Роуэн Мишель

Демон, живущий во мне

Добро пожаловать в эдем - 1

Демон, живущий во мне

Глава 1

— Так это вы Эдем Райли? Вау, это так волнительно — встретить настоящего медиума!

Эдем поежилась и медленно обернулась к мужчине с залысиной, который уставился на нее, широко распахнув глаза. Она выдавила улыбку.

— Да, это я.

Он лучезарно улыбнулся в ответ.

— Я констебль Сантос. Прибыл пораньше, чтобы составить вам компанию до приезда детектива Кравеца. Он слегка опаздывает.

Прождав его полчаса, Эдем уже и сама догадалась.

— Наверное, мне стоит предупредить, что детектив у нас немного скептик. Ему не слишком-то понравилась идея привлечь к расследованию экстрасенса.

— Поверьте, констебль, я привыкла к такому отношению.

Сантос взмахнул рукой.

— Пусть это вас не тревожит. Просто покажите ему, насколько вы проницательны, и заставьте его поверить.

Эдем попыталась сдержать улыбку.

— Договорились.

— Так как это работает? — поинтересовался Сантос.

— Вы о чем?

— О всяких паранормальных штучках, которые помогают в наших нераскрытых делах. Все только и говорят о том, что вы сделали в прошлом месяце.

Желудок Эдем болезненно сжался. Вплоть до прошлого месяца, когда она переехала, Эдем работала в телефонной службе «ЭкстраСвязь», офис которой располагался в двух часах езды к северу от Торонто. Смысл работы заключался в том, чтобы зачитывать абонентам гороскопы или давать советы насчет личной жизни и карьеры. У Эдем был талант говорить правильные вещи в нужное время, в результате чего ее клиенты всегда оставались довольными и не раз перезванивали.

Она просто говорила людям то, что они хотели услышать, и в этом ей помогала как интуиция, так и умение гадать на картах Таро, и все были счастливы.

И это вовсе не означало, что Эдем правда настоящий медиум.

Она даже не догадывалась, что одна из ее постоянных клиенток – Меридит Холт, жена начальника полиции Торонто, свято верующая во «Все Мистическое и Сверхъестественное». С Эдем ее столкнул случай (или же, как та позже рассказывала, судьба) – ее любимая предсказательница уехала в отпуск, и нечто подсказало Меридит позвонить по объявлению в газете. Эдем знала ее как Мэрри, славную женщину, которая заканчивала их ежедневный двадцатиминутный разговор пожеланием «всех священных благ».

Однажды Мэрри позвонила ей, захлебываясь в истерике. Ее любимый мальтийский терьер, Санни, пропал, и она просто сходила с ума от беспокойства.

Случались моменты… когда озарение могло нахлынуть на Эдем, даже не дожидаясь, чтобы она посоветовалась с картами. Пока Мэрри выплескивала свои эмоции по цене один доллар девяносто девять центов за минуту разговора, образ маленького белого пушистого шара ворвался в мозг Эдем с деликатностью тяжелого грузовика.

Она поняла, что собака заперта в полузаброшенном сарае соседей Мэрри, вот уже два дня живет исключительно на дождевой воде и ее вот-вот усыновит парочка любопытных енотов.

Последний пункт Эдем добавила, чтобы смягчить новости.

Мэрри рассыпалась в благодарностях, и Эдем перешла к следующему звонку, заверяя истерящую Деву, что ее бойфренд-Близнецы в ближайшее время сделает ей предложение. Правда, она не уточнила, какое именно предложение.

На следующий день ее боссу позвонил сам начальник полиции, который решил связаться с Эдем, наслушавшись восторженного бреда супруги, одержимой своим псом. Он решил, что Эдем стоит включить в список экстрасенсов-консультантов полиции.

И он был не из тех, кому легко отказать.

Хозяин «ЭкстраСвязь» предпочел уволить Эдем, объяснив, что его столь деликатному бизнесу вовсе не нужно пристальное внимание полиции.

Если бы она смогла предвидеть такой печальный финал, то скопила бы денег на черный день.

Впервые ее вызвали в качестве консультанта полиции две недели назад, и это был полный провал. Хотя Эдем сосредотачивалась так сильно, что, казалось, голова вот-вот взорвется, она так и не смогла почувствовать абсолютно ничего полезного в деле о пропавшем без вести. Она ненавидела разочаровывать людей, особенно когда они смотрели на нее со столь знакомым цинизмом во взгляде. Большинство считали экстрасенсов, даже таких безобидных, как она, мошенниками, а когда обратное доказать не получалось, это здорово раздражало.

И не было никакой гарантии, что в этот раз выйдет лучше. Дом, возле которого она сейчас стояла, совсем недавно был убежищем серийного убийцы, и полиция желала проверить, не сумеет ли Эдем «что-то почувствовать» насчет его нынешнего местонахождения.

Эдем хотела помочь, если это в ее силах, хотя, скорее всего, она лишь потеряется в догадках и сомнениях.

Вообще-то в этом она была абсолютно уверена.

Эдем нервно откашлялась. В середине октября уже значительно похолодало, и она пожалела, что не захватила куртку.

— Эээ… Как думаете, детектив Кравец скоро приедет?

Вопрос, казалось, на мгновение поставил Сантоса в тупик, но затем тот взглянул налево.

— А вот как раз и он. Но вы же медиум и наверняка знали, что он уже подъезжает?

Ошибочка вышла. Эдем глубоко вдохнула, затем выдохнула и повернулась к приближающемуся мужчине.

Детектив Бен Кравец был ростом шесть футов два дюйма и обладал великолепнейшим телом греческого бога и лицом кинозвезды. Его фамилия неспроста оказалась созвучна слову «красавец». Эдем как-то видела, как одна женщина упала в обморок – самый настоящий обморок, – когда детектив проходил мимо нее. А тот факт, что он был полицейским – к тому же неженатым полицейским – только подливал масла в огонь его сексуальности. Эдем видела его уже дважды, когда по настоянию шефа полиции приезжала в участок. А узнав, что именно он будет сегодня одним из ее сопровождающих, она все бросила и примчалась сюда.

И на кого она после этого похожа – на жалкую неудачницу?

«Именно, — подумала Эдем, вздохнув. – Горькая правда».

Детектив Кравец подошел к ней, и к величайшей досаде Эдем, ее сердце подпрыгнуло. Не то чтобы она собиралась выйти за него замуж и нарожать детишек, но вот познакомиться поближе…

Он заставлял ее чувствовать себя шестнадцатилетней школьницей – прыщавой чудачкой, пускающей слюни по недоступному для нее полузащитнику из футбольной команды.

Сейчас Эдем приближалась к своему тридцатилетию. У нее больше не было прыщей, в вот что касается эксцентричности, вопрос оставался открытым. Красивые парни всегда окончательно и бесповоротно лишали ее дара речи.

— Медиум еще здесь? – поинтересовался детектив Кравец.

Алё? Она что, стала невидимкой?

Сантос кивнул на нее.

— Это Эдем Райли.

Наконец-то она удостоилась взгляда, в котором не было ни капли тепла или юмора.

— Тогда давайте не будем терять времени.

«Очевидно, – иронично подумала Эдем, — он уже без памяти влюбился в меня, просто стесняется это показать».

— Звучит здорово, — воскликнула Эдем, пытаясь за энтузиазмом скрыть свою нервозность. – Ведите нас, детектив.

Угрюмый взгляд, полученный в ответ на ее реплику, официально подтвердил: в глазах других Эдем все еще была чудачкой.

Она последовала за ним во вполне обычный дом. Входная дверь была опечатана полицейской лентой из разряда «не-заходить-внутрь», и детектив, сорвав ее, зашел в коридор, ведущий на крохотную кухню.

— Итак, что нам предстоит. Подозреваемый покинул это место дней шесть назад. Наши зацепки насчет того, куда он мог отправиться, ни к чему не привели. Шеф решил, что вы, – детектив бросил взгляд на Эдем, — с помощью ваших амулетов сможете рассказать нам, где он скрывается.

Эдем выгнула бровь.

— Амулетов?

Он небрежно отмахнулся.

— Ну то, с чем вы там работаете. Абра-кадабра. Амулеты. Сами знаете.

Ему повезло, что он такой сексуальный, иначе Эдем могла бы и разозлиться из-за такого пренебрежительного и грубого отношения.

— Между прочим, детектив, я вовсе не напрашивалась сюда приезжать. Мне это поручили. – Она прочистила горло. – Если не хотите, я могу… ммм… помахать своими амулетами в другом месте.

— Шеф считает, вы сумеете помочь.

— Но вы так не думаете.

— Вообще-то вы правы.

— Потому что не верите в экстрасенсов.

Его голубые глаза встретились с ее.

— Верно.

— Ну по правде говоря, я и сама не до конца верю. – Эдем скрестила руки на груди.

— Простите?

Эдем закусила нижнюю губу, пытаясь не чувствовать себя законченной мошенницей.

— Я не могу контролировать, что и когда увижу. У меня нет кнопки, которую можно нажать и получить одну порцию видений. Я просто хочу, чтобы вы сразу все поняли и… не разочаровались, если вдруг у меня не получится.

— Не разочаруюсь. Я думаю, что у вас в любом случае ничего не выйдет. – Детектив склонил голову набок. – А шеф об этом знает?

— Он не захотел меня слушать. – Эдем пыталась объяснить ему, насколько сомневается, что из их сотрудничества выйдет толк, но тот продолжал настаивать. Эдем подозревала, что он просто потакает энтузиазму жены. – Думаю, если я и здесь не справлюсь, он, в конце концов, оставит меня в покое. Может, у меня просто есть дар находить пропавших собак.

Бен, кажется, смутился.

— То есть вы медиум… который не верит в медиумов?

— Я… честно, не знаю. – По крайней мере, хоть это было правдой. – Так что можете просто меня отсюда выгнать.

И почему она только все это ему рассказывает? Эдем не имела понятия, хотя иногда лучше сразу поведать обо всех своих недостатках, чтобы в будущем не оставалось места недоразумениям. А может, всему виной сам детектив Кравец, который превращал ее в мямлящую школьницу. Стоило ей открыть рот, как словесные потоки было уже не остановить.

Детектив изучал ее, по крайней мере, секунд тридцать, а потом хмурые складки возле губ разгладила улыбка – первая, которую Эдем увидела на его лице, и — вау! — это была просто невероятно шикарная улыбка.

— Думаю, вы самый скептически настроенный медиум, которого я когда-либо встречал.

Затем он окинул ее взглядом, начиная с длинных каштановых волос, затянутых в хвост, концы которого рассыпались по плечам зеленой шелковой блузки, до кожаных ботинок, только вчера купленных специально под эти темные джинсы.

Того, что она ему рассказала – на самом деле чистую правду, — хватило, чтобы красавец детектив Кравец взглянул на Эдем немного по-другому. Совсем по-другому. Она прислонилась к кухонному столу, пытаясь принять максимально соблазнительную позу, но ее локоть соскользнул, и ей пришлось выпрямиться. В доме серийного убийцы Эдем чувствовала себя более чем неуютно — хотя вообще-то здесь было аккуратно прибрано, — но под оценивающим взглядом детектива она притворилась, что все в порядке.

— Хм, интересно, — вынес он наконец вердикт.

Эдем не поняла, это хороший или плохой знак.

— Сожалею, если вы думаете, что я отняла ваше время.

Он усмехнулся.

— На самом деле я с самого начала думал, что эта поездка будет пустой тратой времени. И это не имеет ничего общего с вами. Но я ценю вашу откровенность.

— Честность – одна из добродетелей, детектив Кравец.

— Пожалуйста, зовите меня… Бен. – Он взглянул на часы, висящие на стене – они показывали уже почти пять – а затем вновь вернул свое внимание к Эдем. – У вас были какие-нибудь планы на вечер, или, может быть, поужинаем?

«Сохраняй спокойствие», — приказала она себе, когда румянец восторга окрасил ее щеки. Детектив Красавец приглашает ее на свидание. И просит называть его по имени.

Ее пустой желудок заворчал, восторженно соглашаясь с приглашением на ужин.

— Звучит заман… — Эдем застыла, почувствовав нечто странное. Леденящий холод, от которого волоски на руках поднялись дыбом. – Проклятье.

Бен поднял брови.

— Что?

Эдем подняла руку к виску, в голове пронесся странный неясный образ. Черт, только не сейчас.

Она же медиум-скептик, как только что выразился Бен. Однако как бы Эдем ни хотела проигнорировать мурашки, ползущие по позвоночнику вниз, это ощущение никуда не девалось. С раннего детства она испытывала это много раз, но оно все время приходило неожиданно, и она никогда не могла управлять им. Нечто вроде понимания, что не стоит полагаться лишь на обычные пять органов чувств.

Внезапно все ее внимание притянула кладовая за кухней. Что-то там есть – возможно, ключ, который поможет полиции добраться до маньяка.

— Что именно сотворил тот псих? — тихо спросила она

Лицо Бена помрачнело.

— Убивал женщин каждую неделю, выдавая себя за доставщика пиццы. Восемь недель – восемь трупов. И вдруг три недели назад он затаился, и с тех пор жертв больше не было. Это странно, потому что обычно серийные убийцы, создав свой определенный ритуал, начинают входить во вкус. Мы не знаем, когда он снова начнет, но это лишь вопрос времени.

Холодок вновь пробежал по спине. Если Эдем сможет сделать хоть что-то, игра стоит свеч. Оттолкнувшись от стола, она направилась прямиком к кладовой.

— Знаю, что уже говорила: я не очень-то верю в свои способности, — начала она. – Но прямо сейчас у меня есть странное предчувствие

— Странное предчувствие? – Вновь вернулся этот холодный циничный тон.

Притяжение было слишком сильным, чтобы не обращать на него внимания.

— Это займет всего лишь секунду. Скорее всего, просто пустяк.

Учитывая ее былые заслуги, это, скорее всего, окажется собака того парня.

Эдем обернула пальцы вокруг дверной ручки; петли скрипнули, когда она медленно открыла дверь.

Моргнув, она с недоверием уставилась на то, что встретило ее внутри.

Она оказалась права. Там и в самом деле был ключ. Очень большой ключ.

Ключ примерно в шесть футов ростом, весящий фунтов этак двести пятьдесят и сжимающий в руке здоровенный нож.

Несколько секунд Эдем просто смотрела на него, не в силах шевельнуться или выдавить хоть слово, а в голове у нее билась одна только мысль:

«Какова была вероятность того, что тот самый серийный убийца, которого они искали, окажется в доме? И будет прятаться в долбанной кладовке?»

Похоже, очень высокая. Просто чертовски высокая.

Эдем вскрикнула, когда огромный мужчина, вытянув руку, схватил ее и, дернув к себе, развернул и крепко стиснул. Острый кончик ножа уткнулся ей в горло.

— Не стоило этого делать, — прорычал он. – Я пытался сидеть тут тихо, как мышь.

— Брось нож. — Бен выхватил пистолет и направил его на серийного убийцу, прятавшегося за спиной Эдем.

Краешек лезвия кольнул кожу еще больнее.

— Я всего лишь вернулся, чтобы кое-что забрать, и вовсе не собирался вот так попадаться. Вы, черт возьми, должны были оставить меня в покое.

Эдем бросила на Бена перепуганный взгляд, и сосредоточилась на том, чтобы не двигаться.

— Пожалуйста, отпустите меня.

Он потянул ее за собой в дверной проем, ведущий в гостиную. Шторы на окнах были задернуты, в комнате царил полумрак.

— Мне нужна твоя помощь. Я слышал, что ты говорила. Ты медиум. Поэтому и учуяла меня.

Теперь, оказавшись к нему так близко, Эдем и вправду могла учуять исходящий от него запах. Дом выглядел очень аккуратным и прибранным, а вот его владелец, конечно, уже несколько дней не принимал душ и не пользовался дезодорантом. По коже пробежали мурашки, к горлу подкатила желчь.

— Чем я могу помочь тебе? – смогла она выдавить.

— Я одержим демоном, — прошипел он ей прямо в ухо. – И хочу избавиться от него.

— Демоном? – переспросила она, пытаясь сделать вид, что поверила. – И тебе кажется, именно это заставляет тебя убивать людей? Тебе велит это делать сам дьявол?

Она обменялась быстрыми взглядами с Беном, который стоял в шести футах от нее и мог слышать все, что говорил этот одержимый. Лицо копа было суровым, но его глаза тревожно блестели. Эдем поняла, о чем он думает: этот парень вконец обезумел, даже по меркам серийных убийц.

— Я не могу сосредоточиться! — Маньяк отступил еще на шаг, таща Эдем за собой. — Не могу думать, когда он сидит у меня в башке. Я убил одного бродягу пару недель назад, и с тех пор демон со мной.

— Предупреждаю еще раз, — прорычал Бен. — Отпусти женщину сейчас.

Псих напрягся.

— Он велит мне отпустить тебя.

— Вот и с-славно, — сказала Эдем, ее голос срывался. — Слушайся полицейского. Он хочет тебе помочь, и я тоже. Никто не должен пострадать.

— Да не коп — демон. Он хочет, чтобы я тебя отпустил.

Просто отлично.

— Тогда слушайся де-демона. Я могу тебе помочь. Я медиум. Очень сильный. Да. Я поговорю с демоном и велю ему покинуть твое тело и убраться назад... в-в ад. И все будет хорошо.

— Ты мне не веришь. Я слышу это в твоем голосе.

Желудок Эдем сжался от страха.

— Нет. Нет, я верю тебе.

— Мир полон странных вещей и необычных созданий. Они все среди нас. Ходят, едят, пьют, живут бок о бок с людьми. Раньше я не мог их видеть. А теперь могу. А ты их тоже видишь?

— Ну конечно. — Это прозвучало как ложь... потому что это и было ложью. Эдем может стать следующей жертвой маньяка. Пусть у нее в жизни сейчас и шла черная полоса, но ей вовсе не хотелось, чтобы все вот так закончилось. Ноги Эдем подкосились, и, если бы убийца не прижимал ее к себе так крепко, она бы рухнула на бежевый ковер.

Она вскрикнула, когда нож прижался к горлу еще теснее.

— А может, если я перережу тебе горло, демон уйдет? — прошептал убийца ей прямо в ухо. — Он увидит, что не имеет надо мной власти.

Эдем встретила твердый, но тревожный взгляд Бена. Его пистолет был нацелен в грудь убийцы, но на пути пули стояла Эдем.

— Это последнее предупреждение, — рявкнул Бен. — Я тебя пристрелю.

Неожиданно маньяк разжал руки, и Эдем, вырвавшись, обернулась, увидев, как его лицо исказилось от отчаяния.

— Заткнись! — заорал он, прижимая руки к голове. — Я тебя не слушаю, демон. Я убью ее!

Его взгляд переметнулся к Эдем, в глазах отразилось безумие. Подняв нож, он бросился на нее.

Вскрикнув, она отшатнулась и, зацепившись каблуком за край ковра, приземлилась на пятую точку.

Раздался выстрел, второй — и маньяк рухнул на пол.

Он не шевелился.

— Эдем, вы в порядке? — отрывисто спросил Бен.

«В порядке?» — подумала она, чувствуя, как ее просто трясет. Нет, черт возьми, она не была в порядке. Но, по крайней мере, она еще дышит.

— Все нормально. — Ее руки тряслись, поэтому она сложила их на груди. Она решила не подниматься с пола, потому как была уверена, что ноги ее не удержат. Струйки пота стекали по позвоночнику. — Вы хотели, чтобы я п-помогла найти м-маньяка. — Голос оборвался. — Миссия выполнена.

Желудок закрутило, и Эдем испугалась, что ее стошнит, прямо здесь и сейчас. Она попыталась сосредоточиться хоть на чем-то, взять себя в руки. Взгляд невольно притянуло мертвое тело на полу, которое, она не сомневалась, еще много недель — если не лет — будет сниться ей в кошмарах.

Она нахмурилась.

— Эй, вы это видите?

— Вижу что?

— Это. — Она указала на что-то вроде тонких струй черного дыма, вытекающих из разинутого рта убийцы и черным шарфом змеящихся по полу.

«Это определенно не нормально», — подумала Эдем.

Бен покачал головой.

— Я вижу лишь труп. Теперь все в порядке, Эдем. Вы в безопасности.

Тени замерли на полу между ней и Беном. А затем, прежде чем Эдем успела хоть что-то сделать или просто понять, что бы это могло быть, тень резко изменила направление и в какую-то долю секунды оказалась перед лицом Эдем. Та вскрикнула и инстинктивно вскинула руки, пытаясь отгородиться от того, чем бы это ни было, но тень уже коснулась ее и... исчезла.

Эдем посмотрела на свои ладони.

«Что, черт возьми, это было?»

Игра воображения?

Бен протянул руку, помогая Эдем подняться на ноги.

— Вы уверены, что все в порядке?

Она с трудом сглотнула.

— Да... вы же знаете. Все пройдет... когда-нибудь.

Он стиснул ее пальцы.

— Хорошо.

Ей явно надо выпить. Причем много. И прямо сейчас.

Эдем знала, что по дороге сюда стоило пообедать. Тост со стаканом сока, съеденный на завтрак девять часов назад, вовсе не способствовал бурной умственной активности. Она потрясла головой, пытаясь избавиться от странного чувства и расслабиться, а Бен тем временем достал телефон и принялся звонить в участок.

В гостиную ворвался констебль Сантос. окидывая быстрым взглядом всю комнату.

— Эдем! Черт возьми, вот это скорость! Вы нашли убийцу!

Ага. А теперь убийца сам был убит.

Однако Эдем все еще мутило. Урок дня: иметь дело с пропавшими собаками было гораздо легче, чем с маньяками.

«По крайней мере, все закончилось», — устало подумала она. А теперь Эдем была бы счастлива вернуться к своей нормальной жизни.

И, пожалуй, хватит с нее подобных экспериментов.

Глава 2

В конце концов у Бена оказалось слишком много дел, чтобы ужинать с Эдем. Более того, когда прибыли остальные полицейские, он практически не обращал на нее внимания, если не считать пары заинтересованных взглядов, брошенных в ее сторону.

Он попросил Сантоса подбросить Эдем до дома, но она убедила констебля отвезти ее на работу. Через пятнадцать минут она уже входила в двери "Трипл-Эй Инвестигейшн" — крохотного детективного агентства, едва сводящего концы с концами.

Причина, по которой Эдем здесь работала, была проще некуда.

Ее мать — да упокоится она с миром — обожала покер. И выпивку. А единственную дочь большую часть времени игнорировала, но это уже совсем другая история. Не так давно она села играть в карты с Энди Маккоем и умудрилась выиграть половину его агентства. После ее смерти в прошлом месяце эта доля отошла Эдем вместе с парой крохотных бриллиантовых сережек-гвоздиков.

По крайней мере, хоть серьги имели какую-то ценность.

Когда Эдем узнала, что она совладелица "Трипл-Эй", ее как раз выгнали из "ЭкстраСвязи", а значит, она официально получила статус безработной. И она отправилась в агентство, надеясь, что под столь непритязательным названием на самом деле скрывается что-то стоящее.

За стеклянными дверями она обнаружила два письменных стола. Переполненные мусорные корзины. Ободранные обои. Застоявшийся запах сигаретного дыма. Вся эта роскошь располагалась по соседству с кофейней "Хот Стафф", также принадлежащей Энди.

К счастью, Энди хотел выкупить долю Эдем обратно. К несчастью, денег у него не было. Так что, хотя интуиция велела ей немедленно убираться из агентства, Эдем переехала в город, сняла квартирку и приступила к работе. Лицензии частного сыщика у нее не было, и получать ее она не собиралась, поэтому Эдем решила просто разбирать документы, вести архив, печатать и отвечать на телефонные звонки. Она попыталась выветрить запах сигарет, впитавшийся в стены, но освежители воздуха не слишком успешно справлялись с этой задачей.

Эдем принялась ждать, когда Энди накопит достаточную сумму, чтобы выкупить ее половину.

Прошел уже почти месяц. Она все ждала.

Впрочем, Энди раз в две недели выплачивал ей небольшое жалование за то, что она разгребала его дела. Все-таки скрягой он не был.

— Эдем, — поприветствовал ее Энди, едва она зашла в двери. — Рад, что ты вернулась.

— Поверь мне, после того дня, что у меня был, я тоже рада, что вернулась.

В былые времена Энди наверняка выглядел привлекательным и интересным мужчиной, хотя жизнь его основательно потрепала. Ему уже перевалило за пятьдесят, но он — агент ФБР в отставке – и сейчас был крепко сложенным блондином с теплыми дружелюбными зелеными глазами.

— Как дела? — поинтересовался он. — С тем полицейским?

Ну что ж, сам спросил.

— На меня напал серийный убийца, который заявил, что одержим демоном. Я едва не погибла. Шикарный коп — точная копия Брэда Питта — сперва пригласил меня на ужин, а затем передумал, и я не уверена, что мне стоит ему звонить. Это ведь будет выглядеть так, будто я навязываюсь? — Она вздохнула. — А еще меня в любой момент может стошнить. Просто предупреждаю.

Энди уставился на нее.

— Насчет серийного убийцы ты серьезно?

— Я сейчас не в том настроении, чтобы шутить.

— Но ты ведь в порядке? В смысле, не ранена?

Это было так мило с его стороны.

— Все нормально.

— Рад это слышать. — Он поджал губы. — Я бы остался тебя морально поддержать и все такое, но мне пора бежать. Ты здесь надолго?

Ну, может, не так уж и мило.

— Нет. Просто попытаюсь выбросить из головы все, что случилось. А это место, несмотря на интерьер, странно успокаивает.

— Ну... Если тебе нужно занятие... Можешь вбить это все в компьютер? Буду очень признателен.

Эдем посмотрела на стопку бумаг в его руках. Энди всегда писал от руки, а Эдем оказалась едва ли не единственным человеком в мире, который мог разобрать его почерк. Набор текста был незатейливой работой, которая поможет ей сконцентрироваться хоть на чем-то, прежде чем она соберется домой.

— Да, конечно. Без проблем.

Улыбнувшись, Энди хлопнул ее по плечу и положил папку на стол перед Эдем.

— Супер. Ты просто лапочка, особенно после того, что пережила. Увидимся завтра, с утречка пораньше, хорошо?

Она кивнула.

— Конечно. Спокойной ночи.

Энди, набросив пальто на плечи, вышел за дверь.

Эдем смотрела, как он усаживается в свой арендованный красный "Порше" и отъезжает от тротуара. Солнце медленно опускалось за горизонт, и небо постепенно окрашивалось в розово-фиолетово-оранжевые тона.

Она села за свой стол; странное уныние, охватившее ее после столкновения со смертью, не отпускало.

Если Эдем и вправду стопроцентный медиум, сможет ли она увидеть собственное будущее? И что ее ждет? Исполнение всех желаний? И все останется как и было?

— Делайте ставки, — пробормотала она. – Лично я ставлю на "как и было".

Эдем совсем недавно обещала себе смотреть на мир более оптимистично, после того как прочитала "Секрет"[1]. Пять раз подряд. У нее была книга, аудиозапись и DVD. Если Эдем начнет верить, что с ней случится что-то хорошее, то так и будет. Вот только вера должна быть абсолютной. Эдем надо четко представлять себе, чего ждет от жизни, чтобы добиться этого.

Конечно. Все возможно.

"Хочу больше денег, чтобы съехать с моей паршивой квартиры, — подумала она. — Это было бы замечательно".

А еще она хочет хорошую и интересную работу, которая будет заключаться в помощи другим людям. Правда, Эдем еще не знала, что это будет за работа.

Ну и наконец, замечательного мужчину, который станет любить ее такой, какая она есть.

Верь. Проникнись. Ищи. Бери.

Желудок вновь заворчал от голода. И Вселенная тут же подсказала решение. На столе Энди была большая коробка с пончиками и пирожными. А рядом с ней стояла кофеварка со вроде бы вполне свежим содержимым.

Эдем схватила трубочку с кремом и проглотила ее за каких-то пять секунд, радуясь, что вокруг нет свидетелей. Затем она выбрала пирожок с яблоками и, положив его на бумажную салфетку, налила кофе. Добавив двойную порцию сливок и два куска сахара, она поднесла кружку к губам и сделала большой глоток.

В желудке разлилось тепло, и одновременно Эдем почувствовала нечто другое. Все тело — даже руки и ноги — начало странно покалывать.

Поставив кружку на стол, она прижала ладонь к животу.

— Похоже, кофе не такой уж свежий, — сказала она вслух.

— Здравствуйте. Вы меня слышите?

Эдем обернулась, услышав мужской голос, но кроме нее в кабинете никого не оказалось.

— Здравствуйте, — настороженно ответила она.

Желудок слегка сжался. Такое стремительное расстройство? Наверное, все-таки стоило купить салат. Боги питания пытались дать ей знак.

— Кто вы? — вновь послышался голос.

Взгляд Эдем заметался по комнате. Что происходит? Все тело напряглось, а сердце бешено заколотилось. Должно быть, она до сих пор чувствует последствия схватки с серийным убийцей, и, видимо, это будет продолжаться еще какое-то время.

— Кто вы? — спросила она. — И где вы? Энди уже уехал.

— Вы женщина. — Голос прозвучал удивленно.

— И как вы догадались? А теперь вы скажете мне, кто вы и где скрываетесь, или у вас будут проблемы. Я не люблю играть в прятки.

— Вы можете слышать все, что я говорю? — Казалось, он удивился еще сильнее.

Эдем с трудом сглотнула.

— Конечно.

— Это из-за того, что другие... Ну, многие вообще меня не слышали. А те, кто слышал, часто не понимали.

Эдем сжала в ладони рукоять бейсбольной биты, которую хранила под столом. Осторожность никогда не помешает, учитывая, что "Трипл-Эй" располагается не в самом лучшем районе города.

— Какие другие? — спросила она.

— Ну другие... Мои прежние хозяева. Послушайте, не хочу вас пугать...

— Кем бы вы ни были, вам уже пора. — Она перехватила биту поудобнее и поднялась из-за стола. Больше никто не застигнет ее врасплох. Одного маньяка в день ей хватает.

Она толкнула ногой дверь в туалет. Там было совершенно пусто. Эдем пробрала дрожь. Даже если кто-то прятался, его голос не мог звучать в ее ушах так отчетливо. Так громко, что, казалось, он идет откуда-то...

Изнутри.

— Вы ведь та женщина с длинными рыжими волосами, да? Он хотел вас убить. А потом... — Голос на секунду замолк. — Дальше я мало что помню — все довольно смутно. Он погиб. А, ну да, конечно, иначе этого бы не случилось.

— Как вы обо всем узнали? — требовательно спросила Эдем, медленно отступая в сторону книжного шкафа Энди. — Я вызову полицию, если вы не оставите меня в покое.

— А еще там был коп. Высокий блондин. С пистолетом.

— Откуда вы узнали, что произошло? — Эдем заглянула под стол Энди, где легко можно было спрятаться. Но кроме трех скомканных листов бумаги, пролетевших мимо мусорной корзины, там больше ничего не оказалось. — Просто оставьте меня в покое. Если честно, я вовсе не медиум, как все считают. И в кладовку заглянуть я просто догадалась. Это называется совпадение — так со всеми бывает.

— Вы медиум? — переспросил голос. — Ах да, он же говорил. Он думал, что вы сумеете помочь ему избавиться от меня.

Эдем свела брови.

— Избавиться от вас? Убийца говорил, что одержим демоном, и хотел изгнать его.

Голова закружилась от одной этой мысли. Демонов не существует. Это бред.

Кроме этого, демон говорил бы совсем по-другому. Только что проснувшийся внутренний голос Эдем был низким, дружелюбным и спокойным. А демон же должен угрожающе рычать... ну, как-нибудь демонически.

Руки Эдем начинали болеть — так крепко она стискивала рукоять бейсбольной биты.

— Только без паники.

— Что, черт возьми, происходит?

— Вообще-то демон — довольно противное словечко, да? — продолжал он болтать. — Обещаю, что не причиню вам никакого вреда. Я пытался не дать моему прежнему хозяину поранить вас, и к счастью, вы в порядке. Ну, почти. А теперь нам стоит поговорить о...

— Вы д-д-демон? — Эдем начала заикаться.

— Эээ... Технически да. Только расслабьтесь. Я знаю, что это немного странно, но все будет хорошо.

Нет, это невозможно. Исключено. Демоны не существуют. А у Эдем, должно быть, просто нервный срыв. И вот это как раз таки вполне реально. У нее был крайне тяжелый день. И что-то в ее сознании, похоже, травмировалось настолько, что она вдруг начала слышать голоса.

— Все будет хорошо? — процедила она сквозь зубы. — Не думаю. Мне надо ехать в больницу. К психиатру. Похоже, у меня совсем крыша съехала.

— Вовсе нет. Сожалею, но мне обязательно нужен человек-носитель, иначе я рассеюсь в воздухе, как дымок. У меня нет выбора. Там стояли двое — вы и полицейский, и шансы были пятьдесят на пятьдесят, что я окажусь именно в вас. Хотя, должен сказать, вы моя первая женщина-хозяин за все это время. Думаю, это будет интересно.

Эдем облизала пересохшие губы. Мышцы были напряжены настолько, что, казалось, вот-вот лопнут, как старые резинки для волос.

— Вы сказали, дымок? Такой черный?

Черный дым, покинувший тело убийцы и устремившийся прямо к ней. Она приняла его за плод своего болезненного воображения, но теперь...

— Вы демон, — сказала она так тихо, что сама с трудом расслышала свои слова.

— Да.

— И теперь я одержимая.

— То, как вы это сказали, прозвучало довольно зловеще. Я предпочитаю использовать понятие "совместное проживание"...

Так значит, это правда. Эдем видела все своими глазами, когда застрелили маньяка. И та черная штука оказалась вовсе не дымом — это был тот самый демон, которым, как утверждал убийца, он одержим. И теперь этот демон сидит внутри нее.

На секунду Эдем показалось, что сейчас она грохнется в обморок. Потом это чувство рассеялось, и его сменил страх.

— Убирайся из меня, — тихо велела она.

— На первый взгляд кажется, что это отличный план, но вы должны понимать, выбираю вовсе не я. Я не могу существовать вне хозяина с тех пор, как...

— Убирайся немедленно! — Она стиснула биту так крепко, что та просто обязана была разлететься в щепки. В эти два слова Эдем вложила всю силу, какую только смогла призвать из Вселенной. Еще никогда она не была так яростно в чем-то убеждена, ни разу за все двадцать девять лет ее жизни, даже включая тот момент полгода назад, когда она вышвыривала своего лживого жениха на улицу. Теперь этот случай отошел на второе место.

Она скорее почувствовала, чем услышала — в голове, в груди, во всем теле, — как демон задохнулся внутри нее. Эдем словно пнули в живот, и она с хрипом согнулась; дым вырвался из ее рта черной струей без вкуса и запаха. Эдем отскочила назад, врезавшись спиной в стену, и подняла биту, словно та могла защитить ее от исчадия ада.

Дым завис маленькой грозовой тучей в пяти футах от нее. А потом, через несколько секунд, что-то изменилось. Эдем ошеломленно увидела в нем вполне конкретные очертания. Весь процесс занял не больше тридцати секунд, но время словно застыло. Эдем не могла двигаться, дышать, даже думать. Она могла лишь наблюдать за происходящим, ожидая, когда же появится огромное краснокожее рогатое чудовище и сожрет ее.

Глава 3

Когда процесс трансформации закончился, демон оказался и правда высоким, но вовсе не краснокожим или уродливым, и куда больше походил на мужчину, чем на монстра, которого ожидала увидеть Эдем.

Он поднял на нее широко распахнутые глаза и заморгал, выглядя не менее потрясенным, чем сама Эдем. Он вытянул перед собой руки, осмотрел их, а затем коснулся лица, провел пальцами по губам, щекам, ушам и наконец зарылся в темные волосы.

За полными губами сверкнули белые зубы, и он рассмеялся.

Вот только это был вовсе не зловещий демонический хохот. Скорее радостный смех.

— Не могу в это поверить, — выдавил он наконец. Он поднял над головой руки, потягиваясь, словно только что очнулся от долгого сна, и все его мышцы затекли.

— Я тоже. — Эдем удивилась, что у нее еще есть силы говорить, учитывая, настолько она была выбита из колеи. Ноги тряслись, поэтому о побеге даже думать не приходилось. Она чувствовала себя как девушка из клипа "Thriller" Майкла Джексона. Та, которая просто застыла на месте, крича как беспомощная дура, пока ее парень медленно превращался в волка.

Эдем просто не хватало воздуха в легких, чтобы последовать ее примеру.

Демон провел руками по груди, животу, бокам. Затем закрыл глаза и счастливо вздохнул.

Она с опаской взглянула на него.

— Хотите остаться один?

Он распахнул глаза и уставился прямо на нее:

— Больше, чем вы можете представить.

Голубые, почти ледяные глаза демона, обрамленные темными ресницами, резко контрастировали с черными взлохмаченными волосами, достаточно длинными, чтобы рассыпаться по его плечам. Он был бледным, словно уже очень-очень давно не выходил на солнце. Высокая фигура скрывалась под непритязательной одеждой — черные брюки, футболка, ботинки, — и встреться он ей на улице, Эдем вполне могла бы положить на него глаз. Демон оказался весьма привлекательным, но ей от этого легче не стало, наоборот, заставило напрячься еще больше. Его красивая внешность должна быть лишь фасадом, ловушкой — так венерина мухоловка заманивает своих жертв, чтобы сожрать их медленно и мучительно.

Она надеялась разглядеть кончики рогов, выглядывающие из волос, или черные кожистые крылья, сложенные за спиной, но в его внешности не было ничего угрожающего.

Демон откинул непослушную прядь с глаз и улыбнулся.

— Я уже больше трехсот лет не принимал материальную форму. Даже не могу описать, как это... Эй, осторожнее!

Он отшатнулся в сторону как раз в тот момент, когда бейсбольная бита рассекла воздух там, где он только что находился. Эдем снова замахнулась, но демон перехватил биту и с легкостью отобрал. Эдем отступила, оглядываясь, что еще поблизости можно использовать в качестве оружия.

Его темные брови сдвинулись.

— И какую часть фразы "я не причиню тебе вреда" ты не поняла?

— Не каждый день в меня вселяется демон. Прости, если я реагирую не так спокойно и сдержанно, как стоило бы. — Она схватила словарь в твердом переплете и швырнула в него. Книга врезалась в правое плечо демона и свалилась на пол.

— Ай, — сказал демон. И вдруг улыбнулся еще шире. — Ух ты, я могу чувствовать боль. Не то, чтобы я скучал по этому, но ты же понимаешь? — Улыбка растаяла, когда Эдем выдернула шнур из розетки и швырнула в демона телефон, который тот сумел отбить предплечьем. — Хотя на сегодня боли хватит.

Эдем в отчаянии искала что-нибудь, что еще можно швырнуть в демона, но тот неожиданно оказался рядом с ней и перехватил ее запястья.

— Хватит.

— Отпусти меня. — Она принялась вырываться, но его хватка оказалась слишком крепкой.

— А ты перестанешь бросать в меня вещи?

— Этого я обещать не могу.

Он притянул Эдем к себе.

— Тогда боюсь, что не могу пока тебя отпустить.

Демон оказался очень теплым и так походил на человека, что если бы Эдем своими глазами не видела его черным облачком дыма, то никогда бы в это не поверила.

Он перехватил оба ее запястья одной рукой, а другой медленно стянул резинку с ее волос, распуская их, затем скользнул пальцами по ее шее к ключице.

— Что, черт возьми, ты затеял? — сумела выдавить Эдем, потрясенная его странным и совершенно неожиданным поведением.

— Прости. — Его взгляд встретился с ее, и он улыбнулся. — Просто я так долго мог лишь наблюдать, что уже и забыл, как чудесно что-то чувствовать. Ты же не возражаешь, правда?

— Вообще-то возражаю. Предупреждаю: отпусти меня, или... Или.

— Это требование или просьба?

— Это требовательная просьба.

— Ты очень красивая.

— Эээ... Спасибо. Но я по-прежнему считаю, что тебе лучше меня отпустить. Прямо сейчас.

Жаль, что она уже перестала сопротивляться. Это придало бы ее словам больше веса. Просто этот странно привлекательный демон, находясь так близко, вызывал у нее такое чувство... в общем, странное.

Покалывание, которое она ощутила еще раньше, теперь сосредоточилось в одном месте — внизу живота, и Эдем стало заполнять опьяняющее тепло, страх сменился другим чувством — необычным, неконтролируемым желанием, жутким и опасным, потому что оно было вызвано этим демоном, прижимавшимся к ней.

— Прошло три века с тех пор, как я мог к кому-то прикоснуться, — прошептал он.

— Соболезную.

Целую секунду он смотрел на ее губы.

— Или, уж если на то пошло, целовался.

Эдем нервно кашлянула, ничуть не сомневаясь, что он, находясь так близко, без труда чувствует, как отчаянно бьется ее сердце.

— Паршивая участь.

Ей казалось, что с момента ее последнего поцелуя прошло не меньше времени, хотя на самом деле она вышвырнула того засранца — так она ласково называла своего бывшего — всего полгода назад. Это была одна из причин, по которым Эдем, не колеблясь, переехала из крохотного городка в Торонто.

Демон наклонился ближе.

Глаза Эдем распахнулись, когда она поняла, что именно он собирается сделать.

— Подожди...

Она не собиралась целоваться с демоном. Это абсолютно невозможно. Ни в коем случае. Ни за что...

Демон прильнул к ее губам

"Ну, может, я и не права", — мелькнула у нее мысль.

Она не заметила, когда он освободил ее запястья, но теперь его пальцы запутались в ее длинных волосах. А ее руки каким-то таинственным образом оказались у него на пояснице и стали медленно опускаться как раз в тот момент, когда Эдем приоткрыла рот под натиском этого ошеломительного поцелуя. В ответ демон хрипло застонал, его язык сплелся с ее, и Эдем пронзило молнией страсти.

"Какого черта я делаю?" — закричала Эдем на саму себя, словно взглянув на ситуацию со стороны.

Она оторвалась от его губ и убрала ладони с дьявольски твердых ягодиц демона, чтобы упереться ему в грудь, обтянутую черной футболкой, и оттолкнуть.

Он улыбнулся краешками губ.

— А вышло не так уж плохо, да?

Лицо Эдем запылало.

— Кажется, меня сейчас стошнит.

Улыбка стала шире.

— Вряд ли ты серьезно.

— Отойди от меня, — сказала она, но в этот раз ее голос был раздражающе прерывистым.

— Зачем? Снова хочешь в меня чем-то бросить? — Он навис над ней, словно хищник, загнавший добычу в угол.

— Не совсем. — Она вскинула колено достаточно резко, чтобы сообщить демону о серьезности своих намерений. Удар пришелся по тому месту, которое, как оказалось, у демонов не менее чувствительно, чем у обычных мужчин.

— Хорошо... ой. — В его глазах отразилась боль. Эдем выскользнула из ловушки демонских рук. Он сделал глубокий вдох и принялся ее изучать. — Не знаю, как тебе удалось помочь мне вернуть тело. Наверно, это как-то связано с тем, что ты медиум...

— Я не медиум, — заявила она, но получилось у нее не слишком убедительно. — Ну, не совсем.

— Не забывай повторять это почаще. И твоя жизнь будет по-прежнему спокойной и организованной. — Он перевел взгляд на стеклянную дверь, в которой отражалось скрывающееся за горизонтом солнце. — Думаю, мне пора.

— Не буду тебя задерживать. — Голос Эдем дрогнул. — Не забудь поздороваться с Сатаной, когда вернешься домой.

— Вообще-то он предпочитает, чтобы его называли Люцифер, и мы с ним не такие уж приятели, чтобы навещать друг друга. Но буду иметь в виду на тот случай, если наши дорожки пересекутся.

По спине Эдем пробежал холодок.

— Да иди же ты. Чао.

Он осторожно вытянул руку и толкнул дверь.

— Не могу поверить, что все вот так легко.

— Просто поверь. И, черт возьми, выметайся.

— Спасибо, что сделала это возможным. — Благодарность демона прозвучала невероятно искренне.

Эдем ткнула пальцем в сторону двери.

— Проваливай.

Словно собрав в себе все силы, он наконец распахнул дверь и вышел на улицу, на секунду замерев, прежде чем сделать парочку пробных шагов по пустой автостоянке. Затем еще несколько. И еще.

И вдруг остановился.

Эдем потерла глаза, не веря тому, что только что увидела. Демон вздрогнул, и его тело, казалось, потемнело и потеряло очертания.

Какое-то время он стоял неподвижно, а потом сделал несколько неуверенных шагов назад, и его тело вновь вернулось в нормальное состояние. Затем высокая одетая во все черное фигура развернулась и быстро вернулась в офис. Демон оперся на стеклянную дверь. Пот бисеринами выступил у него на лбу.

— Есть проблема, — выдавил он.

Каждая мышца Эдем напряглась.

— Так уладь ее.

— Не уверен, что смогу. — Он прерывисто выдохнул и встретился с Эдем взглядом. — Я добрался до определенной точки и понял, что у меня нет больше сил поддерживать материальную форму.

— И с чего бы это, черт возьми?

Демон покачал головой.

— Медиум здесь ты. Могу лишь предполагать, но, похоже, моя способность принимать материальную форму полностью зависит от твоей энергии — вдали от тебя я не могу ее поддерживать.

Очередная волна паники захлестнула ее. Эдем и в самом деле медиум — пусть даже самую малость. Этого больше нельзя отрицать.

Но проклятье, попытаться-то можно.

— Ты бредишь.

Его кадык дернулся, когда он сглотнул. Демон, казалось, побледнел еще больше.

— Раньше у меня было собственное тело, но меня прокляла ведьма. С тех пор я пытаюсь ее найти и снять заклятье, но немного затруднительно выслеживать кого-то, когда ты практически не можешь контролировать своего хозяина.

— Тебя прокляла ведьма? — шокированно переспросила Эдем

— До сегодняшнего дня я и не думал, что могу надеяться на что-то. — Демон вновь взглянул на свои руки. — Это так удивительно. Но... Я просто не могу от тебя уйти.

— Попробуй еще раз, — предложила Эдем. — И постарайся.

Он покачал головой.

— Я вышел на улицу и просто не смог идти дальше. Чувствовал, как силы уходят, а потом меня притянуло к тебе, как магнитом. Я должен находиться рядом с тобой. Теперь ты мой хозяин.

— Тогда тебе нужно найти другого хозяина, — твердо сказала она.

— Не могу. Я застрял в тебе, пока... — Его голос затих.

— Пока что? — Мысль об одержимости — еще час назад казавшаяся невозможной, а теперь ставшая главной проблемой ее существования — была слишком ужасна, чтобы вот так легко ее обсуждать.

— Пока ты не умрешь. Или пока я не найду ведьму, проклявшую меня. Впрочем, есть и хорошие новости. Я знаю, что она где-то поблизости. Я могу ее чувствовать. Поэтому я и направил своего предыдущего хозяина — того, который был до маньяка — в эти края. Это далось мне непросто, но я все-таки имел на него небольшое влияние.

Эдем расслышала только первую часть.

— Пока я не умру?

Он кивнул.

— Если ты умрешь, я получу свободу, и мне придется искать нового хозяина.

— Но ты свободен прямо сейчас. Я отпускаю тебя, — Эдем щелкнула пальцами. — Ты волен уйти в любое время. Иди же.

— Не могу. — Он обернулся на стеклянную дверь. — Кажется, я связан с тобой вне зависимости от того, есть у меня тело, или нет.

Разочарование переполнило Эдем до такой степени, что грозило вырваться наружу.

— Я этого не просила.

— Знаю. — Демон нахмурился. — И раз уж на то пошло, то я не плохой демон, если тебя это волнует.

На самом деле, именно об этом она как раз и думала.

— А что, есть и хорошие демоны?

— Прежде чем меня прокляли, я занимался тем, что отслеживал плохих ребят, тех, что сбежали из Ада и возвращал их обратно. Уверяю, люди при этом не страдали. — Он усмехнулся. — Вот видишь? Я из славных ребят.

Его слова Эдем совсем не убедили.

— Это ты так говоришь.

Его пристальный взгляд заскользил по всему ее телу вниз, а затем вверх, от обтянутых джинсами ног до сложенных на груди рук.

— Меня зовут Дэррак.

— Рада за тебя.

— А как твое имя?

Вместо ответа она прикусила губы, а демон, окинув взглядом комнату, подошел к ее столу, на котором лежала стопка визиток. Он поднял одну и посмотрел.

— Предположу, что ты Эдем Райли.

От того факта, что теперь ему известно ее имя, ей вновь стало плохо. Эдем не хотела, чтобы он хоть что-то знал о ней.

Положив визитку на место, демон направился к двери, чтобы сквозь двери посмотреть на улицу.

— Знаешь, я уже давно не видел закат своими собственными глазами.

Эдем чувствовала, что находится на грани нервного срыва. Зажмурившись, она первый раз в жизни принялась молиться о каком-нибудь божественном вмешательстве.

Пару секунд спустя, услышав, как Дэррак резко выдохнул, Эдем распахнула глаза. Он прижимал руку к животу, его лицо перекосило от боли.

Божественное вмешательство? Эдем моргнула. Неужели сработало?

Он оперся рукой о стену.

— Солнце село.

Она выглянула на улицу. Солнце уже полностью соскользнуло за горизонт, и тьма расползлась по всему небу.

— О чем это ты? — Она схватила степлер в качестве оружия и крепко прижала его к груди.

Демон привалился к стене.

— Мое тело... Я не могу его больше поддерживать. Это связано с... темнотой. В мире людей свет дает силу — тьма ее забирает. Даже со мной так. — Он стиснул зубы. — Я больше не могу сопротивляться.

Эдем вовсе не волновало самочувствие этого парня (пусть он и был довольно симпатичным, а его поцелуй — не таким уж отвратительным), она просто хотела, чтобы он ушел, и неважно, каким способом.

Он схватился за живот и, сползая по стене, застонал от боли.

Эдем подошла к нему и протянула руку, но ее дрожащие пальцы прошли сквозь его тело, словно демона больше там не было.

Он встретился с ней взглядом, а в следующую секунду его тело исчезло полностью, и Эдем уставилась на прежний черный дымок. Это сразу напомнило ей, что Дэррак — не обычный парень, мучающийся от боли, которому она могла бы чем-нибудь помочь. Он долбаный демон.

Она отшатнулась, когда тень закружилась прямо перед ней. Эдем чувствовала, будто эта дьявольская грозовая тучка с индивидуальностью изучает каждое ее движение.

— Стой на месте, — предупредила она. — А то плохо будет.

"Что именно "плохо"? — подумала она. — Я достану пылесос? Или быстро-быстро замашу руками так, что от него и следа не останется?"

Дым подкрадывался все ближе и ближе, пока не загнал Эдем в угол.

— Послушай. — Она вытянула перед собой руки, словно этого было достаточно, чтобы не подпускать его к себе. — Должен быть другой путь. Тебе не обязательно это делать.

Если он ее и слышал, то не обращал на ее слова никакого внимания, потому что в следующую секунду метнулся к ней.

— Стой! — закричала она.

Он ее не слушал. Стоило дыму коснуться кожи Эдем, как он исчез. Она ожидала, что почувствует боль, или касание ледяных пальцев смерти, или еще что-нибудь столь же ужасающее, но лишь теплое ощущение неожиданно и удивительно чувственно разлилось по всему ее телу, заставив Эдем громко выдохнуть. Она прижала ладони к животу, задышав тяжело и часто, пытаясь успокоить колотящееся сердце.

На это ушло некоторое время.

— Дэррак? — прошептала она.

Тишина.

Затаив дыхание она ждала, что он что-нибудь скажет.

Он молчал.

Но она чувствовала его — мужчину, который разговаривал с ней, целовал и сказал, что не сможет покинуть ее до самой смерти.

Она чувствовала его глубоко в себе.

Эдем свела брови. Это прозвучало куда сексуальнее, чем стоило бы. Она одержима демоном — как та маленькая девочка в фильме, которую рвало гороховым супом... у нее еще голова крутилась. Правда, Эдем одержима так называемым "хорошим" демоном, больше похожим на модель нижнего белья от Calvin Klein.

И что же теперь делать?

Она открыла нижний ящик стола, вытащила тяжелый телефонный справочник и принялась листать его с такой скоростью, что порезалась. Облизнув палец, она продолжила и дальше перекидывать страницы до буквы Э, чтобы найти в городе экзорциста с разумными расценками.

Глава 4

— Он сказал вам свое имя?

— Да, — прошептала Эдем в трубку, словно это могло защитить ее от "подслушивания". — Его... его зовут Дэррак.

— Странно.

— Это все странно. Можно поконкретнее?

— Демоны редко говорят человеку свое истинное имя. Это дает над ними большую власть. Думаю, он солгал, но я все равно это отмечу. – В трубке повисла тишина, нарушаемая лишь шелестом бумаги, когда Роуз, экзорцист из "Стоп-Дух" принялась делать записи насчет дела Эдем. — Вы не замечали на своей коже появление ожогов или других ран?

Эдем быстро осмотрела руки и опустила взгляд на скрытые джинсами ноги.

— Вроде бы нет.

— Может, там, где вы обычно находитесь, увеличилось количество насекомых?

— Нет. На самом деле все кажется вполне нормальным. Кроме того, что я... я одержима демоном! — Эдем откашлялась. — Простите. Мне нелегко иметь с этим дело.

— Конечно, это абсолютно нормальная реакция. Злой дух легко позволяет вам сделать этот телефонный звонок? Он не пытается вас как-то остановить? Может, двигает по комнате мебель? Заставляет летать ручки и карандаши? Или стены кровоточат?

— Кровоточащие стены? Нет... нет, ничего подобного. — Эдем сконцентрировалась, чувствуя в себе присутствие демона. — Не знаю, почему он сейчас молчит. Возможно, ему больно.

И почему эта мысль ее так взволновала? Экзорцист ведь и должен терзать демона, чтобы вынудить его уйти. Но Дэррак выглядел таким измученным, когда солнце садилось, и он терял свое тело.

Роуз откашлялась.

— Чтобы изгнать его из вашего тело, потребуется полторы тысячи долларов. Пятьсот вперед. Остальные после удачного завершения обряда.

Эдем вытаращила глаза.

— Полторы тысячи? Да это куча денег.

— Вы хотите, чтобы все прошло успешно, ведь так?

Эдем со свистом выдохнула.

— Как скоро вы будете здесь?

— Для начала мне нужен номер вашей кредитки.

Она неохотно вытащила из бумажника MasterCard и продиктовала Роуз номер.

— Я и мой помощник приедем, как только сможем, — заверила Роуз. — Вам лучше не выходить из помещения на случай, если демон заставит вас сеять хаос на своем пути.

— Мне бы этого не хотелось. — Эдем с трудом сглотнула. — И что мне делать, чтобы... чтобы...?

— Избавиться от власти злого духа?

Эдем коснулась живота. Щекотка, указывающая на присутствие Дэррака, сейчас едва ощущалась.

— Да. Точно.

— Я предлагаю вам почитать вслух Библию, если она у вас есть. Наденьте крестик, хотя это может иметь неприятные последствия — вдруг ваша плоть вспыхнет, — поэтому убедитесь, что у вас под рукой имеется стакан с водой — только не святой! — чтобы залить любой возможный источник пожара. Я бы еще подумала насчет соли, но так как это вы сама одержимы, то ее применение тоже может пагубно сказаться. Чтобы ослабить демона, чтения Библии вполне хватит.

Эдем взглянула на книжные полки возле стола Энди.

— Отлично, как раз ее нашла.

— Очень хорошо. Благослови вас Бог, милая. До скорой встречи.

Эдем повесила трубку и поднялась со стула, чтобы взять книгу в черном кожаном переплете. В животе заурчало, и она застыла, прислушиваясь, не Дэррак ли это, но оказалось, что это всего лишь съеденные пирожные никак не улягутся в ее бунтующем желудке.

— Дэррак, ты все еще... здесь? — спросила она у пустой комнаты.

Тишина.

Эдем стала ждать, прижимая Библию к груди и вздрагивая при каждом звуке.

Десять минут спустя входная дверь распахнулась, прозвенев колокольчиком над ней, и Эдем вскочила, надеясь, что это прибыл экзорцист. Все это время она не спускала глаз с телефона, раздумывая над тем, к кому еще можно обратиться за помощью – но никто больше не приходил на ум, — поэтому она не видела, кто подходит к офису.

Это был не экзорцист.

В офис, улыбаясь, зашел детектив Бен Кравец.

— Я просто решил заглянуть и проверить, чем вы тут занимаетесь. Сантос сказал, что не так давно привез вас сюда.

Эдем выдохнула с облегчением.

— Я так рада вас видеть.

Его брови взметнулись.

— Правда?

Эдем подошла к стоящему возле дверей детективу и крепко обняла его. Впрочем, осознав, что именно она делает, тут же смущенно отшатнулась.

— Ой. Прошу прощения…

Его губы изогнулись в улыбке.

— За это вам определенно не стоит извиняться. — И тут взгляд Кравеца упал на Библию, которую Эдем сжимала в руках. — Вы уверены, что все в порядке?

Она покачала головой.

— То мужчина... с-серийный убийца...

— Знаю, что вам пришлось несладко. Я удивлен, что вы сегодня решили ехать на работу. — Он оглядел постыдно убогий офис. — Вам пора уже расслабиться.

— Дело не в этом. Ну, то есть, и в этом тоже. Просто... когда он схватил меня, то сказал, что в него вселился демон.

— Да, я тоже слышал. Он был полным психом. Слушайте, если вы хотите побеседовать со специалистом, чтобы справиться с посттравматическим стрессом, то я могу устроить вам встречу. Это меньшее, что я могу для вас сделать после всего, что случилось.

— Нет... я... — И что она собирается делать? Все ему рассказать? Что убийца в самом деле был одержимым? И Эдем теперь тоже?

— Эдем, — донесся слабый голос Дэррака изнутри.

Проклятье.

— Вы это слышали? — спросила она у Бена.

— Слышал что?

— Мне потребовалось время, чтобы оправиться после изменения формы, — продолжил Дэррак. — Но теперь я чувствую себя лучше.

Бен коснулся ее плеча.

— Эдем, все будет хорошо. Он умер. Он не сможет снова вам навредить. Обещаю.

— Знаю.

— Тогда почему вы так напуганы?

Слово "напугана" даже близко не описывало того, что чувствовала Эдем.

— Это... демон, о котором он говорил.

— Демонов не существует, — заверил ее Бен.

— Но...

— Эдем, — перебил ее Дэррак, — ты пытаешься рассказать ему обо мне?

Она замолкла.

— Но что? — переспросил Бен. Он присел на стол возле входной двери, на котором стояла кофеварка. Вытащив из кармана рубашки темные очки, он опустил их на столешницу и скрестил на груди руки.

— Только взгляни на него, — настаивал Дэррак. — Разве он похож на человека, который готов тебе поверить? Или, скорее, ты расскажешь, что одержима, а он погладит тебя по головке, скажет, что все понимает, а затем отправит тебя к людям в белых халатах, которые нацепят на тебя смирительную рубашку? Можешь мне поверить, я не раз бывал в таких ситуациях. Люди не желают верить, что такие вещи возможны. Это их пугает.

— И я даже знаю, почему, — пробормотала Эдем.

Бен явно растерялся.

— Простите?

— Когда люди чего-то боятся или не понимают, они невольно предпочитают игнорировать то, что видят, — продолжал Дэррак. — Они закрывают свое сознание от того, что не вписывается в их представления о "нормальном". Гарантирую — если ты скажешь копу, что случилось, он тебе не поверит и решит, что ты свихнулась.

Конечно же, он был прав. Эдем уже знала, насколько скептически Бен относится ко всему сверхъестественному. А тут уж сверхъествественнее некуда. Да и какие доказательства собственной одержимости у нее есть? Бред сумасшедшей... по крайней мере, так это прозвучит. Бен и без того сомневается в ее экстрасенсорных способностях. Он ведь уже обзывал их фокусами-покусами?

Она не может ему рассказать. Эдем должна справиться с ситуацией самостоятельно.

— Со мной все хорошо, — наконец ответила она и выдавила неуверенную улыбку. — Правда. Просто мне нужно хорошенько выспаться.

Бен подозрительно изучал ее несколько секунд.

— Рад слышать.

От фальшивой улыбки у Эдем заныли щеки.

— Что-нибудь еще?

Он откашлялся.

— Эээ... Нет, ничего.

— Вот видишь, — заявил Дэррак. — Все не так плохо, правда?

— Заткнись, — пробормотала она.

Бен уставился на нее.

— Вы что-то сказали?

— Эээ. — Ее взгляд заметался по комнате, где были только они вдвоем. — Хотите эээ… пончик?

Он перевел взгляд на коробку с пончиками, стоящую возле кофеварки, на которую ему широким жестом указывала Эдем, словно превратившаяся как по волшебству в неуклюжую сестру Ванны Уайт[2].

— Мне показалось, вы только что велели мне заткнуться.

— Нет! — Она рассмеялась. Правда, смех получился слегка истерическим. — Иногда я разговариваю сама с собой. Мой внутренний голос, кажется, живет собственной жизнью.

"В буквальном смысле," — подумала она.

Он подошел к коробке с пирожными и взглянул на них.

— Не то чтобы я голоден. На самом деле, я здесь как раз из-за еды. Хотел вас кое о чем спросить.

— А ты к нему неровно дышишь, да? — подколол ее Дэррак. — Но я-то вижу, он тебе не подходит. Иначе ты могла бы ему рассказать обо всех своих проблемах и была бы уверена, что он поверит каждому твоему слову.

Эдем пыталась не обращать на него внимания.

— О чем, детектив?

— Кажется, я уже просил называть меня Беном.

— Точно... Бен. — Эдем невероятно злило то, что этот сногсшибательный момент испорчен невидимым, но хорошо слышимым присутствием Дэррака.

— Знаю, что сегодня нашим планам поужинать помешали, но, возможно, вы на этой неделе будете свободны...

— Думаю, тебе лучше попросить его уйти, — заявил Дэррак. — Он так смотрит на тебя. Это неприлично.

Эдем разочарованно вздохнула.

— Просто уходи, ладно?

Бен моргнул.

— О. Понял.

Ее сердце упало. Он решил, что это его приглашение отвергает Эдем. И в конце концов, почему он должен был решить иначе? Ведь в комнате, кроме них, больше никого не было.

Бен натянуто улыбнулся.

— Ясно, намек понят. Не волнуйтесь, я вас больше не потревожу.

— Нет, Бен! Подождите... — Эдем подняла руку, чтобы остановить его, но было уже поздно. Не оглядываясь на нее, он вышел из офиса и зашагал к своей машине.

Эдем злобно выдохнула.

— Ненавижу тебя.

— Ты это мне? — поинтересовался Дэррак.

— Да?

— А что я сделал не так?

— Думаю, сам знаешь.

Повисла тишина, такая долгая, что Эдем уже подумала, что Дэррак снова куда-то запропастился. Но тут он наконец ответил:

— Ты права. Прости, что влез не в свое дело. Кажется, сейчас я совсем без сил.

— Мы оба.

Еще одна пауза.

— Я уже говорил, что с предыдущими хозяевами мне никогда не удавалось общаться так легко. Может, нам стоит сотрудничать, чтобы найти ведьму, и я смог бы убраться из твоей жизни ко всем чертям? Прости за каламбур.

Эдем напряглась.

— А откуда ты знаешь, что ведьма близко?

— Когда она прокляла меня, ее черная магия оставила след, который так и не развеялся за все это время. Считай это чем-то вроде слабого волшебного сигнала GPS. И поэтому сейчас я чувствую, что она близко.

Ну конечно. Дело ясное, что дело темное.

Эдем наблюдала в окно, как черный "Chrysler LeBaron" Бена свернул за угол и умчался прочь.

— Поверить не могу, что он пригласил меня на свидание, а я его обидела.

— Он нравится тебе.

— А кому он не нравится? Он само совершенство. — Эдем поджала губы, ее снова накрыло волной разочарования. — Я хочу, чтобы ты ушел, Дэррак. Пожалуйста. Я не могу так жить.

— Если ты поможешь мне найти ведьму, я уйду. С радостью.

— Как ее зовут.

— Не знаю.

— Ты не знаешь имя ведьмы, которая тебя прокляла? Да в этом городе со всеми окрестностями живет пять миллионов человек.

— Я найду ее. И как только это сделаю, обещаю — все закончится.

— Так не пойдет.

Вспомнив, о чем ей говорил экзорцист, она стиснула зубы и открыла Библию.

— Будь тверд и мужествен, — принялась читать она вслух, — не страшись и не ужасайся; ибо с тобою Господь Бог твой...

— Что это ты задумала? — прервал ее Дэррак.

— Читаю Библию.

— И часто ты это делаешь?

— Я привыкла читать Библию весь день... целыми днями. А у тебя с этим какие-то проблемы? Тебя немножечко печет? — Она выгнула бровь. — Может, хочешь уйти и никогда не возвращаться?

— Боюсь, все не так просто. Хотя, если позволишь, мне кажется, что Откровение Иоанна Богослова неплохо успокаивает.

Проклятье! И почему Священное Писание не оказывает на демона никакого воздействия? Пусть Эдем не ходила в церковь с десяти лет, это в любом случае должно работать. Иначе что из него за демон?

Он же говорил — хороший демон.

Точно

— Не знаю, что могу сказать, чтобы успокоить тебя. — В его голосе прозвучала усталость. — Мне не нравится это так же, как и тебе. Даже больше, если это вообще возможно. Я веду подобное существование уже так давно, что с трудом припоминаю, что было раньше. Пожалуйста, Эдем. Я не смогу закончить это без тебя.

Она положила Библию на стол.

— Я знаю, как покончить с этим.

— Так ты мне поможешь? — спросил он.

— Уже приступаю. — Она нервно сглотнула. — Ты можешь читать мои мысли?

— Нет. Только то, что ты говоришь вслух.

Это хорошо, потому что если бы он мог прочесть ее мысли, то узнал бы, что два человека, стремительно приближающиеся к дверям "Триппл-Эй" вовсе не потенциальные клиенты, а экзорцисты, которых она наняла, чтобы решить свою небольшую потустороннюю проблему.

Эдем собрала все силы, готовясь к тому, что ей предстоит.

Стены еще не кровоточили, но вечер только начался.

Глава 5

Доступно только для пользователейКолокольчик над дверью прозвенел, и в офис зашли двое. Одним из визитеров оказалась невысокая пухлая женщина с коротко подстриженными рыжими волосами и улыбкой, для описания которой напрашивалось только одно слово — веселая. На женщине было свободное цветастое платье, через плечо висела большая синяя полотняная сумка. В руке она держала трость с хрустальным набалдашником.

Ее сопровождал парень – совсем молодой, похожий на студента колледжа, — одетый в черные брюки и белую рубашку. Он не улыбался. Темно-русые волосы казались длинноватыми, но лицо было очень красивым, почти ангельским — голубые глаза, обрамленные густыми ресницами, высокие скулы, полные губы. В школе его наверняка дразнили "красавчиком".

— Приветствую вас, Эдем Райли, — торжественно объявила женщина.

— Эээ... приветствую, — неловко ответила Эдем.

— Я Роуз Дивайн, — представилась та. — Мы с вами разговаривали по телефону. А это мой сын Малкольм. Он будет мне помогать сегодня.

Малкольм, коротко кивнув Эдем, окинул взглядом офис.

— Мы одни?

— Да, — ответила она.

— Ты ждала этих людей? — поинтересовался изнутри Дэррак.

— Да, — повторила она.

— Твои друзья?

— Угу.

Дэррак умолк на секунду.

— А у тебя всегда при встречах с друзьями сердце колотится, как у обкуренной скаковой лошади?

Эдем не ответила.

Роуз подошла к ней и заглянула в глаза. Потом обхватила голову Эдем руками и потянула ее к себе, пока их лица не оказались в паре дюймов друг от друга.

— Мы должны начинать немедленно. Пожалуйста, сядьте.

Малкольм подошел к стеклянной двери и запер ее.

— Где мне встать, мама?

— Рядом со мной, дорогой.

— Эдем, что происходит? — поинтересовался Дэррак.

Она опустилась на свое удобное потертое кресло и из всех сил вцепилась в подлокотники, будто собираясь пустить в нем корни.

— Я тебе помогаю.

— Помогаешь мне?

— Демон говорит с вами прямо сейчас? — спросила Роуз.

Эдем кивнула.

— Да.

Роуз схватила ее за подбородок и сжала пальцы так сильно, что губы Эдем некрасиво выпятились.

— Внемли моим словам, демон. Это твой последний шанс. Изыди из тела этой женщины по собственной воле, пока еще можешь. А если откажешься, мы силой извлечем тебя из нее.

Дэррак вздохнул.

— Экзорцисты? Ты шутишь?

— Отвечай, порождение тьмы, — прошипела Роуз, впиваясь пальцами в лицо Эдем еще сильнее. Эдем изо всех сил сдерживалась, чтобы не оттолкнуть ее руку. — Каков твой ответ?

Еще один внутренний вздох.

— Эдем, давай это обсудим.

— Мне ошшень шшаль. — Слова звучали неясно из-за Роуз, до сих пор сжимавшей ее лицо. — Но ты не остафил мне фыбора.

— И что ты сделала? Позвонила в справочную службу, чтобы они подсказали ближайшего экзорциста?

Эдем откашлялась.

— Нет. Прошто фзяла телефонную книху.

— Я уже говорил, что не могу тебя оставить. Не потому что не хочу. Поверь, я хотел бы, просто не могу.

— Он гоорит, что не мофет меня остафить, — заявила Эдем.

— Ложь, — отрезала Роуз.

— И можешь передать этой дамочке, чтобы она отвалила, — добавил Дэррак. — Пусть берет свои освященные прибамбасы и запихнет их в свои панталоны.

— Демона напугали мои способности? — поинтересовалась Роуз.

— Нне софсем. — Эдем поняла, что в таком стиснутом состоянии говорить становится все сложнее. Щеки начали ныть. — Не мохли пы фы отпустить мое цифо? Пофалуйста.

Та, наконец, убрала руку, и Эдем, вздохнув с облегчением, потерла саднившие щеки.

— Именно, — заявил Дэррак. — Я действительно не боюсь, потому что за последние триста лет повидал немало экзорцистов. Поверь мне, среди них было столько деревенщин, которые думали, что смогут избавиться от меня, но истинный экорцист должен верить в демонов и Преисподнюю, и его вера обязана быть абсолютной. И, кстати, ему необходима святая вода.

— Малкольм, передай мне, пожалуйста, святую воду. — Роуз протянула к нему руку.

— Да, мама.

Дэррак продолжал издеваться:

— Они говорят, что это святая вода, но, может, на самом деле там обычная вода из-под крана?

— Так что нам делать? — спросила Эдем.

— Теперь вы должны повторять за мной, — ответила Роуз. — Я, Эдем Райли...

— Я, Эдем Райли.

— Стремлюсь к избавлению моей телесной оболочки от нечистого...

Эдем повторила.

— Отказываюсь от зла и черной магии...

Ну конечно.

— Отказываюсь от зла и черной магии.

— И похотливых мыслей.

Эдем нахмурилась.

— Похотливых мыслей?

— Похоть — смертный грех. Возможно, вы были избраны в качестве сосуда для демона из-за этой непотребной блузки, что на вас сейчас. Просто срам!

Эдем прижала руку к груди.

— Я купила ее в «Sears» на прошлой неделе. Ее же можно стирать в машинке!

— Похоть сейчас — один из самых распространенных грехов, сопровождаемый жадностью и тщеславием. — Роуз погладила Эдем по щеке. — Кстати о деньгах. Хочу сразу сообщить вам, что тысячу долларов придется заплатить вне зависимости от того, удастся мне изгнать из вас злого духа или нет. Они будут сняты с той банковской карточки, номер которой вы мне дали.

— И никакой гарантии возврата денег?

— Боюсь, нет. Мы же имеем дело с приспешником дьявола.

— Теперь она называет меня приспешником? — заворчал Дэррак. — Еще и оскорбляет ко всему прочему.

— Также вам надо дать расписку, которая освободит нас от любой ответственности, если обряд нанесет вам какой-либо ущерб или приведет к вашей гибели. — Роуз положила бланк перед Эдем и протянула ей ручку.

Эдем распахнула глаза.

— Моей гибели?

— Даже при такой простой косметической процедуре, как липосакция, возможны побочные эффекты. Мы никогда не умалчиваем об этом. И разве не предпочтительнее быть мертвой, чем одержимой?

— Ну...

— Эдем, послушай, — встрял в разговор Дэррак. — Я пытался быть терпеливым, но ты должна отослать этих людей прямо сейчас, прежде чем все это выйдет из-под контроля.

— Думаешь, им удастся? — спросила она вслух. Роза и Малкольм знали, что она болтает со своим внутренним демоном, поэтому Эдем не видела причин шептать или пытаться как-то еще скрыть их беседу.

— Нет. Но ты хотя бы представляешь, в чем заключается обряд изгнания?

— Да, он избавит меня от демона.

— И растерзает твою душу.

Эдем напряглась.

— Правда? С чего ты взял?

— Потому что когда они попытаются избавиться от меня, я ухвачусь за нее. Я вцеплюсь в твою маленькую сверкающую душу, как в спасательный круг. Если эта Роуз и вправду так хороша, то в конце концов ей удастся меня вырвать. И тогда моя сущность будет уничтожена — мы обычно используем термин "стерта", — меня швырнет в Пустоту, место, где царствует бесконечная тьма и отчаяние, и откуда нет выхода.

— Похоже на ад.

Он невесело рассмеялся.

— Пустота — это самый нижний круг ада. Все вместе: Пустота, Круги ада, Чистилище — составляют Преисподнюю. Хотя остальные части ада по сравнению с Пустотой — это просто отели Лас-Вегаса. Если демона изгнать — это вовсе не то же самое, что сразить его. Если меня сразят, я просто получу билет до ада в один конец. Исцеление ран займет немало времени, но я все еще буду существовать. Экзорцизм же имеет более постоянный эффект. Меня ждут несколько дней неистовых мук и страданий, а потом все будет кончено.

Во время этого монолога Дэррака Роуз внимательно изучала Эдем, старательно печатая что-то на маленьком ноутбуке, который она принесла с собой.

Эдем сглотнула.

— Это словно вырывать зуб без анестезии.

— В триллион раз хуже.

— В триллион?

— Ну... во много. Я не знаю точной цифры. Я демон, а не математик.

— Что бы демон вам сейчас ни говорил, не слушайте, — велела Роуз. — Он пытается убедить вас, что достоин существования в этом бренном мире. Он может многое вам наобещать — богатство, вечную красоту, долгие часы грязного секса...

Брови Эдем взлетели.

— Что, простите?

— Да, раз уж она упомянула об этом, — влез Дэррак. — Кажется, я способен днем принимать вполне материальную форму?

— Где подписать? — спросила Эдем. — Давайте покончим с этим.

Роуз ткнула в нужную строчку на бланке, и Эдем нацарапала свое имя. Экзорцист выхватила документ из-под ручки, свернула его и спрятала в сумку.

Дэррак вдохнул.

— Думаю, бесполезно говорить о том, что мое полное уничтожение займет три долгих дня, заполненных пытками?

— Ты демон, — пробормотала Эдем под нос. — Демоны лгут.

— Нам вовсе не обязательно заниматься так называемым "грязным сексом". Я это сказал, просто потому что у меня давно его не было. Про подглядывание за своими хозяевами даже говорить не стоит.

— Меня это не волнует

Так его действительно ждет мучительная агония в течение многих дней перед смертью? А демоны вообще умирают? Эдем вдруг пожалела, что в прошлом не уделяла должного внимания своим занятиям в воскресной школе. Впрочем, это было так давно, да и теперь она вспомнила, что подобные темы там не поднимались. Им рассказывали о Ное и его ковчеге, полном мирно уживающихся друг с другом животных, а вот о том, что делать, когда в тебя вселяется демон, почему-то не упоминали.

— Тебе не страшно? — спросила Эдем. — Ну, хоть капельку?

— Нет. После всего, что мне довелось видеть, я не думаю, что у этой женщины хватит сил, чтобы избавиться от меня. Она слаба. Даже если в пузырьке настоящая святая вода, это будет совершенно неважно. И ты уже знаешь, как на меня действует Библия. Никак. А знаешь, почему? Потому что я не зло. Я не причиню тебе вреда. Мне просто нужна твоя помощь, чтобы решить эту проблему другим, гораздо более гуманным способом.

— А ты любишь поболтать.

— Я триста лет ни с кем не разговаривал. Подай на меня в суд. А бессмысленно сотрясает воздух здесь только эта дамочка. Кроме того, как я могу бояться кого-то в таком уродливом платье?

— Дэррак... — начала Роуз, — твоим настоящим именем я связываю тебя.

— Ты сказала ей, как меня зовут? — досадливо спросил Дэррак.

Эдем нахмурилась.

— Разве ты не должен... оцепенеть, ну или что там?

— Сковаться. И нет. Ни в малейшей степени.

Роуз наморщила лоб.

— Нечистый дух признал власть своего имени?

Эдем нервно заерзала на стуле.

— Что-то не похоже.

— Дэррак, — повторила Роуз. — Я связываю тебя, исчадие ада.

— Видишь, она начинает вешать лапшу на уши, — заметил Дэррак.

Эдем закатила глаза.

— Это не работает.

— Должно быть, он солгал насчет своего имени, — решительно заявила Роуз. — Если бы он сказал настоящее, проблем бы не возникло.

— Верно, — отметил Дэррак. — Одно очко в пользу дамочки в деревенском халатике.

— То есть тебя зовут не Дэррак?

— Это скорее прозвище. Прости, я не говорю настоящее имя тому, с кем только что познакомился. И я бы сказал, что ты не должна обижаться, раз уж решила использовать его против меня. Давай покончим со всем этим, пока мы оба еще можем сохранить достоинство?

— Мама, позволь мне. — Малкольм вышел вперед.

Роуз кивнула.

— Хорошо.

Долговязый и худой парень с ангельским лицом сделал шаг в сторону Эдем и прислонился к ее столу. В руках он держал Библию, пузырек со святой водой стоял на столешнице.

Наклонившись, он заглянул Эдем прямо в глаза.

— Демон, я приказываю тебе: изыди из тела этой невинной женщины.

Дэррак внутри нее выдохнул.

— Проклятье. А парнишка-то хорош.

В смысле? Этот студент, в отличие от матери, был настоящим, истинно верующим, экзорцистом?

— Нечистый... — Малкольм обмакнул пальцы в бутыль со святой водой и поднес их ко лбу Эдем, совершая над ним крестное знамение. Вода, испаряясь, слегка защипала кожу.

Дэррак, должно быть, почувствовал больше, чем просто ожог, потому что он снова выдохнул:

— Нет.

— Изыди, — тем же ровным тоном продолжил Малкольм. — Убирайся в ту бесконечную тьму, что породила тебя, и никогда более не возвращайся.

Эдем резко втянула воздух. Она почувствовала внутри неприятное напряжение. Что бы Малкольм ни делал — это работало.

И именно этого она ведь и хотела, так?

— Эдем. — Голос Дэррака звучал отнюдь не счастливо. — Пожалуйста, хватит. Не позволяй ему изгнать меня.

Малкольм взял маленькую черную Библию и без предупреждения прижал ее ко лбу Эдем. Она громко вскрикнула, когда ее кресло рвануло назад, ударившись спинкой о стену.

— Изыди, — возвысил голос Малкольм. — И не возвращайся. Я связываю тебя узами и низвергаю в бездну во веки веков.

Тянущее ощущение в груди стало сильнее, и Эдем начала паниковать. Правильно ли она поступает? И готова ли она обречь на страдания того, кто хотя и приводил ее в замешательство одним своим присутствием, но сам не причинял ей никакого вреда? А вдруг он прав, и демоны правда бывают хорошими? Тогда не будет ли сама Эдем злом, нанимая кого-то, чтобы разорвать Дэррака на части, лишь бы избавиться от него — словно она решила прижечь нежелательную бородавку?

— Как твое истинное имя, демон. — Малкольм еще теснее прижал Библию ко лбу Эдем. — Скажи мне. Теперь, перед лицом праведного суда и всего святого, ты не способен солгать мне.

— Мое имя… — начал Дэррак. — Я... нет! Нет. Эдем, пожалуйста, прекрати. Я все сделаю! Я обещаю, мы можем уладить это по-другому!

Эдем стиснула зубы и перехватила запястье Малкольма.

— Ладно, думаю, на этом хватит. Остановись.

— Мама, держи ее. Демон заставляет ее бороться со мной.

Роуз тут же возникла рядом, отставляя трость в сторону и опускаясь на колени перед креслом Эдем, чтобы прижать ее руки к подлокотникам. Или она на самом деле оказалась такой сильной, или силы Эдем внезапно иссякли, но этого было достаточно, чтобы надежно удерживать ее на месте.

— Все будет хорошо, милая, — сказала она. — Думайте о чем-нибудь приятном. Пусть у вас останутся лишь чистые, невинные мысли. Мы изгоним этого демона, как вы и просили.

— Я передумала, — скрипнула зубами Эдем. — Это не совсем демон.

Роуз склонила голову набок.

— Разве?

— Да. Это... Я просто заказывала вчера пряные мексиканские блюда. У меня всего лишь сильная изжога. Мне не нужен экзорцист. Лучше пару таблеток "Мезима".

— Ее змеиный язык произносит ложь! — провозгласил Малкольм.

— Сам ты змеиный, — уставилась на него Эдем. — А теперь или прекратите, или у вас будут большие неприятности.

Ну конечно. Это ведь прозвучало достаточно сурово?

— Обряд не прервется, пока я не закончу. — Малкольм вынул из кармана блокнот и перелистнул несколько страниц. — Sancte Michael Archangele, defende nos in praelio et colluctatione, quae nobis adversus principes et potestates…

— Эдем. — В голосе Дэррака — несмотря на то, что до Эдем он и так доносился немного искаженным — слышались паника и сдерживаемая боль.

— Прекратите это немедленно. — Эдем воззрилась на Роуз, которая смотрела на нее как-то странно.

— Она не совсем человек, — тихо произнесла та. — Она соприкоснулась с магией, и это придало демону дополнительные силы. Я не знаю, чем именно она отличается от простого человека. Малкольм, будь осторожен.

Роуз что, сумела почувствовать ее скромные экстрасенсорные способности? Но прежде чем Эдем успела потребовать ответа, Малкольм сгреб ее волосы в кулак и запрокинул голову, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Так демон не единственное грязное создание в этой комнате. Возможно, именно этим ты его привлекла. Ты тоже дьявольское отродье.

— Убери от меня руки, — прорычала Эдем.

— Я могу помочь тебе, — настаивал тот, — но для этого нужно, чтобы ты была в ясном сознании и освободилась от его влияния.

Он отпустил ее волосы, но лишь затем, чтобы наотмашь ударить ладонью по щеке. Боли и потрясения хватило, чтобы выбросить все связные мысли о сопротивлении из головы.

— Малкольм, — резко сказала Роуз. — Это уже лишнее.

— Мама, пожалуйста. Дай мне просто сделать свою работу.

Роуз продолжала ее удерживать, когда Малкольм ударил Эдем по другой щеке. От силы оплеухи у нее зазвенело в ушах, а боль молнией пронзила череп, и в этот момент в дверь постучали.

Обернувшись, Эдем удивленно увидела вернувшегося Бена. Сквозь стеклянные двери он смотрел на происходящее. Их взгляды встретились.

Он дернул ручку, пытаясь войти, но дверь была заперта. Тогда он с силой ударил по ней кулаком.

"Должно быть, со стороны это выглядит не слишком хорошо", — рассеянно подумала Эдем, чувствуя одновременно и облегчение и тревогу из-за того, что у обряда изгнания появился свидетель.

В следующую секунду раздался звон — это дверь разлетелась вдребезги. Бен, обернув кулак полой кожаной куртки, разбил стекло возле замка и теперь пытался открыть ручку и войти.

— Что, черт возьми, здесь творится? — требовательно спросил он

— Оставьте нас, — буркнул Малкольм через плечо.

— Это вряд ли. Отпусти ее. — Бен вытащил пистолет и нацелил его на Малкольма. — Немедленно.

Глава 6

Доступно только для пользователейМалкольм поднял руки и отступил на несколько шагов.

— Вы делаете большую ошибку.

— Мне кажется, ошибки здесь совершаете вы. И, дамочка, вас это тоже касается. Отойдите от нее подальше. — Бен перевел взгляд на Эдем. — С тобой все хорошо?

Эдем чувствовала, что ее всю трясет. Она вдруг с тревогой поняла, что не ощущает в себе присутствия Дэррака. Его изгнали? Малкольм успел завершить обряд?

— Да, я в порядке, — выдавила она наконец.

Бен прищурился, глядя на Роуз и Малкольма.

— Вы двое арестованы за нападение.

— Нет, подожди, — вскрикнула Эдем, поднимаясь на ноги. — Я не буду выдвигать против них обвинение.

Она не могла позволить Бену арестовать их. Эдем оплатила их приезд. Они делали только то, чего она сама от них хотела. По крайней мере, до того момента, пока она не передумала.

Ведь, в конце концов, у одержимой женщины есть такое право.

— Что ты…? — Бен свел брови. — Что, черт возьми, это значит? Я же видел, как этот сукин сын тебя ударил!

Эдем поморщилась.

— Это было не то, о чем ты подумал.

— Тогда что это было?

— Всего лишь недоразумение, — ровным голосом произнесла Роуз.

Пистолет в руке Бена дрогнул.

— Эдем? Я жду объяснений.

Она кивнула.

— Недоразумение. Но все остались целы. — Она бросила взгляд на разбитую дверь. – И почти ничего не пострадало.

— Но я же видел, как он тебя ударил.

Она подошла к Бену и положила руку на его мускулистое предплечье, вынуждая опустить пистолет.

— Серьезно, Бен. Просто забудь. Пожалуйста. Пусть они уходят.

Было совершенно ясно, что Бен колеблется. Он пытался найти на ее лице хоть какие-то ответы. Наконец он неохотно вернул оружие в кобуру.

— Ладно, будь по-твоему.

В его словах не было ни капли юмора.

Эдем, облегченно выдохнув, посмотрела на экзорцистов.

— Теперь вы можете идти, — твердо сказала она. — Мы закончили.

— Вы ее слышали, — прорычал Бен. — Убирайтесь. Прямо сейчас. Пока я не передумал.

Роуз быстро подхватила трость и сгребла в сумку остальную атрибутику.

— Как я уже говорила, мисс Райли, мы берем полную плату за оказанные услуги. Благодарим, что обратились к нам, и удачного вам дня.

Малкольм шагнул к Бену.

— Вы хоть представляете, что именно прервали?

Бен пронзил его взглядом.

— Не дал одному ублюдку издеваться над моей подругой.

— На самом деле как раз наоборот. Ваша подруга находится в большой опасности, и эту проблему надо срочно решать.

Коп сжал кулаки и подбоченился.

— Вы даже не представляете, какую опасность представляю я.

Малкольм кивнул на золотую цепочку с крестиком, висевшую на шее Бена.

— Я вижу, вы веруете в добро и зло.

Бен прищурился.

— Я так живу и именно поэтому выбрал профессию.

Малкольм бросил на Эдем мрачный взгляд, прежде чем его внимание вернулось к полицейскому.

— Я запомню. Пойдем, мама.

Стекло разбитой двери захрустело под их ботинками, когда они выходили.

Эдем встала и прошла через весь офис к кофеварке, налила горячий черный напиток в чашку и трясущимися руками поднесла ее к губам. Она бы предпочла что-нибудь покрепче, но под рукой ничего не было.

— Спасибо, — сказала она чуть погодя.

Все это время Бен смотрел на нее.

— Не хочешь рассказать, что это было?

Как все это выглядело в его глазах? Эдем понятия не имела, что ему сказать. Все, что она знала — правда не прокатит.

— Как я уже говорила, вышло недоразумение.

— Ты их знаешь?

— Можно и так сказать.

— Кто они такие? — продолжал он давить на нее. — И что та женщина имела в виду, когда благодарила тебя за то, что ты обратилась к ним?

— В эти дни представители «Avon» такие агрессивные.

— Эдем...

Она покачала головой.

— Просто забудь. Пожалуйста.

— Забудь? — Он напрягся. — Чтобы добраться до тебя, я расколотил дверь, а ты даже не можешь объяснить, от чего я тебя спас?

Несмотря на серьезность ситуации, Эдем не смогла удержаться от улыбки.

— Мой герой.

— Я думал, с маньяком вышла просто случайность, но ты, похоже, просто магнит для неприятностей. Или сегодня тебе просто везет?

— Забыла заглянуть в гороскоп. Там, наверное, сказано, что мне не рекомендуется выходить сегодня из дома… или когда-либо снова. — Эдем постаралась, чтобы это прозвучало достаточно беззаботно, и у нее почти получилось.

Бен недоверчиво смотрел на нее.

— То есть ты не расскажешь, кто они такие?

— Это действительно неважно. Они ушли, и больше не вернутся. — Она сделала еще один глоток горькой жидкости.

— Откуда ты знаешь?

Она не знала. Эдем снова посмотрела на разбитую дверь.

— Похоже, надо вызвать слесаря.

— Ты пытаешься сменить тему. — Бен потер виски. — Мне стоило их арестовать.

— Если я скажу «хватит, пожалуйста, забудь» ты послушаешься?

— На память я никогда не жаловался. Даже когда стоило бы. — Бен негромко рассмеялся, а затем сделал шаг к Эдем и обхватил ладонями ее лицо, нежно погладив щеку пальцем. — Синяка от удара не осталось. Хоть одна хорошая новость.

— Я же говорила, что это ерунда. — Эдем прикусила нижнюю губу и посмотрела на Бена, чувствуя неловкость от того, что находится так близко к этому великолепному мужчине, особенно после всего, что он видел.

— А... не то, чтобы я жалуюсь, конечно, но зачем ты вернулся?

Бен по-прежнему держался напряженно, потому что его вопросы так и остались без ответов. Вероятно, он к такому не привык.

— Я забыл очки.

Он кивнул на столик, где стояла коробка с теперь уже не слишком аппетитными пирожными. И, конечно же, рядом с ней лежали его солнцезащитные очки.

— То есть ты проделал весь этот путь только затем, чтобы их забрать? — удивленно переспросила Эдем. — Я же могла их просто передать через кого-нибудь.

— Знаю. — Он пожал плечами, и легкая улыбка скривила его губы. — А еще что-то словно убедило меня, что стоит выломать тебе дверь. И вот я здесь.

— Эдем, — раздался слабый голос Дэррака у нее в голове. — Он приехал, потому что ты ему нравишься.

Эдем закусила нижнюю губу.

— Я рада, что ты вернулся.

Это относилось к обоим мужчинам. На какую-то долю секунды ей показалось, что Малкольму удалось изгнать Дэррака, поэтому ее затопила неожиданная волна облегчения, когда она вновь услышала его голос.

Бен улыбнулся еще шире, и напряжение в его взгляде исчезло.

— В самом деле?

Эдем кивнула, не в силах подобрать еще какие-то слова. Что в этом полицейском было такого, что всякий раз лишало ее дара речи? Особенно теперь, когда ей казалось, что она и впрямь его заинтересовала.

— Послушай, наверное, я не должен был возвращаться сюда, но я рад, что сделал это. — Бен шагнул к Эдем, глядя на ее щеку. — Этот ублюдок сделал тебе больно?

Она затрясла головой.

— Нет... Разве что чуть-чуть, но сейчас все нормально. А что такое? Ты же сказал, что синяка нет.

— Его нет. — Его пальцы ласково скользнули по ее подбородку. — Твое лицо выглядит просто замечательно.

— О... Ну... Это хорошо.

Эдем, откашлявшись, отступила, ругая себя за то, что она неуклюжая трусиха.

— И он тебе нравится, — заявил Дэррак. — Но ты слишком стеснительная, да?

Эдем не ответила. И вовсе она не стеснительная. Просто... осторожная. Да, точно, это самое подходящее слово. Осторожная.

— У меня идея, — не успокаивался демон. — Просто отличная. Если поможешь мне найти ведьму, то я помогу тебе с твоим копом.

Эдем не смогла удержаться и не спросить, как он намеревается это сделать. Поэтому она рискнула выдавить:

— Как?

Бен поднял бровь.

— Что?

— Ничего. – «Просто разговариваю сама с собой, как обычно. В этом же нет ничего странного или необычного?»

— Как помочь? — переспросил Дэррак. — Я могу подсказывать тебе, что говорить и делать, чтобы стать просто неотразимой для него... или любого другого мужчины. Совершенно очевидно, что он уже запал на тебя, так что это будет нетрудно. Тебе просто нужно преодолеть свой страх. И небольшой пинок изнутри тебе поможет. Думаю, это станет справедливой платой за твою услугу. Что скажешь?

Дэррак предлагал стать ее Сирано де Бержераком?

Да это же просто нелепо!

Эдем вовсе не нуждается в его помощи. Она вообще не хочет иметь с демоном ничего общего. Всего за несколько часов он превратил ее жизнь в настоящий кошмар.

Тем не менее, в кошмар или нет, но Эдем терзало чувство вины за то, чем обернулся этот обряд экзорцизма. Она знала: еще несколько минут, и Дэррак был бы уничтожен.

А еще в одном он точно прав. В вопросах личной жизни ей и правда нужны консультации специалиста.

То есть она в самом деле обдумывает это предложение? Эдем сделает все возможное, чтобы найти его ведьму, а Дэррак в свою очередь поможет ей не выглядеть полной размазней в глазах Бена?

Эта идея выглядела настолько бредовой, что вполне могла сработать. Взаимовыгодный обмен. Сделка с демоном.

— Ладно, по рукам, — наконец сказала она.

Бен взял со столика очки и спрятал их в карман.

— Ну, думаю, мне пора. Тебя подвезти домой?

Эдем покачала головой.

— Я на своем автомобиле.

У нее была старая проржавевшая "Тойота", показания на одометре которой уже давно перевалили за двести тысяч миль, но Эдем упорно продолжала называть ее автомобилем. Для передвижения по центру города — например, отправляясь на полицейские задания — она брала такси, чтобы не ездить по оживленным трассам.

Бен кивнул.

— А что с дверью?

Она опустила взгляд на осколки стекла.

— За углом живет один парень, которого я могу прямо сейчас попросить все здесь подлатать.

— Я могу подождать с тобой.

— Нет, правда, не стоит.

Он нахмурился.

— Ты уверена?

— Да.

Бен секунду колебался, словно собираясь ей возразить, но затем передумал. Вместо этого он решительно кивнул.

— Я пришлю чек, чтобы покрыть расходы на ремонт.

— В этом нет необходимости. Мы можем установить новую дверь, возможно, в этот раз покрепче. Очевидно, что старая была слегка ненадежной. Впрочем, я не жалуюсь — сегодня ее хлипкость оказалась весьма кстати.

Самая сексуальная и соблазнительная беседа изо всех, что доводилось вести Эдем.

— Пригласи его на ужин, — предложил Дэррак.

Она сглотнула.

— Пригласи его, — настаивал он.

— До свидания, Эдем, — улыбнулся Бен. — Еще раз. И если те люди появятся снова, сразу же позвони мне... или в участок, хорошо?

Он нехотя толкнул остатки двери.

— Сделай это, — велел Дэррак.

— Бен, — окликнула она его прежде, чем он успел выйти.

Тот обернулся.

— Да?

Она прочистила горло.

— Знаю, я уже отказала тебе, но всё же решила передумать.

— Насчет чего?

— Ну... я... В общем, какие у тебя планы на завтрашний вечер?

Темно-синие глаза вспыхнули от удивления.

— Ужин?

— Ага.

— С тобой?

Она запнулась и почувствовала, как щеки заливает краска. Он собирается отказаться. Это же сам детектив Бен Красавец! Эдем понятия не имела, почему он до сих пор холост, когда любая женщина в мире была готова пойти на убийство ради одного-единственного шанса отправиться с ним на свидание.

— Я все пойму, если ты не хочешь.

Еще одна улыбка тронула его губы.

— Все поймешь, да? Это из-за того, что я тебя обозвал магнитом для неприятностей? Или потому что тот подонок назвал тебя опасной?

— Ну... и то и то, наверное... Помимо всего прочего.

— Я с удовольствием с тобой поужинаю.

Эдем дико удивилась такому ответу.

— О. Ну ладно.

— Ладно.

Дэррак застонал.

— Похоже, тебе явно нужна моя помощь.

Она стиснула зубы.

— Так я тебе позвоню? — поинтересовался Бен. — Завтра после обеда? И мы обо всем договоримся.

Эдем схватила со стола одну из визиток и протянула ему.

— Вот мой номер.

Кивнув, он засунул кусочек картона в карман пиджака.

— Спокойной ночи. И постарайся держаться подальше от неприятностей, хорошо?

Эдем попыталась придумать какой-нибудь фантастически остроумный ответ, но ничего не приходило на ум.

— Ага. Ты тоже.

Бен улыбнулся ей и вышел из офиса.

— «Ага, ты тоже»? — повторил Дэррак. — Это так мило. Почему у тебя проблемы при разговоре с ним? Ты так знакомишься со всеми мужчинами? Ты слишком симпатичная, чтобы быть старой девой. Ты что, живешь одна, в окружении десятка кошек?

Она поджала губы.

— Пожалуйста, заткнись.

Он затих. Эдем ощущала его присутствие гораздо слабее, чем раньше. Тогда он распирал ей грудь, не так сильно, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы быть заметным. А теперь голос словно доносился из соседней комнаты.

— Ты в порядке? — спросила она.

— Ты хочешь спросить, успешно ли я пережил попытку изгнания? По-моему, это очевидно, иначе я бы сейчас с тобой не разговаривал.

— Я не думала, что все произойдет именно так.

— Ты надеялась, они поманят меня миской теплого молочка, а затем наденут поводок?

— Нет. Но я не представляла, что это окажется для тебя таким мучением. — Проглотив комок в горле, она скрестила на груди руки и уставилась сквозь разбитую дверь на автостоянку. — Прости.

— Я тебя не виню. Ты же этого не просила. Сейчас ты проходишь пять стадий одержимости: отрицание, гнев, торг, депрессия... и, в конце концов, добираешься до смирения.

— А разве это не стадии принятия смерти?

— Принцип тот же, источник другой. В этот момент, думаю, мы имеем дело с твоим гневом. Но уже движемся к следующему этапу, потому что ты согласилась мне помочь.

Эдем направилась к своему столу, чтобы поправить клавиатуру, которая свалилась во время недавнего обряда.

— С нетерпением жду своей неизбежной депрессии.

— Думаю, ты отлично справляешься.

— Отлично? Я только что отвалила полторы тысячи чокнутой экзорцистке, чей сын меня избил. — Эдем прижала ладонь к щеке.

— Некоторые платили гораздо больше. В смысле, за обряд. Хотя находились и те, кто давал деньги за то, чтобы их хорошенько отлупили. Люди такие странные.

Она прислушалась к его голосу.

— Ты все равно какой-то слабый.

— Ну... В основном из-за того, что он читал на латыни. Эта часть обряда всегда довольна опустошающая. В самом прямом смысле.

— Кажется, ты говорил, что раньше не сталкивался с настоящими экзорцистами.

— Лично я — нет. Но наблюдать доводилось, с безопасного расстояния, разумеется. Это не слишком-то приятная картина. Еще секунд тридцать — и для тебя я стал бы лишь неприятным воспоминанием.

Она присела на краешек стола.

— А теперь скажи мне... — Он замолк на секунду. — Тебе и правда приглянулся этот коп?

Эдем кивнула.

— Это еще мягко сказано.

— Зато честно. Завтра вечером мы сделаем из тебя настоящую красавицу. Ты отправишься с ним на ужин. Я прослежу, чтобы ты ничего не ляпнула...

Эдем нахмурилась.

— ... и через час он будет есть из твоих рук. Гарантирую. А после этого мы сосредоточимся на поисках моей ведьмы. Договорились?

Эдем по-прежнему ожидала подвоха от этого странно любезного Дэррака.

— Ты предлагаешь мне официально заключить сделку с дьяволом?

— Я не дьявол, а демон.

— Есть разница?

— Большая. Дьяволы такие маленькие, красные, злые и вечно колются своими вилами. Кстати, на самом деле под вилами подразумеваются половые органы.

Эдем постаралась выбросить эту картину из головы как можно скорее.

— А демоны все похожи на тебя?

— Высокие, темноволосые и красивые? — В его голосе послышался смех.

— Я имела в виду, не маленькие, не красные, не колючие...

— Демоны... бывают разные.

У Эдем пересохло во рту.

— Довольно расплывчато.

— Пожалуй. — Он сделал паузу. — А теперь, если не хочешь перезвонить Малкольму и его маме…

— Спасибо, я пас.

— Тогда я собираюсь отдохнуть. Я устал, и мои силы практически иссякли.

— То же самое произошло, когда на закате твое тело растаяло? Ты отдыхал? Я некоторое время тебя не слышала. — Как раз успела полистать телефонный справочник и позвонить экзорцисту.

— Когда я устаю, то опускаюсь на более глубокий уровень сознания. А чтобы общаться с тобой, мне нужно тратить много сил на то, чтобы удерживаться на поверхности.

Эдем принялась нервно накручивать прядь волос на палец.

— Ты слышал, как та женщина сказала, что я не совсем человек?

— Да.

— Как думаешь, что она имела в виду? — Эдем наклонилась и подняла с пола папку. Затем принялась листать свою записную книжку в поисках номера слесаря.

— Не знаю точно. Я раньше никогда не вселялся в женщину, так что для меня все чувствуется по-другому, даже если не обращать внимания на тело. Я могу брать у тебя силы, чтобы принимать вполне материальную форму, или без проблем говорить с тобой, в отличие от всех моих предыдущих хозяев. Но ничего явно потустороннего в тебе я не улавливаю.

— Должно быть, она почувствовала мои экстрасенсорные способности. — Эдем вспомнила о своей работе на "ЭкстраСвязь". — Я неплохо гадаю на Таро, чтобы ты знал.

— Очень может быть. У тебя в роду были медиумы?

Эдем подумала о матери. Кроме ее пристрастия к азартным играм и алкоголю, пренебрежения к родной дочери и длинной вереницы волосатых мужиков она не припоминала за ней ничего особенного. Может, способности были у ее отца? Эдем видела его лишь однажды, когда была совсем маленькой — мужчину с широкой теплой улыбкой и ярко-рыжими волосами, совсем как были бы у Эдем, если бы она регулярно не наведывалась в парикмахерскую перекрашивать их в более нейтральный темно-каштановый. Но никаких досок для спиритических сеансов или хрустальных шаров в памяти не осталось.

— Вряд ли, но я никогда не была так уж близка со своими родственниками.

— Подумай над этим. Но мне пора. Я еще вернусь.

— Дэррак, — окликнула она его.

— Да?

— Как твое настоящее имя?

На несколько секунд повисла тишина, за которой последовал усталый вздох.

— Понимаю, что ты боишься и тревожишься о том, что будет дальше, Эдем. И я догадываюсь, почему ты вызвала экзорцистов. Но если я скажу свое истинное имя, это даст тебе слишком большую власть надо мной, поэтому я предпочитаю скрывать его от тех, кто может причинить мне вред.

Добродушные интонации в его голосе сменились ледяной вежливостью. Он здорово злился из-за того, что чуть было не произошло. Эдем едва его не прикончила, а это не так-то легко простить и забыть.

Если бы кто-нибудь сделал с ней подобное, Эдем тоже была бы в ярости. Дэррак не причинил ей вреда, а она мучила его только из страха и замешательства.

— Понимаю, — тихо сказала она.

— Скоро вернусь.

— Можешь не торопиться.

Тихо фыркнув напоследок, он исчез.

Позвонив в круглосуточную ремонтную мастерскую, чтобы вызвать слесаря, Эдем в тишине принялась ждать, когда он прибудет, чтобы починить дверь. Она так и не приступила к набору текста, как просил ее Энди, но ей было плевать. Она вымоталась. Ей хотелось вернуться домой и выпить большой бокал красного вина. И может, когда она проснется утром, то поймет, что все это было лишь жутким сном.

Та часть, где они с Беном договорились о свидании, оказалась единственным светлым событием во всем этом кошмаре.

Ее чуть не прирезал серийный убийца. В нее вселился демон. Избил экзорцист. А вдобавок — словно соль на рану — Эдем потеряла полторы тысячи с таким трудом заработанных долларов.

Сегодня ей определенно стоило заглянуть в гороскоп. Эдем мысленно отметила не повторять эту оплошность.

Глава 7

Эдем только что заключила сделку с демоном.

О чем, черт возьми, она думала?

Когда дверь наконец-то отремонтировали, было уже почти одиннадцать часов вечера. Эдем отправилась домой, сделав по дороге крюк, чтобы заехать в "Макдональдс" и купить овощной салат и макчикен.

Когда она задумчиво свернула к дому, в котором снимала квартиру, что-то выскочило на дорогу прямо перед машиной. Эдем ударила по тормозам, и автомобиль занесло.

Она застонала.

— Пожалуйста, пусть это будет не черная кошка.

Но это именно она и оказалась. Когда Эдем медленно тронулась с места, кошачьи глаза уставились на нее из кустов на обочине.

— Плохая примета, — пробормотала Эдем сквозь зубы. — Ты опоздала часов на восемь.

Она припарковалась на своем обычном месте и вышла из автомобиля в промозглую октябрьскую ночь, пытаясь удержать в руках сумочку, пакет с ужином и ключи. Нога наткнулась на что-то мягкое. Эдем взглянула вниз.

Маленькая черная кошка подняла голову.

— Мяу?

— И тебе мяу. Кыш. Иди домой.

Зайдя в подъезд, Эдем направилась к лифту и поднялась на четырнадцатый этаж, прокручивая в уме весь сегодняшний день, включивший общение с маньяком, полицейским и демоном. Она вставила ключ в замок и повернула его. По полу метнулось что-то темное и прошмыгнуло в квартиру. Та самая кошка.

Эдем что, так задумалась, что даже не заметила, как она прокралась вместе с ней в лифт? Маленькая хитрюга.

— О нет.

Эдем ткнула локтем выключатель на стене. Кошка рванула прямиком к ее коричневому дивану с вельветовой обивкой, вскочила на него и свернулась клубком.

— Отлично, — только и сказала Эдем, опуская сумку и пакет на журнальный столик. Сняв пальто, она перебросила его через спинку кресла.

— Ну конечно же, располагайся поудобнее. И твои блохи тоже. Просто фантастика. Только тебя мне и не хватало.

Кошка подняла голову, но тут же опустила ее обратно на лапы и закрыла глаза.

— Можешь остаться на пару минут, чтобы согреться, — заявила ей Эдем. — А затем отправишься домой. Я не завожу домашних животных, какими бы умными они себя ни считали. У меня даже комнатных цветов нет. Поверь, так будет лучше для всех.

Она прошла на кухню, чтобы налить бокал вина, который осушила за тридцать секунд, пытаясь забыть обо всех своих проблемах, а затем опустилась на диван в гостиной и вытащила макчикен. Эдем силой заставила себя откусить несколько кусочков, прежде чем положить его обратно. Еда камнем улеглась в желудке. Кошка подняла голову, не отрывая взгляда от сэндвича.

— Мррр?

Эдем махнула рукой.

— Можешь не стесняться.

Кошка поднялась, прыгнула на журнальный столик к отвергнутому гамбургеру, изящно его обнюхала и слопала все до последней семечки кунжута, словно ничего не ела вот уже несколько дней. После этого она вернулась на диван и улеглась рядом с Эдем, положив голову ей на ногу и замурлыкав.

Это было уже слишком, учитывая план Эдем выгнать зверюгу из своего дома. Выглянув в балконное окно, она поняла, что начался дождь. Ошейника у кошки не было, равно как и штампов на ушах, которыми обычно Общество Защиты Животных помечали бродячую живность.

— Ладно, киса. — Эдем потрепала ее за ухом. — Одна ночь. А потом отправишься по своим делам.

Эдем предпочитала одиночество. Она слишком ценила уединение. Какое-то время — совсем чуть-чуть — она жила со своим бывшим, но после их разрыва поняла, как высоко ценит жизненное пространство.

Она даже не думала о том, чтобы завести питомца. В детстве у нее была черепашка, но мать переехала ее своим "Камаро", а потом отругала Эдем за то, что та оставила ее на дороге. После печальной кончины Спиди Эдем проревела целую неделю.

Казалось, что все и всё, что ей дорого, покидают Эдем — умирают или просто... уходят. Так что лучше всего было ни к кому не привязываться. Она даже журналы выбрасывала через неделю после покупки. В общем, не допускала никакого беспорядка – ни эмоционального, ни материального.

— А еще я ненавижу кошачью шерсть. — Эдем поняла, что все еще поглаживает кошку по голове. Это удивительным образом успокаивало.

Она совсем вымоталась, и вино ни капельки не помогло, только усилило ее усталость. Голова болела от перенапряжения.

Экзорцизм сказался не только на Дэрраке. Эдем тоже ощущала его побочные эффекты – ее словно похмелье мучило.

Перед тем как лечь спать, она налила молока в миску и поставила ее на пол. Потом, спохватившись, добавила к ней полбанки консервированного тунца.

— Знаю, я паразитка, — сказала она кошке. — Но ты же сама видела, что мои мысли далеко отсюда.

Она прошла в ванную, чтобы почистить зубы и умыться, и стала пристально изучать свое отражение в небольшом зеркале. Под глазами залегли черные круги. Явно от стресса.

"Ну и чему тут удивляться?" — подумала она. Ей еще повезло, что не осталось синяков от ударов, которыми наградил ее Малкольм.

Ублюдок.

Она стянула рубашку и джинсы, уронив их на пушистый коврик возле ванны, а затем выгнулась, чтобы расстегнуть бюстгальтер. Ему она тоже позволила свалиться на пол.

— Теперь я чувствую себя гораздо лучше, — произнес Дэррак.

Эдем едва не закричала, тут же прикрыв грудь руками.

— Не смей вот так ко мне подкрадываться!

— Я чему-то помешал? — Пауза. — О, вижу. Не буду тебя отвлекать от раздевания. Пожалуйста, продолжай.

Эдем, распахнув глаза, уставилась на свое отражение. Сможет ли она разглядеть демона внутри себя? Уловить свою одержимость?

Нет. Не было никаких внешних признаков. Только проникновенный голос у нее в голове.

— Это обещает быть интересным. — В голосе Дэррака слышался смех. — Я уже говорил, что никогда не делил тело с женщиной. И честно, я даже не догадывался, что на тебе черные кружевные трусики. Но я одобряю.

Эдем впилась взглядом в свое отражение, чувствуя, как ее раздирают в равной степени гнев и смущение от того, что демон застал ее полуголой.

— Думаю, нам стоит установить некоторые границы.

— Тогда я предлагаю тебе не смотреть в зеркало, когда ты раздета. Сейчас я только так и могу тебя увидеть.

Она отвернулась.

— Прекрасно.

— Разве еще не рановато для рождественских полотенец? Или ты пользуешься ими весь год?

Эдем перевела взгляд на пол. Последнее, в чем она сейчас нуждалась, — это чтобы демон критиковал ее паршивые дизайнерские идеи.

— Дэррак. — Она нервно выдохнула. — Мне нужно уединение.

— Это будет довольно трудно. По вполне очевидным причинам.

— Я слишком устала и не могу это больше обсуждать. Ты не мог бы просто отправиться туда, где болтался последние пару часов?

— Боюсь, что нет. Чтобы исчезнуть, как раньше, мне нужно исчерпать все силы. Если хочешь, я могу молча наслаждаться зрелищем. Я просто счастлив поговорить с кем-то после такого долгого молчания; ты понятия не имеешь, каково мне приходилось последние триста лет.

Эдем даже представить не могла.

— Уверена, это было не особенно весело.

— Определенно не было. За все время нашлось лишь четыре хозяина, которые могли меня слышать, но никто — так хорошо, как ты. Двое из них сошли с ума. Еще один покончил с собой. С четвертым ты имела честь встретиться сегодня. Он понял, что я демон, но и так был чокнутым с самого начала. — Дэррак умолк. — Я пытался его остановить, но мой голос в голове только злил его.

Эдем выгнула бровь.

— Ты действительно пытался помешать ему убивать людей?

— Да, но мое влияние длилось недолго. — Голос Дэррака заледенел. — К счастью, он умер довольно быстро.

— А я думала, для демона убивать и калечить в порядке вещей.

— Лгать не буду: есть те, кому это нравится. Но остальные из нас... Я думаю, что попусту растрачивать человеческую жизнь — непоправимая потеря.

До сегодняшнего дня Эдем не верила в демонов. Не считая тех, что обитают в Голливуде, конечно. И они были злыми. Но Дэррак утверждал, что он другой. А у Эдем не осталось иного выбора, кроме как принять все происходящее. И пока они не найдут ведьму, проклявшую Дэррака, она обречена слышать в голове его голос.

Выхватив из комода безразмерную красную футболку, в которой обычно спала, она натянула ее через голову.

— Лиловые обои и постеры в рамках, — заметил Дэррак. — Необычный выбор для женщины твоего возраста. Особенно "Балбесы".

Ее щеки вновь залились румянцем. Она вставляла в рамки плакаты любимых фильмов, которые почему-то все вышли на экраны в восьмидесятых годах. А "Балбесов" просто не оценили по достоинству. Одни оформляли интерьер, следуя веяниям моды, Эдем же предпочитала вещи, которые навевали счастливые воспоминания.

— Ты уверен, что ведьма, которая тебя прокляла, находится сейчас где-то поблизости? — спросила она после паузы, проигнорировав его последний комментарий.

— Я знаю, что она здесь. Или скоро будет. — Он помедлил. — Но не представляю, где именно и как ее найти.

Эдем задумалась.

— Найти того, кому больше трехсот лет, должно быть несложно. Просто поискать в доме престарелых самую дряхлую старуху. Вряд ли она сможет передвигаться достаточно быстро.

— Она не будет похожа на старуху. Она же черная ведьма.

— И что это должно значить?

Он тихо фыркнул.

— Я забываю, что тебе все это в новинку. Черная ведьма — та, которая использует черную магию. Она была самовлюбленной еще триста лет назад, и наверняка уже тогда прибегала к заклинаниям, чтобы поддерживать свою молодость и обрести бессмертие.

Век живи – век учись.

— Мы найдем ее.

— Ты говоришь так уверенно.

— Я должна. Так жить я не смогу. — Эдем одернула футболку, натянув так низко, как только было возможно. Она все еще чувствовала себя почти голой. Надо как можно скорее купить пижаму.

— Не вынесу, если кто-то будет все время торчать у меня в голове. Мы найдем ведьму, снимем проклятье, и ты наконец уйдешь и оставишь меня в покое.

— Это звучит как самый лучший план, который я слышал за последние триста лет.

— Ну все, я пошла спать.

— Показывай дорогу.

Эдем откинула одеяло и забралась в постель.

— Мне казалось, я так устала, а теперь сомневаюсь, что вообще смогу заснуть.

— Рассказать тебе сказку на ночь?

Она сдержалась и все-таки не закатила глаза.

— Предпочитаю тишину.

— Это тоже можно.

Она выключила свет и зажмурилась, изо всех сил пытаясь забыть, что спит в компании демона.

Тот больше не проронил ни слова.

~~~

Гладкая теплая кожа... Так приятно.

Эдем прижалась к твердому мужскому телу, скользя руками по мускулистой груди и широким плечам, и довольно вздохнула, медленно просыпаясь.

Ресницы Эдем затрепетали, и она открыла глаза.

— Доброе утро, — улыбнулся Дэррак, его лицо было в дюйме от ее.

Она распахнула глаза.

— Ты!

Она проснулась в объятьях демона. Он снова принял форму. Материальную и — судя по тому, что она почувствовала под сиреневыми простынями, когда попыталась высвободиться из его рук — абсолютно голую.

Самого Дэррака, кажется, нагота ничуть не беспокоила. Полулежа на мягких подушках и небрежно закинув руки за голову, он выгнул бровь.

— Что?

Эдем перекатилась на другую половину кровати и вскочила на ноги.

Откашлявшись, она отвела глаза и махнула рукой в его сторону.

— На тебе что, нет одежды?

— Как видишь.

— Прикройся немедленно!

— Ладно. — Послышался шорох ткани. — Готово. Понятия не имел, что ты такая ханжа.

— Я не ханжа. — Она взглянула на него, чтобы убедиться, что он натянул покрывало до пояса.

— Ханжа-ханжа. Это очевидно.

— Как же. А ты эксгибиционист.

— Думаешь?

Она сглотнула комок в горле.

— Вчера... ты был одет.

— Точно. Я был довольно слаб, но сил все-таки хватило, чтобы сотворить кое-что из одежды.

— Тогда сотвори и сейчас чего-нибудь.

Несколько секунд Дэррак изучал ее с веселым огоньком в глазах.

— А последние полчаса тебя не смущало мое состояние.

Ее щеки порозовели.

— Ты что, целых полчаса меня лапал?

— Скорее наоборот. Но не волнуйся, я совсем не против. — Он одарил ее похотливой улыбкой.

Отвернувшись от него, Эдем потопала в ванную и, захлопнув за собой дверь, крепко заперла ее. Она прислонилась к ней спиной и попыталась взять себя в руки.

Это не помогало. Совсем. Возможно, она и не была совершенна на 100% в течение своих почти тридцати лет жизни, но чем она заслужила такое?

Она ненавидела нытье, но — проклятье! — за что? Почему она?

К счастью, Дэррак не стал ломиться к ней в ванную. Эдем решила потратить эти драгоценные минуты уединения на то, чтобы быстро принять душ, а также вымыть и высушить феном волосы. Когда она отперла дверь и выглянула, то не увидела никаких следов присутствия Дэррака на кровати, да и вообще в спальне. Облегченно выдохнув, она на цыпочках метнулась к шкафу, чтобы как можно скорее натянуть черные брюки, облегающий бежевый топ и черный жакет.

Эдем взяла с книжного шкафа фотографию матери и посмотрела на улыбающуюся красавицу-блондинку.

— Это не смешно, — твердо заявила она. Мать наверняка отнеслась бы к этой ситуации с иронией. Ей всегда казалось, что Эдем слишком обеспокоена собственным будущим.

Мужчины падали к ногам Кэролайн Райли всю ее жизнь, но Эдем не унаследовала этой легкости в общении с противоположным полом. Даже Энди по уши влюбился в ее мать. Вероятно, именно поэтому ей так легко удалось выиграть в покер половину его агентства.

Эдем выкинула мысли о матери из головы и вышла из спальни. Арендованная квартира была совсем крохотной: в паре шагов по коридору находились гостиная и кухня, которая отделялась лишь барной стойкой.

Дэррак в той же сотворенной волшебным образом непритязательной одежде, что и вчера, заглядывал в холодильник.

При виде его у Эдем снова по спине пробежали мурашки. Но она была рада, что он хотя бы оделся.

— Кофе? — поинтересовался он.

Она скрестила на груди руки и уставилась на кофеварку.

— Ты умеешь делать кофе?

— Я внимательно наблюдал за всеми действиями смертных.

Вчера Эдем была слишком взбудоражена, чтобы хорошенько его рассмотреть, но сейчас, в своей квартире при дневном свете, она бы никогда с первого взгляда не догадалась, что он совсем недавно был облачком черного дыма. Да и со второго взгляда тоже. Он выглядел как обычный мужчина. Высокий, привлекательный. Пьющий кофе из ее любимой кружки со Снупи.

К Эдем вернулось беспокойство. Кофе в этой ситуации ей совсем не поможет. Кошка, обманом оставшаяся на ночь, потерлась о ее ногу.

Дэррак кивнул в ее сторону.

— Я не нашел у тебя лотка, поэтому просто нарвал газет в коробку из-под обуви. Я очень предусмотрительный.

Эдем потерла виски. Кошки, демоны и кошачьи туалеты. Может, она все еще спит и видит кошмар?

Из тостера выскочил кусочек хлеба. Дэррак поймал его на лету и намазал толстым слоем арахисового масла, прежде чем откусить огромный кусок.

— Представляешь, это мой первый завтрак за последние триста лет, — заявил он. — Просто фантастика.

— Ненавижу арахисовое масло.

— Тогда почему оно у тебя в холодильнике?

Она пожала плечами.

— Потому что у всех оно есть.

— Да это же просто амброзия.

Она стиснула пальцами край столешницы.

— Демоны что, едят?

— Ну, это очевидно.

— Век живи — век учись. — В голосе Эдем сквозило напряжение. Она оглядела кухню, разгромленную демоном в попытке приготовить завтрак, и поморщилась.

Пусть дизайнер из нее никудышный, но она была просто помешана на чистоте.

И это станет еще одной проблемой.

— Нам не обязательно есть, но мы можем. — Дэррак улыбнулся ей. Кусочек арахисового масла упал с тоста и шмякнулся на пол. — Как и кое-что другое, это больше для удовольствия, чем ради необходимости.

Ее щеки вновь заалели.

— Итак, чтобы между нами не оставалось каких-то недоразумений — можешь есть мое арахисовое масло, но не смей лезть в мою постель.

Он пожал плечами.

— Ну прости. На рассвете я обрел тело, и ты сразу же в меня вцепилась. Я просто не хотел тебя будить, иначе отодвинулся бы.

Только она собралась было усомниться в правдивости его слов, как кошка вдруг снова потерлась о ее ногу.

— А вот еще один незваный гость, — вздохнула она. — Господи.

Дэррак, присев на краешек стола, поднес к губам кружку с кофе.

— Я не только решил проблему с лотком, но даже покормил твою пушистую подружку и налил ей воды.

— Ну-ка, киса, иди сюда, — промурлыкала Эдем, наклоняясь, чтобы поймать кошку. — У нас закончились свободные места. Тебе пора.

Кошка, зашипев, вырвалась из ее рук и скрылась в спальне.

— Замечательно. — Эдем разочарованно вздохнула и взглянула на часы. Ее глаза распахнулись.

— Так поздно?

Она даже не заметила, что уже девять часов. Неужели происходящее настолько выбило ее из колеи?

Хотя да. Определенно.

— На кофе нет времени?

— Я работаю по соседству с кофейней. Как-нибудь разберусь.

— Пойдем, Эдем. И хватит хмуриться. Нет никаких причин для плохого настроения. Нас ждет новый день и новые возможности!

— Может, для тебя. — Эдем направилась к выходу. Она вытащила из шкафа пальто и вышла из квартиры. Прежде чем она успела вставить ключ в замок, чтобы запереть дверь, та распахнулась и Дэррак шагнул к Эдем.

— Не забывай — я должен быть рядом с тобой.

В какой-то момент Эдем совсем забыла об их взаимовыгодной сделке. И как теперь ей работать? Эдем повернула ключ.

— Как близко мы должны держаться друг к другу?

— Понятия не имею. — Дэррак отправил остатки тоста с арахисовым маслом в рот и допил кофе из кружки, которую все еще держал в руках.

Как он мог так равнодушно относиться к столь важным вещам? Если Дэррак собирается таскаться за ней повсюду, Эдем должна выяснить, как близко он должен быть. Ей необходимо личное пространство.

Она пошла по коридору в сторону лифта и вдавила кнопку. Через минуту двери распахнулись, и она зашла внутрь.

Дэррак обернулся на запертую дверь ее квартиры.

— Надо вернуть твою кружку на место.

— Нет времени.

— Ладно, но если ты...

Двери лифта закрылись прежде, чем он успел зайти внутрь. Эдем ткнула кнопку первого этажа. Она услышала, как Дэррак выкрикивает ее имя, колотит по дверям, потом до нее донесся звон.

Он что, разбил ее кружку со Снупи?

Лифт начал медленно опускаться, а Эдем принялась подавлять чувство вины, усиливающееся с каждой секундой.

Она хотела узнать, на каком максимальном расстоянии друг от друга они могут находиться. Что ж, ей представилась отличная возможность выяснить это.

На восьмом этаже Эдем почувствовала легкое головокружение. Она поднесла руку ко лбу и неуверенно выдохнула. Она не помнила, чтобы чувствовала подобное вчера, когда Дэррак пытался уйти из офиса.

Импровизированный эксперимент удался.

Шесть этажей приблизительно по десять футов каждый? Значит, где-то шестьдесят футов.

Семьдесят футов.

Восемьдесят.

Резкая боль пронзила ее живот. Она согнулась пополам и попятилась, врезаясь спиной в стену лифта. Секундой позже густой черный дым проскользнул сквозь щель между дверьми и растекся по полу, медленно принимая очертания человеческого тела.

Дэррак полностью материализовался как раз перед тем, как двери лифта разъехались на первом этаже. Он сидел на полу у ног Эдем, тяжело дыша. На его лбу выступил пот. И он совсем не походил на любезного и обходительного Дэррака, каким уже привыкла видеть его Эдем. На самом деле он был в бешенстве.

Эдем хотела узнать, что произойдет, выяснить, какое расстояние им отведено — и есть ли вообще эти границы, — но теперь ее боль утихла, и на смену пришло чувство вины.

— Не делай так больше, — мрачно сказал он. — Пожалуйста.

Эдем с трудом сглотнула. Ну что ж, по крайней мере, он сказал "пожалуйста".

— Я просто хотела узнать, вдруг мы можем...

Поднявшись на ноги, он крепко схватил Эдем за плечи и прижал к зеркальной стене лифта. В своем материальном обличии он был высоким. И крупным. И сильным. Эдем вдруг почувствовала, что он пугает ее, особенно этот сердитый огонек в голубых глазах, которые на долю секунды (она была готова в этом поклясться) приобрели странный янтарный оттенок.

— Хочешь от меня избавиться. — И хоть его глаза пылали, слова были пронзительно ледяными, как сосульки. — Я понимаю. Мы оба этого хотим. Думаешь, мне нравится торчать рядом с тобой каждую минуту? Уверена? Но прямо сейчас мы ничего не можем сделать, кроме как попытаться решить эту проблему.

— Отпусти меня.

— Сперва я хочу убедиться, что ты все поняла правильно. — Он прищурился. — А еще, чтобы ты знала: терять тело таким образом – адская мука. А уж я-то эксперт по аду.

— Я все поняла, — процедила Эдем сквозь зубы, но ее гнев почти улетучился. Она всего лишь пыталась проверить свою теорию, а вовсе не мучить Дэррака. — В этот раз мне тоже было неприятно.

— Естественно.

Она нахмурилась — слишком уж быстро он с ней согласился.

— Но вчера, когда ты пытался уйти из офиса, я ничего не чувствовала. И даже во время обряда изгнания... только слегка покалывало. А в этот раз действительно было больно.

— Тебе везет. — Холодная улыбка скривила его губы. — Это значит, что наша связь крепнет.

— Что ты имеешь в виду?

— Прошло уже достаточно времени с того момента, как я в тебя вселился, и не только я завишу от твоей физической и ментальной силы — теперь и ты зависишь от меня.

Эдем моргнула.

— Я не понимаю.

— Представь себе чашку утреннего кофе. Ты привыкла пить его каждый день, и вот однажды ты обходишься без него. И весь день мучаешься головной болью из-за нехватки кофеина. Пока что наша связь слабая. Мы еще не добрались до уровня наркотической зависимости.

Эдем вытаращила глаза.

— Я что, подсела на тебя как на героин?

Он поднял бровь.

— Ты говоришь так, словно это плохо.

Дэррак по-прежнему прижимал ее к стене лифта. Двери были открыты, но в коридоре не было никого, кто мог бы их увидеть.

— Это и есть плохо, — уверенно заявила она.

— Тогда это еще одна причина, по которой проверка нашей связи не должна входить у тебя в привычку. Просто помни, Эдем: мне нравится это не больше, чем тебе.

Она стиснула челюсти.

— Ненавижу.

— Я тоже. Итак, что мы имеем: ты не обязана нравиться мне, я не обязан нравиться тебе. Но пока мы не найдем ведьму, нам придется быть вместе.

— А что если мы ее не найдем?

Несколько секунд он смотрел на нее, и последние искорки смеха исчезли из его глаз.

— Тогда через год мне придется искать нового хозяина.

— Почему?

— Потому что ты умрешь.

С этими словами он наконец отпустил ее и вышел из лифта.

Глава 8

Доступно только для пользователейЭдем догнала демона уже на улице.

— Что, черт возьми, ты только что сказал?

Он застыл на одном месте.

— Никто из моих прежних хозяев не прожил больше года.

У нее пересохло во рту.

— То есть через год я умру.

— Только в том случае, если мы не решим эту проблему. — Дэррак обернулся, и она увидела, что его лицо застыло каменной маской.

Только ей начинало казаться, что она уже вляпалась по самые уши, как выяснялось, что можно провалиться еще глубже.

— И значит, никто не был одержим тобой больше года?

— Именно. — Когда Дэррак увидел, какое впечатление эта новость произвела на Эдем, злость исчезла из его глаз. — Один год. Если, конечно, они раньше не отбрасывают копыта. Прости за каламбур.

У Эдем перехватило дыхание, к горлу подкатила тошнота. Наклонившись, она уперлась ладонями в колени.

— Господи, кажется, меня сейчас стошнит.

— Мы все уладим. Обещаю. Только держи себя в руках.

Она попыталась выровнять дыхание.

— И скольких ты убил?

Он недоуменно взглянул на нее.

— Что?

— Многие, наверное, даже не понимали, что с ними происходит, да? Ты убил их только потому, что тебе были нужны их тела. Сотни людей. — Эдем пыталась прекратить поток этих ужасных мыслей.

Дэррак открыл было рот, словно пытаясь возразить, но тут же его захлопнул.

— Понимаю, это выставляет меня не в самом лучшем свете. Но я демон, и самосохранение — мой основной инстинкт, так заложено в моей природе. Знаю, что для тебя это не будет иметь особого значения, но как только я понял, в чем проблема, то решил искать людей, без которых мир потеряет совсем немного.

Эдем прерывисто выдохнула.

— О чем это ты?

Дэррак протянул к ней ладонь, словно собираясь коснуться плеча, но Эдем отпрянула, и рука безвольно упала.

— Кого-нибудь вроде вчерашнего серийного убийцы. Без него мир чище. Я стараюсь выбирать тех, чьи души давно почернели.

Эдем побледнела.

— То есть у меня черная душа?

— Нет. — Дэррак перехватил ее взгляд. — Твоя душа сверкает, словно начищенное серебро.

— Ты ее видишь?

— Я могу чувствовать ее. Даже сейчас, когда мы стоим здесь. — Он стиснул челюсти. — Думаю, именно в этом я черпаю силы для материализации. Я еще никогда не встречал душу столь... сияющую.

У нее сияющая душа. Как холодильник из нержавейки. Этого ведь хватит, чтобы уберечься от сил тьмы?

— Так почему я? – Ее слова прозвучали как нытье... впрочем, именно нытьем они и были. Эдем не просила такой судьбы и не сделала ничего, чем могла бы заслужить это наказание. Так почему все происходит именно с ней?

— Вчера у меня просто не было выбора. Если хозяин умирает прежде, чем мне удастся спланировать перемещение, мне остается лишь вселиться в первое же тело, до которого я смогу дотянуться. Если я не сделаю этого, то...

— То что?

— Меня засосет в пустоту, так же, как если бы надо мной провели обряд экзорцизма. – Его голос был хриплым. Дэррак запустил пальцы в свои темные волосы. — И для этого надо совсем мало времени. Пару минут, не больше. И тут вступает в силу мой инстинкт самосохранения. Я ничего не могу с собой поделать.

Эдем хмуро уставилась на него.

— Пытаешься вызвать у меня жалость?

— Нет. Просто хочу все объяснить.

— Давай оставим в покое эти черные или сияющие души. С того дня, как тебя прокляли, ты одним своим присутствием убил больше трехсот человек. Именно это ты и хотел мне сказать, ведь так?

На его лицо набежала тень, адамово яблоко дернулось.

— Я не пытаюсь оправдаться за то, что случилось раньше. Но сейчас все по-другому. Ты другая. Никто из моих предыдущих хозяев не мог помочь мне с этим. — Он жестом указал на свое тело. — Мы все уладим. Обещаю.

Уладим. По большому счету это сводилось к одному — найти ведьму, от которой вот уже три сотни лет нет никаких вестей.

И на это у них всего лишь год, а потом Эдем умрет.

Сердце бешено заколотилось, но Эдем заставила себя успокоиться и посмотреть на демона.

Дэррак выглядел убийственно серьезным. Она уже видела его и нахально любезным, и разозленным до чертиков, но теперь он казался дьявольски искренним.

На какую-то долю секунды Эдем захотела, чтобы он на самом деле оказался исчадием ада. Тогда бы у нее не было причин прерывать обряд экзорцизма, и сейчас от Дэррака осталось бы лишь пугающее воспоминание.

Она направилась на парковку к своему автомобилю.

— Таким образом, все сводится к поиску пропавшего человека.

— Ведьмы.

Эдем кивнула.

— Человек, с которым я вместе работаю – Энди — раньше служил в ФБР, а потом переехал сюда и открыл "Трипл-Эй". Если кто и сможет найти пропавшего без вести, то только он.

Дэррак выгнул темную бровь.

— Уже что-то.

Точно. Хоть какое-то, но начало. Кроме этого, хотя Энди и просил ее вчера набрать на компьютере целую кипу документов, на практике в агентстве практически не было никаких дел с тех самых пор, как Эдем включилась в его работу. Так что Энди вполне мог бы согласиться немножко порасследовать на безвозмездной основе. Ну а если он вдруг заартачится, Эдем готова даже унизиться до мольбы.

Надо только постараться, чтобы Энди не узнал, что на самом деле он будет искать трехсотлетнюю ведьму. Причем действуя в интересах так называемого "хорошего" демона, прикончившего целую кучу народу. Вряд ли тогда это закончится хорошо...

О, если бы только ее экстрасенсорные способности можно было контролировать. Конечно, вчера Эдем удалось поймать серийного убийцу, но в целом она потерпела полный провал. Эдем не знала, как найти конкретного человека в нужном месте и в нужное время.

Очень жаль. Потому что, прямо сейчас такой дар был бы очень кстати.

Всего лишь сутки назад она даже не подозревала, что демоны вполне реальны. А теперь ей больше всего на свете хотелось забыть о существовании этой крохотной суматошной частички Вселенной, на которую она наткнулась совершенно случайно, и вернуться к своей нормальной упорядоченной жизни, где все так безопасно разложено по полочкам.

И чем скорее, тем лучше.

~~~

Энди ждал ее на пороге "Трипл-Эй". Он стоял, скрестив на груди руки.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — поинтересовался он.

Эдем застыла.

— Эээ...

Он кивнул в сторону входа:

— Новая дверь?

— О... Да. Я поставила новую дверь.

Его взгляд скользнул по Дэрраку, стоящему возле Эдем.

— Спасибо, что предупредила. У меня нет ключей. И я уже полчаса пытаюсь дозвониться тебе на мобильник.

Эдем залилась краской.

— Прости. Совсем забыла, а телефон у меня выключен.

Она вытащила ключи, вручила Энди запасной комплект и отперла новенькую сверкающую дверь. Это было очень символично — если дверь удалось восстановить сразу после того, как она была сломана, то и Эдем со всем сможет справиться. Положительный настрой решает все. Эдем просто попросит у Вселенной то, что нужно — вот и решение. Сработает закон притяжения, и ее молитвы будут услышаны.

"Я не хочу больше быть одержимой. Я желаю, чтобы Дэррак покинул меня, и мы с ним больше никогда не встречались. Чао, демон".

Вот так. Этого наверняка хватит, чтобы Вселенная закрутилась.

— Энди... — начала Эдем, едва они вошли в офис. Она понимала, что без него им не получить нужных ответов.

— Не хочешь рассказать, что случилось с дверью? — Он поднял со стола счет, который Эдем оставила там накануне.

— Нууу... маленький несчастный случай.

Энди сдвинул светлые брови.

— Аварийная служба? Ты хоть осознаешь, во сколько нам обошелся срочный ремонт?

— Мне показалось, что лучше сразу ее починить, чем оставлять дверь со здоровенной дырой, чтобы каждый мог войти и чувствовать себя здесь как дома.

Взгляд Энди переметнулся на высокого мужчину, молча стоящего за спиной Эдем. Он кивнул на Дэррака.

— А это кто такой? Это из-за него ты опоздала?

"Если вкратце, то да, — подумала Эдем. — Это мой личный демон. Мы должны держаться на расстоянии не больше восьмидесяти футов друг от друга, иначе нас обоих пронзает мучительная боль. А еще через год он меня нечаянно убьет, если я не найду способ избавиться от него. Кроме того, он любит тосты с арахисовым маслом и обожает разгуливать нагишом".

Однако вслух она, конечно, этого не произнесла.

— Это... Дэррак. Он... мой брат.

Ну да. Это же в меру правдоподобно?

— Твой брат? — переспросил Энди. — А я думал, что ты у Кэролайн единственный ребенок.

Эдем бросила через плечо взгляд на Дэррака, который скрестил на груди руки и поднял брови, всем своим видом показывая, что развлекается.

— Я ее брат по отцу, — подсказал он.

"Кто-нибудь, убейте меня сразу", — подумалось ей.

Она облизнула губы.

— Он погостит у меня несколько... — Часов? Дней? Месяцев? К горлу вновь подкатила желчь. — Немного, в общем.

— Правда? — Энди явно удивился. — А я-то думал, что ты у нас одиночка и терпеть не можешь компанию.

Эдем заставила себя улыбнуться. Он правда так о ней думал? Что ж, верно. Не слишком-то лестно, зато в точку.

— Ну с родней ведь все по-другому.

Дэррак фыркнул в ответ.

— Извиняюсь. Я знаю, что... сестра... предпочитает уединение, но в этот раз она оказалась такой гостеприимной. Возражала совсем негромко. Ха! Шучу, конечно. В основном.

— Рад с вами познакомиться, Дэррак. Брат Эдем – это, ну… вы поняли. — Энди поднялся из-за стола и протянул руку.

Дэррак уставился на его ладонь, затем наконец пожал ее. Обернувшись к Эдем, он криво усмехнулся.

— Трудно привыкнуть к тому, что у тебя собственное тело.

Ее улыбка словно приклеилась к губам.

— Ну еще бы.

Энди удивленно взглянул на нее.

— О чем это он?

Эдем нервно откашлялась.

— Не обращай внимания на Дэррака. Он немного... ну… — Она понизила голос, — пожалуй, самым подходящим словом будет "особенный". Он редко бывает на людях и большую часть времени живет в одном из этих... учреждений... где-то в тропиках.

Мягко говоря.

— О, — кивнул Энди. — Кажется, я понял. У меня тоже есть такой двоюродный брат. — Он дружески толкнул Дэррака в плечо. — Тебе повезло с сестрой, раз она разрешила тебе пожить у нее и даже таскаться за ней на работу. Это здорово — немного отдохнуть, правда, приятель?

Дэррак бросил на Эдем ироничный взгляд.

— Я лишь надеюсь, что эта затея не окончится для меня плохо.

Эдем поджала губы. День не задался с самого утра.

— Энди, можно попросить тебя об одном одолжении? — спросила она.

Он настороженно посмотрел на нее.

— У меня нет денег, давать тебе в долг.

— С чего ты сразу же решил, что мне нужны деньги?

Он уселся на стул, откинулся на спинку и потер виски.

— Послушай, Эдем, у меня плохие новости. Я могу сразу все тебе сказать и покончить с этим.

У нее пересохло во рту? Опять плохие новости?

— Что случилось?

— "Трипл-Эй" закрывается. Я объявляю о своем банкротстве. — Его голос оборвался, лицо исказилось. — Полный провал.

— Что ты имеешь в виду? — Она в первый раз об этом слышит.

— Я разорен. — Он бросил взгляд на Дэррака. — Это значит, у меня нет денег. А жить, не имея за душой ни цента, не так-то весело, дружище.

— Дружище? — переспросил Дэррак.

— Энди, — встряла Эдем.— Все не может быть настолько плохо.

— Поверь мне, может. Неоплаченные счета скапливались месяцами. Я пытался «сорвать банк» с помощью скачек, но лишь увяз еще глубже. В агентство никто не обращался уже целую вечность. А тебя я заваливал работой только затем, чтобы ты не догадалась, какой я на самом деле неудачник.

Она протяжно выдохнула.

— Мы что-нибудь придумаем.

Он покачал головой.

— Я пытался. Ничего не вышло.

Эдем было жаль видеть Энди таким расстроенным, но она ничего не могла поделать с нарастающей волной раздражения.

— Но ты же не можешь принять решение об этом единолично. Мне принадлежит половина агентства.

— Вообще-то только сорок девять процентов. Можешь проверить документы, это значит, контрольный пакет у меня, и я решил сократить убытки. — Он взглянул на висящую возле книжного шкафа картинку, на которой девушка в бикини бежала по красивому пляжу. — Я переезжаю на Гавайи. Хотя в США мне не слишком-то рады по некоторым причинам, о которых мне не хотелось бы распространяться, но я найду способ добраться до сказочного пятидесятого штата.

— Энди...

— И мне придется избавиться от Ронды, — печально продолжал он.

— Что еще за Ронда?

Он поднял глаза, его лицо побледнело.

— Так я называю свой "Порше". Я так буду скучать по ней. — Он прерывисто выдохнул. – По моей прекрасной Ронде.

Эдем рассчитывала, что Энди поможет найти ведьму. Но он вряд ли справится с этой задачей, если будет жалеть себя, загорая на гавайском пляже.

Энди моргнул, устало потер глаза и уставился на Эдем.

— А о чем ты хотела попросить?

Она обернулась на Дэррака. Эдем просто не могла говорить, у нее сжималось горло.

— Я ищу кое-кого, — ответил Дэррак. — Старую... подругу. Она где-то здесь, но я не представляю, как ее найти.

— Я хотел бы помочь тебе, парень, но вряд ли смогу.

— Я знаю, что ты работал в ФБР, — наконец-то удалось выдавить Эдем. — И умеешь искать людей. В смысле, пропавших без вести. Мой... мой брат... он очень-очень хочет ее найти. И не любит разочаровываться, особенно когда он... ну... не принимает свои лекарства. У него может случиться приступ гнева.

Дэррак мрачно кивнул.

— Это вполне вероятно.

Энди нахмурился.

— Разве я говорил, что служил в Бюро?

— Вообще-то нет. Но надо быть слепым, чтобы не заметить все твои награды. — Она кивнула в сторону грамот в рамках, висящих рядом с гавайской красоткой.

Он проследил за ее взглядом.

— Это было давным-давно.

— Так ты поможешь Дэрраку?

"И мне" — мысленно добавила она.

Энди принялся жевать нижнюю губу.

— Я себе-то помочь не могу.

— Энди, пожалуйста...

Он поднял руки.

— Мне жаль, Эдем. Правда. Но все кончено. Весь этот показушный бизнес, в который я вложил душу.

— Должен быть выход, — снова сказала Эдем, ненавидя себя за нотки отчаяния, звучащие в ее словах. Она понимала, что это похоже на заезженную пластинку, но сейчас именно упрямство казалось ей спасательным кругом, за который она цеплялась, в то время как ее жизнь стремительно опускалась на дно.

Он вздохнул.

— Единственный шанс не закрывать агентство — это если сейчас в дверь войдет кто-то, готовый заплатить немаленькие деньги, чтобы мы взялись за его дело.

Он махнул в сторону двери, которая как раз в эту секунду распахнулась, пропуская в офис женщину.

— Простите, — сказала она. — На двери нет таблички, но я нашла адрес в телефонной книге. Это "Трипл-Эй Инвестигейшн"?

— Верно.

Она облегченно выдохнула, и Эдем заметила, что ее глаза полны слез.

— Мне очень нужна ваша помощь. И деньги не имеют значения.

Глава 9

Эдем и Энди переглянулись.

Вселенная работает. Еще как.

Энди вскочил так быстро, что его кресло со скрипом царапнуло пол, и молча уставился на женщину, изучая ее несколько дольше, чем позволяли приличия.

Та откашлялась.

— Возможно, я не вовремя?

— Нет, — тут же ответила Эдем, стоило женщине повернуться к двери. — Пожалуйста, входите. Энди будет рад принять вас прямо сейчас. Правда, Энди?

Его рука, все еще указывающая на дверь, наконец медленно опустилась.

— Да, разумеется. Просто момент был выбран чертовски неожиданно.

Женщина — высокая изящная блондинка в дорогом костюме от Шанель — бросила странный взгляд на Энди и снова повернулась к Эдем.

— Я никогда раньше не делала чего-то подобного, поэтому не уверена с чего следует начать…

Энди нашарил в ящике лист бумаги.

— Пожалуйста, присаживайтесь, мисс...?

— Миссис Фэй Морган. — Женщина лишь бросила на него взгляд через плечо, и ее внимание вновь переключилось на Эдем.

— Если не возражаете, я бы хотела говорить с вами. Только с вами.

— Со мной? — Эдем ткнула себя пальцем в грудь.

— Да.

— Но я же не... — Она принялась накручивать прядь волос на палец. — Я имею в виду, вам лучше поговорить с Энди. У него огромный опыт во всем, что касается расследований. По правде говоря, я всего лишь его помощница...

Та покачала головой.

— Мне все равно. Я буду иметь дело только с вами.

Едва Эдем открыла рот, чтобы продолжить уговоры, как в дело вмешался Энди.

— Отлично. Эдем, запиши, пожалуйста, подробности дела миссис Морган. А я пока принесу нам всем свежего кофе. У меня не было возможности заняться этим раньше, потому что офис был заперт.

Прежде чем Эдем успела что-то ответить, Энди исчез за дверью.

О чем он только думает?! Эдем понятия не имела, как следует начинать расследование. Да, она весь прошлый месяц печатала материалы последних дел Энди, но это отнюдь не одно и то же. Она не сыщик и не хочет им становиться. Ни за что.

Она обернулась на Дэррака. Он как-то притих. Стоял, скрестив на груди руки, и не отрывал от женщины прищуренных и очень недружелюбных глаз

В чем дело?

— Простите, миссис Морган, я такая невежливая. — Эдем протянула руку. — Я Эдем Райли.

— Пожалуйста, зовите меня просто Фэй. — Вместо того чтобы пожать руку, та сгребла Эдем в объятия. — Я знала, что обратилась по нужному адресу.

Пожалуй, объятия получились чересчур крепкими.

— Отпустите ее, — резко сказал Дэррак.

Фэй напряглась и, распахнув глаза, отстранилась от Эдем. Обернувшись, она посмотрела на демона, стоящего в углу, и резко втянула воздух.

— Я даже ничего не почувствовала... — начала было она, но тут же поджала губы. — Мне надо идти.

— Нет, подождите, — вскрикнула Эдем, когда та сделала шаг к двери. — Не уходите.

Если б только она могла понять, что, черт возьми, происходит. Казалось, воздух густеет от напряжения прямо на глазах.

На лице Фей мелькнула злость, когда она снова перевела взгляд на Эдем.

— Я почувствовала, что это гостеприимное место. Теперь вижу, что ошибалась.

— Я не тот, кем вы меня считаете, — заявил Дэррак.

— Вы демон.

Он нахмурился.

— Ладно. Может быть, и тот. Просто расслабьтесь. Если вы не собираетесь причинить зло Эдем — а я не думаю, что собираетесь, — то я ничего вам не сделаю. Честно.

— И почему я должна вам верить?

— Потому что я это гарантирую, — влезла в их разговор Эдем. — Как вы узнали, кто он?

— Я бы и на милю не подошла к этому месту, если бы почувствовала здесь демона. — Она сделала паузу. — Но его истинная сущность кажется довольно слабой.

— Можно и так сказать, — согласился Дэррак. — Теперь, почему бы вам не рассказать, зачем вы сюда пришли?

Она переступила с ноги на ногу, переводя пристальный взгляд с Эдем на Дэррака и обратно.

— Я подозреваю, что мой муж обманывает меня, и хочу нанять вас, чтобы вы за ним проследили.

— И что такое ваш муж? — поинтересовался Дэррак.

— Что такое? — Эдем пронзила его взглядом.

— Он смертный, — ответила женщина так, словно это был вполне естественный ответ.

— И вам кажется, он обманывает вас? — Эдем начала прилежно конспектировать все сведения.

Фэй опустилась на стул возле стола Эдем.

— Я думаю, на него могли наложить чары.

Эдем выронила ручку.

— Чары?

— Да. Им управляют с помощью магии.

— Я знаю, что такое чары. — Эдем проглотила комок в горле. — Я просто не привыкла иметь с ними дело вот так, как ни в чем не бывало.

Фэй обернулась к Дэрраку.

— Она что, новичок?

— Можно и так сказать.

Та принялась рассматривать Эдем и вдруг наморщила лоб.

— Я думала вы Иная, а вы всего лишь человек?

Эдем моргнула.

— Ну конечно.

Фэй рискнула бросить еще один взгляд на демона за ее спиной.

— Мне показалось, что в этом месте к Иным относятся дружелюбно. Вообще-то именно по этой причине я выбрала детективное агентство.

— Иным? — робко переспросила Эдем.

— Иным, нежели люди.

— О, — Эдем почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. — Ну конечно. Я такая недогадливая.

— Эдем — человек, — сказал Дэррак. — У нее есть экстрасенсорные способности, но она не умеет их контролировать. И совсем недавно она соприкоснулась с магией. Возможно, все из-за этого.

Соприкоснулась с магией. Одержима демоном. Ну конечно, это ведь почти одно и то же.

Эдем медленно выдохнула и попыталась сосредоточиться.

— Фэй, мы можем проследить за вашим мужем. Поверьте, я вовсе не пытаюсь отвертеться от вашего дела лишь потому, что оно немного странное и из-за этого я чувствую некоторую неловкость. В конце концов, это просто бизнес.

Бизнес сложится как карточный домик, если им не удастся уцепиться за это дело. И если так случится, Энди никогда не согласится искать ведьму.

Именно эта мысль помогла Эдем окончательно определиться.

Так значит, Фей специально приехала "Трипл-Эй"? Эдем могла понять тех, кто обходил это зачуханное агентство стороной, но приезжать сюда намеренно?..

— Мне непросто согласиться, зная, что вы связаны демоном, — сухо сказала Фей.

— Я бы не сказала, что мы связаны, — тут же ответила Эдем. — Это скорее вынужденная временная мера.

Фэй пожала плечами.

— Предубеждения насчет демонов — это у нас семейное.

Дэррак фыркнул.

— Я догадался.

— Вы это о чем? — переспросила Эдем. Она чувствовала себя глупо из-за того, что в последнее время ей частенько приходилось переспрашивать, но это был единственный способ упорядочить все в голове. Эдем любила порядок. Хаос и ее мозг — вещи несовместимые.

— Фей на самом деле фея, — пояснил Дэррак. — Неблагий Двор, если не ошибаюсь.

— Фея? — воскликнула Эдем. — В смысле, такое беззаботно порхающее маленькое сверкающее создание?

— Нет, — вздохнул Дэррак. — Вовсе не маленькое, не сверкающее и, если уж на то пошло, у них даже нет крыльев. Как тебе удалось прожить столько лет без меня, Эдем? Неблагие феи — злобные порождения тьмы. Вообще-то они миллиарды лет назад произошли от демонов, в отличие от Благих, те — порождение ангелов. В общем, они обожают притворяться людьми… если, конечно, в этот момент не выкачивают из смертных силы, чтобы укрепить свою власть в этом мире.

— Я так не делаю, — запротестовала Фей. — По крайней мере, больше. Сейчас я строгая вегетарианка. Завязала с тех пор, как вышла замуж.

Дэррак закатил глаза.

— Дай угадаю: вы даже не работаете, да? Сидите днем дома, стираете и готовите ужин своему доверчивому лопуху-мужу?

— Дэррак! — воскликнула Эдем.

Он виновато посмотрел на нее.

— Прости. У меня проблемы с феями. Всегда были. Когда-то, еще до проклятия, их рой пытался разорвать меня на части.

Фей пожала плечами.

— Мы ненавидим демонов. Отвратительные порождения тьмы.

— Ну конечно, ваш клан намного лучше.

Отвернувшись от демона, Фей вцепилась в холодную руку Эдем — от глубокого шока ту бросило в ледяную дрожь.

— Если мой брак развалится, я должна буду вернуться к родным. При Королевском Дворе меня будут судить как предательницу, и если признают виновной, то казнят.

— Казнят? — задохнулась Эдем.

Фей кивнула.

— Наши законы очень суровы. Мой брак считается предательством, особенно из-за того, что я расторгла свою помолвку по договоренности. У моих родителей не было выбора, кроме как отречься от меня. Если мой брак разрушится, мне придется вернуться и принять наказание. А я этого не хочу. Хочу остаться здесь. Я знаю, что муж любит меня. Я никогда не рискнула бы всем, если бы не была в этом уверена. Но в последнее время он ведет себя очень странно. Пожалуйста, проследите за ним. Узнайте, чем он занимается за пределами своего офиса.

Эдем сглотнула. Во рту пересохло так, словно он был набит соленым попкорном.

— Офиса?

— Он бухгалтер. Вот портрет Ричарда. — Фей вытащила фотографию из кошелька и придвинула через весь стол к Эдем, чтобы та увидела красивого темноволосого мужчину, стоящего рядом с женой и улыбающегося в объектив.

— А Ричард знает, что вы... — Эдем откашлялась. — Что вы фея?

Фей покачала головой.

— Нет, и я хотела бы оставить это в тайне. Думаю, женщина, с которой он встречается, очаровала его, и поэтому он так странно себя ведет. Мне нужно удостовериться в этом, чтобы остановить ее и снять с него чары. Но если он и правда мне изменяет... — Фей окаменела, — тогда мне тоже очень важно знать об этом. Так вы беретесь?

Эдем задумалась. Ей не нравилось это дело, ни капельки. Она хотела держаться подальше от всего сверхъестественного, а не принимать в свою жизнь с распростертыми объятиями и чмоканьем в щечку. Однако Эдем не видела иного способа получить то, что ей необходимо. Если она позволит этой фее упорхнуть, Энди не согласится использовать свои легендарные розыскные навыки, чтобы найти ведьму.

— Хорошо, — сказала она после долгого молчания. — Но прежде мне надо выяснить, сколько Энди берет в качестве предоплаты в подобных случаях.

— Я уже выписала чек, и, думаю, этой суммы хватит. — Фэй вытащила его из сумочки и вручила Эдем.

В нем стояла сумма в пятьдесят тысяч долларов. Эдем моргнула от удивления.

— Мне удалось сбежать из Преисподней с небольшим капиталом...

— Преисподней? — переспросила Эдем, оглядываясь на Дэррака.

Он кивнул.

— Именно там и живут Неблагие. На окраине Ада. Теперь в твоих глазах они не такие уж сверкающие, правда?

Фэй с отвращением посмотрела на демона, а затем перевела внимательный взгляд на Эдем.

— Вы получите еще пятьдесят, когда дело будет закрыто, вне зависимости от его исхода. На обратной стороне фотографии написан мой адрес и номер мобильного. Ричард уходит из дома ровно в восемь утра и покупает кофе в "Старбакс" на углу. Пожалуйста, свяжитесь со мной сразу же, как только что-нибудь узнаете.

— Конечно.

Фэй поднялась и вновь окинула Дэррака недружелюбным взглядом.

— Не буду судить вас, Эдем, за то, с кем вы предпочитаете проводить свое время.

— А кто сказал, что у меня есть выбор? — парировала та. Шутка вышла неудачной, но Эдем хотя бы попыталась.

Фей перехватила ее взгляд, в ее глазах не было ни капли смеха.

— Просто будьте осторожны.

Не сказав больше ни слова, она вышла.

— Феи, — покачал головой Дэррак. — Терпеть не могу этих чокнутых.

— А мне она показалась вполне нормальной.

— Взглянула бы ты на нее без гламура. Вот тогда видны все ее когти и клыки.

— Не поняла? — выдохнула Эдем.

Дэррак махнул рукой.

— Настоящий облик фей немного отличается. Они используют гламур – внешние чары, — чтобы улучшить его.

Эдем решила пропустить мимо ушей его замечание о "когтях и клыках"... и, если уж на то пошло, вообще все, что Дэррак рассказывал о феях.

Доступно только для пользователейЭнди ногой приоткрыл дверь, потому что его руки были заняты коробкой с пончиками и кофейником.

— Куда она делась?

— Ушла.

— Вы выставили ее за дверь? — разочарованно протянул он.

— Ага, именно это мы и сделали. Но только после того, как она оставила нам чек. На пятьдесят штук.

У Энди отвисла челюсть.

— Ты издеваешься?

— Вовсе нет. Это... — Эдем сглотнула, — ты не поверишь, но это дело о неверном муже.

— Пятьдесят штук за изменщика? — он вытаращил глаза. — Да она, должно быть, неприлично богата.

— И еще пятьдесят, когда мы закончим.

— Матерь Божья! Серьезно?! Может, нас снимают скрытой камерой?

— Теперь нам хватит денег, чтобы удержаться на плаву? — Она подошла и протянула ему чек. Энди недоверчиво уставился на него.

— Если он настоящий, то да. Определенно — да! — Он взглянул на нее. — И это спасет Ронду. Все равно что выиграть в лотерею!

Эдем присела на краешек стола.

— А теперь о знакомой Дэррака.

— Да, точно. Та пропавшая. Не проблема. — Энди заметно повеселел. — Мне всего лишь нужны ее имя, последний известный адрес, описание внешности и любая другая информация, какая у вас есть.

Дэррак поморщился.

— Вообще-то это может стать проблемой. Я не знаю ее имени. И последний раз мы виделись... Ну, скажем так, очень давно.

— Нам очень важно найти ее, — сказала Эдем. — Даже не могу выразить, насколько.

— Но вы не знаете ее имени?

Дэррак покачал головой.

— Нет.

— А что насчет внешности?

— В этом я могу немного помочь, — ответил тот.

— М-да? Этого не так уж много. Но мне приходилось работать и с меньшим, так что как-нибудь выкрутимся. — Улыбнувшись, Энди хлопнул Дэррака по плечу. — Похоже на вызов, чемпион. А я люблю вызовы.

— Пожалуйста, не называй меня чемпион.

Энди поставил кофе на стол. Теперь он выглядел абсолютно счастливым, унылый взгляд исчез без следа.

— Так почему бы тебе не рассказать, как она выглядела, когда вы виделись в последний раз — с этого мы, пожалуй и начнем. Я всегда могу прогнать описание внешности через программу идентификации по лицам. Пончик? — Он протянул Дэрраку коробку.

— Спасибо.

— Эдем, твоему брату можно сладкое?

— Ну...

Зазвенел телефон, и Эдем взяла трубку.

— Трипл-Эй.

— Эдем. — Она сразу же узнала голос Бена. — Доброе утро.

Она резко выдохнула.

— Доброе.

— Как у тебя сегодня дела? Оправилась после всех вчерашних событий?

Эдем наблюдала, как Дэррак с поистине адским энтузиазмом поедает свой первый приготовленный во фритюре пончик, покрытый шоколадной глазурью.

— Как раз этим и занимаюсь.

— Я хотел повременить со звонком до полудня, но у меня выдалась свободная минутка, и я решил, что сейчас тоже вполне подходящее время. Рад слышать твой голос.

— Я тоже.

— Серьезно? — Судя по голосу, ему понравилось это замечание.

Ее щеки залились краской.

— Конечно.

— Вчерашние друзья тебя больше не навещали?

Она поморщилась при этом напоминании.

— Нет, они не появлялись.

— Хорошо. — Он сделал паузу. – Это странно, но у меня такое чувство, будто мы знакомы уже давным-давно.

— Это хорошо или плохо?

— Это очень хорошо, поверь мне. Так что насчет... ужина? Ты не передумала?

Отказ уже вертелся на кончике языка. Как Эдем могла пойти на свидание с мужчиной, который ей действительно очень нравился, когда вокруг нее творится такая чертовщина? Не лучше ли сперва сосредоточиться на проблеме с Дэрраком, а потом уже задумываться о возможных отношениях с Беном?

Но кто знает, выпадет ли ей такой шанс второй раз?

— Нет, не передумала, — твердо заявила она.

— Тогда что думаешь о том, если я заеду к тебе без четверти семь?

— Это будет идеально. — Эдем продиктовала ему свой адрес.

— У тебя есть какое-нибудь излюбленное место? Я могу заказать там столик.

— Эээ... Нет. Можешь выбрать сам.

— Ты так в меня веришь.

— Да, я доверяю тебе принять это очень важное решение.

— Хорошо, — ответил он, и по голосу Эдем поняла, что он улыбается. — Увидимся позже.

— Пока.

Эдем повесила трубку. Проклятье, ей и правда пригодится помощь Дэррака, чтобы тот придал ей немножечко уверенности в себе. Неужели, общаясь с мужчинами, она всегда становилась такой тупицей? Она, конечно, умудрилась обручиться с тем недоноском, но у него была куча друзей, и они все время таскались на двойные свидания. В результате у них просто не было этого неловкого периода "давай узнаем друг друга поближе".

А вот Бена ей хотелось узнать поближе. Он само совершенство! А Эдем так не хватает в ее жизни совершенства.

— Эдем! — воскликнул Энди. — Ты должна это увидеть! Ну же!

Боже. Что на этот раз?

В пять шагов она пересекла комнату. Энди протянул ей лист бумаги, и Эдем уставилась на набросанный синей шариковой ручкой подробный эскиз женского лица, обрамленного длинными темными волосами.

— Это та, кого мы ищем, — пояснил Дэррак, указывая на рисунок.

— Да он просто художник, — заявил Энди. — Причем отличный. А вся фишка в том, что он говорит, что никогда не рисовал прежде. Как такое возможно?

Эдем стиснула зубы.

— Дэррак у нас очень особенный.

— Спасибо, сестренка. Ты прелесть. — Дэррак цапнул еще один пончик. — И эти штучки — тоже.

— Вообще-то это не много, но теперь у нас есть хоть что-то. — Энди забрал у Эдем рисунок. — Я займусь давней подругой Дэррака, а ты — гулящим мужем.

Эдем указала на себя.

— Я?

— Ну да. Она же хотела, чтобы этим занялась ты. А я не хочу злить нашего нового клиента. Особенно когда она так сорит деньгами. Можешь начать завтра.

— А зачем ждать до завтра? — спросила Эдем.

— Надо убедиться, что чек настоящий. — Энди усмехнулся. — Если от меня не будет вестей, можешь сюда не приезжать. Я позвоню, если что-нибудь случится.

— Но у меня нет лицензии.

Он махнул рукой.

— Не волнуйся об этом.

— Не волнуйся? Это же незаконно. У нас могут возникнуть проблемы.

— Честное слово, Эдем, просто предоставь это мне.

Она открыла было рот, чтобы выдвинуть еще пару аргументов против этой затеи, но тут же захлопнула его. Энди собирается искать ведьму, и, кажется, выглядит вполне уверенным в своих силах. Это хороший знак. Поэтому Эдем не скажет ничего, что могло бы этому помешать. И хоть ей очень не нравилось дело Фэй, она выложится по полной.

А та и вправду фея? Кроме чересчур крепких объятий ничто не указывало на то, что она не человек. Но она была феей, которую будут судить за предательство и возможно убьют, если ее брак развалится. Отличный довод против разводов.

Все это очень и очень неправильно.

— Ладно. Значит, так тому и быть, — наконец сказала она. — Неверный муж — это ведь просто?

— Проще простого, — согласился Энди. — Возьми мой фотоаппарат и просто фотографируй все, что он делает, и каждого, с кем встречается. Делай тысячи снимков. Вот и все. Я миллионы раз занимался такими делами. И мне жаль это говорить, но в девяносто девяти случаях из ста подозрения заказчика оправдывались. Интуиция их редко подводит. От нас нужны лишь подтверждение и доказательства для бракоразводного процесса. Именно измены всегда удерживали "Трипл-Эй" на плаву.

Бывший Эдем изменил ей — ни много ни мало! — на вечеринке в честь дня Святого Валентина. Как Эдем уже успела убедиться, девяносто девять процентов мужчин рождены, чтобы обманывать. Вся проблема в том, чтобы найти кого-нибудь из оставшегося одного процента.

Вот только поиск невидимой иголки в стоге сена обычно заканчивался исколотыми руками.

Бен вполне может входить в этот крошечный процент. Он совершенен во всем, начиная с прекрасной внешности и заканчивая работой. Наверняка и в личной жизни он такой же, и из него выйдет идеальный муж.

Не то чтобы Эдем планировала зайти так далеко. Но в целом образ рисовался вполне заманчивый.

— Эдем, почему бы тебе не взять выходной на сегодня? Ты вполне заслужила, поговорив с миссис Морган и заполучив для нас этот лакомый кусочек, — предложил Энди. — Покажи брату город. Развлекитесь.

Она недоверчиво взглянула на него.

— Это на тебя не похоже.

— Люблю быть великодушным к моему любимому работнику.

— Не то чтобы я смотрю в зубы дареному коню, но вообще-то ты мне не босс. Мы равноправные партнеры.

— Точно. Все время забываю об этом.

— Вот только у него на два процента больше, чем у тебя, — заметил Дэррак, расправляющийся с четвертым пончиком. — Поэтому он здесь главный.

— Верно, парнишка, — кивнул Энди. – Точно подметил. Ты просто чудо.

Дэррак вздохнул.

— Эдем, я хочу уйти отсюда. Пожалуйста.

~~~

— Я слышал, как ты разговаривала по телефону с копом, — сказал Дэррак, когда они выехали с парковки возле офиса. — Встречаетесь сегодня?

— Да.

— Думал, ты все отменишь.

Она искоса взглянула на него.

— Но не отменила.

Он откинулся на спинку кресла.

— Думаю, он действительно тебе нравится.

— Пожалуй.

— А что в нем такого хорошего?

— Все. А теперь постарайся сидеть тихо. — Эдем придется привыкнуть к тому, что рядом с ней постоянно кто-то находится, пока она не найдет способ избавиться от этого кого-то. Она никогда не ценила моменты молчания, оставшиеся, к несчастью, в далеком прошлом.

— Я тебе не нравлюсь, да? — поинтересовался Дэррак, но в его голосе послышался скрытый смех.

— Ты меня в этом обвиняешь?

— Самую малость. Тебе надо сбросить напряжение.

— Я вовсе не напряжена.

— Да ну? — Он усмехнулся. — Я запомню.

Эдем стиснула пальцы на руле.

— Мне трудно сосредоточиться, когда ты рядом.

— Это потому что я такой неотразимый?

Эдем попыталась не закатывать глаза.

— Ты всегда был самовлюбленным, или только с недавних пор?

— Всегда. Не стоит ненавидеть меня за то, что я такой очаровательный. Хотя, может, ты думаешь, что до твоего копа мне далеко.

Эдем дернула руль влево, подрезав чью-то машину и получив за это порцию оскорблений.

— Не впутывай Бена во все это.

— И как ты себе это представляешь? Кажется, сейчас он упорно лезет в твою жизнь. А тебе придется иметь дело со мной все время, пока он вот так соблазнительно маячит перед тобой, как большая аппетитная морковка, заставляя идти вперед. — Дэррак нахмурился. – Хотя, пожалуй, не стоит говорить о большой морковке твоего полицейского. По крайней мере, пока мы не узнаем, как пройдет свидание.

Стиснутые пальцы Эдем побелели, когда вдруг ее осенило:

— А что если свидание пройдет очень-очень хорошо, и я приглашу Бена к себе? Что тогда?

— И ты это сделаешь? — поинтересовался он. — На первом же свидании?

— Я говорю теоретически.

— Ладно, продолжай. Что там теоретически?

— И что тогда? Если ты у меня в голове видишь и слышишь все, что вижу и слышу я...

— Думаю, я предпочел бы, чтобы вы подождали, пока я не уйду, и лишь потом отправились кувыркаться в постели.

Ее лицо вспыхнуло. Что ж, сама спросила. А он ответил.

— Это твой натуральный цвет волос? — словно невзначай поинтересовался Дэррак.

— Что?

— У них рыжеватый отлив.

Эдем вдруг поняла, что он, вытянув руку, поглаживает прядь ее волос, накручивая ее на палец. Автомобиль вновь вильнул влево, и Эдем с трудом выровняла его. Еще одна порция брани.

Из-за демона она вот-вот попадет в аварию.

— Они... Они крашеные. Я регулярно хожу в салон красоты, но в любом случае это не твое дело.

— Держу пари, натуральный оттенок гораздо ярче, ведь так?

Она заставила себя сосредоточиться на дороге, а не думать о демоне, теплыми пальцами перебирающем ее волосы.

— Мне не нравится их натуральный цвет.

— И поэтому ты их перекрасила, сделав совсем скучными. Менее яркими, — принялся он размышлять вслух. — Странно. Если я сконцентрируюсь, то могу видеть, какими они были раньше. У обычной женщины с такими рыжими волосами были бы веснушки, но у тебя кожа чистая, как фарфор, ведь так?

Когда он нежно коснулся ее лица, Эдем чуть не съехала с трассы.

Отпихнув его руку, она уложила ее на пассажирское сиденье, но не раньше чем Дэррак переплел их пальцы.

— Отпусти меня. — Голос Эдем оборвался.

Вот только он вовсе не сдавливал ее руку и не прижимал ее к сиденью. Она легко могла высвободиться. Но, как ни странно, сил сделать это совсем не было. Его кожа казалась такой теплой, горячее, чем у обычного человека. Эдем чувствовала, как тепло струится по руке, растекаясь по всему ее телу. Восхитительное ощущение.

Наконец она заставила себя убрать руку от демона.

— Не трогай меня, — сказала она ему так твердо, как только могла, искоса глядя на него.

— Прости. Ничего не могу с собой поделать. Кажется, к рыженьким у меня слабость. — Его губы изогнулись в улыбке.

Эдем надоело говорить о себе. Все ее личные проблемы словно лежали перед ним на блюдечке, и он ковырялся в них вилкой. Пора взять реванш.

— Ладно, — заявила она. — Хочешь поболтать? У меня есть вопросы.

— Например?

— Сколько тебе лет?

— Это очень личный вопрос. А сколько ты мне дашь?

— Выглядишь ты на тридцать. Или даже меньше. Но я знаю, что тебе как минимум триста лет, ведь по твоим словам ведьма прокляла тебя три века назад. — Эдем вздрогнула от мысли, насколько он стар.

Демон заметил это.

— Я знаю, что не молод. Наверное, мне тысяча человеческих лет. Может, больше. В Преисподней время течет по-другому.

Волна мурашек пробежала по ее рукам.

— И за тысячу лет ты ни разу не пробовал пончики?

— Я понятия не имел, что теряю.

— Это же калории. Ты растолстеешь.

— Об этом я могу не беспокоиться. Мое тело не меняется, что бы я ни ел. — Он похлопал ладонью по плоскому животу.

— Счастливчик.

Она не будет рассматривать фигуру демона. Утром Эдем уже видела его во всей красе, пусть всего пару секунд.

Вообще-то Дэррак имел все основания говорить о себе с таким самодовольством. Он был столь же великолепен, как и Бен, правда совсем иначе, опаснее и мрачнее. Но Эдем знала, кто он и на что способен. Ей был нужен нормальный мужчина. А Бен — нормальный.

И она совсем не интересовалась демоном в этом смысле. В конце концов, он же демон! Не надо быть гением или обожать ужастики, чтобы понимать – это плохая идея.

Вот только сидя в ее машине, он не был похож на демона. Он больше походил на горячего парня, который явно знал, как найти самые слабые места Эдем. Все-все.

Она откашлялась.

— Нам, наверное, стоит купить тебе что-нибудь из одежды. Впереди есть торговый центр.

— Одежды? Ты думаешь о моде в такое время?

— Ты сказал, что свой наряд... наколдовал... или что-то в этом духе.

— Мне кажется, вышло вполне неплохо, нет? — Он оглядел себя.

— Холодает. Еще какое-то время будет тепло, но потом температура резко снизится до арктических морозов. Тебе нужно пальто.

— Погода на меня не влияет.

— Да, но люди будут удивляться, почему это ты разгуливаешь в футболке с коротким рукавом.

Он кивнул.

— Конечно. Ведь внешность для тебя очень важна, да?

— Вообще-то мне безразлично. — Эдем молчала несколько секунд. Разговор с ним явно не клеился. — А ты всегда был демоном?

— Что? О, еще вопросы?

— Просто поддерживаю беседу.

— Часть демонов раньше были людьми. Другие — падшими ангелами. А кто-то рожден демоном непосредственно из энергии Преисподней, самого Адского пламени. Я из последних.

Он появился на свет из Адского пламени? Это было настолько странно, что не укладывалось в голове.

— Ты очень похож на человека.

— Буду считать это комплиментом из твоих уст.

— Ты хорошо замаскировался. Никто бы не догадался, кто ты на самом деле.

— Слушай, ты так говоришь, словно демоны и люди совсем разные. А мы не так уж сильно и отличаемся. Тебе стоит забыть все, во что ты верила.

— Легче сказать, чем сделать, — Эдем сглотнула. — Но у тебя есть силы. Способность сотворить из воздуха одежду, чтобы не пришлось покупать ее в "Old Navy" или "The Gap". А что ты еще умеешь?

— У меня имелась пара трюков в рукаве. Но сейчас вся энергия идет на поддержание материальной формы.

— Так что ты мог?

Секунду он молчал.

— Кое-что забавное.

— Например?

Он вздохнул.

— Возможно, новая одежда — неплохая идея. Заодно мы сможем подобрать тебе новые полотенца. Ты говорила, где-то здесь есть торговый центр?

Он пытался сменить тему?

— Дэррак, нам надо...

Вдруг его тело напряглось, и он резко выдохнул.

— Он здесь.

Эдем свела брови.

— Кто?

Глаза Дэррака расширились, и он обернулся. Другой автомобиль нагонял их, прижимаясь практически вплотную — не больше трех дюймов — к бамперу машины Эдем.

— Кто это, черт возьми? — спросила она.

Дэррак, не отвечая, стиснул ее предплечье с такой силой, что ей стало больно.

Преследующий их автомобиль перестроился, прибавил скорость и быстро поравнялся с ними. Эдем с трудом удержала «Тойоту» на дороге.

Стискивая вспотевшими ладонями руль, она посмотрела в окно мимо Дэррака, пытаясь увидеть чокнутого водителя.

И встретилась взглядом с Малкольмом, вчерашним экзорцистом.

Глава 10

Малкольм повернул свое ангельское лицо к Эдем, его губы зашевелились, но слов было не разобрать. Эдем вдавила педаль газа в пол и, рванув вперед, на следующем же повороте вырулила направо и остановила машину. Она обернулась, но Малкольма нигде не было видно. Он не стал преследовать ее.

— Может, просто хотел поздороваться? — Она взглянула на Дэррака. Он был очень бледным, дышал тяжело и прерывисто, а лоб блестел от выступившего пота.

— Дэррак! — Эдем отстегнула ремень безопасности, чтобы дотянуться до демона и встряхнуть его за плечи. — Что с тобой?

Он не отвечал. Голубые глаза закатились.

— Что он с тобой сделал?

Прошлым вечером Малкольм уже начал обряд. Мог ли он продолжить его сегодня, пусть даже на расстоянии? Возможно ли такое вообще? Но что бы он ни сделал, это определенно навредило Дэрраку.

Через секунду Дэррак моргнул, его зрачки медленно расширились до нормального состояния. Правда, он все еще был бледнее обычного.

— Эдем...

— Что я могу сделать?

— Я даже не представлял, насколько ослаб.

— Чтобы признаваться в подобных вещах, надо быть настоящим мужчиной. — Эдем пыталась шутить.

— Я сильнее, когда нахожусь в тебе. В своем собственном теле я более восприимчив. А когда я внутри тебя, то могу черпать у тебя энергию.

— Так превратись же в дымок и вселись в меня. — Эдем не верилось, что она и правда это предложила.

— Я не могу это контролировать. Только не днем. Но мне... мне нужна твоя энергия.

— Как?

— Феи... Они ненавидят демонов, зная, что на самом деле они такие же, как и мы. Неблагие выкачивают силы из людей, чтобы выжить и стать более могущественными. Они просто обязаны так делать. Выбора нет. Демоны же в состоянии обойтись и без этого, но в случае необходимости мы тоже можем зачерпнуть у смертных немного сил.

— Ну так зачерпни уже.

Он тихо фыркнул.

— Такая готовность? А я-то думал, ты меня ненавидишь.

— Ненавижу. Но тебе же нужно немного энергии, чтобы прийти в себя. В конце концов, именно я познакомила тебя с Малкольмом.

— Вина — сильный мотиватор. — Он сдвинул темные брови. — Больно не будет.

— Хватит болтать и делай то, что должен. Только не оставь следов на коже.

— Такого не случится. Мне просто нужно обнажить твою яркую сверкающую душу. — Он обхватил ладонями ее лицо и привлек к себе.

Эдем напряглась.

— Это звучит слишком...

Дэррак поцеловал ее. И не просто поцеловал. Губы Эдем распахнулись сами собой, и если бы она не сидела, а стояла, то вряд ли бы удержалась на неожиданно ослабевших ногах.

Секундой спустя слабость, смешавшаяся с наслаждением, растеклась по всему телу.

Эдем решила, что это из-за того, что Дэррак целенаправленно вытягивает из нее энергию. Она застонала, не отрываясь от его губ, потому что поцелуй получился удивительным, потрясающим, великолепным. Если делиться с демоном силой всегда так восхитительно, то Эдем, пожалуй, готова стать почетным донором.

На миг поцелуй стал глубже, затем Дэррак отстранился.

— Думаю, этого более чем достаточно, — сказал он.

— О… Ну ладно. — Эдем сжала губы.

— Спасибо. Мне уже гораздо лучше. — В голосе Дэррака слышалась усталость. — Ты не возражаешь, если мы вернемся в твою квартиру, и я отдохну? Все это меня вымотало.

И не только его.

— Конечно.

Казалось, поцелуй не произвел на Дэррака такого же впечатления, как на Эдем. Ее щеки просто пылали. Она чувствовала смущение от того, с какой легкостью от одного лишь поцелуя была готова забраться Дэрраку на колени. Но, в конце концов, это же все не по-настоящему. Поцелуй был лишь своеобразным способом сделать пожертвование, эдакий благотворительный взнос.

Эдем вывела «Тойоту» обратно на трассу и направилась домой. Она припарковалась на своем обычном месте. Дэррак по-прежнему был не в себе, но помощи больше не просил и из автомобиля выбрался самостоятельно. Что уже было хорошо. Эдем казалось, что безопаснее будет не прикасаться к нему.

Что, черт возьми, с ней случилось? Один поцелуй — и она готова хлопнуться в обморок? Не дождетесь.

Наверное, стоит остаток дня посвятить наведению марафета в квартире. Даже если не обращать внимания на беспорядок, оставленный Дэрраком на кухне, генеральная уборка не помещает. И только теперь Эдем вспомнила, что надо подобрать наряд для свидания с Беном. Может, есть смысл все отменить? Или перенести на более благоприятное время?

Надо обдумать слишком много вещей, включая завтрашнюю противозаконную слежку. Мысли о неверном муже не помогли Эдем настроиться на романтический лад, не говоря уже о том, что она ни на секунду не забывала, что внутри нее сидит демон, который периодически выбирается наружу.

Нет уж, пусть все идет как планировалось. Она не позволит этому сумасшествию отобрать у нее шанс на ослепительный кусочек счастья.

Ведь в ее жизни появился парень – причем, вполне нормальный – перед которым женщины просто падают в обморок. И она тоже будет падать в обморок. И не только потому, что он такой великолепный, ведь судят не только по внешности. Бен очаровательный, и благородный, и смелый, и... и такой обычный. Общение с демоном дало ей понять, как же она хочет стабильности.

Эдем хотела, во-первых, заполучить Бена, даже если шансов на это было крайне мало, а во-вторых, избавиться от Дэррака. Точка. Список легко запомнить.

На этот раз Эдем не пыталась сбежать от Дэррака на лифте. Они вместе зашли внутрь и доехали до четырнадцатого этажа.

С кошкой тоже не хотелось связываться. Эдем надеялась лишь, что та еще не изодрала ее шторы. И не написала на ковер.

Отпирая дверь, она взглянула на измотанного Дэррака и вдруг поняла, насколько сама устала.

— Располагайся на кровати. Только не привыкай к ней.

Он скривил губы в улыбке.

— Такая щедрость.

Эдем нервно откашлялась.

— Думаешь, Малкольм искал тебя, или он оказался на дороге лишь по чистому совпадению?

— Ты показала молодому и энергичному экзорцисту настоящего демона. Похоже, он заинтригован.

Она сглотнула комок вины, не отпускавшей ее после попытки провести над Дэрраком обряд.

— Ну, ты идешь спать? Ты так заряжаешься энергией?

— Что-то вроде того. Это... вообще-то это больше похоже на глубокую медитацию. Я вроде как отключаюсь.

Дэррак не стал продолжать, но Эдем надеялась-таки услышать подробности. Ей казалось, что такое вещи стоит знать. Знание — сила, и все такое.

— Ну так иди отключайся.

Дэррак, явно помрачневший, направился в ее спальню. Эдем прикрыла дверь, чтобы дать ему немного уединения. А заодно и самой себе. Пребывание в одиночестве — это просто отлично.

Ее квартира была совсем крохотной, и можно было не переживать, что Эдем отойдет от кровати дальше, чем на шестьдесят футов. А значит, риск болезненной дематериализации демона сведен к минимуму. Эдем чувствовала, что сейчас не лучший момент вновь проверять их связь.

До свидания оставалось восемь часов. Вполне хватит времени навести в квартире порядок, а затем немного вздремнуть, чтобы встретить детектива Кравеца во всей красе.

Эдем окинула комнату взглядом, чтобы оценить масштабы предстоящей уборки.

Все выглядело безупречно.

Она протерла уставшие глаза и осмотрелась еще раз. Все по-прежнему было идеальным. Бардак на кухне исчез. Кофейник сверкал. Столешница опустела. Пахло лимонным моющим средством.

— Все это очень странно, — пробормотала под нос Эдем.

И направилась в гостиную только для того, чтобы увидеть, как плед, который она вчера набрасывала на колени, теперь аккуратно свернут и лежит на спинке дивана. Подушки покоятся на своих местах. А маленькая коллекция свежих журналов веером разложена на журнальном столике.

Даже ковер выглядел только что пропылесосенным.

Эдем медленно обвела комнату взглядом. Пока ее не было, квартиру что, взломала какая-то сумасшедшая горничная?

А может, Дэррак, прежде чем утром выйти вслед за Эдем, вызвал какого-нибудь демона-уборщика?

Хотя нет. Он же говорил, что его способности — каким бы они там ни были — теперь на нуле.

Все это не имело никакого смысла.

— Мррр? — Черная кошка потерлась о ее ногу.

— А вот ты где, — сказала Эдем. — И кто это сделал?

Кошка не ответила.

— Не думай, что я забыла о тебе, — заявила Эдем. — Давай я тебя выведу, и ты сможешь вернуться туда, откуда пришла.

Она наклонилась, но кошка отскочила и забилась под кресло.

Эдем подбоченилась.

— Ладно, пусть так. Но не вздумай привыкать.

Эдем опустилась на диван, ощущая — даже несмотря на свое недоумение по поводу подозрительной чистоты квартиры — невероятную усталость, подобной которой она даже припомнить не могла.

— Я только вздремну пять минуточек, — пообещала она себе, ложась и подминая под голову вышитую подушку, — а потом разберусь, что же здесь произошло.

Не была ли усталость следствием того, что Эдем поделилась силами с Дэрраком? Такой своеобразный побочный эффект, вынуждающий проваливаться в беспамятство?

"Если так, — подумала Эдем, закрывая глаза, — это было бы очень неудобно".

Когда она подняла веки, то через балконную дверь увидела, как низко солнце висит над горизонтом. Учитывая, что когда засыпала, не было еще и полудня, "пять минуточек" получились весьма длинными.

— Проклятье!

— Думал уже, что ты не проснешься, — заметил Дэррак.

Эдем уселась так резко, что голова закружилась.

— Сколько времени?

— Уже больше шести вечера.

Бен приедет без четверти семь. Повернувшись, она увидела Дэррака, сидящего в кресле возле дивана.

— И давно ты наблюдаешь, как я сплю?

— Часа два.

— У меня от тебя мурашки по коже.

— Стараюсь как могу. — Он склонил голову набок. — А ты знаешь, что разговариваешь во сне?

Это была одна из тех особенностей, которые ее бывший считал недостатками.

— Правда?

— Ага.

— И что интересного я говорила?

— Что-то о регулярных благотворительных взносах. Что ты имела в виду?

Эдем тут же вспомнила о поцелуе.

— Понятия не имею. Что-нибудь еще?

— А потом принялась болтать о сегодняшнем свидании. Я знаю, ты нервничаешь из-за выхода в компании мистера Красавца.

Она поднялась с дивана.

— Мне надо собраться.

— Может, лучше...

— Лучше что? Все отменить? Ни за что. — Она решительно тряхнула головой. — Я все равно пойду. Ты говорил, что поможешь мне. Мы заключили сделку.

Дэррак медленно расплылся в улыбке.

— Я хотел сказать, может, лучше я подберу тебе наряд?

— О. — Эдем сдулась. — Ты что, демонический консультант по моде?

— У меня отличный вкус.

Закусив нижнюю губу, она покачала головой.

— Что? — спросил Дэррак.

— Ничего. Просто...

— Просто что? — Он наморщил лоб, ожидая, когда она закончит мысль.

— Все демоны такие же, как ты?

— Обаятельные, красивые и невероятно полезные? — Он опустил взгляд на стопку журналов, увенчанную "Entertainment Weekly".

Эдем уронила плед, в который до сих пор куталась.

— Ты не очень похож на демона, как я их себе представляла.

— Кажется, я уже объяснял тебе, что демоны совсем другие.

— Знаю, но это трудно принять.

— Я по-прежнему тебе не нравлюсь, правда? — улыбнулся демон.

Она моргнула.

— Ни капельки.

— Поэтому сразу же, как только мы снимем проклятье, я исчезну из твоей жизни.

— Рассчитываю на это. — Эдем выдохнула и облокотилась на коричневый вельветовый диван, вставая. — Но Дэррак... нет. Я имею в виду, тебе не удастся, натянув эту маску, заставить меня делать то, что тебе надо, понятно? Я видела немало фильмов про демонов. Они умело маскируются, но внутри-то все те же пламя и сера. Разве Сатану не называют Князем Лжецов? Я точно слышала об этом.

Он даже не моргнул.

— Я то, что ты видишь. Не больше и не меньше.

Что ж, если это правда, то он не демон, а просто привлекательный мужчина. Сидящий в ее квартире. Наблюдающий за ее сном. Если бы Дэррак собирался причинить какой-то вред, то времени для этого было предостаточно, пока она валялась в отключке.

— Хорошо, — неохотно выдавила она через несколько секунд.

— Я знаю, это непросто. И я благодарен за твое терпение, даже несмотря на пару небольших заминок, которые у нас были. Но мы в любом случае во всем разберемся и больше не будем отнимать друг у друга время. А прежде я собираюсь убедиться, что у тебя с копом все получится. Обещал сыграть роль Амура и обещание сдержу. — Он вновь улыбнулся. — Перед тем, как исчезнуть навсегда, я должен убедиться, что есть кто-то, кто позаботится о тебе.

После его уверений Эдем немного расслабилась.

— Тогда я пошла собираться.

— Вообще-то должен признаться, что уже кое-что подобрал тебе на вечер и оставил на кровати. Все равно ты спала, и мне нечем было заняться.

— Ты... — начала было она, а затем вздохнула. — Ты и в самом деле демонический консультант по моде.

— Виноват.

— Мррр? — протопала мимо них кошка.

Эдем схватила ее.

— Я не забыла, что надо вынести тебя на улицу, чтобы ты могла вернуться домой. Твои родные наверняка тебя ищут.

Кошка принялась вырываться. Эдем почувствовала, как острые когти вонзились в руку и, вскрикнув от боли, выпустила животное.

В одну секунду Дэррак оказался рядом с ней.

Эдем прижала ладонь к царапинам, которые тут же нещадно начало жечь. Из ранок потекла кровь.

— Она застала меня врасплох. Сама виновата.

— Дай взгляну.

— А. Ну ладно. — Она разжала пальцы.

Дэррак прищурился.

— Нужно исправить это, пока не стало слишком поздно.

— Слишком поздно? Поздно для чего?

— Тссс. — Он взял ее руку и накрыл царапины ладонью. — Мне надо сосредоточиться. Я держу про запас немного целительной силы, и, думаю, ее хватит.

— Что ты делаешь?

— Какую часть "тсс" ты не поняла?

Жар его ладони, казалось, вдруг резко обжег ранки. Что бы Эдем ни собиралась ответить Дэрраку, слова в любом случае застряли у нее в горле.

Дэррак застонал, его лицо застыло, когда он взглянул на ее руку. Эдем была готова поклясться, что вновь увидела янтарные огоньки, мерцающие в голубых глазах. Его зрачки засияли каким-то странным внутренним светом. Дэррак прерывисто выдохнул.

Руку словно засунули в пламя. Эдем попыталась высвободиться, но Дэррак оказался слишком силен и легко удержал ее на месте.

— Все. Готово. — Его хватка наконец ослабла. — Проклятье. Мне надо сесть, пока я не упал.

Он пошатнулся, и Эдем подхватила его. Дэррак не шутил. Она подвела его к дивану, и он рухнул на подушки.

И только теперь взглянула на руку. Следы когтей исчезли.

— Что... — Она запнулась. — Что ты сделал?

— А ты как думаешь?

— Ты их исцелил?

— Угадала.

Эдем остолбенела.

— Но это же были всего лишь царапины. Да, неприятно, но вовсе незачем было поднимать из-за них такую панику.

Кошка выскочила из-под кресла, куда забилась раньше, но на ее пути оказалась нога Дэррака. Тот придавил зверюгу к ковру.

— Я пытался тебе подыгрывать, киса, — прорычал он. — Даже налил утром сливок, потому что хотел быть милым.

Кошка зашипела на него.

— Только меня не пытайся своими фокусами запугать, — продолжил Дэррак. — Хватит. Перекидывайся, иначе я тебя силой заставлю.

Какого черта? Эдем уставилась на него. Демон что, окончательно рехнулся?

Прошипев что-то напоследок, кошка умолкла, глядя на демона сверкающими глазами. А затем, прежде чем Эдем успела сказать хоть слово, на месте кошки оказалась темнокожая женщина с длинными блестящими волосами, одетая в бордовые спортивные штаны и белый топ. Она лежала на полу, и нога Дэррака прижимала ее плечо к полу.

— Отпусти меня, демон, — рявкнула «кошка».

Эдем начала пятится, пока не спиной не наткнулась на кухонный стол.

— Что, черт возьми, происходит?

— Твоя кошка — оборотень, — объяснил Дэррак. — Хотя, кажется, это уже очевидно. И я не был уверен, родилась она такой, или ее обратили. Вот почему я исцелил твои царапины. В противном случае из-за них вполне могло оказаться так, что через пару дней тебе понадобился бы эпилятор и собственный горшок с кошачьей мятой.

— Я такой родилась, — ледяным тоном произнесла женщина. — С ней все было бы в порядке.

— Так ты занимаешься тем, что прокрадываешься в чужие дома и начинаешь жить за счет ни о чем не подозревающих хозяев?

Та чуть улыбнулась.

— А ты?

— Туше. — Дэррак убрал ногу, и женщина поднялась на ноги, виновато взглянув на Эдем.

— Пожалуйста, не выгоняй меня.

Эдем открыла рот, но целую минуту не могла вымолвить ни слова.

— Не могу поверить. Ты... ты была кошкой!

Женщина по-прежнему держалась настороженно.

— Была. И снова в нее превращусь. Клянусь, если ты позволишь мне остаться, я стану вести себя очень тихо. От меня не будет проблем. И я обещаю больше не царапаться, только не хватай меня, когда я этого не жду. Это неприятно. Мне нечем платить тебе за жилье, но я могу вместо этого убираться...

— Так это ты навела здесь порядок? — ошеломленно спросила Эдем.

Та пожала плечами.

— Это меньшее, что я могла сделать. Только не думай, что я твоя служанка, и ты можешь мной командовать. Этого не будет. Просто взаимовыгодный обмен. Я стану следить за чистотой... черт, я даже могу готовить... А ты в ответ позволишь мне пожить здесь какое-то время.

— Нет, — ответил Дэррак.

Женщина бросила на него взгляд.

— Я не тебя спрашиваю, демон.

— Меня зовут Дэррак.

— Рада за тебя. Я слежу за тобой, ты, исчадие ада. Так и знай. — Она повернулась к Эдем. — Я нужна тебе. Я могу тебя защитить.

— Защитить?

Она решительно кивнула.

— Демоны не выносят присутствие оборотней.

— А я-то думал, это просто аллергия на кошачью шерсть, — иронично заявил Дэррак.

— Если он попытается причинить тебе вред, например, высосать твою душу, или еще что-нибудь в этом роде, я смогу его остановить.

— Я не собираюсь причинять Эдем вред, — отрезал Дэррак. — Если бы собирался, зачем мне использовать силы, чтобы исцелить ее?

В точку. Эдем изучала Женщину-Кошку, взирающую на Дэррака с явным отвращением.

— Потому что если бы она оказалась инфицирована и стала оборотнем, ты больше не смог бы использовать ее тело. — Женщина окинула его ледяным взглядом и улыбнулась. — Пришлось бы искать новый дом, правда?

Лицо Дэррака окаменело.

— Об этом я не думал.

— Ну конечно.

— Это правда? — спросила Эдем.

Дэррак встретил ее взгляд.

— Оборотень не может быть одержимым. Это правда.

Очередная пища для размышлений. Которую лучше запихать поглубже в холодильник, чтобы позже тщательно поковыряться в объедках.

Взглянув на часы, Эдем поняла, что до прихода Бена оставалось менее получаса. Сверхъестественные проблемы сыпались сегодня одна за другой.

— Как тебя зовут? — спросила она женщину.

— Кэтлин Харрис.

— Дай угадаю, — не слишком дружелюбно перебил ее Дэррак. — Все зовут тебя Кэт, правда? Это почти так же предсказуемо, как фея по имени Фей.

— Конечно. Так же предсказуемо, как то, что тебя зовут козел. Ты можешь звать меня Лина, — повернулась она к Эдем. — Пожалуйста-пожалуйста. Позволь мне остаться.

— Почему здесь? — беспомощно спросила Эдем. Ее разум просто затапливала лавина информации.

Та заломила руки и принялась нервно озираться.

— Я прячусь от кое-кого, кто хочет меня убить. Вот уже несколько недель брожу по улицам и собираю объедки по мусорным контейнерам, и, кстати, в реальности это еще паршивее, чем кажется. Домой вернуться не могу. И я просто в отчаянии. Прошлой ночью почувствовала тебя — что ты не такая, как все. Что ты можешь защитить меня.

— Я? — Эдем ткнула пальцем себя в грудь. — Смогу защитить тебя от убийцы? Это смешно, тебе лучше пойти в полицию и все им объяснить. Они помогут.

Лина покачала головой.

— У них не получится. Да они мне просто не поверят. Мне нужно лишь затаиться на какое-то время, пока все не уляжется. И я больше не буду докучать тебе. Неделю, максимум две. Обещаю.

— Я не знаю...

— Ну пожалуйста. — В каре-золотых глазах Лины отразилось такое отчаяние, что Эдем поняла, что не сумеет прогнать ее. По крайней мере, пока.

Она развела руками.

— Но у меня больше нет комнат. Эта квартира и для одного-то человека мала.

— Я буду в облике кошки. — В глазах Лины вспыхнула надежда. — Тогда во мне всего семь фунтов. Совсем кроха! И я много не ем. А в человека стану перекидываться, когда вас не будет дома. Ну давай! Я умею готовить восхитительную лазанью.

Эдем была неравнодушна к домашней лазанье.

С тех пор, как в ее жизнь вошел Дэррак, Эдем, казалось, стала магнитом для всяких сверхъестественных существ — демонов, фей... а теперь еще и кошек-оборотней? И все почему-то находились на грани жизни и смерти. В том числе и сама Эдем.

А она-то думала, что общалась со странными людьми, когда работала в "Экстра-Связь".

Что ж она хотя бы кому-то сумеет помочь. И надеяться, что тогда кто-то поможет ей в ответ. Эдем верила в Карму. Вселенная благосклонно взирает на подобные вещи.

— Хорошо. Две недели, — сказала она. — Но это все.

Лина расплылась в улыбке.

— Спасибо!

— И держи когти при себе.

— Ну, кажется, у тебя при себе есть ходячая и говорящая аптечка. — Лина метнула недружелюбный взгляд в сторону Дэррака.

— Это были лишь царапины. — Дэррак скрестил руки на груди. — Что-то посерьезнее могло иссушить меня полностью.

В глазах Лины мелькнуло недоверие.

— А ты слабоват для демона.

— К счастью, это компенсируется моим обаянием. — Он улыбнулся. — Кажется, ты что-то говорила насчет того, чтобы перекинуться обратно в пушистую бессловесную киску? Думаю, сейчас самое время.

Лина показала пальцами на свои глаза, затем на Дэррака.

— Я слежу за тобой, демон.

— Обожаю зрителей.

Лина сгребла Эдем в объятия и крепко стиснула.

— Спасибо. Ты такая классная.

— Оу. Хорошо.

— Ты явно повеселишься на свидании. Тебе пойдет на пользу общение с настоящим мужчиной, — многозначительно заявила Лина. — Люди всегда выбирают самых благоразумных партнеров. Можешь мне поверить.

Прежде чем Эдем успела ответить, Лина уменьшилась в размерах, вновь превращаясь в маленькую черную кошку, и стремглав умчалась в спальню.

Это все было на самом деле? Эдем повернулась к Дэрраку.

— Когда она перекинулась, ее одежда исчезла, — сказал он, качая головой. — Ты заметила? Так удобно.

— Я... — начала она. — Я просто... Я не знаю, что должна делать.

— Если хочешь моего совета, думаю, тебе не стоит сейчас забивать голову всякими паранормальными вещами, лучше вместо этого иди одевайся. Время течет так быстро.

Побледневший Дэррак прислонился к стене, на которой висел плоский телевизор и фотография, на которой десятилетняя Эдем стояла возле матери.

— У тебя снова силы кончились? — спросила она.

— На этом уровне я сам могу восстанавливаться.

— Ладно, неважно, какие ты там преследовал цели, я благодарна тебе за то, что ты... ну... исцелил меня. Спасибо.

— Уверяю, моя цель была очень благородной.

— Тебе снова надо позаимствовать у меня энергию? – Нет, нет, Эдем вовсе не напрашивалась на еще один сногсшибательный демонический поцелуй. Потому что это было неправильно по слишком многим причинам. Особенно когда — Эдем взглянула на часы — до появления Бена оставалось всего двадцать пять минут.

— Нет. Это оставим на крайний случай. — Дэррак сложил на груди руки. — Для тебя это небезопасно.

— Небезопасно?

Он покачал головой.

— Процесс вытягивания энергии сложно контролировать, и если я увлекусь... Ну, не хотелось бы, чтобы это произошло.

— Но я прекрасно себя чувствую.

— Точно. Не считая того, что ты провалилась в сон на семь часов после того, как я откачал немного твоих сил.

— Верно. — Эдем нахмурилась. — Но сейчас я в порядке. Если ты возьмешь совсем немного...

Господи. Она пытается выпросить еще один поцелуй. Неужели она такая жалкая?

Просто размазня.

Вместо этого Эдем заставила себя сосредоточиться мыслями на Бене. Идеальном, отважном, красивом. "Соберись, Эдем. Думай о главном призе. А вовсе не о губах Дэррака".

— Честно, Эдем, я пытаюсь действовать разумно.

— А я пытаюсь понять, что со мной происходит. — Эдем задумалась над его словами. — А что плохого в том, чтобы брать у меня силы?

— Отлично. Ты и самом деле хочешь это знать? — Он перешел к другой стене гостиной и встал возле шкафа с аккуратно расставленными книгами. Дэррак явно нервничал. — Если я забуду про осторожность или начну жадничать, то могу забрать слишком много твоих сил. И это будет иметь серьезные последствия. Чего мне не хотелось бы допускать.

— Я что, превращусь тогда в демона?

— Нет. Ты можешь погибнуть.

Эдем прикоснулась к губам, вспоминая поцелуй в машине. Тогда она не почувствовала ничего губительного, но если бы Дэррак зашел дальше?

— Тогда я рада, что ты против.

Он пересек комнату, сел на диван, возле которого стояла Эдем, и принялся изучать рисунок на ковре.

— Проблема в том, что твоя энергия, насколько я успел распробовать, очень... даже не знаю, какое слово подобрать. — Он наморщил лоб. — Восхитительная? Аппетитная? Притягательная? Любое из этих слов подходит.

— Она вкусная?

— Да. Очень. — Он поднял глаза, и Эдем, казалось, опалило их сияние. Дэррак не отрываясь, глядел на ее губы. — И поэтому я не рискую брать слишком много, иначе не смогу остановиться.

— И ты осушишь меня полностью.

Дэррак сделал еще один шаг, оказавшись так близко, что она могла почувствовать тепло его кожи и взгляда. Он поднял руку, словно собираясь коснуться ее лица, но в последний момент спохватился.

— Именно об этом я и говорю. Так что, наверное, хорошо, что у тебя в квартире живет мохнатая дуэнья-кошка. На тот случай, если я забудусь.

Эдем не могла понять, почему не пришла в ужас от мысли, что Дэррак считает ее вкусной. Ладно, немного она все-таки испугалась, но не так сильно, как следовало бы.

Демон только что признался, что с удовольствием слопал бы ее с потрохами? Не слишком приятная новость.

Вот только это оказалось удивительно... возбуждающим. Таким же, как взгляды, которыми он ее одаривал.

— А когда ты вытягиваешь энергию, это обязательно должно быть через поцелуй? — поинтересовалась Эдем, зная, что время идет, но все же ей хотелось получить еще хоть какие-то ответы. — Ты можешь выкачивать силы только через рот?

— Вообще-то нет. Это просто личные предпочтения.

Она распахнула глаза.

— Личные предпочтения?

Его красивое лицо медленно расплылось в улыбке.

— Неплохой вариант, правда? К несчастью, это делает твою энергию еще более притягательной. Надо запомнить, что твой рот — запретная зона. — Его взгляд на несколько секунд замер на ее губах, и лишь затем поднялся к глазам Эдем. — Лучше поторопиться. Мужчина, с которым тебе и правда хотелось бы сплестись языками, уже, наверное, на полпути сюда.

Уверенно кивнув головой и не говоря больше ни слова, Эдем прошла в спальню и, закрыв за собой дверь, прижалась к ней спиной. Сердце начало отчаянно колотиться еще во время разговора о губах Эдем и предпочтениях Дэррака.

— Демон выбрал отстойный наряд. — Лина, вновь в человеческом облике, вертелась перед зеркалом, прижав к груди красное платье, которое Дэррак вытащил из шкафа — по удивительному совпадению, это была самая любимая вещь Эдем. — Я подберу что-нибудь получше. Красный цвет для первого свидания — так пошло.

— Хорошо, — сказала Эдем, не двигаясь с места.

— Кстати, — Лина присела на край кровати и кивнула в сторону стены с окном. – "Клуб «Завтрак»" — мой любимый фильм. Клевый постер.

— Спасибо.

— Молли Рингуолд так и не получила заслуженного признания.

— Полностью согласна.

Когда Эдем наконец вышла из спальни, Дэррак оглядел ее с ног до головы, оценивая голубое платье, которое выбрала Лина.

— Мне больше понравилось другое, — вынес он вердикт. — Но это тоже вполне ничего.

— Рада, что ты одобряешь.

Он поморщился.

— Оборотни такие докучливые. Почти как феи.

Эдем попыталась сдержать улыбку.

— А есть хоть какие-то существа, которые тебе нравятся?

— Обожаю людей. — Он вновь принялся ее разглядывать. — Некоторые из них вполне терпимы.

Эдем, нервно кашлянув, отвернулась, только теперь заметив, как стемнело на улице. Выглянув в балконное окно, она увидела, что солнце уже почти полностью скрылось за горизонтом.

Она замерла. День полностью пролетел. И уже закат.

А она слишком хорошо знала, что произойдет на закате — не считая приезда Бена.

Вот черт!

Дэррак вдруг тяжело задышал и напрягся.

— Время!

Это слово вдруг подстегнуло ее инстинкт самосохранения. Эдем отступила.

— Тебе не кажется, что может быть другой способ?

— Его нет.

— Ну а если ты просто попытаешься сопротивляться?

— Если бы я мог... Поверь, терять тело — то еще удовольствие. — Он прижал руку к животу, лицо исказилось от боли. — Сомнительное.

— Может, пара таблеток "Мезима" помогут?

— Это не проблемы с желудком. — Он поморщился. — А может, так больно от того, что я сопротивляюсь.

Эдем охватило чувство вины.

— Ну так хватит сопротивляться.

Он поднял глаза, и улыбка тронула губы.

— Так быстро передумала?

— Я Близнецы по гороскопу, так что можешь подать на меня в суд. Но я не люблю наблюдать, как кто-то мучается от боли.

— Я тоже. Особенно когда этот кто-то — я.

В следующую секунду раздался звонок.

— Должно быть, мистер Красавец, — выдавил Дэррак. — Так вовремя. Какой сюрприз.

Эдем подошла к домофону и нажала кнопку.

— Да?

— Эдем, это я, — сказал Бен. — Ты готова?

Эдем захлестнула паника, когда она взглянула на Дэррака, задыхающегося от боли. В следующую секунду его тело обратилось шестифутовым облаком черного дыма.

— Я... эээ... Дай мне еще минутку, ладно?

— Конечно. Не торопись.

Отпустив кнопку, Эдем повернулась, прижимаясь спиной к стене. Лина в облике кошки вышла из спальни и, зашипев, выгнула спину, когда дым черной воронкой пролетел мимо нее.

Демон как-то нерешительно подобрался к Эдем, крутясь над полом, словно живое облако густого смога. Дэррак выжидал. Что-то удерживало его.

Он что, ждет... разрешения?

Оно же ему не нужно. Он еще вчера это доказал, дважды вселившись в Эдем против ее воли. Если бы он спросил, она ответила бы большим и смачным "нет".

Но с тех пор он не раз дал понять, что не хочет причинять ей вреда.

Ну, не считая того, что он через год убьет ее. Скорее всего, потому, что, пытаясь выжить, будет медленно вытягивать из нее энергию.

А еще он сказал, что ее энергия вкусная.

Это все так неправильно.

— Ладно, — сказала она, пытаясь побороть инстинктивный страх перед демоном. — Приступай уже наконец.

Это оказалось именно то, что ему требовалось. Дым рванул к ней и закрутился вокруг ее тела. Резко выдохнув, Эдем оперлась на стену, чувствуя странный, удивительный прилив наслаждения, когда дым исчез...

...внутри нее.

"Это неправильно", — вяло подумала Эдем. Невероятно неправильно, что одержимость Дэрраком приводила ее к... оргазму.

Энди обязательно найдет ведьму, и они снимут проклятие. Эдем больше не может это выносить. Происходящее окончательно и бесповоротно сведет ее с ума.

— Дэррак, — сказала она вслух. — Ты там?

— Да, я здесь. — В его глубоком голосе, текущем сквозь ее разум, звучали нотки тревоги. — Прости, что причиняю тебе боль.

Боль? Он думает, ей больно?

— Все нормально, — ответила она. — Как-нибудь переживу.

Лучше ему не знать правду. Лучше для них обоих.

— Так давай впустим твоего мистера Красавца. Не хочу заставлять его ждать.

Точно. Мистер Красавец. Сказать, что Эдем весь вечер будет разрываться на части — это еще очень мягко. Ей нравился Бен, и это свидание имело огромную важность для ее будущего счастья. Но с другой стороны был Дэррак и его манящие, но вытягивающие силу поцелуи, не говоря уже о том, что он даже не догадывался, какое умопомрачительное удовольствие дарит всякий раз, когда проникает в ее тело...

В любом случае Эдем надеялась, что свидание с Беном пройдет гладко. Вселенная определенно ей задолжала.

Глава 11

Доступно только для пользователейБен заказал столик в сказочно дорогом ресторане морепродуктов "Белла Биск", откуда открывался потрясающий вид на озеро Онтарио и весь Торонто. Эдем здесь никогда не была, но ей еще не попадался омар, который не пришелся бы по вкусу.

— Я уже говорил, что ты выглядишь потрясающе? — спросил Бен, выдвигая для нее стул. — Голубой — мой любимый цвет.

Эдем коснулась платья, которое выбрала для нее Лина. Она чуть было не передумала его одевать, полагая, что с «Проектом Бен» ей должен помогать Дэррак.

— Спасибо.

Дэррак на удивление притих, стоило им только выйти из квартиры, и это было странно, учитывая их сделку. Чего он ждет? Эдем знала, что рядом с Беном она кажется нервной и неуклюжей, — особенно в таком шикарном ресторане! — но демон пока не предлагал помочь.

С ним все в порядке? Может, он слишком слаб, чтобы разговаривать? Эдем пыталась не волноваться. По крайней мере, пока.

В темно-синем костюме и белой рубашке Бен выглядел божественно, хотя Эдем тут же задалась вопросом, есть ли вообще на свете наряд, в котором он выглядел бы иначе? Детектив Кравец был красив от природы, и Эдем могла поклясться, что знает его утренний распорядок: он всего лишь одевается, умывается и причесывается. И все — этого достаточно, чтобы смотреться просто сногсшибательно.

Повисла долгая пауза, потому что Эдем принялась изучать меню.

— Почему бы тебе не спросить мистера Красавца, был ли он здесь прежде? — без особого энтузиазма в голосе предложил Дэррак.

"А вот и он", — подумала она с облегчением, слыша его голос. Лучше поздно, чем никогда.

— Эээ... Бен, ты уже бывал здесь? — спросила она, моментально почувствовав прилив уверенности от того, что ее внутренний суфлер на месте.

Бен огляделся.

— Нет, но друг очень рекомендовал это место. Его жена считает, что это лучший ресторан в городе.

— Здесь неплохо, — заметил Дэррак. — Интерьер славный. Официанты, правда, кажутся немного заносчивыми, и цены наверняка немаленькие. И тебе действительно стоило надеть красное платье.

Подобные комментарии были не слишком полезны.

Они сидели в кабинке в форме полумесяца. В зале царил полумрак, на столе горела свеча. Бен заказал бутылку "Пино Гриджио", и уже через пару минут официант принес вино и наполнил бокалы.

— У меня тост, — с улыбкой сказал Бен. — За Эдем Райли, самую очаровательную смутьянку, которую я когда-либо встречал.

Она вскинула брови.

— Смутьянку, да? Это такой комплимент?

— Если бы ты спросила меня несколько дней назад, то я сказал бы "Нет". Но, кажется, тебе удалось меня переубедить.

Она улыбнулась.

— Тогда я определенно за это выпью.

Бокалы звякнули друг о друга.

Эдем ждала, что Дэррак подскажет какую-нибудь остроумную фразу, но в ее голове была тишина. Она начинала злиться. Чего он ждет? Письменного приглашения?

— Я должен спросить тебя кое о чем, — заявил вдруг Бен. — Знаю, вчера, когда мы встретились, я вел себя как последний олух из-за этих экстрасенсорных штучек. Похоже, я немного циник.

— Ты хорошо это скрываешь.

— Да уж, конечно. — Он покачал головой и улыбнулся. — В свою защиту могу сказать, что ты тоже была настроена довольно скептично.

— Моя вера в… эээ, потустороннее… приходит и уходит. — "И последнее время все чаще просто приходит, — подумала она. — А я бы предпочла, чтоб оно проваливало".

Бен откинулся на спинку стула.

— И как давно ты медиум? Всю жизнь?

Эдем ждала, что Дэррак предложит ответ, но демон по-прежнему хранил молчание.

— Вообще-то когда я была ребенком, оно то появлялось, то вновь исчезало. Впрочем, этот дар был довольно слабым и чаще всего совершенно бесполезным, потому что я не могла его контролировать. Мне надо было выплачивать кредит за учебу, поэтому подруга устроила меня в телефонную службу экстрасенсов, где работала сама.

— Так твоя подруга — тоже медиум?

Эдем улыбнулась.

— Не совсем. Но на нее пока не жаловались.

Казалось, Бену и правда любопытно узнать побольше о ее прошлом. И он слушал рассказ Эдем без скептического выражения на лице.

— И что ты обычно используешь? Хрустальный шар?

Эдем обвила пальцами ножку бокала.

— Вообще-то я предпочитаю Таро. Они помогают дать более подробный ответ клиенту, нежели просто "да" или "нет".

— А заодно ты можешь удержать их на телефонной линии гораздо дольше и заработать больше денег, так? — В ответ на ее взгляд Бен поднял руки. – Я не критикую, просто размышляю вслух.

— Тогда ты мыслишь в верном направлении. — Она сделала глоток вина. — Если хочешь, я могу разложить карты для тебя.

— И сколько ты с меня возьмешь? — Бен принялся водить пальцами по краю бокала.

Она рассмеялась.

— Естественно, это будет бесплатно.

— И что мне скажут карты?

— Они могут заглянуть в твое будущее.

Бен по-прежнему улыбался. Что ж, он хотя бы не отшатнулся от нее в ужасе.

— Знание о будущем может стать ужасным откровением. Поэтому я предпочту, чтобы мое оставалось тайной. А люди обычно хотят его увидеть? Узнать, что с ними произойдет?

Эдем кивнула.

— В основном, да. Они хотят знать, найдут ли работу. Или наладится ли у них личная жизнь.

Он поднял бровь.

— Так ты можешь сказать, что ожидает меня на личном фронте? И будет ли там красивая смутьянка-медиум?

— Прости, но я лучше помолчу, — встрял Дэррак.

Ее улыбка растаяла. А как же его предложение помочь произвести впечатление на Бена?

— Думаю, тебе стоит его немного осадить, — предложил ее бесполезный внутренний демон. — Слегка набить себе цену, прежде чем он начнет тебя лапать.

Эдем стиснула зубы. Это уже слишком – выслушивать подобные замечания. Да что с ним такое?

Наконец после двадцатиминутного ожидания к их столику подошел официант — невысокий задиристый на вид мужчина с крохотными усиками, одетый в смокинг с белым галстуком. Через его руку была перекинута салфетка.

— Буэна сэра. Добро пожаловать в "Белла Биск". Я ваш официант, Антонио. Вино вам понравилось?

Эдем кивнула.

— Да, несомненно.

Он даже не взглянул на нее, уставившись на Бена.

— О, — сказал Бен. — Да, оно вполне хорошее.

— Я расскажу вам о наших фирменных блюдах. — Официант начал двухминутный монолог о сливочных и ужасно калорийных ингредиентах.

— Лосось кажется привлекательным. — В желудке Эдем заурчало, причем виной этому был вовсе не Дэррак. Она проголодалась. — Только можно заказать рис вместо пасты?

Антонио к ней так и не обернулся.

— Согласно традициям "Белла Биск" ужин заказывает мужчина.

Эдем удивленно моргнула.

— Я догадывался, что местные официанты довольно наглые, — заворчал Дэррак, — но этот парень настоящий козел. Пни его, Эдем. Ну же.

Пнуть?

— Так не пойдет, — громко сказала она и тут же зажала рот ладонью.

— Ты совершенно права, Эдем. — Бен посмотрел на нее, затем перевел взгляд на официанта. — Вам не кажется, что это несколько старомодный способ общения с клиентами?

— Старомодный? — переспросил Дэррак. — И это все, что он скажет? Да будь у меня сейчас тело, я бы ему врезал. Им обоим.

Эдем прикрыла рот салфеткой.

— Расслабься. Это не имеет значения.

Бен свел брови вместе.

— Это имеет значение, Эдем. Мне не по душе, что я пригласил тебя в место, где с тобой обращаются таким образом.

Официант беспечно пожал плечами.

— Я не желал вас оскорбить.

Бен взглянул на него.

— Значит, мы все уладили?

— Да, сэр. — С кислым выражением лица официант повернулся к Эдем. — Что я могу принести для леди?

Она откашлялась, сопротивляясь желанию послушаться Дэррака и пнуть этого высокомерного ублюдка.

— Я остановилась на лососе. И, как я уже говорила, мне хотелось бы заменить пасту на рис.

Официант перевел взгляд на Бена.

— Пожалуйста, передайте вашей спутнице, что в "Белла Биск" невозможны никакие замены.

— Да вы шутите, — раздраженно ответил Бен.

Официант вновь пожал плечами.

— Это противоречит идеям шеф-повара.

Бен стиснул челюсти.

— Меня не волнуют его идеи. И скажите ей это сами. — Он перевел взгляд на Эдем. — Мне так жаль.

— Как и мне, сэр, — заявил официант. — Но я не могу нарушать традиции.

Бен взял Эдем за руку.

— Хочешь, мы пойдем в какое-нибудь другое место?

Эдем не хотела, чтобы официант решил: он разозлил ее настолько, что вынудил уйти. Это уже было дело принципа.

— Нет, все в порядке. Правда.

— Ты уверена?

Кивнув, она взглянула на этого Гитлера в смокинге.

— Забудьте о замене, — неохотно выдавила она.

— Как пожелаете, — заявил официант, его тонкие губы сложились в едва заметную победную улыбку.

— Вкрадчивый сукин сын, — прорычал Дэррак.

Эдем почувствовала, как внутри нарастает ярость, и это было странно, потому что на самом деле она не сердилась на этого усатого придурка, он лишь раздражал ее. Но в следующую секунду, когда официант, приняв заказ Бена, проходил мимо, ее нога дернулась, и он, споткнувшись, едва не растянулся на полу. С оханьем официант выпрямился, и на его лице проступило смущение от собственной неловкости. Казалось, он даже не заподозрил, что помехой на его пути оказалась нога Эдем.

Вот только она этого не делала.

Какого черта?

— Ух ты, здорово, — заявил Дэррак. — Я и не знал, что способен на такое. Но, похоже, если я достаточно взбешусь, то могу получить некоторый контроль над твоим телом. А что ты об этом думаешь?

Вообще-то Эдем не думала об этом. Она поджала губы и, глядя на Бена, выдавила улыбку. К счастью, он не заметил, что виновницей произошедшего оказалась ее нога.

Полицейский выглядел довольно несчастным.

— Ты уверена, что не хочешь уйти?

Эдем покачала головой.

— Мы отомстим, когда придет время оставлять чаевые.

Бен согласно кивнул.

— Месть сладка.

— Но обещай, что в следующий раз мы сюда не придем.

На его лицо вернулась улыбка.

— В следующий раз?

— Конечно, — улыбнулась она, хотя улыбка вышла немного натянутой. Ей не нравилась мысль о том, что Дэррак мог получить хоть какой-то контроль над ее телом. Это заставило ее напрячься. Дэррак, похоже, это заметил.

— Расслабься, — сказал он ей. — Я вовсе не собираюсь делать из тебя Линду Блэр[3]. Не хочу напрягать эту прелестную шейку и крутить твою голову туда-сюда.

Эдем заставила себя разжать стиснутые челюсти.

Бен взял из хлебницы французскую булочку и принялся намазывать на нее масло.

— Итак, ты работаешь в детективном агентстве. И как давно ты трудишься на розыскном поприще?

— Мне не нравится, что он относится к твоей жизни так снисходительно, — влез Дэррак.

Эдем проигнорировала слишком чувствительного демона. Бен вовсе не умалял ее заслуги.

— Я унаследовала половину агентства от матери. Именно поэтому переехала в город.

Поэтому, а еще потому, что она хотела сбежать от своей прежней жизни в крошечном городишке, подальше от бывшего жениха. С другой стороны, ее начинания вышли не такими удачными, как рассчитывала Эдем.

— Унаследовала? — переспросил Бен.

— Мама умерла в прошлом месяце.

Бен прекратил размазывать масло по булочке, и на его лице отразилось сочувствие.

— Мои сожаления.

— Все нормально. — Всякий раз, когда Эдем вспоминала об этом, у нее сжимался желудок. Они с матерью никогда не были близки, но при мысли о том, что она ушла навсегда, и у них больше нет ни единого шанса на примирение, глотать становилось трудно.

— Родителей терять всегда непросто. А отец жив?

Она покачала головой.

— Я о нем ничего не знаю.

— О. — Бен вновь смутился. — Прости.

Это заставило ее улыбнуться.

— Не надо. И не беспокойся обо мне. Я вовсе не собираюсь закатывать истерику. Я привыкла к самостоятельности, мне так больше нравится.

Она жила одна. Не привечала незваных соседей. Никто не прятался в ее голове, ехидно комментируя свидания. Добрые старые времена.

— Ты уверена, что мистер Красавец с тобой искренен? — поинтересовался Дэррак. — Я думал, это только ты ляпаешь глупости, не подумав. Ну, образно говоря. Этот парень внешне, может, и настоящий джентльмен, но в глубине души он полный придурок, поверь.

Вообще-то Эдем находила ужасно милым легкий налет ржавчины на сверкающих доспехах Бена. Тот факт, что он был вовсе не таким идеальным, как она его представляла, только придавал ему очарования.

На красивом лице Бена проступил румянец.

— У меня в этом мало опыта.

— В чем? — спросила Эдем.

— В свиданиях. Разговорах. По крайней мере, вне работы. Но, наверное, это уже и так понятно, да?

Это заставило ее удивиться.

— В самом деле? Я думала, женщины к тебе в очередь выстраиваются?

— О, ты об этом думала?

— Я хочу сказать, не то чтобы я все время об этом размышляла, но... — Эдем откашлялась. – В общем, пару недель назад я была в участке и услышала, как женщины о тебе разговаривают.

Бен ухватился за ее слова.

— И что же они говорили?

— Что ты сейчас ни с кем не встречаешься.

Покачав головой, он налил вина им обоим.

— Ну да. Я в последнее время немного необщительный.

— И как давно?

Он запустил пальцы в волосы.

— Лет пять. Плюс-минус.

Красавец Бен Кравец ни с кем не встречался пять лет? В это верилось с большим трудом.

Он покачал головой.

— Не стоило мне этого говорить. Это просто... — Он резко выдохнул и сделал глоток из бокала.

— Тебе не надо рассказывать мне то, о чем ты не хочешь говорить.

Бен взглянул на нее, его лицо было напряженным.

— Нет, все нормально. В любом случае, это не секрет. Я был обручен... Она... Ее убили.

Эдем с трудом сглотнула.

— Боже. Мне так жаль.

— Это было давно. Именно поэтому я весь ушел в работу. Иногда даже слишком. Постоянно влипаю в неприятности, пытаясь все сделать по-своему, вместо того чтобы следовать правилам. Но вот что касается личной жизни... Я так и не оправился до конца, понимаешь? Сосредоточился на работе, а время утекает сквозь пальцы.

— Я так тебя понимаю.

— Уверен, ты уже жалеешь, что решила пойти со мной на свидание.

Эдем накрыла его руку своей ладонью.

— Если ты так думаешь, значит, совсем меня не знаешь.

Бен улыбнулся.

— Рад слышать. Но, пожалуй, это уже слишком для непринужденной беседы.

— Оставь светскую болтовню слабакам.

— Эдем, — встрял Дэррак. — Этот парень — подпорченный товар. Я не понимал, что с ним не так, а теперь знаю. Он не для тебя. Слишком тяжелый груз он тянет за собой. Тебе этого не надо. Уходи отсюда.

Ни за что.

— Алё? Ты меня слышишь? — переспросил Дэррак.

— Еще вина? — предложил Бен

— Да, спасибо. — Она протянула ему бокал. — И у меня тост. За новые горизонты.

Он кивнул.

— Звучит просто отлично.

Вскоре официант, слегка прихрамывающий после своего почти-падения, принес тарелки. Эдем обнаружила, что вполне в состоянии поддерживать разговор даже без подсказок своего внутреннего демона.

Бену довелось многое пережить. Невероятная удача, что после всех личных трагедий он решил пойти на свидание именно с ней.

Подпорченный товар. Дэррак ужасно бесчувственный.

Для своей цены "не подлежащая замене" паста оказалась слишком пресной. Как, впрочем, и рыба. Однако, вместо того чтобы возмущаться, Эдем принялась солить и перчить содержимое тарелки.

— Лучше тебе этого не делать, — заметил Дэррак. — Натрий вреден для здоровья.

Эдем назло ему добавила еще соли.

— Ну хорошо, можешь не обращать на меня внимания. Просто знай, что соль и демоны не очень хорошо сочетаются. И это широко известный факт. Если попробуешь это съесть, можешь почувствовать себя странно.

Стараясь не закатывать глаза, Эдем попробовала кусочек рыбы. На вкус уже было гораздо лучше, но Дэррак оказался прав — от соли слегка пощипывало язык.

— Что-то не так? — спросил Бен.

— Разве?

— У тебя... нууу. — Наморщив лоб, он жестом указал на ее рот. — Ты немного... эээ...

Поднял руку к губам, Эдем почувствовала что-то мокрое. И пенистое.

"О боже, — подумала она. — У меня изо рта идет пена!"

Схватив салфетку, Эдем принялась вытирать рот, не заботясь об остатках губной помады. Тут же на губах выступило еще больше пены.

— Должно быть, у меня аллергия на какую-то специю, — сказала она Бену; ее голос прозвучал невнятно из-за салфетки, прижатой к губам, и потока отвратительной пены, по-прежнему льющейся изо рта.

— Ага,— заявил Дэррак. — Это все из-за соли, которую ты добавила. Как я уже говорил, не самое лучшее сочетание. Теперь я сильно обезвожен.

— Прости, Бен. — Она вскочила из-за стола и помчалась в туалет. Взгляд в зеркало подтвердил все подозрения: она была похожа на бешеную адскую псину. Эдем принялась полоскать рот, пока пена наконец не перестала течь. На это ушло немало времени.

Когда все прекратилось, Эдем уставилась на свое отражение. Слава богу, в туалете было пусто.

— Это не смешно.

— Не моя вина. Я предупреждал.

— Ты не говорил, что произойдет.

— Тогда считай это уроком: есть вещи, которых следует избегать, если ты одержима. Никакой соли, даже немного. Соль – это плохо. Очень плохо. Только представь, что случилось бы, съешь ты килограмм-другой.

— Я не понимаю.

— Соль используется для того, чтобы поймать демона в ловушку или не позволить куда-то проникнуть.

— Как это работает?

— Я что, похож на ходячую энциклопедию? Понятия не имею. Она просто оказывает такое действие. Хотя я никогда не видел, чтобы у кого-то, съевшего соль, были настолько странные и забавные последствия. Думаю, ты просто особенная.

— То есть ты не сделал это нарочно, чтобы выставить меня дурой? — спросила Эдем, чувствуя, как ее гнев постепенно уходит.

— А зачем мне выставлять тебя дурой?

— Просто... — Эдем изучала свое отражение в длинном зеркале, висящем на выложенной голубой плиткой стене. — Ты же обещал, что помощи от тебя будет больше, чем неприятностей. А сам лишь молчишь и иногда вставляешь идиотские комментарии. Не совсем то, о чем мы договаривались, тебе не кажется?

Последовала долгая пауза.

— Ты права. Прости. Я хотел тебе помочь, но...

— Но что?

— Мне не нравится мистер Красавец.

— Его зовут Кравец.

— Да какая разница. Он мне не нравится, поэтому помогать тебе нелегко.

— И что же тебе в нем не нравится?

— То, как он смотрит на тебя.

Эдем нахмурилась:

— Как он на меня смотрит? И как же?

— Словно хочет заняться с тобой сексом.

У нее отвисла челюсть.

— Пожалуйста, скажи, что шутишь.

— Ты что, сама не замечаешь? Он буквально раздевал тебя глазами.

— Не вижу проблемы.

— Теперь я даже рад, что ты передумала насчет красного платья. В нем ты была бы гораздо соблазнительнее, чем в этом отвратительно голубом.

— Послушай, Дэррак. — Эдем не отрывала глаз от своего отражения. — Мне он нравится. Очень. И я хотела бы, чтобы сегодняшний вечер прошел удачно. Я мечтаю, чтобы Бен стал частью моего будущего, так что не хочу его отпугнуть странным поведением. И как ты можешь быть так жесток к нему, зная, что он пережил?

— Ага. А тебе не кажется, что, сообщив о погибшей невесте на первом же свидании, он пытается заработать дополнительные очки? Женщины ведь обожают слезливые истории. «Пять лет ни с кем не встречался». Конечно. Так я и поверил.

— Дэррак!

— Прости, — угрюмо сказал он. — Я буду вести себя прилично. Хотя это не просто. Но называть его мистером Красавцем все равно не перестану.

— Называй как хочешь. Просто постарайся вести себя прилично.

Услышав, как зашумела вода, Эдэм замерла. Она ведь думала, что они одни. Дверь кабинки за ее спиной медленно открылась, и оттуда появилась блондинка, выглядевшая смущенной.

— Простите, я думала, вы говорите по мобильному, — сказала она. — Но вы, кажется, болтали сама с собой.

Эдем выдавила улыбку.

— Плохая привычка.

— Понятно. — Та нервно откашлялась. — Это, конечно, не мое дело, но я знаю замечательного психолога. Если хотите, могу дать вам ее визитку — у меня есть парочка в кошельке.

— В этом нет необходимости. Правда.

— Ну как знаете. — Она вымыла руки и вытерла их об одно из полотенец, сложенных пирамидкой на краю раковины. — Приятного вечера.

— Вам тоже.

Женщина вышла, бросив напоследок еще один заинтересованный взгляд через плечо.

Эдем посмотрела на свое отражение в зеркале и повесила сумочку на плечо.

— Люди думают, что я чокнутая.

— Может и так. Возможно, меня не существует, и все это лишь плод твоего воображения.

— Хотелось бы.

Она взглянула на ряд кабинок позади. Эдем не пользовалась туалетом с тех пор, как Дэррак "поселился" в ее голове.

— Могу я получить немного уединения, — поинтересовалась она.

— Зачем? Хочешь воспользоваться местными удобствами? — В его угрюмом тоне прозвучало удивление.

— Возможно.

— Не волнуйся обо мне. Я не возражаю.

— Зато я возражаю.

— Тогда я предлагаю тебе потерпеть до утра.

— Должен же быть какой-то способ блокировать тебя... или как это называется?

— Заглушать.

— Ага. В конце концов, должен же быть какой-то способ заглушать тебя?

На секунду он умолк.

— Боюсь, ничем не могу помочь.

Она сдвинула брови.

— Почему ты сделал паузу? Значит, есть варианты?

— Даже если так, это в любом случае не пойдет мне на пользу.

Она скрестила на груди руки и уставилась на зеркало.

— Говори.

— Нет.

— Это как-то связано с твоим инстинктом самосохранения, да?

— Давай обсудим что-нибудь другое?

— Это как вчера, когда я изгнала тебя из моего тела? Просто сосредоточилась хорошенько на этой мысли. Значит, я смогу тебя заглушить, если захочу?

— Тебе лучше вернуться к мистеру Красавцу. Он уже наверняка задумывается, не стоит ли позвонить в Общество защиты животных, чтобы они забрали его бешеную спутницу.

Эдем стиснула зубы.

— Я тебе это припомню.

— Удачи.

Она вышла из туалета и направилась к столику. Бен тревожно высматривал ее.

— Все нормально?

Сложный вопрос.

Эдем залилась румянцем.

— Не знаю, что случилось. Мне так стыдно.

— Не надо. — Бен поднялся. — Этот ресторан ужасен. Должно быть, что-то в еде вызвало такую реакцию. Я сказал официанту, и он не особенно помог, так что у меня сложилось впечатление, что подобные случаи здесь уже бывали. Наверное, мне стоило показать им значок. — Он покачал головой. — Прости меня.

— Простить? За что?

— За то, что выбрал самый паршивый ресторан в городе.

— На самом деле все было замечательно. И я уже... ну, со мной уже все нормально.

— Пойдем в другое место. И на этот раз выбирай ты.

Эдем ждала, что скажет на это Дэррак. Но он молчал.

— Звучит отлично, — ответила она.

— Замечательно. – Его рука словно невзначай скользнула ей на талию, когда они выходили из ресторана и шли к автомобилю.

Возле машины Бен повернулся к Эдем.

— Я правда хотел произвести на тебя хорошее впечатление.

— У тебя получилось.

— Думаешь, это было что-то вроде приступа аллергии? Я могу отвезти тебя в больницу.

— Честно, Бен, со мной все в порядке. — Эдем не смогла сдержать улыбки. — Ты серьезно хотел произвести хорошее впечатление на сумасшедшего медиума и смутьянку в одном лице?

Он фыркнул:

— Я действительно так сказал?

— Кроме "сумасшедшая". Но, думаю, это подразумевалось.

Бен сунул руку в карман, нашаривая ключи от своего "LeBaron".

— Кажется, я разучился ходить на свидания.

— Ты разучился? Это у меня изо рта шла пена.

Он улыбнулся.

— Удивлен, что ты как экстрасенс не смогла этого предвидеть.

— Я уже говорила, мне стоило на этой неделе заглянуть в гороскоп. Уверена, что там написано: "Близнецам рекомендуется держаться подальше от ресторанов с морепродуктами, если им не хочется пускать слюни".

— Это было бы чересчур конкретно.

— Кроме этого, мои способности позволяют лишь гадать на Таро или искать животных и людей.

— Как ясновидение, только без хрустального шара?

Она улыбнулась.

— А ты хорошо подготовился.

— Было дело. — Бен шагнул ближе и прислонился к двери автомобиля. — А ты можешь видеть призраков?

— Нет. Никаких призраков. Могу только находить маленьких белых собачек. И серийных убийц... — И очень-очень привлекательных, но чертовски надоедливых и бесчувственных демонов. — А еще однажды моя подруга потеряла ключи, и ей мой талант тоже пригодился.

— Знаешь, ты не такая как все.

— Я уже слышала это прежде.

— Я хотел сказать, в хорошем смысле. Ты такая... даже не знаю, как объяснить. Словно все в тебе прямо на поверхности. Будто ты ничего не скрываешь. Говоришь все, что приходит на ум.

Эдем была готова поклясться, что слышала, как Дэррак фыркнул. Она предпочла не обращать на это внимания.

— Спасибо, — отозвалась она. — В последнее время мне многое довелось пережить, но я делаю все возможное, чтобы моя жизнь снова наладилась.

— Ты очень целеустремленная.

— Если речь заходит о вещах, которые важны для меня. — Эдем принялась изучать трещины на тротуаре. Когда она вновь подняла взгляд на Бена, то увидела, что он подошел практически вплотную. Он откинул ее длинные волосы с правого плеча и коснулся щеки. На мгновение Эдем забыла, как надо дышать.

— Сейчас я очень хочу поцеловать тебя, — прошептал он. — Это неправильно?

Эдем затаила дыхание, и мурашки пробежали по ее рукам.

— А ты не боишься заразиться бешенством?

— Удивительно, но нет. — Он улыбнулся и опустил голову.

За мгновение до того, как Бен успел коснуться ее губ, Эдем ударила его по лицу.

Изумленно распахнув глаза, он отступил на шаг.

Стоп...нет! Эдем его не била. Ее рука действовала сама по себе. Эдем не имела к этому никакого отношения.

Она прищурилась. Дэррак.

— Вау. Как и с твоей ногой до этого, — удивленно пробормотал демон внутри нее. — Не понимаю, как мне это удалось, но мне очень не хотелось, чтобы он тебя целовал. Не теряй голову.

Перед глазами Эдем расцвела вспышка белой ярости. Бен собирался ее поцеловать, а демон заставил ее дать ему пощечину. И почему Дэррак был против?

Эдем старалась сдержать свой гнев, не дать ему выплеснуться наружу. Это оказалось непросто.

— Бен, мне так жаль, — выдавила она. — Не знаю, почему я это сделала.

Он все еще выглядел потрясенным.

— Поцелуи на первом свидании — это слишком, я правильно понимаю?

— Даже не знаю, что сказать.

Она и правда не знала, разрываясь между смущением, ужасом и гневом. Ее мозг, казалось, вот-вот разорвется на части.

Мужчина, который ей очень нравился — и которому нравилась она, несмотря на ее неуклюжесть и пену изо рта — пытался ее поцеловать, и она ему только что врезала.

Эдем пыталась найти этому какое-нибудь шутливо неожиданное объяснение, но в голове было пусто. Бен отвел взгляд и прищурился.

— Может, ты почувствовала поблизости что-то опасное, и это заставило тебя защищаться, — сказал он. — Я не знаю, как действуют всякие экстрасенсорные штучки, ты ведь и сама этого не понимаешь.

Эдем нахмурилась. О чем это он? Она обернулась. В десяти футах за ее спиной стоял Малкольм.

— Мисс Райли, — кивнул он.

— Замечательно, — простонал Дэррак. — именно этого мне и не хватало.

Бен вытянул руку и толкнул Эдем себе за спину.

— Какого черта тебе надо?

— Я хочу поговорить.

— Кажется, вчера я уже видел, как ты "разговариваешь". С помощью кулаков.

Малкольм кивнул.

— Представляю, как это должно было выглядеть. Но Эдем знает, что все не так просто.

— Нам надо убираться отсюда, — заявил Дэррак.

Эдем покачала головой.

— Малкольм, оставьте меня в покое.

— Не могу. Пожалуйста, выслушайте меня. Мне нужна всего лишь минута вашего времени.

Странно. В голосе Малкольма вовсе не слышалось вызова или угрозы. Вообще-то он выглядел как обычный тощий студент на прогулке, а не экзорцист, читающий на латыни так, словно она была его родным языком.

— Ну говорите, — предложила она.

— Я хочу помочь вам. У вас очень тяжелая ситуация. Ваша жизнь в опасности.

— О чем он, черт возьми, говорит? — прорычал Бен.

— Ваш друг не знает? — спросил Малкольм.

Эдем напряглась.

— У меня все под контролем. Нанимать вас с матерью было ошибкой. Пожалуйста, просто уйдите и оставьте меня в покое.

— Отныне вам не видать покоя. — Малкольм стиснул челюсти. — Вы попали в сети зла, которое необходимо изничтожить. Я не просто помогаю матери, недавно меня приняли в ряды "Malleus"[4]. Это организация, которая существует уже сотни лет. Мы защищаем людей от невидимого и непознанного. От темных сил, которые тайно проникли в наше общество.

Дэррак тихо выругался.

— "Malleus". Давненько я о них не слышал.

Что это значило? Эдем никогда не слыхала ни о чем подобном.

— Ты несешь чушь, — отрезал Бен.— Проваливай, или я арестую тебя за преследования.

Малкольм сузил глаза.

— Если бы вы знали правду, то не стояли бы на моем пути. Вы должны знать все, чтобы спасти Эдем.

Бен взглянул на нее.

— Пойдем.

Отличная идея.

Но Малкольм не унимался.

— Вы не можете видеть тьму, которая развращает ее душу. Если вас это волнует, дайте мне сделать то, что я должен, чтобы спасти ее.

— Ты что, какой-то религиозный фанатик?

— Это за пределами религии, за пределами всего, с чем вам только доводилось сталкиваться прежде. Вы думаете, что встречались со злом, расследуя каждый день людские преступления?

— Я знаю, что это так, — огрызнулся Бен.

Малкольм покачал головой.

— Вам не доводилось смотреть в лицо истинной тьме.

— Ты помешанный сектант, и я хочу, чтобы ты прямо сейчас отправился ко всем чертям. – Малкольм шагнул вперед, и рука Бена сжалась вокруг талии Эдем. — Эдем не хочет иметь с тобой ничего общего.

— Вы не понимаете...

Эдем знала, что следует немедленно увести Бена подальше от Малкольма. Одно дело — пощечина, в конечном счете, ее можно и простить. Но вот если Бен узнает, что она одержима — между ними все будет кончено.

— ...Эдем одержима демоном, — закончил Малкольм.

Вот черт.

Глава 12

Доступно только для пользователей— Что, черт возьми, ты сказал? – прорычал Бен.

Малкольм стоял прямо под фонарем, освещавшим его юное ангельское лицо.

— Эдем одержима демоном, который постепенно будет вытягивать из нее жизнь, лишь бы продлить свое бренное существование. Именно с этим сражается «Malleus». С демонами и ведьмами — армией самого Люцифера.

— Она одержима демоном, — недоверчиво повторил Бен. — Мне следует отправить тебя за решетку прямо сейчас, пока ты не навредил себе или еще кому-нибудь.

Разочарование промелькнуло на лице Малкольма, и он повернулся к Эдем.

— Так вы отказываетесь от моей помощи?

Эдем уже видела, что он называл помощью. Даже учитывая, что к этому моменту Дэррак уже довел ее до белого каления, изгонять его она не хотела. Она сама избавится от этого демона.

— Почему ты не можешь просто оставить меня в покое?

— Вы охотно помогаете демону? — Его лицо потемнело. — Тогда вы не лучше, чем эта тварь.

— Тебе надо... — начала было она, но Малкольм схватил ее за горло и с легкостью вырвал из рук Бена.

Какого черта? Сколько же сил у этого парня?

— Я закончу то, что начал, с вашей помощью, или без нее. Я спасу вашу душу.

— Отпусти ее, — выкрикнул Бен и схватил его за предплечье, но хотя полицейский был гораздо крупнее парня, он не смог сдвинуть экзорциста с места.

Малкольм закрыл глаза и начал бормотать что-то на латыни.

— Эдем, — выдохнул Дэррак. — Ты должна его остановить.

И как она это сделает? Рука сдавливала горло Эдем так сильно, что она не могла сосредоточиться ни на чем другом.

Стиснув зубы, она смотрела на парня, чувствуя, как ее накрывает волна гнева. Перехватив руку Малкольма, она выкрутила ее. Экзорцист вскрикнул и хлестнул ее свободной ладонью. Чертовски сильная боль обожгла лицо, но это лишь позволило гневу вытеснить все оставшиеся мысли. Не задумываюсь, Эдем схватила его за рубашку и толкнула изо всех сил.

Малкольм, словно пушечное ядро, перелетел через всю стоянку и врезался в припаркованный автомобиль. По лобовому стеклу поползли трещины, а сам экзорцист свалился на землю без сознания.

Эдем обернулась к Бену, который ошарашено замер, вытаскивая пистолет из кобуры. На его глазах Эдем только что швырнула взрослого мужчину на пятнадцать метров, словно тот был всего лишь тряпичной куклой. И теперь нападавший лежал без движения.

— Что, черт возьми, это было? — спросил Бен.

Хороший вопрос.

— Ты сильнее, когда я внутри, — пояснил Дэррак. — Такой способ защиты на случай, если кто-то решит напасть.

Замечательно. Она теперь демоническая версия Чудо-Женщины. И как поточнее объяснить это Бену?

Эдем облизнула пересохшие губы.

— Бен, я... я не знаю, как мне удалось это сделать.

— Сработал принцип рычага, — сделал Бен вывод. — Вот и все.

— Оставь это тем, кто предпочитает не подменять правду собственными умозаключениями, — заметил Дэррак. — И хоть мистер Красавец носит на шее золотой крестик, он не хочет верить в реальность происходящего. Даже когда видит ее собственными глазами.

— Мы оба, — пробормотала Эдем под нос.

— Ну, ты просто не хочешь верить, а он открыто отказывается. В этом и заключается разница между вами.

— Ты должна отправиться домой, — сказал Бен. — Мы поужинаем как-нибудь позже.

— Что? — Эдем, потеряв нить разговора, повернулась к Бену.

— Езжай домой. Попроси метрдотеля вызвать тебе такси. — Он направился к Малкольму, бросив по пути взгляд через плечо на Эдем. — А о нем я позабочусь.

— Ты его арестуешь?

Бен откашлялся.

— Нет. Но, когда он очнется, я собираюсь объяснить ему, что если он еще раз окажется рядом с тобой, то совершит огромную ошибку.

Эдем чувствовала, что совершенно обессилела. Она не знала, как ей поступить в сложившейся ситуации. Малкольм знал, что она одержима. И сдаваться не собирался. Теперь она это поняла.

— Делай, как он говорит, — велел Дэррак. — Это первые его слова за сегодняшний вечер, с которыми я согласен.

— Ладно, — решила вслух Эдем. — Я... прости, Бен. За все.

Он покачал головой.

— Не за что тут извиняться.

— Это так мило с твоей стороны.

— Я вовсе не милый. Просто честный. Поговорим завтра, ладно?

Она кивнула. Бен не делал попыток приблизиться к ней. Хотя после пощечины она не могла винить его в этом. Не говоря больше ни слова, Эдем ушла. Метрдотель вызвал ей такси, и она вернулась в свою квартиру.

Всю дорогу до дома она молчала. Дэррак, впрочем, тоже не обронил ни слова с тех пор, как они покинули ресторан. Но она знала, что он все еще здесь. Она его чувствовала.

Лина, опять в кошачьем обличье, свернувшись клубочком, спала на диване. Подняв на секунду пушистую голову, она моргнула и вновь уснула.

Эдем, бросив ключи на кухонный стол, направилась прямиком в спальню. Она закрыла за собой дверь.

— Я так больше не могу, — сказала она вслух.

— Что именно? — уточнил демон.

— Все. Я пыталась терпеть, но не получается. — Она шмыгнула носом и вдруг поняла, что плачет.

— Эй. — Дэррак казался встревоженным ее прорывающимися наружу эмоциями. — Все будет хорошо. Правда.

Эдем вытащила платок и высморкалась.

— Нет, не будет. Ты разрушаешь мою жизнь.

— Мы все исправим.

— Скажи, как тебя заглушить.

— Что?

— Скажи, как мне получить немного уединения. Это единственное, что мне сейчас поможет. Мне нужно побыть одной.

— Я не могу.

— Пожалуйста.

— Эдем, даже если бы я хотел, я не смог бы. Это против моей природы — дать кому-то власть надо мной, даже в такой мелочи.

Она рухнула на постель.

— Ненавижу тебя.

— Резкие слова, Эдем. Думаю, тебе лучше сосредоточиться на твоей ненависти к экзорцисту Малкольму. А не ко мне.

— Ненавижу вас обоих. — Она вытерла слезы с щек и уселась, прижимая к груди подушку. — Кстати, а что такое «Malleus»?

— Кучка козлов, которые объединились, чтобы сделать жизнь Иных невыносимой. Иногда в буквальном смысле. Они взяли свое название от «Malleus Maleficarum» — так на латыни называется «Молот ведьм», книга, давным-давно использовавшаяся в качестве инструкции по распознаванию и наказанию ведьм.

— Помнится, ты говорил, что вовсе не ходячая энциклопедия.

— Некоторые вещи я знаю из первых рук, мне не нужно проводить научные изыскания. «Malleus» был занозой в заднице Преисподней много веков — по крайней мере, для тех, кто пытался потусоваться в мире смертных дольше пары часов.

Голова Эдем шла кругом от всего, что он рассказывал.

— То есть это они вели суды над салемскими ведьмами?

— Серди прочих злодеяний. Потому что женщины, которых они казнили, вовсе не были настоящими ведьмами. По крайней мере, не все. Они были обычными смертными, до последнего вздоха молившими о милости. Если бы «Malleus» столкнулись с истинными черными ведьмами, на костер отправились бы они сами. Эти мужчины — потому что в свои ряды они никогда не принимали женщин — были безжалостны к тем, кого считали врагом.

Мурашки пробежали по спине Эдем.

— А теперь им известно обо мне.

— Как минимум, Малкольму. Не думаю, что он уже сообщил своим новым приятелям. У меня такое чувство, что он решил самостоятельно решить эту небольшую проблему. Он хочет спасти твою бессмертную душу.

— Повезло.

— Нет, тебе определенно не повезло. Не хочу подвергать тебя такому риску. Этот козел не оставит тебя в покое. А я не желаю, чтобы ты пострадала.

Эдем скрестила на груди руки. Разве он не должен быть больше обеспокоен собственным благополучием? Это Дэррак был мишенью Малкольма. Не она.

Поднявшись, она направилась в ванную и принялась чистить зубы.

— А никто не может рассказать членам «Malleus» правду? Объяснить, что все... Иные и прочие существа — вовсе не зло?

— Вообще-то многие порождения Преисподней на самом деле те еще твари.

Эдем сплюнула зубную пасту и взглянула в зеркало.

— Уточни, что значит «твари».

— Абсолютное зло.

Она побледнела.

— О!

Она уже начала верить, что все демоны похожи на Дэррака. Похоже, что нет. Он явно был исключением из правила.

— Так что, — продолжил Дэррак, — даже если ты объяснишь Малкольму, что у нас с тобой несколько иная ситуация, не говоря уже о том, что это временно, он тебе все равно не поверит. Он одержим этой мыслью.

В его голосе вновь звучала тревога.

— Бен сказал, что потолкует с ним, — напомнила Эдем.

— Я не возлагаю большие надежды на их разговор. — Дэррак помрачнел.

Эдем подбоченилась, вспомнив о том, как он развлекался совсем недавно.

— Я все еще не могу поверить, что ты ударил Бена.

— Ну так поверь.

— Ты все испортил.

— Ты снова об этом? Да, я его ударил. Не смог сдержаться.

— Вот только не надо. Ты легко мог сдержаться. Именно из-за таких вещей я хочу, чтобы ты свалил из меня и никогда не возвращался.

— А я-то думал, что мы подружились.

Эдем набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула.

— Мы не друзья.

— Но Эдем...

— Мы не друзья, — повторила она громче. — И всякий раз, когда я забываю об этой маленькой детали, ты вытворяешь что-нибудь, чтобы напомнить мне.

— А если я скажу «извини», ты меня простишь? Ну пожалуйста?

Отвернувшись от зеркала, она скрестила на груди руки.

— Нет.

— Я знаю, что не слишком-то помогал тебе сегодня.

— Мне казалось, ты собирался представить меня перед Беном в лучшем свете.

— Собирался.

— Так что же случилось?

— Кажется, я... — Голос в ее голове затих.

— Что тебе кажется?

— Кажется, я ревновал.

— Ревновал? — переспросила она. Дэррак ревновал? К Бену?

— Ты выглядела просто великолепно и… отправилась на свидание с другим. Ожидая, что я помогу тебе наладить отношения с мужчиной, который в твоих глазах просто идеален. Кроме того, у него в прошлом имеется мертвая подружка, поэтому его так и хочется обнять и утешить. Что я тут могу сказать? Мне кажется, с тех пор как мы встретились, я стал немного... Не хочу говорить «собственник», потому что тогда покажется, что я просто шучу. Хотя ладно, я стал немного собственником. Что тебе еще сказать?

— Ревновал, — повторила Эдем снова, все еще не веря своим ушам. — Это просто невероятно.

— Все, что мне известно — это что я презираю Бена, и не только из-за того, что он такой тупица, чуть что хватающийся за пушку. Не знаю. Ты мне нравишься. Несмотря на то, что на дух меня не переносишь и иногда ты просто стерва. Но все это кажется мне странно привлекательным.

В голове у Эдем было пусто. Она никак не ожидала, что Дэррак вдруг скажет именно это. И теперь она не знала, как реагировать.

Одно дело, когда она хотела его поцеловать — это было неправильно, и она знала об этом. Но вдруг выяснить, что демон на нее запал? Что его волнует ее безопасность? И что он тревожится о намерениях Малкольма прежде всего из-за нее самой?

Эдем принялась изучать свое отражение в зеркале. Темно рыжие волосы были перекинуты через левое плечо, лицо выглядело бледным. Бледнее обычного.

— Послушай, я знаю, что ты меня ненавидишь, — через несколько секунд сказал Дэррак. — Твой друг, тот самый, который считает меня твоим братом, сбежавшим из психушки, обещал найти ведьму к завтрашнему дню. Я знаю, он справится. И тогда все закончится.

Взяв расческу, Эдем рассеянно провела ею по волосам.

— И что потом? Ты уйдешь?

— Если ты этого хочешь.

— Да, хочу, — Эдем произнесла это так твердо, как только смогла.

Он помолчал секунду.

— Сейчас я делаю тебе одолжение. Кажется, после ссылки с Малкольмом я утомился. Потерял немного сил. Ты получишь немного уединения и успеешь покончить со своими суперсекретными делами в ванной. Только я не знаю, сколько пройдет времени, прежде чем я подзаряжусь немного и вернусь.

— Хорошо, — тихо сказала она. — Не буду тебя останавливать.

— Спокойной ночи, Эдем. И на всякий случай уточню: я нисколько не сожалею о том, что произошло с твоим мистером Красавец. Он не тот мужчина, который тебе нужен, и он явно не заслуживает твоих поцелуев.

Эдем хотела было ответить ему, но тут присутствие Дэррака ослабело настолько, что не осталось никаких признаков того, что демон по-прежнему с ней. Внутри будто стало легче, но его исчезновение оставило холод там, где прежде было тепло.

— Спокойно ночи, — прошептала она, хотя знала, что демон ее не услышит.

Глупый демон.

И он ей совсем-совсем не нравится.

Ни капельки. Это было бы просто сумасшествием, учитывая, как он испортил ей жизнь. Она будет только рада, когда он навсегда исчезнет.

Эдем уцепилась за эту мысль, и все стало как-то проще.

~~~

Если бы во сне имелось меню, по которому можно было выбрать мужчину грез, Эдем предпочла бы Бена. Вот только вместо этого ей снился демон.

В ее сне она целовала его. Очень страстно. И цеплялась за него так, словно он мог в любую минуту исчезнуть в облаке черного дыма.

— Не уходи, — прошептала она, не отрываясь от его губ. — Останься со мной.

— Я здесь. Я никуда не ухожу.

Ух ты. Сон был таким реалистичным.

Очень-очень реалистичным.

Эдем провела пальцами по волосам Дэррака, продолжая тщательно исследовать его губы. Она чувствовала крепкое тело, прижавшееся к ней.

— Эдем, — прошептал он, и его рот на пару мгновений спустился к ее горлу, но тут же вновь поймал губы. — Ты такая сладкая.

На нем была футболка, и Эдем отчаянно захотелось избавиться от нее, чтобы она могла почувствовать его горячую кожу. Она стянула ее через голову, на секунду оборвав поцелуй. Ладони Дэррака пробрались под ее одежду, скользнув по бокам, пока не добрались до ягодиц. Эдем обхватила ногами его талию.

— Я знал, что ты меня не ненавидишь, — бормотал он, — я знал, что ты хочешь лишь моих поцелуев.

Ненавидит его? Как она может ненавидеть того, кто дарит ей подобные ощущения? Эдем хотела почувствовать его внутри себя. И это желание не имело ничего общего с одержимостью.

Зазвенел будильник.

«Странно, — подумала она. — Будильник я слышу, но все равно продолжаю спать?»

Дэррак просунул руку ей между ног, и она тихо вздохнула, теснее прижимаясь к его пальцам. Она хотела еще. Больше.

Минуточку.

Эдем распахнула глаза.

«Это ведь не сон? — подумала она с замиранием сердца. — Я уже окончательно и бесповоротно проснулась».

И в ее постели был демон.

Опять.

— Дэррак...

— Да?

— Убери руки.

— Но...

— Немедленно убери от меня руки.

Он тут же послушно отстранился и перекатился на свою половину кровати. Эдем взглянула на демона, вновь принявшего материальное обличье.

— Ты первая начала, — сказал он. — И не надо так злобно на меня смотреть.

— Я начала первая? — недоверчиво переспросила она. К щекам прилила краска.

— По-моему, вчера мы уже это проходили? Я материализовался, полностью восстановив все силы, пару минут назад. Я даже одежду сотворил, лишь бы не задеть твое ханжеское мировоззрение. Видишь? Я одет. По крайней мере, был, пока ты не сорвала с меня футболку. Хотел встать и приготовить нам кофе, но тут ты вытянула руки и начала ко мне приставать. — Его губы дрогнули. — Хотя не то чтобы я жалуюсь, конечно. Просто пытаюсь рассказать, как все было.

Ее лицо пылало. Эдем была уверена, что она красная как... ну, что-то действительно пылающе красное.

— Я думала, что сплю.

На его лице мелькнуло удовлетворение.

— Тебе снилось, что ты меня целуешь? Одобряю.

Она откашлялась.

— Вообще-то мне снился Бен.

Этого хватило, чтобы стереть все веселье с его лица.

— Понял. И часто тебе снится мистер Красавец?

— Все время.

— Что ж, прости, что забрался в твои личные фантазии.

Эдем была удивлена, что даже простого упоминания о мистере Красавце... в смысле, о Бене, хватило, чтобы отвлечь Дэррака. Надо запомнить, что в ее распоряжении есть такое оружие.

Единственной проблемой было то, что снился ей вовсе не Бен. Ей было прекрасно известно, кого она столь тщательно исследует губами.

Эдем сглотнула. Наверное, это не самое лучшее определение, хотя в голову больше ничего не приходило.

Но это ничего не меняет. Она целовала Дэррака. Охотно. И ей хотелось сотворить с ним нечто куда большее. Неважно, считала она происходящее сном или нет, это был тревожный звоночек, учитывая, насколько важно, чтобы демон убрался из ее жизни, ведь если он останется, Эдем умрет. Эта мысль словно вылила ведро холодной воды на ее либидо. Приставания к Дэрраку не слишком-то согласовывались с ее позицией.

Это была Похоть. С большой П. Вот и все. Раз уж он демон, то один из Смертных Грехов вполне уместен.

— Тебе пора собираться, — заявил Дэррак. — Если мы собираемся следить за муженьком твоей клиентки, нам надо выходить через пятнадцать минут. Изменщики нынче ранние пташки.

— А ты в этом эксперт, да? Разбираешься в неверных мужьях?

— Ты будешь удивлена, узнав, как много на свете вещей, в которых я разбираюсь. — Его голос был не особенно дружелюбным. Хорошо. Эдем стало намного легче сосредоточиться на чем-то другом, помимо его аппетитной обнаженной груди, когда Дэррак принялся натягивать черную футболку обратно.

«Хватит переживать, — велела она себе. — Ничего такого не произошло. Ты еще легко со всем этим покончила».

«Кончила» тоже было не самым удачным словом.

К счастью, у нее не будет времени об этом думать. Им придется следить за Ричардом Морганом, чтобы выяснить, кто его любовница. Если таковая вообще существует. Эдем сделает несколько фотографий, чтобы продемонстрировать его жене доказательства. А потом она найдет его подружку и узнает, не замышляет ли та чего недоброго.

Она спросила себя, насколько Фэй была честна, когда рассказывала о том, что из-за любви к смертному ей придется вернуться домой и, возможно, даже взойти на эшафот за предательство. Что же это за феи тогда?

Жуткие.

Эдем приняла душ, оделась, получила на прощание многозначительный взгляд Лины в кошачьем облике — который, впрочем, Эдем проигнорировала, — вышла из квартиры и, в отличие от вчерашнего дня, не стала пытаться сбежать на лифте без Дэррака. Он молча последовал за ней и тихо сидел на пассажирском сиденье все время, что они ехали до «Старбакс», где, по словам Фэй, Ричард каждое утро заказывает кофе.

Это было странно. Дэррак так разительно отличался от Бена. Полицейский заставлял Эдем нервничать. А Дэрраку она могла выложить все, что у нее на уме. Без проблем. С ним она была более открытой и честной, чем с... кем-либо другим. И от этого становилось так тошно.

Еще одна из причин, по которым Эдем хотела, чтобы он ушел.

Впрочем, будет удивительно, если Дэррак, увидев ее настоящую, со всеми недостатками, станет вдруг слоняться поблизости, когда они наконец-то разберутся с этой ситуацией.

И это окажется замечательно. Эдем не нравилось все, что она успела увидеть в мире сверхъестественного. Она предпочтет вернуться к блаженному неведению.

А еще она не хотела быть с кем-то связанной. Даже работа с Энди казалась бесперспективной. Тем более что он вряд ли сможет в ближайшее время выкупить ее половину — точнее, 49 процентов.

Но если Эдем так жаждала избавиться от агентства, почему ей вчера стало так паршиво, когда она услышала о банкротстве?

Потому что тогда она потеряла бы деньги. И все.

Деньги, которые фактически ей даже не принадлежали. Это мама выиграла половину агентства. Кроме ее имени на клочке бумаги, у Эдем не было никаких прав претендовать на бизнес Энди… да и вообще находиться в его офисе.

А вдобавок ко всему был Бен.

Когда Эдем впервые увидела его, она даже не думала, что ей выпадет шанс быть с ним. Она могла лишь любоваться издали. А теперь все стало по-другому. Что, если у них получится? Хотя, конечно, вряд он снова пригласит ее на свидание, но вдруг? И если она согласится?

Ее жизнь сейчас зависела от слишком многих «если».

А еще не стоит забывать о том, что если они не уладят проблему Дэррака, то через год Эдем умрет.

Еще одно «если» в копилку.

Пусть жизнь у нее не ладилась, Эдем вовсе не хотела, чтобы она обрывалась так рано.

Так что же? Вот у нее и появилась цель. Эдем знала, чего хочет, и понимала, как этого добиться. Шанс на счастливое будущее зависел от того, как скоро она скажет «аста ля виста» Дэрраку.

И плевать, что с ним так легко болтать обо всем на свете. И что ей нравятся его поцелуи. Или какие безнравственные мысли ей лезут в голову всякий раз, когда дело касается демона.

Это все неважно.

Одержимость Дэрраком в конце концов ее убьет.

Эдем не хотела умирать.

Он должен уйти. Вот и все.

Глава 13

— Вот он, — сказал Дэррак.

Эдем взглянула на фотографию, которую дала ей Фэй. Все верно: в кафе заходил Ричард Морган. Точно по расписанию – в это время он всегда пьет двойной эспрессо.

— Ну и что мы должны делать? — спросила она.

— Ты ведь у нас фальшивый частный сыщик, а не я.

— Энди велел записывать все, что делает Ричард, и побольше фотографировать.

— Тогда именно этим тебе и надо заняться. — Дэррак, откинувшись на спинку кресла, скрестил на груди руки. — Не думала о том, чтобы получить лицензию?

— Нет. — Эдем достала камеру и поймала в объектив затылок Ричарда.

— Просто "нет"? Даже не "возможно"?

— Я не хочу заниматься этим. Сегодня лишь исключение из правила.

— Кажется, у тебя слишком много правил. Тебе стоит поразмыслить над тем, чтобы иногда их нарушать. Ты стала бы намного счастливее.

— Я и так счастлива.

Он искоса взглянул на нее.

— Ну конечно.

— Я в восторге от своей жизни. Неужели не видно?

— Чего ты хочешь от будущего? — поинтересовался Дэррак.

— В плане карьеры?

— Ага.

Эдем пожала плечами.

— Ну, я думала заняться перепродажей домов, но сейчас экономический кризис, и это совсем невыгодно. Да и мой счет в банке совсем опустел. Так что вариант отпадает.

— Перепродажа домов. Не могу представить себе менее стабильной работы, чем покупать дом, неделями приводить его в порядок, продавать и начинать все сначала. Ты и правда об этом мечтала?

Эдем попыталась не злиться на критику своего выбора.

— Может, я и не стремлюсь к стабильности. В этом я похожу на маму.

— Твоя мать была непостоянной?

— Ты даже не представляешь, насколько.

— Знаешь, что тебе нужно?

Эдем наградила Дэррака настороженным взглядом.

— Что же?

Его губы изогнулись в усмешке.

— О, тебе нужно многое. Но первое, что приходит на ум — это страсть.

Ее щеки заалели.

— О, дай угадаю. Ты готов с этим помочь?

Выражение его лица осталось неизменным.

— Я говорю не только о сексе. Скорее, о смысле жизни. Тебе надо понять, что тебя увлекает, и заниматься именно этим. Понимаешь: мечты, надежды... То, ради чего стоит жить.

— Это такой психологический совет от демона?

— Виноват.

— Моя жизнь и без того замечательная.

Улыбка Дэррака исчезла.

— Я не так уж много о тебе знаю, но, даже просто посмотрев в глаза, могу сказать, что в прошлом тебе причиняли боль люди, которым ты позволяла стать частью твоей жизни. И ты закрылась. Тебе не помешает добавить в жизнь красок...

— Я и так надела сегодня яркую блузку.

— Ты понимаешь, о чем я.

Пристальный взгляд Дэррака буквально прожигал насквозь. Эдем не нравилась такая проницательность. Демон, казалось, знал о ней все, хотя она ничего толком и не рассказывала. Эдем не хотела, чтобы Дэррак так хорошо ее знал. Чтобы хоть кто-то знал ее. Вот черт, все еще паршивее, чем казалось.

— Так ты говоришь, мне нужно высвобождать свою страсть? Например, найти классную работу? — Эдем сделала еще один снимок просто так, чтобы чем-то себя занять.

— Думаю, из тебя получился бы хороший сыщик, — задумчиво произнес Дэррак.

— Это тебе так кажется.

— Речь идет не только о том, чтобы фиксировать на бумаге все даже незначительные мелочи следствия. Я говорю о реальной помощи людям. Тем, которые, отчаявшиеся и страдающие, приходят к тебе. Это явно для тебя.

— Я как раз притягиваю всех отчаявшихся и страдающих. Я словно магнит для неудачников. Похоже, они считают меня одной из них.

— Вообще-то я говорил о том, что ты умеешь проявлять сочувствие и искренне готова помогать другим. — Дэррак покачал головой. — Это лишь мое мнение. А там уж смотри сама.

Они снова замолчали, но мозг Эдем продолжил лихорадочно осмысливать все, что сказал Дэррак. Демон прав. Ей нужно обрести смысл жизни. Нечто, ради чего стоит просыпаться утром. Неужели это работа с Энди в кое-как сводящем концы с концами агентстве? Что, если судьба дарит ей шанс, а Эдем им пренебрегает?

Пути Вселенной таинственны и до раздражения непредсказуемы.

И если в мире действует закон притяжения, это значит, что в ее жизнь притянуло и агентство "Трипл-Эй", и даже самого Дэррака?

Может, на каком-то глубинном — очень-очень глубинном — уровне она сумеет благодаря этому чему-то научиться и найти путь к своему блестящему будущему.

Или... нет. Скорее всего, нет.

Ричард Морган вышел из кафе и направился в сторону офиса. Эдем сделала несколько снимков, а затем, держась на безопасном расстоянии, последовала за ним до здания, расположенного на пересечении Кинг и Бэй-стрит, припарковала автомобиль, и они стали ждать.

Ждать пришлось долго.

Несколько часов.

— Скучно, — пробурчал Дэррак, ковыряясь в пакете с фаст-фудом, который вместо обеда Эдем прихватила в киоске на углу. — Беру свои слова обратно. В работе детектива нет ничего страстного и захватывающего. И этот хот-дог отвратителен. Неужели люди и в самом деле считают это едой? С арахисовым маслом или шоколадными пончиками даже сравнивать не стоит.

— Думаю, проще открыто подойти к нему и спросить, не завел ли он интрижку.

— Это будет слишком прямолинейный подход к делу.

— А ты не можешь использовать свои демонические способности и поковыряться у него в мозгах? Заставить его сказать правду? Можешь отрастить рога и хвост и хорошенько его напугать?

— Рога и хвост? — иронично переспросил Дэррак.

Эдем пожала плечами.

— Но ведь так обычно изображают демонов.

— Это больше похоже на дьяволов.

Она выудила из сумки кошелек, чтобы заплатить за парковку.

— Это те, у которых острые гениталии?

— Я так и знал, что ты запомнишь именно эту деталь. Позже устроим тебе экзамен.

Эдем принялась изучать Дэррака. Он выглядел немного раздраженным.

— Кстати, ты так и не ответил на вопрос насчет рогов и хвоста. Ушел от темы.

— Разве?

— Да.

Он отвернулся, глядя в окно на окружавшие их бетонно-стеклянные небоскребы.

— Не могу поверить, что мы сидим здесь и говорим о Преисподней.

Отказ Дэррака отвечать встревожил Эдем

— Ты говорил, феи используют какой-то гламур. Чтобы скрыть свою истинную природу и прикинуться человеком.

— Неужели я и правда это говорил? Вообще-то феи не так уж и отличаются от людей. Только выглядят немного страшнее.

— Раньше ты был менее откровенен. — Эдем сглотнула. — И ты тоже так делаешь, да? Ты так в самом деле выглядишь или используешь гламур, чтобы меня не пугать?

Дэррак вновь повернулся к ней, встречая ее взгляд, и Эдем принялась рассматривать его красивое, ставшее таким знакомым лицо. Квадратная челюсть и губы, которые совсем недавно она изучала самым непосредственным образом. Темные волосы, слегка растрепанные и, пожалуй, чересчур длинные. Ледяные голубые глаза, в которых, как Эдем уже видела, может сверкать веселый огонек или полыхать пламя ярости и боли. Было трудно вспоминать о том, что он демон. Иногда она об этом и вовсе забывала.

Однако Эдем помнила свое первое впечатление, когда Дэррак только-только материализовался перед ней. Он показался ей слишком красивым, слишком совершенным, чтобы быть реальным. Его внешность стала ловушкой, чтобы заманить ее и проглотить живьем.

Она вздрогнула.

— Есть некоторые вещи, — несколько настороженно начал Дэррак, — которых обо мне лучше не знать.

Ее было отступивший страх перед демоном тут же вернулся.

— Это какие, например?

Он пытливо взглянул на нее.

— Я говорю, что тебе лучше обо мне кое-чего не знать, а ты продолжаешь настаивать?

— Мне интересно. — "И страшно", уточнила она про себя.

— Не стоит. Это просто я, Эдем. Мужчина, которого ты перед собой видишь. Ни больше и ни меньше.

— Ты демон, а не мужчина. Мужчины не превращаются на закате в черный дым, и им не надо вселяться в кого-то, чтобы выжить. И они не боятся выкачать из других чересчур много энергии.

— А обычных демонов не волнует, что они кого-то там осушат.

— Раз уж ты не обычный демон, тогда кто ты?

На лице Дэррака отразилось безразличие, но складка, залегшая между бровей, указывала на глубокую задумчивость.

— Хотел бы я знать. Три столетия внутри человека... это изменило меня, Эдем.

Она хотела уточнить, как именно, но Дэррак вдруг, прищурившись, уставился сквозь лобовое стекло.

— Твой изменщик куда-то собрался.

Было всего два часа дня, но Ричард уже выходил с работы через центральный вход офисного здания. Эдем выехала со стоянки и последовала за его автомобилем. Казалось, Ричард составил список необходимых дел и следовал ему, заезжая то в аптеку, то в винный магазин, то в библиотеку.

Эдем старалась не думать о том, что сказал Дэррак. Точнее, о том, чего он не сказал. Ей почти хотелось, чтобы он солгал, сказав, что не использует гламура. Но он этого так и не произнес. И что это значит? Что под красивой внешностью скрывается нечто иное? Более демоническое? Опасное и жуткое? Некто, с кем она не могла бы просидеть в машине и секунды, чувствуя себя в безопасности?

Эдем стиснула руль. Она и правда не понимала, что представляет собой Дэррак. Она знала лишь то, что он ей сказал. Могла лишь довериться ему. Довериться демону, который из-за проклятия черной ведьмы три столетия назад лишился собственного тела — каким бы оно там ни было.

Просто настоящее безумие, если разобраться в этом хорошенько.

— Расслабься, — сказал Дэррак, замечая ее напряжение. — Ничего не изменилось. Я не собираюсь причинять тебе вред, если тебя именно это волнует.

— Конечно, нет. Ты слишком слаб для этого. — Она откашлялась. — Иначе у меня возникли бы серьезные проблемы.

— Вчера я мог бы взять у тебя гораздо больше энергии. Или когда ты спала и грезила о своем мистере Красавце. Но я же этого не сделал.

— Ты упомянул, что вполне мог и не остановиться.

— Но ведь остановился. Не говорю, что это было так уж легко, но я справился. Пусть мы с тобой не особо ладим, но я не хочу причинять тебе вред. И благодарен за то, что ты для меня делаешь.

Эдем свернула на обочину, увидев, что Ричард остановился возле другого кафе "Старбакс".

— Я пока ничего не делаю.

— Ну конечно делаешь. Ты спокойно приняла в свою жизнь то, от чего другие бы бросились наутек с дикими воплями. А ведь пару дней назад ты даже не знала, что все это существует. Хорошо справляешься. Ты очень сильная.

— Тебе правда так кажется? — уточнила она. — Вообще-то внутри я дрожу как осиновый лист.

— Я могу что-нибудь сделать, чтобы ты снова чувствовала себя спокойно рядом со мной?

— Снова? А что, раньше я чувствовала себя спокойно?

Его губы дрогнули.

— Ну, ты знаешь, о чем я.

Она задумалась.

— Скажи мне свое настоящее имя.

Он повернул голову в сторону Ричарда, выходящего из кафе.

— Не могу.

— Тогда, полагаю, мы зашли в тупик.

— Наверное. — Он стиснул челюсти.

Они последовали за автомобилем Ричарда. Он выехал на шоссе и, свернув на запад, через двадцать минут припарковался у мотеля возле аэропорта Торонто. От гулкого шума взлетающих и приземляющихся самолетов у Эдем заложило уши. Остановившись на обочине, она записала адрес в свой блокнот.

— Держи камеру наготове, — велел Дэррак. — Думаю, нас здесь что-то ждет.

Эдем начала возиться с цифровым фотоаппаратом. Она подняла его и, глядя на экран, увеличила изображение Ричарда, выходящего из автомобиля и идущего к дверям мотеля. Он постучал, дверь распахнулась, и на улицу выскочила блондинка. Обняв Ричарда, она страстно его поцеловала.

С упавшим сердцем Эдем сделала несколько снимков.

— Похоже, Фэй права, — сказала она. — У него есть любовница. — Фэй была очень красивой женщиной, но эта девушка – ей едва ли перевалило за двадцать — выглядела очень сексуально. Бимбо, одним словом. Облегающий топик, короткая юбка. Осветленные длинные волосы. Пухлые красные губы. И такие большие сиськи, что Эдем даже с расстояния в тридцать футов поняла, что они ненатуральные.

— Вот видишь, люди тоже используют гламур, — многозначительно сказал Дэррак. — Он необходим, чтобы приукрашивать что есть.

— Думаешь, это украшает?

— Это определенно... привлекает внимание. Даже ты используешь гламур. Крашеные волосы, макияж. Высокие каблуки. Это просто способ подчеркнуть природную красоту.

Эдем закатила глаза.

— Если ты снова пытаешься со мной флиртовать, просто знай — у тебя заведомо нет никаких шансов.

— Но попробовать-то я могу. — Его взгляд переместился ниже. — А вот твоя грудь, кстати, в отличие от бюста этой девушки, совершенно натуральная.

Эдем вдруг показалось, что у ее блузки слишком глубокий вырез для будничного дня.

— Спасибо, а я и не знала.

— Всегда пожалуйста. Честно.

Эдем ожидала, что сейчас Ричард войдет в номер мотеля вместе с девушкой с силиконовой грудью, но вместо этого та села к нему в машину. Эдем проехала за ними где-то с милю до стриптиз-клуба под названием "Кристоф". Ричард остановил автомобиль, высадил спутницу и отъехал.

— Подрабатывает таксистом? — вслух поинтересовалась Эдем. — Неожиданно.

— Я пытался почувствовать в девушке что-нибудь потустороннее, но не вышло. Хотя я довольно слаб и могу ошибаться. Тебе стоит зайти туда и поговорить с ней. Узнай, кто она такая.

— Говоришь так, будто это совсем просто.

— Нам нужно узнать, не изменяет ли он жене против воли, потому что на него наложены чары. Такое случается чаще, чем ты думаешь. Одинокие ведьмы подстерегают повсюду. — Дэррак нахмурился. — И они не любят слышать отказы.

— Вот уж похоже на паршивое свидание.

— Даже не представляешь, как ты права.

Эдем записала адрес в блокнот, который таскала за собой весь день.

— А что если она ведьма?

Дэррак стиснул челюсти.

— Тогда тебе стоит уносить оттуда свою миленькую маленькую задницу как можно быстрее.

— Ты со мной не пойдешь?

— Нет. Я буду держаться рядом, но не слишком близко. Если она на самом деле ведьма, то может меня почувствовать. И вряд ли обрадуется моему появлению.

— Только не уходи далеко.

— Все равно не получится, даже если бы я захотел.

— Пожелай мне удачи.

Прежде чем Эдем успела выбраться из автомобиля, Дэррак поймал ее руку и, на секунду сжав в ладони, поднес к губам. Эдем обернулась, удивленная этим жестом.

— Будь осторожна, — сказал он.

— Постараюсь.

Она направилась к стриптиз-клубу и толкнула входную дверь. Внутри было темно и пусто, лишь высокий широкоплечий бармен протирал влажной тряпкой стойку.

— Привет, — сказал он.

— Привет.

— Чем могу помочь?

— Я просто... — Эдем нервно откашлялась. — Та девушка, что зашла сюда минуту назад...

— Вы имеете в виду Ванессу?

— Именно.

— Я позову ее. Нет проблем. — Он исчез прежде, чем Эдем успела сказать еще хоть слово.

Через минуту крашеная блондинка появилась из-за расшитого бисером занавеса, отделявшего подсобные помещения от основного зала. Расплывшись в улыбке, она направилась к Эдем, уверенно ступая в своих черных лакированных туфлях на высоченных шпильках. Она была одета в красную мини-юбку, ажурные чулки и блестящий черный топ.

— Хорошо, что ты приехала так рано, — сказала Ванесса. — Садись, пожалуйста, мы можем устроить собеседование прямо сейчас.

— Собеседование? — Брови Эдем буквально взлетели. — Но я вовсе не... — Она захлопнула рот раньше, чем успела ляпнуть что-то еще. – Здорово, буду очень признательна.

Ее приняли за кого-то, кто ищет в клубе работу. Неужели она похожа на потенциальную стриптизершу?

Неважно. Ей подвернулся отличный шанс составить впечатление о Ванессе и выяснить, не соблазняет ли она мужа Фэй с помощью магических чар.

Она вскарабкалась на опасно высокий стул, на который ей указала Ванесса. Блондинка положила на стол лист бумаги.

— У тебя большой опыт, — заметила Ванесса. — Просто фантастика.

— Точно, — кивнула Эдем, не совсем уверенная, о каком опыте идет речь.

— Два года в "Игор Бивер" в Далласе? Танцы обнаженной?

— Да. Полностью обнаженной.

— Хорошо. Нам нужны девушки, которые не стесняются своего тела.

Итак, она стриптизерша, которая ищет работу. Надо войти в роль.

— Ну да, я как раз такая. Готова танцевать абсолютно обнаженной. Совсем-совсем.

Может, лучше входить в роль не так резко?

— А что насчет танцев на коленях? — многозначительно спросила Ванесса.

— Я... — Эдем закусила нижнюю губу, — целиком и полностью за. Если, конечно... эээ... клиент... следует правилам клуба.

— Наши вышибалы тебя защитят. Не волнуйся. Если кто-то начнет распускать руки, он тут же вылетит отсюда. Как и в других заведениях, ты можешь прикасаться к клиенту, а он или она не имеет права тебя трогать.

— Шикарно, — слабо выдавила Эдем. Определенно, эта роль для нее совершенно не для нее. К тому же, как обожал напоминать ей Дэррак, она была немного ханжой.

— А вы... ты сама танцуешь?

— Да. А еще я новая владелица этого клуба. — Ванесса улыбнулась, демонстрируя белоснежные зубы. — Это так здорово — иметь собственный бизнес.

Эдем изо всех сил пыталась удержаться на высоком табурете.

— Ты такая молодая. Собственный клуб — большое достижение для твоих лет.

— Мне двадцать пять. Не такая уж и молодая. Хотя, должна признаться, это подарок от моего друга. Он купил его на прошлой неделе, когда предыдущий владелец собирался его закрыть. Мы пока не работаем — делаем ремонт и набираем новых девочек.

— Ты о том мужчине, который тебя подвез? — спросила Эдем и тут же добавила. — Я как раз парковалась и не могла не обратить на вас с ним внимание.

Улыбка Ванессы стала еще шире.

— Да, это Ричард. Он замечательный.

Замечательный. Спорный вопрос. Фэй говорила, что Ричард бухгалтер. Эдем не сомневалась, что он неплохо зарабатывает, но хватит ли у него денег, чтобы купить любовнице стриптиз-клуб? Ей не нужна была лицензия частного сыщика, чтобы почуять неладное.

— И щедрый, — добавила она.

— Ага.

Эдем взглянула на Т-образную сцену с тремя шестами.

— Вы давно знакомы?

— Завтра будет три недели. — Ванесса склонила голову. — Эй, вообще-то здесь я должна задавать вопросы, а не ты.

— Прости, ничего не могу с собой поделать. Я слишком любопытная. — Эдем сосредоточилась, отчаянно пытаясь уловить в девушке хоть что-то сверхъестественное. Она ведьма? Или что-то другое?

И какая ведьма будет ежедневно любоваться розовыми неоновыми десятифутовыми сиськами на стене?

Разве что ведьма с отвратительным вкусом.

— Все нормально, — сказала Ванесса. — Вообще-то я люблю поболтать о Ричарде. Никогда еще не была так счастлива.

— А что он?

— Надеюсь, тоже. — Она вздохнула. — Он такой пылкий. Смотрит тебе в глаза, и ты словно чувствуешь, как он полностью завладевает тобой — и телом и душой. Это даже немного пугало, когда мы впервые встретились. Я как-то предпочитала обычных парней. Но Ричард хотел меня. И отказы не слушал.

— Немного смахивает на манию.

Ванесса усмехнулась.

— Да, пожалуй. Но со мной же все в порядке. Ему нравится подвозить меня на машине. Кажется, он немного ревнивый, что, учитывая мою профессию, создает небольшие проблемы. Но я так люблю его, что все это неважно.

Невзирая на ее беззаботный тон. Эдем чувствовала, что Ванесса чего-то не договаривает. В ее голосе слышалась какая-то мука, и причиной этому была вовсе не кошмарная обувь.

— Ты много о нем знаешь? Например, где он работает? С кем общается?

Улыбка Ванессы угасла.

— Мне незачем знать о нем больше, чем он рассказывает. — Изящные выщипанные брови сошлись вместе. — Давай вернемся к собеседованию, ладно? И не будем смешивать дела и личную жизнь.

— О, конечно. Без проблем.

Вообще-то проблема была. Эдем даже без своих экстрасенсорных способностей чувствовала, что у девушки неприятности. Надо ее разговорить.

Эдем заерзала на стуле, пытаясь не упасть.

— То, что ты рассказала о Ричарде, напомнило мне о парне, с которым я встречалась еще в колледже.

— О?

— Он был красавчиком, очень общительным, всем нравился. И мне в том числе. Я влюбилась в него по уши. Но когда мы оставались наедине, он менялся. Превращался в полного ублюдка.

— Он тебя бил?

Эдем вцепилась в край стола. Черт. Зачем она об этом говорит? Она предпочла бы, чтобы эта часть жизни оставалась в прошлом. Как можно дальше в прошлом. Но если сейчас дурные воспоминания помогут, это того стоит.

— Скажем так: он вовсе не был таким уж милым. Но я убедила себя, что если во всем остальном он идеален, можно закрыть глаза на некоторые его поступки.

— Так что произошло?

Эдем съежилась, вспоминая о том, что она обычно прятала глубоко в себе.

— В конце концов, я попала в больницу с парой переломов, и это убедило меня, что он мне не подходит. Не могу сказать, что разрыв получился простым. Какая-то часть меня действительно любила его... вообще-то он был последним парнем, к которому я хоть что-то чувствовала. Наверное, именно тогда я, чтобы больше так не мучиться, выстроила кирпичную стенку между мной и мужчинами. И с тех пор никто не мог ее проломить.

Великолепно. Эдем Райли использует ошибки своего прошлого – в том числе ужасные отношения с мужчинами, — чтобы найти подход к любовнице мужа клиентки.

Тогда в ее жизни была черная полоса, и это стало одной из причин, по которым Эдем так и не закончила колледж. Спасибо Господу за целительную силу времени и пространства. Сломанным костям понадобилась всего пара месяцев, чтобы срастись, и Эдем не сомневалась, что после ее переезда заживление остальных ран тоже не затянется надолго.

Это было ее целью.

— Как его звали? — спросила Ванесса.

— Зак. Он был членом братства. Много денег, большое будущее. Я уверена, что сейчас он большая шишка.

Ванесса, казалось, разозлилась.

— Он просто козел.

— О, да. Но деньги позволяли ему покупать всякие милые безделушки, когда он пытался вернуть мое расположение. И, стыдно признаться, это почти всегда срабатывало. Будь у меня выбор, я предпочла бы вернуть эти два года жизни.

Ванесса обвела взглядом пустой клуб, затем опустила взгляд на лежащее перед ней стрип-резюме той девушки, за которую она принимала Эдем.

— Вообще-то все это мне очень знакомо.

Ванесса не была ведьмой, прибегавшей к чарам ради мужского внимания. Она была всего лишь двадцатипятилетней исполнительницей экзотического танца, от любви потерявшей голову и не обращавшей внимания на избиения. Или что похуже.

А Фэй знала, за кого она вышла замуж? Хотя в таком случае вряд ли бы она стольким пожертвовала ради Ричарда.

— Ванесса, если хочешь поговорить об этом...

— Не лучшая идея. — Она соскользнула со своего стула. – Думаю, наше собеседование закончено. Спасибо, что пришла. Я очень признательна. У меня есть еще несколько кандидаток, но я позвоню тебе на следующей неделе, хорошо?

Собеседование закончилось. Пора переходить к более важным вещам.

— Ладно, срываем маски. Я не та, за кого ты меня приняла.

Ванесса нахмурилась

— Так ты не Белла ЛаКруа?

— Эээ... Судя по всему, нет. Я работаю в частном детективном агентстве. — Эдем достала из кошелька визитку "Трипл-Эй" и протянула ее Ванессе.

— Это из-за Ричарда?

— Да.

Краска гнева залила лицо Ванессы.

— Так ты просто выдумала себе бывшего парня, чтобы обманом вытянуть из меня нужную информацию?

— Я и правда хотела тебя разговорить, но ничего не придумывала. К несчастью, все это — чистая правда.

— Кто тебя нанял?

— Его жена.

Ванесса выругалась.

— Не знала, что он женат. — Моргнув, она оторвала взгляд от визитки. — Знаешь, с ним действительно что-то не так. Я думала, это всего лишь воображение разыгралось, но теперь начинаю верить, что все гораздо сложнее.

Эдем собиралась спросить, о чем она, но тут ее живот скрутил приступ боли.

Что такое?

То же самое ощущение пронзило ее в лифте, когда они с Дэрраком разошлись слишком далеко друг от друга. Где он? Он ведь должен держаться поблизости? Эдем находилась на одном месте с тех пор, как вошла в клуб, значит, это Дэррак покинул автомобиль. Но куда он направился? И зачем?

— Мне надо идти, — сказала она. — Но прошу тебя, позвони мне.

Ванесса запихала визитку в декольте.

— Я подумаю.

Эдем развернулась и бросилась из клуба. Тянущая боль в желудке немного ослабла.

Значит, Дэррак снова где-то рядом. Но она по-прежнему его не видела.

В «тойоте», припаркованной слева от входа, его не было.

— Дэррак? – Эдем, озираясь из стороны в сторону, позвала его.

Она пошла вдоль здания. Шум, доносящийся с Диксон Роуд, стал громче. Эдем завернула за угол и оказалась на практически пустой автостоянке.

Она собиралась рассказать Дэрраку, что случилось с Ванессой. Пусть Эдем и не специалист в таких вопросах, но она не сомневалась, что девушка ни в чем не виновата, просто связалась не с тем мужчиной.

А вот Ричард... Вел ли он двойную жизнь? Или тут скрывалось нечто большее?

— Дэррак, — позвала она вновь. — Какого черта?..

Вдруг чья-то рука схватила ее за горло и рывком затащила за угол стриптиз-клуба. Прежде чем Эдем успела понять, что происходит, кто-то с силой приложил ее о кирпичную стену, вышибая из нее дух.

Глава 14

Нападавший навис над Эдем, сжимая в кулаке ворот ее свитера, надетого под тонкое черное шерстяное пальто. Ричард Морган.

— Кто ты такая, — рявкнул он. — И почему за мной шпионишь?

Эдем жадно хватала ртом воздух.

— Шпионю за вами? Я приехала сюда на собеседование.

— Ты стриптизерша?

— Предпочитаю название "исполнительница экзотического танца". И, кстати, меня зовут Белла ЛаКруа. Приятно познакомиться.

— Брехня.

— Но это правда. Просто стринги со стразами и перьями остались в чемодане.

Он прищурился.

— Ты гоняешься за мной с тех пор, как я утром заехал в Старбакс.

— Что? Девушка не может утром получить свою порцию кофеина без того, чтобы ее обвинили в шпионаже?

— Хватит врать.

Эдем перехватила его руку и попыталась отцепить от своего горла.

— Отпусти меня.

— Может, после того, как расскажешь мне правду. — Он ударил ее головой об стену, отчего Эдем почувствовала себя пьяной тряпичной куклой. — Что, черт возьми, тебе известно обо мне?

— Ничего, кроме того, что ты, судя по всему, вонючий козел.

Заглянув ему в глаза, Эдем увидела, что радужка такая же черная, как и зрачки, словно он носил сверхъестественные контактные линзы. И во взгляде не было ни капельки дружелюбия. Эдем изо всех сил пыталась удержать Ричарда на расстоянии вытянутой руки.

Ему удалось подобраться ближе.

— Лучше бы тебе ничего обо мне не знать. Иначе это может пагубно сказаться на твоем здоровье или спокойном сне. Поняла?

Эдем попыталась врезать ему коленом, но он, резко и больно заломив ей за спину руку,

развернул ее лицом к стене.

— Ты оставишь меня в покое?

— Да, — прошипела она, чувствуя себя полной дурой из-за того, что позволила этой лживой сволочи взять над ней верх.

— Я тебе не верю. Звучит не слишком-то искренне.

— Сейчас я искреннее некуда.

— Сомневаюсь. Думаю, ты слишком любишь совать нос в чужие дела. Тебе стоит преподать урок.

Эдем ахнула, когда острый кончик ножа кольнул щеку, и она словно вновь оказалась во власти позавчерашнего серийного убийцы. Эдем терпеть не могла холодное оружие.

— Отпусти меня, — огрызнулась она, и в ее голосе прозвучала куда большая храбрость, чем ощущалось на самом деле.

— Тебе ведь не так уж и нужен этот маленький миленький носик? И ты хорошенечко запомнишь, почему его потеряла.

Да кто такой этот парень? Он просто запугивает или и в самом деле собирается изрезать на кусочки только за то, что она следила за ним? Эдем чувствовала себя до ужаса беспомощной. Дело плохо. Она дернулась под его жесткой хваткой.

И где же Дэррак?

В ту же секунду, как она подумала о Дэрраке, Ричард отпустил ее. Не сам, просто его оттащил от Эдем вышеупомянутый демон. Дэррак встал перед Ричардом, и его глаза замерцали янтарным огоньком, словно пылая изнутри. Схватив Ричарда за лацканы пиджака одной рукой, а другой стиснув запястья, демон ударил его о стену с такой силой, что тот выронил нож.

— Не смей ее трогать, — прорычал Дэррак.

Ричард склонил голову набок.

— Как интересно. Не думал встретить в наши дни живого демона. Если б знал, нацепил бы ради такого случая свой лучший костюм.

Прищурив огненные глаза, Дэррак принялся изучать мужчину.

— Ты дрифтер. Это все объясняет.

— Угадал. — Ричард хищно улыбнулся. – Похоже, у нас с тобой много общего. Так что почему бы тебе меня не отпустить, и мы оба забудем об этом маленьком инциденте?

— У нас нет ничего общего. — Дэррак повернулся к Эдем. — Ты цела?

— Чувствую себя просто потрясно. Правда. — Хотя ее только что чуть не изрезали на кусочки, Эдем старалась не стучать зубами. — Спасибо, что вмешался.

— Прости, что так долго. Просто я наблюдал за вами.

Ее брови буквально взлетели:

— Наблюдал?

— Пытался понять, кто этот парень. Теперь знаю.

Она с отвращением взглянула на Ричарда и снова повернулась к демону.

— Ну и кто он?

— Дрифтер. Это бестелесные духи, которые, чтобы выжить, путешествуют от человека к человеку.

— Вселяются в них, ты хотел сказать.

Дэррак не отрывал глаз от Ричарда, которого все так же прижимал к стене.

— Им не обязательно дожидаться смерти хозяина, чтобы сменить место жительства, но в целом так.

Звучит до жути знакомо. Неудивительно, что дрифтер решил, что у них много общего с Дэрраком.

Эдем огляделась, не может ли их кто заметить, но эта часть территории стриптиз-клуба с трассы не просматривалась, а высокий забор слева отгораживал стоянку от других зданий.

— Настоящий Ричард все еще там? — Она с опаской взглянула на дрифтера. Когда Дэррак в нее вселялся, они могли с ним общаться. А Ричард? Борется ли он там, внутри, чтобы вернуть свою жизнь?

— Нет, — ответил Дэррак. — Дрифтеры умеют отправлять сознание хозяина в кому, чтобы полностью подчинить тело. Если захотят, они могут прожить так всю его жизнь.

— Эй... Что ты делаешь? — На лице Ричарда проступало все большее удивление. — Помогаешь смертной? Выбалтываешь секреты Преисподней? Должен признать, в первый раз вижу нечто подобное. Приятель, ты уверен, что с тобой все в порядке?

— Я тебе не приятель. – Рука Дэррака сжалась на его горле еще крепче.

Дрифтер повернул голову, окидывая черным взглядом Эдем с головы до ног.

Дэррак вдавил его в стену:

— Хватит пялиться на нее.

— Прости, ничего не могу с собой поделать. Горячая штучка. Твоя?

— Ты должен немедленно покинуть эту оболочку.

Ричард лишь пожал плечами.

— Но мне нравится это тело. Парень просто везунчик. Хорошая работа, красотка жена-фея. Неприлично богатая, к тому же. Мой хозяин, видать, и не подозревал, что у него есть доступ к ее банковским счетам... или что она хранит от него столько секретов.

— Это ее дело.

— Может и так. — Ричард ухмыльнулся. — Вы уже видели мою новую подружку? Такая страстная. И кто придумал правило, что мужчине полагается только одна женщина? Это просто нечестно.

Эдем с опаской наблюдала за их перепалкой. Ей не нравился этот парень, и не только потому, что он угрожал отрезать ей нос. Эдем вполне устраивал ее нос там, где он находился. Но даже если забыть про склонность Ричарда к насилию, она чувствовала в нем что-то еще. Нечто... иное. Это потому что она уже знала, что он не тот, кем кажется, или просто ее способность чувствовать потустороннее с каждым днем становилась все сильнее?

— Ты серьезно рискуешь, — заявил ему Дэррак. — Если не освободишь этого мужчину, для тебя дело добром не кончится. Обещаю.

Ричард вскинул бровь.

— Ты чего так бесишься? Ну поиграл я немножко с человечишками. И что?

Дэррак, стиснув челюсти, ничего не ответил.

— Я тут как раз собирался немножечко порезать одну из них, — Ричард махнул подбородком в сторону Эдем, — но ты помешал. Люди должны знать, что они ниже нас.

Дэррак стиснул пальцы крепче, и его огненные глаза на секунду задержались на Эдем.

— Тебе чертовски повезло, что ты не успел ее поранить.

Ричард фыркнул.

— Да ну? И что бы тогда было?

— Я оторвал бы тебе руки.

Не похоже было, что демон шутит. Если честно, он еще никогда не казался Эдем настолько серьезным, даже во время их разговора "никогда не уезжай на лифте без меня". От его ледяного тона по спине побежали мурашки.

— М-да, без рук был бы не вариант, — согласился Ричард. — Тогда бы пришлось искать новое тело, а мне так нравится это. Но без рук? Уже совсем не то.

— Не смешно.

Ричард не выглядел таким уж напуганным. На его лице мелькнуло любопытство.

— А с тобой что-то не так, демон. Только теперь заметил, но ты вроде бы слабее, чем должен быть, не так ли?

— И какую часть предложения "убирайся из этого тела" ты не понял?

— Да все. — Ричард с легкостью вырвался из рук Дэррака и оттолкнул его. — Давненько я не сталкивался лицом к лицу с демонами, но, насколько я помню, обычно исчадия ада не прочь поразвлечься, в отличие от тебя. Эта сучка держит тебя на коротком поводке? Я еще не встречал такого жалкого демона. Мне тебя почти жаль.

— Дэррак, — нерешительно сказала Эдем, помня, каким сильным показался ей дрифтер, когда прижимал ее к стене. — Наверное, нам пора.

Он даже не взглянул на нее.

— Еще рано.

Ричард покачал головой, переводя взгляд с Эдем на Дэррака и обратно.

— Вы двое, держитесь от меня подальше.

— А то что? — прорычал Дэррак.

Улыбка Ричарда больше походила на злобный оскал.

— А то я найду твою маленькую смертную подружку, когда тебя не будет рядом, и хорошенько с ней развлекусь. И до и после ее смерти.

Кулак Дэррака врезался в лицо Ричарда так быстро, что Эдем даже не уловила движения. Дрифтер отшатнулся и ударился головой о стену. Кровь хлынула из носа, и Ричард начал оседать на землю. Глаза Дэррака вспыхнули, и он шагнул вперед, хватая одержимого за горло и вздергивая на ноги.

— Я убью тебя. — В голосе демона звучала ярость.

Эдем схватила его за твердую как сталь руку.

— Потише, Дэррак. Стой. Не надо, не избивай это тело. Если все так, как ты говорил, то ты калечишь настоящего Ричарда, а не демона внутри него.

— Он еще не дорос, чтобы называться демоном, — прошипел сквозь зубы Дэррак. — Дрифтеры всего-навсего блуждающие духи. Бесполезные бандиты — вот кто они такие. Просто адские отбросы, которые стоит отправить в помойку, как только выдастся свободная минутка.

— Забудь о нем.

— Он угрожал тебе. На моих глазах.

Дэррака затрясло от гнева, и Эдем схватила его за плечи, а затем провела рукой по лицу, вынуждая посмотреть на нее. Наконец он выпустил Ричарда.

— Ну же, — сказала она. — Пойдем отсюда. Ты меня пугаешь.

Его грудь ходила ходуном. Он прищурил пылающие глаза.

— Он хотел причинить тебе боль.

— Но не причинил. Вместо этого ты его избил. Со мной правда все в порядке. Но я не хочу, чтобы ты его убивал.

Ричард, воспользовавшись возможностью, с трудом поднялся на ноги и, не говоря больше ни слова, побежал прочь.

Дэррак напрягся, словно собираясь преследовать дрифтера.

Эдем сильнее сжала его плечи.

— Куда это ты собрался?

Он в замешательстве обернулся.

— Я должен догнать его.

— Нет, не должен. Я сегодня надела туфли для слежки, а не для бега, а нам нельзя далеко отходить друг от друга, помнишь? Мы поняли, в чем проблема. Да, дело серьезное и довольно необычное. Но вполне разрешимое. Все не так плохо. Я расскажу Фэй.

Дэррак сглотнул и, казалось, немного расслабился.

— Сообщишь ей, что ее муж одержим злым духом?

Она выдавила улыбку.

— Я и не думала, что у нас столько общего. Может быть, мы с ней даже подружимся.

— Я-то не злой.

— Ну раз ты так говоришь...

Он взглянул на нее.

— Так ты мне наконец поверила?

— Если не обращать внимания, что я только что слышала угрозы оторвать ему руки и убить... — Она сглотнула, – то да.

— Да ну? — Дэррак явно удивился.

Она кивнула. Ее рука все еще лежала на его груди, и Эдем могла чувствовать тихий стук. Который вселял надежду на то, что где-то в этом на первый взгляд человеческом теле действительно есть сердце.

— Как ты можешь быть злым? Ты же мой ангел-хранитель.

Он фыркнул.

— Только не используй больше словечко на "А". Это настоящее оскорбление.

— Всего лишь выражение. Я же не намекаю, что у тебя вдруг выросли крылья и объявился нимб.

Жутко янтарный цвет его глаз медленно сменялся более привычным светло-голубым. Дэррак моргнул.

— Прости, что так бурно отреагировал.

Она отвела прядь черных волос с его лба.

— Со мной правда все в порядке. Этот урод собирался отрезать мне нос. И как бы я без носа зарабатывала на жизнь экзотическими танцами?

Дэррак провел указательным пальцем по тому самому носу, о котором шла речь.

— Это было бы непросто, но мне кажется, ты бы справилась.

— Да, конечно. — Она неуверенно выдохнула. Эдем делала вид, что все в порядке, но все же стычка с дрифтером ее сильно напугала. — Очередная угроза смерти меня не так уж и взволновала.

— Дрифтеры — беспринципные обманщики, но убивают редко. Думаю, этот козел просто хотел запугать тебя и разозлить меня.

Эдем чуточку полегчало.

— Ему это удалось.

— Пожалуй. — Дэррак нахмурился. — Должно быть, он сейчас надо мной смеется.

— Пытаясь остановить кровь.

— И это тоже.

Эдем слегка успокоилась, узнав, что дрифтеры не убивают. Она спросила себя, не пора ли делать заметки насчет всех Иных, которые ей встречаются? Кажется, это неплохая идея.

И тут Эдем поняла, что они с Дэрраком стоят совсем близко друг к другу, едва ли не обнимаясь. Пусть он был демоном, к тому же довольно ослабшим, но с ним она чувствовала себя в безопасности, особенно когда его руки так крепко обхватывали ее.

— Хм. — Она заставила себя отстраниться. Дэррак без возражений отпустил ее. — Давай вернемся в "Трипл-Эй", я позвоню Фэй и сообщу все новости. Если честно, я удивлена, что она не смогла почувствовать, кто он такой… она ведь Иная.

Дэррак прислонился к кирпичной стене.

— Дрифтеров непросто обнаружить. Они как хамелеоны, легко притворяются и благополучно живут в шкуре человека. Но есть и хорошие новости — у феи наверняка есть контакты среди хороших экзорцистов, чтобы изгнать его, даже если она не захочет сама прибегать к магии.

— Так значит, мне не стоит рекомендовать ей Малкольма и Роуз?

Он покачал головой.

— Плохая идея.

— Я пошутила.

Губы Дэррака дрогнули в улыбке.

— Я понял.

Эдем полезла в сумочку за сотовым телефоном. На экране светилось сообщение от Энди с просьбой вернуться в офис как можно скорее. Он оставил его два часа назад.

— Может, у Энди есть новости о твоей неуловимой ведьме, — сказала она, убирая телефон.

— Надеюсь.

Эдем подбоченилась, пытаясь разогнать остатки страха.

— Слушай, если сейчас каждый встречный одержим, может, это такая мода? И мне стоит держать тебя при себе в качестве аксессуара?

Дэррак уставился на нее.

— Снова шутишь?

— О да. Естественно.

~~~

Эдем сидела за рулем, пытаясь сфокусировать внимание на дороге. Ее все еще трясло после событий этого долгого дня. Слишком многое случилось, начиная с того, что она выяснила, как много Дэррак скрывал от нее, и заканчивая нападением еще одного одержимого. Поэтому она решила пока разобраться с демоном.

Дэррак защищал ее. Яростно. Потому что берег тело-хозяина? Или по каким-то другим причинам? Вчера он заявил, что она ему нравится.

Эдем не лгала, когда сказала, что не верит в его злую природу. Пусть Дэррак был занозой в заднице, но Эдем пока не чувствовала от него никакой угрозы. Он даже стал ее ангелом-хранителем, хотя она и согласилась, что это не самый подходящий эпитет для демона.

Хотя Эдем не считала Дэррака злом, но по-прежнему побаивалась его. Ей уже доводилось переживать драматические события — в колледже, с Заком. Она предпочла выбросить эти воспоминания из головы, а теперь, после разговора с Ваннессой, они вернулись.

Если и был в мире хоть один мужчина, способный причинить ей еще большую боль, то это Дэррак. К добру это, или нет, но Дэррак был настоящим демоном, в отличие от Зака, который таковым лишь казался.

Она нравилась ему? Возможно.

А он ей?

Эдем ничего не могла с собой поделать — да.

Но неважно, что он пытался ее защитить, ведь Эдем понимала: в конце концов, он просто ее использует. Да и как могло быть иначе? За столько лет ему впервые выпал шанс снять проклятие. Окажись Эдем на его месте, то приложила бы все силы, чтобы добиться желаемого.

И насколько ей доверяет сам Дэррак? Он не сообщил свое настоящее имя, потому что это дало бы слишком большую власть над ним. И не подсказал, как можно его заглушить, все по той же причине. Он так и не признался, использует ли гламур, чтобы выглядеть еще более прекрасным, но у Эдем было странно леденящее ощущение, что на самом деле он прибегает к чарам.

Так кем же он был в итоге?

Мужчиной, которого этим утром она страстно целовала и пыталась раздеть, чтобы они могли перейти к чему-то большему? Или порождением тьмы, вытягивающим из Эдем жизненные силы и использующим ее для достижения своих целей?

"Делайте ставки", — подумала она.

~~~

Они подъехали к "Трипл-Эй", и Эдем поразилась тому, что небольшая стоянка возле кафе "Хот Стафф" и детективного агентства — впервые на ее памяти — просто забита машинами. Заходя вместе с Дэрраком в двери, она едва не столкнулась с парой человек, идущих ей навстречу.

— Здравствуйте, — кивнул ей лысеющий мужчина. — Так здорово, что вы работаете с такими, как мы. Мы ценим это больше, чем вы можете себе представить.

Прежде чем она успела понять, что происходит, мужчина стиснул ее в объятиях. Эдем же, поддавшись смущению и неловкости, в ответ его не обняла.

— Эээ... здорово, — выдавила она, когда он отпустил ее. — Наверно, мне стоит сказать спасибо.

Она хотела спросить, кто он такой, или почему его лучезарно улыбающаяся спутница показывает большой палец, но они уже вышли и направились к своему "бентли", припаркованному возле ее "тойоты".

Эдем повернулась к нахмурившемуся Дэрраку.

— Что? — спросила она.

— Странно.

— Что? — повторила она.

— Ничего, — покачал он головой. — Уверен, мне просто показалось, но...

— Что "но"?

— Готов поклясться, это была парочка вервольфов.

— Вер...? — Эдем зажала рот рукой, пытаясь сдержать рвущийся крик. Она зашептала: — Вервольфов не существует.

Дэррак поднял бровь.

— Ты же не начнешь вдруг отрицать происходящее, правда?

— Если бы. Но вервольфы?

Он махнул рукой.

— Они такие же оборотни, как и твоя веркошка. Лишь я могу почувствовать волков в этих двоих. — Он усмехнулся. — Тебе повезло, что я рядом. Я стану кем-то вроде твоего гида.

— Да уж. — Ее желудок закрутило. Она что, не может прожить хотя бы пару часов безо всякой чертовщины? Она просит слишком многого?

— Энди, — нерешительно окликнула она напарника, надеясь, что тот от общения с Иными еще не находится на грани нервного срыва. Хотя, может быть, он даже не догадывается. Если подумать, Иные были повсюду и выглядели совсем как люди, так что, вполне возможно, сама Эдем раньше, еще в дни блаженного неведения, частенько встречалась с ними и ни о чем не подозревала.

Старые добрые деньки.

Возле стола Энди стояло еще несколько человек, и тот поочередно пожимал им руки.

— А вот и сама Эдем, — провозгласил он. — Черта помянешь...

Теперь это выражение казалось не таким уж и невинным.

Посетители, широко улыбаясь, повернулись к ней.

— Замечательно, — заявила женщина с короткими каштановыми волосами. — Теперь мое дело в надежных руках.

— Самых лучших, — заверил ее Энди.

— Когда вы сообщите результаты? — спросила она.

— Уже через несколько дней. Спасибо, что выбрали "Трипл-Эй".

Женщина улыбнулась.

— Это было так, словно агентство меня выбрало, а не наоборот. Меня словно заставили сюда приехать.

— Наше объявление в "Желтых страницах" выглядит очень заманчивым.

— Да. — Ее улыбка по-прежнему сияла. — Не сомневаюсь, что дело в этом. Пойдем же, милый.

Вместе со своим спутником она вышла из офиса.

Дэррак наклонился к уху Эдем.

— Это были белая ведьма и ее любовник-оборотень.

Она напряглась.

— Пожалуйста, хватит.

— Белые ведьмы — вегетарианки, боготворящие природу и все живое. Так что не переживай.

— Я не переживаю. Просто хочу, чтобы ты заткнулся.

В офисе они остались одни. Энди с широченной улыбкой уставился на Эдем.

— Ты ни за что не поверишь, что сегодня было. Я написал тебе сообщение! Хотел, чтобы ты сама все увидела!

Она нервно откашлялась.

— Что случилось?

— Феникс восстал из пепла.

Она распахнула глаза.

— Что, в самом деле?

Энди подозрительно взглянул на нее.

— Эээ... нет. Но мой бизнес, — то есть наш бизнес — воскресила целая тонна новых дел. Клиенты с самого утра идут непрерывным потоком. Наверное, даже придется нанять помощника.

— Неужели?

Он кивнул.

— А самое странное, что, как сказала эта женщина — миссис Ларенби, — их всех просто будто заставили, — он несколько раз согнул и разогнул пальцы, имитируя кавычки, — выбрать именно "Трипл-Эй".

Дэррак опустил голову и прошептал Эдем на ухо.

— Кажется, я понял. Иных привлекаешь именно ты и это место.

— Да ну, — шепнула Эдем в ответ.

— Здесь я впервые благодаря тебе материализовался. Выброс твоей психической энергии, помноженной на мою, создал "горячую точку". Я слышал о подобных случаях. Теперь это место как магнит для Иных. Им всем кажется, что «Трипл-Эй» расследует исключительно паранормальные дела.

Проклятье. Это плохо. Ведь так?

— Здорово, — протянула она, обращаясь к Энди и расплываясь при этом в широченной улыбке, хотя внутри у нее все было натянуто, как струна. — А эти дела... В них есть что-нибудь необычное?

— Необычное? Нет. Все как всегда: слежка, неверные супруги, должностные преступления, наведение справок о других лицах...

"Только для оборотней, фей и ведьм, — подумала Эдем. — О Боже".

— Замечательно — сказала она, с недовольством слыша в своем голосе тонкие, почти истеричные нотки.

— Мы должны это отпраздновать. Мне нужна сигара. И почему я не держу под рукой шампанское?

— Понятия не имею.

— Я заказал у наших соседей свежий кофе. Нэнси сейчас принесет.

— Присядь. — Дэррак подкатил к Эдем ее стул. Она уселась. Так стало гораздо лучше.

— Какой ты славный и полезный парень. — Энди отрезал кончик своей праздничной сигары, извлеченной из ящика стола, и ткнул ею в Дэррака. — Так заботишься о сестре. А как ты, дружище? Как прошел твой день? Устроил себе экскурсию по городу? Уже видел Си-Эн Тауэр[5]? Правда, это круто?

Дэррак вздохнул.

— Эдем, пусть он замолчит.

Она нервно кашлянула.

— Энди, как продвигаются дела с поиском ве... эээ, я хотела сказать, той женщины, которую разыскивает Дэррак?

Тот покачал головой.

— У меня даже не было возможности начать. Я по горло завален новыми делами. А что насчет неверного мужа?

— Все отлично, — заявила она, отметая в сторону и стычку с дрифтером и разочарование от того, что Энди еще не решил их проблему. — У тебя совсем-совсем нет времени заняться нашим делом?

— Если бы я только мог. Уверен, оно вполне может подождать недельку-другую.

— Недельку-другую? — Ее сердце упало. – Я, честно, надеялась, что мы разберемся с этим гораздо быстрее.

— По правде говоря, Эдем, если у вашей разыскиваемой нет судимостей или чего-то подобного, из-за чего она могла бы оказаться в базе данных, у нас очень мало шансов найти ее, ориентируясь лишь на портрет. Мне жаль. Надо было еще вчера это сказать.

У Дэррака на лбу залегли складки.

— Очень плохо.

— Знаю. Слушайте, вы всегда можете сделать это по старинке.

— Это как?

— Если уверены, что она в Торонто, напечатайте кучу листовок и расклейте по всему городу.

— Но Энди... — начала она.

— Не надо, Эдем, — остановил ее Дэррак. — Все нормально. Мы найдем другой способ.

Она видела разочарование в его глазах. Дэррак так рассчитывал на Энди. Проклятье, она сама на него рассчитывала.

— Отлично.

Они найдут другой способ. Другой способ разыскать ведьму, которая уже вполне может быть где-нибудь в другом месте. Например, лететь на самолете — или своей чертовой метле — куда-нибудь на Таити.

Эдем подъехала на стуле к своему столу и полезла в нижний ящик за потрепанной колодой таро. Она не раскладывала их с того дня, как уволилась из "Экстра-Связи", но отчаянные времена требовали отчаянных мер.

Зазвенел телефон, и Энди, схватив трубку, принялся с кем-то оживленно болтать. Его проблемы были уже решены. А ее — только появлялись.

— Что ты делаешь? — напряженно поинтересовался Дэррак.

— Хватаюсь за соломинку.

— Как по мне, так это больше похоже на карты таро.

— Хочу проверить, не подскажут ли они мне направление, в котором стоит двигаться дальше. Вообще-то расклад будет не на личную жизнь или карьеру, но некоторый шанс все равно есть.

— Тебе не кажется, что лучше просто хорошенько сосредоточиться и уловить вибрации, указывающие на местонахождение ведьмы? Я знаю, что ты так раньше уже делала.

— В порядке очереди. — Эдем закрыла глаза, сконцентрировалась на желаемом и перевернула карту. Обычно она означала то, что ей необходимо.

Перевернутая Сила.

— М-да, не самый лучший знак, — сказала Эдем.

Дэррак встал у нее за спиной и заглянул через плечо.

— Что она значит?

— Крушение всех надежд.

— В буквальном смысле?

— Нет. Но я ее так вижу.

Эдем перевернула следующую карту.

Дьявол.

Что ж, неудивительно.

Дэррак смотрел вниз:

— Ладно, а эта что значит. Дай угадаю: истинное зло?

— Только не в таком положении. — Эдем прочистила горло. — Нет, мне кажется, она чаще означает... ну, сексуальную одержимость. Иногда. Ну, ты понял: похоть, и все такое.

— Карта Дьявола означает похоть?

Эдем отмахнулась.

— Среди прочих интерпретаций.

— И так ее объясняешь именно ты. Проницательный экстрасенс, эксперт в такого рода вещах.

— Я никогда не называла себя экспертом. Я всего лишь любитель. А еще я могу показать пару классных фокусов с картами, если будет настроение.

Разочарование Дэррака от того, что их дорога к ведьме оказалась не такой уж гладкой, на время сменилось любопытством:

— Значит, похоть?

— Еще это жажда денег. И материальных благ.

— Или?

Эдем запретила себе думать о том, как проснулась утром в объятиях Дэррака, получая немалый заряд похоти.

— Я пытаюсь сосредоточиться и выяснить, где находится твоя ведьма. Не отвлекай меня болтовней.

— Как скажешь.

Эдем закрыла глаза, выбрасывая из головы все мысли о голом Дэрраке, и попыталась включить свой дар. Каким бы он там ни был. Черт, как же ей хотелось его контролировать. Это больше похоже на игру в рулетку. Иногда выпадает ее номер, но гораздо чаще приходится терять время и деньги.

Колокольчик над дверью звякнул, и Эдем, распахнув глаза, увидела, как Нэнси, помощница управляющего "Хот Стафф", заходит с полным подносом кофе и пирожных. Энди жестом указал ей на свой стол.

Эдем зажмурилась, пытаясь думать о "ведьме".

Вместо этого она учуяла запах корицы и кофе.

Ммм, свежеиспеченные булочки с корицей. Ее желудок громко заурчал.

— Эй! — воскликнула Нэнси. — О Боже, я ее просто обожаю! Не могу дождаться вечера, чтобы увидеть ее лично на сегодняшней презентации. Эдем, а ты идешь?

Эдем вновь открыла глаза.

Энди хмуро уставился на Нэнси.

— Ты это о чем?

Нэнси схватила портрет ведьмы, который вчера набросал Дэррак.

— О Селине Шоу, конечно же. Она такая классная!

Глава 15

Никто и глазом не успел моргнуть, как Эдем, вскочив на ноги, оказалась на другом конце комнаты.

— Ты знаешь, кто эта женщина? — спросила она.

Нэнси кивнула.

— Конечно. Её же все знают.

— Я не знаю. Кто она такая?

— Селина Шоу.

— Что за Селина Шоу?

— Самая классная писательница на свете.

— Писательница? Она что, сочиняет романы?

— Ничего подобного. Она пишет книги, которые вдохновляют женщин и помогают им обрести внутреннюю силу и гармонию.

— Книги по самосовершенствованию, что ли? — осторожно уточнила Эдем, на тот случай, если неправильно поняла Нэнси.

— Никакого самосовершенствования, — отрезала Нэнси так, словно это было оскорблением. — Её книги гораздо глубже. Селина Шоу — Ведьма Любви. Я даже слышала, что она зарегистрировала эту фразу как товарный знак.

— Ведьма Любви, — иронично пробормотал Дэррак.

Нэнси повернулась к нему, распахивая глаза.

— Здравствуйте. Кажется, мы не знакомы.

— Я Дэррак... брат Эдем. — Он протянул ей руку.

Нэнси крепко стиснула её.

— Вау. Привет. Я Нэнси. Рада познакомиться. То есть правда очень рада. Я и не знала, что у Эдем есть брат. Вы живете где-то поблизости? Я вас раньше не видела.

— Просто... приехал в гости.

— Здорово. Вместе с женой? Или, может, подружкой?

— Ну... — Дэррак осторожно высвободил руку из её хватки. — Вообще-то один.

— Ух ты, это здорово.

— Нэнси, — оборвала её Эдем. — Расскажите мне больше об этой ведьме любви.

Та неохотно отвела восторженный взгляд от Дэррака.

— Конечно, она не настоящая ведьма. Хотя всё может быть. Когда я прочла одну из её книг, меня будто околдовали. Благодаря советам Селины я бросила своего неудачника-мужа. Она словно между строк велела мне это сделать. — Нэнси улыбнулась и снова восхищенно уставилась на демона. — Кстати, с тех пор я одна. Ну, это так, к слову пришлось.

Эдем едва могла дышать от волнения. Она бросилась к компьютеру и набрала в строке поиска "Google" имя Селины Шоу.

Поиск выдал около полутора миллиона ссылок. Самой первой шел официальный веб-сайт.

Клик.

А вот и она сама. С монитора улыбалась сексуальная женщина. Тёмные идеально уложенные распущенные волосы. Ярко-зелёные глаза с черным кольцом вокруг радужки. Полные розовые губы. Её можно было принять за кинозвезду. Однако на самом деле она была гуру в области духовного совершенствования, и её прозвище — "Ведьма Любви" — красовалось на дизайнерском логотипе рядом с обложками двух книг-новинок: "Прокляни негодяя — обрети свободу" и "Ворожба – последний писк моды".

С обложек обеих книг улыбалась сама Селина в платье с глубоким декольте.

— Ну так ты идёшь? — спросила Нэнси.

— Куда? — пробормотала ошеломлённая Эдем. В какую-то секунду она уже отчаялась, что им никогда не удастся найти эту женщину, и вдруг... Эдем поверить не могла, что никогда о ней не слышала, ведь — ради всего святого! — та была самым популярным автором по версии "Нью-Йорк Таймс".

— На сегодняшнюю презентацию.

— Я... Эээ... — Эдем заморгала. — Где она состоится?

— В "Волдс Биггест Букстор"[6] на Эдвард-Стрит.

— А во сколько?

— В семь тридцать. Я приеду пораньше, чтобы занять место поудобнее. Так здорово. Не могу дождаться!

Эдем лишь молча буравила её взглядом.

Нэнси принялась чертить носком туфли по полу.

— Ну, думаю, мне пора. У меня там банановые кексы в духовке остались. Так что, вечером увидимся?

— Да, конечно. До встречи.

— Здорово!

Нэнси вышла, одарив напоследок Дэррака влюбленным взглядом.

Энди повесил трубку. Он даже не обратил никакого внимания на их разговор.

— Дэррак, — окликнула демона Эдем, изучая сайт. — Эта Селина даже в шоу Опры участвовала. И ты никогда о ней не слышал?

Он лишь пожал плечами.

— Мои хозяева не были такими уж большими поклонниками телевидения. — Он сделал паузу. — Хотя нет, один безумно обожал мыльные оперы. А другой испытывал нездоровую страсть к клоунскому порно. Я же старался это блокировать.

Эдем передёрнуло.

— Это и правда она?

Дэррак встал рядом с ней и наклонился к монитору; Эдем почувствовала жар, исходивший от его тела.

— Она, — мрачно подтвердил он.

— Так почему же ты не рад? — Ошеломление Эдем за секунды сменилось облегчением. — Вот и всё. Она в Торонто, как ты и говорил. И мы знаем, где она будет сегодня вечером.

— Неужели это такой большой книжный магазин?

— Ну, похоже, что так.

— Но он крупный? Чем это определяется: размером площади или количеством книг на складе?

— Количеством книг, наверное. Да какая разница? Это огромный магазин, и она будет там. Ты же именно этого ждал триста лет, а я почему-то не вижу в твоих глазах ни намёка на радость. Твоё проклятие будет снято. Ты будешь волен идти куда пожелаешь. А я не умру через год, так что это стоит отпраздновать.

Дэррак повернул голову и оказался совсем близко к ней, лицом к лицу. Он заправил прядь каштановых волос Эдем за ухо, и его ладонь задержалась на её щеке. Одного прикосновения хватило, чтобы изгнать холод, который Эдем теперь постоянно чувствовала днём.

— Я счастлив. По-другому и быть не может.

— Но?

— Но, наверное, я буду немного по тебе скучать. Ничего не поделаешь. — Он провёл пальцем по её нижней губе, и Эдем неожиданно почувствовала мощный всплеск желания.

— Эй, — сказал Энди. — О чём это вы двое, черт возьми? И эээ... Эдем, твой брат всегда так нежно прикасается к тебе? Мне даже как-то не по себе.

Она отступила на шаг от Дэррака.

— У нас очень любящая семья.

— Кажется, есть другое слово для выражения подобной любви.

Проклятье. Они же с Дэрраком вовсе не обнимались или занимались чем-то совсем неприличным.

Это все чертова карта Дьявола с её похотливым значением.

Эдем принялась наводить порядок на своём столе, складывая разбросанные бумаги в аккуратные стопки.

— Не обращай внимания, Энди. Просто радуйся, что тебе принадлежит пятьдесят один процент вновь процветающего агентства.

— Отличная мысль. Я уже выбросил подозрительную любвеобильность твоего брата из головы. А как долго Дэррак будет у тебя гостить? — поинтересовался Энди. — Может, нам стоит взять его на работу?

— Вообще-то я рядом стою, — заметил Дэррак. — И, насколько помню, вполне способен отвечать самостоятельно.

— Вряд ли он задержится. — Эдем с удивлением поняла, что при этих словах её охватило странное чувство потери.

Откинувшись на спинку стула, Энди наконец закурил свою сигару и принялся медленно пускать клубы дыма.

— Он собирается... ну, домой?

— Да, и уже скоро.

Дэррак вернется в Преисподнюю. Или в ад. Ну или где он там жил.

Там жарко? Течет эта огненная река, про которую всегда рассказывают? И там всё совсем по-другому, не как здесь? На что оно вообще похоже?

У Эдем было много вопросов, и она сомневалась, что хочет узнать ответы на них.

Снова зазвонил телефон, и Энди, схватив трубку, прижал её к уху.

— "Трипл-Эй" с радостью слушает вас.

— Мне давно пора вернуться домой, — согласился Дэррак. — Наверное, именно поэтому я и не прыгаю от радости. Слишком привык к тому, как обстоят дела, и с трудом могу поверить, что всё может измениться.

— Сегодня вечером мы пойдём и поговорим с ней.

— И тогда ты снова будешь предоставлена самой себе? — спросил Дэррак. — Ну, во всяком случае, так оно будет выглядеть.

— Точно. Слушай, может, у тебя есть идеи, что ей сказать?

— Думаю, сперва лучше просто попросить у неё автограф и приглядеться. Я уже говорил, что она опасна и может недружелюбно отнестись к взявшемуся из ниоткуда гостю из своего прошлого.

— Даже если я куплю пару её книг? — Эдем щелкнула по ссылке, ведущей на страничку с отзывами. — Они выглядят весьма интересными.

"Прокляни негодяя — обрети свободу".

"Ваш мужчина — изменщик? Ублюдок, мерзавец и скотина? Прямо при вас пялится на других женщин? И вы думаете, что заслуживаете гораздо большего? Селина Шоу, автор нашумевшей книги "Миллион ведьм", шаг за шагом проведёт вас по пути магического самопознания. Результат последует незамедлительно! Ваш бывший мистер Идеал станет есть из ваших рук, а вы наконец сможете с лёгкостью вышвырнуть этого сифилитика за дверь".

Селина помогла мне раскрыть в себе магию, и с её помощью я сумела отомстить своему бывшему. Это потрясающе!

Кэти Килборн.

автор книги "Целительная магическая сила секса"

Дэррак моргнул.

— Мы пойдём туда. Осмотримся. А затем решим, как лучше обратиться к ней. Идёт?

— Конечно.

На главной странице сайта висело объявление, что Селина прибыла в Торонто на прошлой неделе, чтобы провести здесь небольшой отпуск в самый разгар своего путешествия-презентации. Кульминацией её пребывания в городе станет автограф-сессия. Дэррак был прав, когда говорил, что ведьма где-то рядом.

Она казалась вполне симпатичной и выглядела совсем молодой, даже моложе Эдем. И это несмотря на то, что прожила три столетия.

Каково это — быть красивой, могущественной и бессмертной?

Не откладывая больше неприятный разговор, Эдем позвонила Фей и доложила ей всё, что выяснила насчёт Ричарда. Хотя та была шокирована и расстроена известием, что телом её мужа завладел дрифтер, уже через секунду в её голосе прозвучало облегчение.

— Ну конечно, — сказала она. — И почему я раньше не заметила?

— Похоже, дрифтеры те ещё притворщики.

— Я знаю. А что насчёт женщины?

— Она его любовница. Но поскольку это не совсем Ричард, я не знаю, можно ли расценивать их отношения как измену.

— Да, наверное. Я не преувеличу, если скажу, что вы спасли мне жизнь. И сработали при этом очень оперативно.

— Только будьте осторожны. Ваш муж не слишком-то обрадовался, заметив меня. Он может быть опасен.

— Я всё улажу теперь, когда знаю, в чём дело.

— И всё же прислушайтесь ко мне и будьте настороже.

— Я сразу же вышлю вам чек. Вы сняли такой груз с моих плеч. — Её голос звенел от волнения. — Я знала, что муж любит меня. В этом у меня не было сомнений. Спасибо вам, Эдем. Огромное спасибо.

— Не за что.

Счастливый клиент. А это оказалось здорово — знать, что ты кому-то помогла. Может, Дэррак и прав. Может, подобная "помощь другим" на какое-то время придаст её жизни смысл. Особенно, если всё заканчивается хорошо.

Надо лишь забыть о том, что клиенты "Трипл-Эй" — Иные.

А тот факт, что Дэррак скоро покинет её, не означает, что Эдем должна тут же забыть обо всём, что она видела за последние пару дней. Да и вряд ли она сумеет всё это выбросить из головы, даже если попытается. Вот только когда Дэррак уйдет, будут ли клиенты по-прежнему обращаться в "Трипл-Эй"? Останется ли здесь паранормальный магнит для потустороннего?

Ну, в любом случае, её личная жизнь вернётся в нормальное русло.

Всё будет хорошо. Надо лишь привыкнуть. И это не значит, что она обо всём забудет.

Телефон снова затрезвонил. Эдем никогда не обращала внимания, сколько раз он звонил раньше, до этого дня, но сегодня он буквально разрывался. Энди поднял трубку, чтобы пропеть своё необычное весёлое приветствие.

— Эдем, это тебя.

Она взяла трубку.

— Эдем Райли.

— Эдем, привет. Прости, что не позвонил раньше.

Узнав голос Бена, Эдем прикусила нижнюю губу.

— Я думала, ты вообще не позвонишь после всего, что случилось вчера вечером.

— Почему? Разве стряслось что-то необычное?

Эдем с удивлением расслышала в его голосе улыбку.

— Так, была парочка моментов.

— Ты занята сейчас? Я хотел бы увидеться.

— Ммм... занята? — Откинувшись на спинку кресла, она принялась накручивать телефонный провод на палец. — Есть немного, но не так уж и сильно.

— Это хорошо.

Эдем услышала звон колокольчика над дверью и подняла голову. В офис, прижимая к уху мобильник, зашёл Бен. Он опустил руку, захлопнул крышку и запихнул телефон в карман.

— Вопрос в том, — сказал он, — хочешь ли ты видеть меня.

Улыбнувшись, Эдем привстала, чтобы вернуть телефонную трубку на место.

— Ну конечно. Правда, вчера вечером... В общем, мне так жаль.

— Ты имеешь в виду ту пощечину?

Она заставила себя не оглядываться на Дэррака, стоявшего слева, возле окна.

— Помимо всего прочего.

Бен склонил голову.

— То есть на самом деле ты вовсе не хотела меня бить?

— Конечно, нет.

— Потому что я уж думал, что не стоило мне лезть с поцелуями.

— Это было в корне неверное предположение, — Эдем встала из-за стола. — Хотя я понимаю, почему ты так подумал. Пощечина и всё такое.

Он кивнул, пару секунд пристально буравил её взглядом, а затем в два шага преодолел расстояние между ними, не обращая внимания на Энди и Дэррака.

— Тогда есть смысл выяснить всё прямо сейчас, чтобы это больше не было проблемой.

— О чём это ты?

Обхватив её лицо обеими руками, он крепко поцеловал Эдем в губы. Распахнув глаза, она ощутила прикосновение его рта, но в следующую секунду он уже отпустил её.

Бен улыбнулся.

— Вот теперь мне гораздо лучше.

— Я... ух ты, этого я не ожидала.

— Тебе не хватило времени уйти в оборону. — Его улыбка вдруг исчезла. — Это значит, мне не стоит повторять?

— Нет, я этого вовсе не говорила. Даю тебе официальное разрешение делать так снова. — Эдем откашлялась. Поцелуй полицейского получился замечательным. Бен выглядел жутко довольным собой, хотя за его спиной, сжимая кулаки, стоял огнеглазый демон.

— Если бы я не был так занят, — громко заявил Энди. — То выяснил бы, что последнее время с тобой творится, Эдем. Я, наверное, слишком любопытный. Кто этот парень?

— О. Это Бен Кравец. То есть детектив Бен Кравец. Бен, это мой партнёр по бизнесу — Энди МакКой.

Энди наклонился через стол и протянул руку. Бен пожал её.

— Приятно познакомиться. Рад видеть, что кто-то всё же заставляет нашу маленькую отшельницу Эдем развлекаться.

— Энди! — Лицо Эдем вспыхнуло.

— Ты же знаешь, о чём я. Ты не можешь вечно зависеть от брата, особенно учитывая его состояние.

— Я и не знал, что у тебя есть брат, — заметил Бен.

— Ага, — Она снова откашлялась. Это дало пару секунд, чтобы собраться с мыслями. — Хм... А это Дэррак.

Бен медленно обернулся к демону. Эдем вздохнула с облегчением, увидев, что глаза того вновь приобрели свой нормальный голубой цвет. Довольно непросто было бы объяснить, почему у её "брата" в зрачках полыхает пламя.

Мужчины оказались одного роста. Эдем даже не замечала этого, пока они не встали рядом. Светлые волосы Бена были коротко подстрижены, тёмная шевелюра Дэррака — растрёпана. Бен сегодня надел выцветшие джинсы и белую рубашку, сверху на которую накинул тёмно-коричневую куртку, Дэррак же, как всегда, с головы до ног был затянут в чёрное. Оба они могли похвастать широкими плечами и мускулистой грудью.

Бен улыбался. Дэррак — нет.

— Привет, — протянул ему руку Бен. — Рад познакомиться.

Дэррак не принял её.

— Ты всегда целуешь женщин, не дожидаясь их позволения?

Улыбка Бена немного угасла.

— Наверное, в твоих глазах это выглядело не слишком-то хорошо.

— Да, пожалуй.

— Всё замечательно, — вставила Эдем. — Правда.

— Ухаживаешь за моей... сестрой? — поинтересовался Дэррак.

Бен выдавил лёгкий смешок.

— Не думал, что сегодня буду представлен её родственникам. Хотя... конечно. Я подыграю. Да, мне нравится Эдем. Даже очень.

— Но ты ведь терпеть не можешь экстрасенсов. Закрываешь глаза на всё сверхъестественное.

— Ну, я бы не сказал, что прямо-таки закрываю. Хотя да, я скептик. Но Эдем вовсе не пытается гнуть ложки силой мысли или вытворять подобные фокусы.

Дэррак скрестил руки на груди.

— Фокусы, значит? Сгибать ложки — это очень серьёзный дар. Если тебе когда-нибудь доведётся встретиться с телекинетиком, которому будет это под силу, я бы посоветовал не злить его.

Бен недоверчиво уставился на него.

— Ты это серьёзно?

— Убийственно серьезно. — Дэррак с отвращением смотрел на копа. — И для тебя в порядке вещей бросать женщину возле ресторана, чтобы она добиралась домой сама?

Бен обернулся к Эдем.

— Я сказал бы, что у нас получился неудачный старт. Возникла пара проблем, которые пришлось уладить.

Да, и одной из них был Малкольм. Эдем сгорала от любопытства, ей хотелось узнать, чем у них вчера всё закончилось.

— Вчера всё прошло нормально? — спросила она.

Бен кивнул.

— Я обо всём позаботился. Он сказал, что больше тебя не побеспокоит.

Ей с трудом верилось, что всё оказалось так просто.

— Что ж, спасибо, что поговорил с ним.

— Может, нам троим следует куда-нибудь выбраться? — Бен обернулся к Дэрраку. — Мы сможем познакомиться поближе, и ты увидишь, что я не такой уж плохой парень.

— Я скоро уеду, — ответил Дэррак. — Так что такой возможности у нас не будет. Просто хочу убедиться, что оставляю Эдем в безопасности, в надежных руках.

— Так и будет, — Бен улыбнулся, бросив быстрый взгляд в сторону Эдем. — На мои руки ещё никто не жаловался.

Уголки рта Эдем дрогнули, но улыбка тут же исчезла, когда она увидела, как при этом небрежном замечании в глазах Дэррака вновь вспыхнул огонёк.

— Думаю, тебе уже пора, — твердо заявил демон.

— Неужели? — Голос Бена тоже стал несколько прохладнее. — Слушай, парень, я вижу, что ты заботишься о сестре, но совершено не понимаю твоего отношения. Мы едва познакомились. Ты совсем меня не знаешь. Так что я предпочёл бы, чтобы ты сменил тон. Может, я и не идеален, но Эдем запросто может нарваться на кого похуже.

— Или гораздо лучше, — иронично заметил Дэррак.

Бен шагнул к нему, прищурившись и склонив голову набок.

— Да ну?

Дэррак уперся ладонью ему в грудь, отталкивая от себя.

— Да.

— Так, ладно, — вмешался Энди. — Думаю, уже хватит. На этой неделе нам уже ломали дверь. Одного раза вполне достаточно. Если вы двое собираетесь помахать кулаками, идите на улицу.

— Помахать кулаками? — переспросил Дэррак.

— А ещё, — продолжил Энди. — Дэррак — особенный, и думаю, он просто иногда не совсем понимает, что несёт. Он всего лишь защищает сестру.

— Особенный, да? Спорный вопрос, — фыркнул Бен. — Эдем, скажи своему брату, пусть отстанет от меня. Он ещё не знает, с кем связывается.

Вообще-то они оба не знали.

— Дэррак, — грозно велела Эдем. – Живо, назад. Немедленно.

Красивое лицо Дэррака медленно расплылось в улыбке. Подняв руки, он отступил от полицейского.

— Конечно, сестрёнка. Как скажешь.

— Наверное, мне стоит уйти, — сказал Бен.

— Отличная идея, — согласился Дэррак.

Бен сузил глаза.

— Эдем, я позвоню тебе позже. Может, мы сумеем начать с того места, где остановились. Когда вокруг будет меньше народу.

Она проводила его до двери.

— Звучит неплохо. И прости за Дэррака. Он слишком опекает меня.

— Вижу.

— Ещё увидимся.

Бен не отрывал глаз от Эдем.

— Очень рассчитываю на это. — Опустив голову, он вновь прильнул на секунду к её губам. — Пока.

Мужчина вышел, бросив напоследок на Эдем взгляд через плечо, прежде чем сесть в машину.

Снова зазвонил телефон. Энди схватил трубку.

Эдем хмуро уставилась на демона.

— Ты мог быть ещё менее дружелюбным?

Тот пожал плечами.

— Я мог убить его. Пожалуй, это было бы менее дружелюбно.

— Дэррак!

— Ничего не мог с собой поделать.

— Конечно, мог. Ты даже не пытался.

Дэррак, стиснув челюсти, несколько секунд смотрел на Эдем, затем наконец медленно выдохнул.

— Не хочу видеть, как он причиняет тебе боль.

— Ценю это, но я предпочла бы, чтобы ты не лез в мои дела.

— У него грязные намерения. Он хочет заняться с тобой сексом. Я это вижу.

— Вообще-то я рассчитываю на это.

— Он нравится тебе?

— Разве не очевидно?

— Ты влюбилась в него?

— Влюбилась? — переспросила она. — Это уже слишком. Он мне нравится, и я хотела бы снова с ним встретиться, чтобы понять, какие отношения нас ждут в будущем.

Пару дней назад она почти что подбирала себе платье на свадьбу с Беном, а теперь, когда он, кажется, отвечал ей взаимностью, её чувства несколько угасли. С чего бы это вдруг?

Чёрт. Это всё из-за Дэррака. Он ей в самую душу залез — в самом буквальном смысле, — как бы Эдем ни пыталась сопротивляться этому. И он же разрушил всю её виртуальную подготовку к свадьбе с полицейским.

Дэррак обернулся к Энди, как раз повесившему трубку.

— А что ты думаешь о копе?

— Я? – ткнул себя тот пальцем в грудь. — Не знаю. Мне он показался славным. Тут я соглашусь с твоей сестрой, приятель. Ты слишком остро отреагировал. Он выглядит нормальным парнем с хорошей работой. Готов поспорить, он не прячет где-нибудь трёх жен и десяток детей. Эдем с ним будет хорошо. А когда ты вернёшься домой, я за ней пригляжу вместо тебя, идёт?

Дэррак на секунду прикрыл глаза.

— Я "слишком остро реагирую". Что, чёрт возьми, со мной не так? Я никогда таким образом себя не вёл. Никогда.

— Ты просто не принимаешь свои таблетки. Без них у тебя нервы скачут, сынок.

Зрачки Дэррака расширились.

— Давай кое-что проясним. Я не умственно отсталый. Я не живу в психушке. И если ты ещё раз назовёшь меня "приятель", дружище" или "сынок", будешь доставать свой "Порше" со дна озера Онтарио.

Энди бросил на Эдем удивлённый взгляд.

Она сглотнула. Взгляд сквозь стеклянную дверь подтвердил её опасения: солнце висело совсем низко над горизонтом.

— Эээ... Нам пора. У меня ещё много дел.

— Хорошая идея, — отозвался Энди. — Хм... пока, Дэррак. Прости за все эти эээ... недоразумения. И на тот случай, если мы больше не увидимся: был рад с тобой познакомиться.

Дэррак натянуто улыбнулся.

— Аналогично.

Эдем, схватив сумочку, вышла вслед за демоном из агентства. Она была просто в бешенстве от его поведения, поэтому, не говоря ни слова, просто направилась к автомобилю.

— Прости, мне очень жаль, — сказал Дэррак спустя несколько минут, как они отъехали.

— О нет, тебе не жаль.

— Я серьёзно. Не хотел тебя обидеть. Я не могу отрицать, что иногда веду себя как идиот.

— Ты не идиот, — ответила она.

— Разве?

Она вздохнула.

— Знаю, что как-то по-своему ты пытаешься быть полезным. Делаешь то, что подсказывает тебе сердце. — Она искоса взглянула на Дэррака. — У тебя же есть сердце? Я слышала, как оно билось.

Он помедлил с ответом.

— Анатомия демонов довольно путанная.

Вовсе не тот ответ, на который Эдем рассчитывала.

— Можно спросить, что за фокус с огненными глазами?

Он нахмурился.

— Что?

— Иногда у тебя в глазах словно языки пламени танцуют. Обычно когда ты злишься или расстраиваешься.

— В самом деле?

— Да. Это весьма странно.

Он несколько раз моргнул.

— Конечно, это всё из-за того, кто я и откуда. Я ведь не человек и никогда им не был. Мои глаза — как и всё остальное – порождение огня Преисподней. Иногда, если я теряю над собой контроль, это становится заметно. К счастью, когда я злюсь, всё же держу себя в руках.

— А что может случиться? — Эдем закусила нижнюю губу, дожидаясь его ответа.

— Наверное, лучше тебе не думать об этом. Честно.

— Не хочешь, чтобы меня после мучили ночные кошмары

— Да, не хотелось бы. — Он откашлялся. — Знаю, что я, с пылающими глазами и без них, делаю твою жизнь весьма и весьма непростой. Будь я человеком, а ты — демоном, не уверен, что справился бы с подобным так, как это делаешь ты.

— Я ценю такое доверие. — Гнев Эдем быстро иссяк. — Так ты ненавидишь Бена, потому что не хочешь, чтобы он причинил мне боль?

— В основном, да.

А ещё потому, как Дэррак уже признался, он ревнует. Всё ещё больше запутывалось. Эдем включила было радио, но тут же выключила его, прежде чем успела заиграть музыка.

— А если бы на его месте был кто-нибудь другой? Энди, например?

— Он слишком стар для тебя.

— Ему и пятидесяти нет.

— Всё равно.

— Ты говорил, тебе тысяча лет. Или даже больше.

Дэррак отвернулся к окну.

— Я тоже слишком стар для тебя.

Это заставило Эдем замолчать. Надолго.

Затем наконец она спросила:

— Ты волнуешься из-за сегодняшней встречи с ведьмой?

— Да.

— Почему?

Он повернулся, чтобы взглянуть ей в глаза.

— Прошлый раз, когда я с ней виделся, она в приступе гнева уничтожила моё настоящее тело. Смею предположить, что ведьма надеялась уничтожить меня самого. Вряд ли она будет рада узнать, что у неё не вышло.

— Чем ты так разозлил её? — Эдем не верилось, что она до сих пор не спросила его об этом.

— Разве мне надо было что-то делать? Она же чёрная ведьма. Они все психически неуравновешенные. Всякий раз, когда они прибегают к магии, тьма всё больше поглощает их души.

— Я думала, для демона это вполне нормально.

Дэррак поднял бровь.

— Ты по-прежнему так обо мне думаешь?

Эдем крепко вцепилась в руль, поворачивая на перекрестке налево.

— Всё время забываю. Ты же хороший демон. Ты приходил на землю, чтобы поймать сбежавших из Ада подонков. И много их было?

Дэррак зарылся пальцами в тёмные волосы.

— Больше, чем ты хотела бы знать.

— Как им удавалось сбежать?

— Есть лазейки. Магические трещины или двери между мирами. Некоторые создания чувствуют подобные дыры и залатывают их. Другие выступают как привратники, следя за самыми крупными лазейками.

Эдем сглотнула.

— Создания?

— Ты точно хочешь знать о них?

— Не уверена.

— У тебя голова от всего этого лопнет.

— Кажется, это вот-вот случится. Но кто же такие эти привратники?

Дэррак откинулся на спинку сидения.

— Обычно ангелы, добровольно покинувшие свою обитель, чтобы защищать людей от тех, кто подстерегает их в ночи. А иногда это демоны, которым даётся аналогичное задание, только уже другой стороной.

— Ангелы, — безжизненно повторила Эдем.

— Да.

— Кажется, меня сейчас стошнит.

— У тебя такой чувствительный желудок. Вот видишь? Поэтому мне и не хочется вдаваться в детали. Я и так уже перевернул весь твой мир.

— Не настолько, чтобы изменить его навсегда. А ты имел дело с ... ангелами?

Он громко расхохотался.

— Нет, у ангелов предрассудки насчет демонов. У них не настолько широкие взгляды, как ты думаешь.

— Они не верят, что демоны бывают хорошими?

— Признать это — значит признать и то, что ангелы могут быть злыми.

По спине Эдем пробежали мурашки.

— В этом есть смысл.

— В любом случае, когда я говорю, что хороший демон, то вовсе не имею в виду, что я какой-то там бой-скаут. Я не такой уж белый и пушистый.

— Я всё равно не поверила бы, даже попытайся ты мне это доказать.

Эдем чувствовала, что Дэррак не отрывает от неё глаз, но всё же не поворачивалась к нему. Не стоит отвлекаться от дороги — демон слишком уж притягивал к себе внимание.

— Так ты веришь, что я не столь уж плох?

— Да, — без малейших колебаний сказала Эдем и вздрогнула, когда почувствовала, как её руку накрыла тёплая ладонь демона.

— Спасибо, — прошептал он. — Это значит для меня больше, чем ты думаешь.

Он не отпускал её руку, а Эдем не стала вырываться.

— Тебе лучше остановить машину, — предложил Дэррак.

— Зачем?

— Потому что наше время почти пришло.

Солнце медленно тонуло за горизонтом, вспыхивали уличные фонари. Эдем съехала на обочину и припарковалась возле парка. Дэррак сплел их пальцы, и от одного этого контакта Эдем охватило тёплое чувство. Слишком тёплое.

— Знаю, это доставляет мало удовольствия нам обоим, — сказал он.

Было жутковато, конечно, но момент, когда Дэррак вселялся в её тело, был далеко не неприятным.

— Не сопротивляйся, — отозвалась Эдем. — Может, тебе будет не так больно.

— Но...

— Поверь мне. Я смогу это пережить.

Это ещё мягко сказано.

Кивнув, Дэррак заглянул ей в глаза.

— Хоть я и буду с тобой сегодня вечером, но хочу, чтобы ты знала, что сейчас, когда мы так крепко связаны с тобой, тебе надо быть осторожной с Селиной.

— Буду.

— Она опасна.

— Я поняла. Буду осторожна. Не хочу превратиться в лягушку.

— Ну... Из тебя бы вышла очаровательная лягушка.

— Лягушки не бывают очаровательными.

Эдем ждала, что Дэррак вселится в неё, но он медлил.

— Чего ты ждешь?

— Я не жду. Я думаю.

— О чем?

Дэррак странно взглянул на неё и вытянул руку, наматывая длинный локон на палец. Эдем не стала мешать ему, хотя понимала, что стоило.

— Дэррак... — начала она, даже не зная, что именно собирается сказать.

— Я думаю о том, почему так сильно ненавижу мистера Красавца.

— И почему же?

— Потому что в будущем он получит вот это.

Дэррак наклонился и поцеловал ее.

Эдем даже не осознавала, как сильно желала этого. Она должна была жаждать поцелуев и объятий Бена. Он ведь ей нравился. Он был обычным мужчиной — замечательным мужчиной. Он привлекал её обеспеченным и счастливым будущим. А Дэррак... он был совсем другим. А его поцелуи превращались в наркотик.

Эдем вытянула руки, но ладони прошли сквозь его тело, обратившееся в чёрный дым. Она открыла глаза как раз в тот момент, когда дым исчез внутри неё. Это мгновенно напомнило о том, что он вовсе не человек... Он демон.

Она всё время забывала об этом маленьком, но многозначительном факте.

Глава 16

Час спустя Эдем зашла в двери книжного магазина и сразу же увидела знакомое лицо. Нэнси, бариста из кофейни, сидела в первом ряду битком набитого зала. В отделе "Горячих новинок", где должна была проходить автограф-сессия, остались лишь стоячие места.

Эдем обнаружила здесь и другую знакомую — в другом конце комнаты устроилась Ванесса, та самая экзотическая танцовщица, плохо разбирающаяся в мужчинах. Заметив Эдем, она замахала ей рукой.

Та махнула в ответ, чувствуя неловкость от того, что так много людей пришло увидеть опасную трехсотлетнюю ведьму, налево и направо бросающуюся проклятиями... пусть даже на фотографии она выглядела безупречно.

Эдем напомнила себе поговорить потом с Ванессой о дрифтере, ныне известном как Ричард. Она полагала, что Фэй, скорее всего, уже уладила проблему со своим мужем. По телефону ее голос звучал очень решительно.

— Нервничаешь? — спросила она, почувствовал волнение Дэррака. Он не произнес ни слова с того момента, как на закате вселился в нее, но она ощущала его присутствие тревожной тяжестью в груди.

— Да, — отозвался он.

— Все пройдет хорошо.

— Конечно. Не переживай.

Это прозвучало не так уж уверенно.

Эдем нашла местечко в толпе и принялась ждать, прислуживаясь, как преимущественно женская аудитория болтает о том, с каким нетерпением они ждут личной встречи с Селиной, и как ее книги позволили им изменить свои жизни к лучшему.

Не было слышно ни единого упоминания черной магии, тритоньих глаз, кошачьих хвостов и всяких зловещих предзнаменований.

Это был хороший знак.

Сотрудник магазина вышел к трибуне перед аудиторией.

— С большим удовольствием представляю вам всемирно известного автора бестселлеров Селину Шоу, Ведьму Любви. Поприветствуем ее!

Толпа взорвалась аплодисментами, и тревога Эдем усилилась, когда перед читателями возникла женщина, одетая в облегающее белое платье. На ее плечи было накинуто опять-таки белое боа. Наряд контрастировал с черными волосами и зелеными глазами. Она выглядела точно так же, как на снимке с сайта.

— Это она? — спросила Эдем, затаив дыхание.

— Да. — В голосе Дэррака сквозило напряжение.

— Она всегда была такой красивой?

— Да.

Отрывисто брошенное слово вызвало у Эдем волну новых неожиданных эмоций. Она что, ревнует?

Ревнует Дэррака, подтвердившего, что ведьма, которая пыталась три столетия назад уничтожить его, — красавица? Какой во всем этом смысл?

— Добрый вечер, — проговорила в микрофон Селина, улыбаясь своим гостям. — Большое спасибо, что заглянули к нам сегодня вечером.

Последовал очередной взрыв аплодисментов.

— Вот моя последняя книга, "Прокляни негодяя — обрети свободу". Кто-нибудь уже читал ее?

Снова аплодисменты, сопровождаемые энергичным свистом.

— Я поражена! Почти все из присутствующих держали ее в руках, а ведь она вышла только на прошлой неделе.

— Селина, вы лучшая! — крикнула женщина из второго ряда.

Писательница махнула рукой кричавшей.

— И вы тоже. Спасибо. Правда! Это здорово. Так, почему бы нам не начать с ваших вопросов? А потом я зачитаю вам отрывок, и мы перейдем к подписям ваших книг. Согласны?

Десятки взметнувшихся рук подтвердили согласие.

— Слушаю. — Селина указала на женщину в первом ряду.

— Ой, я так волнуюсь, — сказала та, поднимаясь со своего места. — Я ваша большая поклонница. Просто фанатка.

Селина сняла микрофон со стойки.

— Я так благодарна вам за это. И о чем же вы хотели спросить?

— Хотелось бы узнать, есть ли сейчас в вашей жизни мужчина, или может, у вас был кто-то прежде, кто вдохновил вас на написание всех этих книг о женском потенциале?

— Отличный вопрос. Да, я сейчас кое с кем встречаюсь. — Селина улыбнулась, демонстрируя идеальные белые зубы. — А хотя черт с ним. Я встречаюсь сразу с двумя парнями. Зачем себя в чем-то ограничивать?

Зал разразился смехом.

— Знают ли они друг о друге? — последовал вопрос.

— Да, и честно говоря, мне кажется, иногда друг другу они нравятся гораздо больше, чем я им… если вы понимаете, о чем это я. — Она подмигнула, и толпа снова рассмеялась. — Я стараюсь не относиться к своей личной жизни слишком серьезно. Есть немало куда более важных вещей. И я не думаю, что мы должны выстраивать нашу жизнь вокруг мужчин. Ведь они-то так не делают?

— Нет, черт возьми, — уверенно отозвалась женщина.

— Конечно, есть исключения, — продолжила Селина. — Но их очень, очень мало. А в целом, что мы должны сделать с мужчинами?

Она направила микрофон в сторону зала.

— Проклясть негодяев! — хором завопила аудитория.

— Это, наверное, самое ужасающее зрелище из всего, что я только видел, — пробурчал Дэррак. — А уж я-то, поверь, многого навидался.

Эдем лишь вскинула брови. Это слишком походило на культ. Культ мужененавистницы в белом.

— А что касается моего прошлого... — Селина расплылась в улыбке, будто позаимствованной у Чеширского Кота. — Разбивали ли мне сердце на тысячи осколков? Разумеется. Именно горе сделало меня женщиной, стоящей перед вами. Я жила. Любила. Околдовывала мужчин.

— Это еще мягко сказано, — неприязненно пробормотал Дэррак.

— Мало кто способен безболезненно пережить подобный разрыв. Но теперь я знаю, что надо сделать, чтобы защитить свое сердце, и помогу вам всем. Капелька белой магии изменит всю вашу жизнь и в будущем позволит вам склеить разбитое сердце.

— Белой магии? — фыркнул Дэррак. — Если она и правда так думает, то дамочка живет в мире грез.

— Может, она изменилась? — тихо возразила Эдем, стараясь, чтобы ее не услышал никто, кроме Дэррака.

— Это невозможно.

Однако чем больше Эдем слушала Селину Шоу, тем сильнее верила ей. И дело было вовсе не в магии. Конечно, та предлагала простенькие заклятия со свечами, цветами и медитацией на лоне природы, но в словах Ведьмы Любви не было ничего порочного.

После интервью Селина принялась читать отрывок из книги, что еще больше укрепило Эдем в своем мнении.

— Она удивительная, — вынесла вердикт Эдем, скрестив на груди руки. — Не знаю, какой она была раньше, но думаю, что она изменилась. Она поможет нам, если мы попросим.

— Это тебе подсказывают экстрасенсорные способности? — В голосе Дэррака слышался неприкрытый сарказм.

— Мне не нужны экстрасенсорные способности, чтобы понять, что она вовсе не злая. Ты не допускаешь такой возможности?

— Она... — начал было Дэррак и замолчал. — Не знаю. Полагаю, это вполне возможно. Хотя вряд ли. Насколько я ее помню...

— Это же было так давно. Хочу взять у нее автограф. Просто расслабься и дай мне поговорить с ней.

Несмотря на все попытки Эдем говорить как можно тише, женщина, держащая в руках стопку книг, наградила ее удивленным взглядом.

— Не думаю, что это хорошая идея, — отозвался Дэррак. — Может, лучше уйдем?

Эдем встала в очередь.

— Нет. Еще рано. Просто расслабься и предоставь все мне.

— Ладно. Только потом не говори, что тебя не предупреждали.

Эдем решила не обращать внимания на тревожный холодок внутри, исходящий прежде всего от демона. Очередь продвигалась медленно. Селина сидела за столом, накрытым красной тканью, по обе стороны от нее возвышались стопки книг. С каждым читателем она, приветливо пожав руку, перекидывалась несколькими фразами. Дружелюбная улыбка ни не секунду не покидала ее лица. Была ли она искренней? Или Селина — просто хорошая актриса?

Наконец наступила очередь Эдем. Селина подняла голову.

— Здрасьте, — пискнула Эдем. Она и не подозревала, как сильно нервничает, пока не заговорила.

— И вам здравствуйте. — Селина потянулась к ней и взяла за руку. Пальцы писательницы были унизаны кольцами, на груди висел кулон — крупный серый камень на цепочке, достаточно длинной, чтобы позволить ему скользнуть в ложбинку между грудями.

— Спасибо, что пришли сегодня на эту встречу.

Эдем пыталась подобрать в ответ какую-нибудь небрежную фразу.

— Жаль, что я не узнала о вас полгода назад.

Селина изучала ее.

— Когда вам изменил жених?

Эдем распахнула глаза

— Ого, здорово. Как вы узнали?

— Я же Ведьма Любви. Могу распознать такие вещи с помощью простого прикосновения. — Она вдруг слегка нахмурилась и склонила голову набок. — Странно...

— Эдем, — шепнул Дэррак. — Думаю, нам пора уходить. Немедленно.

— Silentium! — рявкнула Селина, и ее пальцы больно впились в руку Эдем. Ведьма вскочила. — Ты осмелилась принести ко мне эту тварь?

У Эдем перехватило дыхание.

— Не понимаю, о чем вы.

Она принялась озираться в поисках кого-нибудь, кто мог бы ей помочь, но никто даже не глядел в их сторону. Очередь позади терпеливо ждала. По другим отделам магазина бродили посетители, лениво перелистывая книги или расплачиваясь на кассе.

Эдем больше не чувствовала присутствия Дэррака.

Селина обогнула стол и стиснула плечи Эдем раньше, чем та успела увернуться.

— Почему никто не видит, что происходит? — Эдем огляделась, и паника зашевелилась в ее груди. — Почему я не чувствую?.. — Ее голос оборвался. Она не хотела произносить это вслух.

Дэррак был прав. Селина опасная. Злая. И Эдем подошла к ней слишком близко.

— Почему ты больше не чувствуешь в себе демона? — закончила за нее ведьма. — Потому что я заглушила этого идиота.

Эдем открыла рот, чтобы ответить хоть что-то, но не смогла произнести ни звука.

— Поверить не могу, — забормотала Селина, шагая взад вперед перед столом. — Это ужасно. Просто неописуемо. Так он существовал все эти годы? Я должна была это знать. — Повернувшись к Эдем, она схватила ее за плечи и встряхнула. — С тобой все хорошо?

— Все ли со мной хорошо? — выдавила Эдем

— Да! — Та покачала головой. — Бедняжка. Прости, если я тебя напугала. Тебе ведь так много пришлось пережить. Но мне удалось его заглушить. У нас есть немного времени. Я могу избавиться от него прямо сейчас.

— Минуточку. О чем ты вообще говоришь?

Селина неуверенно выдохнула.

— Ты одержима демоном.

— Знаю.

— Триста лет назад я пыталась его уничтожить.

Эдем отступила от нее на несколько шагов.

— И это тоже знаю. Ты уничтожила тело, но не его сущность. Поэтому я и пришла сюда. Ты должна снять проклятие, которое наложила, чтобы я от него наконец-то избавилась.

Селина распахнула рот.

— Снять проклятие?

— Именно.

Та дотронулась до серого кулона.

— Проклятия я не снимаю. Ты что, не понимаешь? Ты одержима. Демоном из ада. Тебя это совсем не расстраивает?

— Попсихую позже. — Эдем умоляюще сложила руки. — Ты должна помочь нам.

— Помочь... вам? — удивленно повторила Селина и шагнула вперед. — Ты же на самом деле не считаешь демона своим другом?

Эдем отступила.

— Ну... Да, он мой друг.

Ведьма выглядела совсем сбитой с толку, но постепенно ее взгляд прояснился.

— Кажется, я поняла, что происходит. Ты всего лишь еще одна женщина, которой манипулирует мужчина. Причем не простой мужчина, а демон.

— Ты не знаешь Дэррака.

— Дэррака? — Селина закатила глаза. — Все еще хуже, чем я думала. А я-то надеялась, это будет спокойная, вполне себе мирная автограф-сессия. Ладно, слушай меня, постараюсь говорить достаточно медленно, чтобы ты поняла. Демоны не дружат с людьми. Никогда. Неважно, что он тебе наплел. Как тебя зовут, милая?

Эдем лишь помотала головой. Все и так шло как нельзя хуже, и ей не хотелось, чтобы чокнутая ведьма знала ее имя.

Раздраженно вздохнув, Селина закрыла глаза и протянула руку, коснувшись на мгновение плеча Эдем, прежде чем снова посмотреть на нее.

— Хорошо, Эдем, давай немного поболтаем.

— Как?.. — Эдем захлопнула рот. Она поняла, как Селина узнала ее имя – она ведь была ведьмой и, похоже, могла проникнуть в сознание и выкопать там нужную информацию.

— Точно, — с легкой улыбкой подтвердила Селина. — Приложив небольшое усилие, я могу с помощью телепатии выяснить все, что мне надо. Одна из привилегий. И я не смогла не заметить, что у тебя тоже есть интересный дар. Ты ведь медиум?

— Немного. Совсем чуть-чуть.

Селина настороженно рассматривала ее.

— Ты напоминаешь меня, когда я была еще человеком. Я чувствовала изменения в природе и могла предсказать бурю, даже если небо было ясным. В мое время такие таланты стоило держать при себе, чтобы избежать последствий.

Эдем оглянулась на очередь. Посетители, словно возле них не происходило ничего интересного и достойного внимания, замерли в ожидании, слушая музыку, льющуюся из радиоприемников.

— Могу себе представить.

Селина покачала головой.

— Вряд ли. Ты даже не знаешь, как это было тогда. Сегодня женщина может зайти в магазин и купить книгу по ведовству и демонологии — никто и глазом не моргнет. А раньше, если ты выходила замуж не девственницей, то считалась наложницей Люцифера.

— Но ты же стала черной ведьмой. Значит, приняла это в свою жизнь.

От ведьмы повеяло холодом.

— А демон многое тебе рассказал, да?

— Он... — У Эдем пересохло во рту. — Давай просто успокоимся. Мне не нужны неприятности.

— Тогда не стоило притаскивать его сюда. Он рассказал, как я стала черной ведьмой?

— Мы не поднимали эту тему.

— Мои способности предсказывать погоду привлекли внимание соседей. Мужчины в деревне сочли меня ведьмой. Мне удалось сбежать прежде, чем меня схватили; я нашла друзей, которые узнали о моих способностях, хотя я не сказала о них ни слова. Они научили меня, как управлять и развивать этот талант. Дали мне книги, которые я жадно изучила, пытаясь узнать как можно больше. Однако после моего побега вместо меня схватили мою сестру, обвинили ее в колдовстве и после нескольких недель пыток сожгли. Вот только у нее не было никаких способностей. Единственное ее преступление заключалось в том, что она пыталась защитить меня. — Голос Селины дрогнул. — Попробуй прожить три века с таким грузом на совести.

История была настолько ужасной, что Эдем с трудом верилось в нее.

— Мне так жаль...

— Не стоит. Это помогло мне понять, что источник всех бед кроется в мужчинах. И что со злом можно бороться только с помощью еще большего зла. В магических книгах я узнала, как вызывать демона, который мог дать мне столь необходимую силу и власть.

Облизнув губы, Эдем ткнула себя пальцем в грудь.

— Этого демона?

— Да. Я вызвала демона, которого ты называешь "Дэррак", и он помог мне стать черной ведьмой. Ну а остальное ты уже знаешь.

— Так значит, он помог тебе, — рассудила Эдем.

Селина расхохоталась:

— О, так наивно назвать то, что он со мной сделал, этим словом... Впрочем, это даже мило. "Помог мне". Конечно. Дай угадаю... Он рассказывал о себе, да? Что он абсолютно безобиден? Обожает людей? И вообще отличный парень?

Эдем не понравился снисходительный тон ведьмы.

— Его работа заключалась в том, чтобы выслеживать тех, кто сбежал из ада, и возвращать их прежде, чем они кому-то навредили.

Последовал еще один взрыв смеха.

— Это восхитительно. Да, некоторым демонам и правда дают подобные задания, но поверь, твой Дэррак не из таких.

У Эдем закружилась голова и ослабли ноги. Казалось, она в любой момент может грохнуться в обморок, увлекая за собой на пол пирамиды книг.

— Не хочу показаться жестокой, — продолжала Селина, заметив, как побелело лицо Эдем. — Как бы там ни было. И я вовсе не злая, в чем тебя наверняка уже убедил демон. Я хочу помочь тебе. Ты сейчас в ужасном положении, и надо быть слепым, чтобы этого не заметить.

— Ты должна снять проклятие и освободить его.

Та покачала головой.

— Он слишком опасен.

— Забавно. Он говорил то же самое о тебе.

Губы Селины скривились в улыбке.

— О да, не сомневаюсь. Бедняжка. Знаю, он может быть очень обаятельным, когда хочет. А он не обмолвился, как можно разрушить проклятие, если я откажусь?

— Нет.

Селина поджала губы.

— Он должен убить меня, голыми руками вырвать мое сердце. Прям-таки пустячок, правда? Хотя не знаю, как он собирается это провернуть, если у него нет тела.

— Мне надо сесть.

Селина помогла Эдем добрести до стола и усадила на свой стул.

— Я пойму, если ты не поверишь мне вот так сразу. Но позволь, я расскажу тебе правду. Дэррак — архидемон. Знаешь, что это такое?

Эдем покачала головой.

— Звучит не слишком оптимистично.

— Это демоны высшего ранга, обладающие невероятной силой. Они отчитываются лично перед самим Люцифером. Архидемоны черпают силу в одном из четырех элементов: земле, ветре, огне или воде.

— Разве это не R&B группа семидесятых[7]?

— Поверь, это совсем не то.

— Огонь... — задумалась Эдем. — Его глаза... когда он выходит из себя, в них словно полыхает пламя.

— Глаза? — в замешательстве переспросила Селина. — Как ты могла их видеть? Я же уничтожила его тело.

Эдем взглянула на ведьму.

— Он... Днем он может материализоваться.

— Это плохо. — Селина рухнула на стул рядом с Эдем, словно ноги отказались удерживать ее. — И он выглядит как обычный мужчина? Темноволосый, голубоглазый, высокий и...

— Сексуальный?

— Это он.

Эдем кивнула.

— Я спрашивала, это его настоящий облик, или он использует гламур, но он так и не ответил.

— Это ведь явное предупреждение, что он многое скрывает.

— Все дело в его инстинкте самосохранения. Дэррак не может его контролировать.

Селина покачала головой.

— Все он может. Просто не хочет. Он слишком самовлюблен. Как и все демоны.

— Архидемон. — Эдем покатала слово на языке. На вкус оно оказалось таким же отвратительным, как и на слух.

Селина кивнула.

— Прежде чем стать архидемоном, он был демоном низшего ранга — инкубом. Это стало одной из причин, по которым я призвала именно его. Инкубы охотятся на женщин и вытягивают из них силы, чтобы увеличить свои собственные. С помощью заклинания я смогла заставить его отдать эти силы мне. Так я и превратилась в черную ведьму.

Эдем не хотела больше ничего слушать. Она не хотела в это верить, но и выбросить из головы не могла. Уж слишком рассказ ведьмы походил на правду.

Дэррак был демоном. Злым демоном.

Потому что, дурочка, добрых демонов на свете не бывает.

Нет. Эдем по-прежнему не верилось. Возможно, Селина лжет. Пусть ее слова и звучат как правда, но в них может крыться двойной смысл.

— Дэррак... — после долгой паузы выдавила Эдем, — …он говорил, что если не снять проклятие, которое нас связывает, то через год я умру.

Брови Селины взметнулись.

— Ты это знаешь? Хоть тут он не соврал. Подумать только! У тебя год — это в лучшем случае. Он будет медленно, но верно вытягивать из тебя жизненную энергию. Так делают все демоны, и именно поэтому их надо уничтожать всякий раз, когда они подбираются слишком близко к смертным.

Голова у Эдем шла кругом от полученной информации.

— Я все равно не понимаю. Если ты, призвав его, получила, что хотела, то почему попыталась убить?

Селина вытащила из стопки книг одну и вцепилась в нее, как в своеобразный спасательный круг.

— Отчасти чтобы защититься от опасного демона, жаждавшего меня прикончить. Кроме того, я поняла, что поступила неправильно. Ничто — даже магия — не могло вернуть мою сестру. И уничтожение архидемона, проникшего в мир людей, должно было стать моим искуплением. Я попыталась. Но мне не удалось. — Она моргнула. — А теперь ты привела его ко мне на автограф-сессию. Тур ведь так хорошо начинался…

— Прости, что все так вышло.

Селина коснулась руки Эдем. Та постаралась не вздрагивать.

— Ты должна позволить мне уничтожить его. Так как именно я прокляла его, то мне удастся сделать это, пока он в отключке. Другого выхода нет.

Эдем отступила от нее.

— Нет.

Ведьма удивленно распахнула глаза.

— Нет? Разве я не убедила тебя, что хочу помочь?

Эдем неуверенно выдохнула.

— Ты дала мне немало пищи для размышления. Но... Я пока не готова. Только не сейчас. Не так.

— Когда же?

— Мне надо все обдумать.

— Ладно. Но думай побыстрее. — Селина открыла книгу, которую до сих пор сжимала в руках, и нацарапала на титульном листе номер телефона. — Я не могу заставить тебя силой. Ты должна пойти на это добровольно, иначе обряд, скорее всего, убьет и тебя. А я не хочу причинять вред тем, кто этого не заслужил. — Она коснулась кулона на груди. — Я больше не иду путем черной магии. Совсем. А убийство с помощью заклятий окончательно погубит мою душу. Позвони мне завтра. В противном случае я уеду и больше никогда не вернусь.

Она подвинула книгу в сторону Эдем. Та взяла ее.

— Я не знаю...

— Ты же говорила, он так и не сказал правду о своей внешности, — напомнила Селина.

— Точно. А еще он не назвал своего настоящего имени.

— Ох уж эти мужчины. Не хотят давать кому-то власть над собой. Трясутся за свои задницы. — Селина иронично улыбнулась. — Darrakayiis.

— Что? — удивилась Эдем.

— Его истинное имя. И еще одна причина, по которой ты можешь мне доверять. Я ведь чувствую, как ты этого не хочешь. Оказываю тебе эту услугу, чтобы показать, что я на твоей стороне.

Это прозвучало как Дэр-ра-каи-зиз.

Эдем запомнила имя, надежно спрятав его в дальний уголок памяти.

— А можно заглушить его с помощью этого имени?

— Да, но это уже чересчур. Знание имени даст тебе над ним власть, особенно если он ослаблен. А учитывая, какую я чувствую в тебе экстрасенсорную силу, и как тесно вы с ним связаны, ты сумеешь заглушить его усилием воли. На самом деле это не так уж сложно. — Селина провела ладонью по волосам, словно приводя прическу в порядок. — Не могу больше поддерживать маскирующее заклинание. Я немного выматываюсь, используя магию такого уровня. Прошу меня извинить.

— А что насчет?.. — Эдем ткнула себя в грудь. — Когда он вернется?

Та пожала плечами.

— Я неплохо его приложила. Он впал в спячку на какое-то время, а когда придет в себя, то не поймет, что же его вырубило. Позвони завтра, если тебе нужна моя помощь. А если нет, то удачи. Чертовски уверена, что она тебе пригодится.

— Спасибо.

— И эта книга — вовсе не подарок. Тебе придется заплатить за нее на кассе.

Эдем опустила взгляд на толстый томик в ее руках.

— Я все равно хотела ее купить.

— Она помогла многим женщинам, еще наивнее тебя, в том, что касается лживых неверных мужиков. — Селина прижала ладони к столу. — Susciatatio humanus.

Толпа вела себя по-прежнему, но теперь взгляды были нацелены на Эдем, а не сквозь нее. Селина, как ни в чем не бывало, продолжила раздавать автографы. Эдем неуверенно направилась к кассе, расплатилась и вышла из магазина. В лицо ударил прохладный ночной воздух.

Что, черт возьми, это было?

Рыдания сдавили горло, но Эдем усилием воли сдержала их. Истерика сейчас не лучший выход. Вот только ей никак не удавалось взять себя в руки. Ей казалось, что вся ее жизнь только что разлетелась на кусочки.

Селина сказала, что Дэррак — зло. Архидемон. И все, что он наплел о себе, — ложь.

Неужели это правда? Если так, то ей следовало позволить Селине избавиться от него. Почему она пытается хотя бы ненадолго удержать Дэррака?

Потому что какая-то часть ее разума по-прежнему воспринимала все в штыки. Ведьма вполне могла соврать. Ее рассказ выглядел занятным, но кто поручится, что все это правда?

Вот только Эдем чувствовала его достоверность. И это было хуже всего. Селина словно заполнила пробелы в запутанной истории демона.

Неужели Дэррак и правда водил ее за нос? При этой мысли Эдем захлестнула скорее злость, нежели боль, грусть или страх. Сколько раз ей уже доводилось разочаровываться в мужчинах, прежде чем она поняла, что все они заслуживали проклятия? А Дэррак к тому же не был каким-то там заурядным мужчиной. Он был долбанным демоном.

Так что мешает ей вернуться в магазин и попросить Селину избавиться от него прямо сейчас?

И почему после всего, что рассказала Селина, она вообще пытается оправдать его и дать шанс сказать слово в свою защиту? Дэррак ей не друг, он использует ее.

Просто за последние несколько дней она провела с ним больше времени, чем с кем-либо. И с каждой минутой он... нравился ей все сильнее.

Не просто нравился.

И что, черт возьми, это такое? Она испытывает странно нездоровое влечение к порождению ада?

Ага, точно.

Совсем рехнулась.

— Эдем! Подожди!

Эдем обернулась. Ее догоняла Ванесса с большущим пакетом купленных книжек.

"Возьми себя в руки, — велела она себе. — У тебя появилась компания".

— Привет, — слабо выдавила она.

— Хотела тебя поблагодарить.

— Поблагодарить? — Торопясь покинуть магазин, Эдем совсем забыла о стриптизерше.

Ванесса улыбнулась.

— Ага. Я знала, что надо что-то менять, но ты позволила мне взглянуть на жизнь со стороны. Хотела позвонить тебе завтра – помнишь, ты дала мне визитку?

— Помню. Так что с твоим другом?

Та резко втянула воздух.

— Свалил. В прямом смысле. Я пыталась связаться с ним, чтобы порвать, но так и не смогла нигде его застать. И плевать, что я могу потерять клуб. Лучше буду сама управлять своей жизнью, чем стану зависеть от мужчины. Так всегда говорит Селина.

— Точно. Селина. — Эдем оглянулась на магазин. — Она... она замечательная, правда?

— Она словно богиня добрых вестей. — Ванесса внимательно уставилась на Эдем. — А ты выглядишь не очень. Все в порядке?

— Бывало и лучше.

Ванесса понимающе кивнула.

— Мужчина?

Эдем фыркнула.

— Даже не представляешь.

— Все так плохо?

— Ужасно.

Ванесса переложила пакет с книгами в другую руку.

— Ты идешь к своему автомобилю?

Эдем оставила машину на подземной парковке через дорогу от книжного магазина.

— Да.

— Будет очень нагло, если я попрошу подвезти меня? — спросила Ванесса. — Если ты не против, конечно.

Эдем кивнула.

— Конечно, нет.

Естественно, Эдем была только за. Пусть у нее на душе скребли кошки, но лучше убедиться, что Ванесса благополучно добралась до дома — пока неизвестно, как именно Фэй разобралась с мужем, — чем оставлять девушку в одиночестве на темной улице. Кроме того, так хоть какое-то время ей будет чем занять себя, лишь бы не оставаться наедине с собственными проблемами.

Эдем повела Ванессу в сторону крытой парковки, и они спустилась на лифте до этажа, где стояла "Тойота".

— Может, ты просто забиваешь себе голову? — поинтересовалась Ванесса.

— Чем?

— Отношениями с твоим парнем. Тем, из-за которого ты так расстроена.

— Он мне не парень. Он... — Эдем не знала, кто или что он такое. — Скажем так: он просто забрался мне в душу, и теперь я не могу решить, как лучше от него избавиться.

— Тогда незачем расстраиваться, если все так романтично.

— Я не расстраиваюсь. И нет тут никакой романтики.

— Ну конечно

Эдем шмыгнула носом, копаясь в сумочке в поисках ключей.

— Все так запутанно.

— Как всегда. Впрочем забавно.

— Что?

— Не думала, что он выпустит тебя из поля зрения.

Эдем поставила сумочку на багажник, пытаясь нашарить ключи, которые, казалось, спрятались на самом дне. Нахмурившись, она бросила взгляд на Ванессу.

— Разве ты его встречала? Со мной в клуб он не заходил.

— Мы встречались. С первого взгляда я бы даже не сказала, что он демон.

Застыв, Эдем уставилась на блондинку.

— Де... демон?

— Ну да.

— Кажется, я не понимаю, о чем это ты. — Эдем уже привыкла отрицать очевидное. Например, кто такой Дэррак. — Ты уверена, что видела его?

— Ну конечно. — Ванесса расплылась в улыбке, и Эдем заметила, что ее глаза стали очень темными. Даже черными. — Помнишь, он еще угрожал оторвать мне руки, если я дотронусь до тебя? Правда, тогда я была в другом теле. Так что тебе простительно слегка запутаться в деталях.

Желудок Эдем провалился.

— Кстати, теперь, когда ты напомнила, мы с ним собирались встретиться здесь, как раз в это время.

— Думаю, ты врешь. – От улыбки Ванессы повеяло холодом. — Я знала, что ты любопытная маленькая сучка, но неужели было обязательно все разрушать?

Дрифтер. Его маленький грязный секрет раскрылся, и ему пришлось искать новое тело. И он выбрал свою подружку.

— Моя визитка, — ровно произнесла Эдем, хотя паника внутри нарастала с каждой секундой. — Так ты меня нашла?

— Позвонила в офис. Мужчина сказал, куда ты собиралась. Он говорил так бодро. Даже весело. Вы с ним как-то совсем не похожи на сыщиков.

Энди был в хорошем настроении от того, что дела пошли в гору. Похоже, он решил, что Ванесса — всего лишь подружка, которая решила вытащить Эдем в бар.

— Ты должна оставить меня в покое, — ровно проговорила Эдем. — И у нас не будет никаких проблем.

Ванесса расхохоталась.

— Не так быстро, сладенькая. Думаю, сперва мне стоит рассчитаться с тобой, ведь ты разрушила все, что я так старательно выстраивала. Теперь придется начинать все сначала.

Она выхватила из сумки нож. Эдем с растущей тревогой уставилась на него.

— Дрифтеры не убивают, — прошептала она.

— Наверное, ты особенная, — улыбнулась Ванесса. — Потому что для тебя я решила сделать исключение.

Глава 17

— Подожди. — Эдем начала отступать, пока не уперлась спиной в бетонную колонну. Она огляделась в поисках хоть кого-нибудь, способного услышать ее крик, но на парковке не было ни души. — Давай это обсудим.

Ванесса подняла тонкую бровь:

— Что тут обсуждать?

— Ты же не хочешь меня убивать.

— Разве?

Эдем затрясла головой.

— Нет, конечно же, нет.

Дрифтер в женском теле рассмеялся:

— Вы, людишки, такие забавные. Расхаживаете так, словно весь мир принадлежит вам, хотя фактически вы вовсе не вершина пищевой цепочки. Даже не представляете, сколько созданий подкарауливают вас во тьме, жаждая отведать человеческой плоти. Хотя, думаю, ты уже в курсе, раз крутишь роман с демоном.

— У нас не роман.

Ванесса с любопытством уставилась на нее.

— Значит, ты его связала с помощью заклинания?

— Ничего подобного.

— Тогда почему он так рьяно защищал тебя утром? Для демонов это необычно.

— Он другой. — Ответ удивил даже саму Эдем. Вот только это было правдой. Дэррак был другим. Он вел себя по-другому. Или просто притворялся?

Она попыталась мысленно дотянуться до заглушенного демона, нащупывая его так же, как только что искала ключи в сумочке. Впрочем, его она тоже не нашла.

И станет ли Дэррак помогать ей теперь, когда она, возможно, знает о нем всю правду?

— Другой? Ага, не сомневаюсь. — Ванесса перехватила нож покрепче и бросила сумочку и пакет с книгами к переднему колесу "Тойоты". — Странно это, вот и все. Насколько мне известно, демоны беспокоятся о благополучии смертных лишь в том случае, если им это выгодно. Он связан с тобой? Наверняка. Должно быть, защищал самого себя. Он ведь не может сам, без позволения человека, вернуться в Преисподнюю. — Она покачала головой. — Для таких никчемных созданий Вселенная даровала вам слишком большую власть.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

Та пожала плечами:

— Наверное, просто наслаждаюсь предвкушением того, как отниму жизнь у смертной, в которую влюблен демон.

Эта мысль была совершенно нелепой.

— Он не влюблен в меня.

— Если тебя интересует мое мнение, он явно на тебя запал.

— Не интересует. — Эдем не отрывала глаз от дрифтера. — Кроме того, он же зло.

— У зла, как и у черного цвета, много оттенков.

— Черный — это не цвет.

— Давай не будем углубляться в технические подробности.

Она бросилась с ножом на Эдем. Та перехватила ее руку, но Ванесса была такой же сильной, как и одержимый дрифтером Ричард.

— Не сопротивляйся, — процедила Ванесса. — Все равно проиграешь.

Эдем упрямо продолжала борьбу. Она попыталась вывернуться из хватки дрифтера, и ей почти удалось это сделать, но Ванесса успела перехватить ее. Эдем подумала о Дэрраке. Что с ним будет, когда она умрет. Он же сейчас в спячке. Сможет ли он найти себе нового хозяина прежде, чем для него станет слишком поздно?

И почему ее вообще волнует, что будет с демоном?

Блондинка занесла нож над Эдем. И вдруг замерла.

— Какого черта?

— Что?

— Я не могу пошевелить рукой!

— Правда?

— Да! Я же почти воткнула нож тебе в грудь. Или перерезала горло. Еще не определилась, как лучше.

Эдем потрясенно уставилась на нее:

— А теперь ты не можешь двигаться?

— Нет. Это так странно. — Лицо дрифтера исказилось. — Почему так?

— Это из-за меня. — Из-за балки возле лестницы вышел Малкольм.

При виде экзорциста Эдем на мгновение перестала дышать. В эти минуты она была счастлива увидеть знакомое лицо. Пусть даже его.

— А ты кто, черт возьми, такой? — рявкнула Ванесса.

— Я тот, чей смысл бытия заключается в уничтожении тебе подобных. — Малкольм приблизился и, не удостоив Эдем даже взглядом, вытащил нож из вскинутой руки дрифтера.

— Валяй, — сказала Ванесса без страха и покосилась на свой нож. — Тогда убей меня.

— И зачем мне это делать? Чтобы дать тебе шанс сбежать? Ты сейчас в ловушке, и тебе стоит знать, что я не поддаюсь одержимости.

Ванесса прищурила ярко подведенные глаза:

— Именно, — продолжал Малкольм. — Я знаю, кто ты. Во многом благодаря тому, что услышал из вашей беседы.

— О, пожалуйста. Не лезь, а? Сколько тебе лет, мальчик, — восемнадцать?

Малкольм нахмурился:

— Мне двадцать один год.

— Ты еще ребенок. Хоть представляешь, сколько я существую? Настоятельно рекомендую не вмешиваться в мои дела, а то сильно пожалеешь.

Пристальный взгляд Малкольма наконец метнулся к Эдем:

— Эта женщина под моей зашитой. Так что отныне это и мое дело.

Эдем очень удивилась. И с каких это пор она под защитой Малкольма? Хотя не то чтобы она жаловалась…

— Твоей защитой? — переспросила она.

— Если вы не предпочитаете самостоятельно разбираться с этим созданием.

Она тут же покачала головой:

— Нет-нет-нет. Небольшая помощь будет очень даже кстати.

— Можете подержать минутку?

Он протянул Эдем нож, и она, машинально сжав пальцами рукоять, удивленно уставилась на него.

Малкольм дал ей оружие? Она что-то пропустила? С каких это пор экзорцист стал вдруг таким доверчивым и даже полезным?

Может, Роуз прочитала ему лекцию насчет хороших манер?

— Без ножа? — скучающе поинтересовалась Ванесса. — И что же ты, деточка, задумал со мной сделать?

— Я уже говорил. Я не ребенок. — Малкольм вытащил из-под воротника рубашки цепочку. На ней висел плохо обработанный прозрачный кристалл размером с ноготь большого пальца.

Глаза дрифтера распахнулись.

— Даже не думай.

— Я собираюсь сделать даже больше.

Ванесса принялась в отчаянии озираться; светлые волосы разметались по ее лицу.

— Давай сперва это обсудим.

— Не стоит.

— Ты сукин сын...

— Моя мать не имеет к этому никакого отношения, — Малкольм чуть улыбнулся. — По крайней мере, сегодня. — Он начал говорить на латыни.

Эдем перехватила нож и отступила на несколько шагов. Из-за латыни она немного нервничала. Она уже знала, на что способен древний язык. Целую минуту ничего не происходило, но вот на лице Ванессы начало проступать безумие, а дыхание становилось все более рваным. Ее затрясло.

Малкольм действительно экзорцист. Роуз может по праву им гордиться.

— Нет, — выдавила Ванесса. — Пожалуйста, прекрати!

Но Малкольм не унимался. Он выглядел таким непреклонным, что, Эдем была уверена, даже землетрясение не остановило бы его.

Ванесса закричала, но это не был обычный крик. Пронзительный нечеловеческий вопль отразился от бетонных стен, и поток темно-синего дыма вырвался изо рта девушки. Малкольм поднял кристалл на вытянутой руке, и дым притянуло в него, словно магнитом. Дым исчез, кристалл посинел, едва ли не светясь от пылающей в нем силы.

Бывшая носительница дрифтера, пошатываясь, шагнула вперед.

— Что, черт возьми, это было? — промямлила Ванесса, вытягивая руки в поисках опоры. В следующий миг она рухнула на колени и бессознательно обмякла.

Эдем прижала ладонь ко рту.

— Она?..

— С ней все будет хорошо.

— Но ведь она...

— С ней все будет хорошо, — твердо повторил Малкольм.

Эдем повернулась к нему, глядя на кристалл.

— Дрифтер там?

— Да.

— Сбежать может?

Он кивнул:

— Может. Это ненадежная темница. И он скоро это выяснит.

Эдем держалась на ногах лишь благодаря тому, что опиралась о крыло своей машины.

— И что ты собираешься делать?

— Вот что. — Наклонившись, Малкольм положил кристалл на землю. Не говоря ни слова, он с силой опустил на него тяжелый черный ботинок. Ослепительной синей вспышкой камень превратился в пыль.

— Заключивший порождение тьмы в камень может уничтожить его. Но если кристалл разобьет кто-то другой, дрифтер или демон сумеют ускользнуть. — Он повернулся к Эдем, и она заметила, что на его лбу выступили капельки пота. Малкольм улыбнулся. — И не советую использовать алмазы. Их практически невозможно уничтожить. Это, кстати, был хлорид натрия. Проще говоря, большой кусок каменной соли. Вы не пострадали?

Эдем поняла, что задыхается.

— Я... Все хорошо. Спасибо, что остановил ее. Или его. Ну, кем оно там было.

— Не за что. — Малкольм шагнул к ней, но Эдем подняла нож перед собой.

— Не подходи.

Малкольм замер на месте.

— Знаю, что вы не верите, но я не желаю причинять вам зла.

— Ну конечно.

— Зачем же мне спасать вас, если бы я собирался вам навредить? — Он склонил голову и нахмурился. — Я не чувствую в вас больше демона. Где он?

— Ушел.

— Куда?

— Может, я изгнала его?

Он покачал головой, и последние искорки смеха в его глазах пропали.

— Вы даже не понимаете всей опасности, Эдем. Позвольте помочь вам.

Помочь ей? Почему-то в это верилось с большим трудом. Вот только Малкольм выглядит вполне искренним. Ведь он, в конце концов, только что спас ей жизнь.

Эдем раздирали противоречивые эмоции.

— Думаю, мне нужна помощь.

Малкольм кивнул.

— Демона следует уничтожить. Вы согласны?

— Я... я не знаю.

Неужели он прав? И она должна позволить ему раз и навсегда избавиться от Дэррака? Хотя то же самое недавно предлагала и Селина, ей Эдем не доверяла. А Малкольму, значит, она доверяет? Он выглядит таким... серьезным. Уверенным в своей правоте. Поэтому-то он и помогает Роуз с экзорцизмом. Поэтому-то он и вступил в "Malleus".

— Можешь изгнать его прямо сейчас? — спросила Эдем. Произнести эти слова оказалось непросто.

Он покачал головой:

— Для моего уровня он засел слишком глубоко, чтобы я, даже с вашего позволения, сумел до него дотянуться. Дрифтеров уничтожать гораздо проще, нежели демонов. Чтобы обряд имел силу, демон должен быть в сознании. А вы — полностью жаждать избавления от него. Когда все начнется, вы не должны сопротивляться, иначе рискуете собственной жизнью. Вы готовы пойти на это?

Эдем стиснула зубы. Готова ли она? Она понятия не имела. Что, вероятно, означает, что она не готова.

— Вы будете лишь рады, когда зло наконец покинет ваше тело. — В словах Малкольма слышалась убежденность.

— Ты чувствуешь, что он зло? Ты абсолютно в этом уверен?

Тот нахмурился:

— Не понимаю, о чем вы?

Эдем покачала головой:

— Я... Мне говорили, что есть и хорошие демоны. Так что, возможно, не все они зло.

— Да, это правда.

Неожиданное признание вызвало у Эдем целый шквал эмоций, ее захлестнуло удивление с капелькой надежды.

— Правда?

Малкольм кивнул.

— Некоторые демоны раньше были людьми, обменявшими свои души за определенную плату. После смерти они стали демонами, но в них сохранились крупицы человечности, заставляющие их искать искупления. Демон, что в вас вселился, в прошлом был смертным?

Сердце Эдем сжалось.

— Нет. Он говорил, что порожден огнем Преисподней. Он архидемон.

Малкольм поджал губы:

— Архидемон?

Эдем кивнула.

— Я даже не представлял, что он настолько силен. — Голос Малкольма прозвучал как-то глухо, и Эдем расслышала в нем нотки страха. — Повезло, что он еще не причинил вам значительного вреда. Архидемоны... они не так часто навещают мир смертных. Но когда они оказываются здесь, их визит завершается плохо для всех и всего, что оказывается у них на пути. — Малкольм неуверенно выдохнул. — Демон так и не сказал вам истинное имя? Это могло бы оказаться полезным.

— Он... — начала было Эдем, но тут же стиснула зубы. — Он отказался.

Эдем не лгала. Дэррак ведь и правда не говорил ей. Она узнала имя от Селины. Так почему же она не сообщит его Малкольму?

Просто ей нужно время, чтобы во всем разобраться. И теперь, раз уж Малкольм не может изгнать Дэррака прямо сейчас, это время у нее появилось.

— Мне надо переговорить с моим куратором в "Malleus". Теперь, когда мне известно, что мы имеем дело с архидемоном, это меняет всю стратегию. — Малкольм сунул руку в карман и вытащил что-то. — Возьмите. По этому номеру вы сумеете связаться со мной в любой момент.

На визитке простым черным шрифтом было напечатано имя и телефон Малкольма.

— Что это? — поинтересовалась Эдем, указывая на маленькое изображение геральдической лилии.

— Знак "Malleus". — Малкольм засучил левый рукав, демонстрируя такой же символ на предплечье. — Это наша эмблема. Его получают все, кто вступает в ряды "Malleus", он — вместе с сопровождающим его ритуалом — дарует нам возможность чувствовать присутствие зла и демонов.

Рана выглядела совсем свежей. Еще розовой. Лилия, заключенная в круг, примерно три дюйма в диаметре.

— Больно было? — спросила Эдем.

— Чертовски, — улыбнулся Малкольм. — Но эта боль очищает.

— Как скажешь.

— Возьмите еще и это. — Он сжал в пальцах второй кристалл. — Это поможет вам защититься от демона. И позвоните мне, если возникнут какие-то проблемы. Я свяжусь с вами, как только переговорю с куратором и выясню, как лучше сражаться с архидемоном. Вас это устраивает?

Устраивает ли? Хороший вопрос.

Эдем кивнула:

— Ладно.

— Тогда спокойно ночи. И будьте осторожны. — Он повернулся и стремительно ушел.

Несколько секунд спустя Ванесса на земле зашевелилась, открывая глаза. Она уселась и потерла лоб.

— Где я?

— Ты упала и ударилась головой, — сказала Эдем, сжимая в кулаке кусок каменной соли, прежде чем опустить его вместе с визиткой Малкольма в карман. — Но все будет хорошо.

Ну да, конечно.

~~~

К тому времени, когда Эдем, доставив сперва Ванессу домой, вернулась в свою квартиру, она уже начала ругать себя за то, что не попросила Малкольма поехать вместе с ней. Не то чтобы у нее была привычка заманивать к себе двадцатилетних юношей, но из соображений безопасности это казалось неплохой идеей.

Мысль о том, что ей следует бояться Дэррака, отдавала безумием. В конце концов, он же защищал ее. И вот это было самым трудным: ее рациональный ум никак не мог смириться с тем, что Дэррак одновременно был ее спасителем и тем, кого ей следовало бояться.

Он демон. Уж в этом сомневаться не приходилось. А демоны, со слов Селины, и Малкольма — зло. Безоговорочное зло.

Есть ли тут вообще варианты? Или ей следует избавиться от Дэррака при первой же возможности?

В конце концов, кусок соли в кармане предназначался отнюдь не для текилы.

Эдем захлопнула за собой дверь, заперла ее и прижалась к ней спиной; испуганный взгляд заметался по квартире, словно в поисках знака, указания на то, как Эдем надо поступить.

Лина в облике кошки соскочила с дивана и подошла к Эдем, принявшись тереться о ее ногу.

— Мррр?

Заботливое мурлыканье разрушило плотину сдерживаемых несколько часов эмоций. Эдем залилась слезами.

Лине потребовалась всего пара секунд, чтобы перекинуться в человека. Эдем ощутила на плече ее руку.

— Дай угадаю. Неудачный вечер?

Эдем продолжала всхлипывать.

— Ужаснейший.

— Хочешь перекусить?

— Вряд ли это поможет. — Эдем тяжело опустилась на стул за обеденным столом.

— Что случилось?

Эдем хрипло выдохнула:

— Я одержима демоном.

— Ну. Разве мы этого не знали?

Эдем принялась грызть ноготь на большом пальце — привычка, от которой, как ей казалось, она давным-давно избавилась.

— Он убедил меня, что хороший.

— Хороших демонов не бывает.

— Ну конечно. Теперь ты мне это говоришь.

Лина присела на краешек стола напротив.

— Не знала, как тебе сказать. Все, что вышло из Преисподней — зло в том или ином виде. Так было всегда, и в этом заключается баланс во Вселенной. Без зла не может существовать добра. Так же, как дня — без ночи. Или шоколада — без ванили. И так далее, и тому подобное.

Эдем моргнула сквозь слезы и вытерла щеки.

— Ты в этом разбираешься?

Та кивнула:

— О некоторых вещах я знаю больше, чем хотелось бы. Так что я могу подсказать тебе правду. В ту же секунду, как увидела демона, я поняла, что он зло.

— Откуда?

— В основном потому, что он демон.

— Но он же залечил царапины, когда ты на меня накинулась. И был таким любезным. Пусть он и стал занозой в заднице, но все же не сделал ничего по-настоящему ужасного. Мне он не казался таким уж злом.

Лина нахмурилась.

— Ты в него влюбилась?

Эдем вскинула брови.

— Что?

— Больше не вижу причин, по которым ты могла бы его защищать, если только к делу не примешались чувства. И прежде чем ты ответишь "да" или "нет", просто знай: демоны славятся умением манипулировать людьми, когда речь заходит о том, чтобы использовать их в своих интересах.

— Мне это известно.

— Ну, если ты это осознаешь и все равно защищаешь мерзавца, то ты крепко влипла.

— Лучше скажи что-то новенькое. — Эдем постаралась не думать о том, сколько раз испытывала к Дэрраку невероятную близость, даже невзирая на то, кем он был. Когда она просыпалась в его руках. Когда он целовал ее. Когда она называла его своим ангелом-хранителем. — Я собираюсь изгнать его.

— А сейчас он где?

— Заглушен.

Эдем вкратце пересказала Лине свою беседу с Селиной.

Та изумленно распахнула глаза.

— Так Ведьма Любви и в самом деле — ведьма. Круто!

— Думаешь, она сказала правду?

— Она же Ведьма Любви. Ну конечно, правду. Призвать инкуба, чтобы стать черной ведьмой как раз в разгар салемских судебных процессов... Это сильно. Ей стоит продать права на эту историю киношникам. Я бы обязательно посмотрела это на большом экране.

Эдем рассеянно перебирала длинные волосы.

— Она и должна быть очень могущественна. В том смысле, что даже если у тебя есть инструкция, призывать архидемона крайне опасно.

— Призывать кого? — Все веселье и любопытство мгновенно исчезли из взгляда Лины.

— Архидемона. Кажется, это очень могущественный демон, который подвластен только самому Люциферу и...

— О, я знаю, кто такой архидемон. То есть ты говоришь, что наш высокий и мрачный брюнет — сам архи?

Эдем кивнула.

Лина выдавила застывшую улыбку.

— Я ухожу.

— Что?

Та поднялась на ноги.

— Было очень весело. Я, как и обещала, приготовила лазанью. Она в холодильнике. Найдешь сама. И, учитывая, что я использовала твои продукты, юридически лазанья тоже твоя. И там рядом салат "Цезарь". А еще тебе скоро пришлют счет за кабельное телевидение, и ты узнаешь, что я посмотрела парочку платных фильмов. Ну, больше чем парочку. Я пришлю тебе чек... как-нибудь позже. Спасибо, что позволила мне пожить у тебя.

Она направилась к двери.

Эдем перегородила ей путь.

— Подожди. Ты не можешь уйти.

— Вообще-то могу.

Паника, которая только-только улеглась, вновь захлестнула Эдем.

— Ты нужна мне.

— Зачем? Ты меня даже не знаешь. И раньше пыталась меня выставить.

— Я думала, ты от кого-то прячешься.

Лина оттолкнула Эдем с дороги.

— Прячусь. И я могу притаиться в другом месте, там, где не живет архидемон. Вообще-то так будет гораздо лучше.

— Не уходи.

Лина коротко и горько рассмеялась:

— Ты ведь ни черта не представляешь, как увязла? И жаль, если ты считаешь меня эгоисткой. Хотя так оно и есть. Если бы я узнала, что на город вот-вот упадет атомная бомба, я бы, не задумываясь, сделала отсюда ноги.

— Ты преувеличиваешь.

— Хотелось бы, — вздрогнула Лина. – Эдем, я видела демонов. В демонском обличье — и это не имело ничего общего с их человеческой формой.

— Так он выглядит иначе, — выдохнула Эдем. — Я знала!

— Чертовски верно, он выглядит иначе. У демонов два... это называется "лик". Человеческий лик и демонический, который они вынуждены натягивать, когда их вызывает на ковер Большой Босс. И демонический может быть чертовски отвратительным. Меня неделями мучили кошмары после того, как я наткнулась на демона, который как раз скинул человеческий лик. Как в фильме ужасов. Он был весь покрыт слизью.

— Слизью? — взвизгнула Эдем.

Эдем скрестила на груди руки, и на ее лице проступило отвращение.

— О да, приятного мало, можешь мне поверить. Уверена, что человеческий лик у него более чем сексуальный, но ничто не могло бы стереть из моей памяти то, что я видела. А ведь он вовсе не был архидемоном.

Голова Эдем шла кругом, пытаясь утрамбовать очередную порцию информации.

— Так в чем же разница?

— В могуществе. Архидемон способен сравнять с землей целый город, если вдруг решит устроить так называемое стихийное бедствие: наводнение, землетрясение, пожар или ураган. Подобные события далеко не всегда вызваны архами, но те наверняка приложили руку к самым жутким катастрофам человечества, причем чаще всего исключительно из прихоти. А еще они соревнуются друг с другом. Чтобы стать ближе к Люциферу — к их самому главному. Они жаждут власти. Это все, чего они хотят.

Эдем закусила нижнюю губу так сильно, что, казалось, вот-вот проткнет зубами кожу.

— Но ведь некоторые демоны могут искупить грехи... те, которые были людьми.

— Никогда о таких не слышала. — Лина пристально изучала лицо Эдем. — Так ты всерьез его защищаешь? Тебе надо отправить его обратно в ад.

— Я так и сделаю. – Четсно-честно. Эдем ведь не сомневалась, что Малкольм с ней завтра свяжется.

— Ну я пошла. Пока. — Лина взялась за дверную ручку.

— Пожалуйста, не уходи. — Эдем ненавидела саму себя за умоляющие нотки в голосе.

— Прости. Но сперва мне надо беспокоиться о самой себе. — Лине хватило приличия выглядеть виноватой, когда она обернулась через плечо. — Я загляну через пару дней, проверить, жива ли ты еще. Удачи!

Она вышла из квартиры. Дверь затворилась за ее спиной.

Эдем была в шоке. Ее только что бросили. Оставили наедине с собой.

Хотя не совсем наедине. Внутри нее спал демон. Тот самый, которого придется завтра изгнать. При одной мысли об этом начинало мутить.

Лина ушла.

Эдем моргнула.

Что ж, у этого имелась и светлая сторона — больше не придется беспокоиться насчет кошачьей шерсти. Она была буквально повсюду.

Глава 18

Эдем не спала. Она даже не ложилась в постель. Просто сидела за своим маленьким кухонным столом и глядела на стрелки часов.

Кошка так и не вернулась.

— Эй, Дэррак. Ты все еще здесь? — прошептала Эдем. Она по-прежнему его не чувствовала. Может, Селина заглушила его навсегда. Или он сам ушел.

Или куска соли в ее кармане хватило, чтобы полностью подавить присутствие демона.

И раз уж пена изо рта пока что не идет, этот камешек стоит держать у себя. Как можно ближе.

Эдем пыталась не засыпать, но даже несмотря на взвинченность и нервозность — не говоря уже о том, что она была перепугана до полусмерти — все ее усилия оказались тщетными. Она слишком вымоталось. Стоило опустить голову на скрещенные руки, как сон тут же победил.

Проснувшись, она приоткрыла один глаз и увидела солнечный свет. Ругнувшись под нос, попыталась выпрямиться, но мышцы слишком затекли от долгого сидения в неудобной позе.

— Ой, — потерла она задеревеневшую шею.

Зазвенел телефон, и Эдем вздрогнула от неожиданности. Ее сердце тревожно сжалось. Протянув руку, она взяла трубку, лежащую на столе прямо перед ней, и поднесла к уху.

— Алло?

— Эдем? — спросил Энди. — Ты все еще дома?

— Все еще? — Она взглянула на часы. Было около одиннадцати. — Я даже не знала, который час. Я... я неважно себя чувствую, мягко говоря. И вряд ли смогу сегодня приехать. Это же не проблема?

— Думаю, нет. У нас много новых дел, поэтому ты нужна мне здоровой. Отдыхай, пока есть возможность. Мне привезти тебе куриного бульончику?

— Не стоит. — Она потерла глаза и подавила зевок. — Надеюсь, ты помнишь, что у меня нет лицензии частного сыщика?

— Я над этим работаю.

— Но юридически...

— Эдем, не будь ты такой правильной. Ты же благополучно работала до сих пор в качестве моей помощницы, а теперь я достану тебе лицензию. У меня есть связи.

— А как же занятия, и экзамены, и...

— В тебе что, совсем ничего от матери нет?

Эдем вздохнула:

— Посчитаю это за комплимент.

— Пусть ты и похожа на Каролину внешне, но вот ее любви к приключениям ты не унаследовала. Тебе следует добавить в свою жизнь немного опасности и интриги. Чуть-чуть встряхнуться.

Ага, уже встряхнулась.

— Я как раз этим и занимаюсь.

— Я закрою агентство пораньше, а на телефоне включу голосовую почту. Собираюсь заняться делом парня, который хочет, чтобы я нашел, цитирую, "в его стае предателя, который намеревается стать альфой". Звучит как-то странно, не находишь?

Эдем побледнела. Его клиент — что, оборотень?

— Будь осторожен.

— Как всегда. А ты пока приходи в себя и выздоравливай.

— Постараюсь.

Она отключила телефон.

— Что случилось прошлой ночью? – послышался усталый голос Дэррака.

Похолодев, Эдем повернула голову вправо. На диване, футах в десяти, ссутулившись, сидел Дэррак.

— Ночью… — У нее вышел лишь сдавленный писк. Эдем откашлялась. — Кхм. Селина тебя заглушила.

— И что потом? Я ни черта не помню.

Он запустил руку в темные волосы, и на его лице отразились в равной степени смущение и интерес.

Эдем нервно заломила руки.

— Потом я... удрала оттуда со всех ног.

— Она не пыталась тебя остановить?

— Нет.

Откинувшись на спинку дивана, Дэррак облегченно выдохнул:

— Хорошо. Я беспокоился.

— О том, что она могла мне сказать?

— Вообще-то я больше переживал, чтобы она тебе вреда не причинила.

Ой, как все плохо... Эдем еще не была готова иметь дело с демоном. Ей нужно время — решить, что говорить, что делать, как вообще поступить. Что, засыпать было так обязательно?!

Встав из-за стола, Эдем направилась к холодильнику и вытащила бутылку минералки. Открутив пробку, она хлебнула воды.

— Так ты сразу же вернулась домой? — спросил Дэррак.

— Угу.

Дэррак поднялся с дивана, и, казалось, это движение далось ему с некоторым трудом.

Эдем обеспокоенно взглянула на него:

— Неважно себя чувствуешь?

— Бывало и получше. Селина стала сильнее, чем прежде. Ее способности впечатляют. Хотя ведьмы всегда в таких делах хороши. Я всего час назад в себя пришел. Уже после рассвета. — Он выдавил улыбку. – И заметил, что ты не в постели и ко мне не пристаешь. Хотя не буду принимать это на свой счет.

Тут же нахлынули непрошенные воспоминания о вчерашнем утре и ее сне о "Бене". Только на самом деле ей снился Дэррак. Только Дэррак. И Эдем отчаянно хотела его.

Но это было тогда, теперь же все изменилось.

Эдем пыталась смотреть на демона другими глазами, учитывая полученную информацию, вот только Дэррак казался все таким же. Он вовсе не вел себя как-то по-другому. И не выглядел иначе.

Однако все было не так.

— С тобой все хорошо? — Эдем изо всех сил пыталась говорить таким же тоном, как и обычно.

— Все будет нормально. Надеюсь. — Дэррак замолк и вдруг нахмурился. — Знаешь, а ты ведешь себя очень странно.

— Разве?

Дэррак подошел ближе. Эдем тут же отступила.

Складки на его лбу стали глубже.

— Да. В чем проблема?

— О, у нас немало проблем. Лина, кстати, ушла. Она... решила, что не хочет больше здесь оставаться.

— Не могу сказать, что опечален этой новостью. – Усмехнувшись, Дэррак сделал еще один шаг к Эдем и облокотился на холодильник. — Значит, мы остались здесь вдвоем?

Отшатнувшись, Эдем наткнулась спиной на кухонную плиту. Она закусила нижнюю губу, избегая встречаться с Дэрраком взглядом.

— Так... как же ты планируешь убедить Селину снять проклятие, если она заглушает тебя, стоит ей только почувствовать твое присутствие? Кажется, она не так уж жаждет обсуждать эту тему.

Раньше Эдем считала, что Дэррак намеревается просто уговорить ведьму. Теперь-то она знала, что он собирался ее убить, чтобы получить желаемое.

— Ты вся дрожишь, — сказал Дэррак, сдвигая брови. – Эдем, что, черт возьми, происходит? Вчера что-то стряслось? Что именно?

— Ничего. Правда. Все супер. Просто великолепно.

— Ты врешь. Скажи, что не так?

— Не подходи ближе. — Пальцы Эдем обернулись вокруг кристалла соли в кармане.

Дэррак, не слушая ее, сделал два шага и вдруг замер как вкопанный. Он задумчиво наморщил лоб и тихо выругался.

— Кто тебе это дал?

— Дал мне что? — невинно уточнила Эдем.

— Здоровенный кусок соли, который ты прячешь.

— О, ты об этом? — Она вытащила камень и протянула его Дэрраку.

Тот шарахнулся прочь и прищурился.

— Да, это тот самый здоровенный кусок соли, о котором я говорил.

Эдем пристально наблюдала за ним.

— И никакой пены изо рта.

— Все только начинается. Кроме того, я же его не облизываю, так что шансов на появление пены крайне мало. — Его глаза превратились в узкие щели. — Эдем, что происходит?

— Просто пытаюсь защититься. Ну, с помощью куска каменной соли.

Дэррак указал на себя пальцем:

— Защититься от меня?

— Нет, от ледяного великана, живущего по соседству.

— Ладно, дай я сам угадаю. Ты соврала о том, что случилось с Селиной.

— Я — и соврала? — Эдем хихикнула, но в этом смехе не было веселья. — Забавно. Лжец лжеца видит издалека, так что ли?

Дэррак вздохнул:

— Мы в словесные игры будем играть, или ты все-таки расскажешь, какого черта вчера произошло?

— Обожаю словесные игры. Кроссворды, скраббл, города. Выбирай.

— Это Селина тебе дала? — Дэррак кивнул на соль.

— Нет. Малкольм.

— Что? — Дэррак стиснул зубы. — Он снова на тебя напал?

Не совсем та реакция, какой ожидала Эдем.

— Нет, как раз наоборот. Дрифтер, которого вчера ты обещал разорвать на кусочки, перепрыгнул в другое тело и попытался меня убить. А Малкольм меня спас.

— Убить? — глухо переспросил Дэррак. Голубые глаза потемнели. — С тобой все хорошо?

— Я же стою здесь и вроде бы у меня все на месте.

— Но что-то не так. Совсем не так. — Дэррак пристально глядел на нее, и на его лице все больше проступало расстройство. — Пожалуйста. Скажи, что вчера случилось? Что эта злобная сука наплела обо мне?

Эдем дышала так часто, что легкие, казалось, вот-вот разорвутся.

— Вообще-то она сказала, что ты злой и невероятно сильный бывший инкуб, а ныне архидемон, и для того чтобы снять проклятие, тебе надо вырвать ей сердце, а все, что ты мне наговорил, было ложью, чтобы заставить меня делать то, что тебе надо. Это если в двух словах.

Лицо Дэррака застыло.

— Что еще она сказала?

— Что она пыталась убить тебя, чтобы защититься и искупить грехи. Но ей не удалось.

— О да, точно, ей не удалось.

Эдем не отрывала глаз от Дэррака, которого этот краткий пересказ событий вчерашнего вечера скорее огорчил, чем разозлил.

— Скажи, что она лгала.

Дэррак протяжно выдохнул:

— Это все, что потребуется? И ты снова мне поверишь? — Он стиснул челюсти. — Знал, что не стоит подпускать тебя к ней так близко.

— Ты ничего не отрицаешь.

— Нет, не отрицаю.

Сердце Эдем сжалось.

— Ты говорил, что тебя отправляли на землю, чтобы отлавливать мерзавцев, которые сбежали из преисподней. Что ты защищал людей. Это было ложью?

Сглотнув, он качнул головой.

— Вот я и попался.

— Что?

— Я тебе врал, — тихо сказал он. — А Селина сказала правду. Я архидемон. Ну, по крайней мере, был им.

Мурашки разом помчались по рукам. Эдем никак не ждала, что Дэррак это признает. Она как-то больше рассчитывала, что он начнет отнекиваться.

Ей с трудом удавалось дышать.

— Пламя, которое я видела в твоих глазах... Это часть твоего демонского лика?

— Да.

— А хорошими могут быть только те демоны, которые раньше были людьми.

Дэррак стиснул зубы.

— Кажется, кто-то успел выполнить домашнее задание. — Ругнувшись, он отвернулся. Когда он вновь встретил взгляд Эдем, его глаза пылали огнем. — Знаю, как это выглядит. Довольно паршиво. Но я больше не буду тебе врать. Я лгал лишь в самом начале, потому что не хотел, чтобы ты меня боялась.

Край плиты больно врезался ей в спину, но кухня была совсем крохотной, а Эдем не хотела стоять к демону ближе, чем стоило.

— Нет, ты врал, чтобы я тебя не изгоняла.

— Ну да. И это тоже. Но я не хотел причинять тебе вреда. Клянусь.

— Клянешься? — недоверчиво переспросила Эдем. — Ты – и клянешься? На чем же? На Библии?

Он устало выдохнул:

— Не знаю, что можно сказать, чтобы ты поверила.

— Не надо ничего говорить. А знаешь, что самое безумное? Даже когда Селина мне все рассказала, я ей не поверила. Не до конца. Но теперь... Все кончено, Дэррак. Все кончено.

— И что это значит?

В горле Эдем пересохло.

— Именно то, на что похоже.

Дэррак кивнул:

— Знаешь, раз уж планируешь изгнать демона, не стоит ему сообщать об этом с глазу на глаз. Будет гораздо эффективнее, если это окажется для него сюрпризом. — Сглотнув, он снова перехватил взгляд Эдем. Его глаза вновь приобрели свой обычный ледяной оттенок. — Знаю, что ты больше не поверишь ни одному моему слову, но я все равно попробую.

— Попробуешь что?

— Я был очень сильным демоном и долгое время делал все, что только приходило мне в голову. Ты же хочешь услышать всю правду?

— Сильнее, чем представляешь.

— Я изменился.

— Да неужели?

Он покачал головой.

— Триста лет я был заперт в ловушке смертных тел. Знаешь, что это со мной сотворило?

— Превратило тебя в лживого злобного ублюдка?

Он негромко фыркнул:

— Кроме этого.

— Что же?

— Это изменило меня. Заразило человечностью.

— Человечностью? — Эдем сжала кусок соли так сильно, что на нем наверняка должны были отпечататься пальцы.

— Именно. Я не знал, что значит быть человеком — любить, бояться и желать чего-то не только для себя одного. Это вливалось в меня капля за каплей от каждого, в кого я только вселялся. И теперь я чувствую все это. Даже то, чего не хотелось бы.

Эдем не думала, что Дэррак может поразить ее еще сильнее. Что ж — ошибалась.

— Но... ты же говорил, что вселялся в плохих людей. Или это тоже было враньем? Как ты можешь утверждать, что впитывал их человечность, если они были такими подонками, как ты рассказывал?

— Насчет этого я не врал. Только не имело никакого значения, хорошими они были или дурными, ведь прежде всего они были людьми. Этого хватило самого по себе.

Эдем прижала ладонь ко лбу. В ее аптечке — да и во всем мире — не хватило бы аспирина, чтобы унять вдруг разыгравшуюся головную боль.

— Но ты же был архидемоном. С чего тебе вдруг переживать, какими они были?

— Сперва мне было плевать. Архидемоны всегда считали людей всего лишь насекомыми. Тварями, не достойными жизни. Вредителями, с которыми можно поиграть, а потом раздавить. — Дэррак вздрогнул, когда лицо Эдем исказилось в гримасе ужаса. — Но затем я начал меняться. Пусть медленно, но это происходило. Моя прежняя сущность архидемона стала для меня недоступна.

Эдем покачала головой:

— Недоступна?

— Я прекрасно помнил, кто я и что творил, но, казалось, это кто-то другой развлекался и играл в столь жуткие игры. Тогда я не был таким уж славным парнем. Не одна только Селина призывала меня, чтобы заключить очередную мерзкую сделку, но ей единственной удалось избежать моего возмездия.

— Остальных ты убил? — очень тихо спросила Эдем.

— Да, — без колебаний отозвался Дэррак. Стиснув зубы, он опустил глаза. — Даже после того как я изменился, моей единственной целью было выживание. Я мог лишь наблюдать. — На секунду он умолк. — А потом появилась ты, и не только меня услышала, но и смогла дать мне тело, и это вернуло надежду. Надежду, что у меня есть будущее. — Губы Дэррака растянула улыбка, впрочем, не особо счастливая. — Надежда. Еще одно человеческое чувство, которое я никогда не испытывал, будучи могущественным архидемоном. Наверное, сейчас я смешон. Только посмотрите, как я ослаб. Стал совсем как человек.

Итак, значит, Дэррак говорит, что в прошлом он был весьма порочным, но с того момента, как его прокляли, очеловечился? Очередная ложь? Или он теперь – наконец-таки – говорит ей правду? Какая-то часть сознания Эдем по-прежнему отчаянно хотела верить, что он другой.

— Ты использовал меня, — заявила она.

— Ну конечно. — Его губы скривились в презрительной усмешке, которая адресовалась скорее ему самому, нежели Эдем. — Мне впервые за три столетия выпал шанс все исправить. Как я мог устоять?

— И что ты собираешься делать? Вернуться в Преисподнюю?

Дэррак сдвинул брови.

— Нет. Там, внизу, не слишком-то любят перемены, особенно если они затрагивают высокопоставленных демонов. Добро — единственное, что пугает их, ведь оно непредсказуемо. Если я вернусь не таким, каким был прежде, меня, скорее всего, уничтожат. Даже не скорее всего, а точно.

Эдем пробила дрожь, но она подавила ее, равно как и поднявшуюся было волну заботы о Дэрраке.

— Что же ты будешь делать?

— Постараюсь продержаться здесь, в мире смертных, сколько получится. Как только они меня учуют, сразу направят кого-нибудь на охоту.

В голове Эдем была просто сумятица.

— Тогда зачем пытаться снять проклятие? Пусть сидеть в человеческом теле все равно что в тюрьме, но так, по крайней мере, ты в относительной безопасности.

Дэррак сглотнул и встретил взгляд Эдем.

— Если мы не снимем проклятие, ты умрешь.

У нее отвисла челюсть.

— То есть ты готов стать дичью и удирать от дьявольской орды, лишь бы не убивать меня?

— В общем, да.

— А что же с твоим инстинктом самосохранения?

— Он все еще действует. Я по-прежнему не хочу, чтобы надо мной проводили обряд экзорцизма. Одно дело — быть в бегах, и совсем другое — погибнуть на месте. Так, по крайней мере, у меня будет шанс. Пусть и крохотный. — Дэррак глубоко вдохнул. — Вот, пожалуй, и все, Эдем. Голая правда о твоем покорном слуге.

Она пыталась осмыслить рассказанное Дэрраком. Это было непросто. Но его история вполне совпадала со словами Селины. Эдем вчера нутром чуяла, что та говорит правду. И такое же ощущение возникло у нее сейчас.

Все это — истина. Во всех отношениях.

Эдем открыла ящик Пандоры и никак не могла его захлопнуть.

— Я до сих пор не знаю, как ты выглядишь на самом деле.

Дэррак стиснул зубы:

— Так, как есть.

— Но не всегда.

— Я никогда не принимаю другой облик, если нет необходимости.

— Покажи мне этот другой, — велела Эдем.

Он покачал головой:

— Не хочу пугать тебя.

— А вот с этим ты чертовски опоздал.

— Ты боишься меня.

Это было слишком очевидно, чтобы скрывать. Так что Эдем не стала юлить:

— Ты же демон. Как я могу не бояться?

В следующий миг Дэррак метнулся вперед и, выхватив кусок соли из руки Эдем, швырнул его на стол. Она ахнула, когда демон крепко стиснул ее запястья и прижал их к плите позади.

— Если бы я собирался тебе навредить, — выдохнул он, обжигая дыханием щеку, — я бы уже сделал это. Не хочу причинять тебе боль. Ни за что.

Ее сердце отчаянно застучало.

— Отпусти меня.

Он отпустил ее руки, но только затем, чтобы тут же обхватить лицо.

— Я все тот же человек, каким был вчера. Которому ты доверяла. Ничего не изменилось.

— Ты не человек.

Но как же он был на него похож. Чуть шершавая щетина на твердом подбородке, полные губы... Шелк волос, пропущенных сквозь ее пальцы... Кожа, прижимающаяся к ее коже... Все такое реальное. Такое человеческое.

— Я сделаю все, чтобы доказать тебе. — Рот Дэррака был совсем близко от ее губ, а Эдем не могла ни повернуть голову, ни отстраниться. — Что мне сделать?

— Скажи свое истинное имя, — тут же сказала она. Она дала демону шанс полностью открыться ей.

Он застыл.

— Эдем... ты даже не представляешь, о чем просишь.

— Ну конечно, представляю. Если я узнаю твое истинное имя, то смогу заставить рассказать мне все. Или показать, каков твой демонический лик, так ведь?

— А еще ты сможешь заставить меня порвать на серпантин любого, кто перейдет тебе дорогу. Или... жонглировать. Или спеть караоке. Узнав мое истинное имя, ты сумеешь сделать из меня марионетку.

Караоке? При других обстоятельствах это могло быть весело.

— А что, если я пообещаю ничего из этого не делать?

Дэррак стиснул зубы:

— Не могу. Прости.

— А может ли кто-то сам выяснить твое имя?

Дэррак, наконец отпустив ее, сделал шаг назад.

— Если этот кто-то будет очень решительным. А еще вероломным и готовым встретить то, что будет, когда я завершу все задания, которые он мне поручит.

Эдем не отрывала от Дэррака глаз.

— Именно поэтому Селина пыталась тебя уничтожить? Ты ведь наверняка разозлился из-за того, что она призвала тебя и вынудила превратить ее в черную ведьму?

Лицо Дэррака было непроницаемым.

— Что конкретно она рассказала?

Эдем скрестила на груди руки:

— Вообще-то не так уж много. Что она прибегла к какому-то заклинанию, чтобы заставить тебя отдавать ей силы вместо того, чтобы вытягивать. И где-то на этом месте ее истории у меня окончательно снесло крышу.

— Могу представить.

Дэррак перешел на другой конец крохотной кухни и облокотился на полированную поверхность посудомоечной машины.

— Заклинание дало Селине слишком много сил. Едва не уничтожило ее. Ведьме надо было обуздать черную магию прежде, чем та окончательно разрушила бы ее ушу. — Дэррак поднял измученный взгляд на Эдем. — Так что дальше?

И в самом деле, что дальше? Эдем разрывалась на части. Он признался, что лжец, архидемон и вообще ходячий ночной кошмар, но она все еще не удирала от него с дикими воплями. Хотя она в любом случае не смогла бы от него сбежать. Чудовище он или нет, Дэррак по-прежнему был приклеен к ней сверхъестественным супер-клеем.

И было тут что-то еще. Глубокое желание доверять ему, даже после всего, что она узнала.

Прежде чем она успела что-то ответить, в дверь постучали, и Эдем замерла.

— Ждешь кого-то? — спросил Дэррак.

Эдем покачала головой, но он, казалось, ей не слишком-то поверил. Дэррак подошёл к двери и посмотрел в глазок. К ее удивлению, он вдруг повернул ключ в замке.

— Что надо? — недружелюбно поинтересовался он.

— Все еще торчишь здесь? — Это был Бен. У Эдем перехватило дыхание.

— Как видишь.

— Эдем дома?

— Да. — Дэррак натянуто улыбнулся. — Очень вовремя, кстати. Не знай я тебя, сказал бы, что ты экстрасенс.

Бен зашел внутрь.

— Я позвонил в офис, и Энди сказал, что тебя нет. Так что, оказавшись в этом районе, решил попытать счастья и проверить, вдруг ты дома.

— О. — сказала Эдем. — Ну. Здорово. Вот и я.

Он улыбнулся:

— Кто-то открыл дверь подъезда, так что я смог подняться прямо сюда.

Повисло неловкое молчание.

— Дэррак, послушай, — произнес Бен. — Как думаешь, я могу поговорить с твоей сестрой наедине, хотя бы одну минутку?

Дэррак глухо рассмеялся:

— Сестрой, да?

— Ну да.

Он склонил голову набок:

— А если я бы сказал, что вовсе ей не брат?

Эдем наградила демона хмурым взглядом, но он слишком сосредоточился на полицейском.

Бен нахмурился:

— В таком случае я, наверное, поинтересовался бы, с чего ты мне это говоришь? И почему тогда живешь вместе с ней?

— У нас с ней все очень сложно.

— Можешь уйти куда-нибудь, чтобы мы смогли поговорить наедине?

— Боюсь, что нет. Мне надо все время держаться поблизости.

— Ты такой настырный.

— Можно и так сказать. Эдем? — Дэррак перевел на нее взгляд.

Сердце Эдем сжалось. Она не хотела втягивать в это Бена.

— Бен, сейчас не самое удачное время. Можем поговорить позже?

На его лице отразилось замешательство.

— Нет, не можем. Я хочу знать, что, черт возьми, происходит. Почему ты представляешь всем Дэррака как своего брата, а он утверждает, что это не так?

— Конечно, потому, что она пыталась защитить тебя от правды, — встрял Дэррак.

Эдем стиснула кулаки.

— Дэррак. Хватит!

— А что это за правда? — Бен, прищурив глаза, уставился на демона. — Ты ее любовник? Бывший парень? Слишком заботливый сосед? Дай знать, когда я угадаю правильный вариант.

— В тот вечер в ресторане, — оборвал его Дэррак, — когда ты остался поболтать с юным Малкольмом, что он тебе рассказал? Любопытно узнать.

— А ты-то как об этом узнал? — Бен потер виски, словно у него разболелась голова.

— Я много чего знаю.

— Наверное, Эдем рассказала? Ну, этот маленький помешанный чудик трепался об обществе, в котором состоит. Все то же самое, что кричал тебе, Эдем. Они называют себя как-то вроде "Малеус". Он заявил, что они борются со злом. Демонами, ведьмами, духами.

— Помимо всего прочего, — подтвердил Дэррак.

Бен перевел на него взгляд.

— Он даже дал мне визитку. Сказал позвонить, если я решу присоединиться к ним. Представляешь, он решил, что у меня есть потенциал. — Фыркнув, Бен посмотрел на Эдем. — Этот придурок настаивал, что ты одержима. Поэтому он за тобой гоняется. Полный псих. Совсем как тот маньяк. Он ведь тоже говорил, что в него вселился демон. Что, черт возьми, в этом городе творится? Ни с того, ни с сего все начинают нести какой-то параноидальный бред.

— А что? Ты не веришь в демонов? — поинтересовался Дэррак. — У тебя на шее крестик, а значит, думаю, в ангелов ты веришь. Что, такая уж проблема представить, что существуют и другие невидимые человеческому глазу создания?

— Дэррак! — вновь предупредила его Эдем.

Он рассмеялся, и в его смехе легко было расслышать горечь.

— Не хочешь портить незамутненный ум своего полицейского, да? Надеешься, он так и будет оставаться невинным пай-мальчиком? Ведь такой мужчина тебе и нужен, да? На какой-то миг я совсем забыл об этом.

Эдем прищурилась. Да он над ней издевается!

— Ладно. Хочешь поиграть? Хорошо. И плевать, насколько чокнутой я буду после этого выглядеть.

— Ну же, — иронично отозвался демон.

Эдем попыталась собраться с мыслями. Она вовсе не планировала ничего подобного, но, возможно, так будет даже лучше.

— Бен... Тот серийный убийца. Когда ты застрелил его, демон покинул его тело и вселился в меня. И с тех пор я одержима.

Бен непонимающе уставился на нее:

— Что?

— Одержима в самом прямом смысле. Но так как у меня есть какие-то экстрасенсорные способности — те самые, которые помогли мне почувствовать убийцу в шкафу, — демон может со мной общаться. А еще он может днем покидать мое тело и материализовываться.

— Да ладно, Эдем. Это не смешно.

Она крепко стиснула руки и набралась мужества, чтобы сказать всю правду.

— Дэррак и есть тот демон. Поэтому он должен быть рядом со мной. Мы связаны, пока я не умру или не изгоню его.

Несколько долгих секунд Бен просто разглядывал ее. Затем нервно рассмеялся:

— Хорошо, я понял: это такая шутка. Парни в участке тебя подговорили, да?

Эдем должна попытаться. Неожиданно для нее стало важно, чтобы Бен поверил ей.

— Это не шутка. Все по-настоящему. В тот день, когда Малкольм вместе с матерью избивали меня в "Трипл-Эй", как ты решил, на самом деле они проводили обряд экзорцизма. Я попыталась прервать его как раз перед тем, как ты появился.

— И почему это ты захотела его прервать?

Она бросила взгляд на Дэррака.

— Отличный вопрос, — отозвался он. — Да, Эдем, почему ты хотела прервать его? Поделись с остальными.

— Я... мне не хотелось причинять ему боль, — ответила она. В конце концов, это было правдой. По крайней мере, тогда. — Он убедил меня, что не злой.

Она не отрываясь, глядела в хмурые глаза Дэррака. Он ничего на это не сказал.

— Ладно, давай-ка все проясним. — Бен потер виски. — Дэррак — демон. Он вселился в тебя. У тебя был шанс от него избавиться, но ты не стала, потому что не хотела причинять ему боль, так как решила, что он... хороший?

— Точно.

Бен молча глядел на нее, словно ожидая, что она наконец рассмеется. Затем он покачал головой.

— Думаю, ты была права. Мне пора. А вы двое можете и дальше предаваться вашим ролевым играм. — Он повернулся к двери, но Эдем его остановила.

— Постой, я могу доказать. — Она не могла отпустить Бена вот так, когда он думал, что она жестоко разыгрывает его. Эдем обернулась через плечо на Дэррака, который как раз склонил голову набок. Демон еще имел наглость развлекаться, глядя на ее тщетные попытки объяснить все Бену.

Она сделает это ради их с детективом Кравецом счастливого будущего. Ведь Эдем вот-вот потеряет свой шанс быть с милым нормальным парнем. По крайней мере, с этим нормальным парнем.

Бен обернулся:

— Так доказывай.

— Да, Эдем, — подначил Дэррак. — Доказывай.

Демон не думал, что у нее получится. Эдем тоже сомневалась, но попробовать стоило. Хотя бы ради того, чтобы стереть это самодовольное выражение с его лица.

— Я знаю твое истинное имя, — сказала она. — Селина мне сказала.

Самодовольное выражение тут же осталось в прошлом.

— Эдем, нет. Не делай этого

— Darrakayiis, — медленно произнесла она, выговаривая каждый слог.

Дэррак тут же выпрямился, опустив руки по швам, словно солдат, ожидающий приказов сержанта. Он стоял совершенно неподвижно и лишь взглядом умолял Эдем ничего больше не говорить.

Эдем удивилась столь незамедлительной реакции на несколько простых слогов. Вот она — сила имени. Что ж, об этом Селина не лгала.

— Я жду, — сухо сказал Бен. Он не заметил никаких изменений в комнате, хотя вся власть перешла сейчас в руки Эдем.

Она нерешительно подошла к неподвижно стоящему демону, взглядом следившему за каждым ее шагом, и, коснувшись его плеча, провела по руке. Он был так напряжен, что мышцы обратились в камень. Эдем никак не могла решить, чувствует она вину или удовлетворение, обнаружив один из самых сокровенных секретов Дэррака.

Однако ей хотелось узнать еще больше.

— Покажи мне твой демонический лик, — просто сказала она, не в силах скрыть страха, пронизывающего каждое сказанное слово.

В следующий миг Дэррак вспыхнул пламенем.

Глава 19

Эдем с воплем отскочила от демона. Янтарное пламя окутало все тело Дэррака, которое неожиданно увеличилось в размерах — он стал футов семь ростом и раза в два шире, чем прежде. Два длинных изогнутых черных рога, едва не задевая потолок, венчали облысевшую голову. Лишь глаза, не тронутые огнем, были единственным, что осталось от прежнего Дэррака.

Эдем зажала рот ладонью, пытаясь сдержать истошный крик.

— Адский огонь тебе не навредит. — Даже голос Дэррака стал ниже и грубее, отлично довершая пугающий демонический образ.

— Это и правда ты? — набралась храбрости спросить Эдем.

— Ты же хотела увидеть мой демонический лик. Вот он.

Замешкавшись на секунду, Эдем все же сделала шаг вперед, не чувствуя от огня ни малейшего тепла.

— Как такое возможно? — поинтересовалась она.

— Огонь — часть меня, а я тебе никогда не наврежу. Обещаю.

Эдем робко протянула руку к золотым языкам. На ощупь пламя было горячим и сухим, словно Эдем трогала песок на пляже в жаркий день. Огонь не обжигал. Она рискнула надавить сильнее и почувствовала под ним кожу — шершавую и жесткую, но вполне реальную.

— Отойди от нее! — рявкнул Бен за ее спиной. — Не смей ее трогать.

— Эдем, ты должна позволить мне снова принять человеческий лик, — попросил Дэррак. — Пожалуйста.

— К-как? — запнулась она.

— Просто дай разрешение.

Она взглянула снизу вверх на демона, стоявшего перед ней во всей своей адской красе. Он совсем не походил на Дэррака, каким она узнала его за последние пару дней. Он даже говорил по-другому. Вот только это был Дэррак. Все тот же Дэррак.

— Хорошо. Ладно. Я раз-разрешаю тебе принять человеческий облик.

Пламя тут же угасло, и Дэррак вернулся к своему обычному виду. Его тело по-прежнему было высоким и мускулистым, но, по крайней мере, уже не таким огромным и наводящим ужас.

Красивое лицо демона исказила гримаса боли, неясно, правда, физической или эмоциональной.

— Я не хотел, чтобы ты видела меня таким. Я понимаю, что это немного... неожиданно и жутко.

Рука Эдем по-прежнему лежала на его груди, теперь затянутой в черную футболку.

— Да, неожиданно, — кивнула Эдем. — Но, как ни странно, я не так уж и испугалась.

Дэррак вскинул бровь:

— А теперь ты у нас врешь.

Она покачала головой:

— Я не вру.

Дэррак недоверчиво изучал ее лицо.

— Ты что, успела с утра напиться, пока я не видел?

— Это могло бы все объяснить.

— Отвали от нее, я кому сказал, — опять прорычал Бен.

Эдем обернулась и со свистом втянула воздух в легкие, увидев, как Бен, все еще стоящий в дверях, выхватил пистолет и нацелил его на Дэррака.

— Бен, нет! Убери оружие.

— Ты убедила меня, что он демон. Вот уж правда, лучше один раз увидеть.

— Бен, все в порядке.

— Он... оно чуть тебя не убило.

— Вовсе нет. Все нормально.

— Нормально? Нет, это не нормально! Ни в каком виде не нормально.

Дэррак держал руки опущенными.

— Я не собираюсь причинять Эдем никакого вреда.

— Заткнись.

Бен выругался под нос. На лбу у него от напряжения нарисовались морщины, и он немного опустил пистолет.

— Он был прав. Малкольм. Насчет всего этого он был прав. Ты демон.

Дэррак, оттолкнув Эдем в сторону, шагнул к полицейскому:

— Убери оружие, пока никто не пострадал.

— Ты опасен. Я своими глазами все видел. Тебя надо остановить.

Бен вновь вскинул пистолет.

— Бен, нет... — Эдем кинулась вперед, пытаясь остановить его прежде, чем ситуация выйдет из-под контроля, но было слишком поздно. Он уже нажал на курок.

Когда пуля разорвала ей грудь, Эдем лишь со свистом выдохнула. Ее словно ударили бейсбольной битой со всей силы. Внутри расцвела боль.

Выстрел отбросил ее на руки Дэрраку. Она жадно хватала ртом воздух, но каждый вдох словно рассекал огненным ножом легкие. Перед глазами поплыли белые пятна.

— Черт! — Бен с гримасой ужаса ринулся вперед. — Эдем! О Боже! Зачем ты встала на пути?

— Убирайся, — прошипел Дэррак. — Ты уже достаточно натворил.

Эдем посмотрела на искаженное лицо Дэррака. Он осторожно опустил ее на пол, зажимая рану ладонью.

Она дышала неровно, и с каждым вздохом боль только усиливалась.

— Дэррак... Если я... умру... что ты... будешь делать?

— Ты не умрешь.

— Прости.

Он сдвинул брови:

— За что?

— Что не доверяла тебе.

Он улыбнулся бы, если бы ситуация не была слишком серьезной.

— Вряд ли я дал тебе так уж много поводов довериться мне.

— Но ты... ты же... мой ангел-хранитель... Я не должна была... забывать это.

— Сейчас не время для обид. Тихо, Эдем. Все будет хорошо.

Эдем коснулась его руки, которой он зажимал рану. У нее мало времени. Она знала, что умирает.

Увидит ли она маму? Кэролин Райли никогда не производила впечатление особы, готовой скучать на небесах, будь у нее хоть какой-то выбор, но может быть, все-таки...

Эдем вдруг почувствовала странное тепло, исходящее от руки Дэррака.

— Ч-что ты делаешь?

Он стиснул челюсти и сосредоточенно нахмурился.

— Это вовсе не кошачья царапина, но я использую все свои силы.

Волна тепла хлынула в ее грудь. На миг стало даже больнее, чем от выстрела — словно все внутренности опалило огнем, — и Эдем заорала, но боль тут же уменьшилась, сменяясь покалыванием, когда края раны стянулись.

Дыхание Дэррака сбилось с ритма, руки задрожали.

— Вот так, — пробормотал он. — Это стоило мне всего запаса сил. И еще немного.

Эдем приподнялась на локте и посмотрела на свою грудь. На рубашке виднелось огромное кровавое пятно, и она нерешительно коснулась его. Боли больше не было. Удивительно, но Эдем чувствовала себя даже лучше, чем прежде, все ее тело будто наполняла энергия. Взглянув под рубашку, она убедилась, что там лишь неповрежденная кожа.

Широко раскрыв глаза, Эдем уставилась на Дэррака. Он ее исцелил!

Однако демон на нее не смотрел. Он взирал на полицейского, и в его глазах бешено металось янтарное пламя. Прежде чем Эдем успела произнести хоть слово, он бросился к Бену и приложил его об стену. Зеркало на двери упало и разлетелось на осколки.

— Ты едва не убил ее, — прорычал Дэррак. — Назови хоть одну причину, по которой я не должен отрывать тебе голову и швырять ее в мусоросборник?

Бен молчал. Он даже не глядел на разъяренного демона, не отрывая глаз от Эдем, которая как раз пыталась подняться на ноги.

— Дэррак, хватит! Отпусти его.

Наконец Дэррак опустил руки и отошел на несколько шагов. Его побледневшее лицо блестело от пота, и он выглядел совсем измотанным и больным. Тяжело дыша, он прижал к животу руку и согнулся пополам, словно от внезапного приступа.

— Эдем... — пробормотал Бен. — Мне жаль, что так вышло. Я... я глазам своим не верю... но это все ведь было по-настоящему. И ты в большой опасности. Идем со мной! Подальше от этого... этого чудовища.

Она покачала головой:

— Тебе пора.

— Эдем...

— Бен, послушай. Ты должен забыть все, что видел. Тебе так будет лучше.

Он сморщился, словно не понимая, о чем она.

— Он же демон.

— Я знаю.

— Пойдем со мной. Прошу.

— Не могу.

— Хочешь с ним остаться, даже зная... что он такое? — В синих глазах отразилось безмерное удивление.

Эдем с трудом сглотнула.

— Да. А еще я хочу, чтобы ты ушел.

Несколько долгих секунд Бен смотрел на нее, похоже, ожидая, что она все же передумает, затем трясущимися руками запихал пистолет под кожаную куртку. Он бросил еще один взгляд на Дэррака, который стоял, согнувшись, возле стенного шкафа.

— Отлично, — отрывисто кивнул Бен. Он рассеянно затеребил пальцами крестик на груди. — Но не говори потом, что я не пытался помочь.

Повернувшись, он открыл дверь и вышел. Эдем бросилась к Дэрраку. Демон медленно сползал на пол.

Он стал еще бледнее, глаза остекленели.

— Что с тобой такое? — вскрикнула Эдем. — Что произойдет, если ты потеряешь всю свою силу?

— Твое желание... исполнится. — Он выдавил слабую улыбку. — Я растаю в воздухе... и исчезну из твоей жизни навсегда. Осталось совсем чуть-чуть.

Это же именно то, чего хотела Эдем. Подобный трюк и должен был устроить для нее Малкольм.

— Возьми мою силу, — предложила она.

Дэррак покачал головой:

— Нет. Сейчас мне надо слишком много.

— Все равно.

— Ты даже не понимаешь, что говоришь.

— Понимаю. — Она опустилась перед ним на корточки.

— Дай мне исчезнуть. Осталось... недолго. Еще минуту или две...

Эдем обхватила его лицо руками и прижалась к губам.

Она преследовала сразу две цели: заставить демона заткнуться, а заодно позволить ему зачерпнуть ее вновь обретенную силу.

Это был замкнутый круг. Дэррак исцелял ее. Она — его. Как инструкция на шампуне: "нанести на волосы, смыть, при необходимости повторить".

Дэррак сопротивлялся совсем недолго. Он прильнул к ее губам и начал вытягивать из нее энергию. Через пару секунд у Эдем закружилась голова. Она приоткрыла рот, углубляя поцелуй, прекрасно понимая, что целуется с тем самым демоном, который стоял, окутанный золотым пламенем, посреди ее квартиры, упираясь рогами в потолок. Архидемоном, при одном лишь упоминании имени которого люди дрожали от страха, как Малкольм, или удирали из города, как Лина.

Вот только Эдем не боялась его. Она понимала, что должна — ведь у нее для этого была чертова уйма причин — но она не боялась. По крайней мере, сейчас.

Она могла избавиться от Дэррака раз и навсегда. Ей выпал превосходный шанс, но Эдем его упустила. Вместо этого она в самом прямом смысле обжималась с демоном на линолеуме кухни, и это было чертовски здорово.

Может, она и правда напилась с утра. Тогда бы ее поведению было хоть какое-то разумное объяснение.

Чем дольше длился поцелуй, тем большую слабость чувствовала Эдем, и не только потому, что Дэррак целовался просто восхитительно.

Она вспомнила их разговор после того, как он в прошлый раз позаимствовал у нее силы.

" — Проблема в том, что твоя энергия, насколько я успел распробовать, очень... даже не знаю, какое слово подобрать. Восхитительная? Аппетитная? Притягательная? Любое из этих слов подходит.

— Она вкусная?

— Да. Очень. И поэтому я не рискую брать слишком много, иначе не смогу остановиться".

И все же он смог. Через секунду Дэррак оборвал поцелуй. Теперь демон выглядел совершенно здоровым и обновленным. Он было улыбнулся, но тут заметил лицо Эдем. Теперь это она таяла на глазах.

И чертовски быстро.

— Эдем...

— Я в порядке. — Она неуверенно поднялась на ноги. Резко закружилась голова, и Эдем оперлась рукой о стену.

— Я забрал слишком много, да?

— Может, самую малость, — ответила она, и тут ноги окончательно подвели ее. Эдем успела почувствовать, как сильные руки подхватили ее прежде, чем она грохнулась на пол.

Все вокруг потемнело.

~~~

Когда Эдем проснулась, она почувствовала запах лазаньи.

Она подняла голову с дивана, на котором лежала, и посмотрела в сторону кухни. Дэррак как раз вынимал кусок лазаньи — прощальный подарок Лины — из микроволновки.

— Проголодался? — спросила Эдем.

Дэррак замер.

— Это тебе. Мне показалось, ты вот-вот проснешься, и я подумал, что надо для тебя сделать что-нибудь.

Он принес ей лазанью, поставил тарелку на журнальный столик, положил рядом вилку и отступил на пару шагов, освобождая ее личное пространство.

Эдем немного нервничала, чувствуя на себе взгляд демона после всего, что произошло, но все же наклонилась вперед, впиваясь зубами в тесто. Лина не шутила. Она и в самом деле превосходно готовила.

Взгляд на часы показал, что было уже почти четыре вечера.

— Похоже, я провалялась в отключке довольно долго, да?

— Я взял у тебя слишком много сил. Не мог себя контролировать.

— Это понятно.

Дэррак фыркнул:

— Да неужели?

— Ты был не в форме. — Эдем отставила тарелку и принялась складывать плед, которым укрыл ее Дэррак, пока она спала. Демон стоял, прислонившись спиной к кухонной стойке. Хотя он держался прямо, его лицо по-прежнему было таким же бледным, как и в те минуты, когда он чуть не исчез в небытие. — Да и сейчас выглядишь неважно.

— Я принял решение.

— Да ну?

Кивнув, Дэррак вытащил из кармана визитку:

— Нашел в твоей сумочке. Малкольм вчера дал тебе номер телефона?

Вскочив с дивана, Эдем бросилась к Дэрраку и выхватила визитку из его пальцев.

— Ты рылся в моей сумочке, пока я была без сознания?

— Вчера я уже копался в твоих шкафах. Так что это был лишь вопрос времени, прежде чем я забрался бы в твою сумочку. Следующим шагом станет аптечка и ящик с нижним бельем. — На секунду в голубых глазах мелькнула искорка смеха. — Ты должна ему позвонить.

— И почему же я должна это делать?

— Ты уже намекала, что запланировала обряд изгнания нечистой силы. Полагаю, этим должен был заняться чудо-мальчик.

Эдем не ответила, и Дэррак, похоже, посчитал ее молчание за согласие.

— А почему он еще не провел обряд? — поинтересовался он.

Эдем попыталась придумать какое-то разумное объяснение, но все же решила, что, учитывая все обстоятельства, лучшим вариантом будет правда. А то получится, что она лицемерит, не так ли?

— Он не мог этого сделать, пока ты был заглушен. А потом Малкольм узнал, что ты архидемон, и решил посоветоваться с начальством, как лучше...

— Как лучше раздавить адского таракана? — закончил за нее Дэррак.

— Он выразился не так, но в целом, да.

— Позвони ему и скажи, что не надо ничего ни у кого спрашивать. Я не буду сопротивляться. Он может приехать прямо сейчас, и мы со всем покончим. Уверен, он будет рад уничтожить архидемона. Наверняка получит за это медаль или еще что.

Эдем выдохнула.

— Рада, что ты так решил. Будь душкой, принеси телефон.

Дэррак замер на миг, но затем подошел к столу, схватил радиотелефон и протянул его Эдем.

Она взяла трубку.

— Большое спасибо. Интересно, а он не согласится угостить меня чашечкой кофе, когда мы закончим?

Дэррак пожал плечами:

— Не знаю. У него спроси.

Эдем посмотрела на демона:

— Ты ведь не думаешь, что я ему позвоню?

Дэррак стиснул зубы. Его лицо было убийственно серьезным.

— Не могу придумать ни одной причины, по которой ты не должна ему звонить. Ты ведь хочешь от меня освободиться?

— Вообще-то да, именно этого я и добиваюсь.

— Тогда вперед. Вот и твой шанс.

Положив телефон на стол, Эдем подбоченилась:

— Ты же спас мне жизнь.

— А потом чуть не высосал ее из тебя. И я каждый день вытягиваю из тебя силы. Все, что я делаю, убивает тебя.

Эдем вздрогнула.

— Мы придумаем другой выход.

— Нет другого выхода. Звони Малкольму. Он хочет тебе помочь. Он может тебе помочь. И хотя сейчас у меня свое тело, я все еще связан с тобой, так что сопротивляться не буду. Тебе нужно лишь открыться ему так же, как открываешься мне.

Эдем уставилась на телефон.

— Хочешь сказать, я должна с ним целоваться? Он же для меня слишком молод.

Дэррак схватил трубку и протянул Эдем.

— Это не смешно.

— Дэррак, давай не будем об этом говорить.

Он разочарованно выдохнул:

— И о чем мы поговорим? Я же лгал тебе снова и снова. Без малейшего стыда. Я злобный архидемон из адской геенны, который обращает славных девочек в черных ведьм. И я понемногу убиваю тебя, просто цепляясь за свое существование. В чем проблема-то? — Дэррак сунул телефон ей в руки.

Эдем протянула его обратно.

— А как же твой инстинкт самосохранения?

— Я как раз пытаюсь его побороть. Если ты не возьмешь телефон, я расплачусь как ребенок. Но я знаю, что так будет правильно. Просто сделай это, ладно?

Эдем вдруг громко расхохоталась. Этот внезапный приступ истерии удивил даже ее.

— Крутой злобный архидемон заставляет меня позвонить экзорцисту и провести обряд, а то он меня нечаянно прикончит. Так что ли?

Дэррак хмуро уставился на нее:

— Именно.

— А как же твоя байка "я заразился человечностью и теперь стал хорошим мальчиком"?

На лице Дэррака не отражалось никаких эмоций.

— Была ложью, конечно. Я само воплощение зла. Ты же видела, как я выгляжу в демонском обличье. Я что, похож на пушистого милого кролика?

— Вообще-то нет. У кроликов нет рогов, и они не горят дьявольским пламенем.

— Ну... вот видишь.

— Хотя все равно есть одна маленькая проблема, — сказала Эдем.

Дэррак вздохнул:

— Что еще?

— Я верю, что ты изменился. — Она подошла ближе и, положив руку ему на грудь, заглянула в глаза. — Потому что так оно и есть. Не знаю, каким ты был прежде, но теперь ты вовсе не зло. И раз уж ты был готов пожертвовать собой, лишь бы спасти мою никчемную жизнь, другие доказательства мне не нужны.

Дэррак выругался.

— Ладно, я сам позвоню.

— Я не отдам тебе визитку Малкольма.

Он насмешливо улыбнулся:

— И не надо. Я запомнил цифры.

И начал набирать номер.

— Я ведь могу тебя остановить с помощью истинного имени? — спросила Эдем.

Дэррак поднял на нее глаза:

— Можешь. Только помни, что я убил всех, кто имел надо мной такую власть, за исключением лишь одной.

— Я уже использовала твое имя, помнишь?

— Верно.

— Так убивай же меня.

Дэррак ткнул в нее указательным пальцем:

— Ты чокнутая. Кажется, я все понял: у тебя окончательно съехала крыша. Странно, что до меня только сейчас дошло. Ведь были же те, кто, увидев мой демонский лик, сходили с ума от страха перед таким величием.

Эдем закатила глаза.

— Ладно, похоже, ты о себе очень высокого мнения. Конечно, это было весьма впечатляющее зрелище. Но давай не будем увлекаться.

— Совсем больная. — Он покачал головой и снова начал набирать номер. — Так ты собираешься использовать истинное имя, чтобы меня остановить?

— Нет.

— Значит, дашь мне позвонить?

— Нет.

— Тогда как ты...

Эдем его поцеловала.

Глава 20

Дэррак выронил телефон.

Именно на это она и рассчитывала.

Схватив Эдем за плечи, Дэррак, явно в замешательстве от столь странного поведения, оттолкнул ее.

— Что, черт возьми, ты творишь?

— Пытаюсь не дать тебе совершить огромную ошибку.

— Ошибку? — настороженно переспросил он. — Я ведь мог выкачать из тебя остатки сил. И да, это было бы ошибкой. Только твоей.

— В этом я сомневаюсь.

— Тогда ты слишком наивная. И нарываешься на неприятности.

Эдем потянулась к нему, но он крепко сжал ее запястья и толкнул обратно к стене, не давая сделать ни шагу.

— Ты затеяла опасную игру, Эдем, — прошептал он ей на ухо. — Теперь ты знаешь обо мне все. Теперь ты знаешь, на что я способен. И с чего бы вдруг такое безрассудство? Еще не наплясалась со смертью?

Эдем жадно втянула воздух, чувствуя, как к ней прижимается горячее тело. Это ощущение затуманивало мысли.

Дэррак был тем самым рогатым демоном ростом в семь футов, который всего пару часов назад, объятый пламенем, стоял в ее гостиной. Тем самым, который, по его же собственному признанию, едва не вытянул из нее все жизненные силы. Конечно, за три века Дэррак изменился, а еще в человеческом обличье он мог казаться чертовски обаятельным парнем, но все равно демон был крайне опасен. И Эдем знала это.

Он мог с легкостью убить ее, стоит ему только захотеть.

Но Эдем верила, что ему это не надо.

И оставался лишь один способ выяснить все наверняка.

— Дэррак... — Ее губы замерли в каком-то дюйме от его.

— Зачем ты это начала? — В голосе демона сквозило напряжение. — Я же дал тебе шанс покончить со всем. Ты и в самом деле чокнутая.

Она кивнула:

— Может, ты и прав.

Он опустил ее руки, но не отступил. Эдем накрыла ладонью его щеку и заглянула в глаза.

Дэррак, не говоря больше не слова, впился в ее губы с такой страстью, что Эдем тихо застонала. Она зарылась пальцами в темные волосы, а его руки скользнули по ее спине вниз, обхватив попку и прижав Эдем еще сильнее.

— Эдем, пожалуйста, — выдавил Дэррак спустя секунду. — Это ошибка. Ты не должна быть со мной. Тебе нужен мистер Красавец. Он тебе боли не причинит.

— Он в меня стрелял.

Дэррак моргнул.

— Ну, если не обращать внимания на его склонность к насилию и забыть о том, что он тебя смертельно ранил, он хочет тебе только добра. Я это вижу.

Она кивнула:

— Ты прав. Но есть одна проблема.

— Какая?

— Я не хочу его. Я хочу тебя.

— Ты хочешь меня, — недоверчиво повторил он. — Но ты же...

Она притянула его к себе, чтобы поцеловать. Дэррак, не отрываясь от ее губ, поднял Эдем на руки.

Следующее, что она почувствовала, помимо прикосновения рта Дэррака, — это мягкость матраса под спиной. Она даже не заметила, как демон пронес ее все пятнадцать футов до спальни.

Что ж, грандиозный план, заключавшийся в том, чтобы с помощью поцелуя заставить Дэррака забыть о звонке Малкольму, работал.

И еще как!

— Вели мне остановиться, — прошептал Дэррак, упираясь руками в кровать и нависая над Эдем.

Вместо этого она стянула с него черную футболку и провела ладонями по крепким мышцам груди и живота, а затем ее рука скользнула еще ниже.

Демон со свистом стянул воздух.

— Эдем.

Она улыбнулась:

— Сейчас все так по-человечески, правда?

— В этот момент скорее адски мучительно. — Он буквально пожирал ее глазами. — Ты играешь с огнем.

— Так вот как называется эта часть тела? — Ее улыбка стала еще шире. — Спасибо, что объяснил.

Застонав, Дэррак обрушился на нее с поцелуями. Эдем охватило странное чувство победы. Все-таки она совладала с его чертовски раздражающими протестами.

Десять баллов в ее пользу.

Дэррак принялся медленно снимать с нее одежду, покрывая поцелуями каждый дюйм ее тела, а Эдем невольно вспомнила об их пробуждениях в одной постели. Тогда она вырывалась из его объятий, слишком смущенная силой своего желания к едва знакомому мужчине.

То есть демону.

Вот только на самом деле он стал ей очень знакомым. За эти несколько дней она успела узнать его лучше, чем кого-либо в своей жизни.

И когда Дэррак проник в ее тело на этот раз, он не был облачком черного дыма.

— Эдем, это так... хорошо, — выдохнул он, когда их тела задвигались в одном ритме. — Но я не хочу навредить тебе.

Темные волосы, в которых запутались ее пальцы, казались такими мягкими.

— Не причинишь. Просто поверь.

Эдем ждала, что он скажет что-то еще, но демон молчал. Голубые глаза буквально пронизывали ее. Дэррак больше не дразнился, язвительно и нагло, как раньше, когда она просыпалась рядом с ним. Теперь он был серьезен, пытаясь держать себя в руках и не причинить ей боли. Неужели он боялся, что, поддавшись страсти, потеряет контроль над собой?

И это одновременно возбуждало и пугало.

Пусть Дэррак не раз предупреждал ее об опасности, Эдем доверяла ему больше, чем он — самому себе. Теперь она знала, что хотела этого — хотела Дэррака! — с той самой секунды, как впервые увидела его.

Может, она и правда сошла с ума.

Раньше она закрывалась в себе, боялась довериться, боялась, что ей причинят боль, потому что в прошлом ей слишком часто доводилось обжигаться – и с ветреной матерью, и с жестоким бой-френдом, и со лживым женихом, и с невыносимо скучными коллегами, — но Дэррак был совсем другим.

Во всех отношениях.

Пусть он демон — даже архидемон, — но он стал ее ангелом-хранителем и другом. Он стал частью ее самой.

А теперь Дэррак стал и ее любовником.

Всякий раз, когда он вселялся в нее, это было здорово, пусть даже он этого не знал. Хотя с настоящим воссоединением тел все равно не сравниться.

Эдем позволила себе открыться Дэрраку полностью, душой и телом, так, как не открывалась никому прежде. Она гладила его красивое тело, гладкую, горячую — очень горячую — кожу, под которой перекатывались тугие мускулы. Она целовала Дэррака снова и снова, показывая, что совсем не боится его. Потому что он никогда не причинит ей вреда.

Эдем простонала его имя... ну ладно, его прозвище.

А потом, когда Дэррак выкрикнул ее имя, и его дыхание обожгло ей губы, произошло что-то действительно странное.

Яркий желтый свет вышел из его тела и окутал Эдем золотой аурой. Он был горячим, как кожа демона, как его губы, которым он опять накрыл ее. Дэррак, казалось, не замечал этого сияния.

И вдруг свет впитался в ее тело и исчез.

Какого черта?

— Эдем, рай, — прошептал Дэррак ей в губы, обрывая долгий поцелуй и отбрасывая пряди каштановых волос с ее лица. Она обняла его, тут же забывая о странном свечении.

— Да, так меня зовут, — с улыбкой отозвалась она.

Он чуть прикусил ее губу и улыбнулся.

— Райские кущи.

— У матери было очень специфическое чувство юмора.

— Думаю, это имя тебе подходит.

— Да неужели?

Дэррак, лежавший, тяжело дыша, в ее объятиях, вдруг напрягся. Он уселся на кровати и посмотрел на Эдем сверху вниз.

— Что-то не так? — неуверенно спросила она

Демон помрачнел.

— Эдем... это... этого не должно было случиться.

Она нахмурилась:

— Не совсем то, что я хотела бы сейчас услышать.

— Прости. Ты права. — Он нежно поцеловал ее, а затем поднялся и взял свою одежду.

— Ты о чем вообще?

— Просто... все дело в моей истории. — Он стиснул зубы. — Селина ведь рассказала тебе, что я инкуб?

— Да, — нерешительно подтвердила Эдем. — Она говорила, что инкубы вытягивают силы из своих жертв, но ты же больше не инкуб, и силы из меня не вытягивал, так что беспокоиться не о чем.

— Ты в порядке?

Она кивнула:

— Чувствую себя отлично.

— Ну и хорошо, — кивнул он и натянул футболку через голову. — Когда я был инкубом, то обольщал женщин, чтобы увеличить свою силу.

Эдем, подняв брови, натянула на себя простыню.

— Мне точно стоит выслушивать это прямо сейчас?

— Наверное, нет. Но я должен рассказать. Когда я поднялся на следующую ступень демонической иерархии, то должен был отбирать лучшие души для гарема самого Люцифера. У него много женщин. И мужчин. Его гарем размером где-то с Нью-Йорк.

Эдем почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Она уселась и подтянула колени к груди.

— Звучит не слишком-то весело.

— О нет, это было занятно. — Голос Дэррака был не слишком-то счастливым. Демон присел на край кровати. – Хотя тогда у меня было несколько иное представление о веселье.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Ну, просто я никогда не был... с кем-то... просто так, без каких-то скрытых мотивов. Секс был для меня работой, и большинство женщин потом сожалели о своем решении отдаться мне. Думаю, это всего лишь вопрос времени, когда ты к ним присоединишься.

— Считаешь, я буду жалеть о том, что было?

Он сглотнул:

— Да.

— Похоже, ты ничего не знаешь о моих бывших бой-френдах.

— Это совсем другое.

Эдем пыталась понять, что, черт возьми, он пытается ей сказать. Он же не хотел навредить ей. Уж это она точно знала.

— Ладно, ты был инкубом. Не совсем нормальное сексуальное прошлое, конечно. Но, в конце концов, в прошлом это и осталось.

Дэррак по-прежнему крепко стискивал зубы.

— Последняя женщина, с которой я переспал, стала черной ведьмой.

— Ты спал с Селиной? — Он не знала, почему это откровение застало ее врасплох. И откуда эти странные приступы ревности всякий раз, когда заходит речь о красавице-ведьме.

— Да. Она меня заколдовала.

— Понятно. Так значит, ты намекаешь, что, учитывая твою бурную разгульную молодость, нам стоило подумать о презервативе?

Еще немного, и улыбка бы растопила холодность его лица.

— Хочешь — верь, хочешь — нет, но это единственное, чего тебе не надо опасаться. У демонов иммунитет ко всем человеческим болезням.

Что ж, хоть одна хорошая новость.

— Так значит, ты не хотел, чтобы мы с тобой… — начала Эдем.

Он взял ее руки в свои:

— Я... я просто не желаю, чтобы с тобой что-то случилось. У меня какое-то дурное предчувствие.

Эдем провела ладонью по его лицу и запустила пальцы в темные волосы.

— Не волнуйся обо мне.

— Ничего не могу с собой поделать. Кажется, это моя новая работа.

— Я позвоню ей, — твердо произнесла Эдем. Она хотела перевести разговор в другое русло. Более практичное.

Дэррак сдвинул брови:

— Кому — Селине? Ты знаешь, как с ней связаться?

Эдем кивнула:

— Мы должны поговорить с ней, лицом к лицу.

Дэррак настороженно посмотрел на нее:

— Думаешь, это хорошая идея?

— Не только ты изменился. Она тоже. Похоже, мы вполне можем с ней все обсудить.

— Ну раз ты считаешь, что...

— Именно так.

Натянув простыню до груди, Эдем наклонилась и взяла с тумбочки у кровати телефон. Она попросила Дэррака передать ей книгу, которую вчера купила в магазине, ту самую, с номером Селины под обложкой. Пока Эдем нажимала кнопки, Дэррак, полностью одетый, молча сидел рядом с ней.

Спустя три гудка ведьма сняла трубку:

— Селина Шоу.

— Селина... это Эдем. Мы познакомились вчера вечером на вашей автограф-сессии.

— Я помню. Где мы встретимся, чтобы провести обряд?

— Я хотела бы встретиться, но немного по другой причине.

— Я могу уничтожить демона, Эдем. Так для тебя же будет лучше.

— Мы хотим с тобой поговорить.

— Мы? — повторила Селина. — Только не говори, что он снова запудрил тебе мозги.

— Нет, но нам надо...

— Ты должна прочитать мои книги, Эдем. Обязательно. Они помогут тебе по-другому общаться с мужчинами, помогут обрести внутренние силы. И больше никаких манипуляций. Нам вообще не нужны эти самцы. Мы вполне можем полагаться на самих себя. Список книг есть на сайте. А еще мы выпустили электронную и аудиоверсии.

Эдем пыталась сохранять спокойствие. Это давалось ей непросто.

— Я ценю твою заботу. Правда. Но ты ошибаешься насчет него. Ты же изменила свои представления о черной магии. А Дэррак... — Он бросила на него взгляд. — Дэррак тоже стал другим. Он не такой, каким ты его помнишь. Давай встретимся, и ты поймешь, что это так.

— Ты хочешь, чтобы я сняла проклятье.

— Дай нам всего пять минут, а потом сама принимай решение.

— А если я решу, что он по-прежнему чудовище и недостоин твоего милосердия?

— Все будет, как скажешь.

В трубке повисла тишина, и Эдем уже было занервничала, что Селина просто отключилась.

— Встретимся где-нибудь в людном месте. И если начнете выкидывать фокусы, я вас обоих превращу в кучки пепла, понятно?

Смеха в голосе ведьмы Эдем не услышала. Та явно не шутила.

— Понятно. — Эдем продиктовала ей адрес кофейни "Хот Стафф".

— Приеду через час, — сухо заявила Селина. — И у тебя будет пять минут, чтобы убедить меня, что архидемон превратился в бой-скаута. А потом, может быть, я сниму проклятие, лишь бы избавиться от вас обоих раз и навсегда.

— Большое спасибо. И, должна признать, я удивлена, что ты согласилась.

— У меня сегодня хорошее настроение. Меня только что снова пригласили на шоу Опры.

— И это вполне логично. Я еще не читала, но твои книги выглядят просто фантастично.

— Не подлизывайся. Не выйдет. Увидимся через час.

В трубке зазвучали гудки.

Сердцу Эдем понадобилась пара секунд, чтобы вернуться к нормальному ритму, пока она выключала телефон.

— Ты все слышал?

— Более-менее. — Дэррак выдохнул. — Поверить не могу.

— Просто поверь. — Эдем положила руку ему на грудь. — Она выслушает нас. Так что веди себя как можно приличнее. И лучше не пытайся вырвать ей сердце.

— Постараюсь запомнить.

Дэррак должен был обрадоваться новостям, но вместо этого он выглядел встревоженным.

Впрочем, нервничали они оба.

Что будет, если Селина решится снять проклятие? Дэрраку придется уйти. Эдем ведь именно этого добивалась, правда?

Ну конечно. Умирать ей вовсе не хотелось.

Неважно, что между ними произошло — в жизни Эдем не было места демону... пусть даже перевоспитавшемуся.

Только так, и никак иначе.

~~~

Час спустя Эдем наблюдала, как к кофейне подъезжает такси и оттуда выходит Селина. Окинув здание настороженным взглядом, ведьма зашла внутрь.

В кофейне было шумно — посетителей оказалось больше, чем обычно; запоздалым обедом наслаждалось человек пятнадцать. Большая часть публики примостилась на длинном ряду табуретов вдоль стеклянной витрины, где лежали пирожные и бутерброды. Свистящая и булькающая кофемашина выплевывала один за другим стаканчики с порциями кофе по завышенной цене.

Эдем и Дэррак сидели за столом в дальнем углу, выбрав самое уединенное место. Дэррак почему-то избегал встречаться с Эдем взглядом с тех самых пор, как они покинули ее квартиру.

Его явно терзала вина за то, что у них было. И пусть Эдем понимала, почему он так себя ведет, счастливее от этого она не становилась.

Когда Селина приблизилась, волоски на руках Эдем чуть ли не поднялись дыбом. Что это? Электрический разряд?

Селина, поигрывая серым кулоном на шее, окинула их обоих взглядом, в котором светилось все что угодно, кроме дружелюбия. Дэррак встал и поднял руки ладонями вверх, демонстрируя, что ничего не прячет.

— Я не причиню тебе вреда.

Селина подозрительно уставилась на него:

— И почему я тебе не верю?

Он снова уселся на место.

— Я просто хочу поговорить.

Селина продолжала стоять.

— Забавно, но мне казалось, что обычным разговором вы не ограничитесь.

Ее недоверчивый взгляд замер на Эдем, и в нем появилось что-то еще. Что-то, не поддающееся расшифровке.

— Что ты наделала? — спросила она шепотом.

Эдем лишь распахнула глаза, и электрические разряды снова заискрили по ее коже.

— Что-то по сравнению со вчерашним вечером изменилось. Я почувствовала это, как только зашла сюда. Но.. — Ведьма огляделась, будто пытаясь найти источник своего беспокойства, затем ее внимание снова приковалось к Эдем. — Это ты.

— Я?

Алые губы Селины скривились в гримасе отвращения.

— Ты позволила соблазнить себя одному из любимчиков Люцифера?

Эдем непонимающе уставилась на нее:

— Я... эээ...

— Ты совокуплялась с демоном, — почти что прорычала Селина.

Совокуплялась? Такое мерзкое словечко.

Эдем откашлялась, чувствуя, как щеки заливает румянец. Отлично. У нее что, каким-то волшебным образом на лбу отпечаталось, как они с Дэрраком немного помяли простыни? Она оглядела кафе, но на их троицу никто не обращал внимания.

— Вообще-то это не твое дело, — отрезала Эдем.

Селина иронично рассмеялась:

— Хотелось бы. — Она посмотрела на Дэррака. — Тебе должно быть стыдно! Она же всего лишь смертная.

Выражение его лица не изменилось.

— Эдем права. Это не твое дело.

Ведьма затрясла головой:

— А ты все такой же лживый демон, как и прежде?

— Я никогда тебе не лгал, Селина, — ровно произнес он. — Это ты меня призвала и заставила дать тебе силы, которых так жаждала.

— И с тех пор жалею об этом каждый день.

Дэррак обнял пальцами кружку с горячим кофе.

— Что-то не видно, чтобы ты все эти годы так уж сильно убивалась.

— Неужели? — Она коснулась своего кулона. — У меня душа черная.

— А мне кажется, больше похоже на серый.

Эдем вгляделась в украшение.

— Вы это о чем?

Селина нервно выдохнула:

— Я ношу амулет — он показывает, когда душа владельца в опасности. Чем темнее он становится, тем тщательнее надо контролировать силы, иначе меня окончательно поглотит тьма.

— Это как колечко-определитель настроения? — уточнила Эдем.

Селина стиснула камень.

— О, ну конечно же. Индикатор состояния моей души ничем не отличается от какой-то детской безделушки. Ты всегда такая умная?

Костяшки пальцев Дэррака побелели от того, как сильно он вцепился в край стола.

— Эдем только-только узнает, что мир далеко не такой, как это принято считать.

— Да вижу я, какая она невежественная. Особенно когда речь заходит о тебе, демон. Полагаю, ее очаровало твое красивое личико, и она еще не видела твоего истинного демонического облика?

— Так после всего, что было между нами, ты все еще думаешь, что я красивый? — насмешливо переспросил Дэррак. — О, прошу, хватит. Я смущаюсь.

— Я видела, — перебила его Эдем. — Видела его демонический лик.

Ведьма явно удивилась:

— Не верю.

Эдем настойчиво закивала:

— Он гораздо выше и массивнее, у него есть здоровенные рога, и он весь покрыт адским пламенем. В общем, на эталон мужской красоты не тянет. — Она бросила взгляд на Дэррака. — Без обид.

— Да ну что ты.

Селина моргнула.

— Я признаю ошибку. Но поверить не могу, что после этого ты все равно его приняла. Что ты... совокуплялась с ним.

Опять это словечко. Эдем поморщилась.

— Давай закроем тему, а? — предложила она.

Ведьма скрестила на груди руки:

— Моя жизнь сейчас идеальна. Я не хочу рисковать. Я же уничтожила тебя, демон.

— Ну, ты явно старалась от всей души. – Дружелюбия в голосе Дэррака не слышалось.

— Тогда я была совсем новичком. Мне следовало удостовериться, что все получилось.

— Сделанного не воротишь.

— Да ну?

Демон заерзал на сиденье.

— Я пытаюсь быть вежливым, но триста лет без тела и голоса вроде как легли тяжелым камнем на мое сердце.

— Ну, сейчас-то у тебя вроде как снова есть тело. И очень даже славненькое.

— Селина, ты что, со мной заигрываешь? Я бы сказал, что это немного неуместно, особенно учитывая наше с тобой прошлое.

Ведьма нахмурилась:

— Даже не знаю, как ты умудрился заполучить тело. Предыдущее я ведь уничтожила.

Дэррак заметно напрягся:

— Поверь, я этого не забыл.

— Так в чем же дело? Это из-за нее? — Селина кивнула на Эдем.

— Думаю, да.

— Ее психическая энергия позволяет тебе собрать достаточно сил, чтобы днем обрести тело. А ночью тебе приходится снова в нее вселяться.

— Проницательна, как и всегда.

Эдем не отрывала глаз от своей чашки с горячим шоколадом.

Селина насмешливо улыбнулась:

— Борешься с искушением придушить меня ремешком моей же сумочки?

— Вообще-то раздумываю, как лучше использовать кофейную ложечку. В умелых руках она может оказаться смертельно опасным оружием. — Дэррак бросил взгляд на Эдем. — Несмотря на магические способности и ее... ну, слегка подпорченную душу, черная ведьма все же остается человеком. И, хоть она бессмертна, ее тело по-прежнему уязвимо.

Эдем не понравилось, как он это произнес. В его голосе прозвучала настоящая жестокость. Она спросила себя — причем, уже не в первый раз — не зря ли она свела эту парочку вместе.

Хотя в любом случае уже поздно.

— У него ведь есть два способа избавиться от проклятия — или я снимаю его добровольно, или он убивает меня собственными руками, — напомнила ей Селина. — Так что уж простите, если я немного нервничаю.

— Селина, пожалуйста, сядь, — попросила Эдем.

— Лучше постою.

— Ты слегка бросаешься в глаза.

— Как будто меня это волнует. Кажется, я говорила, что у вас пять минут. Думаю, время почти истекло. — Она прищурилась. — Я чувствую, как ты слаб, демон. После всех этих лет ты уже не такой, как прежде, да?

— Ага, я изменился. Стал совсем жалким и убогим. Мы тебя из-за этого и позвали.

— Тогда у тебя минута, чтобы убедить меня снять проклятие. Можешь даже поплакать немного.

Дэррак хмуро кивнул:

— Судя по всему, придется.

— Бо-же-мой! — донесся до ушей Эдем пронзительный вопль. Бариста Нэнси, должно быть, только что заступила на смену. — Селина Шоу! Здесь, в "Хот Стафф"! Поверить не могу!

— Отлично, — пробормотала под нос Селина. — Фанаты. Только их мне сейчас и не хватало. Надо было наложить маскирующее заклятие на столик сразу же, как я вошла.

Нэнси уже мчалась к ней.

— Я могу предложить вам кофе, мисс Шоу? Бисквитное печенье?

— Спасибо, но нет.

— Как насчет черничной лепешки? Я могу подогреть ее в микроволновке и положить сверху кусочек масла. Вы же едите сладкое?

Селина вздохнула:

— Вынуждена отказаться. Но благодарю за предложение.

Бариста лучезарно улыбнулась писательнице, затем ее внимание переключилось на Эдем.

— Вы только посмотрите на нее — болтает с самой Селиной Шоу. Да если бы не я, ты бы ее даже не нашла. А теперь вы как лучшие подружки!

— Нашла? — переспросила Селина. — Так это ты помогла им до меня добраться?

— Да! Можете поверить: они даже не слышали о ваших книгах? Эдем никогда бы не узнала о вашей автограф-сессии, если бы я ей не сказала.

Селина расплылась в улыбке:

— Убирайся. Пока я не вырвала тебе позвоночник, чтобы сделать из него рычаг переключения передач для моего "феррари".

— Как скажете. Если все же решите что-нибудь заказать, просто позовите меня. — Нэнси неторопливо ушла, так и не обратив внимания на смертельные угрозы.

Селина повернулась к двери.

— Не стоило мне сюда приезжать.

— Нет. Пожалуйста, стой! — окликнула ее Эдем. — Дэррак изменился. Совсем как ты.

Селина застыла на месте.

— У нас с ним ничего общего.

— За три сотни лет, проведенные внутри людей, в нем зародилась человечность.

Ведьма вскинула брови.

— Думаешь, именно это и случилось?

— Да, — подтвердил Дэррак.

— Мне ведь показалось, я почувствовала в тебе нечто человеческое. Но я решила, что это остаточные явления от твоих недавних необдуманных постельных игрищ с этой девушкой.

— А с чего ты решила, что у нас все было в постели? — Уголки губ Дэррака дернулись.

Селина пронзила его взглядом:

— Не смей над этим шутить.

От ее негодования улыбка Дэррака стала еще шире.

— Не надо ревновать. Для женщины твоих лет это просто неприлично.

— Ревность — последнее, что сейчас у меня на уме.

— Селина, послушай. Вот, как все было. Много лет назад ты призвала меня. Выкачала все силы, какие только смогла, и оставила от меня одну лишь пустую оболочку. Затем ты попыталась меня окончательно уничтожить.

— Ты собирался убить меня. Или думаешь это отрицать, а, демон?

Его ухмылка исчезла.

— Нет уж. Не люблю, когда меня призывают и заставляют делать что-то против моей воли.

Селина подбоченилась:

— Заставляют? Кажется, ты не слишком-то сопротивлялся. Если быть точным, ты набросился на меня, как маленький рогатый инкуб, кем ты, собственно, и был.

Эдем решила сходить за одной из черничных лепешек, о которых говорила Нэнси. В общем, убраться куда-нибудь, лишь бы не слушать эту слишком интимную перепалку.

Голубые глаза Дэррака сузились.

— Ведьма, это все было очень, очень давно.

— Не попытайся ты меня убить, мне не пришлось бы тебя уничтожать в отместку.

— Тебе стоило освободить меня, когда была такая возможность.

— Но я этого не сделала. И вот мы вспоминаем старые добрые времена в местечке, где подают пирожные и капуччино. И что теперь?

— Сними мое проклятие. Ты изменилась. Я изменился. У нас обоих есть будущее.

Несколько секунд Селина глядела не него.

— Ты что, убедил эту глупышку, что влюблен в нее?

Дэррак бросил быстрый взгляд на Эдем, которая с нарастающей тревогой следила за их обменом репликами, как за какой-то сверхъестественной партией в теннис.

— Это не имеет никакого отношения к тому, что между нами было.

— Ты серьезно так думаешь? — Селина вздохнула. — Эдем, будь с ним осторожна. Я тоже когда-то поверила, что он меня любит. И ошиблась.

— А не могли бы мы закрыть эту тему? — с нажимом спросила Эдем, одинаково возмущенная как обсуждением любви, так и рассуждениями о предательстве.

Дэррак стиснул зубы:

— Если ты не снимешь проклятие, я рано или поздно вытяну все силы из Эдем, и она умрет.

— Я в курсе. Но с чего бы меня это должно волновать?

— Потому что, раз уж ты у нас добрая ведьма и писательница книг по самосовершенствованию, как утверждаешь, то тебя должны заботить чужие жизни или смерти.

— Я никогда не говорила, что добрая. — Селина коснулась своего кулона. — Я говорила, что не желаю окончательно потерять душу. И мне не хотелось бы, чтобы кто-то переживал то же самое, что и я все эти годы. Я вчера предупреждала тебя, Эдем. Но уже слишком поздно, правда?

— О чем это ты? — спросила она.

Ведьма удивленно распахнула глаза:

— Ты и в самом деле ничего не понимаешь?

— Понимаю что? — Эдем очень не нравилось выражение лица ее собеседницы. Тем более что, судя по всему, с ней что-то не так.

Селина повернулась к Дэраку:

— Ты что, даже не почувствовал? Ты совсем идиот?

Дэррак нахмурился, и на его лице проступило замешательство. Он уставился на Эдем, пристально изучая ее, и вдруг в его глазах вспыхнуло понимание.

— Это невозможно!

— А я вот уловила это сразу же, как зашла, — как бы между делом заметила Селина.

— Будь ты проклята, Селина. — На скулах Дэррака заиграли желваки. — Это все из-за тебя, да?

Ведьма скрестила на груди руки.

— Если ты и должен кого-то винить, то только себя.

Дэррак сдерживался явно с большим трудом.

— Я знал, что ничего хорошего из этого не выйдет... но... даже предположить не мог, что так все обернется. Эдем... Прости.

Эдем никак не могла уловить, о чем они говорят, словно она зашла в кинозал на середине сеанса.

— Так, кто-нибудь может объяснить, в чем дело?

Селина наконец уселась рядом с ней. Она взяла ее за руку и крепко сжала.

— Прошлым вечером я рассказывала тебе, как вызвала демона и наложила на него заклятие, чтобы он отдал мне свои силы и сделал из меня черную ведьму.

— Помню.

— Это заклинание не снималось.

— То есть?

— Для его активации женщина должна добровольно заняться с демоном сексом, чтобы заполучить силу — ту самую черную магию, которую я стараюсь не использовать, чтобы не потерять остатки души. Я вызвала демона специально для этой цели — переспать с ним и стать ведьмой.

Каждое слово проникало в мозг Эдем. Все, что говорила Селина, начало укладываться в голове и обретать смысл, а затем осознание пронзило ее будто молнией.

Она ведь занималась сексом с Дэрраком. Добровольно. Очень-очень добровольно.

— И это значит... — начала она.

— Что ты теперь черная ведьма. — Селина холодно улыбнулась. — Добро пожаловать в семью.

Глава 21

За столиком повисла тишина. Вокруг продолжали гудеть голоса посетителей, вкусно пахло свежей выпечкой, постоянно звенел кассовый аппарат.

А жизнь Эдем изящным лебедем ныряла на дно озера, полного дерьма.

— Так что, демон, — продолжала тем временем Селина, — если ты и в самом деле изменился, как пытаешься меня уверить, значит, больше никогда не коснешься этой женщины, чтобы и дальше не совращать ее душу. Надеюсь, это не станет для вас особой проблемой.

— Сними заклятье, Селина, — мрачно сказал Дэррак.

— А как насчет твоего проклятия?

— В порядке очереди.

Тот свет, о котором Эдем успела позабыть...

Это были магические силы, проникающие, вливающиеся в нее. Меняющие ее.

Эдем стала черной ведьмой, потому что переспала с Дэрраком.

Если в Преисподней и есть венерические заболевания, то это явно одно из них.

— И что мне теперь делать? — ошеломленно прошептала она.

— Ты чувствуешь ее? — спросила Селина, пытливо заглядывая ей в лицо. — Магию внутри себя?

Эдем покачала головой:

— Ничего я не чувствую.

— Сосредоточься.

Она послушалась. И уловила те самые электрические иголочки, что и раньше. Словно какая-то сила покалывала кожу.

— Думаю, получается. И это вроде бы... приятно?

Ругнувшись, Дэррак вцепился в край стола с такой силой, что, казалось, вот-вот разломает его на части.

— Это вовсе не приятно. Нет в этом ничего приятного.

Селина смерила его скептическим взглядом:

— Хочешь сказать, ты не догадывался, что так будет?

— Я… я не знал.

— Но ты же думал, что все-таки что-то нехорошее случится, так? И все же пошел на это. — Она покачала головой. — Мужчины. Думают только о своих удовольствиях.

Эдем тупо глядела на них обоих.

Селина рассмеялась:

— С трудом верится, что ты тот самый архидемон, которого я призвала. Я-то думала, ты будешь рад, что испоганил еще одну человеческую душу.

В глазах Дэррака вспыхнул огонь.

— Ты должна все исправить.

Улыбка ведьмы исчезла.

— Не могу. То, что случилось с Эдем, — это не заклинание. Это его последствия. Как и в моем случае.

Эдем с трудом собирала кусочки информации воедино, еле сдерживаясь от того, чтобы не забиться в истерике, утопая под лавиной новостей, изменяющих ее жизнь.

— То есть с кем бы Дэррак ни... ну, она в любом случае станет черной ведьмой?

— Заклинание влияет лишь на тех, кто не уступает мне по силе экстрасенсорных способностей. — Селина выдавила еще одну холодную улыбку. — Похоже, у нас с тобой больше общего, чем я считала.

— Только я за черной магией не гонялась. Это как-то не входило в мои планы. — В голосе Эдем прорывались истерично-тонкие нотки.

Селина крепче сжала стынущие руки Эдем:

— Ты еще не прибегала к дремлющей в тебе магии. Если ты никогда не используешь ее, то, возможно, твоей душе ничего и не угрожает.

Эдем отчаянно пыталась сохранять спокойствие, но исход битвы был уже предрешен.

— Меня сейчас стошнит. Прямо здесь.

Селина обхватила пальцами ее запястья, и Эдем затопила странная волна облегчения, успокаивающая желудок.

— Дыши глубже, — велела ведьма. — Я отложу на пару дней свой тур-презентацию, останусь пока в городе, чтобы помочь тебе. Чувствую с тобой некую сестринскую связь.

В инфернальной туче мелькнул слабый лучик надежды.

— Ты правда так сделаешь?

Та кивнула:

— Просто держи свои чувства в узде, всеми силами. Я каждый день занимаюсь йогой и частенько медитирую. А еще ароматические свечи хорошо успокаивают. Гнев высвобождает черную магию, к которой слишком легко прибегнуть, когда ты не владеешь собой. — Селина коснулась кулона. — Магия черной ведьмы — в ее руках, и так ее гораздо проще использовать, чем произносить заклинания. Это очень похоже на наркотическую зависимость. Единственный способ избежать соблазнов черной магии — игнорировать их.

Звучало не слишком многообещающе.

— И что, избавиться от нее никак нельзя?

— Нет. Мне жаль.

Эдем сглотнула:

— Ну а льготы какие-нибудь есть?

— Например, возможность жить вечно, — улыбнулась Селина. — Только не забывай переезжать и менять имя каждые десять лет, иначе люди заметят, что ты не стареешь. И списать это можно будет разве что на ботокс.

Взглянув на Дэррака, Эдем увидела, что демон просто взбешен. Селина тоже повернулась к нему.

— Да ты не в себе, — заметила она.

— Ты у нас просто гений, раз заметила.

— На меня злишься или на себя?

— На обоих. Этого не должно было случиться. Мне следовало об этом знать. Предусмотреть все.

Селина склонила голову набок:

— Ты во что-то играешь, а, демон?

— Хотелось бы. Игры — это весело. А то, что происходит, — нет.

Ведьма изучала его еще пару секунд:

— Архидемон, которого я призвала, никогда бы не стал винить себя. Так ты и правда изменился?

— Да, пожалуй.

На ее лице по-прежнему отражался скептицизм.

— Но это вовсе не значит, что все так и будет. Сейчас ты очень слаб. А стоит тебе вернуть силы, как эти чувства исчезнут, и ты снова станешь прежним.

Дэррак покачал головой:

— Нет.

— Откуда тебе знать?

— Просто знаю.

Она поджала пухлые алые губы:

— Будь ты в прошлом человеком, я бы тебе поверила. Но ты им не был. Так что забудь эти выдумки.

Эдем робко отхлебнула из кружки с некогда горячим шоколадом. Остывший напиток неприятно обволок все горло.

— А мне не кажется, что это выдумки. Я верю, что Дэррак говорит правду.

— Ты так думаешь, да? После того, что он с тобой сделал? — Зеленые глаза Селины вспыхнули. — Тебе стоит кое-что увидеть. Теперь, когда мы разделяем с тобой эту силу, я могу это показать. — Ее пальцы сжались на запястье Эдем.

— Стой, что ты...

Однако слова уже застыли на ее губах. Стены кофейни замерцали, и Эдем вдруг очутилась на небольшой поляне посреди леса. В ночном небе висела круглая луна.

Холодный ветерок обдул кожу. До ноздрей донесся запах хвои и полевых цветов.

Где это она? Какого черта тут происходит?

— Освободи меня, — донесся из-за ее спины глухой голос. Эдем обернулась, и от увиденного у нее перехватило дыхание.

Перед ней стоял Дэррак в демонском обличье. Высокий, мощный, рогатый. Золотые языки пламени, разгоняя ночную тьму, облизывали все его тело. Дэррак стоял в центре круга, очерченного каким-то белым порошком. Демон был мрачным и очень-очень злым.

— Освободить? И зачем же мне это делать? — Слова сами сорвались с губ Эдем, и ее голос оказался слишком похож на голос Селины. Она и была Селиной. Это воспоминания ведьмы, которыми та решила поделиться.

— Я дал тебе то, чего ты хотела. — Эдем видела, как под пламенем шевелятся губы демона. Внутри магического круга он не мог очаровать ее, приняв человеческий лик, который и правда был весьма соблазнителен. Она могла внушать себе, что он всего лишь красивый, обаятельный, неотразимый мужчина, но Дэррак им вовсе ни был. Это иллюзия. Заклятый круг выставлял напоказ ту тварь, которой демон был на самом деле.

— Освободи меня, ведьма, — снова прорычал он, — прежде чем я окончательно потеряю терпение.

Эдем/Селина чувствовала, как внутри нее бурлит магия. Она забрала у демона все, что смогла, и знала, что он совсем слаб. Но даже измотанный архидемон был в сотни раз сильнее обычного мужчины.

— Я хочу отомстить тем, кто убил мою сестру. Я приказываю тебе уничтожить их. Пусть узнают, каково это — когда демон срывает мясо с костей.

Дэррак кивнул:

— Я сделаю, как ты велишь.

— Ты мой, — напомнила она ему. — Душой и телом.

— У меня нет души. Но мое тело к твоим услугам.

— Ты меня любишь? — спросила она, удивляясь тому, какие трогательно-жалкие слова слетают с ее губ. Где же ее сила и желание самой контролировать свою жизнь? Ведь именно из-за этого она и пожелала стать черной ведьмой.

Однако она должна знать.

Демон сразу же откликнулся на ее попытки соблазнить его. С каждым разом ее магия только усиливалась – Эдем/Селина чувствовала, как темная сила растет внутри, пока она не переполнила ее, грозя прорваться сквозь кожу.

И слишком уж быстро она влюбилась в демона, даже зная, кто он такой. Было трудно помнить о его природе, когда в человеческом обличье он выглядел таким привлекательным.

— Люблю ли я тебя? — переспросил демон. — Ты не захочешь услышать ответ.

И все же она должна.

— Скажи правду. Я приказываю тебе, Darrakayiis.

Он вздрогнул, когда сила имени обратилась против него самого, и зажмурился на мгновение, но тут же открыл глаза. Бездонный взгляд, казалось, буравил ее душу насквозь.

— Я демон, порожденный адским пламенем, — произнес он. — Я несу боль и смерть тем, кто оказывается на моем пути. Так люблю ли я тебя, ведьма, пленившая меня, вынудившая дать тебе силу и повелевающая уничтожить твоих врагов? Люблю? — Бездушные глаза прищурились. — Архидемон не может любить. Я убью тебя в ту же секунду, как мне выпадет такая возможность, и ты ощутишь мой гнев гораздо острее, чем чувствовала мою страсть. Я вкушу твою кровь и заберу силы, которые ты украла, из твоей почерневшей души. А затем я развею останки по ветру.

Холодный ветер разметал ее длинные черные волосы. У нее перехватило дыхание от страха, который вызвала ледяная угроза.

— Простого "нет" вполне хватило бы.

— Тогда нет. Я не люблю тебя. – Губы архидемона скривились в усмешке. — Но я просто обожаю сегодняшнюю погоду.

Опустив голову, Эдем/Селина увидела, что ветер разрушил круг из соли. Значит, демон больше не в ловушке.

Darrakayiis вышел из магического круга и улыбнулся, обнажая бритвенно-острые зубы, такие же черные, как и толстые обсидиановые рога на его висках.

— Так что у нас там по плану? Разорвать тебя на части? Что ж, давай этим и займемся.

Она отшатнулась, но когти демона успели царапнуть ей горло, и она почувствовала, как на грудь стекает теплая струйка крови.

Ужасающая улыбка демона стала шире.

— Я не против небольшой погони. Это только придаст пикантности.

Бесполезно было что-то говорить. Она знала, что демон собирается с ней сделать.

Не задумываясь больше, она высвободила все, что скопилось внутри нее, каждую унцию своей новообретенной черной магии, силу, которой она безумно боялась, но которая сейчас была ей необходима. В тот же миг с ее пальцев сорвалось разрушающее проклятие. Чернильная тьма окутала демона, отшвыривая его прочь, гася защищавшее его пламя и удерживая адскую тварь на месте столь же действенно, как и круг соли.

Эдем/Селина сосредоточилась на разрушительной магии — магии, которая уничтожала ее душу. Архидемон заорал от боли, и его тело взорвалось в огненном шаре.

Все было кончено.

Она рухнула на землю, едва дыша... но все же живая. Пепел снежинками кружил в воздухе – вот и все, что осталось от демона.

Эта победа дорого ей досталась. Сила внутри нее не иссякла, напротив, лишь окрепла и теперь просто переполняла ее. Душа теперь была в опасности.

Вот только сделанного не воротишь.

Эдем/Селина коснулась царапин на горле, и пальцы окрасились красным. Это напомнило ей об одном очень важном деле. Мужчины, чьи руки испачканы кровью ее сестры, пусть смертные, но такие же опасные, как и демон. С ними еще предстоит разобраться.

У нее больше не было архидемона, который исполнял бы приказы, а значит, придется позаботиться об убийцах самой.

Месть за гибель сестры стоит еще одной частички души.

Эдем ахнула, когда видение оборвалось, и ее сознание вернулось в кофейню. Широко распахнув глаза, она уставилась на Селину.

— Ты их убила? — задыхаясь, спросила она. — Мужчин, которые убили твою сестру?

На лице ведьмы ничего не отражалось.

— Ты поверишь, если я скажу "нет"?

— Вряд ли.

— Что ты ей показала, ведьма? — резко спросил Дэррак.

Эдем медленно обернулась к нему. Она никогда еще не видела эту сторону Дэррака, и поэтому совсем его не боялась. А ведь он был настоящим кошмаром.

И в то же время демон из ее видения отличался от мужчины, который смотрел на нее через стол, и красивое лицо которого искажалось беспокойством.

— Она показала, как прокляла тебя, — прошептала Эдем.

— Жаль, что тебе пришлось это увидеть. — Он стиснул зубы. — Селина, хватит. Ты снимешь мое проклятие или нет?

Несколько долгих секунд Селина молчала, изучая Дэррака и словно пытаясь разгадать какую-то необычайно сложную головоломку.

— Ладно.

Он вскинул бровь:

— Ух ты. Правда?

— Я это сделаю.

— Поверить не могу, что ты и в самом деле согласилась.

Она бросила на него хмурый взгляд:

— Не трать мое время, я могу и передумать.

Дэррак откашлялся.

— И когда же?

— Сейчас.

— Сейчас? — переспросила Эдем, по-прежнему пытаясь разглядеть ужасающую тварь в мужчине напротив нее. — Прямо здесь?

Селина поднялась, надевая сумочку через плечо.

— Нет. Где-нибудь подальше от чужих взглядов. На улице, и желательно, чтобы место походило на то, где было наложено проклятие.

— Возле моего дома есть парк, — предложила Эдем.

Селина кивнула:

— Отлично. И еще. Когда я сниму проклятие, Дэррак мигом отправится туда, где было уничтожено его тело.

— Серьезно? — Эдем взглянула на Дэррака.

— Да. Так что он получит билет в один конец до Салема в Массачусетсе. Надеюсь, они еще ничего не построили на этом месте, а то посадка выйдет немного жесткой. Ничего не имеешь против небольшого путешествия, демон?

Он покачал головой:

— Нет. Вообще-то буду только рад.

Эдем сглотнула. Он будет рад? То есть проклятие снимут, и — пуф! — Дэррак исчезнет. А после всего, что было, вряд ли он побежит за билетом на самолет до Торонто. Ему же придется удирать от адских ищеек, которые захотят притащить его на ковер к большому боссу.

— А еще я сниму то заклятье. Хотя, конечно, поздно запирать конюшню, если лошадь уже сбежала, но все же. И когда демон наконец сгинет с наших глаз, мы займемся твоим обучением. — Селина чуть улыбнулась. — Мне пришлось самой до всего доходить. И поверь, это было непросто. Тебе повезло, что я хочу помочь.

Ей повезло. Да уж, общение с демонами, ведьмами и прочими сверхъестественными тварями вполне могло обернуться чем похуже. Что ж, по крайней мере, она еще дышит.

Сила позитивного мышления. Может, ей стоит придерживаться этой философии, потому что закон притяжения как-то не срабатывает. У Вселенной чертовски странное чувство юмора.

Поднимаясь из-за столика, Эдем кое-что заметила краем глаза. На улице расхаживала, заглядывая во все окна кофейни, женщина, причем, знакомая. Встретившись взглядом с Эдем, та тут же бросилась к дверям.

Дэррак выругался.

— Думал уже, что больше не придется с ней свидеться.

Эдем с ним согласилась. Это была Роуз, специалистка по изгнанию духов, мамаша Малкольма. Интересно, она вообще представляет, как хорошо ее сынок разбирается в демонах и экзорцизме?

— Мисс Райли, — окликнула Роуз, подходя ближе.

— Я не хочу проблем, — отрезала Эдем. Это еще мягко сказано. Забот у нее скопилась такая гора, что Эдем даже не могла разглядеть ее вершину.

Роуз беспокойно сложила руки на набалдашнике трости. Сегодня на ней было ярко-желтое разрисованное цветами платье, на которое она сверху надела красный жакет явно ручной работы.

— Думаю, мы с вами ошиблись. И я чувствую себя ужасно из-за того, что полиции пришлось вмешаться. На меня и так уже поступали жалобы. Так что я решила приехать и извиниться лично, а заодно проверить, как вы. Неужто это было всего лишь несварение желудка?

— Да. — Эдем натянуто улыбнулась и кинула взгляд в сторону Дэррака. — Эээ... поверьте, я теперь нескоро притронусь к мексиканской кухне. Эти бобы — настоящая отрава.

— Я не стала снимать с вашей кредитки оставшуюся часть платы, а еще я верну вам задаток. Надеюсь, вы не станете подавать на меня официальную жалобу?

— Давайте просто забудем обо всем, — отозвалась Эдем.

Хоть какие-то хорошие новости. Может, Вселенная не так уж ополчилась на нее, как думала Эдем?

— И часто к вам обращаются с просьбами изгнать духов? — спросил Дэррак.

— О, вы бы удивились, узнав, насколько, — ответила Роуз. Она словно только сейчас заметила его и Селину. — Простите, не хотела вам мешать. Просто решила извиниться. Надеюсь, вы не держите зла на меня и моего сына.

Дэррак лишь фыркнул.

— Вы знакомы с моим Малкольмом? — тут же поинтересовалась Роуз.

— Да, мы встречались. Типа того. Кажется, он очень предан своей работе.

— Да, он такой. Я-то все надеюсь, что вернется в университет. Ему же стипендию дали, представляете? Но у него другие интересы. Он такой упрямый мальчик. — Она взглянула на Селину. — А вы ведь писательница, верно?

Селина холодно посмотрела на нее:

— Да, я написала пару книжек.

— Вы еще называете себя... гуру любви или что-то в этом духе.

Та холодно улыбнулась:

— Да, вроде этого.

Роуз окинула взглядом дорогой наряд Селины, задержавшись на секунду на сером кулоне.

— Какая прелесть.

— Спасибо. — Селина коснулась камня. — Это давнишний подарок от друга.

"Да уж, — подумала Эдем. — Очень-очень давнишний".

— Спасибо, Роуз, что приехали и что деньги вернули, — проговорила Эдем. — И никаких обид. Ни на вас, ни на Малкольма.

— Я очень рада.

Они одновременно направились к выходу.

— До свидания, мисс Шоу! Ваши книги изменили мою жизнь. Правда-правда! — крикнула Нэнси из-за прилавка. – И, Дэррак, тебе тоже пока. Хорошо, что мы повидались.

Роуз, нахмурившись, тут же уставилась на него.

— Она вас что, назвала Дэрраком? Мисс Райли, не так ли звали вашего демона?

— Нет, — поспешно сказала Эдем. — Его звали... э... Эрик. И это был вовсе не демон. Мексиканские бобы. Расстройство желудка. В общем, гадость.

Роуз свела брови.

— Мексиканские бобы под названием Эрик?

Эдем стиснула зубы:

— У меня такое богатое воображение.

— О. — Та, чуть улыбнувшись, покачала головой и оперлась на свою увенчанную хрустальным шаром трость. — Бывает. Моя память уже не та, что прежде. Ничего удивительного. В моем возрасте такое бывает.

— Ага. — Эдем выдавила улыбку, но странное волнение вызвало вдруг волну электрических мурашек, забегавших по рукам вверх-вниз. Неужели это черная магия реагирует на перепады настроения?

— Эта тетка мне не нравится, — пробормотал под нос Дэррак, когда они наконец распрощались с Роуз. — И не только потому что у нее ужасный вкус в одежде.

— Нам пора идти, — с нажимом сказала Селина. — Надо успеть засветло. Ну, если вы еще хотите, чтобы я сняла проклятие.

Эдем кивнула:

— Конечно, хотим.

Она вспомнила, что чуть раньше было у них с Дэрраком. Его губы на ее губах, его руки на ее теле... Она хотела его так сильно, что просто забывала обо всем на свете.

"Этого не должно было случиться", — слова Дэррака эхом отразились в ее голове.

Нет, не должно.

Секс с плохими парнями обычно заканчивается разбитым сердцем. А секс с демоном разбивает душу.

Надо запомнить на будущее этот маленький, но очень важный факт.

~~~

Эдем отвезла Селину и Дэррака к своему дому, хотя, если честно, на дорогу она обращала куда меньше внимания, чем следовало. К счастью, до аварии дело не дошло. Пусть она теперь черная ведьма ("Боже мой" — подумала Эдем), но Дэррак говорил, что, несмотря на ее обретенное бессмертие ("Боже мой!"), она все еще так же уязвима, как и обычный, вполне себе нормальный человек.

Боже Мой! Боже Мой! Боже мой!

Поэтому она крепко сжимала руль и старалась не думать о случившемся — ужасном и неправильном. Это давалось непросто.

Она въехала на парковку и, жутко взвизгнув тормозами, остановила машину. Может, Эдем теперь и бессмертная, но вот про ее насквозь ржавую "Тойоту" этого не скажешь.

Кивком головы она указала на заброшенный парк:

— Туда.

Селина окинула место придирчивым взглядом:

— Подойдет. До захода солнца время еще есть, но стоит начать прямо сейчас.

— А ты уверена, что проклятие можно снять? — спросил Дэррак. Эдем вздрогнула. Она даже не заметила, как он, выбравшись из автомобиля, встал прямо за ее спиной.

Селина кивнула:

— Твое желание, демон, вот-вот исполнится. Ты получишь свободу. Хотя я так и не поверила до конца, что ты ее заслужил.

— Тогда зачем ты это делаешь?

— Естественно, затем, чтобы помочь Эдем. — Селина одарила ее странно теплым взглядом. Видно, теперь она считала Эдем вроде как сестричкой. Кажется, еще чуть-чуть, и они начнут плести друг другу косы. — На нее и так навалилось достаточно проблем, чтобы ты еще под ногами путался. Ей будет гораздо лучше, когда она избавится от себя. А через десять минут именно это и произойдет.

— Понятно, — отозвался демон.

Что ж, он получит свободу, как и хотел. А Эдем доживет до своего следующего дня рождения без риска быть высосанной до дна.

Хэппи-энд для всех участников.

Вот только почему так сжимает горло, а глаза щиплет от слез? Она нервно выдохнула и попыталась взять себя в руки. Десять минут, и все закончится. Дэррак уйдет. А она попытается снова жить нормальной жизнью. Если это вообще возможно.

Ей понравилась работать вместе с Энди в "Трипл-Эй". Понравилось людям помогать. Забавно, но пока ты занят чужими проблемами, забываешь о своих собственных. Отличный урок на будущее. Так что, черная ведьма она или нет, Эдем станет сыщиком.

Очень одиноким сыщиком.

Ну, конечно, она будет работать с Энди, но после всех этих дней в компании Дэррака ее неизбежно будет преследовать чувство одиночества.

"Все к лучшему", — напомнила себе Эдем. Это именно то, чего она хотела. Независимость. Уединение. Одиночество. Так намного легче. Больше никто не отвернется от нее, не бросит как раз в тот момент, когда она уже привыкнет к чужому присутствию.

— Эдем, можно тебя на минутку, прежде чем мы начнем? — спросил Дэррак. — Только наедине?

Она сглотнула нелепый комок в горле.

— Ну конечно.

— Только недолго. — Напряженно окликнула их Селина. — Время — деньги.

Дэррак отвел Эдем к дубу на краю небольшой поляны – только теперь, впервые с момента переезда, она заметила, что здесь детская площадка. Она видела это место всякий раз, когда шла к машине, но никогда не обращала внимания на качели, горку и карусель, окруженные забором высоких деревьев, футах в десяти от парковки.

Выпрямившись, Дэррак скрестив на груди руки.

— Что? — спросила Эдем, и это прозвучало, пожалуй, слишком грубо.

— Хочу, чтобы ты знала: я сожалею, что все так вышло. – Красивое лицо демона было до удивления бесстрастным.

Банальное заявление, произнесенное ровным голосом — это было что-то вроде извинения, да? — повисло в прохладном вечернем воздухе. Оно зародило в Эдем странное чувство, усиливающееся с каждой секундой. Короче говоря, Дэрраку удалось-таки ее разозлить.

— Да ну? — прошипела она. — И что же именно ты имеешь в виду? Сожалеешь, что вселился в меня и перевернул весь мой мир с ног на голову? Или, может быть, что постоянно вытягивал из меня силы и подвергал мою жизнь опасности? Или что отпугнул мужчину, с которым мне нравилось проводить время? Или что позабыл рассказать о своем сексуальном прошлом, и теперь из-за бессмысленного перепихона я рискую разрушить всю свою жизнь?

Эдем с радостью увидела, как Дэррак поморщился, и в его безжизненных голубых глазах мелькнуло что-то, похожее на эмоции.

— Бессмысленного перепихона, значит?

Странно, что он уцепился именно за эти слова во всем ее пафосном монологе.

— Дэррак, давай просто покончим со всем и не будем притворяться, что это было чем-то важным. Ты же у нас, в конце концов, инкуб, так что, думаю, у тебя весь столбик у кровати в зарубках... Да тебя, наверное, целый мебельный завод обеспечивает нужным количеством столбиков.

— Да. Пожалуй, ты права. Конечно. Бессмысленный перепихон. — Он резко кивнул. — Только дай мне слово.

Эдем горько фыркнула:

— Слово? Какое еще слово?

— Что не станешь использовать черную магию. Никогда и ни за что.

— Я и не собиралась.

Стиснув зубы, она отвернулась.

Дэррак шагнул ближе и обхватил пальцами ее подбородок, вынуждая встретиться с ним взглядом.

— Я могу видеть твою душу, если хорошенько сосредоточусь, и она все такая же яркая и сверкающая, как в момент нашей встречи. Не хочу, чтобы ты рисковала ею из-за черной магии.

— Даже если дело будет очень-очень важным?

— Да.

Жар его ладони опалял кожу. Было трудно не вспоминать о том, как нежно эти руки скользили по ее телу.

Бессмысленный перепихон.

Эдем хотелось бы и в самом деле думать так о случившемся. Думать так о самом Дэрраке. Тогда ей было бы гораздо проще.

Оттолкнув его руку, она отступила.

— Ну, думаю, не стоит тебя благодарить за совет, ведь так?

— Да, не стоит.

— Тогда давай больше не будем тратить время. Пора наконец прощаться. Ты же вот-вот исчезнешь. Отправишься в свой Салем, или куда там еще.

— Точно. И все же... я хотел бы сказать тебе спасибо.

Эдем вскинула бровь:

— Спасибо? Но за что?

— Что не изгнала меня. Поверила, несмотря на все, что видела или слышала. — Дэррак снова шагнул к ней и обхватил лицо обеими руками. — Селина права. Без меня тебе будет лучше.

Заглядывая ему в глаза, Эдем не желала признавать чувства, бушевавшие внутри нее. Она будет скучать по демону. Даже после всего, что узнала о нем, после всего, что видела своими глазами, после всего, что он сделал с ней.

Она ужасно будет по нему скучать.

"Черта с два!" — рассердилась она на саму себя. Она не позволит себе раскисать. Эдем снова отступила, и руки Дэррака безвольно упали.

— И ты прав, — произнесла она как можно ровнее и спокойнее. — Без тебя мне будет лучше.

— Эдем...

— Селина показала мне твое истинное лицо. Ты чудовище. Ты разрушил мою жизнь. Мне стоило изгнать тебя, когда у меня была такая возможность, но я оказалась слишком глупой. И я жалею обо всем, что произошло между нами. Я просто хочу, чтобы ты ушел.

Каждое слово будто становилось ножом, который Эдем втыкала в демона. Прежде непроницаемые и невыразительные глаза Дэррака сверкнули, и он отвернулся. Неужели ей удалось его задеть?

Разве у архидемонов есть чувства? Дэррак утверждал, что теперь ощущает все человеческие эмоции. Но Эдем уже не могла различить правду и ложь.

— Значит, не будем терять время, — сказал он после небольшой паузы.

— Отлично.

— Прощай, Эдем.

Повернувшись спиной, он подошел к Селине, и они вдвоем направились на окруженную деревьями детскую площадку.

Глава 22

Краем глаза Эдем заметила, что у них есть свидетель. Черная кошка, прятавшаяся под автомобилем, всеми силами пыталась остаться незамеченной.

Лина.

Эдем не стала обращать на нее внимание, но все же сама мысль о том, что та объявилась, показалась ей забавной. Веркошка предпочла держаться от них с Дэрраком подальше, но все же, не сдержав любопытства, слонялась поблизости, чтобы увидеть, чем все обернется.

Селина вела их вглубь парка, пока они не вышли на поляну, укрытую опавшими листьями.

— Белые ведьмы практикуют магию природы, — задумчиво произнесла она. — Я тоже сперва баловалась этим, но сейчас она мне не подходит. Черная магия природу разрушает.

— Месть плохо вяжется с лепестками роз и нектаром из персика, — обронил Дэррак. — Так что мне делать?

Она взглянула на него:

— Просто встань вон там.

— Полностью в твоей власти, так, что ли?

Селина улыбнулась:

— Совсем как в старые добрые времена.

Дэррак повернулся к Эдем, но она не стала встречаться с ним взглядом. Пусть лучше он думает, что она злится на него, ненавидит и не хочет иметь с ним ничего общего.

Так гораздо проще.

Солнце нависало над горизонтом. До заката оставалось совсем недолго. Если все получится, Дэрраку больше не придется в нее вселяться.

Его проклятие будет снято.

И это, конечно же, к счастью. Эдем могла испытывать к демону чертовски противоречивые чувства, но быть одержимой отнюдь не желала. Никогда. И ни за что.

— Готов? — спросила Селина.

— Готов.

— Должна предупредить: это путешествие будет не из приятных. Может жечь. Причем, сильно.

— Вытерплю.

— Тогда к делу. — Закрыв глаза, Селина вытянула перед собой руки.

В следующую же секунду Эдем уловила, как на поляне завихрилась энергия. По качелям и горке заплясали электрические искры. Магия внутри нее встрепенулась, откликаясь, пробуждаясь, нарастая так, что становилось все сложнее ее игнорировать.

И все же Эдем сдерживала себя.

Она вздрогнула — не только из-за холодного ветра — и, потуже запахнув тонкое пальто, обхватила себя руками, не отрывая глаз от демона и ведьмы.

Селина открыла глаза.

— Darrakayiis, твоим истинным именем я связываю тебя.

Дэррак замер.

С нарастающим напряжением Эдем заметила, как потемнел серый амулет на шее ведьмы, пропускавшей через себя черную магию. Только сейчас, когда Селина выкрикнула истинное имя демона, Эдем поняла масштабы происходящего. Одно дело — признавать существование магии, совсем другое – своими собственными глазами видеть, на что она способна.

Селина с равным успехом могла как снять с Дэррака проклятие, так и уничтожить демона на месте.

Все же как рискованно Дэррак доверился ведьме… Сейчас он был целиком и полностью в ее власти, совсем как триста лет назад. Только теперь ведьма стала гораздо сильнее. Что, если Селина все еще держит на него обиду? И станет ли Эдем винить ее, если та его убьет?

Что, если она солгала им?

Эдем захлестнула паника. Что, если ведьма обхитрила их и теперь собирается покончить с демоном раз и навсегда? Эдем ведь ей поверила. А вот Дэррак не был таким наивным. Она видела теперь в его глазах надежду, смешанную с подозрением. И все же он открывался боли, которая либо уничтожит его, либо освободит.

Наблюдая за происходящим, Эдем сжимала кулаки, и ее магия почти срывалась с пальцев, как и говорила Селина. Казалось, ее так легко использовать, что не нужны даже никакие инструкции. Неужели это и правда столь просто? Достаточно лишь подумать?

Да. Поэтому-то эта магия так опасна.

— Валяй же. — В голосе Дэррака явно слышалась боль. — Делай уже одно или другое.

Селина улыбнулась Эдем.

— Знаю, о чем ты думаешь.

— Серьезно?

Ведьма кивнула:

— Не переживай. Я не стану мучить его дольше, чем потребуется. Сниму проклятие и наложенное на него заклинание. И мы все начнем с чистого листа.

Она говорила правду. Эдем с облегчением поняла это благодаря их странной связи. Пусть Селина и черная ведьма, но она вовсе не злая. Она боролась с этим. Своими мужененавистническими книгами пыталась помочь другим. Эдем понимала, что ведьма научит ее, как совладать с этими новыми способностями, которые, как жерло бурлящего вулкана, манили прыгнуть.

— А теперь завершаем дело, — твердо сказала Селина.

Тот дурацкий комок вновь подкатил к горлу Эдем. Взгляд демона, полный боли, застыл на ней. Сила окутала всю детскую площадку, и Эдем поняла, что в любой момент Дэррак исчезнет. Навсегда.

"Прощай, Дэррак", — подумала она.

Эдем вдруг уловила, как энергия вокруг нее застывает. Селина распахнула глаза и оглянулась.

— Кто ты, черт возьми? — отрывисто бросила она.

Эдем проследила за ее взглядом и увидела Малкольма, прислонившегося плечом к дереву.

— Простите. Я чему-то помешал? — поинтересовался он.

При взгляде на него Эдем прострелил ледяной страх.

— Помешал? — переспросила она, выдавливая короткий смешок. – Да нет, просто трое друзей болтают о всяких пустяках на детской площадке. Ничего необычного.

Малкольм медленно приблизился, и Эдем заметила в его руке кусок каменной соли размером с кулак.

— Я проконсультировался со своим куратором и теперь готов завершить дело.

— Ты знаешь, где я живу?

— Ну я же здесь, так ведь? Разве вы меня не ждали? — Малкольм выглядел несколько смущенным. Ну конечно, когда в последний раз они виделись, Эдем согласилась изгнать Дэррака.

Она неуверенно подошла к бывшему студенту, а ныне охотнику на демонов, состоящему в тайном обществе.

— Нет, Малкольм. Я передумала. Пожалуйста, уходи.

— Не могу.

— Эдем, будь осторожна, — предупредил ее Дэррак.

— Это ведь он? — Малкольм не смог скрыть дрожи в своем голосе. — Архидемон. Такой могущественный, что способен материализоваться.

Эдем сглотнула.

— Тебе надо вернуться домой. Я говорила с твоей матерью. Она сказала, ты получил стипендию. Тебе лучше вернуться в колледж. К нормальной жизни.

— Меня не волнует, что говорит мама. Моя жизнь — это. — Его взгляд переключился на Селину, и он резко выдохнул. — Она ведьма. Я чувствую ее силу.

Селина хмуро уставилась на него:

— Только подойди — почувствуешь еще кое-что.

Малкольм снова встретился взглядом с Эдем, и его глаза изумленно распахнулись.

— И вы теперь тоже ведьма.

Эдем вздрогнула:

— Меня много как называли, но теперь еще и это.

На лице парня проступило разочарование.

— Я хотел вам помочь. Но проиграл. Тьма уже захватила вас.

Эдем шагнула к нему, но он попятился, сжимая кристалл соли. Замешкавшись на секунду, он поднял его на вытянутой руке.

— В "Malleus" тебе этого не говорили, но есть исключения. Демоны и ведьмы, которые не хотят причинять людям зла. И ты не можешь их убивать.

Явно сбитый с толку, Малкольм покачал головой.

— Но во время обучения мне объясняли...

— Ты достаточно умен, чтобы понять: я говорю правду. Знаю, ты сейчас боишься, но не стоит. Ты очень храбрый, раз пришел сюда, но в этом нет необходимости. Мы сами пытаемся решить нашу проблему, и тебе надо уйти, чтобы не мешать нам. Ты ведь уйдешь? Ради меня?

Спокойствие, звучавшее в ее голосе, не имело ничего общего с эмоциями, бурлившими внутри, но Эдем знала, что их надо держать под контролем. Малкольма еще можно переубедить. Еще не поздно.

— Давай я просто убью его? — предложила Селина.

— Это не вариант, — отрезала Эдем, бросая на нее колючий взгляд. — Я думала, ты хорошая ведьма.

— И с чего все взяли, что я хорошая? Я всего лишь пытаюсь выжить. И не собираюсь рисковать моим приглашением на шоу Опры.

— Он никому ничего не скажет, — проговорила Эдем, далеко не уверенная, что это так. Она обменялась с Дэрраком тревожными взглядами. Демон держался тихо, по-прежнему прикованный к одному месту и связанный своим именем. Впрочем, на его лице уже не проступала боль... равно как и любые эмоции, хотя лоб избороздили глубокие морщины. Он переживал за Эдем или за себя?

Пальцы Малкольма сжались вокруг куска соли.

— Я могу спасти вас.

Эдем не смогла сдержать улыбки.

— Вообще-то мне кажется, что ты сейчас не меньше жаждешь меня убить.

— Для вас еще не все потеряно. Мы еще можем вас спасти. "Malleus"...

— Сборище ублюдков, таких же, как те, которые прикончили мою ни в чем не повинную сестру, — оборвала его Селина. — Не подпускай их к себе, Эдем.

— Эдем, будь осторожна, — подхватил Дэррак.

Малкольм, явно шокированный словами Селины, сглотнул.

— Мне надо подумать.

Очень хороший знак. Эдем чувствовала, что ей удалось до него достучаться. Мальчик всего лишь хотел поступать правильно. И неважно, какие он при этом преследовал цели.

Эдем услышала, как на стоянке в каком-то десятке футов от них припарковался автомобиль.

Селина с досадой выдохнула:

— Кажется, в кафе, и то народу было меньше. Стоило согласиться, когда моя фанатка предлагала мне булочки с черникой.

— Отпусти меня, Селина, — прошипел Дэррак.

— Хорошо, — сказала она и рассеянно щелкнула пальцами. — Я освобождаю тебя.

Демон сорвался с места и тут же оказался возле Эдем.

— Сделаем это в другой раз. Сейчас слишком опасно.

Эта мысль принесла с собой удивительное облегчение. Он прав. Сейчас не самое удобное время. Даже если им придется подождать сутки, это того стоит.

Малкольм, крепко стискивая кристалл, не отрывал глаз от демона.

— Мой долг — уничтожить тебя, исчадие ада.

Дэррак устало взглянул на него:

— Уважаю твою преданность работе, но, чтоб ты знал, мальчик: какая же ты заноза в заднице.

— Не называй меня "мальчик"!

— Тогда хватит вести себя как избалованный ребенок, как будто ты единственный знаешь, что в этом мире правильно. Ты ведь даже не представляешь, как все на самом деле. Прикончил пару подонков, и теперь считаешь себя экспертом. Тебе же мозги промыли в этой организации. Научись думать самостоятельно.

— Я думаю самостоятельно. И мой долг — бороться со злом, проникнувшим в этот мир.

— Да ну? — Прищуренные глаза Дэррака замерцали огнем. — Да будь я таким исчадием ада, как ты меня считаешь, от тебя бы уже и ботинок не осталось.

— Дэррак, пожалуйста, — прошипела Эдем. Издевательства над парнем делу не помогут. Она уже видела, как легко Малкольм вчера уничтожил дрифтера. Конечно, не факт, что он с тем же проворством поймает в ловушку соляного кристалла самого архидемона, но рисковать не стоило.

— Пожалуйста что? — спросил он.

— Не подставляйся.

Дэррак взглянул на нее:

— Не думал, что тебя вообще волнует, что со мной будет.

— Не волнует, — соврала Эдем.

— И не должно.

— Вот поэтому и не волнует. Но это не значит, что я мечтаю о том, как бы провести над тобой обряд экзорцизма.

Он стиснул зубы:

— Я просто хочу со всем этим покончить.

— И я.

— Тогда позвольте мне помочь, — отозвался Малкольм. — Я могу все уладить.

— Следующее твое слово. — Селина щелкнула пальцами, вызывая магию, — станет последним.

Ее амулет заметно почернел.

Эдем перехватила руку, в которой Малкольм держал кристалл. Она заглянула парню в глаза.

— Пожалуйста, не делай ничего необдуманного. Я не хочу, чтобы и ты пострадал.

Он свел брови.

— Правда?

Эдем кивнула:

— Да.

— Малкольм! Вот ты где! — На поляну, с трудом опираясь на трость, выползла Роуз. Сердце Эдем упало. Должно быть, это ее машину она слышала.

Наверное, ей стоило организовать продажу билетов на шоу под названием "Снятие проклятия с архидемона". Оформить тут все воздушными шариками и предложить зрителям сладкую вату. Уж слишком много незваных гостей забрело на вечеринку.

Малкольм заметно напрягся:

— Мама, пожалуйста. Я сам все улажу.

— Милый мой, ты не должен был тревожить этих людей. Я ведь велела тебе оставить их в покое.

Да ну? Эдем вскинула бровь.

Может, это и к лучшему. Появление матери сможет немного обуздать мальчишку. Роуз ведь уже показала себя предупредительной особой, когда извинилась и даже вернула деньги.

Роуз подошла ближе, качая головой.

— Прошу простить моего сына. Он слишком... переусердствовал. Ему еще предстоит многому научиться.

Насупившийся Малкольм отпрянул, когда мать протянула к нему руку.

— Все в порядке, — с нажимом заявила Эдем. — Никто не пострадал.

— Все, я не могу так работать, — разочарованно объявила Селина. — Лучше все сделать как-нибудь в другой раз. Эдем, у тебя ведь есть мой номер?

— Да. Но... Селина, пожалуйста...

— Нет. — Селина вскинула руку. — Я совсем выбита из колеи. Лучше вызову такси и вернусь в отель. А еще через час у меня запланировано интервью, и я не хочу его пропускать. Мне еще надо немного помедитировать, чтобы успокоиться. Поговорим позже, ладно?

Эдем не ответила, потому что ее взгляд зацепился за одну очень странную деталь в образе Роуз. На вид безобидная, низенькая и пухлая старушка закатала рукава пальто, и на ее левом предплечье мелькнула розовая отметина

Необычная, но такая знакомая.

— Я вспомнила, как вас называют, — окликнула Роуз Селину, уже зашагавшую прочь. — Ведьма Любви.

— Верно.

— Ваши книги очень популярны.

— Продано уже пять миллионов экземпляров.

— Удивительно, какие результаты может принести черная магия, не правда ли?

Селина прищурилась:

— В книгах я не использовала черную магию.

— Ну конечно же.

Отметина. Эдем моргнула. Такая же, как и та, что показывал ей Малкольм. Знак членства в "Malleus". Только у Роуз она была не столь яркая и свежая.

— Селина, постой…, — начала Эдем, чувствуя необычный прилив тревоги.

Селина пошла мимо Роуз.

— Прощу меня простить.

— О, еще кое-что, милочка, — сказала та.

— Что? — с явным раздражением обернулась Селина, и Роуз вонзила тонкий клинок, спрятанный прежде в ее трости, прямо в грудь ведьме.

Селина выдохнула, распахивая глаза. Магия прерывисто заискрила в прохладном ветре, срывающем желтые листья с деревьев. Ведьма подняла руку к груди, к маленькому красному пятнышку на белом костюме — единственному свидетельству раны.

— Я... — проговорила она и рухнула вдруг на колени. Магия, опутывающая их всех, испарилась.

Эдем шарахнулась прочь от Селины, упавшей ничком на землю.

Черная ведьма все же остается человеком, вспомнились ей вдруг слова Дэррака. Их можно ранить. Их можно убить.

Селина умерла. Вот так просто.

Глава 23

— Сука. — Дэррак, с искаженным от ярости лицом, рванул вперед. — Ты хоть представляешь, что натворила?

— Убила ведьму, — как ни в чем ни бывало отозвалась Роуз. — Это моя работа. И не смей приближаться, Darrakayiis.

Дэррак замер.

Побледнев от шока, Эдем повернулась к женщине.

— Ах да, — кивнула та. — Я знаю его истинное имя. Долгие часы в архивах могут принести потрясающий результат.

— Мама... — Малькольм со странным выражением уставился на Селину. Впрочем, особой радости на его лице не было. — Она же уходила. Тебе не было нужды убивать ее.

— Конечно, была. Она же ведьма.

На обычно гладком лбу юноши появились морщины.

— Да, пожалуй, ты права.

— Естественно. А теперь стоит разобраться с демоном.

Эдем загородила собой Дэррака, застывшего на одном месте, и подняла руки. Она старалась не смотреть на неподвижное тело Селины. Все произошло так быстро, что просто в голове не укладывалось. Эдем еще не доводилось видеть, как убивают. Хотя нет, тот серийный убийца. Бен застрелил его. Но тот заслужил смерть, он ведь собирался зарезать Эдем.

А вот Селина хотела ей помочь. И теперь ее больше нет.

— У тебя знак "Malleus", — заметил Дэррак. Двигаться он не мог, а вот говорить — вполне.

Роуз провела пальцами по руке.

— Как видишь.

— Я полагал, это сугубо мужская компашка.

Роуз фыркнула.

— А ты не в курсе последних новостей? Женщинам позволили вступать в "Malleus" – естественно, только по особому приглашению — примерно в то же время, когда они получили право голоса.

— Это ведь все те же люди, которые раньше преследовали невинных женщин и сжигали их заживо.

— Среди них были и настоящие ведьмы, которых надо было истребить. А побочного ущерба никогда не избежать.

Дэррак холодно рассмеялся:

— Рад видеть, что ты отличаешь зло, причиной которому являются люди, от любого другого.

— Так оно и есть. — Роуз вытерла клинок о траву и вложила его в деревянные ножны, снова превратив их в трость с хрустальным набалдашником.

Эдем хрипло выдохнула:

— Малкольм, дай угадаю. Это и есть твой куратор? С ней ты говорил насчет Дэррака?

Малкольм натянуто кивнул:

— Мама вступила в "Malleus" много лет назад. Она знает, как совладать с архидемоном. — Он шагнул к Роуз. — Мама, у меня есть каменная соль. Мы можем изгнать его, заманить в ловушку и, разбив ее, отправить демона в Пустоту.

Роуз, опираясь на трость, покачала головой:

— Сегодня в этом нет необходимости.

— О чем это ты?

Отступив, Эдем почувствовала спиной напряженное тело Дэррака. Она повернулась к нему.

— Уходи, — шепнул он.

Она тряхнула головой:

— Я тебя не брошу. И я все равно не могу далеко от тебя уйти, забыл?

— Селина умерла, но не от моей руки. Проклятие нельзя снять, по крайней мере, без нее. Пусть делают со мной все, что захотят, но ты сама спасайся.

Эдем не двинулась, лихорадочно обмозговывая ситуацию. Она может поговорить с ними. Убедить, что Дэррак — вовсе не зло. На лице Малкольма что-то такое уже мелькало. Он уже был готов ей поверить. Просто теперь это займет чуточку больше времени. Он не ждал, что матушка вот так, без лишних слов, прикончит Селину. Знал ли он вообще, что она на такое способна? С виду старушка выглядела совсем безобидной. А вот на деле...

— Пожалуйста, Эдем, — настаивал Дэррак.

— Просто заткнись, а?

— Нет, я не замолчу. Почему ты не позволишь себе возненавидеть меня раз и навсегда? Так будет гораздо проще.

— Проще для меня или тебя?

— Для нас обоих.

— Я вовсе не ненавижу тебя, — отозвалась Эдем.

— Значит, за нос меня водила.

— О да, это я и пыталась сделать.

— Избавься от меня, — сказал он достаточно громко, чтобы привлечь внимание Роуз, присевшей на качели и что-то тихо втолковывающей сыну. — Дай Малкольму провести обряд. Я не буду сопротивляться.

Эден глядела на него, чувствуя, как глаза жжет от подступивших слез. Может, хватит ей думать о других? Селины больше нет, и это единственный способ освободиться от Дэррака. Она видела, на что способны архидемоны. Если его не изгнать, жизнь Эдем превратится в ад.

Роуз переключила внимание на Эдем.

— Я чувствую вашу силу. Она совсем новая, еще нетронутая. Члены "Malleus" всегда такое замечают. Но ваша магия еще не столь сильна, как у этого существа. — Она толкнула носком ботинка тело Селины. — Видите, она уже разлагается? Вот что происходит с черными ведьмами после смерти.

Роуз была права. Эдем в ужасе смотрела, как тело ведьмы постепенно исчезает, пока от женщины не осталась лишь горка одежды.

— Некоторые ведьмы предложили свои услуги "Malleus" в обмен на жизнь, — продолжала Роуз. — Вы отличная кандидатура.

— Щедрое предложение, — сухо ответила Эдем.

— Конечно. Все склонны совершать ошибки. Предложить свою душу злобному порождению тьмы ради огромной власти, как это сделали вы. — Роуз покачала головой. — Очень-очень грустно, но такое происходит все чаще...

Роуз выглядела убежденной в своей правоте. Сколько лет она была членом тайной организации, уничтожающей ведьм и демонов, словно надоедливых мух?

— Дэррак вовсе не злой, — возразила Эдем с уверенностью, какую она, пожалуй, не испытывала на самом деле.

Роуз поджала губы и скривилась, будто проглотила что-то кислое.

— Отойдите от демона и спасите себя, милочка.

Эдем покачала головой.

— Вы так находите себе мишень? Ждете, когда одержимый или кто-то, столкнувшийся с чертовщиной, вам позвонит, и вы примчитесь на помощь, как Охотники за привидениями?

Роуз улыбнулась:

— И все по цене одного объявления в "Желтых страницах". Правда, здорово? Хотя с архидемонами сталкиваешься отнюдь нечасто. И уж поверьте, эту возможность я не упущу.

— Как только вы избавитесь от Дэррака, вы убьете меня, так ведь?

— Нет, — вмешался Малкольм. — Не убьем. Клянусь своей душой.

Эдем, набрав полную грудь воздуха, медленно выдохнула.

— Тебе я верю. Но твоя мать — другое дело. Она хочет изгнать Дэррака, а потом прикончить меня. И не успокоится, пока не добьется своего.

— Ошибаетесь, — сказала Роуз. — Я не собираюсь его изгонять.

Вот это новости! И весьма утешительные. Похоже, Эдем оказалась куда более убедительной, чем сама думала.

— Не собираетесь? — в голосе Дэррака сквозило сомнение. — Тогда что тут, черт возьми, происходит?

— Как я уже говорила, с архидемонами мне доводилось сталкиваться нечасто. Ты третий на моей памяти. — Роуз медленно обошла вокруг вытянувшегося по стойке "смирно" Дэррака. Он с подозрением следил за ней. — Такая сила, пусть изрядно потрепанная. Ты уже не такой смертоносный, как прежде, да?

— Пожалуй, я чувствую себя немного измотанным, — признался демон. — Думаю, долгий отпуск где-нибудь в тропиках мне не помешает. Я обязательно пришлю вам открытку.

Улыбнувшись, Роуз бросила взгляд на Эдем.

— А вы первая женщина, ставшая черной ведьмой с помощью секса. Какая сила, какой потенциал!

Проклятье, Эдем что, надела футболку, на которой огромными буквами всему миру поведано, чем они с Дэрраком занимались? Не будь она столь перепугана, обязательно бы покраснела.

Роуз уже повернулась обратно к демону и выгнула бровь.

— Я многое бы отдала ради подобной магии в кончиках пальцев.

Дэррак прищурился:

— Простите, Роуз. Вы слегка не в моем вкусе.

Она рассмеялась:

— Может быть, лет двадцать назад.

— И даже тогда. Хотя, кажется, у меня слабость к чокнутым рыженьким особам, но вы явно исключение из правила. Что ж, давайте начистоту. Вы преданный член "Malleus", наставляете на путь истинный новобранцев и испытываете некоторую похоть по власти?

— Похоть — смертный грех, — напомнила Роуз.

— Черта с два. Так вы хотите, чтобы я сделал из вас черную ведьму?

— Нет, демон, — улыбнулась та. — Я хочу запереть тебя в моем алмазе.

Она подняла трость, и взгляд Эдем упал на увенчивающий ее двухдюймовый камень. Только теперь, когда пристально вгляделась в него, она поняла, что он не совсем прозрачный. Что-то было внутри. Едва заметные завихрения... как черный дым?

— Что это? — спросила она, уже прекрасно зная ответ.

Роуз любяще посмотрела на алмаз.

— Те самые архидемоны, которых я только что упоминала.

Что там Малкольм вчера говорил? Для ловушки лучше использовать соль, потому что пойманного легко уничтожить, разбив кристалл. А вот если взять алмаз...

Самый прочный минерал на свете невозможно разбить. И демон не сумеет сбежать.

— Мама! — потрясенно выдохнул Малкольм. — Я и понятия не имел! Ты поймала их? И это настоящий алмаз? Такой огромный?

— Да. — Она ласково погладила камень пальцами. — Сто восемьдесят карат. Ему цены нет. Подарок моего бывшего наставника. У него тоже был подобный камень. А с тремя архидемонами внутри он станет вообще невероятным, ведь три — магическое число, триада, троица. И как только я отправлю туда сущность Darrakayiis...— Покачав головой, Роуз расплылась в улыбке, — на земле ни одна женщина не сравнится со мной по силе.

— Мама...

— Вся магия будет в моем распоряжении. — В ее голосе слышалось нарастающее возбуждение. — Я смогу исцелиться, снова стать молодой, и телом, и разумом. И, конечно, обращу эту силу на борьбу с тьмой. Я смогу перемещаться между мирами, отправиться в преисподнюю или рай с той же легкостью, как перейти из одной комнаты в другую. Я стану могущественной чародейкой.

— Совсем как ведьма? — прошептал Малкольм.

— Ну что ты, нет. Я буду лучше. Чище. Моя магия будет нацелена на помощь другим.

— Помощь другим? — переспросила Эдем, чувствуя отвращение от всего, что ей приходилось слушать. — Вы собираетесь помогать другим, используя силу трех пойманных в ловушку архидемонов? Что-то вы не очень похожи на добрую самаритянку.

Роуз, сверкая от возбуждения глазами, повернулась к ней.

— Иногда зло побеждает зло.

— Тогда забери меня, — сказал Дэррак. — Но оставь Эдем в покое.

— Если бы я только могла, — вздохнула Роуз. — К несчастью, ты все еще связан с ней.

Мечущийся взгляд Эдем наконец замер на трости. Внутри камня кружились два архидемона. Она же видела Дэррака в той иллюзии, которую наслала Селина. Он был смертельно опасным. Как же Роуз удалось захватить его собратьев?

Она повернулась к Малькольму:

— Помоги же нам.

Хотя на его лице отражалась внутренняя борьба, он все же покачал головой и отступил.

— Не могу. Мама... она знает, что делает. Я должен довериться ей. Другого выхода нет.

— Darrakayiis, — скомандовала Роуз. — Надо порвать узы, связывающие тебя с этой женщиной. Покажи свой демонский лик и убей ее. Немедля!

В одно мгновение демон перекинулся, и окутанные янтарным огнем руки сомкнулись на горле Эдем прежде, чем она успела сделать хоть шаг. Острый коготь царапнул кожу в опасной близости от сонной артерии.

— Дарракаи, — попыталась она выговорить его имя в надежде, что тогда власть над демоном перейдет к ней, но воздух в легких кончился слишком быстро.

Наверное, стоило подумать об этом пару минут назад. Вдруг сработало бы...

Эдем ожидала, что покрывавший его огонь спалит ее на месте, но, как и в прошлый раз, языки пламени были сухими и теплыми. Она вцепилась в его руку, но демон был слишком силен. Все равно что пытаться сломить бетонную стену.

— Я пытаюсь бороться, — донесся его хриплый глухой голос. Хватка стала крепче, окончательно перекрывая доступ воздуха. — Но... Слишком сложно. Мое имя...

Теперь Эдем понимала, почему он не печатает свое истинное имя на визитках, чтобы раздавать их налево и направо. Потому что каждый, кто знает его и кто обладает хоть малой толикой силы — вроде экстрасенсорных способностей Эдем или той чертовщины, которой Роуз наградили в "Malleus", — мог сделать из него марионетку, сеющую разрушения и смерти.

— Он же убьет ее! — потрясенно воскликнул Малкольм.

— В этом и смысл, — спокойно отозвалась Роуз.

Глаза Дэррака были прежними. Эдем могла различить их под пламенем. Его хватка все крепла, а они оставались все такими же голубыми и человеческими.

— Эдем... прости за все. Я... люблю тебя.

Архидемоны никого не любят. Не могут любить. Дэррак сам сказал это Селине перед тем, как она прокляла его. Он лгал тогда? Или лжет сейчас? И почему говорит это именно теперь, когда вот-вот оборвет ее жизнь?

Эдем задыхалась, но не от того, что он передавил ей гортань. Дэррак спасал ее прежде, но теперь, хотя он пытался бороться с собой, он все равно выдавливал из нее жизнь по каплям.

Внезапно нечто маленькое черное и пушистое взметнулось в воздух и, шипя и царапаясь, повисло на руке демона. Лина! Эдем заметила ее чуть раньше на парковке. И она не сбежала.

"Я могу защитить тебя, — сказала тогда кошка Эдем. — Демоны не переносят оборотней".

Дэррак схватил кошку за шкирку и отшвырнул. Она врезалась в дерево и свалилась на землю, явно в отключке. Но ее пушистая грудь все еще поднималась в знак того, что кошка жива.

Дэррак отпустил Эдем, безжизненно осевшую в опавшую листву. Закрыв глаза, она притворилась мертвой.

— Дело сделано, — проговорил Дэррак. — Через пару минут сила моей бывшей хозяйки угаснет, и я лишусь тела.

Но это же не так. Эдем очень даже жива, и Дэррак должен об этом знать. Роуз не имеет над ним полной власти. Селина в ее воспоминаниях использовала круг соли и всю свою магию, чтобы удержать демона. А у Роуз было лишь его имя. То есть он сможет противостоять ей, хоть в чем-то.

Эдем чуточку приоткрыла один глаз. Солнце висело над горизонтом совсем низко, но еще не закатилось. Оно озаряло золотыми лучами поляну, на которой разворачивалась драма.

— Очень хорошо, — проворковала Роуз, и Эдем услышала, как та ковыляет ближе. — Впечатляет, не правда ли?

— Нет в этом ничего хорошего, — отозвался Дэррак.

— О, ну конечно. Что ж, демон, я буду использовать тебя с огромным наслаждением.

— Не вы первая.

— Мама, прекрати сейчас же, — запротестовал Малкольм. Казалось, он вот-вот расплачется. — Ты уже достаточно натворила! Эдем мертва!

— Малкольм, пожалуйста, помолчи.

Из своего положения Эдем могла разглядеть, что Малкольм жутко расстроен тем, какой оборот приняли события. Весь его мир перевернулся. Мать, которую он привык считать экзорцистом, стоящим на стороне добра, превратилась вдруг в жадную до власти колдунью, беззастенчиво разглядывающую семифутового рогатого демона, которого мечтала добавить в свою адскую коллекцию.

Дэррак не смотрел на Эдем. Его взгляд был прикован к Роуз.

Та улыбнулась.

— Пора.

Она начала читать что-то нараспев, и это явно была не латынь. Слова казались слишком древними и резкими.

— Где вы этому научились? — спросил Дэррак.

Роуз прервалась на секунду.

— Этому маленькому шумерскому ритуалу? Это все наставник, подаривший мне алмаз. К несчастью, он впал в кому, а его пропитанный адской силой алмаз потерялся. Иначе мне не пришлось бы столько лет с такими усилиями создавать свой собственный.

— Дайте угадаю. Это вы виноваты в его коме?

Та хищно улыбнулась:

— Ни за что не признаюсь. А теперь тихо, демон. Больше никаких вопросов. — Она начала речитатив снова.

Дэррак ахнул. Пламя, окутывающее его, исчезло, и он во мгновение ока перекинулся в человека. В следующую секунду он обратился в облако дыма, но только затем, чтобы через миг снова материализоваться.

Скорчившись от боли, он схватился за живот.

— Почему не получается? — хмуро спросила вслух Роуз. Она повторила пару слов, отчего Дэррак, застонав в агонии, на мгновение растаял в воздухе и опять вернулся в человеческий облик.

— Да что же это такое, — задумалась Роуз, и тут ее взгляд прояснился. — Идиот. Ты все-таки не убил ее?

Обнажив свой кинжал, она двинулась к Эдем, которая как раз решила, что роль безжизненной подушечки для иголок ей вовсе не подходит. Открыв глаза, она стремительно откатилась на несколько футов.

— Похоже, придется убить тебя самостоятельно, — пробормотала Роуз.

— Не трогай ее, — прорычал Дэррак.

— Мама, нет. — Малкольм перехватил ее руку. — Все зашло слишком далеко. Я не могу больше стоять и спокойно смотреть, что ты творишь.

— Отцепись от меня, глупый мальчишка! — Она ударила сына тростью с такой силой, что тот, завопив от боли, упал.

Эдем вскочила на ноги.

— Darrakayiis, — выкрикнула она, и Дэррак тут же повернулся к ней лицом, потому что власть над ним перешла к ней в руки. Его лоб был покрыт бисеринами пота, в глазах сменяли друг друга очень даже человеческие эмоции.

— Прикажи мне убить ее, — выдавил он. — Я сделаю это.

Эдем покачала головой:

— Сегодня больше никто не умрет.

— Мама, нет! — крикнул Малкольм. Эдем обернулась к Роуз, которая бросилась к ней, выставив перед собой трость с острым лезвием, нацеленным прямо в сердце Эдем.

Эдем не осталось времени думать. Магия всколыхнулась внутри нее, и этого хватило, чтобы Роуз отбросило назад. Женщина споткнулась и свалилась на землю.

— Ты, сука, оставь нас в покое, — предупредила Эдем. — Я серьезно.

— Я могу помочь тебе, — простонала Роуз.

— Ты только что пыталась заколоть меня. Это и есть "помощь"?

— Давай забудем все, что случилось, и начнем с чистого листа.

— Я хочу, чтобы ты убралась и больше никогда нам на глаза не попадалась. — Магия, которую Эдем клялась никогда не использовать, потрескивала на кончиках пальцев. Новоявленная ведьма бросила взгляд в сторону Малкольма. — Это вас обоих касается.

— Я не буду заманивать его в ловушку. Просто изгоню. Ты же хотела, чтобы он ушел, — настаивала Роуз. — Звонила мне, вся перепуганная. Заплатила кучу денег, лишь бы избавиться от него.

Эдем стиснула кулаки:

— Женщина имеет право передумать.

Роуз хватило наглости участливо заглянуть ей в глаза.

— Он тебя уничтожит. Поэтому позволь нам уничтожить его.

— Нет. — Это слишком простое слово не могло выразить всю уверенность Эдем.

Роуз поджала губы:

— Значит, мне придется уничтожить вас обоих.

Она вскинула трость, пробормотала под нос что-то неразборчивое на мертвом языке, и алмаз засиял.

— Для полной силы нужны трое, но даже тех архидемонов, что у меня уже есть, хватит.

— Эдем... — В голосе Дэррака послышалась тревога. — Беги!

Глаза Роуз вспыхнули огнем, совсем как у Дэррака. Она серьезно считала, что всего лишь канал для силы? Должно быть, просто обманывала себя... или всех остальных. Эдем была готова поспорить, что последнее куда ближе к истине.

Эдем чувствовала волны магии, исходящие от камня. Они окутали ее, удерживая на месте, и даже голову повернуть удавалось с большим трудом, словно в океане желе. Бежать уже было поздно. Она, будто при замедленной съемке, наблюдала, как Роуз, подняв клинок, направляется к ней.

— Я заполучу его, — уверенно заявила та. — Архидемон будет моим.

— Нет, — с трудом выговорила Эдем. — Он мой.

Магия снова кольнула подушечки пальцев. Эдем направила все силы, что у нее были, на трость Роуз.

Словно какая-то взрывная волна пронеслась от нее в сторону камня. Тот разлетелся вдребезги, будто лампочка, и давящая демоническая магия Роуз тут же развеялась.

У старушки глаза буквально полезли на лоб.

— Сучка! Ты мой алмаз разбила!

Эдем отступила прямо в объятия Дэррака.

— Прости. Он был очень дорогой?

Сколько в наши дни стоит алмаз в сто восемьдесят карат? Лучше бы у Роуз не было номера ее кредитки...

Магия все так же искрила в пальцах. Безумно хотелось сделать что-то еще. Просто разнести вдребезги алмаз казалось как-то… скучно.

В следующую секунду руки Дэррака обернулись вокруг ее талии, и он потянул Эдем в сторону качелей.

— Что ты делаешь? — дрожащим голосом спросила она.

— Всего лишь профилактика.

— Профилактика чего?

— Просто поверь мне.

Роуз выглядела до крайности взбешенной.

— Пойдем, Малкольм. Нам надо вернуться в штаб "Malleus" и доложить о произошедшем. — Она вдруг нахмурилась. — Ты почему так смотришь на меня, сынок? Идем же! — Она протянула к юноше руку, но тот отшатнулся.

И тут Эдем увидела это, и ледяные мурашки пробежали по ее коже.

Два вихрящихся облака черного дыма у ног Роуз.

Сокрушив алмаз, Эдем уничтожила тюрьму, в которую были заключены архидемоны. Чтобы убить их, камень разбить должна была сама Роуз.

А Эдем их освободила.

— Дэррак... — начала она.

— Шшш, молчи, — прошептал он ей на ухо. Его руки на талии удерживали Эдем на месте. — Тихо.

Роуз опустила взгляд, только теперь заметив дым, уже поползший по ее ногам вверх. Ее глаза в ужасе распахнулись.

— Стойте, — выдохнула она, вскидывала руки. — Нет. Мы можем все решить.

Вот только бестелесные архидемоны не были настроены на разговоры. Они двигались все быстрее и быстрее, опутывая Роуз двумя пляшущими торнадо.

— Малкольм! — заорала она. — Сделай же что-нибудь! Ты же член "Malleus"! Изгони их!

Баюкая ушибленную руку, Малкольм отступил подальше.

— Прости, мама. Я решил покинуть организацию.

— Ты что?

— Решил вернуться в колледж. — Он стиснул зубы. — Как ты и хотела, помнишь?

Роуз уставилась на него. Прежде чем она успела сказать хоть слово, дым накрыл ее полностью.

Секундой спустя облако тьмы исчезло, не оставив после себя совсем ничего.

Глава 24

Первое, что сделала Эдем после исчезновения Роуз, — бросилась к Лине. Та, все еще в кошачьем обличье, лежала без сознания, но все же дышала, и пульс у нее был относительно ровный. Конечно, Эдем на ветеринара не училась, но сочла, что эти симптомы — хороший знак.

Она ждала, что Малкольм набросится на нее, придя в ярость из-за того, что случилось с его матерью, и жаждая отомстить за нее. Но он лишь стоял, прислонившись к дереву и разинув рот, явно пытаясь понять, что только что произошло. Даже в сгущавшейся темноте лицо юноши было очень бледным. Встретившись вдруг взглядом с Эдем, он шагнул к ней.

Дэррак загородил ему дорогу.

— Даже не думай.

— Нет, — пробормотал Малкольм. — Я... я и не собирался. Я даже не представлял, во что так давно впуталась мама. Простите. Если бы я знал... — Он тряхнул головой. — "Malleus" никогда бы такого не допустил.

Он выглядел совсем сбитым с толку. Весь его мир разлетелся на кусочки за какие-то полчаса. Пиццу, и ту дольше доставляют.

— Ну, она же говорила, что собиралась сражаться со злом, — подбодрила его Эдем.

Вообще-то она сказала это скорее просто так. Эдем не понимала, зачем оправдывает женщину, пытавшуюся убить ее и заманить в ловушку Дэррака. Разве что хотела смягчить удар Малкольму.

Тот действительно сдавленно фыркнул.

— Судя по тому, что я сегодня видел, моя мать была большим злом, чем вы двое вместе взятые. Простите, что все так вышло.

— Какая именно часть? — уточнила Эдем.

— Все. — Малкольм посмотрел на то место, где стояла его мать, прежде чем архидемоны укутали ее своим адским черным покрывалом.

— Теперь понятно, почему она так хотела, чтобы я вернулся в колледж. Я ведь учился на археолога. Должно быть, она хотела, чтобы я раскапывал для нее магические артефакты вроде того же алмаза. Она так настаивала, чтобы я получил образование...

— И ты теперь вернешься? — спросила Эдем.

Он кивнул:

— Мне нужно время, чтобы все обдумать. После того, что я видел... — Он перевел взгляд с Эдем на Дэррака. — В общем, мне просто нужно подумать.

Подойдя к нему, Эдем крепко обняла парня. Краем глаза она заметила, как напрягся Дэррак, готовый вмешаться, если Малкольм вдруг что-то выкинет. Однако Эдем знала, что тот не станет.

— Прощайте, Эдем, — прошептал он. — И удачи вам.

— Она мне пригодится, правда?

Улыбнувшись, он посмотрел в сторону демона.

— Точно. Не сомневаюсь.

Дэррака обнимать он не стал. Впрочем, Эдем не слишком этому удивилась. Малкольм развернулся, не говоря больше ни слова, и отправился к своей машине. Гравий захрустел под колесами, когда автомобиль отъехал.

Повернувшись к Дэрраку, Эдем с удивлением обнаружила, что он выглядит чертовски злым.

— Что такое?

Он покачал головой:

— Ты не должна была прибегать к своей магии. А ты так охотно использовала ее, будто это рождественский подарок, который тебе не терпелось развернуть.

Эдем подбоченилась:

— У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда. Как себя чувствуешь?

Она задумалась:

— Прекрасно. Учитывая мини-апокалипсис, который нам удалось пережить на этой детской площадке.

Она горестно уставилась на кучку одежды, отмечавшей место гибели Селины.

— А когда ты использовала магию?..

— Я уже сказала: чувствую себя прекрасно. Может, Селина ошибалась. Может, обойдется без последствий.

Поджав губы, Дэррак подошел к одежде Селины и поднял серый кулон, который теперь стал белоснежно-белым. Эдем подумала, что должно быть, со смертью Селины его настройки обнулились. Дэррак застегнул цепочку на шее Эдем. Тяжелый камень улегся на ее груди.

— Смотри. — Лицо Дэррака было мрачным.

Взглянув вниз, Эдем увидела, как безупречная белизна камня затуманивается серым. Хотя он стал не таким темным, как у Селины. Амулет Эдем был светло-серым, с несколькими извилистыми темными прожилками.

Прекрасно. Модный аксессуар стал индикатором состояния ее души.

— Ладно, — спустя секунду проговорила Эдем. — Может, черная магия немножко и аукнулась.

— И как ты так спокойно можешь об этом говорить?

— Ну вроде бы у меня нет особого выбора?

Дэррак сжал губы:

— Ну конечно же, выбор есть. Мы свяжемся с кем-нибудь из "Malleus" и организуем полноценный экзорцизм...

Эдем ударила его.

— Оу! — Дэррак, нахмурившись, прижал руку к щеке.— А это за что, черт возьми?

— Прости. Ничего не могла с собой поделать. Похоже, у меня просыпается склонность к насилию всякий раз, когда кто-то при мне начинает пороть откровенную чушь. В следующий раз попытаюсь сдерживаться.

— Это не чушь. А единственный выход.

— Ничего подобного. Мы найдем другой способ снять проклятие.

— Селина мертва.

— Я в курсе.

— Если все останется как есть, у тебя меньше года.

— И это тоже мне известно.

— Тогда почему ты даже не подумаешь насчет изгнания...

На этот раз Эдем его поцеловала — не так жестоко, как пощечина, но не менее опасно. Отстранившись и заглянув в его безмерно удивленное лицо, Эдем ткнула в грудь Дэррака пальцем.

— Сегодня я не собираюсь больше нырять в выгребную яму черной магии, так что позвонить на горячую линию экзорцистов всегда успеется.

— Да, но...

Еще один поцелуй. И гораздо дольше. Эдем схватила Дэррака за черную футболку, притягивая его ближе. Ночь была холодной, а он — таким теплым, хотя и не носил куртку.

— Зачем ты это делаешь? — хрипло спросил он, когда они отстранились друг от друга.

— Потому что ты мне нужен.

Он вскинул темную бровь:

— И зачем я тебе нужен?

— Ты мой личный эксперт по сверхъестественному. У Энди ведь целая куча дел, связанных с оборотнями и другими... то есть Иными.

Дэррак кивнул:

— Отличная причина. Уж с этим я смогу помочь. Как минимум.

— И... А еще мне нужно, чтобы ты помог мне справиться вот с этим. — Она дотронулась до серого кулона. — Селина обещала научить меня, но ее больше нет. — Голос Эдем дрогнул. — Она оказалась не такой уж плохой черной ведьмой. И могла контролировать силу. Может, и у меня есть надежда.

— Надежда всегда есть.

— Ты правда так думаешь?

Он кивнул:

— Спроси ты меня об этом пару недель назад, я бы ответил "нет", но теперь я считаю, что все возможно.

— Даже для новоявленной черной ведьмы и архидемона, заразившегося человечностью?

— Даже для такой парочки неудачников, — выдохнул Дэррак. — Я найду способ снять проклятие.

— Ну, звучит отлично. Я на тебя вроде как рассчитываю.

Дэррак обхватил ладонью ее шею, нежно поглаживая большим пальцем то место, где совсем недавно чуть не выдавил из нее жизнь.

— Я почти убил тебя.

— Но ведь не убил. Ты смог сопротивляться ей, хотя она знала твое истинное имя.

— Только потому что наша с тобой связь сильнее. Ну и потому что я боролся, конечно. К счастью, Кэтвумен прибыла на спасение как раз вовремя.

— Наша с тобой связь, — повторила Эдем. — Та самая зависимость, о которой ты упоминал пару дней назад?

Кивнув, Дэррак отвел длинные пряди с ее лица.

— Это будет непросто, по многим причинам. Быть с тобой все это время, пока мы пытаемся уладить нашу проблему...

Она сглотнула:

— Знаю, ты жалеешь о том, что было между нами...

В этот раз Дэррак первым ее поцеловал.

— Не бери в голову.

Эдем была совсем сбита с толку.

— Но ты же сказал...

— Я сказал, что из моих предыдущих связей ничего путного не вышло. И был прав — ты ведь стала из-за меня черной ведьмой.

— Ты же не знал.

— Верно. Не знал. — Он вздохнул и встретился с ней взглядом. — Но это никогда не должно повториться.

Эдем чуть не спросила, почему, но тут вспомнила, что говорила Селина. Заклятье на Дэрраке так и не было снято. Если они снова займутся любовью, черная магия еще больше запятнает душу Эдем.

— О, — только и сказала она, когда до нее дошло. — Значит, нам и правда придется жить как брат и сестра?

Дэррак кивнул, и его палец погладил нижнюю губу Эдем.

— Только брату каждую минуту будут лезть в голову абсолютно неприличные мысли о своей сестре. — Он выдавил легкую улыбку. — Будет непросто, но я никогда не причиню тебе вреда. — Он откашлялся. — Ну, ты поняла. В буквальном смысле.

— Ты такой благородный.

— А то.

Эдем коснулась его руки.

— А как насчет поцелуев?

— Поцелуи тоже слишком опасны. Потому что тянут за собой все остальное.

— Понятно.

Эдем заставила себя отстраниться и оглядеться по сторонам. За время их разговора солнце почти скрылось. Взгляд на исказившееся лицо Дэррака подтвердил, что демон уже теряет свое тело. Но он, как всегда, сопротивлялся.

— Пора, — предупредил он.

Эдем вскинула руки.

— Нам нужны правила.

Прижав руку к животу, демон согнулся.

— Какие еще правила?

— Я собираюсь заглушать тебя, если мне вдруг понадобится в ванную.

— Пойдет.

— И не используй больше мое тело, чтобы кого-то бить или ставить подножки. А если из-за чего-то я снова рискну пускать соленые слюни или выкидывать подобные фокусы, ты меня предупредишь.

— Понял. Что-то еще?

Больше в голову пока ничего не лезло.

— Я составлю список. В алфавитном порядке.

— Жду-не дождусь, когда же с ним ознакомлюсь.

Эдем нахмурилась:

— И еще...

Дэррак снова крепко поцеловал ее. Когда он оторвался от ее рта, Эдем коснулась губ, чувствуя неожиданный, хотя и крайне неуместный и нежеланный прилив страсти. Она совсем забыла, что собиралась сказать.

— А это зачем?

— Просто так.

Он улыбнулся, но гримаса боли тут же смыла улыбку с лица. В следующую секунду Дэррак обратился облачком черного дыма, обернувшегося вокруг тела Эдем, прежде чем исчезнуть внутри. Ей пришлось опереться о ствол дерева, чтобы удержаться на ногах, потому что колени вдруг ослабли от внезапной волны удовольствия.

— Проклятье, — пробормотала она.

— Вы оба просто рехнулись, — донесся до нее голос Лины. В десятке ярдов от Эдем та уже обратилась человеком и теперь неуверенно вставала на ноги.

— Да знаю я, — отозвалась Эдем. — И что ты хочешь сказать?

— Я просто констатирую факт.

— Думала, ты ушла.

— Я тоже так думала. И все же вот она я.

Эдем сглотнула.

— Спасибо за помощь.

— Кажется, я увязла в этом по самую задницу. Может, я и останусь.

Эдем скептически уставилась на нее:

— Дай угадаю: тебе некуда больше идти?

Та лишь пожала плечами:

— Правда, это грустно?

— Пожалуй. — Эдем скрестила на груди руки. — Ну, должна признать, насчет кое-чего ты все-таки была права.

— Ты о чем?

— Ты готовишь офигительную лазанью.

Лина улыбнулась:

— Знала, что ты оценишь.

— А ты умеешь еще что-нибудь готовить?

— Ты просишь меня вернуться, чтобы я могла тебя кормить и защищать от твоего демона?

Эдем положила руку на живот. Она чувствовала в себе Дэррака.

— Он вроде бы не собирается причинять мне вред.

— Ну конечно же. — Та закатила глаза. — Но вообще-то я больше имела в виду, что стану кем-то вроде дуэньи. Больше никаких кувырканий с ним в постели, а то совсем потеряешь душу, так ведь?

Наверное, стоит дать объявление в вечернюю газету. Тогда весь город точно будет знать все подробности о ее магической личной жизни.

— Это не будет проблемой, — убежденно произнесла Эдем.

Лина громко расхохоталась и потерла рукой голову. Должно быть, последствия удара о дерево давали о себе знать.

— Я ведь слышала, как демон заявил, что любит тебя. Так что проблемой это все-таки будет. И еще какой!

Эдем закусила нижнюю губу, ожидая, что Дэррак прокомментирует ее слова, но он хранил молчание, и лишь теплое ощущение в груди указывало, что он в сознании и подслушивает.

Итак, Эдем все еще одержима архидемоном и экс-инкубом. Она превратилась в черную ведьму, которой приходится сдерживать магию в кончиках пальцев из-за риска окончательно потерять душу. Частное детективное агентство, сорок девять процентов которого ей принадлежат, завалено сверхъестественными делами по самую верхушку.

Интересно, "человечность" Дэррака — это навсегда? Или огненный рогатый архидемон во всем своем адском величии вернется как раз в тот момент, когда Эдем будет этого меньше всего ждать? Удастся ли им снять проклятие прежде, чем она умрет?

Сумеют ли они держать свою страсть в узде, чтобы Эдем не лишилась остатков души?

И еще... когда Дэррак сказал, что любит ее, он и в самом деле имел это в виду?

— Давай решать проблемы в порядке очереди? — после долгой паузы неуверенно предложила Эдем.

— Да, — откликнулся внутри нее Дэррак. — В порядке очереди.

Глава 25

— Это вся информация, которую мне удалось о ней собрать. — Бен протянул папку с пометкой "Эдем Райли", которую забрал в полицейском участке, своему собеседнику.

— Благодарю. Готов?

О да, более чем. Как никогда в жизни. Бен закатал рукав рубашки и положил руку на стол ладонью вверх.

В следующую секунду к коже прижалось раскаленное железо.

Твою ж! К такому он не был готов. Никто не мог быть готов к подобной боли, да еще и без наркоза. И все же Бен лишь стиснул зубы, так и не закричав. Ведь тогда бы он произвел не лучшее впечатление.

Он почувствовал запах паленого и понял, что это горит его собственная плоть. Вместо того чтобы шарахаться от боли, Бен принимал ее. Это было его крещением, началом новой жизни, жизни, которую он раньше не мог даже представить. Он чувствовал, как с болью в него вливаются силы, благодаря которым он сможет улавливать потустороннее.

Бен своими собственными глазами видел демона. Такие моменты не забываются. И этот демон забрал кое-кого, очень дорогого ему. Бен думал, что мог бы полюбить Эдем. Несмотря на свой горький опыт, он был готов открыть ей сердце.

Эдем в опасности. Это очевидно. И Бен был согласен на все, лишь бы спасти ее от этого... чудовища.

Он не сумел спасти свою невесту — женщину, которую любил больше жизни. И теперь он сможет искупить свою вину.

Стальное клеймо наконец исчезло. Бен опустил взгляд на обожженную руку и увидел обрамленную в круг лилию.

— Добро пожаловать в "Malleus", — произнес седовласый мужчина напротив. — Мы приветствуем нового брата. Все, чем мы владеем — твое. Все, чем владеешь ты — наше. И вместе мы победим зло, пронизывающее этот мир, и защитим невинных, которые даже не подозревают, что скрывается во тьме. Согласен ли ты?

— Да, — уверенно ответил Бен. Он будет защищать этот мир и живущих в нем людей. Но прежде всего он будет защищать Эдем. Он опасается за нее. За ее душу.

— Вы говорили, у вас есть информация насчет Эдем. Что-то, чего нет в досье?

— Да. У Эдем проявляются способности медиума, верно?

Бен кивнул.

— Сперва я отвергал эту мысль, но все же решил, что это может быть правдой. А после того, что видел, думаю, это вполне возможно.

— Да. У нее это от отца.

— Отца? — Рука болела так сильно, что голова работала совсем плохо. — Она же ничего о нем не знает. И в досье о нем ничего нет.

— И не может. Мать никогда о нем не рассказывала. Для Каролины Райли это было всего лишь увлечение на вечер. С мужчиной без прошлого и будущего.

— Кто он?

Седовласый пристально изучал его, будто решая, готов ли Бен услышать правду. Он был готов. Какой бы она там ни оказалась.

— Он ангел.

Что ж, похоже, Бен опять ошибся насчет своей готовности.

— А-ангел? Отец Эдем — ангел? Да вы ведь просто шутите?

Его собеседник лишь покачал головой.

— Экстрасенсорные способности Эдем и ее близость к Потустороннему исключительно из-за того, что она наполовину человек, наполовину ангел. Такое создание называется нефилим. Очень-очень редко, но все же они рождаются.

— Нефилим?..

— Именно в этой силе Эдем — должно быть, еще не пробудившейся — демон черпает энергию. Поэтому-то он и способен принимать материальное обличие.

Бен был просто потрясен.

— В это сложно поверить.

— Но ты же веришь?

Кивнув, он зажал в пальцах золотой крестик, висевший на шее.

— Да. Верю.

— Слишком опасно, что она так зависит от демона.

Бен стиснул край стола, забывая о раненой руке.

— Я должен ее спасти!

— Так и будет. А еще скоро слухи о том, что произошло с Эдем, доберутся до ее отца. Он узнает, что ее развращает архидемон... это хорошо.

— Что тут хорошего? — спросил Бен.

Губы его собеседника изогнулись в легкой улыбке.

— Кое-кто заплатит за все.

Примечания

1

"Секрет" — книга и одноименный научно-популярный фильм, где обобщаются некоторые идеи философии нью-эйдж, в частности, способность человека силой своей мысли влиять на окружающую реальность, способность к самоисцелению, материализация страхов и желаний.

2

Ванна Уайт — знаменитая американская телевизионная ведущая, занесенная в книгу рекордов Гиннеса как самая говорливая персона телевидения.

3

Линда Блэр — Американская актриса, наиболее известная по роли одержимой девочки Риган в фильме «Изгоняющий дьявола»

4

Malleus — лат. Молот. Лично переводчик видит в этом названии отсылку к средневековому трактату по демонологии "Malleus Maleficarum" или "Молот ведьм", содержащем инструкцию по отлову ведьм

5

Си-Эн Та́уэр (англ. CN Tower) — телебашня в Торонто высотой 553,33 метра, символ города. Ежегодно Си-Эн Тауэр посещают свыше 2 миллионов человек. Самое высокое сооружение в мире с 1976 по 2007 год, сегодня находится на втором месте, после телебашни Гуанчжоу.

6

World's Biggest Bookstore" – книжный магазин в Торонто, один из крупнейших в мире (уступает лишь "Barnes and Noble" в Нью-Йорке), известный своим ярким освещением и двадцатью километрами книжных полок.

7

Earth, Wind & Fire — американская группа, играющая музыку в стиле Фанк. Основана в 1969 г. в Чикаго.

Content

Роуэн Мишель Демон, живущий во мне

Добро пожаловать в эдем - 1 Демон, живущий во мне

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Примечания 1