Зензинов Алексей

Забалуев Владимир

Досуг круглосуточно

Владимир Забалуев Алексей Зензинов

Досуг круглосуточно

Святочные недоразумения

Ваше величество Женщина,

Как вы решились ко мне?..

Булат Окуджава

Действующие лица:

Гена, программист

Роли для одной актрисы:

Кристина, по прозвищу «Крыся» — жена Гены

Люся, подруга Крыси

Первая девушка по вызову

Вторая девушка по вызову

Третья девушка по вызову

Сосед Гены, алкоголик

Действие происходит в святочную ночь в губернском городе Калинове

Затемненная комната в квартире Гены… диван, слева — стол с включенным компьютером, подвешенный к стене музыкальный центр с колонками, двери на лестничную площадку, в ванную, на балкон, в спальню. Дом старый, сталинский, поэтому через всю сцену, от стены до стены, проходит длинная железная балка.

На стене висит фотография под стеклом, на фото — молодая женщина — жена Гены, Кристина, по прозвищу «Крыся». Рядом большая афиша, на которой молоденький Гена танцует с ровесницей, в ней можно узнать все ту же Крысю.

На полке — несколько кубков, над ними висят уже пожелтевшие грамоты и дипломы победителей конкурсов бальных танцев. По другую сторону полки календарь с фотографией Никиты Михалкова в роли Александра III из фильма «Сибирский цирюльник». На диване спиной к залу, уронив голову на колени, в позе совершенной безнадежности сидит Гена. Сидит долго, и внезапно реагирует на шум или звук в зрительном зале.

Гена (вскакивая в ужасе). Кто тут? Я не один? (Пауза. Гена бьет себя по щекам, подходит к краю сцены и всматривается в лица зрителей.) Показалось! (Подумав, берет пульт и включает радио, вновь погружаясь в тягостные раздумья.)

Голос ди-джея. В эфире радио «Европа-Минус»! Как всегда, в конце часа пять минут, посвященные объявлениям жителей нашего города. (Звучат голоса людей, дававших объявления.) «Серега. Мы с тобой случайно обменялись дубленками. При случае исправим ошибку. Гоша». «Мама, не волнуйся, я в гостях у Алены. Целую. Твоя дочь Юля». «Пацанам с Черной речки. Если есть вопросы, реально ждем вас в березовой роще в полдень. Пацаны из Пантусово». «Девушка, имени которой я не знаю…»

Звонит телефон. Гена после второго или третьего звонка прерывает свои раздумья, берет в руки пульт, выключает радио и прикладывает к уху трубку радиотелефона.

Гена. Алло?.. Слушаю вас… Нет, вы ошиблись номером.

Выключает телефон и оглядывается так, будто не видел свою квартиру сто лет.

Похоже, приняв какое-то решение, встает, подходит к шкафу, достает оттуда ручные весы с крюком и моток гибкого черного провода. Привязывает один конец провода к весам, а другой начинает свивать в петлю.

Снова звонит телефон. Гена, не прекращая работы, прижимает плечом трубку к уху.

Алло. Добрый… Кристину? Нет, Крыси нет дома. Мне тоже жаль, но она не вернется. Нет, ушла навсегда… Ее муж, Гена… Спасибо за сочувствие… Жене сочувствуете!.. Сожалею, но вряд ли смогу передать…

Кладет трубку и любуется на свитую из провода петлю. Затем встает и зацепляет крюком от ручных весов за балку. Виселица готова.

Снова раздается звонок. Гена, поколебавшись, неохотно берет трубку.

Слушаю, только покороче!.. А, это ты, Саня! Куда так спешу? Спешу повеситься, да вот разные дурацкие звонки отвлекают… Это не шутки. От меня сегодня ушла Крыся… Что? У тебя тоже ушла Люся? (Пауза.) В ночную смену, на «Скорую помощь»? Саня, мне не до шуток. (Снова впав в меланхоличный тон.) Но если честно, у тебя жена не чета моей. Откроюсь перед смертью — я в институте на Люську тоже заглядывался, а на Крыське женился от тоски. Такие, как Люська, из дома не уходят, и мужья у них не вешаются… Ну, ладно, мне надо делом заняться. Потом поговорим… Хорошо, только ради нашей дружбы.

Присаживается на диван.

Да, поссорились еще утром из-за уборки квартиры, слово за слово, а когда дошли до самого важного пункта наших разногласий… Дать объявление? Какой смысл, Санечка? Спасибо, конечно, но вряд ли… Извини, если не возьму трубку, когда будешь звонить. Ну, да, какие между нами обиды!

Отключает телефон и снова подходит к петле. Продев голову, он оказывается лицом к портрету жены. Подумав, он вынимает голову из петли и идет к столу.

Там, порывшись, находит газету.

(Читает вслух.) «Досуг круглосуточно»… «Позвони мне прямо сейчас»… Нет, не то… Радио «Европа-Минус»… (Набирает номер.) Алло! Можно дать срочное объявление? Ближайшие сутки в каждом выпуске… Диктую… Пропала жена. Масть — блондинка… Росту среднего… Кличка — «Крыся»… Характер — сука… Падла!.. Сволочь!.. Как я ее ненавижу!…

В ярости швыряет трубку, рвет на себе волосы, катается по полу, пока не оказывается под петлей и там затихает.

Так… Надо что-то придумать, иначе я сделаю что-то такое, о чем буду жалеть всю жизнь… Мне нужна помощь… (Пробует на язык слово.) По-мощь… По-мощь…

Пси-хо-ло-ги-че-ска-я помощь… Мне нужен те-ра-пэут…

Быстро возвращается к столу, находит газету, лихорадочно листает ее.

«Снимаем стресс и психологическое напряжение. Звонить круглосуточно…»

(Смотрит на ручные часы.) Никак не соображу, успеваю я позвонить, или они уже закрылись? (Махнув рукой, набирает номер.) Алло! Срочно нужна круглосуточная помощь. Конкретно — снять стресс и психологическое напряжение, как у вас сказано в объявлении. Описываю симптомы… от меня ушла жена и я только что чуть не наложил на себя руки… Проспект Мира, 22, квартира 5. Телефон… 55-38-38. Номер пейджера… Чему вы смеетесь? Впервые встречаете Ромео с пейджером? Какой я вам Ромео с пейджером? Скорее «Отелло с мобилом»… Сколько? Ого!.. Ладно, жду. Только поспешите, а то найдете один лишь хладный труп…

Вешает трубку и подходит к портрету жены.

Да, Крыся, я тебя недостоин. (Снимает обручальное кольцо с пальца.) Я величайшая ошибка твоей жизни. Хорошо, принимается! (Швыряет кольцо в фотографию, так что на стекле появляются трещины.) Только не думай, что тебе удастся покончить со мной моими же руками! Назло тебе буду жить — и умру с тобой в один день. А может быть… — это я сказал «может быть»? даже позже тебя. Что, не ожидала? Ты еще не такое от меня услышишь!… Вот сейчас придет психотерапэут и поможет мне развязать язык!..

Звонок. Гена открывает дверь и, не оглядываясь, идет к дивану и укладывается там, приняв позу пациента на психоаналитическом сеансе. В дверь заходит Первая девушка — вульгарного вида девица в ярком, безвкусном платье под белым халатом.

Спасибо, доктор, спасибо, что так быстро прибыли. Здрась-те… Кстати, вы не против, что я называю вас доктор?

Первая девушка (восторженно). Ну, ты, дед, приколист!

Гена подскакивает на диване и с легкой тревогой осматривает с головы до ног Первую девушку, а затем — самого себя.

Гена. Прошу прощения… Не ожидал, что психотерапевт окажется девушкой… Да еще такой юной…

Первая девушка. Ага! Все вы на молоденьких падкие!

Гена (снова укладываясь в расслабленной позе на диване). Надеюсь, ваша молодость не станет преградой для работы с таким непростым клиентом, как я…

Первая девушка. Ух, ты, слова-то все какие!..

Гена. Забавно… Судя по всему, вы практикуете какую-то продвинутую форму игровой терапии — или как это у вас называется.

Первая девушка. Ну, ты, блин, даешь, дед, блин! Сказать тебе, как это у нас называется?

Гена. Ну… Скажите…

Первая девушка склоняется над Геной и что-то шепчет ему на ухо. Гена на секунду выпрямляется, как пружина, затем медленно оседает и падает на диван.

У вас очень… очень прогрессивная методика… Если вы не против, я начну.

Сегодня я пережил несколько убийственных событий. Во-первых, от меня ушла жена. Мы поссорились из-за уборки квартиры, слово за слово, а когда дошли до самого важного пункта наших разногласий…

Первая девушка. А чего во-вторых?

Гена. Во-вторых, я чуть не повесился. Если бы не друг, который посоветовал обратиться к вам за помощью, вы б сейчас имели дело с трупом…

Первая девушка. Не-а, на фиг, на фиг.

Гена. Я тоже так думаю. А еще у меня такая проблема…

Первая девушка срывает белый халат и заскакивает на Гену верхом.

Первая девушка. Ну чего, хватит ваньку валять! Пора трындыр-вындыр?

Гена (в ужасе пытаясь спихнуть ее). Тындер что?

Первая девушка. Трындыр-вындыр.

Гена. Как, как?

Первая девушка (приходя в раздражение). Ка-а-ак? По лбу — фигак! Трын дыр! Вын дыр!

Гена. Не понимаю.

Первая девушка начинает стягивать с Гены одежду.

(Полупридушенно.) Помогите! (Сбрасывает с себя Первую девушку, убегает в ванную и запирается там.) Аферистка! Мошенница!

Первая девушка. Я скажу, тебе, дед, блин, точно лечится надо. Ну, я попала на кидалово!

Гена (из-за двери). Я звонил в круглосуточную службу по снятию психологического напряжения. А вы кто?

Первая девушка. А мы и есть круглосуточная служба съема. Очки одевай, дед, когда объявления читаешь!

Гена. Все претензии — вашему диспетчеру. Я ему четко сказал… у меня стресс, нужна скорая помощь… Э, вы почему замолчали? Вы там что делаете?

Первая девушка (рассматривает фотографию жены). Это чего, твоя коза, которая сбежала? Красивая. Как она с тобой жила?

Гена. Освободите квартиру!

Первая девушка. Че? А денюжки где? Пока не заплатишь, я отсюда ни шагу.

Гена. Я вызываю милицию!

Первая девушка. Угу, расскажи им сказку, что вызывал старенького доктора Айболита, чтобы геморрой полечить, а пришла симпотная девка, с таблетками от других болезней.

Гена. Это ты-то симпотная? Нюшка с лесоповала!

Первая девушка. Ё-маё, уже на ты перешел. (Смотрит на афишу. Радостно.) А я тебя узнала. Это ты с женой, что ли?

Гена (через дверь, со сдержанной гордостью). Мы с двенадцати лет в одной паре. Чемпионы города, вторые призеры в области. Были…

Первая девушка (трогая рукой грамоты и кубки и сдувая с пальцев пыль). Улёт! А мы в деревне так, в клубе толкались. (Нагибается и поднимает обручальное кольцо, брошенное Геной.) Вау, класс! Ничего себе колечко! Слушай, дед, я его беру и мы в расчете, разошлись по нулям. (Прикидывает вес кольца.) Я из него коронки справлю. Девки говорили, хачики тащатся от золотой фиксы, это для них вроде валерьянки для кота.

Гена выбегает из ванной, силой отбирает кольцо у Первой девушки и прячет его в карман.

Гена. Руками не трогать! Место! Лучше соскреби с себя штукатурку и причешись по-человечески. К тебе такой лахудре ни один нормальный мужик не подойдет.

Первая девушка молчит, пристально глядя на Гену, затем, всхлипывает, мало-помалу переходя на рев. Начинает играть музыка кадрили — весь дальнейший диалог проходит в фигурах этого танца.

Гена. Ты это брось! Реветь — это в твои обязанности не входит.

Первая девушка. Какие, блин, обязанности? Я первый день на работу вышла — и с первым клиентом облом. Мне сказали… испытательный срок, а теперь мотылем из фирмы вышибут. Где мне в вашем вшивом Калинове работу найти? У меня мать в деревне, брат с сестрой маленькие. Им помочь нужно, самой выучится на швею, и с голоду не подохнуть. А ты еще подкалываешь — будто я сама не знаю, что никому я такая дура не нужна!

Гена (наливает ей валерьянки и заставляет выпить). Успокойся! И перестань сопли размазывать! С какой балды ты решила, что никогда не выйдешь замуж? Ты что — сексопатолог? Нет, скажи, ты — сексопатолог? Признайся честно, ты — сексопатолог?

Первая девушка (хлюпая носом, доверительно смотрит на Гену). Нет, я не сексопатолог!

Гена. Вот и молчи в тряпочку! Найдешь еще себе мужа. Или он тебя найдет. Ты подумаешь — клиент, а окажется, будущий муж.

Первая девушка. Да? Ну, ладно… У вас, в Калинове, значит, так замуж выходят?… У нас в деревне по-другому… А ты мне заплатишь за выезд? Чтоб меня из фирмы не выгнали?

Гена прямо по ходу танца достает из ящика стола деньги, отсчитывает нужную сумму, затем, подумав, добавляет еще.

Гена. На! И запомни… все будет хорошо. А первый блин — он всегда комом.

Первая девушка. Да, блин, вот так всегда, блин, раз — и комом, блин. Спасибо, дед! Ничего, что я тебя так называю?

Гена. Сойдет для первого знакомства. Тебя как зовут?

Первая девушка. Анжела.

Гена. На букву «А», значит?

Первая девушка. Ага, матери нравились имена заграничные. В общем, ежели что, ну там друг холостой в гости заглянет, знаешь, как меня найти. Покедова!

Первая девушка уходит, музыка смолкает. Гена, обессиленный, садится на диван, но тут же звонит телефон.

Гена. Слушаю? А, Саня! Кто говорит? Это я, Гена. Ты что, не узнал? А, ну да, собирался, но не повесился. Все сделал, как ты сказал. Только что проводил девицу. Не вопрос, все как в кино. Отпоил валерьянкой, успокоил, пообещал выдать замуж, заплатил за услуги и дал на чай. Анжела зовут. Подходящее имя для начинающей жрицы любви из деревни. Переспал? (В зал.) Переспал ли я с ней? (В трубку.) Нет! (С озабоченным выражением лица выслушивает собеседника.) Думаешь, надо? Ладно, раз говоришь, сделаю! Но только потому, что тебе верю, Санечка!

Бросает трубку и набирает номер.

Алло? Вы меня узнали? Да, Ромео. Да, про пейджер вы тоже говорили. Я бы хотел сделать новый вызов. Мне бы кого-нибудь не слишком вульгарного, но живого и динамичного. Есть такие? Жду.

Отключив телефон, несколько секунд сидит в раздумье. Затем, встрепенувшись, достает из шкафа костюм-тройку, галстук и начинает переодеваться у зеркала.

(Пританцовывая.) Ну, как я тебе, Крыся? Узнаешь костюмчик? Твой подарок, ага. Через пять минут, Крыся, я тебе в этом костюме изменю, в особо циничной и грубой форме. Это даже хорошо, что ты висишь здесь — посмотришь, как я вычеркиваю тебя из своей жизни. (Смотрит на себя в зеркало, удовлетворенно кивает и показывает портрету жены нос.) Адьё, моя хорошая!

Звонок. Гена открывает дверь. В дверном проеме возникает фигура Второй девушки — старообразной, неопрятно одетой, с немытыми волосами и отсутствием передних зубов, тоже в белом халате.

Вторая девушка (поглядев в бумажку, которую она держит в руках и подняв глаза). Е-кэ-лэ-мэ-нэ…

Гена (невольно перекрестившись). Ё-пэ-рэсэ-тэ…

Закрывает дверь. Затем, подумав какое-то время, открывает. В проеме в той же позе стоит Вторая девушка.

Вторая девушка. Мне кажется…

Гена. …что вы ошиблись! До свидания!

Захлопывает дверь, удовлетворенно потирает руки и, мурлыча под нос песенку, ходит по комнате. Смотрит на часы, хмурится, подходит к двери и резко ее открывает. Вторая девушка стоит там в той же позе.

Гена. Где твоя коса?

Вторая девушка. Остригла в пятом классе.

Гена. Понятно. Юмор — тоже ноль. Тридцать секунд на объяснения. Я жду…

Вторая девушка. Вы уже никого не ждете. Это я жду почти (смотрит на часики) две минуты. Время капает, деньги тоже… Вы звонили, клиент, и я пришла!

Гена хватается за сердце, отступает назад, в к глубь комнаты и падает на диван, глотая ртом воздух. Вторая девушка, прихрамывая, входит в комнату, видит валерьянку, капает несколько капель в стакан и подает Гене.

Вторая девушка. Выпейте, клиент! Прошла еще одна минута.

Гена снова хватается за сердце, затем залпом выпивает валерьянку и вскакивает на ноги.

Гена. Это ошибка! Я бы сказал, это недостойно вашей фирмы — предлагать такой товар, извините за выражение, лицом! За такое лицо нужно срок давать — пожизненное заключение плюс еще пятнадцать лет в одиночной камере, без права переписки… Вы, надеюсь, не в обиде? У меня чисто коммерческие претензии — к вам, как к человеку и, прошу прощения, женщине, я ничего не имею.

Вторая девушка. Клиент, если вы хотите, чтобы я выслушивала оскорбления, доплатите пятьдесят процентов от стоимости вызова. А в остальном все понятно — просто я не в вашем вкусе. Но есть и другие мужчины, которым нравятся образованные, сдержанные, смекалистые женщины. Я, например, знаю, три языка, могу цитировать «Гамлета». (С чувством и сильным акцентом декламирует) «To be or not to be…»

Гена. Stop!

Вторая девушка. О, вы свободно говорите по-английски!

Гена. Если это английский, то говорю… А скажите, вот вы, такая образина…

Вторая девушка. Образованная…

Гена. Ну, да!.. Подержанная…

Вторая девушка. Сдержанная…

Гена. Вот-вот, у меня просто язык немного заплетается… В общем, вся такая из себя… А я, простой программист, с несчастным высшим образованием, знанием компьютерного английского, перегруженный работой, а оттого всегда чуть заторможенный, я, простите, в вашем вкусе?

Вторая девушка. По контракту я не имею права давать оценок клиентам. Если хотите, за отдельную плату есть такая услуга, как «устные оскорбления».

Гена (в сторону). Нет, ее не прошибешь! (Второй девушке.) Итак, ты пришла, Брунгильда!

Вторая девушка. Почему Брунгильда? Потому что у меня профессия на букву «Б»? Так она у меня, если говорить официально, на букву «П», а точнее даже на «С»… Служба Общественного Спасения.

Гена. Вот только не надо нас, маленьких, дурить. Ты — Брунгильда потому, что первая девушка на «С» назвала себя Анжелой. Вот что, милая. Час назад я чуть было не повесился. А все потому, что от меня ушла жена. Мы поссорились из-за уборки квартиры, слово за слово. Дошли до самого важного пункта наших разногласий…

Вторая девушка. Еще три минуты прошло. Через пятьдесят четыре минуты я уйду.

Гена. Пятьдесят четыре минуты? (Вытаскивает из ящика письменного стола деньги) Вот пятьсот рублей — строго по прейскуранту. И немедленно уходите.

Звучит музыка — и весь дальнейший диалог проходит под звуки фокстрота.

Вторая девушка не забывает при танце подволакивать ногу.

Вторая девушка (забирая купюру). Нет, что вы, я же приличная девушка. Я не могу уйти, не отработав оплаченное время. Вы не беспокойтесь, я просто посижу — помолчу, погляжу на вас.

Гена. Сто рублей сверху.

Вторая девушка. Ну, что тут возразить!.. Правда, контрактом не предусмотрена возможность моего досрочного ухода.

Гена. Двести сверху.

Вторая девушка. Ну, что на это скажешь? Как плохо вы обо мне думаете.

Гена. Триста.

Вторая девушка. Зачем вы меня мучаете, клиент! Я слабею на глазах… Но, все-таки, как же моя репутация?… Нет, не могу.

Гена. Пятьсот! Или я не ручаюсь…

Вторая девушка. Тсс! Дальше — тишина. Вы меня убедили. Пятьсот так пятьсот. (Берет деньги.) Но тут всего триста пятьдесят рублей!

Гена. А ну верни деньги…

Вторая девушка. Не волнуйтесь, клиент, вам только что было плохо. Будем считать, что вы доплатили за оперативность услуги, за ее, так сказать, повышенный динамизм… Вы разрешите позвонить мужу?

Гена. Мужу? От меня?… А впрочем, как угодно.

Вторая девушка (набрав номер). Мишуля, это я. Ты не спишь? Нет, еще не все. Нет, всего два вызова. Да, да, всю ночь, как белка в колеснице. Ты нашел котлеты в холодильнике? Вот и славненько. Скучаешь по мне? Я тоже!.. Ну, ты меня в краску вгоняешь… Пока, цыпочка! (Вешает трубку.)

Гена. Ваш муж знает, чем вы зарабатываете на жизнь?

Вторая девушка. Конечно. Мы же нормальная семья. Не то, что некоторые, которые при живой жене заказывают на дом девушек по вызову.

Вторая девушка уходит. Звуки фокстрота замолкают. Звонит телефон. Гена хватает трубку.

Гена. Здорово, Саня! Все не спишь? Следишь, чтобы я не повесился? Настоящий друг… Да, только что от меня ушла. Имя? Брунгильда… Не вопрос, все как в кино. Отпоила меня валерьянкой, успокоила, забрала деньги и взяла на чай. Ты бы ее видел! Смесь каракатицы с банной мочалкой. Нет, на достигнутом не остановлюсь. Назвался груздем — кобыле легче. Ладно, звони, пока! (Выключает телефон и набирает номер.) Еще раз здравствуйте! Вам звонит… Уже узнали? Он самый… с этим самым… Да, мне понравилось… Понравилось чувство юмора, присущее вашей фирме. А теперь шутки в сторону. Запишите новый заказ: возраст — не старше двадцати пяти, зубы, как в рекламе «Блендамеда», голова, вымытая хорошим шампунем, а главное — что-нибудь поострее, чтоб дух захватывало. (Вешая трубку.) Черт, надоело быть вежливым…

Некоторое время сидит в раздумье. Затем подходит к портрету жены, поднимает руку, словно собираясь что-то сказать, но тут же отворачивается и отходит в сторону. Так повторяется несколько раз, после чего Гена отходит к зеркалу и, косясь в сторону фотографии, начинает репетировать предстоящую встречу.

Мадам!.. Простите, мадемуазель!.. От меня ушла жена… Нет, не то… Сударыня, в вашем лице позвольте поклониться всему страданию человеческому… Елы-палы, при чем тут страдание?.. Эй, детка, а не пора ли нам тыр-дыр? Нет, тырдыр-вырдыр… Господи, какая пошлость… Я растерял все человеческие слова.

Звонок. Гена отворяет дверь. В дверном проеме возникает Третья девушка. Это блондинка в белом халате поверх кожаного комбинезона, черных очках и с газовым пистолетом в руках.

Гена (невольно поднимая руки вверх). А?

Третья девушка. Б! (Отодвигая его.) На кухне никого нет?

Гена. Не-а.

Третья девушка. Это хорошо! А на балконе?

Гена подходит к двери на балкон, распахивает ее, чтобы девушка убедилась, что там никто не прячется.

А почему ты только мычишь? Ты крейзи, скажешь, нет?

Гена. Да. Нет. Да нет!

Третья девушка. Молчать! Ты в норме. Меня вчера заказал такой, с тараканами. Я такая вхожу, а у него на столе гроб, а там бабка лежит. Я такая села на жопу, а он говорит… бабушка вчера скончалась, а мы вместе живем, в одной комнате, ну, жили, значит. Давай прямо здесь, при бабусе. А подругу мою, мы вдвоем флэт снимаем, тоже извращенец брал, на крышке гроба.

Гена. Некрофил, да?

Третья девушка. Тебя как зовут?

Гена. Зови просто Вася.

Третья девушка. Не свисти. (Насвистывает, а потом напевает на мотив «Сулико»). «Я могилку милой искал…» А меня звать…

Гена. Вирджиния…

Третья девушка. Можно и так. А можно коротко — Саша. Три рубля — и ваша.

Гена. Прошу прощения, так три рубля или пятьсот за час?

Третья девушка. Ты что, всего за час решил меня утрахать? Ну, чума! Два года путаню, первый мужик такой.

Гена. Какой?

Третья девушка (берет его за галстук и притягивает к себ). Милый! Вася! Ну, доставай свой гробик на колесиках!

Гена. А может, обойдемся без него?

Третья девушка. Ты сказал! Ладно, тебе признаюсь. Никому меня не сдашь?

Гена (крестится на календарь с фотографией Никиты Михалкова в роли Александра III из фильма «Сибирский цирюльник»). Зуб даю!

Третья девушка. Я — Никитá. Агент спецслужб, понял? Охочусь на серийных маньяков. Ты будешь восьмым.

Гена. Извините, а зачем себя утруждать лишней работой? Вы из фирмы, или из ФСБ?

Третья девушка. Ты мне мозги не компостируй! У меня все схвачено комар носа не подточит. Я такая профи по некрофилам!

Гена. Нет, нет, не надо здесь умирать ради моего удовольствия. Мне совсем не хочется оставаться один на один с трупом — даже таким, не стану скрывать, привлекательным, как вы.

Третья девушка. Нет, ты все-таки крейзи! Я такая не какая-нибудь дешевка разового пользования. Я такая тебя грохну, а потом трахну.

Гена. Послушайте, не надо меня нервировать. Час назад я чуть не повесился. А еще раньше от меня ушла жена. Мы с ней сперва поссорились из-за уборки квартиры, а потом, слово за слово, дошли до главного пункта наших противоречий…

Третья девушка. На Страшном суде расскажешь! Ну! Раздевайся. До трусов.

Гена. Как в военкомате, да?

Звучит музыка — и звучит на протяжении всего дальнейшего диалога, пока Гена и Третья девушка танцуют рэп.

Третья девушка. Где служил?

Гена. На подводной лодке, а что?

Третья девушка. Все вопросы — потом. Боевые награды есть?

Гена. Только почетная грамота. И еще фото, на фоне знамени. Показать? (Делает попытку выскользнуть из комнаты.)

Третья девушка. Стоять! (Направляет в сторону Гены газовый пистолет.) Слинять хотел? Плохой мальчик… Я такая тебя научу родину любить.

Гена. Если каким-нибудь новым способом, то не надо. Вы, я вижу, девушка с фантазиями, а у меня слабое здоровье. Мне надо срочно принять лекарство. (Еще раз пытается выскользнуть из комнаты.)

Третья девушка. Ну, ты меня достал. (Нажимает на курок газового пистолета, он не срабатывает.)

Гена с воплем бросается на балкон. Из распахнутой двери слышен свист метели и обрывки песен, что-то вроде «Ой ты, Порушка-Параня» или «Степь да степь кругом».

Вася, вернись! Замерзнешь, пингвин долбанный!

Гена (с балкона). Живой не дамся!

Третья девушка. А живым ты мне и не нужен. Выходи по-хорошему.

Гена. Нет!

Третья девушка. Ладно, тогда поиграем в школу. Повторим с тобой таблицу умножения. Я такая буду типа учительница, а ты такой типа второгодник. На счет одиножды десять я к тебе войду. Понятно? Поехали! Одиножды один… (Открывает шкаф, достает оттуда Генину кепку, примеряет ее на себя.) жил господин. Одиножды два… (Снимает со стены фотографию Крыси.) жила его жена. Одиножды три (Рассматривает фотографию, а потом кладет ее на пол) порядок навели. Одиножды четыре… (Гасит свет в комнате.) свет погасили. Одиножды пять… (Ложится на диван.) легли на кровать. Одиножды шесть… (Достает из кармана пакетик чипсов.) захотели есть. Одиножды семь… (Хрустит чипсами.) есть хотят совсем. Одиножды восемь…

С балкона в комнату входит Гена, за его спиной — пошатывающийся Сосед. Гена включает свет.

… милости просим.

Сосед. И тебе не хворать. С праздником, что ли…

Музыка смолкает. Третья девушка медленно поднимается с дивана и идет на Соседа. Тот стоит, широко распахнув руки, так что Третьей девушке лишь в последнюю минуту удается увернуться от объятий.

Третья девушка. Ты откуда?

Сосед. Я — отовсюду. У нас событие.

Гена. Да это сосед, у нас с ним балконы рядом. Он ко мне заходит, когда денег занять больше не у кого.

Третья девушка. Водку пьешь?

Сосед. И пиво тоже. Я сегодня пьяный вусмерть.

Третья девушка. Еще нет, но будешь. (Целится из газового пистолета то в Соседа, то в Гену.)

Сосед. А ты? Будешь? Как хозяйка стола?

Третья девушка. Ты тоже крейзи, как он? (Кивает на Гену.)

Гена. Он хуже — он запойный.

Сосед. А ты мне наливал? (Третьей девушке.) Ты его не слушай, он по жизни унылый. А я — веселый. Я песни люблю. (Запевает.) «Вот умру я, умру, похоронят меня…» Пойдем ко мне?

Третья девушка. А ну-ка, пой дальше! Все слова знаешь? Когда красиво поют, я такая себя забываю.

Сосед. Глазастая, да мы с тобой сейчас как бухла купим, да как загудим, а потом по комнате будем бегать, трусы пузырями. (Обнимает Третьею девушку с такой силой, что она роняет газовый пистолет на пол. Обращаясь к Гене.) А как насчет беспроцентного кредита?

Гена (незаметно заталкивает ногой пистолет под диван). Для святого дела — всегда пожалуйста. Ты почаще ко мне заходи. (Подходит к письменному столу, открывает ящик, пересчитывает оставшиеся деньги.)

Третья девушка. Нет, ты точно второгодник. Тебя в детстве не учили, что жизнь дается один раз и мелочиться по этому поводу — недостойно? (Забирает все деньги из ящика.)

Сосед. Будет время, наведайся. Мы живем не как вашего отца дети, у нас все на виду. С праздником, что ли…

Сосед и Третья девушка уходят. Гена снова заглядывает в ящик стола, убеждается, что денег там нет, бежит к входной двери, но так и не решается ее открыть. Звенит телефон. Гена поднимает трубку.

Гена. Саня, это опять ты? А женский голос? Люся тоже интересуется? Говоришь, уже вернулась со смены? Докладываю… только что распростился с Вирджинией. Как она? Не вопрос, как в кино и даже круче. Выше всяких описаний! Нет, даже не проси! Извини, нужно срочно переговорить с фирмой.

Кладет трубку и тут же набирает номер.

Алло! Нет, мать вашу, это не Ромео с пейджером! Это обозленный, заведенный, едва не убитый мужик с топором! Ставлю ультиматум вашей фирме — если я не получу компенсацию за погибшую безвозвратно ночь, я натравлю на вас налоговую полицию. У вас есть полчаса. Чао!

Отключает телефон и садится, задумавшись.

Кто бы сказал, на хрена мне все это нужно? (Поднимает с пола фотографию жены, вешает ее на место.) Что, Крыська, смешно? Трех девок заказывал, а изменить тебе перед лицом твоим не могу. Врут, врут, все врут! «Дас ист фантастишь», «первый раз в раю побывал», «целовалась, как будто ее год не кормили», «сначала — фонтан, потом — насос». Тьфу! Тут, наверное, что-то одно… или любовь, или продажная…

Одного не понимаю, зачем они так… со мной? И ладно бы, каждая по отдельности — так ведь нет. Такое впечатление, что они… как бы это сказать… все вместе. Есть такой вид спорта, красивый и бессмысленный, чисто женский синхронное плаванье. А это другая дисциплина — синхронный облом. Тоже женская специализация.

Я бы мог понять их, имей они дело с женоненавистником. Так ведь все наоборот — я их всегда любил. Сперва — инстинктивно. Потом — как класс. Потом каждую особь в отдельности. Я даже сейчас, когда я всех ненавижу — а жену в особенности, я их на самом деле… Просто моя ненависть — это преувеличенная любовь. Как у Джека Потрошителя — только в социально безвредной форме.

И вот что меня смущает… А что, если они все в заговоре против меня? И эти, которые продажные, и те, которые стоят за ними… Женщины, в смысле… И те, которые стоят за теми, которые стоят за этими? (Испуганно прикрывает рот, озирается, заглядывает под стол.)

Но это ж какую важность я должен представлять, если все они против меня? (Распрямляется.)

Да, вот так, увязнешь в работе, закрутишься, и перестанешь себя ценить.

Подумаешь… кто я? Всего лишь заурядный программист в среднестатистическом офисе в задрипанном центре Богом забытой области какой-то говенной страны… А на самом деле, я — мужское начало мира… Или его конец.

В смысле от движения моего пальца зависит судьба Вселенной. (Смотрит на ладонь.) Вот я поведу пальцем вправо… (Подумав, ведет указательным пальцем вправо. С облегчением)… И ничего не происходит… Зато если я поведу пальцев влево… (Колеблется, борется с собой, но так и не решается шевельнуть пальцем). Нет, не будем! (Утирает холодный пот.) Женщин я ненавижу, но не настолько.

А вот еще один эксперимент… Я сейчас хлопну в ладоши, и ничего страшного произойдет. А вот что произойдет, на это интересно взглянуть. (Раздельно, с паузами, три раза хлопает в ладоши)

Звонок в дверь. Гена прячется за дверным косяком. Еще один звонок. Дверь открывается, закрывая собой Гену. В проеме возникает молодая Женщина в белом халате c медицинской сумкой в руках — она смотрит то в бумажку с адресом, то на номер двери.

Женщина (обернувшись). Ждите в машине, я скоро вернусь.

Не закрывая двери, осторожно входит в квартиру и трет лоб, словно пытаясь что-то припомнить.

Эй, здесь есть кто-нибудь?

Гена резко захлопывает дверь и запирает ее на ключ. Скрестив руки на груди, он перегораживает гостье выход. Женщина осторожно оборачивается, и тут же у нее и Гены вытягиваются лица.

Генка?

Гена. Люся?

Люся. И как я сразу не догадалась, что это ты! Смотрю, адрес знакомый до боли, а чей — не могу вспомнить. Представляешь, какая промашка!

Гена (очень тихим, ласковым голосом). Представляю, потому что она — не единственная. Я не буду перечислять весь список моих претензий к вашей службе круглосуточной психологической помощи. (Кричит.) Я вашим девушкам на букву «С» и «П», и «Б» за одну ночь выложил половину своего месячного заработка! А меня динамили, как последнего лоха!

Люся. А чего ты от меня добиваешься?

Гена. Я от тебя получу, а проще сказать, поимею, что-то вроде компенсации за моральный ущерб.

Люся. Гена! Ты сошел с ума!

Гена. Нет, я в ясном уме и здравом рассудке. У моей фирмы нет претензий к моей работе. Я исправно плачу налоги. Я отвечаю за качество своего труда, и намерен того же требовать от других.

Люся. Гена! Извини, но мне придется напомнить тебе, что ты женат!

Гена. Твоих сотрудниц это никак не волновало. И тебя пусть не волнует, тем более что Крыська от меня сегодня ушла.

Люся. Ушла?

Гена. Да, представь себе. Сначала мы поссорились из-за уборки квартиры, потом, слово за слово, дело дошло до самого важного пункта наших разногласий…

Люся (перебивая его). Гена! И для тебя не имеет никакого значения, что у меня есть муж?

Гена. Ну и что? У Брунгильды тоже есть муж — и это фирму не смущало.

Люся. Брунгильда?.. А-а, поняла, ты расписываешь их по буквам алфавита. Некоторые клиенты имеют такую привычку… Гена, мой муж — друг твоего детства.

Гена. Дружба не пострадает — мы вступим с тобой в чисто деловые отношения, как продавец и покупатель.

Люся. Гена, я хочу внести ясность. Я — не рядовой сотрудник. Я топ-менеджер фирмы, и пришла сюда, чтобы уладить конфликт, но не ценой продажи своего тела, потому что его нет в нашем списке услуг.

Гена. Интересно получается. Судя по книгам, фильмам и моему короткому опыту общения с вами, самыми привлекательными в борделях почему-то оказываются не девочки, а бандерши.

Люся. Если это комплимент, то он совершенно не к месту. Я — порядочная.

Гена. Ах, ты порядочная? Порядочная сука ты, Люся!

Люся. Не собираюсь говорить с тобой в таком тоне. Я ухожу.

Гена. Каким образом, Люся? Дверь закрыта, выйти ты сможешь только через мой труп. Тебе и твоей фирме нужен труп? Ну, да этой вашей Вирджинии, то есть Никите, нужен. Кстати, друг моего детства, а по совместительству твой муж Саня знает, чем ты занимаешься?

Люся. Саня?…Понимаешь, он у меня впечатлительный и глубоко нравственный… Не то чтобы я стыжусь сказать… работа есть работа… Но… в общем, я не хочу его травмировать… И не хочу, чтобы ты его травмировал…

Гена. Вот и найдена почва для консенсуса. А мы ничего ему не скажем. Правда ведь?

Люся. Да, конечно!.. А о чем мы ему ничего не скажем, Гена?

Гена. О том, что сегодня ночью ты, улаживая конфликт, в интересах своей работы и своей семьи, если на то пошло, в интересах Сани, вступила с клиентом, то есть со мной, в интимную связь. Помнится, в институте мы поглядывали друг на друга, и даже чуть было не склеились, но разные обстоятельства нам помешали.

Люся. Не раскатывай губу, Гена. Я давно уже сделала свой выбор, ты тоже, так что закроем тему.

Гена. Нет, Люся, шоу должно продолжаться! (Смотрит на нее, вызывающе облизывая губы языком). Не тяните, голубушка, пациент ждет. Скажи мне, чья эта дикая идея — с белыми халатами?

Люся. У нас законная лицензия на оказание психологической помощи, и даже разрешение возить девушек на «скорой»… с мигалкой…. (Пауза.) Гена, ты этого не сделаешь.

Гена. Сделаю!

Люся. Гена, я покончу с собой, если ты прикоснешься ко мне.

Гена. Ни в коем случае. Я тебе дам телефончик скорой психологической помощи — ты вылечишься в два счета, поверь моему опыту.

Люся. Я ухожу отсюда, Гена.

Гена. Никуда ты не уходишь, Люся.

Люся. Ты не посмеешь меня остановить.

Гена. Посмею, Люся, да еще как!

Люся. Гена, тебе придется применить для этого физическую силу. Ты не опустишься до этого.

Гена. Люся, я опущусь до применения физической силы во всех смыслах этого слова. Я опущусь до чего угодно, но не позволю опускать себя всю ночь напролет.

Бросается на Люсю, та сопротивляется. В разгар борьбы звонит телефон.

Люся. Это меня. (Тянет руку к телефону.)

Гена. Не трожь телефона в чужом доме! (Отпихивает Люсю и первым хватает трубку.) Алло? Это ты, Саня? Нет, не один! (Мрачнея.) Крыся? Нет, не вернулась. Пока! Привет Люсе! (Кладет трубку и смотрит на Люсю. Затем торопливо набирает номер, но тут же снова нажимает на клавишу.) Это Саня!.. (Пауза.) Слушай, а почему ты здесь, а не дома? Полчаса назад он сказал, что ты уже пришла.

Люся. Гена, можно я позвоню на фирму? По семейному делу, понимаешь? У меня возникли тяжелые подозрения.

Гена пожимает плечами и отворачивается, оставаясь, тем не менее, на пути к двери…

(Набирает номер на своем мобильном телефоне.) Верочка, нам кто-нибудь делал заказы с телефона 33-87-17? Делали? И кого? Как, всех подряд? Нет, ничего.

(Отключает телефон.) Этот твой друг детства, имеющий наглость называть себя моим мужем, всю ночь вызывал девочек, побывавших у тебя.

Гена. Понятно, почему он так подробно расспрашивал о каждой. Вот поганец!

Звонит мобильный телефон Люси.

Люся. Слушаю! А-а, Санёк, котик мой! Ты проснулся? Что? Нет, у меня все в порядке. Но еще какое-то время придется задержаться. Как долго? (Прикрывает трубку и оценивающе смотрит на Гену, затем снова подносит трубку к уху.)

Полчаса. Нет, час. А потом сразу к тебе, милый! (Отключает телефон.)

Гена. Я бы на твоем месте от него ушел. Это по справедливости — друзья должны делить несчастья пополам.

Люся. Ты с ума сошел. Меня все устраивает. Я за ним — как за каменной стеной. А ладно, ты никогда не понимал, что люди женятся не только по любви.

Гена. Давай, давай, добивай меня, раз Крыська не добила!

Люся. Только не надо давить на жалость. (Бьет кулаком себя по колену.) Сволочь, за моей спиной, на мои же деньги! Нет, какая сволочь!… (Вкрадчиво.) Так ты хочешь отомстить жене?

Гена (встрепенувшись). Интересное направление мысли.

Люся. Признайся, Гена, я тебе всегда нравилась? Помнишь, тогда, на летней практике, мы оказались одни на сеновале?

Гена. А то бы не помнить. Только прилегли, а тут в дверь кто-то ломится.

Люся. А сегодня мы возьмем реванш за наше прошлое.

Гена. И расскажем об этом Сане и Крысе.

Люся. Ни в коем случае! Наша месть будет беспощадной и вдвойне сладостной, потому что она останется тайной для двоих.

Гена. Правильно, правильно!..

Люся. Какие роли мы только что разыгрывали?

Гена. Покупателя и продавца услуги. Грубо говоря, взаимодействовали в рамках Гражданского кодекса.

Люся. Сменим правовое поле. Теперь наши роли именуются так… Женщина и Мужчина.

Гена. Я все понял. Мы переходим в поле Семейного кодекса.

Люся. Скорее — внесемейного. Погоди минутку, я только загляну в ванную, приведу себя в наилучший вид.

Уходит в ванную. Гена, подумав, поворачивает лицом к стене фотографию жену и располагается на диване, незаметно для себя выронив из кармана кольцо.

Гена (громко, чтобы его голос был слышен в ванной). А как вам удавалось все это время избежать скандалов? Не хочешь же ты сказать, что я был первым капризным клиентом?

Люся (из ванной). Нет, конечно. Но у нас очень солидная крыша. Не буду называть имен… меньше знаешь — крепче спишь… (Выходит из ванной в роскошном халате, с распущенными волосами.) Ну, как я тебе?..

Звучит музыка, и весь дальнейший диалог-танец исполняется в ритме рокового танго.

Гена. Погоди, ты зачем одела Крыськин халат?

Люся. Мстить, так мстить, мой сладкий… А потом, это неинтересно — сразу выходить голой. Ну, Геночка, на чем тогда мы с тобой остановились там, на сеновале?

Гена. На чем мы остановились?

Люся. Да, на чем мы остановились?.. (Вытаскивает из кармана халата какую-то бумажку.) А это что за записка?

Гена. А ну, дай! (Отбирает бумажку.)

Люся. Тише ты, оглашенный! Не очень-то она мне и нужна.

Гена (читает). «Гена! Не забудь выбросить ведро! До встречи! Целую! Крыся!»

Люся. Господи, в какого подкаблучника она тебя превратила! Если б она не ушла сама, ты просто обязан был бы ее бросить.

Гена (перечитывает). «Крыся! Целую!… До встречи!»

Люся (чуть раздвигая полы халата). Геночка, не отвлекайся. Я уже здесь! Исполним наше желание — отдадимся друг другу.

Гена. «Не забудь выбросить ведро!»… Видишь — ее почерк… это «д» с хвостиком вверх, «з» в виде тройки… А ведро-то я так и не выбросил! Крыся, ты права! Я ничтожество! (Бежит к портрету жены, поворачивает его лицом к себе и падает на колени.) Я ничтожество!

Люся. Ты — полное ничтожество! Именно поэтому я никогда бы не вышла за тебя замуж. Ни-ког-да! Славу Богу, что Крыське хватило ума понять твою настоящую цену! Я рада за нее. Завтра же ей позвоню и поздравлю с избавлением!

Скрывается в ванной. Гена в этой время мечется по комнате.

Гена. Боже, какой же я дурак! Какой дурак!

Люся выходит из ванной, снова в белом халате, и идет к двери.

Люся. Ключ!

Гена, не глядя на нее, отдает ей ключ. Люся отпирает дверь и оборачивается.

Музыка обрывается. Последующий диалог проходит в напряженной тишине.

А напоследок, Гена, вот тебе откровение от Людмилы! Ты — раб, Гена. Ты идешь по колее и больше всего на свете боишься из нее выбиться. Тебя в детстве кто-то, о ком ты уже не помнишь, поставил в пару с Кристиной, и ты на радостях ухватился за этот выбор, как черт за грешную душу. Один единственный раз ты мог вырваться из плена — тогда, на сеновале. Но ты отдал этот шанс Саньке.

Гена. Он мой друг.

Люся. А меня ты спросил, прежде чем переуступать другому мужику? О чем тут говорить — ты был рад вернуться в прежнюю бессознанку. Конечно, зачем что-то менять, если в двенадцать лет тебе сказали, что вы с Крыськой идеальная пара на всю жизнь? Я ушла, пока.

Гена. Задержись и послушай меня внимательно. Мы с Крыськой с того момента, как впервые оказались в одной паре, много всего пережили и много чего наделали, и плохого, и хорошего. Понятно?

Люся. Я слушаю.

Гена. Но мы всегда могли не только настаивать на своем, но и прощать другому его ошибки. А ты всегда хотела манипулировать мужиком, как марионеткой. Ты слушаешь?

Люся. Продолжай.

Гена. Именно поэтому я свой шанс, как ты его называешь, оставил моему другу — пусть на том свете меня простят за эту маленькую трусливую подлость. Я все сказал…

Люся. Выходит, ты всегда видел меня насквозь?

Гена (теряя уверенность). Ну, как видишь…

Люся. И что же ты видел, мой золотой? Сердце, которое в любой ситуации стучит ровно, как движок у машины? Желчный пузырь, переполненный едким презрением ко всем самцам? Печенку, в которой ваша ходячая мудрость сидит у меня с младенческих лет? Легкие, которые я наполняла воздухом, перед тем, как отдать команду очередной марионетке?

Гена. Ну, в таком объеме, может быть, и нет…

Люся. Ты не увидел гораздо более интересной вещи, Гена, и никогда не увидишь, потому что не все можно рассмотреть под рентгеном. Счастливо, мне пора возвращаться домой — к твоему другу, которому кто-то из нас однажды сильно удружил.

Медленно повернувшись, уходит. Слышно хлопанье двери и завывание вьюги за окном.

Гена (обращаясь к портрету). Как ты думаешь, Крыся, что она имела в виду?… (Пауза.) Молчишь? Вот то-то и плохо, что молчишь. Ладно, надо как-то привыкать жить одному…

Выходит на кухню, а затем с мусорным идет на лестничную площадку. В тот момент, когда раздается лязг мусоропровода, в дверном проеме появляется Крыся — в шубе, засыпанной снегом. Она оглядывается, снимает шубу и вешает ее в гардероб. В этот момент возвращается Гена. Встретившись взглядом, они замирают. Затем отворачиваются друг от друга и несколько минут в полном молчании делают каждый свою работу… Гена — подметает пол, Крыся поправляет плед на диване.

Закончив дела, они присаживаются с разных концов на диван. Крыся механически листает страницу за страницей модный журнал.

Гена (прервав молчание). Привет!

Крыся. Привет!

Пауза.

Гена. Я тебя так давно не видел.

Крыся. Я тебя так давно не видела.

Пауза.

Это была какая-то кошмарная ночь!

Гена. Это точно!

Крыся. Я все это время злилась на тебя, а потом услышала по радио какую-то чушь.

Гена. Что именно?

Крыся. Звонил какой-то псих, у которого крыса пропала. А голос был почему-то похож на твой. Я подумала, ты, наверное, вот так же сидишь одинокий, неприкаянный, и нет рядом души, с которой ты мог бы поделиться. Ты страдал?

Гена. Крыся, ты представить себе не можешь, какие кошмары я пережил!

Крыся (нагнувшись, подбирает кольцо). А это что? Гена, ты выбросил обручальное кольцо?

Гена. Нет. Я его спас… Только не спрашивай, от кого.

Крыся. А что спрашивать — и так все понятно. Спас от меня, от моей глупости. Спас от развода. Поцелуй меня, Гена!

Целуются. Крыся как бы между делом одевает кольцо на безымянный палец правой руки Гены.

(Оторвавшись.) Так, посмотрим, что еще у нас тут есть. (Заглядывает под кровать и вытаскивает оттуда газовый пистолет.) Откуда у нас в доме оружие?

Гена, ты хотел из него застрелиться? Милый, я не стою твоей жизни.

Гена (меланхолично). Он газовый. И к тому же — не работающий.

Крыся. Да? Как интересно! А зачем стреляться из неработающего пистолета?

Направив пистолет на Гену, из любопытства нажимает на курок. Пистолет стреляет газом. Гена с воплем зажимает глаза и катается по полу.

Гена, Геночка, прости! Что я наделала! Чем тебе помочь?… Сейчас принесу воды из ванной… (Идет в сторону ванной, на секунду останавливается.) Я поняла — ты мучил себя газом. Тебе мало было слез — ты хотел растравить свою душу!

Гена. Воды, дай мне воды промыть глаза! Хватит разговоров! Я сейчас ослепну.

Крыся. Да, да! Мне так неудобно! Как-то неловко получилось — вроде как я подсознательно хотела убить тебя. Почти такой же случай, только хуже, был у Лары… Помнишь Лару из второй группы? У них дома жил кот, которого муж обожал больше жены. Все бы ничего, но кот принципиально гадил на чистом постельном белье, и Лара, не выдержав, тайком кастрировала его… Кота, не мужа, разумеется. А муж…

Гена. Ты принесешь воды, дура!

Крыся. Да, я тут все болтаю, болтаю, а ты терпишь. Ты у меня такой мужественный… Бегу, бегу!..

Заходит в ванную и долго не выходит. Гена перестает кататься по полу и замирает, стоя на коленях и закрыв глава руками.

Крыся (выходя из ванной с кружевным лифчиком в руках). А это что такое?

Гена (ничего не видя, но порядком струхнув). Надеюсь, вода!

Крыся. Гена, ты знаешь, что у меня в руках? У меня руках — лифчик. Гена, давай будем предельно честными друг с другом! Лучше самая горькая правда.

Гена (мужественно). Что ж, честными, так честными! (На ощупь пробирается в ванную, а потом вновь появляется в комнате.) Я готов!

Крыся. Гена, признайся, как на духу… (Примеряя лифчик поверх одежды.) Ты трансвестит?

Гена. Я?

Крыся. Не щади меня — скажи все, как есть!

Гена (упав духом). Ну-у… Тут такое дело…

Крыся. Погоди… (Снова примеряет лифчик и смотрит бирку.) Так ведь это мой лифчик, который я купила себе на старый Новый год, как подарок от тебя. Что ж ты мне не напомнил!

Гена. Ну, знаешь! (Тайком крестится.) В следующий раз предупреждай меня о том, что я собираюсь тебе подарить.

Крыся. Но так же будет неинтересно — никакого сюрприза. Только зачем тебе понадобилось распаковывать его… Понимаю — мстил! А ведь мог бы и сжечь, утопить, в окно выбросить — я бы слова не сказала. (Поднимает глаза и натыкается взглядом на петлю. Трогает ее рукой — петля качается.) Интересная конструкция. Ты что-то взвешивал?

Гена. Да, себя.

Крыся. И сколько же ты у меня весишь?

Гена. Легче пера.

Крыся. Милый! Сколько же ты выстрадал. Нам давно надо было все друг с другом обсудить. Мы слишком многое таили друг от друга, копили обиды и сорвались. Мы все обсудим… Только обними меня и давай молча посидим. Просто посидим, хорошо?

Гена обнимает Крысю и они садятся на диван. Гена берет пульт и включает радио. Звучит музыка, затем голос ди-джея.

Голос ди-джея. А сейчас — как всегда, в конце часа пять минут, посвященные объявлениям жителей нашего города. Начнем с повтора самого оригинального звонка сегодняшнего дня. (Звучит голос Гены.) «Пропала жена. Масть — блондинка… Росту среднего… Кличка — «Крыся»… Характер — сука… Падла!.. Сволочь!.. Как же я ее ненавижу!…» Без подписи…

Гена выключает радио.

Крыся. Снова это объявление. И почему мне показалось, что это твой голос? Ни капельки общего. Ты — такой любящий, терпеливый. А этот кретин ни юмора, ни злости настоящей…

Гена. Подожди. Мы собирались спокойно разобраться в наших отношениях, восстановить все, как было.

Крыся. Как было, уже не получится, потому что я от тебя раньше никогда не уходила, а ты…

Гена. Послушай, надо просто повторить весь наш разговор. Пройти по той же самой тропинке, но в самый важный момент свернуть в другую сторону.

(Осматривается.) Ты стояла у входной двери… (Заставляет ее подойти к двери.)

Я стоял у стены и рассматривал афишу… (Отходит к стене, рассматривает афишу.) И ты что-то сказала голосом нежным, как пение свирели… Ну!..

Крыся (сварливо). Хватит пялиться! Мусор вынеси, наконец…

Гена (схватившись за голову). Боже мой!

Крыся (чуть растерянно). Именно это я и сказала.

Гена. Ты сказала эти самые слова, но с совершенно иным смыслом. Давай повторим. (Снова поворачивается лицом к афише).

Крыся (мягче, с материнским укором). Хватит пялиться! Мусор вынеси, наконец…

Гена (не оборачиваясь). А еще нежнее…

Крыся (нежно и почти призывно). Хватит пялиться, дружочек! Мусор вынеси, наконец…

Гена (оборачиваясь). Дружочка там не было, но это не важно… А кстати, мусор я вынес!

Звучит мелодия томного и чуть грустного вальса. Крыся и Гена подходят друг к другу, чинно отдают поклоны и становятся в позицию чуть в отдалении друг от друга.

Крыся. Но ведь тогда ты мусора не вынес.

Гена. Не страшно… Просто повторяй все, как было, а потом — к самому важному пункту наших разногласий. И не забудь в последний момент переиграть ответ…

Крыся. А у меня получится?

Гена. Получится. Попробуй.

Крыся. А вдруг?

Гена. Получится! Доверься мне…

Крыся. Ну, если так…

Гена. Именно так, и никак иначе… Давай…. Говори…

Музыка играет все громче.

Я слушаю… Говори…

Звучит вальс. Крыся и Гена молча и с надеждой смотрят друг на друга.

Занавес

Content

Зензинов Алексей и др Досуг круглосуточно

Владимир Забалуев Алексей Зензинов Досуг круглосуточно Святочные недоразумения