Жизневский Эдуард Станиславович

Сбой

Посвящается Дмитрию Медюхо и Екатерине Хатинович. Благодаря друзьям детства, мое натренированное воображение не оставит меня в покое до конца дней моих.

Все персонажи и события, несмотря на очевидную связь с реальностью, являются полностью вымышленными. Голоса знаменитостей сымитированы (причем убого)…

Часть первая

«Погруженец поневоле»

Глава 1 – «Голос»

Солнышко светит, бегут ручейки, распускаются почки. Начало апреля, чудесная погодка. Если не считать того, что на термометре чуть больше нуля, а я додумался выйти за продуктами в легком свитере. Так что плевать мне на весну, солнце и прочую муть. Я мерзну и ругаю последними словами обманувшее меня солнце. Глянешь на улицу – погода майская. А как выйдешь… Бр-р-р… Ветер и морозец. Самая лучшая погода для прогулки налегке. Черт! Я же так воспаление легких получу!

«Извините за беспокойство. Из-за досаднейшего инцидента к вашей душе только что был прицеплен Портативный Модуль Межвселенского Перехода, он же ПММП»

Интересные делишки! Уже и голоса в голове появились. Бывают ли такие глюки от холода?

«Приносим вам свои извинения, но это не просто голос в голове, а встроенная в модуль мыслерация. А модуль будет активирован через пятнадцать минут. Вам нужно будет держать в руках как можно больше съестных припасов и теплых вещей. Желательно также захватить оружие. Опять-таки, приносим свои извинения»

А может мне еще в палатку залезть? Какой модуль? Что за межвселенский переход? Еще чего не хватало!

«Просим вас, не останавливаться. Вы же, как раз собрались закупиться провизией. Это очень удачно, что вы идете за продуктами. Просто отлично. Вы как раз успеете купить продукты, вернуться домой и взять хоть какие-нибудь теплые вещи. Не стойте столбом. Торопитесь. У вас всего четырнадцать минут!»

Какие еще четырнадцать минут! Мне к врачу надо! Проконсультироваться, какие еще симптомы дает шизофрения…

«Прошу вас, бегите в гастроном, иначе хуже будет. Неизвестно, в какую вселенную вас занесет. Поверьте на слово. Четырнадцать минут. Через четырнадцать минут вы всем убедитесь сами. Не стойте. Гастроном уже рядом. Вам нужно хоть как-то снарядиться»

Спасибо, это я уже понял. Почему я?

«Потому что вы идеально подходите»

Критически разглядываю, свое отражение в витрине, и пытаюсь сообразить для чего я идеально подхожу. Шестнадцать лет от роду, рост средний, волосы серые, как и глаза. На вид я довольно невзрачный, да к тому же еще и худой, правда, то, что я люблю различные походы не могло не сказаться на моей форме, но, в общем и целом, обычный представитель информационного общества. Кожа чистая, особых примет нет, идеальная внешность, чтобы не привлекать к себе внимания. Может, я кому-то для шпионской миссии понадобился?

«Не совсем»

Спасение мира, однозначно.

«Вы будете смеяться, но угадали. Бегите в гастроном!»

Уже бегу, тем более он уже рядом. И очереди нет.

«Отлично, значит, успеете домой»

Интересно, что я скажу родителям? Неизвестный голос хочет отправить меня в другую вселенную через двенадцать минут?

«Десять»

Спасибо, полегчало.

– Дайте мне, пожалуйста, две буханки хлеба, триста грамм колбасы, пачку чая, масла сливочного, сыра плавленого…

«Консервов купите»

– Да ну тебя!

– Чего? – Это продавщица. Ой! Я уже с этой гадостью вслух разговариваю. Это уже слишком.

– Извините, это я не вам! Дайте, еще, пожалуйста, три банки шпрот. – А что? Я люблю шпроты. – Еще раз, извините! Совсем уже заучился.

– Ничего, деточка, бывает. Пакет дать?

– Дайте, пожалуйста!

«Какие шпроты? Нормальных мясных консервов купили бы. Вы же можете попасть в самые сложные условия»

Другая вселенная говорите? А человек существо очень уж нежное. Малейшее отличие от земных условий обитания, и все… Так что, если голос прав, то я труп с вероятностью в девяносто девять и девять процента. Какие тут консервы! И какая разница, как я снаряжусь, если меня, скорее всего, вообще в открытый космос выкинет.

«Вы правы, но есть нюанс… Дело в том, что модуль заточен под придуманные вселенные, и притягивается к местам скопления творческой энергии»

А вот с этого места, подробней, пожалуйста. Придуманные. Мне вот это слово показалось подозрительным. Черт, холодно ведь. Скорей бы домой добраться, а то я еще грипп подхвачу. А мне же еще лететь в другую вселенную, да еще придуманную!

«Ваш сарказм неуместен. Отнеситесь к этой проблеме серьезно. Это ведь не только ваша проблема»

Ага, это еще и проблема психиатра, к которому меня отведут! Что еще за придуманные вселенные?!

«Вселенные, которые возникли благодаря буйной фантазии творческих людей»

Ладно, еще подумаем, что за бредятина! Наконец-то, родной подъезд, а то я скоро вконец замерзну! Чертово солнце! Как красиво оно меня обмануло. Ведь через окно нельзя заметить ветер и холод. Жуткий холод, пробирающий до костей. Это на термометре около нуля, а если при этом еще и ветер, то почувствуешь все минус десять! Есть люди, которые даже в самый лютый мороз могут выйти на улицу без верхней одежды, без всяких последствий. Честно признаюсь, я так не умею. У меня уже неприятно захлюпало в носу.

– Дима, я же тебя предупреждала, чтобы ты оделся!

– Верю, мам, верю, только не компостируй мозг, пожалуйста!

– Какое «не компостируй»! Ты же уже весь в соплях! – Это моя мама. Нотации с порога.

«Не выпускайте продукты из рук, и оденьтесь потеплее. У вас всего три минуты. Рекомендую одеться как на северный полюс, на всякий случай. Будет тяжело, точнее будет вообще непонятно как»

Три минуты стоять как идиот в теплых вещах, и с пакетами в руках. И как вы себе это представляете?

«Выбора у вас нет, три минуты как-нибудь потерпите. Опять-таки, извините»

Ладно, надеваю шапку-ушанку, пальто, зимние ботинки.

– Поздно пить «боржоми», когда печень отказала. Надо было одеться до выхода на улицу. – Слава богу, что хоть чувство юмора у моей мамы есть. – И выпусти пакеты из рук. Ну? Что стал как дурачок? Сынок, не тормози.

– Мам! Я пакет на улице забыл! Мне нужно на улицу! Все, я побежал.

Пулей вылетаю на улицу. Стою, жду, и пытаюсь сообразить, а с какого перепугу я поверил этому голосу? Нет, правда, почему? Почему я выполнил эти дурацкие указания?

«Даже если вас примут за сумасшедшего, это неважно. Главное – подготовиться. После срабатывания модуля все остальное будет неважным. Бегите наверх, захватите хотя бы кухонный нож. У вас всего лишь полторы минуты, скорее»

К черту этот голос! Я еще и бегать должен! Вы только представьте, как я буду выглядеть: стоя на кухне, в шапке-ушанке, пальто и с ножом! Идите вы лучше в баню с такими указаниями!

– Сынок, а что за пакет ты тут оставил?

– Никакой, мам, это уже у меня глюки, показалось вдруг, что забыл.

– Ты явно не в порядке. Сиди поменьше ты над своими уроками, а то крыша окончательно съедет. – Все-таки мама у меня святая!

– Да, мам, похоже, я переработался, причем по полной. Даже голос какой-то появился, про другие вселенные что-то рассказывал.

– Фантазер ты у меня!

«Горе от ума, что называется. Зачем? Как вы без оружия? Модуль сработает через тридцать секунд. Черт с вами, делайте, как знаете, для вас же стараюсь»

– Пойдем домой? Я тебе как раз покушать приготовила. Ну, отдохни лучше, а то я вижу, что с тобой что-то не так. Может, влюбился в кого?

– Да ну, мам? Не до того мне. Поступлю, может тогда личную жизнь у…

Глава 2 – «Чужая вселенная»

– … Стр… – Даже не договорил, а просто застыл с открытым ртом. Где мой подъезд? Где мой дом?! Где моя мама?!! Где я?!!!

«Вас предупреждали»

Вокруг город, залитый теплым светом. Я никак не пойму, прошлое это или будущее? Где-то играет джаз, на витринах стоят старомодные радиоприемники, через дорогу в витрине платья, какие носили лет шестьдесят назад, а мимо меня проезжает робот, вежливо здороваясь. Робот стилизован под старые фильмы. Да и город тоже выглядит как город света, джаза и веселой жизни. Если я не ошибаюсь, то это называется ретрофутуризм. А может, и ошибаюсь, но это будущее, каким его видели фантасты полвека назад. Солнышко ласково пригревает все вокруг, как бы говоря: «Здесь все лучше некуда! Радуйся этому чудесному городу!». Погодка – май месяц. Весна. Люди и прислуживающие роботы улыбаются друг другу – полная идиллия. Цвета вокруг мягкие, теплые, на улицах чисто. Немудрено, ведь рядом какой-то робот скребет брусчатку. Вокруг плакаты на английском, зазывающие к себе. Кафе, магазинчики, сувенирные лавки. Американская мечта середины двадцатого века. А тут, посреди дороги, я – в зимних ботинках, в пальто, в шапке-ушанке и с пакетами. «Собраться как на северный полюс» – Вот ведь зараза! Сразу вспомнилось народное четверостишие:

Стою на асфальте

Я в лыжи обутый,

То ли лыжи не едут,

То ли я, кхм, ненормальный.

Как ни странно, но те несколько людей, что прошли мимо, смотрят на меня спокойно, скорую вызывать никто не торопится. Улыбаются, машут руками. Надо бы отойти с дороги, что ли. Интересно, в пакеты влезут мои теплые вещи? Нож, теплые вещи, продукты… Все это ерунда, надо было рюкзак захватить.

«Вы правы, просто из-за этого возмущения, некогда было соображать. Для меня это тоже ЧП. Причем страшное. В одной из вселенных возникло возмущение, сбой в сети причин. Мне хотелось отправить другое существо для выяснения обстоятельств, но модуль перескочил на вас. Все из-за этого сбоя. Простите»

Да поздно уже извиняться, лучше домой меня отправь, голос в голове. Кто ты?

«Неважно. Боюсь, что со сбоем придется разбираться вам. Нужно как-то переправить вас во вселенную, откуда идет возмущение, и устранить сбой, тогда любой каприз. А теперь все пошло наперекосяк. Я, конечно, попытаюсь настроить модуль, но ничего не гарантирую. Только бы сбой не пошел на другие вселенные»

– Привет! Вы с карнавала? У вас такой классный костюм коммуниста получился. Особенно шапка-ушанка со звездочкой. Где вы ее раздобыли? – Обернувшись на английскую речь, я увидел вполне симпатичную блондинку в розовом платьице, она, похоже, моя ровесница.

– Да, я с карнавала. – Врать, да еще и по-английски мне тяжело, но что делать, не говорить же ей, что я с другой вселенной. Повезло мне еще с карнавалом, мог ведь и за психа сойти.

– Не напрягайтесь, пожалуйста, мне как раз нужна практика в русском языке. Меня зовут Шарлотта. Ну как? – Опять повезло. Да я вообще везуч! Если, конечно, не считать того, что я не знаю, как вернуться домой.

– Похоже, акцент, правда, есть. Меня зовут Дима.

– Дима, вам не жарко? Снимайте всю эту … – Шарлотта замялась, подбирая слово, – ерунду, и пошли в кафе. Зачем нам тут стоять? Можете сложить в эти пакеты все лишнее. Оно влезет, как вы думаете?

– Да уж как-нибудь надо вместить. – Напрягшись, я все-таки запихиваю шапку и пальто в один пакет с хлебом и маслом. Садимся за один столик.

– А вы издалека к нам приехали? – Обычное женское любопытство. Значит, будет тяжелый разговор.

– Ой, издалека. – Тяжело вздохнул я.

– Да, наши карнавалы и ярмарки в Дэне славятся на всю округу! Сюда столько людей съезжается, вам не рассказать. – Дэн – знакомое название, никак не могу вспомнить, откуда оно.

«Напрягите интуицию. Она усиливается модулем. Возможно, она проявиться цитатой, стихом, чаще песней. Вы все поймете, только постарайтесь»

– Ой, а вы любите стихи? Мне на русском некоторые стихи нравятся. Особенно Блок:

Ей было пятнадцать лет. Но по стуку

Сердца – невестой быть мне могла.

Но когда я предложил ей руку…

Может, лучше вы что-нибудь вспомните?

– Извините, Шарлотта, но я не интересуюсь стихами. – Мало ли что моя интуиция выдаст, у меня в голове вообще ничего хорошего не делается.

– Заказывать что-нибудь будете? Или съедите, то, что с собой принесли? – Улыбчивый официант подал мне отличную идею, тем более я не знаю, какая валюта здесь в силе, и денег у меня с собой совсем нет.

– Дима, я вас угощу.

– Да ну, мне стыдно просто. Но денег все равно нет, так что заказывайте, что хотите, и налетайте на мои продукты.

– А что у вас есть?

– Хлеб, масло, чай, шпроты.

– Шпроты? Обожаю их. Официант, дайте, пожалуйста, томатного соуса к шпротам. Они у вас из России?!

– Да. – Слава богу, хоть теперь сумел ответить правдиво. Продолжаю выкладывать продукты. – Колбаса, сыр, к сожалению все.

– Да этим же можно хорошо пообедать! Больше ничего не нужно, десерт я закажу сама. Вы лучше мне стихотворение расскажите. Какой у вас любимый, ведь есть же, хоть один?

– Я больше с компьютером связан, чем с поэзией.

– Так вы будущий научный сотрудник! Интеллигент, значит, к стихам не совсем равнодушны. Ну, пожалуйста! Какое стихотворение вы больше всего любите. Не надо поэму, любой коротенький стих.

И где логика в ее словах? Спутать программиста с сисадмином и то не так позорно. Ладно, черт с ней, сама захотела мой любимый стих:

– Выйти на улицу с острым железом,

Не отвлекаясь на мелочи быта,

Подумать о чем-то большом и полезном,

Что было когда-то, а нынче забыто,

Войти в чью-то дверь, поздоровавшись тихо,

Поставить оружие в угол у печки,

Предложенный чай, не обидев хозяев,

Отпить и подумать: «Хана, человечки!»

Едва договорив «Хана, человечки», я холодею и покрываюсь потом от страха, увидев плакат: «Мы достроили 122-е убежище! Вперед в светлое будущее с Vault-tec». Fallout!!! Вот уж воистину – «Хана, человечки!»

– Какой красивый стих! А кто автор?

Я сижу в ступоре, и пытаюсь сообразить, какая адская сила закинула меня в мир, который скоро будет смешан с грязью, пылью, огнем, где все, кто не спрятался в убежища, умрут, или перестанут быть людьми. Я вспомнил, где я слышал название Дэн, я понял, что означает «придуманные вселенные» и «усиление интуиции», но мне не стало легче от знания. Одно слово, всего лишь одно слово, мелькнувшее в мозгу, все прояснило.

Fallout.

Игра всех времен и народов, которая рассказывает, о том, что война никогда не меняется, но зато она меняет людей. Идеальный мир рассыплется в одночасье, люди опустятся до диких зверей, а миллионы игроков в моей вселенной будут наблюдать за судьбой этого мира. В здании напротив кафе будет гильдия рабовладельцев, а остальные дома вокруг будут стерты в порошок. По иронии судьбы, это кафе останется единственным оазисом человечности в Дэне. Здесь будет «ресторан Мамы», но Шарлотта об этом и не догадывается, и уже в третий раз спрашивает меня, кто автор пророческого стиха.

– Илья Черт.

– Вы в порядке? Вы ответили не сразу.

– Просто задумался.

– О Vault-tec? Интересная идея. Но для чего они это строят? Ведь все, кажется, не так плохо, как они расписывают в новостях. По радио ругают коммунизм, но что нам тут с того. Они же тоже люди.

– Вот это, наверное, и станет причиной. Забронируйте себе место в одном из убежищ, и чем скорей, тем лучше. – А она после моих слов заволновалась, занервничала. Значит, подозревают они здесь, что в этом мире не все гладко.

– Причиной чего? Почему? Вы что-то знаете, я ведь видела, как вы появились из ниоткуда! Что вы знаете? Говорите, говорите скорей, пожалуйста. – Вот оно что, решила установить контакт с пришельцем. Ладно, только что-то мне подсказывает, что не полегчает тебе от знания будущего. – Это связано с китайцами? Скажите, пожалуйста, откуда это пророчество?

– Какое пророчество? Я просто по вашей просьбе свой любимый стих вспомнил.

– А затем побелели как полотно. Вы что-то поняли, или вспомнили. Откуда вы?

– Издалека. Вроде бы из другой вселенной, как мне сказали. Но кое-что знаю о вашем мире. Например, я уверен, что сейчас у вас 2077 год, а Канада не так давно стала частью США. – Теперь побелела Шарлотта. – Коммунизм, капитализм, скоро это будет неважным. Поверь мне, чтобы там ни было, но ваш мир подарил нам одну мудрость. Не факт, что тебе это поможет, но запомни, хорошенько запомни…

– Что запомнить, Дима, что?

Я немного помедлил, после чего сказал то, чему сам когда-то внимал, как высшей мудрости. Это было первое, что я когда-то услышал, запустив Fallout, летопись этого гибнущего мира. Ей это точно не поможет, но она расскажет другим, и тогда до людей этого мира наконец-то дойдет:

– Война никогда не меняется.

– Мне это поможет?

– Нет, но думаю, это кое-что объяснит. По крайней мере, это главный урок, который мы извлекли из вашей катастрофы.

Каюсь, мне даже немного стыдно за тот пафосный бред, который я теперь говорю и думаю. Уроки истории, безусловно, нужная вещь. Но кого они волновали, когда люди приносили коробочки с дисками к себе в квартиры, оберегая их как наивысшее сокровище? Всем хотелось просто поиграть. Нет, это уже другая крайность. Вместо пафоса жизненная банальщина. Скажем по-другому. Эта игра называлась ролевой, потому что позволяла отыграть роль, понять, кем бы ты стал, случись это с тобой на самом деле. Чтобы вы делали, если оказались в послевоенном Дэне? Как бы вы себя повели, узнав, что вам нужна тысяча долларов, чтобы освободить нужного вам человека? Точнее не освободить, а выкупить у гильдии рабовладельцев. Собрать деньги, договориться, есть еще возможность уполовинить цену, если играешь за женского персонажа. В свое время это была самая жизненная игра.

– О чем вы задумались? Дима, прошу вас, объясните, что вы имеете в виду?

«Заканчивайте флиртовать, кажется, модуль налажен, хватайте теплые вещи»

Флирт? Да она же в предынфарктном состоянии! Хватаю пакеты, а у Шарлотты уже трясутся руки. И тут я слышу долгий, протяжный, щемящий душу вой противоздушной сирены.

– У-у н-нас есть с-сирены? У нас в городе есть сирены?!

Вот он и наступил – день настоящего начала их истории. Опять долбаный пафос!

– Откуда у нас сирены? Они у нас есть?!!! – Несчастная девушка уже на грани нервного срыва. И не одна она, паника вокруг изрядная.

– Оказывается, есть. В убежище, быстро!!! – Шарлотта срывается с места и удирает куда-то туда, к остальным людям. Но вряд ли она успеет. По-моему до ближайшего убежища две недели пешком, значит на машине несколько часов. Убежище номер 8, если я не ошибаюсь. А ракеты уже видны в воздухе. Я уже насчитал десять следов в воздухе. И они приближаются. Когда наладят чертов модуль? Я, честно говоря, тоже уже нервничаю.

«Я пытаюсь навести его на нужную вселенную»

Блин! Какая еще нужная вселенная, кидай куда можешь!!! Ну же, давай! Вокруг слышны голоса моторов заводящихся машин, кто-то просто молиться на мостовой, понимая, что бежать бесполезно. Интересно, была бы такая паника, если бы не этот вой, от которого уже болит голова. Я слышу чьи-то крики: «Беги, безумец», «Чего ты ждешь», «Мы все тут умрем». Голос, ты, где там?

«Вряд ли вы будете в большей безопасности, если я вас кину, куда придется. Нормальное окно наладить очень тяжело»

Фиг с ним нормальным. Голос! Ау!!! Если ты не подсуетишься, то кидать будет некого! Я уже вижу ра…

Глава 3 – «Лекция»

… кеты. Только ракет нет. Никак не могу привыкнуть. Это нечто странное. Никаких ощущений, только та картина, которую глаза транслируют тебе в мозг, резко меняется. Никаких спецэффектов. Никаких звуков, свечения, малейших следов телепортации кроме того, что я уже в другой вселенной. Дэн, Шарлотта, ракеты – ничего не было, просто следующим кадром в мозгу отразился высоченный город из белого камня. Такое, чувство, будто гору отделали белым камнем, налепили домов. Гора казалось огромной, наверно три тысячи метров. По самым скромным предположениям до нее было где-то километров десять, может даже больше. Я стоял в поле, а передо мной раскинулся бескрайний лес, правда до того леса тоже было не меньше километра. Дороги и близко не было. В одну сторону степь, а в другую лес, а за лесом город белокаменный, но явно не Москва. Знакомый городок, я его точно где-то видел…

«Извините, что отвлекаю. Это было показательное выступление, если можно так выразиться. Эта вселенная была в маршруте, чтобы вы могли осознать многообразие ситуаций, которые могут случиться с вами. К сожалению, вам предстоят еще перемещения»

Это значит, что я не там где должен быть. Мило, чудно, просто… Не подберу приличного слова, а этот чудо голос еще и мои мысли читает. Голос! Ты читаешь мои мысли?

«Только те, которые обращены ко мне»

Уже радует. А не врешь? Просто фраза: «извините, что отвлекаю» выглядит так, будто ты слушал мои мысли.

«Стоите, как пень посреди голого поля. Нетрудно догадаться, что вы о чем-то думаете. Что вы думаете делать? Идти в тот город?»

Значит, читаешь мысли?

«Это запрещено, это технически сложно, это бессмысленно, ведь мне хватает картинки с вашего зрительного нерва»

Оно у меня в мозгу? Вот спасибо, а голова болеть не начнет? Не будет ли побочных эффектов? Не придется ли в антисанитарных условиях тупым кинжалом выковыривать инопланетный железный чип из черепушки?

«Фантазия у вас неплохая. Нет, никаких чипов. Этот модуль подсоединен к вам на уровне души, так что ничего физического. Точнее, ничего из классической физики. Как думаете, вам далеко идти?»

Очень далеко, по-моему, там не десять, а все двадцать, может даже двадцать пять километров. Так что идти очень долго. Может таинственный голос развлечет меня?

«Почему?»

Испортили мне досуг блужданиями по лесу …

«Вы еще не дошли до леса, какие блуждания?»

Я уже почти в лесу, причем я не знаю, как я буду через него пробираться. Тут недалеко, но путь через эту чащу займет как минимум дня два. Но, к счастью, мне есть с кем поговорить. Думаю, будет неплохо, если таинственный голос обрисует ситуацию и «с толком, с чувством, с расстановкой» расскажет, чего я здесь забыл. И как я здесь оказался. Я уже в лесу, так что начинай.

«Имеете ли вы какое-либо понятие о творческой энергии?»

Начать рассказ с вопроса. Неплохо. А если учесть, что на этот вопрос я даже близко ответа не представляю, то получается очень весело. Это, как я понял, часть первая – техническая.

«Не перебивайте, стараюсь объяснять проще. Скажем так, посещало ли вас когда-нибудь вдохновение?»

Когда-то я пытался написать стихи для девушки. Но стихи были такими… Будем считать, что не посещало.

«Посещало, творческой энергии было выше крыши, но направить вы ее не сумели, как и многие в вашей ситуации. Но вы запомнили ощущения? Такое чувство, будто вас нечто переполняет, а вы не знаете, куда это девать. Что-то вырывается из вашей души»

Так оно и было, но я думаю, это не от стихов. Явно не от стихов, скорее от девушки.

«Тот, кто творит, чувствует нечто похожее, но то, что бурлит в душе существа, лишь вершина айсберга, мельчайшая частица всей энергии. То, что не вмещает душа не уходит в никуда. Так может родиться вселенная. Новая вселенная. У них появляются свои законы, правила, все то, что мы называем сетью причин»

Сеть причин – это термин?

«Да. Все законы: физические, логические, биологические – объединяются тем, что называется сетью причин. Формируется из творческого первоисточника, если в нем нет противоречий. Остальное достраивается по образу и подобию вселенной, где возник первоисточник»

Тпру, что такое творческий первоисточник?

«Изначально, это то, что в голове творца, а затем это становится книгой, фильмом, песней, игрой, как в вашем случае»

Fallout? Вот это дела! Значит, я не сошел с ума, а на самом деле был в Дэне? Или, может быть, я уже сошел с ума и внушаю себе эту лекцию. А что за сбой?

«В одной из вселенных произошло смещение сетки причин»

Стало понятней, спасибо. Что это означает?

«Во вселенной-источнике сбоя произошло то, чего быть не должно. Неизвестно почему. Вы должны устранить сбой»

Ничего я вам не должен.

«Простите, но больше мне надеяться не на кого»

Как я этот сбой устраню?

«Найдете ту гадину, что все устроила. Сетку закрепим, за это не волнуйтесь, пожалуйста, помогите. Если сбой будет шириться дальше, то это чревато разрывом сетки, или ее уничтожением»

Может, стоило попросить до того, как меня выкинуло в город-призрак?

«Но там же было полно людей. Почему призрак?»

Некие зачатки жизни там появятся очень нескоро, так что некоторое время, пока люди повылезают из убежищ на испепеленную землю, Дэн будет городом-призраком. Я же изучал этот, как ты говоришь, творческий первоисточник. И даже знаю, в какой я вселенной теперь.

«У вас есть зацепка?»

Есть, она же мой основной ориентир. Удобно ориентироваться на город-гору.

«Вы знаете его название?»

Минас-Тирит. Это точно, даже лес знаком, все как в том фильме. Точь-в-точь, та же темень, тот же, если хотите, фэнтезийный дух. Оно – «Властелин колец». Почему я только теперь вспомнил? Ведь фильм был разрекламирован на полную катушку, должно было сразу в памяти всплыть! Ну, ладно. Иду дальше по лесу. Голос, а может мне тебя в ответ развлечь? Хочешь, анекдот расскажу?

«Как и все погруженцы, любите от нечего анекдоты рассказывать. Ладно, валяйте»

А кто такие погруженцы?

«Те, кто уходит в другие вселенные, для устранения сбоев, так что вы погруженец поневоле. С вас теперь анекдот, никто за язык не тянул»

Я еще раз оглядел темную чащу, куда ни один путник в здравом уме не сунется. Они выглядели мрачнее всех. Мне еще повезло, что город высился где-то вдали. Для меня это действительно был единственный ориентир. На тему лесных блужданий анекдот и вспомнился:

«Идет мужик по лесу. Заблудился, третий день уже бродит. Ходит и орет: „Ау! Ау! Ау!“. Крик на весь лес стоит, а тут ему сзади на плечо кладет лапы медведь. Злой, очень злой, видно, что его только что разбудили. Спрашивает: „Ты чего орешь, дурень?“ Мужик, заикаясь, начинает объяснять, что заблудился: „Никак выйти не могу. Кричу, думаю, может, услышит кто?“. Медведь грозно глядит на мужика и говорит: „Ну! Я услышал!!! Полегчало?!!“»

«Спасибо, порадовали»

По голосу не скажешь!

«Мыслерация не передает эмоций. Лишняя нагрузка»

М-да! Несподручно так анекдоты рассказывать. Еще один голос в голове?!! На японском?!

«Это не у вас в голове, точно»

Резко оборачиваюсь на еще детский голосок. Это не медведь.

«Этого не должно быть. Лучше бы это был медведь»

Глава 4 – «То, чего не может быть»

Нет, лучше уж двухвостый лис, чем медведь. Он хотя бы не пытается меня убить или съесть. Передо мной челокоподобный лисенок, ростом мне до колена. Мех светло-рыжий, на груди – белый, короткий, за исключением двух хвостов, там просто идеальный материал для воротника, точнее для двух воротников. Голубоглазое, очаровательное существо, правда, выглядит несчастным.

«Подключаю модуль языкораспознания»

Спасибо, голос.

«Это не я. Многие путают мыслерацию с интерфейсом модуля. Этого быть не может, этого быть не должно, это – катастрофа»

Лисенок просит, чтобы я его куда-то отвел. Только я еще не могу разобрать куда. Кажется, домой.

– Хорошо, иди со мной. А как тебя зовут? – Это я говорю уже на японском. Модуль языкораспознания?

– Меня зовут Майлз. Майлз Прауэр. Вы отведете меня домой?

– С радостью. А где ты живешь?

– Не знаю! Я заблудился. Это странный лес. Наверное, он заколдованный. Но мама говорила мне, что это сказки.

«Он живет в другой вселенной. Скорее всего, он известен вам, как „Тэйлз“»

Знаю! Это же из Соника! Только, по-моему он был чуть взрослее. Персонаж из игры «Sonic the hedgehog» во вселенной «Властелина колец». Дожились, что называется.

– Сколько тебе лет?

– Пять – Нахмуренно сопит лисенок.

«Чертов сбой. Это все из-за него»

Ага, а мне его еще и устранять, к тому же. Будь ты там неладен!

– А куда мы пойдем? Ведь ты не знаешь, где я живу! И вообще, я кушать хочу! – Я так обрадовался, что не выкинул пакеты, хотя там уже почти ничего не осталось. Было немного батона, но лис на него набросился с такой жадностью, что сам я передумал подкрепляться. А еще мне было интересно, как вернуть его обратно.

«Завтра или послезавтра, раньше я окно не налажу, никак»

Моя мать с ума сойдет. Да она и теперь, небось, в милиции, пытается объяснить, что я бесследно исчез, или уже сидит в психушке. Дорогой голос, если это так, то тебе несдобровать. Ни в одной вселенной не спрячешься.

«Не переживайте, все последствия и психологические травмы будут урегулированы»

– А как тебя зовут? – Батона было немного, но Майлз явно повеселел.

– Дима. Кстати, я думаю, дня через три я найду какой-нибудь способ вернуть тебя домой, а пока даже не знаю, чем тебе помочь.

– Дима, а куда мы пойдем? А, правда, что этот лес заколдованный?

– Не знаю, будем надеяться, что нет. А пока пойдем к городу, там глядишь чего-нибудь и придумаем. Только тебе будет неудобно идти за мной. Слушай, может, я тебя в капюшоне куртки понесу? Она у меня в пакете.

– А он не оторвется? – Лисенок уже не выглядел таким несчастным. Хотя, что с него взять, пять лет всего ребенку.

– Дай-ка, возьму тебя на руки, чтобы узнать, сколько ты весишь. – Килограмм десять, но, будем надеяться, капюшон выдержит. А если не выдержит, что-нибудь придумаю. Может в пакет его посадить? Так полно теплых вещей, часть которых, пришлось надеть на себя. Погода вроде летняя, но уже темнело и становилось прохладно. Тем более, что в этой чаще было не очень много солнца.

– Ладно, опробуем. Залазь, Тэйлз!

Лисенок же резко вырвался из моих рук. И отвернулся.

– Что случилось, Майлз? – Лисенок стоял ко мне спиной, надувшись. Его хвосты быстро вращались сначала в одну, потом в другую сторону.

– Почему ты обзываешься?!!

– Но я не хотел тебя обидеть!

– Ты тоже обзываешь меня «хвостатым»! Ты – нехороший!

«Тэйлз» – значит «Хвосты». Черт, в играх он не обижался. Но в играх он был намного старше. Может, привык? Что теперь делать? Обидел ребенка почем зря.

– Извини, я не знал, что тебя так дразнят. Я не хотел обзываться, зачем? Майлз, прости, я больше так не буду!

– Честно? – Бедный ребенок уже был готов расплакаться. Губы уже нервно дрожали.

– Честно!

– Честно-честно-честно?

– Обещаю! А даже если случайно назову тебя Тэйлзом, то точно не потому, что хочу пообзываться. Просто я никогда раньше двухвостых лисиц не видел.

– Никто не видел, потому все и обзываются!

– Может тебе просто завидуют?

– Почему? Я же урод!

– Кто тебе такое сказал?

– Все!!! – Детское упрямство, никуда не денешься.

– Неправда! Папа с мамой о тебе точно так не думают! – Будем надеяться, у него нормальные родители.

– Ну, кроме папы с мамой. – Угрюмо просопел Тэйлз. – Дима! А ты можешь мне отрезать один хвост?

– С ума сошел! Зачем? Я не могу, а даже если бы мог, не стал!

– Почему?

– Шрам на попе тебя точно красивее не сделает, а двух хвостов больше ни у кого в мире нет, только у одного тебя. У всех один.

– Папа мне тоже так говорит, а все равно все обзываются. Они все плохие. Только мама и папа хорошие.

– Неправда! Хороших много, их больше чем плохих, но плохие лучше организованы.– Это я уже загнул. Осилил ли мозг пятилетнего ребенка цитату из Задорнова?

– Это когда плохие собираются в кучу и начинают обзываться? – Сообразительный паренек.

– Ну, можно и так сказать. Ты только не расстраивайся зря, и извини, я не знал, что тебя так обзывают.

– Ты больше не будешь?

– Точно-точно. – Ух, слава богу, сумел договориться. – А теперь залазь ко мне в капюшон и мы с тобой пойдем к городу. Хорошо? А то мы тут до ночи проторчим.

– Хорошо! А он не оторвется?

– Давай проверим.

Сажаю лисенка за плечи, чувствую, как он пытается толком сесть. Кажется, ничего не трещит. Даже, когда прошел несколько шагов ничего не оторвалось.

– Тебе там удобно?

– Так себе, но терпимо.

– Майлз, щекотно! – Этот мелкий зверь просто лег мне на плечо.

Я шел, поглядывая наверх. До наступления темноты он успел мне рассказать все о своей жизни, о математических способностях, о том, как он смастерил крутой арбалет. Он говорил, говорил и говорил, и у меня уже начинала побаливать голова. Правда, лис приятно согревал мне плечо, только поэтому я еще и не намекал на скорый сон. Кстати, уже темнеет, где же ночевать? Придется лезть под елку. Прохладно, но что делать. Может, костер развести?

– Ладно, лис, давай устраиваться на ночлег. Там в пакете свитер, завернешься в него. Вон, под той елкой как-нибудь ночь переждем.

Высокая, разлапистая елка нас приютила. Удачно, очень удачно. Я могу просто сидеть под ветками. Прислонюсь спиной к стволу, а Тэйлза пристрою на колени. Так и переночуем.

– Дима, а тебе не будет холодно?

– Не так уж тут и холодно, ночь как-нибудь пережду.

– Тогда спокойной ночи, и приятных снов!

– И тебе того же. Спи.

Глава 5 – «О неверности поспешных выводов»

Выспались, слава богу, хорошо. Мне было неплохо, меня грел мелкий, пушистый лисенок. Тот, кто держал кота на коленях, меня обязательно поймет, тем более Тэйлз был теперь не намного больше. Сам же Тэйлз проснулся бодрым и веселым.

– Дима, а тебе тепло было?

– Ага, более-менее. А тебе?

– Даже немного жарковато.

Хорошо ему было. Я немного продрог. Немного посовещавшись, мы двинулись на поиски еды. Нашли только малинник. Такой вред ему не смог бы нанести и оголодавший медведь. Все ягоды, до которых мог долезть лисенок и мог дотянуться я, были съедены.

«Отлично, вы еще живы»

Я тоже очень рад, только мне бы хотелось попасть домой. Кстати, я вспомнил, я за три дня до этого ел какие-то грибы. Кажется, это были жареные боровики, но теперь я не уверен, что это просто боровики. Отпустите меня, чудо-грибочки!

«В это трудно поверить, но галлюцинаций у вас нет. Вы действительно в другой вселенной. Вы даже сами, говорили в какой»

Я во вселенной «Властелина колец»? Почему я? Почему ни кто-нибудь другой? В то, что твой модуль случайно на меня перескочил, не верю.

«Не понимаете? Тогда тест. Что нужно делать, если вам на голову попытается прыгнуть хэдкраб?»

Ломиком гада, естественно! Но это если он уже рядом. А издалека лучше пистолетом.

«Первая вселенная, куда вы попали. Вы ведь знаете, куда пойти в Дэне, закупить оружие, еды, обмундирования, кто главный»

До сих пор наизусть все помню. То еще местечко, но кое-чего приобрести можно. Хотя все же лучше добраться до города-убежища и закупить там все, что надо. В городе-убежище хоть чужих и не любят, но там намного спокойнее и лучше дела с ассортиментом.

«Сбой в игровой вселенной, следовательно, необходим специалист по игровым вселенным. Планировалось, что отправится другой погруженец, настоящий специалист. Но он не смог. Или не захотел. Это до сих пор не выяснено. Местом встречи и передачи модуля была ваша вселенная. Оставался час до запуска модуля. Он бы вылез, неизвестно где и неизвестно как, невпопад, без контроля. Сорок пять минут было убито на поиски того, кто смог быть погруженцем. И тут попались вы, с такой теоретической подготовкой по игровым вселенным, которую не каждый специалист получает»

Говорила же мне мама – доиграешься!!! Обычно побочными эффектами знакомства с чудесным миром компьютерных игр являются сколиоз, близорукость, оторванность от людей (меня пока коснулось только это). А вместо этого я неизвестно для кого оказался лучшим кандидатом на выполнения миссии, которую я даже близко не представляю, как выполнять. Что мне делать, голос?

«Для начала верните лисенка в его родную вселенную. Вам нужно всего лишь последить за ним еще денек»

Кстати, где он? Черт! Исчез! Только что в малине ковырялся! Что делать?

– Тэй… Тьфу, блин! Майлз! Майлз!!!

Где-то раздался дикий крик. И вряд ли я настолько страшно кричал. Правда, голос очень уж зычный, недетский. А, хотя? Кричат двое.

Так и есть, когда я прибежал на поляну, напротив лисенка стоял пузатый, бородатый мужик в кирзовых сапогах, шерстяной кофте, штанах из домотканой ткани и с топором. Дополнял картину красный нос, и мутноватые глаза. Правда, факт наличия двухвостого лиса отрезвил лесоруба.

– Сгинь! Сгинь! Сгинь!

– Дяденька, не надо на меня топором махать. Я не страшный! – У мужика было другое мнение на этот счет.

– Сгинь, бесовское отродье, да оно еще и не по-нашему талдычит. А ну! Живо отвечай, кто ты такой!

– А вы на меня больше не будете топором махать? Дяденька, я вас не понимаю!

Тут я решил вмешаться.

– Извините, это точно не бесовское отродье … – Я поперхнулся собственными словами. До меня наконец-то дошло, что обитатель вселенной «властелина колец» разговаривает на чистом русском языке, и явно не понимает японского говора. То-то он так перепугано глядит на двухвостого лиса, говорящего что-то непонятное.

– Вы говорите по-русски?

– А почему мне не говорить по-русски? – Мужик, даже слегка обиделся.

Действительно, почему бы жителю Средиземья не говорить на русском. Все хорошо, все просто отлично, а главное, как правдоподобно!

– Скажите, вы же в Средиземье живете? – Спросил я, надеясь прояснить ситуацию.

– Ну, наверно. – Хмуро ответил лесоруб.

– Это Гондор? – Уже неплохо, значит все-таки «Властелин колец». Продолжим выяснение обстановки.

– Я те ща как дам! – Очень нервно отреагировал дровосек, даже топором на меня замахнулся.

– Дима, берегись! – Крикнул лисенок.

– Тише, тише, не надо так, отец! Зачем дите пугаете?! – Лесоруб все-таки опустил топор. Я решил воспользоваться моментом и продолжил собирать информацию. – А как, кстати, ваше государство зовется? Чтоб потом обид не было…

– Гондурас! – Гордо ответил мужик. – А вон тамочки столица наша.

– Дима, а он бить не будет? Я увидел, там какого-то человека и побежал навстречу, а он как закричит, и давай на меня топором махать. – Объяснил Майлз ситуацию. Ну, я бы тоже удивился. Так что реакцию селянина можно было понять. Но причем тут Гондурас?

– А с дитем что? Заколдовали, небось, гады? – Горестно возвестил мужик. – Я этих колдунов знаю, обвешаются посохами, и давай всякую ерундень творить. Они по пьяни еще и не такое вытворяли. Но это… Ребенка-то за что? И сказать-то ничего толком не может, лопочет что-то этими гадами навеянное. Я же вижу, глаза умные-умные, как будто сказать что хочет, а не может. Прям, как мой покойный Шарик. – Лесоруб едва не плакал.

– Что ж вы на него топором-то махали? От переизбытка сострадания? – Не сдержался я от сарказма.

– Дык, эта, а вдруг во что-то здоровенное и зубастое щас превратится. – Резонно заметил лесоруб.

– Не превратиться, а через пару дней заклятие должно исчезнуть, вы лучше нас на эти пару дней приютите, пожалуйста. – Я решил не разубеждать этого мужика, правда была еще невероятней.

– Хорошо, чем смогу, тем помогу. Идите за мной.

– Ну вот! Майлз, все нормально. Так что, можешь не беспокоиться. Пару дней поживем у него. – Объяснил я лисенку. – Кстати, отец, а как вас звать?

– Лесорубов! Иван. Так меня звать. Какая фамилия досталась, тем и занимаюсь. А вас как величать?

– Я Дмитрий, а его звать Майлз.

– Тьфу, противное какое-то имя! Миша, Мишань. Ну, ладно, я так понял, вы тут заблудились, а соловья баснями не кормят, так пойдем ко мне в сторожку. Заодно расскажете, как же вас так угораздило, не понравиться колдуну, да в лесу заблудиться.

Стоп! Голос, а, голос! А знаю, что это за вселенная!

«Властелин колец?»

Почти. «Братва и кольцо»

«Так называется? А кто автор вселенной?»

Старший оперуполномоченный Гоблин.

– Ну! Вы идете там?

– Идем, идем!

Глава 6 – «Князья и лесорубы»

Пока мы шли за бородатым мужиком, я пытался осмыслить ситуацию. Получалось не очень. Вселенная от Гоблина, тут можно чего угодно ожидать. Да, будет много сходства с «Властелином колец», но уже сам факт, что местные говорят на русском, а благородные колдуны по пьяни творят черт-те что, заставляет насторожиться. Стоп! Чего это я? Какое сходство? Один пейзаж, вот и все там сходство! Надо отдать Гоблину должное, он не просто постебался над переводчиками фильм, а создал на основе «Властелина» полноценную альтернативную историю без серьезных нестыковок. И вселенная эта будет больше на нашу похожа. К примеру, палантир, черный шар, который использовался для связи с Сауроном, в переводе Гоблина оказался концептуальным ноутбуком «Apple Macintosh». Интересно, а не это ли радикальное различие стало причиной появления отдельной вселенной?

«Вы правы, судя по полученной информации, благодаря неумной фантазии Дмитрия Пучкова возникла альтернативная вселенная, которую, к нашему всеобщему стыду, никто не обнаружил. Случай уникальный. Нет, подумать только! Целая вселенная из пародийного перевода фильма по книге»

А что значит, благодаря неумной фантазии? Вы еще там что-то про вдохновение расписывали.

– Ну, расскажите-ка! – Грубо прервал мои размышления Иван.

– В смысле?

– Как ты, Дима, сумел так колдуну не угодить.

– А черт его знает. Сказал, что мне кого-то спасать надобно, поставил перед фактом и сюда телепортировал.

– Что, прям так?

– Ага, а еще очень злой был, видать, с большого похмелья.

– Дела! – Разинул рот Лесорубов. Я же решил не останавливаться на достигнутом:

– Застращал, гад, молниями всякими, грозился вообще в куст ганджубаса превратить, и скурить к едрене фене! Еле отпросился, отправил меня за этим пареньком, чтоб приглядел, пока он вспомнит, как его расколдовать. И додумался нас обоих в чисто поле отправить. Обещал, через два дня заберет. Пока так и кукую, а там, глядишь, чего-нибудь и придумаю.

– Чем же ты его так прогневил?

– Намекнул, что пить надо меньше, а закусывать чаще. Тогда, глядишь сына того коммерсанта и вылечил от простуды, а не превратил бы хрен знает во что. Коммерсант тот дитенка после неудачного лечения за порождение тьмы принял, и едва прямо там на тот свет не спровадил. Хорошо хоть колдун додумался телепортировать бедного Майлза куда-нибудь подальше, а в это подальше и меня заодно засунул, чтоб неповадно было давать советы старшим и сильнейшим в искусстве магическом.

«У вас богатая фантазия. Не хотите быть писателем?»

– Ну, ни… Ай-я-яй! – Схватился за голову мужик. – Вконец охамели, надо бы им костерку в целях профилактики, спалить, один хрен не спалишь, но хоть нервы пощекочешь гаду. Хотя, говорят, что если лить масло трансформаторное, то оно как-то чары у них перешибает. Коммерсанты все, конечно, те еще уроды, но дитя все равно жалко. А из какого роду коммерсант-то?

Этот вопрос поставил меня в тупик. Я напряг память, отчаянно пытаясь вспомнить хоть какую-то фамилию из Гоблинского перевода, похожую на фамилию коммерсанта, или купца.

– Э-э… Забыл, как там этого хмыря… Немироф!

– Что водку производит?

– Он самый!

– Он же, кажись, не женат!

– Так сынок-то внебрачный! – Давно у меня не было такой дикой импровизации. Так мне доводилось импровизировать, только когда меня выловили на географии, и отправили к доске, чтоб продемонстрировать свои убогие знания о литосфере земли, о которой я на тот момент не имел ни малейшего понятия. Импровизация была на тему: почему же так нехорошо получилось. Только вот с Немировым я слегка лопухнулся. В фильме Гоблин дорисовывал на пиршествах у благородных королей водку «Эталон». Неважно, главное сработало.

– Не, ну надо же так попасть! Называется, вылечили дите от простуды!

Дите степенно шагало рядом, поглядывая на леса.

– А он точно больше топором махать не будет? Чуть голову мне не снес!

– Нет, больше точно не будет.

К этому моменту мы вышли на проселочную дорогу, вдали показался человек на скаковой лошади. Лесорубов подозрительно просиял:

– Ребят, тут барин едет, он-то гостям будет рад! Тем более таким необычным. Он вообще, все необычное любит. Правда, поговаривают, ему еще милей бутылочка вина, но поладить, думаю должны, особенно, если за столом не слабы окажетесь. Накормит и пристроит вас он лучше моего, будьте уверены. Только вы поделикатней с ним, это не вам не абы что, а целый князь!

Блин! Влип же! Целый князь, хорошо осведомленный, обо всем происходящем, если он еще при местных дворах крутится, то тогда точно хана всем моим импровизациям. Ладно, Дмитрий, не сдавайся, посмотрим, что еще можно сделать.

«Правильный подход, тем более импровизируете вы не хуже некоторых профессиональных погруженцев»

Ага, но есть нюанс, я не профессиональный погруженец, это факт, и с этим лучше смириться.

– Здравствуйте, ваша светлость! – Закричал Лесорубов. – Тут такое дело … – Наш проводник долго и со смаком расписывал подробности «такого дела».

– Замолчи-ка, давайте лучше представимся, я, к примеру, князь Арокис. Вас как величать?

– Дмитрий, Дмитрий Горяченков.

– Не благородного происхождения, а как тогда к колдуну в услужение попали?

– Образование, вот что теперь важно, Светлейший князь.

– Это правильно. – Слегка задумался князь, и я решил его толком рассмотреть. Молод, красив, высок, волосы льняные, длинные, но не бабьи, не до плеч. Черты лица правильные, глаза голубые, видна княжеская порода, как ни крути! – Это верно, что сейчас образование и мозг решает, а то вечно блатных понабирают и удивляются, откуда столько в Гондурасе идиотов. Ну, сейчас не об том речь, мы лучше обо всем с тобой потолкуем, когда ко мне на дачу подъедем. Не отказывайся, Дима, при колдуне хоть и служишь, а с князьями, небось, не каждый день обедаешь.

– Мы уже на ты, светлейший князь?

– Слушай, – скривился князь, – давай сразу отправим этикет в пешее эротическое путешествие. Я – Григорий, то есть Гриша. Тебе ж, я надеюсь, до одного места эти заморочки.

– До одного места. Майлз, мы погостим у этого дяди, а через пару дней ты будешь дома. – Обратился я к лису уже на японском.

– А раньше нельзя? – Спросил меня лисенок. – Мама будет волноваться!

Вдруг князь резко заулыбался, а затем с ним случился странный приступ кашля. Григорий прислонил голову к гриве своего коня, и затрясся мелким хохотом, бормоча: «Ну, Немироф, нашел себе девку среди островитянок, ну, блин, гурман хренов»

– Светлейший князь, вы в порядке? – Вмешался в беседу Лесорубов.

– В порядке. – Ответил князь, отсмеявшись. – Вот тебе за гостей. – Арокис, все еще давясь от хохота, вытянул пятьдесят долларов из кошелька и протянул Лесорубову.

– Ваша светлость еще чего-нибудь прикажет?

– Нет, можешь быть свободен. Дмитрий, садись-ка вместе с жертвой колдуна ко мне на коня, потешишь и меня байкой о старом гурмане.

Глава 7 – «Некоторые возможности модуля»

Первый опыт езды на лошади меня не очень обрадовал. Места на седле мне не хватило, оттого сидеть было не очень удобно. С непривычки казалось, что шарниры, которыми крепятся мои ноги к телу, на моих глазах вот-вот разъедутся в стороны, и треснут с ужасающим хрустом. Меня глодала черная зависть к Тэйлзу, который опять уютно устроился у меня в капюшоне.

«Хорошие новости, есть возможность продолбить окно пораньше, сегодня в полночь, пытаюсь всеми силами протащить вас поближе к месту сбоя»

Это хорошо. Это очень хорошо. Со сбоем разберемся, главное с князем договориться, и понять, что он имел в виду. К счастью, Арокис, похоже, сам собирается прояснить ситуацию:

– Так неужели наш водочный магнат сумел найти себе незаконную жену среди островных эльфов?

– Вы так решили, потому его сынок говорит на их языке? – Пусть сам добавляет детали к моей импровизации, ловить меня на слове он, вроде бы, не собирается.

– Ну. Отжег же этот старый пень. Хотел бы, я на ту эльфийку посмотреть, что на него позарилась. Они ж гордые, просто караул! Я, к примеру, штук пять разных клеил, ни одна не клюнула.

– А вы их одновременно клеили?

– А ты благодаря своему языку сюда попал?

– Если честно, нет. Сарумян посчитал, я хорошо разберусь, что да как.

– Так это он, ирод, детей заколдовывает? И это же надо так докуриться, чтоб превратить ребенка в двухвостую лисицу. Стой-стой, а чего же это Сарумян взялся лечить его от простой простуды? – Вот и хана моей импровизации.

– Ну, мне сказали, что от простуды. – Притворюсь, что знаю достаточно мало, чтобы жить. Нормальная позиция, если учесть, что я ничего не знаю.

– Бред!

– Естественно, бред! И очень темная история, к тому же! Извиняйте, князь, но байкой потешить не могу, так как мало знаю, очень мало. Дело темное, но кто мне чего расскажет. Мелкий я человек-то.

– Ладно, еще наговоримся. Значит, не знаешь ничего? Жалко, жалко. Даже обидно чуточку.

Ехали почти целый день. Занимались мы тем, что целый день травили анекдоты и развлекали лисенка сказками. За целый день я вспомнил все, что читал в детстве, точнее то, что мне читали. Только уже поздно днем мы подъехали к даче. Точнее князь называл это дачей, а на самом деле… Какая это дача? Это же самая настоящая крепость! Простенькая, но крепкая и внушительная. Толстые ворота, четыре башни со скучающими лучниками. Белые волосы, острые уши, эльфы что ли? Нет, тут они не эльфы, а… Забыл… Точно! Прибалты.

– Вон, видишь? Мои ребята дежурят. Из прибалтийского батальона «Белые колготки»! – Подтвердил мою догадку Арокис. – Верное средство от лесной гопоты. Кто не поверил, до сих пор где-то там, на поляне лежит.

Когда мы наконец-то слезли с лошади, я почувствовал огромнейшее облегчение от возможности выпрямить ноги. И без того невзрачные подробности интерьера обычной осадной крепости стерлись обильным ужином, на котором подтвердились слова дровосека о пристрастии князя к винам. Нет, выпили немного, но вместо того, чтобы слушать мои импровизации на тему «а как я тут оказался», князь целый час рассказывал о пользе различных плодово-ягодных настоек, о богатых традициях их изготовления в местных краях, и о личном вкладе рода Арокисов в это трудное, но нужное всем дело. Тэйлз постоянно дергал меня за рукав, и вообще хотел уже на боковую. Я бы тоже не отказался, но вставить слово в речь Арокиса надо было еще умудриться. Попытки намекнуть на окончание лекции о различных сортах вина вызывали только нервное «подожди, подожди, щас доскажу», и поток княжеского вдохновения начинал бурлить с новой силой. Когда было уже темно и зале, в котором мы ужинали, зажгли свечи, Григорий все-таки вспомнил, что у нас был трудный день.

«Будьте готовы, Тэйлз может и подремать, а вам не мешало бы пободрствовать хотя бы до полуночи»

Уже в спальне лис обратился ко мне с просьбой:

– Дима! Дим! Расскажи сказку!

– Какую тебе еще сказку! Я же рассказал все, что знаю.

– Страшную.

Страшную, как же. Про гроб на колесиках? Никогда такими не увлекался. Вспомнить бы хоть что-нибудь. «Король и Шут» ему напевать, что ли?

– Так расскажешь? Пожалуйста! – Сказал лисенок уже по-русски.

«Не удивляйтесь, модуль облегчает общение между разумными существами как может. Поэтому вы и сами можете не заметить, как заговорите на другом языке. Оно автоматически стирает языковой барьер»

Интересно, а сколько еще возможностей у модуля?

«Очень много. Это универсальный инструмент. Компьютер сначала тоже был счетной машиной»

– Дим! Ну, пожалуйста!

Нет, ну не в самом же деле петь «Король и шут». Хотя… Русский он теперь понимает. А, была, не была! Главное начало вспомнить, а там дальше пойдет.

Немного помедлив, я начал тихонько напевать:

Два друга, едва скрывшись от погони,

Делить украденное золото решили,

На старом кладбище, вечернюю порою,

Уселись рядом на заброшенной могиле.

И вроде б поровну досталось им богатства,

Но вот беда – последняя монета!

Один кричит: «Она моя, я лучше дрался»

«Да чтоб ты делал, друг, без моего совета»

«Отдай монету, а не то я рассержусь!»

«Мне наплевать, я твоей злости не боюсь!»

«Но ведь я похитил деньги, и все дело провернул»

«Без моих идей, невежа, ты б и шагу не шагнул»

Что же делать нам с монетой?

Как же нам ее делить?

Отдадим ее покойнику!

Отлично! Так тому и быть!

А идея-то удачная! Лисенок слушает, открыв рот. Не ожидал я такого успеха!

«Я был проворней, значит, денежка моя!»

«Не допущу, чтоб ты богаче был, чем я!»

«Сейчас вцеплюсь тебе я в горло, и на части разорву!»

«Я прибью тебя дубиной, и все деньги заберу!»

Что же делать нам с монетой?

Как же нам ее делить?

Отдадим ее покойнику!

Отлично! Так тому и быть!

«Вы самостоятельно запустили внешний модульный плеер?»

Эта чужая мысль отвлекла меня, и я заметил, что откуда-то играет, причем очень громко играет музыка! Именно эта песня! Сказка пелась уже почему-то без моего участия. У Тэйлза глаза вообще из орбит вылезли. Вот в чем причина такой странной реакции! Гадство! Оно же уже поет абсолютно без моего участия!

«Вы интуитивно включили плеер! Поздравляю, теперь вся классика русского и всемирного рока, металла, панка и музыки вообще в вашем распоряжении»

И мертвец, гремя костями, вдруг поднялся из земли:

«Довели меня, проклятые, ей-богу, довели!»

Воры вмиг переглянулись и помчались наутек,

А мертвец все золото, с собой в могилу уволок!!!

Картину маслом довершил жуткий крик за дверью:

– Демоны!!! Демоны мордовские! Будите князя! Прибыло к нам из Мордвы поганство всякое! Демоны! Демоны! Сжечь их!

Видно, «Король и Шут» очень сильно впечатлил местное население. Ситуация накалилась окончательно. Наша последняя надежда…

«Спасет вас через два с половиной часа. Сейчас полдесятого»

Блин!!!

Глава 8 – «Заложники»

– Князь, просыпайтесь!

– Только лег. Что случилось-то? – Недовольно пробурчал князь. – Ни минуты покоя, ни минуты отдыха. Не можете вы тут без князя. На кой хрен я тебя своим управляющим назначил? Что там такое стряслось, что без меня никак?

– Гость ваш демоном из Мордвы оказался. – Пояснил управляющий.

– Чего?!

– Прохожу мимо комнаты, куда вы их поместили, а там музыка бесовская играет. Дичь просто! Про мертвецов, да голосов несколько, ни один из них на гостей ваших непохож. Да так, что на полдачи слышно.

– Музыка бесовская?

– Ага!

– Ну, и где ваш демон?

– Мы его в винный подвал загнали. Он, гад, изнутри заперся. Говорит, у него там заложник. Парень, которого в лису превратили. Говорит, мол, убью. Что делать-то, не обрекать же пацаненка на смерть?

– Ладно, иду!

Краткая погоня закончилась более чем бесславно. Через пять минут, я уже был заперт в погребе. Деталей немного: все заорали, а мы побежали, все побежали за нами, а мы, куда глаза глядят. Так в винный погреб и попали. Слава богу, лисенок сообразил, что надо мне подыграть и просил у прислуги князя, чтобы я его не убивал. И впрямь, сообразительный паренек. Еще через пять минут ко мне пришел князь, и сразу же сказал через дверь:

– Прислугу мою ты наколол, а вот меня провести не удастся. Теперь понятно, что твоя история о внебрачном сыночке бред сивой кобылы. Что ж вы никак не успокоитесь? Саурона завалили, мегакольцо в домну мордовскую выкинули, гопоту поизвели в основном. Что же вам, пакостникам, не сидится? Приказ был строгий, чтоб таких, как вы, по всем законам военного времени. Надо же, как лихо ты насочинял. Ну, ничего, ребята, блефуют гады, ломайте двери и прижмем урок поганых.

Дверь подозрительно затрещала и я от отчаянья крикнул:

– Не лезь! У меня еще заложники!

– Какие же? – Насмешливо спросил князь.

Взгляд мой скользнул по рядам бочек, которых здесь было не меньше сотни, затем я заметил небольшую кувалду. Идея, пришедшая ко мне, была слегка несуразной, сумбурной, я бы даже сказал абсурдной, но другого выхода не было. А если учесть, как князь гордился своей коллекцией, то могло и сработать. Я схватил кувалду и вдарил по дну ближайшей бочки. Кувалда, хоть и была невелика, но весила килограмм десять, и мне было тяжеловато. К счастью, перспектива сожжения добавила мне сил, и дно сломалось от первого удара. Вино потекло на пол, после чего я закричал:

– Первого погибшего заложника зовут «Королевская память». Дата рождения 1256 год, если верить надписи на бочке. Будете ломиться дальше, умрут и остальные!

– Что ж ты делаешь, ирод?!!! Все назад!!! – Раздался истеричный вопль князя, который хорошо понял мою идею, и, кажется, очень болезненно ее воспринял. Грохот, создаваемый прислугой, прекратился и был слышен только плеск льющегося на пол вина.

– Ладно, Дмитрий, пока твоя взяла! Но не будешь же ты сидеть здесь вечно. Я тебя, конечно, могу выпустить. Но стрелами тебя истыкают как ежа. Чего же тебе надо?

– Просто не ломитесь сюда часа три, и все заложники будут целы и здоровы, и еще порадуют ваших гостей, князь. – Объявил я свои требования, искренне надеясь, что голос не врет.

«Не вру. Окно, правда, все еще в другую вселенную, а не в ту, где сбой, но так быстрее. Тем более, что вы не планируете здесь задерживаться. Как вы интуитивно сумели включить плеер?»

– Какому же демону ты служишь? Теперь-то, когда тебя раскрыли, можешь сказать, что за гнида тебя сюда послала? – Продолжил беседу князь.

– Хрен ее знает, мне эта гнида так и не представилась.

«Очень лестно. У вас ненормально развита интуиция, лучше вас хоть немного подучить обращению с модулем. Неизвестно, что вы активируете в следующую минуту. Начнем с того же плеера, теперь вы его включите осознанно. Продумайте следующую мысль: Начать. Дополнения. Медиа. Плеер. Внешний. Предупредите только остальных, чтобы с перепугу не вломились к вам»

– Князь!

– Чего тебе?

– Не возражаете, если опять музыка бесовская заиграет?

– А больше тебе ничего не надо? Может тебе еще вина красного и бабу рыжую?

– Кстати, о вине, – после этой моей реплики князь застонал, – благодаря нему у вас нет выбора.

– Поганец! До чего же нахальный! Знает же, что живым не выйти, так еще и условия мне тут ставит…

– Понятно, князь. Зря я вас вообще спрашивал.

После этой фразы я подумал: «Начать»

«Модуль. Стандартные. Боевые. Сервисные. Связь. Дополнения»

Вот он, пресловутый мысленный интерфейс. И впрямь можно с голосом спутать. Так, мне нужен поиск, попробуем просто подумать «Король и Шут».

– Дима, ты чего задумался? – Тихонько дернул меня за рукав Тэйлз.

– Да, вот думаю еще одну сказку запустить.

– Только не такую страшную, пожалуйста. Мне-то ничего, а вот те люди очень испугались. Неужели сказка такая страшная?

– Хорошо, выберу что-нибудь.

– Дима, а как мы выберемся?

– Да уж как-нибудь. Если меня не обманывают, то мы должны перенестись по домам.

– Кто тебе это сказал?

– Какой-то голос, но он меня еще не обманывал, так что не волнуйся.

Трудно было вспомнить песню «КиШа», где не было бы ничего страшного. Но я все-таки сумел. Заиграла песня «Леший обиделся» – безобидная песенка, о том, как парень, который решил, что он хозяин леса, обидел лешего своим нахальством в лесу. Наградой герою песни был капкан.

Так, за песнями я и провел два часа в подвале. Голос подтвердил это следующей мыслью:

«Ну, вот и разрешилась ситуация. И разрешили ее вы, причем разрешили почти как профессионал. А главное – никто не пострадал»

Ага, никто, кроме «Королевской памяти».

– Прощайте, князь! – Крикнул я. – Мы сейчас будем дома, и больше точно не увидимся.

– Простите, что мы вас так напугали. – Радостно помахал рукой перед дубовой дверью Тэйлз. – Значит, я сейчас буду дома?

– Надеюсь…

Глава 9 – «Еще одна вселенная»

Я уже начинал понемногу привыкать к этому дурдому. Резкая смена декораций поразила меня не так сильно как раньше. Раньше я стоял как дурак с выпученными глазами и открытым ртом. Теперь же я стоял просто с выпученными глазами. Вселенная очень походила на мою. Город, по крайней мере, был среднестатистическим российским областным центром. Ничего сверхъестественного не было. Ночь, темная нехорошая городская ночь. Редкие фонари, горящие через один, только усиливали нехорошее предчувствие. Пытаясь собраться с мыслями, я исследовал модуль, находя там множество различных и непонятных функций. Мое внимание привлек некий глоссарий, где было очень много информации. Я смог выяснить, что модуль выдавался тем, кто назывался погруженцами, и их задачей на самом деле был поиск каких-то сбоев. Я, попытался узнать, что означает «сбой» в понимании этих погруженцев, но оно отослало меня на статью о какой-то «сети причин». Кажется, голос о ней упоминал. Странных терминов было столько, что я больше не пытался ничего разузнавать, и просто пошел, куда глаза глядят. Первым делом мне нужно было убедиться, что Тэйлз действительно вернулся в свою вселенную, а не бродит где-то по незнакомому городу. Видно, вся эта кутерьма сделала меня законченным идиотом, и я не нашел ничего лучше, чем обратиться к двум своим ровесникам, бредущим по этой небольшой улочке:

– Ребят, вы тут двухвостую лисичку не видели?

«Ребята» вытаращились на меня в изумлении. Их лица показались подозрительно знакомыми, и один из них, который ростом был ниже меня почти на целую голову, спросил улыбаясь:

– Слышь, чувак, где ты такую дурь взял? Отсыпь-ка, коли не в падлу. – Метр с кепкой, джинсы, красная байка, наушники от какого-то плеера, волосы не длинные, но парень основательно зарос. Второй же был здоровенным кабаном ростом метр девяносто, но одет был почти также. Высокого отличал желтый капюшон и какие-то дурацкие солнцезащитные очки.

– Э, Димон, а по нему вроде и незаметно, что обдолбанный, может просто шизик? – Засомневался высокий. – Звякнем ментам, что ли.

– Ментам? Не, Славик, чета я очкую. Наверное, не надо.

Вот теперь я точно узнал эту парочку из «Наша Russia». Правда, это не помешало мне продолжить сеанс идиотских вопросов:

– Это Краснодар?

– Не, Славик, ты глянь как пацана торкнуло! Слышь, а у тебя еще такой хрени осталось, чтобы эта… лисиц-мутантов видеть, вообще не понимать, где находишься? Классно, небось, торкает!

Голос! У меня, кажется, появились добровольные помощники. Молчит голос.

– Ну? Нету? Не томи, уж больно интересно, что за оно.

– Извиняйте, ребята, нету. Самому жалко, за компанию кайфовать было бы веселее.

– А че еще от этой дури бывает-то? – Заинтересовался Славик.

– Голоса в голове, путешествия в другие вселенные, чего только нету. Одно плохо – вторые сутки уже не отпускает. – Перечислил я, надеясь, что голос отзовется, и у меня появятся добровольные помощники. Увы, голос не отозвался.

– Ну, тут никогда не угадаешь, че будет. Я, например, только что в ювелирном магазине какую-то тень крылатую видел. – Похвастался Димон.

– Прикинь, я тоже. Выходит, не только тебе, Димон, эта хрень приглючилась? – Слова Славика меня заинтересовали.

«И не только вас. Расспросите их подробнее об этой тени. Кстати, Майлз Прауэр в порядке, он в своей вселенной»

– А где вы ее видали? Не покажите?

– Не, чета, я очкую. – Засомневался, как всегда, Димон.

– Да успокойся ты, все нормально будет! Пошли. Кстати, как тебя звать? Я, Славик, а это – Димон.

– Я тоже Дима.

– Прикольно, мой тезка! Ну, пойдем помаленечку!

Что ж, идем. Только на кой голосу понадобилась какая-то крылатая тень. Что-то я не припомню я такого персонажа во вселенной Соника.

«Так, а вы в какие игры о Сонике играли?»

Первая и вторая часть. Просто у друга в детстве была «Сега».

«И все? А что вы знаете о других играх»

Знаю, что есть еще третью часть, и на компьютер выходила какая-то гонка про воздушные доски.

«Но мне отчего-то показалось, что вы неплохо разбираетесь в…»

В чем?

«Вы произвели на меня впечатление специалиста, когда выбирали игру в том магазине с дисками, вы еще туда перед гастрономом заскочили, и долго пытали продавца воистину убийственными вопросами о новом в мире компьютерных игр. Похоже, он так и не въехал чем отличается CRPG от Diablo-образных RPG»

Ага, все понятно. На фоне того продавца я выглядел специалистом. Может оно и не так? А, голос?

«Но вы на самом деле специалист по компьютерным играм»

Вот именно, голос, компьютерным. А теперь ответь мне, был ли в том магазине хоть один диск от консоли? Ведь ежик, насколько я знаю, консольный обитатель, и на PC заглядывает нечасто, и то в виде кривых портов. А во вселенных, которые появились из консольных игр, я буду бесполезен. Я же не знаю даже толком, сколько там этих Final Fantasy.

«Ой, ошибочка, кажется, вышла. Нехорошо получилось. Зато вы с модулем неплохо разбираетесь»

Да, голос, вы ошиблись, причем ошиблись не человеком, нет, вы ошиблись регионом. Надо было в Японии искать себе погруженца, там бы точно помогли.

«Как получилось. Признаюсь кое в чем. Вы в этой вселенной исключительно по одной причине. Есть подозрение, что здесь находится еще один персонаж. Всего лишь мимолетное подозрение, но рисковать мы не можем, поэтому пришлось пойти на некоторый, меньший риск. Каждое передвижение, и повышается риск, что вас засечет один из профессионалов. Они все принадлежат организации, называемой „Совет Кураторов“. Теперь придется сказать открытым текстом – у меня неприятности. Эти существа контролируют распределение творческой энергии. Я состою там. Теперь проводятся какие-то ремонтные работы, плюс строительство нового комплекса для более удобного контроля. Кто-то воспользовался творящейся неразберихой, и начал расшатывать сеть причин. Сбои обычно возникают сами из-за противоречий в творческом первоисточнике, из-за перебоев в распределении творческой энергии, из-за внутренних пересечений потоков этой же энергии. Но здесь очень похоже, что некто специально провоцирует очень серьезный сбой. Гад, по-видимому, знал, что у меня уже бывали проблемы, возможно, поэтому взялся за эту вселенную. Просто, если выяснится, что я не могу его выследить… А я действительно не могу его выследить. И его действия такие странные. Такое можно расценить как вандализм, но для вандализма слишком изощренно. Помогите, похоже, на вас вся надежда, кстати, возможно в следующей вселенной вас будет ждать профессионал. Не пугайтесь, как я вижу, вы уже частично разобрались с модулем. В раздел „Боевые“ заглядывать пока рановато. Там очень сложные взаимосвязи. Но те вселенные, через которые проложен путь к месту назначения патрулирует человек, которые сам в этом разделе не очень ориентируется, как и в модуле. В случае встречи у вас есть шанс. Тот погруженец как-то ближе к наладчикам, даже не знаю, как он туда попал»

Тпру, голос, с чего тебя там прорвало? Может, сначала с тенью разберемся, с крылатой.

– Блин! Уже нету. Слышь, Славик, а оно и впрямь приглючилось.

– Обоим, ты че, Димон?

– Да мало ли че, в темноте можно увидеть. Кстати, тезка, так той дури точно нету?

«Забудьте. Из них помощники никакие»

– Извините, точно.

«Слава богу, тут все в порядке. А, была, не была, попробуем по-быстрому, может, прорвемся»

А может не надо?

Глава 10 – «Встреча с профессионалом»

А меня и не спросили. Как всегда. Опять я в другой вселенной, только пока непонятно в какой. Сижу в какой-то темной комнате на кровати. Освещение очень тусклое. Такое ощущение, будто нахожусь где-то глубоко под землей. Вокруг какие-то футуристические интерьеры. Два на три метра. Вообще-то все освещение – это красная лампочка на двери. Насколько я знаю игровые вселенные, это означает, что дверь закрыта наглухо. Слегка душно, но вентиляция худо-бедно работает.

«Отлично, теперь можно еще раз. Вы пойдете дальше, и наконец-то поможете мне»

Я отказываюсь тебе помогать, голос. По крайней мере, сейчас. И уж точно не собираюсь никуда больше телепортироваться.

«Что случилось? В чем причина?»

Я хочу выспаться. Здесь и сейчас. Дверь закрыта. Есть, конечно, риск, что через вентиляцию ко мне какая-то ерунда приползет, и съест меня без соли и приправ. Да, судя по обстановке, это самый вероятный вариант, но кто не рискует, тот не высыпается.

«В поговорке было шампанское»

Согласен, но выспаться мне нужнее.

То, что разбудило меня, приползло не из вентиляции. Этот человек вряд ли бы там пролез, тем более с двустволкой, которую, он на меня наставил. Высокий, худой, вплоть до костлявости, черные, короткие волосы, сам смуглый, нижняя губа слегка выступает вперед. Надо сказать, что он ненамного меня старше. Джинсы, простецкий свитер и двустволка. Самое главное – двустволка, это безоговорочно.

– Ну, я могу узнать, кто ты такой? – Флегматично-равнодушный тон не располагал к скорому ответу, но у него была двустволка.

– Я слегка заблудился.

– Неслабо же ты заблудился, аж в другую вселенную попал.

– А что, запрещено?

– Модуль выдают только сотрудникам «Совета кураторов». Вы же к ним не относитесь. Могу я узнать, кто выдал вам Портативный Модуль Межвселенского Перехода?

– Не можете.

«Вам затрут память, и отправят домой. Вы ничего не вспомните. Но мне тоже затрут память, а мне нужно остаться на своей должность, очень нужно, любой ценой, и я вам любую цену оплачу. Любую, абсолютно. Прошу вас, не идите за ним, сопротивляйтесь, тяните время, крутитесь»

– Почему?

– Скажем так, я его нашел, и в один прекрасный момент оказалось, что я могу путешествовать между вселенными. Мое имя – Дмитрий Горяченков. Могу я узнать ваше имя?

И тут я подумал о том, что было бы неплохо обеспечить себе поступление в любой ВУЗ страны. Очень, очень хотелось бы.

«Не очень случайный лотерейный выигрыш, которого хватит на десять лет обучения и десяток взяток. Если этот вариант вас не устроит можно подобрать другие варианты влияния»

Что ж, если после того, как я закончу работу, сбоев не будет, то будем считать, что я заслужил студенческий билет.

«Идет. Мы договорились»

– Сальвадор Комего. – Меньше всего этот флегматичный тип похож на испанца. Может имя ненастоящее?– ПММП штука хорошая, она на дороге не валяется, и просто так не находится, и вообще подозрителен ты. Пройдем со мной?

«Начать»

– Может быть, а далеко идти? – Начинаю тянуть время. Уговор дороже денег, радуйся, голос, сегодня твой день. Считай, что мы договорились.

«Сервисные»

– Не совсем идти. Скорее, переместится. – Вся та же флегматичность. Интересно, так ли у него хорошо с реакцией. Надеюсь, он не заметит моих манипуляций. Тем более «Маскировку» из раздела сервисные, я уже поставил перед тем, как ложиться спать. Как там в глоссарии? «Эта комбинация связей позволяет замаскировать иные комбинации, но при условии их несложности. Данную комбинацию связей рекомендуется ставить автоматически»

«Операции с материальными объектами»

– Я не хочу идти непонятно куда и непонятно зачем. Мне нужно знать, зачем и куда меня поведут.

«Перемещение. Захват объекта из зрительного образа»

– Ой, – Сальвадор скривился, – тебе все объяснят. Иди уже.

Черт, захват из зрительного образа. По-моему, нужна мозговая привязка, то есть то, как твой мозг обозначает объект. Нужно просто подумать, попробуем.

«Мозговая привязка: Двустволка. Укажите две точки на прямой перемещения и направление оси перемещения»

Есть! Получилось!

– Сальвадор, хоть намекните, мне же очень нравится путешествовать. – Тянем время, только бы получилось.

«Автоввод по мозговой привязке. Первая: Я. Вторая: Комего, направление оси от второй точки к первой»

– Ты пойдешь, или мне тебя заставить? – По нему не было заметно, чтобы он терял терпение. Но время мое, похоже, подходило к концу. Он стоит в метре от меня, значит…

«Расстояние перемещения: Плюс два метра. Запустить комбинацию»

Оружие упало у меня за спиной, глухо звякнув. Все, что мне было нужно, это обернуться и схватить оружие, пока этот испанец не опомнился. И у меня все-таки получилось. Итак, адреналин в крови, оружие в руке и профессионал на мушке. Интересно, долго ли мне его так держать на мушке?

«Полчаса»

Плохо.

– Сальвадор, ничего личного, но я не собираюсь идти с вами куда-либо. У меня пока своя дорожка.

– Ты стрелять-то умеешь? – Резонный вопрос, и он, надо сказать, поставил меня в тупик.

Нашу беседу прервал нехороший лязг. Вентиляция. К черту Сальвадора! Я едва успеваю обернуться, как вентиляционная решетка пролетает у нас над головами. Оказывается, я могу стрелять, но коричневую человекоподобную тварь, в которой чуть больше двух метров, этот факт явно не обрадовал. Дробь она успела принять, не вылезая из вентиляционной трубы. Не рычание, не рык, а жуткое сочетание воя со скрежетом. Я даже не понял, как выскочил в коридор. Десять на три метра, в одном конце я, с пустым дробовиком, а в другом Комего с пистолетом, наставленным на меня. А спустя доли секунды появляется эта тварь посередине. Весело. Может, хрен с ним с поступлением? Ладно, сдамся.

«Пожалуйста, не надо»

Сальвадор уже начал отступление спиной вперед, отстреливаясь из пистолета. Монстр, не оставил это без ответа, метнув в него пару огненных шаров. Я не стал дожидаться окончания этого поединка и позорно дезертировал в соседний коридор. Теперь разрозненные детали сложились у меня в единую картину. Двустволка, тварь, мечущая огненные шары, тусклое освещение, футуристическая база, и эмблема UAC на двери. Одним словом: DOOM. И этим все сказано. Голос, когда там твое окно?

«Сорок три минуты. Вы можете и самостоятельно переместиться, но это сложно, и есть множество нюансов. Шанс не больше процента. Боюсь, придется дожидаться»

Тогда я труп.

Глава 11 – «Воплощение»

Оружия нет, навыков обращения с ним тоже нет, чит-код, что ли, вводить?

«А вы его знаете?»

IDDQD. А чем не идея-то?

«Но вы уверены? Ведь игра ваша ровесница. Насколько я знаю, люди тяжело воспринимают игры старше себя»

Специалист я, или нет? Тем более, это – DOOM, и этим все сказано. IDDQD.

«Начать. Стандартные. Воплощение элементов первоисточника связанного с вселенной. Пожалуйста, укажите тип первоисточника»

«Вы уже нашли эту функцию? Она несложна, но очень энергоемка. Вы очень быстро модуль изучаете. Прошу вас учесть, игра не подойдет, так как понадобится энергия от десяти модулей минимум. Может кто-то из героев фильмов, книг, связанных с этой вселенной обессмертил себя этим чит-кодом? Хотя, это тоже не пойдет, слишком много энергии. Похоже, ничего не выйдет»

Знаю! Знаю, что нужно вводить, я даже первоисточник введу вручную. Фанатское творчество – тоже сила.

«Фанфик?»

Нет. Какой на фиг фанфик? Связаться с этой бредятиной?

«Вы очень быстро учитесь. Если вы уже собираетесь воплотить с помощью модуля нечто из какого-то творческого первоисточника, то я даже не знаю. Повезло мне. Надеюсь, вы это не наугад делаете, а знаете, что вы хотите из того что придумано о DOOM'е, выбрать и вклеить в эту вселенную то, что вам поможет. Я не представляю, как вы чит-код бессмертия из оригинальной игры свяжете с этой функцией»

Голос, не занудствуй, я знаю, что я делаю. Похоже, я знаю, что вводить. Книги, фильмы – ерунда это все на фоне народного фольклора.

«У вас фантастические способности. И невероятное чутье. Но что вы имеете в виду под народным фольклором?»

Спасибо, только не перехвали. Я просто постоянно думаю о модуле, и его возможностях. Продумываю глоссарий. Постоянно эту вещь изучаю. И, что самое интересное не вижу и не слышу ее. А модуль все равно работает. Что касается первоисточника…

«Тип первоисточника: Анекдот. Ручной ввод»

Ну, голос, хватит на это энергии?

«Не знаю»

«Явился Бог DOOM'еру, и сказал ему: „Ты много грешил, и за это отправишься в ад, но я исполню три твоих желания“ И было первым желанием DOOM'ера…»

– IDDQD! – Закричал я уже вслух, чувствуя, как переполняет меня воображение, переполняет чем-то неведомым. Я помнил только общую формулировку анекдота, но это не мешало мне придумывать его снова. Придумывать. Вот он – источник творческой энергии.

«И было вторым желанием DOOM'ера…»

– IDKFA!!

«И было третьим желанием DOOM'ера…»

– В ад!!!

Примечание автора: IDDQD – чит-код на бессмертие в думе, IDKFA – чит-код на полный боекомплект.

Сработало! Я воплотил этот анекдот в DOOM'овскую жизнь! Сбылись! Все три сбылись! Я стоял в DOOM'овском аду, по щиколотку в лаве, и с BFG в руках. Я стал героем анекдота. Но все-таки героем. Первым делом я вышел из лавы. Я-то ничего не чувствовал, но моя обувь просто растворилась. Душно, вокруг какие-то камни, лава и монстры, много монстров: импы, какодемоны, ренегаты, бароны ада, просто зомби. В меня летели ракеты, огненные шары, какая-то зеленая самонаводящаяся дрянь. Они долетали и взрывались, но мне было все равно. А затем выстрелил я. Тяжело было поднять эту пушку, еще тяжелее, навести и держать прямо, но зеленый шар просто снес эту толпу. Теперь я, кажется, понимал, ради чего люди вводят чит-коды.

– Нет, я, конечно, всякое видел, но чтобы анекдоты воплощать… Ах, ты хитрый, изворотливый читер. Думаешь, ушел от меня? – Сальвадор опустил ракетницу, понимая ее бесполезность.

«Начать. Боевые. Защитные. Стандартный экран»

– Неужели, ты настолько любишь путешествия, нелегал? – Не отвечаю, тяну время.

«Редактор направляющих векторов»

Отлично, значит не зря мне репетитор по математике так долго и упорно компостировал мне мозг этими векторами. Косое произведение мне здесь вряд ли понадобится, а вот общее представление поможет. Вектор – две точки: начало и конец, для задания направления. Если я правильно уяснил принцип работы экрана (спасибо глоссарию), то посланное из модуля Комего будет перенаправлено в направлении того вектора, на который попадет его комбинация связей творческой энергии. Длинный термин для обозначения того, что может отправить мне Комего. Может лучше использовать что-нибудь вроде «комсвязи»?

«Показать оси, место вывода: зрительный нерв. Единицы измерения: метры»

– Слушай, ты меня уже достал, пошли уже. – Скривился Комего. Вот ведь упертый испанец.

Проявились оси. У меня перед глазами появилось три оси: x, y, z. Все пространство вокруг покрылось тонкими желтыми линиями. В школе я изучал координатную плоскость, здесь же получается координатное пространство. Ничего, освоюсь как-нибудь, придется.

«Первый вектор. Начало: Моя правая рука (мозговая привязка). Конец: Комего (мозговая привязка). Внимание. Объект подвижен. Сделать вектор с динамически изменяющимся направлением? Да. Настроить силу вектора: по умолчанию»

– Дмитрий, я же тебя все равно доставлю куда нужно.

«Второй вектор. Начало: Моя левая рука (мозговая привязка). Конец: Комего (мозговая привязка). Внимание. Объект…»

Интуиция, шестое чувство, третий глаз – не знаю почему, но я понял, что Комего что-то в меня отправил.

«Второй вектор: отмена. Вы уверены? Да. Сохранить вектора. Запустить комбинацию»

Эти мысли плюс выставить правую руку вперед. Ерунда, полсекунды, но они многое решили. Моя рука обвисла как плеть, как парализованная. Да, похоже, что она и была парализована. Но еще через доли секунды случилось то, чего не ожидали мы оба. Комего вдруг просто рухнул на горячие камни, жар которых я чувствовал своими ногами.

«Фантастика. Вы сумели поставить экран, правда очень криво и сработал он частично, но вы сумели с первого раза отбить слабенькую паралитическую связь. С анекдотом вышло у вас куда лучше»

Не отвлекай! В меня опять что-то идет. Идет в голову! Я успел это почувствовать, и со всей силы дернул туловищем, едва не упав, выкидывая правую руку, на которой я закрепил вектор экрана, как можно выше. Я чуть не рухнул вниз, как Комего. Экран был уже не тем, отразил удар хуже. Ноги чуть держали меня, но держали. А Сальвадор больше не пытался подняться. Странно, монстры вели себя так, словно прочувствовали важность момента и не хотели вмешиваться. Они стояли поодаль, как команда поддержки из американских фильмов о спорте. Вот только вряд ли они рычали «Комего, чемпион!»

«Готовьтесь, вам нужно принять уже готовую комбинацию связей творческой энергии. Сокращенно, КСТЭ»

Какую комбинацию?

«Комбинация нужна для того, чтобы стереть ему память. Нужно только запустить КСТЭ. Предупреждаю, будет больно»

Ладно, но если ты, голос, кинешь меня с университетом, то больно будет тебе. Я, конечно, всего лишь постараюсь, но мои способности на этот счет были оценены высоко. Ой!!! Больно!!! Действительно больно! Хорошо, хоть слабость из мышц исчезла.

«Начать. Связь. Загруженные комбинации связей. Стереть память Сальвадору. Запустить комбинацию»

Стой, Голос! А его здесь не убьют?

«Нет, сначала подождите полчаса, а потом к месту назначения»

Аллилуйя! Наконец-то.

Часть вторая

«Метод исключения»

Глава 12 – «Ехидна»

Краткая сводка о персонаже.

Самое употребляемое в первоисточнике имя: Наклз.

Типаж: герой-одиночка.

Категория «тайны персонажа»: A – Не разглашать ни при каких обстоятельствах.

Рычаги психологического управления: Верен долгу (защита главного изумруда), доверчив, легко поддается внушению при правильном подходе, в некоторых случаях можно попытаться сыграть на самолюбии.

Биологическое описание: Антропоморфная ехидна красного цвета. Размер – около метра. Из отличительных особенностей – огромная физическая сила и острые, выпирающие костяшки пальцев, из-за которых он и получил свое имя. Возраст – подростковый. Характер замкнутый серьезный. Целомудрие и верность долгу – основные черты психологического портрета.

Наклз и раньше видел необычное, но то, что он увидел в лесу этим утром, вызвало у него нехорошее предчувствие. Это был человек. Худой юноша среднего роста ничком лежал в траве. Одежда было во многих местах порвана, почти вся обуглена. Повсюду зияли дыры, вид у парня был почти неприличный. А еще от него издалека несло серой, причем несло так, что Наклз поморщился. Человек лежал на животе абсолютно без движения. Первым делом Наклз перевернул его, чтобы убедиться, что незнакомец жив. Оказалось, что он просто спал.

– Вам плохо? – Естественный вопрос, который можно задать человеку, просто лежащему на траве в почти сожженной одежде.

– Мне было хорошо, пока ты меня не разбудил. – Проворчал парень спросонья. – Ты ведь Наклз, верно?

– Откуда вы это знаете?

– Неважно, просто уйди и дай мне выспаться.

– Откуда вы вообще здесь появились, и что с вами случилось. От вас такой запах, будто…

– Я в аду побывал? Так оно, если честно, и было.

– И как там в аду? – В голосе Наклза явно сквозил сарказм.

– Весело, меня там тепло встретили, пытались, конечно, убить…

– Вы часом не сбрендили?

– Хочется верить, что нет, но тот факт, что я с тобой разговариваю, порождает сомнения даже у меня. Если лошадь говорит тебе, что ты псих, то так оно и есть. Интересно, распространяется ли это правило на ехидн? – Сонно пробормотал юноша.

– А причем тут то, что мы разговариваем? Разве что, как показатель. Вот я, например, существую здесь и сейчас, и у меня с головой точно все в порядке. А вот ваши адские похождения, вызывают у меня сомнения.

– У меня тоже. Вот, скажи мне, ты часом не моя галлюцинация?

– Конечно, нет. – Разговор даже немного забавлял Наклза.

– Что ж, если ты реален, то боюсь, что мои, как ты говоришь, адские похождения, так же реальны, как и ты. Хреново, не так ли? Да и одежда, которая на тебе…

Наклз оглядел свою одежду: Потертые, и местами уже драные джинсы, кеды, простенькая рубашка из плотной ткани в красно-белую клеточку.

– Ты бы лучше о своей подумал. На люди в таком виде тебе лучше не являться.

– Понимаешь, просто в иг… – Договорить незнакомец не сумел. Лицо его перекосилось от боли. – А, черт! Проклятый голос!

– Какой еще голос?

– В голове. Ты примешь меня за сумасшедшего, и правильно сделаешь, но не торопись с выводами. Просто дай мне отдохнуть, ладно? Прошу тебя как человека, тьфу, как ехидну.

– Ладно, но если, вдруг что-то случится, то я живу недалеко, две мили на север отсюда. Можешь ко мне обратиться за помощью.

– Спасибо, скорую мне вызовут и без твоего участия. Ценю твою заботу, но я очень хочу спать.

– Прямо в траве?

– Пофиг!

– Хм, а еще меня называют грубияном.

– Я бы на тебя посмотрел, если бы тебя разбудили в три часа ночи.

– Но сейчас полдень, если ты не заметил.

– Мой биоритм, как и крыша, слетел на три буквы. Прошу прощения, но сейчас из меня никакой собеседник. До свиданья. – Попрощавшись, незнакомец просто лег в траву.

Пожав плечами, Наклз пошел дальше. Но нехорошое предчувствие подсказывало ему, что это только начало какой-то странной истории. И оно его не обманывало.

Глава 13 – «Инструктаж»

Все было хорошо. Ну, и что, что я спал в траве? Здесь же тропический остров. Этот Наклз зря только меня разбудил. Итак, теперь, когда я выспался, давай подробности. Ответь-ка мне, голос: почему я не смог договорить, и меня скрутило чем-то снотворным пополам с головной болью? Что это был за концерт: «Вы с ума сошли, чуть тайну не разгласили, не делайте так ни при каких обстоятельствах»? Что это за сбой, и что мне с ним делать? Не стесняйся, надеюсь, не военная тайна. И еще: я во вселенной «Sonic the hedgehog»?

«Да»

Чудесно. Голос, ты бы меня еще к покемонам отправил. Там тоже найдется, кого спасать.

«Угомонитесь. Дело серьезное»

Серьезное, но темное. Что мне надо делать?

«Что ж, инструктаж, кажется, будет долгим. Итак, пункт первый – так называемая тайна персонажа. Дело в том, что многим персонажам не следует знать, что они персонажи. Это может повлечь за собой тяжелые последствия для психики самих персонажей и сетки причин вселенной. Главное правило для вас – никогда не давайте понять жителям этой вселенной, что они персонажи видеоигр. Чтобы разгласить тайну персонажа, нужны особые обстоятельства. И они еще точно не наступили. Я вам сейчас загружу в модуль краткие сводки основных персонажей этой вселенной. Вам, судя по всему, будет полезно ознакомиться.

Пункт второй – вопрос об одежде Наклза. В творческом первоисточнике, то есть в играх, предполагается, что Наклз, как и другие персонажи, существо – антропоморфное. Существо во многом подобное человеку. Но есть некоторые щекотливые детали, в которых первоисточник ничего не проясняет, поэтому вселенной приходится самой достраивать недостающие детали физиологии и психики. И делается это, как правило, по образу и подобию исходной вселенной»

Так, стой, насчет второго пункта. Местные зверята настолько похожи на людей, что им стыдно ходить без одежды? Согласен, видеоигры с рейтингом «от 7 лет» здесь не могут ничего прояснять в этом вопросе.

«Да-да-да. Вы все верно поняли. Пункт третий – ваша одежда. Пока не добудете ничего нового, я думаю, вам стоит изучить один неплохой раздел. Он находится в разделе „дополнения“. „Создание иллюзий“ – одежду не заменит, но хотя бы замаскирует ее отсутствие. А если учесть, что вы находитесь на тропическом острове, то это уже неплохо. Вам нужны визуальные иллюзии. Плюс еще осязательная иллюзия. Нужно будет представить какова ткань на ощупь. Чтобы иллюзия была подогнана под вас, мозговую привязку придется создать самостоятельно. Просто представьте, какая одежда вам нужна. Насчет энергии не волнуйтесь, в этой вселенной я вас обеспечу. Старую одежду лучше вообще выкинуть, чтобы не пересекалась с иллюзией.

Пункт четвертый – сбой. Этот вопрос я буду прояснять по ходу дела. Есть некоторые непонятные мелочи.

Пункт пятый – пути устранения. Мне это кажется абсолютно невероятным, но, кажется, разрушает вселенную кто-то из персонажей. Абсолютно нелогичный сбой, так что, наверное, к лучшему, что им занимается непрофессионал. Здесь бесполезно мыслить стандартными категориями. А вы не можете этого делать, так как не знаете этих категорий. Залечивать последствия сбоя бесполезно, да вы и не сумеете, так что нам нужно найти причину. Существо, которое стало источником сбоя. Нам нужно его найти. У меня есть следующий план: вы идете, находите Соника и говорите ему, что для спасения вселенной вам необходимо проверить всех из списка персонажей. Список с досье уже у вас в модуле. Вы проверяете его, на всякий случай, после чего объединяетесь с ним и перепроверяете других персонажей»

Так, голос, ты же не бесплотный призрак? Не можешь ли ты проделать то же?

«Не могу. Похоже, что пакостник хорошо осведомлен о моем положении в этой вселенной. Если розыскные мероприятия проведу я, то это вспугнет его. Но мне не нужно ничего вам навязывать, чтобы не мешать вам. Может у вас есть свой план?»

Нет у меня пока своего плана. Каков первый пункт в твоем плане? Голос?

«Найдем Соника…»

Лучше Тэйлза.

«Почему? А, точно, Тэйлз скорее вам поверит. Он же уже знаком с вами. Но есть загвоздка, ему была затерта память по возвращению в родную вселенную. Так было нужно. „Тайна персонажа“, избежание лишнего риска. Но не переживайте. Затерта очень мягким способом типа „уход во сны“. Подвергнутое данному типу обработки существо ничего не забывает, а свято верит, что ему приснилось то, что он должен забыть. А сны, обычно, легко забываются. Но и этот процесс при надобности ускоряют»

Голос, хватит разглагольствовать, я уже как раз заканчиваю достраивать иллюзию одежды. Ты лучше прямо скажи, вспомнит ли Тэйлз меня?

«Конечно, вспомнит, это не проблема. Ах да, для перемещения внутри вселенной вам понадобится мозговая привязка к его мастерской. Сейчас все загружу, не волнуйтесь»

Стоять, голос, а как происходит проверка?

«Ладно, пункт шестой – принцип работы модуля. Введем аналогию. Давайте представим, что вселенная – программа. Тогда ее физическая, материальная часть – интерфейс, а сетка причин – программный код. И этот код состоит из творческой энергии. Модуль составляет свои комбинации из творческой энергии, некоторые ее связи. Они вносятся в сетку причин, и во вселенной появляется существо, которое не должно там быть, к примеру. И другие эффекты, естественно. По сути, модуль вносит изменения в сетку причин. И кто-то, располагая модулем, внес в сеть точно рассчитанные изменения, вызвавшие сбой. Вам нужно найти, кто это сделал.

Пункт седьмой – способ проверки. Вам будет прислана комбинация, которая сканирует потоки творческой энергии вокруг персонажа и определяет, то, как существо влияло на сетку причин за последний месяц. Нам важен сам факт влияния, так что вы должны различить, что к чему. В случае сомнения, результаты пересылайте мне. В разделе „связь“ имеется готовый канал. Назван „Голос“, чтобы вам было привычней. Сейчас вам будет передан так называемый плагин „очной ставки“. Он уже загружается в ваш модуль. Только у этой комбинации могут быть очень неприятные побочные эффекты. Как правило, это панический страх. Рекомендую предупреждать проверяемых»

Пока я достраивал иллюзию одежды, голос инструктировал меня дальше. Перемещения, даже просто внутри вселенной, оказались тяжеловаты для понимания, но все же я сумел сориентироваться и въехать в эти премудрости, пусть и с третьей попытки. А это значило, что мне опять предстояло увидеть лисенка. Но сначала необходимо было искупаться. От меня несло серой за километр.

Глава 14 – «Лис»

Краткая сводка о персонаже.

Самое употребляемое в первоисточнике имя: Тэйлз.

Типаж: добрый ученый.

Категория тайны персонажа: B– Разглашать только в экстренных случаях.

Рычаги психологического управления: подбираются затруднительно, так как персонаж чрезвычайно умен, но есть возможность повлиять через Соника (его пример или слова будут очень важны для персонажа). Так же нужно сделать поправку на возраст.

Биологическое описание: Антропоморфный лис с двумя хвостами. Размер – менее метра. Обладает необычайным умом и способностями к механике. Возраст – детский. Добр, отзывчив.

Тэйлз сидел у себя в мастерской, крепко задумавшись. Он почему-то вспомнил тот странный случай, который случился с ним в детстве. Он до сих пор не мог понять, где же находится тот странный лес, и тот дом с князем. Этот случай был настолько нереальным, что казался сном. Но он был наяву. А может во сне? Как тогда он понимал песни, из которых теперь и слова понять не мог? Кажется, это были какие-то сказки. Но это было так давно, что Тэйлз не мог вспомнить точно. Ведь ему было тогда пять лет. Почему он именно теперь вспомнил этот случай? Ответ на этот вопрос был виден через окно. К нему со стороны джунглей приближался молодой человек. На нем был синий джинсовый костюм, плотно облегающий тело. В волнении Тэйлз пулей вылетел на крыльцо. Сомнений быть не могло, это Дима. Своим лисьим нюхом Майлз уловил своим запах речной воды и серы. Он стоял и не верил. И не поверил бы, если бы Дима не заговорил:

– Здравствуй, Майлз!

– Дима? Но как? Столько времени, а ты не изменился. Почему?!

– Тебя тогда закинуло в будущее, бывшее для меня еще вчера. Плюс – ты еще оказался в другой вселенной. Мне по пути сюда пришлось вернуть тебя обратно. Но теперь я, слава богу, добрался в вашу вселенную.

– Но зачем ты здесь?

– Да что-то неладно в датском королевстве.

– Где?

– Это образное выражение, если ты не понял. Кто-то из твоих знакомых пытается сбить и исказить твою вселенную. Поэтому я здесь.

– Кто-то портит мою вселенную? Но разве Соник не может с этим разобраться?

– Мне сказали, что я лучше подойду на эту роль?

– Кто?

– Не знаю, Майлз, не знаю.

– Можешь звать меня Тэйлз.

– Раньше тебя так называли только враги. Обижаться не будешь?

Тэйлз вспомнил тот давний для него разговор. Он тогда вел себя совсем как ребенок.

– Не буду. С тех пор я стал как-то спокойней к этому относиться. Но кто тебя сюда послал?

– Оно так и не представилось, и я сам не знаю, кто меня сюда отправил. Ах да, извини, одна мелочь. Может быть неприятно.

После этих слов Тэйлз почувствовал волну панического страха. Ему вдруг показалось, что его душу кто-то изучает. Кто-то очень страшный, злой, всезнающий. От этого всепроникающего влияния невозможно было скрыться и спастись. Оно пронизывало все его существо, заставляя меленько дрожать. Страх становился невыносимым и нарастал до тех пределов, за которыми начиналась истерика. Но внезапно страх пошел на спад. Тэйлз просто сел на пол и тяжело перевел дух. Страха не было, но та неприятная слабость в теле осталась.

– Что ж, все в порядке. – Сказал Дима. – Одним подозреваемым в списке меньше.

Глава 15 – «Корректива плана»

«А вы уверены? Посмотрите визуальным образом. Линии потоков прямы?»

«Начать. Проверка завершена. Вывести отчет в виде: визуальный образ»

Линии прямы как кардиограмма покойника.

– Что это было? – Голос у бедного лисенка все еще слегка дрожал.

– Проверка на вшивость. И ты ее выдержал.

– Вы думали, что я буду разрушать свою же вселенную?!

– Ты был в списке подозреваемых.

– Что? А кто там еще есть?

– Многие из твоих знакомых. – Я пожал плечами – список был не очень маленьким. Но и не очень большим.

– А Соник?

– Есть.

– Вычеркивайте сразу! – С жаром заявил Тэйлз. – Он на такое неспособен!

– Проверю – узнаю. Дело серьезное.

– А доктор Эгман там есть?

– Есть.

– Это он! Он постоянно пакостит. Его нужно проверить в первую очередь. К счастью, я сумел не так давно найти его секретную базу. Я сейчас свяжусь с Соником и мы вместе к нему наведаемся на его базу. Вы его проверите, и все точно подтвердится. Я вам гарантирую.

После этой тирады лисенок рванул к какому-то аппарату и начал усиленно в нем ковыряться что-то бормоча. В оранжевом рабочем комбинезоне около аппарата для связи он казался очень забавным. Его слова мне казались глупостью. Да мало ли кому могло что-то стрельнуть в голову? Тот же ежик мог сойти с ума и начать чудить от осознания своей крутости.

– Постой, а где база-то находится? – Спросил я.

– За водопадом на лазурном берегу. В китовой лагуне, она наверняка там. Я отследил несколько его роботов. Ну почему ты теперь барахлишь? Работай же! Только взялся перенастраивать связь, как она срочно понадобилась. Извини, нужно пару минут для того, чтобы настроить, как было.

Вдруг взгляд мой упал на увесистый гаечный ключ. Приступ дежавю накрыл меня: опять лисенок, тяжелый предмет и немного безумная идея. Я осторожно поднял ключ, чтобы не привлекать его внимания. Затем тихо взял с верстака какую-то тряпку. Кажется, ею вытирали пыль.

«Что вы делаете?»

Аккуратно заворачиваю ключ в тряпку. Отвлекаю лисенка разговором:

– Тэйлз, а других пакостников в вашей вселенной нет?

– Есть, но этот – опаснее всех. Если он что-то задумал, то нужно это вычислить и зарубить на корню. Так и знал, что он себя еще проявит.

Аккуратно, чуть дыша, делаю шаг в сторону лисенка. Между нами всего три метра. Нет, уже два.

– Дима! А много там подозреваемых?

– Я пока только начал. Пятнадцать, может, наберется. – Еще шаг.

– Отлично! Почти готово.

Лисенок уже пытается обернуться, но, к счастью, я успел подойти достаточно близко. Концом ключа, завернутым в тряпку, я бью Тэйлза по затылку. Он даже не успевает понять, что случилось. Тело просто падает на пол.

«Зачем вы его оглушили?»

Как удачно мне на глаза попался холщовый мешок. Он мне, пожалуй, пригодится. Беру лисенка и запихиваю внутрь мешка.

«Что вы творите?»

Понимаешь, Голос, я думаю, что в твоем плане нужно подкорректировать одну деталь, самую важную.

«Какую?»

Так, голос всезнающий, лучше вынь да положь мне одну мозговую привязку для перемещения внутри вселенной.

«Что вы, черт возьми, задумали? Какую вам еще привязку надо загрузить?»

Этот водопад в китовой лагуне.

«О, боже. Ладно, не понимаю, что вы делаете, но заодно загружаю вам сведения о первом, замеченном мною проявлении сбоя, на всякий случай»

Глава 16 – «Доктор»

Краткая сводка о персонаже.

Самые употребляемые в первоисточнике имена: Доктор Эгман, доктор Роботник.

Типаж: ЗМЗМ (Злодей, маньяк, захватчик мира).

Категория тайны персонажа: C – Разглашение допустимо в случае необходимости.

Рычаги психологического управления: Типичные для типажа ЗМЗМ: власть и исполнение безумных планов. Но совсем безумным и одержимым этого персонажа назвать нельзя (известны даже случаи, когда он помогал главному герою), поэтому для начала предпочтительней попытаться договориться другими путями, а типичные РПУ использовать только в случае необходимости.

Биологическое описание: Человек лет сорока-пятидесяти. Рост средний, телосложение тучное. Лыс и усат, что является особой приметой, выделяющей его в творческом первоисточнике. Чрезвычайно умен. Психологический портрет типичен для типажа ЗМЗМ. Упор на сделан на манию величия.

Примечание для куратора: Является вселено-образующим персонажем, проходит по категории «главный злодей»

Доктор Айво Джулиус Роботник, он же доктор Эгман, уже пять минут наблюдал за юнцом, который ошивался возле секретного прохода на его базу. Сам паренек был невзрачен, но была одна любопытная деталь: у него за спиной был холщовый мешок с чем-то тяжелым. Мелькала у доктора пару раз озорная мысль напугать мальчишку. В темном гроте все было подготовлено для встречи таких вот случайных гостей: непонятные потусторонние звуки, еле заметные глазу голограммы призраков, имелся даже генератор запахов для такого случая. Эгман гордился своей гениальной идеей о гроте с призраками. Он вообще все свои идеи считал гениальными. В предвкушении веселого зрелища доктор даже нервно хихикал. Все пару нажатий на пару кнопок из бесчисленного множества, и веселый спектакль начался. Но единственный зритель оценил его неожиданно. Парень сначала недоуменно огляделся, после чего улыбнулся и начал говорить то, от чего у доктора Роботника отвисла челюсть:

– Док, я ценю ваше гостеприимство и верю в ваши возможности, но теперь выпендриваться необязательно. Дело довольно-таки серьезное. Речь идет об том, что случилось с вами четыре дня назад. Вы ведь помните это. Так вот, дальше будет хуже.

Доктор вспомнил тот инцидент. Конечно, рано или поздно это должно было случиться. Но то, что последовало после… Дело было в том, что Соник его ранил. Одним из своих прыжков он рассек ему руку почти до кости. Что ж, с этим все было понятно. У ежа были свои счеты с доктором. Самое странное произошло сразу же, как еж ударил его. Из всего мира исчезли цвета. Вообще, только черно-серо-белая гамма. Сначала доктору показалось, что это из-за удара у него что-то случилось со зрением. Но у других было то же самое. Соник, и тот казался напуганным. Он просто стоял и озирался вокруг как дурак. А его подружка, эта розовая ежиха, в голос вопила: «Соник, что с цветами, что ты наделал, почему исчезли цвета?». Остальные его дружки тоже не сразу сообразили, в чем дело. Надо признать, что доктор тогда тоже порядком перенервничал, но ему хватило ума воспользоваться суматохой и удрать. Ему пришлось наложить пять швов в своем лазарете. Цвета вернулись. Но вернулись они только тогда, когда роботы завязали ему бинт. У Роботника возникло странное чувство. Ему показалось, что нечто свыше не хотело крови. Бред, но что-то в этом было. Ведь и пропали цвета, как только пролилась кровь.

– Доктор Эгман, ау! Неужели я говорю в пустоту? Мне будет обидно. Ведь речь идет о том, чтобы спасти вашу вселенную. Разрушенную вселенную захватывать неудобно и бесполезно, согласитесь. Конечно, всеобщий приступ дальтонизма был временным, но это же не конец. Вам нечасто приходится кого-то спасать, но думаю, сейчас как раз такой момент. Ах да, чуть не забыл пропуск на вашу базу.

Теперь доктор встал с кресла, открыв рот. Неизвестный развязал мешок и вытянул оттуда лисенка. Того самого лисенка, который в списке врагов доктора Эгмана значился одним из самых первых номеров.

– Извините, ежика добыть труднее, но он нам тоже понадобится, так что готовьтесь, скоро все будут у вас.

Теперь все колебания и сомнения были позади. Еще пара нажатий и ход на базу был открыт. Легкая улыбка парня превратилась в ухмылку до ушей. Доктор тоже улыбался. Ведь подозрительного нахала можно было выкинуть с базы в любой момент. Особенно, после того, как Соник станет пленником доктора Эгмана.

Глава 17 – «Снова доктор»

Эгман не хотел быть невежливым, поэтому предложил гостю чая. А заодно ему хотелось похвастаться своими роботами. Но гость отреагировал на все равнодушно.

– Вас что, совсем не удивляют мои роботы?!

– После последних двух дней меня вообще очень трудно удивить. К тому же мне очень нравится выражение: «Красота спасет мир, а – пофигизм нервы».

– Грубо, грубо, молодой человек. Я бы предпочел термин «Философское равнодушие»

– Термин «пофигизм» мне ближе.

– Это же одно и то же!

– Термин «пофигизм» мне все равно ближе. Кстати, я Дима. А вас как называть? Эгман, или Роботник?

– Фамилия – Роботник, прозвище Эгман. В принципе, это неважно. Итак, Дима. Вы подарили мне победу над одним из моих хитрейших и умнейших врагов. Почему? – Доктор слегка нервничал, ведь это был его шанс. Шанс одолеть этих назойливых зверушек.

– Потому что вы самый подходящий кандидат для того, чтобы собрать около себя других подозреваемых.

– А чем плох Соник? Ведь он всех всегда спасает.

– Был такой вариант действий. Собрать всех во всеобщий крестовый поход против вас, нехорошего. А потом на месте и перепроверить. У плана был недостаток – вряд ли бы удалось собрать всех за один раз. Чтобы подозреваемые собрались, нужно нечто, что заинтересует их всех.

– А кто эти подозреваемые? Что они сделали?

– Начали провоцировать какой-то сбой, который грозит серьезными неприятностями. Не могли бы вы мне дать листок бумаги и ручку?

– Зачем? На моей базе все, что вы скажете, будет сохранено и учтено. Диктофон, компьютер – все, что вам будет угодно. Абсолютно все. Зачем же эти примитивные носители информации? – Роботник просто упивался своими возможностями. Здесь, на этой базе, он был царем и богом. И распространил бы это на весь мир, если бы не этот назойливый ежик. Но теперь явно что-то должно поменяться.

– Эгман, прошу вас не беспокоиться. Мне нужна бумага и ручка. Так мне будет удобнее.

– Как скажете. – Через пятнадцать секунд один из бесчисленного множества роботов принес белый лист бумаги и шариковую ручку.

Дмитрий немного задумался, после чего стал неторопливо выводить что-то на непонятном языке. Парень посмотрел на лист, нахмурился, хлопнул себя по лбу, извинился и вывел, уже на японском, следующее:

«Соник, Тэйлз, Наклз, Эми, Роботник, Шэдоу, Руж, Крим, Биг, Эспио, Вектор, Чарми, Метал Соник, Эмерл»

– Постойте, но здесь же мое…

Эгман не договорил. Внезапно он понял, что очень боится этого человека. Рука против воли потянулась к одной из кнопок. К той, что отвечала за всеобщую тревогу. Только очень большим усилием воли доктор отвел руку в сторону от кнопки. Не нужно всеобщей тревоги. Это слишком. Нужно только вызвать охрану, но руки от страха трясутся все сильнее и сильнее. Поэтому попасть по нужной кнопке под креслом тяжело. Внезапно страх уходит. Его, как и не было. Дима молчит с минуту, после чего берет ручку, зачеркивает там что-то, и говорит следующее:

– Поздравляю, док. Вашего имени здесь больше нет. Два есть, двенадцать осталось.

Примечание автора: все из списка являются обитателями вселенной «Sonic the hedgehog».

Глава 18 – «Второе проявление сбоя»

«Куда уехала ваша крыша? Вы хоть понимаете, с кем вы сотрудничаете? Тэйлз был прав. В данном мною списке Эгман был одним из самых первых номеров. Пакостит кто-то, прикрываясь мощными потоками творческой энергии. Это значит, что это нехорошее существо из основных персонажей, живущих в одном времени с Соником. Хорошо, хоть персонажей из прошлого и будущего проверять не надо»

Эта истерика продолжается уже битый час, а кто-то, помнится, хотел кого-нибудь мыслящего нестандартными категориями.

«Но не настолько же»

Голос явно нервничает, да и доктор тоже. Но главное: я его заинтересовал. Он очень внимательно слушает:

– Вот мой план. Пускается слух, что злодей всех времен и народов снова что-то замыслил. И тут же, как мухи на мед, слетаются наши подозреваемые. Мы их проверяем, и запираем на базе, чтобы усилить таинственность мероприятия и не вспугнуть гада. Операция «Ы», чтоб никто не догадался.

«Уже было, переименуйте»

– Глупое у вас название, Дмитрий. Пусть будет операция «Э». А, в общем, мне ваш подход нравится. – Улыбнулся доктор.

«А мне нет»

– Дима? Ты уверен, что проблемы создает кто-то из этого списка? Откуда ты это знаешь?

– Список подозреваемых дан мне лицом, приславшим меня сюда. Оно меня еще ни разу не обманывало, разве что предпочло остаться неизвестным.

– А если мы не найдем этого мифического порчуна? – Забеспокоился доктор. – Что тогда?

Действительно, голос, что тогда?

«Если не найдем, то я не знаю, что будет. Ничего хорошего»

– Я знаю немного. Но если не найдем, то дела наши х…

БИИИП!!! Этот звук не дал мне договорить. Мозг наполнился этим поганым, всепроникающим воем, который так обожаем любителями скандалов. Правда, по телевизору он куда тише. Когда этот звук возникает из ниоткуда, и по громкости доходит до болевого порога… К черту все, зажать уши руками, и упасть на пол, лишь бы не слышать этого! БИИИП!!! Оно не прекращается! Доктор пытается до меня докричаться, но это бесполезно. В мире не осталось ничего кроме этого звука. БИИИП!!!

«Что вы натворили? Вы же… Вы… Опять… Катастрофа. Молитесь, чтобы мне удалось устранить этот разрыв сетки. Черт, будьте же вы прокляты»

Не могу так больше!!! Этот незатухающий звук, идущий из ниоткуда прорезает мозг насквозь. Прошу! Все, что угодно, только исчезни! БИИИП!!! Бесполезно. Оно не уходит. Вселенная глушит все звуки этим. Клянусь, теперь я буду сдержаннее на язык! Все!!! Хватит!!! БИИИИИИИИП!!!

Внезапно звук ушел. Звон в ушах остался, но не было этого почти физического давления на уши.

– Что это было? – Сдавленно прошептал доктор Эгман, не поднимаясь с пола.

– Сбой, док, это был сбой.

«Будьте осторожны, черт возьми. Следующего раза сеть причин может и не пережить»

– Извините, док. – Сказал я минуты через три, когда отошел от этого ужасного звука.

– Да, Дмитрий.

– Мне нужна одежда.

– Зачем?

Вместо ответа я просунул руку сквозь иллюзию джинсового костюма.

– Но как?! Как это возможно?! – Иллюзия впечатлила Эгмана.

– Секрет фирмы. Я сам не знаю, как это возможно. «Я не знаю, как это возможно». Это можно сказать о многом. Я не знаю, как я переместился в другую вселенную, причем не один раз. Я не знаю, как возможно ваше существование. Я не знаю, как возможно то, что я остался жив, прошедшись по раскаленной лаве. Так, кстати, я лишился одежды. Я не знаю, как возможно то, что произошло сейчас. Вселенная и раньше так реагировала на грубые ругательства?

– Не знаю, не пробовал. – Задумался Роботник. – Но не думаю, что все в нашей вселенные святые. Что-то явно случилось. Кровь, мат. На что еще оно отреагирует?

«Сбой. Если бы сетка причин была цела, то вам бы и в голову не пришло ляпнуть такое»

Голос только что сказал мне большую глупость. Чтобы я, человек, воспитанный интернетом, выросший в стране, где матерятся, начиная с детского сада, не додумался сказать что-то матерное? Как такое бы произошло?

«Сеть причин – и не поспоришь»

– Дима! Так я должен пустить слух, что, например, хочу собрать все семь изумрудов хаоса?

– Именно.

– В твоем плане есть изъян.

– Может быть, но тот, что мне предложили, был хуже.

«Чем же?»

– Изначально планировалось собирать подозреваемых около Соника. Но у вас в этом плане преимущество. Есть возможность избежать утечки информации, заперев подозреваемых у вас. Плюс, как я уже говорил, те, кто нам нужны, потянуться к вам, чтобы выяснить, что здесь твориться.

– Вот тут-то и изъян. Один из подозреваемых, Наклз, ни за что не сорвется со своего поста, чтобы идти на эту базу. Парень просто повернут на необходимости охранять свой Мастер-изумруд. Черт! Если нам нужно привести сюда Наклза… Дима! Я знаю, что нужно делать. У меня просто гениальная идея! Почему ты улыбаешься? Ты думаешь о том, о чем и я?

Я бы не назвал это гениальной идеей. Скорее это было очевидным решением.

– Да, Эгман. Я думаю о том же…

Голос, мне нужна еще одна мозговая привязка.

«Я все понимаю. Алтарь Мастер-изумруда»

Глава 19 – «Снова ехидна»

Этим вечером Наклз был у алтаря. Как всегда. Он стерег Мастер-изумруд. Зеленый изумруд громаднейших размеров, обладающий магической силой. Именно она держит остров Ангела в воздухе. Сила, стражем которой Наклзу было суждено быть до конца жизни. Но он не жаловался. Жизнь его не была спокойной. Вот и теперь, он почувствовал, что недолго быть спокойствию. Ведь к нему опять шел человек. Опять этот странный человек. Только теперь он уже одет в красный костюм. Кого-то он ему в этом костюме определенно напоминает.

– Здравствуй, Наклз. У меня к тебе дело.

– Все-таки понадобилась моя помощь?

– Да, но нужно не скорую вызывать. Ты поверишь в то, что твоей вселенной приходит конец? Медленно, но верно.

– Знаешь, скорую, боюсь, вызвать надо. – Засмеялся Наклз.

– Вызывай, но могу поспорить, что полчаса назад ты лежал, зажав уши. А четыре дня назад у тебя случился приступ дальтонизма. Ты где-то на полчаса перестал различать цвета. Верно?

Наклз похолодел. Этот паренек был не так прост, как казался. Что-то в этой хищной улыбке ему не нравилось. Так улыбаются, когда знают, что все пройдет как нужно. Но что ему нужно? Может он просто самоуверенный дурень? Не похоже.

– Я угадал?

– Не угадал. Ты знал! Откуда?

– Меня отправили, чтобы разобраться с этой ерундой. И в списке подозреваемых есть один известный тебе человек. Угадай кто?

– Эгман? Но почему ты не пришел к Сонику? Он с ним знаком лучше моего, так сказать.

– А почему бы мне не пойти к тебе? Ты тоже силен в этих вопросах. Тем более есть один нюанс. Доктор собирается добить вселенную, выплеснув энергию всех семи изумрудов хаоса. Он уже почти справился. Не знаю, сколько ему там не хватает. Но есть один вариант, противовес. Ты мне поможешь?

– Ну, не знаю. Постойте? Вам нужен Мастер-изумруд? Вы этот противовес имели в виду? Ни за что!

Страх. Откуда-то взялся жуткий страх, какого еще не бывало. Захотелось куда-то убежать, что-то сделать. Но что?

– Наклз! Не хочу излишнего пафоса, но мир в опасности. Представь, что будет, если это дойдет до конца. Хотя, можешь не пытаться. Даже я этого не знаю, честно говоря. Мне нужна твоя помощь. – Дмитрий сверлил его взглядом. – Мне нужна твоя помощь. Ты пойдешь за мной вместе с главным изумрудом. Иначе ничего не выйдет. Так ты пойдешь со мной?

Липкое, мерзкое ощущение холода на душе внезапно ушло, оставив нехороший осадок. «Почему я так испугался?» – вопрос, ответа на который у Наклза не было. Дмитрий все еще ждал ответа. Затем он улыбнулся, достал какой-то лист бумаги, ручку, и что-то там зачеркнул.

– Это мои рабочие записи. Так ты со мной?

– Но мой остров упадет в море. Ты в курсе, что мы на острове Ангела, который парит в воздухе? И что необходимо держать Мастер-изумруд здесь?

Парень задумался. Затем заулыбался так, будто ему на ухо решение нашептали. Неизвестный сложил ладони в полусферу. Там появился какой-то камень подозрительно похожий на изумруд хаоса. Да чего уж там, почти неотличимый.

– Откуда оно у вас?

– Это не сам изумруд. Заменитель, которого хватит на две недели, может чуть больше. Успеем, не бойся. Мне очень не хочется задерживаться здесь дольше.

Дело было в том, что вселенная должна была развалиться на куски. Именно из-за этого Наклз хотел согласиться. По крайней мере, он пытался себя убедить, что это не от трусости.

– Да, я согласен.

Он попался. Попался как последний идиот. Он сидит теперь в камере доктора Эгмана. Главный изумруд у них. Дима и Эгман – сообщники. А теперь Дима стоит перед силовым полем, закрывающим камеру, и опять улыбается своей хищной улыбкой.

– Ты врал мне!!! – Наклз ударил кулаком по силовому полю, но его отбросило силовым полем.

– Только в одном: Роботник уже вычеркнут из списка подозреваемых. Насчет вселенной – чистейшая правда. Истерики бесполезны.

– Если ты хочешь нас спасти, почему ты ему помогаешь?!!

– До конца мероприятия ты отсюда все равно не выйдешь, так что теперь ты можешь узнать правду. И одно маленькое уточнение: это Роботник мне помогает. Скажем так, я провожу расследование. И мне нужно проверить некоторых подозреваемых. Можешь ознакомиться.

Дмитрий вынул из внутреннего кармана тот лист бумаги, который он назвал своими рабочими записями. Там был следующий список:

«Соник, Тэйлз, Наклз, Эми, Роботник, Шэдоу, Руж, Крим, Биг, Эспио, Вектор, Чарми, Метал Соник, Эмерл»

– Если мое имя вычеркнуто, то почему бы тебе не отпустить меня?

– Все должны свято верить, что доктор Эгман задумал очередную пакость. Не хватало, чтобы ты их разубедил.

– Почему имя Роботника вычеркнуто?

– Потому что он проверен.

– Как проверен? Но кто тогда?

– Проверен надежно. А сбой у вас вызывает кто-то из оставшихся. Именно это я и хочу выяснить. Кто?

– Ты говоришь, что спасаешь нас. А сам запер на базе Эгмана. Не ты ли это часом все разрушаешь? Зачем тебе нас спасать? Кто ты нам всем?

Улыбка Димы вдруг стала какой-то нехорошей. Лицо его исказилось от злости.

– Думаешь, я хочу вас всех спасать? Думаешь, меня кто-то спрашивал? Что ж, ты заслужил правду. В гробу я видал весь этот зоосад с вашими мегабулыжниками! Меня практически силой доставили сюда! К вашему счастью, мне удалось договориться о некоторой награде для себя. Так что теперь я костьми лягу, но найду засранца! Спокойной ночи!

Глава 20 – «Летучая мышь»

Краткая сводка о персонаже.

Самое употребляемое в первоисточнике имя: Руж.

Типаж: Роковая женщина.

Категория тайны персонажа: B – Разглашать только в экстренных случаях.

Рычаги психологического управления: Безграничная любовь к драгоценным камням (в творческих первоисточниках является воровкой, специализирующейся на редких драгоценных камнях). Надо отметить, несмотря на общий типаж, у персонажа есть базовые моральные принципы (возможно, это связано с тем, что фанаты хотят видеть ее доброй, а авторы творческих первоисточников вынуждены им подыгрывать).

Биологическое описание: Антропоморфная летучая мышь. Рост – около метра, размах крыльев – тот же. Возраст – между подростковым и молодым. Внешность полностью соответствует типажу, как и характер. Характер сильный, независимый (это обстоятельство затрудняет применение РПУ). Может дурить, очаровывать окружающих своей внешностью, чтобы добиться своего.

Примечание для куратора: Внешность, характер и типаж персонажа плохо соотносятся с творческими первоисточниками по морально-этическим соображениям, что может приводить к легким сбоям в сети причин. Поэтому все потоки творческой энергии, связанные с этим персонажем, рекомендуется взять под особый контроль.

Была глубокая ночь. Лучшее время для таких вот дел, на какое Руж собралась сегодня ночью. Пока все шло гладко. Снаряжение, уже сотню раз проверенное в деле, не сбоило. Сама она ошибок пока не совершала. Если учесть, что база Роботника была настоящей крепостью, то все было подозрительно легко. Камеры наблюдения, детекторы шума, движения, инфракрасные камеры, даже эхолокаторы, улавливающие сердцебиение. И после всего этого она просто пролезла по вентиляции. Подозрительно. Ведь она сама пять минут назад слышала, как в одном из коридоров доктор Эгман обсуждал с кем-то неизвестным, что они сегодня ждут гостей. Док был уверен, что они сцапают любого, кто сунется за изумрудами хаоса. А еще заявил, что хранятся они в машинном отделении, куда просто так не попасть. Нельзя было сказать, что все было элементарным. Руж пришлось слегка попотеть, чтобы отключить все охранные средства. Чего уж там, даже не слегка, а всерьез попотеть. Вот только ощущение, что ее ведут в ловушку не проходило.

Нехорошее предчувствие чуть не дошло до паники, когда она пробралась в машинное отделение. Она обшарила там все, но следов изумрудов хаоса не было. Эти камни были редчайшими. Во всем мире таких было всего лишь семь. Семь изумрудов хаоса. Всего лишь семь камешков невиданной красоты и внутренней мощи. Сила там была заключена огромная. Поэтому за этими изумрудами охотились все, кому не лень. И для нее это была одна из самых главных целей. Вот только ее здесь не было. Не было цели на месте. Не было ни одного изумруда хаоса. Может быть, на этой базе есть другое машинное отделение? На плане, который она получила из взломанного робота, ничего такого не было. Тогда где же чертовы изумруды?

Ответ не замедлил последовать. Внезапно включился свет и раздался голос:

– Черт! А мы вас ждали позже!

Даже потом, когда все закончилось, Руж не могла объяснить себе, чего она так испугалась. Она метнулась к ближайшему выходу, но оказалась в углу. К ней подходил какой-то странный юноша в красном костюме. Если бы она могла немного подумать, то Руж точно бы не боялась. Худой, почти костлявый, с серыми, бесцветными глазами и такими же волосами. Никаких боевых навыков в нем не виделось. Если можно было бы подумать, то противник не показался бы опасным. Но страх, уж извините за тавтологию, страшная сила. Разум просто отключился, и Руж начала отступать спиной вперед. Тот факт, что ее загнали в угол, привел опытную грабительницу в чувство. Даже упершись локтями в угол, сдаваться было рано. Даже когда перекрыты все выходы, есть возможность извернуться. Можно было заставить этого парня вызвать подмогу. Она же должна появиться из какой-то щели, должен появиться какой-то выход. А пока Руж приняла боевую стойку и прошипела сквозь зубы: «Без боя не дамся!»

Страх шел по нарастающей. Пульс участился раза в три, если не больше. «Чего ты боишься, дура? Это же человек, всего какой-то человек!» – Убеждать себя было бесполезно. В голове все смешалось. Критический момент наступил, когда он сделал еще один шаг. Этот незнакомец попытался заговорить, но был сбит с ног одной подсечкой. Руж просто метнулась к ближайшей двери и ударила по ней ногой. Потом еще. И еще раз. На стальной двери даже царапины не осталось. Руж метнулась в ту же вентиляционную трубу, из которой пришла. Проход был загорожен прибывшим роботом-ремонтником, которого здесь не должно было быть. Она сама отключила ремонтную службу базы, чтобы они не заделали проходы в вентиляции обратно. А хода обратно уже не было. Значит, дело было плохо. Но страх уже куда-то ушел. А человек в красном уже стоял с каким-то листком в руке. Он посмотрел на нее с досадой:

– А я уже надеялся. У вас же такая возможность была, если верить вашей сводке. Прошу вас, не суетитесь – это глупо и бесполезно. Все равно, до конца мероприятия вы вряд ли базу покинете.

Дверь распахнулась, и в машинное отделение пулей влетел доктор Эгман собственной персоной.

– Она уже здесь? Я подозревал, что она прибудет раньше всех, но чтобы так? Я же слух пустил всего шесть часов назад! – Как ни странно, доктор не был удивлен. Похоже, ее здесь действительно ждали. Теперь все, хоть немного прояснилось. Эти двое зачем-то пустили слух, что собирают изумруды хаоса. Чтобы пришла она и еще кто-то. Кто-то – это кто? И зачем эти кто-то нужны им? А она зачем им понадобилась?

– Кто вы такой?

– Дмитрий Горяченков. Я здесь для того, чтобы выяснить, какому ненормальному существу вздумалось затеять этот сбой.

– Сбой?

– Пройдемте со мной.

Что ж можно и пройти. Кажется, этот Дмитрий задумал дать кое-какие ответы. В следующем коридоре Роботник заявил:

– Извините, но с вашими шпионскими штучками придется расстаться. Вам пока не суждено связаться с начальством.

– В смысле? – Спросил Дима.

– Она, вдобавок ко всему, правительственный агент. Руж, не упрямьтесь, лучше добровольно сдайте три жучка, которые опознаны моей охранной системой.

– Хорошо! Но сначала скажите, как вы меня поймали. Я до последнего была уверена, что вся охрана отключена.

– Она и была отключена. – Прояснил Дмитрий.– Мы чуть вас не прозевали. Вас остановил последний барьер.

– Дима, не надо! Зачем раскрывать нашу гениальную задумку?

– Нет, пусть уж узнает. Вы действительно обошли все системы. Почти все. Но мы специально для вас установили сегодня датчик запаха. И настроили его на этиловый спирт. Поэтому этот сканер среагировал на вас. Не очень мы на него рассчитывали, но на всякий случай поставили. Мы надеялись, что вы попадетесь раньше. Теперь сдавайте всю свою электронную начинку.

Руж начала неохотно вынимать жучки. Она так ничего и не поняла.

– Причем тут спирт? Я что, алкоголичка, по-вашему?

– А из чего духи делаются? – Нехорошо ухмыльнулся Эгман.

Все верно, на основе этилового спирта. Изящная ловушка, в такие нельзя попадаться. Но Руж попалась.

Глава 21 – «Сотрудничество»

«Не спорю, с духами изящно вышло. Ваша общая придумка сработала. Да и использовать побочные эффекты проверки для манипулирования персонажами тоже неплохо. Но что вы с Соником будете делать?»

Буду готовиться к встрече. Пока развлеку даму веселым рассказом.

«Как вы эту вселенную чуть не угробили? Веселее некуда»

– Теперь, когда никто нас больше не подслушает, можно рассказать. Руж, вы же помните то, что случилось сегодня ближе к вечеру?

Судя, по тому, как скривилась Руж, она помнила более чем прекрасно. А у летучих мышей слух хороший, тонкий и чуткий. Ей должно было запомниться. Я продолжил:

– А дней пять назад, по-моему, была всеобщая эпидемия дальтонизма. Было ведь?

– Было. – Подтвердила Руж. – А как это относится к моей поимке.

– Пакостит кто-то из этого списка. – Я протянул ей уже порядком помятый листок.

«Соник, Тэйлз, Наклз, Эми, Роботник, Шэдоу, Руж, Крим, Биг, Эспио, Вектор, Чарми, Метал Соник, Эмерл»

– Из-за этого вы меня приволокли сюда? И почему мое имя уже вычеркнуто?

– Я вас уже проверил. Есть способ с одним неприятным побочным эффектом. Панический страх во время проверки.

– Ясно. И вы планируете притащить всех сюда, просто пустив слух? Тот, кого вы ищете, не пойдет к вам навстречу, если все узнают, о том, что вы проводите расследование. Из-за этого вы запираете проверенных подозреваемых? В целях секретности? Поэтому не собираетесь меня выпускать. Верно? У вас несовершенный план. – Подытожила Руж.

«И я вам о том же»

Голос, твой план был не лучше. И в чем его недостатки?

– Вычеркнутые имена автоматически означает, что они заперты на этой базе по соображениям секретности? Я правильно поняла? – Руж дождалась моего кивка головой и продолжила. – Их тоже здесь удержать надо. Сумеете? Сомневаюсь. Даже если вы всех удержите, не все пойдут. Зачем сюда идти, например, Крим? Она же шестилетняя девочка, маленькая крольчиха. Биг, здоровенный кот, тоже вряд ли явится. Вам нужно их сюда как-то завлечь.

«Вот, вот оно»

– А вы предыдущий план послушайте: объявить доктора во всем виноватым, наябедничать Сонику, собрать всеобщий крестовый поход и перепроверить всех попутно, надеясь, что подозреваемые не разбегутся, как тараканы. – Сказал я.

Руж крутанула пальцем у виска.

– План, хоть, не ваш был? – Вставил Роботник свои пять копеек.

– Нет. – С гордостью ответил я.

Ну, что, Голос, съел?

«А думаете, ваш план получится?»

– Как их заманивать будем, Дмитрий? – Спросил доктор.

Идея. Еще одна идея. Должно сработать, идея даже не абсурдная.

– Руж, теперь порассуждаю я. То, что вы сами не провоцировали сбой, не значит, что вы не в сговоре с поганцем. Но даже если он сумел вас нанять, то у меня есть одна мысль… Знаете что… У нас нет никаких изумрудов хаоса…

– Подожди, Дмитрий, это же не то, о чем я сейчас подумал? – Забеспокоился Эгман.

– Оно, оно. Пройдемте обратно в машинное отделение.

На обратном пути я внимательнее присмотрелся к этой воровке. Сводка не врала, уже от одного ее присутствия в этой вселенной сеть причин могла завязаться узлом. Перчатки до локтя, обтягивающий фиолетовый костюм, лиф в виде сердца, закрывающий внушительный бюст. Зрелый образ получился. Такая дама, если ей что-нибудь понадобится, даже спрашивать не будет, а заведет в темный угол и соблазнит/ ограбит / обломает (нужное ей подчеркнуть). Везет же мне, что я не летучая мышь. Или не везет?

– Дима, мы же не можем отдать ей… – Эгман явно нервничал, он меня понял.

– Можем, док, можем. Или вы не хотите упускать такую вещь?

– Не хочу! Должен же этот балаган хоть как-то соотноситься с моими интересами?

– Должен. В ваших интересах не довести сбой до конца. И если вдруг дойдет… Мне сказали, что в случае чего может быть все что угодно. Есть шанс и на ваш успех.

Доктор после этих слов хищно улыбнулся:

– Ну, тогда…

– Один из миллиарда. – Мстительно добавил я. – Вы меня правильно поняли, я предлагаю нанять Руж, дав ей то, от чего она не сможет отказаться. И обманывать ее я не собираюсь, если вы и об этом подумали.

«Насчет „один из миллиарда“ угадали. Так оно, по большому счету, и есть. Что будет, предугадать невозможно. Но кто бы это не задумал, не думаю, что уничтожать сеть причин, содержащую все законы вселенной, разумно»

Мы уже как раз зашли в машинное отделение.

– Ребята, не тяните, я заинтригована.

– Док, показывайте главный приз. – Торжественно объявил я.

– Дмитрий, мы точно отдадим ей это?

– Точно, док. А почему нет?

– А почему да? Почему?

– Чтобы уж точно согласилась.

– О чем вы? Я уже сгораю от любопытства. Не тяните. – Капризно объявила Руж.

Роботник бросил на меня злобный взгляд. Пробормотал что-то вроде «и я вас всех в гробу видал», затем нажал еще одну из каких-то кнопок. Одна из стенок поползла вверх. Зеленоватый блеск осветил восхищенное лицо летучей мыши.

– Главный изумруд… – Благоговейный шепот, значит, я подобрал правильный стимул.

– А теперь один риторический вопрос: вы согласны помочь мне завершить расследование?

– Я, конечно, рада, но есть нюанс. Один надоедливый страж, который точно…

– Дорогуша, список все еще у тебя в руке, а ты сама говорила, что зачеркнутые имена автоматически означают заточение на базе. – Воспоминание о пленниках явно подняло Эгману настроение.

– Имя Наклза вычеркнуто. Значит…

– Руж, так вы…

Она мне даже рта не дала раскрыть:

– Вопрос риторический! Я согласна.

– И не работаете пока на правительство. – Уточнил я.

– Пока не работаю. Давайте теперь в спокойной обстановке пересмотрим список.

«Оба союзника опасны, будьте осторожнее»

Хорошо, Голос, я буду с ними осторожен.

Глава 22 – «Еж»

Краткая сводка о персонаже.

Самое употребляемое в первоисточнике имя: Соник.

Типаж: ГДСМ (герой, добряк, спаситель мира).

Категория тайны персонажа: A – Не разглашать ни при каких обстоятельствах.

Рычаги психологического управления: Типичные для типажа ГДСМ рычаги можно сочетать с некоторой склонностью к необдуманным поступкам. Правда, злоупотреблять этим не стоит.

Биологическое описание: Синий антропоморфный еж размером около метра. Возраст подростковый. Характер беззаботный. Из ключевых особенностей способность к бегу с сверхзвуковой скоростью.

Примечание для куратора: Является вселено-образующим персонажем. Проходит по категории «главный герой»

Уже четвертый день Соника глодало беспокойство. С тех пор, как он залез на ту базу Роботника… Да что теперь говорить? Тогда все не задалось с самого начала. С утра он подвернул ногу. Надо сказать, что с ним давно такого не бывало. А потом, откуда ни возьмись, прибежала Эми. Прелестная розовая ежиха. Она свято верила, что Соник ее парень, будущий муж и отец ее детей (в будущем, слава богу). Беда была в том, что мнения Соника она никогда не спрашивала. А возразить было тяжело. Характер у Эми был импульсивный, плюс к тому, она всегда таскала с собой здоровенный молот. Так что возражалось как-то не очень. И надо же было такому случиться, что именно она бросилась ему на помощь. Откуда она взялась посреди леса, для Соника до сих пор было загадкой. «Случайно набрела» – если бы Соник не бегал со скоростью около двухсот-трехсот километров в час, нисколько не напрягаясь, он бы подумал, что Эми за ним следит. Ладно, просто бы помогла, ногу вправила, это все ерунда. Но когда чуть позже эта девчонка увязалась за ним на базу Эгмана… Предложила, так сказать, посильную помощь. Нет, Соник, конечно, пытался возражать. Но все возражения были пресечены. Добрым словом. Точнее, добрым словом и молотом. Хорошо, хоть, не по голове (иногда и такое бывало, слава богу, спастись бегством было нетрудно).

Они все-таки добрались на ту базу, не без приключений, естественно. Ковровой дорожки, им там, само собой, не предлагали. Был, конечно, батальон злобных роботов, но это было не очень приятной заменой. А так, встретили не хуже обычного. Опять злобные планы по захвату планеты и созданию своей империи. Роботник никогда не изменял себе. Он попался, как и раньше. Разглагольствовал, как дурень, о своих «гениальных» планах, а Соник нанес удар. Удар по серой летающей машине, с которой Роботник не расставался. Но удар получился чуть удачнее, чуть сильнее, чуть страшнее, чем нужно. Потому что попал Соник не в летающую машину, а в руку Роботника. Даже уходя в могилу, не забудешь это ощущение: иглы рассекают плоть, кровь остается на спине. «Я же целился по машине. Он сам руку подставил. Я ни в чем не виноват. После того, что Эгман натворил, он еще и не такое заслужил» – Эти слова, которые Соник повторял себе, не помогали ни в первый, ни во второй, ни в третий, ни в сто третий раз. Он чувствовал себя хуже некуда. Два раза под душем вымылся, а все без толку. Ощущение чего-то липкого, противного на спине не уходило. Вода смыла кровь, слова успокоили совесть, но что смоет грязь с души?

Так не должно было быть. Не должна была проливаться кровь. Так не должно было быть! И неважно, что доказывает разум. Это даже не «око за око», это – «наименьшее из двух зол». Аргументы разума вполне ясны и конкретны: «Роботник должен быть остановлен». Вот только добавочное «любой ценой» смущает, не дает покоя, кажется неверным. Так не должно быть. Разум говорит правду, но душе все равно нет покоя. Почему? Рано или поздно это должно было случиться. Злобный гений должен был получить свое. Что было не так? Исчезнувшие цвета? Они мало волновали Соника. Он бы и не заметил этого, если бы не Эми. Она испугалась того, что исчезли цвета. А Соник испугался того, что исчезло… Это даже нельзя было передать словами. Пропала уверенность в себе, чувство правды. Все эти слова лишь частично передавали его состояние души.

С этими мыслями он и встретил утро того злополучного дня. Да, Эми его опять отловила, пыталась подбодрить, говорила тоже, что Соник уже три дня повторял себе. Но почему-то стало легче. Хоть и ненамного, но и то хлеб. Ирония судьбы: Эми приносила ему обычно беспокойство, а теперь принесла покой.

А когда Соник пытался развеять неприятное чувство в беге, его застал этот жуткий звук, перемалывающий мозг. Минут пять все было наполнено чем-то жутким и всезаглушающим. Опять было что-то не так. Это нечто было чем-то схоже с исчезнувшими цветами. Соника осенило: Тэйлз, его старый друг, должен был понять, в чем было дело. Он с ним уже с тех пор, как забрел на ту злополучную базу ни разу не поговорил. Это же надо быть таким дураком, чтобы не обратиться за помощью к лучшему другу! Возникшее в душе равновесие рассыпалось, как карточный домик, когда Соник не смог с ним связаться. Тэйлз не отвечал. Уже через пятнадцать минут, в мастерской, Соник изучал записи Тэйлза, пытаясь разобраться, куда он мог подеваться. Он говорил, что где у него записано предполагаемое местоположение Роботника. Была перекопана вся мастерская, все тайники, пересмотрены все бумажки. Всю ночь Соник рылся в мастерской. Солнце уже давно встало над землей. С приходом солнца все сильнее становилось отчаянье. И ведь как-то так получилось, что среди вороха чертежей, уравнений и просто записей попалась бумажка, на которой было нарисовано схематичное изображение робота. Подписано было так: «Эгман? Китовая лагуна?». Очевидно, Тэйлз, подозревал, что там база Роботника. А если об этих подозрениях проведал Роботник? Решение было очевидным:

– Я иду к тебе, Тэйлз! – И вновь все в порядке. В душе снова покой. Все будет хорошо, уж Соник постарается. Он выручит Тэйлза. С ними и не такие передряги бывали. Все будет хорошо.

Соник удрал в китовую лагуну так быстро, что не заметил, как следом из кустов вылетел некто в розовом платье. Этот некто, точнее она, решила, что не оставит Соника в такую минуту. Она пойдет за ним в огонь и воду, чтобы Соник там о себе не думал. Сжимая в руке тот листок, с подсказкой, Эми Роуз приняла твердое решение пойти вслед за Соником. А затем ее заинтересованный взгляд упал на чертежи некоего устройства, которое называлось «Хаос-порт». Телепортация при помощи изумруда хаоса. Что ж, это тоже вариант. Жаль, Соник его упустил. Хотя нет. Так даже лучше. Она успеет перехватить его. Еще одно решение было принято твердо и бесповоротно.

Похоже, это и было логическим продолжением операции «Э».

Глава 23 – «Производственное совещание»

Я побаивался, что Руж удерет с камнем, пока мы будем спать. Где там… Она сама нас очень жестко подняла. Деятельная особа, что тут скажешь. И вновь чаепитие. Мы уже втроем обдумываем план.

«Может, все-таки вчетвером?»

Извини, голос, вчетвером. Четвертый будет бухтеть, что ничего не понимает. Тоже очень нужное дело. Не, голос, ты только посмотри, Руж взялась за дело с большим энтузиазмом. Она все вертела список в руках, даже не притронувшись к чаю.

– Руж, какие у вас мысли? Руж, ау! – Мне пришлось щелкнуть пальцами у нее перед носом, чтобы вернуть эту авантюристку к действительности.

– Мыслей очень много. Давайте по списку. Итак, Соник. Теперь он точно сюда прибежит. Но разве вы его здесь удержите?

– Придется. – Вздохнул я.

– Как же, интересно? Я уже давно пытаюсь. И ничего у меня не вышло. – Усмехнулся Роботник.

Я еще раз мысленно перебрал то, что освоил. Иллюзии оптические и акустические – это раз. Тот парализатор, которым меня обработал Сальвадор Комего – это два. Манипуляции с материальными объектами – это три. Нет, это две целых одна тысячная, потому что шансы уронить Сонику на голову что-нибудь тяжелое были невелики.

«Да у вас вообще нет шансов. Вселено-образующий главный герой. Одолеть его в бою все еще невозможно. Да, сеть причин слегка ослабела. Но у Соника карт-бланш. Вселенная не допустит его проигрыша»

– Ситуацию с ежиком я еще обмозгую. Что там дальше?

– Эми Роуз. Если вы думаете справиться с Соником, то здесь проблем быть не должно. Она обязательно прибежит за ним. Так что проблема с Роуз сводится к проблеме с нашим реактивным другом. Дальше Шэдоу. Черно-красный еж. По скорости тот же Соник. Но с ним будет проще, потому что он не заинтересован в разрушении вашего плана. В отличие от Соника. Мы с Шэдоу коллеги. Теперь он работает на GUN – правительственную военную организацию. Как и я.

– Пока вы не… – Начал доктор.

– Помню, помню. Шэдоу я приведу. За это не волнуйтесь. Дальше… Дальше у нас шестилетняя крольчиха. Крим – разрушительница вселенной? Так, по-вашему, получается? Я слегка сомневаюсь в адекватности составителя списка.

– Иногда и у меня возникали сомнения. Но составитель списка меня еще ни разу не обманывал, как ни странно. Да, и есть один критерий отбора.

– Какой же это критерий? Что общего между мною, гениальным ученым, и какой-то маленькой девочкой? – Заворчал доктор.

– Возможность. Способность творить то, что вы уже наблюдали. Это называется сбой.

«Частичное разглашение терминологии. Не катастрофа, просто плохой стиль погружения. На будущее»

– Вернемся к списку, мальчики, вернемся к списку. Биг. Здоровенный фиолетовый кот, которому абсолютно нечего делать здесь. Несмотря на все изумруды хаоса. Похоже, Бига и Крим придется похищать. Или придумать что-то, что их заманит. О! Эта троица мне знакома. Эспио, Чарми и Вектор. Хамелеон, пчела и аллигатор. Так называемое детективное агентство «Хаотикс». Никаких проблем. Прибегут сами. Это без вопросов. Эти доморощенные детективы везде свой любопытный нос сунут. Так-так-так. Метал Соник.

– Дмитрий, можешь хоть сейчас пойти перепроверить эту поганую кучу металлолома. Он до сих пор лежит у меня на базе. По-моему даже на этой. Даже не знаю, что ты будешь проверять.

«Включен в список для галочки. На всякий»

– Эмерл…

– Даже вспоминать не хочу. Я его создал, а он… Сначала возомнил себя живым существом, потом чуть все не уничтожил. Свихнулся попросту говоря. Ненавижу это ненормальное существо!

– Док, не отвлекайтесь. Где он?

– Живет у той крольчихи. Как там ее… Крим.

– Вот и весь список. Две проблемы – Соник, потому что придет, и все остальные, потому что не придут.

– Руж, не надо так пессимистично. Некоторые, как вы сказали…

В этот момент какой-то писк оборвал меня на полуслове, до смерти перепугав Эгмана.

– Соник! Будет здесь через пять минут! Мои сканеры его только что засекли.

– Насколько его смогут задержать ваши роботы? – К встрече с Соником я был не готов.

– Да мое воинство…

– Док! Отвечайте честно. Если план накроется, нам всем… Ну, я уже пытался сказать.

– Час.

– Что же вы, Дмитрий, собрались с Соником воевать? Знаете, что делать? – Этот игривый тон меня из себя выводит. Руж со всеми так разговаривает, или принимает меня за зоофила?

«Игривый тон? Она еще даже не начинала с вами флиртовать. Вы еще не слышали ее игривого тона»

– Честно говоря, я не знаю, что делать с этим гипер-ежом. Мне нужно время, чтобы подготовиться. – «Если я вообще сумею» договаривать я не стал.

– Бежим! На другую базу! Хватаем пленников и едем туда, где он нас не найдет! Выиграем время!

– Эй! Не забудьте главный изумруд! -Руж, похоже, готова удавиться за этот камень.

«А Соник готов удавиться за своего друга. Влипли. Бежите. Конец операции „Э“! Однозначно конец»

Голос, не нервничай. Все еще обойдется. Мне просто нужно время на подготовку к встрече.

«Ну-ну. Вы большой оптимист. Кто-то очень злобный говорил мне, что оптимист – это существо, умеющее убеждать других поверить в то, во что не верит он сам»

А самое плохое то, что теперь это определение оптимиста идеально ко мне подошло. Что мне делать с этим ежом? Черт! Похоже, вариант один.

«Какой?»

Проверить его последним.

«Что ж, придется так и сделать»

Глава 24 – «Снова лис»

Тэйлз просидел в камере целый день и целую ночь, думая как удрать. Заперли. Заперли, а он ничего не мог сделать. Что теперь? Что делать? Крепость, а не камера. Только видимых детекторов было штук пять. Если не приглядываться, то путь был свободен. Поле, закрывающее выход, было незаметным. Это раздражало еще больше. Ей-богу, лучше бы там были решетки!

Мысли, мысли, мысли. Сон подкрался незаметно, используя мысли как прикрытие. Проснулся Тэйлз от какого-то шума. Глаза открылись и сразу же закрылись. Как-то ненормально выглядело увиденное. Камера двигалась. Или двигался коридор?

– Дмитрий, неужели вы ничего не можете сделать? – Знакомый голос. Роботник.

– Кое-что могу. Но это недостаточно.

– Значит, удираем по подземному ходу?

– Удираем. С Соником не справиться. То, что с этой базы несколько выходов нам на руку.

– Пятьдесят штук. Из которых сорок ложные. Этот синий уродец меня почти параноиком сделал!

Двигалась камера. Она куда-то ехала. Куда? Через полминуты коридор стал шире. Этот широченный коридор явно был транспортным. Их перевозят. Это плохо. Но Соник их уже ищет. Значит, шанс есть. А если он не успеет? Нет, нужно как дать ему знать, что их куда-то увозят. Да так, чтобы Соник понял куда.

– Ты меня уже достала! Окончательно!!! – Еще один знакомый голос. Наклз.

– Что, опять попался? Бедный Наки. Как же это так получилось? Опять тебя обманули, бедного и несчастного. – А это уже Руж.

– Заткнись! Заткнись!!! Тебя кто сюда вообще звал?

– Ишь ты! А тебя?

– Я его сюда заманил. Руж, прекратите измываться. – Дмитрий. Он заодно с Эгманом. Надо же. – Я уже не могу слушать. Как говорил один мой знакомый, раньше и за меньшее убивали.

– Вот-вот! Согласен! Так оно и будет, когда я до нее доберусь!

– Доберись сначала.

– Так, Руж, к вам большая просьба.

– Какая же, Дмитрий?

– Издевайтесь жестами. Тебя это тоже касается, мой краснокожий друг. – В голосе Дмитрия уже было глухое раздражение.

– Эта дрянь начала первой!

– А меня не волнует. Я бы даже грубее сказал, если бы мог. Такое чувство, что вы начали еще в детском саду, и с тех пор не развились абсолютно.

Надо что-то делать. Может аккуратно оставить здесь обувь. А что? Оставить один кроссовок так, чтобы заметил Соник. Нет, они тоже заметят. Поле! Проклятое поле. Были бы металлические решетки, было бы проще оставить знак. Надо быстрее что-то делать, иначе их с Наклзом так и увезут.

– Я могу сделать поле на двери камеры звуконепроницаемым. Там чуть-чуть с параметрами поколдовать. – Эгман! Что они теперь задумали?

– Значит, я больше не услышу нашего злюку? Обидно, век бы слушала, как он ругается, а сделать мне ничего не может.

– Я до тебя доберусь! Не сейчас, так потом!

– Док, давайте для профилактики подобной ругани запрем их вдвоем в камере.

– Что?! Не надо. Я лучше умолкну. Ее проще терпеть на расстоянии! – Наклз себе не изменяет, как и Руж.

– Что, боишься, Наки?

– Уберите ее!!! Или я за себя не отвечаю!

– Заткнитесь оба! Это поле, основанное на электромагнетизме, не пропустит ни живое существо, ни металлические предметы. Так что шансов на то, чтобы выяснить отношение сейчас, у вас нет. Благодаря этому полю…

– Док. Не начинайте опять, ладно. Вы уже в третий раз рассказываете.

– Руж, ты сомневаешься в моей гениальности?

– Вам даже постоянно приводят доказательства в обратном. Почему бы мне не сомневаться?

– Кто? Какие доказательства?

– Не напоминай мне о нем!

Судя по звуку, камеры Тэйлза и Наклза едут рядом, стенка к стенке. А эта троица идет с той стороны, где дверь в камеру Наклза. И они еще не знают, что Тэйлз проснулся. Нужно оставить какой-то след. Может, через поле пройдет что-нибудь из его одежды? Одежда же не живая, и не металлическая. Эгман – позер, это тоже его слабое место. Нужно бросить что-то такое, чтобы не выделялось на этом полу. Но что? Пол покрыт чередующимися полосами шириной сантиметров в десять. Красного и синего цвета. Что не будет бросаться в глаза? Черт! У него же только комбинезон при себе. Слишком большой и оранжевый. Что еще? Майка? Нет, она белая. Трусы тоже. Стоп! Он же перед пленением хотел пойти искупаться! Даже надел красные плавки! Самое оно! Главное только суметь бросить их на красную полосу. Одна из красных полос идет вдоль стены. Очень удобно бросать, главное несильно попасть в стену, а дальше плавки сами упадут куда нужно. Даже если они обернутся, могут и не заметить. Теперь нужно все сделать очень тихо. Тэйлз улыбнулся. Будет смешно, если его застанут в таком виде, со спущенными штанами и с трусами наизготовку. Тогда оставшуюся часть дороги Руж будет издеваться над ним. Кажется, его не слышат. Только бы удачно метнуть… Ладно, хватит мяться, один бросок, и все. Есть! Плавки упали удачно. Теперь тихо, не привлекая внимания, одеться. Пульс чаще всех норм. Только бы не заметили.

– Ладно, я пойду, посмотрю, как там наш лис ученый.

Дима идет! Теперь нужно притвориться, что спишь. Шаги все ближе – пульс все чаще. Тэйлз вдруг почувствовал, что на него упало что-то легкое.

– Куска мела и хлебных крошек не нашел? Оригинальное решение. – Тихий шепот Дмитрия.

Он заметил оставленный знак. Мало того что план дурацкий, так он еще и провалился так легко. Обидно и стыдно. Проклятье! Что теперь делать? Все пропало! Соник их не найдет! Нужно что-то самим думать.

– Для ежика след оставил? Не волнуйся. Еще свидитесь. Расследование закончится, и я всех по домам распущу. Мне вас держать и сто лет не нужно.

– Слабо верится. – Тихо ответил Тэйлз. Притворяться, что спишь уже бесполезно.

– Ну? Он уже проснулся?

– Проснулся, док, проснулся! Он тут даже пытался след на полу оставить.

– Какой след? – Это Руж, теперь от ее языка точно не спастись.

– Трусы выкинул на пол. Думал, что Соник их найдет, и отыщет нас по следу. – Дима! Вот ведь предатель!

Теперь все трое подошли к двери камеры Тэйлза.

– Надо же! Пытался дружка предупредить. Ну, ничего, ничего. Через две минуты мы сядем на транспорт, и уедем по подземному ходу туда, где Соник нас не найдет. – Гаденький хохот завершил короткую речь Эгмана.

– Неплохая придумочка. Было бы весело, если бы мы тебя застукали. – Ухмыльнулась Руж.

– Я смотрю, кое-кто знает толк в непристойностях!

– Рыбак – рыбака?

– Проклятая девчонка! Не можешь найти себе нормального кавалера? Предпочитаешь надо мною издеваться?

– А одно другому разве может помешать?

– Дрянь! Почему ты с ними заодно?

– Мне кое-что пообещали. Один очень хороший и ценный камешек.

– Ты намекаешь на…

– Да, я намекаю на один очень крупный изумрудик.

– Да скорее конец света наступит, чем я позволю тебе заполучить Мастер-изумруд! Слышишь?!

– Пойду-ка я лучше к тебе, чтобы лучше слышать. Заодно посмотрю, как ты смешно теперь выглядишь.

Тэйлз окончательно пал духом. Соник будет его искать, это само собой. Но успеет ли он остановить этих троих? И что они задумали?

– Что вы задумали? – Можно ведь попытаться спросить прямо.

– Найти с помощью доктора Эгмана и Руж ту скотину, которая устраивает сбой. – Сказав это, Дмитрий ушел.

И тут надежда воскресла тогда, когда ее уже не ждали. Когда камеры уже грузили на монорельсовый грузовой поезд, Тэйлз чуть не закричал от волнения. Около поворота тоннеля лежали светло-синие семейные трусы. Но откуда?

– Наклз… – Прошептал лисенок тихо-тихо. А про себя подумал: «Нашелся все-таки еще один ненормальный».

Глава 25 – «Тяжелое положение»

Мы едем на какую-то другую базу на каком-то большом монорельсовом поезде. Две камеры, размером со среднюю комнату, и главный изумруд выглядят очень мелко на фоне вагонной платформы. Она по размеру не намного меньше футбольного поля. Едем быстро, ветер свистит в подземном тоннеле. Я же отчаянно штудирую глоссарий. Меня привлекла такая возможность, как акустическая стимуляция и акустическое воздействие. Голос, у вас музыку используют как оружие?

«Не только. Музыка – величайший двигатель творческой энергии. А ее воздействие, при синхронизации с душой может быть очень сильным. Если вы хотите использовать эту музыку против Соника, то вам нужно найти что-то такое, чтобы поддавало бодрости вам и одновременно угнетало, давило на Соника. Иначе вы не уравняете ваши шансы»

Мы же, кажется, от него удрали.

«Соник так просто не отступится»

Надоел мне твой Соник. Я теперь понимаю доктора Эгмана. Музыка. Если глоссарий не врет, то она может подчинить себе душу.

«В некотором смысле. Это не подчинение, а синхронизация. Душа и тело действуют в такт с музыкальной композицией, создавая воистину необычные эффекты»

Интересно, я вижу его вдали, потому что постоянно о нем думаю?

– Док! Идите, взгляните. У меня глюки, или это действительно так?

– Соник! Что делать?

Да, он все-таки нас догоняет, несмотря на это бегство. Похоже, битвы не избежать. Ладно, Дима, думай. Может что-нибудь и придумаем. Голос?

«Залезли, извините меня, в глубокую задницу. Сами теперь и выбирайтесь»

Ладно, как скажешь.

«Начать. Сервисные. Изменение веса. Захват объекта из зрительного образа: кроссовки Соника. Выбрано два физических тела. Внимание, рост затрачиваемой энергии является кубической функцией. Максимальное значение нового веса из оптимального диапазона: 7, 143 кг. Установить или выбрать другое значение? Установить»

Семь кило – тоже неплохо. Лучше бы пару центнеров, но когда твои кроссовки резко набирает вес до семи килограмм, а ты мчишься со скоростью гоночного болида… Соника дергает за ноги, и он просто падает. Но мелкий гаденыш упрям. Он делает еще несколько шагов. Молюсь, чтобы он нескоро догадался снять злополучную обувь. Поезд улетает вдаль, но надолго ежика так не задержишь. Что же делать?

«Психическая атака: матросы на зебрах»

Тоже идея, придется пробовать.

«Любите же вы абсурдные идеи. И почему они у вас срабатывают?»

А еще музыка. Какая музыка мне поможет? Усилит мою реакцию, а всем остальным сделает худо.

«Подбирайте. Восприятие музыки индивидуально, а значит, шанс есть. Плюс принцип „Любимая музыка навредить не может“. Точнее, вредит не так сильно. Что подойдет? Метал, рок, панк, хард-рок, рэп?»

Какой на хрен рэп? Ты бы еще поп-музыку вспомнил.

«Тоже используется в редких случаях»

Может твой чудо-модуль расскажет мне, как подобрать нужную музыку?

«Есть комбинация для подбора музыки под настроение. Называется, комбинация Городецкого. Но у нее есть недостаток выражаемый в двух словах»

Именно?

«Русский рок. Комбинация создал русский погруженец, фанатевший от родной музыки. Как итог – подбирает действительно под настроение, но в 95% случаев оно выдает тебе русский рок»

Не-не-не, Дэвид Блэйн. Не надо мне русского рока. Единственное, что я оттуда перевариваю – это «Король и шут». И то, потому что это сказки моего детства и для меня они никак не ассоциируются с роком. Иногда еще «Пилот», но исключительно под настроение. Все не то, и все не так. Все, что подбодрит меня, подбодрит его. Можно, конечно, завинтить такой зверский металл, что я горы сверну, но и Соник тогда станет мегазверем. А может индастриал?

«Какой индастриал?»

Словенский.

«Чего?»

Старенький такой, Laibach. Могу я эту группу запустить? Люблю я этих ребят, есть что-то в их ранних альбомах.

«Сейчас будет. Он, кажется, вас догоняет»

Да, Соник нас догоняет, но уже не так быстро. Из днища монорельсового поезда вылетает несколько мелких роботов. Они стреляют, жужжат, летают, пытаются задеть ежика. Но бесполезно. Роботы и тридцати секунд не выдерживают. Еж пулей влетает на платформу с семейными трусами в руках. Так, плавки я лисенку вернул… Черт, а идиотские идеи на удивление заразительны. Проклятая ехидна!

– Эй! Чей это размерчик? – Голос несмотря ни на что бодрый.

– Наки? – У Руж появилась новая тема для подколок.

– Да, это мои. Соник, может, все-таки найдешь возможность отдать их мне? – Подтвердилась моя догадка, подбросил все-таки след наш вождь краснокожих.

– Эй вы, прекратите держать моих друзей взаперти! – Закричал еж, держа трусы, как солдат полковое знамя.

Надо же! У меня самая большая проблема в жизни, а я стою и думаю: «Только бы не заржать». Нет, вроде бы все в порядке. Смелость в зеленых глазах, стройность, длинные иглы. Веселая улыбка героя. Но одежда на этом синем еже… Если вселенная – живое существо, то у нее есть чувство юмора. Я улыбался во весь рот, глядя на тот джентльменский набор, который часто наблюдал в подворотнях. Драная мастерка, худоба и тонкие руки, усиливающая этот эффект, утерянные кроссовки, дорисованные моим воображением, но самое главное – это синие спортивные штаны с тремя белыми полосками. Мне даже на мгновение показалась надпись «Адидас» кириллицей, но и так было неплохо. Если трусы в правой руке заменить пакетом семечек, то получится «реальный пацан». Эх, ему бы еще кепку и бейсбольную биту! И барсетку для отжатых мобил.

– А ты кто такой? Может, все-таки отпустите моих друзей добровольно?

– Извини, Соник. Никак. – Модуль сигналит, о том, что загружена дискография группы «Laibach». Песня уже выбрана. Я запускаю музыкальную синхронизацию с душами окружающих. Это значит, что начала играть и действовать на всех музыка. Моя музыка. Мое оружие. Будем надеяться, сработает.

«Этого мало. Шансов нет. Даже несмотря на то, что я дам вам боевых способностей, сколько смогу»

Спасибо и на том.

Глава 26 – «L'Homme Arme»

Laibach – «L'Homme Arme», или «Вооруженный человек». Первые тихие, но громовые звуки со странными голосами на заднем плане нарушают окружающую гармонию. Соник смотрит на меня с подозрением, остальные тоже ничего не могут понять, но молчат, испуганно глядя на меня. Но моя цель – Соник. Я смотрю на него и улыбаюсь. Ведь это моя музыка. И Соник теперь это прекрасно понимает. Мы ходим друг около друга по кругу, как перед боем, готовые кинуться друг на друга. Его первый выпад совпадает с первым сигналом трубы и моим отскоком в сторону. Снова непонимающий взгляд. Соник промахнулся. И в этот же момент в такт со вторым громом трубы идут во все стороны черно-белые полосы и необычные голоса. Голоса в песне, а вот полосы – простенькая оптическая иллюзия, для усиления эффекта. На третий всплеск трубы, или другого какого-то инструмента полосы заполнили все вокруг, и начали двигаться в редкий, пока, такт.

– Что это?

– Психическая атака: матросы на зебрах. – Я улыбаюсь, но мне не до смеха: я учуял легкий страх.

Полосы заполнили все, как туман, Соник видел вокруг метров на пять, не больше. Как и я, но мне это было не нужно. Голоса, голоса, а потом опять эта громовая тишь, за которой подключились еще какие-то духовые. И барабаны. Отбивают такт, жуткий такт. Такт движений вооруженного человека. Меня. Барабаны и духовые бьют по ежу почти физически. И ритм становится адским, но размеренным и давящим. Такт – удар, такт – удар, такт – удар, как танец. Но это не танец. Все выпады бесполезно и вслепую. Я только отпрыгиваю в сторону, вовремя отставляя ноги, даже не по воле интуиции, просто доверившись ритму. Вокруг танцует жуткий туман из черно-белых полосок. Они сливаются и танцуют вокруг поезда под эту музыку. Кружат, сбивают, путают. А Соник все бегает и бегает, уже подчинившись этой безумной гонке. Минута бесполезной беготни. Еще один всхлип духовых, и ритм возвращается, становясь невыносимым. Он чуть-чуть преобразуется, заставляя бить все чаще и чаще. Третий цвет полос – синий. И он отлично вписывается в эту музыкальную композицию. Бой! Бой! Бой! Адский марш выматывает меня, адский марш выматывает Соника. Но внезапно все стихает, и еж от неожиданности падает на спину. Все лишь на пару секунд полосы опадают. Самое время для проверки. Нет, для страха. Чей-то смех и опять гром. Духовые не стихают, и иногда бьют барабаны. А еж не поднимается. Я надвигаюсь на него неумолимо, приближаюсь. А Соник ползет на локтях назад, чувствуя страх проверки. Духовые нарастают, барабаны бьют, почти не переставая, вгоняя страх, как гвоздями, в мозг жертвы. Это уже не глаза героя, а глаза затравленного зверя. Может быть, это мои глаза его так напугали? Он поднялся бы, но жуткий барабанный ритм выгнал все мысли из его головы. Затишье в полсекунды – и все инструменты начали последнюю атаку. Страшная нарастающая волна страха. Полминуты обработки, и теперь уже прыгнул я, преодолевая три жалких метра, которых мне не хватало до его горла. Музыка уже затихала, когда я поднял его обвисшее тело. Обморок. Что и требовалось доказать.

«Как? Невероятно. Вы еще и всю энергию модуля интуитивно всадили в его угнетение. Еще и из внутренних резервов неслабо добавили (как бы не сказалось на вас это, кстати). До чего вы его довели»

– Док! Быстрее его в камеру, пока он не очнулся! – Бесполезно, доктор как будто меня не слышит.

Эгман сидит на железном полу, вытирая покрывшийся испариной лоб. Руж стоит на ногах, но тяжело дышит, испуганно глядя в пространство. Я же сам бегу с ежом в руках к ближайшей камере. Доктор нажимает на какую-то кнопку. Легкое жужжание слышится от камеры Тэйлза. Путь открыт, но он и не думает теперь бежать. Вот она! Мощь словенского индастриала!

«Вообще-то югославского»

Изначально так оно и было. Но Югославии уже нет. А группа, если точнее, из Словении.

«Песня с первого альбома, но добавлена только в переиздании 2002 года. А вообще интересная история у этой группы»

Голос! Если ты такой умный, то чего без меня не обойдешься?

И вот еще один сюрприз. Прямо посреди платформы появляется розовая ежиха с молотом в руке и вопит:

– Куда вы дели Соника?!

Во второй руке какая-то непонятная штуковина. Телепортатор?

«Хм, скорее всего. Последнее время Тэйлз работал над какой-то штукой под названием „хаос-порт“. Годится для одиночного использования»

Неважно. Я опять запускаю проверку. Руж уже сориентировалась. Пока эта девица со страхом глазела по сторонам, она подлетела к этой ненормальной с молотом и вырубила ее двумя жестокими ударами. Кажется, она хотела помочь, а вместо того уже сидит в одной камере с Наклзом. Глупо получилось. Это, кажется, Эми Роуз. Глупо попалась, глупо и быстро. И опять мимо. Минус два имени в списке.

«Да… Но… Все равно… Я… Впечатляет»

Спасибо, голос. Одно радует. Подозреваемых осталось всего восемь, а не четырнадцать. Ноги слегка подкашиваются, а адреналин зашкаливает. Меня даже подташнивает. Или всерьез тошнит? Нет, я просто…

Глава 27 – «Разговоры»

Вырубился? Иначе с чего бы Руж щелкать пальцами у меня перед носом:

– Вы живы? Отзовитесь? Ау-у-у?

– Как долго я был в отключке?

– Минут десять.

«Вы… Вы даже близко не представляете себе, какую силу вы запустили»

И какую?

«Музыку»

Все, голос, я тебя расколол: ты как минимум Бетховен. Нет, подымай выше, Моцарт!

«Не говорите чепухи. Музыка – особый вид творческой энергии. Она не может создавать вселенные, но возможности, которые дает ее восприятие с лихвой это восполняют. Музыка может все! Надо только уметь ее подобрать. Я думаю, лучше было бы воспользоваться другой мелодией, для вашего же здоровья. Хотя… Задачу вы выполнили»

Эмоция?

«Здесь нагрузочка чуть меньше. Что-то да проскакивает»

– Какие планы дальше? – Руж опять готова к труду и обороне.

«Чего?»

Просто образное выражение. Меня уже задрал этот придурочный, поганый и […] (перебираю в уме с десяток матерных эпитетов). Ноль реакции. Слава богу, я контролирую, куда идут мысли, голосу или мне.

– Вам плохо?

– Нет, мне очень хорошо. А если я обопрусь о бордюрчик платформы, то вообще замечательно. Потому что я, в случае чего, не испоганю платформу.

– Планы, Дмитрий, планы. Что мне делать?

– На выбор. Можете привести сюда Шэдоу, а можете похитить Бига или Крим.

– Тогда я за Шэдоу.

– Нет охоты похищать маленькую девочку?

– Абсолютно. Процедура проверки не так уж и безвредна. Надеюсь, никто не пострадает?

– Я тоже надеюсь. Не хочу калечить зверушек.

– Что за расизм?!

– Извините?

– Мы не зверушки, мы антропоморфы! Какие мы вам зверушки? Кто вас сюда прислал?

«И Соник, и Тэйлз, и Наклз, и все остальные – один биологический вид. Так называемые, антропоморфы, то есть „человекоподобные“. Еще одна деталь, достроенная вселенной. Как и расизм. Досталось, так сказать, в наследство от родительской вселенной»

– Не знаю. И о том, что здесь творится, имею весьма поверхностное представление. Извините, что обидел. Я даже не знаю имени того, кто меня сюда прислал.

– Вы что, не имеете никакого понятия о том, кто вас сюда прислал?

– Абсолютно. Просто голос в голове сказал мне, что через пятнадцать минут я буду в другой вселенной. И ведь не соврал, скотина, не соврал!

– Так вы к нам и попали?

– Не так просто и не сразу, но я сюда добрался.

– Так вы здесь против воли?

– Как и вы, Руж. За награду, за награду. Ладно, летите за Шэдоу, и еще раз извините за зверушек. – Выдохнул я устало. – Не хотел вас обижать.

– Вы выглядите плохо, вам бы передохнуть. Эта жуткая музыка вас так измотала. – Надо же сколько заботы. Сказано чуть томно. Или мне показалось?

– Простите за нахальство, но на всякий случай: я извращениями не увлекаюсь. Только женщины, и только люди.

М-да, даже не припомню, когда на меня так в последний раз смотрели. Разве что похоже на взгляд моей матери, когда я ей назвал цену той видеокарты, к которой я втайне приглядывался. В итоге, видеокарта в моем системнике куда скромнее, чем мне хотелось бы.

«Придурок. Откуда здесь такое? Это же… Эх, усвойте хорошенько, раз и навсегда: сеть причин – и не поспоришь»

– Это и впрямь нахальство! У вас так принято, что ли?

– В основном осуждается, но присутствует и процветает, несмотря на все моральные запреты.

– Где же вы живете?

– Очень далеко, очень. Ладно, Руж, вам пора лететь. Приятно было поболтать.

– А мне не очень. И найдите какой-нибудь более мягкий способ проверки. Это очень неприятно.

Слышал, голос?

«Как вариант, дикая эйфория с переходом в зависимость, после первого или, если повезет, второго применения. По-моему, в вашей вселенной вещество с подобными побочными эффектами называют кокаином»

Первое применение? Больше на героин похоже. Ладно, остановимся на паническом страхе. Голос, а, голос, а я все-таки победил Соника! Пусть мне до сих пор еще очень нехорошо, но…

«Но вселенная может допустить проигрыш только в одном случае»

В каком?

«С последующим реваншем. Молитесь, что этот час не наступил до того, как вы найдите нашего вандала. Будем пока называть его так. Может, стоит побеседовать с Соником?»

«Слушай, друг: мне тут срочно нужна твоя помощь, несмотря на то, что я переловил твоих друзей, и творю с ними хрен знает что» – так начинать разговор?

«Ну, хотя бы попробуйте»

Ладно, иду к камере. Мне действительно нужно ему кое-что сказать. А вот и наш герой. Взгляд полный ненависти – парень пришел в себя.

– Чего тебе нужно от меня? Кто ты такой?

– Дмитрий Горяченков. Прибыл сюда, потому что меня послал «не пойми кто». Я очень хочу найти ту гадину, которая устроила вам эпидемию дальтонизма. Этот кто-то очень активно поганит вашу вселенную.

– Бред! Этот же кто-то устроил вчера дикий звуковой апокалипсис?

– Это уже мой недосмотр. Я полный профан в этих делах с неплохими врожденными способностями, допустил небольшой прокол. Но некто решил, что лучше меня кандидатуры нет.

«У меня не было выбора»

– Так ты нас хочешь спасти таким необычным способом? Держа нас в клетках?

– А чтобы бы ты делал? Большой поход против вселенского зла? Такие дела тебе еще непривычней, чем мне. Хотя бы потому, что доктор Эгман к этой ерунде не причастен. Здесь не нужно никого спасать. Как я понял, нужно провести расследование, чтобы выявить вандала.

– Кого?

– Существо, крошащее твою вселенную. Кстати, ты тоже был в списке подозреваемых.

– Что? Зачем мне это?

– Я же вам говорил! Это не Соник!!! – Лисенок все-таки вставил свои три копейки.

– Толкового мотива нет даже у доктора. К счастью, у меня есть хороший способ проверки.

– Какой же?

– Принцип работы объяснять долго. Побочный эффект – панический страх.

Друзья переглянулись. Да, они, кажется, начинают меня понимать.

– А почему мы в клетках? – Тэйлз нервно помахивал хвостами. Разговор этих двоих заинтересовал.

– Чтобы вы не разболтали никому о проведении расследования. Чтобы наш вандал не понял, что ему грозит. Пока я здесь, даже о моем присутствии знаете только вы. Идеальный допуск к информации только тем, кому это нужно.

– Зачем нам кому-то рассказывать? Ты можешь нас отпустить. – Ежик пытается меня разговорить. Разумный подход.

«Не можете. Если вандал сумел устроить эти проблемы, то память он просканирует без проблем. Нельзя рисковать. Вандал очень опасен. У него есть модуль. Он неплохо с ним обращается. И главный источник проблем для меня лично – он как-то раскрыл тайну персонажа»

– Рисковать целой вселенной?

– Сонику ты можешь довериться!

– Да, можешь.

– Скромные вы, ребятки, аж сил нет.

Я слегка колебался. Может… Голос, могу я рассчитывать на твое авторитетное мнение?

«Лучше не надо. Шансы на глупую ошибку упятерятся. Как только поймаем вандала, отпускайте их на все четыре стороны»

Упятерятся потому что пленников четверо?

«С математикой у вас не так уж и плохо»

Год по репетиторам! Гранит науки, покрытый потом разума и кровью досуга.

«Пять минус один равно четыре. Впечатляет»

– Извините, я все равно не имею права рисковать.

– Значит, вы остаетесь в клетках. – Подошел доктор Эгман. Доволен как слон на водопое.

– Док, без глупостей, без глупостей. И еще, моя личная просьба.

– Какая же?

– Устройте им самый комфортабельный плен, какой только можете.

– Думаете нас унитазом купить? – Ох, герой, ох, Мальчиш-Кибальчиш.

– Нет. Кстати, заболтался я тут с вами. Забыл сказать тебе, Соник.

– Что?

– Верни Наклзу трусы.

Нервный смех Роботника завершил разговор. Что ж, никакого сотрудничества. На что ты надеялся, голос?

«Это так, для очистки совести»

Глава 28 – «Темный еж»

Краткая сводка о персонаже.

Самые употребляемые в первоисточнике имена: Шэдоу, или Шедоу (производное от англ. Shadow– тень).

Типаж: Некто с темным прошлым.

Категория тайны персонажа: A – Не разглашать ни при каких обстоятельствах.

Рычаги психологического управления: Амнезия – судьба персонажа. По этой причине, а также в силу характера, может быть склонён, как в сторону добра, так и в сторону зла. Слегка высокомерен, считает себя высшей формой жизни, что также может быть использовано для воздействия.

Биологическое описание: Черно антропоморфный еж, с красными полосами и белым мехом на груди. Рост – около метра. По скорости и способностям не уступает Сонику. Возраст – подростковый. Календарный возраст гораздо выше психологического, так как персонаж провел длительное время в анабиозе. Является искусственно выращенной формой жизни.

Шэдоу уже вторые сутки разыскивал Руж, которая внезапно пропала, сказав, что вышла на след Роботника. Она проникла на базу, но попалась. Другого объяснения тому, что она вообще исчезла из поля слежения GUN, не было. Так называлась правительственная организация, объединяющая армию и разведку. Под этим названием собрался весь военно-промышленный комплекс планеты. Шэдоу и Руж, агенты GUN, получили задание – выяснить правдивость слухов, утверждавших, что доктор Эгман собирает изумруды хаоса. Немудрено, что в GUN беспокоились. Затеи Роботника, связанные с изумрудами хаоса никогда хорошо не заканчивались.

Были проверено уже три места, где разведка предполагала наличие базы Роботника, но все было тщетно. Нигде ничего. Одна база, да и та давно заброшена.

– Шэдоу! Слава богу! Я так рада!

Руж свалилась с неба, как снег на голову. Она почему-то сильно волновалась. Очень сильно. Она даже обняла его от волнения, или радости? Шэдоу раньше не замечал за ней таких проявлений нежности.

– Откуда? Где ты была? Знаешь, как мы все там переволновались?

– Нет времени объяснять. Быстрее за мной! Мы должны его остановить!

– Кого?

– А то ты не знаешь? Шэдоу, не глупи, быстрее!

– Объясни, наконец, что происходит!

– Ничего хорошего. Эгман снова что-то задумал! На тебя вся надежда! Самое худшее то, что изумруды уже у него.

– В таких ситуациях все обычно надеются на Соника, он ничего такого не допустит.

– Вот в этом вся проблема.

– В чем?

– Соник в плену! А компанию ему составляют Тэйлз, Наклз и Эми. Я, конечно, попалась по-глупому, но сумела выбраться.

– А почему…

– Снаряжение отобрали, пришлось бежать без всего. Шэдоу, нам срочно нужно бежать туда.

– Далеко?

– Километров тридцать, только я пойду сейчас с тобой.

– Почему?

– Дело чести и вопрос денег. Ты же сам знаешь, что мне будет за утерю личного снаряжения, которое стоило около ста тысяч долларов.

– Надеешься под шумок заполучить изумруды?

Руж не отвечала.

– Руж, без глупостей. Если мне придется двигаться с твоей скоростью, то лучше вызвать других агентов.

– Ты уверен? Хочешь, чтобы Роботник начал атаку раньше времени? Пока он уверен, что все под контролем, и поэтому не торопиться.

– Не все у него под контролем. Ты же сбежала.

– А Соник нет. Не думаю, что ты хуже Соника. По крайней мере, фактор внезапности на тебя точно не подействует.

Шэдоу задумался. С одной стороны нужно было бы связаться с начальством, но Руж была права. У Соника всегда получалось помешать планам Эгмана. Почему не получиться у Шэдоу?

– Так ты идешь?

– Иду.

– Тогда лучше даже не включай передатчик, чтобы Роботник нас не засек. Так ты со мной? Не думаю, что у нас много времени. Роботник, судя по всему, уже заканчивает последние приготовления.

И они побежали к базе. Точнее, он побежал, следуя за летящей Руж. Уже у мусоросбрасывающей системы Шэдоу задумался. Эгман – позер каких еще надо поискать. Если бы он что-то замыслил, вся планета уже бы знала об этом. Да, и Руж слишком уверена в себе. Роботник не такой идиот, чтобы дать проникнуть к себе второй раз через тот же ход. Поэтому Шэдоу достал миниатюрную рацию, но не смог ее включить – батарейки внутри не было. Ловкость рук. Руж – настоящий виртуоз. Она к нему подошла не больше чем на минуту, но ей этого хватило.

– Чего ты стоишь?! Быстрее на базу!

– Руки вверх!

Глава 29 – «Снова летучая мышь»

Пистолет, нацеленный прямо в лоб – это явно провал. Он все-таки не поверил. Наверное, не стоило оставлять его без связи. Лишняя перестраховка только подвела.

– Зачем ты мне врала?

– Ты что, так просто меня застрелишь?

Щелкнул предохранитель.

– Считаю до трех.

– Я… Я… Такой шанс выпадает раз в жизни. Я не хотела, чтобы ребята из GUN испортили мне праздник.

– Где батарея?

– Выкинула.

– Зря.

– Может, уберешь теперь пистолет. Неужели ты не справишься без помощи нашего агентства?

– Соника нет у Эгмана. Ты врешь. Если бы это было так, об этом узнала бы вся планета.

Прокол. Руж надеялась, что он даже не успеет задуматься, и не заподозрит лжи. «Вот ведь дура! Поленилась придумать что-то получше, и каков итог?»

– Что ты задумала, Руж? Свихнулась окончательно? Предавать нашу контору глупо. Мы с тобой, конечно друзья, но защитить тебя я вряд ли смогу. И я тебя обязан прямо сейчас сдать нашим агентам. Руж, скажи, что происходит, чтобы мне не пришлось потом слышать о том, что ты якобы зверски убита расистами.

Вот она – цена халатности.

– Блефуешь.

Одной рукой Шэдоу достал уже работающую рацию. Успел все-таки поменять аккумулятор.

– Алло!

– Хорошо, я расскажу правду!

– Слушаю. – Похоже, Шэдоу хочет дать ей шанс. Рацию он убрал.

Мозг Руж лихорадочно работал, пытаясь что-нибудь придумать. Что же ему сказать?

– Я жду. Прости, но я должен знать, что случилось с тобой на самом деле.

Неужели придется расстаться с мечтой? Вспомнилось шутливое выражение: лучше журавль в небе, чем утка под кроватью. Честность не всегда лучшая политика. Но выбора нет.

– Никаких изумрудов хаоса нет там и близко. Там есть какой-то человек, Дмитрий Горяченков, если тебе это о чем-нибудь говорит. Он делает вид, что работает наравне с Роботником, но заметно, что он в этой паре главный. Этот парень что-то вроде детектива, прибыл сюда, чтобы выяснить причину звуковых и оптических аномалий в нашей вселенной. Кто его прислал неизвестно, но судя по всему, он действительно собирается помочь. Пока что я работаю на него. Мое задание – привести тебя.

– Зачем?

– Ты у него в списке подозреваемых. Он хочет проверить тебя.

– Он думает, что я как-то могу устраивать такие аномалии? Бред!

– Согласна, но у тебя разве есть логичное объяснение?

– Веди меня к нему.

– Что? Ты уверен?

– Веди меня к нему. Пусть он сам убедиться, что я не отвечаю за эти аномалии.

Что ж, все наладилось. Только за этот глупый провал было очень стыдно.

Глава 30 – «Снова темный еж»

Вот она – правда. Похоже, угрозы подействовали. Шэдоу уже достаточно долго знал Руж, чтобы понять – теперь она не врет. Нехорошо, конечно, угрожать своему другу, но что делать. В GUN отучили действовать сердцем, и приучили действовать разумом. Пусть этот Дмитрий сам убедится в его невиновности. Они идут через главный ход.

– Не трогайте нас! Иначе я ее убью. – Вообще-то Шэдоу не собирался этого делать, но ведь этот Дмитрий мог этого и не знать.

Все двери распахиваются, значит Роботник и Горяченков их видят. Почему-то ходьба по бесконечным коридорам утомила очень быстро. Слишком поздно Шэдоу понял, что он попался. Ноги его слабо слушались, глаза слипались. Руж тоже уже шла нетвердо.

– Прости, Шэдоу. Это сюрприз даже для меня. – После этих невнятных слов Руж рухнула на пол.

Усыпляющий газ. Его взяли, как ребенка.

Краем сознания Шэдоу уловил слова:

– Руж! Очнитесь! Не дай бог у нее какая-нибудь аллергия. Очнитесь!

– Зачем…

– Все в порядке. Я не хотел рисковать. Не бойтесь, газ безвреден. В моей ситуации лучше быть параноиком.

Шэдоу поднялся с роскошнейшей кровати. Какая-то слишком уж комфортабельная камера. Эгман подобрел?

– Шэдоу? Вы тоже уже очнулись. Отлично. Первым делом проверка. Извините, слегка неприятная процедура.

Минуты две-три было страшно. Очень страшно. Но Шэдоу не подал вида, только задышал чаще.

– Опять мимо! Хотя этого и следовало ожидать. Вы же сами сюда пришли.

– Вы Дмитрий?

– Руж вам уже рассказала? Она не сумела вас обмануть?

– Я просто давно ее знаю. Она очень хорошая обманщица.

– Что верно – то верно. Профессионал. Охрану базы она обошла не напрягаясь.

– Но попалась.

– Эксклюзивная ловушка – специально для нее.

– Почему вы меня подозревали?

– В одной книжке, про Илайджа Бэйли, детектива, я прочитал одну хорошую мысль. Три основных составляющих преступления: мотив, возможность совершения и орудия преступления. Все три фактора отслеживать не пришлось. Уже по второму составился узкий круг подозреваемых. И есть даже надежная возможность проверки подозреваемых. Желаете ознакомиться со списком?

Какой-то помятый листок. А на нем следующие иероглифы:

«Соник, Тэйлз,Наклз, Эми, Роботник, Шэдоу, Руж, Крим, Биг, Эспио, Вектор, Чарми, Метал Соник, Эмерл»

– Даже Метал Соник?

– Только что проверил эту груду металлолома.

– Но если это не я, то почему вы меня не отпустите?

– По соображениям секретности. Вы же работаете на GUN, правительственную организацию, вы-то должны понимать.

– И все же, я не понимаю.

– Я исключаю даже слухи о расследовании, чтобы не вспугнуть вандала.

– Кого?

– Так я называю преступника.

– А как же Руж?

– Есть кое-что, что удержит ее надежнее всех камер.

– Но если изумрудов хаоса у вас нет.

– У нас есть кое-что получше.

– Он пообещал мне главный изумруд. И если он меня обманет… – Руж уже окончательно проснулась.

– Как только найдем и накажем гада, вы получите изумруд. Обещаю.

– Так вы меня не выпустите? – Шэдоу не хотел смиряться с пленом.

– Нет. Кстати, отсутствие дверей – иллюзия. Лучше не проверяйте.

Как ни странно, на противоположной стене была стальная дверь.

– Можете зайти, если хотите. – Дмитрий понял удивленный взгляд Шэдоу.

За дверью оказалась круглая комната. Окон не было, только несколько одинаковых дверей. Пушистые, теплые ковры, мягкая мебель, вместо окна прозрачный потолок, кондиционеры. И все пленники здесь. Наклз нервно мерит шагами комнату. Тэйлз молча думает. Соник лежит на диване, закинув ногу за ногу. А Эми просто скромненько сидит рядом:

– Прости, что я так глупо попалась.

– Глупо? Ты моей поимки не видела. Так стыдно, тебе не рассказать. О! Шэдоу! Теперь и ты с нами? Добро пожаловать в «клуб попавшихся идиотов»!

Глава 31 – «Похищение»

Теперь я держал связь с Руж по рации. Доктор выдал ей транквилизаторы. Теперь осечки быть не должно. Неприятно, но придется проверить Крим. Голос, ты уверен?

«Теперь у меня ни в чем нет уверенности»

Ясно, ясно.

– Я на месте.

– Отлично, один выстрел транквилизатора, и несите ее сюда.

– Тут рядом другой подозреваемый, Биг.

– Тот фиолетовый кот?

– Да, он еще на рыбалке помешан. Что с ним делать?

– Приволоки сюда обоих.

– На плечах?

– Мы же вместе с тобой роботов послали. Они и привезут подозреваемых.

– Придется ждать. Я летаю быстрее этих развалюх.

– Эти развалюхи – моя гордость! – Эгман стоял рядом.

– Извините, док. Но придется вам всем подождать минут пятнадцать.

– Руж! Вы меня слышите? Никакой самодеятельности! Лучше дождитесь роботов. – Это я на всякий случай.

– Да уж придется. Там еще и Эмерл.

– Один из подозреваемых, робот.

– Если точнее – гизоид.

– Руж, не ругайтесь.

– Это – термин.

– Ладно, пусть будет робот. Придется вам дожидаться группу поддержки Эгмана.

– Придется. Роботы займутся Эмерлом, а я нейтрализую Крим и Бига. Конец связи.

Руж пока отключилась.

«Отлично, вряд ли пакостят детективы из „Хаотикс“. Значит, теперь все разрешиться. Ставлю на Эмерла. Он уже однажды сошел с ума, и чуть не уничтожил этот мир. Правда, никакой катастрофы не было и близко. Все было спланировано творческим первоисточником»

Игрой.

«Да, игрой»

Пятнадцать минут мы нервно мерили шагами комнату.

– Роботы подошли. Атакуем через тридцать секунд. – Придется слушать комментарии Руж, а ведь док предлагал наладить видеосвязь.

– Руж, ты ведь помнишь, никакой самодеятельности. Твоя цель – Крим и Биг. – А ведь Роботник тоже увлекся! Тоже переживает! А голос боялся.

«С Руж все понятно, но Эгман… Может ему просто не нравиться сидеть на месте? Типаж ЗМЗМ тоже что-то да значит»

Послышалась какая-то стрельба, после чего все утихло.

– Это – мои электромагнитные парализаторы. Лучший вариант против техники. – Надо же, Эгман светиться, как красно солнышко.

Откуда-то доносились звуки борьбы.

– Ты что? С ума сошла? Руж! – Какой-то незнакомый глухой бас. – Чего тебе…

– Все в порядке! Они парализованы. – Доложилась летучая мышь. – Тройная доза ушла на этого кабана.

– Вообще-то он кот. – Заметил я.

– Снотворного ему нужно не меньше, чем слону. Центнер с гаком!

– Грузи их, Руж! Теперь остались только детективы. – После этой фразы, я заподозрил, что голос – это доктор Роботник.

«Глупость. Вы промахнулись. Тем более, я тоже пользуюсь модулем и проверка может меня выявить»

Глава 32 – «Клуб попавшихся идиотов»

– Тэйлз! У тебя есть какие-нибудь идеи? – Спросил Соник.

– А может, сам подумаешь! Разлегся, нога за ногу, и ни о чем не думаешь. – Занервничал Наклз.

– Думаю! Думаю. Но лежа на диване думать куда удобней. Наклз, лучше будет, если ты успокоишься. – Соник сел на диване. – Может, стекло выбьешь?

– В прыжке?

– А ты попробуй. Разбегись, подпрыгни и ударь. Стекло выглядит непрочным.

Наклз нахмурился, взял разбег и оттолкнулся от стены. Удар не оставил на стекле ни одной царапины.

– Какие еще у вас идеи, мистер Холмс?

Теперь заговорил Тэйлз:

– Стекло очень крепкое. Единственной слабостью камер может быть электромагнитное поле. Сверхтехнологичная игрушка может оказаться с каким-нибудь неучтенным нюансом. Оно не пропускает металлы и живых существ. Одежда, например, свободно проходит.

– Это мы знаем. – Раздраженно сказал Наклз. – Ты лучше скажи, как нам отсюда выбраться!

– Наклз! Не психуй. Ты так делу не поможешь!

– Эми! Они захватили Мастер-изумруд!!! – Расхаживание из угла в угол ускорилось.

– Зачем?

– Не знаю. Этот Дмитрий хочет отдать его Руж! Я с самого начала видел, что у этого парня не все в порядке с головой. Это надо же додуматься!

– Ты из-за Руж так злишься? – Спросил Шэдоу.

– Да причем тут она? Мне возмущает сам факт – использовать вещь такой силы для оплаты наемника!

– Видно он очень хочет, чтобы наемник сработал хорошо. – Заметил Соник. – Кстати, Эми, как ты сюда попала?

– Меня скрутили с двух ударов.

– Я не об этом. Как ты попала на тот поезд? И что у тебя там за пазухой?

– Ой! Чуть не забыла! Соник, я твои кроссовки нашла!

– Правда? Как!

Эми достала из-за пазухи какую-то небольшую штуковину. У Тэйлза шерсть встала дыбом:

– Ты этим воспользовалась?!

– Да.

– Как?!

– У тебя были записи о том, как пользоваться этой штуковиной.

– И ты попала на поезд?!

– Не с первого раза, конечно, но у меня получилось. Попутно кроссовки нашла.

– Спасибо! Чтобы я без них делал! – Закричал Соник.

– Эми, ты – сумасшедшая! Когда я последний раз передавал с помощью этой штуки деревянную палку…

– И что случилось? – Заинтересовался Соник.

– Не знаю, палку я так и не нашел.

– А куда ты ее передавал? – Спросила Эми.

– В другой конец абсолютно пустой комнаты, на два метра. Я, само собой, потом поправил немного аппарат, но сам еще не проверял.

– Так чего мы ждем! Телепортируемся отсюда! – Закричал Наклз.

– Не выйдет. Батарея села. Удивительно, что Эми ее еще так лихо раскочегарила. Аж на несколько попыток хватило. И я, как создатель этой штуки, говорю вам, что использовать ее нужно только в самом крайнем случае, когда уже ничто больше не поможет. Ах да, я еще как-то пробовал телепортировать горшок с геранью. Цветок я нашел только через три дня, точнее половину. Так ровно ни один нож не разрежет. Может использовать эту штуку как нож?

– Тэйлз, не отвлекайся!

– Наклз, спокойно, «хаос-порт» все равно годится только, чтобы метнуть его через поле.

– Куда и зачем? – Спросил Шэдоу.

– Я не знаю. Давайте лучше внимательнее осмотрим то, что за полем. Эгман часто сыпется на мелочах.

Соник первым поднялся с дивана:

– Что ж, пошли. Расходимся по камерам и внимательно смотрим. Может, увидим что-то, что поможет нам выбраться.

За следующие минут пять все успели изойти на нервы. Так что когда Соник закричал: «это мой день!», все сбежались в его камеру.

– Я бы сказал, что это твоя жизнь. – Проворчал Наклз.

– Наклз, не вредничай. Тебе ведь просто завидно!

– Знаешь, Эми, не то чтобы очень завидно, просто удивляюсь его везучести. Ты нашел, как отсюда выбраться?

– Естественно. Гляньте туда.

Там, куда указал Соник, была кнопка. Это казалось невероятным, но именно она закрывала поле. До кнопки было метров десять. Кнопку сделали широкой, диаметров сантиметров в двадцать.

– Могли бы и раньше об этой кнопке вспомнить. – Вздохнула Эми.

– Это он специально, чтобы мы не промахнулись? – Спросил Шэдоу.

– Я же говорил, что Эгман часто сыпется на мелочах. Кто будет метать по кнопке?

– Я!

– Наклз, ты уже свой бросок сделал. Может, Тэйлз?

– Соник, ты уверен?

– Я метаю не очень хорошо. Пробуй ты.

– Ладно.

Тэйлз взял в руку «хаос-порт» и сосредоточился. Одно точно рассчитанное движение. Один раз удачно метнуть. И ведь получилось! Кнопка нажалась, и что-то зажужжало внутри. Наклз первым кинулся проверять. Поле не отреагировало.

– Наклз, зря ты так ломанулся.

– Почему?

– Нужно было кинуть что-нибудь металлическое.

– Тэйлз, у тебя есть с собой что-нибудь металлическое? Главное – мы свободны!

Клуб попавшихся идиотов распался. Все пятеро были на свободе.

Глава 33 – «Кажется, нашли»

Руж теперь выглядела просто живописно. Все как обычно, но под левым глазом красовался, лучше всех теней и туши, фингал, синий как слегка переспевшая слива.

– Чудесно выглядите.

– Не смешно! Кто ж знал, что этот Биг успеет мне удочкой в глаз заехать. С моим макияжем как-то не очень сочетается.

– А может вам под правый глаз еще один фонарь поставить? Для симметрии.

– У нас не свадьба, а вы не тамада. Перейдем к делу. Крим, не бойся.

– Привет, Крим. Меня зовут Дима. Теперь минуты две-три тебе будет очень страшно.

– Здравствуйте, Дима. А почему мне должно быть страшно?

– Это единственный способ выяснить, как ты связана со сбоем. Этими странными вещами, что творятся в последнее время.

Голос, другого способа точно нет? Может, облегчить как-то?

«Думаете, мне приятно? Придется так. Кстати, мне нужно сообщить, что у вас большие проблемы»

Потом.

«Но…»

Я сказал потом, значит потом.

«Как знаете. Мне уже надоело ваше самодурство. Крутитесь потом сами»

Ну, приступим помолясь. Что я делаю? Она меня и раньше побаивалась, а теперь…

– Почему? Почему? М-м-может не надо? А-а-а-а!

«Господи»

Просто забилась в угол и плачет, закрыв лицо руками. Могло быть и хуже.

«Хуже и стало. Посмотрите внимательнее. Нехорошо получилось»

– Крим! Ты жива? Ты в порядке?

Действительно, нехорошо получилось. Недаром ведь говорят, что у страха и глаза велики, и мочевой пузырь слаб.

– Что вы с ней сделали?

– То же, что и с вами, Руж.

– Это было обязательно? Думаете, она разрушает вселенную? Может, теперь хоть убедитесь, что это было напрасно.

Что ж, будем убеждаться. Вывожу отчет. Вот ведь! Ну… Голос, быть того не может!

«Что там у вас?»

Линии непрямые. Она пользовалась модулем. Пользовалась! Как она его заполучила?

«С непривычки кажется жутким, но модуль все лишь надстройка к душе, которая может быть установлена на любую душу почти моментально, к тому же микросбой мог привести к самокопированию модуля. А интуиция и любопытство у детей»

Нашли! Нашли! Нашли! Я уже одной ногой в универе! Все сходится! Микросбой. Модуль попадает к очень любопытной девочке в мозг, то есть в душу. А там бессчетное количество информации в глоссарии. Но самое главное – раскрытие тайны персонажа и неадекватная на это реакция! Есть!!!

«Перешлите результаты»

– Чему вы улыбаетесь? Нашли что-то?

– Первый результат, Руж! Первый результат. Она делала это.

– Дмитрий, вы уверены? В шесть лет?

«Точнее, применяла модуль»

Ладно, голос, я уяснил, куда ты клонишь. Пересылаю результаты. Но ведь все равно все сходится! Я могу идти домой?

«Не можете. И ничего не сходится»

– Что?!!!

– Дима. Вы уже вслух кричите. Это нездорово. – На Руж я просто не обращаю внимания.

«Она делала какую-то мелкую иллюзию три часа назад. Крим не вандал. Вандал установил ей модуль и показал, как делать иллюзии»

– Это из-за того, что я радугу делала? Я больше не буду. Я не знала, что это плохо.

«Делала радугу». Похоже, это и есть та иллюзия.

– Крим, пожалуйста, покажи, как ты это делала.

Прямо посреди комнаты возникла небольшая радуга.

«Похоже, больше она ничего не делала. Мимо. Это не самопроизвольная установка модуля. Его кто-то установил»

– А кто тебя так научил делать?

– Не подходите ко мне!

Убегает! Убегает!

«Довели»

Не успеваю я опомниться, а несчастная крольчиха вылетает в коридор. Я за ней, а Руж летит следом.

– Крим! Стой, пожалуйста, мне очень нужно узнать!

– Не так быстро, Дмитрий. – Стандартная фраза для героя. И сам герой здесь.

– Соник! Он страшный! Я его боюсь.

– Крим, не бойся.

Вот тут и стоят в ряд все мои бывшие узники. Твою… душу.

«А вас пытались предупредить»

Глава 34 – «Вопрос жизни и смерти»

Все, все здесь. Синий еж, лисица двухвостая, розовая ежиха, ехидна красная, черно-красный еж, и еще крольчиха с ними. Весь галлюциногенный зверинец тут. Кажется, меня здесь все убить готовы. Разве что ежиха чуть побаивается, и черный ежик смотрит спокойно. О Крим я вообще молчу.

«Что поделать, вы не виноваты, что так вышло, тем более все оказалось не зря»

Ага, если не считать того, что операция «Э» провалилась.

«Название операция „Ы“ мне нравится больше, не очень люблю этого Эгмана»

А он вообще, как я посмотрю, от избытка народной любви не страдает. Как и я.

– Что ты с ней сделал?! – Началось, через две минуты он пообещает отомстить.

– То же, что и с вами – проверял.

– Она не может быть к этому причастна! – Лисенок. Он самый эмоциональный из всей компании.

«Не считая Эми Роуз»

Что-то она помалкивает.

– Ты запер здесь моих друзей для каких-то непонятных целей, а еще ты утверждаешь, что кто-то из них разрушает вселенную. Но разве Крим может быть причастна к этому?

– Ответ – да!

Зря я это сказал. Понял я это, когда уже летел по коридору. От черепно-мозговой травмы меня спасло то, что в направлении полета стен не было. Точнее были, но дальше пятнадцати метров. Зато пол встретил меня на ура. Дыхание перестало существовать как таковое. Жалкие крохи воздуха, которые принимали мои отбитые легкие, не могли обеспечить мне нормальное дыхание. Но приземлился я все равно удачно, хотя бы, потому что смог подняться. Да, спина болела, но если учесть, в какой полет меня только что отправили, все прошло неплохо. А Соник и не собирается останавливаться на достигнутом. Он собирается ударить еще.

– Может, ты мне еще руку располосуешь?

Сработало. Ненависть исчезла. Теперь была растерянность. Намерение меня убивать как-то улетучилось. Надо же, одним словом. Я крут, прямо как Бен Лайнус из LOST'а! Джейкоб, может, покажешься разочек?

«Плохая аналогия. У вас неприятности»

– Что ты знаешь об этом? – Занервничал, засомневался.

– Я проверил почти всех. Остались только «Хаотиксы», Биг и Эмерл.

– И Крим! Ты сказал, что она причастна.

– К ней как-то попало оружие, с помощью которого были устроены эти аномалии.

– Это же не совсем аномалии. – Вот теперь он совсем растерян. Что-то явно не так.

– Что ты имеешь в виду?

– Дело во мне? Что-то не так со мной?! Ответь! Я чувствую, что-то не так! Что на самом деле случилось после того, как я ударил Роботника по руке? Ты знаешь?! – Он даже не кричит, а орет диким, ломающимся голосом.

– Сбой. Создан кем-то из подозреваемых. Ты – чист.

– Да не в исчезнувших цветах дело!!!

Повисла неловкая тишина.

– Соник… – Бедная ежиха, вот-вот расплачется.

«Он начинает догадываться, вот он – настоящий сбой. Сохраните тайну персонажа, любой ценой, прошу вас»

– Соник, что с тобой? – Еще одна расплакалась.

– Эми, я в порядке. Я просто хочу знать, что происходит на самом деле. Дело во мне и Роботнике, верно?

– А чего ты хотел? Балуешься с изумрудами хаоса, превращаешься хрен знает во что, взрываете вы тут что-то постоянно, доктор мутит не пойми что, вот и доигрались.

– Неужели мое беспокойство объясняется так просто?

– Соник, неужели ты ждал ответа на главный вопрос жизни, вселенной и вообще? Ответ «42» тебя устроит?

«Кажется, он поверил. Но что теперь будет? Его уже тяжелее регулировать»

Голос, он – живой.

«Знаю, знаю, но если тайна раскроется… Последствия могут быть даже похуже этого сбоя, и не надо мне намекать, что я о нем говорю как о комнатной собачке. Моя работа – следить, чтобы здесь все было хорошо. Думаете это так легко?»

– При чем здесь Крим? Какое у нее оружие? – Наклз отозвался, вставил свои пять копеек.

– Я не знаю, какое у меня оружие. Мне только показали, как радугу делать. Вот так.

Крольчиха чуть-чуть засмущалась, после чего улыбка озарила ее лицо, а к ней добавились разноцветные отсветы оптической иллюзии. Все присутствующие взирали со священным трепетом. Мне даже на мгновение показалось, что лисенок достанет какой-нибудь ритуальный бубен и начнет плясать вокруг Крим. Но все стояли, замерев с открытыми ртами и выпученными глазами. Может, теперь, когда все успокоились, мне стоит попытаться. Мне уже самому интересно, кто это: большой фиолетовый кот по имени Биг, робот, считающий себя живым существом, он же Эмерл, пчела Чарми, аллигатор или крокодил Вектор, или фиолетовый хамелеон Эспио. Поэтому я аккуратно пытаюсь спросить:

– Крим, прошу тебя, это вопрос жизни и смерти: кто тебя научил так делать?

Маленькая девочка колеблется. Затем нервно сглатывает и произносит:

– Дядя Биг.

Глава 35 – «Найти вандала»

«Быть того не может! А здесь нагрузка меньше. Эмоции можно по чуть-чуть передавать»

– Он еще много фокусов мне показывал. Он… Он даже перемещать меня умел.

Руж не стала слушать сбивчивый рассказ Крим, а сразу же рванула к терминалу связи.

– Док! Док! Биг еще должен спать около вас. Док?

Видеоэкран был пуст.

– Он пропал! Его нет на экране. Постойте, а в этой камере до

лжен был еще спать Биг. – Теперь экран показывал пустую камеру.

– Ребята, я даже близко не представляю, зачем он это делал. Но все указывает на него. Будьте осторожны. – Похоже, пришла пора мне взять командование парадом.

– Я с ним поговорю. Что он может мне сделать?

– Эх, Соник, Соник. Да хотя бы психическую атаку «матросы на зебрах», до которой я додумался на четвертый день пользования этим оружием. А сколько оно у Бига находится, я не знаю.

«Большой вопрос, как оно к нему вообще попало»

– У тебя оно тоже есть? – Спросил Шэдоу.

– Да, и у меня тоже. Звуковая аномалия – мой личный недосмотр. Доволен? Теперь нам нужно найти этого ненормального кота, и задать ему пару вопросов. Поможешь? Соник, обещаю тебе, когда все закончится, сам подставлю руку.

– Лучше не рискуй, а то боюсь, что убью тебя. – Мрачно заметил Соник.

– Тэйлз, ты у нас мозг команды. Проверь вместе с Руж охранную систему. Может быть, его засекли камеры. Остальные никуда не уходят, и присматривают за Крим. А я найду эту заразу.

«В бой не вступайте, главное найдите – дальше мое дело»

Уже полчаса брожу, следуя твоим указаниям, голос. Если его ищешь ты, зачем мне бродить здесь, как придурку?

«Без визуального контакта я его не запеленгую. А остановить его, случись что, в одиночку вам будет тяжело. При встрече делайте то, что умеете лучше всего – импровизируйте»

Голос, мне кажется, или мы ходим по кругу?

«Все двери перекрыты на базе, плюс медиумная блокада, поставлена здесь заранее, когда вы объявили мне корректировку плана. Эта вещь не даст ему переместиться за пределы базы. При перемещении через границу блокады сработает сигнал, и он увязнет в моей комбинации. А на то, чтобы переместиться в другую вселенную среди вихря комбинационных помех, у Бига вряд ли хватит умения. Этот вихрь заглушит любой рассчитанное перемещение. Кстати, я даже могу прочувствовать его действия. Он, кажется, делает копии модуля. Зачем? И как модуль попал к Бигу?»

Отлично, значит, мы его найдем.

– Ребята, там что-то промелькнуло, кажется, удочка. – Сказала Крим.

Все высыпались в соседний коридор, а Крим услышала какое-то тихое мяуканье у себя за спиной. В двери, которая была напротив той, где мелькнула удочка, стоял маленький серенький котенок. Крим осторожно к нему подошла. Осторожно – не потому что боялась, а потому что не хотела его пугать. О том, откуда здесь появился котенок, она не задумывалась. Да, и как он может ей повредить? Он же такой махонький. Котенок был настроен игриво, и сам к ней подбежал. А потом, когда в дверях, откуда вышел котенок, появился Дима, началось что-то непонятное. Сначала она услышала крик того страшного человека: «Отойди от него!!!»

Интуиция – это то, что ваш мозг не хочет или не может вам объяснить. Когда я пришел в ту же комнату, откуда начал, и увидел странного серого котенка около Крим, интуиция не стала мне объяснять, что котят не может быть на этой базе, что это вообще очень подозрительно. Она сразу подала сигнал тревоги. На мой дикий вопль обернулись все присутствующие, но котенка они уже не увидели. Это существо было похоже на домашнего кота, но было намного крупнее. Больше обычного кота раза в полтора, лохматое, как будто всю жизнь приходится бегать по снегу и выживать в тайге, серый густой мех, зеленые кошачьи глаза, но с круглыми зрачками. Выражение морды поначалу кажется настороженным и угрюмым, но первое впечатление мигом стирается зловещей улыбкой. Одним движением лапы оно придавило насмерть перепуганную Крим к полу. Вторая лапа поднялась вверх, показались небольшие, но смертоносные когти. Раздался противный и немного шипящий голос:

– Лучше не дергайтесь, а то я вскрою ее от уха до уха.

– Ты кто такой?! – Закричал Соник.

– Теперь я манул.

Глава 36 – «Теперь точно нашли»

«Оно только маскировалось под Бига. Причем очень искусно маскировалось. Это пришлое существо непонятной природы. Что ему нужно здесь? Зачем? Может, оно просто сошло с ума?»

– Немедленно ее отпусти! – Наш герой рвется всех спасать. – Ты знаешь, что я умею бегать со скоростью звука?

– Это ей не поможет. Проблема в том, что я знаю все о вас, и все пре…

Манул недоговорил. Синий прочерк черканул воздух пару раз, и еж кубарем укатился к той двери, откуда пришел, постанывая от боли. Когти на лапе, держащей крольчиху, проступили и аккуратно коснулись ее кожи.

– Пожалуйста, не надо!!!

– Я же говорю, что все предусмотрел. Поэтому меня лучше не злить. Правда, Крим?

– За что?!

– За их же дурость. Я же ясно сказал: «Не дергайтесь». На первый раз прощаю. Я так понимаю, меня ищет этот юноша.

– Отпусти ее! Она ни в чем не виновата!

Манул на вопли Соника даже усами не повел. Только поднял хвост и произнес:

– А может тебе еще роз и шампанского? Мы тут серьезным делом заняты.

Соник зубами скрипел от злости, но ничего не мог сделать.

– Где Биг? Что ты с ним сделал? – Закричала Эми.

– Он жив, здоров и прекрасно себя чувствует. Правда, недоволен тем, что не может доказать санитарам «Святых грез» тот факт, что он – Биг, а не Клифф Блежински.

М-да, интересный юмор.

«В смысле?»

Клифф Блежински – один из разработчиков «Unreal Tournament».

«Сбой вызывал не персонаж, а это нечто. Странное котообразное существо пришло в эту вселенную, и маскировалась под Бига, спрятав его в психушке под поддельным именем. Потоки творческой энергии достаточно велики, чтобы спрятать воздействие за ними, и достаточно малы, чтобы их можно было перенаправить как нужно. Почему? Зачем ему это нужно? В его действиях все равно нет никакого смысла»

– Эх, жаль. Всего четыре копии успел сделать, но ничего, и так есть кого кидануть. – Манул все еще поганенько улыбался.

– Кого ты кидануть собрался? Кошак, здесь же все перекрыто блокадой, и вихрем помех. – Я надеялся на то, что голос знает, что ему делать.

– Эх, нелегал. Вихрь сбивает навигацию точно рассчитанных прыжков. Но есть один нюанс…

Все внимательно слушали манула. Он обвел глазами комнату, после чего торжественно произнес:

– Рандом рулит.

Я почувствовал какие-то странные воздействия. Но сразу же после мысли «начать», манул выпустил когти чуть дальше. Несчастная Крим уже просто рыдала. Через царапины проступали капельки крови. Мир начал выцветать.

– Не дергайтесь, иначе когти зайдут намного глубже.

«Оно ставит модули основным персонажем с какой-то предустановленной комбинацией. Что это за черт? И причем здесь какой-то Random?»

Голос! Это же из программирования! Команда, генерирующая случайные числа!

«Против точно рассчитанных прыжков… Эта погань нас обвела вокруг пальца!!!»

Внезапно исчез Соник. Он просто исчез отсюда.

«Перемещение в другую вселенную случайным образом! Зачем? Зачем ему оно? На моей памяти этим никто не пользовался! Какие у него вообще мотивы?»

Следующим заходом исчез лисенок.

«Бесполезно сбивать то, что уже изначально сбито. Он делает им прыжки в родную же вселенную, но их раскидывает в другие из-за помех. Проклятье!»

Голос, сделай что-нибудь. Наклза уже тоже нет.

«Если я что-нибудь сделаю… Стоп! Фатальный сбой погубит это существо тоже. Он ее не сможет убить»

Теперь исчезла ежиха.

– Эй ты, кот! Ее смерть тебя тоже погубит!

– Зачем убивать, если можно покалечить?

– Тварь!

– Упс, копии закончились. Пока-пока.

– Куда ты их переместил, зараза? – Глупо с моей стороны: все равно не ответит.

– Рандом рулит, братишка, рандом рулит. – Ответил, легче не стало.

После этой фразы исчез манул. И я. Шесть перемещений через пресловутый вихрь. И голос ничего не смог сделать. И самое главное: в универ мне пока не попасть. Где я?

Примечание автора. Random – случай, в переводе с английского, в программировании это функция, создающая случайные числа.

Часть третья

«Рандом рулит»

Глава 37 – «После всего»

Когда доктор Эгман очнулся, первым делом были проверены охранные системы. Все, чтобы он не проверил было неисправно. Он не понял, что его выключило. Один быстрый удар и все. Что? Как? Почему? На ближайшем терминале связи высветилось лицо Руж.

– Док. Вы многое пропустили.

– Что там было. Сколько часов я был в отключке?

– Часов двенадцать. Слушайте краткий пересказ. Дима отчасти был прав: это существо маскировалось под Бига. Оно вас и отключило. Когда его нашли, оно взяло Крим в заложники и устроило еще один цветовой апокалипсис. После чего пропали: Это существо (оно назвало себя манулом), Дима, Соник, Тэйлз, Наклз и Эми. Они просто растворились. Где они я не знаю. Цвета, как видите, вернулись. Так как я помогла вам, я забираю свою награду. И ухожу отсюда.

Системы базы были отключены. Все, кроме этой видеосвязи. Терминал Руж находился в ангаре, у главного выхода. Она уже погрузила главный изумруд в вертолет. Роботник бил по всем кнопкам, но эффекта не было. Не поднималась тревога, не вылетали отовсюду послушные ему роботы, охранные системы молчали. А Руж невозмутимо продолжала:

– Сразу, как все закончилось, я нашла вас, и вколола вам снотворного часов на двенадцать. За это время я успела отключить все системы базы, причем не только этой базы. Все компьютерные коммуникации уничтожены. На уничтожение коммуникаций у меня часов шесть ушло. Ломать – не строить. Вы за месяц все не восстановите. Это защитит меня от вашего преследования на какое-то время.

– Ты хоть понимаешь, что стала моим главным врагом, не считая Соника?

– Понимаю. Кстати, он пропал в неизвестном направлении, так что можете считать меня своим главным врагом. Чао, док.

Экран погас. Теперь база умерла полностью.

Шэдоу тоже очнулся через двенадцать часов. Было предрассветное время. Последнее, что он запомнил, это Руж и легкий укол в руку. Дважды попасться на одно и то же. За один день. Это плохо. Все, что ему осталось, это записка, написанная типичным каллиграфическим женским почерком.

«За Эгмана не волнуйся. В ближайшее время с ним не будет проблем. На GUN я больше не работаю. Руж»

– Руж, куда ты теперь меня везешь. А Эмерл будет цел?

– Будет, Крим, будет. Мы летим домой.

– А почему вы теперь меня домой везете?

– Потому что ты мне больше не нужна.

– А почему похитили? Это из-за радуги?

– Нет, это из-за того, кто притворялся Бигом.

– А кто это?

– Не знаю. Лучше молчи, пока я не передумала.

– Руж, пожалуйста, а можно еще один вопросик?

Руж обернулась, желая просто крикнуть, чтобы она заткнулась, но передумала. Ей стало жалко бедняжку. Заплаканная, помятая, в драном платье, выпачканном мочой и кровью.

– Ладно, задавай еще один.

– Почему ты меня домой везешь? Ведь ты могла и не делать этого.

– Мне по пути.

– А куда ты летишь?

– Это второй вопрос. Не отвлекай меня, если хочешь, чтобы мы долетели. Хорошо? Ты лучше расскажи, не замечала ли каких-нибудь странностей за Бигом?

– Нет. Там же был не Биг? Там было другое существо? Это оно научило меня делать радугу?

– Да.

– Зачем?

– А я откуда знаю. Вот мы и садимся. Кстати, а ты не знаешь, где находятся «святые грезы»?

– Сто миль на север от Стэйшн-сквер. Это очень далеко. А тебе зачем?

– Нужно.

Руж взглянула на датчик топлива. О том, чтобы долететь до «Святых грез» и мечтать не стоило. Были даже опасения, что сесть уже не удастся. Но вертолет все-таки приземлился. Руж еще раз улыбнулась, глядя на драгоценный груз. Мечта всей ее жизни. Только донести гигантский изумруд до ближайшего тайника будет непросто. Придется найти какой-нибудь транспорт. А потом стоит навестить Бига, чтобы узнать, что это за тварь похитила всех.

– Крим, мы сели. Уходи домой.

– Что же я скажу маме?

– Что хочешь. Только скажи, что тебя сюда вертолет доставил, а меня не упоминай.

– Почему? Врать нехорошо.

– Мне нужно спрятаться. Я захотела уволиться оттуда, откуда не увольняют.

– Я не понимаю.

– Крим, девочка, возвращайся домой, ты мне больше здесь не нужна. И прости, что пришлось тебя в эту историю втравить.

– Хорошо. Только ты выясни, что случилось с Бигом.

– Как скажешь.

Глава 38 – «Город, известный каждому»

Среди множества вселенных есть одна, существующая из-за одного города, и без него не имеющая смысла. В США, в штате Колорадо, есть маленький, горный, провинциальный городишко. И никому бы он никогда не понадобился, если бы не воспаленное воображение двух людей. Конечно, дело явно не обошлось без наркотических веществ, простимулировавших фантазию, но они сделали прекрасный, а местами даже гениальный мультсериал, жестоко и слегка некорректно высмеивающий окружающую действительность. Правда, другими местами он был отвратителен, но это уже дело вкуса. Энтузиазма и рвения хватило настолько, что создатели несколько месяцев вырезали из цветной бумаги кадры первой серии. Зато потом о сериале узнали по всему миру. Те, кто придумал этот город, не знали ничего о теории течения творческой энергии. Не могли они также знать, что благодаря их мультсериалу Саус Парк стал существовать реально.

В одной из вселенных действительно родились на свет Эрик Картман, Стэн Марш, Кайл Брофловски и Кенни Маккормик. И так случилось, что в девять лет они узнали кое-что о теории течения творческой энергии. Им была раскрыта тайна персонажа. А почему бы нет? Ведь у Эрика, Стэна и Кайла была категория D – «Разглашение допустимо». Все логично: дети, на долю которых выпадают очень странные и сюрреалистические приключения (таинственные артефакты, общение с говорящими кусками фекалий, полеты в космос, съезд знаменитейших рок-групп, съемка в ток-шоу, где ведущим является сам Иисус Христос, и это только малая часть того, что им выпало), вполне спокойно и естественно воспримут то, что они являются персонажами мультсериала. Что касается Кенни, то ему была присвоена категория тайны персонажа E. Это было вообще большой редкостью. Это расшифровывалось так: E – «Разглашение необходимо». Просто Совет Кураторов не нашел другого способа примирить Кенни с тем фактом, что он умер больше пятидесяти раз и воскрес чудеснейшим образом. Главная фишка сериала (точнее первых пяти сезонов) – «Они убили Кенни».

Все это объясняет тот диалог, который произошел между ними однажды вечером. Началось с того, что Стэн закричал:

– Ну, ничего себе! Опять что-то придумали на нашу голову! Эти придурки когда-нибудь угомонятся? Уже четырнадцатый сезон.

Самый толстый из всей компании, Эрик Картман, расист и сквернослов, поддержал беседу:

– Хрен там! Бабло капает, сериал продолжается. Чуваки, мне так хочется однажды завалиться к ним в студию и отпинать их по яйцам. Вы только представьте себе их лица. Это было бы шикарно.

На лице Картмана застыла мечтательная улыбка, которую стер Кайл:

– Жиртрест, ты нам это уже в пятисотый раз рассказываешь. Надоел. Давайте лучше осмотрим это существо.

Четверка друзей внимательнее глянула на нечто, лежащее около пруда.

– Кажется, это гибрид человека и ежа. – Задумался Кайл. – Неужели Мефесто опять что-то вырастил?

– Ну, и что это за розовый хрен?

– Картман, это – она!

– Стэн, откуда ты знаешь? То, что это одето в женское платье еще ничего не значит. Вспомни миссис Гаррисон. Да и вряд ли это Мефесто. – Картман, как всегда шел против всех.

– Почему? – Пробурчал Кенни.

– Кенни, ты – тупой. У этого существа всего одна задница. Мефесто считает таких существ бесполезными. – Оскорбления тоже были в духе Картмана. Сегодня он даже был слишком ласковым.

– Жиртрест, откуда ты знаешь? Ты под юбку ей, что ли, заглядывал?

– А что? Это идея! Кенни, подойди и аккуратно посмотри. Заодно наверняка узнаем пол это существа.

Кенни опять что-то забурчал из-под своей оранжевой парки и энергично замотал головой.

– Что значит «не пойду»?

На усиленную жестикуляцию руками пополам с невнятной речью Картман не отреагировал.

– Ну и что, что рядом лежит здоровенный молот. Ты лучше иди быстрее, а то она скоро очухается. Нет, это пока еще оно. Кенни, ты не сдохнешь! Пошел!

– Эрик! Почему должен идти Кенни?

– Стен, кто, если не он? Кенни, быстренько подойди, приподними подол, глянь и обратно. Ты меня понял?

Кенни вздохнул, пожал плечами и на цыпочках подошел к неизвестному существу. Опасливо глянул на молот, который девица держала в руке. Кажется, она открывала глаза. Пора было действовать. Едва Кенни дотронулся до юбки, как ежиха резко очнулась (Кенни, по крайней мере, показалось, что это ежиха). «Я так и знал» – это все, что он успел подумать. Сокрушительный удар проломал ему голову.

– О, боже мой! Она убила Кенни.

– Сволочь!

– Пацаны, шикарно. Прямо как в старые добрые времена.

– Простите, я нечаянно! Я не хотела!!! Рефлекс… Я…

– Да забей. Сейчас его труп растащат крысы, и он опять оживет. Его ничто не берет.

– М-да, Жиртрест. Умеешь же ты утешить. Он, между прочим, умер. Опять.

– Я не жирный, я – ширококостный!

Эми чуть наизнанку не вывернуло. Крысы уже были здесь. Штук двадцать, не меньше. Серое, оранжевое и красное смешались в одно живое месиво.

– Он же ваш друг!

– В первый раз мне тоже плохо стало. Два дня проплакал. А уж как я офигел, когда он вернулся. Я чуть опять не заревел от радости. А теперь мы привыкли.

– Стен у нас та-а-а-акой сентиментальный.

– Заткнись, Картман.

Ругань мальчиков становилась прямо-таки непристойной. Когда они перематерили друг друга как могли, один из них, в зеленой шапке, догадался спросить:

– Как тебя зовут?

– Я – Эми.

– А я Кайл.

-Я – Стен. – Представился паренек в синей шапочке.

– Эрик. – Тот, который самый толстый из всех.

– Извините, что я убила вашего друга. Просто, он полез…

– Блин, ну надо же было проверить какого ты пола. И сколько у тебя задниц, чтобы откуда ты: из местной генетической лаборатории, или с другой планеты, или из…

– Эрик…

– Да, я – Эрик. А что такое?

– Это твоя идея?

– Ну, да. Постой, ты же человеко-еж. А в клубок свернуться можешь? Было бы круто. Эй-эй, ты чего? Убери молот!

– Я тебя самого сейчас в клубок сверну!

– Пацаны, бежим!!!

Все трое дали деру. Эми за ними для приличия пробежалась, но не стала преследовать всерьез. Эти нахалы ерунда, по сравнению с тем, что она даже близко не представляет, где находится.

– Привет.

– ААААА!!!

– Не бойся, это я. Ты меня только что убила.

Перед ней опять стоял этот паренек в оранжевой парке.

– Тебе плохо?

Очнулась Эми, когда на нее плеснули воды из ближайшего пруда. Вывеска рядом гласила «Старков пруд».

– Ты – она?

– Как тебя зовут, мальчик?

– Кенни. Так какого ты пола?

– Бестактный вопрос, Кенни.

– Я что, зря умер?

– Девочка. Доволен? Почему я тебя понимаю, несмотря на то, что ты бубнишь что-то непонятное? Сквозь эту одежду ничего не слышно.

– А меня все равно все понимают. Точнее не все, а дети в основном.Я вообще особенный. – Хихикнул Кенни.

– Понятно.

– Эй, куда ты уходишь?

– Куда-нибудь. Я не знаю, где я. И не понимаю, как я сюда попала. Надеюсь, я найду выход из положения.

– Ты в Саус Парке. Удачной дороги. – Помахал Кенни вслед. – Тебя хоть кто-нибудь из своих найдет?

– Сама найдусь, не маленькая.

Примечание автора. Диалоги в этой главе приведены в искаженном виде по морально-этическим соображениям.

Глава 39 – «Непонятно где»

Наклз очнулся в лесу. Теплое заходящее солнце приятно грело лицо. Вокруг был лес. Цвета были мягкими и ласковыми, как в детской сказке. Перед ним стояла белочка. Желтая симпатичная белочка с носиком в виде сердечка. Наклз попытался поздороваться, белочка не отреагировала. Что-то в этой белочке было не так. Что? Попытка заговорить вызвала только нервный смех. Что-то с этой белочкой было не так. Добрая, ласковая улыбка, взгляд полный солнечного света, спокойствия и животного ужаса. Нет. Так быть не должно. Вот оно, контрастирующее, выбивающее из ряда. Наклз снова попытался поздороваться. Белочка внезапно побежала в лес.

– А, и черт с ней!

Лето, солнышко и птички. Находиться здесь было очень приятно. Но что тогда напугало ту белку. Она явно ближе к животным, чем антропоморфы. Вот только глаза разумные. Она явно понимает что происходит. Или не понимает? И это непонимание ее пугает. А может, пугает какая-то неизбежность? К сожалению, наверняка ничего неизвестно. И от этих философских размышлений абсолютно никакого толку. Нужно выяснить больше об этом мире. И вернуться в свой мир, чтобы вернуть Мастер-изумруд на место. Его уже наверняка умыкнула эта хитрая, изворотливая, гадкая, хоть и симпатичная, воровка. Он все делал, чтобы предотвратить похищение святыни. И что? Самое обидное, что все досталось этой… Даже вспоминать не хотелось. От злости Наклз ударил кулаком по дереву. Дерево было высоким, где-то высоко вверху зашуршали ветки. Удар по голове – это последнее, что Наклз запомнил.

Глава 40 – «Wake up, Mister Prower»

– Wake up, Mister Prower, wake up.

Примечание. Просыпайтесь, мистер Прауэр, просыпайтесь. – Англ. Майлз Прауэр – настоящее имя Тэйлза.

Тэйлз нехотя открыл глаза, когда услышал свое имя. В его голове появился какой-то голос.

«Подключаю модуль языкораспознания»

А его имя произнес какой-то внешний голос, не у него в голове. И внешний голос продолжал говорить, а Тэйлз начал его понимать:

– Я бы сказал, что вас ждут великие дела, но я не могу знать наверняка, что вас ждет на самом деле. Ваше появление некоторая неожиданность для меня. Но… Я надеюсь, что стандартная дорога в этой вселенной вам подойдет.

Это был пожилой, худощавый человек в синем костюме. При нем был какой-то дипломат, или чемодан, или портфель. Нет, похоже на чемодан. Тоже синий. Все непонятно. А он продолжает говорить.

– Вас здесь не ждали. Тем не менее, вы здесь. Это сбой, но меня это не волнует. Вы оказались в начале стандартного пути, и вы его пройдете. Приятного досуга, Мистер Прауэр. – Он уходит куда-то.

Человек в синем исчез, и Тэйлз действительно проснулся в какой-то пустой лаборатории. Вокруг была стерильная комната без всяких признаков двери и каким-то стеклом. За ним похожая комната, только она больше, и в ней есть дверь. Внутри на стене таймер. Время отсчитывалось от минуты. Но Тэйлз не стал ждать. В комнате была кровать, будильник, унитаз. Все. Оставалось только выбить стекло. Ну, или попытаться хотя бы. Разогнаться, размахнуться и ударить по стеклу двумя хвостами сразу. Он так роботов с ног валил. Главное – сосредоточиться, у него же еще аж сорок секунд. Разгон, удар – ничего! Еще раз. И еще раз! Не получается. Тридцать секунд. Все, нужно успокоиться. На один хороший удар времени хватит. Только не расслабиться. Только не облажаться на этот раз. Все должно получиться. Двадцать секунд. Нет, так не выйдет. Три метра от стенки до стекла. Не нужно разбегаться. Оттолкнуться от стены, чуть-чуть пролететь на своих хвостах, а затем ударить по стеклу, и добавить еще вес своего тела. Это немного, но большего не будет. Десять секунд, нужно решаться. Все уже повторено в уме. Экстремальная ситуация творит чудеса. Такой слаженности Тэйлз от себя не ожидал. Все четко, как и в уме. Только не помогло. Предполагалось вылететь вместе со стеклом в большую комнату. Вместо этого лисенок упал на железный пол. Болело все: хвосты, руки, ноги, даже головой он умудрился стукнуться. Ноль-ноль.

Ничего. Совсем ничего. Только стекло, кажется, поддается. Оно сдвинулось на пару миллиметров. Если спокойно ковыряться дальше, то что-нибудь да выйдет. Тэйлз решил обойтись без лишней активности. Торопиться не нужно, особенно когда уже все и так болит. Внимательный осмотр себя, любимого, серьезных повреждений не выявил. Теперь нужно подумать, чем сдвинуть стекло дальше. Ясно, что не ногтями. Было бы что-нибудь крепкое, тонкое и железное. Щель еще узковата. Ничего не поделаешь, нужно ударить еще. В следующий раз удалось приземлиться намного удачнее. И стекло сдвинулось.

Затем Тэйлз разбил будильник. Ему было необходимо отделить основание. Это – овальная железная пластинка. Она неплохо подошла, чтобы отковырнуть стекло. В принципе, это был весь досуг на ближайшую пару часов. Еще можно было покричать «есть кто живой?». Но никто не откликался. Одно радостное событие – стекло упало вниз, и Тэйлз выбрался из маленькой комнаты. Теперь проблемой номер стала дверь во внешней комнате. На ней не было никаких ручек. По идее она была автоматической, раздвижной. Вот только ничего такого и близко не было. Дверь никак не реагировала на внешние раздражители.

«Тэйлз. Слава богу»

Тэйлз похолодел. Голоса в голове кого угодно могут напугать.

«Спокойно. Ты не первый обзываешь меня голосом в голове. Похоже, это стандартная реакция на мыслерацию»

Глава 41 – «Стандартный путь»

«У меня большие неприятности. А еще мне, кровь из носу, нужно вернуть тебя обратно. Попробуй описать свое местонахождение, события, с тобой произошедшие. Дай мне наводок, чтобы мне удалось тебя найти. Слышишь?»

Вместо этого Тэйлз подумал: «Кто ты? Где Соник? Где остальные?».

«Это неважно. Просто помоги мне тебя найти. Остальных я ищу. Черт, что-то не выходит к твоему зрительному нерву подключиться. Описывай все, что видишь, и все, что видел»

Тэйлз подумал, что непонятный мужик с синим чемоданом не заинтересует таинственный голос.

«Что? Ты видел этого человека? Ты видел его?»

Ну, человек и человек. Было бы из-за чего волноваться. Тем более, он просто приснился, хоть сон и был похож на реальность.

«Никто не знает, кто он. Зато все знают, в какой вселенной он обитает. Сплошная загадка и главная наводка. Half-life. Так обычно обозначают эту вселенную»

Полу-жизнь? Неважно. Похоже, здесь была какая-то полоса препятствий. Первая дверь открылась, когда на кнопку положили кубик. Об этом Тэйлз решил не докладывать странному голосу. Были опасения, что это нечто читает мысли. Но «это» помалкивало. Чуть позже выдали какое-то устройство. Длиной с полметра, белого цвета и с чем-то синим на конце.

«Эта штука, если я не ошибаюсь, служит для переноски различных предметов. Попробуй. Только не трогай рабочий конец этого устройства»

Тэйлз попробовал нажать на синюю кнопку. Кубик, лежащий на полу, пропал. В полу образовалась какая-то странная дырка с синей каймой.

«Опиши мысленно то, что ты видишь. Странно. Обозначение у нас другое. Portal. Зато вселенную я узнал. Да, разные первоисточники, но одна вселенная. Береги эту штуку, как зеницу ока. Я, если честно, ошибся насчет ее назначения. Эти дырки (они же порталы), безвредны для человеческого здоровья. Будем надеяться, что для антропоморфов тоже. Просто пройди насквозь»

– Приношу свои извинения за временные неполадки. Предупреждаю, что за стекло и будильник вы должны нам определенную сумму денег. Предлагаю, продать свою почку в счет погашения долга. Оставшиеся от выплаты долга деньги пойдут в фонд повышения девичьей самооценки. – Этот голос шел не из головы, но Тэйлз не мог определить откуда. Женский, но железный и бездушный.

«Это GlaDOS. С ней ты точно не соскучишься. Я найду какой-нибудь способ вытащить тебя позже. А пока… Порешай местные головоломки»

Местные головоломки состояли в порталах. Эти дыры в пространстве были его органичной частью. При переходе через них полностью сохранялось состояние любого физического тела и поля. Включая кинетическую энергию. «Что быстро влетаешь, то быстро вылетает» – на этом правиле были построены некоторые головоломки. Правда, Тэйлз предпочитал их решать обходными путями. Например, при помощи своих хвостов. Он умел летать на них. Это было приятнее свободного падения с постоянной сменой понятий «вверх-вниз». Только в одном месте так не получалось. Коридор, выходящий к большому бассейну с кислотой. Недалеко от берега платформа. А рядом торчит железная свая с такой платформой высоко вверху, метрах в пятнадцати. Подняться вверх получалось на десять, максимум на двенадцать. Набрать кинетическую энергию для взлета предполагалось, нырнув в колодец еще большей глубины. Было страшно. Искусственный интеллект лаборатории цинично и тонко издевался. Тэйлзу очень хотелось взглянуть в глаза программисту, создавшему это чудо. Что делать? Нырять в колодец для ускорения падения-взлета не хотелось. А надо было.

«Можете здесь посидеть. Я уже четвертый час мучаю перемещения между вселенными. Пока есть некоторые проблемы. Будем ждать»

Тэйлз решил идти вперед. Точнее лететь. Но сначала падать. Порталы были уже расставлены. Осталось только шагнуть вниз. Плохо, но нужно. Свободное падение навстречу порталу. Внезапно падение начинает резко замедляться. Нет, это уже не падение. Это – взлет. Тэйлз бешено вертит хвостами и пытается выровняться. Слава богу, платформа под ним. Стоять после такого выше его сил. Колени дрожат. А самое плохое то, что рядом еще три такие сваи.

«Да, если это – то место, о котором я думаю, то нужно сделать так еще раза три»

Тэйлз бессильно застонал.

Дальше полоса препятствий усложнялась. Теперь плакаты показывал, что это девятнадцатое испытание, последнее. Тэйлз уже многое пережил. Ему хотелось выбраться из этой лаборатории. Это для начала, в идеале же хотелось домой. Последнее испытание состояло в том, что проехать на движущейся платформе по коридору с ловушками и головоломками. Тэйлз уже так наловчился, что обходил ловушки играючи. Женский компьютерный голос, объявил, что скоро Тэйлз получит тортик. Событие в высшей степени радостное, так как в животе уже давно урчало.

«Тортик? Ты подумал о тортике? Прости, Тэйлз, не хочу тебя расстраивать, но с тортиком будет маленькая накладочка. Блин, прости меня – нехорошее существо. Надо было сразу предупредить»

За поворотом виднелось зарево, похожее на доменную печь. Платформа направлялась прямо туда. И тут голос искусственного интеллекта лаборатории заговорил вновь:

– Поздравляю, ваше тестирование завершено. Все технологии Aperture Science способны работать при температуре до 4000 градусов Кельвина включительно. Будьте уверены, нет абсолютно никаких шансов на то, что в работе нашего оборудования могут возникнуть опасные для жизни неполадки до того, как вы сгорите заживо. Спасибо за участие в нашем проекте. До свидания.

– А как же тортик?! – Закричал Тэйлз.

Платформа шла прямо в огонь: медленно, но верно. Голос внешний безмолвствовал, а голос внутренний напротив, сыпал мыслями.

«Не тормози, чтобы тебя! Один портал в боковую стенку, второй на другой берег! Быстрее»

Тэйлз как будто не слышал этого голоса. Им полностью овладела паника. Долететь на хвостах до спасительной платформы было трудно, даже невозможно.

«Забудь о хвостах, идиот! Один портал в стену, другой в берег. Или сдохнуть хочется?»

Последняя реплика вывела Тэйлза из оцепенения. Все, как и было нужно: один портал в стену, другой над спасительной опорой. Тэйлз тяжело перевел дыхание и прошептал:

– Так это и есть стандартный путь? Умереть в огне?

– Нет. Умереть в огне – это нестандартно. Не бойся, ты еще не сбился со стандартного пути.

Тэйлз обернулся, но человека с синим чемоданом не было. Но он точно это сказал! Тэйлз готов был поклясться.

«G-Man, GlaDOS, достаточно с тебя на сегодня. Они не самые приятные собеседники для тебя. Я попытаюсь переправить тебя в другую вселенную, побезопасней»

Примечание автора. Действие игр Half-life и Portal происходит в одной вселенной.

Глава 42 – «Вселенная побезопасней»

Все изменилось за миг. Вокруг был небольшой городок. Время суток – предрассветное. «Как ты это сделал?» – подумал Тэйлз.

«Фирма веников не вяжет, фирма делает гробы. Мне удалось только потому, что я не указывал конкретной вселенной. Только общие черты безопасного места. Будут проблемы – позови. О, кстати, чуть не забыл. Мне удалось найти Соника. А вот от Наклза и Эми абсолютно никаких вестей. Буду продолжать поиски»

Отлично, Соник нашелся! Легко голосу там думать, а Тэйлзу уже есть хотелось. От безысходности оставалось только постучаться в дверь первого попавшегося дома. На нем был какой-то странный номер: «8/16». Дверь открыл прямоходящий, рыжий кот в пижаме.

– Пожалуйста, извините, что беспокою, но я очень голоден. Денег у меня нет, но я могу починить все, что угодно…

– Эй, мальчик, успокойся. Тебя как зовут?

– Майлз. Но друзья привыкли называть меня Тэйлзом.

– А тебе что больше нравиться?

– Я к прозвищу больше привык. Можно мне у вас чуть-чуть перекусить?

– Конечно! Конечно! Кстати, меня зовут Леопольд.

– Спасибо, Леопольд.

– Не за что, не за что. Проходи на кухню, я что-нибудь изготовлю.

– Постойте! Леопольд, а вы ни во что не превратитесь?

– Извини, не понял тебя.

– Я просто здесь из-за странного кота, который мог превращаться в других котов. Он… Нечто непонятное. И вообще, все это… – Следующие полчаса Тэйлз рассказывал все Леопольду. Он чуял, что этот кот не похож на ту тварь, которая раскидала его друзей по другим вселенным, что ему можно доверять. А Леопольд слушал, не перебивая, только охая иногда. Когда рассказ стал уже совсем непонятным и сбивчивым, кот прервал Тэйлза:

– Извини, но давай в другой раз. Теперь тебе нужно поесть и выспаться. Выглядишь ты жутко уставшим. Пойдем, Майлз, на кухню, пойдем. И не бойся. Я не умею превращаться во что-либо кроме себя самого.

На кухне был наскоро изготовленный завтрак. А может еще ужин. Было непонятно, ведь часы показывали полпятого утра. Затем Леопольд отправил Тэйлза в кровать, и сам лег досыпать.

– Спокойной ночи, Майлз.

– Спокойной ночи, Леопольд.

Проснулся лисенок от какого-то странного писка. Только один писк совсем тоненький, а другой даже не писк, скорее басовитый шепот. При попытке пошевелиться у кровати резко сломались ножки. Теперь тюфяк лежал на уровне пола.

– Леопольд! Выходи, подлый трус! – Бас.

– Эй! Это не Леопольд! – А это тоненький голос.

Внизу бесновались две мыши: одна белая и худая, вторая серая и толстая. Подмена их настолько удивила, что Тэйлз изловил их без всякого труда. В одной руке белая мышь, в другой серая мышь.

– А, ты уже проснулся. Уже давно полдень, так что… – Леопольд вошел в спальню и обомлел, увидев кровать. – Эх, ребята, ребята.

– Прости нас, Леопольд. – Взмолились мыши хором.

– Леопольд, что это за пакостники?

– Ребята, давайте жить дружно. Тэйлз, отпусти их, пусть бегут.

– Ты их знаешь?

Мыши тихонько уползли.

– А, выдумывают всякие глупости, чтобы мне досадить. – Грустно вздохнул Леопольд.

– За кровать не переживайте, я все починю. Где у вас инструменты?

«Отлично, ты еще живой и относительно здоровый. До связи»

– Ура! Соник нашелся!

– А кто это? И откуда ты знаешь, что он нашелся?

– Это мой лучший друг. И мне сказали.

– Сейчас? Почему я ничего не слышал?

– Это какая-то мыслерация. Не спрашивай, я сам не знаю, как оно работает.

Глава 43 – «Нехорошее место»

Глаза еще не открылись, а нос уже учуял запах моря и затхлого подземелья. От того, что глаза открылись, и толку-то особого не было: темно и непонятно. Соник попытался сделать шаг на ощупь. Вода! Полный кроссовок воды, а сам Соник чуть в воду кувырком не полетел. Не нравилась ему вода. Хотя бы потому, что Соник не умел плавать. Даже если и приходилось лезть, то он просто ходил по дну, выискивая водоворотики, откуда били пузырьки воздуха. Только тем и держался в экстремальных ситуациях. В его мире везде были эти маленькие источники воздуха, которые шли из-под земли. А что было здесь? «Здесь» – это что? Сонику впервые за всю свою жизнь захотелось стать осторожным. И вот это ему не нравилось во всей ситуации больше всего. Осторожность… Раньше Соник о ней даже не задумывался, хотя рисковал и ходил по краю всю жизнь. А теперь, он всего лишь в темной комнате с лужей.

За стеной раздался паршивый, исковерканный голос. Сквозь этот шепелявый, осипший всхлип невозможно было различить ни единого слова.

«Подключаю модуль языкораспознания»

– Кто там, в кладовке у дяди Чарли? Опять хотите своровать мой «адам». О, я до вас доберусь… Доберусь…

Противный голос приближался все ближе и ближе. Дверь распахнулась с железным лязгом. На пороге было нечто уродливое и лишь отдаленно напоминающее человека. Фигура сутулая, лицо зеленое и сморщенное, с какими-то странными выростами, вместо левой руки ржавый железный крюк, а в правой пистолет. Настроено оно было явно недружелюбно. Соник опрокинул его одним тычком в прыжке и выскочил в коридор. И тут же застыл. Другие детали были мелочью в сравнении со стеклом на всю стену. А за ним… Бескрайний океан, чуждая сухопутным жизнь, на одно описание которой может уйти целая книга. Зеленый отсвет ламп придавал этому месту зловещее очарование.

– У-у-у, маленький воришка… Накачался плазмидами… «Адам», где ты взял «адам»? – нечто человекоподобное приближалось все ближе и ближе.

– Не подходи. Не брал я никакого «адама». Я даже не знаю, что это такое!

Соник не хотел драться, поэтому побежал. Странное существо ковыляло за ним и стреляло вслед, пока не попало в какой-то белый освещенный круг. Завыла сирена, и откуда-то сверху прилетели маленькие жужжащие роботы. Три автоматные очереди прошили урода насквозь. Вверху была большая камера. Она освещала пространство, и смотрело единственным глазом за всем, что творилось здесь.

«Нашелся. Отлично. Мне нужно узнать, где ты»

Соник вздрогнул. Мало того, что он не знает, где находиться, так еще и начинает сходить с ума. Голоса в голове!

«Вообще-то, голос. Один голос. И это не шизофрения, а мыслерация. Мне нужно вернуть тебя домой. Для этого мне нужно выяснить, где ты. Мысленно опиши, где ты находишься, и все, что с тобой случилось»

Впечатлений было море, но Соник даже четверти не успел передумать.

«Bioshock. Рэпчур-сити. Вот оно. Ты находишься в городе, который расположен на дне атлантического океана. Когда-то все здесь были счастливы. Город, скрытый от остальных, чтобы никто им не мешал. Люди совершенствовали себя методами генной инженерии, пока не досовершенствовались окончательно. С результатом ты уже встречался. Вот тебе основные правила выживания. Первое: постарайся как можно меньше общаться с местными. Второе: не попадайся в камеры слежения и на линии огня турелей, которых тут наставлено черт знает сколько. Результат ты тоже видел. Третье: если ты увидишь маленькую беззащитную девочку, то ни в коем случае ее не трогай»

«Почему?» – удивился про себя Соник.

«Потому что у них есть защитники. Очень большие люди в тяжелых водолазных костюмах. И с ними лучше не ругаться, поверь мне. И еще, воздержись от того, чтобы вкалывать себе в руки всякую дрянь. Плазмиды изначально предназначены для людей, поэтому неизвестно, как ты это переживешь. Ах да, предупреждая все твои вопросы, скажу: друзей твоих я еще не нашел. Сейчас еще разок попытаюсь. Нет, бесполезно. Еще одна мелочь: осмотрись, и попытайся выяснить, где ты находишься. Возможно, нам это поможет»

Соник пытался осмотреться вокруг. Рэпчур-сити был мрачным, заброшенным местом. Повсюду бродили те, что когда-то были людьми. Теперь они назывались сплайсерами. Соник просто передавал то, что видит мысленно. Обдумывал.

«Извини, тебе придется все описывать. У меня не получается получить картинку прямо из твоего мозга. Кабинет зубного, портрет какой-то дамы, изрезанной ножами, надписи кровью. Ты описывай, описывай. Кажется, здесь медицинский павильон»

Здесь работал до того, как все помешались, какой-то пластический хирург. Соник находил аудиодневники жителей и понимал, что всеобщее безумие не было случайностью. Люди заигрались, переборщили. Например, от слов, которые говорил в своих записях этот хирург, доктор Штайнман, кровь стыла в жилах (сказаны-то они были еще до катастрофы):

– Когда Пикассо наскучило рисовать людей, он начал представлять их в виде кубов и абстрактных форм. Мир назвал его гением! Я всю свою карьеру хирурга был занят тем, что повторял одни и те же скучные формы: вздернутый носик, подбородок с ямочкой, полная грудь. Как прекрасно было бы делать ножом то же самое, что старик-испанец – кистью!

Как только окончилась эта аудиозапись, Соник уловил какой-то странный звук вдалеке. Прислушавшись, он понял, что кто-то плачет. Звук доносился из туалета. Рыдания были женскими и какими-то нервными, прерывистыми.

– Эй, кто там? Вас кто-то обидел? Местные монстры? – Соник заходить не решался, так как помнил третий совет того голоса.

– Он обещал. Обещал. А теперь… Кто я?

Рыдания были очень жалобными, и Соник решился зайти. Тем более, голос в голове помалкивал, не возражал. Над умывальником рыдала какая-то женщина, с нездоровым, синим оттенком кожи. Приветствие застряло у Соника в горле, потому что рыдающая дама была прозрачной.

– Ты обещал сделать меня самой красивой! Штайнман, ты обещал мне! – Рыдания перешли в крик. – Во что ты меня превратил?! Посмотри, посмотри на меня!!!

После этого вопля призрак исчез. «Голос, я должен найти этого Штайнмана, и остановить его! Он обезумел» – Подумал Соник.

«Успокойся. Здесь все обезумели. И не тебе его останавливать. Здесь есть свой человек, рожденный для подвига. Кстати, было бы неплохо, если бы ты держался рядом с ним. Вот для того, чтобы встретиться с ним, ты должен найти Штайнмана»

Этими объяснениями Соник был недоволен. Ведь он так и не понял, как он пересечется с неведомым героем.

«Все просто. Этот человек придет и убьет Штайнмана, если он еще жив. Кстати, можешь порадоваться. Я нашел Тэйлза»

Глава 44 – «Тот, кого нужно вежливо попросить»

Штайнман был в самой дальней операционной. Он пытался вернуть жалкие остатки вдохновения, покидающие его. Маленькие разрезы, добавляемые к лицу его пациентки, не приносили красоты. Вдохновение ушло, и Штайнман не мог ничего с этим поделать.

– Богиня! Афродита. Что я делаю не так? Почему она становится все уродливей и уродливей?! – Кричал обезумевший хирург.

– Может быть, потому что ты кромсаешь труп скальпелем? – Этот крик отвлек его, но это было не зря.

– Богиня, это существо необычно и прекрасно. – Прошептал Штайнман.

Этот мальчик чем-то напоминал ежа. На голове несколько костяных наростов, вытянутых в длину. Большие зеленые глаза добавляли живости. Цвет глаз, если бы можно было его менять. А цвет кожи? Синий, как небесная лазурь. Как же он не догадался до экспериментов с цветами? Ноги, правда, очень тонкие, но ведь и это поправимо. О, вот он – кладезь новых идей. Нет предела совершенству. Хирург уже видел пути к совершенствованию этого существа.

– Похоже, сатурнийцы не так уж и безнадежны. – Пробормотал хирург себе под нос.

Мальчик, похожий на ежа стоял и смотрел с каким-то отвращением.

– Мальчик, как тебя зовут?

– Я Соник. Ежик Соник. А вы доктор Штайнман?

– Да. А ты можешь считать себя ежом, если тебе так хочется. Ведь в Рэпчур-сити ты можешь быть кем угодно.

– Я и дома могу быть кем угодно. – Заметил мальчик, считающий себя ежом.

– Слушай, а ты не хочешь изменить свою внешность к лучшему?

– Даже не думайте. Я не собираюсь ложиться под ваш нож. Посмотрите на себя! Вы безумны, а руки у вас по локоть в крови!

Он не хотел, но Штайнман не мог, не имел права его упускать. Что он бы сказал богине, упустив его? Руки сами собой потянулись к автомату Томпсона, с которым хирург никогда не расставался. Но существо уже исчезло. Вдохновение требовало выхода. Какая-то дама бродила по коридору, вынюхивая «адам». «То, что нужно» – прошептал хирург, целясь в ноги.

Было противно. Очень противно. Город, люди здесь, океан, давящий сверху и все остальное, что создавало давящее, удручающее чувство. Может быть, до катастрофы здесь и было лучше. Кто их там знает? Теперь оставалось подождать этого непонятного героя. Только вот было непонятно, что ему говорить.

«Все просто, Соник. Нужно только вежливо попросить. Ты должен ему сказать… Стой! Одна мелочь – ни в коем случае не говори ничего другого. Только то, что я тебе сейчас передам. Ты понял?»

Соник мысленно подтвердил свое согласие и спросил, что ему нужно сказать этому таинственному человеку.

«Would you kindly, protect me»

Примечание. Англ. – Будь любезен, защити меня.

Еж про себя очень удивился, ведь можно же сказать «Пожалуйста», или…

«Никаких „Пожалуйста“! Так и только так! Запомнил?»

Мысленную дискуссию прервали какие-то крики, смешанные со стрельбой. «Он уродлив. Уродлив! Уродлив!!!» – это кричал Штайнман. Соник примчался туда в мгновение ока. В операционной их было двое. Только теперь Соник увидел, что это не операционная вовсе, а морг. Обезумевший хирург практиковался в морге. Посреди помещения была бетонная колонна. За колонной было затоплено. Правда, воды было немного, по щиколотку. Внутри сражались двое: доктор и неизвестный человек с револьвером. У доктора было автомат, но другого человека это не волновало. Некто с револьвером просто щелкнул пальцами и Штайнман загорелся. Чудеса на этом не закончились. Когда доктор бросился в воду, прямо с руки героя (так его про себя назвал Соник), сорвалась молния и ударила в воду. Ток обездвижил доктора, и герой разрядил в него всю обойму револьвера.

Человек этот был высок и худощав. Ничего не выделялось в его внешности, кроме татуировки на запястье в виде цепи. Возраст у него где-то около лет тридцати или сорока, это было непонятно. Соник позвал его, но герой отреагировал очень странно. Он просто начал стрелять в Соника. Только очень тяжело попасть в ежика, который умеет бегать со скоростью звука.

– Не стреляй…

Попытки договориться заглушила стрельба.

– Пожалуйста…

Тот же эффект.

– Будь любезен, защити меня!

Эта фраза полностью изменила героя. Он встал, как вкопанный, опустив револьвер. Затем произнес хрипловатым, прокуренным голосом:

– Хорошо, я готов.

Такая перемена чрезвычайно удивила Соника. Он тоже встал, как вкопанный. В мыслях его путались удивленные вопросы.

«Я же тебе говорил, что нужно просто вежливо попросить»

Глава 45 – «Почему голос знает все?»

Похоже, для героя нужно было подыскать имя получше. Свое он так и не сказал. Но героем его называть не стоило. Действовал он более чем осторожно. При этом посмеивался и говорил, что нормальные герои всегда идут в обход. Обход состоял в том, что герой (Соник пока не придумал ему другого имени) вырубал молнией из руки все охранные системы, после чего очень быстро их взламывал. Врагов он стравливал между собой какими-то плазмидами (так герой называл свои сверхспособности) или заманивал к перевербованным охранным системам. Правда, Соник тоже ему помогал справляться с монстрами. Не забывайте, что он может бегать со скоростью звука. Ежу даже начинало нравиться общество героя.

А вот Рэпчур-сити как-то не привлекал. Темное, заброшенное место, по которому бродят одни безумцы. И вот, через некоторое время они встретили ее: маленькую сестричку. Этой девочке было лет пять или шесть. Кожа бледно-салатовая, глаза горят зелеными огоньками, платьице чем-то выпачкано, и запах, от которого хочется уйти подальше. Девочка сидела, склонившись над трупом, и высасывала у него длиннющей иглой какую-то жидкость. А рядом ходил, гремя свинцовыми ботинками, большой папочка. Защитник, который никому не давал приблизиться к маленькой сестричке. Вместо оружия у него было какое-то странное подобие дрели. Броней служил какой-то тяжелый водолазный костюм с четырьмя зелеными фонарями на лице, там, где должны были быть глаза. Рост у этого существа зашкаливал за два метра. Да и весить меньше двухсот килограмм со всем своим снаряжением он никак не мог.

– Мистер Баблз, мистер Баблз, он как ангел. Он ведь сверху? Он тоже смотрит за нами? – Говорила девочка, продолжая выкачивать странную жидкость при помощи своей иглы.

– Эй, Соник. Видишь его? – Прошептал герой.

– Вижу. И девочку вижу. Только мне говорили не приближаться к ним.

– Это верно. Но ты сможешь удрать и заманить его к взломанной камере. А там я уже не оплошаю.

«Верь ему, он не оплошает»

– Как я его заманю?

– Подойди к сестренке и дождись, пока цвет фонарей не сменится на красный. После этого – беги.

– Хорошо, но зачем нам этот здоровяк?

– Нам нужен не он, а девочка.

– Зачем?

– Увидишь. На счет три. Раз, два, три… Удачи, Соник. И спасибо за помощь.

– Не за что.

Соник подошел к девочке. Голова папочки засветилась красным. Девочка крикнула: «Убейте его, мистер Баблз!». Дальше все пошло по плану. Слетелись жужжащие вертолетики, и они вместе с героем расстреляли папочку. «Вставайте, мистер Баблз! Вставайте!» – Сестричка заплакала, сидя на корточках. Герой подошел к ней. «Нет! Нет!» – закричала девочка, когда он взял ее на руки.

– Выжми ее, прикончи. Тебе, чтобы выжить нужно максимум «адама». Без него ты здесь никто. Как ни прискорбно, но ее придется убить. Посмотри на нее, она уже не человек. – Это заговорила рация на поясе у героя.

– Атлас, ты уверен, что это нужно?

– Не купись на ее внешний вид, мой друг. – Возразил некий Атлас.

– Эй, послушайте, Атлас. Зачем ее убивать, она всего лишь маленькая девочка, несмотря на то, что с ней сделали! – Прокричал Соник.

– Кто там еще с тобой? – Откликнулась рация.

– Это Соник. Славный малый. Он здорово мне помог.

– Кто? Кто это?

– Парень. Ростом невелик, около метра. Говорит, что еж.

– Что? Ты видел как опасно в этом городе? И после этого ты доверился какому-то сумасшедшему человеку…

– Он не человек. И он действительно похож на ежа.

– Да я и есть еж! – Обиделся Соник на этот диалог.

Затем рация заговорила тихим шепотом. Этот Атлас явно был напуган.

– Будь так добр, избавься от этого существа. Ты еще не знаешь этого города.

Герой почему-то оставил сестричку и направил оружие на Соника.

«Черт, проблемы. Повторяй за мной: Будь так добр, забудь эту чушь»

– Будь так добр, забудь эту чушь. – Повторил Соник.

«А тебе, Фрэнк, я скажу, что не все так просто»

– А тебе, Фрэнк, я скажу, что не все так просто.

– Что?! О чем ты? – Закричала рация.

«Мне известно все, но я не собираюсь во все это вмешиваться»

– Мне известно все, но я не собираюсь во все это вмешиваться. – Соник чувствовал себя на редкость паршиво в роли марионетки.

– О чем ты?

«За то, что задумали не волнуйтесь, не помешаю»

– За то, что задумали не волнуйтесь, не помешаю.

Сонику не верилось, но эта болтовня помогла.

«Будь так добр, забудь этот идиотский разговор»

– Будь так добр, забудь этот идиотский разговор.

– Хорошо. – Ответил герой.

Маленькая девочка все еще плакала около трупа большого папочки. Герой схватил ее за горло. Бедняжка начала упираться и кричать. Было похоже, что он ее душит. Соник хотел было помочь, но они оба засветились. Когда все закончилось, девочка была уже нормальной: естественный цвет кожи, не отвратный запах, чистое платье.

– Спасибо, мистер. Этот ангел с вами? – Девочка уползла в вентиляционную отдушину, не дождавшись ответа.

А Сонику как в душу плюнули. Лучше уж было убежать. Что, разве Соник не увернулся бы? В голове вертелось множество вопросов. Что это за голос? Почему он им командует? Что с героем постоянно происходит? Откуда голос все знает? Может быть, он житель Рэпчура, владеющий телепатией? Где он вообще? Когда его вернут домой? Придется возвращаться самому?

«Я не житель Рэпчура. Мне нужно тебе помочь и все. Извини, что так получилось, но мне будет спокойней, если ты будешь с этим парнем»

И больше никаких ответов.

Соник уже сбился со счета времени. Он шел за героем. А герой шел за каким-то Эндрю Райаном. Этот Райан был негодяем, который уничтожил семью этого Атласа. Атлас оказался не так уж и плох. Просто он был единственным, кто не обезумел здесь, а пытался спастись. И его семья погибла во взорвавшемся батискафе прямо у них на глазах. А голос не давал покоя. Нет, он молчал. Но его загадочность просто убивала.

«Привет, скучаешь без меня? Мне удалось найти способ добраться до тебя. Прости меня за то, что я так усердно хранил инкогнито. Мне просто очень хотелось побыть кукловодом. Меня ведь дергали за ниточки с самого начала этого истории. А ты считал, что я главный кукловод? Эх, Соник. Я хотел бы сам знать, что происходит. Я сейчас приду за тобой»

Соник все равно ничего не понимал.

«Я – Дима Горяченков, если ты не в курсе»

Глава 46 – «Что стало с Димой»

И еще раз. Где я? Даже не смотрю по сторонам, а пытаюсь понять, что произошло. Манул. Кто это? Что это? Оно сказало: «теперь я манул». А кто это на самом деле? Оно разбросало меня и четырех персонажей по случайным вселенным. Голос! Голос!!! Где он? Теперь он нужен, а его нет. Спокойно, спокойно, только спокойно. Да что за!!! Даже недодумал. Привычка. Тут уже можно и выразиться, надеюсь.

И вот опять. Где я? В этой комнате десять компьютеров, обшарпанный пол, две железные двери и одна деревянная, окно с жалюзи и решетками. Похоже на кабинет информатики в какой-то школе. Но какая это вселенная? Проклятье.

В одну из железных дверей входит какой-то человек. Волосы каштановые, редкие бакенбарды, на лице очки, рост чуть ниже среднего, джинсы, красный свитер, наушники, ведущие к какому-то устройству в кармане, большущие глаза, странные контуры лица, как будто нарисованные… Аниме!!! Не может быть. Не хочу. Не хочу.

– Что ты на меня так смотришь? Новенький, что ли? – Жизнерадостно крикнул этот парень. Возраст его определить было почти невозможно. Может быть восемнадцать, а может быть тридцать.

– Да. – Правда, в любом случае.

– Да не парь мозга. Такая хрень бывает, если тебя в анимешную вселенную командируют. Слышь, а ты, кажется, тоже побывал во вселенной с японскими корнями.

– Побывал. Стоп! Ты о чем? Давай сюда зеркало!

– Нет у меня зеркала. Да успокойся ты, все нормально!

– Зеркало! Быстро!

– Кто там орет?! – Голос доносится из-за железной двери.

Парень заходит туда и говорит:

– Все нормально, тут один новенький никак не может с переходами свыкнуться. Координатор, у вас есть зеркало?

– Где-то тут было. На, держи.

Момент истины. Нет, это уже ни в какие ворота не лезет! Предупреждать надо о таких вещах. Не то, чтобы я не любил аниме так сильно, но такого я и врагу не пожелаю. Не могу так, просто забиваю на сеть причин. Твою мать!!! Кажется, полегчало. Итак, в зеркале:

А) Мечта мастера косплея,

Б) Мечта фаната аниме,

В) Какое-то лупоглазое чмо,

Г) Полное г,

Д) Мое лицо (к сожалению).

Самое хреновое то, что пункты А, Б, В, Г и Д – одно и то же. За это неведомому голосу будет отдельный втык, если до него доберусь.

– Да не парь мозга. Щас я тебе одним плагином сделаю как было.

– Спасибо. Кстати, а как тебя зовут?

– Джанни Андизо. А ты у нас кто? Давай, колись.

– Дмитрий Горяченков.

– Новенький погруженец?

– Новее некуда.

– А чего ж тебя тогда на погружение отправили?

– Хрен его знает. Сам не рад.

– Да, теперь у нас бардак. Да такой, что не дай боже. – Вздохнул Андизо.

– Внешность, Джанни, вы только что обещали сделать, как было.

– Ах да, сейчас. Уже делаю. Спокойно! Ну как?

Лицо! Мое родное лицо! А Андизо еще и нравиться быть мультяшкой! Может быть, он родом из какой-нибудь аниме-вселенной?

– Что там за новенький? – Крикнул какой-то координатор. – Совсем оборзели, шастают в инфу, как домой! Бан на веки вечные.

– Андизо, а что означает «инфа»?

– Ты еще даже этого не знаешь? Ну, ты даешь! Центр координирования информации по придуманным вселенным. ЦКИПВ не звучит, поэтому принято говорить «инфа». Ладно, мне пора. Я уже ухожу. Ты поговори с координатором. Он введет тебя в курс всех дел. Обживайся тут. Мне пора.

Что ж, зайдем к этому координатору. И выясним, наконец, куда я попал.

Глава 47 – «Координатор – хитрая рожа»

Захожу. Тоже десять компьютеров. Похожее помещение, только по центру большой подковообразный стол. В подкове оборудовано рабочее место с компьютером. А там координатор. Человек. Нормальный. Не аниме (не привлекают меня искаженные лица японской национальности, хоть убейся). Даже когда сидит, видно, что невысокого роста. Возраст молодой, только тут можно определить, что около двадцати пяти лет. Волосы черные, растительность на лице средней степени небритости. Хотя, насчет средней я загнул. Парень себя уже слегка запустил. Одет небрежно: свободный свитер в черно-белую полоску и вездесущие джинсы. Ни дать ни взять – сисадмин, досыпающий в ожидании зарплаты.

– Здравствуйте. – Пытаюсь завязать разговор.

– Ну, здорово, коль не шутишь. Ты, видно, совсем новенький. Раньше я тебя не видел.

– Немудрено. А вы не скажете, где я?

– В инфе, тебе же только что объяснили.

– Это понятно. Не скажете, какая вселенная?

Равнодушие координатора как рукой сняло. Он уставился на меня с удивлением, подозрением и любопытством одновременно. Пока он смотрел, я даже анекдот успел вспомнить:

«Пьяный в подъезде спрашивает у одного из жильцов:

– Где я?

Прохожий начинает объяснять:

– Улица Володарского, дом 34…

– К черту подробности! Какой город?»

Удивление того жильца наверняка было сродни удивлению координатора.

– Ты что, нелегал?

Я задумался, надолго задумался. Похоже, в этой вселенной была какая-то база того «Совета кураторов», с которым связан голос. Насколько я понимал, выдавать себя не стоило. Но этого парня провести шансов не было никаких. Это с Сальвадором Комего я мог поиграть в кошки-мышки. С этим же кадром шутить было нельзя. Интуицией чую: хитрая рожа этот координатор, ой, какая хитрая. Не хочется мне с ним связываться. Придется признаваться. Может быть, еще договорюсь с ним. Уж очень мне поступить в университет хочется. Буду крутиться до последнего.

– Да. Так уж получилось.

– Чего ж тебя сразу ко мне не доставили?

– А должны были сюда доставить?

– Да, должны были. Первый попавшийся погруженец должен был привести тебя ко мне для освидетельствования. Как же ты никому не попался? Хоть кто-то да должен был тебя найти, запеленговать.

– Меня нашли и даже пытались куда-то провести, но ничего не вышло. Мне не захотелось.

– Не захотелось ему, видите ли. – Саркастически заметил координатор. – А ничего, что в таких случаях применяют силу?

– Применяли. Но я сумел отговориться.

– Ну, и кто тебя отпустил?

– Никто не отпускал. Мне самому пришлось применить силу.

– Ничего себе. Какую комбинацию?

– Стандартный экран.

– Убого, но для твоего уровня неплохо. Кого ты при помощи экрана уделал? Просто интересно.

– Сальвадора Комего, если вам это о чем-нибудь говорит.

– А, тогда все понятно. Говорил же я ему: хорош с интерфейсами ковыряться, изучай боевые комбинации.

– Извините, что перебиваю, но мне хочется узнать, где я. Можно?

– Ты в «Улье». Правда, теперь его перестраивают и переименовывают в «Комплекс». А все, потому что кому-то захотелось перемен и просто повыпендриваться.

– А что это?

– «Улей»? Ха! Это та вселенная, в которой находится «Совет кураторов». Организация, где состоят кураторы, погруженцы, наладчики, боевики, забеговцы и много кто еще.

– И что теперь дальше? Повяжете, отберете модуль, вернете домой? Торжественно примете в свою секту? Может быть, меня, наконец, отпустит, и я узнаю, что за дурь, от которой так плющит? Вообще, что полагается делать в таких случаях?

– Полагается, отобрать модуль и вернуть домой. Но для этого бюрократической макулатуры нужно – караул. Это неприятности для многих, в том числе и для меня. Большие неприятности. Так что на кой ты мне нужен? Катись, куда хочешь. Чего стал? Иди-иди. Хотя, стой. Ты ведь реально нелегал?

– Ну, так меня Сальвадор назвал, а что?

– Ничего. Просто это очень интересно. – Координатор наклонился вперед. – С тех пор, как построили «Улей», никто этим не пользовался. С четко рассчитанной системой контроля и патрулирования пришел конец нелегальным погружениям. Этот способ и без того был не очень.

– Почему?

– Трудно нелегалов контролировать. К такому можно прибегнуть только от безысходности.

– Ну, «Улей», похоже, не положил конец нелегальным погружениям. Ведь я здесь.

– Так «Улья» больше нет. – Грустно вздохнул координатор, упершись рукой в подбородок.

– Есть «Комлекс»?

– Нет ни «Улья», ни «Комлекса». Есть только стройка со светлым будущим и бардак, какого свет не видел. – Развел руками координатор.

Да что он все время координатор и координатор? Как его зовут? И я вообще, ничего не понимаю. Голос объясняет только то, что нужно для дела. И то, по минимуму. Хоть бы насчет внешности предупредил. Кстати, куда он пропал? Может быть, координатор его знает? А он уже одел наушники и во что-то играет, забыв обо мне. Нет, нужно срочно разводить этого чудака на информацию.

– Так, господин координатор, есть серьезный разговор. Я понятия не имею, как попасть домой. Иначе я отправил бы все ваши погружения и вселенные лесом. Идти мне некуда, потому что я не могу. Нет у меня таких навыков обращения с вашим модулем. А даже если я пойду, меня легко подловить на том, что я нелегал. Если это случится, то тогда плохо будет всем. Верно?

Координатор снял наушники.

– Верно. И чего ты от меня хочешь?

– Информацию, основы, азы и хотя бы краткую теорию переходов между вселенными. Я, конечно, пробовал ковырять глоссарий…

– У-у-у, глоссарий – обо всем и ни о чем. Я тебе учебный мыслеблок дам. А что касается основ, то расскажу, куда от вас денешься.

– И еще, как вас зовут?

– Зови меня Батька Рэмба. – Добродушно усмехнулся координатор. Неужели он самый? Не верю. Глядя на него, думаешь, что Рэмбо он может быть только в «Counter-strike».

– Извините, не очень вы на Сталонне похожи.

– Ты про актера? Успокойся, это просто прозвище. – Захохотал Батька.

– На Лукашенко тоже не похожи…

– Да это меня в «Доте» погруженской так называют. Держи свою информацию…

Глава 48 – «Говорит координатор»

– Долго будешь ты меня слушать.

– Выбора нет, мне действительно нужно все это знать. Что это вообще за Совет кураторов?

– Все началось, когда кто-то догадался, что его вселенная строиться на чем-то придуманном. Что это был за хрен, никто не знает: история не сохранила. Тем более не один тот хрен догадался. Позже, догадавшиеся нашли способ путешествовать между вселенными.

– Модуль?

– Тогда это было не так удобно. Модуль появился намного позже.

– Я и с модулем не могу разобраться.

– Пару дней изучения теория, недельку практики и все наладиться. Слушай дальше и не перебивай.

– Хорошо.

– Ну, опять ты… А… – Скривился Батька Рэмба. – Сядь тут и слушай.

Я взял один из стульев и поставил около стола координатора.

– Те, кто догадались, решили, что они самые крутые, поэтому надо найти вселенную, где их жизнь никто не будет продумывать.

– Тайна персонажа? Ой, извини.

– Причем тут тайна! Это все потом появилось. И про тайну тебе расскажу. Что ты такой… Ну, я не знаю… Нетерпеливый ты. Короче: все завертелось вокруг вопроса не придуманной вселенной. Те, до кого дошло стали дружно искать вселенную, которую никто не придумал.

– И где она?

– Здесь.

– Здесь?

– Да. Не забегай вперед, надоел уже. Хуже Сальвадора. Так, я остановился на главном вопросе. Поиски не придуманной вселенной требовали больших знаний и пониманию вселенных вообще. Вся эта лабуда с потоками творческой энергии, исследования. Сначала все открывали главным персонажам вселенных правду на их происхождение. Как показала практика, напрасно. Кое-кому не надо было раскрывать то, что позже назвали тайной персонажа. А кое-кто – это девяносто три процента всех зарегистрированных персонажей. – Усмехнулся Батька. А я чуть удержался от очередного комментария.

Мысленно я звал голос. Голос не откликался. А координатор продолжал:

– Нет, конечно, кое-кому сказать можно. И они даже у нас работают. Вторым координатором тут работает персонаж один. Извращенец этот, Герри.

– Какой Герри?

– Мистер Гаррисон.

– Из «Саус парка»?

– Он самый. Фишка в том, что раскрытие тайны и вообще всякие помехи создавали сбои. Вмешательство догадавшихся в этот мир привело к серьезным проблемам. Поэтому, пока искали, договорились оставлять в каждой вселенной одно разумное существо. Для контроля и тому подобного. Чтобы не было сбоев, чтобы все шло как в первоисточнике. Такое существо называли куратором. Почему называли? До сих пор называют. – Поправил координатор сам себя.

– А «Совет кураторов» так и появился?

– Да, да, да, так и появился. Не придуманную вселенную нашли. Даже «Улей» в ней построили. Теперь непонятно что дальше, если честно. То ли Совет привык всем рулить, то ли действительно считает, что без него не обойдется в этом мире. Только теперь конца-края этой фигне не видать.

– Они же появились, чтобы найти вселенную, которую никто не придумал. Чем они теперь занимаются?

– Контролируют, чтобы сбоев не было, отслеживают и составляют каталоги вселенных и персонажей, исследуют творческую энергию. В общем, занимаются всем тем, без чего можно обойтись.

– Зачем тогда занимаются?

– Они считают, что это действительно важно. Даже девиз себе придумали: «Мы в ответе за все, что придумано».

– Считают?

– Блин, может это реально важно. Но я в этом смысла большого не вижу.

– Ты говорил: «Одно существо на вселенную».

– Этого оказалось недостаточно. Кроме куратора у нас полно профессий.

– Координаторы, например.

– Ха! Нас не так уж и много, всего трое на весь «Улей». Или «Комплекс». Достала эта стройка уже, тебе не передать.

– А чем занимаются погруженцы?

– Особо запущенными случаями сбоев.

– А что за метод с нелегалами? Неужели особо запущенный случай может разрулить человек ничего в этом непонимающий?

– У нас не только люди работают. А метод этот использовать прекратили задолго до постройки «Улья». Фишка в том, чтобы найти кого-нибудь способного и подписать его на дело. Способный и незнающий может выдать идею, до которой никто не додумался. Но вот этот незнающий иногда чудит по-черному, поэтому такие эксперименты давно запрещены. Иногда втихаря, конечно, так делали, но когда была система контроля толковая, эксперименты прекратились.

– А теперь?

– А теперь строимся, и неизвестно, когда это кончится. Вот кто-то и воспользовался моментом.

– Батька Рэмба, давайте конкретней, что там строится?

– Просто перерабатывают всю систему управления, перестраивают несущие комбинации, меняют кое-где внешний вид и обзывают это крутым словечком. «Комплекс»… Неполноценности. – Мрачно добавил Батька. – Давно уже обещали закончить. Но как это обычно бывает… Эх!

– Ладно, ладно. Я же в непридуманной вселенной?

– Да.

– Планета земля?

– Да. Могу даже географические координаты сказать. Пятьдесят пять градусов и пятнадцать минут северной широты, и тридцать градусов и восемь минут восточной долготы. Вот только хрен это поможет, потому что ты не в своей родной вселенной. То, что она никем не придумана, не означает, что она твоя. Я угадал твои мысли?

– Угадали. – Мрачно подтвердил я.

– Ты лучше расскажи, как сам попал в нашу братию.

– Каком кверху. Теперь вы будете долго слушать.

Глава 49 – «Говорит Дима»

Начал я с самого начала и говорил со всеми подробностями. Координатор дослушал до того места, как меня впервые переместило.

– Значит так, этот голос лучше называй заказчиком. Это – куратор, к гадалке не ходи. Заказчик упоминал, что хотел встретиться с профессионалом, но не вышло. Видно, очень запущенный случай, раз уж куратор решился на такое.

Когда я в своем рассказе дошел до вселенной «Наша Russia», куратор опять заговорил:

– Извини, но я тебя опять перебью. Это вселенная не «нашей Russia'и», а вселенная «Little Britain».

– Почему?

– Потому что зажирно для убогого русского клона убогого британского скетч-шоу заводить отдельную вселенную. Эта передача и все ее клоны скомпоновались в одну вселенную. «Little Britain», «Наша Раша», «Наша Белараша», «Файна Юкрайна» и прочие вполне спокойно и комфортно могут разместится в одной вселенной. Заказчик упоминал некие «окна», верно?

– Да, а что?

– А про медиум-поля не распрягал?

– Нет.

– Странно. Просто это отдельная терминология для персонажей, которых нужно перемещать из вселенной во вселенную, но для которых необходимо сохранить тайну, и еще для нелегалов, конечно. Короче, для лохов.

– Спасибо, обрадовали и утешили.

– Ты не язви, ты послушай, что было на самом деле. Куратор приходил лично в те вселенные, куда тебя нужно было передвинуть, и лично ставил маяки. Это такие комбинации, которые при срабатывании тянут на себя тот модуль, который указан в настройках. Заказчик просто вел тебя маяками. С которыми он, скорее всего, обращаться не умеет. Иначе у него одного из персонажей по этому маяку не утянуло бы. Да еще и из другого времени. Это надо ж умудриться еще!

– Вы о том, как я вытаскивал Тэйлза? Это из-за куратора?

– С вероятностью девяносто девять и девять десятых.

– Это многое объясняет. Выходит уродец мог сказать мне, в какой вселенной я нахожусь?

– Мог, но не стал. Наверное, тренировал в тебе навык ориентировки по деталям из первоисточника. А может и сам не знал, что за вселенная на маршрут попалась.

– Одной он, скорее всего не знал. Слушайте дальше…

Мой рассказ дошел до того места, где я заснул во вселенной «DOOM», когда координатору опять захотелось почесать язык:

– Ты что, совсем ненормальный?

– Почему?

– Потому что только последний идиот додумается лечь спать в незнакомой вселенной, даже не попытавшись выяснить, где находится. Продолжай.

Мой рассказ о воплощении чит-кода довел координатора до состояния близкого к нервной истерике. Похоже, раньше анекдоты тут не воплощали. Наверное, одной байкой в «улье» стало больше. Дальше он меня почти не перебивал и слушал спокойно. Когда я окончил свой долгий рассказ, координатор подвел очень полезные итоги:

– Ну, что сказать? Расследование провел неплохо, мне твоя корректировка плана понравилась. А вот задержание вандала завалил полностью. Просто если интуиция подсказала тебе, что тут что-то нечисто, то нужно тихонько выяснить, что не так, а не орать во весь голос. Кинул бы тот же парализатор, которым тебя Комего обрабатывал, еще неизвестно, как бы тогда дело повернулось. Да, и заказчик слегка затупил. Есть же и другие способы заблокировать выход из вселенной.

– Еще один вопрос, самый важный: заказчики в таких случаях держат свое слово?

– Зависит от заказчика. Это все нелегально, значит, получается, что он тебе ничего не должен.

– Как ничего не должен? Вы ходите что, все это одна большая на…

– Попрошу не выражаться. – Чуть громче заметил Батька Рэмба.

– А у вас есть сведения, кто и где куратором работает?

– Хочешь найти куратора вселенной «Sonic the hedgehog»?

– Да, хочу.

– Эх, Дима. Были у меня тут базы данных, да слетели к чертовой матери. Просил прислать новые, и третью неделю уже жду. Спасибо, кстати, что напомнил. Надо будет наехать на нашего главного, Центра силы.

– Это титул?

– Да. А заказчика твоего я, только если по памяти вспомню. Помню, долго сеньор Ваваропи думал. Там с прошлым куратором какая-то поганая история произошла. Ваваропи, одному из старших кураторов игрового отдела, тогда приказ пришел: брать нового из персонажей. А кого он тогда взял? Мне он так и не сказал.

– Из персонажей? – Я достал опять эту замусоленную бумажку с именами.

– Что там у тебя?

– Список подозреваемых. Похоже, он опять понадобится. Гляньте, может, поможет?

– Да не поможет. Я же даже не знаю, кто там куратор. Разве что эти истерики, которые тебе закатывал иногда заказчик…

– В смысле? Что вы имеете в виду?

– Нервозность, паника, спонтанные действия. Хм… Бабский почерк.

– Вы думаете, что это женский персонаж?

– Необязательно. Но более чем возможно. Я дал бы процентов семьдесят.

– Много. А он может быть ребенком?

– Тоже вариант. Только, чтобы всем этим управлять, нужен очень умный ребенок. У тебя есть версия?

– Даже две.

Лисенок. А был там еще один умный персонаж, постоянно со мной был, подсказывал. Очень умный и хитрый персонаж. Лис или летучая мышь? Хорошо, если Тэйлз: он свое слово сдержит. А если Руж? Тогда дело – труба. Скажет этому совету: «Невиноватая я – он сам ко мне пришел!», глазками похлопает и все. В лучшем случае, просто вернусь домой. Только в ее сводке было что-то о базовых моральных принципах.

– А сводки о персонажах кто составляет?

– Куратор.

Черт! По ней не скажешь, что она скромна. Или все-таки он?

– И что мне теперь делать?

– Искать персонажей. Пеленгуй все вокруг мыслерацией. Когда посылаешь импульсы, думай о них, и все будет нормально. Их, скорее всего, разбросало по тем вселенным, которые ближе. Значит, они, скорее всего, основаны на играх. Пеленгуй по игровому отделу. И осваивай переходы между вселенными. Неизвестно, что еще с тем куратором случилось. Да и не век же он тебя маяками таскать будет.

– Не он, а она. Хотя это не факт. Стоп! У меня же был плагин очной ставки! Я десяток основных персонажей проверил. Они сразу исключаются. Отпадают тогда обе мои версии.

– Проверка пользования модулем в последнее время?

– Да.

– Можешь мне плагин передать?

– Могу. А что?

– Ничего. Просто от обычных проверялок только дурак не защитится.

– Держите. – С функцией передачи комбинаций я уже разобрался.

Координатор долго думал, изучал, затем задумчиво произнес:

– Блин! Ручная работа. Раньше мне эта самоделка не попадалась. Если куратор сам это смастерил, то честь ему и хвала. А так оно, скорее всего и есть. Причем способ обойти свою проверялку куратор наверняка знает. Так что в поисках заказчика оно тебе никак не помогает.

– Что-то я никак не могу с ним связаться. Может, вы бы подсказали крутую фразу для переговоров?

– Бесполезно. Когда тебя перемещает сюда, блокируется мыслерация и многие плагины и комбинации. Ладно, перемещу тебя. Куда?

– Найди место потеплее, где никто не помешает и где я не загнусь от голода.

– Хорошо. О, знаю! Я как раз творческий первоисточник изучать заканчиваю. Ах да, еще одну ерунду вспомнил. Среди кандидатов в кураторы был персонаж, которого самым первым выбрали.

– В смысле?

– Первым куратором этой вселенной был этот, как там его… Ну, он еще там главный злодей.

– Доктор Эгман?

– Да. У меня даже мыслеблок с записью собеседования по памяти участников остался. Мистер Ваваропи как-то мне показал этого кадра. Где же оно, где же. А-а-а, чтоб тебя… Вот оно. Лови. Удачи, нелегал.

«Улей» исчез. Я был в другой вселенной.

Глава 50 – «Материалы собеседования: Айво Джулиус Роботник»

Николо Ваваропи, старший куратор игрового отдела, выполнил тогда очень тяжелую работу. Выбор нового куратора для вселенной «Sonic the hedgehog», особенно после проблем с предыдущим был щекотливым делом. На этот раз совет был непреклонен: новый куратор должен быть персонажем. Вся беда была в том, что категории тайн у них начинались от C – «Разглашение допустимо в случае необходимости». Первый куратор был персонажем и имел категорию D. Доктор Роботник неплохо справлялся первые пару лет, но затем не выдержал. Он понимал, что в основе его мечты глупая игра, но все равно не удержался: исполнил. Воспользовался служебным положением и просто захватил мир Соника. Роботник думал, что все прозевали, что в творческом первоисточнике так и есть. Он решил, что Sega дала ему шанс. А оказалось, что в игре была лихая фишка: перемещения во времени. Сильно наказывать дурака не стали: просто восстановили тайну персонажа и присвоили категорию C. Следующий куратор проработал около десяти лет, но потом начал вытворять такое, что шалости Эгмана показались всем детской игрой. Теперь нужно было выбирать третьего куратора. Доктор был самой подходящей кандидатурой. Вопрос был в том, согласится ли он.

Роботник никогда не видел этого человека, но он все равно казался знакомым. Внешности его была не совсем обычна. Сразу же бросалось в глаза то, что незнакомец был абсолютно лысым. Лицо его казалось очень живым, что ли. Он почему-то казался человеком, способным завоевать себе авторитет знанием и умением находить общий язык с людьми. Так оно по большому счету и было. На этом лице было трудно представить себе что-то кроме улыбки. Серьезное выражение определенно не шло незнакомцу. Поэтому официозное выражение лица было, по большей части, показным. Человек представился:

– Меня зовут Николо Ваваропи. Мне нужно кое-что вам показать.

После этой фразы Роботник начал вспоминать. Вспомнил все. А еще он понял, что сейчас будет. Доктор подошел к ближайшему экрану и отодвинул в сторону какую-то панельку. Внизу были всевозможные разъемы.

– Думаю, подходящий разъем найдется в любом случае. Но разве это нужно? Я все вспомнил.

– Раскрытие тайны – редкий ритуал. Не хочу портить момент. Демонстрация доказательств – кульминация.

– Дело ваше. Что там у вас?

Внезапно материализовалась приставка, Sega Dreamcast. Эгман не удивился, он вспомнил, что для раскрытия тайны была своя комбинация связей. Сеньор Ваваропи извлек из внутреннего кармана темно-синего пиджака коробку с диском. Sonic adventure 2.

– Что-то я не припомню такой.

– Появилась через восемь после того, как вам восстановили тайну персонажа.

– Много воды утекло с тех пор. Тогда был другой старший куратор в нашем отделе.

– Вы могли получить эту должность. Вопрос поднимался. У вас были шансы. Вы не идиот, вы знали об этом. Почему все так случилось? – Спросил Ваваропи, подключая приставку.

– Вы намекаете, что моя мечта держится на глупой игре? А может быть, ваше «мы в ответе, за все, что придумано» – глупая игра. Где гарантия, что ваш Совет Кураторов реальнее моей мечты?

– Что ж, держите джойстик. Интересно, кто кого?

– И ради этого вы проводите такие ритуалы?

– Этот точно не ради игры. Аркады ценю не сильно, больше стратегии люблю. «Starcraft», например. – Улыбаясь, пояснил старший куратор.

– Глупые игрушки. Не люблю. Давайте будем считать, что доказательства мне предоставлены. – Заворчал Роботник.

– Как хотите. Пропустим информационную часть и сразу перейдем к главному вопросу. Согласны ли вы, доктор Эгман стать куратором этой вселенной?

– У меня другая фамилия! Я Роботник.

– Оба этих имени активно используюстя в нашем первоисточнике, а значит я могу использовать оба. Пожалуйста, ответьте спокойно. Согласны ли вы, доктор Эгман, стать куратором этой вселенной?

– Нет!

– Можете ли вы что-нибудь добавить к своему ответу?

– Вы все идиоты! Это ваш мир – глупая игра. Хотя научные расчеты на вашей стороне. Но это расчеты теории творческой энергии. Смахивает на лженауку, если честно. С меня хватило этой ереси и бредятины. Она не помешает мне избавиться от Соника и стать властителем этой вселенной! Убирайтесь и катитесь к черту вместе со всем вашим советом!

– Как скажете. Когда я уйду, этот разговор вы забудете. До свиданья. – Вздохнул сеньор Ваваропи.

Он не соврал. Отказавшемуся персонажу действительно необходимо было стереть память. Да и согласившимся тоже. Память о таких собеседованиях возвращали только по принятии должности. Сеньор Ваваропи не счел нужным задерживаться здесь. Ему еще предстояло провести три собеседования. «И это человек, два года проработавший в „Совете Кураторов“» – подумал Николо. Через секунду старший куратор исчез вместе с приставкой, а доктор Эгман просто вернулся к своим злодейским делам. Этого разговора в его памяти уже не было.

Глава 51 – «Один, в тепле и сытости»

Тепло. И я один на продуктовом складе. Молодец, все правильно сделал Батька Рэмба. Тут одни консервы. Ну-ка, ну-ка, что у нас на баночке написано? «Dharma initiative»! «LOST»! Что ж, будем надеяться, «другие» сюда не забредут. Первым делом нужно найти зверят. А после будем думать, что делать. Итак, ищу мыслерацию. Есть даже отдельный раздел в…

«Где вы были?!»

Ого! Голос, полегче. Эмоции – лишняя нагрузка на связь.

«Воспитание не позволяет мне передавать их матом. Где вы были?»

Сказать? Или не надо? Ладно, пусть знает. Глядишь, и шоколадку какую-нибудь оформит координатору. Голос, голос, зря ты так переживаешь. Я отлично провел время. Координатор оказался хорошим собеседником.

«Что?!!»

Не бойся, меня просто в ваш «улей» выкинуло. Координатор решил вообще в суть проблемы не вникать.

«Координатором был Жискар?»

Не знаю. Назвался Батькой Рэмба.

«Слава богу, пронесло. Ему уже на все проблемы пофиг. Если бы на нем „улей“ не держался, давно б выгнали. Он сказал, кто я?»

Да.

«Сказал, что я куратор? Баз данных у него нет, мне это известно. Я хочу сохранить инкогнито. Беда в том, что меня тоже выкинуло из вселенной Соника. Плюс к тому эта гадина как-то заблокировала мне ход в родную вселенную. Нам нужно найти пропавших персонажей. Потом пойдем вдогонку за этим вандалом. А там будем смотреть. Ситуация обострилась окончательно. Куратор не может попасть на место работы. Я понятия не имею, что это за комбинация. Мне, кстати, удалось найти Эми. Пеленгуйте их мыслерацией. Будем держать связь»

А где Эми нашлась?

«В „South park“. Мне только ее прыжок удалось отследить. Далеко метнуло. Остальные должны быть поближе»

Заказчик, я думаю, нам лучше будет встретиться лично. Молчит, скотина. Ладно, пробую пеленговать. О, кажется, получилось. Сосредоточиться на игровых вселенных. Для начала сосредоточимся на любимых нами шутерах. Ничего, ничего, ничего. Отлично! Связь установлена. Соник. Я его нашел. Нашелся. Отлично. Теперь мне нужно узнать, где ты.

«Мало того, что я не знаю, где нахожусь, так еще и начинаю сходить с ума. Голоса в голове!»

Вообще-то, голос. Один голос. И это не шизофрения, а мыслерация. Мне нужно вернуть тебя домой. Для этого мне нужно выяснить, где ты. Мысленно опиши, где ты находишься, и все, что с тобой случилось.

Голос Соника и заказчика в мыслерации вообще не отличаются! Чудеса, да и только.

Так, все понятно с нашим игластым другом. Объяснил ему, как выжить, контролирую, изучаю теорию прыжков между вселенными. Переместится очень легко. Нужно только сразу прыжок без параметров включить. Чем больше конкретики, тем больше трудностей. Все эти типы первоисточника, общее творческое впечатление, формируемое как параметр. И это считается простым учебником. Немудрено, что я по глоссарию никак не мог разобраться.

«Ну как?»

Нашел Соника, объяснил, как выжить. Не пропадет.

«А у меня глухо. Рою вселенные квестов и аниме-игр. Аркады уже перекопаны по сто раз. Бесполезно. Где Соник?»

Bioshock.

«Основные советы дали?»

Да.

«Отлично. Хотелось бы его проверить лично, но нужно продолжать поиски. Я раскапываю онлайн-игры, а вы займитесь стратегиями»

Сразу же, как закончу с шутерами.

Поиск я чередовал с изучением теории прыжков. Кое-что начинало проясняться. Но проблемы все равно были. Например, если бы мне сейчас вздумалось попасть во вселенную «bioshock», то я бы попал в какой-нибудь мрачноватый шутер или RPG. Мог даже в квестовую или стратежную вселенную загреметь.

Через некоторое время мне повезло опять. Тэйлз. Слава богу.

«У меня голос в голове?»

Спокойно. Ты не первый обзываешь меня голосом в голове. Похоже, это стандартная реакция на мыслерацию.

Ближе к концу дня я решил переместить Тэйлза. До Соника добраться было тяжелее. Наверное, потому что, «half-life» и «LOST» роднила общая черта: одна большая непонятная фигня, ради которой ждут продолжения. А может, были и другие причины. Кто их там разберет теперь. Тем более меня больше волновало отсутствие открывашки на складе. Консервы камнями открывать было очень неудобно.

Перемещение было очень трудным для меня. Все эти настройки. Меня хватило только на задание общего типа. Советские мультфильмы: веселые, добрые приключения без доменных печей вместо тортиков. Думал для верности сконцентрироваться на «Союзмультфильме», но знаний для этого не хватило. Минут пять намечал, готовился. Полчаса перепроверял. Ну что ж, Тэйлз, начало связи. G-Man, GlaDOS, достаточно с тебя на сегодня. Они не самые приятные собеседники для тебя. Я попытаюсь переправить тебя в другую вселенную, побезопасней.

Получилось или нет? Ну?

«Как ты это сделал?»

Фирма веников не вяжет, фирма делает гробы. Мне удалось только потому, что я не указывал конкретной вселенной. Только общие черты безопасного места. Будут проблемы – позови. О, кстати, чуть не забыл. Мне удалось найти Соника. А вот от Наклза и Эми абсолютно никаких вестей. Буду продолжать поиски. Попробуй аккуратно выяснить, где находишься.

Остаток дня мы с заказчиком провели, выискивая Наклза. С утра пришли вести от голоса.

«Наклза нигде нет! Придется переправлять Соника, Тэйлза и Эми в безопасное место и идти по следу вандала. Кое-какие ниточки наладить удалось. Есть возможность, при правильном подходе, переместиться в его родную вселенную, где он и окопался. Кстати, вы мультик „Кот Леопольд“ знаете?»

Люблю и уважаю!

«Отлично. Вы, оказывается, Тэйлза туда переправили. Так, идете во вселенную „Bioshock“ (координаты будут) и отправляете Соника к Тэйлзу. По вашим следам я проложу дорожку для Эми. Так будет технически проще. Затем вы идете во вселенную вандала. Какая вселенная, мне не известно до сих пор. Так что не зря вы прошли краткий курс ориентирования по деталям первоисточника. У вас, кстати, отлично получалось для новичка»

Стоять, голос! С этого места давай подробнее. Я один, что ли, эту пакость ловить буду?

«Я подстрахую из засады»

А может не надо этих тактических заморочек? Просто встретимся и вдвоем прижмем гада.

«Вы хотите раскрыть мою личность? Прошу вас, не надо. Вашу память проверяют все, кто может. Комего ее изучил насколько смог. О координаторе я вообще молчу. Он наверняка достал такое, что вы сами уже давно не помните. А я не хочу, чтобы мою личность разгласили»

Если что не так, координатор вспомнит, что в деле замешан куратор вселенной «Sonic the hedgehog». Твое инкогнито бесполезно.

«Не скажите, теперь многие буйствуют под шумок великой стройки»

А случай с нелегалом запомнится.

«Тем не менее, инкогнито дает мне дополнительный шанс остаться на этой работе. А я себя не без нее уже не мыслю. Нет, будем теперь действовать по-моему»

Ну, заказчик! Доиграешься! Я выясню, кто ты! А сейчас, буду готовиться к переходу. Комбинацию с координатами заказчик (или заказчица, что мне кажется почему-то более вероятным) уже загрузил.

Ну, как там Соник? Привет, скучаешь без меня? Мне удалось найти способ добраться до тебя. Прости меня за то, что я так усердно хранил инкогнито. Мне просто очень хотелось побыть кукловодом. Меня ведь дергали за ниточки с самого начала этого истории. А ты считал, что я главный кукловод? Эх, Соник. Я хотел бы сам знать, что происходит. Я сейчас приду за тобой.

«Я все равно ничего не понимаю!»

Я – Дима Горяченков, если ты не в курсе.

Глава 52 – «Заказчик»

Что ж, я на месте. Рэпчур-сити. Надо найти Соника. Опять какой-то склад, только не продуктовый. Тут полным полно оружия. Видно, заказчик решил позаботиться, чтобы я не загнулся. Возьмем на всякий револьвер. Тут еще коротковолновая рация. Тоже возьмем. Если настроиться, то можно связаться с… Черт, в игре не сказано, как звать главного героя. Назову я его… Ладно, в общем, свяжусь с главным героем и попрошу организовать встречу с Соником.

– Так значит, ты умеешь бегать со скоростью звука? – Прямо за дверью! Герой из игры! И Соник с ним!

Так, вообще-то возникла идея. Пойду аккуратно сзади, главное, чтобы…

«Действуем по плану! Переправляйте Соника»

Сейчас, только ежик имеет обо мне неприятные воспоминания, не хочу, чтобы он удрал. Поэтому достаю рацию. Черт, он рядом. Может быть, изыщем резервы.

«Для чего? У вас опять какая-то идея? Не выпендривайтесь, заберите Соника»

Сейчас, только прослежу за ними аккуратно сзади. Они мне заодно будут дорогу за собой расчищать. Будем надеяться, все получиться.

«Вы уже пять минут за ними идете»

Иду. И аккуратно их слушаю.

– Ну, что попробуем еще раз? – Бодрый голосок нашего реактивного товарища.

– Парень, ты уверен? Это опасно.

– Я привык жить среди опасности. Все обсмотрю, и вернусь через две минуты. Да успокойтесь, в прошлые семь раз скоростная разведка прокатывала.

Есть! Подарок судьбы. Достаю рацию. Главное, настроиться.

– Алло.

– Кто здесь? – Есть! Откликнулся. Мне везет тотально.

«Не знаю, что вы задумали, но вы используете ресурсы модуля, чтобы влиять на сеть причин. Неосознанное влияние, кстати, и называется везением. Вы сами это подстроили. Вы четверть запаса творческой энергии в модуле посадили. Что вы задумали?»

Узнаешь. Исключительно для очистки совести: скажи мне, кто ты? Последний раз спрашиваю по-хорошему.

«Это уже обсуждалось. Вы мне надоели. Немедленно передайте мне суть вашей идеи»

Не хочешь, как хочешь. Придется по-плохому.

– Кто здесь?

– Будь так добр, прошу, выслушай меня. – Вежливо прошу я, чтобы точно выслушал.

«Вы использовали кодовую фразу для контроля над ним. Зачем?»

– Что случилось? Вам нужна помощь?

– Нет, это тебе нужна помощь. Есть плазмид, которым можно кого-нибудь обездвижить?

– Я вас не понимаю, назовитесь.

– Дмитрий Горяченков, помощник доктора Сушонга. Мутант, с которым вы таскаетесь, психопат каких поискать. На вид добр, но если что не так, убьет сразу. Это очень неудачная модель большого папочки, вышедшая из-под контроля. – Ого! Да у меня талант к импровизации.

«Что?»

– Что?

– Да, звучит невероятно. Но согласитесь, из него получился бы замечательный защитник. Он ведь уговаривал тебя не убивать сестричек.

– Верно. И что с ним делать?

– Пулями ты его не достанешь. Тебе нужно обездвижить ему ноги.

– Могу заморозить воду. Тут в помещении ее порядком. Он застынет в воде.

– Отлично. Это твой единственный шанс.

– Его нужно убить?

– Придется. У Сушонга были планы, насчет того, чтобы он контролировал любого человека своими словами. Не знаю, исполнились ли они, но если дойдет до дела, не дай ему заговорить.

«Объяснитесь!»

Дорогой заказчик. Мне надоели эти игры в шпионов. Я тебе не доверяю. Мне необходимо знать, кто ты. Понимаешь? Ты куратор. Ты из персонажей. Значит, с Соником знаком. А даже если он зарезал твою любимую бабушку, в чем я сомневаюсь, то ты все равно не имеешь права допустить его смерти.

«Смерти? Вы блефуете»

Нет, тут даже иллюминатор есть, из которого видно этот коридорчик. Я сам проконтролирую.

«Это шантаж?»

Да. Я отошел далеко, поэтому их не слышу. Но я вижу, как герой замораживает воду под Соником.

– Эй, ты что творишь? – Голос Соника в рации.

– Извини, ничего личного. – Отвечает ему герой.

– Будь так добр, задуши его. – Произношу уже я. – Приложи покрепче, чтобы он слова сказать не успел.

Герой садится на корточки и обхватывает тонкую шею Соника своими руками. Я даже в рации слышу его хрипы. Кто же заказчик? Руж, Тэйлз или еще кто-то? Колись, зараза! Не хватало, чтобы он еще реально загнулся.

«Остановите это!»

Явись лично и останови. Я специально выбрал удушение, чтобы тебе хватило времени одуматься. Хотел бы убить, Сонику просто свернули бы шею.

Палитесь мадам, палитесь. Неужели Руж? Покажись, времени у тебя немного.

«Не надо, прошу вас»

Я не блефую. Если попытаетесь обезвредить меня, не успеете на помощь Сонику. Рекомендую лично к нему явиться. А то он так хрипит, что мне тоже страшновато. Я на это не от хорошей жизни пошел. Мне нужно понять, сдержите ли вы свое обещание. Придите и спасите его лично.

Соник звал на помощь голос в голове, но тот не откликался. Герой минуту назад был готов ему помочь, а теперь заморозил ноги. Лед обжигал лодыжки. А после его руки героя сомкнулись на его шее. Воздуха в легких становилось все меньше и меньше. Соник вырывался, но все было бесполезно. Его душили, как котенка. Он всегда полагался на свои ноги, а теперь от них не было никакого толку. Умереть вот так? Единственный шанс, вежливо попросить. Как говорил ему Дима. Он же должен его забрать! Где он? Адреналин вдарил по мозгам, выдавив оттуда одну идею: «будь так добр». Похоже, эта фраза как-то влияет на героя. И Атлас ее постоянно повторяет. Вот оно! Нужно только вежливо попросить и герой его отпустит!

– Будь… Ткгха… кха… – Его душили так сильно, что сказать ничего не получалось.

В глазах уже темнело. Соник начал вспоминать свое детство, друзей. «Неужели это конец? Почему?» – никто ответа на этот мысленный вопрос не дал. Его задушат ни за что. Что он сделал герою? А что если его уже вежливо попросил Роботник? Тогда точно конец.

Спасение пришло, откуда не ждали. Героя вдруг резко отшвырнуло в сторону и буквально размазало по стеклянной стене коридора. Его просто ударили молотом по ногам. Соник закашлялся, вдыхая живительный воздух.

– Будь так добр, не трогай его больше!!!

– Эми? Что ты здесь делаешь? – Прошептал Соник (по-другому еще не получалось).

Да, это была Эми Роуз. Как она сюда попала?

– Пришла, чтобы тебя спасти. Лично.

Глава 53 – «Материалы собеседования: Эми Роуз»

Второе собеседование было тяжелым. Дальше, честно говоря, предстояла очень щекотливая работа. Остальные претенденты имели категорию B. Ваваропи хотел поотрывать руки умникам из совета, подтвердившим и подписавшим список претендентов в кураторы. На его памяти не было таких случаев, чтобы проводились собеседования с персонажами, имеющими категорию тайны B. Да, среди персонажей лучших кандидатур не было. Все способные и перспективные. Но «разглашать только в экстренных случаях» писали не от нечего делать. И не стоило, по большому счету, выбор нового куратора считать настолько экстренным случаем. Да, то, что сотворил предыдущий – ужасно. Но все равно желание брать куратора из персонажей было не очень понятно. Аргумент «он будет лучше заботиться о своей родной вселенной, изрядно пострадавшей» казался глупым. Первый куратор тоже был персонажем, но это слабо помогло. Этой вселенной вообще не везло на кураторов.

Эми Роуз спокойно сидела на лавочке возле своего дома. Она так замечталась, что не услышала, как с ней поздоровался какой-то лысый мужчина. На вид ему было лет тридцать, может тридцать пять. Наряд был ничем ни примечательный: джинсы да красная майка. Телосложение обычное. А вот лицо… Такую доброту в улыбке и выражении лица Эми встречала не часто (это притом, что ей попались очень добрые друзья). Вместе с добротой была видна какая-то ирония. Ну, трудно было подобрать другое слово.

– Извините, еще разок для тех, кто в танке: здравствуйте.

– Ой. Извините, я задумалась. Здравствуйте.

– Ничего, бывает. Мои ученики очень любят так делать, когда я задаю им даже очень простые вопросы. Только они еще такое умное выражение лица делают. – Незнакомец скорчил задумчивую гримасу, на которую невозможно было смотреть без смеха.

– Так вы преподаватель? – Спросила Эми, отсмеявшись.

– Да, занимаюсь преподаванием. Меня, кстати, зовут Николо Ваваропи.

– А я Эми Роуз. Приятно познакомиться. Вы что-то хотели?

– Да. Простите за нескромную просьбу, но можно ли зайти к вам в дом на полчаса?

– А зачем? Учтите, у меня уже есть парень. – Грозно заявила ежиха.

– Нет, нет, что вы. Я должен вам кое-что показать.

– Так мы будем играть в приставку? – Спросила Эми, глядя на белую пластиковую коробку с надписью Dreamcast.

– Придется. Это часть нашего разговора.

– Глупый разговор получается.

– Мне самому не очень хотелось, но придется. Вот скажите мне, если вы напишете книгу и придумаете в ней свой мир, он будет реальным?

– Нет, конечно.

– Распространенное заблуждение, на самом деле.

– Это как? То есть, если я напишу книгу, о том, что у меня с моим парнем все хорошо, то все будет хорошо?

– Не совсем. Неосознанное влияние на свою судьбу называют везением, а не творчеством. Я говорю, если придумаете отдельный мир и отдельную историю, то она воплотится.

– В моей голове?

– В душе. И не только. Почти все вселенные так и появились.

– Так вы из другой вселенной?

– Да.

– И что вам от меня нужно? К чему вы клоните?

Ваваропи вздохнул и достал из-за пазухи коробку с диском, на котором было написано «Sonic adventure».

– Сыграем?

– Так, мы придуманы для игрушки? Это бред! – Такой реакции Ваваропи и ожидал. Он подумал, что стоило отстоять свою позицию в совете кураторов. Но нет, не вышло, как он ни старался.

– Извините, что мне пришлось вам об этом рассказать.

– Это не так уж и страшно. Почему вы рассказали мне, а не Сонику!

– Ему-то, как раз, нельзя рассказывать ни при каких обстоятельствах.

– Почему?

– Так уж сложилось, что это новость может очень сильно ему навредить. Вплоть до сумасшествия.

– А зачем это рассказывать мне?

– Давайте я поясню. Хотя, стойте. Вообще-то по правилам сейчас должны демонстрироваться доказательства.

– Что ж, давайте джойстик. А игры хорошие?

– Да, Соник очень известен там, где его придумали.

– Ух, ты! Да тут не только Соником играть можно. Тэйлз, Наклз еще есть. Эй! Это же я!

– Да, в этой части можно и за вас поиграть.

– Отлично, поехали. Эй! Я же помню эту историю! Я тогда помогла Лили.

– Кому?

– Лили, так звали эту птичку. А обязательно было убегать от этого глупого робота?

– Пока да. Вы с ним в конце, по-моему, разберетесь.

– А что вы рассказать мне хотели?

– У каждой вселенной есть свой защитник. Что-то вроде ангела-хранителя. Их называют кураторами.

– И?

– Они следят, чтобы все шло так, как нужно. Чтобы не было сбоев и несоответствий.

– А причем здесь я?

– Пока что в вашей вселенной нет куратора. А из вас может получиться неплохой ангел-хранитель. Вы, конечно, импульсивны, но это с лихвой компенсируется вашими способностями.

– А может быть так, что теперь во вселенной какой-то сбой, который я поправлю?

– Пока что все в вашей вселенной идет так, как задумывалось.

– Но… Но… Неужели так нужно, чтобы Соник от меня убегал? Оно что, так и задумывалось? – Эми даже джойстик в сторону отложила.

Теперь сеньор Ваваропи понял, почему ей присвоили категорию B. Она поднялась с дивана и очень грозно посмотрела на него. Старшему куратору было некуда деться, пришлось отвечать:

– Да, ваша импульсивность пугает Соника, и он от вас убегает. Это намертво вписано в вашу вселенную. Но еще задумывалось так, что он вам не изменяет, хоть и боится вас. А еще задумывалось, чтобы Роботник не победил.

– И мне нужно следить за этим? – Эми волновалась, голос ее дрожал. – Я согласна!

– Вы уверены? Вы не представляете, как это тяжело. Это целая вселенная. Честно говоря, я бы не хотел вам это предлагать. Вы не заслужили такой тяжелой работы. Это морально тяжело.

– Я готова. Я стану ангелом-хранителем этой вселенной, а значит и ангелом-хранителем Соника. Пусть даже нам и не быть вместе. Я согласна!

Сеньору Ваваропи было очень не по себе. Он не хотел, чтобы именно Эми стала куратором. Не для нее все эти перипетии. Она же еще совсем дитя! А работа куратора – это постоянный, изматывающий контроль, нервотрепка, щекотливые моральные ситуации, наконец. Способные у ежихи были не хуже, даже лучше, чему у других претендентов. Только про себя старший куратор решил брать ее на эту работу, только если откажутся другие претенденты. Тем не менее, собеседование нужно было завершать. Оставались еще протокольные фразы:

– Согласны ли вы, Эми, стать куратором этой вселенной?

– Да!

– Можете ли вы что-нибудь добавить к вашему ответу?

– Не надо думать, что я маленькая! Не люблю, когда меня не воспринимают всерьез, терпеть этого не могу! Если эта работа поможет защитить Соника, то я вынесу любые трудности. Вы меня еще плохо знаете.

– Вообще, мне пришлось все о вас узнать из-за этого собеседования. Когда я уйду, этот разговор вы забудете. Если мы сочтем вашу кандидатуру подходящей, вы все вспомните. До свиданья.

Николо Ваваропи исчез вместе с приставкой. И Эми действительно все забыла.

Самое интересное то, что этот разговор она вспомнило только через три дня.

Часть четвертая

«Я так рад, ведь я, наконец, догоняю вандала»

Глава 54 – «Заказчица»

Прав был координатор насчет бабского почерка.

«Это я! Меня на самом деле зовут Эми Роуз. Теперь вы довольны?»

Доволен. Это многое объясняет. Теперь я точно знаю, как ты попала на бронепоезд.

«А теперь скажите, что это вам дало?»

Кое-какую гарантию, что меня не кинут. А то по-разному бывает.

«Я свое слово держу!»

Теперь верю, а раньше у меня для этого не было никаких оснований. Чувствуешь разницу? Я сейчас к вам приду.

«Если вы раскроете ему тайну персонажа, я вас точно убью»

Не бойтесь, куратор, все пройдет в лучшем виде. Сымпровизирую на ура. Уже захожу в этот коридор. А вот и она, долбит своим молотом ледышку около ног Соника. Села прямо в воду, и просто колотит по льду.

– Эми, скажи, как ты все-таки здесь оказалась?

– Так же как и ты, Соник. А ты что-нибудь знаешь?

– Всем привет!

– Дима? Почему так поздно? Меня чуть не задушил этот ненормальный.

Ненормальный тихонько постанывал, лежа у стеклянной стеночки.

– Просто я не нашел другого способа привлечь Эми. Ей почему-то казалось, что ты наведенная мной иллюзия.

– И поэтому вы ждали, пока она прибежит? – Ежик был очень удивлен.

– Да. Ждал. Ее уговорить вообще было невозможно.

– Так вы просто ждали, пока меня здесь душили?

– Нет, я сам ему попросил, чтобы он задушил тебя. Именно задушил, а не свернул шею. – Может эта реплика была лишней? Интересно, Эми так и будет стоять столбом, или подыграет мне?

«Ах, вам еще и подыграть? Ну, держитесь»

– Я тебя убью!

– Эми, тише. Он, конечно, негодяй… – Зря Соник вообще пытался возражать.

Удар в плечо отправил меня к другой стене. Жестко, верю. Синяк будет капитальный. Неплохая добавка, к тому, что у меня есть на спине. Хорошо хоть ничего не сломала.

– Я его…

– Эми, успокойся!

– Ну, уж нет.

– Я не виноват, что она так упорно не хотела сотрудничать. Мне позарез надо собрать вас вместе и вернуть обратно. Позарез. – Будем оправдываться.

«Вы – чудовище»

Это ужасно, однозначно.

«Обойдитесь без сарказма. Как я теперь пойду с вами за вандалом? В одиночку вы не справитесь. Что мы ему скажем? Мне не хочется затирать ему память. Кстати, о памяти придется вам поставить блок на память. Он долго не протянет, чуть что. Но это дает кое-какие гарантии. Предупреждаю процедура очень болезненная. Кстати, скажите ему, чтобы готовился к встрече с Тэйлзом»

– Кстати, тебе привет от Тэйлза.

– Где он?

– В безопасности.

Соник исчез из этой вселенной.

– Я его переместила. Теперь мы можем спокойно поговорить. Без мыслерации, как вам и хотелось. Он забыл, о вашем появлении здесь. Забыл наши разговоры. Я стерла ему память. Знаете, как я этого не люблю! – Сказала Эми.

– Ты стерла ему память?

– Пришлось! Перед тем, как вызывать меня сюда подлым шантажом, надо было придумать отмазку!

– Пойдем отсюда. У нас лишние уши. Эй, парень. Ты живой?

– Плохо, но жить буду. А кто вы такие? – Спросил герой, поднимаясь на ноги.

– Будь так добр, иди отсюда. Мы сами как-нибудь разберемся. – Скомандовала ему Эми.

– Хорошо. – Герой послушно удалился.

Итак, мне что-то там о блоке памяти рассказывали.

«Приготовьтесь, будет больно»

– Больше двух – говорят вслух. Мы можем теперь и нормально…

Договорить у меня не получилось. У вас когда-нибудь болели все зубы сразу? Нечто схожее по болевым ощущениям творилось у меня в голове. Мозг ныл и грозил разорваться. Секунд тридцать я просто кричал. Боль ушла внезапно. Ежиха была мрачнее тучи. Она пробормотала сквозь зубы что-то вроде «извините, с первого раза не получилось», и все началось сначала. Второй заход длился чуть меньше. В висках гулко стучало. Эми, похоже, была полна решимости повторить процедуру.

– Еще раз? – Страдальчески спросил я.

– Что-то опять не выходит.

Третью попытку я перенес легче.

– Эми, скажи мне, только честно, с какой попытки получилось на самом деле?

– Со второй. – Мрачно пробурчала куратор. – Теперь у вас блок памяти, который не сразу даже обнаружат.

– Со второй. Я думал с первой.

– Много вы думаете. Теперь мы пойдем во вселенную, где окопался вандал, и возьмем его за жабры. Конечно, нужно найти и Наклза, но больше ждать нельзя. Иначе уйдет. Мы пойдем прямо сейчас. – Отчеканила она дрожащим голосом.

На словах она была готова всех порвать. Но на деле… Мокрая, как выдра, руки дрожат, ноги чуть держат. Нет, в таком виде она не представляет особой опасности. Тем более, я включил анализ и увидел, что энергия в ее модуле была почти на нуле (многое я делал наугад, интуитивно, чему-то учился). Нужно было передохнуть, подождать, пока модуль перезарядится (заряжался он от сети причин за несколько часов).

– Вы меня опять извините, но в таком состоянии вам никак нельзя идти за вандалом.

– Откуда такая забота? Ты только что чуть не убил моего парня! – Заорала Эми. – Я найду эту тварь и за все с ней поквитаюсь. А ты, лицемер? Помощник хренов.

– Я предлагаю свою помощь теперь, потому что вижу: тебе можно доверять. А теперь успокойся. У тебя на перемещение энергии чуть хватает. Сама подумай: как его ловить?

– Я-я-я… – Несчастная просто заревела, сидя в воде.

Нет, так дело не пойдет. Надо что-то делать. Только бы местные монстры, сплайсеры, сюда не прибежали. Быстро беру ее на руки и несу отсюда.

– Куда ты меня тащишь?

– Куда-нибудь. Сидеть в холодной воде вредно для здоровья. – Лучше найти безопасное место.

Как хорошо, что рядом станция батискафа. Эти батискафы использовались здесь в качестве метро. По игре я помнил, что внутрь никто не мог влезть, так как обшивка была очень крепка. Плюс очень толстое стекло. Отлично, люк плотно закрывается изнутри. Значит, Эми сможет отдохнуть.

– Я не могу так. Все… Я должна была за всем следить, а оно рушится прямо у меня на глазах. – Сквозь рыдания было очень трудно разобрать слова. – Я думала, что ты все решишь. А оно… Оно… Хуже… Только ху-у-уже. Аааа…

М-да, довел я ее. Она, видно и до того порядком перенервничала. Что уж говорить о моей авантюре. Нехорошо получилось. По пути к батискафу я прихватил какую-то бутылку. Этикетка гласила: «Виски».

– Так, спокойненько, спокойненько, глотните чуть-чуть. – Я аккуратно поднес горлышко бутылки ко рту ежихи.

– Что это?

– Лекарство, один глоточек.

Даже малая доза алкоголя неслабо повлияла на неокрепший женский организм. Она и раньше плакала и говорила не пойми что, а теперь это процесс ускорился и стал более беспорядочным. Слова стали совсем неразборчивыми. Что-то о Сонике, о вечной любви, о тяжести кураторского бытия. Оказалось, что из-за ее ошибки при работе с маяками Тэйлза утянуло вслед за ней, во вселенную «Братвы и кольца». Хотя ругать заказчицу мне все равно расхотелось. Я и не вслушивался, только подбадривал. Пусть выревется и выговорится. А потом она вообще заснула у меня на коленях. Мне вспомнилась ночевка в лесу с Тэйлзом. Где-то через час и я сам заснул, думая о том, что по возвращении домой надо будет завести себе кота. Это, оказывается, очень приятно, когда на тебе кто-то засыпает. Бедное дитя. Кто додумался ей такую нервную работу доверить?

Глава 55 – «Ориентирование»

Выспавшись, мы сразу двинулись на место обитания нашей котообразной гадины. Ежиха, естественно, сразу заявила мне, что обижена до глубины души. Правда, за лекарство поблагодарила. Хорошо хоть рецепт чудо-средства спрашивать не стала. Одна беда – я один. Переместится-то, я переместился, а вот ежихи рядом и близко не было. Говорила, появимся рядом. Ну и где она? Неужто лекарство еще действует? Не должно. Двадцать пять грамм вискаря даже у нее похмелья не вызовет.

Ладно, будем осматриваться. Что это за вселенная, Эми не сказала, так как не знала сама. Отсюда следует вопрос на миллион: где я? Кто автор вселенной? Первая мысль – Сальвадор Дали. Потому что я на дороге из букв посреди голого, белого пространства. Буквы под ногами постоянно меняют размеры, начертание, перемешиваются в нечто нечитаемое. Почему-то частенько мелькают русские матерные слова. Только мелькают странно. Вроде бы и оно, а присмотришься – половина букв в слове превращается непонятно во что. Какие-то звездочки, проценты, латинские буквы. Где-то вдалеке скачут желтые шарики. Стадо разумных колобков? Пытаюсь подойти поближе. Эми. Эми. Не откликается мыслерация. Странные здесь потоки этой творческой энергии.

Рык сзади!!! Резко оборачиваюсь. Передо мной двухметровый медведь. Только мишка какой-то странный. Медведь медведем, только выглядит как нарисованный. Причем нарисованный кем-то очень криворуким. Сальвадор Дали отпадает: он сюрреалист, а не примитивист. Морда у мишки очень глупая и довольная. Лапы подняты вверх так, что непонятно пугает он меня, или в плен сдается. Так и застыл, больше делать ничего не собирается. Странный медведь какой-то.

– Мишань, не хулигань, пожалуйста. – Прошу я тихонько этого медведя. Слова он может и не поймет, а вот интонации улавливают все животные.

Медведь на мою фразу не обижается, только пожимает плечами и уходит. А я иду дальше, пытаясь догадаться, где я. Вселенная не на основе игры. Такое я бы запомнил. Даже если оно на консоли. Разве что… Нет, на «психонавтов» не похоже. Что тогда? Попытаюсь пройти по этой дорожке до стаи колобков, что притаилась рядышком. Желтые шарики разных размеров с лицами висят в воздухе около дорожки. Тихонько ступаю, чтобы не вспугнуть. Кажется, эти колобки спят. Лица у них почему-то кажутся знакомыми. Я их видел уже сотню раз! Но где? Странно, эти золотые колобки похожи на смайлики, какие свободно размещаются между букв практически на всех форумах. Если это художник, то это очень современный художник. Необычная вселенная. Кстати, бескрайнее пространство вокруг дорожки иногда меняло свои цвета. Дорога из букв и вселенная. Странно и непонятно.

Дорога только что казалось бесконечной, а теперь это превратилось в поле. Поле из тех же букв и цифр. Описывать их – занятие бесполезное. Я ведь уже упоминал, что они постоянно меняются. Поле казалось бескрайним. Хотя нет, теперь это не поле. Тут все слишком расплывчато. Поле из букв теперь окольцовано какой-то черной оградой. Я в кольце диаметром около километра. Или двух? Или одного? Так, пойду и узнаю. Эми! Эми! Мыслерация в порядке. Это что-то с нашим куратором. Иду к ограде. Она тоже какая-то непонятная, странная, как и все здесь. При приближении можно заметить, что ограда состоит из плоских блоков. В каждом блоке что-то вроде окна с тонкой белой рамой. Приблизившись, вижу, что окна разные. Абсолютно. Где-то пейзажи, портреты, так какие-то картины. Подойдя на сто шагов, вижу еще большую странность: под каждым окном подпись белыми буквами. Где-то я такие окна видел. Чтоб его! Демотиваторы! Целый забор из демотиваторов!

Не все знают, но сначала были мотиваторы. Картина в голубой рамке с подписью белыми буквами, которая мотивировала. Именно мотивировала. Должна была пробуждать веру в людей, в жизнь, в человечество. Пробуждалось не очень. Демотивароты возникли, как пародия на мотиваторы. Та же форма, только черная рамка. Мотиваторы люди (не совсем безосновательно) расценили как сопли с сахаром, далекие от жизни. А вот демотиваторы стали так популярны, что о существовании мотиваторов забыли. Позже забыли, что такое демотиватор. Их стали считать просто картинками с подписями. Соответственно, и надпись там могла быть какая угодно.

Теперь я все понял! Я не знал автора этой вселенной, точнее авторов. Я не знал всех этих обычных, необычных, вредных, злых, добрых, сочувствующих, черствых, тупых, гениальных людей. Вселенная, у которой миллионы авторов. Я тоже создавал эту вселенную, внес вклад. Это мог быть комментарий, оставленный на форуме, один из нескольких демотиваторов, мною созданных. Я не мог назвать автора этой вселенной. Зато я знал творческий первоисточник, из которого возникла эта сумасбродная вселенная. Интернет! Интернет, чтоб его! С ума сойти!

Вот только не могу понять: куда перемещается вся вселенная?

Глава 56 – «Памяти Льюиса Кэрролла»

Когда Эми очнулась было еще темно. Кажется, по времени должно было быть утро. Но утра не было. Был туман. Она видела не дальше своего носа. Что-то странное здесь было. Что эта была за вселенная? Почему она здесь оказалась? И где здесь искать вандала? В этом тумане было почему-то очень спокойно. Хотелось успокоиться, и многое передумать, но было нельзя. Эми просто пошла вперед. Она шла вперед, не разбирая дороги, пытаясь сориентироваться с помощью модуля. Модуль сумел только определить какое-то существо. Оставалось подойти к нему. Эта была лошадь. Белая лошадь, и никого больше в этом озере тумана. Вселенную Эми узнала, ведь она изучала самые известные первоисточники всех типов. Даже игровые, которые не так давно включили в программу предмета «Основные проявления творчества». Надо сказать, что старшее поколение из-за этого переживало, но пришлось смириться. Ведь игры тоже теперь очень сильно влияли на картину мира. А Эми была уверена, что это вселенная мультфильма «Ежик в тумане». Ей нравился этот мультфильм. Добрый, спокойный. Она даже подумывала показать его Сонику, но не решилась тянуть ему на просмотр что-либо из другой вселенной. Запрещено это было. Эми захотелось в родную вселенную, чтобы узнать как они там все, но это было бесполезно. Доступ в родную вселенную был перекрыт, а звать на помощь, означало расстаться с должностью. Эми этого очень не хотела. Она не имела права доверить Соника кому-то другому. Не могла. Поэтому пока остается хоть какой-нибудь шанс остаться куратором, нужно бороться.

Было ясно, что за вселенная, но вопросы все равно оставались. Откуда здесь взялся такой агрессивный кот с непостоянной физической формой? В мультфильме и близко такого не было. Может, здесь тоже был сбой? Нет, не было здесь сбоя. Такой спокойной вселенной Эми еще ни разу не видела. Потоки творческой энергии тихи и неторопливы. Здесь сбой был невозможен в принципе. Что тогда случилось? Может что-то случилось с модулем, и куратор был перемещен не туда? Так, модуль засек шевеление! Нужно туда! Там не просто туман, там белый свет! Среди тьмы. Странный источник света правильной прямоугольной формы. Что это за ерунда? Не было ничего такого в мультике. Нужно проверить. Сначала все способы сканирования, какие только есть. Кажется, все безопасно. И там потоки энергии намного живее. Эми сунула в свет кончик своего любимого молота. Этот свет был чем-то вроде дырки в пространстве. Да, из-за нетерпеливости у нее этого куратора было много проблем. Эми прекрасно об этом помнила. Но ей надоела вся эта неторопливость. Эми смело шагнула в свет…

… И вывалилась в белое пространство. Это была другая вселенная!!! Белое пространство и рядом забор из каких-то картин в черных рамках. Ежиха просто выпала из одной картины. Под каждой была подпись. На картине, откуда вылезла Эми, была панорама с туманным оврагом и подпись: «Ежик в тумане. Современная версия»

– Очень смешно. – Пробурчала Эми.

Все вокруг белое, только земля здесь кажется сделанной из букв. Остается только идти дальше. Это не «Ежик в тумане». Но он здесь упоминается. Возможно, у этих вселенных есть какая-то связь. Какая? Пока непонятно.

Дальше был какой-то стол, с чаями, самоварами и различными яствами. За столом чинно восседал какой-то краб. Напротив него жужжал шмель, увлеченно ковыряясь в каком-то белом телефоне. Эта пара подняла глаза на Эми. Краб спросил тонким, вкрадчивым голосом:

– Вам что-то нужно?

– Да так, кое-что. Мне надо найти одного кота. – Попыталась Эми Собрать немного информации.

– Ничем не можем помочь. Давайте точнее. Может быть, вы ищете моего кота Дорофея?

– Нет. – Ответила Эми. – Он назвал себя манулом.

– Суровые коты сибири. Это до восток и пока замерзать не начнете. – Уточнил ураб.

– А как я определю, где восток?

– Компасом. – Ответил шмель.

– Но у меня нет компаса. Вы знаете точно, как мне найти этого манула?

– Нет. – Сказали оба хором.

Шмель немного помявшись добавил:

– Я могу запостить в твиттер, что вы его ищете.

– Нет уж! я пойду. толку от вас ноль.

Краб и шмель несколько обиделись на эту фразу, но переубеждать уже уходящую ежиху не стали. Краб только прокричал в след:

– Э-эм, не оступитесь. Там где-то должна быть бездна башорга.

– Спасиба-а-а…

Эми уже падала в какой-то колодец из букв, слов, предложений. Падение было бесконечным. Воспользоваться комбинациями модуля было тяжело, ведь нужно было на чем-то сосредоточиться. Как сосредоточиться, когда очень быстро падаешь? Действительно бездна. Конца края ей не видно. Как ее там назвали? Бездна башорга. Падение бесконечно. Что делать? С собой только молот. Назывался молот Пико-пико и всегда был при Эми. Любимое именное оружие. Больше надеяться не на что. Выручил он куратора и теперь. Просто удалось зацепиться за какую-то строчку, торчащую из этой бездны. Строчка гласила: «блин, показал полчаса назад человеку макет сайта, ответ: „ужасное равно“. Оказалось, знак равенства не понравился». Эта бездна составлена из шуток? Что такое Башорг? Легче не становится.

– Помогите!!! Помогите!!! – Ее можно понять, ведь это очень страшно, когда висишь в пропасти без дна и края.

– Категорически приветствую! Какого рода помощь вам требуется? – Откликнулся чуть-чуть гнусавый, но спокойный и рассудительный голос.

– Ой, а кто вы?

– Старший оперуполномоченный Гоблин. Я так понимаю, вы куратор.

– Как вы догадались?

– Только куратор может гулять по чужой вселенной, не применив простейших навыков разведки местности. Мое мнение таково: необходимо внедрять экстремальный туризм среди кураторов и прочего пассивного персонала. А то уж больно у вас условия тепличные. Зажираетесь помаленьку, забываете, где работаете.

– Вы где? – Эми посмотрела вниз.

– Я не внизу. Там слишком глубоко, чтобы туда можно было добраться. Эту бездну до конца прочесть невозможно. Хотя нет, Онотолей, говорят, сумел. Я вверху.

– Вытащите меня! Пожалуйста.

– Хорошо. Сейчас я переведу стены бездны в лестницу.

Строчки внезапно начали менять свое положение, образуя винтовую лестницу.

– Ой, а можно лифт? – Эми даже близко не представляла, сколько падала.

– Здраво мыслите. Сейчас оформлю.

Буквы закружились и перестроились в лифт с различными надписями на стенах. Например, такая: «Мало того, что у нас меняют лифт уже второй месяц и меня знатно достало ходить на 9 этаж пешком. Буй с ним, что установкой лифта занимаются какие-то таджики. Но когда, спускаясь по лестнице, я слышу: „Мы лифта устанавливать не можема, СКОТЧА начальника не привезла!“… Мне реально становиться страшно». Таких было много. Вот еще одна, которая заставила Эми улыбнуться: «лифт вниз не поднимается». А вот еще одна: «Хтото поменял кнопку вызова лифта на первом этаже на кнопку 8, притом вставил её боком… Мне страшно на нём ездить». Куратор еще бы почитала, но лифт неожиданно доехал.

Старший оперуполномоченный Гоблин представлял собой человекоподобное существо ростом около метра двадцати, то есть был выше Эми на голову. Сморщенная, зеленая кожа, отвисшие уши и очень серьезное лицо. Одет этот гоблин почему-то в какую-то серую форму. Полиция в этой вселенной? Может, он военный?

– Так какими судьбами в наших краях?

– Ну, я… – К сожалению, Эми импровизировала хуже Димы, а говорить правду не хотелось, ведь это был как минимум бывший работник «Совета кураторов».

– Ну что замялись? Вляпались, значит. Говорите смело, я уже давно не имею к вашей конторе ни малейшего отношения. Выдавать не стану.

– Понимаете, в моей вселенной сбой. Очень странный и необычный, причем такой, что я ничего не смогла поделать. Вся защита рухнула так быстро, будто сбой был специально кем-то спровоцирован. Но так не бывает, и мне бы не поверили. А я уже получила последнее предупреждение из-за нескольких проколов. Это все моя импульсивность. А еще у меня категория тайны персонажа B, что для куратора вообще недопустимо. В общем, мне пришлось выкручиваться, чтобы меня не выкинули, а для меня эта работа действительно важна. Понимаете?

– Отставить панику. В целом обстановка ясна. Вы по дурости создали себе в такую обстановку, какую я не решусь описывать перед женщинами и детьми. Вы же даже погруженца позвать не можете.

– Ой! Дима!!!

Гоблин нервно оглянулся, затем сказал:

– Хоть так и звали человека, ставшего моим прототипом, как персонажа, но не называйте меня Димой. В крайнем случае, Дмитрий Юрьевич, если вам так уж хочется.

– Да нет же! Так звали того нелегала, которого я попросила помочь.

– Нелегал? Как вам удалось такое провернуть? Система патруля и все такое…

– У нас стройка. «Улей» переделывают в «Комплекс» для…

– Большей эффективности в работе. Я эту байку слышал еще лет пять назад. Все-таки Центр Силы решил начать стройку. А ваш нелегал сам подписался, после уговоров, или вы даже не спрашивали?

– Не спрашивала, не было времени. Пришлось приспосабливать. Потом, правда, согласился, за умеренное вознаграждение.

– А где он теперь?

– Мы должны были вместе телепортироваться. Ну, может быть не совсем вместе, но в одну вселенную. Он должен был меня найти по мыслерации. Не могла же она сбиться?

– Проблемы с мыслерацией? Мне такое знакомо. Можно вас просканировать? – Ухмыльнулся Гоблин.

– Ладно, может я так и пойму, что случилось. Мы же должны были связаться. Постойте, у вас есть модуль?

– Оставил себе после отставки облегченную версию, без переходов между вселенными, чтобы жить было легче. Вообще-то, в вашем случае все ясно. Я вас все-таки просканирую, чтобы убедиться.

Гоблин долго смотрел на ежиху. Так казалось. На самом деле он перебирал ее душу с помощью проверочных комбинаций из своего модуля.

– Да вы, я вижу, вчера слегка приняли на грудь.

– Я плохо понимаю, что обозначает это выражение в русском языке, но я вчера, кажется, принимала какое-то успокоительное. Или снотворное. Надо будет спросить у Димы, что это.

– Успокоительное, значит… Ну-ну. Сколько раз можно говорить, что алкоголь – не выход? Он-то и сбил настройки мыслерации в модуле. Если мне не изменяет интуиция, то это вискарь. Как раз такие эффекты.

– И что мне теперь делать?

– Искать вашего Диму.

– А дальше? Как нам это существо найти. И как найти Диму? Вы знаете ответы на все эти вопросы?

– Есть одно существо у меня на примете. В этой вселенной – оно всезнающее.

– А что это за вселенная?

– Основана на абсурдном, глупом и зачастую не имеющим смысла фольклоре интернета.

– Вселенная типа «Коллективный разум», как правило, более тысячи авторов творческого первоисточника. Мы это проходили, но мне в таких вселенных бывать не доводилось. А что это за всезнающее существо?

– Все просто. Его зовут Онотоле. Он в принципе, уже знает о вашей беде, потому что знает все. И он уже здесь!

Этот Онотоле был толстым, лысым бородачом в очках. Из одежды бросался в глаза жилет с множеством карманов. Издали казалось, что рост его исполинский, а вблизи Онотоле уменьшился до обычного человека.

– Онотоле Вассерман к вашим услугам. Эми, Дима тебя ищет и кроет матом по-страшному. Вам нужно собраться и найти это котообразное существо. К сожалению, оно только что из другой вселенной. Мое всезнание над ним не властно. Я знаю, где оно находится. Еще мне известно, что оно из упячки, но тебе это ни о чем не говорит. Больше я, к сожалению, ничего не могу узнать.

– Откуда вы знаете мое имя?

– Эми, я знаю все в этой вселенной. Я воплощение всезнания. Шутливое, правда, что иногда ограничивает мои возможности. – Спокойно ответил Онотоле.

– Онотоле, прошу вас отнестись со всей серьезностью к проблеме. Если ничего не выйдет, то ей кранты.

– Гоблин, я серьезен. Тем более у этого существа…

– Оно назвало себя манулом.

– Эми, не встревай. У этого существа серьезные деструктивные наклонности.

– Я буду осторожна. Прошу вас, перенесите меня с Димой туда.

– Зачем? Я просто подвину вселенную навстречу нам.

Через секунду к их компании стремительно приблизился Дима.

– Эми? Откуда? Ты где была?!! Я так за тебя перепугался. Ты что? В одиночку я твоего вандала не поймаю. А кто это с тобой? Онотоле я узнал. А вы кто, часом не Гоблин?

– Он самый. А вы тот самый Дима? Как догадались, кстати?

– Если передо мной Гоблин в милицейской форме, то вариантов мало. Я Дмитрий Горяченков, если на то уж пошло. Эми, ты знаешь, где вандал?

– Я знаю. – Гордо сказал Онотоле.

– Ах, да, вы уж точно знаете.

Вселенная опять задвигалась навстречу Вассерману. Внезапно он нахмурился и сказал:

– Ваш вандал, или манул, или кот там. Дальше я приблизить не смогу. Он воплотил что-то из другой вселенной. Нечто, мешающее мне. Дальше вы сами.

– Кстати, Дима, вы зачем барышню спаивали? – Спросил Гоблин.

– Почему сразу спаивал? Мне кажется, что двадцать пять грамм виски не нанесли ей серьезного вреда. Скорее наоборот.

– Точно двадцать пять? – Ухмыльнулся Гоблин.

– Вы за дурачка меня держите? Тем более, с ее весом больше двадцати пяти грамм никак не получается. – Обиделся Дима.

– Толку с вашей болтовни! Вы чем лучше помогите нам! – Закричала Эми.

– Уважаю деловой подход. Только не наводите паники. К сожалению, ничем не смогу помочь вам там. Это существо принесло много чужеродного для нас. Но я могу законопатить его так, что за пределы своего импровизированного логова он не сунется при всем желании.

– Гоблин, будьте осторожны. Я поставила «антирасчет», а он через него выскочил как Соник.

– Это еж такой?

– Гоблин, это просто образное выражение. Эта тварь хитра и опасна. Я прошу об осторожности.

– Будет полный ажур! Фирма веников не вяжет, фирма делает гробы. – Отшутился старший оперуполномоченный. – Можете идти смело, враг не пройдет. Только смотрите, чтобы не остались на том уровне, как говорится, всерьез и надолго.

– Намек понятен. Пошли, Дима.

Дорога из букв расплывалась, черные картины (Дима сказал, что это какие-то демотиваторы) носились в воздухе с бешеной скоростью. Посреди этого хаоса сидел нарисованный кот, жующий попкорн. Большие глаза, серо-черные полоски на брюхе и общая карикатурность делали это существо нереальным.

– Ха! Значит, моя идея раскидать драгоценных персонажей была удачной. Их поиски вас задержали. – Заговорил нахальный кот.

– Кто ты такой, чтобы распоряжаться моими друзьями? – Закричала Эми с молотом наперевес.

– Я? Кто я такой? Я многолик. – В подтверждение у кота резко начал меняться окрас и размеры, перетекая между черным, белым, рыжим, серым, пестрым, дымчатым.

– Прекрати и покажи, свое настоящее лицо! – Опять закричала Эми.

Кот опять стал черно-белым, криво нарисованным, и непонятно откуда вновь материализовалось ведро с попкорном.

– В этой форме я получил свое имя. Именно в этой. Так что ее можно считать моим настоящим лицо. Но это все глупости, я куда шире этой примитивной картинки. Ведь я любое существо, которое юзеры, ламеры, нубы, хакеры, программеры, школота, о, да, школота, поганая школота… В общем, я любое существо, которое могут назвать … барабанная дробь … Котэ!

– Чего? – Нахмурился Дима.

– Еще разок, если вы не поняли. Я – Котэ.

Глава 57 – «Знакомьтесь, Котэ»

Теперь я понял, почему вокруг так много демотиваторов. КотЭ. Многоликий, разный, демотивирующий КотЭ. Герой демотиваторов.

– Я не поняла, ты чеширский кот? – Спросила Эми.

– Чеширский Котэ? Баян, дорогуша, баян. Сто пятьдесят лет уже прошло.– Завилял хвостом уже светло-рыжий котяра.

– Кем бы ты ни был, скажи, зачем ты разрушал мою вселенную?! Я столько вытерпела, чтобы добраться до тебя! Ты за все мне заплатишь!

– Да ну? Я тут слегка подготовился.

– И как же ты подготовился? – Спросил я, надеясь, что КотЭ захочет похвастаться.

– Пока вы спали, КотЭ танцевал джагу-джагу. – Заявил злодей, приплясывая на задних лапах.

«Кончаем этого клоуна. Замаскировать мыслерацию вы пока не сможете, потому не отвечайте. Просто заготовьте задерживающих комбинаций как можно больше. Надеюсь, они у вас на быстром доступе. В любом случае, действуйте быстро»

Задерживающие комбинации, значит. Ладно, устроим котику веселье.

– Мыслерация? Что-то замышляете, паршивцы? Здесь не…

Пошло сразу три комбинации. Прямое двукратное «Времявосприятие» (заставляет существо воспринимать время как замедленное или ускоренное, в моем случае, ускоренное), «Раскоординирование» (как говорится в глоссарии, делает движения очень непривычными) и «Дубарь» (самая простая парализующая комбинация). КотЭ отбил все, только «Времявосприятие» слегка повлияло. Меня же скрутило какой-то комбинацией. Нет, я не рухнул замертво, я просто застыл, как статуя. Эми выдает какие-то боевые комбинации. Толку особого нет. Теперь все от ежихи зависит. Мне остается только прямой контакт с сетью причин. Иными словами, я не могу использовать комбинации. Я могу только направлять энергию для них. О, я нащупал какой-то бред, связанный с Чаком Нориссом. Не отвлекайся, Дима! Нельзя! Нужно ей как-то помочь. Что ты можешь? Стоп! Она же канал мыслерации не закрыла! То есть, все расходы из ее модуля. Я могу обмениваться с ней мыслями. И все равно, чем я ей помогу?

Эми не рассчитывала на большую помощь, но Димы хватило совсем ненадолго. Хорошо хоть задержал это странное существо. Полсекунды, но этого хватило. Котэ поймал немало комбинаций, но гаденыш хорошо защитился. Сейчас бы ему пойти в наступление, и куратор подготовилась, навесила защитных комбинаций. Кто же знал, что эта погань начнет отступление спиной вперед? Завязался тяжелый бой комбинациями творческой энергии. Эми не задумывалась, для чего это отступление спиной вперед. А зря… Когда она очнулась, КотЭ уже не было видно. Вокруг летали эти картины в черных рамах. А на картинах… Скажем так, КотЭ захотел ее довести грязными, почти порнографическими картинками с непристойными подписями. И ладно, если бы просто глупые картины. Гад бил по больному, по взаимоотношениям Соника и Эми.

– Ну как тебе фанарт? Мечтаешь такое заделать на досуге? А он, как я понял, упирается, так ведь?

– Ты меня этим не доведешь! Мне по должности и не такое фильтровать приходилось!

– Ага, только там, в основном, летучая мышь зажигала. Может быть, у нее получится?

Внезапно за спиной послышались какие-то звуки. Такое чувство, будто кто-то целуется. Обернувшись, Эми увидела картину, где целовались Соник и Руж. Подпись гласила «Epic fail».

– Интересно, что было бы, если бы она узнала о своей репутации среди фанатов? А еще интересно, а если этот демотиватор воплотится, что ты будешь делать?

– Хватит!!! Покажись, чтобы я тебя видела! Я ведь тебя все равно достану!!!

Нельзя было так истерить. Этот КотЭ на то и рассчитывал. Просто отвлек, чтобы ударить сзади. Эми просто повалилась на местное подобие земли из букв, а кот прыгнул ей на грудь. Нет, теперь он был манулом, как и при первой встрече. Ежиха откинула его в сторону, но обнаружила, что ее модуль заблокирован.

– Вот и все, победа упячки. Победа упячки. Победа упячки. – Злорадно прошипел манул.

– Ты о чем, уродец? – Эми была близко к отчаянью.

– Да так, теперь я вас здесь надолго смогу задержать. Классно вышло: будет подарочек и Педобиру, и Черному властелину. Погладь кота, погладь кота, сука. – Махал хвостом из стороны в сторону КотЭ.

«Не отвечай мне и ему»

– Погладь кота, погладь кота… – Он расхаживал вокруг спокойно, зная, что Эми не сможет ответить. Это все равно, как если бы он отобрал у нее все оружие и приставил револьвер к виску. Ситуация, по сути, была аналогична.

«Нужные потоки энергии я тебе направлю. Ты только сделай удар ногой с разворота»

– Погладь кота, подойди ближе, протяни руку коту… – КотЭ просто издевался над ней. Эми покрылась испариной, пытаясь догадаться, что у этого зверя на уме.

«Бей, как Чак Норрис. Если он ударит, то это все. И если ты ударишь, то это все»

– Погладь кота, погладь, это будет не больно, там, за чертой, лишь начало, погладь кота.

«Забудь о молоте, только удар Чака Норриса ногой с разворота»

Дима опять хочет решить ситуацию воплощением. Пусть. Другого выхода нет. Только удар ногой с разворота. Эми не знала, что это такое, но это сработало.

«Еще бы, это удар Чака Норриса ногой с разворота»

Котэ улетел на десять метров с диким мявом. Комбинация, блокирующая модуль куратора сорвалась. Манул больше не держал ее на мушке. Эми учла прошлые ошибки и не стала сразу атаковать. Вместо этого она обвесилась защитными комбинациями и запустила комбинацию для откачки Димы. У него еще было энергии более чем достаточно, чтобы повоевать.

– Ты что задумала, тварь? – Крикнул сумасшедший кот.

А я быстро пришел на помощь и добавил своей энергии в защиту. Теперь Эми могла спокойно атаковать Котэ. Но он не растерялся. Манул запрыгнул в один из демотиваторов. На демотиваторе было изображено несколько манулов. «Он что-то воплощает!» – крикнула Эми. Под этим демотивирующим что-то стояла надпись: «Внезапно манулы, тысячи их!». Что-то воплощает… Вот ведь уродец!

– Бей их! – Успел только крикнуть я.

Потому что воплотилась целая стая диких манулов, выпрыгивающих из демотиватора. Это было сюрреалистичное зрелище: Я, розовая ежиха, буквы, демотиваторы и манулы. Тысячи их! Зверюги прыгали на нас, но натыкались на нашу спаренную оборону.

– А ты что, действительно не знаешь, как привлечь внимание Соника? – Послышался голос КотЭ из стаи.

Позади стаи возник прямо из воздуха демотиватор с двумя прелюбодействующими ежами и подписью: «Еще одним вопросом КАК стало меньше».

– Я тебя стене размажу!!! – Эми меня не удивляла, нет, она меня уже пугала.

– Я знал, что тебе понравится. Правило 34 никто не отменял. – Ответил один из манулов ехидным смехом.

Хоть я и нелегал, непрофессионал и ламер, но я не дамся озверевшим котам живым! Мыслерация жива?

«Жива? Каков план?»

Бьем КотЭ его же оружием. Ты воплощай рамки для демотиваторов, а я займусь подписями.

Так мы и начали делать. Манулы исчезали, прыгая в демотиваторы и натыкаясь на наши комбинации. В основном это были вариации знаменитого «Погладь кота». Именно на этих демотиваторов принято изображать манула. Надеюсь, куратор одна справиться? Я врата манулов пока прикрою.

«Только быстро. Их очень много»

Есть такая вещь, как вложенные демотиваторы. Я просто воплощу вторую рамку вокруг «Внезапно манулы, тысячи их!». Получается. Появилась наружная черная рамка и подпись «все коты уже поглажены». Срабатывает, стая исчезает. А все потому, что я, кроме игр, еще и в родном рунете неплохо ориентируюсь.

– Дима! Он удирает!

А КотЭ и впрямь взялся наступать в обратно направлении. Вот только его остановила какая-то комбинация. Кот уперся во что-то прозрачное, но твердое. Он развернулся, чтобы дать нам решающий бой, но из прозрачной стены высунулась чья-то рука и ухватила зверюгу за загривок.

– Дима, ты ставил что-нибудь?

– Нет. Это какая-то блокировка?

– Это же блокировка «Стена». Кто-то заблокировал выход отсюда. – Обрадовалась Эми.

– Да, вы верно определили. – Сказал Гоблин.

– Так это вы? – Удивился я.

– Я же говорил, что за пределы логова он не сунется. Вот он и не сунулся. Попался, который кусался? – Спросил Гоблин, держа манула за шкирку.

Глава 58 – «Старший оперуполномоченный в деле»

Манул стал опять черно-белым котом с большими, хитрыми глазами. На всякий случай, это животное не имело с аниме ничего общего. Не знаю почему, но аниме вызывает у меня антипатию.

– Ну, колись, зараза. Зачем творил дебош и беспорядок в той вселенной? – Грозно начал Гоблин.

– О, это долгая история.

– А мы можем, чтобы не слушать, вывернуть тебе память наизнанку. Сам же потом захочешь побыстрее рассказать все, даже то, что забыл. – Начала подступать Эми.

– На слово вы мне все равно не поверите.

– Кошак, не кочевряжься. Это для твоей же пользы. Мы энергию не потратим и травму тебе не нанесем. Как смотришь на то, чтобы начать говорить? А то некоторые, не буду показывать пальцем, могут тебе прямо сейчас операцию по смене пола голыми руками сделать. – Усилил нажим старший оперуполномоченный.

Гоблин и я были настроены не так злобно, а вот Эми… Она точно могла устроить КотЭ кастрацию голыми руками. Она молчала, но это, наверное, оттого, что сказать что-то приличное теперь было выше ее сил.

– А вы один хрен не поверите. И говорить мне придется долго.

– Я подожду. – Прошипела Эми сквозь зубы. – Если ты думаешь, что я не знаю, как тебя разговорить, то знай: сейчас еще одним вопросом КАК станет меньше!

– Спокойно, куратор, я займусь нахалом. Заделаем ему допрос, как при дедушке Сталине. А ну! Отвечай, смерд, ты почто боярыню обидел?

Внезапно я почувствовал (теперь я научился интуитивно чувствовать чужие комбинации), что Гоблин что-то воплощает. И тут, из потоков творческой энергии возник вполне себе материальный холодильник. Старый, еще советский холодильник. Старший оперуполномоченный засунул мяукающего кота туда. А затем маркером, вынутым из кармана, написал на нем: «Кота не вынимать. Он наказан».

– Ты что творишь, зараза?! – КотЭ в холодильнике явно не понравилось.

– Ходила по интернету как-то такая прикольная картинка. Холодильник, а на нем написано: кота не вынимать, он наказан. Вот я и воплотил этот прикол. Теперь тебе придется говорить. Начинай.

– Хорошо, хорошо, уговорили, гады. Сдаюсь и говорю. Вся эта ерунда началась месяцев десять назад, когда меня перешибло каким-то посторонним потоком. Меня какая-то песня в ступор вогнала по самое не могу. Я уже плохо помню, что это за песня. Там что-то про говорящий телевизор. А, вот оно: «С вами говорит телевизор». Ну, это ерунда. Главное, что началась какая-то ерунда. Я отследил, откуда шли эти потоки. Оказалось, что кто-то вызывает сбой во вселенной, где работает куратором эта чокнутая.

– Я не чокнутая! И сбой вызывал ты! Плагин очной ставки указал на тебя.

– А когда ты меня обработала? Меня-то обработать так и не успели. Меня нашли методом исключения и дедукции, но подтверждения не было. Ты слушай, я все расскажу. Замерзнуть на фиг мне не хочется.

– А ну отвечай, зачем ты сотворил мне сбой?!!! – Заорала Эми, охаживая своим молотом несчастный холодильник.

– Хорош! Дослушай, дура. – Когда Эми успокоилась, КотЭ продолжил. – У тебя несколько месяцев подряд готовило большой сбой какое-то неизвестное мне существо. Я до сих пор не знаю, кто это. Мы с ним переговаривались по мыслерации. Этот некто заинтересовал меня. В общем, он говорил, что у него проблемы с друзьями. Некто, я так его называю, еще злился на тот величайший обман, который называется тайной персонажа. И он заявил, что ему придется встряхнуть вселенную. В общем и целом, жизненные обстоятельства у этого Некто описывались аббревиатурой УГ.

– Что это значит? – Спросила Эми.

– Вы меня простите, но расшифровка аббревиатуры не для женщин и детей. Это означает скуку, уныние и просто плохую ситуацию. – Пояснил Гоблин.

– Да, я же дитя упячки. Я не смог пройти мимо. Я решил помочь ему во встряхивании твоей вселенной. Не знаю, зачем это ему, но было прикольно.

– Прикольно? – Эми чуть не сплющила холодильник вдвое. Я думал, что оглохну от ударов молота. – Что это еще за упячка?

– Позвольте мне объяснить. Упячка – это движение существ, развлекающихся и развлекающих других при помощи наведения хаоса и беспорядка. Обычно это не заходит дальше мелкого хулиганства, но их лидер, Онотоле, как-то говорил мне, что их талисман воспринимает все слишком серьезно. А их талисман – это вот это поганое существо.

– Ой, Гоблин. Я более чем уверен, что Онотоле торжествует.

– Бред. Онотоле не одобрил бы разрушение чужой вселенной. Даже во имя упячки. – Заявил Гоблин.

– Как знаете. Я решил помочь парню. И воплощал его чертежи. Последние полтора месяца он даже к модулю не притронулся. Мы уже даже план его реализовывать начали. А потом, вот уж точно – внезапно, заявился этот нелегал. Я сначала не сообразил, что происходит. То, что меня проверят плагином очной ставки до меня дошло только на базе, когда я прошелся по памяти той милой летучей мыши. Тот, кто все затеял, получается, ни при чем, а на меня при проверке всех собак спустят. Чтобы не допустить срыва веселья, я задерживал куратора как мог. И вот теперь я в этом дурацком холодильнике мерзну, как последний идиот. Может, выпустите меня?

– Выпускать тебя еще рано, но температуру можно сделать более приемлемой. Воплощу-ка я закрытый, но выключенный холодильник.

– Не надо, пусть замерзнет! Пусть сдохнет! Только выпустите, я его порву просто!

– Эми, не бушуй. Кстати, КотЭ, у меня к тебе еще один вопрос.

– Да, нелегал, спрашивай.

– Манул и КотЭ – это же разные интернет-мемы. Разные понятия.

– Понятия разные, но одно входит в другое. Начала школота в камментах обзывать манула Котэ, и все – я теперь могу быть манулом. Ведь Котэ – это любое существо, которое можно назвать Котэ. Точнее, Котэ – это любой кот, которого однажды так обозвали. И неважно где, на демотиваторе или в комментарии. Воплощать себя в виде манула тяжеловато, но я люблю эту форму. Теперь вы меня выпустите?

– Хрен тебе! Может это ты сам все устроил и пудришь нам мозги? – Отрезала Эми.

– Все мои комбинации отрезаны этим дурацким холодильником. Если это я, то ты сможешь, хоть и не без труда, проломаться в родную вселенную. Блокирующая комбинация не выдержит долго без моей поддержки. Попробуй. Сможешь ли ты попасть в родную вселенную теперь, когда блокировку некому подпитывать?

– Да хоть сейчас! – Заявила Эми.

Куратор сконцентрировалась, чтобы переместиться. В напряженном молчании прошло минуты три. Лицо Эми сначала было злобным, потом слегка недоуменным, а после жалким и скисшим.

– Я не могу попасть обратно. Кто-то держит блокаду!

– Так твой этот некто существует. И мой тезка его бы никак не выследил, потому что плагин показывает статистику применения за последние недели три. – Задумчиво изрек Гоблин.

– Моего хватает на месяц статистики.

– Так ты свой плагин сделала?

– Дипломная работа. – Улыбнулась Эми.

– Котэ что-то говорил о тайне персонажа. Значит, некто является персонажем. – Добавил я.

– Да, является. Все? Я ответил на ваши вопросы?

– Где Наклз? – Спросила куратор.

– Кто?

– Наклз. Это такая красная ехидна, если ты не в курсе.

– Ты хочешь, чтобы я сказал тебе, куда его выкинуло случайное перемещение без всяких параметров? Бред, однако. Откуда я знаю, где он?

– Ты мог хотя бы приблизительно засечь потоки перемещения. Ты хоть что-то должен знать о его местонахождении. Так что, Котэ, придется тебе опять танцевать джагу-джагу, чтобы не замерзнуть. Включайте холодильник, Дмитрий Юрьевич. – Скомандовала Эми.

– Вы меня пугаете. А ну как войдете во вкус и начнете пытать всех направо и налево? В таких случаях без «гостиницы» не разобраться.

– Без чего? – Переспросил я.

– «Гостиница» – это гибрид психушки и тюрьмы. Самое оно для прирожденных садистов. «Некто», о котором так усердно распинался наш усатый друг, явно их клиент. Да и Котэ, похоже, не помешает там побывать.

– Нет, не надо пока. – Эми? Неожиданно.

– Вот это точно, не надо. Откуда такая доброта? – Заинтересовался КотЭ.

– Действительно, почему? Вы, как куратор, должны доложиться.

– О своем проколе? Дмитрий Юрьевич, меня тут же снимут. У меня последнее предупреждение и без того. А у меня еще изначально была категория B. Нет, я пойду ва-банк и попытаюсь разобраться сама. Пожалуйста, постерегите его пока в холодильнике.

– А что делать будете? Какой у вас план?

– Для начала КотЭ скажет мне, где Наклз, хотя бы приблизительно! – Эми опять заколотила по холодильнику.

– Да не знаю, не знаю. Я разве могу это все отследить? Его вообще ближе всего метнуло. Я думал, что вы его первым найдете. Там косвенная связь между вселенными. Может через сходство, может, авторы как-то связаны. Я не знаю ничего больше! Хватит!

– Ладно, верю. Гоблин, выключайте. План таков: нужно прорвать блокаду, и выяснить, что происходит там. Наверное, единственный вариант – это комбинация «тарзанка». – Теперь, когда Эми была спокойна, она пугала меня еще больше.

– Минуточку, а каким макаром вы наберете энергии для этого. Чтобы «протаранить» блокаду, нужен вселеннообразующий персонаж, так ведь?

– Да. И он сейчас вне вселенной. Так уж получилось. Я не хочу этого делать, но мне придется отправить его на разведку. А мы с Димой будем разыскивать Наклза. И если нам повезет, то мы решим проблему без лишних неприятностей.

– Да ну? А вам не кажется, что у вас синдром ангела-хранителя? – Заметил Гоблин.

– Иногда кажется. Но теперь я хочу действительно все исправить. Димы, кроме вас мне никто не поможет.

– Ты же знаешь, во что тебе станет моя помощь. – Сказал я.

– Знаю. А вы, Дмитрий Юрьевич?

– Мое имя Гоблин. Дмитрий Юрьевич – это мой прототип.

– Ладно. Теперь ты, Дима, не будешь корректировать мой план?

– Эми, если понадобится, откорректирую. Но твой план кажется мне вполне разумным. Только одна неувязочка: Соник может узнать тайну персонажа. Наверняка злоумышленник захочет ему все рассказать.

– Потому я и отправлю его на «тарзанке». Я дам ему сутки, чтобы выяснить, что происходит. Потом его выдернет обратно. Его память за эти сутки будет автоматически передана мне. А я с Димой эти сутки потрачу на поиски Наклза.

– Мне же остается сутки караулить Котэ? – Спросил Гоблин.

– Пожалуйста, ну кто кроме вас?

– Слава богу, вспомнили обо мне. Значит, мне еще сутки тут сидеть? – Откликнулся Котэ.

– Сидеть, сидеть. Ты лучше расскажи, зачем научил Крим обращению с модулем. – Я чуть не забыл об этом вопросе.

– Девочка приперлась ко мне в гости и просила показать что-нибудь интересное. Откуда я знал, что она о рыболовных трофеях того идиота? А когда я ей радугу показал, попросила научить делать также.

– Ясно. Значит, приступаем к выполнению плана? – Решил я наконец-то перейти к делу.

«Приступаем. С этого момента вы не знаете ничего о моей должности. Соник не помнит о том, как вы его чуть не убили. Вы меня просто нашли, как Тэйлза и Соника. Память изменять – это очень сложно. Не хочу, чтобы это было напрасным. Ясно?»

Ясно. Госпожа кукловод вновь в деле.

«Не смешно. Ну, какой из меня кукловод?»

По скисшему лицу ежихи я понял, что никакой. Но жизнь еще и не тому научить может.

Глава 59 – «Святые грезы»

Руж пришлось серьезно постараться, чтобы добраться до «Святых грез». Еще немало времени ушло, чтобы спрятать главный изумруд. Но врожденное любопытство не позволяло оставить это дело без разбирательств. Тот, кто замыслил эту ерунду, исчез отсюда. Оно отправило Бига в психбольницу под чужим именем. Руж даже имя запомнила: Клифф Блежински. Именно этого пациента ей теперь предстояло найти. Первым делом она подошла к сторожу. Это был пожилой негр. Уже чуть хуже. Был бы он антропоморфом, дело решилось бы быстрее.

– Здравствуйте. Я могу узнать, когда вы принимаете посетителей?

– По вторникам, четвергам и субботам. С четырех до шести часов дня. Сегодня как раз четверг. Можете подождать здесь пару часов.

– Извините, но мне хотелось бы увидеть его как можно скорее. Это просто ужасно. Я хочу узнать, за что с ним так обошлись. Не могут же его здесь держать только из-за любви к рыбалке? За что с ним так? Я давно с ним не виделась. Чертовы дела, совсем о друзьях забыла. Если бы я знала… – Руж застыла в ожидании.

– Мне жаль. Я бы с радостью вам помог, но я сторож. Посторонних, случись что, гонят в три шеи. У нас закрытое заведение. Тут довольно строго.

Казалось бы, все плохо, потому что сторож ее не пустил. На самом деле, Руж ждала такого ответа. Главное то, что он поверил в легенду. А подождать было нетрудно. Что для нее пара часов? Иногда приходилось выжидать и побольше. Можно и подождать, если оно того стоит.

А вот и Биг. Он совсем не изменился. Добродушный, но глуповатый толстяк. Только теперь он без своей любимой удочки и в смирительной рубашке.

– Руж? Откуда?

– Я просто хочу узнать, кто тебя сюда засунул.

– А где же мои друзья?

– Их нет. Тот, кто посадил тебя сюда, отправил твоих друзей неизвестно куда. Я сама плохо представляю, что происходит.

– Руж, скажи им, что меня зовут Биг. – Зашептал кот.

– Тише, Биг, тише. Нам нужно поговорить. Потом я разберусь. Расскажи, почему тебя все еще держат здесь.

– Полтора месяца назад меня похитили и поместили сюда под чужим именем. Точнее похитил какой-то кот-антропоморф. Сначала он был рыжим, потом белым, потом черным. Руж, он постоянно менялся. И когда я начал о нем рассказывать… Эх. На этом беды не закончились. Начались какие-то головокружения и галлюцинации. Меня теперь всерьез считают сумасшедшим. Правда, после второго исчезновения цветов галлюцинации прекратились. Теперь, я, кажется, здоров. Руж поговори с ними, прошу тебя. Я не знаю, как там Фрогги. Мне нужно домой, там уже все развалилось без меня.

– Хорошо, хорошо. Я поговорю с ними. Ты ничего не знаешь, об этом таинственном похитителе?

– Ничего конкретного. Постоянно меняющийся кот. Руж, ты мне веришь?

– Сама видела. Жаль, что ты ничего не знаешь. Я поговорю с врачами.

К счастью, главврач оказалась женщиной. С мужчиной пришлось бы флиртовать долго и упорно, а с женщиной можно договориться сразу. Коньяка для такого случая не нашлось, но гранатовый крестик оказался неплохой заменой. Тем более, Бига не собирались там держать долго. Недельку, и то на всякий случай. Болезнь прекратилась, после того, как исчез вандал, похитивший Бига. Наверное, болезнь провоцировал таинственный похититель. Жаль, что он ничего не знает. Наверное, придется покопать по другим каналам. Эх, сейчас бы доступ к архивам GUN, но чего нет, того нет.

– Руж, так ты и вправду будешь за мной присматривать?

– А нужно? Твой похититель исчез, и болезнь должна прекратиться.

– Что ж, наверное, ты права. Спасибо тебе.

– Не за что. – Своим тоном Руж дала понять Бигу, что спасала его не из благородных побуждений.

Сразу же, как только уехал кот, у нее над ухом прошуршала стрела. Руж поспешила скрыться в ближайшей подворотне, прихватив с собой стрелу для изучения. Она была обернута запиской, набранной на компьютере. Жаль, по почерку компьютера ничего не скажешь.

«Если вам так интересно знать, что происходит, то приходите к девяти вечера на вокзал. Встречаемся в небольшом баре рядышком. Доброжелатель»

Бумага смялась в сжатом кулаке. Ловушка с вероятностью процентов в восемьдесят. Но Руж знала, что врожденное любопытство не оставит ее в покое.

Глава 60 – «Странный план»

– Соник!

– Тэйлз!

– Леопольд, это – Соник. Соник, это – Леопольд. Он меня приютил здесь на пару дней.

– Ваш приятель починил все, до чего только дотянулись руки. – Улыбнулся Леопольд.

– Узнаю Тэйлза. Рассказывай, как сюда попал, где был.

– Соник, ты же мне поверишь? – Лицо Тэйлза стало слегка тревожным.

– У тебя тоже был голос в голове?

– Был. Откуда ты знаешь? И у тебя тоже?

– Это все Дмитрий.

– Дима? Да ну!

– Ребята, пройдемте в дом, в ногах правды нет. Чаю заварим, там и разберемся, что происходит. – Прервал их Леопольд.

Тэйлз увлеченно рассказывал о том, что с ним случилось. Голос, непонятный человек, портальная пушка и перемещение сюда. Все-все-все, что можно, было пересказано. Вопрос «А ты как?» заставил Соника помрачнеть.

– Я… Я попал в такое место, от которого у меня до сих пор мурашки по коже. Подводный город, где половина жителей мертва, а вторая половина сошла с ума. Это ужасно. Там оказался всего лишь один вменяемый человек. И то… Он шел, чтобы убить создателя того города только потому, что ему приказал кто-то неизвестный. Сначала я шел с ним. Дима рассказал мне, как там выжить, сказал, что нужно держаться того человека. Я держался рядом, помогал ему. Потом Дима сказал, что заберет меня. Когда я побежал на разведку, чтобы помочь тому человеку, меня внезапно переместило сюда. И вот мы здесь.

– И все?

– Все. Тэйлз, я больше не хочу туда возвращаться. Никогда.

Тэйлз сразу понял, что расспросы лучше прекратить. Леопольд положил ему руку на плечо и сказал:

– Что ж, тогда забудь это место. Теперь-то чего расстраиваться? Ах, какой же я… – Хлопнул себя по лбу кот.

– Что случилось? – Спросил Тэйлз.

– У меня же специально для таких случаев припасена коробка конфет. «Птичье молоко» – отменная вещь. Правда, ее и добыть очень тяжело. Сейчас достану из своего тайничка, если мыши еще не добрались.

– У вас мыши водятся?

– Соник, здесь живут две мыши. Они непонятно для чего подстраивают Леопольду гадости. Именно эти две мышки не оставляли меня без работы. – Просветил Соника Тэйлз.

Конфеты оказались целы. Чаепитие растянулось разговорами и веселыми историями. Через полчаса, а может и через час, веселье прервалось знакомым голосом.

– Тук-тук. К вам можно? – На пороге стояли Дима и Эми.

Все начали обниматься и знакомиться, только Дима стоял в сторонке. Когда все успокоились, он заговорил:

– Я вот к вам вот по какому поводу…

– Ты лучше скажи, ты нашел Наклза?

– Еще нет. Соник, не перебивай, пожалуйста. Это вопрос жизни и смерти.

– Опять? – Тэйлз, как и многие дети, был слегка нетерпелив, в предчувствии приключений.

– Не опять, а снова. Как всегда, плохие и хорошие новости. Хорошие: мне удалось найти Эми и изловить ту тварюгу, которая вас так раскидала. Плохие: тот ненормальный кот оказался всего лишь помощником. Причем помогал неизвестно кому.

– А может, говорить не хотел? – Засомневался Тэйлз.

– В допросе гада участвовала Эми. Если бы его не заперли в холодильнике, был бы он теперь отбивной.

– Ну, зачем же так сразу? – Удивился Леопольд. – Бить кого-то не лучший выход.

– В общем и целом, я с вами согласен. Но обстоятельства сложились так, что… Эх, вы там просто не были. Теперь мне нужна твоя помощь, Соник.

– Значит, теперь я вам понадобился?

– Можешь не язвить. Я бы к тебе и сейчас не обратился. Нужно опять расследование. Главный злодей…

– Роботник.

– Соник, я же просил не перебивать! И с чего ты взял, что это Роботник? Мало ли у кого там в твоей вселенной крыша съехала? На чем я остановился?

– На главном злодее. – Подсказала куратор.

– Спасибо, Эми. Главзлодей заблокировал вам всем ход домой. Есть один лихой способ, называется «тарзанка». Соник пробьет блокаду, так как больше никто не сумеет, и за сутки выяснит, кто виноват и что делать.

– Именно за сутки?

– Да.

– И именно я, потому что я балуюсь с изумрудами хаоса и превращаюсь хрен знает во что? – Зло спросил Соник.

– Слава богу, хоть теперь обошлось без глупых вопросов.

– Хорошо как скажете. Но не думайте, что я делаю это ради тебя, Дима. – Интонации ежика становились все более и более злобными.

– Соник, может быть, ты удивишься, но я все это не ради тебя проделал тоже. Я отправляю Соника на разведку и продолжаю искать Наклза. Леопольд, вы не возражаете, если…

– Места хватит на всех, за это не переживайте. Остальные могут побыть здесь. – Сразу же пресек все сомнения Леопольд.

– Отлично. Вперед, Соник. Спасай родную вселенную.

– Какой-то странный у вас план. – Засомневался Тэйлз.

– Он довольно прост. У меня и потяжелее планы срабатывали. Тут все от Соника зависит.

– Как скажешь. Кстати, Соник, возьми мои часы. Я их настрою на обратный отсчет. Сутки ведь?

– Сутки, Тэйлз, сутки. – Подтвердил Дима.

– Хорошо. Соник, держи. Мы на тебя надеемся.

– Тогда вперед. – Соник вновь был готов к бою.

Глава 61 – «Прости кота»

– Гражданин начальник, когда уже выпустишь? А то я уже заколебался тут сидеть.

– Когда вернутся эти охламоны. Если через два дня не будут, просто сдам в «гостиницу». Кстати, не гражданин начальник, а старший оперуполномоченный. Ты, кошак, бросай этот блатной жаргон.

– Кстати, не кошак, а Котэ. Котэ я.

– Это ты санитарам объяснять будешь.

– Гоблин, ты мне уже надоел. Все, я с тобой не разговариваю.

Если бы Котэ не сидел в холодильнике, он бы увидел улыбку Гоблина. Но Котэ сидел в холодильнике и абсолютно ничего не видел. А сидеть уже надоело. Холодильник, как будто адского холода было мало, блокировал все комбинации творческой энергии. Но если Гоблин и впрямь сдаст его в «гостиницу», то будет очень плохо. Надо было что-то делать.

– Категорически приветствую. А вы кто будете? Вы, кажется, не из этой вселенной. – Старший оперуполномоченный заговорил с кем-то посторонним.

– Я – координатор.

Откуда? Что делать? Неужели та девчонка с неврозом ангела-хранителя удосужилась вызвать подмогу. Ей же самой гостиница светит за свои художества. Но откуда тогда здесь координатор? В таких случаях вызывают боевиков. Неужели выследили, гады? Что ж, тогда Котэ точно пропал. Но шанс еще есть. Один из трех.

– А вы, собственно по какому вопросу? Что-то я вас не припомню. Хотя нет, припомню. Но вы ведь не из этой вселенной. Вы точно координатор? – Сомневается Гоблин, тоже какой-то подвох почуял.

– Я работаю недавно. Вот удостоверение.

– Что ж, дайте ознакомиться. Так-так-так. Все чисто, не подкопаешься. Какого…

Послышался странный шум. Координатор напал на Гоблина? Или Гоблин напал на координатора? Интересно, а кто прибыл? КотЭ знал, что одного из координаторов зовут Жискар. Но их же было трое. Так что…

– Эй, ты там? – Спрашивает координатор. Значит, он напал на Гоблина. Причем довольно-таки успешно.

– Вы кого спрашиваете?

– Ненормального кота, которого завербовал неизвестный хрен из вселенной «Sonic the hedgehog».

– Вы знаете, кого спрашивать. Зачем я вам?

– Потому что он меня тоже завербовал. Еще полгода назад. Что мне нужно воплотить, чтобы открыть чертов холодильник?

– В смысле?

– В прямом. Как эта хрень открывается?

– Дай-ка подумать. Там же написано «кота не вынимать, он наказан».

– Да. Так поможешь мне, или предпочтешь загнуться от холода?

– А самому слабо?

Молчание по ту сторону двери КотЭ очень не понравилось.

– Ладно, координатор, если действительно хочешь открыть, тогда воплоти демотиватор.

– Чего?

– Видел картинки с черными рамками?

– Ах да, точно. Это такие, которых теперь в интернете полно?

– Да. На фото с холодильником был сделан демотиватор с подписью «прости кота, прости кота, сука». Воплоти его сейчас.

Координатор оказался слегка криворуким. В том смысле, что не очень хорошо обращался с творческой энергией. Холодильник он открыл только с третьей попытки.

– Не надо на меня так смотреть, я не погруженец, чтобы так лихо с комбинациями работать. Мое дело – базами данных заведовать.

Смотреть было не на что. Человек как человек. В глаза бросаются зеленые штаны и рубашка, очки, лысина и седые остатки волос. Тем не менее, на вид координатору лет сорок пять.

– Жискар?

– Нет. Меня зовут Герберт Гаррисон. Усвоили?

– Усвоил. Саус парк?

– Да, этот гребаный, задрипанный городишко. Значит так, времени мало. Драпаем во вселенную сверхежа. Блокаду нам приоткроют. Там наш заказчик объяснит, наконец, что к чему. Ты со мной?

– Естественно.

– Отступать будет некуда.

– А нужно ли?

– Согласен. Тебя как звать?

– Котэ. А ты Герберт?

– Да. Черт, я же уже говорил это. Ну что, мы идем?

– Только по пути заскочим в одно местечко. Думаю, козыри нам понадобятся, если нам сядут на хвост.

– Ты о чем?

– Увидишь. След я уже взял.

– Только быстро и без приключений. – Грозно сказал мистер Гаррисон.

– Как скажешь. Ты реально координатор?

– Да. Хорошь болтать, давай за дело.

– Погоди, погоди, а что ты с гоблином сделал?

– Да вырубил его. Через полчаса очнется с памятью чистой, как белый лист. Может, хватит болтать. Я хочу, наконец, узнать, на кого я работаю! – Раздраженно заявил мистер Гаррисон.

– Не ты один.

Глава 62 – «Самый добрый Котэ нашего детства»

Меньше всего Тэйлз ожидал, что Эми сумеет увязаться, провожать Соника. То, что захочет, было понятно. Но вот то, что ей это удалось… Как? Тайна за семью печатями. Просто вцепилась в Соника клещом и телепортировалась вместе с ним. Если бы Тэйлз знал, что можно так просто ему помочь… И Дима ничего не сказал. Хотя… Если судить по его лицу, то он сам этого не ожидал. Может быть, Эми удастся пойти вместе с ним? С одной стороны хорошо, а с другой очень плохо. Это же Эми. Какой из нее разведчик?

Проводы были чисто символическими. Ну, вышли на улицу, попрощались. Можно же было и из дома телепортироваться. А Тэйлзу оставалось только вернуться в дом. Еще полчаса допивали чай с Леопольдом. Потом Тэйлз решил сходить, прогуляться. Нужно же было хоть как-то отвлечься. Мыслишки неспокойные, нервишки слегка пошаливают. Правда, ушел лисенок недалеко. Его догнали две мыши, белая и серая.

– Эй-эй-эй!

– Сюда, скорее!

– Чего вам?! – Пока Тэйлз был здесь, мыши ему уже изрядно надоели.

– Там Леопольда связал какой-то человек в зеленом. – Пропищала белая мышь.

– Чего? Это не розыгрыш?

– Нет, он пришел со своим котом, и они вдвоем связали Леопольда. Мы не знаем зачем ему это. – Пробасила серая.

– Вызывайте скорее полицию.

– У нас нет полиции. У нас только милиция. – Расстроилась белая мышь.

– Тогда вызывайте милицию, а я домой, проверю.

А в доме Тэйлза встретил Леопольд. Живой, здоровый и несвязанный, со своей фирменной улыбкой. Правда, теперь она казалась подозрительной.

– Что такое, что случилось? На тебе лица нет.

– А с вами все в порядке? – Странно, а Тэйлзу казалось, что он научился владеть своими эмоциями.

– Все нормально. Опять мыши что-то выдумали?

– Да. А вы откуда знаете?

– Они вечно что-то выдумывают. Любят меня пугать. Я им уже давно перестал верить. Нашли себе новую забаву. Кстати, Тэйлз. Холодильник не посмотришь. Он сломался.

– Да он уже давно сломан. Вы же его выкидывать собирались.

– Глянь напоследок, мало ли.

– Как скажете.

А вот это было странно. Леопольд же знал, что проще новый купить. Почему ему этот холодильник так дорог? Да он же уже проржавел почти насквозь. Но если посмотреть еще раз хуже никому не станет. Так, а с холодильником произошли перемены. Откуда эта надпись маркером «кота не вынимать, он наказан»? И этот шум.

Тэйлз шарахнулся в сторону. В холодильнике сидел еще один Леопольд, только связанный. Лисенок обернулся и почувствовал, что не может двинуться. Глаза его расширились от удивления. Там стоял человек в зеленом и еще один Леопольд. Только несвязанный.

– Котэ, я, конечно, ценю твоего чувство юмора, но зачем он нам? – Человек в зеленом был настроен скептически.

– Мало ли, вдруг заказчик начнет ерепениться. Вот тут-то нам лисенок и пригодиться.

– Так мы его похищаем?

– Ага.

– Ты кто? – Спросил лис.

– Самый добрый Котэ вашего детства.

– Что за бред ты несешь?

– Мистер Гаррисон, это не бред. Это такой демотиватор есть. А если есть демотиватор с Леопольдом, значит, и я могу быть Леопольдом. – Объяснил Лжелеопольд. – Ты память этому коту стер?

– За кого ты меня принимаешь? – Обиделся тот, кого назвали мистером Гаррисоном. – Я еще и мышам поправки внес. Через пять минут они будут свято верить в то, что засунули этого недобитого пацифиста в холодильник. «Ребята, давайте жить дружно». Ему бы в хиппи податься с такими жизненными установками. Не удивился, если бы запах конопли здесь учуял.

– Ладно, хватаем лисенка и вперед.

Участковый пришел с мышами и нашел только связанного Леопольда в холодильнике.

– Прости нас, Леопольд. Мы больше так не будем.

– Да, прости нас, Леопольд.

– Ребята, давайте жить дружно.

Часть пятая

«Болезнь»

Глава 63 – «Тревожные сутки»

Отправлялись из какой-то соседней вселенной. По техническим соображениям. Вообще-то предполагалось, что отправлю я его один. Но куратор увязалась за мной. Спрашивается, на кой?

«Не стерпела, бывает. Буду передавать вам инструктаж. А вы ему. Значит так, у него всего сутки»

Ладно, как скажешь.

– Соник, у тебя всего сутки.

«Будь осторожен. Настоящим вандалом может быть кто угодно»

– Настоящим вандалом может быть кто угодно. Может быть, ты сильно удивишься, но это вряд ли Роботник.

– Почему?

– Потому что ему было бы проще прикончить меня еще в начале расследования. Я сильно рискнул, обратившись к нему за помощью. И не меньше рискую, подписывая тебя на разведку.

– Может, мне стоит попросить о помощи разведчика?

«Пошла отсебятина. Как насчет моего инструктажа»

Голос, забейся.

«Вы же знаете, что я – Эми»

– Соник, это здравая идея, очень здравая. Тебе стоит найти Руж. Она тоже мне помогала, значит на нее и подозрений меньше. Но ради бога, будь аккуратен.

– С ней? В любом случае буду аккуратен. – Усмехнулся Соник.

«Ладно, от меня толку чуть, инструктируйте сами»

Ишь, как надулась. Как мышь на крупу.

– А если найду, что делать?

– Попробуй выяснить, зачем это нашему вандалу. Поговори по душам. Если сможешь, скажи так делать нельзя и добейся «я больше так не буду». Это в идеале, естественно. А так… Будь аккуратен, вернись живым, здоровым и знающим.

«Насчет последнего не все так просто. Проклятая тайна персонажа»

– Соник! – Не утерпела, кинулась обниматься.

«Да, я его люблю. И что?»

– Эми, я вернусь. Что со мной сделается? Не бойся за меня, когда я всех подводил? Все будет нормально.

– Соник… – Вот-вот, еще и расплакалась.

«Да ну вас»

– Ладно, ежики. Долгие проводы – лишние нервы. – Подсуетился я.

Ежи посмотрели друг другу в глаза. Ее взгляд говорил: «не дай бог, не вернешься». А его взгляд выражал нечто среднее между «ух, ты» и «за что мне такое?». Прощание закончилось, запустилась «тарзанка». А нам с Эми оставалось только ждать и надеяться. И искать Наклза.

– Здравствуйте. Вам что-то нужно? – Что-то слишком уж Леопольд удивлен.

– Вы обещали присмотреть за зверятами.

«Мы – антропоморфы»

– Какими? Извините, а вы кто? – Кажется, кот нас не узнал.

– Я Дима, а это Эми. У вас еще должен быть Тэйлз.

– Не знаю такого.

– Как? Мы же полчаса назад от вас уходили. Неужели вы ничего не помните? – Удивилась Эми.

– Ничего.

– Так, быстро отвечайте, что с вами произошло за последние полчаса. Это очень важно.

«Дима, что это с ним?»

– Эх, две мыши связали меня и посадили в холодильник.

– В холодильник? – Уточнил я. Уж больно странное совпадение.

– Ну, да, еще и написали на нем «кота не вынимать, он наказан».

– Да ему же память стерли! – Закричала Эми.

«Быстро, подбавьте мне энергии, будем ему память реанимировать»

– Что такое? – Леопольд скривился от боли.

– Потерпите чуть-чуть, пожалуйста, будет немного болеть голова. Это очень важно. – Попросила Эми.

Кстати, насчет «немного» куратор нагло врет. Вон как корчится бедолага.

«Все комбинации, связанные с памятью очень болезненны»

Так и надо было говорить.

– Я, кажется, начинаю что-то вспоминать. Какой-то кот превратился в меня, я потерял сознание, а очнулся, когда пришли мыши. Они сказали, что это они меня связали и засунули в холодильник. А Тэйлза я не видел с тех пор, как вы ушли. Ей-богу, на галлюцинацию похоже.

– Леопольд, ты еще не видел того, что действительно похоже на галлюцинации.

– Котэ! Он выбрался! Как? Он не мог!

– Эми, это означает, что ему помогли. – Спокойно заметил я.

– Кто?! Нужно быстрее в ту вселенную, расспросить Гоблина.

– Куда ты собралась? Если память стерли Леопольду, то Гоблин тоже ничего не помнит. Попытайся отследить, куда отправился Котэ. Может быть, мы его еще догоним. – Остудил я ее.

Эми была вынуждена со мной согласиться. Мы успокоили Леопольда, заверили, что все будет хорошо (хотя у меня на этот счет были очень серьезные сомнения), и приступили к розыскным мероприятиям. Выяснилось, что гад ушел во вселенную Соника вместе с Тэйлзом.

– Зачем ему Тэйлз?

– Как заложник. Похоже, Котэ хочет повторить мой трюк, чтобы договориться с работодателем. Что ж, это означает, что он его не убьет. Хотя…

– Зависит от работодателя. – Упавшим голосом закончила Эми мою мысль. – И что нам теперь делать?

– Искать Наклза. У нас на это есть двадцать три часа.

– У вас что-то очень плохое случилось? – Участливо спросил Леопольд.

Ну, чтобы я ему ответил?

– Долгая история. Не возражаете, если мы у вас в последний раз заночуем.

– Конечно, но если не секрет, что происходит?

– Прости, Леопольд, секрет. Даже для меня. Очень злой кот пришел сюда и похитил Тэйлза, предварительно заперев тебя в холодильнике. Больше сказать ничего не могу. Некогда и нечего.

– Тогда зачем мыши на себя наговаривали? Им тоже изменили память, как и мне?

– Скорее всего. Спасибо вам, Леопольд.

– Не за что, Эми, не за что. Удачи вам.

Давно у меня не было такого бесполезного времяпровождения. Я перепробовал все игровые вселенные, какие только знал, давал общие запросы. Бес-по-лез-но. И точка. Нет Наклза, хоть ты в лоб стреляйся. Двадцать три часа минус шесть часов на сон. Я, если честно, и десяти не смог усердно проработать. А вот куратор… Мне уже за нее становилось страшновато. Нервная, дерганная, замученная. А когда я в шутку спросил: «А не от того ли нервозность, что тянет на солененькое?», она меня чуть не убила. А что? Я слышал, что на первых месяцах беременности девушки бывают очень нервными. Леопольд ее насилу успокоил. Впредь я решил с ней не шутить. А потом слезные прощания перед часом икс, и вперед: встречать ежика с бесценными агентурными сведениями.

– Эми, могу я тебя спросить?

– Давай, спрашивай.

– Где мы? Что это за вселенная. Очень уж схож этот слегка галлюциногенный лес с твоей родиной.

– Это по игре сделанной той же студией, которая отвечает за Соника. Называется «Nights into dreams», если это тебе о чем-нибудь говорит.

– Мне это ни о чем не говорит. Но все равно спасибо. Он должен телепортироваться сюда?

– Да. С минуты на минуту должен появиться.

Так и случилось. Минуты через три неизвестно откуда появился Соник.

«Мне не передалась его память. Что с ним?»

Ежику было явно очень нехорошо. Он открывал рот, но слова не выходили. Казалось, что что-то застряло у него в горле и мешало говорить. Слова выходили странными слогами. Сквозь силу Соник выдавил три слова, не объяснивших абсолютно ничего:

– Я должен попробовать.

– Соник! Что с тобой? Ответь! – Закричала Эми, схватив Соника за плечи. – Дима!!! Он потерял сознание! Что делать?!!

Что делать? Что делать? Я откуда знаю! Нашла врача!

«Пожалуйста, я соглашусь на самую абсурдную идею!»

Ну, если так…

– У вас есть отдел «сериалы»?

– Что?

– Быстро готовь перемещение! Первоисточник укажу. Быстро!!!

– Что там? – Испуганно спросила куратор.

– Один врач. Как раз специалист по непонятной ерунде.

Глава 64 – «Пациент, каких еще не было»

Соник потерял сознание. Когда очнулся, он, еще не открывая глаз, понял, что находится в другой вселенной. Этот не тот лес. Каталка, кафель на стенах и бледно-зеленая ширма. Вокруг шум и гам. Больница? А может больница и тот лес в одной вселенной? Ему столько всем нужно было рассказать. Почему он не может говорить, не может двигаться? Все как во сне. Соник не мог пошевелить ногами. Руки тоже не слушались. А за ширмой различались два голоса. Один из них был знакомым:

– Это вопрос жизни и смерти. Вы должны его осмотреть.

– Обратитесь к медсестрам. Мне не до прихотей русской мафии. – Второй голос был слегка ехидным и вредным.

– Какая мафия? Вы же врач по призванию, а не по деньгам.

– Это почему? У нас не как в Россию, у нас можно быть врачом и не по призванию.

– Вас слегка зациклило на России. Пациент даже не оттуда.

– А откуда?

– Скажем так, из Японии.

– А, так вы любитель экзотики? Ей стало плохо, а привлекать полицию себе дороже. Вся ясно. Сколько взяли?

– Да вы о чем? – Теперь Соник окончательно понял, что это голос Димы.

– Стесняться нечего. Я сам люблю девочек. Правда, экзотику люблю не очень. Так сколько взяли? – А вот этот ехидный голос опознанию не поддавался.

– Это не девочка. – Голос Димы кажется раздраженным.

– Ух, ты! Вам даже удалось меня слегка заинтриговать. Русский с японским мальчиком. Чудно. Еще сюрпризы будут, чтобы окончательно убедить меня взглянуть на это чудо. И почему именно я? В этой больнице полно других врачей.

– Но только вы берете пациентов из чистого интереса. А он вас заинтересует.

– Почему?

– Он не человек.

– А я не ветеринар. Стойте, это что? Зоофилия с рыбой Фугу?

– Они бы вас за такое мигом в расисты записали. И про рыбу Фугу не смешно.

– А я уже бывал в психушке. С меня взятки гладки. Можно списать на очередное обострение…

– Вредности. Взгляните, а потом делайте выводы.

Похоже, неизвестный окончательно сдался. К Сонику за ширму зашел пожилой человек с тростью. Незнакомец был высок, но слегка сутулился, опираясь на свою трость. В волосах уже порядком седины. Взгляд голубых глаз обычно ехиден. Но теперь этот врач был крайне удивлен.

– Так, а каковы симптомы?

– Сначала немота, потом потеря сознания и теперь нечто, очень похожее на кому.

– Ага. Надеюсь, физиология схожа с человеческой? Я, конечно, возьму этот случай, но предложение насчет ветеринара остается в силе. – Закончил доктор, начиная осматривать Соника.

– Так вы беретесь?

– Берусь.

После этой фразы доктор достал из кармана какой-то фонарик и провел им перед глазами Соника.

– Ага, так он у нас в сознании. Как бы… Ну, что, пациент? Будем знакомиться. Можешь называть меня доктор Хаус. Извини, переформулирую: называй меня доктор Хаус, когда сможешь. Эй, он, кажется, теряет сознание. Да, точно. Ты меня…

Глава 65 – «Доктор, каких еще не было»

«Почему он?»

А почему не он?

«Он мне не нравится»

А-а, вот оно что. А мне нравится.

«Личное общение заставит пересмотреть ваше мнение. Одно дело – персонаж, а другое – личность. И вы думаете, он его вылечит? Да он же считает его животным. Он убьет Соника»

Не исключено. Но диагноз поставит.

– Вы о чем-то задумались? – Спросил меня Хаус.

– Да. Думаю, как бы понезаметнее оформить пациента. Не хочу лишнего шума.

– Боитесь, что куратор прервет вечеринку?

Блин! Вот ведь поворот.

«Я сомневаюсь, что ему открыли тайну персонажа. Что-то не так»

– Не понял!

– А что тут понимать? Вы притащили сюда одного персонажа, а второго прячете примитивнейшей оптической иллюзией. И это я еще невнимательно посмотрел. Признавайтесь, у вас тут спрятан целый выводок безутешных ежиков. Ну, разве я не прав?

– Не правы. Со мной только один безутешный ежик. Точнее, ежиха.

– Естественно. Персонаж детской игры, ничего такого, что тяжело объяснить детям. Так точно один? Внимание остальных я отвлеку, можете снимать маскировочку.

Эми возникла посреди коридора, и первым ее вопросом было:

– Откуда у вас модуль?

Хаус недоверчиво посмотрел на Эми, и, повернувшись ко мне, слегка издевательски спросил:

– Ей раскрыли тайну персонажа?

– Я куратор! Быстро отвечайте, какая у вас категория персонажа!

– Девочка, а, девочка, а чего ты здесь забыла? Нехватка врачей в родной вселенной?

– Я признаю, что решение несколько поспешное и не доверяю вам. Но я надеюсь на вашу помощь. – Проговорила Эми сквозь зубы.

Ей хотелось быть спокойной, но получалось, мягко говоря, не очень. Похоже, доктора хотели убить. Хаус тоже это почувствовал и объяснил:

– Тайна персонажа для меня не тайна. С этим фактом вам придется смириться. Так что рассказывайте очень подробно, что с ним случилось. Вполне возможно, что его болезнь связана с творческой энергией.

– Энергетическая медицина? Вы с ней знакомы?

– Я узнал о существовании такого чудеснейшего отдела медицины уже довольно-таки давно. Естественно, мне захотелось его изучить. Это вас удивляет?

– Нет, но почему вы думаете, что это энергетическое заболевание?

– Из других разделов медицины вариантов мало. И они не очень интересны и легко проверяемы.

– Так проверьте. – Заявил я.

Следующую реплику Хауса я не понял. Очень было похоже на описание обследования. Соника увезли на каталке, а мы остались с куратором.

– Сериал мне, кстати, не понравился.

– Эми, я понял, что ты против. Но Хаус нам не даст уйти.

– Почему?

– Ты видела его, когда он увез Соника на обследование? Докопается. А уж долечивать можно и без его участия.

– Хотелось бы верить. И тот факт, что раскрыта тайна персонажа меня не радует.

– А меня наоборот. Посуди сама: если он разбирается в этой энергетической медицине, то не придется обращаться к совету кураторов за помощью.

– Согласна. Но у меня редко возникает такая антипатия.

На том наш разговор и закончился. А Хаус взялся за Соника всерьез. Взяли кучу анализов, исключили все скучные версии (кто бы сомневался), и собрали всю команду. Через час в кабинете сидели: Хаус, Тауб, Форман, Тринадцатая, Чейз и мы. В качестве почетных гостей, как объяснил Хаус.

– Итак, приступим. Сначала немота, потом потеря сознания, а теперь какое-то подобие комы. Причем эта хрень связана с творческой энергией. Ваши идеи?

– Хаус, откуда у тебя персонаж в пациентах? Любое существо из совета кураторов нам устроит такую веселую жизнь, что не дай боже. Хаус, вы хоть куратора так не подставляйте. – Заговорил Форман.

– Я из совета кураторов. Я требую, чтобы мне объяснили, что здесь происходит! – Заявила Эми.

В кабинете повисла неловкая тишина. Жуткая немая сцена. Представьте себе бордель, в который вломился наряд ОМОНа. Еще пять минут назад все было в порядке, и все закончилось очень резко и очень плохо. Ступор, наведенный ужасом. Каменные лица людей, прикидывающих, какой срок им светит. И тихий шепот Формана: «О, боже!». Один только Хаус улыбался от уха до уха. Насладившись этой чудесной картиной, он объявил:

– Господа, не бойтесь. Эта милая дама нас не заложит, так как у нее ба-а-альшие проблемы. Правда?

– Да, это так. У меня большие проблемы. – Подтвердила Эми. – Но мне все равно интересно знать, как так получилось. У вас же у всех должны быть категор-ии тайны C, или даже B.

– А ты спроси у куратора. Раз у нас уже есть компромат друг на друга, то я думаю, он все расскажет. Правда, Чейз?

Хаус еще и тростью на Чейза указал, чтобы ни у кого не осталось сомнений. Честно говоря, я думаю, что Форман лучше подходит на должность куратора. Кем он был в юности? Обычный гопник из какого-нибудь местного аналога Гарлема. Это надо быть очень сильным человеком, чтобы пройти путь от гопоты до врача элитного класса. Тем более он самый спокойный и рассудительный. Что касается Чейза, то он не так тверд, как Форман. Австралиец лет тридцати от роду. Скажем так: он вряд ли сумеет взять Хауса под контроль. И, раз уж выпал случай, несколько слов об остальных. Тауб: низкорослый мужчина лет сорока, еврей по национальности. Раньше был пластическим хирургом, позднее уволился и начал работать с Хаусом. И Тринадцатая: прозвище получила, когда Хаус набирал себе команду врачей. Он тогда набрал около сорока претендентов, и каждому дал номер. Доктор Реми Хедли получила номер тринадцать. И сам Хаус: мизантроп, слегка ненормальный, бывший наркоман и (самое страшное) человек, привыкший говорить то, что думает. В человеческом обществе говорить то, что думаешь – это страшнейшая наглость. Немудрено, что персонаж, наплевавший на этот негласный запрет, стал так популярен. А куратор (блин, не верится, что Чейз – куратор) тем часом взял слово, и начал объяснять:

– Что ж. Это случилось почти сразу. Когда появился сериал, составили обширный список кандидатов в кураторы и провели собеседования. Там было много персонажей, еще больше обычных людей. Предлагали и Хаусу. Но его кандидатуру забраковали. Он должен был все забыть. Но тогда использовалась печально известная комбинация «Силф». Она должна была стереть ему память, но не стерла из-за той ошибки в расчетах связей энергии.

– Да, я слышала эту историю. Тогда много персонажей осталось с открытой тайной, но это быстро устранили. Практически все персонажи себя выдали.

– Госпожа куратор считает своих коллег самыми умными. И я, как человек, водивший за нос куратора полгода, авторитетно заявляю вам: в кураторы выбирают явно не по уму. Может из жалости? – Заерничал доктор.

– Заткнитесь, Хаус.

– Эми, зачем же так грубо. Остается шанс около трети, что ты взята на эту должность не из жалости.

– Может, действительно заткнетесь на пару минут? – Это уже сказал Чейз. – Я узнал об этом, когда мои друзья из гостиницы решили воспользоваться мозгом Хауса для того, чтобы поставить диагноз. Я был против этой идеи, объясняя это тем, что Хаус ничего не смыслит в энергетической медицине. Тогда выяснилось, что Хаус уже неофициально помогал им однажды. Он заявил им, что куратор разрешил и все будет нормально.

– Чейз не будь занудой. Там был такой шикарный случай: трудно-выявляемая вредоносная комбинация вроде того же «Силфа». Ты думаешь, что я мог устоять?

– Хаус, вас бы в «гостиницу» отправили, случись что. И вы на этом не остановились. Вы раскрыли тайну персонажа всем, кто вам подвернулся.

– Да, с тех пор наша команда неофициально помогает врачам «гостиницы». И в их же интересах спрятать нас от всех проверок. Ну, а вы, мои дорогие, расскажите, как вы довели несчастного героя до такого состояния. – Обратился Хаус уже к нам.

Следующие полчаса я рассказывал обстановку. Рассказал, что был сбой, что мы решили отправить Соника на разведку, что в итоге не получили его память за сутки, а значит и не добыли ценные разведданные. Рассказал ту часть истории, которая с ним была связана.

– Так, так вы ему еще и передатчик памяти всунули? – Уточнил Чейз.

– Да, нам пришлось это сделать. – Грустно сказала Эми.

– Что, сам бы не рассказал? – Ехидно спросил Хаус.

– «Тарзанка» добыла бы его обратно в любом виде. Но только тело. Короче говоря, мы перестраховались. – Сказал я.

– Ладно. Сбой, если верить рассказанному, был давненько. Значит, это что-то застарелое. Какая-то энергетическая болезнь, не проявлявшая себя, пока не наступил серьезный стресс. А стресс наступил. Это видно по нарушению речи, имевшему место незадолго до впадения в полусвязное состояние.

– Простите, Хаус, какое состояние?

– Полусвязное, Дмитрий. Это когда у существа имеются нарушения связи души и тела средней или легкой степени тяжести.

– Спасибо, Чейз. Так каков план?

– Болезнь не нашли, потому что не искали. Копаться у него в душе сейчас втройне рискованно. Мне хочется решить это дело до того, как он отбросит коньки. Но на наше счастье он стабилен. Признаки болезни можно опознать только в творческом первоисточнике. Поэтому Тауб роет википедию вдоль и поперек, Чейз скупает старые консоли и игры о ежике через eBay, Форман изучает творческие первоисточники до 2000 года, а я после.

– Вы с ума, что ли, посходили? Нам нужно найти причину болезни, а не играть в глупые игры! У вас идиотский план, Хаус! – Не вытерпела Эми.

– Действительно. – Сказал я.

«Вы меня поддержали? Спасибо»

Хаус тоже так подумал. А зря.

– План идиотский, потому что покупать игры через eBay дорого и долго. Эмуляторы намного дешевле. С их помощью вы запустите все игры до 2001 года, а может и до 2005. Но самые новые игры придется купить. Кстати, а что будет делать Тринадцатая? – Объяснился я.

«Подлиза!»

Он ненормальный, но он врач. А куратор врачом не является.

– Проверит то, что я считал невозможным. Теперь, когда я знаю, что был сбой мне нужно еще кое-какие гарантии. Тринадцатая, проверь ежа на венерические… – Скомандовал доктор.

– Ну, все, я сейчас его убью! – Заорала Эми.

Что тут началось! Ежиха взлетела на стол, Хаус отскочил в сторону, хаос начался, терпение окружающих закончилось, все Эми успокаивать начали… Ай-ай-ай, теперь эта ненормальная с молотом меня действительно напугала. Кое-как, общими усилиями ее успокоили (а Хаус просто не злил дальше).

– Плохо держите удар. Я вас еще ни разу не подколол, а вы завелись. Откуда я знаю, каков характер вашего сбоя? В таких случаях еще и не такое бывало. Оставьте меня на час в покое. Гости пусть деваются, куда хотят. А вы вперед, за работу. – Подвел итог дифдиагноза Хаус.

Глава 66 – «Кафетерий Принстон-плейсборо»

Эми заступила на караульный пост у палаты Соника, а я отправился в местный кафетерий. Тоже своего рода достопримечательность. Для тех, кто смотрит сериал, естественно. Ведь именно там часто перекусывают Хаус и Уилсон. Это, если кто не в курсе, онколог и полная противоположность Хауса по характеру. Добрый, ранимый, привлекательный для женщин. А вот и он. Сидит вместе с Хаусом через три столика отсюда. Уже что-то обсуждают.

– Здравствуйте. Можно присесть?

– Конечно.

Я оглядел незнакомца. Молодой парень лет двадцати пяти. Рост чуть выше среднего, светлые волосы, голубые глаза, подозрительная улыбка. Именно так улыбались мои друзья, перед тем как спрятать у меня в портфеле полведра пива. То, что нас тогда не попалили – это просто чудо. Но это так, лирическое отступление.

– Меня зовут Джон Астром.

– Дмитрий Горяченков. Что вас сюда привело?

– А вас? – Хитер, не говорит сразу, что к чему.

– Привез сюда своего знакомого. Ему очень резко поплохело.

– Хаусу?

– Как вы догадались?

– Он специалист по таким делам. Я для него что-то вроде курьера. Разыскиваю сложные случаи.

– Вы врач?

– Нет. Я что-то вроде детектива.

Я всерьез задумался. В сериале такого не было. Там был один частный детектив, но его звали Лукасом. И выглядел он не так. Но Хаус знает, что он персонаж сериала, а значит, может сделать нечто выходящее за кадр. Я задумался о закадровой жизни персонажа. Ведь мы ничего не можем о ней узнать. Она, конечно, ограничивается сеткой причин. А сеть причин задается творческим первоисточником. Но ведь есть какая-то закадровая жизнь у всех персонажей фильмов, книг, игр. Не поэтому ли Хаус приказал проверить Соника на венерические заболевания?

– Опять задумались?

– Да, мистер Астром.

– Можно просто Джон.

Дальше разговор сошел на обсуждение всяких мелочей. Доев, я попрощался с незнакомцем и пошел бродить по больнице. Принстон-плейсборо. Шесть сезонов я уже почти отсмотрел. Прямо воочию передо мной был тот балкон, стоя на котором Хаус заявил, что переспал с главврачом. Потом, правда, оказалось, что это глюки. А вон и лифт. А еще я узнал вон ту лестницу. Надо бы найти тот кабинетик, где Хаус дает краткие консультации. Вот ведь интересная штука… Павильоны киностудии, где снимали сериал, превратились в реальную больницу. Но ведь стали на съемочной площадке собирать всю больницу в натуральную величину. Откуда же те места, которых не было в сериале? Если верить глоссарию, то это все берется из фантазии авторов, или достраивается по образу и подобию исходной вселенной. Все туалеты, подсобки, чуланы. Кстати, чуть не забыл: надо бы найти ту подсобку, где впервые уединились Чейз и Кэмерон. Сказали бы мне, что я тут реально побываю, я бы долго смеялся. Но я здесь! И что теперь? Ждать, пока Хауса осенит опять? Нет, ну его на три буквы, лучше найти ночлег. Интересно, считает ли совет кураторов незаконным воплощение в жизнь нескольких тысяч долларов? Надо будет спросить у Эми. Заодно и гостиницу где-нибудь подыщем. Так можно ли воплощать в жизнь деньги?

«Воплощение материальных ценностей – это комбинация средней степени тяжести, проходящая почти без последствий для сети причин. А вот что касается денег, то это уже на совести использующего комбинацию. Эти случаи регулируются по степени последствий, как и все действия погруженцев»

Тогда моя совесть чиста. В штатах и так уже этих долларов наштамповано по самое не могу. От пяти тысяч лишних не лопнут. Тебе номер полу-люкс или люкс?

«Мне ну нужно. Бери номер на одного человека, где хочешь»

Эй, ты что, заночевать у палаты собралась?

«Да»

Тогда нужно тебе будет купить одеяло. Нет, лучше раскладушку с одеялом.

«Воплощу»

Как знаешь. Поселюсь тогда в ближайшей гостинице. Мыслерация выключена? Отлично. Принесу тогда обед этой идиотке, а то ей самой, похоже, в голову не придет.

Глава 67 – «Логика»

– Привет, будешь есть? Просто я тут принес обед.

Эми окинула меня мрачным взглядом, после чего ответила:

– Нет, не буду.

– Выглядишь бледно. Ты когда последний раз ела?

– Какая тебе разница?

– Кто мне с поступлением поможет, если ты загнешься от голода? Так точно есть не хочешь?

– Я не хочу есть. Даже жить не хочется!

Плохо дело. Надо бы за ней приглядеть. Что-то мне не нравится ее бледный вид.

– Не хочешь жить? Обоснуй.

– Все хуже некуда! Я должна была защитить родную вселенную, а вместо этого сижу здесь. Я не могу попасть домой, потому что кто-то из моих знакомых, или даже друзей, хочет разрушить мой дом. Я не знаю, что случилось с друзьями, а любимый сейчас умирает. И самое страшное, что я ничего не могу с этим поделать.

Действительно плохо. Но все равно не надо давать ей запускать себя.

– Выше нос. Давай по порядку. Во-первых, с защитой вселенной мы разберемся, как только выясним, что случилось с Соником за те сутки.

– Как? Пока Соник в таком состоянии, мы не доберемся до его памяти. Его память как бы застряла при передаче. Любое вмешательство может окончательно разделить его тело и душу. На сленге непосвященных – это называется смерть.

– А это не могло вызвать обострение непонятной фигни?

– Могло. Но все равно все плохо. У тебя же нет ничего «во-вторых»! Что нам делать? Сидеть и ждать?

– Попутно еще можно подумать. Какой вообще смысл в разрушении сети причин?

– Никакого. Просто кто-то сбрендил. А я, дура набитая, ничего не заметила. Как я могла такое не заметить?

Все, надо что-то делать. Сейчас опять начнет рыдать.

– Эми, ты бы точно заметила такое. Давай предположим, что наш настоящий вандал находиться в здравом уме и твердой памяти. И не факт, что он один.

– Мне все равно не верится, что кто-то мог создать такой серьезный заговор для того, чтобы уничтожить родную сеть причин.

– Значит, она не родная.

– Ты хочешь сказать, что вандал сам из другой вселенной. Ты хочешь сказать, что Котэ нам наврал?

– Нет. Это исключено, иначе мы бы уже были у тебя дома.

– И что тогда? Что ты имеешь в виду.

– Кто-то ненавидит не вселенную, а сеть причин. Нашелся кто-то, кто разделяет эти два понятия. Как государство и родина.

– Но как? Ведь сеть причин – это все законы природы, это порядок во вселенной, это связь с творческим первоисточником.

– То есть с играми… – Уточнил я.

– Да. И что?

– И мотив преступления.

– Дима, ты о чем? Нет, быть того не может. Неужели кто-то настолько спятил?

Да, кажется, я понял, зачем персонажу уничтожать пресловутую сеть причин.

– Связь с играми. То есть судьба персонажа в большей степени зависит от того, что придумает какой-нибудь Хироваси Хировато?

– Но ты думаешь, что вандал хочет разорвать связь с творческими первоисточниками таким ужасным способом?

– А другие есть?

– Не знаю. Я сомневаюсь, что такое вообще возможно. Меня всегда учили: вселенная и первоисточник неразделимы.

– А вандала этому не учили. – Задумчиво сказал я.

– И толку? Такой мотив есть у каждого персонажа. Даже у меня. При таком мотиве я – главная подозреваемая. – Эми замолчала и погрустнела еще больше.

– Но теперь я понимаю намного больше. Это получается, что наш вандал не хочет иметь с играми ничего общего. Что ж, мотив – это лучше чем ничего.

– И какой смысл? Никто же не знает, что будет, если разрушить сеть причин! Любой из персонажей пойдет на такое только из отчаянья. Сначала надо было испробовать все остальное, надо было научиться проворачивать такие комбинации, надо было учиться несколько лет… «Силф»! Бракованная комбинация для затирки памяти! Дима! Ее сняли с использования вскоре после моего назначения! Хаус так раскрыл себе тайну персонажа! Не может быть! Кто-то знал тайну персонажа с тех пор, как я была назначена куратором!

– Это значит, что наш вандал проходил собеседование на должность, верно?

– Да. Дима, если это так, то это ужасно!

Ну вот, расплакалась. Действительно, почему все так плохо?

Хаус вел себя странновато. Сначала разослал всей команде СМС-ки с просьбой явиться в кабинет. Перед тем, как впустить каждого врача, он заглядывал за дверь, осматривал коридор и только потом запускал по одному, произнося драматическим шепотом: «все чисто». А от Формана потребовал через СМС-ку условный стук: два длинных, три коротких стука в прозрачную дверь. Наигравшись в конспирацию, Хаус начал говорить:

– Ну, демонстрируйте свои познания в энергетической медицине.

– А почему играем в шпионов? – Спросил Форман.

– Прячемся от одной нервной особы. Или тебе нужно, чтоб тебя грохнули после первой же нелицеприятной версии?

– Вы поменьше издевайтесь, может, тогда и здоровее будете. – Парировал Форман. – Нечего было вообще их сюда приглашать.

– Зато теперь я знаю, чего от этих ребят ожидать. Но впредь я хочу как можно меньше видеться с ней. Мне на мгновение даже показалось, что дух Беспощадной Стервы спустился с небес на землю. Правда, это ощущение быстро прошло. Эмбер была намного хитрее. Но вот что касается пациента. До обострения были заметны какие-то душевные терзания. После был серьезный стресс. Наш ежик попал в подводный город. Очень плохо, особенно если учесть, что он не умеет плавать и слегка побаивается воды.

– Откуда вы это знаете? – Удивился Чейз.

– Википедия знает все. И Гугл нас понимает. И Форман это узнал бы, если бы внимательно изучил самую первую игру. Там, по-моему, есть подводный уровень. И плавать он там не может.

– Да, да, да, я как раз до него дошел. Нам лучше выяснить, что загнало его в полусвязное состояние, чем тратить время на игры. Что по ним можно узнать? Что он быстро бегает и выглядит как еж, а в остальном человек?

– Форман, ты не прав. Для начала надо было заметить, что он бегает очень быстро не только по прямой. Всякие ямы, шипы, стены, по которым ежик взлетал свернувшись в клубок. Он даже по потолкам бегал. Что отсюда следует? Нечеловеческая координация движений и зверский вестибулярный аппарат. И это я только в одну игру успел поиграть. Так что внимательно изучайте первоисточники, чтобы дело не дошло до общения со знакомыми. Точнее со знакомой. Кому-то из вас придется с ней поговорить. Тринадцатая, давай ты. Если она замешана в каких-то закадровых непотребствах, то ты сумеешь ее разговорить. Как-никак есть опыт в тех самых непотребствах. А пока вопрос: почему еж теперь неподвижен, как игрушка?

– Может, боевая комбинация неведомого злоумышленника? – Предположила Тринадцатая.

– Позволь поинтересоваться: какая боевая комбинация сначала ждет минуту, а потом вырубает с особой жестокостью?

– Тогда только сильнейший стресс. Стресс от подводного города дал бы не такой резкий эффект. Было что-то такое, что произошло за те сутки. – Начал рассуждать Тауб.

– Ага. Только уже до того отмечались проблемы с речью. Приступ наступил после. – Продолжил Хаус.

– Мы не можем считать возникшую немоту симптомом. Может быть, им показалось. Он постепенно начинал входить в полусвязное состояние, что объясняет все. – Продолжила эстафету Тринадцатая.

– Нет-нет, вы меня послушайте. Даже с вашими поправками все объясняет моя версия. Альтернативный психоз подходит идеально.

Повисла зловещая тишина. После многозначительной паузы слово взял Форман:

– Чтобы развился альтернативный психоз такой силы нужно время. Пара месяцев как минимум, даже если учесть высокую восприимчивость данного персонажа. А необходимым условием для развития альтернативного психоз является раскрытие тайны персонажа.

– Вот именно. Кто-то же спровоцировал тот сбой. И этого гада пока не поймали. Вполне возможно, что Соник как-то связан со злоумышленником. Он каким-то образом узнал тайну персонажа. Психоз помаленечку развивался. Причем заметьте, какая шикарная база для развития этого заболевания.

– В смысле? – Переспросил Тауб.

– Много творческих первоисточников. Ты же знаешь, что альтернативный психоз бьет по мозгам, то есть по душе, когда есть несколько версий биографии, характера, внешности персонажа или просто множество первоисточников с мутной связью между собой. А у нас как раз такой случай: игры, мультсериалы, комиксы. И нет канонической версии Соника. Он об этом узнал и теперь не знает, кто он есть на самом деле. Это и есть альтернативный психоз. Понятно? – Закончил объяснять Хаус.

– Понятно. Но ведь ваш диагноз означает, что Соник и есть тот самый таинственный злоумышленник! – Закричал Тауб.

– Возможно, но я думаю, что он всего лишь пособник. Сам бы ежик такое не провернул.

– А кто провернул бы? – Спросил Чейз.

– Я не уверен. Но у меня есть основной подозреваемый. Очень умное существо. Ближайший друг и соратник супергероя. Майлз Прауэр, известный также как Тэйлз. – Торжественно объявил Хаус.

– И что будем делать? – Опять спросил Чейз.

– Лечить альтернативный психоз. А что нам еще остается? Через три дня вы выведем его из этого состояния и добудем нужные воспоминания. И если он выздоровеет, значит, скорее всего, виноват Майлз Прауэр. Только диагноз не афишируйте до поры до времени. Не исключено, что куратор тоже что-то скрывает.

Глава 68 – «Материалы собеседования: Майлз Прауэр»

Третий кандидат в кураторы. Майзл Прауэр. Способности на высоте, умен не по годам. Идеальная кандидатура, если сравнивать с остальными. Роботника Сеньор Ваваропи в расчет не брал. Тот уже никаким боком не годился в кураторы. То ли дело этот лисенок. С другой стороны – тоже как-то неэтично получается. Он же еще совсем ребенок. Сумеет ли? Но даже в таком случае остается еще один кандидат. Помедлив, мистер Ваваропи решил все-таки приступить к третьему собеседованию. Надо, одним словом. Он ждал Тэйлза на скамейке в городском парке. Лисенок уже трижды проезжал мимо на скейтборде. Ждать пока остановится – это долго, а окликать незнакомое существо неудобно. Но собеседование провести нужно. Вот как раз подходящий момент начать: Тэйлз присел передохнуть. Самое время.

– Здравствуйте. Вы Майлз Прауэр?

– Да. А что?

– Меня зовут Николо Ваваропи.

– Мистер Ваваропи, зачем я вам нужен?

– Я должен вам кое-что показать.

– Почему я должен это смотреть?

– Это связано с Соником и со всеми твоими друзьями, и еще с врагами.

– Роботник? Почем мне знать, что это не ловушка? А если вы замаскировавшийся Роботник? Прически у вас схожи.

– И почему все любят намекать на мою прическу? Вы бы мне еще расческу предложили. Или мы похожи комплекцией?

Лисенок внимательно осмотрел старшего куратора игрового отдела. Он явно недотягивал до Роботника по весу. Не хватало как минимум пятидесяти килограмм. Тем не менее, доверия к нему не прибавилось.

– Знаете, слушать каждого незнакомца с улицы чревато проблемами.

Сеньор Ваваропи улыбнулся. Эта недоверчивость, или скорее желание сначала проверять, а потом доверять, была хорошим знаком. Или, если хотите, это очко в пользу будущего куратора. Если он согласится, то это наилучший вариант, несмотря на категорию B у персонажа. Как назло, у четвертого кандидата та же категория тайны. Это самое злополучное B.

– Тем не менее, я должен вам это рассказать. Ничего не случится, если мы найдем комнату с телевизором и поговорим наедине?

– Только без сюрпризов.

Тэйлз провел незнакомца в свою мастерскую. И тот сразу спросил:

– Реально ли придуманное?

– Нет.

Сеньор Ваваропи улыбнулся, затем сказал:

– Ответ неверный. Обладает ли воображение энергией?

– Да, но эта энергия не электрическая и не механическая. Это даже не свет. Это просто воображение. Оно воплощается у меня в голове. Но силу обретает, только через мои руки. Записав то, что воображаю в виде чертежей, я придаю силу воображению.

– А если это книга, которую ты написал?

– Тогда не знаю.

– Творческая энергия – вот как это называется. И она может создать целую вселенную и дать силу для так называемого «большого взрыва». Многие вселенные возникли, только потому, что кто-то придумал историю и очень захотел ее оживить. Хотя бы в книге, или мультфильме. И ты живешь во вселенной, созданной творческой энергией.

– И какая же история оживила мою вселенную? – Спросил Тэйлз с недоверием.

В ответ Сеньор Ваваропи достал из кармана прямоугольный кусок пластика, в который была заключена небольшая микросхема. На это прямоугольничке была наклейка с надписью «Sonic the hedgehog 2».

– Что это? – Переспросил лисенок.

– Первая игра, где ты появился.

– Соник – это всего лишь персонаж видеоигры?

– Да. Сыграем?

– Зачем?

– Я должен предоставить тебе доказательства.

– Ладно.

Тэйлз бросился подключать приставку, которая взялась непонятно откуда. Он и приставки раньше такой не видел. Какая-то Sega Genesis. Уже взяв в руки джойстик, лисенок спросил:

– А Соник знает?

– Нет. И не должен. Ему будет плохо, если он это узнает. Очень плохо. Это знание может даже убить его.

– А почему рассказали мне?

– Потому что ты один из претендентов на должность куратора. Ты должен пройти собеседование.

– Объяснитесь.

– Все просто. У каждой вселенной есть куратор, который следит, чтобы все было в порядке. Чтобы творческий первоисточник (у нас это игра) был в мире с вселенной, а не разрушал ее, если что-то пойдет не так.

– И я должен стать этим куратором?

– Если захочешь.

Тэйлз задумался. Он заволновался и спросил:

– А почему не Соник?

– Одно раскрытие тайны, которую я тебе рассказал, может очень сильно повредить ему ум. Один кандидат отказался, второму я боюсь доверять такую работу, да и к тому же я не знаю, чего ждать от третьего (с ним я буду беседовать после тебя). Четвертый кандидат – это ты. Если согласишься, то будешь охранять эту вселенную от сбоев и проблем.

Лис заволновался еще больше и начал расхаживать из угла в угол.

– Я не справлюсь. Это не для меня. Соник он – герой.

– Нам нужен не герой, а умное существо, способное присмотреть за вселенной.

– Я могу кое-что, не думайте, что я боюсь. Просто я чувствую, что не смогу.

Ваваропи чувствовал разочарование. Он так на него надеялся. А теперь… У Эми еще меньше шансов, в основном из-за характера, но она согласилась. Все было ясно, но оставались еще протокольные фразы.

– Согласны ли вы, Тэйлз, стать куратором этой вселенной?

– Нет.

– Можете ли вы что-нибудь добавить к своему ответу?

– Вы простите меня. Просто я не имею права браться за это дело, если я знаю, что подведу своих друзей, или даже всю вселенную. Но можно, чтобы мне было спокойнее, узнать имена остальных претендентов?

– Увы, нет. И тайна должна была быть раскрытой только на время собеседования. Как только я уйду. Вы обо всем забудете. Спасибо за игру. До свиданья.

Тэйлз так и не вспомнил этот разговор. А мистеру Ваваропи тогда предстояло провести еще одно собеседование.

Глава 69 – «Три дня»

Хаус объявил, что знает диагноз, и что команда уже приступает к лечению. Когда спросили о диагнозе, он засыпал нас такими терминами, что не дай бог попытаться вникнуть. Пришлось довериться ему. Эми, конечно, пошипела, как чайник, но согласилась подождать три дня. Скучноватыми они были, особенно если сравнивать с предыдущими. Эти три дня мы занимались тем, что искали Наклза. Долго и нудно, перекапывая все игровые вселенные, какие только знали. Вы представляете, каково это – посылать сигналы запроса в каждую вселенную из платформеров с сеговских приставок? Поверьте на слово, это очень плохие… нет, так… хреновые… нет, опять не так… Я бы назвал правильное слово, да… Что-то меня эта тоска совсем доконала. Мысли сбиваются, результатов ноль, становлюсь таким же нервным, как Эми.

На второй день, под вечер, она выкинула номер. Отчудила, что называется. Вспомнила, чем я ее успокаивал в Рэпчур-сити и заказала себе то же самое. А именно: виски. Слава богу, я вовремя заметил и конфисковал алкогольную продукцию. Нечего портить куратора. Надо следить за такими кадрами и беречь их. Моя забота, конечно, вызвала резкое отторжение. На слезы она не сорвалась, только слегка поорала и помахала молотом. Мол, «я не маленькая». Пришлось объяснять, что алкоголю все возрасты покорны. Правда, нотацию я, не затягивая, свернул на «утро вечера мудренее». На третий день Сонику было уже лучше, и депрессия Эми понемногу начинала отступать.

Правда, новый повод погоревать быстро нашелся. Точнее, не нашелся… Наклз. Доходило до того, что куратор начинала биться головой об стену, приговаривая:

– Где же ты? Где же ты, Наклз?

Один раз я не выдержал и сказал ей:

– Эми, хватит. Лоб расшибешь.

– Расшибу лоб? Это все ерунда. Я не знаю, где Наклз. И это действительно страшно. Мы не можем его найти. А если он уже умер? Погиб где-нибудь, по глупости. Он мог.

– А его не могла найти твоя фирма?

– Какая фирма?

– Эми, сама подумай, в какой фирме ты состоишь?

– В «Совете кураторов»? Если бы его нашел патруль погруженцев, нас бы уже нашли. И имели бы мы с тобой очень бледный вид. Этот вариант отпадает.

– Значит, будем искать дальше. Что нам остается?

– Не знаю, не знаю.

Где-то после обеда третьего дня мы вновь получили приглашение в кабинет Хауса. Внутри кроме доктора почти никого не было. Это «почти» означало светловолосую фигуру за столом. Джон Астром, парень, подыскивающий интересные случаи для Хауса. Так он мне сказал, по крайней мере.

– Знакомьтесь, Джон Астром. – Хаус представил его указующим жестом.

– Вообще-то, я с ним знаком. – Мрачно заметил я.

– Да, Хаус я их уже обоих знаю. – Сказал Астром.

Обоих? Я посмотрел на Эми, ожидая ее подтверждения. Она была белее полотна. Еле слышно куратор прошептала:

– Он – погруженец.

– Так ты наврал! – Закричал я.

– Нет, я действительно нахожу интересные случаи для Хауса. Только я нахожу их в «гостинице». Энергетическая медицина, все как он любит.

– Так ты нас запалил? – Задал я главный вопрос Астрому.

– Нет. Я и не думал вас палить. Ведь тогда я бы запалил и Хауса. Я вот по какому поводу: в «гостинице», в энергетической реанимации лежит не идентифицированное существо. Его выловил один из патрулей. Парень, судя по всему, капитально тронулся головой. Существу сделали срочную операцию. Вырезали из памяти самые травмирующие фрагменты. Теперь у него нет доступа даже к основному блоку памяти. Но по виду оно напоминает одно ваше знакомое существо.

– Кого же? – Закричала Эми.

– А красненького такого…

– Все ясно! Мы идем в «гостиницу»! Сейчас же!

Быстро она решила! Надо же еще с тем самым главным вопросом разобраться.

– Эми, а нас там не запалят?

– Нет, у меня там есть один очень хороший знакомый.

Глава 70 – «Очень хороший знакомый»

Через три минуты мы переместились в нужную нам вселенную. Оказалось, что «гостиница» находится во вселенной-штабе. «Улей», или «Комплекс». «Гостиница» выглядела как обычное, белое здание. Никаких решеток на окнах, никто не стучится лбом в стекло, не вопит, не умоляет «выпустите меня». Обычные комнаты со стеклопакетами. Нечто среднее между казармой и общежитием. Может, это иллюзия за которой скрывается все вышеупомянутое?

– Эми, а что это за знакомый?

– Жили рядом, когда я проходила стажировку. Санитаром здесь работает.

– И именно поэтому ты думаешь, что он тебя не запалит.

– Что это за выражение? Оно означает «не сдаст»?

– Да.

– Мой знакомый нас не сдаст, потому что поймет меня.

– Как и Хаус?

– Почти. Черт, зря ты его упомянул. Я боюсь оставлять Соника с этим психом.

– Он, конечно, псих, но он и не таких с того света вытаскивал.

– В сериале!

– Судя по всему, он и вне сериала работает хоть куда.

Мы подошли к двери. Эми застыла на месте, как будто очень сильно задумалась.

– Священная медитация – единственный путь открыть дверь «гостиницы»?

– Нет, я пытаюсь до него дозваться. Сейчас я включу перемещение в его конуру.

Прошла минута, а мы все еще стояли перед дверью.

– Эми, а мы должны переместиться внутрь комнаты?

– Нет, переместителем служит дверь. И комната перед нами. Надеюсь, нас впустят.

– Кто там? – Послышалось из-за двери. Голос был звонкий и слегка насмешливый.

– Это я. – Ответила Эми.

– Как говорил один персонаж, «я» разные бывают. – Резонно заметил голос.

– Валвес, ты же знаешь, что это я! Открывай.

– Ну, разве так просят открыть дверь? Нет, ни в коем случае. Учись, пока я жив: «Валвесик, пожалуйста, открой дверь. Я так по тебе соскучилась, солнышко мое. Я тебе и гостинцев принесла». А для усиления эффекта еще можно стать на коленки.

– А может ей еще польку-бабочку сплясать? – Спросил я.

– О! Клевая идея. Все! Эми, пляши польку-бабочку. Я просто жизненно нуждаюсь в этом. Вот прямо сейчас лягу и помру, если мне не спляшут польку-бабочку. Кстати, что ты там за кавалера приволокла? Надоело ждать взаимности? Решила сходить налево?

– Валвес, открывай!!! – Заорала Эми.

– Да, Валвес, лучше откройте. Тогда ваша смерть будет быстрой и безболезненной.

– А твой кавалер меня уже убивать собрался? – Эта издевательская манера общения начинала меня раздражать.

– Нет, просто насколько я ее знаю, просто так это тебе не сойдет. Лучше открывай.

– Нет, не могу. Мне же еще не сплясали польку-бабочку. – Голос Валвеса изобразил смертельную обиду.

Интересно, он всегда такой придурок?

«Это парадокс – но к его манере общения быстро привыкаешь»

– Ладно, может быть и впущу. Ты же мне помогла тогда в общаге, когда мы тремя комнатами в карты на раздевание играли.

У меня слегка отвисла челюсть. Вот что из людей делает общежитие. Да и не только из людей.

– Эми?

– Да, было дело. У вас, русских, есть поговорка, что за компанию даже евреи вешаются.

– Эми, где ты таких поговорок набралась?

– От соседей по общаге. Там было пару русских. Я не антисемитка, кстати.

– Да я не об этом. С кем ты там жила?

– С будущими коллегами. – Эми повернулась к двери. – Валвес, а где та шоколадка, которую ты мне обещал за то, что я тебе помогла засадить тех двух эльфиек. Эльфиек мы раздели, а шоколадки я так и не увидела.

– А я разве говорил, когда она будет? Будет, не волнуйся.

– Валвес, впусти.

– Как? Я тебя впущу, а у меня нет при себе шоколадки. Непорядок!

– Валвес, – обратился я к тому знакомому, – шоколадку можно заменить безвозмездной помощью. Нам бы одного пациента повидать. Может, впустишь, когда приступ вредности закончится?

– Ладно, впущу. Эми, с тебя полька-бабочка.

Дверь открылась. Там стоял молодой светловолосый парень мелкого роста и веса. Не то, чтобы я был великим психологом, но у него на лбу было написано: «раздолбай». За дверью была какая-то странная каморка. Тахта, тумбочка, столик с компьютером.

– Значит так. Валвес – это Дима. Дима – это Валвес.

Валвес завалился на тахту и спросил:

– Так что это за пациент, которого найти нужно?

– В местную реанимацию поступил. Рост около метра, красный цвет кожи. – Разъяснил я.

– Этот шизик?

Мы с Эми переглянулись. Она задала ему вопрос:

– Что ты знаешь?

– Да позавчера с утра его выловили то ли в сериальной, то ли в мультяшной вселенной. Паренек совсем крышей тронулся. Кидался на всех, грозился поубивать, орал, чтобы не подходили, бился в истерике, ужас, что творил. Его скрутили, повезли на срочную восстанавливающую операцию.

– Какую?

– Память порезали. В той вселенной у этого паренька была какая-то травма психическая. Вот и пришлось принять меры, пока он окончательно не тронулся. Поработали жестко. По-моему он даже своего имени не помнит.

– Но он поправится?

– Эми, все будет нормально. Не сразу, конечно. Месяц с чем-то, и он будет в норме.

– Месяц? – Закричал я, чувствуя неизбежность: нас попалят.

Месяц. За месяц нас найдут, посадят. Халявного студенческого билета не будет. Вообще. Шансы и до того были не очень, а теперь… Мне нужно найти свою вселенную… Как? Пока я ей не помогу, мне дорогу домой не найти. Нет, эта… чудесная девушка взяла меня за жабры. Что ж, помогу, раз начал.

«Пойдем и навестим его. Я хочу знать, что с ним сделало это»

– Валвес, ты извини, что мы тебя втягиваем, но выхода нет.

– Да никаких проблем. И о том, что налево ходила, я никому не скажу.

– Валвес, хорош.

Глава 71 – «Не лирическое отступление»

Джон Астром еще немного посидел в кабинете у Хауса, и решил двигаться обратно на поиск в «гостиницу». Вы же не подумайте, что это безвозмездная помощь. Этот старик мог раздобыть такие комбинации, каких днем с огнем не сыщещь. Он, кстати, и сам создавал некоторые медицинские комбинации. Да, теоретически Хаус был бесправен, так как у него была категория тайны персонажа C. Но Хаусу ли обращать внимание на правила? К тому же Астрому хотелось еще раз взглянуть на того странного пациента. Может быть, это один из подопечных Эми? Но что персонаж из ее вселенной там делает? Странное дело. Вот бы выяснить, что…

– Так, Астром! Ты мне и нужен. Извини, что даже не поздоровался, но ты мне действительно срочно нужен. Не занят? – Так грубо мысли погруженца оборвал Старший куратор игрового отдела, он же преподаватель курса «Применение истории творческого первоисточника при работе со сбоями», Николо Ваваропи. Курс этот, к слову, привыкли называть просто «историей».

– Да ничего важного. А что случилось?

– Случилось то, что тебе выпал наисчастливейший шанс помочь своему «любимому» преподавателю или, если подзабыли, «лысому».

– Сеньор Ваваропи, зачем столько сарказма? Мы же не от злости вам тогда фен подарили. Вы лучше скажите, что стряслось.

– Хочу друга навестить, тут обретается. А по протоколу нужен сопровождающий. Вообще-то нужен боевик, но лучше пойти с погруженцем. «Обучен реагировать на нестандартные ситуации…» и все такое.

Боевиками называли здесь военных. Совету кураторов не было с кем воевать. Но иногда приходилось идти на крайние меры для сохранения равновесия и изначального порядка вещей.

– Сеньор Ваваропи, мы всякое подозревали, но то, что у вас друзья в «гостинице», к которым без погруженца не подпускают…

– Астром, зачем столько сарказма? Я же не от злости вас тогда у доски по очереди допрашивал.

– Сеньор Ваваропи, неужели именно тем, кто скидывался на фен, было жизненно необходимо закрепить материал?

– Естественно. Вы же вместо его изучения покупали фен. – Парировал предодаватель.

– А что за друг?

– О-о-о. Это очень долгая история. Я ее как раз тебе расскажу, пока его будут выводить из электронной комы.

У Джона слегка отвисла челюсть. Это, наверно, единственный известный ему случай, когда применяли такой метод удержания. Электронная кома так называлась из-за электронной музыки, которой погружали в состояние оцепенения. Творческая энергия от клубной музыки просто идеально подходит для зомбирования души и тела. Зациклив музыку и ее энергию на существе, его можно было продержать в состоянии анабиоза годами. Метод был очень надежный, но хлопотный, да и не очень гуманный, к тому же. Поэтому электронную кому применяли только «по большим праздникам». Например, когда «постояльца» надо бы убить, а закон не позволяет.

– Ничего себе у вас друзья!

– Джон, не бойся. Парень не буйный, просто он наломал дров.

– Каких же дров надо было наломать, чтобы заслужить электронную кому?

– Давай я тебе уже в палате расскажу. Такие истории не рассказываются на коридорах.

– Ладно, Астром, слушай. Только больше никому. Эта историю еще называют инцидент Икс. Официально она не засекречена, но и болтать об этом не любят.

– Почему?

– Потому что это позор нашей организации. Ты знаешь такого персонажа, как Соник?

– Да. А что?

– Тот, кого сейчас выводят из комы, был куратором в его вселенной. Все началось около семи лет назад, когда запустили новый мультсериал о ежике. Дело в том, что там оказался один новый, и очень неожиданный персонаж. Им стал сам куратор.

– Куратор стал персонажем? Как такое вообще возможно? Шанс, конечно, есть, но это один на миллиард! Нет, еще меньше: один на количество живых существ во вселенной.

– Это у нас тоже никто не понял. Мало того, что куратор стал персонажем, так ему там изменили возраст. Взрослый мужчина стал маленьким мальчиком. Случайно это случилось, или сценаристы каким-то образом узнали о совете и сделали куратора персонажем, этого никто не знал.

– И?

– Было очень долгое расследование. Пока выяснили что к чему, успел почти полностью выйти первый сезон сериала. Оказалось, что куратор сам своим влиянием инициировал запуск этого мультсериала и повлиял на творческий первоисточник.

– Но наша организация создавалась для того, чтобы никто так не делал! Гармонию во вселенных может обеспечить только следование творческому первоисточнику. Зачем куратор такое сделал?

Кажется, Астром начинал понимать, чем пациент заслужил вечное единение с клубной музыкой (лично он считал более гуманной мгновенную казнь металлом).

– Официальная версия гласит, что он хотел быть среди них, слиться с ними. Считалось, что так он решил компенсировать свое тяжелое детство.

– А вы как думаете?

Ваваропи задумался.

– Знаешь, Джон, мне кажется, что у него были другие мотивы. Его, конечно, попытались вернуть на путь истинный, но ничего не вышло. Первая попытка была составлена наспех и потерпела сокрушительное поражение. Оказалось, что куратор хорошо подготовился, пока шло расследование. Он превратил вселенную «Sonic the hedgehog» в настоящую крепость. В мультсериале наступил перерыв, и мы отчаянно искали способ сломать эту оборону, которую поставил настоящий профессионал. Точнее мы думали, что будет перерыв. Стандарт аниме – 26 серий. Вместо этого, мультяшка продолжила выходить, как и раньше. 52 серии, как позже выяснилось.

– Но неужели не было способа туда пробраться и взять этого куратора?

– Можно было вломиться грубо, но это нанесло бы непоправимый ущерб вселенной. Он знал это. Целая вселенная была у него в заложниках. К концу второго сезона того злополучного мультсериала был разработан тщательнейший план штурма. Отголосок того штурма можно найти даже в первоисточнике. Там в паре серий были некоторые совпадения. Неслучайные. И именно эти серии должны были стать последними. Мелкие отголоски, даже сотой части той борьбы не покажут. Но не суть важно. Нам удалось прорвать эту блокаду. А куратор погиб. Мы так думали, по крайней мере.

– Он инсценировал свою смерть, что ли? – Догадался Астром.

– Да. Готовился к выходу третьего сезона почти полтора года. А после опять взялся за старое с еще большим размахом. Куратора назначал не я. Выбрали третьим куратором какого-то фаната. Позже выяснилось, что бывший куратор замаскировался под этого фаната и вновь устроился на должность куратора втайне от нас всех. Такого наглого финта мы предугадать не могли. Почти полтора года он брал нити управления вселенной в свои руки. На первые два сезона мультика он только слегка влиял, а автором третьего сезона стал сам.

– Идеальная страшилка. Психопат, творящий сам свою вселенную в обход автора творческого первоисточника. Хрестоматийный случай того, с чем мы должны бороться. – Задумчиво изрек погруженец.

– Да, он стал автором. Поэтому мы не могли к нему подступиться. Он даже создал своего персонажа. Девочка-растение.

Сеньор Ваваропи вновь замолчал. У Астрома сложилось впечатление, что старший куратор очень не хотел рассказывать дальше. Но, тяжело вздохнув, он продолжил рассказ:

– Вот именно с ее помощью куратора и достали. Ты же должен понимать, что для таких мощных изменений творческая энергия не должна идти внутри вселенной. Ему пришлось пустить потоки энергии через третьи вселенные. Мы повлияли на потоки энергии снаружи вселенной.

Джону Астрому понадобилось полминуты, чтобы переварить услышанное. Он побледнел:

– Что?! Вы изменили творческий первоисточник?! Но это предает все принципы, на которых строится совет кураторов. Пусть первоисточник и создан при таких обстоятельствах, но это… Центр Силы никогда не допустил бы такое! Это вне его принципов. И вне принципов всего совета. Как Центр Силы при своем влиянии мог допустить такое?

– Это была его идея.

– Я не верю!

– Факт – это самая упрямая вещь на свете. Это сказал один очень умный персонаж. Джон, можешь мне не верить, но я сам там был и своими ушами это слышал. Мы спровоцировали самоубийство этого персонажа. Она облила себя бензином и бросила спичку. Все было обставлено, как случайный сбой. По плану мой друг должен был переключить энергию с блокады вселенной на спасение персонажа.

– А если бы он продолжил запираться?

– Представь себе такое трагическое самоубийство в детском мультсериале! Джон, это был бы фатальный сбой. Куратор, проработав более десяти лет, не допустил бы такого. Даже несмотря на то, что он пошел войной против Совета. По нашему плану, он бы спас ее, а Совет наконец-то взял бы его.

– И что? Он же спас ее?

– Нет, он исправил обстоятельства смерти так, чтобы это было героическим самопожертвованием. Бензин и спичку заменили главным злодеем всей эпопеи. Но эта уловка ему не помогла. Блокада все равно ослабла.

– И этот первоисточник есть?

– Да, это мультсериал «Sonic X», а бывшего куратора зовут Кристофер Торндайк. Эх, Крис, Крис, как же ты дошел до такой жизни?

Астром с благоговейным ужасом посмотрел человека, который заставил совет кураторов поступиться своими принципами. Молодой мужчина с роскошнейшей каштановой шевелюрой сидел спокойно, и ничто его не волновало и не могло взволновать. Глаза казались остекленевшими. Он передвигался механически, как будто не по своей воле. Ваваропи продолжил говорить:

– Вселенную вернули в исходное состояние и выбрали нового куратора. На этот раз выбирали из персонажей. Причем дошли до абсурда – сделали куратором персонажа категории B. Но самое интересное, что уловка Торндайка на самом деле сработала. Просто один из персонажей все узнал и не смог простить куратору того, что он спасал себя, а не ее. Этот персонаж был влюблен в ту девочку, и помог нам.

– И кто же вам помог тогда?

– Джон, ты, может, и не знаешь такого. Тэйлз его звать.

– Лисица?

– Да, лисица. К счастью, мальчик ничего не помнит.

Внезапно взгляд Кристофера стал осмысленным. Он сказал:

– Привет, Николя.

– И тебе привет, Крис.

-Что стряслось?

– Твоей подочетной вселенной хронически не везет на кураторов. Первый продержался два года, вторым был ты, а третий…

– А кто третий, Николя?

– Эми Роуз.

– Что?! – Не только Астрому сегодня суждено было удивляться, у бывшего куратора глаза на лоб чуть не вылезли.

– То. Я сам этого не хотел. Но куратор из нее неплохой. Поверь мне, я сам проводил собеседование. Как говорится, если безобразие нельзя остановить, то нужно его возглавить.

– Совет окончательно сбрендил. Все больше и больше убеждаюсь, что это сборище маразматиков.

Астром просто сидел, оцепенев. Он не смел вмешиваться в разговор.

– Николя, что тебе нужно от меня?

– На твоей бывшей вселенной опять блокада неизвестного происхождения. Все мои попытки связаться с куратором…

– Я не при чем. Попыток побега не предпринимал, клянусь. Ты ведь об этом?

– Что мне делать, как думаешь?

– Пусти все на самотек, Николя. Позволь куратору разобраться самому. Иначе получится, что я зря здесь сижу.

– И что будет, Крис?

– Результат. Я не думал, что кто-то повторит мое сумасбродство… Поверь, оно того стоит. Позволь куратору самому разобраться. Я сказал то, что тебе требовалось?

– Да, рассказал. А о твоих мотивах я догадываюсь.

– Только догадываешься.

Кристофер еще немного подумал, потом прошептал:

– А теперь и ты мне одну вещь скажи. Самосожжение Космо – этот сбой ведь не случаен, не бывает таких совпадений. Это ваша работа? Ну, скажи. Я года четыре уже гадаю.

Сеньор Ваваропи задумался.

– Крис, ты действительно хочешь это знать? Ты же наверняка все понял.

– Это вы подшаманили. Я так и знал. Я так и знал. Ладно, говорить не о чем, а время посещений закончилось. Так что до свиданья. Заходи еще.

Начался ввод в кому. Отчетливо зазвучала клубная музыка – тупой, долбящий ритм. Взгляд Торндайка опять стал остекленевшим. А Астром, постоянно молчавший, подумал, что стоит рассказать об Эми. Он ведь видел ее.

– Сеньор Ваваропи, вы его послушаетесь?

– Джон, этот человек ошибся всего один раз в жизни.

– Судя по всему, его ошибки – это нечто страшное.

– Ты не видел, что бывает, когда он не ошибается. А так было всегда.

– И когда он ошибся?

– Он ошибся, когда дал мне тот же совет. Но теперь, похоже, он угадает.

Астром решил все-таки не говорить Сеньору Ваваропи, что он видел Эми Роуз.

Глава 72 – «Память»

Память… Где же ты? Все, что он знал, это то, что он начал жить не вчера утром. Тем не менее… Это существо начало жить вчера утром, если верить его памяти. Нет, он помнил, конечно, как двигать руками-ногами, глотать, помнил свой родной язык… Так что можно считать, что память сохранилась. За исключением одной мелочи: всей жизни. Все, что дало утро, это какую-то странную, как будто чужую, но приятную мысль.

«Память вернется»

Почему? Откуда? Может, он и ничего не забывал? Что, если он сам окружил себя ложными запретами? Бесполезно. Озарения нет. Память… Придется заполнять по новой. Хотя бы видом этой комнаты. Приятные, теплые цвета, довольно мягкая кровать. Солнце, светящее в комнату, дает ощущение уюта и как бы стирает детали. Внезапно пришло в голову, что надо бы сделать зарядку. Почему? Он же с утра ее делал. Он привык ее делать? Наверное, да. Значит, делаем. Пятьдесят отжиманий для начала? Что ж, вперед. Как ни странно, этого оказывается мало. Семьдесят пять? Хорошо, можно и семьдесят пять. Запросто. Почему? Наверное, тренировки. Или жизнь, что зачастую эффективнее.

А вот и зеркало. Отражение кажется родным. Это хорошо, когда отражение в зеркале кажется родным. Это очень хорошо. Значит, не все так безнадежно. Уже столько времени прошло. Четыре часа, как этот незнакомый даже с собою проснулся и терзает свою память. «Кто я?» Метр с чем-то росту, но сам себе кажется высоким. Наверное, он и есть высокий. Кожа красная. Очень нравится прическа, смахивает на дреды. И самое интересное – костяшки пальцев торчат несколькими шипами. Это так и должно быть? А ему нравится. Наверное, это нормально, когда сам себе нравишься. Именно нравишься, не переходя черту самолюбия.

Еще он находит в своей голове целый архив музыки. Архив был и вчера, но он точно знает, что это не из его памяти. Откуда? Этого не узнать. Незнакомец включает музыку «под настроение» (есть в этом странном архиве такая опция). По идее, это должно интриговать. Какая музыка на этот раз выпадет? Но интриги нет. Эта песня выпадает уже в десятый раз. И он в десятый раз ее прослушает. Потому что там теперь есть частица его. Он впервые задал себе вопрос: была ли раньше частица меня в этой песне? Мягко, приятно, но не по-домашнему, а слегка отстраненно, звучит гитара, и чей-то голос начинает тихо напевать:

Погреться у нарисованной печки,

Послушать несуществующий голос,

Он тихо споет тебе о хорошем,

Красивом, которым полон твой дом.

А где он? Ты это силишься вспомнить.

Ночью, рождаю странные мысли,

Приходишь к уже потрепанной фразе,

Что лучше оставить все на потом.

Песня была грустная, но красивая и светлая. И эти слова… Этот бедолага подумал о том, что он уже что-то искал в этой жизни. Или, может быть, он что-то нашел?

И встретив свое имя на одной из могил,

Ты с ужасом почувствуешь, что ты уже был.

И что тебе останется вместо мечты?

Ухаживать за ней, поливая цветы.

С этого места мелодия становится громче и напористей, как будто автор песни тоже хочет найти свое «я». Нет, они будут искать его вместе, вдвоем.

Тот праздник, что не доставил мне радость,

Тот вечер, который всех нас поставил на место,

Избавил нас от веселья

Которым, мы обладали с утра.

Бездомный, в боях потерянный кем-то рассудок,

Напоминает мне город сожженный,

Где вместо снега шел пепел,

Откуда, я убежал лишь вчера.

Почему именно на словах о городе и пепле щемит сердце? Он еще вчера начал догадываться, что город и пепел – действительно метафора, это действительно у него в голове. Что же с ним случилось? Это же было что-то ужасное. Оно накрыло резко, или давило день за днем?

И вспомнив свое имя за одним из столов,

Ты с ужасом почувствуешь,

Что ты не готов,

Исправить те ошибки,

Что наделал в пути,

Что наделал в пути…

Забились в головушке слушателя мысли: «Где ошибся я? Или ошибся кто-то другой… Даже мысль такая противна. Перекладывать на кого-то свои ошибки… Омерзительно».

«Ты не пугайся, сейчас придут посетители»

Опять мысль извне. Уж, не в психбольнице ли он? Так вот почему из комнаты нет выхода. Только не открывающееся окно, дверь ведет в душ и туалет. Пациент заперт и замурован. Но посетители… Они его знают! Несчастный волнуется, но старается держать себя в руках. Не получается. Черт с ним. Хотя бы имя они ему скажут. Он на это, по крайней мере, надеется.

Глава 73 – «Посетители»

– Ну, Валвес. Давай веди нас. К нашему пациенту.

– Ладно, Дима, как скажешь.

Валвес ухмыльнулся и открыл ту дверь, из которой мы пришли, и указал его рукой. Я его только хотел его обматерить, как у меня отвисла челюсть. Дверь уже не была выходом. Там был больничный коридор.

– Ну, ни, кхм-кхм…

– Да не бойся, сеть причин ты не повредишь. Можешь спокойно выразить свое восхищение без цензуры. Ты же в ее вселенной орудовал? – Валвес ткнул пальцем в Эми.

– Да. Разок даже не сдержался.

– И как оно, локальный микросбой?

«Без деталей, пожалуйста. Не дай бог сообразит, что у нас что-то серьезное»

– Плохо.

– Ладно. Пошли. Наведаемся к врачу.

После коридора, еще один, потом какой-то зал, а после и кабинет. Я уже запутался. Врач оказался небритым мужиком лет двадцати пяти с длинными, волнистыми волосами. Они все какую-то омолаживающую комбинацию используют? Никого из сотрудников СК старше тридцати я не видел. Ой-ей-ей, этот тип похож на врача еще меньше, чем Хаус. Если первой ассоциацией с Валвесом было слово «раздолбай», то здесь на ум приходило «металлюга». Майка – «Children of bodom», драные джинсы и сланцы. Так, а в чем я сам? Все тот же красный костюм, который мне дал Роботник. Надо бы во вселенной Хауса навестить ближайший бутик, или секонд-хэнд. Тут главное не деньги, а близость. Логичней было бы вообще не переодеваться, но я не очень люблю ярко-красный.

– Ну, с чем пожаловали. Меня звать Антонио Рубенс. А вы?

– Дмитрий Горяченков.

– Эми Роуз.

– А меня ты ж, надеюсь, не забыл.

– Да тебя, Валвес, вообще хрен забудешь. Может, расскажешь, зачем ты их сюда приволок?

– Нам нужно навестить пациента. Ты вчера с утра оперировал кого-то.

– Краснокожий человекоподобный зверь? О-о, это была мегажесть! – С такими лицами программисты хвастаются сложными программами, заработавшими после беспрерывной трехдневной отладки, или металлисты рассказывают о наикрутейшем слэме, добавляя что-нибудь вроде «а еще мне чуть глаз не выбили, крута-а-а».

– В смысле? – Переспросила упавшим голосом Эми.

– Я такого никогда еще не видел. До чего дошел. Пришлось отпилить тот участок памяти, который его так сильно шокировал. Это было нечто. Я минут семь обрабатывал его дэт-металлом до нужной кондиции, иначе все – хана. То, что он за пару дней пережил… Иметь дело с такой памятью…

– Достаточно. – Оборвал я его, не дожидаясь, пока Эми поседеет. – Что с ним?

– Нормалек. Через пару недель должен отойти и воспринять не вырезанную память. А так, хоть сейчас выписывай. О невырезанном прошлом можете рассказывать что хотите, только при нем ни каких упоминаний о Бэтмане, Макс Пэйне, Кейне из игры «Cane & Lynch», Нико Белличе, Карателе и других похожих героях. А то может целый букет болячек заработать. Альтернативные психозы всех мастей, синдром подмены, новую амнезию, болезнь Человека-паука. Ну, типа, побочные эффекты всякие. Мы память персонажей с одним типажом использовали. Принцип «Клин клином». В общем, те персонажи, которым особенно сильно от жизни досталось, вечные страдальцы. Но это ток на месяц, пока все не срастется, а там пусть хоть все эти игры зараз проходит.

– У вас есть вырезанный фрагмент памяти? – Голос Эми слегка дрожал.

– Сейчас найду.

Рубенс застыл. Наверное, перекапывает свой модуль.

– Блин, найти можно, но тяжело. Я лучше вам творческий первоисточник этой вселенной закину. Вы все поймете.

«Принят пакет мыслей»

– Эми, давай я первый ознакомлюсь. Не лезь, ты и так на взводе. Хорошо?

– Хорошо, Дима. Как скажешь.

«Мысленно выберите плоскость, на которой вы хотите воспроизвести видео»

Надо же. Выбираю стену, и вижу на ней кадры из мультика. Из детского мультика. Их никто больше не видит. Фактически, это иллюзия, создаваемая модулем и видимая только для меня. А еще музыка. Детское «Ля-ля-ля», карамельные цвета, зверюшки, как будто сбежавшие из диснеевских сериалов. Но то, что творилось в этих флэш-мультиках, даже близко не было похоже на диснеевские сериалы. Внутри прокатилась волна отвращения. А ведь когда-то это казалось мне смешным. Это почему-то всем казалось шуткой. Все хиханьки да хаханьки как ножом отрезает осознание того, что кто-то реально прошел через это. Классическая, но при этом одна из самых не жутких серий. Звери играют в прятки. Одного из зверей закалывают ножом, еще одного вешают. Вешают на дереве. За шею. А последняя жертва падает в яму с шипами. Истекая кровью, она просит о помощи того, кто водит, тянется к нему. И он протягивает ей руку. Но не руку помощи. Водящий просто вкладывает в дырявую и искровавленную руку жертвы гранату. Конец серии. И ведь для «Happy tree friends» это очень мягко. Очень-очень мягко. Обычно там все намного жестче. Лицо, срезанное ножом, дятел, клюющий глаз, труба, протыкающая насквозь чью-то голову.

– Боже мой! Боже мой, как я допустила такое?! Что это?!!!

Вот ведь дура. Я ее просил, чтобы не лезла.

– Это и есть та самая мегажесть. И я просил тебя не лезть. Ты и так уже за эти дни перенервничала.

– Но какая там связь?! Это же даже не игра! А Котэ говорил, что наши вселенные связаны! Как может быть связан этот глупый мультик с нашей вселенной?! Это же не игра. Не игра? Дима?

– Вообще-то была и игра… Как ты думаешь, кто был издателем?

– Sega?

– Да.

Да, неудивительно, что Наклзу вырезали кусок памяти. Провести пару дней в этой вселенной… Даже думать не хочется о том, что со мной случилось бы. Рубенс уже откуда-то достал коньяк, и быстренько передал Валвесу, а тот уже подносит горлышко Эми. Второй раз уже. Так и спиться можно. Даже Валвес скис:

– Ну и дела…

– Я должна прямо сейчас пойти и извиниться перед ним!

Пока Валвес успокаивал Эми я подошел к этому Рубенсу.

– Ты, кажется, говорил, что его уже можно выписывать.

– Говорил. Но бюрократия наша не позволит. Надо хотя бы неделю подержать.

– И какой за ним уход?

– А я вам уже говорил. Не дать развиться побочным болячкам. Вот и весь сказ. Музыку тех групп, которые предпочтет давать слушать и поощрять это дело. А так все, кажись. Ну, и совсем очевидное: не противоречить ему, если он начнет вспоминать. Не будет в памяти путаницы, не будет и проблем.

– Ясно. Все? Может можно и теперь выписку оформить?

– Да. Но я же не могу просто так это сделать.

– А за идею?

Рубенс посмотрел на меня, как на идиота.

– За какую идею?

– Хорошую. Вы используете музыку как абсолютный инструмент. Создание, разрушение, лекарство, оружие. Все, что угодно, только подбери правильную мелодию. Я хочу тебе дать идею. И если она будет стоящей, то ты отдашь нам Наклза, хорошо?

Рубенс заухмылялся:

– Значит, сделка?

– Сделка. Ты отдаешь мне Наклза, если получишь перспективное направление для исследований. Патент склепаешь, или что у вас там? И вперед. Ну, идет?

– Идет. Патент склепать можно. Ученым лень каждую мелодию пробовать. Они предпочитают пытаться угадать. А что за мелодия, и для чего ты предлагаешь ее использовать?

– Это насчет обработки толпы. Возможности смутить ее и повести за собой. К примеру, погруженцам это может пригодиться. Я думаю, что для этого будет очень удобно использовать кое-что из ранних альбомов Laibach, если тебе это о чем-нибудь говорит.

– Слышал. Только не очень они мне понравились.

Ого! Да Рубенс многое знает о музыке. Не так чтоб много людей, которые о них хотя бы слышали у нас. Но и не так уж и мало.

– Но ты можешь сам ознакомиться с их ранними альбомами и убедиться, что подействует хорошо.

– Да слышал. Мартиал-индастриал. Толпы и армии за собой вести будет неплохо. – Задумался Рубенс. Сильно задумался, даже слишком.

– Так идея стоящая? – Сказал я чуть насмешливо, ибо уже понял исход дела.

– Стоящая. Забирайте его.

Йес! Ура! Так! И как будет «да» по-белорусски? А хрен с ним, главное – прокатило!

Глава 74 – «Мы за тобой»

Посетители не замедлили себя ждать. Они вышли из той двери, за которой был санузел. Но любопытство задушило удивление. Их было двое. Розовая ежиха, тоже антропоморф, как и сам пациент (пока для себя безымянный, но кое-что вспоминающий), и человек. Его ровесник почти. И, кажется, что он недавно его видел.

– Вы что-нибудь знаете о моем прошлом? – Невежливо начинать разговор вот так вот, но потерявший память не мог сдерживать свое любопытство.

Ежиха выглядит мрачнее тучи. Она начинает говорить дрожащим голосом:

– Прости меня! Я не должна была допускать такого. Это моя вина!

– Так, спокойнее, пожалуйста, Эми. Давай хоть расскажем, за что извиняться. – Перебил его человек. – Твое имя Наклз. В твою вселенную влезло очень поганое существо, которое многое разрушило, а смываясь, раскидало тебя и еще несколько зв… антропоморфов по случайным вселенным. Тебе очень сильно не повезло, должен я тебе сказать. Ты попал в такую вселенную, которая тебя чуть не свела с ума. К счастью, сотрудники данного заведения тебя нашли и подлатали твой рассудок. Ты вспомнишь все, кроме того, что было в этой вселенной. А извиняются перед тобой за то, что обратились к левому специалисту, а не к настоящим профессионалам. То, что стряслось с тобой по большей части трагическая случайность. Не более того.

Эми просто дрожала. Может быть, она уже все выплакала? Как бы там ни было, винить ее не хотелось. Жизнь и так ее уже наказала. Теперь нужно немного подумать, подбирая слова. Ее надо бы утешить:

– Мне уже намного лучше. Если не учитывать пропавшую память, то мне не так уж и плохо. Что вы мне еще можете рассказать? Вы уж извините мое нетерпение.

– Через недели две сам все вспомнишь. – Опять говорит этот человек.

Мне кажется, или он в этой паре за главного?

– И долго мне здесь еще находиться? Две недели?

– Нет. Мы за тобой.

– Как?! Уже.

– Да. Так что с вещами на выход.

«Эта вселенная… Дима, это же ужасно!»

Знаю, но он ничего не помнит и действительно вменяем. Если через две недели действительно вернется память, то все не так уж и плохо. Одна из наших проблем решилась сама собой.

«Но как? Я должна сдаться!»

Отступать некуда. Тем более, сегодня должен вылечиться Соник. Эми, потерпи немного.

«Тебе легко говорить. А у меня куча проблем. Что делать с Наклзом? Что случилось с Тэйлзом? Как мы попадем домой? Что с Соником? Кто, в конце концов, хочет уничтожить сеть причин? За что мне все это?!»

Тпру, давай по пунктам. Первое, пусть пока будет с нами в Принстон-плейсборо. Второе, Котэ уволок Тэйлза в родную вселенную, куда нам путь заказан. Туда мы попадем, когда выясним, что случилось с Соником за те сутки. Сегодня Хаус его вылечит, и мы узнаем ответы на все вопросы. А дальше будем действовать по ситуации. И, может быть, даже выясним за что тебе все это. Ты лучше припомни, не посылала ли кого-нибудь из ухажеров очень грубо и очень глубоко.

«Нет»

Ладно, Рубенс еще что-то говорит Наклзу.

«Успокаивает. Хотя мне кажется это глупым. Наклз и так самый спокойный из всех нас»

Еще бы. Он и понятия не имеет о том, что происходит. Будет смешно, если он и был вандалом.

«Как вы…»

Просто предположение. Мы уже уходим отсюда и перемещаемся сразу в госпиталь «Принстон-плейсборо».

Глава 75 – «По всем канонам жанрам»

– О чем задумались Хаус? О нашем пациенте?

– А о чем мне еще думать, Форман?

– Он поправляется. Это значит, что у него действительно альтернативный психоз. Выходит, он уже более двух месяцев знает тайну персонажа. Но как он замешан во всем этом? Ведь, если ежиха нам не наврала, то кто-то уже долго и целенаправленно долбит эту вселенную. И вы думаете, что это лисенок.

– Ты сказал: «если ежиха не наврала». Все лгут. И вряд ли эта ежиха исключение.

– Ау, Хаус! Для лжи нужна причина.

Форман еще и помахал у Хауса перед носом рукой, чтобы хоть как-то вывести его из состояния задумчивости и апатии.

– Это меня и беспокоит. Я не могу собрать цельную картину.

– Вы поставили диагноз. Верный диагноз. И ежик поправится. Сегодня последняя фиксирующая операция, и он сможет рассказать, что к чему. Останется только добится у него признания с последующим рассказом о раскрытии тайны персонажа. Наша главная проблема – это рассказать Эми о диагнозе.

– Слишком легко я эту загадку решил. Форман, ты не первый год со мной работаешь. Ты же должен знать, что так не бывает.

– В сериале не все так просто, а здесь может быть и легкое решение.

– Значит так! Тринадцатая введет в курс дела Эми, а я буду дальше искать подлянку. Она есть.

– Вы привыкли, что она всегда есть в сериале. А ведь то, что происходит теперь, не является очередной серией.

– Да ну? Ты уверен?

– Хаус! – Застонал Форман. – Давайте не будем выпендриваться. Ну как вы себе представляете ежа и компанию в сериале?

– Да у создателей сериала давно уже творческий кризис. Уже шестой сезон этого проклятого мыла идет. Им осталось или грохнуть меня, или женить (лучше бы грохнули), или выдумать полную чушь. Если бы эта дамочка не была из совета кураторов, я бы сразу подумал о третьем варианте. Но совет кураторов – непридуманная организация. Кстати, она еще не вернулась из гостиницы?

– Кажется, еще нет. Я могу быть свободен?

– Еще бы! Это мой кабинет и мой ноутбук с пятью гигами непросмотренной порнухи! Форман, да ты просто обязан показать чудеса исчезновения! – Завершил эту тираду Хаус широким размашистым жестом.

Но уже минуты через три в кабинет Хауса влетела Эми. Как всегда с молотом наизготовку.

– Ах ты, черт! Сегодня не мой день. Вы в курсе, что оперировать Соника мы будем в шесть вечера.

– А мне наплевать! Я просто хочу знать, что происходит! Каков диагноз?

– Вообще-то тебе это должна была сказать Тринадцатая, но если ты выкинешь молот…

– Что происходит?!

Судя по всему, выкидывать молот Эми не собиралась. Скорее наоборот…

– Ладно, разрешаю оставить молот на коридоре! – Доктор резко пошел напопятную. – Дабы ты в порыве радости приобретенного знания не убила, или не покалечила вселеннообразующего персонажа, то есть меня.

– Вас надо не убить, а в гостиницу.

– Как и тебя, кстати. Так что постарайся меня не убить, и лучше присядь. Сообщаю плохие новости я не так круто, как Уилсон, поэтому … – Хаус выдержал небольшую паузу. – У Соника альтернативный психоз.

Эми понадобилось минуты две, чтобы переварить услышанное. Она сумела прошептать всего два слова:

– Не смешно…

– Хотел бы приколоться, свалил бы все на волчанку.

– Откуда вы знаете, что у него АП?!

– Потому что ему помогают личностные стабилизаторы. И неплохо помогают. Парень почти полностью на этом свете. Ему раскрыли тайну персонажа, и уже давно. Месяца два, наверное…

– Я не дура! Я все понимаю… Есть хоть какой-нибудь шанс, что вы ошибаетесь? Так не должно быть, потому что это невозможно… Он бы себя выдал. Сразу же… Уж кто, а Соник от меня ничего не скроет. Я… Думаю, вы ошиблись, Хаус.

– Смысл задавать вопрос, если вы сами на него отвечаете? Я не знаю, я сам чую подлянку. Так что еще не вечер. Может, я и пострашнее у него болячку найду. Кстати, вы нашли Наклза?

– Нашли. Он в кафетерии вместе с Димой и Тринадцатой. Ему всерьез порезали память, и…

Речь Эми прервалась писком пейджера. Хаус вынул из кармана маленькое пищащее устройство, и прошептал:

– По всем канонам жанра. Как в сериале.

Хаус был уже в коридоре, когда Эми прокричала:

– Что там?

– Две новости. Одна хорошая… Ну, ты поняла.

– Говорите.

– Я ошибся. У Соника не альтернативный психоз.

– Почему?

– Потому что у него остановилось сердце.

Глава 76 – «Все ли лгут?»

Наклз вообще был более чем нормален. Трудно было представить, что он кому-то навредит. Тихий больной, как выразился бы Рубенс, Валвес или еще кто-нибудь из работников «гостиницы». Кажется, они с Тринадцатой неплохо поладили. Я тут даже лишним кажусь. Интересно, как там Эми? Сплавила нас с Наклзом этой докторше, а сама ушла допрашивать Хауса. Чует мое сердце – не договорятся они толком. Обязательно что-нибудь да случится. Наверное, надо бы пойти, проконтролировать. Чудесно, к нам еще и Уилсон подсел. Я в своем камуфляжном костюме даже потерялся как-то. Да, я все-таки успел приодеться за это суматошное время. Цвет хаки мне нравиться как-то больше ярко-красного. Нет, надо аккуратненько уйти и выяснить, как там Эми. Чего они суетятся? У Тринадцатой пейджер в руке. Пищит так, нехорошо. Вот оно что. Экстренное сообщение.

– Дима. Бегом за мной. – Командует доктор Хэдли (ничего себе, я даже ее имя помню).

– А Наклз?

– Побудет с Уилсоном.

– Что там такое?

– У Соника остановка сердца.

– Сердце мы запустили, но это ерунда по сравнению с прогрессирующим полусвязным. Очень резко прогрессирующим. Так что у нас минут пятнадцать, не больше. – Кратко пояснил Хаус. – Кстати, Тауб и Тринадцатая пусть идут осматривать того коматозника, ибо один хрен ничего в энергетической медицине не смыслят. Живо, пошли отсюда. Только мешать будете. И вы мадам…

Пульс Соника уже выдавал 80 ударов в минуту. Не похоже на остановку сердца. Но слова «прогрессирующее полусвязное» показались мне опасными.

– Док, что такое «прогрессирующее полусвязное»?

– Он все ближе и ближе к состоянию «труп». Его душа вот-вот отделится от тела, а я никак не могу понять почему…

– А где Эми?

Вместо ответа Хаус кивнул на скамейку в коридоре, где в отключке лежала Эми. Обморок.

– Можно провести восстанавливающую операцию, но это временная мера. Пара часов отсрочки, да еще и навредить можем. Но если учесть все, что мы знаем, то другого выхода нет.

– Чейз, дубина, только ты можешь, не подумав, предложить такое! А если это побочный эффект восстановителей личности? Тем более болезнь не полностью энергетическая, как ты должен видеть.

– Что значит энергетическая, док? – Вклинился я, чувствуя себя ненужным.

– Связана с творческой энергией. – Ответил Форман вместо Хауса. – И если мы в течение десяти минут ничего не предпримем, Соника с того света нам никак не вытянуть.

Хаус уже в коридоре тормошил Эми Роуз за плечи:

– Просыпайся. Ну же.

– Что с Соником?!

– Молодец, очнулась. Теперь у тебя есть десять минут, чтобы рассказать мне, какими комбинациями воздействовала на Соника в последний месяц. Только честно! Иначе я ничего не гарантирую.

– Чего вы от меня хотите?!

– Хочу поставить сложнейший диагноз за десять минут, и скромно надеюсь на любую помощь. Давай вперед по порядку.

– Отслеживающие комбинации…

– Я знаю всю кураторскую рутину, она не могла вызвать такого. Лучше расскажи, не воздействовала ли ты на него чем-либо запрещенным. Соблазняющие комбинации, к примеру.

– Я?!!! Да я бы…

– Пропустим возмущенные вопли, и сразу перейдем к честным ответам. Ежику осталось минут восемь.

– Клянусь, я бы ни за что не стала ему вредить. Ни при каких обстоятельствах! За-пом-ни-те, ни при ка-ких об-сто-я-тель-ствах!!!

Между ними искрило. Если бы Соник не был при смерти, они бы поубивали друг друга. Надеюсь, у них не возникнет такая мысль в будущем.

– Чем он питался последнее время, были ли какие-либо тревожные симптомы?

– Очень много нервничал с момента явного начала сбоя. Черт, он же мог оббегать всю планету, не напрягаясь. И перекусить чем угодно. За ним даже куратору не уследить, хоть мне и очень хотелось.

– М-да, блин! – Это уже моя мысль вслух.

– Что могло угрожать в родной вселенной вселеннообразующему персонажу? Но он не мог оббегать другие вселенные. До начала сбоя, по крайней мере. А вот вы могли много где побывать.

Эми задумалась, после чего проговорила:

– Чтобы доставить Диму на место, я вела его специальными маяками. Его модуль именно так узнавал, куда перемещаться дальше. Маяки я ставила лично. Именно поэтому дорожка к месту расследования получилась кривой.

Кстати, я из глоссария узнал, что перемещение по маякам не записывается в модуле. Значит, она еще и отрезала мне путь обратно. Надо признать, что эта девушка не дура.

– Что за вселенные?

– Fallout, русская пародия на «Властелина колец», «Наша Russia» (русский аналог «Little britain»), DOOM. – Перечислил уже я.

– Еще мне пришлось идти через вселенную квеста Syberia. – Добавила Эми.

– Сибирь! – Прокричал Хаус. – Если скрестить симптомы, одно усиливает другое. Если это то, что я думаю, значит, операция поможет. Дима, от тебя сейчас потребуется по моему сигналу ввести Сонику одну комбинацию.

«Комбинация загружена. Сохранить загруженные настройки? Да»

– Что за оно, Хаус?

– Комбинация Городецкого, подбирает музыку под настроение. Правда, почему-то постоянно попадается русский рок. Явно кто-то из русских погруженцев создал. Используем медицинскую модификацию. Подберет нужную шок-анестезию.

– Я вообще-то о диагнозе.

– Потом. Чейз, как наш ежик?

– Плохо, но еще операбелен. Уже четыре минуты прошло. Что делать?

– Оперировать. И создать проводящий поток для комбинации Городецкого, ее введет наш погруженец. Дима, у тебя будет секунды три не больше, подготовься. Начали!

Глава 77 – «Прыг-скок»

Вокруг Соника была тьма. Что за тьма? Соник уже неспособен был думать. Да и не видел смысла пытаться. Еще чуть-чуть, и он заснет. И проснется, когда-нибудь…

«Нет, не проснешься»

Что? Что за странный луч света! Нет, это не свет, это чужая мысль. И Соника озарило: «Я умираю!» Внезапно накатил страх. Не тот, что губит, топит в ужасе и панике, а тот, что дает силы бороться дальше. Но тьма тоже не сдавалась, все сильнее проникая внутрь его сущности. Это было даже не тьма, а скорее замогильный холод, или леденящий душу страх, ли… Нет, смерть нельзя прятать за глупыми метафорами. Это смерть, и других имен у нее быть не должно. Не сдаваться! Нельзя!

«Держись за музыку»

«Хаус, мы его подготовили, вот-вот начнем»

«Летов. Прыг-скок. Если это дейстительно под нашу операцию, то я тебе не завидую, еж»

«Десять минут шоковой анестезии. Может не выдержать»

Где-то вдали заиграла гитара. Мелодия источала непонятную энергию, нитями сплетавшуюся с душой Соника. Запел чей-то голос, далекий, но в тоже время казалось, что идущий изнутри.

Летели качели

Без пассажиров,

Без постороннего усилия,

Сами по себе. «Подготовить комбинации»

Летели качели

Без пассажиров,

Без постороннего усилия,

Сами по себе.

Сами по себе… «Готовы?»

Сами по себе…

Музыка внезапно оборвалась, дренькнув завершающим аккордом.

«Начали!»

ТОК!!! Новая мелодия как ток, прошла по этим нитям, выжигая сущность огнем. Нити энергии музыки оказались не нитями, а проводами, давшими ток, давшими страшную боль и, как ни странно, отогнавшими смерть. Но она была рядом, никуда не уходила, ждала, зная, что еще не проиграла. Послышался еле слышный стон и голос, теперь уже почти срывающийся на крик, пугающий своим напором, запел:

Горло высохло,

Ветка намокла,

Ветка намокла,

Канава распухла «Черт, эта мелодия, она…»

Дармовою влагой,

Стоячей водичкой, «Боже мой!»

Стоячей водичкой

Да черной содовой! «Всем спокойно, и не таких вытаскивал!»

Страшной музыкой смеялась смерть над дурачком, который еще боролся.

Пальцы свело, «Аа-а-а! Отдача, чтоб ее»

Голову выжгло, «Блин, держите его!»

Тело вынесло, «Надо было привязать»

Душу вымело

Долой за околицу,

Долой за околицу! «Сейчас упадет!»

Бороться! Нельзя умирать! Нельзя!

Выбелило волос,

Выдавило голос,

Выпекло морщины, «Держи его, Чейз!»

Засмеялись мужчины.

Засмеялись мужчины… «Что вы делаете? Он же умрет!»

Да заплакали женщины!

Музыка гремела, выдавливая из Соника силы, как из старого тюбика зубной пасты.

Пальцам холодно… «Вроде затих»

Мыслям крохотно… «Тебе так кажется, держи крепче»

Из земной юдоли

В неведомые боли

ПРЫГ-СКОК! «А-а-а! Что вы с ним делаете?»

ПРЫГ-СКОК!

ПРЫГ-СКОК! «Не ори, дура, мешаешь!»

ПРЫГ-СКОК!!!

Прыг под землю!

Скок на облако! «Вы его убьете, Хаус»

Прыг под землю! «Я же сказал держать крепче!»

Скок на облако!

Страшный крик залил все вокруг. А смерть была уже совсем рядом, нашептывая прямо на ухо: «Не мучай себя – твою душу уже не собрать. Не борись – ты уже проиграл. Отринь эту музыку – в ней сплошные страдания. Ты растворишься за гранью. Для тебя нет ни времени, ни реальности». Душу как будто резали на части. Нет, душу действительно резали на части. Нитями, которые еще оказались и скальпелями. Множеством скальпелей.

Задрожали усы…

Заплясали часы… «Сколько можно?!»

Прыг – секунда.

Скок – столетие. «Крепись, еще минут семь»

Прыг – секунда.

Скок – столетие… «Важно не время, а его выдержка»

Ток музыки становился невыносимым, давил, сжигал все перегородки в разуме.

Поседели усы.

Остановились часы.

Сгинуло время. «Он так долго не протянет»

Выгорело семя. «И так и так помрет. Продолжаем»

Захлебнулась рвота.

Удавилась икота. «Вставьте ему кляп, пока он себе язык не отгрыз»

Скорчился страх «Дура…»

Да под телогрейкой… «Пошел ты!»

Страх никуда не исчезал. Смерть жадно вдыхала его, как вдыхают запах духов или благородного напитка.

Во мраке зеркало, вода и свеча…

Ее шепот закрадывался еще глубже: «Нет, умирать тебе не обязательно. Ты можешь просто обезуметь. Остаться на этом свете безмозглым болваном. Но у тебя еще есть шанс принять свою судьбу»

Кто-то внутри умирает, хохоча… «Не умирай, пожалуйста»

Шанс еще есть. Соник не знал почему, просто чувствовал, что не все еще потеряно. Надо бороться за свою жизнь и за свой рассудок. Не уступать ни на пядь, ни на йоту, ни на грош.

Губами пенясь…

А смерть все что-то шепчет. Только ее шепот перекрывает стон неведомого певца.

Губами пенясь, «Кажется, лучше. Но еж все равно очень плох»

Зубами стуча «Хаус, он не выдержит! Такого никто не выдержит»

Жди затмение, «Не будем подстраиваться под музыку, сорвем операцию»

Жди знамение

Тех, кто ждет тебя ночью в поле. «Аккуратно! Еще разрез…»

Огонь и ток внутри достигают немыслимых пределов.

Постигай порядок.

Постигай порядок!

Кто святой отец, «Привязать бы его»

Кто ни разу не жилец, «Некогда»

Кто разорвал кольцо,

Кто упал под колесо.

Голос стал тише:

В аккурат все сбудется,

Все позабудется, «Не умирай, как я без тебя?»

Все образуется…

В какой-то момент Сонику показалось, что он привык к этой музыке и к смерти рядом, что он выкарабкается. «Дурачок» – прошептала в ответ смерть. И ток усилился! Догорали последние перегородки под страшные крики:

Двинулось тело

Кругами по комнате! «Ай!»

Без всяких усилий, «Позовите медсестру!»

Само по себе!

Само по себе! «Боже мой!!!»

Скрючились пальцы «Быстрее кляп, пока он ей руку не отгрыз!»

Черной судорогой! «Держите его!»

Черной судорогой «Он упал!»

Скрючились пальцы! «Вижу, не слепой!»

Из каленой стали

В чудовищные дали

ПРЫГ-СКОК! «Утяжелите модулем кроссовки и перчатки! Быстро!»

ПРЫГ-СКОК! «И одежду тоже, чтоб не дергался! Килограмм до пятнадцати»

ПРЫГ-СКОК!

ПРЫГ-СКОК!

Прыг под кожу.

Скок на яблоню. «Хватит его мучать!!!»

Прыг…

Прыг под кожу!

Скок на небо! «Перестаньте!»

Прыг под кожу! «Перестаньте!!!»

Скок на небо! «ПРЕКРАТИТЕ!»

Догорали последние перегородки в разуме. Шепот смерти становился все громче и громче, но Соник уже не мог его разобрать и не хотел.

Ночь, зеркало, вода и свеча… «Зачем вы ее парализовали?»

И Белая скатерть. «Не отвлекайся!»

«Ты уже мертв, Соник». «Неправда! Я живой!!!»

Пламенела маска,

Каменела краска.

Соник чувствовал, что ему уже труднее сдерживать ток музыки.

За пазухой – стужа,

Прохудилась кожа.

Кап – кап.

Кап – кап.

Кап…

Прохудилась кожа, «Он уже на пределе, больше не выдержит»

Опустела рожа. «Выдержит»

Руки свело, «Может…» «Отступать некуда! Не отвлекайте»

А душу вымело

За околицу.

Досадный сор из мясной избушки…

Душа была уже искромсана и едва-едва держалась в теле. Реальный мир казался чем-то невообразимо далеким и недоступным.

Закрылись кавычки…

Позабылись привычки…

Брось свечу в ручей!

Брось свечу в ручей!

Пусть плывет воск.

Пусть плывет воск!

Ток внезапно ушел. Остались только голоса, что-то тянущие нараспев, как на панихиде. «Дурак, это и есть панихида» – Соник едва разобрал эту реплику смерти. Тьма превратилась в воду, которая окружала и проникала повсюду. Дыхания не существовало, воздух ушел, смерть притворилась водой. Даже сторонние мысли не могли проникнуть сквозь эту воду. Ничто не могло проникнуть сквозь нее. Смерть не улыбалась и не радовалась. Она просто брала свое.

«Он не выдержит. Он и так уже почти овощ»

«Ты предлагаешь эфтаназию?»

«Нет. Но боюсь, это может понадобиться»

«Понадобиться – сделаем. Готов? Начали!»

И вновь пошел этот странный ток сквозь нити, которые оказались множеством скальпелей, резавших одновременно. Разум, затушенный водой, вновь запылал ярче прежнего. Вода-тьма отступила. А голос продолжил спокойно напевать:

Вода играет…

Воск плывет.

Дитя умирает, «Последние надрезы»

Старичок поет:

Сядь на лесенку,

Послушай песенку «Дальше музыка будет только усиливаться»

Сухого колодца «И?»

Виноватого уродца «Главное не пропустить апофеоз»

Про то, как случилось, «Будем пересобирать?»

Что бадья разбилась, «Когда напряжение дойдет до вершины»

Веревка порвалась,

Да и воды не оказалось.

Да и вовсе не было ни %

Лишь змеилась змея,

Да струилась струя…

Струилась струя

Да поспевала малина! «Заканчивайте с разделениями, скоро пересобираем»

Вдох!

Да!

Выдох! Выдох!

Да!

Вдох! Вдох!

Да!

Выдох! Выдох!

Да!

Вдох! «Пора! Собираем!»

Сбрось свой облик!

Загаси огарок!

Принимай подарок!

Вырви корень вон!!!

ПРЫГ-СКОК! «Мы его убьем»

ПРЫГ-СКОК! «Не паниковать!»

ПРЫГ-СКОК! «Мы его убьем!»

ПРЫГ-СКОК! «Замолкни!»

Ниже кладбища,

Выше солнышка.

Ниже кладбища,

Выше солнышка…

Прыг – под землю! «Вы с ума сошли! Парализовать Чейза…»

Скок – на облако! «Заткнись и работай! Никакого паникерства!»

Прыг – под землю! «Как скажете»

Скок – на облако!

Над деревьями,

Под могилами,

Ниже кладбища,

Выше солнышка

ПРЫГ-СКОК!!! «Док! Вы же его угробите!!!»

ПРЫГ-СКОК!!! «Дима, заткнись!»

ПРЫГ-СКОК!!! «Не отвлекайся на него, Форман»

ПРЫГ-СКОК!!! «Не соберем же!»

ПРЫГ-СКОК!!! «Не паниковать!»

ПРЫГ-СКОК!!! «Ну же, почти…»

ПРЫГ-СКОК!!! «Давай же!»

Ток ушел. Музыка осталась в виде какого-то простенького, зловещего ритма.

Прыг-скок. «Заделываем последнее»

Прыг-скок. «Хаус! Что это было?!»

Прыг-скок. «Получилось?»

Прыг-скок. «Пока не знаю»

Музыка сходила на нет. Голос теперь тихо вещал. Но Соник этого уже не слышал. Его сознание отключилось окончательно.

Летели качели «Верните нормальный вес одежде»

Да без пассажиров, «Он жив?»

Без постороннего усилия, «Вес возвращать не стоит, будет еще приступ»

Сами по себе… «Точно. Будет приступ. Если он жив еще»

Летели качели «Что вы сделали с Эми?»

Да без пассажиров, «Через час очнется»

Без постороннего усилия, «Так он жив?»

Сами по себе… «Не знаю. Не знаю»

В аккурат все сбудется… «Мы же собрали все правильно»

Все позабудется… «Все равно гарантий нет»

Все образуется… «Ну? Жив?»

Глава 78 – «Приступ»

Минуту ничего не происходило. Соник, Чейз и Эми лежали на полу. Я, Форман и Хаус склонились над Соником.

– Блин, ну у вас и методы, док. – Пробурчал я.

– Ты же сюда приперься потому, что смотришь сериал. Мог бы и осознать, на что идешь. – Ответил Хаус, утирая пот со лба.

У ежика внезапно открылись глаза. Соник повертел головой по сторонам, задержал свой взгляд на Эми и залопотал очень нервно и очень быстро, как будто приняв зверскую дозу каких-то дискотченых колес. Да и речь его очень сильно смахивала на бред, причем на очень зловещий и жуткий бред:

– Кто же она такая?! Нет, нет! Я знаю, что ее зовут Эми Роуз. Но сколько тебе лет? Восемь? Двенадцать? Девочка, девушка? Ты на мне уже жениться пыталась, или согласилась на свидание? Или ты вообще владычица озера? Стой, у тебя же, кажется, уже был бойфренд? Декстер? Так ведь? Или не было? Эми, Элис, Салли, Мина, а-а-ай… Кажется, я на ком-то уже женат. Или… Нет, не женат. Но что это за… Ой, боже, боже. Я же не могу жениться, мне еще нет восемнадцати. И дома своего… Где я живу?! Где я живу?! Кто я такой вообще? Ежики же серые, они выглядят по-другому. Значит, я не еж. Может, я какой-то мутант? Оборотень! Точно, я был оборотнем. Эй, посмотри, действительно был!

Только теперь я заметил, что Соник оброс шерстью, а одежда на нем уже порвалась. Еще и когти? Голос его стал как-то грубее, ниже, более зверский:

– Еж-оборотень! Но это же не может быть ответом… За всем этим сплошное противоречие. Хотя бы потому, что ежа, бегущего со скоростью звука, просто сотрет в порошок сопротивление воздуха. Почему я не понимал этого раньше? Что для меня раньше? Ведь мне вечные пятнадцать. Стоп! Я же уже вышел замуж… Нет, не было такого или было. Было или не было. Взаимоисключение, сплошное взаимоисключение. Ведь я никогда не был оборотнем. Никогда не был принцем королевских кровей. Но я же было оборотнем! Я же был принцем королевским кровей! Я ведь был как рыцарь, спасал всех своим верным мечом. А меч я ни разу в руках не держал. Как меч в руках может мне казаться большим абсурдом, чем бег со скоростью звука? Как?

Внешность уже вернулась обратно: метр роста, тонкие руки и ноги, длинные иглы. Лицо у несчастного больного было такое, будто за ним кто-то гонится, кто его настигает. Настигает изнутри, что, пожалуй, было страшнее всех других погонь. Даже если бы мы попросили Соника замолчать, он бы не заметил нашей просьбы. Но мы благоговейно молчали.

– Бег, непонятно куда, непонятно зачем и непонятно как. Я же ведь должен спасать всех, но все равно ничего не помогает. Все повторяется. Все повторяется. Все повторяется. Что-то меняется? Этого что-то не существует, наверное? Да, не существует. Чтобы ни случилось, как много бы ни случилось, когда бы это ни случилось, мой возраст вечен. Мне вечные пятнадцать. Мое «раньше» неотличимо для меня от моего «позже». Зеркало! Дайте зеркало, дайте зеркало, пожалуйста. В нем есть зацепка, должна быть. Мои глаза, мои зеленые глаза. Они же не зеленые. То есть зеленые, но раньше не были зелеными. И выглядел я раньше по-другому. Раньше… Раньше… Раньше…

Опять изменилась внешность: из глаз Соника действительно исчезли зеленые зрачки, голова стала почти круглой, лицо каким-то детским, иглы затупились и укоротились, ручки, ножки втянулись в округлившее туловище. Да, именно так он и выглядел во времена «Sega Mega Drive».

– Что вы на меня так смотрите? Я же ни разу не соврал! Я нес полную бессмыслицу, но так оно и есть. Не смотря ни на что, так оно и есть. Как бы ни было бессмысленно все, что я говорю, это правда! Я… Я… Не реален… Не существую… Что мне делать? Меня же нет. Я никто. Я выдуман. Выдуман. Что мне делать?

Соника просто трясло. Он просто повторял, как заведенный «кто я?» и «что мне делать?», продолжал бредить. Внешность его изменилась еще раза три. Хаус, безмолвно все это наблюдавший, наконец-то заговорил:

– Спрашивает, что тебе делать теперь? Тебе, парень, стоит теперь плакать, орать и метаться по полу. Со стороны жалкое зрелище, но тебе будет не так плохо. А ты не стой, как истукан. Вынь из него наконец-то того клеща, который впился где-то под шеей. Плечи ему осмотри.

Форман подошел к пациенту и извлек того самого клеща. Вконец зажиревшее насекомое только беспомощно дрыгало лапками. А хозяин этого паразита уже последовал совету Хауса. А именно: рвал, метал, орал, слезы по кафелю размазывал. Я даже боялся себе представить, каково ему. Вы когда-нибудь видели ломку героинового наркомана? Я ни разу, но было очень похоже. Выглядело все это и впрямь жалко. Очень жалко.

– Хаус, так что это было? – Спросил я доктора.

– Исцеление. – Ответил он. – Потерпи полчаса, и я все тебе объясню. Ладно?

– Почему полчаса?

– Нужно присутствие всех, чтобы окончательно прояснить обстановку. Полчаса, ладно?

Глава 79 – «Ты знаешь, что это такое?»

За эти полчаса Соник уже успокоился. Его, конечно, все еще трясло, но в целом картина была не такой жуткой, как ломка наркомана. Более того, пациент не выглядел умирающим в страшных мучениях, что было неслабым прогрессом. Хаус куда-то ушел. Поэтому свой основной вопрос еж хотел задать Форману. Но тот его опередил:

– Знаешь, кто ты?

– Нет. – Честно ответил Соник.

– Это – хорошо. Это – отлично. – Вздохнул Форман.

– Почему?

– Ответ на такой вопрос не должен быть простым. Если ты не клюнул на легкие ответы, значит, не будет нового приступа.

– А Эми, она тоже больна? – Закричал несчастный герой. – Что с ней случилось?

– Просто она тут едва не померла, на твои страдания глядя. Поэтому и вырубили ее аккуратно и безболезненно. – Надеюсь, что не соврал. Иначе мне не дожить до халявного студенческого.

– А что у нее с рукой?

Да-а-а, не хочется ему объяснять, что он, пока бился в конвульсиях, прогрыз ей руку до крови. И это несмотря на перчатки (кстати, зачем всем им перчатки?). Но немножко помявшись, я пояснил:

– Мы ее вообще-то попросили подать кляп, чтобы ты себе язык не откусил. А она не нашла ничего умнее, чем сунуть тебе в пасть руку.

– С ней все будет в порядке?

– Будет. Она очень за тебя переживала. Скоро должна очнуться. – Сказал Форман.

А Соник, расчувствовавшись, аккуратно, не поднимая с пола, взял ее на руки. Интуиция великая вещь. Казалось, он сам был удивлен, мол, «что я делаю?». Но вместе с тем была и уверенность, что все сделано правильно. Но больше всего было очарования. Соник был действительно очарован тем, что кто-то переживает за него настолько сильно. Но не только у него все было в порядке с интуицией. Наверное почуяв, что пробуждение того стоит, тихонечко открыла глаза Эми. Совсем тихонечько, медленно, чтобы не вспугнуть мечту. Даже зажмурилась, не веря, что это происходит с ней…

Так, пошел я отсюда. Вон и Форман сделал ноги. Так, еще одна маленькая комбинация и шторы в палате задернуты. Что будет, когда Эми поймет, что это ей не приснилось? Минут через пять я даже заволновался. Хотя… Страшных криков и стонов нет, так что можно быть спокойным, что все у них хорошо и в меру. И ничто их не обломает. Стоп! Там же еще Чейз в отключке лежит. И судя по тому «Ой», что можно было услышать в соседней палате, он внезапно очнулся.

Постучавшись, и мы вошли обратно. Нашего куратора было уже не узнать. Три часа назад я уже думал о том, чтобы Эми попила каких-нибудь антидепрессантов. Теперь же… Как бы это описать? Видели когда-нибудь солнце зимой, во время первой весенней оттепели? Один к одному. Вроде бы и улыбка робкая, неуверенная, но этой улыбкой уже можно растопить пару айсбергов и спасти пару «Титаников». Чейз уже поднялся и тревожно спросил:

– Ты как?

– Отлично. – Тихо ответил ему Соник для галочки. Ибо даже идиоту было ясно, что у него все замечательно.

Эми уже сидела у пациента (бывшего, надеюсь, пациента) на коленях. Смущаться у нее уже не было сил, поэтому она и не пыталась скрыть своего счастья. Соник же хоть и казался напуганным, но это было больше похоже на страх того, кто только что выиграл в лотерею: «Это не розыгрыш? А что мне теперь с этим делать-то?». Но такая идиллия не может длиться вечно. Первым знаком птицы обломинго на горизонте был вредный голос:

– Простите что задержался. Чуть уговорил Кадди отдать мне кое-какой конфискат. Ей почему-то кажется, что я не ведаю, что творю.

В палату Хаус вошел с полиэтиленовым пакетом, в котором, похоже, и был пресловутый конфискат. А потом доктор сделал то, от чего у всех присутствующих просто отвисли челюсти (кроме Эми – она еще и побледнела, как смерть). Он вынял из пакета диск с игрой «Sonic adventure 2» и в лоб, без всяких предисловий спросил:

– Ты знаешь, что это такое?

Такой немой сцены не было даже в Гоголевском «ревизоре». Но то, что было дальше, я даже не рискну описать приличными словами. Никто не ожидал, что Соник ответит:

– Да, знаю. Мне уже объяснили.

– Господа, – объявил Хаус, – пациент будет жить. И ничего с ним не станется. Хотите знать почему? Потому что постоянное присутствие стороннего разума некоторых паразитов может усиливать энергетические болезни, создавая свои эффекты. Про паразитический резонанс слышали? Клещ, которого Эми Роуз подцепила в чужой вселенной и перецепила на Соника, привнес с собой маленькую, но ощутимую, часть сети причин оттуда, что негативно сказалось на его душе. Но эта мелочь себя бы почти никак не проявила, если бы ежику за те сутки, что длилась спецоперация, не раскрыли тайну персонажа. Парень и так ужасно восприимчив к альтернативным психозам, а тут еще и этот клещ со своим нездоровым влиянием. Обратное перемещение на «тарзанке», плюс еще комбинация передачи памяти, как дополнительный дестабилизирующий фактор. Естественно, ему сделалось очень плохо, причем очень быстро. Что вы на меня так смотрите? Поправьте, если я не прав.

– Вы правы, доктор. – Проговорил Соник. – Клеща теперь нет. Я уже здоров?

– В принципе, да. Но надо бы еще вас осмотреть.

– Позже. Дима, мне срочно нужно в ту вселенную, где меня придумали. Это вопрос жизни и смерти. Быстрее.

Качественно же его вылечили. Уже готов в бой, а ведь до этого трое суток пнем провалялся.

– Куда тебя еще доставить, еж? В квартиру, где деньги лежат?

– Поговорить с человеком по имени Юджи Нака. Это он меня придумал. Так можно все исправить. Я с ним поговорю, и все будет хорошо. Дима, отправь меня туда, ты же умеешь.

– Во-первых, не умею. Во-вторых, с чего ты взял, что это решит наши проблемы?

– Должно. Только не говори об этой затее куратору моей вселенной, ладно? Я все быстренько сделаю, и он ничего даже не поймет.

В палате повисла неловкая тишина. Ситуация получилась и впрямь очень интересной. Хаус подмигнул остальным врачам, и начал их тихонечко выводить из комнаты. Остались только мы трое: Соник, Эми и я.

– Дима, ты почему так улыбаешься? Так ты и есть…

– Нет, Соник, я не куратор. Но ход мыслей у тебя более-менее верный.

– Дима, я тебя не понимаю. Почему все ушли? И куратор же не узнает о том, что я общался со своим автором? Ты же ему не расскажешь?

– Нет, я ему не расскажу. – Честно ответил я.

– А ты, Эми? Эми? – Вот Соник и подвел дела к выяснению дел особенно деловых личностей…

– Соник, как тебе сказать-то…

– Эми, я не хочу, чтобы куратор это узнал. Он просто меня не допустит, а мне очень нужно туда… Пожалуйста, не рассказывай ему.

– Не ему, а ей. – Дал я, наконец, подсказку этого дурню.

– Ты что имеешь в виду?

– Специально для тех, кто в танке: Эми…

– Не надо, Дима! Я сама. Соник – я и есть куратор твоей вселенной.

М-да, им предстояло серьезное объяснение. Вот оно и началось:

– Ты? Куратор моей вселенной?

– Ага, только очень плохой и никуда не годный. Я всех подвела. Не стоило тебя туда отпускать.

– Почему? Я же выяснил все.

-Ты чуть не умер! Тебя чуть не убил альтернативный психоз. Тебя нельзя было туда отпускать. Нельзя!

– Не хочу вас прерывать, но что там с бесценными агентурными сведениями? Что ты там выяснил, Соник?

– Дима, память я у него уже скопировала. Блок воспоминаний сейчас передам. Соник, можешь ничего не рассказывать, мы сейчас сами все вспомним.

«Блок памяти передан. Ознакомиться?»

Ознакомиться с тем, ради чего мы пропустили Соника через этот ад? С тем, что на самом деле твориться в той чертовой вселенной? С настоящей личностью вандала? С его планами и мотивами? С ключом к моему поступлению в любой ВУЗ страны? Естественно…

«Да»

Часть шестая

«Все открыто, все готово»

Глава 80 – «Бесценные агентурные сведения»

Соник опять оказался в родной вселенной. Впору порадоваться, но было не до того. Первым делом найти Руж. Итак, вопрос: где же ее искать-то? Что Соник о ней знает? Воровка, помешанная на драгоценностях. Значит, и искать ее нужно среди драгоценностей. Был бы знакомый скупщик краденых бриллиантов, было бы проще. Но чего не было, того не было. Ладно, нужно вспомнить что-то еще, что поможет натолкнуться на след этого вандала. Помощь Руж – это хорошо, но не обязательно. Проверить старые базы Эгмана? Пожалуй, стоит. Дело двух часов.

И вот прошли эти самые два часа, а следов нет. Пусто. Все базы мертвы, как одна. Интересно, почему? Проверять эти базы дело дурацкое и гиблое, нужно провернуть другой финт. А какой? Что делать-то? Придется подумать. Что может навести на след? Соник еще раз спокойно все обдумал. Что он знает об этом загадочном вандале? Что на него работало это котообразное существо. То, которое заточило Бига в «святые грезы». И он, похоже, все еще там.

– Ладно, Биг! Я за тобой. – Такая вот мысль вслух.

Кстати, даже по пути в «святые грезы» (пятнадцать минут для Соника) он все еще раздумывал. Уж странная ситуация была. Как-то странно все получалось… Этот Дима вызывал некоторые подозрения.Что это вообще за человек? Кто его подписал на спасение вселенной? И на спасение ли? Тогда в любом случае необходимо найти так называемого вандала. Хотя бы для того, чтобы выслушать его версию. Интересно, а кто это может быть? Кажется, Дима всех проверял, кого можно. А, нет. Эти проверки были бесполезны. Если верить Диме, то все подстроили так, чтобы проверки указали на Котэ (так он это существо называл). А вот и они, те самые «святые грезы».

– Здраствуйте! Я ищу Бига!

– Кого? Нет у нас такого. – Ответил сторож.

Соник смутился, но быстро вспомнил, что манул (или что это там было на самом деле) запрятал бедного кота под подставным именем. Только вот еще надо вспомнить под каким…

– Ну, парень называет себя Бигом. Это – кот, он еще рыбалку любит.

– Клифф Блежински, что ли? Так этого пассажира только-только забрали.

– Кто?

– Мышь летучая. Молоденькая совсем. Э! Ты куда?

– Спасибо вам.

– Куда ломится? Как в кипятке искупавшись. – Проворчал сторож.

Вот и Руж нашлась. Главное – оббежать все, далеко она уйти не могла. Проверить гостиницы? Наверное, стоит. Абы где она не остановится, значит, нужно искать лучшую. «Радость туриста» – пусто. «Придорожный ночлег» – тоже пусто. На вокзал – проверить расписание поездов. А вот и вокзал. Где же здесь расписание? Не здесь, не здесь, здесь! Так, забрали Бига недавно. Значит, Руж могла уехать одним из этих поездов. Их и было-то всего…

– Соник! Какими судьбами? Как ты обратно попал?

– Руж! Ты еще не уехала?

Вместо ответа она сунула ему в руки скомканную записку. «Если вам так интересно знать, что происходит, то приходите к девяти вечера на вокзал. Встречаемся в небольшом баре рядышком. Доброжелатель»

– А где Биг?

– Уехал домой ближайшим поездом. Крим уже дома, если тебе интересно.

– А что с главным изумрудом?

– В целости и сохранности.

– Так ты его украла?

– Почему сразу украла? Украла его не я. Я его честно заработала. Ты-то тут какими судьбами? И где все остальные?

– Тэйлз и Эми нашлись. А вот Наклза и след простыл. Я опасаюсь худшего.

– А Дима?

– Тот еще урод! Несмотря на то, что мне помогает.

– А что с тем лже-Бигом?

– Дима его поймал. Но оказалось, что главный не Котэ.

– Кто?

– Так называется это существо. Дело в том, что этот Котэ исполнитель, а у меня менее суток, чтобы найти заказчика.

– Хм, все интереснее и интереснее. Как насчет рандеву с доброжелателем?

– Заметано. Тот бар? – Соник ткнул пальцем в ближайшее заведение.

– Скорее всего. Других здесь нет.

– И что будем делать? Ждать?

– Да, я бы подождала. Уже не так долго осталось.

«Наверное, бездействовать для меня тяжелее всего» – подумал Соник, допивая третью чашку чая.

– Нервничаешь, красавчик?

– Нервничаю. Уже 8:58. Ей богу, это же не свидание! Зачем опаздывать?

– Чтобы ты еще что-нибудь в этом понимал. – Грустно вздохнула Руж.

Вообще Сонику не нравилось, что ему приходится работать с Руж. Не выглядела она как существо, заслуживающее доверия. А если вандал ей уже предложил изумруды хаоса? В добавку к коллекции, так сказать. Что ж, даже если это ловушка, то она в любом случае приведет к вандалу. А уж не сама ли Руж этим занимается? Только зачем ей это? Если ей нужны драгоценности, то есть способы и попроще. Нет, навряд ли она вандал.

– Кажется, кто-то зашел.

– Знаешь, Руж, что-то не тянет он на доброжелателя. – Прошептал Соник.

Зашедший был человеком среднего роста. Возраст у него приблизительно такой же, как и у Роботника. Да и сходство некоторое. Нет, это уже мнительность. Этот человек не худой и не толстый. А Роботник – это центнер с гаком (а гак – это еще центнер). Прическа вообще как у какого-то старичка: немножко седых волос по бокам. Дурацкие очки. И зеленая одежда: рубашка и штаны. Вошедший, судя по всему, был самодовольным типом. Такой вывод Соник и Руж сделали про себя, не сговариваясь.

– Мне говорили, что придет только летучая мышь. Руж, если я не ошибаюсь. – Человек очень сильно нервничал.

– Меня, я так понимаю, никто не ждал.

– Откуда вы здесь вообще взялись? Хотя, неважно. Разберемся позже. Мой заказчик сказал, что можно принять всех… э-э… значимых лиц.

– А вы кто, собственно будете? – Поинтересовалась Руж.

– Можете звать меня мистер Гаррисон.

– Мистер Гаррисон. Вы обещали рассказать, что здесь происходит. – Попытался вытянуть из этого Гаррисона информацию Соник.

– Эй! Я ничего ни кому не обещал. Меня сюда отправили, чтобы встретить Руж. Тебя здесь вообще не должно быть! – Похоже, «доброжелатель» терял терпение.

– Вы лучше расскажите мне, кто вас сюда прислал. – Злобно заявил Соник.

– Я не знаю! Мой заказчик предпочел остаться инкогнито.

– Что за заказ, мистер Гаррисон? – Еж буквально буравил его сердитым взглядом.

– Помогать ему.

– В разрушении моей вселенной?! – Закричал Соник.

– Эй! Полегче!

– Какое там полегче?! Ты зачем помогаешь этому вандалу разрушать мою вселенную?! Что он тебе пообещал.

– Вернуть друга! Я на все ради этого пойду! Уж ты-то в таких вещах должен лучше меня разбираться. Ты же у нас герой. А я так, циничная скотина.

Похоже, мистер Гаррисон не врал. Руж помахала рукой между мужчинами, от которых шел пар.

– Чем ссориться, лучше расскажите нам, чего этот вандал хочет добиться своими действиями.

– Без понятия. Абсолютно. Но почему-то хотел, чтобы вы все вернулись обратно. Всех, кто покинул родную вселенную. А еще, он сказал, что завершит кое-какие приготовления и встретит нас завтра. Всех. Меня, Котэ, вас. Кто бы это ни был, он раскроет все карты. А пока нам лучше переночевать где-нибудь. Предлагаю ближайшую гостиницу.

Соник задумался. Он хотел задать еще один вопрос, но колебался. И только когда они уже выходили из бара спросил у этого мистера Гаррисона:

– Насчет друга… Это же, правда? Ты не соврал.

– Да. И только попробуй мне помешать! Я уже и так многим пожертвовал.

Глава 81 – «Встреча, которая все прояснит»

Проснулся Соник рано. Не сказать, чтобы очень рано (ибо вымотался бедный еж за последнее время), но гораздо раньше, чем стоило бы. Его можно понять. Ведь времени у него уже было немного. А точнее около часов десяти. Заночевали они в гостинице «Радость туриста». Название так себе, как и сама гостиница. Но это все ерунда по сравнению с тем, что ему сегодня предстояло. Ведь сегодня он должен, наконец, узнать, что происходит. Поэтому Соник сразу же разбудил мистера Гаррисона. Они сняли один номер на двоих. Эх, знал бы Соник больше о прошлом своего соседа, он бы ни за что не допустил такой глупости. Но он ничего не знал, к его же счастью.

– Ты с ума сошел. Отстань, от меня чертов еж! – Таков был ответ мистера Гаррисона на пробуждение. – Хватит меня тормошить. Если ты меня домогаешься, то это надо было делать ночью.

– Чего?! Вы меня ни с кем не путаете? Да вы сами с ума сошли! Вы же говорили, что сегодня будет встреча!

– Ну не в такую же рань!

– Вы, кстати, не сказали когда!

– Когда нас позовут, тогда и будет. Я сам немного об этом парне знаю. Так что угомонись!

– Раз уж вы проснулись, может, расскажете тогда, что знаете о нем?

– Ладно! Расскажу. Некто неизвестный пообещал вернуть мне друга. Где-то около полугода назад он связался со мной впервые. Сразу предупредил, что я ему понадоблюсь в течение полугода. Маскировался очень лихо. Я даже приблизительно не мог отследить канал мыслерации.

– И вы поверили этому неизвестному? А что случилось с вашим другом?

– Сначала мы поругались, а потом он пропал.

– Жалеете, что не помирились?

– Мы, по-моему, не об том говорили. – В голосе Гаррисона появились злобые нотки.

– Извините.

– Так, марш отсюда! Дай мне спокойно поспать.

Нет! Надо начинать искать самостоятельно. Только не уходить далеко. Может быть, этот неведомый «доброжелатель» здесь? В городе? Соник пожалел, что знает так мало. И потом можно ли доверять этому мистеру Гаррисону? Тоже вопрос без ответа.

– Эй! Хорош расхаживать из угла в угол! Лучше сам досыпай. Как только пойдем на встречу я тебя сразу же разбужу. Да не бойся ты! Я сам не меньше твоего хочу узнать, на кого я работал.

– А что ты делал?

– Снабжал его информацией.

– Ты из GUN?

– Дай поспать! Надоел уже.

Самое смешное, что мистеру Гаррисону пришлось будить Соника.

– Уже?

– Да! Уже. Идем!

– Ты же сам говорил, что рано?

– Хрена себе рано! Ты шесть часов отдрых с тех пор, как меня разбудил!

– Сколько?

– Столько!

– Где встреча?

– Здесь.

Соник покрутил головой по сторонам, но никого в комнате не наблюдалось, кроме этого подозрительного человека.

– Тогда надо Руж позвать. – Заметил еж.

– А я уже здесь. Смотрите, кто со мной пришел.

Следом за Руж в комнате вошел кто-то совсем невысокий. Сначала Соник не поверил своим глазам.

– Это не ты! Это не можешь быть ты! Кто угодно, но только не ты!

– Соник, о чем ты? Меня похитили и притащил сюда этот шизанутый кот. – Ответил ему Тэйлз.

А следом в комнату вбежал рыжий кот. А потом заговорил тем самым, всем знакомым, ехидным голосом:

– Зачем ругаешься? Какой я тебе шизанутый кот? Может быть, я в глубине души длинный шмель? Или светлячок. Ха! Игластый! Ты чего такой напряженный? Хочешь меня ударить? Лучше не надо. Предлагаю успокоиться. Нам есть о чем поговорить.

– Например, о том, где тот, на кого ты работаешь!

– Кривоватая фраза. – Ухмыльнулся Котэ. – Наш заказчик весь в делах. Ведь до прихода этого нелегала он действовал только я, чтобы он, в случае проверки, оказался чистеньким. А теперь, когда он заблокировался по самое не могу, и во вселенную не пролезть… В общем, заказчик очень сильно увлекся наверстыванием упущенного. Очень сильно. Просил еще минут десять-пятнадцать. Но что поделаешь. Некоторые комбинации творческой энергии непросто создать. Там действительно важно, чтобы тебя не отрывали. Так что вполне простительно. Но мне поступило указание посвятить вас во все. Так что задавайте вопросы. Только по одному.

Тэйлз немного замялся, но все же спросил:

– Зачем тебе все это? Что тебе пообещал заказчик? Что тебе нужно? Каким бы психом ты ни был, должна же быть причина.

– Интерес. Спортивный интерес. Знал бы ты, каково было мое состояние, когда я впервые увидел эти схемы, эти комбинации! Это было нечто уникальнейшее. Оно лихо замаскировано, и опутывает почти всю вселенную. Это жесть. А ведь если бы я случайно не перехватил творческий поток из его вселенной… Около десяти месяцев назад он баловался комбинацией Городецкого. Эта такая штука, что музыку под настроение подбирает. Видно, неудачно воспользовался. Решил стереть следы пользования модулем, и, образно говоря, выкинул их в первую попавшуюся вселенную. «Оставьте меня я живой, с вами говорит телевизор» – древнейший русский рок. И это пришло из вселенной, напрямую связанной с японскими игрульками! Я не мог не заинтересоваться. Естественно, начал изучать это явление. Оказалось, что кто-то готовит в вашей вселенной что-то сверхмасштабное. А куратор ничего не подозревает.

– Кто такой куратор? – Перебил Соник Котэ.

– Тот, кто считает себя ангелом-хранителем вашей вселенной. Дай мне дорассказать. Так вот, на чем я остановился? На кураторе и том, что там готовилось. Поизучав, я связался с этим парнем. Аккуратно, даже инкогнито его не раскрыл. Чтобы не напугать очень сильно. Предложил помощь. А последние месяца полтора я и только я работал над «надсетью причин». Так я называю эту странную систему.

– Ты так и не ответил на мой вопрос. Что он тебе пообещал? – Спросил Тэйлз.

– Рассказать что к чему. Большего мне и не требуется.

– Так ты десять месяцев вкалывал ни за что?

– Для тебя это ничто, мистер Гаррисон. А для меня – это возможность принять участие в чем-то действительно интересном. Подождите… Я опять это чувствую… Опять музыка. Под нее хорошо работать. Он и не замечает даже, что потоки энергии вышли наружу, и мы теперь все можем услышать тоже, что и он. Ну же, ребята! Хоть что-то о нем узнаете… По любимой музыке о существе можно многое понять. Кстати, если возникнет ощущение, что поют не на вашем языке, значит, так оно и есть. Я просто сделаю так, чтобы вы все поняли.

«Работает переводящая комбинация»

Зазвучала где-то мелодия. Это был рок, но какой-то странный, холодный, как лед. Звук странный, похоже на синтезаторы. Странный и холодный, почти мертвый. И песня такая же.

– Опять та же группа. «Телевизор». – Ухмыльнулся КотЭ.

А музыка как-то странно завораживала. Притягивала, вызывала в воображении одинокую фигуру, стоящую посреди метели, посреди холода. Котэ (теперь это был черный, как смоль, кот) сидел как-то странно, посмеиваясь, но вместе с тем и размышляя над чем-то серьезным. Соник просто сидел, нахмурившись, пытаясь представить, что может двигать этим вандалом, и почему именно эта музыка. Песня была холодной, если можно так сказать о песне.

– А ведь комбинация Городецкого подбирает музыку не просто под настроение, а почти полностью совпадающую с твоими мыслями и чувствами. Можете представить, с кем имеем дело. – Проговорил мистер Гаррисон.

– Знаете что? Мне кажется, что он пойдет до конца и терять ему нечего, кем бы он ни был. Кто может знать, какие грани отчаяния ему знакомы? – Слегка встревожено подытожила Руж.

– А ты можешь предположить, кто это? – Заинтересовался мистер Гаррисон.

– Могу, но не хочу. Скоро и так все прояснится.

Внезапно в дверь постучали. КотЭ спрыгнул с кровати и открыл, превратившись в Тома из мультика «Том и Джерри».

– Прошу извинить, что заставил вас ждать. Нам всем нужно поговорить.

За дверью стоял Шэдоу.

– А, так вот как выглядит мой заказчик. – Прошипел Котэ.

– Шэдоу? Это ты все это начал? – Спросил Соник.

– Да, это я все начал. И скоро все должно уже закончиться. Вы ведь хотите узнать, что здесь происходит?

– Да, хотим. И что же ты нам расскажешь? – Надменно сказал мистер Гаррисон.

– Правду.

Глава 82 – «Материалы собеседования: Шэдоу»

Николо Ваваропи обдумывал досье последнего претендента. По характеру самое оно, но вот биография вызывала сомнения. Создан в результате жутких экспериментов, секретный проект, сверхспособности и прочее бла-бла-бла. Гораздо интереснее были личностные аспекты. Претендент детство и большую часть юности провел на орбитальной базе. Из друзей была только маленькая девочка – Мария. Все остальные – персонал, который сторонится неведомого эксперимента. А ученый, который провел эксперимент, был слишком умен. Настолько умен, что правительство испугалось и свернуло все проекты. Очень грубо свернуло. В результате свертывания был перебит почти весь персонал. И эта маленькая девочка, которая запихнула черного ежа в какую-то капсулу перед самой смертью. Ее убили вместе со всеми, а капсула упала на землю. Еж провел в анабиозе пятьдесят лет, был лишен памяти. Но он вспомнил, что случилось с единственным другом. И так случилось, что он оказался на той же станции спустя пятьдесят лет. А станция была запрограммирована тем самым ученым на уничтожение земли (месть из могилы, практически). На той станции (кажется, она «Арк» называлась) тогда собрались почти все основные персонажи данной вселенной. Все суетились, чтобы предотвратить катастрофу. А Шэдоу было все равно. Абсолютно. Но внезапно (лихой сюжетный поворот) он вспомнил, что Мария завещала ему помогать людям. И он фактически пожертвовал собой, чтобы остановить станцию. По идее, черный еж должен был умереть. Но не тут-то было. Еще один лихой сюжетный ход, и Шэдоу вновь в строю по просьбам трудящихся. С полной амнезией.

Старший куратор колебался. Парень станет неплохим куратором. Но есть нюанс… Такие ребята обычно очень болезненно воспринимают раскрытие тайны персонажа. Очень болезненно. Ведь когда узнаешь, что ты персонаж, допустим, видеоигры, невольно может возникнуть вопрос: «а на хрена все эти душевные муки, которые я пережил?». Хуже всего то, что и ответа толкового на такие вопросы нет. Каждый находит свой ответ. И иногда (читай почти всегда) именно от этого ответа зависит категория тайны персонажа. У Шэдоу категория «B». Что же, вполне обоснованно. Но собеседование провести нужно. Хотя бы для пресловутой галочки. Ибо нет охоты назначать куратором Эми Роуз. Хоть Николо Ваваропи и симпатизировал ей.

– Здраствуйте, это вы Шэдоу?

– Да. Откуда вы знаете мое имя?! Что вам от меня нужно?! – Переполошился черный еж.

– Поговорить. Я знаю, что вы агент GUN, но мне все равно. Разговор будет совсем не о том.

– Кто вы?

– Николо Ваваропи. Не напрягайтесь, это вам ни о чем не скажет.

– Знаете, агенты GUN становятся очень нервными, когда к ним подходят вот так вот на улице.

– К вам я подошелне как к агенту, а как к Шэдоу.

– Да ну, и чем я же заинтересовал вас, как Шэдоу?

Ваваропи серьезно задумался. Надо было как-то начинать это чертово собеседование. Нельзя сразу же без предварительной подготовки раскрывать тайну персонажа и тыкать доказательствами. Похоже, будет немало проблем.

– Ваша… нейтральность. В этой вселенной есть герой – Соник, и есть его полная противоположность – доктор Роботник. Вы же не склоняетесь ни к тому, ни к тому.

– И что с того?

– Нам нужен кто-то, кто будет регулировать их конфликты. Вы один из возможных кандидатов.

– Третейский судья?

– Не совсем. Должность называется «куратор».

– Куратор чего?

– Вселенной.

– Что ж, возможно у меня выйдет. Вы сказали, что я не единственный кандидат. Есть и другие претенденты?

– Есть. Но прежде чем давать свой ответ, вы должны узнать кое-что о вашей вселенной, о том, на чем она основывается. Очень прошу воспринять всерьез и отреагировать адекватно.

– В смысле?

– Не крутите пальцем у виска и не кричите «не может быть». И клеймите меня лжецом сразу же. Я представлю все доказательства. А еще желательно не биться в истерике, не вызывать мне скорую помощь, не бить мне по голове чем-нибудь тяжелым (и вообще не бить по голове), не пытаться меня использовать для основания тоталитарной секты и так далее, и тому подобное. А то всякое случалось в нашей практике.

– Сомневаюсь, что сделаю что-то из того, что вы перечислили. Но и возможности такой не исключаю. Кроме, разве что, основания тоталитарной секты. Будем говорить прямо здесь?

– Нет, пройдемте-ка вон в тот бар.

– Может лучше кафе?

– Нет, мне понадобится телевизор.

– Зачем?

– Я должен вам кое-что показать.

Шэдоу в недоумении смотрел на диск с игрой «Sonic adventure 2».

– Так наша вселенная управляется видеоиграми?

– Да. И вы кандидат в кураторы этой вселенной.

– Здесь изображены я и Соник. Почему я? Ведь главный герой вселенной Соник. Или я что-то неправильно понял?

– Может быть, это вас неприятно удивит, но вы тоже являетесь персонажем.

– Я? Постойте-ка…

Черный еж бегло прочитал текст на обратной стороне обложки. То место, где обычно рассказывают об особенностях игры, о сюжетной завязке. Сюжет… Черт! Что-то он слишком внимательно это место изучает. Ваваропи интуитивно почувствовал, что собеседование пошло к черту.

– Можно включить последний уровень этой игры?

А претендент умен. Вообще-то по всем канонам манипуляторского искусства (изучалось каждым куратором) надо было спросить у него, почему именно последний уровень, увильнуть, свернуть разговор на другую игру, представить другие доказательства, но старший куратор почувствовал, что это будет бесполезно. Здесь не отвертишься. Поэтому он сразу сказал:

– Ладно, я загружу вам последний уровень.

Вот и оно. Та самая битва около орбитальной станции «Арк». Соник и Шэдоу вдвоем останавливают ее, по сюжету Шэдоу падает на землю, лишившись всей своей энергии. И погибает. Но «Sega» вернула персонажа из мертвых из-за его популярности. А персонаж сейчас об этом узнает.

– Теперь вы мне верите?

Еж не ответил. Следующие пять минут прошли в молчании. Если не считать звуков, издаваемых телевизором и приводом «Sega Dreamcast». Вот он – последний ролик в игре. Шэдоу уже пожертвовал собой. Самый трогательный момент: Соник смотрит на космос, ставший могилой для темного ежа, и произносит: «Сайонара, еж Шэдоу». А теперь этот самый Шэдоу видит это все, как красивый сюжетный ход, не более того. Завещание самого лучшего, единственного друга – «помогай людям». Завещание самого лучшего, единственного друга – часть красивой сказки, игры. Завещание самого лучшего, единственного друга – нужно было лишь для того, что нынешний кандидат в кураторы погиб смертью героя. Так же, как и лучший, единственный друг. Поэтому он спрашивает:

– Почему я жив? Я же должен был умереть там. Почему я не умер?

Дожидаться, пока он ответит нельзя. Надо отвечать самому.

– В первоисточнике все указано только в общих чертах. Технические детали уже достраивались твоей вселенной.

– Я не о технических деталях. И вы меня прекрасно поняли.

Теперь сеньор Ваваропи окончательно осознал чудовищную ошибку составителя досье. В досье стояла категория тайны персонажа B – «Разглашать только в экстренных случаях». И совет кураторов счел нужным (второй раз за всю историю организации) провести собеседование с персонажем, имеющим данную категорию. Но теперь-то видно, что Шэдоу никак не может иметь даже категорию B. Это явно A – «Не разглашать ни при каких обстоятельствах».

– Так вы ответите на мой вопрос?

Нельзя дожидаться, пока он додумает свой ответ, нужно ответить самому.

– Студия разработчик приняла решение вернуть тебя в строй.

– Публика. Им не захотелось расставаться с таким персонажем, как я.

– Да, скорее всего. Это как-то повлияет на твое решение?

Надо сворачивать собеседование. Уже и так все понятно. Куратор, составлявший досье, недосмотрел. Или нарочно допустил ошибку, а люди составлявшие список кандидатов недопроверили. Поэтому в претенденты на должность куратора попало существо, которое за километр нельзя подпускать к тайне персонажа. Все, что теперь осталось сеньору Ваваропи – это закончить по протоколу, после чего подать прошение об изменении категории тайны персонажа с B на A. После чего найти того, кто составил список кандидатов и оторвать ему руки, несмотря на ранги и привилегии. С такими невеселыми мыслями старший куратор игрового отдела спросил:

– Согласны ли вы, Шэдоу, стать куратором этой вселенной?

– Нет!

– Можете ли вы что-нибудь добавить к своему ответу?

– Ваша организация поддерживает обман. Мы все живем в мире, где за нас все решили. Разве это нормально? Неужели нельзя обойтись без этого? – Бывший претендент волновался очень сильно. Он явно не хотел принимать то, что создало его вселенную.

– Увы. Множество вселенных питается творческой энергией, в том числе и ваша. Прощайте. Вы больше никогда не вспомните этот разговор.

Сеньор Ваваропи трижды обработал Шэдоу комбинацией, стирающей память. Это был «Силф» – та самая комбинация, которая позже прославилась своими ошибками. Она бы заработала нормально. Но кто тогда знал, что множественное применение усиливает вероятность ошибки? И не абы какой ошибки, а очень хитрой. Модуль вместо перезаписи определенного блока памяти на пустоту переписывал себя в чужую душу. Так что вдобавок черный еж получил Портативный Модуль Межвселенского Перехода. Страшно представить, на что способно существо, думающее, что вся его жизнь расписана ради потехи публики. Наверное, сеньор Ваваропи сильно испугался бы, если б услышал, как Шэдоу тихонько прошептал после ухода старшего куратора:

– Знаешь, Мария, а я наконец-то понял, почему ты умерла на самом деле.

А через неделю Шэдоу присвоили категорию тайны персонажа A – «не разглашать ни при каких обстоятельствах».

Глава 83 – «Великий обман»

Все собравшиеся в гостинице «Радость туриста» были взволнованы. У каждого были свои мысли, но равнодушных не было.

– Сосредоточьтесь на мне, ни на что не отвлекайтесь. – Проговорил Шэдоу.

– Зачем? – Закричал Соник.

– Я хочу вам кое-что показать.

– Так, если я не ошибаюсь, что-то будет. Но в таких случаях принято говорить «я должен вам кое-что показать». – Заухмылялся Котэ, чувствуя что-то интересное.

– Так говорят когда нужно раскрыть обман, потому что нет другого выхода. Я раскрываю тайну по своей воле, потому что считаю это нужным. Никто не должен быть обманут. Нельзя жить по чужой воле.

– Ты о чем? – Скептически спросила Руж.

– Я? Соберу вместе всех, кто должен знать, и мы все обсудим. Приготовьтесь.

Роботник очень сильно удивился, когда на его мертвой базе буквально из ниоткуда возникли: Шэдоу, какой-то незнакомец в зеленом, Тэйлз, Руж и Соник. Удивился не то слово, у него кровь вскипела при мысли о том, что его злейший враг вновь здесь.

– Откуда?! Почему ты меня преследуешь? Я же сам видел, как ты исчез! Ты исчез! Тебя нет. Я тебя голыми руками задавлю! Не нужны мне никакие роботы! Я убью тебя! Слышишь?

– Господа, успокойтесь. Ваша борьба это всего лишь развлечение для кого-то. Для вас она абсолютно бесполезно. Все эти годы вы дрались ни за что. – Огласил Шэдоу.

– Ты что такое городишь, псих? Как ни за что? Он первым начал превращать животных в роботов. Не я это начал! – Закричал Соник.

– Соник, ты не знаешь, как это началось на самом деле.

– Шэдоу, ты хочешь сказать, что Роботник ни в чем ни виноват? Что он действовал не по своей воле?

– Как и ты. Все заранее было предопределено и расписано.

– Чем?

– Этим!

Шэдоу швырнул Сонику в руки какой-то кусочек пластика. Микросхема в пластиковом корпусе, на которой было наклеено имя Соника.

– Что это?

– Это – игра, это – потеха, это – детская сказочка, это – весь смысл твоей борьбы, это – твоя жизнь.

– Это?

– Да-да. А ты, Тэйлз, полюбуйся на вторую часть игры. У супергероя появился помощник. А вот, господа, третья часть – дебют Наклза. Жаль, его нет здесь. Кстати, Котэ, это на твоей совести. Нам надо будет найти их и вернуть.

– А что сразу я? Мне надо было как-то отвлечь эту компашку. И этот долбанный нелегал едва не взял меня за жабры. – Начал оправдываться КотЭ.

– Постой, Шэдоу. Ты хочешь сказать, что все вокруг – видеоигра? – Удивился Тэйлз, покручивая в руках картридж с игрой «Sonic the hedgehog 2».

– Не все, но многое. – Ответил Шэдоу. – Вот вам все доказательства, можете ознакамливаться сколько хотите.

Из ниоткуда возникло несколько приставок, телевизоров, множество дисков с играми, картриджей, комиксов, игрушек и много чего еще.

– Схема проста: фантазия создала творческую энергию, а она дала силы для рождения вашей вселенной. И теперь вся творческая энергия идет сюда, создавая вас. – Объявил Котэ, улыбаясь и помахивая хвостом.

Все переваривали услышанную информацию: Тэйлз подключал какую-то приставку, Соник рассматривал обложки дисков, Руж с интересом листала комиксы, мистер Гаррисон и КотЭ насмешливо переглядывались, а Роботник сидел тупо уставившись в никуда. После минутного молчания доктор закричал:

– Не верю! Не верю! Вы все это придумали, чтобы победить меня! Мало того, что Руж уничтожила все мои базы, так еще и Шэдоу замыслил хитрый обман. Ничего не выйдет! Ничего не выйдет. Вам меня не победить. Я найду способ все восстановить. И я не клюну на ваш обман.

– Вы же два года проработали куратором этой вселенной. – Заметил мистер Гаррисон.

– Это ложь! Это все ложь! Вам меня не взять. Не взять. Ха-ха-ха, я не поверил вам! Ваш план по моему обману не сработал! Не сработал!

Роботник куда-то убежал, дико хохоча, а все остальные обернулись в сторону Шэдоу.

– Вам никогда не найти мой секретный лифт, ничтожества! – Это было последнее, что все остальные от него услышали.

– Шэдоу, а что значит слова о том, что Роботник два года проработал куратором? – Спросил Соник.

– Да как тебе сказать. Дело в том, что когда-то давным-давно появился «Совет кураторов». Его создали для того, чтобы найти не придуманную вселенную. А чтобы никто не мешал искать в каждой вселенной, которая пошла от игры, от фильма, от книги, от комикса оставляли того, кто следит, чтобы все шло, не отклоняясь от плана. Чтобы все было как в игре, в фильме, в книге, в комиксе. Они управляли всем, что не уточнял первоисточник. Все, что было нужно для поисков. Самое смешное: не придуманную вселенную нашли, а вот кураторы все еще сидят в своих вселенных, управляют.

– Ты хочешь сказать, что Роботник был куратором?

– Был. Но воспользовался служебным положением для захвата вселенной, после чего ему стерли память. А что тебя так удивляет? Плохой, хороший… Главное – соблюдение великого плана, который непонятно в чем заключается.

– Стоп! Шэдоу, что ты делаешь? И зачем? – Прервала разговор Руж.

– Долгая история. Но рассказать надо.

Глава 84 – «Клятва»

Шэдоу вспомнил то, что случилось с ним в июне 2006 года. Чертово собеседование, которое он должен был забыть. И почему-то не забыл. Подарок судьбы? Может, проклятие? Кто его знает. Тогда он об этом не задумывался. Может, стоило? Может быть, но он был занят модулем, архивом, который называется глоссарий. Сразу стало понятно: нужно сохранить свою тайну любой ценой. Надо научиться притворяться, что ничего не знаешь, что доверчиво смотришь на ширму, за которое скрывается настоящее устройство мира. Надо. Одно это слово сделало из Шэдоу мастера маскировки. Он изучил множество маскирующих комбинаций, мог, не напрягаясь, назвать от каких проверяющих комбинаций лучше всего защищает его маскировка, как ее видоизменить. Прятки и изучение модуля не прошли даром. Только благодаря этому удалось пережить тотальную проверку, после того, как обнаружился брак в комбинации «Силф» спустя три месяца.

Июнь 2006 года. Странно текло в их вселенной время. Очень странно. Годы шли, а обитатели вселенной не менялись и не осознавали хода времени, не задумывались о нем. Шэдоу был уверен, что не задумался бы о времени, если бы ему не раскрыли тайну персонажа. Июнь 1991 года или июнь 2006 года – для этой вселенной разницы и не было. Соник и Эгман играют в догонялки, остальные для массовки что-то делают. Все, что есть в этой вселенной – игра. Глупая игра, которая непонятно когда кончится. Почему уже столько лет никто не меняется? И почему столько лет никто этого не замечает?

После проверки Шэдоу долго не мог успокоиться. На первый взгляд это и не было похоже на проверку. Шэдоу бы и не понял, что его проверяют, если бы не узнал в толпе сеньора Ваваропи. Старший куратор нацепил кепку, чтобы скрыть свою лысину и оделся, как нищий. Но он не учел, что Шэдоу агент GUN, а значит, кое-что понимает в разведке. Проверяли усердно, маскировка чуть спасла.

Совет кураторов – эта организация, которая возвела обман в культ. Все обман. Надо что-то с этим делать.

Комбинация Городецкого, запущенная на пробу, выдала эту группу – «Телевизор». Он и не обратил бы внимания на музыку, если бы не слова:

Софизмы и афоризмы,

Маразмы так заразны!

Я стал уставать от жизни.

Спасибо тебе – мой разум.

С этими ты или с теми,

Гласный или согласный,

Куда ни плюнь системы,

И ты уже как-то назван!

Моя голова как выстрел.

Бродят по коридору

Свои и чужие мысли,

И спорят! Спорят! Спорят!

И с запада, и с востока

Отовсюду, текут рекою.

Но моя голова не помойка.

Оставьте меня в покое!

Отечество иллюзий!

Постой!

Что внутри, что снаружи -

Чем дальше, тем хуже!

Отечество иллюзий.

– Интересно. «Отечество иллюзий». Похоже на то. – Прошептал Шэдоу.

Мысли пришли в какое-то подобие порядка. Вообще странная эта штука – комбинация Городецкого. Названа она в честь одного персонажа, светлого волшебника у которого был дар. Дар заключался в том, что если Городецкий включал на своем плеере опцию «случайный порядок», то устройство выдавало ему песню под настроение, именно ту, что нужна тебе сейчас. И оно действительно сработало.

А только все говорят о разном,

Нацисты и пацифисты.

Черный ты или красный

Попробуй остаться чистым.

Бейся о водопады,

Ройся в чужих отходах.

Ты давно уже найден,

Ты давно уже продан…

Отечеству иллюзий!

Постой!

Что внутри, что снаружи -

Чем дальше, тем хуже!

Отечество иллюзий.

Черт! Нельзя дальше жить по играм. Нельзя. Но связь вселенной с играми заложена в сети причин. Как разорвать эту связь? Существует ли вообще способ это сделать? А стоит ли это делать? Может, лучше сдаться? И закончатся все проблемы. Добровольно обречь себя на ложь? Тоже не выход. Судьба неспроста сделала такой подарок. И его нужно использовать. Никуда не денешься, если жребий пал на тебя. Песня закончилась, а слова «отечество иллюзий» еще крутились в голове. Именно в тот момент Шэдоу принял решение:

– Что ж, да будет так. Клянусь, я сделаю тебя настоящим.

И Шэдоу начал искать путь для воплощения своей клятвы. Вскоре выяснилось, что сделать это не так-то просто. Первым делом пришлось отказаться от идеи раскрыть остальным тайну персонажа. Спрятать всех не удастся, да и к тому же путь к исполнению клятвы был как в тумане. В очень сильном тумане. Нет, вместе они бы и быстрее нашли решение, но стали бы остальные искать его? За следующие полтора года Шэдоу перепробовал все, что только возможно для разрыва связи своей вселенной с этими глупыми играми. Не было никаких колебаний, даже малейших намеков на нарушение уставновленного порядка. Вскоре Шэдоу осознал, что придется переходить к радикальным методам. Иначе никак. И темный еж начал изучать теорию течения творческой энергии. Тяжело было раздобыть нужную информацию, но у него кое-как получалось. Приходилось даже маскироваться под сотрудника Совета Кураторов, и направляться прямо в «улей» (тогда штаб совета назывался именно так), чтобы добыть нужные пособия. Сотрудников было столько, что никому и в голову ни приходило усомниться, что некий…

Глава 85 – «Окончательный расчет с наемниками»

– Постой, постой! – Заорал КотЭ, прерывая рассказ. – Мы поняли, на кой хрен ты это все затеял. Мы поняли, что ты очень много заучивал, чтобы воплотить в жизнь твой мегахитрый план. Не поленился даже пролезть в библиотеку СК. Так, дорогой мой мутант-дикобраз, давай ближе к телу. Колись, что творили мы тут с тобой. А то я все по твоим чертежам отдельные детальки делаю, а общей картины уяснить не могу. Точнее могу уяснить, а вот верится с трудом. Ей-богу, не настолько же у тебя крыша поехала. Надеюсь, по крайней мере.

– Тебя не учили никаким манерам? – Спросил Шэдоу.

– Учили. Но боюсь тебе не понравиться то, чему меня учили.

– А чему же тебя учили? – Это отозвался Тэйлз, в его голосе явно сквозили язвительные нотки.

– Жепь ебрило, лисичко, УГ отакуе, голактеко в опасносте. – проговорил Котэ, вогнав в ступор всех присутствующих.

– Ты – псих! – Прошептала Руж.

– Жывтоне, чо-чо, упячка! Я – воен. А этот диагноз намного страшнее. Ну же, Шэдоу. Ты надсеть причин уже два года строишь. Я десять месяцев мастерил твою хитрую надстройку к сети причин, даже не пытаясь раскрыть твое инкогнито. Именно я завербовал мистера Гаррисона полгода назад, чтобы он снабжал нас информацией о том бардаке, что творится сейчас в Совете Кураторов.

– Так это ты? Ты – эта двуличная тварь? – Закричал Гаррисон.

– И заказчик. Он додумался, чем тебя соблазнить. И теперь, Шэдоу я требую, чтобы ты наконец-то предоставил мне награду, которая мне назначена. Я ее заслужил?

– Заслужил. – Коротко ответил Шэдоу. – Я расскажу тебе, для чего я строю систему, как ты выразился, «пришествия жирного полярного лиса».

– Чего? – Спросили все хором.

– А того, что эта непонятная конструкция уничтожит к чертям собачьим сеть причин и вашу вселенную заодно. Другого применения «надсети причин» я не вижу.

– Не уничтожит полностью, а расколет на части. – Возразил Шэдоу.

– Сжечь заживо, или разрубить на части. Какая нахрен разница, если результат един?

В зале повисла нехорошая тишина. Все переваривали услышанное, только Котэ улыбался и помахивал хвостом. Многим из присутствующих не верилось, что все затевалось ради уничтожения вселенной. Ну не мог Шэдоу сотворить такое.

– Не совсем и един. Кто-нибудь пробовал рассчитать, что произойдет с этими частями? – Спросил Шэдоу.

– Нет, естественно! Никто из ученых Совета не станет маяться такой дурью! – Закричал Гаррисон.

– То, что для них было дурью для меня стало жизненной необходимостью. И я очень серьезно занялся этим вопросом.

– Та-а-ак. Интересно. Могу предположить, что эти куски прилепятся к другим вселенным. – Заявил Котэ, растянувшись на железном полу белоснежным котом (а минуту назад он был пятнисто-дворового окраса).

– Если эти куски будут достаточно велики, то не прилепятся. И при правильном расположении раскалывающих комбинаций и потоков энергии…

– Что ты, собираешься сотворить с нашей вселенной? – Прямо спросил Соник, не выдержав этой всеобщей недосказанности.

– Я, кажется, понял. Он собирается расколоть нашу вселенную на части так, чтобы она собралась обратно, но уже несвязанная с играми, мультфильмами и комиксами. – Спокойно сказал Тэйлз. – Я прав?

– Да, ты прав. Именно это я и собираюсь сделать. Ну что, Котэ, ты получил свою награду?

– А может, лучше о моей награде поговорим? – Заявил мистер Гаррисон. – С тех пор, как вы заблокировали вселенную, мне больше нет необходимости снабжать вас информацией о проверках из Совета Кураторов. Я жду полгода и теперь, когда вы уже раскрыли все карты, я имею право получить свою награду. Не так ли? Вы обещали мне найти моего друга, которого отправили в запасник вселенной. Мне абсолютно все равно, что вы здесь творите. Верните мне моего друга! Верните мне мистера Шляпу!!!

Никому ничего это имя не сказало. Только Шэдоу и Котэ знали, что за драма стояла за этими словами. Часть этой драмы была известна тем, кто смотрел «South park». До шестого сезона кукла по имени мистер Шляпа была единственным другом мистера Гаррисона. По сюжету мультсериала он был помощником учителя, куклой одеваемой на руку. И был бы дальше, если бы мистер Гаррисон не решил, что дети переросли мистера Шляпу, и что он больше не будет ему помогать. Точнее так решили создатели сериала. А тайна персонажа Гаррисону уже была известна. Нет, он бы мог добыть из загашников вселенной своего друга, но ему немедленно бы восстановили тайну персонажа. Поэтому он искал аккуратно. Вскоре стало ясно, что мистер Шляпа пропал из этой вселенной окончательно. Годы шли, а поиски не привели к успеху. Тем временем учитель начальной школы Саус Парка успел сделать карьеру в Совете Кураторов и стать координатором. Представьте себе его волнение, когда с ним связались неизвестные и пообещали найти мистера Шляпу в обмен на помощь. Координатора посетили сомнения и не раз, но после восьми лет поиска он был готов на все, чтобы найти мистера Шляпу. И поэтому он полгода работал на неизвестное ему существо, до последнего надеясь, что оно сдержит свое обещание. И вот момент настал!

– Да вот твой мистер Шляпа! – Сказал Котэ.

И правда, тут же из ниоткуда материализовалась кукла. У этой куклы была фиолетовая рубашка, каштановая, густая борода, того же цвета усы, высоченная красно-белая шляпа и глаза налепленные поверх этой шляпы. Лежащая на полу кукла выглядела глупо, и это явно не устраивало мистера Гаррисона.

– Не верю! У меня дома лежит точно такая же кукла, которую я сотни раз одевал на руку, чтобы еще раз убедиться, что моего друга нет рядом! Откуда вы его добыли?

– Из твоей родной вселенной стерли все следы. Но я живу во вселенной связанной с интернет-фольклором. Точнее в рунетовской части этой вселенной. Дело в том, что South park довольно таки меметичен. То есть запомнился он, и отметился в фольклоре интернета. Это и дало мне возможность выйти на след твоего друга и восстановить его из небытия.

– Мне нужны доказательства. Пусть его оденет на руку кто-нибудь незаинтересованный.

– Это можно устроить. Лис, ты ведь у нас самый незаинтересованный. Одень эту куклу. – Ухмыльнулся манул (теперь это было манулом).

– Это же глупо! И не называй меня лисом больше. – Злобно ответил Тэйлз.

– Одень чертову куклу, мутант!!! – Заорал Гаррисон. – Немедленно! Я должен быть уверен, что это не очередной самообман.

Тэйлз посмотрел ему в глаза, и понял, что лучше выполнить его требование. «Глупо спорить с сумасшедшим» – подумал Тэйлз, – «и ничего со мной не случится, даже если я эту дурацкую куклу одену, ничегошеньки». Глядя презрительно на этих психов (а он теперь был уверен, что эта троица спятила), лисенок одел себе куклу на левую руку. И меньше всего он ожидал того, что произойдет с ним сейчас. Тэйлз даже закричал бы от удивления, но вместо этого неведомая сила заставил его сказать чужим голосом:

– Где я? Мистер Гаррисон, что это за мутант? Мефесто сменил профиль и переключился с задниц на хвосты?

– Мистер Шляпа, ты?!!

– Конечно я. А ты кого ждал, Энрике Иглесиаса?

Больше этот пожилой человек ничего не слушал. Он сорвал мистера Шляпу с руки Тэйлза, и нахлобучил на свою руку.

– Чтоб тебя, ты все-таки вернулся! Спустя все эти годы!

– Годы?! – Удивился мистер Шляпа. – Братва, какой сейчас год?

– 2010. – Подсказал КотЭ. – Кстати, ребята, я вам даже план побега от ищеек совета разработал. Скоро юбилейная, двухсотая серия выходит. Легкое влияние на создателей мультика и мистер Шляпа вновь в кадре. Пока кто-то что-то заподозрит, вы, оставив фальшивки, дернете оттуда, не напрягаясь. Потом бегите куда хотите. Вот и весь сказ. Я вам даже портал для ухода приготовил. Все, что надо, это запустить комбинацию, которую я тебе уже загрузил.

– Да что тут творится? – Прокричала кукла через учителя.

– Я тебе позже объясню. Спасибо вам, кот и еж! Прощайте. – С этими словами мистер Гаррисон исчез, как будто его никогда здесь и не было.

– Кстати, ежунь. Я продолжу тебе помогать, ибо одному в срок тебе явно не управиться. В оплату мне нужно только одно.

– И что же тебе нужно, Котэ?

– Не обосрись в последний момент.

– Договорились.

Договор тут же был скреплен рукопожатием.

Глава 86 – «Я должен попытаться»

– Теперь вы знаете все. И нужно решить, на чьей вы стороне. – Подвел итоги Шэдоу.

Все оставшиеся задумались. Кроме Котэ. Казалось, ничто не могло стереть нахальную ухмылку с его лица. Только когда он был манулом, эта улыбка была почти незаметна. Почти…

– Ну что призадумались? Да, у меня тоже легкий разрыв шаблона, но тупо молчать это не выход. Давайте что-нибудь решать, а? – Огласил черно-белый кот.

Прошло еще некоторое время, и Руж решилась еще раз нарушить тревожное молчание:

– Прошу меня извинить, но чем плохо то, что есть? Чем плоха эта ситуация с играми? Что молчите, мальчики? Я глупый вопрос задала?

– Нет. Дело в том, что… – Начал Шэдоу.

– Дело в том, что у вас нет будущего. Ладно, еще жизнь во вселенной комиксов. Кстати, они образовали альтернативный вариант вашей вселенной. И во вселенной комиксов, как правило, есть хоть какие-то движения, перемещения. А вы навсегда замерли в вашем теперешнем состоянии. – Перебил Котэ.

– Может, я объясню?

– Может и объяснишь, но я боюсь, что ты сорвешься на воспоминания о безвременно усопшей Марии и не раскроешь всей картины.

– Ладно, говори ты. – Злобно ответил Шэдоу. – У тебя неплохо получается.

Котэ сделал вид, что не заметил злости в голосе темного ежа и на полном серьезе продолжил:

– Рассмотрим стандартную для вашей вселенной ситуацию: один хитрый усатый дядька опять замыслил хитрый план по порабощению всех и вся. И нашелся все-таки один герой (не буду показывать пальцем), который спас мир от злодея. Все спасены, все счастливы, все хорошо. Но есть один нюанс, о котором никто из вас почему-то не задумался: какого хрена это повторяется из раза в раз? Почему лечат симптомы, а не болезнь? Я понимаю, что совесть не допускает радикального решения проблемы, и раскроить черепушку гаду никто из присутствующих не отважится. Но ведь никто не мешает изловить и упаковать в дурдом до самой его смерти. Почему так и не сделать?

– Я пытаюсь! – Ответил Соник.

– Старика не можешь догнать? Да брось, старый пень должен быть очень везучим, чтобы раз за разом удирать от тебя. Ты же у нас мегареактивный. Ну чего загрустил? Разве вру? Нет. А объяснение проще некуда. Хлеба и зрелищ. Ты – часть системы отвечающей за зрелища. Да вам грех обижаться, ребят. Вы же не абы-что продавали, а весьма неплохую приставку. А ведь вас могли придумать для рекламы туалетной бумаги, например.

– А ты для чего придуман? – Закричал Тэйлз.

– Я придуман, как талисман полухулиганского движения малолетних идиотов. Хм, а сеть причин еще держится неплохо. Я так и не сказал то, что думал. Ах да, кто все еще имеет глупость мечтать о нормальной личной жизни, о семье, о детях? Так вот: забудьте, это неинтересно. Детишкам гораздо интереснее наблюдать, как вы за Роботником гоняетесь. Шэдоу, не злись, что так нагло тебя задвинул, но мне надо было пару мыслей высказать. Если тебе есть что добавить, валяй, друг мой колючий.

– Сюда и добавить-то нечего. Он прав. От себя могу добавить, что если у меня не получится, то вы и не вспомните, того, что я вам рассказал. Вам вытрут память начисто.

– Ты хочешь сделать так, чтобы наша вселенная раскололась на части, которые потом сами соберутся в новую вселенную. Шэдоу, а тебе не кажется этот метод слишком экстремальным? – Спросил Соник.

– Предлагаешь другой вариант?

– Мне нужно найти того, кто меня придумал. Того, кто заварил всю эту кашу.

– Этого человека зовут Юджи Нака. Но он тебе ничем не поможет.

– Почему? Я должен его найти. Найти другой вариант. То, что ты предлагаешь, это не выход! Нельзя вот так вот! А если не сработает? Если вселенная обратно не соберется? Ты не имеешь права так рисковать.

– Я, может быть, и не имею. Но кто-то должен рискнуть и освободить нас от иллюзий.

– Отправь меня к этому человеку!

– Зачем? Хрен же поможет. – Искренне удивился Котэ.

– Я должен попытаться! Должен!!! Я не могу стоять и смотреть, как творится это безумие! Я должен что-нибудь сделать.

– Что ж, попытайся, если хочешь. Может быть, тебе и полегчает. – Задумчиво ответил Шэдоу. – Я доставлю тебя к этому человеку. Я тебе передам все нужные реквизиты и проинструктирую, как надо действовать. Мысленно. Я так понимаю, тебя сюда доставили на «тарзанке», то есть временно.

– Да. И у меня всего полтора часа осталось.

И Котэ, который все время вертелся на месте волчком, волновался и не мог успокоиться и наговориться, вновь взял слово:

– Я понял твой хитрый план. Хочешь, чтобы жизнь окунула нашего героя в дерьмо по самые уши, чтобы он потом пришел к тебе, просветленный и готовый принять истину. Так ведь?

Похоже, Котэ делал все, чтобы его возненавидели. И у него неплохо получалось. На него косились со злостью все присутствующие. Это была не первая нехорошая пауза за время их разговора. Темный еж опустил глаза и тихо проговорил:

– Я ненавижу этого кошака, но он прав. Но это не вся правда. Ты по определению лучше меня. Может быть, тебе удастся найти то, что я упустил и решить наши проблемы. Шанс ничтожен. Да если думать головой, то его и нет. Но ведь у нас еще есть душа.

– Душа? – Переспросил Соник.

– Сердце, если тебе так понятнее. Но то, что мы приписываем сердцу, кроме перекачки крови, закреплено за душой. Моя душа надеется, что ты найдешь выход, а разум… А разум давно уже все решил.

Котэ свернулся калачиком и сделал вид, что спит. А может быть, заснул на самом деле. Руж подошла к Шэдоу и спросила его:

– Почему ты мне не рассказал? Я бы тебя ни за что не выдала.

– Нас проверяют, сканируют память. Я боялся, что ты меня не нарочно выдашь. Замаскировать двоих было бы тяжело. Я не хотел тебя обидеть. Тем более, это в играх четко обозначено, что мы с тобой друзья до гроба.

– Плевала я на эти дурацкие игры. Мы с тобой действительно друзья до гроба. И неужели нужно делать то, что ты делаешь? Неужели тебя самого не пугает твоя идея?

– Пугает, Руж, очень пугает. Тебе я честно признаюсь, что боюсь того, что затеял.

– Тогда скажи, зачем ты это делаешь?

– Альтернатива пугает меня еще больше. Жить марионеткой еще страшнее, особенно если ты осознаешь, что ты марионетка.

– А если не осознаешь?

– Неведение – счастье? Вряд ли.

Внезапно кто-то аккуратно ткнул рукой в плечо Руж. Это был кот в сапогах из «Шрека», и он так аккуратно пояснил:

– Не хотел тут вам дружескую романтику обламывать, но у ежика, который тут самый крутой, кажись, крыша начинает отъезжать.

Пока объяснялись Руж и Шэдоу между Соником и Тэйлзом произошел следующий диалог:

– Тэйлз, скажи мне, кто я?

– Соник, ты что? Ты – герой. Ты – мой лучший друг. Ты – ежик. Ну что я тебе еще скажу?

– Нет, ты не понял. Я хочу знать, что останется, если снять маску, нацепленную на меня всеми этими играми. Я чувствую, что она мне жмет. Тэйлз, кто же я?

Лисенок был растерян. Он бы и рад помочь другу, но чем?

– Соник, что за придумки про какую-то маску? Но даже если мы и придуманы, то почему узнав об этом, ты перестанешь быть собой?

– Потому что, есть несколько вариантов меня. Даже на некоторых обложках, я выгляжу по-разному. Соник – это обобщенный образ, не имеющий четкого канона. Получается так. А кто же я тогда?

– Лучший из всех, кого я знаю. Не поддавайся. Ты решишь проблему. Я в тебя верю.

– А кто я?

– Ну, что я вам говорил? Эффект всплытия начинает себя проявлять. – Это голос был уже всем здесь ненавистен.

– Ты о чем, придурочный кот? – Закричал Тэйлз.

Бедный лис уже был готов с кулаками кинуться на нахального кота. Только присутствие Шэдоу и Руж его немного сдерживало.

– Я о так называемом эффекте всплытия, с которого начинается альтернативный психоз. Все, что о тебе придумано вертится вокруг твоей души. Но ее формирует только то, что допускает сеть причин вселенной. То есть придумано о тебе много чего, а вселенная делает тебя по принципу «ничего лишнего» и «все по канонам». Это лишнее болтается само по себе до самой кончины персонажа и не мешает. Но если раскрыть тайну персонажа, что с тобой только что и сделали, все начинает «крутиться» и «выплывать». В том числе и альтернативные версии тебя. С этой фигней шутки плохи. Шэдоу, оформи-ка ему первую помощь.

– Черт, как не вовремя, как плохо. Держись, Соник. Сейчас я введу тебе пару комбинаций.

– Кто я? Почему нет ответа? Раньше, кажется, был.

– Неправда, просто раньше ты себя не спрашивал. Крепись, я тоже через это прошел. Десять ложных вариантов моей биографии в свое время едва не порвали мне мозг. Это тяжело, но я это пережил. Держись, у тебя все получится.

– Мне уже, кажется, лучше.

– Шэдоу, если его отправят обратно на «тарзанке», то ему может сделаться очень плохо. Твои действия? – Опять встрял Котэ.

– Оповестить того, кто его встретит, никак не получится. Все приложенные послания просто сметет. Остается только молиться. Ничего, ты парень крепкий, должен выдержать. В любом случае тебя встретят. Попроси оказать первую помощь.

– Думаешь, я найду ответы? – Спросил Соник.

– Хотя бы попробуй.

Больше всем не о чем было говорить. Поэтому остаток этого времени прошел в тягостном молчании. Только минуту до возвращения Соника Шэдоу подошел к нему и сказал:

– Через три-четыре, может пять дней наступит наилучший момент, и я закончу начатое. Если ты, конечно, не найдешь выход.

– Я надеюсь, что найду.

– Тогда напомню тебе еще раз: шансов у тебя нет. Никаких.

– Но ты все равно надеешься.

– Это только от отчаянья. Объективных причин для надежды нет. Тебе хватит четырех дней? Просто тогда наступит лучший момент для удара, фактически единственный шанс. Дня через четыре я завершу дело.

– Эй, я же быстрейшее существо в этой вселенной. По крайней мере, Юджи Нака так думает. – Грустно улыбнулся синий ежик.

– Так оно и есть.

Соник еще немного помолчал, и сказал:

– Мне нужна эта встреча. Я должен попытать разрулить все это. Но еще больше я хочу знать: кто я?

И с этими словами он исчез отсюда, растворился.

Глава 87 – «Объяснение»

Вот оно как. Шэдоу все-таки. Теперь, кажется, все стало на свои места. Я идиот, я законченный идиот. Он сам ко мне пришел на проверку. Надо было сразу заподозрить, что что-то не так. Полтора месяца не пользовался модулем, вот проверка и вывела мне чистый лист. И при процедуру он перенес спокойнее всех, как будто знал, на что шел. Или догадался. Но ничего, придумаю что-нибудь.

– Эми? Ты куратор? Но как? Что здесь вообще происходит? И неужели ты наняла этого урода спасать нашу вселенную?

– Да. И у меня есть подозрение, что это самая большая ошибка в моей жизни.

Лестно, блин.

– Дима, кто ты такой вообще? – Прямо спросил Соник.

– Я обычный школьник, которому голос в голове сказал: «через пятнадцать минут ты окажешься в другой вселенной». И этот голос не обманул. Я действительно оказался в другой вселенной. Причем перемещался не раз, пока не прибыл к вам. Прямо там же этот голос в голове провел инструктаж. Рассказал, что у вас намечается очень страшный сбой. То, как я провел расследование, ты приблизительно представляешь.

– А зачем ты это все делал?

– Во-первых, выбора у меня не было, во-вторых, я выторговал себе кое-какую награду. Небольшое влияние на свою вселенную, чтобы поступить в университет. Расследование, кстати, окончилось по большей части провалом. Да ты и сам видел, как улизнул этот бешеный кошак. А еще, чтобы отвлечь нас, он додумался раскидать основных персонажей, в том числе и тебя случайным вселенным. Меня же вообще занесло в штаб-квартиру Совета Кураторов. Там один умный человек сказал мне, что «голос в голове», это куратор, попавший в серьезную беду. Так как куратором мог оказаться кто угодно, то нужно раскрыть его инкогнито. Ведь разные существа по-разному держат свои обещания. Ты уж меня извини, но мне пришлось прибегнуть к весьма жестоким методам убеждения. Честно признаюсь, мне тогда было уже на все наплевать. Да и достало оно меня уже. Хочу покончить с этим.

– А, помню! Вы мне, похоже, стирали память, но после этой «тарзанки» я все вспомнил. Вы – тварь. Мерзкая и наглая тварь.

– Спасибо, я польщен.

– Я серьезно, нельзя было так над ней измываться!

– Есть один нюанс, еж: я тогда не знал, что это она. Я ничего не знал, и чувствовал себя марионеткой. И у меня были серьезные подозрения, чтобы меня пустят в расход по окончанию дела.

– Вот оно что. То, что голосом в голове может оказаться беззащитная девушка вам и в голову не пришло. И вообще… Стой! Так вот как ты меня посреди леса нашла! – Ежику, похоже, начинает открываться какая-то страшная истина.

– Э-э-э… Когда? – Переспросила Эми

– Когда я еще ногу подвернул! И на той базе, когда цвета исчезли, ты неспроста так перепугалась! На тот Эггмановский поезд тоже не просто так угодила. И из плена нас тоже ты освободила.

– А вот это хрен. – Прервал я срыв покровов.

– Почему?

– Потому что мне надо было завершить расследование, проводимое под ее чутким руководством. Так что тут, скорее всего, постарался другой еж.

– Так значит, нас освободил Шэдоу?

– Точно не я. – Заявила куратор. – Я и не думала, что эта ваша дурацкая затея сработает. Более того, если бы Наклз не ломанулся на барьер сразу, то я бы я вас еще и заперла.

– Тогда почему ты сразу не заподозрила кого-нибудь из нас?

– Проверка показала, что никто из вас не был создателем сбоя. Да и потом, я решила, что вселенная нашла для тебя лазейку.

– Как всегда?

Молчание в ответ на провокационный вопрос – воистину знак согласия.

– Ты на стороне Шэдоу, так ведь?

Опять молчание, а я уже начинаю чувствовать себя лишним.

– Я не знаю. Я, наверное, как обычно пытаюсь всех спасти. Эми, прошу тебя, я должен встретиться с этим человеком.

– Почему, Соник? Ведь это же не поможет!

– А вдруг?

Знакомо мне это чувство. Когда теряешь что-то, что очень хочется найти, начинаешь искать везде, даже там, где потерянного и быть не может. Так потеряв однажды немалую сумму денег, я проверил даже свой почтовый ящик, где их и близко быть не могло. Еще посмотрел в банках из-под кофе, перекопал всю одежду, которую одевал за последний год. Это притом, что деньги, скорее всего, просто вытянули из кармана, когда я зазевался. Но я все равно искал.

– Нет, Соник. Это не поможет. Прости, но я говорю, как есть. Нам нужно придумать что-то другое, переубедить Шэдоу. Нужно…

Соник уже не слушал куратора. Он что-то бормотал себе под нос. Это было нечто среднее между «щас я попробую» и «кажется, надо так». На что он надеется, ведь у него же… Блин! Ведь у него же есть модуль и готовая комбинация для отправки на встречу с создателем! Вот гаденыш! Его уже тут нет. Проявил, чтоб его, чудеса телепортации.

– Где он? – Этой девице определенно нужна помощь капитана Очевидность.

– А ты как думаешь? Ты хоть знаешь, где этот Токугава живет?

– Юджи Нака, вообще-то!

– А, какая разница? Давай догонять паршивца.

– Нет. Я сама за ним пойду. И сама с ним поговорю.

– А мне что тут делать? Смастерить машину исполнения желаний?

– Смастери!!! – Опять она на пределе. А это плохо. Это очень плохо. – Сделай что-нибудь! От тебя никакого проку! Только горе и страдание. Я тебя ненавижу!

Ужас. И она претендовала на то, чтобы манипулировать мною. А теперь? Мне приходится держать ее хоть в какой-то форме. Черт, мне кажется или ее назначение куратором было бюрократической ошибкой? Должны же были они провести хоть какое-то собеседование.

– Я – ничтожество. – Еще лучше. – Я неспособна принимать нормальные решения, неспособна делать хоть что-то необычное. Ведь если у тебя серьезные проблемы никакие шаблоны уже не помогут.

– Тпру, Эми, тебя уже заносит. По-моему, пригласить меня сюда было неординарным решением. Весьма неординарным. Кстати, ты же собиралась идти за Соником.

– Ах, да. Только теперь мне твоя помощь не нужна. Я должна поговорить с ним наедине.

Ну вот, я остался в гордом одиночестве. И почему нет машины, которая исполняет все желания?

Глава 88 – «Попытка – не пытка»

Так уж случилось, что в тот день на улицах одного из городов Японии случился жуткий переполох. Людей вообще пугает все неизвестное и необычное. Особенно если оно мелькает так быстро, нельзя рассмотреть ничего кроме какого-то синего пятна. Жители города удивленно моргали, мотали головой и вообще были готовы списать все на усталость после работы, если бы не одно но: синее пятно, мелькающее как вспышка то тут, то там, видел каждый. И ни у кого никаких предположений насчет природы этого странного явления. Только один господин в очках лет сорока пяти имел кое-какие мысли на этот счет. Но он их быстро отмел, как невероятные. Нет, у этой синей кометы есть определенное сходство с Соником. Но это же бред! Бред сумасшедшего. Соник выдуман и не существует. Может быть, это галлюцинация? Да, галлюцинация и она уже прошла. А значит, можно идти дальше и…

– Здравствуйте, господин Нака. У меня к вам серьезный разговор.

Господин Нака не поверил своим глазам. Видно, несчастный был настолько шокирован, что не нашел ничего лучше, чем пробормотать, заикаясь:

– П-п-прив-вет.

– Простите, что я вас так напугал. Я – реален. И мне нужна ваша помощь.

– Но как? Ты же…

– Персонаж видеоигры. Я в курсе. Я это узнал недавно. И, честно говоря, у меня была такая же реакция, как и у вас теперь. Но я существую, и мне действительно нужна ваша помощь.

Юджи Нака стоял как громом пораженный. Судя по тому, как пялились на них люди на улице, не он один видел Соника. Это же не галлюцинация? Нет?

– Почему ты пришел ко мне?

– Вы меня создали, а вместе со мной создали целую вселенную. Но вся беда в том, что наши жизни замкнуты на играх, подчиняются тому, что вы создали. Мы не можем дальше жить, подстраиваясь под то, что они о нас придумают. Прошу вас, помогите остановить это. Ведь если перестанут выходить игры, то мы будем свободны от стороннего влияния. Я знаю, что такое трудно будет проделать, но это лучше того, что предлагает Шэдоу. Дело в том, что он собирается…

– Ты сказал «Шэдоу»?

– Да, а что?

Дежавю. Странное ощущение, что что-то похожее уже было. Но если оно уже было, то почему Юджи Нака ничего не помнил? Или помнил? Или не было? Было. Только почему-то ушло из памяти, вернувшись только теперь.

– Ничего. Просто года три назад ко мне пришел Шэдоу. Да, весной две тысячи седьмого он пришел ко мне.

– Он приходил к вам?! – Для Соника это оказалось неожиданным.

– Да. Он вел себя точно так же. И просил о том же. Я тогда очень сильно растерялся. Не могу понять, как я это забыл. Такое чувство, будто мне память стирали. Мне это снится. Мне это снится. Да, это – сон.

Теперь еж был растерян еще больше, чем программист, которого когда-то угораздило подсказать коллегам идею насчет ежа в главной роли в очередной игре. Затем накатило отчаянье и страшное понимание. Соник начинал понимать, что Котэ был прав, когда говорил о мотивах Шэдоу. Тот дал попробовать только потому, что знал: это не поможет. А знал потому, что попробовал сам. Вот и вся разгадка.

– А что вы ответили Шэдоу?

– Я думаю, что он ответил следующее: не я один тебя создал, над тобой работала целая компания, к которой я теперь не имею никакого отношения. И не только эта компания. Многие, очень многие поспособствовали твоей популярности. И не в моих силах остановить это. Черт! Да основных же зачинщиков кроме меня был двое! Мне даже основную заслугу приписать затруднительно.

-К этому надо добавить еще одну вещь: даже если удастся перерубить эту связь, уничтожив источник, то наша вселенная просто-напросто загнется. – Вмешался в беседу девичий голос.

Соник и Юджи Нака одновременно вскрикнули:

– Эми?!!

– Да, Эми. – Непонятно откуда возникшая ежиха отвесила вежливый поклон. – Соник, это не поможет. Даже если Sega прекратит выпуск игр, то фанаты еще долго не уймутся. А ведь о тебе есть не только игры. Есть еще мультфильмы и комиксы. Я поняла твою идею, но это утопия в чистом виде. И уж Юджи Нака точно не сумеет ее реализовать. Простите, что мы вас побеспокоили, господин Нака, нам пора. Не волнуйтесь на этот счет, вы скоро все забудете. Пошли, Соник.

Но ушел не сразу, а сначала спросил:

– Господин Нака, неужели все так и было?

– Почти. На один его вопрос я так и не сумел ответить. Посмотрел ему в глаза, и не сумел.

– Что за вопрос, скажите.

– Он спросил: «зачем вы меня воскресили?»

– Эми, куда мы идем?

Соник прибавил шагу, чтобы не отстать от куратора.

– Мне нужно разместить одно устройство, которое сотрет из памяти жителей города все воспоминания о тебе.

– У тебя есть такое устройство?

– Что-то мне подсказало, что ты не станешь заботиться о секретности.

– Прости.

– Ничего страшного. Сейчас мы все исправим.

Надо ли говорить, что еж чувствовал себя на редкость паршиво? Что он скажет Шэдоу? «Да, ты оказался полностью прав, давай расколем нашу вселенную на части»? Или «Я полностью с тобой согласен, но вселенную уничтожать нельзя»? Что ему вообще делать? И самый главный, безответный вопрос: кто он такой и на чьей он стороне? Как так случилось, что бывший герой и спаситель оказался никому не нужным дурачком?

– Эми, так куда мы все-таки идем?

– Мне нужна энергия для той штуки, что подотрет всем память. «Ластик» придется разместить над квартирой одного мангаки.

– Кого?

– Художника, рисующего мангу.

– Почему? И что с этим художником будет?

– Да ничего с ним не случиться. Просто он еще две недели будет рисовать очень плохую мангу, вот и все!

– А ты не хочешь замаскировать нас?

– Нет. Я все сотру «Ластиком».

– И что мы будем делать дальше?

– Придумаем что-нибудь.

– Что?

– Что-нибудь.

– Ты думаешь, этот твой Дима что-нибудь придумает?

– Может быть.

– А что еще может быть?

Внезапно Эми развернулась на месте и закричала, что есть силы:

– Что ты от меня хочешь?!!!

Соник сглотнул комок, подступивший к горлу, и пробормотал:

– Я и сам уже не знаю. Я надеялся, что хоть что-то решу, хоть чем-то помогу. А в итоге все испортил. Что мне делать? Впервые в жизни чувствую себя бесполезным ничтожеством.

– Не ты один. Пошли, нам нужно кое-что делать.

Глава 89 – «Deus ex machina?»

Уилсон был довольно-таки приятным человеком, но Наклзу уже становилось скучно. Поддержать беседу он даже не пытался. Да доктор Уилсон и сам чувствовал свою бесполезность. Поэтому, когда в комнату влетел Дима, тяжело дыша и махая руками, они оба обрадовались. А Дима сразу с порога закричал:

– Док, где тут ближайшее интернет-кафе и компьютерный магазин?

– А вас что конкретно интересует?

– Что ближе?

– От главного выхода сто метров направо – там компьютерный магазин. А в кафе напротив wifi-точка. – Последнее предложение Уилсону уже пришлось прокричать вслед этому парню.

Следом за этим странным подростком побежал и Наклз. Почему? Потому что Дима был одним из тех, кто хоть что-то знал о его прошлом. И зачем ему бежать в компьютерный магазин? Ведь там что-то случилось с каким-то Соником. Кстати, кто он? Надо будет расспросить этого Дмитрия обо всем. Пусть расскажет, что знает, да со всеми подробностями. Только его догнать сначала надо.

– Эй, а ты куда?

– Извините, что так удираю, мистер Уилсон, но мне нужно поговорить с этим чудаком.

Уилсон уже, наверное, думал о том, чтобы бежать за ними, но передумал. А Наклз выбежал на улицу. Магазин компьютерной техники был неподалеку. Внутри царила странная картина. Три консультанта стояли столбом перед Димой, сидевшим за одним из ноутбуков. На том же столе лежала пачка какой-то зеленой бумаги. «Деньги, что ли?» – подумал Наклз.

– Что вы на меня так смотрите? Да, мне очень срочно нужен ноутбук. Вот деньги. Сдачи не надо. И не волнуйтесь, я уже ухожу.

Договорив до конца, Дима вылетел на улицу с ноутбуком под мышкой, и двинулся в кафе. Там он что-то печатал, чертыхаясь. Что? Поди разбери. Русского-то языка Наклз не знал. А спросить он не решался. Так прошло минут двадцать. Этот человек, печатавший сейчас-то какие-то русские иероглифы, показался стражу с самого начала очень странным. Стоп! С самого начала? Страж? Память возвращается? Быть того не может. Неужели. И что же сторожил…

«Передан мыслеблок. Метка: русский язык»

– Наклз, ты не пугайся. Я тебе базу своего языка передал. Хочется, просто, чтобы ты прочел и понял. И оценил. – Сказал этот Дима.

– А что ты такое пишешь?

– Да так, рассказ.

– Почему сейчас?

– Ну… Надо мне. Ладно, если хочешь, погуляй по городу, перекуси. Ну, займись чем-нибудь. Только не уходи далеко. Не хватало только твоей повторной пропажи.

– Повторной?

– Да. О твоем прошлом я знаю немного. А вспоминать ты начнешь дня через три. Через пару недель все вернется. Кроме той пары дней, которая тебя едва не сделала сумасшедшим. Тут уж извини, тебе ничего не вспомнится. Ладно, не отвлекай меня пока.

Перед тем, как еще раз приложить руки к клавиатуре, этот человек добавил «и не стой над душой», после чего опять начал молотить по клавишам. Прошло еще сорок минут (а может и больше) до того момента, когда очумевшего от скуки Наклза чуть ли не силой усадили за ноутбук. Глаза у подростка горели слегка нездоровым огнем:

– Пожалуйста, оцени.

– Почему я?

– Так больше некому.

С таким мощным аргументом поспорить было тяжело. Пожалев, что побежал за этим психом, Наклз все-таки приступил к чтению.

«Почему люди потянулись туда? Казалось бы, все просто: радиация создала артефакты, за которые можно было выручить большие деньги. Плюс ученые, которым хочется изучить все необычное. Плюс те, кто просто по каким-то причинам хотел спрятаться от внешнего мира. Плюс… Да мало ли кого могло туда занести? Были же ведь и простые искатели приключений, которым не сиделось, романтики уверовавшие, что „Зона“ нечто большее, чем радиация и мутанты. И кто-то поверил… В дух „Зоны“, в свободу, в бога, в легенды, которых наплодилось черт знает сколько. Да в этом месте можно было поверить во все, что угодно. И было ясно, что кто-то этим воспользуется. Собственно, так и возник „монолит“ в первый раз. Могущественная организация поставила в центр зоны иллюзию, уловку, призванную собрать вокруг себя фанатиков, защитников культа. По легендам этот камень, который и называли „монолитом“, мог исполнить любое твое желание. Да многие его и называли именно так – Исполнитель Желаний.

Иллюзию, естественно, развеяли. Но ведь молитвам дураков никакие стены помешать не могут. И многие продолжали верить. Не смотря ни на что, ходили слухи, о счастливчиках, исполнивших свои мечты, высказывались собственные заветные желания, вслух или мысленно, чтобы те смешались с воздухом, с кострами, с радиацией. Вера в лучшее вопреки всему. Не это ли сила, благодаря которой это лучшее существует?

Что ж, если так рассуждать, то меня породил оптимизм. Смешно. Говорили не раз и не два, что меня нет и быть не может. Говорили, говорили. Как бы ни любили легенды сталкеры, от цинизма никуда не деться. Цинизм был, есть и будет, оставаясь спасительным коконом, куда можно спрятать свою наивность и веру в чудеса. Там же, в коконе, она и умирает, задыхается, и поделом ей, негодной, мешает жить только. И поэтому меня нет и быть не может.

Не может, но я есть. Жду того идиота, который откликнется на мой зов и поверит в чудо. Возник на месте иллюзии, иллюзией и считаюсь. Я как повторное выступление фокусника, который в прошлый раз облажался по полной. Публика ушла, фокусник никому не нужен. Остается, в лучшем случае, только какой-нибудь сельский дурачок. Недоумевает, бедный, почему никто не хочет смотреть на волшебника. Он же показывает чудеса! Настоящие! Никто не верит? Почему же? Один человек все-таки верит. Этот тот самый дурачок. И ради него фокусник остается и продолжает выступление. Не зря же говорят, что внимание дороже всего.

Ах да, забыл представиться. Зовите меня Монолит. Да, я знаю, что имя скомпрометировано кучей фанатиков. Но можете использовать также имя Исполнитель Желаний, если хотите. Как я возник? Откуда я возник? Хотите ответов или объяснений? А нет у меня ничего. Только зов, точно такой же, как у той самой иллюзии. И я на нее очень похож, прямо младший братик. Но одно но: я – реален. Да, сила ваших желаний собралась в камень. Так уж получилось.

Я жду там же, где была проклятая иллюзия, в местах, где когда-то обманывали. Но теперь я существую по-настоящему. Неужели все считают, что это обман? Признайтесь хотя бы себе, что все еще надеетесь на исполнение самых заветных желаний. Приходите. Можете говорить за кострами все, что угодно. Говорите, что меня нет. Говорите, что легенды врут. Говорите, что во всем виновато „О-сознание“. Говорите. Только откликнитесь, только поверьте, только найдите в себе смелость исполнить свою мечту»

– Ну как?

– Муть какая-то. Это вообще о чем?

– Об одном очень дальнем месте. В другой вселенной. Ладно, надо бы заказать чего-нибудь, чтобы дали доступ в интернет.

Дальнейшие действия этого человека вообще никак не укладывались в сознание Наклза. Никак. Зачем этому проклятому Горяченкову лезть на фан-сайты какой-то игры? Как она называется? S.T.A.L.K.E.R.? Что за ерунда? Серьезно?

– Это видеоигра?

– Это моя любимая видеоигра. Это великая видеоигра. А что?

– Ничего. Но может быть, ты лучше объяснишь, что происходит?

– Не отвлекай. Где же тут раздел фан-творчества?

Да кто же он такой, этот Дмитрий Горяченков? Почему у него такой нездоровый блеск в глазах? Так горят глаза только если что-то горит внутри. Какая же сила зажгла внутренний огонь? А где внутренний огонь Наклза? А толку себя спрашивать? А кого спрашивать? Этого психа? Да ну его. Вокруг твориться черт знает что, а он пишет фанатский рассказ по игре. Большей степени дебилизма и вообразить себе трудно. Да этот идиот… Так, кажется сюда бежит Эми. А этот в синем? Может это и есть тот самый Соник?

– Всем привет! Вы чего тут забыли? – Радостно здоровается ежиха.

Что с ней не так? Такое чувство, будто она почувствовала запах гари.

– Ты что-то воплотил? Что? Отвечай, быстро!

В ответ Дима пожимает плечами и скромненько указывает рукой на ноутбук. А дамочка чуть стул не опрокинула. Видно, что-то не так просто с тем бредовым рассказом.

– Наклз! Тебя все-таки нашли. Вот уж и не надеялся! Ты где был? – Еж в синем спортивном костюме явно рад встрече.

А Наклз в ответ глупо улыбается даже не зная, что ответить этому незнакомому ежику. Может, правду?

– В дурдоме, если честно.

Удивление неудивительно. Судя по лицу Соника (решено назвать его так до выяснения), не надо было говорить правду.

– Серьезно?!

– Я похож на клоуна?

– Все это время?

– Нет.

– А где был до того?

– Не помню. Я ничего не помню. Уж извини.

– А меня, хоть, помнишь?

– Нет.

Теперь он уже не такой радостный. Сочувствует. Это зря. Память вернется.

– Дима, что это? – Кричит Эми.

– Рассказ. – Ответ как-то не добавляет ясности.

– Но это же не просто рассказ! Это же источник творческой энергии!

– Ну, и это тоже.

– Что же это? Deus ex machina?

Глава 90 – «Может быть»

Deus ex machina. Может быть и так. Теперь я понимаю, как оно работает, как творческая энергия создает миры. И не исключено, что я действительно явил «бога из машины», который решит все наши проблемы.

«Умышленное воздействие на чужую вселенную незаконно. Хуже и придумать нельзя. Твое счастье, что у меня уже нет сил злиться на тебя. Твое счастье. Ты ведь не просто создал первоисточник, а задействовал ресурсы модуля, пусть и неосознанно»

А за неосознанно ничего не будет?

«Незнание закона не освобождает от ответственности. Это – раз. А два – это то, что завтра твое воздействие станет заметным для куратора. И только послезавтра оно окончательно сформируется. А куратор на раз-два определит, кто применил такое читерство по отношению к его вселенной. Ах да, еще и три – Шэдоу приведет свой план в исполнение если не завтра, то послезавтра. Так что все бесполезно»

Извини, я не знал. Действительно не знал. Но поверь мне, то, что я задумал, поможет, даже если Шэдоу разорвет сеть причин. Главное, чтобы с куратором не было проблем.

«Ты хочешь одним махом перекрыть итог пары лет работы? Брось, это бесполезно. Такой источник энергии, как твой монолит, не поможет»

Поэтому я использую его, чтобы выйти на еще больший.

«Еще больший источник творческой энергии? Как такое возможно?»

Может, он и не намного больше, но это то, что нам нужно. Вспомни старину Архимеда, который грозился перевернуть землю. Ситуация похожа. Только прости меня, тут придется задействовать эффект естественности. Нашел в глоссарии такой термин. Ты должна знать, что это такое.

«Знаю. Детали плана знает только один погруженец. Так легче контролировать других, естественное поведение относительно легко прогнозируется. Кого хочешь контроливать ты? Меня, Наклза, Соника?»

Монолит.

«Я пока тебя не понимаю. Но даже если и так, то проблему с куратором это не решает. Он нас сдаст! Точно тебе говорю! Там кто-то новенький, я его даже не знаю. Точно не персонаж, кстати»

Будем договариваться. – Эй, вы зачем так замолчали? Ребята, я не владею телепатией. Что вы там себе надумали? – Крикнул Соник.

Соник, Наклз, Эми, толпа людей… Так, какого хрена тут делает толпа людей?

– Нам нужно серьезно поговорить и обмозговать, что делать дальше. Эми, замаскируй нас, пожалуйста. А то что-то косо на нас глядят эти люди.

– Куда идем?

– Куда-нибудь. Давайте хотя бы в тот отель, где я остановился.

Мы все дружно исчезли. Теперь люди удивлены еще больше. Как выйдем отсюда? Мы же теперь невидимки, а не призраки.

«Черным ходом»

Ну вот, наша компания уже в местном отеле.

– Ну, теперь мы в безопасности. Надо подвести итоги. Обсудить, что нам нужно делать. – Начал я, точнее попытался.

– Может, объясните мне, кто я такой и что здесь происходит? Кто-нибудь. Что случилось-то?

Уже весело. Что я отвечу Наклзу? Иди, погуляй, дружок, ты один хрен ничего не поймешь, да и нельзя тебе это знать. По идее так и надо сказать. Но, как говорил один мой друг, идея далека от реальности. Тем более и Сонику знать ничего не положено. Куратор, твои мысли по этому поводу.

«Вреда не будет. После такой обработки памяти раскрытие тайны персонажа можно считать безвредным действием. Другими словами, оно на него никак не подействует с точки зрения энергетической медицины»

Ясно.

– Ребята, я требую, чтобы вы сказали Наклзу правду. Вы понимаете, о чем я. – Высказался Соник.

Три – за, ноль – против, один – равнодушен. Что ж, придется рассказать. Начну, раз такое дело.

– Ладно, слушай. Так случилось, что одна контора создала видеоигру. И не одну, а целую серию игр об одних и тех же персонажах. Казалось бы, выдумка, но ничего в этом мире не делается просто так. Ничего. Так получилось, что игры породили целую вселенную. А ты – один из ее обитателей. Иными словами, ты персонаж видеоигры. Но быть реальным и существующим тебе это не мешает. Так что не бойся того, что ты однажды распадешься на пиксели. Вообще-то, многим персонажам не рассказывают такое. И есть даже целая организация, которая следит, чтобы все шло своим чередом без всяких потрясений. Но вот нашелся один умник, который решил, что матрица его имеет, и взялся исправить положение. То есть, решил отделить свою родную вселенную от игр. Свободная жизнь и прочие ценности. Только сделать это очень не просто. Оказалось, что самый простой способ – это раздробить вселенную на части, и понадеется, что оно само потом как-нибудь соединиться.

– А я-то тут причем?

– Дослушай. Организация, следящая за порядком, подписала меня, чтобы я выяснил, что там у вас творится. Один из сообщников того умника, который хотел вашу вселенную дробить, чтобы задержать расследование, раскидал персонажей по разным вселенным. Тебе очень сильно не повезло, оказался в ненужном месте в ненужное время. Ты в такое ужасное место попал, что за пару дней там проведенных едва головой не тронулся. Слава богу, тебя вовремя выловили и прооперировали. Дальше ты уже все знаешь. Остальное – вспомнишь. Теперь мы будем дружно думать, что делать дальше.

– Постой! Так тот рассказ… Ты почему его писал? Хотел изменить ту вселенную, или хотел написать рассказ о ней? – Озарило Наклза.

А ведь ехидна-то соображает, что к чему.

– Если честно, то все сразу. Просто мне как сказали про машину исполнения желаний, так и понеслась. Меня как переклинило. Вот так и получилось. Теперь моя сказка может стать реальностью. И если мы в этой реальности найдем монолит, то…

– Слушай, не знаю и знать не хочу, что ты там опять задумал, но я требую, чтобы меня доставили в родную вселенную, немедленно! – Потребовал Соник. – Я тебе не верю!

«Черт! Похоже, он вам не доверяет. Если честно, то и у меня уже нет никакой веры вам»

– Как я тебя доставлю обратно? Это же невозможно! По крайней мере, я не знаю как.

– У нас не так много времени! Сколько я валялся без сознания?

– Три дня.

– Что?!! Так это получается, что Шэдоу ударит завтра, или послезавтра?

– Получается так. Но мой план сработает, даже если он довершит дело.

– В чем твой план?

– Я написал рассказ, изменил одну вселенную, и там появилась штука, исполняющая желания. С ее помощью думаю выкрутиться.

– Это безумие!!! Эми, неужто ты веришь этому болвану?!!

– Я вынуждена. Иного выхода нет. Тем более его план не такой уж и бессмысленный.

– Не знаю, как вы, а я не хочу быть частью этого плана! Слушай, Дима, чтобы ты там себе не думал, я останусь собой, и действовать буду согласно своей совести. Подумай еще раз, нет ли способа доставить меня обратно?

– Даже если есть, то я о нем ничего не знаю, честно.

– А как же эта «тарзанка»?

Тут не выдержала Эми:

– Какая тебе к черту «тарзанка»? У тебя от прошлого сеанса душа едва на части не развалилась! Нет, этот способ слишком экстремален, ты попросту умрешь.

– Да? Но ведь… Поклянись, что не знаешь способа доставить меня обратно.

– Соник…

– Эми, прошу тебя.

– Соник, способ есть. – Тут и мне стало интересно. – Называется – «камень на шею». Блокаду прошибают мощным сгустком творческой энергии, связанной с тобой. Но этот сгусток привязывает тебя навсегда к вселенной, куда хочешь попасть. У нас используется для ссылки провинившихся сотрудников. Билет в один конец. Если учесть твою связь со вселенной, то должно сработать.

– Это что же получается? Тебя сошлют в родную вселенную? – Усмехнулся Наклз.

– Если нужно – то я готов.

То, что было дальше – вполне предсказуемо. Да, я уже начинал ждать, когда Эми броситься Сонику на шею с криками «не пущу» и «на кого ж ты меня покидаешь». Дав им пообниматься пару минут, я решил взять командование парадом на себя:

– Значит так! Сегодня никто никуда не уходит! А вот завтра с утра мы уходим во вселенную «Сталкера». А Соника отправляем на родину.

– А что мы будем сегодня делать? – Удивленно спросил герой.

– Отдыхать. Завтра у нас у всех будет очень напряжный день. Поэтому отдыхаем.

– И что мы тут будем делать? – Это уже Наклз спросил.

Хм, в одной из фэнтезийных книжек герои накануне последней битвы развлекались картишками. Что ж, колоду карт воплотить мне теперь недолго (наловчился я с модулем работать).

– Мы будем играть в карты?

– Черт, такое чувство, что меня не выписали из психбольницы, а наоборот, положили туда.

– Ты рехнулся! Полностью рехнулся! Ладно, во что хоть играть-то будем?

– Предлагаю в подкидного дурака. Правила сейчас объясню.

– Название идиотское.

– А, кажется, знаю что-то такое.

– Откуда?

– Ладно, слушайте правила…

И, как ни странно, мы отлично провели этот вечер. Ведь не просто так я считаю, что «дурак» ничем не хуже шахмат. Лично для меня эта игра лучше. В шахматы вчетвером не поиграешь. Позже ежам надоело, и мы доигрывали вдвоем с Наклзом. Где тем временем были Соник и Эми? Черт его знает. Вряд ли детей делали (ибо рано, как ни крути). А, кроме того, все, что угодно. Ведь когда им еще вместе побыть?

Глава 91 – «А с другой стороны баррикад…»

На старой базе Роботника никто ничего не сказал сразу после того, как исчез Соник. Это молчание вокруг было как вакуум. Никаких мыслей, чувств, эмоций. Все были опустошены. Даже Котэ погрустнел и не отпустил какой-нибудь циничный комментарий. Тэйлз поднял голову и дрожащим голосом спросил:

– У него получится? У него же ведь получится?

Шэдоу и рад был бы соврать, сказать что-нибудь вроде «это же Соник, он всех нас спасет», но не смог выговорить нужных слов. Да и не нужно было это. Ведь в его глазах все и так ясно прочитали: «У него ничего не выйдет, даже не надейтесь». Только Котэ, потянувшись пару раз, заявил:

– Я сейчас уйду достраивать нашу шайтан-машину. А ты, мой дорогой заказчик, почитай-ка одну интересную книжку.

– Какую?

– Катехизис революционера. Чтоб до конца осознал, на что идешь.

Исчез Котэ, Шэдоу тоже куда-то телепортировался. А Руж? Куда ей было телепортироваться? Кроме нее и Тэйлза никого тут и не осталось. Поэтому он и спросил именно у Руж:

– С Соником все будет в порядке?

– А я-то, откуда знаю? Спроси что полегче? – Заявила летучая мышь, направляясь к выходу.

– Стой! Ты хоть не уходи! Что я один делать буду?

– А чем я тебе помогу?

– Постой!

– Ладно, стою. Дальше что?

Вот теперь лисенок почувствовал себя идиотом. После такого вопроса оставалось только, махнув рукой, сказать:

– Иди. От тебя нет толка.

Так они бы и разошлись, но в последний момент Руж крикнула:

– Стой!

– Ладно, стою. Дальше что?

– Расскажешь мне, что случилось с тобой за эти дни?

– Почему я должен тебе обо всем этом рассказывать? Какое тебе до нас дело? Иди, кради свои бриллианты! Кому ты нужна?

Кулаки Тэйлза сжались, ему очень хотелось выместить свою злость на чем-нибудь. Так уж получилось, что ему попалась эта вредная девка, с развратными замашками. Да какая девка? Тетка! Злющая тетка.

– Ну же! Уйди, пока я не побил! Ты тут не нужна!

– Не надо на меня кричать, ладно?

– Почему?!! Дима делал тут с нами не пойми что, а ты ему помогала за изумруд! За камень! Он у тебя теперь есть. Тебе больше не о чем волноваться. Уйди отсюда, и забудь, что мы есть! Паршивка. Что стала? Иди, иди. Или ты хочешь меня разозлить? Ладно. – Тон в голосе Тэйлза постепенно перешел из ярости в глухое раздражение.

– Выговорился? Успокоился? Я, конечно, воровка и тварь, но не хочу, чтобы вы пострадали. Почему? Теперь у меня уже есть камень. Пожалуйста, скажи: ты знаешь, что случилось с Эми и Наклзом?

– Эми нашли. А вот Наклза еще не могут. Хоть и перекопали все, что можно. Тебе полегчало? А теперь можешь уходить отсюда. Счастливо оставаться!

С этими словами Тэйлз ушел с базы Роботника. Он бы еще и дверью хлопнул, но они и так были уже открыты.

Уже двое суток Котэ пахал рука об руку, тьфу, блин, лапа об лапу со своим заказчиком. Поэтому он имел право отдохнуть. Отдохнуть в кошачьем борделе, который сам же и воплотил. Да, свои фантазии воплощать для таких целей это низко и подло. Особенно во вселенной, основанной на детских играх. Но! Во-первых, теперь, когда расшатана сеть причин, то такое вполне допустимо (да и не все были святошами в этой вселенной изначально – баланс сети причин тому причиной), во-вторых, это же не только для себя, не один Котэ сюда пришел, в-третьих, ему действительно нужен был отдых. Поэтому взяв себе кошачью внешность с закосом под местных, хитрый кошак зашел за своей порцией продажной любви. Все уже обговорено и оплачено, осталось только зайти в один из номеров и…

…удар по голове чем-то тяжелым. Предположительно бутылкой из-под шампанского. Хороший удар. Пока Котэ был в отключке его уже успели привязать к стулу.

– Не обижайся, но так ты мне точно расскажешь, что ты тогда сделал с моими знакомыми. Я два дня тебя выслеживала, и очень не хочу, чтобы мои усилия пропали даром.

Так, ликер. Значит, Котэ почти угадал. А бутылка в руке Руж. И не сидится ж ей…

– Ага! Я рад, что ты зашла, но я платил за традиционное оказание услуг. Никакого БДСМ в счет не входило. И за кошку, а не за летучую мышь. Но и летучая мышь тоже подойдет.

– С этим ты всегда успеешь. Сначала ты должен мне рассказать, куда ты дел моих знакомых. И еще кое-что. Если привязав к стулу тебя не удержать, то я хочу узнать об этом сразу же.

В ответ Котэ ухмыльнулся, подумал-подумал, и исчез. Через три секунды опять появился на стуле, но уже без веревок.

– Тебе повезло, что я уже кошку оплатил, и она теперь не отвертится. Иначе к стулу была бы привязана ты.

– Да неужели?

В ту же секунду Руж очутилась на стуле. И вокруг тела летучей мыши появились веревки.

– Зараза!

– Расслабься. Ты мне неинтересна. Тем более ты хочешь, как я понял, выяснить судьбу нашего вождя краснокожих. И да, еще одно но: я люблю кошек. Только кошек. А что ты с моей кошкой сделала? Подсыпала слабительного?

– Убери веревки.

– Ладно, раз тебя напрягает.

Былая грабительница спокойно размяла крылья. Правда, теперь чувствовала себя здесь чуть-чуть неуютней, чем раньше. Но на ее счастье Котэ не собирался ей вредить.

– Так что ты сделал с Тэйлзом, Соником, Наклзом, Эми и Димой? И до кучи: где сам пропадал?

– Сказала бы проще: «что это, блин, было?». И куда ты ее дела, ту, единственную, что уже оплачена?

– Выйдешь в коридор – дверь в чулан, справа у окна.

– Так она уже связана?

– Не отвлекайся, говори, куда дел Соника и компанию?

– Наклза и компанию. Я тут навел о вашем зверинце справки. Контора подтвердила, что именно о нем ты мечтаешь по ночам. Я чуть что, разработчиков игр имею в виду.

Руж почти не покраснела. Почти. Только задышала чуть чаще. Котэ стал приземистым, почти квадратным, черно-серым котом ростом чуть меньше метра и со здоровенным кубком в лапах. Сунув этот кубок ей под нос, он прокричал:

– Вот тебе приз за отменное самообладание. Но я не знаю, где Наклз. Честно. Дима должен был его уже найти. Хотя, два дня назад, он жаловался, что твоей мечты нигде не отыскать. А его ведь, между прочим, ближе всего к вам закинуло. О чем задумалась дева младая?

Дева младая думала, можно ли верить этому психованному коту, у которого даже лица нет. Точнее есть, но теперь оно какое-то убогое. Как будто в Paint'e нарисованное.

– И нечего пялиться на мою рожу с такой кислой миной! Это мое настоящее лицо, между прочим! Истинное. Хотя я предпочитаю эпитет «первое».

– Отведи меня к Шэдоу.

– Он сейчас очень занят. Очень занят. И будет недоволен вмешательствами. Подруга, если ты к нему щас вломишься, то есть риск, что уже он тебя привяжет к стулу. А потом начнет косплеить Черного Властелина и прочих героев немецкого кинематографа и японских мультфильмов.

– Он мой друг – он меня поймет.

– Ага, только отвязывать тебя и приходить на помощь я не буду.

Расчеты. Проклятые расчеты. От всего этого так устаешь. Шэдоу видел эти уравнения уже миллион раз. Ладно, не миллион. Но этим уравнениям полгода, значит как минимум раз двести. Что остается? Пересмотреть в двести первый, и молиться, чтобы не было ошибки. Напомнить себе еще раз, ради чего все это. И еще раз вспомнить эту цитату из «катехизиса революционера». Революционер – человек обреченный. И у ежа шансов не больше. Шансов выйти сухим и чистым из этой авантюры Шэдоу не считал, у него даже мысли такой не возникало. То, что он делал, было не для себя. Да, да. «Революционер – человек обреченный. У него нет ни своих интересов, ни дел, ни чувств, ни привязанностей, ни собственности, ни даже имени. Все в нем поглощено единственным исключительным интересом, единою мыслью, единою страстью – революцией». Первый параграф из того самого катехизиса. Но как бы ни были малы шансы – надо попытаться. Черный еж горько усмехнулся, вспомнив, как Соник требовал, доставить его к Юджи Наке. Шэдоу очень хотел верить, что в его действиях больше смысла. Потому что если, не сработает, или не дай богу еще что-то случится, то…

– Шэдоу. Мне нужна твоя помощь.

– А? Кто здесь?

– Мы. Ежунь, эта дамочка всерьез озаботилась поисками пропавшего возлюбленного. И не надо на меня так смотреть. Он тоже, наверняка, навел справки, у той же конторы.

– Руж? Котэ? Что вы здесь делаете?

Руж помялась, но все же сказала:

– Помоги мне найти Наклза. Я за него переживаю.

– Я понимаю. Котэ, ты говорил, что сумел отправить Соника и остальных подальше. Куда именно.

Теперь уже Котэ медлил с ответом.

– Тот вихрь помех было нелегко одолеть…

– Куда ты их дел?

– Включил рандомный прыжок для всех присутствующих там. Да, поступил как последняя скотина. Но не дожидаться же мне было, пока меня проверят, схватят за семенные железы и отправят в гостиницу? Нечего на меня так пялиться.

Шэдоу хотелось стереть эту тварь в порошок. Только толку ноль. Котэ с самого начала заявил, что «клал на борьбу бобра с ослом все, что кладется в таких случаях». И уж он никак не мог знать, что несчастный черный еж герой или злодей, и не мог предсказать, как отреагирует заказчик на такое решение проблемы. Да и тяжело забыть месяцы безвозмездной помощи (весьма ценной, кстати: если бы не Котэ, то дело могло бы остаться незавершенным).

– Что ж, ты можешь искупить свою вину. Просто помоги ей найти Наклза, понял?

– Ты спятил? Я не могу одновременно сооружать поисковую комбинацию и помогать тебе! Да я ее и не сооружу. Нужно очень сильное желание найти эту ехидну. А у меня того желания ноль.

– Я справлюсь один. Поисковую комбинацию будешь сооружать при помощи Руж.

– Ты? Один? Ты свихнулся?

– Нет. Я знаю, что я делаю. Я всегда это знал. А тебе стоило бы научиться следить за последствиями.

– Ой кто бы говорил… Ты хоть знаешь последствия своих действий? – Так Котэ на корню пресек все упреки, ибо возразить на это Шэдоу никак не мог.

– Может, я и не даю гарантий, но зато я даю шанс, которого нет больше ни у кого, ни в одной из вселенных. Руж, твоя задача – подробно описать Наклза, когда спросят. Постарайся быть объективной.

– В смысле?

Котэ положив лапу на лицо, спросил:

– Ты блондинка или да? Описывай то, что есть, а не то о чем мечтаешь и что ненавидишь. Ладно?

– Ладно. Выходит, теперь мы с тобой работаем в паре?

– Ага. И наше сотрудничество будет состоять в том, что ты будешь мне подбрасывать детали портрета и время от времени ныть, когда же будет готово. На этом твое участие, пожалуй, заканчивается. Кстати, для гарантии результата мне нужен еще кто-нибудь, кто знал этого вашего Наклза. Есть кто на примете?

Тем же вечером внезапно пошел снег. Везде, несмотря на время года и климат. Сначала это были маленькие снежинки, воспринятые как недоразумение. Но через полчаса в воздухе висела какая-то смутная тревога. Даже дети в снежки не играли. Но легко ли спрятать эту тревогу за серыми буднями? Легко. Многие даже не обратили внимания на снежинки. Мало ли, что там природа чудит? Неважно, дома есть дела и поважнее этого глупого снега. В крайнем случае, можно обсудить с подружками. Действительно обеспокоились только огородники. Но кое-кто заметил, что что-то изменилось. Чтобы это могло быть? Изменения не замечались пятью чувствами, а интуиция принцип своей работы обычно пояснять не удосуживается.

Холод. Холод чужой души, которая почему-то не смогла стерпеть несправедливости. Сердце, что превратилось в кусок льда, в котором не осталось уже ничего, кроме холода и конечной цели. И цель та благородна, но все равно всем холодно.

Кто-то чувствовал. Их было немного, но… Просто если закрыть глаза, и забыть обо всем, кроме снега, можно было услышать тихую музыку. Холодную, далекую, прекрасную. Когда злую, когда спокойную, когда печальную, когда светлую. Но кто заметил? Кто услышал? Кому это было нужно? Ведь всем, как правило, наплевать даже на себя. А уж на что-то важное и подавно.

А снега становилось больше…

Уже два дня Тэйлз сидел сиднем в своей мастерской. Что он делал? Изучал ту странную штуку, что была у него в голове. Этот Портативный Модуль Межвселенского Перехода. Странная вещь: не видно и не слышно, руками не потрогаешь, не полижешь и не понюхаешь. Только вот все равно чувствуешь, что она есть. Это нечто появилось, когда его впервые выкинуло в другую вселенную. Тогда, в коридорах Aperture Science, лис не почувствовал в себе ничего необычного. Да и не то до того было. Непонятный пожилой мужчина, портальная пушка, лаборатории, и этот компьютерный голос, дававший советы в весьма жуткой манере не давали. Но зато этот голос (вроде бы женский) обещал тортик. Ах да, ее еще звали GLaDOS.

Тэйлз поежился и подбросил еще угля в печку. Что-то нехорошее происходит, неправильное. И дело не в сугробах по колену и метели, что веет уже более суток. Словами это не сформулируешь. Это все из-за Котэ. Может быть, это и не его идея, но он довел Шэдоу окончательно. Ведь тот не способен на такое. Или способен?

Так, собраться. Нужно еще раз перечитать, тьфу, переизучить, или даже перемыслить теорию. Да, Тэйлз обвешался всякими комбинациями, как новогодняя елка. Зачем? План был прост: выведать у Котэ, что он сделал с Шэдоу такого, что тот творит теперь такие ужасные вещи. В том, что основной зачинщик Котэ, Тэйлз уже и не сомневался. Была еще проблема: найти Котэ. Но тут все просто. Соник же вернется за ними? Обязательно. Злодеи, если их прижать, начинают брать в заложники друзей героя. Если же этот друг будет вооружен до зубов, задача героя станет легче.

– Э! Лис! Поговорить надо. Ты где там?

Черт! Рано! Маскировка не готова! Надо что-то делать!

– А-а-а-а!

После этого боевого выкрика все комбинации, какие были, полетели туда, откуда раздалось ненавистное мяуканье. Тишина потом настала настолько нехорошая, что лисенок даже зажмурился. Но звонкий щелбан вернул бедного лисенка к реальности и заставил открыть глаза.

– Школота взяла Упячку, но школота не возьмет Котэ. – Гордо проговорил кот в сапогах из «Шрэка».

– Ты!

– Я! Живой и здоровый. А вот Руж ты чуть не убил. Такова школота – ни хрена не знает, но всюду лезет. Я повторился, но вторая фраза про школие тут тоже подходит. Да не пугайся ты так, я все самое убойное поотбивал. Не расстраивайся, ты не безнадежен. Тебе удалось запустить эти комбинации. Тоже достижение. Я вот по какому поводу…

– Иди ты!

– Дослушай. Мне выдали боевое задание. Найти, куда запропал Наклз.

– Так ищи! Чего тебе от меня надо?

– Описание Наклза. Надо настроить поисковую комбинацию, нужно чтобы ты объективно его описал.

– Ты ведь не врешь?

– Ладно, для полной определенности давай так: с этого момента я прекращаю говорить тебе правду. Три… Два… Один…

– Я это уже слышал.

– Где?

– В лабораториях Aperture Science.

– Хм. Так вот куда тебя кинуло. Опишешь Наклза? Если не веришь мне, можешь спросить у Шэдоу, насчет его распоряжений, данных первому и единственному помощнику. Ну? Лис? Тэйлз? Майлз?

Выбора нет. Все пропало.

– Ладно, уговорил. Где Руж?

– У порога мастерской, в обмороке. Слушай, не делай так больше. Ты был хуже обезьяны с гранатой. Пошли, побудим дамочку, пока она себе там крылья не отморозила.

Сквозь полный ненависти взгляд и стиснутые зубы Тэйлз выдал нечто похожее на согласие.

Целых два дня работы не прошли даром. По крайней мере, Котэ трудился на совесть. Но отнюдь не из-за добросовестности. Просто глодало его сильное подозрение, что, если что-то пойдет не так, Шэдоу лично ломанется исправлять все. А чернуле сейчас отвлекаться просто противопоказано. У него на плечах тонкая работенка, знаете ли. Так что нужно бедному котику поднапрячься и не накосячить.

– Так, значит, о его вкусах и предпочтениях больше никто ничего? Молодые… Хм, молодые лис и летучая мышь, я вас последний раз спрашиваю. Ну? Еще какие-нибудь детали?

Все еще раз задумались. Руж и Тэйлз пытались вспомнить что-то еще, а Котэ волновали сугробы и эта метель, что никак не утихала. Эта метель возникла из-за мелкой ошибки в расчетах. И что самое смешное: ошибку Шэдоу уже поправил, а снег еще долго идти будет. В любом случае, снегопад закончиться не успеет. Последний удар по вселенной будет нанесен или сегодня вечером или завтра. Просто удержать вселенную в таком состоянии дольше не получится. Потом просто все начнет стабилизироваться. Да и с последним ударом был один нюанс, который тревожил Котэ.

Одно хорошо, в мастерской Тэйлза тепло. А еще тут есть чайник. А еще плита, и молоко, которое можно подогреть. Кот есть кот, и от молока он откажется, только вконец зажравшись. А наш кот и чаем, кстати говоря, не брезговал. Так, Руж еще разогрела чаю. Так, она даже приготовила, что-то на обед смахивающее. Так, о чем это она так задумалась? Только бы поднос еще не уронила.

– Вспомнила!

– Ты с нашим обедом поаккуратнее. Так, спокойненько ставь. А теперь, когда поднос в безопасности, рассказывай, что ты такого резко вспомнила только сейчас.

– Насколько вы знаете, я не оставляла попыток выкрасть главный изумруд.

– Да уж! – Проворчал Тэйлз.

– Просто однажды я услышала, как он играл на гитаре. Причем очень хорошо играл.

– Опаньки! А в играх ничего об этом не указано. Хотя, оно и верно. Игрока никаким боком не волнует, чем он там занимается, чтоб у вечного своего поста не свихнутся от скуки. Судя по твоей довольной роже, ты тогда так заслушалась, что очередная попытка спереть мегакаменюку была сорвана. Ладно, не смотри на меня так. И подождите еще минут десять-пятнадцать. Хорошо?

Со стороны могло показаться, что рыжий кот просто разлегся на диване и ничего не делает. Поэтому Тэйлз время от времени запускал сканер в модуле, чтобы видеть, что Котэ делает. Ну, зафиксировать хотя бы сам факт деятельности. А еще было в этих визуальных образах что-то гипнотическое, манящее…

– Так! Готово! Руж, тебе боевое задание.

– В смысле?

– Ты хотела найти Наклза? Ты его и найдешь. Желательно найти всех остальных, кто не в этой вселенной. Приведи их сюда, уговори. В общем, придумай что-нибудь. Можешь хоть каждого из них совратить по очереди, включая Эми. Главное, чтобы они вернулись. Сделаешь?

– Не гарантирую. Мне они не очень доверяют.

– Мне еще меньше.

– А как же я? – Закричал Тэйлз.

– А тебе, друг мой двухвостый, лучше сидеть и не выеживаться, ибо тебе не доверяю я. Тэк-с, ужас на крыльях ночи готов к полету?

– Иди ты!

– Значит так, если мы не упустили важных деталей биографии или психологического портрета нашей подопытной ехидны, и если он не был маньяком-педофилом, бывшей рок-звездой, наркоманом и т.д., и если мои расчеты верны, и если тебе очень-очень-очень хочется, и если звезды станут как надо, то у тебя есть шанс телепортироваться прямо к своему ненаглядному. Поехали! Три. Два. Один. Пуск.

Руж в комнате не было. Испарилась, как будто и не существовала.

– Все, спасибо за содействие. Мне пора. Надо с заказчиком один вопрос обговорить. Пока.

Тэйлз остался в комнате один-одинешенек. Отчаянье и одиночество едва не перевалили за ту грань, где начинаются бесконечные потоки слез.

– Соник, где же ты? – Прошептал лисенок, чуть не плача.

– Блин! Ты бы хоть прибрался чуть-чуть!

Шэдоу только усмехнулся. Да, в этой базе Роботника была пробита крыша, и сквозь эту дырку надуло метровые (без преувеличения) сугробы. Но разве теперь это важно?

– Где ты там? Я не вижу тебя? Блин, придется поднять температуру, иначе ты тут закоченеешь к едрене фене.

– Не надо, сейчас поправлю чуть. Ты только вверх поднимись на пару метров.

Котэ послушно завис в воздухе. И тут же пожалел, что я не поднялся еще выше (черт с ним, с перерасходом энергии модуля). Этот черный сверхзвуковой еж просто свернулся в клубок и начал кататься по полу черт знает с какой скоростью, распыляя сугробы на снежные потоки. По ощущениям это смахивало на нечто среднее между поливкой шлангом и падением в снег лицом.

– Блин, где ты так научился?

– Дар пресвятой Сеги рабу своему Шэдоу. – Невесело ответил еж. – Теперь спускайся и поговорим. Кстати, я догадываюсь, о чем ты хочешь поговорить.

– Тут даже дебил поймет о чем идет речь. Я уже третий раз с тобой разговариваю на эту тему и так не смог от тебя добиться деталей последнего удара.

– Вот как ты это называешь…

– Да ты вконец уже уныл! Пытаться переспорить меня шаблонными фразами, вместо того, чтобы сделать это? Ну, знаешь ли…

– На такое непросто решиться.

Черный, как смоль, кот пару раз хехекнул. В глазах Котэ появился совсем уж нездоровый блеск, после чего он заорал во весь голос:

– Окстись, Че Гевара!!! Хочешь революцию – нужны трупы!!!

Шэдоу только слегка вздрогнул.

– Да, Красавчик, все настолько хреново! Нам нужен действительно крутой сбой, иначе ни хрена не выйдет. Нужно, чтобы один персонаж убил другого. По-настоящему, цинично и жестоко. Даже оргия с участием всех женских персонажей не даст того эффекта. Даже с участием исключительно мужских персонажей. Кстати, только поэтому я выпустил Руж на поиски своего хахаля. Ты помнишь, что я попросил в оплату за свою помощь?

– Помню.

– Нет!!!

Оба заговорщики недоуменно обернулись:

– Тэйлз?!!

– Тэйлз?!!

– Хорошая эта штука ваш модуль, можно проследить за вами. Только я вот не допущу этого безумия. Не допущу.

В ту же секунду Тэйлз упал на пол, и уже не мог даже шелохнуться.

– Ну? Время подходящее. Можешь прямо теперь решить проблему. Один удар или выстрел – и ты уже создал новую вселенную.

– У вас ничего не выйдет! Соник вам всем покажет! – Послышался слезливый крик.

– И как он сюда попадет? – Глумливо поинтересовался маленький пушистый котенок.

– Он вселеннообразующий персонаж. А значит, может при помощи некоторых комбинаций Соник может сюда попасть. – Пробурчал черный еж.

Шэдоу задумался, а котенок подошел к ревущему, лежащему на полу Тэйлзу и прошептал ему на ухо:

– Ничего личного, но я должен в этой жизни хоть что-то сделать. Я надеюсь, что это действительно поколеблет УГ во всех вселенных. Второго такого разочарования как с упячкой я не переживу.

– Даже удивительно, что Соника до сих пор нет. Он мог давно уже прибыть.

– Ладно, тебе, Шэд. Хорош тянуть резину. Ты решился?

– Хм, к нам ломиться что-то снаружи.

– Ну? Ты готов?

Шэдоу долго молчал, после чего тихо сказал:

– Готов. Будет тебе труп.

Часть седьмая

«Дедлайн»

Глава 92 – «Хорошо, когда есть план»

– Дима, Дима!

– Уйди.

– Просыпайся, уже утро.

– Утро – это когда не хочется спать.

– Подъем, соня, подъем.

– Какой на хрен подъем. Идите… Соник?!

– Что?

– А-а, точно, ты же реальный.

– Пора в путь.

– Семь утра? Слушай, ты не знаешь режим дня Шэдоу? А? Он тоже предпочитает ходить в гости по утрам?

– Не дури, просыпайся.

Черт, хоть бы на часик позже поднял.

– Ты всегда такая ранняя пташка?

– Теперь как-то не до сна. Не находишь? Хотя, если уничтожают не твою вселенную, то к этому можно отнестись равнодушно.

– Явный сарказм – не круто. Учить подкалывать тонко и со вкусом.

– Кстати, у меня появилась идея, как разрешить ситуацию. Сделать так, чтобы все остались довольны. И Шэдоу, и Эми, и этот чертов совет. Но не знаю, как оно сработает. Выскажи свое авторитетное мнение.

А ведь у него и впрямь есть идея, он даже серьезное и умное лицо сделал по случаю. Ну, попытался, по крайней мере.

– Во-первых, мое мнение ни разу не авторитетное. Де-юре, я никто во всей этой кутерьме, а де-факто, не пойми что, карабкающееся к цели за счет своей хитрости. Во-вторых, я даже близко не представлю, какая идея тут может всех устроить. Валяй, в общем.

– Если наша вселенная будет регулироваться не играми, а творчеством фанатов. Они же есть?

– Есть-есть…

– Так вот, у нас не будет жизни по шаблону, у нас появиться шанс на то, что…

– Что ты женишься на Шэдоу, у Эми будет запущенная нимфомания, Наклз станет маньяком, о судьбе Руж, удерживаемой в подвале на цепи, я пожалуй умолчу. Ах да, Тэйлз – мечта педозоо…

– Все, хорош. Я тебя понял! Но ведь не обязательно будет все так. Есть же люди…

– А вот тут я тебя перебью, и приведу цитату, которую вчера вечером нашел в интернете.

– Так ты вчера сидел в интернете?

– Да, не перебивай. Один из любителей игр, написал, что хотел бы сказать разработчикам следующее: «Вы можете поместить всех персонажей в автобус, и Роботник взорвёт их, или просто никогда больше не вспоминать о них. В любом случае, мы будем рады, и серия будет спасена». Отдать свою судьбу в руки ненормальных фанатов с не всегда нормальной фантазией. И у каждого свое мнения на счет судьбы любимых персонажей. Тебя на части порвет.

Так, и Наклз уже тут. Осталось разбудить куратора, и будем двигаться дальше.

– Отлично. Осталось разбудить Эми. Ну, иди и разбуди свою даму, больше некому. Стучать я уже пробовал, бесполезно. – Ехидна со мной солидарна.

– Ах ты, дурья башка! Как я без ключа в чужой номер войду. – А наш герой чуть покраснел.

– Спокойно, сейчас я что-нибудь придумаю.

Выносить дверь номера? Нет, можно попробовать мыслерацию. Раз-два, раз-два, раз-два-три, раз-два-три-четыре-пять-шесть-семь-восемь-девять-десять-девять-восемь…

«Хватит, я уже проснулась. На будущее знайте, что я не люблю побудки с помощью мыслерации»

Слушай альтернативу – вынести с ноги дверь и отправить твоего ежика на побудку, как самого шустрого.

«Не смешно»

Не шутка.

– Ну? Ты открыл дверь?

– Она уже проснулась.

Кавалер уже никак не дождется встречи с прекрасной дамой.

«Иди к черту!»

Через минут пять она все-таки соизволила выйти (хорошо, хоть краситься не стала). Что делать дальше – стали решать прямо в коридоре.

– Сначала вы отправите меня в родную вселенную. Это не обсуждается.

– Комбинацию для отправки я уже изготовила.

– Когда? – Удивился Наклз.

– Только что. Минут пятнадцать – больше не надо. Здесь скорее затраты энергетические.

М-да, получается здесь только я соня-засоня. Все остальные уже готовы к бою.

– Эми, а что мне делать?

– Ничего. Комбинация творческой энергии все за тебя сделает. Ты лучше подумай о том, что скажешь Шэдоу, и как его остановишь.

– Я… Я знаю что делаю! – Упрям еж, до сих пор не сдается.

– Не знаешь, дорогой мой. Поэтому ближайшие часа три я проведу, рассовывая по твоей душе различные ловушки. Все, что тебе нужно будет сделать, это подойти к нему и подумать о нем. Запрос модуля на запуск комбинации ты ни с чем не спутаешь. Далее подтвердить, и молиться, чтобы все сработало как надо.

Куратор сказала – куратор сделала. Она действительно обвешала Соника какими-то комбинациями, неслабо вложившись в маскировку. Для создания комбинаций она собрала энергию всех наших модулей. Черт, да я теперь несколько часов не смогу ничего серьезного сделать. Дай бог во вселенную «Сталкера» добраться после всех ее манипуляций. Черт, я даже четверти всего ее арсенала опознать не могу. Нет, теперь точно не опознаю. Эми замаскировала все, как могла. Надеюсь, может она неслабо. Иначе у Соника против Шэдоу никаких шансов.

– Дима, она точно что-то со мной делает? А то три часа столбом стоять – это свихнуться можно.

– То, что ты ничего не видишь, еще не значит, что ничего нет. – Злобно ответила ежиха вместо меня.

– Угу, я бы еще вспомнил цитату из Экзюпери «зорко одно лишь сердце», но я даже близко не представляю, где находится тот орган чувств, который все эту хрень воспринимает. Но судя по тому, что я вижу, там что-то опасное. Так что стой спокойно. – Уточнил я.

– Все.

– Все?

– Да, Соник, все. Удачи.

После этого Эми пожала ему руку.

– Я думал, обнимешь. – Усмехнулся ежик.

– Чтобы ты исчез прямо из моих объятий? До свиданья, береги себя.

И все. Исчез.

– А мы что будем делать? – Спросил Наклз.

– Будет лучше, если ты останешься в одном безопасном месте.

– Опять в психушку, что ли? Нет, я своих не бросаю. Я с вами.

– Это не обязательно. Ты там будешь почти бесполезен. Тебе придется быть очень осторожным, Наклз. – Попытался я его образумить.

Но по всему видно, что Наклз не расположен отсиживаться в укромном уголке.

«Может и не стоит его брать, но мы его не уговорим»

– Я с вами. Меня пугает, что вся моя сознательная жизнь прошла в больницах.

– Это не так!

– Эми, я же больше ничего не помню. И вообще… Дима, у тебя есть план? Сработает?

– Есть. Должен сработать в любом случае.

– Хорошо, когда у тебя есть план. Но заканчивается это обычно плохо. – Заметила куратор.

После этого мы покинули вселенную «доктора Хауса»

Глава 93 – «Провод»

Мы на месте. Нутром чую, что это вселенная «Сталкера». А разве может быть иначе? Только от одного вида этого места пробирает до костей. Какой-то лес вокруг, где кусты выжжены, где деревья разломаны аномалией. Да, это плохое, злое место, но за месяцы странствований оно стало мне как родное. Прости меня, куратор: после всех моих провалов я должен был пересилить себя и создать Монолит во вселенной кукол Барби, чтобы не тащить вас в эти проклятые места, но не вышло. Да я даже не успел подумать о такой возможности. Может быть, Зона действительно мне как родная?

«Просиженный стул у компа для тебя как родной. Куратор нас заметил. Сейчас здесь будет куратор этой вселенной. Говорить с ним буду я и только я. К сожалению, я его не знаю. Подросток, взят сюда относительно недавно. Я знаю, ты пытался мне помочь, и у тебя даже чуть-чуть получилось, но дальше говорить буду я. Твоя задача – стоять и молчать. Тебе ясно?»

Ясно. Вот идет к нам кто-то. Подходит к нам вагончику. Я разве не упоминал? Мы втроем стоим у какого-то вагончика. Как он тут оказался? Вопрос явно не ко мне. Вагон зеленый, пассажирский, ржавый. Надо бы отойти подальше. И обзавестись счетчиком Гейгера.

«Защита от радиации встроена в модуль. Мелочь, а приятно»

Мелочь? Да ну, лучше все равно отойти от вагона. Всякие железки могут очень сильно фонить.

«Откуда вы знаете?»

Знаком с творческим первоисточником. Обожаю эту игру.

«Я поняла. Все, теперь молчите. Командовать парадом буду я»

Что ж, как скажешь. И кто же это идет? Интересно, у парня стандартный сталкерский комбинезон. Одна из множетсва народных самоделок. Но если он не раздобыл к ней пару наворотов, то вряд ли он имеет право зваться куратором этой вселенной. Мне кажется, или я его знаю. Черт, что же за персонаж это? Подозрительно знакомая фигура…

«Он не персонаж. И он помахал вам рукой, как ни странно. Черт возьми, я тут главная»

Мне? Ах ты ж…

«Вы что делаете? Мы же договорились оставить дипломатию на моей части. Он может, нет, он должен сдать нас Совету Кураторов. Вы что творите?»

Машу рукой в ответ. Невероятно!

«Что?»

– Здарова, Димонски!

– Приветик, Провод! Так вот куда тебя перевели, зараза, ты этакая. Школа для технически одаренных детей, жить где-то в далеких е… Кхм, селениях. Короче, какого хрена заливал? Умник, блин. Куратором тут трудишься?

– А ты какого хрена тут забыл? Еще и невиданных мутантов притащил, будто мне и так их мало. Только успевай отстреливать.

– Что тут происходит?! – Не выдержал неведомый мутант.

«Неведомый мутант. Охренеть можно»

– Да мне самому интересно. Диман, не жмись, щас подохну от любопытства. Ну, рожай, пень. С какого ж уя?

– Это куратор вселенной «Соника» на которого я работаю. Дела такой трындец, что хуже некуда. Нужна помощь.

– Как работаешь? Погодь, так ты погруженец что ли?

– Почти. Кстати, Эми, это мой бывший одноклассник и мой тезка. А еще отзывается на «Провод» и «твою-мать-что-это-ты-опять-напаял-дебил». Кстати, именно он и подсадил меня на «Сталкера».

– Заешибись! – Порадовался мой одноклассник обстановке.

– Это ты правильно делаешь, нечего ругаться при даме.

– Знал бы ты, какими словами поминают эту даму с этой ночи. Часов этак с двух, когда всех погруженцев согнали туда. Никак блокаду, перекрывшую доступ во вселенную проковырять не могут. Не знаю, кто там у вас засел, но эти ребята очень круто подготовились. Меньше чем за год такое не смастеришь. Если батальон погруженцев никак не проломится, то я даже не знаю. Там, говорят, единственный вариант – использовать как якорь вселеннообразующего персонажа. Но они ж все внутри вселенной сидят.

– Так Совет уже все знает?! – Закричала Эми.

– В смысле, «все»? Пока Совет знает, что кто-то заперся в той вселенной и выходить не хочет. А до куратора никак не дозваться. Пытались по окружающим потокам творческой энергии отследить, что там творится. Получилась картина типа «пришла полярная лисичка».

– Как это, «пришла полярная лисичка»?

– Ну, не ругаться же при тебе матом. Димонски, объясни ты ей как-нибудь, что такой трындец наши ученые еще ни разу не видели. Хотя ходят слухи, что они лажанулись при расчетах и теперь все пересчитывают.

– Они не лажанулись. – Тихонько пискнула ежиха. – Все очень плохо. Нам нужна твоя помощь. Димы, вы мне поможете?

– Чем?

– Мы должны сразу вас предупредить, что это серьезное нарушение правил. По сути, мы в вашей милости. – Сообщила Эми.

– У меня есть план. Я написал небольшой рассказ, чтобы внести нужные изменения в твою вселенную, и теперь надо, чтобы все воплотилось. Поможешь? – Спросил уже я. – Я понимаю, что это против правил, но вариантов больше нету.

– Расслабься. Забыл, как мы от замдиректора нашего лицея полведра пива прятали?

– Куратор – твой событульник? И в России пьют пиво ведрами?!

– Это образное выражение. – Уточнил Димка.

– Нет, Эми, нас попросили знакомые.

– Знакомые? Друзья?

– Скорее клиенты. Да, это было запрещено. Зато мы тогда взамен получили диск с «Пэйнкиллером». – Усмехнулся Провод.

– Не забывайте, что нам надо еще добыть снаряжение. – Наклз! Я уже почти о нем и забыл. – Почему-то мне кажется, что здесь очень опасно, и оно нам не помешает.

– А это что за покемон?

– Еще один персонаж оттуда. Звать Наклз.

– Ой, пошли бы мы вдвоем, а то еще и их таскать. Но чувак прав – без обновок далеко не уйдете. Кое-что воплощу, но придется подгонять под ваши размеры. И не жалуйтесь, что неудобно. Главное – выжить, к комбезам привыкните. Давай к делу, что тут у меня воплотиться должно?

Только я подумал, о том, какой же я идиот, что не взял текст своего рассказа с собой, как Эми пискнула «щас все будет». Дима долго думал, кряхтел, сопел, видимо, обдумывая присланное коллегой. Спустя минут пять наша дружная компания услышала вердикт специалиста.

– Само будет воплощаться сутки, если не больше. Можно ускорить процесс и часов через шесть Монолит будет тут как тут, но только не понятно где. А такой рандом слишком опасен. Можем на дорогу к тому монолиту больше времени потерять.

– А если вносить корректировки? – Предложила ежиха.

– Часов 8-10. Скорее десять. И то, при условии, что Монолит будет в Зоне, а не в Африке. Тэк-с, я начинаю. А ты, Димонски, проведи ежам инструктаж по технике безопасности. А то, знаешь ли, не круто как-то стаскивать обгорелый труп с дерева. Как закончите, помогайте, кто чем может.

Черт, уже год, наверное, не виделись, а дружба ни на грош не ослабла (контакт не в счет, совсем не в счет, да и не любит Димка Провод этих соцсетей). Он даже не стал спрашивать, что стряслось. Теперь те самые полведра пива – это минимум, который я ему теперь должен. МИНИМУМ.

Глава 94 – «Застрял»

Виделись почему-то странные вихри. Они не то чтобы не имели цвета, просто он слишком часто менялся, чтобы что-то понять. Да и само понятие цвета как-то в мозгу не задерживается. Или это звук? Шипящий или зеленый. Старая шутка о трех зеленых свистках, воплотилась в… Нет, это же не реальность. А если и реальность, то какая-то совсем нереальная. Это река. Образная какая-то. Просто это лучшее, что подобрал Соник. Река… Надо быстро сообразить, что с тобой, и почему ты так (или здесь?) находишься. Сфокусироваться на каком-то образе, который точно из реальности? Но на чем? На реке? Реки, озера, моря и океаны никогда не вызывали у Соника доверия. Пусть лучше это будет дорога. Тем более она никуда не течет, то есть не ведет, то есть не идет, то есть… Соник осознал, что застрял. Это его не на шутку встревожило. А тревога собрала в единую кучу все необходимые воспоминания.

Что-то пошло не так, и теперь несчастный еж вдобавок ко всем своим бедам застрял непонятно где. Там, в родной вселенной Шэдоу вот-вот исполнит то, что задумал. А что он там задумал? Уничтожить, поработить, изменить, спасти, перепилить, выпить, измерить, улучшить? Кажется, какая-то комбинация двух-трех вариантов. Так, все, память вернулась. Надо быстрее… Стоп! Время! Как оно тут идет? Нужно собрать силу воли и… Ничего.

Спустя часов семь или восемь (позже Соник понял, что именно столько) недореальность собралась в какую-то непонятную, но реальность. Было что-то, что можно потрогать, вернулось ощущение собственного тела. Но веса не было, как в космосе. Попытки двигаться были не очень удачными. А еще посреди этой реальности был один не абстрактный объект. Это был человек, высокий, молодой. И тут работал теперь звук. Ну, просто человек представился:

– Я – Грегори. А ты кто? И чего забыл за границей своей вселенной? Расскажи, как сюда попал.

– А это обязательно?

– Ох, хитер, зараза. Учти, соврать мне у тебя не получится. А если я залезу тебе в память, это будет не очень приятно. Церемониться я не буду, так как тебя здесь быть не должно. Тем более попал ты сюда не из родной вселенной, а это нехорошо. Это – непорядок. – Незнакомец помахал пальцем.

– Да вы хоть скажите, где я! – Потребовал еж.

– Во временно созданном «канате» для перехода в твою родную вселенную. Тебе придется рассказать, кто это сделал. И вообще, лучше выложи, все что знаешь.

– А у куратора будут неприятности?

– Очень и очень большие. Да ты не бойся, можешь рассказывать все. Хуже ей уже точно не будет.

– Что ты имеешь в виду?

– Около твоей вселенной оцепление. Согнали всех кого можно, а внутрь пробиться не могут. Такого аврала на моей памяти наша контора еще не знала. Виновницу торжества ожидают такие почести, что три дня не сядет. Ну, будешь рассказывать?

– Буду. Но с одним условием.

– Каким же?

– Ты поможешь мне попасть внутрь моей вселенной. Договорились?

– Но я пойду следом за тобой. Хочу сам посмотреть, что у вас творится.

– Хм, как скажешь. Кто ты такой вообще? Ты из этого Совета Кураторов?

– Да. Начинай рассказывать.

Спустя минут двадцать Соник закончил. Грегори только хмыкнул:

– Все ясно.

– Что ясно?

– Что ничего не ясно. Не ясно, как до такого можно было довести. Нет, ну как, скажи мне?

Еж только пожал плечами:

– Как насчет твоей части сделки?

– Щас, подожди, чего-нибудь придумаю.

– Что ты придумаешь?

– Что-нибудь. Не мешай, ладно. Иди, поспи, что-ли.

– Не могу! Я должен его остановить! И куда я пойду тебе?

– Не зуди, не паникуй, не надо. Вот не люблю, когда все вокруг такие нервные, не люблю. Дай подумать.

Ежик мог поклясться, что следующие три минуты были самыми долгими в его жизни. Затем этот Грегори махнул рукой, сказав «а, сети причин хуже уже точно не будет», и подал Сонику фляжку.

– Зачем она мне?

– Пей.

– Объясни в чем план.

– Ты пьешь это, и мы попадаем внутрь.

– И почему мы попадаем внутрь?

– Потому что тот факт, что ты это пьешь, противоречит сети причин. А значит, здесь она станет нестабильной вместе с блокадой. Так и проломимся. Не бойся, не отрава. Ну, мне тебе пипеткой вливать?

Вкус у этой жидкости был весьма непривычным и жгучим. Настолько, что выпить это у ежа сразу не вышло.

– Ты что, с ума сошел? Выплюнуть это?! Знаешь, сколько стоит этот коньяк? Я тебе последнее отжалел.

– Коньяк? А, вот оно что. Героев-алкоголиков не бывает.

– Вообще бывает. Тони Старк, например.

– А в моей вселенной, значит, не бывает. – Горько усмехнулся герой.

«А катись, оно все к черту! За тебя, Эми, за вас всех!» – Подумал Соник и начал пить. Во фляжке было грамм сто, не меньше. Горло жгло, но назло всему ежик пил и пил. Это было уже от злости, из принципа, от безысходности. С каждым глотком реальность вокруг менялась все больше и больше. Уже допив до дна, бедолага почувствовал, что теряет сознание.

Глава 95 – «Золотое правило погружения»

Скучно, делать нечего. Занимаюсь тем, что любуюсь природой. Здесь очень красивая осень. Здесь всегда была очень красивая осень. На мой вкус. Не нравится почему-то другим конец октября – начало ноября. Слякотно, листьев уже нет. Облака, как свинцовые. Да, это подходящий эпитет. Нравятся мне такое время года. Оно мрачное, но спокойное и холодное. Не золотая осень, с которой так тащился Пушкин, а именно эта слякотная пора, когда у всех уже унылые лица. Но зато никакой суеты и жары. И никого лишнего на улице. В такую погоду даже самым закостенелым гопникам не захочется отжимать мобилы у лохов.

Кое-где валяются обрезки труб. Как и положено, ржавые. Мы все еще около пассажирского вагона, тем не менее – костер нам основное убежище. И дело даже не в радиации. Неуютно в этом вагоне. Просто зайти – интересно. Это как в детстве, когда забредаешь в какие-то незнакомые тебе конструкции. Весьма любопытно залезть в грузовик электромонтеров, где сзади почти как в купе поезда, только поменьше и уютнее. Тоже столик, две скамеечки с откидными сиденьями и вещами под ними. А еще печка-буржуйка. Честное слово, своими глазами видел, когда маленький был. Кстати, валяется печка и здесь, в этом вагоне. Только она непригодна, дырявая ведь. Чужое тут мне все. Хозяев нет давно, и больше уже точно не будет. Это – железяка и нечего мне по ней горевать. Пойду обратно. Скоро Дима уже должен все закончить.

Так, кто это такие? Откуда они тут? Что тут вообще творится? Какого… Какого перпендикуляра тут делают Джон Астром и Сальвадор Комего?

– Э… Ребят, какого хрена вы тут делаете? – Астром тоже очень сильно удивлен.

– Так-с, а я тебя помню, читер поганый. – Ухмыльнулся Сальвадор Комего.

– Вообще-то не должен. – Засомневался я.

– Даже если и был какой-нибудь блок, то он до тех пор, пока мы не свидимся вновь. Ты ведь на такое и не рассчитывал.

– А почему читер? – Спросил Астром.

– Мы расскажем это позже. Только объясните, как вы нас нашли. – Заявила Эми.

– Да просто из твоей вселенной, куратор, чего-то вылетело. Прилетело сюда. Использовало поисковую комбинацию. А нас двоих отправили следом, проследить и выяснить, что тут стряслось. Как вы опять внутрь блокады влезли, и зачем оттуда вылезли?

– Комего, я уже несколько дней не была в своей вселенной! Я понятия не имею, за чем или за кем вы сюда явились.

– А кто мог явиться? Кто-то из персонажей, или сам Шэдоу соизволил?

– Уточни, что за Шэдоу и чем так важен.

– Шэдоу – это еж, которому не понравилось быть под играми, и он решил круто поменять жизнь всей вселенной. – Уточнил я специально для Сальвадора Комего.

Черт! Их тут быть не должно! Весь мой план прахом пойдет! Ааааааа!!! Что же делать-то? Зараза! Думай, Димонски, думай. А-а-а-а! Спокойно. Нас попалили, но еще можно договориться.

– Ребят…

– Ты хочешь, чтобы мы в положение вошли? – Догадался испанец.

– Хочу. Ибо есть рабочий план. Небольшой расчет на эффект естественности и грубые нарушения правил.

– Это те, которыми куратор этой вселенной сейчас занимается? – Ухмыльнулся Астром. – Как ж ты его уломал? Кураторы они такие, пока не прижмет, ничего сверхъестественного не предпримут.

– Джон, это секрет фирмы. В общем, Эми перекинь текст им.

– Погоди со своими мегапланами. Мы сюда вообще не за вами. Надо выяснить, что сюда к вам прибрело.

– Джонни, я не знаю. Это мог быть Шэдоу, или еще кто-нибудь. – Пожал я плечами.

– Мы оставили там доктора Эггмана, а он мог затеять свою игру. – Задумалась Эми.

И тут я вспомнил такое, отчего мне стоило хлопнуть себя по лбу. Мы минут пятнадцать назад отправили Наклза за хворостом. Вообще-то было бы лучше разжечь огонь с помощью модуля, в котором было встроено очень много чего. Но мы берегли всю энергию для воплощения моего рассказа. Поэтому, поохав, и забив голову ехидны до отказа полезной информацией по выживанию в зоне, мы отправили его за горючими материалами. Одно радует – он очень внимательно слушал. Особенно после того, как увидел раздробленный неизвестной силой в щепки сук, и особенно те места, которые касались аномалий и методов их опознания.

– Наклз же доверчив как дитя. Не дай бог он встретится с Роботником – все, пиши пропало. – Заорала Эми.

– Значит, сначала найдем пришельца? – Спросил Астром.

Вместо ответа Эми прямой наводкой двинулась в лес.

– Осторожно, не вляпайся. – Крикнул я ей вслед. – Дим, отойти надо, ты за нас не переживай, чуть что.

Все было нормально, даже отлично. Не прибежали страшные кровососы, не порвали на части страшные аномалии, не застрелили бандиты. В общем, все было подозрительно хорошо. Пока Наклз не услышал за спиной женский голос:

– Приветик, Наки.

В голове завертелись различные версии. Толковых не было. Вспомнились краткие рассказы о неких «контроллерах», которые могли завладеть разумом. Считать ли галлюцинации признаком вмешательства в мозг? И не только слуховые, надо сказать, галлюцинации. Еще один антропоморф, каких в зоне не водится, и водится не должно. Молодая девушка, летучая мышь. Первая ассоциация – «хитрая морда». Кажется, старше, на год или на два. Если глюк, то стрелять бесполезно. Но выданный пистолет на нее Наклз все-таки наставил.

– У тебя есть тридцать секунд, чтобы рассказать, кто ты такая, откуда взялась и чего тебе надо.

– Что значит «Кто я такая?» – Возмутилась дамочка.

– А ты что, звезда телеэкранов, чтоб тебя все знали?

– Тебе что, память отшибло?

– А разве ты моя знакомая?

– Да. И у тебя видно, с головой совсем уже не очень.

– Не верю! Мое имя не Наки.

– Ты еще обидчивей, чем прежде. Можешь опустить пистолет?

– Пятнадцать секунд.

– Мое имя – Руж, если ты забыл! И не будь таким букой, ладушки?

– Какие к черту ладушки?! Ты еще на два вопроса не ответила.

Девица явно было удивлена такому.

– Слушай, не горячись. Если у тебя с памятью что-то случилось, то извини.

Наклз продолжал молчать.

– В любом случае, я рада, что ты жив. Доволен?

– Время, вообще-то закончилось.

– Ладно, хорош уже обижаться. Может, уберешь оружие?

В ответ Наклз взвел затвор.

– Эй, не надо в меня стрелять. Я не причиню тебе вреда. Я тебе не враг.

– Точно?

– Ну, не хотелось бы мне с тобой враждовать. И вообще ты был моим телохранителем.

Руж сама удивилась этой идиотской импровизации. Это было глупо и неправдоподобно. Вот и Наклз смотрел как-то недоверчиво.

– Мне казалось, что я что-то стерег от тебя. Кажется, я понял: тебя от твоей же дурости и стерег.

– Чего?

– Того. Любишь ты, видно, найти приключений на свои вторые девяносто. Осталось только разобраться, зачем ты сюда явилась.

– За тобой. То, что ты сюда попал – это несчастный случай. Нужно вернуть тебя обратно.

– Вот оно что. Ладно, как скажешь, Руж. Кстати, одень мой комбинезон. Тут прохладно. Не хватало, чтоб ты загнулась от пневмонии.

– А ты? Кто меня защитит, если ты загнешься от пневмонии? – Сказала Руж, пытаясь натянуть на себя какой-то совсем уже неудобный костюм (чуть управилась, и то пришлось до упора сложить крылья).

– Сейчас подойдем к остальным. Там чего-нибудь придумаем.

– К остальным?

– Ну да. Не одному же мне надо домой возвращаться. И были другие планы у нас. Тебя же Шэдоу послал?

– Д-да.

Для Руж дело пахло жареным. Что за остальные? Дима его все-таки нашел? Тогда что они тут забыли, в этом богом забытом месте? Или не смогли вернуться обратно. Да, скорее всего так. Но тогда их могут быстро разоблачить.

– Дмитрий Горяченков, он тебе разве враг?

– Нет, что ты.

– Тогда чего ты нервничаешь?

– Не нравится местность.

– Да, здесь чертовски тоскливо. И опасно. Поэтому идти за мной вслед вслед, и ни шагу в сторону. Иначе…

Болт в «жарку» – эффектная демонстрация. Безрассудничать в месте, где из ниоткуда бьют огненные столбы в два метра, резко расхотелось.

– Тебе повезло, что ты быстро меня нашла.

– Не зазнавайся, умник.

Похоже, она не врала насчет того, чтобы была знакомой. Но вызывала она какие-то противоречивые чувства.

– Знаешь, мне все-таки кажется, что ты врешь.

– Это почему?

– Не проработал бы я с тобой долго. Сильно ты надменная.

– Но жить-то тебе надо на что-то, а? – Парировала Руж.

Наклз опять задумался. Что же их связывало? И действительно ли она такова, или только изображает из себя что-то дикое? Нет, она красива. Но этот характер начинал уже бесить. Она и правда думает, что самая умная?

И вот идем мы по лесу. Перечислю тех самых «нас»: Я (Дима Горяченков, невиноватый, что у него такая дурацкая фамилия), Эми Роуз, Джон Астром и Сальвадор Комего. Димка Медведев (однофамилец), он же Провод, остался воплощать мой рассказ. Так увлекся, что не заметил гостей. Ох, и удивится же он (если не сказать грубее), когда к нему придет дополнительно еще двое погруженцев и кто-то из вселенной Соника. И кто же это будет? А мне наплевать уже. План действий у меня есть, и ничто меня не своротит с пути. Ибо достало меня это уже.

«Мне ваш вид не нравится. Слишком мрачно выглядите»

Не мрачно, а сосредоточено. И вообще, не надо на мозг капать.

– Наклз! Наклз! Ау! – Заорала Эми.

Я же опять вспомнил анекдот, о медведе, явившемся на зов заблудшего. Не удивлюсь, если нас найдет контроллер и скажет: «Ну, я вас услышал. Легче стало?».

– Эми! Я тут! – Кажется, это не кровосос. Ура, товарищи.

И тут Наклз попал в перекрестье наших прицелов.

– Не стреляйте, это мы.

– Какие еще мы? Мы разные бывают. – Перефразировал одного кролика Сальвадор Комего.

А он не один. С дамой к нам явился.

– Какого черта ты здесь забыла? – Закричала куратор.

– Шэдоу отправил меня сюда с предложением вернуться. Еще он беспокоился за Наклза. В том, что случилось, его вины нет. И вообще, Шэдоу такой же, как и всегда, и он не стал злобным маньяком. – Сказала Руж.

– Ага, он им был по умолчанию. – Усмехнулся Джон.

А дальше они все начали что-то кричать и ругаться. Вроде бы все, кроме Наклза, орут на Руж, но она не сдастся. От женских голосов (ибо дамы усердствуют) уже голова кружится. Они все кричат очень громко и не хотят останавливаться. Откуда-то из подсознания приползает мысль дать автоматную очередь в сторону источника шума. Да, это решит проблему. И о чем они орут-то? Я не слышал деталей и подробностей. Задумался просто. Обдумывал, что сейчас как крикну, чтобы все заткнулись, и пальну в воздух как следует. Или хотя бы пальну, а то уже начали выяснять, кто хороший, а кто плохой. Но в детстве, в видеокассете, нашел я для себя одну истину: «Хороший, плохой… Главное – у кого ружье».

Шарах! Все заткнулись, а вороны закаркали. Когда птицы выговарились, слово взял я:

– Слушайте мой план! Кто согласен – за мной! Остальные – на***!

– Куда? – Переспросили хором Наклз и Руж.

– Подальше отсюда в произвольном направлении.

– Скоро закончится воплощение моего рассказа, который поместит в эту вселенную штуку, исполняющую желания. Это будет Монолит. Сила его в любом случае не безгранична, но этого хватит, чтобы я нашел источник творческой энергии, достаточный для исправления всего этого бардака. Формулировку желания я уже продумал.

– А если Шэдоу все-таки уничтожит нашу вселенную? – Закричала Эми.

– Все равно сработает.

– Клянешься?

– Клянусь.

– А если не сработает. – Забеспокоился куратор.

– Забей.

– Чувак, ты столько правил кураторского правопорядка нарушил. – Забеспокоился Астром.

– Забей.

– Ты понимаешь, что мы должны повязать всю вашу самодеятельную банду. И что правила надо соблюдать. Хотя бы пытаться.

– Забей.

– Сальвадор – это наш человек. Он просек ту фишку нашего дела, которая до некоторых доходит после нескольких лет работы. – Захохотал англичанин (я думаю, что он англичанин).

– Да, но, по-моему, слишком рано. Не дорос он до того, чтобы на все забивать. Но план мне все равно нравится. – Пробурчал Комего, улыбаясь. – Но есть еще несколько вопросов. Что ты нам предлагаешь делать с вашей бандой? С правилами на не пустом месте собранными, которые ты нарушаешь сам и заставляешь нарушать других? С возможными последствиями и наказаниями, которые очень строги? С другими погруженцами, которые могут сюда прибыть? С тем фактом, что может быть уничтожена целая вселенная? С тем, что не все захотят пойти за тобой? С тем, что у твоего плана не стопроцентная вероятность срабатывания?

– Забей. Что-нибудь придумаем. После пережитого могу с уверенностью сказать, что все твои опасения – ересь. Мой план решит все проблемы, и сделаем так же хорошо, как было. Даже лучше. И если оно так и будет, то чего вам жаловаться?

– Дмитрий, ты знаешь, что такое «золотое правило погружения»? – Спросил Джон Астром.

Я включил поиск в глоссарии. Ничего. Абсолютно. Выдало что-то смежное и непонятное. Видно, информацию об этом правиле оттуда удалили после того, как глоссарий был написан.

– Нет. Не знаю. И в глоссарии вашем пусто.

– Значит, ты сам до него дошел. – Задумчиво проговорил Сальвадор.

– А еще это значит,что ты точно наш человек и что мы присоединяемся к тебе. – Добавил Астром.

– Я знаю об этом правиле, и сама же начала с попытки его применить. Боюсь, мне придется идти до конца. – Сказала Эми.

– Я же пойду за тобой только потому, что мне некуда идти. – Это – Наклз.

– Я должна была вернуть вас в свою вселенную, но вижу, что вы туда не пойдете. Глупо одной возвращаться, так что я с вами. Тем более, основную свою задачу, убедиться, что вы живы, я выполнила. Кстати, мальчики, а что это за золотое правило? – Залюбопытствовала Руж.

Погруженцы переглянулись и хором сказали:

– Забей на все и решай проблему, победителей не судят!

Глава 96 – «Остановить»

Тэйлз плакал. Да, это стыдно и нехорошо. Но когда тебе немного лет, а ситуация такая, что впору повеситься, то что еще остается? Слезы очищают. И вообще слезы хороши, как средство психологической разрядки. Немного успокоившись, он решил прислушаться к нервному бормотанию Котэ. То, что лисенок заплакал, не означало, что он сдался. Что-нибудь узнав о планах шизанутого кота, все еще можно найти выход. И потом, похоже было на то, что только что вернулся Соник. Шэдоу как раз убежал посмотреть. Может быть еще не поздно, может быть еще есть надежда.

– И что ж там творится. Чернуля побежал своим ходом, решил проветриться. Если учесть, что неведомый гость, или даже гости на другой стороне этой планетки и вообще, у меня есть шанс и времечко. Нет, не надо. Гляну… Да ну их! Нет, на это надо посмотреть. Увижу ли я гостей? Если это еж, то его должен убить другой еж. А ну как синий проявит чудеса дипломатии? Не проявит. Когда в мозгах ни хрена нету, кроме юношеского максимализма… Так и чернуля молод. Гарантий нет. А ну и фиг с ним. Чуть что, убью лиса и все будет оке. А пока – смотреть гостей!

Все. Котэ куда-то исчез.

Соник закашлялся. Горло жгло, а в голове гудело. Но хмель из головы выветрился внезапным холодом. Еж чуть трезвее от осознания того, что он буквально погребен под снегом. Сколько тут его? Метр или два? Или даже три? Грег прокричал что-то невразумительное и непонятное.

– Я тут?

– Да я, , по самые яйца в снегу. Ненавижу этот снег. Его во все дыры. А, хорошо, . Ой, бодрячком-бодрячком-бодрячком.

– Что ты городишь, причем тут яйца?

– Слушай, у тебя в модуле языкораспознания кто-то матфильтр не вырубил. Даже странно. В последних версиях модуля его даже из стандартных функций по умолчанию убрали. Кажись, это куратор подсуетился. В общем, неважно. Если ты меня не поймешь, не обращай внимания. Я буду для тебя много непонятного говорить. Ты не нервничай. И держись, щас я снежку поубавлю.

Начались очень сильные порывы ветра. Задувало все сильнее и сильнее. Но ветер шел как-то неестественно. Он не пойми, каким боком поднимал куда-то вверх все больше и больше снега. Вскоре Соник и Грегори остались на небольшом холме, поросшим травой. На фоне снежных просторов это выглядело странно. Зеленое возвышение. Горбик в высоту метров пять, а в ширину метров в сто.

– Где мы?

– В твоей родной вселенной. Это надо было угодить на полюс. Я ж в умеренные широты целил.

– Всем привет. А я вас знаю. Один оживший синий луч любви и добра, раб своего типажа и просто паладин, носитель света и идиотизма. А второй – тот засранец, что хотел меня как-то раз в гостиницу полгодика назад запаять, да хренушки вышло. А ведь знал же Гришаня, что у вселенной интернет-фольклора нет пока официального статуса и мне можно отлучаться в другие вселенные без статуса. И вы не на полюсе. Теперь у нас везде так. Погодка под состояние вселенной подстроилась. – Зазвучал до боли знакомый уже голосок.

Прямо на самой макушке это покатого холма, напротив наших героев, сидел котенок. Это был котенок из детского какого-то аниме. Оно шло, кажется, по утрам. По три минутки серия. Забавные приключения обычного полосатого котенка. Но по блеску в глазах и по голосу, было заметно, что Котэ не имеет с Чи (кажется, так звали котенка, Соник уже не помнил) ничего общего.

– Ты их использовал как отправную точку для шастанья и непонятных темных дел. – Парировал Грегори.

– Хрен докажешь!

– Он сам при мне признался, что не так давно помогал Шэдоу со штукой преобразовывающей мою вселенную. Так что я могу быть свидетелем, чтобы его упекли куда подальше – Заявил Соник.

– Надо же! У тебя есть интересные задатки. Сложись твоя жизнь чуть иначе, и ты бы стал лихим стукачом. Так и представляю себе картинку: пролетарий Соник пишет кляузу в НКВД на своего ученого друга Тэйлза, и бедного, интилегентного лиса отправляют лет этак на десять в лагеря, чтобы исправлял несуществующие грехи ударным трудом на благо родины.

– Вы безумцы! Вас нужно остановить! То, что вы затеяли неправильно! – Заорал еж.

– Оу! А аргументы предъявишь? И кто ж автор твоего мнения? Подружка? Боюсь, в твоей ситуации здравомыслие невозможно без оскопления.

– Что может знать о здравом смысле талисман упячки? Еще один божок придурочной школоты? – Спросил Грегори.

– Переход на личности – прямой путь к сливу холивара. Тем более школота не так уж и плоха. Да, школовоены недостойны быть военами. Но этими придурками так легко управлять. Ткни пальцем в эмо – станут нападать на эмо. Ткни пальцем в хабр – станут нападать на хабр. Ткни пальцем в имиджборды – станут нападать на имиджборды. Любой святой поход во имя Онотоле воспринимается, как новый крестовый поход. Весело. Главное, только не общаться с ними, чтобы не стать УГ самому. Какие только мишени прикола ради мы не ставили этому стаду. Я даже думал натравить их на атеистов. И им я обязан своей многоликостью, кстати. Школьнички стали плодить демотиваторы про котэ, стали говорить о котах как о котэ, стали называть свои котов Котэ. И? Что мне оставалось после такого вала коллективной творческой энергии, как не взять неожиданно приятный дар? И он, несомненно, поможет забороть УГ в этой и других вселенных.

Грег спокойно выслушал эту тираду и сказал:

– Все с тобой ясно, все с тобой понятно. Персонаж, именуемый Котэ, – вы арестованы.

Все осветилось ослепляющим, белым светом.

«Стой, где стоишь, игластый, не дергайся. Тебе ничего не сделать со мной. Котэ живым не дастся!»

«Внимание. Опасность! Остановить Шэдоу?»

«Нет!» – Подумал Соник.

«Включен визуализирующий сканер»

Белый свет исчез, а Грегори и Котэ уже были с другой стороны холма, у самой кромки снега. Вокруг Котэ роем вились фиолетовые полосы. «Тик-так, замедляющее» – Подсказал модуль. Оно стало манулом, вокруг которого начала возникать зеленая дымка, щит. Движения манула из плавно-замедленных перешли в сверхбыстрые, превратив полупрыжок-полупарение в резкий рывок. Парочка парализующих комбинаций прошли под брюхом, не задев поганца.

– Размениваешься на дешевые замедлялки?

– Сопротивляешься при аресте, самозванец? Ты же ведь не манул!

– Чем тебе манул не Котэ? Мне нравится эта форма.

– Но признай, что тебе тяжело ее держать. Ведь манул – он манул и ничто иное.

По пространству начали перетекать потоки творческой энергии, создающие смертоносные комбинации. «Пчелка», «Штык», «Орхидея», «Шаманов бубен» (Был призван оглушить и дезориентировать противника), и множество других жутких вещей. Все было развернуто в сторону Грега.

– Я уже разок заигрался с противником. Кончилось тем, что меня какой-то левый идиот в холодильник засунул. Так что все серьезно. Не передумал меня арестовывать?

– Много болтаешь. – Ответил погруженец.

На весь рой боевых комбинаций было выпущено нечто среднее между сетью и щитом. Половину оно поглотило. Вторая половина кружилась вокруг Гриши. Именно кружилась, постепенно смыкая круг. «Так их отразить сложнее» – догадался Соник. Но внезапно рой боевых комбинаций повел себя странно, а Григорий как-то раздвоился. Было два мигающих изображения Грегори, одно из них за спиной Котэ. «Стандартное перемещение» – Мигало в модуле. Погруженец просто очень быстро телепортировался таким образом, что боевые комбинации описывали круг уже около Котэ.

– Знает же, гаденыш, что со щитом не телепортируешься! – Заорал недовольный кот.

Тут же в обе стороны от манула пошла фиолетовая полоса «тик-така». Полоса все-таки задела погруженца. Движения его замедлились, а тело засветилось в сканере белым цветом. «Очиститель». Похоже, белый свет был попыткой освободиться. Но пара «Пчелок» успели задеть Григория. Лицо погруженца перекосилось от боли, а Котэ снял щит и прыгнул прямо на него. За что и поплатился. Нечто отбросило Котэ прямо под ноги Сонику. На траву закапала кровь прямо из пасти манула. Тот злобно зашипел.

– Досталось бедняжке? Что ж ты шипишь как змея? Хоть раз бы мяукнул. – Заехидничал Соник.

– Няшечку перед тобой изобразить? Помяукать? Хех, Бургер научил меня, как надо мяукать в таких случаях.

После этих слов рыжий кот (уже рыжий кот) прижал уши к голове, и заверещал диким мявом на одной ноте. Пасть была раскрыта, глаза полностью черными, а громкость такая, что всем остальным пришлось зажать уши. Соник, отбегая от этого паскудного рева, сравнимый с которым не услышишь даже в марте, даже подвесив кота за хвост к дереву, даже за семенные железы, врезался в сугроб снега. Григорий повалился на четвереньки и уткнулся носом в землю. Проревев секунд десять, Котэ кинулся к Грише, и вцепился ему в голову. Вспыхнуло что-то желтое и бойцы разлетелись в стороны. Кот угодил в стену снега, но выбрался оттуда одним лихим прыжком. Когда синий еж вылез из сугроба, он уже увидел, что Грегори пришпилен к земле, как бабочка к подушке коллекционера, странными зелеными полосами. «Медицинский жгут-фиксатор».

– Смешно. Погруженец ты, а хитрость и сноровку проявил я. Убивать тебя нельзя, чтоб не испортить кое-что. Придется обеспечить кому на полгодика. Нет, она может окончиться твоим превращением в тупой овощ. Но это только возможность. А значит, на вселенную это никак не повлияет. Тем более после того, что мы тут устроили.

Сканер показал какие-то белесые вихри вокруг погруженца. «Заморозка души». Взгляд Грегори становился отсутствующим. Соник понял, что надо что-то сделать, иначе погруженца не спасти, а Котэ не остановить.

– Тупей, скотина, тупей. Ты и так был не шибко умный. Не хрен меня недооценивать. Я тебе не школовоен, нет.

«Остановить» – подумал Соник, но сконцентрировался на Котэ.

«Принято»

То, что раньше выпустил Котэ, не было роем боевых комбинаций. Настоящий рой полетел теперь. Сканер не успевал отображать названия вылетающих комбинаций. Рыжего кота подбросило в воздух и раскрутило, затем шмякнуло оземь. Мотающего головой и орущего кота жалили «пчелки», били «разряды», атаковали различные парализаторы. Каким-то чудом он кое-что отбивал, но того, что достигло цели, хватило с лихвой. Шерсть Котэ местами вымокла в крови. Сам он сидел в позе «отрыгиваю комочки шерсти» и тяжело, хакая и шипя, дышал. Кто бы мог подумать, что Эми напихает столько всего. Кроме удивления была еще и обида, что все заготовленное для остановки Шэдоу пришлось пустить на этого мелкого паршивца.

– Здравствуй, Соник. Я ждал тебя намного раньше и уж тем более не предполагал, что ты явишься с таким сюрпризом. Видно, ты уже познакомился с куратором. Или это тебе нелегал так помог? Ты даже сюда погруженца притащил. Явись ты на пару дней раньше, сработал бы специальный секретный портал. Именно на тебя рассчитанный и замкнутый, между прочим.

Сердце Соника ушло в пятки. Ему не хотелось оборачиваться, потому что там стоял Шэдоу. Прямо у него на глазах, Соник, который всю жизнь хотел быть честным игроком, выронил по глупости из рукава свой единственный козырь. И больше не было никакого способа исправить ситуацию. Ни убедить, ни переиграть Шэдоу уже было нельзя.

Глава 97 – «В путь»

– Димонски я закон… Екарный бабай!!! Ты б сюда еще армию Китая в полном составе приволок! – Обрадовался Провод гостям. – В самый раз после этого будет.

– Они все со мной. Но я тебе клянусь, что отряд собрался не по моей воле.

– И кто еще прибудет, только не темни?

– Надеюсь, что больше никто. Я и от прибытия этих гостей до сих пор отойти не могу. Знакомься: Джон Астром, Сальвадор Комего и Летучая мышь Руж. А это Димка Медведев.

– Ничего себе! Это в какой вселенной ты познакомился с молодым… Он же не персонаж, и ничего, если узнает, что… – Начал запинаться Астром, не зная, с какого боку подойти к ситуации.

– Да, блин! Достали меня уже за последние пару лет! Я не родственник, не клон, не прошлое, не будущее и уж тем более не настоящее президента России! Я – тезка! А ты, Горяч, мигом объясни, какого хрена тут делает еще один персонаж и еще пара хмырей из Совета.

– Но-но, мы – погруженцы. – Запротестовал Комего.

– Дай-ка угадаю. Выслушали план, и присоединились, заценив его крутость.

– А ты проницателен. – Руж и тут влезла. Чего ей тут на самом деле надо?

– Да какая проницательность? Погруженцев же хлебом не корми, дай чего-нибудь отчудить. Ты, кстати, кто такая?

– Меня же только что представили.

– Ладно, темни насчет прошлого, только смотри, чтоб не болела клептоманией, не бродила по ночам, не ныла, не жаловалась на судьбу, строго следовала советам людей опытных. По лицу вижу, что хочешь обидеться. Это ты всегда успеешь, лучше расскажи, как у тебя с техникой безопасности?

– С некоторыми основами я уже ознакомлена. И я обычно нахожу более серьезные поводы пообижаться.

– Полный инструктаж я беру на себя. За нее теперь можете не волноваться. – Заявил Наклз.

Судя по лицу погруженцев, не о технике безопасности они теперь подумали. Ну и черт с ними. Главное, чтобы действительно этих голубков не зажарило заживо. Так что остается надееться на память Наклза и на благоразумие Руж. Черт! При таком раскладе они точно трупы.

– Монолит я воплотил, и он теперь существует. Но нужно еще время, чтобы вычислить его точное положение. К сожалению, даже корректировки не помогли толком. Так что помогайте мне все дружно. Или хотя бы не мешайте.

– Щас все будет, не делать паники. – Крикнул Астром.

Что ж, кажеться все обретает форму и налаживается. Но есть еще шанс, что вся эта байда не понадобиться. У Соника есть шанс. Что-то часто стал мелькать термин «Вселеннообразующий персонаж».

«Дай богу, чтобы ему это помогло. И знайте – Руж я не верю ни на йоту»

Как я, куратор, как и я. Не исключено, что она собралась использовать Монолит в своих целях.

– Эй! Чем нам теперь заняться? – Крикнула Руж.

Так уж получилось, что люди были заняты какими-то странными делами, а антропоморфы сидели у костра. И Эми тоже усадили за костер, мотивировав это тем, что она сейчас ничего не соображает. «Как же, сообразишь что-то, когда мою вселенную вот-вот спятивший персонаж уничтожит» – буркнула Эми. Но села перед костром.

– Гитару им воплоти. – Порекомендовал Астром. – Играть кто умеет?

Эми и Наклз начали пожимать плечами, но Руж только ухмыльнулась:

– Наки умеет.

– Умею?

– Я сама слышала, как ты хорошо играл. Сыграешь?

– Не называй меня больше Наки. – Отрезал Наклз.

В ответ Руж только передала ему гитару. Тот начал что-то крутить, настраивать, немало удивляясь осознанности своих действий.

– Ну, что сыграешь?

– Знаешь, Эми. Играет у меня теперь в голове одна песня. Хорошая, хоть и грустная. Попробую…

– Как называется? Кто автор?

– Руж. Это группа «Пилот». А песня – «на полусогнутых».

Это играло не в голове, а в модуле. Но модуль не мог подсказать, как надо играть, так что это не было каким-то жульничеством. Начались какие-то грустные и мрачные гитарные переборы. Уже от них хотелось плакать, а уж когда Наклз тихонько запел…

На полусугнутых прямая до дома.

Не знаю кто, но кто-то точно заметит.

Еще не поздно сделать вид, что ты не с нами.

Еще не поздно отойти от нас подальше.

Песня была грустная и пелась так, будто автору самому хотелось зареветь, когда он ее писал.

На размалеванной стене следы крови,

В осиротевшей пустоте звуки ветра.

Еще не поздно сделать то, что хотелось,

Сказать «Довольно!», и остаться на месте.

Ну что ты плачешь?

Ведь все нормально,

Ведь все в порядке,

Все хорошо…

Мелодия стала еще более напористой и тоскливой.

И стены рухнули под ветром осенним,

Оттуда вылезли бездомные кошки.

Одна из них так и осталась под камнем,

И это было ни в кино, и не в книжке.

А мне все равно, что к ним, что к вам!

А мне все равно, что здесь, что там!

Наклз начал играть быстрее, а голос его как-то неуловимо изменялся.

Покинуть тело невоспитанной птицей,

Когда нет продолжать веселиться,

Когда испорчена последняя песня,

Когда не слышат даже белые стены…

Лежу…

В смирительной рубахе на дне!

Ну что ты плачешь?

Ведь все нормально,

Ведь все в порядке,

Все хорошо…

Гитара повсхипывав, вернулась к начальным переборам, после чего окончательно затихла. Девушки молчали некоторое время. И Руж, аккуратно нарушая тишину, прошептала:

– Я обязательно выясню, что они все с тобой сделали.

В ответ Наклз только грустно улыбнулся.

– Да не переживайте вы так из-за меня. Давайте я вам чего повеселее сыграю, а то Эми и так скоро завянет.

– У меня есть на то причина.

Глава 98 – «Запуск»

– Шэдоу! То, что ты задумал – чистое безумие! – Крикнул Соник.

– Аргументы. Обоснование. Без этого ты меня уже не убедишь.

– А с этим?

– Не знаю даже. Но мои воздействия в любом случае не могут пройти без последствий. Поэтому у тебя два варианта: помочь мне, или позволить сделать все, как я хочу. Остался последний шаг. Помоги завершить мне дело. Ты же знаешь мои мотивы.

Внезапно потемнело небо, грянул гром. Цвета пропали и вернулись вновь. А затем все пространство заполнилось всевозможными фигурами. Только сквозь Соника пролетело пять полос. Сканер сходил с ума. Чтобы это ни было, оно охватывало всю вселенную. Изображение двигалось странными рывками, а потом и вовсе стало меняться один-два раза в секунду.

«Слишком много комбинаций. Невозможно корректное изображение. Выключить сканер?»

«Да» – подумал Соник.

«Сканер выключен»

Теперь все было как обычно. Кроме метровых сугробов в апреле месяце.

– Что это все значит?

– Через пять минут устройство войдет в активную фазу. Если после этого в течение пятнадцати минут не совершить последний удар, не сделать кое-что, то машина разрушится.

– И что будет, если она разрушится? – Спросил Соник с вызовом.

– То же самое, если она сработает. Только в нужном направлении не будет сделан разрыв. И машина будет рвать сеть причин, собирать случайным образом обрывки твоей вселенной. Тогда не будет ни нового, ни старого мира. Обратной дороги нет.

– Что это значит, черт тебя побери?! – Лицо Соника покрылось испариной.

– То, что ты поможешь довершить мне дело. Только это теперь даст шанс на дальнейшее существование твоей вселенной.

– Шантаж?

– Извини, каков бы ни был твой шанс, ничтожен или велик, но ты его упустил.

– Что я должен для тебя сделать? Что ты от меня хочешь?

– Беги за мной.

Работая с модулем, я ощутил какие-то странные помехи.

– Что это?! – Крикнули хором оба погруженца.

А слова Провода вообще в рамки цензуры не вписались. Это было что-то вроде эха от приходящих комбинаций. Оно мешало нам работать.

– Это невозможно! Это же из моей вселенной. – Эми. Так и до инфаркта недалеко.

– Так изорвать сеть причин. Я думал, что это невозможно теоретически. – Заорал Сальвадор Комего.

«Ваш план не сработает, если вселенную уничтожат»

Да хоть три раза. Я действовал с расчетом, что, скорее всего, произойдет что-то подобное. В любом случае, Шэдоу думает, что все завершится в его пользу. Но нет, итог будет нашим. И если он не догадывается о наших планах, то это его проблемы.

«Поклянитесь, что ваш план сработает»

По мыслерации? Дурочка. Ладно.

– Эми, я клянусь, что происходящее теперь не повлияет на мой план, и я найду силу, способную исправить все. – Сказал я вслух.

– Дима, я… Не знаю, можно ли тебе верить? – Эми сомневается (я бы тоже не сразу поверил).

– Идиоты, отслеживайте Монолит. Если мы потом его не найдем, то эти помехи, после того, как эта штука рванет нам помешают. Неужели вы не понимаете, что оно только собирается перед большим всплеском энергии. Это же видно по потокам! Все за работу!

Молодец, Астром, не растерялся. Видно, что он верит в мой план. Или ему просто интересно, что я задумал, и не блефую ли.

Тэйлз, почувствовал, что его куда-то телепортировали. Он лежал на чем-то вроде балки под крышей. Это была техногенная база. В весьма знакомом стиле, кстати. Так делал только один человек. И сумашедшее бормотание снизу только подтвердило его догадки. Похоже, Айво Джулиус Роботник, он же доктор Эгман, окончательно сошел с ума.

На соседней железной балке лежал какой-то молодой человек. А рядом с лисенком сидел рыжий кот. На него жалко было смотреть. Шерсть свалялась на боках и местами на клоках были комки засохшей крови. Половины уха не было. Котэ был серьезно ранен.

– А твой друг все-таки сумел проявить навыки дипломатии. Не ожидал от него такого. Не гляди на меня так. Я сам не знал, что Соник придет с камнем за пазухой. Но судя по его лицу, он сам никогда не бросал такие камешки в других и не знал, что бывает. Эгман, Соник или ты. Машинка уже запущена и кто-то из вас сдохнет до конца ее работы. Шэдоу и Соник бегут сюда. Через семнадцать с половиной минут все закончится.

Кот превратился в черно-белую карикатуру на самого себя, которая и была истинным лицом Котэ. Но со сменой формы раны не исчезли. Рядом появилось ведро с поп-корном.

– Как говорил один мой знакомый: «запасаемся поп-корном». Хочешь немножко?

Глава 99 – «По-настоящему»

Соник бежал сзади за Шэдоу, чтобы сделать то, что он попросит. Но Соник ненавидел этого высокомерного упрямца. Черный еж, тень. Безликая тень, которая обрела облик и начала управлять событиями. И Соник возненавидел эту тень. Это было глупо, но как только душа не вывернется от отчаянья и беспомощности.

– Уже скоро?

– Да.

Они уже бежали по какой-то базе. Местами они на бегу сворачивались в смертоносные клубки, чтобы разрезать железные двери, как нож масло. Это противоречило законам физики, но не противоречило законам навязанным создателями вселенной.

– Стой!

Тупик. Обширный зал, а в центре кресло в котором сидит его злейший враг. Сидит, тыкает в кнопки и лопочет что-то невнятное.

– Я убил его. Я победил его. А все остальное обман. Соник мертв, Соника нет. Ты вражеская иллюзия. Совет кураторов пытается меня обмануть. Я еще тогда тебя победил, в девяносто третьем. Все остальное мираж, глупость. Камни времени – глупость, совет кураторов – глупость, игры – глупость. Я победил, все остальное – ложь. Хи-хи-хи. Я всегда это знал.

Когда-то он внушал всем ужас и ненависть, теперь же на великого гения тяжело было смотреть без жалости и отвращения. Хотя что-то подобное в его отношении Соник испытывал и раньше.

– Машина, или устройство, называй его как хочешь. Но главное уже произошло – оно вошло в активную фазу. Давно уже. У нас осталось минут одинадцать, потом оно запустится. – Сказал Шэдоу.

– И что мне надо сделать?

– Убить его. – На лице черного ежа не дрогнул ни один мускул.

– Ты серьезно?!

Мысли крутились в голове, как торнадо. А в его центре, прямо посреди роя беспорядочных обрывков мышления лежало одно слово – тяжелое, как камень. Убить.

– Да. Это действие слишком нетипично для нашей вселенной. Именно оно создаст нужный разрыв. Только убийство и ничто иное. Тебе придется по-настоящему убить своего главного врага.

– Я не могу. Это старый и больной человек. Несмотря на все страдания, что он мне причинил… – Соник выдержал паузу и закричал, – я не убийца!!!

– Выбора нет. Сделай это. В нашей лицемерной вселенной окончательное восстановление справедливости самое жуткое действие. Это нужно исправить. Убей его и мы в новом мире.

– Я не убийца! Я не убийца! Я не убийца!!!

– Увы, ты должен.

– Пошел ты!!!

Синий еж набросился с кулаками на черного, как доведенный школьник на старшего обидчика, не думая о последствиях, но только получил ногой в живот.

– Если ты хочешь драться со мной, то должен делать это лучше.

– Ладно… – Голос героя дрожал от злости. – Я дам тебе бой, мразь.

Соник свернулся в клубок и начал быстро крутиться. Из железного пола посыпались снопы искр. После того, как он сорвался с места, ничего нельзя было рассмотреть. Только черные и синие пятна мелкали вокруг. Бой двух сверхзвуковых ежей. Как бы глупо это ни звучало, но это выглядело красиво и страшно, как и любой бой тех, кто умеет и любит сражаться.

– Да, мой черный робот, разбей ненавистного врага. Я гений, и я построю свою империю. – Возвестил голос сумасшедшего, захлебываясь хохотом.

Секунды теперь шли почти как годы. И это не совсем метафора. В такой ситуации ты весь напряжен, и тебе нужно что-то сделать, но соперник постоянно уходит из-под носа. Когда за секунду делается, как минимум двадцать попыток достать врага, можно посчитать секунду если не за год, то, как минимум за месяц. Внезапно черная полоса вылетела вверх, пробив стеклянную крышу. Точно так же прочертила пространство синяя полоса, не задев ни осколочка стекла. Бойцы не заметили, как на заснеженную крышу телепортировался кот и парализованный лис.

– Чего чернуля тянет? Думает, так будет для вселенной неожиданней? Он же может любой комбинацией его прибить. Одна мысль и у нас труп. – Раздался кошачий шепот.

Соник ничего это не слышал. Он думал только о том, как достать Шэдоу. Соперники одновременно остановились и начали переводить дыхание. Шэдоу ни единым жестом не выказал усталости, а у другого ежа уже была даже одышка. «Он же теперь сильнее, почему он не может меня достать?» – подумал Соник. Но дальнейшая мысль оборвалась внезапной атакой. Враг атаковал очень быстро, но чуть-чуть недостаточно. Еще три росчерка, еще три маленьких схватки. Еще одна десятая доля секунды. И вновь ничья. А затем… Шэдоу не успел отскочить. Соник мчался на него, как свехскоростной поезд. Одно движение, один удар и Шэдоу рассечен пополам. После такого удара уже костей не собрать. Размазанное по полу кровавое месиво было бы. Но Соник его перепрыгнул и остановился.

– Дважды я не поддамся. Я уже так однажды едва не убил Роботника. Ты же хотел, чтобы я тебя убил. Не удивляйся, я поймал твой взгляд. Это взгляд обреченного. Хватит этих глупостей. Хватит!

– Я надеялся, что ты мне поможешь. Я специально тебя разозлил, как следует. Я знал, что добровольно ты не убьешь. Это не просто так. Если бы ты меня убил шансы на осечку уполовинились бы. Но ты бесполезен. Раб типажа, но в твоем случае это не так уж и плохо. Звучит банально, и это не моего типажа фраза, но: «всегда все нужно делать самому». Я не имел права швыряться чужими жизнями. Я расплачусь по-другому. Это действительно восстановит справедливость. Я ведь еще на колонии Арк должен был умереть.

– Нет, Шэдоу!!!

Разбег, набросится на него, не дать действовать. Кинуться, повалить на землю.

«У тебя больше нет везения и защиты вселенной. Не делай этого. Теперь тебе нельзя носиться, как бешеному»

Разгон, бег, и… Нет! Что не так?! Больно, Сонику было очень больно. Похоже, он до этого никогда не предполагал, что просто может споткнуться.

«Дурак. Я же предупреждал тебя. Сломанная нога того не стоила»

Так просто. Оказывается, их сражение и гроша ломаного не стоило. Впору заплакать, но страшен не перелом ноги, а то, что уже ничего не сделаешь. Но даже лежа на этой дурацкой крыше с переломанной ногой, Соник и не думал сдаваться. А на другом конце крыши Котэ прошептал Тэйлзу на ухо:

– Шесть минут. Ха, да он же еще хочет с музыкой синхронизироваться, чтоб энергия пошла как надо. Настроен всерьез. Вход энергии и взрыв – секунда в секунду. Я должен был догадаться. Ведь даже примета есть: кто однажды голову в петлю сунул, в петле жизнь и закончит.

Глава 100 – «Мечта…»

Начался снежный буран. Шэдоу, как всегда стоял на крыше, готовился.

– Ответь! Почему именно так? – Закричал Соник.

– Я должен был умереть тогда, на колонии Арк. Но меня вернули к жизни. Теперь ситуация повторяется, но все останется так, как и должно быть. Я исправлю их ошибки и дам вам шанс на свободную жизнь. Ваш шанс на свою волю стоит того.

– Четыре с половиной минуты. – Промяучил Котэ. Уж кого-кого, а его слышать уже не хотелось. – Ты ж той песенкой «телевизора» решил воспользоваться? А? Ладушки, если тебе так хочется, стань героем!

Вместо ответа зазвучала музыка. Очень холодная музыка. То ли полностью электронная, то ли все-таки еще рок-инструменты используются. Тяжело понять. Но было слышно, что это только вступления. И в песне появился голос. Красивый, звонкий, под стать этой мрачной и отрешенной музыке.

Я убиваю себя так беспечно,

Пью свой век, свои мысли курю.

Я проживу без претензий на вечность.

Я у жизни себя отберу!

Взревела электрогитара. Или это была метель? Неважно, теперь для Соника главным было превозмочь боль, подползти к этой темной одинокой фигуре. Сделать хоть что-то. Ведь страшно не проиграть, а остаться беспомощным.

Оставь телефон, я слыву одиноким.

Не звони – я сам позвоню.

Когда тело мое перестанет быть Роком,

Тогда я уже ничего не спою.

И начался припев. Страшный, жуткий, завораживающий танец. Танец снежинок, танец клавишных, танец смерти.

Какой удивительный танец!

Не остановиться!

Жизнь – это мечта,

Мечта самоубийцы.

Я совсем не устал,

Я хочу расплатиться.

Сколько стоит мечта,

Мечта самоубийцы?

Вокруг Шэдоу мелькали различные образы и видения. Петля, бритвенное лезвие, револьвер, пачка какие-то таблеток, карниз высокого здания. Что-то исчезало, что-то появлялось, но смысл не менялся. Гитара надрывалась, снег делал черную фигуру почти незаметной.

– Нет! Не делай этого! Пожалуйста!

«Прости, что так получилось, Соник. У меня нет выхода. Я должен исправить все эти недоразумения. Я обязан вам всем помочь. Прошу тебя, не кричи. Не тревожь себя и Тэйлза. Он еще мал и не поймет меня»

Музыка еще не успокоилась. Но голос неведомого певца переборол ее, укротил, как разбушевашуюся стихию.

Вдохни глубоко – этот воздух отравлен.

Он поймет, он наполнит меня.

Смотри, как невинно течет из-под крана,

Чистый яд, ослепительный яд.

Снег кружился вовсю, но музыка притихла. Голос пел, как будто издали. Но постепенно он набирал силу, как и мелодия.

Какой удивительный танец!

Не остановиться!

Жизнь – это мечта,

Мечта самоубийцы.

Я совсем не устал,

Я хочу расплатиться.

Сколько стоит мечта,

Мечта самоубийцы?

Закружился снег, закружилась музыка. По чуть-чуть, но все сильнее и сильнее. С напевом клавиш опять послышался этот красивый голос.

Какой удивительный танец!

Не остановиться!

Жизнь – это мечта,

Мечта самоубийцы.

Я совсем не устал,

Я хочу расплатиться.

Сколько стоит мечта,

Мечта самоубийцы?

Образы кружились вокруг. Непонятное месиво. Явь? Фантазия? Нет. Всего лишь интерпретация реальности, не влияющая на суть. Петля намылена, лезвие заострено, револьвер заряжен, таблетки открыты, карниз не огражден.

Какой удивительный танец!

Не остановиться!

Жизнь – это мечта,

Мечта самоубийцы.

Я совсем не устал,

Я хочу расплатиться.

Сколько стоит мечта,

Мечта самоубийцы?

Музыка, метель. Соник полз, даже несмотря на то, что признал поражение в глубине души. Он должен был ползти, чтобы ненароком не задать себе вопрос «а что, когда доползешь ты до Шэдоу?».

Какой удивительный танец!

Не остановиться!

Жизнь – это мечта,

Мечта самоубийцы.

Я совсем не устал,

Я хочу расплатиться.

Сколько стоит мечта,

Мечта самоубийцы?

– Траур по мне не держите. Так оно и должно было случиться. – Сказал Шэдоу. – Я не более, чем тень. В царстве теней мне и место. Прощайте.

Голосов уже было множество. Целый хор надрывался, метель уже полностью закрыла Шэдоу. Петля сомкнулась, лезвие резануло по запястью, нажат курок револьвера, запиты все таблетки, карниз ушел из-под ног.

Какой удивительный танец!

Не остановиться!

Жизнь – это мечта,

Мечта самоубийцы.

Я совсем не устал,

Я хочу расплатиться.

Сколько стоит мечта,

Мечта, мечта, …чта… а… а…

Часть восьмая

«А там хоть трава не расти…»

Глава 101 – «Что случилось?»

– Что случилось?!

– Монолит отследили?

– Что происходит?

– Модуль почти не работает. Безопасный режим, даже внутри вселенной не переместиться. Мы тут застряли все!

– Та же фигня.

– Кто-нибудь отобразите потоки.

– Есть. Местонахождение Монолита отследили.

– Я перед взрывом засняла, что творится. Может, поймем, что это было.

– А ну не галдеть! – Прервал Провод вакханалию. – Я всего несколько пушек воплотил и чуть-чуть патронов. Не хватало, чтобы на ваш шум-гам сбежались все окрестные монстры. Хрен же отобъемся тогда.

Только что внезапно накрылись наши модули. Сканеры перед отключением показали такое… В общем, слово специалистам.

– Труба! Полная! Чем-то смахивает на взрыв при сносе здания, только тут волна жестче прошлась. Судя, по всему как минимум в тридцати вселенных такая же ерунда с модулями как у нас.

– Астром, на пару нулей ошибся. – Поправил его Сальвадор. – А вообще, теперь многие без модулей остались. Нам, чувствую, еще очень сильно повезло.

– А кто-нибудь в курсе, чем это должно было быть по идее вашего Шэдоу, или как там его. Хрен, конечно, поможет, ибо идея далека от реальности, но все же: кто знает, в чем его план?

– Дим, я знаю его план. И Эми знает. – Уточнил я.

– Боже мой! Что с Соником?! – Тут автора реплики указывать бессмысленно.

– Он там был? – Спросил Дима.

– Ага.

– Хана тогда твоему Сонику.

Ну, все. Провод, ты ее теперь и успокаивай.

«А что я? Так оно и есть, скорее всего. Больше всего на уничтожение вселенной смахивает»

– Эй, лучше скажи, Шэдоу же уничтожить вашу вселенную хотел?

– Н-нет. Он х-хотел сделать так, чтобы… У-а-а.

Все, теперь все окрестные монстры точно сбегутся. Хотя нет, скорее разбегутся.

– Провод, хреново ты успокаиваешь. Суть плана вкратце: охренительный сбой раскалывает вселенную таким хитрым макаром, чтоб она собралась в новую, не связанную с творческим первоисточником.

– Ему игры, что ли не понравились?

– Некоторые детали сюжета. Особенно те, что касались его биографии.

– Ясно.

После минутного молчания (не то чтобы молчания, просто приличных слов не было, одни эмоции), Комего задумчиво изрек:

– Теоретически возможно. Только это должен быть очень точно направленный сбой. И судя по всему, у них очень много энергии в никуда ушло. Слишком много, чтоб такой план воплотился в жизнь. Похоже, на осечку. А где Монолит?

– Двадцать километров на восток. В основном через леса. Мы-то с краешку Зоны, а Монолит чуть ли не в самый центр был всобачен. – Пробурчал куратор.

– А в какой игровой локации?

– Димонски, это севернее ЧАЭС. Этой части Зоны даже близко в играх нет. Пока что. Может, после выхода второй части тут ландшафт поменяют, а так… Эх, чего тебе рассказывать. Просто поведу через места здешние, а там посмотрим, что да как. Переместится-то теперь никак. А место-то поподробнее… Щас, загоню в PDA, и все будет норм.

Немножко пошаманив, Димка Провод схватился за голову, тихонько матерясь. Это явно не «норм».

– Что? – Спросили мы хором.

– Блин! Блин!!! Ребята, готовьтесь воевать. Монолит прямо посреди старой базы фанатиков!

Теперь за голову схватился я. «Фанатики» из Зоны мне были знакомы. Группировка «Монолит» – секта, защищавшая эту штуковину от всех остальных. Именно этих ребят приходилось десятками отстреливать в конце «Тени Чернобыля». Теперь эта банда опять соберется там. И модули межвселеннского перехода наши чуть живые, и, судя по всему, неизвестно когда отойдут.

– Значит, так. Димонски не обижайся, но парадом командовать буду я. Ну, до Монолита. Там дальше сам разбирайся, че с ним делать. Сначала небольшой крюк – нужно зайти в тайник с припасами. Натыкал их по Зоне на всякий пожарный, чувствовал, что пригодятся. По пути не вступаем в контакты ни с кем. Наших звероподобных друзей примут за монстров, и разбираться не станут. Плюс к тому, если Монолит начнет всех звать, многим резко не до разговоров станет. Не только нам хочется к Исполнителю желаний попасть. Возражения есть?

– Нет. – Ответили мы хором куратору.

– Что случилось? – Спросил кто-то из погруженцев.

Сеньор Ваваропи только устало вздохнул. Уже не осталось сил, чтоб огрызнуться и сказать нытику: «мне тоже это интересно». Да и вообще в штаб-квартире оцепления творилось нечто несуразное. Чтоб настоящие профессионалы и мастера своего дела не могли пробиться внутрь. Даже те, кто работал над блокадой во время «инцидента икс» заметили, что не так-то просто взломать защиту от проникновения. «Неделя – раньше не влезем» – таков был вердикт специалистов. Что б там ни было, оно рвануло раньше. Террористы не стали ждать целую неделю. Судя по анализу, эта штука собиралась устроить резкий сбой, который разорвет связь вселенной с первоисточником. Казалось бы, чистое безумие, но теоретически так можно было сделать временный разрыв. После этого разрыва вселенная сама бы подключилась к старому первоисточнику. Неведомый злоумышленник этого явно не учел. Хотя какой он к черту неведомый? Уж Ваваропи знал, что это тот черный еж устроил. Как он обошел удаление памяти? «Силф». Старший куратор поморщился, вспомнив, о недавних скандалах с этой комбинацией связанной. Долбанная уязвимость. Авторам комбинации тогда только что руки за это не поотрывали, хоть и стоило. И ведь Николо Ваваропи лично тогда проверил вселенную «Sonic the hedgehog» на наличие сбоев и раскрытие тайны персонажа. Что теперь толку гадать о прошлых ошибках?

– Случилось то, что неведомая комбинация, точнее, система комбинаций устроило серьезные сбои связей сети причин. Более-менее понятно, с какими целями, но непонятно достиг ли террорист-злоумышленник этих целей. Выброс энергии, нарушающий возможность использования модулей, был частью системы. Преступник взял на вооружения наши технологии по задержанию психов с модулем в башке и слегка доработал их. Получилось эффективно – он нас задержал. И не только нас. Засранец отлично понимал, что под конец мероприятия шило станет слишком большим для этого мешка. И заложил останавливающие комбинации в свою систему. И всобачил в нее «распылителей». Теперь нам доступен только безопасный режим. Мы тут застряли всерьез и надолго.

Погруженцы с уважением посмотрели на старшего куратора. Как он попал в большое начальство? Этому человеку больше бы пошел статус погруженца, но видимо судьба распорядилась так. Но общность во взглядах на жизнь и частые совместные тренировочные походы сделали свое дело, и Николо Ваваропи стал негласным покровителем института погруженства.

– Не знаю точно, что стряслось, но работы нашим ученым добавится.

– Почему?

– Сам подумай, Гильери: тут на одних окрестных замерах можно материалов на пятьдесят диссертаций собрать, а уж если проникнуть в недра этого эксперимента, то тут я вообще молчу. Это как эксперименты доктора Менгеле, которые были негуманны и кошмарны с этической точки, но двинули вперед медицину. Только тут подвижки куда сильнее. Никто таким не занимался, потому что устроить такое ради науки и в голову никому не придет. Попытаться разорвать связь первоисточника. Это ж надо до такого додуматься!

– Для таких случаев и ввели тайну персонажа. – Пожал плечами один из погруженцев.

– Да чего зря в ступе воду толочь? Давайте лучше за работу, ребятки. Надо много чего теперь оживить.

– Что случилось?

В ответ Котэ сказал что-то очень непонятное. «Матфильтр» – догадался Соник.

– Где мы?

Явно вновь сработал матфильтр. Котэ опять было не понять.

– Тебя убить мало. – Прорычал Тэйлз.

– Уй! Бли-и-ин! Башка болит. Я где? Что это было? – Внезапно ожил единственный человек в этой странной компании.

– Очнулся, Грег. Молодец, а Сонику позже спасибо скажешь. Он же тебя, считай спас. Ты меня взбесил, если честно.

– Очень умно, котяра. Лучше скажи, что это было. И что теперь будет. И где мы? – Ответил Григорий.

– Мы сейчас в специально созданной микровселенной. И если вы удосужитесь заткнуться, то я, может быть, пойму, что произошло. Предварительная картинка очень невеселая, знаете ли.

Котэ что-то шаманил еще минуты три, после чего грустно замотал башкой из стороны в сторону, цокая языком.

– Почему ты держишь нас в желтом кубе со стороной в пять метров? – Спросил Тэйлз.

– Прости, но мне было впадлу воплощать тебе роскошных дворец и пятьдесят красивеньких лисичек. И вообще, я теперь не в настроении. И радуйся, что в этой вселенной есть хотя бы этот куб.

– Ах, ваше Величество не в настроении. Радуйся, что тебя еще вообще не удавили, паскудник.

– А ты груб становишься. Не бесись. У нас большая проблема. Трансформация вселенной идет, как задумывалось. Но есть проблемка небольшая. Не хватает для установления связей между частями вселенной творческой энергии. Если оно все развалится, то это будет самый натуральный конец света. И если нам откуда-то изнутри не возьмется на халяву черт знает сколько творческой энергии, то тогда концы. Итак, мощный источник сумбурной творческой энергии. Эй! Да у нас же есть пятнадцатилетний подросток! Соник, нужна твоя помощь в спасении вселенной.

Соник, мягко говоря, насторожился. Не от этого маньяка он ожидал зова помощи.

– Какая еще помощь?

– Ну, под определение мощной сумбурной творческой энергии идеально подходят подростковые эротические фантазии. Задумайся о чем-нибудь красивом и хорошем. Я тебе и комнатку с журнальчиками воплощу, если тебе так будет удобнее.

– Иди ты со своими журнальчиками!!! Только что у меня на глазах мой друг покончил с собой!

– Что-то Шэдоу не упоминал о вашей дружбе. Максимум – знакомые.

– А Шэдоу умер? – Спросил лисенок.

– Ну, не знаю даже что тебе сказать на такое. Ты же сам там был. Сам все видел. – Слегка удивился Котэ.

Похоже, хрупкая детская психика вновь не выдержала. Бедный лис не нашел ничего лучше прижаться к ближайшему человеку.

– Не бойся, не раскисай. Все образуется. – Принялся успокаивать Грегори.

Соника вновь накрыла волна отчаянья. Ему самому очень захотелось заплакать.

– То, что ты предлагаешь, поможет? – Спросил он у Котэ.

Тот задумался, пошевелил усами и спокойно сказал:

– Вряд ли. Энергии надо слишком много. Изниоткуда столько обычно не берется. Но мы должны попробовать.

– Обязательно эротические фантазии?

– Ладно, думай о светлых и возвышенных чувствах, если тебе так очень хочется. Но ты чуть что не стесняйся. Я в детали вникать не буду. Мне важнее количество, а не качество. Комнатку тебе я уже воплотил. Давай, иди. Ты должен помочь мне завершить то, что начал Шэдоу. И честно тебе скажу: ему и не на такое приходилось идти, чтобы выяснить принцип работы некоторых комбинаций.

– Черт, глупо-то как. Я не так себе представлял спасение своей вселенной.

– Вперед. Ты же не станешь нарушать последнюю волю покойного. Мне нужна твоя помощь. Лады?

– Лады. – Буркнул Соник. – Может быть, и телепортируешь меня туда?

– Придется. И ты еще не сказал мне спасибо за то, что я наложил фиксатор материального объекта на твою сломанную ногу. Иначе до сих пор бы скулил и ныл.

Глава 102 – «У тайника»

Димка Провод делал то, что и обещал – командовал парадом. Я еще раз на всякий случай всех пересчитал и прикинул в уме, что да как. Итак, поехали – в порядке возрастания проблемности. Наклз. Потерял память. Сильно развито чувство долга. Но нет долга. Дезориентирован и неопасен. Провод. Мой друг, чего уж там. Надо было его первым в список. Он со мной до конца, как и я с ним. Это без всяких вопросов. Теперь номер три. Мой заказчик. Она мне верит. От безысходности. И не зря, кстати. Мой план сработает. Только мне нужно самому добраться до Монолита. Теперь Руж. Да, у этой дамы нездоровая тяга к ценностям и шило в одном месте. Учтем это. Тем более нас теперь не связывают никакие обязательства. Поэтому номер четыре. Дальше два профессиональных погруженца. Джон Астром и Сальвадор Комего. Причем, шестым, самым проблемным номером, я поставлю нашего Джонни. Сомневаюсь, что они слепо мне поверят. Да, говорят, что верят. То есть делают вид. Значит, что-то замышляют. И поэтому они в конце списка. Самые большие проблемы.

Ладно, вернемся на эту грешную землю. Кажется, будет тут ночевать. Что ж, так тому и быть.

– Отлично, вот и тайник. Тут у меня боеприпасов на два батальона. Захватим, сколько сможем. Неприятно это говорить, но не исключено, что возьмемся за оружие. А вояки из вас никакие. – Дал вводную куратор.

– Учения нам хочешь устроить? – Съязвила Руж.

– Если хочешь, то можешь прямо сейчас начинать копать окопы в полный рост. Но вообще, я бы лучше отправил вас двоих за дровами. В том лесу можно нарубить неплохих. Только аккуратно мне там. «Электры», конечно, легко опознаются. Но эта хрень весьма болезненна и коварна. И имеет нездоровую привычку к передвижению. Руж, Наклз, выдвигайтесь.

– И зачем посылать даму за дровами? Есть еще трое запасных парней.

– Которые вместе со мной попытаются наладить наши модули. Это значительно облегчит нам жизнь. Вот я вам сейчас и топор выдам. Кто будет рубить, а кто относить сами решайте. Вперед. Стойте! Не забудьте захватить еловых веток.

Так, сладкая парочка ушла. Что их теперь связывает? Неужто помирились? Сомнительно. Продолжим размышлять. Или лучше наконец-то расслабиться и порадоваться завершению очередного безумного дня. За который, возможно, уничтожили вселенную, что мне поручили спасти. Веселый денек. Надо разворачивать спальные мешки.

Джон Астром переговаривался по мыслерации с Сальвадором и Эми. Не доверял он нелегалу. На эту тему и вел разговор.

«Что ты имеешь в виду, когда говоришь о том, что он преследует свои цели»

Погруженец еще раз повторил свою цепь рассуждений. Если вкратце, она была такова: нелегал один прорывается к Монолиту, после чего сваливает домой.

«Как домой?»

Эми, Эми, наивная девчушка. Астром даже улыбнулся. Ведь нелегалу можно было легко свалить домой и, имея модуль, зажить в свое удовольствие. Захотел, и ушел в институт. И не надо горбатиться ради какой-то дурочки.

«Я не дурочка. А вознаграждение такое он сам у меня попросил. Он тогда вообще не умел пользоваться модулем»

Прошло то «тогда».

– Блин! Ну, еклмн! Не работает. А! Даже мыслерация на расстоянии дальше десяти метров не ловит! – Возопил Провод.

«Значит, нам нужно попасть к Монолиту раньше и придумать толковую формулировку желания»

Комего, опять сыграл в Капитана Очевидность.

«У тебя есть что-то более конкретное?»

Астром вздохнул. Не было у него ничего более конкретного. Он только знал, что нужно попасть к Монолиту раньше этого нелегала и его дружка куратора. И налаживать модуль.

– Есть подвижки. Я нашел способ оперировать простейшими комбинациями. Это уже чуть лучше, чем безопасный режим. А вот таким макаром можно заюзать чего-нибудь потяжелее, но не энергоемкое. Вносим изменения по моей инструкции. – Объявил Сальвадор Комего.

– Блин! Че ж ты наладчиком не пошел?! – Удивился Провод. – У меня были схожие мысли, но успеть за такой срок внести поправки – это что-то.

– Можно и наладчиком было. Но так больше доступа к «инфе». Он оттуда не вылазит. Даже координаторов подменяет регулярно. – Ответил за него Астром.

– Значит, так. Принимаем пакеты, что я заготовил, и мысленно вводим по букве следующие команды…

Что ж, придется отложить размышления о будущих планах. Сейчас куда важнее наладить модуль.

Глава 103 – «Электра»

– Отлично! Маршрут я наметил. Теперь еловые лапки на твоей совести. А я займусь дровами.

– Ладно. Как скажешь.

Руж на секунду задумалась, но все же спросила:

– А ты еще что-нибудь вспомнил?

– Да ничего.

– А что с тобой такое случилось-то? Почему тебе порезали память?

– Я как-то спросил у Эми. Судя, по ее лицу, это было что-то ужасное. А что?

– Да так, ничего. Мне просто интересно, отчего тебе кусок памяти вырезали.

– Меньше слов – больше дела.

Руж пошла, пугливо оглядываясь на эти странные пучки молний, что летели вдоль земли. Там среди них лежал светящийся синий кристалл. Достать бы его, но нельзя. Вокруг так и летают эти «Электры». А если изучить маршрут их движения и…

– Это – «Батарейка». Мне о них Дима рассказывал. – Прервал Наклз ее размышления.

– Который из них?

– Который на Эми работает. Нечего глазеть. Мы не кладоискатели.

– Вообще-то ты был и охотником за сокровищами тоже.

– Да ну? Хм, а ведь похоже на правду.

– Наки, чего задумался?

– Не называй меня так. Лучше давай с дровами закончим.

– Я знала, что ты туда не полезешь. Я знала! – Слегка заехидничала летучая мышь.

Оба искателя приключений застыли перед кристаллом. Наклз посмотрел на это и задумчиво произнес:

– Ну не скажи, если просчитать траекторию движения этих штуковин. Что ты на меня так глядишь? Хочешь эту побрякушку?

– Ага. И как ты угадал?

– Сарказм, ехидство, подначивание. Ты нормально общаться умеешь?

– Пытаешься сменить тему? Ты же не будешь доставать эту «батарейку».

– На слабо берешь? Ладно, сейчас достану. Дело пяти минут. Никуда дрова не денутся. Смотри и учись.

Дрова были в срочном порядке сброшены под ближайшее дерево.

– Чему? Ты же сам сейчас, считай, заново учиться будешь. Аккуратней мне там.

– Не бойся, я быстро. Отойди-ка в сторонку.

Сначала была разведка. Наклз швырял в скопище аномалий множество мелких камешков, болтов, веток и прочей мелочи. Довольно бесполезное занятие, так как синие молнии, бегающие вдоль земли, были хорошо заметны. Да и аномалии разных типов редко встречаются рядом. Но подстраховаться недолго и в этих местах это никогда не помешает. Так, он полез на дерево? Руж только хмыкнула. Наверное, Наклз вспомнил, что умеет планировать.

– Ты что творишь?

– Хочу спланировать в самый центр, хватануть эту штуковину, и дать деру. Неужели непонятно? Или я не умею планировать?

– Умеешь. По-моему, это из-за твоей штуки на груди. Дуга такая белая.

– Ага, точно. Значит, все правильно и должно сработать. Ах, да! Чуть не забыл кое-что.

Наклз начал швыряться болтами с вершины дерева. Разумно, но больно и неприятно. Особенно, если падает сверху и по голове.

– Ай! Чуть в глаз не попал.

– Извини.

– Тоже, мне охотник за сокровищами. Ты еще получше прицелься, чтоб точно мне камнем глаз выбить. Лезь уже давай!

Он все-таки был охотником за сокровищами. Может и не помнил, но точно чувствовал это. Обдуманный и серьезный расчет перед тем, как влезть в серьезную сокровищницу. Наклз оттолкнулся от дерева и упал. Упал! Прямо животом на землю, а теперь кряхтит, как старик! А должен был спланировать и аккуратно приземлится. То, что случилось очень страшное, Руж поняла только, когда громыхнул первый разряд «электры». Дальше как в страшном и сумбурном сне. Грохочут эти штуковины. Вокруг все в синих искрах. Как гроза, только без облаков. А молнии бьют вас двоих. Спасти его, вырваться, в лагерь. Неважно как, умереть он не должен.

Я за последние дни всякое повидал, но очень-очень удивился, когда в наш лагерь прибежала Руж с Наклзом на плечах. Звучит не очень круто, поэтому повторю так, чтоб чувствовалось: восемнадцатилетняя девушка закинула себе на плечи парня приблизительно своего роста и веса, как мешок с картошкой, и прибежала в лагерь таким бегом, каким только от кровососов удирать. И лицо такое, будто они ее догнали. Не у одного меня такие ассоциации. Все, кроме меня, уже похватались за оружие. Даже Эми.

– Что с ним?! – Заорали мы хором, только Комего сдержался.

– «Электра». – Едва выдавила летучая мышь.

Тело положили на место. Наклз был без сознания. И зрачки широкие. Провод начал его осматривать. Уже после проверки пульса и дыхания он очень сильно помрачнел, а спустя минуту подтвердил:

– Труп!

Как?!! Черт. Невозможно! Есть же средства. Нужно хоть что-то сделать. Труп. А ведь важный персонаж. Был, и то не тут. У девушек шок. Что у Руж, что у Эми – одно и то же. Мужская часть отряда просто ошарашена.

– Сделайте что-нибудь!!! Сделайте же что-нибудь!!! – Визжит несчастная летучая мышь, которую не помешало бы потом расспросить, как это Наклз умудрился вляпаться в аномалию.

– Спокойно. Наш арсенал комбинаций ограничен. Или что-нибудь простенькое и стародавнее, или что-нибудь мелкое и экономное. Тут дохлыми комбинациями не обойдемся. Остаются только старые. Комего…

– Уже перенастроил интерфейс. – Флегматично доложил Сальвадор. – Но нужных нам комбинаций я не знаю.

– Тут уж труба. Полная. Что делать будете, погруженцы? – Вопрошает Провод.

– Есть одна стародавняя комбинация. В наших условиях, может прокатить. – Хищно улыбнулся Астром. Сразу видно, что нашел решение задачи, осталось только эту задачу решить.

– Это же не то, о чем я подумала? – Сдавленно спросила Эми.

Судя по ее взгляду, речь шла как минимум о ядерной бомбе. Астром посмотрел на нее, как на дурочку. Только во взгляде парня был блеск, как у маньяка дорвавшегося до той самой бомбы. Слово взял Комего:

– Ага, вспомнил. Я так понимаю, это комбинация романтиков? Джон, а тебе не кажется, что ее в таких случаях обычно не используют?

– Ты сам помнишь условия использования. Два индивида со схожими чувствами друг к другу должны быть приведены в приблизительно одинаковое состояние, для изменения их состояния в дальнейшем. В нашем случае добиться одинаковых состояний очень просто. Души придется связать искусственно. Но с этим я справлюсь. А ты, Сальвадор, подстрахуешь, как сможешь. – Джон Астром посмотрел на Руж. – Других кандидатов спасать этого дурака нет. Только ты.

– Если нужно, я готова. Спасите его, черт возьми!

– Как скажешь, детка.

Что-то мне подсказало, что зря Руж так рьяно согласилась. Какой-то слишком уж безумный взгляд у Астрома. Слишком поздно я понимаю, что он имел в виду. Одинаковые состояния. Я кидаюсь прямо на него, пытаясь хоть что-то сделать с этим безумием. Это тоже зря. После того, как он вдарил мне коленкой под ребра, мне уже не хочется лишних движений. Дальше грохот очереди из «калаша» семьдесят четвертого года, которые так в ходу в Зоне. И Руж уже никуда не двинется. Наклз – мертв, Руж – мертва. Действительно, очень просто.

Глава 104 – «Комбинация романтиков»

– Так! Спокойно. – Астром хлопнул в ладоши. – Тыщ-тыбдыщь, ща Джонни все наладит.

Сказано было так, будто тут неисправный радиоприемник лежал, а не два трупа.

Через сканер я увидел нечто странное. Два облака дыма около тел ехидны и летучей мыши и вентилятор, этот дым разгоняющий, около погруженца. И вокруг всего этого сфера метров около десяти в диаметре с неким подобием провода, идущим к Сальвадору. Так это выглядело через сканер. К этому я еще добавил опцию «Аудио-образы». Показ потоков творческой энергии через звук. Все кажется приглушенным. Шум повыше – от Руж, шум пониже – от Наклза. И голос, исходящий со стороны Джона и повторяющий голос интерфейса модуля:

«Для настройки синхронизации повторите следующее: мы есть одно»

«Мы есть одно» – это отстраненные голоса Руж и Наклза.

«Я мертва».

«Он мертв».

Черт, до чего же жутко. Откуда эти шумы? Их громкости меняются. Один повыше, другой пониже. Лучше слышен то один, то второй.

«Мы изменим себя»

«Мы изменим себя» – повторили голоса вслед за модулем.

«Первая фаза завершена успешно»

Только бы это получилось!

«Вторая фаза завершена успешно»

В жизни так не волновался. Меньше минуты назад хотел связать Астрома по рукам и ногам, а теперь же даже шаг в его сторону сделать боюсь. Он полностью поглощен своим делом. Крутится этот странный вентилятор. Или что это там у него?

«Ошибка. Третья фаза не завершена. Инициирован перезапуск процедуры»

Легкий хлопок. Потом какое-то шуршание. Наверное, я его сразу не заметил.

«Для настройки синхронизации повторите следующее: мы есть одно»

«Мы есть одно» – послушно повторили мертвецы.

«Мы изменим себя»

«Мы изменим себя» – Опять эти холодные, спокойные голоса. А правильно, чего им волноваться?

«Первая фаза завершена успешно»

Это нормально? С какой попытки все должно пройти успешно?

«Ошибка. Вторая фаза не завершена. Инициирован перезапуск процедуры»

Опять?! Даже Димка Провод не может спокойно смотреть на это безумие. А уж я его знаю давно, и редко видел таким возбужденным. Да мы тут все болеем за этого отчаянного англичанина, или кто он там по национальности?

«Для настройки синхронизации повторите следующее: мы есть одно»

«Мы есть одно» – в третий раз повторили Руж и Наклз. «Почему?» – этот тихий, взволнованный шепот очень сильно удивил Астрома. «Наки, не выпендривайся. Помоги мне» – Отрезал женский голос.

«Мы изменим себя»

«Мы изменим себя» – после этих вновь спокойных слов, Джон немного успокоился.

«Первая фаза завершена успешно»

«Вторая фаза завершена успешно»

«Третья фаза завершена успешно»

Ну? Давай же!

«Ошибка. Четвертая фаза не завершена. Инициирован перезапуск процедуры»

Сколько можно? Сколько еще попыток уйдет? И сколько у них еще есть? И что не так?

«Для настройки синхронизации повторите следующее: мы есть одно»

«Мы есть одно»

«Мы изменим себя»

«Мы изменим себя»

Облака дыма вокруг Руж и Наклза стали как-то шире. То, что шло от Наклза, почти добралось до края сферы. Не знаю, хорошо ли это. Судя по лицу Астрома, нет.

«Первая фаза завершена успешно»

Ну же!

«Вторая фаза завершена успешно»

Давай, чтоб тебя! Мы все здесь не хотим вашей смерти, ребята. Сделайте это. Чтоб это там ни было.

«Третья фаза завершена успешно»

Мы все боимся сглазить, но рады. Улыбнулся даже Астром.

«Четвертая фаза завершена успешно»

Получится? Облака начали пересекать друг друга.

«Пятая фаза завершена успешно. Синхронизация душ завершена. У вас есть десять минут, чтобы воспользоваться изменяющими комбинациями, пользуясь резонансом внутренней энергии данных душ. После завершения работы отправьте мыслесигнал о завершении»

Кажется, это всего лишь полдела.

Белая комната и столик, как в кафе. За столиком друг напротив друга сидят два антропоморфа: ехидна и летучая мышь. Там есть еще окно и дверь. За окном просто пасторальный пейзаж. А у двери человек, который говорит:

– Не обращайте внимания на пейзаж. Это всего лишь визуализация. Стандартный скин комбинации. Если хотите жить дальше, то вы должны выйти через дверь, держась за руки. Это обязательное условие. И если вы еще не поняли, то на данный момент вы мертвы. Ребят, давайте быстро. У нас всего десять минут. Блин! Две же еще на доп. настройки ушли. Короче, давайте быстрее.

Джон Астром исчез. Остались, только двое. Оба сидели на месте. Неловкое молчание затягивалось.

– Наклз, ты пойдешь?

– Подожди. Я хочу знать, почему я не полетел.

– Откуда я знаю?

– Я был на сто процентов уверен в этом воспоминании. Перед падением я начал вспоминать прошлую жизнь. Я не должен был так разбиться. Я же умел летать?

– Может, потом спросишь?

– Если моя прошлая жизнь окажется бредом, то мне и жить незачем. Отвечай. И не злись. Я помню, что работаю, или работал на тебя.

– Ты не умел летать, ты мог только планировать. Но делал это мастерски и не упал бы так глупо. Я не знаю, что с тобой случилось.

– Эй! Получается, что ты тоже мертва? Ты полезла за мной?

– Да, но умерла я не там. Чертов Астром! Он убил меня!

От волнения у Руж задрожали руки.

– Он? Убил? Зачем?

– Он спросил, хочу ли я помочь ему спасти тебя. Я согласилась. А потом выстрелы и я здесь. Он – псих!

«Ориентировочное время до разрыва связи: пять минут»

– Ладно, уйдем, держась за руки. Руж, тебе плохо?

– Да нет, пойдем.

– Кстати, ты уж извини, но постарайся быстро, пока никто не видит забрать артефакт из моей правой руки, если он еще там.

– Скорее всего, ты его выронил.

– Даже если так. Но если выясниться, из-за чего я так вляпался, будут неприятности. Нам обоим ввалят по первое число. И будут полностью правы. Нельзя было лезть за этой штуковиной.

Руж слегка покраснела.

– Я тебя чуть не убила, прости.

Вместо ответа Наклз взял ее за руку и повел к двери. Дверь была закрыта и на старый добрый метод «дернуть посильнее» не отреагировала. Другой старый добрый метод «с плеча» тоже не дал результата.

– Аккуратнее. А если она откроется, и ты туда вылетишь один? Почему она не открывается? Как мы отсюда выйдем?

– Без паники, что-нибудь придумаем.

– Астром! Где ты, чертов псих?! Отзовись.

– Руж, не ори. Он нас не слышит. И не факт, что должен.

Летучая мышь задумчиво посмотрела на окно.

«Ориентировочное время до разрыва связи: три минуты»

– Есть идея. Наки, он же не уточнял, куда надо выходить?

– Я не Наки. Я – Наклз. Когда ты запомнишь?

– Не обижайся, просто я думаю можно ли выйти через окно?

– Это он вроде не уточнял. Но сказал, что надо под ручку. Стоп! Он же точно указал, что через дверь.

А проклятая дверь ни на что не реагировала.

«Ориентирововчное время до разрыва связи: две минуты»

– Наклз, ты точно помнишь, что выходить надо через дверь?

– Ну, он, кажется так сказал. Не суть, выбора все равно нет. Пошли через окно?

– Пошли через окно.

Окно открылось легко. А за ним был другой мир, в который они и провалились.

Глава 105 – «Обмен»

Ой-ей, что тут началось. Раны этой парочки исчезли, и эти двое просто сели, держась за ручки. Эми с визгом бросилась на Наклза. «Ты живой, молодчага!» – такая радость только подтверждение одной умной мысли: «Хочешь сделать хорошо? Сделай плохо, а потом как было». «А ты живуч, зараза» – это Димка Провод. Комего тоже им что-то говорит. А Джон Астром еще никак отойти не может. Видно, что эта комбинация очень выматывает. Есть комбинации, которые еще и физические силы отнимают. Так Руж и Наклз уже держаться за две руки. Или за одну? Наклз, кажется, ей что-то передал. Небольшая синяя хрень, вроде кристалла. А остальные так увлеклись поздравлениями, что ничего не видят. Что-то тут нечисто. Необходим приватный разговор с Руж. А пока вставим свои пять копеек в общее веселье.

– Круто, что ты жив, и за тебя, Руж, рад. Но скажите, какого хрена Вы забыли посреди аномалии?

– Нас хоть и предупреждали, что они передвигаются, но эта штуковина застала его врасплох. – Отвечает Руж.

– Они не так уж быстро и двигаются. Можно удрать. Убивает «Электра» не сразу. Наклз, ты точно туда сам полез. – Подтвердил Димка мои догадки.

– Ну, эээ… – Тупит Наклз. Не знает, что сказать.

– Споткнулся, упал. С кем не бывает. Нечего тебе так стесняться. – Нашлась Руж. – А ведь еще хвастался, что он охотник за сокровищами.

После этой отговорки лицо Наклза стало как у стереотипного ВДВ-шника, пытающегося осознать основы квантовой физики. Дальше был вполне закономерный жест головой «че-то не верю я в эту херь, но, чисто для виду, кивну, что понял». Чего-то они дружно скрывают. И мне бы выяснить что именно. Но пока что, не судьба. Астром собирается сготовить праздничный ужин в честь спасения. Надо бы у него кое-что спросить.

– А комбинация романтиков, потому что только на влюбленных срабатывает?

– Нет. Это из-за первых существ, на которых испытали комбинацию.

– Любовь до гроба? Он и она вместе навечно?

– Ага. Точнее, она и она.

– Интересная деталь.

– А так работает не только на любовь. Друзей так откачивать в разы легче, как потом оказалось. Даже заклятых врагов почти без напряга. Ну, два индивида со схожими чувствами.

Димка Провод ушел за дровами. А я за ним. Пойду со старым другом поболтаю. Нам есть о чем поговорить.

В ночной караул я заступил вторым номером, после Сальвадора Комего. После напряженных боев в «камень-ножницы-бумага» третьим дежурным по нашему лагерю была назначена Руж. Удобнее повода поговорить и не найдешь.

– Тс-с, Руж. Проснись.

– А? Чего?

– Тихо ты. – Зашипел я на нее. – Нужно поговорить.

– Боже, ты.

– Нет, ты обозналась. Я не так крут. А теперь скажи, что там произошло на самом деле. И идиоту ясно, что вы нам наврали с три короба. И боженькой не надо было быть, чтоб заметить, что вы от нас какой-то небольшой предмет прятали. И что же это вы передавали друг дружке?

Так-с, теперь она проснулась. Даже рывком села. И лицо такое, будто я ей тут всеобщую оргию предложил устроить. Просто чудесная смесь удивления, злости и желания отослать меня в пешее эротическое путешествие.

– Что тебе от меня надо?

– Правду о том, что случилось с нашим общим другом. Если ты что тайное задумаешь, то ситуация может выйти из-под контроля. А мне ее нужно контролировать, как никогда.

– Обмен.

– Чего?

– Информацию на информацию. И все, что мы узнаем, мы никому больше не рассказываем. Идет?

– Чего тебе надо?

– То же, что и тебе. Правду о том, что случилось с Наклзом? Но не сегодня, а за последнюю неделю. Что с его памятью. Отвечай честно, и я тебе во всем признаюсь.

– Тебе не понравится.

– Неведение нравится мне еще меньше.

Интересная сделка. Судя по всему, это не преступление, а глупость. Иначе хрен бы мне такие условия поставили. Кстати, а почему мне их поставили?

– Вопрос к тебе есть. А за каким чертом ты вообще предложила мне эту сделку?

– О том, что случилось с Наклзом, никто ничего не говорит. А ты меня отослал сразу, сказав, что лучше мне не знать. Но знать я хочу. И ты хочешь знать, что мы там друг дружке передавали. Сделка?

Даже руку мне предложила. Ну, так тому и быть.

– Сделка. Я даже скажу все первым. Ведь моя информация не секретна. Она только неприятна.

– Вот как! Ты меня заинтиговал.

– Котэ, чтобы сбить нас со следу, раскидал по случайным вселенным. Мы оказались в разных местах. Наклзу досталась одна детская мультяшка. Но порядки той вселенной едва-едва не свели его с ума. Наклза мы нашли уже в психушке. Чтобы он не двинулся окончательно, была сделана срочная операция. Вырезали шокирующую память. Все остальное должно вернуться, а то, что его свело с ума так и канет в Лету.

– Детская мультяшка? Что-то не вяжется. Я должна увидеть первоисточник.

Что ж, закинуть ей одну серию «Happy tree friends» прямо в мозг, или в душу недолго. Не знаю даже толком, куда там передаст модуль информацию. Главное, она все увидит.

– Рекомендую вылезти из спальника, чтобы не дай бог что, успеть добежать до кустов. Зрелище может быть очень неприятным. А с ужина прошло времени совсем чуть-чуть.

Руж недоумевает. Пока что.

– Рождественский утренник маленьких зверят?

– Моя любимая серия, если что. Правда, очень уж жестока.

Чем дальше в лес, тем круглее глаза летучей мыши. По лицу вижу, досмотрела она уже до момента, когда дикобраз падает в дымоход, счесывая с себя всю кожу. Хотя чего уж там, держится она молодцом. Руж слегка подташнивает, но в целом она отреагировала спокойно.

– Детская мультяшка?

– Детям нравится.

– Ужас! Долго он там был?

– Два или три дня, не помню. Но досталось бедолаге крепко. Но скоро он должен быть в норме. И еще – если у него будут вопросы, любые вопросы, отвечай ему честно. Хорошо?

– Хорошо. Я постараюсь.

– Мало стараться. Не хочу, чтобы он в своих воспоминаниях путался. И что там вы там передавали? Да-да, переходим к твоей части сделки.

Сросшиеся голубые кристаллы «батарейки» были предъявлены без малейшего промедления. Вот оно что.

– Ты уговорила его залезть в аномалию?

– Нет, но он понял, что мне хочется эту проклятую штуку и да, я его все-таки чуть-чуть подразнила. Он еще вспомнил, что умеет планировать. Хотел спланировать с дерева, а вместо этого упал. Но успел схватить артефакт, как ни странно. Не должно было этого случиться!

– А нечего лазать куда попало. Тоже мне, охотники за сокровищами. – После этих моих слов Руж потупила глаза вниз. – Этот артефакт береги, потому что он защищается от самой «электры» без всяких побочных эффектов, что тут большая редкость. А еще лучше отдай Наклзу, потому что тебя я из лагеря не выпущу. Отвечать теперь за дрова буду я и Наклз. А там посмотрим. Эй, тебе нехорошо?

Выглядела она как-то бледно.

– Голова чуть-чуть кружится, а в целом все нормально.

– Будет совсем хреново – буди нас. Заступай на дежурство.

– Дима! За что ему это? Вот как ты думаешь? За что он так расплачивается?

– Наклз? Не знаю. Только что платит вперед. Но за что? Слушай, я спать уже хочу. Смотри не прозевай тут нам тревогу.

– После такого заснешь.

Руж зло сплюнула в траву. А я двинулся на боковую. А то уже и впрямь глаза слипались.

Глава 106 – «Недоверие»

День прошел относительно обычно. Что такое после уже пережитого постоянный отстрел кровососов, снорков, кабанов и прочей нечисти? Так, мелочь жизни. Но в тоже время этот день нравился мне меньше, чем все остальные. Да, меня перемещали против моей воли в другие вселенные, и я пережил черт те знает что. Так ведь там было все бодро и захватывающе, а тут… Вся яркость воспоминаний за последние дней десять была стерта этим тупым отстрелом. Мы все были вымотаны вконец. А прошли всего десять километров. Нормальным ходом на это уходит часа два, не больше. Но хрен ты нормально пройдешь, если приходится продираться сквозь монстров и аномалии, и обходить всех людей, чтобы не ввязываться в лишние перестрелки. Плюс ко всему ко мне раза три подходили с вопросами о моем плане.

Мой план. Я же сказал, все, что им нужно знать. Особенно нагло намекали на информационный голод погруженцы. Кажется, Астром всерьез заподозрил, что я собираюсь домой вместо того, чтобы помочь им. И Руж. Да, она и Шэдоу друзья. Кстати, неизвестно, что еще с этим черным ежом стряслось. И неизвестно толком, что там вообще стряслось. Та вселенная. По идее, я должен был ее спасти. Но, как любил говаривать Димка Провод, идея далека от реальности. И что есть реальность? Где гарантия, что я не очнусь с утреца на койке в психушке? Правильно, нет такой гарантии. Надо бы обсудить это с моим другом. Надеюсь, он не воображаемый. Теперь по ночам мы дежурили группами. Первая группа – я и Дима. То есть, Дима и Дима. Горяченков и Медведев. Не президент, просто Медведев. Блин! Ладно, группа номер два – гости из далекой вселенной. Хотя в теперешних условиях им больше пошел бы статус беженцев. Группа номер три – профессиональные погруженцы. Порядок выбирал Димка Провод (только погруженцев он хотел поставить первыми, да они поменяться попросились). Вот он ко мне и обращается:

– Димонски, есть разговор.

– Говори, если есть.

– Ты заметил, что тебе здесь не доверяют. Как и мне.

– Заметил. А что?

– Линяем отсюда. Я знаю такую дорожку, что к следующей ночи будем там.

От такого предложения я остолбенел. Нет, были, конечно, мысли, что надо бы. Но чтобы вот так, посреди ночи. Хотя, чего уж там. Целый вечер я провел в нелегких раздумьях, как бы отделиться от этой недоверчивой компании.

– А фанатики?

– Придумаем что-нибудь. Твой отряд мне нравится еще меньше, чем фанатики. Давай, у меня четыре банки энергетика, на случай если очень баиньки захочешь. Домчим только в путь. А то они чего-то тебе не верят. Или ты домой хочешь слинять? У меня есть координаты твоей вселенной.

– А чем мне они теперь помогут? Модули в почти нерабочем состоянии. Я не собираюсь домой. Но сказать, что я собираюсь делать, я тоже не могу.

– Понимаю. Но поэтому лучше линять. Оставим записки в наших палатках. Подготовим вещи заранее. Сдадим караул и незаметно отсюда выберемся. Встретимся возле ручья. Это триста метров в ту сторону.

– Стремный план. А если не прокатит?

– У меня всегда держится вне модуля четыре заряда парализатора.

– Вне модуля? Это как?

– Комбинация генерируется, но не запускается. И туда заранее идет творческая энергия. Висит «до востребования». Мысленная команда и все срабатывает вне зависимости от того, сколько у тебя энергии в модуле. Уже один раз мне эта фишка тут жизнь спасла. Плюс к тому же у меня тут целая прорва всяких ловушек. Настрогал, когда с модулем баловался.

– А если у них тоже такие есть? И есть ли нам смысл дожидаться смены караула?

– Я хочу, чтобы нас хватились только утром. Я даже иллюзии заготовил. Нехило сожрут энергии, но оно того стоит. Будут до утра кивать головой и пытаться отвечать на вопросы. Голограмма и чат-бот, воплощенные при помощи модуля. Глядишь, в темноте и не разберут. На еще одну такую у меня энергии уже не хватит. Но караул они за нас сменить не успеют.

– Понятно. Значит, линяем отсюда.

– Ты все-таки решился? – Усмехнулся Дима.

– А что делать? Не дожидаться же, пока не начнут спрашивать про план жесткими методами.

– Терморектальный криптоанализ?

– Ага. У Астрома и Комего руки уже так и чешутся.

– В ту сторону триста метров. Ориентир – подгорелая елка. Только не подходи к ней. «Жарка», может и не зажарит, но местонахождение твое засветит.

– Понял. Давай, хоть похаваем перед дорогой.

– Давай.

Черт, круто, что Димка мне это предложил. Честно говоря, мне за последние пару дней вся эта компания стала в тягость. Мы уже начинаем собирать вещички. Точнее, собирает Дима, а я стараюсь ему не мешать. Тихо берем консервы, тихо их открываем, тихо их едим, тихо пакуем рюкзаки, тихо проверяем снаряжение, тихо готовимся к отходу, тихо оставляем прощальную записку и еще тише уходим. Только это потом. Простите, ребят. Но если вы мне не доверяете, то и мне нет смысла вас вести. Побудьте лучше на месте. Припасов вам хватит. Именно так и написал. Провод еще недоволен чем-то. А, дописал местонахождение ближайших тайников. Будем надеяться, у них хватит ума, чтобы не пустится за мной в погоню. Вот мне уже Димка хмыкает, чтоб и не надеялся. Поэтому в записке и указаны только те тайники, за которыми придется идти назад. А записка спрятана на том месте, где иллюзия. Как только она развеется, станет видна записка.

– Эми, подъем. Ваша очередь караулить.

– А?

– Б! Подымайся, спящая красавица.

– Димы, не язвите. И почему вам не начать с Наклза? Вернетесь за мной через пять минуток. Пожа-а-алуйста.

– Угу, надейся и жди. Подъем! – Ткнул я в плечо почти спящую красавицу.

– Чего шумите?

– О! Руж у нас очень удачно проснулась. Слушай, ты даже не представляешь, как же тебе повезло. – Заулыбался тезка президента России.

– Наша очередь, что ли?

– Ага!

– Тогда пните кто-нибудь Наклза.

– Лады! А мы спать идем!

Естественно, мы не пошли спать. Что ж, теперь аккуратно уходим, замаскировав себя и одновременно включив иллюзии. На вид более чем правдоподобно. Только руку сквозь меня не просунешь. Все подготовлено. А снаряга уже лежит в условленном месте. Не очень мне нравится эта игра на опережение. Фактически, я не жду, когда меня предадут, а предаю сам. Ну и ладно. Главное – добраться до Монолита, а там пусть хоть трава не растет. Ведь если я доберусь, я даже траву заставлю расти по новой, чуть что.

Наклз заметил, что Руж пытается ему что-то сказать. Целый час, как на иголках. Но при Эми говорить не хочет. Если, конечно все правильно понято. С этими бабами никогда ни в чем нельзя быть уверенным. Чертова девченка. Не нашла ничего лучше, чем прошептать прямо в ухо:

– Наклз! Нам надо поговорить.

– О чем?

– Чш-ш. Говори так, чтобы нас не услышала Эми.

– Зачем?

– Так надо!

– Ладно. Черт с тобой, как скажешь. Но она же тут, рядышком.

«Поэтому общаемся с помощью мыслерации. Не смотри на меня как баран. Отвечай мне мысленно и все свои мысли направляй мне. Модуль разберет, что пойдет мне, а что ты подумаешь про себя. Ну, это если я правильно поняла, как это работает»

Наклз был удивлен. Но немного подумав, он даже презрительно сморщился. Подумаешь, велико чудо. На фоне происходящего телепатия должна быть вообще нормой жизни.

– Эй! Вы двое! О чем шепчетесь? – Крикнула Эми.

– Да так. О своем. – Ответил Наклз.

– Быстро же вы… – Неопределенно буркнула куратор.

Наклз покраснел. И подумал о том, что только славы любовников им и не хватало.

«Возражаешь? Зря. Когда еще с такой девушкой сойдешься»

В ответ ехидна подумала что-то про нахальную тварь и первоначальную тему разговора.

«Нужна твоя помощь. Помоги мне добраться до Монолита раньше остальных. Мой друг, у него, оказывается, было дело всей жизни, о котором я не знала. Сначала я ему, сама того не зная, помешала. Теперь же мне хочется это дело исправить. Помоги мне, а?»

Странная она. Не похоже Руж на даму, которой нужен телохранитель. Что-то было не так. Наклз целый день пытался собрать все свои воспоминания в одну картинку. Не получалось. Что-то было лишним. То, что летать умел? Или то, что был стражем Главного изумруда? Черт его знает. Что вспомнилось, а что было придумано? Если с утра это все вызывало легкое беспокойство, то к вечеру предчувствия переросли в настоящую тревогу. А теперь опять она. И эта просьба.

«Мы удерем. Придется оглушить Эми. Но нам нельзя рисковать. Рюкзаки я уже собрала. Ну, так как? Идем? Я за день умудрилась даже выспросить координаты Монолита у Горяченкова. Приблизительные. Оставим записку, чтоб нас не искали. Давай, нас не догонят. Уж по этому я мастер»

Весь этот веер воспоминаний. Закрутился еще сильнее. От этого внутреннего ветра, который создавали его правдивые и ложные воспоминания, становилось нехорошо.

«Пожалуйста. Ты согласен?»

«Безумие» – подумал Наклз.

«Иначе я уйду одна. И защищай меня, тогда как хочешь»

Удар ниже пояса. Придется согласиться.

Эми очнулась где-то через час. Голова болела жутко. Наклза и Руж не было. От такого поворота бедному куратора едва не сделалось дурно. Где-то через пару минут раздумий все стало на свои места. Руж рванула к Монолиту, подговорив Наклза. Тот и раньше был доверчив как дитя, а теперь и вовсе поверит во все. Ой! А если Наклзу наврали? Тогда последствия могут быть катастрофическими. Если он не различит, что в его воспоминаниях правда, а что ложь, то неизвестно можно ли будет вообще восстановить его память. В любом случае надо будить Диму (того, который на нее работает) и думать, что делать дальше.

– Дима! У нас ЧП! Проснись! Прос… Ой!!! – Рука нащупала лежак из еловых веток.

Иллюзия и записка. Теперь все окончательно стало ясно. От ярости Эми перестала соображать. Она знала, что погруженцы повесили на себя пару стареньких комбинаций, отпугивающих все живое, а значит, им ничто не грозит. «Я быстренько их догоню и верну этих паршивцев. Убью уродов!» – с такими мыслями куратор вселенной Соника наскоро собрала свое снаряжение и побежала вслед за беглецами.

Когда Астром и Комего проснулись, они сначала подумали, что монстры всех съели. Потом нашли две записки, и кое-как восстановили картину произошедшего. Естественно, ничего больше не оставалось, как уйти догонять остальных. И попытаться понять, куда делась Эми.

– Зная эту дуру, можно с уверенностью сказать, что она побежала вслед за ними. – Заворчал Комего.

– Или вместе с ними. И еще неизвестно, что хреновее. Давай, быстрее. Надо их догнать. Мы и так на час с копейками проспали свое дежурство.

– Ну, так, собирайся, Астром. Не пойдем же мы голыми через местные леса.

Астром только помрачнел. Только заканчивая собираться, он крикнул:

– Блин! Я же специально поставил наше дежурство последним, чтобы мы, выспавшись, слиняли к Монолиту первыми.

– Не нравиться то, что этот нелегал затеял?

– Да, не нравиться. Я, профессиональный погруженец, и то не смог приспособить Монолит к решению задачи, а уж куда ему!

– Да ладно. Может, он и придумает чего.

– Сомневаюсь. Будет лучше, если мы попадем к Монолиту раньше. И в этот раз он меня действительно переиграл! Проклятье. Нет, мы будем там первыми.

– Дай бог, дай бог.

На этой неопределенной ноте остатки маленького отряда покинули негостеприимный лагерь.

Глава 107 – «Фамилия»

Сегодня Наклз вспомнил свою фамилию. Почти. Что-то на «п». Он пока не был уверен. Да и в данный момент ему было не до того. Кое-что в поведении Руж было странным. Она как будто дышала через рот, но нос у нее не был заложен. Летучая мышь. Тогда ее поведению есть только одно объяснение.

– Тебе плохо?

– Нет. Что ты? Я в порядке. Пошли вперед, пока нас не догнали. Мы же на юго-восток идем?

– Да. Ты уже в третий раз спрашиваешь. По солнцу ты определить не можешь. Но, тем не менее, уверенно идешь и почти не спотыкаешься.

– Ты на что намекаешь?

– На то, что ты ослепла.

Руж аж встала на месте от неожиданности.

– Ты что мелешь?

– Ничего. Но я втихаря вымазал свое лицо листьями. И взял ветку в зубы.

– Это я заметила.

– А вот по поводу зелени на лице ноль комментариев. Да и по твоему поведению видно, что ты больше на слух ориентируешься. У антропоморфов, летучих мышей, есть способность ориентироваться с помощью ультразвука. Она у них идет, как подстраховка зрению. И ты теперь положилась полностью на свой слух и ультразвук, что ты издаешь. Давно это с тобой?

– Что?

– Слепота.

Руж замялась.

– С тех пор, как мы вернулись с того света. Этот козел, Астром, через мыслерацию уверял меня, что все нормализуется через двое суток. Жаловался на какие-то глюки старой комбинации. Я так про мыслерацию и узнала. Оказывается, я могу держать связь с тобой. Пошли, а? Догонят же.

– Если тебе плохо, лучше извиниться и объяснить остальным ситуацию.

– Предлагаешь вернуться?

– Подумай. Может так и лучше.

– Нет! Ни разу так не лучше! Пошли вперед!

– Извини, я волнуюсь!

– С чего бы это?! – Заорала Руж. – Раньше ты обо мне не заботился.

– Я твой телохранитель. И как ехидна, за тебя отвечающая, рекомендую сделать привал. Минут десять, чтобы перевести дыхание. И так идем без остановки два часа. Нас за десять минут не догонят. У них больше груза. Ты вся на нервах, передохни и успокойся. Руж? Не бойся, доберемся мы до твоего Монолита.

Руж обессилено опустилась на ближайший пень.

– Аккуратней, там муравьи.

– Ай! Блин! Предупреждать надо! Расслабишься тут с тобой.

Усталость испарилась, уступив место прежней бодрости. Ведь всегда найдутся силы, чтобы отдалиться от муравейника на пару метров.

– Вот на этой коряге можно присесть. Кажется.

– Ладно, сажусь. А ты?

– Буду тебя охранять.

– Садись и сам. Не хватало, чтобы ты свалился от усталости.

Наклз все же присел рядом. Фамилия крутилась в мозгу, но никак не вспоминалась. Вот он – ключ ко всему, только протяни руку. И сразу же наткнешься на шипы. Воспоминания даются непросто, как чужие. Минут пять Наклз вертел в голове какие-то бессвязные обрывки.

«Нас окружают. Шесть человек заходят вокруг нас. У всех оружие. Что делать?»

Мыслерация. Значит, Руж не хочет себя выдавать ни голосом, ни шепотом. Рука нащупала взятую с собой «Беретту».

«Обходят. Почти заняли позицию»

Наклз и сам уже заметил троих. Остальные наверно, были сзади. Сердце колотилось, как бешеное. Внутри все бурлило. Рука крепче сжала пистолет. Один из них отдал команду «огонь». «Ложись!!!» – отчаянно подумала ехидна. Дальше началось что-то непонятное. Быстрым движением на тот свет был отправлен один из прятавшихся людей. До того, как все остальные среагировали, еще один получил пулю в плечо. Пули засвистели прямо над головой. Руж легла на землю, пытаясь отстреливаться. Адреналин заполнил все. Единственным звуком в мире для Наклза стало собственное сердцебиение. Еще двое были на земле. В пистолете закончились патроны. Не вступи в действие инстинкты, одна мысль бы о том, что нужно найти целых три секунды на перезарядку, убила бы. Но вместо этого Наклз вытянул руки. Движения были чем-то на грани фантастики. Казалось, что это больше волшебство, чем навык. Пока обойма была в воздухе на месте, рука с пистолетом описала круг около фигуры ехидны, и оружие как бы «поймало» обойму. Но удивиться, почему-то, даже в мыслях не было.

«Граната!»

Теперь четыре секунды были целой вечностью. Те трое, чтобы были еще живы, слишком поздно поняли, как дорого они поплатились за идиотизм одного из своих товарищей. От муравейника ничего не осталось, а грохот был такой, что уши потом долго звенели. В сторону успели отбежать только Наклз, Руж и один из напавших. Но он быстро получил пулю. Время внезапно ускорилось в три раза. Наклз не сразу сообразил, что так оно вернулось в свой обычный ритм.

– Что с ними? Они мертвы?

– Да. Они мертвы. Ты как, Руж?

– Наклз. – Голос летучей мыши задрожал. – Я, кажется, перестала различать ультразвук. Теперь я действительно слепая. Надеюсь, это временно. Что с тобой?

– Я вспомнил свою фамилию. Подтвердишь?

– Я ее и не знаю, если что.

– Пэйн. Имя-то Наклз, а фамилия Пэйн. Иначе бы я не смог на пике адреналина вытворить такое.

– Боже, если это не прекратится, то нас точно догонят. Вот теперь мне, похоже, нужна защита.

– Не бойся, я с тобой.

Язвить о банальности фразы Руж не стала. Наклз вспомнил одно из ее прозвищ – «каменная лиса». Наврала она про телохранителя для своей же выгоды, но ругать ее почему-то не хотелось. Они с Руж теперь были и так в одной упряжке. Даже если и признавать это не хотелось. Сказки о полете и волшебных камешках оказались ложью, а реальность складывалась в голове в мрачную мозаику. Все срослось в одно. Память все-таки вернулась, но легче от этого не стало. Это как вернутся домой, и выяснить, что там уже все разрушено и разграблено. Но имена и фамилии появились в памяти, а это уже кое-что. Это воспоминание Наклз лелеял, как нищий свою единственную монетку, случайно найденную в грязи. Он – Наклз Пэйн, а она – Руж Сакс.

Глава 108 – «План любителя»

– Цепочкой по лесу бредут семь идиотов.

– Уже пятеро. – Поправил я Димку Провода.

– Ага, а мы с тобой прям гении и светочи чистого разума. Че с фанатиками будешь делать?

– Что-нибудь придумаю.

– Придумывай теперь. Когда тебе с калаша в филейную часть очередь закатают, будет не до размышлений, знаешь ли.

– Выдать себя за богов, пришедших говорить с Монолитом.

– Ты че? С дуба рухнул?

– Они фанатики. Но духовным лидером у них теперь является реальный Монолит, а не «О-сознание». Самый настоящий исполнитель желаний. И он хочет, чтобы в него поверили и нашли.

– Точняк! И у нас есть толпа идиотов, которые только будут рады там скучковаться. Ваши идеи, Холмс?

Ай-ай-ай, проблема. Да, непросто будет вот так вот сразу стать духовным лидером какой-то секты. Единственная альтернатива – перестрелять фанатиков.

– Так как, по-твоему, мне стать их духовным лидером?

– Не знаю, Димонски. А ты начни сначала. Стань просто сектантом. Поклянись служить Монолиту и защищать его.

– От кого?

Куратор в ответ только пожал плечами. А меня осенило. Монолит-то есть от кого защищать. Ему грозит реальная опасность в лице двух погруженцев.

– Чего придумал? Димонски, я ж по твоей роже вижу, что не анекдот ты сейчас вспоминаешь. Давай колись, в чем план?

– Навешаем лапши «монолитовцам» про великую опасность, угрожающую их святыне.

– А в чем прикол?

– В том, что эта великая опасность существует. И это не мы.

Димка просиял, и начал махать у меня перед носом указательным пальцем:

– Я понял, я понял. Остальных ты запишешь в разряд «великой опасности»!

– Остальные туда припрутся, и подтвердят мое пророчество. Теперь все будет зависеть от того, сумеем ли мы их убедить сначала. Что мы можем для этого сделать?

– Иллюзию нимба с крылышками. Пойдет?

– Возможно. Но надо придумать еще что-то, что точно их убедит.

– Вот не понимаешь, ты шуток, Димонски.

– Астром, чего делать-то будем?

– Не знаю, надо как-то решить проблему фанатиков.

– Разве это проблема. Я думал, что нелегал наша главная головная боль. И эта девченка, которую надо найти как можно скорее.

– Если нелегал не дурак, то он не будет воевать с «Монолитом». Вместо этого он вотрется к ним в доверие и сделает их нашей главной головной болью. Если я все правильно понял, то Горяченков должен положиться на свои способности к импровизации. А они весьма и весьма велики, что уж тут можно сказать. Комего, придумай ты что-нибудь.

Сальвадор наморщил лоб, но ему ничего на ум не шло.

– Не, ты у нас мегакрутой погруженец. Тебе и думать, как этот бардак разгребать.

– А ты, значит, за компанию. Сальвадор, когда ж ты хоть чему-нибудь научишься? А, черт с тобой.

– Еще у нас есть крылатая красотка. Эту переменную тоже надо куда-нибудь воткнуть. Иначе толкового решения не получиться. – Теперь Астром был мрачнее тучи.

– Руж? Ты еще учти один дестабилизирующий фактор. Это тот, который с шилом чуть пониже спины.

– Ага. Вот и я думаю, что она нам может создать проблем.

– Кажется, я ее вижу. Астром, давай проследим за ней.

Кажется, впереди маячила какая-то низкорослая фигура, не слишком заботясь о своей скрытности.

– Зачем?

– Мы не знаем, на чьей она стороне. Этот нелегал очень хитер. Я тебе рассказывал, как он меня во вселенной Дума сделал?

– Нет. Как?

– Воплотил анекдот о том, как помирал старый думер, и попросил у черта три желания.

– А-а-а, помню этот анекдот. Так значит, Дмитрий прописал себе таким макаром IDDQD?

– Ага.

– Комего, ты идиот! Ты знаешь, что у анекдота есть еще и другая концовка.

– В смысле? Думер просит отправить его на марс, а не в ад?

– Нет. Он отправляется в ад, но черт, ухмыляясь, говорит «на nightmare».

– А в чем прикол?

– Это последний уровень сложности, на котором чит-коды не работают.

– Блин! Если бы вспомнил эту фишку, он бы меня так просто не уложил. Астром? Каков твой план?

– Пока следим за Эми. Голос, кстати, на полтона ниже. Лады? Действуем по обстоятельствам.

Двое погруженцев двинулись вслед за Эми Роуз. В том, что это она не было никаких сомнений. Кто еще станет нестись по Зоне, сломя голову и проклиная «эту тварь».

Глава 109 – «Простой выбор»

Наклз Пэйн (в том, что он Пэйн, у него уже не осталось сомнений) вспоминал. Американская мечта. Жена, дети, потом их убийство. Расследование. А теперь и Руж. Неизвестно зачем она ему соврала, но она это сделала. Надо было принять это в расчет. В голове все еще путалось. Чистильщики подпортили шкурку. Это была их территория, и у них не было нужды в маскировке. На тех шестерых, что уложил Наклз, не было никаких опознавательных знаков. Но он не сомневался – это те чистильщики, что перебили почти всех членов «внутреннего круга». А значит, необходимо быть настороже. Чертова мешанина из памяти, реальной и ложной.

– Наклз? Ты в порядке?

– Да, а ты как?

– Уже лучше. Могу различать некоторые контуры.

– Мы где?

– Мы еще не выбрались. Держись, детка. Держись, родная. Мы еще выкарабкаемся.

Наклз городил всякий вздор, потому что ему самому было не по себе. Что делать? Сколько еще их здесь? Чертовы чистильщики. По информации Лема, за всем этим стоит Гогнитти. Что ж, черт с ним. Здесь полным полно улик. В конце концов, здесь же их база.

– Руж, это может показаться, странным, но мне нужно, чтобы ты вызвала полицию.

– Да, ты прав. Это очень странно. Иди вперед. Нам нужно попасть к «Монолиту». С тобой все в порядке?

– За меня не волнуйся. Мы разберемся с этим делом.

Эми переполняла ярость. Она уже почти догнала эту стерву, но решила не обнаруживать себя раньше времени. Не было смысла. Лучше появиться прямо у них за спиной с оружием. Тут они ничего поделать не смогут. Многое можно было простить и списать на характер персонажа, но то, что она врала Наклзу, было фактом перешедшим черту. И поэтому куратор вселенной «Sonic the hedgehog» решила разобраться с этим буйным персонажем раз и навсегда.

Пять минут, ступая за ними след в след. Вот они! Осталось только подойти сзади. Пистолет наведен. Теперь можно.

– Назад, Наклз!

На лице бедолаги искреннее изумление.

– Винтерсон?!

– Назад, Наклз! Отойди! Я должна схватить эту сучку. Ты не понимаешь, во что ввязываешься!

Винтерсон – знакомая фамилия. Руж уже выхватил свой пистолет, и наставила его на Эми. Они так и стоят – лицом к лицу. И Наклз посреди. Улыбается как безумец. Улыбается точь-в-точь, как детектив из первой части той игры. Как же ее звали? Точно, Max payne. Эта игра входила в программу курса «основные творческие первоисточники игрового отдела». Что-то вроде уроков литературы, только про игры. Да, изучали. И Супер марио, и Соник (тут вот гордость брала за свою родину), и Дум. Только вот, проходить и изучать все эти игры было, если честно, в тягость. А «Макс Пэйн» понравился, как ни странно. Эми потом еще и вторую часть прошла, хоть по программе и не надо было.

– Винтерсон, Руж Сакс не виновна. – Сказал Наклз, все так же улыбаясь.

– Я не отступлю. – Закричала Руж. – Наклз, она из другой команды. Пожалуйста, не дай ей схватить нас!

Винтерсон?! Нет, быть того не может. Теперь Эми поняла, почему он улыбается, как Макс Пэйн. Это потому, что он и есть Макс Пэйн. Отчасти. Синдром подмены – психическое заболевание, связанное с творческой энергией. Суть в том, что существо, каким либо образом связанное с персонажем, при определенных условиях может, как бы начать в этого персонажа превращаться. Приобретать его способности и умения, характер и воспоминания, жить его жизнью. Это и называют синдромом подмены. Неизвестно как, но Наклз вместо своей жизни вспомнил чужую. Руж Сакс. А он, значит, Наклз Пэйн. Проклятье! Это все переворачивало с ног на голову.

Эми узнала эту сцену. Конец второй части второй части. Такой вот каламбур получился. Обе игры были разбиты на три части. И под конец второй трети второй игры была такая сцена. Киллер Мона Сакс, в которую Макс был влюблен, была почти схвачена полицейской Винтерсон. Они так и стоят – пистолет к пистолету, мексиканская ничья. Прием, позаимствованный авторами игры из боевиков режиссера по фамилии Ву. А перед Максом выбор. Любовь или долг, Винтерсон или Мона. Простой выбор.

Эми хватило одной секунды, чтобы прокрутить в голове эту цепочку мыслей. Но и это было слишком много в данной ситуации. В игре Макс застрелил мисс Винтерсон. Здесь, в этом лесу, Наклз застрелил Эми.

Глава 110 – «Have no fear, Sonic is here»

Примечание автора. Have no fear, Sonic is here – Не бойтесь, Соник здесь. Англ.

Наклз тяжело дышал. Теперь назад дороги не было. Как в старые добрые времена, когда за ним по ложному обвинению охотилась вся полиция города. Но был один ужасный нюанс. Теперь он действительно убил полицейского.

– Руж. Теперь ты понимаешь, что назад дороги нет. Мне нужны ответы. Сейчас!!!

Руж дрожала. Странно для «каменной лисы». Из кармана мисс Винтерсон выпала небольшая картонка. Визитка будущего ресторана «Водка».

– Да, я наврала тебе о том, что ты – мой телохранитель, прости. Но теперь нам нужно к «Монолиту» еще сильнее. Если мы не…

Выстрел. Она упала на землю. Как не вовремя. Только понял, чем он может ради нее пожертвовать, как случилось это.

– Нет. Это неправда. Так не должно быть. Руж, очнись.

Бесполезно. Кто-то только что убил ее. И этот кто-то все еще здесь. Наклз выхватил свое оружие. Кто может себе представить, сколько сгорает нервных клеток, пока шаришь по окрестным кустам взглядом, выискивая того, кто может тебя убить в любую секунду.

– Knuckles, dearest of all my friends!

Примечание. Knuckles, dearest of all my friends. – Наклз, лучший из всех моих друзей. Англ.

Тяжело было не узнать этот звонкий голос, прячущий за весельем и акцентом свои намерения. Белый костюм, дорогие часы, голливудская улыбка и очень дорогой, украшенный «дезерт игл». Глава русской мафии, стоящий за всем этим. Чистильщики – это его люди. И мисс Винтерсон действительно была с ним заодно. Руж не врала. Проклятый синий еж. Соник Лем.

– Прости, Наклз, но я не могу позволить тебе так просто уйти. Ты ввязался в чужую войну. Тебя же предупреждали, чтобы ты не лез. К тому же лорды всегда мстят за оскорбление своей леди, а Эми Винтерсон была моей леди.

Неприцельный огонь прижал Наклза к дереву.

– Have no fear, Sonic is here.

После этой фразы он прицелился получше. Эта пуля должна была войти в его голову, в голову Наклза. Но не срослось. Ответная пуля выбила из рук Соника оружие. Он убежал.

– Тебе не справится со мной. Я буду у Монолита раньше тебя.

Теперь все было на месте. Все ясно, как день. Никаких вопросов, никаких двусмыленностей.

– Почему бы тебе просто не сдаться? Почему ты не можешь умереть? Что от тебя осталось? Ты уже труп!

Была в этом какая-то прелесть. Он все-таки нашел силы сменить вражескую улыбку на злость и раздражение. Соник все-таки злился. Отлично. Теперь оставалась самая малость. Догнать и убить его. И всех, кто встанет у него на пути. Белый костюм в этом лесу. Замечательная мишень. Чистильщики попытаются помешать. Но после пережитого это уже ничто. Вот оно – старое знакомое чувство.

Глава 111 – «План профессионала»

– Добро пожаловать в мир живых, девочки. Я комбинациями позатыкал вам рты на некоторое время, чтобы не было лишнего шума. Все вопросы потом, ладушки?

Эми и Руж переглянулись, глядя на Астрома. Они и впрямь не могли сказать и слова из-за его комбинации.

– У Наклза серьезное заболевание – синдром подмены. Это означает, что он становится персонажем одной знаменитой игры – Максом Пэйном. Теперь он убежден, что Руж – Мона Сакс, а Эми – мисс Винтерсон. Обычно в таких случаях все лечат «Перегоранием» – заболевшего заставляют резко и разом пережить основные события жизни «подменяемого» персонажа, чтобы несоотстветсвия и несуразности навалились скопом и развеяли иллюзию. Отчасти поэтому я заставил его поверить, что он убил Эми, и что мертва Руж. Так он охотнее побежит за моей иллюзией главного злодея. Понимаете, в чем наша основная беда? Нелегал. Эми, ты его знаешь, подтверди мою догадку кивком головы. Он же попытается втереться в доверие сектантам, импровизируя?

Эми послушно кивнула.

– Так вот. Скорее всего, ему это удастся. Ему тогда выгоднее всего сделать «пророчество», что придут к «Монолиту» очень опасные монстры. И что «Монолит» надо охранять. И они станут его охранять от нас. Так фанатики стали нашей головной болью. Или станут. Я сомневаюсь, что он уже дошел. Тем не менее, меры я принял. Наклз против фанатиков – ничто. А вот Макс Пэйн перебьет их всех на раз-два. Именно поэтому я его туда и отправил. За его жизнь бояться не нужно. Группировка «Монолит» будет разбита. Он уверен, что это чистильщики, которыми руководит главный злодей. Его я связал с Соником. Это нелогично только на первый взгляд – на деле оказалось, что он удачно подходит на эту роль в данной истории. Теперь по лесам идет, созданная нами иллюзия Соника. И именно она приведет его к Монолиту. Так запрограммировано – Соник в костюме Владислава Лема, для полной аутентичности, бежит к Монолиту через всех встречных и поперечных Монолитовцев. Там эта иллюзия сольется с Дмитрием Горяченковым. Наклз будет верить, что Соник – это Дима. Мы туда подоспеем с таким расчетом, чтобы они остались живы, но не успели загадать желание Монолиту. Кому-то надо будет еще проследить за куратором. Эти засранцы явно заодно. Пока все. Теперь вопросы. Руж, не надо наставлять на меня ствол. Это бесполезно.

А Руж его уже не слушала. Она навела пистолет прямо на лицо Астрома.

– Брось пистолет, дурочка. Все равно же не выстрелить тебе из него. – Насмешливо предложил Сальвадор.

– Вы заплатите, за то, что с ним сделали. Вы за это заплатите!

– Бросай пушку. Она теперь реально бесполезна. – Сказал Джон. – Не мы с ним это сделали. Не бойся, он «перегорит» и все будет нормально.

– Ты в курсе, что я до сих пор слепа? Ты знаешь это?! – Ее трясло от злости.

– Да, еще денек надо чтоб прошло. С этой старой комбинацией бывают и не такие глюки. Руж, успокойся, ладно. Ты, конечно, можешь для нервной разрядки понажимать на курок. Но толку от этого не будет.

– Да пошел ты к черту!!!

Руж не стала нажимать на курок для нервной разрядки. Вместо пули она отправила в лицо Астрома сам пистолет. Метать было недалеко, а оружие было увесистым, поэтому снаряд попал удачно – погруженца просто опрокинула. Пока все сообразили, что это было, летучая мышь улепетывала по местным лесам, не хуже зайца. Комего все же попытался ее задержать, но попасть в быстро бегущую цель ему не удалось.

Астром уже поднялся и принялся разбирать аптечку. У него на лбу шла кровь.

– Помогите рану обработать. Комего, ты ее сумел задержать?

– Попал всколзь. Через полчаса эта дура должна вырубиться. Надо ее до того найти. Иначе хана ей в местных лесах.

– Ребят, вы извините, что я так вперед рванула. Я опять всех подвела.

– Эми, лучше йодом мне обработай рану, и пойдем. Извинения приняты и больше не обсуждаются. А то я тебя знаю, будешь ныть о том, какая же ты нехорошая, всю дорогу.

Рану наскоро обработали. Даже голову Астрому перебинтовали. Но времени рассиживаться не было. Еще нужно было догнать остальных.

Глава 112 – «На подходе»

Пока мы с Димкой шли, мы разговорились. Когда встретишь старого друга трендеть можно без умолку очень и очень долго. Мы этим и занялись. Помянули всех школьных товарищей, учителей, знакомых, политиков, страну, мир, то есть миры. Сколько всего нового о модуле и «совете кураторов» узнал – не перечесть. На пять томов хватит. Разговор свернули к тренировкам Димки с модулем.

– Что, надоели паяльник и Линукс? Новую игрушку себе нашел?

– А то! – Засмеялся Димка. – Везде защитных ловушек понаставил. Модуль же работает на изменение сети причин. Знаешь, сколько у меня тут «ручных» аномалий натыкано?

– Пардон, ручных? По команде «фас» срабатывают?

– Не. От мысли. Подошел и включил. Слу-у-ушай, я тут подумал…

– Да, Димка, я тоже подумал о том, чтоб этим всем добром воспользоваться.

– Тихо… – Куратор поднял вверх руку.

Я воспринял этот жест, как сигнал к тому, чтобы достать пушку. Но не довелось мне пострелять. Димка меткой очередью положил кровососа.

– Кто тут куратор? Я тут куратор! – С улыбкой от уха до уха подтвердил он свое превосходство над тупым монстром.

– Как?! Его же не услышать и не увидеть!

– Димонски, это секрет фирмы.

– Слушай, насчет ловушек. Кто-то должен пойти и включить их. Но ты же должностное лицо. Ты не имеешь права применять их против своих же!

– Ага, да тут на запреты совета все положили такой большой и волосатый, что я тут сильно уже не согрешу.

– Димка. Скажи, что ты узнал мой план. Добавь, что чуть не усрался от того, что я тут собираюсь сотворить. Например, неплохо подойдет версия, что я собираюсь к едрене фене уничтожить «совет кураторов», чтобы избегнуть проблем. Я свято верю, что силы Монолита для этого хватит. Насвисти, что пытался меня остановить, но хрен вышло.

– Зачем?

– Ну, я надеюсь, они поверят, что ловушка сработала случайно. Если их мыслью включить можно, то почему не может быть случайного срабатывания? Ты для правдоподобия пройди с ними еще полкилометра.

– Вполне реально. Только хрен поверят. Но если я их запру в «сфере обиралова», то им уже будет не до моих аргументов.

– Какой сфере?

– Я так себе снаряги надыбал. Непроницаемая сфера, откуда не выйти. Без определенной платы, естественно. Ходят по Зоне легенды об очень умных контроллерах, которым хватает ума заняться рэкетом.

– Ты им хоть трусы оставляешь?

В ответ Димка только захохотал.

– Ладно. Вот тебе ответная подсказка. Будешь им свистеть о великих опасностях, не забудь помянуть , что в деле замешан «Вепрь-анархист».

– Зачем?

– Так надо. – Заулыбался куратор. – «Вепрь-анархист» – еще одно мое прозвище. Они должны меня помнить.

– А не слишком ли ты крутых врагов себе нажил? И не поэтому ли решил от меня отбиться?

– Разве ж это враги? Тупое пушечное мясо. Фанатики – они же безмозглые. А теперь главная проблема, о которой тоже надо поговорить. Ты без меня доберешься?

– Доберусь. Не маленький, провожать не надо.

– Слушай, мы не со школы домой чешем, вообще-то. Тут еще, знаешь ли, монстры водятся. Это которые кусаются и сталкеров иногда жрут почем зря.

– За последние дни я такого навидался, что мне твои леса, как…

– Не-не-не, не говори так. Ты еще многого тут не видел. – Не нравится мне Димкина ухмылка. – Не все разрабы внесли в игру. Много чего добавлено фанфиками и «официальными» книжками. Чего тут быть, а чему не быть – решаю я. С оглядкой на игры и правила нашей конторы. Я бы тебе советовал не пренебрегать лишней осторожностью. Ибо я не ставил себе целью облегчение сталкерской жизни.

– А ты сам как думаешь, дойду?

– Скорее всего. Только учти – фанатики сначала стреляют, а потом спрашивают. Так что ты к попутному патрулю прибейся. Лучше не подходи один к Монолиту.

– Не буду. Я не самоубийца. Но чуть-чуть энергии из своего модуля я тебе передам. Половину остатка. Мне с фанатиками надо будет договариваться. А тебе с двумя погруженцами. И не спорь, они у вас тут как элита, считай.

Дима поколебался, но согласился.

– Ладно, перегоняй энергию. Готов. Вот теперь пока. Удачи.

– Удачи.

На прощанье мы только помахали друг другу руками.

Наклз шел, борясь с несговорчивой памятью. Воспоминания она отдавала неохотно. Чистильщики не давали расслабляться. Ему встретилось уже три патруля. Похоже, они осведомлены о том, что он идет. А до «Монолита» еще часа полтора топать. Слава богу, в патронах не было недостатка. Нехорошо было обшаривать карманы мертвецов, но надо было добраться до Лема, пока он не захватил Монолит.

– Наклз, стой! Ты все неправильно вспомнил!

– Руж!!! Жива!!!

– Конечно же, я жива. А ты все неправильно вспомнил. – Она вновь сюда прибежала, несмотря на ранение, несмотря на то, что ее уже похоронили. – Ты не убийца, ты не Пэйн. Прости, я тебе врала, дура, а ты все неправильно вспомнил.

Бросилась на шею и обнимает. Вообще-то тут так небезопасно, но это не так уж и важно. А ее уже порядком трясет. То ли она очень сильно волнуется, то ли бредит. Скорее второе.

– Руж. Держись. Мы скоро будем у «Монолита». Тебе нельзя волноваться. Тебя только-только ранили. Ты нормально?

– Я в полном порядке. Я чуть тебя догнала. Понимаешь, у тебя какой-то синдром. Из-за этого у тебя неправильные воспоминания. Ну, ты это вроде как не ты. Тебе нужно все вспомнить правильно. Ты и летать там умел. Честно-честно.

Все-таки бредит.

– Летать нельзя. Это сказки. Прости, Руж, но моя память крепка. Эй! Что с тобой?

Проклятье! Руж вырубилась. Видать, сказалось это ранение. Пуля, которая до сих пор там. До Монолита уже близко. Остается только одно. Непросто взвалить себе ее на плечи. Еще тяжелее ее там устроить. Надо же еще смотреть, чтобы не сломать ненароком крылья. Но в целом сносно. Еще даже остается одна рука, чтобы держать оружие. Все не так уж и плохо. Нужно идти вперед. Сонику не уйти. Он ответит. И за Руж, и за Айво Джулиуса Вудена, и за Вектора Бравуру.

Глава 113 – «Финт Провода»

Джон Астром, Сальвадор Комего и Эми Роуз пытались догнать по следам вперед ушедших. Но не выходило. Попытки дозваться предателей по мыслерации тоже не дали никакого эффекта. Меньше всего они ожидали, что вперед ушедшие сами выдвинуться им навстречу. А так оно и получалось. Иначе прямо на них из-за леса не выскочил бы Дима Провод.

– Стой, где стоишь! – Мгновенно среагировала Эми.

Погруженцы тоже не постеснялись навести оружие.

– Стою. Стою. Только вам бежать надо. Мне, так понимаю, объясниться надо. Я быстро. Я сначала увязался вслед за этим психопатом. Он мой бывший одноклассник, и мне стало жутко интересно, чего он задумал. А тут…

– Лучше бы тебе не врать уполномоченным представителям Совета. – Задумчиво изрек Комего.

– А у нас у всех грехов полно. Тебе же тоже придется кому-то правду сказать о том, как вы проведать меня зашли, да загостились больше положенного. Вот что, пацанчики, нужно догнать этого придурка. Я уже пробовал, но он отмахался. Поставил мне «стену» и повесил на меня хитрую комбинацию, которая издавала жуткие звуки и привлекла несколько монстров. Пока отстреливался от тех монстров он и…

– Говори конкретно, чего он хочет! – Приказал Астром.

– Уничтожить совет кураторов. Ну, так будем догонять?

Все оцепенели, поняв простоту и коварность этого замысла. Использовать силу Монолита, чтобы уничтожить всю организацию, и пользоваться мощью модуля и впредь без препятствий и опасений.

– Я тебе все равно не верю. – Заявила Эми.

– Ага. Только Дима становится к Монолиту все ближе и ближе. Вы это понимаете?

– Комего, стереги его. А мы с Эми побежим вперед.

Дмитрий Медведев (еще раз напомню – тезка) понял, что дело пахнет керосином. Откровенная тупость – не продумать такой простой ход. Все идет немножко не так, как хотелось. Но и так неплохо. Еще можно все поправить, если отправить конспирацию ко всем чертям. Помирать так с музыкой.

– Фас! – Крикнул Димка Провод.

Всех как будто накрыло довольно большим зеленоватым куполом. В нескольких местах, в лесу, начали возникать другие куполы, желтые огни, кислотные лужи, странные пространственные разломы и прочая чертовщина, на которую так богаты эти места. Послышались вопли людей. Кто-то что-то кричал про «трамплины», «студни» и еще чью-то матерь. Угодила в одну из ловушек группа сталкеров.

– Ты нас только что в лихой самоделке запер. Из этой сферы мы вылезем через час, в лучшем случае. А теперь вопрос – на кой? – Спросил Астром.

– Я знаю, что вы не поверите. Но человек, ушедший к Монолиту хорошо мне знаком. И он знает, как решить ваши проблемы. Не таков он, чтобы всех нас кинуть.

– Ты же сам только что сказал, что он собирается всех нас уничтожить! Что ты теперь, черт тебя возьми, мелешь? – Эми покрепче ухватилась за возникший, благодаря одной комбинации, из пустоты молот (воплощать свой молот – это первое, чему она научилась).

– Эми, ты не поняла, что он пытался втереться к нам в доверие? Не поняла, что он решил наврать нам с три короба, и выдать эту ситуацию за случайно сработавшую ловушку? Тоже решил поимпровизировать, куратор?

– Да, решил. Но у Димонского это лучше получается. Намного лучше. В принципе, он мне это и предложил. Хотел найти способ прикрыть мою задницу. Спасибо ему, конечно, но черт с ним, мы тут все вне закона уже. Пусть уже он пройдет к Монолиту.

Все вокруг подозрительно задумались. Куратор вселенной «Сталкера» начал оглядываться на своих нынешних врагов, ожидая подвоха. Тишину нарушил Сальвадор Комего:

– Знал бы ты, что ты натворил, идиот. Начнем с того, что не так давно мы изловили Руж. Но она от нас удрала, задетая парализатором. И теперь, с твоей подачи, она лежит себе спокойненько и ждет первой сталкерской пули «на всякий случай», так как охотники захватывать монстров живьем тут давно уже перевелись.

Димка в ответ только засмеялся:

– Врешь, чмо. Я сам видел, как Наклз волок ее на своем горбу. Небось, как и все погруженцы, держишь кураторов за идиотов, которых сюда прикола ради поставили.

– Твое счастье, дурак, что Наклз успел ее подобрать. А знаешь ли ты, почему он отдельно?

– Эта баба оказалась вражеским шпионом. В союзники она себе взяла ехидну, воспользовавшись амнезией. Верно ведь? Не только погруженцы умеют анализировать.

– Да, ты полностью прав, но… – Замялся Астром. – Ты ведь и половины всего не знаешь. Дело в том, что Наклз из-за некоторых проблем с реабилитацией заработал себе синдром подмены под Макса Пэйна. Мы ему решили подыграть, чтоб «перегорел». Отправили специальную иллюзию, которая из всех «монолитовцев» сделает врагов. Все спланировано так, чтобы врагами были фанатики. А когда фанатиков не останется, то врагом станет твой Димонски. Всегда было интересно, почему ты его так называешь?

– Да так, ни почему. Только где доказательства, что это не вранье?

– Доказательств нет. Ты, конечно, же не поверишь нам на слово. – Сказал Джон.

– Тебе нет. А вот ты, – Провод ткнул пальцем в Эми, – можешь сказать мне честно, не увиливая. Мы с тобой коллеги. Погруженец на задании может творить, что хочет, а тебе не до игр.

– По твоему лицу я вижу, что ты и мне не поверишь. – Эми обессилено опустилась на ближайший пень. – Они тебе действительно правду сказали. Наклз сначала уничтожит фанатиков, а потом убьет Диму. Боже, я же сама его в это ввязала! Теперь из-за меня погиб Соник, погибнет Дима. Что мне остается?

Дима Провод в ответ только грязно выругался и изо всех сил метнул нож в дерево. Нож вошел в древесину сантиметров на пять. «Только бы Димонски выпутался» – подумал куратор. Он-то лучше всех знал, что они все были здесь заперты, и никак не могли повлиять на исход событий.

Глава 114 – «Синдром подмены»

– Гогнитти! Гогнитти! Стоять, полиция Нью-Йорка!

Это мне? Кто мне кричит? Судя по голосу, Наклз. Но причем тут Гогнитти? Мне идти до Монолита минут двадцать теперь, не больше. Я уже патруля фанатиков жду, а тут Наклз! Он что, с ними не остался? И причем тут Гогнитти.

– Наклз? Какого хрена?

– Не понял тебя.

Слишком уж многогранный вопрос у меня получился. Во-первых, он с пушкой наперевес. Во-вторых, назвал меня Гогнитти. Я же не мафиози, в конце-то концов. В-третьих, нужно прояснить момент с полицией Нью-Йорка. В-четвертых, на плече у него Руж, закинутая туда, как мешок с картошкой, и она в отключке. И у Наклза ко мне тоже имеются вопросы.

– Что ты делаешь около Монолита? И как избавился от той бомбы? Я сам слышал взрыв.

– Все идут к Монолиту. И я иду к Монолиту.

Пока ответим так. Что с ним? На спятившего не похож. А городит какую-то чепуху. И наставил на меня оружие. Надо как можно быстрее сообразить, что значит этот чертов лепет. У нас есть: Гогнитти, полиция Нью-Йорка, «Беретта» на меня наставленная и Руж в отрубе. Черт, Рубенс предупреждал, чтобы я не упоминал некоторых персонажей. «Не будет путаницы в памяти, не будет и проблем» – так меня предупреждал лечащий врач Наклза. Падение с дерева! Если верить Руж, то он упал с дерева! А раньше умел планировать. Вот и привет! Та самая путаница. Зря мы его с собой потащили. Итак, у него одна из тех болячек. Какая? Ой, у Наклза тоже ко мне вопросы:

– Почему ты выжил?

– Ты слышал взрыв, но не видел его. Слушай, даже не спрашивай. Вспоминать об этом не хочется. А тут еще и ты, с пушкой и злой, как черт. – Ответил я так, чтобы больше не было лишних вопросов.

Альтернативные психозы, или синдром подмены, или болезнь Человека-паука. Что там еще упоминалось? Рубенс говорил «целый букет». Это нехорошо. Это очень нехорошо.

А еще хуже то, что неподалеку уже показался патруль фанатиков. Ой, как плохо. Ой, как невовремя. Сымпровизировать не выйдет. А Наклз даже не видит нужды волноваться. «Вот и нашлось тебе применение» – с этими словами, он отдает мне Руж, а сам наводит ствол на тех троих. Один из них в экзоскелете. А я по мультиплееру знаю, каких бед может натворить человек, имеющий на такую броню. Начинается пальба. Один из фанатиков уже лежит. Хэд-шот, как говорится. Пока оттаскиваю Руж за ближайшее дерево, падает второй. Остается в живых тот, что в экзоскелете. Тут Наклз все-таки счел нужным достать калаш. Искренне надеюсь, что у него там бронебойные патроны. Черт возьми, среди игр о Сонике есть хоть один шутер? Или хотя бы экшен от третьего лица? Парень в экзоскелете уронил оружие. Не сам, конечно, поспособствовала меткая пуля. То ли в оружие, то ли в руку. А без пушки даже в экзоскелете нет шансов.

Патруль мертв. Все импровизации коту под хвост. И надо понять теперь, что с Наклзом. Гогнитти, полиция Нью-Йорка, Руж в отключке, умелая пальба из «беретты». Черт, «Беретта»! Самое первое оружие там. Неужели? Догадку нужно подтвердить.

– Пэйн! Что ты за бабу на меня оставил?

– Она же сама тебя пыталась предупредить. Руж Сакс сама по телефону пыталась предупредить тебя о бомбе.

– Это она? Лично знаком не был.

Все ясно. Спятил. Спекся. То самое, о чем меня и предупреждали врачи. Что-то из того пресловутого букета. Самое хреновое то, что он не просто мнит себя Максом Пэйном, а умеет стрелять нисколько не хуже. Наклз раньше так не умел. Фанатиков он считает бандитами, иначе не открыл бы пальбу на поражение. Гогнитти тоже бандит. Я для него, скорее всего, Дмитрий Гогнитти. Этого персонажа Макс Пэйн едва не застрелил в свое время. Продолжим выяснять, в чем дело.

– Пэйн, а что с русскими психопатами?

– Давай-ка за мной, чтобы я тебя видел, если жить хочется. Соника Лема я достану, не волнуйся. Но мы и с тобой не закончили. Расскажешь мне потом, как ты выжил.

Тащу Руж следом, и пытаюсь понять, что с ней случилось. Нет, это ерунда. Это выясним потом. Сначала придется поставить диагноз. Будем брать информацию в глоссарии. Есть! Доступ есть. Энергии в модуле на самом донышке, но можно еще немножко порыться в глоссарии.

Так, сначала ищем болезнь Человека-паука. В ответ непонятная ерунда. Хотя нет, чуть-чуть понятная. Болезнь Человека-паука – это когда сеть причин начинает принимать одного персонажа за двоих. Человек-паук и Питер Паркер обычно были одним лицом. Потом Паркер, по сюжету комиксов, уступил местечко на время своему клону. Года даже не прошло, как все вернулось на круги своя (точнее сценаристам пришлось из-за фанатов вернуть все на круги своя). Паркер вновь стал пауком. А вселенная адаптировалась не сразу, отчего у персонажа были некоторые проблемы. Исследовав этот случай, врачи «гостиницы» нашли объяснение многим другим. Название болячке дали по первому вылеченному больному. Но это не имеет никакого отношения к моей проблеме.

Копаем дальше. Я бы еще отмел и альтернативный психоз, но не уверен. Кто его знает, сколько там вариаций историй о Сонике и компании. Отработаем версию синдрома подмены. К черту причины возникновения. Где там суть? На википедии иногда и то лучше расписывают. Блин! Ага, вот оно. Здесь указывают, что персонаж может приобретать воспоминания, привычки, навыки, умения, способности других персонажей. Как правило, все идет полным комплектом. Это очень похоже. Рекомендуется смотреть по мелким приметам и манерам. Даже пару тестов есть. «Тест улыбкой» – если есть фирменное выражение лица, которое копируется (вроде улыбки Джокера), то это стопроцентный диагноз. Попробуем.

– Пэйн, улыбнись хотя бы. Мне страшно смотреть на твою рожу.

– Смотри не обделайся, Дима.

Алилуйя! Эту улыбочку из первой части ни с чем не спутаешь. У него синдром подмены.

Глава 115 – «Окончательное решение проблем с религиозными сектами»

Мы уже на месте. Какая-то деревенька в десять дворов, не больше. На отшибе амбар, откуда доносится какой-то свет. Вот там и разместился Монолит, если я не ошибаюсь. Свечение точь-в-точь, как в «тени Чернобыля». Аккуратно усаживаю Руж под дерево в метрах ста от края деревни. Одно радует, она жива и концы отдавать не собирается. Проблем у меня уже меньше. Наклз уже там. С другого конца деревушки бегут фанатики. Кажется, уже три трупа. А-а-а! Прямо над ухом что-то просвистело. Там человек двадцать, если не больше, и они занимают позицию. Поредели ряды фанатиков после того, как Стрелок прошелся по ЧАЭС. Иначе даже у Наклза Пэйна шансов не было бы.

Вот она – статья в глоссарии о первой помощи в таких случаях, которую нагло не дает мне почитать какой-то паренек. Ненамного старше меня этот парень, и он очень сильно нервничает. Дурак, конечно! В его ситуации лучший выход – стрелять на поражение, не задавая вопросов. Но он молод, и спустить курок сразу не хватает духу. Как он сюда зашел? Видать, заметил меня тут и решил пойти в обход. Мол, Наклза и без него завалят, а он пленных им приведет. Прямо в грудь мне автомат воткнул. Неужто настолько боится промазать?

– Кто вас прислал?! – Фанатик и дурак (почти что на лбу написано).

Так, спокойно. Его нервы мне только на руку.

– Вам Вепрь-анархист привет передает.

– Опять он?!! Как? Откуда? – У несчастного сектанта уже истерика начинается.

Только бы он в меня не пальнул. Палец на курке так и дергается.

– Привет, Вепрь! – Кричу я в пустоту.

Сработало, несмотря на отсутствие моего друга. Фанатик оборачивается и разряжает обойму в лес. Идиот, каких поискать. Он наивно полагалает, что я дам ему перезарядиться. Накидываюсь ему на спину, и пытаюсь отобрать автомат. Это в кино борьба за пушку выглядит красиво. А мы, прямо как маленькие, катались по земле, пытаясь забороть друг дружку. Пыхтели, кусались, за волосы дергали. Но заветный агрегат у меня в руках. Бью прикладом в затылок, бью еще раз, добавляю, пока он не падает. Нет мне резона его убивать. Пусть прохлаждается, дурачок. Только Руж придется отсюда оттащить. Кто его знает, какие герои еще сюда сунутся.

Ой-ей! Наклза прижали с той стороны. Но нет! Там идет пальба с другой стороны. Кто-то сзади стреляет по фанатикам. Очень метко стреляет. Еще пять трупов, пока они не опомнились. Димка! Провод! С «Грозой» в руках, и рюкзаком с боеприпасами за плечами. Но откуда? Дворами, пробираюсь к нему сзади. Заодно волоку с собой Руж. Хорошо, что она не человек, иначе весила бы вдвое больше. И так уже задолбался ее таскать. Никак не могу ее у себя устроить. Тот, кто долго таскает тяжести знает, что иногда это делается не столько силой, сколько способом. И тут толком подобрать способ не получалось. Поди разберись, как тягать эту тушу с крыльями.

«У него синдром подмены»

В курсе. Передай мне по мыслерации того, что я не знаю.

«Ты передал мне энергии, и ее хватило на еще одну иллюзию. С ее помощью я заманил остальных в ловушку. Я даже поуправлял иллюзией, чтобы развести их на информацию. Наклзу внушили, что ты и есть Владимир Лем, чтобы остановить тебя»

Что за ерунда? Он меня за Гогнитти принял. Врешь, Провод. Объясняй, что за ерунда.

«Запас творческой энергии иссяк. Портативный модуль межвселенского перехода прекращает свою работу. Сохранить последний загруженный мыслеблок: „Первая помощь больному синдромом подмены“?»

Да. Блин! Как невовремя. Эта штука была внутри меня давно. Я привык к почти безграничным возможностям модуля. А тут такая ерунда. Никакой мыслерации, никаких воплощений материальных объектов. Ничего. Я чувствовал себя, как в одних трусах.

Фанатиков в деревне уже нет. Наклз навел автомат на Диму:

– А теперь, Дима, расскажи, как ты выжил. Ну же, Гогнитти. Говори.

Я же только что был Гогнитти! Что поменялось? Нет, быть того не может! Эти гады, эти профессионалы не постеснялись поуправлять Наклзом! Не знаю как, но они сначала заставили его уничтожить группировку «Монолит», а потом только внушили, что я главарь русской мафии, которого надо убить.

– Ты спятил, никакой я не Гогнитти. – Зря Димка Провод спорит с сумасшедшим, зря.

В ответ Наклз без стеснения бьет его в зубы. Нокаут. Оглушили куратора. Эй! Он же убить моего друга собрался! Уже навел оружие, чтобы сделать контрольный в голову. Ай, думать некогда, надо действовать! Ложу Руж на землю, и быстро выскакиваю из-за угла на единственную улочку.

– Не меня ищещь ли, Пэйн?

– Дмитрий Лем! Наконец-то я тебя убью.

Вот теперь все. Оружие наведено в мою сторону. Интуиция подсказывает мне, что пора обратно за угол. Автоматная очередь подтверждает интуитивную догадку. Итак! Последняя битва, которая все решит. Я против спятившего Наклза, возомнившего себя Максом Пэйном. Было бы смешно, если бы не стреляли по-настоящему.

Глава 116 – «Они убили Наклза»

Это даже битвой назвать нельзя. У него есть оружие. И он умеет стрелять очень хорошо. И хочет меня убить. У меня же такой роскоши и близко нет. Ни первого, ни второго, ни третьего. Придется прятаться и убегать. Живо вспоминаются сетевые баталии в «сталкера». Бывают там иногда моменты, когда ты остаешься почти без снаряжения, а противник вооружен до зубов. Мне тогда пришлось выкручиваться. Кто ж знал, что навык пригодится? Виляю между дворами и огородами так, чтобы он меня не видел, а я видел его. Физически устранить его не подходит. Нужно читать статью о первой помощи.

Мысленно вспоминаю статью, которая была сохранена прямо мне в память. Только приходится отвлекаться. Нет, Наклз, я не дам тебе поймать меня в этом доме. Через сараи я уже выбрался на улицу. Помню, как-то минуты три я так, когда играл по сети, бегал с одним пистолетом вслед за парнем в экзоскелете. Но тогда я не тянул время, а пытался подобраться с ножом поближе к филейным частям того нуба. Так, не отвлекаться.

Есть три основных способа оказать первую помощь больному синдромом подмены. Блин! Труп! Еще один. Много же их тут было. Собраться! Первый способ – «возвращение в родную среду». По названию раздела понятно, что таким макаром вылечить Наклза мне не светит, ибо «родная среда» теперь непонятно где (если она вообще существует). Пропускаю. Номер два – «перегорание». Не совсем понятно, о чем это они. Судя по всему – другая крайность. Заболевшего заставляют как можно сильнее сжиться с чужой ролью. Сразу и резко, так, чтобы пациент «перегорел» чужими воспоминаниями и понял, кто он такой. Погруженцы, оказывается, поступили очень благородно. Они попытались вылечить Наклза. Только мне не нравиться, что они решили это сделать за счет моего трупа. Кажется, я потерял нашего бойца.

Стрельба!!! Пули выгрызают щепки из дверного косяка. Палят откуда-то сзади. Бегу в дом, некогда его высматривать. Главное – он последует за мной. Наклз теперь, как игрок посидевший полгодика на «контре», а потом резко пересевший на «сталкер», – хед-шот поставит быстро, но тупить перед этим будет много. Только где прятаться в доме? Думать надо быстро. Счет идет на секунды. Есть! Лестница на чердак. Опасная позиция. Половины досок в потолке нет. Может и высмотреть меня, если глянет наверх. Но не должен. Я над спальней этого полуразрушенного дома. Высматривает, зараза! Глянул под кровать, за окна. Черт! Смотрит наверх. Кажется, не заметил. А поиграй бы он чуть-чуть по сети, он бы заподозрил, что по этой неприметной деревянной лестнице можно влезть на чердак.

– Я достану тебя у «Монолита»! – Кричит Наклз, и уходит к амбару.

Он решил меня ждать там. Отлично! Пусть кемперит сколько влезет! Это значит, что у меня появилось время на раздумья. Третий способ оказания первой помощи – «смена масок». Оригинально. Если кто-то заимел синдром подмены под одного персонажа, то при некотором давлении запросто сможет заработать синдром подмены под другого. Потом под третьего, под четвертого и так далее. Повторять, пока не вылечиться. Если повезет, то больной после первой итерации осознает безумие ситуации. Под кого мне его переделать? Не уходит, гад, внутрь амбара. Стал так, чтобы просматривать как можно больше территории. Плюс еще из стороны в сторону похаживает. Мне хорошо все видно. Дом, где я прячусь, по соседству с амбаром. Он думает, что он Макс Пэйн. Мне надо убедить его, что он другой персонаж, желательно, чтоб не опасный. Как? Думай, голова, шапку куплю! Тем более, первые два способа мне заказаны.

Спускаюсь тихонечко с лестницы. Вход в амбар, кажется, один. И мне туда так просто не влезть. Караул несется исправно. Я могу вылезти так, чтобы прямо под стену амбара. Но когда он меня заметит, между нами все равно будет метра три. Шансов вырубить его не будет. Убедить его можно только разговором. Главное, чтобы дал мне хоть пару слов сказать, а там я выпутаюсь как-нибудь. Ну же, Наклз! Только бы тебе не приспичило вылезти со своего поста. Тебе же только вбок пару метров, чтоб к праотцам меня отправить.

А кто потенциально может еще одной «маской»? Те, кому по жизни было очень хреново. Именно таких и касалось предупреждение Рубенса. Но не убеждать же мне его, что он – Каратель! А может Бэтман? Тот супергерой и врагов не убивает. Так, всего лишь в психушку спроваживает. Но мне нужно попасть к «Монолиту». И кого бы я не выбрал, он будет препятствием. Если постарались профессиональные погруженцы, то я буду для Наклза врагом номер один при любом раскладе. Нужен кто-то, кто сам себя и обезвредит. Есть ли такие среди мрачных супергеройских персонажей? Стоп! Рубенс же еще упоминал еще и Кейна из «Cane & Lynch». Значит ограничения на супергероев нет. Просто страдальцы. Есть идея! Нет, нельзя. Она слишком идиотская. У меня бывали абсурдные идеи, но это торжество дебилизма. Но все равно может сработать. Должно, иначе я труп.

– Ну, вот ты и попался. – Наклз зашел все-таки за угол и навел на меня ствол. – Недолго же ты бегал.

Опять повторяется ситуация с Соником. У меня самые большие в жизни проблемы, еще большие, чем тогда, а я стою и думаю «только бы не заржать». Только теперь ничего не выходит. Я все-таки заржал. Потому что ситуация действительно очень идиотская. Заржал и поднял руки вверх.

– Я сдаюсь, Наклз. Ты выиграл. – Говорю я, подняв руки и хохоча.

Мой хохот его обескуражил, надо сказать. И на это был расчет у меня, когда я перестал себя сдерживать.

– В чем подлянка, Лем? Что еще за ловушки ты меня приготовил?

– Маккормик, дурачок. Доигрался в «войнушку». Стоило только расстаться с любимой оранжевой паркой, как ты по фазе двинулся. А тебе все равно твои родители-нищеброды не купили компьютер, который потянул хотя бы первый «Max Payne».

Теперь я гнусь пополам от хохота. Потому что я во вселенной «Сталкера» должен попасть к Монолиту, но для этого мне надо разобраться с Наклзом, уверенным, что он Макс Пэйн, и сделать я это собираюсь, убедив его, что он Кенни Маккормик из «Саус парка», не иначе как закосив под Эрика Картмана. Ситуация настолько безумная, что мне приходится проржаться, иначе я просто лопну. Пусть он слушает мой хохот, пусть. Это сбивает Наклза с толка настолько, что палец с курка уже убран.

– Что ты мелешь?!!! Сумасшедший придурок! А как же Руж Сакс, которую ты убил?!

– Запал на Руж Тестабургер? Теперь она героиня твоих эротических фантазий?! Она же девушка твоего друга! Наклз, идиотина! Твоему вечно пьяному папаше так и не хватит времени, чтобы сводить тебя к психиатру. Он раньше от инсульта сдохнет.

Руж – это Венди Тестабургер. Класс! Для полноты картины тут только не хватает Эми Роуз, которая по заданию мегакрутой организации управляет вселенной Соника. Я уже плачу от смеха. Колочу по земле кулаком.

– Не тронь моих родителей! Не тронь моих родителей, мразь!!!

– А их и трогать не надо. Они и так себя ославили по самое не балуйся. Алкаши и безработные. И сынуля – псих!

– Картман – жертва аборта!

Получаю ногой в живот, но все равно смеюсь. Потому что сработало. Я, чтобы во вселенной «сталкера» попасть к Монолиту убедил Наклза, в том, что он Кенни, несмотря на его уверенность в том, что он Макс Пэйн. Это уже смахивает на истерику. Я смеюсь без передышки несмотря ни на что. Сказывается нервное напряжение последних дней. Ничего страшного, Картман тоже бы смеялся в этой ситуации. Нет, он скорее визжал бы, как поросенок. Но мой беспрерывный противный смех тоже соответствует образу.

– Картман – жертва аборта!

И еще удар. И еще один. А вот со следующим замахом что-то не так. Схватил я его все-таки за ногу, потому что он разнервничался. Он зацепился и упал. Ай-яй-яй, прямо на острый сук глазом. А сук длинный и острый. Какая глупая и нелепая смерть. Теперь он еще больше Кенни, чем раньше. Потому что он мертв. Я своего добился. Теперь надо идти к Монолиту. Захожу в этот амбар. Закрываю за собой дверь. Пять на двадцать метров, а напротив двери четырехметровый зеленоватый камень. Вот и он – Монолит. Я иду к тебе. Только потихоньку, опираюсь на стены. Меня же только что пару раз со всей дури в живот пнули.

– Они убили Наклза! Сволочи!

Бедная Руж. Она очнулась и нашла труп Наклза. Но он оживет. Синдром подмены сделал изменения в душе Наклза, которые повлияли на всю вселенную, повлияли на Руж. Коронная фраза из мультсериала только подтверждает то, что Наклз теперь частично Кенни. И эта часть его оживит.

Я уже приложил к Монолиту руку. Я прошел этот путь. Пока был жив мой модуль, я увидел, что в этом камне, заключается огромная мощь, мною же и созданная. Теперь мне надо только загадать желание. Что ж, я готов. Вот и воплотится мой план. Тут остается только сказать «да будет так».

Часть девятая

«Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались»

Глава 117 – «Пусть…»

Надо было остановить Наклза, объясниться, извинится за вранье. Надо было сделать так, чтобы он перестал убивать людей. Только вслед за этими мыслями в голову Руж пришло более рациональное «Где я?». Они же были в лесу, а тут какая-то деревня. Где Наклз? Где все? Надо было его остановить. Из-за нее он опять спятил. Вдобавок ко всему все еще не было зрения. Пришлось опять полагаться на природный сонар. Звуковые волны, отразившись, создали в мозгу страшную картину. Деревенька было просто усеяна трупами. Здесь лежали те, кого Наклз принял за неких «чистильщиков». Дурной сон. Просто дурной сон. Этого быть не может. Хуже уже точно не будет. Надо срочно найти Наклза, пока не поздно.

Странное дело. В этой деревне было много трупов, но только один из них грызли крысы. Не просто грызли, а яростно раздирали на части. Их было очень много. Настолько, что им надо было сражаться за одно тело. Рост около метра, плюс на кисти руки есть шипы на костяшках, благодаря которым Наклз, скорее всего, и получил свое имя. Оказалось все может быть хуже, и хуже стало.

Примечание автора. Knuckles в переводе с английского означает «костяшки». В «Сеге» вообще не любят мудрить с именами персонажей.

– Они убили Наклза! Сволочи!

То, что было дальше, к счастью, потом почти стерлось из памяти. Она вроде бы кричала и пыталась руками разгонять этих ужасных крыс. Они кусались, царапались, пищали. Царапины – мелочь. Тут парень, в которого она была влюблена и сама своей глупостью убила. Труп изуродован так, что дальше никак.Трясет, тянет на крик и слезы. А потом и вовсе обморок.

– Руж! Руж, очнись. Ну же, просыпайся, родная.

– АААААА!!!

– Успокойся, Руж. Это – я, Наклз.

– Прости меня!!! Я больше не буду тебе врать!!! Никогда!!! Никогда!!! Никогда!!!

– Тише, задушишь же, дура! Я жив, я здоров. Ты извини, что был таким психом. Я плохо поступил, когда их всех убил, но я честно считал, что так надо. Я думал, что я – Пэйн. Теперь-то я все вспомнил.

– Все?

– Да, все. Как ты у меня Мастер-изумруд хотела украсть, как мы дрались и ругались с тобой, вспомнил даже то, что было со мной в той ужасной вселенной, в которой всех мучали постоянно. Я полностью вернул себе память и рассудок. Со мной все нормально, как твои…

– Ты жив! Прости меня. Прости! Прости-и-и-и-и!!!

– Руж, успокойся. Теперь уже нечего сопли на кулак наматывать. Я никуда отсюда не денусь. Вспомни, зачем мы сюда пришли. Монолит за этой дверью.

– Извини. Просто ты на моих глазах два раза умер. Я чуть не свихнулась от этого. И в той вселенной ты постоянной умирал.

– Какая же это смерть, если я до сих пор жив? Монолит нас ждет.

– Правда?

– Дима Горяченков уже зашел туда, и, похоже, пропал. Но Монолит светиться ещ. Мы должны хотя бы попробовать. Ты же хотела загадать желание.

– А ты разве теперь ничего не хочешь?

– Кое-что. Но если выйдет у тебя, то и у меня должно получиться. Пошли внутрь.

– Пошли.

Там, внутри амбара, был какой-то камень. В высоту метра четыре, и в пять обхватов шириной. Наверное, тот самый Монолит. В амбаре раздался громоподобный глас:

– Я знаю, чего вы желаете. Тот, кто пришел первым, отнял у меня силы только на то, чтобы найти нужный ему мир. Потом он ушел. Но у меня много сил, и хватит на все ваши желания. Можете не торопиться.

Летучая мышь уже протянула руку к Монолиту, но улыбнулась и передумала.

– Наклз, а давай ты тогда первый.

Наклз покраснел.

– А как же ты?

– Давай ты первый. – Улыбнулась Руж.

Наклз осторожно посмотрел по сторонам так, будто решил спереть карандаш в офисе, и приложил руку к Монолиту.

– Пусть ей вернется зрение.

– Да будет так. – Ответил Монолит.

Теперь закраснелась Руж.

– Почему ты загадал это желание? Я же прямо тут тебя расцелую.

– Если тебе так хочется, то потерпи пока. Сначала загадай свое желание, раз уж это так для тебя важно. А потом целуй меня сколько тебе влезет. – Улыбнулся в ответ Наклз, пытаясь не покраснеть еще больше.

– А от счасться ты не о****шь? – Спросил Димка Провод, открыв ногой дверь амбара.

– Догнал нас, значит! Чего тебе надо? – Крикнула на него летучая мышь.

– Очередь забить. Погруженцы-то из ловушки уже скорее всего выбрались. И мчат сюда на всех парах.

– Уже очнулся, я гляжу. А что это за последнее слово было, которое я не понял? – Спросил Наклз настороженно.

– Должен был понять. У тебя матфильтр не отключен, иначе бы понял. Так! Пока вы тут мне полный хентай не устроили, загадывай, Руж, свое желание.

Руж задумалась, прошептала себе «нет, так будет правильно», и сказала:

– Пусть план Шэдоу сработает.

Глава 118 – «Работает»

Уже второй день сидели в желтом кубе Соник, Тэйлз, Котэ и Грег. И с каждым часом настроение их падало. Новая вселенная не состыковывалась, как было задумано, а старой уже не существовало. Больше всех, как ни странно, отчаивался и переживал Котэ. Кот постоянно менял свою внешность, размахивал хвостом, скрежетал зубами, ругался, обхватывал лапами голову. Внешность у него всего за сутки стала такая, будто он две недели сидел безвылазно в какой-то темной и заброшенной пещере. Шерсть дыбом, глаза горели, усы обвисли, даже хвост был погрызен. Остальные с радостью намылили бы ему шею, но глядя на это чудо, пропадало желание его трогать.

– Все пропало! Оно рушиться. Блин! Кто из вас троих гениальный поэт? Ну, живо!

Все промолчали, так как этот вопрос в разных вариациях был задан уже в шестой раз. Проблема была в том, что при расколе вселенной ушло слишком много энергии. Гораздо больше того, на что рассчитывали. И это при том, что учли даже самые пессимистичные варианты. Но в чем-то просчиталось. Именно так Соник понял по обрывкам слов Котэ. Все остальное было не понято из-за матфильтра.

– Блин! Соник. А о чем ты там так фантазировал? Я в детали не вникал, а тут интересно стало. – Спросил Котэ.

– Мечтал о том, как буду жить после того, как этот кошмар закончиться. Тот кошмар, что ты, скотина, и устроил!!!

– Значит с эротикой и всеми вытекающими связываться не стал. Оно и к лучшему, может быть. Ладно, будем дальше крутиться. Еще чего-нибудь придумаем.

И эта фраза была повторена уже в четвертый раз. Придумывалось плохо.

– Слушай, а какого хрена ты вообще в это ввязался? – Спросил Грегори.

– Да делать нечего было. В моей вселенной есть только придурки, конченые придурки, уроды, идиоты и другие категории существ, разговор о которых не будет понят присутствующими из-за матфильтра. Я ж с упячкой ради того и связался сразу же после рождения, чтобы прочистить это гадюшник. А в итоге вляпался еще покруче. Если бы не засек, что во вселенной Соника что-то непонятное творится, подох бы со скуки.

– Лучше бы подох. – Буркнул Тэйлз.

– Какой ты добрый, просто капец. Хватит на меня бурчать. Это не только моя инициатива. Или я тебе кажусь, жесть каким страшным злодеем? Тэк-с, что у нас тут хорошего обозначается? Ничего у нас тут… Э-э-э. Не понял! Совсем не понял!!!

– Что случилось? – Спросил Соник.

– То, чего бы ты ни выдал, даже если бы по локти замарался рукоблудием! Прямо в нашу вселенную идет нефиговенький поток творческой энергии.

– Откуда? – Крикнул погруженец.

Котэ опять крикнул что-то матерное. Наверное, он имел в виду, что ему неважно, откуда идет энергия. Дальше началось нечто невероятное. Белоснежный кот начал приплясывать, напевая что-то еще более дикое и непонятное, скорее неприличное. Или это было из сленга военов упячки. Все равно было непонятно. Далее последовали дикие крики «стыкуется!». Потом вновь пляс. Все это сменилось задумчивым расхаживанием из стороны в сторону. Котэ бормотал что-то невнятное и проводил непонятные комбинации. Сканер обозначал их как «неизвестные».

– Поток энергии идет из вселенной «Сталкера». – Сообщил погруженец.

– Значит, у них вышло! С Монолитом. – Просиял Соник. – Они почему-то решили нам помочь.

– И делают они это вместе с твоим куратором. Ты хочешь сказать, что люди Совета Кураторов помогают нашему безвременно помершему бунтарю? С чего бы вдруг?

Погруженец всерьез задумался, пытаясь осознать ситуацию.

– Если Наклз с ними, то туда направилась Руж. Она могла помочь Шэдоу, обдурив остальных. Других вариантов я не вижу. – Заметил Тэйлз.

– А значит, если ее догонят, то могут и обломать малину. – Пробормотал Грегори. – А кошак увлекся. Совсем нас не замечает.

– Сейчас узнаем, насколько он нас не замечает. – Прошептал лисенок, после чего вдруг закричал. – Котэ -дурак, Котэ – псих, он ненормальный. Ля-ля-ля.

Тэйлз даже язык хотел показать, но внезапно вокруг его головы возник скотч в три слоя.

– Не отвлекать! – Заорал Котэ. – А то я живо вас всех тут по рукам и ногам свяжу.

Соник и Гриша принялись дружно отдирать скотч, а Котэ работал, даже не замечая их. Ближайшие полчаса они никак не общались и не пересекались, пока погруженец случайно не наступил коту на хвост. После этого ему пришлось отдирать скотч от ног. Еще минут через пять вспомнили, что можно это сделать модулем (они были уже полностью рабочими). А еще через десять минут Котэ просто исчез. За те три минуты, что его не было, все изошлись на нервы и навоображали много чего. «От голоду в этом кубе же подохнем» была еще не самая жестокая версия происходящего. Но внезапно посреди комнаты раздался вопль.

– Все за мной!!! – Крикнул рыжий котяра.

– Куда? – Спросил Соник.

– В твою вселенную! Мигом. Ай да на заселение.

– Да что с тобой? Что случилось? – Удивился Тэйлз.

– Работает! Оно работает!!!

Глава 119 – «Желания»

– Я знаю, чего хочешь ты, Дима. Но две девицы на все готовые, чтоб тебя ублажить, будут чуть позже. Когда уйдут отсюда все несовершеннолетние. – Громогласно объявил Монолит.

– Про девиц шутка. А вот остальное на полном серьезе. – Засмеялся куратор.

– Ты что пожелал, извращенец? – Улыбнулась Руж.

– Увидите.

Дмитрий Медведев опять открыл дверь ногой. Там стояли в строю все люди «Монолита» – живые и здоровые. Строй стоял ровно, но лица были такие, будто перед ними на этом импровизированном плацу расхаживал сам Сатана.

– Да. Вы все теперь живые. И именно я – духовный лидер вашего братства, которого вы должны слушаться.

По рядам прокатился шум, но быстро смолк от одного строгого взгляда нового духовного лидера.

– Как тебя называть? – Прохрипел один из фанатиков.

– В смысле титул?

– Просто у тебя множество прозвищ. Димка Провод, Анархист-Вепрь, просто Вепрь, Злой, Гризли, Пингвин.

– Ну, не удается мне под одним именем тут закрепиться. Теперь программа на сегодня. Монолит там, но ему очень не нравится идея религиозной секты. Поэтому ваше первое и последнее задание – свалить из Зоны. Раз и навсегда. Других желающих вступить в «Монолит» отправляйте ко мне. Я им мигом объясню, куда им нужно идти. По пути домой и дома, первое время, вам будет везти. Не просто с хабаром (хотя и это тоже), а везти по жизни. Но не дай бог, вам завернуться обратно… Ну, вы поняли меня.

Пока Дима говорил, к строю подошел и аккуратно пробился вперед еще один фанатик, который был в отключке. Тот, который пальнул в воздух, услышав имя куратора, теперь сам пробирался к нему. Вид у него был нездоровый настолько, что встревожились даже его коллеги. Именно поэтому ему не дали воспользоваться пистолетом, когда он добрался до первой шеренги. Пистолет откатился в сторону. Парень пытался дергаться, но когда лицо прижато к земле, а руки вывернуты, ничего не поделаешь.

– Монолит сказал, что он – наш духовный лидер. – Назидательно сказал один из фанатиков.

Кажется, этот молодой парень был знаком куратору.

– Так-так-так, кто тут у нас? Уж не та ли скотина, что прямо на территории сталкерского лагеря пыталась меня зарезать и ограбить. Легоев Борис Игоревич, запомни раз и навсегда, что со мной твои подлые штуки не прокатят.

– Он пытался тебя ограбить? – Спросил Наклз.

– И у него почти получилось. Пырнул меня все-таки. Но шум я поднял, и его теперь на пушечный выстрел к сталкерскому лагерю не подпускают. Приравняли к бандитам. А я живой и здоровый. Не думал, что ты к этим ребятам прибьешься. Теперь я тебе даю неделю, чтобы ты выметался из Зоны. Не хотелось бы с тобой еще пересекаться.

– Мразь! – Зашипел Легоев.

– Причина, по котором я заслужил это прозвище. Если тебя это не затруднит. – Насмешливо сказал Димка Провод.

В ответ неудачливый грабитель только завыл.

– Отпустите его и расходитесь сами. – Приказал Димка.

Все были удивлены, но разошлись. Через три минуты Дима, Наклз и Руж остались втроем.

– Этот Легоев точно уйдет? – Спросила Руж.

– Он? Уйдет? Нет, я эту тварь знаю. Он дождется того, что я лично отвешу ему пинка под зад, перед тем, как отправить военным в подарочной упаковке. Этот идиот многим насолил, но не имеет свойства учиться на своих ошибках и ладить с людьми. И сталкер из него средненький. Так что надо ему бога молить, чтоб в его дурной башке и мысли о мести не осталось. Пардон, о жалких попытках мести. Ибо его же нож я ему чуть пониже спины затолкаю и поверну три раза, чтоб неповадно было на чужое барахло зариться.

– А зачем ты загадал это желание? – Спросил Наклз. – Ты их пожалел?

Дима посмотрел на него, как на идиота.

– Пожалел? Я был бы рад, если бы эти придурки тут и сгнили. Доберись у меня руки, сам бы их и перестрелял, ибо достали в свое время. Но так у меня будет какая-никакая гарантия, что не набежит новых. Слухами земля, знаете ли, полнится. Из геморройного теперь остаются только военные, но с этим ничего не поделаешь. Они-то из первоисточника никуда не делись. Да и Монолит, если засветится в сюжете продолжений, как-нибудь себя проявит вновь. Так-так-так, погодите-ка…

Куратор прицелился в кусты и пальнул один раз. Но сразу же после этого оттуда донесся дикий вой. Среди воя можно было различить матерные слова. Похоже, Легоев все-таки вернулся.

– Как я и говорил. Парень теперь определенно заслуживает премию Дарвина. Жить-то будет, но его гены из генофонда человечества я вычеркнул одним выстрелом.

– По-моему, это слишком. Обещан был же только пинок под зад. Ты – злой человек. – Угрюмо сказал Наклз, прислушиваясь к затихающему в кустах стону.

– Злой – одно из моих прозвищ. – Ухмыльнулся Провод.

– Ты сам состоишь в какой-то местной группе? – Поинтересовалась Руж.

– Числюсь за наемниками. В общую возотню не лезу, потому что есть дела и поважнее. – Пожал плечами Дима. – Вы лучше тут пожрать чего найдите. Они разбежались быстро, и что-нибудь да оставили.

Руж и Наклз отправились на поиски еды. Провод не без радости отметил, что по отдельности. Но до обеда еще кое-что случилось. С другого краю деревушки показались два погруженца и куратор другой вселенной. Они что-то кричали и грозили кулаками. Когда они увидели ответ Димы (средний палец повыше, чтоб лучше было видно) криков только добавилось. Коллегам, и уж тем более погруженцам, такое не показывают, но терять уже было нечего. Кто теперь вообще мог вспомнить о правилах Совета Кураторов? Оставалось только дождаться их, и с довольной рожей выслушать все, что они думают о работе куратора вселенной «Сталкера».

– Где он? – Начала кричать Эми. – Где этот предатель? Он все еще жив? Провод, скажи, что он жив. Я сама должна убить его.

– Его тут нет. Но Монолит все еще дожидается, пока вы загадаете желание. Сил у него уже мало. Но кое-что пожелать еще можно. Не ждите тут, заходите. Вы же за этим сюда пришли.

– Мы за нелегалом. И за тобой тоже. – Проворчал Комего.

Эми уже забежала внутрь и крикнула оттуда:

– Соник в порядке? Мне необходимо знать что с ним?

– Он в порядке. Ждет тебя. Не волнуйся за него. – Ответил ей Монолит.

– Идиотка. Профукала свое желание. – Вполголоса прокомментировал Провод.

Следом зашли погруженцы. Комего неожиданно для всех произнес.

– А можно меня координатором сделать?

– Я могу это устроить. Мне даже не потребуется много сил, так как один из координаторов сбежал.

– Вот ведь карьерист. – Беззлобно попрекнул Астром Сальвадора.

– Я давно уже мечтаю там оказаться. Нравится мне в «инфе» сидеть, нравится. Интересно, куда нелегал делся?

– Наверное, это и был его план – привести нас всех сюда, чтобы мы сами решили свои проблемы. А сам он – домой. – Заметила Эми.

Астром думал-думал, но все же сказал:

– А продолби-ка ты нам ход во вселенную, где Соник обитает сейчас. Ну, или что там от нее осталось?

– Во дворе уже есть ход. Там теперь новая вселенная. Она ждет вас. А у меня сил уже не осталось.

После этих слов Монолит погас, и стал выглядеть как заурядный камень. Все вышли во двор, где их уже дожидались Руж с Наклзом.

– Так Руж. Перед тем как будешь злиться, послушай. Зрение к тебе вернется через двенадцать часов. – Прямо с порога начал Астром.

– А оно мне уже вернулось. Подарок от поклонника.

После этой реплики Наклз покраснел как рак и начал бурчать:

– Сделал, называется, доброе дело. Знал бы, что такое ляпнешь, пожелал бы, чтоб ты стала слепоглухонемой!

– Не смущайся, красавчик.

– Ладно. Теперь нужно добраться до Шэдоу и побеседовать с ним. Когда я доберусь до него, я задам этому недобитому революционеру пару вопросов. – Эми, покрепче сжала свой любимый молот.

– Вот и отлично! Можешь начинать прямо с нее. Это именно она загадала желание «пусть план Шэдоу сработает». – Ткнул Наклз пальцем в Руж. – Око за око, красавица.

Едва не началась драка, но Астром пальнул пару раз в воздух, после чего сказал, что пойдет лично беседовать с «недобитым революционером». После чего ушел в новую вселенную Соника, как и пожелал. Остальным пришлось последовать во вход, который Монолит выполнил в виде гигантского золотого кольца. Даже Димка Провод махнул рукой со словами «а чего тут без меня станется?», и пропал. Деревня, где стоял Исполнитель желаний опустела окончательно.

Глава 119 – «Все вместе»

– Работает! Работает! Работает. Блин, оно все-таки работает.

На то, чтобы Котэ успокоился, ушло минуты две. И то, не сосвем успокоился, а просто прекратил орать, как резаный. У всех ощущения были разные. Соник и Тэйлз глазели по сторонам, замечая схожести и отличия старой и новой вселенной. Было тяжело определить, на что это похоже, на въезд в свой родной дом после ремонта или же на переезд. Еще тяжелее было определиться, как относиться к тому, что случилось. Всего за пару недель все полетело кувырком. Но то, чего добивался Шэдоу, достичь ему удалось, пускай и посмертно. В этой вселенной всем ее жителям теперь предстояло определять свою судьбу самостоятельно. Грегори, Котэ, Соник и Тэйлз находились теперь в Зеленых холмах. Именно здесь когда-то началась война Соника с доктором Эгманом. Тем ироничнее было вновь увидеть его здесь, сидящим под пальмой.

– Соник, ты хоть что-нибудь понимаешь? – Спросил его старый враг без всякой злобы.

– О чем ты?

– Обо всем. Что случилось?

– Мы теперь не подчиняемся играм. И не обязаны гоняться друг за другом. Но если ты опять начнешь превращать всех в роботов, то мне придется разобраться с тобой.

– Так про игры, это правда? Это все из-за видеоигр?

– А ты не знал?

– Я не верил. И теперь не верю. Не могу просто. Я два года отработал куратором твоей вселенной. Когда все только-только началось, ко мне пришли, и сказали, что я лучший кандидат на роль куратора. Что я могу регулировать нашу вселенную. Могу временами даже решать, чему там быть, а чему нет. Я был как помощник бога. Ты в курсе, что «Сега» напечатала небольшой комикс, рассказывающий предысторию? Я сначала был добрым ученым, и помог преодолеть тебе звуковой барьер, из-за чего ты посинел. А со мной случился несчастный случай, сделавший меня злым. Я уже тогда почувствовал в этом какую-то фальшь и вычеркнул это из нашей вселенной. Первое мое решение – заблокировать этот первоисточник, как несоответствующий. Меня ругали за это решение, пытались переубедить. Но через полгода они сами признали мою правоту. Я целый кусок нашей жизни откорректировал. У меня была власть! Но не полная. И не было права на победу. Великий доктор Роботник на положении шестерки. Ты бы сам меня засмеял, если бы знал все. И был бы прав. Эти два года были как дурной сон. Но я не сдавался, я никогда не сдавался. А однажды, я все-таки одержал победу. Сумел незаметно для тебя в прошлом разместить несколько установок, превративших всех в роботов, в моих рабов. Я тогда разорвал все связи с Советом Кураторов. Я решил, что это моя победа, а их слова и теории – глупые бредни. Тогда еще была твоя первая битва с Метал Соником. Ты его победил, и изменил будущее, вернул все на круги своя. А меня сочли опасным и стерли мне память. Нашли мне замену. Всю эту бредятину, что сотворил тут Шэдоу семнадцать лет спустя, я счел заговором этой организации. Как только ко мне вернулась память, я даже запаниковал, и чуть умом не тронулся. Никак не мог сообразить, чем же я им насолил, что они ради затеяли весь этот спектакль. Соник, ты мой враг, но ты мне врать не станешь. Это ведь все по-настоящему было? Только не ври мне, иначе я не посмотрю на твое физическое превосходство. Я тебя голыми руками задушу, если соврешь, слышишь?!

Роботник ждал ответа. Такое выражение лица у него бывало только когда Соник зажимал его в угол, когда он уже в глубине души понимал, что проиграл. Искренняя ярость, прикрывающая отчаянье.

– Все было по-настоящему. Я тоже в шоке, знаешь ли. И что будешь делать теперь? Попытаешься меня победить? А смысл? Не лучше ли вышиванием крестиком заняться?

– Ха! А сам не деградируешь от скуки и безделья? Если это все было по-настоящему, то ты у нас теперь герой в отставке. Кому мы теперь нужны? Никому, даже друг другу. Этот мир может существовать и без нас. Хотел бы я посмотреть, каково тебе будет, когда ты это осознаешь!

Все замолчали, ожидая ответа Соника. И он честно собирался что-нибудь ответить, хоть и не знал что, но паузу прервал Котэ:

– Что? Задали тебе задачку, друг мой игольчатый. Не напрягайся, тебе просто пытались намекнуть, что придется повзрослеть. Или всю жизнь беззаботным раздолбаем прожить хотел?

– Поживем – увидим. Пошли отсюда, Тэйлз.

Соник и впрямь собрался уходить, но посреди поляны внезапно возникло огромное золотое кольцо, из которого вышли Эми, Руж, Наклз, Джон Астром и еще два каких-то незнакомых ему человека. Грег сразу же бросился здороваться с ними и пожимать и руки. А синий еж больше приглядывался к знакомым лицам.

– Эми?

– Соник!

– Задушишь же, аккуратнее. И вообще, что на вас за наряды такие? Вы в лес за грибами ходили?

– Почти.

Наклз улыбнулся и прошептал Руж «так вот как оно со стороны выглядело, когда ты на меня набросилась», за что и получил локтем в бок.

– Не стоило бы тебе язвить по поводу моей минутной слабости. – Злобно зашептала Руж, схватив Наклза за волосы.

– Очень уж было сильно для минутной слабости. Ай!

Котэ не собирался уходить, даже увидев рядом с собой трех погруженцев и двух кураторов. Убегать смысла не было, цель была достигнута. А вот кто-то очень опасался побега. Вокруг кота возникла клетка. Просто прочная железная клетка, которую сломать не так просто. Сам плененный отреагировал спокойно, критически осмотрев сооружение.

– Мило. Ну! Признавайтесь, кто из вас уже успел?

– Я! – Откликнулся Тэйлз.

– Ты? – Удивились все присутствующие.

– Как только мы прибыли сюда, я постарался сделать такую комбинацию, которая удержит тебя. Ты псих и место твое в психушке. – Объяснился лис.

– Если я правильно тебя понял, то твоя комбинация не даст мне прыгнуть в другую вселенную и ограничит меня здесь физически? – Уточнил Котэ, очень нехорошо ухмыльнувшись.

– Да!

Сразу же после этих слов клетка исчезла.

– Я не понял! Ты же должен был сидеть в клетке! Я же тебя… – Начал запинаться Тэйлз от возмущения.

– Я и сейчас в клетке. Только она теперь размером с сотню или даже тысячу галактик. Так что ночью можете некоторые далекие звезды не разглядеть. Надо было физические параметры еще зафиксировать, балда. А ловить меня не надо. Я не убегу.

– Тебя же посадят, дурень. – Сказал Комего.

– Да пофиг уже! Оно работает. Я все-таки состыковал эту хрень. И Шэдоу – молоток. Только жаль его. Ах, да, вы ж не в курсе. – Кот грустно опустил усы. – Чтобы вся эта фишка сработала, нужен был серьезный сбой. Смерть одного из персонажей. Он долго думал, прикидывал, и выбрал себя. И самое обидное, что у него не вышло до конца. Из-за его ошибки в расчетах потери энергии все мероприятие едва не накрылось медным тазом. Если бы нам на халяву не прибыло б хрен знает сколько энергии, то мы бы тут не стояли.

– Из вселенной «Сталкера». – Подсказал Грегори.

– Значит, эта штуковина меня не обманула. Мое желание сбылось. Понимаешь, Котэ. Они во вселенной этого «Сталкера» создали каким-то рассказом, штуку исполняющую желания. Монолит называется. Я добралась одной из первой, и загадала желание, которое поможет моему другу выпутаться, а ты мне так вот просто сообщаещь, что он мертв? – Руж тона не повысила, но интонация была такая, будто она сейчас размажет паскудного кошака по стенке.

– А что ты загадала? – Спросил Тэйлз.

– Чтобы план Шэдоу сработал.

– Собственная смерть и была частью его плана, как оказалось. Сам в шоке, ибо узнал минут за пять до того. Я думал, он на пару с нашим синим другом принесет в жертву Эгмана. Хрен там, сам на тот свет собрался. Теперь зато хоть знаю, от кого мне такой подарок. А тебя, красавица, даже не знаю, как теперь благодарить, если честно.

Руж злобно прищурилась, и выдавила:

– Будь добр, просто постой минутку спокойно.

– Как скажешь.

Летучая мышь подлетела к коту, и изо всей силы ударила его ногой по голове. Котэ спокойно поднялся, и получил еще раз. Затем еще. Несмотря на то, что его даже прижали к земле и начали душить, одновременно колотя по почкам, он и не думал сопротивляться. Все остальные уже думали разнять их, но внезапно раздался громкий хлопок. Руж отлетела на пять метров. По счастливой случайности, она налетела прямо на Наклза. У обоих, к счастью, обошлось без серьезных травм, несмотря на падение. Огненно-рыжий кот кое-как поднялся и насмешливо сказал:

– Угомонись, детка. Минута уже прошла. Ну? Остались еще желающие попинать мою несчастную тушку?

К Котэ подошел Соник:

– Как насчет меня?

– Проследуй на три буквы, дебил. Не ты спас эту вселенную.

Соник сжал кулаки, и медленно начал считать до десяти, чтобы успокоиться. Он понимал, что здесь было дело принципа и драку затевать бесполезно, как бы того не хотелось.

– Придет день, и тебя по стенке размажут за твой язык и твои деяния.

– Да ты прям источаешь пафос. В любом случае, это не сегодня. Хотя, кому я рассказываю? Ты сам всю жизнь решал проблемы по мере их поступления.

Как будто и так было мало действующих лиц. Около этой толпы изниоткуда возникает еще один человек средних лет. Полностью лысая голова – это первое что бросается в глаза. Во вторую очередь можно заметить немного несерьезное выражение лица. Но при этом производит впечатление опытного человека и внушает уважение. Рост средний, телосложение худое. Одет по-простому. Свитер и джинсы. Тем не менее, все работники Совета Кураторов глядят на него, как на большое начальство.

– Сеньор Ваваропи, я… Я хотела как лучше! – Запищала Эми.

– Я в курсе. На тебе и Астроме уже давно следящие комбинации. А раньше Григорий Арокис, один из погруженцев, который неизвестным мне макаром пробрался за блокаду, повесил слежку на нелегала, тобою подписанного. Помнишь, кто приютил нелегала, когда он с Тэйлзом застряли в альтернативной вселенной «властелина колец»? И Гриша еще должен мне рассказать, как он умудрился так пролезть к вам в гости.

– Так вы все знали?!! – Страх перед наказанием мгновенно сменился на искреннюю ярость. – И даже следили за нами?! Это же незаконно! При всем моем уважении, но вы не погруженец и не на задании. Вы старший куратор игрового отдела. Не более! Правила распостраняются на вас в полной мере!

Сеньор Ваваропи только пожал плечами, и в воздухе возникло изображение. Это была его юношеская фотография, вокруг которой «плавали» в синем свечении различные данные.

– Я знаю, что вы раньше были погруженцем! Нечего тыкать мне своим старым удостоверением! Лучше все объясните, пока еще целы. Если вы причастны ко всему этому, то я не посмотрю на ваше звание. – Разошлась куратор.

– Эми, деточка, обрати внимание на один маленький нюансик. Удостоверение до сих пор действующее.

Вот тут-то у всех работников СК (кроме, разве что, Димки Провода) отвисли челюсти.

– Но вы же старший куратор, вы не погруженец. Сеньор Ваваропи, как такое может быть? – Спросил Астром.

– Это сейчас наша бюрократическая система дожила до полного маразма. Но отжигать могла уже тогда. Когда в девяносто восьмом меня сделали куратором, эти олухи забыли вычеркнуть Николо Ваваропи из списка погруженцев. И удостоверение, соответственно, не забрали. Настаивать на завершении процедуры я не стал. Сначала было интересно, когда же наши бюрократы опомнятся. А потом я решил оставить себе такую козырную карту на случай всяких бед. Теперь я ее воспользовался. Как и почему я объясню чуть позже, когда уж точно соберутся все действующие лица.

– А что вы курировали, если не секрет? – Поинтересовался Димка Провод.

– Вселенную «Старкрафта».

Вот теперь все понимающие оценили, что этот человек значил для игрового отдела. Даже Тэйлз смотрел на старшего куратора с восхищением.

– Ты в этом разбираешься? – Прошептал Соник, тихонько толкнул лисенка в бок.

– Если бы ты в это играл…

В это время на поляне появилось еще пара существ. Судя по улыбке сеньора Ваваропи, именно их здесь и не доставало. Эти двое были Шэдоу и Дмитрий Горяченков.

– Вы нашли того, кто придумал Совет Кураторов?

Дима и Шэдоу были, мягко говоря, удивлены этому вопросу. Нелегал вообще не ожидал такого увидеть.

– Откуда вы знаете? И кто вы такой?

– Старший куратор игрового отдела. Вы нашли того, кто придумал Совет Кураторов?

– Да.

Глава 120 – «От автора»

Теперь мне нужно дать некоторые объяснения. Чтобы события этой части связались в одно целое, я должен рассказать о том, что произошло со мной, с автором этой книги. Верить этому или нет, дело ваше. В любом случае, я не стану больше отвечать на вопрос «а это, правда, с тобой было?». Логичнее было бы вообще об этом умолчать, но события, о которых я расскажу, являются частью этой истории.

Это случилось со мной, когда я дописал предыдущую, восьмую часть. Последние правки, я сделал, перед тем, как убежать на ночной поезд. Как раз закончились каникулы, и я должен был ехать на учебу. Обычная рутина, собрать сумки, сесть на поезд, взять белье, устроиться. Худо-бедно разобрался. Я уже лежал в вагоне и собирался засыпать. Обычный плацкарт, максимум проблем – украденная обувь. И ту я спрятал под нижнюю скамейку вместе с сумками. Можете представить, что со мной было, когда в проходе появилась какая-то странная фигура в костюме, напоминающем плащ-палатку, и направила на меня автомат. Самый настоящий автомат, которым можно застрелить человека. В темноте я принял это за муляж, конечно, и только немного удивился. Только захотел спросить, чего ему нужно, как этот паренек во весь голос заявил:

– Мне надо с тобой поговорить. Можешь поорать, но это бесполезно. Нас не услышат.

Плацкартный вагон, час ночи, все спят. Тут приходит какой-то непонятный человек и кричит на весь вагон. Обычно в такой ситуации наглеца матерят. А тут ничего. Даже храп у соседей по купе не изменил своей тональности.

– Ты кто такой? – Спросил я шепотом.

– Еще не догадался, или не можешь поверить?

Единственную возможную догадку я отмел, как невероятную.

– Ладно, смотри.

Из-под полы незнакомец достал небольшую штуковину. Синий кристалл размером с яблоко. Я драгоценные камни видел всего раз в жизни, в турпоездке, а тут такое здоровенное нечто. Причем я даже приблизительно не мог определить тип камня. Синий, значит сапфир? И что это вообще значит?

– Стащил у Руж эту «батарейку», когда дотащил ее до Монолита. Считай это моим доказательством. Камень я ей верну. Все, что мне нужно, расположить тебя к разговору.

Моя невероятная догадка: персонаж книги, которую я уже почти два года пишу, прибыл сюда. И у него есть ко мне претензии. Все придуманное реально. Для всего есть своя вселенная. Неужели правда? Я же придумал эту дурацкую теорию, чтобы оправдать события книги. Она не может правдивой. По крайней мере, она недоказуема. Была, пока передо мной не появился Дмитрий Горяченков прямо из Зоны, с автоматов и артефактом «Батарейка». Хорошо хоть артефакт не радиоактивный. Теперь нужно собраться, и выяснить чего ему надо от меня.

– Как, откуда, зачем? Мне нужны ответы на эти вопросы. И назовись, чтобы не было недоразумений. – Начал я.

– Меня зовут Дмитрий Горяченков. И если ты мне такую фамилию придумал, молись, чтобы я тебя во время разговора не удавил. Когда начался весь этот бардак, я, к счастью, не потерял способность соображать. Докопался до сути я не сразу. Понимание происходящего пришло постепенно. Я понял, что происходящее со мной – сюжет какого-то поганого фанфика. А знаешь, что стало первым звоночком?

Быть этого не может! Я до сих пор до конца не верю в случившее, но тогда было необходимо предположить, что все это не дурной сон. Мне пришлось изрядно постараться, чтобы взять себя в руки. Тем не менее, я почти справился, и даже продолжил разговор с ним, не запинаясь.

– И что же?

– Первая встреча с Соником. Костюмчик синий с тремя белыми полосками. Первый звоночек – он не мог выглядеть, как стереотипный гопник. Номер два – Совет Кураторов не смог меня поймать, и даже не пытался, по сути. Что я нашел в логове этой организации, которая мой противник? Помощь! Я со всеми договорился на своем пути! Третий звонок – я слишком быстро всему научился. Да, обучение интуитивное. Да, я – способный. Да, я изучил лишь малую долю всего, что мне могло понадобится. Но все равно, временами я чувстовал себя, как долбанная Мэри Сью.

– Откуда этот термин выкопал? – Спросил я.

– Как и ты, с лурки.

– Чего?

– Того. Просто ты не придумал ничего умнее, как списать главгероя с себя любимого. Мы даже внешне отдаленно похожи. Я – есть улучшенная версия тебя. Только я младше на два года, чуть меньше ростом и весом, и без усов. Я думал, что ты младше на пару лет. И что ты тоже луркмор почитываешь.

– В принципе угадал. Я начал писать эту книгу два года назад. А вот на луркоморе даже года не сижу. Блин, надеюсь, это не розыгрыш. Я не люблю таких дурных шуток. Если ты меня разыгрываешь, признайся теперь. Лучше признайся.

Была такая вероятность, но мизерная. Хотя все же меньше, чем та, что действительно пришел ко мне и ожил мой персонаж. Но нет, этот парень и не подумал каяться, только сжал автомат покрепче.

– Надо мной всякие дебилы тоже в школе подшучивали. И тут не до хаханек. Что ты хотел сделать моим планом? Ты дописал до того места, как я загадал желание Монолиту? Что ты хотел написать? – Пристально посмотрел на меня Дима, нехорошо так глянул.

– Ты уходишь домой, но в Монолите полно энергии. Поэтому все решают свои проблемы без твоего участия.

– А на самом деле мой план был другой. Я ведь даже намекнул им на еще большую силу, которая решит все наши проблемы. Deus ex machina. Бог из машины. Теперь, когда все настрадались, и когда всем стало плохо, ты выйдешь из-за тучки, как Зевс из какой-нибудь древнегреческой драмы, и сделаешь всем Хэппи-энд. И продолжения ты не напишешь. Никогда. И если зверята будут хоть чем-то недовольны, я найду способ основательно испортить тебе жизнь. Ты понимаешь, что я что-нибудь придумаю. Принять твой облик, и слегка подкорректировать отношения с семьей – это только самый очевидный вариант.

– Подожди, так что ты загадал Монолиту на самом деле? Я же хотел писать уже про твое возвращение домой, в самом конце. Что ты ему сказал?

– «Отправь меня к тому, кто придумал меня». Вот в чем был мой план. Кстати, а чего сейчас ночь?

– Потому что сейчас ночь. Ты не в апреле 2010, ты в августе 2011. Хотя нет, уже сентябрь. Уже час, как сентябрь.

Даже если это розыгрыш, то разоблачить я его не в силах. Но все же, я решился потребовать доказательств.

– Вероятность того, что ты один из людей меня разыгрывающих, велика, в сравнении с тем, что ты говоришь мне правду. Даже несмотря на этот синий камешек. Книгу я показывал немногим, и те люди даже близко не были заинтересованы в ее прочтении. Но все равно это все еще может быть розыгрышем. Доказательства, немедленно!

Разговаривал я уже сидя в кровати (точнее в ее плацкартном заменителе).

– А мне нужен текст книги. Он при тебе?

– Флэшку с собой захватил? – Спросил я радостно.

Флэшка. Неплохая возможность разоблачить розыгрыш. Я все еще надеялся, что это идиотский прикол, и мысленно составлял список кар, которые настигнут шутников. Если этот якобы Дмитрий Горяченков полезет за ней в карман, то грош цена всей его убедительности. И он сам это понимает, иначе бы так не улыбался. Этот умник протягивает вперед левую руку. Флэшка возникает изниоткуда на его ладони.

– У тебя, скорее всего, с собой ноут в багаже. Доставай. На людей не обращай внимания. Они нас не услышат.

Делать нечего, придется лезть под эту лавку, доставать сумку. Он опять оказался прав. И он действительно Дмитрий Горяченков. Уже включая ноутбук, спрашиваю:

– Может тебе еще что скинуть?

Все-таки это рефлекс. У нас тут дело жизни и смерти, а вопрос «тебе что-нибудь еще скинуть?» все равно всплывает. Даже смешно. Тем более тут всего один гигабайт. Так, мелочь. Один фильм, и то сомнительно.

– Не стоит. Много весит?

– Вордовский файл, килобайт шестьсот пятьдесят, не больше.

Вот оно, улучшенная версия меня. В детстве, посмотрев какой-нибудь мультик, я сразу же начинал выдумывать свои приключения в тех мирах. К юности моя фантазия даже и не думала успокаиваться. Но я понял, что самого себя запихивать туда, в чужие миры очень глупо. Поэтому герои всего лишь похожи на меня. До этой книги у меня был всего лишь один рассказ, чем-то похожий, только намного-намного короче. Там герой был намного старше меня, но чем-то похож. А здесь. Характером как я, только круче.

– Изложи свои требования еще раз. – Попросил я.

Все просто. Мы как братья, понимаем друг друга с полуслова. Даже не обижаемся на то, что стряслось. Потому что понимаем один другого. Он понимает, почему я за это взялся, и понимает, что я выполню его требования. Я понимаю, что он приведет свои угрозы в исполнение, хоть и не слишком хочет это делать.

– Всего три. Подтверди, что я прав, и что план мой сработал, сделай хеппи-энд и не пиши никаких продолжений.

– Идет. Но есть и ответное. – Дай мне дописать эту книгу. Я много усилий потратил. Как бы глупо это ни было, для меня это очень важно.

– Идет. Только выполни первое мое требование. И назовись, а то я не знаю, по чьей воле меня так шатает.

– Как скажешь. Я, Жизневский Эдуард, – автор книги, из-за которой ты так натерпелся. Доволен?

– Да. Там много тебе еще осталось?

– Нет. Дело к концу идет, по сути.

– Почему Соник?

– Сам не знаю. Привлек меня пару лет назад он чем-то. Вроде бы и герой, но рожа как у раздолбая последнего.

– Да ну? Только из-за рожи?

Я задумался и, немного погодя, договорил:

– У меня постоянно воображения бьет через край. Перепроходил старую игрульку на эмуляторе. Подумал, каков он. Самое смешное, что мое первое описание характера совпало с описанием на Википедии. Сначала маленький рассказ, но воображение не успокоилось. Ну, и я взялся за это дело.

– Вот оно что. Ладно, тогда пока.

– Пока.

Жмем друг другу руки. Дмитрий Горяченков исчезает.

Я еще долго не могу поверить. Не верю до сих пор. Но есть одна мелочь, косвенно указывающая на реальность этих событий. Больше даже на предчувствие похоже. Я пишу девятую часть как будто не по своей воле. Черт, я пишу ее не по своей воле. Я ведь действительно хотел убить Шэдоу. А теперь уже не выйдет, придется воскресить. И черт его знает, что еще выйдет из-под моего контроля в последних главах.

Глава 121 – «Победа»

Я победил. Мой план сработал. «Отправь меня к тому, кто придумал меня». Я оказался главным героем этой истории. Слишком со мной хорошо судьба обходилась, чтобы это было иначе. Вот только зря автор сделал меня таким крутым. Я оказался настолько крут, что сумел выйти «за флажки». Мэри Сью – так принято называть у фанфикописцев сверхкрутых персонажей, списанных с себя. Теперь нужно к остальным. Я решил проблему куратора, пришло время стребовать награду. От автора можно отследить ниточки к нескольким вселенным. Иду туда, где еще не был. Черт, какие-то незнакомые места. Лаборатории с белыми стенами. Portal. Или Half-life. Неважно, это одна вселенная. Попробуем другую.

Попал! Эти пейзажи я видел и раньше, у друга на приставке. Ежик именно по этим холмам бегал, это ни с чем не спутаешь. Green hill zone, если я правильно понял. Но я не был в этой вселенной. Что же здесь случилось? Так спросим у местного, у того черного ежа. Кстати, он мне подозрительно знаком. Красная полоса вдоль головы, белый мех на груди и взгляд горделивый, как у принца датского. Вот мы и встретились.

– Ты? Откуда? – Кажется, он меня тоже узнал.

– От верблюда. Говори, что ты тут уже утворил? Только не говори, что хотел всем свободы.

– А если именно этого и хотел? Я не обязан перед тобой отчитываться.

Вот ведь поворот. Ну, ничего, я не зря выпросил текст книги. Сейчас и проясню ситуацию. Глава первая, это там, где я голос впервые услышал. Дальше, дальше надо читать. Мысленно проматываю книгу дальше. Десятая глава, двадцатая, тридцатая… Да сколько их? Так, сорок третья это о каком-то нехорошем месте. Про Соника, только не могу понять, где это он. Черт, вселенная «Биошока», почти начало истории. Надо мотать дальше. Шестидесятая, семидесятая. Это мы у Хауса. Восьмидесятая. Пошли добытые воспоминания Соника. Девяностая глава. Это я знаю. Девяносто первая – «А с другой стороны баррикад». Хм, а эта часть событий мне неизвестна.

– О чем ты думаешь?

– Подожди.

– Почему я, черт возьми, жив?! – Орет черный еж.

Небезынтересная постановка вопроса. Мне стоит почитать, начиная с этого места.

– Почему ты молчишь, гад?

Игнорирую его и читаю.

– Ты не можешь меня игнорировать!

– Могу. Ознакомься лучше с этим.

Я передаю ему текст книги. Пусть тоже почитает.

– Что это?

– Это фанфик. О тебе, о мне и о всех остальных.

Завис ежик. Не так просто оказалось переварить эту информацию.

– Откуда у тебя это?!

– Нашел автора с помощью штуки, исполняющей желания. Мило побеседовали. Я попросил у него хеппи-енд.

– Попросил?

– Добрым словом и пистолетом вы добьетесь намного больше, чем просто добрым словом.

– Ты угрожал своему создателю? Черт, почему я так не сделал? Ах да, у нашей вселенной же много создателей. Всех не напугаешь. Хотя мог бы и попробовать. Ты попросил его меня воскресить?

«Дмитрий Горяченков. Я вам сейчас сброшу координаты. Нужно, чтобы вы подошли кое-куда»

– Я попросил хеппи-энд.

– Но каково объяснение тому, что я жив?

– Потому что так захотел автор фанфика. И еще потому, что ему хотелось жить. Мне наплевать на научное объяснение. Даже если оно и не отыщется, то спишете на чудо и мистику. Пошли. В пути почитаем. Меня кто-то уже дозваться хочет.

Примечание автора. Давайте просто примем тот факт, что Шэдоу теперь жив.. Можно предположить, что он возник из кусков старой вселенной. Он же был ее частью? Был. Я изначально не планировал оставлять Шэдоу в живых. Поэтому здесь почти невозможно придумать нормальное объяснение. Но мне жить хочется! Так что Шэдоу жив, и все хорошо.

– Не боишься ловушки?

– Нет. У меня мощнейшая «крыша». Мои проблемы теперь проблемы автора всей этой бредятины.

– Ты победил, получается?

– Победил. Окончательно.

Мне нечего бояться, отправляясь к указанному месту. Наплевать мне, кто меня позвал. У меня есть координаты вселенной автора. Пусть только попробует мне навредить.

Мы телепортировались. Кто же отправил мне это послание по мыслерации? Тут много кто собрался. Соник, Тэйлз, Наклз, Руж, Роботник, Котэ, Эми, Димка Провод, Джон Астром, Сальвадор Комего, Григорий Арокис и незнакомый лысый мужик. Ой! Ой, блин! Ой, блин!!! Григорий Арокис?! Тот князь из вселенной «Братвы и кольца»? И еще незнакомый лысый мужик. Он еще и спрашивает у меня что-то:

– Вы нашли того, кто придумал Совет Кураторов?

Примечание автора. Я думал, что Арокис и погруженец, помогавший Сонику просто тезки! Я это не планировал, честно.

Мой мегакрутой план. Мой супер-пупер крутой план. Не раскрываемый и идеальный. Только в этот идеальный план ну никак не вписывается какой-то непонятный человек, требующий у меня отчета по результатам. Я же держал все в тайне! У меня даже непечатные выражения из горла не лезут.

– Откуда вы знаете? И кто вы такой?

– Старший куратор игрового отдела. Вы нашли того, кто придумал Совет Кураторов?

Начальство Эми. Ничего не понимаю. Остается только понадеяться на покровительство автора. Иначе кирдык. Ладно, ответим честно.

– Да.

Глава 122 – «Воспоминания об одной безумной идее»

Май 1998 года.

Давно Николо Ваваропи не был так зол. Вроде бы и ростом вышел (аж целых 174, у многих и того нет), и звание уже далеко не низкое (куратор последней игрушки от blizzard – это вам не шубу в трусы заправлять), и не похож внешне он на новичка. Но все равно нашлась наглая скотина, которая не постеснялась отвесить лихого подзатыльника. Наверное, шутка одного из бывших коллег. Но что тут делать погруженцу? Много красивых и умных упреков так и остались невысказанными, когда куратор вселенной «Starcraft» обернулся. Кристофер Торндайк, приятель со студенческой скамьи. Только он был будущим куратором, а Ваваропи будущим погруженцем. Но таланта у Торндайка хватало и на погруженство, с этим трудно было поспорить.

– Николя, здарова, чего тебе тут надо?

– Работаю я тут, между прочим. А отвешивать подзатыльник вместо приветствия нехорошо. Я могу и обидеться.

– Да ладно тебе!

– И не просто могу, я даже, пожалуй, обижусь.

– Я про работу. Ты же погруженцем был!

– Был. А теперь куратор. Перепрофилировался.

– Решил к нам? Отлично. Что курируешь?

– Starcraft.

– Так это тебя назначили? Круто. Слушай, помнишь, как мы думали над вопросом непридуманной вселенной?

– Помню. Но не было ничего, кроме твоих интуитивных предположений. «Николя, пятой точкой чую: все, чему нас учили столько лет – ерунда!» – Прошептал Николя явно передразнивая своего товарища.

– Я недавно сообразил, в чем подвох.

– Да ну?

– Ну да.

– Просвети же, почему «Улей» не является непридуманной вселенной?

– Мы не можем засечь первоисточник. – Зашептал Торндайк. – И знаешь почему?

– Почему?

– Фанфик. Маловлиятельные первоисточники не засечешь ничем. Это что-то «левое» и ненужное основной истории.

– Фанфик прилагается к основному первоисточнику, к так называемому «канону». Фанфик по «Стар треку» не напишут без самого сериала. Канона нет у вселенной «Улья».

– Зато есть у другой вселенной. Это же просто! Фанфик-кроссовер. История, где в кучу скиданы персонажи нескольких вселенных, а к этой куче прилеплен Совет Кураторов.

– И этой прилепке выделена целая вселенная?

– Автор произведения икс (обозначим его так), описал деятельность Совета. И в тексте, скорее всего, помянул нашу штаб-квартиру в виде отдельной вселенной, которую мы считаем непридуманной. Но «Улей» придуман им. В пользу моей теории говорит и то, что кроссоверы тяжелее отслеживать. Жаль, проверить эксперементально не удастся никак. Ладно, давай по пиву, обмоем твое назначение.

– Как скажешь. А идея стоящая. Только маловероятная. И за исследования никто не возьмется. – Вздохнул Ваваропи.

– Ладно, забей. Может, и придумаем еще что-нибудь. Удостоверение куратора приготовь. У нас для своих скидки.

Двое друзей вместе зашагали к служебной столовой.

Май 2006 года.

Только что взяли под стражу бывшего куратора вселенной «Sonic the hedgehog», Кристофера Торнадайка. Того самого, что полгода продержал подотчетную вселенную под своим полным контролем, несмотря на строгий запрет Совета Кураторов.

Сеньор Ваваропи, уже четыре года как старший куратор игрового отдела, сумел добиться личной встречи с задержанным. Охраняли Торндайка очень хорошо. Ждать, пока приоткроют специальные барьеры для прохода, пришлось минуты три, не меньше. В принципе, паранойя большого начальства была объяснима. Еще никто не водил весь Совет Кураторов за нос три года с гаком. А этому парню за три года удалось такого наворотить, что его только что не усыпили, как бешеную собаку. Но это пока что. Дело шло к тому, что бывшего куратора вселенной Соника, погрузят в электронную кому. Фактически тоже самое, что и усыпить. Только погруженный в кому не умирает, да и процесс обратим. Но метод считался крайне негуманным. Ощущения коматозники испытывали крайне неприятные.

– Доигрался, придурок? Слышал, что тебе светит старость в электронной коме?

– Плевать. Ничего не вышло.

– Что не вышло?! – Закричал Ваваропи.

После устроенного Кристофера убить хотелось. Друг и раньше выкидывал коленца, но то, что прозвали «инцидент икс» было чем-то запредельным. Самое странное, что он не успокоился до конца даже после своей поимки. Вот прямо теперь сканер комбинаций творческой энергии показал, что стены камеры покрылись белым налетом. Сеньор Ваваропи дернулся, но делать ничего не стал. Не потому что, не мог ничего сделать, а от удивления.

– Защита от прослушки? Ты с ума сошел! Как ты ее при себе закрепил и сохранил? Это реально защита от прослушки?

– Полная. Что мне терять? Я должен выговориться.

– На допросе выговоришься, умник. Ты же не надеешься, что я смогу тебя покрывать?

– Николя, не держи меня за полного идиота. Все эти события… Я ведь искренне надеялся, что они в основе произведения икс.

– Ты о чем?

– Помнишь, как тебя назначили куратором восемь лет назад?

– Помню. Дальше-то что? – Сначала не понял Ваваропи. – Подожди, это тогда ты рассказывал мне о той бредятине с фанфиком-кроссовером?

– Я думал, что я его засек. Даже какой-то лучик творческой энергии отследил. Только совсем уж левый. Сначала я во что-то верил. Теперь-то знаю, что даже если произведение икс существует, то на мою эпопею там максимум – легкий намек. Такое чувство, будто я персонаж не написанного приквела.

– Ты чего хотел добиться?

– Я хотел всем доказать, что Совет Кураторов придуман. В идеале, добыл бы первоисточник и перешиб бы все карты шишек из совета. Сдался бы и выдал доказательства на блюдечке. Победителей не судят. Ты же был погруженцем и сам должен понимать. Но не вышло. Проиграл. Пожалуй, я заслужил электронную кому. За дурость!

– Вот это без всяких сомнений! И, блин, Крис, почему такое дебильное название – «Соник Икс»?

– А вот названия уже выбирал не я. Это на совести рисовавших аниме. Самому не нравится.

– И зачем ты мне это рассказал?

– Приглядывай за вселенной Соника! Чую, что-то там будет нечто этакое!

– Этакое? После того что ты устроил? Первый и последний, великий и могучий Торндайк пробыл властелином вселенной Соника полгода, забив на все наши законы. И после этого он заявляет, что еще будет нечто «этакое»! Да вы юморист, батенька.

– Чую, что Совет Кураторов и Соник как-то связаны. Доказательств – ноль. У меня на руках только интуитивные догадки. Навряд ли ты что-нибудь обнаружишь, но держи ухо востро. Может быть, основные события этой истории впереди. – После этой реплики лицо Кристофера из заговорщицкого стало равнодушным. – Ладно, не палимся. Ты меня просто извещаешь о моей участи. Нотации и морали еще почитай для правдоподобия.

Через сканер стало видно, как белый кокон, хлопьями осыпался со стен камеры. «Я тебе сейчас начитаю, идиот» – Зло подумал Николо Ваваропи.

Май 2009 года.

– Здравствуйте, ребята. Меня зовут Николо Ваваропи. Так получилось, что именно я ваш новый учитель истории. Отца моего звали Коррадо. Но Николо Коррадович звучит очень глупо, поэтому зовите меня сеньор Ваваропи.

Старший куратор устроился в школу, чтобы поближе ознакомиться с несколькими ребятами. Иногда Совету Кураторов было необходимо вербовать свежих сотрудников, могущих соображать. После некоторых розысков, старший куратор лично решил ознакомиться с будущими сотрудниками. Тем более в этой школе (о, везение) было несколько очень талантливых ребят. Сеньор Ваваропи даже не стал менять себе внешность и имя. Зачем? После окончания его все здесь забудут. Нужная комбинация уже была заготовлена. А вот его ученица, что напросилась ему теперь в помощницы, себя замаскировала. Эми Роуз по легенде была новенькой в классе. Пришла за неделю до того, как на работу прибыл Николо Ваваропи. Только она выглядела не ежом, а человеком, и звали ее Эльвира Рогова. Сидела здесь же в классе, на второй парте около окна.

– Ладно, оболтусы, как у вас с домашним заданием?

Оболтусы дружно молчали. Очень сильно внимание Ваваропи привлекла так называемая «камчатка». Два балбеса, тезки, шепотком травили анекдоты. И ладно бы исторические. Но где там… Над историческими не ржали бы три окрестные парты.

– Димы! Горяченков и Медведев! Подъем. Кто-то из вас должен сейчас же выйти к доске.

Димы поднялись, несколько смутившись.

– Я ждать не буду. Решайте сами, или решу я.

Димы смутились еще больше. Дело запахло жареным. Учитель поглядывал на эту парочку с легким раздражением. В итоге, очередность выхода к доске была решена четырьмя раундами в «камень-ножницы-бумага».

– Итак, к доске выходит Дмитрий Медведев – Российская Федерация! – Крикнул Ваваропи, подражая спортивным комментаторам.

Кое-как оба Димки отмучались. Все-таки иногда попадаются раздолбаи, способные прочесть и осознать параграф из учебника по истории за одну перемену.

Позже, после конца учебного года сеньор Ваваропи рассказал Дмитрию Медведеву о Совете Кураторов и о том, что является одним из пяти основных кандидатов в кураторы вселенной «Сталкера». Рутинная беседа и воспоминания о ней теперь не так важны. Теперь, спустя почти год, Ваваропи вспоминал то, что ему пересказала ученица в тот день, после уроков.

Дело в том, что Эми Роуз на той же перемене хотела что-то спросить у Дмитрия Горяченкова, а тот в ответ выдал ей целую цепочку любопытных логических выводов.

– Эй, Элка. Я тебе сказать кое-что хочу.

– И что же? – Опасливо спросила Эми (которая теперь была «Элкой»), побаиваясь, что этот Дима вздумает пригласить ее на свидание.

– Я так понимаю, тебя к нам перевели по какой-то протекции. Вроде бы из детдома, как особенно одаренную ученицу. Какая-нибудь программа типа «дадим шанс детям-сиротам». Я так думаю, что ты у нас будешь углубленно заниматься историей.

– Как ты догадался? – Спросила Эми, то есть Элла.

Согласно легенде Эллу перевели сюда, как очень талантливого историка, с расчетом на то, что уходящего на пенсию историка заменит кто-либо, кто будет заниматься с талантливой ученицей индивидуально.

– Ты по истории отвечала просто на ура. И учитель наш новый на тебя так и зыркал. Да у вас даже пара индивидуальных уроков было, насколько я заметил. Ну, слухами земля полнится и все такое.

– Куда ты клонишь? – Эми начал раздражать этот ряд логических выводов.

– Предупредить тебя хочу. Этот лысый клоп запросто может оказаться педофилом. – Дима перешел на шепот.

– Чего?

– Того. Посуди сама. Константин Валентинович, наш бывший историк, доработал до 65, и собирался оставаться дальше. Он был живее всех живых. А тут появляешься ты, и буквально через неделю нашего «деда Кавэ» отправляют на пенсию. Давили откуда-то сверху. Наш директор относительно молод, школой руководит без году неделю, и ни за что не уговорил бы идейного учителя старой закалки уйти на пенсию. То есть какое-то начальство сделало все для того, чтобы ты и наш новый учитель время от времени уединялись в лаборантской по истории. О том, что такое помещение в школе существует, знают несколько школьников и половина персонала от силы. Плюс оно расположено в такой щели, что вряд ли технички тебя услышат, если даже ты закричишь. Засиживыетесь вы там допоздна.

– С чего ты взял такую ерунду?

– Ты в этом плане очень удобна. Родственников нет, связей нет. Даже если потом будешь жаловаться в милицию, вряд ли поможет. Плюс к тому, это очень глупо начинать занятия в конце года за пару недель до каникул. Мне, если честно, самому слабо верится в такое. Есть способы провернуть такое и попроще. Но я просто не могу представить, зачем еще надо все обставлять для таких встреч.

Эми даже чуть-чуть обиделась за своего непосредственного начальника.

– Ты прав, идея бредовая. Я уже два раза с ним занималась. Он ко мне не приставал.

– Это я заметил. Если бы к тебе поприставали, на тебе это бы отразилось. Такую травму непросто скрыть от окружающих. Ты меня извини, если напугал. Но некоторые меры предосторожности ты прими. Черт, я не знаю, где ты можешь добыть диктофон, или скрытую камеру. И вообще, я думаю, ваши появления хоть и были с разницей в целую неделю, но они как-то связаны. Слушай, а вы часом не наркоту в школе так распотранять думаете?

– Фантазер ты. – Фыркнула куратор.

– Возможно. Но мне просто не дает покоя вся эта ерунда. Что-то наш безволосый учитель скрывает, точно тебе говорю. И реально, будь осторожнее.

По лицу Димы было заметно, что он действительно этим обеспокоен. «Да ну тебя» -, отмахнулась Эми. А вот про себя куратор восхитилась проницательностью Горяченкова. Конечно, до истины, ему было, как пешком до марса, но он раскрыл и уточнил все подозрительные моменты в деталях легенды. Восхитилась Эми настолько, что подробно пересказала разговор сеньору Ваваропи. Тот посмеялся, решил познакомиться с Горяченковым поближе, да руки не дошли. А у Эми, как позже выяснилось, дошли.

Февраль 2010 года.

Центр Силы рассеянно полистал доклад сеньора Ваваропи.

– Ты и, правда, думаешь, что я буду все это читать? Ты же не первый год тут работаешь. Рассказывай сам все.

Сеньор Ваваропи на эту фразу и рассчитывал. Без бумажки к главе всего Совета Кураторов его бы не пустили. А читать это он вряд ли бы стал. К счастью, Центр Силы даже не вчитался, ибо доклад был составлен по древнему студенческому методу «так как это никто не читает, для простоты расчета примем число пи равным пяти». Надо сказать, что первый Центр Силы выбрал в свое время очень интресную тактику внушения благоговейного ужаса подчиненным. Он просто завел традицию являться на глаза подчиненным только в обличии какого-нибудь диктатора. Традиция оставалась нерушимой. Каждый сотрудник знал – увидел в коридере Аугусто Пиночета, значит повстречался с «самим». Теперь же перед старшим куратором игрового отдела сидел Мао Цзэдун.

– Мною замечены проявления нелегальной деятельности с комбинациями творческой энергии. Во вселенной «Sonic the hedgehog» происходит нечто странное. Очень странное. Там внутри, как будто какая-то машина. Ну, что-то непонятное, составленное из тысяч комбинаций связей творческой энергии. Точнее разобрать невозможно. Объект слишком хорошо замаскирован. То, что я его обнаружил, иначе, как чудом не назовешь.

– Это я уже из доклада понял. Я его даже чуть-чуть почитать тут успел.

– Почитать? – Слегка заволновался Николо Ваваропи, всерьез опасаясь неэффективности древнего студенческого метода в таких обстоятельствах.

– Мне плевать на детали. С деталями разбираются мои подчиненные. Главное – ухватить суть. Ты мне сам все сейчас изложил. Есть еще что-то, о чем мне действительно следует знать?

Слово «действительно» Центр Силы специально выделил интонацией, намекая на желание избежать избыточных деталей.

– Есть один нюанс. В докладе поместить его больше, чем на двух страницах не получилось. Но он очень важен.

– Как в том твоем похабном анекдоте про нюанс?

– Даже покруче. Дело в том, что около вселенной Соника вьется чуть заметная нить творческой энергии. Судя, по тому, что она охватывает несколько вселенных – это кроссовер.

– И что интересного в каком-то дохлом фанфике? – Презрительно фыркнул товарищ Мао.

– Список охваченных вселенных. Их довольно много. Приведу список тех, что вам хорошо знакомы: Соник, доктор Хаус, «Халф-лайф», Лост, Дум и «Комплекс».

– «Комплекс»? – Тупо переспросил Центр силы, не поняв, о чем идет речь.

– Раньше это был «Улей». – Уточнил старший куратор.

– Наша штаб-квартира? Ты спятил? – Центр Силы в облике Мао, посрамил все стереотипы об узкоглазых китайцах.

– Результаты замеров в докладе.

Мао начал нервно перебирать бумагу.

– Так, где там двои две страницы, умник?

– Пять страниц от конца. Там еще снимок потоков творческой энергии.

Центр Силы задумался. Очень сильно задумался. Он знал, что Ваваропи так просто с фальшивкой к нему не заявится, и на дурной розыгрыш не клюнет.

– Действительно, какой-то творческий первоисточник. Но правила запрещают сотрудникам писать какие-либо произведения о нашей вселенной. С этим у нас строго!

– Гляньте на источник. Он не в нашей вселенной.

Центр Силы минуты три вглядывался в несчастные две странички. Это все резко осложняло дело. Только что был поколеблено то, что было пятьдесят раз доказано. В утверждении, что штаб-квартира Совета Кураторов находится в непридуманной вселенной, никто не сомневался. Совет Кураторов непридуман. В этом тоже раньше сомнений не было. А теперь все стало с ног на голову. А делов-то на две странички.

– Ты понимаешь, что это значит?

– Понимаю. И поэтому прошу отправить меня на погружение.

Этот оборот речи связан был только с погруженцами. У детективов – дело, у врачей – случай, а у погруженцев – погружение. На столе уже лежало то самое, действующее удостоверение погруженца на имя Николо Ваваропи. Кажется, Центр Силы только теперь узнал, что старший куратор так и не был вычеркнут из списка погруженцев.

– Если это все фальшивка, то ты уволен без права на воспоминания.

– А если не фальшивка, то вы отправите именно меня на погружение. А это не фальшивка. Наша бюрократическая система начала гнить до того, как я стал работать в Совете Кураторов.

– Почему тебя, старший куратор? – Спросил Мао (в интонации же читалось «а не охренел ты, погруженец недобитый?»).

– Я знаю ответ на вопрос, что мучит вас четыре года. Торндайк рассказал мне все еще при задержании. Он специально заглушил прослушку, чтобы мне все рассказать. Звучит неправдоподобно. Но я сам не знаю, как он это тогда провернул. Он надеялся, что я сохраню тайну в случае чего. А вы все время на допросах задавали ему один вопрос: зачем? Я знаю ответ. Я готов вам рассказать, если вы отправите меня на погружение.

– Настолько, что предашь друга?

– Он-то как раз одобрил бы мое поведение в этой ситуации. Я очень хочу в этом разобраться. Вы отправляете меня на погружение. А я рассказываю вам о мотивах Торндайка. Это все взаимосвязано. Он предвидел подобное и просил лично меня разобраться. Я уже сделал некоторые анализы. Если это действительно какой-то творческий первоисточник, то его основные события начнутся меньше, чем через три месяца. До той поры надо внимательно наблюдать, а там смотреть по обстановке.

– Иди отсюда, дай подумать. – Махнул на него рукой Центр Силы.

Ваваропи спокойно вышел из кабинета, и вся непоколебимость вместе с уверенностью сошли с него, как вода с гуся. Пульс зашкаливал, руки тряслись, голова окончательно перестала соображать. Но дело стоило таких волнений. Старший куратор провел несколько часов, всерьез думая, а не принять ли ему успокоительного, да побольше. Он так еще никогда не волновался. Но, тем не менее, сумел взять себя в руки, когда к нему лично явился Центр Силы. На этот раз это был Сулла, древнеримский диктатор. Причем Сулла именовался так официально. Была такая должность в древнем Риме.

– Погруженцем ты был, погруженцем и остался!

Центр Силы припечатал какую-то бумагу ладонью к столу. Это был так называемый «погружающий» приказ. Выписывать такие имел право только Центр Силы. Именно поэтому кураторы просили помощи погруженцев только в самых проблематичных случаях. Немногим хотелось, чтобы их проблемы проходили через высшее начальство.

– Я свою часть сделки выполнил. Теперь очередь за тобой. На кой хрен Торндайк затеял весь этот цирк?

– Он предвидел эту ситуацию. И смог найти похожие потоки около своей вселенной тогда, накануне инцидента. Он хотел доказать нам, что Совет Кураторов придуман. Способ он выбрал очень рискованный и проиграл. Проиграл вчистую. Это все.

– Что значит все? Я не понял до конца.

– Он был уверен, что он главный герой того самого дохлого фанфика. Понимаете? Он думал, что в фанфике с его участием описывается деятельность Совета Кураторов. Действовал, как душа подскажет. Вот и доигрался. Не пан. Пропал.

– Теперь понимаю. – Нахмурился Центр Силы. – И ведь он был прав. Но я не могу его сейчас выпустить. Так что, поручить это дело тебе будет лучшим вариантом. Но ты не забывай, что тоже можешь доиграться. Если дело окажется липой, будете вместе в «гостинице» куковать. Я серьезно, Ваваропи.

– Как скажете, Центр Силы.

– Куратора вселенной Соника хоть информировать будешь?

– Нет. Она может запросто оказаться персонажем творческого первоисточника нашей вселенной.

– Непривычно звучит. Ладно, работай, погруженец.

Сразу же после того, как глава Совета Кураторов покинул кабинет, Ваваропи буквально упал в свое кресло. Еще через минуту весь этаж мог услышать «Йе-е-ес!». Некоторых сотрудников даже тянуло пойти проверить, все в порядке с их начальником. Все было в порядке, все прошло просто отлично. Сеньор Ваваропи больше недели готовился к этому дню. В основном, морально. Ведь Центр Силы был весьма суров, и не любил, когда ему ставят условия и предлагают сделки. Теперь нужно было вплотную заняться всем этим делом.

Глава 123 – «Объяснения»

Что это было? Я вспоминал прошлое этого лысого клопа? Видимо, да. А заодно, кое-что всплыло из моего прошлого. Только теперь я вспомнил, что у нас действительно был такой учитель истории, и что Эми (блин, это реально была она?) училась около пары недель в моем классе.

– Что вы сделали? – Спросила Руж.

– Загрузил вам напрямую свои воспоминания. – Улыбнулся Ваваропи. – А тем, кто не знает, еще загрузил и историю инцидента Икс.

Все мы были или удивлены, или ничего не поняли. А сеньор Ваваропи продолжал рассказывать, как ни в чем не бывало.

– С того момента я очень внимательно наблюдал за ситуацией. Эми, прости меня, что я вел себя так по-погруженски. Есть такая русская пословица: «назвался груздем – полезай в кузов». Мне пришлось влезть по самые гланды. Эта странная система становилась все более и более тяжеломаскируемой. Я думал, что моя ученица заметит и сообразит, что к чему. Но ты в упор ничего не видела. Попрошу всех присутствующих присесть и приготовиться досчитать до десяти. Я взял на себя смелость форсировать события.

Повисла такая очень нехорошая тишина. Почти как минуту назад. Только теперь никто ничего не понял. Но все на всякий случай приготовились. Фраза «форсировать события» напрягла всех.

– Я понял, что эта система как-то должна провоцировать сбои. Поэтому я сымитировал ее срабатывание. А если точнее, то немножко повлиял на исход последней встречи Соника и Роботника.

Примечание автора. Эй! Я такого сюжетного поворота не планировал! Я думал сделать это неудачным пробным пуском системы! Это моя книга, в конце-то концов.

Вот теперь до всех более-менее дошло. Больше всего оказались возмущены Соник и (вот уж не подумал бы) Котэ.

– Так это ты, гад?! – Соник готов был уже наброситься на этого начальника.

У Котэ была другая причина для негодования:

– Так это из-за тебя я две ночи не спал, выискивая ошибку?!

– Зато ты тогда нашел и исправил пятнадцать других. – Философски пожал плечами Шэдоу.

– Самое грустное, что Эми не стала к нам обращаться за помощью. Она просто запаниковала. Три дня моя бывшая ученица бездействовала. Я уже всерьез побоялся, что я сделал неверный ход, и что отправлюсь в «гостиницу» вслед за своим другом. Когда на такой исход моих неудачных действий намекнул Центр Силы, я по-настоящему запаниковал. Он прямо так и сказал: «Не выйдет у тебя, Ваваропи, тряхнуть стариной, так что помощника я тебе пока приставлю. Это будет твой любимчик – Григорий Арокис. И если и с ним не сможешь, то присоединишься к своему другу». Но, к счастью, ты в последний момент умудрилась вывернуться. Погруженец-нелегал. Метод, который давно не используется из-за жесткого контроля. Вот только контроль в последнее время стал не таким жестким. Стройка, бардак и все такое. Поэтому Эми выдернула и буквально заставила работать на себя одного талантливого школьника.

– Меня? Блин, вот как чувствовал, что не стоит тебе тогда эти подозрения выкладывать. Я думал – пальцем у виска покрутишь, а ты меня по чужим вселенным таскать начала. – Высказался я.

– Не перебивай, пожалуйста. Дай дорассказать. – Прикрикнул Ваваропи. – Первое, что сделал мой помощник – это напичкал тебя следящими комбинациями. И я начал следить за тобой. Все, что ты сделал, помню как сейчас: расследование, разговор с координатором, разоблачение Эми, поимка Котэ, отправка Соника на разведку, и его последующее лечение.

– Разговор с координатором? Это тоже было спланировано?

– Нет. Жискару действительно на все наплевать. Злые языки хотели ему налепить кличку «амеба», но не прижилось. Амеба не смогла бы держать «Инфу» в таком порядке. А я все это время пытался прощупать творческий первоисточник, управляющий твоими действиями. Мне даже удалось на него чуть-чуть повлиять. Тэк-с, сейчас поищу. Ага! Вот она, семьдесят первая по счету. Эту главу я буквально силой внес в первоисточник для того, чтобы найти его.

– «Не лирическое отсутпление». Стойте! Тут же про инцидент Икс написано. И о том, как вы этого самого друга навещали. Так вы заставили автора это написать?

– Скорее да, чем нет. – Скривился Ваваропи. – Просто повлиял так, чтобы событие вошло в книгу.

Примечание автора. Надо же. Никак все не мог понять, зачем мне этот филлер? Оказывается, мне он был и не нужен. Получается, теперь я на самом деле пишу не по своей воле.

– А потом был твой рассказ и твои планы на Исполнитель желаний. Правда, твой план я сразу понял. Для меня не было ничего сложного. Твой план не контролировался твоим творческим первоисточником. Такое могло быть, только если ты догадался, что ты персонаж. Создать нечто, что способно перенести тебя к автору, ход настолько же очевидный, насколько и умный. Может даже и гениальный. Не зря же автор сделал тебя таким крутым импровизатором. Ты отправился во вселенную Сталкера. К моему счастью, там был куратором твой бывший одноклассник. К моему несчастью, другие кураторы начали находить твои следы. Мне поступили жалобы от кураторов вселенных «bioshock» и «half-life» по поводу каких-то неизвестных существ, побывавших у них нелегально и повлиявших немного на основные события игр-первоисточников. Они грозились дать делу ход. Очень сильно грозились. Я пошел на крайнюю меру. Оцепление. Официально «заметил» неполадки во вселенной Соника, и согнал туда всех погруженцев. Все иные проблемы просто отошли на второй план и дело замялось.

Вот на этом месте я почувствовал себя полнейшим идиотом. И не только я. Эми аж за голову схватилась. Нас пасли. А за моими подвигами следили, начиная с первой минуты. Все наши опасения, предосторожности и конспирация, которых по большому счету и не было, оказались нужны, как мертвому припарка. Более того, наши косяки прикрывались на самом высоком уровне. А ведь я действительно думал, что загадочный «голос» какая-то крутая шишка и мастер шпионажа. А тут выясняется…

– Все бы ничего, только с этим преобразованием, или что там это было вышел полный армагедец. – Продолжил рассказ Ваваропи. – Когда эта ваша штука рванула, Центр силы не объявил официальный провал только потому, что не смог. Нашу штаб-квартиру тоже задело. Как я потом узнал, официальный приказ о моей отправке в «гостиницу» был уже готов. Но обошлось, потому что я нашел тебя в какой-то незнакомой вселенной, где и находился наш первоисточник. Теперь я ясно знал, что это книга, представлял себе объем первоисточника. Но самое главное, он отслежен и даже может быть мне подконтролен. В принципе, я засунул туда «на пробу» целую главу о своих воспоминаниях. Ну, то, что вы сейчас вспоминали. Это глава номер 122 – «Воспоминания об одной безумной идее.»

Примечание автора. И это тоже? Какого? Я вообще-то на что-нибудь теперь влияю? Меня же до конца жизни теперь будет мучать вопрос, где я сам написал, а где на меня слегка повлияли. И для этой части процент получается мизерным. Блин!

– А то, что это запрещено вас не смущает? – Поинтересовался я причинами такой наглости.

– Пока я на погружении я могу делать все, что сочту нужным для решения задачи, при условии, что задача будет решена. Золотое правило, все-таки.

– Что теперь будет с нашей вселенной? – Спросил Шэдоу. – Мы теперь неподконтрольны творческому первоисточнику.

– Это решать не мне. – Ответил начальник Эми.

– А кому?

Черный еж еще и взглядом намекнул, что очень хочет разобраться в этом вопросе.

– Мне! – Заявил… Александр Григорьевич Лукашенко?!

Примечание автора. Чего?!!

Глава 124 – «Центр силы»

Еще одно действующее лицо. Как будто и так было мало. Рост намного выше среднего, лысина с сединой по бокам, суровый взгляд, колоритные черные усы. Прямо, как в ящике. Помню, как с Медведевым за ручку здоровался (с президентом, не с куратором).

– Я Центр силы. Облик ненастоящий – просто традиция. Я являюсь главой Совета кураторов и отвечаю за вселенные, подконтрольные творческим первоисточникам.

«Последний диктатор Европы». Да, лепили как-то СМИ ему такой ярлык. Так что условно традиция не нарушена. А Шэдоу смотрит на него как бунтарь на диктатора. Отчасти так оно и есть. Вот только переплетешься в этих «отчастях» раз пятьдесят, пока поймешь что к чему.

– Хотел бы спросить, кто вашу шарашкину контору на это дело назначил, но ответ уже стерся за давностью лет. А наша вселенная уже не подчиняется ни вам, ни «Сеге».

– И где же, юноша, вы будете брать энергию, чтобы ваша вселенная не развалилась на части?

– Товарищ Центр, все уже продумано. – Встрял Котэ. – Будем брать там же, где и раньше.

На рыжего, нет, уже черно-серого полосатого кота, посмотрели как на пьяного идиота, решившего еще с утра, после окончания вечеринки и опохмела сплясать на столе. Он же, не встретив одобрения, только приподнял усы и пустился в пояснения:

– Поясняю. Энергия будет браться там же, где и бралась. Точнее будет не браться, а направляться. Небольшая модификация кураторского контент-фильтра. Ну, того самого, которым Эми порнуху четыре года отцеживала из фантазий разработчиков. Не отклоняет лишнюю энергию, а перемалывает ее до такого состояния, что она просто наполняет вселенную, ни на что не влияя. Лишним у нас является все. Только, чтобы заработало, надо было сделать одну мелочь: разорвать все связи и восстановить их. Этим мы последнюю неделю и занимались. С главным техническим нюансом разобрались. Через недельки три фильтр запустится и все будет хорошо.

– А до тех пор на внутренних источниках держаться будете? – Спросил Центр силы.

– А почему бы и нет? Давайте так, если выдержим, и все заработает, то вы от нас отцепитесь. Ну?

Котэ протянул лапу Центру силы в обличье Батьки. Тот ее отклонил.

– Не стой, клоп мелкий мне сделки заключать. Но предложение дельное. Шэдоу, ты согласен?

– Да. Если фильтр через три недели заработает как нужно, то мы никому не подчиняемся. Иначе все остается по-старому, как было до этого.

– Идет.

– Идет.

Эти двое просто так заключили сделку, решающую судьбу вселенной. Шэдоу был уверен в том, что все пройдет как надо. Центру силы было по большому счету плевать на эту вселенную. Это было мелочью, если сравнивать с работой старшего куратора и, по совместительству, погруженца. Именно от нее зависела судьба организации, и именно для того, чтобы лично узнать ее результат Центр силы прибыл сюда лично. Ну, это насколько я понял. По лицу было видно, что ему глубоко до лампочки Шэдоу и все остальные. Ему нужно было переговорить с этим Ваваропи.

– Николо Ваваропи, огласите итог погружения.

Тот заулыбался и весело, немного волнуясь, начал докладывать.

– В результате погружения доподлинно установлено, что творческим первоисточником вселенной «Комплекс», являющейся штаб квартирой СК и считавшейся ранее непридуманной, является книга под названием «Сбой». Доказательства и предварительный текст книги уже передается вам.

Центр Силы внимателно изучал анализ, замеры, снимки потоков творческой энергии, лично ощупывал нити энергии, ведущие из этой вселенной к «Комплексу» и творческому первоисточнику. Он долго пытался поверить, принять тот факт, что уже более ста десяти лет Совет Кураторов шел ложным путем. Эта организация создавалась, чтобы найти непридуманную вселенную. И даже нашла. Точнее очень долго в это верила. Теперь же у всей этой организации должны были очень сильно пошатнуться догмы и стереотипы. Но раз они ложны, их нужно сокрушить, и продолжать поиск. Непридуманную вселенную нужно найти.

– Ладно. Ваваропи, ты победил. Я все-таки оформлю чудачества твоего дружка, как неудачное погружение с последующим устранением последствий. Но Кристофер Торндайк не покинет «гостиницу», дабы избежать кривотолков. Лабораторию для исследований он получит прямо там.

На этом месте все сотрудники СК рангом ниже старшего куратора очень сильно удивились. Три погруженца и два куратора хором крикнули:

– Вы его отпустите?!!!

Кто-то из них прошептал «еще и лабораторию даст». Центр силы потупил глаза и как-то смущенно пояснил:

– Я тогда переборщил. Был же зол, как черт. И решил, что раз ему так хочется идти ва-банк, то пусть идет. По условиям сделки в случае удачи, я отпускаю Торндайка. Иначе Ваваропи прямо туда, к другу. Вот собственно и все. Только я взял с него обещание не рассказывать об этой сделке ничего. Насчет лаборатории: нам нужно вновь исследовать вопрос непридуманной вселенной. Как оказалось, бывший куратор понимал в этом вопросе больше всех нас вместе взятых.

С восхищением смотрю на старшего куратора. Вот ведь лысый клоп! Вся эта охота на автора долбанного фанфика была спецоперацией по спасению друга. Кое-что о совете я почитал в глоссарии. И мог заценить момент. Это было приблизительно так же круто, как если бы Березовский пришел к Путину и сказал бы что-нибудь вроде «Владимир Владимирович, отпусти-ка ты Ходорковского, а я для тебя что-нибудь очень крутое сделаю. Например, сделаю так, чтобы США стало частью России». И ведь сделал же! И отпустили же!!!

Примечание автора. Да я тоже вроде как в шоке. Не думал, что я им так сильно понадоблюсь.

– Шэдоу уже вне нашей юрисдикции. Ему ничего мы не сделаем. Не имеем. А вот Котэ надо бы арестовать. Он едва не довел меня до состояния овоща. – Закричал Арокис.

– Да ладно вам! Не обижайтесь так. И вообще, мне надо тут задержаться на пару дней, посмотреть, как оно и что. Проконтролировать. Чтобы все заработало как надо.

Трое погруженцев начали потихоньку окружать бормочущего Котэ. Окружали они его не только физически, обступив со всех сторон. Были еще подготовлены специальные комбинации. Но Котэ был хитрой и изворотливой тварью. Теперь это выразилось в том, что он исчез. Он просто исчез.

Центр силы только рукой махнул. Мол, никуда он от нас не денется, оцепление-то все равно остается. И еще подозвал к себе Сальвадора Комего. Они о чем-то заговорили. Я расслышал только что-то про этого засранца Гаррисона, и про нового координатора. А еще заметил, что у этого испанца (или чилийца?) была улыбка от уха до уха. Чем дольше говорят, тем шире улыбка. Его что, на эту должность назначили? Каким макаром? Ладно, не мне об этом гадать. Похоже, все эта команда собралась уходить. Но глава Совета Кураторов решил еще одну проблему с персоналом.

– Эми Роуз, ты уволена.

Любого белоруса по глубины души проняла бы эта картинка – Александр Лукашенко, лично заявляющий «ты уволен». Но Батька был ненастоящим, да и Эми была не белоруской. А уж ее темперамент никак не сочетался с пресловутой «памярко?насцю». Поэтому она не стала пугаться большого начальства. Тем более никто из присутствующих больше не был ее начальником.

Примечание автора. Памярко?насць. Переводится на русский как «рассудительность». На деле же чаще всего получается философское равнодушие.

– Больно надо!!! Обманщики!!! Выметайтесь!!!

Центр Силы исчез. Ваваропи тоже ушел. Покинули эту вселенную все сотрудники СК, кроме Димки Провода. Тот объяснился просто.

– И так повезло, что меня тут Центр не заметил. Вломил бы за отсутствие на рабочем месте за милую душу. Пересижу здесь пока, пережду. Нычку для прохода за погруженский кордон я оставил. В Монолите было много энергии, и то, что он сделал должно прокатить. Тебе ж надо еще рассказать, что с Монолитом было, когда ты ушел оттуда. Заодно потреплюсь со старым товарищем. Когда еще увидимся.

– Ага. Только одну объяву сделаю. – Ответил я.

Что ж, это безумие закончилось. У соника и компании новый дом, СК получил новое направление для развития, пора мне подвести некоторый итог. Все молчат, не зная, что делать. Что ж, это их дело. Раз так, я громко объявляю:

– Все! Решены все проблемы. Цирк закончился, клоуны свободны. Я завершил свою работу! Это – конец!

Глава 125 – «Уговор дороже денег»

И тут, наконец-то, до всех зверей, то есть антропоморфов, дошло, что можно уже обниматься и радоваться. Хрен его знает, чего они до этого ждали, но теперь началось: бросаем чепчики в воздух, кричим «ура», обнимаемся, плачем, делимся впечатлениями, ругаемся, дискутируем, вновь обнимаемся, смеемся. Только мы с Димкой, как два идиота, думаем, что нам со всем этим делать. В конце-то концов, я на другой результат рассчитывал. Это было напоминанием, вообще-то. Ладно, попробуем еще раз.

– Эми! Я завершил свою работу. Теперь все хорошо. Ау-у-у-у!

Да им на меня наплевать теперь. Что ж, мне тоже. Но кое-что еще осталось. Куратор нет, Эми меня не слышит, но я все еще могу позвать голос. Отзовись-ка та скотина, что меня сюда притащила.

«Чего тебе надо?»

Моя работа завершена. Все. Собственно, нужно стребовать оплату.

«За что? У вас же ничего не вышло»

Что не вышло? Напомню уговор. Если после того, как я закончу работу, сбоев не будет, то будем считать, что я заслужил студенческий билет.

«Ага, только вот… Вот… Вот блин!»

Именно. Я так полагаю, голос попытался найти в новой вселенной хоть один сбой.

«Это нечестно. Здесь сбоить нечему!»

В том ведь и фишка. И ничего сбоить не будет. Мне пообещал один хороший человек, что все будет хорошо.

Примечание автора. Под дулом автомата и не такое пообещаешь.

«Почему ты сам не воспользуешься модулем, чтобы все сделать»

Во-первых, я так многому и не научился. В конце-то концов, я только-только начал пользоваться этой штуковиной. Во-вторых, у меня все еще нет координат моей родной вселенной. В-третьих, это дело принципа. Я в первый же день себе поклялся, что этот голос мне за все заплатит. И не забудь как-нибудь объяснить моим родителям, где я был все это время.

«Вы мастер импровизации, и у Вас есть координаты вашей вселенной. В истории перемещений найдите координаты „Комплекса“. Это и есть ваша родная вселенная»

– Дима. Ты живой? – Тыкает меня в бок Провод.

Что ж, я живой. Даже отвечаю ему, что задумался. Но мозг занят перевариванием того факта, что я после всей этой катавасии с «расследованием» очутился, по воле рандома (а вместо рандома тогда был один ушлый человечек, по имени Эдуард), дома. Я живу в одной вселенной и на одной планете со штаб-квартирой Совета кураторов. Вот оно что. Блин! Но если голос перешиб первые два аргумента, то с третьим он, тьфу, она ничего не сделает. Дело принципа. Голос должен мне заплатить за все мучения.

«Как будто мне было легко! А вы мелочная тварь!»

Да, я таков.

«И девушки вас не полюбят!»

Что ж, может одиночество до старости и лучше. Но мне все еще не заплатили.

«Ладно! Но потом мы забудем о существовании друг друга. Вы мне слегка опротивели»

Хм, мой работодатель опережает мои мысли! Дельное соображение.

– Соник, мне нужно кое-что уладить. Ребята, я отлучусь ненадолго. Мне надо разобраться с тем, что я должна.

Любопытно посмотреть. Наклз наконец-то вспомнил, что у него там остров в воздухе болтается и должен скоро рухнуть. Удирает он с космической скоростью. Интересно, сильно теперь изменился ландшафт и долго ли этот остров он будет искать? Тоже мне, почетный караул. Все удивлены, а вот Руж искренне обижена. Ладно, не предъявил мне претензии этот гвардеец, и на том спасибо. Через минуту меня уже здесь не будет. А летающий остров – это уже его проблемы. Надоели мне они все.

Ха! Вот я и дома. Кстати, голос, с тебя еще урегулирование всех психологических травм. Меня, наверное, дней десять тут не было. Родители, небось, очень сильно удивятся. Мне это не нужно.

– Можешь говорить вслух. – Заявляет Эми, то есть Эльвира Рогова. – Теперь эта конспирация бесполезна. Память окружающих я поправлю. Придется поработать.

М-да, она вновь выглядит, как обычный человек, который около месяца отучился со мной в одном классе. Мы уже дома. Мать еще не пришла с работы. Вот и моя комнатушка. Отсюда виден подъезд, из которого меня так бесцеремонно выдернули, чтобы я спас чужую вселенную. Бывает и такое, как оказалось.

– Ну, так что? Сколько денег тебе воплотить, чтобы ты точно поступил куда нужно? – Спросила Эми. – Или придумаешь другие варианты? Могу обеспечить тебе наивысший результат. Передача ответов и решений прямо в голову. Выбирай.

Хм. Вот оно что, все-таки взялась выполнить свое обещание, не отправила куда подальше, хоть и имела возможность.

– Я думаю о том, чтобы пойти в СПБГУ ИТМО. Думаю, профессия программиста будет очень неплохим вариантом. Особенно, если я отучусь в Питере. Ранее это была недостижимая мечта. Да и теперь оба твоих плана вряд ли сработают. Максимальный балл на ЕГЭ вряд ли будет гарантом, когда конкурс больше десяти человек на место. Мы подстрахуемся.

– Я не поняла тебя?

– Через несколько дней в Ханты-Мансийске состоится Всероссийская олимпиада школьников по информатике. Если я там урву хороший приз, и покажусь на глаза какому-нибудь преподавателю, то возможно и выгорит. А они там наверняка будут, чтобы подобрать пару талантов. Сможешь?

– Олимпиаду проверяют компьютеры?

– А потом твои решения еще смотрят люди. Это несколько усложнит задачу, я так понял. Справишься?

Куратор, голос, Эми Роуз и Эльвира Рогова в одном лице думает, сможет ли она расплатиться со мной. Видимо, то, что я заказал не так уж и просто. Но ведь сама же сказала «можно подобрать другие варианты влияния». Я ей тогда нож к горлу не приставлял и пистолетом в висок не тыкал.

– Согласна. Считай, что сделано.

Меньше чем, через полгода, я уехал учиться в Петербург. Мне намекнули, что занятия олимпиадой неплохо бы и продолжить. Пришлось вежливо отказать, и пообещать участие в научной жизни альма матер. О том, как я на самом деле выиграл эту олимпиаду, я и думать забыл. Пару раз приходил Ваваропи (а почему б и не сходить, если штаб-квартира СК, как выяснилось, находится в моей вселенной, да еще где-то в пределах СНГ), намекал на то, что желает видеть в своих рядах. Порывался рассказать о том, как там мои звероподобные друзья, и что у них там вышло с новым домом. Но мне это все неинтересно. И погруженцем мне больше быть не хочется. Нет уж, спасибо. Мне и без того весело в этой жизни. Дурных приключений хватило на всю жизнь. И я доходчиво объяснил автору, что будет при попытке написать продолжение. В качестве единственного напоминания я повесил у себя в общежитии распечатанный демотиватор, который сам же и создал. Изображен там кубик Рубика, где цвета граней расположены как нужно. Только рядом набор красок и еще не засохшая кисть. Подпись – золотое правило погружения: «Забей на все и решай проблему. Победителей не судят»

Часть десятая

«Эпилог»

Глава 126 – «Для автора»

Дорогой автор. Пишет тебе прямо сюда старший куратор игрового отдела Николо Ваваропи. Личную встречу с тобой считаю бессмысленной, так как тебе теперь, благодаря Горяченкову, хорошо известно, что Совет кураторов реален. Тот факт, что ты его придумал, нисколько тому не мешает и не противоречит. Возможно, тебе покажется наглым, что я вписываю целые главы в твою книгу. Эту можешь стереть, а можешь и оставить. Моя афера и так уже стала частью этой истории. Поэтому я полагаю, что мое письмо к тебе здесь лишним не будет. В любом случае, решать тебе.

Нет, из любопытства я был бы рад тебя встретиться с тобой лично. Но с этим придется подождать. Теперь у нас всех дел по горло. Да я и сомневаюсь, что тебя тянет со мной встретиться. Соник, я думаю, вряд ли захочет к тебе в гости.

Пишу же я тебе по большей части для того, чтобы предостеречь и попросить. Несмотря на то, что Димка Горяченков с тебя это уже стребовал, я все же повторюсь – лишним не будет. Не пиши никаких продолжений, приквелов, ответвлений, рассказов, повестей и романов каким-либо образом связанных с СК. Поверь, в наших рядах хоть и царит беспорядок, но испыватывать на себе постоянный контроль мы не захотим. Особенно этого не приемлет наш Центр силы. Вполне может быть, что именно поэтому он не стал применять против Шэдоу какие-либо санкции. Вошел, так сказать, в положение. В данной ситуации забавно то, что у меня и Шэдоу была одна и та же цель: освободиться от контроля творческого первоисточника. Дело ведь было даже не в вопросе непридуманной вселенной. Одна только мысль, что на СК кто-то влияет, жгла нашего начальника, как горячий уголь на стуле. Хотя, тебе, наверное, привычнее сравнение с шилом.

Я что-то отвлекся. Нужно повторить самое главное. Ни при каких обстоятельствах не пиши продолжений.

Засим откланяюсь. Николо Ваваропи, старший куратор игрового отдела Совета кураторов.

Примечание автора. Как видите, письмо я не удалял. Только вот хоть убей не пойму, когда сеньор Ваваропи успел залезть в мой ноутбук. Продолжений обязуюсь не писать, но пару глав эпилога, чувствую, еще дописать нужно. Они здесь нужны для окончательного завершения истории.

Глава 127 – «Лирическое отступление»

Наклз сейчас попал в очень нехорошую ситуацию. Он должен был охранять главный изумруд, который удерживал остров Ангела от падения. Надо было стребовать и с Димы, и с Руж некоторые объяснения. Их надо было расспросить на тему «а куда же вы дели то, от чего зависит жизнь моей Родины». Только вот сначала было необходимо найти эту Родину. Остров Ангела был летающим, поэтому мог оказаться где угодно. Вдобавок к этому, вся планета изменилась. Незначительно, но легкий сдвиг ландшафта, когда какая-нибудь речка оказывается в пятнадцати километрах к северу от своего старого русла, неслабо затягивает поиски. С другой стороны, летающий остров очень заметен.

Расспрос всех встречных-поперечных не давал никаких результатов. Никто не видел острова парящего в небе. Панику, которая охватила Наклза, трудно даже описать. Он практически всю жизнь отвечал за безопасность Родины. А тут такое. Надо ли говорить, что он облазил всю округу? И плевать на отсутствие надежды и всяческих перспектив. Целых три дня длились поиски. Подходили к концу две недели с тех пор, как остров летал на тяге заменителя. После этого он должен был рухнуть. Так ведь дело не ограничивалось тем, чтобы найти остров. Надо было еще найти «двигатель». И воровку. С нее и надо было начинать. Но что поделаешь? Погорячился, рванул не на те поиски. Сглупил по-страшному.

А завершились они неожиданно. Только на четвертый день, с вершины одной из высочайших гор, удалось разглядеть знакомые ландшафты. Родные леса и водопады были на той же высоте, что и раньше. Только находились они не совсем на острове. Теперь правильней это было бы назвать плато Ангела. одной из гор была срезана вершина, и на ее место как будто вставили летучий остров.

Тяжело было туда залезть. Еще тяжелее переварить эту информацию. Самое смешное, что Мастер-изумруд оказался на месте. Прямо на нем спокойненько дремал рыжий кот. Наклз сразу понял кто это. Поэтому он без лишних разговоров схватил Котэ за шкирку и потащил куда подальше.

– Ай! Поставь меня на землю. Разговор есть.

– Да ну. Надеюсь, я после этого разговора не окажусь черт знает где, и не свихнусь после этого, а?

– Извини. Меня тогда почти взяли за жабры. Надо было отвлечь этих ребят. Я выбрал самый безболезненный вариант. Извини. Не хотел я такой фигни. Хорош меня тягать за шкирку, я уже не в том возрасте, чтобы так передвигаться!

Наклз немного подумал, и все же поставил Котэ на землю.

– Так, зачем ты сюда явился?

– Во-первых, извиниться. Во-вторых, поприкалываться над тобой на тему твоих жизненных планов. Только ты, я смотрю, не в настроении.

– Слишком странное сочетание жизненных планов у тебя самого. Объясни мне, что случилось с островом Ангела?

– Да ничего не случилось. Просто сдвинулся немного, как и все здесь. Я сам в шоке был. А мега-камень на место вернулся. У нашей вселенной же был полный ресет. Так чем теперь займешься?

– Буду стеречь Мастер-изумруд, чтобы…

– …остров Ангела не рухнул с небес. – Улыбаясь, закончил Котэ. – Молодец. Продолжай дальше. Мы все очень ценим твой упорный и ударный труд.

– Но без Мастер-изумруда… Ты что, издеваешься?

– Дошло. Я рад, что ты развиваешься. Ладно, извини, что так получилось. Я не хотел, честно слово. Пока.

Котэ исчез. А до Наклза наконец-то дошло, что ему действительно надо будет заняться чем-либо еще.

Сразу же после этого Наклз попробовал вынять Мастер-изумруд из алтаря. Не случилось вообще ничего. Раньше этот священный изумруд источал какую-то неведомую силу. Теперь же это был камень, как камень. Только очень большой и драгоценный.

– И что мне с тобой делать? – задумчиво произнес бывший страж.

Да, бывший. Ибо теперь окончательно стало ясно – этот изумруд здесь абсолютно не нужен. Как глупо получилось. Та страшная сила, действительно изменила все. И теперь надо было учиться жить заново.

– Так что мне с тобой делать? – Задумчиво повторил Наклз.

Вообще-то у него была одна идея. Только она ему не нравилась. Как-то это неправильно. Но с другой стороны – теперь-то Мастер-изумруд действительно никому не нужен. Почти никому.

Еще три дня прошли в напряженных поисках и расспросах. Искал Наклз не иголку в стоге сена, но все-таки проблем хватило. Но все же он ее догнал! Нашел! Автобусная остановка. Они одни и есть еще пять минут времени. И только теперь, когда Руж обернулась, был наконец-то задан самому себе нужный вопрос: «А оно тебе надо?». Думать над ответом уже поздно.

– Наклз?!! А разве ты не должен защищать свой чертов изумруд?

– Нет.

– А чего же тогда умчался, даже не попрощавшись?

Наклз попал в неприятную ситуацию. Руж злилась и явно была готова приступить к драке.

– Не сразу узнал обо всем…

– Чего же ты теперь не сидишь на своем острове? – Злость сменилась ехидством, и неизвестно, что было хуже.

– Так нету острова.

– Упал?

– Нет, не совсем. Ты не пугайся, все живы. Просто острова нет.

– Как и моего тайника? Просто исчез, когда все вокруг поменялось? Исчез вместе с треклятым мастер-изумрудом? – Злилась эта баба все больше и больше.

– Не совсем.

– Толком объяснить не можешь?

По минному полю с завязанными глазами пройти спокойнее, чем найти нужные слова. Иногда предпочтешь осколочную мину взрыву женских эмоций. Но разговор надо как-то закончить. Времени до автобуса самый чуть-чуть.

– Это теперь не остров. Он вделан в гору. Поэтому ему не нужно парить в воздухе. И изумруд больше не нужен.

– А от меня ты чего хочешь?!

Вот он – момент истины. Голова и тело действуют по отдельности. Голова пытается успокоить расшалившиеся нервишки. Тело действует осмысленнее. Пойти, достать из-за кустов мастер-изумруд, и воткнуть прямо у нее перед носом. Сделать просто, решиться почти невозможно.

– Бери. Больше он мне не нужен.

Как раз в этот момент приезжает автобус. Он заполнен только наполовину, но от этого не намного легче. Руж не сразу соображает, что перед ней, потом изумленно шепчет «так даже не интересно». Все пассажиры прилипли к стеклам. Водитель не полез смотреть только потому, что ему через боковое стекло неплохо все видно. Все. Можно считать, что все мины подорваны. Сапер, которому нечего терять, не может ошибиться. А даже если и ошибся? Что ему терять.

– Ты с ума сошел? Свихнулся? Дурак. Что значит «не нужен»?

– Ну, так, не нужен. Он же больше не магический вроде как бы… Он теперь ничего не держит. Я и решил, что он кроме тебя никому уже и не нужен.

– А как же «скорее конец света наступит, чем ты получишь Мастер-изумруд»?

– Так был же конец света, кажется. – Нашелся Наклз.

– Ты что, действительно припер мне драгоценный камень, стоимость которого измеряется в миллиардах, со словами «никому больше не нужен»? – Критически спросила летучая мышь.

– Да.

Что тут еще скажешь, кроме правды? Следующие полторы секунды как-то нехорошо растянулись. Наклз думал, что не столкнется с такой проблемой. В конце-то концов, он от природы красный. Значит, покраснеть от смущения ему вроде как не грозит. Теоретически. На практике выяснилось, что лицо у него может краснеть и краснеть. Это ощущение жара в лице больше ни с чем не сравнишь и не спутаешь.

– Так ты берешь его, или мне уносить обратно? – Трудно даже представить каких усилий стоили эти слова бравому кавалеру.

Руж удивленно ахнула, закрыла лицо ладонями, и захихикала. У нее даже крылья мелко дрожали. Пассажиры безмолвно наблюдали. На расписание, похоже, водитель наплевал. Это и ее «хи-хи-ха-ха», вывели Наклза из себя окончательно.

– Что тут смешного?!! – Заорал Наклз во всю глотку.

– Наки, прости. Извини, я не могу… Я же совсем по-другому это себе представляла. – Она уже не просто хихикала, а давилась смехом пополам со слезами, опершись на исполинский камень. – Ну не думала я, что ты сам его притащить. Ой-еееей, не могу…

Идиотизм ситуации усиливался. Последней каплей стал крик какого-то пассажира из окна «вы целоваться собираетесь, или нам дальше ехать?».

– Да пошли вы все!!!

Наклз зашагал подальше от всех. От водителя, пассажиров и этой проклятой воровки. Лишь бы только поскорее забыть это унижение. Хотел же, как лучше. Почему все всегда идет наперекосяк? Одно утешение – автобус все-таки тронулся с места. Очень хотелось, чтобы эта напыщенная идиотка поскорее уехала. Полегчало, только когда от одного удара кулака сломалось пополам дерево, в две ладони обхвата.

– Наклз! Подожди, я не хотела, честно. Эй, не обижайся! Я же не нарочно. Наки! Стой, дурак! Стой! Да погоди же ты-ы-ы-ы!

Крики Руж все-таки заставили его обернуться. И чего эта воровка не села в автобус, и не уехала?

– Чего тебе? Сгинь! И так осрамила.

– Да что тут такого? Чего ты бесишься? Мы же там не целовались.

– Чего пристала? Уйди. Лучше бы и не приходил.

– Да мне просто интересно стало, чем ты теперь займешься?

Наклз заметил, что она успела каким-то чудом догнать его, и могла говорить уже с обычной громкостью. И она опять начала над ним издеваться!

– Чем-нибудь. Я еще не решил.

– Помоги мне твой подарок до города дотянуть. Или придумай, как его транспортировать. Сумку, что ли смастери.

– Я и так его три дня на своем горбу волок!

– Ради меня? Ух, ты! Польщена. – Кокетливо улыбнулась Руж, а Наклзу захотелось пришибить ее чем-нибудь тяжелым.

– Не испытывай моего терпения. – Проговорил бывший страж почти по слогам и таким тоном, чтобы уж точно угомонилась.

– Не злись. Давай к ближайшему мотелю, километрах в пяти двинем. Там и решим, что нам дальше делать. – Ткнула летучая мышь в ближайший указатель.

Наклз долго думал, то есть искал, как отказаться, чтобы не показаться полным дураком. Не выходило.

– Ладно. Только поселимся отдельно. В разных номерах. Поняла?

– И на какие шиши ты снимешь себе номер? Я-то в этой суматохе припасла с собой чуть-чуть денег. И они все еще действуют. А у тебя что?

– Придумаю что-нибудь. Думаю, хозяину мотеля помощь не помешает. Договорюсь как-нибудь.

– Ладно, пошли.

Когда они добрались до мотеля, Наклз взял себе отдельный номер. На его счастье, в кармане штанов завалялось какой-то мелочи. Ровно на один вечер в самом худшем местном клоповнике. И как раз напротив этой ненормальной.

Опять эта поляна. Вокруг бегают какие-то люди. Они стреляют, но выстрелов не слышно. Из всех звуков только тихий перестук лапок и попискивания. Крысы бегут строго к одной какой-то точке. Руж идет туда же. Она не знает почему, не может задуматься, или повернуть обратно. Просто идет. Вокруг белые всполохи. Писк заглушается грохотом молний. «Электры» бьют все ближе и ближе, проходят насквозь. Только почему-то не больно. Только страшно, когда знаешь, что эта штука может тебя убить. Крысы бегут прямо под ногами. Лес очень темный и страшный. Скрюченные деревья, моросящий и очень противный дождь, темнота, стреляющие люди, ползающие по земле пучки молний, стаи крыс. Там, где копошится крыс больше всего, лежит труп. Это – Наклз. На нем тот костюм, что и на других людях. Голова цела, даже шевелится чуть-чуть. А тела нет, там один сплошной серый клубок. Руж прямо стоит напротив. Крысы уже бегают по ногам. Несколько забрались на щиколотки. Серые бестии, уже вовсю маршируют от ступней до бедер, щекоча обратные стороны коленей. Очень страшно. Пытаешься стряхнуть руками, а на руках уже с десяток бестий. Бегают уже по животу и спине. Это страшные твари. Вместо писка у каждой этот леденящий душу грохот, что убил Наклза. Только пищат они редко. Сердце бьется еле-еле от страха, и через каждые три удара гремит молния «электры». Попытки стряхнуть крыс тщетны. Несколько уже на плечах. Одна из них примеривается к лицу. Нет, уже две. Они все выбирают себе по кусочку. Зубы занесены, Руж чувствует, что они укусят одновременно. Укусят, и разорвут в клочья. Но шевельнуться не выходит. Тело, как парализовано. Вокруг нее мелькают, заставляя уходить душу в пятки еще глубже, эти проклятые молнии. Пятеро крыс разделили себе лицо, одна уже примеривается зубами к глазу. Все озаряется белым светом молний. Крысы начинают грызть.

– Ааааааааа!

– Руж, что с тобой? Ты в порядке?!

– Аааааа! Помогите!

– Я здесь, не бойся. Руж! Что с тобой?

Перед ней Наклз, живой и здоровый. Это был сон, всего лишь кошмар. Он скоро забудется. Надо только успокоиться.

– Руж, ты в порядке?

– Ага. Кошмар просто приснился.

– Ты орала во сне. Очень сильно орала.

– Настолько, что ты примчался ко мне посреди ночи?

– Тут скорее удивительно, что весь персонал не сбежался. Ты бы слышала свои вопли. – Улыбнулся Наклз. – Ты точно в порядке?

– Да.

– Я могу идти?

– Можешь. Но сначала у меня к тебе будет одна просьба.

Руж коварно заулыбалась, одним видом давая понять, что просто так не отделаешься, вломившись к ней посреди ночи. К несчастному стражу вновь вернулось нездоровое предчувствие пополам со смущением.

– Дверь почини, что ты выбил. Персонал не обрадуется, обнаружив следы твоего рвения.

Наклз нахмурился, думая, что ему теперь делать, и как это починить без инструментов. Легко сказать «надо было раньше думать». Когда он услышал эти жуткие вопли, думалось не очень. Пришлось сразу действовать, как получалось. Это и пытался отразить своим выражением лица: грозное и нахмуренное.

– Еще что-нибудь? – Не удержался он от сарказма.

Руж хотела кокетливо сказать «нет, просто дверь почини», но неожиданно для себя выкрикнула:

– Не смей мне больше умирать и убегать! Никогда!!!

Этим она и его, и себя удивила. Настолько, что только смогла тихо добавить:

– Ладно?

– Ладно. – Наклз внимательно посмотрел на дверь, и сказал еще кое-что. – Но с одним условием. Надо тебе мне кое-что сказать.

– Зачем?

– Иди сюда, это секрет.

Она купилась. Вылезла из кровати, и подошла вплотную. Надоело Наклзу смущаться, решил он сам смутить Руж. Просто обнял и начал целовать. Что он, после пережитого не сможет эту красавицу поцеловать? Нет, сможет. Он ее уже целует, несмотря на одинокие аплодисменты в коридоре. Аплодисменты в коридоре?! Кто? Посмотреть бы, да Руж не дает обернуться. Ладно, кто бы там не аплодировал, он уже ушел. А Наклз радовался, как дите, тому, что все-таки сумел смутить эту ненормальную, заставил ее покраснеть. Он даже хотел сказать ей сразу после поцелуя «что, съела?» с ехидцей. А получилось «не бойся, со мной ничего больше не случится» с нежностью.

– Надо было мне сообразить, что ты задумал. – Сказала Руж.

– А ты все-таки покраснела.

– Значит, то, что мы полуголые посреди ночи целуемся, тебя уже никак не смущает?

– Твоя школа. – Ответил Наклз, вновь заливаясь краской.

– Спасибо, уважил. Так и будешь таскаться за мной дальше?

– Таскаться? Нам просто по пути было. Хотя, я не против, чтобы пойти дальше с тобой.

– Я не исправлюсь.

– Горбатого могила исправит. Будем держаться вместе?

– Будем.

Наклз и Руж скрепили этот договор рукопожатием.

Хозяин, портье и бармен в одном лице решил пойти на второй этаж, и лично выяснить, что там за шум. Но у него ничего не вышло. Около лестницы его остановили. Стоявший рядом кот-антропоморф, ткнув ему пистолетом в лоб, тихо, но твердо и пафосно, заявил:

– Во имя мужской солидарности, ты не пройдешь!

Чуткое ухо хозяина мотеля уловило голос той ехидны, что сегодня днем ругалась с летучей мышью. Они даже поселились в разных номерах, не переставая кричать. А теперь, судя по голосу, помирились. Хозяин подмигнул коту, и вернулся на место. Уж ему ли не знать, что такое, мужская солидарность.

– А все-таки, что он там делает? – Не удержался хозяин.

Котэ аккуратно зашел наверх, посмотрел и спустился обратно. И, судя по всему, его возмущению не было предела.

– Этот болван занят совершенно не тем, чем надо!

– Чем же?

– Запиливает дверь одной буйной.

Старый хозяин забеспокоился и вновь собрался идти наверх. Котэ предупредительно ткнул ему пистолетом прямо в лоб.

– Во имя мужской солидарности, ты не пройдешь!

Глава 128 – «Секрет любви»

Чертов кот вломился к Шэдоу посреди ночи. Только Шэдоу нашел, где переночевать, как его спокойный сон прервали. Вот так вот в два часа ночи распахнули окно и закричали «Та-да!». Очень резко захотелось, чтоб этот Котэ наконец-то закончил все и убрался поскорее. Он запросто может задолбать любого в весьма короткий срок.

– Чего тебе? – Огрызнулся черный еж, сидя в кровати.

– Выгорело. Сработала твоя задумка.

– Она наша общая. Твоя, по большей части. И мне она не нравится.

– А им, кажется, да.

– Надеюсь. Я тебя прибью, если ты меня зазря разбудил.

Шэдоу встал с кровати и еще раз перепроверил потоки творческой энергии. Котэ был прав. Оно действительно сработало. Им все-таки удалось создать внутренний источник творческой энергии достаточный, чтобы продержаться до того, как фильтр будет готов. Еще чуть-чуть и они не будут зависеть от каких-то там игр. Этот этап не такой напряженный, как предыдущий, но не менее важный.

– Что с нужной информацией? Удалось найти документацию на стандартный кураторский фильтр?

– Удалось. Только толку от нее. Еще один секрет любви.

Черный еж улыбнулся, вспоминая эту историю. Просто работал как-то в СК один ученый. Он был крут, очень крут. Но плохо умел выражать свои мысли, и объяснять что-то. Поэтому студенты его страшно не любили. Он был довольно старым человеком. Поэтому, когда он заявил, что выяснит, что такое любовь молодые посмеялись. А вот руководство знало, что если этот старикан заинтересуется проблемой, то из лаборатории его можно будет увести или вперед ногами, или после того, как будет решена загадка. В средствах и времени этого ученого ограничивать не стали. Несколько лет он вкалывал, как проклятый. Даже на лекциях его, к всеобщей радости, почти перестали видеть, так он увлекся. Обратной стороной медали было то, что выловить его для сдачи зачета или экзамена стало еще сложнее. И вот, спустя много времени, наступил торжественный день. Высокое начальство, другие ученые, работники и студенты. Все собрались, заранее зная, что старый профессор, как обычно, выложит на стол страниц триста не понятного почти никому текста с такими же непонятными схемами. Что ж, общий интерес к проблеме это не убило. Но в этот раз, против обыкновения, на стол лег небольшой конверт с надписью «секрет любви». Внутри оказался всего лишь один лист. У всех буквально поотпадали челюсти. Центр силы торжественно взял листок и прочитал: «придумай этот секрет сам и напиши здесь. Чтобы ты не написал, это будет верно». Казалось бы, странноватая формулировка, но для того, кто хоть немного знаком с азами теории течения творческой энергии все стало очевидным. Все ученые и половина студентов удивленно поняли, что любовь – еще один тип творчества. Только весьма необычный, и доступный каждому. Абсолютно каждому. Секрета нет. Надо самому придумать, что ты влюбился, и в чем секрет твоей любви. Но какой-то новичок, недавно начавший обучение, не понял. Он, этот салага, не понимающий еще, во что ввязывается, додумался у профессора, которого прозвали «мозгосносом», спросить «а можно поподробнее?». Профессор нахмурился, пожал плечами, и под всеобщий хохот положил на парту перед непонятливым студентом девятьсот тридцать пять страниц формата А4, исписанных ме-е-е-еленьким шрифтом. С тех пор на жаргоне работников СК всех профессий «секрет любви» значит то, с чем проще разобраться самому, чем пытаться понять, что написано в специальной литературе.

– Чаво задумался? – Оборвал Котэ размышления.

– Да так. Ты уверен, что мы поступаем правильно?

– А как бы мы еще добыли столько внутренней энергии? Эти двое были персонажами – вокруг них по старой памяти много чего должно болтаться. Главное, чтобы их вечная любовь с месяц продержалась, пока мы внешние источники не сможем пропустить через наш фильтр.

– Даже спрашивать не буду, откуда у тебя взялось столько цинизма, чтобы спокойно сделать из Руж и Наклза «батарейку» для нашей вселенной. А не опасаешься за их судьбы?

– Не знаю, о чем ты. В любом случае, за нашего вождя краснокожих я спокоен. Свою долю кайфа он точно получит. Да и наша крылатая подруга в обиде не останется.

– А на последствия, как всегда, тебе наплевать.

– Не надо так плохо обо мне! Я обо всем позаботился. На Наклза прописана контрацептивная комбинация сроком на четыре месяца. За это время он пусть определится, насколько это все серьезно.

– Когда ты успел? Для этого же нужен прямой контакт!

– Да денька три назад был у нас разговор. Я вроде как извинился за ту накладку. Сам знаю, каково в дурдоме жить.

– Тебя уже упекали в «гостиницу»?

– Нет. У меня дома куда веселее, если ты понимаешь, о чем я.

Шэдоу угрюмо замолчал.

– И все-таки надо было что-то другое сделать.

– И опять к тому же вопросу: чего ж ты сам ее не закадрил? Знойная женщина, мечта поэта, как говаривал один персонаж.

– Нужна искренность, иначе вся вселенная под ударом. Я не могу так рисковать. А за Наклза и Руж – подтверждение одного из основных авторов творческого первоисточника. Какая-никакая, а гарантия. Как можно просто полюбить по первому хотению?

Кошачьи усы вздернулись вверх, обнажая зубы в хитрой улыбке. Из воздуха тут же возник лист бумаги.

– Вот туточки напиши как, а потом действуй. Что ты на меня так глядишь? Или мне тоже тебе в зубы мануал на тысячу страниц сунуть? Ну, не тупи!

Шэдоу засмеялся тихо и немного печально.

– Если бы это было так просто, то каждый бы умел писать стихи.

– Ну ты сравнил! Поэзия и защитная реакция, позволяющая чрезмерно разумным существам размножаться без скуки и угрызений совести. Тут тебе не стихи. Влюбись. Или тебе сейчас под настроение что-нибудь более приземленное надо? Знаю одно местечко. Ты кошек любишь?

– А не слишком ли приземлено?

– Да ладно тебе. Можешь им стихи почитать, если на плотские утехи настроения нет. Или поговорить за жизнь. Там есть и такие, которые будут этому рады. Ну? А может, еще что-нибудь придумаем?

С этими словами Котэ подошел к окну и заорал:

– Девушка! А, девушка! А вы можете в моего друга влюбиться?

– Какого еще друга? – Послышался женский голос со стороны улицы.

– Сильный, волевой, упертый, мужественный красавец-еж.

– Любой каприз за ваши деньги. – Кокетливо ответила незнакомка и немного погодя добавила. – А ежей я люблю, так что скидка.

– Я только хотел спросить, откуда там взялась девушка в два часа ночи. – Язвительно сказал Шэдоу.

Котэ скривился и прошептал «ханжа, чтоб его». Со стороны улицы послышался голос:

– И где же ваш друг?

– Иди. Не стой столбом. – Котэ начал тянуть ежа за руку.

Шэдоу вышел к окну, крикнул «у меня нет денег» и вернулся обратно, даже не взглянув на улицу.

– Эй! Хоть проводи меня, красавец-еж. Мне одной неспокойно. Заодно и расскажешь, отчего ты так не в настроении.

– Никто не заставит тебя на ней жениться. Завтра утром вернешься и забудешь. Ну? – Сделал кошак еще одну попытку.

Шэдоу плюнул и молча начал спускаться к улице, бормоча «с кем поведешься, от того и наберешься». Но позже, он почему-то передумал и вернулся. Он спросил:

– Котэ, почему ты взялся обустраивать мою личную жизнь?

– Будет интересно за тобой понаблюдать.

– Тебе наплевать на меня. Так мне и надо. Другого от тебя было глупо и ожидать.

– А что? Ты – неудачник. Ты пытался убить себя, и поэтому ты – неудачник. Ты неудачник, несмотря на то, что залез в петлю ради всеобщего блага. А раз так, то тебя не жалко, и за тобой будет весело наблюдать.

– Иди ты! Вот уж твои советы я точно слушать не должен.

Шэдоу ушел, а Котэ долго наблюдал за двумя фигурами. Последнее, что он услышал, было «у меня действительно нет денег, кстати».

– Ой, дурак. Ой, дурак. Боюсь, он такого напридумает. Хотя, это его проблемы. Пусть сам и думает. Чую, отсутствие денег его не спасет. – Кот высунулся по пояс в окно и проорал. – Не скучайте там, чтоб вас!

Кошачья фигура исчезла, и комната окончательно опустела.

Глава 129 – «41,(9)»

В оцеплении оставили только десять погруженцев. Причем не столько для дела, сколько в наказание. Именно эти десятеро с полгода назад устроили прикола ради футбольный товарищеский матч «вселенная „Наруто“ – вселенная „Блич“». Нет, они, естественно, стерли потом всем персонажам память и аккуратно вернули их на место. Но куратор «Наруты» их запалил. И очень обиделся. Тем сборная «Наруто» продула со счетом 5:3. Центр силы очень долго потом ругался. Эти десять охламонов многое прошли, прежде чем на них перестали сыпаться все кары начальственные. И, казалось бы, все прошло и забылось.

Хрен там, как говорится! Сначала было оцепление. Впервые, наверное, за всю историю СК согнали всех погруженцев. Было видно – начальство паникует. Причем очень сильно паникует. Иначе объяснить это столпотворение было не возможно. Потом был большой бум. Начальство лично сходило во вселенную Соника. И вышло оттуда, объявив, что оцепление снято. Почти снято. На всякий случай было решено оставить там десять погруженцев с формулировкой «чтобы дурью не маялись».

Так и пухли потом со скуки почти целый месяц веселые, но не ладящие с правилами, погруженцы, пока… Ерунда, в тот день тоже было скучновато. Тот психанутый кошак, на которого все охотились, все-таки вылез. Во вселенную Соника за ним отправиться не разрешили. Сказали сторожить на выходе. И вот он! Манул. Нет, манул – это другой персонаж. Но Котэ умеет принимать его облик. Он может какой угодно облик принять, в принципе.

Котэ с интересом оглядывает боевые комбинации, которые погруженцы заготовили и подсветили, чтобы их было видно без сканера. Если дуло пистолета в висок смотрит, то это и то не такая проблема. Комбинации расставлены качественно. Эти погруженцы хоть и раздолбаи, но очень хорошо знают свое дело. Поэтому любой под их прицелом будет стерт в порошок при первой же попытке рыпнуться. Но кот (уже стал рыжим, сволочь) только становится на задние лапы, вытягивает вперед передние и спрашивает:

– Ребят, это у вас тут психов принимают?

– У нас. Ты в курсе, что тебе уже не попасть на Родину?

– Если Магомет не идет, к горе… Не помню, как там точно. Ладно, мысль свою Центру я еще изложу. А пока давайте там, согласно протоколу. Ладушки?

– Будут тебе ладушки, умник.

– Да ладно! Что я, дурдома не видел?

Погруженцы пожали плечами, и вызвали командование. Кто его знает, что этому Котэ пришло в голову. Сдается? Это его проблемы. Их дело тут маленькое, и, слава богу, почти уже законченное.

Давно во вселенной интернет-фольклора не было такого переполоха. Началось все с того, что объявился Котэ, которого тут не видели уже три месяца. Гоблин вспомнил, что этот поганец от него ушел и едва не ввязался в драку. Но веселуха на этом не закончилась. Кое-как объяснившись с Гоблином (никто не мог понять, как кошак отговорился), это «усатое чмо» потребовало у Анонимусов собрать всех обитателей вселенной интернет-фольклора у них на Форчане, так как «к нам и на Лепру инвайте надо, а к вам любой дебил припереться может». Анонимусы очень сильно не любили упячку, но еще больше не любили незваных гостей. Прямо там на месте едва не повторилась Война Пятницы Тринадцатого. Затем было торжественное обращение к мистеру Фримену в стиле «давай, философ недобитый, говори, откуда мне речь удобнее толкать будет, ты ж у нас спец по такому». Фримен больше привык к рассуждениям о философии, смысле жизни, политике, человеческой природе, поэтому оказался не готов к такому началу беседы. Он пробурчал нечто среднее между «ищите да обрящете» и «уйди отсюда, чмо усатое», и удалился. Драка в процессе поисков все-таки случилась: Манул услышал о том, что Котэ использовал его образ, и очень сильно расстроился. Расстроился всеми восемнадцатью когтями и двадцати восьмью зубами. У Котэ было на два зуба больше и столько же когтей, но он все равно чуть не огреб по полной. Не зря же манула считают одним из самых суровых мемов Рунета. «Зеркало души мизантропа» не могло не накостылять человечному в некоторых (в самых хреновых) отношениях Котэ. Но их быстро разняли. Не то чтобы, кто-то рвался защищать этого воена с поп-корном. Всем просто было очень интересно, что такого хочет рассказать Котэ.

Кончилось тем, что все собрались около дверей уютненького архива Луркмор-куна. Тот был старым, суровым выходцем из Анонимусов и очень ясно всем дал понять, что внутрь архива никого не пустит. Но собраться рядом разрешил, и даже выставил перед воротами несколько мешков поп-корна. Котэ немного помедлил, убедился, что все в сборе и начал держать речь.

– Все собрались? Отлично. Если теперь кто-то останется в неведении, то это уже точно не мои проблемы. Подкинул я тут Центру силы одну идейку насчет официального статуса нашей вселенной. Давайте я вам, что ли официальный приказ зачитаю.

Все внимательно смотрели на серо-полосатого кота, обхватившего ведро с поп-корном. Бравый воен вынул откуда-то лист бумаги и начал зачитывать следующее:

«Приказ N 327 от 16 июля 2010 года.

В связи с тем, что Центр Содержания Проблемных Песонажей и Работников Совета Кураторов (далее „Гостиница“) находится в аварийном состоянии и не удовлетворяет требованиям для дальнейшего своего функционирования, и тем, что вселенная интернет-фольклора не имеет статуса в Реестре Придуманных Вселенных, приказываю:

1. Перенести „Гостиницу“ во вселенную интернет-фольклора, проведя следующие мероприятия:

1.1 Организовать возведение барьеров вокруг вселенной интернет-фольклора, достаточных для удержания постояльцев „гостиницы“. Ответственным назначить Онотоле Вассермана.

1.2. Организовать эвакуацию персонала и постояльцев „Гостиницы“. Ответственным назначить Генриха Фридриха Токенгофа.

1.3. Организовать снос бывшего здания „Гостиницы“. Ответственным назначить Генриха Фридриха Токенгофа.

2. Присвоить вселенной интернет-фольклора статус – „вспомогательная часть „Комплекса““.

Число, подпись».

Повисшую тишину секунд на тридцать тишину прервал Котэ:

– Да. Это была моя идея, ради которой я добровольно двинулся в «Гостиницу». Онотоле, как вы поняли уже в курсе, и все одобрил. Подумайте сами, разве у нас здесь не дурдом? Это же исторический момент! Наша вселенная официально получила звание, которое заслужила еще при зарождении. Хотите мне возразить? Бесполезно. Все уже свершилось. Ребят, так веселее! УГ боится всего. УГ боится перемен, я же нахожу их логичными. Не переживайте места хватит всем. Интернеты велики! Считайте это еще одной победой Упячки.

Надо ли говорить, что этого воена чуть на месте не убили? Хохоча, Котэ отбивался и отговаривался от всяких недоброжелателей еще несколько часов, пока его не оставили в покое. Немного подумав, все персонажи пришли к выводу, что их все равно никуда не выпускают, а хуже от новых соседей уже не будет. В конце-то концов, что такое заключенные СК и больные головой и душой персонажи, против отмороженных военов Упячки, озлобленных на все битардов, себялюбивых ЖЖистов, едких лурко%*ов, шизоидного Удаффа с его не менее шизоидными друзьями и придурковатых персонажей с Ютуба? Вполне нормальные соседи. Могло быть и хуже.

Спустя пару месяцев «Гостиница» была окончательно перенесена во вселенную интернет-фольклора (так что если после июля 2010 ваш любимый персонаж вдруг стал интернет-мемом, то ему не позавидуешь). Некоторым постояльцам разрешали гулять, где им вздумается, но они старались не выходить из своих палат. Все-таки поладить с местными было дело удачи. Кое с кем подрались, кое с кем подружились. Эти события несколько взволновало местных обитателей, но все очень быстро успокоились.

Но Котэ, естественно, не угомонился. На этот раз он проник в самое охраняемое помещение «Гостиницы». Даже не спрашивайте, как ему это удалось, даже не спрашивайте, как он получил «добро» у Центра силы на перенесение «Гостиницы», даже не спрашивайте, как он до сих пор жив. Не иначе как природное шило чуть пониже хвоста хранит, оберегает и двигает вперед.

Странноватая это была встреча. В одной из жилых комнат лаборатории, куда влез Котэ, сильно заросший мужик с каштановой гривой и нездоровым огнем в глазах даже не обратил внимания на незваного гостя. Он перебирал бумаги, что-то считал и грыз ручку. Котэ стоял в своем истинном облике – серый кот нереально цилиндрической формы с черными полосами на брюхе и огромными глазами. Но ученому было наплевать на такое необычное существо.

– Ты кто такой? – Наконец-то обратил на него внимание этой мужчина лет этак тридцати пяти.

– Котэ. Один из основных участников зарубы, благодаря которой ты работаешь над этим проектом. И мне очень стало интересно, ради чего был весь сыр-бор.

– А кто тебя сюда пустил?

– Никто. Я сам себя впустил. И сам себя выпущу. Но мне нужен ответ.

– Какой ответ?

– Ты работаешь над вопросом не придуманной вселенной?

– Да.

– Так это все тупо из-за того, чтобы вычислить ее координаты?

– Не совсем. И ты что, вот так вот просто проник сюда?

– Я два месяца пытался сюда залезть. И не вздумай теперь сглупить и позвать охрану! Я не отступлюсь, пока не узнаю.

– Потерпи, и я все опубликую.

– Я пять месяцев уже терплю. Меня напрягает тот факт, что великого Кристофера Торндайка, первым предположившего придуманность Совета Кураторов, держат здесь, а не таскают по экспедициям в поисках не придуманной вселенной. Давай, Крис, не жмись. Я не разболтаю никому твой секрет. Не буду портить сюрприз для остальных, если он стоящий.

Кристофер Торндайк уже давно спокойно ковырялся в своих бумагах, забыв о разглагольствующем госте. Котэ решил, что необходимо прибегнуть к крайним мерам. На стол уже запрыгнул Кот в сапогах из «Шрэка». Но даже фирменный взгляд этого персонажа не дал нужного эффекта. Ученый взял кота за шкирку и аккуратно поставил на землю. Процедура повторилась. Торндайк так же спокойно и размеренно ссадил Котэ на землю во второй раз. И в третий тоже. И в четвертый. Только на шестой попытке Кристофер сдался:

– Ты же не отступишься?

– Нет.

– Ты хоть представляешь, какие у тебя могут быть неприятности. Если хоть одна живая душа узнает, что ты был здесь, то нам обоим крышка.

– Не держи меня за дурака, просто объясни, что тут творится.

Ученый обхватил голову руками, устало вздохнул, потянулся на стуле и начал объяснять:

– Выдвинул я как-то еще в юности одну гипотезу. Но у меня не было умений для того, чтобы ее доказать. Гипотеза очень серьезная. То, что СК придуман, для нее так… Частный случай. Спустя много лет я изучил теорию течения творческой энергии как следует и с грехом пополам подготовил теоретические выкладки. Проблема номер два – экспериментальное подтверждение. Тут все дороги были уже закрыты. Никто не дал бы мне не то что необходимых ресурсов, а даже прав на проведение нужных экспериментов. Нужны были по большей части только замеры, но замеры надо было снимать с вселенной, оторванной от своего творческого первоисточника. А это в нашей терминологии «фатальный сбой». СК такого позволить мне не мог, а я и не надеялся даже, решив действовать самостоятельно. Я захватил вселенную, где я работал куратором, чтобы провести там нужные замеры. Но так и не придумал, как разорвать связь с первоисточником, не угробив вселенную. Я «перехватил» авторство, но все равно была связь с изначальным творческим первоисточником, которая слишком сильно искажала результаты. Это даже приблизительно не было подтверждением моей теории.

– А у нас получилось! – Заявил Котэ.

– Не перебивай. Я четыре года провел в электронной коме. А потом меня освобождают. Выясняется, что сеньор Ваваропи втихую покрывал деятельность двух молодчиков, один из которых оторвал вселенную от первоисточника, а второй – доказал, что Совет Кураторов придуман, найдя творческий первоисточник. И за это меня освободили. То есть мне, сразу же в руки легли все карты. Как говорится, сбылась мечта идиота. Я убедил Центра силы дать мне нужные ресурсы и мощности. Месяц я доводил до ума теорию. Три месяца мы все здесь обрабатывали и перепроверяли замеры. В принципе, теория доказана. Осталась перестраховка. Через неделю закончим.

Котэ нетерпеливо зашевелил усами:

– В чем суть теории?

– Создание вселенной без творческого первоисточника невозможно. – Провозгласил Торндайк. – Отсюда следует, что существование непридуманной вселенной так же невозможно.

Кот начал кататься по полу в приступе хохота. Отсмеявшись, он объяснил:

– Просто вспомнил, как своих зрителей троллил Фримен. Это персонаж все знает насчет тайны. Он наверняка это уже понял и нехило постебался над своей аудиторией. Философам же ничего доказывать не надо. Этот умник так свою первую славу и заработал.

– Вот как.

– Ага. Сколько из-за твоей теории всего случилось! Крутой постулат! Даже круче теории относительности. Так прост и формулируется легко. – Захихикал кот.

– А можно сформулировать еще проще. Мой единственный постулат, который я все-таки уже доказал, укладывается в два слова.

Котэ остолбенел. Всего два слова стали причиной такого количества событий, что впору было свихнуться. Но вот он здесь, и он услышит их. Не верится даже.

– Да ну?

– Ну да.

Кристофер Торндайк устало откинулся на спинку стула. Спокойно улыбнувшись, он сказал:

– Все придумано.

Сентябрь 2009 – Ноябрь 2011

Content

Жизневский Эдуард Станиславович
Сбой

Часть первая «Погруженец поневоле»

Глава 1 – «Голос»

Глава 2 – «Чужая вселенная»

Глава 3 – «Лекция»

Глава 4 – «То, чего не может быть»

Глава 5 – «О неверности поспешных выводов»

Глава 6 – «Князья и лесорубы»

Глава 7 – «Некоторые возможности модуля»

Глава 8 – «Заложники»

Глава 9 – «Еще одна вселенная»

Глава 10 – «Встреча с профессионалом»

Глава 11 – «Воплощение»

Часть вторая «Метод исключения»

Глава 12 – «Ехидна»

Глава 13 – «Инструктаж»

Глава 14 – «Лис»

Глава 15 – «Корректива плана»

Глава 16 – «Доктор»

Глава 17 – «Снова доктор»

Глава 18 – «Второе проявление сбоя»

Глава 19 – «Снова ехидна»

Глава 20 – «Летучая мышь»

Глава 21 – «Сотрудничество»

Глава 22 – «Еж»

Глава 23 – «Производственное совещание»

Глава 24 – «Снова лис»

Глава 25 – «Тяжелое положение»

Глава 26 – «L'Homme Arme»

Глава 27 – «Разговоры»

Глава 28 – «Темный еж»

Глава 29 – «Снова летучая мышь»

Глава 30 – «Снова темный еж»

Глава 31 – «Похищение»

Глава 32 – «Клуб попавшихся идиотов»

Глава 33 – «Кажется, нашли»

Глава 34 – «Вопрос жизни и смерти»

Глава 35 – «Найти вандала»

Глава 36 – «Теперь точно нашли»

Часть третья «Рандом рулит»

Глава 37 – «После всего»

Глава 38 – «Город, известный каждому»

Глава 39 – «Непонятно где»

Глава 40 – «Wake up, Mister Prower»

Глава 41 – «Стандартный путь»

Глава 42 – «Вселенная побезопасней»

Глава 43 – «Нехорошее место»

Глава 44 – «Тот, кого нужно вежливо попросить»

Глава 45 – «Почему голос знает все?»

Глава 46 – «Что стало с Димой»

Глава 47 – «Координатор – хитрая рожа»

Глава 48 – «Говорит координатор»

Глава 49 – «Говорит Дима»

Глава 50 – «Материалы собеседования: Айво Джулиус Роботник»

Глава 51 – «Один, в тепле и сытости»

Глава 52 – «Заказчик»

Глава 53 – «Материалы собеседования: Эми Роуз»

Часть четвертая «Я так рад, ведь я, наконец, догоняю вандала»

Глава 54 – «Заказчица»

Глава 55 – «Ориентирование»

Глава 56 – «Памяти Льюиса Кэрролла»

Глава 57 – «Знакомьтесь, Котэ»

Глава 58 – «Старший оперуполномоченный в деле»

Глава 59 – «Святые грезы»

Глава 60 – «Странный план»

Глава 61 – «Прости кота»

Глава 62 – «Самый добрый Котэ нашего детства»

Часть пятая «Болезнь»

Глава 63 – «Тревожные сутки»

Глава 64 – «Пациент, каких еще не было»

Глава 65 – «Доктор, каких еще не было»

Глава 66 – «Кафетерий Принстон-плейсборо»

Глава 67 – «Логика»

Глава 68 – «Материалы собеседования: Майлз Прауэр»

Глава 69 – «Три дня»

Глава 70 – «Очень хороший знакомый»

Глава 71 – «Не лирическое отступление»

Глава 72 – «Память»

Глава 73 – «Посетители»

Глава 74 – «Мы за тобой»

Глава 75 – «По всем канонам жанрам»

Глава 76 – «Все ли лгут?»

Глава 77 – «Прыг-скок»

Глава 78 – «Приступ»

Глава 79 – «Ты знаешь, что это такое?»

Часть шестая «Все открыто, все готово»

Глава 80 – «Бесценные агентурные сведения»

Глава 81 – «Встреча, которая все прояснит»

Глава 82 – «Материалы собеседования: Шэдоу»

Глава 83 – «Великий обман»

Глава 84 – «Клятва»

Глава 85 – «Окончательный расчет с наемниками»

Глава 86 – «Я должен попытаться»

Глава 87 – «Объяснение»

Глава 88 – «Попытка – не пытка»

Глава 89 – «Deus ex machina?»

Глава 90 – «Может быть»

Глава 91 – «А с другой стороны баррикад…»

Часть седьмая «Дедлайн»

Глава 92 – «Хорошо, когда есть план»

Глава 93 – «Провод»

Глава 94 – «Застрял»

Глава 95 – «Золотое правило погружения»

Глава 96 – «Остановить»

Глава 97 – «В путь»

Глава 98 – «Запуск»

Глава 99 – «По-настоящему»

Глава 100 – «Мечта…»

Часть восьмая «А там хоть трава не расти…»

Глава 101 – «Что случилось?»

Глава 102 – «У тайника»

Глава 103 – «Электра»

Глава 104 – «Комбинация романтиков»

Глава 105 – «Обмен»

Глава 106 – «Недоверие»

Глава 107 – «Фамилия»

Глава 108 – «План любителя»

Глава 109 – «Простой выбор»

Глава 110 – «Have no fear, Sonic is here»

Глава 111 – «План профессионала»

Глава 112 – «На подходе»

Глава 113 – «Финт Провода»

Глава 114 – «Синдром подмены»

Глава 115 – «Окончательное решение проблем с религиозными сектами»

Глава 116 – «Они убили Наклза»

Часть девятая «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались»

Глава 117 – «Пусть…»

Глава 118 – «Работает»

Глава 119 – «Желания»

Глава 119 – «Все вместе»

Глава 120 – «От автора»

Глава 121 – «Победа»

Глава 122 – «Воспоминания об одной безумной идее»

Глава 123 – «Объяснения»

Глава 124 – «Центр силы»

Глава 125 – «Уговор дороже денег»

Часть десятая «Эпилог»

Глава 126 – «Для автора»

Глава 127 – «Лирическое отступление»

Глава 128 – «Секрет любви»

Глава 129 – «41,(9)»