, я убью ее.

— Он в любом случае это сделает… ах! — Мои слова были прерваны лезвием, прорезавшим мою кожу, не достаточно, чтобы убить, но достаточно, чтобы причинить сильную боль.

— Ладно, ладно, — сказал Адриан, поднимая руки. Он выглядел более рассудительным и серьезным, чем когда-либо я его видела. Когда он уселся на полу с заложенными за голову руками, как и было ему велено, он мягко заговорил: — Ли, не знаю, зачем ты это делаешь, но ты должен сейчас же остановиться, пока это не зашло слишком далеко. У тебя нет пистолета. Ты не сможешь удерживать нас двоих с одним только ножом.

— А раньше удавалось, — возразил Ли. Все еще вжимая нож в мое горло, свободной рукой он полез в карман своего пальто и достал от туда наручники. Вот это неожиданность. Он кинул их к Адриану. — Надень их. — Когда Адриан, не сразу же подчинился, Ли надавил лезвие, пока я не завизжала. — Живо!

Адриан надел наручники.

— Я припас их для нее, но возможно твой приход даже к лучшему, — сказал Ли. — Возможно, я буду голоден, когда пробужусь.

Адриан выгнул брови.

— Пробудишься?

— Он был стригоем, — умудрилась выдавить я. — Он убивал девушек, перерезая им горло, чтобы снова стать им.

— Заткнись, — прошипел Ли.

— Для чего ты перерезал им горло? — спросил Адриан. — У тебя есть клыки.

— Потому что они не помогли! Я использовал клыки. Я пил из них… но это не сработало. Я не переродился. Так что мне пришлось себя подстраховывать. Стражи могли догадаться, ты же знаешь, что кусают морои или стригои? Я нуждался в ноже, так или иначе, поэтому я перерезал им глотки, чтобы скрыть следы… заставить думать, что это сумасшедший стригой или охотники на вампиров.

Я видела, как Адриан все это переваривает. Я не знала, верит ли он в это или нет, но независимо от этого сумасшествия ему было что сказать.

— Если с другими не прокатило, то и с Сидни не прокатит.

— С ней прокатит, — пылко произнес Ли. Он передвинул меня так, чтобы я оказалась на спине, до сих пор прижатая большой частью его тела. — Ее кровь особенная. Я это знаю. А даже если не так… это все равно сработает. Я перерожусь, а после пробужу Джил, и мы навечно будем вместе.

Адриан вскочил на ноги, на удивление переполненный яростью.

— Джил? Ты не причинишь ей вреда! Даже пальцем ее не тронешь!

— Сядь, — рявкнул Ли. Адриан подчинился. — Я не причиню ей вреда. Я люблю ее. Именно поэтому я хочу сделать ее подобной мне. Навечно. Я пробужу ее, после того как сам перерожусь.

Я старалась поймать взгляд Адриана, задаваясь вопросом, смогу ли передать ему мысленное послание. Если мы оба одновременно бросимся на Ли, даже со скованными руками Адриана, тогда возможно у нас появится шанс побороть его. Ли был в секунде от того, чтобы перерезать мне горло, я была уверена в том… в чем? В том, что выпив мою кровь, он станет стригоем?

— Ли, — позвала я тихим голосом. Слишком резкое движение шеей могло привести к еще более глубокому порезу. — Это не сработало с другими девушками. Я на самом деле не думаю, что и с кровью Алхимика это сработает. Независимо от того, что с тобой сделал этот пользователь Духа, спасая тебя… ты не сможешь обернуться обратно. И не имеет значения, чью кровь ты выпьешь.

— Он меня не спас! — взревел Ли. — Он разрушил мою жизнь. Я пытался все вернуть в течение шести лет. Я был почти готов прибегнуть к последнему средству… до тех пор, пока не приехали вы с Китом. И я все еще держу это последнее средство про запас. Хотя и не хочу прибегать к нему. Для вашего же блага.

Я не была последним средством? Честно, я действительно не предполагала, какие другие альтернативные средства могли ужаснуть меня еще больше. Тем временем, Адриан по-прежнему не смотрел в моем направлении, что меня очень расстраивало, пока я не сообразила, что он пытается сделать.

— Это ошибка, — сказал он Ли. — Посмотри на меня, и скажи мне, что ты действительно хочешь сделать это с ней.

Скованный или нет, Адриан не обладал силой и скоростью дампира, который мог прыгнуть на Ли и разоружить прежде, чем тот успеет перерезать горло ножом. Адриан так же не владел такими стихиями как, например, огонь, которые могли использоваться как полноправное оружие. Тем не менее, у Адриана была способность, которая могла принуждать. У всех вампиров способность принуждать была врожденной, а у пользователей Духа она была особенно развита. К сожалению, она лучше работала при зрительном контакте, и Ли не купился на эту уловку. Его внимание было полностью приковано ко мне, игнорируя попытки Адриана.

— Я принял это решение уже очень давно, — сказал Ли. Пальцами свободной рукой он прижался к кровоточащей ране на моей руке, затем поднял их к своим губам и с выражением мрачной решимости на лице, он слизнул кровь. Это не показалось бы мне таким уж мерзким, происходи это при других обстоятельствах. С тем, что могло произойти позже, это на самом-то деле, не казалось мне таким уж ужасным, поэтому я просто с этим смирилась.

Лицо Ли перекосило удивлением и шоком… вскоре сменившись отвращением.

— Нет, — выдохнул он. Он повторил движение, измазав свои пальцы в еще большем количестве моей крови, затем облизывая их. — Здесь что-то… здесь что-то не так…

Он прижался своим ртом к моей шее, и я захныкала, испугавшись неизбежного. Я не почувствовала его клыков, только легкое прикосновение его губ и языка к только что сделанному небольшому порезу, это было скорее похоже на какой-то извращенный поцелуй. Он немедленно отдернулся назад, в ужасе уставившись на меня.

— Что с тобой не так? — прошептал он. — Что не так с твоей кровью? — Он предпринял третью попытку попробовать мою кровь, не в силах остановиться. Затем нахмурился. — Я не могу сделать этого. По вкусу она не похожа ни на одну из тех, что я пробовал. Почему?

Ни у Адриана, ни у меня не нашлось ответа. Ли осел потерпев поражение на мгновение, и я внезапно позволила себе подумать, что он может просто сдаться и прекратить все это безумие. С глубоким вдохом он выпрямился, и по его глазам было понятно, что он принял новое решение. Я напряглась, почти ожидая, что теперь он решил выпить Адриана, даже учитывая то, что в его меню было уже двое мороев, не считая Мелоди и прошлых неудач.

Вместо этого, Ли вытащил из кармана свой мобильник, все еще держа нож у моего горла, тем самым пресекая любые мои попытки вырваться. Он набрал номер и стал ждать ответа.

— Доун? Это Ли. Да… да, я знаю. Итак, у меня есть для тебя двое, готов и жду. Морой и Алхимик. Нет, не старый. Да. Да до сих пор живы. Это нужно сделать сегодня вечером. Они обо мне знают. Ты можешь их забрать… но тебе известны условия сделки. Ты знаешь, что мне нужно… да. Мм-хм. О'кей. — Ли продиктовал наш адрес и дал отбой. На его лице заиграла довольная улыбка. — Мы везунчики. Они к востоку от Лос-Анджелеса, так что на дорогу сюда у них уйдет не так много времени, особенно если учесть, что их не волнуют скоростные ограничения.

— Кто это «они»? — спросил Адриан. — Я помню, ты звонил какой-то девушке по имени Доун из Лос-Анджелеса. И думал, что она одна из твоих горячих университетских подружек?

— Они повелители судеб, — мечтательно произнес Ли.

— Как очаровательно загадочно и бессмысленно, — пробормотал Адриан.

Ли вскинулся, а затем внимательно посмотрел на Адриана.

— Снимай галстук.

Я поняла, что провела уже достаточно времени с Адрианом и теперь была готова к таким комментариям как:

— О-о, рада узнать, что это не будет в такой формальной обстановке. — Очевидно, ситуация была достаточно тяжела и нож у моего горла, был достаточным тому доказательством, поэтому Адриан не стал спорить. Его запястья были закованы в наручники спереди, и после нескольких сложных манипуляций руками, ему наконец удалось высвободиться из галстука, специально надетого на дефиле Джил. Он бросил его.

— Осторожней, — сказал Адриан. — Это шелк. — Тем самым, лишившись своего снарка.[35]

Ли перекатил меня на живот, освободив меня от ножа, но не дав времени среагировать. С поразительной сноровкой, он быстро связал мои руки у меня за спиной при помощи галстука Адриана. Выполнение этого потребовало вытянуть руку, которая и так болела после недавней поножовщины. Закончив, он отступил назад, позволяя мне осторожно сесть, но попытка выпутаться из узлов показала мне, что сделать это будет, не так быстро. Я задалась тревожным вопросом, сколько же девушек он связал в своих извращенных попытках стать обратно стригоем.

Над нами повисла странная, неловкая тишина, пока мы ждали появления «повелителей судеб» Ли. Минуты тикали, и я отчаянно пыталась понять, что делать дальше. Сколько у нас времени до приезда этих людей, которым он позвонил? Из того, что он сказал, я предположила, что около часа. Набравшись смелости, я возобновила попытки связаться с Адрианом, надеясь что нам удастся незаметно объединиться против Ли, даже при том, что шансы на успех у нас стали значительно ниже со связанными-то руками.

— Как ты добрался сюда? — спросила я.

Взгляд Адриана был сосредоточен на Ли, по-прежнему надеясь поймать его взгляд, но он мельком скосил глаза на меня.

— Так же как добираюсь и в любое другое место, Сейдж. На автобусе.

— Почему?

— Потому что у меня нет машины.

— Адриан! — Удивительно. Даже притом, что наши жизни висели на волоске, ему все равно удавалось меня вывести из себя.

Он пожал плечами и вернул свое внимание на Ли, но все же его слова были предназначены мне.

— Чтобы извиниться. Потому что я повел себя с тобой как полный мудак на шоу Малышки. Вскоре после того как ты ушла, я понял что должен пойти и найти тебя. — Он сделал паузу, осматриваясь. — Ни одно доброе дело не остается безнаказанным.[36]

Я вдруг почувствовала себя потерянной. То что Ли съехал с катушек конечно не моя вина, но меня беспокоило, что Адриан оказался в этой ситуации потому что пришел извиниться передо мной.

— Все в порядке. Ты не был таким уж… мм засранцем, — произнесла я, запинаясь, надеясь, что заставила его почувствовать себя лучше.

Легкая улыбка коснулась его губ.

— Ты ужасная лгунья, Сейдж, но все же я тронут, что ты попыталась ради меня.

— Ой, да ладно, что случилось раньше, все равно меркнет в свете последних событий, — пробормотала я. — Это легко простить.

Недовольство Ли росло пока он нас слушал.

— А другие в курсе где вы? — спросил он Адриана.

— Нет, — ответил Адриан. — Я сказал, что возвращаюсь к Кларэнсу.

Я не знала, врет он или нет. На тот момент я не думала, что это имеет значение. Остальные слышали, как я сказала, что отправлюсь сюда, но не было никаких причин бросаться на наши поиски.

Никаких причин, за исключением связи.

У меня перехватило дыхание, и я встретилась взглядом с Адрианом. Он отвел глаза, возможно из опасения выдать то, что я только что поняла. Не имеет значения в курсе ли наша компания о том, где я была раньше. Если Джил связалась с Адрианом, она обо всем уже знает. И была в курсе того, что у нас неприятности. Но только при условии, что она побывала в его голове. Они оба признавали, что связь была неустойчива, и ее вызывали только сильные эмоции. Ну, если это не будет считаться сильными эмоциями, то я не знаю что и думать. И даже если она поняла, что произошло, как много еще остается этих «но». Джил должна добраться сюда, но она не может сделать этого в одиночку. Самый быстрый результат принес бы звонок в полицию, но она, скорее всего, будет колебаться, по понятной причине, касательно вампиров. Ей понадобится Эдди. Но сколько времени займет добраться до него, если они уже вернулись в свои комнаты. Я не знала. А знала только то, что мы должны оставаться в живых, потому пока мы остаемся таковыми, у Джил есть шанс нас спасти. Только, я понятия не имела, сколько мы еще протянем. Мы были пойманы и связаны парнем, который, не моргая глазом убивал ножом, и который отчаянно хотел снова стать стригоем. Это была сама по себе дерьмовая ситуация, но она грозила стать еще хуже…

— Кто приедет, Ли? — спросила я — Кому ты звонил? — Когда он не ответил, я сделала логический вывод. — Стригои. Ты вызвал стригоев.

— Это единственный способ, — произнес он, перекидывая нож из руки в руку. — Остался единственный способ. Мне жаль. Я не могу больше оставаться таким. Я не могу и дальше оставаться смертным. Прошло уже слишком много времени.

Конечно. Морой мог бы стать стригоем в одном из двух случаев. Первый: он пьет кровь другого и убивает его в процессе этого — осушая досуха. Ли пытался, используя разные комбинации жертв, сотворить это и потерпел неудачу. Теперь оставался последний, отчаянный вариант превращения в стригоя. Обычно это происходило, когда стригой осушал кого-то, а затем кормил жертву своей собственной кровью. И Ли хотел чтобы это проделали с ним сейчас, продавая взамен наши жизни стригоям, которые его обратят. А потом он хотел проделать это и с Джил, из-за какой-то там сумасшедшей бессмысленной любви.

— Но это того не стоит, — сказала я. Отчаяние и страх сделали меня смелой. — Это не стоит убийства невинных и угрозы твоей душе.

Ли взглянул на меня, и в этом взгляде было столько леденящего равнодушия, что я с трудом могла связать его с тем человеком, над которым снисходительно улыбалась, глядя, на его ухаживания за Джил.

— Да неужели, Сидни? Откуда тебе знать? Ты лишала себя удовольствий на протяжении всей своей жизни. Держалась в стороне от других. Никогда не позволяла себе эгоизма, и смотри, куда это тебя завело. Твоя «нравственность» оставила тебе короткую и строгую жизнь. Можешь мне сказать сейчас, вот прямо перед тем как умрешь, что тебе не хотелось бы позволить себе немного развлечься?

— Но бессмертие души…

— Какое мне до этого дело? — спросил он — Зачем жить, беспокоясь о каких-то несчастных жизненных устоях этого мира, в надежде что, может быть, наши души будут обитать в некоем небесном царстве, когда я могу уже прямо сейчас взять все под контроль, и быть уверенным в том, что живу вечно в этом мире, со всеми его удовольствиями, оставаясь сильным и молодым вечно? Это реально. Это то, во что я действительно верю.

— Это неправильно, — сказала я — Это не стоит того.

— Ты бы так не сказала, испытав то, что испытал я. Если бы ты была стригоем, ты бы никогда не захотела потерять это.

— Как ты потерял это? — спросил Адриан. — Какой пользователь Духа тебя спас?

Ли фыркнул.

— Хочешь сказать ограбил меня. Я не знаю. Это случилось слишком быстро. Но как только найду его я… ох!

Ежегодник не самое лучшее оружие, а точнее его размер, будучи из Амбервуда, но, в крайнем случае — сюрприиииз — это сработало.

Я упоминала раньше, что не могла бы развязать узел галстука очень быстро. Так и есть. Это заняло у меня вагон и маленькую тележку времени, но я сделала это. Так или иначе, но навык развязывания узлов был чертовски полезным в курсе обучения Алхимиков, который я отрабатывала с моим отцом. Как только я освободилась от адриановского галстука, то потянулась за первым, что попалось под руку — ежегодником Келли с первого курса. Я вскочила и шарахнула им Ли по голове. Он отпрянул от удара, выронив нож, и у меня появилась возможность пересечь гостиную и ухватить Адриана за руку. Но он уже не нуждался в моей помощи и самостоятельно поднялся на ноги.

Далеко убежать не удалось, Ли был уже позади нас. Нож куда-то закатился, и ему пришлось полагаться только на свои собственные силы. Он схватил меня и оторвал от Адриана, одной рукой вцепившись за раненую руку, а другой за мои волосы, вынуждая меня оступиться. Адриан находившийся позади нас делал все от себя зависящее чтобы ударить Ли будучи со связанными руками. Подготовленной боевой мощью, назвать нас конечно было трудно, но если удастся задержать Ли хоть на мгновение, то это даст нам шанс сделать отсюда ноги.

Ли метался между нами, пытаясь, одновременно и бороться с нами, и защищаться самому. Как вдруг мне вспомнился урок Эдди о том что хорошо организованный удар может привести к достаточно серьезному увечью того кто даже сильнее вас. В секунды оценив ситуацию, я решаю вступить в борьбу. Сжав руку в кулак, как учил меня Эдди в том коротком уроке, и, перенеся весь вес своего тела в более эффективное положение, я развернулась.

— Ой!

Ударив, я вскрикнула от боли в своем кулаке. Если это был «безопасный» способ удара, то какой же был выводящий из строя? К счастью, не менее, а может даже и более больно, было Ли. Он полетел навзничь, отрекошетил от мягкого кресла, потерял равновесие и с грохотом повалился на пол. Я застыла от того, что только что сделала, но не Адриан. Он подтолкнул меня к двери, воспользовавшись временной дезориентацией Ли.

— Давай, Сейдж. Вот и все.

Мы поспешили к двери, готовые совершить наш побег, пока Ли выкрикивал нам в след проклятия. Я потянулась к ручке, но дверь распахнулась прежде, чем я смогла до нее дотянуться.

И в комнату вошли два стригоя.

ГЛАВА 25

Переводчики: sunshima, Stinky, Catharin

Вычитка: Светуська

Я насмехалась над Китом, сразу по приезду в Палм-Спрингс, потешаясь над его ступором перед мороем. Но теперь, стоя здесь, лицом к лицу с ожившим ночным кошмаром, я поняла всю глубину того, что чувствовал он. Как я могла кого-то судить за потерю рационального мышления, когда тот сталкивался со своими самыми сильными страхами.

Но будь здесь Кит, думаю, он бы понял, почему морои для меня были не так уж и страшны. На фоне столкновения со стригоями. Что тут сказать, различие между человеком и мороем внезапно стало казаться, ничтожно малым. Теперь имело значение только одно различие: различие между живыми и мертвыми. Это была черта, которая разделяла нас, черта, на одной стороне которой лицом к лицу твердо стояли мы с Адрианом — и теми, кто стоял по другую ее сторону.

Мне доводилось видеть стригоев и раньше. Но тогда, они не представляли для меня угрозы. К тому же, у меня под рукой были Роза и Дмитрий, готовые придти мне на выручку. Сейчас? Здесь не было никого, кто бы мог нас спасти. Только мы сами.

Их было всего двое, но с таким же успехом могло быть и двести. Стригои настолько уровней отличались от нас, что не требовалось смотреть на многих, чтобы понять, насколько они с нами несхожи. Обе были женского пола, и выглядели, как будто им было лет по двадцать, когда они стали стригоями. Сколько же лет назад это было, не могу даже предположить. Ли рьяно стремился к тому, чтобы снова стать стригоем и быть «вечно молодым». Сейчас, стоя и смотря на этих двух монстров, я не думала, что достижение этой цели стоит того. Несомненно, внешне они были молоды, но эта красота и молодость были пронизаны злом и испорчены угасанием. Их кожа была абсолютно гладкой и бледной, намного бледнее любого мороя. В этих глазах, с красной радужной оболочкой не теплилось и искры жизненной энергии, и скорее походили на глаза, восставшего к жизни дьявола. Само существование этих людей было неправильным. Они были противоестественны.

— Очаровательно, — произнесла одна из них, с эльфийской стрижкой белокурых волос. Строение ее лица заставило меня думать, что до обращения она была дампиром или человеком. Она смотрела на нас так же, как я часто замечала, следила наша кошка за птицами. — Точно как и описывал.

— Они та-а-а-акие милашки, — проворковала другая, с похотливой улыбочкой на лице. Ее рост, говорил о том, что когда-то она была мороем.

— Даже не знаю, кого хочу первым.

Блондинка предупреждающе на нее посмотрела.

— Мы поделимся.

— Как в прошлый раз, — согласилась другая, встряхнув гривой курчавых черных волос, спадающих на ее плечи.

— Нет, — возразила первая. — В прошлый раз ты убила обоих. Так не пойдет.

— Но, позже, я позволю тебе покормиться от обоих.

Прежде, чем та успела возразить, Ли пришел в себя, и, шатаясь, побрел к блондинке стригою.

— Подожди, подожди Доун. Ты обещала. Ты обещала, что пробудишь меня, прежде чем что-нибудь сделаешь.

Оба стригоя обратили внимание на Ли. Я до сих пор была словно во льду, до сих пор неспособная двигаться или хоть как-то реагировать, находясь в такой непосредственной близости от этих адских существ. Но так или иначе, через густой обволакивающий и подавляющий меня ужас, мне все еще удавалось чувствовать слабо теплящуюся и неожиданную жалость к Ли. А так же, наравне с этим и ненависть, что совершенно неудивительно в данной ситуации. Но в основном я чувствовала ужасное сожаление за тех, кто действительно верил, что его жизнь бессмысленна, если он не пожертвует своей душой ради бессмертия. И не только поэтому, мне было его жаль, а потому, что он свято верил этим существам, что они даруют ему желаемое. Насколько я смогла их изучить, становилось абсолютно ясно, что, скорее всего они решили устроить обед из трех блюд. Ли, как я подозревала, был единственным, кто об этом даже не догадывался.

— Прошу, — взмолился он. — Ты же обещала. Спаси меня. Верни мне, утраченное мной.

От моих глаз не ускользнул небольшой красный подтек на его лице, от моего удара. И я почувствовала гордость за себя, но не до такой степени самоуверенности, чтобы подумать, что обладаю поразительными боевыми навыками, способными справиться с этой ситуацией. Стригои находились очень близко, так что шансов у нас было немного.

— Я знаю, где достать еще, — добавил он, обеспокоенный тем, что его «спасители» тут же не подскочили, чтобы незамедлительно притворить его мечту в «жизнь». — Один молодой дампир.

— У меня давно не было дампиров, — почти печально произнесла стригой с кудрявыми волосами.

Доун вздохнула.

— На самом-то деле мне наплевать, Жаклин. Если хочешь пробудить его, то валяй. Я просто хочу этих двоих. На него мне абсолютно насрать.

— Тогда дампир полностью достанется мне, — предупредила Жаклин.

— Ладно, ладно, — согласилась Доун. — Просто поторопись.

Ли аж засиял, настолько преисполненный счастья… аж тошно стало.

— Спасибо, — поблагодарил он. — Огромное спасибо! Я так долго этого ждал, и сейчас просто не могу в это поверить… ах!

Жаклин метнулась с такой скоростью, что я даже не уловила движение. В один момент она стояла у дверного проема, а в другой она уже прижимала Ли к креслу. Ли издал полузадушенный вопль, когда она вцепилась ему в шею, но вскоре он стих. Доун закрыла дверь и толкнула нас вперед. Я вздрогнула от ее прикосновения.

— Итак, — весело проговорила она. — Начнем представление.

Ни Адриан, ни я не ответили. Мы просто двинулись в гостиную. Я осмелилась кинуть на него быстрый взгляд, но не смогла ничего различить. Он так мастерски научился скрывать свои истинные чувства, поэтому я ни капли не удивилась, что ему удалось так умело скрыть свой презренный ужас. Он не пытался меня подбодрить ни выражением лица, ни словами, что на самом деле для меня не стало новостью. Я не видела выхода из этой ситуации, которая просто не могла хорошо закончиться.

Вынужденные наблюдать с первых рядов за нападением Жаклин, сейчас я могла видеть поселившееся выражение блаженства на лице Ли. Это была самая жуткая вещь, свидетелем которой, мне довелось стать. Я хотела зажмуриться или отвернуться, но какая-то сила внутри меня заставляла смотреть на это вопиющее зрелище. Я никогда раньше не видела, как кормятся вампиры — морои или стригои, но теперь имела представление, как такие кормильцы как Дороти могли согласиться на такой образ жизни. По кровотоку Ли разносились эндорфины, настолько сильные, что они ослепили его и он не замечал того факта, что из него высасывали жизнь. Вместо этого он пребывал в эйфории, затерявшись в химических реакциях, происходивших в его организме. Или может он просто думал, о том как он счастлив снова стать стригоем, если он вообще мог находиться в сознании и мыслить в таком состоянии.

Я потеряла счет времени, как долго она осушала Ли. Каждая секунда была для меня болезненна, как будто я могла чувствовать все вместо Ли. Казалось, это длиться целую вечность, и все же создавалось странное ощущение скоротечности происходящего. Было что-то неправильное в том, как быстро можно осушить чье-то тело. Жаклин жадно пила, прервавшись только один раз, чтобы высказаться:

— Его кровь не так хороша на вкус как я ожидала.

— Тогда прекрати, — предложила Доун, которая уже заскучала. — Просто оставь его сдыхать и давай уже, наконец, займемся этой парочкой.

Жаклин выглядела так, как будто действительно обдумывала ее предложение, снова напомнив мне о том каким же придурком был Ли, когда доверился этим двоим. После нескольких минут раздумья она пожала плечами.

— Я почти закончила. И он мне действительно нужен, чтобы добраться до того дампира.

Жаклин возобновила высасывание крови, но как она и сказала, это не заняло много времени. К этому моменту, Ли стал таким же бледным как стригой, со странно натянутой кожей. Сейчас, он был абсолютно неподвижен. Его лицо казалось застыло в усмешке, скорее от шока, чем удовольствия. Жаклин подняла от него свое лицо и вытерла рот, удовлетворенно рассматривая свою жертву. Затем закатала свой рукав, и занесла ноготь, чтобы полоснуть им по своему запястью, но прежде чем рассечь свою кожу, она что-то заметила.

— О, так будет даже аккуратнее. — Она отступила и наклонилась, за обнаружившимся ножом Ли. Он отлетел под диван во время нашей потасовки. Жаклин подняла его и с легкостью полоснула по своему запястью, вызвав достаточную струйку алой крови. Часть меня, полагала, что их кровь имела отличие от моей собственной. Она должна была быть черной или что-то вроде кислоты.

Прижав свое кровоточащее запястье ко рту Ли, она откинула его голову назад, так чтобы гравитация помогала кровяному потоку самой справиться с этой задачей. Каждый кошмар, свидетелем которого мне довелось сегодня стать, был ужасней предыдущего. Смерть была ужасной сама по себе, но это был естественный ход событий. А это? Это было за гранью естественности. Я была свидетелем величайшего греха на свете — продажи души и возвращения к жизни с помощью черной магии. Я почувствовала себя грязной, и мне очень хотелось отсюда сбежать. Я не хотела на это смотреть. Я не хотела видеть, как парень, к которому я относилась с дружеской симпатией, внезапно превращался во что-то извращенное и противоестественное.

Прикосновение к моей руке, заставило меня подскочить. Это был Адриан. Его взгляд был прикован к Ли и Жаклин, но его рука схватила и сжала мою, даже будучи в наручниках. Я была удивлена теплом его кожи. Хотя и знала, что морои были живыми и теплокровными, как и я, мои иррациональные страхи всегда подсказывали, что они должны быть холодными. Одновременно с этим я удивилась, от охватившего меня чувства комфорта подаренного его прикосновением. Это было не такое прикосновение, которое говорило бы: «Эй, у меня есть план, так что держись, потому что я собираюсь нас отсюда вытащить». Это больше походило на прикосновение, которое просто говорило: «Ты не одна». Это действительно было единственное, что он мог предложить. И в этот момент этого было достаточно.

Затем произошло кое-что странное. Точнее ничего не произошло.

Кровь Жаклин устойчивым потоком текла в рот Ли, у нас не было много задокументированных случаев превращения в стригоя, но я знала основы. Жертва должна быть осушена, затем, осушивший ее стригой кормил жертву своей кровью, возвращая ее к жизни. Я точно не знала, сколько времени должно пройти до того, как это сработает — это определенно не должно стоить стригою всей его крови, но в какой-то момент, Ли должен был пошевелиться и восстать ходячим мертвецом.

Жаклин похолодела, самодовольная усмешка начала сменяться любопытством, а затем растерянностью. Она вопросительно посмотрела на Доун.

— Почему так долго? — спросила Доун.

— Понятия не имею, — ответила Жаклин, поворачиваясь к Ли. Свободной рукой она потрясла Ли за плечо, как будто это могло послужить сигналом очнуться, но ничего не произошло.

— Ты делала это прежде? — спросила Доун.

— Конечно, — отрезала Жаклин. — Это никогда не длилось так долго. Он уже должен был подняться. Что-то не так. — Я вспомнила слова Ли, о том как все его отчаянные попытки не привели к желаемому результату. Я знала о Духе очень немного, и еще меньше о его свойствах при восстановлении стригоев, но что-то мне подсказывало, что никакая сила на земле не в состоянии снова поднять Ли стригоем.

По-прошествии одной долгой минуты, мы просто наблюдали и ждали. Наконец, Жаклин с отвращением отстранилась от кресла и обратно отдернула свой рукав, уставилась на неподвижное тело Ли.

— Что-то не так, — повторила она. — Но я не хочу больше тратить свою кровь, выясняя, что именно. Тем более, что мой порез уже затянулся.

Я не хотела напоминать о своем присутствии, чтобы Доун и Жаклин вообще вспомнили о моем существовании, но следующие слова вылетели из моего рта, прежде чем я успела себя остановить. Ученый во мне был слишком захвачен этим открытием.

— Он был возвращен, и это безвозвратно подействовало на него. Магия Духа поставила какой-то барьер, и теперь он не может превратиться обратно.

Обе стригоихи обратили на меня свое внимание, и я съежилась от взгляда их красных глаз.

— Я никогда не верила в его россказни про Дух, — сказала Доун.

Жаклин, однако, была явно озадачена своим провалом.

— И все же с ним было что-то не так. Не могу объяснить что… но в течении всего процесса ощущалось что-то не правильное. И вкус был неправильным.

— Забудь о нем, — сказала Доун. — У него был шанс. Он получил то, что хотел, а сейчас мы будем двигаться дальше.

Я увидела в ее глазах свою смерть и попыталась дотянуться до крестика.

— Защити меня Боже, — взмолилась я, когда она бросилась вперед.

Не смотря ни на что, Адриан решил ее остановить, или, ну, попытался ее остановить. Главным образом он просто преградил ей путь. У него не было ни скорости, ни времени, чтобы эффективно блокировать ее атаку, тем более со скованными руками. Я думаю, что он просто увидел, что она собралась броситься на меня, и решил заслонить собой из благородных, но обреченных соображений.

Они действительно были обреченными. Одним плавным движением она толкнула его в сторону, казалось, даже не прилагая никаких усилий, но он пролетел через всю комнату и врезался в стену. У меня перехватило дыхание. Он повалился на пол и из меня вырвался крик. Тут я почувствовала острую боль на своем горле. Не останавливаясь, Доун молниеносно схватила меня, почти подняв на ноги, чтобы добраться до моей шеи. От боли я снова принялась неистово молиться, но через секунду и боль, и молитва улетучились из моего разума. Их сменило сладчайшее чувство блаженства и восхитительного восторга. Я ни о чем не могла думать, за исключением внезапно нахлынувшего, такого превосходного, невообразимого счастья, что даже не передать словами. Я хотела больше. Еще, еще, и еще. Я хотела утонуть в нем, забыть себя, забыть об окружающем…

— Тьфу. — Я вскрикнула от неожиданности, когда внезапно полетела на пол. Тем не менее в этом блаженном дурмане я не почувствовала боли, пока.

С такой же скоростью, с какой и схватила меня, Доун откинула меня от себя. Инстинктивно, я выставила руку, чтобы смягчить свое падение, но не смогла. Я была слишком ослаблена и дезориентирована, поэтому бесформенной кучей распласталась на ковре. С негодующим взглядом Доун коснулась своих губ скривив и без того ужасные черты ее лица.

— Что, — потребовала она, — за гадость?

Мой мозг все еще отказывался работать должным образом. Я получила только небольшую дозу эндорфина, но и этого оказалось достаточно, чтобы оставить меня запутанной. У меня не было для нее ответа.

— Что случилось? — воскликнула Жаклин, шагнув вперед. Она в замешательстве переводила взгляд с меня на Доун.

Доун нахмурилась, а затем сплюнула на пол. Моей алой кровью. Мерзость.

— Ее кровь… отвратительна. Несъедобна. Нечиста. — Она снова сплюнула.

Глаза Жаклин расширились.

— Так же, как и у того. Видишь? О чем я тебе и говорила.

— Нет. — Доун покачала головой. — Ничего похожего. Ты бы никогда не смогла много из нее выпить. — Она снова сплюнула. — Это не просто странный или плохой вкус… скорее больше похож на испорченный. — Увидев скептический взгляд Жаклин, Доун ударила ее по руке. — Не веришь? Сама попробуй.

Жаклин нерешительно сделала шаг ко мне. Затем Доун снова принялась отплевываться и я подумала, что каким-то образом она убедила второго стригоя, что та не хочет ни капли меня.

— Я не хочу еще один фуфловой ужин. Черт возьми. Это уже становится абсурдом. — Жаклин посмотрела на Адриана, который, стоял совершенно неподвижно. — По крайней мере, у нас есть еще один.

— Если он так же не испорчен, — пробормотала Доун.

Мои чувства возвращались ко мне, и на долю секунды я подумала, что может, есть какой-то безумный способ выжить. Может стригои откажутся от нас, как от плохой пищи. Но нет. Несмотря на надежду, я знала, что даже если они и не будут нами кормиться, нас все равно не оставят в живых. Нет причин просто так взять им и уйти. Они убьют нас из спортивного интереса, перед тем как исчезнуть.

С той же отменной скоростью Жаклин кинулась к Адриану.

— Самое время проверить.

Я закричала, когда Жаклин пришпилила Адриана к стене и вцепилась ему в шею. Она присосалась к нему только на несколько секунд просто попробовать его на вкус. Жаклин подняла голову, делая паузу и наслаждаясь вкусом крови. На ее лице медленно заиграла улыбка, обнажая ее окровавленные клыки.

— Этот хорош! Очень хорош. Стоит всех остальных. — Она провела пальцем по его щеке — Однако, какая досада. Он такой красавчик.

Доун подскочила к ним.

— Дай мне попробовать, пока ты не осушила его!

Жаклин проигнорировала ее и наклонилась к Адриану, который, уже смотрел остекленевшими глазами. Между тем, я достаточно освободилась от эндорфинов, чтобы начать ясно мыслить. Никто не обращал на меня никакого внимания. Я попыталась встать и почувствовала, как покачнулся окружающий мир. Оставаясь на полу, мне удалось наткнуться на свою валявшуюся, забытую на краю гостиной, сумку. Жаклин присосавшись, пила Адриана, когда Доун потянула его на себя, потребовав своей очереди, небось, чтобы поскорее избавиться от вкуса моей крови во рту.

Поражаясь сама себе с какой быстротой и ловкостью я рылась в своей сумке со множеством отделений, отчаянно стремясь найти что-нибудь, что могло бы помочь. Какая-то холодная логическая часть меня говорила, что мы никак не сможем выбраться из этой передряги, но в то же время я не могла просто сидеть, сложа руки и смотреть как они осушают Адриана. Я должна бороться. Я должна попытаться его спасти, так же как он попытался бы для меня. И не важно, увенчаются ли успехом мои старания, или я умру. Все равно я должна попытаться.

Некоторые Алхимики носили при себе оружие, но не я. Моя сумка была огромной, забитой больше тем, в чем я действительно нуждалась, но ничего из ее содержания не напоминало оружие. Даже если бы оно и было, большинство видов оружия было бесполезно против стригоев. Пистолет замедлит их, но не убьет. Только серебряные колы, обезглавливание и огонь могли уничтожить стригоя.

Огонь…

Мои руки сомкнулись вокруг амулета, который я изготовила для мисс Тервиллиджер. Когда она отдала его мне, я кинула его в свою сумку, не зная, что мне с ним делать. Могу предположить, что только потеря крови и рассеянность мыслей заставили меня достать его в попытке использовать прямо сейчас. Сама идея была смехотворной. Невозможно использовать то, что не работает! Это была ерунда, бесполезный мешочек с камнями и листьями. В нем не было ничего магического, и я была бы дурой, если бы думала иначе.

И, тем не менее, это был мешочек с камнями.

Не так чтобы он был тяжелым, но вполне увесистым, чтобы привлечь чье-то внимание, если угодить им прямо в голову. Это было лучшее, что я могла сделать. Только этим я могла отсрочить смерть Адриана. Размахнувшись, я прицелилась в Доун и кинула, произнося глупое заклинание, как боевой клич:

— Вспыхни пламенем.

Классный вышел бросок. Мисс Карсон гордилась бы мной. Но у меня не было возможности оценить мои спортивные достижения, потому что я была слишком шокирована от того что Доун загорелась.

У меня просто челюсть отвисла, когда я смотрела на «невозможное». Это был не сильный пожар. И не все тело было охвачено пламенем. Но в том месте, где в нее попал амулет, возник небольшой пожар, который быстро распространялся по ее волосам. Она завопила, и начала судорожно хлопать себя по голове, стригои боялись огня, и на мгновение Жаклин отпрянула. Потом с мрачной решимостью выпустила Адриана и схватив покрывало накинула его на голову Доун, сбивая огонь.

— Что за хрень? — очухавшись, заорала Доун. Придя в бешенство, она двинулась в мою сторону. И я поняла, что мой поступок лишь ускорил мою неизбежную кончину.

Доун схватила меня и ударила головой о стену. Мой мир пошатнулся, и я почувствовала тошноту. Она размахнулась по новой, и тут же застыла, когда внезапно распахнулась входная дверь. На пороге стоял Эдди с серебряным колом в руке.

Из того, что последовало далее, самым удивительным оказалась — скорость. Без пауз и долгих раздумий для оценки ситуации, и без каких либо язвительных колкостей между врагами Эдди просто, ступил внутрь, направляясь к Жаклин. Жаклин не уступая в скорости, бросилась вперед, чтобы встретить достойного соперника.

После того как она отпустила Адриана, тот повалился на пол, находясь все еще под воздействием стригоевских эндорфинов. Пригибаясь, как можно ближе к полу, я переползла к нему и оттащила в «безопасную» часть гостиной, пока Эдди вступил в схватку со стригоями. Достаточно было кинуть на них единственный взгляд, чтобы понять, что манера их передвижений походила на смертельный танец. Оба стригоя пытались добраться до Эдди, возможно надеясь впиться в его шею, но соблюдали осторожность, держась на безопасном расстоянии от удара его серебряного кола.

Я посмотрела на смертельно бледного Адриана с его уменьшенными до размера точечек зрачками. У меня были только отрывочные представления, как много Жаклин могла из него выпить, и я не знала от чего он в таком состоянии — от потери крови или от прилива эндорфинов.

— Я в порядке Сейдж, — еле слышно прошептал он, моргая так, как будто свет причинял ему боль. — Это было не хило. В сравнении с ними я просто ангелочек. — Он моргал, как будто боролся со сном. Зрачки пришли в норму, и его взгляд сфокусировался на мне. — Слава Богу. Ты в порядке?

— Поправлюсь, — ответила я вставая. Но даже когда говорила, меня захлестывало головокружение, и я покачнулась. Адриан приложил все усилия, чтобы поддержать меня, хотя это было довольно неуклюже с его связанными руками. Мы прислонились друг к другу, и я чуть не расхохоталась над абсурдностью ситуации — оба пытаемся друг друга поддержать, когда ни один из нас не в состоянии стоять самостоятельно. Тогда мой взгляд зацепился за кое-что, что напрочь вырвало все другие мысли.

— Джил, — выдохнула я.

Адриан немедленно проследовал взглядом в ту сторону, где только что показалась Джил — на вход в гостиную. Я не удивилась, увидев ее. Единственная причина, по которой здесь мог оказаться Эдди, это то, что Джил рассказала ему что происходит, узнав это посредством духовной связи с Адрианом. Стоя там, с горящими глазами, она походила на жестокую, готовую к битве богиню, наблюдая за Эдди, сцепившимся со стригоями. Это было одновременно вдохновляющее и пугающее зрелище. Адриан разделял мои мысли.

— Нет, нет, Малышка, — пробормотал он. — Не делай глупостей. Кастиль справиться сам.

— Она умеет драться, — сказала я.

Адриан нахмурился.

— Но у нее нет оружия. Без него она просто не в состоянии справиться.

Конечно, он был прав. И к тому же, я определенно не хотела, чтобы Джил подвергала свою жизнь опасности, и я не могла помочь, но, думаю, если бы она вооружилась должным образом, то смогла бы что-нибудь предпринять. По крайней мере, было полезно просто отвлечь внимание противника. Эдди хорошо защищался от обоих стригоев, но в тоже время не делал особых успехов. Ему требовалась помощь. И нам нужно было убедить Джил не бросаться в пекло только из-за ее остроумных представлений о защите.

Меня посетило вдохновение, и я умудрилась встать на ноги. Мир начал вращаться еще пуще прежнего, но, несмотря на протесты Адриана, мне удалось дотащиться до кухни. Я едва смогла добрести до раковины и пустить воду, прежде чем подо мной подкосились ноги. Я ухватилась за водосчетчик, чтобы удержаться от падения на пол.

— Джил! — заорала я.

Она обернулась на мой крик, увидела бегущую воду, и тут же сообразив, что к чему подняла руки. Поток, бегущий из крана воды, внезапно переместился, выстреливая из раковины по всей гостиной. Он направился к Джил, которая, удерживала всю эту массу у себя между руками, магическим образом придавая воде длинную цилиндрическую форму. Захватив это, она поспешно запустила его в сторону схватки, направляя свое оружие в спину Жаклин. Капли взлетали как при ударе «клюшкой» но их твердости оказалось достаточно, для нанесения следующего удара, прежде чем они смогли превратиться в водяные брызги.

Жаклин закрутилась на месте, размахивая руками при ударах Джил. Джил дождалась, когда на пол упадет последняя капля, и увернулась в точности так, как и ее учил Эдди. Она метнулась назад, уворачиваясь от выпада Жаклин, и стригой устремилась за ней, давая Эдди возможность, подставить свою спину. Эдди воспользовался удобным моментом, увернувшись от Доун, и погрузил свой кол в спину Жаклин. Раньше я никогда не задумывалась, но если ударить достаточно сильно, кол может проникнуть в чье-нибудь сердце со спины не труднее, чем через грудь. Жаклин застыла, и Эдди вырвал свой кол, чтобы избежать в полную силу удара Доун. Ей удалось его только задеть, и он только слегка покачнулся, прежде чем восстановить равновесие и нацелиться на нее. Джил все бросила и побежала к нам в кухню.

— Вы в порядке? — воскликнула она, осматривая нас обоих. Сурового взгляда как небывало. Сейчас она была просто обычной девчонкой, беспокоящейся за своих друзей. — О Боже, я так волновалась за вас обоих. Эмоции били через край. Я не могла сосредоточиться и понять что происходит, я только знала, что твориться что-то ужасное.

Я перевела свой взгляд на Эдди, пляшущего вокруг Доун.

— Нам нужно ему помочь…

Я сделала пару шагов в сторону от стойки и начала падать. Джил с Адрианом потянулись, чтобы меня подхватить.

— Боже, Сейдж, — воскликнул он. — Ты ужасно выглядишь.

— Не ужасней тебя, — возразила я, до сих пор волнуясь о том, как бы помочь Эдди. — Из тебя они выпили больше…

— Да, но у меня нет кровоточащей раны на руке, — указал он. — Или возможного сотрясения.

Так и есть. После всего пережитого, я была настолько накачена адреналином, что совсем позабыла что Ли порезал меня. Не удивительно, что у меня было такое головокружение. Или, может, это было от того, что меня шваркнули головой о стену. На этот счет, оставалось только гадать.

— Сейчас, — осторожно сказал Адриан. Он взял мою руку в свои закованные ладони. — Я позабочусь об этом.

По моей коже прокатилось медленное покалывающее тепло. Сначала, прикосновение Адриана принесло успокоение, подобно объятию. Я почувствовала как мое напряжение и боль отступают. Весь мир стал правильным. Он знал, что делать. Он заботился обо мне.

Он использовал на мне свою магию.

— Нет! — вскрикнула я, с силой отталкивала его, не осознавая, что делаю. Ужас и полное понимание того, что со мной происходит, были слишком сильны. — Не трогай меня! Не прикасайся ко мне своей магией!

— Сейдж, тебе станет лучше, поверь мне, — проговорил он, снова приближаясь ко мне.

Я попятилась назад, цепляясь за край кухонного стола, чтобы снова не повалиться. Мимолетное воспоминание, той теплоты и комфорта затмевалось ужасом от вампирской магии, который укоренялся во мне с самого детства на протяжении всей моей жизни. — Нет, нет, нет. Ни какой магии! Не на мне! Татуировка меня излечит! Я выносливая!

— Сейдж…

— Прекрати, Адриан, — сказала Джил, осторожно приближалась ко мне. — Все в порядке Сидни. Он не будет тебя лечить. Обещаю.

— Не надо магии, — прошептала я.

— Ради Бога, — проворчал Адриан. — Это просто суеверная хрень.

— Никакой магии, — решительно повторила Джил. Она сняла рубашку на пуговицах, которую носила поверх футболки. — Иди сюда, я воспользуюсь этим и перевяжу так, чтобы ты больше не теряла кро…

Оглушительный крик заставил нас всех рвануть обратно в гостиную. Эдди прикончил Доун, пронзив колом ее сердце. Во время моего короткого препирательства с Адрианом и Джил, Доун, должно быть, совершила несколько выпадов на Эдди, потому что у него была большая красная ссадина на одной стороне лица, и его губа кровоточила. Выражение в его глазах было твердым и торжествующим, в тот момент, когда он вытащил кол и наблюдал, за опадающей на пол Доун.

Не смотря на все замешательство и ужас, основной инстинкт Алхимика взял верх. Опасность миновала. Нужно было действовать согласно процедуре.

— Тела, — сказала я. — Мы должны их уничтожить. Пузырек в моей сумке.

— Постой, постой, — сказал Адриан, и они с Джил остановили меня. — Стой здесь. Кастиль этим займется. Единственное место, куда ты отправишься, это к врачу.

Я не двигалась, но немедленно потребовала меня выслушать.

— Нет! Никаких врачей. В конце концов, вам нужно… вам нужен хотя бы один Алхимик. У меня в записной книжке есть номер…

— Иди, принеси ее сумку, — сказал Адриан Джил, — пока у нее не случился очередной приступ. Я перевяжу ее руку. — Я предупреждающе на него посмотрела. — Без всякой магии. Которая, кстати облегчила бы это в десятки раз.

— Я сама исцелюсь, — настояла я, наблюдая за тем, как Джил несет мою сумку.

— Сама знаешь, — начал Адриан, — тебе придется сесть на фиксированную диету и потреблять побольше калорий, чтобы восполнить кровопотерю. Сахар и жидкости, прямо как Кларэнсу. Как хорошо, что кто-то упаковал все эти сладости хранящиеся на кухне.

Эдди подошел к Джил, останавливая ее и интересуясь все ли у нее в порядке. Она уверила его, что все хорошо и хотя Эдди выглядел так, как, будто он убил не меньше пятидесяти стригоев, в его глазах было что-то еще… невероятно, что я не замечала этого раньше. Что-то о чем мне еще предстояло подумать.

— Черт, — пробормотал Адриан, возившись с перевязкой. — Эдди пойди поищи тело Ли и достань ключ от этих гребаных наручников.

Джил не уловила смысла слов адресованных Эдди, но застыла от фразы «тело Ли». Ее лицо побледнело, становясь похожей на мертвеца. Во всей этой неразберихе она не заметила тела Ли, безжизненно лежавшего в кресле. Было слишком много хлопот со стригоями, слишком много угрожало и отвлекало. Она сделала несколько шагов по направлению к гостиной, и только тогда заметила его. Ее рот открылся, не издав ни звука. Бросившись к нему, она схватила его за руки и взревела.

— Нет, — прокричала она. — Нет, нет, нет. — Она трясла его, как будто пыталась пробудить ото сна. В одно мгновение, Эдди оказался подле нее, обнимая ее, и бормоча бессмысленные вещи, чтобы утешить ее. Она не слышала его. Ли для нее был центром вселенной.

Я почувствовала, как мои глаза наполнились слезами, злясь на себя за то, что расклеилась. Ли пытался меня убить, а потом позвал остальных, чтобы они это сделали. За ним тянулся след невинных жертв, ради его пробуждения. Я должна была радоваться, что с ним покончено, однако, вместо этого я чувствовала лишь печаль. Он любил Джил, хоть каким-то своим извращенным способом, но увидев боль на ее лице, было понятно, что она его тоже любила. Духовная связь не показала ей его смерть или его роль в этом захвате заложников. В этот момент она просто думала, что он жертва стригоев. Но очень скоро она узнает правду его намерений. Не знаю, облегчит ли ее боль это знание. Полагаю, что нет.

В моей голове всплыло удачно переданное Адрианом в картине, представление о любви. Я вспомнила завихрение красной линии рассекающий темноту, разделяя ее на части. Наблюдая за Джил и ее безутешным горем, внезапно я начала немного лучше понимать его представление об искусстве.

ГЛАВА 26

Переводчики: Catharin, sunshima

Вычитка: Светуська

Потребовалось несколько дней, прежде чем я смогла сложить воедино все события, о том что сделал Ли, и о том как Эдди и Джил пришли той ночью на помощь.

Стоило вставить недостающим пазлом в эту историю Ли, как, тут же проще простого стало связать убийства Тамары, Келли, Мелоди и Дианы, человеческой девушки о которой он упомянул. Все они были убиты в течение последних пяти лет, в окрестностях Лос-Анджелеса и Палм-Спрингса, а с этим знанием нашлось и много задокументированных доказательств. Они были случайными жертвами. То немногое, что нам удалось выяснить о Ли, нам поведал Кларэнс, но и он во многом путался. По нашим случайным догадкам, Ли был насильственно превращен в стригоя около пятнадцати лет назад. И десять лет прожил в этом качестве, пока пользователь Духа не преобразил его, к его глубочайшему сожалению. Кларэнс со всей своей любознательностью, даже не задавался вопросом, почему его сын, вернувшись домой через десять лет, ни капли не постарел. Он уклонялся от наших расспросов по поводу Ли и того, что он был стригоем, и мы так и не поняли, то ли Кларэнс действительно не знал об этом, то ли просто все отрицал. Так же, он никак не дал понять, было ли ему раньше известно, что Ли был в ответе за убийство Тамары. Надуманная теория про охотников на вампиров, вероятно, была ближе всего его пониманию, чем признание того, что за этими убийствами стоял его собственный сын.

Расследование в Лос-Анджелесском колледже Ли показало, что он на самом деле не числился там с тех пор как превратился в стригоя. Снова став мороем он использовал колледж как прикрытие, чтобы оставаться в Лос-Анджелесе, где намного проще можно было отыскать нужную жертву, и было подозрение, что их было куда больше, чем в наших отчетах. Из наших наблюдений, очевидно, что он пробовал пить из каждой расы, в надежде, что одна из жертв, станет «той единственной», которая снова превратит его в стригоя.

Дальнейшее расследование дела Келли Хейз открыло то, о чем мне уже давно следовало бы догадаться. Она была дампиром. Хоть и выглядела как человек, но ее блестящие успехи в спорте должны были навести на эту мысль. Ли наткнулся на нее во время навещения отца пять лет назад. Получить кровь дампира было непросто, поэтому Ли пришлось приложить массу усилий чтобы она клюнула на уловку и согласилась пойти с ним на свидание.

Ни одному из нас ничего не удалось узнать о «ублюдочном пользователе Духа», который его преобразовал, хоть это интересовало как Алхимиков, так и мороев. Известных пользователей Духа было очень немного, а те, что были, почти ничего не знали о своих возможностях, и каждый из них хотел научиться большему. Кларэнс был непреклонен, заявляя, что понятие не имеет, кто был этим пользователем Духа, и я ему верила.

Алхимики находились в окрестностях Палм-Спрингса всю неделю, подчищая последствия беспорядка, и опрашивая всех, кто был в этом замешан. Я встречалась со всеми ними, рассказывая мою историю снова и снова, и в довершении всего этого, я отчитывалась перед Стентон за обедом в субботу. У меня был нездоровый интерес, и меня так и подмывало спросить, что сделали с Китом, но в свете прошедших событий я не решилась на это. Что меня действительно должно волновать, так это то, что его здесь больше не было.

— Согласно медицинскому заключению наших патологоанатомов, вскрытие Ли не выявило ничего необычного для мороя, — сказала мне Стентон между делом пока ела свою пасту. По-видимому, поглощение пищи и обсуждение трупов не являются взаимоисключающими вещами. — Но если было что-то… магическое, то вероятно это нельзя обнаружить при вскрытии.

— Но в нем должно быть хоть что-то особенное, — сказала я. Я просто ковырялась в своей тарелке. — Тот факт, что его старение замедлилось уже достаточное доказательство, но остальное? Я имею в виду, он выпил так много жертв. А затем я видела, как Жаклин проделала это с ним. Это должно было сработать. Она не совершала ошибки.

Я поражалась сама себе, что могу так отстранено говорить об этом, словно это было не со мной. В действительности это было второй сущностью Алхимиков, учиться относиться к вещам таким образом. Внутри меня, события той ночи надолго оставят глубокий след. Стоило закрыть глаза засыпая, как я снова видела смерть Ли и как Жаклин пьет его кровь. Ли, который дарил цветы Джил и водил всех нас на мини-гольф.

Стентон понимающе кивнула.

— Существует предположение, что те, кого уже однажды восстанавливали из стригоев, вырабатывают иммунитет к повторному перерождению.

Мгновение мы сидим в тишине, переваривая сказанное.

— Это грандиозно, — наконец произнесла я. Я говорила это без преувеличения. Ли преподнес нам множество загадок. Как только он обратно переродился в мороя, опять начал стареть, но гораздо медленнее. Почему? Мы не были уверены, одно только это уже было монументальным открытием, и как я предполагала, именно поэтому он больше не был пользователем моройской магии. Я была так одержима выяснением подробностей об особенностях поведения Ли, когда Джил попросила его сотворить туман на поле для гольфа, но возвращаясь к тому дню, это навело меня на мысль, что он на самом деле нервничал по поводу ее просьбы. И остальное… тот факт, что что-то в нем изменилось, защищало его, хоть и неосознанно, от становления стригоем? Да. «Колоссально» без преуменьшения.

— Очень, — согласилась Стентон. — Одна вторая нашего предназначения состоит в том, чтобы останавливать людей от выбора принести свои души в жертву в обмен на бессмертие. Если бы был способ узнать, что за магия защищала Ли… что ж. Это многое дало бы для нас.

— Так же и для мороев, — заключила я. Я знала многие среди них и дампиров, насильственно обращенных в стригоев, считали такой исход хуже смерти. Если бы существовал способ защитить себя при помощи магии, это могло бы означать, что мы могли уберечь намного больше народа от участи стать стригоем, намного больше, чем мы спасали сейчас. Можно было бы говорить о своеобразной волшебной вакцине.

— Конечно, — согласилась Стентон, хотя интонация ее голоса подразумевала, что она не особо заинтересована в преимуществах для этой расы. — В будущем это вообще может предотвратить превращения в стригоев. Так же остается загадка относительно твоей крови. Ты говорила, что стригоям она не понравилась. Наверное, это тоже какой-то тип защиты.

От этих воспоминаний меня охватила дрожь.

— Может быть. Это произошло так быстро… трудно судить. И это определенно не защитило меня от желания стригоя вцепиться мне в глотку.

Стентон кивнула.

— В конечном счете, в этом определенно еще предстоит разобраться. Но в первую очередь мы должны выяснить, что же на самом деле произошло с Ли.

— Ну, — начала я, — ключевую роль здесь играет Дух, верно? Ли был восстановлен пользователем Духа.

Подошел официант, и Стентон махнула ему рукой, чтобы он унес тарелки.

— Именно. К сожалению, в нашем распоряжении очень ограниченные знания о пользователях Духа. Василиса Драгомир едва ли найдет время, чтобы продемонстрировать нам свою мощь. Соня Карп вызвалась помочь, и это прекрасная новость, особенно если учесть, что раньше она была стригоем. По крайней мере, мы сможем воочию понаблюдать за замедленным старением. Она будет в нашем распоряжении только небольшой промежуток времени и морои еще не ответили на несколько других наших запросов относительно нескольких полезных личностей. Но если бы у нас в распоряжении появился другой пользователь Духа, без других обязательств, отвлекающих его от помощи нам в течение всего дня…

Она многозначительно на меня посмотрела.

— Адриан? — спросила я.

— Как думаешь, он согласиться помочь в этих исследованиях? Найти способ магической зашиты от превращения в стригоя? Как я уже говорила, он мог бы помочь так же как Соня и другие, — поспешно добавила она. — Я говорила с мороями, и они собирают небольшую исследовательскую группу, чтобы изучать стригоев. Они скоро планируют поделиться результатами. Просто нужно, чтобы Адриан нам помог.

— Ого, а вы не стоите на месте, — пробормотала я.

От слов «Адриан» и «исследования» мое воображение нарисовало картину его в лаборатории, облаченного в белый халат, склонившегося над мензурками и пробирками. Я знала, что настоящие исследования выглядят вовсе иначе, но было тяжело избавиться от этого яркого образа. И еще сложнее было представить Адриана, всерьез сосредоточившегося хоть на чем-то. И избежать нытья Адриана могло только то, на чем он действительно мог сосредоточиться, на чем-то, что его действительно заботило. «Что для него могло быть достаточно важным?»

В действительности я не была уверена. Попробуй, распознай, какие цели могли быть достаточно благородными, чтобы Адриан обратил на них внимание. Но я была практически уверена, что знаю несколько менее-благородных-поблажек, которые могли помочь нам заполучить его в команду.

— Если вы предоставите ему собственное жилье, держу пари он на это согласиться, — наконец сказала я. — Он мечтает съехать из жутковатого дома Кларэнса Донахью.

Стентон вскинула брови. Она этого не ожидала.

— Думаю, не такая уж невыполнимая задача. И вообще-то мы уже оплатили счета Кита за его старую квартиру, по договору аренды до конца года. Мистер Ивашков может просто переехать в нее, только вот…

— Только вот, что?

Стентон слегка пожала плечами.

— Я собиралась предложить ее тебе. После множества дискуссий, мы решили назначить тебя местным Алхимиком, в свете того, что Кит… к несчастью уехал. Ты можешь покинуть Амбервуд, переехать в квартиру и просто наблюдать от туда за ситуацией.

Я нахмурилась.

— Но, я думала, вы хотите, что бы по возможности с Джил все время находился кто-то поблизости.

— Так и есть, и мы фактически подыскали подходящую кандидатуру, не в обиду тебе. Морои в состоянии прислать девушку дампира одного возраста с Джил, которая не просто будет ее соседкой по комнате, но и телохранителем. Она так же присоединиться к нашим исследованиям. Тебе больше не обязательно жить в общежитии.

Мир пошатнулся. У Алхимиков постоянно меняются планы и схемы действий. Очевидно, на этой неделе было принято много решений. Я подумала, чем же это сулит. Больше никакой домашки, никаких школьных интриг. Свобода передвижения в любое время суток. Но так же означало, что я отдалюсь от своих друзей, которых успела завести: Трея, Кристин, Джулии. Я все равно буду видеться с Джил и Эдди, но уже не так часто. И если я стану самостоятельной, то будут ли Алхимики или мой отец финансировать мою учебу в колледже? Вряд ли.

— Мне обязательно переезжать? — спросила я Стентон. — Могу я на время уступить квартиру Адриану, а сама остаться жить в Амбервуде? По крайней мере, пока мы не подыщем мне другое место.

Стентон не смогла скрыть свое обеспокоенное удивление.

— Не ожидала, что ты захочешь там остаться. Я полагала, что ты не в восторге от того, что тебе приходиться делить комнату с вампиром.

И опять все давившие на меня страхи, до моего приезда в Палм-Спрингс, снова обрушились на меня. Любительница вампиров. «Вот ведь идиотка». Я должна была подпрыгнуть от радости, когда возникла возможность съехать от Джил. Любой другой Алхимик так бы и поступил. Выразив желание остаться, я опять подвергла себя под подозрения. Как я могла объяснить, что это только мой выбор, и он никак не связан с моей соседкой по комнате?

— Ох, — сказала я с безразличным лицом. — Когда вы сказали мне, что привезете для Джил дампира-ровестницу, я поняла, что она станет соседкой Джил по комнате, и мне больше не придется с ней жить. Я подумала, что мне могли бы выделить собственную комнату в общежитии.

— Вероятно, это можно устроить…

— И если честно, после всего, что произошло, мне будет спокойнее, если Джил будет у меня на виду. А это будет легче сделать, если я буду находиться в школе. Кроме того, если Адриан займет эту квартиру, то он с радостью поможет вам разгадать эту загадку со Стригоями, а это то, что нам сейчас необходимо, так что я могу подождать.

Стентон изучающе на меня смотрела долгие несколько секунд, нарушив молчание только тогда, когда официант принес счет.

— С твоей стороны это очень профессионально. Я обо всем позабочусь.

— Благодарю, — сказала я. На меня нахлынуло чувство облегчения, и я почти улыбнулась, представив лицо Адриана, когда он услышит, что ему можно переехать в квартиру Кита.

— Я только до сих пор не могу понять одной вещи, — вставила Стентон. — Когда мы обследовали квартиру, то заметили следы возгорания. Но никто из вас не упоминал о пожаре.

Я изобразила бурную умственную деятельность.

— Честно… так много вылетело из головы с этой потерей крови и укусами… я не все помню. У Кита были свечи. Я не помню, может, кто их зажег… или не знаю. Все что я помню — эти ужасные зубы и как меня швырнули…

— Да, да, — согласилась Стентон. Мои объяснения были несвязными, но даже она не смогла оставаться равнодушной к мысли, о том, что на мне кормились вампиры. Это было самым страшным ночным кошмаром Алхимика, и я сыграла на моей травме. — И, не беспокойся об этом. Это возгорание не твоя забота.

Это было не последней моей заботой. И позже, этим же днем, вернувшись в кампус, я, наконец, решила обсудить это с мисс Тервиллиджер и выловила ее, когда она работала в одном из помещений библиотеки.

— Вы знали, — сказала я, закрывая за собой дверь. Вся субординация учитель-ученик вылетела у меня из головы. Я всю неделю копила гнев и вот, наконец, могла его выплеснуть на свободу. Я всю свою жизнь провела в стремлении уважать авторитет старших, но сейчас одна из них меня предала. — Все что вы заставляли меня делать… переписывать свои волшебные книги, изготовить этот амулет, только для того чтобы посмотреть, что из этого выйдет! — Я покачала головой. — Все это было ложью. Вы знали… знали, что это… по-настоящему.

Мисс Тервиллиджер сняла свои очки и внимательно на меня посмотрела.

— Ах, так вы все-таки испробовали его в действии?

— Как вы могли так со мной поступить? — воскликнула я. — Вы даже не представляете, что я чувствую по поводу магии и всего сверхъестественного!

— Ай, — отмахнулась она от меня. — Мне все известно. Я все знаю о вашей организации. — Она провела по своей щеке, в том месте, где на моей была татуировка. — Мне известно, почему ваша «сестра» освобождена от занятий на улице и почему ваш «брат» такой прекрасный спортсмен. Я хорошо информирована о различных действующих силах в нашем мире, которые скрыты от большинства человеческих глаз. Не волнуйтесь моя дорогая. Я определенно не намерена никому ничего рассказывать. Дела вампиров меня не касаются.

— Почему? — спросила я, решив не подтверждать ее открытий, которые пыталась сохранить в тайне. — Почему я? Зачем вы заставляли меня это делать, особенно после того, как узнали, как я себя при этом чувствую?

— Мм-м… по нескольким причинам. Вампиры, как вы знаете, обладают своего рода внутренней магией. Слиться с элементами для них практически не составляет труда. Люди, напротив, не имеют такой связи…

— Люди не должны использовать магию, — холодно сказала я. — Вы заставили меня сделать то, что противоречит моим убеждениям.

— Творить чудеса, — продолжала она, будто и не слышала, что я говорила, — нам подвластно ценой огромных усилий. Магия не дается нам с той же легкостью. Конечно, вампиры используют время от времени заклинания и ингредиенты, но совсем не так как это делаем мы. Их магия исходит изнутри. Наша же, наоборот приходит из внешнего мира. Это требует такой концентрации, таких четких расчетов… большинству людей не хватает ни терпения, ни навыков. Но кто-то вроде вас? Вы варились в этих кропотливых технологиях с тех пор как научились говорить.

— И это все что требуется, для творения магии? Возможность концентрироваться и измерять? — я не стала скрывать своего презрения.

— Конечно же, нет — засмеялась она. — Так же необходим определенный природный талант. Инстинкт, объединенный с дисциплиной. Я почувствовала это в вас. Видите ли, я обладаю знаниями. Это дает мне определение ведьминского шабаша, но все еще слишком незначительного. Вы? Я чувствую источник силы в вас, и мой маленький эксперимент это только доказал.

Я почувствовала внутренний холод.

— Это ложь, — сказала я. — Вампиры используют магию. Не люди. Не я.

— Тот амулет не загорелся бы сам по себе, — подметила она — Так что не отрицайте, что в вас это есть. И теперь, когда мы это выяснили, можем двигаться дальше. Ваш врожденный талант может быть куда больше моего, но я могу обучить вас азам магии.

Поверить не могу, что слышу подобное. Это нереально. Это было, как в каком-то кино и просто не могло быть в моей жизни.

— Нет, — воскликнула я. — Вы… вы с ума сошли! Магия не реальна, и я ею не обладаю! Это неестественно и неправильно. Я не поставлю мою душу под удар.

— Так много возражений для такого успешного ученого, — размышляла она.

— Я серьезно, — сказала я, с трудом узнавая свой собственный голос. — Я не хочу принимать участия в ваших оккультных исследованиях. Я рада делать для вас заметки или носить вам кофе, но если вы продолжите делать все эти сумасшедшие заявления и требования… я пойду в администрацию и потребую, чтобы меня перевели к другому учителю. Поверьте мне, когда дело доходит до бюрократического или административного персонала, то к этому у меня точно природный талант.

Она почти улыбнулась, но потом улыбка исчезла.

— Хотите сказать, что вы действительно отказываетесь от этого удивительного потенциала, этого открытия, который находится в вас?

Я не ответила.

— Что ж, быть по сему, — вздохнула она. — Какая потеря. И бездумная трата. Но даю вам слово, не поднимать эту тему снова пока сами того не пожелаете.

— Этого, — сказала я решительно, — не произойдет.

Мисс Тервиллиджер в ответ лишь пожала плечами.

— Ну ладно. Раз уж вы все равно здесь, не могли бы вы принести мне кофе.

Я уже направилась к двери, когда мне в голове пришла еще одна мысль.

— Это вы звонили в Nevermore и спрашивали о вампирах?

— Зачем бы мне это делать? — спросила она. — Я и так знаю, где их найти. — «Великолепно, — подумала я. — Еще одна загадка».

Позже, в этот же день я появилась в кафетерии, как раз когда Джил, Эдди и Мика уже заканчивали свой обед. Джил, понятное дело нужно было время, чтобы принять смерть Ли и все открывшиеся ей обстоятельства, включая его желание сделать ее королевой не умерших. Мы с Эдди старались разговаривать с ней как можно чаще, но кажется успокаивающий эффект на нее производил только Мика. Думаю, по той причине, что он никогда, открыто, не поднимал эту тему. Он знал о смерти Ли, но думал что это просто несчастный случай, и естественно он был не в курсе вампирских разборок. В то время как мы с Эдди постоянно пробовали наши силы в том, чтобы быть доморощенными психологами, Мика просто попытался отвлечь ее и сделать счастливой.

— Нам пора, — сказал он, извиняющимся тоном, когда я присела. — Рейчел Уолкер собирается научить нас пользоваться швейной машинкой.

Эдди кивнул ему головой.

— До сих пор не могу понять, на кой ты записался в этот кружок кройки и шитья. — Конечно же, это было неправдой. Нам обоим было известно, по какой причине на самом деле туда записался Мика.

Со смерти Ли на лице Джил все время пребывало выражение угрюмости, и я подозревала, что она будет с ним ходить еще какое-то время, но сейчас на ее лице промелькнула призрачная улыбка.

— Думаю, у Мики есть задатки настоящего дизайнера. Возможно, когда-нибудь я буду участвовать в его показе.

Я наклонила голову, чтобы скрыть собственную улыбку.

— На какое-то время придется отказаться от работы модели. — После показа Лия и еще несколько дизайнеров изъявили желание подписать с ней контракт. Нам пришлось отказать, чтобы защитить ее прикрытие, что очень расстроило Джил.

Она кивнула.

— Знаю, знаю. — И поднялась вместе с Микой. — Увидимся, в нашей комнате позже Сидни, я хочу с тобой поговорить кое о чем.

— Разумеется, — кивнула я.

Наблюдая с Эдди за этой удаляющейся парочкой, я вздохнула.

— Это может стать проблемой, — сказала я ему.

— Может, — согласился он. — Но она знает, что ей дозволено с ним, а что нет. Она умна и будет ответственна.

— Но он-то не знает, — сказала я. — Я чувствую, что Мика и так уже в нее втрескался. — И осторожно посмотрев на Эдди, добавила: — Среди прочих.

Эдди все еще наблюдал за Микой и Джил, поэтому ему потребовалось какое-то время, чтобы до него дошел смысл моего намека. Он резко переключился на меня.

— Что?

— Эдди, я не эксперт в любовных делах, но даже мне видно, что ты без ума от Джил.

Он быстро отвернулся, предательски заливаясь румянцем.

— Это неправда.

— Я все время это замечала, но не была уверена до той ночи в китовской квартире, и стоило мне увидеть, как ты на нее смотришь, то окончательно в этом убедилась. Я знаю, что ты к ней чувствуешь. Поэтому хочу понять, зачем нам вообще волноваться по поводу Мики? Почему бы тебе просто не пригласить ее на свидание и не избавить нас от лишних проблем?

— Потому что она мне как сестра, — невнятно пролепетал он.

— Эдди, я серьезно!

Он скрыл эмоции, сделал глубокий вдох и поднял на меня глаза.

— Потому что ей нужен кто-то получше меня. Хочешь поговорить о социальном статусе? Что ж, между мороями и дампирами не бывает серьезных отношений.

— Да, но это более приемлемо, — возразила я. — Совсем не то, что между людьми и вампирами.

— Может, и так, но с ней это невозможно, она не просто морой. Она член королевской семьи. Она принцесса. О, ты видела, какая она! Умная, сильная и красивая. Ей суждено получить множество прекрасного, и в эти планы не вписывается связь со стражем, вроде меня. Она королевской крови. Черт, а я даже не знаю, кто был моим папашей. Свидания с ней для меня невозможны. Мой долг защищать ее. Заботиться о ее безопасности. Вот на что я должен направлять все свои усилия.

— И, поэтому ты считаешь, что она заслуживает встречаться с человеком? — скептически спросила я. — Танцевать на запретной грани обеих наших рас?

— Это неидеальное решение, — признал он. — Зато у нее может быть, хоть какая-то радость в жизнь и общение…

— А что если появиться другой парень? — прервала его я. — Что если другой человеческий парень захочет с ней встречаться, или просто возьмет и пригласит ее на свидание? Ты нормально к этому отнесешься? — Он не ответил, и я знала, что перегнула палку. — И скорее всего здесь речь не о Джил, и твоем беспокойстве за нее, — сказала я. — Это скорее из-за Мики, не так ли? Потому что он напоминает тебе Мэйсона.

Эдди побледнел.

— Как ты об этом узнала?

— Адриан рассказал.

— Черт бы его побрал, — пробормотал Эдди. — Почему он не может быть таким же забывчивым, как притворяется?

Это заставило меня улыбнуться.

— Ты ни чего не должен Мике. И определенно не должен ему Джил. Он не Мэйсон, и не имеет значения, насколько они схожи.

— Это больше чем внешность, — сказал Эдди, задумавшись. — У него схожая манера поведения. Мика такой же: общительный, оптимистичный, задорный. Таким же был и Мэйсон. В мире слишком мало таких людей, по-настоящему хороших людей. Мэйсон слишком рано покинул этот мир. Я не хочу, что бы с Микой произошло то же самое.

— Мика вне опасности, — осторожно сказала я.

— Но он заслуживает лучшего. Даже не смотря на то, что он человек он подходит Джил лучше, чем все кого я знаю. Они заслуживают друг друга. Они оба заслуживают счастья.

— И в результате чего, будешь страдать сам? Потому что любишь Джил и считаешь, что она заслуживает некоего принца, которым ты, конечно же, не являешься? И потому что считаешь своим долгом защищать всех в этом мире, кто похож на Мэйсона? — Я покачала головой. — Эдди, это безумие. Неужели ты этого не понимаешь.

— Может быть, — согласился он. — Но я считаю, что это правильный поступок.

— Правильный? Это мазохистский поступок! Ты поощряешь, чтобы твоя любимая девушка встречалась с одним из твоих лучших друзей.

— Я хочу, чтобы она была счастлива. Ради этого я готов пожертвовать собственными чувствами.

— Это бессмыслица.

Эдди едва заметно мне улыбнулся и нежно потрепал по руке, прежде чем развернуться к приближающемуся автобусу.

— Помниться, ты говорила, что не эксперт в любовных делах? Что ж, ты была абсолютно права.

ГЛАВА 27

Переводчики: Stinky, sunshima, Светуська

Вычитка: Светуська

Думаю, Адриан согласился бы на все, что угодно, лишь бы заполучить собственную квартиру. Он не стал тратить время на перевоз своего немногочисленного имущества в бывшую китовскую квартиру, чтобы лишний раз не тревожить Кларэнса. Должна признать, старик меня беспокоил. Он привязался к Адриану и потерять его сразу после Ли, было особенно трудно. Дом Кларэнса по-прежнему оставался открыт для кормления нашей компании, но он на отрез отказывался обсуждать Ли и стригоев. Даже после того как принял смерть Ли, он до сих пор продолжал обвинять охотников на вампиров.

Вскоре после его переезда, я приехала проведать Адриана, посмотреть, как он обустроился на новом месте. Нам сообщили, что сегодня приезжает моройская «исследовательская группа», и мы решили встретиться с ними до того как привезти Джил и Эдди. Как и в первый раз, скорее всего вновь прибывших, будет сопровождать Эйб, среди которых числились Соня и новая соседка по комнате Джил. У меня мелькнуло в голове, что с ними может еще кто-то приехать, но пока не знала всех деталей.

— Ого, — воскликнула я, когда Адриан пригласил меня войти в свое жилище.

Он прожил здесь всего пару дней, но перемены были разительными. За исключением телевизора, от привычной обстановки не осталось и следа. Все поменялось, он даже сделал перестановку мебели. А так же появились и еще кое-какие ноу-хау — все было раскрашено, и запах свежей краски еще тяжело висел в воздухе.

— Это желтый? — спросила я, уставившись на стены гостиной.

— Это называется «Золотистый», — поправил он. — И предположительно он должен радовать и успокаивать.

Я начала было говорить, что две эти эмоции не совместимы, но потом решила промолчать. Эти цвета казались мне не так уж, чтобы очень приятными, но они полностью преобразили гостиную. Вместе с этим и жалюзи, которые заменяли тяжелые шторы Кита, комната казалась наполненной светом и цветом, и она совершенно преобразилась, затеняя память о произошедшем здесь инциденте. Я содрогнулась, воспоминая о нем. Даже если бы эта квартира не понадобилась Адриану, не уверена, что смогла бы принять предложение и переехать сюда. Воспоминание о смерти Ли, и двух стригоек, были слишком свежи.

— На какие средства ты обзавелся новой обстановкой? — спросила я. Алхимики выделили ему квартиру, но не назначили никакого денежного содержания.

— Распродал старое барахло, — ответил Адриан, и казалось, он остался, очень этим доволен. — То глубокое кресло… — Он замялся, и на его лице мелькнуло беспокойство. Я задумалась, может он тоже представил Ли, истекающего в нем кровью. — То глубокое кресло оказалось чертовски дорогим. Его цена была чудовищно завышена, даже по моим меркам. Но я выручил за него достаточно, чтобы обновить все остальное. Оно было цело, да и какой у меня был выбор?

— Здесь мило, — сказала я, проведя рукой по дивану, застеленному пледом. Он ужасно не сочетался со стенами, но выглядел вполне комфортным. И к тому же ярко-желтый цвет стен и новая мебель помогали заглушить воспоминания о произошедшем. — Должно быть, ты оббегал несколько специализированных магазинов. Что-то мне подсказывает, что ты не покупаешь подержанные вещи.

— Никогда не покупал, — согласился он. — Ты даже представить себе не можешь, как много я хотел приобрести, но пока не могу себе этого позволить. — Его довольная улыбка угасла, когда он внимательно на меня посмотрел. — Ты как, в порядке?

Я пожала плечами.

— В полном. Почему бы мне не быть? То, что случилось со мной, даже близко не стояло с тем, что переживает Джил.

Он скрестил на груди руки.

— Ну не знаю. Джил не наблюдала, как на ее глазах убивают парня. И давай не будем забывать, что тот же самый парень хотел убить тебя за несколько минут до того, как стать мертвяком.

Подобные мысли бились в моей голове всю прошлую неделю, мне просто нужно было какое-то время. Иногда, я вообще ничего не чувствовала. В другие моменты, осознание того, что могло произойти сваливалось на меня так стремительно и с такой тяжестью, что у меня перехватывало дыхание. Теперь на смену моим ночным кошмарам о «Центре переподготовки» пришли стригои.

— Мне на самом деле лучше, чем ты думаешь, — медленно проговорила я, уставившись перед собой отсутствующим взглядом. — Как бы ни было ужасно то, что сотворил Ли, я чувствую, что со временем смогу оправиться. И знаешь, все же у меня кое-что не выходит из головы.

— И что же? — тихо спросил Адриан.

Слова вылетели неосознанно. Я не собиралась ни с кем этим делиться, особенно с ним.

— Ли сказал мне, что я попусту прожигаю свою жизнь и остаюсь в стороне от людей. А так же, в ту последнюю нашу встречу с Китом, он сказал мне, что я наивна и не понимаю жизнь. Знаешь, а он прав, в некоторой степени. И я не о тех словах, где он говорил, что вы — зло… в общем, я том, что я наивная. Мне следовало больше печься о Джил. Я верила, что Ли хороший, в то время как должна была быть более бдительной. Я не боец как Эдди, но разбираюсь в окружающих… или мне так казалось. Но я провалилась. И не разбираюсь в них.

— Сейдж, твоя единственная ошибка во всем этом, это то, что ты прислушиваешься к словам Кита Дарнэлла. Этот парень полный мудак, и есть еще дюжина слов, которые я мог бы употребить, но они не подходят для слуха леди.

— Вот видишь? — воскликнула я. — Ты сам только что признал, что я простодушная дуреха.

— Ничего подобного, — возразил он. — По-моему, ты намного выше Кита, и то, что случилось с Ли, необъяснимая нелепая случайность. И если не забыла, то никто из нас ничего не заподозрил. В этом ты не одинока. Это камень не только в твой огород. Или… — Он вскинул брови. — Точно. Разве ты не говорила, что Ли планировал убить Кита ради крови Алхимика?

— Да… но Кит слишком быстро уехал.

— Вот видишь? Даже психопат признавал твою значимость достаточно, чтобы в первую очередь попытаться убить кого-то другого.

Я не знала смеяться мне или плакать.

— От этого мне не легче.

Адриан пожал плечами.

— Моя точка зрения остается прежней. Ты сильная личность, Сейдж. Ты миловидная, ну может с виду слегка хиловата, и твоя способность запоминать бесполезную информацию может крепко заарканить какого-нибудь парня. Выбрось Кита и Ли из головы, потому что они не имеют никакого отношения к твоему будущему.

— Хиловата? — переспросила я, надеясь, что мне удалось не выглядеть уж очень оскорбленной. А так же надеялась, что он не понял по моему голосу, как меня обескуражил другой его комментарий. «Миловидная». Не то, чтобы горячая штучка или воплощение красоты. Но прожить всю свою жизнь, расценивая себя как «приемлемая», это был опрометчивый комплимент, особенно от него.

— Просто говорю как есть.

Я почти рассмеялась.

— Да. Да, конечно. А сейчас давай сменим тему. Меня она уже утомила.

— Без проблем. — Иногда Адриан приводил меня в бешенство, но должна признать, мне нравилось, что он мог быстро переключаться. Это без труда позволяло избегать неудобных тем. Или я так думала. — Чувствуешь запах?

В моей голове всплыла картина с трупами, и на секунду, я могла думать только о том, что сейчас он скажет, что пахнет разложением. И вдохнула поглубже.

— Чувствую запах краски и… погоди-ка… это сосна?

Он выглядел впечатленным.

— Черт, в точку. Сосновый очиститель. Которым, я тут все очищал. — Он сделал театральный жест в сторону кухни. — Вот этими самыми руками, которые никогда не знали ручной работы.

Я осмотрела кухню.

— На чем ты его использовал? На шкафчиках?

— Шкафчики были чистыми. Я отмыл пол и столешницу. — Должно быть, я выглядела больше озадаченной, чем впечатленной, поэтому он добавил: — Я даже на карачках ползал.

— Ты помыл чистящим средством с сосновым ароматом пол и столешницу? — спросила я. Пол был выложен кафельной плиткой, а столешница из гранита.

Адриан нахмурился.

— Ага, и что?

Он казался, так горд тем, что впервые в жизни что-то отмыл, так что я не смогла себя заставить сообщить ему, что сосновый очиститель используется только на деревянных изделиях. Я поощрительно ему улыбнулась.

— Ну, выглядит просто отпадно. Нужно позвать тебя помочь мне с уборкой в моей новой комнате в общежитии, там повсюду пылища.

— Ни за что, Сейдж. Меня коробит и от своей собственной уборки.

— Но оно того стоило? Остался бы у Кларэнса, и не надо было бы заморачиваться по поводу готовки с уборкой.

— Это определенно того стоило. У меня в действительности никогда не было по-настоящему своей квартиры. При Королевском Дворе у меня было какое-то подобие своего жилья… но это больше походило на пресловутую общажную комнату. А это? Это то, что надо. Даже если самому приходится убираться. Спасибо.

Наигранное выражение ужаса в его глазах, когда он говорил про уборку, сменилось серьезностью, и меня приковал взгляд его зеленых глаз. Внезапно я растерялась, потому что на таком близком расстоянии я рассматривала их только в том духовном сне, когда меня одолели сомнения, по поводу его глаз, что они не могут быть такими зелеными в реальной жизни.

— За что? — спросила я.

— За это. Насколько я понял, тебе пришлось заломить Алхимикам руки. — Я не сказала ему, что на самом деле эта квартира предназначалась мне. — И за все остальное. Что не отвернулась от меня, даже когда я вел себя как полный придурок. И знаешь, за то, что спасла мне жизнь.

Я отвернулась.

— Я ничего не сделала. Это все Эдди и Джил. Они единственные, кто тебя спас.

— Я не уверен, что дожил бы до их появления, если бы ты не поджарила эту сучку. Как ты это сделала?

— Ничего особенного, — отмахнулась я. — Просто уловка, м-м, химический реагент Алхимиков.

Эти глаза снова принялись меня изучать и взвешивать, насколько я говорила правду. Не уверена, что он мне поверил, но оставил это.

— Да уж, взглянув на ее лицо можно сказать, что твой бросок попал прямо «в яблочко». А теперь стоит тут и отнекивается. Любой, принимающий удар за Адриана Ивашкова, заслуживает доверия.

Я повернулась к нему спиной, все еще смущенная его комплиментом, и, нервничая из-за упоминания о возгорании, я подошла к окну.

— Ага, можешь расслабиться, это было чисто из эгоистичных соображений. Ты просто не представляешь, какая эта волокита составлять отчеты о смерти мороев.

Он рассмеялся, и это был один из тех редких случаев, когда я слышала, как он по-настоящему тепло и задорно смеялся, и не потому, что что-то сострил и не из сарказма.

— Хорошо, Сейдж. Как скажешь. Знаешь, с тех пор, как я увидел тебя впервые, ты стала на много мужественней.

— Правда что ли? У тебя в словарном запасе столько прилагательных, а ты выбрал «мужественная»? — Отшучивание помогало держать себя в руках. И пока я на этом сосредотачивалась, мне не приходилось задумываться о значении этих слов, или о том, как учащалось мое сердцебиение.

— Именно так, ты и сама знаешь, что стала более стойкой со времени нашей первой встречи. — Он подошел, вставая рядом со мной. — И еще, только не рассказывай никому, но я думаю, что уйти со Двора было хорошей идеей. Такая погода выматывает, но Палм-Спрингс может стать для меня хорошим местом — сам по себе и со всеми происходящими в нем странностями. Вами, ребята. Занятия искусством. Сосновым очистителем.

Я не могла справиться с усмешкой и посмотрела на него. В этой полушутке была доля правды: с тех пор, как мы познакомились, он удивительным образом изменился. Внутри него все еще были боль и душевные шрамы, нанесенные Розой с Дмитрием, но я могла видеть признаки исцеления. Он был непоколебимым и сильным, и стоит ему просто продолжать держаться намеченного курса без срывов в течение какого-то времени, то действительно, может произойти чудесное превращение.

Потребовалось несколько секунд молчания, чтобы осознать, что я уставилась на него, пока мое сознание не вырвало меня из моих мыслей. И, если честно, он смотрел на меня с удивлением во взгляде.

— Боже, Сейдж. Твои глаза. Как я раньше не замечал их?

Чувство дискомфорта вновь окутывает меня.

— Что с ними?

— Цвет, — выдает он. — Когда ты стоишь на свету. Они потрясающие… словно расплавленное жидкое золото. Я мог бы нарисовать их… — Он тянется ко мне, но затем отстраняется. — Они прекрасны. Ты прекрасна.

Что-то в том, как он смотрел на меня, завораживало, и заставляло мой живот резко сжаться, хотя я не могла понять почему. Единственное, что я знала, так это то, что он смотрел на меня, словно видел впервые… и это напугало меня. Я могла, легко отшутиться от его комплимента, но сила его взгляда была чем-то, на что я не знала, как реагировать. Когда он так смотрел на меня, я верила, что он думал, что мои глаза прекрасны — что я была прекрасна. Это было слишком, я была не готова к такому. Взволнованная, я сделала шаг назад из солнечного света, желая уйти от силы его взгляда. Я слышала, что Дух мог приводить в подобные странные состояния, но не имела понятие, было ли это одно из них. Я была спасена от своих слабых попыток придумать остроумный комментарий, когда в дверь постучали, и мы оба вздрогнули.

Адриан моргнул и часть его восторга исчезла. Его губы сложились в одну из его хитрых усмешек, как ни в чем не бывало.

— Начнем представление?

Я кивнула, отступая с сочетанием облегчения, нервозности и… возбуждения. Кроме того, я не полностью была уверена, были ли эти чувства вызваны Адрианом или нашими предстоящими гостями. Все, что я знала, так это то, что внезапно мне стало легче дышать, чем несколько секунд назад.

Он пересек гостиную и открыл дверь с цветущим выражением лица. Вошел Эйб, как всегда, великолепный, в серо-желтом костюме, неплохо сочетающимся с работой красками Адриана. На лице мороя расцвела широкая улыбка.

— Адриан, Сидни… так приятно видеть вас снова. Уверен, что один из вас уже знаком с этой юной леди? — Он прошел мимо нас, открывая нам вид на худощавую дампирку с каштановыми волосами и большими голубыми глазами, полными подозрения.

— Привет, Ангелина, — поздоровалась я.

Когда они сказали, что Ангелина Доус будет новой соседкой по комнате Джил, я подумала о том, что это самая смешная вещь, которую я когда-либо слышала. Ангелина была одним из стражей из самостоятельной общины мороев, дампиров и людей, которые жили в дикой части Западной Вирджинии. Они не хотели иметь ничего общего с «цивилизацией» любой из наших рас и имели ряд странных обычаев, одним из далеко не последних в этом списке была отвратительная терпимость к межрасовым романам.

Позже, размыслив получше, я решила, что Ангелина может быть не таким уж и плохим выбором. Она была того же возраста, что и Джил, позволяя ей проводить с ней больше времени. Ангелина, не проходила обучение стража, как Эдди, но все же в драке могла постоять за себя. Если кто-то и подходил для Джил, они выполнили свою задачу, переложив ее на Ангелина. И с отвращением народа Ангелина к «испорченным» мороям, у нее не было интереса к политическим интригам некоторых конкурирующих сторон.

Изучая ее потрепанную одежду, я задавалась вопросом, насколько легко ей будет приспособиться к жизни вдали от стражей. На ее лице был дерзкий взгляд, который я уже видела, посещая ее общину, но сейчас он был подчеркнут некой нервозностью, когда она осматривала жилище Адриана. После жизни в лесах, эта маленькая квартирка с телевизором и пледом на диване была, вероятно, наивысшей современной роскошью.

— Ангелина, — произнес Эйб. — Это Адриан Ивашков.

Адриан протянул руку, возвращая свое природное обаяние.

— Это удовольствие для меня.

После секундного колебания, она приняла его руку.

— Приятно познакомится, — ответила она с южным акцентом. Она изучала его еще несколько секунд. — Ты выглядишь слишком милым, чтобы быть полезным.

Я ахнула. Адриан усмехнулся, пожимая ее руку.

— Не слышал слов истиннее, — сказал он.

Эйб взглянул на меня. Вероятно, в выражении моего лица читался ужас, потому что я уже представляла ущерб от Ангелина, говорящей или делающей что-то совершенно неподобающее в Амбервуде.

— Сидни, несомненно, хочет… обговорить с тобой, чего от тебя будет ожидаться прежде, чем ты начнешь посещать школу, — дипломатически сказал Эйб.

— Несомненно, — подтвердила я.

Адриан отошел от Ангелина, но по-прежнему усмехаясь.

— Предоставь эту работу Малышке. А еще лучше, Кастилю. Ему это пойдет на пользу.

Эйб закрыл дверь, но не раньше, чем я успела бросить взгляд за его спину в пустой коридор.

— Вас же не двое, верно? — спросила я. — Я слышала, будут и остальные. И Соня одна из них, разве нет?

Эйб кивнул.

— Они скоро поднимутся. Паркуют машину. На этой улице совершенно невозможно найти место.

Адриан бросил на меня откровенный взгляд.

— Эй, могу я так же унаследовать и автомобиль Кита?

— Боюсь, что нет, — ответила я. — Он принадлежит его отцу. И тот забрал его обратно. — Выражение лица Адриана омрачилось.

Эйб сунул руки в карманы, небрежно прогуливаясь по гостиной. Ангелина осталась стоять на месте. Думаю, она все еще оценивала ситуацию.

— Ах, да, — размышлял Эйб. — Последний, великий мистер Дарнэлл. Этого паренька, действительно осаждают трагедии, не так ли? Такая трудная жизнь. — Он сделал паузу и повернулся к Адриану. — По крайней мере, ты наварился на его падении.

— Эй, — сказал Адриан. — Я заработал это, поэтому не испытываю никаких угрызений совести из-за того, что съехал от Кларэнса. Я знаю, ты хотел, чтобы я оставался там по какой-то таинственной причине, но…

— И ты справился, — просто сказал Эйб.

Адриан нахмурился.

— Что?

— Ты сделал именно то, что я хотел. Я подозревал, что с Кларэнсом Донахью что-то неладное, что он мог продавать свою кровь. Я надеялся держать тебя поблизости, чтобы раскрыть его заговор. — Эйб погладил в его таинственной манере свою бородку. — Конечно, я понятия не имел, что в этом был замешан мистер Дарнэлл. Так же не ожидал, что ты и юная Сидни объединитесь, в раскрытии этого дела.

— Я бы вряд ли зашла так далеко, — сухо сказала я. Странная мысль пришла мне в голову. — А почему вас заботит, продают ли Кит с Кларэнсом вампирскую кровь? Я имею в виду, что у Алхимиков есть причина этого не желать… но почему вы думаете так же?

Во взгляде Адриана мелькнула вспышка удивления, затем сменившаяся пониманием. Он внимательно посмотрел на Эйба.

— Может потому, что он не терпел конкуренции.

Я почти уронила челюсть. Ни для кого не было секретом, будь то Алхимикам или мороям, что Эйб Мазур торговал незаконным товарам. То, что он может поставлять для людей большое количество вампирской крови, никогда не приходило мне в голову. Но лучше его изучив, я поняла, что это в полнее вероятно.

— Сейчас, — сказал Эйб, ничуть не вспотев, — нет необходимости заводить неприятные темы для разговора.

— Неприятные? — воскликнула я. — Если вы участвуете в чем-то, что…

Эйб поднял руку, останавливая меня.

— Спасибо, достаточно. Потому что, если это предложение закончится тем, что ты скажешь, что все доложишь Алхимикам, тогда давай выложим все на чистоту и обсудим все тайное. Напомни-ка, для начала, как мистер Дарнэлл потерял свой глаз.

Я замерла.

— Стригои вырвали его, — нетерпеливо произнес Адриан.

— Ой, да ладно, — сказал Эйб, кривя губы в усмешке. — Моя вера в тебя будет восстановлена. С каких это пор стригои наносят такие точные увечья? К тому же весьма продуманно нанесенные увечья. Не то, чтобы кто-нибудь когда-нибудь это замечал. Пустая трата таланта, скажу я вам.

— Ты о чем? — в ужасе спросил Адриан. — Это были не стригои? Ты хочешь сказать, что кто-то намеренно повредил его глаз? Хочешь сказать, что… — Слова застряли в его горле, и он просто начал переводить взгляд с меня на Эйба и обратно. — Что это? Твоя сделка с дьяволом. Но зачем?

Я съежилась, когда три пары глаз уставились на меня, и никак не могла признать, что мнение Адриана было важнее всех остальных. Может быть, я могла бы ему рассказать, если бы мы были одни. Может быть. Но я не могла рассказать ему, пока Эйб выглядел таким самодовольным, и, конечно же, не в присутствии стоящей здесь Ангелина, которая была вне всего этого.

Я не могла рассказать Адриану, как обнаружила несколько лет назад свою сестру после свидания с Китом. Это было в то время, когда он еще жил с нами, перед ее поступлением в колледж. Она не хотела идти с ним, но наш отец любил Кита и настоял на этом свидании. Кит был его золотым мальчиком, поэтому он просто не мог сделать ничего недозволенного. Кит слишком в это верил, и по этой причине не держал ответ за то, что произошло, когда остался наедине с Карли. После всего этого она пришла ко мне, медленно войдя в мою спальню той поздней ночью, сотрясаясь в рыданиях, пока я ее успокаивала.

Моей мгновенной реакцией было рассказать все нашим родителям, но Карли слишком боялась — особенно, нашего отца. Я была младше и почти так же боялась его, как и она, готовая согласиться со всем, что она хотела. Карли заставила меня пообещать ей, что я не расскажу это нашим родителям, поэтому я приложила все усилия, чтобы убедить ее в том, что это была не ее вина. Все это время она говорила мне, что Кит говорил ей, как она прекрасна и не оставляет ему другого выбора, что ему не возможно отвести от нее глаз. В конце концов, я убедила ее в том, что она не сделала ничего дурного, что она не подводила его к этому — но она по-прежнему настаивала на том, чтобы я хранила молчание.

Это было одним из самых больших сожалений в моей жизни. Я ненавидела свое молчание, но не так сильно, как я ненавидела Кита за то, что он думал, что может изнасиловать кого-то такого милого и нежного, как Карли и это сойдет ему с рук. И уже гораздо позже, после моего первого назначения, и знакомства с Эйбом Мазуром, я поняла, что есть и другие способы, отплатить Киту за это, и за то, что сдержала данное ей свое обещание. Поэтому, я заключила «сделку с дьяволом», не заботясь о том, что это свяжет меня — или о том, что я опускаюсь до варварского уровня мести. Эйб инсценировал фальшивое нападение стригоев и вырвал один глаз Киту в начале этого года. Я стала своего рода «слугой-Алхимиком» Эйба. И частью этого было то, что он заставил меня помочь Розе с ее побегом из тюрьмы. Я была у него в долгу.

«В некотором смысле, — с горечью подумала я, — я сделала Киту одолжение». С потерей всего одного его левого глаза, возможно, он не нашел таким «невозможным» избавиться от интереса к молодым девушкам в будущем.

Нет, я конечно же, не могла рассказать этого Адриану, который все еще смотрел на меня с миллионом вопросов на своем лице, пытаясь выяснить, что могло такого произойти в мире, чтобы я наняла Эйба в качестве наемника.

Внезапно, я вспомнила слова Лорел. «Знаешь, иногда ты можешь быть чертовски устрашающей».

Я сглотнула.

— Помнишь, когда ты просил меня поверить тебе?

— Помню… — сказал Адриан.

— Мне нужно, чтобы ты сделал то же самое.

Последовала долгая пауза. Я не могла заставить себя взглянуть на Эйба, потому что и так знала, что он ухмыляется.

— «Мужественность» кажется, была преуменьшением, — произнес Адриан. После, казалось бы, вечности, он медленно кивнул. — Хорошо. Я верю тебе, Сейдж. Я верю, что у тебя есть веские причины на все, что ты делаешь.

Ни насмешки, ни сарказма. Он был абсолютно серьезен, и я задавалась вопросом, чем заработала его доверие. В моей голове промелькнули странные вспышки произошедших перед появлением Эйба моментов, когда Адриан говорил, что хочет нарисовать меня и мои чувства спутались.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— Чего, — потребовала Ангелина, — вы, ребята тут несете?

— Уверяю тебя, ничего интересного, — ответил Эйб, получая от этого слишком большое удовольствие. — Жизненные уроки, формирование характера, невыплаченные долги. И все в таком роде.

— Неоплаченные? — вспылила я, делая шаг вперед и устремляя на него взгляд. — Я оплатила этот долг сотню раз. Я больше ничем вам не обязана. Теперь моя преданность принадлежит только Алхимикам. Не вам. Мы закончили.

Эйб все еще улыбался, но его уверенность пошатнулась. Думаю, то, что я постояла за себя, застало его врасплох.

— Что ж, остается… — Послышался стук. — Вот и остальные. — Он поспешил к двери.

Адриан сделал ко мне несколько шагов.

— Недурно, Сейдж. Думаю, только что тебе удалось напугать старика Мазура.

Я почувствовала, что начинаю улыбаться.

— Не уверена, но мне полегчало.

— Тебе надо почаще так дерзить людям, — сказал он. Мы улыбнулись друг другу, и когда он так нежно на меня посмотрел, я почувствовала, что ко мне возвращается то чувство слабости и дурноты в животе. Вероятно, он не испытывал подобного ощущения, но у него было легкое, приподнятое настроение. Редкое — и очень привлекательное. Он кивнул в сторону двери, которую открывал Эйб.

— Это Соня.

Пользователи Духа могли чувствовать друг друга, находясь достаточно близко, даже за закрытыми дверями. И, конечно же, когда дверь открылась, вошла Соня Карп, словно королева — высокая и элегантная. Со своими рыжими волосами, собранными в пучок, моройская женщина могла быть старшей сестрой Ангелины. Соня улыбнулась всем нам, хотя я не смогла сдержать дрожи, когда вспомнила о первой нашей с ней встречи. Тогда она не была такой красивой и очаровательной. У нее были красные глаза, и она пыталась нас всех убить.

Соня была стригоем, которая снова стала в мороем, и это, на самом деле, заставило ее принять идеальный выбор поработать с Адрианом над выяснением того, как использовать Дух, чтобы препятствовать превращению людей.

Соня обняла Адриана и подошла ко мне, когда в дверях появился кто-то еще. Оглянувшись, я не должна была удивляться, увидев того, кто там стоял. В конце концов, если мы хотели выяснить, что особенного было в стихии Духа, что препятствовало Ли повторному превращению, тогда мы должны были получить всевозможные данные. И если одно предотвращение превращения в стригоя было хорошо, то два было еще лучше.

Побледневший Адриан стоял совершенно неподвижно, глядя на вошедшего, и в этот момент, все мои большие надежды на его счет рухнули. Ранее, я была уверена, что если бы Адриан остался в стороне от своего прошлого и любых травмирующих событий, он был бы в состоянии найти цель и удержаться от падения. Но, похоже, что прошлое само его нашло, и если это не квалифицировать как травмирующее событие, то я не знаю, что это было.

В дверь вошел новый партнер Адриана по исследованию, и я поняла, что хрупкий мир, который мы только что установили в Палм-Спрингсе, был готов полететь в тартарары.

Приехал Дмитрий Беликов.

БЛАГОДАРНОСТИ

Запустить мою первую новую серию за четыре года — еще одно погружение в знакомый мир — было одной из самых сложных задач в моей писательской карьере. Я не могла бы это сделать без помощи и поддержки многих и многих людей. Во-первых, спасибо Джесси Макгете, которая дала мне первоначальную идею о создании алхимиков. Так же большое спасибо Джею, который постоянно давал мне «заставь это работать!» поощрение в те дни, когда казалось, что все потеряно. Ваша поддержка помогла мне найти свой путь.

Публикацией я обязана моему замечательному агенту, Джиму Маккарти, который всегда делает так, что, в конце концов, все срабатывает. Спасибо за то, что эти книги увидели свет! Так же спасибо редакторам — Джослин Дэвис и Бену Шранку — за их постоянную зоркость и руководство в этом новом проекте. И наконец, благодарю всех многочисленных поклонников Академии вампиров по всему свету, которые вдохновили меня продолжить писать о мороях и стригоях.

КОНЕЦ 1 книги

Огромное спасибо всему составу, кто трудился над этой книгой: Переводчикам: Stinky, sunshima, VisibleVoid, Светуське, Catharin (при участии: rubinns, sovik, MacV, KotiK)

Бета-ридерам: Светуське (при участии: Stinky, Vik) И Правка: Aileen (она же Djez) Перевод велся специально для сайтов: Лорел Гамильтон http://laurellhamilton.ucoz.ru и Райчел Мид http://richelle-mead.ucoz.ru

Ждите продолжение 2 книги

«Золотя лилия» в мае 2012 года!

Сайт Лорел Гамильтон: http://laurellhamilton.ucoz.ru

Сайт Райчел Мид: http://richelle-mead.ucoz.ru

Примечания

1

Кормилец — добровольный донор крови у Мороев, которого всю жизнь содержат в семье или общественном местообитании Мороев, такие как Королевский двор, особняки, академии и т. д..

2

Анафема — проклятье; человек, отлученный от церкви.

3

Национальный мемориал Гора Рашмор (англ. Mount Rushmore National Memorial) находится около города Кистон в Южной Дакоте, США. Гора известна тем, что в её гранитной горной породе высечен гигантский барельеф высотой 18,6 метров, который является скульптурными портретами четырёх президентов США: Джорджа Вашингтона, Томаса Джефферсона, Теодора Рузвельта и Авраама Линкольна (на картинке слева на право)

4

Футбольная мамочка — часто встречающееся выражение в США применяемое к пригородным мамашам, среднего класса, которые тратят существенное время на перевозку детей школьного возраста на их спортивные и все прочие мероприятия.

5

Сайдинг — Облицовочные и фасадные материалы чаще всего из пластика для внешней обшивки дома.

6

Солт-Лейк-Сити (англ. Salt Lake City, Город у Солёного озера) — столица и самый населённый город штата Юта (США). Название часто сокращается до Солт-Лейк (Salt Lake) или даже SLC (произносится Эс-Эл-Си).

7

ЛА — сокращение от Лос-Анджелес (здесь и далее в переводе)

8

Таинственный сад — роман Френсис Ходжсон Бернет (по которому в 1987 г. снят фильм). Где маленькая Мэрине осиротела в Индии и, оставшись одна, девочка едет в Англию, к своему дяде Медлоку. Поместье и дом дядюшки приводят Мэри в восторг, ей здесь все нравится. Но с одним маленьким недостатком: дядя Медлок ненавидит детей, которые всегда и везде суют свой нос, его жизнь и его дом окружены какой-то тайной и любопытная девочка находит ключ к разгадке…

9

Jailbait (с англ.) — Малышка (Джилбет), шутливое прозвище созвучное с ее именем — Джилиан (Jillian), или сокращенно — Джил (Jill)

10

Анкоридж (англ. Anchorage) — самый северный административный центр США, расположенный в юго-восточной части штата Аляска. Население — свыше 291 тыс. человек (2010 г.). Является крупнейшим городом на Аляске.

11

2 размер одежды — XS (Гр. — 82,5-84; Тал. — 62–63,5; Бедр. — 89–90)

12

4 размер — S (Гр. 85–86,5; Тал. — 65–66; Бедр. — 91,5-92,5)

13

Крокет (croquet) — спортивная игра, участники которой ударами деревянных молотков проводят шары через проволочные воротца, расставленные на площадке в определённом порядке. Входил в программу летних Олимпийских игр.

14

Парфенон (др. — греч.) — наиболее известный памятник античной архитектуры, расположенный на афинском Акрополе, главный храм в древних Афинах, посвящённый покровительнице этого города и всей Аттики, богине Афине-Девственнице

15

«21 Jump Street» — Амер. сериал 1987–1991 в одной из главных ролей, которого сыграл — Джонни Депп. — Команда из 4 полицейских работает «под прикрытием» над раскрытием дел в школах. Их задача — остановить преступность среди молодежи.

16

«Виста Азул» — Шикарные Итальянские апартаменты, (на данный момент произносится шутливое прозвище их школы)

17

«Sydney» — созвучно со словом Сидней — крупнейший город Австралии (читается как Сидни, так и Сидней).

18

Квотербек (QB) — нападающий игрок в команде в американском и канадском футболе.

19

Серая зона — термин применяемый к межполитическому пространству под воздействием внутренних сил, на которое не распространяются юридический и легальный контроль. Так называемая «Пиратская зона»

20

Snark — вымышленное существо, (герой поэмы Льюиса Кэрролла «Охота на Снарка»), на которое в течение всего произведения охотится группа людей. У него «снарк» — синоним неконтролируемой разрушительной силы, употребляется применительно к биоскону (в технике будущего — живой космический корабль невероятных размеров), вышедшему из-под контроля команды.

21

Гримуар или Гримория (фр. grimoire, от фр. grammaire — грамматика; при этом значение видоизменилось приблизительно следующим образом: грамматика, сложная книга заклинаний [источник не указан 332 дня]) — книга, описывающая магические процедуры и заклинания для вызова духов (демонов), или содержащая ещё какие-либо колдовские рецепты.

22

В США совершеннолетие наступает в 21 год.

23

Лонг-Бич (англ. Long Beach) — город в Калифорнии, США. Расположен в южной части округа Лос-Анджелес, на побережье Тихого Океана, в 30 км от делового центра Лос-Анджелеса.

24

Jet (с англ.) — Реактивный самолет, сильный напор.

25

Софтбол — спортивная игра с мячом, представляющая собой разновидность бейсбола; в отличие от него, проводится на небольшой площадке.

26

Таурин (taurine) — это биологически активное вещество, используется, как энергетическая добавка, которая была впервые выделена из желчи быка в 1827 году, откуда и получило свое название.

27

Jet Steele — тут видимо Адриан с импровизировал, добавив к прежнему псевдониму «Джет» комплект из Фамилии связанной с металлом — взяв с названия группы Virgin Steele. (американская рок-группа, играющая классический хэви-метал/американский пауэр-метал с элементами прогрессив метала и симфоник-метала. Название группы переводится как «сталь первой выплавки») так как одна из ее композиций называется Jet Black, с присутствующим словом, как и его псевдоним.

28

Перфекционист — человек, стремящийся к совершенству

29

Salton Sea — крупнейшее мелководное соленое озеро в Южной Калифорнии.

30

Хобарт (англ. Hobart) — столица австралийского штата Тасмания. Основан в 1804 году — второй по старшинству город. Тут имеется в виду ссылка на имя Сидни (Сидней) — первый город Австралии. Тогда как если бы у ее «брата» и нее самой была фамилия Хобарт — они носили бы фамилию со вторым городом Австралии. Американцы — что тут сказать))

31

Саржа — (итал. sargia, франц. serge, от лат. sericus — шёлковый) — хлопчатобумажная, шёлковая или искусственная ткань с диагональным переплетением нитей; вырабатывается в основном гладкокрашеной и набивной. Используется как подкладочная, платьевая, техническая и т. п. ткань.

32

Кисет — небольшой мешочек, затягиваемый шнурком, чаще всего для табака

33

Наш эквивалент — «Гори огнем»

34

В США — 1 й год в старшей школе называется фрешман, 2 й — софомор, 3 й — юниор, 4 й — сениор. Т. е. Келли была не предпоследнем (11 классе из 12) году обучения.

35

Напоминаем что у героя поэмы Льюиса Кэрролла «Охота на Снарка», «снарк» — является синонимом неконтролируемой разрушительной силы. Тут имеется в виду, что Адриан лишился своего убийственно привлекательного атрибута — дорогущего галстука.

36

Имеется в виду фраза «добрыми намерениями вымощена дорога в ад» Т. е. «Сделал, называется, доброе дело и посмотрите — где я оказался!»

Content

Райчел Мид

Кровные узы Родословная — 1

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

Примечания