Техника и вооружение 1999 07

На первой странице обложки: ТАКР "Адмирал Кузнецов" (фото В.Друшлякова);

ТБ-1 с миной МАВ-1(рис. В.Егорова)

©ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ ВЧЕРА, СЕГОДНЯ. ЗАВТРА …

Научно-популярный журнал

Июль 1999 г.

Константин Кулагин

Развитие советских авианесущих кораблей 1925-1955

В ходе первой мировой войны выработался новый класс кораблей – авианесущие. В состав Российского Императорского флота входили несколько гидроавиатранспортов (гидрокрейсеров). Во время гражданской войны обе противоборствующие стороны имели в составе речных военных флотилий плавбазы гидроавиации. В состав флотов крупных морских держав начали входить авианосцы,приспособленные для приема колесных самолетов.

На Вашингтонской конференции по ограничению вооружений новый вид морского оружия лимитировали по ряду параметров. Согласно 7-12 статьям максимальное водоизмещение авианосца не могло превышать 27 000 т, артиллерия калибром не свыше 10 дюймов (203 мм), зенитная артиллерия – 127 мм. Особо оговаривалось требование: не строить для третьих стран корабли, выходящие за эти ограничения. 6 февраля 1922 г. договор подписали США, Великобритания, Италия, Франция и Япония. Срок действия ограничений – 31 декабря 1936 г.

Восстанавливавшийся после событий революции и гражданской войны Рабоче-Крестьянский Красный флот не обошел своим вниманием этот тин кораблей. В марте 1925 г. начались проработки вариантов переоборудования недостроенного линейного крейсера «Измаил» в авианосец. Тактико технические элементы предполагались следующие: водоизмещение 22 ООО т, скорость 27 узлов; авиагруппа: 27 истребителей, 12 торпедоносцев, шесть разведчиков и пять корректировщиков; вооружение: 8-183, 8-102, четыре пятиствольных 40- мм установки. Бронирование корпуса сохранялось, полетная палуба защищалась 51 -64 мм броней. Аналогичным образом собирались перестроить пострадавший от пожара линейный корабль «Полтава», причем впоследствии его намеревались перевести на Черное море.

Предполагаемые советские авианосцы укладывались в налагаемые Вашингтонским договором ограничения. Но до начала работ дело гак и не дошло, не составили даже эскизного проекта. «Измаил» разобрали на металлолом, а переименованную во «Фрунзе» «Полтаву» собрались превратить в линейный крейсер.

К 1927 году относится предложение переоборудовать учебное судно «Комсомолец» в учебный авианосец. Параметры будущего корабля должны были составлять: водоизмещение 12 000 т, скорость 15 узлов; авиагруппа: 26 истребителей и 16 штурмовиков: вооружение: восемь двухорудийных установок калибром 102 мм и две пятиствольные калибром 40 мм. По своим характеристикам этот проект напоминает вошедший в строй в 1924 году английский авианосец «Гермес», при определенном подобии во внешнем виде.

Без сомнения, подобное предложение могло быть реализовано, создали даже опытный образец палубного штурмовика самолет «ШОН». Отсутствие средств на переоборудование корабля и разработку технического проекта, а также желания производить какие-либо работы в данном направлении предопределили судьбу этого проекта. Никаких результатов он не имел. Строительство флота согласно концепции «Малого флота» исключало всякую возможность строительства авианосцев. На десять лет они исчезают из планов судостроения.

Учебный АВН «Комсомолец». Эскизный проект. СССР. 1927 год

КР-АВН предэскизный проект. СССР. 1935 год. Реконструкция автора

С середины 30 х годов начинается работа над планами строительства большого современного флота. Разработки велись Управлением Военноморских сил РККА под руководством В.М.Орлова и И.М.Лудри. Параллельно работал Генеральный Штаб РККА под руководством Л.И.Егорова. В результате появились два плана строительства «большого флота», в каждом из которых фигурировали авианосцы. План У ВМС предусматривал два таких корабля, а ГШ – шесть, из них два для Северного и четыре для Тихоокеанского флотов. Рассмотренные в течение 1936 года они не получили утверждения в полном объеме, авианосцы исключили, но ненадолго.

Дважды менялось руководство ВМФ, образовался в 1937 году Народный Комиссариат Военно Морского флота. Новые планы разрабатывались Л.М.Галлером и И.С.Исаковым. В окончательном варианте «Большой судостроительной программы» фигурировали два авианосца: по одному на каждом из океанских театров.

Принято считать, что в советском ВМФ во второй половине 30-х годов недооценивалось значение авианосцев в войне на морс. Это не соответствует действительности. Наличие таких кораблей в составе флота признавалось необходимым для создания сбалансированных соединений. Такая точка зрения не являлась чем то тщательно скрываемым – в 1939 году выходит книга «Пути развития судостроения в III пятилетке» содержащая это положение.

ЛК-АВН проект 10581 (вариант «С»). США. 1938 год

АВН проект 71. СССР. 1939 год

На проходившем 7 14 октября 1940 г. совещании представителей Главного Морского штаба, морской авиации и Военно морской академии по вопросу авианосцев не было никаких дискуссий, их необходимость понималась как нечто само собой разумеющееся. Необходимость авиационного прикрытия кораблей в морс также не вызывала сомнений. В выступлении генерал майора авиации С.Э.Столярского (единственного из присутствовавших. имевшего опыт действий с плавучих носителей авиации) прозвучало предложение «построить палубу типового авианосца, на ней нужно тренировать летчиков, на ней нужно отрабатывать самолеты».

Таким образом, требовался корабль. способный действовать совместно с эскадрой, обеспечивающий ее авиационное прикрытие (истребители). Поначалу таким виделся гибрид линкора и авианосца. Проекты кораблей такого типа с 1935 года разрабатывались в 11.КБС 1. При водоизмещении 29 800 т. мощности машин 210 000 л. е., скорости 35-39 уз, вооружении: 9 305. 16- 130, 18-45 и авиагруппе в 60 машин, корабль имел 200 мм бортовую и 125 мм палубную броню. Данные явно завышенные, особенно по скорости и защите. Довольно быстро стало ясно, что советская судостроительная промышленность не в состоянии построить корабль столь сложной конструкции, кроме того, появились сомнения в самой идее гибридного корабля.

С 1937 1 ода в США но советским техническим заданиям разрабатываются проекты линейных кораблей-авианосцев. Самым любопытным оказался линкор фирмы Гиббс энд Кокс проекта 10581 (варианты «Л». «В» и «С»), Проект создал владелец фирмы В.Ф.Гиббс, никогда ранее не занимавшийся подобными работами. Неудивительно, что получился весьма экстравагантный корабль: водоизмещением 73 003т., мощностью машин 304 160 л. е., скоростью 34 V3, вооружением 8-457/12-406, 28 127, 32-28, 36 колесных и четыре катапультных гидросамолета, две катапульты; бронирование: борта 330 мм. палубы 197 мм.

АВН «Граф Цеппелин». Германия. 1940 год

АВН проект 72. СССР. 1944 год

Техническое обеспечение столь грандиозного корабля отсутствовало: не было стапелей и доков, отсутствовали орудия и башни главного калибра, машинно-котельная установка. Не уделили внимания вопросам аэродинамики корабля: надстройки и орудийные башни в сочетании с угловатыми очертаниями полетной палубы должны были создавать мощные завихрения воздуха, препятствующие взлетно-посадочным операциям. Советским конструкторам для решения этой проблемы в своем проекте пришлось создать палубу особо обтекаемой формы и произвести исследование ряда моделей в аэродинамических трубах ЦАГИ. (Автор располагает сведениями о наличии таких моделей).

Попытки создать корабль приемлемого водоизмещения (вариант «С») не дали положительного результата, советская сторона совершенно разочаровалась в гибридных кораблях. Это не удивительно, так как хорошо смотрелись они только на бумаге, для строительства такого «линкора-авианосца» требовались затраты, как на два отдельных корабля, боевая устойчивость представляется весьма сомнительной: в бою артиллерийских кораблей велика вероятность выхода из строя полетной палубы и возгорании авиационного топлива; при атаке с воздуха это большая и уязвимая цель.

Одновременно с зарубежными конструкторами советские работали над проектом авианосца нормальной схемы. К середине 1939 года в ЦНИИ 45 разработали предэскизный проект малого авианосца, получившего №71. Этот проект в наибольшей степени соответствовал представлениям ВМФ об авианосце и возможностям судостроительной отрасли. Предлагались следующие данные: водоизмещение 11 300 т, мощность механизмов 126 500 л. е., скорость 33 уз; вооружение: 8 – 100 универсальных, 16-37,20- 12,7 пулеметов; авиагруппа: десять многоцелевых самолетов и 20 истребителей, две катапульты. В качестве базового послужил корпус легкого крейсера пр. 68, с машинно-котельной установкой, это облегчало освоение нового типа корабля промышленностью. Проводились работы по формированию наиболее выгодного, с аэродинамической точки зрения, внешнего вида. Большинство корабельных систем и агрегатов, артиллерийских установок и приборов управления огнем, за исключением авиационного снаряжения, было освоено промышленностью. Местом строительства избрали завод № 199 в Комсомольске на Амуре, с началом постройки первого корабля в 1942 году.

Любопытно, что в справочнике «Джейн'с файтиг шипе» за 1938-1939 гг. фигурирует авианосец «Красное Знамя», который вместе с еще одним кораблем такого типа предполагается к закладке в Ленинграде в 1939-1940 году. Его характеристики подобны пр.71: водоизмещение 12 000 т, скорость 30 уз, вооружение 12-100 и 40 самолетов. Что послужило основой для столь удачного предположения неизвестно, но советская сторона, согласно договору 1937 года обязанная предоставлять англичанам информацию о производимых закладках кораблей, ни о чем подобном не сообщала, ввиду отсутствия самого факта.

АВН «Имплекейбл». Великобритания. 1944 год

АВН проект 85. СССР. 1954 год

Побывавшая в Германии в 1939- 1940 гг. советская торгово-закупочная комиссия под руководством наркома судостроительной промышленности И.Г.Тевосяна, в состав которой входил и представитель ЦНИИ-45, проявила определенный интерес к немецким авианосцам. Посетив строящийся «Граф Цеппелин», советские представители выразили предложение об его покупке, либо, в случае невозможности таковой, приобретения заказа на строительство второго корабля, получившего к тому времени название «Питер Штрассер», для советского флота. Немецкая сторона не проявила желания продавать авианосцы и предложила только приборы системы управления огнем зенитной артиллерии.

Немецкий опыт не нашел применения в проектной работе советских конструкторов, несмотря на тот фаю, что после войны они получили возможность детально исследовать трофейный корабль. Не вызвали интереса и самолеты корабельной авиагруппы, что представляется весьма странным, гак как своих палубных самолетов не было и в проектах.

Вступление СССР во вторую мировую войну не позволило начать строительство авианосцев пр. 71. Эскизное проектирование продолжалось: в 1944 году в ЦнИИ-45 разработали новый проект под №72. Основой для него послужил предвоенный проект 71 Б. По внешнему виду и тактико-техническим характеристикам пр.72 сильно походил на английские авианосцы тина «Имплекейбл». Водоизмещение 28 800 т, мощность главной энергетической установки 144 000 л. е., скорость 30 уз. вооружение: 16-130 универсальных, 16-85, 24-37, 48-25, 30 самолетов, две катапульты, бронирование: борг 90 мм, полетная палуба 30 мм, ангарная 55 мм, ангар 30 мм. Представители флота сочли авиагруппу корабля слишком маленькой для такого водоизмещения, начались переработки, но все проектом и ограничилось.

В 1944-1945 гг. для обобщения опыта прошедшей войны и выработки требований к авианосцам была создана комиссия под руководством вице – адмирала В.Ф.Чернышева. Составленные ей предложения послужили основой для разработки требований к авианосцам новой десятилетней программы строительства флота (1946 1955 гг.). Нарком ВМФ Н.Г.Кузнецов предлагал построить по шесть больших и малых авианосцев. После обсуждения состава программы на совещании И.В.Сталина осталось только два малых для Северного флота.

Принято считать, что Сталин недооценивал роль авианосцев в морской войне, следствием чего стал отказ от их строительства. Это не вполне так. Строительство ВМФ, как требующее больших финансовых затрат и скоординированных усилий в течение длительного времени, не может быть обойдено вниманием фактического главы государства. Сталин не принимал решений без предварительною выяснения всех связанных с вопросом обстоятельств. В руководстве ВМФ СССР отсутствовало единство взглядов на авианосцы как в довоенное время, так и после войны. Максимум желаемого – обеспечить авианосными истребителями прикрытие кораблей на океанских театрах. Судостроительная промышленность задержалась в развитии на 5-10 лет, а авианосцы после второй мировой войны претерпели ряд изменений. Выросло водоизмещение, усложнились артиллерийское и радиоэлектронное вооружение, появились реактивные палубные самолеты. Понятно, что прежде чем тратить средства на строительство новых классов кораблей, следовало устранить отставание. Отсутствовала специализированная проектная организация по проектированию авианосцев. Таким образом, решения И.В. Сталина опирались на знание реальных возможностей промышленности и флота.

Твердым сторонником авианосцев показал себя Н.Г. Кузнецов, возвращенный на пост главкома ВМФ в 1951 году, после почти пятилетней о палы. С 1953 года по утвержденному Кузнецовым ОТЗ ВМС на легкий авианосец ведется разработка предэскизного проекта, получившего номер 85. К концу 1954 года ЦНИИВК представил предварительный вариант. Предлагалось провести большой комплекс научно исследовательских и опытно конструкторских работ по авиационному оборудованию и самолетам. Предлагалось оснастить корабль угловой полетной палубой. Тактико-технические элементы: водоизмещение 28 400 т, мощность ГЭУ 144 000 л. е., скорость 32 уз; вооружение: 16- 100 универсальных, 24- 57, 16 25.40 истребителей и два вертолета, две катапульты.

С середины 1955 года в ПКБ-16 началась работа над эскизным проектом, одновременно с этим планировалось построить в ближайшие десять ле г девять кораблей проекта 85. Изменение политики в отношении крупных надводных кораблей и снятие Н.Г.Кузнецова с занимаемого поста привели к полному прекращению работ по проекту 85.

За тридцать лет проектирования авианесущих кораблей только два раза, в 1941 и в 1955 годах, советское судостроение имело реальную возможность начать их строительство. В этот же период сформировался взгляд на авианосец как на корабль исключительно необходимый для обеспечения противовоздушной обороны соединений вдали от своего побережья. Иностранный опыт, учитывая специфику концепции, почти не нашел применения. В тридцатые-сороковые годы определенное влияние имел английский стиль, но при внешнем сходстве конструкторские решения были собственными.

От редакции. Данная статья представляет собой расширенный вариант выступления автора на научной конференции Московского Клуба истории флота «Малоизвестные страницы 300-летней истории Отечественного Флота».

Анатолий Артемьев

Над гребнями волн

В течение длительного времени ЦКБ по судам на подводных крыльях в г. Чкаловске под Горьким вело работы по созданию новых средств передвижения – экранопланов. Что же представляет из себя экраноплан? Это летательный аппарат (ЛА), способный перемещаться вблизи поверхности воды и ровных участков местности с использованием эффекта влияния подстилающей поверхности (экранного эффекта). Экранный эффект достигается за счет уплотнения воздуха под крылом, что дает прирост подъемной силы и обеспечивает перемещение ЛА при меньшей потребной тяге двигателей. Из этого следовал вывод о большей экономичности ЛА, использующего экранный эффект.

Возглавлял ЦКБ талантливый инженер Р.Е.Алексеев (1916-1980 гг.), работы которого по судам на подводных крыльях достаточно широко известны. Первый экраноплан был разработан в 1961 году.

По заказу ВМФ на заводе «Волга» при ЦКБ в 1963 году построили огромный (длина 100 м, масса 544 т) экраноплан КМ («корабль-макет»), получивший на Западе прозвище «Каспийский монстр». Испытания корабля, длившиеся в течение почти 15 лет, подтвердили правильность основных инженерных идей и дали много полезного для экранопланов следующего поколения.

В 1980 году КМ из-за ошибки экипажа потерпел аварию и затонул в Каспийском морс (экипаж успел его покинуть).

Строительство больших экранопланов продолжалось. В 1987 году – на воду сошел экраноплан пр. 903 «Лунь» – первый из серии экранопланов-ракетоносцсв массой 400 т, второй «Лунь» предполагался такого же назначения, но развал страны внес свои коррективы.

В 1972 году построили транспортно-десантный экраноплан средних размеров пр. 904 «Орленок» (длина 58 м, масса 120 т). Испытания построенного экраноплана проводились на протоке р. Волги в районе Горького и прошли относительно успешно. После этого экраноплан разобрали и по Волге отправили на Каспийское море для дальнейших испытаний.

В 1975 году при проведении испытаний экраноплан посадили на камни, включение поддува позволило снять его с камней и благополучно возвратиться на базу. Машина была предсерийной с корпусом, изготовленным из жесткого, но хрупкого сплава К482Т1, что и не замедлило сказаться. По-видимому, при подготовке к полету не были обнаружены трещины в кормовой части. И во время очередных испытаний при взлете с воды при волнении корма вместе с маршевым двигателем отвалилась. Р.Е.Алексеев, находившийся в передней кабине, вывел носовые двигатели на крейсерский режим, что обеспечило поддержание экраноплана на плаву и доход его до базы. В качестве «благодарности» за правильные действия в сложившейся ситуации министр судостроительной промышленности Б.Е.Бутома снял Алексеева с должности главного конструктора и понизил до начальника отдела. После тщательных исследований пришли к выводу о необходимости применения в конструкции алюминиево-магниевых сплавов (АМГ-61).

На заводе «Волга» были построены три экраноплана (С-21, С-25, С- 26)пр.904 «Орленок» (установочная партия) и сданы в опытную эксплуатацию. Экранопланы должны были поступить в ВМФ и создавались в транспортно-десантном варианте.

Руководство ВМФ предполагало, что экранопланы в качестве десантного средства покажут высокую эффективность (значительная скорость, обеспечивающая внезапность, способность преодолевать противодесантные заграждения и минные поля) и обеспечат захват плацдармов на защищенном побережье противника. Такие, несколько завышенные надежды связывали с экранопланами пр. 904.

Этот экраноплан был спроектирован по самолетной схеме – моноплан с фюзеляжем обтекаемой формы и Т-образным высокорасположенным хвостовым оперением. Планер выполнялся из сплава АМГ 61 (в отдельных узлах сталь) и был защищен от коррозии электрохимическими протекторами. Обтекатели антенн, размещенные на планере, изготавливались из композиционных материалов. Погружаемая в воду часть экраноплана окрашивалась специальной краской.

Фюзеляж экраноплана пр. 904 предназначен для размещения экипажа, стартовых двигателей, полезной нагрузки (до 20 т) и др. Загрузка и разгрузка грузовой кабины (длина 28 м, ширина 3,4 м, высота 4,5м) производится через люк, образующийся при повороте влево носовой части фюзеляжа. Кабина экипажа и пулеметная установка также расположены в поворотной части.

Днище фюзеляжа образовано системой поперечных и продольных реданов. К днищу в носовой части и в центре масс кренятся качающиеся в вертикальной плоскости гидролыжи. Профиль низкорасположенного крыла, состоящего из центроплана и двух консолей кессонной конструкции, оптимизирован для движения вблизи экрана. Концы консолей снабжены поплавками, играющими роль глиссирующих шайб.

Вдоль передней нижней кромки крыла (ближе к консолям) размещены специальные стартовые щитки с углом отклонения до 70°. К задней кромке крыла крепятся пятисекционные закрылки -элероны с углами отклонения от -10° до +42°, Столь необычная механизация крыла вызвана необходимостью, так как в положении на плаву задняя кромка крыла находится в воде. Перед взлетом носовые стартовые двигатели запускаются и реактивные струи от них направляются под крыло. После выпуска закрылков и щитков за счет повышенного давления под крылом экраноплан приподнимается из воды.

Хвостовое оперение имеет относительно большую площадь, что способствует повышению устойчивости полета, так как с приближением к экрану центр давления смещается назад и это сказывается на балансировке ЛА, а Т-образная форма хвостового оперения снижает влияние экрана на характеристики устойчивости и управляемости. Сверху на оперении расположен маршевый двигатель, навигационные огни и антенны радиотехнических средств. Вертикальное оперение (неподвижная его часть) выполнено заодно с фюзеляжем. Рули высоты состоят из четырех секций, рули поворота – из двух.

Шасси экраноплана снабжено двухколесной передней и десятиколесной основной опорой. Колеса не тормозные (впоследствии поставили вопрос об установке тормозов), передние колеса – поворотные, подвеска независимая. Передние колеса убираются втягиванием в корпус, основные гидроцилиндрами заваливаются за главную гидролыжу. Шасси совместно с лыжно-амортизирующим устройством (носовая и основная гидролыжи) и поддувом обеспечивают проходимость по грунту, снегу и льду.

Силовая установка JIА состоит из двух стартовых турбореактивных двухконтурных двигателей НК-8-4К (НК-8 устанавливается на самолетах Ил 62) и маршевого турбовинтового двигателя НК-12МК (НК-12 входит в состав силовой установки самолетов Ту-95). Стартовые двигатели тягой 10 500 кгс имеют ресурс 300 ч (600) запусков. Как уже отмечалось, они установлены в отклоняющейся части фюзеляжа. Их воздухозаборники расположены перед фонарем кабины летчиков, что предотвращает попадание брызг при движении над водной поверхностью. С помощью поворотных газовыхлопных насадков реактивная струя двигателей направляется под крыло (режим поддува) или сверху крыла (для увеличения тяги в крейсерском режиме). Поддув газовых струй под крыло на разбеге обеспечивает снижение гидродинамического сопротивления и внешних гидродинамических нагрузок, особенно при взлете в условиях волнения моря. Применение поддува при посадке преследует тс же цели.

Маршевый двигатель НК-12МК снабжен двумя винтами противоположного вращения АВ-90 диаметром 6 м (тяга 15 500 кгс). Для обеспечения ЛА сжатым воздухом и питания бортсети постоянным и переменным током используется вспомогательная силовая установка ТА-6А.

Топливные баки для двигателей (керосин 28 000 кг) расположены в корневых частях крыла.

Системы экраноплана представляют из себя комбинацию корабельного и самолетного оборудования: навигационный комплекс «Сплав», автоматический радиокомпас АРК-11, компас «Зонд-М», курсовертикаль «Регата», курсовая система КС-6, радиотехническая система МР-244 для обеспечения безопасности движения на всех режимах и навигацию.

Перемещение рулевых поверхностей ЛА обеспечивается гидравлической системой. С ее помощью производится также уборка-выпуск шасси, гидролыж, механизации крыла, поворот носовой части фюзеляжа на шарнирах.

Устойчивость и управляемость экраноплана обеспечивается на всех эксплуатационных режимах движения (полета) с включенной системой демпфирования и стабилизации – «Смена-4». Это аналог автопилота, работающий в режимах индикации, демпфирования и стабилизации.

Вооружение «Орленка» – установка «Утес-М» включает крупнокалиберный (12,7 мм) пулемете прицелом и боекомплектом из 1400 патронов.

Экраноплан оборудован полным комплектом корабельных навигационных огней, якорным, буксирным и швартовными устройствами. Наряду с этим предусмотрена шпигатная система для удаления воды за борт с грузовой палубы через два шпигата.

Экипаж экраноплана состоит из девяти человек (два летчика, штурман, бортрадист, бортинженер, бортоператор РТС, бортмеханик, командир огневых установок, бортэлектрик).

Основные размерения экраноплана пр. 904 «Орленок»: длина – 58,1 м, ширина с крыльями -31,5м, наибольшая высота мачты над ватерлинией – 19 м.

Водоизмещение экраноплана полное – 122 т, осадка – 1,5 м (с учетом выступающих частей – 3,5 м).

Крейсерская скорость полета экраноплана составляет – 350 км/ч (наибольшая – 393 км/ч), дальность хода – 1011 км, при перегрузочном варианте (за счет увеличенной заправки топливом) -1500 км, диаметр циркуляции на акватории – 2-3 длины.

Экранопланы еще только строились, отрабатывались, а уже прикидывались организационно-штатные структуры, и планировалась их передача морской авиации. Последнее обстоятельство большого энтузиазма у руководящего состава не вызывало. Скорее наоборот, были затрачены колоссальные усилия на доказательства, что экранопланы не могут быть отнесены к ЛА, но история, как это часто бывает, расставила все по местам.

Начальник Главного штаба ВМФ своей директивой от 29 мая 1970 г. за № 51/073 установил штатные категории членов экипажа экраноплана: командир корабля и его помощник – летчики; штурман – из офицеров ВМФ, остальные – из корабельных, авиационных и наземных специалистов. Против комплектования экранопланов летным составом штаб авиации ВМФ категорически возражал.

Главное инженерное управление ВМФ со своей стороны информировало штаб авиации ВМФ, что в 1972-1973 гг. (как легко убедиться, реальные сроки существенно сместились) ожидается поступление опытных транспортно-десантных экранопланов пр. 904 и 903, техническое обслуживание которых предполагается возложить на авиационные части, вооруженные самолетами Бе-12. Против этого резко возразила инженерно-авиационная служба авиации ВМФ, у которой и без того хватало забот, а объем технического обслуживания самолетов Бе-12 и его содержание никакого отношения к кораблям не имело.

Таким образом, экранопланы, еще не поступив на вооружение, уже породили трения между отделами и органами ВМФ и авиации ВМФ.

3 ноября 1979 г. в торжественной обстановке подняли флаг ВМФ на десантном экраноплане МДЭ-150 пр. 904 «Орленок» (заводской № С-21), который включили в состав Краснознаменной Каспийской флотилии. Второй экраноплан МДЭ-155 пр. 904 (заводской № С-25 вошел в состав ВМФ 27 октября 1981 г., третий – МДЭ-160 (заводской № С-26) – 30 декабря 1983 г.

Освоение экранопланов началось и велось не очень интенсивно. Это тормозилось и тем, что уровень подготовки летчиков документами не регламентировался из-за чего возникали вполне законные претензии и недовольство. И только в 1980 году удалось подготовить приказ Министра обороны СССР № 130, в соответствии с которым командиры экранопланов могли подтверждать присвоенную им классификацию и получать соответствующее денежное вознаграждение.

Пилотирование, а точнее управление экранопланом в основном режиме, как показала практика, существенно отличается и от самолета и от корабля, в чем нетрудно убедиться, ознакомившись с техникой выполнения некоторых режимов полета: взлета, горизонтального полета и др.

Если состояние поверхности моря не превышает 2 баллов (высота волны до 0,75 м), то с момента страгивания при взлете кормовой двигатель устанавливается на 0,7 от номинала, носовые выводятся на максимальный режим. После чего на такой же режим переводится кормовой двигатель.

Разбег производится при нейтральном положении закрылков и в положении поворотных сопел вверх на 15°; рулями высоты поддерживается (по прибору) дифферент 2-4°.

По достижении скорости 40-50 км/ч сопла носовых двигателей переводятся на -5° по достижении скорости 70 км/ч – на 0°. Одновременно с этим начинается выпуск главной лыжи, на скорости 80-90 км/ч сопла устанавливаются на угол +5°, главная лыжа выпускается до одного метра.

После этого начинаются столь же непростые манипуляции с закрылками: на скорости 100- 110 км/ч их отклоняют на угол 5°, через 30 км/ч еще на 5°, через 50-80 км/ч до +15°. По достижении предотрывной скорости (свыше 200 км/ч) закрылки отклоняются на угол 20°, непосредственно перед отрывом дается команда на уборку главной лыжи.

Ориентировочная скорость отрыва ЛА от поверхности воды с углом дифферента 4-5° в условиях МСА (главная лыжа выпущена на один метр, взлетная масса – 122,7 т) находится в диапазоне 230-240 км/ч при работе носовых двигателей на поддув или в дипазоне 260-270 км/ ч, если двигатели работают на тягу.

Длина разбега (взлетная масса 125 т, давление 760 мм рт. ст., температура наружного воздуха – 15°С) составляет 2400 м, время разбега – 76 с. При состоянии моря 3-4 балла (высота волны до 2 м) длина разбега увеличивается в два раза.

Из приведенного можно заключить, что техника выполнения взлета (выхода на экран) достаточно замороченная, однако большой сложности автоматизировать этот процесс не представляло возможным.

Горизонтальный полет вблизи экрана выполняется на кормовом двигателе (носовые выключены или работает один из них, поворотные сопла в положении «на тягу» с углом 15°). Разгон экраноплана производится в крейсерском режиме (высота под килем 0,8-2,3 м по прибору 14А) с использованием всех каналов системы «Смена-4». Поворотные сопла могут находиться в положении I 5° (без поддува) или менее 5° (с поддувом). Основной режим горизонтального полета: скорость 310-380 км/ ч, высота 0,8-2,3 м.

Наименьший расход топлива достигается при следующем режиме использования силовой установки: кормовой двигатель – 0,85 номинала, один носовой двигатель выключен (авторотирует), второй работает на режиме – 0,4 номинала.

Изменение высот ы полета производится с помощью штурвалов летчиков.

В экранном режиме (высота менее 1,3 м) доворот на угол до 30° выполняется с помощью задатчика программного управления системы «Смена-4», работающей в режиме стабилизации по всем каналам. Для изменения направления на угол больше 30° необходимо отключать систему «Смена-4» и выполнять разворот с креном до 10°.

Пожалуй, наиболее простым режимом был переход от экранного режима к плаванию.

К 1983 году удалось подготовить четырех командиров кораблей: подполковник Ю.Г.Глинский, майор Н.Н.Массанов, майор А.В.Короткий, майор В.И.Дудников. Все они ранее летали на Бе-12.

Экранопланы свели в 236-й дивизион кораблей-экранопланов бригады десантных кораблей ККФ.

До 1984 года подготовка экипажей производилась по «Временному курсу боевой подготовки экипажей кораблей-экранопланов», подготовленному боевой подготовкой ВМФ. Затем курс переработали с участием боевой подготовки авиации ВМФ.

Интенсивность эксплуатации экранопланов высокими показателями не впечатляла, о чем можно судить по следующим данным: экраноплан МДЭ-150 в течение семи месяцев первого года службы ремонтировался и проходил модернизацию. Второй экраноплан МДЭ-155 через четыре месяца после поступления в течение последующих тринадцати месяцев также модернизировался. Безусловно, модернизация сразу после постройки позволяла оценить степень завершенности этого типа ЛА.

Принимая во внимание это обстоятельство и ряд других, особенно связанных с безопасностью полетов, штаб авиации ВМФ в феврале 1982 г. обратился к зам. главнокомандующего ВВС с просьбой, чтобы ГНИИ-8 ВВС принял участие в испытаниях следующего экраноплана пр. 904. На раздумья ВВС потребовался год и лишь после этого было получено согласие.

В марте 1984 г. главнокомандующий ВМФ установил нормы эксплуатации экранопланов пр. 904: годовой расход ресурса двигателей – 100 ч, продолжительность планово предупредительного ремонта (ППР) – ежемесячно пять дней, навигационный ремонт (проведение регламентных осмотров и работ, ремонт и замена выработавших ресурс деталей и узлов оружия и технических средств) – два раза в год по 15 суток, в течение года производить не более 51 взлета/посадки, до 15 амфибийных выходов на необорудованное побережье.

По завершении испытаний второго экраноплана № С-26 состоялся своеобразный, довольно нелицеприятный обмен мнениями, выявивший существенные расхождения между ВВС, которые руководствовались своими документами, и разработчиками, которые также руководствовались документами, но своего ведомства. Так, по мнению представителей ВВС, материалов, полученных на испытаниях, недостаточно для оценки качества корабля -экраноплана как ЛА и его характеристик во веем диапазоне высот и скоростей полета, масс и центровок, и сделать вывод о безопасности его эксплуатации в строевых частях по нормам и требованиям ВВС не представляется возможным.

Однако ЦКБ и СПБ считали, что корабль экраноплан существенно отличается от ЛА в части обеспечения и безопасности полетов и для него необходимы совершенно другие нормы.

Представители ВВС предъявили претензию по поводу того, что методики проведения испытаний с ними не согласовывались. ЦКБ отпарировало это тем, что в соответствии с действующим ОСТ 75 согласование с ВВС не требуется. В последнем ответе логика явно отсутствовала: если считать экранопланы ЛА, то согласование с ВВС методик испытаний и др. документов безусловно необходимо проводить.

Значительное количество органов управления, по мнению ВВС, не обеспечивало возможность взлета, посадки, амфибийног о схода и других операций одним летчиком. А поскольку в управлении оказывались заняты три члена экипажа (два летчика и инженер), действовавшие относительно самостоятельно, то ошибку, допущенную одним из них, другой исправить не мог. Отмечалось также, что в кабинах не обеспечен даже минимум удобств для экипажа как при нахождении на земле, так и в полете.

ГНИИ-8 предъявил обоснованную претензию к разработчикам, которые составляли инструкцию экипажу по эксплуатации экраноплана без участия летчиков -испытателей. По форме и содержанию она совершенно не соответствовала руководствам экипажей по летной эксплуатации самолетов и вертолетов. Замечаний оказалось значительно больше, приведены лишь некоторые из них.

Согласно программе кораблестроения (Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 252- 73 от 26 марта 1980 г.) в XII-XIII пятилетках планировался выпуск четырех экранопланов пр. 903, поручением Министра обороны СССР подготовлен проект постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР о дополнительной постройке в этот период еще семи экранопланов пр. 903 и 904.

Экраноплан "Орленок"

В июле 1984 г. штаб авиации предпринял очередную попытку отбиться от экранопланов и доказать, что они не являются ЛА. И эпопея с названием получила свое дальнейшее развитие. На одном из совещаний главнокомандующий ВМФ определил экраноплан как «корабль с авиационными особенностями» (!). Штаб авиации, обычно в этих случаях бравший под козырек и безусловно соглашавшийся с указаниями сверху, на этот раз подготовил «солидное» обоснование своей позиции неприемлемости экранопланов исходя из следующих «фундаментальных» положений.

Основной принцип поддержания экраноплана в воздухе, как и корабля на воздушной подушке, коренным образом отличается от аэродинамического принципа, на котором основан полет самолета. Из этих соображений Воздушный кодекс СССР (утвержден Президиумом Верховного Совета СССР 11 мая 1983 г.), а также основополагающие авиационные документы (Наставление по производству полетов. Основные правила полетов… и др.) экранопланы и корабли на воздушной подушке к ЛА не относят. На основании доводов, казавшихся неотразимыми, предлагалось экранопланы считать кораблями, имеющими три режима применения: на воде, над экраном, амфибийный (выход на берег). В том, что во время разворотов экраноплан может выходить за экран и становится на короткое время экранолетом, поддерживаемым в полете за счет подъемной силы крыла, составители обоснованно умолчали.

К июню 1984 г. подразделение укомплектовали тремя исправными экранопланами rip. 904. Уровень подготовки экипажей: днем при видимости 5 км, высоте волны – 1,5 м. Тем не менее, план боевой подготовки за первое полугодие оказался выполненным всего лишь на 32%.

Документ, поступивший 10 сентября 1984 г. из Главного управления кораблестроения ВМФ (ГУК ВМФ) в штаб авиации ВМФ, информировал о перспективах строительства экранопланов: во исполнение указания Министра обороны СССР Д.Устинова количество экранопланов будет увеличено и планируется создание из них соединения на БФ. В связи с решением Минсудпрома, Минавиарома и ВМФ от 13 августа 1984 г. № С-13/ 00266603 предусмотрено дополнительно к количеству экранопланов, установленных более ранними постановлениями, построить на заводе «Красное Сормово» 11 экранопланов пр. 904 в XII и XIII пятилетках со сдачей головного в 1988 году (на испытания в 1987 году) и последующим переходом на строительство десантных экранопланов нового проекта (большей грузоподъемности).

Программой военного кораблестроения планировалась также постройка шести экранопланов пр. 903 до 1995 года и до 2000 года еще четырех такого же типа.

Из приведенного следует, что планы строительства экранопланов в этот период не выходили за пределы четырех десятков, а не 120-130, как это преподносилось некоторыми средствами массовой информации.

Приказом Министра обороны СССР от 12 октября 1984 г. № 00136 десантный экраноплан пр. 904 был принят на вооружение.

Главный штаб ВМФ 30 декабря 1984 г. направил командующему ККФ указание о переформировании дивизиона экранопланов в эскадрилью (командир эскадрильи майор Масанов, начальник штаба майор Гераськин, заместитель по летной подготовке – подполковник Ленский). В этом документе, учитывая частые перерывы в полетах, рекомендовалось для поддержания летных навыков тренироваться в полетах на Бе 12. Последнее указание, кроме всего прочего, имело определенный смысл ведь экранопланы предполагалось перегнать на БФ и, следовательно, летный состав должен быть готов к этому.

Разговор об использовании внеэкранных режимов полетов начинал приобретать целевую направленность, и как обычно разрабатывается план подготовки и проведения испытаний экраноплана пр. 904 на внеэкранных режимах. Расчеты показывали, что допустимая скорость полета в этом случае составит 400 км/ч, высота – до 1500 м, полетная масса 120 т. Перелет, если он когда нибудь мог состояться, должен был производиться с самолетом лидером.

В соответствии с замечаниями ВВС пилотажно-навигационнос оборудование экраноплана следовало дополнить вариометром, высотомером, указателем скорости УС-80 (взамен УС-450) и др.

На период испытаний экраноплана на внеэкранных режимах планировалась установка средств аварийного покидания для четырех членов экипажа. Методом моделирования было установлено значение критической скорости флаттера.

В нашей стране продвижение той или иной идеи, а тем более практическая реализация образцов военной техники зависит от того, кто их лоббирует. Министр обороны СССР Маршал Советского Союза Д.Ф.Устинов поддерживал идею строительства экранопланов, но в 1985 г. он умер. Новый министр обороны С.Л.Соколов с подачи заступившего на место главнокомандующего ВМФ В.Н.Чернавина все средства, поступавшие в ВМФ, обратили на строительство весьма несовершенных подводных лодок, с которыми впоследствии возникла масса проблем.

События, тем не менее, шли пока еще своим чередом, но казалось, что это происходит по инерции.

Штаб авиации ВМФ 6 января 1986 г. получил от заместителя главнокомандующего ВМФ по боевой подготовке извещение о завершении строительства ракетного экраноплана пр. 903 «Лунь» в третьем квартале 1986 года. Из дальнейшего следовало, что экипаж из 13 чел. сформирован на ЧФ в соответствии с директивой Главного штаба ВМФ от 17 августа 1985 г. № 730/1/0644. Боевой подготовке авиации ВМФ предлагалось организовать переучивание и подготовку экипажа к проведению испытаний и приему экраноплана от промышленности.

Приказ Министра обороны СССР от 12 ноября 1986 г. № 0256 формально положил конец спорам. Экранопланы отнесли к морской авиации как к роду сил ВМФ, и они подлежали включению в состав ВВС флотов. Документ устанавливал, что экранопланы, наряду с самолетами и вертолетами, следует считать видом боевой техники морской авиации и до 1 сентября 1987 г. представить предложения по их использованию в Боевой устав ВМФ. Однако и этот приказ мало что изменил, а появление его по времени некоторые связывали с возможным вооружением БФ экранопланами, в которое уже мало кто верил.

Несмотря на то, что экранопланы доставляли массу хлопот, на запрос из Главного штаба ВМФ в феврале 1987 г. о целесообразности передачи их в состав ЧФ, руководство Каспийской флотилии выразило свое несогласие с таким решением. Вопрос, по-видимому, был формальным, и директивой главнокомандующего ВМФ от 21 апреля 1987 г. № ДФ-035 подразделение экранопланов, переименованное в 11-ю авиагруппу, переподчинили ЧФ, оставив без изменения место базирования – г. Каспийск. В связи с передачей организовали проверку технического состояния экранопланов. Из акта, подготовленного 8 июня, следовало, что техническое состояние экранопланов не позволяет организовать летно-тактическую подготовку.

В январе 1988 г. у заместителя главнокомандующего ВМФ состоялось совещание, принявшее несколько необычное, а возможно запоздалое, решение: «Просить Минсудпром подготовить совместно с МСП и ВМФ обращение в Госкомиссию Совета министров СССР по военно- промышленным вопросам о привлечении ЦАГИ им. профессора Н.Е.Жуковского к работам предприятия п/я Г-4806 по внеэкранным режимам движения экранопланов».

Пожалуй, на этом все и закончилось. Вначале незаметно, а затем все более ощутимо стал снижаться интерес к экранопланам и появились изменения в программах их строительства.

Заместитель главнокомандующего ВМФ по эксплуатации и ремонту начальник главного управления эксплуатации и ремонта ВМФ 11 мая 1989 г. информировал Главный штаб ВМФ о том, что но поручению ЦК КПСС Минсудпромом и ВМФ «рассмотрена» программа дальнейшего строительства кораблей-экранопланов. Принято решение построить только один экраноплан пр. 903 с тем. чтобы разместить заказы на продукцию другого назначения (ПЛ!). Экраноплан пр. 903 № С-31 в период 1990-1991 гг. прошел опытную эксплуатацию.

Полеты на экранопланах производились довольно редко, а 28 августа 1992 г. экраноплан № С-21 потерпел катастрофу (день, видимость – 10 км, температура наружного воздуха – 25°, скорость ветра – 6 м/с) на Каспийском морс. Экраноплан пилотировал командир отряда майор А.В.Коробкин, военный летчик 2-го класса, помощник – начальник штаба отряда ст. лейтенант И.А.Хажухмаров, военный летчик 3-го класса.

Обстоятельства происшествия: через 6 мин после взлета в процессе выполнения второго разворота при полете на экране на высоте 4 м и скорости 370 км/ч JIA клюнул. Летчики парировали клевок ЛА рулями высоты и вывели его из разворота. После вывода из разворота экраноплан перешел в набор высоты до 40- 45 м, а затем перешел на снижение и приводнился со значительными перегрузками. Произошло несколько отделений от воды до высоты 20-45 м. При одном из приводнений фактически неуправляемый экраноплан развернулся на 180°, из-за значительных перегрузок частично разрушился и оставался на плаву еще в течение 4 ч на удалении от места взлета в 23 км (остатки впоследствии были подорваны в море). Не обошлось без людских потерь – погиб бортовой техник ст. прапорщик Баматов, находившиеся на борту генеральный конструктор экраноплана В.В.Соколов и еще один представитель С.П.Волков получили средней тяжести травмы и г оспитализированы.

Экраноплан МДЭ-150 (заводской № С-21) был выпущен 20 октября 1979 г. Наработка с начала эксплуатации составила 279 ч 35 мин (средний годовой налег 21 ч), 140 взлетов/ посадок, 33 амфибийных выхода. Наработка после последнего ремонта 5 ч 35 мин.

После этого в ВМФ осталось два экраноплана пр. 904 и один пр. 903. Явно они оказались для многих костью в горле.

Генеральный директор НПО ЦКБ по судам на подводных крыльях им. Р.Е.Алексеева обратился к руководству ВМФ с просьбой сохранить в составе ВМФ 11-ю авиагруппу, придав ей статус опытно-испытательной.

В апреле 1993 г. к главнокомандующему ВМФ обратился генеральный директор Дальневосточного центра экспериментального морского приборостроения с просьбой о передаче ио остаточной стоимости двух экранопланов пр. 904. Главнокомандующий ответил согласием, но сделка по каким-то соображениям не состоялась.

Штаб авиации ВМФ при очередном докладе в Главный штаб ВМФ сообщил о неисправности всех трех экранопланов и необходимости выделения для их ремонта не менее миллиарда рублей в ценах текущего года.

Об экранопланах постепеннно забывали, хлопот хватало, и было не до них. И, наконец, 27 марта 1998 г. за подписью ВРИО начальника Главного штаба ВМФ в оперативное управление поступило письмо следующего содержания: «В составе 11-й авиагруппы находятся три экраноплана. Два десантных экраноплана пр. 904 за № С-25 постройки 1981 г. и заводской № С-26 постройки 1983 г. Оба экраноплана неисправны в связи с истекшими в 1991 и 1993 г. межремонтными сроками. Главнокомандующим ВМФ из-за отсутствия финансовых средств принято решение о списании их установленным порядком, так как их ремонт и восстановление не представляется возможным. Для сохранения ракетного экраноплана главнокомандующий ВМФ принял решение об его консервации на территории 11 й авиагруппы и переформирования се в авиационную базу (хранения экраноплана), в составе которой оставить один летный экипаж».

На этом история экранопланов в ВМФ прерывается, и никто не может дать гарантии – последует ли продолжение. Только откровенно жаль, что эти красивые в своем стремительном беге аппараты, безусловно летательные, так и уйдут непонятыми и неоцененными.

Вадим Егоров Владимир Котельников

ВОМИЗА

Что такое ВОМИЗА? Расшифровывается это так: ВОздушная МИна ЗАграждения. Так называлась первая авиационная мина, принятая на вооружение ВВС РККА в начале 30-х годов.

В нашей стране с авиационными минами несколько запоздали. Авиация германского флота успела использовать их еще в первой мировой войне. Летом 1917 года немецкие самолеты поставили зафаждения в Рижском заливе. В России в то время существовали только проекты подобных систем. Можно назвать, например, проект якорной мины Ковалевского для беспарашютного сбрасывания с малых высот, предложенный в 1916 году.

По настоящему за создание отечественных авиационных мин взялись только в 1925 году. Эти работы вело Особое техническое бюро (сокращенно Остехбюро или ОТБ) в Кронштадте, которым руководил изобретатель В.И.Бекаури. Эта организация занималась множеством тем, имеющих отношение к передовым направлениям развития военного дела – от транспортировки самолетами громоздкой техники до радиоуправления кораблями. В числе прочего она разрабатывала мины и торпеды для ВВС.

За основу для конструкции ВОМИЗы (это название в документах 30- х годов склоняли вовсю, не обращая внимания на то, что это сокращение) взяли проверенную в ходе первой мировой войны морскую якорную мину образца 1912 года. Имея боевой заряд в 100 кг тротила, она обладала достаточной мощностью для нанесения серьезных повреждений не только транспортам, но и боевым кораблям.

Предполагалось, что мина будет сбрасываться со средних и больших высот. Для того, чтобы погасить скорость падения, решили применить парашютную систему. Но удар, даже смягченный парашютами, все равно должен был быть приличным. Поэтому начали с серии сбрасывания мин с пятидесятимстровой стрелы плавучего крана. Это позволило выявить наиболее уязвимые места конструкции.

Проектирование первой советской авиамины, названной ВОМИЗА-100, в целом завершили в 1928 году. Сама мина почти не изменилась, лишь получив ряд местных подкреплений, а также элементы подвески к самолету направляющие штоки, поясные желобки, фиксирующие призмы и т. п. Зато она лишилась чугунной спусковой коробки. Изменили конструкцию якоря.

Самым главным отличием авиационного варианта мины стала парашютная система. Во многом ее унифицировали с системой, созданной для торпеды ВВС 10/15 (принятой позднее на вооружение как TAB-15). Система состояла из четырех куполов, выпускавшихся последовательно, чтобы сделать торможение падения мины по возможности более плавным. Для этой же цели в подвеску включили резиновые шнуры-амортизаторы. Парашюты шились из парусины и имели весьма оригинальную форму. Роль строп выполняли отростки полотнищ, края которых для жесткости укрепили тросами. Все четыре парашюта укладывались в коробку из кровельного железа, размерами превосходящую саму мину. Длина коробки составляла около полутора метров, а максимальная ширина – 770 мм. У конца, присоединявшегося к мине, коробка имела круговое сечение, а дальше сплющивалась и становилась овальной. Закрывал ее железный колпак, на котором еще находилась фанерная крышка. Материалы эти – кровельное железо, фанеру и парусину, выбрали, чтобы удешевить парашютную систему, части которой при боевом использовании безвозвратно терялись.

Как функционировала ВОМИЗА после сброса с самолета? Первым выпускался самый маленький, стабилизирующий, парашют площадью всего 1 м2 . Он выходил из-под откидывающейся набегавшим воздушным потоком крышки. На нем мина падала всего 1,5-2 секунды. Затем этот купол отделялся, сдергивая с короба колпак. Из-под последнего выползал парашют побольше – 3,5 м2 . На нем система опускалась, пока в специальных гнездах горели дистанционные трубки, запаленные в момент отделения от самолета. Время горения трубок определялось на земле. Чем больше высота сброса, тем дольше должна гореть трубка. В противном случае время опускания мины получается очень большим. С другой стороны, при длительном горении трубки мина успевает сильно разогнаться в своем падении и затем испытает значительный динамический удар. Дистанционные трубки конструкторы ОТБ взяли из практики артиллерии, где их применяли в снарядах различных типов.

Когда трубки догорели, пороховые заряды в пирозамках отделяют от мины парашютную коробку. Из нее сначала вытягивается третий парашют, площадью 7,5 м 2 , а через некоторое время, определяемое часовым механизмом, четвертый, самый большой, площадью 12 м 3 . С этого момента мина спускается на двух куполах. Они связаны между собой и с миной системой резиновых шнуров-амортизаторов. Шнуры должны были смягчить рывки, вызванные раскрытием парашютов. Параллельно шнурам-амортизаторам тянулись стальные тросы, которые сделали длиннее резиновых шнуров. Тросы принимали на себя нагрузку при предельной деформации резины.

Но вот мина входит в воду. При этом автоматически отцепляется подвеска парашютной системы. Делает это устройство, названное конструкторами «крылом» или «лопаткой». При ударе о поверхность воды оно поворачивало вал, по бокам которого находились замковые механизмы. Их язычки высвобождали тросы парашютной подвески. «Лопатка» же расфиксировала соединение мины и якоря. Преждевременно повернуться «лопатке» не давала система пружин.

Вода начинает поступать в устройство расцепки якоря и собственно мины. Там находится таблетка из вещества, растворяемого в воде. В морских минах для этой цели традиционно использовали сахар. Когда кусок сахара растворяется, освободившаяся пружина расцепляет якорь и мину. Якорь ложится на дно, а мина всплывает, удерживаясь тросом-минрепом на заданном углублении. Последнее отслеживается с помощью гидростатической коробки, прекращающей вытравливание минрепа. Если сахарный блок размыло еще в полете, например, сильным дождем, то «крыло» не дает мине и якорю разъединиться до момента удара о воду. В начале всплытия мины специальный тросик освобождает защелку гидростатического диска ударного прибора. При достижении заданного углубления последний приводит взрыватель в боевую готовность.

Теперь ВОМИЗА может действовать как обычная якорная мина. Кораблю достаточно наткнуться на нее – результат будет налицо.

Мины ВОМИЗА-100 не изготовлялись специально, их переделывали из обычных морских мин обр. 1912 года, лежавших на складах. Переделка обходилась примерно в 2000 рублей и столько же стоила парашютная система. Комплект весил около 900 кг, из них 325 кг – собственно мина с минрепом. Устройство получилось достаточно громоздким – общая длина равнялась 3,5 м, так что поднять ВОМИЗу-100 мог далеко не всякий самолет.

Первые образцы мины переделывали в мастерских Остехбюро, затем чертежи передали на завод «Двигатель» в Ленинграде. К 1 января 1930 г. он сдал 30 мин (из них 20 боевых, снаряженных тротилом) и готовились еще 15.

Авиамины сначала тоже бросали с плавучего крана, затем с выделенного

Подвеска миныМАВ-1 на самолете ТБ-1

1 -мина; 2-коробка парашютной системы; 3-"мосг"; 4-несущий трос; 5-ручнаи лебедка для подъема мины на самолет (в полете – снимается; 6-замки минодержателя; 7-кронштейны подвески "моста"; 8-элементы подвески парашютной коробки 9-мина МАВ-2; 10-коробка парашютной системы: 11-"мост"; 12-несущий трос

Примечание: на проекциях самолет-носитель ТБ-1 условно изображен с двумя типами шасси – поплавковым и колесным.

Остехбюро самолета ЮГ-1. Машина числилась за ВВС Балтийского моря, а ОТБ получило се в безвозмездную аренду. Это был трехмоторный бомбардировщик фирмы Юнкере, военный вариант пассажирского G.24. Несколько десятков таких самолетов закупили для ВВС РККЛ через шведский филиал фирмы. Все поступившие к нам ЮГ-1 изначально комплектовались миносбрасывателями германского образца, но у нас они не применялись. Немецких мин к ним не приобретали, да и вообще все бомбовое вооружение ЮГ- 1 у нас забраковали, переоборудовав самолеты на заводе в Филях.

Тем не менее, поплавковый ЮГ-1 являлся тогда самым подходящим кандидатом в воздушные постановщики мин по грузоподъемности и габаритам наружной подвески он вполне подходил для несения ВОМИЗы. Спроектировали специальное устройство – мост, крепившийся под центропланом. Мост был унифицирован и мог использоваться как для подвески авиамин,так и торпед. Конструкцию моста согласовали со специалистами завода №22 – бывшей концессии Юнкере.

ОТБ, пользуясь предоставленным ему самолетом, организовало уже полноценные испытания ВОМИЗы 100 со сбросом с разных высот. После каждой серии сбрасываний следовала доводка тех или иных элементов конструкции. Дело было совершенно новым, все начиналось «с нуля» и неудивительно, что только к осени 1930 года система достигла такого состояния, что се предъявили на войсковые испытания. Никаких документов об их проведении обнаружить не удалось, возможно, что их попросту не успели организовать до ледостава.

Зато известно много материалов об испытаниях авиамин на Балтике летом 1931 года. Их проводили на базе 62-й отдельной эскадрильи, располагавшейся в Гребном порту в Ленишрадс. Эскадрилья в то время имела три ЮГ-1 и три ТБ-1 на поплавках. Для испытания мин использовали только ЮГ-1. Для руководства испытаниями приказом начальника ВВС Балтийского моря была сформирована комиссия во главе с командиром 4-й авиабригады Бирбуцем.

Постановку мин начали с 13 июля. До 9 октября самолеты сбросили 24 ВОМИЗы, из них – 17 успешно. При высоте сброса до 500 м результаты были великолепными – 11 из 12, а самым незадачливым оказался диапазон 1000 1500 м. В трех случаях мины оторвались от парашютов – лопнула панка тросов. Большая часть ВОМИЗ сбрасывалась «на всплытие» (без углубления), но всплыли не все. Причиной оказалось частичное растворение сахара при разбеге самолета. При небольшом волнении и даже в штиль мина, подвешенная под брюхом поплавкового «юнкерса», забрызгивалась водой. Сахар при этом растворялся неравномерно, пружина перекашивалась, и в итоге расцепки не происходило.

Детали парашютной системы после приводнения мины подбирали – для этой цели к коробке, крышке и колпаку крепили буйки. Все это использовалось повторно. Кое-что, конечно, безвозвратно утопили. Выяснилось, что более четырех-пяти сбрасываний шнуры- амортизаторы не выдерживают, выходят из строя.

Но самым больным местом оказалось крепление зарядной камеры мины. Удар о воду смещал се, что могло впоследствии привести к тому, что она просто не взорвется. Особенно сильный удар имел место при затянутом горении дистанционных трубок, когда большие парашюты раскрывались с запозданием и вследствие этого скорость входа в воду превышала расчетные 25-30 м/ с. Приличный удар получали и мины, приводнившиеся на гребень волны.

Важной частью испытаний стал хронометраж процесса подвески мины под самолет. Команда из трех специалистов и четырех приданных им краснофлотцев тратила на это более двух с половиной часов. Час занимала сборка системы. К мине присоединяли парашютную коробку и регулировали длину сборки. Последнее было необходимо из-за значительной погрешности изготовления коробок – по документам допуск составлял до 100 мм. Затем уже собранный комплект грузили на бон и буксировали к самолету. Это «съедало» около 40 минут. Еще час уходил на собственно подвеску мины иод мост, установку предохранительных защелок, укладку сахара в разъединитель и прибор малых глубин, пороховых зарядов в пирозамки и вставку дистанционных трубок. Непосредственно перед взлетом снимали предохранительные чеки (их было десять штук).

На испытаниях мины сбрасывали как но одиночке, так и по несколько штук сразу. Поскольку ЮГ-1 поднимал только одну ВОМИЗу, то задействовали все три машины этого типа, имевшиеся в эскадрилье. При этом изучалась возможность точного определения места постановки мин. Экипажи пользовались штатным бомбовым прицелом Герц FI110 и пристрелочными бомбочками. Это оказалось не очень удобным, так как немецкий прицел допускал прицеливание только в плоскости ветра, а от бомбочек вообще было мало толку.

Итоги испытаний сезона 1931 года подвели на заседании комиссии 26 декабря. Пункт 1 ее постановления гласил: «Комиссия считает испытания , «ВОМИЗЫ» законченными, но с обязательной доработкой вопросов тактического использования». Остехбюро предложили ввести в конструкцию ряд местных усилений (в частности, подкрепить зарядную камеру), заменить сахарный разъединитель. В своем рапорте в Москву начальник Воздушных сил Балтийского моря Никифоров рекомендовал после устранения выявленных дефектов принять мину ВОМИЗА-100 на вооружение ВВС РККЛ.

В 1932 году Остехбюро устранило ряд недостатков своей конструкции. Разработали новое крепление зарядной камеры. Для уже переделанных ранее мин предложили заливку под днище специальной мастики. Вместо сахара в разъединителе стали использовать таблетки йодистого калия. Усилили ряд элементов. Подготовили новый вариант якоря.

В марте 1932 г. решением Реввоенсовета СССР ВОМИЗу 100 официально приняли на вооружение под названием МЛВ 1, но как временную до поступления более мощной мины ВОМИЗА 250, создававшейся тем же ОТБ. Вместе с этим решили провести дополни тельные испытания. Организовали их на этот раз на Черном море. Для этого создали специальный отряд в составе 9-й авиабригады, укомплектованной двумя ТБ 1 на колесах. Для руководства испытаниями назначили комиссию во главе с начальником ВВС Черного моря В.К.Лавровым.

Отработку программы собирались начать в апреле 1932 г., но задержались из- за несвоевременного прибытия мин и мостов для самолетов. Для ТБ 1 сконструировали универсальный мост, пригодный для подвески мин МЛВ 1, торпед ТАН-12 и TAB 15. Он был аналогичен созданному ранее для ЮГ 1. Новый мост также собирались опробовать в ходе испытаний.

Минные постановки производились у мыса Лукул с 5 мая по 8 июня. Два ТБ 1 пилотировали летчики Лунин и Синеокий. В составе экипажа обязательно присутствовал кто-либо из членов комиссии. Чаще всего это был представитель НИИ ВВС Тронза. Базировался авиаотряд в Каче.

Всего сбросили девять ВОМИЗ, на две больше, чем по плану. В семи случаях мины не всплыли – не разъединились с якорями. Калиевый разъединитель забраковали. Наблюдалось несколько отказов замков, соединяющих мину и парашютную коробку. Произвольно открывался один или оба замка. Большим неудобством казалась невозможность менять время горения дистанционных трубок в полете она жестко Ограничивала экипаж по высоте сброса мины независимо от тактической обстановки. Если отцепить мину ниже заданного уровня, то слишком поздно вышедшие основные купола не успеют ее затормозить и удар о воду выведет механизмы из строя. Если сброс осуществлять с большой высоты, то увеличивается время спуска на парашютах. Мину может далеко отнести ветром, а могут расстрелять вражеские зенитчики.

Максимальное время горения дистанционных трубок составляло 22 с, а реально их устанавливали не более чем на 15 с с учетом часто встречавшихся задержек на 2-3 с. Нарекания вызывала также большая (до 40 кг) нагрузка на ручке миносбрасывателя. Впрочем, это являлось недостатком многих механических бомбосбрасывателей того времени.

Воздушные мины заграждения конструкции ОСТЕХБЮРО

Мина МАВ-1 (ВОМИЗА-100) эталон 1932 г.

Мина на земле (парашютная система и откидной якорь не присоединены)

1 -корпус мины; 2-якорь-тележка; 3-парашютная коробка; 4-колпак пар. коробки; 5-козырек; б-тросы крепления г^ины к пар.системе; 7-дистанционные трубки; 8-полетный обтекатель; 9-пальцы-фиксаторы подвески к мосту; 10-"туськи" (крепление мины к пар. коробке); 11-упоры для пар. коробки; 12-ролики; 13-замковые механизмы крепления тросов пар. системы; 14-откидной якорь с лапами; 15-соляной разъединитель; 16-поворотная лопатка разъединителя тросов и мины- 17-предохранительное соединение мины и якоря (на самолете); 18-узел крепления минрепа; 19-ручки; 20-ручки для переноски пар. коробки; 21-замки пар. коробки; 22-ребра жесткости; 23-крюк-фиксатор козырька; 24-проушина крепления парашюта № 1; 25 "крыло" соляного разъединителя

Подвеска мины МАВ-1 (эталон 1 934 г.) с установкой прибора ПУТ-1 по материалам, предоставленным Геннадием Петровым (СПб)

1-корпус мины; 2-якорь-тележка (новой конструкции); 3-парашютная коробка (укороченная); 4-дистанционные трубки: 5-"мост"; 6-штурвальчик установки времени горения; 7-элементы механизма прибора ПУТИ; 8-замок миносбрасывателя; 9-несущий трос (Т-ц)

Мина МАВ-2 (ВОМИЗА-250) на земле, перед подвеской

1-корпус мины; 2-парашютная коробка: 3-обтекаемый якорь-тележка

Схема применения мины МАВ-1

1 – мина МАВ-1; 2 – самолет-носитель (ТБ-1 а); 3 – "мост"; 4 – колпак парашютной коробки; 5 – парашют №1; 6 – парашютная коробка; 7 – парашют №2; 8 – парашют №3; 9 – парашют №4; 10 – тросы парашютной системы; 11 – резиновый шнуровой амортизатор; 12-корпус мины; 13 – минреп; 14 – якорь-тележка

Подводный участок функционирования системы А – мина освободилась от парашютной системы и опустилась на грунт. Начало функционирования механизмов мины. Б – мина всплыла на заданное углубление. Ударный механизм взведен. Мина готова к действию.

Зато технология закрепления зарядной камеры испытания выдержала успешно. Высокую оценку получил и новый комбинированный мост.

Общий вывод комиссии гласил: «В процессе испытаний выяснилось, что постановка мин заграждения с больших высот («ВОМИЗА») у комиссии не вызывает никаких сомнений. Парашюты действуют безотказно. Отделение парашютов … происходит свободно, действие механизмов «ВОМИЗЫ» не нарушается».

На эти испытания истратили почти все пригодные для применения мины. В декабре 1932 г. на всю страну их оставалось четыре – они находились на Черноморском флоте. Правда, на Балтике имелось еще 28 штук, но некомплектных или неисправных. Две боевых получили смещение зарядной камеры (очевидно, в ходе испытаний в 1931 году), восемь учебных (без тротила) и 18 боевых не были укомплектованы до конца, Но планом предусматривалось изготовление 130 мин МЛВ-1, а в марте 1932 г. добавили к этому количеству еще 200, доведя план до 330 авиамин.

В 1932 году постановлением Реввоенсовета СССР создали первые части отечественной минно торпедной авиации: на Балтике – 121-ю эскадрилью (из 12 ТБ- 1а на поплавках), на Черном море – отряд в составе 124-й эскадрильи (четыре ТБ 1 а) и на Тихом океане 1 -ю эскадрилью (12 ТБ-1 на колесах). На 7 декабря 1932 г. к этой технике имелись 10 минно торпедных мостов (на Черном море – три, на Балтике – четыре и в ВВС ОКДВА три) К 1 января 1933 г. поступили с Кировского завода в Ленинграде еще пять (три – на Балтику и два – на Дальний Восток), а на 1933 год заказали 25 мостов.

Основным носителем мины МАВ- 1 являлся ТБ-1 (как на колесах, так и на поплавках), но ее подвеску предусматривали и на ТБ-ЗРН (две мины), опытных КР-6Т(одна) и МК-1 (четыре). ЮГ-1 к моменту принятия системы на вооружение уже удалили из строевых частей как устаревший.

В 1933 году мину усовершенствовали. Парашютная коробка стала короче; ее длина уменьшилась в полтора раза (с 1450 до 950 мм). Теперь коробку не надо было отдельно крепить к самолету, она консольно висела на самой мине. Часовой механизм, задававший интервал между раскрытием третьего и четвертого парашютов, заменили на оттарированную пружину, т. н. «рвушку». Ликвидировали как лишний страховочный трос, крепившийся параллельно главному амортизатору парашютной системы. Время горения дистанционных трубок теперь можно было задавать в полете прибором ПУТ-1.

«В заграничной печати и в имеемых у нас материалах нет сведений о работе над высоким метанием мин. Это дает нам право предполагать, что мы владеем оружием, неизвестным за границей», – писали специалисты НИИ ВВС в 1933 году.

Как же собирались использовать эти мины? Предполагалось, что самолеты смогут ставить минные банки и линейные заграждения. Авиамины позволяли сочетать грозную мощь минного оружия с оперативностью авиации. Заграждение могло появиться в самом неожиданном месте за считанные часы.

Сброс должен был осуществляться группой самолетов из строя залпом по команде ведущего. При этом большое значение придавалось выдерживанию дистанций между машинами в строю. Самолеты должны были лететь фронтом или пеленгом. Дистанцию собирались измерять специальным дальномером конструкции А.Э.Столярского. Для прицеливания при сбросе с парашютом мин и торпед создали прицел СП-123 (принятый на вооружение как ПВТБ-1). А в будущем рассчитывали получить от промышленности телемеханическую (радиоуправляемую) систему, при использовании которой бомбардир самолета-лидера мог сбросить одновременно все мины, которые несли машины группы.

Поскольку при тогдашних средствах аэронавигации определить точное место установки мины казалось довольно трудно, то заграждения собирались выставлять в узких проходах, у баз вражеского флота и на коммуникациях в тылу противника. Кроме того, предложена была тактика «динамического вомизометания» – сброса мин на пути движущегося корабля. При этом не очень рассчитывали поразить его миной. Ставилась задача сковать маневр корабля, ведущего артиллерийский бой или подвергающегося атаке торпедных катеров. При этом самолету отводилась роль «загонщика». «Маневренное применение ВОМИЗ может совершенно изменить характер морского боя, так и его исход…», – отмечалось в отчете НИИ ВВС.

Это тактика была опробована на первых учениях отечественной минно- торпедной авиации в октябре 1933 г. Они проходили на Балтике. Самолеты ТБ-1 а 121-й эскадрильи применяли торпеды ТАН 12 и мины МАВ-1. Учениями руководил начальник УВВС Я.И.Алкснис. 10 октября четыре машины с торпедами и четыре с минами (естественно, без боевого заряда) атаковали эсминец «Карл Маркс», изображавший финский броненосец «Вайнемяйнен». Удар поддерживали летающие лодки-дымозавесчики С-62Б и легкие бомбардировщики Р-5, подавлявшие легкими бомбами и пулеметным огнем зенитные средства. 15 октября цель была покрупнее – линкор «Марат». Ударная группа осталась той же, но часть Р-5 вооружили выливными приборами для имитации химической защиты. Добавили и истребительное прикрытие: ТБ-1 а сопровождали четыре И-4.

Опыт показал, что на «динамическое вомизометание» надежд мало – мина спускалась на парашютах так долго, что даже огромный «Марат» успевал отвернуть от нее.

Время падения МЛВ 1 попытались сократить путем беспарашютного ее сброса с малых высот. К маю 1932 г. ОТБ обязали предоставить образец модернизированной для этих целей мины, в 111 квартале провести его испытания. Эта мина, названная МАН- 1, продемонстрировала весьма низкую надежность и была отвергнута ВВС.

МАВ-1 должна была сменить более мощная мина ВОМИЗА-250 (МАВ-2). Она создавалась на базе якорной мины образца 1926 года (М- 26) с зарядом 250 кг. Проектирование ВОМИЗы-250 начали в 1930 году, опытные образцы изготовили весной 1931 года. ВОМИЗА-250 была больше и тяжелее ВОМИЗы-100. Мощный заряд позволял нанести серьезное повреждение и крейсеру, и линкору. Вес системы и сборе составлял 1420 кг, длина 3,5 м. Но общий принцип действия и все основные конструктивные элементы полностью копировали предыдущую мину с поправкой на размеры.

В июле 1931 г. ВОМИЗу-250 представили на войсковые испытания, но выяснилось, что Остехбюро еще ни разу не сбрасывало ее с самолета. Поэтому войсковые испытания отложили, дав возможность ОТБ отладить конструкцию после опробывания в воздухе. МАВ-2 испытывали в июле-октябре 1932 г. на Копенском озере, а затем в ноябре в Копорском заливе. Полигонные испытания тогда прекратили из- за неудовлетворительной работы механизма расцепки мины и якоря. Конструкцию доработали и вновь испытывали в Финском заливе в июле-сентябре 1933 года. Тяжелую и громоздкую МАВ-2 поплавковый ТБ 1 а поднять не мог, колесный ТБ-1 взлетал с ней, но за счет значительного сокращения запаса горючего, а, следовательно, уменьшения радиуса действия. После затянувшейся доводки ВОМИЗу-250 на вооружение так и не приняли.

МАВ-1 продолжала оставаться основной авиационной миной в нашей стране вплоть до начала 40 х годов. К этому времени ТБ-1 уже полностью заменили более современными ДБ-ЗБ и ДБ-ЗФ в торпедоносном исполнении.

Они сохранили возможность подвески МЛВ 1, но при несении мины более скоростные ильюшинские бомбардировщики испытывали в полете тряску.

В боевых действиях МАВ-1 впервые применили в январе 1940 г. в «зимней» войне с Финляндией. Авиаминами решили «завалить» фарватеры, пробитые ледоколами на подходах к финским портам Пори и Раума. 22 января самолеты 3-й эскадрильи 1-го минно- торпедного полка (мтап) совершили первый боевой вылет с минами. Всего в ходе операции сбросили 45 мин. Не все было удачно. Медленно опускавшиеся на парашютах МАВ 1 ветер временами сносил мины на лед, где они и оставались лежать, безошибочно указывая противнику место установки заграждения.

Точных данных об эффективности выставленных тогда мин нет, но предполагают, что именно на них подорвалось и затонуло одно из финских торговых судов.

В том же 1940 году была принята на вооружение новая мина АМГ-1, созданная под руководством А.Б.Гейро. Она предназначалась для сбрасывания без парашюта и имела заряд в 250 кг (как и МАВ-2). Но к началу Великой Отечественной войны АМГ-1 еще не успела вытеснить старую МАВ-1. Самолеты ДБ-ЗБ и ДБ-ЗФ, которыми были укомплектованы тогда минно- торпедные полки, оснащались подвесками под оба типа авиамин.

В 1-й мтап на Балтике мины доставили через несколько дней после начала войны-48 МАВ-1 и 43 АМГ-1. В ночь на 29 июня самолеты сбросили 21 МАВ-1 на подходах к Хельсинки, Пори и Котке. На аэродромах ВВС Черноморского флота находилось 40 мин МАВ-1 и АМГ-1, а в течение двух недель доставили еще 80 мин этих же типов. В июле 1941 г. наша авиация ставила заграждения в устье Дуная и на подходах к Констанце.

Всего в первый год войны израсходовали 45 мин МАВ-1. Далее они не применялись. Их полностью вытеснили якорные АМГ-1 и донные мины отечественного и английского производства.

ВОМИЗА-100 обр. 1932 т.

ВОМИЗА-100 обр. 1933 г.

ВОМИЗА-250

Вес, кг

980

985

1420

Вес ВВ, кг

100

100

230*

Длина, мм

3500

3000

3500.

Ширина, мм

1000

820

1034

Высота, мм

950

740

950

Максимальная глубина моря в месте постановки, м

100

100

130

Наибольшее углубление, м

11,6

11,6

12,2

Высота сброса, м

400-3000

400-3000

600-4000

Максимальная скорость сбрасывания, км/ч

200

300

145-165

* с тротилом: с пикросплавами – 250 кг.

Константин Кузнецов

Первые ракеты для подводных лодок

Сейчас флот, в том числе подводные силы, невозможно представить себе без ракетного оружия.

А первые работы над таким оружием проводили немцы во время второй мировой войны.

В 1942 году по инициативе доктора Штейнхофа, работающего на знаменитом (в наше время) ракетном центре Пенемюндс, проводились опыты по запуску ракет с борта подводной лодки.

Для опытов были выбраны два тина ракет – WGr kal 28 cm Wz 40 и WGr kal 21 cm Wz 42 .

Турбореакгивный снаряд WGr kal 28 cm к тому времени широко применялся в Вермахте, хотя его карьера уже катилась к закату. Он состоял из фугасной боевой части калибром 280 мм и ракетного двигателя твердого топлива диаметром примерно 160 мм. Стабилизация снаряда осуществлялась вращением, для чего двигатель имел сопловой блок со скошенными соплами. Стартовый вес снаряда составлял 82 кг, а дальность стрельбы – на воздухе – 2200 м.

Для опытов на палубе подводной лодки установили четыре стандартные пусковые установки под углом в 45° к вертикали, перпендикулярно к продольной оси корабля. Такая ориентация ПУ определялась, по-видимому, опасением повредить обшивку подводной лодки пороховыми газами в момент старта снаряда.

Другим снарядом для «подводной стрельбы» была выбрана только что принятая на вооружение Вермахта фугасная фаната WGr kal 21 cm Wz 42. Этот снаряд имел совершенную аэродинамическую форму и был выполнен в одном калибре – 210 мм, вес снаряда составлял 112,6 кг, дальность стрельбы ( на воздухе) – 7850 м. Стабилизация снаряда так – же осуществлялась вращением. Шесть стандартных пусковых установок в виде труб устанавливались на палубе ПЛ, аналогично предыдущему случаю.

Для использования ракет в море они подвергались некоторым доработкам, главная из которых заключалась в герметизации корпуса двигателя, чтобы предотвратить поступление воды к топливному заряду. Трудность состояла в том, что двигатель имел много сопел. Например, у WGr kal 21 их было 23, и загерметизировать их нужно было так, чтобы с одной стороны – не допустить поступление воды, особенно под давлением на глубине, а с другой стороны – герметик в момент старта должен был одновременно исчезнуть из всех сопел, чтобы не допустить скачка давления в камере сгорания и не создавать ассиметричную тягу, которая снижает точность стрельбы.

В случае если бы дело дошло до боевого применения, пришлось бы дорабатывать взрыватели.

Пуски ракет из-под воды носили чисто исследовательский характер и должны были продемонстрировать саму возможность запуска реактивных снарядов в водной среде.

В результате проведенных пусков с глубин от 2 до 15 метров было установлено что:

1. Использование ракет из-под воды вполне возможно.

2. Дальность полета сильно зависит от глубины, с которой произведен пуск.

3. Необходимо разработать специальный реактивный снаряд для подводной стрельбы,

4. Требовала решения проблема управления стрельбой.

При проведении этих опытов возник вопрос – каким образом наиболее эффективно использовать ракетное оружие с борта подводной лодки? Были рассмотрены следующие предложения:

Возможные схемы применения реактивных снарядов (PC) с подводных лодок

Монтаж пусковых установок для 28-см ракет на палубе подводной лодки

1. АТАКА НАДВОДНОЙ ЦЕЛИ ИЗ НАДВОДНОГО ПОЛОЖЕНИЯ

В этом случае ракета, по сравнению с артиллерийским снарядом, имеет только одно преимущество – более мощный боевой заряд. Однако ракеты имели намного худшую точность стрельбы, по сравнению с пушкой. Кроме того, была проблема хранения ракетного боезапаса. Маловероятно, чтобы все ракеты хранились в пусковых установках в постоянной боевой готовности во время всего похода. Ясно, что внутри прочного корпуса подводной лодки пришлось бы оборудовать погреб боезапаса. Но тогда как подавать ракету на палубу через узкие лодочные люки? Ведь вес ракеты был значи телен (см. таблицу). Кроме того, – обслуга не могла находиться возле ПУ во время пуска. Это снижало точность стрельбы, ведь пока наводчик будет прятаться в лодку через люк, прицел наверняка собьется. И последнее – из-за яркого факела ракетный пуск демаскирует подводную лодку – особенно ночыо.

2. АТАКА БЕРЕГОВОЙ ЦЕЛИ ИЗ НАДВОДНОГО ПОЛОЖЕНИЯ

Все высказанные выше мысли относятся и к этому случаю. Но кроме этого добавляется еще одна трудность-для решения задачи подводная лодка должна будет подойти близко к берегу – ведь дальность полета реактивного снаряда была небольшой, а это – чистое самоубийство.

3. АТАКА ПОДВОДНОЙ ЦЕЛИ

Эффективность такой стрельбы вызывала большое сомнение. По аналогии – американский реактивный бомбомет «Хеджехог» давал залп из 24 ракет. Вероятность поражения цели при этом была очень небольшой. На подводной лодке вряд ли удалось бы увеличить число ракет в залпе, поэтому такое оружие носило бы чисто психологический характер.

4. АТАКА НАДВОДНОЙ ЦЕЛИ ИЗ-ПОД ВОДЫ

Это предложение было признано наиболее перспективным. Подводная ракета, по сравнению с торпедой, имеет значительно большую скорость хода, поэтому на нес меньше влияют различные возмущения, а у цели не останется времени для проведения маневра уклонения. Все это должно было увеличить шансы поразить цель. Но ракета имела один существенный, по сравнению с торпедой, недостаток . Дело в том, что при торпедной стрельбе командир наводит аппарат только по азимуту, а заданную глубину хода выдерживает установленный на торпеде автомат глубины. Установить на ракете подобный прибор весьма сложно, поэтому при стрельбе придется наводить оружие как по азимуту, так и по углу места.

Момент старта из-под воды снаряда WGr калибра 28 см

Снаряд для подводной стрельбы калибра 165 мм

1 – насадка с радиальными отверстиями для выпуска пороховых газов и формирования газовой каверны; 2 – трубка для подачи пороховых газов к насадке; 3-боевая часть; 4-топливный заряд; 5 – воспламенитель; 6 – колосниковая решетка; 7 – крышка с выводами электровоспламенителя; 8 – сопло; 9 – стабилизатор

Применять ракеты предполагалось совместно с торпедами, при этом тактика проведения атаки практически не изменялась. Подводная лодка выходила на цель и атаковала се торпедами. Затем, уходя от преследования, подныривала под нее. В этот момент возможна повторная атака цели ракетами из пусковых установок, смонтированных вертикально.

Так как боевой заряд у ракеты меньше, чем у торпеды, то подводная лодка не должна пострадать от своего оружия. После прохода под целью, ракетами можно было бы еще раз обстрелять цель или преследующие лодку противолодочные корабли из пусковых установок, направленных в корму.

Для реализации такой схемы боевого применения был предложен реактивный снаряд для подводной стрельбы, обозначенный как « калибр 165 мм».

«Калибр 165» имел ряд особенностей, отличающих его от наземных собратьев.

Так топливный заряд имел внутренний канал малого диаметра, что говорит о том, что двигатель имел сравнительно небольшую тягу, при возросшем времени работы. Поэтому подводный снаряд весь путь до цели проходил с работающим двигателем, что естественно, ведь подводная ракета (в отличие от наземных сестер) не могла долго двигаться по инерции -сопротивление воды на много больше, чем у воздуха. Обращает на себя внимание малая степень расширения сопла, что связано с тем, что истечение происходит в воду, давление в которой довольно велико. Для стабилизации использовали гидродинамические поверхности – раскручивать снаряд в воде сочли не выгодным.

Но самым важным изобретением, заложенным в проект, было использование i-азовой каверны. Часть пороховых газов отбиралась из двигателя и по трубке подавалась в головную часть ракеты, где истекала в воду через несколько радиальных отверстий, выполненных в специальной насадке. В результате образовывался газовый кокон-«газовая каверна», в которой двигался снаряд. Сопротивление воды при этом резко снижалось. После войны газовая каверна была использована в нескольких образцах авиационных торпед и реактивных всплывающих мин.

Других данных о «калибре 165» у меня нет – неизвестно, был ли снаряд построен, проходил ли испытания, и каковы при этом были результаты.

Нет также данных о типах лодок, на которых предполагалось использовать реактивные снаряды. На испытаниях, скорее всего, использовалась лодка серии VII. Так как пусковые установки имеют простую и легкую конструкцию, не было бы существенных трудностей по их установке на большинстве типов германских подводных лодок.

Еще меньше известно о проектах торпед на жидкостно -реактивных двигателях. Так реактивная торпеда по проекту UCJRA снабжалась ЖРД, который работал на окислителе 70% перекиси водорода (запас окислителя – 20,8 кг) и топливе – 50% гидразингидрата +50% спирта + 0,6 г меди на литр (запас горючего 1,18 кг). Данное сочетание было самовоспламеняющимся. Обе жидкости подавались в камеру сгорания с помощью сжатого воздуха, находящегося на борту. Общий вес торпеды составлял 74,6 кг, длина – 2 м, диаметр – 244 мм. Под водой торпеда должна была развивать скорость 30 узлов на дальности 1000 м. Камера сгорания охлаждалась морской водой.

По проекту Lt 1500 реактивная торпеда должна была иметь размеры, сопоставимые с обычными торпедами: общий вес – 1500 кг, длина – 7050 мм, калибр – 553 мм. Силовая установка состояла из ЖРД, камера сгорания которого охлаждалась забортной водой. В качестве окислителя использовался «Ингалин» 82-83% перекись водорода, запас которой составлял 380 кг. Горючим служил «Декалин» – чистый декагидронафталин, запас которого составлял 46,7 кг. В качестве катализатора для разложения перекиси водорода использовался концентрированный раствор перманганата натрия или кальция (запас – 90 кг).

Всс три жидкости (окислитель, топливо и катализатор) с помощью сжатого воздуха подавались в камеру сгорания, где происходило разложение перекиси водорода с выделением кислорода, водяного пара и тепла. В этой смеси Декалин мгновенно самовоспламенялся, температура в камере сгорания возрастала, а отработанные газы истекали через сопло, создавая тягу.

По расчетам скорость хода должна были составить 40 узлов на дальности 1830 м. Эти торпеды остались только в проектах или каких-либо лабораторных образцах, которые не получили дальнейшего развития из-за того, что не сулили каких-либо существенных преимуществ по сравнению с обычными торпедами.

СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ОРУЖИЕ ДЛЯ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК

Немецкое «Чудо-оружие» – самолет-снаряд Фау-1 и баллистическая ракета Фау-2, по планам фашистской верхушки, должно было переломить ход войны. Однако его характеристики оказались таковы, что оно годилось только для террора против гражданского населения. Точность стрельбы была такова, что попасть можно было только в крупную площадную цель типа города, что и осуществлялось во время обстрела Лондона и некоторых других Британских городов. Однако Американский континент для подобных обстрелов был недосягаем.

Для обстрела Нью-Йорка было предложено установить Фау-1 на подводную лодку, которая переплывет Атлантический океан, подойдет к цели на дистанцию 220 км и запустит снаряд. Этот проект обсуждался в Министерстве авиации Рейха 29 июля 1943 года, однако из-за недоведенности оружия и недостатка подходящих подводных лодок был отложен до лучших времен.

Неуправляемые реактивные снаряды пригодные для вооружения подводных лодок

Стратегические ракеты для вооружения подводных лодок

Когда Фау 1 был принят на вооружение и стал использоваться против Англии, к проекту вернулись вновь.

В качестве ракетоносца предполагалось использовать подводные лодки XXI серии. У меня нет данных о технических подробностях немецкого проекта, однако мы можем представить его основные черты но аналогии с американской программой создания подводных лодок ракетоносцев. Дело в том, что, используя немецкий опыт, а после войны и немецких специалистов, американцы создали копию Фау- 1, которая во флоте получила обозначение «Лун» (LTV-N- 2). Для проведения испытаний были переоборудованы две подводные лодки: «Каск» и «Карбонеро». Позади рубки у них устанавливался цилиндрический контейнер со сферическими крышками. Сразу за контейнером монтировалась пусковая установка ферменной конструкции с постоянным углом возвышения. Перед стартом лодка всплывала, открывалась крышка контейнера, и ракета на стартовой тележке выкатывалась на пусковую установку. Здесь к ней пристыковывались крылья, и после проведения предстартовой подготовки проводился пуск. Взлет осуществлялся при помощи твердотопливных стартовых ускорителей, кот орые затем сбрасывались вместе с тележкой. Первое летное испытание было проведено в июне 1948 г.

Однако вернемся к немецкому проекту. По видимому, он полностью совпадал с американским, хотя некоторые источники говорят о двух ангарах -одном за рубкой и втором перед ней. Американские успехи показали, что технические трудности были вполне преодолимы и, вне всякого сомнения, немцы осуществили бы этот проект, однако эффективность нового оружия вызывала большие сомнения.

Как уже говорилось, Фау-1 имел плохую точность стрельбы – по результатам «наземных» пусков было известно, что только 80% долетевших до цели снарядов попадали в круг диаметром 13 км. Но при использовании снаряда с борта корабля точность должна была еще больше снизиться. Дело в том, что перед стартом необходимо как можно точнее определить координаты подводной лодки. А это не простая задача, ведь у немцев в течение всей войны не было никакой навигационной системы у американского побережья. Подтверждением этого довода служит тот факт, что они не смогли заложить в том районе даже метеостанции (кроме нескольких эпизодов).

Требовалось также повысить надежность самих снарядов и системы их пуска. Ведь по «наземному» опы ту известно, что многие Фау-1 взрывались непосредственно на старте или вскоре после отрыва от ПУ. Если бы это произошло на подводной лодке, то она получила бы серьезные повреждения с угрозой ее гибели.

Необходимо было сократить время предстартовой подготовки, которое составляло примерно 30 минут. Понятно, что находиться в надводном положении у вражеского побережья в районе с интенсивным судоходством и сильной противолодочной обороной занятие весьма опасное.

Эффективность самолетов-снарядов можно было бы повысить путем использования радиокомандной системы управления с телевизионным наблюдением цели или используя инфракрасную головку самонаведения. Тогда их можно было бы использовать против надводных целей. Но в то время немцы только работали над такими системами и до успеха было далеко. Не исключался вариант использования пилота-смертника.

Радикально повысить эффективность оружия могло бы применение ядерной (или, в меньшей степени, химической) боеголовки. Тогда бы не стояла так остро проблема точности стрельбы. Но у немцев ядерного оружия не было, а применять отравляющие вещества они опасались.

И последний аспект проблемы экономический. Сколько-нибудь заметно повлиять на население и правительство противника могло только массированное применение самолетов-снарядов, а как его добиться, если одна подводная лодка брала только один снаряд, а перед пуском ей приходилось совершать трансатлантический рейс? В общем – ¦затраты были велики, а толку мало. Этим и объясняется тот факт, что проект в металле воплощен не был, однако многие германские изобретения нашли применение после войны во флотах их бывших противников. Это, прежде всего, касается применения герметичных контейнеров вне корпуса лодки для транспортирования ракеты и использование твердотопливных ускорителей для ее старта.

Для удара по Америке планировалось использовать и другой вариант «чудо-оружия»- баллистическую ракету Фау 2. В 1942 1944 гг. инженер Дикман предложил концепцию запуска Фау 2 с плавучей пусковой установки, которую на буксире доставит к месту старта подводная лодка. Проект получил обозначение «Спасательный жилет».

Контейнер вмещал одну ракету и представлял собой автономный аппарат, размером с небольшую подводную лодку. Да, по сути, это и была подводная лодка, только без силовой установки.

Ракета располагалась в центральной шахте и фиксировалась в четырех направляющих, выполненных в виде балок. В шахте располагались фиксированные и откидные площадки для обслуживания н предстартовой подготовки всех систем ракеты. Непосредственно иод двигателем ракеты располагался рассекатель пламени и газоотводные каналы, которые проходили вдоль наружного корпуса контейнера к верхнему люку шахты. Количество газоотводных канатов могло быть от двух до четырех.

Под шахтой находилось помещение с контрольно-проверочной аппаратурой и автоматикой пуска. Из этого помещения осуществлялись основные операции предстартовой подготовки и пуска.

ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ НЕУПРАВЛЯЕМЫХ РАКЕТ, ПЛАНИРУЕМЫХ К ВООРУЖЕНИЮ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК

Тип ракеты

WGr kal 28 cm Wz 40

WGr kal 21 cm Wz 42

кал 165 мм

Длина, м

1,19

1,26

1,8

Диаметр корпуса, м

0,28

0.21

0,165

Размах стабилизаторов, и

—

-

0,3

Масса стартовая, кг

82

112,6

?

Заряд ВВ, кг

45,4

SjiSSi; 9,2

-10

Заряд топлива, кг

6

18

-27

Максимальная скорость на воздухе, м/с

153

320

—

Дальность стрельбы на воздухе, м

2200

7850

-

Плавучая пусковая установка для ракеты Фау-2

ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ УПРАВЛЯЕМЫХ РАКЕТ

Тип ракеты

V-1

Loon LTV-N-2

V-2

Длина, м

7,75

7,65

14,3

Диаметр фюзеляжа, м

0,85

0,85

1,65

Размах крыла, (стабилизатора), м

5,3—5,7

5,7

3,56

Вес взлетный, кг

3180

2000

12805-12910

Заряд ВВ, кг

700-1000

?

750

Вес топлива, кг

530—560

500—520

8796—8947

Тип двигателя

ПуВРД Argus 014

ПуВРД IJ-15-1

ЖРД

Тяга двигателя, кг

235—333

?

25000—31000

Максимальная скорость, км/ч

560-640

?

1520 м/с

Дальность, км

250-370

320

354

Система управления

инерционная

инерционная с радиокоррек.

инерционная

Точность стрельбы

± 6 км

±100м

На дальности, км

370

170

Подводная лодка "Каск», вооруженная самолетом-снарядом LTV-N-2 Loon. Виден контейнер для хранения снаряда и пусковая рампа. Немецкий проект вооружения лодок XXI серии снарядами V-1 имел, по-видимому, такую же схему

Далее в корме располагался «топливный отсек», основной объем которого занимал бак с окислителем – жидким кислородом. Так как кислород во время рейса испарялся, то бак был выполнен в виде сосуда Дьюара, снабжен теплоизоляцией, а также системами перекачки, дренажа и компенсации объема. Горючее – спирт – во время рейса хранилось непосредственно в баке ракеты, а в контейнере располагался небольшой запас, которым дозаправлялся снаряд, для компенсации испарения и протечек.

Бак с перекисью водорода, со всеми необходимыми системами, также располагался в топливном отсеке.

Контейнер имел две воздушные системы. Одна, предназначенная для дозаправки баллонов ракеты, имела систему осушения и очистки. Другая предназначалась для общекорабельных нужд – привода корабельных механизмов и продувки балластных цистерн. Обе системы могли подпитываться от лодочного компрессора.

Кроме того, контейнер имел ряд систем, характерных для любою корабля: систему вентиляции, осушения, стабилизации глубины, энергопитания, дифферентовки, погружения-всплытия и т. д.

Как видите, это было весьма сложное устройство с водоизмещением, сравнимым с водоизмещением некоторых подводных лодок – 550 т под водой и 355 т над водой. Длина контейнера составляла около 30 м.

Применять контейнер предполагалось следующим образом: подводная лодка типа XXI брала на буксир до трех пусковых установок. После выхода из порта заполнялись балластные цистерны, и контейнер погружался на заданную глубину. В дальнейшем, в течение всего похода, глубина поддерживалась автоматически. После прибытия в район старта балластные цистерны продувались, и контейнер всплывал, а после заполнения кормовых цистерн переводился в вертикальное положение так, чтобы уровень люка оказывался как можно выше над уровнем воды. После этого стартовая команда на надувных плотиках переплывает с подводной лодки к контейнеру, открывает люк и проникает внутрь.

Время предстартовой подготовки оценивается в 4-6 часов, что несколько больше, чем при «наземных» пусках, и объясняется более сложной, морской спецификой. После предстартовой подготовки и прицеливания ракеты стартовая команда возвращается на лодку и производит пуск. После взлета ракеты люк контейнера закрывается, балластные цистерны заполняются водой, и контейнер готов к обратной буксировке на базу.

Всс технические проблемы, о которых говорилось при описании Фау-1 (особенно в части определения места старта, надежности ракеты и малой эффективности в связи с отсутствием ядерного заряда), относятся и к Фау-2.

Но в этом случае возникла еще одна. Дело в том, что прицеливание по азимуту осуществлялось путем разворота всей ракеты, а такая наводка могла сбиться из за морских течений и ветра, пока стартовая команда будет покидать контейнер. В связи с этим пришлось бы дорабатывать систему управления «морской» ракеты или устанавливать на контейнере специальную систему для стабилизации азимута.

В конце 1944 года на судоверфи Шихау в городе Эльблонг началось строительство одного такого контейнера, но закончить его не успели, и он достался наступающим советским войскам. Дальнейшая судьба этого изделия мне не известна. В принципе этот проект был осуществим, но он был весьма сложен и дорог. Подтверждением этого служит тот факт, что после войны такой способ запуска ракет развития не получил.

Немцы, в том числе и инженер Дикман, разрабатывали и другие способы применения Фау-2 на флоте. По одному из них контейнер с ракетой нужно было установить на палубе подводной лодки в горизонтальном положении. Перед пуском контейнер поднимался, а после взлета ракеты лодка могла его сбросить и заняться своей основной задачей – борьбой с вражеским судоходством. Этот вариант был отвергнут из -за дороговизны – контейнер имел большие размеры, сопоставимые с размерами подводной лодки XXIII серии.

Велись и поисковые работы по запуску ракет из под воды, но Германия проигрывала войну, и эти проекты так и остались только на бумаге. В заключение следует сказать, что германская научно-техническая мысль оставила глубокий след в истории развития военной техники, но меня лично удивляет растрата ресурсов и времени на разработку довольно экзотических систем оружия в условиях надвигающегося военного поражения.

Александр ШИРОКОРАД

Секретные монстры

Объект 770

Окончание. Начало см. №№ 3, 4/99

ТЯЖЕЛЫЕ ТАНКИ С ПУШКОЙ М-65

12 августа 1955 г. вышло Постановление СМ СССР № 1498-837 о начале проектирования тяжелых танков об.279 и 770. Этим же постановлением было начато проектирование 130-мм нарезной пушки М-65 к этим танкам.

Технический проект 130-мм пушки М-65 был выполнен КБ завода № 172 под руководством М.Ю.Цирульникова весной 1956 г., а в июне 1956 г. были начаты испытания опытных образцов пушек.

Ствол пушки М-65 состоял из трубы моноблока, кожуха, казенника, эжектора и целевого дульного тормоза. Заряжание пушки раздельно-гильзовое, вес заряда 12,2 кг, подача механическая, досылатель электромеханического типа. Поскольку пушка не была принята на вооружение, официальная скорострельность ее отсутствует, но прорабатывался вариант подачи, допускаемой скорострельностью 10-15 выстр./мин. Пушка была оснащена двухплоскостным стабилизатором «Гроза», прицелом-дальномером ТДПС и ночным прицелом ТПН-1.

Пушка М-65 была установлена в опытные тяжелые танки об. 277, 278, 279 и 770. Кроме того, с пушкой М- 65 проектировалась казематная установка. Чтобы не возвращаться к вооружению этих танков скажем, что все они имели по одному 14,5-мм пулемету КПВТ, спаренному с пушкой.

Следует отмстить, что фактически проектирование новых тяжелых танков началось в январе 1955 г., еще до выхода Постановления № 1498- 837. Танк разрабатывался в двух варианта?:: об.277 и об.278 с газотурбинной установкой (ГТУ).

Оба варианта отличались лишь моторными отделениями. В об.277 в качестве двигателя предполагалось использовать модернизированный вариант дизеля В-2 мощностью 1000 л.с. или морской дизель М-850, серийно изготавливавшийся Ленинградским заводом им. Ворошилова. Котин предпочел синицу в руках и не ошибся – модернизированный образец двигателя В-2 конструкции И.Я.Трашутина был выпущен лишь в 1958 году и то в опытных экземплярах. Л об.277 получил отличный двенадцатицилиндровый дизель, развивавший мощность 1090 л.с. при 1850 об/мин.

Дизель М-850 был расположен по оси танка, а по бокам размещались эжекторы системы охлаждения, под ними – масляный и топливный баки. В передней части моторно-трансмиссионного отделения установливался воздухоочиститель. В корме, между бортовыми редукторами, были размещены восьмискоростная планетарная коробка передач с механизмами поворота типа ЗК и гидравлическая система управления.

Опорные катки небольшого диаметра с внутренней амортизацией конструктивно были подобны каткам первых образцов танков КВ и давали экономию по массе машины. Это позволило увеличить длину торсионов за счет выноса головок внутри опорных балансиров до наружной кромки катков. На крайних опорах предусмотрели гидравлические амортизаторы телескопического типа. Длинные торсионы в совокупности с гидроамортизаторами обеспечивали тяжелому танку достаточную плавность хода и позволили рассчитывать на высокие скорости при движении по пересеченной местности и неровностям почвы.

Броня об.277 выдерживала выстрелы почти в упор калиберными бронебойными снарядами 122-мм "пушки Д-25Т. Не пробивали ее и состоявшие на вооружении к 1957 году 76 – 122-мм кумулятивные снаряды и реактивные гранатометы.

На об.277 впервые были установлены элементы противоатомной защиты .

Впервые в отечественной практике был принят прицел-дальномер ТПД-2С, в котором сочетался стабилизированный в двух плоскостях прицел с оптическим дальномером с базовой трубкой, расположенный снаружи поперек башни. Созданию ТПД- 2С предшествовали длительные испытания, проведенные совместно Кировским заводом с Красногорским механическим заводом на опытном танке об.269 в 1953-1954 гг.

В объект 277 был установлен полуавтоматический кассетный механизм заряжания. Снаряды размещались вертикально в замкнутом цепном транспортере, расположенном в задней части боевого отделения на вращающемся полу за границей отката пушки, а гильзы укладывались горизонтально на специальном транспортере, установленном в нише башни. Снаряд автоматически поворачивался в горизонтальное положение и подавался на линию досылания. Далее снаряд на лотке соединялся с гильзой, после чего выстрел целиком за один ход досылателя подавался в камору орудия.

Тяжелый танк об.277.

Данные тяжелых отечественных танков 1945-1960 гг.

Индекс танка

ИС-4 об.701-6

ИС-6 06.253

ИС-7 06.260

Т-10 О6.730

Т-10М 06.272

Т-10М 06.272

об.266

06.277

06.278

об.279

О6.770

Боевой вес танка, кг

60 000

54 000

68 000

50 000

51 500

50 000

50 ООО

55 000

53 500

60 000

55 000

Экипаж, чел.

4

4

5

4

4

4

4

4

4

4

4

Габариты, мм:

длина с пушкой вперед

9790

10 070

11 170

9715

10 560

10 560

9715

11 780

11 780

11 085

11 333

длина корпуса

6600

7020

7380

7250

7250

7250

7250

6990

6990

6770

7280

ширина

3260

3430

3400

3388

3380

3380

3388

3380

3380

3400

3380

высота по крыше башни

2480

2530

2480

2460

2345

2685

2460

2292

2292

2475

2420

клиренс

410

500

410

465

460

460

450

435

435

—

430

Калибр, мм

122

122

130

122

122

122

122

130

130

130

130

Марка пушки

Д-25

Д-30

С-70

Д-25-ТА

М-62-Т2

М62-Т2

Д-25ТА

М-65

М-65

М-65

М-65

Утл ВН. го ад.

-3": +19*

-3": +20"

-3.3"+15"

-3": +17*

-4": +15*

-4°: +15*

—

—

—

—

Скорострельность, выстрУмин

2—3

1—2

1.1/5-

3—4/2—3*

3—4

3—4

—

—

—

Стабилизация пушки

«Ливень»

«Ливень»

ПУСТ-2

«Гроза»

«Гроза»

«Гроза»

«Гроза»

Прицел

ТШ-45

ТБШ

ТШ-46Р или ТП-47П

ТШ2-27

Т2С-29-14; ТПН-1-29-14

Т2С—29-14; ТПН-1-29-14

Т2С

ТДПС; ТПН-1

ТДПС; ТПН-1

ТДПС; ТПН-1

ТДПС; ТПН-1

Боекомплект, выстр.

30

30

30

30

30

30

30

35

35

24

26

Число пулеметов

2

2

6

2

2

2

2

1

1

1

1

Марка пулемета

ДШК

СГМТиДШК

КПВТ и сгмт

ДШК

КПВТ

КПВТ

ДШК

КПВТ

КПВТ

КПВТ

КПВТ

Боекомплект, выстр.

1000

1200+500

1000+6000

1000

744

744

1000

804

800

800

250

Бронирование:

носовая часть корпуса:

— верх, мм/град.

160/60°

160/65°

145/82°

120/—

120/50°

120/50°

120/—

140—153/—

140—153/—

269/—

120/-

— низ, мм/град.

160/45°

120/52°

150/50°

120/—

120/34°

120/34°

120/—

—

—

—

—

борт корпуса:

— верх, мм/град.

160/45°

120/45°

150/52°

120/—

120/45°

120/45°

120/—

—

—

—

—

— верх, мм/град.

140/0°

100/0°

100/63°

80/62°—0°

80/62°—0°

80/62—0°

—

—

—

—

—

башня лоб, мм/град.

250

150—165

210—350/45°—0°

155/—

155/41°—50°

155/41°—50°

200/—

290/—

290/—

305—217

290/—

крыша/днище, мм

45/30

30/20

30/20

30/16

30/16

30/16

—

—

—

—

—

Марка двигателя

В-12

В-12У

М-50Т

В-12-5

В-12-6Б

В12-6

В12-5

М-850

ГТД-1

2ДГ8-М

ДТМ-10

Мощность двигателя, л. с.

750

700

1050

700

750

750

700

1090

1000

1000

1000

Запас топлива во внутренних баках л

410

640

460/637™

640

640

—

1040

1950

1320

1200

Максимальная скорость. км.ч.

41—43

40—43

59

42

53

50

42

55

57.3

55

55

Запас хода, км

170

150

300

200

280

350

200

190

300

250

200

Число опорных катков

14

14

14

14

14

14

14

14

14

12

12

Число подрессоривающих катков

6

6

6

6

6

6

6

6

6

Удельное давление, кг/см²

0.9

0,9

0,9

0,77

0.755

0,77

0,737

0,75

0,69

0,6

0,795

Преодолеваемые препятствия:

подъем, град.

35

36

30

32

35

32

35

35

35

35

35

высота стенки, м

0.9

0,9

0,97

0,9

0,9

0,9

0,9

—

—

—

—

ширина рва, м

2,8

3,0

3.0

3,0

3,0

3,0

—

—

—

—

—

глубина брода, м

1.5

1.5

1,5

1,5

1,5

1.5

1,3

1,2

1,2

1.2

1.0

Радиостанция

10РК-26

10-Р

10РК-26

10РТ-26Э

Р-113

Р-113

Р-113

Р-113

Р-113

Р-113

Р-113

Примечания:

* – заряжение вручную/с механизмом досылания;

** – угол ВН см данные пушки М-65 (± 1°).

Тяжелый танк об. 277

Тяжелый танк об. 279

Тяжелый танк об. 279 в Музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке

Экипаж танка состоял из четырех человек, командира, наводчика, заряжающего и механика водителя.

В феврале 1956 г. в ГБТУ был рассмотрен и отклонен эскизный проект об.277. Однако в течение месяца КБ ЛКЗ доработало проект и добилось его утверждения. В 1957 году на Кировском заводе было изготовлено два опытных образца об.277 и начаты их заводские испытания. Один образец об.277 был продемонстрирован Хрущеву. Но вождю танк не понравился, поскольку его убедили, что «единый» (т.е. средний) танк может решать все задачи тяжелого танка.

На об.278 предполагалось установить первый отечественный и, по – видимому, первый в мире танковый газотурбинный двигатель ГТД 1 мощностью 1000 л.с. Было изготовлено и испытано два двигателя ГТД1, однако с прекращением работ по тяжелым танкам были закрыты работы и по ГТД 1.

В 1952 году в КБ ЛКЗ под руководством Л.С.'Гроянова был разработан проект уникальною тяжелого танка с четырьмя гусеницами об.279.

Танк имел литую башню, а корпус был сварен из четырех литых блоков.

Лобовая и бортовая броня корпуса и башни у этого танка не пробивалась 122 мм бронебойным и 90-мм кумулятивным снарядами при всех углах обстрела. Лобовая броня корпуса была в два раза толще, чем у серийного танка Т-10М. Кроме того, конструкция литого корпуса и башни предусматривала противокумулятивные экраны. Среди всех тяжелых танков об.279 имел наименьший забронированный объем (11,47 м^2 ).

В танке устанавливался 16-цилиндровый дизель 2ДГ8-М с горизонтальным расположением цилиндров мощностью 1000 л.с. при 2400 об./мин. Он работал совместно с ГМТ. В ходовой части применялась гидропневматическая подвеска и ленточный гусеничный двигатель, в состав которого входило четыре гусеницы с закрытым металлическим шарниром. Такая конструкция обеспечивала высокую проходимость и исключала посадку танка на днище. Однако она была очень сложной, затрудняла эксплуатацию и ремонт в полевых условиях.

Первый опытный образец танка был изготовлен ЛКЗ в 1959 году, еще два в 1960 году.

В 1957 году в КБ ЧКЗ под руководством П.П.Исакова был спроектирован тяжелый танк об.770 и изготовлен его опытный образец.

Корпус танка был цельнолитым, его лобовая броня обеспечивала защиту от 122- мм бронебойного снаряда при обстреле с дистанции 200 м. Наклонные листы корпуса имели угол от 64° до 70° к вертикали, толщина их соответственно, от 65 до 84 мм. Башня танка литая, толщина ее лобовой брони 290 мм.

Поперек корпуса был установлен 10-цилиндровый четырехтактный дизель ДТМ-10 мощностью 1000 л.с. при 2500 об./мин. Трансмиссия гидромеханическая, с комплексным гидротрансформатором и планетарной коробкой передач. В ходовой части применена гидропневматичсская подвеска, опорные катки большого диаметра с внутренней амортизацией и гидравлический механизм натяжения гусениц.

Вид на правую сторону башни тяжелого танка об. 279

Объект 279, Вид спереди

¦Ходовая часть танка об. 279

Тяжелый танк об.279,

Таким образом, к 1961 году проходили полигонные испытания четырех типов тяжелых танков с пушкой М 65. Но 17 февраля 1961 г. грянул гром – вышло Постановление СМ СССР № 141 – 5 «В целях ускорения выполнения первоочередных важнейших разработок…» В этих неуклюжих цветистых фразах заключался смертный приговор отечественным тяжелым танкам все разработки были прекращены. А в 1966 году был снят с производства танк Т-10М. На вооружение же он оставался до 1993 года.

Единого мнения о целесообразности прекращения работ над тяжелыми танками до сих пор нет. Сторонники тяжелых танков не без основания ссылаются на опыт западного танкостроения. Действительно, вес современных «основных боевых танков» давно превысил 50-тонный рубеж. Так, вес американских танков «Абрамс» М1А1 составляет 57,1 т, М60АЗ – 51т; английского «Челенджера» – 62 тонны; немецкого «Леопарда-2А4» – 55,2 т; израильского «Меркава» Мк.2 – 60 т. и т.д. С другой стороны, из приводимых в статье таблиц явствует, что в середине 60-х годов отечественные средние танки по защищенности подошли близко к тяжелым танкам, а по бронепробиваемости орудий даже превзошли. Вряд ли кто либо рискнет оспаривать превосходство 125-мм гладкоствольных пушек семейства Д81 над 130-мм нарезными пушками М-65. Кстати, гладкоствольные пушки Д-81 выдержали конкурс с мощными нарезными системами 122 мм пушкой Д-83 и 130-мм пушкой, проектировавшейся для танков Т-64 и Т-72. Кроме того, большую роль сыграло и развитие ПТУР.

Так или иначе, а стальные гиганты, избежавшие мартеновских печей, нашли свой последний приют в павильонах музея в подмосковном городке Кубинка.

Игорь Шмелев

Сухопутные торпеды

(телеуправляемые боевые машины)

Телемеханическая группа танкеток Т-38. 1940 год

Вероятно многие знают, что представляет собой оружие, называемое торпедой. Это автономный самодвижущий аппарат, доставляющий к цели заряд взрывчатого вещества для ее поражения. Торпеда относится к арсеналу морского оружия. Она поступила на вооружение военно- морских флотов более 100 лет тому назад. Известны также громадные потери, причиненные этим оружием боевым и торговым судам в первую и вторую мировых войнах. Значительно усовершенствованные они и сейчас являются грозным оружием в водной среде. Пятым океаном овладели «воздушные» торпеды – различного класса и назначения реактивные снаряды. А пытались ли создать «сухопутные» торпеды, т. е. аппараты, несущие боевой заряд и передвигающиеся по земной поверхности, преодолевая местные препятствия? Да, такое оружие разрабатывалось и применялось на полях сражений.

Во время первой мировой войны (1914- 1918 гг.) воющие стороны (Англия, Германия, Франция) на Западном фронте после короткого маневренного периода (август сентябрь 1914 г.) зашли в «позиционный тупик».

Так было названо положение, когда наступление стало практически невозможным. Фронт застыл сплошной линией окопов от побережья Ла-Манша до границы со Швейцарией. Причиной тому были пулеметы косившие своим огнем поднявшуюся в атаку пехоту. И проволочные заграждения, препятствующие ее остаткам «взять на штыки» вражеских солдат в их окопах.

Естественно, что такое положение привело к возникновению идей – защитить идущего в атаку бойца, может быть, даже броней, непроницаемой для пуль, а также и средством преодоления проволочных заграждений. Вторая идея заключалась в создании средства расчистки проходов в проволочных заграждениях, не подвергая при этом жизнь солдата. Надеть на пехотинца стальную броню наподобие лат средневекового рыцаря, но не пробиваемую пулями XX века просто немыслимо: слишком бы она была тяжела, а солдат не смог бы передвигаться. Другое дело, если бы этот «панцирь» двигался каким-либо мотором.

Первая идея привела к появлению в 1916 году танка. Вторая же – вылилась в попытки создать управляемую машину, способную разрезать или подрывать проволочные заграждения, т. е. – это была идея гак называемой «сухопутной торпеды».

Еще в средние века при осаде крепостей применялись подкопы под стены, в которые закладывались большие количества взрывчатых веществ. Однако вести подкоп дело долгое. Как хорошо бы было, если бы этот пороховой заряд в считанные минуты «подкатился» к вражеской крепости! Однако в те времена не было подходящей для этого движущей силы.

Во время первой мировой войны в ходе позиционных боевых действий неоднократно ощущались необходимость в доставке мощного заряда взрывчатого вещества для проделывания проходов в проволочных заграждениях для разрушения фортификационных сооружений и т. и. Ведь, несмотря на мощное развитие артиллерии, снаряды большинства полевых орудий нс имели достаточно мощного разрывного заряда и требовался их большой расход. Если же для поражения долговременных инженерных сооружений привлекались артсистемы большой мощности, то и здесь не всегда можно было достичь желаемого результата. Во-первых, попасть снарядом в малоразмерную цель было нелегко, а сами артсистемы были громоздки, дороги и малоподвижны. А если же вражеское укрепление находилось вблизи расположения своих войск, то существовала опасность их поражения при недолетах. Итак, «сухопутная» торпеда была крайне нужна.

Тут следует сразу же сказать о принципиальном отличии торпеды морской от наземной. В воде торпеда кроме сопротивления воды не встречает никаких препятствий. Единственным препятствием по идее должна быть сама цель - т. е. корабль или судно, по которому выпущена торпеда. Следовательно, торпеда все время должна удерживаться на предельно установленной прямой линии прицела. Правда, после первой мировой войны появились торпеды, зигзагизирующие и двигающиеся по кругу. Это было придумано для увеличения вероятности попадания в цель, причем программа такого курса торпеды закладывалась в нее заранее: в уже выпущенной торпеде она изменена быть не могла.

На суше (на местности) таких идеальных условий для прямолинейного движения быть не может и механической «игрушке» небольшого размера придется обходить и холмики, и канавки, и камни, и прочее. Ну а как заставить «бездушную» машину выписывать необходимые пируэты? Дтя инженеров XX века было ясно: управления таким аппаратом можно достичь только электрическими сигналами, передаваемыми либо по проводам, либо радиоволнами.

Итак, на двигающейся без водителя машине должно быть приемное устройство, преобразующее электрические команды в действие механических систем поворота и изменения скорости. А где-нибудь в укрытии должен находиться оператор (или наводчик), имеющий, впрочем, достаточно хороший обзор местности и пулы преобразования и посылки команд. Вопрос о том, какой принцип телеуправления лучше -радиокоманды или передача сигналов по проводам – до сих пор окончательно не решен.

Прежде чем перейти к описанию разработанных в разное время наземных торпед, следует сказав несколько слов о первом применении телеуправляемых аппаратов в боевых действиях.

… 1917 год – четвертый год первой мировой войны. Правый фланг немецкого фронт а уперся в берег Ла-Манша на территории оккупированной Бельгии. Английские корабли и, в частности, специально построенные, вооруженные пушками крупного калибра мониторы обстреливали немецкие позиции. Так длилось уже многие месяцы. Англичане действовали под прикрытием дымовых завес, туманов, либо пользуясь дальнобойностью своих орудий из-за пределов досягаемости огня немецких батарей. Немецкие же корабли действовать в Ла-Манше при подавляющем господстве британского флота не могли. Тогда то и вспомнили об идее телеуправляемых взрывающихся катеров, которые должны были «паковать английские мониторы. Работы над такого рода кораблями велись на заводе «Сименс-Шуккерт» с 1906 года. К слову сказать, в том же 1906 году исг ганский изобретатель Т.Кеведо испытал управляемую по радио моторную лодку. А в 1913 году итальянец Э.Фьямме послал в воздух управляемый по радио самолет.

К концу 1915 года в Германии были изготовлены уже боевые взрывающиеся катера. Их водоизмещение составляло 6 т, скорость – до 30 узлов. Катер нес взрывчатый заряд весом более 200 кг и мог наводиться на цель по радио с берегового поста на дальности до 40 км. При корректировке с самолета дальность действия катера увеличивалась до 50 км. Катера базировались на захваченных бельгийских портах и с их помощью было предпринято несколько попыток атаковать неприятеля. Первая такая попытка (впервые в истории) 24 апреля 1917 г. была неудачной: на катере вышла из строя радиоустановка.

Еще несколько неудач, и, наконец, успех! 1 марта 1917 г управляемой с самолета взрывающийся катер был направлен на мол занятого англичанами порта Ньепор. Взрыв разрушил 50 м мола и английский наблюдательный пункт.

"Электрический бронированный блокгауз» Габэ

"Крокодил» фирмы Шнейдер

28 октября 1917 г., наконец, удалась атака по английским кораблям в море: был подорван монитор, надолго вышедший из строя. Этим собственно и исчерпываются успехи взрывающихся катеров в первой мировой войне. Подобного рода оружие получило большое развитие во второй мировой войне. Но это уже тема другого рассказа. Вернемся на сушу.

К первым попыткам создать телеуправляемые боевые машины по видимому можно отнести работы французских и немецких конструкторов во время первой мировой войны. Немец Флеттнер построил и успешно продемонстрировал четырехколесную машину, приводимую в движение электромотором. Она была названа «сухопутной торпедой». Электропитание, а также команды управления машиной передавались по кабелю. Машинa предназначалась для резки колючей проволоки. Предусматривалась также установка на ней огнемета. Разумеется, что дальность действия «торпеды» определялась как длиной кабеля, так и пределом видимости оператора.

В июле 1915 г. французы Габэ и Обрио создали свою электрическую «торпеду» – трехколесную бронированную машину. Электропитание и команды передавались по кабелю, сматываемому с барабана по мере продвижения машины. Она должна была нести подрывной заряд весом 100-200 кг, и предназначалась дня разрушения проволочных заграждений.

Чуть позднее Габэ построил «электрический бронированный блокгауз» опять же на трех колесах, но он имел экипаж из двух человек, обслуживающих 37-мм пушку или пулемет, установленные во вращающейся башне. Электропитание (но не команды управления) опять же подавалось по кабелю от независимого генератора. Если в последней модели Габэ поворот машины с помощью небольшого катка заднего расположения осуществлялся наверняка одним из членов экипажа, то в первой модели для поворота на машине необходимо было, помимо ходового мотора, установитъ электромоторчик для рулевой машинки. Таким образом «блокгауз» Габэ не был по существу телеуправляемой машиной, а всего, так сказать, «телепитаемой». А ведь на ней можно было установить бензиновый мотор, и сделать машину независимой. Неизвестно какими идеями руководствовался изобретатель. Может быть, его беспокоила опасность -загорания или взрыва бензина при поражении машины. Тем самым вроде бы обеспечивалась выживаемость экипажа. Может быть, Габэ предвосхитил современную идею сочлененных машин, у которых силовая установка и боевое отделение размещены на отдельных шасси.

Знаменитая фирма Шнейдер также внесла свой вклад в конструирование «электрических торпед». На этот раз это была уже машина с гусеничным движителем. В роли гусеницы применялась непрерывная резина брезентовая лента с расположенными на ней прямоугольными брусками, несущими металлические щитки в качестве грунтозацепа. Машина получила название «Крокодил» и управлялась по кабелю длиной 200 м, сматывавшегося с барабана на машине.

Судя по всему, ведущими колесами была средняя пара, выполнявшая также роль опорных катков. При них были тормозные колодки. Следовательно, поворот машина осуществляла «по-танковому» – т. е. торможением одной из гусениц. Вторая пара опорных катков размещалась в задней части машины. Общая конструкция – рамная. Подрессоривания не предусматривалось. Судя по имевшимся двум сигнальным лампочкам, обращенным назад, «Крокодил» мог использовался в темное время суток. Было изготовлено немало таких машин. Однако мы не нашли сведений об их дальнейшей судьбе. Во всяком случае, нет никаких данных, подтверждавших их боевое применение.

Снова к работам по телеуправляемым машинам во Франции обратились в конце 30-х годов. Но мы вернемся к этому несколько позже, тем более, что значительно раньше этими работами занялись в нашей стране. Причем занялись весьма энергично. Достаточно сказать, что с 1929 по 1940 гг. у нас были испытаны, по крайней мере, 13 образцов телеуправляемых гусеничных машин, из них четыре были даже серийными, а именно: телеуправляемые танки ТТ-26 обр. 1932 года, ТАХИМ-26 обр. 1933 года, а также два образца телеуправляемых пар ТТ-26 и ТУ-26.

Но первым был легкий танк «Рено» FT, управлявшийся по проводам, с которым экспериментировали в 1929-1930 гг. Далее работы по управляемым по проводам машинам, велись с новым танком уже советской конструкции МС-1. Он управлялся по радио, и, двигаясь со скоростью до 4 км/ч, мог выполнять команды: «вперед», «вправо», «влево», «стоп». Его, по -видимому, предназначали для доставки подрывного заряда взрывчатого вещества.

В 1933 году телеуправляемый танк под индексом ТГ-18 (Т-18 – другое обозначение танка МС-1) испытывался с аппаратурой управления, размещенной на месте водителя. Теперь танк мог выполнять до 16 команд: поворачиваться, менять скорость, останавливаться, снова двигаться, подрывать заряд ВВ, а также в случае установки специальной аппараты ставить дымовую завесу или выпускать отравляющие вещества. Дальность действия ТТ-18 была не более нескольких сотен метров. Двигался он очень неровно, как говорят моряки: «рыскал на курсе», и, по-видимому, не мог действовать в условиях пониженной видимости. Это и решило его судьбу. На вооружение он принят не был, хотя известно, что было изготовлено не менее семи экземпляров этого танка.

Более серьезно за создание телеуправляемых машин взялись в 1934 году. Они назывались телемеханическими группами. И в качестве подопытной машины для них был выбран легкий танк Т-26. Группа состояла из телетанка ТТ-26 и танка управления ТУ-26.

ТТ-26 – это однобашенный танк Т 26 обр. 1933 года, но без пушки в башне, а лишь с пулеметом. ТУ-26 сохранил полное положенное Т-26 вооружение, т. е. 45- мм пушку и пулемет. ТУ-26 помимо аппаратуры телеуправления имел аппаратуру дымопуска (или отравляющих газов). Он имел только ручное управление (экипаж- 2 чел.). Поскольку он сохранил полное вооружение, то мог, следовательно, быть использован как обычный танк с экипажем из трех человек.

Были изготовлены в 1935 году по одному образцу каждого. В 1936 году к ним добавился ЛТ-26, так называемый танк пультового управления. По радиокомандам оператора из ТУ-26 или ЛТ-26, находившихся в укрытиях, но имевших, все-таки, обзор поля боя, телетанк без экипажа выполнял следующие операции: пуск двигателя, начало движения, стрельба из башенного 7,62-мм пулемета ДТ (боекомплект- всего один магазин – 63 патрона), постановка дымовой завесы; либо пуск отравляющих газов. Недостатком этой системы (и большим недостатком) было то, что оператор, находившийся в танке управления, не мог видеть небольших препятствий на почве непосредственно перед движущимся телетанком, как это мог бы видеть водитель, если бы он находился в нем.

Телемеханическая группа тягачей Т-20. 1940 год

Телемеханическая группа танков БТ-7. Весна 1941 года

Мог ли помочь в этом случае созданный в 1935 году тоже в единственном экземпляре танк наблюдения ТН (по видимому, на базе Т-26) и входил ли он в rpyппу телемеханических танков не известно.

ТТ-26 мог использоваться только лишь как химический танк или для постановки дымовой завесы. Стрельба из пулемета вряд ли была эффективной. Такое ограниченное применение телетанка вряд ли имело смысл. Количество телетанков (по одному) -это данные ГАБТУ. Но в книге М.В. и И.В. Павловых «Советские танки и САУ 1939- 1945 гг.» говорится о 55 телеуправляемых танках на базе Т-26 (почему нечетное количество?). По-видимому, – это оборудованные для телемеханических групп линейные танки.

Помимо упомянутых телентанков в те же годы испытывались: телеуправляемый танк ТТ- 26 обр, 1932 года (следовательно, двухбашенный); телеуправляемый танк ТАХИМ-26 обр. 1933 года; телемеханическая группа танков Т-46 II; телеуправляемая танкетка ТТ-27. телемеханическая группа на базе Т- 26 «подрывник».

К работам по телемеханическим группам танков вернулись в 1940 году. Работы проводил НИИ -20. Телемеханическая труппа танкеток Т -38 состояла из телетанка Т-38-ТТ (боевая масса 3,37 т) и танкетки управления (масса 3,43 т). Телетанкетка была вооружена 7,62-мм пулеметом ДТ в башне (боекомплект – 63 патрона), огнеметом КС-61-Т и снабжалась 45 -литровым химическим баллоном. Она имела также и подрывной заряд. Огнемет мог выпустить 15-16 огневыстрелов на расстоянии 28 м. Длина непросматриваемой дымозавесы – 175 м. Танкетка управления имела такое же вооружение (боекомплект пулемета 1512 патронов), экипаж- 2 человека. Монтаж телеаппаратуры на танкетках требовал 66, а ее демонтаж -15 человеко-часов. Радиус действия телетанкетки – 2500 м. Выполняемые команды: запуск двигателя, увеличение оборотов двигателя. повороты вправо-влево, переключение скоростей, включение тормоза, остановка. Команды на использование вооружения: подготовка к стрельбе из пулемета, стрельба, огнеметание, подготовка к взрыву, взрыв, отбой подготовки. Была выпущена опытная партия таких машин.

В 1940 году испытывалась специалистами НИИ 20 телемеханическая группа тракторов Т-20. Т 20 – это легкий артиллерийский тяг ач «Комсомолец» завода №37. Этот же завод выполнял и переделку тягачей под телеуправляемую пару. Телетрактор имел массу 3,64 т, а трактор управления 3,66 т. Управление первого ручное и телемеханическое, второго – ручное. Харакгеристики и внешний вид оставались бет изменения, как у «Комсомольца». Экипаж трактора yправления – 2 человека, вооружение 7,62-мм пулемет ДТ (боекомплект 1008 патронов). Тслетрактор был вооружен пулеметом ДТ (боекомплект – 63 патрона), имел химприбор КС-61Т (емкость химбаллонов -45 л) и подрывное устройство. Монтаж и демонтаж аппаратуры по времени такое же, как и у телегруппы Т-38. Телетрактор выполнял следующие команды: запуск двигателя, увеличение числа его оборотов, повороты вправо-влево, переключение скоростей, включение тормоза, остановка телетрактора. Команды управления вооружением телетрактора: подготовка к стрельбе, стрельба из пулемета или огнемета (15-16 огневыстрелов на дальность 28 м), дымопуск (длина дымовой завесы – 175 м), подготовка к взрыву, взрыв, отбой подготовки. Радиус действия телетрактора – 2500 м.

Весной 1941 года испытывалась телемеханическая группа легких танков БТ-7 (иначе А-7) с той же аппаратурой НИИ- 20. Вес аппаратуры танка управления составлял 147 кг, а дальность ее действия – 2500 м.

Вооружение телетанка ТТ-БТ-7 – 7,62 пулемет Силина (боекомплект – 100 патронов), химический прибор КС-60 (емкость баллонов-400л, 18 огневыстрелов на дальность 450 м), подрывное устройство. Танк управления сохранил обычное вооружение -т. е. 45-мм пушку обр. 1934 года, пулемет ДТ (боекомплект – 176 снарядов и 2142 патрона). Телетанк мог за 8-10 минут поставить дыммовую завесу площадью 300 х 400 м. При использовании отравляющих веществ площадь заражения составляла 7200 м 2 . Выполняемые телетанком ТТ-БТ-7 команды те же, что и у вышеописанных телемеханических машин. Кроме того, осуществлялся поворот башни вправо- влево. Танк мог использоваться как средство дегазации – дегазируемая площадь 3600 м 2 .

Химприборы серии КС разрабатывались по заданию Главного военно химического и Главного Автобронетанкового управлений заводом «Компрессор». Он же их и изготавливал. Это, собственно, был и огнемет, и прибор дымопуска отравляющих веществ. Последней разработкой перед самой войной был КС-63, предназначенный для установки в танках БТ -7. При этом пушка и боекомплект к ней оставались такими же, как и на линейных танках. Стандартной огнесмесью достигалась дальность огнеметания 65-70 м, а вязкой – 90 м. Запас огнесмеси – 160 л. На один выстрел расходовалось 10-15 л, а скорострельность составляла 10-12 выстрелов в минуту, КС-63 смонтированный на танке БТ- 7 в марте-апреле 1941 г. успешно прошел полигонные испытания и был рекомендован к серийному производству. Ввиду трудности размещения заказа в промышленности, он не выпускался.

Известен, пожалуй, единственный случай применения наших телеуправляемых танков. Он произошел 28 февраля 1940 г. в ходе советско-финляндской войны. Тогда при штурме Выборга тяжелые танки КВ поддерживали наступающую пехоту. Впереди танков двигались телетанки ТТ-26. Они должны были вызывать на себя огонь противотанковых орудий, а также вскрывать минные поля. Однако в большинстве случаев они застревали на противотанковых препятствиях (надолбы, противотанковые рвы и т.п.). Их расстреливали орудия ПТО, они подрывались на минах. Вывод: их применение себя не оправдало.

К началу Великой Отечественной войны в Красной Армии находилось несколько подразделений телемеханических машин. Применения они себе, впрочем, в боевых действиях не нашли из-за сложившегося характера боевых действий начального периода войны. Они были расформированы, а телеганки использовались как обычные.

Телеуправляемый танк OT-34-85

Танк T-26-III

После войны на научно-исследовательском полигоне бронетанковой техники испытывался телеуправляемый танк ОТ 34-85, т. е. – огнеметный. Пульт управления был смонтирован на танке Т-26-III (подрывник), представлявшим собой странный гибрид: а именно, танк Т-26 без башни и с ходовой частью чехословацкого танка SIIA фирмы Шкода. Самое интересное, что в этом случае была предпринята попытка ликвидировать самый большой недостаток телетанка – невозможность «видеть» местность непосредственно перед движущимся телетанком. Для этого использовалась телевизионная аппаратура. Подробное описание этих испытаний дано в №2 нашего журнала за этот год.

По видимому, впервые за рубежом всерьез к разработке «сухопутных» торпед приступили японцы. Еще в 1929 году инженер Нагаяма демонстрировал управляемый по радио трактор «Фордзон». В 1934 году проводились Опыты с управляемым по радио средним танком образца «89». Несколько позже были созданы опытные образцы радиоуправляемых машин К-3 и К- 4 весом соответственно 14 и 11 т. К 4 несла взрывчатый заряд весом до 500 кг. В 1934 году испытывался управляемый но радио средний танк «2589» (он имел и другое название -К-Ни -го), а в 1936 году-танкетка – «2594».

Ну а настоящая «сухопутная» торпеда миниатюрная, телеуправляемая гусеничная машина, разрабатывалась в Японии в 1935-1938 гг. Она получила название «Яи-го». Разрабатывались два варианта, поучившие обозначение «Ко» и «Оцу». Первый имел вес 3200 кг, длину 1,4 м, высоту 0,46 м и бензиновый двигатель мощностью 2 л. с. Те же данные для второго: 400 кг; 1,9 м; 4 л. с. Скорость обоих нс превосходила 4 км/ч. Вариант «Ко» управлялся по кабелю длиною до 1000 м. Вариант «Оцу» был радиоуправляемым. Предполагалось, что эти минитанки будут нести заряд взрывчатого вещества. Однако работы с ними до конца доведены не были в связи с их плохой проходимостью и ненадежностью. Последняя из подобных машин испытывалась в Японии в 1945 году. Это опять была большая машина, весом около 10 тонн. На ней отрабатывалось использование телевидения для контроля движения машины. С капитуляцией Японии работы в этом направлении прекратились.

Велись подобные работы с конца 30- х годов и во Франции. Французам очень хотелось чувствовать себя в безопасности от возродившейся военной мощи фашистской Германии за могучими укреплениями линии Мажино. А генералы даже «подумывали» о вторжении на немецкую территорию. Но там, вдоль границы с Францией протянулась не менее мощная «линия Зигфрида». Для будущего прорыва этой линии разрабатывались, в частности, два средства -«две крайности» – громадный тяжелый танк прорыва и крошечная телеуправляемая машина. Назначение этой «сухопутной» торпеды было расчищать дорогу тяжелым машинам, взрывая «зубы дракона»: Громадные бетонные надолбы.

Первый пpoeкт мини-танка предложил в 1937 году кадровый офицер французской армии Помле. Он планинировал использовать базу дешевой, простой гусеничной машины для доставки подрывного заряда к цели. Машина должна была управляться по радио. В январе 1939 г. Помле организовал в Париже свою мастерскую, а в марте подготовил первую машину. В честь изобретателя она получила название VP (первые буквы французских слов «машина Помле»), По результатам ее испытаний в ноябре была изготовлена вторая машина.

Haпомним, что к этому моменту Франция уже находилась в состоянии войны с гитлеровской Германией. После того, как комиссия из высокопоставленных чинов ознакомилась с машиной, штаб французской армии заказал 1000 ее экземпляров. За изготовление их взялась фирма Лорен. Радиооборудование должна была поставить фирма Томсон-Хьюстон. Однако до момента разгрома Франции немецкими войсками и ее капитуляции, было изготовлено всего 11 машин, которым, впрочем, не хватало радиооборудования. В связи с продвижением врага по территории Франции, машины были эвакуированы в конце 1940 года на юг в г. Тарб. Там их разобрали и наиболее важные детали спрятали.

Во время оккупации Помле продолжал работать над своей машиной. После освобождения Франции от гитлеровских оккупантов, в октябре 1944 г. командование французской армии вспомнило об этом эксперименте (ведь линию Зигфрида все-таки предстояло еще преодолевать) и заказало 30 экземпляров этой машины. Машины новой серии лишь немного отличались от предыдущих. Предполагалось даже использовать в них спрятанные ранее детали. С немалым запозданием фирма Лорен приступила к их выпуску. Все 30 были выпущены в июле 1945 г., когда война в Европе уже закончилась.

Опытный образец радиоуправляемой машины К-3, Япония

Телеуправляемая машина "Яи-гo», Япония

Машина VP Помпле

Машина Помпле с фарами для управления ночью

Один из опытных образцов VP 2

Во время демонстрации машин приемной комиссии в январе 1946 г., их постигла неудача: система управления по радио функционировала неудовлетворительно. И, несмотря на то, что изобретатель срочно приступил к усовершенствованию 10 своих машин, главный штаб французской армии отказался в феврале 1946 г. поддерживать дальнейшие работы в этом направлении. Однако сам Помле, будучи, по видимому, человеком обеспеченным, не бросил свое детище. Работы по усовершенствованию машины продолжались. К 1949 году был создан образец VP2, на котором, в частности, были установлены три, глядящие назад фары с разноцветными стеклами. Эти фары должны были служить для убавления машиной ночью. Длина VP2 составляла 3, ширина 1,2 и высота 1,2 м.

Одновременно были изготовлены три экземпляра образца VP3. Эта конструкция состояла из трех труб большого диаметра. К основной длинной трубе крепилась ходовая часть, а к краям ее были приварены три коротких, перпендикулярных трубы. На одной из них pacполагались ведущие колеса с бортовым редуктором, а на противоположной – ленивцы. На этом, собственно говоря, работы над созданием французской «сухопутной» торпеды прекратились. Помле пытался использовать свое творение уже не для доставки подрывного заряда, а в качестве боевой машины, вооруженной пулеметом или реактивными противотанковыми ружьями. Два члена экипажа размещались в ней лежа. Предполагалось, что эта машина, имевшая обозначение VP90, могла быть приспособлена также для установки в ней миномета, огнемета, реактивных управляемых снарядов и т. п. Ее боевой вес составлял всего 1,5 т, двигатель мощностью 55 л.с. сообщал ей скорость при движении по шоссе до 90 км/ч, длина се 3,5, ширина 7,3 и высота 0,97 м. Испытанная в 1956 году она, однако, на вооружение принята не была.

Во Франции не только Помле работал над созданием «сухопутной» торпеды: в конце 1939 года этим занялся известный изобретатель и владелец фирмы A.Кегресс. Его совершенно миниатюрная машина с резиновыми гусеницами управлялась по проводам. Внешне она весьма напоминала немецкого «Голиафа», речь о котором пойдет ниже.

Таковы были работы с «сухопутной» торпедой по левую сторону Рейна. А что же по правую, т. е. в Германии? Ведь Гитлер и его генералы стремились к реваншу за поражение в 1918 году. Планы германского генерального штаба предусматривали молниеносный разгром Франции, но прорывать линию Мажино немцы не собирались: для вторжения во Францию она должна была быть обойдена с севера через территорию Бельгии. Однако работы по телеуправляемым машинам велись и в Германии. Им отводилась роль минных тральщиков, В 1939 году фирма Боргвард изготовила несколько десятков миниатюрных радиоуправляемых машин В1 весом в 1,5 т, оснащенных двигателем мощностью 29 л. с. (скорость машины 5 км/ч). Они имели три опорных катка, и их корпус был сделан из мягкого железа. Машина должна была буксировать сцепку из нескольких тяжелых зубчатых колес, наезд которых на противотанковую или противопехотную мину, вызывал ее взрыв.

Вариант ВП для улучшения ходовых качеств имел по четыре опорных катка на сторону и двигатель мощностью 49 л. с. при боевой массе 23 т. И B1, и ВП использовались лишь для экспериментов, на основе которых была создана уже достаточно надежная боевая машина, именно та, что с наибольшим основанием из всех описанных ранее могла называться «сухопутной» торпедой. При весе 370 кг она имела длину 1,5, ширину 0,85 и высоту 0,56 м. Корпус машины состоял из трех отделений: переднего, несущего 60 кг взрывчатого вещества, среднего с механизмами управления; и заднего управления; и заднего с катушкой трехжильного кабеля длиной 1,5 км. Именно по этому кабелю с кнопочного пульта происходило управление машиной. Нажатием соответствующих кнопок можно было направил, машину влево, вправо, остановить и дать ей задний ход. Еще одна кнопка служила для подрыва заряда. Движение со скоростью до 10 км/ч осуществлялось двумя электромоторами по одному на каждую ryceницу мощностью 2,5 кв. Дня питания электромоторов служили 12-ти вольтовые аккумуляторные батареи. В качестве первоапрельской шутки (начало массового производства началось в апреле 1942 г) эту малютку назвали «Голиаф». Ведь Голиаф, как известно – библейский персонаж – филистимский воин колоссального роста и силы. А вот гигантский танк весом 188 т, разрабатывавшийся в Германии, был также назван в шутку «Маус» (по-русски «Мышь»).

Опытный образец VP3 конструкции Помпле

Радиоуправляемая машина BI фирмы Боргвард

Радиоуправляемая машина BII фирмы Боргвард

Прототип "Голиафа"

"Голиаф" в полевых условиях

Всего до января 1944 п фирмы Боргвард и Цюндапп выпустили 2650 «Голиафов». Они поступили, прежде всего, на вооружение пяти рот 600-го саперного батальона особого назначения («Тайфун»), а также 627-й штурмовой саперной бригады. «Голиафы» широко использовались на советско-германском фронте для проделывания проходов в минных полях. В частности, «Голиафы» расчистили путь для наступления 654-й тяжелой бригаде истребителей танков, вооруженной самоходными установками «Элефат» во время неудачного дня немцев наступления на Курской дуге в июле 1943 г.

Подразделения, имевшие на вооружении «Голиафы», должны были быть включены в состав каждого тяжелого батальона танков «Тигр». Управление «Голиафами» в этом случае велось из специального танка. Однако, как сетовал генерал Г.Гудериан: «Ограниченное производство и большие потери в них не позволяли постоянно придавать радиотанки всем таковым батальонам». «Голиафы» использовались также против укрепленных пунктов, в городских боях для разрушения зданий и других препятствий.

Попытка использовать «Голиафы» против наших танков, успеха, практически, не имела. «Голиаф» был легко поражаем (5-мм листы из мягкого железа пробивались даже винтовочными пулями). Кабель управления мог быть перебит взрывом мины или снаряда. Опыт боевого применения показал, что и заряд взрывчатого вещества был недостаточен. Поэтому с aпреля 1943 г. фирмы Цюндапп и Цахерц начали выпускать «Голиафы», несущие 75 кг взрывчатого вещества. Эти машины, имевшие также обозначение В V, имели боевой вес 0,43 т, длину 1,66, ширину 0,91 и высоту 0,62 м. На них стоял мотоциклетный, двухцилиндровый двигатель SZ7 мощностью 12,5 л. с. Скорость новых «Голиафов» достигала 12 км/ч. Причем машина мота двигаться с двумя скоростями вперед и двумя назад. Длина кабеля управления – 650 м. Защищены они были уже 10-мм железными листами. До сентября 1944 т. их было выпущено 4604 единицы. А с ноября 1944 г. по январь 1945 г. фирмы построили 325 экземпляров улучшенного варианта, имевшего вес 370 кг, но зато несущего 100 кг заряд взрывчатого вещества.

Параллельно с «Голиафом» фирма Боргвард разрабатывала и более тяжелый машину носитель подрывного заряда весом до 500 кг. Вес ее достиг 3,6т при длине 3,65, ширине 1,8, высоте 1,19 м. Новая машина, получившая обозначение BIV была довольно основательно защищена 8- и 9- мм броневыми листами. И самое главное: она имела экипаж, состоявший из одного человека – водителя, который и вел ее вне паля боя. Двигатель мощностью 49 л. с. позволял развивать скорость 38 км/ч. BIV имела две скорости вперед и две назад. Запас хода превосходил 200 км. В отличие от «Голиафа» она управлялась дистанционно по радио.

Действия этого подрывного средства выглядели так: предположим в качестве цели для разрушения выбрано минное поле или укрепленный пункт. Водители скрытно подводили свои машины ближе к цели (примерно за 1,5-2 км), затем они отключали управление и переводили машину на радиоуправление. Далее оператор из укрытия или из командирской самоходной установки StuG Ш с помощью пульта управления, автоматически передающего радиокоманды, посыпал свой сухопутный «брандер» вперед, на цель. Машина, подчиняясь радиокомандам, шла зигзагами, изменяла скорость, и направление, чтобы избежать поражения огнем противника. Подойдя к цели машина останавливалась и металлический ящик с зарядом взрывчатки скатывался с лобового наклонного листа, на котором он до этого удерживался. Оператор пытался увести машину, если это было возможно, а заряд взрывчатого вещества, подрывался взрывателем замедленного действия. Нужно сказать, что прежде чем фирма Боргвард приступила к конструированию BIV, описанный выше метод прорыва фортификационных сооружений был успешно опробован в ходе майско июньской компании 1940 г во Франции. Для этой цели было выделено по 10 легких танков Pz.l в саперных батальонах танковых дивизий. Подрывной снаряд весом 50 кг сбрасывался у цели прямо с крыши корпуса, либо укладывался на землю с помощью рычага в обоих случаях без выхода экипажа из танка.

«Голиаф» BV

Радиоуправляемая машина BIV фирмы Боргвард

Один из прототипов BIV

С мая 1942 г. по ноябрь 1943 г фирма выпустила около 900 этих «игрушек». Они поступили на вооружение двух батальонов и четырех рот радиоуправляемых танков. В июле 1943 г. радиотанки 312-й роты, входившей в состав немецкой группы армий «Центр», приняли участие в расчистке советских минных полей на Курской дуге. Радиотанки несли большие потери от нашего огня, что заставило конструкторов на новой серии машин значительно увеличить толщину брони. Теперь она достигала 20 мм. Вес машины этой новой модификации «С» составлял 4,65 т. Новый двигатель мощностью 78 л.с. позволял развивать скорость до 40 км/ч. С декабря 1943 по сентябрь 1944 г. было выпущено 305 B1VC.

Основным недостатком применения системы B1V было то, что оператор с безопасного удаления от цели мог с трудом следить за ведомой машиной. Были проведены опыты с применением телевидения, впрочем, успехом не увенчавшиеся.

А пока суть да дело, для наведения на цель стали использоваться тяжелые танки «Тигр». В августе 1944 г. 301-й отдельный танковый батальон выделил для этой цели 21 «Тигр». Взвод радиотанков состоял из одного командирского и трех «Тигров» наведения, каждый из которых управлял тремя BIV.

Однако ни «Голиафы», ни ВIV не удовлетворяли полностью немецких генералов. Первый был малоэффективен, второй слишком дорог. И вот в замену им обоим, военное ведомство Германии предложило знаменитой мотоциклетной фирме NSU создать свой образец сухопутной торпеды. За основу был взят гусеничный мотоцикл NSU и с октября 1944 по февраль 1945 гг. было выпущено 50 машин, названных «Шпрингер». Их вес составлял 2,4 т, длина 3,17, ширина 1,43, высота 1,45 м. Автомобильный мотор Опель «Олимпия» мощностью 37 л. с. сообщал скорость 42 км/ч, запac хода-200 км. «Шпрингер» нес 330 кг взрывчатки и был защищен 10 -мм броней. Применялся он как BIV: т. е. вне поля боя им управлял водитель, а затем оператор по радио. «Шпрингеры» сводились в группы, вооруженные штурмовыми орудиями StuG III.

Несмотря на очень большие потери и расход радиоуправляемых подрывных средств, германское командование задачи уничтожения минных полей для последующего прохода танков в основном возлагало на них (естественно при этом не отказывались от использования для этой цели шестиствольных реактивных минометов и тому подобных образцов оружия). Наверное, в основном, благодаря этому обстоятельству, в немецкой армии в период второй мировой войны так мало уделяли внимания развитию танковых противоминных тралов. Как известно, немцам не удалось создать эффективного трала, подобного созданному нашим конструктором П.М.Муголевым.

Занимались телеуправляемыми машинами и в Великобритании. Там в 1940 году фирма Метрополитен Виккерс предложила и осуществила идею подвижной сухопутной мины (MLM), первоначально предназначенной для уничтожения противопехотных мин. Эта крохотная, управляемая по проводам, гусеничная машина получила имя «Beatle».

Радиоуправляемая машина BIV модификации С

Радиоуправляемая машина «Шпрингер»

Вне поля боя «Шпрингер» управлялся водителем (на снимке показан прототип)

Английский «Битл»

Прототипы этой машины фирма в 1940 году изготовила в инициативном порядке. С предложением обратились к У Черчиллю, однако поддержки с его стороны не встретили. Но в следующем году вице премьер Этли двинул идею вперед. «Beatle» прошел испытания в училище военных инженеров, и в августе 1941 года был показан членам Имперского Генерального Штаба. В результате чего был выдан заказ на изготовление 50 «битлов». Затем Командование комбинированными операциями само проявило интерес к этому изделию, но уже для другого назначения. Машине была придана плавучесть и герметичность. Управляемая по проводам с берега она должна была как настоящая торпеда атаковать вражеские десантные суда. Она снабжалась также сбрасываемыми поплавками и, погружаясь на дно, должна была выполнять роль мины.

9 марта 1942 г. командующий вооруженными силами метрополии по итогам испытаний пришел к заключению, что в качестве MLM устройство на суше малопригодно. Заказ был приостановлен. Однако военное министерство предприняло попытки усовершенствовать MLM по нескольким вариантам, в частности, для подрыва танков и с управлением по радио.

«Битл» управлялся двумя электромоторами по одному на каждую гусеницу. Но на практике «Битл» не мог преодолевать воронки от снарядов, вертикальные стенки более 45 см и подъемы более 45°. Если машина останавливалась перед этими препятствиями, загорался ее мотор. А против танков она оказалась слишком тихоходной. И решением Британского Генерального Штаба дальнейшие опыты с такого рода машинами были прекращены.

И американцы испытывали аналогичные радиоуправляемые машины, названные «Саламандрами». Они предназначались для уничтожения препятствий и высадки десанта и разминирования. Но и у них дальше экспериментов дело не пошло.

Ну а какие средства применяются в наше время для уничтожения минных полей. «Сухопутные» торпеды не получили дальнейшего развития. И причиной тому их большая уязвимость от огня противника, трудность наведения на цель и относительно высокая стоимость. Им на смену пришли более эффективные средства, в частности, удлиненные подрывные заряды разминирования, а также ракетные системы залпового огня. Вот как, например, выглядит английский удлиненный заряд «Гигантская гадюка»: это плотный тканевый шланг, снаряженный взрывчатым веществом. Он располагается на прицепе, который буксируется к минному полю танком или бронетранспортером. На специальной направляющей укреплена связка из восьми пороховых ракет, которые, будучи запущены из танка, тащат собой всю эту начиненную 1300 кг взрывчатки «гадюку». Удлиненный заряд падает на минное поле и подрывается с помощью тормозного парашютика, укрепленного на хвосте «гадюки». Этот же парашютик не позволяет «гадюке» изгибаться. Взрыв! И проход в минном пате шириной семь и длиной 180 м готов.

Однако идея телеуправляемых боевых машин не умерла, и в последние годы в Соединенных Штатах и некоторых других странах интенсивно ведутся работы по увеличению эффективности танков с помощью дистанционно управляемых машин. Задача состояла в том, чтобы в дополнение к боевым танкам создать своего рода роботизированные танки, которыми бы по радио управлял экипаж линейного танка. Роботы должны иметь возможность действовать и в автономном (независимом) режиме или управляться даже с вертолета. Эти роботы должны были вести разведку перед атакующими волнами танков, передавать информацию на командирские машины и иметь средства борьбы с танками и противотанковыми средствами противника. Они действуют на расстоянии до пяти километров.

Они могут иметь артиллерийское вооружение, возможно даже с ядерными боеприпасами малой мощности, оснащаться радиолокаторами, теплопеленгаторами, теле- и радиооборудованием. По видимому, такие работы ведутся в секрет ном порядке и сведения о них весьма скудны.

В США несколько лет тому назад занимались созданием и другой телеуправляемой машины, а именно: танка-разградителя. Его назначение создание проходов в минных полях для боевых танков. Для этого он снабжается несколькими удлиненными подрывными зарядами.

В перспективе мы видим появление полностью автоматизированных танков роботов, оснащенных как средствами поиска, так и поражения. Управляемые с отдаленного командного пункта, они могли бы действовать вместо танков с экипажами или далеко впереди них. Особенно они пригодились бы в условиях применения оружия массового поражения.

Александр ШПРОКОР/Ш

Тяжелая артиллерия советского периода

Продолжение. Начало см. «ТиВ» №№ 9, 10/98, №№ 1,2,3/99

450-ММ ГАУБИЦА БР-23

История создания гаубицы

14 мая 1941 г. маршал Кулик направил наркому Тимошенко доклад с предложением начать изготовление 450-мм гаубиц Бр-23. Испытания Бр-18 (см. ниже) показали слабое бетонобойное действие ее снарядов. В принципе, Бр–5 и Бр-18 были рассчитаны на разрушение железобетонных перекрытий толщиной от 1,0 до 2,1 м, 500-мм гаубица ТГ-1 должна была разрушать перекрытия до 4,4 м, но она была привязана к железнодорожной колее. Кулик предложил изготовить достаточно мобильную 450 мм полевую гаубицу, рассчитанную на передвижение по грунтовым дорогам.

В 1940 году ЛУ Красной Армии были разработаны тактико-технические требования, которые были согласованы с генштабом Красной Армии, и на их основе заключен договор с заводом № 221 на проектирование 450- мм полевой гаубицы.

Состояние работ на 1 мая 1941 г.:

1) Заводом № 221 разработан эскизный проект, который был утвержден ЛУ ГАУ 17 июня 1940 г.

2) Разработан технический проект, который был утвержден АК ГАУ 26 октября 1940 г.

3) Разработан полный комплект рабочих чертежей 450 мм полевой гаубицы.

4) По тактико-техническим требованиям ГАУ заводом № 221 и ЛНИОПом был разрешен вопрос о наложении на лафет 450-мм полевой гаубицы ствола 305-мм пушки.

В мае 1940 г. было принято постановление Комитета обороны «Об изготовлении 450-мм гаубицы, полигонного станка для ее испытаний и выстрелов к ней». Заводу № 22I поручалось изготовить 450-мм гаубицу и полигонный станок со сроком сдачи 1 квартал 1942 года. К тому же сроку наркомат боеприпасов должен предоставить снарядов:

[Табл. 88]

Таблица 88

Тип

Число

боевых

лафетопробных

Фугасных

100

100

Чертежи снарядов были разработаны НИИ -24.

Устройство системы

Ствол моноблок с коническим лейнером. Первоначально предполагалось принять постоянную крутизну нарезов в 20 клб, но после неудачных стрельб 203-мм гаубицы М-40 было решено делать нарезку в 25 клб.

Затвор помещен в моноблоке. Затвор поршневой, открывался вверх с помощью пружинного уравновешивающего механизма. Заряжание картузное.

Тормоз отката гидравлический, веретенного типа, состоял из двух цилиндров, расположенных внизу ствола в корытообразной люльке. Накатник гидравлический, состоял из двух цилиндров, расположенных над стволом, а между ними расположен цилиндр пружинного уравновешивающего механизма затвора.

Механизм вертикального наведения имел привод от электромотора, а также ручной привод с двумя скоростями наведения. Электродвигатель вертикального наведения развивает мощность 6 л. с. при 750 об./мин. Механизм горизонтального наведения имел только ручной привод также с двумя скоростями наведения.

Верхний станок вместе с люлькой соединялся с нижним станком при помощи болтов и разъединялся только при переходе в походное положение.

Нижний станок накладывался на основание и вращался передней частью на опоре с шаровым погоном. В хоботовой части нижнего станка имелись подрессоренные катки.

Приспособление для заряжания было принято в виде падающей каретки с лотком, перемещаемой по наклонным направляющим ферм. Подача каретки осуществлялась от электромотора и вручную. Угол заряжания составлял 7°, что позволяло осуществлять досылку снаряда вручную.

При переходе из походного положения в боевое должен был отрываться котлован длиной 5 м, шириной 12 м и глубиной 1 м. Сзади и спереди котлована укладывался рельсовый путь. Перевооружение гаубицы производилось при помощи крана.

В походном положении система разделялась на шесть повозок: первая – ствол моноблок с затвором; вторая блок с противооткатными устройствами; третья – люлька с верхним станком; четвертая – нижний станок; пятая – передняя часть основания; шестая – задняя часть основания.

[Табл. 89]

Таблица 89

Данные 450-мм гаубицы Бр-23 (по техническому проекту)

Калибр, мм 450

Длина ствола, мм/клб. 9500/21

Крутизна нарезов, клб

первоначально 20,

затем 25

Число нарезов 96

Глубина нареза, мм 4,5

Угол ВН -7°; +70°

Угол ГН 50°

Скорость вертикального наведения, град/с:

от электродвигателя 7

вручную 2

Скорость горизонтального наведения вручную, град/с 0,7

Длина отката, мм 1400

Высота линии огня, мм.. 2700

Габариты системы в боевом положении:

длина при угле ВН 0°, м.. 12,5

ширина, м 11,1

Вес системы в боевом положении с подъемниками снарядов, т 110

Вес системы в походном положении 150

Число повозок 6

Максимальный вес повозки, m около 26

Ширина хода, мм 2150

Клиренс, мм 420

Скорострельность 1 выстрел в 5 минут

Время перехода из походного положения в боевое (без рытья котлована), час 6

Скорость возки повозок по шоссе, км/ч 25-30

Прицел гаубицы МЦ-4

Таблица 90

Боеприпасы и баллистика Бр-23

Снаряд

Вес снаряда, кг

Вес ВВ,кг

Начальная скорость, м/с

Дальность стрельбы, м

максимальная

минимальная

Бетонобойный

1500

105

420

15 000

5500

Фугасный

1060

212

500

18 200

5500

Бетонобойный снаряд должен был пробивать 3,3-метровое железобетонное перекрытие.

Максимальное давление в канале составляло 1860 кг/см2 .

[Табл. 90, 91]

500-ММ ПОЛЕВАЯ ГАУБИЦА

История создания и устройство системы

Эскизный проект 500-мм полевой гаубицы был разработан в НИО АНИ- 011а под руководством начальника 2 го сектора Н. Иванова. Чертежи эскизного проекта были подписаны к 16 января 1940 г.

Ствол был скреплен кожухом. Дульный тормоз отсутствовал. Затвор поршневой. Внешне качающаяся часть походила на Б-4. Механизм вертикального наведения имел два зубчатых сектора. Щита не было.

В связи с началом Великой Отечественной войны работы над гаубицей были прекращены.

[Табл. 92]

Таблица 91

Вес заряда Бр-23

Тип снаряда

Вес снаряда, кг

Заряды, кг

полный

№1

№2

№3

Бетонобойный

1500

116,5

97,1

77,7

58,3

Фугасный

1060

114,2

88,0

61,8

35,6

Таблица 92

Данные гаубицы

Калибр, мм 500

Длина ствола полная, мм/клб 9975/20

Угол ВН +72°

Угол ГН +9°

Длина отката, мм 1800

Высота линии огня от платформы, мм 3000

Высота системы по верху казенника, мм 4400

Длина установки со стволом (при 0°), мм 13 250

Вес системы в боевом положении, т около 220

В походном положении система перевозится на 12 повозках.

210-ММ ПУШКА БР-17 И 305-ММ ГАУБИЦА БР-18

История создания

Летом 1937 года комиссия в составе видных советских артиллеристов посетила завод «Шкода» в Чехословакии. Там ей были представлены проекты 210-мм пушки и 305-мм гаубицы. Огвол пушки был лейнированный, а гаубицы – скрепленный. Затворы у обеих систем клиновые горизонтальные, заряжание раздельно-гильзовое. Не удержусь от авторской реплики – на отчете комиссии какой-то умник из АУ подчеркнул «раздельно-гильзовое» и размашисто написал: «Это минус – нужно картузное».

В итоге советская сторона предложила фирме Шкода внести в конструкцию артиллерийских систем ряд изменений. По результатам переговоров фирма доработала проект. Стволы пушки и гаубицы получили свободные лейнеры. Клиновые затворы поменяли на поршневые, заряжание стало картузным.

Согласно договору Д/7782 от 6 апреля 1938 г., заключенному Наркомвнешторгом с фирмой Шкода, последняя обязалась изготовить для СССР по одному опытному образцу 210-мм пушки и 305-мм гаубицы с комплектом боеприпасов и принадлежностью. Срок сдачи опытных образцов был установлен 1 декабря 1939 г. Кроме опытных образцов должны были быть переданы комплекты рабочих чертежей и другая документация на изготовление этих артсистем. Общая стоимость заказа составила 2 375 000 долларов (около 68 млй. крон).

Чтобы ускорить постановку валового производства артсистем на отечественных заводах было принято решение начать производство сразу целой опытной серии и притом по чертежам фирмы, не проверенным в производстве. Изготовление опытной серии 210-мм пушек и 305-мм гаубиц (по шесть штук) постановлением Комитета обороны № 76 от 8 мая 1938 г. было возложено на завод № 221 1*.

Кроме того, фирма Шкода поставляла (по другому договору с промышленностью) три комплекта поковок ствола и затвора для 305-мм гаубицы в I квартале 1939 года и шесть комплектов поковок ствола и затвора для 210- мм пушек в I полугодии 1939 года (по одному комплекту ежемесячно), а также готовый инструментарий через месяц после внедрения его в производство на заводе «Шкода».

Первая партия чертежей стволов с затворами и поковок была получена от фирмы Шкода в августе 1938 г.

Только в ноябре 1938 г. на заводе № 221 («Баррикады») было организовано небольшое ОКБ и ОТБ (особое техническое бюро) для подготовки чертежей и технологии фирмы Шкода к производству. Впоследствии ОКБ и ОТБ были значительно расширены. Работы над дуплексом именовались «Сталинским заказом».

Как уже отмечалось, первоначально было решено изготовить опытные образцы по чертежам фирмы без каких либо изменений. Тем не менее, представители НИИ-13 настаивали на введении углубленной нарезки, так как глубина нарезки у фирмы Шкода была менее 1%, а завод № 221 хотел внести изменения в чертежи фирмы в основном с целью упрощения производства системы.

Окончательно, протоколом от 15 сентября 1939 г., утвержденном Наркомом вооружений и начальником АУ РККА, было решено внести некоторые изменения в чертежи фирмы, в том числе упростить часть деталей, заменить кое-где поковку литьем, сократить расход бронзы, перейти на ОСТ и прочее.

Основные изменения завода № 221

1) По 210-мм стволу:

Ствол «Шкода» состоял из моноблока, муфты, опорного кольца и лейнера. Ствол завода № 221 состоял из ствола моноблока, казенника со втулкой и лейнера.

Лейнер «Шкода» цилиндрический, а завода № 221 – конический с выступами у казенного торца. Диаметральный зазор между лейнером и моноблоком с 0,1-0,2 мм доведен до 0,25 мм (постоянный). Предел упругости лейнера повышен до 80 кг/мм2 .

2) По 305-мм стволу:

Ствол «Шкода» состоял из кожуха, трубы, лейнера, скрепляющего кольца и муфты. Ствол завода № 221 состоял из ствола моноблока, казенника со втулкой и лейнера.

3) По затворам 210-мм и 305-мм:

Ударно-спусковой механизм фирмы Шкода был заменен на ударно- спусковой механизм гаубицы Б-4. Кроме того, была упрощена рама затвора.

4) Прочее:

Внесен ряд изменений в повозках. Для них приняты отечественные колеса.

Изменено приспособление для заряжания.

1* Иногда 8 мая 1938 г. считается датой принятия Бр-17 и Бр-18 на вооружение (Латухин А Н. «Современная артиперия», М. 1970).

Пушка Бр-17 в боевом положении (вид слева)

1 – ствол; 2 – привод прицела; 3 – подъемный механизм; 4 – люлька с противооткатными устройствами; 5 – прицеп; 6 – поворотный механизм; 7 – затвор; 8 – приспособление для заряжания; 9 – основание; 10 – станок; 11 – вспомогательное оборудование

Работы по созданию опытных образцов

Постановлением КО № 142 от I июня 1939 г. завод № 221 должен был сдать к 1 апреля 1940 г. три 210-мм пушки и три 305-мм гаубицы. Несмотря на захват Чехословакии Германией, поставки в СССР продолжались, хотя и с некоторым отставанием от графика.

Фирма Шкода предъявила на заводские испытания качающиеся части 210-мм пушки и 305-мм гаубицы вместо июня по плану в октябре 1939 г.

210-мм пушка Бр-17

Испытания проводились в Словакии в присутствии советской приемной комиссии под председательством И.И.Иванова. Заводские испытания 210-мм пушки были закончены 20 ноября 1939 г., а 305-мм гаубицы – 22 декабря 1939 г.

Результаты заводских испытаний 210-мм пушки:

а) Пушка неустойчива при стрельбе полным зарядом при углах возвышения до +20°.

б) Время вооружения – 1 час 45 минут, а разоружения – 1 час 20 минут.

в) Время перехода из походного положения в боевое и обратно – около двух часов.

[Табл. 93, 94/

Таблица 93

Результаты заводских испытаний 305-мм гаубицы

Угол ВН, град +40°; +70°

Угол ГН. град 360°

Скорострельность, выстр/мин 1 выстрел за 2 мин. 20 сек.

Вес системы в боевом

положении, т 44,1

Вес повозок, т:

основная 21,8

ствола 19,9

станка 20,4

Приемные испытания (сдачу СССР) обеих систем фирма Шкода провела с 22 апреля по 10 мая 1940 г. на полигоне в Гылбоке (Глубокое) на территории, оккупированной немцами.В отчете фирмы сказано, что 210-мм пушка устойчива при стрельбе малым зарядом при углах от 0° до +50°, а полным зарядом – от + 16° до +50°. Стоит отмстить, что неустойчивость пушки под малыми углами возвышения была связана не с конструкцией самого орудия, а со слабостью грунта, на котором стояло основание. Таким образом, эту пушку можно было использовать и в береговой обороне для стрельбы прямой наводкой, но для этого потребовалось бы основание орудия заделать в бетонный блок.

Таблица 94

Данные стрельб

Снаряд

Вес снаряда, кг

Начальная скорость, м/с

Дальность, км

Бронебойный

465

410

13,0

Фугасный

330

530

16,5

На основании условий договора пушка и гаубица в комплектном виде вместе с боеприпасами были приняты комиссией и отправлены в СССР для дальнейших испытаний.

В октябре 1940 года из США были получены пневмошины для колес системы Шкода в количестве 54 штук (48 комплектных и шесть запасных). Временно, до освоения отечественной промышленностью шин 12 х 24", 210-мм и 305-мм системы решено было комплектовать колесами 12 х 20".

Опытный образец 210-мм пушки Бр-17, изготовленный заводом № 221, был предъявлен заказчику 26 августа 1940 года. После заводских испытаний этот образец 9 сентября 1940 г. прибыл на АНИОП для проведения полигонных испытаний. Стрельба из него на АНИОПе велась с 21 сентября по 11 декабря 1940 года. Всего было сделано 110 выстрелов. Первоначально на ферме заряжания стоял механический досылатель. Но он оказался неудобен и был заменен ручным «досыльником». «Досыльником» обычно действовало 6-7 человек.

На малых углах возвышения система оказалась неустойчива. Скорострельность составила 2- 3 минуты на один выстрел в зависимости от углов возвышения.

Испытания возкой проводились по маршруту Луга – Ленинград. Использовались тягачи «Ворошиловец». Средняя скорость на маршруте составила 7 км/ч, максимальная скорость на участке 15 км – 28,6 Км/ч. При движении по проселку с высоким уровнем грунтовых вод все повозки глубоко увязали (на 60-90 см). Повозки, снабженные в качестве варианта уширенными шинами против штатных, заметных преимуществ в отношении проходимости не выявили.

Попытки вооружить Бр-17 в районе АНИОПа 7 и 10 октября не удались ввиду слабого болотистого грунта. Вооружение удалось в 7 км от АНИОПа на мягком глинистом грунте.

Первая 305 мм гаубица Бр-18, изготовленная на заводе № 221, прибыла на АНИОП 21 сентября 1940 г. Стрельба велась со 2 октября по 27 ноября 1940 г. Всего было сделано 108 выстрелов. В ходе стрельб испытано три лейнера, из которых два было с нормальной нарезкой (один завода № 221, другой – «Шкода») и один с углубленной нарезкой. Отмечалось тугое закрывание затвора силами двух номеров расчета. Досылающий механизм, как и у Бр-17, особых выгод не дал, поэтому его заменили «досыльником». Скорострельность при углах около 70° – 2,5 минуты за выстрел, а при угле 45° – 2,1 минуты за выстрел. Система была устойчива при углах возвышения от 45° до 70°, а при меньших углах из гаубицы вообще не стреляли. [Табл. 95]

305-мм гаубица Бр-18

Таблица 95

Время, затраченное на переход Бр-17 и Бр-18 из походного в боевое положение на АНИОПе в октябре 1940 г.

Операция

Бр-17

Бр-18

Простои и лишние операции

4 ч 30 мин

5 ч 34 мин

Сборка системы

7 ч 45 мин

7 ч 01 мин

Рытье котлована

1 ч 20 мин

1 ч 20 мин

Облицовка котлована

50 мин

50 мин

Всего фактически затрачено

12 ч 25 мин

12 ч 35 мин

Руководство спешило и объявило, что испытания опытного образцы Бр- 17 были не полигонными, а полигонно войсковыми, и по результатам их пушка Бр-17 и бетонобойный выстрел к ней были рекомендованы к принятию на вооружение. Фугасный же снаряд испытаний не выдержал. С 305-мм же гаубицей Бр-18 ситуация осталась неясной.

[Табл. 961

Таблица 96

Изготовление орудий на заводе «Баррикады» (№ 221)

Орудие

1940 год

1941 год

план

факт

план

факт

Бр~17

10

3

14

6

Бр-18

6

3

6

После начала войны Бр-17 и Бр- 18 не изготавливались.

По официальной статистике на 22 июня 1941 г. на вооружении РККА имелось девять 210 мм пушек Бр-17, а о Бр-18 вообще ничего не сказано, видимо, три эти гаубицы вообще не были приняты на вооружение.

К 22 июня 1941 г. в составе АРГК был сформирован отдельный пушечный дивизион ОМ трехбатарейного состава. В каждой батарее состояло по две 210 мм пушки Бр-17, а всего их было в дивизионе шесть. ГАУ подсчитало, что на первые три месяца боев АРГК потребуется три тысячи 210 мм снарядов. Но, увы, их не было совсем. В графе «наличие 210-мм снарядов» в соответствующем документе стоял прочерк.

К 1 мая 1945 г. в составе АРГК имелось четыре пушечных полка ОМ. На вооружении такого полка состояло по шесть 152-мм пушек Бр-2 и по две 210-мм пушки Бр-17.

Гаубица Бр-18 со стволом № 1 и лафетом № 1 с 1960 года и в настоящее время находится в Артиллерийском музее в Ленинграде. В конце 80-х годов две пушки Бр 17 поступили в Артиллерийский музей и Центральный музей вооруженных сил.

Устройство стволов Бр-17 и Бр-18

Ствол пушки Бр-17 состоял из трубы моноблока, лейнера и казенника, навинченного на моноблок, В комплект каждой пушки входил запасной лейнер. Нарезы постоянной крутизны.

Ствол гаубицы Бр-18 представлял собой моноблок с коническим лейнером. Казенник навинтной. Крутизна нарезов постоянная.

Оба орудия имели поршневые двухтактные затворы с обтюраторами типа Банжа.

305-мм гаубица Бр-18. Вид спереди

Устройство лафета (общий для Бр-17 и Бр-18)

Особенность конструкции качающейся части – сочетание люльки обойменного типа с откатывающимися цилиндрами противооткатных устройств. При выстреле ствол откатывается в люльке, увлекая за собой цилиндры противооткатных устройств. Для соединения с шестернями коренного вала подъемного механизма люлька имела два сектора (правый и левый). Люлька – литая обойма. ВН – два зубчатых сектора.

Накатник гидропневматический с плавающим поршнем, расположен сверху ствола, а тормоз отката снизу. Длина отката переменная.

Станок и другие нижние части лафета (за исключением небольших отличий в сошниковой опоре и др.) 210- мм пушки и 305- мм гаубицы одинаковы. Однако замена одной качающейся части на другую могла быть произведена только в заводских условиях.

Станок пушки клепаный, соединенный с поворотной частью основания болтами.

Поворотная часть основания для облегчения горизонтального наведения опиралась на шары. Угол ГН для Бр- 17 и Бр-18 составлял 30°. При переносе опорных пят и сошниковых опор можно было получить круговой обстрел.

Неподвижная часть основания опущена в боевом положении в котлован в грунте, причем котлован предварительно облицовывается специальными угольниками и брусьями.

Как поворотная, так и неподвижная части основания клепаные. Неподвижная часть основания имела на всех четырех углах разводящиеся опорные станины.

Прицел с независимой линией прицеливания.

Приспособления для заряжания состояли из:

а) наклонного рельсового пути, укрепленного на поворотной части системы;

б) подающей каретки, перемещаемой по рельсовому пути с помощью троса и лебедки;

в) тележек для подноса снарядов.

Заряжание пушки и гаубицы производилось совершенно одинаково. Снаряд вручную погружался на специальную снарядную тележку. Затем тележка подкатывалась к началу рельсового пути, и снаряд перегружался на снарядную катерку. Подтягивание каретки со снарядом вверх к казенной части орудия производилось с помощью ручной лебедки, смонтированной по ферме лафета.

После приведения качающейся части в положение для заряжания (угол +8°) вручную усилием 6-8 номеров с помощью прибойника производилась досылка снаряда. Заряды подносились вручную и также досылались прибойником.

Для походного положения пушка разбиралась на три основные части:

1) Основание вместе с опорными сошниками (повозка № 1).

2) Станок с люлькой, бугелем и противооткатными устройствами (повозка № 2).

3) Ствол с затвором (повозка № 3).

Повозки устроены так, что корпусом повозки является сама возимая часть пушки, к которой присоединяются передние и задние хода. В большей части устройства хода являются общими для всех трех повозок, отличаясь только монтажными частями для соединения с грузами. Хода имели подрессоривание из листовых рессор.

Для перевозки на походе штатных объемных частей системы (кроме возимых на трех повозках), а также ЗИПа. на каждое орудие придавались: один трехтонный автомобиль и четыре трехтонных прицепа. Прицепы возились в виде поезда трактором «Ворошиловец».

Смена лейнера могла быть произведена как в артиллерийской мастерской, так и в полевых условиях.

[Табл. 97]

Таблица 97

Данные систем Бр-17 и Бр-18

Бр-17

Бр-18

Калибр, мм

210

305

Длина ствола, мм/клб

10 420/49,6

6730/22

Крутизна нарезов, клб

25

25 (постоянная)

Число нарезов

64

68

Глубина нареза, мм

1,5

1,75 :

Ширина нареза, мм

7,3

8,0

Ширина поля, мм

3,0

6,08

Угол ВН, град

0°; +50°

4°;+70°

Угол ГН, град

90°

90°

Скорость ВН, град/с

—

2°

Скорость ГН, град/с

—

1°

Угол устойчивости при стрельбе, град

+20°

+40°

Угол заряжания, град

8°

Длина отката, мм:

нормального до 19°

1150—1040

1030—1040*

предельного

1200

1065

Высота линии огня, мм

2500

2660

Высота системы при 0°, мм

3150

3390

Высота системы при максимальном угле возвышения, мм

8250

7650

Длина системы в боевом положении с приспособлениями для заряжания, мм

14 840

12 500

Ширина системы в боевом положении по задним опорным плитам, мм

7090

6870

Вес системы в боевом положении, кг

44 000

43 000

Тип повозки

Ствольная

Станка

Основания

Ствольная

Станка

Основания

Вес повозки в походном положении, т

19.58

19,68

20,33

19,15

18,83

20,33

Длина повозки, мм

11 960

7530

9115

8620

7530

9115

Высота повозки, мм

2240

3230

2220

2430

3400

2220

Ширина повозки, мм

2860

2860

2860

2860

2860

2860

Ширина хода, мм

2150

2150

2150

2150

2150

2150

Время, необходимое на 1 выстрел, мин

2

2,5

Расчет, чел.:

в мирное время

20

21

в военное время

26

Время, необходимое для перехода из походного в боевое положение", ч

5—6

12

Максимальная скорость возки, км/ч

30

30

Примечание:

* – длина отката постоянная;

** – по руководству службы.

Боеприпасы и баллистика 210-мм пушки Бр-17

А. Снаряды [Табл. 98] Всс головного взрывателя N6- CVZR 70 – 4,15 кг

Вес донного взрывателя DZDR-58 -1,8 кг

Б, Заряды [Табл. 99] Заряжание картузное. Применялись советские и чешские заряды, каждый включал в себя два заряда.

Заряды «Шкода» приведены для фугасных снарядов. Для бетонобойных снарядов № 2 меньше на 1 кг, а № I – на 2 кг.

Заряд № 2 «Шкода» соответствует отечественному полному заряду, а № 1 – отечественному заряду № 1.

В. Таблицы стрельбы

[Табл. 100]

210- мм фугасный снаряд на песчаном грунте образовывал воронку глубиной 1,5-2 м и диаметром 5-5,5 м.

210 -мм бетонобойный снаряд по нормали при начальной скорости 555 м/с пробивал 2,5-метровую бетонную стенку, а при начальной скорости 358 м/с под углом 60" пробивал бетонную стенку толщиной 2 метра.

Устойчивость системы позволяла стрелять полным зарядом только при углах возвышения свыше +20°, а при углах от +6° до +20° – только в исключительных случаях.

Таблицы стрельбы «210-мм пушки Бр-17 обр. 1939 г.» и «21-см тяжелой пушки Шкода» были впервые выпущены в 1944 году (утверждены 5 февраля 1944 г.).

Таблица 98

Наименование

Вес снаряда, кг

Длина, клб

Вес ВВ, кг

Взрыватель

Ф-643 С привйнтной головкой

135'

4,04

19,1

РШ-2

Фугасный «Шкода»

135

4,47

19,02

Головной N6-CVZR- 70 и донный DZDR-58

Бетонобойный Г-643

154

5,2

8,167

DZDR-58

Бетонобойный «Шкода»

154

5,2

8,167

DZDR-58

Таблица 99

Заряд

Состав заряда

Вес заряда, кг

Давление в канале, кг/см²

Полный

Отечественный

Пакет + 2 равновесных пучка

42,2—

2650

№1

З-643Ф

Пакет +1 равновесный пучок

32,9

1400

№2

«Шкода»

Пакет 1а + пучки № 16 и № 2

44

2650

№1

Пакет 1а + пучок Ne 16

34,5

1400

Таблица 100

Снаряд

Заряд 3-643Ф (начальная скорость/ дальность)

Заряд «Шкода» (Начальная скорость/ дальность)

Полный

№ 1

№2

№1

Ф-643

800/30360

650/22290

Фугасный «Школа»

750/28040

600/20750

Г-643

750/28040

600/20750

760/28550

600/20750

Бетонобойный «Шкода»

Таблица 101

305-мм снаряды для пушки Бр-18

Снаряд

Индекс

Вес снаряда, кг

Длина, клб

Вес ВВ,кг

Взрыватель

Фугасный

-

330

3,93

43,45

головной CHVZR и донный DZDR-58

Бетонобойный

МИ-1063

465

3,34

34,2

донный DZDR-58

Снаряд

Вес снаряда, кг

Заряд

Вес заряда, кг

Начальная скорость, м/с

Дальность, м

Угол

Давление в канале, кг/см^2

Фугасный

330

Полный

32,1

530

16 500

45°

2400

№ 4 минимальный

11.3

13 100

Бетонобойный

465

Полный

26,6

410

45°

2350

№ 4 минимальный

9.9

240

3400

70°

Боеприпасы и баллистика 305-мм гаубицы Бр-18

Для 305-мм гаубицы Бр-18 использовались только снаряды, изготовленные в Чехословакии.

[Табл. 101]

Заряжание картузное. Всего пять зарядов – полный, № 1, № 2, № 3 и №4.

305-мм фугасный снаряд на песчаном грунте образовывал воронку глубиной 2-2,5 м и диаметром 5,5-8 м.

305-мм фугасная граната разрушала вертикальные кирпичные стенки толщиной до двух метров.

Одно попадание бетонобойного снаряда МИ-1063 при скорости 330- 335 м/с и угле падения свыше 60° разрушало железобетонное перекрытие толщиной 2 м, при скорости 255 м/с и угле 60° при двух попаданиях в одно место разрушалось железобетонное перекрытие толщиной 3 м.

Владимир ОДИНЦОВ

Посвящается 125 – летию русской шрапнели

Возвращение шрапнели

Окончание. Начало см. «ТиВ» № 4/99.

Первые серийные осколочно- пучковые трассирующие снаряды HETF-T (35-мм снаряд DM42 и 50- мм снаряд M-DN191) были разработаны германской фирмой Диль (Diehl) для автоматической пушки Rh503 фирмы Маузер, входящей в состав концерна «Рейнметалл»

(Rheinmetall). Снаряды имеют донный взрыватель двойного действия (дистанционно ударный), размещенный внутри корпуса снаряда и головной приемник команд, размещенный в головном пластмассовом колпаке. Приемник и взрыватель соединены электрическим проводником, проходящим через заряд ВВ. Благодаря донному инициированию заряда ВВ метание блока происходит за счет падающей детонационной волны, что увеличивает скорость метания. Легкий головной колпак не препятствует прохождению блока ГПЭ. (Рис. 8)

Рис. 8. 35-мм осколочно-пучковый снаряд фирмы Диль

35-мм шрапнельный снаряд AHEAD

1 – головной колпак; 2 -корпус; 3 – блок ГПЭ; 4 – вышибной заряд; 5 – дистанционный взрыватель.

Конический блок 35-мм снаряда DM41, содержащий 325 шт. сферических ГПЭ диаметром 2.5 мм, выполненных из тяжелого сплава(ориентировочная масса 0,14 г) опирается непосредственно на передний торец заряда ВВ массой 65 г. Масса снаряда DM41 – 610:", длина снаряда 200мм (5,7 клб), общая масса патрона 1670 г, масса заряда пороха в патроне 341 г, начальная скорость снаряда 1150 м/с. Разлет ГПЭ происходит в корпусе с углом 40°. Ввод команды на вид действия и ввод временной установки производится бесконтактным способом непосредственно перед заряжанием.

В известной мере критическим элементом данной бездиафрагменной конструкции является прямая опора ГПЭ на заряд ВВ. При массе блока 0,14 х 325 = 45 г и ствольной перегрузке 50000 блок ГПЭ при выстреле будет давить на заряд ВВ с силой 2,25 т, что в принципе может привести к разрушению и даже воспламенению заряда ВВ. Обращает на себя внимание чрезмерно малая масса ГПЭ (0,14 г), явно недостаточная для поражения даже легких целей. Определенным недостатком конструкции является сферическая форма ГПЭ, понижающая плотность укладки блока и приводящая к уменьшению скорости его метания за счет потерь энергии на деформацию ГПЭ. Сопоставление 35-мм снарядов AHEAD фирмы Эрликон и HETF-T фирмы Диль приведено в таблице 2.

Таблица 2

Характеристика

AHEAD

HETF-T

Тип снаряда

Шрапнель

Осколочно-пучковый

Взрыватель

Дистанционный

Дистанционно-ударный

Ввод команд

После вылета

При заряжании

Масса снаряда, г

750

610

Осевое поле ГПЭ

Количество ГПЭ

152

325

Масса одного ГПЭ, г

3,3

0.14

Суммарная масса ГПЭ, г

500

45

Угол разлета, град.

10°

40°

Форма ГПЭ

цилиндр

сфера

Осколочное круговое поле

нет

есть

Проникающе-фугасное действие

нет

есть

Стоимость (расчетно-ориентир.), у.а.с.

5-6

1

Сравнительная оценка снарядов по критерию «Стоимость-эффективность» при стрельбе по воздушным и наземным целям не выявляет ощутимого превосходства одного снаряда над другим. Это может показаться странным, учитывая огромную разницу масс осевого потока (у снаряда AHEAD на порядок больше). Объяснение, с одной стороны, заключается в очень высокой стоимости снарядов AHEAD (снаряд на 2/3 состоит из дорогостоящего и дефицитного тяжелого сплава), с другой – в резком увеличении возможности адаптации осколочно-пучкового снаряда HETF-T к условиям боевого применения. Например, при действии по противокорабельным крылатым ракетам (ПКР) оба снаряда одинаково не обеспечивают поражения цели по типу «мгновенное разрушение цели в воздухе», достигаемого пробиванием бронебойного корпуса и прониканием ГПЭ в заряд ВВ с возбуждением его детонации. В то же время прямое попадание в планер ПКР разрывного снаряда HETF-Tфирмы Диль при установке взрывателя на ударное действие наносит значительно больший ущерб, чем прямое попадание инертного AHEAD, которое может быть реализовано установкой взрывателя на максимальное время.

Фирма Диль в настоящее время занимает ведущее положение в области разработки осколочных боеприпасов направленного осевого действия. К числу ее наиболее известных запатентованных разработок осколочно-пучковых боеприпасов относятся танковый снаряд, разделяющаяся ствольная мина, кассетный боевой элемент, спускающийся на парашюте с адаптивным раздельно-осевым действием. (Рис. 9, 10).

Значительный интерес представляют разработки шведской фирмы Бофорс АБ. Ею запатентован осколочно пучковый вращающийся снаряде потоком ГПЭ, направленным под углом к оси снаряда. Подрыв в момент в момент совмещения оси блока Г11Э с направлением на цель обеспечивается датчиком цели. Донное инициирование заряда ВВ обеспечивается донным детонатором, смещенным относительно оси снаряда и соединенным проводной связью с датчиком цели. (Рис. 11)

Фирмой Рейнметалл (ФРГ) запатентован оперенный осколочно-пучковый снаряд к гладкоствольной танковой пушке, предназначенный в первую очередь для борьбы с противотанковыми вертолетами (пат. №5261629 США). В головном отсеке снаряда расположен блок датчиков цели. После определения положения цели относительно траектории снаряда производится с помощью импульсных реактивных двигателей доворот оси снаряда на цель, отстрел головного отсека с помощью кольцевого заряда ВВ и подрыв снаряда с формированием направленного на цель потока ГПЭ. Отстрел головного отсека необходим для беспрепятственного прохода блока ГПЭ.

Рис. 9. Осколочно-пучковый танковый снаряд фирмы Диль

1 – пенополиуретановый вкладыш; 2 – головной колпак; 3 – блок ГПЭ. выполненных из тяжелого сплава; 4 – корпус снаряда с вмонтированными в него ГПЭ из тяжелого спава; 5 – заряд ВВ; 6 – донный взрыватель

Рис. 10. Осколочно-пучковая разделяющая мина фирмы Диль

1 – головной дистанционный взрыватель; 2 – спой ГПЭ; 3 – корпус передней части; 4 – корпус задней части; 5 – заряд ВВ; 6 – донный детонационный узел

Рис. 11. Осколочно-пучковый снаряд с косонаправленным пучком ГПЭ (Европ. пат. заявка ЕР0807798А1)

1 – головной колпак; 2-датчик цели; 3-блок ГПЭ; 4 – корпус снаряда; 5 – заряд ВВ; 6 – донный детонатор.

Рис. 12. Осколочно- пучковый снаряд к танковой пушке (пат. №2018779 РФ)

1 – головной контактный узел; 2 – головной коппак; 3 – легкий заполнитель; 4 – блок ГПЭ; 5 – диафрагма; 6 – корпус снаряда; 7 – заряд ВВ; 9 – окно для ввода установки; 8-донный дистанционный взрыватель; 10-стабилизатор

Действие противовертолетного осколочно-пучкового снаряда фирмы Рейнметалл

Рис. 13. Осколочно-пучковый заряд с осевым блоком ГПЭ (патент №2118790 РФ)

1 – корпус; 2 – заряд ВВ; 3 – осевой блок ГПЭ; 4 – гильза блока; 5 – дистанционно- Ударный взрыватель; 6 – баллистический колпак; 7 – ввинтное дно; 8 – передаточные заряды.

Рис. 14. Осколочно-кинетический снаряд с головным блоком ГПЭ

1 – корпус снаряда; 2 – заряд детонационноспособного твердого топлива; 3 – ударная трубка с зарядом ВВ; 4 – метательный заряд головного блока; 5 – блок ГПЭ; 6 – головной контактный узел; 7 – донный сопловый блок; 8 -стабилизатор.

а – исходная конфигурация; б – состояние после выгорания заряда твердого топлива; в – подрыв зарядов, разрушение корпуса ударом трубы; г – разлет корпуса и блока ГПЭ.

Отечественные патенты на осколочно-пучковые снаряды №2018779, 2082943, 2095739,2108538, 21187790 (патентообладатель НИИ СМ МГТУ им. Н.Э.Баумана) охватывают наиболее перспективные направления развития этих снарядов (Рис.12, 13). Снаряды предназначены как для поражения воздушных целей, так и для глубинного поражения наземных целей, и оснащены донными взрывателями дистанционного или неконтактного (типа «дальномер») действия. Взрыватель оснащен ударным механизмом с тремя установками, что позволяет использовать снаряд при стрельбе на обычные виды действия штатных осколочно-фугасных снарядов – осколочно-компрессионное, осколочно фугасное и проникающе- фугасное. Мгновенный осколочный подрыв происходит с помощью головного контактного узла, имеющего электрическую связь с донным взрывателем. Ввод команды, определяющей вид действия, производится через головной или донный приемники команд.

Скорость блока ГПЭ как правило не превышает 400-500 м/с, т. е. на его ускорение расходуется весьма незначительная часть энергии заряда ВВ. Это объясняется с одной стороны малой площадью контакта заряда ВВ с блоком ГПЭ, а с другой – быстрым спадом давления продуктов детонации вследствие расширения снарядной оболочки. По данным высокочастотной оптической съемки и результатам компьютерного моделирования видно, что процесс радиального разлета оболочки идет значительно быстрее, чем процесс осевого движения блока. Стремление увеличить долю энергии заряда, переходящей в кинетическую энергию осевого движения ГПЭ, породило много предложений по реализации многоторцевых конструкций. (Рис.10).

Одной из наиболее перспективных сфер применения пучковых снарядов является танковая артиллерия. В условиях насыщения ноля боя противотанковыми системами оружия проблема обороны танка от них является чрезвычайно острой. В тенденциях развития танкового оружия в последнее время наблюдается стремление к реализации принципа «бей равного», согласно которому основной задачей ганка является борьба с танками противника как представляющими главную опасность, а оборона его от танкоопасных средств должна осуществляться сопровождающими его боевыми машинами пехоты, снабженными автоматическими пушками, и самоходными зенитными установками. Кроме того, считается несущественной проблема борьбы с танкоопасными средствами, находящимися в сооружениях, например в зданиях, при боевых действиях в населенных пунктах. При таком подходе осколочно-фугасный снаряд в боекомплекте танка считается ненужным. Например, в боекомплекте 120-мм гладкоствольной пушки германского танка «Леопард-2» имеется всего два типа снаряда – бронебойный подкалиберный DM 13 и осколочно-кумулятивный (многоцелевой) DM12. Крайним выражением этой тенденции являются недавно принятые решения о том, что в состав боекомплекта разрабатываемых 140- мм гладкоствольных пушек США (ХМ291) и Германии (NPzK) будет входить только один тип снаряда – оперенный бронебойный подкалиберный.

Следует отметить, что концепция, исходящая из представления о том, что главную угрозу для танка создает танк противника, не подтверждается опытом военных действий. Так, в ходе четвертой арабо израильской войны 1973 года потери танков распределялись следующим образом: от действия ПТРК – 50%, от действий авиации, ручных противотанковых гранатометов, противотанковых мин 28%, от огня танков только – 22%.

Другая концепция, напротив, исходит из взглядов на танк как на автономную систему оружия, способную самостоятельно решать все боевые задачи, в том числе и задачу самообороны. Эта задача не может бы ть решена штатными осколочно -фугасными снарядами с ударными взрывателями по той причине, что при настильной стрельбе этими снарядами на осколочное поражение одиночных целей крайне неудовлетворительно согласуются плотность рассеивания точек падения снарядов и координатный закон поражения. Эллипс рассеивания, имеющий на дальности 2 км отношение больших осей примерно 50:1, вытянут в направлении стрельбы, тогда как зона поражения осколками располагается перпендикулярно этому направлению. В результате реализуется лишь очень небольшая площадь, где эллипс рассеивания и область поражения накладываются друг на друга. Следствием этого является низкая вероятность поражения одиночной цели одним выстрелом, по различными оценкам не превышающая 0,15…0,25.

Конструкция многофункционального осколочно-фугасно-пучкового оперенного снаряда для гладкоствольной танковой пушки защищена патентами №№ 2018779, 2108538 РФ. Наличие тяжелого головного блока ГПЭ и связанное с этим смещение центра масс вперед увеличивает аэродинамическую устойчивость снаряда на полете и точность стрельбы. Разгрузка заряда ВВ от давления, создаваемого наседающей массой блока ГПЭ при выстреле, осуществляется вкладной диафрагмой, опирающейся на кольцевой уступ в корпусе, либо диафрагмой, выполненной заодно с корпусом.

ГПЭ блока выполнены из стали или тяжелого сплава на основе вольфрама (плотность 16… 18 г/см') в форме, обеспечивающей их плотную укладку в блоке, например, в форме шестигранных призм. Плотная укладка ГПЭ способствует сохранению их формы в процессе взрывного метания и уменьшает потери энергии заряда ВВ на деформацию ГПЭ. Требуемый угол разлета (обычно 10… 15°) и оптимальное распределение ГПЭ в пучке могут быть обеспечены за счет изменения толщины оголовья, формы диафрагмы, размещения внутри блока ГПЭ вкладышей из легкосжимаемого материала, изменения формы фронта падающей детонационной волны. Предусмотрено управление углом разлета блока с помощью заряда ВВ, размещенного но его оси. Интервал времени между подрывами основного и осевого зарядов в общем случае регулируется системой управления подрывом снаряда, что позволяет получать оптимальные пространственные распределения ГПЭ и осколков корпуса в широком диапазоне условий стрельбы. Головной колпак с головным контактным узлом, заполненный внутри пенополиуретаном, должен иметь минимальную массу, что обеспечивает минимальную потерю скорости ГПЭ при взрывном метании. Более радикальным способом является сброс головного колпака с помощью пиротехнического устройства перед подрывом основного заряда или его разрушение с помощью заряда-ликвидатора. При этом должно быть исключено разрушающее воздействие продуктов детонации на блок ГПЭ. Оптимальная масса блока ГПЭ варьируется в пределах 0,1 …0,2 от массы снаряда. Скорость выброса блока ГПЭ из корпуса в зависимости от его массы, характеристик заряда ВВ и других конструктивных параметров изменяется в диапазоне 300.. 500 м/с, начальная результирующая скорость ГПЭ при скорости снаряда 800 м/с составляет 1100…1300 м/с.

Оптимальная масса одиночного поражающего элемента, рассчитанная по условию поражения живой силы, оснащенной тяжелыми противопульными бронежилетами 5 го класса защиты по ГОСТ Р50744-95 «Бронеодежда», составляет 5 г. При этом обеспечивается также поражение большей части номенклатуры небронированной техники. При необходимости поражения более тяжелых целей со стальными эквивалентами 10… 15 мм масса ГПЭ должна быть увеличена, что приведет к снижению плотности потока ГПЭ. Оптимальные массы ГПЭ для поражения различных классов целей, уровни кинетической энергии, числа ГПЭ при массе блока 2,5 кг и плотности поля при угле полураствора 10° на дальности 20 м (радиус круга поражения 3,5 м, площадь круга 38 м2 ) приведены в таблице 3.

Включение в состав боекомплектов танков двух типов осколочно- пучковых снарядов, предназначенных соответственно для борьбы с живой силой и бронетехникой, вряд ли осуществимо, учитывая ограниченный размер боекомплекта (в танке Т-90С – 43 выстрела) и без того уже большую номенклатуру снарядов (бронебойный оперенный подкалиберный снаряд (БОПС), кумулятивный снаряд, осколочно-фугасный снаряд, управляемый снаряд 9К119 «Рефлекс»). В отдаленной перспективе при появлении в танке быстродействующего сборочного манипулятора возможно применение модульных конструкций осколочно-пучковых снарядов со сменными головными блоками различного назначения (Патент №2080548 РФ, НИИ СМ).

Действие танкового осколочно-пучкового снаряда

Таблица 3

Класс целей

Масса одного ГПЭ, г

Кинетич. энергия, дж при скорости

Число ГПЭ

Плотность, 1/м^2

500 м/с

1000 м/с

Живая сила в бронежилетах 5-го кл. и небронированная техника

5

625

2500

500

13,2

Легкобронированные цели кл. «А» (бронетранспортеры, бронированные вертолеты;

10

1250

5000

250

6,6

Легкобронированные цепи кл. «8» (боевые машины пехоты)

20

2500

10 000

125

3,3

Рис. 15. Схема действия осколочно-пучкового снаряда двойного назначения с зарядом детонационноспособного твердого топлива, ударной трубкой и задним блоком ГПЭ при использовании заряда ДСП в качестве разгонного (патент №2095739)

Ввод команды, определяющей вид действия, и ввод временной установки при стрельбе с траекторным разрывом производится через головной или донный приемники команд. Цикл работы системы управления подрывом включает в себя определение дальности до цели с помощью лазерного дальномера, расчет на бортовом компьютере полетного времени до упрежденной точки подрыва и ввод этого времени во взрыватель с помощью ЛУДВ (автоматического установщика дистанционного взрывателя). Так как упрежденная дальность подрыва является случайной величиной, дисперсия которой определяется суммой дисперсий дальности до цели, измеренной дальномером, и пути, пройденного снарядом к моменту подрыва, а указанные дисперсии достаточно велики, то и разброс упрежденной дальности оказывается чрезмерно большим (например, ±30 м при номинальном значении упрежденной дальности 20 м). Это обстоятельство предъявляет достаточно жесткие требования к точности системы управления подрывом (шаг установки не более 0,01 с при квадратическом отклонении того же порядка). Одним из возможных путей повышения точности является исключение ошибки начальной скорости снаряда. С этой целью после вылета снаряда производится бесконтактным способом измерение его скорости, полученное конкретное значение вводится в расчет временной установки, а затем последняя подастся с помощью кодированного лазерного луча со скорость 20…40 кбит/с через канал трубки стабилизатора в оптическое

окно донного взрывателя. При стрельбе по целям, четко отделяющимся от окружающей среды, вместо дистанционного взрывателя может быть использован неконтактный взрыватель типа «Дальномер».

Предложена конструкция осколочно-пучкового снаряда с осевым расположением цилиндрического блока ГПЭ внутри заряда ВВ. Перспективной является конструкция снаряда, создающего пучок ГПЭ с овальным поперечным сечением, стелющийся вдоль поверхности земли. В патентах №№ 2082943,2095739 предложены конструкции осколочно-кинетических снарядов соответственно с передним и задним расположением блока ГПЭ, ударной трубкой и зарядом детонационно-способного твердого топлива двойного назначения. В зависимости от условий применения этот заряд используется в качестве разрывного (как ВВ) или в качестве ускорительного (как твердое ракетное топливо). Второй основной идеей разработки является разрушение корпуса на осколки ударом по его внутренней поверхности трубки, разгоняемой взрывом. Такая схема обеспечивает так называемое разрушение без метания, т. е. разрушение корпуса без сообщения его осколкам заметной радиальной скорости, что позволяет включить их в осевой поток. Реализация полноценного дробления при ударе трубкой была подтверждена экспериментально. (Рис. 14,15)

Значительный интерес представляют «гибридные» конструкции снарядов, в которых используются как пороховые, так и бризантные заряды. Примерами могут служить шрапнельный снаряд с дроблением корпуса после выброса блока стреловидных ПЭ (Патент №2079099 РФ, НИИ СМ), шведский снаряд «Р» с пороховым выбросом метательных блоков, содержащих заряд ВВ, адаптивный снаряд с выбрасываемым цилиндрическим слоем ГПЭ и «поршнем», содержащем заряд ВВ (заявка №98117004, НИИ СМ). (Рис. 16, 17).

Разработка осколочно-пучковых снарядов к малокалиберным автоматическим пушкам (МКАП) сдерживается ограничениями, накладываемыми величиной калибра. В настоящее время практически монопольным калибром отечественных МКЛП Сухопутных войск, ВВС и ВМФ является калибр 30 мм. 23-мм МКЛП еще сохраняются на вооружении (самоходная установка «Шилка», шестиствольная авиационная пушка ГШ 6 23 и др.), но большинство специалистов считает, что они уже не удовлетворяют современным требованиям по эффективности. Использование одного калибра во всех видах Вооруженных сил и унификация боеприпасов является несомненным преимуществом. В то же время жесткая фиксация калибра уже в настоящее время начнет ограничивать боевые возможности МКАП, в особенности, при борьбе с ПКР. В частности, проработки показывают, что реализация эффективного осколочно-пучкового снаряда в этом калибре очень затруднена. В то же время расчеты по критерию максимума вероятности поражения цели очередью при фиксированных числе очередей и массе системы оружия, включающей огневую установку и боекомплект, показывают, что калибр 30 мм не оптимален, а оптимум находится в диапазоне 35- 45 мм. Для разработки новых МКАП предпочтительным является калибр 40 мм, являющийся членом ряда нормальных линейных размеров RalO, обеспечивающий возможность межвидовой унификации (ВМС, ВВС, Сухопутные войска), мировой стандартизации и расширения экспорта с учетом широкого распространения 40 мм МКАП за рубежом (буксируемый ЗАК L70 «Бофорс», боевая машина пехоты CV-90, корабельные ЗАК «Тринити», «Фаст Форти», «Дардо» и др.). Все перечисленные 40-мм системы кроме «Дардо» и «Фаст Форти» являются одноствольными с низкой скорострельностью 300 выстр./мин. Двуствольные системы «Дардо» и «Фаст Форти» имеют общую скорострельность соответственно 600.и 900 выстр./мин. Фирмой Эллайент Тексистсмз (США) разработана 40-мм пушка CTWS с телескопическим выстрелом и поперечной схемой заряжания. Пушка имеет скорострельность 200 выстр./мин.

Из вышеизложенного ясно, что в ближайшие годы следует ожидать появления оружия нового поколения – 40 -мм пушек с вращающимся блоком стволов, способных разрешить рассмотренные выше противоречие.

Одно из распространенных возражений против введения в систему вооружений калибра 40 мм основано на трудностях использования 40-мм пушек на летательных аппаратах из за больших усилий отдачи (так называемой динамической несовместимости), что исключает возможность распространения межвидовой унификации на вооружение ВВС и тактической авиации Сухопутных войск.

Рис. 16. Дробление корпуса шрапнельного снаряда после выброса блока стреловидных ПЭ

Рис. 17. Комбинированный снаряд осевого действия «Р»

1 – дистанционный взрыватель;2 – пороховая петарда снятия головного колпака;3 – корпус снаряда;4 – метательный блок; 5 – вышибной пороховой эаряд;6 – детонатор метательного блока с замедлителем; 7 – слой готовых поражающих элементов (ГПЭ)

Рис.18. Конструкции подкалиберных осколочно-пучковых гранат для подствольных гранатометов

1 – пороховой метательный заряд; 2 – ведущие выступы; 3 – калиберный корпус; 4 – дистанционный взрыватель; 5 – заряд ВВ; 6 – слой ГПЭ; 7 – внутренняя крыльчатка подкручивания; 8 – головной колпак; 9 – установочное кольцо дистанционного взрывателя; 10 – наружная крыльчатка подкручивания

В данном случае следует отметить, что 40-мм МКАП будут предназначены в первую очередь для использования в корабельных системах ПВО, где ограничения по суммарной массе системы оружия не является чрезмерно жесткими. Очевидно, что целесообразно сочетание в системе ПВО корабля пушек обоих калибров (30 и 40 мм) с оптимальным разделением между ними диапазонов дальностей перехвата ПКР. Во вторых, указанное возражение опровергается историческим опытом. МКАП крупных калибров успешно применялись в авиации в период второй мировой войны и после нее. К ним относятся отечественные авиационные пушки Нудельмана-Суранова НС-37, НС 45 и 37-мм американская пушка М-4 истребителя Р-39 «Аэрокобра». 37- мм пушка НС-37 (масса снаряда 735 г, начальная скорость 900 м/с, скорострельность 250 выстр./мин) устанавливалась на истребителе ЯК-9Т (боекомплект 30 патронов) и на штурмовиках ИЛ-2 (две пушки с боекомплектом 50 патронов каждая). На заключительном периоде Великой Отечественной войны успешно применялись истребители ЯК-9К с 45-мм пушкой НС-45 (масса снаряда 1065 г, начальная скорость 850 м/с, скорострельность 250 выстр./мин). В послевоенный период пушки НС-37, НС-37Д устанавливались на реактивных истребителях.

Переход на калибр 40 мм открывает возможности разработки не только осколочно-пучковых снарядов, но и других перспективных снарядов, в том числе корректируемых, кумулятивных, с программируемым неконтактным взрывателем, с кольцевым поражающим элементом и др.

Весьма перспективную сферу применения принципа взрывного осевого метания ГПЭ образуют надкалиберные гранаты подствольных, ручных и ружейных гранатометов. Надкалиберная осколочно-пучковая граната к подствольному гранатомету (Патент №2118788 РФ, НИИ СМ) предназначена в основном для настильной стрельбы на небольшие дистанции (до 100 м) при самообороне. Граната содержит калиберную часть с вышибным зарядом и выступами, входящими в нарезы гранатного ствола, и надкалиберную часть, содержащую дистанционный взрыватель, заряд ВВ и слой ГПЭ. Величина диаметра надкалиберной части зависит от расстояния между осями пулевого и гранатного ствола.

Общая масса перспективной лучковой гранаты к 40-мм подствольному гранатомету ГП-25 составляет 270 г, начальная скорость гранаты – 72 м/с, диаметр надкалиберной части – 60 мм, масса заряда ВВ (флегматизированный гексоген A-IX-1) – 60 г, готовые поражающие элементы в форме кубика с ребром 2,5 мм массой 0,25 г выполнены из вольфрамового сплава с плотностью 16 г/см'; укладка ГПЭ однослойная, количество ГПЭ – 400 шт., скорость метания – 1200 м/с, убойный интервал – 40 м от точки разрыва, шаг установки взрывателя – 0,1 с (Рис. 18).

В настоящей статье вопросы развития осколочных боеприпасов осевого действия рассмотрены в основном применительно к ствольным снарядам, в той или иной степени являющихся развитием классической шрапнели. В широком же аспекте принцип поражения целей направленными потоками ГПЭ используются в самых разнообразных видах оружия (боевые части ЗУР и НАР, инженерные направленные осколочные мины, осколочные боеприпасы направленного действия активной защиты танков, ствольное картечное оружие ит. п.).

Литература.

1. Gander Т. The gun rises to the challenge // Jane's Defence Weekly – 1993. – Vol.20. №17 – p.36

2. Панов В. Новые зенитные ракетно -артиллерийские комплексы на основе системы «Скайгард»// Заруб, воен. обозр. – 1997. – №10, с.28.

3. Совершенствование танковых боеприпасов осколочного действия // Военный парад. – 1998. -№4(28).

4. Европейское патентное извещение ЕР 0698774А1

5. В.А.Одинцов. Новый снаряд для танков // Военный парад. – 1996. ноябрь – декабрь.

6. Одинцов В. А . Перспективы развития ОБП осевого действия // Боеприпасы. – 1994. – №3-4, с.3-9.

7. Одинцов В.А. Конструкции осколочных боеприпасов. ч.1. М.: Изд- во МГТУим. Баумана. 1997.

8. Одинцов В.А. Конструкции осевого действия. М: Изд-во МГТУ им. Баумана. 1995.

9. Одинцов В.А. Перспективные схемы танковых многоцелевых снарядов // Оборонная техника. – 19954. – №1. с.40-47.

10. Пат. №2018779 РФ, MKHF42B 12/32, заявл. 27.02.92, опубл. 30.08.94.

П. Пат. №2079099 РФ, МКИF42B 12/58, заявл. 18.11.93, опубл. 10.05.97.

12. Пат. №2082943 РФ. МКИ F42B 12/20, заявл. 25.01.94, опубл. 27.06.97.

13. Пат. №2095739 РФ. МКИ F42B 12/56, заявл. 01.07.94, опубл. 10.11.97.

14. Пат. №2108538 РФ, МКИ F42D 12/32, заявл. 11.03.94. опубл. 10.04.98.

Мпхапп НИКОЛЬСКИЙ

«Москитный флот» во Вьетнаме

РЕЧНЫЕ СИЛЫ РЕСПУБЛИКИ ВЬЕТНАМ

Вся территория южнее Сайгона занята дельтой великой реки Юго-Восточной Азии – Меконга. Дороги в этой местности полностью заменяют многочисленные протоки Меконга, его притоки и рукотворные каналы, большинство из которых имеют глубину более 1,8 м и доступны для плавания небольших судов, различных джонок и сампанов. Общая протяженность водных путей на юге

Вьетнама в шестидесятые годы составляла примерно 5 000 км. При этом дельта – вовсе не дикий уголок нашей планеты, – численность населения этого района в 60-е годы оценивалась в 8 млн. человек. Неудивительно, что еще со времен войны с французскими колонизаторами рукава и каналы широко использовались разного рода партизанами. Для борьбы с отрядами коммунистов французы создали специальные речные силы, а в 1949 году началось формирование ВМС Республики Вьетнам. К боевым действиям на реках, однако, вьетнамские боевые корабли приступили только в 1953 году. Главной базой вьетнамской речной флотилии стал город Кан Тхо, расположенный на одном из рукавов Меконга. В состав флотилии входили пять переданных французами десантных кораблей LCVP американской постройки времен второй мировой войны. Все офицеры были французы.

После поражения колониальных войск Франции в Индокитае южновьетнамцам в наследство достались и другие речные боевые корабли и катера, в частности, модернизированные десантные корабли LCVP и LCM, бронекатера типа STCAN/FOM, специально построенные во Франции для действий в дельте Меконга.

Несколько LCM вьетнамцы переоборудовали в корабли управления и связи; в носу у них устанавливалась бронированная башня с 20-мм пушкой, в кормовой части корпуса располагалась закрытая надстройка. Кроме пушки, эти корабли вооружались 1-2 пулеметами калибра 7,62 или 12,7 мм на шкворневых турелях. Три LCM получили более мощное вооружение и бронирование. В южновьетнамском флоте их называли мониторами. Все три монитора отличались друг от друга. Как и на кораблях управления, «главный калибр» мониторов находился в носовой вращающейся башне. На одном корабле это была башня с 37-мм пушкой от бронеавтомобиля М8, на другом – специально разработанная башня с 40-мм пушкой и на третьем – еще один вариант башни с 40- мм орудием.

Основу речных флотилий составляли бронекатера и бронированные LCVP. Катера типа STCAN/FOM или просто FOM 1* постройки конца 50-х годов были вооружены 12,7-мм пулеметом в башне и двумя 7,62-мм пулеметами в боковых спонсонах, причем размещение оружия позволяло сосредотачивать огонь всех трех пулеметов в носовом секторе. Мощное вооружение наряду с малыми размерами и осадкой катеров являлись их главными достоинствами, в то же время броня RAG -ботов не защищала даже от огня стрелкового оружия калибра 7,62 мм, а скорость их полного хода была недостаточной (не более 10 узлов).

1* STCAN/FOM по названию организации, где их спроектировали – Services Technique des Constructions et Armes Navales/France Outre Мег – аббревиатура FOM говорит о том, что катера предназначены для использования за пределами Франции), наиболее распостраненное название – RAG- боты (RAG – River Assault Group – речная ударная группа, основное соединение речного флота Южного Вьетнама

Американские десантные LCVP

французы модернизировали в речные катера в начале 50-х годов. Типичный «Папа-бот» вооружался прикрытой щитом 20-мм пушкой, установленной на тумбе в носовой части, и двумя 7,62-мм пулеметами в боковых спонсонах ближе к корме.

С уходом Франции из Вьетнама мир на полуострове не наступил. Речные катера южновьетнамцев пытались бороться с перевозками с территории Камбоджи и ДРВ грузов и людей для отрядов Вьет Конга. В 1956 году флот имел уже шесть пунктов базирования: Мэй То, Кэт Jlo, Винь Лон, Дон Гха, Кэт Лай и Лонь Ксиен. В собственном соку азиаты варились до 1960 года, когда началась модернизация ВМС Южного Вьетнама с участием американцев. Военно-морская секция группы военных советников США насчитывала 60 человек. Проблема была не только (и не столько) в техническом оснащении флота, сколько в тактике использования кораблей. Вьетнамцы придавали свои катера и мониторы сухопутным подразделениям, командиры которых абсолютно не представляли, как применять эту силу. Кроме того, многие флотские командиры делали свой маленький бизнес – перевозили грузы и людей в своих небескорыстных интересах, причем нередко груз предназначался Вьет Конгу.

Как и следовало ожидать, началась эскалация военного присутствия США. Количество советников возрастало с каждым годом, они уже вовсю принимали участие в боевых операциях. При помощи янки в дополнение к регулярному речному флоту были организованы парамилицейские формирования, так называемые «Джонк Форсез», действовавшие на вооруженных джонках, а также «Сеа Форсез», предназначенные для операций в прибрежной зоне. В 1962 году корабли, патрулировавшие прибрежные воды Тонкинского залива вблизи Демилитаризованной зоны, стали сопровождать эсминцы US NAVY. В непосредственный огневой контакт с судами коммунистов эсминцы не вступали. Используя свои РЛС, они наводили на них южновьетнамские патрульные силы.

В начале шестидесятых годов в составе южновьетнамских ВМС числилось, наряду с различными вариантами LCM: 36 LCVP; два патрульных корабля, переделанных из больших десантных кораблей LSIL (бывшие LSIL-698 ВМС США и LSIL-9029 ВМС Франции); вооруженные одной 76-мм и двумя 40-мм пушками корабли «Нгуен Док Бонг» (бывшее большое вспомогательное судно ВМС США LSSL-129) и «Нгуен Нгок Лонг»; большой патрульный корабль «Линь Кейм» (бывший французский «Аркебуз», еще ранее – американский LCS «Крессман»); французские речные бронекатера STCAN/FOM (RAG -боты) и около 500 джонок.

Вооруженный десантный корабль LCVP

Модернизированные вьетнамцами десантные корабли LCM. Вверху показан вариант с башней от американского БА М8, внизу – с 40-мм пушкой в башне

Патрульный корабль "Нгуен Нгог Лонг»

11едостаток запасных частей к французским катерам затруднял их эксплуатацию. В 27-й речной ударной группе RAG-боты заменили катерами RPC (River Patrol Craft-речной патрульный корабль). Их вооружение состояло из двух крупнокалиберных и одного 7,62- мм пулеметов.

Из всех джонок парамилицейских формирований («Джонк Форсез») стационарно установленное вооружение имели только 17- метровые суда типа «Ябута»: один 12,7-мм пулемет в носу и один 7,62-мм пулемет на корме. Вооружение более мелких джонок с длиной корпуса 10-13 м состояло только из личного оружия экипажа. Джонки типа «Ябута» как правило возглавляли в патрульных операциях группы более мелких суденышек. Кроме того в патрулирован ни побережья принимали участие большой охотник типа PC «Тай Донг» и катера типа PGM американской постройки времен войны. Всего по состоянию на 1964 год в ВМС насчитывалось 6000 человек личного состава. Им «помогаю» уже 700 американцев.

Вклад в боевые действия против коммунистов этих совсем немаленьких сил был минимальным. Неудивительно, что в 1964 году началась очередная реорганизация ВМС' при активном участии американских советников. Главная цель реорганизации – резко уменьшить, а еще лучше – полностью прекратить инфильтрацию судов Вьет Конга в воды Южного Вьтнама. Перевозки коммунистов шли двумя путями: по рукавам и каналам Меконга из Камбоджи (на сампанах) и вдоль побережья Тонкинского залива из ДРВ (на джонках и рыболовных траулерах). Поставил точку в реорганизации ВМС Южного Вьетнама, вместе с этим открыв уже новую главу в долгой индокитайской войне, Тонкинский инцидент. С августа 1964 г. американских военных советников сменили регулярные формирования вооруженных сил США; началась «грязная война во Вьетнаме». Американцам в конце концов пришлось взять на себя всю тяжесть войны на реках и у берегов Южного Вьетнма. Вода в реках этого региона имеет коричневый цвет, и «москитный» флот США в Индокитае получил прозвище «Эскадра Коричневой воды».

ОПЕРАЦИЯ «МАРШ ПЛЭЙС». ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА 115

Самоуверенные янки совершенно не учли опыт французов. Войне на водах они не придали особого значения первую заметную операцию (не считая, конечно, действий авианосцев) американцы провели только 16 февраля 1965 г., причем флот в ней участия не принимал. Армейские вертолеты в заливе Вангро, недалеко от Нятранга, засекли замаскированный траулер, стоявший на якоре. Дабы избежать потопления, судну пришлось выброситься на берег: Согласно спешно разработанному плану, в залив предполагалось спешно перебросить южновьетнамскую пехоту на южновьетнамских же кораблях. Однако из за несогласованных действий и взаимных препирательств командиров, южновьетнамцы появились в заливе только спустя двое суток. За это время въетконговцы успели поч ти полностью разгрузить траулер и эвакуировать оружие, медикаменты и снаряжение из опасного района. Таким образом, 18 февраля южновьетнамцам в заливе делать было уже нечего. Добыча «уплыла».

Этот случай стал последней каплей, переполнившей чашу терпения американского главкома в Индокитае генерала Уэстморленда; 3 марта он созвал совещание, на кот ором устроил разнос местным американским флотоводцам. «Почему столь многочисленный флат ничего не может сделать с партизанскими перевозками?» Все операции в прибрежной зоне отныне должны были выполнять корабли ВМС США.

Типичная джонка, использовавшаяся вьетконговцами для перевозки оружия и боеприпасов

Патрульный катер типа PCF («Свифт»)

Рекомендации совещания стали претворяться в жизнь немедленно. Уже 16 марта на патрулирование вод вблизи границы с ДРВ вышли эсминцы DD 806 «Хигби» и DD 666 «Блэк». С воздуха патрулирование проводили самолеты авиации флота Р 2V, базировавшиеся на авиабазе Тан Сон Нат. Неделей позже, 24 марта, действия по пресечению каботажных перевозок получили наименование «Операция Маркет Плэйс». В апреле в операции принимали участие 28 боевых кораблей оперативной группы «Тэск Форс 71», в которую входили эсминцы и 36 патрульных катеров типа PCF («Свифт»). Последние пользовались большой популярностью у личного состава. «Свифты» адаптировали под вьетнамские требования из гражданских катеров, которые использовались в Мексиканском заливе для доставки людей и грузов на нефтяные платформы. Алюминиевые катера длиной 15 метров под двумя 475 -сильными дизелями развивали скорость до 25 узлов и были вооружены спаренным 12,7-мм пулеметом на крыше рубки и еще одним пулеметом такого же калибра, установленным на одной тумбе с 81 мм минометом в кормовой части палубы катера. Экипаж катера состоял из командира, пяти матросов и вьетнамца- переводчика. Обеспечивали действия «Свифтов» десантные корабли LST, переделанные в плавбазы катеров.

Береговая охрана США отрядила в «Тэск Форс 71» семнадцать 82- фуговых патрульных катеров WPB (всепогодные патрульные катера). Длина корпуса WPB 25 м, его 800 сильный дизель позволял развивать на еггокойной воде скорость в 18 узлов. В отличие от полностью алюминиевых PCF, из «крылатого металла» на WPB изготовлены были только надстройки, корпус катера – стальной. Экипаж – 11 человек, вооружение – четыре 12,7 мм пулемета и еще один такой же пулемет, установленный на одной тумбе с 81 -мм минометом. Катера Береговой охраны прикрывали наиболее опасные участки вблизи 17 й параллели (12 й дивизион) и границы с Камбоджей (11-й дивизион). Формально до августа 1964 г. «Тэск Форс 71» подчинялось командованию Тихоокеанского флота США, с августа – непосредственно генералу Уэстморленду, тогда же «Тэск Форс 71» поменяла номер на «115». Несмотря на отдельные успехи, такие как перехват эсминцем DD761 «Бак» джонки с оружием, эффективность действий флота возросла незначительно. На отсутствие результатов обратил свое внимание в ходе поездки на театр военных действий министр обороны США Роберт Макнамара. После этой поездки количество «Свифтов» возросло до 44. Основными базами «Тэск Форс 115» стали Кам Рань, Куи Нон и Вант Тау. Пункты базирования имелись но всему побережью Южног о Вьетнама.

Прибрежные районы разбили на девять патрульных зон шириной 40 миль и длиной 80- 120 миль каждая. В каждой зоне постоянно дежурили патрульные катера и эсминцы. Иногда эсминцы заменяли тральщиками. Летом 1965 года «Тэск Форс 115» опять усилили, доведя количество «Свифтов» до 84, a VVPB до 26, что позволило организовать третий – 13 й дивизион катеров WPB. «Свифты» были сведены в шесть дивизионов. Максимальное количество катеров, входивших в 115 ю оперативную группу, достигало 144.

Обычно в каждой зоне патрулировал эсминец или тральщик типа «Эджайл» и дивизион из четырех «Свифтов», причем катера действовали индивидуально, каждый в своем районе.

Наиболее лакомую добычу для патрульных сил ВМС США представляли 100-тонные траулеры 125-й морской транспортной группы вооруженных сил ДРВ. Эти суда были наиболее крупными транспортами, доставившими грузы в Южный Вьетнам. Наибольших успехов в перехвате траулеров добились корабли Береговой охраны США. В мае 1966 г. катер «Пойнт Грей» (WPB 82324) перехватил такое судно в районе полуострова Kay May. Траулер выбросился на берег. Десантная партия с WPB, попытавшаяся высадиться на судно, была встречена автоматным огнем. На помощь «Пойнт Грей» оперативно пришел «Пойнт Кипресс» (WPB 82326). Катера огнем своих крупнокалиберных пулеметов подожгли северовьетнамское судно. Это был реванш за Вангро.

Месяц спустя, 20 июня, «Пойнт Легю» (WPB 82304) обнаружил траулер в районе ВангТау. При попытке приблизиться к судну катер подвергся обстрелу. Завязалась перестрелка. С подходом еще двух катеров «Пойнт Слокам» (WPB 82313) и «Пойнт Гудзон» (WPB 82322) траулер удалось взять на абордаж. Судно отбуксировали в порт Ванг Тау; Вьет Конг не досчитался нескольких тонн оружия, боеприпасов и медикаментов. Два потерянных за один месяц траулера снизили активность перевозок коммунистов на прибрежных маршрутах.

Некоторое разноообразие в рутинный досмотр джонок рыбаков и «мирных» контрабандистов внесли американские летчики. В августе 1966 г. патрульный самолет обнаружил в ночной темноте подозрительное судно. Летчики атаковали незнакомца и заставили его выброситься на берег. Результаты обстрела двое убитых, трое раненых. Как выяснилось, незнакомцем оказался WPB 82330 «Пойнт Уэлкем». Тяжело поврежденный катер пришлось отбуксировать на ремонт в Да Нант.

Год 1966 стал переломным. До 1966 года примерно три четверти грузов для отрядов Вьет Конга дост авлялись морем, после – всего 10%. О напряженной работе экипажей «Свифтов» и WPB говорит тот факт, что в среднем в 1966 году ежемесячно досматривалось порядка 16000 джонок, более чем по 100 на каждый патрульный катер. Кроме чисто патрульных операций, катера привлекались к обеспечению действий сил специальных операции (в том числе и на реках), обстреливали из бортового оружия подозрительные места побережья.

Патрульный катер береговой охраны типа WPB

Катер "Пойнт Лепо" на фоне горящего северовьетнамского траулера, июнь 1966 г.

Жертва американских катерников – северовьетнамский траулер

По достоинству оценив высокую выучку экипажей катеров, а также большую мореходность и автономность WPB по сравнению со «Свифтами», командование ВМС обратилось в начале 1967 года к Береговой охране с просьбой направить во Вьетнам более крупные корабли. Ими стали пять патрульных катеров тина WHEC (катера большой автономности): «Хаф Мун», «Якутат», «Гришэм», «Баратия» и «Беринг Стрэйт». Позже к ним присоединились «Андроскоггин», «Винона», «Кэстл Рок», «Кук Икнет», «Раш», «Шерман», «Моргентау» и «Миннетонка». Каждый «катер» имел длину 95 м и был вооружен 127 мм орудиями… Эти корабли не вписали замечательных боевых страниц в историю американских ВМС, но их присутствие в водах Индокитая позволило по-новому организовать патрульную службу. Корабли стали снабжать всем необходимым катера, меня ть на них экипажи, в результате резко возросло время нахождения катеров на позициях. В целях повышения автономности катеров командование «Тэск Форс 115» попыталось перевести большинство патрульных станционаров со «Свифтов» на WPB, однако такое решение в штыки восприняли команды «Свифтов», не желавшие переходить пусть на более мореходные, но менее маневренные WPB.

В феврале во Вьетнаме появились новые корабли – патрульные артиллерийские катера типа «Эшвилл», разработанные специально под «индокитайские» требования. Катера могли разгоняться со «стопа» до 40 узлов всего за минуту и были вооружены 76 мм орудием с радиолокационным наведением, 40-мм пушкой, 81 мм минометом и двумя крупнокалиберными пулеметами. Но мореходности и автономности они не уступали WPB.

В составе «Тэск Форс 115» проходили испытания в боевых условиях два патрульных катера на подводных крыльях PGH 2 «Тукумкари» и PGH-1 «Флэгстафф». Эти катера развивали скорость до 50 узлов, а их вооружение было вполне адекватно поставленным задачам – 40-мм пушка и шесть 12,7 мм пулеметов, но из-за проблем с обслуживанием этих новинок и ограниченной мореходности боевая карьера катеров оказалась недолгой. Дивизион из трех катеров типа «Эшвилл» (PG 84 «Эшвилл», PG 85 «Гэллап» и PG88 «Крокетт») и двух PGH базировался в Кам Рани.

За весь 1967 год катерам удалось перехватить только один траулер: в июле WP 82319 «Пойнт Ориент» принудил выброситься на пляж северовьетнамское судно.

Зато следующий 1968 год оказался для американских патрулей удачным. Морские перевозки резко активизировались, поскольку отряды Вьет Конга спешно восполняли потери, понесенные в ходе «новогоднего» наступления. В феврале флотилия из нескольких «Свифтов», «Пойнт Грэя» и «Пойнт Уэлкема», возглавляемая «Андроскоггеном», потопила траулер в районе Да – Нанга. В этот же день еще один траулер потопили «Свифты» и WPB в районе Ня Транга. Третий за день транспорт был уничтожен в районе Kay May, здесь постарались экипажи «Виноны», «Пойнт Гудзона», «Пойнт Марона» (WPB 82331) и «Свифтов». Еще один траулер загнал в территориальные воды ДРВ сторожевик «Миннетонка». Три транспорта за день – это самый крупный успех «Тэск Форс 115» за все время боевых действий.

После тяжелых потерь в феврале траулеры долго не рисковали соваться в воды Южного Вьетнама, что позволило в гораздо большей, чем обычно, степени привлекать большие катера и сторожевики Береговой охраны к обстрелу побережья. Экипажи катеров занимались также проведением поисково спасательных операций и гидрографическими работами.

В 1969 году, в духе всеобщей «вьетнамизации», американские моряки стали готовить себе смену. Подготовка южновьегнамских экипажей катеров WPB началась сразу во всех трех дивизионах. Первыми ВМС республики Вьетнам передали WPB 82310 «Пойнт Гарнет» и WPB 82304 «Пойнт Легю», последний WPB вьетнамцы получили 15 августа 1970 г В начале 1970 года вьетнамский флаг подняли над сторожевиками «Якутат», «Беринг Стрэйт», «Кэстл Рок» и «Кук Инлет». Все катера и корабли американской Береговой охраны были сведены в 1970 г. в одно соединение. До ухода янки из Индокитая американским сторожевикам еще два раза удалось перехватить северовьетнамские траулеры. В ноябре 1970 г. «Раш» и «Шерман» орудийным огнем потопили один транспорт, а в апреле 1971 г. «Раш» в компании с «Моргентау» отправили на дно в районе полуострова Kay May еще один. К концу 1971 года в водах Вьетнама остался только «Кук Инлет». 21 декабря его передали вьетнамцам.

Стоит отметить, что американские патрульные силы не столько воевали, сколько работали – не было у катеров и кораблей на море достойных противников. За всю войну на кораблях Береговой охраны было убито семеро (трое из них на совести американской авиации) и ранено 53 человека, примерно такие же потери были в составе команд «Свифтов». Зато потери коммунистов в столкновениях с морскими силами оцениваются от 1 000 до 10 000 убитых и раненых (последняя цифра весьма сомнительна, ее приводят эмигранты из Сайгона).

12,7-мм пулемет на одной тумбе с 81-мм минометом на корме – характерный вариант вооружения америкаских катеров

Кроме патрульных сил прибрежной зоны, в состав оперативной группы 115 входили подразделения, главной задачей которых была охрана южновьетнамских ггортов. Необходимость такой службы наглядно продемонстрировал взрыв боевыми пловцами Вьет Коша американского транспорта на рейде Сайгона в 1964 году. Реально силы охраны портов в Южном Вьетнаме американцы развернули только к 1967 году. Их организация включала три элемента: центральный пост управления охраной порта, патрульные силы акватории порта и досмотровые команды, отвечавшие за проверку судов и джонок, входящих в порт.

В (967 году пять главных портов Южного Вьетнама в рамках операции «Надежная дверь» получили защиту; в первую очередь охранять стали самый крупный порт – Кам Рань и «ворота» Сайгона Вант Тау. На вооружении патрульных сил имелось 24 быстроходных катеров LCPL, вооруженных одним- двумя крупнокалиберными пулеметами. Организовали и своего рода «силы быстрого реагирования», на вооружении которых были стеклопластиковые лодки «Скиммер», оснащенные двумя 75-сильными подвесными моторами. Лодки вмещали пять-шесть человек, что обычно было вполне достаточно для досмотра неожиданно появившихся джонок.

Силы охраны портов оставались в Индокитае до 1972 года, но в 1971 году все плавсредства и прочую технику передали вьетнамцам. После передачи техники вьетнамцам личный состав американских патрульных сил не покинул Вьетнам, практически в полном составе янки задержались еще на год, но уже в качестве советников

ОПЕРАЦИЯ «ГЕЙМ УОРДЕН». ОПЕРАТИВНАЯ ГРУППА 116

Датой отсчета истории 116-й оперативной группы («Тэск Форс 116») считается 18 декабря 1965 г. На это соединение легла основная тяжесть речной войны. Первоначально планировалось, что TF-116 будет оказывать помощь южновьетнамским катерникам в дельте Меконга и в районе Сайгона, на деле – аборигены оказывали помощь американцам, а чаще всего корабли TF-116 действовали самостоятельно. В Вашингтоне посчитали, что для обеспечения безопасности внутренних водных путей юга Вьетнама будет достаточно 120 быстроходных катеров типа PBR и двадцати десантных кораблей типов LCVP, LSD и LST. Формируемое соединение задумывалось как комбинированная группа: боевым кораблям придавалась эскадрилья вооруженных вертолетов UH- 1В.

Основой корабельного состава TF- 116 были быстроходные катера типа PBR. Для подразделений, действовавших на крайнем юге Вьетнама «пиберы» стали речным аналогом воздушного «мастера на все руки» – многоцелевого вертолета UH-1 «Хью». Не в последнюю очередь благодаря Фрэнсису Копполе, снявшего PBR в знаменитом фильме «Апокалипсис сегодня», этот катер стал таким же символом войны США во Вьетнаме, как штурмовая винтовка М16 и вертолет «Хью».

Американские войска, действовавшие в Дельте очень быстро почувствовали на собственной шкуре необходимость быстроходных речных катеров, способных выполнять высадку небольших десантов, огневую поддержку, патрулирование, эвакуацию раненых и массу других задач. Командование ВМС, вынашивавшее планы создания речной флотилии в Индокитае весь 1965 год, оказалось в довольно затруднительном положение. Во первых, катера требовались немедленно и времени на долгие проектные работы не было; во вторых – никто не знал какими эти катера должны быть. Как всегда в подобных случаях, на помощь военным пришли акулы капиталистического труда, почуявшие запах хороших денег.

Быстроходный катер LCPI, входивший в состав сил охраны портов

Адмиралам предложили свои услуги сразу несколько фирм, строивших маломерные быстроходные речные катера, предназначенные д!гя гражданского использования. Инженеры этих фирм оперативно сделали проекты размещения на корабликах разнообразного вооружения. Выиграла конкурс на постройку 120 катеров фирма Юнайтед Ботбьюлдерз. Контракт с ней ВМС подписали в ноябре 1966 г., при этом стоимость одного катера определялась в 75 000 зеленых (позже цена выросла до 90 000).

В основу проекта был положен коммерческий катер «Гаттерос», имевший стеклопластиковый корпус. Получившийся на его основе «пибер» при небольших размерениях (длина всего 9 м) развивал скорость 25 узлов и нес чрезвычайно мощное вооружение – три пулемета калибра 12,7 мм, один 7,62-мм пулемет и автоматический гранатомет Mk. 18. Два водометных движителя обеспечивали прекрасную маневренность и проходимость по мелкой воде (катера оказались способными действовать на глубинах более 30 см, то есть – в луже!). За счет реверса водометов катер останавливался с полного хода, пройдя всего 10 м. Однако применение водометных движителей имело и негативные моменты. «Пиберы» теоретически могли действовать на затопленных овощных плантациях и рисовых чеках, на практике же водометы быстро забивались растительностью, и катера оставались без хода. Благодаря навигационной РЛС Рейтеон 1900/W, катера были способны действовать на рукавах Меконга круглосуточно. Первый катер PBR передали ВМС в феврале 1966 г. (на два месяца раньше срока, предусмотренного контрактом).

Экипаж «Свифта» готовится к осмотру вьетнамской джонки

Легендарный катер PBR

Плавбаза для обеспечения боевых действий "пиберов" («Гарретт Каунти»)

Довольно многочисленные десантные корабли предназначались для обеспечения боевых действиях речных катеров. Все корабли были переоборудованы в плавучие базы. На них оборудовалась вертолетная площадка, рассчитанная на два «Хыо», и монтировались швартовочные узлы для катеров PBR. Первые четыре десантных корабля LSD -26 «Тортуга», LSD-2 «Билль Гров», LSD 19 «Комсток» и LST 762 «Флойд Каунти» модернизировались в спешном порядке. Когда же было признано необходимым увеличить состав сил, задействованных в операции «Гейм Уорден», десантные корабли стали переделывать в плавбазы «пиберов» но специальному проекту. Для модернизации в плавбазы катеров PBR были взяты танкодесантные корабли LST-786 «Гарретг Каунти», LST 821 «Харнст Каунти», LST-838 «Хантердон Каунти» и LST 846 «Дженнингз Каунти». Каждая плавбаза могла поддерживать операции тридцати катеров. В трюмах кораблей оборудовались мастерские для ремонта механических и электрических узлов и систем катеров; при необходимости с помощью корабельного крана можно было поместить в трюм сам катер. Вертолетная площадка оборудовалась светотехнической системой, обеспечивавшей круглосуточные взлет и посадку вертолетов.

Оперативная группа 116 подразделялась на две флотилии: TF-116.1, ответственную за операции в Дельте и TF-116.2, действовавшую в специальной зоне Рант Сат. Первая флотилия по своим возможностям значительно превосходило вторую; ей предназначались 80 из 120 «пиберов» первого заказа, но и район ее ответственности был гораздо больше. Первые катера прибыли во Вьетнам в феврале 1966 г., а к боевому патрулированию «пиберы» приступили в марте. Их действия не носили характер организованной кампании, а скорее походили на испытания в боевых условиях. Катеров и обученных экипажей было еще мало, отсутствовало тыловое обеспечение. Пока из Штатов не прибыли плавбазы, катера базировались в речных портах Ня Би (район Сайгона) и Кэт Ло (один из главных рукавов Дельты). Первый боевой опыт катерников немедленно обобщался в Военно-морском учебном центре речных операций, расположенном в Калифорнии. В этом центре проходил подготовку личный состав TF-116.

(Продолжение следует)

LATIN AMERICA DEFENTECH 99

Александр СУВОРОВ

С 13 по 16 апреля 1999 года в выставочном центре «Riocentro» (Рио-де- Жанейро. Бразилия) проходила выставка «Latin America Defentech 99 (LAD 99)».

На этой выставке были представлены образцы военной техники из многих стран-поставщиков вооружений. LAD 99 являлась отличной возможностью продемонстрировать свои достижения в этой области, тем более что некоторые страны Латинской Америки объявили о намерениях по модернизации своих вооруженных сил (Бразилия, Чили и др.).

По словам руководителя компании «Росвооружение» Григория Рапоты, у российских компаний есть возможность занять свою нишу на латиноамериканском рынке. В подтверждение своих слов Г. Рапота привел отличные отзывы летчиков чилийских ВВС о самолетах Су-27, которые они поднимали в воздух на одной из выставок. Но эти радужные слова могут быть опровержены США, которые, как известно оказывают активное противодействие продвижению иностранных компаний- производителей военной техники.

Россию на этой выставки представляли: Госкомпания «Росвооружение», АОО «ОКБ Сухого», «КнАППО» и многие другие, продемонстрировавшие средства ПВО (ЗРС С-300, ЗПРК «Тунгуска», ЗСУ«Шилка», ПЗРК), боевые самолеты (Су-27), боевые вертолеты (Ка-50 и Ка-52) и различные модификации военно-транспортных вертолетов. Также предлагались услуги по запуску спутников связи, картографированию участков поверхности Земли из космоса и многое другое.

Среди зарубежных представительств наиболее интересным было представительство французских компаний, показавших в Бразилии кабину «Миража» (вокруг которой добрую половину выставки толпилось несколько человек, пытающихся чуть ли не толкая друг друга первым забраться в «кабину» и понажимать разные кнопки, пощелкать переключателями, в общем почувствовать себя пилотом современного боевого самолета), макет новейшего французского многофункционального истребителя «Рафаль» (не сыскавшего, впрочем, большого интереса у посетителей), а также несколько макетов в натуральную величину различных ракет (от ракет класса «воздух – воздух» до оперативно-тактических ракет).

Оригинально был оформлен стенд американских фирм. Он представлял собой «джунгли». На стендах были развешаны маскировочные сети, на полу в изобилии были рассыпаны бумажные листья а среди экспонатов были лишь американский военный автомобиль «Хаммер», крупнокалиберный пулемет образца 50-60-х годов, миномет и средства спутниковой связи. Среди всего этого добра бродили переодетые в камуфляжную форму американские представители (кстати, температура воздуха была около 32°С).

Несмотря на ожидания, интерес к выставке был проявлен, мягко говоря, небольшой. Все четыре дня павильоны были полупустыми. Причин тому несколько.

Во-первых, допуск к экспозиции был ограниченным (допускались лишь представители организаций, военные представители, журналисты).

Во вторых, не было демонстраций военной техники (в Рио-де-Жанейро нет военных аэродромов, полигонов и т.д.). В результате этого интерес к выставке со стороны посетителей был значительно уменьшен.

Третьей причиной можно назвать явно рекламный характер выставки, основной целью которой было продвижение оружия на рынок Латинской Америки.

По общему мнению российских участников выставки, LAD 99 была если и не провальной, то как минимум неудачной, ведь на ней не было заключено ни одного сколько-нибудь серьезного договора о поставках вооружений.

Су-ЗЗКУБ – новый многофункциональный самолет для морской авиации России. Фото Виктора Друшлякова.

Подробнее об этом самолете читайте в журнале "АВИАЦИЯ и КОСМОНАВТИКА" 7/99

Content

Техника и вооружение 1999 07

Развитие советских авианесущих кораблей 1925-1955

Над гребнями волн

ВОМИЗА

Первые ракеты для подводных лодок

Секретные монстры

Сухопутные торпеды

Тяжелая артиллерия советского периода

Возвращение шрапнели

«Москитный флот» во Вьетнаме

LATIN AMERICA DEFENTECH 99