Вуд Алекс

Соединяя сердца

Алекс Вуд

Соединяя сердца

1

— Мисс Торнвальд?

На Пэтси вопросительно смотрел неотразимый красавец, мечта всех женщин, герой девических грез.

Она обомлела. Сердце, и без того трепещущее как пойманная птица, подпрыгнуло и забилось еще сильнее. Девушке показалось, что она ощущает во рту его вкус.

— Мисс Торнвальд? — снова повторил свой вопрос мужчина, понимающе улыбаясь.

— Д-да, — выдавила из себя Пэтси.

— Давайте пройдем в кабинет и поговорим. — Мужчина шагнул в сторону и распахнул перед девушкой массивную темно-коричневую дверь с золотистой табличкой «Дональд Кейн».

Только тут Пэтси сообразила, что перед ней не кто иной, как сам доктор Кейн. Нельзя сказать, чтобы это открытие помогло ей расслабиться. Наоборот. Доктор психиатрии, признанный мастер своего дела, основатель одной из самых известных клиник в Америке был вдобавок ко всему молод и невероятно хорош собой.

На ватных ногах Пэтси проследовала в кабинет.

Как и следовало ожидать, в комнате царил приятный полумрак. Сразу чувствовалось, что хозяин этого кабинета обладает превосходным вкусом. Большой дубовый стол, кожаное кресло, несколько удобных стульев для посетителей. Напротив — низкий диван с подушками, на который немедленно захотелось присесть. Никаких кричащих тонов и ярких расцветок. В этой комнате отдыхали, расслаблялись…

Пэтси представила себе, каким образом может расслабляться Дональд Кейн, и залилась краской. Она благословляла полумрак, который надежно скрывал и ее подозрительно блестевшие глаза, и пунцовое лицо. Хотя, наверное, Дональд Кейн прекрасно знал, какое впечатление он производит на женщин.

— Присаживайтесь, мисс Торнвальд, — пригласил ее доктор, сделав неопределенный жест рукой, как бы предлагая девушке самой выбрать место.

Пэтси подавила в себе иррациональное желание раскинуться на соблазнительном диванчике и решительно направилась к стулу, одиноко стоящему напротив антикварного стола Кейна.

Вздохнув, Дональд уселся в свое кресло и нажал невидимую кнопку под столом. Кабинет моментально осветился. Пэтси от неожиданности зажмурилась.

— У нас ведь деловой разговор, интимная обстановка ни к чему, не так ли, мисс Торнвальд? — обратился доктор Кейн к девушке.

Вкрадчивые интонации его бархатного голоса ясно говорили о том, что его немного печалит подобный расклад. Пэтси судорожно сглотнула.

Ты не должна поддаваться на его провокации, сказала она себе. Он просто проверяет тебя. Ты же психолог, вспомни, чему тебя учили!

— Конечно, так намного лучше, — улыбнулась она в ответ и, справившись с собой, посмотрела ему в глаза.

Дональд Кейн внимательно изучал ее лицо. Пэтси не осталась в долгу. Она тоже рассматривала человека, о работе с которым мечтала так давно.

Сказать, что Дональд Кейн был красив, — значит не сказать ничего. Он был великолепен. От кончиков светлых шелковистых волос до шнурков на ботинках. От одного взгляда на его чувственные, четко очерченные губы кружилась голова. Высокая линия скул и чуть раскосые глаза придавали ему нечто восточное, хищное. Пиратское. Сердце Пэтси сладко заныло, когда она представила себе, каково это, если такой мужчина возьмет твой корабль на абордаж и захочет воспользоваться своим правом победителя…

— Итак, вы хотите на меня работать? — Дональд нарушил тишину. Он откинулся на спину кресла, на его губах играла легкая полуулыбка.

Пэтси отчаянно закивала.

— Очень, — хрипло произнесла она.

— У вас великолепные рекомендации, — продолжал он, не сводя глаз с ее лица.

Пэтси не знала, куда смотреть. Самые простые слова, сказанные хрипловатым голосом доктора Кейна, приобретали совсем иной, волнующий смысл.

— И совершенно нет опыта работы, — уничтожающе подытожил Дональд.

Девушка чуть не расплакалась от разочарования. Магия его голоса заворожила ее, и она забыла об истинной цели своего визита. Итак, все ясно. Пэтси слышала этот ответ уже много раз. Значит, здесь ее тоже ждет отказ.

— Я… я обязательно научусь. — Она заставила себя посмотреть ему в глаза. — Я слежу за вашими успехами с самого начала. Я знаю, что вы действительно помогаете людям, в отличие от многих психоаналитиков. Если бы я только могла… — Пэтси осеклась. Несомненно, он тысячу раз слышал подобные клятвы и обещания.

— Я не сомневаюсь ни в вашем трудолюбии, ни в ваших способностях, — ободряюще сказал Дональд. — Конечно, я предпочел бы более опытного специалиста, но специфика моей работы такова, что порой новичок приносит больше пользы, чем профессионал. Я думаю, с завтрашнего дня вы можете приступать к работе.

Только улыбка на его губах убедила Пэтси в том, что она не спит.

— Вы серьезно? — недоверчиво спросила она, не заботясь о том, насколько прилично прозвучал ее вопрос.

Дональд рассмеялся. На его щеках появились маленькие ямочки, которые придавали ему мальчишеский вид.

Сколько ему лет? — задумалась Пэтси. Кажется, тридцать два. Он такой молодой…

— Для психолога вы слишком неуверенны в себе, — насмешливо заметил Дональд. — Боюсь, мне придется поработать с вами немного.

Сердце Пэтси неистово забилось. В его словах прозвучало обещание… Не грезит ли она наяву?

— А сейчас, если у вас есть время и желание… — Дональд бросил на притихшую девушку взгляд исподлобья.

Заинтригованная Пэтси затаила дыхание. Что последует за таким многообещающим началом? На что она готова прямо сейчас?

— Вы можете совершить небольшую экскурсию по клинике, познакомиться с будущими коллегами, посмотреть свой кабинет, — закончил Дональд с загадочной улыбкой.

Пэтси покраснела. Ей стало стыдно за столь неприличные мысли. Но разве она виновата в том, что Дональд Кейн настраивал ее на совсем не рабочий лад…

— Мэгги, зайдите ко мне на минуточку, пожалуйста, — вызвал он секретаря.

Пэтси ощутила прилив горького разочарования. Она уже начала надеяться, что доктор Кейн лично покажет ей клинику. Что ж, наивную глупышку поставили на место.

— Мэгги Кимеридж, мой личный помощник, — представил Дональд высокую привлекательную темноволосую девушку в строгом английском костюме. — А это Патрисия Торнвальд, наш новый сотрудник.

— Привет, — широко улыбнулась Мэгги и дружелюбно посмотрела на Пэтси.

Пэтси энергично закивала в ответ на приветствие Мэгги. Она делала все возможное, чтобы скрыть свое разочарование. Неужели сейчас ей придется расстаться с Дональдом Кейном и она увидит его только завтра утром? Мысль о такой долгой разлуке была настолько невыносима, что у Пэтси на глаза навернулись слезы.

— До завтра, мисс Торнвальд, — прозвучал бархатный голос доктора Кейна.

— До свидания, — прошептала девушка, не в силах посмотреть Дональду прямо в глаза.

* * *

Патрисия Торнвальд закончила в этом году массачусетский колледж по специальности психоаналитика и вместе с подругой отправилась в Нью-Йорк, чтобы найти там работу. Причем интересную и высокооплачиваемую. Она желала проявить себя и доказать всему миру, что она, Малышка Пэтси, как ее прозвали в колледже за маленький рост, что-то из себя представляет.

Работать психиатром ей не очень хотелось. Да и квалификация не позволяла заниматься этим. Психоанализ интересовал Пэтси гораздо больше. Что скрывается в глубинах человеческого подсознания? Что помогает людям в жизни, а что, наоборот, мешает? Почему кто-то способен противостоять трудностям, а кто-то нет?

Пэтси обожала давать советы. Это у нее получалось неплохо, и нередко в трудную минуту с ней консультировались ее друзья и родственники. Все они в один голос твердили о том, что ей нужно искать работу психоаналитика в какой-нибудь клинике. Желательно известной и процветающей.

Но знаменитые клиники не горели желанием распахнуть двери для начинающего специалиста. Пэтси везде получала вежливые, но твердые отказы. Она стала потихоньку отчаиваться, но однажды ее подруга Мардж, которая уже устроилась продавцом-консультантом в магазин женской одежды, подкинула идею.

— А почему бы тебе не обратиться к Дональду Кейну? — предложила она, поглощая песочный торт. Марджори никогда не страдала отсутствием аппетита и не упускала возможности отведать сластей, присланных мамой Патрисии.

— «Соединяя сердца», — задумчиво произнесла Пэтси, вспомнив красочную рекламу, которую постоянно крутили по всем каналам.

— Именно, — подтвердила Мардж. — Как раз для тебя. Там не требуется никакой особенной квалификации…

— Спасибо! — оскорбилась Пэтси.

— А работа прекрасная, и платят очень хорошо, — продолжала Марджори, игнорируя надутую физиономию Пэтси. — И вопросы там бытовые решаются, а ты в этом специалист великий.

Пэтси улыбнулась. Комплимент подруги пришелся ей по душе. Да и сама идея была не лишена здравого смысла…

Клиника «Соединяя сердца» была основана чуть больше трех лет назад молодым психологом Дональдом Кейном. Он сразу заявил о том, что ему подвластно возвращать людям веру в себя, помогать им в решении самых важных проблем. Он торжественно объявлял, что знает, как обрести счастье. Харизма вкупе с грамотной рекламой сделали свое дело — клиентов у доктора Кейна было хоть отбавляй. Он расширил клинику, нанял молодых специалистов. Дела его немедленно пошли в гору.

Конечно, многие светила психологии пожимали плечами, когда слышали о докторе Кейне. По их мнению, он был дилетантом, сделавшим состояние на симпатичной мордашке и громких словах. Однако все прекрасно понимали, что недоброжелателями клиники «Соединяя сердца» движет зависть. Дональду Кейну за три года удалось сделать то, к чему многие идут всю жизнь. Его имя было широко известно, и, чтобы записаться на прием лично к доктору Кейну, толпы страждущих штурмовали клинику каждый день.

Некоторые обвиняли Кейна в том, что он не желает работать с людьми, которые действительно нуждаются в помощи психиатра, а предпочитает утешать брошенных жен и утомленных домохозяек. Однако Дональд на все выпады недругов находил остроумные ответы и из всех словесных перепалок выходил победителем. Он считал, что даже негативное отношение к его клинике — прекрасная реклама, и не упускал возможности поучаствовать в новом ток-шоу или дать интервью. Неудивительно, что клиника «Соединяя сердца» была у всех на устах.

* * *

— Здесь располагаются кабинеты сотрудников, а в конце коридора — служебные помещения, — старательно объясняла Марджори. — Мы ведь тоже люди и нам иногда надо расслабиться…

Пэтси почти не слушала ее болтовню. Она обозревала окружавшее ее великолепие с открытым ртом. Дорогая мебель, ковры, изысканные напольные вазы с живыми цветами создавали атмосферу дома, куда хочется прийти со своей проблемой, поделиться горестями и печалями.

— Скажите, а доктор Кейн контролирует работу подчиненных? — отважилась спросить Пэтси. Ее терзал вопрос, как часто она будет встречаться со своим неотразимым начальником.

— Конечно, — без тени улыбки ответила Марджори. — Ничто не ускользает от него. Более того, он проводит беседы с каждым сотрудником лично. Если вы не справляетесь с работой или обижены на кого-то, вы можете прийти к нему, и он обязательно вам поможет! Даже у сотрудников нашей клиники бывают моменты, когда им необходим психоаналитик, и доктор Кейн с радостью выполняет эту роль для всех нас.

Сердце Пэтси сладко защемило. Неужели она действительно сможет спокойно заходить в его великолепный кабинет и разговаривать с ним обо всем? Уж чего-чего, а проблем и скрытых комплексов в ее жизни хватало…

* * *

Пэтси родилась в семье университетского профессора Джерома Торнвальда. Отец воспитывал девочку в строгости, маленькая Пэтси с детства боялась его сурового, пронизывающего взгляда и неизменного вопроса:

— Что ты натворила сегодня, Патрисия Торнвальд?

Даже самые незначительные провинности Пэтси отец считал чуть ли не преступлением. Джером старался вырастить идеальную дочь, которая смогла бы заменить ему погибшего сына.

Пэтси почти не помнила старшего брата. Она была совсем крошкой, когда Бен погиб. Но после этой трагедии Джерома словно подменили. Из доброго, мягкосердечного отца семейства он превратился в сурового карающего судью.

Бен Торнвальд всегда был очень непослушен. Он дерзил родителям и учителям, прогуливал, связался с дурной компанией. Джером не обращал на это никакого внимания, считая, что мальчик еще слишком молод, что его проступки всего лишь детские шалости. Но однажды стало ясно, что Торнвальд-младший зашел слишком далеко. Воинственно настроенная группа молодых людей под предводительством Бена Торнвальда ограбила небольшой продуктовый магазин, а когда продавец попытался оказать им сопротивление, они его убили.

Затем был показательный процесс. Район, в котором жили Торнвальды, всегда считался благополучным. Тем сильнее возмущалась общественность. Имя Джерома, известного педагога и добропорядочного гражданина, было смешано с грязью. Как он мог воспитать в своей семье такое чудовище, как Бен? — вопрошали друзья и соседи.

Бена Торнвальда посадили в тюрьму, где через некоторое время он покончил с собой. С тех пор Джером ополчился на весь мир, на себя самого и на свою семью. Трагедию сына он рассматривал как вызов своим убеждениям и принципам. Такого мистер Торнвальд допустить не мог, и Пэтси стала материалом для его воспитательных экспериментов. Джером решил, что сделает из дочери идеального человека, который будет неподвластен слабостям и страстям.

Она должна была отчитываться в каждой минуте, проведенной вне дома. Отец настаивал на личном знакомстве со всеми ее друзьями, и горе им, если, по его мнению, они не подходили его идеальной дочери.

По ночам Пэтси часто лила слезы в подушку. Она пыталась отстаивать свою самостоятельность, но Джером был неумолим. Ведь он действует в ее интересах! Он считал себя лучшим другом дочери, пока она живет по его правилам.

И Пэтси подчинялась. Она была хрупкой, маленькой девочкой, сил противостоять отцу у нее не было. Со временем она все больше и больше привыкала к такой жизни, где все решения принимались за нее, а веселые прогулки с друзьями были заменены вечерними чтениями Библии.

Нельзя сказать, что Пэтси сильно угнетало такое положение вещей. Ее мать воспитывала девочку в духе покорности и смирения, поэтому Пэтси не бунтовала. Наоборот, она старалась заставить себя поверить в то, что отец ведет себя так ради ее блага.

Когда Пэтси поступила в колледж, она начала понимать, что в ее жизни чего-то не хватает. Ее сокурсники смело рассуждали о незнакомых ей вещах, ходили на дискотеки, флиртовали друг с другом, а Пэтси, как и прежде, послушно шла домой после занятий. Такое несоответствие бросалось в глаза, и девушка чувствовала себя неловко, когда ее новые знакомые начинали подшучивать над ее образом жизни.

На лекциях Пэтси впервые осознала, что отец, вероятно, не так уж прав. Практика искупления грехов одного ребенка строгим отношением к другому вряд ли могла принести положительные плоды. Пэтси с некоторой завистью смотрела на своих бойких подруг, которые весело смеялись, без стеснения общались с мужчинами, заводили романы, влипали в разные истории. Природная робость и строгое воспитание мешали Пэтси присоединиться к ним. К тому же Пэтси знала, что, хотя она уже выросла, отец по-прежнему не выпускает ее из поля зрения. Жизнь казалась безрадостной, и Пэтси была уверена, что это — ее жребий.

В колледже девушка в первый раз в жизни влюбилась. Конечно, в школе ей тоже нравились мальчики, но она запрещала себе даже думать об этом. Однако в колледже все было по-другому. Пэтси считала себя достаточно взрослой, чтобы завести роман.

Джером в два счета доказал ей, что она ошибается. Нет, он не кричал и не грозил ей Божьей карой, как в детстве. Мистер Торнвальд был слишком умен для этого. Он популярно объяснил дочери, что она еще слишком молода, чтобы думать о глупостях, что у нее впереди карьера и ей не следует забивать голову подобными бреднями. Что в ее жизни обязательно появится мужчина, который сделает ее счастливой.

Поначалу Пэтси сопротивлялась. Она пробовала спорить, но Джером, преподававший философию на протяжении двадцати пяти лет, легко справлялся с ее наивными доводами. Пэтси была побеждена и немедленно разорвала отношения с Диком.

Ее лучшая подруга Марджори была в ярости.

— Как ты можешь позволять ему командовать собой? — возмущалась она.

— Он любит меня и желает мне добра, — неуверенно защищала отца Пэтси.

— Неужели в девятнадцать лет ты не в состоянии сама решить, что тебе нужно, а что нет? Ты же, в конце концов, на психолога учишься!

— Психоаналитика, — мягко поправила подругу Пэтси. — Это разные вещи.

— Какая разница! — махнула рукой Марджори. Она уже поняла, что злиться и доказывать Пэтси что-либо бесполезно. Влияние отца было слишком велико.

— Огромная, — назидательно сказала Пэтси.

— Удивительно, как ты со своим рабским подчинением и детскими комплексами вообще сможешь работать по профессии. Тебя саму лечить надо! — воскликнула разъяренная Марджори. Спокойствие подруги выводило ее из себя.

Пэтси, естественно, возмутилась, и девушки чуть не поссорились. Однако они обе дорожили друг другом и решили в будущем совсем не затрагивать эту тему, чтобы лишний раз не ругаться.

Однако когда Марджори говорила, что Пэтси не способна стать хорошим психоаналитиком, она была не права. Пэтси, всю жизнь подавляемая суровым отцом, неуверенная в себе, застенчивая и робкая девушка, полностью преображалась, когда дело доходило до работы. Преподаватели не нарадовались на способную студентку.

Пэтси в совершенстве владела искусством слушать. Она никогда не перебивала собеседника, вникала во все детали, всегда давала дельный совет или просто сочувствовала. Педагоги не сомневались, что она будет блестящим психоаналитиком.

Джером Торнвальд не считал, что профессия, выбранная дочерью, идеальна, но препятствий Пэтси не чинил. Он видел, что девушка всерьез увлекается психоанализом, и был достаточно сообразителен, чтобы не мешать ей хотя бы в этом. Однако молчаливой жене он неоднократно высказывал свое неодобрение:

— С чего только ее тянет копаться в чужих проблемах?

Миссис Торнвальд тактично пожимала плечами. За годы супружеской жизни она поняла, что мужу лучше не противоречить. Хотя стоило бы пояснить ему, что, раз у дочери нет своей жизни, ее интересует чужая…

Когда Пэтси училась на последнем курсе, Джером неожиданно решил, что ей пора замуж. И немедленно приступил к поискам подходящего кандидата. Требования мистера Торнвальда были высоки. Он хотел, чтобы юноша происходил из хорошей семьи, не пил, не курил и, упаси Бог, не употреблял наркотики, был послушным сыном и добропорядочным гражданином.

Первым делом Джером обратил свой взор на семьи коллег. У мистера Блэкпула, преподавателя английской литературы, был замечательный сын — адвокат в одной из самых известных массачусетских фирм. Но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что он все свободное время проводит в баре за игрой в бильярд.

Следующим кандидатом стал младший внук соседки Торнвальдов. Это был тихий благовоспитанный юноша с гладким пробором и выпирающими передними зубами. Он немного робел в присутствии мистера Торнвальда, что не могло не понравиться Джерому. Однако оказалось, что юноша горит жаждой миссионерства и планирует в следующем году поехать с корпусом Мира в какую-нибудь африканскую страну, чтобы нести отсталым дикарям свет науки, образования и слова Божьего. Джером и помыслить не мог о том, чтобы отпустить единственную дочь на край земли с таким фанатиком.

Пэтси очень долго оставалась в неведении относительно планов отца. Конечно, ей казалось странным, что он периодически заводит разговоры о положительных качествах того или иного молодого человека. Но девушка не привыкла удивляться тому, что делает ее отец. Каждый его поступок, несомненно, тщательно обдуман. Зачем забивать себе голову пустяками?

Однажды в обед к Торнвальдам зашел молодой человек. На нем был безупречный костюм-тройка, в руке кожаная папка. Короткие темные волосы были аккуратно причесаны. Увидев Пэтси, он начал мямлить что-то о договоренности с мистером Торнвальдом.

— Но папы в это время никогда не бывает дома, — ответила изумленная девушка.

Незнакомец представился коллегой Джерома по университету. Странно, что он не знает, что отец всегда преподает в первой половине дня!

Все разъяснилось, когда вечером Пэтси рассказала отцу о сегодняшнем визитере.

— Да, это мистер Рэнглоу, наш новый преподаватель, — флегматично сказал Торнвальд. — Я сам предложил ему забежать сегодня к нам.

— Почему? — спросила заинтригованная Пэтси. Она все еще ни о чем не догадывалась.

— Потому что у тебя нет занятий, и ты целый день дома, — последовал спокойный ответ.

Глаза Пэтси округлились.

— При чем тут я? — по-прежнему недоумевала девушка.

Торнвальд медленно поправил очки на носу, прокашлялся и пояснил:

— Ты уже не маленькая девочка, Пэтси. Скоро ты заканчиваешь колледж, пора подумать о будущем.

Пэтси напряглась. Она в последнее время часто размышляла о том, что делать после окончания колледжа, но вряд ли отец хочет сейчас предложить ей работу…

— Ты понимаешь, мы с мамой не вечны… — Джером тактично замолчал, давая дочери возможность осознать его слова.

— О чем ты говоришь? — возмутилась Пэтси. — Я не желаю даже слышать об этом!

— Это суровая правда жизни, доченька. — Отец вздохнул. — Тебе необходим человек, который будет о тебе заботиться.

Тут до Пэтси дошло. От изумления и негодования она лишилась дара речи. Отец, который всегда запрещал ей даже смотреть в сторону мужчин, сам поднимает такой вопрос!

— Продолжай. — Пэтси взяла себя в руки. Главное — не волноваться. Надо послушать, что он хочет сказать.

— Я считаю, что тебе пора выйти замуж. — Джером опасливо покосился на дочь. Он понимал, что перед ним не та послушная крошечная девочка, на которую можно было без проблем влиять. — И жениха тебе я уже подыскал…

Пэтси задохнулась от возмущения. Значит, отец решил все за нее, а ей остается только лишь выполнять его указания? Ну уж нет! Только не в этом случае!

Девушка еще никогда так не злилась. Ярость и негодование были чужды ее спокойной натуре. Однако ей было ужасно неприятно, что столь важные дела решаются за ее спиной. Пэтси уже не та кроха, которую легко запугать. Она взрослая женщина и даст отпор отцу. По крайней мере, попробует…

— Папа, я ничего не понимаю, — промямлила она, хотя в голове рождались варианты негодующих ответов.

— Все очень просто, солнышко, — улыбнулся Джером. Чутье его не обмануло. Перед ним по-прежнему его послушная малютка-дочь. — Мистер Рэнглоу — отличный молодой человек. У него блестящее будущее, он из очень хорошей семьи. Как раз такой муж тебе и нужен. Который не будет таскать тебя по гулянкам и приучать к куреву. Я не сомневаюсь, Рэнглоу сумеет о тебе позаботиться…

— Нет, — внятно произнесла Пэтси.

Она прищурила глаза и разглядывала отца сквозь густые ресницы. Надо же, этот человек был когда-то ее кумиром, образцом для подражания. Как она не замечала, что он просто-напросто зациклен на самом себе и своем страхе — вдруг люди посчитают, что он, профессор Торнвальд, — обычный неудачник? Больше всего отца волнует, что скажут соседи, как отреагирует начальство…

— Что? — не понял Джером. — Что ты сказала?

— Нет, — повторила Пэтси.

Она неожиданно почувствовала, что очень устала. Девушка понимала, что сейчас разразится ужасный скандал, отец будет кричать, стучать кулаком по столу, обвинять ее в неблагодарности.

— Я не пойду замуж по твоей указке, — сказала она. — Я вообще больше не хочу жить так, как ты мне говоришь. Ты совершенно прав, папа, я уже взрослый человек. И принимать решения буду сама. Так что передай мистеру Рэнглоу, чтобы не беспокоился!

Пэтси была чрезвычайно довольна собой. Впервые в жизни она смело высказала свое мнение. Сердце безумно колотилось, но голова была на редкость ясная.

Джером не мог поверить собственным ушам. Как она смеет так разговаривать с отцом? Былой ужас охватил его — дочь выходит из повиновения, связывается с дурной компанией, попадает на скамью подсудимых. Пропадает, как и ее старший брат…

Пэтси внимательно наблюдала за тем, как с лица отца сползает выражение самоуверенности. Неужели ее слова достигли цели?

— Не сердись на меня, папа, — мягко сказала девушка. — Что бы ни случилось, я останусь твоей любящей дочкой. Но я хочу жить по своим правилам. Понимаешь?

— Я желаю тебе добра, — выпалил Джером. Его щеки пылали, и Пэтси показалось, что отца вот-вот хватит апоплексический удар.

— Я знаю. Но ты не можешь всю жизнь опекать меня…

— А кто еще позаботится о тебе, глупышка? — Джером вскочил. — Ты же ничего не смыслишь в жизни.

— А кто в этом виноват? — горько спросила Пэтси. — Я всю жизнь шла у тебя на поводу. Как я могла научиться различать плохое и хорошее? Ты всегда все решал за меня.

— Я опытнее и мудрее. Вспомни Бена. Вот что получилось из-за того, что он не слушал отца.

— Я не Бен! — Голос Пэтси сорвался на крик. — Когда ты перестанешь сравнивать меня с ним? Я совсем другой человек. Несправедливо заставлять меня страдать из-за его ошибок, как ты этого не понимаешь, папа!

— Ты не в себе, детка, — вдруг мягко сказал Джером, видя волнение Пэтси. — Давай вернемся к этому разговору потом, когда ты успокоишься.

— Ну уж нет! — Теперь Пэтси встала с дивана. — Я не собираюсь возвращаться к этой теме. А заодно хочу сообщить тебе, что после окончания колледжа уезжаю с Марджори в Нью-Йорк и буду там искать себе работу!

Такого Джером не ожидал.

— Даже не думай об этом, — резко сказал он. — Я не пущу тебя в этот рассадник зла и порока.

Пэтси рассмеялась. Собственная смелость пьянила ее сильнее вина.

— Мы уже все распланировали, — заявила она. — У Марджори в Нью-Йорке живет двоюродная сестра, она поможет нам на первых порах.

— А потом? — насмешливо спросил Джером.

— Мы найдем работу, будем снимать жилье.

Пэтси не собиралась рассказывать отцу подробности своего плана так рано, но он вынудил ее.

— Зачем? — вырвалось у Джерома. Глупые девчонки! К чему создавать себе дополнительные проблемы. — В Массачусетсе можно найти прекрасную работу. Здесь твой дом, Пэтси. — Джером не понимал, почему ему приходится объяснять дочери элементарные вещи.

— Я сама разберусь, где мой дом, — жестко сказала девушка. Раз пришло время говорить начистоту, надо выяснить все и сразу.

Джером поперхнулся.

— Ты не соображаешь, что говоришь!

— Ты ошибаешься!

Они стояли друг против друга и тяжело дышали. Пэтси была доведена до отчаяния. Она видела, что на отца не действуют ее доводы. Девушка уже была готова обвинять Джерома во всех смертных грехах, припоминая детские обиды. Но Торнвальд неожиданно успокоился.

— Делай что хочешь, — махнул он рукой, давая дочери понять, что разговор окончен.

Впервые в жизни Пэтси почувствовала ошеломляющий вкус победы. Но, конечно, это был еще не конец. Джером потом неоднократно пытался воздействовать на дочь. Он расписывал прелести домашней жизни, стращал ужасами большого города, действовал силой и хитростью. Бесполезно. Миссис Торнвальд тоже попыталась разубедить Пэтси. Девушка не сдавалась, и в конце концов родителям пришлось уступить.

Наконец наступил долгожданный день выпускного бала. Гордый Джером присутствовал на церемонии и весь горел от счастья, когда имя Пэтси назвали в числе десяти лучших студентов выпуска. Радость отравляло лишь желание дочери уехать, но с этим ничего нельзя было поделать.

В августе Марджори и Пэтси упаковали вещи и вылетели в Нью-Йорк, навстречу новой захватывающей жизни.

2

— Скажите, а как вы познакомились?

— Н-на у-улице, — всхлипывая, ответила на вопрос Пэтси женщина необъятных размеров, сидящая напротив нее на низеньком диване. — Я выходила из магазина, а он налетел на меня и сшиб. Я уронила пакеты, и он помог мне их собрать…

Сдавленные рыдания помешали женщине закончить фразу. Пэтси участливо смотрела на нее, хотя ей уже все стало ясно. Самая банальная история. Состоятельная немолодая женщина стала жертвой обыкновенного мошенника, охотника за деньгами. А теперь покинутая бедняжка обратилась за помощью в прославленную клинику доктора Кейна, чтобы его специалисты вылечили ее раненое сердце.

Мисс Дилли стала первым заданием Пэтси. Девушка ужасно волновалась. Одно дело учебные семинары и практика, и совсем другое — настоящий клиент, которому надо оказать настоящую помощь. Было из-за чего нервничать!

Пэтси уже целую неделю работала в клинике доктора Кейна. Вернее, только числилась, так как к самостоятельной работе ее пока не допускали. С ней проводили беседы, водили по клинике, демонстрировали методы и разработки ведущих специалистов. Одним словом, из Пэтси готовили профессионала.

Девушка горела жаждой деятельности. Она хотела на практике доказать всем, что достойна высокого звания специалиста клиники доктора Кейна.

Что ж, ее желание осуществилось. Сегодня утром ее вызвал к себе сам Дональд Кейн и с ласковой полуулыбкой сказал:

— Пора в бой, мисс Торнвальд. Я думаю, вы справитесь с тем небольшим заданием, которое я вам приготовил…

— Конечно, — Пэтси облизнула неожиданно пересохшие губы. Она была готова на все, чтобы оправдать доверие доктора Кейна.

— Мисс Дилли обратилась в нашу клинику впервые. — Дональд откинулся на кресле и сложил вместе ладони. Его загадочный взгляд, устремленный на Пэтси, лишал девушку всякой возможности соображать.

— А почему именно я? — пробормотала она. Надо же было что-то спросить!

— Когда-нибудь пора начинать, мисс Торнвальд, — рассмеялся Дональд, сверкнув идеально белыми зубами.

Сердце Пэтси екнуло. Мужчина не должен быть так непозволительно красив!

— Я тоже очень нервничал вначале, — Дональд вдруг перешел на доверительный тон. Он стремительно наклонился вперед, и Пэтси на один короткий момент решила, что он сейчас перепрыгнет через стол и…

Но она взяла себя в руки. Не стоит мечтать о таких вещах в присутствии доктора Кейна, ведь он обладает способностью читать по глазам.

— Обещайте мне, мисс Торнвальд, что, если у вас будут какие-то проблемы, вы обязательно расскажете о них мне, — уже на официальной ноте закончил он свою речь.

— Да.

Пэтси обнаружила, что слишком часто соглашается с Дональдом. Простой психологический прием. Задай человеку три простых вопроса, на которые он ответит «да», и тогда на четвертый вопрос он машинально тоже откликнется положительно. А спросить-то можно обо всем, и доктору Кейну об этом прекрасно известно.

К своему стыду, Пэтси сознавала, что, если Дональд и захочет добиться ее согласия на что-либо, ему не надо прибегать к психологическим ухищрениям. Достаточно лишь один раз улыбнуться ей…

— Вы меня слышите, мисс Торнвальд? — Голос Дональда вернул Пэтси из заоблачных вершин на землю.

— Конечно, — встрепенулась девушка. — Я размышляла о том, с чего лучше начать разговор…

Пэтси пунцово покраснела. Она благословляла полумрак, который царил в кабинете доктора Кейна. Иначе ее смущение было бы слишком заметным.

— Я не сомневаюсь, у вас все получится.

Дональд поднялся, и Пэтси поняла, что пора приступать к делу. Ее охватило горькое чувство разочарования. Им снова надо расставаться. Десять минут наедине с Дональдом пролетели как на крыльях. Жаль, что общение с ним не длится вечно…

* * *

И вот теперь мисс Дилли сидела в личном кабинете Патрисии Торнвальд и плакала горючими слезами.

— Я не могу спать по ночам. Мне все время кажется, что он где-то рядом, а на самом деле он далеко, беззаботно тратит мои денежки…

Толстуха достала платок и громко высморкалась. Пэтси прикрыла глаза. На самом деле разбираться с этим вопросом должна полиция. Скорее всего, будет не трудно найти этого юного жиголо, который втерся в доверие к бедняжке, а потом без зазрения совести ее ограбил. Но мисс Дилли и слышать не хотела о полиции.

— Вы что? — возмутилась она, стоило Пэтси робко намекнуть на то, что есть очень простые способы решения ее проблемы. — Вдруг это недоразумение? А я натравлю на него полицейских. Нет. Так нельзя.

Женщина сокрушенно покачала головой, а Пэтси печально вздохнула. Глупое женское сердце. Любит, несмотря ни на что, питает себя напрасными надеждами.

Но Пэтси понимала, что ее дело не философствовать, а помогать. И она немедленно приступила к работе. Они беседовали больше четырех часов, и в конце концов слезы мисс Дилли высохли. Толстушка приободрилась и заметно повеселела.

— Благодарю вас, мисс Торнвальд, — проникновенно сказала она. — Вы действительно помогли мне. Можно, я буду иногда к вам приходить?

И мисс Дилли застенчиво посмотрела на Пэтси. Та даже немного смутилась.

— Конечно. Я буду очень рада.

Еще бы. Ведь вы мой первый клиент, добавила Пэтси про себя. Но об этом покинутой мисс Дилли совсем необязательно было знать!

Пэтси проводила свою первую пациентку до двери. Они сердечно попрощались. И как только за мисс Дилли захлопнулась дверь, Пэтси издала радостный боевой крик, напоминавший клич североамериканских индейцев.

— Браво, мисс Торнвальд, — раздался у нее над ухом насмешливый голос. — Какое счастье, что наши стены абсолютно звуконепроницаемы. Иначе вы перепугали бы всех.

Пэтси вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял Дональд Кейн. Его глаза лучились насмешкой.

— Я-я вас не заметила, — объяснила она, заикаясь.

— Я был очень осторожен, — усмехнулся Дональд и пружинисто подошел к окну.

Пэтси, не отрывая глаз, следила за ним. Как щедро одарила природа этого человека. Дональд Кейн казался совершенством. Он напоминал одновременно и греческого бога, и средневекового пирата. Пэтси чувствовала, что такое сочетание слишком опасно для ее бедного сердечка…

— Как прошла ваша первая беседа? — Дональд повернулся к Пэтси, которая застыла на середине комнаты. Его лицо было в тени, и девушка не могла разглядеть выражения его глаз, однако она была перед ним как на ладони.

— Хорошо, — кивнула головой Пэтси. Ей казалось, что Дональд гипнотизирует ее. — Я только не понимаю одного. Разве человек, который обращается в вашу клинику, не сам выбирает себе психоаналитика?

Пэтси раньше стеснялась спросить об этом. Она видела, что у всех психоаналитиков клиники есть свои постоянные клиенты. Как же она, новенькая, сможет заполучить хоть одного? Ситуация казалась неразрешимой, однако, видимо, существовало еще какое-то распределение. Девушка решила, что сейчас подходящее время выяснить этот вопрос. Потому что если она не начнет немедленно говорить, она бросится Дональду на шею.

— Нашу клинику, Патрисия, — поправил он Пэтси с мягким упреком. — Вы позволите мне так вас называть?

Девушка превратилась в статую. Ее имя звучало музыкой в устах Дональда.

— Патрисия… — Дональд подошел к Пэтси и положил руки ей на плечи. Девушку бросило в жар. Так близко от него она еще ни разу не находилась…

— Доктор Кейн, я вас везде ищу. — В комнату без стука влетела мисс Кимеридж, секретарь Дональда. — К вам важный посетитель.

— Хорошо, — кивнул головой Дональд. — Я буду через пять минут. Мы еще продолжим наш разговор, Патрисия, — обратился он к девушке и исчез за дверью.

Пэтси печально смотрела на массивную темную деревяшку, которая отгородила от нее Дональда.

Вот так всегда он исчезает, мелькнула в голове грустная мысль. Разве я смогу задержать такого мужчину хотя бы на десять минут?

* * *

На следующий день Пэтси получила ответы почти на все свои вопросы.

— Сегодня в три часа к тебе придет Августа Браун, — с милой улыбкой сообщила Диана, которая сидела в регистратуре на первом этаже клиники и принимала звонки клиентов.

Пэтси снова испытала шок. Значит, Дональд не шутил, когда говорил, что пора серьезно работать.

— Скажи мне, пожалуйста, Диана… — Пэтси облокотилась о стол регистратуры. Хотя она почти ни с кем пока не общалась, Диана вызывала у нее симпатию, и Пэтси не боялась спросить ее о чем-либо. — Скажи, разве клиенты, которые сюда звонят, не говорят, к какому именно психоаналитику они хотели бы попасть?

— Говорят, — улыбнулась Диана. — Но только в том случае, если они знают, к кому хотят обратиться. В основном им знакомо только имя Дональда Кейна, поэтому мы сами принимаем решение относительно специалиста.

— И люди так слепо вам доверяют? — недоверчиво спросила Пэтси. Сама бы она ни за что не пошла неизвестно к кому, даже в столь знаменитой клинике.

— Имя доктора Кейна гарантирует высокое качество работы любого сотрудника клиники, — с достоинством пояснила Диана. — Если Дональд за тебя поручился, значит, ты достойный специалист.

— Понятно, — сказала Пэтси. Уши приятно горели от осознания того, что Дональд Кейн счел ее достойной. — Но почему ты решила отдать эту Августу Браун именно мне, а не кому-нибудь другому?

Диана замялась.

— Все остальные заняты…

— Неправда, — невежливо перебила ее Пэтси. Ей было очевидно, что Диана темнит. С этим было необходимо разобраться. — И мисс Уитни, и мистер Блейк целыми днями сидят в буфете и весело болтают.

— Ладно, — сдалась Диана. — Доктор Кейн дал мне личное указание как можно скорее обеспечить тебя работой. Обычно новичок у нас получает клиента только после месяца стажировки…

Пэтси не верила собственным ушам. Дональд так распорядился? Что это может означать?

— Доктор Кейн считает тебя очень способной, — не без ревнивой нотки произнесла Диана. — Он очень тепло о тебе отзывается. Это нравится не всем.

Диана сделала тактическую паузу, надеясь, что Пэтси по заслугам оценит ее откровенность.

Но Пэтси уже не слышала ничего. От неожиданной радости, охватившей ее, кружилась голова. Дональд Кейн говорил о ней с Дианой, он считает ее достойной. Было от чего сойти с ума.

Но радужное настроение не может длиться вечно. В этот день, сидя в буфете клиники, Пэтси впервые осознала, что ее намеренно сторонятся. Не все, конечно. Некоторые сотрудники доброжелательно улыбались ей и даже останавливались, чтобы перекинуться парой слов. Но элита клиники, те, кто начинали вместе с Дональдом, смотрели сквозь Пэтси, словно ее не существует. Хотя к другим сотрудникам они относились совсем по-иному. Раньше Пэтси не обращала на это внимания. У нее хватало других впечатлений. Однако слова Дианы заставили девушку призадуматься. Неужели она действительно кому-то неприятна?

Элитой клиники «Соединяя сердца» считались три психоаналитика: Барбара Уитни, Лесли Андерс и Питер Мелчет. Барбара училась на одном курсе с Дональдом Кейном и работала в «Соединяя сердца» с первых дней. Лесли и Питер появились немного позднее, но быстро стали ведущими специалистами. Дональд особо отмечал их, а в клинике это значило все. Остальные сотрудники знали, что Дональд прислушивается к мнению этой тройки, и вели себя соответственно. Ссора с ними была чревата неприятными последствиями…

Во все это Пэтси посвятила Диана. Она пришла в клинику год назад и уже успела завязать почти со всеми дружеские отношения, однако Барбара, Лесли и Питер по-прежнему смотрели на нее свысока, что не могло не раздражать девушку. В Пэтси Диана нашла благодарного слушателя. Доверять свое негодование другим она не осмеливалась, а новенькая внимала ее словам почти с благоговейным трепетом.

— Будь осторожна, Пэтси, — быстро говорила Диана, уписывая за обе щеки ванильное пирожное. Своей любовью к сладостям она напоминала Пэтси Марджори. — Особенно с Барбарой. Она выцарапает глаза любой женщине, которая осмелится близко подойти к Дональду.

— Почему? — наивно спросила Пэтси.

Диана картинно вздохнула. Несмотря на вполне зрелый возраст, Пэтси порой поражала своей недогадливостью.

— Потому что она влюблена в него, глупышка. Да и не она одна, между прочим, — многозначительно заметила Диана. — Дональд разбил не одно сердце.

Пэтси потупилась. Неужели Диана намекает на нее? Но, кажется, та даже не догадывалась о чувствах, бушующих в груди Пэтси.

— Он очень привлекательный мужчина, — робко заметила девушка, надеясь, что Диана не обратила внимания на ее покрасневшие щеки.

— Просто супер. — Диана закатила глаза. — Когда я только сюда пришла, я чуть с ума не сошла. Такой красавчик, словно со страниц журнала…

Диана продолжала восхищаться красотой Дональда. Пэтси вдруг почувствовала, как в ее сердце пробуждается ревность. Она ничего не могла с собой поделать. Бесполезно было твердить себе, что Дональд действительно неотразим и это признают все. Пэтси предпочла бы, чтобы только она одна замечала, насколько Дональд прекрасен.

— … но только Барбара имеет на него право, — донеслось до Пэтси.

Она вздрогнула и поставила чашку с кофе на мраморный столик.

— Они… женаты? — с болью в голосе спросила Пэтси.

Диана только усмехнулась. Неужели все северные девочки настолько наивны?

— Скорее всего, они просто любовники. Хотя Барбара спит и видит, как бы побыстрее стать миссис Кейн, — цинично заявила она, с удовольствием наблюдая за тем, как личико Пэтси заливается краской.

— А-а откуда ты знаешь? — наконец выдавила из себя Патрисия.

— Они все время вместе уезжают с работы. Она постоянно о нем говорит. И вообще это видно с первого взгляда! — с убеждением сказала Диана.

Пэтси скромно промолчала. Она не хотела спорить, однако сердце упрямо верило в то, что Дональд свободен…

* * *

Через месяц Пэтси уже немного освоилась, не дрожала перед очередной консультацией и даже попала на плановую беседу в кабинет доктора Кейна. При воспоминании об этом событии сердце Пэтси сладко замирало.

— Завтра доктор Кейн ждет вас в два часа, Патрисия, — официально сообщила ей Мэгги Кимеридж.

Они встретились в коридоре, и Мэгги известила Пэтси о предстоящей беседе. Патрисия встала как вкопанная, и Питер Мелчет, который шел позади, не успел вовремя остановиться и чуть не сшиб девушку с ног.

— Ой. — Пэтси схватилась за ушибленное плечо.

— Извините, — злобно процедил Питер сквозь зубы. — Я случайно…

Он охватил Пэтси полным презрения взглядом, однако девушке показалось, что в глубине его бледно-голубых глаз мелькнул какой-то интерес. Девушку передернуло. Как такой неприятный человек может работать психоаналитиком? Неужели есть люди, которые приходят к нему за советом? Нелегко им, наверное, с ним приходится!

И с чего он так меня невзлюбил? — размышляла про себя Пэтси. Я, кажется, ничего плохого не сделала ни ему, ни мисс Уитни, ни мисс Андерс…

Пэтси возмущалась не зря. Если раньше они просто не замечали ее, сейчас их отношение изменилось в худшую сторону. Каждым жестом, каждым взглядом они давали Пэтси понять, что она — ничтожество, которое долго не продержится в клинике. Но Патрисия, несмотря на маленький рост и нерешительный характер, никогда не пасовала перед трудностями, тем более такими незначительными.

В «Соединяя сердца» ей очень нравилось. Все, кроме Питера, Лесли и Барбары, к ней относились очень хорошо. Пэтси была всегда мила и приветлива, для каждого у нее находилась искренняя улыбка. Если кто-то обращался к ней с просьбой, он мог быть уверен — Пэтси Торнвальд обязательно поможет. Одним словом, клиника доктора Кейна дала девушке много новых надежных друзей, и расстраиваться из-за кучки снобов не стоило. Тем более, предвкушение беседы с Дональдом стерло из памяти Пэтси воспоминание о неприятном инциденте с Питером.

Ровно в два Пэтси стояла перед дверью кабинета Дональда. Ей казалось, что неистовое биение ее сердца слышно во всей клинике. Девушка понимала, что медлить не стоит, что время доктора Кейна расписано по минутам и она поступает глупо, задерживаясь на пороге. Но Пэтси не могла заставить себя постучать в эту дверь. Ее охватила невероятная слабость. Наконец она собралась с духом и, преодолевая смущение, робость и еще нечто неведомое, что она всегда чувствовала в присутствии Дональда, тихо постучала.

— Входите, Патрисия. — Дональд распахнул дверь перед девушкой.

От неожиданности Пэтси вздрогнула. Казалось, Кейн стоял с другой стороны двери, жадно прислушиваясь к тому, что делает она.

— Вы заставляете себя ждать, — улыбнулся Дональд, широким жестом руки приглашая девушку войти.

— Простите, — пролепетала Пэтси, проклиная себя за недостойное поведение.

На сей раз кабинет Дональда претерпел некоторые изменения. Стул напротив его стола, на котором Пэтси сидела во время их первого разговора, куда-то исчез. Поэтому у нее не оставалось выбора. Пэтси присела на мягкий низкий диван в углу кабинета. К ее величайшему смятению, Дональд опустился рядом. Пэтси лихорадочно стиснула руки и в отчаянии стала изучать огромные вазы с живыми цветами, которые наводнили кабинет Дональда.

— Как вам работается? — Голос Дональда прозвучал почти над самым ухом Пэтси. Девушка вздрогнула. Она не ожидала, что он сидит настолько близко от нее.

— Хорошо.

Пэтси стоило неимоверных усилий не поворачиваться. Это казалось так просто: всего лишь пол-оборота головы, и она сможет созерцать Дональда в свое удовольствие, и не только созерцать…

Но Пэтси гнала от себя крамольные мысли. Непонятный страх мешал ей расслабиться. Дональд Кейн был слишком хорош, чтобы его можно было воспринимать всерьез. О нем хорошо мечталось по вечерам, когда закатное солнце окрашивало горизонт в золотисто-багряные цвета. Его было легко представлять сказочным принцем из волшебной страны. Однако в роли мужчины, с которым можно пойти в закусочную на углу и весело болтать о пустяках, неотразимого Дональда Кейна вообразить было невозможно.

— Вы не раскаиваетесь в том, что пришли к нам? — прозвучал следующий вопрос.

Пэтси была удивлена. Она думала, что ее будут расспрашивать о пациентах, а Дональд и не собирался этого делать.

— Нет, что вы, — изумленно проговорила она и повернулась, забыв обо всех страхах.

Лучше бы она этого не делала. Потому что после того, как Пэтси взглянула в насмешливые синие глаза Дональда, манящие своей глубиной, она больше не могла сосредоточиться на цветочной тематике.

— Вы работаете у нас больше месяца, но мне кажется, что вы до сих пор не привыкли.

Пэтси покраснела. Интересно, когда это доктор Кейн успевает интересоваться внутренними переживаниями своих сотрудников? Или для нее, Патрисии Торнвальд, было сделано исключение?

— Месяц — не такой уж большой срок, — справедливо возразила девушка.

— Вы правы, — улыбнулся Дональд, и Патрисия снова залилась краской.

Она проклинала свое богатое воображение, которое приписывало двусмысленность каждому слову Дональда.

— Но мне кажется, — продолжал он, — что такое очаровательное молодое существо, как вы, везде должно чувствовать себя как дома. Вы ведь легко заводите друзей, не так ли, Патрисия? — Голос Дональда становился все глуше и вкрадчивее.

Пэтси не понимала, почему он говорит о банальных вещах таким тоном. Или это обычный метод доктора Кейна, благодаря которому он стал так безумно популярен у обеспеченных нервных женщин? Пэтси представила себе Дональда, использующего те же самые вкрадчивые интонации в разговоре с богатыми пациентками. Несомненно, они просто тают от его эротичного голоса. Да и как возможно сопротивляться обаянию этого сочного баритона, который, казалось, источал сексуальность?

Хотя Пэтси не была экспертом в любовных делах. В свои двадцать два года она была девственницей. Да и кем еще могла быть дочь Джерома Торнвальда, который глаз не спускал с нее, стараясь оградить от любого проявления порока? Тем не менее Пэтси присущим любой женщине чутьем понимала, когда в мужских глазах загоралось желание. Она видела подобное выражение не раз на лицах знакомых молодых людей, соседей, просто случайных прохожих, даже коллег по работе. Сейчас она боялась признаться себе в том, что Дональд Кейн смотрит на нее точно так же.

— Мне очень нравится здесь, — наконец проговорила смущенная Пэтси.

Она старалась держать себя в руках и не реагировать на бархатные интонации Дональда. Возможно, он сам не замечает этого. Разве он виноват, что природа одарила его таким неповторимым тембром, словно созданным для того, чтобы очаровывать и соблазнять?

— Но вас что-то угнетает, — заметил Дональд. — Поделитесь со мной, Патрисия.

Девушка словно взорвалась изнутри. Вот прекрасный момент излить на его широком плече все свои горести.

Ах, на меня косо смотрит мисс Лесли Андерс, а сегодня в коридоре меня сильно толкнул мистер Питер Мелчет, плечо до сих пор ноет. Августа Браун, одна из первых пациенток, достает меня своими безумными эротическими сновидениями, которые я должна ей толковать. Вчера звонил отец — немного приболела мама. И к тому же я без ума от вас, доктор Кейн…

Представив себе подобный монолог, Пэтси не удержалась и прыснула. Да, хорошенькая бы получилась картинка. Психоаналитик размазывает слезы по лицу и пиджаку своего начальника, в которого она вдобавок влюблена! Да на что бы она годилась после этого?

Однако Дональд истолковал ее реакцию превратно.

— Я очень рад, что смог развеселить вас, мисс Торнвальд, — сухо сказал он и встал с дивана.

Пэтси осеклась. Что она сделала не так? Почему его ласковый голос внезапно изменился? Почему он смотрит так сердито, буравя ее колючими глазами?

Девушка медленно встала с дивана. Она доходила Дональду до плеча и в который раз почувствовала свою беззащитность и уязвимость.

Хорошо бы быть такой же высокой, как Барбара Уитни, некстати подумала Пэтси. Вот на нее он точно смотрит как на ровню, а не сверху вниз…

— Я надеюсь, мисс Торнвальд, что в будущем смогу завоевать ваше доверие, — с досадой сказал доктор Кейн. Он видел, что, хотя Пэтси стоит перед ним, мысли ее витают где-то далеко.

— Я доверяю вам, — возмутилась Пэтси, так до конца и не понимая, что произошло с Дональдом. — Просто я…

Она не успела договорить, потому что ее прервали самым бесцеремонным образом. Дверь кабинета с шумом распахнулась, и на пороге возникла Барбара Уитни. За ее спиной мелькало взволнованное лицо Мэгги.

Бедняжка, видимо, пыталась объяснить ей, что доктор занят, догадалась Пэтси. Но у нее ничего не вышло, и теперь он, наверное, ужасно разозлится.

— Мне надо с тобой срочно поговорить, Дон, — фамильярно заговорила Барбара, бросив испепеляющий взгляд на Пэтси, которой немедленно захотелось раствориться в воздухе. Мисс Уитни была страшна в гневе.

Барбаре Уитни было тридцать два года, но она умудрялась выглядеть и солидной дамой, и юной девушкой одновременно. Скрепя сердце, Пэтси была вынуждена признать, что Барбара бесспорно красива. Ее темные, коротко остриженные кудрявые волосы, большие странно-светлые глаза продолговатой формы, крупный породистый нос и чувственный рот, который она всегда красила в ярко-красный цвет, снискали ей славу настоящей красавицы.

По мнению Пэтси, мисс Уитни была немного неуклюжа и слишком громкоголоса, но девушка благоразумно держала свои суждения при себе. К тому же у нее были все причины относиться к Барбаре с предубеждением. Небрежное дружеское «Дон» прекрасно объясняло это. Сердце Пэтси, несмотря на кротость ее характера, не было свободно от заурядной ревности…

— Я занят. — Лицо Дональда потемнело, и Пэтси поняла, что он умеет быть суровым. — Разве Мэгги не сказала тебе?

Он метнул взгляд в сторону помощницы, которая все еще топталась у двери. Мэгги испуганно подняла плечи.

— Я говорила, доктор Кейн, — залепетала она слова оправдания.

— Это очень срочно, — прервала ее Барбара не терпящим возражений тоном. — Надеюсь, мисс… э… простит нас?

Пэтси вздрогнула от унижения. Барбара прекрасно знала, как ее зовут.

— Я зайду попозже, — независимо произнесла Пэтси. В ней заговорила гордость. — И мы продолжим наш разговор, когда вы разберетесь с мисс… э-э… Уитни.

Пэтси сделала картинную паузу и, нежно улыбнувшись остолбеневшему Дональду, вышла из кабинета, победно захлопнув за собой дверь.

— Ну, как там? — к ней немедленно подбежала Мэгги.

Ее глаза подозрительно блестели, и Пэтси показалось, что она готова разрыдаться.

— Все в порядке, — пожала плечами Пэтси. Она была уверена, что Мэгги Кимеридж — самая невозмутимая девушка в Нью-Йорке. Оказывается, это не так.

— Она влетела сюда как фурия, — сочла необходимым пояснить Мэгги. — Доктор Кейн строго-настрого запретил мне впускать кого бы то ни было. Однако она даже слушать меня не стала…

Лицо Мэгги искривилось. Пэтси поняла, что она сейчас расплачется.

— Не стоит так переживать, — проговорила она в надежде ободрить Мэгги. — Я не думаю, что вы из-за этого пострадаете. Здесь нет вашей вины.

Мэгги улыбнулась сквозь слезы.

— Я знаю, что не должна принимать это слишком близко к сердцу, однако я так дорожу этой работой… Я не могу сейчас ее потерять… Это будет трагедией…

Всхлипывая, Мэгги отвернулась. Пэтси стояла как громом пораженная. Мэгги, всегда корректная, невозмутимая Мэгги, которая была образцом сдержанности в «Соединяя сердца», вела себя так странно!

— Все будет хорошо, Мэгги. Доктор Кейн ни за что не рассердится на вас из-за такой ерунды. Ведь во всем виновата Барбара.

В голосе Пэтси было столько убежденности, что Мэгги отняла руки от лица.

— Вы такая милая, Патрисия. Только вы многого не знаете, — сквозь слезы улыбнулась она. — Но все равно спасибо за поддержку.

— А чего я не знаю? — не удержалась от вопроса Пэтси.

Она понимала, что сейчас не время расспрашивать Мэгги, однако ее откровенностью воспользоваться стоило.

— Ах, — вздохнула девушка. — Доктор Кейн прислушивается к словам Барбары. Она может в один момент избавиться от любого из нас, и он, скорее всего, подтвердит ее решение. А она так страшно на меня кричала…

Пэтси видела, что Мэгги чего-то не договаривает. Да, видимо, немало секретов хранит в себе клиника.

— Доктор Кейн не похож на марионетку. Им нельзя управлять, — твердо сказала Пэтси.

Мэгги как-то странно посмотрела на нее, но промолчала.

— Я уверена, что у вас не будет никаких проблем, — ободряюще произнесла Пэтси.

Неожиданно зазвонил телефон на столе у Мэгги.

— Мисс Кимеридж, принесите нам два кофе, пожалуйста, — раздался спокойный голос Дональда.

Словно не было только что неприятной сцены.

— Хорошо, — ответила Мэгги, лихорадочно утирая слезы.

— Не буду вам мешать, — сказала Пэтси и быстро ретировалась.

Ледяные нотки в голосе Дональда поразили ее. Неужели Мэгги права и из-за каприза взбалмошной Барбары ее могут уволить? Пэтси пообещала себе разобраться в этом вопросе. Это становилось уже делом принципа. Если раньше Пэтси испытывала просто легкую безотчетную неприязнь к Барбаре Уитни, то теперь это чувство превратилось в настоящую ненависть. Джером Торнвальд ни за что бы не догадался о том, что его кроткая дочь способна испытывать такие неистовые чувства. Для самой Пэтси это явилось сюрпризом. Однако она понимала, что беспечная детская жизнь под надзором заботливого папочки осталась далеко позади, а новое взрослое существование диктует свои правила, к которым необходимо приспосабливаться.

3

Вскоре клиника «Соединяя сердца» праздновала свой юбилей — четыре года прошло с тех пор, как Дональд Кейн основал ее. Все тщательно готовились к торжеству, так как знали, что будет нечто особенное. Прошлые вечеринки тоже были на высоте, однако в этом году клиника добилась невероятной популярности, и это было необходимо отметить.

Ответственными за торжество были все те же неизменные Барбара, Лесли и Питер. Дональд также посвящал грядущему празднику все свободное время, которого, впрочем, было немного.

Пэтси совсем не видела доктора Кейна в эти дни. Но она старалась особенно не расстраиваться. Во-первых, работы было по горло. Пэтси была приятно удивлена своими успехами на ниве психоанализа. Каждый, кто пришел к ней хотя бы раз, уже не желал другого специалиста. Заинтересованность Пэтси, ее радушие и искренность вкупе со стремлением помочь своему пациенту сделали Пэтси одним из самых востребованных психоаналитиков клиники. Хотя об этом было известно одной Диане, отмечавшей звонки, Пэтси все равно была счастлива. На самом деле она совсем не хотела, чтобы кто-нибудь в «Соединяя сердца» завидовал ей.

Ну а во-вторых, Пэтси было некогда страдать, потому что она мечтала. Ибо в программу торжеств, посвященных четырехлетию клиники, входил самый настоящий бал для всех сотрудников и нескольких приглашенных гостей. У Пэтси голова шла кругом при одной только мысли об этом. Джером никогда не разрешал ей посещать танцевальные вечеринки, лишь на выпускном балу в колледже Пэтси смогла как следует развлечься. Тем сильнее ее восхищала мысль о предстоящем событии. Ведь там можно будет танцевать, и, возможно, Дональд Кейн пригласит ее…

Когда Пэтси ловила себя на таких мыслях, ей становилось стыдно. Скорее всего, Дональд уже успел забыть о ее существовании. Прошло полтора месяца с момента их разговора, так бесцеремонно прерванного Барбарой Уитни, а он и не подумал продолжить его. Что ж, Пэтси было не привыкать к огорчениям. Однако резвую мысль удержать было нельзя, и Пэтси представляла себе, как она будет кружиться с Дональдом на гладком паркете под звуки вальса.

Хотя здесь Пэтси была вынуждена останавливаться. Танцевать она не умела. Не то что вальс, а даже самые простые танцы под быструю музыку казались ей чем-то невозможным. Пэтси ужасно стеснялась и могла выйти потанцевать только в компании самых близких друзей. А здесь, в клинике, на нее будут смотреть все. Злобная Барбара, презрительный Питер и надменная Лесли. Но если бы дело было только в них! Ведь там будет и Дональд, который наверняка танцует как бог. Вот он посмеется, когда увидит, что его новая сотрудница неуклюжа как медведь.

Пэтси бросало то в жар, то в холод. Она то радовалась предстоящему празднику, то приходила в отчаяние из-за того, что не умеет красиво двигаться. Однако все ужасы меркли перед новой проблемой, осознание которой настигло Пэтси за неделю до бала.

Диана, регистратор клиники, и Мэгги, секретарь Дональда, мило болтали во время обеденного перерыва. Пэтси проходила мимо и случайно уловила кусочек их разговора.

— А я предпочитаю золотой, — уверенно говорила Диана. — Мне очень идут все оттенки желтого, но я люблю, чтобы блестело.

— Мне кажется, что самый подходящий цвет для вечернего платья — черный, — возражала ей сдержанная Мэгги. — В золотом ты будешь похожа на елку.

Диана возмущенно фыркнула и принялась отстаивать свою точку зрения. Пэтси пошла дальше, чтобы не привлекать к себе внимания.

Какая же я дурочка, укоризненно думала Пэтси. Размышляю о всяких пустяках, а о главном даже не думаю. Что я надену?

Если бы кто-нибудь проходил по коридору клиники в тот момент и увидел лицо Пэтси, он бы непременно решил, что случилось что-то страшное. В глазах девушки было такое непередаваемое отчаяние, что случайный наблюдатель пришел бы в ужас. Однако Пэтси повезло. Она никого не встретила и благополучно добралась до своего кабинета, чтобы поразмыслить хорошенько в одиночестве.

Закрыв за собой дверь на ключ, Пэтси дошла до своего стола и бессильно опустилась в кресло. Приятный полумрак немного успокоил ее.

Ничего страшного, утешала она себя. Осталась целая неделя, я что-нибудь придумаю.

Сказать все же было проще, чем сделать. Несмотря на то, что Пэтси довольно неплохо зарабатывала в клинике, этого все равно катастрофически не хватало. Жизнь в Нью-Йорке была гораздо дороже, чем наивные мечтательницы Пэтси и Марджори считали, сидя дома в Массачусетсе. Хотя они снимали небольшую квартирку на двоих и скромно питались, денег на обновление гардероба не было совсем. Тем более на покупку вечернего платья.

Можно было бы порыться в вещах Марджори, у которой всегда можно было отыскать пару-тройку нарядных вещей. Однако Пэтси не принимала подругу в расчет. Любовь к сладостям превратила Марджори в довольно упитанную девушку, и хрупкой Пэтси одежда подруги совсем не подходила…

Вечером Марджори сразу поняла, что с Патрисией что-то творится.

— Почему ты такая кислая? — без обиняков спросила она. — Неужели твой красавчик-доктор выкинул какую-нибудь неприятную штуку?

Пэтси немного поморщилась. Манеры Марджори иногда действовали на нервы.

— Через неделю состоится бал в честь четырехлетия нашей клиники. А мне нечего надеть, — меланхолично заявила она, одной рукой листая модный журнал, а другой щелкая пультом телевизора.

Марджори призадумалась. Эта была веселая розовощекая девушка, готовая во всем видеть радужную сторону. Однако она поняла, что проблема действительно велика.

— Не переживай, Пэтси. Мы что-нибудь придумаем, — ободрила она подругу.

Но Пэтси не видела выхода из ситуации. Конечно, она всегда может надеть любое из своих каждодневных платьев. И выглядеть обычной серой мышкой на фоне черно-золотого великолепия. Что ж, ей не привыкать к этой роли… Слезинка скатилась по нежной щеке Пэтси. Привычка есть привычка, но какой Золушке не хочется на мгновение почувствовать себя принцессой?

— Не смей рыдать, — вконец расстроилась Марджори. Вид подруги в унынии был невыносим. — Я обещаю тебе достать кое-что. В конце концов, разве я не работаю в магазине?

Пэтси подняла на нее расстроенные глаза. Марджори действительно работала продавцом-консультантом в небольшом магазинчике. Цены на одежду там были довольно высоки и не по карману девушкам.

— Мардж, не вздумай сделать ничего противозаконного, — предупредила подругу Пэтси. Авантюрный характер Марджори был ей хорошо известен.

— Ни в коем случае, дорогая, — плутовское личико Марджори приобрело столь невинное выражение, что Пэтси не могла не рассмеяться. — Я обещаю тебе, что ты будешь самой прекрасной на этом балу, и Дональд Кейн падет к твоим ногам, как перезрелый помидор!

* * *

Наступил долгожданный день. В воздухе пахло праздником. Во всех кабинетах стояли свежесрезанные цветы, распространяя вокруг себя пьянящий аромат. Пэтси никак не могла дождаться вечера. Даже Августа Браун, ее постоянная пациентка, заметила, что она немного не в себе.

— Вы чем-то расстроены, Патрисия? — тягуче спросила она.

Девушка встрепенулась.

— Нет, ни в коем случае. Я вас внимательно слушаю.

Августа удовлетворенно откинулась на мягкие подушки дивана, прикрыла глаза и принялась живописать очередной сон. Пэтси же взяла себя в руки и постаралась сосредоточиться. Профессионализм — превыше всего!

С работы в этот день всем разрешили уйти пораньше. Пэтси летела домой как на крыльях. Хотя к радости примешивалось какое-то тревожное чувство. Что там приготовила для нее Марджори? Не то чтобы она не доверяла вкусу подруги… Но этот день — особенный, и Пэтси по вполне понятным причинам хотелось выглядеть лучше всех.

Девушка открыла дверь квартиры и вошла. И тут же застыла на месте. Потому что на диване в их маленькой гостиной лежало самое изумительное платье, которое Пэтси когда-либо видела. Довольная произведенным эффектом Марджори произнесла:

— Я думаю, тебе пойдет.

Пэтси бросилась к наряду. Ей не терпелось рассмотреть его во всех подробностях.

— Где ты взяла такую красоту? — наконец спросила она подругу.

— Неделю назад нам привезли несколько новых платьев из Парижа. Мы еще не выносили их в торговый зал, и я подумала… — тут Марджори смущенно потупилась, — что могу без проблем воспользоваться одним из них.

Пэтси побледнела и отложила сверкающую материю в сторону.

— Мардж, но ведь ты не имеешь права… Что скажет твой начальник, когда узнает?

— Он не узнает, — самонадеянно заявила Марджори. — И к тому же это всего лишь на один вечер. Не волнуйся, Пэтси. Лучше примерь его поскорей.

Пэтси молчала, раздираемая противоположными желаниями. С одной стороны, принципы требовали, чтобы платье немедленно вернулось в магазин. А с другой стороны, провести вечер в подобном великолепии было настолько заманчиво…

Я только примерю его, сказала себе Пэтси. Совсем необязательно его потом надевать. Может быть, оно мне не понравится…

Но в глубине души Пэтси знала, что уже влюбилась в этот сногсшибательный наряд.

Пэтси ловко выскользнула из своей одежды и натянула прохладное платье. Немного повозившись с бретельками, которые никак не желали укладываться, она подошла к шкафу и распахнула дверцу, чтобы посмотреть на себя в зеркале.

Увидев свое отражение, Пэтси на мгновение зажмурилась. Было невозможно поверить в то, что красавица, стоявшая напротив, это она, Патрисия Торнвальд.

Марджори не ошиблась с выбором платья. Ткань цвета морской волны с переливами голубого и зеленого удивительно оттеняла темные волосы и глаза Пэтси. Длинная струящаяся юбка подчеркивала изящество стройных бедер девушки. Полупрозрачный верх был украшен маленькими бусинками. Спина и руки были полностью открыты, лишь несколько бретелек, расположенных на спине крест-накрест, соединяли юбку с верхом.

— Тебе еще несколько лилий в волосы вплести, и ты будешь настоящей русалкой, — восхищенно проговорила Марджори, которая неслышно вошла в комнату.

Пэтси залилась краской смущения. Похвала Марджори была невыразимо приятна.

— А тебе не кажется, что оно слишком… открыто? — тихо спросила она.

Дочери Джерома Торнвальда не пристало носить такой вызывающий наряд…

— Да ты что? — искренне возмутилась Марджори. — Ты потрясающе выглядишь. Я хотела бы быть хоть вполовину такой красивой.

— Ты как всегда преувеличиваешь, — застенчиво улыбнулась Пэтси.

— Ты даже не представляешь, как ты хороша, — с убеждением сказала Марджори, любуясь подругой. — Твой доктор будет от тебя без ума!

В назначенный час Пэтси подъехала к отелю, в банкетном зале которого должен был состояться бал. Она договорилась встретиться с Дианой у входа и сейчас вертела головой по сторонам, стараясь увидеть ее. На улице было довольно прохладно, и длинный темный плащ скрывал сверкающее платье Пэтси. Она находилась на вершине блаженства. Еще немного, и, возможно, сбудутся самые смелые мечты!

— Патрисия, ну наконец-то! — окликнула ее Диана.

Оказывается, она стояла с другой стороны. Вместе с ней была Мэгги Кимеридж, которая после сцены, устроенной Барбарой в кабинете Дональда, стала гораздо лучше относиться к Пэтси.

Все девушки были красиво причесаны и накрашены, их глаза горели нетерпением.

— Ну что, идем? — Диана подхватила девушек под руки и потащила к сияющему огнями отелю.

Как только они прошли стеклянные двери, к ним подскочил услужливый мужчина во фраке.

— «Соединяя сердца»? — спросил он, продемонстрировав в широкой улыбке безупречные зубы.

Девушки закивали.

— Тогда пройдемте сюда. — Мужчина показал рукой в сторону. — Ваши почти все собрались, — сообщил он. — Ждем только доктора Кейна…

Пэтси немедленно расстроилась. А вдруг получится так, что Дональд вообще не приедет? Ведь он так занят…

Мужчина во фраке провел девушек к гардеробу и ловко помог им освободиться от верхней одежды.

Пэтси с интересом разглядывала подруг. Диана осталась верна своей любви к желтому. На ней было короткое золотое платье, плотно облегающее фигуру. Пэтси не была великим ценителем женских нарядов, однако ей показалось, что Диане пошел бы немного другой фасон. Тем не менее девушка смотрелась ярко и задорно, и было видно, что она без ума от своего платья.

Мэгги обманула ожидания Пэтси. Ни черного, ни белого, ни любого другого платья на ней не было. Лишь очередной строгий костюм, который, впрочем, ей очень шел. Только Пэтси раскрыла рот, чтобы спросить Мэгги, почему та не стала наряжаться, как громко хлопнула входная дверь и в холле неожиданно стало тихо.

Но только на мгновение. Потому что через секунду все забегали, засуетились. Сразу стало ясно, что приехал самый главный гость. Пэтси медленно повернулась и встретилась глазами с Дональдом Кейном, который стоял в дверях и пожирал ее взглядом.

Пэтси немедленно стало стыдно за свой неприличный наряд, но как следует смутиться она не успела — Дональд решительно направился к ним.

— Я рад, что опаздываю не один, — без обиняков заявил он, не сводя глаз с фигуры Пэтси.

— Еще не началось, — гордо проговорила Диана, которую немного обидело пристальное внимание, оказываемое Дональдом Пэтси.

— Тогда идем. — Мальчишеская улыбка Дональда говорила о том, что он не намерен препираться по пустякам. — Сегодня же наш праздник.

Он махнул рукой в сторону банкетного зала, откуда доносилась веселая музыка, и немного отступил, пропуская девушек вперед. Диана схватила Пэтси за руку и потащила за собой.

— Подожди, куда ты так летишь, — попробовала остановить ее Пэтси, но куда там! Бесполезно.

Дональд безнадежно отстал и вместе с ним Мэгги, которой выпала великая честь войти в зал под руку с самим доктором Кейном.

Пэтси утешала только мысль о том, что ее обнаженная спина была на виду и Дональд наверняка оценил это…

Однако когда Пэтси вошла в зал, она забыла обо всем на свете, даже о великолепном Дональде Кейне. Ибо такой красоты она не встречала нигде.

Банкетный зал был весь украшен цветами и шарами с надписью «Соединяя сердца». Многочисленные зеркала зрительно увеличивали пространство, и Пэтси показалось, будто она попала в какое-то бесконечное царство сверкающего хрусталя и пьянящих ароматов.

Когда в зале появился Дональд, все немедленно бросились к нему. Пэтси с удивлением узнавала в этих нарядных мужчинах и женщинах своих коллег. Барбара Уитни была, как всегда, неотразима. Ее длинное наглухо закрытое красное платье привлекало к себе всеобщее внимание. Лесли Андерс, худобу которой подчеркивал выбранный ею легкий сарафан из воздушного шифона, тоже была хороша…

Одним словом, пациенты клиники ни за что не узнали бы своих психоаналитиков, которые в этот вечер превратились в людей из высшего света.

Природная робость мешала Пэтси слиться с веселой нарядной толпой, и она стояла чуть в сторонке, внимательно разглядывая все вокруг. Неподалеку были сервированы столы, на небольшом балкончике негромко играл оркестр. Декорации прекрасно подходили для бала в королевском дворце. Сердце Пэтси забилось в предвкушении замечательного вечера.

— Вы сегодня особенно великолепны, Патрисия, — раздался над ухом вкрадчивый голос.

А вот и прекрасный принц.

Пэтси обернулась и увидела Дональда, который как-то умудрился ускользнуть от толпы женщин, окруживших его у входа.

— Спасибо, — улыбнулась девушка и поразилась тому, что впервые в жизни не смутилась, услышав комплимент из уст этого мужчины.

Видимо, романтичная обстановка волшебным образом подействовала на нее, придав уверенности в себе.

— Это не комплимент, — покачал головой Дональд. Он был как никогда серьезен. — Я подумал, что грежу наяву, когда увидел вас в холле. Вы словно из сказки…

Неприкрытое восхищение горело в его глазах. У Пэтси закружилась голова. Она никогда не думала, что взгляд может быть так выразителен.

— Посмотрите сами, если не верите мне. — Дональд отступил чуть в сторону, открывая взору Пэтси кусок зеркальной стены.

Он показал рукой на стройную красавицу в зелено-голубом сверкающем платье, с густыми темными волосами, струящимися по обнаженным плечам.

Пэтси немного склонила голову, изучая свое изображение в зеркале. В голову пришла крамольная мысль о собственной привлекательности. Отец ужаснулся бы, если бы узнал о том, что его дочь вдруг неожиданно поняла, что красива и может возбуждать желание. Джером Торнвальд всегда был уверен, что в жизни женщины должны быть более важные вещи, чем любование собой и пустое тщеславие…

— Теперь вы верите мне? — медленно проговорил Дональд, почти касаясь губами волос Пэтси. Еле заметная хрипотца в его бархатном голосе придавала простым словам невыразимое очарование.

Пэтси подняла на него блестящие глаза. В этот вечер она была готова поверить во что угодно.

Однако сказка не бывает вечной.

— Дональд, пора начинать, — прервал их молчаливую беседу визгливый голос Барбары.

Он едва заметно поморщился. Пэтси не удержалась от вздоха. Снова эта Барбара, почему она никак не оставит Дональда в покое? Неприятная мысль сразу испортила настроение.

— Иду, — сухо ответил Дональд, и Пэтси порадовалась тому, что его голос звучал совсем по-другому, когда он разговаривал с ней.

Как по чьей-то команде все направились к столам. Пэтси обнаружила, что все места были уже заранее расписаны. Несомненно, что Барбара и Лесли сидели рядом с Дональдом. Там же находилась и Мэгги, а вот ее с Дианой посадили за самый дальний столик, который было почти не видно за живыми пальмами, в обилии расставленными по залу.

Лицо Пэтси вытянулось, когда она осознала этот печальный факт. Диана только головой покачала, уловив причину разочарования подруги.

— Ах, Пэтси, Пэтси, — задумчиво проговорила она. — Конечно, Дональд неотразим, но от него лучше держаться подальше.

Пэтси вспыхнула как пион. А она-то, наивная, надеялась, что ее чувства надежно скрыты от окружающих.

— О чем ты говоришь? — попыталась она разыграть непонимание.

— Ты прекрасно знаешь, — сердито сказала Диана. — Я же вижу, как горят твои глаза, когда мы только заговариваем о Дональде.

Пэтси не привыкла обсуждать свои эмоции с другими людьми, но она попыталась переступить через себя.

— Почему бы и нет? — спросила она.

В конце концов, она взрослая женщина и имеет право влюбляться в кого угодно.

— Он слишком хорош, чтобы интересоваться кем-нибудь из нас, глупышка, — ласково улыбнулась Диана. — Каждая женщина, только начинающая у нас работать, влюбляется в Дональда. Но со временем это проходит. Чем скорее это произойдет, тем лучше для тебя…

Диана печально вздохнула, и Пэтси заподозрила, что симпатия самой Дианы к Дональду Кейну не такое уж прошлое дело.

— А ты? — без обиняков задала Пэтси вопрос.

— Я тоже была от него без ума год назад. Он был со мной ласков, как и со всеми. Постепенно я привыкла и забыла про него. Поверь мне, Пэтси, в мире полно нормальных парней, которые мечтают о такой девушке, как ты. Дональд Кейн не стоит того, чтобы тратить на него время.

— Но почему? — вырвалось у Пэтси. Горько-насмешливый тон Дианы провоцировал дальнейшие вопросы.

— Потому что женщины для него — всего лишь забава, — отрезала Диана. — Он ни к кому не относится серьезно. Не расстраивайся, дорогая, но наш очаровательный доктор Кейн очень расчетливый молодой человек. Любовь немного значит для него. Как ты думаешь, почему Барбара и Лесли в числе его приближенных?

Пэтси пожала плечами.

— Они обе влюблены в него как кошки, и Дональду это выгодно. Отец Барбары — влиятельный сенатор, он помог ему открыть клинику. Муж Лесли очень богат, и она, если надо, вытянет из него любую сумму денег для своего обожаемого Дональда.

Пэтси выразительно подняла брови. Рассказ Дианы был слишком неправдоподобен, чтобы она могла безоговорочно в него поверить.

— А из-за него они не ссорятся?

— Барбара и Лесли? — хмыкнула Диана. — Только не они. Правда, не знаю, как, но Дональда они между собой весьма успешно делят. И никого другого к нему не допустят.

Диана многозначительно замолчала и посмотрела на притихшую Пэтси.

— Ладно, не переживай. От тебя глаз оторвать невозможно, любой будет счастлив любить тебя…

Пэтси не стала ничего говорить. Но все ее существо сопротивлялось. Диана просто до сих пор любит Дональда, она завидует и ревнует. А что касается близких отношений между доктором Кейном и Барбарой, так разве они не учились вместе? Студенческая дружба порой очень крепко связывает людей. А даже если между ними что-то и было, то разве он не может полюбить другую?

Пэтси разволновалась. Слова Дианы затронули ее самые сокровенные желания. Несмотря на то, что Пэтси усердно боролась со смелыми фантазиями, они все равно прорывались и заполняли ее голову соблазнительными видениями.

Неужели она тоже нравится Дональду Кейну? Вдруг он даже влюблен в нее?

У Пэтси дух захватило от столь самонадеянного предположения, которое пустило ростки в ее сердце.

Почему бы и нет? — думала девушка, потягивая искрящееся шампанское из высокого бокала. Ведь он сказал, что я красива. Он так смотрит на меня…

Мечты пьянили лучше любого спиртного. Пэтси облокотилась на стол, ее пальцы машинально постукивали по хрупкому стеклу бокала. Устремленные вдаль глаза не видели ничего. Пэтси упивалась сладостными мечтами.

— Ты что, оглохла? — Диана бесцеремонно пихнула ее локтем, и Пэтси очнулась.

Рядом с ними стоял герой ее грез. Чуть улыбаясь, Дональд смотрел на девушку.

— Доктор Кейн приглашает тебя на танец, а ты словно ничего не слышишь, — досадливо пояснила Диана, видя, что сам Дональд не собирается ничего говорить.

— Меня? — вспыхнула Пэтси.

Диана хмыкнула. Неужели эта милая девочка до такой степени наивна? Или это всего лишь тонко рассчитанное притворство?

— Диана совершенно права, Патрисия, — наконец соизволил вымолвить Дональд. — Но если вам до такой степени противна мысль о танце со мной, я немедленно уйду и не побеспокою вас больше.

— Нет, — вырвалось у Пэтси. Она и не думала, что он может истолковать ее молчание таким образом.

Пэтси встала и с волнением подала руку Дональду. Как только его крепкие пальцы коснулись ее запястья, дрожь пронзила ее тело.

Как же я буду с ним танцевать, если простое прикосновение его руки так на меня действует, мелькнула в ее голове запоздалая мысль.

Дональд уверенно повел Пэтси на середину зала, где уже кружились несколько пар. Диана смотрела им вслед.

Да, смотрятся они великолепно, призналась она себе. Никогда не видела более гармоничной пары. Но Дональд Кейн все равно не для Патрисии…

Пэтси же не думала ни о чем. Весь мир для нее уменьшился до размеров этого банкетного зала. Более того, весь смысл жизни сосредоточился в одном-единственном человеке. Как только рука Дональда властно обхватила ее тонкую талию, Пэтси потеряла всякое представление о времени и пространстве. Она парила в небесах. Девушка не думала о том, что не умеет танцевать. Всякая неловкость исчезла, стоило Дональду прикоснуться к ней.

Пэтси ощущала легкий аромат туалетной воды Дональда, к которому примешивался едва уловимый запах его кожи. Она с наслаждением втягивала воздух, который был насыщен им до предела. Девушка не осмеливалась поднять глаза и посмотреть Дональду в лицо. Блаженство было слишком велико, чтобы Пэтси могла его спрятать от проницательного взгляда доктора Кейна.

— Вам здесь нравится, Патрисия? — нарушил молчание Дональд.

Девушка кивнула, по-прежнему не поднимая глаз. Ей казалось, что, если она произнесет хоть слово, магия рассеется и Дональд исчезнет.

— Вы очень молчаливы, — заметил он. — Почему? Вы не хотите со мной разговаривать?

— Хочу, — встрепенулась Пэтси. И не только разговаривать, добавила она про себя.

— Вот и чудесно.

Пэтси осмелилась взглянуть на Дональда. Его глаза были совсем близко. Они смеялись и ласкали ее. Девушка немедленно потупилась — выносить такое сил не было.

— Скажите, Патрисия, у вас есть друг? — прозвучал внезапный вопрос.

— Конечно, — изумилась девушка. — Марджори, моя лучшая подруга, мы приехали вместе с ней из Массачусетса. Здесь я тоже уже успела подружиться с…

Негромкий смех Дональда прервал рассуждения Пэтси. Девушка встревоженно посмотрела на него. Что она сказала не так?

— Я имел в виду мужчину, — уточнил он. — Есть ли в вашей жизни человек, которого вы любите?

Пэтси мысленно обругала себя за недогадливость. Естественно, его мало интересуют ее подружки, как она сразу не поняла!

— Нет, — пролепетала Пэтси, осознав, что Дональд ждет ответа.

— Я не верю. Неужели никто не осаждает вас знаками внимания? — В голосе Дональда слышалось недоверие, но Пэтси на одну короткую минуту показалось, что это чувство немного наигранно.

— А почему меня кто-то обязательно должен осаждать? — спросила она возмущенно. Ей почудилась насмешка в словах Дональда.

— Вы так прекрасны, — последовал немедленный ответ, от которого Пэтси бросило в жар. — Только слепой не заметит этого…

— Вы слишком часто говорите мне об этом, доктор Кейн, — улыбнулась девушка, — я могу и поверить.

— Просто Дональд, пожалуйста, — сказал он, и Пэтси в очередной раз поразилась тому, как быстро меняется его тон. Вместо язвительной насмешки сейчас в его голосе слышалась мольба.

Он хорошо знает, как манипулировать людьми, некстати подумала Пэтси и тут же одернула себя. Почему нельзя наслаждаться общением с мужчиной, не отравляя его неприятными размышлениями? Но слова Дианы уже укрепились в ее голове…

— Патрисия, вы слышите меня? Вы постоянно витаете в облаках.

Пэтси вздрогнула. Кажется, она снова задумалась. Дональд может посчитать ее невоспитанной девицей.

— Вас что-то смущает? — участливо спросил он.

Да, чуть не выпалила она. Ваши проникновенные интонации и бархатные взгляды!

— Нет, — улыбнулась Пэтси. — Просто столько впечатлений в один вечер…

— Можно подумать, будто вы никогда не присутствовали ни на одной вечеринке, — изумился Дональд.

— На такой большой — нет, — чуть покривила душой Пэтси. Не могла же она признаться ему в том, что всю жизнь сидела дома, а любые вечеринки категорически запрещались отцом?

— Значит, сегодня — ваш первый раз? — чуть слышно спросил Дональд. Его слова прозвучали настолько двусмысленно, что Пэтси невольно покраснела.

— Видимо, да, — ответила она.

Пора взять себя в руки, приказала себе Пэтси. Хватит заливаться краской и лепетать всякий вздор. Дональд подумает о тебе невесть что!

Но Пэтси не пришлось на деле показывать, что она совсем не такая наивная глупышка, какой кажется. Дональд замолчал и не делал больше попыток вовлечь девушку в разговор. Пэтси одновременно и расстраивалась, и была ему благодарна за это. Ей постоянно хотелось слышать его голос, но она боялась того, что он может сказать. Она всего лишь мечтала о Дональде Кейне и пока не была готова к воплощению своих фантазий…

Музыка закончилась. По мнению Пэтси, слишком быстро. Дональд поднес ее руку к губам и нежно поцеловал. Неожиданная ласка ожгла кожу Пэтси. Дональд невозмутимо выпрямился, делая вид, что не замечает побелевшего лица девушки.

Он проводил Пэтси, которая до сих пор не могла вымолвить ни слова, на место. Он мог бы гордиться собой — за этот короткий танец влечение Пэтси к нему вспыхнуло с новой силой.

— На тебе лица нет, — язвительно проговорила Диана, которая просидела весь танец за столом. — Неужели доктор Кейн сказал тебе нечто особенное?

— Почему ты злишься, Диана? — Пэтси внимательно посмотрела на нее.

— Я просто не хочу, чтобы ты нажила себе неприятности, — отрезала Диана и отвернулась.

— Если ты знаешь о Дональде что-то, скажи мне. Твои загадки уже начали меня утомлять…

Диана, не ожидавшая такого отпора от всегда тихой Пэтси, опешила.

— Если не хочешь прислушаться к моим советам, не надо. Живи, как знаешь, — обиделась она.

Диана встала с гордо поднятой головой и направилась к столику, за которым в одиночестве грустила Мэгги.

Пэтси немного расстроилась. Ей так хорошо, почему остальным обязательно надо портить ей настроение?

А вечер продолжался. Звучали поздравления, звенели бокалы, шампанское добавляло румянца щекам женщин и блеска глазам мужчин. Один медленный танец сменял другой, и Пэтси попеременно кружилась в объятиях то одного, то другого. Все осыпали ее комплиментами, но никто не мог сравниться в этом с Дональдом. Он несколько раз приглашал Пэтси, и с каждым новым танцем его слова становились все более откровенными. Пэтси пьянило его внимание и легкие прикосновения. Она не думала ни о вчерашнем, ни о завтрашнем дне, для нее существовало только сияющее сегодня, полное радости, смеха и фантазий, от которых захватывало дух…

4

Неожиданно стало очень жарко, и Пэтси решила подышать свежим воздухом. Было необходимо привести разгоряченную голову в порядок. Она огляделась вокруг. Диана куда-то исчезла, Мэгги танцевала с Питером Мелчетом, который, как знали все в клинике, был в нее влюблен. Дональд разговаривал в углу с Барбарой. О чем — Пэтси не могла услышать, однако по выражению его лица поняла, что ничего приятного мисс Уитни ему не сообщала. Пэтси от души пожалела Дональда. Однако теперь она могла без проблем осуществить свой план — ускользнуть незамеченной.

Пэтси пошла к выходу. Высокие колонны и буйная растительность скрыли ее от любопытных глаз. Через несколько минут Пэтси уже стояла на широкой входной лестнице отеля. И вновь ассоциация с Золушкой пришла ей на ум. Не пора ли ей сбежать, оставив на мраморных ступеньках маленькую туфельку, чтобы потом принц сумел ее отыскать?

Пэтси мелодично рассмеялась, представив себе Дональда, по очереди примеряющего ее зеленую туфельку всем женщинам клиники.

Даже он выглядел бы смешно в такой ситуации, подумала Пэтси, спускаясь по ступенькам.

Она чувствовала себя особенно хорошо. Прохладный ветерок обдувал разгоряченную голову, у Пэтси было так легко на душе, что ей хотелось петь от радости. Она наслаждалась одиночеством.

Хотя на площадке перед отелем она была не одна. С правой стороны виднелась большая автомобильная стоянка, где круглые сутки кипела деятельность. Кто-то приезжал, кто-то уезжал, и всем требовались их машины. Хотя отель располагался не на центральной улице, людей и здесь было предостаточно. Наблюдая за всей этой суматохой, Пэтси чувствовала странное удовлетворение. Она стояла на пороге самых важных событий в своей жизни, каждый день готовил какой-то сюрприз. Пэтси смотрела на проезжающие машины, на копошащихся людей, и ей хотелось крикнуть что есть мочи о том, что она безумно счастлива.

Но она благоразумно сдержала свой порыв, ведь ее могут просто не так понять. И так люди уже стали коситься на нарядную одинокую девушку, которая вышла из отеля и неторопливо прогуливалась по улице. К тому же погода не располагала к прогулкам в легком вечернем платье. Но, несмотря на прохладный ветерок, Пэтси не спешила возвращаться в душный зал, хотя ее сердце стремилось к Дональду. Она намеренно затягивала прогулку, чтобы разобраться в своих эмоциях.

Неожиданно раздался громкий, противный скрежет. Пэтси быстро обернулась. Темно-синяя «ауди», пытаясь объехать человека, врезалась в фонарный столб, украшавший подъездную аллею. Водитель резко ударил по тормозам, стараясь избежать столкновения, но машина все равно зацепила неосторожного пешехода. Пэтси видела, как мужчина рухнул на землю. Жестокая действительность вдруг бесцеремонно напомнила о себе.

Служащий отеля, подбежавший к мужчине первым, вдруг попятился назад.

— Врача! — громко крикнул он.

У Пэтси внутри словно что-то оборвалось. В колледже она изучала первую медицинскую помощь, и теперь представилась возможность на практике попробовать приобретенные навыки. Конечно, можно было подождать профессионала, но кто знает, не опоздает ли он…

Отбросив все колебания, Пэтси решительно направилась к лежащему на земле мужчине. Она уже не видела, что со всех сторон подбегали какие-то люди, все ее внимание сосредоточилось на луже крови, растекающейся вокруг его головы.

— Я врач, — сказала она изумленному служащему, который по-прежнему в полной растерянности стоял на одном месте. К нему присоединился водитель злополучной «ауди», тоже не знавший, что делать.

Увидев юное создание с горящими глазами, которое самонадеянно утверждало, что справится с этой проблемой, оба мужчины с облегчением вздохнули. Пэтси не стала уточнять, на чем именно она специализируется, но все-таки попросила:

— Вызовите «скорую» как можно быстрее. — Она решила, что не лишним будет подстраховаться.

Затем Пэтси бесстрашно опустилась на колени, не обращая внимания на то, что роскошное платье будет безнадежно испорчено. Мужчина лежал на спине, запрокинув голову. Приглядевшись, Пэтси поняла, что кровь, так напугавшая ее вначале, вытекает не из головы, а из руки. Видимо, при столкновении мужчина повредил предплечье.

Однако радоваться было рано. Надо было убедиться, что человек жив. Пэтси наклонилась над ним. Ей в нос ударил крепкий запах спиртного. Она невольно поморщилась.

Теперь понятно, почему машина налетела на него, подумала она. Он ведь пьян. Еще легко отделался.

Пострадавший шумно дышал и не нуждался ни в искусственном дыхании, ни в массаже сердца. Пэтси не пришлось проверять свои способности на практике.

— С ним все в порядке, — сказала она стоявшему рядом водителю.

Служащий побежал в отель вызывать врачей из ближайшей больницы. Чтобы окончательно убедиться в том, что мужчина в порядке, Пэтси протянула руку и потянула вниз его веко. И тут же в страхе отпрянула. Потому что глаз немедленно открылся, без всякой посторонней помощи, да еще развязно подмигнул девушке.

— «Скорая» сейчас приедет. — К ней подлетел запыхавшийся служащий. — Может быть, пока лучше будет перенести его в помещение? Здесь неподалеку служебный вход…

— Он вполне сможет сам туда дойти, — презрительно сказала Пэтси. Ей стало ясно, что мужчина совсем не терял сознания, его живой и осмысленный взгляд насмехался над девушкой. — Он просто пьян.

Чувство невыразимой горечи охватило Пэтси. Она поднялась. Платье испорчено, на коленях ужасные грязные подтеки — накануне шел сильный дождь. И все зря. «Пострадавший» не только не нуждался в таких жертвах, но вдобавок смеялся над ней.

— Пьян? — переспросил служащий.

Это был совсем молоденький мальчик, в чьи обязанности входило отгонять машины постояльцев на стоянку. Он очень волновался, как бы не случилось что-нибудь страшное во время его смены.

— Как сапожник, — ответила Пэтси, пытаясь отряхнуть грязь с колен.

— Не совсем, благородная самаритянка, — подал голос мужчина.

Девушка негодующе посмотрела на него. Тот, кто пять минут назад лежал без движения, уже сидел и лукаво поглядывал вокруг.

Пэтси задохнулась от злости. Она была готова вытягивать этого несчастного пьяницу с того света, а он всего лишь валял дурака.

— Не сердитесь, моя красавица. Ваши усилия все равно были там замечены, — проговорил мужчина глубокомысленно и поднял палец к небу.

Пэтси не знала, смеяться ей или плакать.

— Не волнуйтесь, мы разберемся с ним, — вмешался в этот нелепый диалог служащий. — Спасибо вам большое.

Искренние слова молодого человека немного успокоили Пэтси. В конце концов, разве стоит переживать из-за такого пустяка, как платье? Надо радоваться, что человек остался жив. Но Пэтси не могла заставить себя испытывать положительные чувства по этому поводу. Метнув уничтожающий взгляд на весело улыбающегося мужчину, Пэтси развернулась и направилась к отелю.

— Не покидайте меня, ангел мой, — паясничал мужчина за ее спиной.

Пэтси леденела от каждого его слова.

Да, не очень симпатичная получилась прогулка. А как все прекрасно начиналось…

Но, только войдя в банкетный зал, Пэтси осознала, насколько ужасной была ее прогулка. Удивленные взгляды коллег немедленно сказали ей о том, что полностью отряхнуть платье ей не удалось. Ее попытка помочь человеку в беде была достойно вознаграждена насмешливыми улыбками.

— Патрисия, голубушка, где это вы так испачкались? — высокомерная Лесли Андерс, которая всегда сквозь зубы здоровалась с Пэтси, соизволила ее заметить.

Пэтси выдавила из себя жалкое подобие улыбки. Лесли пожала плечами и отошла. Пэтси почувствовала себя до такой степени униженной, что ей захотелось зареветь в полный голос. Вечер был безнадежно испорчен. Оставалось только развернуться и отправиться домой, чтобы выплакать свою печаль на плече у Марджори.

При мысли о подруге Пэтси вздрогнула. Как она могла быть такой эгоисткой? Размышляя об испорченном вечере и гнусной ухмылке Лесли Андерс, Пэтси совсем забыла о Марджори. Ведь ей придется возвращать это платье в магазин. А вдруг пятна не отстираются? Пэтси похолодела. Это платье стоит бешеных денег, они никогда не смогут за него расплатиться, и Марджори, несомненно, потеряет работу!

Пэтси была готова плакать от злости. Она с самого начала не желала надевать этот наряд!

Однако тебе захотелось произвести впечатление, тут же укорила она себя. Ты мечтала о том, что Дональд оценит твою внешность по заслугам. Тщеславная девчонка!

Пэтси вспомнились нудные нравоучения отца. За каждый неправильный поступок тебя рано или поздно настигнет возмездие! Что ж, Джером Торнвальд и на этот раз оказался прав…

— Что с вами, Патрисия? На вас лица нет.

Пэтси вздрогнула. Дональд Кейн снова умудрился застать ее врасплох.

— У меня небольшие проблемы, — произнесла она, молясь про себя, чтобы он не заметил пятна грязи на ее коленях. Но Дональд был слишком занят созерцанием ее лица, чтобы обращать внимание на такие пустяки.

— Я готов вам помочь, — корректно заметил Дональд.

Он прекрасно видел, что девушка не расположена беседовать с ним, и терялся в догадках. Что могло произойти за те полчаса, что он не видел ее?

— Я справлюсь сама, — вежливо ответила Пэтси.

Ее поразило то, что проникновенный взгляд Дональда не находил отклика в ее душе. Наоборот, хотелось как можно скорее сбежать от него, чтобы заняться злополучным платьем.

— Одному нелегко справиться, — укорил ее Дональд. — Вам, как психоаналитику, это хорошо известно. Почему вы не хотите мне довериться, Патрисия?

Голос Дональда по-прежнему завораживал, однако Пэтси уже не могла наслаждаться им в полной мере.

Никогда не думала, что мелочи вроде испачканного платья смогут отвлечь меня от Дональда Кейна, пришла насмешливая мысль в голову Пэтси.

— Благодарю вас, Дональд, — твердо проговорила она, впервые называя его по имени. — Но если вы позволите, я бы хотела немедленно уйти.

— Почему? — встревоженно спросил он.

— Так надо. — Пэтси прилагала массу усилий, чтобы ее голос звучал уверенно и спокойно, но, тем не менее, ей казалось, что она в любой момент может расхохотаться. Слишком уж комично получилось бы, если бы она была вынуждена объяснять доктору Кейну реальную причину своего скоропалительного ухода…

— Тогда позвольте мне проводить вас. — Тон Дональда ясно указывал на то, что он озадачен таким исходом событий.

— Я буду вам очень благодарна, — задорно ответила Пэтси.

Она не узнавала саму себя. От былой робости не осталось и следа. Неужели испачканная одежда способна до такой степени менять людей? Пэтси чувствовала, что ей больше нечего терять, ее отчаяние сменилось каким-то непонятным задором.

Они направились к выходу. Пэтси спиной ощущала завистливые недоумевающие взгляды, которыми провожали ее все женщины в зале.

По крайней мере, сзади мое платье безупречно, насмешливо думала девушка. Они могут сколько угодно буравить меня глазами…

Все-таки это был изумительный вечер, блаженно размышляла Пэтси, сидя в такси. Она вспоминала бархатный взгляд Дональда, которым он одарил ее на прощание, легкое пожатие руки. Пэтси знала, что завтра о ней будет говорить вся клиника. Как же, сам доктор Кейн проводил ее до машины. А Барбара и Лесли будут еще хуже к ней относиться. Но сегодня это уже не пугало Пэтси, она чувствовала необычайный прилив сил и была готова бросить вызов всему миру.

Но, оказывается, главные неприятности были еще впереди. Пэтси поняла это по растерянному лицу Марджори, когда та увидела испачканное платье.

— Оно непременно отстирается, — пообещала Пэтси, не чувствуя в этом никакой уверенности. — Я завтра же отнесу его в чистку.

— Но я должна уже завтра вернуть его на место, — прошептала расстроенная Марджори. — Как же ты могла быть до такой степени неосторожной!

— Прости меня, Мардж. Я немедленно попробую застирать его.

Пэтси принялась раздеваться. Марджори с грустной полуулыбкой наблюдала за ней. Она так и знала, что ничем хорошим это не кончится, но ей очень хотелось доставить радость Патрисии. Теперь придется платить за это.

— Тебе понравилось? — внезапно спросила она.

Пэтси замерла на месте.

— Это было… великолепно. — Ее глаза подернулись мечтательной дымкой.

— Значит, если меня выгонят с работы, я буду хотя бы знать, что не зря, — меланхолично заметила Марджори.

— Тебя не выгонят с работы. — Румянец на щеках Пэтси показывал, что она не на шутку рассердилась. — Я куплю это платье, и все будет в порядке.

— У тебя нет денег, — покачала головой Марджори.

— Я позвоню отцу, — тихо сказала Пэтси. — Мы обязательно придумаем что-нибудь!

Но придумывать ничего не пришлось. Пэтси без труда отстирала пятна, и Марджори отнесла платье на следующий день в магазин, где никто ничего не заметил. Но Пэтси зареклась когда-нибудь так подводить подругу. Страшно было подумать о том, что могло произойти, если бы пятна на платье остались. Пэтси сгоряча пообещала обратиться к отцу, но в глубине души она знала, что это было бы унизительно. Конечно, Джером Торнвальд не отказал бы единственной дочери в просьбе. Но ведь он только и ждет, чтобы она прибежала к нему. Пэтси была уверена, что отец будет настаивать на ее возвращении домой, если она пожалуется ему хотя бы на такой пустяк, как испачканное платье.

* * *

На следующий день клиника гудела от сплетен. Пэтси не сомневалась, что все обсуждают вечеринку, в том числе и ее поведение. Она старалась держаться независимо и спокойно и не комментировать произошедшие вчера события. На вопрос: «Патрисия, тебе понравилось?» — она невозмутимо отвечала:

— Да, было очень мило.

Если сплетники надеялись на что-то большее, они были жестко разочарованы. Пэтси не собиралась снабжать их пищей для досужих домыслов.

Поначалу ей даже казалось, что ее персоне уделяется не большее внимание, чем всем остальным. Однако каждый раз, входя в ту или иную комнату, где сидели несколько человек, она видела, что люди неожиданно замолкают при ее появлении. Значит, обсуждают ее.

Пэтси не привыкла быть в центре внимания. И в школе, и в колледже она не вызывала интереса. Она не дерзила преподавателям, не курила анашу, не дружила с самыми красивыми мальчиками. Пэтси всегда была тихой и мирной, и никто не обращал на нее внимания. Впервые в жизни девушка ловила на себе внимательные взгляды других людей, и нельзя сказать, что это было ей неприятно.

К тому же она сознавала, что именно является причиной столь пристального внимания. Ее имя упоминалось рядом с именем доктора Кейна, что не могло не радовать душу. Все увидели, что он отличает ее среди других. Пэтси была счастлива, хотя и старалась это скрыть. Это получалось у нее не очень хорошо.

— Ты вся светишься от счастья, — с ноткой ревности в голосе как-то заметила Диана. Они сидели в буфете, потягивали прохладные коктейли и болтали о пустяках.

Пэтси потупилась. Да и что она могла ответить?

— Скажи, у вас с Дональдом что-то серьезное? — Диана перегнулась через стол. Любопытство горело в ее глазах. Было видно, что ей не терпится услышать подробности из первых уст.

— О чем ты говоришь? — искренне удивилась Пэтси. Она и не подозревала, что местные сплетницы так далеко зайдут в своих обсуждениях. — Между нами нет ничего.

— Не притворяйся, — обиделась Диана. — Я ведь твоя подруга, а ты не хочешь со мной поделиться.

— Я бы с радостью, — улыбнулась Пэтси, — но нечем.

Любопытство пополам с разочарованием в глазах Дианы изрядно веселило ее.

— Этого не может быть, — категорично заявила Диана.

— Почему?

— И ты еще спрашиваешь? Да он весь вечер от тебя не отходил, танцевал с тобой, а потом вы вместе уехали! И не смей смотреть на меня такими изумленными глазами!

Пэтси не могла поверить собственным ушам. Уехали вместе? Она не ослышалась?

— Я уехала одна, — твердо сказала она. — Дональд вернулся в зал.

— Нет, — покачала головой Диана. — Вы вместе вышли, и с тех пор никто его не видел. Все, естественно, решили, что он уехал с тобой…

Ошеломленная Пэтси молчала. Мысли калейдоскопом мелькали у нее в голове. Теперь понятно, почему всех так заинтересовала ее персона. Дональд неосторожно уехал сразу после нее, а они решили, что с ней.

Уши Пэтси зарделись от стыда. Значит, все уверены, что она — любовница Дональда.

— Видишь, скрывать нет смысла. — Диана по-своему истолковала молчание Патрисии. — Хотя я не уверена, что он тебе подходит, все же я очень за тебя рада…

— Между нами ничего нет, — проговорила Пэтси чуть не плача. — Он просто посадил меня в такси.

Диана внимательно посмотрела на Пэтси. Было видно, что та не обманывает.

— Ну ладно, — вздохнула она. — Я тебе верю. Но он все равно не спускал с тебя глаз весь вечер. И кое-кому это очень не понравилось. Берегись, Пэтси, ты стала для них чрезвычайно опасной.

— А что они могут мне сделать? — легкомысленно спросила Пэтси. Хотя ни она, ни Диана не называли имен, они обе прекрасно знали, кто имеется в виду.

— Они выжили предшественницу Мэгги только за то, что он предложил ей место помощницы без всякой стажировки. Да и к самой Мэгги постоянно придираются, поэтому она находится в постоянном страхе. Если она потеряет работу…

— А разве не проще найти другую работу, чем позволять, чтобы тебя унижали? — недоумевала Пэтси.

Она предпочла бы, чтобы Диана либо молчала, либо рассказала все начистоту. Многозначительные намеки действовали ей на нервы.

— Ни одна приличная компания не возьмет ее на работу. — Диана понизила голос. Пэтси едва разбирала слова. — Потому что Мэгги сидела в тюрьме.

— Не может быть, — ахнула Пэтси. Мэгги Кимеридж всегда казалась ей образцом приличия и безупречности. Невозможно было представить, что Мэгги когда-либо совершила противоправное действие.

— Внешность обманчива, — усмехнулась Диана. Она прекрасно поняла, что имеет в виду Пэтси. — Я тоже поначалу так думала, но однажды совершенно случайно услышала…

— Как тебе не стыдно, — возмутилась Пэтси.

— Я же говорю — случайно, — принялась оправдываться Диана. — Не забывай, я же регистрирую все звонки, и однажды я подняла трубку и услышала разговор двух женщин, Барбары и Мэгги.

— Ты должна была немедленно отключиться.

— Еще чего, — обиделась Диана. — Я не отвечаю за ошибки телефонной станции. Если тебе не слишком интересно, ты так и скажи, не надо передо мной разыгрывать добродетельную девушку!

— Извини, — сказала Пэтси. На самом деле она умирала от любопытства. Однако в этом было так неприятно сознаваться…

— Барбара хотела, чтобы Мэгги взяла какой-то важный документ со стола Дональда и передала ей. Мэгги, естественно, сопротивлялась. Тогда Барбара сказала: «Ты, кажется, забыла, откуда мы тебя вытащили. Или хочешь вернуться к своим подружкам в тюрьму? Я это быстро могу устроить!»

— Какой ужас, — ахнула Пэтси, прикрыв ладошкой рот.

— Мэгги замялась. Я поняла, что она сделает то, что скажет Барбара, — продолжала Диана. — Больше слушать я не стала, чтобы они меня не засекли.

— В это невозможно поверить. Чтобы Барбара шантажировала Мэгги…

— Она и не на такое способна, — заявила Диана. — Я бы не рискнула навлечь на себя ее гнев.

Тогда понятно, почему Мэгги так испугалась, когда Барбара вздумала устроить скандал в кабинете Дональда. Та могла в любой момент открыть правду о ней. Доктор Кейн вряд ли захотел бы, чтобы в его клинике работали бывшие заключенные. Он слишком дорожит своей репутацией.

— Неужели Дональд не знает о прошлом Мэгги? Разве это возможно? Как он взял ее на работу?

— Элементарно, — презрительно усмехнулась Диана. — Он сделает все, что угодно, по просьбе мисс Уитни.

Наблюдая за тем, как лицо Пэтси огорченно вытягивается, Диана добавила:

— Он слишком от нее зависит. От нее и от ее папочки.

— Ты все сочиняешь, — вспылила Пэтси.

Мысль о том, что Дональд влюблен в Барбару и поэтому слушается ее, была противна. Но в его меркантильность Патрисия тоже не хотела верить.

— Зачем? — Диана понимала, почему Пэтси сомневается. Образ прекрасного рыцаря рушился на глазах. Разве идеальные мужчины впутываются в подобные грязные истории?

— Ты наивная маленькая глупышка. — Диана потрепала Пэтси по руке. — Выкинь из головы Дональда Кейна, иначе наживешь себе немало неприятностей.

Пэтси нахмурилась. Кто-то снова решал за нее.

— Я сама разберусь, — твердо сказала она.

— Я понимаю, — вздохнула Диана. — Он слишком соблазнителен, чтобы просто так от него отказываться. Тем более что он явно положил на тебя глаз. Но ты хотя бы помни о моих словах. Кто знает, возможно, они тебе помогут…

— Хорошо. — Пэтси всей душой надеялась, что откровенность Дианы была вызвана заботой о ней, а не какими-нибудь неизвестными ей соображениями.

— Подумай об этом, ладно? Понаблюдай… — Диана встала. Ее обеденный перерыв подходил к концу, и ей надо было вернуться на место.

Интересно, вдруг пришло в голову Пэтси, что бы сделала Барбара, если бы узнала, что Диана говорит о ней такие отвратительные вещи?

Но долго размышлять на эту волнующую тему времени не было. Пэтси ждал клиент, и она заторопилась в свой кабинет, чтобы в очередной раз пролить целебный бальзам на раны страждущего.

5

На столе пронзительно зазвонил телефон. Пэтси вздрогнула. Оказалось, что она задремала. Мистер Майлз, с которым она только что беседовала, забрал у нее слишком много сил. Пэтси был необходим отдых.

— Пэтси, — послышался в трубке голос Дианы. — Спустись, пожалуйста, вниз. Тебя ожидают.

— Кто? — спросила Пэтси.

Она терялась в догадках. Никто не собирался навещать ее. Неужели у Марджори что-то случилось и она примчалась в клинику?

— Мужчина, — ответила Диана, и по ее тону Пэтси поняла, что этот мужчина хорош собой. Иначе эти слова не были бы произнесены с такой интригующей интонацией.

— Я никого не жду, — отрезала Пэтси. Ей так не хотелось вставать с уютного кресла и идти вниз, чтобы с кем-то беседовать на виду у всей клиники. — Или это пациент? — спохватилась она. Вдруг она о ком-то забыла, и теперь человек дожидается ее?

— Нет, спускайся скорее, — кокетливо пропела Диана и повесила трубку.

Пэтси печально вздохнула. Что ж, придется, видимо, встретиться с этим загадочным незнакомцем. Несмотря на легкое раздражение, Пэтси была заинтригована. Она была уверена, что это не отец. Диана вряд ли стала бы говорить о Джероме Торнвальде в таком тоне…

Когда Пэтси спустилась в холл, ей в глаза сразу бросилась крепкая фигура мужчины, который стоял спиной к ней, облокотившись на стойку регистратуры, и беззаботно беседовал с Дианой. Выражение ее глаз ясно говорило о том, что Диана в восторге от своего собеседника.

— А вот и мисс Торнвальд, — спохватилась она, заметив приближающуюся Пэтси.

В ее голосе была слышна нотка разочарования, и Пэтси внутренне усмехнулась. Значит, Диана совсем не жаждет, чтобы она вмешалась в их задушевную беседу…

Ее собеседник медленно развернулся, по-прежнему опираясь на стойку. Лицо мужчины было незнакомо Пэтси.

— Здравствуйте, — приветливо улыбнулась она. — Я — Патрисия Торнвальд.

Она вопросительно посмотрела на мужчину, надеясь, что он представится и скажет о цели своего посещения. Но он не торопился. Мужчина внимательно разглядывал Пэтси, и веселые искорки плясали в его глазах. Молчание затягивалось. Диана с изумлением переводила взгляд то на него, то на Пэтси. Ситуация была до смешного нелепой. Первой не выдержала Пэтси.

— Вы, собственно говоря, кто? — бесцеремонно осведомилась она, забыв о правилах приличия. Но ее уже начал раздражать этот немой осмотр.

— Меня зовут Майкл Росс, — наконец заговорил мужчина. — Но мое имя вряд ли скажет вам что-либо.

При первых звуках его голоса Пэтси вздрогнула как от удара бичом. «Благородная самаритянка!» — вспомнила она слова, произнесенные этим голосом. Перед Пэтси стоял тот самый человек, которого она пыталась спасти в день большого бала и из-за которого чуть не испортила свое великолепное платье.

В глазах Пэтси мелькнула гневная искорка. Мужчина усмехнулся. Как и тогда, он смеялся! Пэтси непроизвольно сжала кулаки. Ярость так и рвалась наружу, но ее сдерживало то, что в холле присутствовали посторонние, которых очень позабавит истерика мисс Торнвальд.

— Что вы тут делаете? — враждебно спросила она.

Пэтси уже предчувствовала поток вопросов, который обрушит на нее потом Диана. Но она просто не могла заставить себя быть вежливой с этим типом.

— Я вижу, вы меня узнали, — невозмутимо сказал Росс, как будто не замечая раздражения Пэтси.

— Естественно. Хотя, надо признать, сейчас вы выглядите намного чище. И от вас не разит спиртным!

Глаза Дианы постепенно расширялись. Ее удивление не имело границ. Кто бы мог подумать, что тихоня Пэтси может так разговаривать с мужчинами! Диана поняла, что ошибалась, когда думала, что та не умеет постоять за себя.

— Я готовился к этой встрече более тщательно, чем к предыдущей, — ответил он с сарказмом.

— Ладно, — вздохнула Пэтси. Подобный обмен колкостями ни к чему не приведет. Надо выяснить, чего хочет этот тип, и избавиться от него, пока Диана не лопнула от изумления. — Зачем вы пришли?

— Я хотел найти вас и извиниться за ту маленькую шалость, — просто сказал Росс, и вся ярость Пэтси куда-то делась. — Я же видел, какое у вас было лицо, когда вы поняли, что я прекрасно себя чувствую.

Пэтси покраснела. Надо же было выставить себя такой дурой, подумала она с сожалением. Даже этот тип смеется надо мной!

Пэтси подозрительно посмотрела на мужчину, но он и не думал издеваться. Наоборот, его лицо было очень серьезно, а глаза настолько пристально изучали Пэтси, что ей стало не по себе. Создавалось впечатление, что ее ответ жизненно важен для него.

— Я очень разозлилась, — некстати пояснила она и снова мысленно обругала себя. Выходит, что ее взбесило то, что человек совсем не пострадал? Неужели она обрадовалась бы, если бы он умер?

— Я понимаю, — сочувственно произнес Росс и улыбнулся.

Все его лицо неожиданно осветилось, как будто солнышко выглянуло из-за туч. Пэтси никогда не видела, чтобы улыбка так преображала лицо человека. Она внезапно поняла, почему Диана млела, разговаривая с Россом. Ему стоило лишь пару раз так улыбнуться, чтобы привести ее в полнейший восторг.

— Как вы меня нашли? — через некоторое время произнесла Пэтси, так как Росс молчал, ожидая, видимо, ее реплики.

— Я видел, что вы направились к отелю. А потом расспросил служащих. Вы бросаетесь в глаза, мисс Торнвальд. Мне сказали, что вы из знаменитой клиники «Соединяя сердца». Поэтому я здесь.

Мужчина отвесил шутливый поклон.

— Мистер Росс спросил меня, есть ли среди наших сотрудников изящная темноволосая девушка, похожая на русалку. — Диана посчитала нужным вмешаться. — И я сразу поняла, что он говорит о тебе.

— На русалку? — переспросила Пэтси в растерянности.

— Боюсь, я был несколько романтичен, описывая вас, — сказал мужчина, потирая переносицу. — Но, как видите, сработало.

Пэтси кивнула головой. Она не понимала, к чему ведет этот человек, появившийся так неожиданно. Росс медлил, и Пэтси недоумевала. Все извинения принесены, недоразумения разрешены. Почему он не уходит?

— Мисс Торнвальд, — внезапно решился он. — Ваш рабочий день закончен, может быть, мы посидим где-нибудь и немного поболтаем?

Пэтси опешила. Меньше всего она ожидала приглашения.

— Я же некоторым образом испортил вам платье, — здесь глаза Росса лукаво блеснули, — поэтому должен как-то компенсировать вам это.

— Я вполне проживу и без ваших компенсаций, — ледяным тоном произнесла Пэтси.

Она чувствовала себя униженной из-за того, что Росс так бесцеремонно напомнил ей о ее позоре.

— Тогда хотя бы разрешите мне вас проводить. — Казалось, его невозможно смутить.

Пэтси только раскрыла рот, чтобы отказаться, как отчаянная жестикуляция Дианы отвлекла ее. Пользуясь тем, что Росс полностью повернулся к ней спиной, Диана выразительно крутила пальцем у виска, показывая свое отношение к поведению подруги. Пэтси поняла, что она настоятельно советует ей согласиться.

Вот еще, мелькнуло у нее в голове. Стану я разгуливать с первым встречным!

Неожиданно в холл вошла большая группа людей. Пэтси повернула голову и увидела Дональда в компании Барбары, Лесли, Питера и еще нескольких сотрудников клиники. Они весело болтали, подшучивали друг над другом. Пэтси почувствовала горечь. Как она хотела бы идти вместе с ними, непринужденно болтать, небрежно дотрагиваться до руки Дональда…

А вместо этого она вынуждена терпеть этого непонятного типа и объяснять ему, почему она не хочет идти с ним домой.

Майкл Росс проследил за взглядом Пэтси и повернулся. В тот же самый момент Дональд заметил их. Он остановился и вопросительно посмотрел на девушку. Было видно, что он недоумевает по поводу присутствия Росса.

— Вы еще работаете, Патрисия? — спросил Дональд, пытаясь объяснить себе факт присутствия мужчины рядом с Пэтси.

Барбара, поджав губы, наблюдала за ней. Складывалась исключительно пикантная ситуация.

И тут на Пэтси снизошло озарение. В этой маленькой пьеске, разыгрываемой в холле клиники «Соединяя сердца», она была главным действующим лицом. Почему бы не подразнить немного других участников?

— Нет, я уже закончила, — произнесла она, лучезарно улыбнувшись Дональду. И, прежде чем он успел что-нибудь сказать, она повернулась к Россу: — Сейчас я только возьму сумочку, Майк.

Его глаза вспыхнули удивлением, но он промолчал.

— До свидания, доктор Кейн, — беззаботно прощебетала Пэтси и, кивнув всем остальным, направилась к лифту.

Она не сомневалась, что все смотрят ей вслед, и постаралась идти как можно соблазнительнее. Душу грело воспоминание: непривычное раздражение в глазах Дональда, злость на лице Барбары и Лесли и понимающая усмешка на губах Майкла Росса.

Когда Пэтси вновь спустилась в холл, Дональда там уже не было. Майкл спокойно сидел на диванчике, ожидая ее появления.

— Пока, — подмигнула ей Диана и чуть слышно прошептала: — Здорово ты их всех уделала.

Пэтси кивнула, принимая похвалу. Ей было необычайно весело. Пусть Дональд Кейн убедится, что у нее есть выбор!

— Итак, Патрисия, куда мы пойдем? — спросил ее Росс, когда они вышли из клиники.

Пэтси вскинула на него возмущенные глаза. Отвечая на ее немой упрек, он сказал:

— Раз я для вас Майк, то почему вы не можете быть для меня Патрисией? Кстати, а как вас зовут друзья?

— Пэтси, — пробормотала девушка. Что ж, она получила по заслугам. Он вправе называть ее по имени…

— Чудесно, — продолжал Майкл. — Всегда приятнее без лишних церемоний. Итак, Пэтси, теперь тебе придется пойти со мной куда-нибудь, чтобы завтра рассказать об этом той любопытной девушке в регистратуре. Ведь она истерзает тебя расспросами.

— Я справлюсь, — независимо ответила Пэтси. — У меня хорошая фантазия.

— Я не сомневаюсь, — добродушно улыбнулся Майкл, и Пэтси снова засмотрелась на его преобразившееся лицо. — Но зачем сидеть дома в одиночестве, когда можно приятно провести время в компании?

— С чего ты взял, что я буду сидеть одна? — с вызовом спросила девушка. Казалось, темные глаза Росса видят ее насквозь, со всеми ее проблемами и комплексами.

— Потому что красавчик-доктор ушел с другими.

Простота этого ответа сразила Пэтси наповал. Значит, ее чувства были написаны на лице, раз этот мужчина смог так легко разгадать их. Она враждебно посмотрела на Росса.

— Не сердись, — мягко сказал он, и Пэтси растворилась в доброте, которой лучились его глаза.

Внезапно ей захотелось поступить вопреки всем принципам и строгому воспитанию. Почему бы не провести вечер вдвоем с этим человеком? Он как снег на голову свалился сегодня и, очевидно, так же внезапно исчезнет из ее жизни. Чего ей бояться?

— Хорошо, — решилась она. — Выбор за тобой. Ведь это ты, в конце концов, вытащил меня.

— Ладно. Тогда пойдем в бар Джо.

— Куда угодно, — согласилась Пэтси.

Росс взмахнул рукой, и тотчас рядом с ними затормозило ярко-желтое такси. Он галантно распахнул дверь перед Пэтси, и она скользнула на заднее сиденье, радуясь, что это движение получилось у нее на редкость изящно. Не то чтобы она хотела произвести впечатление на Росса, нет. Но все равно было приятно.

Он дал какое-то указание водителю, и машина рванула вперед. Шофер, настоящий лихач, ловко лавировал среди потока автомобилей. Сердце Пэтси подпрыгивало на особо крутых поворотах. Росс несколько раз оборачивался и ободряюще улыбался, и ей сразу становилось легче.

Пользуясь моментом, Пэтси совершенно безнаказанно разглядывала своего нового знакомого. Его темные волосы были коротко острижены, кое-где виднелась седина. От глаз, насмешливо блестевших под широкими густыми бровями, разбегались в разные стороны мелкие морщинки. Но, несмотря на это, Пэтси видела, что Россу вряд ли больше тридцати пяти лет. Темная кожа его лица наводила на мысль о том, что не все его предки принадлежали к европеоидной расе, однако при ближайшем рассмотрении выяснилось, что ни разрез глаз, ни линия скул не указывали на это.

Скорее всего, просто загар, решила про себя Пэтси. Но если и загар, то полученный отнюдь не на дорогих южных курортах, а скорее на каких-нибудь тяжелых физических работах под палящими лучами солнца. Пэтси представила себе Росса рабом в Древней Греции и хихикнула. Он смотрелся бы очень живописно!

Их путешествие подошло к концу. Росс помог Пэтси выйти из машины, и она на мгновение ощутила его жесткую ладонь.

Неужели он действительно какой-нибудь портовый рабочий? — мелькнуло у нее в голове. Но это не имело ни малейшего значения, так как Пэтси не собиралась продолжать это знакомство. Один вечер, не больше…

Однако вечер становился все интереснее. Бар Джо, куда Росс привел Пэтси, располагался в маленьком полуподвальчике. Они долго блуждали по дворам, прежде чем нашли его. Пэтси была уверена, что ни за что не выберется отсюда самостоятельно. Она даже стала с подозрением поглядывать на Росса. Не завел ли он ее в эти нью-йоркские дебри с гнусными намерениями?

Однако Росс развлекал ее всю дорогу веселыми байками, и Пэтси было некогда пугаться. Она никогда так не смеялась в своей жизни. Росс обладал потрясающим даром рассказывать с юмором о самых обычных вещах. Пэтси, которая всю жизнь считала себя довольно скучным человеком, обнаружила, что в состоянии поддерживать такую веселую, ни к чему не обязывающую болтовню. Отец учил ее, что словами нельзя разбрасываться впустую, однако Росс делал это с такой виртуозностью, что нельзя было не восхищаться.

— Мы пришли, — наконец сказал он, остановившись у невзрачного на вид здания.

Пэтси ни за что бы не догадалась, что там есть бар. Но Росс уверенно толкнул дверь, и их немедленно окутали клубы табачного дыма. Пэтси закашлялась. Росс встревоженно посмотрел на нее.

— Там дальше будет легче, — успокаивающе произнес он. — Все заядлые курильщики собираются здесь.

— Ничего страшного, — сказала Пэтси. Ее немного оскорбили покровительственные интонации в его голосе. Значит, он считает ее маленькой беспомощной девчонкой, которая морщит носик при одном только запахе сигареты. — Я курила в колледже.

— Неужели? — изумился Росс. — Ни за что бы не подумал.

Пэтси не понимала, что заставило ее солгать. Просто почему-то ей вдруг захотелось казаться взрослой, все изведавшей женщиной.

Росс уверенно шел мимо столиков, Пэтси послушно следовала за ним. Многие из присутствующих здоровались с Россом, хлопали его по плечу, жали руку.

Зачем я притащилась с ним в этот подозрительный бар? — уныло размышляла Пэтси, ежась под чересчур пристальными взглядами завсегдатаев. Но они прошли чуть дальше, и Пэтси увидела вполне приличный зал с низкими потолками, небольшой танцевальной площадкой и огромным роялем в углу. Людей было немного, лишь несколько человек потягивали пиво за барной стойкой. Пэтси расслабилась. Это место отвечало ее представлениям о приличиях. Росс немедленно догадался об этом.

— Здесь получше, да? — Он игриво подмигнул девушке.

Та поджала губы. Она не собиралась вести беседу в таком тоне.

— Хорошим девочкам положено ходить в приличные кафе, — насмешливо продолжал он, словно решив вывести Пэтси из себя.

— Я — не хорошая девочка, — категорически заявила Пэтси. Ее раздражало, что он относится к ней как к школьнице.

— Ах да, я забыл. — Сарказм в голосе Росса был невыносим, но Пэтси решила не спорить с ним.

Она оглядела столики, выбирая, куда бы сесть.

— Предлагаю этот. — Росс моментально уловил, о чем она думает, и показал на столик у самой танцплощадки.

Пэтси предпочла бы сесть где-нибудь в стороне, но она не хотела настаивать. Ведь это он привел ее сюда…

— Привет, Росс! — К ним подошел бармен. — Что будешь?

— Как всегда, — улыбнулся Росс. — А девушке лимонад и мороженое. Ты какое предпочитаешь?

Пэтси вспыхнула до корней волос.

— Я буду мартини, — вызывающе сказала она и откинулась на стуле.

Пэтси всего лишь однажды пила мартини, и этот горьковатый вкус не очень ей понравился. Однако надо было блеснуть глубокими познаниями в области спиртных напитков!

— Ого, — присвистнул Росс. — Тогда как скажет леди.

Бармен понимающе кивнул.

— И лед с соком? — спросил он Росса.

— Конечно. На твой вкус.

Во время этой непонятной беседы Пэтси делала вид, что ее вообще не интересует, о чем они разговаривают. Она изучала интерьер. Резной деревянный потолок и перегородки потемнели от времени и табачного дыма. Маленькие желтые светильники на стенах тускло освещали помещение. Пэтси видела, что на всех столиках стоят свечи. Их зажигают, когда становится совсем темно, догадалась она.

— Хочешь зажечь? — обратился к ней Росс.

Он увидел, куда она смотрит. Пэтси подняла на него глаза. Бармен уже ушел, а Росс сидел, положив руки на стол, и разглядывал Пэтси.

— Нет, — смущенно пробормотала она. Ей не очень понравилось выражение его глаз.

Пэтси в очередной раз упрекнула себя за то, что поддалась искушению подразнить Дональда и согласилась на предложение Росса.

Бармен принес напитки. Пэтси с подозрением покосилась на высокий бокал Росса, до краев наполненный прозрачной жидкостью. Она вспомнила отвратительный запах спиртного, который исходил от него в день их первой встречи.

А вдруг он алкоголик? — испугалась она. Ах, как прав был папа, утверждавший, что девушка никогда не должна соглашаться на приглашения незнакомых людей!

Но выхода не было. Пэтси решила смотреть во все глаза и при первом же тревожном сигнале бежать из этого бара что есть мочи. А пока, чтобы скоротать время, можно было представить себе Дональда на месте Росса. Пэтси прикрыла глаза (благо в полумраке бара Росс вряд ли мог это заметить) и погрузилась в сладкие мечты. Было бы замечательно пойти куда-нибудь с Дональдом вдвоем, непринужденно болтать, встречаться взглядами, пить ледяной мартини…

Кстати о мартини. Пэтси взяла свой бокал, храбро глотнула и тут же закашлялась. Приторный незнакомый сладко-горький вкус обжег ей горло.

— Осторожнее, — негромко сказал Росс. — Не стоит так глотать спиртное, если ты к нему не привыкла…

Пэтси почудился упрек в его словах. Действительно, зачем выдавать себя за другого человека? Она никогда больше не увидит этого Майкла Росса, так почему бы не побыть самой собой?

— Я очень мало пью. — Пэтси улыбнулась уголками губ и отхлебнула немного мартини. На этот раз его вкус понравился ей гораздо больше. — Вернее, совсем не пью.

— И по барам не ходишь, — продолжил за нее Росс.

Пэтси кивнула.

— Неужели твой неотразимый Дональд Кейн никуда тебя не приглашает? — последовал вопрос.

Пэтси вздрогнула.

— Какое тебе дело? — огрызнулась она. — Я бы очень попросила вас, мистер Росс, не лезть в мою личную жизнь!

Росс обезоруживающе вскинул ладони.

— Я не хотел тебя обидеть. Только, кажется, мы уже давно называем друг друга по имени…

Тут он снова лукаво улыбнулся.

Интересно, подумала Пэтси, отдает ли он себе отчет, каково влияние его улыбки. Наверное, да. Вряд ли такой мужчина остается в неведении относительно своих достоинств. Пусть даже таких немногочисленных, уничтожающе добавила она.

Хотя здесь она ошибалась. Конечно, Майклу Россу было далеко до Дональда Кейна. Однако первый подкупал своим обаянием, в то время как второй ослеплял внешней красотой. Пэтси не сомневалась, что очень многие женщины находят Майкла Росса неотразимым.

Слава Богу, что я не отношусь к их числу, рассуждала она про себя. Иначе я чувствовала бы себя сейчас очень неловко. Но у меня есть Дональд, и мое сердце принадлежит ему.

В голове, затуманенной мартини, стали возникать сладкие образы. Вот Дональд дотрагивается до ее руки, вот он целует ее, сначала робко, потом смелее. Пэтси видит, как горят его глаза, и понимает, что сейчас произойдет то самое, о чем она украдкой читала по ночам и что часто обсуждали ее немногочисленные подруги по колледжу.

— О чем ты мечтаешь? — вопрос Росса вырвал ее из плена фантазий.

Пэтси издала неопределенный звук. Не думает же он, что она собирается открыть ему душу?

Но Росс, похоже, на это и не рассчитывал.

— Хочешь, я угадаю? — С этими словами он поднялся с места и направился к роялю в углу.

Пэтси была заинтригована. Он видела, как Росс шел, иногда останавливаясь, чтобы перекинуться парой слов с кем-нибудь. Пэтси и не заметила, что в баре уже собралось много людей.

Наконец Росс подошел к роялю и сел на маленький стульчик. Тотчас зажегся прожектор, и Пэтси поняла, что рояль стоит на небольшой импровизированной сцене. Раздались редкие громкие хлопки, Росс повернул голову в их сторону и торжественно поклонился. Пэтси замерла в предвкушении чего-то необычного. Она не понимала, откуда взялось это предчувствие. Однако все, что было связано с Майклом Россом, было таким незнакомым и волнующим, что ничего другого она и не могла ожидать.

Росс откинул крышку рояля, поерзал на стуле, устраиваясь удобнее, и опустил пальцы на черно-белые клавиши. Послышалась медленная негромкая музыка. Пэтси не очень разбиралась в этом, но сразу поняла, что Росс играет профессионально. Музыка брала за душу, достигала самых глубин сердца. Пэтси почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Мелодия, которую наигрывал Майкл Росс, была невыразимо грустна. Девушке казалось, что это поет ее истерзанное сердце.

Однако главный сюрприз был впереди. Вдруг откуда-то сбоку вынырнул вездесущий бармен и завозился около рояля. Когда он отошел, Пэтси поняла, что он установил микрофон. Неужели Росс еще и поет? — ахнула она про себя. Ни за что бы не подумала, глядя на него.

Майкл поиграл еще немного, а потом, прокашлявшись, стал петь о девушке, которая каждый день смотрит на своего любимого и не может заговорить с ним о любви. Если раньше Пэтси чувствовала, что его музыка нашла отклик в ее сердце, то сейчас было ясно, что Майкл напрямую разговаривает с ней.

Девушка снова не могла удержаться от слез. Голос Росса, может быть, не очень сильный и правильно поставленный с профессиональной точки зрения, переворачивал душу. Чуть слышная хрипотца придавала ему ни с чем не сравнимое очарование. Пэтси чувствовала, что он околдовывает ее. Тем более что Майкл пел о том, что волновало ее сердце…

Когда песня закончилась, зал взорвался аплодисментами. Пэтси обнаружила, что не может пошевелиться, слишком сильно эта незатейливая мелодия потрясла ее. Кто-то просил Росса продолжать, но он решительно покачал головой и встал. Через минуту он уже снова сидел рядом с Пэтси, которая все никак не могла прийти в себя.

— Ты изумительно поешь, — наконец произнесла она.

— Ничего особенного, — хмыкнул Майкл. — Любой профессионал высмеял бы меня.

— Неправда, — горячо заспорила Пэтси. — Ты мог бы даже деньги зарабатывать пением. Слышал, как тебе аплодировали?

— А я и зарабатывал, — невозмутимо откликнулся Майкл, делая очередной глоток из своего стакана. — Раньше я пел в этом баре. За деньги, разумеется.

Пэтси поперхнулась. Меньше всего она ожидала, что человек подобной наружности может выступать в каком-нибудь баре. Ее удивление не укрылось от Росса.

— Кем я только не был в своей жизни, Пэтси, — усмехнулся он, и Пэтси только сейчас заметила, что его левую щеку пересекает шрам.

— Откуда у тебя это? — немедленно спросила она.

Спиртное уже оказало свое расслабляющее действие, и Пэтси чувствовала необычайный прилив сил. Она была готова спросить кого угодно о чем угодно. Даже если бы перед ней сейчас появился Дональд Кейн, она все равно не оробела бы.

— Обычная драка, — поморщился Майкл, невольно проведя пальцем по щеке. — Я был тогда так же молод, как ты, и бездумно ввязывался в разные потасовки…

По его тону Пэтси поняла, что он не намерен подробно распространяться на эту тему. И хотя ее разбирало любопытство, она замолчала. Не хочет рассказывать — не надо.

— Потанцуем? — вдруг спросил Майкл. Оказывается, бармен включил магнитофон, и медленная музыка полилась по залу.

— Хорошо.

Они вышли на площадку, и Майкл крепко обхватил ее обеими руками. Пэтси чуть не задохнулась от такого неожиданного натиска. Она вспомнила недавний бал, на котором она впервые танцевала с мужчиной своей мечты. Дональд Кейн был очень корректен, и только глаза выдавали его нетерпеливое желание.

С Майклом Россом все было по-другому. Он, видимо, не желал тратить время на какие-то сентиментальные глупости. Его объятие было крепким и настойчивым. Словно он имеет на нее какие-то права!

Такой подход возмутил Пэтси. Она недовольно повела плечами и постаралась ослабить его хватку. С аналогичным успехом она могла бы попробовать сдвинуть с места автомобиль. Майкл Росс, казалось, даже не замечал ее усилий. Пэтси хотелось разрыдаться. Она снова принялась упрекать себя за столь поспешное решение. Конечно, он вправе пренебрежительно относиться к ней, раз она сама повела себя так легкомысленно, согласившись на свидание с совершенно незнакомым мужчиной.

Однако надо было отдать ему должное, Росс танцевал очень хорошо. Совсем не как Дональд. Пэтси вдруг поняла, что манера доктора Кейна нравится ей гораздо меньше. Дональд словно нес себя под музыку, как будто давая возможность и зрителям, и партнерше оценить его танец по достоинству. А Росс вообще не обращал ни на кого внимания. Он растворялся в музыке, двигался вместе с ней и вел за собой Пэтси.

Где-то на середине мелодии девушка расслабилась и смогла в полной мере насладиться танцем. Росс не делал попыток прижаться к ней сильнее или поцеловать ее. Он просто танцевал, и Пэтси утешала себя соображениями о том, что они взрослые люди и глупо держаться друг от друга на расстоянии. Тем более она была вынуждена признать, что его объятия были не так уж неприятны ей…

Конечно, его не сравнить с Дональдом, рассуждала она про себя. Но по-своему Майкл тоже очень хорош. Не сомневаюсь, что многие женщины от него без ума.

И тут Пэтси ощутила совершенно иррациональный укол ревности. Какое ей дело до женщин Майкла Росса? Но увещевания разума помогли мало. Пэтси представляла себе, скольких Майкл до нее приводил в бар Джо, пел для них, танцевал с ними. Наверное, поэтому посетители бара так насмешливо поглядывали на нее. Гадали, как быстро она сдалась?

Волна неразумного гнева охватила Пэтси. Ей почему-то захотелось со всей силы ударить по плечам Майкла, который так нахально прижимал ее к себе. Но усилием воли Пэтси подавила в себе глупый порыв.

Это всего лишь один вечер, утешала она себя. Завтра я проснусь, и встреча с Майклом Россом будет казаться мне сновидением. Завтра я увижу Дональда и снова почувствую себя самой счастливой женщиной на свете.

— Пора вернуться за столик, — вдруг услышала она голос Майкла. Пэтси вздрогнула. К своему стыду она осознала, что музыка уже несколько минут как кончилась, а она, погрузившись в мечты, по-прежнему обнимала Росса.

— Почему ты не сказал мне, что танец закончился? — возмутилась она, глядя в его улыбающиеся глаза.

— Я думал, ты слушаешь музыку, — возразил он, но по его лицу было видно, что его очень забавляет поведение Пэтси.

И почему я все время выставляю себя полнейшей дурой в его присутствии? — задала она себе риторический вопрос.

Майкл взял Пэтси за руку и повел к столику. Девушка не сопротивлялась, но, когда они сели, сказала:

— Я немного устала…

— Хочешь домой? — спросил Майкл. Было понятно, что он не в восторге от этой перспективы.

— Да. — Пэтси была немногословна. Она действительно чувствовала, что пора заканчивать этот нелепый вечер.

— Хорошо. — Майкл немедленно поднялся. — Подожди меня немного.

Он пошел к стойке и заговорил с барменом. Пэтси увидела, как он достал из кармана несколько купюр. Она поймала себя на мысли, что впервые в жизни ходила куда-то с мужчиной и он за нее платил. В Массачусетсе Пэтси была лишена подобных развлечений, а в Нью-Йорке ее никто никуда не приглашал.

Пока не приглашал, сказала девушка про себя, припомнив недоумевающий взгляд Дональда, когда он понял, что она собирается идти куда-то с Майклом. Кажется, доктор Кейн наконец осознал, что если он не поторопится, то может опоздать…

Эта мысль вызвала улыбку на губах Пэтси. Завтрашний день покажет, насколько права она в своих догадках.

— Идем. — Майкл возвышался над ней.

Пэтси и не заметила, как он вернулся. Она встала и послушно побрела за ним. Поведение Майкла изменилось. Пэтси видела, что своим желанием пойти домой она разорвала ту невидимую нить, которая уже начала связывать их.

Ничего страшного, утешала она себя. Какое мне дело до настроения мистера Росса? Я должна быть счастлива, что легко отделалась, и он сразу согласился отпустить меня.

— Майкл, — робко заговорила она, когда они вышли из бара и Росс махнул рукой, чтобы остановить такси. — Я вполне могу доехать сама…

— А кто тебе сказал, что я собираюсь тебя провожать до дома? — Его лицо скривилось как от зубной боли.

Пэтси передернуло.

Так тебе и надо, идиотка. Вечно ты торопишься с выводами, когда дело касается этого человека.

— Извини, — пробормотала она, не зная от смущения, куда смотреть.

Майкл криво усмехнулся.

— Послушай, Пэтси. Я ведь не сделал тебе ничего плохого. Почему ты считаешь меня каким-то чудовищем? Неужели я не могу даже проводить тебя?

— Можешь, — пролепетала Пэтси. — Просто я подумала, и ты сам сказал…

Она потеряла мысль. Глаза Майкла выражали презрение.

Ну и пусть, внезапно разозлилась Пэтси. Плевать я хотела на его отношение ко мне!

Росс остановил такси и всю дорогу до дома Пэтси хранил гробовое молчание. Пэтси, давая водителю указания, каждый раз надеялась, что Майкл заговорит с ней. Ей не хотелось расставаться с ним так враждебно. Но ничего другого ей, видимо, не оставалось.

На ступеньках дома Пэтси замерла, повернулась к Майклу и, набрав в легкие побольше воздуха, выпалила:

— Спасибо за приятный вечер.

Однако ее усилия пропали втуне. Майкл не отрывал глаз от ее лица и не слышал ее старательно отрепетированную фразу. Пэтси сникла.

— До свидания, — пролепетала она и попыталась ускользнуть, однако его слова остановили ее.

— Значит, ты не предложишь мне выпить чашечку кофе? — спросил он, пристально глядя на нее.

Пэтси растерялась. Неужели принято приглашать мужчину к себе после подобного вечера? Она в растерянности посмотрела на Росса. Но потом смысл его слов неожиданно дошел до нее, и она залилась краской гнева. Как он смеет!

— И не подумаю! — надменно заявила она.

Пора поставить этого наглеца на место. Пусть не думает, что имеет дело с легкодоступной женщиной.

— Жаль, — с такой же странной усмешкой продолжал Майкл, которого ничуть не смутила реакция Пэтси. — Я бы с удовольствием…

— А я нет, — категорично прервала его Пэтси. — Сегодняшний вечер — случайность, поэтому никаких продолжений быть не может!

— Хорошо, — пожал плечами Майкл. — Я не буду ни на чем настаивать.

Он улыбнулся ей на прощание и пошел в сторону центра. Пэтси с непонятной ей самой тоской смотрела ему вслед. Неожиданно Росс развернулся и крикнул:

— Привет красавчику-доктору!

Пэтси махнула рукой, как бы прогоняя его. Однако хотела ли она прогнать его или, наоборот, позвать, она сама не знала.

Пэтси тихонько открыла дверь в квартиру. Марджори уже спала, и девушка боялась разбудить ее. Она скинула туфли и босиком прошлепала в кухню, чтобы глотнуть холодного сока. После мартини и прокуренного помещения ужасно болела голова, и Пэтси с наслаждением потягивала прохладную жидкость с апельсиновым вкусом.

Мысли ее путались. Лицо Майкла Росса стояло у нее перед глазами. Надо же, он даже не попросил номер моего телефона, запоздало отметила она. Значит, на самом деле я ему совершенно безразлична…

Пэтси сполоснула стакан и пошла в спальню. Растянувшись на прохладной простыне, она закрыла глаза. Но сон не приходил. В голове крутилась мелодия, которую Майкл так виртуозно исполнил для нее. Пэтси вспоминала его слова, взгляды, пленительную улыбку и жалела о том, что не расспросила его как следует.

Наверняка его жизнь поинтереснее моей. Он бы о многом мог мне рассказать, думала она с запоздалым раскаянием. Я была к нему несправедлива.

Пэтси повертелась немного и наконец заснула. Но даже во сне смятение не покидало ее. Знакомый мужской образ тревожил ее — Пэтси снились страстные поцелуи и крепкие объятия, нежные ласки и нескромные касания.

Она открыла глаза посреди ночи, ее сердце бешено колотилось. Пэтси не сразу осознала, что все, что происходило с ней только что, — сон. Однако когда она поняла это, легче не стало. Потому что мужчина, который делил с Пэтси эротические фантазии в ее сне, был отнюдь не Дональд Кейн…

6

— Пэтси, тебя вызывает доктор Кейн. — В голосе Дианы была невероятная таинственность. — Срочно!

Пэтси притормозила. Она только что вошла в клинику и планировала подняться к себе, выпить чашку чая, подготовиться к приему пациентов.

— Прямо сейчас? — недоверчиво спросила она.

Дональд редко приезжал в «Соединяя сердца» с самого утра. Обычно он показывался в клинике около обеда.

— Да, — кивнула Диана. — Он здесь с восьми и велел вызвать тебя, как только ты появишься.

Что случилось? — недоумевала Пэтси. Она была бы очень рада так неожиданно встретить Дональда, если бы не чрезвычайная поспешность. Неужели произошло что-то неприятное?

— Как ты думаешь, в чем дело? — обратилась она к Диане, вместо того чтобы стремглав мчаться на второй этаж в кабинет доктора Кейна.

Диана еле заметно улыбнулась.

— Откуда я знаю. Но вполне возможно, что это связано с твоим загадочным вчерашним кавалером… Кстати, кто он?

Пэтси покраснела. Она, конечно, подозревала, что появление Майкла Росса не пройдет незамеченным. Диана, видимо, всю ночь не спала, пытаясь угадать, кто такой Майкл и кем он приходится Пэтси. Вполне возможно, что не только Диана. Пэтси даже не смела надеяться на то, что ее невинная вчерашняя шутка задела Дональда, однако кто знает…

— Просто знакомый, — ответила Пэтси небрежно. — Кому какая разница, кто за мной заходит? Доктору Кейну уж точно все равно!

— Что-то я не пойму тебя, Патрисия Торнвальд, — произнесла Диана. — То ты млеешь от одного взгляда Дональда и проводишь с ним целый вечер, то делаешь вид, что вы друг другу безразличны.

Пэтси пожала плечами. Она не собиралась вдаваться ни в какие объяснения.

— Но если хочешь знать мое мнение… — Тут Диана понизила голос до таинственного шепота. — Я бы поставила на Майкла Росса. От Дональда никакой пользы, а тут такой мужчина…

Диана закатила глаза и причмокнула. Пэтси презрительно хмыкнула и поправила сумочку на плече.

— Ладно, потом поболтаем, — сухо сказала она. — Мне надо идти.

Поднимаясь по лестнице, Пэтси гадала, почему ее так разозлили слова Дианы. Ведь она не виновата в том, что ей понравился Росс. К тому же самой Пэтси нет до него никакого дела. Может быть, стоило дать им возможность пообщаться подольше? Но мысль об этом была почему-то тоже неприятна Пэтси.

По-моему, тебе пора забыть о Майкле Россе, наставительно сказала она себе. Ведь тебя ожидает Дональд, и неизвестно, чем закончится ваша встреча…

Пэтси подошла к кабинету Дональда и обнаружила, что стол Мэгги, который располагался у его двери, пуст. Пэтси немного потопталась, как всегда не решаясь войти. А вдруг Дональд занят? Если бы Мэгги была на месте, она бы сказала ей, что делать. Пэтси робко шагнула к двери и прислушалась. Ей хотелось понять, есть ли кто-нибудь в кабинете.

Если бы дверь была плотно закрыта, то Пэтси ничего бы не услышала. Но она была приоткрыта, и до Пэтси донеслись чьи-то сдавленные всхлипывания. Прекрасно сознавая, что она поступает неправильно, Пэтси прислушалась. Но, в конце концов, Дональд сам не закрыл дверь. И вызвал ее к себе. Значит, она имеет полное право здесь находиться!

— Я больше так не могу, — причитал женский голос в кабинете. — Почему вы не хотите оставить меня в покое? Я обещаю, что никому ничего не скажу.

В голосе слышалась такая тоска, что Пэтси содрогнулась. Не лучше ли сбежать, пока ее не застукали? Но ответ мужчины пригвоздил ее к месту.

— Меган, ты ведешь себя как ребенок. Мы все связаны, и тебе лучше держаться ближе к нам.

В том, что это говорил Дональд Кейн, у Пэтси не было ни малейших сомнений. Слишком хорошо знала она этот сочный, глубокий голос, при первых же звуках которого она теряла голову.

— Господи, Дон, да она же глупа как курица. Было бы проще оставить ее там, где она была.

В разговор вступил третий человек, в котором Пэтси без труда узнала Барбару Уитни. Значит, всхлипывающей женщиной была Мэгги Кимеридж.

Пэтси была поражена. Она никогда не думала, что Мэгги может говорить с таким отчаянием. Что происходит?

— Не забывай, она моя… — Мужчина неожиданно замолчал, и по напряженной тишине Пэтси поняла, что он прислушивается.

По какому-то наитию она бесшумно отступила, села в одно из стоявших в приемной кресел и прикрыла глаза.

И вовремя. Потому что дверь кабинета распахнулась, и на пороге возник Дональд Кейн. Пэтси встрепенулась, как будто только что очнулась от дремоты.

— Доброе утро, Дональд, — радужно улыбнулась она. — А я думала, вы еще не приехали.

Дональд внимательно посмотрел на нее. Пэтси внутренне напряглась. Она надеялась, что ничем себя не выдала.

— Диана сказала мне, что вы просили зайти. — Пэтси встала с кресла.

— Да, конечно, — спохватился Дональд. Было видно, что он с трудом соображает. — Проходите, Патрисия. Я очень рад вас видеть.

Если бы Пэтси не слышала Дональда две минуты назад, она, несомненно, поддалась бы очарованию его ласковых слов. Но у нее в ушах до сих пор звучал его раздраженный голос.

Дональд отступил в сторону, приглашая Патрисию войти, и сказал, обращаясь к кому-то в кабинете:

— Мы поговорим об этом позднее. Сейчас у меня важная беседа с мисс Торнвальд.

Пэтси как всегда не без робости зашла в кабинет Дональда. Только сейчас это объяснялось совсем другими причинами. Ей внезапно вспомнились предостережения Дианы. Пэтси дорого бы отдала за возможность обсудить с ней все услышанное только что.

Но пути к отступлению не было. В дверях стоял улыбающийся Дональд, и Пэтси показалось, что в ласковом выражении его лица есть нечто зловещее…

— Хорошо, Дон, — процедила Барбара и прошла мимо Патрисии, даже не взглянув в ее сторону.

Пэтси тоже не обратила на мисс Уитни внимания. Ее глаза были устремлены на Мэгги, которая стояла в углу кабинета и поспешно утирала слезы.

— Привет, Пэтси, — прошептала она и прошмыгнула к выходу.

Пэтси в растерянности смотрела ей вслед.

— Что случилось с Мэгги? — спросила она, как только за женщинами захлопнулась дверь.

— Ничего, — сухо произнес Дональд.

Он подошел к столу, со всего размаха сел в кресло и закрыл лицо руками. Пэтси не понимала, что все это может означать. Она молча стояла на месте, ожидая, когда Дональд соизволит объяснить ей что-нибудь.

— Простите меня, Патрисия. — Дональд выпрямился и улыбнулся девушке.

У Пэтси отлегло от сердца. Перед ней был по-прежнему ее Дональд Кейн, внимательный и заботливый, неотразимый мужчина и герой ее девических грез. Ей даже стало казаться, что их разговор привиделся ей во сне.

— У мисс Кимеридж небольшие проблемы, — пояснил Дональд. — Мы с Барбарой пытаемся ей помочь, но, боюсь, это не в наших силах.

Выражение озабоченности промелькнуло на красивом лице Дональда, и Пэтси на мгновение захотелось собственными руками придушить Мэгги, которая осмелилась озадачить доктора Кейна своими бедами.

— Но я позвал вас совсем за другим, Патрисия. — Голос Дональда вдруг приобрел более глубокий оттенок. Было ясно, что сейчас он скажет нечто важное.

Пэтси стиснула руки и приготовилась слушать. Однако Дональд не торопился. Он встал с кресла, подошел к дивану в углу кабинета и легким приглашающим жестом позвал девушку к себе. Пэтси машинально повиновалась, хотя понимала, что подобная близость к Дональду может быть очень опасна…

— Я должен признаться вам, Патрисия, в ужасном грехе. — На этот раз голос Дональда звучал глухо.

Пэтси прижала ладошку ко рту. Неужели сейчас он поведает ей страшную тайну?

— Я, психоаналитик, помогающий людям справиться со своими комплексами, обнаружил, что во мне самом живут дьявольские силы.

Пэтси вжалась в спинку дивана. Профиль Дональда, отчетливо выделявшийся на фоне матовой стены, был настолько прекрасен, что действительно мог иметь отношение к чему-то бесовскому.

— Когда я вчера увидел, что вы уходите с другим мужчиной, — продолжал Дональд, — во мне словно что-то взорвалось.

Пэтси, конечно, не ожидала таких слов. Она растерянно взирала на Дональда, не отдавая себе отчета в том, что, если бы он сказал ей такое два дня назад, она бы умерла от счастья. А сейчас она просто не могла поверить, что он действительно говорит с ней о своих чувствах.

— Кто это, Патрисия? — Дональд стремительно повернулся к девушке и сильно сжал ее руку. — Вы же говорили, что у вас нет друга!

Пэтси ойкнула от боли. Натиск Дональда совершенно смутил ее. Он не просил, не спрашивал, не умолял. Он требовал, и это немного пугало ее.

— Случайный знакомый, — выдавила она из себя. — Я второй раз в жизни видела его и вряд ли еще увижу.

Дональд ослабил хватку, но по-прежнему держал руку Патрисии. Девушку охватило странное чувство раздвоенности. Одна ее часть замирала от счастья, видя, что на лице Дональда написано настоящее страдание. Однако другая была настороже: все это сильно походило на подготовленный спектакль. Пэтси неожиданно обнаружила в себе способность адекватно реагировать на обаяние Дональда Кейна. Почему-то она уже не теряла сознания в его присутствии…

— Он так смотрел на вас, Патрисия, — добавил Дональд, и девушке показалось, что она уловила нотку ревности в его словах.

А вам какое дело? — чуть не ляпнула она, но вовремя сдержалась. Хотя имела полное право задать этот вопрос. Все то время, что она работает в клинике, доктор Кейн всего лишь пожирал ее своими синими глазами и говорил полные двусмысленности слова. Не больше. Хотя, если она его так интересует, почему бы не предпринять что-нибудь? Самостоятельная жизнь научила Пэтси кое-чему. Она начала потихоньку понимать, что уже давно не маленькая девочка. Настало время жить по взрослым правилам.

— Патрисия… — Дональда явно смущало упорное молчание девушки. — Я не могу разобраться в самом себе… С того самого дня, когда я впервые увидел вас в приемной, такую юную и робкую, я потерял покой. Вы настолько не похожи на женщин, которые окружают меня. Я никогда не думал, что встречу такую, как вы. Настолько прекрасную и чистую…

Дональд запнулся. Словно признание, рвавшееся из глубин его сердца, с трудом давалось ему. Пэтси была потрясена. Все эти слова она часто представляла себе длинными бессонными ночами, когда мечты о Дональде тревожили ее. И вот теперь самое заветное осуществилось — он сидит напротив нее, говорит о любви. Пэтси хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что она не бредит.

— Почему вы молчите, Патрисия? — наконец не выдержал Дональд.

Он ожидал чего угодно, только не этой тишины.

— Я… это так неожиданно, — пролепетала Пэтси.

Ее мысли были в полном беспорядке. То, что произошло в следующую секунду, совсем не улучшило ее самочувствие. Дональд решительно наклонился к Пэтси и, приобняв ее, прижался к ее губам. Пэтси немедленно закрыла глаза. Страстный поцелуй Дональда был настолько восхитителен, что у девушки захватило дух. Даже в самых смелых фантазиях она не могла представить себе восторг, охвативший ее, когда горячий язык Дональда принялся исследовать ее рот.

Пэтси прильнула к нему всем телом и обхватила руками его крепкую шею. От Дональда веяло непонятным пряным ароматом, и у Пэтси кружилась голова от насыщенного запаха. Все сомнения, страхи, подозрения и воспоминания исчезли, расплавились в огне его поцелуя. Какая разница, что говорят о Дональде Кейне, если именно о нем Пэтси мечтала всю свою жизнь и сейчас он принадлежит ей?

Руки Дональда нащупали молнию на платье Пэтси. Он аккуратно взял крошечный замочек и потянул его вниз. Еле слышимый металлический скрежет привел Пэтси в чувство. Она в испуге отпрянула от Дональда, разорвав окутавшую их пелену страсти.

— Прости. — Дональд сразу отодвинулся от нее. Он сжал ладонями виски и наклонил голову.

Пэтси почувствовала жалость к нему. Она поняла, что Дональда терзает неистовое желание. Но что она могла поделать? Пэтси была не в силах переступить через себя…

— Это я виновата, — заторопилась она с объяснениями, но Дональд повернулся к ней и закрыл ее рот ладонью.

— Это никуда не уйдет от нас, правда? — Он вопросительно посмотрел на нее. Пэтси с готовностью кивнула. — Я готов подождать, любовь моя. Если ты скажешь мне, что отвечаешь на мои чувства…

Пэтси потупилась. Неужели ее поведение не говорит само за себя? Зачем ему нужны какие-то слова?

— Ты очень мне нравишься, Дональд, — пробормотала она, заливаясь краской.

— Только нравлюсь? — вкрадчиво поинтересовался он, поглаживая ее руку.

Пэтси стало щекотно, но она не решалась сказать Дональду об этом. Ведь он уверен, что все, что он делает, доставляет ей удовольствие.

— Я люблю тебя, — с трудом выдавила из себя Пэтси. — Ты самый красивый мужчина из всех, которых я когда-либо встречала…

Дональд улыбнулся и поднес руку Пэтси к губам. Девушку поразило самодовольство, мелькнувшее в этой улыбке. Казалось, будто он ставит мысленную галочку: очередная жертва поймана. Немедленно перед глазами встала улыбка другого человека, лукавая и добродушная одновременно, от которой сразу улучшалось настроение. Пэтси попыталась отогнать назойливый образ, но у нее ничего не получилось. Воспоминание о насмешливых карих глазах Майкла Росса было не так-то просто выкинуть из головы. Как пострадало бы самолюбие Дональда, если бы он узнал, что Пэтси думает о другом мужчине, в то время как он говорит ей о любви…

Квадратные настенные часы гулко пробили десять часов. Дональд встрепенулся. Обычно в это время в клинику приходили первые пациенты.

— У тебя кто-нибудь назначен? — спросил он Пэтси.

— Да, — выпалила она, не подумав.

Почему-то ей захотелось выбраться из этого кабинета как можно скорее. Зачем? Чтобы прийти в себя, разобраться в своих чувствах? Или просто сбежать…

Дональд, сам того не подозревая, предоставил ей великолепную возможность.

— Хорошо, — вздохнул он. — Работа превыше всего. Хотя мне очень не хочется отпускать тебя…

С этими словами Дональд встал с дивана. Пэтси поднялась вслед за ним. Он нежно привлек ее к себе, и Пэтси осуществила свою давнишнюю мечту — прижалась лбом к его плечу. Однако ожидаемого восторга не ощутила.

Наверное, я слишком часто думала об этом, размышляла про себя Пэтси, в то время как Дональд гладил ее волосы. Ведь действительность ничуть не хуже фантазии. Вот меня обнимает мужчина моей мечты, о любви которого я бредила с момента нашей первой встречи. Мне безумно хорошо в его объятиях, я готова стоять так часами. Теперь все будет замечательно…

И Пэтси подняла голову, старательно подставив Дональду губы, на которые он немедленно накинулся.

— Все, тебе пора, — оторвался он от нее со скорбным вздохом.

Пэтси улыбнулась. Несмотря на разочарование, прозвучавшее в голосе Дональда, она была рада, что их неожиданное любовное свидание подошло к концу…

Она стремглав вылетела из кабинета Дональда. Его слова все еще звенели у нее в ушах. «Любовь моя»… Прыгать бы от радости надо, а почему-то не прыгалось…

Пэтси добрела до своего кабинета, закрыла дверь на ключ. Меньше всего ей хотелось, чтобы ее потревожили. Затем она подошла к столу, выдернула телефонный провод из сети. Звонков тоже не надо. И только после этого она бессильно опустилась в кресло.

Итак, она, Патрисия Торнвальд, обыкновенная девчонка из Массачусетса, принадлежит теперь к кругу избранных, отмеченных любовью. Самый потрясающий мужчина в мире заметил ее и вознес на пьедестал своих чувств. Еще день назад Пэтси была бы безоговорочно счастлива, но сегодня что-то изменилось. Что-то мешало ей раствориться в блаженстве, что-то не давало ей наслаждаться поцелуями Дональда в полной мере. Пэтси попыталась сосредоточиться и вернуться к событиям последних дней. Что так повлияло на ее отношение к Дональду Кейну?

Роскошный бал в честь четырехлетия клиники. Волнующие ароматы, медленная чарующая музыка, танцы. Рука Дональда на талии, его учащенное дыхание — все было прекрасно. Пэтси прикрыла глаза и снова ощутила знакомый прилив восторга, когда сердце замирает в предвкушении неслыханных наслаждений.

Но неожиданно что-то ворвалось в пленительную картину ее воспоминаний. Перед мысленным взором девушки возник темноволосый мужчина среднего роста с лукавыми карими глазами и поддразнивающей улыбкой. Пэтси вздрогнула и немедленно очнулась. Причина была найдена. С тех пор, как она провела вечер с Майклом Россом, ее чувство к Дональду претерпело значительные изменения.

Но ведь мы ходили в бар Джо только вчера, возмутилась Пэтси. Разве он мог так повлиять на меня?

Вопреки всем правилам логики и здравого смысла выходило, что именно это и произошло. Пэтси обнаружила, что, мечтая о поцелуях Дональда, представляет на его месте совсем другого человека…

Это невозможно, сказала она строго. Я люблю Дональда Кейна, он любит меня. Майкла Росса я никогда больше не увижу, и это не имеет никакого значения. Я счастлива. Я очень счастлива.

Но, несмотря на упорные самозаверения, Пэтси чувствовала упадок духа. Оставалось только надеяться, что со временем это пройдет. Дональд Кейн, конечно, поможет ей в этом…

Внезапно до Пэтси дошло, что в дверь кто-то долго и упорно стучит. Она мельком взглянула на наручные часики и побледнела. Оказывается, она просидела в кабинете больше двух часов. Неужели уже подошел первый пациент? Что он подумает о своем психоаналитике?

— Иду, — громко сказала Пэтси, направляясь к двери. Но, распахнув ее, она убедилась, что ее страхи напрасны.

— Слава Богу, с тобой все в порядке. — В кабинет шагнул Дональд Кейн. Его лицо было взволновано. — Почему ты не отвечаешь? Я стучу уже десять минут, а ты молчишь…

Дональд с подозрением оглядывал кабинет.

— Все в порядке, — улыбнулась Пэтси. Ей польстило его волнение, хотя она подумала, что не стоило так переживать из-за такого пустяка. — Я решила немного отдохнуть…

— А ты разве не работаешь? — ледяным тоном осведомился Дональд, и Пэтси прикусила язык.

— Я перепутала, — жизнерадостно заявила Пэтси. Она не собиралась чувствовать себя преступницей. — Я обнаружила ошибку, когда уже поднялась к себе, и решила немного расслабиться!

— И расслабилась? — произнес Дональд загадочно, прикрывая дверь кабинета.

Он подошел к Пэтси и обнял ее.

Пэтси потерлась щекой о его плечо. О чем еще можно мечтать?

— Давай сегодня вечером сходим куда-нибудь, — предложил Дональд.

— Хорошо. — Пэтси очень обрадовали его слова. Может быть, вечер с Дональдом перечеркнет неудачное общение с Майклом Россом?

— Тогда я жду тебя в холле в пять, любовь моя.

Дональд наклонил голову и коснулся губами шеи Пэтси.

— Ты так прекрасна, — прошептал он. — Я готов съесть тебя…

Пэтси натужно засмеялась. Она не могла избавиться от ощущения, что Дональд говорит заученные, тщательно отрепетированные слова. В устах Росса все это звучало бы иначе, некстати подумала она.

— До вечера. — Дональд оторвался от Пэтси. Недоумение отражалось в его глазах. Видимо, что-то в поведении Пэтси все-таки его смущало.

— Да. — Пэтси мысленно желала, чтобы он как можно скорее ушел. И когда Дональд исполнил ее пожелание, девушка с облегчением вздохнула.

Кто ж так реагирует на любимого мужчину? — упрекнула она себя. Ничего, у тебя будет возможность вечером исправиться.

Однако вечером чувство неловкости не исчезло. Когда Пэтси спустилась в холл, она увидела Дональда, который разговаривал с Дианой. Он точно так же, как Майкл Росс вчера, облокотился на стойку регистратуры и даже немного наклонился вперед. Воспоминание о Майкле болью пронзило Пэтси. Внезапное сумасшедшее желание увидеть Росса на месте Дональда охватило девушку.

Видимо, та же самая мысль посетила и Диану, потому что она подмигнула Пэтси из-за плеча Дональда. Кейн сразу обернулся и заулыбался, увидев девушку.

— Ты заставляешь себя ждать, — шутливо упрекнул он ее.

Пэтси пожала плечами.

— Извини.

Ее удивляло собственное спокойное отношение. Еще позавчера она сошла бы с ума от радости, если бы доктор Кейн обратился к ней таким образом на виду у всей клиники. Сейчас даже легкая зависть в глазах Дианы не имела значения.

Они вышли из клиники. «Мерседес» Дональда уже стоял у дверей, и Пэтси села в него со смешанным чувством удовлетворения и злости.

Дональд вел машину очень осторожно. Он рассказывал Пэтси о своих планах по реорганизации клиники, но она почти не слушала его.

— А куда мы едем? — вдруг прервала Пэтси разглагольствования Дональда. В каждом его слове было такое самолюбование, что она больше не могла это спокойно выносить.

— Это будет для тебя сюрпризом, — немного обиженно ответил Дональд. — Подожди.

Они подъехали к огромному зданию Президент-Отеля, которое было совсем недавно выстроено в центре. Пэтси всегда считала эту громадину уродливой и безвкусной постройкой, но ходили слухи, что внутри отель роскошно оборудован. Только очень богатые люди могли позволить себе остановиться в нем.

Дональд помог Пэтси выбраться из машины и, предложив ей руку, повел к входу.

— Нам сюда? — с благоговейным ужасом спросила Пэтси.

— Да, — усмехнулся Дональд.

Реакция девушки привела его в отличное настроение. Он кивнул швейцару, который услужливо распахнул перед ними дверь. В просторном холле Пэтси завертела головой по сторонам. Золотое великолепие отделки ослепило ее.

— Тебе нравится? — поинтересовался Дональд, видя, что Пэтси никак не может прийти в себя.

— Впечатляет, — лаконично ответила она, не собираясь давать волю восторгам, которых не чувствовала. Показная роскошь на мгновение сбивала с ног, но потом становилось ясно, что за красивым фасадом может ничего и не быть.

Совсем как Дональд, провела мысленную аналогию Пэтси. Неотразим снаружи, а вот что скрывается внутри…

К ним подошел администратор с масляной улыбкой.

— Все готово, доктор, — угодливо произнес он.

Пэтси поежилась. Ее всегда раздражало подобострастие, особенно в такой степени. Однако Дональд получал от этого удовольствие. Пэтси почудилось, что он словно стал шире в плечах, когда к нему, согнувшись, подлетел этот человечек.

— Хорошо. Надеюсь, я не буду разочарован.

Пэтси чуть не охнула. Как может светило психоанализа так себя вести? Неужели Диана права и когда дело доходит до власти, то Дональд Кейн неузнаваемо меняется?

7

— Заходи. — Дональд распахнул перед Пэтси дверь пентхауза.

Заинтригованная Пэтси заглянула внутрь, не переступая порога, и замерла на месте.

Ее взору открылась огромная гостиная бело-палевых тонов. Широкий низкий диван в правом углу, слева — стеклянная стена, сквозь которую виден балкон, превращенный в настоящую оранжерею.

Посередине комнаты стоял круглый резной столик, покрытый белой скатертью. Присутствовали все непременные атрибуты романтического ужина: покрытая инеем бутылка шампанского в серебряном ведерке, высокие хрустальные бокалы, витые свечи в золотистых канделябрах. Пэтси сразу представила себе эту великолепную гостиную, освещенную лишь призрачным отблеском свечей…

Это все для меня. Сердце девушки заколотилось. Она кинула на Дональда взгляд, полный благодарности. И тут же была вынуждена отвести глаза.

Дональд смотрел не на нее. Он внимательно обозревал роскошный номер. Легкая улыбка порхала на его губах, и Пэтси показалось, что она слышит, о чем думает доктор Кейн.

Смотри, что я для тебя приготовил. Никто другой не смог бы потратить столько денег и усилий, чтобы организовать подобное великолепие. А мне, великому Кейну, нипочем такие траты…

Пэтси мотнула головой. У нее просто разыгралось воображение, не больше. Однако Дональд тут же поспешил подтвердить ее подозрения.

— Это все для тебя, — торжественно произнес он.

Нотка самодовольства в его голосе явно говорила о том, что он ожидает бурю восторгов и лавину благодарности от бедной маленькой девчушки, которую он отметил своим вниманием.

Пэтси хранила упорное молчание. А что она могла ответить на подобное заявление? Что ей не нужны дорогие гостиницы и безумные деньги? Что ее вполне устроит немного искреннего душевного тепла?

Печальный вздох вырвался из ее груди. Тяжело самолично развенчивать идеал, который создавался так долго…

— Что-то не так? — холодно спросил Дональд.

— Все замечательно. — Пэтси заставила себя улыбнуться. Нельзя показать ему, что ее очень мало волнует его богатство и могущество. Это разобьет его сердце…

— Тогда проходи. — В тоне Дональда сквозило нетерпение.

Ах, да, догадалась Пэтси. Не все идет так гладко, как он планировал. Я веду себя совсем неправильно.

Тем не менее, Пэтси шагнула вперед. Ее нога по щиколотку утонула в пушистом ковре.

— Настоящая Персия, — с гордостью заявил Дональд, видя, что Пэтси обратила внимание на покрытие пола. — Стоит кучу денег.

Пэтси передернуло. Как она раньше не замечала, что Дональд настолько меркантилен? Хотя, конечно, раньше она не часто общалась с ним…

Они сели за стол, и Дональд виртуозно откупорил шампанское. Пенящаяся жидкость полилась в бокал, и Пэтси невольно задумалась о том, что последует за столь многообещающим началом.

Один быстрый взгляд в глубь гостиной о многом сказал ей. Там находилась полуприкрытая гобеленом дверь в другую комнату, и Пэтси не сомневалась, что это спальня. Что ж, вполне вероятное продолжение.

Дональд зажег свечи, и комната сразу уменьшилась. Темнота окружила их непроницаемой стеной, лишь два мерцающих огонька освещали лица. Пэтси подумала, что никогда еще Дональд не был так одурманивающе прекрасен. Глаз невозможно было оторвать от благородной линии его лба и скул, от чувственного изгиба рта.

— За нашу любовь, дорогая! — произнес Дональд и поднял бокал.

Пэтси послушно сделала то же самое. Она отпила глоток, но совсем не почувствовала желанного облегчения, которое должно было принести шампанское. Внутри нее все кричало о неестественности происходящего. Фальшивы были слова Дональда, его взгляды, улыбки. Фальшивы были ее собственные чувства. К своему ужасу, Пэтси осознавала, что растеряла всю любовь к Дональду Кейну где-то в коридорах клиники «Соединяя сердца».

— Ты все время молчишь, Патрисия, — нарушил тишину Дональд. — Не надо чувствовать смущения. Расслабься. Я понимаю, что подобная обстановка тебе внове, но теперь для тебя открывается совсем иной мир…

Пэтси с трудом удержала смех. Значит, Дональд считает, что ее так поразило великолепие номера, что она не знает, куда деться от смущения?

Как же он глуп! — пришла в голову девушки крамольная мысль. Права была Диана, которая предупреждала, что Дональд Кейн не для них. Они для него слишком хороши!

Дональд потянулся к Пэтси и накрыл ладонью ее руку. Ее пальцы напряглись, ощутив его ледяное прикосновение. Пэтси внезапно поняла, что от сексуальной притягательности Дональда не осталось и следа. Его касания вызывали дрожь отвращения. Девушка, поначалу надеявшаяся, что романтическое свидание заставит ее сердце вспыхнуть новым пламенем, видела, что ничего подобного не происходит. Наоборот. С каждой минутой Пэтси осознавала все четче, что она поступает неправильно, находясь в данный момент с Дональдом в роскошном пентхаузе Президент-Отеля…

Они выпили еще немного ледяного земляничного шампанского. Пэтси ела нежнейший торт и делала вид, что внимательно слушает Дональда, который пребывал в полной уверенности, что развлекает девушку нескончаемыми историями о своих успехах.

Пэтси было невероятно скучно. Ее раздражал и интимный полумрак, и вкрадчивый голос Дональда, его хвастовство и самолюбование. Она проклинала себя за то, что не разобралась сразу в своих чувствах и позволила привезти себя в этот пышный отель.

А Майкл, наверное, сейчас снова развлекает посетителей бара Джо какой-нибудь красивой песней, грустно размышляла девушка, понимая, что вчера с Майклом Россом ей было намного интереснее, чем сейчас с Дональдом Кейном…

Неожиданно у Дональда зазвонил телефон. Он вполголоса ругнулся, но полез в карман пиджака и достал серебристую трубочку. Взглянув на экран, он немедленно поднялся.

— Извини, Патрисия, срочный деловой вопрос.

Дональд вышел на балкон, плотно прикрыв за собой дверь. Пэтси обрадовалась минутной передышке. Она сразу же расслабилась и принялась оглядываться вокруг. Дверь в углу гостиной по-прежнему интриговала ее, и она решила воспользоваться моментом, чтобы посмотреть, что за ней скрывается.

Пэтси встала и на цыпочках направилась к таинственной двери. Один робкий взгляд в сторону балкона убедил ее, что Дональд пока еще там и возвращаться в ближайшее время не собирается. Девушка смело подошла к двери и распахнула ее.

Как она и ожидала, это была спальня. Огромная кровать под розовым покрывалом, маленькие подушки в форме сердца, зеркало в золотистой оправе во всю стену. Пэтси показалось, что она попала в домик куклы Барби. Она невольно поморщилась. Это любовное гнездышко было слишком карамельно, чтобы она могла уютно себя в нем чувствовать.

Окна спальни тоже выходили на балкон, и, так как одно из них было открыто, Пэтси решила глотнуть немного свежего воздуха. Только подойдя вплотную, она поняла, что отсюда слышно каждое слово из разговора Дональда.

Первым порывом девушки было вернуться назад. Однако она так не поступила. То, что она услышала, было слишком непонятным и пугающим, чтобы Пэтси могла думать о приличиях.

Дональд говорил на повышенных тонах. Было ясно, что его неведомый собеседник невероятно злит его.

— Перестань нести чушь, — почти кричал он в трубку. — Мне надоели твои истерики. Ты сама напрашиваешься на неприятности, Мэгги.

Мэгги? Пэтси напряглась. Значит, он разговаривает с мисс Кимеридж. Что же происходит? Девушка подошла еще ближе. Она не опасалась, что Дональд ее увидит, — она была надежно скрыта цветочными зарослями.

— Дай мне поговорить с Барбарой, — жестко потребовал Дональд. — Ты что, не можешь ее заткнуть? — рявкнул он спустя пару секунд, добавил несколько непристойных слов, от которых уши Пэтси немедленно вспыхнули. — Я не позволю, чтобы эта дрянь портила мне жизнь. Справляйся с ней, как знаешь. Мы не можем допустить, чтобы она пошла в полицию…

Пэтси в ужасе отпрянула. Неужели Дональд, Барбара и Мэгги ввязались в криминальную историю? Тогда она может поплатиться, если он застанет ее здесь за подслушиванием…

— Патрисия, ты куда пропала? — вдруг услышала она голос Дональда в соседней комнате.

Волна ужаса охватила девушку. Пока она тут пугалась, он закончил разговор и, вернувшись в гостиную, обнаружил, что ее там нет.

Что делать?

Блестящая идея осенила Пэтси. Она прыгнула к одному из розовых пуфиков, в изобилии стоявших в спальне, и опустилась на него.

— Я здесь, Дональд, — подала она голос.

Доктор Кейн немедленно возник на пороге.

— Что ты тут делаешь? — удивился он, но ничего не заподозрил.

— Я решила посмотреть, что в этой комнате. Здесь так красиво, — ответила Пэтси со слабой улыбкой, всей душой надеясь, что страх не написан на ее лице.

— Ты совершенно права, моя дорогая. Нам давно пора переместиться сюда. — Дональд развернулся и прикрыл за собой дверь.

Волна нового ужаса охватила Пэтси. Очевидно, Дональд по-своему истолковал ее интерес к спальне…

— Нам давно следовало переместиться именно сюда, Патрисия. — Голос Дональда стал хриплым.

Пэтси вскочила с пуфика. Дональд подошел к ней и рванул на себя. Пэтси замерла.

— Я так тебя хочу, моя дорогая, — бормотал он, покрывая лицо и шею Пэтси страстными поцелуями. — Когда я впервые увидел тебя, во мне словно что-то оборвалось. Ты как цветок на альпийских лугах, жаворонок ранним утром…

Дональд продолжал осыпать Пэтси лестными сравнениями. Но альпийский цветок не таял в его объятиях, а, наоборот, с тоской размышлял о том, как бы ему побыстрее выбраться из столь щекотливой ситуации и никого не оскорбить. О том, чтобы уступить желанию Дональда, не могло быть и речи…

Однако сам Дональд так не думал. В одно мгновение он подхватил Пэтси на руки и опустил на кровать. У девушки захватило дух.

А может, лучше положиться на судьбу, и будь что будет, обреченно подумала она про себя. Мне нет дела до темных делишек Дональда. Он самый красивый мужчина в мире, и я его люблю…

Но эти слова были лишены всякой убедительности, и Пэтси прекрасно понимала это.

Дональд принялся расстегивать рубашку Пэтси, совсем не обращая внимания на то, что девушка, придавленная его телом, не отвечает на его ласки. Когда же его руки начали стягивать с нее брюки, Пэтси очнулась. Осознание неправильности происходящего волной накрыло ее.

Ты не любишь этого человека! — закричало ее тело. Тебе противны его ласки и поцелуи. Ты даже боишься его. Почему ты притворяешься, зачем обманываешь саму себя?

— Подожди, Дональд, — пролепетала Пэтси, судорожно запахивая рубашку. Однако не так-то просто было остановить его. Казалось, все возражения Пэтси не имели никакого значения.

— Дональд! — закричала девушка.

Ей стало по-настоящему страшно. Она уже не заботилась о том, чтобы сохранить лицо и не причинить боль Дональду. Главное — выбраться из этого номера и убежать из него как можно дальше.

— Что? — Реакция Пэтси наконец дошла до его сознания.

— Я не могу так. — Пэтси воспользовалась тем, что хватка Дональда ослабла, отодвинулась от него и села на кровати. Ее сердце отчаянно билось, но она не сомневалась, что сможет убедить Дональда оставить ее в покое.

— Я еще не готова, — смущенно пролепетала она.

Лицо Дональда потемнело.

— О чем ты говоришь? — грубо спросил он. — Перестань вести себя как ребенок. Ты взрослая женщина и хочешь этого, так же как и я.

— Нет, — вырвалось у несчастной девушки.

Таким Дональд нравился ей еще меньше. Словно сквозь красивую картинку вдруг проглянуло истинное, эгоистичное и злобное нутро этого человека. Пэтси вспомнила, как он разговаривал с Мэгги и Барбарой, и поняла, что этого мужчину ей не удастся убедить ни в чем. Его заботят только его собственные интересы и желания.

Как же я раньше могла быть настолько слепой? — изумлялась про себя девушка, мысленно прикидывая расстояние до двери. Успеет ли Дональд перехватить ее, если она вдруг рванет по направлению к выходу?

— Нет? — Брови Дональда презрительно поползли вверх. Он лег на бок, подпер рукой подбородок и стал внимательно изучать покрасневшее личико Пэтси. — Я так не думаю. Ты просто стесняешься. Правда, я не знаю чего. Я уже сказал тебе, что люблю тебя. Чего тебе еще надо?

Несмотря на серьезность ситуации, Пэтси чуть не расхохоталась, услышав этот вопрос. Дональд Кейн, видимо, полагал, что любая женщина будет на вершине блаженства, если он удостоит ее своим вниманием.

— Я не уверена, что сейчас подходящий момент, нам надо лучше узнать друг друга, — забормотала Пэтси, сдерживая решительный ответ «я не люблю тебя», который рвался с ее губ. Вместо этого она стала смущенно теребить пуговицы рубашки, делая вид, что очень сконфужена, а на самом деле незаметно застегивая их.

— Лучше узнать друг друга? — переспросил Дональд и расхохотался. — Да любая женщина клиники умерла бы от счастья, если бы оказалась сейчас на твоем месте. Нельзя же быть такой наивной дурочкой, Патрисия. Ведь я — сам Дональд Кейн.

Пэтси кинула на него взгляд. Правильные черты его лица светились такой самовлюбленностью, что неотразимый красавец показался девушке чуть ли не уродом.

— Понимаешь, Дональд, — сделала она последнюю попытку объяснить ему свои переживания. — Когда я только пришла в клинику, я действительно влюбилась в тебя, ведь ты такой красивый…

Дональд удовлетворенно хмыкнул. Надеясь польстить ему таким образом, Пэтси не прогадала.

— Но потом что-то изменилось во мне, — неуверенно продолжала она, по-прежнему косясь на дверь и не замечая ухмылки на губах Дональда. — Я не знаю, что послужило этому причиной, — покривила душой Пэтси, которая могла с точностью до минуты сказать, когда ее отношение к Дональду Кейну стало меняться и кто в этом виноват. — Но я вдруг почувствовала, что больше не привязана к тебе, как раньше. Мне льстило твое внимание. — Пэтси улыбнулась собственным воспоминаниям. — Но это не любовь. Я неожиданно обнаружила, что меня также интересуют и другие мужчины…

Пэтси могла бы уточнить, кого она подразумевает под «другими мужчинами», но она инстинктивно чувствовала, что этого самолюбие Дональда уже не перенесет.

— Другие мужчины? — Дональд так стремительно вскочил, что Пэтси вздрогнула. В его голосе была самая настоящая угроза, и девушка испугалась. — Кого ты имеешь в виду? Того типа, что заходил за тобой вчера?

Пэтси невольно улыбнулась. В вопросе Дональда было столько примитивной мужской ревности, ярости самца, на самку которого посягнул другой…

— Да, — храбро ответила она, забыв о возможных последствиях. Но как она могла дальше притворяться, что встреча с Майклом Россом никак не повлияла на ее отношение к Дональду? Это было бы нечестно. И пусть она больше никогда уже не увидит Майкла, все равно тот вечер навсегда останется в ее памяти, и она уже больше не ошибется, приняв павлина за райскую птицу…

Реакция Дональда поразила ее. Он зашелся в приступе хохота и повалился на кровать.

— Ты хочешь сказать, что с легкостью променяешь меня на этого бродягу? — разобрала Пэтси вопрос в этом гомерическом смехе. — Надо быть полной дурой…

Пэтси не стала дослушивать прочие лестные эпитеты в свой адрес. Занятый собой Дональд был менее внимателен, и у девушки появился шанс сбежать. Она напряглась и быстро вскочила с кровати.

— Ладно, Дональд, извини, договорим в другой раз. Сейчас мне больше не хочется…

Пэтси произнесла это уже в дверях. Она выбежала в гостиную и направилась к выходу.

— Патрисия, подожди! — взревел Дональд. — Остановись немедленно.

Но девушка и не думала подчиняться. Наоборот, она со всех ног устремилась к заветной двери, за которой ее ждала свобода и новая жизнь.

— Патрисия!

Интуитивно девушка поняла, что Дональд Кейн не собирается просто так сдаваться.

Он, наверное, меня придушит, если догонит, нервно хихикнула она про себя, влетая в лифт.

— Первый этаж, пожалуйста, — сказала она мальчику-лифтеру, чьи оттопыренные уши смешно торчали под фирменной шапочкой отеля. — И побыстрее, пожалуйста, если можно…

Лифт с ужасающей медлительностью закрылся. Лицо Дональда мелькнуло в проеме, но он не успел остановить механизм. Пэтси с облегчением вздохнула. Кажется, у нее получилось.

— Конечно, это не мое дело, мисс, — закашлялся лифтер, — но если вы позволите дать вам маленький совет…

— Я вас внимательно слушаю, — произнесла заинтригованная Пэтси.

— Я правильно понял, что вам нежелательна новая встреча с тем господином?

— Мягко сказано, — содрогнулась девушка.

— Но ведь сейчас он может позвонить администратору, и вас задержат внизу…

Пэтси застыла. А ведь такой исход событий вполне вероятен. Это будет ужасно! Дональд ни за что не простит ей такого позора. Мысль о том, чтобы снова остаться с ним наедине в номере-ловушке, была невыносима.

— Что же мне делать? — тоскливо спросила она.

— Это очень просто. Если вы выйдете на втором этаже и пойдете налево до конца коридора, то за самой крайней дверью будет служебная лестница. Вы без труда покинете отель. Там никогда нет охраны, так как только служащие пользуются этим выходом…

— Спасибо, — просияла Пэтси и стала рыться в сумочке, чтобы отблагодарить мальчика более существенным способом. — Держи.

Она протянула ему пятидолларовую бумажку, чувствуя, что никаких денег не хватит, чтобы выразить ее огромную благодарность.

— Не стоит, — засмущался лифтер. — Спасибо. Если бы вы знали, как этот доктор Кейн надоел всем в отеле своими капризами. Я рад, что могу насолить ему.

Мальчик кровожадно улыбнулся, и Пэтси почувствовала, что готова расцеловать его.

Видишь, Дональд, мысленно обратилась она к своему незадачливому любовнику. Ты сеешь зло, и оно возвращается к тебе.

Пэтси поступила именно так, как ей сказал лифтер. Она незаметно выскользнула из отеля и, обогнув его стороной, смело направилась в сторону центра. Суматоха в холле, за которой она немного понаблюдала издалека, ясно говорила о том, что мальчик оказался совершенно прав и на первом этаже ее ждала засада.

Пэтси радостно встряхнула головой. Она свободна! Ей хотелось петь и прыгать, и в то же время ее тряс озноб. Девушку прошибал холодный пот при мысли о том, какой опасности ей удалось избежать.

Она брела по улице, не разбирая дороги. Пару раз ей недовольно гудели вслед машины, когда она особенно неосторожно переходила шоссе. Но Пэтси была слишком погружена в собственные мысли, чтобы обращать внимание на подобные мелочи.

Первый восторг прошел, и она неожиданно почувствовала себя ужасно одинокой. Теперь у нее нет ни работы, ни любимого. Дональд Кейн оказался подлецом. Хотя Пэтси радовалась тому, что избавилась и от любви к нему, и от последних иллюзий на его счет, ей все равно было невероятно тоскливо. Хотелось прижаться к кому-нибудь и выплакать все горести на его плече…

Пошел мелкий противный дождик, и Пэтси продрогла. Она с сожалением вспомнила о теплой шерстяной кофте, так глупо оставленной в пентхаузе Президент-Отеля. Сейчас бы она очень пригодилась.

Девушка поежилась и тут же с размаху налетела кого-то.

— Поаккуратнее, красавица, — услышала она знакомый насмешливый голос.

Не веря ушам, она подняла голову. Перед ней стоял Майкл Росс собственной персоной и с легкой насмешкой смотрел на нее. Пэтси представила себе, как она сейчас выглядит с растрепанными намокшими волосами, и покраснела.

— Привет, — пролепетала она, чувствуя, что никогда в жизни не испытывала такого облегчения.

С появлением Майкла все вставало на свои места. Она словно вернулась домой после утомительного путешествия.

— Эй, ты чего? — испуганно проговорил Росс, потому что Пэтси неожиданно всхлипнула и из ее глаз покатились самые настоящие слезы.

Потрясения сегодняшнего дня были слишком велики, чтобы она могла держать себя в руках.

— Перестань, все будет хорошо, — прошептал он и привлек девушку к себе.

Пэтси уткнулась лицом в грубую шерсть его свитера и заревела в полный голос. Она чувствовала и безмерное облегчение оттого, что снова видит Майкла, и ужасный стыд, потому что так плохо обошлась с ним накануне.

А дождь тем временем лил как из ведра. Он смешивался с солеными слезами Пэтси и превращал ее в настоящую русалку, только что вынырнувшую из глубин морских. Майкл одной рукой обнимал ее, а другой занимался совершенно бесполезным делом — стирал влагу с лица девушки. Однако Пэтси смотрела сквозь пелену воды на его лицо и чувствовала, что черпает необходимую силу в его прикосновениях.

— Ты простудишься, — улыбнулся Майкл, когда Пэтси вдруг оглушительно чихнула, — пойдем.

Он приобнял девушку за плечи и повел ее к серому «паккарду», который приютился на обочине. Майкл открыл переднюю дверцу и почти насильно впихнул туда Пэтси, которая, не переставая, твердила о том, что намочит ему всю машину. Затем он сам сел за руль.

Барабанная дробь дождя по стеклу, долгожданное тепло, потоки воды, от которых Пэтси была надежно укрыта, а главное, присутствие Росса волшебным образом подействовали на Пэтси. Она сжалась в комочек, подтянула ноги к подбородку и задумчиво уставилась в окно, наблюдая, как весь мир захлебывается водой.

— Возьми плед, — негромко проговорил Майкл и протянул ей небольшое шерстяное покрывало.

Пэтси с удовольствием закуталась в него. От покрывала пахло Майклом, и Пэтси затянула его потуже, чтобы как следует пропитаться этим запахом.

Они молчали. Пэтси было немного стыдно за свою истерику. К тому же она не знала, как себя вести. Ведь они почти незнакомы, и неизвестно, что он думает о ней. Возможно, что Майкл сейчас мысленно смеется над глупой дурочкой, которая как неразумная птаха залетела к нему в объятия. Пэтси почувствовала, как комок подступает к горлу. Она стиснула руки. Еще не хватало устроить потоп внутри машины!

Она тихонько покосилась на Майкла, ожидая увидеть ехидную улыбку. Однако он даже не смотрел на нее, созерцая потоки воды за стеклом. Его руки судорожно сжимали руль, костяшки пальцев побелели, и Пэтси невольно призадумалась, почему он так сосредоточен.

— Майк, — осмелилась произнести она. Ее голос звучал очень слабо, но Росс все равно услышал.

— Да, — повернулся он к девушке, и Пэтси утонула в тепле его карих глаз.

Все сомнения немедленно отступили. Пэтси, обычно такая преданная самоанализу, не задавалась на этот раз дурацкими вопросами. Ей впервые в жизни не хотелось раскладывать по полочкам, почему она сидит в машине рядом с этим человеком и как называются чувства, которые она к нему испытывает. Ей было просто хорошо и спокойно рядом с этим взявшимся невесть откуда Майклом Россом.

Словно отвечая на ее мысли, Майкл протянул руку и погладил девушку по голове. Прикосновение его пальцев было настолько приятно, что Пэтси зажмурилась и как котенок потерлась о его ладонь.

— Ты вся мокрая, — шептал Майкл, а его пальцы в это время массировали затылок Пэтси.

— Ты тоже, — ответила она, не открывая глаз.

Его пальцы переместились ниже, лаская ее шею, и Пэтси поняла, что была сто раз права, сбежав от Дональда Кейна. Ее разум немного ошибся в выборе, приняв мерзавца за прекрасного принца, однако ее тело трудно было обвести вокруг пальца. Оно ясно указывало на то, что она чуть не совершила ужасную ошибку.

Пэтси немного повернула голову и коснулась губами запястья Майкла. Ей хотелось показать ему, что она сожалеет о том, что была груба с ним накануне. Но ее ласка имела противоположный эффект. Майкл нахмурился и отодвинулся от нее.

— Куда тебя подбросить? — резко спросил он, как будто только что не дотрагивался до ее волос.

Из глаз Пэтси снова брызнули слезы. Неужели Майклу нет до нее никакого дела? Даже если нет любви, то почему бы не проявить хоть каплю жалости?

— Не плачь, не надо, — расстроенно забормотал он, видя реакцию Пэтси.

Он развернулся к ней всем телом и взял ее ледяную ладошку в руки. Пэтси не отрывала от него блестящих глаз.

Не покидай меня, мысленно молила она его. Ты так мне сейчас нужен. Неужели я ошиблась и в тебе?

— Пэтси, что случилось? — хрипло спросил Майкл. — Конечно, я не имею права расспрашивать тебя, но, может быть, ты захочешь мне довериться…

Пэтси подняла руку и прижала к его губам, призывая Майкла к молчанию. Он поцеловал ее ладонь.

— Ты имеешь право, — почти пропела она, испытывая неземное наслаждение от его легкого прикосновения. — Но мне так противно обо всем этом вспоминать…

Лицо Майкла потемнело.

— Дональд Кейн? — отрывисто спросил он.

Пэтси нерешительно кивнула.

— Как ты догадался?

— Это не трудно, — криво усмехнулся Майкл. — Когда-то мы неплохо знали друг друга. Вряд ли он сильно изменился с тех пор. А я видел, как он на тебя смотрел…

Пэтси всхлипнула.

— Ты любишь его? — с мукой в голосе спросил Майкл. — Поэтому ты сейчас так расстроена?

— Нет, — испуганно сказала Пэтси. — Он — мерзавец, и я сегодня окончательно это поняла.

— Ты уверена? — Майкл покосился на нее с подозрением. — Доктор Кейн ведь у нас неотразимый мужчина.

— Да, я уверена, — торопливо закивала Пэтси. Ее рука по-прежнему находилась у губ Майкла, и девушка чувствовала его горячее дыхание. — Я только что сбежала от него!

— Правда? — улыбнулся Майкл. — Ты молодчина. Я сразу понял, что у тебя есть голова на плечах, когда ты собралась меня спасать…

Его глаза насмешливо блеснули. При воспоминании об их первой встрече Пэтси сердито покраснела. Она вырвала ладонь из рук Майкла и отвернулась от него.

— Не сердись, — просительно произнес он. — Все-таки интересно, как бы ты стала помогать мне?

— Непрямой массаж сердца и искусственное дыхание, — сказала Пэтси, скрестив руки на груди и по-прежнему не глядя на него.

— Ну, про массаж сердца лучше забыть, — задумчиво протянул Майкл, — а вот искусственное дыхание — это интересно.

Он взял Пэтси за подбородок и развернул ее голову к себе. Девушка обнаружила, что Росс придвинулся к ней совсем близко. Все внутри у нее замерло в сладком ужасе. Она прикрыла глаза, заранее зная, что сейчас произойдет.

И Майкл не обманул ее ожиданий. Через секунду Пэтси почувствовала его горячие губы, которые осторожно, словно экспериментируя, коснулись сначала ее виска, затем щеки, носа, губ. Девушка чуть подалась вперед, и он не замедлил отреагировать. Его поцелуй был настолько страстен и требователен, что Пэтси потеряла всякую ориентацию в пространстве и времени.

Воспоминания о поцелуях другого мужчины невольно пришли ей в голову. Как оскорбился бы блистательный Дональд Кейн, если бы узнал, что его губы не идут ни в какое сравнение с губами Майкла.

— Я не слишком тороплюсь? — тревожно спросил Росс, оторвавшись от Пэтси.

— Нет, — покачала головой девушка, бессильная объяснить ему все то, что происходит с ней сейчас.

— Если что-то не так, не стесняйся, скажи мне, — продолжал настаивать он.

— Не так только то, что ты зря тратишь драгоценное время, — шутливо упрекнула Майкла Пэтси, лаская кончиками пальцев его щеку.

Росс обхватил затылок Пэтси и с такой силой прижался к ее рту, что у нее все поплыло перед глазами.

Если бы у Пэтси потом спросили, как она попала из серого «паккарда» в квартиру Майкла, она бы не смогла точно ответить на такой простой вопрос. Она четко помнила нежные руки Майкла, обнимавшего ее, его требовательные губы, его нетерпение и робость одновременно. Помнила собственное безразличие ко всему, кроме человека, сидящего рядом.

Она смутно представляла себе, что они едут куда-то по залитому дождем Нью-Йорку, причем Майкл умудрялся и машину вести, и целовать Пэтси так, что у нее захватывало дух.

Потом они вошли в многоэтажный дом, где, казалось, все знали Майкла и задались коварной целью задержать его и его спутницу как можно дольше. Но наконец все препятствия были пройдены, и Майкл распахнул перед девушкой двери своего жилища.

К деталям Пэтси пригляделась позднее. Она узнала, что большой телевизор находится в гостиной, а в холодильнике всегда можно найти превосходное пиво. Что его спальня находится на втором этаже и что там стоят настоящие китайские вазы пятнадцатого века, случайно купленные им на какой-то распродаже.

Все это Пэтси осознала потом. А сейчас для нее существовало только одно — Майкл Росс, и все остальные ощущения меркли по сравнению с тем вихрем эмоций, который он вызывал в ней.

Если Пэтси и мучили какие-то сомнения, так только по поводу того, стоит ей признаться ему в своей неопытности или нет. Но в конечном итоге она решила отложить все разговоры на потом. Словами можно было только все испортить…

Майкл подхватил ее на руки и легко, словно она ничего не весила, понес на второй этаж. Он помог ей освободиться от одежды, и Пэтси, к собственному удивлению, не осталась пассивной. Она нетерпеливо расстегивала пуговицы его рубашки и, когда ее пальцы дотронулись до его прохладной кожи, чуть слышно застонала.

— Ты не замерз? — прошептала она, сознавая, что если Майкл и простудится, то исключительно из-за нее.

— Нет, — так же шепотом ответил он и, сев на колени перед девушкой, стянул с нее брюки.

Раньше Пэтси была уверена, что в первую свою ночь она обязательно умрет от смущения. Однако с Майклом все выходило не так, как она предполагала. Ни стеснения, ни неловкости она не ощущала — только неутолимое желание целовать его, ласкать его, прижиматься к нему всем телом и ощущать его каждой клеточкой…

8

— Тебе не было больно? — осторожно спросил Майкл, когда все закончилось и взлохмаченная головка Пэтси блаженно покоилась на его груди.

— Совсем чуть-чуть, — улыбнулась она собственным сладким воспоминаниям, в которых боль настолько прочно переплелась с наслаждением, что невозможно было отделить одно от другого.

— Тебе было хорошо? — продолжил он свои осторожные расспросы.

— Да, — еле слышно прошептала Пэтси.

Майкл еще сильнее прижал ее к себе.

— Я никак не могу поверить, что ты со мной, — признался он. — Мне кажется, что я сплю.

— Тебя ущипнуть? — лукаво спросила Пэтси.

Майкл рассмеялся.

— Да нет, я думаю, мы обойдемся без таких крайних мер.

— Я была уверена, что больше никогда тебя не увижу, — вдруг решилась Пэтси на откровенность.

— Почему? — изумился Майкл.

— Но ведь вчера ты просто ушел, и мы ни о чем не договаривались…

— Неужели я похож на человека, который легко сдается?

— Я так мало тебя знаю…

— Значит, у тебя все впереди, — усмехнулся Майкл. — Поверь мне, я могу быть очень противным.

— Неправда, — вспыхнула Пэтси и немного приподнялась, чтобы заглянуть ему в глаза. — Ты самый замечательный.

— Когда же ты успела это понять? — спросил он, а его глаза смеялись. — Ведь мы по-настоящему знакомы со вчерашнего вечера…

Волна сомнения охватила Пэтси. Майкл совершенно прав. Вдруг и эта любовь окажется таким же миражом? Но его ласковая и одновременно дразнящая улыбка говорила о том, что ее страхи беспочвенны.

— Я чувствую это, — серьезно произнесла девушка и приложила руку к груди. — Вот здесь.

— Я люблю тебя, Пэтси, — вдруг сказал он. Его лицо было необычайно серьезно.

— Когда же ты успел это понять? — шутливо спросила девушка. Она решила немного подразнить его, хотя в душе все запело от его неожиданного признания.

— Наверное, это была любовь с первого взгляда, — в тон ей ответил Майкл и, откинувшись на подушку, продолжал уже более серьезно: — Когда ты склонилась надо мной после того, как меня сбили, я подумал, что брежу и передо мной настоящий ангел. Твое лицо светилось лаской и заботой. Но вскоре стало ясно, что я жив и здоров, а ты живая женщина. Если бы ты только знала, какая обида проступила в твоих глазах, когда ты поняла, что я не умер!

Пэтси смущенно хмыкнула. Она и не подозревала, что все ее чувства были написаны на лице.

— И когда ты уже уходила от меня, до меня дошло, что ты намного прекраснее ангела. Ты женщина из плоти и крови, которую можно не только боготворить, но и любить…

Майкл повернулся к Пэтси и притянул ее к себе, намереваясь делом доказать свои слова, но девушка отодвинулась от него.

— А дальше? — с детской требовательностью спросила она.

— Дальше я решил разыскать тебя. И узнал, что ты работаешь в «Соединяя сердца» у Дональда Кейна…

Незнакомая Пэтси злость исказила лицо Майкла. Она невольно поежилась.

— Почему ты так его не любишь? Разве вы знакомы? — сорвался с ее губ вопрос.

— О, ничего личного, — иронично ответил Майкл. — Чуть позднее я все тебе объясню. Ну так вот… Я тебя нашел и предложил немного погулять. Ты согласилась. Правда, я понял, что послужило этому причиной…

Майкл с легким упреком посмотрел на Пэтси. Девушка залилась краской.

— Ты хотела подразнить Кейна, и у тебя это прекрасно получилось. Его лицо надо было видеть!

Пэтси засмеялась.

— Но тогда мне было не до смеха, — с горечью продолжил Майкл. — Было очевидно, что тебе он небезразличен. В тот момент я уже ревновал тебя к нему. Но все равно я ему благодарен. Иначе ты никуда бы со мной не пошла.

Пэтси задумалась. Майкл прав на все сто. Ей тоже следовало бы поблагодарить Кейна за это.

— Скажи, Пэтси, — вдруг с жаром спросил он, — у вас с Кейном что-то есть?

Пэтси с чистой совестью покачала головой.

— И не было? — Майкл был настойчив.

Девушка замялась.

— Я так и знал, — печально произнес он. — Разве кто-нибудь может устоять перед доктором Кейном.

— Не торопись с выводами, — немного обиженно сказала Пэтси и подробно рассказала ему о своих отношениях с Дональдом и о том, что произошло между ними несколько часов назад.

Майкл слушал ее очень внимательно, лишь иногда его лицо хмурилось.

— Подлец, — прошептал он, когда Пэтси закончила свой рассказ. — Но ты молодчина, малышка! Немногие могут похвастать тем, что отказали самому Дональду Кейну.

— Теперь твоя очередь раскрывать тайны, — потребовала заинтригованная девушка.

— Хорошо, — вздохнул Майкл, — хотя мне неприятно об этом говорить. Несколько лет назад, когда никто еще и не слышал о Дональде Кейне и его чудо-клинике, в Бруклине появилась шайка воров. Они ничем не отличались от тысяч других преступников, если бы не одно обстоятельство. Их жертвами становились немолодые одинокие женщины, как ты сама понимаешь, не из бедных.

Пэтси присела. Она не ожидала подобного начала.

— Обстоятельства всех ограблений отличались друг от друга, но сходились в одном — все пострадавшие были очень уклончивы и неохотно делились с полицией своими догадками и наблюдениями. Мы уже начали подозревать, что сами жертвы находятся в преступном сговоре с преступниками…

— Мы? — переспросила Пэтси. Ей показалось, что она ослышалась.

— Да, — с усмешкой подтвердил Майкл. — В то время я был полицейским и занимался ограблениями.

Пэтси погладила его руку. Вопросы просились на язык, но девушка решила повременить с ними.

— Но однажды нам крупно повезло. Некая вдова, назовем ее для краткости миссис Браун, оказалась на редкость злопамятной особой. Она не была ни кроткой, ни запуганной, как все остальные жертвы, и с радостью поделилась с нами информацией, которую остальные так тщательно скрывали. Я думаю, — кривая усмешка коснулась губ Майкла, — что наши бандиты сильно просчитались, обратив внимание на миссис Браун…

— Она-то и поведала нам о Дике Клейтоне, обходительном молодом человеке, который с недавних пор работал почтальоном в их районе. Миссис Браун не скупилась на восторженные эпитеты в его адрес, перемежая их с отборными ругательствами. Выяснилось, что сообразительный юноша ловко втерся к ней в доверие и даже умудрился влюбить в себя пожилую даму. Как я понял, он хорошо разбирался в психологии и без труда сумел убедить миссис Браун в том, что всю жизнь мечтал именно о такой женщине, которая заменила бы ему и рано умершую мамочку, и страстную любовницу.

Потом все было очень просто. Однажды вечером, когда они мирно пили чай, к ним ворвались несколько человек в масках, привязали к стульям и обчистили весь дом. Миссис Браун сама признает, что ни за что не стала бы подозревать душку Дика, если бы не несколько быстрых взглядов, которыми он обменялся с грабителями, а также стопроцентная точность, с которой они обнаружили все тайники вдовы. Верная прошлому, она почти все свои сбережения хранила дома, и Дик прекрасно знал, где именно. Миссис Браун была вне себя от ярости, которая усугублялась еще и тем, что после ограбления Дик Клейтон исчез.

— Мерзость какая, — содрогнулась Пэтси.

Майкл усмехнулся.

— Миссис Браун помогла нам составить фоторобот Клейтона, и мы в порядке эксперимента показали его другим жертвам. Его узнали все. И назвали нам кучу имен. Дэвид Кроу, Дэн Кельвин, Диего Карастос, Дон Кейнер…

— Дональд Кейн, — ахнула Пэтси.

— Это имя появилось немного позднее. Не торопись, — покачал головой Майкл и продолжил: — Мы проверили все имена и очень удивились, когда выяснилось, что одно из них действительно принадлежит высокому красивому светловолосому молодому человеку, уроженцу города Нью-Йорка. Мы невзначай показали фоторобот знакомым Дона Кейнера, и они опознали его. Круг замкнулся. Мы нашли преступника.

— А почему остальные жертвы ничего не рассказали? — Пэтси хотела знать все обстоятельства. — Может быть, это было случайное совпадение.

— Да нет, потом они все подтвердили и сообщили нам подробности. А почему они молчали в самом начале… Ты же психоаналитик, тебе должно быть понятнее.

Пэтси потупилась. Она вспомнила свою первую пациентку, мисс Дилли, которая, оказавшись в точно такой же ситуации, вообще не хотела обращаться в полицию, надеясь на то, что ее «лапочка» одумается и вернется.

— Вот видишь. — Майкл понял по лицу Пэтси, что она разобралась с этим вопросом. — Мы установили за ним слежку. Пронырливый красавчик уже перебрался в пригород и наметил новую жертву. Мы хотели взять его с поличным, и не только его, но и его сообщников. Я лично вел это дело и могу сказать, что мы сработали на славу. Загребли всех голубчиков на месте. Милашка Дон был привязан к стулу и невинно хлопал ресницами. Но улик против него было предостаточно.

— Это был Дональд? — дрожащим голосом спросила Пэтси. Ей требовалось подтверждение. Разум отказывался принять очевидное.

— Да. Это был Дональд Кейн. Вернее, Дон Кейнер. Это его настоящее имя.

— Какой ужас. — Пэтси невидящим взглядом уставилась на противоположную стенку.

— Это имеет значение? — спросил Майкл. Казалось, что каждое слово дается ему с невероятным трудом. — Тебя все еще волнует этот тип?

— Нет, что ты, — испугалась Пэтси. Она поняла, что Майкл по-своему истолковал ее восклицание. — Мне нет до него никого дела. Просто это отвратительно. Люди доверяют ему, а он, оказывается…

Голос Пэтси дрогнул. Майкл сел рядом с ней и прижал ее к себе.

— Что же было дальше? Вы их арестовали?

— Арестовали, — глухо ответил Майкл. — Только этого оказалось недостаточно. У миссис Браун был брат, очень влиятельный человек, сенатор. А у сенатора — единственная дочь, в которой он души не чаял. Так вот, эта самая избалованная дочка без памяти влюбилась в Дона Кейнера, еще когда он подкатывал к ее тетушке. Естественно, папаша нажал на все возможные рычаги, и Кейнера отпустили за недостатком улик, а офицер, который вел это дело, был вынужден уволиться…

— Ты? — задала Пэтси ненужный вопрос, хотя и так все было ясно.

— Да, — сухо кивнул головой Майкл. — Моя карьера была разрушена, зато я имел возможность наблюдать за взлетом Кейнера. Он исчез на несколько лет, а потом появился как Дональд Кейн, выдающийся психоаналитик и завидный жених. Конечно, снова не обошлось без помощи дочки сенатора. Она организовала его учебу, и на ее денежки он без проблем получил диплом. Идея «Соединяя сердца», по всей видимости, тоже принадлежит ей. Да ты наверняка знаешь эту преданную особу, она тоже работает в клинике.

— Да, — прошептала потрясенная Пэтси. — Значит, Барбара и есть та самая дочь сенатора, которая вытащила Дональда из тюрьмы?

— В самую точку. Я подозреваю, что они женаты. Естественно, Кейн не афиширует это, чтобы не распугивать клиенток, испытывающих к нему нежные чувства. А также чтобы не смущать молоденьких девушек, обожествляющих его…

Уловив в голосе Майкла упрек, Пэтси возмутилась:

— Я его не обожествляла.

— Но ты была близка к этому, не так ли? А сколько других женщин в клинике, которые сохнут по Кейну?

Пэтси призадумалась. Раньше она воспринимала как должное, что все сотрудницы «Соединяя сердца» восхищаются доктором Кейном, но теперь она осознавала, что в их чувствах было что-то болезненное. Дональд окружил себя влюбленными в него женщинами и ощущал себя королем.

— Но зачем ему все это надо? Чтобы его все любили? Раз у него есть Барбара… Разве ему этого недостаточно?

— Тебе виднее, — усмехнулся Майкл. — Ты тесно общалась с ним. Но я могу тебе помочь. Дон Кейнер родился в очень бедной семье, и жажда денег и власти привела его на путь преступления. Ему нравится чувствовать свое могущество, видеть покорность. Когда мы допрашивали его, я обратил внимание на его непомерную гордость. Для этого человека существует только он сам, и горе той, что решится связать с ним свою судьбу.

— Откуда ты все знаешь? — тихо спросила Пэтси.

Ей стало казаться, что Майкл тоже охвачен своего рода манией. Дональд Кейн когда-то испортил ему жизнь, и Росс словно зациклен на том, чтобы отомстить ему, и не выпускает его из поля зрения.

— Не волнуйся, я не караулю каждый его шаг, — широко улыбнулся Майкл, угадав мысли девушки. — Я не собираюсь мстить ни ему, ни Барбаре. Это глупо. Я без проблем нашел себе новую работу, и сейчас моя жизнь наладилась. Мне нет дела до Дона Кейнера, или Дональда Кейна, пока он ведет добропорядочный образ жизни. Но у меня в бруклинской полиции есть друзья, и некоторых очень настораживает деятельность доктора Кейна. Его ближайшее окружение очень подозрительно, и кое-кому кажется, что клиника используется лишь как прикрытие.

— Быть не может, — фыркнула Пэтси. — Я проработала там несколько месяцев. Я обязательно что-нибудь заметила бы.

— А ты ничего не заметила? Подумай. — Майки развернул к себе девушку таким образом, чтобы ее лицо находилось прямо перед ним.

— Ну, пожалуй, есть кое-что странное, — замялась Пэтси и рассказала ему об обрывках разговора, невольно подслушанного ею у кабинета Дональда. — И тогда, в номере, мне показалось, что он угрожает Мэгги…

Майкл нахмурился.

— Не самое удачное время, чтобы обсуждать этого типа, но то, что ты говоришь, очень важно. Мэгги может многое знать.

— Она тоже замешана в чем-то?

— Мэгги Кимеридж — родная сестра Дона Кейнера. Ее участие в прошлых ограблениях сводилось к тому, что она, работая в фонде социального страхования, сообщала брату о потенциальных жертвах. Во время процесса ее выдали за главного организатора, хотя мы все прекрасно знали, что это не так. Мэгги отсидела полтора года, а потом, видимо, Дона замучила совесть, и он с помощью Барбары вытащил ее из тюрьмы.

— Значит, ты думаешь, что сейчас они заставляют ее делать что-то противозаконное, шантажируя прошлым?

— Ах ты мой маленький детектив, — рассмеялся Майкл. — Мне не надо ничего думать. Я позвоню ребятам в полицейское управление, и они приглядятся ко всему подозрительному. А сейчас ты должна пообещать мне, что уйдешь из этой клиники немедленно. Ты должна держаться подальше от доктора Кейна, особенно сейчас.

— Почему? — Пэтси наивно захлопала ресницами. — Ведь он же не знает, что его подозревают.

— Однако он прекрасно знает, что ты ему наглейшим образом отказала, — рассмеялся Майкл. — Этого достаточно, чтобы привести его в бешенство.

— Неужели он меня любит? — с сомнением произнесла Пэтси. — Какая ему разница…

— Огромная, — глухо возразил Майкл. — Он считает себя властелином вселенной, а тут какая-то девчонка, которую он захотел, осмеливается предпочесть ему другого. Мне кажется, дело именно в этом. Ведь это так, Пэтси?

— Что так? — переспросила она, не понимая.

— Ты предпочла меня ему?

И тут Пэтси поняла. Майкл до сих пор ревнует ее к Дональду.

— Как ты можешь сомневаться! — воскликнула она и потянулась к нему.

Следующие несколько минут они оба думать забыли о Дональде Кейне, потому что Пэтси принялась делом доказывать, кого выбрало ее сердце, и неприятные воспоминания немедленно покинули Майкла…

* * *

Утром Пэтси позвонила Марджори. Было воскресенье, но девушка не сомневалась, что ее беспокойная подруга уже на ногах.

— Ты где? — сразу спросила Марджори, услышав в трубке голос Пэтси.

— Что конкретно тебя интересует? Адрес? — засмеялась Пэтси.

— Ты с Дональдом? — Марджори была заинтригована.

— Нет, о чем ты говоришь, — шутливо возмутилась Пэтси. — Я у Майкла…

— У кого? — Марджори перешла на трагический шепот. — Ты же познакомилась с ним только позавчера.

— Неужели? — хихикнула Пэтси. — По-моему, это произошло сто лет назад.

Майкл тем временем в одних джинсах ходил по комнате, отыскивая рубашку, скинутую в спешке накануне. Пэтси следила за ним и не могла оторваться. Его крепкая широкая спина пробуждала воспоминания о страстной ночи, и Пэтси хотелось дотянуться до него рукой, чтобы убедиться, что ей не приснились события вчерашнего дня.

— Патрисия Торнвальд! — с упреком воскликнула Марджори. — Я тебя не узнаю.

— Я сама себя не узнаю, — виновато призналась Пэтси. — Но я так влюбилась…

Услышав последние слова Пэтси, Майкл замер на месте. Потом медленно развернулся, и Пэтси увидела, как знакомая усмешка тронула его губы. Сердце девушки сладко заныло. Она была готова снова пережить весь вчерашний ужас ради того, чтобы оказаться в спальне Майкла Росса и встречать вместе с ним новый день…

— Так когда же мне тебя ждать? — спросила Марджори.

— Наверное, сегодня, — неуверенно пробормотала Пэтси, не сводя глаз с Майкла.

— Хорошо. — И Марджори повесила трубку.

— Ты возвращаешься домой? — спокойно спросил Майкл, когда Пэтси закончила разговор с подругой.

Девушка кивнула. Майкл призадумался.

— Скажи, будет очень нахально с моей стороны просить тебя не только о смене работы, но и о переезде?

Пэтси отчаянно закивала головой. Она так ждала этих слов! Мысль о разлуке с Майклом была невыносима.

— Значит, ты переедешь ко мне? — спросил он как бы небрежно, но Пэтси видела, что он с волнением ожидает ее ответа.

— Вы невероятный наглец, мистер Росс, но у меня нет сил вам противоречить, — ответила она без тени улыбки.

— А вы, мисс Торнвальд, просто невоспитанная девчонка, которая смеет бессовестно оскорблять старших. Вас необходимо наказать.

И Майкл приблизился к Пэтси, на ходу снимая джинсы. Девушка игриво хихикнула и показала ему язык. Через секунду она уже молила о пощаде, задыхаясь под весом его тела, а еще через секунду шутливая возня перешла в поцелуи, которыми ни он, ни она никак не могли насытиться…

9

В понедельник Пэтси проснулась с решимостью раз и навсегда развязаться с клиникой. Майкл уже ушел на работу, на кухонном столе Пэтси нашла от него записку, в которой он напоминал, что ей обязательно надо сегодня уволиться. Пэтси и сама понимала необходимость этого шага. Дональд действительно не простит ей ее поведения во время их свидания. К тому же ей не хотелось работать на человека с темным прошлым.

Но по мере приближения к «Соединяя сердца» Пэтси все больше сознавала, что это будет не так-то просто сделать. Во-первых, природная робость мешала Пэтси пойти на открытый конфликт. А во-вторых, она уже успела полюбить клинику всем сердцем. Это была ее работа, которая подарила ей новых друзей. Ей нравилось помогать людям. Она чувствовала себя нужной. Пэтси не представляла себе, как она вдруг возьмет и все бросит.

Но выхода не было. И здравый смысл, и обещание Майклу требовали, чтобы она со всех ног бежала из клиники.

Когда же Пэтси вошла в холл и увидела улыбающуюся Диану, то ее настроение окончательно испортилось. Как она сможет оставить здесь стольких людей, которые даже не догадываются о том, что Дональд Кейн совсем не тот, за кого себя выдает?

— Привет! — кивнула она Диане и заспешила в свой кабинет.

Может быть, Дональд забудет обо мне и обратит свое внимание на кого-нибудь другого, а Майкл позволит мне еще чуть-чуть поработать здесь, надеялась она.

Однако о возвращении былого не могло быть и речи. Когда Пэтси попробовала открыть свой кабинет, она обнаружила, что за выходные дни в двери сменили замок. Девушка в растерянности стояла в коридоре. Она даже поначалу решила, что ошиблась, но нет, золотистая табличка ясно указывала на то, что здесь работает «Патрисия Торнвальд».

Неведомая прежде злость охватила девушку. Что себе позволяет этот Дональд? Какое право он имеет так обращаться с ней?

Пэтси решительно развернулась и почти бегом бросилась к лестнице. Два этажа вниз, и вот она уже стоит перед дверью кабинета Дональда.

— Доктор Кейн сейчас очень занят, — испуганно пролепетала Мэгги.

Пэтси с жалостью посмотрела на нее. Надо же, до какой степени Дональд подчинил ее себе.

Осторожнее, Мэгги, не вляпайся в какую-нибудь неприятную историю, захотелось сказать Пэтси, но она вовремя сдержалась. Не стоит намекать на то, что ей многое известно. Вполне возможно, что она может таким образом только повредить Майклу и его друзьям.

— Я подожду, — с милой улыбкой ответила Пэтси и присела на диванчик.

Ей вспомнилось, как несколько месяцев назад она точно так же сидела здесь и с благоговением ожидала появления божества. Теперь от ее восхищения не осталось и следа.

— Патрисия! — Дверь кабинета распахнулась, и на пороге возник Дональд. — Почему ты сразу не вошла?

Его радушие на мгновение обмануло девушку. Может быть, Майкл все насочинял про Дональда или просто что-то перепутал? Разве человек с такой искренней улыбкой и невинным блеском синих глаз способен совершать те мерзости, о которых говорил Росс?

— Вы же говорили, что заняты, — робко пролепетала перепуганная Мэгги.

— Но не для мисс Торнвальд, — гневно обрушился на нее Дональд. — Ваша глупость, мисс Кимеридж, порой не знает границ.

Пэтси остолбенела. Очередное превращение ангела. Как она смела усомниться в словах Майка! Перед ней стоял жестокий человек, который готов сокрушить любое препятствие на своем пути.

— Простите, — лицо Мэгги пошло пятнами. — Я не хотела…

Дональд презрительно фыркнул, и Пэтси впервые заметила, как они похожи. Мэгги была чуть ниже его и темнее, но и глаза, и губы, и нос, и подбородок — все напоминало Дональда Кейна. Даже удивительно, как при похожем наборе черт она выглядела настолько проще его.

Наверное, в этом виновато затравленное выражение лица, решила про себя Пэтси, наблюдая за ними. Если бы Мэгги не напоминала испуганного кролика, то была бы точной копией Дональда.

— Хорошо. — Дональд презрительно отвернулся от Мэгги. — Проходите, Патрисия.

Пэтси молча повиновалась, изумляясь про себя тому, что никогда еще не входила в этот кабинет с отвращением к Дональду. Когда-то казалось, что невозможно испытывать по отношению к нему подобные чувства. Однако меняется все…

— Как я рад тебя видеть! — Дональд стремительно захлопнул дверь и бросился к девушке. Прежде чем Пэтси успела осознать, что происходит, он уже крепко сжимал ее в объятиях.

— Подожди, Дональд, — пролепетала изумленная девушка, пытаясь вырваться. — Я не хочу…

— Господи, Патрисия, — простонал Дональд, отпуская ее. — Сколько можно капризничать.

Выражение усталости появилось на его безупречном лице. Глядя на него, было трудно поверить в то, что рассказал о нем Майкл. Но Пэтси вспомнила, как идеальный доктор Кейн разговаривал с Мэгги, как обошелся он с ней самой, и все встало на свои места. Дональд просто великолепный актер, и ей не надо забывать об этом.

— Дональд, — твердо начала она. — Я пришла сказать тебе, что совершила ужасную ошибку.

— Я рад, что ты наконец поняла это, — перебил ее Дональд. — Когда ты вчера сбежала от меня, я подумал, что ты сошла с ума. Сейчас я вижу, что это не так…

Дональд приблизился к девушке и сделал новую попытку обнять ее, но Пэтси была настороже и вовремя отступила. Она поражалась самодовольной глупости этого человека. Он до такой степени влюблен в себя, что даже не допускает мысли о том, что кому-то может быть несимпатичен.

Что ж, мне придется вас разочаровать, мистер Обаятельный Красавец, усмехнулась про себя Пэтси.

— Дональд, ты неправильно меня понял. Я ошиблась, думая, что люблю тебя. Вчера я осознала это. Мне жаль, что так нехорошо получилось, я не хотела тебя обидеть. Но лучше все сразу расставить по своим местам, правда?

Пэтси вопросительно посмотрела Дональду в глаза, она еще лелеяла надежду на то, что он поймет ее. В конце концов, он выдающийся психоаналитик, и кому, как не ему, разбираться в глубинах человеческого сознания.

Хотя, возможно, его диплом тоже был куплен на деньги Барбары, как и его свобода, с грустью подумала Пэтси. Тогда не на что рассчитывать…

— Ошиблась? — расхохотался Дональд. — Ты действительно не в себе. Подумай хорошенько. Я, Дональд Кейн, говорю тебе, что люблю тебя и готов на тебе жениться. Понимаешь? Ты станешь миссис Кейн! Неужели ты отвергнешь это? Ты даже не представляешь себе, глупая девчонка, на какие жертвы мне придется пойти ради этого.

— Ну почему же, — иронично заметила Пэтси. — Мисс Уитни наверняка придет в ярость.

— Барбара здесь абсолютно ни при чем. Мы с ней просто друзья, — сразу насторожился Дональд. — Я имел в виду совсем другое.

— Ах, Дональд, какая разница, — устало произнесла Пэтси. Ее уже утомил весь этот спектакль, полный латиноамериканских страстей. — Я пришла сказать тебе, что увольняюсь.

— Что?! — И без того большие глаза Дональда увеличились до невероятных размеров. — О чем ты говоришь, Патрисия?

— Ты прекрасно меня слышал, — жестко сказала девушка.

— Значит, так ты платишь мне за великодушие? — Дональд принялся бегать по кабинету. — Я распахиваю тебе двери клиники, я принимаю тебя без всякого опыта работы, я учу тебя, уделяю тебе свое драгоценное время и внимание, и сейчас ты заявляешь, что собираешься покинуть меня как раз тогда, когда ты стала серьезным специалистом?

Пэтси потупилась. В словах Дональда была доля правды.

— Я верил тебе, Патрисия. — Дональд уловил перемену в настроении девушки. Он перестал лихорадочно метаться по комнате и подошел к ней. — Ты замечательный психоаналитик. Твое место здесь, с нами.

Пэтси отвернулась. Дональд задел больное место. Вероятно, Кейн — чудовище, и ей следует держаться от него подальше. Но как же быть с работой и пациентами, к которым она привязалась всей душой?

— Оставайся, Патрисия, — медоточиво увещевал Дональд. — Признай, что это было временное умопомрачение. Женский каприз, если хочешь. Понятное желание привлечь к себе внимание. Не больше. Мы нужны друг другу. Возвращайся к нам… ко мне.

Произнеся последние слова, Дональд положил руки на плечи девушки. Завороженная его словами Пэтси не двигалась. Однако когда она увидела его лицо в опасной близости, в ней словно что-то взорвалось.

— Нет. — Она шагнула назад, и руки Дональда бессильно повисли. — Я приняла решение. Большое спасибо тебе за то, что поверил в меня и дал возможность поработать в клинике. Но я дала слово…

— Кому? — Дональд немедленно ухватился за неосторожные слова.

— Человеку, которого я люблю, — твердо ответила Пэтси. — Он попросил меня уйти, и я не могу ему отказать.

Несколько минут Дональд стоял как громом пораженный. Пэтси даже стало немного страшно. Он не сводил с нее глаз, и их выражение было настолько странно, что девушка подумала, что ее сообщение лишило его способности соображать.

— Которого ты любишь? — наконец выдавил он из себя.

Пэтси кивнула. Дональд стиснул руки и с такой силой хрустнул пальцами, что девушка невольно поморщилась.

— И когда же ты успела? — высокомерно спросил он. — Если мне не изменяет память, ты таяла от одного моего взгляда еще на вечеринке в честь четырехлетия.

Пэтси покраснела. Надо же было выставлять себя такой идиоткой!

— Хотя это тебя не касается, я расскажу, — заявила она с вызовом. — Я познакомилась с ним как раз после вечеринки.

— И уже влюбилась? — Насмешка в голосе Дональда была невыносима. — Ты поражаешь меня, Патрисия. Я не думал, что ты настолько наивна.

— Любовь приходит незаметно, — тихо ответила девушка. — Не думаю, что ты знаешь, каково это…

— Кто он? — Дональд свирепо схватил девушку и потряс ее.

— Ты его все равно не знаешь. Какая тебе разница? — Пэтси не могла дождаться окончания этого бессмысленного разговора.

Дональд приложил указательный палец к подбородку и задумался.

— Погоди. Это тот тип, который зашел за тобой в четверг?

— Да. — Пэтси надеялась, что откровенность поможет ей закончить беседу. — Это именно он. И я очень счастлива с ним, — мстительно добавила она.

— Несомненно, — язвительно сказал Дональд. — Бывший коп и неудачник, самая для тебя пара.

— Откуда ты знаешь, что он бывший полицейский? — холодно осведомилась Пэтси.

А ведь Майкл-то прав, подумала она. Как я могла в нем сомневаться…

— Когда-то у меня с ним были неприятности, — усмехнулся Дональд. От его тяжелого взгляда Пэтси стало не по себе. Казалось, что он видит ее насквозь. — Значит, он наплел тебе про меня всяких небылиц.

Пэтси немедленно захотелось выпалить ему в лицо, что она знает все о его грязных делишках, что сейчас он находится под подозрением. Однако она сдержала свой порыв. Майкл этого ей точно не простит.

— О чем ты говоришь? — удивленно распахнула глаза Пэтси. — Впервые слышу, что вы знакомы. А в чем дело?

Мысленно Пэтси похвалила себя за столь правильную реплику. Она не должна вызвать у Дональда никаких подозрений.

— Пустяки, — отмахнулся Дональд. Хотя у него еще оставались кое-какие сомнения, он не решался настаивать. Безмятежные глаза Пэтси говорили о том, что она ничего не знает, а если и знает, то уж точно промолчит. — Но почему ты все-таки хочешь уволиться. Из-за меня? Я не буду к тебе приставать…

Дональд разглядывал Пэтси так, как будто никогда до того не видел. Недоверие, презрение, возмущение, вожделение — все это читала Пэтси в его взгляде. Девушка невольно поежилась. Перед ней стоял совсем другой человек, опасный и незнакомый, от которого следует держаться подальше.

— Мы с Майклом собираемся пожениться, — принялась она вдохновенно врать. — Ему очень не нравится, что я пропадаю на работе с утра до ночи. К тому же мы подумываем о переезде в другой город.

Пэтси замолчала, зачарованная собственной фантазией. О женитьбе не было сказано ни слова, и она не собиралась поднимать этот вопрос первой, но все равно было так приятно помечтать о совместной жизни с Майклом где-нибудь вдалеке от шумного Нью-Йорка, о своем доме, детях…

— Поздравляю, — Дональд был ироничен. — Ты, как я вижу, зря времени не теряла. Только все равно ты ставишь не на ту лошадку.

— Дональд! — вскричала возмущенная Пэтси. — Держи свои комментарии при себе. Я не собираюсь обсуждать с тобой свою личную жизнь.

— Ах да, — зловеще улыбнулся он. — Извини. Итак, ты говоришь об увольнении.

— Да.

Сердце Пэтси забилось сильнее. Неужели он вот так спокойно отпустит ее и этой мучительно беседе придет конец?

Дональд задумался, привычно сцепив пальцы. Пэтси затаила дыхание.

— Давай договоримся, — наконец сказал он. — Поработай еще неделю. Мне же надо решить организационные вопросы…

— А потом? — невежливо перебила его девушка.

— А потом ты сама решишь, уходить или нет. Я не буду тебя больше задерживать. Но если ты захочешь остаться, я буду счастлив. К тому же не забывай, что в это воскресенье у нас будет сниматься очередная передача «Знаменитый гость», и ты тоже сможешь принять участие… Хочешь стать знаменитой? Я легко могу это устроить.

Пэтси фыркнула. Глупо со стороны Дональда рассчитывать на то, что ее соблазнит подобное предложение.

— Я останусь еще на неделю. Но никакие передачи мне не нужны.

В конце концов, у нее не было выбора.

— Отлично, — просиял Дональд. — Тогда приступай к работе. Вот ключ от твоего кабинета.

Дональд ловко выхватил из кармана блестящий ключик. Пэтси поморщилась.

— Почему ты сменил замок? — полюбопытствовала она. — Или это наказание?

— Что ты, — махнул рукой Дональд. Его настроение улучшалось с каждой секундой. — Просто уборщица куда-то дела запасной, и мы решили в целях безопасности поменять замок.

— Неужели? — Ответ Дональда не удовлетворил девушку.

— Ты слишком подозрительна, Патрисия, — расхохотался он, запрокинув назад белокурую голову. — Это твой полицейский так на тебя влияет?

Пэтси сделала вид, что не услышала последней фразы.

— До свидания, доктор Кейн, — решительно произнесла она, развернулась и вышла из кабинета.

— Еще увидимся, Патрисия, — услышала она насмешливый голос Дональда.

В приемной девушка с облегчением вздохнула. Конечно, она добилась не совсем того, чего хотела, но сделала главное — предупредила Дональда о своем увольнении.

Думаю, он не будет слишком сильно переживать из-за меня, легкомысленно сказала она себе. Какая-нибудь новая девочка утешит его. Если, конечно, мисс Уитни ей позволит…

Хихикнув, Пэтси подмигнула бледной Мэгги, усердно печатавшей какой-то документ, и с легким сердцем направилась в свой кабинет.

* * *

— Ты поговорила с ним? — спросил Майкл с порога. Разрумянившаяся Пэтси встречала его в переднике. Она затеяла печь пирог с ежевикой и поэтому не сразу поняла, о чем он спрашивает.

— Да-а, — протянула она, подходя к Майклу и протягивая губы для поцелуя.

— Значит, ты теперь полностью свободна? — Майкл отверг ее губы.

— Буду через неделю. Он попросил меня немного поработать. Но зато в следующий понедельник я смогу уйти. Окончательно.

— Ты уверена?

— Да, — кивнула Пэтси.

Только после этого Майкл привлек ее к себе и поцеловал в самую серединку губ. Пэтси счастливо зажмурилась.

— Я боялся, что он сможет переубедить тебя, — виновато признался он. — Я весь день только и думал об этом. Вдруг твои чувства к нему окажутся сил…

— Майкл! — возмущенно перебила его Пэтси. — Как ты можешь говорить такое! Дональд не имеет для меня ни малейшего значения.

— А клиника? — Росс пытливо посмотрел на девушку. — Ведь ты же любишь свою работу.

— Да, расстаться с клиникой мне будет сложно, — честно согласилась Пэтси. — Но с Дональдом Кейном я не желаю иметь ничего общего!

Она стояла перед ним, такая маленькая и воинственная, с раскрасневшимися щеками и горящими глазами, что Майкл невольно рассмеялся.

— Хорошо, воительница моя, — ласково произнес он, а его ироничные интонации напомнили Пэтси злополучную «самаритянку».

— Я серьезно, — немного обиделась она.

— Я понимаю. — Майкл сдержал улыбку. — Я очень боюсь потерять тебя…

— Этого никогда не произойдет. — Пэтси потерлась щекой о его куртку.

Майкл зарыл лицо в ее пышные волосы. Он стояли бы так невероятно долго, если бы не запах горелого, который вдруг донесся из кухни.

— Мой пирог! — вскричала Пэтси и бросилась спасать десерт.

Майкл последовал за ней. Кухня была полна дыма. Пэтси бесстрашно бросилась в самую середину и тут же закашлялась. Пришедший ей на помощь Майкл распахнул настежь окно и выключил духовку. Однако пирог с ежевикой был безнадежно испорчен.

— Я так хотела порадовать тебя. — В глазах Пэтси стояли слезы.

— Ты — моя главная радость, — с таким убеждением произнес Майкл, что слезы девушки моментально высохли. — Все остальное не имеет значения…

10

— Вы утомлены? Разочарованы в жизни? Одиноки?

— У вас не ладится личная жизнь? Проблемы с работой?

— Отчаялись найти вторую половинку?

— Вам не хватает друзей? Близкие люди покинули вас?

— Приходите в «Соединяя сердца», и мы поможем вам.

Светловолосый красавец блеснул обаятельной улыбкой. Тут же на экране появился следующий кадр — уютные кабинеты, компетентные молодые специалисты. Все они приветливо смотрели в камеру и нахваливали психологическую клинику доктора Кейна «Соединяя сердца», где каждый может найти решение для любой проблемы.

Пэтси вздохнула. Она сто раз видела эту рекламу и каждый раз словно прилипала к экрану телевизора, не могла наглядеться на Дональда. Сейчас все было по-другому. Его красивое лицо излучало самодовольство, и Пэтси недоумевала, почему никто не замечает этого. Хотя когда-то она сама была точно так же слепа. Дональд заворожил ее своим мнимым блеском, очаровал пустыми словами и ничего не стоящими обещаниями. Слава Богу, что теперь это все позади…

Клинику «Соединяя сердца» тем временем на экране телевизора сменила уютная студия. Началась передача Элис Робертсон «Знаменитый гость». Пэтси не сразу поняла, что сюжет о клинике и гость Элис связаны между собой. Только когда она увидела улыбающееся лицо Дональда, ее осенило, что именно сегодня должна состояться прямая трансляция передачи, о которой все в клинике так долго мечтали.

Если бы Пэтси лично не наблюдала за подготовкой к съемкам, она бы ни за что не подумала, что беседа с доктором Кейном протекает не в обычной студии «Знаменитого гостя». Надо же, как ловко они изменили огромный холл клиники. Только ее привычный взгляд подмечал детали, которые указывали на то, что действие происходит в клинике. Вместо обычных зрителей на передаче присутствовали только сотрудники «Соединяя сердца».

Ты тоже могла бы сейчас сидеть вместе со всеми, с сожалением подумала Пэтси. Но нет, твоя дурацкая гордость не позволила согласиться на предложение Дональда. Ничего страшного. По отношению к коллегам это было предательством, утешила себя девушка. Ведь завтра — твой последний день в клинике, какая тебе разница…

Пэтси потянулась за пультом и щелкнула по кнопке громкости. Дональд уже не имеет никакого значения, но все равно интересно послушать, что он расскажет.

— Скажите, Дональд, почему «Соединяя сердца»? Откуда такое романтическое название? — Элис Робертсон, молодая привлекательная тележурналистка, делающая первые шаги в карьере, не могла оторвать глаз от Дональда Кейна.

Пэтси вполне понимала ее. В белых брюках и темном пиджаке он был ослепителен. Девушка не сомневалась, что он провел немало часов перед зеркалом, готовясь к шоу. Однако на нее саму это уже не производило никакого впечатления. Пэтси вспомнила о том, кто явился главным виновником такой странной перемены, и счастливая улыбка коснулась ее губ. Как было бы здорово прижаться сейчас к нему и долго-долго целовать укромное местечко за ухом…

Пэтси блаженно зажмурилась. Но, увы, все это только мечты — Майкл на работе и раньше девяти вечера не появится. Зато потом…

Пэтси сделала над собой усилие. Не к чему понапрасну себя травить. Разве она не решила спокойно посмотреть телевизор? Кстати, о чем там вещает знаменитый доктор Кейн? Надо же проявить внимание к бывшему начальнику. Вернее, который завтра станет бывшим…

Пэтси не верилось, что прошла всего лишь неделя с тех пор, как она торжественно объявила Дональду о своем уходе. Она выполнила условие сделки — отработала неделю. За это время ее решимость покинуть «Соединяя сердца» только окрепла, и завтра она получит рекомендации и желанную свободу!

Диана, регистратор клиники и подруга Пэтси, чуть с ума не сошла, услышав такую потрясающую новость. На ее памяти никто не уходил из «Соединяя сердца» добровольно.

— Ты нашла новое место? — выпытывала она у Пэтси в обеденный перерыв.

— Нет, — заливалась Пэтси счастливым смехом. Она предвкушала реакцию помешанной на любовных историях Дианы. — Мой друг настаивает на этом.

— Твой друг? — изумление Дианы не знало границ. Так же, как и ее женское чутье. — Тот очаровательный молодой человек с неотразимой улыбкой?

— Да, — подтвердила Пэтси. — Он самый.

— Значит, Дональд получил от ворот поворот? — Диана сразу смотрела в корень.

— Ты абсолютно права…

— Я горжусь тобой, Пэтси! — Диана была искренне восхищена. — Ты отомстила ему за всех нас. Но мне очень жаль, что ты уходишь.

Пэтси была тронута. Она всегда считала Диану немного легкомысленной и не подозревала, что та испытывает к ней глубокие дружеские чувства. Однако на лице Дианы было написано столь искреннее огорчение, что сердце Пэтси снова кольнуло сожаление. Как тяжело оставлять людей, к которым ты уже успела привязаться…

— Мы обязательно будем встречаться, — пообещала Пэтси со слезами на глазах.

— Не забудь пригласить на свадьбу, — засмеялась Диана и бросилась обнимать Пэтси.

* * *

При воспоминании об этом разговоре Пэтси немного взгрустнулось, но она взяла себя в руки и сосредоточилась. В конце концов, она смотрит интересную передачу. Итак, о чем там говорит великий доктор Кейн?

Дональд подробно рассказывал историю названия своей клиники. Пэтси зевнула. Все это она прекрасно знала. «Мы помогаем людям найти не только себя, но и друг друга…»

— Значит, ваша клиника чем-то напоминает брачное агентство? — невзначай поинтересовалась Элис.

Пэтси подпрыгнула на месте. Молодец! Не настолько прельстил ведущую Дональд, чтобы она упустила возможность подколоть его.

— Ни в коем случае. — По легкой морщинке, прорезавшей лоб Дональда, Пэтси поняла, что он разозлился. — Мы не занимаемся сводничеством. Мы открываем в людях такое позабытое качество, как любовь к ближним. После этого им не трудно оглядеться по сторонам и понять, кто им дорог, а кто нет. Наши пациенты сами соединяют свои сердца, мы лишь помогаем им в этом.

Элис Робертсон склонила голову, показывая, что она полностью согласна со словами Дональда, и задала следующий вопрос.

Интересно, подозревает ли эта смышленая журналистка, что Дональд Кейн не верит ни единому собственному слову? — вдруг задумалась Пэтси. Ему лично абсолютно наплевать на своих ближних. Любовь для него пустой звук. Деньги и власть — вот и все, что интересует его в этой жизни. А мы, женщины, достаточно глупы, чтобы преподносить это ему на золотом блюдечке!

Пэтси усмехнулась. Она представила себе, какой эффект произвели бы ее слова, если бы она вздумала принять участие в передаче Элис Робертсон. Но зачем? Пусть Дональд Кейн живет, как знает. Главное, чтобы он больше не вмешивался в ее дела.

Ничего страшного, утешала себя Пэтси. Завтра ты покинешь «Соединяя сердца» навсегда. Хотя нельзя сказать, что работа в этой клинике принесла только зло. Ведь именно она дала тебе Майкла…

Последнее соображение оказалось действеннее всего. Пэтси немедленно приободрилась и снова стала слушать беседу Элис и Дональда.

— О вашей работе известно многое, — с кокетливой улыбкой говорила Элис. Видимо, она оставила всякую надежду застать Дональда врасплох и создать сенсацию. — Но вы никогда ничего не говорите о своей личной жизни.

— Я не считаю, что должен делать ее достоянием общественности, — заметил Дональд. — Я не актер и не певец, который зарабатывает этим славу…

— Но, тем не менее, всем интересно, свободно ли сердце такого привлекательного мужчины? — Голос Элис становился все вкрадчивее.

Пэтси не могла понять одного: она делает ему комплимент или просто заманивает в ловушку?

Однако ответ Дональда Кейна заставил девушку напрочь позабыть о тайных намерениях Элис Робертсон.

— Вы мне льстите, — улыбнулся Дональд.

Пэтси была уверена, что на самом деле он остался недоволен словом «привлекательный». Могла бы сказать «великолепный» или «изумительный».

— Но ради вас, — продолжал он, — я готов открыть тайну.

Пэтси напряглась. Она не ожидала от Дональда подобной откровенности. О чем он собирается говорить?

— В моей клинике работает изумительная девушка, которую я полюбил всем сердцем. — Дональд скромно потупился, как и полагается приличному молодому человеку при упоминании о чувствах.

— Правда? — ахнула Элис. Похоже, что ее надежда на сенсацию оправдалась. Такого не было еще ни разу. Дональд Кейн ни в одном интервью не говорил о своих симпатиях. — И насколько серьезно ваше чувство?

— Вполне серьезно. — Дональд поднял голову и внимательно посмотрел в камеру. Пэтси на мгновение показалось, что он видит ее, сидящую перед экраном телевизора и судорожно сжимающую пульт дистанционного управления. — Вскоре я стану женатым человеком.

Пэтси физически ощутила, как застонала многотысячная женская аудитория передачи Элис. Никто даже и помыслить не мог о таком финале.

— Я поздравляю вас, Дональд, — опомнилась Элис.

Профессионализм не позволил ей отреагировать так, как хотелось. Прямой эфир диктовал свои условия, но Элис уже предвкушала последствия откровений доктора Кейна. Несомненно, рейтинг передачи теперь резко взлетит…

— Спасибо, — ответил Дональд. — Моей невесте, которая сейчас смотрит эту передачу, тоже очень приятны ваши поздравления.

— А могли бы наши зрители узнать имя той счастливицы, которая стала избранницей самого доктора Кейна? — Элис затаила дыхание. Может быть, судьба будет настолько к ней благосклонна, что одарит ее еще и этим откровением?

— Я бы не очень хотел распространяться на эту тему, — картинно замялся Дональд. — Если честно, я еще не разговаривал с ее родителями… Я не знаю, как они воспримут это известие…

— Я думаю, доктор Кейн, они будут счастливы, — тактично заметила Элис. Она уже поняла, что Дональд готов назвать имя невесты. Надо лишь чуть-чуть поднажать. — Не томите нас, Дональд. Мы все умираем от нетерпения.

Да, да, подтвердила Пэтси. Сейчас умрем на месте.

— Ее зовут Патрисия Торнвальд. Она родом из Массачусетса и совсем недавно переехала в Нью-Йорк. Ей двадцать два года, и она самая очаровательная молодая леди, которую я когда-либо встречал в своей жизни. Надеюсь, я полностью ответил на ваш вопрос?

Он сверкнул улыбкой, и зал взорвался аплодисментами. Несомненно, сотрудники клиники получили немалое удовольствие от откровений их обожаемого доктора. Интересно, для скольких из них это явилось полным сюрпризом?

Но самым большим сюрпризом это известие стало для самой невесты. Если бы мебель в комнате вдруг начала танцевать, Пэтси и то изумилась бы меньше. Слова Дональда привели ее в состояние ступора.

Внезапно зазвонил телефон. Пэтси вздрогнула и машинально подняла трубку.

— Пэтси, я смотрю сейчас «Знаменитый гость», там Дональд Кейн говорит, что вы собираетесь пожениться! — закричала трубка голосом Марджори.

— Я знаю, — деревянно ответила Пэтси.

Она ничего не соображала. Ее глаза были прикованы к лицу Дональда, который продолжал расписывать достоинства своей будущей жены.

— А как же Майкл? — изумилась Марджори.

Она ни на секунду не усомнилась в правдивости Дональда. Неожиданная привязанность Пэтси к Майклу Россу сразу показалась Марджори подозрительной.

— Майкл? — машинально переспросила Пэтси и очнулась. — О чем ты говоришь? Дональд просто рехнулся, если осмелился заявить, что я выйду за него замуж!

Голос Пэтси сорвался на крик, она задыхалась. Необычайная наглость Дональда пригвоздила ее к месту. Он опозорил ее на всю страну!

— Ты хочешь сказать, что он сочиняет? — Марджори не могла в это поверить.

— Да он бессовестно врет, — негодовала Пэтси. — Завтра я увольняюсь из клиники, а сегодня он устраивает это нелепое представление!

— Но зачем?

— Я не знаю, — прошипела Пэтси. — Но обязательно выясню!

Не успела она положить трубку, как телефон зазвонил снова. На этот раз это был сам Джером Торнвальд. Обычно Пэтси созванивалась с родителями сама, но тут, видимо, отцовское сердце не утерпело…

— Пэтси, дорогая, ты могла бы предупредить нас заранее, — укоряюще пророкотал он.

— О чем? — настороженно спросила девушка, уже догадываясь, о чем пойдет речь.

— Ах, Пэтси, — рассмеялся Джером. — Не притворяйся, детка. Мама совершенно случайно включила телевизор, а там этот очаровательный молодой человек, Дональд Кейн, на всю Америку заявляет о том, что вы скоро поженитесь. Очень оригинально, дорогая моя.

Очаровательный молодой человек. Пэтси тяжело вздохнула. Да, именно так и воспринимают Дональда. Интересно, что папа сказал бы о Майкле?

— Это ошибка, папа, — устало возразила Пэтси, но Джером не слушал ее.

— Мне не очень понравилась твоя идея самостоятельной жизни, признаю это. Но сейчас я вижу, что зря. Ты — молодчина, и в неприятности не вляпалась, и такого жениха себе нашла. Он то, что надо. Мама даже прослезилась, когда он сказал, что еще не попросил родительского благословения. Знаешь, что она сказала?

— Нет. — По опыту Пэтси знала, что перебивать отца бесполезно — он сначала должен высказаться.

— Она сказала, что было бы хорошо, если бы такой славный молодой человек был мужем нашей доченьки. Мы ведь волнуемся о тебе. И тут он объявляет о ваших планах. Представляешь ее реакцию?

— Ага.

— Я успокоил ее, как мог, и сразу же позвонил тебе.

— Папа, послушай меня. — Пэтси решила, что отец созрел для правды. — Никакой свадьбы не будет. Наша помолвка существует только в воображении Дональда. Я не люблю его и не собираюсь за него замуж. Это какая-то чудовищная мистификация. Завтра я совсем ухожу из клиники.

— То есть?

Пэтси явственно представила себе нахмуренные брови отца. Да, такое нелегко понять.

— Я сама не могу разобраться, почему он так сказал.

— Но ведь…

— Папа, это наглая ложь от начала и до конца. Если хочешь знать, в моей жизни совсем другой человек…

— Кто он? — сразу насторожился Джером.

Пэтси мысленно ругнула себя за неуверенный тон, по которому отец сразу понял, что дело нечисто.

— Его зовут Майкл Росс, и я очень люблю его.

Всего лишь имя любимого значительно подбодрило девушку.

— А чем он занимается? — последовал следующий вопрос.

Пэтси затаила дыхание. Ну ладно, вперед.

— Он полицейский, — выпалила она и зажмурилась.

Хотя отец был далеко, она все равно поступила точно так же, как в далеком детстве, когда он расспрашивал ее о чем-то.

— Полицейский? — по тону Джерома было непонятно, как он относится к этому сообщению.

Как бы ты отреагировал, милый папочка, съехидничала про себя Пэтси, если бы узнал, что мы знакомы всего неделю? Но эту информацию явно следовало попридержать…

* * *

Пэтси вспомнила тот вечер, когда выяснилось, что Майкл не просто бывший полицейский. Это произошло ровно неделю назад, когда они прогуливались по парку. Пэтси кидала в Майкла веточками, а он смеялся и шутливо закрывался от нее руками. Потом они решили снова заглянуть в бар Джо, в котором провели свой первый вечер. Майкл опять играл и пел для нее, а все посетители, затаив дыхание, слушали великолепную музыку.

— Ты замечательный музыкант, — с убеждением произнесла Пэтси, когда он вернулся на место. — Почему бы тебе не устроиться сюда на работу? Джо с удовольствием возьмет тебя.

Пэтси имела в виду угрюмого на вид бармена, который на самом деле оказался очень приветливым человеком и хозяином бара. Ее терзали сомнения по поводу занятий Майкла. Насколько она поняла, он нигде не работал. Это угнетало девушку. Она чувствовала подсознательно, что Джером точно не одобрит этого.

— Я не сомневаюсь, — широко улыбнулся Майкл. — В свое время старый греховодник прилично на мне заработал.

От его ласковой добродушной улыбки у Пэтси потеплело на душе. Но тревоги не исчезли.

— Тогда что тебе мешает? — робко начала она, боясь показаться навязчивой, нудной, сварливой бабой.

— Потому что музыка — это всего лишь хобби. — Майкл сказал это серьезно, хотя его глаза по-прежнему смеялись. — Я полицейский, Пэтси, а не музыкант.

— Полицейский? Разве ты не ушел из полиции? Ведь ты же сам рассказывал, что после истории с Кейном…

— Да, я помню. — Майкл поморщился. — Это было отвратительно. Но полиция Бруклина — не единственная в стране, а профессионалы нужны везде. Я по-прежнему занимаюсь любимым делом. Сенатор Уитни сумел попортить мне кровь, но не больше.

Пэтси слушала его с открытым ртом. Майкл казался ей героем голливудского фильма.

— Но ведь это не опасно? — пролепетала она, представив себе Майкла, гоняющегося за преступниками по всему Нью-Йорку.

— Ужасно опасно, — усмехнулся Майкл, но по его тону девушка поняла, что он шутит.

— Майкл! — Она шлепнула его по руке.

Майкл немедленно схватил ее кисть и стал по очереди целовать маленькие пальчики…

* * *

— Пэтси, ты слышишь меня?

Девушка очнулась. Ах да, она же разговаривает с отцом о Майкле…

— Да, папа, извини. Я задумалась.

— Как вы познакомились?

— Это долгая история. — Пэтси невольно улыбнулась. Вернее, слишком короткая, чтобы посвящать в нее Джерома Торнвальда.

— Но он достойный человек? — после минутного колебания спросил Джером. Все-таки нелегко расставаться с мечтой о светиле психологии в качестве зятя…

— Гораздо достойнее Кейна, — фыркнула Пэтси. Если бы она могла рассказать отцу всю правду! Может быть, не сейчас…

— Да? — голос Джерома выражал сомнение. — Ну, если ты так считаешь… А когда ты нас познакомишь?

— Скоро, — уверенно заявила Пэтси, отнюдь не чувствуя никакой уверенности.

Ведь Майкл ни слова не сказал о знакомстве с родителями или свадьбе. Наверное, это правильно. Вначале надо как следует узнать друг друга. Но при одной мысли о том, что Майкл легкомысленно к ней относится, на глаза навернулись слезы.

Ничего, решила про себя Пэтси. Я не буду ему надоедать. Я выдержу все. А если я для него всего лишь развлечение, что ж, я пойму и это…

— Ладно, дочка, не пропадай. — Джером понял, что его общение с Пэтси слишком затянулось. — И не забудь познакомить нас со своим приятелем.

— Хорошо. Привет маме.

И Пэтси с облегчением кинула телефонную трубку. Звонок отца направил ее мысли в другое русло. Конечно, то, что сделал Дональд, — безобразие, но думать об этом некогда. Какая разница, что его бред услышала вся страна. Главное, что среди этих людей и Майкл. Наверняка он тоже смотрит эту передачу…

Пэтси похолодела. Реакция Марджори, мамы, папы понятна. Они немного шокированы, но это все поправимо. А что подумает Майкл? Вдруг он решит, что она предала его, обманула?

Девушка вскочила с дивана и заметалась по комнате. Что делать? Она бросилась было к телефону, но вовремя спохватилась, что, во-первых, знает только номер его управления, а во-вторых, что сегодня у Майкла какое-то секретное задание и его, скорее всего, нет на месте.

Это давало некоторую надежду. Может быть, он слишком занят, чтобы смотреть глупые передачи вроде «Знаменитого гостя». Но нет, с ужасом припомнила Пэтси, как раз этот выпуск он не хотел пропустить, ведь все, связанное с Дональдом Кейном, очень интересует его…

Пэтси сжала отчаянно пульсирующие виски. Она могла только ждать вечера, когда Майкл вернется с работы и она объяснит ему, что произошла чудовищная ошибка. А если он не придет?

Неожиданно раздалась громкая музыка. Пэтси повернулась и увидела, как по экрану телевизора запрыгал веселый клоун, рекламируя шипучий лимонад.

Перерыв, догадалась Пэтси. Она пошла в кухню и сделала себе огромный бутерброд. Измученную нервную систему следовало побаловать. Когда она вернулась в комнату, Дональд Кейн снова вещал о своих достижениях в области психоанализа. Он упорно отказывался разглашать подробности предстоящей свадьбы, несмотря на наводящие вопросы Элис Робертсон.

Пэтси уселась на диван и уютно устроилась в уголке. Она твердо решила не паниковать и ждать естественного хода событий.

— Доктор Кейн, а не могли бы вы представить нашим телезрителям наиболее выдающихся сотрудников клиники «Соединяя сердца»?

Хитрая Элис надеялась, что в числе самых первых Дональд выведет свою невесту. Однако Кейн сразу раскусил ее.

— Я с удовольствием выполню вашу просьбу, — сказал он с лукавой улыбкой. — Было бы несправедливо приписывать ошеломляющий успех клиники одному мне. Мои коллеги заслуживают не меньшей похвалы. Но если вы рассчитываете, что Патрисия сидит сейчас здесь, то вы ошибаетесь…

— Почему? — огорченно протянула Элис, не в силах скрыть разочарование. — Неужели ваша невеста отказалась принимать участие в съемках?

— Она неважно себя чувствует. А я слишком дорожу ее драгоценным здоровьем, чтобы позволить ей рисковать собой.

Дональд состроил настолько скорбную мину, что Пэтси подавилась бутербродом. Но женщины, несомненно, оценили заботливость доктора Кейна.

— Хорошо, — сдалась Элис. Она поняла, что Дональд больше не будет радовать ее и публику откровениями. — Тогда кого вы представите телезрителям как своих главных помощников?

— Мне очень тяжело решить. — Дональд картинно нахмурился. — Мы все как одна семья, где нет плохих людей, а есть только любимые и дорогие. Но, конечно, есть кое-кто, кто трудится со мной с самого начала и без кого я не мыслю клиники.

— Итак, встречайте… — торжественно проговорила Элис и вопросительно посмотрела на Дональда.

— Барбара Уитни и Лесли Андерс, — в тон ей продолжил Дональд.

Пэтси хмыкнула. Она и не сомневалась, что именно они будут названы соратницами славного доктора Кейна. Только куда делся Питер Мелчет? Ведь он должен быть вместе с этими двумя…

— Скажите, вам нравится в «Соединяя сердца»? — по-светски начала беседу Элис.

— Безумно, — иронично заявила Барбара.

Пэтси обратила внимание на то, что мисс Уитни отвратительно выглядит. От ее всегдашнего лоска не осталось ни следа. Темные круги под глазами, бледное лицо, утомленный взгляд.

Интересно, задумалась Пэтси, знает ли она о том, что Дональд сочинил про свадьбу?

— Вы в этом уверены? — Шустрая Элис уловила настроение Барбары и воспользовалась этим. Кто знает, может быть, ее ожидают новые сенсации…

— «Соединяя сердца» — самая изумительная клиника в мире! — громко сказала Барбара и визгливо засмеялась.

У Пэтси возникло сильное подозрение, что она пьяна.

— Барбара! — прошипела Лесли и энергично толкнула ее локтем.

Все это настолько не вписывалось в сценарий, что Пэтси стала с интересом следить за происходящим. И не только она. Элис Робертсон в испуге оглянулась на оператора, боясь, что он пропустит хотя бы секунду из этого невероятного зрелища.

— Барбара хочет сказать, что мы счастливы работать под руководством Дональда Кейна, — начала Лесли. — Это большая честь для нас, что Дональд назвал именно нас как своих помощников.

— И друзей! — вмешался Дональд. Но, несмотря на его широкую улыбку, Пэтси почувствовала некоторую напряженность. Дональда Кейна явно нервировало поведение Барбары.

Еще бы, злорадно подумала Пэтси. Мисс Уитни может насолить вам, доктор Кейн, не то что мы, простые смертные.

— Вы давно работаете в клинике? — любезно обратилась Элис к Лесли, делая вид, что не замечает насмешливой улыбки Барбары. Как ей ни хотелось раздуть скандал, она не могла решиться на это. Хотя публике непременно понравилось бы…

— С самого начала, — последовал стандартный ответ.

Пэтси немного отвлеклась. Все-таки куда же делся Питер Мелчет? — невольно пришло ей на ум. Он тоже принадлежит к их компании. Неужели он отказался покрасоваться перед всей страной?

События, произошедшие потом, заняли совсем немного времени. Буквально за секунду мирная картина изменилась. В холл влетели вооруженные люди, женщины завизжали. Пэтси прилипла к экрану телевизора. Неужели на клинику напали?

Через минуту все выяснилось. Серьезный седовласый мужчина в темном костюме подошел к остолбеневшей Элис и сказал:

— Прошу прощения, мисс Робертсон. Обстоятельства вынудили меня пойти на столь крайний шаг и прервать вашу передачу.

Безмолвная Элис лишь кивнула. Она все еще не могла прийти в себя. Сегодняшний день припас для нее немало сюрпризов.

— Я — детектив Энтони Риджер, — представился мужчина.

Пэтси присвистнула. Это не бандиты, это полиция! Дело становилось еще более интригующим.

— Дональд Кейн, — произнес детектив, поворачиваясь к побледневшему Кейну. — Вы арестованы за организацию преступной группировки, занимающейся распространением наркотиков. Вы имеете право хранить молчание…

— Ложь! — закричал Дональд и вскочил с дивана. — Вы сошли с ума!

Краска отхлынула от его лица, его взгляд лихорадочно метался по холлу. Барбара спряталась за спину Лесли и нервно захихикала.

— … все, что вы скажете, может быть использовано против вас. — Закон в лице детектива Риджера был неумолим.

— Я требую адвоката, — сопротивлялся неизбежному Дональд, но по тоскливому блеску его прекрасных глаз Пэтси поняла, что он обречен.

На этот раз правосудие мертвой хваткой вцепилось в него.

— Конечно, — кивнул головой детектив.

Дональд сделал шаг в сторону.

— Я п-позвоню из своего кабинета, — заикаясь, произнес он.

— Вы без проблем можете сделать это и здесь, — заметил Риджер, приближаясь к Дональду. — А сейчас, позвольте…

Ловким движением он выхватил из кармана какой-то блестящий предмет, и Пэтси ахнула. Это были наручники.

— Простите, детектив, неужели это обязательно? — раздался спокойный голос Лесли Андерс.

На нее немедленно навели камеру, и Пэтси увидела, что она смертельна бледна. Однако Лесли превосходно владела собой, в отличие от Барбары, которая перешла от нервного хихиканья к судорожному всхлипыванию.

— Зачем устраивать это дешевое шоу? Доктор Кейн — уважаемый человек и не собирается никуда скрываться. Обойдитесь без клоунады. Пусть хотя бы выключат камеры. Вы портите репутацию всей клиники и доктора Кейна своим бездумным поведением, — невозмутимо продолжала она. — Все недоразумения скоро разрешатся, и вам придется приносить извинения. Возможно, даже в суде.

Лесли намеренно подчеркнула последнее слово, словно стремясь устрашить детектива. Неизвестно, что думал по этому поводу сам Риджер, но наручники убрал обратно в карман.

На Пэтси ее речь произвела впечатление. На Дональда, видимо, тоже, потому что он приосанился и с возмущением сказал:

— Прошу вас дать объяснения своим возмутительным действиям.

Пэтси стало немного жаль его. Дональд предвкушал эти съемки несколько месяцев. У него была возможность сделать великолепную рекламу клинике и своей персоне. Однако оказалось, что передача нанесла им обоим непоправимый урон.

— Да, камеру лучше бы выключить, — задумчиво произнес Риджер.

— Уже слишком поздно, — запротестовала молчавшая до того Элис. Она уже видела себя ведущей журналисткой своего канала. После такого необыкновенного успеха ей разрешат работать с любым материалом… — Наши зрители хотят знать правду. У нас прямой эфир. Что это? Мистификация или разоблачение? — заговорила она, повернувшись к камере. — Только один человек способен дать ответ на этот вопрос. Детектив?

— Ну, насчет одного человека вы преувеличили, — замялся он. — Думаю, сам доктор Кейн мог бы легко просветить вас по этому вопросу. И очень поучительной получилась бы передача…

Дональд попятился назад от мрачного взгляда детектива и в изнеможении упал обратно на диван.

Пэтси перед экраном телевизора сжала руки в кулаки с такой силой, что ногти больно впились в нежную кожу ладоней. Но она не замечала боли, ее внимание было приковано к пепельному лицу Дональда. На нем был написан такой страх, что у нее не осталось ни малейших сомнений. Что бы там ни было, Дональд Кейн виновен.

— Я буду краток, — начал детектив Риджер. — У нас еще много дел.

Он смотрел поверх голов людей куда-то вдаль. Элис проследила за его взглядом и зажала рот рукой. Из внутренних коридоров клиники стали появляться новые полицейские, в форме и камуфляже. Но главная неожиданность была еще впереди. Самыми последними шли двое полицейских в штатских костюмах и вели скованного наручниками Питера Мелчета.

В холле все тут же заволновались, загудели. Детектив поднял руку, призывая всех к молчанию.

— Где Росс? — резко спросил он у мужчин рядом с Мелчетом.

У Пэтси засосало под ложечкой.

Не волнуйся, утешала она себя. Росс — довольно распространенное имя. Вряд ли Майкл принимал участие в этой заварухе. Он же работает совсем в другом районе…

— Он ранен, сэр, — гортанно ответил один из мужчин. — Нам было оказано сопротивление.

И он так сильно толкнул Питера в спину, что тот чуть не свалился. Было видно, что только присутствие посторонних удерживает полицейского от более жестоких поступков в отношении Мелчета.

— Серьезно? — в голосе детектива было слышно настоящее волнение.

Оператор старательно показал его лицо крупным планом.

Для рейтинга напрягается, с неприязнью подумала Пэтси, но тут же поправилась. Хотя он молодец. Как бы иначе я все это увидела?

— Со мной все в порядке, — раздался до боли знакомый голос, и из коридора вышел прихрамывающий Майкл.

Пэтси закрыла лицо руками. Ее опасения подтвердились.

— Меня лишь чуть-чуть поцарапало. Господин доктор неважный стрелок, — весело говорил Майкл, не подозревая об агонии Пэтси. — А что здесь делают эти люди? Разве их не отпустили?

— Некогда было, — недовольно буркнул детектив.

Майкл выразительно присвистнул, увидев работающую камеру.

— Ничего себе запись получится!

— Это прямой эфир! — заявила Элис. Она чувствовала, что ею непозволительно долго пренебрегают. — Может быть, вы объясните нам, что тут происходит?

Против воли ее голос звучал жалобно.

— Росс, прошу тебя, — сказал Риджер. — Ведь это целиком твоя заслуга.

Лицо Майкла потемнело.

— Хорошо, — решительно произнес он и заковылял к импровизированной сцене, морщась от боли.

Не думаю, что это пустяковое ранение, с тревогой следила за его скованными движениями Пэтси. Как я хотела бы быть там сейчас!

Хотя чем она могла бы помочь Майклу, Пэтси даже не представляла.

— Доктор Кейн занимался сбытом наркотиков под прикрытием клиники «Соединяя сердца», — негромко произнес Майкл, не отрывая взгляда от Дональда, который в свою очередь с ненавистью смотрел на него.

— Вранье! — выкрикнул Дональд. — Этот человек мстит мне. Несколько лет назад он пытался посадить меня в тюрьму, а когда у него ничего не вышло, он затаился и вот теперь организовал это представление! Ты ответишь за это в суде, Майкл Росс!

— Если кто и предстанет перед судом, так это ты, — невозмутимо усмехнулся Майкл. — Неужели ты считал, что, устроив в клинике съемки передачи, сможешь отвлечь наше внимание?

— О чем говорит этот человек? Он бредит, — натужно засмеялся Дональд. — Питер, объясни нам…

Питер Мелчет волком посмотрел на него, но ничего не сказал.

— Помощник Кейна, Питер Мелчет, — продолжал Майкл, — должен был во время передачи впустить в клинику со служебного входа группу наркодельцов. Они хотели отдать им весь товар, скопившийся за последнее время в клинике, так как почуяли неладное. Доктор наивно полагал, что полиция сегодня сюда не нагрянет, а завтра они будут чисты перед законом. К счастью, у них ничего не получилось. Мы взяли с поличным всех. Так что теперь доктору Кейну светит приличный срок…

— Это безумие, — возмутился Дональд. — Если один из моих сотрудников занимался подобными гадостями, при чем тут я?

— У нас есть все доказательства, — покачал головой Майкл. — Тебе не удастся избежать наказания, как шесть лет назад. Мисс Меган Кейнер очень помогла нам в расследовании.

Меган Кейнер? Пэтси нахмурилась. Это еще кто такая?

Однако в глазах Дональда мелькнуло понимание. Весь его гонор куда-то исчез. Блистательный доктор Кейн весь обмяк и съежился как лопнувший воздушный шарик.

— Мэгги? — вдруг истерично закричала Барбара. — Эта дрянь не посмеет даже рта раскрыть!

И тут Пэтси вспомнила. Конечно. Мэгги Кимеридж. Стройная помощница Дональда и его родная сестра. Значит, она нашла в себе силы и пришла в полицию.

Молодец, Мэгги, молодец, порадовалась Пэтси. Я горжусь тобой.

— Мисс Барбара Уитни, — неторопливо произнес Майкл, как будто только что увидел ее.

Барбара вальяжно раскинулась на диване.

— Именно, — зло огрызнулась она. — И поспешите заткнуть вашей дешевке рот, иначе она сильно пожалеет об этом.

— Мисс Уитни, — вновь заговорил Майкл, обращаясь на этот раз к Элис Робертсон и ее оператору, — также принимала активное участие в преступной деятельности Кейна. Мне не понятны причины, по которым она делала это. Жажда денег, как у Кейна? Но мисс Уитни вполне обеспеченная молодая женщина. Желание поучаствовать в авантюре? Как-то по-детски. Может быть, любовь?

Тут Майкл сделал эффектную паузу.

— Какой актер в тебе пропал! — громко сказала Пэтси, не отрывая глаз от любимого лица. — Ты всех заворожил своими словами.

— Мы этого не знаем, — прервал молчание Майкл. — Точно лишь одно — у мисс Уитни будет время поразмыслить над этим в тюрьме.

— В тюрьме? — презрительно расхохоталась Барбара. — Да ты хоть знаешь, кто мой отец? Он вытрясет из тебя душу. Жаль, что в прошлый раз ты так легко отделался. Видимо, не отбили у тебя охоту вредить людям…

И Барбара добавила непристойное ругательство. Пэтси не верила тому, что видела и слышала. Она даже не догадывалась о том, что мисс Уитни может быть до такой степени вульгарна.

— Как интересно, — спокойно заметил Майкл. Тирада Барбары ничуть не поколебала его уверенности. — Странная дочь у сенатора Уитни. Даже не знает о том, что ее отец подал в отставку и больше не намерен вмешиваться в ее дела. К тому же неужели после такого публичного заявления, — Майкл показал рукой на камеру, — сенатор стал бы помогать вам?

Барбара изменилась в лице. Дональд тоже. Пэтси была уверена, что его кожа уже максимально обесцветилась. Однако она ошибалась. Доктор Кейн становился бледнее на глазах. Все надежды в одночасье рушились.

Лесли Андерс закрыла лицо руками.

— Да, мисс Андерс тоже замешана, — подтвердил Майкл. — И, как я вижу, она только что поняла, что у нее тоже нет шансов. Муж мисс Андерс, Гильермо Андреотти, — известный мафиози, специализирующийся как раз на наркотиках.

Пэтси закусила кулак. Когда Майкл говорил ей, что над «Соединяя сердца» сгущаются тучи, она даже не догадывалась о том, насколько все это серьезно. Милые на первый взгляд люди неожиданно превращались на глазах в настоящих бандитов. Теперь девушка поняла, почему Росс настаивал на том, чтобы она как можно скорее ушла из клиники. Ведь ее легко могли подставить…

— Какой кошмар, — в ужасе прошептала Элис. Все-таки она была еще молода и не умела сдерживать эмоции.

— Вы совершенно правы, мисс Робертсон, — улыбнулся Майкл. — Но я думаю, что передача не стала от этого хуже. Наоборот, хорошо, что зрители услышали правду…

Договорить Майкл не успел. Дональд Кейн, на которого теперь никто не обращал внимания, неожиданно подскочил к Россу и изо всех сил ударил его в скулу. Брызнула кровь, но Майкл не замедлил с ответным ударом. Не прошло и пяти секунд, как перед ошеломленными зрителями развернулась настоящая битва.

В зале кто-то взвизгнул, Пэтси прижала руки ко рту, удерживая крик. Дональд был выше Майкла, который, однако, был намного крепче его. Пэтси знала, что за исход схватки можно не волноваться, но каждый удар, нанесенный Майклу, болью отдавался в ее сердце.

— Перестаньте немедленно, Росс! — закричал детектив Риджер, который наконец очнулся от столбняка.

Полицейские бросились разнимать Майкла и Дональда. У обоих лица и руки были в крови. Оба всю ненависть вкладывали в кулаки.

— Дайте хоть салфетку, — раздраженно проговорил Риджер.

Кто-то метнулся к столу регистратуры, который было не видно за искусственными пальмами, имитирующими обстановку в студии «Знаменитого гостя». По уверенным движениям Пэтси поняла, что это Диана.

Ах да, догадалась девушка. Ведь там у нее настоящий набор для оказания первой помощи.

Через минуту Диана уже ловко промакивала кровь на лице Майкла. Детектив Риджер тем временем надел наручники на Дональда.

— А вы говорите, обойдемся без дешевых трюков, — с укоризной обратился он к Лесли, которая взирала на происходящее расширенными от ужаса глазами. — Этого можно было избежать…

Барбара снова зашлась в истерическом хохоте. Она, кажется, тоже нуждалась в медицинской помощи.

— Как вы считаете, мисс, этого достаточно для ваших зрителей? — рявкнул Риджер, видя, что камера по-прежнему работает и оператор снимает все происходящее в холле клиники.

— Да, конечно, — засуетилась Элис. Она давно уже хотела выключить камеру, так как все это уже не вписывалось в формат передачи, но загляделась и забыла отдать распоряжение оператору.

— Постойте, — внезапно сказал Майкл Росс. — Я хочу еще кое-что сказать.

Риджер недовольно покосился на него, но промолчал. Оператор навел камеру на разбитое лицо Майкла.

Сердце Пэтси сжалось от боли, когда она увидела его заплывший глаз и рассеченные губы.

— Нужно расставить все точки над «i», — медленно заговорил Майкл. Разбитая губа причиняла боль, и он порой морщился. — Час назад Кейн сообщил, — презрительный взгляд в сторону Дональда, — что собирается жениться. Потрясающее известие, особенно принимая во внимание последние события.

Пэтси всплеснула руками. Он еще и шутит!

— Своей невестой, как вы помните, он назвал мисс Патрисию Торнвальд. Я не сомневаюсь, что этот субъект испытывает к вышеназванной девушке какие-то чувства. Если он вообще способен на такое…

Раздался едва слышный стон, и Пэтси поняла, что это Барбара.

— Однако Дональд Кейн нагло соврал, что, впрочем, ему свойственно. Я точно это знаю, потому что, — Майкл обвел притихшую аудиторию грозным взглядом, — Патрисия — моя невеста, и я очень ее люблю!

Зал взорвался аплодисментами. Слова Майкла были так неожиданны, а люди настолько перенервничали за последний час, что в бешеных хлопках выплескивали накопившееся напряжение.

Пэтси потеряла дар речи. Может быть, она ослышалась?

— Ты ведь видишь меня сейчас, Пэтси, — сказал Майкл, и его лицо заполнило весь экран. — Я хочу сказать тебе, что знаю, что заявление Кейна — ложь. Что ты никогда не собиралась за него замуж. Я знаю это, потому что верю тебе, верю, что ты любишь меня. И я готов крикнуть на весь мир, что ты самое дорогое, что у меня есть. Я хочу спросить тебя, Пэтси, прямо сейчас: ты станешь моей женой? Скажи «да», и я услышу. Я почувствую это сердцем…

Майкл замолчал. Молчали все. И суровый детектив Риджер, и Дональд, затравленно оглядывавшийся, И дрожащая Барбара, и невозмутимая Лесли, и злобный Питер Мелчет. Молчали и полицейские, и сотрудники клиники. Казалось, тишина наступила во всем мире.

— ДА! — крикнула Пэтси что есть мочи.

— Спасибо, любимая, — прошептал Майкл.

Пэтси в изнеможении упала на ковер у телевизора.

— Итак, наша сегодняшняя передача подошла к концу, — бодро заговорила Элис Робертсон, почувствовав, что ей тоже пора выступить. — В клинике «Соединяя сердца» разыгралась на наших глазах настоящая драма. Но мы можем быть уверены, что конец у нее — хороший. Зло наказано, торжествует любовь. Сердца Патрисии и Майкла соединились, и это вселяет в нас надежду на то, что в этой жизни еще есть место чистым, прекрасным чувствам. С вами была Элис Робертсон и ее «Знаменитый гость». До встречи на следующей неделе!

Пэтси щелкнула пультом и выключила телевизор. Ну вот. Вся страна узнала о ее личной жизни…

Снова требовательно зазвонил телефон. Пэтси уныло покосилась на него. Интересно, кто еще жаждет высказать ей свое мнение о захватывающей передаче?

— Алло, — боязливо произнесла она в трубку.

— Пэтси, это папа, — зарокотал Джером. — Я только хотел сказать, что мы с мамой досмотрели «Знаменитого гостя» до конца и что Майкл Росс тоже достойный молодой человек.

И, легкомысленно хихикнув на прощание, Джером Торнвальд положил трубку.

Content

Вуд Алекс Соединяя сердца

Алекс Вуд Соединяя сердца

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10