Максим Крылов

Дженг из клана Волка

Пролог

Торпеды, спрятанные среди космического мусора, вздрогнули, получив шифрованный сигнал, заработали сканеры, выискивая цель, компьютеры начали обрабатывать данные. Через доли миллисекунды цель была найдена, стайка торпед тихо поплыла в вакууме, набирая скорость. Уже через минуту они вышли на крейсерскую скорость, теперь ничто не могло их остановить – компьютеры торпед, общаясь друг с другом, вырабатывали наилучшую стратегию поражения, они были созданы для поражения целых флотов, поэтому у небольшого пассажирского звездолета не имелось ни единого шанса на спасение.

– Плохи наши дела. – Капитан вывел на стену рубки изображения несущихся на них торпед. – От этих бестий не уйти, они хуже цепных псов, если почуяли цель, то не отстанут, пока не уничтожат.

– Вижу. – Темноволосая девушка с холодными изумрудными глазами внимательно смотрела на экран. – Сообщите время до взрыва.

– Могу включить таймер, – предложил капитан. – Будет звучать до нашей гибели.

– Не нужно, это будет меня отвлекать. – Девушка сняла с себя ожерелье из небольших светящихся камней и положила на стол. – Просто скажите, через сколько минут это произойдет.

– Двадцать… – капитан вывел данные на стену, перепроверил и кивнул сам себе, – может быть, двадцать пять минут.

– Этого достаточно. – Девушка вздохнула. – Мне требуется полная тишина, чтобы я не слышала ни вздоха, ни скрипа – ничего.

В рубке замерли все четыре члена экипажа, и даже огромный наемник, постоянно находящийся рядом с девушкой, превратился в неподвижную статую с приоткрытым ртом. Девушка закрыла глаза и начала дышать, накачивая себя энергией. Ее ожерелье заискрилось темно-зеленым светом, становясь с каждым мгновением ярче, и уже через пару минут все находящиеся в рубке вынуждены были закрыть глаза от яркого свечения, исходящего от зерен типия. И никто из них не увидел, как торпеды неожиданно стали разлетаться в стороны, как испуганные рыбы, пропуская звездолет. Когда свечение ожерелья ослабло, капитан открыл глаза и вгляделся в экран: на нем было пусто – ничего, кроме далеких, холодных звезд и серого шара планеты впереди.

– Они исчезли, – произнес капитан, не веря своим глазам. – Нам повезло!

Люди задвигались, девушка облегченно выдохнула и пошатнулась, могучий телохранитель протянул руку и удержал ее, одновременно придвигая мягкое кресло.

– Никакого везения в этом нет. – Девушка слабо улыбнулась. – Иначе мне бы сейчас не было так плохо.

– Вы правы, госпожа, – поклонился капитан. – С вами не страшно жить даже в наше ужасное время.

Глава первая

Багровое солнце поднималось из-за седых, покрытых снегом гор, прячущихся, как обычно, в серой предрассветной дымке тумана. Легкие, белые, почти прозрачные облака неслись по краю блеклого, цвета выгоревшей травы, неба. Теплый летний ветерок шелестел в зарослях колючего кустарника на краю небольшого плато, где громоздились гигантские глыбы скал, когда-то принесенные сюда ледником, уничтожившим все селения в округе. Именно здесь император Токур, завоевавший десятки королевств и объединивший огромные территории под своей властью, решил обрести бессмертие.

Он сидел на золотом троне, с привычной угрюмостью глядя перед собой, наблюдая за тем, как ученики верховного жреца распекают рабочих, сооружавших огромный алтарь. На этом величественном сооружении скоро должны были умереть десять тысяч рабов – именно столько требовалось по древнему ритуалу, чтобы император получил полную власть над своей жизнью и смертью. Никчемные людишки отдадут остаток своих жизней ему – величайшему правителю на все времена, и тогда он проживет еще не одну тысячу лет, наслаждаясь властью и могуществом бога.

Токур отпил глоток легкого светлого вина, привезенного из далекой южной провинции специально для него, и, прикрыв глаза, задремал: возраст уже давал о себе знать. Император тяжело просыпался по утрам, а еще труднее засыпал, да и сны снились скверные – в основном проигранные битвы и люди, которых он убил когда-то собственной рукой, когда пробивался к трону. Так боги напоминали Токуру, что на небесах придется держать ответ за все, что он сотворил. Именно это понуждало императора искать способ продления своего существования.

Он каждый день все острее ощущал приближение смерти. Ее ледяное дыхание заставляло захлебываться от дикого ужаса сердце, а зловещий шепот разрывал голову мучительной болью по ночам. Все чаще по утрам он чувствовал себя скверно, и даже крепкое сладкое вино не могло согреть холодную кровь.

Когда светило вылезло из-за гор и показало свой кровавый лик хмурому миру, на установленный алтарь поднялся верховный жрец Гаур. Вслед за ним два рослых, широкоплечих ученика вынесли небольшой сундук, отделанный золотом. В нем находился «сосуд скорби», за который императору пришлось отдать шесть тысяч рабов, две тысячи девственниц и десять кораблей отборного зерна.

Сам торг взбесил Токура, он бы с удовольствием повесил на крепостных стенах делегацию варваров, приехавшую для ведения переговоров, если бы не пообещал, что с голов посланцев не упадет даже волос. Вот и пришлось императору торговаться, как обычному купчишке за каждую унцию пшеницы, скрипя зубами от ненависти. А что делать, если только в каменоломнях варваров добывались кристаллы, способные впитать в себя энергию жизни?

Император вздохнул и чуть приоткрыл усталые старческие глаза, чтобы увидеть, как верховный жрец открывает сундук, бормоча под нос заклятия. Он аккуратно извлек так дорого давшийся Токуру сосуд и начал шептать, снимая главную магическую защиту. Едва сосуд потерял синий блеск и приобрел нужную прозрачность, верховный жрец установил его в золотом зажиме, продолжая бормотать заклинания.

Когда все приготовления к ритуалу были сделаны, Гаур поднял над головой жертвенный нож и замер, ожидая сигнала. Токур мрачно взглянул на жреца, отхлебнул глоток неожиданно ставшего горьким вина и махнул рукой.

Воины из личной гвардии императора подвели к возвышению первый десяток рабов. Ученики отобрали из них первую жертву и повели к алтарю. От этого выбора зависело многое: сосуду могла и «не понравиться» энергия раба, и тогда пришлось бы заново проводить очищающий ритуал. Верховный маг осмотрел пленника и решил, что тот вполне подходит для первой смерти: силен, с хорошими зубами, но главное – от него веяло светлой энергией молодости. Гаур сделал несколько пассов, приводя юношу в бесчувственное состояние, потом взрезал его грудь жертвенным ножом, поднял над головой еще живое, бьющееся сердце, показывая императору, что церемония началась, и, выкрикнув начальные слова древнего заклинания, сбросил мертвое тело в глубокую яму.

После этого Гаур неспешно вытер окровавленный нож, подождал, пока ученики уложат нового раба на каменный стол, сделал быстрый надрез, вырвал следующее сердце и снова поднял его вверх. Токур мрачно улыбнулся и вяло похлопал в ладоши. А дальше все пошло своим чередом.

Гвардейцы подводили все новых рабов, ученики давали им сонную настойку, укладывали на стол, а верховный жрец приносил их в жертву, бормоча древнее заклинание.

После второго десятка принесенных в жертву людей верховный жрец прикоснулся жертвенным ножом к сосуду, сливая в него энергию загубленных душ. Белесая прозрачность артефакта изменилась, и внутри возникла изумрудная капля.

Гаур облегченно выдохнул воздух: все получилось – сосуд принял энергию. Теперь осталось насытить его до глубокого сине-зеленого, морского, цвета, и тогда в сосуде родится сила, необходимая для главного обряда. Гаур поймал взгляд императора и улыбнулся, тот удовлетворенно кивнул, глотнул вина, закрывая уставшие глаза. Верховный жрец гортанно вскрикнул, и следующий раб, опоенный настойкой, занял место на алтаре.

Обряд продолжался. Десять тысяч рабов ждали великой участи отдать свою силу, молодость и энергию своему господину, чтобы тот мог править империей не одну тысячу лет, наслаждаясь телами юных рабынь и изысканной пищей.

А в небе, на котором не было ни облачка, пророкотал гром – явный знак того, что боги были недовольны.

* * *

Макс по прозвищу Лис присел возле мусорного бака и накрылся сделанным на заказ плащом: хитроумная ткань меняла цвет, приспосабливаясь под окружающее и делая владельца почти невидимым. Вор купил плащ у проигравшихся в бинго звездолетчиков и не пожалел тех немалых денег, что пришлось за него отдать. «Хамелеон» уже не раз спасал ему жизнь, и Лису теперь казалось странным, как он раньше обходился без него.

Мягко урча мощным мотором, мимо баков проехала полицейская машина, шаря прожектором.

– Разъездились тут, – пробурчал Макс. – В такую ночь спать нужно, а не рыскать по трущобам в поисках тех, кого давно в городе нет.

Лис узнал, что стражи ищут трех молодых парней, ограбивших небольшой банк на окраине. Денег им досталось немного – всего двадцать тысяч монет, но зато удалось уйти с добычей до того, как банк окружила поднятая по тревоге полиция. Такое было впервые – удачных ограблений банков не помнили уже лет сто.

Взбешенный начальник полиции пообещал найти грабителей и повесить их на центральной площади, и уже двое суток копы не знали покоя, тем более что было из-за чего. Владельцы ограбленного банка в приватной беседе главному полицейскому предложили не возвращать деньги, а использовать их для награждения особо отличившихся сотрудников. Но грабителей наказать примерно и сурово, чтобы больше ни у одного, даже самого последнего отморозка не появилось желания ограбить банк в этом городе.

Именно поэтому полиция не спала долгой осенней ночью, прочесывая бедные кварталы и допрашивая случайных прохожих. Копы все еще надеялись напасть на след грабителей, хотя тот давно остыл, а сами налетчики давно находились далеко от города. Максу это было доподлинно известно, потому что сам договаривался с мусорщиками, чтобы те провезли парней в мусорном контейнере через многочисленные кордоны, окружившие город. Не то чтобы он сочувствовал грабителям, просто для его сегодняшнего дела требовались тишина и покой.

Лис презирал любое насилие, предпочитая ограблению воровство и считая его лучшим способом перераспределения материальных благ.

Воровал он с детства. Так получилось, что еще ребенком его подобрал старый вор по имени Хруст, которому потребовался смышленый мальчишка для работы на рынке, а Макс ему понравился.

В то время Лису едва исполнилось пять лет. Своих родителей он не помнил, спал в картонных коробках возле магазина, ел то, что удавалось найти в мусорных контейнерах, и мечтал о смерти, надеясь попасть в рай, в котором никто никогда не голодает. Лис и в самом деле верил, что в раю по утрам едят сдобные булочки с маслом, на обед всем достается по огромному куску мяса с овощами, а вечером счастливые праведники наслаждаются сыром и белым хлебом.

Он знал, что смерть придет к нему быстро, потому что на улицах долго не живут. С приходом зимы в городской морг начинают свозить на открытых грузовиках сотни трупов замерзших бродяг, мальчик сам это видел не раз. В тот счастливый день, если бы Хруст не подобрал Макса, его мечта о рае уже исполнилась бы, потому что чувствовал он себя плохо и у него не было сил даже вылезти из коробки.

Чем Лис привлек внимание старого вора – неизвестно, так как смотреть особо было не на что: худенький, хрупкий, как старинный фарфор, мальчик с красным от жара лицом, на котором выделялись трогательные голубые глаза, с дрожащими тонкими руками и слабой улыбкой.

Грузный пожилой человек тяжело вздохнул, поднял на руки малыша, почти ничего не весящего от голода, и отнес в свой дом на соседней улице.

Вряд ли Макс понимал, что с ним происходит: его трясло от жара, в глазах все расплывалось. Временами он терял сознание, и тогда ему казалось, что он уже в раю, так как пропадала боль.

Хруст, получивший свое прозвище за то, что любил разминать пальцы перед работой, взял над мальчиком опеку, а со временем и усыновил, но главное – дал ему профессию, которая могла прокормить в любом месте вселенной.

Обучать Лиса старый вор начал сразу, как вылечил от острой пневмонии. Занимался с ним серьезно, не жалея времени, истово веря в то, что Макс станет кормить его в старости, когда пальцы потеряют гибкость и он больше не сможет вытаскивать кошельки и портмоне из карманов незадачливых прохожих.

Но привычное ремесло менялось: денег в карманах людей становилось меньше, а коммуникаторы, которые в современном мире использовались в качестве кредиток, удостоверения личности и многого другого, барыги покупали с большой неохотой, так как с каждым годом все труднее становилось вскрывать их защиту.

Чутье старого вора не подвело: у Макса к воровству открылся самый настоящий талант. В свои неполные семь лет он уже зарабатывал за день больше, чем когда-либо удавалось Хрусту. Никому даже в голову не могло прийти, что милый, аккуратно одетый мальчик с небесно-голубыми глазами – один из самых ловких и удачливых карманников в городе. Лис воровал много и с удовольствием, а о том, что у профессии имеется неприятная оборотная сторона и все воры рано или поздно оказываются в тюрьме, а позже – на рудниках, даже не догадывался. Хруст об этом не рассказывал, считая, что такое знание ничего не дает, кроме дрожи в руках, а для вора это опасно.

Какая разница, что с тобой произойдет, если без воровства ты все равно не сможешь выжить? Лучше воровать и верить в удачу, которая тебе поможет в трудную минуту, чем ждать каждое мгновение, когда на твое плечо опустится тяжелая рука закона.

Хруст искренне желал мальчику добра, ухаживал за ним, хорошо кормил и одевал, а тот считал его своим настоящим отцом и все добытые деньги отдавал ему. Старый вор хоть и верил, что мастерство щипача прокормит лучше любого другого, нанимал для Макса самых ловких воров, чтобы те учили его и другим ремеслам. Благодаря этому обучению Лис в свои пятнадцать лет умел карабкаться по отвесным стенам небоскребов, отключать электронные системы сигнализации, вскрывать сейфы и делать многое другое, без чего невозможно существовать вору в сложный технический век.

Хруст сделал в приемыша хорошие вложения, которые с каждым годом приносили все большие дивиденды. Когда Максу исполнилось пятнадцать лет, они переехали из трущоб на окраине города в большой красивый дом на холме. У мальчика появилась своя комната, и то, что раньше казалось недосягаемой мечтой, в одночасье стало обыденным, неинтересным и даже скучным. Его мечты исполнились, ел он, как на небесах, и уже не считал это чудом.

Хруста вскоре после переезда в деловых кругах города стали считать бизнесменом – он удачно вкладывал украденные Лисом деньги в легальные предприятия. Акции и паи приносили хороший доход, и его счет в банке рос с каждым днем. О прошлом старого вора мало кто догадывался, как и о том, откуда взялись деньги, которыми он так удачно распоряжался, а их с Максом жизнь становилась с каждым днем все более размеренной и спокойной.

Лис уже не ходил на дело ради пропитания, карманы чистил только по привычке, и когда-то приятное и легкое занятие ему стало казаться слишком простым и обыденным. Так шло до тех пор, пока второй приемный сын Хруста – Дэн по кличке Умник – не закончил университет. После этого он стал разрабатывать планы ограблений. Из двух братьев вышел отличный тандем, который мог решать задачи практически любой сложности. Через год они начали воровать предметы искусства, точнее, это делал Лис, Дэн же страховал во время операции и выручал из трудных ситуаций, которые иногда случались…

Сегодня Макс шел на очередное сложное дело, которое они готовили почти полгода. Лис подождал, пока звук полицейской машины пропадет в дальних кварталах, спрятал плащ «хамелеон» в заплечный мешок и зашагал по переулку, с наслаждением вдыхая прохладный, очистившийся от выхлопов воздух.

Ночь была его любимым временем. Лису нравилось, когда улицы пустели, уличный шум становился едва слышным, а от ровного слепящего света фонарей окружающее казалось странным и загадочным. Шаги редких прохожих отдавались эхом, ветер ласково трепал волосы, а в воздухе носились тонкие ароматы листвы и цветов, растущих на уличных клумбах.

Лис свернул в темный проулок, чтобы пропустить небольшую подвыпившую компанию из двух девушек и трех парней. Но дальше не пошел, замер, потому что вдруг почувствовал, как из темноты кто-то вглядывается в него. Он почти физически ощутил на себе пристальный, оценивающий взгляд. Проверять, кто находится в густом мраке проулка, Макс не стал, вернулся на вновь опустевшую улицу и побежал легкой трусцой.

Промчавшись сотню метров, он оглянулся, но никого не увидел.

Лис свернул в очередной проулок и снова замер, прислушиваясь к шумам ночного города. До цели было недалеко, он уже видел в тени высоких деревьев силуэт грузовичка, в котором сидел Умник. Его самого он не мог разглядеть при всем желании, брат сидел внутри фургона, наблюдая через оптику своих роботов за тем, что происходит на территории объекта.

Макс достал инфракрасные очки, осмотрел улицу за спиной, даже задрал голову вверх, никого не увидел, но ощущение, что за ним наблюдают, не исчезло. Он чувствовал, как кто-то недобрый следит за ним через окуляры бинокля или оптику зонда, зависшего в темном небе. У молодого вора по спине побежали мурашки. Кому нужен паренек на пустынной улице? Не полиции же? Они заняты поисками грабителей банка. Тогда кому?..

Лис растерянно посмотрел по сторонам: впервые он не знал, что делать. Вернуться обратно он не мог, слишком много средств они потратили на подготовку этого дела, а продолжать было опасно. Если за ним следят, то вероятность провала слишком высока.

* * *

Дженг, оборотень из клана Волка, сидел в шумном баре, наполненном, помимо наркотического дыма, еще множеством других неприятных людских запахов, и, брезгливо морщась, беседовал с толстым некрасивым человеком. Тот являлся главой одной из банд, организованной по подобию земной мифической мафии, о которой в свое время было придумано столько невероятных легенд.

Волк утром приземлился на космодроме этой планеты-колонии под странным названием Торби. Полдня у него ушло на то, чтобы договориться о встрече, еще час на то, чтобы добраться до этого бара. После недолгих переговоров товар начали грузить на корабль, и теперь Дженгу осталось только произвести окончательный расчет.

За пару часов волк возненавидел этот бар, набитый под завязку потными людскими телами, наполненный хриплыми пьяными возгласами и примитивной музыкой. Дженг передал Иналу кредитную карточку, тот проверил ее с помощью коммуникатора и вежливо улыбнулся:

– С вами приятно работать, вы – человек слова и дела.

После этих слов один из стоявших за спиной волка огромных телохранителей расслабился, его потная рука отпустила ребристую рукоятку пистолета. Повинуясь его сигналу, другие телохранители также перестали буравить спину волка своими взглядами.

Дженг нервно облизал губы и едва раздраженно не зарычал.

– Я доволен. – Толстяк улыбнулся, показав мелкие некрасивые зубы. – Мне нравится, как вы решаете свои проблемы. Для нас это хороший бизнес. Что вам приготовить еще?

«Крысиная порода, – подумал Дженг. – Их в последнее время развелось много. Должно быть, сегодняшняя среда в бизнесе для них благоприятна».

Он мрачно улыбнулся и ответил:

– К сожалению, вы слишком дорого берете за свои услуги. Моей родной планете потребуется немало времени, чтобы накопить необходимую сумму для следующей сделки.

– Такова плата за мой риск, – пожал плечами толстяк. – Вашей колонии запрещено продавать любое стационарное оружие под угрозой смерти. Мы обходим этот запрет, следовательно, приходится платить большие деньги большим людям за то, что полиция не суется в наши дела, а таможня закрывает глаза, когда на орбите появляются наши грузовые звездолеты.

– Что, в сущности, ничего не меняет. – Дженг встал. – Когда мы будем готовы к продолжению наших отношений, вас известят по обычным каналам. Думаю, это произойдет через пару лет, не раньше.

– Что ж, передайте своим наставникам, что и в будущем я буду разговаривать только с вами. – Инал дал сигнал своим телохранителям, те сделали шаг назад, освобождая проход. – Мне нравится ваша деловая хватка, и вы мне кажетесь… как бы это правильно сказать… более человечным в сравнении с другими представителями вашей планеты.

– Я оценил ваш комплимент и передам эти слова тому, кому нужно их слышать, – поклонился Дженг. – Мне тоже было приятно вести с вами дела. Удачи и до встречи!

Он выскользнул из бара, с наслаждением вдыхая прохладный, немного странный воздух Торби. Бледное светило уходило за горизонт, сгущался сиреневый сумрак, идущий от земли, в тусклом сером небе зажигались первые звезды, и уже можно было разглядеть спутники, наблюдающие с орбиты за тем, что происходит на поверхности. Волк несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, очищая ноздри и легкие от запахов бара, прошел сотню метров по широкой улице и оглянулся, чтобы проверить, не идет ли кто за ним. Ему показалось, что из-за двери высунул голову один из шестерок Инала и медленно потрусил по улице за ним.

Слежку Дженг не любил, поэтому перепрыгнул через высокий забор, закрывающий строительство какого-то небоскреба, и на мгновение замер, вслушиваясь в окружающие звуки. Его ноздри раздулись, ловя запахи. Тихо, пусто, только сторож сидит в своем вагончике да одна из двух привезенных с Земли собак гавкнула, услышав его приземление. Но, сообразив, кто прячется в темноте, чуть слышно заскулила, давая понять, что шум поднимать не будет. Дженг усмехнулся, подумав о том, что прошло много тысяч лет, а собаки до сих пор относятся к волкам как к старшим и очень опасным братьям. Он проскользнул в недостроенный вестибюль, поднялся по лестнице на последний достроенный этаж, присел в тени и только после этого чуть слышно произнес в коммуникатор:

– Кору, я закончил сделку.

– А мы только что получили сигнал с орбиты, – тихо прозвучал голос помощника в ухе. – Четыре точки, больше ничего. Вы знаете, о чем это?

– Знак высокого приоритета, мне срочно нужно на борт. Товар погружен?

– Все ящики уже час, как в трюме, но, к несчастью, мы кое-что обнаружили.

– Что именно?

– Когда начали закреплять груз, один из ящиков упал и треснул. Мы осмотрели то, что находится внутри, и обнаружили взрывное устройство, настроенное на определенный сигнал. Думаю, это говорит о том, что наши деловые партнеры решили больше не иметь с нами никаких дел.

– Ты уверен, что был только один заряд?

– После осмотра мы нашли еще три.

– Может быть, что-то еще подложили? Например, сигнальные датчики или передатчик? Взорвать корабль можно и в космосе, достаточно направить по активированному маячку торпеду.

– Я тоже об этом подумал, поэтому мы допросили одного из грузчиков Инала.

– Я же запретил!..

– Не беспокойтесь, шеф, мы дали всем людям уйти с корабля и захватили человека уже в городе, когда он отделился от основной группы. Уверяю, никто не свяжет его исчезновение с нами.

– Хорошо. – Дженг кивнул сам себе. Кору в очередной раз доказал, что умеет правильно и быстро мыслить. – Что удалось узнать?

– Мы привезли его в космопорт, завели в челнок, и он показал нам все взрывные устройства, а также небольшой передатчик, предназначенный для активизации космической торпеды.

– Где этот человек сейчас? Я хотел бы с ним поговорить.

– Извините, шеф. – Помощник развел руками. На маленьком экране была хорошо видна его кривая усмешка. – Нам захотелось свежего мясца. Трудно удержаться, когда кого-то пытаешь, запах страха и крови возбуждает аппетит. К тому же мы решили, что отпускать грузчика не стоит, а лучший способ избавиться от тела – это его съесть.

– Отпускать человека действительно не стоило, – произнес Дженг. Он понимал Кору: ни один оборотень не может сдержать свою звериную натуру, когда видит кровь. – Вы уверены в том, что других взрывных устройств нет?

– Мы перетряхнули все ящики, а также обнюхали трюм. Правда, для этого пришлось оборачиваться в зверя, но ничего больше не нашли. Вы недовольны нами, шеф?

– Вы сделали все правильно. – Волк с трудом сдержал ярость. Теперь он лучше понимал последние слова Инала, толстяк, несомненно, решил его похоронить. Такие вещи нельзя прощать. Если люди решат, что можно безнаказанно обманывать оборотней из клана Волка, они не смогут торговать ни на одной планете людей. – Что ж, мне придется немного задержаться в городе. Передай пилоту, пусть готовится к старту, взлетим сразу после того, как я окажусь на борту.

– Поспешите, шеф. Мы тут сидим как на иголках, ждем нападения или чего-то подобного.

– Я недолго, только улажу кое-какие дела.

– Будьте осторожны, шеф!

– В этом можешь не сомневаться, умирать на этой загаженной отходами планете я не собираюсь.

Дженг спустился по лестнице, перепрыгнул через забор и по другой улице вернулся к бару. Ночь уже полностью вступила в свои права, загорелись фонари, количество машин на улицах уменьшилось, и только транспортники, везущие руду на фабрики для обогащения, завывали турбинами на магистралях, опоясывающих город. В баре ничего не изменилось. В густом табачном дыму также витал запах потных, давно не мытых тел, спиртного и наркотиков, и била по ушам громкая бессмысленная музыка. Конечно же Инала здесь не было, он давно ушел, но запах еще не рассеялся.

Волк медленно двинулся по следу, брезгливо морщась, когда сталкивался с людьми. Они настороженно следили за ним, но никому в голову не приходило задирать оборотня. Его странный, слегка раскосый взгляд отпугивал всех. Любому человеку достаточно было лишь взглянуть в желтые настороженные глаза, как генетическая память предков сразу просыпалась, и Дженга пропускали, смущенно извиняясь.

Волк перешел улицу и немного постоял, наслаждаясь тишиной и свежим прохладным воздухом, потом сделал несколько резких вдохов и выдохов, прочищая носоглотку и легкие, затем активизировал верхнее чутье.

След привел его к краю тротуара – здесь Инал сел в машину. Это не стало проблемой. Только люди считают, что все автомобили пахнут одинаково, на самом деле запах каждого абсолютно индивидуален, и любую машину легко отличить среди тысяч других.

Волка тренировали с детства, поэтому он выделил нужный запах из множества других и побежал по улице. На бегу перевел комбинезон в режим «хамелеона», чтобы не привлекать ненужного внимания. Бежать волк мог быстро и долго, и не только бежать. Многие качества зверя он умело использовал, продолжая оставаться в облике человека.

Через полчаса Дженг уже стоял возле огромного небоскреба, так как запах нечестного компаньона вел внутрь.

Здание хорошо охранялось, и попасть внутрь было непросто. За бронированными стеклянными дверями мигали красными огоньками сканеры, просвечивающие всех входящих. Дженга это не беспокоило, он не носил с собой оружия – ему оно было ни к чему. Все его тело само по себе было смертельным оружием.

Волк недовольно хмыкнул и вошел в вестибюль. Он почувствовал на себе лучи сканеров, потом с потолка опустились два автоматических пулемета и поймали его в перекрестия прицелов. Это Дженгу не понравилось. Когда он раньше приходил сюда, такого не наблюдалось.

– Назовите себя и цель визита, – проговорил механический голос. – Предупреждаем, в ночное время вход производится только по специальным пропускам.

– У меня дело к моему партнеру по бизнесу. Я уже здесь бывал, поэтому мое лицо есть в вашей картотеке. – Дженг показал пустые руки. – Я без оружия, и беспокоиться вам не о чем.

Какое-то время ничего не происходило, потом пулеметы шевельнулись, и тот же мужской голос произнес:

– Мы нашли ваш файл и переговорили с вашим партнером, но по неизвестным нам причинам он не хочет вас видеть. Пожалуйста, уходите, или мы вынуждены будем применить силу.

Дверь в коридор, ведущий к лифтам, открылась, и оттуда вышли два охранника, держа в руках парализаторы.

– Во избежание травм и объяснений с полицией советуем немедленно покинуть здание.

– Лучше бы вам пропустить меня. – Дженг сбросил ботинки. – Иначе вам не понравится то, что сейчас здесь произойдет.

– Немедленно уходите!

Охранники двинулись к нему. Видимо, их начальство не посчитало Дженга за серьезного противника, а может, Инал забыл им сообщить, что его партнер не совсем человек и вряд ли удастся удалить его без крови. Это было хорошо. Волк усмехнулся: враги отдавали ему одно преимущество за другим. Не стоило им запускать в вестибюль своих людей. Теперь оператор, управляющий пулеметами, не станет переключать их на автоматику, а в ручном режиме в волка не попасть.

Дженг убрал руки за спину. Его пальцы удлинились, превращаясь в острые прочные когти, на ногах подросли мускулы, изменилась их форма, преобразовавшись в ту, которая сейчас требовалась. Этому фокусу он научился еще в детстве, когда их вместо зарядки пропускали через полосу препятствий. И как только охранники приблизились, оборотень стал действовать. Сделал кувырок, уклоняясь от выстрела парализатора, одновременно взмахивая удлинившимися конечностями.

Стражи схватились за распоротые горла, на их лицах появилось предсмертное недоумение.

Пулеметы начали стрелять сразу после падения охранников, но было уже поздно. Дженг проскочил через открытую дверь и помчался по длинному коридору, покрытому скользким темно-коричневым пластиком. Коридор быстро закончился, Дженг на огромной скорости влетел в вестибюль, где находились скоростные лифты, проскочил мимо, не сомневаясь, что они заблокированы, и понесся вверх по лестнице. Офис Инала находился на верхнем этаже.

* * *

В черном небе с яркими точками звезд летела птица с электронной начинкой, вглядываясь окулярами оптики в то, что происходило на земле. По территории замка ползал десяток миниатюрных роботов, а сам Дэн сидел в фургоне, припаркованном недалеко от замка и вглядывался в экраны. На одном из них он видел девушку, сидящую на балконе и неспешно пьющую чай. Ее звали Грета Грин, и она прибыла сюда из столицы империи Земли. Отец Греты был крупным чиновником, имевшим право входить к императору в любое время и без доклада – то есть обладал такой властью, о которой могли только мечтать губернаторы планет. И тень его могущества автоматически распространялась на эту милую девушку с голубыми глазами. Дэн улыбнулся и послал изображению воздушный поцелуй.

Что привело Грету Грин в этот богом забытый уголок Галактики, ему так и не удалось выяснить. Никто не знал, зачем она прилетела сюда полгода назад и купила небольшой замок в столице. С точки зрения Дэна, было глупо прилететь на одну из колоний на собственном звездолете и практически похоронить себя – девушка никуда не выходила из купленного замка, ни с кем не общалась и ничего не делала.

Светская хроника Дэна совершенно не интересовала, но когда он увидел фотографию девушки, опубликованную в одной из местных электронных газет, то понял: вот он, тот единственный шанс, которого человек ждет всю жизнь. С той поры он думал только о Грете Грин, точнее об ожерелье, которое висело на шее девушки. Оно было изготовлено из редкого минерала, добываемого на планете Цитрина, – типия.

Такой кристалл в перстне или в виде небольшого зернышка в серьге могли позволить себе только очень богатые люди, а ожерелье из его зерен стоило столько, что хватило бы на безбедное существование до конца жизни всей планете. Само существование такого ожерелья казалось невозможным: тридцать два крупных зерна правильной формы, собранные вместе, стоили так много, что никак не могли оказаться на чьей-то шее, пусть даже и очень хорошенькой.

Умник перерыл множество источников информации и обнаружил акт проверки ожерелья солидным экспертным агентством: оно было признано подлинным, называлось имя мастера, создавшего этот шедевр, и даже была указана приблизительная стоимость этого изделия – десять биллионов имперских монет. Цена невероятная, именно столько давали за десять пригодных для жизни планет!

Причина столь высокой стоимости минерала была в том, что типий обладал магической силой и мог сделать магом любого. Поэтому каждый колдун, хиромант или провидец мечтал о том, чтобы иметь у себя хотя бы один кристалл.

Несмотря на то что имперская наука не могла дать внятное объяснение невероятным свойствам редкого минерала, тем не менее она признавала, что тот на самом деле влияет непонятным образом на людей, усиливая их магические и экстрасенсорные способности.

К сожалению, типий был найден только на одной планете в Галактике – на Цитрине, причем в очень незначительных количествах. Само месторождение было небольшим, крупные кристаллы находили редко, чаще всего добывали мелкие и невзрачные.

Когда Дэн убедился, что кристаллы типия в ожерелье настоящие, то сразу стал готовить похищение.

Он выяснил, что девушку охраняют двадцать наемников-долианцев, прибывших вместе с нею на ее личном звездолете, кроме того, в замке проживала немногочисленная прислуга, нанятая здесь через солидное кадровое агентство.

Грета не появлялась ни на светских раутах, ни в других местах и вообще редко выходила из своего владения. У Дэна вообще возникло ощущение, что она чего-то или кого-то ждала. Только кого или что? Чем привлекла ее планета, затерянная на окраине империи?

Когда Дэн рассказал брату об идее ограбления, Макс сначала задумался, а потом недовольно покачал головой:

– Такие игры не нашего уровня. Если мы украдем это ожерелье, сюда прилетят лучшие сыщики Земной империи! Они перекопают всю планету, но отыщут нас даже под землей. Ты же знаешь, кто у нее папаша. Думаю, сразу после кражи на орбите Теслы зависнут крейсера звездного десанта и вояки вместе с копами начнут утюжить нашу планету. Нас сдадут даже проверенные друзья.

– Вполне возможно, но если не попытаемся, то будем жалеть об этом до конца жизни. Подобный шанс может выпасть лишь однажды. Поверь, никогда мы больше не увидим приз стоимостью десять биллионов имперских золотых! Мы станем знаменитыми, если нас поймают после этой кражи, или очень богатыми, если сумеем скрыться. Лично мне нравится второе.

– Мне тоже, но еще больше хочется остаться живым. Как только ожерелье окажется у нас в руках, за нами начнет гоняться не только полиция, но и многочисленные вольные охотники. Большие деньги привлекают крупных акул, по сравнению с которыми мы – мелкие аквариумные рыбки.

– Я договорился с капитаном одного из космических кораблей, – произнес Умник. – Как члены команды под чужими именами мы попадем на орбитальную станцию, а значит, никто не узнает, что мы улетели с этой планеты. Нас доставят на следующую орбитальную станцию, там мы пересядем на другой корабль и будем менять их до тех пор, пока наш след не потеряется в космосе. Как тебе план?

– Опасно, но реально, – вынужденно признал Лис. – Но ты, кажется, не услышал, о чем я тебе говорю. Нас будет искать полиция империи, а это значит, что ни одна планета не станет для нас безопасным прибежищем.

– Мы скроемся в дальних колониях, где имперская власть слаба, переждем там несколько лет, а потом появимся уже с другими именами и биографиями и новой внешностью – пластических хирургов, желающих заработать, хватает везде. – Дэн пощелкал по кнопкам и вывел на экран звездную карту. – Я нашел место, куда мы можем после дела отправиться и где нас никто искать не станет. Туда не сунутся не только военные, но и полиция. Проще говоря, имперской власти там нет, и там можно спокойно жить, ничего не боясь, лишь бы у нас были деньги.

Лис посмотрел на номера планет и фыркнул:

– Ты хочешь сказать, что мы сможем спокойно умереть в чьем-нибудь желудке? Это же планеты оборотней!

– Я разговаривал с наставниками клана Волка, они на планете что-то вроде правителей, и нам пообещали неприкосновенность на пять лет, – заверил Дэн.

– Уже лучше, – покивал Макс, понимая, что Умник завелся, а значит, не отступится. – Только кто нас повезет к оборотням? Насколько мне известно, их планеты закрыты для посещения.

– У капитана одного частного звездолета имеется оплаченный груз для планеты оборотней, он согласен взять нас пассажирами. Денег, правда, запросил много, но гораздо меньше, чем я ожидал. Брат, мы полетим к звездам и увидим другие миры!

– А кому ты продашь ожерелье? Десять биллионов найдутся всего у сотни человек в империи, и они не живут в колониях.

– Ожерелье можно продать отдельными кристаллами. Существует нелегальный рынок типия, находится он на соседней с Цитриной планете, там мы сможем сбросить пару камней, а больше и не нужно. Этих денег вполне хватит на то, чтобы прожить жизнь без забот.

– Думаешь, на ту планету нет хода имперским сыщикам?

– Разберемся, – улыбнулся Умник. – Ты пойми, главное, что такого еще никто никогда не совершал! После этого дела нас признают лучшими ворами в Галактике!

– Посмертная слава меня не интересует, – хмыкнул Макс. – Да, пожалуй, и прижизненная тоже. Это вредно для моей профессии. Знаменитый вор – мертвый вор. Я согласен рисковать, но не умирать.

– Так и думал, что тебе понравится.

– Хорошо, мы попробуем, – вздохнул Лис. – Но операцию следует проработать так, чтобы не осталось ни одного слабого звена. Понятно же, что такое сокровище охраняется лучше, чем планетарный банк.

– Значит, работаем?

– Работаем!.. Но предупреждаю, не лежит у меня душа к этому похищению…

* * *

Дженг бежал по лестницам и чувствовал, как с каждым мгновением ситуация становится все более глупой. Наверняка охрана сообщила его партнеру о том, что волк прорвался и поднимается по лестнице. Если Инал не дурак, то поднимется на крышу, сядет на флаер и исчезнет в неизвестном направлении. Воздух – не земля, запахов и следов в нем почти не остается, и что тогда?

Не стоило давать своей звериной составляющей волю, надо было организовать нападение по всем правилам: собрать команду, обеспечить подстраховку, а теперь, если Инал скроется, что Дженг сможет сказать наставникам?

Волк увеличил скорость, теперь он перепрыгивал через пять ступенек, не задерживаясь на площадках. Его грудь расширилась, легкие увеличились, нагнетая кислород в кровь. Мышцы на ногах еще подросли. Не останавливаясь, Дженг нажал кнопку коммуникатора.

– Кору!

– Слушаю, шеф.

– Как идет подготовка к старту?

– Челнок заправлен, экипаж на месте, ждем только вас. Звездолет готовится отойти от станции. При необходимости он подберет нас в космосе и прикроет, если кто-то невероятно глупый вздумает нас преследовать. Где вы, шеф?

– Пытаюсь достать тех, кто решил нас взорвать.

– Получается?

– Пока все идет не очень хорошо: пришлось прорываться через охрану, потерял на этом драгоценное время, но главное, наделал много шума. Наверняка нашему общему врагу уже сообщили обо мне, и он попытается скрыться.

– Каким образом?

– Думаю, улетит на флаере. На крыше есть стоянка, а я туда попасть не успеваю – лифты заблокированы, бегу по лестницам…

– Чем могу помочь, шеф?

– Сообщи на звездолет, чтобы выпустили истребитель-перехватчик, и в случае, если какой-нибудь флаер решится покинуть это здание, пусть сбивают!..

– Шеф, планетарные власти могут посчитать это объявлением войны.

– Знаю, но ничего другого в голову не приходит. Если мы улетим отсюда, оставив этого человека живым, то потеряем контакты, деньги, уважение, наконец!..

– Есть еще один вариант.

– Какой?

– Я возьму скоростной полицейский флаер и через пару минут буду на крыше здания.

– Поссоримся с полицией?

– Согласитесь, что это лучше, чем открытое противостояние с властями, и я постараюсь не оставлять свидетелей.

– Одобряю, действуй!

– Через минуту буду возле полицейского участка. Все-таки чертовски удобно, что они всегда находятся у космопорта…

Дженг услышал в коммуникаторе яростный рев. Похоже, Кору перевоплотился и теперь убивал всех, до кого мог дотянуться. Через минуту он снова услышал хриплый голос, его помощник не успел трансформировать обратно связки, поэтому говорил отрывисто и не очень связно:

– На звездолет сообщил… Они отслеживают все перемещения в городе… Если с крыши кто-то взлетит, они выведут меня на цель…

– Держи меня в курсе, – хмуро улыбнулся волк. – Надеюсь, мы зажмем этих крыс в угол!

– Не сомневайтесь, шеф! Я точно никого не упущу, мне очень не нравится, когда меня кто-то пытается убить…

На площадке двадцать пятого этажа Дженга ждала засада. Лестничную площадку перегородили двумя письменными столами, за ними укрылись три охранника. Волк еще за этаж почувствовал резкий запах пота и наркотических трубочек, которые стражи выкурили, чтобы повысить тонус и ускорить метаболизм. Наркотик действительно повышал восприятие и ускорял движение, но не настолько, чтобы дотянуть реакцию человека до кондиций оборотня в боевом режиме.

Высоким прыжком Дженг преодолел последние ступеньки лестничного марша, перепрыгнул через столы, за которыми прятались три стража, не останавливаясь, ударил людей когтями, которые выпустил в последний момент, и помчался дальше, оставив позади два трупа и одного насмерть перепуганного охранника. Тот успел залезть под стол, а времени на то, чтобы выскребать врага из-под столешницы, у оборотня не было.

«Пускай живет, – решил волк. – Не всем повезет сегодня так, как ему. Пусть считает этот день подарком небес».

Глава вторая

Умник показал на экран:

– Я достал список всего, что купила Грин на нашей планете, и перечень работ, которые произвела фирма «Варок», специализирующаяся на охране. Читай.

Лис внимательно перечитал список. Грета купила сейф фирмы «Крот», считавшийся невскрываемым, и сигнализацию, которая реагировала даже на слабое движение воздуха. А фирма «Варок» в подвале замка установила двух списанных армейских роботов, оснащенных крупнокалиберными пулеметами, кроме того, поставила на ограду замка датчики обнаружения и камеры слежения и разместила тонко откалиброванные датчики, которые делали проникновение в замок практически невозможным.

Прочитав, Макс помрачнел. Датчики еще как-то можно обмануть, но что делать с роботами? Железки обладают невероятно быстрой реакцией, а учитывая, что им не требуется свет, еда и они не дышат, обнаружить их нельзя, пока не начнут стрелять. Обычно боевые машины перемещаются по установленным маршрутам, обстреливая все, что движется, включая крыс и мышей. Исключением являются лишь существа, занесенные в память: люди, собаки, кошки… Подкупить роботов невозможно, а попытка уничтожить произведет слишком много шума. Что толку взрывать, если на шум прибежит охрана?

– Ну вот и все. – Лис развел руками. – Финиш. Кража невозможна. Эти два железных болвана не пропустят меня к сейфу.

– Я тоже так думал, пока не нашел кое-какую информацию от фирмы-изготовителя. – Дэн положил на стол листок. В нем говорилось о том, что при ударе под днище робота срабатывает датчик, отвечающий за целостность зарядных элементов. Он подает на компьютер сигнал о том, что аккумулятор разрушен, после этого система переходит на дополнительный источник питания. Соответственно несколько секунд робот небоеспособен. – В последующих сериях этот недостаток исправили, но в тех, которые установлены в подвале, он есть. У тебя будет секунда на то, чтобы отключить этих железных болванов ударом под брюхо.

– Слишком рискованно, – покачал головой Лис. – Скорость реакции робота гораздо выше, чем у человека.

– Конечно, если бы это происходило во дворе или на улице, у тебя не было бы никаких шансов. Робот тебя заметил бы издалека, просканировал, проверил, имеется ли твое лицо в списке данных, а потом застрелил. Но встреча произойдет в подвале. Ты появишься для него неожиданно, железяке потребуется время на то, чтобы произвести идентификацию, вот за это время ты и успеешь ударить его под днище.

– Сомневаюсь.

– Поверь, этот дефект дает нам дополнительные шансы на удачное ограбление, так как охрана будет уверена в том, что никто не пройдет мимо боевых машин. Следовательно, дополнительных детекторов шума и движения не предвидится.

– Умеешь ты уговаривать, – проворчал Макс. – Только в то время, когда ты будешь сидеть в теплом фургоне, я буду прыгать перед роботами, надеясь на то, что этот недостаток имеется на самом деле, а не только в твоем воображении.

– Справишься, ты у нас ловкий малый, – безмятежно улыбнулся Умник. – Обещаю, пойдем на дело только тогда, когда ты научишься вырубать роботов.

И они начали готовиться: Лис выучил план замка, приобрел сейф той же фирмы, что купила Грин, и месяц тренировался в его вскрытии, Дэн за это время разобрался в установленной сигнализации и нашел способы ее отключения. Кроме того, приобрел списанного боевого робота. Макс тренировался с железным болваном до тех пор, пока не убедился в том, что сможет его нейтрализовать.

Риск был огромным, и оба хорошо это понимали, но отказаться уже не могли – слишком много сил и средств потратили на подготовку. Им даже пришлось продать часть акций, чтобы заплатить за места на звездолете. Хруст был недоволен, считая, как и Макс, похищение ожерелья авантюрой, но братьям не мешал, понимая, что им пора самим строить свою жизнь. Поскольку в успех старый вор не верил, то приготовил себе убежище на другом конце города и переехал туда, отдав дом в полное распоряжение молодежи.

После его отъезда братья стащили в него все, что им требуется, и в доме стало невозможно жить. Повсюду лежали коробки, разобранные схемы, веревки, инструменты, а среди хлама ползал боевой робот, угрожающе поводя по сторонам стволом разряженного пулемета.

Дэн искал пути легкого проникновения на территорию замка, пробовал подкупить охранников, но у него не получилось. Долианцы во все времена отличались верностью нанимателю: если заключали договор, то никогда не нарушали.

Правда, удача все-таки улыбнулась Лису. Удалось подкупить слугу, через которого Умник достал схему расположения постов охраны, узнал места установки датчиков и компьютера безопасности.

На последние деньги Дэн купил новый фургон, набив его аппаратурой. Теперь, если что-то пойдет не так, они станут нищими, и Максу снова придется заниматься карманными кражами. Но об этом он не переживал, понимая, что если не повезет, то вряд ли удастся остаться в живых.

Время проведения операции приурочили к отправлению звездолета.

У Лиса по-прежнему не лежала душа к этому ограблению. Что-то ныло внутри, как испорченный зуб, предупреждая об опасности, но Умник уже сидел в фургоне возле замка и отступать было поздно…

Макс почувствовал, как прохладный ветерок коснулся разгоряченного лица. Запахло дождем, ливень должен был начаться через полчаса, а в ненастную погоду сработка сигнализации обычное дело.

– Макс, слышишь меня? – послышался в наушнике голос Дэна. – Ответь.

– На связи.

– Где находишься?

– Почти на месте. – Лис тенью метнулся по темному двору, перелез через забор и оказался на пустыре. – Через пару минут буду у стены замка.

– Идешь по графику. С первыми каплями дождя жду от тебя сигнала на отключение камер и сигнализации.

Ров был неглубоким, но воды в нем набралось уже больше метра. И самое главное, стены у рва оказались довольно крутыми, покрытыми глиной. Ноги скользили, а ухватиться было не за что. Лис даже рассмеялся, настолько это показалось нелепым. Когда они осматривали ров неделю назад, стояла сухая погода и вылезти из него казалось настолько просто, что в голову не пришло, что это может стать препятствием.

Макс выругался, достал из рюкзака воздушный пистолет, зарядил «кошку» из легкого прочного металла с тонким тросом и прицелился в дерево, что росло у стены. Выстрел оказался удачным, зубья зацепились, Лис вставил трос в лебедку на поясе, и она благополучно вытащила его наверх.

Высокая кирпичная стена, окружавшая замок, была высотой больше пяти метров, на ее верхушке лежала проволока с бритвенными лезвиями, которые могли разрезать руки до кости. Однажды, удирая от копов, Макс напоролся на такую и едва не лишился правой кисти. Хорошо, что у Хруста нашелся доктор, который месяц выскребал из раны гной, пока все не зажило. Шрам, правда, остался в качестве напоминания о его тогдашней глупости…

Лис надел перчатки из пластиковой брони, забросил на стену «кошку», подергал, убедился, что та держится надежно, закрепил трос в лебедке и стал ждать.

Через пару минут поднял лицо вверх и почувствовал, как на него упали первые холодные капли.

– Отключай датчики, – прошептал Макс в микрофон. – Дождь начался.

– Готовься: раз, два, три… вперед!

– Поднимаюсь.

Через мгновение Лис оказался на вершине стены, перекинул трос и стал спускаться, отодвинув «бритвы» рукой в бронированной перчатке.

– Внизу, – прошептал он, одновременно нажимая кнопку на лебедке. «Кошка» спрятала свои зубья в стержень и упала на влажную землю. – Можешь включать все, что отключил.

– Пока стой на месте. – Несмотря на то что каждое движение было не раз проиграно, Дэн страховал брата. – Отключаю датчики давления. У тебя будет пара секунд на то, чтобы убраться от стены. Раз, два, три… пошел!

Макс метнулся в сторону флигеля для слуг и через секунду уже стоял в глубокой тени дома. Он едва успел упасть и закатиться за стену, как на башне загорелся прожектор, сделал круг по двору и потух.

– А это еще что?! Ты не говорил, что во дворе будет подсветка.

– Ее и не было. – В голосе Дэна послышалось недоумение. – Сам подумай, камеры работают в инфракрасном диапазоне, охранникам свет не нужен, они видят в темноте лучше любого зверя. Не должно быть ничего подобного, да и в списке покупок прожектор не значился.

– И что теперь? Вот за это я и не люблю подробные планы. Обязательно что-нибудь их нарушит.

– Где ты?

– Лежу у флигеля.

– Проверь время.

Лис посмотрел на коммуникатор, стекло сразу залепили капли.

– Нормально, плюс одна секунда. Дождь усиливается.

– Хорошо, беги до стены основного здания по сигналу: раз, два, три…бегом!

Макс, пригнувшись, пробежал примерно тридцать метров и спрятался в тени большого дома.

– На месте.

Лис увидел, как открылась дверь, и на террасе показалась массивная фигура. Наемник. Высокий, лысый, с резкими отточенными движениями. Долианец. Эта раса хорошо видела в темноте, поэтому долианцы днем не ходили без темных очков.

Почти все выходцы с Доли работали телохранителями, охранниками, солдатами. Аборигены обладали огромной физической силой, поскольку гравитация на планете превышала два «же». Быстрые и гибкие воины создали собственную боевую систему рукопашного боя, приемы которой хранились в строжайшей тайне. Впрочем, и без нее в схватке против долианцев у обычного человека не имелось ни единого шанса. Слишком стремительными и мощными они были. Только генетически измененные личности – оборотни – могли с ними сражаться на равных. Но у тех был свой недостаток: они приходили в ярость и начинали крушить своих и чужих, когда в них просыпался зверь.

– Что застрял? – спросил Дэн. – Время идет.

В ответ Лис просто стукнул два раза по микрофону, давая знать, что рядом находится охранник и он не может говорить.

– Кто? – не унимался Умник. – Долианец?

Макс стукнул один раз.

– Сейчас уберу.

Неожиданно вспыхнул прожектор, его луч потянулся к замку. Охранник не стал ждать, пока он приблизится. Закрыл глаза рукой и поспешно ушел в дом.

– Ушел. Как ты перехватил управление подсветкой? – удивился Лис.

– Каждый из нас занимается своим делом, – скромно откликнулся Умник. – Лично я расчищаю тебе дорогу, и делаю это на совесть. А если честно, то мой робот сидит на оптико-волоконном кабеле управления центрального компьютера. Вперед! Драгоценное время уходит.

– Тогда не мешай пустой болтовней!..

Лис вытащил из рюкзака пистолет, вставил в него «кошку» и выстрелил. Шипение выходящего воздуха показалось ему оглушительным, хоть он знал, что звук слышно лишь в паре шагов. Зубья зацепились за конек крыши с первого раза. Похоже, сегодня удача была на его стороне. Когда Макс тренировался на заднем дворе, это получалось в трех случаях из пяти.

Он прикрепил трос к лебедке, нажал кнопку и через пару секунд оказался на крыше. Здесь присел и посмотрел в небо: сумрачное, мрачное, капли дождя, падающие вниз, звезд не видно. В замке темно, только во флигеле прислуги горит свет.

– Где находишься?

– Наверху. Без происшествий.

– Хорошо, отключаю сигнализацию. Тебе надо спуститься во внутренний двор. Иди по коньку крыши, потом по ребрам жесткости, иначе наделаешь шума. Несмотря на дождь, можешь насторожить долианцев – у них слух не хуже, чем у диких зверей. Один, два, три… пошел!

Макс двинулся вперед и через пару долгих мгновений оказался на другой стороне. Конек крыши от дождя стал скользким, и он едва не свалился, успев ухватиться в последний момент за удачно подвернувшийся ржавый штырь. Если бы упал, то на этом бы и закончилось ограбление века.

Подождав, пока сердце в груди успокоится, Лис закрепил «кошку» и нажал кнопку спуска. Когда коснулся земли, тихо произнес:

– Во внутреннем дворике.

Дождь шелестел, пряча звуки, на земле уже набрались лужи. Макс поднял вверх лицо, чтобы горячую кожу остудили холодные капли.

– Включаю сигнализацию. Пока все идет по плану. Двигайся дальше. Если устал, можешь отдохнуть, у тебя есть примерно три минуты до начала следующего этапа.

– В подвале отдохну, не хотелось бы торчать снаружи под ливнем.

– Тогда двигайся к крайнему окошку слева, сейчас отключу на нем сигнализацию.

Лис отцепил «кошку», скользнул к стене, снял очки ночного видения, включил небольшой фонарик и стал вглядываться в стену дома. Нужное окно заметил сразу. Толстое стекло прикрывала сетка, рама сделана из металла – все, как и ожидалось. Макс достал из рюкзака небольшую алмазную пилу.

Окно он открыл, прорезав дыру в стекле и повернув задвижку, после чего спустился внутрь в глухую пыльную тишину подвала.

– Внутри.

– Включаю сигнализацию. Стой на месте, нужно перенастроить датчики на большой вес. Минутку… Готово. Иди до следующего поворота.

Лис снова надвинул очки ночного видения. Подвал был трехуровневым, сейчас он находился на верхнем, требовалось спуститься на нижний этаж – сейф находился там.

Макс дошел до железной двери, ведущей на лестничную площадку. Здесь пришлось подождать, пока Умник отключит датчики. А замок оказался не слишком сложным, Лис его открыл за минуту.

– Если бы ты решил отдохнуть во дворе, то сейчас мы бы имели недостаток времени, – произнес Дэн. – Как твое знаменитое чутье?

– Говорит, что скоро вляпаюсь в то, что мне не понравится.

– Поздно волноваться.

– В том-то и дело. У меня мурашки бегут по телу, а это всегда происходит перед большими неприятностями.

– Ты сейчас находишься в сердце этого замка. В нем, говорят, водятся привидения. Может, их ощущаешь?

– Нет, здесь что-то другое. – Макс осторожно двинулся вниз по лестнице. – Я чувствую какую-то опасность.

– Вернешься? Готов обеспечить отступление. Но ты, надеюсь, понимаешь, как много мы потеряем?

– А если погибну, что приобретем?

– Обеспечить возвращение?

Дэн знал, что предчувствия Макса часто спасали ему жизнь.

Лис прислушался к себе:

– Такое чувство, что опасность со всех сторон, в том числе и сзади, так что возвращаться бессмысленно. Похоже, уже вляпался, поэтому попробую закончить начатое.

– Что значит – «вляпался»?

– Скоро узнаешь, если мое чутье не врет. – Лис спустился по лестнице, остановился у двери, ведущей на нижний этаж, и занялся замком. – Вскрываю, отключай сигнализацию.

– Здесь ее нет.

– Почему?!

– Она не нужна, за дверью находится робот.

– Он же за углом…

– Похоже, переиграли. Может, ты его почувствовал? – Умник встревожился и теперь пытался найти его ощущениям какое-то простое объяснение. – Или прожектор тебя испугал?

– Не знаю, может быть…

Лис открыл замок, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, насыщая кровь кислородом, и прошептал:

– Расстояние до железяки?

– Примерно три метра.

– Принято.

Макс снял плащ, снял рюкзак, положил его на пол и замер, принюхиваясь. Пахло пылью и смазкой. Темнота, тишина, только слабое потрескивание остывающего металла. Сейчас Лис, благодаря тому, что все его чувства обострились до предела, и сам мог сказать, где находится робот. Он надвинул на глаза инфракрасные очки, подождал, пока глаза привыкнут к сиреневому цвету, потом толкнул ногой дверь и прыгнул рыбкой вперед.

На идентификацию у робота ушло меньше секунды. За это время Лис успел упасть на бетонный пол и прокатиться вперед на тефлоновой подкладке. Робот начал опускать вниз ствол пулемета, и тот уставился Максу прямо в лоб. Сердце испуганно стукнуло. Лис ударил железного болвана под днище и откатился в сторону.

Боевая машина повела стволом за ним, щелкнул затвор. Макс зажмурил глаза от страха, ожидая крупнокалиберной пули, которая разнесет ему череп. Но робот остановился, на пульте замигал индикатор проверки системы. Макс вскочил, отбросил крышку, нажал красную кнопку, в ответ раздался тихий щелчок, и индикатор потух.

– Уф!..

Он тяжело выдохнул застоявшийся в легких воздух, оказывается, в какой-то момент перестал дышать. Постоял несколько мгновений, приходя в себя. Несмотря на то что больше месяца тренировался, Лис до конца не верил, что у него получится. Адреналин бурлил в крови, он взмок, руки и ноги дрожали, дыхание стало громким и хриплым. Он дышал прохладным, пыльным воздухом и никак не мог надышаться.

Подождал, пока сердце успокоится, вытер вспотевшие руки и лоб, отпил тоника из фляжки и осторожно двинулся дальше.

Тихо, пусто, запах пыли и пота людей, которые не так давно были здесь. Еще пахло оружейной смазкой от робота и тонким запахом дорогих неизвестных духов. Макс глубоко вдохнул в себя воздух несколько раз. Точно – духи. Они могли принадлежать только Грете Грин – значит, девушка заходила в подвал не так давно, максимум час назад.

– Живой?

В ответ он только стукнул по микрофону, отвечать не хотелось. Что-то было не так в этом подвале. Откуда здесь запах духов? Грета решила проверить свои драгоценности или просто положила ожерелье на ночь в сейф? Но почему так поздно? Ночь на дворе.

– Рядом кто-то есть? – Умник не унимался. – Ты не можешь говорить?

– Тихо, не мешай, я пытаюсь разобраться в обстановке.

– Извини, я просто хотел предупредить, что за углом находится еще один робот.

Лис надвинул на глаза инфракрасные очки, и мир снова окрасился в сиреневый цвет. Впереди очередной поворот. Тот, кто проектировал этот замок, явно не любил открытые пространства, предпочитая им лабиринты из коридоров. Макс сделал пару шагов, прижался к стене и осторожно выглянул из-за угла. Робот. В полной боевой готовности, на что показывает рубиновый глазок на панели.

– Добрался до него?

Один легкий щелчок по микрофону.

– Могу попробовать его отвлечь, например, включить звуковой сигнал.

Два щелчка.

Лис глубоко вдохнул в себя воздух и прыгнул вперед. Он прокатился по бетону на тефлоновой подкладке, в очередной раз радуясь тому, что пришил ее, и успел в последний момент ударить ногой под днище. Ствол робота замер всего лишь в десятке сантиметров от лица. Макса била легкая дрожь, но она прошла, когда он вскочил, отключил машину и огляделся. По-прежнему тихо и пусто. Вор сделал несколько бесшумных шажков, присел и выглянул из-за угла.

Никого и ничего. Только вдали у стены огромная дверь сейфа, встроенного в стену подвала. Лис даже не представлял, насколько тот велик. Он тренировался на небольшой, компактной версии и привык считать, что в замке находится такой же.

– Я у цели. Передо мной открытое пространство примерно десять метров, в конце – сейф.

– Принято. Не шевелись, на полу установлены датчики, реагирующие на звук, вибрацию и тепло. Сейчас отключу. Минутку… Кажется, все…

– Кажется или все?

– Отключил, но есть ощущение, что чего-то не учел. Подожди…

– Мне идти?

– Сейчас проверю еще раз всю схему. А… вот еще одна неприятная штука. Ну я и тупица!

– Датчик?

– Да, инфракрасный. Установлен два дня назад, поэтому я о нем не сразу вспомнил… Теперь чисто. Осторожно! Сейчас самый поганый этап. На сейфе стоит сигнализация на вскрытие плюс реле, у тебя будет десять минут на открывание замка, потом включится сирена.

– Надеюсь, что справлюсь.

Макс остановился перед массивной дверцей, достал электронный взломщик, приложил его к тому месту, где находилось реле времени, и нажал кнопку. Экран прибора засветился зеленым светом.

Он поморгал глазами, подождал, пока зрение восстановится, и посмотрел на прибор, тот активно трудился, переводя время в сейфе назад. Через пару секунд внутри едва слышно что-то щелкнуло – блокирующий засов отошел назад. Можно начинать.

Лис прислушался к себе. Чувство тревоги не ушло, наоборот, усилилось, казалось, что кто-то приближается к нему сзади…

– Открыл?

– Подожди. Сделай для меня кое-что.

– Что именно?

– Включи сигнализацию там, где я прошел.

– Выполняю, хоть и не понимаю, зачем тебе это.

И тут же завыла сирена, подвал осветился ярким светом. Макс выругался, содрал с себя инфракрасные очки и увидел, как из-за поворота выходит группа людей. Перед процессией катился робот, а за ним шла ослепительной красоты девушка с холодными, изумрудными глазами, а вот позади шли долианцы. С людьми он бы еще мог посоревноваться в скорости, но против боевой машины можно было не дергаться. Лис вздохнул и шепнул в микрофон:

– Уходи, Умник, меня застукали. Быстро!!!

– Ваш брат вас не слышит, – ответил в наушнике чей-то незнакомый голос. – Но вы не беспокойтесь, через пару минут он к вам присоединится.

Макс выругался сквозь зубы и поднял вверх руки.

Робот остановился в пяти шагах, держа его под прицелом. Рядом встали два высоких охранника в темных очках. У них в руках не было оружия, но Лис знал, что они могут его убить множеством способов буквально голыми руками.

Девушка остановилась и мрачно улыбнулась. Из-за ее спины выглянул маленький толстенький человек в форме, его Макс узнал – начальник полиции. Сердце замерло, лоб снова вспотел. По спине пробежала холодная волна неприятного предчувствия. Он уже не сомневался, что ничего хорошего ему в будущем не светит. Не зря он сказал Умнику, что впереди их ждет лишь смерть! Чутье, как всегда, не обмануло…

* * *

Следующую засаду для него приготовили на восьмидесятом этаже. На этот раз охранники имели более серьезное вооружение, чем парализаторы, – пистолеты, автоматы и даже импульсные ружья. Дженг услышал шум и дыхание стражей еще на шестьдесят втором, почувствовал запах пота и страха на семидесятом и заранее подготовился к драке. На бегу вырастил хрящевые пластины на груди, животе и ногах, максимально их уплотнил и подготовил тело к возможной регенерации.

Еще добавил мышц на ногах, чуть уменьшил когти, но увеличил их прочность – обычная задачка на выживание. Волк вспомнил, как его гоняли на полосе препятствий наставники. Если бы те люди, что ждали его впереди, знали о том, через какой ад он прошел и выжил, то наверняка бы разбежались, не дожидаясь появления оборотня.

Охранники открыли огонь сразу, как только его увидели. Они засели на площадке, а лестничный пролет перед собой забросали мебелью. Сама задумка казалась неплохой. Проскочить такую охраняемую баррикаду для обычного человека невозможно, но для оборотня это была мелочь, а уж для такого, как Дженг, она вообще не представляла затруднения. Он набрал скорость и побежал по стене, пробивая пластиковые панели и вбивая когти в бетон, через мгновение спрыгнул на площадку и повеселился на славу. Охранников было пятеро – троим он порвал горло, а двоим просто оторвал головы.

Волк вынужден был убивать кроваво и неизящно, так как стражи оказались облачены в мощную броню, закрывающую все тело, даже лица закрывали щитки из пуленепробиваемого стекла. В принципе, если бы не лестница, то исход схватки мог бы стать для него не таким благоприятным.

Стражи не догадались, что оборотень может передвигаться по вертикальным поверхностям, и это их настолько потрясло, что они открыли огонь с опозданием на секунду, а волку ее вполне хватило, чтобы оказаться над ними. За баррикадой и в бронекостюмах охранники считали себя неуязвимыми, и это стало их ошибкой. Суровый закон клана оборотней гласил: кто плохо думает, тот мало живет.

На этой засаде Дженг снова потерял несколько драгоценных секунд и еще больше разозлился: ведь надо было еще проверить офис на предпоследнем этаже на тот случай, если его партнер не испугается, решив, что охрана сумеет его защитить.

Волк вылетел на лестничную площадку и остановился перед закрытой дверью из бронепластика, и выбить ее было невозможно.

– Шеф, – послышался голос Кору, – вижу отлетающий от здания флаер, прошу разрешения на атаку.

– Действуй, Кору. Размажь их!

– А если в аппарате находятся невиновные люди?

– Что ж, думаю, Бог найдет для них хорошее местечко в раю. – Дженг терпеливо дожидался, пока декодер сделает свое дело. – Все во власти Великого Волка, только он решает, кому жить, а кому умирать, мы лишь его глупые слуги.

– Атакую, шеф! – В наушнике раздался звук взрыва. – Флаер сбил, приземляюсь на крыше небоскреба. Буду контролировать ваш выход.

– Принято!

Дженг влетел в холл. Здесь его опять ждали телохранители. Эти знали, что он собой представляет, поэтому открыли огонь сразу. Волка отбросило назад, по груди застучали тяжелые молотки, выбивая воздух из легких. Пистолетные пули, хоть и крупнокалиберные, защитные хрящи не пробили, поэтому жизненно важные органы не пострадали, а вот правая рука беспомощно повисла – ей сильно досталось.

Дженг прыгнул вперед и тремя кувырками ушел с линии огня, спрятавшись за массивный стол. Там он осмотрел руку. Ничего страшного: вырвало кусок мяса из плеча да порвало сухожилие, тело уже начало процесс заживления. Через пару минут он сможет действовать рукой, хоть и не в полной мере. Пользуясь передышкой, волк вырастил себе острые клыки, отчего его челюсть ушла вперед и он стал похож на вервольфа – такого, каким его показывают люди в своих глупых фильмах. Правда, не хватало густой шерсти по телу, но Дженг не видел повода ее отращивать – и без того жарко.

Он перекатился в сторону и рванулся к телохранителям. В него снова попало несколько пуль, и одна из них отбросила его назад. Волк разозлился, и звериная составляющая полезла наружу, окрашивая белки глаз в кровавый цвет.

Противники подготовились на славу, даже оружие подобрали соответствующее: пули крупного калибра, ружья заряжены серебряной картечью – именно они больше всего оборотню и досаждали, отбрасывая назад, будто ударами огромного молота. Правда, похоже, люди не знали, что генетически сконструированным оборотням серебро не вредит, оно для них как обычная дробь – неприятно, но смертельно.

Перекатившись по полу, Дженг все-таки добрался до первого врага и прокусил ему ногу, а когда тот упал, вырвал кровавый пласт мяса со спины и жадно прожевал вместе с курткой. Его организм требовал еды – слишком много потратил энергии на бег и выращивание дополнительных мышц, да и восстановление ран требовало немало.

В него выстрелили в упор из ружья, волка отбросило, но он таки дотянулся до телохранителя, вырвал ему печенку и тут же проглотил. Тело продолжало меняться, все больше превращая Дженга в зверя. В этом было свое преимущество: чем глубже превращение, тем меньше боли, да и полученные раны при этом исчезали очень быстро. Правда, невыносимо хотелось есть.

Еще у двоих охранников закончились патроны. Волк перегрыз им глотки и напился сладкой дымящейся крови. Голод немного отступил, настроение поднялось, он был готов продолжать свой кровавый бой.

Оставалось еще трое. Эти даже не стреляли и не пытались скрыться. Они стояли, расстреляв все патроны, выставив перед собой короткие ножи.

Дженг убил их тремя короткими ударами и, вырвав из бедра одного охранника несколько кусков, быстро сжевал парное мясо, пользуясь передышкой. Потом частично вернул себе человеческий облик и помчался по коридору. Закрытую дверь в кабинет оборотень просто вынес своим телом. Инал сидел за столом, разговаривая по телефону. Его белая рубашка была расстегнута, в глазах плескался страх. Увидев Дженга, он отбросил трубку, отпрянул к стене и вытащил короткоствольный автомат.

Трое телохранителей, одетые в бронированные костюмы, встали перед ним и подняли ружья.

Прежде чем прозвучал первый выстрел, волк метнулся вверх по стене к потолку и упал на них сверху. Охранники умерли, так и не успев ничего понять. Потом Дженг выбил у нечестного партнера автомат, свалил человека на пол и навис над ним.

– Зачем ты хотел меня убить? – прорычал оборотень.

– Ничего личного, – пролепетал Инал. – Такой бизнес…

– Тогда ты просто еда!

Дженг порвал ему горло и стал пожирать тело, чтобы восполнить энергию, потерянную при трансформации. К сожалению, почти сразу от этого увлекательного занятия его оторвал голос Кору:

– Шеф, не хочу мешать, но к зданию стягивается полиция. Если через пару минут вы не окажетесь на крыше, нам не выбраться без хорошей драки.

Дженг утвердительно прорычал в ответ, так как его звериная пасть не годилась для человеческой речи, и помчался к лестнице, на бегу возвращая себе человеческий облик. На крышу он выскочил почти человеком. Его эластичный комбинезон был полностью покрыт кровью, но он уже очищался с помощью встроенных в ткань композитов.

Волк запрыгнул во флаер, и тот сразу стал подниматься, направляясь к космопорту, закрывая люк и убирая опоры. Мимо пронеслось несколько полицейских летательных аппаратов, летевших к зданию.

– Как повеселились, шеф? – спросил Кору, сидящий в кресле пилота. Он был наполовину трансформирован: глаза выдвинуты вперед, мышцы на руках увеличены, что давало дополнительные удобства при управлении флаером (именно благодаря такой трансформации оборотни считались лучшими пилотами в Галактике). – Я не сильно помешал?

– Нормально. – Дженг сел в кресло второго пилота и закрыл глаза. Как всегда после трансформации, его мутило, накатывала слабость и хотелось спать. – Как раз вовремя. Первичный голод я уже утолил…

– А как поживает наш милый враг? Удалось расквитаться?

– Он отправился в человеческий ад с десятком своих охранников.

– Это хорошая новость, хоть и звучит печально.

– Откуда печаль?

– Выходит, я все-таки сбил невиновных?

– Может, и нет. – Дженг пожал плечами. – Думаю, это была обычная хитрость, и в аппарате сидели охранники.

– Надеюсь, что это так, шеф. И пожалуй, я стану думать так, иначе меня будет мучить совесть.

– Поверь, Кору, невинные люди не торчат по ночам в офисах. Они смотрят визор и воспитывают детей.

– Я вам верю, шеф. Никогда не видел обычных людей, почему-то встречался только с разными сволочами.

– Просто с другими мы не общаемся и не ведем с ними торговых дел.

– А так хотелось снова поверить в человечность!..

* * *

Лис вздрогнул, когда встретился взглядом с начальником полиции. Через эти мутные, заплывшие жиром глазки на него смотрела сама смерть.

– Вы все увидели? – спросила Грета Грин копа. – Надеюсь, я ничем не нарушила ваши законы? Этот человек – вор, и он пойман мной в моих владениях.

– Да, это так. – Толстяк вышел вперед. – Я знаю этого парня. Отец у него богатый человек. Никогда бы не подумал, что его сын способен на воровство. Но что поделаешь, если молодежи скучна наша жизнь. Может быть, вы его простите? Его отец выплатит достойную компенсацию, я вам обещаю.

– Меня не интересуют деньги. – Девушка посмотрела на Макса холодным взглядом змеи перед броском. – Вы подтверждаете, что этот человек незаконно проник в мой дом и пытался украсть мои драгоценности?

– Да, госпожа, – неохотно произнес начальник полиции.

– Теперь расскажите, что я могу с ним сделать.

– По нашим законам вы должны передать вора мне, после суда он будет отправлен на рудники или… повешен на площади. Это уж как решат присяжные.

– То есть… умрет?

– Долго на рудниках действительно не живут. Второй способ менее экономичен, но зато более быстр.

– А могла бы я его убить, защищая свое имущество?

– Да, госпожа. – Толстяк растерянно посмотрел на девушку, не понимая, чего от него хотят. – По закону вы имеете на это право.

– Вы видели, как этот человек вломился в мой дом, имея при себе воровские инструменты, так?

– Да, госпожа…

– А вот и его напарник.

В подвал ввели Дэна. Он растерянно озирался по сторонам, лицо было бледным, на щеке горела свежая царапина, одежда в грязи, словно какое-то время его тащили по мокрой земле.

– Этот паренек – тоже вор по вашим законам?

– Да, госпожа. Тот, кто помогает вору, становится его сообщником и должен быть наказан. Кстати, это второй сын того же богатого человека.

– Хорошо. – Девушка посмотрела на высокого долианца, тот вытащил из кармана пистолет. – Его я тоже могу убить?

– Конечно, но только в том случае, если вы застали его на месте преступления.

– А разве это не так?

– Да, госпожа, но…

Долианец поднял пистолет и выстрелил, Умник упал. Макс замер, глядя в холодные, спокойные глаза Греты, боясь пошевелиться. У него больно сжалось сердце. Он сел на пол рядом с Дэном, положил его голову себе на колени и погладил по бледной щеке, не обращая ни на кого внимания. Его брат погиб. Дэн хотел полететь к звездам, и теперь его душа сможет путешествовать, куда захочет.

– Итак, вы своими глазами видели, как два вора залезли в мой дом и моя охрана их застрелила. Все сделано по вашим законам?

– Но так нельзя!..

– Почему? Хотите убить второго сами? Вам дать пистолет?

– У меня есть табельное оружие, но убивать таким образом бесчеловечно.

– По вашему закону я имею на это право?..

– Да. – Толстяк вздохнул. – Вы действительно застали их на месте преступления и, защищаясь, убили обоих. Мы не станем проводить расследование.

– Ну, вот и славно. Грэг?..

Долианец поднял пистолет, из черного отверстия вырвался огонь, грудь Лиса обожгло, и на него навалилась темнота, в которой нежно пахло горькими духами…

Макс понимал, что умер, но его тело нестерпимо болело, и эта боль не давала вернуться в спасительную темноту, где приятно пахло влагой, а холодные капли текли по лицу. Откуда в аду вода? Лис не сомневался, что попасть мог только туда. Вот если бы умер малышом, попал бы в рай, а так… никаких шансов на снисхождение, слишком много он украл. Но если это ад, то почему так сыро?

Там же жара, огромные сковородки, стоящие на раскаленной магме, черти с ухватами и нестерпимая боль. И почему так нежно пахнет духами? Неужели и в аду есть женщины? Но там нет никого, кроме грешников и грешниц. Женщины ли грешницы? Грешницы ли женщины? Это вопрос, на который он не знал ответа…

Лис приподнял тяжелые веки и тут же снова опустил, когда яркий, ослепительный свет ударил по глазам. Если это был ад, в нем не хватало жары, а если рай, то тепла. Слишком холодно. Получается, жив? Макс еще раз поднял веки и увидел лицо в темных очках, на крепких, в буграх мускулов плечах. Лысая голова. Невероятная сила. Светобоязнь… Долианец.

– Вставай, вор.

Лис зашевелился, попытался приподняться, и его тут же стошнило. Полежав немного, он снова оперся на подгибающиеся руки, приподнялся и прислонился к бетонной стене. Подождав, пока глаза привыкнут к свету, посмотрел по сторонам.

Он лежал в том же подвале, где его убили. В пяти шагах от него сидела в неизвестно откуда взявшемся кресле Грета, возле нее стояли два наемника в темных очках, чуть дальше боевой робот поводил стволом пулемета. Все те же, только отсутствует начальник полиции да нет тела Дэна.

– Ты слышишь меня, вор? – спросила девушка тихим, спокойным голосом. – Посмотри на меня.

Лис кивнул, говорить он не мог, во рту пересохло. Он поднял мокрые руки и облизал ладонь, воды рядом было достаточно: вероятнее всего, его поливали из пожарного шланга – на полу лужи.

– Ты понимаешь, о чем я говорю?

Он снова кивнул.

– Помнишь, что произошло?

– Меня убили? – прохрипел Макс. – И моего брата тоже?

– Именно так. Вашу смерть видел начальник полиции, ее констатировали судмедэксперт и судья. Тело твоего брата выдано приемному отцу, а твое утоплено в нечистотах – так принято на родине долианцев. Тебе наверняка же известно, как они не любят воров…

– Тело? – Лис не понимал, что происходит, мозги отказывались соображать, нейроны с трудом оживали. – Мое?!

– Твое.

– Почему утопили?

– Чтобы никто не искал.

– Зачем? – Говорить было нелегко. Все внутри невыносимо болело, в горле першило. – И потом… если я умер, то почему мне так больно?

– Я тебя оживила.

– Как?

– Немного магии, немного медицинских знаний.

– А как мне жить без тела?

– Твое тело с тобой, просто в акте написано, что его утопили.

– Хорошо.

Макс понемногу собирал себя по частям. Итак, он жив, а Дэна эти сволочи все-таки убили.

Он скрипнул зубами. Они сделали ошибку, оставив его в живых. Он отомстит. Обязательно. Не сейчас. Позже. В теперешнем положении он ни на что не способен. Умник!.. Как же ты мог умереть? Говорил же тебе: не стоит красть это ожерелье, предупреждал, что сердце не лежит. Впрочем, что теперь об этом… Ясно же, что за ними следили и ждали благоприятного момента. Даже начальника полиции заранее вызвали, чтобы все было по закону. Сволочи!.. Вот почему я чувствовал, что за мной кто-то наблюдает…

– Почему я не умер? – прохрипел Лис. – Простите, но в магию не верю. Чем вы в меня стреляли?

– Мы использовали новый тип парализатора. Это оружие вызывает состояние, близкое к смерти, но оно обратимо, человека можно оживить, если сделать это в течение нескольких часов.

– Почему оживили меня, а не брата?

– Он задает много глупых вопросов, это меня утомляет. – Грета посмотрела на высокого наемника. Тот неуловимо быстрым движением перетек к Максу и ударил ногой в бедро. Несильно, но очень болезненно. – И кажется, не понимает своего положения.

– Запомни, ты мертв, а мертвецы молчат, – проговорил долианец. – Будешь говорить только после того, как тебя спросят. Слушай и отвечай. Вопросы задавать не надо, госпоже это не нравится. Если понял, ответь.

Макс кивнул.

– Говори словами. – Долианец еще раз ударил Лиса, и тот, захрипев, снова повалился на пол. – Не мотай головой, это невежливо!

– Понял, – прошептал Макс и тут же получил еще один удар.

– Отвечай, только когда тебя спросят.

– Уйди, пожалуйста…

– Понравилось? – Наемник ухмыльнулся, и от зловещей ухмылки у Лиса побежали мурашки по телу. – Могу добавить…

– Ответь еще на один вопрос, вор. – Грин улыбнулась. Похоже, избиение доставило ей удовольствие. – А ты, Грэг, вернись на место.

– Какой вопрос? – прошептал Лис. Тело стало болеть сильнее. Он вдруг понял, что если получит еще несколько ударов, то умрет по-настоящему.

– Почему ты сказал брату, чтобы он включил сигнализацию?

– Мне показалось, что сзади кто-то есть.

– Так я и думала. Ты обладаешь даром, хоть и неразвитым. К твоему несчастью, ты сделал ошибку.

– Не понимаю…

– Меня это разозлило. Мне очень хотелось увидеть, как ты вскрываешь сейф. В фирме сказали, что он самый надежный в Галактике, а ты лишил меня этого зрелища.

– Я могу его вскрыть и сейчас, но это потребует довольно много времени, так как реле снова заблокировало засов.

Лис вздохнул. Он понимал, что ничего хорошего его впереди не ждет. Долианцы считались лучшими мастерами пыток и медленной мучительной смерти. Если они за него возьмутся, то сначала подрежут голосовые связки, чтобы не мог кричать, а потом…

Макс помотал головой, отбрасывая в сторону ужасные мысли. Теперь, когда он официально мертв, наемников ничто не остановит. А воров они действительно не любят, это известно всей империи.

– Как долго?

– Примерно час.

– Столько времени у меня действительно нет. Предлагаю вернуться в дом и в спокойной обстановке поговорить о твоем будущем.

– Хорошо.

– Надеюсь, будешь вести себя прилично?

– А у меня есть выбор?

– Конечно. – Девушка снова улыбнулась. – Или тебя понесут связанного и избитого, или ты пойдешь своими ногами. Итак?

– Я пойду сам.

– Отлично! – Грета встала с кресла. – Пошли.

Лиса поднял на ноги высокий наемник и подтолкнул вперед.

– Если ты, парень, что-то задумал, не советую даже пробовать. Убивать мне тебя не разрешили, но бить можно. Специально для тебя рассказываю: в город тебе не прорваться, на территории замка восстановлена сигнализация и снова поставлены мины.

– Мины?!

– Я же сказал: убивать тебя госпожа запретила, поэтому мы их убрали, чтобы ты мог попасть в дом. Понятно?

– Не совсем.

– Тогда запомни на будущее: мы работаем по старинке и не слишком верим в электронику. Если мы охраняем объект, то в него гарантированно никто не попадет без нашего разрешения. Мины – лишь одна из наших хитростей. В запасе у нас имеется еще немало разных смертоносных штучек, но лучше тебе о них не знать. Попытаешься сбежать?

– Честно?

– Как хочешь.

– Попробую обязательно, как только появится возможность, – прохрипел Макс. – Все равно я уже мертвец.

– Иного от тебя никто и не ждет, но запомни: умирать можно много раз. Мы можем продлить твои мучения на месяц или на год. Как-то одного человека мы пытали семь лет…

– Зачем вы убили моего брата, а оставили в живых меня?

– Мы только выполняем приказы. Нам все равно, жив ты или мертв. Вперед!

Лис пошел, робот медленно покатился рядом, после того как один из долианцев открыл у него панель и нажал несколько кнопок. Макс понял: робот переведен в режим сопровождения. Если бы наемники не шли в паре шагов сзади, можно было рвануть в сторону, а потом… кто его знает, может, удалось бы убежать. Ему бы только добраться до дворика, а там…

Наемник усмехнулся, увидев, как Лис покосился на боевую машину.

– О роботах, я вижу, тебе кое-что известно, но поверь, ты ничего не знаешь о нас. Мы быстрее любого человека, и на стометровке все рекорды наши, поэтому даже не пытайся.

Они двинулись по пустому подвалу – теперь, когда в нем повсюду горели лампы, помещение потеряло свою загадочность и таинственность. На бетонном полу отчетливо виднелись следы, оставшиеся от мокрых ботинок Лиса. На улице шел дождь. Точно.

Девушка ушла вперед и исчезла за поворотом. Обнаружилась она только в кабине лифта, о котором ни Макс, ни Умник не знали. Долианцы запихнули пленника в кабину и встали рядом, а робот повернул назад – на этом его маршрут сопровождения закончился.

– Хорошие духи, – сказал Лис девушке.

– Спасибо. Только не понимаю, почему ты об этом сказал?

– Вы спросили: почему я попросил своего брата включить сигнализацию? Отвечаю: меня насторожил запах.

– Да? – удивилась Грин. – Какой?

– Запах ваших духов.

– И что? Я часто бываю в этом подвале, все-таки там стоит сейф, а в нем лежат мои драгоценности.

– Не думаю, что вы туда ходите по ночам. А ваши духи, хоть и стойкие, все равно развеялись бы за час. Я понял, что вы заходили не так давно, и задумался. Что может делать девушка глубокой ночью у сейфа? Что ей нужно? Что она проверяла? Но самое главное – почему?

– Я спускалась за этим. – Грета повернулась и показала на свое декольте. Грудь у нее оказалась правильной, красивой формы (вероятнее всего, работа хорошего хирурга), а на ней блестело ожерелье – то самое, за которым они охотились. Кристаллы типия светились изнутри темной зеленью, они не выглядели большими и красивыми. Так. Ерунда, которая стоит десять биллионов. Глупость богачей. – Я не могла позволить, чтобы ты прикоснулся к нему, после чужого прикосновения приходится слишком долго настраивать камни обратно на себя.

– Ваше ожерелье выглядит не так богато, как на фотографии.

У Макса по-прежнему кружилась голова, он чувствовал, что может в любой момент потерять сознание, и говорил больше для того, чтобы не отключиться. То, что его ударит наемник, он не боялся. Долианцам не разрешили его убивать, значит, он нужен живым этой «ледяной принцессе», а вот Дэн не был ей нужен, поэтому он мертв.

– Запомните, юноша: то, что по-настоящему стоит дорого, редко блестит.

Лифт остановился. Они прошли по широкому коридору, зашли в большую комнату, в которой стоял огромный обеденный стол – за ним могло поместиться человек тридцать. На зеленой шелковой скатерти стояли темные бронзовые подсвечники, в которых горели высокие желтые свечи, и они пахли настоящим пчелиным воском!

Это была невероятная роскошь. Лис ни разу такого не видел, только слышал. Воск можно найти только на Земле, на Тесле пчелы не жили, как и многие другие земные насекомые, хоть попытки их сюда переселить осуществлялись много раз.

Грета села за стол, один из долианцев заботливо придвинул массивный стул, сделанный из древесины трока; она добывалась на другом конце континента и стоила невероятно дорого.

– Если ты голоден, тебе принесут закуски, если нет, будем пить чай. Итак?

– Я бы поел, – произнес Лис. – А вместо чая выпил бы кофе.

– Хорошо. – Девушка позвонила в небольшой серебряный колокольчик, стоявший возле нее, и в комнату тут же вошел слуга в черном старомодном сюртуке, неся поднос с нарезанным холодным мясом, дорогими колбасами и сырами. За ним другой слуга вкатил столик с дымящимся чайником и кофейником. Они быстро и сноровисто расставили на столе закуски, поставили перед девушкой чай, а перед Максом большую чашку кофе, хлеб, блюдо с закуской и вышли.

– Наслаждайся жизнью, пока можешь, вор, – произнесла Грета. – Возможно, через час это станет для тебя непозволительной роскошью.

– Все-таки хотите меня убить? – спросил Макс, набрасываясь на еду. Он уже успокоился, смирился с тем, что происходит, и решил принимать мир таким, какой тот есть. Впрочем, ничего другого ему и не оставалось. Можно было, конечно, совершить какой-нибудь самоубийственный поступок, но тогда кто отомстит за Дэна? Сам Лис смерти не боялся. Страх перед ней у него исчез в пять лет, когда он умирал от воспаления легких. Уже тогда он понял, что смерть – не беда, а избавление от боли и тоски, которые и составляют суть жизни. – Так стоит ли кормить?

– Пока ты мой гость, я не могу оставить тебя голодным, даже зная, что жить тебе осталось недолго.

– Вам явно от меня что-то нужно. – Лис прожевал кусок мяса, оценив тонкий букет специй. Это блюдо определенно готовилось хорошим поваром и точно не из местных продуктов. – Этим объясняется ваше гостеприимство. Я прав?

– Возможно. – Грей отпила глоток чая. – Ты уже мертвец, вор, достаточно сбросить тебя в колодец с нечистотами, чтобы история твоей жизни закончилась. В конце концов, это уже записано в планетных архивах. Жил некто Макс по прозвищу Лис, а потом умер от выстрела в упор при попытке украсть ценное ожерелье и погребен в канализации.

– Ну, это понятно, – вздохнул Макс. – Скажите, чего мы не учли? Почему вы нас поймали?

– Сама идея была порочной. – Девушка отпила еще чая. В ее глазах появилась странная задумчивость. – Вы пришли в мой дом, потому что я хотела этого. Скажу больше: я приехала на эту планету и сняла этот замок именно для того, чтобы однажды ты пришел сюда. Я специально сделала так, чтобы фото ожерелья попало на обложки ваших журналов и газет. Обычно я никому его не показываю и не рекламирую.

– То есть вы устроили для меня ловушку. Интересно – зачем?

Макс вернулся к еде, на Грету не смотрел, продолжая изучать дом, все еще надеясь на то, что ему удастся сбежать. Идея кражи была идиотской, девушка права. Можно было догадаться, что самый вкусный сыр всегда кладут в мышеловку. Дерзил он хозяйке потому, что не мог придумать, как ему выпутаться. Об Умнике старался не думать, иначе боль порвет сердце, и он не сможет думать.

– Хочешь, чтобы я тебе объяснила?

– Если возможно…

Повинуясь ее знаку, один из долианцев достал из высокого массивного шкафа из того же дерева трока большой хрустальный шар, поставил его на стол и, вытащив из массивного канделябра свечу, поместил ее так, чтобы свет проходил через мутную поверхность и падал на светло-серую стену. Девушка сняла с шеи ожерелье и положила его на стол так, чтобы шар оказался внутри, и закрыла глаза.

– Смотри на стену, вор, – сказал высокий долианец с резкими чертами лица, словно вырубленными из камня. – Госпожа покажет тебе что-то. И цени, такое она делает редко!

Макс запил еду крепким ароматным кофе – явно очень дорогим, возможно, земным. На стене в освещенном шаре задвигались тени, соединяясь вместе, потом они слились в темное облако и снова разошлись. Лис увидел себя в огромном помещении, в его руках было нечто странное, излучающее изумрудный слепящий свет, а за спиной колыхалась огромная косматая тень.

Грета убрала руки от шара, и он снова стал отбрасывать на стену только мутный прозрачный отблеск. Долианец вернул свечу обратно в канделябр. Девушка вздохнула, открыла усталые, мутные глаза, повесила ожерелье себе на шею и жадно выпила остывший чай.

– Видел?

– Да, – кивнул Макс. – Интересный фокус. Как я понимаю, наши предки называли это телевидением?

– Это не телевидение, а твое будущее. Из-за него ты сейчас сидишь передо мной.

– Я слышал о людях, для которых прошлое и будущее – открытая книга. Вы хотите убедить меня, что обладаете подобным даром?

– Мне все равно, веришь ты или нет. – Грета наблюдала за каждым движением пленника. От нее не укрылось, что его пальцы дрожат. Макс не боялся, ему просто было не по себе. Руки и ноги тряслись мелкой дрожью, а сердце сбивалось с ритма – вероятно, это было последствием выстрела из парализатора. – Если ты глупец, то мне тебя не убедить. Я просто показала, что стало причиной моего появления на этой планете и почему ты попал в мою ловушку.

– Вам нужна эта зеленая лампа, которую я держу в руках?

– Это не лампа, а магический сосуд. Изумрудный свет – лишь побочный эффект. Объяснять больше – значит терять время, ты все равно не поймешь. Наш мир в недалеком будущем ждет потрясение, и я стала искать причину этого. – Немного помолчав, девушка посмотрела на Лиса холодным взглядом, словно препарируя некую букашку, и продолжила: – Ты в будущем держишь в руках предмет силы, которому подвластно многое. Он мне нужен, и ты добудешь его для меня. Если откажешься, умрешь не только сам, но и все твои близкие – в первую очередь твой приемный отец, который сейчас прячется в трущобах. Понятно?

– Не все, хотелось бы кое-что уточнить.

– Что именно?

– Откуда вы столько обо мне знаете?

– Я знала, как ты выглядишь, еще до своего появления здесь, поэтому эти полгода не бездельничала. Вы с братом собирали информацию обо мне, тем же занималась и я. Ты думаешь, это твоему брату пришла в голову идея меня обокрасть? Поверь, это я вложила ее в его голову. И слуга разговаривал с ним по моему поручению. Он передал план дома и подвала тоже по моему разрешению. – Грин встала из-за стола. – Я устала. Не знаю, как тебе, вор, а мне бессонные ночи не нравятся. Люблю хорошо себя чувствовать и приятно пахнуть. Мне сейчас необходимы горячая ароматическая ванна и долгий спокойный сон.

Грета бросила взгляд на высокого долианца.

– Грэг, отведи вора в приготовленную для него комнату, обеспечь минимальным комфортом. Разговаривать с ним необязательно, если будет вести себя глупо, разрешаю добавить немного ума, но не убивать и не наносить повреждений, которые могут помешать выполнить нужную для меня работу.

– Да, госпожа.

Долианец поклонился, подождал, пока Грета выйдет из комнаты, и кивнул двум помощникам. Те подняли Лиса из-за стола и повели к другой двери. За ней открылся широкий, хорошо освещенный коридор. Макса довели до комнаты, которой коридор заканчивался, затолкали внутрь, и пленник тут же получил затрещину, от которой упал на пол.

– Будешь дерзить госпоже, – прошипел Грэг, – и я буду бить тебя каждый день.

Дверь закрылась, послышался звук задвигаемого засова.

Макс подошел к окну и увидел, что рамы укреплены металлом. Кроме того, в них вставили стекла из металлопластика, не уступающие по прочности броне.

Посередине большой квадратной комнаты, отделанной дорогими деревянными панелями, стояла огромная кровать, покрытая желтым покрывалом. В стене виднелись две массивные двери. Одна вела в ванную, другая – в туалет.

Макс сел на кровать. Все произошедшее казалось наваждением. Еще два часа назад Дэн был жив и помогал ему. Теперь брат мертв, а у него самого положение не намного лучше. Самое неприятное во всем этом было то, что Лис попал в ловушку, которую приготовили для него из-за какого-то светящегося зеленью предмета, который окажется у него в руках в далеком будущем, – то есть его наказали за то, что он еще не совершил.

Конечно, смерть и тюрьма – спутники воровского ремесла, но Дэн ни в коем случае не должен был умереть, а его расстреляли без суда и следствия. Можно, конечно, сказать, что брату повезло: обычно долианцы пойманным на воровстве вскрывают брюхо, засыпают туда соль и отпускают с кишками, торчащими наружу.

Макс закрыл глаза. Надо поспать. Утром мир будет выглядеть иначе, и возможно, он поймет, как выбраться из этого замка и сбежать от сумасшедшей девицы.

Глава третья

Летательный аппарат завис в воздухе, потом плавно опустился на стоянке флаеров рядом с космодромом. Служитель, увидев полицейскую раскраску и проблесковые маячки, отошел подальше, не желая неприятностей. Кору заглушил двигатель, открыл люк и выдвинул трап.

– Скоро полицейские обнаружат этот флаер и поймут, что мы улетели на челноке.

– Есть предложения? – Дженг почти полностью восстановился и теперь мрачно разглядывал свой комбинезон. Кровь исчезла, но пулевые отверстия практически уничтожили одежду. – Говори.

– Можно подняться, поставить возврат на базу, есть у этих аппаратов такая функция, после этого выпрыгнуть, и наше местонахождение останется неизвестным.

– Идея неплохая, выходи.

– Может быть, лучше это сделаю я, шеф?

– Посмотри, на кого я похож? Мой комбинезон уже ни на что не годен, так что еще одно падение ему не повредит.

На город опустилась ночь, светило спряталось за высокими зданиями, ветер метался по стоянке, поднимая в воздух пыль и семена ползучего дерева крио, которое практически заглушило всю растительность в городе.

Кору неспешно спустился на землю, Дженг поднял трап, ввел координаты полицейской стоянки и, когда машина стала подниматься, выскочил через открытый люк. Падать пришлось метров тридцать, он едва успел усилить кости и мышцы, а внутренние органы закрепил дополнительным жиром перед страшным ударом. На мгновение от боли волк потерял сознание и едва не стал оборачиваться. Хорошо, что успел запретить себе это делать перед тем, как улететь во тьму. Когда он открыл глаза, то увидел Кору, который терпеливо ждал, когда Дженг придет в себя.

– Классный прыжок, шеф! Мне понравилось. Научите или хотя бы расскажите, как это делается? Я бы точно все кости переломал и часа два потратил на регенерацию, а вы за пару минут пришли в норму, причем не превращаясь в волка.

– В этом нужно практиковаться с детства. – Дженг встал и вытер засохшую кровь с лица. – Меня прыгать учили в спецшколе, когда я был еще волчонком.

– Жаль. – Кору залез в свой рюкзак, вытащил оттуда новый комбинезон и легкие ботинки. – Вам надо переодеться, шеф, а то выглядите очень подозрительно.

– Ты прав. – Дженг сбросил остатки одежды и натянул новую. Свой рюкзак, с которым не расстается ни один оборотень, он потерял в схватке на последнем этаже небоскреба, а идти в рванье на полицейский контроль не стоило. Конечно, через пару часов полиция все равно будет знать, кто совершил нападение на небоскреб, но к тому времени они будут уже в космосе. – Надо спешить, время работает против нас.

Загорелись фонари, ветер принес с космодрома запах ракетного топлива и остывающих бетонных плит. Они подошли к зданию космопорта и спокойно прошли турникет с зевающим полицейским. Похоже, полиция еще не просмотрела видеозаписи с бойни в небоскребе, а значит, им удастся убраться с этой планеты без драки.

Сам контроль не занял много времени. Они поднесли коммуникаторы к сканеру, тот считал нужную информацию, снял плату за пребывание в городе и открыл бронированную дверь. Еще один полицейский скучающе просмотрел на экране появившиеся данные и отвернулся.

Оборотни побежали легкой трусцой по взлетному полю. Челнок находился на своем месте. Трое волков сидели на трапе. Увидев товарищей, они помахали им и зашагали к служебному выходу из космопорта. Этим перевертышам придется разгребать все, что здесь натворили Дженг и Кору: давать взятки, убивать тех, кто брать их откажется, пугать тех, кого можно устрашить, и врать, врать, врать…

Пилот начал разогревать двигатели и договариваться с диспетчером о взлете.

Как только Дженг и Кору зашли в шаттл, трап поднялся, а люк закрылся. Они пристроились рядом с пилотской кабиной, так как трюм и салон оказались полностью забиты пластиковыми ящиками с оружием. Это и был тот груз, ради которого они пригнали сюда звездолет. Клан Волка строил боевую орбитальную станцию, чтобы защитить планету от имперского вторжения.

Дженгу пришлось мотаться по Галактике два земных года, прежде чем удалось подойти вплотную к этой сделке.

И вот, когда уже можно было праздновать победу, все едва не сорвалось. Самое скверное в том, что волк не понимал, почему партнер решил уничтожить и его, и оружие? Испугался последствий? Или с ним побеседовала имперская разведка? Или, может быть, военные, с помощью которых проводилась сделка, решили скрыть таким образом следы своего воровства?

Нет, следовало хорошенько допросить Инала перед тем, как убивать. К сожалению, у Дженга не было на это времени, да и не сдержался он: когда в тебе просыпается зверь, трудно бывает его обуздать. А теперь он находится в неведении и не знает, что еще может произойти. К сожалению, челнок неуклюж, его легко сбить наземной ракетой. Если бы Дженг был на стороне тех, кто хотел его убить, то обязательно этим бы воспользовался. Наверняка Инал предупредил своих заказчиков. Не зря же он разговаривал по телефону, когда Дженг ворвался к нему в кабинет. Значит, нужно ждать еще какой-нибудь подлости.

А если осталось хотя бы одно взрывное устройство? Оно же разнесет звездолет, который итак достался волкам не совсем легально.

– Шеф, нас преследуют!

Дженг облегченно выдохнул:

– Это хорошо.

Кору покосился на него:

– Почему, шеф?

– Это значит, что вы нашли все взрыватели, иначе им не потребовалось бы посылать за нами истребитель.

– Неужели я сел бы на челнок, если бы сомневался в этом? – улыбнулся помощник. – Простите, но мне хочется дожить до того момента, когда мои волчата начнут показывать свои клыки.

Дженг протянул руку и нажал кнопку переговорного устройства.

– Мажу, передай на звездолет: пусть выпускают перехватчики для нашего прикрытия. Я перехожу в орудийный отсек. Узнай, как дела у ребят, что остались на планете для нашего прикрытия. Возможно, у них тоже появились проблемы.

– Хорошо.

Дженг встал и, спотыкаясь о ящики, прошел к задней части челнока. Там были установлены две орудийные башни. Конечно, незаконно. Челнокам, опускающимся на планету, не разрешено иметь оружие.

Волк вошел в крохотный отсек, окрашенный в серый цвет. Здесь имелось только одно кресло. Дженг сел в него и нажал кнопку боевой готовности. Выдвинулись подлокотники, зафиксировавшие тело, захваты прижали к мягкой поверхности, на голову надвинулся шлем. На прозрачном щитке появились три цели в красных кружочках – противник.

– Шеф! – услышал Дженг в наушнике голос пилота. – Получил информацию с планеты.

– Слушаю.

– Двое братьев убиты сразу после нашего взлета, за тремя, что помогали с погрузкой оружия, идет охота. Что им передать?

Дженг задумался. Бросать ребят не хотелось, но груз был гораздо важнее их жизней, да и его тоже. К тому же, если их так быстро выследили, это значило только одно: за ними следила имперская разведка. Все части головоломки встали на место. Сделку проводили имперцы, а Инал был их агентом. То, что удалось обнаружить взрывчатку, сорвало их планы, поэтому они сейчас так бесятся.

– Передай ребятам, что разрешаю использовать все средства для собственного выживания, кроме оборачивания. От меня лично пожелай им удачной охоты. Если останутся в живых, мы заберем их через полгода, после того как доставим груз. Если нет, они придут с честью в Верхнее Логово.

– Понял, шеф. Жаль ребят!

– Ты не их жалей, а себя! За нами гонятся истребители, и если мы не сумеем защитить груз, то смерть братьев будет напрасной, да и наша с тобой тоже.

* * *

День прошел, наступила ночь, и блестящие близкие звезды высыпали на черное небо. Они висели над плато, равнодушно глядя, как одни люди убивают других.

Гаур устал, его руки пропитались кровью и дрожали от утомления, а расшитая золотом мантия превратилась в грязную, мерзко пахнущую тряпку, хоть жрец и старался быть аккуратным.

Больше всего на свете ему хотелось умыться прохладной дождевой водой, а потом лечь на твердый лежак и хоть немного поспать. Но, увы, он не мог закрыть глаза даже на мгновение. Только убив последнего раба, Гаур будет свободен, а умерло всего четыре с половиной тысячи.

Еще пять с половиной тысяч рабов ждали счастливой участи – отдать свои никчемные души кристаллу, а затем императору. Если все удастся, этот мир изменится и больше никогда не станет прежним. О Гауре будут слагать легенды, его признают величайшим магом из всех живших когда-либо, а память о нем останется в веках. Им будут пугать непослушных детей, а юноши и девушки, обладающие даром, станут искать в свитках упоминания о верховном жреце империи и мечтать о том, что когда-нибудь им удастся исполнить то, что удалось совершить ему.

Но главное, конечно, что он сделает то, за что не решился взяться ни один маг. Шутка ли – дать бессмертие обычному человеку! Не магу, не чародею, а обыкновенному человеку, пусть с золотой короной на голове. Власть золота ничтожна в сравнении с властью знаний!

Скоро Токур станет величайшим властителем во все времена, вечным, безжалостным богом этой планеты, и у него появится бездна времени на то, чтобы покорить все, что лежит под равнодушным небом.

К сожалению, его, Гаура, уже не будет, он превратится в кучу гниющей плоти. Увы, так несправедливо устроен мир. Величайший творец и маг умрет, а бездарь, ставший королем по закону крови, будет править миром железной рукой.

У жреца почти не осталось сил, но передать жертвенный нож он никому не мог, потому что только от него сосуд принимал энергию, настроенный путем длинных и невероятно сложных заклинаний. Лишь ему он подчиняется и служит, никто другой не сможет управлять им, поскольку сосуд своенравен, и только заклинание подчинения держит его скованным.

Гаур не может остановиться, потому что, если остановит ритуал, сосуд закроется и больше никому в мире не удастся его открыть. Он будет сиять изумрудной звездой, пока не иссякнет заклинание, а потом высосет энергию у всех, кто находится на этом плато, в том числе и у самого жреца.

Гаур с печалью и завистью смотрел на императора: тот уже дважды поел и провел два часа в шатре, развлекаясь с юной рабыней. Это когда-то тоже посоветовал жрец. Энергия молодых поддерживает силу стариков, а когда они занимаются любовью, то прибывает вдвойне; общий сосуд наполняется, а дальше оба пьют из него, согласно своим потребностям, и конечно же старым достается больше. Именно поэтому Токур вернулся веселым и бодрым и уже два часа спит, наслаждаясь ночной прохладой, а Гаур не может даже присесть на камень, чтобы отдохнули усталые ноги…

Как же он ненавидит этого глупца! Гаур столько лет искал это величайшее заклинание, изучал записи могучих шаманов и магов, а император в это время сытно ел и сладко спал, зная, что его воля будет исполнена.

Этому тупому отпрыску благородных родителей не требовалось никому ничего доказывать. Он не разбирал ночами при скудном свете свечей старые выцветшие письмена, не испытывал жгучую боль в груди, вызывая ужасных демонов из других миров, не дрожал от страха, когда создавал заклятия, боясь допустить ошибку, а просто наслаждался жизнью по праву рождения.

Всем известно, что любая, даже самая великая кровь разбавляется с каждым новым браком и уже в пятом поколении вместо сильного и умного правителя империя получает глупца, который обрекает на гибель свой народ бессмысленными войнами – именно таков император, которому Гаур сейчас служит.

Верховный жрец оперся на мгновение об алтарь и вытер пот. Ученики, пользуясь этим, отошли назад, и им на смену заступили другие, свежие и полные сил. Конечно, Гаур знал, как тяжело провести эту церемонию, долго готовился к ней, собирал по провинциям юношей, учил их, давая знание и силу, и теперь они возвращали долг, поддерживая и направляя его руки. Он понимал, что будет трудно, но не знал, как много сил забирает контроль над ножом и сосудом.

Его руки уже кровоточат, ноги дрожат, а сердце захлебывается от напряжения.

Верховный жрец шагнул к следующему телу и, вырезав сердце, отступил назад, тяжело дыша.

По свистку сменилась когорта воинов, и свежие гвардейцы повели к алтарю новых рабов.

Гаур все яснее понимал, что может не выдержать, и тогда никем не контролируемая энергия испарит камень, а в радиусе десятка километров погибнет все живое. Такое уже было однажды. Тогда погиб огромный город, люди умирали, не осознавая, что происходит. Сейчас в том месте находятся руины, в которых живет зло. Путешественники и купцы обходят его за сотни километров, а те, кто нарушает правило, исчезают, и их души потом бродят тенями по закоулкам бывшей столицы огромного королевства.

Но тогда маг использовал сосуд намного меньше этого, да и рабов было принесено в жертву силе всего-то несколько сотен. Что же натворит сила десяти тысяч мертвых? Выжжет дотла страну? Пронесется по миру ураганами и смерчами? Или начнет сотрясать землю, сбрасывая с нее неразумное людское племя? Когда-то учитель Гаура рассказывал о том, что энергия, собранная в одном месте, способна перебросить человеческое тело в другое пространство или в другое время. Старые маги умели путешествовать по звездам. Сейчас эти знания утеряны. Хотел бы он, Гаур, подобно птице Фоник, улететь в ночное небо и жить там в тишине и покое, питаясь чистой энергией затерянных душ.

Нет, об этом думать сейчас нельзя!

Он справится, его сила огромна, и она только возросла после начала обряда.

И все-таки как жаль, что получит бессмертие и молодость этот глупец, а не Гаур! Он бы нашел великому дару лучшее применение. Не стал бы развлекаться новыми бессмысленными войнами, а продолжил идти по дороге знания. Эх!..

Верховный жрец уже не очень хорошо понимал, что делает, отключился, погрузившись в забытье, и только руки, которые поддерживали ученики, продолжали отнимать жизни и души у опоенных настойкой смерти рабов.

Ритуал продолжался.

Император спал без тревоги и опаски, ожидая бессмертия так же, как ждал глотка вина или пищи, в то время как новые и новые когорты гвардейцев подводили рабов, и их тела падали в глубокую, уже наполовину заполненную яму, выкопанную под алтарем.

Он не видел, как дрожали старческие руки Гаура, и не понимал, чем это может ему грозить. Он просто спал, и ему снился чудесный сон о временах, когда Токур был молод и весь мир лежал у его ног, терпеливо ожидая, когда он возьмет его железной рукой.

* * *

Макс проспал несколько часов, потом наполнил ванну горячей водой и долго в ней отмокал, продолжая обдумывать ситуацию. Придумать он ничего не смог и только горько вздыхал, вспоминая погибшего брата. Лис знал: его вины в этой смерти нет. Дэн придумал план, разработал операцию, Макс только ее выполнял. Но эти мысли не утешали. Он мог отказаться, чувствовал же опасность, и тогда Умник был бы жив.

Так или иначе, но Грета Грин добилась своего: она хотела его приобрести и получила. К сожалению, обратно уже ничего не вернешь, капкан захлопнулся, его поймали, брата убили, и Лису теперь придется делать все, что захочет эта ведьма. Иначе не выжить. Конечно, он может опустить руки и умереть, только смысла в этом нет никакого: Дэна своей смертью не вернешь, а вот отомстить за него будет невозможно.

Лис с горечью осознал, что его жизнь изменилась и все, что ему нравилось в ней, больше никогда не вернется. Впереди ждало новое будущее, наполненное опасностью, ненавистью, душевной болью и возможной мучительной смертью. И никуда не деться. Эта милая девушка с глазами ядовитой змеи не отпустит его.

Максу не было страшно, лишь горечь разъедала сердце, а ненависть поднималась жгучей волной в груди. Эта девушка с ледяными изумрудными глазами уничтожила все, что ему было дорого, и вернула в те времена, когда Лис один на один сражался с враждебным миром и не ждал от него ничего хорошего.

Шаги судьбы необратимы, нужно принимать их со смирением, но при этом не забывать, что каждый человек может изменить то, что ему не нравится. Так говорил Хруст, а он знал истинное лицо мира.

Что ж, Макс попробует. Не сейчас. Позже, когда поймет, что нужно делать. Когда найдет слабое место, куда можно ударить. Когда разберется в том, что происходит. А пока будет делать то, что ему скажут, и ждать.

Будущее еще не определено, а прошлого уже нет. Точка. Конец размышлениям.

Лис вылез из ванны, растерся жестким полотенцем, посмотрел на грязный комбинезон, которому сильно досталось этой ночью, и понял, что надевать его не хочется. Обвязал чресла полотенцем, подошел к входной двери и ударил кулаком. Пришлось стукнуть несколько раз, пока засов чуть слышно скрипнул в пазах и полотно отошло в сторону. Огромный долианец, которого он прежде не видел, мрачно спросил:

– Чего?

– Свежую одежду и завтрак.

– А не много ли ты хочешь, вор?

– Пока не знаю, – пожал плечами Макс. – Так мне дадут?

– Спрошу у старшего. Жди.

Дверь захлопнулась.

Лис грустно усмехнулся и стал разминать тело. Этот комплекс упражнений разработал один вор, славящийся тем, что мог пролезть в любую дыру. Однажды он даже сбежал из тюрьмы, протиснувшись через решетку, причем никто этого больше повторить не смог.

Дверь открылась, на пороге появился высокий долианец – тот, что был в гостиной, Грэг, и бросил на кровать серый мешковатый комбинезон.

– Одевайся, вор.

Макс взял одежду.

– Может быть, отвернетесь?

– На меня твои прелести вряд ли произведут впечатление, а я лишний раз проверю, что ты ничего опасного не прячешь под одеждой.

Лис сбросил полотенце на пол и стал одеваться, когда натянул на голое тело комбинезон, наемник протянул ему мягкие сапоги – такие носят звездолетчики.

– Не сомневайся, твой размер. Мы следили за тобой и знаем о тебе все.

– Хотите сказать, что вы бы меня поймали в любом случае?

– Вперед, вор! – Долианец подтолкнул его к двери. – Ты прав, рано или поздно, все равно бы оказался у нас. Не знаю почему, но госпоже требовалось, чтобы ты сам, своими ногами пришел сюда. Если бы она разрешила, мы бы давно притащили тебя в вонючем мешке и сразу покинули бы планету. Поверь, сидеть в этой крысиной норе удовольствие ниже среднего. Поэтому прошу: не зли нас, выполняй все, что тебе говорят, иначе переломаю тебе все кости.

Они прошли по коридору и оказались в гостиной. В ней произошли изменения: шторы распахнули, и стало видно, что на дворе летний солнечный день. Грета ела заварное пирожное и пила чай из красивой прозрачной чашки, разрисованной непонятными, вероятнее всего, древними, символами. Девушка была одета в легкий красный халат с синими цветами, от нее пахло свежестью и дорогим цветочным мылом.

– Грэг, мы уезжаем, – сказала она, увидев Макса. – Позвони на космодром, пусть готовят челнок. Вора берем с собой. Обращаться бережно. И еще… возможны осложнения. Мне сообщили, что кое-кто хочет помешать нам увезти добычу.

– Давно не было неприятностей. – Долианцы помрачнели и переглянулись. – От кого исходит угроза?

– Мне это неизвестно. Просто сообщили, что возможны неприятности. Может быть, это те, кто запускал торпеды в космосе, а может, кто-то другой. Игра серьезная, всех игроков мы не можем знать. Возможно, даже кто-то из чиновников, близких к императору, в деле, а эти могут всю империю утопить в крови.

– Придется быть настороже.

Наемники ушли, оставив в комнате мрачного верзилу в черной броне, глядящего на Макса сверху вниз.

– Есть хочешь, вор? – спросила девушка, отставляя чашку в сторону. – Советую подкрепиться. Следующий обед будет лишь на борту моего звездолета, а туда мы попадем не скоро.

– Я не голоден.

– Тогда встретимся внизу. – Грета кивнула верзиле. – Аккуратнее с ним, он мне нужен в рабочем состоянии. Я знаю о том, что ты не всегда контролируешь свою силу. Так вот, предупреждаю, в данном случае будь очень аккуратен, иначе я тебя накажу.

– Да, госпожа. – Наемник схватил огромной рукой Лиса за ворот комбинезона, вытащил в коридор и поволок по нему. – Я постараюсь его не убить, хоть мне этого очень хочется.

– Задушишь же! – прошипел Макс. – Ты же слышал, что сказала госпожа? Если не отпустишь, я сейчас потеряю сознание.

– Ладно, вор, убедил. – Долианец отпустил воротник. – Попробуешь убежать, поймаю и переломаю ноги.

Около замка на открытой площадке стоял большой флаер, он был укрыт броней, и на месте иллюминаторов располагались бойницы.

В лучах светила, зависшего посреди серого неба, двор уже не выглядел таким угрюмым, как ночью. Лужи после дождя высохли, трава поднялась. Верзила надвинул на глаза темные очки, защищаясь от яркого света. Макс сделал шаг в сторону и осмотрелся.

Замок выглядел неплохо: по серым стенам, сложенным из массивных базальтовых блоков, ползли вверх светло-желтые побеги лиан, около стен пестрела зелень аккуратно подстриженных кустарников, чуть дальше начинались лужайки и цветочные клумбы. Ночью в темноте Лис их не заметил, да и не до того было.

Макс вздохнул. Он вдруг понял, что, вероятно, видит родную планету в последний раз. Они прилетят на космодром, его засунут в звездолет, и на этом очередной этап его жизни закончится. Вернуться назад вряд ли получится. Даже если удастся сбежать, все равно придется жить в другом мире. Деньги на обратную дорогу так просто не заработаешь: мелкое воровство большой прибыли не приносит, а для крупных краж нужен хороший напарник. Такой, как Дэн…

Из дома высыпали наемники, одетые в бронекостюмы. На массивных, усиленных пластиком плечах лежало оружие, в том числе и запрещенные на планете скорострельные пушки и тяжелые пулеметы.

За ними неспешно появилась Грин, одетая в такой же серый комбинезон, что и Макс. Девушка вошла во флаер, села рядом с пилотом и махнула рукой. После этого начали грузиться наемники, Лиса внесли на руках и усадили на скамейку у правого борта.

Верзила передал его на попечение Грэгу и ушел. Минут через пять вернулся уже в черной броне, неся на плече мощную скорострельную пушку. Как только он сел, трап втянулся, флаер убрал опоры и рванулся вверх. Оказавшись на уровне последнего этажа замка, аппарат развернулся и полетел в сторону космодрома.

– Мы собираемся с кем-то воевать? – спросил Макс. – Зачем вам столько оружия?

Верзила посмотрел на него через открытое забрало шлема и неохотно произнес:

– Это наше обычное вооружение для мирных планет. Советую, когда начнется стрельба, лечь на пол, тогда останешься жить.

– Если так опасно лететь, то, возможно, стоило попросить танк у полиции?

– Ты не слишком умен, вор, – хмыкнул Грэг. – Танк берет гораздо меньше людей, он тихоходен, а подбить его может даже ребенок, вооруженный базукой. Эти бронированные коробки подходят лишь для разгона безоружной толпы, для серьезной войны они не годятся. Флаер верткий и более быстрый.

– Зато его можно сбить ракетой.

– Не легче, чем танк. От самонаводящейся ракеты можно уйти, а вот от выстрела из базуки в упор еще никому не удалось.

И, словно подтверждая его слова, в салоне зазвучал женский голос автоматики:

– Опасность! Опасность! Приближается ракета! Время подлета – десять секунд, девять, восемь, семь…

Голос смолк, когда пилот резко бросил флаер вниз, на широкий проспект, и запетлял по узким улочкам среди огромных бетонных и стеклянных коробок. Сзади раздался взрыв, аппарат тряхнуло.

– Теперь понял, парень? – усмехнулся Грэг. – Мы в эти игры играем не первый раз, у нас хороший пилот. Если бы мы были в танке, то уже горели.

– Опасность! Опасность! – снова заговорил женский голос. – К флаеру приближаются две ракеты, время подлета – пять секунд, четыре, три, две…

На этот раз пилот бросил флаер к небу, выжимая из него все, что возможно. Обычно такой аппарат не может подняться выше ста метров, но с этим, видимо, хорошо поработали механики, потому что он поднялся в два раза выше и уже оттуда, свалившись в пике, проскочил мимо двух больших небоскребов и полетел над улицей, заполненной обычным колесным транспортом.

Позади прозвучало еще два взрыва. Похоже, ракеты выбрали себе цели среди городских машин. Вместе с потоком флаер свернул на скоростную магистраль. Теперь пилот вел машину всего в двух метрах от земли, что было категорически запрещено, но проблемы с законом, очевидно, наемников не пугали. Аппарат едва успевал уворачиваться от огромных грузовиков, везущих с плантаций корни пайка, и нырять под многочисленные виадуки.

Скоро свернули на другую трассу, выскочили из города, и тогда стали видны преследующие флаеры. Их было три, все имели камуфляжную окраску и тяжелое вооружение. Пилот поднял аппарат над дорогой и прибавил скорость. Снова заговорила автоматика:

– Опасность! Опасность! К флаеру приближаются три ракеты, время подлета – пять, четыре, три, две…

Макс неплохо водил флаер, поэтому с интересом наблюдал за тем, что происходит. Он считал, что на этот раз их точно подобьют, но пилот действительно оказался настоящим асом, он прошел впритирку под виадуком, и ракеты врезались в бетонную перемычку, практически уничтожив выезд с трассы.

До космодрома оставалось не более минуты лета, когда сзади из клубов дыма от взорванных грузовиков вынырнули преследователи.

Пилот, сделав еще один резкий вираж, влетел на космодром, перемахнул через высокий бетонный забор, с трудом сумев уклониться от выстрела спаренного лазера на охранной вышке.

Завыла сирена. От диспетчерской в их сторону покатила зенитная установка, а из ангаров выскочили два броневика с полицейским спецназом.

– И как вы будете с ними разбираться? – спросил Лис у Грэга. – Против зенитной установки флаеру не устоять.

– Все нормально, – усмехнулся долианец. – Охрана успокоится, как только увидит номер нашего аппарата.

И точно: бронемашины резко затормозили, развернулись и укатили обратно, а зенитная установка остановилась на бетонной полосе, задрав к небу пусковые турели ракет, и закрутила башенками пушек.

Флаер резко нырнул к земле и опустился в двух шагах от трапа огромного шаттла, возле которого стояли пятеро мрачных долианцев в бронекостюмах, держа наготове пулеметы.

– Быстро переходим в челнок! – прорычал Грэг, распахивая двери. Наемники посыпались из флаера, занимая круговую оборону. – У нас от силы пара минут. Вперед!

Макс вылетел из аппарата, прежде чем успел сообразить, что команда относится к нему.

Долианец в бронекостюме обладал мощью танка, возможно, поэтому не рассчитал бросок. Правда, упасть Лису не дали. Его подхватил один из наемников, стоявших у трапа, и, забросив на плечо, занес внутрь челнока. Это было довольно болезненно, на теле Макса добавилось синяков и ссадин, которых и так осталось немало с прошедшей ночи.

Грета вышла из кабины флаера и неторопливо поднялась на борт, даже не взглянув на то, что творилось в сером небе. А посмотреть там было на что. Преследующие их флаеры попытались попасть на территорию космопорта тем же путем, что и они, но пилоты неправильно рассчитали траекторию, поэтому два из них были взорваны лазером при пролете над забором. Третий сумел проскочить, но зенитная установка рявкнула скорострельными пушками, и снаряды снесли нарушителю хвост, после чего флаер рухнул на бетон. Что происходило дальше, Макс уже не видел, так как люк закрылся, а двигатели взревели. Лиса бросили в кресло, наемники сели на пол рядом, так как не могли уместиться ни на одном из сидений. Шаттл вздрогнул и стал подниматься.

– Самое опасное положение, – прокомментировал Макс. – Пока челнок не набрал скорость, он не может себя защитить.

– Для этого нас и прикрывает зенитная установка. – Грэг снял шлем. – А в стратосфере ждут два боевых истребителя-перехватчика с нашего звездолета. Считай, парень, что мы уже в космосе, самое страшное позади.

Продолжить разговор Лис не смог, ускорение вжало его в кресло, не давая вздохнуть.

Наемники чувствовали себя не в пример лучше, так как были рождены на планете с большой гравитацией. Кроме прочего, их защищала броня, и они, не обращая никакого внимания на ускорение, тихо переговаривались. Правда, о чем они беседовали, Макс не разобрал, он боролся с непослушным телом. Каждый вдох был мучительным и болезненным, глаза застилали слезы, а руки и ноги налились свинцом.

Казалось, это никогда не кончится, но через десяток долгих минут челнок вылетел в открытый космос, и наступила невесомость, которая показалась Лису блаженством. Но уже через пару мгновений содержимое желудка стало проситься наружу.

Заметив его побелевшее лицо, Грэг сунул ему трубку с воронкой.

– Блюй в эту штуку, иначе ты нас всех своей рвотой уделаешь.

Лис, не успев поблагодарить, уткнулся в воронку. Скоро в желудке не осталось ничего, кроме желчи.

Самого сближения со звездолетом Макс не заметил, просто ощутил, как появилась гравитация, а долианцы стали подниматься с пола. Из кабины показалась Грета. Она прошла, не глядя, мимо него, и вышла из челнока.

– Теперь и нам пора. – Долианец поднял ослабевшего Макса, забросил себе на плечо и, тяжело топая, спустился по трапу в огромный освещенный трюм. Здесь, кроме челнока, на котором они прилетели, стояли два истребителя-перехватчика для глубокого космоса. У каждого под брюхом висели мощные торпеды и ракеты, а на коротких крыльях отблескивали лазерные пушки.

– Где мы? – спросил Лис, когда долианец поставил его на ноги. Дышать Максу было тяжело и чувствовал он себя ужасно. – Что за корабль?

– Трансгалактический лайнер «Земля Х» – личная собственность госпожи.

– Не очень-то он похож на пассажирский корабль, – заметил Лис, с оханьем опускаясь на колени. Ноги после перелета не держали. – Выглядит, как пиратский рейдер – вон сколько оружия.

– Вооружение – как у линкора, внешний вид – как у обычного пассажирского лайнера, двигатели – как у крейсера, так что пираты о таком корабле могут только мечтать. Хорошее судно… Отдышался? Тогда шагай в каюту. Или тебя отнести?

– Сам дойду. Мне уже лучше. Скажите только, куда идти.

– Эй, докер! – Грэг схватил проходившего мимо человека в полетном комбинезоне. Еще пять человек в таких же комбинезонах крепили челнок к металлическому полу трюма прочными синтетическими тросами. – Этого парня надо отвести в каюту, он у нас что-то вроде почетного трофея.

– Руки убери, наемник, – хмуро бросил человек. – Не забывай, что в броне, силу соизмеряй!

– Прости, летун.

– Сейчас свяжусь с капитаном, он скажет, куда его поселить. – Человек что-то тихо проговорил в микрофон, выслушал ответ, кивнул. – Хорошо, я сам отведу его в каюту, а вам, наемники, полчаса на то, чтобы переодеться и привести себя в порядок, потом встаете на дежурство в орудийные башни. В ближнем космосе появились два крейсера с полным вооружением. Явно кого-то ждут – возможно, нас.

– Понял! – Грэг что-то взревел на свом языке, и долианцы разбежались. Через пару мгновений в трюме остались только Макс и человек, которого наемник назвал докером. Члены экипажа, после того как закрепили челнок, тоже исчезли неизвестно куда.

– Шагай, парень, за мной. – Человек пошел вперед. – Меня можешь звать Доком или Докером. Я – старший помощник капитана и отвечаю за груз в трюме, отсюда и кличка. Как я понимаю, ты здесь не совсем добровольно?

– Можно даже сказать, незаконно.

– На это всем плевать! – Старпом усмехнулся. – Во время полета власть на корабле принадлежит капитану. Можешь думать все что угодно, но, коль ты оказался у нас на борту, на тебя больше не распространяются законы твоей планеты, поэтому веди себя тихо и смирно. Понятно?

– Вполне.

– Если будешь рыпаться, то у нас имеется прекрасно оборудованный карантинный изолятор. Поверь, тебе не захочется в него попасть.

– Я понял: вести себя тихо, проблем не создавать.

– Молодец! – Док хлопнул Лиса по плечу. – Соображаешь.

В конце трюма за дверью нашелся лифт. Старший помощник втолкнул Макса в кабину и нажал кнопку третьего этажа (всего их было пять), и лифт пополз вверх. Они вышли в коридор. Дверей оказалось не так много, все они были металлическими, покрытыми пластиком, имитирующим черное дерево.

Докер открыл одну из них.

– Располагайся, эта каюта будет твоим домом на время полета. Я тебя закрою, чтобы не мешался под ногами. Не пытайся выйти. Если кому-то понадобишься, за тобой придут. В углу каюты находится космический скафандр на случай разгерметизации. Если успеешь его надеть, выживешь.

– А такое возможно?

– Что именно?

– Разгерметизация.

– Напряги мозги, парень, – буркнул Док, идя к двери. – Если на пассажирском корабле вооружение, как у линкора, то это говорит о том, что возможно все. Никто не любит тратить деньги, и если госпожа на это пошла, значит, она ожидает больших неприятностей. Если нам в борт влепят ракету или торпеду, то в обшивке появится дыра. Кто в это время будет в скафандре, тот выживет, остальных примет глубокий космос. Доступно?

– Кажется…

– На стене висит переговорное устройство с рубкой. Если появятся вопросы, задавай, возможно, кто и ответит, но злоупотреблять этим не советую.

Старпом вышел, дверь за ним закрылась, и Лис услышал писк электронного замка.

Обстановка каюты была довольно скромной. Несколько стенных шкафов, в одном из них Макс обнаружил космический скафандр, в другом – несколько полетных комбинезонов, похожих на те, что носили члены команды. В углу – стол, на нем – компьютер с подключением к бортовой сети, на стене – экран.

Лис открыл дверь в углу и обнаружил за ней душевую кабинку, оборудованную для мытья в невесомости, рядом – такой же туалет. Одежда Макса отвратительно пахла рвотой, а во рту ощущался неприятный привкус желчи. Он тут же сбросил комбинезон, затолкал его в цилиндр с надписью «Грязная одежда» и залез в душ.

Лис прополоскал рот – вода оказалась абсолютно безвкусной, вероятнее всего, оборотной, – тщательно вымылся, надел свежий полетный комбинезон и лег на кровать. Он легко мог открыть несложный замок двери и выйти наружу, но что дальше? Бежать со звездолета можно разве что в космос, а там долго не живут.

Макс закрыл глаза, но тут корабль вздрогнул, послышался мерный гул двигателей. Звездолет, скрипя и раскачиваясь, стал медленно набирать скорость, уходя от планеты.

Лис вздохнул. Все, что имело значение в прошлой жизни, с этого мгновения переставало существовать. Впереди только неизвестность. Он снова, как в детстве, один, и помощи ждать не от кого. Он может рассчитывать только на себя. Судьба повела его по неизвестному пути, и никто не знает, что ждет в конце.

Тело начало вжимать в кровать, противоперегрузочный матрац мягко поддался под Лисом, с боков появились ремни и мягко запеленали тело.

Его вдавливало все глубже, в глазах потемнело, что-то кольнуло в руку, и Макс полетел в темноту – туда, где выл холодный ветер и падал мокрый снег.

Глава четвертая

Дженг подождал, пока закончится опознание целей: три истребителя класса «земля – космос», вооружение – четыре самонаводящихся ракеты «дротик» и лазерная пушка.

– Шеф, нас догоняют! – Пилот бросил аппарат влево. – Нам не уйти, у них скорость раз в десять больше нашей.

– Потому я и нахожусь в орудийной башне. – Волк вдохнул запах орудийной смазки, пластика и поерзал в неудобном кресле. Потом начал меняться: сначала усилил мышцы глаз, чтобы они не уставали от напряжения, потом подправил пальцы, чтобы джойстик удобно лег в ладонь. – У нас есть две ракеты, зря я, что ли, договаривался, чтобы их установили?

– Истребители расстреляют нас издалека, лично я сделал бы именно так.

– Вероятность такого сценария высока, но все-таки, думаю, они подлетят на прямую видимость.

– Зачем?

– Чтобы доложить. Мало ли что бывает. Не все челноки взрываются в воздухе, кому-то удается и приземлиться. Так что шанс сбить хоть один истребитель у нас имеется. А вот почему они быстро появились, догадываешься?

– Нет, шеф…

– Потому что с нами торговала имперская разведка!

– Да?! – изумился Кори. – С чего такой вывод?

– Я сразу удивился тому, что мелкие торговцы оружием могут предложить такой товар; еще тогда подумал, что без имперцев не обошлось. – Дженг сделал три глубоких вдоха, потом выбрал правую цель и плавно нажал кнопку. Шаттл встряхнуло. – Так. Надеюсь, от одного мы избавились… А что с нашими перехватчиками, пилот?

– Звездолет не может отойти от орбитальной станции, у них возникли проблемы с властями.

– Точно – имперская разведка! – Волк вздохнул. – Передай на корабль: приказываю немедленно отправить перехватчики для нашего прикрытия! Если потребуется, пусть выпускают их, не отходя от станции.

– Шеф, это может закончиться большими проблемами.

– А разве они уже не начались? – Дженг с удовлетворением отметил, что одна из целей исчезла, и двинул перекрестие прицела к следующей. – Единственное, чего хочет имперская разведка, так это чтобы груз, который находится у нас на борту, не попал на нашу планету. Если нас взрывают, конфликт исчерпан, звездолет благополучно отходит от станции и отправляется домой, а мы сгораем вместе с оружием в атмосфере. Нравится такой расклад?

– Если моя смерть нужна для клана, я готов умереть!

– Планете нужно вооружение для орбитальной станции, а не наши сгоревшие тела. К тому же если разведка сумеет доказать, что оборотни закупают оружие для космоса, то разразится жуткий скандал. Нет, мы должны выжить и доставить груз на планету. Жаль, конечно, что не удалось это сделать тихо. Но если нет других вариантов, устроим хорошую драку!

– Шеф, передача со звездолета.

– Что говорят? – Дженг выпустил последнюю ракету, и она нашла свою цель: отметка на экране погасла. Теперь за ними гнался только один истребитель. – Почему он не открывает огонь? Кору, твоя версия? Он же давно мог бы нас сбить. Челнок – легкая мишень, поднимается по определенной траектории, которую легко вычислить. Если перехватчик выпустит ракету, нам от нее не увернуться.

– Думаю, шеф, он делает запрос, а ему отказывают. Похоже, кто-то не хочет брать на себя ответственность.

– Пилот, так все-таки что говорят с нашего корабля? Надеюсь, что-то приятное?

– Они выпустили перехватчик и спрашивают вашего разрешения на атаку орбитальной станции.

– А вот это уже интересно! – Дженг увидел, как сканеры на прозрачном щитке нарисовали три новых цели: еще одно звено истребителей шло с планеты на перехват. – Кажется, они собираются заставить нас сесть. Наверное, имперцы хотят нас показать по визору живыми вместе с оружием, которое у нас на борту.

– Как-то нелогично, – скептически хмыкнул Кору. – Зачем тогда подложили взрывчатку?

– Думаю, это была страховка на тот случай, если бы нам удалось скрыться. Что нужно в первую очередь имперской разведке?

– Что, шеф?

– Скандал. Им нужно показать всем колониям, что оборотни готовятся к нападению.

– Наш груз – оборонительное оружие.

– Это знают только специалисты.

– Шеф! – вмешался в разговор пилот. – На звездолете ждут ответа: взрывать им станцию или нет?

– Дай подумать… – Дженг продолжал наблюдать за тем, как приближается новая тройка истребителей, они уже были на расстоянии пуска ракет. – Если мы подобьем эти самолеты, то доказать, что это сделали мы, будет сложно, а вот когда нападем на орбитальную станцию, скандал неизбежен… Черт!

Автоматика заговорила женским голосом:

– Внимание, приближаются ракеты! Время подлета – тридцать секунд, двадцать девять, двадцать восемь…

– Шеф, кажется, вы ошиблись, они все-таки решили нас сбить.

– Думаю, имперцы испугались, увидев, что мы покинули атмосферу.

– Нас сейчас собьют!

– Подожди! – Дженг увидел, как на экране появилась еще одна цель, более крупная. Она опускалась сверху. – Передай пилоту перехватчика, что на нас летит ракета. Просто дай в эфир то, что передает наша автоматика.

– …до подлета двенадцать секунд, одиннадцать, десять…

Космический перехватчик увеличил скорость, одновременно выпустив две ракеты: первая направилась к истребителю, выстрелившему по ним, вторая взорвала догоняющую смерть. Их ощутимо встряхнуло.

– Уф! – выдохнул пилот. – Везет нам сегодня. А на корабле все еще ждут ответа.

– Пусть выпускают еще два перехватчика. – Дженг наконец принял решение. – Один будет нас сопровождать, а второй возьмет под прицел лазерную башню орбитальной станции. По громкой связи пусть пригрозят уничтожением станции, если не разрешат им отойти. Думаю, это сработает.

– Понял, шеф. Передаю…

Дженг встал с кресла и пошел обратно в грузовой отсек. Орудийная башня, которую он поставил незаконно, оправдала затраты и спасла груз. Теперь все зависело от мастерства пилотов перехватчиков и капитана звездолета. Лично он сделал свое дело.

– Звездолет отделился от станции и выходит нам навстречу, перехватчики завязали бой!

– Рано радуешься, пилот. Не забывай, что в глубоком космосе дежурят десантные крейсера, если они получат приказ нас уничтожить, нам от них не уйти.

Дженг сел в кресло и закрыл глаза, он чувствовал себя усталым и разбитым, еще мешало недовольство самим собой. Он обязан был почувствовать опасность и отказаться от сделки. Хотя, если подумать, как бы иначе они получили орбитальное вооружение? Ясно же, что именно имперская разведка нажала на нужные кнопки в военном ведомстве, чтобы груз попал сюда.

Хотели устроить грандиозный скандал, показать всей империи, как мы готовимся к войне. А теперь у них нет ничего. И они по-настоящему испугались, что груз и на самом деле попадет на нашу планету, именно с этим связано появление еще одного звена истребителей.

Броневые заслонки открылись, и Дженг увидел черный космос, а в нем – приближающуюся искорку звездолета. Рядом с ними повисли в черной пустоте два огромных перехватчика, еще один выходил из атмосферы. Ярко сияли звезды. Волк улыбнулся: космос всегда его завораживал, напоминал о том, что он лишь маленькая песчинка, затерянная во вселенной, и от него мало что зависит.

* * *

Космическое путешествие началось. Когда Макс проснулся, то понял, что звездолет набрал крейсерскую скорость. Он попробовал подняться с кровати и решил, что сможет это сделать. Дышалось легко, тело ломило, как бывает после тяжелой работы, но в целом чувствовало себя неплохо, даже захотелось есть.

Лис подошел к переговорному устройству и включил экран. Сначала на нем виднелся только черный космос, и чей-то возбужденный мужской голос быстро и взволнованно говорил:

– Они приближаются! Я говорил вам, эти корабли появились сразу, как только мы отошли от станции. Они ждали именно нас! Я уверен в этом!..

– Успокойтесь, капитан, – ответила Грета. – У нас есть что им противопоставить. Не зря же мы приобретали вооружение и устанавливали его на борту. Все это делалось именно для подобных случаев.

– Это боевые десантные крейсера! Оружия на них столько, что хватит на десяток таких кораблей, как наш. На этих звездолетах служат профессионалы, а не любители, и нам от них не уйти. Если решат нас уничтожить, то мы – покойники.

– Капитан, у нас на борту долианцы, они – настоящие воины. Кроме того, кто вам сказал, что нас собираются уничтожать?

– А для чего они приближаются к нам? Может быть, пожелать счастливого полета?

– Подойдут – узнаем.

– А если не станут подходить и обстреляют с большого расстояния?..

На экране появились два военных крейсера, их орудийные башни выплеснули самонаводящиеся ракеты, которые дружной стайкой понеслись к звездолету, начавшему маневр уклонения, но уже было ясно, что он не успевает.

Корабль вздрогнул, задрожал, как раненый зверь, скорость упала. Освещение мигнуло, затем пропало совсем и восстановилось только через пару секунд.

Макс увидел, как из трюма звездолета вылетели два перехватчика и закружились в смертоносной карусели вокруг ближайшего крейсера. Досмотреть ему не удалось, на экране появилась Грета.

– Это шоу я включила для тебя, чтобы ты видел, что с нами происходит.

К сожалению, в этот момент в них снова попали, Лиса швырнуло на пол, а изображение на экране покрылось помехами.

– Мне не хватает силы! – выкрикнула девушка кому-то за своей спиной. – И нужно время… Дайте десять минут, и я с ними разберусь.

– У нас нет этих минут! Орудийная башня молчит, наемники не отвечают. Наверняка мертвы. Все мои люди находятся на местах согласно расписанию, да и какие из техников воины? Они же пистолета в жизни не видели! Мне нужен стрелок в орудийной башне – это наш единственный шанс выжить…

– Успокойтесь, я придумаю что-нибудь.

Девушка снова повернулась к Лису, лицо ее чуть побледнело, хоть голос остался спокоен.

– Вор, ты мне нужен.

– Зачем? – Макс поднялся с пола.

– Придется тебе пострелять. У нас убито пятеро долианцев, и вообще дела не очень хороши. Мы остались без канониров, поэтому мне нужно, чтобы ты отправился в верхнюю орудийную башню и разнес один из крейсеров!

– Вообще-то я пленный и должен по идее приветствовать любую сторону, кроме вашей. Зачем мне стрелять в своих спасителей?

– Это не тот счастливый случай, который ты ждешь. – Грета холодно улыбнулась и поправила комбинезон, чтобы лучше был виден глубокий вырез. Было странно видеть ее улыбку и это неожиданное кокетство, когда их догоняли боевые корабли десанта. – Крейсера даже не запросили, кому принадлежит звездолет, а сразу открыли стрельбу. Это значит, что они знают, кому принадлежит корабль. Как тебе кажется, что случится, если они нас захватят?

– Думаю, меня освободят.

– Десанту свидетели не нужны, только в этом случае они смогут представить дело выгодным для себя образом. Веришь?

– Кажется. – Макс посмотрел в глаза Греты и понял, что девушка не обманывает его. Военные взорвут корабль, а сообщат, что это на них напали. – А вы уверены, что я справлюсь?

– Ты многое умеешь, вор, хорошо и быстро соображаешь, а стрелять проще, чем воровать.

– Ладно. – Лис взвесил все обстоятельства и принял решение: – Куда идти и что делать?

– Тебе скажут. Все равно без чужой помощи тебе не выйти, дверь закрыта.

– Для меня это не проблема.

– Ах да! Все время забываю, что ты можешь открыть любой замок… Но сейчас ничего не предпринимай, за тобой уже послали человека.

Грета исчезла, и Макс снова увидел на экране чужие звездолеты. За время их разговора многое произошло: один из крейсеров получил пробоину и теперь уходил в сторону. Из двух перехватчиков остался только один; на глазах Лиса в него попал лазерный луч, и боевая машина, кувыркаясь, полетела в черную пустоту космоса.

Дверь открылась, и на пороге появился один из долианцев в бронекостюме, забрало шлема было открыто, и на Макса уставилось мрачное и злое лицо.

– Госпожа приказала тебя выпустить. Надень скафандр.

Макс открыл дверь шкафчика, посмотрел на то, что там висело, и пробормотал:

– Никогда не носил ничего подобного. Кажется, это не мой размер.

– Раздевайся догола и влезай в него, потом я застегну наружные молнии и замки. Похоже, ты ни разу не надевал скафандр, иначе бы знал, что они все одного размера.

Лис сбросил одежду и с помощью наемника влез в плотную, мягкую ткань. Когда встал на пол, долианец укоротил штанины и рукава специальными ремнями, затянул множество разнообразных молний и надвинул на голову шлем.

– Сбоку у щеки питьевая трубка, микрофон под подбородком, через него ты сможешь общаться с рубкой. Забрало пока не закрывай, запас воздуха ограничен, в случае потери атмосферы оно закроется само. Ходить неудобно, но постепенно привыкнешь. Сервомоторы немного запаздывают, это нормально для такого агрегата. Поброди по каюте, я посмотрю, как это у тебя получается.

Макс прошелся туда-сюда – оказалось вполне комфортно. Костюм двигался с небольшим замедлением, приходилось преодолевать слабое сопротивление, но в целом – неплохо.

– Поскольку ты штатский, объясняю: костюм предназначен для аварийных ситуаций, время нахождения в нем примерно сутки, естественные потребности справляй прямо в него, там устроен для твоего дерьма специальный приемник. Ткань прочная, многослойная, но лучше не пытаться ее рвать, иногда это получается. – Долианец пошел к двери. – Пройдешь по коридору до лифта, поднимешься на последний этаж, твоя цель – боевая рубка.

– Как я в нее попаду?

– Там всего один отсек, поэтому не заблудишься. Вверху слабая гравитация, поэтому держись за трос и будь осторожен: возможно, там пробоина. Ребята не отвечают, вероятнее всего, погибли. Сядешь на их место. Сбросишь тела на пол – мертвым все равно. Забрало захлопнется само, когда упадет давление, а дальше разберешься. Будут вопросы, спрашивай, связь работает. Удачи, вор!

– Спасибо.

– И еще… – Долианец усмехнулся. – Если тебя убьют, никто из нас не заплачет, поэтому умирать не советую.

Наемник ушел, а Макс зашагал по коридору к лифту. Происходящее казалось ему ненастоящим, чем-то странным, придуманным. Мозг не успевал за событиями, поэтому возникало ощущение нереальности.

В лифте Лис нажал последнюю кнопку, и кабинка рванулась вверх. Когда она остановилась, корабль потряс очередной мощный удар, дверь перекосило, и она осталась полуоткрытой. Немного подождав, Макс попытался открыть вручную. Створка поддалась не сразу, пришлось поднапрячься. Хорошо, что сервомоторы в костюме были в исправности. С их помощью можно было стену проломить, не то что отодвинуть непослушную пластиковую панель.

Долианец оказался прав, гравитация на верхнем этаже практически отсутствовала, и Лис сразу взлетел под серый потолок. Какое-то время беспомощно кружился, пока не поймал трос в ярко-желтой пластиковой оболочке, натянутый вдоль коридора. Хватаясь за него, добрался до черной массивной металлической двери, на прозрачной панели которой светилась предупреждающая надпись: «Помещение негерметично, чтобы попасть в него, перекройте коридор за спиной, для чего нажмите рычаг на стене».

Макс увидел желтую ручку, на которой было написано: «Дополнительная герметизация коридора. Внимание! После опускания переборки лифт станет недоступен».

Он рванул ручку и сделал шаг назад. Замигал свет, потом сверху стал опускаться многослойный ярко-желтый бронированный щит. Как только он встал на место, Лис почувствовал страх. А что, если ему не удастся вновь загерметизировать помещение? Что тогда? Глупо умирать в чужом звездолете, в котором и оказался-то не по собственному желанию.

Как только давление уравнялось, дверь поддалась. Раздался свист, словно из коридорчика кто-то высасывал воздух с невероятной силой. Едва стало трудно дышать, забрало шлема опустилось с небольшим щелчком. Лис вдохнул регенерированный воздух, пахнущий резиной и пластиком, и шагнул вперед.

Орудийная башня представляла собой полукруглое помещение, посередине которого стояли два высоких черных полетных кресла. В них сейчас лежали долианцы в серых полетных комбинезонах. Выглядели они отвратительно: лица посинели от удушья, глаза вылезли из орбит, алая кровь сочилась из уголков рта по лицам и капала на серый пол.

Макс, борясь с тошнотой, проговорил в микрофон:

– Я наверху. Здесь два мертвых наемника.

– Кто говорит? – спросил мужской голос.

Лис замялся, не зная, что ответить, но потом усмехнулся:

– Меня в последнее время все называют вором.

– Я – капитан этого корабля. Не могу сказать, что рад нашему знакомству, но, похоже, какое-то время нам придется находиться рядом. Причина смерти долианцев?

– Видимо, удушье. Они одеты в обычные полетные комбинезоны, а в каюте – вакуум. Мне пришлось перекрыть коридор, чтобы попасть внутрь.

– Понятно. А теперь, парень, обойди башню по периметру и скажи мне, насколько большую пробоину мы получили.

– Хорошо.

Макс пошел вдоль стены, внимательно вглядываясь в обшивку.

Уже через пару шагов он обнаружил в стене на уровне колена неровную дыру, размером с голову, она постепенно зарастала пластиком, который выдавливался из внутреннего слоя обшивки.

– Пробоина сантиметров тридцать в диаметре, уже почти затянулась. Что дальше?

– То, что затягивается, хорошо, значит, пластика хватает. Выбрось трупы на пол и садись в любое из кресел.

Лис стянул ближайшее тело и с некоторой брезгливостью сел на покрытое кровью сиденье.

– Сижу.

– Переведи рычаг под креслом в верхнее положение.

Макс нащупал рукоять и рванул на себя. Кресло опустилось в лежачее положение, одновременно большой экран, находящийся над ним, стал опускаться, а правую руку толкнул небольшой джойстик, выдвинувшийся из подлокотника.

– Перед тобой должно появиться изображение космоса за кормой, а в руке окажется рычаг управления орудием. Если все так, то приступай.

– К чему?

– Ты сейчас управляешь небольшой скорострельной пушкой. В космосе они обычно не используются из-за маленькой скорости снаряда, но на близком расстоянии эта штука может доставить немало неприятностей любому звездолету. К сожалению, кроме этого оружия, у нас ничего не осталось. Лазерная башня разрушена, перехватчики подбиты, две последние торпеды мы выпустили две минуты назад, так что наши жизни теперь зависят от тебя, вор.

– Что мне делать?

– Один крейсер подбит и вышел из игры, второй все еще хочет взять нас на абордаж. Орудие, за которым ты сидишь, вывели из строя в начале боя, поэтому военные его не учитывают. У тебя будет всего один шанс. Подпусти крейсер поближе, поймай в перекрестие прицела, нажми на гашетку и не отпускай, пока не закончатся снаряды. Понятно?

– Да, только, к сожалению, я ничего не вижу, экран передо мной не работает.

– Бледное пламя пульсара!.. Что же ты молчал?!

– Спокойно, вор! – Это заговорил Грэг. – Посмотри, включен ли экран, сбоку на нем должен светиться зеленый индикатор.

– Светится.

– Посмотри, с другого бока в него должен входить оптико-волоконный кабель.

– Есть.

– Проверь его, может, где-то перебит.

Макс встал с кресла и прошел до того места, где кабель исчезал под обшивкой.

– Он цел.

– Хорошо, где-то под экраном имеется кнопка проверки системы. Нажми ее.

Лис надавил небольшой выступ, сразу на экране замигала красная надпись: «Нет изображения, возможно, неисправен кабель или камера».

Он прочитал это вслух.

– Все понятно, камера накрылась. Что ж, если кабель цел, то я смогу тебе перебросить изображение с другой. У тебя не будет на экране прицела, но ты хотя бы сможешь увидеть, что происходит за бортом.

– Без прицела он не сможет попасть в крейсер, – произнес капитан. – Мы обречены.

– Вор сумеет, – сказала Грета. – Мне нужно, чтобы он посмотрел мне в глаза, тогда я смогу подготовить его к выстрелу.

– Переключаю…

Темный экран засветился, и Лис увидел перед собой колдунью.

– Смотри мне в глаза, Макс.

– Не буду. – Он отвел взгляд в сторону. – Зачем мне это?

– Не бойся. Я помогу тебе, и ты сможешь нас спасти.

– Кто нас преследует? Официальные власти? Империя?

– Это просто фигуры на доске, они не имеют официального статуса.

– С каких пор военные крейсера стали лишь фигурами?

– Тебе не кажется, что ты задаешь много вопросов? У нас нет времени на болтовню! Десанту нужна только я. Они заберут меня, а звездолет взорвут. Поверь, это не просто военные, а фигуры одной из сторон. На Тесле меня защищала ваша полиция, но за нами все равно гонялись вооруженные флаеры, а сейчас кто-то приказал десантникам разобраться с нами.

Макс взглянул ей в глаза и понял, что девушка не врет.

– Ладно. Верю. Смотрю.

Он почувствовал, как погружается в холодную изумрудную глубину, и далекий женский голос произнес:

– Поверь, ты сможешь. В тебе есть сила!..

Перед его глазами все странным образом завертелось, а когда это прекратилось, он увидел черноту космоса перед собой, яркие блестящие звезды на черном бархате и сверкающее длинное тело десантного крейсера.

Лис повел джойстиком в сторону, не очень-то хорошо понимая, что делает, потом нажал на гашетку. Металлический пол под ним затрясся, кресло задрожало от вибрации, и он увидел, как в блестящей обшивке чужого корабля появляются темные точки пробоин.

Крейсер тут же отвернул в сторону, но Макс продолжал стрелять, пока дрожание пола не исчезло.

Скорость звездолета увеличилась, вслед с подбитого корабля веером понеслись лазерные лучи, но через пару мгновений расстояние между противниками увеличилось настолько, что попасть в них стало невозможно, и крейсер прекратил стрельбу.

В динамике прозвучал усталый голос колдуньи.

– Возвращайся в каюту, вор. Дело сделано.

Макс подошел к двери, но она не открылась, на небольшом дисплее появилась красная предупреждающая надпись: «Произошла разгерметизация, подождите, пока давление восстановится».

Лис повернулся к стене и увидел, что пластик еще не полностью затянул дыру. Ему пришлось ждать несколько долгих минут, пока не послышался свист воздуха, закачиваемого в помещение, и дверь не открылась сама собой.

Перегородка в коридоре уже поднялась, поэтому до лифта он добрался без каких-либо проблем. Немного пришлось повозиться с забралом шлема. Оно никак не хотело открываться, но потом рычажок сработал, и Макс вдохнул воздух корабля, который был намного свежее и приятнее того, чем пришлось дышать в скафандре.

Когда Макс вошел в лифт, у него промелькнула мысль о том, что сейчас он может спокойно, не торопясь, обыскать весь корабль. Но, обдумав ее, продолжил путь: бежать все равно некуда, вокруг вакуум, а знание устройства звездолета не облегчит ему жизнь.

Он вошел в свою каюту, сбросил скафандр и понял, что нужно идти в душ: от тела пахло потом, пластиком и еще чем-то не очень приятным.

Макс тщательно вымылся, натянул полетный комбинезон и лег на кровать. Но заснуть не удалось. Дверь открылась, и в каюту вошел огромный долианец.

– Иди за мной, вор.

– Куда?

– Время обеда. Советую не привередничать, сытым быть всегда лучше, чем голодным.

Лис только сейчас понял, как сильно проголодался. В небольшой кают-компании, окрашенной в приятный зеленый цвет, за круглым столом сидел капитан, если судить по нашивкам на полетном комбинезоне. Рядом с ним Грета пила чай из своей красивой прозрачной чашки с непонятными знаками, по другую сторону мрачно уничтожал содержимое огромной тарелки Грэг.

На Макса никто не обратил никакого внимания. Грета разговаривала с капитаном, а командир наемников был слишком занят едой. Но когда Лис подошел к столу, все замолчали.

– Кто это? – спросил недоуменно капитан.

– Тот самый вор, – грустно улыбнулся Лис. – Мы с вами уже разговаривали.

– Ах да, помню… Хорошая работа, парень! Ты помог нам выбраться из очень неприятной ситуации. Садись, еду сейчас принесут.

Девушка внимательно оглядела Макса.

– Выглядишь неплохо.

– Зачем нас хотели взорвать? – Он сел. – Кстати, я жалею о том, что сделал. Надеюсь, суд учтет, что я стрелял по вашему приказу.

– Суда не будет, – улыбнулась Грета. – Тебя просто удавят в камере.

– Это был обычный десантный патруль, – сказал Грэг. – Вояк, похоже, кто-то попросил нас задержать, а они не смогли отказаться. Ничего, в следующий раз будут думать, на кого стоит нападать, а кого лучше не заметить.

– Если это были военные, то за нами теперь будут гоняться все, кому не лень, – сказал Лис. – Как я понимаю, мы вне закона?

– Нет, это не так. – Девушка мило пожала плечами. Несмотря на то что Грета, как и все присутствующие, была одета в серый полетный комбинезон, выглядела она очень привлекательно. Возможно, оттого, что молния была наполовину расстегнута. – Я отправила императору извинения и пообещала адмиралу флота, что пострадавшим будет выплачена денежная компенсация. Мне ответили, что у военных ко мне претензий нет, а виновные в нападении будут наказаны по всей строгости законов.

– И что ответил император?

– Он промолчал, а это хороший знак. Если бы он посчитал меня виновной, то рядом уже плавала бы армада военных кораблей. Корабль взяли бы на абордаж, меня отвезли в резиденцию императора, и он больше не разрешил бы мне путешествовать.

– Что?!

Макс удивленно посмотрел на ее смеющееся лицо и вдруг понял, что она говорит то, что на самом деле думает.

– Император – мой дядя, вор. Чтобы я ни натворила, он все равно отнесется ко мне, как к своей племяннице, которую качал ребенком.

– Ясно. – Лис помрачнел, так как понял, что не может рассчитывать на помощь официальных властей. Никто не будет связываться с человеком, близким к императору. – Наверное, здорово родиться в такой семье?

– Не настолько, как ты думаешь, хотя, несомненно, преимущества имеются. – Грета отпила глоток чая. – Мы сумели поймать несколько открытых передач. В них говорится о том, что два военных крейсера ошибочно приняли наш корабль за пиратский и решили его задержать, а мы, не узнав в них корабли имперского флота, дали отпор. Так что в СМИ это подается как обычное недоразумение.

– Хорошая новость.

– Только бдительность терять не стоит. Вполне возможно, что через пару дней еще кто-то из вояк снова перепутает нас с пиратами…

В кают-компании появился стюард и поставил перед Лисом тарелку.

Он принюхался. Пахло неплохо. Отправил ложку в рот и решил, что это именно то, что нужно, – настоящее тушеное мясо!

– Боишься суда, вор? – усмехнулся Грэг. – И правильно. Госпожу император простит, потому что знает ее с детства, но ему ничего не известно о тебе. Думаю, если он узнает, кто повредил его крейсер, то тебя можно считать покойником.

– Я только выполнял приказ.

– А кого это волнует? – Долианец выпил вина и снова занялся едой. – Ты взорвал десантный корабль, и свидетелей хватает. Это я тебе говорю на тот случай, если захочешь смыться.

– Куда сбежишь в космосе?

– Мы скоро окажемся на планете, а там ты сможешь попытаться.

– Наемник прав, мы направляемся к ближайшей орбитальной станции, – кивнул капитан. – Нам хорошо досталось в этой драке: потеряли топливный танк, а также три перехватчика и лазерную башню. Нам потребуется большой ремонт. Поэтому после швартовки на корабле останутся только члены экипажа, все остальные будут обязаны покинуть борт.

– Понял, вор? – усмехнулся наемник. – Я хочу, чтобы ты уяснил: лучше тебе находиться с нами, чем с кем-то другим, иначе мгновенно окажешься в списке наиболее разыскиваемых преступников.

– Не пугай, я его не для того сюда пригласила, – сказала девушка. – Нам нужно с ним договориться.

– О чем?

– После стыковки с орбитальной станцией мы спустимся на планету и посетим один старинный храм. На каждой станции имеется своя служба безопасности, и мне бы не хотелось, чтобы он хватал за одежду местных стражей и кричал о том, что его похитили. Нам это ничего хорошего не принесет. Кстати, ему тоже…

– Почему? – Макс с удивлением обнаружил, что его тарелка пуста. Похоже, он действительно сильно проголодался. Стюард принес еще одно блюдо, на этот раз какие-то овощи. – А вдруг власти решат мне помочь и освободят из вашего плена?

– Ты сам-то веришь в это, вор?

Лис задумался.

– Не знаю, но попробовать стоит.

– Не советую. – Грэг отложил ложку и взглянул на него в упор. – Прежде чем ты успеешь что-нибудь подобное вытворить, я тебя придушу. Понял?

– Я это учту.

– Я сказала об этом, вор, потому что ты не очень хорошо понимаешь, как все устроено, – покачала головой Грета. – Ты никогда не бывал в космосе, поэтому ничего не знаешь. Службе безопасности станции абсолютно все равно, кто ты и что делаешь до тех пор, пока не мешаешь другим. Если начнешь кричать о похищении, то тебя посадят в изолятор и будут держать там до тех пор, пока наш звездолет не отправится дальше. Тогда тебя вернут на борт. Ты на станции никому не нужен, а билет на челнок, чтобы отправиться на планету, стоит денег. Украсть что-то на станции тоже не получится, там все деньги виртуальные.

– Спасибо за разъяснение.

– Я беру тебя с собой на планету, чтобы проверить в деле, вор.

– Интересно, в каком?

– Скоро все узнаешь. До планеты неделя ходу, советую хорошо выспаться и отдохнуть.

Глава пятая

Дженг вздохнул с облегчением, когда броневые заслонки отошли, открыли иллюминаторы и он увидел звездолет, приведенный в полную боевую готовность. Орудийные башни выдвинуты из корпуса, створки грузового трюма открыты, чтобы принять челнок и перехватчики. Когда до звездолета осталось меньше сотни метров, их обогнал истребитель и плавно вошел внутрь, потом автоматика завела и их аппарат. Шаттл вздрогнул, когда появилась гравитация, и медленно опустился на выдвинутые опоры. Из грузового отсека показался зевающий Кору.

– Я хорошо выспался, шеф, а вы?

Дженг встал, с удовольствием ощущая силу тяжести, – невесомость он не любил.

– Я не спал, ждал, когда нас подобьют.

– Глупое занятие.

– Это точно.

Пилот открыл люк и выдвинул трап.

– Господа пассажиры, мы дома.

– Я иду в рубку, – потянулся Дженг. – Организуйте разгрузку челнока, все оружие перенесите в защищенный трюм – есть у меня ощущение, что ничего еще не кончилось.

– Так точно, шеф.

Волк спустился по трапу, помахал рукой пилоту перехватчика, который их прикрывал, тот в ответ отдал честь и пошел к лифту. Дженг хорошо знал этого парня: тот одно время обучался в том же лагере, что и он, только его перевели в другую группу раньше, чем вкатили коктейль из генов – выяснилось, что парень не может контролировать свою звериную составляющую. Зато как пилот он был одним из лучших, возможно, потому, что реагировал на меняющуюся обстановку быстрее других.

Дженг прошел по трюму до конца, добрался до лифта и нажал нужную кнопку. Сейчас, находясь под защитой орудий звездолета, он ощущал, как напряженное тело расслабляется.

Капитан же, наоборот, нервно переминался в рубке, чувствовалось, что готов перейти в свою звериную ипостась. На экранах чернела пустота, звезды мягко блестели вдали, край голубого светила показался из-за надстроек.

– У вас какие-то проблемы? – спросил Дженг. – Почему так нервничаем?

– Это война? – Капитан посмотрел ему в глаза и глухо зарычал. – Мы должны совершить что-то важное, иначе зачем это все?! Что происходит? Почему они не давали мне отойти от станции? Угрожали оружием? Грозились разнести мой корабль на атомы?

– Успокойтесь, капитан, больше ничего не случится, – мягко улыбнулся Дженг. – Запускайте двигатели, нам нужно как можно быстрее покинуть этот участок космоса.

– Вы не ответили на мой вопрос. – На лицо капитана вернулась краска, его человеческая составляющая снова брала верх. – Что это было?

– Обычная секретная операция. Это не война, а то, что заканчивается нотами протеста, дипломатическими протоколами и введением экономических санкций. Но все могло быть хуже, если бы вы не поступили решительно, поддержав меня. Так понятно?

– Да, Дженг.

– Хорошо. – Волк улыбнулся еще раз, показывая мелкие человеческие зубы. – К войне не готовы ни мы, ни они, поэтому империя попытается замять этот конфликт. Груз, что мы привезли, имеет приоритет «три точки», он должен быть немедленно доставлен домой, и если для этого потребуется разнести несколько звездных крейсеров, будьте к этому готовы.

– Я понял. – Капитан окончательно вернулся в человеческое состояние и начал раздавать приказы. Грузовой трюм принял в себя еще два перехватчика, и двигатели корабля заработали на полную мощь, унося их из звездной системы. – Объявляю боевую готовность номер два! Вахты по двенадцать часов, орудийные башни – на боевой режим!

– Это правильное решение, – кивнул Дженг. – А теперь я хотел бы узнать, что за послание вы получили для меня?

– Оно находится в рубке связи в сейфе. – Капитан вздохнул. – Надеюсь, новое сообщение не втянет нас в очередную стычку?

– Не обещаю, потому что сам не знаю. – Волк широко улыбнулся и отправился в рубку гиперсвязи. – Но на всякий случай не расслабляйтесь.

Информация прошла через сеть орбитальных станций, поэтому была зашифрована особым кодом, который прочитать мог только он один. Дженг взял текст и вернулся в свою прежнюю каюту. Система вентиляции в ней была отключена, скрытые отметки находились на своих местах – все говорило о том, что в нее никто не входил. Не то чтобы Волк кому-то на корабле не доверял, просто частью его подготовки была постоянная осторожность.

Дженг запустил все приборы и механизмы и отправился в душ: сегодня он несколько раз переходил в животное состояние и от этого под мышками появился звериный запах, а кожа покрылась серым налетом распавшихся тканей.

Волк тщательно вымылся, глядя на себя в зеркало – они находились во всех душевых на корабле, чтобы члены экипажа и пассажиры могли контролировать свое состояние. Иногда под воздействием слишком холодной или очень горячей воды члены экипажа превращались в зверей, а потом долго не могли вернуться обратно. Зеркало помогало увидеть первые признаки оборачивания, и космолетчики успевали выскочить из душа, прежде чем превращались в волков.

Дженгу зеркало было не нужно. Он единственный из экипажа мог контролировать любую стадию превращения от начала до конца, при этом не теряя ясности мысли. Его звериная сущность всегда находилась под жестким контролем, и выпускал он ее только при необходимости.

Подобными способностями обладали всего трое оборотней, которые стали таковыми после генетического эксперимента над ними, – Дженг, Бром и Кодр. Дженг хорошо запомнил, как это происходило.

Он был еще волчонком, когда его и еще сотню парней и девчонок привезли в биологический центр. Они гордились собой, так как наставники отбирали лучших перевертышей с крепкой нервной системой и мощным телом по всей планете! Им завидовали сверстники, когда приземлялись флаеры наставников и они, гордо улыбаясь, поднимались на борт. Даже старики уважительно похлопывали их по плечу. Вряд ли волчата так рвались бы в этот центр, если бы хоть немного представляли, что их ожидало впереди.

Внутри центра в глубокой пещере волчат выстроили в ряд и объявили, что они могут стать прародителями новой расы, тем самым продолжая славный путь предков, когда-то добровольно изменивших свое тело.

Они внесут свой вклад в развитие клана и превратятся в самых совершенных перевертышей, способных прожить до ста лет и больше. Это считалось почти бессмертием, так как ни один из оборотней не доживал до человеческой старости, потому что звериная составляющая постепенно брала верх, и перевертыши засыпали в двадцать пять – тридцать лет, в возрасте, в котором умирали обычные волки.

Два года, что они провели в подземной цитадели, были не так уж плохи. Им разрешали спаривание, причем настойчиво рекомендовали заниматься этим с разными партнерами – ни одна девушка не отказывала ни одному парню, все спали со всеми, и волчатам это безумно нравилось.

Регулярно каждому из них вводили в кровь разные добавки, которые меняли их тела. Результаты были разными: одни превращались в огромных крабов или скорпионов – древних обитателей этой планеты, – и это было страшно, потому что обратного превращения почему-то не происходило. Другие становились монстрами, похожими на древних динозавров, третьи менялись незаметно, а потом неожиданно умирали в ужасных мучениях.

Измененных оборотней увозили в самые жуткие места на планете, где волкам не удалось прижиться. Что с ними происходило дальше, никто не знал, информация была засекречена.

После первого года эксперимента в логове осталось меньше половины измененных волчат, а к концу второго года только трое парней. Ни одной девчонке выжить не удалось, а при спаривании с обычными оборотнями потомства не получалось. И вся ирония заключалась в том, что они так и не смогли стать прародителями нового рода.

Три ликантропа – результат неудачного генетического эксперимента – мотались теперь по человеческой империи, выполняя особые задачи наставников. Каждый из них был уникален и мог выжить там, где не удавалось другим оборотням. Неудивительно, что, едва выполнив одно задание, они сразу получали другое…

Дженг сунул текст в компьютер, вызвал нужную программу и начал дешифровку, используя коды, указанные в послании. Прочитал сообщение, потом еще раз, приходя в все большее недоумение. Убедившись, что ничего не перепутал и ему действительно придется это сделать, подошел к коммуникатору.

– Капитан?

– Слушаю, Дженг.

– Проложите путь к новой планете, номер и координаты я сейчас продиктую.

– Но вы же сами сказали, что груз имеет приоритет «три точки»!

– Это так, но мое новое поручение имеет более высокий ранг. Приказываю подойти к планете скрытно, стыковку с орбитальной станцией не производить, выбросить меня в десантной капсуле в верхних слоях атмосферы, используя один из перехватчиков, после этого продолжите путь домой.

– А что будет с вами?

– Ко мне будет направлен другой звездолет.

– Понял, приступаю к исполнению.

Волк снова лег на кровать. Он думал над новым заданием. Оно было странным. Ему предлагалось организовать нападение на небольшой замок, чтобы похитить одну древнюю книгу. Информация была скупой, неполной, закрыта грифом секретности и вызывала удивление. Ради какой-то книги его наставники решились пойти на огромный риск: если Дженга поймают, скандал будет огромным! Это могло закончиться даже объявлением войны и уничтожением родной планеты.

* * *

Гаур уже почти ничего не видел от усталости, а каждое движение давалось с неимоверным трудом. Он не шептал заклинание, берег силы и старался не смотреть по сторонам. Сердце захлебывалось, тяжелая густая кровь с трудом текла по сосудам. Жрец понимал, что происходит. Старый учитель перед смертью рассказал ему о том, что иногда магические предметы обретают собственную душу и начинают вести себя, как живые существа. Тогда он не поверил и решил, что учитель выжил из ума, а сейчас жалел о том, что не дослушал мага и убил его ударом ножа в сердце.

Верховный маг помотал головой, отгоняя ненужные мысли. Он должен довести церемонию до конца, иначе погибнет сам и все те, кто находится с ним рядом. Интересно, сосуд заберет его душу или оставит? А императору удастся спастись от ожившего кристалла или нет?

Гаур посмотрел на Токура. Тот спал на троне, уронив голову на грудь. Устал, бедняга, от длинной ночи. Возраст берет свое. А вот он, верховный жрец, борется со своей слабостью, чтобы закончить то, что начал.

Неужели император не понимает, как близок к смерти? Впрочем, Токур никогда большим умом не отличался.

Гаур недоуменно глянул на падающие с его лица алые капли: кажется, от усталости у него пошла носом кровь. Еще немного, и тело окончательно откажет. Верховный жрец посмотрел по сторонам: трое учеников уже лежали без сознания, и некому было подойти к ним, чтобы привести в чувство, остальные сами едва держались на ногах.

Верховный жрец непослушной рукой поднес жертвенный нож к сосуду и слил в него очередную порцию загубленных душ. Кристалл уже сиял так, что свет горящих факелов казался тусклым. Гаур поднял голову к небу: ночь заканчивалась, привычный сумрак менялся на предрассветную серость, звезды исчезли. Скоро взойдет солнце. Как хочется тепла, а еще больше опустить руки, закрыть глаза и заснуть…

Он вытер кровь с прокушенной губы и поднял нож. Когорта воинов подвела новую партию одурманенных рабов. Ученики запели заклинание, и хриплые звуки их голосов повторило эхо. Верховный жрец вздрогнул. Ему показалось, что кто-то, прячущийся в сером промозглом тумане, передразнивает его…

* * *

Путешествие к орбитальной станции не отличалось разнообразием. Дни походили один на другой. Три раза в день его кормили, остальное время Макс проводил в каюте или в спортзале. Лис разминал тело, готовя его к новым неприятностям. А в том, что они придут, не сомневался. Полет – лишь передышка от одного несчастья к другому, а в конце его ждет не букет великолепных земных колючих роз – смерть. Он уже потерял брата, и если не будет умен и осторожен, то потеряет и свою жизнь.

Он знал три комплекса упражнений: два воровских на разминку рук и тела и один боевой. Последним раньше никогда не пользовался, считая, что дело вора воровать, а не драться, но теперь осознал – все, что помогает выжить, следует использовать.

В спортзале имелось все, что нужно для тренировок: манекены с настраиваемой силой удара, тренажеры, развивающие скорость и силу, роботы, обшитые подушками и снабженные огромными пластиковыми кулаками. Он безжалостно избивал упругие торсы ногами и руками, потом получал свою порцию побоев от робота, и так – каждый день без перерыва.

Все остальное время Макс проводил в каюте. В компьютере ему удалось обнаружить неплохую электронную библиотеку, и теперь он часами просиживал за чтением. Раньше космос его мало интересовал, он не сомневался в том, что никогда не покинет Теслу – проживет и умрет на этой по-своему прекрасной планете.

Теперь же, когда оказался вдали от родины, ему следовало разобраться в устройстве империи, структуре власти и законах, которые действуют в ней.

Еще попутно Лис искал информацию об артефактах, чтобы представлять, что это такое, почему они так ценны и в какую беду его втянули.

Скоро он понял, что практически за каждым предметом древних тянется шлейф многочисленных смертей. Немало людей хотели обладать артефактами: ученые искали их, надеясь получить иные технологии, экстрасенсам они требовались как источники силы, «черные копатели» хотели заработать на них деньги, а коллекционеры – удовлетворить страсть собирательства. Но были еще и те, кто искал смертельное оружие древних.

Как правило, к каждому предмету вели легенды и мифы исчезнувших народов и цивилизаций. Планет, где жили когда-то разумные существа, имелось в Галактике не так уж мало – больше трех десятков. Все их обследовали имперские археологи, но ученые не смогли найти и сотой доли того, что там находилось. После их ухода на планеты направлялись тысячи «черных копателей» и пропускали через свои дорогие, сложные приборы поверхность шаг за шагом.

Несмотря на то что император объявил артефакты своей собственностью и под угрозой смерти запретил их поиски, никто не выполнял этот указ. И по-прежнему огромное количество людей рыскало по планетам. Существовал и черный рынок древних предметов, на котором крутились биллионы имперских золотых.

Интерес девушки к артефакту Лису был понятен: Грета хотела с его помощью получить силу и власть. А кто бы этого не хотел? Вся имперская иерархия держится на желании одних людей оказаться выше других.

Но почему Грета выбрала Макса для этой работы, было пока непонятно.

Он хороший вор, но не настолько, чтобы ради него стоило отправлять звездолет на окраину Галактики. Однако к концу полета Макс нашел ответ и на этот вопрос. Оказалось, что отдельные артефакты давались в руки только некоторым людям, подходящим им по генетическому коду. Эти несчастные, которых обычно силой приводили к найденным предметам, разряжали на себя скрытую разрушительную энергию, и после этого артефакты могли брать уже другие. Бедняг называли «отмычками», и обычно их находили колдуны и экстрасенсы с помощью магии, используя сложные ритуалы.

Выживали из «отмычек» немногие – те, кто не погибал сразу, позже сходили с ума или заболевали неизвестными науке болезнями.

После того как Лис прочитал об этом, его будущее стало простым и понятным. Едва он добудет нужный предмет, как либо умрет сразу от древнего проклятия, либо сойдет с ума. Другие варианты для него вряд ли были предусмотрены. Прочитанное Макса не обрадовало, зато теперь он знал, для чего ему устроили ловушку на родной планете и почему Умник оказался не нужен Грете. Брат, к своему несчастью, просто имел другой генетический код…

Через пару дней после этого открытия корабль добрался до орбитальной станции. После стыковки экипаж и пассажиры покинули звездолет, так как для проведения ремонта требовалась разгерметизация всех отсеков.

Долианцы облачились в бронекостюмы, обвешались всевозможным оружием и в таком виде появились на станции. Макса удивило, что персонал отнесся к этому довольно спокойно, хотя до посадки в шаттл их сопровождали вооруженные работники службы безопасности. Они спустились вниз к грузовому терминалу и уселись в челнок. Грэг шел рядом с Лисом, чтобы пресечь любую его попытку поговорить с персоналом станции; но тот и не пытался, так как уже понял, что никто не будет ради него ссориться с девушкой, которая занимает столь высокое положение в имперской иерархии. Сам полет прошел в штатном режиме, на борту шаттла не находилось никого из чужих, и через пару часов аппарат приземлился на планетарном космодроме.

Здесь к ним отнеслись уже не так терпимо. Едва наемники вышли из челнока, как над полем зазвучала сирена и суровый голос в динамиках потребовал, чтобы они положили на плиты оружие и заложили руки за головы. Шаттл окружил усиленный взвод спецназа в броне, а два подъехавших танка взяли челнок под прицел своих орудий.

– На нашей планете не разрешается никому носить тяжелое оружие, – прозвучал в динамиках суровый мужской голос. – Либо вы его бросаете на бетон, либо улетаете обратно на станцию.

Правда, решимость полицейских значительно уменьшилась, когда они увидели, кого им предстоит задерживать. О долианцах ходило немало слухов, например, всем было известно, что они добивают своих и чужих раненых. Наемники укрылись за челноком, приготовив оружие к бою. В том, что они способны драться со спецназовцами на равных, ни у кого не возникало сомнения, даже у самих копов.

Макс сидел в челноке и смотрел через стекло иллюминатора на серое, закопченное от множества взлетов и посадок бетонное поле, на танки в камуфляжной броне, грозно ощетинившиеся пушками, пулеметами и ракетами, на бойцов спецназа в черной броне и на спокойных, сосредоточенных наемников, ожидающих приказа от Греты. Над ними низко висело блеклое небо с грозовыми тучами – на планете начиналось осеннее утро.

– Возвращайтесь в челнок и улетайте, иначе будем вынуждены открыть огонь, – снова прозвучал над полем тот же голос. – Не заставляйте нас применять оружие.

– Мы будем делать то, что считаем нужным, – заявил Грэг. – Нам плевать на законы вашей планеты. Мы готовы к войне. Оружие не сдадим, обратно на станцию не вернемся, а если не освободите для нас проход, мы пробьем его сами.

– Мы защищаем закон, – произнес голос. – Если потребуется, сюда прибудут армейские силы, с ними вам не справиться.

– А нам без разницы, с кем воевать, – усмехнулся Грэг. – Разнесем всех ваших вояк на атомы – силы и оружия для этого у нас хватит.

– Успокойтесь! – Из кабины пилота вышла Грета и спустилась по трапу. Она прошла мимо наемников и остановилась перед танками. Навстречу ей вышел мрачный командир спецназа. – Меня зовут Грета Грин, мое имя хорошо известно в самых высших кругах империи. Я нахожусь здесь не по своей воле, а выполняя веление императора. Даю вам пять минут на то, чтобы вы связались со своим начальством и отступили, в противном случае вас уничтожат.

– Извините, госпожа. – Командир спецназа помрачнел еще больше. – Мы отвечаем за соблюдение законов своей планеты, а в них сказано, что никто не имеет права высаживаться на поверхность с оружием, особенно с тяжелым, которым обвешаны ваши люди. Может быть, вы и принадлежите к высшим кругам, только нам об этом ничего не известно. Простите, но когда на планету приземляются такие люди, то встречает их не спецназ, а губернатор.

– Надеюсь, вы понимаете, что делаете. – Грета улыбнулась холодной змеиной улыбкой. – Ваши слова я расцениваю как мятеж и неподчинение императору, а за это наказание одно – смерть. Вы готовы умереть из-за глупости вашего начальства, которое вас сюда послало?

– Леди, вы должны меня понять, – проговорил спецназовец. – Я ничего не имею против вас, но у меня приказ.

– Мне плевать на вас, ваш приказ, ваше начальство и вашу планету! – Грета жестко усмехнулась, повернулась и пошла обратно к челноку. – Желаете умереть за чье-то глупое распоряжение – ваше дело. У вас осталось четыре минуты на то, чтобы освободить нам дорогу. Я вам назвала свое имя. Проверить, действительно ли перед вами та, кем я назвалась, – секундное дело. Не стоит умирать из-за своего незнания, тем более что пострадают и ваши семьи.

Спецназовцы отошли к танкам под защиту брони и пушек, а командир что-то бурно заговорил в микрофон. Через пару минут голос по динамикам сообщил:

– Вам разрешено проехать в город, госпожа. Скоро прибудет автобус, на нем вы сможете покинуть космопорт. Прошу нас простить!

Спецназовцы погрузились в броневики, танки развернулись и укатили обратно в ангар.

– Они вас испугались, – сказал Макс девушке, когда она села напротив него. – Не думал, что полиция отступит.

– Они боятся не меня, а императора. А он и в самом деле расстроится, если узнает, что со мной произошла неприятность, – улыбнулась Грета. – Кроме того, полицейские прекрасно понимают, что долианцы разнесут здесь все, и от космопорта мало что останется.

– Спецназовец угрожал вызвать армию…

– В колониях разрешается иметь только небольшие армейские подразделения, и мало кто из них рискнет связываться с наемниками.

– Самым интересным мне показалось ваше заявление о том, что вы находитесь здесь по велению императора. – Макс с любопытством взглянул на колдунью. – Неужели это правда?!

– Скажем так, – девушка пожала плечами, – мой дядя знает, куда я отправилась.

– А если местные власти обратятся к нему?

– Вряд ли он им ответит. – Грета посмотрела в иллюминатор на подъехавший автобус и встала. – В провинции не найдется ни одного политика, который мог бы обратиться к нему, минуя множество промежуточных инстанций. Здесь живут крысы, им положено молчать. А я могу связаться с императором при желании в любой момент. Правда, делать я этого не буду, он это очень не любит. Его лозунг: попал в беду – вылезай из нее сам.

Наемники начали грузиться, девушка и Макс тоже вошли в автобус.

– Куда едем, госпожа? – Один из долианцев сел за руль, выбросив водителя наружу. Тот побежал к зданию космопорта, что-то испуганно крича. – Приказывайте.

– Следует найти что-то попристойнее этой колымаги. – Колдунья на мгновение задумалась. – Для начала мы отправимся к губернатору, поговорим с ним, а уже потом решим, что делать дальше.

– Как нам себя вести? – спросил Грэг. – Стоит ли ожидать нападения?

– Нападение возможно всегда, но местных копов можете не опасаться, думаю, они уже получили приказ нас не замечать.

– Если возможны стычки, то нам нужно что-то быстроходное и бронированное – желательно армейский флаер.

– Хорошо, попробую уговорить губернатора нам его дать.

– Госпожа, я не знаю, куда ехать. – Долианец, севший за руль, растерянно посмотрел на убегающего водителя. – Кажется, я погорячился, когда выбросил этого парня из автобуса. Догнать?

– Не стоит, езжай к выходу из космопорта. – Грэг сел у окна, приготовив пулемет. – Там захватим копа, он точно должен знать местные достопримечательности, от него не убудет, если немного поработает на нас гидом.

Автобус подкатил к одному из боковых выездов, двери открылись, два долианца выскочили из машины, влетели в будку, где сидел полицейский, затащили его в автобус и бросили на сиденье. Бедняга побелел от страха, губы затряслись, он что-то хотел сказать, но только неразборчиво мычал и дергал кобуру парализатора.

– Сиди спокойно, и мы тебя не тронем. – Грэг положил тяжелую руку ему на плечо. – Мы едем к губернатору, а ты будешь показывать нам дорогу. Как только доберемся до его резиденции, тебя отпустим. И перестань хвататься за свою игрушку, а то я тебе руку сломаю. Понял?

Полицейский утвердительно закивал и положил трясущиеся руки на колени.

– Говори, куда ехать?

– На-налево, – выдавил наконец из себя коп, и наемник, управляющий автобусом, свернул в указанную сторону.

Автобус выехал на широкий проспект и помчался к огромному зданию.

– Э-это там. – Полицейский показал на небоскреб. – Но вам туда не попасть, вход охраняется, а для официального визита требуется подать заявку за неделю.

– Думаешь, губернатор будет не рад приезду старых друзей? – Грэг улыбнулся так, что полицейский еще больше побелел. – Где желаешь сойти?

– Если м-можно, то здесь. М-мне нужно вернуться на пост, а то меня уволят.

Водитель затормозил, коп выскочил и побежал обратно, что-то неразборчиво крича.

– Что это он? – поинтересовалась колдунья. – Мне не понравилось его возбуждение.

– Кричит что-то о террористах, желающих убить губернатора.

– Понятно, – улыбнулась Грета. – Едем медленно, чтобы не провоцировать охрану.

– Будем взрывать ворота? – поинтересовался один из наемников, сидевший на полу рядом с дверью, похлопав по скорострельной пушке на своем плече. – Скажите – когда?..

– Ни в коем случае! – покачала головой колдунья. – Это мирный визит, никакой стрельбы. Подъезжаем, я выхожу и иду в резиденцию, а вы ждете в автобусе.

– Госпожа, мы не можем отпустить вас без охраны. – Грэг стал снимать с себя броню. – Я пойду с вами и возьму с собой еще пятерых.

– Иногда одно ваше присутствие избавляет от множества проблем. – Девушка задумчиво посмотрела на долианцев. – Но так много людей мне не нужно.

– Тогда мы пойдем вдвоем. – Высокий наемник остался в полетном комбинезоне. – Я и Тромп.

Услышав свое имя, огромный долианец тоже стал снимать броню.

– Оружие не берите, оно вам не понадобится.

– Не доверяю я губернаторам, – недовольно покачал головой Грэг. – Эти чинуши за высокими стенами со временем начинают считать себя неуязвимыми, а их охрана привыкает к безнаказанности.

– Ничего, со мной они будут вести себя по-другому. – Грета посмотрела на Макса. – Ты, вор, тоже пойдешь с нами. Мне спокойнее, когда ты рядом.

– Он из автобуса никуда не убежит, – пробурчал недовольно Грэг. – Мои ребята за ним присмотрят.

– Сомневаешься в моих решениях? – Колдунья хмуро глянула на наемника, и тот виновато опустил взгляд. – Считаешь себя умнее?

– Нет, госпожа, но меня заботит ваша безопасность, а если он будет с нами, то придется отвечать еще и за него.

– Вор – вполне разумный парень, – усмехнулась Грета. – Он понимает, что если сбежит, то тут же окажется за решеткой. У него же нет на этой планете ни документов, ни друзей.

– Я бы лучше остался в автобусе, – вздохнул Лис. – Не хочется никуда идти.

– Я не спрашиваю тебя, пойдешь ли ты с нами, это уже решено.

– Не нравится мне здесь, – снова пробурчал Грэг, выходя из автобуса. – Не люблю отдаленные колонии: здесь люди перестают понимать, что хорошо, а что не очень, и начинают верить в то, что, кроме них, во Вселенной больше никого нет.

* * *

Дженг опустился на планету глубокой ночью. Перехватчик выбросил его в нижних слоях атмосферы, а сам ушел в космос. Оборотень не летал в десантной капсуле еще с тех времен, когда был волчонком, и даже сам удивился, как быстро тело вспомнило нужное положение и как привычно отнеслось к свободному падению.

Спускаемый аппарат имел свою автоматическую систему посадки, которая срабатывала в пятидесяти метрах от земли. Дженг лежал, скорчившись в противоперегрузочном кресле, моля Великого Волка о защите, зная, что от отказа двигателей гибнет каждый сотый десантник.

Когда двигатели взревели, Дженг облегченно вздохнул, а когда за этим последовал довольно жесткий удар, то радостно взвыл. Автоматика продолжала действовать, отсек раскрылся, выбрасывая его в зеленую траву. Волк отполз в сторону, сжимая в руках рюкзак, вскочил на ноги и побежал. Когда оказался от аппарата метрах в двадцати, там что-то щелкнуло, раздался глухой взрыв, изнутри выплеснулось яркое жадное пламя, быстро уничтожившее капсулу – от нее остался лишь кусок оплавленного металла. Возможно, это лишнее, но привычка не оставлять за собой следов у Дженга была в крови, и пока он ни разу не пожалел о ней.

Волк встал, нарастил мышцы и побежал в сторону зарева на горизонте – туда, где находился город, в котором ему предстояло провести операцию.

Утром он уже спал на одной из крыш, отрастив себе шерсть, чтобы не замерзнуть. Ночи на этой планете были холодными и влажными и, надо признать, неприятными. Ночью звезды сложились в незнакомый, чем-то тревожащий рисунок, потом их заволокли тучи, и так повторялось до утра, пока на горизонте не появилось бледное светило. Воздух Дженгу тоже не понравился, в нем оказались неприятные примеси, которые тело воспринимало как опасность.

Когда рассвело, оборотень отправился в ближайший трактир, не забыв вернуть себе человеческий облик, и сытно позавтракал. Мясо подали отменное – недожаренное с запекшейся кровью, такое, какое ему нравилось. Тут же после еды он начал вербовку, благо в заведении нашлось немало спившихся ветеранов последней имперской войны.

Уже к обеду у волка появились две небольшие команды и, что самое главное, хороший интендант, уволенный из армии за мошенничество; именно через него к вечеру он купил необходимое оружие и два списанных армейских флаера с вооружением. А к ночи Дженг со своей командой напал на замок в центре города.

Замок был хорошо прикрыт пушками и лазерами сверху и имел приличный гарнизон из отборной команды наемников. Все выглядело так, словно местный лорд знал, что рано или поздно на него нападут, и хорошо к этому подготовился. Один флаер сбили сразу на подлете, тот даже не успел сделать ни единого выстрела, взорвался глупо и напрасно, не выполнив поставленной перед ним задачи.

Хорошо, что пилот второго аппарата сообразил, что и его собьют при подлете, поэтому начал стрелять издалека. Именно благодаря его удачной стрельбе ворота оказались снесены, в стене появилась огромная брешь, а ракетная установка, так досаждавшая им, вышла из строя. Конечно, и этот флаер подбили, но летун сумел посадить разбитую машину у ворот.

Волк, пользуясь тем, что охрана замка увлеклась перестрелкой, перескочил через стену и скрытными перебежками добрался до отдаленной высокой башни – именно там находилась его цель. Взобрался по каменной кладке, отрастив когти на ногах и руках, забрался внутрь через небольшое окно, поднялся по узкой лестнице и, взломав стальную дверь, вошел в небольшую библиотеку.

Здесь Дженг прежде всего открыл окно и убрал решетку, понимая, что для него это окажется единственным способом отступления, после того как прибудет охрана, так как лестница в башне только одна. Правда, глянув вниз, он понял, что шансов выжить у него будет немного: у подножия его ждали острые камни.

Тяжело вздохнув, волк двинулся по библиотеке в поисках нужного ему манускрипта. Назывался он просто – «О бессмертии». Для оборотня было странным рыться среди бумажных и пергаментных книг, которые хозяин библиотеки до сих пор не удосужился перевести в электронный формат.

Дженг пробежал взглядом по полкам, сразу понял, что нужного фолианта на полках нет, и стал искать сейф. Тот обнаружился за одной из полок. Мощное внушительное сооружение из бронепластика, на вскрытие которого требовалось немало времени, а его как раз и не было. Стрельба во дворе замка понемногу утихала – похоже, набранная команда терпела поражение.

Впрочем, ни на что другое Дженг и не рассчитывал. Задача наемников состояла в том, чтобы отвлечь на себя охрану, и они ее выполнили. А вот он со своим поручением не справился. Глупо было идти на такое дело, не собрав информацию.

– Какие-то проблемы?

Волк повернулся и увидел стоявшего в дверях невысокого пожилого человека. Оружия хозяин замка не имел, иначе оборотень почувствовал бы запах ружейной смазки.

– Вы удивлены тому, что я к вам подобрался незаметно?

Дженг кивнул.

– Еще большее удивление вы испытаете, когда узнаете, что мне было известно о сегодняшнем нападении и даже о том, что является вашей целью. Именно поэтому появление ваших флаеров над территорией замка не стало для моих охранников неожиданностью. Они отслеживали каждый ваш шаг и не мешали нанятым вами людям выполнять задачу отвлечения. Конечно, их убили, но такова судьба всех наемников. Если честно, не люблю я их.

– Я должен сказать, что потрясен? – Волк криво усмехнулся. – Упасть на колени и начинать молить о пощаде?

– Я ждал не этого. – Человек прошел и сел в глубокое кресло. – Позвольте представиться. Меня зовут Корит, я – хозяин этого замка.

– Дженг. – Волк вежливо склонил голову, глядя, как в дверях появляются два вооруженных долианца. Они прошли в библиотеку и встали так, чтобы держать его под прицелом, не перекрывая друг другу сектора обстрела. Он их узнал сразу: крупная лысая голова, темные очки, мощные фигуры. – Надеюсь, мои люди не причинили большого вреда вашей собственности? Если потребуется, то я готов заплатить за причиненные разрушения.

– Они минимальны, поэтому не стоит хлопот.

– Тогда я могу идти?

– Неужели вам не хочется увидеть то, ради чего вы сюда проникли?

– Хочу и даже очень, весьма преисполнен любопытства.

– Я покажу вам свой драгоценный манускрипт, но после этого вы умрете.

– Тогда, может быть, заодно объясните, откуда вы знаете, за чем именно я сюда пришел? О том, что не буду жить вечно после нашего знакомства, я догадался сразу, как только вас увидел.

– Это уже тридцать вторая попытка проникнуть в мой замок. – Корит тяжело встал, опираясь на трость. – И, признаюсь, самая бестолковая. Все остальные похитители сначала собирали информацию, пытались перекупить моих слуг и только после этого проникали внутрь. Правда, их уже ждали и вели до этой самой комнаты. А вот вы, пожалуй, единственный, кто сразу отправился сюда, в башню. Вероятно, вы знали, где находится книга. Это так?

– Да, – признался волк, не видя смысла скрывать очевидное. – Мне сказали, что фолиант находится в этой башне.

– Не назовете свой источник?

– Мне его дали те, кто меня сюда направил. Думаю, эти люди наблюдали за всеми предыдущими попытками, а возможно, их организовывали.

– Что ж, это логично. Выполняю свою часть сделки. – Человек открыл сейф и достал толстый манускрипт в старинном золоченом переплете. – Вот за этой книгой и ведется охота. Если честно, мне самому любопытно, что находится в ней такого привлекательного для столь многих желающих. Я прочитал ее трижды, но не нашел ничего интересного.

– Мне кажется, вы могли бы легко избежать нападений, просто опубликовав манускрипт, или дать возможность другим почитать его в электронном виде в сети.

– Зачем это мне? – Корит положил книгу на стол, а сам сел в глубокое кресло. – Поверьте, моя жизнь скучна, а эти нападения приятно ее разнообразят. Кроме того, они приносят определенную выгоду – после каждого я получаю очень неплохие страховые премии. Но главное в том, что стоимость моей коллекции книг за последние три года выросла в четыре раза, хоть в нее не попало ни одного нового экземпляра!

– Позволите просмотреть содержание этой книги? – вежливо спросил Дженг. – Вы обещали.

– А смысл?

– Если уж показали обложку, то дайте возможность заглянуть внутрь, тем более вы предупредили о том, что живым мне отсюда не уйти, а просьба умирающего священна. Я вас долго не задержу, максимум пять минут.

Волк взглянул на наемников, они по-прежнему держали его на прицеле, на их лицах ничего нельзя было прочитать. Их неподвижность не могла его обмануть. Он знал: эти люди обладают быстрой реакцией и, прежде чем он хоть что-то успеет сделать, наделают в нем множество дырок. Оборотни старались не связываться с долианцами, так как это были единственные противники из людей, с кем приходилось сражаться на равных.

– Пожалуйста. – Человек с явной неохотой протянул книгу. – Но будьте аккуратны, это старая книга, она может не выдержать грубого обращения.

– Обещаю, что буду осторожен.

Волк быстро пролистал манускрипт от корки до корки и вернул его обратно с почтительным поклоном.

– Вы правы, – развел он руками. – Мне тоже непонятно, почему эта книга стала такой востребованной.

– Извините, но у меня появился еще один вопрос. – Корит положил манускрипт обратно в сейф. – Вы просто пролистали ее, даже не пытаясь что-то прочитать?

– Увы, текст написан на неизвестном мне языке и нет ни одной иллюстрации.

– Вы правы. – Человек улыбнулся. – Книга написана на древнем языке. Эта письменность нам досталась от погибшей много тысяч лет назад инопланетной цивилизации. Именно поэтому мне было любопытно узнать, что же в ней ищут? – Он вернулся в кресло. – Я прочитал этот фолиант от корки до корки, вдумываясь в каждую фразу, но ничего стоящего и любопытного не обнаружил.

– О чем там написано?

– О бессмертии, название не врет. Несмотря на достижения генетиков, человечество до сих пор не сумело добиться ощутимого продления жизни, и богатые люди империи готовы отдать большую часть своего состояния за возможность прожить дольше.

– Понятно, – кивнул волк. Он отращивал когти и приводил свое тело в боевое состояние. На грудной клетке и животе он уже вырастил хрящевую ткань, которая должна была защитить его от пуль. Все это он старался делать незаметно. К словам хозяина о том, что его скоро убьют, Дженг отнесся очень серьезно. – Жаль, что я попался так глупо.

– А то, что с вами произойдет, не глупо? Или к своей смерти вы равнодушны? Долианцы очень не любят воров, и поэтому каждого, кто проникает сюда, я отдаю им. Удачи в следующей жизни!

Человек вышел, а наемники переглянулись между собой. Ждать продолжения Дженг не стал, а прыгнул в окно. Долианцы даже не попытались ему помешать. Они думали так же, как и он: глупо останавливать того, кого после падения с двадцатиметровой высоты ждут острые камни.

Глава шестая

У высоких металлических ворот в небольшой будке сидел скучающий охранник и с увлечением разглядывал глянцевый электронный журнал. Увидев долианцев, он насторожился и что-то зашептал в переговорное устройство. Когда наемники во главе с Гретой подошли ближе, из двери выскочили десять стражей, вооруженных короткими автоматами, чуть позже появился офицер, вытирая жирные губы, явно недовольный тем, что его оторвали от еды.

– Кто такие и что нужно?

– Мое имя Грета Грин, я – подданная императора, мне нужно переговорить с губернатором, – мило улыбнулась девушка. – Не соблаговолит ли столь отважный и храбрый воин провести меня к нему?

– В двухстах метрах ниже по улице находится приемная, там вы сможете записаться на аудиенцию, – хмуро ответил офицер. – Если губернатор решит, что эта встреча ему нужна, с вами свяжутся. В резиденцию мы пропускаем только тех, кто имеет специальный пропуск. Но сегодня не приемный день, поэтому, даже если он у вас есть, вы все равно не сможете пройти. Так что всего доброго…

– Вы, кажется, не понимаете, с кем разговариваете? – Грета с досадой закусила губу. – Мне это не нравится. Очень грубо.

– Послушайте, девушка! – Охранник криво усмехнулся. – Не знаю, что вы там о себе возомнили, но перед вами стоит человек с оружием, и он имеет право его применить, если посчитает нужным. Неужели вы думаете, что ваши телохранители смогут справиться с десятком вооруженных, специально обученных людей?

– Они могут справиться и с большим количеством, – пожала плечами Грета. – Но самых больших наглецов я наказываю сама.

Офицер вдруг побледнел, потянулся к горлу, его глаза вылезли из орбит, он стал задыхаться. Автоматчики, растерянно переглянувшись, отступили назад к створкам ворот и передернули затворы. Макс понял, что сейчас их будут убивать, но Грета вытянула руку в сторону стражей, и те неожиданно бросили оружие, встали на колени, глядя перед собой ничего не видящими глазами.

– «Не покажешь силы, не дождешься уважения» – гласит старая поговорка! – Девушка толкнула офицера ладонью в грудь, и тот упал. – Ладно, пошли к губернатору. Похоже, нас не ждут, значит, будет кое для кого неприятный сюрприз.

Страж в будке заскреб непослушными пальцами кобуру, но потом тяжело вздохнул, нажал кнопку на пульте и повалился на грязный пол. Створки ворот стали открываться.

Они вошли во двор. Лис оглянулся, охранники за его спиной, сжимая горло, падали на асфальт.

– Не отставай, вор, и не верти головой, – пробурчал Грэг. – Смотри только перед собой, ты меня отвлекаешь.

– Что с ними?

– Госпожа умеет многое, ее дар велик. Шагай вперед и увидишь немало интересного.

Они поднялись по лестнице. Навстречу вышли два вооруженных охранника. Грета щелкнула пальцами, и стражи повалились на пол с побелевшими лицами. Макс вздрогнул, девушка оглянулась, посмотрела на него холодными, равнодушными глазами.

– Не ожидал от меня такого, вор?

– Нет, – покачал головой Лис. – Если бы не увидел своими глазами, никогда бы не поверил, что такое вообще возможно.

– У меня есть сила и дар, я говорила тебе об этом.

– Да, говорили, только я не ожидал, что вы можете убивать.

– Могу, но здесь я еще никого не убила, охранники минут через десять придут в себя.

Пройдя через огромную дверь, они вошли в здание и оказались в широком холле, облицованном светящимся серым камнем. В центре стоял стол, за которым сидел молодой человек в дорогом костюме, он торопливо нажал кнопку под крышкой и закричал:

– Сегодня не приемный день! Возвращайтесь назад, или я вызову охрану!

– Меня пропускают в любые дни, – улыбнулась Грета. – А вы невежливы с дамой.

– Да я вас ука… – Молодой человек осекся на половине слова, его глаза закатились, и он упал.

– Идиот! – Грета прошла мимо. – Интересно будет увидеть того, кто назначает таких придурков.

Вверх вели две широкие каменные лестницы. Едва группа шагнула на ступени, из бокового прохода выскочил запыхавшийся здоровяк в дорогом помятом костюме.

– Вам туда нельзя! Вы должны зарегистрироваться и ждать, когда вас позовут. Назад, или я вызываю охрану!

– А вот и наниматель! – Грета даже не оглянулась, а верзила схватился за горло и упал. – Кого-то подобного я и ожидала увидеть.

Лестница вывела их в следующий холл, там возле лифта стояли еще два стража, они потянулись за оружием, но вместо этого тоже схватились за горло, провожая пришельцев вылезающими из орбит глазами. Грэг забрал у них пистолеты и нажал кнопку открывания дверей. Внутри кабинки на полу лежал мягкий ковер, у зеркальной стены находился небольшой кожаный диван. Девушка села и прикрыла глаза.

– Какой этаж, госпожа?

– Сто третий. Кабинет губернатора находится там, если судить по надписям в вестибюле.

Лифт тронулся, быстро набирая скорость. Грета на ощупь тронула ожерелье на груди, и оно сверкнуло изумрудным пламенем.

– Наверху нас будут ждать три охранника, я устала и не успею обездвижить всех, поэтому возьмите часть на себя.

– Хорошо, госпожа. – Грэг выступил вперед, отодвигая Макса к стене, второй долианец встал рядом. – Мы возьмем на себя всех, никаких проблем.

– Убивать только в крайнем случае, это дружественный визит!

– Как скажете, госпожа.

Лифт остановился, дверь открылась, и Лис впервые увидел долианцев в действии. Их фигуры словно размазались, а когда снова обрели ясность, наемники уже стояли рядом с охранниками. Три глухих удара, и стражи упали, вероятнее всего так и не поняв, что произошло.

Грета спокойно вышла из лифта, не глядя по сторонам, словно провела всю жизнь в этом здании и знала, куда идти. Она свернула в небольшой коридор, прошла через холл, где за небольшим светло-коричневым столом, сделанным из настоящего земного дерева, сидела высокая красивая девушка в легкой, открытой тунике. Ее ярко-алые губы кривились в привычной улыбке, серые глаза смотрели мимо, светлые волосы по последней моде были схвачены огромным золотистым гребнем.

– Вы к кому? – спросила она холодно и надменно. – Если к губернатору, то вам придется подождать, он очень занят. Лучше всего зайдите завтра, тогда к концу дня, возможно, у него отыщется для вас время.

– Для меня оно и сегодня найдется, – процедила Грета сквозь зубы. – Извольте, милая, обо мне доложить.

– Назовите ваше имя.

– Грета Грин, подданная императора.

– Простите, но вашего имени нет в списке.

– Милая! – Грета разговаривала с секретарем, скучающе глядя мимо на стену. – Просто сообщите губернатору, что я здесь. Наверное, он забыл вас предупредить обо мне.

– Я точно знаю, что вас нет в списке, и я вам не милая! Уходите, или мне придется позвать охрану. Кстати, как вы прошли мимо нее?..

Секретарь осеклась, растерянно глядя на свою руку, которая нажала кнопку селектора, и испуганно подняла глаза.

– Продолжайте, милая, не останавливайтесь, – усмехнулась Грета, – иначе я сделаю все за вас.

Секретарь побледнела, потом произнесла глухим голосом, глядя перед собой:

– Господин губернатор, к вам Грета Грин, подданная императора.

– Не знаю такой, – ответил сухой голос. – Я же сказал, что занят. Разучились работать? Если вам докучают, вызовите охрану.

Секретарь отключила селектор и жалобно посмотрела на посетительницу, та в ответ высокомерно улыбнулась:

– Спи. Отдыхай. Ты мне больше не нужна.

– Но вы не смеете…

Грета провела перед ее лицом раскрытой ладонью, секретарь побледнела, закрыла глаза и опустила голову на стол.

– Госпожа? – спросил Грэг. – Что мы собираемся делать?

– Я собираюсь зайти в кабинет и поговорить с губернатором, ваша помощь не потребуется, просто стойте рядом.

Девушка подошла к огромной двери, наемник открыл ее, и Грета вошла в огромный кабинет, в конце которого за массивным столом, сделанным из земного мореного дуба, сидел маленький круглый человек в черном костюме и белоснежной рубашке, разговаривая с кем-то по коммуникатору последней модели.

– Кто?! – рявкнул он. – Я же сказал, что занят!

Неожиданно он замолк, посинел и схватился за горло; аппарат упал на мягкий ковер и зарылся в высокий ворс. Грета спокойно подошла к столу и села в удобное кресло напротив.

– Мне достаточно пошевелить пальцем, и ты умрешь, – проговорила она. – «Сердечная недостаточность» – так напишут врачи после вскрытия. Ты действительно этого хочешь?

– Н-нет, – прохрипел губернатор, его лицо стало белее мела. – Отпустите, я все понял…

– Хорошо. – Девушка пошевелила пальцами, и толстяк облегченно задышал. – Ты готов меня выслушать?

– Простите, не расслышал ваше имя?..

– Грета Грин, подданная императора, имеющая право сидеть с ним за одним столом, говорить то, что считаю нужным, и плюющая на все условности дворцового этикета.

Толстяк зашевелил губами, словно проговаривая имя, а потом до него, видимо, стало доходить, потому что на лице появился страх.

– Та самая Грета, что убила губернатора Троя?

– Спасибо за то, что вспомнил меня.

– Я весь – сплошное внимание! Прошу извинить мое недостойное поведение, но мне даже в голову не могло прийти, что столь почтенная особа почтит нас своим появлением, – пролепетал толстяк. На его лице появились капли пота. – Я виноват перед вами, в будущем это не повторится! Обязательно заглажу свою вину. У нас здесь мало кто бывает, поэтому мы оказались не готовы к приему столь важной гостьи.

– Что ты юлишь? Ты же знал о том, что я здесь.

– Вы ошибаетесь! Если бы мне стало это известно, я организовал бы торжественную встречу!..

– Тебе сообщили обо мне с космодрома. Не думаю, что копы промолчали об инциденте, случившемся там.

– Такая информация действительно была. – Губернатор жалобно посмотрел на девушку. Видно было, что он смертельно напуган. – Но я не был уверен до конца, что вы именно та Грета Грин. Если бы знал, то…

– Ты меня унизил трижды! Первый раз, когда на космодроме меня встречали броневики и спецназ…

– Но это недоразумение… – прошептал толстяк. – Мы никому не разрешаем носить оружие на планете, кроме полиции и армии. Конечно, если бы вы заранее сообщили, что собираетесь посетить нас с вооруженной охраной, то этого инцидента не случилось бы…

– Пытаешься выкрутиться? – Грета недоуменно нахмурилась. – Или предлагаешь мне каждый свой шаг согласовывать с тобой? Может быть, желаешь, чтобы и сам император тебя заранее предупреждал о своих намерениях?.. Да кем ты себя возомнил?! Я обязательно предупрежу своего дядю о том, чтобы он не смел появляться в этом уголке империи без согласования с тобой, милый губернатор! Думаю, ему это не понравится.

– Вы меня неправильно поняли. – Губернатор окончательно сник. – Я не это хотел сказать…

– Но сказал. Продолжим… – Девушка выпрямилась. – Второй раз ты меня унизил, когда на меня набросились твои охранники…

– Они просто выполняли свой долг, защищая меня! Они действовали на основании инструкции…

– Запомни: нас, истинных подданных императора, не так много, и сердить нас не стоит. Тот, кто попытается это сделать, умрет! И поверь, никто не станет расследовать этот инцидент, просто назначат нового губернатора, а тебе устроят пышные похороны.

– Простите еще раз, я виноват…

– Я не закончила! – Грета мрачно побарабанила по столу. – Третий раз ты унизил меня сейчас, когда попытался выгнать из своего кабинета.

– Извините, но я не думал, что это вы…

На губернатора было больно смотреть, настолько он был растерян и жалок, от его величия и уверенности в себе не осталось ничего.

– Никто не смеет меня унизить больше трех раз, первый – прощаю, понимая, что человек может меня не знать, второй – позволяю, понимая, что не все умны, третий – последний, после него я убиваю. Ты свой лимит исчерпал и находишься очень близко к смерти. Слышишь, червь?

– Я готов встать на колени, чтобы вы меня простили.

– Я и сама могу тебя поставить на колени.

Максу почему-то стало стыдно смотреть на толстяка. Еще пару минут назад этот человек находился на вершине власти, по его слову убивали и миловали, приходили в движение армия и полиция, перед ним склонялись и унижались, а теперь он сам со слезами на заплывших глазах вымаливает себе прощение.

Колдунья задумалась, потом убрала руку, и губернатор задышал спокойнее; через какое-то время на его лицо вернулась краска.

– Мне нужен бронированный армейский флаер, – сказала Грета, – проводник к храмам, и чтобы никто из твоих людей не пытался помешать мне. Ты слышишь – никто! Любой, кто попробует остановить меня, или, не дай бог, устроить несчастный случай, или еще какую-то гадость – не удивляйся, я слышу твои подлые мысли! – покойник. Я сожму руку вот так, и ты умрешь.

Толстяк снова стал задыхаться, его лицо посинело.

– Даю тебе на решение вопроса десять минут, после этого бронированный флаер с проводником и припасами должен приземлиться внизу на стоянке, опоздаешь – умрешь.

– Я не успею, вы даете слишком мало времени!..

– Тогда флаер пришлет твой заместитель. Я с тобой и так слишком любезна. Дураков не люблю. И еще… Сейчас твоя охрана очнется. Если она снова попытается на нас напасть, обещаю: мы уничтожим всех!

Губернатор схватил трубку телефона.

– Начальника охраны!.. Сейчас из моего кабинета выйдет одна высокопоставленная дама, сопровождаемая долианцами, ни в коем случае, повторяю, ни в коем случае не мешать и не останавливать, иначе я вас всех на рудники отправлю!!!

– Молодец, продолжай решать поставленные перед тобой задачи, время пошло. – Колдунья встала и направилась к двери. – И помни: твое сердце находится в моей руке.

Они с Максом вышли из кабинета. Секретарь спала, охрана – тоже. Они спокойно дошли до лифта по пустынному коридору, спустились вниз и дошли до входной двери. Резиденция казалась вымершей, в здании стояла пугающая тишина, не стрекотали телефоны, не слышались голоса, только кондиционеры продолжали монотонно гудеть, закачивая охлажденный воздух в здание.

– Время засек? – Грета посмотрела на Грэга.

– Да, госпожа, у губернатора еще восемь минут.

– На всякий случай приготовьтесь. Эта мразь все время думала о том, как ему меня убить, а потом обставить, как несчастный случай.

– Тогда почему вы его не прикончили? – поинтересовался Макс. То, что он увидел в кабинете, его впечатлило. Он понял, что эту девушку убить будет непросто, если вообще возможно. Она обладала немалой силой, и даже губернатор планеты испугался ее. Похоже, его месть за брата может и не состояться. Он вздохнул. – Я бы хотел это увидеть.

– Несмотря на то что император ко мне хорошо относится, это совсем не значит, что он мне простит смерть еще одного губернатора.

– Получается, вы блефовали?

– Нет, вор. Я действительно могу его убить даже сейчас, просто не вижу в этом смысла. Но если потребуется, обещаю: ты это увидишь. Надеюсь, этот чванливый человечек не станет сегодня делать глупостей.

– Переходим на повышенную боевую готовность, – проговорил Грэг в коммуникатор. – Возможно нападение с воздуха. Приготовить ракетные установки.

– А вы правда можете убивать на любом расстоянии? – спросил Лис колдунью. – Даже за тысячу километров?

– Хочешь проверить?

– Просто скажите.

– Мне достаточно представить мысленно того, кто должен умереть, а где он находится – неважно, пусть прячется хоть на краю Вселенной! – Грета закрыла глаза. – А сейчас не мешай, я должна знать, что происходит вокруг, иначе нас убьют. Поверь, это ужасная планета! Здесь творится много скверного, поэтому и губернатор такой придурок, который всех устраивает.

В небе появилась черная точка.

– Грэг? – спросила Грета.

– Одиннадцать минут прошло, так что вполне возможно, что это за нами.

– Хорошо, до посадки глаз с него не спускать, а потом проверить на наличие взрывных устройств.

– Вряд ли возможно что-то поставить за такое короткое время.

– Лучше подстраховаться.

– Да, госпожа…

Флаер завис над стоянкой и начал медленно спускаться.

– Эту машину забрали у вояк, – произнес Грэг, он напряженно наблюдал за машиной. – У него подвеска с ракетами, пушка и пулемет на турели. Нас это устроит. Аппарат мне знаком, у него неплохая многослойная броня. Вместимость – армейский взвод. Но если он сейчас начнет по нам стрелять, придется его уничтожить.

– Не начнет. – Колдунья открыла глаза. – В нем один пилот и еще кто-то – вероятнее всего, проводник. Пилот напуган, значит, предупрежден.

Флаер сел, из кабины вышел летчик в армейском комбинезоне, подошел к автобусу и отдал честь.

– Мне приказано сопровождать некую даму и тех, кто входит в ее свиту.

– Вы проводник? – спросила Грета.

– Нет, я пилот, проводник находится во флаере. Какой-то штатский, кажется, археолог. Я его забрал из музея.

– Свободен, – проговорил Грэг. – Шагай, куда хочешь.

– Но я не могу отдать вам боевой флаер!

– Уже отдал. Если сомневаешься, поинтересуйся у своего начальства.

– Управление этим аппаратом требует специальных навыков…

– У нас имеется собственный пилот.

Летчик что-то сказал в переговорное устройство, услышав ответ, помрачнел.

– Флаер в вашем полном распоряжении. – Он отдал честь. – Заправлен до отказа, полный боекомплект, стрелять по населенным пунктам запрещено.

– Иди, солдат. Куда стрелять, разберемся без тебя.

Пилот пошел в сторону от стоянки, недоуменно оглядываясь. Наемники быстро полезли внутрь, минут через пять один из них высунулся и помахал рукой.

– Флаер проверен, госпожа, – сказал Грэг. – Можем отправляться.

– Тогда идем. – Грета вышла из автобуса. – Не хотелось бы здесь оставаться.

– Теперь ты, парень. – Грэг подтолкнул Макса к выходу. – Быстро!

Лис поднялся по трапу во флаер. Как только наемники расселись по местам, аппарат поднялся в воздух.

Губернатор, наблюдавший за ними, отошел от окна и набрал номер на коммуникаторе.

– Уничтожить! Как хотите. Главное, чтобы никого не осталось в живых.

* * *

Дженг ударился о камни, и в глазах его потемнело.

«Так и приходит смерть, – успел подумать он. – Как же глупо…»

Долианцы не спеша спустились вниз. Недовольный Корит, постукивая тростью по ступенькам, шел за ними.

– Почему он спрыгнул?

– Откуда нам знать, господин? Возможно, испугался: всему миру известно то, что мы мастера пыток.

– Тут что-то не так. – Корит покачал головой. – Я не заметил в нем страха. Он спокойно просмотрел книгу, выяснил все, что хотел, а потом выпрыгнул. Нет, это было осознанное решение. К тому же окна в библиотеке я всегда держу закрытыми, книгам вреден влажный воздух. Получается, окно открыл он? Но если это так, выходит, этот человек планировал прыжок?

– В любом случае он мертв, господин. Невозможно выпрыгнуть с такой высоты и выжить. У него не было ни единого шанса. Но если он еще дышит, мы поможем ему отправиться к темным берегам смерти.

– Не думаю, что будет так. Этот человек явно имел в запасе какую-то козырную карту.

Наемники вышли из башни, хозяин двигался за ними, включив яркий фонарь, от света которого долианцы недовольно морщились. Им самим подсветка не требовалась, они хорошо видели в темноте. Место падения обнаружилось сразу: около большого камня натекла приличная лужа крови, но рядом тела самоубийцы почему-то не было.

– Выходит, он не умер, несмотря на все ваши уверения? – Корит недовольно покачал головой. – Я ожидал чего-то подобного. Мне не понравилось, как он держался. Этот человек знал, что произойдет, и был готов. Не зря он мне показался таким странным. Немедленно найти!

Наемники пошли по кровавому следу, который привел их к обрыву. Река матово блестела внизу, от нее тянуло сыростью и ночной прохладой. Отражения звезд колыхались на темной поверхности – ни волн, ни всплеска, говорящего о том, что кто-то плывет.

– Он бросился в воду и, вероятнее всего, утонул. Думаю, его тело сейчас несет к морю.

– Возможно. – Корит задумчиво покусал губу. – Это был самый интересный похититель из всех. Он единственный обладал умом и фантазией. Кстати, из его команды хоть кто-то остался в живых?

– Трое раненых ждут в пыточной башне.

– Идем, послушаем, что они расскажут. Да, и еще. Пусть полиция проверит все комнаты того трактира. Мне интересно будет увидеть вещи этого самоубийцы.

– Да, господин, мы немедленно сообщим им о вашей просьбе…

Дженг тяжело вздохнул, ослабил слух и закрыл глаза. Его медленно несло вниз по течению. Он умирал: острый камень пронзил живот, и теперь от желудка почти ничего не осталось. Сердце, наполненное болью, с трудом качало кровь, легкие отказали. Такие повреждения невозможно восстановить даже оборачиванием.

Он даже не верил, что с такими ранами сможет добраться до обрыва, но сумел. Зато сейчас волк был спокоен, можно сказать – счастлив. Он сделал все, что от него требовалось, и когда придет в Верхнее Логово, никто не посмеет сказать, что Дженг умер трусом.

Он посмотрел в черное небо, нашел взглядом силуэт Великого Волка, сотканный из десяти ярких звезд, улыбнулся ему, последний раз вдохнул прохладный речной воздух, и его тело стало медленно опускаться к темному холодному дну.

* * *

Макс осмотрелся, он никогда не летал ни на чем подобном. Флаер оказался довольно большим, вдоль бортов тянулись жесткие пластиковые лавки с привязными ремнями. В задней части находились турели с пулеметами, место возле них сразу заняли наемники. В пилотскую кабину вела небольшая дверь. Грета вошла в нее, через мгновение оттуда выскочил покрасневший от гнева невысокий лысый человек и присел на лавку рядом с Лисом, опасливо поглядывая на долианцев.

– Что это за девушка, которая меня выгнала из кабины? – спросил он Макса. – Вы, я вижу, не с солдатами, у вас нет оружия.

– Да, я не вооружен, хоть и с ними. А девушка является той самой госпожой, которую вас пригласили сопровождать.

– Приглашением я бы это не назвал. Солдаты ворвались в мой дом, выволокли меня, забросили в этот флаер, толком ничего не объяснив. Согласитесь, это было не очень любезно с их стороны.

– Со мной произошло примерно то же самое, – пожал плечами Лис. – Эта леди никого ни о чем не спрашивает и не просит. Она поступает так, как считает нужным, и горе тому, кто встанет у нее на пути.

– Кто она? Неужели любовница самого губернатора?

– Берите выше, – вздохнул Макс. – Эта девушка вхожа к самому императору, она его племянница.

– А… тогда понятно. – Мужчина сразу успокоился. – Позвольте представиться, доктор археологии Тернс. А вас как зовут, милейший юноша?

– Макс.

– Тоже занимаетесь археологией?

– У меня другая специализация, я проверяю на прочность системы безопасности.

– Очень приятно познакомиться. Объясните, пожалуйста, куда мы летим?

– К храмам. Госпожа хочет посмотреть их, а вас взяли как проводника.

– Ну вот, могли же сразу все объяснить. – Мужчина сел свободнее. – Эту работу я знаю. Только почему мне не разрешили находиться в кабине? Я бы показал самую короткую дорогу…

– Наверное, эта девушка сама ее знает.

– Но я бы мог указать путь к тому храму, который наиболее привлекателен для туристов в это время года. – Доктор выглянул в иллюминатор и покачал головой. – А мы летим к другому, он не так интересен, в нем немного скульптур и барельефов.

– К сожалению, решаем не мы с вами, а она.

– Да, да, я понимаю. А к кому обратиться, чтобы пилот изменил маршрут? Мне кажется, нам все-таки следует лететь на запад, там находится более красивое святилище.

– Можете переговорить вон с тем высоким долианцем, но предупреждаю сразу, это ничего не даст.

Доктор тронул за плечо Грэга, но тут же убрал руку, увидев мрачный, предостерегающий взгляд.

– Простите, не могли бы вы передать своей госпоже, что лучше лететь к другому храму?

– Нет! – отрезал наемник.

– Почему?

– Потому что она лучше знает, куда лететь. Сядьте на место и перестаньте дергаться, если госпоже не понравится то место, куда мы прилетим, полетим дальше, и тогда вы будете указывать дорогу. Вас это устроит?

– Да-да. – Тернс сел рядом с Максом. – На редкость неучтивый человек. Один взгляд чего стоит! Варвар!

– Док, этот человек – наемник, – улыбнулся Лис. – Его работа – убивать людей. Какой любезности вы от него ждете? То, что вы живы, уже говорит о том, что он был с вами вежлив.

– Да?.. – Тернс опасливо покосился на Грэга, еще раз поймал его мрачный взгляд, уставился в пол и больше за весь полет не сказал ни слова.

Флаер приземлился, наемники в броне вышли первыми и окружили аппарат, настороженно глядя по сторонам.

Следом выбрались Лис и археолог. Макс увидел, что флаер стоит на небольшой каменистой площадке. Ниже зеленел лес, у горизонта текла большая река, искрясь мелкими волнами. За спиной, закрывая горизонт, высились мрачные горы, их вершины были закрыты белыми облаками. В светло-сером небе висело голубое светило, от которого ощутимо тянуло жаром. Вокруг валялось множество огромных камней, словно набросанных великанами, а перед ними высился храм, вырубленный прямо в горе. Похоже, базальтовую скалу сначала подровняли камнетесы, а потом искусные мастера вырезали из твердого камня скульптуры, изображающие огромных ужасных существ с острыми когтями на руках и ногах, длинным худым телом и ужасающими лицами. Высеченные из огромных глыб фигуры охраняли вход – высокие ворота, сделанные из серебристого металла. Статуи показались Лису почти живыми, они глядели на него сверху с болью и жалостью.

– Это наш малый храм, – заявил доктор. – Есть еще три, но они находятся на равнине.

– Заткнитесь, док! – Грэг вышел из флаера, внимательно разглядывая плато и лес под ним. – Советую говорить только тогда, когда вас об этом попросят. Брейк и Бузил, забирайтесь вон на ту скалу, оттуда легко контролировать окрестности. К храму никого не подпускать! Уничтожайте все, что попытается к нему приблизиться. Траст и Бугрил, располагайтесь среди камней, задача та же. Остальные со мной!

Появилась Грета. Она успела переодеться в комбинезон песчаного цвета, который хорошо сидел на ней. Макс в очередной раз признал, что девушка невероятно красива и привлекательна, но при этом вызывает не желание, а страх. Было в ней нечто такое, отчего его внутренности покрывались льдом.

Колдунья подошла к доктору.

– От вас мне хотелось бы узнать расположение главных залов.

– Главный зал только один, до него легко дойти, он начинается сразу у входа.

– Есть ли там алтарь?

– Да, – улыбнулся Тернс. – Огромное культовое сооружение, которое охраняют статуи существ, похожих на волков и медведей. Археологи до сих пор не пришли к выводу, существовали ли они на самом деле или порождены воображением древних художников.

– А где находится алтарь, который охраняют гигантские кошки?

– Алтарь?.. – Археолог задумался. – Здесь такого нет, а вот в храме, находящемся вблизи каменоломен, имеется нечто подобное, кошки там представлены в виде барельефов.

– Понятно. – Грета направилась к воротам, бросив через плечо: – Грэг, этого человека посадите на флаер и доставьте к ближайшему населенному пункту.

– Но как я оттуда доберусь до дома? Я живу в столице и выезжаю в эти дикие места только, когда руковожу экспедицией…

– И дай ему денег.

– Но…

– Доктор, вы все слышали? – Долианец запихнул археолога во флаер и махнул пилоту: – Ты тоже, так что выполняй!

– А деньги?..

– Вот. – Грэг достал пачку имперских золотых и сунул ученому. – Этого хватит, чтобы пересечь всю планету с комфортом.

– Это, конечно, меняет дело, но мне не нравится, как со мной обращаются.

– Удачи, док!

Люк закрылся, флаер поднялся в воздух, убрал опоры и устремился в сторону леса.

– Сейчас мы идем в храм. – Колдунья оглядела свой отряд. – Место здесь нехорошее, случиться может всякое, поэтому будьте предельно осторожны. Советую от меня далеко не отходить.

– А что может произойти? – спросил Лис. – Как я понимаю, это давно заброшенные руины. Те, кто построил храм, давно умерли, от них даже костей не осталось. До нас здесь наверняка работали археологи, и с ними ничего не случилось, иначе сюда бы никого не пускали.

– Долго объяснять. – Грета посмотрела ему в глаза своим ледяным взглядом, и Макс почувствовал, как сердце проваливается в пятки. – То, что здесь бывали археологи, ни о чем не говорит. Они занимались исследованиями, фотографировали, зарисовывали, составляли планы строения и его помещений. Я же собираюсь говорить с тем, кому построен этот храм, грубо говоря – с хозяином здешних мест.

– С губернатором?

– Не смеши меня! Если бы ты не держал в будущем тот предмет, я бы не стала тебе ничего объяснять. Что ты знаешь о магии?

– Только то, что она не существует.

– Понятно. Не смотри долго визор, от него мозги портятся. Магией называется то, что не могут объяснить ученые, но что тем не менее существует и работает. Часто ее проявление люди называют чудом, так как не могут найти логического объяснения.

– Пусть так, но мне не стало более понятно.

– Разъяснять долго. Сейчас могу сказать только то, что практически все храмы построены при помощи магии и ею охраняются. Я – колдунья, ведьма, одна из тех, кто умеет использовать волшебство в своих целях. Ты тоже имеешь дар, хоть и не догадываешься об этом. Хочешь узнать больше, не отходи от меня. Я покажу тебе то, что наделит тебя силой и спасет жизнь.

– Может, не стоит заходить в этот храм, если в нем кто-то живет? – спросил Макс. – Если честно, как-то не очень хочется. От этого мрачного места у меня мурашки по телу.

– Нет, вор, ты все равно пойдешь со мной. Мне нужно знать, как ты реагируешь на силу. А то, что чувствуешь опасность – это хорошо. Значит, я в тебе не ошиблась. Заходим!

Наемники ухватились за ручки и потянули на себя. К их удивлению, массивная дверь, сделанная из неизвестного металла, открылась легко и свободно.

Долианцы попрятались среди камней, остался только Грэг. Увидев, как он теребит кобуру пистолета, Грета сказала:

– К оружию не прикасайся, здесь железо может быть повернуто против тебя.

– Мне не по себе, госпожа, – выдавил долианец. – Скверное место, не удивлюсь, если в нем водятся призраки.

– Ты останешься здесь.

– Но, госпожа, я поклялся вас защищать!

– Это приказ. Похоже, храм не принимает тебя. Если пойдешь дальше, он тебя убьет.

Лис тоже чувствовал себя не очень хорошо. В голове колыхалась странная муть, сердце билось неуверенно, иногда пропуская удары, ноги подкашивались, внутри рос страх.

Но чем может напугать большой пустой зал? Видно же, что в нем давно никого не было, иначе в слое пыли на полу остались бы чьи-нибудь следы. Правда, пыли почему-то тоже не было…

– Мне как-то не по себе, – вздохнул Макс. – И еще… возникло странное ощущение, что кто-то прячется в темноте и он очень опасен.

– Там действительно кто-то есть, и это не человек. – Колдунья тронула Лиса за плечо. – Выбирай: либо идешь со мной, либо остаешься. Если останешься, ты мне больше не нужен. Совсем. Надеюсь, ты понимаешь, что это значит?

– Смерть?!

– Да, я разрешу долианцам тебя убить.

– Значит, выбора у меня нет.

– Его у тебя не было и раньше.

Макс оглянулся. Грэг, стоящий у огромных дверей, хмуро пробормотал:

– Удачи, вор.

Грета достала из кармана небольшой стеклянный шарик. Что-то прошептав, она бросила его вперед, но тот не упал, а повис в воздухе на высоте примерно метра, начиная светиться зеленоватым светом. Через пару мгновений свет стал резать глаза, а огромное помещение храма осветилось полностью. Серые стены, сложенные из огромных обтесанных блоков, уходили вверх. Потолок терялся в темноте. Пол был сделан из полированных каменных плит, на которых, несмотря на прошедшие тысячелетия, не появилось ни единой выбоины. Сложный рисунок словно гипнотизировал.

Грета сделала первый шаг, вместе с ней двинулся и светящийся шарик. Густые фиолетовые тени заколыхались по сторонам. Каменные статуи, стоящие у стен, ожили, на нечеловеческих лицах появилось странное выражение любопытства. Они словно следили за каждым движением пришельцев. Макс сглотнул слюну и с трудом сдвинулся с места: идти ему не хотелось совершенно, и если бы девушка не предупредила, что не стоит от нее отходить, он бы остался.

В конце зала показался огромный каменный алтарь. Около него стояли четыре огромные статуи. Две из них напоминали волков, причем одна изображала самку, с отвисшими до пола сосцами, а две другие скульптуры напоминали медведей – их лапы с огромными когтями были угрожающе подняты.

Здесь Макс снова ощутил, что кто-то прячется за алтарем и готовится напасть.

Сам не понимая, что делает, он обвел руками вокруг, словно запирая себя в огромный цилиндр, почему-то сразу после этого стало легче дышать.

– Молодец! – одобрительно кивнула колдунья. – Защиту поставил, хоть и слабую.

– Что здесь?

– Всего лишь руины, как ты сказал. – Грета провела рукой перед собой, от этого в воздухе остался искрящийся размытый след. – В них кто-то живет, и он очень проголодался за много лет.

– А кто?

– Тот, кому приносили жертвы. – Колдунья обошла алтарь, стараясь держаться подальше от статуй. Макс следовал за ней, не отставая. Он тоже ощущал, что эти каменные фигуры не совсем то, чем хотели казаться. Уж слишком они были красивы и грациозны. – В истории любого мира есть места, где приносили в жертву животных и разумных существ.

– Варварство!

– Никогда ни одно из живых существ не убивали просто так. Поверь, всегда в этом имелась необходимость.

– Какая?

– Когда люди умирают на алтаре, высвобождается огромное количество энергии. Ею и кормили разных опасных сущностей.

– Мы уже много лет никому не приносим жертвы и выживаем.

– А для чего мы убиваем множество людей во время войн?

– Это не жертвы.

– Поверь, здесь тот же смысл. Сущности все равно возьмут себе то, что им нужно, но когда они начинают брать сами, то берут в тысячи, а то и в миллионы раз больше. У древних было меньше войн, и заканчивались они быстро. А вот мы воюем так, что после нас остается горелая земля. Все в этой жизни имеет свою цену и свое значение. Никто не строит огромные величественные строения только для того, чтобы удовлетворить странные причуды. Всегда этому имеется логичное объяснение. Вот скажи, зачем ты поставил защиту?

– Я просто провел руками вокруг себя…

– И создал защитную оболочку, которую, кстати, я хорошо вижу.

– Как?!

– Представь, что ты зрячий, а все вокруг слепые. Кто увидит, что ты залез в прозрачную пленку?

– Никто.

– Вот именно. А от дождя ты спрячешься. – Грета подошла к алтарю и стала внимательно изучать письмена, выбитые на камне, скоро она нашла то, что ей нужно, и протянула вперед руки. – Сейчас я открою скрытые двери.

Колдунья заговорила на незнакомом языке. Лис отошел в сторону и присел у стены. Сначала ничего не происходило, но потом пол под его ногами закачался. С потолка и стен посыпалась пыль. Голос девушки становился все громче, и от него все здание зашевелилось, затрещало, задвигалось.

Макс закрыл глаза, руками сжал уши, чтобы не слышать, но звуки все равно проходили внутрь, заставляя дрожать и плакать. Что-то рвалось внутри, делая ему невыносимо больно. Хотелось бежать, но Лис знал, что стоит ему сделать несколько шагов к двери, как его убьет тот, кто живет в храме. Сейчас Макс находится под защитой Греты, а вот если двинется, то выйдет из невидимого защитного круга.

Потом что-то шевельнулось рядом. Скрипя и дергаясь, рядом с ним в стене образовался темный провал, из которого пахнуло пылью, влагой и камнем.

– Хорошо, что все механизмы работают, – проговорила Грета. – Проход открылся.

– Куда он ведет?

– Туда, куда нам надо. В главный зал, в котором и молились сущности, и кормили жертвами.

Макс вздрогнул, почувствовав, как из темного прохода повеяло неприятным холодом; ему снова показалось, что там, в темноте, кто-то тихо дышит и ждет, когда они войдут.

– Там кто-то есть.

– Несомненно. – Грета протянула руку к шару, и тот двинулся вперед. – Посмотрим?

– Лучше остаться здесь.

– Боишься, вор?

– Да. – Лис опасливо покосился в сторону прохода. – Я потому и прожил довольно долго, что никогда не ходил в те места, из которых можно не вернуться.

– А я думала, воры смелый народ, раз работают по ночам, когда ночные сущности вылезает из нор, чтобы поохотиться.

– Воры редко работают ночью, – возразил Макс. – А если это требуется, то никогда не ходят туда, где чувствуют опасность. А когда это все-таки приходится, то действуют очень осторожно.

– Вот что тебя развило – опасность в ночи! – улыбнулась колдунья. – Не бойся, я тебя защищу.

Она шагнула в проход, Макс, немного помедлив, двинулся за ней. Он хоть и боялся, но оставаться рядом с алтарем тоже не хотелось.

* * *

Дженг очнулся. Ему было плохо, содержимое желудка подкатывало к горлу, хотя он знал, что от него ничего не осталось. Его лихорадило, мозг находился в отупении. Казалось, каждая клетка посылала сигнал о том, как ей больно.

Волк открыл глаза и увидел серебристый свет, спускающийся с небес, и стаю мелких рыбешек, плывущую куда-то по своим делам сквозь зеленоватую воду. Недоуменно повертел головой: вверху голубое солнце, пробивающее сверкающими лучами толстый слой воды, а он сам лежит на песчаном дне.

Он еще какое-то время тупо смотрел вверх, пока до него не дошло, что он все еще жив и его тело в полном порядке. Похоже, река принесла его в море, здесь он обернулся в волка, а при перевертывании раны залечились. Только непонятно, как он дышит водой. Неужели научился? Возможности у его организма огромные, он и сам не все их знает: если умеет выращивать мышцы и хрящи, то почему бы не изменить легкие?

Пусть ему неизвестно, как это сделать, но организм помнит: мы все когда-то вышли из моря, а там чем-то дышали. Похоже, после того как он умер, тело решило самостоятельно выживать и изменило то, что посчитало нужным.

Дышалось легко, хоть как-то странно, вода заходила в легкие и выходила.

– Господи, да что же я такое?! – пробормотал он, выпустив из себя пузырьки воздуха. – Что они со мной сделали?

Он лег на дно, его правая рука сама собой схватила неосторожную рыбу, подплывшую слишком близко, и засунула в рот. Волк с трудом прожевал ее, потом поймал другую, мучительно пытаясь разобраться в том, что произошло. Рыба показалась ему вкусной, возможно, потому, что, как всегда после перевертывания, очень хотелось есть.

Через какое-то время Дженг перестал ломать над этим голову и решил, что нужно принимать происходящее как драгоценный дар. В конце концов, ему удавалось выращивать конечности, когти и клыки, шерсть, мышцы, да и многое другое, включая хрящевые пластины для защиты от огнестрельного оружия. Почему бы не пойти дальше и не вырастить себе жабры? Известно же, как на одной водной планете ученые пытались создать расу ихтиандров. Правда, у них ничего не получилось. Вся колония погибла. Одни говорили, от вируса, который случайно создали в лаборатории, другие – оттого, что мутанты вырвались на волю и поубивали всех. Мутная история.

А вот с ним все понятно. Пусть бессознательно, но тело нашло способ выжить, и теперь он может превращаться в существо, которое дышит под водой. Разве это плохо? Нет, как раз хорошо, просто непривычно.

Ему следует успокоиться и отправиться на берег. Раз жив, надо убираться с этой проклятой планеты. Дженг поймал еще одну рыбу, так как голод не уменьшался, и, проглотив ее, выплыл на поверхность. Огляделся. Перед ним виднелось широкое устье реки, течением которой его сюда и принесло. На берегу огромного залива раскинулся город – тот самый, где находился замок, нападение на который он так бездарно провалил. Впрочем, главное он сделал: книга у него в памяти, а значит, все не так уж плохо. Бывало и хуже.

Волк вышел на песчаный пляж и внимательно осмотрелся. К сожалению, видел он плохо. Глаза были приспособлены для водной среды и на воздухе почти ничего не различали: все расплывалось, становилось неясным, туманным. Дженг выругался, лег на песок и попробовал вернуть себе обычное зрение, но тело не реагировало, потом его стошнило.

Ласковый утренний ветерок бросал ему в лицо песчинки, а он кашлял и проклинал тот день, когда оказался в числе отобранных волчат для генетического эксперимента. Дыхание не восстанавливалось, воздух казался кислотой, которую льют внутрь легких. От него все горело и плавилось.

Дженг уже решил, что никогда больше не задышит легкими нормально, и пополз к морю, но воду тоже не удалось в себя вдохнуть. Волк завис между человеком и ихтиандром. Он закричал, потом потерял сознание от невыносимой боли.

Проснулся от ощущения холода. Открыл глаза и удивленно, а потом с наслаждением вдохнул и выдохнул воздух. Кажется, он снова человек! По крайней мере, глаза у него стали обычными, он мог видеть нормально, а руки и ноги потеряли перепонки. Правда, выглядел не очень хорошо, поскольку кожа покрылась неприятно пахнущей слизью.

Он приподнялся. Пахло солью, гниющими водорослями и… человеком. Волк увидел, что со стороны города к пляжу движется небольшая компания: двое молодых парней в плавках и три девушки в купальниках. Подойдя ближе, они захихикали, показывая на него. Дженг недоуменно посмотрел на свое тело, чтобы понять, что их так рассмешило. Ну, ясно – он же голый. Похоже, на этой планете ничего не знают о нудизме, иначе реакция была бы другой. Что ж, пусть смеются.

Дженг встал и пошел к воде. Там, зайдя по пояс, стал смывать с себя липкую красную пленку. Миловидная девушка, проходя мимо, едва заметно подмигнула, другая украдкой помахала ему рукой. Настроение сразу улучшилось. Господи, до чего же хорошо быть человеком!..

Глава седьмая

В лицо дунул ледяной пронизывающий насквозь ветер, гулкое темное пространство отозвалось эхом на первый осторожный шаг.

– Смотри на меня, вор. – Колдунья выключила фонарь, и Макс увидел, как ожерелье засветилось слабым сиреневым светом, постепенно разгораясь все сильнее, одновременно меняя цвет на изумрудный. – В этом месте есть сила, и немалая, а типий чувствует ее. Держись в шаге от меня, если хочешь жить. Впрочем, смерть там, где есть магия, не самое страшное.

– А что может быть хуже?

– Какая-нибудь сущность высосет из тебя душу и наполнит пустую оболочку твоего тела своим духом, и станешь ты марионеткой, выполняющей чужие желания.

– Пытаетесь напугать?

– Рассказываю, что бывает, а то действительно испугаешься и убежишь.

Грета хихикнула, но Лис почувствовал неискренность этого смеха и понял, что девушка сама боится того, кто прячется в темноте. Ее смешок повторило эхо, а изумрудные тени задвигались, смыкаясь за их спинами.

Несмотря на то, что ожерелье давало достаточно света, создавая защитный круг, Макс не мог разглядеть то, что находилось в глубине зала. Шарик, летевший впереди, исчез в темноте, и теперь только свет типия освещал им путь.

– Я почти ничего не вижу, – произнес Лис. – Может быть, стоит включить фонарь?

– Не думаю, что это поможет, – покачала головой девушка. – Любой искусственный свет создает иллюзию безопасности, но он не покажет того, кто находится здесь, а мы будем считать себя защищенными.

– Пусть так, зато со светом спокойнее и веселее.

– Кроме того, ты не сможешь видеть защитного круга, и тогда точно пропадешь.

Грета шагнула вперед, Макс послушно побрел с ней рядом, вслушиваясь в звук шагов и эхо, отвечающее им. Пахло пылью, камнем и нежными горькими духами, от которых у него перехватывало дыхание.

– Куда мы идем?

– Тихо! – Девушка замерла, вглядываясь в темноту. Там, впереди, начало формироваться пятно света. Раздался треск, это стеклянный шарик упал на камень и разбился. – Стой рядом и молчи, что бы ни происходило! А еще лучше, если будешь касаться меня своим телом, на тот случай, если мне понадобится энергия.

– Как?

– Прижмись и обними меня. У тебя что, никогда не было девушки?

– С женщинами мне не очень везло, но я не девственник. Меня мой приемный отец еще мальчиком сводил в бордель.

– Понравилось?

– Не очень, почему-то было нестерпимо стыдно, а все происходящее казалось невероятно глупым.

– Такое часто бывает у мальчиков, которых воспитывают только отцы. А сейчас обними меня и молчи. Он выходит.

– Кто?

– Молчи, если хочешь жить!..

Оранжевое пятно света впереди разгорелось, и стало видно, что растет оно прямо над огромным алтарем, который охраняли статуи гигантских кошек.

Макс положил руки колдунье на талию и замер, глядя через ее плечо вперед. Ему было страшно. Он понимал: происходит нечто непонятное, странное, никому не ведомое, и единственный человек, который знает, что это и как с ним бороться – девушка, к телу которой он сейчас прижимался.

В этот момент Лис забыл свою неприязнь и то, что именно она лишила его свободы и привела сюда, на место смерти. Сейчас это было неважно, потому что она принадлежала к человеческому роду, а то, что вылезало из камня, явно относилось к чему-то другому. Тепло ее тела согревало его руки, в то время как из темноты шел пронзительный замогильный холод, от которого, казалось, даже внутренности покрываются льдом.

Прошло еще одно долгое мгновение, и пятно света скакнуло вперед и вверх, превращаясь в огромную, постоянно меняющую свои очертания фигуру. Цвет ее изменился, теперь он стал холодным и сверкающим.

Грета заговорила. Ее голос злобным шипением вырвался из круга, образованного ожерельем, и это очень не понравилось существу, которое нависло над ними. Оно рванулось вперед, и два пятна света столкнулись. Одно – небольшое, изумрудное, созданное кристаллами типия, и другое – гигантское, неведомое, серебристо-блестящее.

У Макса от страха задрожали руки и ноги, а сердце бешено забилось. Ему стало холодно, а внутренности превратились в ледяной ком. В один момент его словно выжали, как мокрую тряпку, он почувствовал непреодолимое желание лечь на каменный пол и умереть.

В глазах потемнело, трудно стало дышать. Он повалился вперед и упал бы, если бы не наткнулся на теплую спину Греты. Лис прижался к девушке и был благодарен ей уже за то, что она существует, находится здесь и от нее идет такое приятное человеческое тепло.

Колдунья покачнулась. Держать на себе почти восемьдесят килограммов его веса было нелегко.

– Назад, вор, – мрачно произнесла она. – Я борюсь с этим существом, а ты мне мешаешь.

Макс с трудом принял прежнее положение.

– Еще раз вытворишь подобное, и я отдам тебя этой сущности, а она очень голодна.

– У меня нет сил, слабость в руках и ногах, словно из меня выкачали всю энергию…

– А… извини. Я взяла, кажется, слишком много, – ответила Грета. – Сейчас верну.

Лис почувствовал, как силы понемногу возвращаются, теплый ручеек побежал от талии девушки к нему в руки.

И тут сверкающее облако света снова налетело на них, от удара колдунью отбросило назад, и на этот раз Макс удержал ее от падения.

Грета тихо зашипела, ее слова тонкими изумрудными стрелами вылетали из круга и ударяли в холодное слепящее серебро. От шепота сущность начала отступать. В уши ударил беззвучный грохот, от которого заболели перепонки, а свет исчез.

– Ушел, – сказала колдунья и повалилась назад. Лис ее поймал, но удержать не смог, так как и сам еще не оправился от слабости, а опустился вместе с ней на холодный пол, положив ее голову себе на колени. – Теперь все будет хорошо.

– Зачем мы здесь?

– Я пришла узнать, где находится артефакт, который в будущем окажется в твоих руках. За ним уже началась охота.

– Получается, другим это место тоже известно?

– Одно не всегда вытекает из другого. В рукописях указано больше десятка мест, где он спрятан, но правильное только одно.

– А как мы можем узнать, где оно?

– Эта сущность, которая едва не убила нас, чувствует, где находится каждый предмет силы этой Вселенной. Но для того, чтобы она сообщила эти сведения, нам придется принести жертву. Таково ее условие. Она оголодала за века, и ей нужна энергия.

– Вы убьете человека?

– Это было бы лучше всего, но долианцев я не отдам, а ты мне нужен для того, чтобы добыть артефакт. Поэтому придется ей довольствоваться животными, я с трудом договорилась о такой замене.

– Так это был разговор?

– Конечно, если бы это была война, нас бы уже не было в живых. Эта сущность обладает гигантской силой. – Грета попробовала встать, но не смогла устоять и снова опустилась на каменный пол. – Нужно уйти отсюда, иначе останемся здесь навсегда.

– Почему?

– Как же ты глуп, вор. Это существо питается нашей энергией, его даже типий не останавливает. Вставай!

– А как же договор, который вы заключили?

– Одно другому не мешает.

Макс с трудом поднялся, потом приподнял девушку, и оба, поддерживая друг друга, поплелись обратно. Как только вышли в большой зал, камни перестали светиться, а слабость отступила.

Грэг шагнул им навстречу. Его лицо было бледным и встревоженным.

– Вас долго не было, госпожа. Я беспокоился.

– Как долго?

– Почти сутки.

Макс недоуменно взглянул на наемника.

– Не может быть! От силы прошел час.

– Может. – Колдунья прошла мимо долианца к выходу. – Когда имеешь дело с силой, бывает и не такое. Время – всего лишь одна из форм энергии, и может меняться.

Они дошли до флаера, девушка поднялась по трапу и остановилась, глядя на окруживших ее наемников.

– Мне нужен отдых, я посплю пару часов, а для вас у меня есть задание.

– Какое, госпожа?

– Мне нужен живой зверь для жертвоприношения, поэтому возьмите парализаторы и отправляйтесь на охоту. Когда я проснусь, он должен быть здесь.

Колдунья закрыла люк, а Грэг мрачно взглянул на Макса.

– Ты пойдешь с нами, вор.

– Я тоже хочу отдохнуть.

– К твоему сожалению, не могу никого оставить здесь с тобой.

– И не надо.

– Тогда ты сбежишь, и госпожа будет недовольна.

– Я могу дать слово.

– Я не поверю слову вора.

– Но я устал.

– Ты мужчина, а значит, должен уметь терпеть такую мелочь, как боль и страдания. Усталость лишь одна из них.

– Я не с вашей планеты.

– Мне все равно. – Наемник усмехнулся. – Ты идешь с нами, и это не обсуждается.

Пока они разговаривали, долианцы снимали броню, переодевались в легкие комбинезоны с камуфляжной окраской, готовили парализаторы, сети и веревки.

– Какие звери здесь водятся?

– Мы не знаем, – пожал плечами наемник. – Надеемся, что крупные, и за ними не придется гоняться, а еще лучше было бы, если один из хищников напал бы на кого-нибудь из нас.

– Что в этом хорошего?

– Тогда бы все закончилось быстро. Нам нравится, когда охотятся на нас – не приходится бегать за врагом.

Грэг оглядел своих людей и негромко произнес:

– Времени у нас всего два часа, зверь требуется крупный, на мелочь можете не обращать внимания.

– Насколько крупный?

– Величиной с человека и больше.

– Понятно.

– Придется рассчитывать только на свои глаза, нос и уши. Вперед!

Долианцы побежали легкой трусцой. Несмотря на то что Макс чувствовал себя разбитым и уставшим, ему пришлось двигаться наравне с ними. Когда он начинал отставать, его подталкивали в спину, и приходилось ускоряться. Хорошо, что в лесу темп замедлился из-за поваленных деревьев и бурно растущего кустарника.

Здесь наемники разбежались в разные стороны, и с Лисом остался только Грэг, который двигался легким, стелящимся шагом, внимательно глядя себе под ноги.

– Животные здесь есть. Видишь, вор? – Он показал на огромный, глубоко вдавленный во влажную черную землю след, оставленный неизвестно кем. – Хорошая зверюга. Такую бы поймать – и ничего больше не надо. А он ведь где-то рядом…

Макс шел, едва переставляя ноги, ему было все равно, на кого охотятся наемники и удастся ли им что-то поймать. В голове кружился яркий серебристый свет и звучал беззвучный грохот.

– Черт! Помоги!..

Лис повернулся к долианцу и увидел, как на того из высокого кустарника с сине-зеленой блестящей листвой выскочил огромный зверь и повалил наемника на землю. Шкура хищника была гладкой и черной, без единого волоска, и Грэг никак не мог ухватить его, так как руки скользили по влажной коже. Острые когти на лапах хищника были длиной сантиметров десять, они могли распороть любую плоть, да и клыки, едва умещающиеся в огромной пасти, не меньше. Желтые глаза величиной почти с кулак смотрели яростно, изо рта капала слюна.

Если бы зверь напал на Макса, жить ему бы осталось одно мгновение, но тот выбрал Грэга и тем самым сделал большую ошибку.

Огромная физическая сила позволяла долианцу удерживать массивную тушу весом не менее трехсот килограммов на расстоянии вытянутой руки, не давать когтям и клыкам дотянуться до тела. Но наемник понемногу слабел, и в любой момент все могло измениться. Парализатор Грэг выронил, когда зверь опрокинул его на землю, теперь оружие лежало в паре шагов от Макса в высокой траве.

Лис какое-то время стоял и раздумывал, потом, грустно усмехнувшись, поднял парализатор и выстрелил в зверя, стараясь не задеть наемника. Хищник вздрогнул, гневно зарычал и обернулся к Максу; пришлось всадить в него всю обойму, прежде чем зверь обмяк и долианец сумел сбросить его с себя, тяжело дыша.

– Почему медлил, парень? – спросил он, отдышавшись. – Я уже решил, что ко мне смерть пришла…

– Выбирал, на чьей я стороне. – Макс тяжело опустился на толстый слой мха. Адреналин уходил, и к нему вновь возвращались усталость и слабость. – Поверь, для меня это было непростым решением.

– Да уж, понимаю тебя. – Грэг встал, вытащил коммуникатор и объявил общий сбор. – Из простого любопытства: почему выбрал мою сторону?

– Оказалось, что люди мне дороже зверей. – Лис отдал Грэгу парализатор, тот выщелкнул обойму, посмотрел и уважительно похлопал по гладкой шкуре зверя. – Крепкий гад, двадцати зарядов едва хватило.

Кусты раздвинулись, со всех сторон показались долианцы, быстро замотав зверя в сети, они положили его на спину самому здоровому из них, тот крякнул, приняв вес, и зашагал вперед.

Группа вышла из леса и поднялась по узкой тропинке, петляющей среди огромных камней. Тут силы окончательно покинули Лиса, он зашатался, потом опустился на мох. Грэг что-то гневно ему говорил, но Максу на это было плевать, он уже не мог двигаться, так как в голове сияло пятно серебристого света, и оно медленно, но верно убивало его. Один из наемников забросил его себе на плечи и понес.

Грета уже ждала их возле флаера, нетерпеливо постукивая подобранной веткой по сапогам. Ее лицо смягчилось, когда она увидела зверя, но тут же помрачнело, заметив Лиса, безвольно повисшего на плече долианца.

– Как вы посмели взять его на охоту?! Вы же знали, что он нужен мне живым!

– Он не пострадал, – ответил Грэг. – Просто на обратном пути упал на землю и сказал, что у него не осталось сил.

– Надо было дать ему отдохнуть, впрочем… ему бы это не помогло. – Колдунья подошла ближе и взяла голову Макса в свои руки.

– Я тоже думал, что воры умеют держать удар, – усмехнулся Грэг. – Оказывается, нет.

– Ладно, это не меняет наших планов, но теперь мне некому ассистировать, придется все делать самой. Грэг, нужно, чтобы зверя отнесли к алтарю во второй зал. Развязывать не надо. Да… и вора тоже отнесите туда же.

– Вы и его принесете в жертву? Хорошая мысль!

– Нет, пока он мне нужен.

– Зачем тогда его туда тащить?

– Хочу вернуть ему силу.

– Госпожа… – Грэг замялся. – Мы сделаем все, что вы скажете, но я и мои братья знаем, что происходит, когда разные твари выходят из тьмы. Мы не боимся смерти, но умереть от чужой магии нам бы не хотелось, и без того нашим душам будет непросто добираться до родной планеты.

– В самой процедуре вы мне не нужны. Отнесете тела, положите на алтарь и тут же уйдете.

– Это в наших силах.

Долианцы подняли Макса, который все слышал, но не мог пошевелиться, ему даже дышать было трудно. Страха не было, перед глазами стали появляться картинки из прошлого, и он понял, что умирает. Не зря же говорят, что перед смертью человек подводит итоги, поэтому видит свою жизнь.

Вот он, семилетний мальчишка, с гордостью отдает Хрусту первое вытащенное из чужого кармана портмоне, а старый вор ругает его за то, что не сумел это сделать незаметно и прохожий погнался за ним. Догнать не смог, потому что в своем районе Макс знал все лазейки и проходы, но Хруст все равно остался недоволен и отвесил ему подзатыльник, а потом накормил в небольшом ресторане, позволив выбрать все, что ему захочется. Тогда Макс взял себе огромный кусок мяса с овощами, и это было лучшей едой, когда-либо им съеденной.

Следующим воспоминанием стал публичный дом, куда Хруст отвел Макса, когда ему исполнилось пятнадцать лет. Опытная проститутка быстро лишила его девственности, а заодно и иллюзий, которые уже начали зарождаться в нем.

– Какая любовь? – спросила она с усмешкой, закуривая сигарету. – О чем ты? Все сводится к простым естественным телодвижениям, таким же, как у зверей. Поверь, все всегда заканчивается этим. Если тебе тоскливо, растет томление в груди, знай: тебе просто нужна женщина. Приходи, и я быстро избавлю тебя от всей этой чепухи. Запомни, постоянным клиентам у нас скидка!..

Почему-то все остальные события не отпечатались в памяти или, может быть, перед лицом смерти оказались неважными?..

«Жил скверно и умираю дурно», – грустно подумал Макс.

Эти слова он однажды услышал от убийцы как раз перед тем, как того повесили на площади. Была в них своя неприятная правда. Но разве человек управляет своей судьбой? Она записана на небесах, а он только следует ее знакам. Вся жизнь Макса была предопределена с того момента, как исчезли неизвестно куда его родители, а он оказался на улице. С того момента он мог только наблюдать за тем, что происходило, а возможностей изменить что-либо у него не было, как нет и сейчас. Он снова умирает, на этот раз на чужой, незнакомой планете, в каком-то дурацком храме…

Наемники положили Лиса перед алтарем, сделанным из коричневого полированного камня, на который взгромоздили черного зверя. Тот уже очнулся и пытался разорвать крепкую синтетическую сеть длинными желтыми когтями, ревя при этом гневно и громко.

Колдунья, не обращая на него внимания, зажгла на светло-коричневом постаменте ароматические свечи и задумалась. Лис смотрел на нее и молчал, так как сил не было даже на то, чтобы облизать пересохшие губы.

Грета быстро посыпала песком ярко-желтый круг, выбитый в камне, и подошла к хищнику. Тот гневно взревел и задергал лапами так, что едва не упал с алтаря. Колдунья положила руку на черную голову, и зверь затих, бессильно наблюдая за человеком огромными желтыми глазами. Грета начала что-то бормотать злым шипящим шепотом. От звука ее голоса тьма вокруг вздрогнула и начала клубиться, собираясь в знакомую серебристую фигуру.

* * *

У Гаура сбивалось дыхание, все тело ныло, словно его избивали палачи Токура, пытаясь добиться нужных ответов, руки дрожали. Из двадцати его учеников на ногах осталось лишь трое, остальные лежали на каменистой земле. Десять человек спали, пятеро без сознания, двух мертвых положили отдельно.

Верховный жрец ясно понимал, что закончить церемонию не сможет – ему просто не хватит сил. Обо всем он подумал, кроме этого. Но кто мог знать, что столько энергии потребуется на то, чтобы убить десять тысяч рабов? И что будет так невыносимо трудно? И что можно умереть, просто находясь рядом с алтарем? Вон даже у гвардейцев уже пара десятков скончались, хоть они только подводят рабов к алтарю. Предсмертные проклятия – страшная вещь.

Если он в ближайшее время ничего не придумает, то падет и сам. Яма под алтарем уже наполовину заполнена телами, от нее идет сладкий запах разлагающейся плоти. Ему бы сейчас вина, мяса, пару часов сна, и он смог бы продолжить. Увы, это недосягаемо. Вино ослабит дух, а кусок мяса не полезет в глотку от обилия запахов смерти.

Но он должен что-то выпить и съесть, иначе умрет, потому что поддерживать защиту становится все труднее. Гаур посмотрел на учеников, двое из них отошли в сторону и подняли следующую пару, лежащую на каменистой земле. Проснувшиеся выглядели не лучше тех, кого они сменяли. Несмотря на молодость, сил у них осталось еще меньше, чем у жреца. И дело не в том, что они делали самую тяжелую работу, с этим все обстояло как раз наоборот, просто они до этого мало работали с магией и не умели защищаться от огромной энергии, вырывающейся из умирающих тел.

Даже император чувствовал себя уже не так замечательно, как раньше, несмотря на то что ничего не делал, а только ел, пил и развлекался с наложницами. Токур выглядел бледным и усталым даже в своем беспокойном сне. О том, как выглядит он сам, верховный жрец старался не думать – наверняка походил на оживший труп, пролежавший месяц в могиле. Когда-то он занимался некромантией, поэтому хорошо представлял это зрелище.

Он должен что-то придумать. Немедленно! Иначе упадет.

Гаур обвел мутным взглядом учеников: еще один встал и пошел на смену тому, кто держал его руку с жертвенным ножом, покачиваясь и что-то мыча – должно быть повторяя слова заклинания. Воины повели следующую тысячу рабов – новую порцию пищи для сосуда.

Пища?.. Гаур стукнул себя по голове рукояткой ножа. О чем он думает?! Вот же решение, которое устроит всех!

Он опрокинул чашу с водой на землю и, перерезав следующему рабу горло, подставил ее под теплую, истекающую паром струю крови. Когда чаша наполнилась, жрец сбросил тело в яму и приник к красной густой жидкости. Вкус крови был горек. Несмотря на то что всех рабов опоили настойкой смирения, они все равно боялись смерти, а страх портит и мясо, и телесную жидкость. Пить не хотелось, кровь была густой, соленой и теплой, кроме того, пахла болью и отчаянием. Верховный жрец закрыл глаза и нос и заставил себя сделать несколько глотков.

Ученики смотрел на него со страхом – должно быть, Гаур внушал ужас. Но это хорошо: когда ученик боится, он не станет затевать козней против своего учителя.

Прошло немного времени, и Гаур почувствовал прилив сил. Кровь действовала! Он снова приник к чаше, борясь с тошнотой, и выпил ее до дна. Уже через пару мгновений его рука окрепла, и следующему рабу жрец споро и ловко перерезал горло, наполнил чашу и заставил выпить учеников, стоящих рядом. Один выпил и поблагодарил, а второй побежал. Похоже, его мозг отказался воспринимать действительность, и демоны захватили его душу.

Далеко мальчишка не ушел, гвардейцы перехватили его и подвели к алтарю. Гаур взрезал парню грудь и вытащил сердце, чтобы его смерть не была напрасной. Увидев это, два других ученика выпили чашу напополам, морщась и гримасничая, словно никогда в жизни не пили ничего хуже.

Впрочем, наверное, так оно и было. Но это неважно. Главное, что они задвигались быстрее, а глядя на них, к крови потянулись и другие.

После третьей чаши Гаур почувствовал, что усталость отступила, а руки перестали дрожать. Повеселели и ученики. Тех, что спали, заставили проснуться и тоже выпить крови. Отказался только один. Его тоже пришлось умертвить, зато другие оживились и перестали смотреть на мир безнадежными глазами.

Верховный жрец поднял лицо к небу. Приближался серый рассвет, прохладный воздух наполнился влагой, роса оседала на камнях, алтаре и одежде прозрачными холодными каплями. Ветер принес запах снега с вершины. Скоро утро. Рабов осталось не так много. Он выдержит, он сможет…

* * *

Дженг вышел с пляжа и остановил одинокого прохожего, спешащего по своим делам. Тот, увидев перед собой голого человека, попытался сбежать, но волк легко догнал его и остановил.

– Прошу прощения, – сказал он, – но мне нужна ваша одежда.

Мужчина попытался вырваться, Дженгу даже на мгновение стало его жалко. У человека было бледное грустное лицо: видно, судьба не любила его. Что ж, ему не повезло и в этот день.

Волк сбил бедолагу с ног, стянул с него брюки и рубашку, надел на себя, убрав лишние мускулы, чтобы не порвать одежду, после этого побежал по улицам к трактиру, где остановился перед нападением. Эта часть города была ему незнакома, пришлось ориентироваться на запахи. Солнце поднималось над городом, оно было бледно-голубым, невыспавшимся и нежарким. Улицы стали наполняться народом, первые флаеры заскользили над крышами, отбрасывая тень. Серый дорожный пластик под ногами пружинил и толкал вперед.

До трактира Дженг добежал за час. Возможно, добрался бы быстрее, если бы позаимствовал флаер у какого-нибудь ротозея, но не хотелось новых проблем с полицией, и без того неприятностей хватало.

Несмотря на то что всю дорогу бежал, он все равно опоздал. Полиция уже окружила трактир и начала обыскивать комнаты жильцов. Следовало поторопиться.

Волк зашел с заднего двора, отрастил когти и взобрался по каменной стене до окна комнаты, в которой разместился. В соседнем номере уже шел обыск. Дженг вытащил из-под продавленного матраца сверток с запасной одеждой, документами и кредитными карточками и выпрыгнул из окна, услышав, как поворачивается ключ в замке.

Падение оказалось не очень удачным, нога, попав на разбросанные по двору ржавые останки старого флаера, подвернулась, кость не выдержала и хрустнула, протыкая штанину. Дженг горестно охнул и пополз в сторону, за угол какого-то строения. Там полчаса пролежал, дожидаясь, пока нога восстановится, а кость срастется. Оборачиваться он не решился, боясь, что его кто-нибудь увидит.

Когда смог встать на ногу, то переоделся в свежий комбинезон и мягкие сапоги. После этого перескочил через забор и, пропетляв по проходным дворам, побежал к космопорту.

Через час, заполнив необходимые формуляры, Дженг уже летел в челноке к орбитальной станции. Конечно, он опоздал, и тот звездолет, на который у него было забронировано место, уже покинул причал. Пришлось покупать билет на ближайший корабль, хоть тот и направлялся в другую звездную систему.

На следующей орбитальной станции Дженг пересел на новый звездолет и уже на нем добрался до планеты Тремор, где его ожидал наставник.

Встреча произошла в небольшом кафе. Сама планета и ее главный город Дженгу не понравились: слишком много было суеты вокруг, а воздух нестерпимо остро пах пряностями – главным продуктом местного экспорта.

– Ты видел манускрипт своими глазами? – спросил Туган, сразу переходя к делу. Кафе было небольшим, еда готовилась из продуктов, производимых на планете. Мясо оказалось неплохим, и поджарено так, как Дженгу нравилось – с хрустящей корочкой и кровью внутри. Жаль только, что повара везде добавляли пряности, портящие вкус. – Он действительно существует?

– Я его пролистал. – Волк вгрызся в мясо. После двух недель питания продовольственными пайками он соскучился по настоящей еде. – Правда, после этого меня убили.

– Что значит «убили»?

– То и значит. Я выпрыгнул с двадцатиметровой высоты на камни, а те пробили мне живот и легкие. С трудом сумел доползти до воды, а там утонул.

– Хорошая шутка. Мы, кстати, подозревали, что в замке тебя ждет ловушка.

– Да? – Дженг недоуменно посмотрел на наставника. – Тогда не понимаю, почему не предупредили?

– Ты – наш лучший ликантроп, поэтому у тебя всегда имеются неплохие шансы выкарабкаться из любой серьезной ситуации. То, что убивает других, для тебя лишь трудное испытание. Мы серьезно обсуждали, стоит ли тебе знать о наших подозрениях, и решили, что ты сам сможешь разобраться в обстановке и принять верное решение. Если бы ты знал о ловушке, то, вероятнее всего, не попал бы в башню, а значит, не увидел манускрипта.

– Можно сказать, что я прошел по самому краю жизни и видел глаза Великого Волка.

– Его видят только перед смертью, а ты жив.

– В этом я не уверен.

– Мы обязательно поговорим на эту тему, а сейчас извини, я полон нетерпения. Что написано в манускрипте?

– Он записан на языке древних. Мне пришлось запомнить текст, а позже, на звездолете, переписать по памяти. Кстати, перевод пришлось заказывать – естественно, машинный.

– Где он?

– Я его запомнил и уничтожил, чтобы не оставлять следов. Все хранится в моей памяти.

– О чем там написано?

– Много разной чуши о бессмертии. – Дженг посмотрел с вожделением на еще один принесенный кусок мяса. – Абсолютно никому не интересные истории.

– Слава Великому Волку! – восторженно выдохнул Туган. – Наконец-то это случилось! Ты смог это сделать, я горжусь тобой, волчонок!

– Что именно вас так поразило? – Дженг недоуменно покосился на наставника. – По-моему я еще ничего не сказал.

– Неважно, – улыбнулся тот. – Скажи, говорилось ли в какой-нибудь из тех историй о «сосуде скорби», о тысячных жертвах, принесенных ради того, чтобы наполнить его?

– Такая история там была. – Дженг закрыл глаза, вызывая из памяти текст. – Она заняла почти треть книги.

– Было ли там упоминание о конкретном месте проведения ритуала? Может быть, называлась планета или указывались ее координаты?

– Планета не упоминалась, а место указано: Плато Мертвых. По крайней мере, так перевела машина. Цвет светила – багровый, растительность хлорофильная, зеленая.

– Хорошо, дальше мы разберемся сами. Думаю, этого достаточно для идентификации.

– Скажите, наставник, неужели эти сведения настолько важны, что им присвоили «четыре точки»?

– Это так.

– Я мог погибнуть…

– Это была приемлемая цена за те сведения, что ты привез. У меня нет права рассказать тебе все, но, поверь, «сосуд скорби» может решить многие наши проблемы, и в первую очередь обеспечить продление жизни новым поколениям волчат. По крайней мере, мы на это надеемся.

– Все ради новых волчат?

– Не только. Ранняя смерть не дает нам возможности развивать науку, наши ученые просто не успевают набрать нужных знаний. Из-за этого мы вынуждены почти все закупать. Это когда-нибудь приведет к гибели нашей расы. Так что ты сработал на наше будущее.

– Понятно. Все ради того, что, возможно, никогда не произойдет.

– Если ничего не сделать сегодня, то завтра может уже не быть. А теперь плохие новости: твой друг Кодр погиб два дня назад.

– Как?!

– Ему оторвали голову. Это окончательная смерть, регенерация невозможна.

– Кто это сделал?

– Не могу сказать. Он тоже занимался «сосудом скорби», пытался не дать завладеть им другим, точнее – другой.

– Не понимаю…

– Не мы одни ищем «сосуд скорби», кроме нас в этом деле участвуют люди из империи. Они пытаются нам помешать, а мы – им. Твой друг попытался остановить девушку, обладающую мощным магическим даром. К нашей горечи, она его убила.

– Мне будет его не хватать…

– Да. – Наставник вздохнул. – Это невосполнимая потеря. Каждый из вас троих уникален.

– Уже понял, – буркнул Дженг. – Именно поэтому вы суете нас в самые опасные места, даже не объяснив, что там ждет. В этот раз я выжил чудом. До сих пор не знаю, как мне это удалось.

– С тобой произошло что-то необычное?

– Пока я еще не уверен в том, что мне хочется об этом рассказать. Но появилось желание узнать, чью ДНК вы использовали для изменения моего тела?

– Это закрытая информация даже для тебя.

– Понятно. – Волк помрачнел. – Что ж, надеюсь, когда-нибудь дорасту и до этого допуска.

– Могу сказать только одно, – примирительно произнес наставник, – каждому из вашей сотни вводили генетические коктейли, то есть генокоды, набранные от разных животных и собранные в одну цепочку. К сожалению, выжить сумели только вы трое.

– Уже двое…

– Да, прости… – Туган вздохнул. – Мы еще не раз использовали на добровольцах те же коктейли, что вводили вам троим, но они все умерли.

– Почему?

– Мы не знаем. Именно поэтому признали этот путь для нас закрытым и переключились на поиски «сосуда скорби».

– А что в нем такое?

– В древних преданиях говорится о том, что он может менять молекулярную структуру ДНК. Если удастся его получить, то мы сможем создать стабильную цепочку и вырастить долго живущих особей.

– Думаю, полученные мною сведения ничего не стоят.

– Посмотрим. – Туган встал. – Я верю, что они станут нужным ключом к разгадке места, где спрятан сосуд. Мы дадим тебе немного отдохнуть, но будь готов к тому, что снова получишь сигнал «четыре точки». Кстати, оружие мы получили, и первая наша боевая станция заняла место на орбите. Мне поручено поблагодарить тебя за выполнение этой миссии!

Дженг посмотрел вслед наставнику и тяжело вздохнул. Ничего нового он для себя не узнал. Неужели он один такой во всей Вселенной?..

«Нет, лучше все-таки как следует поесть, чем зря терять время на бесплодные раздумья. – Он жестом подозвал официанта и заказал себе еще кусок мяса. – Все равно никто ничего мне не скажет. Значит, до всего придется доходить самому…»

Глава восьмая

За спиной Лиса начал разгораться серебристый свет, над ним появились бледные тени, они стали расти, заполняя пространство над алтарем. Колдунья продолжала говорить, и эхо разносило ее шепот, как шипение множества змей.

Пятно света приблизилось к алтарю, от подступившей слабости у Макса закрылись глаза. Мозг заволокла серая пелена, а потом он неожиданно увидел самого себя сверху, словно висел где-то у потолка храма – длинная нескладная фигура, лежащая на полу.

– Жил скверно и умер дурно, – произнес он, но не услышал своего голоса. – До чего же у меня некрасивое и усталое лицо…

Его тело лежало отдельно и, похоже, не имело к Максу никакого отношения. Вероятнее всего, он умер. Лис читал о том, что когда человек умирает, его душа отделяется от тела, а потом летит по долгому темному коридору, в конце которого ждет что-то теплое, ласковое, понимающее. Но сначала она бродит рядом с трупом. Вероятно, у него как раз душа вышла из тела, и теперь он может наблюдать за тем, что с ним происходит.

Макс поднялся чуть выше. Движение не потребовало никаких усилий, все происходило само собой. Он посмотрел на алтарь и увидел плывущее над каменным полом пятно серебристого света, а в нем огромную темную фигуру. Разобрать что-либо было трудно, он только разглядел три сверкающих глаза. Существо постоянно меняло очертания. Казалось, оно состоит из множества других, и еще не выбрало подходящий для себя облик.

«Оборотень, – почему-то подумал Лис. – Точнее – король всех оборотней. Наверняка он может превратиться в любое создание, когда-либо существовавшее в этой Вселенной».

Странная сущность остановилась и будто бы стала вслушиваться в то, что говорила девушка.

Макс слышал ее шепот. Он казался ему неприятным, отдающим колкой болью.

Грета воткнула небольшой нож в грудь пойманного долианцами хищника, и тот забился в конвульсиях. Струйка крови потекла по алтарю вниз, и странное существо стало жадно ее слизывать.

Когда, закончив обряд, колдунья отошла в сторону, сущность запрыгнула на алтарь и стала пожирать корчащегося в конвульсиях зверя, увеличиваясь прямо на глазах.

– Я исполнила обещание, – произнесла Грета тем же шипящим голосом. – А теперь, когда ты наелся, верни моему человеку то, что у него забрал, он – не твоя жертва.

– Он почти мертв, – ответило существо. Голос его был грохотом катящихся с горы камней. – Зачем он тебе? Его душа уже ищет вход в верхний мир.

– Верни мне его. Он нужен, чтобы достать ту вещь, о которой ты мне рассказал.

– Твоя плата слишком мала.

– Мы заключили договор, ты обязан сдержать свое слово, иначе окажешься в моей власти.

Существо расхохоталось.

– Неужели ты все еще веришь, что кто-то соблюдает древние правила? Ты же сама их не любишь, почему я должен выполнять то, что ты просишь?

– Потому что я могу причинить тебе боль.

– Ты ничего не можешь сделать мне. А вот я могу! – Существо дотронулось до границы круга, который образовал свет типия, и серебристый отросток проник внутрь. – Видишь, я прошел через твою защиту. Но убивать не стану. Ты развлекла и накормила меня, хоть и дала пищу с презрением и ненавистью. Я верну силу твоему человеку, в этом для меня есть свой особый смысл, которого ты не поймешь.

Пятно метнулось к Максу и впитало его в себя. Он оказался в серебристой сфере рядом с огромным трехглазым зверем, скульптуру которого видел в первом зале. Он что-то сделал с ним. Одновременно Макс услышал голос внутри себя:

«Я дам тебе силу. Она проснется не сразу. Но когда она проявится, ты отомстишь не только за себя, но и за мое унижение!»

«Кому?» – мысленно спросил Лис.

«Придет время, и ты узнаешь…»

Серебристое пятно поднялось вверх и исчезло в темноте.

Лис почувствовал, как что-то неудержимо тянет его вниз, и он, кувыркаясь, влетел в собственное тело. Это было странное и очень неприятное возвращение. Когда он был простым сгустком энергии, его ничто не беспокоило, ему были неведомы страх и боль, а теперь все вернулось. Собственное тело показалось тесным, больным и неуклюжим.

Макс тихо застонал, потом вскрикнул громче, но тут ладонь Греты ударила его по щеке. Это была еще одна неприятная боль, но она помогла прийти в себя. Макс открыл глаза.

– Не надо меня бить, мне и без того несладко.

– Вставай, вор! Нет времени ждать, когда ты придешь в себя. Нам пора уходить.

– Зачем?

– Похоже, хозяину этого храма не понравилась моя жертва. Силы тают, а защита слабеет. Вставай, или я уйду, а та сущность, что живет здесь, сожрет тебя.

– Я пытаюсь. – Макс попробовал пошевелиться и вдруг понял, что больше не испытывает боли, тело снова принадлежало ему. – Не оставляй меня здесь.

– Боишься?

– Да, это существо ужасно!..

– Победить его трудно, почти невозможно. С ним можно только договориться. – Грета пошла к выходу. – Оно прожило миллионы лет и научилось такому, о чем я могу только догадываться. Думаю, оно умеет питаться любой энергией, в том числе и временем. Иначе не прожило бы так долго.

Макс оглянулся на алтарь и успел увидеть, как огромный мертвый зверь тает на алтаре. Последним разрушился скелет, подняв в воздух облачко пыли.

Лис вздрогнул.

Выйдя в главный зал, девушка трижды хлопнула в ладоши, прошептала заклинание, и проход за ними закрылся. Запах пыли и гниющей плоти пропал.

– Вот и все. – Грета опустилась на пол. – Я сумела спасти нас обоих, но на это потребовалось слишком много сил.

– Надо идти. – Макс приподнял ее, помог встать и осторожно повел к выходу. В этот момент он испытывал к колдунье только жалость, ненависть ушла. – Я помогу.

– Мне плохо, у меня ноги не идут…

– Ничего. Ко мне вернулись силы, я доведу…

У дверей в храм их ждал Грэг.

– Что с госпожой?

– Ослабела, потому что потратила много сил.

– Не люблю колдовство. Никогда не знаешь, чего от него ждать. Кстати, вас опять не было больше суток. Госпожа?..

Грета открыла глаза, какое-то время непонимающе смотрела на долианца.

– Я здесь, готовь флаер.

– Сейчас нельзя выходить наружу.

– Почему?

– Над нами летают два зонда. Они следят за тем, что мы делаем.

– Кому они принадлежат?

– Неизвестно.

– Тогда сбейте их!

– Рискованно. А вдруг появится хозяин?

– У меня нет времени на детские игры, как не осталось сил на чужие глупости! – Грета высвободилась и направилась к выходу. – Неважно, кто за нами наблюдает, просто уничтожьте их.

Они вышли из храма. Яркое светило слепило глаза, воздух пах зеленью и жизнью, его хотелось впитывать не спеша, по капле. Грэг отдал приказ, и два наемника, встав из-за камней, положили на плечи переносные зенитные установки. Ракеты с шипением рванулись вверх. В небе рядом с белыми облачками хлопнуло, две яркие вспышки затмили на мгновение светило, а потом на лес посыпались горящие обломки.

– Мы привлекли их внимание, – заметил Грэг. – Теперь они знают наше местоположение.

– Ты предпочел бы сидеть здесь до конца своей жизни? – Колдунья устало потерла свое лицо. – К сожалению, у меня есть дела. Извини, но это твоя работа – убирать досадные помехи.

– Я обязан защищать вашу жизнь.

– Не бери на себя так много. – Грета подошла к флаеру и остановилась в ожидании, пока наемники уберут с него маскирующую сеть. – Себя я защищаю сама. Если бы надеялась на вас, то давно бы погибла.

Из флаера стал опускаться трап, но тут сверху послышался воющий звук.

– Черт! – выругался Грэг, толкая в спину Макса так, что тот влетел во флаер и с грохотом рухнул на скамейки. – Все на борт! Но сначала расстреляйте этот беспилотник, он несет ракету.

Сразу после его слов началась стрельба, затявкали скорострельные пушки, с шипением взлетели еще две ракеты, раздался один взрыв, потом второй. Долианцы один за другим запрыгивали в летательный аппарат и распределялись по салону, становясь к пушкам и пулеметам.

Флаер взлетел, и сразу заработала спаренная пушка.

– Что там? – рявкнул Грэг, перекрывая все звуки и обращаясь к долианцу, открывшему огонь. – Какого черта?

– Из леса появились два боевых робота с пулеметами, пытаюсь их подбить. А в воздухе – три флаера. Похоже, они давно нас пасли!

– Всем пристегнуться! – Командир наемников открыл свою бойницу. – Огонь по готовности!

Лис прижался к борту, закрыл уши и глаза. Салон наполнился пороховой гарью, флаер то взлетал вверх на максимальную высоту, то падал вниз в крутом пике, то снова выравнивался. Терпеть это было довольно сложно, Макс вжимался в борт и молил Бога о том, чтобы их враги оказались менее удачливыми, чем они. Его молитва не помогла. Возможно, потому, что он видел перед собой серебристое пятно, а в нем – огромного трехглазого зверя вместо привычного лика Бога.

Раздался грохот, летательный аппарат встряхнуло, и тут же раздался крик боли: одного из наемников ранило. В салон ворвался ветер и хлестнул по лицу. Лис открыл глаза и увидел в левом борту огромную пробоину. Сидевший с ней рядом наемник пытался перетянуть себе руку жгутом, но ему мешала броня.

Из семи долианцев осталось только пятеро, двое вылетели в дыру и, вероятнее всего, погибли. Флаер замедлял ход и летел как-то странно, задрав нос к небу.

– Эй, вор! – Грэг перестал стрелять и повернулся к Максу. – Перевяжи Стикса, только будь осторожен, сам не выпади.

Лис подчинился, понимая, что требуются все бойцы, чтобы отбиться от противника. Вряд ли те, кто напал на них, оставят его в живых. Но дойти до наемника не успел. Их снова тряхнуло, флаер устремился к земле и через пару мгновений завис в воздухе. Потом с глухим стуком приземлился на едва успевшие выдвинуться опоры.

Долианцы посыпались наружу, Макса схватил за руку огромный наемник и выбросил из летательного аппарата.

– Спасай свою шкуру, вор, эта штука сейчас взорвется!

Из кабины показалась Грета. Она была спокойна и невозмутима, словно вокруг не происходило ничего страшного. Отойдя от горевшего флаера на безопасное расстояние, она присела возле лежащего на земле раненого наемника, поманив к себе Грэга.

– Наше положение?

– Четверо погибли, пилот ранен, аппарат серьезно поврежден. Придется сражаться на земле.

Тут во флаер попала еще одна ракета, и он наконец-то взорвался. Осколки и обломки полетели в разные стороны, ранив еще двоих наемников.

– Кто наши враги?

– Если судить по скорости реакции, вероятнее всего – оборотни.

– Их предполагаемые действия?

– Теперь, когда они знают, что у нас больше нет флаера, высадятся и попробуют нас захватить. Нужно им в этом помешать.

– Хорошо, займите круговую оборону. Дай мне полчаса, и я постараюсь сделать так, чтобы оборотни больше нам не мешали.

– Нам столько не выдержать.

– Хорошо, попробую сделать что-нибудь за десять минут, но тогда мне нужен вор.

Долианец зашептал что-то в свое переговорное устройство, и наемники, наскоро перевязав свои раны, поползли в разные стороны, сжимая оружие.

Грэг подтащил Макса к колдунье и бросил у ее ног.

– Пожалуйста, госпожа, делайте с ним все, что пожелаете. Лично для меня он бесполезен.

– Зачем я вам? – спросил Лис слабым голосом, морщась от боли. Он сильно ударился о землю, и его дыхание еще не пришло в норму.

– Мне потребуется твоя энергия.

– Опять?!

– До этого она требовалась тому, кто жил в храме. – Грета хмуро посмотрела по сторонам. – А сейчас она необходима всем нам, чтобы выжить. Не бойся, вор, это не больно.

– Что вы придумали?

– Начинает интересовать магия? – Девушка с насмешкой посмотрела на Макса. Ее изумрудные глаза были холодны. Казалось, в них бьются друг об друга льдинки. Она, похоже, чувствовала себя лучше. – Ты же в нее не веришь!

– И не верил бы и дальше, но после того, что увидел в храме, понимаю, что существует многое, что мне неизвестно.

– Молодец, умнеешь! – Грета показала на траву перед собой. – Ложись. Есть одно сложное заклинание. Оно создаст призрачного зверя, который убьет наших врагов. Если Грэг прав и это оборотни, то у нас все получится.

– А если не прав?

– Успокойся, вор. Физически ты не пострадаешь в любом случае.

– А не физически?

– Заткнись! Не мешай мне работать.

Колдунья положила на землю ожерелье, в него вложила хрустальный шар, руки опустила на грудь Макса и зашептала что-то на непонятном шипящем языке.

Рядом послышались выстрелы – наемники отбивались от неизвестного врага. Грета заговорила быстрее и громче. Хрустальный шар словно засветился изнутри, потом из него стала выходить тоненькая струйка белого дыма, завиваясь длинной спиралью и поднимаясь вверх.

Сначала над головой Макса образовалось серое облачко, потом в нем появилось темное пятно. Грета продолжала говорить. Лис почувствовал, как леденеют ее руки, лежащие на его груди. В пятне проявилось странное существо с гибким кошачьим телом и огромной головой с мощными челюстями, полными острых зубов. Сам зверь был коричневым с желтыми пятнами, только хвост черный как смоль.

Облачко опустилось на землю в паре шагов от Макса и растаяло, оставив невероятное существо лежащим на траве. Оно какое-то время не шевелилось, потом встряхнулось и посмотрело на человека тяжелым взглядом. Глаза у зверя были черными, непрозрачными и свирепыми.

– Что это за тварь? – прошептал испуганно Лис. – Она меня не съест?

– Это зверь из мифов оборотней. В книгах сказано, что он питается теми, кто может менять свой облик, может преследовать их без усталости многие дни, а то и месяцы, и спастись от него невозможно. Говорят, когда-то его создали боги, чтобы избавиться от перевертышей, которые едва не захватили всю Вселенную…

Выстрелы раздались ближе, из кустов вышел раненый долианец и лег на землю, тяжело дыша.

– Я умираю, госпожа, – проговорил он. – Помоги моей душе добраться до дома.

– Сейчас… – Колдунья погладила по голове поднявшегося зверя, и тот лег у ее ног. – Немного подожди, не умирай.

– Эта тварь живая? – спросил Макс. – По-настоящему?

– Не совсем. Это голем – искусственно созданное существо, не имеющее души. Я не Бог, чтобы создавать живых тварей. – Грета подошла к раненому и склонилась над ним. Долианец благодарно прижал ее бледную руку к своим губам. – Отпускаю тебя, иди с миром! Ты честно исполнил свой долг, пусть твой дух вернется домой.

Наемник часто задышал, потом тело забилось в конвульсиях и застыло. Лицо разгладилось, только взгляд был по-прежнему направлен в серое небо. Колдунья закрыла ему глаза и подошла к Лису.

Макс попробовал встать и вдруг понял, что не может.

– Я не могу подняться, – проговорил он. – У меня не осталось сил!

– Дело не в силе, частично ты уже нечто другое.

– Как?!

– Сейчас узнаешь.

Колдунья что-то прошипела, и в этот момент Лис почувствовал, что его сознание раздваивается. Одна малая, почти незаметная часть осталась с телом, а вторая, гораздо больше, вошла в зверя.

Мгновенно все изменилось, мир стал тусклым и серым, огромное количество запахов хлынуло в ноздри. Знакомые духи Греты, горечь травы, влага ручья, бегущего где-то в лесу, странный пряный запах кристаллов типия. Лис ощущал каждый из них как живое существо, повисшее на шее девушки и сосущее из ее тела энергию.

Еще он услышал запах смерти, исходящий от наемника, гарь от взорванного летательного аппарата, кислоту зелени, идущую от леса.

– Ты слышишь меня? – Колдунья опустилась перед ним на колени. Нет, не перед ним – перед зверем. Странно, но сейчас Макс ощущал родство с ним.

– Слышу, но не понимаю, что происходит, – ответил он, чувствуя себя одновременно двумя разными существами. – Что со мной?

– С тобой все хорошо. – Грета опустила руку на его голову и прижала к земле. – Иди и убей наших врагов, иначе нам отсюда не выбраться. Ты слышишь их запах?

Лис принюхался, широко раскрывая ноздри. Запахов по-прежнему было много, и он не мог различить среди них те, что были ей нужны.

– Ты знаешь, кто твои враги?

Макс отрицательно покачал головой, точнее, это сделал зверь. Он повернулся и посмотрел на свое тело, оно по-прежнему лежало на земле, глаза были закрыты, лицо побледнело, грудь едва поднималась.

– Смотри! – Колдунья снова пригнула его голову к земле.

В глазах Макса замелькали образы людей. Но они отличались от других, возможно, потому, что были чем-то похожи на него. В их телах жил зверь, а у него, наоборот, человек жил в звере. Но они были похожи. Теперь он знал, кого искать: запахи полулюдей-полузверей отпечатались в его мозгу. Лис вскочил и сразу ощутил свое новое, крепкое, неутомимое тело, которое могло бежать целую вечность, выслеживая добычу. Второе, человеческое, тело оставалось вялым и больным, и оно ему не было нужно.

– Готов?

Макс кивнул и зарычал.

– Подожди!

Грета подошла к телу наемника, взяла в руки переговорное устройство.

– Грэг, слышишь меня?

– Да, госпожа.

– Я создала зверя и выпускаю на охоту, не убейте его случайно, а то он разозлится.

– Кармак?

– Да, но я его немного модернизировала.

Макс услышал, как Грэг крикнул кому-то:

– Госпожа создала кармака, пропустите его!

– Иди. – Колдунья посмотрела Максу в глаза. – Ты хотел узнать побольше о магии? Сейчас ты узнаешь, что это такое. Вперед! Убей их всех!

Звериное тело рванулось вперед. Лис пытался его остановить, но не тут-то было. Кармак рвался к сладким запахам плоти тех, кого ненавидел, и теперь ничто не могло ему помешать.

Макс смирился и стал наблюдать за тем, что происходит, тем более что выбора у него не было. Он оказался заперт внутри тела зверя, а его родное, человеческое, стало далеким и ненужным.

Кармак проскочил через кусты, почувствовал запах наемника и прижался к земле, тихо рыча. Ему не нравились люди – от них остро пахло смертью, они обладали силой и могли его убить. Сейчас в нем боролись две силы: осторожность, которая не разрешала выскочить на открытое пространство, и приказ колдуньи, который жег мозг изнутри.

Эта двойственность была болезненна, и Лис мысленно произнес, чтобы избавиться от мучительной боли:

«Эти люди нас не тронут, не бойся, выходи…»

Зверь послушался и медленно пошел вдоль кустов, готовый в любой момент отпрыгнуть в сторону.

Наемники увидели его, отложили в сторону оружие, достали обереги и стали молиться, подняв головы к небу.

Кармак медленно прошел перед ними, нырнул в кусты и тут же пополз к ближайшему источнику враждебного запаха.

Его заметили, когда он прополз пару сотен метров. Макс это почувствовал по изменению запаха: теперь к ненависти примешался страх. А потом три врага одновременно двинулись к нему. Они были вооружены – острый запах пороха и смазки выдавал их.

«Сейчас нас будут убивать, – сказал Макс зверю. – Единственная наша защита – это скорость и незаметность. Враг силен и опасен, может убивать на расстоянии, поэтому мы должны притаиться и напасть тогда, когда он будет близко. Следует нанести один удар, желательно смертельный, и снова спрятаться, иначе нас убьют».

Он не понимал, как можно разговаривать с самим собой, точнее, со своим звериным началом, но его вторая половина согласилась с ним и спряталась за кустом.

Лис лежал, прижимаясь к остро пахнущей траве, и пытался разобраться в своих ощущениях. Кто он? Зверь, притаившийся в засаде и ждущий неизвестного врага, или человек, лежащий без сил на поляне в паре сотен метров отсюда? И как это возможно?

Он заметил, как шелохнулась ветка на краю поляны, оттуда кто-то выглянул и снова исчез. Макс вслушивался в шорохи: еще двое приближались к нему с другой стороны. Человек за кустом проговорил в коммуникатор:

– У меня странное ощущение, что кто-то охотится за мной.

– Ты слышишь запах или это предчувствие? – спросил суровый мужской голос.

– И то и другое.

– Кто? Долианцы?

– Нет, какой-то большой зверь. Сильный, ловкий, хитрый. Я чувствую его запах, но не могу разглядеть. Он где-то рядом и готов к нападению.

– Ну что ж, – безмятежно отозвался собеседник. – Тем хуже для зверя. Надеюсь, ты с ним справишься?

– Не знаю.

– Тогда дождись ребят. Где наемники?

– Отступили.

– Разделаешься со зверем, выдвигайся к ним.

Человек снова осторожно выглянул из-за куста, потом медленно пошел через поляну. Он был напряжен, от него остро пахло потом, в руках он держал оружие. Когда он оказался метрах в десяти от куста, где замер в засаде кармак, зверь прыгнул. Уже в воздухе Макс увидел, как человек вскидывает оружие, но делает это невероятно медленно.

Кармак упал сверху и одним ударом оторвал ему голову от туловища.

«Уходим сразу! – прошептал потрясенный Лис. Такого он еще никогда не ощущал. Обилие звуков, запахов сводило с ума, а вкус свежей крови туманил мозг. – Сзади еще двое».

Зверь перекатился, сделал еще один гигантский прыжок и затаился на краю поляны, скрываясь в высокой траве. Почти сразу кусты зашевелились, оттуда вышли двое в пятнистых комбинезонах, едва они увидели мертвого товарища, как тут же начали меняться.

Сначала удлинились кости черепа, нижняя часть выдвинулась вперед, создавая огромную пасть с острыми клыками. Уши поднялись и увеличились, нос расширился.

Руки тоже претерпели изменения: пальцы выросли, превращаясь в когти. Прошло всего несколько секунд, и перед Максом возникли два странных существа, являющиеся людьми только наполовину, вторая часть у них явно принадлежала зверю. Как и у него.

«Оборотни, – подумал Лис. – Только они могут так быстро менять свое тело».

Об этих людях Макс слышал. Пять планет, находящихся на краю Галактики, занимались генетическими экспериментами над людьми, и для этого у них имелись серьезные причины. Планеты, которые они колонизировали, оказались переполнены враждебной органической жизнью, и выжить там для человека было практически невозможно.

Люди были слишком слабыми и неуклюжими, а оружие, которое так помогало в освоении Земли, оказалось почти бесполезным. Планету покрывали густые леса, которые не удавалось уничтожить ни дефолиантами, ни огнем. Если днем удавалось выжечь небольшую плешь, то уже на следующее утро джунгли возвращали ее себе, заполняя травой и кустами.

Колонисты могли выжить, только изменившись, и ученые начали создавать генетические программы, чтобы получить вид, который мог бы своевременно чувствовать опасность и защищать себя. Обычный человек не подходил, у него были слишком плохо развиты обоняние, слух, нюх, зрение и многое другое, что давало шанс выжить в джунглях. После долгих опытов ученым удалось получить приспособленных к лесной жизни существ – оборотней. Почему-то на каждой из пяти планет смог выжить только один измененный вид. Так появились кланы Барса, Волка, Тигра, Медведя и Гиены. Они сумели приспособиться к жизни на своих планетах и начали добычу полезных ископаемых. Прошло не так много времени, и перевертыши нашли свое место среди людей. Поскольку они были быстрее, сильнее и смертоноснее обычных людей, то скоро стали служить наемниками в разных армиях или следопытами на новых, только что открытых планетах.

Но, как всегда, вместе с несомненными достоинствами в измененных людях проявились и недостатки. То, что помогало им выжить, часто становилось причиной конфликтов. Оборотни теряли над собой контроль в трудных ситуациях, звериная составляющая брала над ними верх, и они начинали убивать всех, кто находился рядом. Кроме того, они слишком активно распространялись. Естественно, это не понравилось императору.

После того как оборотни стали главной силой трех взбунтовавшихся колоний, он издал закон, по которому ни одному оборотню не разрешалось покидать родную планету без разрешения. Нарушителю грозила мучительная смерть на урановых рудниках.

С этого момента количество измененных людей на других планетах резко уменьшилось. Чиновники почти перестали выпускать перевертышей с их планет, давая разрешение только тем, за кого просили высокопоставленные лица империи. В родных мирах оборотней начались проблемы. Перевертыши привыкли к тому, что деньги текли к ним широкой рекой. И они взбунтовались. На их усмирение бросили звездных десантников. Те, потеряв огромное количество бойцов, сумели оттеснить оборотней в джунгли, но на этом их везение кончилось.

Звездные десантники стали гибнуть от джунглей. В итоге, потеряв больше половины личного состава, они были вынуждены срочно покинуть миры оборотней.

Победой это было нельзя назвать. Десант, имея самое современное оружие, потерял в десять раз больше бойцов, чем почти безоружные перевертыши. Поражением – тоже, так как удалось закрыть оборотней на планетах. Правда, изоляция продлилась недолго. Уже через год перевертыши захватили орбитальные станции над своими планетами.

К сожалению, это ничего им не дало. Имперские звездолеты перестали прилетать, а своих кораблей оборотни не имели. Что происходило дальше, Макс не знал, но если судить по тому, что он видел оборотней вдали от родной планеты, им удалось придумать выход…

* * *

Отдохнуть у Дженга не получилось, так как уже на следующий день пришло новое сообщение. Сам текст выглядел обычно. Ему предписывалось отправиться на Землю в качестве туриста. Там Дженгу предстояло встретиться с двумя людьми, которые расскажут, в чем будет состоять новое задание. Единственное, что настораживало – в конце последнего предложения стояли вместо многоточия четыре точки! Причем оператор дальней связи, который принимал сообщение, попытался их исправить, решив, что это ошибка и никто не будет ставить многоточие в конце сообщения, но волк сразу заподозрил неладное и заставил показать истинный текст. И убедился в том, что его снова призвали. Расшифровав сообщение, он купил билеты на первый же летящий к Земле звездолет.

Дженг провел в каюте на орбитальной станции три дня, в ожидании рейса и тренируясь в изменении облика, так как из текста было ясно, что придется использовать чужое лицо и документы.

Посадка на звездолет прошла нормально, документы Дженга не вызвали никаких вопросов, поскольку принадлежали реальному человеку – торговцу, которого оборотни захватили в одном из своих пиратских рейдов. Биографию торгаша Дженг выучил наизусть и мог не беспокоиться о том, что кому-то удастся уличить его в несоответствии. Он так изменил лицо, что одновременно казался похожим и непохожим. Конечно, при тщательной проверке ему придется туго, но без риска в подобном деле было никак.

Полет до Земли занял почти две недели. Волк провел их в спортзале, тренируя тело, хоть и понимал, насколько это глупо. Можно просто нарастить себе мышцы, используя способности, но сидеть в каюте было скучно.

Стыковка с орбитальной станцией прошла в штатном режиме, полет в челноке – тоже. Проблемы начались лишь на планете.

Сначала все шло как обычно: Дженг подошел к датчику генного анализа, незаметно скормил ему живые ткани торговца, которые привез с собой, загорелся зеленый свет – тест на ДНК он прошел.

Затем вежливый офицер безопасности попросил его пройти через специальный туннель. Дженг подошел ко входу и вдруг почувствовал надвигающуюся опасность.

* * *

Оборотни приблизились к мертвому телу, возбужденно принюхиваясь и рыча. У них после перевертывания голос стал низким, рычащим, поэтому трудно было разобрать, о чем они переговариваются.

Когда они заметили следы зверя, то стали возбужденно что-то кричать в переговорные устройства. Кармак решил, что больше прятаться не стоит, раз его присутствие уже ни для кого не является тайной, и выпрыгнул из куста. На этот раз легкой победы не получилось. Оборотни, заметив движение, отскочили в разные стороны и тут же напали на врага с обеих сторон. От перевертышей исходил острый запах пота и страха, который настолько возбудил зверя, что он перестал реагировать на предостерегающие крики Макса.

Кармак зацепил когтями тело одного из оборотней, но не успел его добить, так как тот откатился в сторону, а сзади напал другой перевертыш.

Лис оставался только зрителем. Рефлексы зверя были мгновенными, он нападал и защищался, и Макс даже не успевал понять, что тот делает.

Второго оборотня зверь встретил ударом хвоста, причем удар оказался настолько мощным, что сбил волка с ног, и кармак тут же вцепился ему в глотку. Один укус – и голова отвалилась в сторону. Второй оборотень вернул себе человеческую кисть и выхватил оружие, но выстрелить ему не удалось. Кармак одним прыжком оказался рядом, стремительным ударом лапы превратил его лицо в кровавую маску и рванул клыками сладкую плоть.

Бой закончился. Трое оборотней стали жертвой кармака, но останавливаться тот не собирался, так как чувствовал запах других перевертышей в лесу.

Макс ничего не мог с ним сделать. Зверь чувствовал кровь, его мозг туманили голод и жажда. Расплата за такое пренебрежение не заставила себя ждать. Едва хищник выскочил на следующую поляну, как его встретил огонь двух боевых роботов. Очередь из крупнокалиберного пулемета поймала кармака в воздухе и бросила на землю.

Лис испытал жуткую боль, когда пули прошили брюшину и позвоночник. Макс надеялся, что после смерти зверя его душа вернется обратно в собственное тело, и приготовился к смерти, но вдруг понял, что кармак восстанавливается! Боль схлынула так же быстро, как и наступила, раны затянулись, и через минуту зверь был снова готов к бою.

К нему подошли два оборотня, чтобы убедиться в его смерти, и обоих хищник разорвал одним неуловимо быстрым движением. Как только люди погибли, роботы снова открыли стрельбу, но зверь уже был готов. Одним прыжком он оказался возле машин и начал их кусать и рвать когтями, несмотря на то, что Макс просил этого не делать.

На гладкой хромированной поверхности оставались лишь царапины, роботы не пострадали, их пулеметы продолжали искать цель, и только неимоверная быстрота кармака спасала его от новых ранений.

Лис решил, что сейчас их снова убьют, но кармак, оставив роботов, тремя огромными прыжками добрался до второй группы оборотней, появившейся из-за кустов, и начал расшвыривать перевертышей в разные стороны.

Оборотни ждали нападения, и хищнику пришлось несладко. Его тело пронзили три или четыре автоматные очереди, а те из оборотней, кто успел измениться, стали рвать кармака зубами.

Зверь успел убить еще двоих и умер от выстрела в голову. И снова Макс испытал жгучую боль. От ощущения близкого дыхания смерти все заледенело внутри, а в голове зароились воспоминания о прожитой жизни – одни и те же, не было в них ничего хорошего.

Но на этот раз зверь восстановился еще быстрее. Уже через полминуты он вскочил и откусил голову тому, кто наклонился над ним, желая выяснить, жив он или мертв.

И снова заработали автоматы, расстреливая кармака в упор. Опять боль, ощущение холода смерти, и снова уже мгновенно восстановившийся зверь бросился на врагов. Теперь он продержался чуть дольше, но все равно умер. С каждым разом восстановление занимало все меньше времени, и через какое-то время хищник перестал обращать внимание на боль: он разрывал клыками и когтями мягкие человеческие тела до тех пор, пока в живых не осталось никого.

Но как только оборотни перестали заслонять сектор обстрела, снова атаковали роботы и стреляли в зверя до тех пор, пока его тело не превратилось в кровавое месиво, которое стало таять, превращаясь в тоненькую струйку тумана. На этот раз регенерировать кармаку не удалось – со смертью последнего перевертыша в нем исчезло и стремление к жизни.

Макс умер вместе с хищником, а когда в очередной раз завертелись привычные воспоминания, вдруг обнаружил себя в привычном человеческом теле.

Он пошевелился и застонал от боли и непонятной обиды.

– Очнулся? – Грета сидела неподалеку на траве и ела яблоко. – Задача выполнена?

– Какая? – прохрипел Лис.

– Оборотни убиты?

– Кажется…

– Я задала глупый вопрос. – Девушка улыбнулась. – Если бы было иначе, ты бы не возвратился в свое тело. Что видел?

– Где?

– Там, где сражался с перевертышами. Имеются ли там флаеры? Они способны летать?

– Я видел на поляне два летательных аппарата. Насколько они способны, не знаю, внутрь не заглядывал, заметил только, что на них установлено вооружение.

– Как раз то, что нужно.

– Их охраняют боевые роботы.

– Это проблема наемников. У нас разделение труда: я борюсь с живыми существами, а они – с железками. – Грета взяла в руки коммуникатор. – Грэг?

– Слушаю, госпожа.

– В лесу, откуда только что звучала стрельба, находятся два флаера, охрана аппаратов осуществляется роботами.

– Что с оборотнями? Не хотелось бы с ними сражаться, они быстрее нас.

– Живых нет.

– Выполняю.

Макс с трудом приподнялся, сел на траве, с тоской думая о том, почему же ему так не везет? Начиная с того злополучного дня, как он оказался в руках этих людей, вся его жизнь превратилась в ужасный кошмар: он все время балансирует на грани жизни и смерти, не зная, выживет ли в следующий раз. Говорят, смерть многому учит. Побывав за гранью, люди меняются, становятся мудрее, но никто не рассказал, настолько это мучительно. Да и с мудростью что-то тоже не так. Он не чувствовал ее в себе, ощущал только усталость и тоску.

Колдунья доела яблоко и легла на жесткую траву.

– Тебе понравилось, вор?

– Что?

– Чувствовать себя зверем?

– Не очень.

– Почему?

– Было страшно, особенно тогда, когда приходилось умирать. Я думал, что погибну вместе с кармаком.

– С тобой бы ничего не случилось.

– А если бы моя душа не вернулась?

– Она лишь частично присутствовала в звере. Это своего рода связь, бояться было абсолютно нечего.

– Могли бы предупредить, чтобы я не беспокоился.

– Зачем? Ты – вор, значит, должен быть готов к тому, что с тобой будут обращаться иначе, чем с другими людьми.

– Вы жестоки.

– Может быть. – Девушка отвернулась от него и неспешно поднялась. – Вставай, нам пора. Мы итак задержались в этом месте больше, чем я рассчитывала. Пойдем к флаерам. Думаю, наемники уже уничтожили роботов, я слышала взрывы.

Макс поднялся, ожидая появления слабости, как бывало часто в последнее время, но тело вело себя безукоризненно.

На поляне действительно уже все было кончено: обломки боевых роботов валялись на горелой траве среди разорванных тел перевертышей. Кровавые лохмотья наемники, брезгливо морщась, обходили, испуганно поглядывая на колдунью и прекрасно понимая, кто устроил жуткое побоище.

Своих раненых товарищей долианцы положили отдельно, в грузовой отсек.

Наемников, способных сражаться, осталось только четверо. Двое заняли места у скорострельных пушек, третий вместе с колдуньей скрылся в кабине пилота, а Грэг сел рядом с Максом. Зашумели двигатели, трап втянулся, и летательный аппарат рванулся в небо. Этот флаер был немного другим, салон теснее и рассчитан на гораздо меньшее число пассажиров, пушки находились в хвосте, рядом с грузовым отсеком.

– Думаю, ничего еще не кончилось, – произнес устало Грэг, закрывая глаза. – Жаль ребят, двое из них вряд ли долго проживут, но если бы не кармак, погибли бы все. Госпожа сказала, что ты им управлял. Это правда?

– Не совсем. – Макс вытянул ноги. – Он меня нечасто слушал. У тебя нет чего-нибудь перекусить? Очень проголодался.

– Думаю, бегать кармаком по лесу нелегко. – Грэг сунул ему в руки десантный паек. – Ешь.

– А ты откуда знаешь?

– Я видел, как другие это делали. Такое колдовство госпожа использует, когда нет других способов спастись.

– И те, кто это делал, также после схватки просили есть?

– Нет, – усмехнулся долианец. – Они обычно сходили с ума, и нам приходилось их убивать.

– Что?!

Макс недоуменно посмотрел на долианца, а тот в ответ только улыбнулся.

– Понимаешь, вор, нравится тебе или нет, но сейчас ты находишься в нашей команде, а это значит, что должен делать кое-какие мелочи для того, чтобы мы все не погибли. В этот раз тебя вставили в кармака, до этого ты питал госпожу энергией во время ее колдовства. Но что бы с тобой ни происходило, ты должен понимать: это небезопасно. Никто из долианцев не пойдет даже под угрозой неминуемой смерти на то, чтобы влезть в шкуру зверя, пусть даже давно несуществующего. Для нас потерять душу гораздо хуже, чем просто погибнуть.

– Я тоже не хотел влезать в чужое тело.

– Может быть, но у тебя, в отличие от нас, нет выбора. – Грэг мрачно усмехнулся. – Многое в нашей жизни нам не нравится, но причина не в нас. Просто этот мир не очень хорошо устроен. Хотим мы этого или нет, но часто приходится делать то, что нам не по душе.

– Долго вы меня еще будете таскать за собой?

– До тех пор, пока ты нужен.

– А что будет потом?

– То, что скажет госпожа. Некоторых она отпускает и даже награждает, иных использует в своих магических целях, и человек превращается в нечто странное. Что будет с тобой, я не знаю, но, пока мы не достигли цели, хочу, чтобы ты относился к нам, как к своим товарищам.

– С чего бы? Чтобы потом вы меня убили?

– Может быть, и нет.

– Спасибо!

– Послушай, парень, мы не выбираем события в своей жизни, они происходят сами. Одни говорят, что это судьба, другие считают, что этого хочет Бог. Ты оказался среди нас, мы привыкли к тебе и хотим, чтобы ты нормально относился к нам.

– В моей жизни было не много хорошего, но относиться к вам как к друзьям я не буду никогда! Я помню о том, что вы убили моего брата, да и меня готовы убить в любой момент.

– Что ж, поговорили, – кивнул Грэг. – Твоя позиция мне понятна: не хочешь считать меня другом, не обижайся, если я с тобой буду обращаться как с врагом.

– Можно подумать, что до этого ты обращался со мной как-то иначе.

Макс вскрыл паек, дернул за красную ленточку, чтобы разогреть еду, подождал несколько секунд, открыл упаковку и начал есть.

– Ты сам выбрал свой путь.

– Послушай. – Разговаривать с набитым ртом было не очень приятно, но промолчать Лис не мог. – Я спокойно жил в своем маленьком городке, ничего не зная о том, что происходит в Земной империи, и был счастлив, пока не появились вы. Именно с той поры моя жизнь превратилась в кошмар, и что бы ты ни говорил, я не буду считать это Провидением судьбы.

– Ты кое-чего не учитываешь, вор.

– Что?

– Ты сам пришел в замок, чтобы его обокрасть.

– Но я не успел даже вскрыть сейф!

– Это ничего не меняет. Ты пришел к нам с недобрыми намерениями и теперь отвечаешь за это. Совершил ошибку – получай наказание и радуйся тому, что пока тебе везет.

– В чем?

– В том, что еще не сошел с ума. Лично я никогда бы добровольно не пошел в то место, где властвуют духи, а ты там побывал, и с тобой ничего не случилось. После этого ты побывал в шкуре кармака, и снова с тобой ничего не произошло. Странно, но после всего этого, вор, я испытываю к тебе уважение, хоть и не должен. Если мне придется тебя убить, обещаю: ты умрешь сразу и без мучений. Можешь считать это моей благодарностью за сегодняшний день.

– Хороша благодарность!

– Хочешь отказаться?

– Нет, – тут же поправился Макс, вспомнив, что наемники делают с ворами. – Спасибо.

– Так-то лучше.

Грэг пересел к открытой бойнице и там задремал. Лис доел паек, мрачно глядя в иллюминатор. Они летели над лесом. Зеленые и красные деревья мелькали внизу, иногда растительность прорезали дороги и просеки. Небольшие, лениво текущие реки серебрились мелкими волнами в свете чужого светила. Здесь все было другим, даже воздух. От него ныло сердце и подступала тоска.

– Послушай, Грэг. – Макс выбросил пакет в бойницу. – Пока снова не началась стрельба, может быть, объяснишь, что происходит? Почему на вас нападают оборотни?

– Видимо, на то у них есть весомая причина. – Долианец пожал плечами, не открывая глаз. – Пока они несут большие потери, и общий счет в нашу пользу. Сначала я думал, что их кто-то нанял, но сегодня понял, что они действуют сами по себе.

– С чего ты так решил?

– Все перевертыши, с которыми нам довелось встретиться, принадлежат разным кланам. У храма мы сражались с людьми из клана Тигра, а на поляне были волки. Кланы не любят друг друга, драться вместе их не сможет заставить никто. Получается, это не заказ. Они преследуют нас по каким-то своим причинам, и они мне не нравятся. Думаю, ответ один: оборотни не хотят, чтобы госпожа нашла то, что ищет.

Огромный долианец, сидевший у правого борта, прокричал, перекрикивая свист ветра и вой двигателя:

– Внимание, противник!

Грэг рванулся к дверце пилотской кабины, но она сама раскрылась перед ним, и оттуда вышла Грета.

– Боевой истребитель, – произнесла она. – Вооружение: ракеты и две скорострельные пушки.

– Почему он преследует нас?

– Похоже, наш друг губернатор не поверил, что его жизнь в моих руках.

– От истребителя нам не уйти.

Флаер нырнул вниз, заметив пробитую в лесу просеку.

– Поэтому я и пришла сюда. – Колдунья села рядом с Максом, прижавшись к нему теплым бедром. Она вытащила ремень безопасности из паза и пристегнулась. – Сейчас я им займусь, а вор мне поможет.

– Я могу отказаться? – спросил Лис. – Я все еще не очень хорошо себя чувствую после того, как побывал зверем. Странное какое-то ощущение, словно все еще нахожусь в чужом теле.

– Ты будешь делать то, что я скажу. – Грета положила его руку себе на колено. – У тебя хорошая энергия, она мне подходит. К тому же, надеюсь, ты понимаешь, что можешь умереть вместе с нами?

Прогрохотала очередь, внизу от взрывов стали заваливаться деревья, флаер слегка тряхнуло.

– Госпожа, мы не можем в него попасть! – Наемник снова выпустил очередь из пушки. – Он слишком быстр, да и атакует с большой высоты.

– Успокойся, Грэг, я уже работаю. – Колдунья положила на пол свой хрустальный шар и взяла в руки ожерелье. Она что-то произнесла тягучим шепотом, и шар помутнел, в нем появились серое небо и белые облачка. Еще через мгновение Лис увидел в нем шлем и кислородную маску летчика. – С оборотнями у меня бы ничего не получилось, у них природная защита от магии, но с людьми я справлюсь.

Она тронула Макса за руку:

– Сконцентрируй свое внимание на пилоте истребителя, вор. Мне нужно, чтобы ты держал его образ в шаре.

– Как?

– Просто сделай это.

– Я не могу, потому что не знаю как.

– Держи его мысленно в шаре, больше от тебя ничего не требуется. Конечно, если хочешь жить, а не сгореть вместе с флаером от самонаводящейся ракеты. Сейчас летчику мешают деревья, но когда мы пролетим просеку, жить нам останется только те короткие мгновения, пока он будет ловить нас в прицел.

Лис уставился в шар, тот сразу стал мутнеть, но через пару секунд снова стал прозрачным, а изображение в нем исчезло.

– Потерял. – Грета закрыла глаза. – Восстанавливай.

– Я не знаю, как это сделать.

– Меня это не касается, я занимаюсь более сложной работой. Твое дело – поддерживать связь с объектом, а мое – его устранить. Ты понял?

– У меня не получается.

– Просто думай об этом летчике. Ты же видел его, вспоминай, как он выглядит.

Макс закрыл глаза и послушно стал вспоминать темно-зеленый шлем, на котором написаны две белые цифры. Кажется, тридцать шесть. Под ним кислородная маска, над ней прозрачное забрало, на него выводятся данные с пушек и приборов. Ниже шеи – ворот высотного комбинезона, пронизанного множеством жгутов, которые не дают крови отливать от головы. Глаз, конечно, Лис не видел, но мог представить их: серые, прищуренные и веселые. Этому парню нравится летать, он чувствует со своей «птичкой» полное единение. Ему нравится мощь, которую она несет в себе. Сейчас он разнесет флаер, что прячется внизу за высокими деревьями. Просека скоро кончится, и этим ребятам придет конец. И правильно, не стоит дразнить тех, кто может их прихлопнуть! Полковник так и сказал на инструктаже: «Мы могли бы их задержать, но не вижу в этом смысла, да и губернатор хочет, чтобы эти люди больше ему не докучали! А для вас, парни, это хорошая тренировка…»

– Молодец!

Макс приоткрыл глаза и снова увидел в шаре знакомый шлем и кислородную маску.

– Держи изображение! Опять потерял, не даешь мне сосредоточиться. Нас же сейчас взорвут! Серьезнее, вор!

Лис приоткрыл глаза, в шаре снова колыхалась муть. Он опять стал вспоминать: цифры три и шесть на темно-зеленом шлеме, забрало, которое закрывает глаза от яркого солнца, и циферки, бегущие на нем – показания приборов…

Просека закончилась, пилот тронул ручку управления, и самолет резко пошел вниз. Сейчас разнесет этот флаер на атомы. Вот тот попал в перекрестие прицела. Еще немного… Можно!

Кнопка почему-то не нажималась, перед глазами все поплыло, через короткое мгновение верх и низ поменялись местами. Пилот двинул вперед штурвал, чтобы выйти из пике, и вдруг осознал, что сделал все наоборот. Летчик снова наклонил вперед рычаг, и тут муть перед глазами рассеялась, а перед ним зеленой стеной вырос лес.

Пилот бросил самолет вверх, уже понимая, что не успевает. Удар был мощным: правое крыло срубило огромное дерево, и пилота бросило вперед на щиток приборов. Привязные ремни не выдержали, и он полетел навстречу громадному заостренному суку. Это было последним, что пилот увидел в своей жизни.

Глава девятая

Перед входом в туннель висела надпись: «Для обеспечения вашей безопасности в космопорте установлен новый сканер, который позволяет выявить формы инопланетной жизни».

– Что это значит? – спросил Дженг у офицера безопасности. – Какой еще такой жизни?

– Некоторые инопланетные существа могут имитировать человека, вот для них и установлен этот сканер. Не беспокойтесь, используются совершенно безопасные лучи, они не повредят вашему телу, вы ничего не заметите.

– А проверка ДНК, неужели ее мало?!

– Считается, что оборотням удается ее обойти. – Офицер улыбнулся стандартной белозубой улыбкой. – Этот сканер – самое действенное средство против них.

– Оборотни? – Дженг нахмурился. – Это вы про тех, кто живет в отдаленных колониях? Мы что, уже воюем с ними? И с чего вы взяли, что они какие-то там инопланетные существа? Они такие же люди, как мы. Их предки прибыли на свои планеты с Земли. Я читал об этом. С каких пор мы стали делиться на чистых и нечистых?

– Извините, вас что-то не устраивает? – на помощь к офицеру подошел еще один. – Вы отказываетесь проходить проверку?

– Не отказываюсь, просто пытаюсь понять, что тут, черт возьми, происходит! – вскипел волк. – Я отсутствовал на Земле почти год, прилетаю и вижу странные коридоры, которые появились за время моего отсутствия, и пытаюсь выяснить, для чего это нужно. Я торговец и такие вещи просто обязан знать, потому что подобные нововведения вредят торговле.

– Новые сканеры были установлены два дня назад по распоряжению имперской разведки. Их представитель находится здесь. Если вы желаете с ним побеседовать, я вас к нему провожу.

– А чего мне с ним беседовать? – пробурчал Дженг, делая вид, что успокаивается. – Надо – значит, надо. Просто хотел узнать, что это такое.

– Если вопросов нет, то заходите. Поверьте, сама процедура совершенно безопасна.

Дженг неохотно вошел в длинный узкий коридор, по которому можно было передвигаться только по одному. Его чувство опасности поднимало волосы дыбом, он ощущал, что еще немного, и начнет меняться, а это приведет к очень неприятным последствиям. И он был встревожен: никто из оборотней о новом сканере ничего не знал, а значит, можно ожидать чего угодно. Например, дополнительной генетической экспертизы: ничем другим перевертыша от обычного человека отличить нельзя.

Но главная опасность в том, что человечество отказывается от перевертышей, не признает их равными себе, пытается защититься от них, изолировать. Это очень неприятный момент. Наставники должны обязательно узнать о новом сканере.

Когда коридор закончился и ничего не произошло, Дженг вздохнул с облегчением. Он ожидал услышать что-то вроде зуммера или тревожной сирены, но, слава Великому Волку, все обошлось. Он получил свои вещи, которые тоже прошли через новую систему безопасности, и пошел к выходу, чтобы взять такси. Волк благополучно прибыл на планету Земля и мог заняться выполнением очередного странного задания.

Садясь в такси, он назвал адрес дома, в котором проживал купец, чтобы успокоить тех, кто вдруг решит за ним проследить. В доме сейчас никого не было. Жена торговца отправилась в другой город, чтобы устроить дочь в престижный вуз.

Дженгу это казалось смешным и старомодным. У оборотней склонности и способности выявлялись еще в яслях, за детьми следили опытные наставники, и когда приходило время перехода в школу, у тех уже имелось готовое заключение. Они никогда не ошибались, и последующие тесты и проверки только подтверждали их правоту. Поэтому у волков не было проблем с выбором – они просто шли туда, куда им давали рекомендации. Соответственно ни одно заведение не могло считаться престижным, потому что, если человек идет туда, где лучше всего используются его интеллект и наклонности, само понятие престижности исчезает. Если тебе не дано по геному стать хорошим врачом или экономистом, то стоит ли туда рваться?

Оборотень вошел в дом, воспользовавшись ключами. Система безопасности проверила его сетчатку глаза, отпечаток большого пальца и признала владельцем, так что и эту проверку на человечность он прошел безукоризненно. Дженг обошел все комнаты, чтобы составить общее представление о владельце и о том, как следует себя вести, если придется кого-то пригласить в дом. Сам дом был по-своему уютен, хотя волку не понравилось, что интерьер выдержан в бежевых тонах. Дженг предпочитал более яркие гаммы красок. Кроме того, комнаты показались ему тесными и дурно обставленными, что говорило о плохом вкусе хозяйки. Только кабинет хозяина произвел приятное впечатление своей старомодностью. Здесь волк обнаружил коммуникатор и вошел в земную информационную сеть.

Тот, кто ему был нужен, присутствовал там в довольно скоромных объемах. Из этого следовало, что либо он ведет себя тихо, либо за ним подчищает следы имперская разведка, что гораздо вероятнее. Но даже то немногое, что удалось узнать, заставило Дженга призадуматься. Этот человек, в логово которого он должен попасть, называл себя черным магом.

Волк озадаченно покачал головой: оборотни не пользовались магией и мало что знали о ней. Возможно, ему будет угрожать серьезная опасность, когда он встретится с колдуном.

Дженг узнал, что маг живет в собственном особняке на окраине столицы, вхож в высшие слои общества, в число его постоянных клиентов входили все богатые люди империи. Многим нравились прогнозы на будущее, которые он давал. В сети Дженг нашел анализ его предсказаний. Результаты впечатляли: колдун практически ни разу не ошибся и сумел предсказать два экономических спада и войну с оборотнями. Волк решил, что этот человек по-настоящему опасен. Вполне возможно, он уже знает, что Дженг собирается его посетить, и подготовился к этому.

Волк запомнил адрес, вывел на экран карту города, запомнил номера и названия ближайших улиц и выбрал для себя несколько маршрутов. После этого послал на один из электронных ящиков короткое письмо: «Объект найден. Необходим транспорт – лучше всего быстроходный флаер. Также прошу забронировать место на любой завтрашний звездолет. Использовать второе имя. Предположительное время проведения операции – сегодняшний вечер или ночь. Жду».

Через пару минут пришел ответ с указанием, где будет ждать флаер.

Дженг забрался в холодильник торговца, пообедал натуральным замороженным мясом, вытащил из сумки комбинезон, переоделся и выбрался из дома через заднюю дверь, предварительно уничтожив следы своего пребывания.

Солнце уходило за горизонт, заволакивая небо кровавыми разводами. Легкий ветерок нес в себе запахи большого города – машин, бетона, пластика и пыли. Флаеры неслись на огромных скоростях по улицам, ведомые роботами-диспетчерами, заполняя все промежутки от земли до верхушек зданий, лишь внизу оставляя небольшое пространство для пешеходов и грузового колесного транспорта.

Волк двинулся туда, где его ждал летательный аппарат. Он бежал по пустынным улицам, по твердому синтетическому покрытию и вдруг почувствовал холодок по спине: кто-то за ним следил и намерения этого человека были явно не дружескими.

Дженг завертел головой, стараясь делать это незаметно, никого не обнаружил, но ощущение угрозы никуда не ушло. Он осмотрел близлежащие дома и понял: наблюдают через камеры, стоящие у каждого подъезда. Тот, кто его вел, имел явное отношение к имперской разведке – ни у кого другого не было таких возможностей. Похоже, все-таки Дженг прошел туннель в космопорте не без последствий. Его обнаружили.

Что ж, задача становится еще более трудновыполнимой. Как он сможет добраться до объекта, если за ним следят? А как удастся вернуться? Ясно же, что вернуться на орбитальную станцию ему не дадут. По большому счету это провал.

* * *

Макс испуганно открыл глаза. В шаре виднелась фигура, которую пробил огромный сук, как бабочку игла энтомолога, а спустя мгновение летчика объяло ярко-оранжевое пламя.

– Молодец, вор! Мы это сделали!

– Что?

Колдунья посмотрела на Лиса и улыбнулась:

– Ты хорошо держишь связь, мне легко работать с тобой.

– Я… ничего не делал.

Дверь кабины приоткрылась.

– Госпожа, еще две отметки на приборах. Похоже, летчик навел на нас целое звено.

– Ясно. – Грета толкнула Макса в бок. – Работаем дальше. Давай связь!

– Я не смогу…

– Действуй, вор, соберись! Не заставляй меня жалеть о том, что я сохранила тебе жизнь в храме. Будь увереннее. Если получилось один раз, выйдет и второй.

Макс растерянно посмотрел на шар, он не верил в то, что именно из-за его неумелых попыток что-то представить появлялось изображение. Наверняка это шутки колдуньи. Только зачем ей это? Глупость какая-то…

– Я жду! Не забывай, наша жизнь зависит от тебя.

Ее резкий окрик заставил вздрогнуть. Лис уставился на пустой прозрачный шар, потом закрыл глаза.

…Итак, темно-зеленый шлем, на нем номер. Какой же он? В прошлый раз был тридцать шесть. А сейчас какой?.. В голове почему-то всплыло число «двенадцать». Что ж, пусть будет оно. Какая разница в конце концов? Это же просто игра.

Он представил шлем, на котором белой краской написана цифра двенадцать, под ним темное забрало, ниже кислородная маска, на ней стоит номер – кажется, тот же, что и на шлеме, под ним высотный комбинезон серо-зеленого цвета. Руки закрыты перчатками. Почему-то в голову пришло, что пилот рыжий. Хотя с чего бы? Не может такой уникум оказаться в кабине сверхскоростного истребителя. Люди с таким цветом волос на всех планетах редкость, это как-то связано с комбинацией генов.

Впрочем, ему-то что за дело? Пусть будет рыжий!

– Молодец! – раздался голос Греты. – Вижу, держи.

Макс вздохнул и приоткрыл один глаз. В шаре была видна голова пилота, на шлеме написано белой краской «двенадцать».

«Мысли, что ли, она мои читает? – вяло подумал он. – Откуда узнала, что я придумал именно это число? Впрочем, неважно… Хочет думать, будто это я проецирую изображение, пусть… мне-то какое дело?..»

Он снова закрыл глаза.

Рыжий. В шлеме с номером двенадцать и с такой же кислородной маской.

…Он увидел под собой темно-зеленый ковер леса. Там, прижимаясь к верхушкам деревьев, летел флаер. Кто в нем летит, да еще с полным вооружением? Наверняка бандиты! Полковник приказал сбить обязательно. К тому же эти сволочи как-то сумели угробить тридцать шестого. Летчик был неплохой, в пилотировании равных ему не было.

«Двенадцатый» тронул ручку управления, сваливая самолет в пике. Сейчас я вам покажу, что значит иметь дело с военными! Выжал ручку до предела. На мгновение картинка поплыла, как всегда бывает при перегрузках. Теперь на выходе из пике прицелиться и… Он потянул ручку и удивился тому, что она не двинулась с места. Холодная испарина появилась на коже. Дьявол! Вечные неполадки!.. С Земли редко присылают хорошие машины, в основном привозят списанные, сами наверняка на таких самолетах не летают.

Господи, он же сейчас разобьется! Летчик нащупал ручку катапульты, дернул ее, потом еще раз. Черт! Не поддается. Проклятая рухлядь! Сволочи!..

Самолет чиркнул по верхушке огромного дерева и горящими обломками посыпался вниз. Одним из них был пилот.

Лис тяжело вздохнул. Сердце испуганно забилось. Он почувствовал себя так, словно сам находился в кабине истребителя. Даже кожа стала горячей, будто горела. Что же это такое?! Рядом прозвучал спокойный, чуть усталый голос Греты:

– Так, с первым покончено. Бери второго, он заходит сверху.

– Второго?!

Макс обреченно вздохнул и снова закрыл глаза. Не нравились ему эти игры, совсем не нравились. Второй, первый, третий – какая разница? Все равно это не по-настоящему, понарошку…

Итак, темно-зеленый шлем с номером, на этот раз пусть будет… «тридцать один» на кислородной маске. Высотный комбинезон. Глаза будут… карие.

– Молодец, вижу, держи!

Перед глазами Лиса снова замелькал лес. А вот и флаер. Он поймал его в перекрестие прицела, откинул крышку и нажал на кнопку. Ракета пошла. Он вывернул самолет из опасного пике и стал подниматься вверх. Сделал бочку, развернулся и снова устремился вниз, чтобы увидеть, как полетит горящими кусками на землю аппарат. Что-то странное с этим флаером. Неказистый аппарат уже сбил два истребителя, и главное – непонятно как. Неужели какое-то новое оружие? Тогда их подставили. Могли бы и объяснить, с чем придется столкнуться. Вечно эта дурацкая секретность! Сейчас я его достану… Увернулся-таки от ракеты! Но близким разрывом зацепило. Падает!.. Надо бы пройтись из пушки по нему, чтоб наверняка никто не выжил. За ребят! Сейчас вы получите, сволочи!..

Пилот бросил истребитель в крутое пике, в глазах потемнело. Рванул ручку вверх, но она не поддалась. Дернул ручку катапульты, уже понимая, что не успевает. Самолет врезался в деревья, пилота бросило вперед, обрывая ремни. Катапульта наконец-то сработала, и пиропатроны взорвались, швыряя кресло прямо в огромный ствол дерева…

Раздался близкий взрыв. Флаер накренился. Макс испуганно открыл глаза. Пока он играл в эти глупые игры, их летательный аппарат, похоже, подбили. Он увидел прозрачный хрустальный шар, колдунью, надевающую на шею бусы, и тут же последовал жестокий удар, от которого его подбросило вверх. Ремни безопасности врезались в грудь и швырнули обратно на скамью. На мгновение Лис потерял сознание, а когда пришел в себя, то увидел, что лежит на траве.

Рядом стоял на коленях мрачный Грэг, озабоченно глядя на лежащую перед ним девушку. Лицо ее было бледным, высокая грудь вздымалась.

– Госпожа, очнитесь. Беда…

Грета открыла зеленые глаза и подняла голову.

– Что случилось? – прохрипела она и закашлялась.

– Флаер сбит. В живых из моих ребят осталось только трое. Пилот погиб. Мы на земле.

– Вор?

– Лежит рядом, с ним все нормально, только несколько ссадин.

– Хорошо. – Девушка закрыла глаза. – Дай мне пять минут, и я приду в себя.

– Тогда организую оборону, здесь хищного зверья много.

Макс попытался встать, но смог только сесть, недоуменно глядя по сторонам.

Они находились в лесу на большой поляне, на краю ее догорал флаер. Три долианца разошлись в разные стороны, сжимая в руках короткоствольные автоматы. Выглядели они неважно: из многочисленных порезов и ссадин сочилась кровь, наемники едва держались на ногах, мрачно и настороженно оглядывая опушку. Грэг все время вытирал кровь, текущую из разбитой брови, и хрипло дышал.

Грета лежала на спине, ее руки теребили бусы, которые снова поменяли ярко-изумрудный цвет на темно-зеленый. Лицо понемногу порозовело, она еще несколько раз глубоко вздохнула, потом перевернулась на живот и встала.

Лис невольно вздохнул – эта девушка снова поразила его. В ней не было и капли слабости, она могла дать фору любому мужчине – уж Максу точно. Лично он чувствовал себя совершенно разбитым, тело болело, внутри о стенки желудка билась тошнота, грозящая вырваться наружу.

Колдунья подала ему руку.

– Вставай, вор, у нас нет времени на отдых.

– Что случилось?

– У тебя память отшибло? Мы уничтожили три истребителя, но один из них сумел сбить флаер, на котором мы летели. Хорошо, что наш пилот – настоящий мастер воздушного боя, именно поэтому нас лишь зацепило взрывной волной. Но в нашем падении есть и свои плюсы.

– Какие?

– Нас теперь наверняка считают мертвыми. Ну, чертов губернатор, подожди, доберусь я до тебя!

– Вы же говорили, что можете убить его на любом расстоянии?

– Так и есть. Только удовольствие от этой смерти я смогу получить, лишь видя его глаза. Вставай и пошли!

– Куда?

– К людям. Нужно новое средство передвижения. Здесь недалеко, километрах в двадцати отсюда, есть небольшой поселок, если я правильно прочитала мысли одного из летчиков. Туда и пойдем.

– Госпожа…

– Да, Грэг. – Грета повернулась к наемнику. – Слушаю.

– Вы разрешите похоронить моих товарищей?

– Пусть их тела растащат звери. На месте падения флаера должны остаться кости, чтобы те, кто послал самолеты, убедились в нашей смерти.

– Неправильно это…

– Неправильно, когда души остаются рядом с местом гибели, а не возвращаются на родину. Тело – только одежда, которую мы носим.

– Вы поможете душам моих товарищей вернуться на родную планету?

– А вот сейчас ты говоришь правильно. Начерти круг примерно пять метров, и я проведу ритуал.

Наемник вытащил штык-нож и, аккуратно надрезая дерн, пошел по поляне, создавая более-менее ровный круг. Колдунья шла за ним и, что-то нашептывая, посыпала черную землю серым порошком. Видимо, ритуал был знаком наемникам, потому что они встали рядом с девушкой. Лис, повинуясь ее команде, сел на траву немного в стороне.

– Сейчас каждый из вас может попрощаться с друзьями, только говорите шепотом, чтобы не будить сущности этой земли.

Каждый из наемников что-то прошептал, потом бросил по горстке земли из круга. Макс смотрел на них и не понимал, почему эти взрослые, суровые люди ведут себя как дети? Какие души? Какой ритуал? Все это глупость! Даже если души могли летать, как бы они добрались до планеты, которая находится в сотне парсеков от этого места? Это невозможно!

Он поднял голову к серо-зеленому небу, на которое наползали темные тучи. Собирался дождь. Его только не хватало!.. И так от этой планеты у него мурашки бегут по коже, слишком много здесь такого, чему он не находит разумного объяснения. Макс лег на землю, чтобы не видеть самого ритуала, он почему-то вызвал у него страх. Рядом с лицом оказались фиолетовые цветы с множеством лепестков. Он понюхал – пахло неприятно, гниением. Трава тоже была другой, чем на его планете, – на листьях росли острые крючки, которыми легко можно было пораниться. Лежать на ней было неприятно.

Лис грустно усмехнулся, увидев, как колдунья прошептала что-то, всплеснула руками, и на этом прощание с мертвыми закончилось. Шар несколько раз вспыхнул ярко-оранжевым цветом.

– Они ушли, – вздохнув, сказала Грета. – У них нет к вам претензий. Даже меня простили, хоть и уходят недовольные тем, что я плохо их защищала. Правда, к Грэгу просьба.

– Какая? – удивился высокий долианец. – Что они от меня хотят?

– У тебя в правом кармане оберег. Кронк дал его тебе на время, а не навсегда.

Наемник помрачнел и вытащил из кармана небольшой черный мешочек на шнурке.

– Я его брал, когда заходил в храм.

– Он разрешает его пока оставить себе, но, когда вернешься на Доли, ты обязан отдать его сыну Кронка.

– Хорошо. – Грэг встал на колено, поднял оберег к небу и торжественно произнес: – Клянусь, что верну оберег твоему сыну, Кронк! Не сердись на меня!

Два других оставшихся в живых наемника серьезно смотрели на него, нисколько не сомневаясь в словах колдуньи. Макс не верил в различные ритуалы, но сейчас почувствовал, что, возможно, не прав и рядом существует что-то невероятное, страшное и непонятное… Кажется, он привыкает к магии и начинает верить. И немудрено, слишком много всего странного произошло с ним за последнее время.

Он видел в покинутом людьми храме странную трехглазую тень, которая едва не убила его, выпив энергию тела. Потом какое-то время находился в теле кармака – зверя, убивающего оборотней. А каких-то полчаса назад ощущал себя летчиками, управляющими истребителями, слышал их мысли, чувствовал педали под ногами и знал, как управлять самолетом.

Если это правда, то невероятная, а если галлюцинация, то она все еще продолжается. Так, может, это сон? Но почему он так реален?..

Грета встала.

– Пора идти.

– Госпожа, вам будет трудно: лес не самое лучшее место для прогулок.

– Мне всегда трудно, Грэг, – пожала плечами колдунья. – Физическая усталость все равно лучше той, что живет внутри меня.

– Простите, госпожа. – Наемник встал на колено. – Нас осталось мало, я прошу вас посмотреть в будущее. Мне нужно знать, кто из нас погибнет, а кто останется в живых.

– Зачем?

– Мы дали клятву защищать вас. Старейшины не простят мне, если я не смогу ее выполнить. Кроме того, когда смерть близка, мы всегда проводим перед боем ритуал прощания друг с другом.

– Я поняла. – Грета взяла в руку ожерелье и закрыла глаза. Кристаллы засветились изумрудным цветом. Так девушка простояла несколько мгновений и грустно усмехнулась: – Больше на этой планете никто из вас не умрет, хоть будет еще одно нападение. Что произойдет дальше, пока не знаю. Мы не дошли до следующего перекрестка, а значит, существует много путей и возможностей.

– Скажите, зачем мы таскаем с собой вора?

– Вы же знаете: он должен достать мне артефакт, я это видела и показывала вам.

– Может, посмотрите еще? – Долианец так и стоял на одном колене, два его товарища высились рядом. – Для нас это важно.

– Почему?

Максу было неприятно, что о нем говорят в третьем лице, хоть он и сидел в двух шагах.

– Вместе с ним пришла смерть. Возможно, он проклят, и проклятие затрагивает всех, кто находится рядом. Может быть, из-за того, что мы защищаем его, боги разгневались на нас.

– Хорошо, я посмотрю. – Колдунья снова взяла в руки камни, которые тут же засветились оранжевым цветом. Какое-то время она молчала, потом, не открывая глаз, тихо произнесла: – Проклятия на нем нет, и смерть не ищет его, но он действительно что-то несет в себе.

– Что?

– Мне это неизвестно.

– Как нам относиться к нему? Должны ли мы его защищать?

Грета снова закрыла глаза, голос ее неожиданно стал глухим и тяжелым:

– Без него мы погибнем.

– Почему?!

– Я не знаю, – развела руками колдунья. – Сама только что увидела. Нам лишь кажется, что мы выбираем дорогу, но это она выбирает нас.

– Что это значит?

– Мы взяли этого парня, считая, что он для нас будет таскать каштаны из огня, но возможно, это нас выбрали, чтобы мы вытащили его с захудалой планеты для чего-то, чего сами не понимаем.

– Не хотелось бы так думать.

– Мне тоже. Пока это пустые слова. Возможно, позже они наполнятся более внятным содержанием, а может быть, и нет. Идем, нам желательно до конца дня дойти до жилья.

– Вряд ли это получится, госпожа. День перевалил за половину.

– Мы должны попробовать.

Девушка решительно вошла в лес. Грэг подтолкнул Лиса:

– Вперед, вор! То, что мы говорили между собой, тебя не касается. Пока, как сказала госпожа, это просто слова, поэтому поворачивайся, иначе придется заночевать в лесу, наполненном хищниками и разными тварями, о которых нам мало что известно.

Макс посмотрел на небо. Небольшое голубое светило перевалило точку зенита и стало опускаться по серо-зеленому небу. Темные тучи уползали прочь, так и не разразившись дождем. Жары не было. Похоже, на этой планете всегда тепло. Насчет тварей наемник был прав: здесь водилось множество животных и растений. Это Лис знал из передач по визору. Многие из них были смертельно опасны для человека: одни имели ядовитую кожу, другие слюну, а третьи, кусая, впрыскивали в кровь нейротоксины.

Пока организм человека вырабатывал защиту, прошло немало времени. Только четвертое поколение колонистов получило устойчивое сопротивление к ядам и болезнетворным бактериям. Но для тех, кто оказался здесь впервые, смертельным было все. И так было на всех планетах. Всегда оказывалось, что там, где есть кислород, есть и жизнь – чужая, яростная, готовая уничтожить любого, кто оказывался с ней рядом.

Люди находили свои способы выжить. На планетах оборотней флора и фауна оказались настолько агрессивны, что для выживания пришлось менять генетическую структуру человека. Долианцы на своей планете сумели приспособиться, не меняя генотип, но со временем под воздействием высокой гравитации он изменился сам собой, и люди стали сильнее, мощнее, быстрее, научились видеть в темноте, потому что света на планету падало мало.

Сейчас люди забирались в глубь неизвестного леса с неизвестными животными и растениями, сами напрашиваясь на неприятности. Поэтому Макса удивляло, почему Грета идет впереди, не боясь чуждой природы.

Колдунья шла через лес, словно по ровной дорожке, проходя сквозь колючие кусты и высокие травы, так и норовившие заплести ноги, не обращая внимания на пронзительные крики птиц и рев зверей, от которых вздрагивали даже наемники.

Она пробиралась вперед, и сам лес, казалось, отодвигался от нее, словно признавая ее мощь. Настороженные, угрюмые долианцы шли рядом, держа оружие на изготовку, явно не ожидая ничего хорошего от планеты.

Макс грустно усмехнулся. Как он их ненавидел, когда они застрелили Умника! Но вот теперь и ненавидеть стало почти некого, от двадцати с лишним наемников осталось только трое. Если немного подождать, то мстить станет некому, смерть сама с ними со всеми разберется, только почему его это не радует?

Он остановился, уткнувшись в спину Грэга, наемник настороженно смотрел по сторонам. Вокруг сгустилась тьма, и не было видно ничего даже в паре шагов.

– Готовьте лагерь, – устало произнесла Грета. – Мы прошли меньше, чем я планировала, но дальше идти безрассудно, слишком много ночных хищников вышло на охоту.

– Плохое место, – произнес Грэг. – Здесь будет трудно себя защитить.

– Звери не так опасны, как люди и разные сущности, их можно отпугнуть. Не беспокойся, я поставлю защиту.

Колдунья вытащила из кармана небольшой стеклянный шарик, произнесла тихо заклинание, и он, разгоревшись слепящим белым светом, повис над ее головой. Девушка прошла по кругу, посыпая черную траву и синий мох серым порошком.

– Ни один зверь к нам и близко не подойдет, они не любят этого запаха. Принесите упавшее дерево, я разожгу костер.

Наемники притащили огромное сучковатое бревно, покрытое толстым слоем фиолетового мха, девушка бросила на него немного порошка, произнесла заклинание, и насквозь пропитанный влагой ствол запылал ярким пламенем.

Колдунья легла на землю, а наемники сели у огня, доставая из опустевших рюкзаков припасы. Максу сунули в руки армейский паек. Он разорвал упаковку и дернул красную ленточку, чтобы еда разогрелась.

– Госпожа, – произнес Грэг. – Ужин.

– Я не хочу есть, очень устала сегодня, дайте мне отдохнуть.

– Вы должны хоть что-то поесть. – В голосе долианца зазвучала тревога. – Мы все зависим от вас.

– У меня нет сил.

Наемник выругался, обвел мрачным взглядом сидящих вокруг огня товарищей и остановился на Лисе.

– Ешь, вор, сегодня ночью твоей обязанностью будет согревать госпожу своим телом.

– А если я откажусь?

– Тогда ты умрешь. Мы далеко не уйдем, если госпожа не отдохнет и не вернет себе силы. Без нее нам не выжить, и ты это должен понимать лучше нас, потому что был с ней в храме. Понял приказ?

– Я поем и лягу рядом с ней.

– Хорошо, надеюсь, это ей поможет.

– А почему никто из вас не хочет это сделать?

– Дело в нашей энергии. Она не подходит госпоже, мы давно это выяснили. – Грэг развел руками. – Наша планета изменила нас, мы отличаемся от остальных людей и продолжаем меняться. Ты – другое дело, тобой она может пользоваться.

– Ладно. – Макс доел паек и подошел к девушке, которая лежала неподвижно. – Уже ложусь.

Он вытянулся рядом и обнял Грету, рука его случайно попала на ее грудь, но он не испытал никакого возбуждения. Тело девушки было холодным, почти ледяным. Она не пошевелилась, но Лис вдруг почувствовал, что проваливается в темную пропасть, наполненную страхом и болью. Все его тело стало невыносимо тяжелым. Он вздохнул и вдруг понял, что у него и на дыхание не осталось сил. Он хотел закричать, но не смог. Ночь приняла его в свои объятья, холодные чужие звезды смотрели на него с темных небес, и где-то на далекой планете старый вор Хруст глядел в окно и ждал, когда он вернется…

Что-то больно кольнуло Макса в груди, и он проснулся. Наступал серый рассвет. На черную траву и синий мох выпала роса, и теперь она блестела холодными крупными каплями в слабом свете. Небо покрылось разводами темных туч. Деревья стояли вокруг мрачными исполинами, в их листве путался легкий ветерок. Пахло незнакомо, тревожно, от этого запаха поднимались волосы на затылке. Огонь погас.

Грета зашевелилась, перевернулась на спину и посмотрела на него своими зелеными глазами. Сейчас, в полумраке, они светились.

– Спасибо, вор.

– За что?

– За тепло и силу, которую ты мне дал в эту ночь.

– Силу? – Лис горько усмехнулся. – Я ничего тебе не давал, ты все взяла сама.

– Тем не менее… спасибо.

Колдунья встала и подошла к костру, прошептала несколько слов и протянула руку к обугленному стволу, он сразу загорелся. Почувствовав тепло, наемники зашевелились.

Грэг снова раздал всем пайки. Макс сел в стороне от других, не выходя из круга. Как бы плохо он ни относился к девушке, но признавал ее силу. Грета села у костра, открыла пластиковую коробку и стала есть. Высокий долианец присел рядом.

– Госпожа, какие неприятности нас ждут впереди?

– По-прежнему беспокоишься?

– Да, госпожа, нас осталось слишком мало для вашей защиты.

– Мы все доберемся до корабля, больше никто не будет ранен или убит. В поселке – в него мы попадем после обеда – нам дадут флаер, на нем доберемся до столицы. Там на нас нападут, вероятнее всего, оборотни. Так что у вас появится возможность немного пострелять.

– Тогда нам нужно оружие посерьезнее и хотя бы один бронированный костюм.

– Оружие найдем и все остальное тоже. А сейчас не мешай завтракать, я голодна.

– Да, госпожа. – Наемник отошел к своим людям и тихо сообщил все, что узнал. Долианцы повеселели. – Мы будем готовы через пять минут.

* * *

Из-за горизонта показался краешек красного, воспаленного светила. Похоже, оно было недовольно тем, что происходило внизу, на грешной планете. Гаур вздохнул. Минули сутки, как он начал обряд. Сил совсем не осталось; невыносимо болели руки и голова, скрипели суставы и подкашивались ноги.

Если бы он знал, что так будет тяжело, то подготовился бы основательнее: набрал больше учеников, установил удобную подставку у алтаря и хорошую защиту от проклятия мертвых. И главное, приготовил бы смену одежды и сделал хороший сток на алтаре, тогда не мешала бы засыхающая кровь. Но что толку говорить о том, что ушло в прошлое? Не успел, не подготовился, не знал. Опыт приобретаешь, только пройдя часть пути…

Сладкий приторный запах крови раздражал и мешал сосредоточиться, но только она сейчас спасала его от смерти. Верховный жрец отправил еще одного мертвого раба в яму и приложился к золотой чаше, в которую постоянно доливал багровую жидкость. Он выпил несколько глотков, и желудок в очередной раз бурно запротестовал.

Он должен продержаться. Обязательно! Иначе произойдет непоправимое. Гаур пошатнулся, его поддержали руки ученика. Немного их осталось, всего пятеро. Остальные предпочли умереть, отдать свои души кристаллу, изумрудный свет которого уже сиял так, что затмевал солнце. Его энергией можно было снести гору или вырыть огромный котлован, растопить ледник или перегородить реку, но вся она пойдет лишь на то, чтобы сделать бессмертным того, кто недостоин даже прожитых лет.

Гаур мрачно взглянул на императора. Тот дремал, держа на коленях молодую наложницу, которая согревала его тело, питала своей молодостью и силой, в то время как он, лучший маг этого мира, из последних сил в окровавленном балахоне пытался закончить обряд. Его руки едва держат нож, глаза словно засыпаны песком, ноги дрожат от усталости, в то время как Токур наслаждается жизнью…

Нельзя думать об этом. Он обязан закончить то, что начал.

К алтарю воины подвели новый десяток рабов. Верховный жрец поднял нож и взрезал грудь первому из них, вырвал очередное, еще бьющееся сердце, отбросил его в сторону, ногой нажав на рычаг, чтобы отправить тело в яму. Он обязан закончить, иначе умрут все.

Кровавое солнце смотрело на него из-за темного леса. Ветер нес запахи смерти и начинающего тления. Руки дрожат, глаза застилает пот, кровь бьется в висках.

Почему его до сих пор не остановили боги, неужели им тоже любопытно, чем все закончится?..

* * *

Как оторваться от слежки, если она осуществляется через видеокамеры, которых напичкано на улицах видимо-невидимо? Если в воздухе летают автоматические зонды, которые фиксируют происходящее на всех ярусах, а в темных небесах величественно проплывают многочисленные спутники, регистрирующие своими мощными камерами все, что происходит на земле? Делать вид, что наблюдения не существует? Но это же глупо! Спуститься под землю? Так там камер установлено еще больше, чем на земле, подземка кишит ими, как крысами. Дженг вздохнул и снова посмотрел по сторонам. И все-таки надо идти вниз – там больше возможности скрыться. В крайнем случае он спустится на пути и пойдет по туннелям. Вряд ли камеры поставлены там – слишком накладно, да и смысла в этом особого нет.

Приняв решение, волк побежал по улице. Вход в метро нашелся через пару кварталов рядом с надземной парковкой флаеров. Улицы были пусты: люди не ходили по тротуарам, предпочитая передвигаться на легких джамперах – одноместных летающих аппаратах, маломощных и тихоходных, но зато легких и компактных.

Даже входы в магазины переместились на крыши. Бегущий по асфальту человек подозрителен, но что делать, если он так плохо подготовился, да еще засветился в космопорте? Дженг добрался до станции, спустился вниз по широкой мраморной лестнице, проскочил огромный вестибюль и купил билет в автоматической кассе.

Видеокамеры здесь были установлены так плотно, что практически не оставалось ни одного слепого промежутка, в котором он смог бы исчезнуть. Платформа пуста – ни одного человека, желающего прокатиться на поезде. Похоже, он снова сделал ошибку и в очередной раз привлек к себе внимание. Волк выругался и посмотрел на табло: до прибытия поезда осталось чуть больше десяти минут. И это понятно – подземкой почти никто не пользуется.

Многое произошло на земле за те десять лет, что он здесь не был. У всех людей, которых он видел, на руках появились коммуникаторы последнего поколения, играющие роль универсального гаджета. Активируемые через кожный рисунок, они являлись ключом для жилища и летательного аппарата, средством связи, входа в универсальную информационную сеть, удостоверением личности, банковской карточкой и многим другим. А вот у Дженга его нет, что тоже выглядит подозрительно. Впрочем, по коммуникатору легко отследить любого человека, так что в его случае это неплохо.

Подкатил поезд, людей в нем было немного, все они казались усталыми и изможденными. Метро – транспорт для бедных, для тех, кто не может приобрести скоростной флаер, джампер. Здесь волк снова почувствовал, что за ним наблюдают. Подняв голову, увидел, что камеры установлены и в вагоне.

А на следующей станции добавились настоящие шпики. Люди вошли в вагон небольшой группой, и Дженг сразу почуял запах ружейной смазки. Агенты заняли места у выходов, делая вид, что не смотрят в его сторону, но он-то чувствовал их напряженное внимание к себе…

Волк вышел на следующей станции и перешел на поезд, идущий в другом направлении. Агенты последовали за ним, и он почти физически почувствовал, как кольцо вокруг него сжимается.

На платформе к трем шпикам добавились еще два. Ждать дальше было бессмысленно: увеличение числа людей с оружием явно говорило о том, что они готовятся к задержанию. Дженг вышел на очередной платформе, выхватил у какого-то усталого работяги куртку, спрыгнул на пути и побежал в темный туннель. По крикам за спиной он понял, что его маневр не остался незамеченным, но за ним никто не последовал – агенты испугались попасть под поезд, который несся прямо на него, пронзительно гудя. Дженг едва успел заскочить в небольшую нишу, которую наметил для себя заранее, и стал спешно лепить новый облик. Поменял цвет волос, сетчатку глаз, изменил нос, скулы и подбородок, добавил морщин, и через пару минут из ниши вместо торговца вышел пожилой рабочий. Агенты уже неслись к нему, поэтому пришлось снова бежать.

Как он и ожидал, в середине перегона обнаружилась небольшая металлическая дверь для обслуживающего персонала. Замок оказался непростым, пришлось повозиться, прежде чем тот открылся – благо инструменты для взлома Дженг всегда носил при себе. Волк захлопнул за собой дверь и оказался в небольшом шлюзе; металлическая лестница уходила высоко вверх – вероятнее всего, на поверхность. Он нарастил мышцы на руках и ногах и стал подниматься. В конце его ждал закрытый люк, но защелка разболталась, и волк смог, отрастив тонкий коготь, поддеть ее. Подняв тяжелый металлический блин, он выбрался в пустынный двор многоэтажного дома.

Здесь, прячась за деревьями от камер, Дженг выбросил рабочую куртку, переоделся в серый комбинезон, добавил голубизны в глаза и увеличил рост.

Это было самым сложным. Никто из оборотней не мог менять свое телосложение, удлинять или делать себя короче, потому что кости почти не менялись при перевертывании.

Только трое выживших перевертышей после генетического эксперимента умели это. Правда, способности были у всех разные. У одного получалось что-то одно, у другого – иное. Кодр, например, мог летать, выращивая крылья из кожи. Правда, настоящим полетом это было трудно назвать.

Бром мог имитировать любого человека, которого видел хотя бы один раз, Дженг – усиливать структуру тела: выращивать мышцы, хрящи и кости, имитировать людей, хоть не так успешно, как его товарищи.

Волк вышел из двора на хорошо освещенную улицу и зашагал по ней, сутулясь и прихрамывая, больше не чувствуя на себе пристальных взглядов. Кажется, уловка удалась, и он сумел освободиться от наблюдения. Убедившись в этом, он пошел быстрее и увереннее. Улицы становились менее освещенными, а флаеры уже не застилали ночное небо, как в центре. Видеокамер стало меньше, потом они исчезли совсем. Дженг все глубже заходил в рабочие кварталы, и здесь их разбивали все кому не лень. Скоро успокоившись, он побежал по полутемным улицам, но когда завернул в небольшой переулок, пришлось остановиться.

Пятеро подростков преградили путь, не давая двигаться дальше, и потребовали деньги, угрожая полицейским парализатором. Когда Дженг попробовал объяснить, что у него ничего нет и вообще он здесь находится случайно, в него выстрелили. Жуткая боль сковала все члены. Парни полезли к нему в карман, но не найдя ничего, заглянули в сумку. Дженг беспомощно смотрел, как его грабят, приходя во все большую ярость. Когда он уже не смог сдерживаться, у него началось неконтролируемое превращение, и через минуту с земли вместо человека поднялся огромный черный волк с оскаленными огромными клыками.

В него снова выстрелили из парализатора, но на его звериную ипостась парализующие заряды не подействовали, поэтому стрелявшему пришлось плохо. Дженг оторвал парню голову одним мощным ударом. Два других посообразительнее рванули в темный двор, но волк догнал их и разорвал, а потом, вернувшись, добил остальных.

Запах крови затуманил мозг, и Дженг стал рвать горячее сочное мясо. Когда он наелся, взял зубами сумку, в которой лежали два запасных комбинезона, обувь, кредитные карточки и несколько наборов документов на разные случаи жизни, и побежал во двор. Зверь ему почти не подчинялся, возможно, потому, что еще не прошли последствия выстрела из парализатора. Мышцы тряслись мелкой дрожью, а вой рвался из груди. Требовалось переждать и успокоиться, тогда удастся снова обернуться в человека.

Он заполз под небольшой навес, надеясь, что здесь его не заметит пролетающий полицейский зонд, и стал ждать, тихо рыча от злости. Великолепный план, придуманный наставниками, летел к черту, а ведь на него поработало немало людей и оборотней, да и денег вложено немало. И все из-за каких-то молодых кретинов, которые сейчас перевариваются в его желудке!

Дженг вздохнул и закрыл глаза. Он должен расслабиться, и тогда, когда схлынет адреналин и исчезнет боль в мышцах, его тело снова перевернется в человека.

Глава десятая

Макс с трудом доел завтрак. Синтетическая еда ему никогда не нравилась, а они уже третий день питались лишь армейскими пайками.

Чувствовал он себя отвратительно, так как плохо спал этой ночью. Снились жуткие кошмары, после которых внутри осталось ощущение дикого страха и какой-то невосполнимой потери. Долианцы сидели возле костра, завтракали, шутили, а вот Грета, как и Лис, выглядела неважно: круги под глазами, лицо бледное и усталое – похоже, и ее мучили плохие сны.

– Подъем! – Она выбросила пакет, который тут же подобрал один из наемников и уложил в вырытую для мусора ямку, решительно встала и зашагала к зарослям. – Пора двигаться дальше.

Грэг поднял Макса и подтолкнул вперед.

– Не отставай, без нашей защиты ты погибнешь.

– От вас самих защита небольшая, сами все больше к госпоже липнете, – съязвил Лис и тут же заработал затрещину. – Защитники!..

– Я бы с удовольствием поучил тебя разуму, но госпожа не разрешает, так что прикуси язык – дольше проживешь, – пробурчал наемник. – Может быть, мы тебе не кажемся хорошими бойцами, но не забывай, что, защищая госпожу и тебя, вор, многие из моих товарищей погибли.

– Это на вас нападают все, кому не лень. Но это ваша война, а не моя. Я никому не нужен. – Лис мрачно зашагал за поредевшей командой наемников. – Без вас я бы спокойно жил на своей маленькой планете, чувствовал себя великолепно, и мне бы не требовалась ничья защита.

– Думай, что хочешь, вор, только не отставай и поменьше болтай языком. Поверь, смерть по-прежнему с нами рядом, – бросил Грэг через плечо.

Макс догнал девушку и пошел в паре шагов от нее. Спорить не хотелось. Он и сам понимал, что глупо злить человека, который может тебя убить одним ударом.

Голубое светило не спеша вскарабкалось на небо, и все изменилось. Стало теплее, трава под ногами высохла, пронзительные крики ночных птиц смолкли. Грета резко свернула и двинулась прямо сквозь колючий кустарник. Когда пробились через заросли, перед ними открылась дорога, выложенная серыми каменными плитами.

– Что это? – удивленно спросил Макс. – Откуда это здесь?

– Разумные существа жили на этой планете и до людей, – пожала плечами девушка. – И еще неизвестно, кто из нас более разумен: мы или они. Думаю, если нам бы пришлось с ними соревноваться, то проиграли бы по всем статьям. Древние применяли магию там, где мы используем технологию, и тратили на создание нужных вещей гораздо меньше сил. Мы без машин ничего собой не представляем, а они без оружия выживали там, где нам не удалось прожить бы и минуты. Нам повезло, что мы пришли сюда, когда древние уже исчезли.

– А что с ними случилось?

– Большая магическая война. – Грета вздохнула. – Они призвали сущностей, которых не смогли контролировать, и те уничтожили всех.

– Откуда вы знаете?

– Рассказал хозяин храма. Кстати, эта дорога ведет к нему.

– Так мы возвращаемся?

– Нет, просто по ровной поверхности легче идти. – И девушка быстро зашагала вперед.

Они прошли километров десять по тракту, потом колдунья свернула на грунтовку, уводящую в сторону. Дорога уже поросла мелкой фиолетовой травой, видно было, что проселком пользовались редко, не чаще раза в год. Впрочем, это и понятно: в век флаеров мало кто пользуется колесным транспортом, обычно только тогда, когда требуется доставить тяжелые грузы.

Здесь Грета подозвала к себе Грэга.

– Эта дорога ведет к поселку, до него осталось чуть меньше километра. Нас здесь не ждут, но охрана имеется. Лучше всего, если ты пошлешь своих солдат вперед, пусть разберутся с теми, кто захочет по нам пострелять.

– Это дело! – Наемники повеселели, и двое бегом устремились вперед, радуясь, что для них нашлось занятие. – Мы быстро.

Грэг мрачно посмотрел им вслед.

– Мало нас осталось, госпожа. Старейшины не простят мне таких потерь.

– Не беспокойся. Я заплачу, сколько нужно, за каждого убитого и немного добавлю сверху.

– Я беспокоюсь о вашей безопасности. Чтобы обеспечить ее, мне нужны воины.

– Доберемся до корабля и свяжешься с родной планетой. Думаю, старейшины войдут в твое положение, а в ближайшем будущем я не жду неприятностей.

– А раньше ожидали? – спросил Макс, сам не понимая, почему его черт дернул за язык. – Просто любопытно: почему, зная о том, что впереди нас не ждет ничего хорошего, мы шли именно туда?

– Будущее не так просто, как тебе кажется. – Грета вытерла пот со лба и хмуро посмотрела на злое светило, повисшее в зените серо-зеленого неба. Становилось жарко, у Макса самого хлюпало в сапогах. – Когда воины идут в бой, разве они не знают о том, что их могут убить?

– Они надеются выжить, иначе бы никто с места не сдвинулся.

– Не говори о том, чего не знаешь, вор! – фыркнул Грэг. – Любой из долианцев готов умереть. Главное, ради чего?

– И ради чего имеет смысл умирать?

– Ради награды, – вздохнул наемник. – Семьи получат компенсацию, и ее будет достаточно, чтобы выжить их детям, а ты разве воровал не ради денег?

– Я не знал своего будущего, а вот вашей госпоже известно, кто и когда умрет. Так?

– Нет, вор. – Девушка остановилась и посмотрела на него. – Иногда я действительно могу это сказать, но чаще всего будущее имеет несколько вариантов.

– Так вы не знали, что они умрут?

– Знала и сообщила старейшинам, что из тех людей, кого они отправят со мной, обратно вернутся немногие. – Колдунья пожала плечами. – Они обдумали мои слова и решили, что если будет выплачена компенсация, это приемлемо. Люди Грэга знали, что большинство из них погибнет, но шли за мной.

– Не понимаю.

– Что тебе непонятно, вор? – Грета достала из кармана маленькую керамическую фляжку и сделала глоток из нее. Через небольшое время ее лицо порозовело, и она бодро зашагала вперед по проселочной дороге, уходящей к пыльному горизонту. – Если я скажу, например, что тебя через пару дней ждет смерть, что ты сделаешь?

Макс задумался.

– Ничего. Вы же не дадите мне сбежать и изменить свою судьбу?

– Конечно нет. Но тогда получается, что, идя с нами, ты знаешь, что движешься к смерти?

– Не по собственному желанию.

– Какая разница? Главное, что идешь. Мог бы лечь на землю, и тогда тебя бы понесли наемники, избивая через каждые десять метров. Но имеет ли смысл терпеть боль, если впереди тебя все равно ждет смерть? Мне известно, когда и где умру, только я не знаю, что делать с этим знанием? Что бы ты мне предложил: закрыться и не выходить из дома? А может, вырыть глубокий бункер и спрятаться там?

– Я не знаю.

– Мы все умрем, никто не живет вечно, но я постараюсь за то время, что мне отпущено, сделать как можно больше. А ты?

– А я просто хочу выжить.

– Но ты же все равно умрешь. Человек рождается и знает, что умрет, но разве это хоть что-то меняет?..

Дорога вывела их к огромному карьеру, огороженному колючей проволокой. Сразу за ним начинался небольшой рабочий поселок, выстроенный примерно из полусотни сборных домов. На центральную площадь наемники уже согнали десятка три обезоруженных охранников, рядом с ними стоял огромный мужчина в рабочем комбинезоне. К нему и направилась Грета.

– Мне нужен флаер, – сказала она. – Я знаю, что он у вас есть.

– Он нам самим нужен. – Великан с неудовольствием разглядывал девушку. – Это единственный транспорт, который соединяет нас с цивилизацией.

– Я возьму ваш летательный аппарат в любом случае, это не обсуждается.

– Тогда о чем мы говорим?

– О том, что вы хотите получить за него?

– Я не могу вам его отдать, без него мы погибнем. Деньги нам не помогут, если будет нечем питаться.

– Мы все равно его заберем, но если вы хотите, чтобы он к вам вернулся, пошлите с нами своего пилота.

– Триста монет, и я полечу сам.

– Вот это уже деловой разговор. – Колдунья махнула долианцам, и те убрали оружие. – Мы торопимся, так что идем к машине.

– Немедленно отправляйтесь на свои рабочие места! – заорал мужчина охране. – Еще не хватало, чтобы из леса какое-нибудь зверье вылезло. Я ненадолго, часа на три, так что не расслабляйтесь.

Они двинулись к крайним домам, где на небольшой площадке стоял десятиместный флаер.

– Я сам поведу, – произнес мужчина. – Это моя машина.

Он остановился, когда на его плечо опустилась тяжелая рука Грэга.

– У меня свой пилот, человек. И веди себя тихо. Ты жив только потому, что госпожа не любит убивать.

Мужчина хоть и был огромен, но рядом с долианцами чувствовал себя неуютно – те были выше и явно сильнее. Он хотел еще что-то сказать, но Грэг сжал ему плечо, и великан сморщился от боли.

– Я не хочу слушать те глупости, которые ты сейчас начнешь говорить, – прошипел наемник. – Веди себя тихо или умрешь. У меня плохое настроение. Понял?

Мужчина побледнел и сел на сиденье.

Один из долианцев вошел в кабину, следом – Грета, остальные разместились в салоне. Летательный аппарат был пассажирским, с иллюминаторами обзора, что очень не понравилось Грэгу. Но когда он обнаружил, что часть из них открывается и их можно использовать как бойницы, успокоился и сел в кресло.

– Куда вам нужно? – спросил мужчина. – Я знаю об этой планете все.

На удивление Макса наемник ответил вполне миролюбиво:

– В вашу столицу.

– А… – сразу успокоился великан. – Так вы не местные?

– Замечательный вывод! – фыркнул Грэг. – Я что, похож на кого-то из людей с этой планеты или кто-то из моих парней тебе напоминает обычного человека?

– Нет, конечно, но и у нас хватает богатых чудиков, которые нанимают себе в охрану инопланетян, бывает, даже оборотней…

– Оборотней? – сразу насторожился наемник. – И много их у вас?

– Около двадцати.

– А ваши богачи разве не знают, что это запрещено?

– Законы издает империя, но она далеко. А в наших богом забытых местах мы сами решаем свои проблемы.

– Понятно, тогда мы немного поработали на закон на вашей планете, – усмехнулся долианец. – Оборотни как бы это помягче сказать… большей частью расторгли свой контракт, из двадцати осталось лишь пятеро, по моим подсчетам.

– Интересно. – Мужчина с прищуром посмотрел на наемника. – Я слышал разное про вашу расу. Говорили о том, что вы умны и сильны, но еще никто не говорил, что вы быстрее оборотней.

Флаер рывком поднялся в небо и резко рванул к лесу.

– Все зависит от обстоятельств, в которых нам приходится встречаться. – Грэг поудобнее откинулся на спинку кресла. – Оружием мы владеем лучше, а в ближнем бою сильнее они за счет когтей и клыков.

– Понятно. – Великан покивал головой. – То есть вы примерно равны по силе с перевертышами?

– Не совсем так, – поморщился наемник. – У оборотней пять кланов, и каждый из них обладает своим набором возможностей. Мы сильнее барсов и гиен, но проигрываем медведям и тиграм.

– Вы забыли еще один клан.

– Клан Волка? – Грэг закрыл глаза. – В открытом бою мы их победим, но обычно они нападают из засады, поэтому трудно сказать, кто из нас сильнее. Понятно?

– Вполне. Сколько стоят ваши услуги?

– Довольно дорого, – усмехнулся долианец. – Наши расценки есть в информационной сети.

– Мне понравилось, как вы легко обезоружили моих охранников. – Мужчина улыбнулся. – Возможно, мой работодатель, когда узнает об этом, захочет заключить с вами контракт.

– Это пожалуйста, пусть свяжется с нашими старейшинами, думаю, ответ будет положительным.

Максу захотелось спать, напряжение последних дней давало о себе знать, да и после ночи, проведенной рядом с Гретой, он чувствовал себя разбитым и опустошенным. Он закрыл глаза, и его тут же понесло куда-то в серебристую темноту, в которой пахло страхом и болью.

Проснулся он, когда флаер приземлился, резко стукнувшись о землю. Лис открыл глаза и увидел знакомую стоянку около резиденции губернатора. Колдунья вышла из кабины пилота.

– Идем, вор, проведаем нашего старого друга губернатора. А то он наверняка нас заждался…

– Я бы лучше поспал.

– Ты же сам напросился на это представление. Этот человек хотел нас убить, и желание у него до сих пор не прошло. Выбор у нас небольшой: оставить его в живых, что неразумно, или убить, как я ему обещала.

Макс неохотно приподнялся из кресла и недоуменно уставился на великана, которого они взяли в рабочем поселке: тот сидел в кресле связанный и с кляпом во рту. Заметив его взгляд, Грэг усмехнулся:

– Достал он меня своей болтовней, пришлось стреножить. Госпожа, вам нужна моя помощь?

– Да, придется сражаться. – Грета спустилась по трапу. – Отпусти этого человека, дай ему денег и пусть летит к своим рабочим.

– Конечно, госпожа.

Долианец снял путы, бросил деньги на колени мужчине и тихо произнес:

– Советую убраться отсюда как можно быстрее. Конечно, если хочешь жить.

Мужчина молча вскочил и скрылся в кабине пилота. После того как все вышли, флаер взлетел в воздух и уже через несколько секунд превратился в черную точку на горизонте.

Группа неспешно подошла к воротам и будке, в которой сидел охранник. Увидев колдунью, он побледнел и стал нажимать кнопки, одна из них открыла ворота, другая вызвала охрану.

Из здания выскочили охранники, но, увидев Грету, сделали несколько беспорядочных выстрелов в воздух и исчезли. В самом здании группу никто уже не встречал, а вот на этаже, где находился кабинет губернатора, ожидал сюрприз – два боевых робота. Едва открылась дверь лифта, они начали стрелять. Грэг отбросил девушку в сторону за угол, следом туда же полетел и Лис, а уже потом рядом приземлился наемник. Пулеметы стихли, послышался шелест гусениц по полу.

– Зря я не взял оружие у охранников, сейчас бы не помешала небольшая ракетная установка. Кстати, роботы движутся к нам, надо бы что-нибудь предпринять.

– Уже работаю. – Колдунья сморщилась от боли. – Кстати, в следующий раз постарайся бросать меня аккуратнее.

– Извините, госпожа, но для меня появление этих железок стало неприятной неожиданностью.

– Ладно, прощаю, я и сама этого не ожидала. – Грета закрыла глаза, взяла в руки ожерелье, которое ярко засветилось изумрудным светом, и что-то прошептала. – Настроилась на людей и не подумала, что можно выпустить против нас машины. Все, можно идти дальше.

Грэг выглянул из-за угла и покивал головой.

– Стоят оба в паре шагов от нас. Точно не двинутся?

– Нет. – Девушка встала. – У них перегорели управляющие схемы, пока их не заменят, это обычные железки.

– Мне бы такое уметь, тогда бы вы меня не поймали, – пробормотал Макс. – Не научите?

– Это не школьное знание, которому можно научиться.

– Тогда можно еще вопрос? Неужели вы не видели в будущем этих роботов и свое падение на пол?

– О господи! – вздохнула Грета. – Я же не могу смотреть каждое мгновение своей будущей жизни. На это требуется столько же времени, сколько просто их прожить, глупо это, да и скучно.

Лис обошел роботов, которые замерли рядом с их убежищем. Если бы девушка промедлила, они, вероятнее всего, были бы уже мертвы.

Вошли в приемную. Женщина-секретарь, увидев их, побелела, не дожидаясь приказа, забормотала что-то в коммуникатор, потом откинулась на спинку кресла и сползла в обмороке.

– Вас здесь любят, – заметил Макс. – И ждут.

– Если судить по боевым роботам, то да. Что ж, меньше придется говорить.

Втроем вошли в кабинет. Губернатор сидел на своем кресле и дрожал мелкой дрожью. В руках он держал небольшой короткоствольный автомат.

– Я предупреждала тебя, что не стоит на меня устраивать покушений? – спросила Грета, не обращая внимания на оружие. Грэг сделал шаг в сторону, вытащил пистолет и взял на прицел толстяка. – Говорила, что убью?

– Вы не можете мне ничего сделать, меня назначил император!

– Ясно, – вздохнула колдунья. – Ты, похоже, так ничего и не понял…

Она подняла вверх раскрытую ладонь.

– Я бы могла убить тебя там, где на нас напали твои летчики, но тогда бы не увидела твое лицо перед смертью.

Грета сжала руку в кулак. Лицо губернатора побледнело. Потом посинело. Автомат с громким металлическим стуком упал на дорогой ковер. Он откинулся назад и схватился за горло.

– Ты думал, что ты главное лицо на этой планете и даже Бог оберегает тебя? Так вот ты ошибся. Есть светская власть, а есть магическая. Никогда не стоит обижать магов, потому что ни одно оружие, ни одна крепость не спасут от их мести. Прощай, глупец!

Девушка развернулась и пошла к двери. Лис растерянно смотрел на тело, которое, содрогаясь в конвульсиях, упало на мягкий толстый ковер.

– Думаю, о нем мало кто всплакнет.

– Ты прав. Есть люди, после смерти которых плачет Вселенная, и эта потеря невосполнима. И есть те, чью смерть никто не замечает: был человек и нет его, словно и не было никогда.

* * *

Звезды высветились на темном небосклоне – самые яркие из них и самые блестящие были явно искусственного происхождения: спутники, боевые и пассажирские орбитальные станции, туристические капсулы для любителей провести неделю в космосе при пониженной гравитации.

Потом выползла Луна – главный спутник Земли, первый бастион ее многоступенчатой обороны и центр промышленной добычи гелия-три.

Дженг вздохнул, в груди что-то забулькало, что-то подступило к горлу, и он, морщась, стал выплевывать остатки тканей и металлические предметы – все остальное, слава Великому Волку, успешно переваривалось. Он еще раз посмотрел на очередной спутник связи, промелькнувший над головой.

Эх, ему бы сейчас коммуникатор – из тех, что он видел на руках прохожих, тогда бы удалось предупредить о неплановой задержке.

Волк горько сплюнул, и вместе со слизью из пасти вылетело три небольших коммуникатора. Попробовать связаться?.. Дженг попытался поднять лапой одну из коробочек и поднес к глазам. Она была вполне работоспособна, индикатор горел зеленым огоньком, но аппарат его не признавал, поэтому не включался. Неожиданно над головой Дженг услышал звук двигателя приближающегося флаера и попятился назад в темноту. Машина опустилась на улице, и он услышал человеческие голоса.

– Поступил сигнал, что здесь бесновалась какая-то странная тварь. И, как сказали, она точно прибыла из космоса.

– Похоже, кто-то насмотрелся визора, и теперь ему всюду мерещатся космические монстры.

– Вероятнее всего. Но шефу позвонили из разведки и потребовали расследовать со всей тщательностью. Якобы пролетающий спутник тоже заметил на земле нечто странное.

– А этим-то что привиделось? Инопланетяне с бластерами? Пьяные гоблины?

– Наше дело маленькое – приказали, значит, посмотрим. Глянь-ка, что там такое? Откуда здесь лужа? Дождя не было, считай, дней восемь.

– Похоже на кровь… Господи! Что это?!

Дженг услышал рвотные звуки.

– Смотри, вот еще пятна крови! А вот и тела!.. Кстати, погрызены…

И снова кого-то вырвало.

– Ты думаешь, их порвала какая-то инопланетная тварь?

– Нам платят не за предположения, а за устранение всякой мерзости. Но, думаю, лучше всего достать оружие и сообщить диспетчеру.

– Хорошо еще бы и помощь запросить.

– Конечно, не стоит нам самим здесь отдуваться, пусть высылают спецназ.

Дженг отполз еще на пару шагов. Ситуация с каждым мгновением становилась все хуже. Нужно что-то делать, но что?!

Он быстро перебежал по асфальту, по-прежнему скрываясь в тени, при этом продолжая слушать, о чем говорят полицейские.

– Смотри, здесь еще целая лужа! А это что?.. Парализатор? Проверь номер по картотеке – возможно, один из наших. Так… вот коммуникаторы. Фу! Какая мерзость!.. По коду можно выяснить, кто ими владел… Ясно. Вызывай экспертов, дальше не наша работа. Пусть сами разбираются, открывают дело об убийстве.

– Ты хотел сказать о пожирании?

– Это не нам решать, мы патрульные, а не детективы.

– А куда делась эта тварь?

– Откуда я знаю? Следов больше нет. Не на крышу же она залезла?

– А вдруг? Кто их знает этих тварей?

– Давай сядем во флаер и осмотрим крышу. Экспертов вызвал?

– Через пятнадцать минут будут.

– Вот и отлично. В нашей работе главное – на себя много не брать и соблюдать протокол, для всего остального есть начальство, пусть оно разбирается.

– Да что же это за тварь, неужели и в самом деле из космоса?

– Полетели, сверху осмотрим, может, что и заметим…

Полицейские сели во флаер, аппарат стал подниматься к верхушке небоскреба. Надо отсюда сматываться, решил Дженг. Смысла оборачиваться сейчас в человека нет – он медленнее, и рефлексы у него другие, к тому же видит плохо и не различает большинства запахов. Черный волк прокрался по двору, потом рванул со всей возможной скоростью по улице, стараясь двигаться так, чтобы его не заметили с зависшего над крышей флаера.

* * *

Они вышли в коридор.

– Госпожа! – обратился к девушке Грэг. – Мне по-прежнему нужно оружие, чтобы вас защищать. Вы же видите, на нас постоянно нападают. Не думаю, что со смертью губернатора все закончится.

– Хорошо. – Грета остановилась. – У меня есть идея.

Она подошла к секретарю. Женщина была бледна, ее губы тряслись. Заметив, что страшные пришельцы возвращаются, она едва снова не упала в обморок.

– Спокойно, милая, мы не причиним тебе зла, – тихо произнесла колдунья. – Мне нужен военный флаер, вы не могли бы мне помочь?

Женщина кивнула и трясущейся рукой набрала номер.

– Командующий?.. – Она сумела совладать с голосом и заговорила довольно уверенно. – Это секретарь губернатора. Шефу срочно нужен один из ваших флаеров с полным вооружением. Немедленно! Да, он знает, что тот, который вы ему давали до этого, уничтожен и что вы нашли его обломки вместе с трупами и интересующей губернатора особы там не оказалось. Как знает и о том, что у вас похитили два флаера, которые вы сами же расстреляли. Командующий, не советую вам спорить, он не в том настроении сегодня. Да, как и в прошлый раз, не позже чем через десять минут.

Женщина положила трубку.

– Флаер прилетит. – Она помолчала, потом робко спросила: – Вы меня не убьете?

– К вам у меня претензий нет.

– Но… – женщина снова побледнела, – губернатор мертв. Что мне отвечать? Меня же обязательно будут допрашивать…

– Расскажите все, как было. Думаю, этого достаточно для того, чтобы вас оправдать.

Трое прошли к лифту, спустились вниз и вышли в пустой холл.

– Ты доволен, Грэг? – спросила колдунья, показав на темную точку в небе. – Уже летит. Даже быстрее, чем в прошлый раз.

– Это как раз то, что надо. Если только военные снова не решат на нас напасть. Возможно, губернатор отдал приказ, о котором мы ничего не знаем.

– Я заглянула в его мозг, когда он умирал. Там был только страх. Если бы что-то затевал, это так или иначе проявилось бы. – Грета закрыла глаза, потом озадаченно произнесла: – Но ты прав, осторожность не помешает. Опасность! Это не военный флаер… в нем оборотни!

– Назад! – Грэг затолкал всех обратно в вестибюль, и вовремя. Летательный аппарат завис над дворцом губернатора и выпустил две ракеты, которые разорвались у входа.

Взрывной волной Макса бросило вместе с колдуньей на мраморный пол, Грэг с трудом удержался на ногах.

– Что делать, госпожа? У меня нет оружия, чтобы его сбить.

– Оружие должно быть, это же дворец губернатора. – Колдунья на секунду прикрыла глаза и показала рукой на неприметную дверь в углу вестибюля: – Там находится охрана. Они ждут, когда мы уйдем, и у них есть то, что тебе нужно. Вор, не отставай!

Грета распахнула дверь, ожерелье на ее шее засветилось, и офицер, уже знакомый Максу по прошлому визиту, упал на колени, хватаясь за горло. Девушка наклонилась над ним, бесстрастно глядя, как тот пытается вытащить пистолет из кобуры, скребя непослушными пальцами по жесткой кобуре.

– Мне нужно оружие, которым можно сбить флаер. Оно у вас имеется? Отвечай или умрешь.

– Есть, – прохрипел страж. – Вам следует спуститься на уровень ниже, оружейная находится там.

– Ключ?

Офицер, морщась от боли, вытащил связку.

– Веди нас.

Грэг рывком поднял офицера, и тот пошел впереди, потирая шею, криком предупреждая выскакивающих из комнат охранников о том, что не стоит ничего предпринимать. Впрочем, стражи и сами не рвались вперед. Узнав колдунью, они просто прижимались к стенам узкого коридора, ведущего к стальным дверям оружейной комнаты.

Оружия оказалось много, нашлось даже несколько бронированных костюмов. Грэг попробовал натянуть самый большой из них, но отбросил с досадой в сторону – тот для него был слишком мал. Пришлось при выборе оружия руководствоваться только собственной силой, а не сервомоторами брони. Долианец взял переносную ракетную установку и две мощные снайперские винтовки, повесил на плечо три автомата. Посмотрев на Макса, сунул ему запасные магазины:

– Неси! Жаль, что не могу тебе доверить ничего другого. Госпожа, можно идти.

Девушка провела рукой, офицер упал на пол, и они вышли из оружейной комнаты. Охранники, не дожидаясь, пока Грета применит к ним свою силу, вставали на колени, закрывая затылок руками.

Трое прошли мимо них и вышли в вестибюль.

Флаер завис над площадкой, его пулеметы стреляли по долианцам, которые, перебегая от машины к машине, отвечали из автоматов. Грэг поднял ракетную установку, поймал летательный аппарат в перекрестие прицела и, услышав писк автоматики, нажал на спусковой крючок.

Ракета вылетела, потом еще одна, и горящие обломки флаера полетели к земле. Наемники подбежали к госпоже, разобрали винтовки и автоматы, заодно избавив Макса от патронов, стали настороженно смотреть в небо, на котором появилась еще одна темная точка.

– Флаер, госпожа, – сказал Грэг, поднимая ракетную установку. – Прикажете сбить?

– Подожди. – Грета закрыла глаза, потом отрицательно покачала головой. – На этот раз тот, который мы ждали. Не стрелять!

Грэг с облегчением выдохнул. Флаер медленно опустился на стоянке, из него выскочил уже знакомый им летчик.

– Передаю согласно приказу. – Он мрачно отдал честь. – Заправлен под завязку, полный боезапас, вооружение проверено. Какие будут указания?

– Свободен, солдат, – улыбнулась Грета. – Дальше мы сами. Грэг, дай ему денег, пусть зайдет в бар и выпьет за наше здоровье.

Долианец протянул пару крупных имперских кредиток:

– Это за хлопоты.

Пилот взял деньги и отдал честь:

– Рад стараться!

Колдунья огляделась по сторонам. Светило спускалось к горизонту. Вокруг высились серые безликие небоскребы из бетона, стали и стекла. На площади перед резиденцией бил в небо фонтан, редкие прохожие вышагивали по улицам. Ветер нес запахи камня, пластика и гари.

– Не нравится мне здесь, пора домой.

Макс вздохнул. Обычная планета, на которую он больше, вероятнее всего, никогда в жизни не попадет. Но здесь он изменился и больше никогда не станет прежним. Серебряная сфера до сих пор находится в нем, стоит только закрыть глаза, чтобы ее увидеть. Этого не может быть, но есть. Он снова тяжело вздохнул и направился к флаеру, поймав на себе странно задумчивый взгляд Греты.

Грэг поднял трап, закрыл дверь и встал к скорострельной пушке, а другой наемник к пулемету, еще один скрылся в кабине.

Грета перед тем, как зайти в кабину пилота, негромко сказала:

– Расслабьтесь, оборотней мы всех уничтожили. Губернатор тоже отправился на небеса, а больше мы никого не интересуем.

– То есть нового нападения не будет? – уточнил Грэг. – Можно отдохнуть?

– На планете нас никто не тронет, а вот в космосе лучше всего немедленно убраться со станции.

– Спасибо, госпожа. – Грэг бросил пушку, сел на ближайшую скамейку, застегнул привязные ремни и закрыл глаза. – Тогда, с вашего позволения, я немного посплю.

Аппарат поднялся в воздух и полетел в сторону космодрома.

– Верите в то, что больше никто не нападет? – поинтересовался Макс. – Не слишком ли это опасно?

– Опасно не верить, – ответил Грэг, не открывая глаз. – Она еще ни разу не обманула нас.

– Тогда почему погибло столько ваших товарищей, если об этом было заранее известно?

– Ты снова задаешь все те же глупые вопросы, вор, – усмехнулся высокий долианец. – Каждый человек знает о том, что когда-нибудь умрет, но тем не менее живет. Мои товарищи знали о том, что их убьют, но им также известно, что смерть – еще не самое страшное.

– А разве есть что-то страшнее?

– Есть, вор. Мы можем умирать множество раз и каждый раз возрождаться, пока с нами честь, а вот без нее мы станем подобными тебе – ничтожествами, живущими одну короткую и бессмысленную жизнь.

– Но вы живете недолго, а будут ли у вас будущие жизни, еще неизвестно.

– А кто тебе сказал, что жизнь измеряется количеством прожитых лет, а не тем, что в ней происходило? – презрительно фыркнул Грэг. – И кто тебе сказал, что человек всегда может изменить свою судьбу? Ты почему выбрал такую небезопасную профессию?

– Так получилось…

– А мы – воины, и нас с рождения учили умирать. Мы знали, что обратно на родную планету вернутся немногие, но отказаться от контракта и тем самым утратить честь не могли. Если станет известно о том, что мы отказываемся от опасных соглашений, никто из долианцев не сможет покинуть планету – нас просто никуда не будут приглашать. И как нам выживать после этого? Ты думаешь, что нет ничего важнее твоей жизни, вор?

– Да, – твердо ответил Лис. – У меня – нет.

– А у нас есть, – кивнул наемник. – На планете у каждого растут дети. Никто из долианцев не может подписать контракт, если у него нет потомства. За каждого убитого мы получим компенсацию, а это значит, что дети погибших выживут, со временем станут наемниками и отправятся вслед за отцами умирать на другие планеты.

– Глупо как-то.

– Глупо жить, не имея цели, не осознавая смысла своей жизни и смерти. Так живешь ты, а не мы. Мы знаем, зачем здесь, а ты?

– Меня никто не спрашивал.

– А в жизни всегда так. – Грэг усмехнулся. – Все происходит в большинстве своем без нашего желания. Если сейчас на подлете к космодрому нас собьет лазерная батарея, значит ли это, что кто-то из нас пожелал этого? Или завтра на нас нападет военный крейсер, разве это будет нашим желанием?

– Может, и нет, но вы можете спросить колдунью, и она расскажет вам, что вас ждет.

– Да, мы можем узнать свое будущее, но кто тебе сказал, что сможем выбрать другой путь? Ведь даже госпожа не свободна.

– Почему?

– Потому что есть нечто важнее ее жизни. В общем, вор, не хочу разглагольствовать о том, что сам не очень хорошо понимаю. А сейчас молчи, мы прибыли на место.

Макс выглянул в окно и увидел, как флаер проскочил над высоким забором космодрома в непосредственной близости от лазерной батареи. Она развернулась в их сторону, но не выстрелила.

На взлетном поле находилось несколько челноков, к одному из них и спланировал флаер.

– Выходим! – В салоне появилась колдунья. – Надо спешить.

Они пересели в челнок. Пилот сразу скрылся в кабине управления, и почти тут же раздался рев запускаемых двигателей.

Макс пристегнулся и, наученный горьким опытом, поискал взглядом воронку с отсосом. Грэг, увидев его побелевшее лицо, принес ее из дальних рядов.

– Готовься, вор. Ускорение будет немалым, у нас не пассажирский челнок, да и госпожа спешит.

Словно в подтверждение его слов, в динамике раздался голос Греты:

– Звездолет готов, капитан?

– В основном – да, остались только мелкие работы, но их можно закончить и в космосе. Боеприпасы погружены, оружие исправно и готово к бою.

– Мы будем на орбите через пару часов, готовьте корабль к старту.

– Но мы еще даже не начинали заправку!

– Так начинайте! Капитан, нам требуется как можно быстрее покинуть орбиту, иначе на нас нападут.

– Кто?

– Пока не могу сказать, это лишь предчувствие.

– Я понял, госпожа, сделаю все, что смогу.

Челнок задрал нос вертикально, двигатели взвыли, набирая мощность, кораблик стал подниматься, а иллюминаторы закрылись бронированными заслонками.

Сам полет Лис запомнил плохо. Долианец не обманул его, когда сказал, что ускорение будет большим. Макса глубоко вдавило в кресло, и ему показалось, что на грудь поместили многотонную плиту. На него навалилась темнота. Лис ничего не видел и не слышал, кроме своего хриплого дыхания.

Его желудок не выдержал, но ускорение было настолько большим, что выйти из него ничего не могло, и это было ужасно. В какой-то момент Лис испугался, что может захлебнуться собственной рвотой. Но потом потерял сознание, и все стало неважно. Последней грустной мыслью было: «Вот так и приходит смерть. Ты не понимаешь и не осознаешь ничего, а она наклоняется над тобой и…»

Очнулся он уже в невесомости. Дышалось тяжело, рвоту всосала в себя воронка, которую держал у его рта наемник.

Увидев, что Лис зашевелился, долианец брезгливо отодвинулся.

– Что ж ты такой слабый, вор? Ускорение всего десять «G», а ты расклеился, как барышня. Давай приходи в себя, мы подлетаем к станции.

Челнок слегка тряхнуло, когда его поймали причальные штанги и подтащили к шлюзовому коридору орбитальной станции. Массивные броневые заслонки открылись, в иллюминаторах показался черный космос, блестящие звезды и колесо станции, сияющие отраженным светом местного светила.

Грэг наклонился над Лисом.

– Сможешь идти, вор?

– Я не уверен, – прошептал Макс. Он попробовал встать, но в голове все закружилось. – Я и дышу-то с трудом.

Он снова рухнул в кресло, кроме слабости ощущая внутри нестерпимую боль – его словно пропустили через огромную бетономешалку.

– Каждый раз, когда на тебя смотрю, жалею о том, что не убил раньше, – фыркнул долианец. – Это было бы актом милосердия.

Грэг безнадежно махнул второму наемнику, тот забросил Лиса на плечо и зашагал к выходу.

Грета, пройдя шлюз, сразу свернула в боковой коридор, ведущий к причалу, где стоял ее космический корабль, блистающий свежими заплатами на корпусе. Вокруг него копошились маленькие фигурки ремонтников со станции. Одни полировали обшивку, другие через массивные шланги заправляли танки топливом.

Девушка шла по станции, не обращая никакого внимания на заинтересованные взгляды персонала.

Люди с любопытством наблюдали за их процессией. Больше всего внимание привлекал Макс, беспомощно болтающийся на массивном плече наемника.

Служба безопасности попыталась было не пустить их на пирс, но колдунья подняла вверх руку с засветившимися камнями, и охрана с мутными глазами опустилась на пластиковый пол.

В шлюзовом коридоре стоял еще один охранник, держащий в руках парализатор. Грета махнула рукой, и он покорно опустился на колени. В трюме корабля их встретил Докер. Он поклонился девушке и произнес:

– Требуется пятнадцать минут на то, чтобы полностью заправить звездолет. Потом еще десять на то, чтобы прогнать ремонтников. Так что старт примерно через час. Это вас устроит, госпожа?

– Вполне, – кивнула колдунья. – Как прошел ремонт?

– Восстановили все, что смогли. Орудийные башни готовы. Кроме того, поменяли обшивку, кое-что прикупили для навигационных систем.

– Хорошо. Тогда направляюсь к себе и попрошу без нужды не беспокоить. Мне требуется отдых, я очень устала.

– Да, госпожа. Что делать с вором?

– Наемники с ним разберутся сами.

Макса отнесли в ту же каюту, бросили на кровать и закрыли дверь. Почти сразу началась предстартовая подготовка. Голос в динамике объявил сначала получасовую готовность, потом десятиминутную, и наконец звездолет оторвался от причальных штанг орбитальной станции.

Когда восстановилась гравитация, Лис дополз до душа, тщательно вымылся и прополоскал рот. Потом переоделся и лег.

Но заснуть ему не дали, за ним пришел член экипажа.

– Надевай скафандр, парень. Вас, наемников, осталось немного. Отныне твое место в орудийной башне, там ты будешь спать и есть.

– Я не наемник.

– А кто?

– Сам по себе.

– Если ты сам по себе, то почему таскаешься с долианцами?

– Это они меня с собой таскают.

– Вообще-то мне все равно. Я просто передал приказ капитана, что отныне твое место в орудийной башне, а это значит, что ты немедленно должен отправиться туда, потому что, кроме тебя, туда поставить некого. Понятно?

– А как же вы раньше обходились без меня?

– До этого в орудийных башнях сидели наемники, но их вернулось слишком мало после прогулки по планете. Двое долианцев сейчас управляют спаренными лазерами, один возится с истребителем, который удалось прикупить на станции, так что, кроме тебя, из пушки стрелять некому. Так ты идешь или остаешься? Если нет, я доложу капитану, но предупреждаю: наш кэп – мужик суровый, может и в космос выбросить, так что злить его не советую. Итак твое решение?

– Я иду.

– Ладно, вор, ты знаешь, как добраться до башни, а у меня свои дела.

– Когда ожидается нападение?

– Госпожа уверена, что через пару парсеков нас будет ждать засада.

– Если известно, что впереди кто-то нас ждет, то почему бы не свернуть в сторону и не обойти это место?

– Это только кажется, что в космосе можно лететь куда хочешь, – хмыкнул парень. – Но на самом деле звездолеты идут по строго определенным маршрутам. Стоит свернуть в сторону, и можно потеряться, а то и погибнуть. Слышал о «летучих голландцах»?

– Что это такое?

– Корабли с мертвым экипажем. Таких немало в космосе. Периодически их обнаруживают и возвращают на места приписки. Так вот, чаще всего на них нет ни пробоин, ни каких-либо других неполадок, а люди мертвы.

– Почему?

– У кого-то топливо закончилось, а без него генераторы остановились, регенерировать воздух и воду стало нечем. Другие слишком близко пролетают рядом с мощными источниками излучения, и экипаж гибнет. Понятно?

– Да.

– Тогда иди к пушке и будь готов к бою.

Парень ушел, а Макс вытащил из шкафа скафандр, натянул его и пошел к двери. Чувствовал он себя по-прежнему скверно.

Неожиданно на серой стене загорелся экран визора, на него смотрела Грета.

– Вор?

– Слушаю.

– Я знаю, тебе многое не нравится, но нам нужна твоя помощь, чтобы добраться до следующей орбитальной станции. Кстати, наша цель находится на планете под ней. Я не знаю всей твоей судьбы, вор. Мне известно только, что ты можешь достать кристалл. А что будет с тобой после этого, покрыто непроницаемой пеленой.

– Выходит, будущего у меня нет?

– Такие моменты в жизни называются перекрестками судьбы, на них возможно все.

– А что будет, если я сейчас не пойду к пушке?

– Вероятнее всего, ничего. Мы все равно доберемся до нужной нам планеты, но потеряем часть экипажа, или система жизнеобеспечения будет выведена из строя, и нам придется до конца полета жить в скафандрах. Такой вариант тебе нравится?

– Я пошел к пушке.

Макс подошел к двери, оглянулся. Девушка смотрела на него с непонятной грустью.

«Грета Грин убила моего брата, а значит, она мой враг, – мрачно сказал сам себе Лис. – Для нее жизнь – игра, а люди – лишь фигурки на доске: не понравилось, смахнет и даже не вспомнит через мгновение о том, что этот человек существовал…»

Глава одиннадцатая

Дженг несся по хорошо освещенным улицам, прижимаясь к домам, как испуганная шавка. Все его естество волка вскипало от мысли о том, что он трусит, хоть внутри холодный человеческий разум говорил о том, что людей недооценивать не стоит. Наверняка его скоро обнаружат. Спутники записывают все происходящее на поверхности. Вряд ли они не заметят появления волка в городе. Лучше всего перекинуться в человека, но тогда можно не успеть. В волчьем обличье он мог двигаться со скоростью флаера и не уставать, а именно это сейчас и требовалось. Он рисковал. Но что делать, если малолетние грабители отняли слишком много времени?

Дженг уже приближался к пригородам, дома становились ниже, улицы темнее, а видеокамеры пропали совсем. Наконец он выскочил из мегаполиса. Асфальт закончился, под ногами зашуршала трава, воздух очистился, в нем появились запахи цветов, земли, деревьев и мелких животных. Сейчас бы поохотиться! Догнать и порвать мелкую тушку, вгрызаясь в ее внутренности. Но, увы, он не имел на это права.

Волк вбежал в небольшую рощу, там лег в высокую траву и начал меняться. Тело скрутило, воздух вырвался из легких, привычная боль заполнила мозг. Дженг тихо завыл, катаясь и кусая землю. Минуты через две все закончилось. Он немного полежал, вглядываясь в спокойное темное небо, потом тяжело перевернулся на живот и встал. Болело все тело, от несуществующего хвоста до ушей и носа, но понемногу боль уходила.

Когда через пару минут она исчезла совсем, Дженг натянул на себя комбинезон взамен старого, грязного и двинулся к краю рощи. Там, присев за кустами, начал изучать небольшое поместье впереди, добавив глазам дальнозоркости. Трехэтажный кирпичный особняк трудно было рассмотреть из-за высокого массивного забора, который окружал здание, словно крепостная стена. Сходство с крепостью дополняли дозорные башни на углах, на которых находились охранники, вооруженные крупнокалиберными пулеметами и гранатометами.

Мощные металлические ворота – такие таран не возьмет. За ними на возвышении виднелись две небольшие башенки с автоматическими пушками, дальше крутилась антенна радара, а рядом на земле стояла ракетная установка в комплексе со спаренным лазером, предназначенная для сбивания флаеров и ракет.

Еще раз внимательно все рассмотрев, Дженг пришел к выводу, что построил эту усадьбу параноик, очень дороживший своей жизнью, поэтому попасть внутрь скрытно вряд ли удастся. А попасть на прием к колдуну легально имперская разведка не даст.

Задачка была непростой, требовалось оригинальное решение. Волк начал наращивать мышцы на ногах, решив, что сможет добежать до усадьбы и перепрыгнуть через пятиметровый забор раньше, чем охрана его подстрелит.

Он и сам понимал, что идея – так себе, шансы минимальны. Наверняка пространство у забора напичкано датчиками, камерами наблюдения и еще чем-нибудь малополезным для здоровья. Поднимется тревога, за ним начнут охоту, и до колдуна он не доберется никоим образом. Но ничего другого в голову не шло. Дженг уже приготовился к бегу и стрельбе, как вдруг увидел на дороге небольшой грузовик, направляющийся к усадьбе из города. Такие обычно используются для развозки продуктов по ресторанам и кафе. Волк решил подождать, пока тот проедет, и это спасло ему жизнь.

Когда машина подъехала к воротам, по всему периметру над забором поднялись автоматические скорострельные пушки, которые проводили грузовик стволами и опустились только тогда, когда он въехал во двор.

Дженг вздохнул: если бы рванул к забору, то уже валялся бы в траве, разорванный в клочья. Итак, земля отпадает. Остается воздух, но его охраняет зенитная батарея. На флаере и даже на джампе не пролетишь – подобьют. Вот если бы он умел летать, как Кодр, тогда у него был бы шанс: обычно радары не реагируют на птиц. Кодр бы наверняка смог выполнить это задание, но он мертв.

Волк вздохнул. Интересно, а смог бы он сам вырастить себе крылья? По логике это не намного сложнее, чем добавить мышц или нарастить хрящи. Конечно, он никогда еще такого не делал, но все когда-то приходится делать впервые.

У этого задания приоритет «четыре точки», а значит, его смерть не важна. И если он рискнет, его просто не поймут. Он должен либо выполнить поручение, либо умереть. Умирать не хочется – значит, надо отрастить крылья. Если не получится, тогда придется придумывать что-то еще.

Дженг лег в траву, закрыл глаза и начал представлять, как у него, от мизинцев рук к телу растет кожная складка. Он видел когда-то в одном музее птеродактилей и слышал объяснение гида, который рассказывал, что именно с удлиненного мизинца у этих тварей и начиналось крыло. Палец он удлинил, но глаза для проверки стал не открывать, боясь потерять расслабленное состояние. Дальше стал выращивать кожную складку, которая должна была соединить руки и туловище. Тут у него застопорилось. Какое-то время Дженг не понимал, в чем дело, потом догадался – мешает комбинезон. Не открывая глаз, разделся и снова лег на траву. После этого изменения пошли. Волку понадобилось примерно полчаса на то, чтобы вырастить крыло. Лишь тогда он открыл глаза и стал себя осматривать.

Получилось неплохо, он действительно теперь напоминал птеродактиля. Выросшие мизинцы доставали до земли, от них тянулась кожная складка, соединенная с телом. Когда он расправил крылья, то стал чем-то похож на огромного ската.

Дженг подпрыгнул и замахал руками – взлететь не получилось, не хватило силы. Волк снова лег и стал наращивать грудные и спинные мышцы. После этого еще раз попробовал взлететь, получилось чуть лучше, но все равно не так, как он рассчитывал. Требовалось какое-то другое решение. Такие крылья больше подходили для планирования.

Волк обошел рощу, нашел высокое дерево и залез на него, хоть это оказалось совсем непросто – складка мешала, да и длинный мизинец тоже. Но ему все-таки удалось залезть на верхушку, которая закачалась под его весом. Он встал на большой крепкий сук и прыгнул вниз, широко расправив свои новые крылья.

Он обреченно вздохнул, когда земля стала быстро приближаться, неожиданно тело взяло управление на себя, оно шире раскинуло руки, а мизинец еще немного подрос.

Волк в очередной раз убедился в том, что внутри его находится очень сложная программа, несущая в себе признаки сотни видов, именно она подправила ему крылья.

Он завис в воздухе, потом упругая струя теплого воздуха потащила его вверх к ночному небу, наполненному яркими чужими звездами. Наверху он почувствовал холод, пришлось выращивать волчью шерсть, чтобы не замерзнуть.

Его начало сносить в сторону города, и Дженг попробовал изменить направление, поднимая ноги. В какой-то момент он понял, как управлять полетом, после этого стал медленно приближаться к усадьбе, двигаясь по широкому кругу на высоте примерно полторы сотни метров.

Когда он приблизился к невидимой границе, его засекли. Ракетная установка ожила: башенка с лазером поднялась вверх, направляющие с ракетами стали поворачиваться, отслеживая нарушителя. Какое-то время Дженг обреченно ожидал старта ракеты или удара лазерного луча, но, видимо, охрана посчитала его неопасным. Лазеры повернулись в другую сторону, а направляющие опустились. Заметив, что за ним перестали следить, волк направился к крыше в крутом пике. С каждым мгновением управлять полетом удавалось все легче, видимо, подсознание само находило нужные решения.

Так и у людей. Пока ты пытаешься что-то освоить, у тебя мало что получается, но потом в какой-то момент все начинает происходить само собой. Так учатся управлению любым транспортным средством, в том числе и флаером. Уже через пару занятий перестаешь сжимать штурвал потными пальцами и сосредотачиваешься только на направлении, высоте и скорости, все остальное берет на себя тело.

Дженг приземлился на плоской крыше, отбив ноги – все-таки не стоило так круто пикировать. Но, увы, подобное знание приходит только после неудачных опытов. Главное, он оказался на нужном месте, теперь осталось превратиться из летающего ящера обратно в человека, прежде чем появятся охранники. Он слышал, как во дворе переговаривались.

– Это не птица, а что-то гораздо больше. Возможно, дельтаплан или «летающее крыло». Сейчас, я слышал, здорово научились летать с искусственным крылом и реактивным двигателем. Если спланировать с небоскреба, то можно и до нас долететь.

– Я думаю, что это все-таки птица. У зенитки управляющий модуль может отличать искусственные материалы от органики. Если бы он определил, что летит кто-то на парашюте или используя двигатель, то сбил бы лазером.

– С ближайшей вышки сообщили, что неизвестное существо лежит на основной крыше и не шевелится.

– Так, может, не стоит суетиться?

– А почему они решили, что это существо, а не птица?

– Говорят, что-то странное, непонятное, покрыто мехом.

– Меховая птица? Смешно. По крайней мере, не парашютист.

Волк услышал близкие шаги, приоткрыл один глаз и увидел, как на крышу вышли пять человек, вооруженные автоматами. Двое подошли близко, один тронул за крыло.

– Я не знаю, что это, но точно не парашютист и не дельтапланерист. К тому же эта тварь сдохла.

– Мохнатая зверюга с крыльями. Прямо летающий монстр какой-то, в первый раз такое странное существо вижу.

– Да нет, оно живое! Смотрите, грудь ходуном ходит. Может, какая-то больная птица? Новая порода? Сейчас же чего только не разводят. Ученые со своими генными опытами кого только уже не создали. Говорят, что даже птеродактилей смогли восстановить из костей. Возможно, где-то рядом есть ферма, на ней производят опыты, вот получили эту тварь, а она вырвалась из вольера и улетела. Надо посмотреть, что у нее за морда, может, действительно какой-то мутант?

– Что будем делать?

Из коммуникатора донесся резкий голос:

– Мертва не мертва, птица не птица – неважно! Сбросьте ее во двор, возьмите грузовик и отвезите в рощу, пусть там валяется. Думаю, хозяину не понравится, если какая-то дохлая тварь на его крыше будет вонять на всю округу.

Охранники подошли к Дженгу, подняли и потащили к краю. Что делать, волк не знал. Сражаться в виде птеродактиля смысла не было. Тот был неуклюж – руками-крыльями никого не ударишь.

Что ж, пусть сбрасывают и тащат в рощу. По крайней мере, он попытался выполнить задачу. Честно и до конца.

Когда до края крыши осталось не больше пяти метров, один из охранников неожиданно выпустил его из рук. Волк тяжело стукнулся о твердое пластиковое покрытие. Падение было довольно болезненным, у него даже дыхание сбилось.

– Смотрите! С этой тварью что-то происходит!

Дженг и сам это понял. Едкая горечь заполнила рот. Тело снова взяло управление на себя. Хорошо, если обернется в волка, а если нет? Как некстати будет, если он сейчас превратится в человека. Его же убьют!..

* * *

Макс дошел до лифта по серому безликому коридору и поднялся на самый верхний этаж. Здесь ничего не изменилось: все тот же узкий коридор, упирающийся в массивную черную дверь, желтый рычаг на стене и трос в пластиковой оболочке, за который нужно держаться, чтобы не улететь к потолку. Дверь на этот раз открылась без проблем. В самой рубке произошли кое-какие изменения: вместо двух кресел стояло только одно посередине, на стенах поменяли пластиковую обшивку, а от пробоины не осталось никаких следов.

Лис уселся в кресло, сверху тотчас опустился экран, а руку толкнул рычаг управления пушкой. Смотреть было не на что: чернота космоса и яркие далекие звезды за кормой. Макс немного потренировался в наведении прицела на них, потом ему это надоело, и он заснул. Правда, спалось ему неспокойно, что-то внутри предупреждало о том, что приближается опасность.

Проснулся он от далекого звука сирены. На экране в черноте космоса появились две серые тени, которые быстро догоняли их.

– Ты готов, парень? – раздался в наушниках громкий голос капитана. – Сейчас ты являешься нашим секретным орудием. Никто не знает, что у нас установлено столь примитивное оружие, как твоя пушка. Поэтому твоя задача проста: подпустить как можно ближе и подбить.

– Я вижу, за нами идут два корабля, а пушка одна.

– Стреляешь в один, потом ждешь, пока из трюма загрузится новая партия снарядов, и расстреливаешь второй линкор.

– А вы сами-то слышите себя? Это же военные корабли, неужели они будут ждать, пока у меня загрузится следующая партия снарядов? Да они разнесут ваш корабль и меня вместе с ним после первого выстрела!

– В прошлый раз ты сделал все, как надо, вор, и подбил крейсер. Думаю, и сейчас у тебя все получится. Мы на тебя надеемся больше, чем на остальное оружие. Готовься, преследователи уже близко, сейчас начнут стрелять.

Макс лег поудобнее и стал ждать. От серых теней к звездолету потянулись лучи лазеров. Включилось защитное поле. Звездолет затрясло от попадания лучей, он стал постепенно замедлять ход, так как щиты требовали энергии, а взять ее можно было только от двигателей.

Скоро скорость упала настолько, что чужие корабли подошли почти вплотную и Лис смог их рассмотреть. Это действительно были линкоры – огромные бронированные махины, облепленные множеством башенок с мощными лазерами и батареями торпед.

Лазерные башни, которыми управляли долианцы, открыли огонь. Силовое поле у военных кораблей было мощным, поэтому никаких повреждений они не получили, зато в ответ четыре десятка спаренных лазеров прошлись по оружейным башенкам звездолета, выводя их из строя.

– Приготовься, парень, – прозвучал голос капитана в наушниках. – Настает твоя очередь, постарайся не промахнуться. Надеяться нам больше не на что: один лазер уничтожен, второй чуть дышит.

– Пушка против линкора – это глупо.

– У нас хорошая пушка и самое главное – особые снаряды с очень интересной начинкой. Они вскрывают почти любую броню. Я отдал кучу денег за них, поэтому ты только попади, а уж через броню они пройдут, как нож сквозь масло.

На экране появилась Грета. Она взглянула на Макса своими изумрудно-ледяными глазами и улыбнулась ничего не выражающей улыбкой:

– Послушай, вор. Ты должен разрушить оба корабля, иначе нам не уйти.

– Это же линкоры! – обреченно откликнулся Макс. – Они созданы для боя. У них мощная броня и трехслойное защитное поле. Не знаю, на что вы рассчитываете. В прошлый раз мне просто повезло, да и корабль был один, и тот – крейсер.

– Ты изменился и продолжаешь меняться. – Колдунья посмотрела на него очень внимательно. Правда, изумрудные глаза были по-прежнему холодны, как взгляд змеи. – От того вора, которого я поймала в подвале своего замка, мало что осталось. Ты можешь тешить себя разными выдумками, но правда такова: ты никогда не станешь прежним. Обычный человек действительно не сможет попасть в два корабля. Даже у долианцев это не получится, хоть они рождаются с оружием в руках. А ты это сделаешь! И не забивай себе голову их броней и оружием. У каждого звездолета есть слабое место, и именно туда ты и вобьешь снаряд. Военные не ожидают от нас сопротивления, они подойдут вплотную, чтобы взять нас на абордаж, тогда ты и начнешь стрелять!

– Ничего не получится…

– Я видела в будущем, как ты подбиваешь оба корабля. – Грета безмятежно улыбнулась, и ее глаза вдруг наполнились изумрудной теплотой. Сердце Макса непроизвольно дрогнуло. – Ты несешь в себе нечто странное, чего я не понимаю, это поможет тебе.

– Но как?

– Просто освободи свой разум, прислушайся к тому, что у тебя внутри, и доверься этому. Пугать не хочу, но я только что связалась с адмиралом флота. Он сообщил, что если мы не спасем себя сами, то он ничего не сможет для нас сделать, потому что линкоры не отвечают. Ты понимаешь, что это значит?

– Нет.

– За нашу смерть заплачена очень большая сумма, если командиры решили игнорировать запросы своего начальства.

– Я не уверен в себе, но попробую… – пробормотал Лис.

– Верь в себя и в то будущее, что я видела! – продолжала убеждать его колдунья. – Сейчас мы покажем воякам, что наш звездолет подбит, уберем защитное поле, тогда они подойдут к нам вплотную, чтобы взять на абордаж.

– А если они нас расстреляют издалека из лазеров, воспользовавшись тем, что поля нет?

– Я тоже не сижу без дела, поэтому они будут делать так, как я сказала. Удачи, вор!

– Я постараюсь…

– Вот и хорошо.

Грета исчезла с экрана. На нем снова появился черный космос, блестящие звезды и две серые тени, догоняющие звездолет.

Итак, нужно расстрелять оба линкора. Только и ему, и всем, кто находится в рубке, понятно, что это невозможно. Колдунья сказала, что внутри Лиса находится нечто, что ему поможет, нужно только прислушаться. Но как это сделать?

Макс постарался заглянуть внутрь себя, естественно, ничего не увидел, пожал плечами и стал ждать, когда военные корабли окажутся в зоне действия пушки.

Военные не торопились. И даже то, что преследуемый ими звездолет неожиданно вздрогнул, его дюзы перестали извергать синее пламя, а защитное поле задрожало разноцветным маревом и погасло, не заставило их ускориться. Впрочем, Макс их понимал. Куда спешить? Звездолет подбит. Видно, что лазерные башни повреждены, двигатели смолкли, а поле исчезло. Никуда он не денется. Сейчас можно спокойно сделать облет, как требует инструкция, а потом выбросить абордажную команду.

Только десантники не знают, что имеется еще одна орудийная башня, в которой сидит Макс. «И им неизвестно их будущее, а оно у них не очень хорошее», – так сказала Грета.

Линкоры подошли ближе и разделились, заходя с двух сторон, как голодные львы, загоняющие отбитого от стада быка. На экране перед Лисом замелькали данные о том, что оба линкора в пределах досягаемости. Он навел перекрестие прицела на один из кораблей и стал ждать, когда некто в нем скажет: пора! Чувствовал Макс себя при этом полным идиотом, потому что внутри все тряслось от страха.

Он знал, что не сможет подбить корабли, из-за этого их возьмут на абордаж, а потом десантники убьют всех.

Он вздохнул и вдруг понял, что рука взмокла от выступившего пота. Лис вытер ее об обшивку кресла и снова уставился на экран. Когда ему стрелять? Сейчас? Позже?.. Или совсем не стрелять? Убьют же! Убьют!..

Макс затрясся мелкой дрожью, и вдруг внутри словно кто-то включил серебристый свет. Лису стало все равно. Он успокоился и принялся наблюдать за собой будто со стороны. В нем словно проснулся некий иной разум – холодный, отстраненный и невероятно могучий.

Итак, куда стрелять?

Лучше всего распороть борт там, где находятся двигатели или узел управления. Притом надо выбрать место, где броня потоньше. Очередь должна быть короткой, чтобы успеть перевести огонь на второй линкор. И стрелять нужно… сейчас!!!

Рука сама нажала гашетку, и очередь из десяти снарядов попала точно в цель – в середину корпуса, где за многослойной броней находилась рубка. Из пробитой обшивки вылетело облачко белого пара и куча мелких обломков. Капитан не обманул – начинка у снарядов была особой, иначе они бы не вскрыли броню звездолета, как тонкую жестянку.

Дальше рука Макса сама собой переместила перекрестие прицела на второй корабль.

Здесь Лис уже не жалел снарядов. Ему удалось зацепить две из пяти дюз, и подбитый дредноут потянуло в сторону навстречу собрату. Два корабля врезались друг в друга, и дальше оба уже сцепившейся бесформенной массой закувыркались, улетая в черный космос. Неожиданно в одной из разбитых башен заработали спаренные лазеры, кромсая спекшуюся массу, – должно быть, кто-то из десантников нажал на гашетку, а отпустить уже не смог, раздавленный металлом переборок.

Макс какое-то время смотрел на экран, не очень-то понимая, что происходит: внутри его сиял серебристый свет и царил покой. Потом Лис моргнул, и странное ощущение отстраненности исчезло.

Тут он услышал ликующий голос капитана:

– Ты снова сделал это! Парень, на моем корабле ты всегда будешь желанным гостем! Мне давно нужен настоящий бомбардир. Как у тебя это получилось? Если рассказать, то никто не поверит: из допотопной пушки подбить два военных линкора!..

Его прервал спокойный голос Греты:

– Вор, возвращайся в каюту, обед будет подан через полчаса, тебе хватит этого времени, чтобы переодеться и принять душ. Иди!

Лис пожал печами, встал и направился к выходу из рубки. Двумя фразами колдунья вернула его на место. Он все еще был пленником и обязан подчиняться приказам, если хочет выжить. У наемников и экипажа есть свои обязанности и права, а у него нет ничего. Да его и не существовало в этом мире, потому что давно его похоронили вместе с братом.

Макс вернулся в свою каюту, помылся, переоделся в полетный комбинезон и отправился в кают-компанию, где царили возбуждение и веселье. Капитан и два его помощника шумно праздновали невероятное спасение, пили вино и смеялись. Грэг, как всегда, был невозмутим, Грета – задумчива. Когда Лис вошел, она подняла свои ярко-зеленые глаза и посмотрела на него испытующим взглядом, словно надеясь увидеть что-то, потом пожала плечами и опустила взгляд.

Макса посадили рядом с капитаном, налили вина, которое пил он сам и его помощники, кроме того, принесли настоящего жареного мяса. Лис впервые за последнее время почувствовал себя человеком. Он наслаждался пищей и тонким ароматом земного напитка, слушая комплименты в свой адрес от благодарной команды.

После обеда Грэг решил проводить его до каюты. Открыв дверь, он сказал:

– Ты можешь думать о себе все, что угодно, но ты все еще вор, который нужен госпоже, чтобы достать какую-то редкую вещь. То, что ты подбил два линкора, всего лишь еще одно черное пятно твоей биографии. Если об этом узнают военные, то я за твою жизнь не дам и гроша.

– Не надо меня пугать, – вздохнул Макс. – Я и без того знаю, что в будущем меня не ждет ничего хорошего. Лучше скажите, кто находился в подбитых лазерных башнях? Те, кто высаживался вместе с вами на мою планету?

– Я – последний из тех, кто участвовал в твоем пленении, вор. – Грэг помрачнел. – Мои друзья погибли, но старейшины простили меня.

– Опасная у вас работа.

– Да, это так. Я отправил депешу на свою планету, и вчера пришел ответ. На орбитальной станции нас будет ждать новая команда. Отдыхай и помни, что, несмотря ни на что, мы все в одной лодке.

Он повернулся и ушел. А Макс шагнул в каюту, лег на кровать и заснул.

С этого дня начались монотонные дни. Он спал, ел и тренировался в пустом спортзале, куда иногда приходил Грэг. Иногда купался в огромном топливном танке, который наполнили очищенной водой по просьбе Греты. Иногда Макс заставал девушку там, но она, заметив его, молча одевалась и уходила. Так проходили унылые дни. Они все ближе подходили к конечной точке путешествия и на тридцать пятые сутки добрались до орбитальной станции, кружащей вокруг планеты Цитрина – той самой, где добывался типий и где их ждал спрятанный артефакт.

* * *

Дженг стал двигаться сразу, как только исчезли крылья. К его счастью, обернулся волком, и сразу все стало привычным: впереди – враги, которые хотят его убить, а перед ними – он, и отступать некуда. Он разорвал двумя быстрыми ударами охранников, которые тащили его по крыше, и рванулся в сторону. Увы, стрелять охрана умела.

Мощные пули со стальными наконечниками пробили тело, разрывая плоть и вырывая кровавые куски. Дженг испытал дикую боль, терпеть которую не было сил. Он хрипло, исступленно рычал. Правда, трудно назвать рычанием шипение, вырывающееся из пробитых легких.

– Готов! – констатировал один из охранников. – Теперь бы еще узнать, что это за тварь к нам прилетела?

– А тебе это надо? – усмехнулся второй. – Наше дело простое: мочить всех гадов, которые сюда прилетят или приползут, нам за это деньги платят. Берите, ребята, эту тушу и скиньте ее с крыши. Потом зацепим тросом за вездеход и вывезем в рощу. Хозяину проблем с властями не нужно.

– А что мы скажем?

– Ничего. Что тут скажешь: ворвался в усадьбу бешеный пес и порвал двух охранников? Кровищи-то сколько натекло! Слугам придется повозиться, пока все отмоют.

– Э… ты не спеши. – Первый подошел поближе. – Кажется, я знаю, что это за тварь.

– И кто это, по-твоему?

– Оборотень, только какой-то необычный!

– Нам-то какая разница? Сбросим ее вниз, а потом посмотрим, что с ребятами произошло. Кажется, эта тварь их серьезно зацепила.

– Разница есть даже для тебя. Оборотни быстро восстанавливаются, убить их можно только серебряными пулями. А они у тебя есть?

– Скажешь тоже! Какое серебро? Знаешь, сколько оно стоит?

Охранник наклонился над волком, и лапа с острыми когтями вошла в его живот под броней, пробивая себе путь к сердцу. Страж даже не успел вскрикнуть, как опрокинулся назад, глядя мертвыми глазами в темное небо.

– Добьем эту тварь! Близко не подходить. Стрелять в голову, этого никто не любит!

Дженг очнулся и открыл мутные глаза. Содержимое желудка противно подкатывало к горлу, но дышалось нормально. Он одним прыжком достал стрелявшего в него охранника, потом перекусил шею второму, стоящему рядом, затем снова замер, тяжело дыша. На шерсти пузырилась вытекающая из ран кровь. Как всегда после ранения и быстрого восстановления, перед глазами все расплывалось, а боль колыхалась внутри, словно огромное желеобразное облако.

Он принюхался: пахло порохом, свежей кровью, и не только его. Дженг начал пожирать тело огромного охранника. На еду ушло немного времени – мощные челюсти и острые зубы легко перегрызали кости и вырывали куски мяса. Огромный черный волк глотал куски плоти, не пережевывая. Через пару минут, утолив первый голод, он начал настороженно вслушиваться в окружающие звуки. Внизу со двора донеслись крики:

– Эта тварь напала на наших ребят! Разбирайте оружие! Вперед!..

Времени у волка было немного – минуты две, может, чуть больше – пять.

Дженг лег на землю и представил себе, как исчезают волосы, как пасть превращается в человеческий рот, а когти уходят внутрь, трансформируясь в слабые ногти. Прошло секунд тридцать, не более, и он почувствовал холод. Тело, покрытое потом, без шерсти, стало мерзнуть от легкого ночного ветерка. Дженг открыл глаза и встал. Выглядел он теперь нормально – обычным человеком, чувствовал себя тоже неплохо – раны заросли, не оставив никаких следов на коже.

Волк подошел к краю крыши, где бросил сумку при приземлении, переоделся в комбинезон и мягкие сапоги и остановился, задумчиво глядя на автомат. Потом с сожалением отбросил ненужную железку. Оружие расслабляет, стоит начать надеяться на него, и ты не сможешь себя защитить. Тот, кто надеется на оружие, всегда оказывается в опасности, потому что не ощущает страха, а значит, пропустит пулю или не заметит врага за спиной.

Открыв металлическую дверцу, Дженг начал спускаться по лестнице. Навстречу ему, тяжело топая сапогами, поднимались два охранника, вооруженные помповыми ружьями. Волк, не останавливаясь, выдвинул когти и убил их, пробив грудную клетку через пах – там не было бронежилета. Люди умерли, даже не успев вскрикнуть.

Дженг стряхнул кровь с рук на металлическую лестницу – комбинезон очистился сам, – и стал вспоминать схему здания, которую получил вместе с подробными указаниями о распорядке дня владельца. Ему следовало продвигаться к библиотеке, где уставший после многочасового приема гостей колдун обычно отдыхал и читал древние манускрипты, попивая крепкий чай особого сорта с множеством ароматов и запахов.

Дженг свернул влево, открыл еще одну дверь и вышел в большой светлый коридор. Здесь было тихо и пусто, только со двора по-прежнему пронзительно завывала тревожная сирена. Он остановился и осмотрелся.

Усадьба изнутри выглядела очень даже неплохо: светлые деревянные панели, мягкий свет, струящийся с прозрачного потолка, полы, покрытые блестящей каменной плиткой.

Дженг спустился еще по одной лестнице и оказался у нужной ему двери. Она была не заперта. Он повернул ручку и вошел. В библиотеке под потолком висела большая хрустальная люстра, освещающая огромное помещение, заполненное до потолка высокими книжными полками. От яркого света закрывались глаза – пришлось подождать, пока они приспособятся. На это ушла пара секунд, не больше. Но Дженг повернулся и вздрогнул, встретившись взглядом с высоким седым человеком. Тот сидел в глубоком кожаном кресле и с легкой улыбкой наблюдал за ним.

Колдун не боялся. Наоборот, похоже, появление волка доставило ему какое-то особое удовольствие. Хозяин усадьбы положил руку на грудь, вытащил из-под легкой, шелковой, ослепительно-белой рубашки огромный изумрудный кристалл, сразу засверкавший в ярком свете, и поднес его ко лбу, одновременно вглядываясь в Дженга. На лице его появилось легкое недоумение, потом он нахмурился.

– Кто вы? – спросил черный маг громким и суровым голосом. – Отвечайте! Я вижу, что вы обладаете частично животной и частично человеческой аурой. Следовательно, должны уметь говорить.

Волк толкнул ногой дверь, она закрылась. Тогда, сделав несколько шагов, он подошел и сел в кресло напротив, опустил руки на колени, правда, сначала убрав когти.

– Добрый вечер, – произнес Дженг. Инструкция гласила: «Объект не убивать ни в коем случае, а только выяснить, где находится некий предмет, который так необходим наставникам. Вести себя вежливо и корректно. В случае опасности для жизни силу не применять, разрешено только бегство». – Извините, что пришлось потревожить ваш покой и охрану.

– Пожалуй, вы правы. – Человек вздохнул, потом отпустил цепочку с кристаллом, и она легла на безукоризненно белую рубашку. – Разговор с гостем, пусть незваным, следует начинать с приветствия. Итак, добрый вечер и вам.

Дверь открылась, в библиотеку влетели три охранника с автоматами.

– Господин, отходите к двери, мы вас прикроем!

– Не быстро вы здесь появились. – Колдун мрачно посмотрел на телохранителей. – Насколько я помню, в инструкции написано о том, что врываться в библиотеку, когда я нахожусь в ней, запрещено. Почему вы здесь?

– Здесь убийца, он убил семерых наших! Вы в опасности!

Человек задумчиво взглянул на Дженга:

– Вы не собираетесь причинить мне зло?

– Я вас не трону. Даю слово чести, оно для меня много значит.

– Я разберусь с нарушителем сам. – Колдун повернулся к своей охране: – С этого момента он – моя проблема.

– Но он убийца!..

– Этот человек не собирается причинять мне зло, он сказал правду. Уходите.

Охранники вышли, недовольно морщась. Будь их воля, они снова бы открыли стрельбу, и это вряд ли привело бы к чему-нибудь хорошему.

– Итак, вернемся к нашим баранам. – Человек не спеша набил трубку и закурил. – Вы ворвались в мой дом, убили семерых моих людей. Я даже готов поверить, что вы сделали это, защищаясь. Потом пришли сюда и первое, что сказали: «Добрый вечер». Хорошее начало, мы обменялись приветствиями. Продолжим. Кто вы и что вам нужно?

– Меня интересует место, где находится «сосуд скорби», – произнес Дженг. – Вы написали статью, в которой заявили, что знаете его координаты.

– Интересуетесь археологией? – Колдун взглянул на него с любопытством. – Не думал, что безобидная публикация вызовет интерес столь странного существа. Если уж непонятные люди с аурой зверя стали приходить ко мне, то, наверное, я не очень хорошо понимаю, что совершил. Интересуетесь бессмертием?

– Да, интересуюсь.

– Разговор у нас не получится, пока я не узнаю, кто вы. Назовите свой вид.

– Вы же сами видели, что у меня животная и человеческая аура. Я – оборотень.

– Вы думаете, я никогда не видел оборотней? – Колдун весело рассмеялся. – Возможно, вы не знаете, но я участвовал в небольшой войне с ними в качестве боевого мага, поэтому аура их мне известна. У вас она иная.

– И тем не менее я оборотень, только видоизмененный. Как мне сказали наставники, в меня влили коктейль генов от давно потерянных видов.

– Что ж… – Мужчина задумался. – Вы не лжете, ложь я почувствовал бы сразу. Интересно, а в кого вы можете превращаться?

– В волка и немного могу менять человеческий облик.

– Этого определенно мало. – Колдун покачал головой. – В вас скрыт гораздо больший потенциал. Возможно, для того, чтобы вы его в себе открыли, требуются особые обстоятельства. Что ж, вы полностью удовлетворили мое любопытство, мне было интересно с вами беседовать, поэтому я вам кое-что скажу. Я обнаружил «сосуд скорби» по возмущениям магической среды и сообщил о его местонахождении одному известному археологу. Насколько мне известно, на эту планету уже отправилась экспедиция. Вам я открыть эту тайну не могу. Уходите.

Дженг покачал головой:

– Я тоже не могу уйти без ответа. Назовите планету, или я убью вас, как убил охранников. Вряд ли вам удастся защититься, используя магию. Я создан искусственно, соответственно, и моя защита имеет другой характер. Поверьте, лучше вам произнести название планеты.

– Угрожаете? – Человек взял в руки камень и выставил его перед собой. – Вы знаете, что это такое?

– Этот амулет дает вам огромную силу, он своего рода аккумулятор энергии, но на меня ваша магия, вероятнее всего, не подействует.

– Почему?

– Я не совсем человек и не совсем животное, и даже не оборотень в классическом смысле.

Говорить было тяжело, на это почему-то уходило немало сил. Возможно, так на Дженга действовал кристалл. В глотке пересохло.

Хозяин дома задумался.

– А как же слово, которое вы дали?

– Я пришел сюда за координатами планеты, рискуя своей жизнью. Для того чтобы добраться до вас, мне пришлось убить семерых охранников. Я дал слово, что не трону вас, и я его сдержу – сегодня, но завтра я вернусь и убью вас.

– В ваших словах присутствует своя, не совсем приятная для меня логика. – Колдун откинулся назад в кресло и задумался. Камень он по-прежнему держал перед собой, как своего рода щит. – Действительно, с такими существами, как вы, я еще не встречался. И возможно, на вас не подействует моя сила. Возможно, но не факт! Магия воздействует на всех живых существ, исключений пока не найдено. Правда, у оборотней имеется природная защита, которая пробивается с трудом. Может ли у измененного оборотня быть особая защита? Вполне. Вы дали слово и сегодня меня не тронете. Буду ли я завтра более защищен, чем сегодня? Может быть, да, а может, и нет. Риск. А нужен ли он мне? В конце концов, какого черта?!! Я не обещал хранить эту тайну, и, вероятнее всего, скоро ее узнают все живущие в империи. Что ж, я назову вам место. Вы меня убедили. Планета называется Цитрина. Где-то в ее горах находится Плато Мертвых, именно там следует искать «сосуд скорби». Вы удовлетворены?

– Огромное спасибо! – Дженг кивнул. – Вполне.

– Тогда уходите.

– Не буду вам больше докучать.

Волк поднялся и пошел к двери.

– Пропустить нарушителя к воротам, огня не открывать! – услышал он, как мужчина скомандовал в коммуникатор. – Пусть уходит с миром.

– Но, господин, он убил семерых наших ребят…

– И убьет еще больше, если вы его не отпустите. А что, если он решит отомстить мне за ваше нападение? Вы сможете его остановить?

– Мы убьем его, господин.

– А если нет? Ваши товарищи наверняка тоже считали, что смогут с ним справиться, теперь они мертвы, а наш гость жив и здоров.

– Мы хорошо подготовились…

– А если этого недостаточно? Я чувствую вашу неуверенность, поэтому откройте ворота и немедленно сообщите официальным властям, чтобы прислали сюда полицию. Пусть заводят дело о нападении на мою усадьбу и убийство семи моих охранников.

– А вы предусмотрительны. – Дженг улыбнулся и открыл дверь. – Всего вам доброго, черный маг. Кстати, не скажете, за что вам так хорошо платят?

– Я вижу будущее.

– А это будущее вы видели?

– Такие глупые вопросы мне задают часто. Отвечаю – нет. Я не могу смотреть каждый миг своей жизни, на это требуется слишком много времени. Я просто отслеживаю те моменты, когда мне угрожает опасность.

– Выходит, вы не посчитали мой приход опасностью?

– А разве со мной что-то случилось?

– Тогда еще раз вам всего доброго. – Волк остановился у открытой двери. – Надеюсь, вы не затаили на меня зла?

– Нет, вы меня позабавили.

– Тогда прощайте, думаю, меня с вами больше никогда не сведет судьба.

– Поживем – увидим.

Дженг закрыл дверь и начал подниматься по лестнице. Впервые в жизни он испугался – этот человек показался ему по-настоящему опасным.

* * *

Гаур вытер окровавленной рукой пот со лба и негромко простонал.

– Учитель? – прошептал один из учеников, поддерживающих его сзади. – Долго еще?

– Сколько осталось рабов?

– Меньше тысячи, но и нас осталось только трое. Остальные уже отдали свои души «сосуду скорби». Мы держимся из последних сил!..

– А как, по-вашему, себя чувствую я?

– Мы не знаем, учитель. Наверное, вас поддерживает вера. В нас она уже угасла…

– Немного осталось, просто стисните зубы и держитесь. Пейте кровь, она поможет.

– От нее болят желудки. Думаю, пятерых моих братьев убила именно она. Эта жидкость настояна на ненависти и страхе, потому что рабы знают, что их ждет. Первые еще пребывали в неведении того, что с ними произойдет. Последним же это известно. В них кипит ярость, и даже сонная настойка не помогает. Мы чувствуем это, и нам страшно.

– Держитесь, у меня нет для вас других слов.

Гаур поднял голову вверх. На безоблачном зеленоватом небе ни облачка. Багровое солнце бьет в глаза, от него горит и ссыхается кожа, покрываясь кровавой коркой. Даже императору жарко. Пятеро слуг обмахивают его со всех сторон огромными опахалами, но это не помогает – пот выступил крупными каплями на величественном челе. Токур выпил разведенное вино и мрачно посмотрел на жреца. К сожалению, для императора у Гаура тоже не было добрых вестей.

– Крепитесь, немного осталось, – пробормотал он чуть слышно, больше для себя. – Вам все равно легче, чем мне. У меня уже онемели все члены, во мне нет ни силы, ни желания, ни воли. Мне кажется, я давно уже мертв и в обители мертвых исполняю вечное наказание, наложенное на меня владыкой Нижнего мира. Я не могу остановиться, иначе энергия умерших душ разорвет меня, и тогда демоны заберут меня с собой. Я не могу продолжать, потому что мышцы ссохлись под этим палящим солнцем…

– Что вы сказали, учитель? – Ученик поддержал его, когда Гаур качнулся. – Вам плохо?

– Конечно. – Верховный жрец тоскливо усмехнулся. – Налейте мне крови полную чашу, а то в горле пересохло.

– Да, учитель…

Гаур выпил и посмотрел на слепящее солнце.

– Смеешься, багровая образина? Дай срок, я закончу ритуал и тогда посмотрим, кто кого величественнее, ты или я!..

Воины подвели следующий десяток рабов. Верховный жрец вырезал очередное сердце и хрипло рассмеялся. Увидев его лицо, ученики отшатнулись, но снова приблизились, повинуясь повелительному жесту. Только один метнулся в сторону и побежал к лесу, но стрела лучника догнала и воткнулась в спину беглеца. Уже через минуту его принесли и положили перед жрецом. Гаур взрезал ему грудину, достал сердце и снова рассмеялся. На этот раз в смехе звучали горечь и тоска.

Ветер метнул этот смех за скалу, где стояли шеренги рабов, и от этого звука они поежились, словно жаркий день стал вдруг зимней ночью.

* * *

То, что планета неплохо зарабатывала, можно было заметить сразу по обилию звездолетов на причальных платформах и многочисленной охране. Макс, глядя в обзорный экран, заметил три десантных крейсера и два десятка перехватчиков на отдельной взлетной платформе. Кроме того, по периметру станции высились лазерные башни, а в космосе плавали управляемые мины.

– Нравится? – спросил Грэг, появившись у него за спиной. – Меня это лично всегда впечатляет.

– Что именно?

– Вооружение.

– Солидно.

– Все, что мы видим, – лишь демонстрация мощи. Главное оружие – автоматические платформы – укрыто в трюмах. В случае опасности их выпускают в космос, и они уничтожают все вокруг. Их еще называют оружием возмездия.

– Почему?

– Потому, что они будут действовать даже тогда, когда от станции ничего не останется.

– Зачем вы мне это говорите?

– Ты же наш лучший бомбардир. Если госпоже удастся получить то, за чем мы сюда прибыли, то чтобы улететь с этой планеты, придется сражаться. И вполне возможно, с самой станцией.

– Здесь оружия столько, что ни один военный звездолет не продержится и часа, а у пассажирского судна вообще нет никаких шансов.

– Я сказал это для того, чтобы ты понимал, какой опасности мы себя подвергаем.

– Если бы я мог, то уже бы находился в сотнях парсеков отсюда.

– Но ты не можешь. Меня прислала госпожа. С момента стыковки ты должен находиться рядом со мной, не отходя ни на шаг.

– Боитесь, что я попрошу убежища у службы безопасности?

– Нет, имеются другие причины. А пока иди в каюту, влезай в новый комбинезон и готовься к высадке. Через пятнадцать минут стыковка.

Макс отправился к себе, натянул новый комбинезон и вышел в коридор. Около лифта его ждали колдунья и долианец. Наемник оказался без оружия, что для него, похоже, было непривычно. Он постоянно протягивал руки к пустому поясу, а потом разочарованно убирал.

– На станции могут находиться наши враги, и, пока к нам не присоединятся новые наемники, требуется осторожность, – сказала Грета. – Кроме того, здесь много сотрудников безопасности: их легко узнать. Они – единственные, кто имеет право носить оружие, и вести себя с ними следует предельно вежливо. Предупреждаю, если ты решишь обратиться к ним за помощью, то ничего хорошего тебе это не принесет: вероятнее всего, тебя просто изобьют и бросят в камеру. Стражей интересует только безопасность станции. Даже если ты окажешься сбежавшим преступником, объявленным в имперский розыск, тебе просто переломают все кости на тот случай, если ты вдруг решишь что-то устроить на станции, а потом посадят в изолятор до отхода моего звездолета. Понятно?

– Да, – Лис кивнул. – Буду тих и послушен.

– Хорошо, выходим.

Они спустились на лифте, прошли шлюзовой коридор и оказались в небольшом помещении. На экране появилась надпись: «Добро пожаловать на станцию планеты Цитрина. Вы находитесь в санитарной зоне. Вам необходимо раздеться, так как вся ваша одежда будет подвергнута санобработке. Выполняйте все указания, и вы не пострадаете. Если у вас есть оружие, положите его в сейф, тогда оно будет возвращено вам при отлете. Двигайтесь вперед, ориентируясь на световые указатели».

Макс с любопытством посмотрел на девушку. Ему было интересно, как та себя поведет. Но Грета, заметив его взгляд, лишь усмехнулась, сняла комбинезон, бросила его в контейнер, потом шагнула туда, куда указывала зеленая стрелка. Без одежды она выглядела очень даже неплохо. У нее оказалась роскошная грудь с небольшими розовыми сосками, тонкая талия, широкие бедра, стройные ноги и плоский живот.

– Вперед, парень, – подтолкнул его Грэг. – Нас ждут на той стороне. И закрой рот, а то захлебнешься слюной. Госпожа выше твоего плотского желания, ею можно только восхищаться!

– А почему здесь проводят санобработку? На предыдущей станции не было ничего подобного.

– Не видишь, что ли, сколько здесь народа? Если бы они этого не делали, давно бы вымерли. К этой станции часто причаливают охотники за планетами, а те на себе какой только заразы не несут. Шагай на обработку, вор, иначе тобой заинтересуется безопасность.

Макс снял комбинезон, аккуратно положил его в контейнер и шагнул вперед в мутную пелену белесого пара, пахнущего химикатами. Пройдя его, он оказался в узком коридоре, где сверкали ультрафиолетовые лампы.

– Встаньте в желтый круг на следы, упритесь руками в стену, – сказал женский голос. – Закройте глаза.

После того как Лис это сделал, в его тело ударили со всех сторон горячие струи воды, пахнущие химией. Его омыли со всех сторон, одновременно руку кольнуло несколько иголок.

– Вам поставлены необходимые прививки, взята кровь для дальнейшего генетического анализа. Следуйте дальше.

Лис сделал пару шагов и оказался в маленькой комнатке, где уже стояла в комбинезоне Грета. Он тоже стал одеваться, взяв одежду из контейнера. Девушка не обращала на него внимания, словно видела голых мужчин каждый день. Макс вздохнул, она улыбнулась.

– У тебя неплохая фигура, вор, но ты жилист и суховат. Мне нравятся более мускулистые мужчины.

– Как долианцы?

– Вроде того.

В комнату вошел Грэг. Макс впервые увидел его обнаженное тело и поразился, насколько оно мощное и мускулистое. Теперь он поверил рассказам о том, что наемники голыми руками могут разорвать человека.

– Вы можете идти дальше, – произнес женский голос. – У вас не выявлено опасных вирусов и бактерий, а на ваших телах нет скрытого оружия. Добро пожаловать на станцию!

– Идем! – Наемник шагнул вперед к открывающейся двери.

Макс вышел в круглый вестибюль, в котором их ожидали десять долианцев в темных очках. Наемники рассредоточились по кругу, словно готовясь к отражению нападения. Один из них, самый высокий и мощный, выступил вперед и поклонился девушке.

– Госпожа! Наши старейшины прислали нас для вашей защиты.

Потом он повернулся и уважительно склонил голову перед Грэгом.

– Прими, командир, наши соболезнования о тех, кто погиб, пусть их души успешно вернутся домой. Мы скорбим.

Грэг поклонился в ответ.

– Они были великими воинами, такими и останутся в нашей памяти.

– Госпожа! – Долианцы встали на одно колено. – Мы присягаем тебе на верность. Мы умрем за тебя, если потребуется, и будем с тобой до тех пор, пока ты не решишь освободить нас от клятвы!

– Я принимаю вашу клятву. – Девушка поклонилась в ответ. – Ваша верность будет вознаграждена. У вас есть для меня сообщение?

– Да, госпожа, – сказал плотный жилистый наемник с худым морщинистым лицом, изрезанным двумя полосками длинных шрамов. – Старейшины просили передать, что клан Волка прислал боевую команду на эту планету. Численность ее неизвестна, но они уже находятся на поверхности и готовы оспорить ваше право на артефакт.

– Как они туда попали?

– Незаконно высадились на поверхность в десантных капсулах.

– Спасибо за сообщение, хоть оно не было приятным. – Грета еще раз поклонилась. – Мы несколько раз столкнулись с оборотнями по дороге сюда, когда они пытались нам помешать узнать, где находится нужное место. Ваши братья убиты ими.

– Мы отомстим. – Худощавый повернулся к Грэгу и показал на Лиса: – Кто этот человек?

– Вор, нужен госпоже, как отмычка.

– Защищать?

– Оберегать до получения артефакта, дальше – как распорядится госпожа. Имеет мысли о побеге, в целом – неопасен.

– Принято, командир. Какие будут дальнейшие указания?

– Госпожа! – Грэг повернулся к девушке. – Слушаем вас.

– На рейсовом челноке спускаемся вниз. Приобретаем оборудование, одежду и провизию для похода. Находим флаер и оружие, после этого отправляемся к нужному месту.

– Принято, двинулись.

Грэг пошел к выходу из зала, наемники выстроились таким образом, что Макс и девушка оказались окружены со всех сторон. Правда, уже метров через сто дорогу им преградила группа людей, одетых в серые комбинезоны сотрудников безопасности. Вперед вышел хмурый человек с маленькими, глубоко посаженными глазами.

– Кто такие? Куда направляетесь?

Грэг недоуменно посмотрел на них, потом повернулся к Грете:

– Чего им надо?

– Спроси сам.

– Послушайте, парни, мы идем к челнокам, чтобы улететь с вашей станции. Нам от вас ничего не нужно.

– У нас распоряжение губернатора. Он против того, чтобы вы спускались вниз. Приказано вернуть вас на звездолет и отправить обратно в космос.

– Что-то вы поздновато решили нас остановить, могли бы просто не допустить корабль к шлюзу.

– Идентификатор сработал только в санобработке, тогда и были получены данные о вас.

– А чем вызвано это распоряжение? – Пока Грэг болтал с охраной, Макс заметил, как другие наемники старательно загораживают девушку от взглядов безопасников. Грета уже вытащила ожерелье из-под комбинезона и что-то над ним шептала. – Почему мы не понравились губернатору?

– Я не обязан ничего вам объяснять.

– Подумай над тем, стоит ли нас сердить? – Командир наемников хмуро усмехнулся. – Мы понимаем твои проблемы, парень. Бывает, тоже подрабатываем охранниками, но распоряжение выполнять тебе. Советую подумать о том, что будет, если мы сочтем его абсурдным.

Вперед выдвинулись пятеро долианцев и встали перед охраной. Увидев это, начальник безопасников еще больше помрачнел:

– Хорошо, я расскажу. Поступило сообщение по дальней связи о том, что вы напали на губернатора планеты Трок и убили его.

Грэг усмехнулся:

– Отрицать не буду, он вел себя примерно так же, как ваш: пытался нас остановить, выставив в качестве живого щита таких же парней, как вы. О них ничего не говорится?

– Нет. – Начальник охраны расстегнул кобуру, его люди последовали его примеру, один начал что-то быстро говорить по коммуникатору. – Но еще сказано, что на планете вы уничтожили звено боевых истребителей и пять армейских флаеров.

– И ты, прочитав это, решил, что сможешь нас задержать, имея только парализаторы? – рассмеялся Грэг. – Воистину ты не очень умный человек!

– Мы выполняем свой долг! – Начальнику охраны явно не хотелось ссориться с наемниками, но и пропустить их он не мог. Его ладонь легла на рукоять парализатора. – Господа наемники, нам не нужны неприятности. Нам абсолютно все равно, что вы сделали и почему. Мы просто хотим, чтобы вы вернулись на свой корабль.

– Извини, но у нас на планете важные дела.

Колдунья неожиданно появилась между наемниками.

– На пол! – Ее камни ярко светились изумрудным цветом. Охранники упали как подкошенные. Начальник охраны побледнел и схватился за горло. Грета спокойно проговорила: – Своему начальству доложишь, что не смог нас задержать, так как слишком поздно пришло распоряжение. Думаю, это спасет тебя от наказания, но если вздумаешь продолжать погоню за нами, умрешь.

Она подняла ладонь перед его бледным лицом и начала ее сжимать, охранник сполз на пол, теряя сознание. Грета переступила через тело и пошла вперед. Грэг подобрал выпавший парализатор и усмехнулся:

– Говорил же, не стоит нас сердить…

Наемники с презрением посмотрели на лежащих охранников и двинулись дальше к лифту, там отряд спустился до грузовой платформы, где стояли пассажирские челноки.

Выйдя на платформу, Грета произнесла:

– Челнок придется захватить, иначе на космодроме нас будет ждать вооруженная до зубов полиция.

– Если захватим шаттл, придется иметь дело с армией, – возразил Грэг. – К тому же после получения сигнала о захвате, с планеты поднимутся истребители и попробуют нас сбить. Если не удастся им, то со станции вылетят перехватчики, а возможно, будут и те и другие.

– Да, пожалуй… – Девушка задумалась. – Ладно, попробуем купить челнок и не станем садиться на космодром. Тогда у нас появится немного времени. Кто-нибудь из вас сумеет опустить шаттл туда, куда я укажу?

– Да, госпожа, я смогу. – Один из наемников вышел вперед. – Сяду на любую неподготовленную площадку, но челнок после этого вряд ли взлетит.

– Это неважно.

– Как скажете, госпожа.

Они плотной настороженной группой подошли к дежурному, сидевшему в застекленной будке.

– Нам надо вниз на планету.

– Все на один рейс не поместитесь, в челноке находятся пассажиры.

– Мы подождем, когда будет готов новый шаттл. Просьба: на него больше никого не сажать.

– Вам это будет дорого стоить.

– Мы заплатим. – Грета протянула карточку имперского банка. – Это не проблема.

– Вообще-то мы такое не практикуем. – Дежурный провел карточкой по считывателю. – У нас не так много шаттлов, чтобы делать для кого-то исключение.

Грета потрогала ожерелье, и оно засветилось изумрудным цветом. Увидев его, дежурный побледнел.

– Колдовать на станции запрещено!

– Собираетесь помешать? – промурлыкала девушка. – И как?

– Я сообщу о вас начальнику охраны! – Служитель недовольно вздохнул, что-то проговорил в коммуникатор, услышав ответ, пожал плечами. – Приказано вас отправить вниз как можно быстрее. Будет вам челнок, но обойдется он в тысячу монет.

– Мы готовы доплатить за скорость еще пятьсот монет.

Дежурный что-то стал бурно говорить в коммуникатор, потом улыбнулся:

– Пилот уже идет, можете пройти на платформу, шестой посадочный терминал.

Они миновали шлюзовой коридор и вошли в челнок.

– Пилот – в рубку! – скомандовал Грэг. – Задраить люки и начать предстартовую подготовку. Госпожа, где будем садиться?

– На запасном космодроме. Он за городом, поэтому если кто-то решит подготовить для нас неприятный сюрприз, у него не будет на это времени.

– Принято.

Девушка прошла в рубку, а Макса втиснули в кресло и пристегнули ремнем.

В динамике раздался голос одного из долианцев:

– По шлюзовому коридору кто-то бежит – похоже, пилот. Что делать?

– Начинай предстартовую подготовку, как тебе сказали, – скомандовал Грэг. – Если летун не дурак, то вернется обратно. А если тупой, то не жалко.

Аппарат качнуло, потом он начал медленно отходить от станции.

– Едва успел, – прокомментировал наемник. – Но бегает быстро. Начинаем спуск. Приготовьтесь. Будут перегрузки.

Глава двенадцатая

Дженг подошел к воротам, около которых стояли пятеро охранников, не сводящих с него ненавидящих взглядов.

– Ты жив, тварь, только потому, что хозяин запретил тебя трогать! – произнес один из них. – Будь моя воля, ты бы уже обливался кровавыми слезами!

– А я бы тебя просто убил, – пожал плечами волк. – Если хочешь умереть, то никто тебе не мешает попробовать на меня напасть.

– Хозяин запретил.

– Тогда открывай дверь. Вероятнее всего, больше мы с тобой никогда не встретимся, так что извини.

– Кто его знает, земля круглая. – Охранник указал на открывающиеся ворота. – Обратно лучше не возвращайся, второй раз твой трюк с крыльями не пройдет.

– Учту.

Дженг вышел из усадьбы и направился к роще. Когда отошел от усадьбы метров на двадцать, ворота закрылись, а вдоль периметра поднялись автоматические пушки. Они провожали его стволами, и волк шкурой почувствовал, как оператору за пультом очень хочется нажать кнопку активации.

Он не спеша дошел до рощи, хотя ему хотелось бежать. Стволы пушек Дженг ощущал почти физически, как и снаряды, которые те готовы были выплюнуть. Едва добравшись до кустов, волк лег на черную землю, засыпанную прошлогодней опавшей листвой, и уставился в ночное небо с яркими светлячками звезд и спутников.

Дженг вздохнул. Его то бил озноб, то он начинал потеть, внутри что-то скрипело и булькало. Слабость накатывала волнами – все-таки три быстрых перевертывания за короткое время никому не давались легко.

Сумрак понемногу рассеивался, близилось утро. Скоро взойдет солнце, и тогда следует ждать нашествия полиции. Ему это не принесет ничего хорошего.

Нужно срочно отсюда уходить, но как, если внутри все дрожит? Он достал из мешка банку консервов, открыл ее дрожащими руками и начал жадно есть, надеясь, что еда успокоит и приведет в чувство.

Дженг услышал шум и поднял голову: над рощей завис полицейский флаер, шаря слепящим прожектором по деревьям и кустам. Второй начал барражировать вдоль опушки, отстреливая осветительные ракеты. Третий аппарат опустился на землю у рощи, и из него выпрыгнул десяток полицейских в броне и с автоматами. Не дожидаясь восхода, полицейские начали прочесывать рощу. Видимо, на самом деле этот маг – большая шишка. Надо бежать отсюда, и как можно быстрее, иначе обнаружат.

Как только мысль оформилась в мозгу, дрожь прошла, озноб тоже, а в кровь хлынул адреналин. Дженг забросил пустую банку в кусты, лег на землю и начал мысленно представлять себя волком – сильным, быстрым и неутомимым.

Полицейские уже подходили к его укрытию, с зависшего в небе флаера луч прожектора дотянулся до куста, под которым он лежал. Дженг еще и сообразить не успел, что происходит, как оказался в волчьем обличье. Тем и хороша звериная составляющая, что многое делает без осмысления, следуя заложенным инстинктам. Он прокрался к краю рощи, а потом, дождавшись, когда прожекторный луч ушел в сторону, рванул по степи.

Бежал он резво, так как на бегу добавил мышц в ногах, удлинил их, тем самым увеличивая длину шага. Волк мчался со скоростью никак не меньше сотни километров в час. Пришлось даже удлинить хвост, иначе заносило на поворотах. Благодаря внесенным в тело изменениям, он за пятнадцать минут добрался до городских кварталов, оставив полицейских далеко позади.

Сумрак превратился в легкую пелену, которая уже не могла его скрыть, и вряд ли стоило в волчьем облике появляться на улицах города. Полчаса, максимум час, и прохожих появится столько, что его обязательно заметят, а это грозит новым преследованием.

Дженг повернул и по городским окраинам направился в сторону космопорта. Его никто не преследовал. Две темные точки полицейских флаеров по-прежнему кружили над рощей.

Когда над горизонтом появилось желтое солнце, Дженг уже находился в овраге недалеко от космопорта. Там он обернулся в человека, и уже через двадцать минут одетый в обычный полетный комбинезон мужчина вошел в здание космопорта. У него проверили документы, оказавшиеся в полном порядке, и пропустили на летное поле. Через час Дженг уже летел в челноке к орбитальной станции. Он потребовал выпивку, ссылаясь на страх полета, и пил до стыковки со станцией. Там добрался до нужного шлюза, занял свою каюту и лишь после этого разрешил себе расслабиться. Больше часа он провел в душе, где его трясло и тошнило. Потом с трудом добрался до постели и заснул, едва успев пристегнуть ремни безопасности. Сам отлет звездолета волк проспал, как и вылет из Солнечной системы.

* * *

Командир десантной роты Герон обошел лагерь. Археологи окружили палатками и сборными домиками место раскопок, оставив в середине площадку для размещения находок – на ней постоянно кто-то копошился, ползая на коленях с лупой и сканером. Здесь же упаковывали найденные артефакты в ящики для отправки в космопорт, тут же приземлялся и транспортный флаер.

Сразу за домиками археологов начинались горы.

Далекие вершины прятались в серо-зеленых облаках. Временами их разгонял ветер, и тогда в лучах багрового светила огромные ледники сверкали, словно бриллиантовые россыпи. Подняться к вершинам с этой стороны было невозможно, слишком круто вздымались вверх базальтовые скалы, и это больше всего нравилось Герону. По крайней мере, с этой стороны нападения можно было не ждать.

Стоянку своей роты ему пришлось устроить на каменистом плато, тем самым перекрыв небольшую проселочную дорогу и выход из леса.

После того как Герон лично запрограммировал маршруты боевых роботов, чтобы они постоянно кружили по периметру, а сверху прикрыл лагерь зондами, сканирующими местность днем и ночью, расставил опытных разведчиков в скрытых дозорах, а на скалах – снайперов, то и со стороны леса отпала опасность внезапного нападения.

Плато протянулось на огромное расстояние. Многочисленные глыбы, валяющиеся повсюду, снижали видимость. Там было сложнее всего, и командир десанта мог только надеяться, что неприятель не выберет это направление для атаки. Впрочем, зонды контролировали эту часть постоянно на несколько десятков километров вглубь, и пройти незаметно было почти невозможно. Смущало только слово «почти».

Командование крейсера отказало Герону в дополнительных силах. Он их понимал: в конце концов, это же не военные действия, а всего лишь археологические раскопки, и производятся они не на враждебной планете, а во вполне мирной и лояльной к империи колонии.

В случае же атаки Герону обещали подбросить местный полицейский спецназ и обеспечить воздушным прикрытием. Время подлета истребителей-перехватчиков установили примерно в полчаса.

К тому же имеется полная рота, четыре боевых робота, несколько хороших брустверов, с которых хорошо просматривалось плато, – чего еще желать?

Но внутри Герона росла тревога. Она была глупой и нелогичной, однако игнорировать ее он не мог и каждый час обходил посты, заставляя делать то же самое своего заместителя Кочета.

После очередного обхода командир обнаружил в своей палатке Ирфана, начальника экспедиции, главного археолога империи и профессора лучшего столичного университета, научные звания и заслуги которого приходилось выговаривать очень долго. Хорошо, что они сразу договорились называть друг друга по именам.

– Как погулял, командир? – осведомился археолог, пожилой мужчина с уже наметившимся круглым брюшком и живыми карими глазами. – Все ли спокойно в окрестностях лагеря?

– Нормально. – Герон пожал плечами. – Пока нам ничего не угрожает.

– Вот и хорошо, а то мне требуется помощь твоих бойцов.

– Какая?

– Идем со мной, я покажу.

Ирфан вышел из палатки, и командиру десанта пришлось поневоле следовать за ним.

До места раскопок было больше двухсот метров. Оно представляло собой огромный котлован, заполненный мягкой породой, в котором возились рабочие и археологи.

– Мы обнаружили это. – Профессор показал вниз. – Видишь?

Герон посмотрел вниз: дно котлована покрывали кости.

– Еще одно захоронение?

– Это настоящая сенсация! – Ирфан торжествующе улыбнулся. – Уже сейчас можно сказать, что мы обнаружили нечто, никому ранее не известное!

– Неужели на этой планете когда-то жили такие же люди, как мы? – спросил командир десанта, мрачно глядя вниз. – Кости очень похожи.

– С чего вы решили? – поморщился профессор. – Откуда им взяться в тысяче световых лет от Земли? Нет, это останки не людей, а местных туземцев. Чем-то они, конечно, похожи на нас, но сходство не настолько большое, чтобы кричать о том, что мы нашли наших праотцев. Головы у них больше, а сами они, несомненно, меньше. Кости хрупкие – это связано с меньшей гравитацией, да и выглядели аборигены несколько иначе. Думаю, если бы мы встретились, то посчитали их уродцами. Генетический анализ показывает разницу между людьми и туземцами примерно в тридцать процентов, а это очень высокий показатель!

– Ну, если передо мной не люди, то меня это не интересует. Да если честно, то и старые кости мне неинтересны. Раскапывать кладбища и захоронения, по моему мнению, кощунственно.

– Да как вы не можете понять, что это не захоронение!

– А что?

– Скорее всего, место ритуального жертвоприношения! Кстати, аборигены были разумными существами, и даже более, чем мы. Примерный уровень интеллекта, по оценкам генетиков, выше человеческого на пару десятков единиц.

– И что из этого?

– Все эти существа убиты одним способом. И сделано это не случайно, а с какой-то важной целью.

– С какой?

– Боюсь даже предположить. – Ирфан вытащил серебряный оберег и поцеловал. – Хотя кое-какие мысли имеются.

– Верите в Бога? – Герон с ироничной улыбкой покосился на него. – Вам же вроде по должности не положено. Вы, люди науки, руководствуетесь только логикой, и никакой мистики.

– Зря вы так говорите, лично я как раз уверен, что чистый разум, не замутненный инстинктами, и есть Бог. Кроме того, я верю в то, что наши предки были не глупее нас, и если они создали религию, то для этого у них имелись серьезные основания. Думаю, что, увлекшись наукой, мы потеряли многие знания. Впрочем, к нашему сегодняшнему случаю это не относится. Так вот эти существа жили здесь задолго до нашего появления и верили во что-то. Иначе зачем им было убивать своих сородичей, да еще таким варварским способом?

– Как их убили?

– Всем взрезали грудину и вытащили сердце.

– Обычный способ, – пожал плечами командир десанта. – Я сам учу своих бойцов убивать так же. Очень эффективно, обычно после этого никто не выживает. Хотя попасть в печень легче, но смерть от такого ранения мучительнее.

– Существует легенда, о которой мало кто знает. – Археолог опасливо огляделся по сторонам, не подслушивает ли кто. – Именно она привела нас сюда.

– О чем она?

– О некоем артефакте, дающем бессмертие тому, кто его обнаружит. А вместе с ним и знание множества вымерших рас, и даже знание богов. Представляете, что это за мина?!

– Приблизительно, – нахмурился Герон. – Скажите, Ирфан, а вы кому-нибудь говорили о том, что собираетесь искать?

– Нет, что вы! – Археолог всплеснул руками. – Я же не сумасшедший! Если бы я только заикнулся, здесь, на плато, трудилась бы не одна экспедиция, а десятка три. Поверьте, мои коллеги очень завистливы. Думаю, сюда бы примчалось все руководство университета и само бы контролировало раскопки.

– Проще говоря, вас оттерли бы от славы открывателя, – задумчиво произнес командир десанта. – Вы это хотели сказать?

– Да, и это тоже. – Ирфан помрачнел. – Когда я выбивал деньги на экспедицию, пришлось обращаться к имперским чиновникам, но истинную цель экспедиции я назвал только одному высокопоставленному лицу. Это он поставил обязательным условием, что экспедиция будет охраняться звездным десантом. Поэтому вы здесь.

– Ну что ж, кое-что стало понятно.

– Что именно?

– С борта крейсера поступила информация, что вашими раскопками заинтересовались оборотни.

– Оборотни?..

– Вам что-то известно об этом? – Герон заметил, что археолог не особенно удивлен. – Мне кажется, вы ожидали этого.

– Уверенности у меня не было никакой, но то, что подобное может произойти, я предполагал, – вздохнул Ирфан. – Дело в том, что у оборотней малая продолжительность жизни, и они давно ищут способ ее увеличить. Мне известно, что последнее время они активно искали источники, в которых упоминалось о «сосуде скорби» – именно так называется артефакт, который мы ищем.

– Откуда они могли узнать о вашей экспедиции?

– Не знаю. Вполне возможно, из своих источников. Правда, перед отъездом я имел разговор с одним человеком. Так вот он мне сказал, что нам следует быть очень острожными. Ему мне тоже пришлось рассказать, куда мы направляемся.

– Получается, имперская разведка знает, чем вы тут занимаетесь?

– Да, вы правильно догадались.

– А кто вас навел на это плато?

– Я обращался к известному черному колдуну.

– Что?! – расхохотался капитан. – Скажите, как согласуется с вашей наукой черная магия?

– С моей наукой – хорошо, – улыбнулся археолог. – Дело в том, что у всех известных нам народов имелись колдуны и маги. Магия, как таковая, заменяла им науку – кстати, довольно успешно. И знать такие вещи – моя обязанность.

– Но все-таки идти к колдуну, да еще к черному, чтобы найти следы давно исчезнувшего артефакта, мне кажется смешным.

– А кто еще может найти магическую вещь, кроме мага?

– Не знаю… Археологи, наверно.

– Так вот никто не нашел. А колдун ткнул пальцем в звездную карту и попал прямо в эту планету. А потом добавил, что мне придется вести экспедицию в то место, которое имеет отношение к мертвым. Это место называется Плато Мертвых. И вы сами видите, насколько точно название. Мы уже извлекли более пяти тысяч скелетов, а костей в котловане не уменьшилось. Знаете, о чем это говорит?

– Нет.

– О том, что мы, как никогда, близки к находке артефакта! В легенде говорится: для того чтобы наполнить «сосуд скорби», были принесены в жертву десять тысяч человек. Их души слили в этот сосуд, именно поэтому он приобрел такое могущество.

– Грустная история. Но многое стало ясно.

– Что именно?

– Что, вероятнее всего, оборотни отслеживали ваши передвижения по Галактике. Скажите, кому еще может понадобиться артефакт? Кого мне еще здесь ждать, кроме перевертышей?

– Вы шутите? – Археолог недоверчиво уставился на десантника. – Это же бессмертие! Если мы действительно найдем «сосуд скорби», то здесь появится столько желающих жить вечно, что ваших солдат просто не хватит, чтобы отгонять зевак.

– Понятно, – помрачнел Герон. – Но кого следует опасаться в первую очередь?

– Всех!!! Если мы его найдем – в чем я, кстати, не сомневаюсь, – здесь начнется настоящая война!

– Интересно, сколько может стоить ваш артефакт?

– Он бесценен! В летописях написано, что император Токур отдал за пустой сосуд шесть тысяч рабов, две тысячи девственниц и десять кораблей отборного зерна. Представляете, сколько стоит наполненный артефакт?

– Понятно. – Командир вздохнул. – Что ж, ничего хорошего вы мне не сообщили, только настроение испортили. А теперь скажите, зачем вам нужны мои люди?

– Кости. – Археолог снова показал вниз. – Их слишком много. Мне требуется помощь, чтобы перенести останки из котлована на плато, там лаборанты будут их сортировать.

– Вы жить хотите, профессор?

– Конечно.

– Тогда давайте сделаем так, чтобы каждый из нас занимался своим делом. Я буду вас защищать, а вы доставать свои кости.

– Но тогда мы провозимся здесь не один месяц!

– Обещаю, что подумаю над вашей просьбой. В конце концов, мне тоже интересно, чтобы все побыстрее закончилось.

* * *

Челнок ухнул вниз, а дальше Макс уже ничего не помнил. Его вжало в кресло так, что воздух вышибло из легких. В глазах потемнело, Лис потерял сознание и очнулся только тогда, когда его вытащили из кресла.

– Быстрее, быстрее! – кричал кто-то рядом. – Скоро они будут здесь. Нужно напасть на охрану, чтобы получить оружие. Еще пара мгновений, и здесь станет жарко. Вперед! Вперед!!! Не останавливаться! Работаем!..

Лис приподнял голову и увидел, что наемники бегут по бетонному полю космодрома, а на них с серого неба пикируют флаеры с военной раскраской. Неожиданно на бетонной плите рядом с Максом вскипел бетон, и парень понял, что, если останется лежать, его просто убьют. Наемникам не до него, колдунья бежит вместе с ними, а он остался один возле остывающего, потрескивающего керамической обшивкой челнока.

«Наконец-то свободен!» – подумал Лис, но почему-то мысль не доставила ему никакой радости. Возможно, потому, что в паре метров от него еще один лазерный луч прочертил дымящуюся борозду.

– Нет времени отдыхать, вор, – услышал Макс спокойный голос Грэга. Он повернул голову и увидел наемника, неспешно выходящего из челнока. – Тебе повезло, что мне пришлось вернуться за сумкой госпожи, иначе здесь бы и остался. Беги за мной, если хочешь жить! Вперед!

Макс тяжело привстал и увидел, как два луча ползут к нему, прорезая бетон. Раскаленная крошка ударила брызгами в лицо. Он вскочил и неуклюже, огромными прыжками помчался к долианцу, который стоял рядом с шаттлом, напряженно вглядываясь в сумрачное небо. Оттуда, падая в пике, стреляли из лазерных пушек флаеры в камуфляжной окраске.

– Беги за мной, не отставай! – буркнул Грэг. – Похоже, дождь скоро начнется.

Вдвоем они понеслись по бетонному полю, покрытому черными подпалинами бесчисленных взлетов и посадок, к зданиям космопорта. За их спиной чужие флаеры завывали двигателями и трещал расплавленный бетон. От здания на краю поля доносились чьи-то предсмертные крики, и над всем этим висело хмурое небо, закрытое серыми тучами.

Долианцы уже захватили диспетчерскую башню, оставив у дверей тела четырех мертвых охранников. Около руки Макса прошел лазерный луч, опалив кожу. Он испуганно вскрикнул, рванулся вперед и даже обогнал Грэга, на что тот только рассмеялся:

– А ты, когда хочешь жить, становишься очень резвым.

Грэг придержал Лиса и скрылся в здании.

Грета стояла в дверях, хмуро глядя, как Макс бежит, хватаясь за так некстати заболевший бок. Было что-то такое в ее взгляде, что заставило Лиса мчаться еще быстрее. Как только он влетел мимо нее в башню, колдунья захлопнула железную дверь, и на ней тут же вспух багровый след от лазерного луча.

– Ты как-то не очень спешил, – сказала Грета. – Решил умереть молодым?

– Нет, просто не рассчитывал, что они будут в меня стрелять. – Макс повалился на пол, тяжело дыша. Сил у него не осталось совсем. Легкие работали, как кузнечные меха, но воздуха не хватало, бок болел, а голос был хриплым, прерывистым. – Думал, нападавших больше интересуете вы.

– На тебе же не написано, что ты вор. Если бы такая надпись была, думаю, спецназовцы не промахнулись бы.

Сверху по широкой мраморной лестнице сбежал Грэг.

– Госпожа, из оружия нашли только парализаторы. Они бесполезны против флаеров и спецназа. Что будем делать? Если ничего не придумаем, нас расстреляют здесь, как в тире.

Девушка задумчиво прошлась по пустому офису, села в одно из кресел, сняла с шеи ожерелье и тронула его руками. Кристаллы засветились изумрудным светом. Грета закрыла глаза, потом произнесла усталым голосом:

– Оружие находится в соседнем здании, нам нужно туда.

– Понял. – Грэг хмуро оглядел наемников, окруживших его. – Нужно захватить соседнее здание, иначе погибнем. Выдвигаемся двойками. Первая пара пошла!

Два наемника открыли железную дверь и выскочили на бетон. Сразу же послышалось шипение лазеров. Флаеры висели над диспетчерской башней, прикрывая высадку спецназа. Долианцы невероятным рывком сумели проскочить обстреливаемый участок и скрылись в соседней трехэтажной «стекляшке». Тут же по команде Грэга следующая пара выскочила на улицу. Командир наемников проводил их взглядом и тронул девушку за плечо:

– Госпожа, мне нужно знать примерный вариант развития событий.

– Флаеры высадят людей и начнут поддерживать атаку с воздуха. В нападении будет участвовать… – колдунья посмотрела в хрустальный шар внутри светящегося ожерелья, – около тридцати человек. Думаю, мы сумеем от них отбиться, как только получим оружие. Потери минимальны.

– Спасибо, госпожа, – поклонился Грэг. – Этой информации достаточно.

Железная дверь открылась, и в нее влетел запыхавшийся наемник.

– Мы нашли оружейную комнату охраны, но она закрыта. Флаеры уже высаживают спецназ. Солдаты занимают позиции. Когда я сюда бежал, в меня стреляли снайперы.

– Переходим в соседнее здание! – Грэг мрачно усмехнулся. – Я понесу госпожу, кто-нибудь, возьмите вора.

– Флаеры ведут прицельный огонь.

– Дрок и Берн пойдут первыми, чтобы отвлечь внимание на себя. – Грэг ткнул пальцем в двух долианцев, стоящих у двери. – Затем я с госпожой и тот, кто понесет вора. Остальные – за нами с промежутком в десять секунд. Не подставляться!

Лиса забросил на плечо один из ближайших наемников.

– Вперед!

Долианцы выскочили на улицу и помчались по бетонному полю. Макс еще раз убедился, что они могут двигаться очень быстро даже с приличным грузом. Сверху с серого неба на них спикировал флаер и открыл огонь из скорострельной пушки. Взрывы выбрасывали вверх раскаленную бетонную крошку, но долианцы лавировали между разрывами, ловко уклоняясь.

Чтобы добраться до соседнего трехэтажного здания, им понадобилось секунд пять, хоть расстояние было около ста метров. Как только долианцы вбежали внутрь, взрывом снаряда разнесло огромное окно первого этажа, осколки полетели прямо в них, но остановились в воздухе, когда Грета подняла руку и что-то прошептала.

Сам вестибюль был типовым: стойка охраны из пластика в центре, несколько мониторов на металлических опорах, пол из темного пластика с прожилками под поделочный камень. Там сейчас лежали пятеро мертвых охранников. Огромные окна, безликие пластиковые панели и несколько диванов для посетителей. Из вестибюля выходили две двери: одна вела в подвал, другая – на лестницу.

– Склад оружия внизу, – сказал Грэг. – Бронированная дверь, на ней стоит электронная блокировка и кодовый замок.

– Я разберусь. – Грета исчезла за первой дверью.

Взвыл двигатель пикирующего флаера. Летательный аппарат пронесся мимо здания, стреляя из пушки. Снова полетели разбитые стекла, взрывом разнесло массивный стол из тонкого металла, за которым прятался один из долианцев. Тот едва успел откатиться в сторону, мрачно посмотрел на то, что осталось от стола, и сплюнул.

– Мне бы сейчас ракетную установку, и больше этот пилот бы здесь не летал!

– Скоро получишь, – пообещал Грэг. Он открыл входную дверь, пропуская внутрь последних запыхавшихся наемников. – Так, вор, спускаемся вниз, двое остаются здесь, дожидаясь остальных.

Макс тяжело встал, он уже отдышался и теперь тер заложенные от близкого разрыва уши. Слышал он все словно через слой плотного пластика, но Грэга понял. Возможно, потому, что тот добавил к словам пару угрожающих жестов.

Они стали спускаться по узкой лестнице.

– Без оружия мы, как быки на бойне, – вздохнул огромный наемник. – Давно я не чувствовал себя таким беспомощным.

– Так мы еще не воевали, – согласился с ним Грэг. – Нужно потом будет поблагодарить Бога за то, что у нас нет потерь.

– У наших врагов тоже.

– Что ж, добудем оружие, и все изменится.

Подвал начинался с большого зала, выкрашенного специальными красками в стальной цвет. В конце его колдунья, сжимая в руках сверкающее изумрудным цветом ожерелье, что-то шептала перед мощной дверью из бронепластика. Пятеро наемников, рассредоточившись по помещению, держали в руках парализаторы. Увидев прибывших, они расслабились.

– Как дела, госпожа? – спросил Грэг. – Сможете открыть?

– Не получается. – Грета убрала ожерелье в вырез комбинезона. – Сигнализацию отключила, электронику, которая блокирует засов, сожгла, но открыть не могу, нужен ключ.

– Дверь мощная, бронированная, многослойная – без взрывчатки не обойтись, а у нас ее нет. – Наемник взглянул на Лиса. – Сможешь открыть, вор?

– Без инструментов это невозможно, – пожал плечами Макс. – Но если очень нужно, то, конечно, открою. Если дадите подняться наверх на пару секунд.

– Зачем?

– Увидите.

– Поднимись с ним, Грэг. – Девушка с любопытством посмотрела на Лиса. – Давно хотела посмотреть его в деле. Долго не задерживайтесь.

Долианец подтолкнул Макса к двери:

– Бегом, вор! Нас сейчас убивать начнут. Спецназ, думаю, уже закончил высадку и окружает здание.

Они вернулись в верхний холл, где двое наемников, осторожно выглядывая через разбитое окно, следили за бегущими по взлетному полю темными фигурками.

– Как дела?

– Осталось еще двое наших. Ждем. Остальные ребята обыскивают верхние этажи, ищут спрятавшихся охранников – не хотят, чтобы им стреляли в спину. Спецназ действует строго по уставу: провели высадку, теперь окружают здание под прикрытием флаеров.

– Понятно. – Грэг взглянул на Макса. – Давай, вор, время идет. Что тебе здесь нужно?

– Кое-какую мелочь. – Лис наклонился над охранником, лежащим без сознания, залез в его карман, вытащил оттуда ключи и протянул Грэгу: – Думаю, это как раз от той двери в подвале.

– Так просто? – удивленно покачал головой тот. – Я думал, ты пришел сюда за чем-то нужным для открывания двери.

– Даже с моими инструментами, которых здесь нет, на такой сложный замок мне понадобилось бы минут двадцать, а их, как я понял, у нас нет. Но если нужно, я, конечно, могу поковыряться в замке отмычкой.

– Не нужно. Ты прав, вор. Молодец, хорошо соображаешь!

В открытую дверь влетели еще двое наемников.

– Что с оружием? Кодра ранили…

– Дьявол! – Грэг выругался и побежал вниз, подталкивая перед собой Макса. – Сейчас получите стволы, продержитесь пару минут.

В подвале он вставил ключ в замок и потянул массивную дверь на себя.

– Я думала, мне свое искусство продемонстрирует вор, – сказала Грета.

– Он оказался умнее, – ответил Грэг, открывая дверь. – Просто взял и вытащил ключи из кармана начальника охраны.

Оружия оказалось не так много, как рассчитывали наемники: десяток автоматов, несколько ракетных установок и парализаторы. Грэг начал раздавать стволы наемникам.

– Один флаер оставьте целым, все остальные сбивайте. Спецназовцев бейте без сожаления, они нам не понадобятся, а их оружие пригодится – здесь на всех не хватит.

Наемники, похватав автоматы, помчались обратно в холл, и уже буквально через минуту наверху раздался взрыв и следом звук падения.

– Один флаер готов, – констатировал Грэг. – Сейчас разберутся с другими. Что дальше, госпожа?

– Сначала нужно отбиться от спецназа. Если что-то у вас не будет получаться, я создам еще одного зверя.

– Хорошо, я буду это иметь в виду. Думаю, мы можем подняться наверх. Мои ребята уже расчистили пространство вокруг здания.

Раздалось еще два взрыва, затем в подвал наемники занесли раненого. Девушка долго водила руками над телом, и Макс увидел, как из раны сам собой выползает рваный окровавленный осколок пластика. Минут через пять наемник встал, ему вкололи обезболивающее из аптечки, и он вернулся наверх, в холл.

– Пойдем и мы, – кивнула Грета.

Они с Грэгом и Максом поднялись по лестнице.

Поддерживающие атаку спецназа флаеры были сбиты, но снайперы и три боевых робота не давали наемникам высунуться. Долианцы метким огнем положили полтора десятка бойцов – тех, кто пошел на штурм, решив, что наемники безоружны, и на этом все замерло в шатком равновесии. Никто не хотел рисковать.

– Госпожа, без вашей помощи нам не обойтись, – сказал Грэг, разобравшись с обстановкой. – Мы не можем выйти из здания, нас держат снайперы. Однако не стоит задерживаться здесь. Не сомневаюсь, что сюда уже выдвигаются другие группы спецназа.

– Хорошо. – Грета села на диван, стоящий в небольшом простенке – туда не залетали пули.

Через разбитое окно было видно бетонное поле, над которым низко висели черные дождевые тучи. На поле лежали три груды дымящегося железа и пластика, еще не так давно бывшие боевыми флаерами, за ними перебегали темные фигурки и катились, отблескивая темной броней, роботы. Долианцы лежали на полу, заваленном битым стеклом, изредка стреляя по спецназовцам. Ветер в разбитое окно заносил запахи горелого железа и пластика.

– Готовься, вор, тебе придется снова управлять зверем.

– А без этого никак? – Макс хорошо помнил свои прошлые ощущения. – Может быть, придумаете что-то другое?

– Другое? – Грета задумалась, потом кивнула сама себе. – А почему бы и нет? Заодно проверим, насколько ты изменился. Только помни о том, что ты сам напросился, вор.

– На что?!

– Скоро узнаешь. – Колдунья вытащила из кармана кусок мела и нарисовала на пластике небольшой круг. – Садись. Заклинание долгое, минуты на три-четыре, и мне нужно, чтобы все это время ты был неподвижен.

На поле раздалось два мощных взрыва, один из боевых роботов разлетелся на куски.

– Я могу отказаться? Мне бы не хотелось…

– Ты видишь другой выход или думаешь, что эти парни, которые стреляют в нас, исчезнут сами собой вместе с боевыми роботами?

– Кто его знает. Может, они решат, что мы для них трудная добыча.

– Вряд ли. Скоро сюда прибудет еще один взвод спецназа. Вояки и копы никогда не успокаиваются, пока не выполнят приказ. Садись в круг. Если мы не вырвемся с этого космодрома через полчаса, то погибнем.

– Может быть, наемникам удастся справиться?

– Имея по три обоймы на автомат против роботов и обвешанных броней спецназовцев? Долианцы хорошие воины, но не настолько, чтобы без оружия и брони пробиться сквозь огневой заслон. Готовься стать зверем и помни о том, что смерть – не самое страшное…

– Это кому как.

– Ты сядешь в круг или мне тебя туда затолкать, вор? – мрачно спросил Грэг, который, приподняв голову, напряженно следил за полем. – У меня уже трое раненых. Еще немного, и мы все здесь ляжем. Ну?!

– Вы не оставили мне выбора. – Лис сел в позу лотоса. – Как мне это уже надоело!

– Привыкай, – пожал плечами наемник. – Мало рождается людей, кому жизнь приносит только радость. Большинство, кроме боли и разочарования, так ничего и не видят до самой смерти.

– Замолчите оба! – Колдунья сама села на пол, отбросив в сторону осколки стекла, и положила ожерелье перед собой. – Мне нужно настроиться.

Она показалась в этот момент Максу очень красивой. Ветер ворошил ее волосы, изумрудные глаза блестели, алые губы шептали странные слова.

Какое-то время ничего не происходило, только слышались далекие выстрелы с бетонки и сухие одиночные из верхнего холла – там засел один из наемников с единственной снайперской винтовкой, что нашлась в оружейном боксе. Патронов у него было мало – всего две обоймы, – но именно он и обеспечивал настоящую защиту здания.

Лис мог видеть в окно серое небо, затянутое тучами. Скоро пошел дождь – мелкий, унылый, моросящий. Макс любил такую погоду, и не только потому, что количество прохожих на улице уменьшалось, а видимость сокращалась до пары десятков метров, но и оттого, что самые удачные ограбления у него получались именно в это время.

Кроме того, когда шел дождь, на Лиса накатывала грусть, окружающее в серой дымке неуловимо менялось, становилось призрачным, и казалось, что все не так плохо и жизнь может измениться.

Колдунья заговорила громко на чужом непонятном языке, настойчиво, словно кого-то уговаривая. Голос у нее изменился, стал резким, пронзительным, как порыв северного ветра.

И Лис ощутил, как серебристая пелена снова накрывает его мозг. Слова Греты впивались в туманную дымку кровавыми стрелами, расплывались странными письменами, и временами казалось, что если вслушаться, то можно понять, что она говорит.

Когда ее просящий голос превратился в гортанный крик, голова у Макса закружилась, ему стало дурно, он почувствовал себя так, словно снова оказался в невесомости, а потом его тело потеряло вес и стало подниматься вверх. Он болезненно сморщился, ожидая удара о потолок.

Макс испуганно открыл глаза и понял, что по-прежнему сидит в круге на полу, но тут его глаза снова закрылись, тело исчезло, и он ощутил себя странным прозрачным существом, которое, поднимаясь вверх, легко проходит через потолочное перекрытие. Ощущение было таким, словно он пробился сквозь желе. Здесь «медуза» остановилась, огляделась, и Лис увидел, что висит в высоком холле, где наемник-снайпер, прячась за массивным столом, вел стрельбу по взлетному полю. Долианец оглянулся, увидел прозрачное создание, вздрогнул, вытащил оберег и приложил его к губам, лицо наемника побледнело.

Макс улыбнулся, помахал ему длинной конечностью, переливающейся фиолетовыми искорками, – точнее, это сделала «медуза» – и продолжил подъем вверх. Через пару мгновений, пройдя через последнее перекрытие, Лис завис над крышей, глядя на подкрадывающихся вооруженных людей внизу и одинокий летательный аппарат, кружащий в темном небе.

«Медуза» какое-то время висела в воздухе, потом, отлетев чуть в сторону, стала опускаться вниз к бойцам спецназа, окружившим здание. Макс существом не управлял – «медуза», как и кармак, имела собственные мысли и желания, – он мог ему только советовать.

Бойцы начали встревоженно показывать друг другу на него, а потом стрелять. Пули пролетали сквозь прозрачное тело, не доставляя странному существу никаких неприятных ощущений.

– Убей их! – неожиданно прозвучал внутри Лиса знакомый голос. От него стало неприятно и даже больно. – Я создала тебя, ты обязан подчиняться мне. Вор, слышишь меня? Обуздай его и направь вниз! У нас мало времени.

«Я не знаю, как это сделать, – подумал Лис. – Я не управляю им. Он сам по себе».

– Сконцентрируйся! – сердилась девушка. – Слейся с ним в единое целое.

«Я пробую, но у меня не получается».

«Медуза» опустилась еще ниже.

– Убей или испытаешь настоящую боль!

Внутри Макса загорелся огонь, который стал пожирать его: сначала это было неприятно, потом невыносимо, и тогда в Лисе проснулись ярость и злость. От былого благодушия не осталось и следа. Существо опустилось на спецназовца и гневно ударило его прозрачным щупальцем. Но, похоже, никаких повреждений не нанесло – конечность свободно прошла сквозь человеческое тело и вышла с другой стороны.

– Ты можешь повредить только внутренние органы, – услышал он голос Греты. – Сейчас я тебе помогу.

Что-то вошло в него, и Макс вдруг почувствовал себя комком ментальной энергии, чем-то нереальным из мира снов и вечных страхов. Его тело стало легким и прозрачным. Он мог подняться до небес и даже выше, к глубокому черному космосу, и там уже ничто не смогло бы его остановить. Чтобы жить, ему требовалась только энергия, а ее было много вокруг.

– Вор! Не теряй зря времени. Я вижу в шаре, как к нам приближаются новые флаеры.

Лис неожиданно понял, как управлять «медузой». Для этого следовало только забыть о том, что он человек. Как только он понял это, сразу почувствовал, что прозрачное существо и есть он сам. На пробу Лис протянул вперед прозрачные щупальца. Они прошли сквозь одежду, бронежилет, кожу, мышцы, грудину бойца и ухватили пульсирующее сердце.

Сжать его не удалось – призрачные присоски прошли мимо. Но даже этого хватило, чтобы мышечный комок, гоняющий кровь по всему телу, остановился, а спецназовец упал, недоуменно глядя пустыми глазами в небо.

Макс, точнее, существо, которым он теперь себя ощущал, двинулся к другим бойцам. Теперь он просто подлетал ближе, выбрасывал вперед призрачные щупальца, обхватывал ими сердце, и человек умирал.

– Демон! Призрак!..

Крики умирающих людей возбуждали, а энергия, которая вытекала из них, давала «медузе» силу. Макс рос, увеличивался в объеме с каждым убитым, и ему все больше хотелось убивать, поскольку это давало пищу и делало его сильнее.

С каждым убитым бойцом «медуза» все больше обретала собственное сознание и начинала действовать сама по себе. Помощь Макса ему больше была не нужна. Он показал, как убивать, а дальше она действовала самостоятельно. Прозрачное существо плыло по космодрому в метре от почерневшего бетона, трогая сердца спецназовцев, и они умирали.

Скоро в живых не осталось никого, и «медуза» поплыла по кругу в поисках другой пищи. Но тут колдунья резким, неприятным голосом приказала ему опустить флаер на землю.

«Как я смогу это сделать? – растерянно подумал Макс. – Как только я трону сердце пилота, он умрет, и тогда аппарат разобьется».

– Ты сможешь его удержать. Это существо обладает немалой силой, просто подчини его себе.

Лис попробовал снова взять управление «медузой» на себя, но это удалось лишь отчасти, шар согласился с ним подняться вверх и заглянуть внутрь кабины флаера.

Растерянный пилот смотрел вниз, не понимая, что происходит на космодроме. Тела спецназовцев усеивали бетонные плиты, но на солдатах не было видно никаких повреждений. Возникало ощущение, что они просто заснули. Летчик что-то кричал в микрофон, и ему кто-то неразборчиво отвечал. «Медуза» зависла над ним, потом осторожно тронула его сердце. Человек умер, а аппарат сначала медленно, потом все быстрее стал заваливаться вниз. Он еще не падал – автопилот не давал ему сильно накреняться, – но снижался, причем слишком быстро.

– Не дай ему разбиться о землю! – выкрикнула Грета. – Иначе мы останемся здесь.

Макс растерянно посмотрел на мертвого пилота, потом на землю, которая быстро приближалась. Потом он ощутил, как наполняется энергией и силой, ему захотелось рвануться вверх, пробить плотную завесу облаков, вырваться с этой планеты и улететь в космос. Там, в пустоте, можно плавать в ласковых потоках энергий огромных звезд, никуда не спеша…

Он даже начал подниматься, пройдя сквозь падающий флаер, но его остановил голос колдуньи:

– Вор, опомнись! Ты не это существо, ты – тот, кто сидит внизу, в круге. Если разорвешь связь, твое тело умрет. Поспеши! Замедли спуск!..

Лис тронул рычаги управления, но его призрачные руки прошли сквозь мертвое железо.

«Не получается, – подумал он. – Что делать?»

– Поддержи силой, – посоветовала Грета. – Ты сможешь.

«Но как?..»

– Просто пробуй… То существо, в котором ты находишься, это умеет.

Лис, выскользнув из кабины, попробовал ухватить машину. Он пролетел сквозь нее, потом еще раз и еще и вдруг понял, что действовать надо медленно и осторожно, ощущая флаер как часть своего призрачного тела. Полного слияния не получалось, мешали работающие двигатели, бросающие машину из стороны в сторону.

Макс остановил их, коснувшись блока управления, потом бережно опустил флаер на бетон космопорта и начал подниматься вверх к космической пустоте, где так приятно дремать, качаясь на волнах энергии, исходящей от звезды.

– Вернись к своему телу, иначе погибнешь. Вор!..

Лис с трудом заставил «медузу» вернуться к зданию, медленно влетел внутрь и, опустившись через перекрытия, замер у своего распростертого тела.

Девушка что-то едва слышно произнесла, ожерелье заиграло изумрудными бликами, и все кончилось: Макс снова ощутил себя человеком, лежащим на полу. Как только это произошло, странное существо рассеялось. Его энергию поглотило ожерелье, а Лис полетел в черную пропасть, где на дне прятались боль и страх.

Ему было неприятно и тоскливо, тело казалось тесной чужой одеждой, плохо сшитой и приносящей боль при каждом движении. Макс глубоко и мерно дышал, пытаясь унять приступ тошноты.

– Вставай, вор, у нас нет времени на то, чтобы ждать, пока ты придешь в себя. – Колдунья тронула его за плечо. – Я знаю, ты в сознании и слышишь меня.

– Я чувствую себя так, словно побывал внутри мельницы для породы, – проговорил Макс. – Хруст как-то водил меня на рудник, и я видел, как там перемалывают все, что в них попадает, огромными чугунными шарами.

– Твое тело не пострадало, оно оставалось здесь все время. Все, что ты чувствуешь, лишь фантомные, несуществующие ощущения, загони их внутрь и вставай!

Лис попробовал приподнять веки, но ему и это не удалось.

– Не могу…

– Госпожа, мы должны уходить, – услышал он голос Грэга. – На сканере множество отметок – сюда летит больше десятка флаеров, а из космоса приближаются два космических истребителя-перехватчика. Мы растревожили улей, пора отсюда убираться.

– Возьми вора, он не в себе. Как наши дела?

– Двое раненых умерли, одному придется помочь уйти к предкам, – вздохнул долианец. – Вы сделаете это, госпожа?

– Это мой долг. – Девушка встала. – Отведи меня к нему.

– Госпожа, я понимаю, что это не мое дело, но у меня все больше крепнет ощущение, что вор несет на себе проклятие. – Грэг замялся. – Как только мы его взяли, смерть слишком часто стала посещать нас. Мы – хорошие воины, возможно, лучшие в империи, но сейчас все происходит не так, как обычно. Что-то мешает нам или кто-то. Мы думаем, это его вина. Позвольте мне забрать у него жизнь. Обещаю, он умрет быстро и легко.

– Этого я не могу пока позволить, – ответила Грета. – Без него мне не добыть артефакт, а это значит, что вы не получите своих денег – таков уговор. К тому же смерть сегодня пришла не только к нам. Ни один твой товарищ не остался неотомщенным – вор принес больше смертей спецназу, чем нам.

– Да, госпожа. – Грэг вздохнул. – Просто не знаю, как буду оправдываться перед старейшинами.

– Деньги помогут оплакать героев.

– Тут вы правы. – Грэг забросил тело Лиса на плечо. – Надеюсь, нам удастся добраться до нужного места без новых смертей.

– Сомневаюсь. – Девушка пошла вперед. – Слишком большие ставки. Думаю, на этой планете прольется немало крови.

– Я понял, госпожа, – помрачнел Грэг. – Что ж, примем смерть, как подобает воинам.

Колдунья подошла к мертвым наемникам и что-то прошептала над каждым, потом вернулась к раненому и заставила долианца положить рядом с ним Макса. Она поместила руку наемника Лису на грудь, потом, прошептав что-то на ухо раненому, ударила ножом – тем самым, которым приносила в жертву зверя в храме.

Долианец умер мгновенно, а Лис вдруг почувствовал, как энергия по холодеющей руке переходит к нему. Серебряная сфера внутри его сразу увеличилась, в ней что-то басовито загудело. Макс ощутил прилив сил, все его боли куда-то исчезли вместе с усталостью.

Он смог открыть глаза, а через пару мгновений и встать.

– Надеюсь, предки встретят моих товарищей с почестями. – Грэг опустился на колени перед мертвецами. – Скоро мы все уйдем вслед за ними.

– Может, и нет, – пожала плечами девушка. – Будущее скрыто от меня, но оно также скрыто и от других. Это узловая точка во времени, в ней решается судьба всего нашего мира.

– Пора идти, госпожа.

Грэг подтолкнул Макса:

– Поспеши, вор, иначе тебе снова придется превратиться в очередного зверя, чтобы сражаться с новыми врагами, которые спешат сюда.

Они вышли из здания, на серых бетонных плитах космодрома повсюду лежали тела спецназовцев, чуть дальше дымились остовы боевых роботов, расстрелянных из ракетных установок. Багровое солнце выбралось наконец из туч и теперь смотрело сверху на них надменно и предостерегающе.

Они прошли к флаеру, который с таким трудом Лису удалось посадить, наемники уже грузились в него. Летательный аппарат был рассчитан на взвод спецназа из пятнадцати человек. Наемников, несмотря на потери, набралось чуть больше, поэтому сидений на всех не хватило. Макса посадили на пол, трое наемников забрались в грузовой отсек, остальные кое-как разместились в салоне.

Долианцы время даром не теряли, они сняли разгрузки с запасными магазинами с мертвых спецназовцев и собрали оружие. Теперь у каждого наемника был автомат и пистолет. Кроме того, они еще нашли три ракетные установки, по паре ракет в каждой, и пять снайперских винтовок.

– Хватит на небольшую войну, – заметил Макс. Несмотря на то что он лежал в проходе и наемники, ходя по салону, перешагивали через него, чувствовал он себя замечательно – энергия мертвого наемника бурлила в его крови. – Вы должны быть довольны.

– Что ты знаешь о войне, вор? – фыркнул Грэг. – Поверь, оружия и патронов никогда не бывает много.

* * *

Дженг весь полет провел в каюте, ему не хотелось никого видеть и ни с кем разговаривать. Несмотря на то что выполнил задание, чувствовал он почему-то себя скверно. Много спал, хотя его мучили кошмары, в которых он превращался неизвестно в кого.

Только на Земле, на родине своих предков, Дженг осознал, насколько отличается от обычных людей. Нет, не зря от него сбегали человеческие самки и больше никогда не возвращались – видимо, они чувствовали его чуждость на подсознательном уровне. Не задумывался он раньше об этом, да и времени на бесплодные мысли не было, а вот теперь кошмары не давали покоя, напоминая, что он не такой. Кто он?.. Оборотень?.. Но почему самки оборотней тоже его избегают?.. Выходит, и они ощущают его чужим? Впрочем, все сто волчат, что тогда спустились в центр подготовки, все стали чужими. Тем, кто превратился в гигантских крабов и скорпионов, наверняка еще хуже. Конечно, если они живы, что совсем не факт. Их же отправляли в самые ужасные места планеты, где не выживали даже роботы…

Когда до Цитрины осталось не больше пятнадцати минут, корабль неожиданно начал тормозить и повис в пространстве. Всех пассажиров собрали в кают-компании, там их ждал капитан – высокий мрачный седой человек, одетый в строгий деловой костюм.

– Что за игры вы устраиваете? – спросила дородная женщина, обвешанная с ног до головы драгоценностями, как новогодняя елка игрушками. – Меня ждет на Цитрине муж, а он очень влиятельный человек. Почему не причаливаете к станции?

– Дело не во мне, и не в членах экипажа, и даже не в техническом состоянии звездолета, и уж тем более ни у кого из нас и в мыслях нет устраивать какую-то глупую игру. – Капитан грустно усмехнулся. – Просто нашему звездолету запретили подлет к орбитальной станции.

– Нас это не касается! Мы требуем продолжения полета! Мы заплатили за то, чтобы нас доставили к орбитальной станции. Извольте выполнять! Иначе мы вас по судам затаскаем. Вашей компании придется заплатить немало за эту вашу шутку.

– Боюсь, вы не понимаете, что происходит. Я бы с удовольствием причалил к станции, но есть одна закавыка.

– Какая еще закавыка?

– Что за шутки?!

– Сейчас вы все увидите и поймете.

Капитан вывел на экран изображения с обзорных камер. В черном вакууме космоса рядом с кораблем висели космические истребители-перехватчики с полным боевым вооружением. Когда офицер щелкнул пальцем по картинке, пассажиры услышали голос летчика:

– Всем кораблям запрещено подлетать к станции, все стыковки отменены. В случае если вы решите продолжать полет к станции, мне разрешено применить оружие.

– Да что же у вас происходит?! – спросил капитан. – Вы можете сказать? У меня пассажиры волнуются.

– На станции проблемы с безопасностью. Потерпите, через пару часов вас примут. Никакой другой информации вы не получите.

– Вот и все, что я могу сказать. – Капитан развел руками, выключая экран. – Ваши судебные иски не будут удовлетворены, потому что моя компания не имеет никакого отношения к происходящему. Искренне сожалею и приношу свои извинения. Предлагаю продолжить наш праздничный обед. Стюард, принесите пассажирам вина за счет компании.

Дженг вышел, когда пассажиры потянулись к принесенному вину. Оно было дорогим, с виноградников Земли, и ценилось знатоками выше других, производимых в империи. Терпкий изысканный вкус примирил всех с задержкой.

Волк дошел до рубки, связался с наставником и сообщил о том, что происходит. Ответ его озадачил.

– Мы ждали чего-то подобного. На Цитрине собрались все заинтересованные лица.

– Что это значит?

– Не все прибыли сюда легально. Возможно, некоторым пришлось применить силу, чтобы попасть на планету.

– Не понимаю…

– Твой друг находится внизу и отслеживает ситуацию. Он расскажет все, что тебе нужно знать для выполнения задания.

– Как мне его найти?

– Следуй на указаное место, и он сам найдет тебя.

– Приоритет задания?

– «Пять точек».

– Повторите.

Дженг даже вздрогнул. Наивысший приоритет!

– «Пять точек». Поторопись!

– Выполняю.

Дженг, озадаченный, вышел из рубки. Бром здесь, находится внизу, на поверхности планеты. Что же такое должно произойти, что наставники решились рискнуть ими обоими? «Пять точек»?.. Это значило, что он мог убивать, не раздумывая, и быть готовым умереть, так как достижение цели важнее его жизни. Он просто обязан выполнить поставленную перед ним задачу во что бы то ни стало: даже если придется уничтожить планету, он это сделает.

Корабль пришел в движение, голос капитана прозвучал из динамиков:

– Всем пассажирам занять свои места в каютах. Перехватчики вернулись в доки. Мы приближаемся к орбитальной заправочной станции. Через пятнадцать минут стыковка, после этого вас пригласят к выходу. Доброго пути вам всем. Удачи!

Дженг поспешил в свою каюту. Он быстро собрал вещи, которые легко уместились в небольшую сумку: запасные комбинезоны и обувь, кредитные карточки и немного наличных – этого вполне хватит, чтобы выжить в любом месте. Оружие не нужно.

Стыковка прошла в штатном режиме. На станции волка и других пассажиров отправили на санобработку. Такое с ним происходило впервые, и Дженга не успокоили слова о том, что на этой станции подобная операция считается рутинной и отработана до мелочей.

К сожалению, пройти иначе на станцию невозможно, только через этот коридор, контролируемый сканерами. Внутри у волка заледенело, словно кто-то шепнул ему: опасность! На Земле это закончилось плохо – его вычислили. А потом он долго не мог избавиться от слежки. Что же ему приготовили здесь?

Дженг знал, что прохождение через санпропускник не может нести в себе ничего для него страшного. Ну подумаешь, польют его из душа химическими реактивами, обработают обеззараживающими лампами, а одежду постирают и высушат. Ничего ужасного! Почему же у него ноги подгибаются от страха?

Предчувствие не обмануло. Как только на него хлынула вода, содержащая компоненты для бактериологической очистки, Дженг начал меняться, и уже через пару мгновений из кабинки вылетел разъяренный оборотень, появление которого привело дежурного в ступор. Правда, длился тот недолго. Человек заорал, вскочил и заколотил по кнопке тревоги. Это было последним, что он сделал в этой жизни. Огромный черный волк, не замедляя хода, оторвал ему голову и помчался дальше.

Глава тринадцатая

Флаер взлетел и резко набрал высоту.

– Поймал передачу о нас, – раздался в динамиках голос наемника, севшего на место пилота. – Очень познавательно. Слушайте.

Послышался треск помех, потом заговорил женский голос:

– Группой преступников произведено нападение на персонал орбитальной станции, есть пострадавшие среди службы безопасности. Бандиты захватили челнок и направляются к поверхности планеты. Просим сообщить в ближайший полицейский участок или позвонить по номеру любой государственной службы, если вам станет известно место посадки. Вознаграждение гарантируется.

– Еще одно сообщение, – произнес пилот. – Включаю. Интересно.

На этот раз говорил мужчина, он явно был взволнован, так как глотал окончания слов.

– На запасном космодроме ведется бой!.. Повторяю, на нас напали! Челнок с орбитальной станции приземлился у нас, из него высадилось два десятка долианцев. Они захватили головной и вспомогательный офисы, многие из сотрудников безопасности убиты… Вскрыт склад оружия, преступники захватили несколько переносных зенитных ракетных комплексов и автоматы с полным боекомплектом. Просим о помощи!..

В ответ суровый мужской голос:

– К вам направлено четыре полицейских флаера со спецназом. «Скорая помощь» прибудет после того, как космодром будет очищен от нарушителей порядка.

Снова заговорил первый мужчина:

– Я нахожусь на верхнем этаже головного офиса. На бойцов прибывшего спецназа напало неизвестное животное. Оно похоже на огромную прозрачную медузу, ее не берут пули!.. Три флаера сбиты, один захвачен преступниками, весь спецназ уничтожен…

– Этого не может быть! Элитные бойцы. Вы уверены?!

– Абсолютно! С моего наблюдательного пункта видно все. Преступники погрузились на флаер и улетели.

– А куда делось неизвестное существо?

– Оно исчезло.

– Понятно. Ждите, высылаем «скорую помощь» и полицию. Что еще можете сообщить?

– С долианцами – женщина и какой-то молодой парень, вероятнее всего, заложники. Наемники хорошо охраняют эту парочку.

– Не высовывайтесь. Направляем два боевых истребителя на перехват флаера…

– Истребителей нам только не хватало, – прокомментировал Грэг. – Опять госпоже работа. Нам их отсюда не взять.

Из кабины пилота донеслось:

– Спускаюсь к земле, истребители идут за нами.

– Они нас обнаружили?

– По всем признакам – да, их наводят по спутнику. Скоро выйдут на прямую видимость, после этого пустят ракеты.

– Спускайтесь, – послышался голос Греты. – Ищите естественные препятствия, за которыми удастся спрятаться. Перехватчики не очень устойчивы на малых высотах, поэтому им будет трудно нас выслеживать, и спутник не поможет: видимость ухудшается, дождь усиливается…

– Выполняю, госпожа. Пойду метрах в пяти над лесом, постараюсь найти просеку. Но впереди горы, там будет сложнее – ветер, воздушные ямы…

– За это время я что-нибудь придумаю. Эй, в салоне, мне скоро понадобится вор, не помните его!

Грэг с тяжелым вздохом поднял Макса и посадил в свое кресло, а сам опустился на пол.

– Сиди, пользуйся моей добротой.

– Премного благодарен.

Лис посмотрел в иллюминатор. Они летели над дорогой, покрытой асфальтом. Сейчас она была пустынна, и прятаться им было некуда. Слева появился лес, и флаер устремился к нему, лавируя над деревьями. Аппарат летел с огромной скоростью и едва успел тормознуть и нырнуть на широкую поляну. В нескольких сотнях метров позади ракета с перехватчика, потеряв цель, взорвалась над дорогой. Аппарат снова взлетел.

Тут же заработала автоматика флаера и зазвучал приятный женский голос:

– Внимание, приближается ракета! Время подлета – десять секунд, девять, восемь…

Флаер резко затормозил и спикировал на очередную полянку. Ракета разорвалась на краю, повалив несколько деревьев, машину ощутимо тряхнуло. Флаер снова поднялся и полетел дальше.

– Начались игры в кошки-мышки, – проворчал Грэг. – Все равно нам от них не уйти, у них и высота больше, и приборы лучше. Они не остановятся, пока нас не собьют.

– Что будем делать? – Наемники мрачно переглянулись. – Пушками их тоже не взять, у перехватчиков скорость выше.

– Просто посидим и понаблюдаем, – пожал плечами Грэг. – Если бы с нами не было госпожи, я приказал бы продолжить путь по земле.

– А чем госпожа может помочь?

– Всем. – Долианец усмехнулся и многозначительно посмотрел на Макса. – Она и истребители собьет, если понадобится, и с полицейскими флаерами разберется, которые за нами летят. Вы же видели на космодроме, на что она способна.

– Лучше бы обойтись чем-нибудь другим, более привычным. – Наемники нахмурились, вероятно, им не очень понравилось то, что происходило на космодроме. – Мы не готовились к таким ситуациям.

– Привыкайте, – усмехнулся Грэг. – Госпожа постоянно оказывается в самых опасных местах. Да и охотятся за нею, как за опасным зверем.

– Кто?

– Враг неизвестен, но очень могущественен. Ему подчиняется даже звездный десант. Кроме того, в деле участвуют оборотни. Они несколько раз нападали на нас. Это пока все, что известно.

– Первоочередные цели?

– Добраться как можно быстрее до места, где находится артефакт, который разыскивает госпожа, получить его и смыться. Кстати, вероятнее всего, именно за ним и идет охота.

– Выходит, следует ожидать большой драки, – задумчиво произнес наемник с багровым шрамом на лице. – Перевертыши – серьезные противники. Я один раз сражался против клана Медведя, потери тогда были один к одному, и мы проиграли. Драться они умеют, а по физическим качествам нисколько не уступают нам.

– Внимание! Приближается ракета, – заговорил приятный женский голос. – Время подлета – девять секунд, восемь, семь…

Флаер затормозил и потом резко нырнул вниз в глубокий овраг. Сзади раздался взрыв.

– Истребители нас так просто не отпустят, – покачал головой Грэг. – Так и будут долбить, пока не закончатся ракеты, потом начнут стрелять из пушек.

– Плохо, – пробормотал с кислой миной долианец, сидящий рядом с Грэгом. – Нас слишком мало для хорошей драки, а подкрепления ждать неоткуда.

– Ничего, прорвемся.

– Я теперь понимаю, как ты потерял предыдущую команду.

– Вот так и терял: война есть война, на ней убивают.

– Так вроде мирное время.

– В том то и дело, что вроде. На нас в космосе и крейсера нападали, и линкоры. Сейчас – военные и копы, а до этого оборотни гонялись на скоростных флаерах. Если это не война, тогда что?

– Не знаю, но на войне у нас было бы настоящее оружие, а не эти безделушки. Сейчас у нас нет ни одного бронекостюма, ни скорострельных пушек, ни пулеметов. Ракет, роботов, зондов – мы практически безоружны!

– Скоро что-нибудь отыщется, это как раз не проблема, – ободряюще улыбнулся Грэг. – Встретимся с противником, и все трофеи наши.

– Толку-то от них, – вздохнул наемник. – Все люди – маломерки, их амуниция нам не подходит.

– Внимание! Приближается ракета. Время подлета – девять секунд, восемь, семь…

Флаер резко устремился вниз, их снова тряхнуло близким разрывом. Лес закончился, впереди показались горы. Пилот нацелил аппарат в небольшое ущелье, но тут впереди по курсу побежали разрывы снарядов скорострельной пушки, по корпусу словно ударили огромным молотом, и машина понеслась к земле в неуправляемом пике. В паре метров от поверхности флаер выровнялся, поднялся, но тут же рухнул на землю, едва успев выпустить опоры.

Макс ударился головой о стоящее перед ним кресло и на мгновение потерял сознание, а когда очнулся, то увидел, как из машины выскакивают долианцы. Салон заволокло дымом, в воздухе витал едкий запах от пробитых топливных баков. Что-то угрожающе потрескивало над головой. Грэг тронул его за плечо:

– Идти сможешь, вор?

– Наверное, – неуверенно ответил Лис. – Вроде кости целы.

– Выползай, аппарат сейчас взорвется, а мне надо ребят из грузового отсека вытаскивать, может, кто-то остался в живых.

Лис отстегнул ремни и рухнул в проход, потом медленно пополз к выходу. Болела грудь, из прокушенной губы шла кровь. В голове разгоралась знакомая серебристая сфера, и, как ни странно, когда она заполнила весь мозг, стало легче двигаться. Даже легкие уже не давились удушливым дымом, а кашель перестал раздирать горло.

Трапа не было. Макс выпал с двухметровой высоты на землю и кое-как встал на ноги.

Наемники разбежались по каменистому склону. Двое выискивали поисковиками ракетных установок истребители, на земле стонали двое раненых, рядом валялось неподвижное тело – одному из долианцев не повезло.

Сзади из багажного отделения Грэг спускал по одному раненых наемников, ему помогала еще пара долианцев. Греты не было видно. Лису показалось странным, что долианец занимается своими товарищами – обычно он в первую очередь спасал колдунью.

Багровое светило зависло посередине неба. Повсюду стояли лужи. Дождь прошел, остатки черных туч, как разбитая армия, уползали за горизонт.

Макс тяжело вздохнул и полез обратно в салон, сам не понимая, зачем это делает. Колдунья испортила ему жизнь, увезла с родной планеты, убила его брата, почему он лезет ее спасать, если большую часть времени мечтал ей отомстить?..

Он подпрыгнул, зацепился за пластиковый борт, подтянулся и залез в салон. Его уже полностью заполнил оранжевый дым, в глубине разгоралось пламя. Дверь в кабину пилотов покорежило, и она не открывалась. Возможно, именно из-за этого препятствия долианцы решили, что спасти девушку не удастся. В конце концов, они – люди военные и делают каждую минуту только то, что можно сделать. Так устроены у них мозги.

Макс лег на пол, где еще оставалось немного воздуха, и начал мучительно размышлять о том, что делать. Серебристая сфера снова заполнила мозг, отчего у него перестало болеть в груди, а внутри родились спокойствие и уверенность в себе, страх и боль ушли.

Он встал, положил ладонь на бронированный пластик и толкнул его появившейся силой. Ощущение было такое, что через руку проскочил мощный разряд электричества.

Что-то лопнуло под будто раскалившейся ладонью, дверь развалилась на неровные куски, и Лис вошел внутрь. Пилот обвис на ремнях, из разбитой головы текла густая темная кровь. Колдунья смотрела перед собой ничего не видящими, потускневшими глазами. Лицо бледное, губы посинели, сердце не бьется. Но Макс откуда-то знал, что ее еще можно спасти, нужно только выбраться наружу, пока флаер не взорвался.

Он поднял легкое тело на руки и пошел обратно, удивляясь силе этой хрупкой девушки, которая позволяла ей управлять долианцами, защищать их от зверей и людей. Сейчас, когда она не дышала, это казалось невероятным. Сейчас она была слабой, тихой и очень человечной… такую он мог бы полюбить. Жаль, что она скоро очнется.

Огонь уже охватил весь салон, кресла и стены горели удушливым оранжевым пламенем, пол плавился, дышать было нечем, и добраться до выхода не представлялось возможным. Не понимая, что делает, Макс протянул вперед одну руку, в его голове засветилась серебристая сфера, и огонь вдруг опал перед ним бессильными языками, сдвигаясь к бортам, открывая проход к люку.

Сделав еще пару шагов, Лис спрыгнул вниз, положил девушку на землю и закрыл глаза. Его рука легла на ее затвердевшую холодную грудь, и через ладонь пошла энергия. Вот она коснулась застывшего комка мышц, и они зашевелились. Сердце неуверенно сжалось, а потом заработало в полную силу.

Грета вздохнула и закашлялась, мучительные судороги начали сотрясать ее тело.

– Оживать всегда противно, – произнес Лис, садясь на траву рядом с девушкой и чувствуя внутри лишь пустоту и усталость. Он только что невероятным образом спас от смерти человека, которого ненавидел, и теперь не знал, как к этому относиться. Пока ощущения были не очень неприятные. Его мутило и хотелось спать. – По себе знаю, гадкое это дело – возвращаться к жизни.

Подбежал Грэг.

– Что с госпожой? – Он наклонился над ней, проверил пульс и облегченно вздохнул: – Жива, значит, все нормально.

– Вы бросили ее, – произнес Лис. – Еще немного – и она бы погибла.

– Обычно она сама о себе может позаботиться. К тому же в кабине пилота дверь перекосило. Я собрался выломать ее и побежал за инструментами, они всегда находятся в багажнике. Но там лежали наши ребята… В общем, пока я их оттуда вытащил, пока нашел, чем вскрыть дверь, увидел, что она уже на земле. Это ты извлек ее из кабины?

– Я.

– Что ж… – Грэг внимательно на него посмотрел. – Спасибо. Ты еще раз нам помог, а это значит, что теперь я тебе дам шанс убежать, когда придет твое время умирать. Это для тебя достаточная плата?

– Вполне. – Макс грустно усмехнулся. – Узнать бы еще, почему ты изменил ко мне отношение?

– Ты не трус, хоть и слабак. У тебя доброе сердце, и ты уже не раз показывал, что способен на благородные поступки. Такое я не забываю. Добрых и великодушных людей мало в этой Вселенной, их надо беречь.

– Спасибо.

– Я не имею права давать такое обещание, поэтому лучше будет, если об этом никто не узнает. Договорились?

– Мне рассказывать некому, у меня здесь друзей нет.

За спиной наконец-то взорвался флаер, Грэг прикрыл его и девушку своим телом, горящий кусок пластиковой обшивки упал ему прямо на спину, и наемник брезгливо отбросил его в сторону.

– Поешь сам и накорми госпожу, а мне нужно позаботиться о товарищах. – Долианец залез в свой рюкзак и сунул Максу два пайка и фляжку с водой. – У нас еще трое погибло. Осталось всего полтора десятка, считая раненых. Боюсь, скоро снова всех потеряю. У меня сердце рвется на части.

Он отошел к раненым, а Макс приложил горлышко фляжки к губам девушки. Вода влилась ей в рот, колдунья глотнула и закашлялась. Лис приподнял ее голову и положил себе на колени. Девушка открыла мутные, ничего не понимающие глаза. Ее ожерелье ярко засветилось изумрудным светом, и через пару секунд она огляделась уже вполне осмысленно.

– Я умерла?

– Может быть. Я не очень хорошо разбираюсь в медицине, но ты не дышала, и сердце твое не билось.

– Я видела твое лицо, когда умирала, и знала, что мне не спастись. Дверь заклинило, открыть ее не хватало силы. Тогда я начала подготовку к переходу. Зачем ты меня вернул?

– Я не знаю, – пожал плечами Макс. – Сам сижу гадаю. Есть хочешь?

– Мне все еще плохо. Извини, но сейчас меня вывернет. – Колдунья закашлялась, а потом отвернулась в сторону, послышался звук рвоты. – От дыма мутит, – хрипло произнесла она. – Дай еще воды, все легкие им пропитались.

Макс снова поднес фляжку к ее губам.

– Нельзя так распускаться, – пробормотала Грета. – Надо привести себя в порядок, но у меня на это нет сил. Можно я еще полежу?

– Лежи. – И в этот момент Лис вдруг понял, как этой девушке тяжело дается ее уверенность. На самом деле ей трудно и одиноко, но никто этого не замечает. Огромные долианцы ведут себя так, словно рядом с ними находится один из их товарищей. – Ты была мертвой, а возвращаться в свое тело всегда больно и мучительно.

– Я знаю.

– Откуда?

– Умирала много раз. – Колдунья вздохнула. – У меня была не очень простая жизнь.

– Тогда почему ты идешь вперед, если знаешь, что впереди ждет только смерть?

– Ты все еще думаешь, что свободен в своих решениях? – Грета усмехнулась. С каждым мгновением она все больше оживала. На лицо уже вернулся обычный цвет, губы порозовели, горестные морщины на лбу разгладились. – Ты ошибаешься. Мы делаем то, что должны, даже если нам это не нравится, потому что другие варианты еще хуже. Ты по-прежнему ненавидишь меня за то, что я приказала убить твоего брата?

– Да, я убью тебя за это рано или поздно.

– Ты только что спас мне жизнь. – Девушка поморщилась от боли. – Так вот за то, что ты меня оживил, сообщаю: твой брат жив. В него, как и в тебя, выстрелили из парализатора, а потом оживили и отправили к вашему приемному отцу. Хруст – так, кажется, его зовут?..

Лис посмотрел ей в глаза, в эту темную зеленую глубину, и вдруг понял, что колдунья говорит правду. Наверняка так и было.

– Но зачем ты мне сказала, что он мертв?!

– Требовалось, чтобы у тебя исчезли все привязанности и ты оказался один на один с враждебным миром. Это мобилизует, перестраивает сознание. Без горечи внутри ты просто не смог бы учиться, принимать в себя то, что необходимо.

– Это плохой способ обучения, слишком жестокий.

– Извини, но другого я не знаю. Возможно, потому, что меня саму так учили. Помнишь, ты спросил о смерти? Так вот, я умирала много раз, и именно это сделало меня тем, кто я есть. Когда уходишь в другой мир, учишься многому.

– А зачем ты мне рассказала сейчас о брате?

– Ты спас мне жизнь, и мне больше не нужна твоя ненависть. Наоборот, требуется помощь, а она должна быть искренней. Все только начинается.

– Не понимаю…

– Помоги мне встать. – Девушка оперлась об его руку и поднялась. – Ты сам уже заметил, что изменился. В тебе появилась внутренняя сила, и ты стал использовать магию – значит, сможешь открыть нужную дверь.

– С чего ты взяла? Это я о магии…

– Ты меня оживил, используя свою силу. Медицина была бы бессильна, значит, использовал магию.

Колдунья пошатнулась, но, увидев, как Грэг хлопочет над ранеными, упрямо сжала губы и направилась туда, покачиваясь от слабости. Уже через пару мгновений начала что-то шептать над ними, и наемники один за другим стали подниматься, недоуменно разглядывая затянувшиеся раны. Однако встали не все, двое так и остались на земле. Из двадцати долианцев, что встречали на орбитальной станции, осталось только четырнадцать. А ведь с того момента не прошло и суток.

Макс грустно усмехнулся и пожал плечами. В конце концов, его впутали в эту игру насильно, и наемникам он ничего не должен, именно они притащили его сюда.

Он взял в руки пакет и дернул ленточку, подождал, пока паек разогреется, и начал есть. Через пару минут к нему подошла колдунья, села рядом и взяла свой паек.

– У меня осталось мало сил, а скоро сюда прибудут полицейские флаеры. Ты готов?

– Снова хочешь превратить меня в очередного зверя? Может быть, пусть наемники на этот раз попробуют?

– Они бы с удовольствием, только для них это невозможно. – Грета приступила к еде, глядя усталыми, отрешенными глазами на траву и кусты. – Не каждый может осознать наложенный на него образ, такое получается у единиц. Среди долианцев нет ни одного, кто бы смог управлять даже самым примитивным зверем. Думаю, они бы сошли с ума, если бы попробовали такое. При всей устойчивости их психики, она построена на рациональном видении мира, они не верят в чудеса и боятся их.

– Я такой же, как они.

– Нет, ты другой. В тебе есть способность, которая позволяет, если не увидеть, то ощутить многое из того, что происходит рядом. И твои способности растут с каждым днем.

– Я ничего не чувствую, не вижу и не слышу, – пожал плечами Макс. – Ты ошибаешься.

Грета заглянула в его глаза.

– Не так давно ты сливался с сущностью, для которой аура живых существ – любимое лакомство. Доказательство тому – множество трупов на космодроме за нашей спиной.

– Я не хочу об этом вспоминать!

– Когда ребенок рождается, он начинает кричать от боли, от холода, от множества неприятных ощущений, но постепенно привыкает, свыкается, а потом не хочет умирать. Так и ты привыкнешь понемногу жить, видя внутренним зрением другой мир.

– Предпочел бы считать, что его не существует. Уж слишком он странен и непонятен.

– По той же аналогии с ребенком ты просто его не знаешь. Пройдет немного времени, и ты сможешь его видеть. Не глазами. Нет. Этот призрачный мир состоит из энергии, как и твоя душа. Вот с ее помощью и можно смотреть в прошлое и будущее, наблюдать за тем, что происходит на других планетах в миллионах километров отсюда. Тебе понравится, поверь!

– Как можно увидеть то, чего еще нет или уже нет?

– От прошлого остаются энергетические следы, а будущее формируется энергией, что рождается сегодня. Кто-то о чем-то подумал, кто-то что-то сделал, и эти мысли и поступки, как кирпичики, укладываются в события, которые нас ждут в будущем. Я родилась очень восприимчивой к этим энергиям и долгое время не понимала, почему ощущаю все иначе, чем другие. Сначала даже пыталась стать такой же, как все. Мне не хотелось выделяться, потому что меня дразнили, иногда били… – Грета грустно развела руками. – Но ничего не получилось, хоть я очень старалась. Я просто не понимала, как видит мир обычный человек и как он реагирует на то, что его окружает. Думаю, ты испытывал нечто подобное, потому что очень похож на меня.

– Не думаю, что это так, – покачал головой Макс. – Я не помню своих родителей, они умерли, когда я был совсем маленьким. Первые мои воспоминания связаны с пластиковыми коробками, в которых я ночевал. Однажды их увезли, и я остался без дома. Тогда мне было очень плохо. Я жил на улице, в школе никогда не учился, с другими детьми не общался, поэтому мне трудно себя с ними сравнивать.

– А как же твое образование? Я читала в твоем полицейском деле, что ты закончил университет.

– Образование мне купил приемный отец – вор по кличке Хруст. Единственный сверстник, которого я знал, был мой сводный брат, такой же сирота, как и я. У меня просто была другая жизнь, не такая, как у тебя.

– Да, наверное… – Грета помолчала. – Хочется спросить, каково это, жить без родителей, но не буду. Позже сама посмотрю, что ты чувствовал.

– Как?

– Если можешь видеть будущее, то прошлое разглядеть еще проще. Оно, по крайней мере, в одном варианте, а не в нескольких. Думаю, скоро ты это тоже поймешь.

– Вряд ли, – упрямо отмахнулся Макс.

– Поверь, у тебя получится. – Девушка улыбнулась и отбросила пустую коробку в сторону. Ее тут же подобрал один из наемников и, сняв дерн, положил в образовавшуюся ямку. – Уверена, что у тебя, даже у маленького, уже проявлялись какие-то способности.

– Опасность. – Лис горько усмехнулся. – Ее я чувствовал всегда. Успевал уходить из тех мест, где что-то происходило. Меня не могли поймать копы. Иногда я отказывался от какого-то дела, а потом оказывалось, что там меня ждала засада. Дэн говорил, что я всегда ощущаю неприятности раньше, чем они начинаются.

– Вот так ты предчувствовал будущее. – Грета встала и посмотрела на долианцев. – Грэг, я готова, можем идти дальше.

– Сейчас, госпожа, только уберем следы своего пребывания здесь, а мертвых занесем в кусты, чтобы звери могли их съесть. Что нам ожидать в будущем?

Грета на мгновение закрыла глаза.

– Нас догонят полицейские флаеры. Они уже близко… Четыре аппарата, в каждом по пятнадцать человек. Нужно захватить один из них и на нем отправиться дальше.

– Ребят осталось мало.

– Не беспокойся. – Колдунья взглянула на Макса так, что он поежился от пронизывающего взгляда. – Я обязательно что-нибудь придумаю.

– Я в этом не сомневаюсь, госпожа, но нас становится с каждой стычкой все меньше. Впору снова просить старейшин о помощи.

– Нет времени ждать подмогу, придется надеяться только на себя.

– Хорошо, госпожа. – Грэг развел руками. – Говорите, что делать.

– Нам нужно в горы. Там немало мест, где мы можем устроить засаду, да и флаерам среди скал летать непросто.

– Но после полиции наверняка появятся армейцы, раз мы устроили переполох на станции.

– В первый раз, что ли? Подобные мелочи, по-моему, вас никогда раньше не волновали. Мне всегда казалось, что вы готовы воевать со всем миром, лишь бы вам за это платили.

– Вы правы, госпожа. – Грэг хмуро осмотрел свое поредевшее воинство. – Все слышали? Вперед! Ищем подходящее место для боя с полицейским спецназом.

* * *

Герон мрачно глядел в котлован, где рабочие, используя огромные вакуумные пылесосы, освобождали все новые и новые кости от многовековой пыли и земли.

– Убедились, что эти существа не походят на людей? – спросил подошедший Ирфан. – У них узкая грудная клетка, а ребра практически полностью закрывают внутренние органы, как корсет. Да и сам позвоночник иной. Вероятнее всего, они произошли из животных, живущих в норах. Кстати, у них были небольшие хвостики, которые, по всей видимости, не прятали, а раскрашивали в разные цвета. Мужчины – в одни, женщины – в другие…

– Командир! – Герон оглянулся и увидел бегущего Кочета. – Тревога!

– …а черепа у них больше наших, – продолжал археолог, – следовательно, вмещали больший по объему мозг. Получается, что они были разумнее нас…

– Капитан! – Кочет отдал честь. – Двое разведчиков убиты. Их только что обнаружили часовые…

– Не понял! – Герон нахмурился еще больше. – Когда это произошло?

– Вам лучше пройти со мной, объяснение займет много времени. – Заместитель хмуро взглянул на Ирфана. – Да и наши дела вряд ли интересны профессору…

– Ну почему же? – улыбнулся археолог. – Мы находимся вдали от цивилизации, а значит, должны во всем поддерживать друг друга, помогать в делах. Разве нет? Мы с вашим командиром как раз хотели обсудить возможность привлечения ваших бойцов в качестве рабочей силы для того, чтобы ускорить раскопки.

– А если мне понадобятся бойцы для вашей охраны, вы мне дадите своих рабочих?

– Конечно, если понадобится.

– И многие из них умеют пользоваться современными стрелковыми комплексами? Кто из них что-то слышал о бронекостюме последнего поколения с мощными сервомоторами и скоростной электронной начинкой?

– Думаю, все ваше оборудование не сложнее нашего. Мои люди разберутся.

– А умирать они тоже обучены?

– Умирать?! Это вы о чем?

– О том, что у меня двое убитых.

– Прекратить дебаты! – приказал Герон. – Прошу прощения, Ирфан, но дела требуют моего присутствия на другой стороне лагеря, потом мы продолжим наш разговор.

– Надеюсь, ничего страшного не произошло?

– Я тоже на это надеюсь. – Командир быстро зашагал к тому месту, куда показал Кочет. Тот бежал за ним, матерясь сквозь зубы. Неизвестно почему, но Кочет сразу невзлюбил главного археолога, и только воинская дисциплина и прямой приказ Герона не позволяли ему ссориться с ученым каждый день.

Тела лежали у края плато на пыльной земле, покрытой бурыми пятнами уже запекшейся крови. Герон перевернул их на спину и горестно вздохнул: у обоих бойцов были распороты животы и выедены внутренности, а гортани оказались вырваны одним ударом когтистой лапы.

– Барсы. Это их манера убивать. Только как они оказались внутри лагеря? Как обошли охрану?

– Вы считаете, что это барсы? Откуда здесь вообще могли взяться оборотни?

– Командир! – К Герону подошел один из разведчиков.

– Что, Абид?

Разведчик выразительно посмотрел на заместителя. Герон пожал плечами.

– Можешь говорить, пора ему понемногу узнавать то, чему в академии не учат.

– И что он мне может сказать? – Кочет фыркнул. – То, что нарушает субординацию и является вашим любимчиком?

– Одним из любимчиков, – поправил его командир. – Все, кто воевал со мной, имеют право в любое время дня и ночи приходить ко мне, минуя посредников. На этом стоит звездный десант. Мои любимчики знают: если завтра нам снова придется воевать, то я встану рядом с ними. Так, Абид?

– Да, командир. – Разведчик настороженно посмотрел на Кочета. – Я бы предпочел промолчать, лейтенант, и ни в коем случае не хочу вас обидеть. Просто услышал ваш разговор и понял, что вы неправильно оцениваете ситуацию.

– То есть? – Командир нахмурился. – Что я неправильно понял?

– Мои товарищи убиты не оборотнями из клана Барса.

– А кем?

– Видите след на шее от когтей?

– Да, и что?

– Это лапа не барса, а волка.

– Что?! – Герон побледнел.

– Да, командир. – Разведчик присел у трупа и показал пальцем на рану. – Коготь прошел насквозь, значит, он был длиннее десяти сантиметров. Такой длины они бывают только у волков. Если бы это был медведь, то коготь был бы более загнут и вышел сбоку. Точно волк, уверен на сто процентов. Давно я их отметин не видел. Скверная история, командир. Где-то здесь им медом намазано, иначе они бы не полезли туда, где находится звездный десант. Плохая история и будет иметь еще худшее продолжение.

– С чего ты взял?

– На этом плато ничего интересного не происходило, пока археологи не откопали кости. Возможно, профессор знает, что он нашел. Кстати, сейчас он спешит сюда…

Герон завертел головой:

– Где он?

– Я слышу, как профессор скребет землю подметками вон за тем шатром.

Из-за палатки вышел Ирфан.

– Верю всему, что ты сказал. Довольно убедительно. Спасибо.

– Извините, что снова вас тревожу, но мы так и не договорили насчет ваших бойцов. – Археолог подошел ближе. – Так вы мне их дадите или нет?

– Вероятнее всего, нет. – Командир вздохнул. – Мне нужны все мои люди, чтобы обеспечить вашу безопасность.

– Да полноте! Кто на нас тут может напасть? Мы находимся на тихой планете вдали от городов, здесь уютно и спокойно. Я с самого начала был против привлечения десанта для охраны, и если бы это не стояло главным условием финансирования, нас бы охраняла служба безопасности моего университета. А это что?.. – Ирфан посмотрел на тела, прикрытые Абидом при его появлении пластиковым тентом. – Судя по следам крови, какая-то дичь? Решили разнообразить меню?

Герон пожал плечами:

– Нет, это кто-то другой решил украсить свое меню человеческим мясом.

– Да бросьте вы! – Профессор усмехнулся, откинул ногой край тента, увидел мертвых разведчиков и побледнел. – Что за шутки?!

– Слушай приказ, лейтенант. – Герон хмуро посмотрел на археолога, испуганно отскочившего в сторону, и грустно усмехнулся. – С сегодняшнего дня переходим на режим военного положения. Увольнения отменить, количество патрулей увеличить. Запрещаю кому-либо ходить поодиночке, даже разведчикам. Для отражения возможного нападения приказываю сложить из камней брустверы по периметру, на них установить тяжелые пулеметы и скорострельные пушки.

– У нас только четыре пулемета и две пушки, командир.

– Знаю, лейтенант. Поставьте их на самом опасном направлении перед лесной опушкой. Для боевых роботов разработать круговые маршруты с промежутком движения не более трех минут. Зонды поднять в воздух на постоянное круглосуточное дежурство, операторов разбить на смены, чтобы я каждую минуту знал, где кто находится. И неважно, когда мне это захочется узнать – днем или ночью!

– Это нас не спасет, командир, – заметил Абид, снова аккуратно прикрывая пластиком тела товарищей. – Мы уже все это использовали на Кали, результата никакого.

– Знаю, – хмыкнул Герон. – Но я обязан что-то предпринять, работа у меня такая. И не забывай, мы не на войне и охраняем гражданских лиц. Это двойная ответственность: штатские находятся здесь по контракту, а мы – по приказу.

– Да, командир. – Разведчик отдал честь. – Когда появляются оборотни, все меняется. Они по одному нас всех сожрут, если захотят. Звери подбираются незаметно. По запаху любого отследят. Они быстрее и сильнее. Против них нельзя надолго оставаться на месте, нужно движение, а мы прикованы к этим раскопкам.

– Ты все правильно понял, солдат, – кивнул Герон. – Жаль, конечно, что не мы выбираем место боя и противника, но тут уж ничего не поделаешь.

– Да, командир! – Разведчик отдал честь. – Простите.

* * *

Дженг выругался про себя. Только этого ему еще не хватало для полного счастья. Похоже, компоненты для обеззараживания микробов его организм воспринял как нападение! Это было неприятно еще и потому, что процесс обеззараживания отслеживал компьютер, и теперь запись о невольном перевертывании хранится где-то на станции в архивах службы безопасности. А оставлять следы своего пребывания Дженг не имеет права. Не стоит дарить человечеству доказательство того, что оборотни не выполняют указ императора.

Волк несся по коридору, глядя на разбегающихся работников станции, и мысленно морщился от отвращения к самому себе и собственной глупости. Не стоило идти на бактериологическую очистку. Конечно, если бы знал заранее, то… все равно ничего не смог бы сделать. Его просто не впустили бы на станцию. И всем его предчувствиям – грош цена, хоть они и оказались верны.

У лифтов висело огромное зеркало, в котором он смог увидеть себя во всей красе: огромный черный волк с могучими челюстями и мощными длинными когтями. Дженг мрачно улыбнулся сам себе, и волк ответил ему ухмылкой.

Двери лифта открылись, оттуда выскочили три охранника и открыли по нему стрельбу из парализаторов. Это они сделали зря. Дженг и так не очень хорошо контролировал себя. Один выстрел попал в какую-то область за шеей, и по телу разлилась мучительная боль. Дальше Дженг ничего не помнил, сознание помутилось, окружающее поплыло перед глазами, а когда пелена исчезла, он обнаружил, что стражи мертвы, а кремовые панели, желтый пол и серый потолок забрызганы кровью.

Волк разорвал одного из стражей и пообедал свежей плотью. Мясо было вкусным, свежим и сочным. Дженг с огромным трудом заставил себя оторваться от пищи и вошел в лифт. Автоматические двери закрылись за ним, теперь ему требовалось нажать нужную кнопку. Только как? Помещения службы безопасности находились на верхних этажах станции, а до этой кнопки он не мог дотянуться своим носом. Приподняться не получалось – мощные лапы скользили по пластику, и даже когти не помогали.

Пришлось снова перевертываться в человека. Дженг лег на пол и стал представлять себе, как исчезает шерсть, когти уходят, а пасть укорачивается. Но тут дверь лифта открылась, и несколько охранников, вооруженных пистолетами, сразу начали стрелять.

В целях безопасности на орбитальных станциях разрешались только парализаторы, так как огнестрельное или лучевое оружие могло пробить обшивку, а эти пришли с настоящим боевым оружием, ворвались в закрытый лифт, да еще стали стрелять без предупреждения. Дженг был возмущен такой грубостью и бесцеремонностью.

Две пули впились ему в лоб. Правда, плотная костная ткань не пропустила кусочки металла к мозгу, но тем не менее сам удар потряс оборотня. Он даже помотал головой, чтобы снять неприятное ощущение. В глазах привычно помутнело.

Огромный волк бросился на обидчиков, и тогда еще десяток пуль впилось в его тело, отбрасывая назад к стене. Две пробили позвоночник в районе хвоста, и жуткая боль лишила Дженга возможности какое-то время видеть и осознавать то, что происходит.

Когда он снова пришел в себя, то обнаружил, что находится в лифте, который движется на верхний этаж, а он лежит в луже крови в человеческом облике и совершенно голый. Что произошло, не помнил совершенно. Хотя какой-то малой частью своего «я» знал, что живых охранников не осталось. Имелось и косвенное подтверждение этому, у ног лежали два пистолета, покрытых кровью.

Дженг вздохнул и потянулся к сумке – хорошо, что все время таскал ее с собой. Он протер тело гигиеническим полотенцем, потом, морщась от неприятного запаха, переоделся в запасной комбинезон, натянул на ноги мягкие кожаные туфли, взял в руки пистолеты, проверил, сколько у него патронов, и стал ждать, когда двери лифта откроются.

На верхнем этаже его ждали еще пятеро охранников, вооруженных парализаторами. Дженг начал двигаться раньше, чем дверь открылась полностью. Мгновение – и, сбив с ног двоих стражей, он оказался за спиной третьего. Шипящий выстрел парализатора, и человек начал падать, подстреленный кем-то из своих.

Дженг выстрелил в одного охранника, потом во второго и погрозил стволом тем, кто пытался подняться.

– Не советую, иначе убью всех.

– Кто вы, господин? – спросил один из стражей. – Поверьте, вы нам не нужны. Мы ждали опасное животное. Оно вырвалось из блока биологической очистки и убило уже семерых наших товарищей.

– Тогда зачем вы стали стрелять в меня из парализаторов?

– Мы думали, что зверь находится в лифте.

– Понятно. – Волк подобрал один из парализаторов и четырьмя выстрелами лишил сознания всех стражей, кроме одного – того, кто с ним заговорил. – Ты пойдешь со мной.

– Зачем?

– Скажем так, мне хочется просмотреть записи об этом звере.

– Хорошо. – Страж пошел вперед, напряженно, краешком глаза глядя назад. – Я хочу жить, у меня дети! Я на эту работу устроился только потому, что здесь хорошо платят. Не убивайте меня!

– Не будешь делать глупости, ничего с тобой не случится – просто парализую. Скажи, отчего у вас такой кавардак? Какого черта вы пропускаете всех через санитарную обработку?

– Она у нас была всегда. Мы же живем на краю Галактики. Охотники за планетами прилетают сюда со всех концов империи и приносят на себе разную заразу. У нас уже несколько раз были эпидемии.

– Но ваша жидкость какая-то особенная. Что в ней?

– По распоряжению имперской разведки в нее последние две недели стали добавлять новый компонент. Его привезли на крейсере, целый танк забит этим порошком.

Дженг горестно хмыкнул про себя. Вот и разгадка его перевертывания. Снова имперцы, и снова им хочется войны с оборотнями.

Они подошли к двери, на которой висела табличка: «Служба безопасности станции».

– Понятно! – Волк взял стража за плечо. – Кто находится внутри?

– Только два оператора сидят у экранов. Весь резерв отправили вниз, а мы должны были их прикрывать. У вас, господин, пистолет начальника и его заместителя. Они живы?

– Вряд ли. – Дженг вздохнул. – Тяжелая у вас работа. Нервная и опасная. Сочувствую. Операторы нас видели?

– Они и сейчас на нас смотрят. На станции установлено больше тысячи камер, одна установлена за моей спиной.

– Поворачивайся, только медленно.

– Мне не нужны ваши жизни, а только видеозаписи произошедшего, – произнес Дженг прямо в камеру, держа охранника перед собой. – Думаю, вы видели все, что произошло в блоке биологической очистки, и знаете, что дверь вас не защитит. Если вы откроете и отдадите мне записи, то останетесь жить. Если нет, то умрете. Даю на обдумывание десять секунд.

Волк развернул стража обратно к двери.

– Так это все-таки вы были там, внизу? – пробормотал охранник. – Я-то надеялся, что вы меня отпустите…

– Отпущу, раз обещал.

– Операторы кричали, что видели, как вы съели нашего заместителя.

– Это правда, но сейчас я сыт. И вообще лучше бы ты молчал о еде, хотя бы ради своих детей.

Дверь медленно открылась, за ней стояли два человека с побелевшими лицами. В руках они держали парализаторы, но стрелять не решались.

– Что вам нужно?

– Записи, на которых можно разглядеть меня.

– Мы можем все стереть, скажем, что произошел технический сбой.

– Действуйте!

Оба оператора двинулись к пультам и начали спешно вводить команды. Дженг держал их под прицелом.

– Если оставите хотя бы одну запись, я убью всех ваших родственников, близких и дальних, а потом приду за вами. И поверьте, никто не сможет вас защитить. Если это не сделаю я по каким-то причинам, за меня это сделают мои братья.

Один из операторов вздохнул, достал из кармана небольшую флэшку и сунул в разъем на пульте.

– Больше ничего нет.

– Хорошо. – Волк вытащил из кармана парализатор. – Видите, ставлю на минимум? Я свое слово сдержу, советую и вам забыть о том, что меня видели. Договорились?

– Да… – Оба оператора и охранник опустились на пол, закрыли головы руками. – Пожалуйста, не ешьте нас, когда мы будем в беспамятстве.

– Не буду.

Дженг выстрелил три раза и бросил оружие на пол. Оно ему было ни к чему, его тело гораздо страшнее.

– Я не ем людей в человеческом облике, – проговорил он, понимая страх операторов. – Предки у нас были одни.

Он вышел из комнаты и спустился вниз на лифте до пассажирского терминала, там у дверей стояли три охранника.

– Вы видели что-нибудь странное, господин?

– Да, – кивнул волк. – У вас плохо убирают, в лифте целая лужа крови. Мне это очень не понравилось, поэтому я хочу улететь с вашей станции как можно быстрее.

– Если поспешите, то успеете на челнок, до его отправления осталось десять минут.

Дженг побежал. Уже через пять минут он сидел в салоне шаттла, медленно выплывающего из грузового отсека. Здесь волка стала бить крупная дрожь. Никогда он еще не был так близко к провалу своей миссии. Но главное, он поставил под угрозу существования родную планету. Если император решит, что клан Волка представляет реальную угрозу людям, он их уничтожит. И оборотней не спасут ни сила, ни быстрота, ни боевая космическая станция. Одно дело играть в дипломатию и совсем другое, когда имеется прямое доказательство нападения на мирных людей.

Но самое скверное во всем этом, что тело предало его! Раньше Дженг считал, что всегда может контролировать свою звериную составляющую. Оказывается, ошибался. Может быть, дело в возрасте? Ему уже двадцать семь, а волки не живут больше тридцати пяти…

Или все-таки проблема в этом особом реагенте?

* * *

Сначала их обстреляли с большой высоты два истребителя-перехватчика. Оба, не рискуя, сбросили бомбы с высоты десяти километров, где их не мог достать ни один переносной зенитно-ракетный комплекс. Кассетные бомбы практически взрыли всю землю в радиусе двухсот метров, осколки твердого пластика искромсали все. Если бы пилоты не промахнулись на сотню метров, от команды Греты никого не осталось бы. Впрочем, чудес не бывает. Когда Макс немного пришел в себя, то понял, что заслуга в том, что они все еще живы, принадлежит именно колдунье.

От взрывов Лису показалось, что он попал в ад. Его тело тряслось и дрожало, в ушах звенело. Когда он смог отдышаться и открыть глаза, то увидел девушку сидящую перед ожерельем, в которое был заключен хрустальный шар. Колдунья что-то шептала. Лис чувствовал, как от нее исходит энергия и уносится вверх. Неизвестно, что Грета сделала, но больше их не бомбили ни в этот, ни в последующие дни.

Макс потрогал лицо и увидел кровь, которая текла из носа и ушей. Наемники выглядели ненамного лучше.

– Если это не война, то что? – прокричал один из долианцев, похоже, контуженный. – У нас двое погибших и трое раненых.

– Привыкай, – криво усмехнулся Грэг. – Я в этом кошмаре живу уже три месяца, и поверь, это только начало.

Девушка обошла раненых наемников, и после этого двое из них поднялись, а третьему она закрыла глаза, и их команда стала еще на одного меньше.

– Что же это за артефакт, если за него ведется такая война? – крикнул все тот же неугомонный долианец. – И почему мы должны за него умирать?

– Заткнись и готовься к бою! – раздраженно буркнул Грэг. – Война – наша работа, а что, почему и зачем, об этом пусть думают старейшины. Мы – солдаты, наше дело – стрелять. По местам! Приготовить оружие!

Он повернулся к девушке, которая легла на траву, отстраненно глядя в небо. Казалось, происходящее вокруг ее не касается.

– Госпожа, будут ли еще бомбардировки?

– Нет. – Колдунья вытерла влажной салфеткой лицо. Выглядела она неважно. Кровь и грязь запеклись на ее лице, только изумрудные глаза упрямо смотрели на облака. – Из реальной опасности стоит думать только о полицейском спецназе, который уже совсем близко.

– Понятно, – кивнул Грэг и приказал наемникам с ракетными установками отправиться к кромке леса. – Попробуем отбиться.

– Без меня у вас ничего не получится. – Девушка села на землю, достала ожерелье и хрустальный шар. – Дай мне один из ваших коммуникаторов.

Грэг закрепил на голове девушки микрофон и наушник с убитого.

– Вы уверены, что так лучше? Мои парни умеют стрелять из любого оружия.

– Стрелять они умеют, но ракет немного, поэтому промахиваться нельзя. – Грета вытерла руки и села. – Прикажи им меня слушаться.

– Командуйте, госпожа!

Послышался нарастающий гул двигателей.

– Летят. – Грэг махнул наемникам, и те рассыпались, прячась в рытвинах. – Ракетчикам стрелять по команде госпожи!

– Иди ко мне, вор, – сказала девушка. – Один из флаеров нужно захватить невредимым, а без тебя это вряд ли получится.

Макс неохотно подошел по взрытой, местами горелой земле. Высокая зеленая трава почти исчезла, ее срезали пластиковые осколки. Еще полчаса назад это была прекрасная зеленая равнина, над которой летали птицы и кружились насекомые, теперь перед Лисом расстилалась черная пустыня. Багровое светило зависло в середине небесного купола. Ветер бросил в лицо запах гари.

– Снова превращаться? – спросил Макс. – Мне бы не хотелось… страшно очень.

– Попробуем по-другому. Садись рядом.

Лис сел под огромной каменной глыбой, за которой укрылась колдунья. Девушка напряженно следила за смутными тенями, мелькающими в хрустальном шаре.

– Приготовиться, – произнесла Грета в микрофон. – Приближается первый флаер, стрелять по нему бойцу, что находится слева. Выпустить сразу две ракеты, от одной аппарат сумеет уклониться. На всех флаерах противоракетная защита. Сейчас!

Лис увидел, как один из наемников выскочил на опушку, поднял ракетную установку и выпустил одну за другой две ракеты в зеленое небо. Расчет девушки оказался точен. Появившийся через мгновение над деревьями флаер не успел среагировать, прозвучали два взрыва, аппарат кувыркнулся и грохнулся об землю.

– Внимание! – Голос колдуньи стал напряженным, она закрыла глаза. – Стрелять бойцу, что находится справа, выпустить три ракеты. Приготовиться… огонь!!!

Наемник встал и выстрелил, ракеты снова вылетели из пусковой установки до того, как появился летательный аппарат.

Тем не менее флаер успел сбить первые две ракеты. Только третья ударила его в днище и отбросила в сторону. Правда, аппарат не упал, не рассыпался, а приземлился на плато. Наемники тут же окружили его, послышались автоматные очереди.

– Приготовиться!.. Стрелять по моей команде!.. Стрелок в центре, выпустить три ракеты. Сейчас!!!

Третий флаер успел уклониться только от одной ракеты, две другие попали точно в цель, и он взорвался прямо в воздухе.

– Теперь начинается наша с тобой работа, вор, – устало произнесла колдунья. – Возьми меня за руку.

– А что делать?

Лис послушно сжал теплую ладонь колдуньи, она взяла ожерелье другой рукой, и он почувствовал, как все вокруг расплывается, а в его руку начинает вливаться энергия. Внутри снова проснулась серебряная сфера.

– Все просто. – Грета тронула хрустальный шар, он засветился. – Ты уже этим занимался, сейчас войдешь в разум пилота флаера. Твоя задача посадить его недалеко от нас.

– Но внутри полицейский спецназ!

– Да, поэтому откроешь люки и выдвинешь трап только тогда, когда долианцы окружат аппарат.

– У меня не получится…

– Ты делал подобное, когда сбивал истребители.

– Но тогда я просто фиксировал изображение, все остальное было не моей заслугой.

– Успокойся, вор, я рядом.

– Но я не знаю, что делать!

– Ты все поймешь. Приготовься. Сейчас попытаюсь перенести тебя в сознание пилота.

Внутри Макса завибрировала серебряная сфера, расширилась, еще мгновение – и он увидел лес перед собой, а в наушниках прозвучало:

– С тремя флаерами пропала связь, перед этим они сообщили о ракетном нападении. Будьте предельно осторожны, преступники хорошо вооружены!..

– Что будем делать, командир?

– Выполнять приказ…

Лис посмотрел по сторонам: в кабине он был один, аппарат приближался к кромке леса, за ней начиналась степь. Макс ощущал, что ведет флаер, чувствовал ручку управления в руке, хоть и знал, что на самом деле сидит рядом с колдуньей и держит ее руку. Глаза его были закрыты, а сердце едва билось, и в то же время он слышал чужие голоса и понимал, что они принадлежат полицейским, находящимся в салоне. Двое из них сидели за скорострельными пушками, один за пулеметом, а еще двенадцать готовились к высадке.

Лес закончился. Показалась обугленная степь, на ней горело три аппарата, причем одному, похоже, удалось приземлиться. Он стоял, накренившись на погнувшихся опорах, а вокруг валялись тела бойцов – тех, кто остался в живых после посадки, расстреляли в упор.

– Летун! – прозвучало в наушниках. – Видишь сбитый флаер? Садись ближе к нему, надо осмотреть. Салон не поврежден, возможно, есть раненые.

– Хорошо, – ответил пилот и двинул вперед рычаг управления, точнее, хотел двинуть, но руки замерли в нерешительности. Макс сжал зубы, не давая флаеру приземлиться, хотя и сам не понимал, как это делает. – Сажаю.

– Летун! – снова прозвучало в наушнике. – Ты что, не понял?

Пилот промолчал, потому что сам находился в недоумении. Руки и ноги отказывались ему служить, флаер продолжал лететь вперед к черной, вспаханной осколками горелой земле.

– Спокойно, вор, – услышал Лис голос Греты. – Ты его контролируешь. Перестань вслушиваться в то, что ему говорят, это тебе мешает. Направь аппарат на посадку, наемники готовы к атаке. Сейчас!

Макс двинул рычаг вперед, аппарат устремился к земле. Он сбавил скорость, перевел выпускные дюзы в полувертикальное положение, потом установил их вертикально, флаер завис над землей и стал медленно опускаться. Лис не очень хорошо понимал, что происходит. Он был внизу и в то же время летел.

Он мог сам управлять аппаратом, потому что все знания летуна непонятным образом оказались в его памяти. Мог назвать имена всех девушек, с которыми тот встречался. Школу, в которой учился, первого инструктора, командира части.

– Летун, открывай люк! Быстрее!

Он двинул вперед рычаг, но тот не поддался.

– Можно, вор, пусть выходят.

Рычаг двинулся вперед сам собой, словно его что-то отпустило, одновременно пошел трап.

– А теперь пусть спит. Пилот больше не нужен.

Мир заволокла темнота, и тут же Макс очнулся на земле рядом с Гретой, она со спокойной улыбкой смотрела на него.

– Неплохо получилось, вор. У тебя хорошие задатки, ты быстро развиваешься.

– Мне это не нравится, – вздохнул Лис. – Я чувствую себя так, словно умер. Вот только что был, и уже меня нет, словно что-то ушло.

– Успокойся, это магия, а ее путь труден. С ней многое видишь и ощущаешь иначе. Ты ни в чем не виноват. Мы просто пытаемся остаться в живых, и ты помогаешь мне в этом.

От флаера послышались выстрелы, потом к ним подошел Грэг, вытирая пот и грязь с лица.

– Мы можем лететь дальше, госпожа. Что делать с пилотом? Он жив, но не в себе. Трясется, бормочет что-то непонятное.

– Пусть решает вор.

– Хорошо. – Грэг посмотрел на Макса. – Говори: убить или оставить в живых?

– Пусть живет, – тихо проговорил Лис. – Этот человек для меня сейчас как родной.

– Как скажешь. – Наемник пожал плечами. – Оставим его здесь, пока доберется до своих, мы будем уже далеко. Надо прибыть на плато раньше, чем стемнеет.

– Нет, – покачала головой колдунья. – На раскопки мы не полетим.

– Но вы же сами сказали, что нам туда?

– Высадимся в лесу в паре километров и понаблюдаем за тем, что там происходит.

– Почему?

– Мне нужна информация для принятия решения.

– Наверное, это правильно. Не стоит соваться куда-то без предварительной разведки, – кивнул Грэг. – И все-таки поспешите.

Макс поднял голову к небу. Багровое светило понемногу стало спускаться к горизонту. Легкий ветерок нес в себе запахи горелого пластика, крови и мертвой плоти. Грязный комбинезон Лиса был мокрым от пота, руки и ноги все еще дрожали. Наемники выбрасывали из флаера трупы спецназовцев. Макс прошел внутрь, сел в свободное кресло, пробитое пулями и испачканное чужой кровью, и закрыл глаза. Грета права, он действительно изменился. Смерть стала для него привычной, новые люди приходят в его жизнь и уходят в никуда. Все мимолетно, быстротечно и нереально…

Долианцы собрали оружие и расселись в салоне. Колдунья прошла в кабину, и тут же из нее вывели пилота. Он мрачно оглядывался по сторонам, гневно сжимая кулаки.

Лис смотрел на человека, в теле которого не так давно находился. Выглядел тот неплохо: высокий мужчина крепкого телосложения, глаза близко посажены, что немного портило волевое лицо. Он, похоже, не понимал, что с ним происходит, потому что недоуменно вытаращился на наемников. И тут он увидел Макса. Пилот вздрогнул и переменился в лице. Какое-то время стоял и смотрел на него, потом его губы мелко затряслись, он опустил взгляд, поник и потащился к выходу.

У Макса возникло странное ощущение, что он посмотрел самому себе в глаза, и это было страшно.

Люк закрылся, трап втянулся, и флаер, задрожав на дюзах, поднялся вверх, а потом помчался вперед. Внизу снова замелькал лес, долианцы еще какое-то время весело переговаривались, потом адреналин понемногу ушел из крови, и они, успокоившись, стали смотреть в иллюминаторы. В динамике прозвучал голос колдуньи:

– Советую подкрепиться, потом вряд ли найдется время для еды.

Грэг раздал продуктовые пакеты. Макс меланхолично жевал теплое синтетическое мясо, приправленное острым соусом. Еще один день его жизни закончился, и снова он не принес ему ничего хорошего, только добавил страха и смертей вокруг. Впервые Лис задумался над тем, а стоит ли жить, если впереди нет ничего, кроме боли и страдания?

Глава четырнадцатая

В какой-то момент Гаур провалился в беспамятство. Темная пелена закрыла глаза, потом стала медленно рассеиваться. Верховный жрец огляделся и увидел, что стоит на том же плато, только исчезли алтарь, шатер императора и трон, гвардейцы и его ученики. Он один находился на каменистой равнине. Перед ним высились заснеженные вершины, впивающиеся в серо-зеленое, покрытое черными тучами небо, и кружила прозрачная дымка, предвещающая дождь.

Гаур медленно пошел к тому месту, где повелел установить алтарь, не совсем понимая, что происходит. Тело двигалось медленно, с трудом преодолевая сопротивление воздуха. Жрец посмотрел на свои ноги. Нет, он не изменился, на нем та же расшитая золотом мантия, сейчас покрытая засохшей кровью, мягкие сапоги, покрытые бурой пленкой, а под ними слой пыли, которую поднимал вверх легкий ветерок.

Верховный жрец мысленно пожал плечами. Галлюцинация? Или он заснул и ему снится сон? А может, боги или демоны хотят ему что-то показать? Тогда стоит на это взглянуть. Потусторонние сущности редко обращаются к живым, и если они это делают, то явно неспроста.

Гаур сделал еще несколько шагов и остановился.

На месте, где он повелел установить алтарь, виднелась только яма, наполненная высохшими костями. Их было много, очень много. Сверху уже образовался толстый слой пыли, принесенной ветром. Пройдет не так много времени, и следы величайшего обряда исчезнут, поглощенные песком и землей. Над ними вырастут кусты и деревья, и никто никогда не узнает о том, что здесь произошло.

Вероятно, Гаур попал в недалекое будущее. Что ж, в этом есть свой смысл. Теперь он сможет узнать, как прошел обряд, закончил ли он его, приобрел ли император бессмертие, и помнят ли его, Гаура, величайшего из всех магов.

Верховный жрец подошел к месту, где стоял императорский шатер. Он и сам не знал, что ожидал увидеть. Может быть, след божественного сияния или чего-то иного, не менее величественного?

Если у него все получилось, Токур стал равен богам. Бессмертие – это же еще и возможность безграничного знания. Чем бог отличается от обычного человека? В первую очередь могуществом, исходящим от познания, а оно приходит от прожитых лет.

На месте шатра обнаружилась только оплавленная яма, какая бывает от молнии, когда та ударяет в землю. Неужели небеса решили покарать императора за его дерзость? Но почему Токура? Это же была не его идея. Гаур нашел описание обряда в ветхом свитке, пролежавшем столетия в драгоценном ларце, по ошибке помещенном в сокровищницу плененного императором царя. Или он видит тот самый след божественного сияния?

Гаур пожал плечами и горестно покачал головой. Он просил небеса показать ему его триумф, а не пустое плато, яму с костями и оплавленную дыру вместо переносного трона императора.

Неужели он неправильно разгадал древние письмена и вместо бессмертия принес Токуру смерть? Если это так, то неудивительно, что не осталось никаких следов. Наверняка в этой яме сейчас лежат и его кости – гвардейцы никому не прощают смерть своего господина.

Верховный жрец вздохнул и открыл глаза.

К нему подвели очередного раба, он взрезал грудину, вынул сердце и отбросил его в сторону, где уже лежала огромная, по-своему величественная куча, и посмотрел на императора. Тот ласкал очередную молодую наложницу и пил вино. Токур улыбнулся и поднял бокал, блеснувший рубиновым светом. Вино походило на кровь. Гаур облизал губы и мрачно взглянул на учеников. Гвардейцы подвели к алтарю следующую партию рабов.

Багровое светило зависло в зените и палило беспощадно. Было нечем дышать. Жара. Ветер метался по плато, бросая в глаза пыль, словно хотел прогнать глупых людей, вторгшихся в его царство.

Неужели он ошибся?!

* * *

Челнок приземлился на космодроме без особых проблем. То ли Дженгу повезло в том, что он никого не оставил в живых из тех, кто мог поднять тревогу, то ли просто сотрудникам безопасности в голову не пришло, что он попытается спуститься на планету. Или операторы поверили в его угрозу и передали остальным?

На бетонных, обожженных огнем плитах не видно было ни копов, ни солдат – только автобус, чтобы отвезти приземлившихся пассажиров в здание космопорта.

Волк вместе с остальными сел в него и уже через десять минут прошел через турникет, рядом с которым стоял зевающий полицейский. Вещей у Дженга не было, кроме сумки с запасными комбинезонами, поэтому он первым прошел на выход.

Несмотря на ранний час, на улицах города находилось довольно много людей, все куда-то спешили, и до волка никому не было дела. Дженг, ориентируясь по надписям, свернул на узкую улочку и добрался до стоянки грузовых флаеров. Здесь к нему подошли трое аборигенов, одетых в коричневые комбинезоны с эмблемами, на которых был нарисован черный парашют с привязанным под ним грузом.

– Что угодно? Что-то перевезти? А куда?..

Волк осмотрел людей, потом повернулся к тому, кто показался ему более солидным.

– Мне нужен мощный, проверенный флаер с большим запасом хода.

– Мы готовы отвезти вас туда, куда потребуется, у нас у всех хорошие аппараты.

– Я предпочел бы управлять флаером сам.

– Тогда вам нужно в прокатную контору.

– Расскажите, где она находится, а еще лучше довезите.

– Мы бы довезли и взяли бы за это хорошие деньги, – хмыкнул пожилой мужчина с седыми висками. – К сожалению, она находится на соседней улице, и больше сожжешь горючего на подъеме и посадке, чем заработаешь. Могу пройти с вами пешком, так сказать, побыть гидом за небольшую плату.

– Идет. – Дженг вытащил имперскую монету и сунул в руку. – Устроит?

– Это за половину дороги, а мне же еще придется возвращаться.

Волк отдал еще один желтый кругляш с ликом императора, и они отправились к прокатной конторе, которая оказалась всего в ста шагах. Ясно было, что Дженг переплатил, но такова судьба всех туристов – они существуют лишь для того, чтобы местным бездельникам было на что выпить и закусить в баре.

В прокатной конторе волка встретили настороженно.

– При всем уважении, господин, но туристам мы не даем транспорт напрокат.

– Почему?

– Два дня назад вышло постановление губернатора, по которому нам запрещено выдавать грузовой транспорт некоренным жителям планеты.

– Странное какое-то распоряжение.

– Нам самим оно не нравится, мы терпим из-за него убытки.

– А если, к примеру, я заказал вам мощный грузовой флаер три дня назад, но пришел только сегодня, вы бы мне его оформили?

Мужчина задумчиво посмотрел в потолок.

– Конечно, из-за этого распоряжения мы оказались в трудном положении и можем разориться, но идти на нарушение закона мне бы не хотелось, так как это грозит большими неприятностями.

Волк положил на конторку несколько крупных купюр.

– Дело ваше, – произнес он. – Если вы мне откажете, то я могу его и купить в ближайшем салоне.

– Купить можно и у меня, – произнес мужчина, в глазах его мелькнула искра понимания. – В распоряжении ничего не говорится о том, что мы не имеем права ничего продавать. Если бы вы мне заплатили половину стоимости, то я смог бы выкупить аппарат обратно, конечно, вычтя амортизацию, когда вы вернетесь.

– Договорились, – кивнул Дженг. – Я покупаю. Но сначала покажите, что у вас имеется.

– Здесь я держу только мелкие экземпляры, а все, что покрупнее, находится на базе за городом. Если договоримся, аппарат доставят сюда через пятнадцать минут. Так что вам угодно?

– Мне требуется машина для дальнего путешествия. Я собираюсь полетать по вашей планете, так как предпочитаю только такой вид туризма. Мне нужен аппарат с большими баками, небольшим расходом топлива, надежным и достаточно комфортным салоном на тот случай, если придется в нем спать.

– Понимаю… – протянул хозяин конторы. – У меня имеется такой аппарат, но вам придется за него выложить полторы тысячи золотых, а если он вам нужен с полной заправкой, то придется добавить еще три сотни. К этому могу добавить ящик продовольственных пакетов и спальный мешок в качестве подарка от нашей фирмы.

– Придется воспользоваться карточкой. – Волк потянулся за купюрами, но мужчина быстро прикрыл их рукой. – Таких наличных с собой не ношу.

– Эти пойдут за мою уступчивость, – проговорил хозяин. – Остальное оформим, как положено.

Дженг вздохнул и смирился. В конце концов, деньги были не его, а родной планеты. К тому же приоритет «пять точек» позволял тратить любые суммы, не беспокоясь о том, что его счет опустеет.

Флаер появился, конечно, не через пятнадцать минут – через полчаса, но как раз тот, что ему требовался. Списанный армейский аппарат с мощным двигателем, с огромными баками по всему корпусу, с высокой подъемной силой и достаточно просторный, чтобы вместить в себя десяток людей. Пассажирских сидений имелось только пять, остальное место занимал большой грузовой отсек, в который, по словам хозяина, загружались четыре боевых робота и три разведывательных зонда. Сейчас там находилась кровать, электрическая плита, холодильник и туалет.

Покупку оформили быстро, и уже через десять минут Дженг стал обладателем большой надежной машины, а еще через три минуты летел над улицей к месту встречи с агентом, который должен был ему сообщить, куда следует отправляться дальше.

Не успел волк зайти в нужный ему бар, как странный лопоухий человек сунул в руки карту с нанесенными координатами и шепнул:

– Улетайте немедленно! Вся полиция поднята по тревоге. Они патрулируют улицы и проверяют всех прибывших с орбитальной станции.

– Что случилось?

– Группа долианцев захватила челнок на станции, постреляв всю службу безопасности. Известно, что они приземлились на запасном космодроме, там захватили арсенал охраны и теперь пробиваются к Плато Мертвых, усеивая свой путь горами трупов!..

– Так это из-за них нас задержали на орбите, не давая состыковаться со станцией?

– Вполне возможно. Еще говорят, что на станции появился какой-то инопланетный монстр, который сожрал половину персонала. Охрана попробовала его застрелить, но у нее ничего не получилось. Говорят, он тоже отправился на планету. Вы ничего об этом не знаете?

– Похоже, что вы внизу больше знаете о том, что происходит наверху. Я спустился на рейсовом челноке без каких-либо проблем, на станции ничего особенного не заметил.

– Тогда вот вам еще информация. К Плато Мертвых, где уже находится два полных взвода звездного десанта, отправили еще усиленную роту.

– Зачем?

– Говорят, на плато появились оборотни из клана Волка, они уже сожрали половину бойцов десанта.

– Неприятные известия.

– Очень. Советую вам немедленно отсюда исчезнуть. Так как вы не местный, то уже только этим подозрительны для каждого полицейского.

Озадаченный Дженг вышел на улицу, сел во флаер, поднялся в скоростной ряд и выжал из аппарата все, на что тот был способен. То, что он услышал, ему не понравилось. Получалось, что за артефактом охотились, кроме него, еще и долианцы. К тому же в деле участвует империя, которая обозначила свое присутствие звездным десантом. Все это осложняло и без того непростую задачу.

Что это за артефакт, ради обладания которым на этой далекой планете собралось столько отличных воинов, готовых развязать войну? Неужели и в самом деле он может дать кому-то бессмертие?..

Выбравшись за город, Дженг облегченно вздохнул. Ему не понравилось огромное количество полицейских флаеров, патрулирующих город. Волк поднял аппарат на максимальную высоту, ввел необходимые координаты, включил автопилот и заснул, не забыв пристегнуться.

* * *

Герон соединился по шифрованному каналу связи с крейсером, висящим на орбите. Похоже, там ждали его звонка.

– Говорите, капитан.

– У меня здесь появились оборотни, несу потери – двое убито. Сомневаюсь, что смогу обеспечить охрану гражданских лиц, прошу срочной помощи.

– Что конкретно вам нужно?

– Еще десяток боевых роботов, пару зондов и как минимум взвод десанта.

– Отказано.

– Что?!

Спокойный голос адмирала повторил:

– В этом вам отказано, но помощь вы получите. Подготовьте место для посадки челнока.

– Что ждать?

– Роту десанта с полным вооружением, включая боевых роботов и разведывательные зонды с операторами, скорострельные автоматические пушки и пулеметы. На время операции вы назначаетесь ответственным за объект. Командир прибывающего подразделения будет подчинен вам. Практически у вас будет усиленный батальон, а вы назначаетесь его командиром.

– Спасибо. Надеюсь, этого мне хватит, чтобы обеспечить нужный уровень охраны.

– Кроме того, вы получите прямую связь с крейсером и при первой опасности сможете запросить воздушную поддержку. Правда, предупреждаю, пока мы не готовы ее представить, нам потребуется несколько дней в связи с некоторыми не очень приятными обстоятельствами.

– Я должен о них знать, адмирал?

– Не уверен, но сообщаю, что два моих пилота сошли с ума и выпустили свои ракеты по трюму с перехватчиками.

– Как это произошло?

– Психологи подозревают, что кто-то подчинил их волю и сделал двух моих лучших пилотов марионетками, заставив расстрелять крейсер. Так что имейте в виду, нечто подобное может произойти и у вас. Вы поняли меня, капитан?

– Не совсем. Психологическое воздействие? Или использовалось психотронное оружие?

– Если бы так, капитан, то последствия не были бы такими скверными, от этого оружия у нас имеется защита. Нет, эксперты уверены, что использовалась магия.

– То есть то, что официально не существует, я правильно понял?

– Правильно, капитан. Сам с подобным впервые сталкиваюсь, поэтому ничего сказать не могу, кроме того, что в случае необходимости вы получите любые силы, которые у меня есть.

– Кто же нам объявил войну?

– Возможно, вам будут угрожать не только оборотни, но и долианцы, использующие магию. Еще раз напоминаю, капитан, что вы осуществляете охрану объекта, который имеет стратегическое значение для империи! И ваша задача – обеспечить безопасность гражданских лиц и артефакта, если он будет найден. Археологи должны чувствовать себя в безопасности. Будьте готовы ко всему. Понимаю, что мои слова звучат несколько странно, но когда тебя атакуют собственные истребители, начинаешь верить в разную чепуху. Проще говоря, готовьте полноценную оборону.

– Так точно, адмирал!

Герон мрачно уставился на своего заместителя.

– Ты понял что-нибудь?

– Да, командир.

– И что же?

– Скоро здесь будет очень жарко, если сюда присылают роту с полным вооружением.

– Долианцы, оборотни… еще какая-то магия?

– Тем не менее… поздравляю, капитан, вы теперь, как я понимаю, командуете батальоном.

– Спасибо, а ты принимай под командование мою роту. Мне будет не до нее. Подготовь места на возвышенностях для прибывающих снайперов и ракетчиков, и начинай копать окопы по периметру.

– Какие можно выкопать в каменистой почве окопы?

– Тогда выкладывай дополнительные брустверы из камней. Война так война. В ней всегда стоит ждать только худшего. Вопросы?

– Выстроить роту, чтобы вы объявили о моем назначении?

– Не надо, бойцы и сами все поймут. Кстати, подготовь площадку для приземления челнока и обеспечь ее связью и световыми знаками.

– Слушаюсь, капитан.

Кочет вышел, а Герон лег на кровать и задумался.

Не нравилось ему все это, ох, как не нравилось! Не походило это на отпуск и легкое задание. И что там говорил адмирал о магии?..

Не верится, что командир десанта испугался непонятного. Нет, адмирал настоящий воин, к страху привык – это часть его работы. Но если собственные истребители расстреляли крейсер, тут попахивает большим разбирательством и чьей-то отставкой. Понятно, почему адмирал так мрачен. Похоже, придется ему скоро заниматься внуками, а не командовать крейсером. А вот что грозит ему, капитану? Ясно же, что спрос будет жестким. Вот тебе и легкая прогулка. Похоже, здесь скоро произойдут серьезные столкновения.

Герон неохотно встал и пошел осматривать позиции.

После обеда прибыла обещанная рота. Уже через час у посадочной площадки были установлены надувные палатки и шатры, по периметру лагеря ползали роботы последних моделей, грозно поводя пушками и пулеметами, а за выложенными брустверами лежали снайпера и ракетчики.

На душе у капитана сразу стало спокойно, особенно когда установили дополнительную сигнализацию, а опушку леса заминировали так, что к вечеру на ней подорвался небольшой зверек, чем-то похожий на земного зайца. Герон даже выделил археологу обещанный взвод. Теперь, когда периметр был закрыт, он мог себе это позволить.

И следующей ночью он уже не вскакивал, чтобы обойти часовых, потому что был уверен: теперь никто не сунется на плато с враждебными намерениями. Правда, как оказалось, зря надеялся.

Неприятные события все-таки произошли. Утром обнаружилось, что в одной из палаток, стоящих близко к лесу, где поселились вновь прибывшие десантники, никто не поднялся. А когда разъяренный Кочет ворвался внутрь, то обнаружил, что живых там никого не осталось – все десять человек оказались мертвы. Смерть они приняли прямо во сне, причем у половины бойцов были выедены внутренности.

– Оборотень, – произнес один из разведчиков, которого вызвал командир десанта, и вздохнул: – Если судить по клыкам и когтям, из клана Волка. Убивал мастерски и бесшумно. Думаю, это кто-то из тех, кто с нами воевал.

Герон посмотрел на Азура и Гази – командиров взводов, прибывших вчера на челноке:

– Решили, что приехали на курорт? Я тоже так думал раньше. А теперь сами видите, что здесь происходит. Ваши соображения по этому поводу?

– Искать надо среди своих, – сказал Азур. – Периметр закрыт так, что мышь не проскочит. Роботы, сигнализация, мины… Человек не пройдет точно, да и оборотень тоже. Получается, бойцов убил кто-то из тех, кто находится в лагере. За прибывших со мной десантников я отвечаю, они все прошли генетический контроль. Остаются археологи, рабочие и ваши бойцы, командир. Надо бы за ними понаблюдать, а еще лучше было бы всех пропустить через генетическую экспертизу.

Герон кивнул:

– С выводами я согласен. Эта версия мне нравится, предлагаю начать ее разработку.

Адмирал все понял сразу, и уже к обеду рабочих, ведущих раскопки, выстроили в очередь и по одному стали заводить в челнок, приземлившийся среди скал. В нем расположились врачи с крейсера, развернувшие экспресс-лабораторию. Профессор Ирфан пришел в ярость, но вынужден был смириться после того, как ему показали тела убитых бойцов.

К концу дня все рабочие, археологи и бойцы роты Герона прошли проверку, но оборотней среди них не оказалось.

– Как же так? – спросил капитан главного врача. – Нам точно известно, что перевертыш находится среди нас. Мы практически отрезаны от мира минами и роботами, к нам можно попасть только по воздуху, но его контролируют сканеры и радары. Убежать никто не мог, а вы говорите, что оборотней среди нас нет.

– Перевертышей нет, – твердо сказал врач. – За точность анализов я отвечаю, она довольно высока, примерно девяносто девять процентов, так что ищите своих оборотней в другом месте.

– Но один процент все-таки возможен?

– Если честно, то на это не стоит надеяться. – Доктор наклонился к уху командира десанта и шепнул одними губами: – Присмотритесь к Ирфану.

– Что?!

– Мы проверяли несколькими методами, а это полностью исключает ошибку, – продолжил врач. – Он один не прошел тест.

– Почему?!

– Сначала отказался, а когда я настоял, то дал образец, в котором не найдено никаких отклонений.

– И в чем дело?

– До этого точно такой же образец мы получили от его заместителя.

– Вы хотите сказать, что он заменил свои ткани чужими? – прошептал Герон и нахмурился, увидев утвердительный кивок. – Я правильно вас понял?

– Я этого утверждать не могу. Возможно, просто ошибка. – Следующую фразу врач снова произнес одними губами: – Вы знаете, что у всех перевертышей прекрасный слух, и ваши ответные слова он может услышать на другом конце плато. Я тоже был на Кали, когда оборотни нас атаковали, поэтому даю вам совет, как старому вояке: присмотритесь к Ирфану, с ним что-то не так. – И громко продолжил: – Если меня спросит адмирал, то я отвечу, что перевертышей в лагере нет. Вам понятно, капитан?

– Вы не смеете подозревать никого из моих людей! – громко произнес командир десанта и добавил одними губами: – Спасибо! Присмотрюсь.

– Это ваши проблемы, капитан, – снова громко сказал врач. – Мы провели анализы, как вы просили, и официально заявляю, что оборотней в вашем лагере нет. Все, кто находится здесь, люди в биологическом смысле. Ваши подозрения необоснованны.

* * *

Флаер, пролетев примерно час, опустился в лесу на широкой поляне. Люк открылся, выдвинулся трап, но ни один наемник не двинулся с места, все настороженно смотрели на чужой лес и чего-то ждали.

Пахло травой, лесом и остывающим пластиком. Вдалеке пели птицы, ревели звери. Грэг недовольно покачал головой:

– Опять много зверья, придется быть настороже.

Наконец из кабины пилота появилась Грета и села рядом с Грэгом.

– Мы примерно в пяти километрах от стоянки археологов, ближе подходить не стоит. Плато Мертвых охраняет звездный десант. Флаер оставляем здесь. Аппарат накрыть маскирующим пологом, чтобы не засекли из космоса.

– Хорошо, госпожа.

– Мы будем ночевать в лесу, недалеко от плато. Возьмите с собой все, что требуется. Как только разобьем лагерь, пошлешь несколько наемников на разведку, естественно, с камерой, чтобы я своими глазами могла увидеть, что нас ждет.

– Ожидаете неприятностей, госпожа?

– Нет, просто у меня нет плана дальнейших действий, и я хочу его составить. Насколько мне известно, на плато проводит раскопки археологическая экспедиция, которую возглавляет известный профессор Ирфан. А его людей охраняет полная рота…

– Многовато охраны для простой экспедиции, – задумчиво произнес наемник. – К тому же никогда не слышал, чтобы ученых и рабочих охранял десант. Обычно для этого используют копов, спецназ, наконец…

– Правильно рассуждаешь, – одобрительно кивнула Грета. – Но если в это уравнение подставить фигуру, которая направляла на нас крейсера и линкоры, то все становится понятным. Кто-то, обладающий достаточной властью, чтобы командовать военными, явно заинтересован в том, чтобы артефакт не попал ко мне в руки. Не сомневаюсь, что именно он отправил сюда роту десанта и повесил на орбите крейсер.

– Сил у нас маловато, – покачал головой Грэг. – На штатном крейсере обычно располагается до полка звездного десанта, десяток истребителей-перехватчиков и столько же армейских челноков с легким вооружением. Против всей этой мощи я имею лишь четырнадцать бойцов и легкое стрелковое оружие.

– Ты забываешь обо мне, – пожала плечами девушка. – Если бы меня не было, то следовало бы признать, что у вас нет никаких шансов, но я здесь, а значит, смогу что-нибудь придумать.

– Хорошо, госпожа. – Наемник поклонился. – Работаем! Сейчас покидаем флаер, закрываем его пологом, чтобы не засекли с орбиты. Лагерь разбиваем в паре километров от плато в лесу. Выдвигаемся!

Наемники двинулись на выход, нагруженные оружием и припасами. Максу тоже повесили на спину тяжелый рюкзак. После того как закрыли аппарат специальным маскирующим пологом, отряд выступил в путь. Грета шла первой, за ней – остальные. Лису уже не казалось странным, что девушка идет впереди огромных наемников. Под ногами шуршала синяя трава с острыми листьями. Когда Макс случайно коснулся одного, то порезал руку. Хорошо, что неглубоко. Вокруг кипела своя жизнь. Странные прозрачные бабочки размером с его ладонь летали над ними, они были по-своему красивы и очень опасны. Это Лис понял, когда увидел, как несколько бабочек напали на небольшого зверька. Из брюшка у них появился длинный хоботок, которым они пронзили животное и стали качать из него кровь.

– Хорошо, что они не считают нас своей пищей, – покачал головой Грэг. – Не люблю чужие планеты. Никогда не знаешь, что здесь безобидно, а что смертельно. Несмотря на то что в мою голову забиты сведения о флоре и фауне трех десятков планет, все равно страшновато.

– А здесь много опасного?

– Известно, что на людей нападают крупные животные и птицы. В этом лесу имеется парочка видов, способных на такое. Растения есть нельзя, они для нас ядовиты. В лучшем случае получишь несварение желудка, в худшем – вряд ли откачают. Насекомые безопасны, как и мелкие твари, но в любом случае следует быть осторожными. Воду пить только после обработки. В общем, жить здесь можно.

– Понятно…

Деревья здесь росли пятьдесят метров в высоту, но листья имели только на верхушке. Под ногами пружинил толстый слой мха. Изредка дорогу преграждали поваленные стволы, их приходилось обходить. Воздух был влажным, с неприятным привкусом, но кислорода в нем хватало. До места стоянки добирались часа два, хоть едва ли прошли три километра. На небольшой поляне решили устроить лагерь. Долианцы срезали лазером сухое дерево, разрезали его на трехметровые чурбаки и обложили ими огромный круг так, чтобы огонь защищал их от возможных пришельцев из леса, а внутри устроили спальные места.

Грета подожгла деревья. Насекомые и мелкие животные, после того как девушка прочитала заклинание, полезли прямо в огонь, сгорая синим пламенем. Через пару минут в круге не осталось ничего опасного. Наемники натянули тент от дождя, и под ним стало уютно. Макс лег сверху на спальник и стал смотреть на огонь.

Грэг вызвал двух долианцев и отправил их на разведку. Наемники надели на головы шлемы спецназа с камерами и обратной связью и растворились в лесу. Другие долианцы стали настраивать аппаратуру слежения, минут через пять на экране появился лес, кусты и синяя колючая трава, сквозь которую пробирались наемники. А еще через час они уже рассматривали лагерь археологов, находящийся на высоком плато. Один из разведчиков залез на дерево, и благодаря этому удалось разглядеть полностью всю линию защиты.

– Все подходы заминированы. – Грэг ткнул пальцем в едва заметные бугорки. – Десять слоев сенсорных мин, реагирующих на движение. На брустверах установлены скорострельные пушки и пулеметы, боевые роботы обходят периметр с периодичностью примерно тридцать минут, на всех высоких точках сидят снайперы. Здесь не рота, а усиленный батальон, если судить по числу армейских палаток, роботов и зондов. Боюсь, госпожа, ваши сведения несколько устарели.

– Это возможно, – кивнула девушка. – За то время, что мы пробивались сюда, обстановка могла поменяться.

– Она и поменялась. – Наемник тронул рычажок, и изображение поплыло в сторону. – Десант хорошо окопался, не выковырнуть. Попасть в лагерь можно только по воздуху, но против этого имеется установка ПВО. Кого же они так боятся, неужели нас?

– Может, и так. – Колдунья вглядывалась в экран, теребя камни ожерелья, которые отзывались на каждое ее прикосновение вспышками изумрудного света. – По численности я согласна, действительно похоже на батальон. Со стороны леса не пройти, все плотно заминировано… Вор, иди сюда!

Макс неохотно встал, наемники пропустили его к экрану и столпились за его спиной.

– Представь, что тебе нужно пробраться в этот лагерь, что ты станешь делать?

– Ничего, – пожал плечами Лис. – Понятно, что мины не пройти без хитрости. Но даже если их проскочить, столкнешься с роботами. А у них большой сектор обзора, и они хорошо видят днем и ночью. Пока мой ответ: проникновение невозможно.

– А если от этого будет зависеть твоя жизнь? – Грета посмотрела на него своими изумрудными глазами так, что у Лиса внутри что-то екнуло. – Ты, надеюсь, понимаешь, что я все равно пошлю тебя туда?

– За ночь все равно не пройти даже с глушилками и специальными программами, а утром нас обнаружат. Безнадежно…

– Согласна, что это довольно сложно, оборона устроена грамотно, – кивнула девушка. – Грэг, пусть наемники возвращаются, а то не дай бог засветятся. Видишь, зонды летают над лесом?

Наемник дал команду, и картинка на экране поменялась, долианец спустился с дерева, встретился с напарником, и оба зашагали обратно.

– Грэг, твои соображения?

– Я уже сказал, что у меня маловато людей и нет нужного снаряжения. – Долианец мрачно постучал по экрану, возвращая картинку. – Для того чтобы пройти мины, нужно сбросить с большой высоты несколько кассетных бомб, они расчистят дорогу, затем ракетами уничтожить пушки, пулеметы и роботов, после этого входим и забираем то, что нам нужно.

– Понятно, – кивнула колдунья. – Ты предлагаешь полномасштабные боевые действия, а у нас для этого нет ни людей, ни техники. К тому же у этих ребят есть воздушное прикрытие – крейсер висит на орбите. Любые средства доставки оттуда засекут, потом прилетят перехватчики и всех уничтожат. Нет, тут требуется что-то другое, менее шумное. Например, вор.

– И как я пройду через мины? – поинтересовался Макс. – Они взрываются, когда к ним приближаешься на пять метров.

– Задача непростая, но вполне решаемая. Я могу направить на мины десятка три големов, они взорвутся и отвлекут на себя внимание снайперов и роботов, ты пойдешь за ними, а я постараюсь прикрыть тебя магией. Но это предварительный набросок, сначала следует заглянуть в будущее, чтобы определить нужный алгоритм действия. Кроме того, следует провести ритуал очищения. Кстати, ты тоже будешь в нем участвовать.

– Мне он зачем?

– Это настройка на некоторые дополнительные способности. Поверь, вор, для того чтобы выжить, тебе понадобится все, что у тебя есть.

– Где будете проводить ритуал, госпожа? – спросил Грэг.

– Отойдем от стоянки метров на двести.

– А если вор воспользуется возможностью и сбежит?

– Далеко ему не уйти. – Колдунья со странной улыбкой посмотрела на Лиса. – Он у меня в руке.

– И в какой? – полюбопытствовал Макс.

– Вот в этой. – Девушка сжала правую руку, и сердце у Лиса тут же откликнулось болью. – Стоит мне сжать покрепче, и твое сердце разорвется. Ты не сможешь от меня убежать, я тебя достану на любом расстоянии. Поэтому, прежде чем делать глупости, хорошо подумай.

Макс выдохнул с облегчением, когда Грета разжала ладонь. Он видел, как умирал губернатор, но все равно это стало для него неприятным открытием.

– Поклянись, что не попытаешься сбежать, пока артефакт не окажется в моих руках.

– А смысл? Чужой лес. Неизвестные растения и деревья. Звери и насекомые, змеи и еще какие-нибудь опасные твари, – Лис посмотрел вверх, – еще и странные птицы. Скоро наступит ночь, без защиты ее не пережить. Куда я побегу?

– Клянись!

– Вы поверите моей клятве?

– Мое ожерелье проследит за тем, чтобы она была выполнена.

– Да ради бога, – грустно усмехнулся Макс. – Клянусь, пока сосуд не окажется в моих руках, я не попытаюсь сбежать.

Ожерелье на шее девушки неожиданно вспыхнуло ярким изумрудным огнем.

– А с артефактом попытаешься? – спросил Грэг.

– Я не самоубийца, чтобы скрыться с вещью, за которой гоняется вся империя. Понятно же, что меня будут искать все, начиная от обычных копов и кончая имперской разведкой.

– Это не совсем та клятва, что я от тебя ждала, – покачала головой девушка. – Ты, похоже, не теряешь надежды на успешный побег, несмотря на мое предупреждение.

– Чего-то большего из него все равно не вытянешь, – произнес долианец. – Я убедился, этот парень держит слово. И он не так уж плох, несмотря на то что зарабатывает на жизнь столь бесчестным занятием.

– С этим я соглашусь. – Колдунья снова посмотрела на Макса со странной улыбкой. – Идем, вор, нам нужно провести ритуал.

– Сначала вам следует поесть. – Грэг протянул им пакеты. – Неизвестно, сколько времени вам потребуется.

– Ты прав. – Грета вскрыла паек. – Еда не будет лишней.

Они сели ужинать. Светило затянуло небо алым бархатом. Кричали птицы, шуршала трава, в ней прятались какие-то мелкие животные и насекомые, вдали слышался рев хищников. Ветер нес в себе странные запахи чужой планеты. Макс дожевал жесткое мясо, отправил в рот комок овощей, выпил тоник и отдал пакет одному из наемников, который сбросил его в выкопанную для мусора яму. Раздался шорох, и из сумрака появились разведчики, они тяжело дышали, лица были напряжены.

– За нами охотился какой-то зверь, с трудом оторвались. Могли бы его застрелить, но выстрел услышали бы десантники.

– Вы все сделали правильно, – кивнул Грэг. – Ужинайте и отдыхайте.

– Поел, вор? – Девушка встала. – Тогда пошли.

Уже стемнело, в темно-зеленом сумраке едва можно было разглядеть ближайшие кусты. Грета вытащила из кармана комбинезона знакомый стеклянный шарик, что-то прошептала над ним, и он повис в воздухе перед ее лицом, сияя теплым желтым светом.

Девушка пошла вперед, Макс двинулся за ней. Наемники закрыли за ними проход и стали устраиваться на ночь. Лис позавидовал им: теперь они лягут спать, а он в темноте и сырости будет проводить какой-то ритуал, который ему вряд ли понравится.

Грета вошла в заросли кустов, колючие ветки перед ней раздвинулись сами собой. Макс прибавил шагу, боясь, что проход закроется. Стоянки наемников уже не было видно, вокруг раскинулся ночной лес с его шорохами, криками и воплями. Свет шарика отбрасывал глубокие тени, и они двигались за людьми, словно обладали свободной волей.

Колдунья прошла через заросли кустов и очутилась на небольшой полянке, покрытой темно-зеленой травой и странными белыми цветами, величиной с ладонь, светящимися мягким сиреневым светом.

– Расположимся здесь. – Грета вытащила из кармана мешочек и пошла по траве, посыпая землю мелким серым порошком. – Круг защитит от диких зверей и насекомых, которые обязательно захотят нас попробовать на вкус. Сейчас я их прогоню. – Она прошептала несколько слов, и трава вокруг буквально вскипела – тысячи насекомых рванулись прочь: какие-то мелкие паучки, уже знакомые прозрачные бабочки, разнообразные кузнечики, скорпионы и даже три небольших змеи. – Вот так будет лучше. Садись, теперь можно.

Девушка опустилась на траву и достала ожерелье. Макс неохотно опустился в метре от нее.

– Не там, ближе. – Колдунья положила на темную траву шар – так, чтобы он оказался внутри ожерелья. Стеклянный шарик замигал и погас. Лис сел рядом, его плечо коснулось плеча Греты. – Так лучше.

Макс посмотрел по сторонам. В свете странных цветов все казалось нереальным. Ветер мягко тронул его лицо, принеся запах зверя, но почему-то страшно не стало. Изумрудные глаза девушки как будто светились изнутри, и впервые Лис не заметил в них холода и льдинок.

– Приготовься к ритуалу.

– Как?

– Расслабься, успокойся и приготовься к тому, чтобы твои способности раскрылись.

– У меня нет никаких особых способностей…

– Это неправда. Может, ты не ощущаешь, но я вижу, как внутри тебя просыпается нечто и твое будущее понемногу становится другим. Каким оно будет, не скажу, но точно ты никогда больше не будешь обычным вором.

– Даже если сумею выжить на плато, вы убьете меня, как только я принесу артефакт.

– Клянусь, что не убью тебя, если ты сделаешь это. – Девушка подняла ожерелье, по зернам пронеслись изумрудные всполохи. – Моя клятва тебя устроит?

– Наверное.

Повисло неловкое молчание, которое прервала Грета.

– Смотри в шар, – сказала она сухо. – Сейчас мы увидим то, что тебя ожидает. Заодно я еще кое-что сделаю.

Лис послушно уставился в прозрачный хрусталь. Камни ярко засветились, и сразу за спиной послышался недовольный рев, а потом затрещали кусты. Какому-то хищнику явно не понравилось то, что он увидел.

– Кто-то хотел нами поужинать, но потом решил, что лучше найти кого-нибудь другого. Продолжаем, не отвлекайся.

Шар начал мутнеть, в нем замелькали странные фигуры, а потом Макс снова увидел себя стоящим перед светящимся ярким изумрудным светом ожерельем.

– Хорошо, – произнесла Грета. – Теперь попробуем понять, где это находится. Осмотримся.

Хрусталь снова помутнел, потом он опять показал фигуру Лиса, только откуда-то сверху.

– Похоже на большую пещеру. Надо увидеть, как в нее попасть…

Маленькая фигурка в шаре задвигалась, но не вперед, а назад, как бывает, когда запись прокручивают в обратном порядке. Фигурка подошла к стене, потом проползла сквозь небольшой лаз и встала. После этого принялась накладывать камни.

– Смотри, – прошептала колдунья. – Запоминай место. Видишь, эта скала стоит отдельно от других. В ней находится лаз в пещеру, который сейчас закрыт каменной осыпью…

Фигурка двинулась спиной назад и вышла на плато. Теперь Лис узнал место – они недавно рассматривали его через камеры, закрепленные на шлемах долианцев.

– Сможешь найти?

– Наверное, – неуверенно произнес Макс. – Только как туда попасть? Это же плато, а там десант.

– Мы что-нибудь придумаем, – сказала Грета. – Люди неопасны, а вот сущности, которых должно быть немало в том месте, и в самом деле представляют угрозу.

– Почему ты считаешь, что они там есть?

– Я чувствую много энергии неупокоенных душ – это всегда привлекает тех, кто не имеет плоти. Так лесных хищников манит запах крови.

– Понятно, – вздохнул Лис. – Скажи, почему ты мне не показываешь, что произойдет после того, как я возьму этот сосуд? Я умру?

– Не знаю. – Девушка неопределенно пожала плечами. – Если тебе хочется, смотри сам.

Она взяла его пальцы, ставшие неожиданно холодными, почти ледяными, и приложила раскрытые ладони к шару.

– Помнишь, как ты направлял меня, когда мы сражались с истребителями? Так вот, здесь нужно делать то же самое. Мысленно представь, как берешь в руки тот предмет и что происходит потом.

Макс послушно начал представлять: вот он отодвигает камень и заходит в пещеру, находит «сосуд скорби» (непонятно где лежит, но это неважно, главное – он оказывается в его руках), поднимает над головой, и тут… у него свело правую руку. Он почувствовал гладкость и прохладность сосуда. А еще – энергию, рвущуюся из него. Из-за нее Лису стало тяжело дышать, она пригнула его к земле, и, если бы не защита серебряной сферы, проснувшейся в голове, он бы уже умер.

Но это было еще не все. Что-то происходило за его спиной. Он оглянулся и увидел огромную косматую тень…

Лис испуганно вздрогнул и почувствовал на щеке тепло пальцев девушки.

– Я тоже видела, но так и не смогла понять.

Он открыл глаза и увидел исчезающую тень в хрустальном шаре.

– Эта непонятная фигура закрывает будущее, дальше все становится неясным. Перекресток. Участок во времени, где открывается много путей, но, пока они не выбраны, будущего нет.

– Как нет?

– Такое бывает редко. – Колдунья отняла его ладони от шара и положила себе на грудь. Макс вздрогнул, почувствовав под пальцами твердые, набухшие от волнения соски, дыхание его участилось, ему сразу стало жарко, хоть еще мгновение назад он замерзал. – Но бывает. Обними меня.

Лис прижал девушку к себе, его дрожащие пальцы стали расстегивать молнию комбинезона, он сам не понимал, что делает, и удивлялся своей смелости. Она помогла ему и сбросила одежду, оставшись в одних тонких, почти незаметных трусиках. Он сжал ее грудь, потом прикоснулся к соскам губами.

Дальше Макс словно исчез, его руки и тело действовали самостоятельно. Он поцеловал ее тонкие холодные губы, которые сначала несмело ответили, а потом Грета сама поцеловала его. Комбинезон, что был на Лисе, стал вдруг невероятно грубым и жестким. Казалось, ее нежная кожа покрывается ссадинами от него. Он сбросил одежду. Ласковые пальцы пробежались по его спине, и он снял ее трусики. Дальше все произошло, как и должно быть. Он уже испытывал подобное не раз, когда приходил в бордель, но сейчас все было по-другому. Невысказанная нежность рвалась из его груди.

Серебряная сфера закрыла Максу глаза, и на него нахлынуло огромное количество всевозможных ощущений. Но все они были не его. Он ощущал каждую клетку девичьего тела, поэтому двигался медленно, растягивая ее наслаждение, хотя едва сдерживался. И тут все потонуло в яркой изумрудной вспышке – так ожерелье прореагировало на ее страсть. Грета застонала, а потом он уже не мог сдержаться, и все закончилось.

Прошло, наверное, минут пять, прежде чем Макс смог пошевелиться. Он почувствовал ее голову на плече, едва слышное дыхание, жесткую холодную траву под собой и легкий ветерок, осушающий кожу от пота.

– Зачем? – спросил он хриплым голосом.

– Мне это было нужно. – Девушка пошевелилась и стала одеваться. – Давно хотела узнать, что это такое. Теперь знаю.

– И что же?

– Это похоже на смерть. – Колдунья улыбнулась. Лис видел ее лицо в колеблющемся изумрудном свете ожерелья. Глаза ее тоже светились. – Никогда не думала, что такое возможно. Я увидела всю твою жизнь. Мне тебя даже стало немного жаль. Вставай. Надо возвращаться к долианцам… А что почувствовал ты? Впрочем, ты же занимался этим не в первый раз. Наверное, так всегда и бывает?

– Нет, обычно не так. Сегодня я словно заглянул куда-то, куда меня раньше не пускали. – Макс нащупал комбинезон. – В борделе все проще. Просто стыдно и глупо.

– Ты наверняка и тогда слышал чужие мысли, поэтому и возникло ощущение стыда. Так всегда бывает, когда смотришь на себя чужими глазами. – Девушка подняла с травы шар и засунула в карман, потом надела ожерелье. – Ты просто этого не понимал.

– Может быть. – Лис натянул на себя мокрый холодный комбинезон. – Не знаю, как мне себя вести дальше с тобой?

– Словно ничего не произошло. – Колдунья вытащила из кармана стеклянный шарик, и он загорелся мягким светом. – На самом деле ничего не изменилось. Я выросла при дворе императора, ты – на улице. Между нами ничего нет и не может быть. А значит, ничего и не было. Понятно?

– Вполне. – Макс оделся. – Ничего не было. Мы просто смотрели в будущее, которое меня убьет.

– Не все так просто в этом мире. – Грета зашагала вперед. – Чаше всего нам только кажется, что мы делаем то, что хочется, а на самом деле просто исполняем чужую волю.

– Чью?

– Богов.

Макс покосился на нее и понял, что девушка говорит искренне. Она и на самом деле думала так. Он вздохнул. Во время близости он тоже увидел все, что она скрывала, ему тоже удалось прожить ее жизнь от начала до этого мгновения любви. Эта память осталась в нем, и он в любой момент может снова ее посмотреть.

Они не спеша дошли до лагеря. Здесь их ждали. Грэг сидел у горящего дерева, глядя в огонь. Заметив девушку, он показал рукой на спальный мешок, лежащий недалеко от него.

– Ложитесь спать, госпожа, завтра будет трудный день. Твое место, вор, справа от меня. – Он показал на другой спальник. – Спите спокойно. Мы поставили сигнализацию, и никто не сможет к нам подобраться незаметно – ни зверь, ни человек.

Лис залез в спальный мешок и, как ему показалось, заснул раньше, чем закрыл глаза.

* * *

Дженг летел над странным густым лесом, в котором росли огромные серебристые деревья высотой больше пятидесяти метров. Приглушенная сине-зеленая листва раздражала волка, поскольку глаз привык совсем к другим ландшафтам. Флаер шел на автопилоте по заданным координатам. Сам Дженг сидел и рассматривал свое отражение в зеркально отполированном приборном щитке. Он видел худощавого темноволосого широкоскулого молодого человека с хмурым взглядом карих глаз. Только он-то знал, что под этой личиной таится не человек, а нечто ненормальное, не похожее ни на что, не принадлежащее ни к одному виду.

А как еще он должен реагировать на самого себя? Одно дело считать себя оборотнем из клана Волка и знать, что когда-нибудь его служба будет признана успешной и ему разрешат вернуться на родную планету. Там он сможет выстроить уютное логово где-нибудь в джунглях, а потом приведет в него самку, любовь которой обеспечит им тихую радость до конца ее или его дней.

И совсем другое осознать, что он чужой всем, в том числе и родному клану. Он один в целом мире, у него никогда не будет потомства, и никто никогда не будет любить его. Наставники не разрешат ему связать ни с кем свою судьбу, не дадут выстроить отдельное логово, а будут использовать до тех пор, пока он не погибнет, как Кодр.

И наверное, это хорошо… потому что жить так – еще хуже…

Зазвучал зуммер автопилота. Дженг взял управление на себя и направил флаер вниз на небольшую поляну. Здесь он медленно опустил аппарат, выдвинув опоры, открыл люк и вышел. Волк расширил ноздри, чтобы незнакомые запахи хлынули в нос. В этом лесу было множество зверей, и многих из них он мог бы использовать в пищу. Если бы у него было время, он бы устроил охоту, чтобы снять стресс, но, увы, времени у него не было.

Сквозь чужие запахи пробился один – знакомый, волчий. Он привел Дженга к стволу упавшего и наполовину сгнившего огромного дерева, внутри которого можно было построить целый дом. На стволе он сразу увидел знакомую метку – серебристая кора была глубоко процарапана когтями Брома. Под корой оказался тайник, в нем лежали карта и записка, написанная торопливым почерком:

«Место раскопок отмечено на карте. Люди ищут артефакт невиданной силы, он способен менять на генном уровне программу тела. «Сосуд скорби» может обычного человека превратить в бога, но никто не знает, в кого он может превратить оборотня. Наставникам очень это хочется узнать, поэтому мы с тобой здесь. Если все получится, однажды в одном из пометов родится волчонок, который станет прародителем новой расы. Нам это не суждено, уж слишком мы отличаемся от всех остальных, так поможем тому, кто сможет. Будь осторожен! Люди зашевелились. Лагерь обнесли датчиками сигнализации и установили мины. Кроме того, пустили роботов по периметру, а разведывательные зонды летают круглосуточно над плато. Вероятнее всего, это произошло из-за меня. Пришлось убить двоих десантников, потому что они начали что-то подозревать. С нетерпением жду тебя. На карте обозначен проход по минному полю. Вряд ли ты меня узнаешь в моем новом облике, но тебе поможет твой нюх. Удачи, Бром».

Дженг замаскировал флаер специальным пологом, которым были оборудованы все армейские машины, набросал сверху травы и веток кустарника, потом лег на траву. Прежде чем пускаться в опасный поход, следовало подготовиться. Он снял обувь и комбинезон, положил все это в сумку и закрыл глаза. Тяжело задышал, постепенно усиливая дыхание, готовясь к перевороту. В какой-то момент он почувствовал, как у него отрастают шерсть и хвост, лицо меняется, вытягиваясь вперед, уши тоже поменяли форму. Он открыл глаза, и по изменившемуся зрению понял, что все получилось.

Волк поднялся на ноги, забросил на загривок сумку и затянул зубами специальные ремни, которые позволяли нести ее без особых проблем, потом принюхался. Пахло жизнью, чужой, неизвестной. Трава горчила, выделяя неприятный сок, птицы галдели в вышине, мелкие насекомые вились возле глаз, какой-то мелкий зверек скребся в кустарнике. Дженг одним прыжком оказался рядом с кустом и сунул морду к корням. Животное, чем-то похожее на крота, попыталось скрыться, но волк легким ударом лапы сломал ему позвоночник и с удовольствием пообедал свежей плотью. Все-таки находиться в шкуре зверя намного приятнее, чем в человечьем обличье. Дженг съел зверька полностью, даже разгрыз мозговые кости – просто так, для удовольствия.

Потом побежал, полагаясь в первую очередь на чутье. Как бы давно здесь ни был Бром, его запах все равно остался. А поскольку он разительно отличался от всего живого в этом лесу, идти по следу было просто. Волк двигался все стремительнее, тело само просило движения, и чем быстрее он мчался, перепрыгивая через поваленные деревья, распугивая неосторожных птиц и мелких зверьков, тем лучше у него становилось на душе. Он готов был нестись так вечность или чуть больше, ощущая множество чужих запахов, чувствуя легкий ветерок на шерсти и бурлящую внутри силу.

По дороге Дженг спугнул пару неосторожных птиц, которые поднялись прямо у его пасти, совершив тем самым роковую ошибку. Не останавливаясь, он проглотил их теплые тушки вместе с перьями и от этого почувствовал себя еще лучше. Что может быть приятнее мира, в котором много еды, а ты силен и ловок, чтобы ее поймать?.. Разве может человек похвастаться тем же? Нет, он давно уже забыл, что такое охота. Какого вкуса парное мясо, и как сладка кровь.

Скоро Дженг почуял запах железа, пота и оружейной смазки. Лес стал реже, появилась каменистая поверхность, покрытая мелкой, постепенно исчезающей травкой и кустарником. Путь лежал в горы.

Волк залег на краю опушки в густых кустах и стал разглядывать открывшееся плато. Наверху, среди огромных каменных глыб, жило множество людей – двести или даже триста. Часть из них имела оружие, часть – рабочие инструменты. Одни охраняли, другие работали. Палатки выставлены по кругу, чтобы скрыть то, что находилось в центре. Но и так было понятно, что перед ним находится цель – раскопки. Здесь археологи ищут «сосуд скорби» – артефакт, который может дать бессмертие человеку и, возможно, увеличит жизнь оборотням.

Дженг вздохнул и с огромным сожалением обернулся в человека. Когда отдышался, то сразу почувствовал, как потускнел мир – из него исчезли запахи и звуки. Натянув комбинезон, вырастил небольшие когти и полез на дерево, впиваясь ими в серую шершавую кору. Когда ветки под ним стали прогибаться, волк лег на сук, перевернулся на спину и взглянул на серо-зеленое небо с ползущим по нему багровым светилом. Человек, в отличие от волка, может видеть все в красках, и это его единственное и не очень большое преимущество.

Дженг немного подправил глаза, добавив зоркости, и стал рассматривать лагерь. Боевые роботы двигались по периметру, обшаривая сканерами окрестности, над ними, едва видные, летали по кругу три зонда, контролируя плато и кромку леса, на высоких скалах сидели снайперы, а за брустверами из камней стояли часовые.

Дженг спустился с дерева, лег в кустах и закрыл глаза, решив, что, пока не наступит ночь, не стоит и пытаться проникнуть на раскопки – люди настороже. А вот в темноте часовые станут слепыми, глухими и боящимися ночного мрака приматами, несмотря на все свои технические приспособления. Правда, все равно пройти по минному полю будет непросто, на нем можно потерять немало времени. Впрочем, это Брому нужно идти по земле, он же может воспользоваться своей новой способностью и вырастить крылья.

Дженг хорошо выспался, а когда ночь закрыла своим плотным занавесом мир, он разделся догола и стал представлять, как растут мизинцы на руках, а от них – кожа к бедрам.

Уже через пару минут волк ощутил неудобство – стало трудно лежать, что-то мешало. Он открыл глаза и увидел под собой огромные кожистые крылья, тело на этот раз справилось с заданием быстрее. Внутри все ныло, словно его пропустили через дробилку, как всегда после оборачивания. Дженг посмотрел на себя и, как в прошлый раз, показался себе уродом: человеческое тело, покрытое волчьей шерстью, с длинными за счет выросшего мизинца руками, практически достающими до земли, между руками и телом кожаные складки, превращающиеся в огромные крылья, если их расправить. Природа такое животное не смогла бы придумать, слишком плохо оно приспособлено к жизни. Человеческий рот не подходит для нападения, поскольку в нем нет клыков, а на руках не хватает когтей.

Волк посмотрел по сторонам и понял, что взлететь не получится – не хватит разбега. В конце поляны он обязательно запутается в ветках – значит, следует возвращаться в лес, искать подходящую взлетную площадку.

Он встряхнулся, приводя крылья в порядок, и заковылял назад в лесную чащу.

Что ж, лететь так лететь. Дженг выбрался на широкую поляну, как раз подходящую для его замысла. Неуклюже разбежался, потом оттолкнулся ногами и взмыл в воздух. Подниматься было тяжело, так как много сил тратилось на взмахи кожистыми крыльями. Мышцы заломило. Он уже испугался, что придется садиться, как ощутил восходящий поток воздуха, который потащил его вверх.

Примерно на километровой высоте подъем прекратился, и Дженг завис, всматриваясь вниз. Тьма уже полностью накрыла лагерь. Десантники готовились к ночи, подключали сигнальные датчики, надевали шлемы с инфракрасным обзором, зонды опустили на землю для зарядки – самое благоприятное время для проникновения, лучше не будет. Дженг наметил для себя большую скалу, торчащую в самом центре лагеря, и спикировал на нее.

На голой площадке примерно три на три метра он лег в небольшую выбоину, подвывая от боли в разбитых ногах. Подождав, пока боль ослабнет, закрыл глаза и стал терпеливо ждать рассвета.

Начало положено. Он на месте. Остается только увидеть Брома. Они поговорят и определят, как проще всего будет забрать артефакт. Все не так плохо, только, как всегда после оборачивания, есть хочется. Волк открыл сумку, вытащил продуктовый пакет и стал, морщась, есть – определенно птички в лесу были вкуснее.

Глава пятнадцатая

Гаур посмотрел по сторонам. Жаркий день закончился, багровое светило снова убралось в свою нору, и на мир опускалась пламенная безмятежность вечера. Очередная смена гвардейцев повела к кровавому алтарю последнюю шеренгу рабов. Из двух десятков учеников осталось только двое самых крепких и сильных, именно они будут рассказывать потомкам о величайшем свершении и продолжат дело величайшего из магов.

Магия – удел сильных духом. Те, кто не смог продержаться, отдали свои душу сосуду, внутри которого яркими всполохами бурлила энергия. Жаль их, но что поделаешь – такова жизнь: не смог продержаться, прими смерть. В конце концов, она придет ко всем, по-другому не бывает. Лишь Токур, если все получится, сможет обмануть богов и жить вечно.

Верховный жрец вырезал очередное сердце и посмотрел на императора, тот все еще дремал, опустив голову на грудь. В таком положении он находился уже полдня, и было немного странно, что спит – так долго в столь неудобном положении. Ничего, немного осталось.

Скоро энергия сосуда восстановит его тело, разгладит старческие морщины, уберет седину волос, сделает ясными глаза и даст силу дряблым мышцам. Император превратится в юношу с глазами старца. И только он, настоящий творец, снова окажется ни с чем. Конечно, если не считать обещанного золота. Но разве оно может оживить мертвых учеников и вернуть потерянную веру?

Гаур выпил еще глоток крови из чаши и убил последних трех рабов. Все. Конец! Ученики упали на землю без сил там, где стояли. Сам верховный жрец забрался на окровавленный алтарь, лег на мокрый камень, еще хранящий тепло умерших рабов, и закрыл глаза. Под ним была кровь, она была повсюду, и на нем тоже.

От алтаря сладко пахло смертью и тлением, и это было не лучшее ложе для сна, но Гауру следовало отдохнуть пару часов, прежде чем он сможет провести последнюю часть обряда – ту, ради которой и умирали люди в этом затерянном уголке. Теперь, когда верховный жрец закрыл сосуд заклинанием, магия не разорвет гору и всех, кто находится на плато. Энергия усмирена, и он сможет сделать бессмертным императора. Только нужно отдохнуть. Немного. Часа два или три…

Он услышал возле шатра императора крики, шум. Но ему было все равно. Пусть подождут, когда он сможет хотя бы приподнять отяжелевшие веки, а сейчас у него просто нет сил.

Гаур не слышал, как растерянные наложницы, принесшие обед, визжали от страха, обнаружив, что император мертв, как их пронзительный вой призвал гвардейцев.

Токур был в шаге от бессмертия, но не сумел его сделать – изношенное сердце не выдержало бессонной ночи. Командир личной гвардии отдал ему честь мечом и, опустившись на колено, поклялся выполнить последнюю волю императора, о которой узнал перед началом церемонии. Затем гвардеец встал, подозвал сотников и стал шепотом отдавать приказы. Выслушав его, они подняли своих воинов, выстроили в боевой порядок и, повинуясь приказу, убили всех слуг, наложниц и советников, которые присутствовали на церемонии.

Потом командир гвардейцев направился к алтарю.

Верховный жрец почувствовал сквозь тяжелый сон, что рядом происходит что-то странное и опасное, но не смог даже пошевелиться – слишком много сил было отдано обряду. Командир гвардии, криво усмехнувшись, взрезал ему грудь мечом, вырвал сердце и бросил в кучу возле алтаря, а тело сбросил вниз в яму. После этого подошел к ученикам, поднял их пинками, заставил взять в руки «сосуд скорби» – сам он не собирался даже приближаться к колдовскому предмету – и повел растерянных парней, едва волочивших ноги от усталости, к горе, где воины обнаружили лаз, ведущий в глубокую пещеру.

Он загнал юношей в каменную кишку, угрожая мечом, после чего воины замуровали лаз, навалив сверху камни. Учеников верховного мага обрекли на мучительную смерть от голода и жажды в густом пыльном мраке.

После этого гвардейцы, повинуясь командам сотников, выстроились друг против друга в две шеренги и отдали последнюю честь мечами. Они убивали друг друга молча, с хмурыми лицами, словно выполняя тяжелую, но очень нужную работу. Последнего оставшегося в живых гвардейца убил сам командир. Затем он еще раз обошел плато и, убедившись, что никого в живых не осталось, кроме него самого, уперев меч в землю, бросился на него.

Воля императора была исполнена: никто из участников церемонии не остался в живых. Токур не только умер сам, но и забрал с собой в вечное царство тьмы всех, кто оказался волею случая с ним рядом в этот роковой час. Он хотел, чтобы упоминание об обряде потерялось в веках. Если ему не суждено стать бессмертным, то пусть это не достанется никому.

Но когда утреннее багровое солнце осветило каменистую поверхность, из-под кучи мертвых тел выбрался молодой гвардеец. Он был ранен, но его рана не стала смертельной. Воин обошел плато в поисках живых и, не найдя больше никого, побежал к лесу. Именно он рассказал обо всем лекарю в небольшой деревне, куда сумел добраться, а потом и сыну Токура – наследнику трона о том, что произошло на Плато Мертвых.

Со временем рассказ воина оброс подробностями и стал легендой о «сосуде скорби» и бессмертии. А позже, когда люди научились летать в космосе, эту историю узнала вся Галактика.

* * *

Макс проснулся, когда щеки коснулась чья-то теплая рука.

– Вставай, вор.

Лис открыл глаза, недовольно щурясь. В лесу по-прежнему лежала густая вязкая тьма, малиновые угли костра едва освещали бледное лицо девушки. Наемники спали, только один Грэг сидел рядом с Гретой, вслушиваясь в крики ночных хищников.

– Зачем ты разбудила меня? До утра еще далеко…

– Я что-то почувствовала.

– Что?

– Кто-то приближается к месту, где лежит артефакт. Нам стоит поторопиться, иначе он окажется в чужих руках.

– Но сейчас ночь, темно…

– Нужно идти. Светило встанет через пару часов, за это время мы сможем добраться до лагеря и, если повезет, попасть внутрь.

– Встаю. – Макс выполз из мешка, уже понимая, что девушка не оставит его в покое. – Но я с большим удовольствием еще бы поспал.

– Я бы тоже. – Колдунья посмотрела на долианца. – Грэг, поднимай своих людей, мы выдвигаемся к лагерю.

– Опасно, госпожа.

– Не опаснее, чем всегда. Темнота для вас не страшна, вы видите хорошо, а ночные хищники к нам не подойдут, испугаются. Время сейчас самое подходящее, у зондов закончилась энергия, и они вот-вот опустятся на землю, да и роботы перед рассветом отправятся к зарядной станции.

– Откуда вы это знаете, госпожа?

– Я такие вещи просто чую.

Грета улыбнулась, в малиновом отсвете ее улыбка показалась Лису зловещей. Несмотря на то что они не так давно были близки, он все еще ее побаивался. Впрочем, это было правильно: девушка оставалась колдуньей, которая убивает людей одним сжатием маленького кулачка.

Сборы у наемников не заняли много времени, через десять минут они были готовы.

– Нужно ли передовое охранение, госпожа?

– Нет, – покачала головой Грета. – Вас поведу я, а значит, ни зверь, ни человек не остановят нас на пути. Вор пойдет рядом со мной. Дальше распределяйтесь сами. Костер тушить не стоит.

– Почему?

– Его свет наверняка засекли из космоса, поэтому утром по стоянке нанесут ракетно-бомбовый удар.

– Тогда действительно нужно уходить. – Грэг с уважением посмотрел на девушку. – Простите, что подверг сомнению ваше решение.

– Ты видишь только то, что перед тобой, я же вижу то, что будет.

Девушка обошла горящее дерево, и направилась к кустам. Макс шел с ней рядом. Он понимал: сейчас происходит нечто такое, что снова меняет его судьбу. Он споткнулся о корень дерева и едва не упал.

– Иди аккуратнее, вор, – вздохнула Грета. – Нельзя производить в ночном лесу столько шума.

– Я ничего не вижу, – пожал он плечами. – Темно же.

– На самом деле довольно светло. Смотри, как у деревьев светится кора, она неплохо освещает путь.

Лис глянул в указанном направлении и действительно заметил что-то светло-серое.

– Это мне не помогает, мне бы фонарик…

– Плохо, что ты ничего не видишь, будешь шуметь, а это для нас опасно. – Колдунья взяла его лицо в свои руки. – Фонарик я тебе не дам, за этим участком леса следят из космоса. Закрой глаза.

– Зачем?

– Просто делай то, что я тебе говорю.

Макс послушно прикрыл веки. Девушка поцеловала его в надбровные дуги, он даже вздрогнул от неожиданности.

– Все. Теперь иди. Сразу предупреждаю, что видеть мир ты будешь не глазами, а чем-то другим – такое видение иногда называют кожным, – но ощущать станешь гораздо больше. В первый раз это всегда кажется странным, потом привыкаешь.

Лис осторожно приподнял веки, темнота перед ним по-прежнему колыхалась густая, непроницаемая.

– Закрой глаза, – шепнула Грета. – И иди вперед.

Макс послушался, и мир перед ним изменился. Все стало серым, и в этой серости окружающее скорее угадывалось. Но он видел! С закрытыми глазами мог тронуть Грету за плечо, посмотреть в ее глаза. Девушка стояла рядом, он хорошо различал контуры ее фигуры, на шее – контур ожерелья, слабо светящийся серо-зеленым светом, близко с ней кусты, чуть дальше – ствол дерева. Она была права, его кора действительно светилась.

– Ну как?

– Идти смогу, только как-то непривычно.

– Ничего. И скажи спасибо, теперь эта способность навсегда останется с тобой.

– Только это «навсегда» может закончиться уже завтра, – ответил с горечью Макс. – Или сегодня.

– Такова жизнь, никто не живет вечно. Не хнычь, вор. Риск – это часть твоей профессии.

– Госпожа, почему мы остановились? – спросил Грэг.

– Учила вора ходить в темноте.

– И каковы результаты?

– Он больше не будет шуметь.

Девушка пошла вперед, Макс двинулся за ней и успел поймать ветку куста, чтобы та не ударила его по лицу. И сам поразился себе: действительно, видел, пусть и без привычных красок. Тени окружали его. Тени деревьев, листвы, кустов, травы, корней и насекомых. Тени неба и земли. Тени людей и звезд. Весь мир состоял из теней.

Скоро Лис перестал вытягивать вперед руки, боясь споткнуться и упасть.

Серый туман клубился в лесу, от него мерзли руки и лицо. Деревья стояли вытянувшимися свечками, поднимаясь высоко в пустое темно-серое небо к постепенно гаснувшим звездам. Приближалось утро, даже неугомонные птицы и звери перестали кричать. Пересменка – ночные ложатся спать, дневные занимают их место.

Девушка остановилась у опушки, легла на траву, достала бинокль и стала изучать плато.

– Вот и лагерь, – произнесла она. – Роботов уже не вижу, как и зондов. Остались часовые, но перед рассветом люди больше всего хотят спать, поэтому будут невнимательны.

– Конечно, – согласился Грэг. – У нас это называется «собачья смена», а еще «час спящих часовых». Обычно наши командиры любят именно в это время совершать обходы, чтобы поймать какого-нибудь нарушителя для наряда. Как вы собираетесь пройти через минное поле?

– Я не пойду. На плато отправится вор.

– Он не сможет пройти ни здесь, ни в каком другом месте. Вот вы сможете, потому что у вас есть сила, непонятная нам.

– Пойдет вор, для меня это слишком опасно. – Девушка повернулась к Максу. – Я усыплю часовых – сейчас это сделать довольно легко, а твоя задача – не попасть на мины и датчики сигнализации. После того как пройдешь их, направляйся прямо к пещере, а дальше ты знаешь, что делать.

– Как я пройду мины?

– Ты их будешь видеть своим новым зрением, на них остались отпечатки энергии людей, которые их ставили. К тому же я буду следить за тобой, и ни одна сенсорная мина не сработает, когда ты окажешься рядом, но лучше все-таки не наступай. Не забывай, ты видел свое будущее, а в нем в твоих руках был сосуд. Это говорит о том, что ты прошел минное поле и не подорвался.

– А если я все-таки наступлю?

– Тогда погибнешь. Мы видим будущее, которое вытекает из вчерашних событий и тебя – того, какой ты есть, если же ты специально попытаешься его изменить, то оно изменится. Ты уверен, что новое будущее тебе понравится больше?

– Не знаю.

– Пойми, я не иду не потому, что боюсь мин или людей. Я чувствую на плато нечто иное: силу, призраков, если хочешь – демона этих мест. Мне придется с ними сражаться, а тебя, вероятнее всего, никто из них не заметит. Поэтому иди, не теряй времени, скоро появится светило, и тогда тебя уже не спрячет сумрак.

– Возьми, вор. – Грэг протянул ему небольшой рюкзак. – Внутри фляжка с водой и тоником, несколько продуктовых пакетов, нож, спальный мешок. Думаю, тебе это все пригодится.

– Спасибо.

– Что дальше?

– То есть? – не поняла колдунья.

– Вообще… – Макс закинул рюкзак за плечи. – Предположим, что мне удалось получить артефакт, в чем я глубоко сомневаюсь, и что мне с ним делать?

– Принесешь мне.

– А как? Наступит день, и меня увидят.

– Подождешь до ночи, потом примерно в это же время отправишься обратно, я усыплю часовых, и ты спокойно пройдешь.

– Что ж… – Лис решительно двинулся вперед. – Осталась самая малость: вернуться…

Он был уверен, что идет умирать, хоть какая-то часть его мозга знала, что ничего с ним плохого не случится. Не сейчас. Позже, может быть. Но сейчас у него все получится, он доберется до пещеры и найдет артефакт, хоть даже не представляет, как тот выглядит. А вот что будет с ним после этого, неизвестно. Но что-то внутри шептало: все станет другим. Не зря же Грета говорила: находка артефакта – перекресток, после которого изменится будущее самой Вселенной…

Макс остановился. Трава под ногами кончилась, мелкие кусты – тоже. Перед ним открылся плавный подъем на плато. Как только он вступит на него, его увидят часовые, если, конечно, не спят. Он представил, что сейчас из темноты в него целится кто-то из штурмовой винтовки, и этот внезапный испуг быстро перевел Лиса в обычное напряженное состояние, какое всегда бывало во время краж.

Сразу нахлынули знакомые ощущения, он почувствовал пряные запахи, которые нес ночной ветерок, услышал далекий рев зверей и слабый хруст ветки под тяжелой ногой одного из наемников за спиной. Серый сумрак перед закрытыми глазами внезапно начал наполняться светом: камни под ногами стали слабо-желтыми, небо побледнело, звезды загорелись серыми проколами серо-зеленого неба. Макс видел и ощущал все, что происходит вокруг, и тревога понемногу исчезла. Все, как всегда: он идет на сложное и опасное дело, а значит, должен быть осторожен, умен, собран, и тогда у него получится.

Макс прислушался к себе. Пока все нормально. На него никто не смотрит и точно не целится – нет ощущения близкой опасности. Он поднялся выше, и тут внутри что-то дрогнуло. Он посмотрел по сторонам, потом под ноги и увидел слабо светящуюся светло-серым светом небольшую металлическую коробочку – сенсорную мину. По идее она уже должна была сработать, но что-то ей помешало. Возможно, Грета исполнила свое обещание и испортила мине электронные мозги.

Лис обошел мину по большой дуге и тут же наткнулся на еще одну.

Дальше он отключил мозг, который только мешал, превратившись в детектор опасностей.

Лис пошел длинной извилистой кривой, то возвращаясь назад, то снова приближаясь к плато. Мины только казалось, что набросаны хаотично, на самом деле стояли в определенном порядке, и чтобы их обойти, требовалось двигаться по очень сложному маршруту. Кроме того, на самом пологом подъеме к плато были установлены датчики, реагирующие на движение. На них тоже ушло много времени, потому что приходилось двигаться чрезвычайно медленно, чтобы они не среагировали.

Лис почти физически ощущал, как уходит драгоценное время ночи. Звезды бледнели и исчезали, горизонт светлел, мрак становился прозрачным, приближался рассвет.

Макс прошел последний ряд мин и увидел перед собой бруствер из наваленных камней. За ним виднелась голова человека, глядящего куда-то мимо, рядом торчала станина скорострельной пушки. Лис прошел мимо бруствера, стараясь не шуметь и задержав дыхание. Отойдя на пару метров, оглянулся. Часовой продолжал смотреть в сторону леса. Как это ни странно, но он не заметил Макса. То ли не разглядел во мраке – шлем с оптикой и очками ночного видения лежал рядом, – то ли его внимание было рассеянно из-за воздействия Греты.

Лис прошел еще несколько брустверов, и никто из часовых не поднял тревогу. Он осмелел и пошел быстрее. Мрак продолжал стремительно светлеть, еще немного, и даже помощь колдуньи не спасет. Потом Макс побежал.

Лагерь был огромен и, несмотря на то что он видел его через камеры разведчиков, все равно поражал воображение. Лис насчитал больше сотни палаток – половина из них принадлежала десантникам – и больше десятка легких сборных домиков. Посередине лагеря находилась открытая площадка, заваленная костями. Большинство было разложено по скелетам, и число их было очень велико – тысячи и тысячи!

Внутри у Макса похолодело, а в мозгу появилась знакомая серебристая сфера, и он услышал тихий шепот, разобрать который было невозможно, но от этого ощущение тревожности только усилилось. Он прошел быстрым шагом заваленную костями площадь, потом побежал к горам, от проснувшегося необъяснимого страха уже почти не обращая внимания на окружающее.

Когда первые лучи светила озарили плато, Лис уже добрался до горы и принялся отбрасывать наваленные камни. В лагере зазвучали голоса, потом взревел сигнал побудки. Макс отбросил последний камень и увидел небольшое черное отверстие, в которое поспешно протиснулся. Оказавшись в длинном темном лазе, он подтянул один из камней снаружи, чтобы тот закрыл вход, и пополз дальше, в глубину.

Гладкий туннель, похожий на длинную кишку, закончился большим залом, в котором можно было стоять. Здесь Макс опустился на землю и лег, судорожно дыша. Внутри немного отпустило. Одна опасность ушла, но здесь, внутри скалы, тоже не было безопасно. Наоборот, он чувствовал, что в глубине пульсирует словно огромное сердце.

Лис закрыл глаза и осмотрел пещеру своим новым зрением.

Она была довольно большой, потолок уходил вверх на высоту примерно четырех его ростов, а то и более. В ширину метров двадцать, в глубину чуть меньше, дальше шел довольно широкий проход в другой зал. По всей видимости, то, за чем Лис пришел, находилось там.

Макс поморщился. Сейчас для его мозга была бы гораздо приятнее темнота, в которой можно подремать и немного отдохнуть от страха, суматошных мыслей, ощущения близкой опасности и странного чувства, что за ним кто-то наблюдает. Хотя он и понимал, что этого не может быть. Кто может за ним следить в пещере, которая была закрыта не одну тысячу лет? Цивилизация, которая развилась на этой планете, погибла десять тысяч лет тому назад, вместе с разумными существами, что ее создали. Никого внутри быть не может, ни одно существо не сможет прожить столько.

Вот когда он шел по лагерю, за ним действительно наблюдали. Лис озадаченно покачал головой, прислушался к себе и понял, что за ним действительно кто-то следил. Но этот взгляд не был враждебным, поэтому вор не обратил на него внимания. Но кто же?..

Макс достал из рюкзака продуктовый паек, рванул ленточку, подождал, пока пища разогреется, и стал есть, глядя в черный густой мрак усталыми, ничего не видящими глазами. Нужно успокоиться. Сейчас он в безопасности. Никто не сможет сюда проникнуть бесшумно, а если и попытается, так по узкому лазу сможет пролезть только один человек, и его можно убить ножом. Лис в идеальной оборонительной позиции, вытащить его отсюда невозможно. Конечно, когда закончится еда и питье, он сам полезет наружу. Но то будет потом, а пока об этом можно не думать.

Главное – он должен найти «сосуд скорби» и увидеть косматую тень. Что будет после – неизвестно. Перекресток времени. А после него мир изменится.

* * *

Дженг увидел этого странного парня под утро. Ночь заканчивалась, но сумрак еще не рассеялся, так что было довольно темно, и если бы не глаза зверя, которыми он мог видеть почти в кромешной темноте, то бы не заметил. Парень шел по лагерю археологов, напряженно вертя головой по сторонам. При этом глаза его были закрыты, и как он различал дорогу под ногами, непонятно. Как бы то ни было, но этот человек ни разу не споткнулся, не зацепил ни один из шнуров, на которых держались палатки и шатры, не ударился ни об один из камней, которых было набросано на плато немало. Похоже, он с закрытыми глазами видел в темноте даже не хуже, чем волк.

Одет парень был в полетный комбинезон и уже этим отличался от людей в лагере. Рабочие носили черные и синие комбинезоны, археологи – желтые, а десантники – камуфляж, делающий их неразличимыми издали.

Парень был высок, худощав и печален. Было что-то в его лице, что привлекало внимание – то ли тоска, безнадежность, то ли еще что, едва угадывающееся.

Заметив его, Дженг сразу понял, что этот человек чужой и его привело сюда нечто поистине важное, раз он решил так рискнуть. Непонятно было, как парень прошел через минное поле и часовых, но то, что он сумел это сделать, вызывало уважение.

Волк со все более разгорающимся любопытством наблюдал за ним. Парень дошел до горы, разбросал кучу камней, стараясь при этом не шуметь, и исчез из вида. Это выглядело странно, очень странно. Дженг даже на мгновение подумал, что перед ним проявилась зрительная галлюцинация. Такое иногда бывает в горах, особенно ранним утром, когда белесый туман заволакивает низину. Именно тогда уставший мозг начинает придумывать себе картины, прячась от перенапряжения зрительного нерва.

Все хорошо обдумав, Дженг решил, что увиденное – самая настоящая реальность. Он действительно видел человека, который прошел незамеченным по лагерю и скрылся в горе.

А раз так, то надо срочно увидеть Брома. Возможно, тот сможет объяснить происходящее на плато. Нужно позвать собрата.

Волк негромко завыл, глядя в серое небо. Его вой отразился от скал и потерялся в лесу. Минут через десять из сборного домика, где жили археологи, вышел высокий пожилой мужчина, осмотрел лагерь, все еще дремлющий в предрассветном тумане, потом, подняв голову вверх, чуть слышно ответно взвыл.

Дженг едва не подпрыгнул от нетерпения. Он знал этот голос и зов. Так мог звать только Бром.

Волк издал высокий пронзительный вой, от которого так сладко и грустно становится на сердце. Услышав этот крик, Бром насторожился, завертел головой по сторонам, но, никого не увидев, пошел к горам. Зайдя за большую скалу, уже невидимый со стороны лагеря, он остановился и снова чуть слышно завыл.

Дженг подпрыгнул и спланировал вниз, ловя кожистыми крыльями плотный холодный воздух. Долетел до него и опустился на каменистую почву. Бром отпрыгнул назад, его рука удлинилась, на ней показались острые когти. Теперь волк не сомневался, что перед ним его друг.

– Привет, Бром. Как дела?

– Дженг?!

Столько удивления и даже страха было в этом возгласе, что волк вздрогнул.

– Не похож? – улыбнулся он. – Если честно, то и ты тоже сейчас совсем не тот красавец, которого я привык видеть.

– Такой у меня проявился талант от тех коктейлей, что нас пичкали мальчишками. – Бром пожал плечами. – Могу принять любой облик, и неважно человек это или зверь. А чему научился ты?

– Создавать разные дополнительные органы и конечности. Вот вырастил крылья, чтобы немного полетать. Правда, летун из меня так себе, но в лагерь попасть удалось. Кстати, ты специально людей перепугал, чтобы меня не видеть, или это произошло случайно?

– Прости, что так получилось. Двое разведчиков по запаху умели определять оборотней, пришлось их убить. – Бром усмехнулся. Было странно видеть улыбку старого друга на чужом человеческом лице. – Рад тебя видеть, старый друг. Ты странен, друг мой, у тебя волчья шерсть, но стоишь на двух ногах, у тебя крылья, но на них нет перьев. Никогда не думал, что увижу когда-нибудь такое странное существо.

– Извини, пришлось импровизировать. Я могу изменять свое тело, хоть мне это не очень нравится.

– А мне любые отличия по душе. Они многое дают, а главное, делают нас уникальными. Я теперь в любое место могу проникнуть и стать, кем захочу. Правда, в птицу обернуться не получается, существуют какие-то ограничения. Пробовал, и не раз, да все без толку. Из нас троих только Кодр мог летать, но у него росли настоящие крылья с перьями. Он мог подниматься высоко в небо и парить там часами.

– Мне до него далеко, я и взлетаю-то с трудом.

– А я даже этого не могу. Обидно.

– У тебя свои достоинства. Если бы ты не завыл, я бы тебя не узнал. Даже запах стал другим. Не знаю, как тебя разведчики учуяли?

– У них богатый опыт. Они с нами сражались, а моя ДНК остается прежней, только внешний облик меняется. Тут на днях десантники устроили проверку генетического кода, так я едва не провалился. Извини, времени на разговоры нет. Хоть поговорить с тобой о жизни я был бы не прочь. Ты знаешь, зачем здесь?

– Как я понял, дело в каком-то артефакте…

– Ты прав. Археологическая экспедиция ищет артефакт древних, живших когда-то на этой планете. Якобы он способен сделать любое существо бессмертным. Во всех источниках он называется «сосуд скорби». Изготовил этот сосуд один маг, живший при дворе императора Токура. Имелся тут такой, полпланеты под себя подгреб. Для изготовления артефакта его верховный маг убил больше десяти тысяч человек, но потом что-то у них пошло не так. Император умер, а его гвардейцы убили всех, кто здесь находился. Ты видел кости на площади посередине лагеря?

– Да.

– Это главный признак того, что артефакт создавался здесь и, вероятнее всего, до сих пор находится где-то рядом. Археологи его ищут, поэтому нас с тобой переправили сюда.

– А нам он зачем?

– Наши наставники считают, что с помощью этого сосуда можно создать долгоживущего оборотня.

– Понятно, – кивнул Дженг. – А какова моя роль в этом деле? Неужели не справишься один?

– Может, и справлюсь, может, и нет. Рисковать не стоит, приоритет задания – «пять точек», поэтому наставники решили подстраховаться. За этим сосудом гоняется много разных людей. Один из них направил сюда эту экспедицию и даже пригнал крейсер.

– И кто же это?

– Приказы исходят от человека, близкого к императору. Но думаю, что нужно брать выше.

– Куда уж выше?

– Есть у меня подозрение, что сам император лично гоняется за этим сосудом!

– Откуда тебе это известно?

– Я же хожу в личине руководителя экспедиции, следовательно, имею доступ ко всей переписке.

– А где сам руководитель?

– Геройски погиб в моем желудке, – усмехнулся Бром. – Пришлось съесть, чтобы не оставлять следов. Кстати, этот толстяк оказался довольно вкусным.

– Неправильно ты сделал, – покачал головой Дженг. – Надо было дать ему возможность сначала найти «сосуд скорби», а уж потом им обедать.

– Знаю, – вздохнул Бром. – Не хотел я, но иначе ничего не получалось. Не мог подобраться ни к одному источнику информации. Это сейчас понимаю, что надо бы сожрать заместителя, а не Ирфана. Археологи разгребли море костей, а нашли только остатки позолоченного алтаря и больше ничего. Где искать артефакт, никому не известно. Думаю, профессор догадывался, где тот спрятан.

– Да, наворотил ты дел.

– Прости. – Бром вздохнул и посмотрел в быстро светлеющее небо. – Пора возвращаться в лагерь, иначе обнаружат мое отсутствие. Появятся какие-нибудь новости, я сообщу. Где тебя искать?

– Здесь, сижу на той скале.

– Хорошо.

– Но прежде чем разойдемся, скажи мне вот о чем. Я час назад видел, как высокий худощавый парень в летном комбинезоне… – Дженг на мгновение замолчал, заметив, как меняется выражение лица Брома, похоже, описание кого-то ему напомнило, – прошел через весь ваш лагерь, дошел вон до той горы, разобрал кучу камней и исчез. То ли нашел какую-то нору, то ли пещеру…

– Волос черный, глаза серые?

– Волос, действительно, черный, а глаза, извини, были закрыты. Он тебе кого-то напоминает?

– Меня заставили следить за одной юной колдуньей, которая ищет этот сосуд. Слежка за ней привела меня на одну из планет, где она купила себе небольшой замок. Когда прошло полгода и я уже изнемог от безделья, выяснилось, что колдунья ждала парня, очень похожего на того, что ты мне описал. Он попытался залезть к ней в сейф с драгоценностями, и она его поймала за этим занятием, а на следующий день покинула планету вместе с вором. Зачем ей был нужен этот парень, так и не удалось узнать. Впрочем, не вышло задержать и колдунью: при преследовании я потерял всю свою команду – больше тридцати волков.

– Если этот парень появился здесь, то, вероятнее всего, он знает, где артефакт. Думаю, его послала сюда колдунья.

– Предполагаешь, «сосуд скорби» спрятан в пещере? – Бром кивнул головой на камни. – Там никто не искал, никому даже в голову не пришло, что такое возможно.

– Тогда мне стоит забраться туда.

– А я тебя подстрахую.

– Стой! – Дженг встревоженно завертел головой. – Кажется, кто-то за нами следит.

– Вы не ошиблись, – послышался твердый мужской голос. Из-за большого камня вышел высокий мужчина, одетый в камуфляж. – Вы окружены, господа оборотни. Предлагаю сдаться, иначе мы вас убьем.

– Это не так просто будет сделать, – пробурчал Бром. Он уже начал перевертываться в волка. – Но попытаться можете. Мой старый друг, уходи, я их задержу! Помни, наше задание имеет приоритет «пять точек», следовательно, наша жизнь не важна, а вот то, что мы обязаны найти, необходимо. Улетай!

Дженг подпрыгнул и замахал крыльями, но тут в него впилось не менее пяти небольших стрелок с ярким оперением. Он понял, что они ядовиты, но сделать уже ничего не мог: его тело медленно завалилось на бок, подламывая крыло.

Бром успел обернуться и даже бросился на десантника, но и в него попало не менее десяти стрелок. Его рот наполнился горькой пеной. Он зарычал, сумел подняться и проползти еще пару метров, пока новый град стрелок не заставил его упасть. Его желтые мертвые глаза так и остались открытыми, и в них отразилось поднимающееся над горизонтом багровое светило.

Утренний ветерок трепал густую серую шерсть. Потом Бром начал меняться, уже через минуту перед появившимися десантниками лежал молодой мужчина лет двадцати пяти от роду, с тонким прямым носом, твердым подбородком и черными волосами.

– Вот теперь у меня не осталось никаких сомнений, что он оборотень, – сказал Герон, наклоняясь над перевертышем. – Ну что ж, господа, двумя оборотнями стало в этом мире меньше…

– Поздравляю, командир, с успешно проведенной операцией! – Кочет вышел из-за скалы, держа в руках пневматический пистолет. – Вы замечательно все продумали.

– Это точно. – Герон наклонился над вторым трупом. – Никогда не видел таких странных перевертышей. Обычно оборотни после смерти возвращаются в привычное состояние, а оно по определению является человеческим. Первый вернулся, а вот этот так и остался непонятно кем. Не нравится мне это: либо перед нами новый вид перевертышей, либо… – командир сделал паузу, – он жив, и тогда у нас большие проблемы.

– После этого яда никто не может выжить. Проверено: летальность стопроцентная.

– Возможно, так было раньше, но все меняется. И не дай бог жить во времена таких перемен. – Герон посмотрел на разведчиков, по-прежнему настороженно выглядывающих из-за камней. – Обоих заморозить и отправить на крейсер. Пусть ученые их исследуют. Уж слишком они необычны. Одного от Ирфана отличить было невозможно, второй летает, как птица, крылья выращивает… Подумать только – крылья! Да, и пусть будут предельно осторожны. Все! С этим покончено, возвращаемся к обычному распорядку дня.

– Вы думаете, все закончилось, командир?

– Нет, я так не думаю, к сожалению, – с тяжелым вздохом ответил капитан. – Пока археологи не найдут то, ради чего мы оказались здесь, расслабляться не стоит. Мы устранили всего одну угрозу, и еще неизвестно, устранили ли на самом деле…

– Но эти мертвы.

– Эти – да, а где долианцы с магической подготовкой? – Герон мрачно посмотрел на Кочета, который растерянно развел руками. – Вот то-то! Вполне возможно, что мы убили тех, кто не представлял для нас никакой опасности. Такое бывает. Ладно, возвращаемся. Будем думать дальше.

– Над чем, командир?

– Над тем, что вся наша охрана периметра ничего не стоит, если ее можно преодолеть по воздуху.

* * *

Макс проснулся от неприятного ощущения, что кто-то смотрит ему в лицо. Он по-прежнему видел окружающее с закрытыми глазами, поэтому знал точно, что рядом никого нет. Но ощущение не проходило, и он сразу пожалел, что не взял у долианцев шлем с инфракрасными линзами или хотя бы фонарик.

Лис забился в небольшую нишу, образованную стеной и выпавшим из потолка огромным камнем, и принюхался. Пахло пылью и водой, которая капала где-то в глубине пещеры, отмеряя время, словно метроном.

Макс залез в рюкзак и неожиданно нащупал за продуктовым пакетом небольшой твердый пластиковый цилиндрик – фонарик! Давно его так не радовала такая простая вещь. Он вытащил его и включил. Белый яркий свет, от которого сразу заслезились глаза, осветил большой пустой зал. Никого в нем не было. Да и откуда мог кто-то взяться в пещере, закрытой уже не одну тысячу лет осыпью камней?

Со светом сразу стало спокойнее и веселее. Лис достал еще один пакет, дернул ленточку, чтобы пища разогрелась, и с наслаждением стал жевать тушеное мясо с овощным гарниром. Он запил еду тоником, и жизнь стала казаться ему не такой уж плохой. Он не знал, сколько спал – час, два или сутки. Внутреннее чувство времени куда-то исчезло, но зато появилось ощущение, что ему следует войти в соседний зал и взять то, ради чего он сюда явился.

Макс встал, отбросил пустую пластиковую коробку и тут услышал шорох за спиной. Он резко повернулся и увидел торчащую из лаза огромную мохнатую лапу, царапающую камень длинными темными когтями. Лис начал отступать к проходу, ведущему в соседний зал, лихорадочно пытаясь сообразить, что же делать. Он ждал человека, но не чудовище. Как бороться с ним, имея только нож? Да он ему что зубочистка. Разорвет зверюга на части и сожрет, бежать-то некуда – выход один. Откуда взялась эта тварь и что ей нужно в этой пещере? Не за ним же она лезет? Мало, что ли, другой пищи гуляет на плато?

Макс вошел в следующий зал, надеясь отыскать еще один лаз, в который зверю не протиснуться, и неважно, куда он ведет, главное – спастись.

Фонарь вор не потерял, поэтому ему сразу бросились в глаза две мумии у плоского камня, на котором лежал огромный зеленоватый кристалл. Типий! Точно такой же, как в ожерелье Греты. Явно тот самый «сосуд скорби». Его цель!

Сам зал оказался небольшим, просто каменная комната с высоким потолком и выпавшими из стен камнями. К сожалению, никаких лазов и проходов из него не нашлось. Тупик. За спиной послышались тяжелые шаги. Зверь приближался.

Не зная, что делать, Лис наклонился над кристаллом, и тот разгорелся изумрудным пламенем.

Уже через мгновение Макс был вынужден закрыть глаза, чтобы не ослепнуть. Когда зрение немного восстановилось, он протянул руку, чтобы взять артефакт, и услышал за спиной грозное предостерегающее рычание.

Лис оглянулся и увидел огромного зверя, протискивающегося в зал. Он был страшен настолько, что у него внутри все задрожало. В мозгу сразу проснулась серебристая сфера, и с ней паника улеглась, ноги окрепли. Макс успокоился.

Он понимал, что видит ту самую косматую тень, которую показывал хрустальный шар в его будущем. Выглядит страшно: огромный, заросший шерстью человек с налитыми кровью глазами, странные волосатые руки с вытянутыми мизинцами, словно с длинными когтями. Правда, пальцы на глазах уменьшились, будто съежились.

Бежать от чудовища некуда, сражаться тоже нечем. Что делать? В любом случае нужно взять этот чертов сосуд, раз это было в его будущем, а там будь что будет. Как сказала Грета, перекресток, а дальше ничего не ясно. Впрочем, что тут неясного? Убьет его эта тварь и сожрет!

Но и деваться некуда: убежать не убежишь, драться бессмысленно, это существо во много раз сильнее его, да и когти имеет такие, что опаснее любого оружия. А раз все равно умирать, то хотя бы подержать в руках этот проклятый кристалл, из-за которого он сюда попал.

* * *

Дженг умер в очередной раз. От яда сердце остановилось, и он упал, так и не успев улететь. Все было глупо. Преодолеть сотни световых лет, прожить жизнь в разных странных телах и умереть в шаге от цели с приоритетом «пять точек». И благо бы в бою от пули в голову, тогда бы он мог прийти в Верхнее Логово с гордостью и достоинством. В конце концов, за ним числится немало мертвецов, чтобы считаться воином. Но воины не умирают в мирное время от стрелок с ядом – оружия трусов.

Дженг грохнулся о землю с такой силой, что у него исчезло дыхание. Правое крыло сломалось, а левое накрыло голову. Сердце стукнуло еще пару раз и остановилось.

«Все, конец, я умер».

Дженг лежал и думал о том, что будет дальше. Наставники говорили, что волк после смерти уходит в Верхнее Логово, там в бесконечных пирах он вспоминает прошедшие битвы и ждет, когда Великий Волк позовет его на последнюю битву, в которой все будут сражаться против всех. А закончится битва тогда, когда умрет последний из богов – это и станет концом Вселенной. Она уже погибала и возрождалась множество раз. Сначала появлялись боги, а они потом создавали людей и животных для своей потехи.

Ему было странно лежать и думать о чем-то, зная, что он умер. Или все-таки не совсем?

Тут его тело свело судорогой, а сердце забилось вновь.

«На этот раз обошлось, – подумал он. – Кажется, я все еще жив».

Дженг по-прежнему лежал на боку и видел, как десантники упаковывают тело Брома в пластиковый пакет. Его друг был мертв, он знал это, потому что чувствовал горечь. Так всегда бывало, когда умирал кто-то близкий. Волк так надеялся, что, встретившись, они поговорят о том, какими стали, что у них найдется нечто общее, они смогут друг друга чему-то научить, но главное – утешить.

Увы, Бром мог только имитировать других людей и животных и не умел выращивать из своего тела нужные органы, как Дженг, поэтому умер. А вот он не смог умереть от яда, потому что его тело вырастило что-то внутри, и это «что-то» справилось с ядом.

Он почувствовал, как помятое крыло втягивается внутрь тела. Голова освободилась от тяжести другого крыла, и стало лучше видно происходящее. Десантники, упаковав Брома, направились к нему.

Дожидаться Дженг не стал. Он вскочил на ноги и с диким ревом набросился на десантников, разбрасывая их мощными ударами, ломая кости и превращая внутренности в мешанину. Когда последний из врагов умер, волк грозно взревел и погрозил кулаком с торчащим, как острие ножа, мизинцем небу.

Он услышал, как завыла сирена. В лагере подняли тревогу. Должно быть, кто-то увидел, как он убивает десантников. Сейчас сюда примчатся боевые роботы и расстреляют его. Нужно бежать. Лучше всего к горам, там нет людей. Правда, скалы высоки, на них не забраться. Куда же ему спрятаться?.. Крылья вырастить не успеет, переворачивание в волка ничего не даст – против робота зверю не устоять. Куда же?..

Есть! Он должен залезть в пещеру, в которой скрылся тот парень. Лаз узкий. Когда он заберется внутрь, то сможет отбиться хоть от тысячи воинов. Других вариантов, похоже, нет. Не возвращаться же обратно в лес через поднятый по тревоге лагерь? Его же убьют сразу. Нет, только к пещере, а там видно будет.

Когда из-за шатров выскочили десантники и открыли огонь, Дженг развернулся и помчался к горе. Отбросив камень, увидел темный узкий лаз, но каким-то невероятным образом ему удалось протиснуться – возможно, за счет густой шерсти, которая легко скользила по камню.

Через пару мгновений волк был уже внутри и закрыл вход огромным камнем. После этого лег на землю, чтобы немного отдышаться. Теперь он в безопасности, никто не сможет забраться внутрь – камень не даст, а отодвинуть его у людей не хватит сил. Правда, и ему отсюда не выбраться, но это уже другая история. Он здесь не просто так, а выполняя волю наставников, и задача его – найти «сосуд скорби». Когда он получит его, тогда и будет думать о том, что делать дальше.

Как только угомонилось сердце и успокоилось дыхание, Дженг встал и отправился в другой зал, откуда шел странный зеленоватый свет.

Войдя туда, волк увидел того самого худощавого парня, что прошел мимо скалы. Он стоял возле плоского камня, на котором сиял изумрудным светом огромный кристалл.

Несомненно, парень собирался взять то, ради чего находился здесь. Дженг взревел и одним прыжком оказался рядом с камнем. Они схватили кристалл одновременно, но по глазам ударила яркая вспышка изумрудного света, и в голове Дженга зазвучали чьи-то многочисленные сердитые голоса. Их становилось все больше и больше, их шепот раскалывал голову, от него рвались барабанные перепонки. Выдержать такое было невозможно.

Волк закричал от немыслимой боли и упал на землю.

Рядом парень так же катался по полу, сжимая руками голову. Он стонал и кричал, но его голос терялся в этом шепоте.

Боль в мозгу продолжала усиливаться. Когда она достигла чудовищного размера, Дженг потерял сознание.

Его качало на каменном полу, словно на океанских волнах. Ощущение было таким, будто он оборачивался в первый раз: кости двигались и занимали новые места, мышцы вспухали, внутренние органы увеличивались и росли, и все это сопровождалось невыносимой, мучительной болью. Его тело словно пыталось переродиться сразу во множество разнообразных форм и не знало, как это сделать. Боль накатывала волнами, то усиливаясь, то ослабевая на какое-то время.

Прошло много часов, прежде чем волк смог открыть глаза. Он лежал у стены, вжимаясь лицом в камень, и не мог пошевелиться. После неимоверных усилий ему удалось перевернуться на спину. Дженг застонал. Голос был хриплым, но, похоже, все-таки человеческим. Когда он поднес руку к лицу, то не увидел ни одного волоска: пять обычных пальцев. Нос на ощупь тоже человеческий, как глаза и зубы. Он тяжело вздохнул и посмотрел по сторонам. Парень лежал метрах в трех у большого камня и тоже пытался сесть.

– Как ты? – спросил его Дженг. Почему-то к этому человеку он не испытывал никакой неприязни, наоборот – сочувствие, поскольку и ему досталось от артефакта. Почему его не предупредили о том, что сосуд защищен. Опять решили, что он выживет? – Живой?

– Скверно, – морщась, отозвался парень. – Ощущение такое, что меня пропустили через мясорубку, все тело ноет и болит.

– У меня тоже, но это нормально после оборачивания.

– Это для тебя нормально, ты же оборотень, а я человек.

– Да, тут тебе не повезло, – усмехнулся волк. – Но, увы, ничем помочь не могу.

– Кстати, ты меня хорошо видишь? – Парень вытянул ноги и, как-то судорожно дергая ступнями, приподнялся и сел.

– Да, только в красноватом отсвете.

– Я тоже. Но мне точно известно, что света в этой пещере нет. Раньше светился кристалл, теперь он потух, а мой фонарь упал и закатился куда-то.

– Значит, открылось другое зрение. У нас, оборотней, такое бывает, мы хорошо видим в темноте.

– Но я-то не оборотень. Ты понял, что случилось?

– Ты схватил кристалл, я попытался его у тебя отобрать, а потом что-то ярко вспыхнуло. Меня отбросило к стене, а дальше словно перекорежило всего.

– Теперь понятно. – Парень потянулся к камню и показал на кристалл: – Видишь?

– Что?

– Он стал прозрачным.

Дженг присмотрелся. Действительно, изумрудный свет, которым сиял сосуд, исчез. Кристалл стал похож на обычный кусок кварца.

– И правда, цвет ушел. А это имеет какое-то значение?

– Насколько мне известно, кристалл типия, когда заряжен энергией, имеет изумрудную окраску, а когда ее теряет, становится прозрачным.

– И что из этого?

Парень пожал плечами.

– Я делаю отсюда два неутешительных для нас вывода. Первый: то, за чем мы сюда пришли, потеряло свои свойства, «сосуд скорби» опустел, и теперь это просто большой кристалл. А значит, чудеса, на которые рассчитывали те, кто нас сюда послал, больше ему неподвластны.

– А второй вывод?

– Второй вывод хуже. – Парень снова вздохнул. – Кристалл, после того как на него попала кровь из моей руки, разрядился на нас обоих.

– Кровь? Откуда?..

– Ты слишком сильно сжал мои пальцы, едва не раздавил. И похоже, кристаллу это не понравилось. Он свою энергию выплеснул на нас.

– Ты думаешь, что из-за этого нам так плохо?

– Мощная магия пролилась на нас двоих, и вероятнее всего, мы изменились. Может, даже стали бессмертными. Артефакт для этого и создавался.

– Ерунда, не может быть!

– А ты заметил, что мы разговариваем, не открывая рта?

– С чего ты… – Дженг осекся и понял, что он действительно разговаривает мысленно, губы не шевелились. – Кажется, ты прав. Что это, телепатия?

– Наверное. Извини, я сам в этом не разбираюсь. Думаю, в ближайшее время мы начнем открывать в себе все новые и новые способности, и неизвестно, к чему это приведет.

– Мне известно.

– И к чему?

– К одиночеству. Чем больше ты отличаешься от других, тем более ты одинок.

– Вероятнее всего. Что будем делать? Я знаю, что сейчас ночь, до рассвета примерно три с половиной часа, так что самое время отсюда выбираться.

– Согласен, – кивнул Дженг. – Только вряд ли получится.

– Почему?

– Я убил нескольких десантников, прежде чем спрятался в этой пещере. Думаю, сейчас у лаза в пещеру стоит пара роботов, которые откроют огонь сразу, как только кто-то из нас появится.

– Плохо. Но что-то все равно нужно делать. Жить здесь нельзя: еды нет.

– Думаю, ты прав и сейчас. – Дженг встал. Его качнуло в сторону, и он едва не упал. – Черт! Почему мне так плохо? Откуда эта слабость?

– В нас все еще происходят какие-то процессы, отсюда недостаток энергии.

– Откуда ты это знаешь?

– Последнее время мотался по Галактике с одной колдуньей. Она мне многое рассказала. Мне не хочется умирать, но, похоже, ничего другого нам не остается. Осталось только выбрать способ. Можно умереть от голода и обезвоживания, как эти двое. – Парень кивнул на две мумии, лежащие у камня с кристаллом. – А можно от пули в голову. Тебе что больше нравится?

– Пока еще не решил. Впрочем, у меня есть еще вариант.

– Какой?

– Я могу съесть тебя, тем самым отдалив свою смерть. Как тебе нравится такая идея?

– Не самый лучший способ умереть. Впрочем, думаю, и не самый худший. – Парень тронул мумию. – Смотри.

– Что?

– Видишь на руках скелетов бронзовые браслеты?

– И что?

– Они светятся изумрудным светом.

Дженг присмотрелся. И действительно, браслеты светились.

– И что?

– Не знаю, но это свет колдовской энергии типия. Наверное, эти железки зарядились от кристалла. – Парень снял с мумии браслет надел себе на руку, второй протянул волку. – Держи.

– Зачем он мне?

– Слабость пройдет, он накачает тебя энергией.

– Давай. – Оборотень надел браслет. – Меня зовут Дженг, а тебя?

– Макс по прозвищу Лис.

Волк подошел к камню, на котором лежал «сосуд скорби».

– Ты не будешь возражать, если кристалл возьму я?

– А если буду?

– То я его все равно возьму. Этот артефакт ждет клан Волка, он может нам помочь.

– Он мог вам помочь, когда был заряжен.

– Неважно. Меня не поймут, если я появлюсь без него. – Дженг протянул руку к кристаллу, но тот неожиданно рассыпался горсткой пыли. – А это еще что?!

– Похоже, выбросив энергию, типий потерял свои свойства. Сколько, интересно, лет он здесь пролежал? Пять тысяч, десять?..

– Много. Ну что ж, ссориться нам больше незачем, осталось только умереть.

У лаза Дженг, вырастив мышцы, отбросил камень, потом показал парню рукой на каменную трубу:

– Лезь первым.

– Почему я?

– Может быть, они в тебя не станут стрелять?

– Ты же сказал, что там роботы, а им все равно, в кого стрелять.

– Ну, если ты боишься, тогда пойду я.

Дженг пролез по узкому лазу, добравшись до выхода, осторожно выглянул наружу. На плато лежала ночь, яркие незнакомые звезды висели в вышине, вокруг высились скалы, и от всего этого веяло непонятной чуждостью. Ветер нес запах камня и леса, никаких других запахов волк не почувствовал. Это было странно. Не могли же десантники за те несколько часов, что товарищи по несчастью провели в пещере, уйти, забрав с собой всю технику? Или могли? Например, началась война?.. Нет, им явно потребовалось бы на это больше времени. Необъяснимо!

Увидеть волк тоже никого не увидел, тогда он встал во весь рост и крикнул:

– Эй, человек, вылезай, здесь никого нет!

Парень зашуршал рюкзаком, потом показалась его голова, плечи, он выпрыгнул наружу и завертел головой по сторонам.

– Действительно, никого. Не понимаю…

– Что тебе не нравится?

– У меня такое ощущение, что мы находимся в каком-то другом месте.

– С чего ты взял?

– Воздух другой, да и скалы разбросаны иначе. Горы за ними тоже изменились – ледники исчезли.

– Точно. – Дженг принюхался. – Воздух другой. Странно… Я никаких запахов не чувствую, словно люди ушли отсюда много лет назад. Обычно всегда остается запах смазки, железа, брошенной пищи, человеческих нечистот, наконец. А тут ничего.

– С другой стороны, мы живы, в нас никто не стреляет.

– Согласен. – Волк снова завертел головой по сторонам, одновременно принюхиваясь. – Послушай, мы, кажется, вытащили счастливый билет. Это другое место, нас перекинуло куда-то. Пошли посмотрим.

– Куда?

– К лесу, там у меня флаер спрятан.

– Идем.

Они двинулись вперед. Макс шел за оборотнем и не понимал, что произошло. Может быть, действительно перекресток. Мир изменился, и все стало другим.

Тогда нужно просто идти вперед, надеясь на то, что все будет хорошо. А иначе… зачем? Жизнь на этом и построена. На вере.

Они прошли плато, но не обнаружили никаких следов людей. Даже кости исчезли. Мины – тоже, как и роботы, зонды, датчики. В лесу никого не оказалось, и флаер им не удалось найти, как и стоянку наемников. Дженг, перекинувшись в волка, добыл небольшое животное, и они, пожарив его на костре, поели. Оба не знали, что им делать. Вокруг была чужая планета, неизвестный лес и никаких следов людей. Утром они сбросили ствол дерева в реку и поплыли неизвестно куда. Ничего другого им в голову не пришло. Они уже догадывались, что их перенесло во времени, но не знали – в прошлое или будущее? Это им еще предстояло узнать.

Эпилог

Грета почувствовала во сне: что-то произошло. Она открыла глаза и успела увидеть, как засияли изумрудным светом камни ожерелья, уловив всплеск энергии, а потом погасли. Она вытащила хрустальный шар и стала всматриваться в него. Макса она увидела сразу, он мирно разговаривал с косматой тенью – той самой, с которой должен был бороться. Потом посмотрела на сосуд. Он изменился, изумрудная зелень исчезла, осталась только прозрачная белизна. А потом вор исчез, косматая тень тоже и даже пещера. Девушка непонимающе покачала головой. Проснулся Грэг.

– Госпожа? Что случилось? Вы как-то странно побледнели.

– Не знаю, – пожала она плечами. – Но что-то произошло.

– Что именно?

– Вор исчез. Я не вижу его, он словно умер.

Грэг недоверчиво покосился на девушку. Она смотрела перед собой, ее лицо ничего не выражало.

– С вами все хорошо?

– Да, мне просто непонятно. Даже если бы он умер, я бы увидела его тело. Шар не показывает ничего. У меня вообще ощущение, что он исчез из нашей Вселенной.

– Так не бывает.

– В мире магии бывает все… Плохо.

– Что будем делать?

– Мы уйдем в глубину леса, устроим там лагерь и будем ждать. Археологи скоро уйдут. Близится сезон ветров и проливных дождей, а они не подготовлены к этому. Когда плато опустеет, мы возьмем «сосуд скорби» и вернемся на корабль.

– Да, госпожа. – Грэг посмотрел в темное небо. – Выходит, вор все-таки сумел сбежать? Что ж, удачи ему…

* * *

Император пристально посмотрел на Ирга, своего советника.

– Докладывай.

– Экспедиции ничего не удалось найти, кроме костей, бронзовых мечей и керамики. «Сосуд скорби» не найден.

– Печальное известие.

– Да, мой повелитель. Грета тоже ничего не нашла. Мои люди следили за ней и убедились в том, что на станцию она прибыла без артефакта.

– Эта девочка не любит проигрывать. Если она ничего не нашла, значит, там действительно ничего не было. Что ж, подождем, пока она не нащупает новый след. Кстати, а что с оборотнями?

– Десантники убили странного перевертыша на плато, его тело привезли на Землю и исследовали. Его ДНК имеет необычное строение. Думаю, это второй из трех супероборотней, которых мы пытались обнаружить. Первого убили раньше.

– Осталось найти третьего.

– Десантники уверяют, что убили двух оборотней, но второй сумел ожить. Бойцы загнали его в пещеру, но когда они забрались внутрь, то нашли только две мумии аборигенов. Тело перевертыша не обнаружили.

– Куда же он делся?

– Неизвестно.

– Странная история. Держи меня в курсе, если появится какая-то новая информация. Да, и пусть продолжают искать «сосуд скорби», он мне нужен.

– Слушаюсь, мой император, мы продолжим поиски…

Content

Максим Крылов
Дженг из клана Волка

Пролог

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Глава четырнадцатая

Глава пятнадцатая

Эпилог