Беседина Елена

Как приручить хозяина

Елена Беседина

Как приручить хозяина

Пролог

Сквозь бескрайнее ледяное пространство открытого космоса в окружении четырех легких крейсеров охраны к своей цели неспешно шел массивный правительственный лайнер с посольской миссией на борту.

Верховный Синод содружества Олуарр, в которое входило более пятнадцати обитаемых планетарных систем, спешил заключить союз с Империей Риир, военная мощь которой угрожала благополучию мирных Олуарцев. Те изначально двигались по пути развития торговли, и все увеличивающийся милитаристский потенциал соседей уже давно вызывал у верхушки содружества закономерные опасения.

Решив не дожидаться того момента, когда армия Риира в стремлении расширить собственные границы или же обогатиться за счет мирных колоний соседей нападет на их окраинные поселения, Верховный Синод выдвинул инициативу по заключению договора о сотрудничестве между государствами, благо олуаррцам было, чем заинтересовать Империю. После длительных переговоров соглашение было достигнуто, и вот теперь посольская миссия летела в столицу Империи Риир — Орнуш, дабы скрепить договор подписями и преподнести правителю дары. Трюмы корабля были доверху заполнены предметами роскоши и редкими диковинами, призванными смягчить непростой характер Императора. Олуарцы не поскупились на подарки с расчетливостью истинных торгашей, решивших, что лучше потратиться один раз сейчас, нежели потом лить слезы над разграбленными планетами.

Лайнер и его сопровождение уже вплотную приблизился к той границе, за которой начиналась территория Риира. Полет проходил спокойно. Появление неизвестного чернильно-черного крейсера для капитанов кораблей стало полной неожиданностью. Все радары молчали. Будто сговорившись между собой, техника игнорировала неопознанного нарушителя, ни единым писком не докладывая о его присутствии. Лишь только камеры внешнего наблюдения бесстрастно фиксировали происходящее, проецируя картинку на огромные мониторы, занимающие основную часть стен рубок управления кораблей.

Не дав командам сориентироваться, неизвестный, лишь только появившись, сразу открыл огонь. Два из четырех крейсеров охраны полыхнули защитными силовыми полями, а затем — и самой обшивкой. Серия взрывов сотрясла их корпусы — лучи лазеров прицельно попали в двигательные отсеки. Участь кораблей была решена за миллисекунды, однако этого времени хватило капитану посольского лайнера для того, чтобы подать сигнал SOS и, обнаружив, что все каналы связи заблокированы, начать маневрировать в тщетной попытке избежать нападения. Команды оставшихся крейсеров охраны также успели прийти в себя и приготовиться к бою.

Схватка была недолгой. Фактор неожиданности, огневая мощь, мобильность и стремительность нападающего в несколько раз увеличили его шансы на победу. Да и вооружение неизвестных, признаться честно, было на порядок лучше. Один за другим подвергнутые атаке корабли выходили из строя, и вот, наконец, посольский лайнер остался в гордом одиночестве. Консоль связи в капитанской рубке ожила, призывно завибрировав. Захватчик желал пообщаться.

Все оказалось просто и вполне предсказуемо. Пиратам — а это были именно они, — был нужен груз. В том случае, если послы добровольно передавали содержимое трюмов захватчикам, лайнер и его пассажиры оставались целы. Иначе добычу заберут силой, не пощадив никого. Выбор был очевиден.

Передача даров, ранее предназначавшихся Императору, началась спустя пятнадцать минут, потребовавшихся на стыковку кораблей. А уже через два часа капитан пиратского судна праздновал победу и захват богатых трофеев. Разграбленный лайнер был далеко позади, и теперь оставалось лишь убраться из опасной зоны, да не попасться патрульным крейсерам риирцев, прочесывающим свою территорию в поисках нарушителей.

И вот, когда казалось, что все проблемы уже решены, а в пространство неслись гордые позывные корабля, сменившего личину и теперь позиционирующего себя как современное грузовое судно, пираты сами подверглись атаке. Как уж так получилось, что на бескрайних просторах космоса столкнулись две песчинки, по непонятной случайности обе оказавшиеся пиратскими кораблями, известно лишь богам. И лишь они сразу знали, которое из двух относительно равных по классу суден одержит победу.

Перегруженный добычей корабль пиратов, ограбивших послов Олуарра, хоть и был чуть выше классом и имел более мощные орудия, оказался в проигрышном положении. После предыдущей битвы батареи лазеров еще не успели до конца зарядиться, а в связи с существенно увеличившейся массой, крейсер стал менее маневренным. В общем, вскоре ценный приз сменил своего владельца. Из разрушенного нутра оппонента под одобрительный рев команды была извлечена добыча.

Однако и новые владельцы сокровищ не избежали кое-каких потерь. Обшивка судна местами зияла дырами, а все генераторы, поддерживающие защитные поля, оказались выведены из строя. Малейшее неосторожное действие капитана — и корабль, фактически оставшийся без брони, грозил потерять управление, но мужчина нисколько не отчаивался! С самодовольной улыбкой он правил свой крейсер в сторону ближайшей торговой базы вольных охотников. Благо, таких мест, где сквозь пальцы смотрели на то, откуда появился тот или иной товар, в обитаемой вселенной хватало. Сомнительные по своей законности сделки совершались регулярно и были вовсе не так редки, как бы того хотелось блюстителям закона.

Согласно данным капитана, подходящая станция была всего в пятнадцати стандартных галактических сутках лёта от места сражения. По его расчетам, корабль был вполне в состоянии легко преодолеть это расстояние, а там можно уже будет продать богатую добычу и, подсчитывая барыши, заняться ремонтом.

Однако этим планам было не суждено сбыться. Миллиарды далеких звезд, мерцая холодным светом, равнодушно наблюдали за тем, как ничтожная песчинка пиратского корабля отчаянно маневрировала, стремясь уйти от вставшего на ее пути метеоритного потока. Вероятно, будь песчинка порасторопнее, ей бы это и удалось, но удача на этот раз отвернулась от вольных охотников. Космос не прощает ошибок или небрежности. Очень скоро один из камней пробил и без того потрепанную обшивку судна, попав в центральный энергетический узел корабля, а через пару минут во вселенной один за другим погасли еще несколько огоньков жизни. Мертвая отныне груда металла, бывшая некогда современным космическим крейсером, безмолвным одиноким странником отправилась самостоятельно путешествовать по просторам вселенной.

Кто знает, сколько бы это продолжалось, если бы в один прекрасный момент на дрейфующий корабль не наткнулся прогулочный лайнер сына верховного камаала планеты Мон-Ваа. Будучи, как и любой представитель своей расы, от природы существом крайне любопытным, молодой (ведь сорок пять лет с момента вылупления — практически юность!) монваар находкой заинтересовался и даже более того, взялся ее исследовать! Обнаруженные в заледеневших безжизненных трюмах контейнеры очень быстро нашли себе новое пристанище в недрах его корабля, а затем и в сейфах верховного камаала. Орханг — а именно так звали молодого монваара, — был не только любопытным юношей, но еще и весьма почтительным сыном. Все свои находки он, по возвращении домой, незамедлительно передал отцу — главе рода и клана.

Глава 1

В Лан-Тиит, столицу планеты Мон-Ваа, наконец-то пришла весна! Теплолюбивые жители дружно высыпали на улицы, моментально заполняя их живым веселящимся потоком. Радуясь ласковому солнцу и голубому небу, монваарцы спешили насладиться первым по-настоящему теплым днем, за которым, несомненно, последует вереница ему подобных (климат на планете был мягкий и стабильный, перепады температур случались крайне редко). Но поистине ценным был лишь этот, самый первый день, знаменующий собой конец зимы и начало нового сезона. Он даже на государственном уровне объявлялся официальным выходным и праздничным!

Город расцветал на глазах, заполняясь красками разноцветных одежд и выставляемых в окнах домов лотков с разнообразными растениями. Хозяева спешили перещеголять друг друга, хвастаясь перед соседями своими достижениями на поприще цветоводства. Каждому мужчине хотелось выделиться, ведь это значило бы, что он в состоянии содержать потомство, так как успешно справляется со своими обязанностями. А это, в свою очередь, испокон веков было одним из основных критериев по привлечению потенциальных партнерш, ведь Мон-Ваа являлась аграрной планетой, и главным экспортируемым товаром как раз таки и были выращиваемые местными жителями экзотические цветы и растения.

Браков, как таковых, на Мон-Ваа не существовало. Пары ненадолго образовывались лишь для того, чтобы соединиться, оплодотворить зародышей и отложить кладку с потомством (обычно, это было два-три яйца). Затем женщины самоустранялись, оставляя заботы по воспитанию нового поколения на отцов. Свою роль они считали выполненной и возвращались к обязанностям жриц в местных храмах плодородия, в которых и проводили большую часть всего времени. Первый день весны был одним из немногих, когда женщины дружно выходили на улицы городов, своими белыми свободными одеждами внося приятное разнообразие в творящееся вокруг многоцветье.

Лан-Тиит был столицей и одновременно центральным космическим портом планеты, потому в потоке празднующих можно было встретить не только местных жителей, вполне человекоподобного вида, отличающихся от вида Homo sapiens только насыщенно-черным цветом кожи, большими раскосыми глазами с вертикальными зрачками да абсолютно черными прямыми волосами, от природы скатанными в дреды, но и представителей других рас. Среди них попадались как вполне обычные гуманоиды, так и довольно экзотические — типа собакоподобных тахийцев или же луголи, напоминающих большие пушистые разноцветные (преимущественно розовые) шары на пяти коротеньких лохматых ножках. Но в основном, все же, преобладало местное население. Мир растениеводов хоть и привлекал внимание жителей иных планет, но далеко не все они считали необходимым иметь на Мон-Ваа свои представительства.

Конфедерация Свободных Республик считала иначе. Согласно донесениям разведки, монваарцы обладали неким секретным веществом, синтезируемым из корней местного дерева, которое можно было использовать в качестве катализатора для топлива, применяющихся в современных космических кораблях. По данным все той же разведки, добавление буквально миллиграмма этого состава на сотню килограммов твердого топлива было способно увеличить его производительность и уменьшить расход в разы. И вот, дабы подтвердить или опровергнуть имеющееся донесение, почти год назад на Мон-Ваа и был направлен посол, одной из первостепенных задач которого было убедиться в достоверности информации и получить в свое распоряжение образец вещества.

Конар Дегре стоял, заложив руки за спину, у большого окна в кабинете своей резиденции и с приятным волнением в груди наблюдал за творящимся на улице буйством красок. В прошлом году он прибыл на планету уже после празднования первого дня весны и потому не застал ничего подобного. А посмотреть было на что. От яркого потока жителей и гостей столицы, текущего по нарядно украшенным улицам, буквально рябило в глазах. Радостный смех, музыка и крики только добавляли красок в картину всеобщего веселья.

Однако не это заставляло сердце мужчины биться чаще. Сегодня верховный камаал Лан-Тиита устраивал в своем дворце торжественный прием, посвященный пришествию весны, и посол Конфедерации был на него приглашен. А это значило то, что согласно принятым на Мон-Ваа традициям, почетный гость получит от хозяина вечера подарок. Конар искренне надеялся, что это будет именно то, зачем он на Мон-Ваа и прилетел. Ведь за прошедший год Дегре не терял попусту времени и сумел наладить довольно теплые, дружественные отношения как с самим камаалом Оттороном, так и с его единственным сыном Орхангом, с которым они стали настоящими друзьями. А всем в Лан-Тиите было известно, что правитель души не чает в сыне и привечает его друзей.

Сам верховный камаал относился снисходительно к осторожным попыткам посла выяснить интересующую того информацию. Человек, в отличие от некоторых своих собратьев по профессии, не наглел, не угрожал, не устанавливал требований или же ультиматумов, призванных так или иначе вынудить монваарца выполнить его запросы. Веди себя мужчина более настойчиво — и от доступа во внутренний круг общения правителя ему было бы отказано незамедлительно. Но Конар Дегре вел себя крайне корректно, ни на секунду не давая усомниться в своем профессионализме. Все это сильно импонировало Отторону. К тому же, по меркам его народа, посол был довольно молод, практически ровесник сына. И пусть люди теперь жили гораздо дольше, нежели их далекие предки, порой пересекая трехсотлетний рубеж, а взрослели все так же быстро, как и в прошлом, но от стереотипов мышления собственной расы монваарам отказаться было весьма сложно.

Вот и теперь камаал Отторон шел по широкому светлому коридору своего дворца и, сложив руки на объемном животе, туго обтянутом белым парадным платьем с золотой вышивкой по подолу, напряженно размышлял. Практически все приготовления к вечернему празднованию уже были завершены. Оставался лишь один вопрос, вызывающий у тучного монваарца сомнение. Он никак не мог решить, что же такое подарить послу Конару Дегре. С одной стороны он склонялся к идее — удовлетворить-таки желание юноши и вручить ему фиал с вожделенным им составом, но с другой, Отторон не был уверен в том, что этот дар окажется достаточно ценным. Камаалу не хотелось, чтобы человек, ставший другом его сыну, подумал, что его недостаточно сильно уважают. (Стоит отметить, что сам правитель планеты Мон-Ваа ничего особенного в том веществе не видел и не считал его сколько-нибудь ценным, скрывая достоверную информацию о нем скорее из-за нежелания всем все рассказывать. Да и тонкая политическая игра и интриги, развернувшиеся вокруг выжимки из корней дерева Тха, очень камаала развлекали, не давая скучать).

Нахмурив надбровные дуги — в отличие от людей, бровей, как и любой другой лицевой растительности, у манваарцев не было, — Отторон решительно свернул в коридор, ведущий к покоям сына. Мужчина решил, что совет Орханга ему сейчас совсем не повредит. В конце концов, именно он, а не верховный камаал, считал себя другом человека! А это почетное звание обязывало ко многому.

Сын нашелся в своей спальне. Развалившись на животе в центре круглой кровати, заправленной тонким темно-синим покрывалом, Орханг увлеченно изучал текст, отображающийся на карманной консоли. Чтобы не мешались, длинные волосы были собраны на затылке в лохматый пучок, из которого одинокие дреды падали на голые плечи. Болтая в воздухе босыми ступнями и то и дело сжимая и разжимая пальчики на ногах, юноша ни на что не обращал внимания, весь погруженный в свое занятие. Хмыкнув, камаал окинул критическим взглядом стройную, гибкую фигуру сына, облаченного только в золотистые домашние бриджи и, удовлетворившись осмотром, деликатно покашлял. Вздрогнув, молодой монваар оторвал взгляд от консоли и вскинул голову, только сейчас замечая присутствие в комнате постороннего.

— Отец? — В изумрудных глазах появилось недоумение.

В каждом жесте принявшего сидячее положение юноши сквозило удивление. Орханг никак не ожидал увидеть старшего монваара у себя в гостях. По идее, верховный камаал должен был сейчас отдавать последние распоряжения относительно праздника. Вздохнув, Отторон побарабанил пальцами по животу и, неспешно подойдя, опустился на край постели сына, который недоумевал все больше.

— Видишь ли, в чем дело, Орханг. Я никак не могу решить, что же подарить нашему дорогому другу Конару Дегре, — скосив на сына болотного цвета глаза, верховный камаал замер.

Юноша же, после секундной заминки, расцвел широкой улыбкой, расправляя плечи и мгновенно оживляясь.

— Я знаю!

После получаса жарких дебатов кандидатура подарка была утверждена.

— Надеюсь, ты прав, и это ему понравится, — хмурясь, резюмировал Отторон.

Камаал все еще сомневался, но уверенность и азарт сына придавали ему решительности.

— Конечно, понравится! — Пылко ответил младший монваар, сверкая белозубой улыбкой, а потом рассудительно добавил: — Нам все равно самим это не нужно. А места много занимает.

Хохотнув, мужчина хлопнул себя по коленям и поднялся.

— Что ж, это веский аргумент.

Итак, для торжества по случаю Первого Дня Весны все было готово. Со спокойной совестью Отторон отправился следить за последними приготовлениями, а молодой монваар остался у себя. Раскинувшись на кровати, Орханг с мечтательной улыбкой уставился в потолок. Юноша был больше чем уверен, что подарок, который он выбрал, Конару обязательно понравится! К тому же парень был твердо убежден, что именно такое его другу просто жизненно необходимо! Особенно сейчас, когда человек стал несколько раздражителен. Сам себе кивнув, еще раз убеждаясь в собственной гениальности, Орханг перевернулся на живот и подтянул к себе отброшенную после прихода отца консоль. Он надеялся до начала торжества успеть дочитать так понравившееся ему произведение писателя-фантаста, сородича Конара. Собственно, именно посол и подкинул юному монваару эту заразу. Решительно ткнув длинным пальцем с острым коготком в кнопку запуска, Орханг с головой погрузился в вымышленный мир загадочных и совершенно непонятных драконов и фей, на время отключаясь от реальности.

А в это время Конар Дегре, совершенно не подозревающий о том, что, благодаря вмешательству сына верховного камаала, вожделенная цель упорхнула буквально у него из-под носа, тщательно готовился к приему. Выбор костюма занял достаточно много времени. Мужчина хотел выглядеть не броско, но со вкусом. Чтобы не привлекать лишнего внимания, но в то же время выглядеть достаточно солидно. В итоге предпочтение было отдано классическим темно-коричневым брюкам, песочного цвета тунике из тончайшего шаэла, украшенной искусной вышивкой на подоле и воротнике-стойке; талию подпоясал витой пояс, больше похожий на позолоченную веревку. Поверх же всего мужчина накинул темно-коричневую, в цвет брюк, мантию — неизменный атрибут посла.

Еще раз придирчиво осмотрев свое отражение в большом настенном зеркале, Конар хитро прищурил карие глаза и, усмехнувшись, зачесал пятерней слегка отросшую густую каштановую шевелюру назад. Возвращаясь, широкая ладонь прошлась по подбородку, отмечая, что двухдневная щетина не очень приятно покалывает кончики пальцев. Однако мысль о том, что можно было бы пойти побриться, была тут же отвергнута. На данный момент он ни с кем не встречается и необходимости заботиться о комфорте партнерши, которую это могло бы раздражать, не было, а среди безбородых манваарцев его и так считали чуть ли не ребенком! Может, хоть так они будут помнить, что перед ними не сопливый юнец, а состоявшийся пятидесятилетний мужчина.

Удовлетворенно подмигнув собственному отражению, Конар повернул голову и посмотрел на круглые настенные часы. В принципе, можно было уже отправляться на прием. Пока повозка (в Лан-Тиите предпочитали пользоваться древним видами транспорта, делая акцент на духе истории) проберется по заполненным горожанами улицам до дворца верховного камаала, как раз наступит время начала праздничного мероприятия. Посол был человеком крайне пунктуальным, сам практически никогда не опаздывал и на задержки других смотрел с видимым неодобрением. Посему, было решено выдвигаться.

Конар оказался прав, он едва-едва поспел к назначенному времени! На улицах было настоящее столпотворение, да и во дворце верховного камаала оказалось ненамного лучше, что было довольно удивительно, так как, по данным посла, почетных гостей приглашено было не так уж и много, персон пятьдесят, не больше. Как оказалось, это объяснялось тем, что доступ на праздник был практически не ограничен. Сегодня в резиденцию правителя планеты мог прийти почти любой более-менее знатный горожанин. Этим правом не злоупотребляли, весь город не сбежался, но и безлюдно не было. Конар даже заметил держащуюся обособленно группку манваарок.

Натянув на лицо вежливую улыбку, Дегре выдохнул и нырнул в водоворот придворной жизни. Что поделать, это была его работа, и то, что сам он предпочитал уединенные вечера с бокалом хорошего вина и интересной книгой, тут роли не играло.

Перемещаясь по просторному залу от одного знакомого к другому, перекидываясь вежливыми фразами и многозначительными взглядами, мужчина, стараясь подавить все возрастающее волнение, с интересом разглядывал убранство дворца. Сегодня тот буквально утопал в искусно подобранных цветочных композициях, радуя глаз и обоняние. Цветы были везде — на стенах, на потолке, на полу. Они обвивались вокруг столиков с напитками и закусками. Даже официанты — и те были украшены цветами! Хотя, посол вынужден был признать, далеко не все запахи вызывали у него восторг, от некоторых хотелось бежать сломя голову. Да и от изобилия красок скоро зарябило в глазах.

Наконец, видимо, посчитав, что все гости в сборе, на небольшое возвышение у дальней стены зала вышел сам верховный камаал Отторон. Ловко лавируя между гостями, Конар подобрался поближе, с интересом поглядывая на тучного манваарца. Отторон был типичным представителем своей расы: среднего, по человеческим меркам, роста, с чернильно-черной кожей, большими раскосыми глазами и жесткими, как проволока, волосами до плеч, заколотыми на затылке золотым гребнем. По случаю праздника мужчина щеголял в белом парадном платье с золотой вышивкой, на шее же болтался массивный медальон в виде солнечного диска. Монваар хитро улыбался гостям и довольно щурился. Дождавшись всеобщего внимания и относительной тишины, верховный камаал вскинул руки и заговорил:

— Дорогие гости! В этот солнечный день я приветствую вас в своем доме! Добро пожаловать на праздник Первого Дня Весны!

Зал взорвался бурными аплодисментами.

После приветственных слов камаала среди собравшихся появились группки актеров, призванных развлекать обычных гостей, а гостей почетных начали потихоньку из толпы вылавливать. Так и до Конара дошла очередь. Невысокий, вежливый монваар невесомо прикоснулся к его плечу, привлекая внимание. Добившись своего, он пригласил посла следовать за собой в специально приготовленный для торжественной церемонии вручения подарков зал. Там уже никого постороннего не было, играла ненавязчивая музыка, собравшиеся тихо переговаривались между собой. Благо, они почти все друг друга знали.

Не успел Конар как следует осмотреться, как к нему подлетел Орханг.

— Вот ты где! Привет!

Юный сын камаала, как всегда, искрился энергией. Посол, пожалуй, первый раз за сегодняшний вечер искренне улыбнувшись, пожурил друга:

— Здравствуй, ты опоздал.

Орханг задорно сморщил острый носик и блеснул изумрудными глазами.

— Ай, чего я тут не видел. Зато я дочитал твою книгу!

Крутанувшись от переизбытка чувств на месте, отчего полы его золотистой туники взметнулись вверх, открывая вид на обтянутые короткими бриджами стройные ноги, а длинные волосы рассыпались по плечам, манваар весело затарахтел:

— Мне очень понравилось! Правда, я половину не понял, но это не важно. Главное — я узнал столько всего нового!

— И что же ты узнал? — хитро прищурившись, поинтересовался мужчина.

Любопытство и жизнерадостность младшего (хоть фактически они и были почти ровесниками, Конар мог воспринимать Орханга только как мальчишку) товарища его всегда искренне восхищали. Сам он вот так радоваться мелочам просто не умел, характер был не тот. Слушая вольный пересказ прочитанного, посол с удивлением узнавал о, казалось бы, вдоль и поперек изученном произведении много нового. Взгляд на привычные вещи глазами представителя другой культуры вносил в восприятие описанных событий некую новую струю.

Пока Орханг болтал, началось то, ради чего их сюда позвали — церемония вручения подарков. Дегре знал, что его имя, как одного из самых дорогих гостей, будет в конце списка, потому друга не прерывал, хотя за тем, что дарили остальным, следил внимательно. Вот, посол Манук, представитель расы Так-ха-рамфи, получил чрезвычайно редкий в данных местах набор для ухода за живыми кристаллами, которые выращивал вдали от дома. Нарик Оолро, верховный канцлер и правая рука камаала Отторона, стал обладателем парадного кинжала, украшенного россыпью редких драгоценных камней. Кому-то достались семена нового вида цветка, изысканные благовония, редкой красоты статуэтка. Видя, что мужчина его почти не слушает, все больше отвлекаясь на церемонию, Орханг вздохнул и замолчал. То, что Конару так интересно, что дарят другим, юношу позабавило, он-то знал, у кого будет самый лучший подарок! Не удержавшись, монваар привстал на цыпочки (он был несколько ниже человека) и прошептал тому в самое ухо:

— А я знаю, что тебе подарят.

Убедившись, что все внимание посла вновь принадлежит ему, Орханг довольно улыбнулся.

— И что же это? — не дождавшись продолжения, поторопил парня Конар.

Сцепив руки за спиной, юноша качнулся на пятках и хитро сощурился.

— Не скажу. Сам увидишь! Но тебе понравится, я сам выбирал!

Подавив грустный вздох, Дегре философски подумал, что уплыл от него вожделенный катализатор. Мужчина никогда бы не поверил в то, что жизнерадостный Орханг додумается выбрать что-то действительно серьезное и полезное. Скорее уж это будет какая-то занимательная диковинка, нежели скучный пузырек с неинтересной жидкостью. Ну, что ж, значит, не судьба. Смирившись с неизбежным, мужчина уже куда как более спокойно ожидал своей очереди.

Наконец, под сводами зала прозвучало его имя, и посол Конфедерации Свободных Республик вышел вперед, замирая в нескольких шагах от верховного камаала.

— Дорогой наш друг, — начал монваар. — Я с огромным удовольствием хочу преподнести тебе этот дар.

Стараясь держать лицо и не выглядеть уж очень удивленным, Конар со все возрастающим недоумением и, как следствие, любопытством следил за тем, как из-за спины Отторона выкатывают что-то большое и прямоугольное, до поры накрытое черной непрозрачной тканью.

«Оригинально… Мне собрались подарить шкаф?»

Притихшие гости замерли, ожидая развития событий. Выдержав небольшую паузу, верховный камаал жестом заправского фокусника сдернул ткань, являя зрителям подарок посла Дегре.

«Кукла?»

Перед Конаром стоял большой контейнер, в котором на белоснежной подкладке лежала удивительной красоты кукла, выполненная в натуральную величину. Мужчина с искренним восхищением разглядывал искусное творение неизвестного мастера. Судя по светло-серой одежде, напоминающей кимоно древних самураев родной планеты посла, Дегре решил, что это мальчик, про себя добавив, что морваарцы в любом случае не стали бы дарить куклу женщины, те были для них чуть ли не священны. Тонкие черты лица хрупкого юноши были выполнены с небывалой тщательностью. Светлая, матовая кожа напоминала тончайший фарфор, окраска полных чувственных губ была подобрана так, что вызывала ассоциации с нежными лепестками роз, тонкие брови вразлет и длинные ресницы закрытых глаз по цвету были гораздо темнее густой пшеничной шевелюры, крупными кольцами спадающей на плечи. В общем, подарок послу очень понравился. Он еще не знал, зачем ему такое чудо, но уж отказываться он точно не собирался!

— Благодарю вас, многоуважаемый Отторон. Ваш дар для меня великая честь!

Верховный каммал довольно улыбнулся, украдкой переглянувшись с сыном, маячившим за спиной посла.

— Что ж, тогда, забирайте его.

С этими словами монваар прикоснулся к какой-то точке на боковой поверхности контейнера, и под недоумевающим взглядом Дегре прозрачная передняя стенка отъехала в сторону. Конар испытал настоящий шок, когда ресницы игрушечного юноши затрепетали. Через мгновение на посла смотрели серебристо-серые глаза совершенно определенно живого парня. Шевельнувшись, он одним слитным движением покинул контейнер и грациозно опустился перед мужчиной на одно колено. Склонив голову перед ошарашенным человеком, юноша не громко, но очень внятно и четко произнес фразу, которая во всех концах вселенной означала одно и тоже:

— Слушаю и повинуюсь, хозяин.

Конар с нарастающим ужасом осознал, что только что стал обладателем раба. А если учесть внешность «подарка», то раба весьма характерной, постельной специализации. Сцепив зубы, чтобы не начать ругаться, мужчина медленно выдохнул. Отказаться от подарка сейчас, когда уже официально его принял, он не имел права, это нанесло бы смертельное оскорбление верховному камаалу и, соответственно, поставило крест на карьере посла. Значит, надо было затолкать свои принципы поглубже и улыбаться, по возможности не обращая внимание на «подарок», безмолвно стоящий рядом и непонимающе хлопающий ресницами. Мальчишка явно ожидал не такого приема. Волны гнева и отвращения, лавиной идущие от хозяина, ставили его в тупик.

Глава 2

Остаток вечера для Конара прошел под знаком мрачных раздумий и, как следствие, полностью испорченного настроения. Благодаря «подарку», следующему бесшумной тенью слева и чуть позади, посол чувствовал себя крайне неуютно. Первое время мужчина постоянно сам себя одергивал, заставляя себя не обращать внимания на такой своеобразный эскорт и не оглядываться через каждые пару минут. Чтобы как-то успокоиться, он целенаправленно, бокал за бокалом, поглощал игристое цветочное вино местного производства. К сожалению, состояние ни легкого, ни тяжелого алкогольного опьянения, когда все проблемы кажутся уже не такими серьезными, никак не желало достигаться. От этого Конар злился еще сильнее, начиная сжимать кулаки и скрежетать зубами, закипая все больше. Ему казалось, что все собравшиеся гости глазеют на него и шепотом обсуждают. Это было невыносимо! Мыслить логически в такой обстановке получалось с трудом. Дегре и сам не подозревал, насколько сильно случившееся выбило его из колеи. Посол просто не знал, что ему теперь со всем этим делать.

Еще хуже стало, когда до мужчины дошло, что большая часть внимания прикована не непосредственно к нему, а к его белокурому подарку! Ну, еще бы, такая диковинка! На Мон-Ваа ничего подобного не видели уже очень давно. Повода для сплетен и пересудов теперь хватит надолго.

Отношение к рабству в обитаемой части вселенной было своеобразное. Большинство рас его порицало и всячески стремилось изжить. Мало кому из разумных удалось избежать присутствия подобного этапа в развитии собственной культуры, подчинение себе подобных в той или иной форме присутствовало практически у всех. В частности, еще несколько тысяч лет назад все мужчины на Мон-Ваа существовали на правах рабов, а их женщины выступали в роли полноправных хозяек. Не сказать, чтобы кого-то из них подобное положение вещей не устраивало, но внешнее влияние иных цивилизаций все же сказалось. Формально монваарцы давно подстроились под законы своих новых, более развитых в техническом плане, друзей, но фактически женщины все так же были неприкосновенны и почитаемы, словно богини. Любое желание монваарки выполнялось незамедлительно. Другое дело, что высказывались эти самые желания не так уж и часто. Женщины на Мон-Ваа жили в своем собственном тесном мирке, и до внешней действительности им было крайне мало дела. Для этого у них имелись мужчины.

Также во вселенной были и такие миры, на которых в рабстве не видели ничего плохого и совершенно не стремились как-то это положение вещей изменить. Более того, отношения «хозяин-раб» являлись неотъемлемой и неискоренимой частью социального строя нескольких наиболее развитых цивилизаций! Таких было мало, но они все же были. Остальным пришлось с этим мириться, так как рвать чрезвычайно выгодные отношения с этими мирами было себе дороже.

Таким образом, рабство было как бы под запретом, но, при всем при этом, существовало вполне легально. Вся тонкость заключалась в том, в какой части вселенной происходило дело, и кто именно выступал в качестве раба. Если это был представитель расы, приемлющей подобное, и потерявший свободу именно среди своих, то никаких особых проблем — покупайте, владейте. Как говорится, «пользуйтесь на здоровье». Главное, разногласия со своими собственными сородичами уладьте, а то, мало ли что. Еще не так поймут, в тюрьму посадят. Если же бесправным существом выступал представитель «свободолюбивой» расы, то за подобное можно было и пожизненный срок на каких-нибудь рудниках или же смертную казнь схлопотать. Кое-какие всеобщие законы по защите прав рабов все же существовали.

Во вселенной также встречались ярые ненавистники рабовладельческого строя, стремящиеся каленым железом выжечь подобное явление с тела мироздания. В общем, все было запутано и весьма зыбко.

Конар Дегре принадлежал как раз к расе тех, кто официально рабство не приемлет. Точнее говоря, относился к этому с легким налетом брезгливости. И хотя посол знал, что некоторые его сородичи с удовольствием завели бы себе такую вот живую игрушку (слегка повернув голову, мужчина бросил короткий взгляд на свою новую собственность, безучастно разглядывающую гостей) сам он рабство и рабовладельцев искренне презирал. То, что он только что пополнил ряды этих малопривлекательных личностей, его неимоверно злило. Еще больше мужчину злило то, что избавиться от подарка и восстановить свое душевное равновесие в ближайшее время не представляется возможным — портить отношения с верховным камаалом было нельзя. Ну, и как апофеоз всего — специализация подарка, которая была написана крупными буквами у того на лице!

Конар уже предвидел, какие сплетни и слухи о нем поползут по посольству. Мало того, что заимел раба, так еще и парня! Нет, не то чтобы он резко отрицательно относился к мужчинам, предпочитающим общество мужчин, это было не так. Подобное являлось далеко не редкостью, а уж в ситуациях, когда ты находишься вдалеке от родной планеты, и вовсе считалось чуть ли не нормой (далеко не все представительницы других рас были готовы вступать в интимные связи с инопланетянами, да и физиология зачастую этого просто не позволяла, человеческие же женщины покидать родные миры не очень любили). Однако сам Конар такого никогда не практиковал и начинать не стремился. Среди сослуживцев у него был имидж (и, стоит отметить, вполне оправданный) настоящего мужика и бабника! А тут такое…

Что со всем этим делать, Дегре искренне не представлял и, как назло, мелкий гаденыш Орханг, благодаря которому Конар и оказался в таком дерьме, куда-то смылся, не выскажешь ему ничего. Да и нельзя, обидится ведь…

Тяжело вздохнув, мужчина сосредоточил внимание на стоявшем перед ним низеньком толстячке с хитрыми голубыми глазками. Марик Алимов, как и сам посол, был человеком и тоже являлся представителем Конфедерации Свободных Республик. При посольстве он выполнял обязанности штатного биолога, а по совместительству — главного сплетника. И, судя по блеску водянистых глазок, то и дело стреляющих Конару за левое плечо, завтра, а то и уже прямо сегодня, все посольство будет в курсе «тайных пристрастий господина Дегре». Почему тайных? Да потому, что до этого момента господин Дегре тщательно и весьма успешно скрывал свое порочное увлечение хорошенькими мальчиками-рабами. Никто из его сослуживцев даже помыслить ни о чем подобном не мог! А почему сейчас открылся? Так это не он. Это все сын верховного камаала! Он ведь еще монваар молодой, наивный, не знал, что тайное увлечение друга, которым тот совершенно точно с ним поделился, не должно стать достоянием общественности! Юноша, наверняка по доброте душевной, решил другу помочь (о том, что Конар и Оргхан довольно тесно общаются, не знал в посольстве разве что только глухой), а папа-правитель любимое дитятко поддержал, подарив по случаю господину Дегре то, о чем тот столь страстно и безнадежно мечтал.

Конар практически открытым текстом читал все это на сально поблескивающем лице биолога. Наверняка о чем-то, если не в точности таком, но уж не очень сильно отличающемся, ближайшее время будут шептаться все сотрудники посольства… Как бы еще рапорт вышестоящему начальству не накатали. Хотя, там Конар легко оправдается, в конце концов, он действительно не виноват в сложившейся ситуации! Не мог же он оскорбить верховного камаала отказом от официального подарка на празднике Первого Дня Весны?

Сжав челюсти, Конар нахмурился и, коротким взмахом руки прервав поток бессмысленного словоизлияния Алимова, по возможности вежливо с толстячком попрощался. Мужчина решил, что на сегодня с него хватит, пора домой. Благо, придворный этикет монваарцев не предписывал гостям в обязательном порядке прощаться с кем-либо. Можно было просто тихо удалиться, что Дегре с превеликим удовольствием и сделал. Конар надеялся, что в тишине собственных апартаментов сможет лучше проанализировать ситуацию и решить, что делать дальше и как все-таки получить нужный ему катализатор.

Вечерний воздух Лаан-Тиита был освежающе прохладным, чистым, наполненным тонкими ароматами цветов и неуловимым ощущением праздника. Зажмурившись и вдохнув полной грудью, Конар открыл глаза и запрокинул голову наверх, туда, где на темнеющем небосводе уже зажигали свои первые огоньки яркие светлячки-звезды. Постояв так пару секунд, наслаждаясь тишиной относительного одиночества, мужчина встряхнулся и бодро сбежал вниз по широким каменным ступенькам.

На площади рядом с дворцом камаала вовсю веселился народ: праздник был в самом разгаре и должен был продлиться до самого утра, тут удивляться нечего. Посол искренне порадовался, что для транспорта почетных гостей было выделено отдельное место на огороженной стоянке. Конар сомневался, что поймать сейчас такси было бы легко выполнимой задачей, а добираться до дома пешком он не горел желанием.

Остановившись рядом со своим экипажем, чем-то напоминавшим древние кареты, такие, какими их изображали на картинках в учебниках истории (только без лошадей — животных, как и извозчика, давно заменила техника), посол резко обернулся. Про свой подарочек, как бы того ни хотелось, он ни на секунду не забывал. Парень обнаружился там же, где и был все время приема — за спиной, в полутора шагах от Конора. Юноша был безмятежно спокоен, на лице не отражалось никаких эмоций, разве что в глазах застыло выжидательное выражение.

Плотно сжав губы, гася вспыхнувшее с новой силой раздражение, Дегре открыл дверцу повозки и, мотнув головой, коротко приказал:

— Залезай.

Требование было выполнено незамедлительно. Конар мрачным взглядом проследил за тем, как парень бесшумно ныряет в салон повозки, а затем сам забрался внутрь. Сидения в транспорте монваарцев располагались друг напротив друга, так что всю дорогу до дома посол имел удовольствие разглядывать сидящего напротив юношу. Тот, впрочем, делал то же самое, только что не в открытую, как делал это мужчина, а искоса, сквозь ресницы. Хмыкнув, Конар отвернулся к окну. Что ж, любопытство парня он понять вполне мог. Все-таки, теперь его судьба зависит от того, каким окажется хозяин.

— Как тебя зовут? — не поворачивая головы, резко спросил посол.

— Так, как пожелает хозяин, — прошелестел в ответ парень, а Конар досадливо поморщился.

А чего он, собственно ожидал? Стандартный вопрос, и такой же стандартный ответ. Было бы удивительно, если бы «подарок» выдал что-то другое. Он наверняка хорошо обучен, на «дикого», не знающего правил поведения, раба не похож ни разу (в силу своей профессии Конар тоже имел об этих правилах некоторое представление, ведь никогда нельзя быть уверенным, послом в каком мире окажешься). Повернувшись к парню, Дегре некоторое время сверлил его мрачным взглядом. Что ни говори, а экземпляр ему подарили качественный. Не очень высокий, сантиметров на десять ниже его самого, изящный, объективно красивый, с густыми, волнистыми волосами, в которые так и хочется запустить пальцы…

Нахмурившись, Конар как можно более строго потребовал:

— Я желаю знать, как тебя звали до того, как ты попал ко мне.

Мужчина логично решил, что не мог же парень всю жизнь безымянным проходить? Как-то же его все это время называли. Ломать голову над новым именем не хотелось категорически.

Несколько мгновений подарок молчал. Конар с уверенностью физиономиста со стажем отметил, как слегка нахмурились, а потом тут же разгладились брови юноши, выдавая его сомнение, а чувственные губы чуть дрогнули — он наверняка что-то хотел сказать, но сдержался. Чуть слышно вздохнув, парень произнес:

— Меня называли Эйлаанайрйишь-тар-Наииларкаат.

Уже одной только длины имени хватило Конару, чтобы почувствовать себя несколько неуютно. А уж если учесть, что некоторые буквы произносились явно в тональности, человеческим горлом не воспроизводимой… Подарок же выдал эту тарабарщину так легко и непринужденно, что мужчина ни на секунду не усомнился в том, что его действительно так зовут.

«М-да, — удрученно подумал посол. — За что боролся, на то и напоролся, предложили же мне самому выбрать. И с чего я вообще решил, что у него будет нормальное человеческое имя?»

— Хм, — потерев подбородок, Конар решил пойти немного другим путем. — А покороче? Так, чтоб не больше пяти букв?

Парень все-таки не удержал на лице выражение полной невозмутимости, его губы чуть дрогнули в мимолетной полуулыбке, а опустившиеся ресницы скрыли насмешливый блеск серебристо-серых глаз. Видимо, физиономия у Дегре была еще та.

— Най.

— Угу. — Этот вариант мужчину устроил гораздо больше, вызвав прилив воодушевления. — Значит, теперь я буду тебя звать Най, без всего остального.

Юноша почтительно склонил голову.

— Как пожелает хозяин.

Вновь нахмурившись, Дегре уже хотел было сказать, чтоб парень не называл его так, но не успел. Повозка как раз остановилась напротив резиденции посла. Обрадовавшись тому, что скоро окажется в уютной домашней обстановке, мужчина плюнул на все и решил, что поговорить с Наем можно будет и потом. Следовало просветить парня на тему того, что не стоит ему к мужчине привыкать, все равно он у него надолго не задержится. Для себя Конар уже решил, что как только появится подходящая возможность, он сразу же от ненужного ему подарка избавится. Но этот разговор можно отложить и на завтра. Общаться лучше на трезвую голову, а сегодня цветочное вино таки добралось до мозга мужчины. Только вот принесло оно не опьянение, а сонливость.

Широко зевнув, Конар выбрался из повозки и направился прямиком к калитке, ведущей в небольшой садик, разбитый перед каменным двухэтажным домом, ставшим на Мон-Ваа его жилищем. Замок на входной двери с тихим щелчком открылся, стоило только Дегре приложить ладонь к боковой сканирующей панели. Оглянувшись, Конар убедился, что Най был на месте, послушно следуя за ним. Пропустив парня внутрь, мужчина тоже шагнул через порог.

Дом встретил их тишиной и темнотой. Стоило входной двери закрыться, как отсутствие посторонних звуков сразу же ударило по ушам. После шума улицы это было очень заметно. Дегре жил один — с уборкой прекрасно справлялись специальные роботы, а еду можно было заказать и в ресторане; держать штат прислуги, как это любили делать некоторые его знакомые, Конар смысла не видел. Он вообще не любил, когда на территории его жилища находились посторонние.

Хлопнув в ладоши, посол включил свет.

— Значит, так, — пересекая коридор, пол которого устилал темно-бордовый ковер, а стены были обшиты деревянными панелями, мужчина решил сразу немного проинструктировать свой «подарок». — Сейчас я покажу тебе, где ты будешь спать, а все остальное обсудим завтра.

Най послушно шел за своим хозяином и, с трудом преодолевая головную боль, старался понять, что же от него требуется в данную минуту. Очень хотелось пить, но сказать об этом он не решался. Господин был все еще не в духе, нарываться лишний раз парень не желал. Он еще не был полностью уверен в своем статусе.

Когда на ферму, где воспитывался Най пришел запрос, и выбор комиссии пал на него, юноша был невероятно горд, ведь это означало то, что он лучший среди всех своих собратьев! Забирали всегда только самого лучшего, это был непреложный закон. Заказчику выбора не предоставлялось, так как изначально подразумевалось, что раб, которого тот покупает — это лучшее из всего, что только можно найти. И ни одного отказа или жалобы за всю многотысячелетнюю историю существования фермы еще не поступало. Качество предоставляемого товара было наивысшим.

Из подслушанных разговоров воспитателей Най понял, что он предназначен для кого-то даже по меркам руководства важного и влиятельного. Это не могло не льстить. Рабы с фермы, где вырос юноша, ценились во всей вселенной и стоили совсем не дешево, позволить такую игрушку мог себе далеко не каждый даже очень состоятельный господин!

Хоть воспитатели и умело поддерживали дух конкуренции среди своих подопечных, поощряя то одного, то другого, исподволь заставляя их учиться усерднее, но истинное признание достигалось лишь тогда, когда кого-то покупали. Всем хотелось получить своего хозяина. То, что Ная выбрали, когда ему не исполнилось еще и двухсот циклов с момента первого пробуждения, было невероятно почетно. Юноше было чем гордиться!

Когда наставники укладывали Ная в криокамеру и погружали в сон, его проинструктировали, что он будет преподнесен своему владельцу в качестве подарка. Юноше следовало быть готовым к тому, что первым, кого он увидит, проснувшись — станет его господин. Этот момент с покупателями обговорили заранее, ведь такие как Най, в девяносто девяти процентах случаев всю свою жизнь принадлежали одному хозяину, и его образ с первых же секунд знакомства намертво запечатлевался в сознании раба. Было бы непростительной ошибкой посчитать за господина постороннее существо, ведь, раз приняв, отказаться от него будет практически невозможно. Выполнение непосредственных обязанностей станет далеко не столь эффективным, а этого никому было не нужно.

И вот, очнувшись ото сна, Най увидел прямо перед собой его, своего хозяина. Господин оказался человеком — довольно молодым высоким мужчиной. От него ощутимо веяло силой и уверенностью в себе. Юноша радостно решил, что принадлежать такому хозяину будет очень почетно. Парень искренне порадовался тому, как ему невероятно повезло. Правда, радость эта была недолгой. Стоило юноше произнести контрольную фразу подчинения, признав человека господином и настроиться на его биополе, как Най тут же ощутил, что ему, мягко говоря, не рады. По оголенным каналам только-только зарождающейся — и потому невероятно чувствительной, — ментальной связи ударила настоящая лавина негативных эмоций. На пару мгновений юноша даже впал в ступор. В его сознании никак не хотело укладываться то, что причина подобного гнева и отвращения именно он. Хозяин был вовсе не рад своему приобретению!

Как такое возможно, Най понять не мог. Мешало разобраться в происходящем еще и то, что юноша почувствовал себя не очень хорошо. Усилия, потраченные на установление связи с господином, потребовали неожиданно много энергии и привели к тому, что у него начала болеть голова. Наю оставалось радоваться только тому, что ему позволили остаться рядом, не отказавшись от неугодного раба сразу же. Юноша подумал, что вряд ли бы пережил подобное унижение.

В течение вечера Най старательно анализировал происходящее вокруг, присматриваясь к окружающим и к хозяину. Выводы, которые он, не смотря на все ухудшающееся самочувствие, сумел сделать, его несколько успокоили. Похоже, господин считал себя опытным воином и полагал, что в услугах телохранителя — а именно это было основной специализацией молодого раба, — не нуждается. Присутствие юноши его раздражает и наносит урон как имиджу, так и самолюбию.

Немного успокоившись, Най решил, что ничего страшного. Во-первых, переубедить человека наверняка будет не так уж сложно: по сравнению со специально выведенным и воспитанным профессиональным хранителем, тот явно проигрывал как в опыте, так и в навыках. Ну, и во-вторых, если доказать свою правоту все же не получится, и господин продолжит отказываться от услуг Ная, то тот всегда сможет заняться чем-нибудь еще. Сложно было сказать, что он не умеет делать. На ферме, где воспитывался юноша, готовили профессионалов широчайшего профиля. Так что стать полезным для своего господина Най сможет в любом случае.

Придя к таким выводам, юноша расслабился, а уж когда хозяин подарил ему имя, так и вообще испытал прилив облегчения. Най чувствовал, что человек уже почти успокоился и совершать импульсивных, необдуманных поступков не будет.

Знакомство с жилищем господина проходило уже в полуобморочном состоянии, Най держался из последних сил. Из-за того, что голова буквально раскалывалась, а любые мысли приносили физическую боль, юноша никак не мог сообразить, что с ним происходит, и просто мужественно терпел. Показать сейчас свою слабость означало натолкнуть хозяина на мысль, что новый раб непозволительно слаб. Кто знает, что тогда человек решит сделать. Его злость до конца еще не утихла, и мужчина вполне мог решить от Ная отказаться, посчитав того недостойным. Этого юноша допустить никак не мог, потому терпел, ни одним жестом не выдавая своего состояния.

Факт того, что за его спиной закрылась дверь, и он остался один, парень воспринял со вздохом облегчения, забравшим последние силы. Темнота окончательно сгустилась вокруг, поглощая сознание.

Конар уже успел с облегчением выдохнуть, определив новую собственность в гостевую спальню и закрыв за собой дверь, тем самым как бы отгораживаясь от проблем, — «с глаз долой — из сердца вон», как говорили предки — когда услышал непонятный глухой стук. Как будто что-то упало. И упало в комнате за его спиной. Раздраженно поморщившись, мужчина развернулся и, взявшись за ручку, толкнул дверь, гадая, что Най ухитрился уронить, находясь в незнакомом помещении меньше пяти секунд.

Открывшаяся картина заставила посла растерянно замереть на месте. Пару мгновений он тупо смотрел на валяющегося на полу и не подающего признаков жизни парня, а потом очнулся и кинулся к нему.

— Эй, что с тобой? — Вопрос остался без ответа.

Перевернув на спину безвольно лежащего на боку юношу, Конар отстраненно отметил, что глаза у того закрыты и лицо чересчур бледное, можно даже сказать, совершенно белое. Кусая губы, мужчина старательно вспоминал, что он знает про методы оказания первой помощи. Выходило, что не так уж много. Особенно если учесть, что он не озаботился выяснить, к какой расе принадлежит его раб. А проявлять самодеятельность Конар не решался, опасаясь навредить еще больше. Парень, утопающий в ворохе серого шелка, выглядел настолько хрупким, что, казалось, тронь его — и что-нибудь, да сломаешь.

— Так, — выдохнув, Конар решил для начала устроить юношу поудобнее. — Не вздумай мне тут помереть! Что я камаалу скажу?

Приподняв Ная за плечи и подхватив под коленями, посол с некоторым трудом поднялся.

— Ох, мать, что ж ты такой тяжелый-то?! — с кряхтением возмутился мужчина, транспортируя бессознательную ношу на кровать, стоящую у дальней стены.

Уложив Ная, Конар пристально на него уставился, надеясь обнаружить какие-нибудь признаки того, что парень хотя бы жив. Поиски пульса успехом не увенчались, но мужчина не расстроился — мало ли какая физиология у его подарка?

Убедившись, что парень дышит, Конар облегченно утер со лба холодный пот и решил не заниматься самодеятельностью; к тому же, что делать, он все равно представлял себе смутно. Быстрым шагом Дегре отправился к интеркому. Следовало вызвать врача и надеяться, что царящий вокруг праздник не помешает тому добраться до дома посла.

Глава 3

Доктор прибыл на удивление быстро. Не прошло и часа, как в доме посла раздалась требовательная трель дверного звонка. Конар, протаптывающий дорожку рядом с постелью, на которой лежал так и не пришедший в себя неестественно бледный и какой-то весь осунувшийся Най, сразу же метнулся открывать.

За прошедшее время мужчина уже успел последними словами обругать: себя — за то, что настолько увлекся собственными переживаниями, что весь вечер игнорировал парня, за которого теперь нес полную ответственность; Орханга, подложившего ему такую свинью и сбежавшего в кусты; Ная, решившего вдруг ни с того ни с сего, без предупреждения, вырубиться, и вообще весь этот дурацкий праздник, от которого никакой пользы, а одно только расстройство! Досталось всем и не по одному разу, однако, несмотря на глухое раздражение, послу было очень стыдно за свою невнимательность. То, что подарку поплохело после каких-то пары часов общения с новым хозяином, Конара и злило, и расстраивало, и вызывало легкую панику. Мужчина бессознательно чувствовал свою вину, правда, не очень понимал, за что именно, но это было не так существенно.

После того как вызвал доктора, Дегре попытался связаться с Орхангом, дабы выяснить хоть что-то про свое приобретение, но монваар предсказуемо был недоступен. Наверняка парень веселился вовсю, наслаждаясь праздником и не задумываясь о чужих проблемах. Чертыхнувшись, Конар вернулся к Наю и больше уже от того не отходил, с тревогой прислушиваясь к едва слышному слабому дыханию. Пока тянулись томительные минуты ожидания, мужчина разглядывал бледное лицо безвольно лежащего юноши и гадал, почему тот сразу не сказал, что ему плохо? Или это был внезапный приступ? Значит ли это, что у парня какие-то проблемы со здоровьем? Это можно вылечить, или юноша умрет? Столько вопросов — и ни одного ответа! Появление врача избавило посла от необходимости в одиночку ломать голову. Теперь, по крайней мере, у него будет собеседник.

За дверью оказался низенький сухонький монваар с объемным темно-коричневым саквояжем в руках. Деловито пройдя в дом, он представился тером Лаори и сразу поинтересовался, кому тут нужна помощь. Получив короткий ответ от испытавшего прилив облегчения посла, врач без лишних слов предложил проводить его к пациенту.

Когда доктор увидел Ная, то спокойно, без суеты подошел к постели и, устроившись на стоящем рядом стуле, начал копаться в поставленной на пол сумке.

— Расскажите, что произошло, — деловито поинтересовался монваар.

Поиграв желваками, Конар скрестил на груди руки и постарался ответить по возможности полно:

— Он просто потерял сознание. Сам я этот момент не видел, был в соседнем помещении, но буквально за пару секунд до этого, когда мы с ним прощались, все было нормально. Парень ни на что не жаловался. — Немного подумав, Дегре решил добавить: — Прошло уже около часа, а он так и не очнулся.

— Угу.

Доктор, наконец, нашел то, что искал. Это оказался плоский и узкий, где-то с локоть в длину, прямоугольный прибор. Потыкав по кнопкам на небольшой сенсорной панели у основания, тер Лаори наклонился вперед и начал водить устройством над телом юноши. Конар решил, что это какой-то местный вид универсального анализатора.

Подобные приборы были распространены по всей вселенной и позволяли врачам легко диагностировать состояние своих пациентов вне зависимости от расовой принадлежности. Умное устройство автоматически определяло генетическую структуру обследуемого и выдавало адекватный результат.

— А до этого что было? Может быть, он съел что-то не то или же переутомился? — не отрываясь от исследований, поинтересовался доктор.

Конар нахмурился и потер подбородок.

— Не могу сказать. При мне он точно ничего не ел и не пил. Мне его подарили сегодня на приеме у верховного камаала. Насколько я могу судить, парень до этого момента безвылазно находился в криокамере, так что и переутомиться вроде бы не должен был.

После этих слов монваар оглянулся, бросив на посла внимательный взгляд, и вновь вернулся к своему занятию.

— Угу. Ясно.

Некоторое время в комнате царила тишина, нарушаемая лишь пощелкиванием анализатора. Наконец, тот коротко пропищал, сигнализируя об окончании диагностики. Доктор тут же выпрямился и углубился в изучение высветившихся на дисплее данных. Не в силах стоять спокойно, Конар нервно переминался с ноги на ногу, подавляя в себе желание заглянуть теру Лаори через плечо. Чем дальше, тем больше его охватывало волнение и беспокойство. В конце концов, он не выдержал и подал голос, с тревогой переводя взгляд с Ная на врача и обратно:

— Что с ним, доктор? Это что-то серьезное?

Вздохнув, монваар поднял глаза на посла и, помолчав, произнес:

— Ну, что я могу вам сказать, тер Дегре. В принципе, юноша абсолютно здоров.

Эта фраза вызвала у Конара закономерное недоумение, выразившееся в вопросительно изогнувшейся брови. По мнению мужчины, здоровые люди в столь длительные обмороки не грохаются, они вообще сознания не теряют! Между тем, пожевав губами, тер Лаори продолжил:

— Однако, налицо сильнейшее обезвоживание и полное истощение организма. Я могу предположить, так как вы говорите, что юноша попал к вам прямо из криокамеры, что это следствие длительного, не запланированного заранее, пребывания в состоянии анабиоза. Скорее всего, реальное время сна оказалось значительно больше, нежели то, на которое система была запрограммирована. Из-за этого организму для поддержания жизнедеятельности и пришлось использовать собственные внутренние резервы, — отвернувшись к Наю, монваар продолжил. — И, хочу заметить, предел возможностей был почти достигнут. Еще немного — и пациент бы уже не проснулся.

Пока Конар переваривал полученную информацию, тер Лаори вновь углубился в изучение содержимого своего саквояжа.

— И что с этим делать? — не дождавшись продолжения, поинтересовался посол. Потребность пообщаться с кем-то, кто знает, в каких условиях содержался Най, и вообще, откуда такая диковинка на Мон-Ваа взялась, начала приобретать сверхнасущный характер.

— Для начала я сейчас вколю ему дозу общеукрепляющих и восстанавливающих препаратов, — спокойно проинформировал врач, доставая небольшой пистолет-иньектор и несколько непрозрачных пузырьков. — На сегодня этого будет достаточно.

Заряжая иньектор жидкостью, врач продолжал говорить:

— Еще я выпишу ряд препаратов, которые следует регулярно давать вашему подопечному, если вы, конечно, хотите, чтобы он выжил и поправился. — Монваар приставил пистолет к основанию шеи Ная и нажал на кнопку активации. Раздался короткий шипящий звук, и юноша слегка вздрогнул. — Ну и конечно, ему будут необходимы специализированное питание и отдых. Не стоит пациента перегружать. Для скорейшего выздоровления я бы еще порекомендовал пару недель постельного режима.

Сделав еще одну инъекцию, тер Лаори убрал пистолет и достал небольшой электронный блокнот.

— Сейчас я составлю вам подробную инструкцию и список лекарств. — Замерев, доктор поднял голову и посмотрел прямо в глаза хмурящемуся мужчине. — Я ведь правильно понимаю, вы будете его лечить? Реабилитационный курс будет стоить довольно дорого.

Несколько секунд Конар непонимающе вглядывался в темно-зеленые спокойные глаза врача, а потом возмущенно дернулся.

— Конечно, буду! Что за вопрос?

Тер Лаори удовлетворенно кивнул и, пожав плечами, вернулся к составлению плана мероприятий.

— Я просто спросил, не стоит нервничать. Список всего необходимого я скину на вашу домашнюю консоль. Вы сразу же сможете заказать препараты в аптеке, и уже утром их все доставят.

— Хорошо, я так и сделаю, — мрачно ответил Конар.

То, что монваар предположил, что он способен бросить умирать Ная, его разозлило. По мнению мужчины, никакие деньги не стоили того, чтобы из-за них погибало зависящее от тебя живое существо. И пусть сам посол появлению блондинистого раба в своей жизни рад не был, однако это не делало его равнодушной скотиной. Шумно выдохнув, Конар решил переключить свое внимание на другое.

— Скажите, тер Лаори, а к какой расе принадлежит Най? Я как-то не догадался сразу спросить у него об этом, а потом стало несколько поздно. Что выдал ваш прибор?

Доктор ответил, не отрываясь от своего занятия и, казалось, даже не выныривая из своих мыслей.

— Судя по данным анализатора, он не принадлежит ни к одной конкретной расе, а является продуктом генной инженерии. Хотя, я могу сказать точно, что за основу бралась структура Homo sapiens. Этот вид наиболее пластичен и легко подвергается изменениям. — После небольшой паузы, монваар добавил: — Препараты я выбирал именно ориентируясь на особенности структуры Homo sapiens. Так что, если вдруг возникнут побочные эффекты, или действие лекарств будет неполноценным, сразу же сообщайте мне, будем корректировать.

Хмыкнув, Конар задумчиво уставился на юношу, чье лицо уже перестало казаться восковой маской. Похоже, уколы начали действовать.

— Все. Я закончил.

Поднявшись, тер Лаори вопросительно посмотрел на посла.

— Покажите мне вашу консоль, чтобы я скинул данные.

Согласно кивнув, мужчина приглашающе указал на дверь. Пока врач собирал вещи и шел к выходу, Дегре отметил, что дыхание Ная стало ровным и глубоким. Удовлетворенно кивнув, он вышел из комнаты вслед за доктором и, аккуратно прикрыв за собой дверь, проводил монваара до консоли.

Вежливо распрощавшись с тером Лаори и попутно заверив того, что, если что, то он с ним обязательно свяжется, мужчина с тяжелым вздохом побрел назад. Нужно было еще заказать препараты и заняться парнем. Для начала его следовало хотя бы раздеть. Не будет же тот спать в своей подарочной обертке? Назвать по-другому шелковые одежды юноши у Конара язык не поворачивался.

Разоблачал своего бесчувственного раба Дегре с цветистыми матами, плавно переходящими из разряда тихого шипения в категорию громкого чертыханья. Справиться с нарядом подарка оказалось не так-то просто. Легче всего получилось избавиться от обуви, она совсем не сопротивлялась — тонкие матерчатые тапочки легко соскользнули с аккуратных стоп. Найти же завязки или пуговицы на кимоно стало задачей гораздо более сложного уровня, той, что из разряда практически невыполнимых! Когда мужчина уже был готов сдаться и воспользоваться ножницами, просто срезав все к чертовой бабушке, одежда неожиданно поддалась, и Конару удалось вытряхнуть несопротивляющегося Ная из вороха тряпок на постель. Юноша остался в одних шелковых широких шароварах снежно-белого цвета.

Утерев выступивший в процессе неравной схватки пот, мужчина вытащил из-под парня сбившееся покрывало и, укутав им юношу, с чувством полностью выполненного долга отправился отдыхать. По словам доктора, Най должен был проспать еще как минимум до завтрашнего утра, так что о парне Конар не волновался. Ворох серого шелка и легкие тканевые тапочки остались сиротливо валяться рядом с кроватью.

Утро порадовало посла ноющей болью в висках и ломотой во всем теле. Результаты злоупотребления игристыми цветочными винами местного производства были налицо. Глухо застонав, мужчина зарылся опухшей физиономией в подушку и натянул на голову мягкое одеяло, пытаясь вновь заснуть, тем самым сбежав от похмелья. Однако тренированный организм, привыкший в жару и стужу, снег и слякоть, ураган и… ну, и прочие катаклизмы… просыпаться в строго определенное время суток, засыпать вновь категорически отказывался, словно мстя нерадивому хозяину за скормленные ему накануне гадости. Повалявшись еще пару минут и с тоской убедившись, что попытки подремать подольше одна за другой проваливаются, Конар с тяжелым вздохом скинул с себя покрывало и перевернулся на спину, бессмысленным взглядом уставившись в потолок. Обнаженную кожу приятно ласкал прохладный воздух, температура которого скрупулезно поддерживалась климатической системой дома в заданном хозяином интервале. С утра Конар предпочитал, чтобы было попрохладнее. Просыпаться так получалось гораздо легче.

Резко выдохнув, мужчина сначала сел, а потом и встал с кровати. Решив, что холодный душ ему поможет, посол целенаправленно потопал в ванную. Среди всего представленного на рынке помывочных услуг разнообразия, Конар предпочитал именно водный душ, а не какой-нибудь ионный или, упаси боже, ставший в последнее время дико популярным, солнечный. Последние два были широко распространены на космических кораблях. Когда деваться было некуда, Конар ими пользовался, но от первого у него возникало такое чувство, будто кожу по всему телу долго и упорно скребли жесткой губкой, а от второго потом все чесалось. Так что вода, и только вода!

Довольно отфыркиваясь от текущих по лицу струй, мужчина чувствовал, как буквально с каждой секундой возвращается к жизни! Широкая улыбка сама расползалась по лицу, и только чашечки крепкого, горячего, только что сваренного кофе ему не хватало для полного счастья. Желая незамедлительно исправить сей недочет, Конар выбрался из душа, накинул на плечи темно-синий махровый халат и, на ходу вытирая маленьким белым полотенцем мокрые волосы, пошел исполнять свою утреннюю мечту.

Направляясь на кухню, располагающуюся на первом этаже, мужчина отстраненно рассуждал на тему того, что, несмотря на весь свой глубокий научный потенциал, люди по всей вселенной известны именно благодаря кофе. Этот напиток оказался настолько популярен среди инопланетян, что стал распространен повсеместно. Монополию на выращивание кофейных деревьев цепко держало в своих руках руководство Земли, и это приносило ему немалую прибыль, позволяя финансировать различные исследовательские проекты типа того же топливного катализатора, за которым охотился посол.

Сидя за широким кухонным столом и попивая из маленькой чашечки густой горький напиток, Конар блаженно жмурился. Жизнь вновь была прекрасна! Трель дверного звонка вырвала мужчину из состояния, близкого к нирване, заставив нервно вздрогнуть, чуть не пролив кофе.

— Кто там еще? — мрачно нахмурившись, сам у себя поинтересовался посол. Гостей он не ждал.

Открыв входную дверь, Конар обнаружил на пороге молодого монваара с картонной коробкой в руках. Недоуменно задрав брови, мужчина вопросительно уставился на посетителя. Широко улыбнувшись, тот бодро выдал:

— Тер Дегре? — Получив утвердительный кивок, парень заулыбался еще шире. — Служба доставки аптеки ОтуИко! Ваш заказ!

С этими словами посыльный впихнул удивленному послу в руки коробку и, бодро развернувшись, зашагал по отсыпанной гравием дорожке назад, к калитке, ведущей на улицу.

— А? … А! Най.

Стыдно признаться, но с утра про парня посол благополучно забыл, потому, спешно развернувшись, чуть ли не бегом направился на второй этаж в гостевую спальню. Вдруг, вопреки уверениям врача, за ночь что-то случилось?

Най плавал в каком-то густом мутном полузабытье, то выныривая из него, то погружаясь глубже. Сколько это продолжалось, он сказать не мог, в голове стоял вязкий, мешающий мыслить, серый туман. В какой-то момент туман немного рассеялся, и юноша осознал, что лежит на кровати в незнакомой комнате. С трудом сфокусировав взгляд, он попробовал оглядеться, но дальше большого окна, зашторенного светло-бежевой занавеской, взгляд двинуться не смог. Вздохнув, парень смежил веки: смотреть было физически больно. Полежав неподвижно какое-то время, он попробовал пошевелиться. Теплое покрывало, в которое Най оказался укутан, скользнуло по обнаженной коже, рождая в полубессознательном мозгу юноши мысль, что его кто-то раздел, потому как сам он это сделать явно был не в состоянии. Последнее, что он помнил — это закрывающаяся за спиной дверь. Логично было предположить, что, скорее всего, о нем позаботился именно хозяин, ведь больше в доме попросту никого не было, мужчина упоминал о том, что живет один. Это открытие вызвало в груди молодого раба целую волну жаркого стыда, ведь все должно было быть не так! Это Най должен заботиться о господине, а не наоборот! Так опозориться в первый же день… Худшего развития событий юноша и представить себе не мог. Наверняка хозяин решил, что ему подарили какого-то бракованного раба, и вскоре захочет от него избавиться… Судорожно вздохнув, Най зажмурился, изо всех сил стараясь не расплакаться из-за душивших его разочарования и обиды.

Вдоволь позаниматься самобичеванием юноше не дали. Дверь в комнату распахнулась, и на пороге появился хозяин с картонной коробкой наперевес. Повернув голову, Най с тоскливой надеждой посмотрел на мужчину. Он уже мысленно с ним прощался.

— Эй, ты чего такой несчастный? — Быстро пересекая небольшое помещение, господин остановился рядом с кроватью и озабоченно уставился на парня. — Не волнуйся, сейчас мы тебя подлечим, и будешь как новенький!

Поставив коробку на пол, мужчина протянул руку и положил прохладную ладонь юноше на лоб. От такого нехитрого проявления заботы тот сначала немного растерялся, а потом ему стало так приятно, что он закрыл глаза, стремясь представить, что случившееся — это кошмарный сон, а на самом деле всё замечательно. Может быть, хозяин не так уж и зол на него? Между тем, господин убрал руку и, усевшись на стоящий рядом стул, принялся копаться в коробке.

— Так. Угу… ого! Хм… А это зачем?

Вяло заинтересовавшись происходящим, Най приподнял ресницы и скосил глаза на хозяина, отмечая, что тот чем-то озадачен. Сев прямо, мужчина взъерошил пятерней влажные волосы и перевел задумчивый и немного растерянный взгляд на неподвижного юношу.

— Знаешь, я ни черта не помню из рекомендаций врача, так что придется мне тебя на пару минут оставить и сбегать за инструкцией. Потерпишь?

Удивленно моргнув, Най едва заметно кивнул. Поведение мужчины было непонятно. Он не злился? О каком враче он говорит? Проследив взглядом за спешно покинувшим комнату человеком, юноша вздохнул и вновь опустил ресницы. Кроме как подождать, что будет дальше, он предпринять ничего не мог, так был ли смысл переживать?

Хозяин вернулся действительно довольно быстро. Требовательный окрик вырвал Ная из цепких щупальцев вязкого туман, в который тот вновь проваливался.

— Так, не спать!

Вздрогнув, юноша распахнул глаза. Его господин опять был рядом, и в руках у него был большой прозрачный стакан с водой. Лишь только увидев жидкость, Най ощутил, насколько сильно хочется пить. Во рту все пересохло и стянуло от жажды. Он непроизвольно сглотнул. Словно прочитав его мысли — а может, взгляд юноши, прикованный к стакану, был уж очень говорящим, — мужчина приподнял парня за плечи и поднес стакан к его губам, помогая напиться. Най жадно глотал воду и просто-таки таял от благодарности и удовольствия. У него было такое ощущение, что вместе с жидкостью в него вливаются новые силы. К тому моменту, как стакан опустел, в голове юноши окончательно прояснилось, и он смог уже вполне осмысленно взирать на окружающий его мир.

— Спасибо, — Най очень тихо — голос пока слушался плохо, — поблагодарил господина.

Мужчина довольно улыбнулся, отчего в уголках его глаз собрались маленькие лучики-морщинки, а потом потрепал парня по волосам.

— Да не за что. Знаешь, ты меня вчера сильно напугал! Почему сразу не сказал, что плохо себя чувствуешь?

Нахмурившись, хозяин требовательно взирал на своего раба.

Най немного растеряно пожал плечами. Что он мог ответить на это? Что не хотел выглядеть в глазах мужчины слабым? Или что не знал, позволено ли ему первым обращаться к господину? Это были очевидные вещи. Юноша считал, что они не достойны упоминания. А вот то, что из-за слепого следования негласным правилам поведения он доставил своему хозяину лишние хлопоты — вот это было непростительно… Но как тут оправдаться юноша, опять же, не знал.

Видя, что ответа он не дождется, мужчина тяжело вздохнул.

— Ладно. Что сделано, то сделано. Давай только впредь договоримся, что больше ты отмалчиваться не будешь. Поверь, я не кусаюсь.

Робко кивнув, Най с тревогой следил за действиями хозяина. Тот же, убедившись, что парень его услышал, вновь начал копаться в коробке.

— Значит, так, — заговорил мужчина, не прерывая своего занятия. — Вчера я вызывал врача, он осмотрел тебя и сказал, что у тебя сильное истощение организма, связанное с незапланированно долгим пребыванием в криокамере. Посему тебе прописан курс восстанавливающих препаратов и постельный режим. Вот.

Выудив из коробки пистолет-иньектор и какой-то пузырек, хозяин оценивающе на них уставился.

— Угу. — Кивнув своим мыслям, мужчина поднял голову и, глядя Наю прямо в глаза, спросил:

— Сколько ты вообще там должен был находиться?

Чуть нахмурившись, юноша попытался вспомнить, что по этому поводу говорили наставники.

— Два месяца… кажется, — тихо прошептал Най, честно глядя господину в глаза.

Получив ответ, тот еще некоторое время вглядывался парню в лицо, словно стремясь убедиться, что тот не врет, а потом, кивнув, начал заряжать иньектор. Юноша отчаянно пожалел, что из-за накатывающей волнами слабости он не может почувствовать настроение своего хозяина. Сейчас бы это ему очень пригодилось. С тихим вздохом Най прикрыл глаза.

Пережив несколько болезненных уколов и выпив еще с литр всяких разных питательных и просто лечебных жидкостей, юноша был оставлен отдыхать. Хозяин сказал, что сейчас ему нужно заняться неотложными делами, но вечером — Най к тому моменту как раз должен будет проснуться после действия лекарств, — мужчина обязательно будет рядом. Тогда они смогут, наконец, нормально пообщаться, а то пока на это нет ни времени, ни сил. На всякий случай, господин оставил на тумбочке рядом с кроватью юноши переговорник. Если тому вдруг что-то понадобится, или ухудшится самочувствие, Най должен был сразу же связаться с хозяином.

Сквозь мягкую вату надвигающегося сна юноша подумал, что, может, все еще и обойдется. Хозяин не был похож на жестокого человека. Может, оплошность раба сойдет тому с рук? Да и вообще, господин показался Наю весьма привлекательной личностью. Убаюканный приятными мыслями и вступающими в силу препаратами, юноша заснул крепким сном.

Глава 4

Вечером поговорить с Наем не получилось. Конар вернулся домой злой, взвинченный и уставший, как собака. Как мужчина и предполагал, в этот день в посольстве самой актуальной была тема его подарка на вчерашнем празднике. Об этом шептались на каждом углу, бросая на Дегре многозначительные взгляды. Причем — и это злило больше всего, — по обрывкам услышанных фраз мужчина понял, что факт того, что у него теперь есть раб, мерк перед новостью о том, что посол якобы увлекается мальчиками.

Конар весь издергался, устав оправдываться и отшучиваться. Сотрудники как с цепи сорвались. В довольно узком кругу людей, проживающих на Мон-Ваа, любая новость разносилась со скоростью лесного пожара и раздувалась до размеров космического корабля. Все равно, что жить в маленькой деревне — тот же эффект. Пока все косточки не перемоют и любой, даже совершенно безобидный, факт не вывернут несколько раз наизнанку, не успокоятся.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения мужчины, стало приглашение на свидание от кокетливо хлопающего ресницами начальника отдела по связям с общественностью. Сорвавшись, Дегре наорал на испуганно пятившегося к выходу из его кабинета мужчину, напоследок чуть не запустив в захлопнувшуюся за ним дверь графином с водой. Больше в тот день к злому, как сотня берсерков, послу никто подходить не решился. Зато позвонила бывшая подружка, с которой Конар пару недель назад расстался на почве полной несовместимости характеров. Лана высказала все, что думала о том, что он предпочел ее пышным формам настоящей полноценной женщины — да еще и опытного специалиста с дипломом переводчика! — тощую задницу какого-то дешевого мальчика по вызову! Что она, оказывается, никогда не сомневалась в тайных пристрастиях любовника, но великодушно их игнорировала. И вообще, она всегда подозревала, что Конар жлоб и скупердяй, а когда теперь он даже шлюху не сам себе купил, а в подарок выклянчил, убедилась в этом окончательно! После такой новости волосы на голове у Конара зашевелились, и он дипломатично сбросил вызов, не решившись до конца дослушать обличительную речь. А потом еще и переговорник от посторонних звонков заблокировал, побоявшись узнать о себе еще что-нибудь новое и столь же шокирующее. Подобного его психика сегодня бы уже не выдержала.

В общем, когда Дегре оказался у себя дома, видеть кого-либо — а в особенности Ная, — ему не хотелось категорически. Мужчина боялся, что при любом неосторожном слове или движении со стороны подарка он просто придушит парня в порыве, так сказать, страсти.

Ограничив их общение необходимым минимумом, который требовался, чтобы поставить больному пару инъекций и напоить лекарственными и питательными смесями, мужчина очень порадовался тому, что Най, будто бы чувствуя его настроение, вел себя очень тихо, беспрекословно выполняя короткие команды и не задавая никаких вопросов. Юноша только настороженно следил за ним глазами, усиленно кутаясь в одеяло. На дежурный вопрос, как он себя чувствует, парень прошелестел, что уже гораздо лучше. Полностью удовлетворившись таким ответом, Дегре сбежал к себе успокаивать нервы, слушая классическую музыку и смакуя коллекционный коньяк.

Спать мужчина отправился довольно поздно, но перед тем, как ложиться, все-таки заглянул к Наю. Нервы нервами, но стоило только немного прийти в себя, как активизировалась совесть, противным писклявым голоском зудящая, что парень-то как раз ни в чем не виноват. Он вообще вряд ли понимает, что происходит! И, в конце-то концов, кто-то обещал с ним поговорить, расставив все точки над «ё», а потом позорно сорвался, наверняка напугав мальчишку, которому и так несладко.

Най, напичканный лекарствами по самые брови, к тому моменту, как Конар разродился, уже предсказуемо спал. Когда мужчина к нему зашел, блондин расслабленно лежал на боку, лицом к двери, полностью вытянувшись под легким одеялом и трогательно подсунув ладошки под щеку. Вздохнув, Дегре на цыпочках покинул его комнату и тихонечко прикрыл за собой дверь. Совесть выла дурниной, утверждая, что так нельзя, и с Наем надо завтра же поговорить, внеся хоть какую-то определенность в сложившуюся ситуацию. Конар с ней мысленно соглашался, сам себе обещая, что вот завтра — обязательно!

А следующий день начался практически по тому же сценарию, что и прошлое утро, разве что про Ная мужчина не забыл, без дополнительных напоминаний уделив тому порцию своего внимания. Юноша, как и вчера вечером, вел себя очень тихо и о несостоявшемся разговоре никак не напоминал. Дегре показалось, что блондин выглядит гораздо лучше — по крайней мере, тот уже не лежал пластом, а встретил его, сидя на кровати. Это не могло Конара не радовать, однако начинать важный разговор тогда, когда в распоряжении есть не так много свободного времени, он не стал, опять же отложив диалог на потом. Сегодня мужчина был уже морально готов к разнообразным выпадам, могущим последовать от сослуживцев, и был уверен, что больше так из себя не выйдет, а значит, вечером все пройдет по плану.

День и впрямь прошел гораздо спокойнее. Сотрудники, впечатленные вчерашними реакциями посла, вели себя вполне корректно, Конар лишь изредка ловил на себе любопытствующие взгляды или слышал перешептывания. Неприличных предложений тоже больше не поступало, так что домой Дегре уходил в приподнятом настроении, весело мурча себе под нос мотивчик какой-то песни. Припомнив, что доктор советовал, как только состояние Ная улучшится, переводить того с жидких концентратов на нормальную твердую пищу, Конар по дороге домой завернул в свой любимый ресторанчик и взял две порции ужина на вынос. По мнению посла, вверенный его заботам юноша уже в достаточной мере оклемался после анабиоза криокамеры для того, чтобы его желудок начал функционировать в нормальном режиме и смог воспринять что-то поконкретнее жидких смесей.

Особняк встретил Конара привычной тишиной и покоем. Мужчина искренне любил свой домик, тут он чувствовал себя защищенным и полностью расслаблялся. Забросив покупки на кухню, Дегре танцующей походкой направился в свою спальню — переодеться в домашнее и принять душ. Несмотря на то, что весна только-только вступала в свои права, в Лан-Тиите стояла жаркая погода, и даже короткая дорога из посольства до дома заставила мужчину основательно пропотеть.

Прохладный душ окончательно привел Конара в благодушное расположение духа. Натянув на себя легкие домашние штаны и свободную рубашку, мужчина пошел проверять, как там поживает его собственность. Деликатно постучавшись, он заглянул в комнату Ная. Парень нахохлившимся воробьем сидел на кровати. Притянув колени к груди и замотавшись в одеяло, он гипнотизировал входную дверь. Естественно, мужчина сразу же попался ему на глаза. На мгновение послу показалось, что Най крайне чем-то озабочен, а его взгляд нехарактерно холоден, но практически сразу юноша опустил голову, пряча мерцающий сталью взор за частоколом ресниц, и мужчина решил, что это все игра воображения.

— Привет! — Заходя в комнату, Конар бодро махнул рукой. — Как самочувствие?

— Уже значительно лучше, спасибо, хозяин. — Негромко, но уверенно ответил юноша, поднимая глаза на мужчину. Ни тени посторонних эмоций, лишь абсолютное спокойствие, невозмутимость и внимание.

Хмыкнув, Конар подошел к кровати и, усевшись на уже успевший стать привычным стул, полез в коробку с лекарствами.

— Это хорошо. Значит, сегодня ты будешь вполне в состоянии составить мне компанию за ужином. Ведь так?

Набирая дозу препарата в инъектор, Дегре искоса следил за реакцией парня на свои слова и прикидывал, с чего лучше начать разговор. Казалось, что Най удивился, его брови слегка дрогнули, но потом уголки губ блондина чуть заметно приподнялись.

— Как пожелает господин, — склонив голову, отозвался юноша.

Конар чуть поморщился от такого к себе обращения.

— Вот и замечательно.

Под требовательным взглядом мужчины Най выпутался из одеяла и безропотно подставил плечо, в которое тут же был поставлен укол. Внутренне собравшись, Конар начал спокойно говорить, одновременно набирая в инъектор новую порцию лекарства.

— Значит, так. Думаю, прежде чем мы пойдем ужинать, стоит тебе кое-что пояснить. — Убедившись, что юноша его внимательно слушает, Дегре продолжил: — На всякий случай, если ты не знаешь, сообщаю — сейчас мы находимся на планете Мон-Ваа, в городе Лан-Тиит. Позавчера был праздник, посвященный первому дню весны. Не знаю, в курсе ли ты, но на нем принято дарить подарки. Так вот, мне подарили тебя, и это было, мягко говоря, неожиданно.

С тихим шипением в плечо Ная был поставлен еще один укол. Отложив пистолет, Конар прямо посмотрел в серебристо-серые внимательные глаза напротив.

— Хочу сказать сразу, такому подарку я абсолютно не рад, ты мне совершенно не нужен, но отказаться возможности нет. Я здесь в качестве посла, и до тех пор, пока срок моей службы на Мон-Ваа не истечет, изменить ситуацию я буду не в состоянии, так что будешь жить у меня.

На озвученное заявление Най никак не отреагировал. Только взгляд слегка потяжелел. Посчитав молчание юноши добрым знаком, Конар продолжил, параллельно убирая инъектор и лекарства:

— На моей родной планете к рабству относятся отрицательно, и я придерживаюсь той же позиции, так что, как только мы попадем туда, думаю, оформить тебе вольную проблем не составит. — Глаза блондина шокированно распахнулись, и он ощутимо вздрогнул, однако Дегре этого не заметил, продолжая говорить и копаться в коробке. — Поначалу устроиться я тебе, безусловно, помогу — насчет этого можешь не переживать, — а там и сам освоишься.

Когда мужчина вновь посмотрел на Ная, тот уже опять был предельно собран, только губы оказались плотно сжаты, а взгляд прятался за густыми ресницами.

— Так что вот. — Видя, что юноша не спешит выказывать восторгов, Конар поторопился добавить: — Лично против тебя я ничего не имею и обижать не буду. Просто поживешь вместе со мной: ты же, вроде как, теперь мой раб, и придется поддерживать легенду, ничего не поделаешь.

Чувствуя прилив удовлетворения от того, что расставил, наконец, все акценты, Конар с нетерпением ждал реакции на свои слова и разглядывал блондина. Юноша казался чрезвычайно задумчивым.

— Так как тебе такой расклад, что скажешь?

Дегре был истинным сыном своей родины и потому считал, что рабство — унизительно по определению. Мысль о том, что на это можно пойти добровольно, он отбрасывал, как недостойную внимания. В связи с этим, мужчина искренне полагал, что то, что он предложил Наю, для парня будет подобно самому желанному призу, а некоторую его задумчивость отнес на счет того, что тот от неожиданности просто растерялся. Наверняка блондин удивлен и обдумывает открывающиеся перспективы. Вряд ли он когда-нибудь рассчитывал обрести свободу. Но вот когда Най полностью осознает, как ему повезло, вот тогда-то и будет шумно радоваться. Наконец, юноша поднял на Конара внимательный взгляд и задал первый вопрос:

— И как долго вы будете выполнять обязанности посла, хозяин?

Пожав плечами, Дегре честно признался:

— Не могу точно сказать, но думаю, не меньше года. Это не так уж и долго, поверь мне.

Най едва заметно улыбнулся и чуть склонил голову. Мужчина посчитал это хорошим знаком.

Дальнейший их диалог прервала трель дверного звонка. Вскинув брови, Конар удивленно оглянулся.

— Кого это черти принесли? — сам у себя поинтересовался посол. Гостей он не ждал.

Когда через пару секунд звук повторился, Дегре недовольно нахмурился и поднялся. Интуиция ему подсказывала, что незваный гость настойчив и будет звонить до тех пор, пока ему не откроют.

— Ладно, я пойду, посмотрю, кто там, а ты, как будешь готов, спускайся вниз. Ты ведь сам дойдешь?

Дождавшись от Ная утвердительного кивка, Конар развернулся и со спокойной совестью вышел из комнаты. Пока мужчина спускался по лестнице и шел к входной двери, звонок буквально надрывался, издавая уже какие-то поистине истерические вопли.

Щелкнув замком, Дегре распахнул дверь и обнаружил у себя на пороге Орханга. Прислонившись к косяку, тот увлеченно давил на кнопку звонка. Факту появления друга мужчина был практически не удивлен. Ну, действительно, кто еще это мог быть?

— Конар, привет!

Бодро выпрямившись, молодой монваар одернул полы длинной темно-зеленой туники с разрезами по бокам, из-под которой выглядывали песочного цвета бриджи, и широко улыбнулся. Украдкой вздохнув, мужчина улыбнулся в ответ.

— Здравствуй, какими судьбами? — Посторонившись, он приглашающе повел рукой, предлагая гостю войти.

Орханг предложением с удовольствием воспользовался, буквально впархивая в прихожую.

— В гости вот решил зайти, ты не рад? — Качнувшсь на пятках и сцепив руки за спиной, юноша с вопросительной улыбкой уставился на посла.

— Да нет, что ты. Рад, — сразу же отозвался Дегре.

Против он, действительно, совершенно ничего не имел, Конар считал, что все основные вопросы с Наем они уже выяснили, и можно заняться другими делами. К тому же, мужчина сам неоднократно подумывал о том, чтобы с монвааром связаться.

— Просто ты без предупреждения. Мог бы позвонить.

Орханг на это заявление обижено надул губы.

— А я звонил. У тебя переговорник отключен!

Чертыхнувшись, Конар вспомнил, что, действительно, после звонка бывшей так и не убрал режим избирательной доступности.

— Оу. Да, моя ошибка, извини.

Широко улыбнувшись, сын камаала, замахал руками.

— Да ничего страшного! И вообще, я к тебе с подарками!

От широкой улыбки Орханга Конару заранее поплохело. Как-то он уже стал подозрительно относиться к возможным дарам от этого ходячего зеленоглазого катаклизма.

— И что же это? — С хорошо заметной долей настороженности поинтересовался посол.

— Это приданое твоего подарка, — явно гордясь собой, выдал юноша.

— Что, прости? — Растерявшись, решил уточнить Дегре.

Он было сделал пару шагов вглубь дома, но, так как гость остался стоять на месте, мужчина был вынужден тоже остановиться.

— Ну-у-уу, — протянул Орханг. — Понимаешь, я тут вспомнил, что к криокамере с твоим подарком прилагался еще один контейнер. На нем были такие же знаки и маркировка. Я в него заглянул вчера и нашел там одежду и всякие другие прибамбасы.

Широко улыбнувшись, юноша тряхнул головой.

— Вот! Контейнер ждет у тебя на газоне. Заносить?

Немного ошарашенный, посол кивнул головой. Юному монваару этого оказалось достаточно. Хлопнув в ладоши и солнечно улыбнувшись, он круто развернулся, открывая дверь.

— Заносите!

Повелительный окрик послужил сигналом к началу действия, на улице сразу же началось движение. Конар и глазом не успел моргнуть, как посреди его коридора появился большой прямоугольный контейнер чернильно-черного цвета с белыми витиеватыми знаками на боку. Четверка монваарцев, выполняющая роль грузчиков, повинуясь короткому взмаху руки Орханга, сразу же удалилась.

Не обращая внимания на то, что друг несколько удрученно разглядывает контейнер, юноша все с той же жизнерадостностью заявил:

— А еще я к тебе хочу напроситься на ужин.

Моргнув, Конар пришел в себя, и уже было открыл рот, чтобы предупредить, что дома не так много еды, и если Орханг действительно останется, то надо позвонить в ресторан, как тот его опередил:

— Я даже уже все заказал. Минут через пятнадцать-двадцать доставят.

Ошарашено моргнув, Дегре усмехнулся.

— Интриган.

Глядя на довольную физиономию сына верховного камаала, можно было понять, что такое определение себя, любимого, его полностью устраивает.

— Проходи уже, где гостиная, ты знаешь.

Уговаривать парня дополнительно не пришлось. Монваар шустро развернулся и вприпрыжку поскакал по коридору в указанном направлении, а Конар, бросив грустный взгляд на черный контейнер, последовал за ним.

— Кстати, хотел у тебя спросить, откуда у вас Най?

— Най? Ты так своего мальчика назвал? — обернувшись, бодро переспросил юноша. Получив короткий утвердительный кивок, Орханг лучезарно улыбнулся.

Плюхнувшись на широкий мягкий бежевый диван, занимающий почетное место в просторной гостиной посла, монваар беззаботно заявил:

— А я его нашел. — Понаблюдав, как брови друга, устроившегося в кресле с другой стороны низенького стеклянного столика, вопросительно изогнулись, парень продолжил: — Я пару лет назад увлекался исследованием близлежащего к Мон-Ваа космического пространства и случайно наткнулся на мертвый корабль торговцев. Он, похоже, в пояс метеоритов угодил. Ну, в общем, мы туда, естественно, залезли и нашли много интересного. В частности, твоего Ная.

Хмыкнув, Конар откинулся на спинку, устраиваясь поудобнее. Высказывать свое негодование по поводу самого подарка он не хотел: это бы сильно расстроило монваара, а ситуацию нисколько не изменило, так что Дегре решил не обижать Орханга, искренне радующегося своей изобретательности. Но зато мужчина вполне мог парня слегка пожурить.

— А чего же вы его сразу-то из криокамеры не вытащили? — Добавив в голос ехидства, поинтересовался он.

Орханг пожал плечами.

— А зачем? Ну, спит и спит, зачем будить? Все равно его пристроить некуда было, а твой раб из тех, кого сразу надо передавать хозяину.

Хмыкнув, Конар чуть выгнул правую бровь.

— Ну, может, затем, чтобы он элементарно в живых остался? Лучше было бы, если бы он умер?

Глаза монваара округлились, и он пару раз растеряно моргнул.

— Да-да. Еще бы чуть-чуть, и кто-то получил вместо раба труп в красивой обертке. По словам врача, у моего подарка полное истощение организма, и сейчас я его усиленно отпаиваю лекарствами.

Полюбовавшись несколько секунд на побледневшего и закусившего нижнюю губу Орханга, Дегре сжалился.

— Да ладно, все нормально. Он уже вполне сносно себя чувствует. Даже поужинает с нами.

Шумно выдохнув, монваар жалобно спросил:

— Правда?

— Угу.

Встав, Конар подошел к бару, оформленному в виде резного деревянного шкафчика. Посол вообще предпочитал именно натуральную деревянную мебель.

— Что пить будешь?

— Как обычно, — несколько угрюмо отозвался юноша.

Орханг на самом деле расстроился. Он даже не предполагал, что может случиться нечто подобное. Молодой монваар всегда считал, что время пребывания в криокамере ничем не ограничено. Да и отец, судя по всему, думал так же. Вздохнув, юноша с благодарным кивком принял от Конара стакан с охлажденным фруктовым соком. Искоса глянув на человека и отметив, что тот, вроде бы, на самом деле не злится, парень успокоился, сделав, однако, зарубку на память. Орханг вообще не был склонен долго переживать по пустякам. И к тому же сам Конар его отвлек, переключив мысли в другое, более приятное и интересное русло.

— Ладно, — вновь усаживаясь в свое кресло, но уже с пузатым бокалом коньяка, Дегре решил прояснить для себя еще один волнующий момент. — Это все не так важно. Ты мне лучше объясни, почему вы выбрали именно такой подарок?

Монваар расплылся в довольной улыбке и, отхлебнув из своего стакана, заявил:

— А чтоб тебе не скучно было. Ты последнее время мрачный ходишь, наверняка внимания не хватает.

Услышав такое заявление, Конар чуть не подавился благородным напитком, возмущенно уставившись на довольного парня.

— Да с чего ты взял?!

Хитро усмехнувшись, Орханг подмигнул послу.

— Мне со стороны виднее!

Закатив глаза, Конар откинулся на спинку кресла. Прекрасно. Из-за того, что одному малолетнему авантюристу с наклонностями сводника что-то там померещилось, он теперь будет расхлебывать заварившуюся кашу. Оставалось только тихо понадеяться, что хотя бы со стороны Ная проблем не будут.

— Лучше бы вы мне щенка подарили, — себе под нос буркнул мужчина. Орханг же сделал вид, что не услышал, пряча хитрую улыбку за запотевшим стаканом сока.

Раздавшаяся трель дверного звонка выдернула мужчину из мрачных раздумий.

— О! Еда приехала, я открою!

Подскочив со своего места, монваар унесся открывать; Конар только и успел, что проводить его взглядом.

Най, тихо стоявший все время разговора за дверью, ведущей к лестнице на второй этаж, задумчиво хмыкнул. Теперь для него ситуация стала еще понятнее.

Проводимая хозяином лечебная терапия действительно помогала, и сегодня юноша чувствовал себя уже гораздо лучше: в голове прояснилось. Это привело к тому, что он принялся тщательно анализировать то, что творилось вокруг. Най был абсолютно уверен, что что-то явно идет не по плану. Господин вел себя странно и непоследовательно. Он, во-первых, крайне отрицательно отнесся к тому, что ему преподнесли в дар раба. Такого быть не должно было в принципе, и поначалу Най решил, что хозяину пришелся не по вкусу именно он, но позже, обдумав всё как следует, юноша понял — мужчину не устраивает сам факт подобного подарка. Далее, господин, несмотря ни на что, более чем снисходительно отнесся к тому, что Най оказался несколько не в форме, хотя мог бы от неугодного дара просто избавиться. Мужчина же, вопреки всему, был заботлив и внимателен. Это сильно контрастировало с теми эмоциями, что он испытывал по отношению к своему рабу.

Когда вчера человек вернулся домой в состоянии тихого бешенства — причем юноша чувствовал, что, пусть косвенно, но виной тому послужил именно он, — Най решил, что уж сейчас-то точно добром это для него не кончится, однако господин сумел взять себя в руки и ничего юноше не сделал и даже не сказал. А ведь мог выплеснуть свое раздражение на абсолютно покорного раба, никто бы ему и слова не возразил! Сегодня же утром хозяин и вовсе лучился спокойствием. Несколько заторможенный со сна, Най с отстраненным удивлением наблюдал за всеми этими метаморфозами.

После продолжительного дневного отдыха противная слабость отступила, и Най смог более-менее осмотреться в той комнате, где спал. Это совершенно точно было не помещение для рабов. Слишком шикарная обстановка. Обследовать весь дом юноша не решился — все-таки, на это ему разрешения не давали, — потому он уселся ждать хозяина в надежде на то, что мужчина, как и обещал, внесет хоть какую-то ясность в происходящее. Делать какие-либо предположения Най больше не спешил, у него явно было слишком мало фактов для анализа.

Ну, что ж. Приход господина действительно многое поставил на свои места. Как Най и предполагал, что-то пошло не так, и он попал не к тому, к кому планировалось изначально. Юноша никогда бы не поверил в то, что его могли сознательно подарить человеку, который настолько сильно не приемлел и не понимал сути института рабства. Когда мужчина, словно нечто само собой разумеющееся, заявил, что оформит Наю вольную, юноша чуть было не заорал от ужаса. Более сурового наказания и придумать-то было сложно. Это было равносильно вынесению смертельного приговора, Най бы просто умер от позора! Однако юноша быстро сумел взять себя в руки и ничем не показать своего состояния. Господин явно бы такого поведения не оценил. Мужчина, похоже, совершенно не понимал, как нужно обращаться со своим рабом, а потому к его сумасшедшим заявлениям следовало относиться снисходительно, да и вообще, брать все в свои руки, не надеясь на благоразумие хозяина.

Как бы то ни было, что бы там ни пошло неправильно, но отказываться от человека Най не собирался ни в коем случае. Тот ему очень нравился, и ничего менять юноша категорически не желал, решив, что справится с неожиданными трудностями самостоятельно. Факт того, что у него есть целый год на то, чтобы переубедить хозяина, юношу порадовал неимоверно. Най решил, что этого времени ему будет более чем достаточно — его человек был довольно разумен и уравновешен. Наверняка, при должном терпении, из него можно будет воспитать замечательного господина. Оставалось только понять, как лучше всего действовать.

Подслушанный разговор дополнил сложившуюся у Ная в голове картину. Значит, его нашли на мертвом корабле… Из этого следовало, что ни даритель, ни новый хозяин не могли знать о том, что из себя представляет молодой раб. Юноша пока не решил, к какой категории отнести эту новость. С одной стороны, вроде как обидно, он ведь столько всего знает и умеет, но с другой… Так его будут очевидно недооценивать, а это, в свою очередь может сыграть немаловажную роль в деле завоевания человека.

Факт того, что его преподнесли в качестве средства от скуки, и именно это больше всего бесит мужчину, Най оценил как информацию более чем занимательную. Юноша решил, что скучать хозяину в ближайшее время совершенно точно не придется. Впереди масса работы.

Глава 5

— Хозяин?

Негромкий голос Ная вывел Конара из задумчивости. Обернувшись, мужчина увидел юношу, нерешительно замершего в дверном проеме. Отстраненно отметив, что его подарок вновь замотался в свою серую шелковую обертку — хотя чего он ждал, у блондина другой одежды пока просто не было, — Дегре приглашающе махнул рукой.

— Проходи. Сейчас кое-кто придет, и будем ужинать.

Най тут же ожил и, неслышно ступая по паркету, приблизился к креслу, в котором расположился мужчина. Опустившись на пол у ног посла, юноша поднял голову и, прямо глядя в несколько ошарашенное лицо хозяина, вежливо поинтересовался:

— У господина гости?

— Эм. Да… Почему ты уселся на пол?

Теперь уже на лице Ная отразилось искреннее недоумение. Однако быстро сориентировавшись и взяв себя в руки, он почтительно опустил ресницы:

— Место раба у ног хозяина.

— Так, — шумно выдохнув, Конар закрыл глаза и потер переносицу. То, что говорил блондин, его совершенно не устраивало. К тому же, посол считал, что уже в достаточной мере дал парню понять свою позицию по отношению к нему, упрямство юноши напрягало. — Сейчас же сядь нормально!

Най вскинул голову, непонимающе заглядывая в лицо мужчине.

— Хозяин?

В груди Дегре поднялась волна глухого раздражения.

— В кресло сядь! И не называй меня хозяином, — немного более резко, чем хотел, произнес он.

Слова прозвучали как приказ, и Конар сразу же внутренне поморщился, а уж когда Най как-то так затравленно посмотрел сначала на него, а потом на кресло, на которое посол показывал рукой, Дегре стало совсем нехорошо. Юноша медленно поднялся на ноги и, немного ссутулившись и опустив голову, пряча лицо за светлыми волнистыми прядями, побрел в указанном направлении. Примостившись на самый краешек большого мягкого сидения, парень замер, сложив руки на коленях и уставившись в пол перед собой. Конару, неотрывно наблюдавшему за его действиями, стало иррационально стыдно. Умом мужчина понимал, что все делает правильно, Наю не место на полу, пусть привыкает к новой жизни, но весь вид юноши говорил о том, что тот считает такое поведение хозяина жутко несправедливым и приравнивает сидение в кресле к наказанию. Да еще и, судя по позе, ко всему прочему совершенно не понимает, за что именно его наказывают. Вон, как плечи опустил и замер напряженной струной. Что с этим всем делать, Дегре представлял с трудом.

От дальнейших терзаний посла отвлекло появления Орханга. Тот влетел в гостиную, жизнерадостно улыбаясь и держа по объемному пакету в каждой руке.

— А вот и я! — Заметив блондина, монваар с любопытством на него уставился. — О! Привет.

Най поднял голову и, бросив быстрый растерянный взгляд на хозяина, робко парню улыбнулся. Конару стало предельно ясно, что блондин не знает, как себя вести, опасаясь вновь вызвать его неудовольствие. Чтобы как-то исправить свою предыдущую резкость, посол максимально дружелюбно произнес:

— Это Орханг, мой близкий друг. Надеюсь, вы подружитесь.

— Добрый вечер, — сразу же среагировал Най, выпрямляясь и на глазах превращаясь из зажатого в уверенного в себе юношу.

Хмыкнув, Конар подумал, что, коли уж им придется жить бок о бок, Ная он предпочел бы видеть именно таким.

— Пойдемте ужинать, пока еда теплая! — прервал повисшую было паузу Орханг и, не дожидаясь ответа, развернулся, целенаправленно направляясь в сторону кухни.

Мысленно поаплодировав монваару, быстро сообразившему, что послу нужна небольшая помощь, Дегре охотно встал и последовал за ним, краем глаза отмечая, что Най без дополнительных указаний идет следом. Юноша быстро нагнал Конара и пристроился в полутора шагах за его спиной.

Добравшись до пункта назначения — просторной светлой кухни, служащей заодно и столовой, — Орханг сгрузил свои пакеты на круглый обеденный стол рядом с теми, что чуть раньше принес Дегре, и обернулся к хозяину дома. Всплеснув руками, юноша возмущенно заявил:

— Нет, ты представляешь, Нахон все никак не успокоится! Только что звонил.

Изобразив на лице удивление и глубокую заинтересованность, что сделать было совсем не сложно — Конару и впрямь стало любопытно, — мужчина поинтересовался:

— М-да? И что на этот раз? — Не теряя времени, мужчина параллельно принялся разбирать пакеты.

Орханг был явно не в настроении это делать. После слов посла он, скрестив руки на груди, расхаживал по комнате, возмущенно пыхтя и хмурясь.

— Най, помоги на стол накрыть, — посмотрев в упор на замершего неподалеку юношу, попросил Конар.

Блондин сразу же включился в работу, с любопытством поглядывая то на Орханга, то на Дегре. Спрятав улыбку, мужчина шепотом, чуть склонившись в сторону шуршащего обертками парня, посчитал нужным пояснить:

— Нахон — это давний поклонник Орханга. Ори он тоже нравится, только Орханг считает, что еще слишком молод, чтобы обременять себя серьезными отношениями, а Нахон на другое не согласен и всячески пытается переубедить упрямца. Пока безрезультатно. Но парень не отчаивается.

В этот момент траектория кружения монваара как раз проходила мимо места, где расположились Конар и Най, потому юноша услышал обрывок фразы и тут же возмущенно вскинулся:

— Да! Не хочу я связывать себя брачными обязательствами! И вообще, он обещал на меня не давить!

Хмыкнув, Конар проводил взглядом увеличившего скорость кружения парня.

В связи с тем, что на Мон-Ваа брак с женщиной, как и любые другие постоянные близкие отношения, был невозможен, а мужчины были, несмотря ни на что, очень общительными и нуждались в постоянной компании — ну, и не только компании, — естественным выходом из ситуации стало то, что пары образовывались именно между ними. Случались и официальные тройственные союзы, и квартеты, но это было уже редкостью. Все-таки, большее распространение имели именно пары.

— Так что он хотел? Опять предлагал переехать к нему?

— Нет, — поджав губы, Орханг остановился с противоположной стороны уже практически полностью накрытого стола и в упор уставился на Дегре. — Он приглашает покататься на его яхте. Сказал, что в ближайшие дни начнется цветение ларии, будет красиво…

Конар понимающе улыбнулся. Изобретательный монваар выбрал великолепную приманку. Лария являлась местным видом водорослей, в искусственных условиях не разводимых. Сын камаала уже давно хотел посмотреть, как она цветет. Только вот удовлетворить это желание было не так-то просто. Существовало несколько пусть и преодолимых, но все же препятствий. Во-первых, хоть цвела она и регулярно — где-то раз в пять-шесть лет, — но точного времени заранее не знал никто. Во-вторых, нужна была яхта — водоросль всегда распускалась далеко в море, до места еще надо было добраться. И потом, это место необходимо было четко знать. Лария имела свойство мигрировать, и, к тому же, распускались далеко не все кусты. Так что следовало провести серьезное исследование, чтобы понять, когда и который именно плавучий клубок растений будет радовать глаз зрителей своим переливчатым сиянием. Большого интереса среди монваарцев это явление не вызывало, потому и на поток любование ларией поставлено не было. Желающим насладиться зрелищем следовало выяснять все самостоятельно или же полагаться на удачу.

Если Нахон прямо приглашал посмотреть на столь редкое явление, значит, он долго готовился и вложил в это немало сил. Естественно Орханг не хотел отказываться от такого заманчивого предложения. Юноше оно льстило, да и врожденное любопытство желало быть удовлетворено.

— Так в чем дело? — непонимающе развел руками Конар. — Езжай.

Шумно фыркнув и закусив ноготь на большом пальце, Орханг нахмурился.

— Как ты не понимаешь?! Если мы будем там вдвоем, он наверняка меня уговорит.

На что уговорит, дополнительно разъяснять не требовалось.

— И? Что ты предлагаешь? — Уже почувствовав, куда клонит парень, Конар демонстративно принялся расставлять тарелки.

— Поехали со мной, а? — состроив жалобно-просительную мордочку, проныл монваар.

Уперевшись ладонями в стол, он наклонился вперед и чуть ли не лег на столешницу, пытаясь заглянуть мужчине в глаза.

— Ну, пожалуйста! Тебе понравится, правда! — Взгляд Орханга метнулся в сторону шуршащего пакетами блондина и тут же вернулся к послу. — И Ная с собой возьмем, пусть воздухом свежим дышит, ему после криокамеры полезно. Ну же, соглашайся!

Усмехнувшись, Конар встал прямо. Скрестив руки на груди и хитро прищурившись, он уточнил:

— А Нахон что на это скажет?

Орханг тоже выпрямился и, почувствовав слабину, с горящими глазами выпалил:

— А я ему сказал, что один никуда не поеду. Он не будет против!

Полюбовавшись некоторое время на переминающегося с ноги на ногу и закусившего от нетерпения губу юношу, Конар согласно кивнул. С Нархоном он сам был неплохо знаком и знал, что тот действительно не станет возражать. Орханг, но с компанией — заведомо лучше, чем ничего.

— Хорошо, я согласен. Най? — Повернувшись к парню, Дегре вопросительно изогнул бровь. Юноша среагировал довольно предсказуемо, почтительно опустив голову и пробормотав:

— Как пожелает господин.

Монваар тут же расцвел счастливой улыбкой и подпрыгнул на месте.

— Ура! Давайте тогда кушать.

Вопреки подозрениям Дегре, начавшего уже сомневаться в Нае, тот без дополнительных указаний занял свое место за накрытым столом.

На протяжении всего ужина монваар взахлеб рассказывал все, что знал про полностью захватившие его воображения водоросли. Конар с интересом слушал, периодически вставляя свои замечания или высказывая предположения. За свою жизнь мужчина успел побывать на нескольких планетах и мог поделиться впечатлениями или же провести некоторые аналогии с различными видами растений, на Мон-Ваа не встречающимися. Ная в диалог втянуть так и не удалось: он если и отвечал, то неохотно и односложно, большую часть времени предпочитая отмалчиваться, уткнувшись взглядом в тарелку, будто чувствуя себя крайне скованно. Однако Дегре, краем глаза за парнем следивший, мог с уверенностью утверждать, что тот слушает очень внимательно и, если судить по коротким цепким взглядам, бросаемым из-под густых ресниц то на посла, то на сына камаала, еще и делает какие-то свои выводы.

Под конец, выговорившись, Орханг угомонился и после того, как был съеден десерт, сразу же засобирался домой. Парень заявил, что в связи с предстоящей поездкой ему еще много чего надо сделать. В частности — обрадовать Нархона и выяснить у того точное время отплытия.

Когда Конар монваара провожал, тот искренне попросил прощения за конфуз с Наем. Юноша решил, что блондин такой, по его мнению, вялый и молчаливый именно из-за проблем со здоровьем. Хмыкнув, Дегре ничего на это заявление отвечать не стал. Он подумал, что Орханг вполне может оказаться в чем-то прав, и его подарок просто плохо себя чувствует, но из-за каких-то своих внутренних заморочек прямо об этом сказать не хочет. Может, такое поведение нормально — кто его знает, чему Ная учили? Кстати, для себя Дегре решил, что доподлинно выяснить это не помешает. Мало ли, какими навыками парень обладает. Вполне возможно, что блондин сможет быть полезным, все ж таки, ему еще долго в доме посла жить. Нахлебников Конар не любил.

Однако, вернувшись на кухню, мужчина понял, что разговоры вновь придется отложить. Блондин был чересчур, на взгляд Конара, бледным и спал на ходу. Пока посол провожал гостя, Най успел убрать посуду и теперь, расслабленно закрыв глаза, сидел за начисто вытертым столом. При появлении мужчины он сразу же встал и выжидательно замер, осоловело хлопая ресницами.

Пару мгновений полюбовавшись этой картиной, Конар со вздохом скомандовал:

— Иди спать, завтра поговорим.

Най вяло кивнул и побрел на выход. Проводив его взглядом, мужчина решил, что блондин и впрямь чувствует себя еще не очень хорошо, и пока не стоит от него требовать слишком многого. Вот полностью выздоровеет, адаптируется, тогда и можно будет ожидать нормального поведения. Наверняка сейчас Най действует скорее согласно вдолбленным на уровень инстинктов каким-то своим правилам, нежели руководствуясь разумом.

Еще раз вздохнув и оглядевшись, Конар покинул кухню, решив посмотреть, что там Орханг ему приволок. Большой черный контейнер все еще стоял в коридоре и будил в мужчине некоторое не очень здоровое любопытство. Нет, не то чтобы он там всерьез хотел найти плетки, наручники, кружевное белье или же кучу тюбиков со смазками, но все-таки…

Встав напротив ящика, Дегре несколько секунд предвкушающе его разглядывал, а потом, потерев руки, с хищной улыбкой взялся за поиски замка.

Некоторое время спустя Конар с философским пофигизмом вертел в руках средних размеров металлическую коробочку с ажурным замочком. Это было последнее, что еще хоть как-то могло претендовать на роль вместилища чего-то пикантного. С тяжелым вздохом решив внутрь не лезть, Дегре положил предмет на место.

— М-да. Вот и верь после этого людям…

Хмыкнув, мужчина закрыл контейнер, содержащий исключительно разнообразную одежду и не всегда понятного, но совершенно определенно приличного (или же послу просто не хватало фантазии, чтобы вообразить обратное) характера предметы. Ни тебе связок фалоимитаторов, ни специальных клизм, ни косметики. Скучно и банально.

Не удержавшись, Конар искренне расхохотался. Он-то было уже навоображал себе всякого!

Немного успокоившись, но все еще периодически хихикая, Дегре покачал головой и со спокойной совестью отправился спать, по дороге рассуждая на тему того, что люди — совершенно извращенные существа, склонные все преувеличивать и выворачивать наизнанку даже самые безобидные факты. Наслушавшись в посольстве перешептываний, содержащих подробные описания всевозможных сексуальных изысков, Конар и сам невольно заинтересовался. А уж при появлении контейнера с личными вещами его подарка фантазия развернулась по полной, но оказалось, что ничего эдакого там нет.

Укладывался в кровать Дегре со спокойной совестью, чувством полного морального удовлетворения и широкой улыбкой на губах.

В это же время Най ворочался в своей кровати, обдумывая события вечера. Несмотря на сильную усталость и вернувшуюся, накатывающую волнами слабость, заснуть он не мог. За последние несколько часов он получил массу полезной информации, которая требовала тщательного осмысления, и лучше всего было сделать это прямо сейчас.

Серия небольших, не выходящих за рамки дозволенного, провокаций ожидаемо дала богатую пищу для размышлений. Хозяин оказался человеком достаточно импульсивным и очень внимательным. Даже небольшие проявления эмоций или изменение поведения не оставались им незамеченными. И пусть, когда хотел, внешне господин этого никак не проявлял, прекрасно себя контролируя, благодаря их связи Най точно знал, как на самом деле обстоят дела.

А еще, мужчина хоть и был достаточно терпелив, но на открытое противодействие среагировал крайне негативно. Впредь стоило четко помнить, что можно легко нарваться на прямой приказ или запрет. Наю не хотелось бы оказаться в жестких рамках. Пока у юноши была относительная свобода действий, но если хозяин что-то прикажет прямо, он не сможет ослушаться. По крайней мере, до тех пор, пока не будет твердо уверен в своей правоте и том, что господин в будущем поймет, что был неправ, или же будет готов смириться с самоуправством раба.

Как вероятный рычаг воздействия Най отметил возможность «давить на жалость». В те моменты, когда юноша демонстративно изображал обиду, расстройство или страх, человек явственно испытывал стыд и беспокойство. Осталось выяснить, насколько далеко тот готов пойти, чтобы извиниться и загладить свою вину. Не факт, что таким образом хозяина удастся склонить к чему-то глобальному, но если действовать постепенно и осторожно, наверняка можно будет многого добиться. Еще стоило приглядеться к друзьям господина. То, как мужчина общался с Орхангом произвело на Ная должное впечатление. Юноша сделал вывод, что к мнению и просьбам этого монваара хозяин прислушивается и в случае чего готов пойти на некоторые уступки.

Систематизировав таким образом полученные данные, Най с довольным вздохом повернулся на бок и легко скользнул в терпеливо дожидающийся его сон, чтобы проснуться утром от того, что чуткий слух уловил шаги за дверью. Хозяин уже встал.

Широко зевнув и потянувшись всем телом, Най неторопливо сел на кровати. Он чувствовал себя хорошо отдохнувшим и полным сил, о вчерашней слабости ничего не напоминало. Юноша как раз успел умыться, привести себя в порядок и вернуться на место, когда входная дверь отворилась, а на пороге появился господин.

— С добрым утром, — человек окинул его внимательным взглядом.

Прежде чем Най успел ответно поприветствовать хозяина, тот уже пересек комнату и уселся на свой табурет. Юноша невольно улыбнулся: господин был так сосредоточен!

— Доброе утро.

Внимательно следя за действиями мужчины, заряжающего иньектор утренней порцией лекарств, Най раздумывал над тем, что следовало бы кое-что выяснить.

— Господин, — начал он, подставляя плечо под укол. Хозяин вопросительно изогнул бровь, не отрываясь от своего занятия, давая понять, что внимательно слушает. — Пока вас нет, мне можно выходить из комнаты?

Мужчина удивленно вскинул на него глаза, и юноша ярко почувствовал его недоумение, как будто тот не ожидал ничего подобного.

— Конечно, можно, что за вопрос? Из дома только не уходи — мало ли, еще потеряешься в незнакомом месте, — а так броди, где хочешь.

На последних словах человек несколько засомневался, но так ничего и не сказал. Най решил, что есть все же некий список таких мест в доме, где его появление нежелательно. Следовало быть поосторожнее и на всякий случай не оставлять явных следов своего присутствия. Господин, убедившись, что юноша все понял, вернулся к медикаментам.

— Да, кстати, — как будто что-то вспомнив, произнес хозяин, копаясь в коробке. — Там Орханг вчера контейнер с твоими вещами приволок, ты бы разобрал, если, конечно, достаточно хорошо себя чувствуешь.

Эта новость Ная обрадовала, а то, что, судя по легкому налету стыда, промелькнувшего в эмоциях господина, мужчина в вещах успел покопаться, изрядно повеселило. Однако юноша постарался себя ничем не выдать, покорно приняв из рук человека небольшую склянку с лекарством, которое следовало незамедлительно выпить.

— Спасибо, я сегодня же этим займусь.

Сделав небольшую паузу, Най решил закинуть пробный камень, выяснив, что ему на данный момент позволено делать. Потому он чуть наклонился вперед и, преданно заглядывая в теплые карие глаза хозяина, вежливо поинтересовался:

— Господин, могу ли я быть чем-то вам полезен?

— Эм… — Замерев, мужчина пару раз растеряно моргнул, поставив своим явным беспокойством Ная в тупик. Помявшись, хозяин осторожно поинтересовался: — А что ты умеешь?

Юноша так и не смог понять, что так смутило господина, потому следующая фраза прозвучала крайне неуверенно.

— Готовить? Меня этому учили. Но если вы против…

— Нет, нет! Что ты! Я только за! — Широкая, пропитанная облегчением улыбка озарила лицо человека. — Только в доме продуктов нет. Ты умеешь пользоваться консолью?

— Конечно, — недоуменно приподняв брови, Най пожал плечами. Вопрос, на его взгляд, был несколько глупым.

Хозяин, казалось, этого не заметил.

— Вот и замечательно. Тогда закажи все, что понадобится, в магазине, пусть доставят на дом. Доступ я тебе открою. Консоль найдешь в кабинете на первом этаже, комната рядом со столовой.

Утвердительно кивнув, показывая, что все понял, юноша закутался в одеяло. Утренние лечебные процедуры были закончены, и хозяин торопливо засобирался. У Ная сложилось такое впечатление, что господин чем-то смущен. Как будто он ожидал от своего раба чего-то одного, а получил совершенно другое и теперь ему за свои мысли неудобно. Странно.

— Ладно, мне пора, вечером буду в районе шести. Осваивайся!

Оставшись один, Най еще некоторое время неподвижно просидел на кровати. Из-за лекарств на него опять навалилась сонливость, но усилием воли юноша ее преодолел. У него была масса работы.

Первым делом, дождавшись ухода хозяина, он внимательнейшим образом обследовал дом. Тот оказался не очень большим, но, на взгляд Ная, уютным. В ходе изысканий юноша обнаружил как упомянутую господином консоль, так и стоящий в коридоре контейнер. Основательно покопавшись в информационной базе, он выяснил все, что его на данный момент интересовало, в частности, как его человека зовут и чем тот занимается — а то как-то тот не представился, — а потом сделал заказ на продукты в обнаруженном в «домашнем списке» магазине. «Наследить» Най не боялся, так как достаточно хорошо разбирался в любой технике и был уверен, что его изыскания останутся в секрете.

В ожидании заказа юноша занялся тем, что неторопливо перетаскивал из контейнера в свою комнату вещи, которые наставники посчитали нужным отправить вместе с ним на новое место жительства. Это мероприятие неожиданно сильно Ная утомило. Ему даже пришлось сделать несколько перерывов для того, чтобы отдышаться и унять головокружение.

Когда из магазина доставили продукты, юноша уже чувствовал себя выжатым как лимон и потому решил немного отложить приготовление ужина. Благо, времени до прихода хозяина еще было полно, да и ничего такого особенного парень изобретать не планировал. Он хоть и умел готовить, но асом себя не считал. Его знания были на уровне: «Не дать помереть совсем уж голодной смертью». Най смело решил, что на первый раз он справится, а потом быстренько всему научится. В конце концов, готовка была явно не сложнее пилотирования космического корабля.

Глава 6

Очередной рабочий день плавно подходил к концу. Сидя за своим столом в удобном кожаном кресле, Конар лениво перебирал бумаги и то и дело поглядывал в незашторенное окно, занимающее большую часть одной из стен его кабинета. Погода за тонкой прозрачной поверхностью неуклонно портилась. Если с утра на небе наблюдались лишь небольшие белоснежные пушистые облачка, то сейчас оно все, до самого горизонта, было затянуто грязно-серыми, а местами иссиня-черными предгрозовыми тучами. Довольно сильный ветер трепал кроны деревьев и срывал с веток одинокие листочки, заставляя их беспорядочно кружиться, составляя компанию поднятому с земли случайному мусору и пыли. Стало уже настолько темно, что пришлось включить в комнате верхний свет.

Тяжело вздохнув, Дегре оторвался от созерцания бушующей за окном непогоды и вернулся к изучению ежемесячного отчета. Настроение было совершенно не рабочее. В голове вертелись разрозненные обрывки мыслей и неясные образы, перемежающиеся с периодически всплывающими фразами, оброненными любопытными коллегами. Некоторые сотрудники посольства всё никак не могли успокоиться. Они дружно сменили тактику и теперь, вместо того чтобы атаковать прямо, аккуратными, якобы невинными вопросами пытались выяснить хоть что-то из личной жизни Конара и его необычного подарка. Дегре молчал, как партизан. Мужчина небезосновательно подозревал, что честный ответ о том, что совершенно ничего пикантного не происходит, никого не устроит и только вызовет еще больший ажиотаж, породив волну нового интереса. Открыто настаивать на исповеди коллеги не решались, но и в покое не оставляли, тем самым невольно вынуждая Конара отвлекаться от работы и размышлять в совершенно не привлекательном для него направлении.

Вот и сейчас неторопливое течение мыслей само собой свернуло в русло воспоминаний, связанных с утренним инцидентом. Незначительное, казалось бы, происшествие неожиданно приковало к себе пристальное внимание мужчины. Кровь приливала к лицу, и шею обжигало жаром каждый раз, стоило только Конару об этом вспомнить. Послу до сих пор было стыдно за свое поведение и возникшие на пустом месте пошлые ассоциации, только ничего поделать со своим не к месту разбушевавшимся воображением он не мог: оно оказалось слишком отзывчивым. Тогда утром в памяти были еще слишком свежи воспоминания об учиненном накануне обыске вещей Ная и тех нездоровых фантазиях, что его спровоцировали и, что уж скрывать, сопровождали на протяжении всего действа. Из-за этого Дегре и так чувствовал себя несколько неуютно, а уж когда обнаженный по пояс, сидящий в центре разворошенной постели юноша склонился к нему и, предано заглядывая в глаза, тихо поинтересовался, чем он может быть полезен, у Конара в голове одна за другой сами собой возникли более чем откровенные картинки того, чем бы парень мог ему помочь. Причем эти картинки отдавались весьма характерным жаром в паху.

Как же Конар был рад, что Най ничего не понял! Хотя, это было, конечно, странно, ведь его наверняка должны были учить распознавать подобные симптомы у хозяина. Однако блондин вел себя очень серьезно: не флиртовал и никаких горизонтальных намеков не делал. Более того — похоже, в конце концов, видя беспокойство мужчины, сам растерялся. И это, стоит отметить, Дегре более чем устраивало. Он честно не знал, что на него тогда нашло. Несмотря на свои идиотские реакции, заводить с Наем какие-либо отношения Конар не собирался ни в коем случае. Возникшее в связи со сложившейся ситуацией любопытство (в конце концов, такие юноши, как Най, в столь непосредственной близости и подобной зависимости рядом с Дегре никогда не оказывались) можно было и перетерпеть. Не стоило ставить ни себя, ни парня в неудобное положение. Конар считал иное поведение крайне неэтичным. В конце концов, сейчас блондин полностью от него зависел.

Раздосадованно поморщившись, мужчина постарался выкинуть из головы ненужные размышления и углубиться в изучение отчета. Промучившись таким образом еще с час, он раздраженно оттолкнул от себя бумаги. Интересно, что там Най готовит? В животе заинтересованно буркнуло. Тяжело вздохнув, Конар с надеждой глянул на круглые старомодные настенные часы, расположившиеся прямо над дверью в кабинет. Времени еще было только полшестого. До дома десять минут пути… Приходить раньше самим же назначенного времени он категорически не хотел, считая, что лучше уж чуть-чуть припоздниться.

Побарабанив пальцами по столешнице и еще раз глянув на часы — минутная стрелка сдвинулась всего на одно деление, — Конар решил, что вполне может завернуть по дороге домой в магазин и прикупить по случаю бутылочку вина. Довольно улыбнувшись столь замечательной идее, мужчина решительно встал. Все лучше, чем просто выжидать. Работать сейчас все равно уже не получится.

Улица встретила Дегре пронизывающими порывами колючего ветра и летящим прямо в лицо мусором. Короткий взгляд на чернеющее небо навел на мысль о скорой грозе. Поежившись, Конар поплотнее запахнулся в мантию и поспешил к стоянке повозок — проводить лишнее время под шквалистыми порывами бушующей стихии ему не хотелось категорически. Уж лучше побродить по уютному погребку, между деревянными стеллажами с запыленными полупрозрачными стеклянными сосудами.

В проверенной временем винной лавке посол без лишней суеты, уделив процессу выбора достаточное количество времени, приобрел пару бутылок легкого игристого вина и со спокойной совестью направился домой. По его прикидкам, он как раз должен был чуть-чуть опоздать.

Пройдя по гравийной дорожке и неуверенно потоптавшись на крыльце, Конар все же решил, что звонить, предупреждая о собственном приходе к себе же домой, будет перебором, потому, преодолевая порывы ветра, просто открыл дверь и шагнул через порог. В нос тут же ударил запах чего-то съедобного и до одури домашнего. Рот автоматически наполнился слюной, а губы растянулись в предвкушающей улыбке. Мужчина и сам не мог сказать, чего он ожидал от Ная, но, проведя большую часть дня в раздумьях, так или иначе связанных с юношей, подспудно чего-то все же ждал. Промелькнула и пропала мысль, что, несмотря на неприятности, идущие в комплекте, подарок вызывает в нем уже скорее теплые чувства, нежели раздражение. Тряхнув головой, Конар, ведомый манящими ароматами еды, решительно зашагал вперед.

По дороге заглянув во все так же стоящий в коридоре черный контейнер, Дегре удовлетворенно констатировал, что теперь тот пуст, а значит, Най, как и обещал, успел перетащить все свои вещи наверх. Ответственный товарищ.

На пороге кухни мужчина замер, с интересом разглядывая открывшуюся его взору картину. В помещении царили тишина и покой. На плите под вытяжкой расположилась средних размеров блестящая кастрюля (Конар и не знал, что у него такая есть), накрытая крышкой, рядом стояла глубокая белая чашка. Круглый обеденный стол, отделенный от зоны непосредственно кухни барной стойкой, оказался накрыт белоснежной скатертью, а в его центре красовалась большая прозрачная салатница, наполненная крупно порезанными овощами вперемешку с чем-то, больше всего похожим на мясо. Шагнув чуть в сторону, Конар увидел Ная. Тот сидел прямо напротив входа, и из-за салатницы его сразу было не видно. Пристроив голову на сложенные руки, юноша спал.

Подойдя тихонько к столу и поставив на него пакет с бутылками, Конар, стараясь не производить лишнего шума, прокрался к плите и воровато заглянул по очереди в кастрюлю и чашку. Обнаруженное чуть не заставило его прослезиться от умиления! Последний раз макароны с сыром ему готовила еще мама. Дегре даже думать не желал, как Най умудрился угадать любимое блюдо его детства.

Вернувшись к столу, мужчина замер, задумчиво разглядывая спящего. Отметив, что успевший переодеться в новый, более домашний — по крайней мере, не столь многослойный и выглядящий попроще, — вариант своей серебристо-серой обертки, Най был опять какой-то слишком уж бледный, Конар решил парня все же разбудить. Вряд ли сон в неудобном сидячем положении способен добавить кому-либо здоровья. Хватило легкого прикосновения к плечу, чтобы блондин вздрогнул и, распахнув глаза, резко выпрямился.

— Ты чего тут спишь? — полушепотом поинтересовался Дегре, заглядывая Наю в лицо.

Пару раз моргнув, тот сфокусировал взгляд на мужчине и, нахмурившись, хрипло произнес:

— Извините, я на секундочку глаза закрыл и отключился.

Вздохнув и поморщившись, Конар решил перевести тему разговора.

— Не извиняйся. Как самочувствие?

Внимательно поглядывая на пытающегося окончательно проснуться блондина, мужчина обошел стол и принялся неторопливо распаковать вино. Пожав плечами, Най неуверенно ответил:

— Вроде лучше, но я слишком быстро утомляюсь. — Встрепенувшись, юноша поспешил спросить. — Мне накрывать? Вы сейчас ужинать будете?

Широко улыбнувшись, Конар кивнул, оставляя в покое бутылки.

— Думаю, да. Только схожу, умоюсь и переоденусь. Я быстро, ты пока раскладывай.

Уже почти выйдя из кухни, Дегре обернулся:

— Или ты уже ел?

Най растеряно моргнул и отрицательно замотал головой.

— Вот и хорошо. Я скоро приду, накладывай пока. Покушаешь и нормально спать ляжешь.

Оставив удивленно хлопающего ресницами парня заниматься хозяйством, Конар чуть ли не бегом взлетел вверх по лестнице на второй этаж и помчался переодеваться. Разбуженный аппетитными запахами и бурчащий от нетерпения желудок торопил хозяина, как мог; собственно, Дегре и сам был вовсе не против побыстрее вернуться. Немного беспокоило самочувствие Ная, но, вроде, в обморок падать тот не собирался, так что мужчина решил, что ничего смертельного: пара инъекций, продолжительный здоровый сон — и все пройдет.

Пока он приводил себя в порядок, погода на улице окончательно испортилась, пошел проливной дождь, сопровождающийся вспышками ветвистых молний и раскатами грома. Покосившись на окно в своей спальне, Конар нахмурился. Грозы на Мон-Ваа бывали редко, но уж если случались, то были сродни катаклизму. Помнится, в прошлый раз ураганным ветром разрушило несколько домов. Отогнав неприятные мысли, мужчина предвкушающе улыбнулся и поспешил вниз. К моменту его возвращения Най уже успел полностью закончить сервировку и теперь чинно сидел на своем месте перед наполненной едой тарелкой. При появлении посла юноша, было, попытался встать, но Конар уселся на свое место раньше, взглядом давая понять, чтобы парень не трепыхался. Судя по едва слышному усталому вздоху и опущенному взгляду, Най был не в настроении или же не в состоянии спорить.

Пожелав юноше приятного аппетита, Конар с удовольствием принялся за еду, вспомнив про купленное на ужин вино, только когда опустела уже половина тарелки, а в голове начали появляться более-менее четкие мысли, не связанные с процессом насыщения.

— М, очень вкусно! — прожевав очередной кусочек выловленного из салата нежнейшего мяса, наконец-то нарушил молчание мужчина.

Вяло ковыряющийся в своей порции Най оторвался от размазывания ровным слоем сыра и смущенно улыбнулся.

— Я рад, что вам понравилось, господин.

— Где ты научился так готовить? — отправляя в рот очередную порцию макарон и не отрывая восхищенного взгляда от парня, поинтересовался Дегре, в исполнении которого верхом кулинарного искусства служил разогретый до нужной температуры полуфабрикат.

Блондин пожал плечами и, как очевидный факт, произнес:

— На ферме. Нас там многому учили.

— На ферме? — Конар несколько напрягся, такое определение места, откуда появился Най, неприятно царапнуло слух.

— Да. На ферме по выращиванию рабов. Там нас с самого рождения очень тщательно готовили к служению своему господину, — подтвердил юноша, а Конар даже жевать перестал, настолько обыденно была произнесена эта реплика.

У мужчины никак не хотело укладываться в голове, что можно так спокойно и бездушно охарактеризовать место, где ты вырос. Как будто это какая-то база по выращиванию скота. На языке появился какой-то горьковатый привкус.

— Выпить не хочешь? Я вина принес, — вставая, чтобы достать штопор, предложил Дегре.

Хорошее настроение как-то подувяло. Одновременно стало жалко Ная, немного стыдно за свое собственное благополучие, и зародилась злость на тех, кто внушил парню, что то, что он раб — это нормально.

— Мне, наверное, нельзя. Алкоголь обычно плохо сочетается с лекарствами… — несколько виновато, будто бы вынужденный отказ хозяину заставляет его чувствовать вину, ответил юноша, опуская взгляд.

А Конару впервые пришла в голову мысль, что возможно, его подарок в принципе не знает, что такое быть свободным, потому и не воспринял вчера информацию о предстоящем освобождении должным образом. Нахмурившись, мужчина задумался, что ему с этим делать. До этого он старательно отгонял от себя подобного рода размышления. Мозг человека, выросшего в среде, где рабство было изжито многие тысячелетия назад, настойчиво отказывался рассматривать подобный вариант. Дегре понимал, что это глупо, и он должен быть более гибким: в конце концов, он служил послом и мог оказаться в разных мирах, однако пока судьба его миловала. А может, и руководство, опираясь на многочисленные тесты, которые в обязательном порядке проходили все сотрудники, дальновидно направило мужчину туда, где его профессиональные навыки не могли войти в противоречие с убеждениями.

Нахмурившись, Конар вплотную занялся бутылкой. Прежде чем он успел прийти к какому-либо заключению или же просто раскупорить сосуд с вином, раздался особенно громкий раскат грома, и свет в помещении погас.

— Твою мать! — от души выругался мужчина, замерев на месте.

Через пару мгновений свет мигнул и вновь зажегся — сработала аварийная система безопасности дома. Жилище посла было полностью автономно, и подобный сбой мог означать только одно:

— Похоже, в нас угодила молния, — мрачно констатировал Дегре.

Оставив бутылку в покое, он повернулся к напряженно замершему Наю. Юноша встревожено смотрел на посла, как будто ожидал указаний.

— Пойду, посмотрю, что там. Если ты наелся, иди, укладывайся спать, я подойду попозже и поставлю тебе уколы.

Блондин безропотно поднялся с места и тихо покинул помещение.

Взлохматив пятерней волосы, Конар раздраженно рыкнул. Только проблем с электроникой ему для полного счастья не хватало! В технике мужчина разбирался не очень, но его знаний должно было хватить для того, чтобы, глянув на показания внутреннего компьютера, оценить общую обстановку. Потому, тихо ругаясь себе под нос, Дегре пошел проверять эти самые показания. Домашний компьютер располагался в подвале здания.

Тщательное изучение длиннющего отчета никакой осмысленно-ценной информации Конару не принесло. Разве что мужчина понял, что что-то во внутренней системе жизнеобеспечения дома вышло из строя, но это не смертельно. До утра вполне может подождать, а там надо будет вызывать специалистов. Захлопнув щиток, защищающий вмонтированный в стену компьютер, Дегре пошел назад на кухню — доедать и думать.

Най же в это время неторопливо раздевался. Прошедший день показал, что состояние его здоровья оставляет желать лучшего. Пока юноша был не готов не то что выполнять свои непосредственные обязанности, но даже какую-либо несложную работу по дому делать. Простейшие операции настолько вымотали блондина, что «поплыл» он во время приготовления ужина конкретно. Как он ничего не спалил, Най точно сказать не мог, но стоило ему только присесть за стол, как сознание тут же вырубилось. Появление хозяина стало полной неожиданностью. Стыдно было признать, но юноша даже не услышал, как тот пришел. Это заставило его почувствовать себя крайне неуютно. Подобная оплошность была совершенно непростительна! Радовало только то, что, похоже, господина это не только не разозлило, но даже в какой-то степени умилило. Человек лучился удовольствием.

Порадовавшись, что у хозяина хорошее настроение, Най невольно расслабился и, накладывая своему человеку еду, вновь скользнул в вялую полудрему. Несмотря на то, что за весь день парень съел хорошо, если кусок хлеба, кушать не хотелось. Более того, даже мысли о том, чтобы что-то в себя запихнуть, вызывали тошноту и резкое отторжение, но раз господин хочет, чтобы ему составили компанию, то Най возражать не собирался. Он и так чувствовал себя виноватым из-за того, что уже третьи сутки никак не мог прийти в норму.

Ужин протекал довольно спокойно. Блондин вяло ковырялся в своей тарелке, сам себя уговаривая скушать вот эту, такую аппетитную макарошку, но пока дело продвигалось не очень чтобы хорошо. Похвала господина застала юношу врасплох. Было приятно. Най чувствовал, что хозяин говорит искренне, и оттого неожиданнее стал резкий перепад настроения человека, стоило только Наю упомянуть родную ферму.

Голова у парня к тому моменту уже нещадно раскалывалась, так что обдумывание вопроса «Почему так?» он решил отложить на потом. Даже мигание света не вызвало никакой реакции, разве что разрешение идти спать слабо порадовало.

Закончив с развешиванием деталей гардероба на спинке стула и оставшись в одних легких штанах, Най со вздохом облегчения забрался под свое, уже такое родное одеяло и мгновенно уснул. Какое-то время спустя приходил хозяин. Наю пришлось открыть неподъемные веки и сесть, стойко перенеся экзекуцию, состоящую на этот раз из трех уколов и двух пузырьков с лекарствами. После этого юношу оставили в покое, и он, так практически и не приходя в сознание, вновь вытянулся под одеялом и уснул.

Снилась Наю ферма. Блондин стоял навытяжку перед наставником Иньятаашалоррашом и, стараясь смотреть четко перед собой, слушал обличительную речь о своей полной некомпетентности и профессиональной непригодности. Рраш всегда относился к юноше мягче всех остальных преподавателей, потому получать от него нагоняй было очень обидно и стыдно. Най старался держать лицо изо всех сил и не опозориться проявлением эмоций хотя бы сейчас. Абсолютно все воспитатели этого не любили. Длинноногий, костлявый, похожий на циркуль раксар расхаживал из стороны в сторону и, заложив тощие жилистые руки с внушительного размера черными когтями за спину, периодически раздраженно пощелкивал двойными челюстями и тряс вытянутой, покрытой прочным глянцево-белым хитином головой. Он был очень недоволен Наем. Юноша не рисковал поднимать лицо, чтобы заглянуть в маленькие алые глазки, дабы оценить, насколько сильно Рраш зол, и чем это может грозить. Наставник был практически в полтора раза выше Ная, потому юноша видел только затянутый в молочно-белый комбинезон впалый живот. Приходилось ориентироваться на слабо улавливаемые эмоции раксара. Священный Раскат Грома, а именно так переводилось с ракса имя наставника, клекотал все тише и злее. У Ная от этого звука шли мурашки по коже, а внутренности сворачивались в тугой узел. Ничем хорошим это закончиться не могло.

В какой-то момент юноша обратил внимание, что начал мерзнуть, и заметил, что стоит обнаженным посреди белоснежной ледяной пустыни. Наставник пропал. Недоуменно оглядевшись, Най зябко поежился. Куда идти, было непонятно — снежная пустыня простиралась ровным полотном во все стороны, — однако и топтаться на месте было чревато: блондина уже отчетливо начало знобить. Надо было что-то делать.

Оглушительно чихнув, Най проснулся. Несколько секунд парень недоуменно вглядывался в темноту, а потом облегченно выдохнул: всего лишь сон, наказание отменяется, он в безопасности, в доме своего хозяина. Расслабившись, юноша закрыл глаза и позволил себе улыбнуться. Между тем, белое облачко пара перед его лицом неторопливо рассеялось в воздухе. Сжавшись под одеялом в комок, парень сел. В комнате действительно было чертовски холодно, ледяная пустыня привиделась не просто так.

Посидев некоторое время неподвижно, Най решил навестить господина. От холода у блондина уже начали клацать зубы, и он вяло подумал, что вот для чего-чего, а для того, чтобы стойко переносить холода, он был не приспособлен. Шмыгнув пару раз носом, юноша выбрался из кровати и, замотавшись в одеяло как можно плотнее, пошлепал прочь из спальни. Пол был просто ледяной, но обуться он не сообразил.

В спящем доме царили темнота и тишина, только едва слышное завывание ветра да раскаты грома за окнами нарушали покой.

Без труда найдя нужную дверь — дневные исследования новой территории не прошли даром, — Най решительно постучался и толкнул створку. Ему было очень холодно, и с этим стоило срочно что-то сделать!

— Господин? — Остановившись рядом с хозяйской кроватью, громким шепотом позвал Най, дополнив свое высказывание оглушительным чихом.

— А?! — Человек резко сел, непонимающе моргая и вглядываясь в темноту.

Поджав губы и шмыгнув носом, Най виноватым шепотом пожаловался:

— Господин, в доме очень-очень холодно. — Помолчав, он, для большей ясности, отчаянно кутаясь в одеяло, добавил: — Я замерз.

— А… — сообразил мужчина и, взлохматив шевелюру, начал выбираться из постели. — Черт, похоже, климат-контроль накрылся…

Оказавшись за пределами теплой и уютной кровати, хозяин стал ругаться гораздо громче и витиеватее. Господин прыгал по ледяному полу и пытался что-то найти в темноте. Провожая скачки мужчины взглядом, Най, шмыгнув носом и поджав пальцы на ногах, подумал, что в одних пижамных штанах и майке, наверное, действительно прохладно. У него-то хоть одеяло есть. Наконец, человек, найдя, что искал, замотался в темную махровую ткань халата, а заодно еще и тапочки обул. Тяжелым, наполненным вселенской печалью вздохом, юноша привлек к себе внимание. Замерев, господин пару секунд любовался самой печальной мордочкой из имеющихся в арсенале Ная, а потом резко развернулся и быстро зашагал в сторону встроенного в стену платяного шкафа. Практически сразу же в блондина полетел теплый халат, брат-близнец того, что сейчас был надет на хозяине.

— Одевайся и живо под одеяло. Не хватало тебя еще и от простуды лечить, — раздраженно буркнул мужчина и двинулся в сторону двери. — Пойду, посмотрю, что там такое, и почему света в доме нет.

Най, шустро выполняющий указания господина, согласно покивал. Закутавшись в пушистый халат, замотавшись в свое одеяло и забравшись под одеяло хозяина, парень улегся на нагретое человеком место и, свернувшись в компактный клубок, довольно вздохнул. Стало гораздо теплее. И вот фиг он теперь отсюда уйдет!

Глава 7

Просыпался Конар медленно и лениво. Подобное состояние его посещало крайне редко — обычно сон слетал в один момент, разом, — потому мужчина бессознательно не торопился форсировать события и плавно дрейфовал по волнам утренней неги. Ему было тепло, уютно и очень комфортно. Окружающая реальность проявлялась постепенно, частями. Сначала возникло осознание того, что щекой Дегре прижимался к чему-то мягкому, шелковистому, приятно пахнущему. Потеревшись об это что-то, Конар довольно вздохнул и улыбнулся. Потом все тело затопило ощущение ласкового тепла, окутывающего, словно кокон, с ног до головы. Следом появилось легкое покалывание в кончиках пальцев рук, которые обнимали, прижимая к груди, что-то живое, на ощупь бархатистое, но твердое, уткнувшееся носом ему в основание шеи и умиротворяюще сопящее.

Так. Стоп. Кто там куда уткнулся?!

Глаза распахнулись сами собой, а сердце, пропустив пару ударов, понеслось вскачь, заставляя кровь в жилах мчаться с бешеной скоростью. Конар резко выдохнул. Стоит ему отдать должное: сильно дергаться мужчина не стал. Он просто покрепче сжал объятия, вызывая тем самым недовольное кряхтение у жертвы захвата, но так же быстро руки расслабил. Память и логика не подкачали и в оперативном режиме выдали подробности происходящего.

Вчера, так и не придя к каким-либо конкретным выводам на тему взаимоотношений со своим рабом, посол побродил по дому, скормил сонному Наю его вечернюю дозу лекарств и, на все плюнув, пошел тоже спать, чтобы быть разбуженным некоторое время спустя все тем же Наем. Блондин явился к нему в спальню, замотанный в одеяло, словно мумия, обчихал и с абсолютно несчастным видом пожаловался на то, что замерз. К тому моменту Конар уже и сам понял, что в комнате как-то чересчур свежо. Делать было нечего — подарок срочно надо было спасать. Снабдив юношу одним из своих теплых халатов и велев сесть на кровать — парень умудрился пришлепать босиком, а пол был чертовски холодным (мужчине не улыбалось лечить лохматое недоразумение с большими печальными глазами еще и от простуды, которая, судя по непрерывному шмыганью и чихам, была не за горами), — Дегре пошел разбираться с системой домашнего климат-контроля и в причине отсутствия света.

После пристального изучения отчета домашнего компьютера посол почувствовал себя идиотом и сделал логичный вывод, что сам он тут ни черта не сделает. Похоже, попавший в дом заряд действительно что-то серьезно повредил. Компьютер выдавал целый список разнообразных неполадок, и их было значительно больше, чем в прошлый раз. Конар решил, что или все продолжало ломаться, или одно из двух.

Свет, как из путанных пояснений отчета все же умудрился понять Дегре, отключился согласно графику внутренней экономии. Оказалось, что после удара молнии дом автоматически перешел в аварийный режим, при котором такая роскошь, как освещение ночью, считалась излишней — ночью все должны спать. Похоже, именно так рассуждали разработчики программы. Грея окоченевшие руки дыханием и, в попытке разогнать кровь, подпрыгивая на месте, Конар матерился сквозь зубы, проклиная умников, разработавших такую дурацкую систему, и грозу, приведшую к столь плачевным результатам. Настроение было отвратительным: хотелось, наконец, согреться и спать. Ну, или спать и согреться. Не суть важно. В сервисный центр посол звонил — он решил не откладывать это на утро, — с твердым намерением с кем-нибудь поругаться. Не получилось. Сообщение принял робот-автоответчик, которому были глубоко до лампочки рыки раздраженного человека.

Чертыхнувшись в сотый раз за вечер, Дегре бросил трубку и, кутаясь в халат, поспешил в спальню. Обнаружив на своем месте, в своей кровати, под своим одеялом компактно свернувшегося клубком и крепко спящего Ная, Конар пару мгновений оторопело моргал, а потом махнул на все рукой и, не раздеваясь, нырнул под одеяло. В конце концов, решил он, кровать большая, а вдвоем под одеялом и впрямь теплее. С такими мыслями мужчина и уснул.

И вот теперь посол имел счастье оценить все преимущества и недостатки своего ночного поступка. Из преимуществ наблюдалось то, что было, несомненно, весьма тепло и уютно. Из недостатков — во сне он умудрился подгрести Ная чуть ли не под себя и практически раздеть. Теперь они с подарком лежали сплетенные в «страстных» объятиях, соприкасаясь обнаженной кожей груди и живота. Конар обнимал юношу обеими руками, засунув их под распахнутые полы халата, а блондин в ответ прижимался к нему, обвив протиснутую между бедер ногу мужчины своими. Сказать, что Дегре ощутил серьезный дискомфорт, не сказать ничего. Посол буквально не знал, куда деваться от смущения. Даже привычное утреннее возбуждение под напором неожиданного стресса, мягко говоря, подувяло.

Прерывая поток мечущихся из стороны в сторону мыслей, Най зашевелился и, подняв голову, сонно моргнул:

— Господин?

Мгновенно взяв себя в руки, Конар шикнул первое, что пришло на ум:

— Спи. Еще рано.

Блондин послушно закрыл глаза и лег обратно, а Дегре, потихоньку распутав конечности, выбрался из постели. Най тут же свернулся под одеялом в клубок. Торопливо обув домашние тапочки и запахнув халат, а затем и завязав потуже пояс, Конар, настороженно поглядывая в сторону кровати, поспешил ретироваться из спальни. В доме все так же было до одури холодно, и с этим надо было что-то делать. Заодно и от панических мыслей отвлечься.

Повторный звонок в сервисную службу внес в ситуацию некоторую ясность. Из-за грозы в городе случилось множество неполадок в системах жизнеобеспечения, график работ ремонтной службы был расписан поминутно. Дом посла стоял на очереди в числе первостепенно-важных. После обеда к нему должны были прийти. Побарабанив пальцами по консоли, Конар решил, что горячий кофе сейчас ему точно не повредит. Потому решительным шагом двинулся на кухню, где сосредоточенно занялся таинством приготовления бодрящего напитка.

Где-то в процессе варки Дегре посетила гениальная мысль, что если открыть окно, то станет значительно теплее — ведь на улице температура не в пример выше! Сказано — сделано. Через широко распахнутые створки в помещение ворвался, вздыбливая тонкие полупрозрачные занавески, чистый весенний ветерок. Пахнуло утренней свежестью и запахом цветов. От вчерашней грозы на небе не осталось ни облачка.

Вдохнув полной грудью пьянящий аромат, Конар улыбнулся. Все его проблемы показались до смеха незначительными. Ну, в конце-то концов, ничего же непоправимого не происходит, все живы; так зачем он так психует-то? Хватит хандрить и дергаться без повода, а то сам себе проблем понапридумывал и теперь с упоением мучается. Надо смотреть на все проще. С этими мыслями мужчина сделал первый глоток свежесваренного кофе. Жизнь стала совсем замечательной и заиграла яркими красками. Глянув на настенные часы, Дегре спохватился. То, что он нагло наврал Наю, сказав, что еще рано, было очевидно. На самом деле уже следовало собираться на службу.

Одним глотком опустошив маленькую чашечку, Конар торопливо побежал наверх. По контрасту с успевшей проветриться кухней, второй этаж дома встретил посла каким-то уж совсем замогильным холодом, но мужчина постарался на это не обращать внимания. У него появилась гениальная идея, и он спешил ее озвучить и воплотить в жизнь. Ворвавшись в свою спальню, Конар с порога громко скомандовал:

— Най! Просыпайся, дело есть.

Сверток на кровати сразу же зашевелился. Сев, юноша зябко поежился и выжидательно уставился на посла. Между тем, тот был уже у окна, распахивая настежь створки и впуская в комнату теплый воздух.

— Как ты смотришь на то, чтобы сходить со мной на работу? — Повернувшись, Конар пристально уставился на ошарашенного юношу и вопросительно выгнул бровь. — Тут еще долго будет холодно, смысл тебе морозиться?

Моргнув, Най широко и радостно улыбнулся, выбираясь из-под одеяла и садясь на колени в центре кровати.

— Я с удовольствием буду вас сопровождать, господин!

Глядя на счастливого парня, Дегре и сам не смог удержать улыбку.

— Тогда марш одеваться! Нас ждут великие дела!

Най тут же буквально слетел с кровати. Притормозив на полдороге к выходу, юноша резко развернулся и, возбужденно блестя глазами, спросил:

— А как мне лучше одеться?

Задумчиво почесав щетину под подбородком и поизучав потолок, Конар махнул рукой:

— А давай что-нибудь нарядное, чтоб все ахнули.

Просияв, блондин кивнул и выскочил за дверь. Конар же, мурлыча себе под нос заводной мотивчик, пошел мыться, бриться и все остальное.

Глядя на себя в зеркало в ванной комнате, мужчина не мог сдержать самодовольную улыбку. Он уже предвкушал тот переполох, который начнется в посольстве, стоит только им с подарком там показаться. Дегре был не дурак и сегодня утром с потрясающей четкостью понял, что сам себе создал на работе трудности, которые ему же самому и мешают спокойно жить. В конце-то концов, что такого в том, что в его доме появился Най? Абсолютно ничего. Даже если рассуждать с позиции распоследнего ханжи, Дегре не был женат, ни с кем не встречался, вообще никому и ничего в этом плане был не должен; так чего смущаться-то? Того, что Най — раб? Так в этом нет вины Конара; как только появится такая возможность, этот факт сразу же будет исправлен. Парень? И что? Да большая часть посольства мужчины и весьма активно встречаются! Таким образом, единственной проблемой была скрытность самого Дегре, его нежелание что-либо рассказывать и изначальный упадническо-пессимистический настрой.

Придя к таким выводам, Конар решил в корне изменить ситуацию. Пусть все желающие посмотрят на его подарок, может, даже поговорят с ним, хотя этого не хотелось бы. Убедятся, что ничего интересного нет, сплетничать не о чем. Если все на виду, и ничего не скрывается, то это априори становится скучным и обыденным. Такова уж природа человеческая. А то, что на самом деле никаких отношений между ним и подарком нет… Так кого на самом деле это волнует? Пусть думают, как хотят, а Конар над теми, у кого особо буйное воображение, посмеется.

Да и потом, появление Ная в посольстве отвадит от Дегре совершенно не нужных поклонников, которые грозили в ближайшее время проявиться. Уж по части чисто внешней привлекательности у блондина там конкурентов совершенно точно нет, пусть все желающие скиснут от зависти. Была, конечно, опасность того, что у Конара после столь явной демонстрации могут возникнуть проблемы с женским контингентом, но этот вопрос можно будет решить и потом. Действенность ухаживания еще никто не отменял.

Рассуждая таким образом, Дегре закончил одеваться и с легкой улыбкой на губах пошел проверять как там успехи у Ная.

При появлении мужчины полностью экипированный парень вышел в центр своей комнаты и замер, выжидательно глядя на посла. Тот же, чуть не споткнувшись, застыл в дверном проеме. Разглядывая получившуюся из блондина композицию, Конар потрясенно молчал.

— Ну, ты, блин, райская птица… — В конце концов, выдал посол.

Его пожелание — одеться нарядно, — оказалось выполнено более чем скрупулезно. Теперь не заметить Ная было бы проблематично. Глубоко вздохнув, Дегре попытался мысленно разделить костюм парня на составляющие. Ну, прежде всего, он отметил ставшие уже привычными свободные шелковые снежно-белые шаровары, из-под которых выглядывали носы красных тапочек. Штаны были практически полностью скрыты под длинными халатами, которых, как Конар отметил, было как минимум два. Белоснежный нижний, более длинный, краем подола достигал середины икры, а широкие рукава практически полностью скрывали кисти рук, оставляя на виду лишь кончики пальцев. Второй, верхний халат, был на несколько сантиметров короче, зато щеголял ярко-алой расцветкой и был густо расшит золотистыми узорами, предположительно, растительного характера. Подпоясывалось это все широким красным поясом без какой-либо вышивки. Словно почувствовав, что мужчина отошел от первого шока, Най хитро улыбнулся и плавно повернулся вокруг своей оси. Подол и рукава слегка колыхнулись, давая возможность получше разглядеть наряд. Оказалось, что полы халатов спереди имеют по два длинных разреза вдоль бедер, а пояс завязывается на спине большим бантом, концы которого спускаются до колен, четко выделяясь на общем фоне золотой вышивки.

Выдохнув, Конар ошарашено посмотрел Наю в глаза и только теперь отметил, что тот сменил прическу, собрав волосы в хвост и закрепив его красной лентой, несколько волнистых прядей остались свободными и обрамляли лицо.

— Вам нравится? — с надеждой в голосе поинтересовался юноша, а Дегре подумал, что в таком виде парня бы из дома выпускать не следовало, а то мало ли что. Да только поздно метаться — сам хотел.

— Да, здорово выглядишь, — выдавил, наконец, он, беря себя в руки и озвучивая одну из мыслей, крутящихся в голове. — Пошли, пора шокировать публику.

Развернувшись, мужчина сделал было шаг в коридор, но был остановлен неожиданным вопросом:

— Господин, а уколы сегодня делать уже не надо?

Чертыхнувшись, Конар развернулся назад.

— Конечно, надо. Садись и закатывай рукав.

Стараясь не сильно на Ная пялиться, мужчина занял свое место на табурете перед устроившимся на краешке кровати юношей. Дегре сильно порадовался, что рукава наряда очень широкие, и их можно легко закатать до самого плеча. Раздеваться парню не понадобилось. От одной только перспективы пронаблюдать стриптиз в исполнении блондина Конара бросило в жар. Матерясь про себя, он сосредоточенно ставил уколы в подставленную руку и гадал, все ли посольство придет к нему сегодня на прием или только половина? Мужчина уже начал сомневаться в целесообразности принятого ранее решения продемонстрировать Ная публике.

Уже сидя в повозке, везущей их на работу, Дегре старательно инструктировал расположившегося напротив, сложившего на коленях руки и внимательно слушающего юношу.

— Значит, так, далеко от меня не отходи, на провокационные вопросы не отвечай. Вообще, старайся поменьше говорить. Сослуживцы у меня любопытные и с фантазией, им и капли информации хватит — сами все додумают. В посольстве мы будем до обеда, потом вернемся домой. К нам ремонтная бригада должна будет прийти, разбираться в неполадках. Так что мучиться придется не очень долго.

Най послушно кивал, давая понять, что все понял, но Конар все равно немного волновался.

Наконец, повозка остановилась у утопающего в зелени трехэтажного здания посольства. Внутренне подобравшись, Дегре взялся за ручку двери.

— Ну, что, приехали. Держись рядом.

Бросив на Ная последний взгляд, мужчина вышел наружу. Благодаря тому, что он предпочитал появляться на службе в достаточно ранний час, когда большинство сотрудников еще находились дома или же только ехали на работу, их появление прошло практически незамеченным. Только охранник на входе удивленно выпучил глаза, да несколько клерков замерли на месте, провожая взглядами бесшумно скользящего следом за Дегре юношу. Поднявшись на второй этаж — именно там располагался кабинет посла, — Конар уверенным шагом направился к себе.

В просторном светлом помещении, предваряющем непосредственно сам кабинет и служащим местом обитания его личного помощника, было пусто. Удивленно хмыкнув, Дегре двинулся дальше. Вообще-то, обычно к моменту его появления на работе Шун был уже на месте. Решив, что, возможно, это даже к лучшему, мужчина открыл дверь и пропустил с любопытством поглядывающего по сторонам Ная вперед.

— Ну, вот тут я и тружусь. Пока в посольстве народу почти нет, но скоро будет не продохнуть. Располагайся.

— Хорошо, — спокойно отозвался блондин, проходя внутрь.

Не успел Конар подойти к своему столу, а Най — к заинтересовавшему его книжному стеллажу, занимающему целую стену, как входная дверь распахнулась, и на пороге появился взъерошенный запыхавшийся мужчина. Слегка полноватый невысокий брюнет, на ходу приглаживая непослушные коротко стриженые волосы и поправляя очки в прямоугольной оправе, решительно шагнул внутрь.

— Тер Дегре, я прошу прощение за опоздание, из-за вчерашней грозы…

Что там случилось из-за грозы, брюнет договорить не успел: ему на глаза попался повернувшийся в его сторону Най.

— Ничего страшного, Шун. Мы тоже только пришли. — Внутренне хихикая, спокойно произнес Конар, привлекая к себе внимание впавшего в ступор помощника. — Познакомься, это Най. Он сегодня со мной побудет.

— А… — Очнувшись, брюнет тут же взял себя в руки и с ослепительной улыбкой поздоровался. — Доброе утро. Чай, кофе, что-нибудь принести?

Усмехнувшись уже в открытую, Дегре уселся, наконец, за стол.

— Мне кофе. Най? — Вопросительно приподняв бровь, Конар посмотрел на юношу.

Чуть заметно улыбнувшись, тот вежливо произнес:

— Сок, если можно.

— Сейчас все будет!

Помощника как ветром сдуло. Откинувшись на спинку кресла, Дегре сложил руки на животе и подмигнул Наю, тот только удивленно бровки поднял.

А дальше все пошло именно по тому сценарию, который Конар и предвидел. Новость о том, что он привел на работу свой необычный подарок, облетела все здание посольства со скоростью звука. Не успели они допить свои напитки, как появился первый посетитель. Конар и не догадывался, что планы на урожай плодов арии, импортируемых с Мон-Ваа в Конфедерацию, входят в область его интересов. Как выяснилось чуть позже, ему, как послу, было просто жизненно необходимо знать еще столько всякой разнообразной информации, что мужчина просто диву давался, как до этого момента обходился без нее. Внутренне хохоча в голос, Конар с наслаждением любовался мучениями сослуживцев, мечтающих отрастить глаза на затылке, ведь Най — истинная причина этого своеобразного паломничества, — уселся так, что разглядеть, как следует, его можно было только уходя из кабинета. Парень занял стратегически правильную позицию на небольшом диванчике прямо напротив стола посла рядом с входной дверью.

Первое время блондин еще пытался быть только равнодушным зрителем, но довольно быстро втянулся в игру и на контрасте с Конаром, делающим суровое и крайне сосредоточенное лицо, наивно хлопал пушистыми ресницами, мило улыбаясь уходящим. Народ сильно смущался, кто-то даже краснел и стремился сбежать побыстрее. В короткие перерывы между набегами сослуживцев они с Дегре заговорщески переглядывались и полушепотом обсуждали актуальность того, что только что услышали. Мужчина с некоторой долей удивления отметил, что из Ная получился интересный собеседник. Юноша был эрудированным и обладал прекрасным чувством юмора. Если бы еще он не вел себя столь подчеркнуто почтительно по отношению к нему, Конар был бы совсем счастлив.

Развлечение прервал звонок от Орханга. Монваар радостно сообщил, что начало морского путешествия запланировано на сегодняшний вечер, и продлится оно, как минимум, пару дней. Так что послу пришлось резко прекращать бездельничать, спешно доделывая неотложные дела, и оформлять себе несколько дней выходных; а там и время обеда подошло.

Наблюдающий за поднявшейся суетой Най с нескрываемым удовлетворением анализировал события сегодняшнего дня. По всему выходило, что он движется в правильном направлении. Вот хозяин его уже и с собой в качестве сопровождения берет, еще немного — и человек к его присутствию окончательно привыкнет! Немного нахмурившись, юноша задумался над тем, что надо, наверное, все-таки с господином поговорить и просветить насчет своей профессиональной специализации, а то как-то неправильно получается.

Сегодня утром, проснувшись одновременно с мужчиной, Най несколько секунд наслаждался уютной тишиной, а потом его захлестнула волна паники и смущения, идущая от обнимающего его человека. Затаившись, юноша предпочел было выждать, что будет дальше — причин подобных эмоций он понять не смог, — но когда мужчина совсем уж засмущался, решил-таки подать голос. Смесь замешательства и испуга, отразившаяся на лице хозяина, сподвигла Ная без возражений выполнить короткий приказ. Правда, уснуть не получилось. Юноша, свернувшись в клубок под теплым одеялом, предпочел прислушиваться к передвижениям человека, но глаза он закрыл, так что формально указание было выполнено.

Спустя некоторое время господин вернулся. Настроение его изменилось кардинально: теперь мужчина излучал сплошной оптимизм и предвкушение. Най сначала с настороженностью отнесся к такой перемене, но известие о том, что его сегодня берут с собой, развеяло все сомнения. На радостях он даже часть боевой экипировки на себя нацепил. На самом деле Най серьезно сомневался, что на работе его господину может угрожать опасность, но, тем не менее, браслеты с энергощитами и ленту, кромкой которой при правильном использовании можно резать обшивку космических кораблей, надел. Про «нарядный» костюм, ткань которого способна защитить от прямого попадания лазерного луча, и упоминать не стоит. Внешним видом юноши хозяин остался доволен, а остальное уже не важно.

К удивлению Ная, на работе его господин пользовался бешеной популярностью. Поток посетителей в его кабинет не ослабевал. Сначала блондин несколько недоумевал — он считал, что работа посла не столь напряженная, — но довольно быстро сообразил, что все люди, рвущиеся к его господину на прием, стремятся поглазеть именно на него. Стоило Наю это понять, как он тут же включился в игру, затеянную хозяином. Его человек оказался мстительным и изобретательным, он с плотоядным энтузиазмом раз за разом вводил прорвавшихся в его кабинет сотрудников в ступор и смущение. Най, на контрасте, добивал надоед милыми улыбками и взглядами из-под ресниц. Было на самом деле весело и интересно. Время пролетело незаметно.

Еще одной радостью для Ная стало то, что он чувствовал себя вполне приемлемо, и его даже не клонило в сон. Юноша решил, что еще немного — и он окончательно поправится. Возможно, как раз предстоящая прогулка на яхте ему в этом поможет.

Глава 8

Закончив со всеми делами в посольстве, Конар не спеша, с чувством глубокого удовлетворения покинул рабочее место. Несмотря на то, что он чувствовал себя победителем, находиться там дольше необходимого времени не хотелось категорически. Возможно, причиной этого послужило зарождающееся предвкушение пары дней кратковременного отпуска вдалеке от суеты города или же все никак не желающее ослабевать внимание окружающих, которое уже несколько поднадоело. Мужчине казалось, что любопытные взгляды прилипших к окнам сотрудников провожали их с Наем вплоть до того момента, как за ними захлопнулась дверь повозки, и транспорт сдвинулся с места. А потом еще долго следили за удаляющимся экипажем!

Только находясь в уютной тишине салона, Дегре смог наконец-то облегченно выдохнуть и полностью расслабиться. Оказывается, все это время, не замечая того, он был сильно напряжен. Откинувшись на спинку сидения, Конар широко улыбнулся расположившемуся напротив Наю. Глядя прямо во внимательные серебристо-серые глаза, он произнес:

— Ну, вот и все, отмучались. Сейчас пообедаем и будем собираться. Как тебе знакомство с моей работой?

Юноша чуть склонил голову к плечу и, легко улыбнувшись, дипломатично заметил:

— У вас интересная, многогранная работа и чрезвычайно любознательные сослуживцы.

Фыркнув, Дегре не удержался и рассмеялся. Искрящиеся весельем глаза Ная лучше всяких слов сказали Конару что парень обо всем этом думает.

— Вот уж действительно, многогранная и любознательные.

Прикрыв глаза и откинув голову назад, мужчина расслабился. Компания парня его совершенно не напрягала, и он позволил себе пару минут тишины.

По приезде домой Дегре первым делом двинулся на кухню. Ввиду того, что посол никогда не завтракал, к обеду у него обычно просыпался зверский аппетит. Сегодняшний день не стал исключением — благо, особо ничего делать было не нужно, так как от вчерашнего ужина, приготовленного блондином — не иначе как с расчетом на сегодня, — осталось достаточно. Следовало все только подогреть.

Только вот дойти до вожделенного холодильника ему не дал раздавшийся вызов с карманного коммуникатора. Номер абонента был Конару не знаком.

— Най, накрой на стол, будь другом.

Юноша утвердительно кивнул и без вопросов проскользнул мимо остановившегося посреди коридора мужчины. За проведенное в посольстве время они достигли достаточно высокого уровня взаимопонимания: что-либо объяснять не требовалось, и это не могло Конара не радовать. Проследив за тем, как, бесшумно ступая, блондин скрывается за дверями кухни, мужчина нажал кнопку приема вызова.

— Слушаю.

— Тер Дегре, добрый день. Вас беспокоит тер Лаори.

Конару потребовалось некоторое время на то, чтобы сообразить, кто это такой. Потерев кончиками пальцев лоб, мужчина нахмурился, а потом его все-таки озарило.

— О, добрый день, доктор, не ожидал вашего звонка!

Врач сухо хмыкнул.

— Ничего страшного, я так и подумал. Как самочувствие вашего подопечного?

Пожав плечами, посол медленным шагом направился следом за скрывшимся из вида Наем.

— С ним все хорошо, уже бегает вовсю. Устает, правда, быстро, но так ни на что больше не жалуется.

— Бегает? — В невозмутимом голосе монваара Конару послышались нотки удивления. — Хм. Это крайне необычно.

— А что такое? — Дегре даже остановился. Вероятность того, что со здоровьем его подарка что-то не так, не на шутку обеспокоила. — Это опасно?

— В общем-то, он не должен был еще даже с постели вставать — истощение было слишком сильным, — с упреком, как будто Конар в чем-то виноват, заметил монваар с того конца эфира.

После небольшой паузы, не дождавшись от недоумевающего посла каких-либо комментариев, тер Лаори предложил:

— Знаете что, давайте, я приеду и осмотрю юношу еще раз; заодно и курс лечения подкорректируем. Как вы на это смотрите?

Встревоженный Конар не стал возражать, уточнив только, что они сегодня планируют ненадолго покинуть город, и если врач так решительно настроен, то ему следует поторопиться. Монваар заверил, что будет в доме посла ровно через три часа.

На кухне Дегре появился, мрачно хмурясь, и сразу же с подозрением уставился на занимающегося хозяйством Ная. Мужчина как будто ожидал, что тот с минуты на минуту грохнется в обморок. Блондин об этом не знал и продолжал неторопливо раскладывать по тарелкам салат. Он разве что поднял на Конара глаза и вопросительно изогнул бровь, ожидая, что тот что-нибудь скажет. Вздохнув, посол отрицательно покачал головой, занимая свое место за столом. Он решил раньше времени не забивать себе голову — мало ли что там этому врачу кажется. Най — вот он, живой и веселый, помирать не собирается.

Спокойно поесть все же не удалось. Сначала позвонили из ремонтной службы и уточнили, на месте ли хозяева и можно ли приходить, а затем мастера уже явились лично. Пара монвааров в серых рабочих комбинезонах и с объемными черными чемоданчиками в руках деловито прошла внутрь дома, попросив сопроводить их до блока управления домашним компьютером. Дегре не стал чинить им препятствия, а сразу же повел гостей в подвал. Най следовал за мужчиной хвостиком.

С некоторой долей юмора Конар отметил, что парень пристально следит за занимающимися своей работой техниками. Похоже, его подарку эти типы не нравились, или же он сомневался в их компетентности. Усмехнувшись, Конар только головой покачал и решил юношу нейтрализовать, а то ремонтников такое повышенное внимание начало уже нервировать: последние пару минут они с опаской косились в сторону замершего рядом и не спускающего с них немигающих глаз блондина.

Отозвав парня в сторону, Дегре настоятельно порекомендовал тому пойти собираться, ведь потом ему будет некогда. А за мастерами, так уж и быть, он присмотрит сам. Возражать Най не стал, однако, разворачиваясь, чтобы уйти, весь как-то так едва уловимо сгорбился и опустил голову, напоследок бросив на посла печальный взгляд и состроив такую обиженную физиономию, что в душе Конара зашевелилась совесть. У мужчины появилось такое мерзкое ощущение, что он у маленького голодного щенка косточку отбирает.

Про себя чертыхнувшись, Дегре спешно решил, что этих ремонтников он видит впервые, а Най уже свой, родной — в конце концов, потерпят, — и окликнул медленно бредущего парня. Тот мгновенно развернулся и, озарив помещение счастливой улыбкой, вприпрыжку вернулся на место, чтобы следить за парочкой чужаков. Покачав головой, Конар оставил юношу развлекаться, а сам пошел-таки собираться. Много вещей с собой брать он не хотел, но пара смен одежды и прочие приятные мелочи нужно было подготовить. Да и сумку бы найти не помешало. Нахмурившись, Дегре принялся старательно вспоминать, куда он после прошлого похода на природу ее засунул?

Точно в назначенное время появился тер Лаори. Ремонтники к тому моменту уже минут двадцать как закончили все свои дела и ушли, отчитавшись перед Дегре о том, что заменили контрольный блок компьютера и несколько вышедших из строя предохранителей, а также переустановив домашнее программное обеспечение. Теперь все было в полном порядке и работало как надо. При этом монваары то и дело поглядывали в сторону стоящего рядом с послом Ная, будто боясь, что тот их одернет. Конара это немного рассмешило — ведь, в самом деле, ну что парень может понимать в технике? — однако ничего говорить он не стал: может, у его подарка была давняя голубая мечта — стать прорабом.

После ухода мастеров довольный Най был-таки отправлен собираться, так что к моменту прихода врача должен был находиться у себя. Без лишней суеты Конар проводил доктора к юноше в спальню. По дороге тер Лаори успел подробно расспросить посла о том, как именно тот лечил своего подопечного, и какова динамика выздоровления. Какие уж выводы монваар сделал, Дегре сказать затруднялся, но, подходя к дверям комнаты юноши, он был чрезвычайно задумчив и сосредоточен.

Ная они застали аккуратно складывающим на весу какую-то неопознанную синюю шелковую одежку. На кровати уже красовалась небольшая стопочка разноцветных вещей. Повернувшись в сторону посетителей, юноша быстро оглядел неизвестного ему монваара, а потом перевел вопросительный взгляд на Конара.

— Господин?

— Най, это тер Лаори, он врач, который тебя осматривал. Тер решил, что будет неплохо провести повторную диагностику и при необходимости скорректировать курс лечения.

После пояснений, блондин заметно успокоился и, отложив в сторону предмет гардероба, уселся на кровать. Доктор, не став терять времени даром, направился к парню. Заняв стоящий рядом табурет, он раскрыл поставленный на пол саквояж.

— Ну-с, юноша, расскажите мне о своем самочувствии. Как быстро вы утомляетесь, какие нагрузки переносите, ваши при этом ощущения. — Конар скрестил руки на груди и, прислонившись плечом к косяку, приготовился ждать.

После пятнадцати минут сканирования, тщательных расспросов и опять сканирования доктор наконец-то оставил Ная в покое, повернувшись к подошедшему ближе послу.

— Ну, что я могу вам сказать, тер Дегре. Ваш подопечный и впрямь уже почти здоров. Потрясающая скорость восстановления, однако, чего только во вселенной ни встречается. — С вернувшейся невозмутимостью монваар складывал свое оборудование. — Для закрепления успеха я бы порекомендовал еще несколько дней придерживаться прописанного раньше курса приема препаратов, но, в общем-то, это необязательно. Организм справляется самостоятельно.

Конар удовлетворенно улыбнулся, подмигнув спокойно сидящему на кровати Наю. Юноша переводил заинтересованный взгляд с монваара на посла и обратно.

— Собирайся давай, нам скоро выходить.

Оставив юношу завершать сборы, сам Дегре отправился провожать доктора, попутно воспользовавшись моментом и приватно того расспросив — а то мало ли, может, он при Нае о чем умолчал. Монваар поспешил мужчину уверить, что на данный момент смерть от истощения блондину не грозит совершенно точно, парень почти здоров, беспокоиться не о чем. На этом Конар окончательно успокоился и повеселел.

Уже через двадцать минут Дегре, утяжеленный объемной сумкой с общими вещами, и Най, ярким украшением следующий за ним (парень категорически отказался переодеваться, так и оставшись в своем нарядном облачении), покинули дом и погрузились в стоящую у калитки повозку. Времени до обозначенного ранее момента сбора было полно, но Конар, предварительно связавшийся с Нахоном, еще хотел заехать в магазин. Пара бутылок вина им в поездке совершенно точно не повредит, или, может, даже ящик… или два… А потом еще надо было добраться со всем этим до транспортной станции, на которой их должен был ждать Орханг. Все-таки Лан-Тиир не был прибрежным городом, и, чтобы насладиться морским путешествием, нужно было до этого моря еще добраться. Современные транспортные автоботы, конечно, справлялись с этой задачей на «отлично», но все же. Нахон обещал встретить всех уже непосредственно на яхте.

С Орхангом они встретились, как и было запланировано. Несмотря на свою кажущуюся легкомысленность, когда это было действительно нужно, сын камаала отличался завидной пунктуальностью и серьезностью, так что, приехав на станцию, Конар даже не сомневался, что парень будет уже там. Так и оказалось. Одетый в легкие бежевые шорты с кучей карманов длиной чуть ниже колен и свободную черную футболку, юноша с независимым видом скучал, прислонившись к стене будки регистрации. Объемный черный рюкзак лежал у его ног. При появлении груженого коробками Дегре и Ная с сумкой наперевес монваар лучезарно улыбнулся и потащил парочку к забронированному заранее транспортному средству. Дальнейший путь занял от силы час, с пользой проведенный в оживленной дискуссии. Орхангу не терпелось поделиться последними новостями, да и расслабившийся Конар не чурался веселья, так что время пролетело незаметно.

В общем, на причале в маленьком портовом городке Тин-Нари честная компания оказалась уже затемно.

— Ну, вот. На этом мы и поплывем… — Шмыгнув носом, прокомментировал Орханг.

Поправив лямки рюкзака, он первым смело шагнул вперед к трапу, ведущему на палубу большой белоснежной двухъярусной яхты. Мысленно пожав плечами, Конар перехватил поудобнее коробки (на пару с Наем они навыбирали бутылок как раз на две) с ценным содержимым и зашагал следом. Сам он яхту Нахона никогда прежде не видел, так что оставалось лишь полагаться на осведомленность Орханга. Не хотелось бы вломиться в гости к кому-либо постороннему.

Стоило троице оказаться на палубе, как появился и сам хозяин.

— Всем добрый вечер!

Высокий и поджарый, жизнерадостно улыбающийся монваар быстро спускался по крутой лестнице, ведущей на второй ярус яхты. Одетый в легкие сланцы, свободные темно-коричневые штаны и расстегнутую белоснежную рубашку с закатанными по локоть рукавами и развевающимися на ветру полами, мужчина производил впечатление существа полностью довольного жизнью. Возможно, потому, что так оно и было.

Сверкнув карими глазами и белозубой улыбкой, Нахон поймал в объятия довольно жмурящегося Орханга и, повернувшись к замершим гостям, приглашающе махнул рукой.

— Проходите, располагайтесь, да будем выдвигаться.

Уговаривать Конара не пришлось. Деловито сгрузив коробки с вином на кухне, занимающей солидную часть первого яруса, Дегре, подталкивая в шикарный красный бант заинтересованно оглядывающегося по сторонам Ная, направился инспектировать условия проживания. Выяснилось, что на яхте, на нулевом этаже, оборудовано только две расположенные друг напротив друга спальни, так что вопрос размещения отпал сам собой. Ная, заикнувшегося было о том, что он может спать и на диване в небольшой примыкающей к спальням гостиной, Конар, считающий подобное явным перебором, смерил таким говорящим взглядом, что парень тут же замолчал и, поставив сумку на широкую кровать, занимающую большую часть выделенного им помещения, пошел исследовать индивидуальный санузел. Удовлетворенно хмыкнув, посол скинул мантию и, оставшись в легких штанах и рубашке, отправился наверх, туда, где, по его расчетам, должна была располагаться рубка управления. Дух странствий уже гулял в крови, рождая азарт и предвкушение.

Най же в это время уже вернулся в спальню и принялся распаковывать вещи, раскладывая их в небольшом встроенном в стену платяном шкафу. О том, куда делся хозяин, он не волновался. Беглый осмотр корабля и его капитана вероятных источников опасности не выявил. Все было в пределах нормы. Гораздо больше сейчас юношу волновал вопрос, не пропустил ли он чего-нибудь существенного, когда вызванные господином техники занимались ремонтом системы домашнего жизнеобеспечения. Вот это было бы недопустимо.

С улыбкой вспомнился момент, когда человек попытался выгнать его из подвала, тем самым лишив возможности контролировать процесс. Най тогда несколько встревожился: все-таки, допускать малознакомых личностей до сердца любого дома — это, по его мнению, было несколько недальновидно, и потому юноша постарался господина переубедить. Открыто перечить прямому приказу он права не имел, но вот «молча воззвать к чувствам» человека ему никто не запрещал. Хозяин довольно предсказуемо проникся видом «обиженного и несчастного» Ная и позволил тому остаться и проследить за выполнением ремонтных работ и перенастройкой компьютера. Юноша, уже в который раз за день, с досадой подумал о том, что надо с господином поговорить. Так дальше продолжаться не могло. Он должен знать, что имеет полномочия выполнять свои обязанности.

По мнению Ная, хозяин уже в достаточной степени привык к его присутствию и если уж и не смирился до конца, то, по крайней мере, воспринимал вполне благожелательно. То, как господин волновался, когда пришел доктор, парню невероятно польстило. Человека беспокоило его здоровье! Это было очень приятно.

При виде удивления врача, вызванного тем, что тому показалось, будто бы юноша выздоравливал гораздо быстрее, чем планировалось, Наю хотелось фыркнуть в голос, но он сдержался. Не пристало воспитанному рабу столь явно демонстрировать свои эмоции постороннему. Вообще-то сам юноша считал, что приходит в норму удручающе медленно. Видимо, семь лет (а именно столько, по подсчетам Ная, он провел в криокамере) вместо запланированных двух месяцев — все же было чересчур много. Даже его тренированный организм, обладающий регенерацией, в разы превосходящей стандартную, до конца не справлялся с полученными повреждениями. Но все равно, сейчас Най был уже в порядке!

Вздохнув, юноша положил пустую сумку на нижнюю полку шкафа и закрыл дверцу. Легкий толчок сказал ему, что судно отчалило от берега и постепенно набирает ход.

Решив, что в комнате ему делать больше нечего, Най отправился на поиски господина. Человек нашелся на палубе, на самом носу яхты, где было оборудовано место для отдыха. Он сидел, свободно развалившись на мягком диванчике, и с легкой мечтательной полуулыбкой вглядывался вдаль, туда, где в бликах водной глади гасли последние лучи заходящего дневного светила. Не желая прерывать раздумий мужчины, Най бесшумно опустился на пол у его ног и замер, ни единым движением не тревожа покой хозяина, который, казалось, даже не заметил появления юноши.

Их молчаливое уединение прервал задорный голос Орханга. Перевесившись через парапет, огораживающий палубу второго яруса яхты, молодой монваар провозгласил:

— Эй, сонное царство! Хватит медитировать на звезды! Пойдемте лучше ужинать, у нас все готово!

Вздрогнув, господин моргнул и, задрав голову, с удивлением уставился на чуть ли не висящего вниз головой и радостно скалящегося юношу, а потом перевел ошарашенный взгляд на заинтересованно следящего за разворачивающимся действием Ная.

— М-да, что-то я размечтался, — прокомментировал свое состояние мужчина.

Заливисто рассмеявшись, Орханг принял вертикальное положение и убежал, крикнув, что ждет их на кухне.

— Ну что, пошли? — поднимаясь с дивана, предложил господин.

Для проформы кивнув, Най плавно поднялся с колен и двинулся следом за удаляющимся человеком.

Время за ужином пролетело весело и незаметно. Нахон изо всех сил старался показать себя радушным хозяином и беспрерывно развлекал гостей веселыми историями. Судя по довольному лицу Орханга, со своей задачей монваар справлялся прекрасно. Главный гость, ради которого, собственно, все мероприятие и затевалось, был более чем впечатлен. Несколько бутылок легкого вина также способствовали непринужденности обстановки. В общем, спать по каютам компания расползлась уже глубоко за полночь, оставив честь управления яхтой бортовому компьютеру, оснащенному новейшей системой автопилота.

Оказавшись в спальне, господин быстро, с полузакрытыми глазами, разделся, кидая вещи прямо на пол, и, оставшись в одних боксерах, расслабленно плюхнулся на кровать лицом вниз. Наблюдающий эту картину Най едва заметно неодобрительно покачал головой. Вся его натура вопила о том, что бардак — это потенциальный источник опасности и неприятностей (мало ли, вдруг хозяин поутру не разглядит, куда ступает, и споткнется?), потому, прежде чем укладываться спать самому, он принялся методично собирать разбросанную одежду и аккуратно складывать ее в шкаф. До тех пор, пока господин это делать не запретит, Най решил всеми силами поддерживать порядок.

В то время как юноша занимался уборкой, человек немного пришел в себя и зашевелился. Перебравшись под одеяло и устроившись полулежа в изголовье кровати, он взялся с интересом следить за производимыми Наем манипуляциями.

Когда с вещами хозяина было покончено, блондин занялся собой. Потянув за конец ленты, он одним плавным движением освободил удерживаемые той волосы, а потом неторопливо скатал ее в маленький валик, который положил на полочку. Следующим та же участь постигла пояс. Бант, послушный руке юноши, безропотно развязался. Больше не удерживаемые ничем полы халатов чуть разошлись в стороны.

Задумавшись, Най не сразу обратил внимание на то, что господин с любопытством за ним наблюдает. Вопрос, заданный мужчиной, стал в какой-то мере неожиданностью.

— Эм… Най, а что ты умеешь?

Внутренне возликовав — хозяин сам спросил! — юноша чуть улыбнулся и, прямо глядя в лицо мужчины, ответил, попутно продолжая неторопливо раздеваться, скидывая сначала верхний, а затем и нижний халаты.

— О, много чего, так просто и не перечислишь. Наставники позаботились о том, чтобы я был максимально разносторонне развит, дабы у владельца не возникло со мной никаких проблем.

Закончив с верхней одеждой и сняв тапочки, Най остался в одних тонких шароварах. Критически оценив перекошенную физиономию хозяина и ту кашу, которая была у его человека вместо эмоций, юноша задумчиво разгладил складочки на ткани, мягко облегающей бедра, и решил, что вполне может спать так. Похоже, господина его нагота нервировала.

Забравшись на кровать и подвернув под себя ноги, Най сел неподалеку от нервно сглотнувшего мужчины. Сложив руки на колени, юноша, заглядывая хозяину в глаза, поинтересовался:

— Господин, я уже в достаточной степени здоров. Быть может, мне следует приступить к выполнению своих обязанностей?

Озвучив, наконец-то, весь день мучавший его вопрос, Най замер, выжидательно вглядываясь в лицо человека. Тот сначала побледнел, потом покраснел, затем как-то нервно дернулся и закашлялся. Нахмурившись и вспомнив, что хозяин о нем ничего конкретного не знает, юноша сделал вывод, что тот, по-видимому, недопонимает ситуацию. Дабы мужчина не придумал чего-то совсем уж страшного, блондин осторожно произнес:

— Возможно, господин не знает, в чем заключаются мои стандартные обязанности?

Нервно хохотнув, хозяин подтянулся на руках и сел, прислонившись спиной к резному изголовью кровати. Скрестив руки на груди и криво усмехнувшись, он заявил:

— Все возможно. Просветишь меня?

Прислушавшись к эмоциям человека, Най смог выделить в них какое-то болезненное любопытство и нервное смущение напополам с предвкушением. Мысленно почесав затылок и пожав плечами, он смело заявил:

— Если в двух словах, то я являюсь профессиональным телохранителем.

Повисшую в комнате тишину можно было резать ножом. После нескольких секунд ошарашенного моргания и терпеливого ожидания господин переспросил:

— Телохранителем?

Най утвердительно кивнул.

— Не врешь?

Посчитав вопрос скорее риторическим, юноша все же ответил. К тому же, хозяин с таким ошарашенным лицом его разглядывал.

— Нет. Я не могу врать вам, вы же мой господин.

В комнате вновь стало тихо.

— Телохранитель, мать твою… — хихикнув, через некоторое время повторил человек, а потом каюту огласил громкий и несколько истеричный смех.

С недоумением наблюдая за тем, как человек катается по кровати, Най терпеливо ждал, пока тот успокоится. Наконец, мужчина выдохся. Внимательно посмотрев на блондина, он спросил:

— Если ты телохранитель, то почему выглядишь, как… — после небольшой паузы, во время которой он, видимо, подбирал слова, мужчина закончил: — Как сбежавшая из клетки райская птица?

Пожав плечами, Най спокойно ответил:

— Мой внешний вид должен быть приятен глазу владельца. К тому же, чем более безобидным я кажусь, тем в меньшей степени меня опасаются, не принимая в расчет.

Пару секунд посверлив парня внимательным тяжелым взглядом, мужчина потер лицо руками.

— Значит, так, сейчас давай спать. Остальное все завтра.

Разочарованно вздохнув, Най покорно забрался под одеяло. Завтра так завтра.

Глава 9

Несмотря на отданное им же распоряжение, сам Конар заснуть категорически не мог. Лежа на спине и невидяще уставившись в потолок, мужчина гонял по кругу невесело-ошарашенные мысли, старательно предаваясь самоедству. Темнота каюты, единственное освещение которой составлял холодный свет звезд, проникающий сквозь небольшой круглый иллюминатор над головой, и мерная качка, сопровождающаяся тихим шорохом бьющихся о борта яхты волн, очень этому способствовали. На соседней подушке, устроившись на боку лицом к Конару, тихонько сопел предмет его размышлений. Скосив глаза, Дегре констатировал, что Най, послушный его команде, дисциплинированно спит, провокационно трогательно подложив ладошки под щеку. Было невероятно стыдно.

«Нет, ну вот кто мог подумать, что этот кукленыш может оказаться телохранителем?!»

В который раз задав самому себе этот вопрос, мужчина недовольно поморщился, сам же приводя железобетонный контраргумент, подтверждающий неутешительный факт прогрессирующего идиотизма тера посла:

«А кто тебе мешал не придумывать непонятно что, а прямо у него спросить? Ведь не маленький, знаешь же, что далеко не все на поверку оказывается тем, чем кажется на первый взгляд! Ладно, Най первые дни был не в форме, но потом-то что мешало? Или же, еще проще — коли уж с парнем общаться не хотел, — пробил бы по базе те символы, что были на контейнере с его вещами; наверняка это маркировка еще из его дома. Ну, вот что проще-то, кто останавливал?»

Печально вздохнув, Конар сам себе был вынужден признаться, что не останавливало ничто и никто. Ну, разве что его собственное предубеждение и упорное нежелание разбираться с неожиданным подарком.

Не верить словам Ная Дегре оснований не имел. Раз тот сказал, что телохранитель — значит, телохранитель. Мало того, что, благодаря специфике воспитания, блондин, по имеющимся у Конара данным, действительно никоим образом не мог солгать своему непосредственному хозяину, так еще и кое-какие факты, ранее мужчиной настойчиво игнорировавшиеся, приобрели весьма ясные и понятные очертания. Например, нехарактерная для «раба для удовольствий» серьезность, отсутствие каких-либо ужимок или кокетства. Най ни разу не попытался к нему прикоснуться или «состроить глазки». Внимательные серебристо-серые глаза ни разу не посмотрели на мужчину с каким-либо намеком — скорее уж, они выражали напряженную работу мысли, как будто парень все время анализировал происходящее вокруг. Да и двигался Най слишком плавно и экономно, ни единого лишнего жеста… А уж вспоминая его тело, так и вообще… Это не тело беззащитного гаремного мальчика, а гармонично развитая фигура человека, привыкшего к физическим нагрузкам. Ни капли лишнего, сплошные мышцы, хоть и не выделяющиеся четким рельефом, но хорошо заметные при движении. Уж он-то знает. Конар опять вздохнул, припомнив свое сегодняшнее пробуждение в обнимку с «подарком». На ощупь парень даже в расслабленно-сонном состоянии был чертовски жестким.

Повернувшись на бок, Дегре пристально уставился на Ная, сам не зная, что именно хочет разглядеть. Лицо спящего юноши было безмятежно спокойным, дыхание — ровным; длинные ресницы бросали густые тени на бархатистую кожу щек. Не к месту одолело зверское любопытство — каким именно образом тот собирался его защищать, когда наряжался словно коллекционная фарфоровая статуэтка? Ну, не отвлекать же гипотетических нападающих яростным размахиванием широкими рукавами своих цветастых халатов, правда? Конар даже пару раз открывал рот, дабы разбудить парня, но всякий раз сдерживался, так и не произнося ни слова.

Через пару минут неподвижного лежания мыслей и вопросов в голове стало слишком много, как будто в сознании Конара прорвало тщательно возводимую им самим плотину безразличия. Не выдержав, мужчина все же тихонько позвал, решив, что если ему с первого раза не ответят, то он успокоится и попытается заснуть, отложив расспросы на завтра:

— Най?

Светлые ресницы тут же дрогнули, и на Конара устремился внимательный взгляд серых глаз без единого следа сна. Нахмурившись, мужчина тут же сурово прошептал:

— Ты почему не спишь?! — То, что он сам только что хотел разбудить парня, в расчет не принималось.

Юноша тут же потупился.

— Прошу прощения, господин, я очень старался, но у меня не получилось.

Состроив язвительную гримасу, Дегре, пытаясь таким образом замаскировать собственное смущение, ехидно поинтересовался:

— И что же тебе помешало?

Искоса глянув на посла, Най печально вздохнул и, пряча улыбку, грустно пожаловался:

— Господин, вы слишком громко переживаете. Это очень отвлекает.

Пару мгновений Конар озадаченно молчал, а потом до него дошел смысл сказанных слов и следующие из этого логические выводы.

— Что значит: «Слишком громко переживаю»? Хочешь сказать, что улавливаешь чувства окружающих?! Ты что, ко всему прочему, еще и эмпат?! — Если раньше Конар считал, что орать шепотом невозможно, то теперь на собственном же примере смог убедиться в обратном.

Не то чтобы эмпатия была такой уж невероятной вещью — в обитаемой части вселенной изредка встречались расы, обладающие подобным даром, — но вот новость, что его подарок — один из них, сработала как удар под дых. Как будто всего остального было мало. Опровергая только что сказанное, блондин отрицательно замотал головой.

— Нет, что вы. Эмоции окружающих я практически не чувствую, разве что самые-самые мощные. Хорошо слышны только ваши.

— Это почему это? — оторопело поинтересовался Дегре, пытаясь вникнуть в логику заявления.

— Вы же мой господин, я настроен на вас, — отозвался Най. По невозмутимой физиономии блондина Конар понял, что это чуть ли не прописная истина, не нуждающаяся в дополнительных пояснениях.

Глубоко вздохнув, он решительно потребовал:

— Так, ну-ка, просвети меня по поводу того, что еще в тебе особенного, о чем мне следует знать.

Юноша сосредоточенно нахмурился и, немного подумав, выдал:

— С момента запечатления я чувствую ваши эмоции и всегда могу определить, где вы находитесь, или, по крайней мере, направление, если расстояние очень велико. Мое тело спроектировано таким образом, чтобы я мог переносить большие нагрузки. Скелет укреплен так, что обычными методами что-либо сломать проблематично; кожа тоже уплотнена, порезаться рядовым оружием я не могу; регенерация повышенная. Практически любое повреждение заживает за часы. При необходимости я в состоянии отрастить утерянную конечность. Для нормального функционирования мне достаточно порядка двух-трех часов сна в сутки, но при необходимости могу обходиться вовсе без него несколько месяцев подряд. Обоняние, слух и реакция на порядок превосходят общепринятые межгалактические нормы. Зрение может работать как в видимом, так и в инфракрасном диапазонах. Еще у меня абсолютная память. — Прервавшись на мгновение, Най продолжил. — Из полезных навыков — владею абсолютно любым из известных видов оружия, могу управлять или же быстро разобраться в управлении практически любой техникой. Владею навыками как рукопашного, так и дистанционного боя. Умею лечить. Знаю триста пятьдесят три основных галактических языка и около полутора тысяч производных. Владею навыками межгалактического этикета. Ну, и все остальное, по мелочи.

В повисшей в каюте тишине было четко слышно, как Конар нервно сглотнул. То, что он лежит в одной постели с каким-то если не монстром, то уж сверхчеловеком точно, его изрядно шокировало. А ведь выглядит Най как обычный подросток, пусть и довольно красивый. Диссонанс внешней оболочки и содержания был впечатляющий. Собрав разбежавшиеся в панике мысли, мужчина нервно усмехнулся и задал, на его взгляд, весьма логичный вопрос:

— И когда же ты всем этим овладеть успел? Чтобы освоить все, наверняка потребовались бы годы, даже учитывая абсолютную память.

Пожав плечами, Най безмятежно, легким движением ресниц, в очередной раз выбил почву у Конара из-под ног:

— Мне сто восемьдесят два стандартных галактических цикла. Этого было вполне достаточно. Хотя я действительно учился быстрее своих собратьев. Обычно, необходимого уровня воспитанники достигают к двумстам шестидесяти-тремстам годам.

«Замечательно. Он не просто сверхчеловек и вундеркинд, он еще и старше меня в… почти в четыре раза!»

Хмыкнув, Дегре перевернулся на спину и, переваривая услышанное, принялся старательно гипнотизировать потолок. Довольно быстро мужчина пришел к выводу, что, в общем-то, все довольно логично и обоснованно. После сделанного Наем заявления ожидать, что он окажется обычным парнем, было бы глупо. Повернув голову к терпеливо дожидающемуся его реакции Наю, он поинтересовался:

— Значит, ты у нас специально выведенный телохранитель? Знаешь, мне кажется, что к твоим навыкам больше подходит роль какого-нибудь наемного убийцы.

Пожав плечами, юноша спокойно заметил:

— Могу и эту функцию выполнять. Тут уж как хозяин решит. Но вообще нас готовили как телохранителей-компаньонов. Конкретно я принадлежу к партии гуманоидных. Нас предполагалось распространять среди рас, сходных строением с людьми.

Еще раз хмыкнув, Конар мысленно согласился, что в компании, скажем, пушистых шариков луголи Най, несмотря на всю свою оригинальность, смотрелся бы как нечто инородное.

— Хорошо. С этим мне все ясно. Неожиданно, конечно, но что поделать.

Опять повернувшись на бок, Дегре с любопытством поинтересовался:

— А сам-то ты что обо всем этом думаешь? Ты ведь попал ко мне случайно, нет желания найти настоящего хозяина? — Мужчина уже в достаточной мере пришел в себя, и его одолело какое-то бесшабашное веселье; воспринимать Ная как свою собственность у него ну никак не получалось! Скорее уж, он относил парня к категории высококвалифицированных наемных специалистов.

Замотав головой, блондин бесхитростно заявил:

— Совершенно не хочу! Вы мне очень нравитесь, вы замечательный господин, и другого мне не надо.

Смущенно кхекнув, Дегре отвел глаза от выражающей восторженное обожание физиономии юноши. Подобное заявление, что уж скрывать, было весьма приятно слышать.

— Ладно, давай все-таки спать, поздно уже, — пряча смущенную улыбку, заворочался Конар. — Да, и, кстати, прекращай мне выкать. Хотя бы наедине.

Най широко улыбнулся и угукнул.

— Хорошо, я постараюсь.

Закрыв глаза и расслабившись, мужчина уже приготовился было засыпать, как его отвлекло шебуршение под боком. Повернув голову, он наткнулся на мерцающий в темноте взгляд серебристо-серых глаз. Най все так же лежал на боку, только теперь он подтянул колени к груди и, обхватив обеими руками, уткнулся носом в подушку. Заметив, что внимание посла вновь обращено на него, парень, поерзав, нерешительно поинтересовался:

— Господин, так вы позволите мне быть вашим телохранителем?

Пребывающий в более-менее благодушном настроении, Конар пожал плечами и с улыбкой отозвался:

— Позволю, почему бы и нет, коли уж тебя именно этому столько времени учили. Будешь приносить пользу.

Чуть слышно пискнув, Най, сверкнув глазами, еще глубже зарылся лицом в белую ткань наволочки. Дегре был готов поспорить на что угодно, что парень сейчас довольно улыбается. Собственно, и сам мужчина испытывал прилив хорошего настроения, потому следующий вопрос блондина, заданный тем минуты через две тишины, воспринял нормально.

— Господин? Можно мне спросить?

— Можно.

— А о чем вы недавно думали, что так сильно переживали?

Подавившись вдохом, Конар закашлялся. Вот уж что парень спросит такое, он никак не ожидал.

— Эм… Ну… Видишь ли…

Скосив глаза на устроившегося подбородком на подушке и сосредоточенно ему внимающего юношу, Дегре опять кашлянул. Признаваться в своей глупости не хотелось, но Конар все же не был трусом и ошибки свои признавать умел.

— Эм… В общем, я решил, что у тебя несколько иная специализация, ну, ты понимаешь?

Быстрый взгляд на нахмурившегося Ная показал, что ни черта тот не понимает, что парень с блеском и подтвердил парой секунд спустя.

— Какая?

Взяв себя в руки и постаравшись придать лицу максимально невозмутимый вид, Конар повернулся на бок, лицом к терпеливо ждущему пояснений блондину.

— Какая-какая. Горизонтальная! — Искреннее недоумение во взоре и вставшие домиком бровки были ему ответом.

Глубоко вздохнув, Дегре конкретизировал еще больше:

— Я, когда тебя в нарядной упаковке увидел, решил, что ты мальчик для плотских утех. Потому мне и было несколько совестно за то, что я ТАК промахнулся.

Пронаблюдав, как понимание ситуации достигает сознания Ная, глаза шокировано расширяются, а губы складываются в многозначительное «о», Конар хмыкнул: «Ну, не все же мне тут под впечатлением быть!»

— Вот тебе и «о», — несколько более язвительно, чем планировал, прокомментировал мужчина. — Все, на сегодня предлагаю вечер откровений закончить и все-таки хоть немного, но поспать — рассвет уже скоро.

В спальне действительно стало гораздо светлее: предметы, окруженные серым полумраком, виделись гораздо четче.

Угукнув, Най послушно положил подушку под голову и укутался одеялом. Конару показалось, что блондин от него чуть заметно отодвинулся, увеличивая разделяющее их расстояние. Решив конкретно сейчас этим не заморачиваться, мужчина сам закрыл глаза, стремительно погружаясь в мир снов. То, что они проболтали практически всю ночь, бодрости не добавляло, и потому в этот раз с засыпанием никаких проблем не возникло.

Най же еще долго лежал с закрытыми глазами, переваривая полученную информацию.

Когда хозяин, приказав спать, взялся старательно и очень эмоционально что-то обдумывать, юноша честно попытался игнорировать идущие от человека потоки переживаний. Только вот сделать этого никак не получалось. В конце концов, парня одолело любопытство — о чем можно так остро сожалеть, и что заставляет господина столь яростно смущаться? Да и вообще, разве есть какой-либо повод? В общем, сплошные загадки. Потому, стоило мужчине его позвать, юноша тут же открыл глаза, а потом и честно признался, по какой причине нарушает приказ. Хозяина заявление Ная шокировало, но зато оно имело заметный положительный эффект. Человек наконец-то заинтересовался его навыками и способностями! Юноша с готовностью перечислил свои основные характеристики и достижения. Господин впечатлился. Причем настолько, что Най уловил в его эмоциях даже некоторую нотку страха. Благо, это довольно быстро прошло, и мужчина успокоился. А уж когда юноша искренне признался, что совершенно не хочет менять хозяина, так и вообще испытал прилив удовольствия и гордости.

Выяснив все интересующие его вопросы, человек собрался было спать, но вот Най не считал, что все темы для разговора исчерпаны. Коли уж господин сам начал, да еще и в хорошее расположение духа пришел… В общем, юноша рискнул поинтересоваться своей дальнейшей судьбой.

Счастливый вопль удалось сдержать чудом! Человек был совсем не против того, чтобы Най стал его телохранителем! Его даже уговаривать не пришлось, хотя юноша уже готовился привести целый ряд веских аргументов в поддержку этого предложения. На волне эйфории юноша решился окончательно обнаглеть и поинтересоваться причиной так удивившей его тревоги хозяина. Мужчина на этот простой вопрос отреагировал совершенно неадекватно. О чем таком господин думал, что разом заставило его испытывать прилив стыда, Най представить себе не мог. Объяснения, которые хозяин, пряча глаза, из себя выдавливал, поначалу тоже ясности не внесли. Но человек быстро взял себя в руки и таки выразился четко и внятно…

Сказать, что Най был несколько удивлен, было бы преуменьшением. О том, что господин и его друзья воспринимают его как развлечение, он, конечно, знал, но вот что как развлечение подобного плана — даже не догадывался. Сказать честно, подобная мысль в его голову ни разу и не забредала.

Поежившись, Най перевернулся на бок, лицом к мирно спящему человеку, и, укутавшись в одеяло поплотнее, пристально вгляделся в очертания фигуры мужчины. Попытка объективно оценить внешние данные господина и степень его привлекательности наткнулась на некоторые затруднения. Для Ная хозяин априори был самым лучшим, самым красивым, самым справедливым, самым мудрым и вообще самым-самым-самым замечательным. Пусть иногда он поступал неосмотрительно или недальновидно, но это не уменьшало того благоговения, которое Най по отношению к нему испытывал. Это было совершенно нормально, ведь это был ЕГО хозяин! По-другому быть просто не могло. В общем, если бы господину всерьез захотелось… Только вот юноша весьма смутно себе представлял, как бы это все выглядело. В области сексуальных взаимоотношений его образование не сказать, чтобы полностью отсутствовало, но было несколько ущербным. Наставники позаботились дать лишь базовые знания.

Закусив нижнюю губу, Най нахмурился. Что с этим делать, он не представлял! А разработать хоть какую-то стратегию поведения все же стоило, раз уж хозяин заинтересовался им в подобном плане. Если бы не заинтересовался, то и спрашивать про навыки не стал бы, правильно ведь? Другое дело, что, похоже, мужчина сам пока не определился, как к подобному своему интересу относиться. Иначе он бы так не смущался, ведь верно?

Потеребив многострадальную губу зубами, блондин вздохнул и решил, что пока будет вести себя как прежде. В любом случае, инициатива должна поступить от хозяина, а он ни на что подобное права не имеет. Да и попросту не знает, как.

Очень радовало, что господин придерживался достаточно демократичной линии поведения и хотел, чтобы и Най вел себя свободно. Пусть человек прямо обо всем этом и не говорил, но его действия и некоторые приказы были показательны. Будь это не так, юноша никогда бы не оказался за одним столом с хозяином и его друзьями и уж тем более не посмел бы с ними общаться, хоть и с почтением, но практически на равных! В общем, юноша порадовался, что у него имеется некоторая свобода действия. Если он сделает вид, что кое-чего недопонял, наказания, скорее всего, не последует. Да и вообще, если честно, Най начал сомневаться в том, что господин будет его сурово наказывать. Это, конечно, было не поводом переходить грань почтительного отношения, но определенную свободу выбора предоставляло. По мнению юноши, это было оптимально. Он мог самостоятельно принимать некоторые решения и руководствоваться им самим выбранной линией поведения. О большем он пока не мечтал.

Проанализировав таким образом всю полученную ранее информацию, Най решил, что движется в верном направлении. Пока все складывается весьма удачно!

Удовлетворенно вздохнув и улыбнувшись, он расслабился и погрузился в чуткий сон.

Глава 10

Начало нового дня Конар встретил широкой сонной улыбкой и абсолютным нежеланием открывать глаза. В дремлющем сознании царила приятная теплая пустота, а в животе трепыхались солнечные бабочки. Правда, стоило мужчине попробовать пошевелиться, как все эти трепыхания разом прекратились, бабочки настороженно замерли.

Ощущение прижимающегося к нему сзади тела Дегре не порадовало вот ну нисколечко. И если горячее спокойное дыхание уткнувшегося ему аккурат между лопаток носа еще пережить было как-то можно, то обнимающие за талию руки и заброшенная на бедро нога под параметры приемлемых и незначительных мелочей ну никак не подходили. Мужчину как ледяной водой окатило, остатки сна слетели одним махом.

Нервно сглотнув, Конар осторожно приоткрыл глаза и скосил их вниз, попытавшись разглядеть, кто это так обнаглел, и прикидывая, не пора ли защищать свои честь и достоинство. Мечущиеся в голове мысли отказывались формироваться во что-то более-менее конкретное, мужчина никак не мог сообразить, что происходит, и где он вообще находится — на его родную спальню место было совершенно не похоже. В качестве оправдания такой заторможенности могло послужить лишь то, что просыпаться в подобной позиции для Дегре, что уж скрывать, было в новинку и не по-детски щекотало нервы, парализуя мыслительный процесс. Посетившее осознание того, что к нему в стратегически важных и трепетно оберегаемых местах прижимается парень, при желании способный скрутить в бараний рог практически кого угодно (скорейшему опознанию наевских рук и ног помогло отброшенное куда-то в сторону одеяло), оказалось не очень приятным. Медленно выдохнув, Конар аккуратно, без резких движений и с предельной осторожностью начал выбираться из захвата, благо, держали его не крепко, скорее уж использовали как подставку для конечностей.

Оказавшись на свободе и, под шорох заворочавшегося парня, спешно ретировавшись в ванную, Конар с некоторой долей веселья, поступившей в кровь вместе с ударной дозой адреналина, подумал, что ночной разговор, похоже, произвел неизгладимое впечатление не только на него, но и на его телохранителя. Иначе чего бы тот так прижимался?

— Телохранитель… — плеснув холодной водой себе в лицо и оперевшись руками о раковину, мужчина поднял голову, пристально вглядываясь в свое отражение, отличающееся некоторой общей помятостью.

Сумбурные обрывки мыслей, сваленные ночью неопрятным ворохом, за время сна вполне себе логично улеглись и разложились по полочкам. В памяти сами собой всплыли некоторые интересные факты, касающиеся таких рабов-телохранителей, как Най. Кое-что посол про них слышал и даже знал — положение обязывало. Начать с того, что их абсолютная преданность и высочайший профессионализм давно стали притчей во языцех, служа чем-то вроде своеобразного мерила. Если человека сравнивали с Тенями — именно такое неофициальное название носили подобные телохранители-рабы, — то это значило, что его благонадежность или же профессиональные качества не подвергаются сомнению. Слава шагала впереди Теней, и даже на планетах, давно отказавшихся от рабства, кое-что о подобном феномене да слышали. Получить такого желали очень многие, да только позволить себе могли единицы. Уж больно редкий и дорогой товар.

Насколько Конар знал, в ближайшей части Вселенной было только одно место, где выращивали подобную экзотику, и мужчина сделал себе зарубку на памяти: поподробнее выяснить все возможные детали, касающиеся его подарка. Но, в общем, при свете дня новый облик Ная казался уже не столь устрашающим. Жить было можно. Телохранитель в хозяйстве посла лишним никогда не будет! Должность, в общем-то, обязывала, да и начальство давно намекало, что стоит позаботиться о безопасности ценного сотрудника, только у Дегре никак руки не доходили. И, если уж совсем откровенно, не видел он в этом особого смысла — ну, кому он нужен? Теперь же со спокойной совестью можно будет отрапортовать, что вопрос полностью улажен. Помимо этого, ранее Конар подсознательно несколько опасался возможных поползновений со стороны блондина. Ведь не мог же тот до конца своих дней изображать невинный одуванчик, правильно? Рано или поздно полученные навыки должны были проявиться.

Усмехнувшись, мужчина подумал, что вот они и проявились. Парень весьма недвусмысленно выразил желание приступить к исполнению своих должностных обязанностей. При воспоминании о том, что он сам в тот момент подумал, Дегре нервно поежился. Нет, определенно, во всем был виноват алкоголь. На трезвую голову ему такие пошлости на ум никогда бы не пришли!

Успокоив себя таким образом, Конар закончил обязательные водные процедуры и, повесив на шею полотенце, весело насвистывая бодрый мотивчик, вернулся в спальню.

— Доброе утро!

Вид сидящего в центре разворошенной постели взъерошенного сонного парня вызвал у посла широкую улыбку.

— Доброе утро, господин, — с готовностью отозвался Най, выпрямляя спину и садясь ровно.

Конару показалось, что внимательные серые глаза уж как-то чересчур пристально разглядывают его обнаженный торс, и потому, невольно поежившись, но стараясь не растерять боевого задора, он скомандовал:

— Марш умываться, да пойдем искать завтрак! Должны же почетных гостей на этой яхте кормить?

Светло улыбнувшись, блондин согласно кивнул и стек с кровати одним плавным движением. В следующее мгновение он уже проскользнул мимо замершего мужчины в ванную. Поднятый парнем легкий ветерок, несущий за собой его теплый утренний запах, заставил посла ошарашенно моргнуть и невольно втянуть носом побольше воздуха, поворачивая голову вслед за ускользающим ароматом.

— Черт…

Свое собственное поведение ставило Конара в тупик. Он, с одной стороны, яростно и чуть ли не фанатично отрицал возможность проявления интереса к лицам своего пола, но с другой уж больно остро реагировал на одного конкретного юношу. Причем его тело старательно подавало совершенно недвусмысленные сигналы!

— Ну бред же!

Тряхнув головой, мужчина решительно направился к шкафу. Он четко запомнил, что именно туда Най, прежде чем вчера устроить стриптиз, укладывал его вещи. При воспоминании о стриптизе, который, как выяснилось, стриптизом-то вовсе и не был, Дегре мысленно вновь чертыхнулся. В паху ощутимо потеплело и наметилось шевеление.

Быстро натянув первые попавшиеся штаны и рубашку, мужчина двинулся к выходу. Сталкиваться с полуголым предметом своих навязчивых утренних размышлений у него желания не было.

Конар не успел буквально чуть-чуть. Он уже почти шагнул за порог, когда Най вышел из ванной. Стараясь на парня лишний раз не смотреть и вообще не оборачиваться, Дегре изобразил в воздухе кистью замысловатую фигуру и торопливо буркнул:

— Я на кухню, догоняй.

После чего, не дожидаясь ответа, выскочил за дверь.

На кухне его встретила веселая парочка монвааров. Жизнерадостно перешучивающиеся парни загруженного мыслями Дегре встретили широкими улыбками и ехидными замечаниями — дескать, давно уж день на дворе, чем это они там таким всю ночь занимались, что теперь так долго спят? Не желающий вдаваться в подробности Конар многозначительно пошевелил бровями и, сцапав с общей тарелки бутерброд, заявил, что Орханг еще маленький, про подобные вещи слушать, а Нахону он потом по секрету расскажет. Возмущенный такой несправедливостью, парень попытался было с громкими воплями и применением грубой физический силы выбить из посла правду, но ему помешало то, что Конар битым быть не желал, а потому довольно шустро уворачивался, выставляя на своем пути стулья и прячась за стол. Вовремя подоспевший Нахон также весьма помог. Тому, судя по всему, совсем не улыбалось стать владельцем не суперсовременной яхты, а разгромленной утлой посудины, так что он изловчился перехватить разошедшегося Орханга поперек туловища и утащить брыкающегося и хохочущего парня на диван.

В разгар всеобщего веселья на кухне появился Най, одним своим видом побудивший народ кое-как, но все же успокоиться. Юноша буквально распространял вокруг себя волны спокойствия и умиротворения. Конар, в этот момент стоявший в противоположной стороне комнаты, невольно залюбовался. Ему показалось, что блондин выглядит даже более впечатляюще, чем вчера. Темно-синий облегающий халат с прямыми узкими рукавами, воротничком-стоечкой и рядом маленьких блестящих пуговок, идущих от ворота наискосок, до середины груди, а потом уже, резко ныряя вниз, теряющихся в ненавязчивом узоре из тоненьких веточек, идущим до самого низа длинного, до середины икры, подола, имеющего пару симметричных разрезов вдоль бедер; прямые черные штаны и заплетенные в коротенькую косичку, скрепленные синей лентой волосы придавали Наю вид если не серьезный, то одухотворенный точно. Дегре даже показалось, что юноша стал как-то на порядок невесомей и изящней, добавив в свой образ нотку изысканной утонченности. По крайней мере, раньше, когда тот одевался в свободные наряды, это не так бросалось в глаза.

Как бы то ни было, но с появлением блондина на кухне воцарилось некое подобие порядка, позволившее всем беспрепятственно позавтракать. Выяснилось, что вообще-то Орханг с Нахоном тоже встали буквально вот-вот, в лучшем случае, на полчаса пораньше. Так что приставал к послу монваар скорее от избытка энергии и хорошего настроения, которые, собственно, не покидали его на протяжении всего дня. Неугомонный сын камаала ни секунды не мог усидеть на месте, придумывая на ограниченном пространстве яхты себе, а заодно и всем окружающим, развлечения. Он даже уговорил Нахона сделать небольшую остановку и искупаться! На предложение присоединиться Конар покрутил пальцем у виска, заявив, что он не самоубийца — в ледяной воде мокнуть, и Ная он тоже не пустит. Стоит отметить, что последний как-то и не горел особым желанием лезть в море.

Вообще, юноша старался держаться к Конару поближе, тем самым не давая мужчине как следует отвлечься от разнообразных, связанных с ним, мыслей. Если бы Дегре не знал, что подобное предположение полностью бредово, то он решил бы, что блондин его целенаправленно соблазняет. Послу казалось, что Най просто-таки провокационно хорош в своем узком одеянии. И если, пока юноша стоял спокойно, наряд выглядел вполне себе пристойно, то стоило только парню начать двигаться, как тонкий шелк мягко обтягивал тело, ничего не скрывая, а лишь подчеркивая и в меру широкие плечи, и изящную спину, и узкую талию, и то что ниже… А как Най склонял голову к плечу? В этот момент становилось отчетливо заметно, насколько у него преступно красивая шея. Конар никогда не замечал за собой такой повышенной страсти к чьей-либо шее! А какие у парня чувственные губы?! Иметь такие губы просто противозаконно!!! В общем, этот список можно было продолжать очень долго.

К концу дня Дегре уже хотелось пойти и побиться головой о ближайшую металлическую переборку. Ему казалось, что еще одна улыбка или брошенный на него через плечо вопросительный взгляд — и он, наплевав на свои принципы, сам начнет приставать к своему «подарку». С кривой усмешкой Конар понял, что несколько поспешил с расстановкой акцентов. Это не он должен был опасаться домогательств Ная, а блондину следует проявлять повышенную осторожность! Еще чуть-чуть — и что-то будет…

В общем, такие вот невеселые, сдобренные легким, но ни на минуту не утихающим возбуждением мысли бродили у Конара в голове. Сознательно он буквально весь день мечтал оказаться в одиночестве, дабы как-то успокоиться, но, тем не менее, все время старался контролировать местоположение Ная, стремясь не выпускать парня лишний раз из вида. Оказавшись в какой-то момент в столь вожделенном одиночестве, Дегре не то чтобы испытал приступ паники, но забеспокоился однозначно. Про себя последними словами костеря свой прогрессирующий маразм и вздумавшего куда-то смыться парня, он с мрачной решимостью отправился на поиски исчезнувшего в неизвестном направлении блондина.

Нашелся Най там, где Конар меньше всего этого ожидал.

Обходя первый ярус яхты по периметру, мужчина заметил тонкую фигурку блондина, старательно выглядывающего что-то из-за угла. Тихонько подойдя и заглянув увлеченному процессом Наю через плечо, Конар с удивлением констатировал, что тот смотрит на то, как Орханг и Нахон страстно целуются. Это открытие стало далеко не самым приятным.

Ощутив болезненный укол ревности, Дегре хмыкнул и, качнувшись вперед, наставительно шепнул Наю на ушко:

— Подглядывать нехорошо.

Едва заметно вздрогнув, юноша оглянулся и, бросив на Конара виноватый взгляд, чуть слышно ответил:

— Извините.

Из-за того, что он стоял к парню вплотную, мужчине было хорошо видно, как слегка покраснели у того скулы, заставляя, в свою очередь, сердце посла биться чаще. Сделав пару шагов назад, дабы легкий запах блондина не путал и без того не отличающиеся стройностью рядов мысли, Конар скептически изогнул бровь и поинтересовался:

— Ты что, никогда не видел, как люди целуются?

Повернувшийся Най сцепил руки за спиной и, виновато опустив глаза, отрицательно покачал головой, сразив Дегре своим ответом наповал:

— Кроме как на экране учебного фильма — никогда.

Не дождавшись от временно онемевшего посла какой-либо реакции, юноша поспешил продолжить:

— Простите, мне просто стало интересно, как это вживую происходит. Я не специально следил.

— И что, ты сам никогда не целовался? — стараясь, чтоб его голос звучал не слишком ошарашено, уточнил несколько невпопад Дегре.

Блондин угукнул, стараясь на мужчину не смотреть. Прежде чем Конар успел подумать, что именно предлагает, он произнес:

— Хочешь, научу?

Вскинув голову, Най с надеждой и немым вопросом в глазах уставился на посла, а тот, нервно усмехнувшись, уточнил, страстно желая в этот момент утопиться:

— Проведу, так сказать, практическое занятие.

Из широченной улыбки и усиленного кивания Дегре сделал вывод, что Най согласен. Да что там, парень разве что в ладоши не хлопал от радости. Внутренне застонав и побившись-таки головой о переборку, Конар приглашающе махнул рукой, предлагая юноше пройти на нос яхты.

— Тогда пошли, сидя это делать будет гораздо удобнее.

Вприпрыжку проскочив мимо посла, юноша стремительно унесся к установленным на носу диванчикам, Дегре же шел следом медленно, едва ли не волоча за собой ноги, но при этом испытывая нехилый прилив предвкушения и азарта. Малодушно рассудив, что отказываться от только что им самим же сделанного предложения будет верхом трусости, мужчина облегченно выдохнул и несколько ускорился.

Когда Конар появился в зоне отдыха, Най уже предсказуемо был на месте. Он сидел на краешке дивана, дисциплинированно положив руки на колени, и, с тщательно скрываемым восторгом на лице и блеском юного исследователя в глазах, ждал прихода учителя. Проклиная свой длинный язык, Дегре опустился рядом. Тут же развернувшись к нему, блондин выжидательно замер, не сводя с мужчины внимательного взгляда.

Вздохнув, Конар скомандовал:

— Закрой глаза, — Дегре решил, что так им обоим будет намного проще.

Най послушно опустил веки, чуть поерзав на месте от нетерпения. Усмехнувшись, Конар решительно, чтобы самому не передумать — хотя это вряд ли, желание прикоснуться было слишком велико, — наклонился вперед и, обхватив лицо юноши ладонями, медленно приблизился, опаляя своим дыханием сжатые губы.

Первое прикосновение кончиком языка было мимолетным, как дуновение ветра. Заметив, что от легкой щекотки Най забавно сморщил нос, Конар усмехнулся, испытывая прилив иррационального удовлетворения. Прикрыв глаза, мужчина уже более основательно, но все еще не стремясь ускорить процесс, провел языком по нижней, более пухлой губе юноши от уголка к уголку, а затем и по верхней, полностью отдаваясь моменту и кайфуя от нахлынувших ощущений, смакуя каждое мимолетное мгновение действия. Губы Ная были теплые, гладкие и нежные, как шелк. От них не хотелось отрываться ни на секунду.

Сдерживая стоны наслаждения, Конар некоторое время увлеченно ласкал рот юноши, подталкивая того разомкнуть губы, но не стремясь проникнуть вглубь. Най оказался учеником понятливым и уже довольно скоро и сам предпринял робкие попытки коснуться губ мужчины.

Случайное соприкосновение языков, легкий испуг и уже более смелое, становящееся все напористей исследование, стремительно перерастающее в борьбу за лидерство.

Конар был настолько поглощен происходящим, что совершенно не заметил того момента, когда Най оказался сидящим верхом у него на коленях. Юноша обнимал его за шею, путаясь пальцами в волосах и легко поглаживая самыми кончиками кожу головы, а в это время ладони мужчины блуждали по гибкой спине, послушно выгибающейся под легчайшим нажимом.

Поцелуй давно уже перерос в разряд страстных и неуправляемых. Кто кого и, главное, чему учил, было не понятно. Когда Конар оторвался от губ и переключился на весь день не дающую ему покоя шею, он сказать затруднялся. Значение имела только ласкаемая губами и языком нежная кожа доверчиво подставленного горла и тяжелое, временами переходящее в мурчание дыхание парня, самозабвенно выгибающегося в его руках.

Совершенно не вовремя и не к месту проснувшаяся совесть на пару с четким пониманием того, что вот прямо сейчас он совершает далеко не самый красивый и этичный поступок в своей жизни, пользуясь доверием, оказанным ему совершенно неопытным и полностью зависящим от него существом, скрутило желудок холодным узлом. Сглотнув, Конар прижал к себе парня и, уткнувшись носом ему в плечо, стремясь хоть как-то исправить ситуацию, хрипло произнес:

— Най, как только вернемся в город, то я сразу же найду тебе хорошую девушку, ну, или парня, как тебе больше нравится. Думаю, для тебя это будет полезно…

Понял, что сделал что-то не так, Дегре сразу. Не понять было бы сложно, так как бывшее только что мягким и податливым, словно воск, тело юноши в его руках мгновенно окаменело, превратившись в гранитную статую. Замерев, Най пару мгновений молчал, а потом спокойным, лишенным каких-либо эмоций голосом, поинтересовался:

— Это обязательно?

Пытающийся сообразить, что происходит, Конар в ответ только растерянно моргал, продолжая по инерции водить руками по неподатливой спине парня и вылавливая из того киселя, который в данный момент был у него вместо мозгов, здравые мысли. То, что парень решительно слез с него и сел рядом, положив ладони на колени и устремив взгляд прямо перед собой, он отметил постольку-поскольку.

— Ну, да… — в конце концов выдавил из себя мужчина. Ничего умнее пока все равно не придумывалось. Он искренне не понимал, в чем же дело?

Най в ответ кивнул и, так и не посмотрев на Дегре, произнес:

— Как прикажете, господин. Я могу идти?

— Э… Да…

Стоило мужчине промямлить ответ, как блондин тут же поднялся с места и, не оборачиваясь, ушел. Конар еще какое-то время растерянно смотрел ему в след, а потом резко выдохнул и, потерев лицо ладонями, откинулся на спинку дивана.

Постепенно вакуум в голове заполнился связными мыслями и цепочками логических рассуждений. Ситуация понятнее не становилась, но вот то, что испортилось все в тот самый момент, когда он предложил Наю найти тому партнера, было ясно. Поморщившись, Дегре подумал, что ну вот зачем он это сказал? Ведь по здравому размышлению, он бы не хотел, чтобы парень с кем-то встречался. Ему было бы это совсем-совсем неприятно. К тому же, похоже, сам юноша воспринял это предложение как приказ… А может, ему уже кто-то нравится, а Дегре тут со своими кандидатами?!

Осененный этой догадкой, Конар даже выпрямился. В мозгу, не успевая оформиться в связные мысли, замелькала вереница образов тех, кого блондин уже успел увидеть и кто бы мог его заинтересовать. Список получался внушительный. Начиная от подавляющего большинства сотрудников посольства и заканчивая случайными прохожими. Нервно побарабанив пальцами по подлокотнику дивана, мужчина встал и заходил по палубе туда-сюда.

Какова была вероятность того, что он прав? Мог ли Най уже в кого-то влюбиться? Представив своего телохранителя рядом с каким-нибудь толстопузом — да хотя бы рядом с тем же Мариком Алимовым, этим недоделанным биологом с масляными глазками, — Конар недовольно зарычал, всерьез начиная обдумывать идею запереть Ная дома и никуда не выпускать. Во избежание!

Сообразив, о чем только что подумал, Дегре пораженно остановился. Он не имел абсолютно никакого права препятствовать личной жизни юноши. То, что тот ему приходится как бы рабом, еще не повод! Нахмурившись и поджав губы, Конар бросил мрачный взгляд на темнеющее небо и решительным шагом направился искать Ная. Следовало прояснить все до конца. Если парень уже в ком-то заинтересован (мужчина сознательно решил избегать слова «влюблен», дабы не травмировать свою, ставшую вдруг такой чувствительной, психику), то Конар должен об этом знать!

Най нашелся на кухне. Юноша с бесстрастным видом крошил какие-то зеленые овощи в глубокую прозрачную салатницу. То, с какой скоростью мелькало стальное лезвие большого ножа, заставило Дегре уважительно присвистнуть.

Заметив появление мужчины, Най прервался и, оставив нож и сложив руки перед собой на столешницу, выжидательно уставился на посла. Каменное выражение лица блондина Дегре совершенно не понравилось. Пройдя внутрь небольшого помещения, он решительно, не давая самому себе передумать, начал:

— Най, я хочу сказать, что то, что я сказал там — в силе, но если тебе уже кто-то нравится, я не буду возражать.

Легкая заинтересованность, появившаяся на лице парня, и едва заметный наклон головы к плечу подсказали мужчине, что он на правильном пути.

— В общем, если у тебя уже есть кто-то на примете, то ты только скажи, а я, со своей стороны, приложу все усилия, чтобы ты был счастлив!

Прищурившись, Най поинтересовался:

— Правда?

Теперь назвать лицо юноши «каменным» Конар не смог бы. Лицо стало очень выразительным, только вот что оно выражало, было не до конца понятно. Стремясь закрепить успех, Дегре воодушевленно закивал головой и поспешил заверить оттаивающего блондина:

— Я даю тебе слово! Ты только скажи, кто это. Ведь кто-то есть?

Наблюдая дальнейшие метаморфозы, происходящие с физиономией парня, Конар с каким-то не очень приятным предчувствием понял, что она стала пугающе похожа на мордочку одного наглого хитрого зверька, появление которого в жизни любого человека сулило крупные проблемы. Будто бы подтверждая невысказанные опасения мужчины, Най широко и, как Конару показалось, предвкушающе улыбнулся.

— Есть!

Кивнув, подтверждая тем самым весомость своего заявления, юноша заявил:

— Мне очень нравитесь вы, господин. Больше я ни с кем встречаться не хочу.

«Черт», — подумал Конар, шокированно сглатывая. Такого он точно не ожидал.

Прерывая затянувшуюся паузу, на кухню заглянул Орханг и спас посла, жизнерадостно возвестив:

— Пойдемте уже! Что вы вечно тормозите?! Сейчас уже начнется!

Механически кивнув, Конар поспешил развернуться и догнать убежавшего монваара.

Най же в это время неторопливо шагал следом и довольно улыбался.

Кто бы мог подумать, что всего один день следования избранной линии поведения способен принести такие великолепные результаты? Все же верно выбранная тактика способна творить чудеса! Не зря наставники вдалбливали эту простую истину в головы всех своих воспитанников. А ведь юноша до конца не был уверен в том, что принял правильное решение.

Сегодня с утра, вновь почувствовав ту смесь противоречивых эмоций, которая захлестывает его хозяина, стоило тому посмотреть в сторону своего раба, юноша с кристальной четкостью понял, чем еще может заинтересовать человека! Похоже, тот испытывал некоторый интерес к нему как к объекту влечения, так что было бы логичным этот интерес несколько подогреть и развить. Самая прочная связь между хозяином и рабом — это эмоциональная связь. Если господин будет в этом плане в Нае заинтересован, то никогда от него не избавится!

Единожды решив так, юноша скрупулезно взялся выполнять задуманное. Единственным препятствием на пути к цели было то, что, как Най уже сокрушался, его образование в этом направлении было несколько ущербным; как правильно действовать, он не знал. Однако и тут звезды были на стороне юноши! У него перед глазами был великолепный пример для подражания — действительная пара индивидуумов, пребывающая в самом разгаре весьма плодотворных отношений. Нахон и Орханг как нельзя лучше подходили на роль начального объекта исследования.

Подсмотренные и несколько скорректированные под видение ситуации самим Наем приемы опробовались на хозяине по мере формирования. Реакции мужчины и испытываемые им эмоции в полной мере подтверждали удачность или провальность того или иного действия. К концу дня Най для себя уже практически полностью разработал модель поведения. Хозяин раскрывался все больше!

Досадный факт того, что его застали в тот момент, когда он занимался сбором практических данных, также удалось обернуть в свою пользу. Наю даже изображать ничего не пришлось, он действительно был смущен своей неопытностью и некомпетентностью в вопросе поцелуев. Господин воспринял это открытие в несколько неожиданном ракурсе, но юноша нисколько о том не пожалел! Новый опыт был великолепен. Целоваться с хозяином Наю очень понравилось! Правда, вот подпортило общее радужное впечатление заявление господина, что тот найдет ему пару. Это очень сильно парня расстроило. Однако, решив не скрывать свои истинные эмоции, Най вновь не прогадал. Его человек вообще на правду лучше всего реагировал, и юноше было на удивление легко найти с хозяином общий язык. Это было вдвойне примечательно, учитывая, что вместе они были меньше недели.

Тонко и, как бы сказал Конар, если бы додумался оглянуться, пакостно улыбнувшись, Най подумал, что вон оно, самое лучшее подтверждение этого факта. В растрепанных чувствах шагает впереди. И ведь сам слово дал приложить все усилия для того, чтобы его раб был счастлив. За язык никто не тянул.

Удовлетворенно вдохнув свежий ночной воздух, юноша огляделся по сторонам. Ну-с, и где там эти водоросли цветут?

Глава 11

К тому моменту, как Конар поднялся на второй ярус яхты и остановился у перил, огораживающих небольшую смотровую площадку перед капитанской рубкой, он уже полностью оправился от шока и взял себя в руки. Мозг, выйдя из спящего режима, автоматически включающегося на время отдыха, принялся с бешеной скоростью анализировать сложившуюся ситуацию.

Заявление Ная и так неосторожно данное им самим обещание грозили вылиться в большие проблемы. Мало того, что Дегре не представлял себе, каким образом могут выглядеть отношения между ним и другим мужчиной, так Конар еще и в принципе не был уверен, что способен на какие-либо длительные отношения. А другие строить не было смысла: это было чревато, мягко говоря, неловкими ситуациями — ну, естественно, в том случае, если ничего не получится, — ведь жить-то им с подарком предстояло вместе довольно долгое время под одной крышей и работать в тесном контакте! Напряжения, обид и неловкости в такой ситуации избежать было бы просто нереально.

Припомнив весь свой богатый и разнообразный опыт общения с представительницами противоположного пола, Конар навскидку подсчитал, что самые длительные по времени отношения у него продолжались целых полгода! Или, точнее, шесть с половиной месяцев, и было это еще во времена его глубокой юности и бытности студентом Академии Межрасовых Отношений. Первая любовь, пылкие чувства… Закончилось все ровно через две недели после того, как они с Шейлой, так звали девушку Дегре, сняли квартиру и стали жить вместе. Лодка «семейного» счастья вдребезги разбилась об острые скалы повседневности и быта. Что тогда послужило первопричиной разрыва, Конар сейчас уже не помнил, да и, в общем-то и, не заморачивался этим. Крушение «большой и светлой любви» прошло на удивление безболезненно, не оставив после себя никаких душевных терзаний или обид. Разве что случайно сталкиваясь тогда с Шейлой на улочках студенческого городка, Конар испытывал некоторую неловкость. Вот собственно, и все.

Вообще же, среднее время, которое Дегре встречался со своей очередной пассией, обычно равнялось где-то трем месяцам — дольше не выдерживал либо сам Конар, либо девушка. Причины тому были разнообразные, но в общем довольно точно описывающиеся выражением «не сошлись характерами».

Дегре не был «идеальным парнем». Мужчина честно сам себе признавался, что был требовательным и в некоторой степени деспотичным. Он предпочитал всегда «быть сверху», и даже если выпускал бразды правления отношениями из рук, то ненадолго. Грубых попыток собой командовать, перевоспитывать и лепить «под себя» Конар не переносил органически. На мягкое воздействие он велся довольно легко, но это происходило ровно до той поры, пока не противоречило его собственным убеждениям, иначе все эти попытки натыкались на глухую железобетонную стену неприятия.

К сожалению, практически все привлекающие его внимание женщины старались мужчину именно перевоспитать, считая, что как раз таки им будет позволено из заядлого холостяка и бабника вылепить покорного, покладистого мужа. Свою ошибку они понимали слишком поздно, ведь первое время Конар действительно был достаточно послушным и уступчивым и, казалось бы, вполне поддавался «дрессировке». Только вот длилось это ровно до того момента, обычно, месяц-два, пока Дегре не убеждался в том, что партнерша окончательно расслабилась и сбросила маску белой и пушистой кошечки, представ перед ним в своем истинном виде. Согласно составленной Конаром классификации, чаще всего этот облик варьировался от «драконихи огнедышащей» до «Медузы Горгоны». Реже попадались «ядовитые змеи» или «пиявки».

После того, как Конар также сбрасывал маску, оказываясь на самом деле жестким, неуступчивым и совершенно не поддающимся дрессуре индивидом, отношения обычно переходили на стадию конфликтов, а потом — и разрыва. Почему-то вот так выходило, что дамы не желали понимать, что Дегре не собирается каждый раз подпрыгивать на месте, стоит им только пальчиками щелкнуть.

Если же послу попадалась женщина, готовая идти на некоторые компромиссы, что в условиях современной реальности встречалось крайне редко — дамы считали себя если не существами высшего порядка, то уж точно гораздо более умными и лучше знающими «как нужно жить», — то тут уж самому Дегре становилось если не скучно, то как-то тревожно. Перспектива того, что его могут-таки охмурить, посадив на цепь, пугала до дрожи. Ну вот не верил он в бескорыстную и чистую любовь, не верил! И потому везде искал подвох.

С мужчинами же Конар не встречался, собственно говоря, не потому, что считал это неприемлемым или непривлекательным, а из-за того, что не хотел каждый раз выяснять, у кого в доме «круче яйца». Сам прогибаться он не собирался ни в коем случае! Встречаться же с заведомо более слабым партнером Дегре не желал, считая это своего рода извращением.

Такая вот ерунда.

Скосив глаза на Ная, стоящего рядом с ним и, держась обеими руками за поручни, вглядывающегося в морскую даль, Конар украдкой вздохнул. Отрицать то, что парень ему нравился, он считал бессмысленным. Нравился, да еще как! Весь сегодняшний день был тому ярким подтверждением. Подчеркнутая почтительность уже не казалась неуместной, беспрекословное подчинение позволяло чувствовать себя неоспоримым лидером, честность и открытость неизменно радовали. А уж то, что Дегре прекрасно понимал — Най не рахитичный хлюпик, а тренированный воин-профессионал, так и вообще вызывало немалое уважение. Да и чисто внешне к блондину никаких нареканий не было, разве что то, что слишком уж утонченный. Такая внешность больше девушке пристала. Но даже это Конару импонировало! Мужчине нравилось то, что он сам выглядит крупнее и сильнее.

В общем, по здравому размышлению, особых непреодолимых препятствий к тому, чтобы хотя бы попытаться выполнить данное им обещание, мужчина так и не увидел, хоть честно и искал. Най рисовался практически идеальным кандидатом для того, чтобы попробовать для себя что-то новое. Даже от самой этой идеи кровь в жилах начинала бежать быстрее!

Единственное, что Конара действительно смущало, так это то, что парень был как бы его рабом, а, следовательно, существом практически бесправным и полностью от него зависящим. Мужчина подозревал, что, в случае чего, тот может просто не решиться выразить свое несогласие с какими-то действиями хозяина. Хотя, с другой стороны, как раз таки на бессловесную вещь блондин не тянул ну никак.

Хмыкнув, Конар припомнил, как уже, не возражая и ни слова не говоря против, парень с легкостью получал от него желаемое. Взять хотя бы ситуацию с ремонтной бригадой, пришедшей чинить домашний компьютер. Сейчас уже Дегре осознал, что тогда Най хотел остаться и проконтролировать работу чужаков, а потому попытался добиться своего всеми доступными ему способами, но не противореча полученному ранее прямому приказу уйти. Что примечательно, у Конара даже мысли не возникло отказать! Откровенно говоря, ничего сверхъестественного Най не требовал, а видеть его довольным оказалось чертовски приятно. Так что в этом плане можно было сильно не переживать. При желании парень наверняка сможет донести до хозяина, что чем-то не доволен… Да хотя бы так, как он сделал это сегодня!

Покачав головой, мужчина снова подумал, что Най поймал его на слове, как какого-то сопливого младшекурсника! То, что мужчина не ожидал, что именно он окажется объектом симпатий юноши, было не оправданием, мог бы, вообще-то и догадаться после такого-то страстного поцелуя. Ничего в том сверхсложного не было. Да и вообще, зачем он тогда рот раскрыл и со своими предложениями полез? Неужели так плохо было? Совесть, конечно, совестью, но и чутье в аварийных ситуациях тоже работать должно! Нет, где, спрашивается, были его мозги, когда он совершал такую необдуманную глупость?!

Вопрос, конечно, был риторический. Конар прекрасно знал за собой такую неприятную черту: попадая домой или на отдых, в общем, туда, где чувствовал себя в безопасности, он полностью расслаблялся, переставая с должной осторожностью реагировать на происходящее вокруг. За что периодически и был вынужден расплачиваться. Собственно, это была еще одна из причин, по которой длительных отношений у него никак не получалось. Он банально не был уверен, что может настолько довериться партнерше. Опять же, с Наем эта проблема отпадала как бы автоматически. Навредить Конару или использовать того в своих корыстных целях парень не мог, смысла просто не было. Про рабство Дегре с ним уже разговаривал. Как только появится такая возможность, Конар блондина сразу же освободит, а других причин предавать его он не видел.

Общим итогом размышлений мужчины стало то, что он решил, если предварительно обговорить с парнем кое-какие моменты и детали, как-то — не рассчитывать на слишком многое и в случае провала на этом не зацикливаться, то можно будет и попробовать — пока только попробовать! — познакомиться несколько ближе, нежели было запланировано изначально. Только опять же, нужно будет как-то донести до Ная мысль о том, чтобы тот не считал себя бесправной собственностью и вел себя свободно, открыто выражая свои желания или, наоборот, протесты. Иначе Конар резко против идеи сближения. Примерять на себя роль насильника, пусть и чисто гипотетического, он не собирался.

Кивнув своим мыслям, Дегре расправил плечи. Сделанные выводы его вполне устроили, и он со спокойной совестью начал оглядываться по сторонам. Все основные действующие лица были на месте. Най стоял справа от мужчины и со спокойным, невозмутимым лицом разглядывал ночной пейзаж, Орханг же, подпрыгивая от нетерпения, топтался по левую руку. Молодой монваар периодически оборачивался на капитанскую рубку и бросал туда вопросительные взгляды. Нахон решил автопилоту не доверять и собственноручно вел яхту к одному ему известной точке. Наконец, мужчина решил, что цель достигнута и остановил работу двигателей. Над морем разом повисла оглушительная тишина, нарушаемая лишь тихим плеском волн, лижущих борта дрейфующего судна.

Выйдя из рубки, старший монваар подошел к нетерпеливо подпрыгивающему на месте Орхангу и, обняв одной рукой за талию, властным движением притянул его к себе, прижимая к боку и вынуждая успокоиться.

— Все, приплыли, — прокомментировал Нахон свои действия. — Теперь остается только подождать, когда наступит момент цветения.

Все собравшиеся дружно кивнули и пристально уставились на чернеющую гладь моря, покрытую мелкой рябью барашков, порождаемых прохладным ночным ветерком, и исправно отражающую мерцающий свет далеких звезд.

Ждать пришлось не очень долго: из года в год, на протяжении многих тысячелетий, время цветения наступало сразу с полным вступлением в свои права ночи. Первым признаком того, что все начинается, стала мелкая бурлящая рябь, покрывшая водную поверхность — это лария поднималась из морских глубин на поверхность. Вообще, это растение обитало, как и полагается любой уважающей себя водоросли, на дне, цепляясь за скалы, но в период размножения отрывалось от каменистой почвы и всплывало, дабы выбросить в чуждое и враждебное себе воздушное пространство микроскопические споры, из которых в дальнейшем вырастали новые поколения ларии.

Вслед за рябью вода окрасилась первыми сияющими сполохами. Тут и там море начало вспыхивать так, будто бы из глубин поднимался огромный космический корабль, подмигивающий сигнальными огнями. Это самые нетерпеливые растения начали свою битву за продолжение рода. Появление на поверхности первого фонтанчика мерцающих спор, рассыпавшихся в воздухе золотисто-розовыми искорками, сопровождалось дружным восхищенным вздохом зрителей. Этот своеобразный фейерверк завораживал своим иллюзорным волшебством. За первым фонтанчиком последовали второй и третий, а потом уже одновременно — десятки. Очень скоро над всей поверхностью моря вокруг яхты сиял и переливался мерцающий ковер из искорок, словно туман, равномерным полотном укутавший все доступное пространство. То опадая, а то чуть поднимаясь, как будто живой, он мерцал в ночи, завораживая и вгоняя в своеобразный транс.

Так как Конар был мужчиной не очень чтобы романтичным, смотреть на это представление ему довольно быстро наскучило, и он начал искоса поглядывать по сторонам. Нарушать опустившуюся на яхту атмосферу созерцательного оцепенения он не хотел, но и просто так без дела маяться было скучно.

Орханг с Нахоном стояли, прижавшись друг к другу и, замерев, заворожено следили за переливающимся туманом. Хмыкнув, Дегре потерял к парочке весь интерес и обернулся к Наю. Юноша был неподвижен и, вглядываясь в даль, обхватив себя руками за плечи, чуть заметно хмурился. После того, как он передернул плечами, Конар, недолго думая, шагнул в его сторону и обнял со спины, заключая в кольцо своих рук. Чуть заметно вздрогнув, парень вскинул голову, поворачивая ее к мужчине и заглядывая тому в лицо. Он явно не ожидал ничего подобного.

— Замерз? — участливо поинтересовался Дегре, крепче прижимая к себе блондина.

Единожды приняв решение, Конар не был склонен идти на попятную или непрерывно сомневаться. Раз он определился, что с Наем можно попробовать встречаться, то что мешает ему вести себя так, как он привык делать это на свиданиях с дамами? Как действовать по-другому, он все равно не знал. По крайней мере, внимание и забота еще никому из его подруг противны не были. С вероятностью в восемьдесят процентов можно было предположить, что и парню предложение согреться тоже будет приятно. Ну, если он, конечно, действительно замерз.

— Нет, — качнув головой, опроверг предположения Конара блондин. На его лице было написано искреннее недоумение, будто бы он не понимал, что это такое хозяин удумал.

А может, и действительно не понимал… Вздохнув, мужчина пояснил мотивы своих действий, рук, впрочем, не расцепляя:

— А чего тогда ежишься стоишь, раз не холодно?

Лицо Ная просветлело и озарилось улыбкой, которая, однако, быстро погасла, сменившись хмурой напряженностью.

— Я просто подумал, что, не слишком ли близко мы подплыли к водорослям? Это не опасно?

Тут уже и Конар нахмурился, подозрительно уставившись на колышущееся марево, скрывающее под собой воду, и неосознанно крепче сжимая юношу в объятиях. Дегре был вынужден признать, что понятия не имеет, опасно это или нет. А так как оставлять вопрос Ная без ответа он не желал, пришлось тормошить Нахона. Очнувшись от транса, монваар пожал плечами и легкомысленно заявил, что лария — абсолютно безвредное растение, не представляющее из себя никакой опасности. Беспокоиться не о чем. Разве, что винты двигателей могут запутаться в водорослях, но это только, если будут работать. А так, к утру она отцветет, и умершие растения погрузятся на дно. Тогда-то капитан развернет яхту, и они поплывут домой.

Глянув на Ная, Конар понял, что того такое объяснение если и устроило, то не до конца. Парень продолжал едва заметно хмуриться и пристально вглядываться в мерцающий туман, как будто ожидал от того подвоха.

Так как особого выбора все равно не было, до утра они в любом случае никуда не смогут деться, Дегре вздохнул и, уткнувшись носом парню в затылок, замер, наслаждаясь в высшей степени превосходными ощущениями от прижимающегося к нему теплого тела. Зато активизировался Орханг. Неугомонный монваар с детской непосредственностью, ни с того ни с сего, нарушая повисшую было тишину, заявил:

— А давайте поближе посмотрим?

Увидев на обращенных к нему лицах недоумение, парень пояснил:

— Давайте к воде спустимся!

Конар только тяжело вздохнул и закатил глаза, поражаясь, сколько в одном существе может быть энергии, после чего поспешил успокоить обернувшегося к нему и с тревогой и немым вопросом заглядывающего в глаза Ная, шепнув:

— Не волнуйся, я никуда не полезу.

Парень тут же расслабился.

Путешествия на первую палубу им все же избежать не удалось, но, как он и обещал, Дегре в исследовательской операции друга участия не принимал, оставшись на борту. Оба же монваара лазили в воду и оглашали громкими возмущенными воплями пространство. Вернувшийся Орханг с выражением крайней брезгливости на физиономии заявил, что водоросли — мокрые, скользкие и холодные (кто бы мог подумать), и их там много! В общем, мерзость. Да и споры вблизи выглядят не так уж впечатляюще.

Уже ближе к утру, после позднего ужина, перемежающегося смехом, веселыми подначками со стороны Конара и громким фырканьем Орханга, компания дружно отправилась спать. Правда, прежде чем уходить, Нахон сбегал настроить автопилот. Бортовой компьютер должен был в назначенное время запустить двигатели и направить яхту назад, к порту Тин-Нари, из чего Дегре сделал вывод, что подводя судно к точке наблюдения самостоятельно, монваар не более чем красовался. Посол заподозрил, что современная техника способна не только доставить пассажиров в пункт назначения без посторонней помощи, но и пришвартоваться самостоятельно! Но, как бы то ни было, желание произвести впечатление на своего партнера Конар вполне мог понять и даже одобрял.

Эти размышления навели его на мысль, что сейчас вполне можно провести разъяснительную беседу с Наем. Благо они уже практически улеглись спать, блондин как раз вернулся из ванной комнаты и, нырнув под одеяло, возился рядом, устраиваясь.

— Най?

— М-м-м? — наконец успокоившись, парень улегся на бок, лицом к Конару. — Да, господин?

Также повернувшись лицом к юноше и, опираясь на локоть, приподнявшись над кроватью, Дегре произнес:

— Я подумал над твоими словами. — Внимательно посмотрев на замершего юношу, он продолжил: — Так как так получилось, что я пообещал, то я согласен попробовать с тобой встречаться. Только прежде ответь мне на один вопрос.

— На какой?

Судя по крайней сосредоточенности, отразившейся на лице блондина, Конар сделал вывод, что тот настроен весьма решительно.

— Зачем тебе это нужно? — Мужчину искренне интересовал этот вопрос. Насколько он знал, предлагаемые Наем отношения нормой не были, и, что сподвигло парня на подобный шаг, было непонятно, хотя Конар вполне допускал, что все проще, чем он себе представляет.

Так, собственно, и оказалось. Пару раз хлопнув ресницами, Най недоуменно приподнял брови, а потом, как само собой разумеющееся, заявил:

— Потому что вы мне очень дороги и очень нравитесь, я хочу всегда, что бы ни происходило, быть рядом.

От столь прямолинейного ответа мужчина несколько стушевался. Сам он не привык так открыто выражать свои симпатии, но слова юноши уютным теплом разлились в груди. Было чертовски приятно слышать, что кому-то ты настолько не безразличен, что об этом можно заявить так, не задумываясь. Кхекнув, Конар постарался скрыть свое смущение.

— Ну, в таком случае попробовать можно. — Заметив, как расцветает счастливой улыбкой Най, он поторопился добавить: — Только заранее хочу поставить несколько условий! На слишком многое не рассчитывай, я с парнями раньше не встречался никогда, и если у нас ничего не получится, то никаких обид. Согласен?

Юноша усиленно закивал, сверкая в полумраке белозубой улыбкой.

— Вот и хорошо.

Удовлетворенно выдохнув, Конар почувствовал, как с него будто камень свалился, так стало легко. Улыбнувшись, он откинулся назад и, закрыв глаза, скомандовал:

— Тогда спим.

Через пару мгновений с соседней половины кровати раздался наполненный лукавством голос:

— Господин?

— Что? — Приоткрыв глаз, Конар скосил его на Ная.

Юноша лежал, уткнувшись носом в подушку, и сверкал хитрыми глазищами, в которых плясали чертенята.

— А поцеловать?

Физиономия Конара вытянулась, такой прыти он не ожидал. Расхохотавшись, Дегре повернулся к блондину. Тот предусмотрительно из своей подушки выбрался, привстав на локтях, и с предвкушающей полуулыбкой уставился на мужчину. Все еще пофыркивая от смеха, Конар наклонился вперед и смачно чмокнул парня в подставленные губы, после чего сразу же улегся обратно. Судя по растерянно-разочарованному выражению лица и обиженно выпяченной нижней губе, Най ожидал совсем другого.

— Все, спим.

Широченная довольная улыбка никак не хотела покидать физиономию мужчины. А уж демонстративно-горестный вздох и шебуршение под боком так и вообще подействовали, как пузырьки шампанского, кружа голову и рождая легкость во всем теле. Заснул Конар с ощущением близким к абсолютному счастью.

Най же еще долгое время лежал без сна. Во-первых, он уже полностью оправился от своего недомогания и теперь нуждался в гораздо меньшем времени для отдыха, а во-вторых, юноша старательно обдумывал произошедшие события.

Центральное место в его размышлениях, конечно же, занимал разговор с хозяином и его изменившееся поведение. Судя по всему, мужчина действительно решил выполнить свое обещание, иначе объяснить для себя, зачем тот его обнимал на палубе, Най не мог. Да и слова господина это тоже подтверждали, успокаивая и вселяя надежду. Понимание этого делало юношу очень счастливым, заставляя тихонько улыбаться. Что ни говори, а он сильно волновался, не будучи уверенным в том, что его просто не выгонят. Наглея и требуя от человека подобного, парень сильно рисковал. Все-таки то, что он сам боготворит своего хозяина, вовсе не значило, что тот обязан отвечать взаимностью и потакать прихотям раба. Он вполне мог отказаться. Хорошо, что господин этого не сделал. Со своей стороны Най решил приложить максимум усилий для того, чтобы мужчина не пожалел о своем решении.

Второй по значимости темой в размышлениях юноши стояла общая безопасность корабля. Он серьезно сомневался в том, что все действительно настолько радужно и безоблачно, как о том говорил капитан, но, так как распоряжаться Най права не имел, ему оставалось только отмалчиваться и следить за тем, чтобы хотя бы с его господином ничего не случилось. Жаль, что он раньше не догадался посмотреть доступную информацию про эту водоросль. Сейчас трепыхаться было уже поздно…

Глава 12

В этот раз Конар проснулся резко и совершенно не самостоятельно. Его грубо пихнули в плечо, и чей-то знакомый, но со сна трудно идентифицируемый голос громко скомандовал:

— Господин! Скорее просыпайтесь! Будите капитана!

После чего матрас под мужчиной всколыхнулся, и до Дегре донесся звук торопливых шагов, распахнувшейся, а затем хлопнувшей о косяк двери, после чего наступила тишина. Появившееся вдруг острое ощущение опасности заставило вяло ворочающееся сознание вздрогнуть и проясниться, внутренности в животе тут же скрутило от нехорошего предчувствия. Резко сев на кровати, Конар распахнул глаза и напряженно прислушался. Мозг начал послушно фиксировать происходящее вокруг, посылая по нервам импульсы тревожного возбуждения и выбрасывая в кровь солидную дозу адреналина на тот случай, если тело еще не в полной мере очнулось.

Первой мыслью, посетившей голову посла, стало то, что Ная нет. Следом пришло понимание — еще очень рано, солнце только-только взошло над водой, в каюте царит легкий рассветный полумрак, а значит, спали они от силы пару часов. Потом же Конар услышал тихий гул и всем телом почувствовал или, если сказать точнее, понял, что чувствует всем телом странную рваную вибрацию, будто бы яхту сотрясали мелкие судороги. Ничего хорошего это означать не могло.

— Черт!

Отбросив укрывающее его одеяло в сторону, мужчина кубарем скатился с кровати и на максимально возможной скорости рванулся вперед. Дверь в спальню монвааров, располагающаяся прямо напротив их с Наем комнаты, была распахнута одним мощным пинком и с грохотом врезалась в стену.

— Подъем!!!

Темно-синее одеяло на кровати, занимающей большую часть каюты, пришло в движение, и на свет появился непонимающе моргающий Нахон, а затем вылез и отчаянно зевающий Орханг. В этот самый момент раздался громкий металлический скрежет, шедший будто бы из самого нутра корабля. От этого заставляющего непроизвольно морщиться звука у Дегре противно заныли зубы, а волосы по всему телу встали дыбом.

— Что такое? — хрипло поинтересовался монваар, а потом его глаза округлились. — Тха веде…

Дальше мужчина ругался уже сквозь зубы, выпрыгивая из койки и торопливо натягивая штаны — Конар за этим наблюдать не стал. Посчитав тут свою миссию выполненной, он развернулся и рванул по коридору наверх.

После того скрежета посторонние звуки разом пропали, и корабль перестало трясти. Из этого Дегре сделал вывод, что или двигатели благополучно накрылись, или Най их успел выключить — логика подсказывала, что именно для этого парень так спешно убежал. Коридоры и лестницы пронеслись мимо неразличимым пятном — Конар очутился в капитанской рубке быстрее, чем успел это сообразить, однако не он один оказался таким шустрым. Почти сразу его нагнал Нахон, не ставший тратить время на лишнее одевание и примчавшийся в одних штанах, а следом за ним в помещение влетел Орханг, нацепивший лишь длинную белую тунику.

— Что происходит?!

Слитный вопрос, озвученный всеми тремя бегунами разом, заставил юношу, склонившегося над приборной панелью, оторваться от своего занятия и поднять голову. Лицо Ная выражало крайнюю степень сосредоточенности. Не став ходить вокруг да около, парень коротко отчитался:

— Судя по всему, водоросли намотались на винты яхты и оказались настолько прочными или же их так много, что они умудрились застопорить работу двигателя. Я успел остановить систему прежде, чем что-то непоправимо сломалось. По крайней мере, датчики показывают, что ничего катастрофического произойти не успело.

Стоявший рядом с Конаром Нахон испустил вздох облегчения, но следующие слова блондина заставили его сжать зубы и тихонько зашипеть.

— Только вот опять запустить двигатели мы не сможем, пока тщательно не очистим эти самые винты. Боюсь, в противном случае всё просто взорвется — система на пределе. И делать это придется вручную. Очень тщательно и аккуратно.

Проследив за тем, как вытягиваются лица собравшихся, Най невозмутимо предложил:

— Капитан, может, стоит послать сигнал бедствия и дождаться спасателей?

Кивнув, Нахон нахмурился:

— Послать действительно стоит, только вот когда до нас доберутся еще…

— Я — против! — практически сразу воскликнул Орханг, перебивая мужчину.

Все взгляды тут же обратились к нему.

— Ну что мы сами не справимся? Зачем нужны какие-то спасатели? — воинственно скрестив руки на груди, заявил младший монваар.

— Орханг, — аккуратно подбирая слова, начал Конар. Он нутром почуял, что не просто так его друг не хочет вмешательства посторонних. — Это ведь будет достаточно трудоемко, и не факт, что нам удастся справиться.

— Ну и что?! — не сдавался юноша, упрямо выпятив подбородок. — Будет еще одно своеобразное приключение!

Посверлив парня суровым взглядом, Конар вопросительно выгнул бровь. На это зеленоглазый монваар задрал нос и демонстративно отвернулся.

— Орханг? — с должной строгостью в голосе подключился Нахон, тоже видимо сообразивший, что не все тут чисто. — Ты ничего не хочешь нам сказать?

Фыркнув, парень передернул плечами, но так как на него продолжали внимательнейшим образом смотреть все собравшиеся, в конце концов выдавил:

— Меня сюда не отпустили.

После пары мгновений недоуменной тишины, Нахон шокировано воскликнул:

— Что?! Ты хочешь сказать, что сбежал из дома???

— Ну, зачем же так грубо… — глянув на мужчину изподобья, протянул монваар. — Я не сбежал. Просто отец сказал, что или я беру с собой минимум трех телохранителей или не еду совсем… Я предпочел уйти без предупреждения.

Конар и старший монваар синхронно застонали, хватаясь за головы.

— Замечательно. Теперь нас обвинят в похищении сына верховного камаала, — грустно констатировал Дегре, прикидывая, каким образом он сможет избежать дипломатического скандала, если таковой разразится.

Надувшись, Орханг буркнул:

— Не надо сгущать краски. В случае чего я все отцу объясню, — помявшись, он добавил, — но все же лучше властям не попадаться, мало ли.

С тяжелым вздохом мужчины переглянулись и обратили свои взоры на терпеливо дожидающегося их решения Ная.

— Будем чистить, — резюмировал итог своеобразного совещания Нахон.

Было просто это сказать, да оказалось совсем не просто сделать. То, что выполнять операцию надо будет вручную, Най озвучил сразу; то, что море холодное — было очевидно всем, а то, что на яхте нет специальных средств для длительного пребывания в и под водой — выяснилось чуть позже путем коллективного обыска. В итоге после непродолжительных дебатов отдирать экзотические водоросли от винтов отправились Нахон и Най, как самые стойкие и тренированные. В силу особенностей физиологии Конар им компанию составить не мог, человеческий организм к переохлаждениям относился крайне отрицательно, и монваарам это было хорошо известно: они и не настаивали на участии посла в купании. Наю же запретить нырять Дегре не смог — хоть и хотел, — тот был объективно лучше всех приспособлен для подобных мероприятий. По словам юноши, он вполне свободно мог находиться под водой более часа, да и силой с выносливостью был не обделен. Так что, поскрипев зубами, посол выдал блондину свое хозяйское разрешение и отправил с ножом в зубах спасать «терпящее бедствие» плавсредство. Нахон был у парня на подхвате. Умением задерживать дыхание на столь долгий срок он не обладал, но помощь оказать был в состоянии. Орханга, как провинившегося, было дружно решено отправить драить палубы. Такая красивая в ночи пыльца ларии оказалась штукой крайне неприятной при свете дня. Она покрыла ровным слоем все внешние поверхности яхты, и те теперь представляли собой нечто грязно-желтое и скользкое. Очень скользкое. Стоило всем выйти на свежий воздух, как выступающий первым Орханг чуть было не пробороздил носом пол, поскользнувшись на ровном месте. Так что работы у него оказалось — непочатый край. Парень громко возмущался вселенской несправедливостью, но под гнетом суровых взглядов собравшихся ведро и швабру в руки взял. Конар же остался на хозяйстве — координировать действия ныряльщиков и внимательно следить за показаниями приборов.

Удаление водорослей оказалось делом весьма непростым и трудоемким. Разрезались толстые стебли с трудом и так и норовили забиться во всевозможные щели. Несколько раз команде уже казалось, что все, справились, но стоило только запустить двигатели, как выяснялось, что ничего подобного: и чуткий слух Ная, и показания приборов сходились во мнении, что нагрузка на двигатели все еще слишком велика. А это означало, что не все удалено и какой-то обрывок растения они проглядели. Приходилось сцеплять зубы и опять лезть в воду. Вместе с перерывами на торопливый обед из бутербродов и согрев, всё про всё заняло полдня, не меньше. Да и потом, когда двигатели были все же запущены, уверенности в полной победе не было. Яхта шла в самом щадящем режиме, на минимальной скорости, и кто-то все время должен был находиться рядом с пультом управления, дабы в случае чего мгновенно остановить работу. Смысла в том, чтобы окончательно выводить из строя судно, никто не видел. Его и так в двигательном отсеке пришлось частично разбирать, чтобы добраться до труднодоступных мест и оценить нанесенный механизмам ущерб.

В суматохе всеобщей занятости и озабоченности факт того, что Най сильно выпадает из образа красивой, но абсолютно бесполезной «куклы» прошел незамеченным. Не до того было. Сначала все были слишком занятыми, потом — слишком уставшими. Это Конара несказанно радовало. Столь скоро раскрывать «секрет» блондина ему почему-то категорически не хотелось, так что мужчина даже порадовался, когда после всех перипетий монваары не занялись расспросами, а оказались плотно заняты друг другом.

Орхангу досталось по первое число за его самоуправство и безответственность. Он хоть и огрызался на Нахона, но вид имел довольно пристыженный и виноватый. Да еще и замотанный. Шутка ли, всю яхту отдраить! Непривычный к таким занятиям организм монваара протестовал и возмущался, хотя и остальные «спасатели» выглядели не лучше. Даже Конар устал, как последняя собака. Носиться весь день туда-сюда по кораблю, быть на подхвате, готовить еду и внимательно следить за всем… Это утомило не столько физически, сколько морально. Хотя и удовлетворение от проделанной работы присутствовало. Мужчина искренне порадовался, что вовремя вспомнил про такую полезную вещь, как глинтвейн. Портить коллекционные напитки было, конечно, жалко, но в данном случае здоровье ныряльщиков было дороже. Горячее вино со специями пошло на ура!

К вечеру до Тин-Нари они предсказуемо не добрались, и, в целях безопасности, прежде чем идти спать, было решено распределить вахты дежурства у пульта управления. Быть первым вызвался Най. Уставшие монваары не возражали. Посверлив невинно хлопающего ресницами парня тяжелым взглядом, Конар решительно заявил, что будет вторым. Он сильно подозревал, что блондин не имеет в своих намерениях будить кого-то еще, и его это совсем не устраивало.

Дождавшись того момента, когда Орханг с Нахоном уползут к себе, Дегре повернулся к Наю и хмуро произнес:

— Как только станет невмоготу, сразу буди меня, понял? Не надо тут геройствовать.

Юноша согласно кивнул.

— Хорошо. Не беспокойтесь.

Бросив еще один мрачный взгляд на уютно устроившегося в капитанском кресле парня, Конар развернулся и побрел в спальню. Глаза просто слипались, и стоило голове коснуться подушки, как он разом отключился.

Однако выспаться нормально не удалось. Мужчине снилось что-то тягуче-муторное и мерзкое, он несколько раз просыпался и долго потом ворочался на скрученных простынях, не в силах вновь уснуть, а вместо этого проваливаясь в вязкий омут полудремы. В конце концов, Дегре это надоело, и, отбросив скомканное одеяло в сторону, он выбрался из постели. Сходив в ванную и наскоро освежившись, мужчина решил проверить, как там Най, почему до сих пор не пришел будить сменщика.

Случайный взгляд на лежащий на прикроватной тумбочке карманный коммуникатор заставил Конара грозно рыкнуть:

— Ну, герой, чертов, я тебе устрою!

Часы показывали полпятого утра.

Сам себя накручивая и уже представляя, как будет отчитывать блондина за наплевательское отношение к собственному здоровью, мужчина решительным шагом несся наверх, в капитанскую рубку. Столкновения со спускающимся оттуда же Наем удалось избежать в последний момент.

Произнести уже практически заготовленную гневную речь Дегре не успел, парень его опередил. Радостно улыбнувшись, он бодро воскликнул:

— О, господин! А я как раз за вами шел. Мы почти прибыли, до порта осталось плыть где-то час. Может, стоит разбудить остальных?

Шумно выдохнув, Конар смерил парня внимательным взглядом прищуренных глаз. Ругаться не расхотелось, но теперь это делать было уже не с руки. К тому же блондин выглядел вполне бодро и на умирающего от усталости не походил совершенно.

— Думаю, стоит, — согласился Дегре и все же добавил, — почему меня раньше не поднял? Я же тебя просил.

Пожав плечами, Най беззаботно отозвался:

— Так я еще не сильно устал, — а потом гораздо более серьезным тоном заметил, — вам отдых был нужен больше.

Что на это возразить, мужчина не нашелся. Как то сразу вспомнилось, что стоящий рядом юноша не человек и пытаться впихнуть его в привычные для самого себя рамки не стоит.

— Ладно, проехали.

С этими словами Конар развернулся и пошел обратно будить монвааров.

В порт Тин-Нари они вплывали в гробовом молчании. Всем собравшимся в рубке участникам путешествия было предельно ясно — провернуть исчезновение и последующее «возвращение на место» Орханга по-тихому не получилось. Похоже, пропажу сына верховный камаал таки заметил и успел принять соответствующие меры. Пристань светилась огнями, и даже невооруженным глазом было видно, что там собралось довольно много представителей правопорядка, облаченных в характерные ярко-зеленые костюмы. Делегация встречающих внушала уважение.

— Может, это они не нас ждут? — не сводя взгляда с толпы монвааров жалобно проныл Орханг.

Юноша заметно нервничал, кусая губы и теребя рукав своей туники.

— Угу. И отец твой там совершенно случайно оказался. Просто мимо проходил и решил: дай, думаю, зайду, на кораблики посмотрю с утра пораньше, — с заметной долей сарказма заметил Конар, который также не отводил взгляда от пристани.

Тучная фигура верховного камаала, задрапированная в белоснежные одежды, была видна издалека. На замечание мужчины Орханг ответил горестным вздохом. Последняя надежда на чудо умерла, корчась в муках.

Чувствующий явное беспокойство хозяина, Най невольно напрягся и приготовился в случае чего отражать возможное нападение неприятелей. Логика подсказывала, что ничего страшного произойти не должно, но перестраховаться не помешает. Плавно переместившись к мужчине поближе и оказавшись у того за правым плечом, юноша выжидательно замер.

Вообще, Най полагал, что с прибытием в порт их неприятности должны закончиться. Когда вчера утром он проснулся, почувствовав странную вибрацию корабля, то сразу же сообразил, что его опасения оказались не беспочвенными. Мгновенно сориентировавшись, юноша быстро разбудил хозяина и рванул в рубку управления. Он прекрасно понимал, что нужно немедленно выключить двигатели яхты, иначе возможны большие проблемы. Жуткий скрежет, последовавший после выполнения этой операции, дал понять, что дело дрянь, а анализ имеющихся данных позволил сделать четкий вывод — водоросли застопорили работу винтов.

«Обрадовав» своего господина и монвааров этой новостью, Най терпеливо дождался их реакции, готовый принять к исполнению любое решение.

Пришлось нырять и чистить винты вручную. Погружаясь в холодную воду, Най искренне поблагодарил своих создателей и воспитателей, наделивших его крепим и выносливым организмом. Юноша всерьез сомневался в том, что не окажись его рядом, что-то можно было бы сделать (по его наблюдениям, ни монваары, ни люди не обладали нужными навыками и качествами). Но все обошлось. Двигатели заработали, яхта медленно, но верно двинулась к своей цели.

В течение всего дня господин ненавязчиво крутился рядом, всячески пытаясь облегчить Наю жизнь. Это было непривычно и очень приятно, однако когда было предложено распределить ночные дежурства, расслабляться и идти на поводу у человека юноша не собирался. Он решительно вызвался быть первым, внутренне добавив: «и единственным». Его спутники явно были вымотаны, нуждаясь в полноценном отдыхе, в то время как сам Най чувствовал себя вполне сносно. Хозяин что-то почувствовал и попытался намерениям юноше помешать, но так как прямого приказа не последовало, а озвученная просьба в разрез с намерениями блондина не шла, Най с мужчиной легко согласился. Ведь до того момента, когда он устанет настолько, что не сможет выполнять свои обязанности, было еще далеко.

В общем, блондин с чувством глубокого удовлетворения отправил своего хозяина спать, а сам занялся наблюдением за работой двигателей корабля и корректировкой курса.

Когда до прибытия в пункт назначения оставалось уже совсем немного, Най решил разбудить спутников: им могло быть это интересно. Столкнувшись с господином, парень порадовался принятому ранее решению. Человек выглядел хоть и не до конца отдохнувшим, но все же гораздо лучше. Заметное недовольство своим самоуправством юноша стойко проигнорировал, ведь никаких приказов он не нарушал и отдохнуть хозяину действительно было необходимо.

И вот теперь, стоя за спиной у напряженного мужчины, Най внутренне готовился к продолжению неприятностей. С отцом Орханга он знаком не был и не знал, как тот отнесется к исчезновению сына. Следовало быть предельно внимательным.

Глава 13

Не отрывая взгляда от становящейся с каждым мгновением все ближе пристани, Конар тяжело вздохнул и глубокомысленно изрек:

— Пойдем-ка мы пока вещи собирать.

После чего решительно развернулся и под тоскливыми взглядами оставшихся на месте монвааров, направился к лестнице вниз: смысла находиться в капитанской рубке посол не видел. Оставшееся до начала экзекуции время можно и нужно было провести с пользой. Най хвостиком последовал за мужчиной.

Уже в каюте блондин, доставая из шкафа аккуратные стопочки вещей и передавая их хмурому человеку, нарушил тишину, осторожно поинтересовавшись:

— Господин, вам что-то может угрожать? Как мне себя вести?

Очнувшись от своих дум, Дегре поднял голову и на мгновение замер, разглядывая сосредоточенного и предельно серьезного юношу, после чего невесело хмыкнул.

— Да нет, отец Орханга — монваар умный, не просто же так его верховным камаалом избрали. Ничего нам не угрожает, расслабься. Скорее всего, с нами просто поговорят, выяснят, что к чему, и отпустят. Отторон прекрасно знает своего сына. Не думаю, что поступок Орханга стал для него такой уж неожиданностью.

Ответив, Конар вновь погрузился в унылые раздумья.

— Тогда что вас так беспокоит?

Вопрос юноши не застал врасплох, чего-то подобного от парня вполне можно было ожидать, так что после непродолжительных колебаний посол решил поделиться терзавшими его мыслями.

— Да вот, прикидываю, окажутся ли среди встречающих репортеры или нет, — запихнув в стоящую на кровати сумку очередную порцию одежды, мужчина поднял на Ная глаза. — Из-за количества представителей правопорядка наше прибытие в порт и дальнейшее общение с властями просто не сможет остаться незамеченным, и, наверняка, будет больше всего похоже на арест. Если фотографии или видео просочатся в СМИ — это будет не очень хорошо. Можно даже сказать, это просто отвратительно отразится на моей дальнейшей карьере, мне и так уже намекают на то, что с выполнением ранее полученного задания стоит поторопиться.

Кисло улыбнувшись, Конар покосился на иллюминатор, прикидывая, долго ли еще до решающего часа Х. По всему выходило, что осталось всего ничего, берег был совсем рядом. Припомнив тон полученного буквально перед самым отбытием сюда официального послания от непосредственного начальства, Дегре невольно нахмурился. Письмо содержало витиеватые и путанные, но весьма прозрачные намеки на необходимость поторапливаться. Вопрос «Что делать?» вставал ребром.

Най на заявление мужчины ничего не ответил, да Конар, собственно, и не ждал этого. Каким бы профессионалом парень не был, а всех проблем хозяина он решить не мог в принципе. Правда, чуть погодя блондин все же попробовал внести конструктивное предложение:

— Господин, — позвал юноша, привлекая внимание Дегре. — Если хотите, я могу отследить и обезвредить этих репортеров. Можно уничтожить все записывающие устройства.

Пару мгновений Конар на полном серьезе обдумывал слова блондина, но потом все же отрицательно тряхнул головой.

— Нет, не стоит. У меня уже есть идея, как из всего этого выпутаться и еще и в плюсе оказаться.

На этом обсуждение прекратилось, а через десять минут и сборы были завершены, парочка присоединилась к Орхангу и Нахону, занятым швартовкой.

Прямо напротив того места, куда причалила яхта, стоял верховный камаал Отторон. Грозно поджав губы и скрестив руки на груди, монваар пристально следил за процессом. Немного поодаль расположился отряд защитников правопорядка в зеленых костюмах.

— Ну что, Орханг, Нахон, на всякий случай хочу сказать, что я рад, что мне удалось с вами познакомиться. Мне было очень приятно ваше общество, — с показным энтузиазмом и явной грустью в голосе произнес Конар, когда команда была уже готова спускаться на пристань.

Монваары тут же удивленно повернулись к мужчине.

— Почему ты так говоришь? — растеряно поинтересовался Орханг. — Разве мы больше не увидимся?

Дегре печально хмыкнул и пожал плечами.

— Не думаю, что после того скандала, что несомненно разразится, я все еще буду занимать должность посла на Мон-Ваа, а значит, и находиться на планете. Хорошо, если вообще со службы с позором не выгонят, потому и заранее выражаю свою симпатию, вдруг действительно больше не увидимся. Ну да ладно, не бери в голову, прорвемся! — подмигнув ошарашено моргающему монваару, Дегре первым ступил на трап, за ним тенью последовал Най с сумкой наперевес.

Верховный камаал встретил путешественников сдержанным приветствием и суровым взглядом. Подцепив слабо пискнувшего сына под руку, Отторон молча поволок его в сторону стоянки автоботов. Нахон, Конар и Най безропотно шагали чуть позади, окруженные плотным кольцом охраны. Разговаривать не хотелось никому. Вполне предсказуемо их троих посадили в одну машину, а Орханг с отцом поехали в другой. Обязательные охранники-конвоиры и несколько автоботов-сопровождения присоединились к общей процессии.

Где-то на середине пути до Лан-Тиита Нахон не выдержал и, наклонившись к сидящему рядом с ним Конару, тихонько поинтересовался:

— Ты действительно считаешь, что разразится громкий скандал?

Дегре тоже чуть склонил голову в сторону монваара, ему не хотелось, чтобы сидящая напротив пара охранников слышала, о чем они разговаривают.

— Уверен. Репортеры не упустят своего шанса на сенсацию и представят все в самом мерзком свете. Эта истина равнозначно верна по всей вселенной.

— Но почему ты считаешь, что там был кто-то из этих? Вряд ли сам камаал хотел бы подобной огласки, — недоуменно поинтересовался мужчина.

Пожав плечами, Конар повернулся к расположившемуся по правую руку от него Наю. Юноша без слов понял, чего от него хотят и тихо отчитался:

— Я заметил троих фотографов на крыше административного здания порта, еще двое были на соседней с нашей яхте.

После слов блондина, Дегре вновь повернулся к Нахону и назидательно произнес:

— Свои осведомители есть у всех, и репортеры — не исключение.

Стиснув зубы, монваар шумно выдохнул.

— Ну, Орханг, ну, мелкий пакостник, устроил всем веселую жизнь…

На явно сильно подчищенную цензурой фразу Конар только усмехнулся. Вряд ли грозящее им всем освещение произошедшего инцидента в прессе принесло бы пользу и Нахону. Такое могло ударить по репутации любого более-менее публичного «человека», а мужчина был известен. Ему принадлежала довольно крупная цветоводческая фирма.

Откинувшись на спинку сидения и прикрыв глаза, Дегре еще раз прокрутил в голове прошедшие события. Он очень надеялся, что Орханг поймет, чем грозит его выходка друзьям, и предпримет все возможное, дабы убедить отца вмешаться. По крайней мере, посол рассчитывал, что сказанная им напоследок фраза запустит в голове молодого монваара нужные процессы. Возможно, личная встреча с Оттороном также поможет выправить ситуацию, но без желания самого камаала что-то изменить вряд ли получится… В любом случае, оставалось только ждать.

По прибытии в город их сопроводили до повозок и отвезли прямиком во дворец верховного камаала, где оставили в просторной светлой гостиной. Вежливый монваар в темно-коричневой ливрее прислуги предложил уважаемым терам принести напитки и закуски и сообщил, что камаал желает с ними побеседовать, правда, он сейчас очень занят, так что придется немного подождать.

Расположившись на удобном мягком диванчике и приобняв за плечи присевшего рядом Ная, Конар с философским спокойствием принялся ждать дальнейшего развития событий. Особого смысла метаться он не видел, лучше уж обдумать свою линию поведения при общении с отцом Орханга. Правда, прижавшийся к нему горячим боком приятно пахнущий блондин уводил мысли несколько в другое, гораздо более приятное русло, но Конар с собой мужественно боролся. Обстановка явно не располагала к фантазиям подобного рода.

Украдкой вздохнув, посол сосредоточил свое внимание на Нахоне, курсирующем по комнате туда-сюда и демонстрирующем заметную нервозность. В чем-то посол монваара понимал, в конце концов, тот рассчитывал рано или поздно уговорить-таки Орханга связать их судьбы, и недовольство со стороны потенциального будущего тестя могло этим планам сильно помешать. Кто его знает, насколько сильно Отторон зол на сына и чем это аукнется для тех, кто был рядом.

Довольно скоро компании принесли угощения, в качестве которых выступали: свежесваренный кофе, еще теплая сдоба и несколько видов варенья — так что, рассевшись за небольшим круглым столиком, собравшиеся погрузились в молчаливое медитирование над своими чашками. Самому Конару, как и всегда по утрам, есть не хотелось, на отсутствие аппетита у Нахона ему было глубоко наплевать, но вот то, что Най не проявлял большого интереса к предложенным продуктам, мужчину несколько озаботило. По его мнению, парень за последнее время потратил слишком много энергии, а питался, как попало, потому ему было просто необходим полноценный завтрак! В общем, Дегре с должным энтузиазмом сосредоточился на том, что начал собственноручно запихивать в блондина булочки, обильно им самим же намазанные сладким десертом. Несчастная мордаха Ная и то, что парень старался жевать как можно медленнее, с трудом проглатывая кусочки, посла не останавливали. Конар был твердо уверен в своей правоте и шел напролом!

Где-то на середине третьей булочки, которые, кстати сказать, были довольно большими, появился давешний монваар и сообщил, что верховный камаал готов принять гостей. Первым на поклон отправился Нахон, чей уход отвлек Конара и позволил Наю быстренько выбраться из-за стола и сбежать от мучителя куда подальше. Когда Дегре повернулся туда, где буквально только что сидел блондин, он его там уже не обнаружил. Моргнув, мужчина растерянно огляделся по сторонам. Пропажа нашлась довольно быстро. Притихший Най сидел в дальнем углу самого дальнего от посла дивана и, сложив руки на животе, с подозрением следил за мужчиной. Краем сознания отметив, что тот же, что был на юноше и вчера, темно-синий халат прекрасно гармонирует с голубой обивкой мебели, Конар демонстративно отложил недоеденную парнем булочку в сторону и, вытерев руки белоснежной салфеткой, неторопливо поднялся из-за стола.

Медленно приближаясь к Наю, Дегре с непонятным самому себе удовольствием рассматривал выражение настороженности и ожидания неприятностей, отражавшееся на красивом лице. Парень явно подозревал неладное, но сдаваться не собирался. Это Конара необыкновенно забавляло.

— Наелся? — вкрадчиво поинтересовался посол, подходя все ближе.

Най усиленно закивал и мужественно изобразил широкую улыбку, только вот из глаз настороженность так и не ушла.

— Да, спасибо, было очень вкусно…

— Ну ладно, поверю, — протянул мужчина, плюхаясь на сидение, решительно сгребая парня в охапку и притягивая его к себе под бок.

Просидев так неподвижно пару минут и дождавшись, когда гибкая спина под его ладонью расслабится, а блондинистая голова аккуратно пристроится на плечо, Дегре поинтересовался:

— Ты булочки не любишь или варенье?

Най на мгновение замер, казалось, он даже дышать перестал, а потом с обреченным вздохом буркнул:

— И то и другое. Мне сладкое в принципе не нравится.

Протянув глубокомысленное «м-м-м», Конар усмехнулся. Приятно, конечно, что его «благородным порывам» не сопротивляются, но все же это не дело.

— Ясно. Ты в следующий раз, если что-то не понравится, прямо говори, не надо так мучиться, хорошо?

Парень согласно угукнул и завозился, устраиваясь поудобнее.

Так, в уютной тишине, не нарушаемой ненужными разговорами, прошло около двадцати минут, а потом их позвали на аудиенцию к Отторону.

Камаал встретил гостей в небольшом уютном кабинете и попросил поведать ему о произошедших событиях. Конар лукавить не стал, он не безосновательно подозревал, что монваар уже и так все знает, недаром же тот успел пообщаться и с сыном и с Нахоном, так что отмалчиваться смысла не было. Оценив реакцию мужчины на свой рассказ, Дегре решил не добавлять к нему никаких просьб или же намеков на удручающее положение, в котором он, как посол, оказался. Судя по лицу Отторона, едва заметно морщившегося и поджимающего губы, тот и сам все понимал, дополнительные слова были бы лишними.

Это предположение в полной мере подтвердилось, когда верховный камаал, прощаясь, добродушно сообщил, что ожидает их с Наем на вечернем приеме в честь «чудесного спасения» своего сына. На удивленный взгляд посла, монваар покрутил в воздухе рукой и с хитрой улыбкой добавил, что от чего спасение он сообщит теру Дегре непосредственно на самой церемонии. Уже сидя в повозке, едущей в посольство, Конар, покачав головой, подумал, что прекрасно понимает, в кого таким авантюристом уродился Орханг… Гены — страшная штука.

Между тем, посольство гудело как растревоженный улей! Слухи о том, что тер Дегре появился в городе под конвоем и был доставлен прямиком во дворец верховного камаала, уже просочились в круги заинтересованных. Самые ушлые из сослуживцев успели придумать и озвучить несколько диаметрально противоположных вариантов развития событий, один другого фантастичнее, впрочем, все они были довольно далеки от истинного положения вещей. На Дегре с Наем поглядывали с нескрываемым любопытством.

Мужественно игнорируя косые взгляды и шепоток, а заодно проклиная необходимость отметиться на рабочем месте, Конар продефилировал в свой кабинет. Выхода все равно не было, то, что Отторон в приватной обстановке пригласил их на официальное мероприятие, автоматически означало, что должно прийти такое же официальное приглашение, на которое следует ответить в надлежавшей форме.

С тяжелым вздохом опустившись в кресло за своим столом, Конар по интеркому затребовал у помощника всю поступившую в его отсутствие служебную документацию. Шун с выполнением поручения затягивать не стал, и вскоре перед послом образовалась целая горка из бумажной корреспонденции, а на рабочий компьютер были переправлены файлы. Закипела работа.

Най в это время тоже выбрал себе занятие по душе и хозяину не мешал. Он еще в прошлый раз заметил в книжном шкафу парочку любопытных изданий, посвященных истории развития человеческой цивилизации. Чтение позволяло юноше как занять себя довольно интересным делом, так и отслеживать происходящие в комнате передвижения, не привлекая ненужного внимания. Да и обдумать произошедшие события можно было без помех.

Новость о том, что у господина из-за монваара Орханга могут возникнуть серьезные проблемы, Най воспринял стоически. Что-то подобное он и сам предполагал, но сделать все равно ничего не мог, это было вне его компетенции. Тут хозяину нужно было выкручиваться самостоятельно. Единственное, что юноша мог предложить, это убрать ненужные свидетельства. Даже получив от человека отказ от подобного рода воздействия, юноша все равно внимательнейшим образом смотрел по сторонам и идентифицировал места дислокации возможных противников. Заодно он убедился, что у господина вовсе не паранойя, а четкое понимание ситуации. Репортеры действительно были. На приставленных к ним охранников Най по совету хозяина обращал минимум внимания, те никакой агрессии не проявляли и не выглядели серьезными противниками, так что можно было сосредоточиться на более важной задаче.

Инцидент за завтраком вспоминался с содроганием. Най терпеть не мог сладкое в любом виде, но сообщить об этом в присутствии постороннего напрямую не мог, это выглядело бы как сопротивление воле хозяина, что было совершенно неприемлемо. Ведь со стороны было прекрасно видно, что его человек буквально всем существом возжелал накормить юношу булочками, густо покрытыми толстым слоем противного сладкого варенья. Намеки же хозяин понимать отказался, Наю пришлось давиться угощением, благо его довольно быстро спасли.

Передернув плечами, юноша бросил быстрый взгляд из-под ресниц на господина. И что тому взбрело в голову? Нет, он, конечно, четко улавливал эмоции хозяина, в которых превалировало восторженное удовлетворение от процесса его кормления, но все равно понять мотивов не мог. Блондин бы прекрасно обошелся и без этой экзекуции.

Вздохнув, Най опустил глаза на страницы книги и углубился в чтение, попутно вспоминая, что потом они с господином вполне уютно посидели на диванчике в обнимку. Это оказалось неожиданно приятным и умиротворяющим занятием, парень даже не ожидал, что ему так понравится! Надо бы при первом же удобном случае повторить…

Разговор с верховным камаалом не принес каких-либо отрицательных результатов, а даже наоборот. Юноша лично убедился в том, что его хозяин знает, что делает, умеет дергать за нужные ниточки и давить на правильные кнопочки. Отторон явно к господину благоволил, и Най совершенно не удивится, если на предстоящем приеме хозяин получит то, что желает. Монваар явно хотел загладить доставленные послу неприятности.

Глава 14

Официальное приглашение на устраиваемый сегодня вечером во дворце верховного камаала прием наконец-то пришло, и Конар, быстро черканув ответ, с нескрываемым вздохом облегчения откинулся на спинку кресла. Наконец-то можно было отправиться домой и отдохнуть, а заодно и привести себя в порядок. Каникулы получились какие-то уж чересчур утомительные. Бросив внимательный взгляд на Ная, уютно устроившегося на гостевом диванчике прямо напротив его стола и увлеченно читающего толстую энциклопедию, Дегре подумал, что для того, кто весь предыдущий день занимался тяжелой физической работой, а потом не спал всю ночь, парень выглядит возмутительно хорошо. Не зная, и не заподозришь ничего подобного. Вот про него самого такого никак не скажешь, мужчина подозревал, что вид имеет весьма помятый и мало-презентабельный. Он сейчас с превеликим удовольствием завалился бы на кровать и без зазрения совести проспал бы пару часиков. Глянув на настенные часы и прикинув в уме временную раскладку предстоящих мероприятий, Конар сам себе кивнул. Кратковременный сон он себе позволить вполне мог, только для этого надо прямо сейчас отправляться домой.

Вызвав Шуна и передав ему все подготовленные документы, Дегре предупредил, что отправляется готовиться к приему, отдельно подчеркнув, чтобы его не беспокоили. Помощник понятливо кивнул и, покосившись на отложившего книгу Ная, быстро выскользнул за дверь.

— Все, я закончил, поехали, — вставая из-за стола и потягиваясь всем телом, провозгласил мужчина.

Быстро покинув здание посольства, пара забралась в служебную повозку и никуда больше не заезжая, отправилась домой. Тот встретил их тишиной, свежестью и легким запахом весенних цветов. Вдохнув полной грудью, Конар не смог сдержать довольной улыбки, все-таки он очень любил свой небольшой уютный особнячок и всегда, когда возвращался в него после командировок, испытывал прилив щемящей радости.

— Значит так, план у меня таков. Сейчас быстренько в душ и спать, а потом уже собираться и на прием, — озвучил свои мысли мужчина.

Повернувшись к Наю, он добавил:

— Хочешь, присоединяйся, нет, займись чем-нибудь своим. Но отдохнуть тебе я настоятельно рекомендую.

Дождавшись от блондина утвердительного кивка, Конар бросил сумку у входной двери и весело насвистывая, направился к себе в спальню. Предвкушение нормального душа и родной постели приятно согревали. Все-таки на яхте было не то. Совсем не то! Горячие, почти обжигающие струи, весело барабанящие по плечам, всегда дарили Конару чувство умиротворенной расслабленности и примиряли даже с самой суровой действительностью.

Позволив себе понежиться подольше, нежели планировал, Дегре, дабы сэкономить время, был вынужден воспользоваться сушилкой, моментально удалившей всю влагу с тела и волос. Не самое любимое послом изобретение человечества, но временами объективно полезное.

Натянув пижамные штаны, предусмотрительно захваченные с собой в ванную, Конар вернулся в спальню и с довольным стоном плюхнулся на постель лицом вниз. Шевелиться расхотелось окончательно — попавшее в знакомые, комфортные условия тело решило, что оно свою миссию уже полностью выполнило, пора и честь знать. Пришлось мужественно собирать себя в кучу и, прилагая титанические усилия, ползти к краю кровати, дабы нащупать ранее выложенный на тумбочку карманный переговорник и устанавливать на нем будильник — Конар сильно сомневался, что самостоятельно, без посторонней помощи проснется в нужное время. Выполнив все необходимые манипуляции, Дегре закрыл глаза и, зарывшись лицом в подушку, замер, наслаждаясь снизошедшим на него покоем, потому, в наступившей тишине хорошо расслышал легкие шаги, а донесшийся от двери голос не стал неожиданностью.

— Господин, мне обед приготовить?

Вздохнув и буркнув себе под нос — трудоголик, — Конар вяло зашевелился. Оторвав физиономию от подушки, он повернул голову — в шее тут же что-то громко хрустнуло, тело пронзила вспышка обжигающей боли, а с языка, вместо уже было сформировавшегося ответа, сорвался болезненный вскрик. Зашипев и сдавленно ругнувшись, мужчина схватился рукой за пострадавшую часть тела, аккуратно садясь в изголовье кровати. Оказавшись в одно мгновение рядом, Най с тревогой загляну в лицо болезненно морщащегося хозяина.

— С вами все в порядке?

Потерев шею, Конар хотел было кивнуть, но передумал, решив лишний раз головой не вертеть.

— Относительно.

Выдохнув, отвлекаясь от нехороших мыслей о плачевных последствиях полученной только что на пустом месте непонятной травме, посол хмуро оглядел блондина. Тот уже тоже успел принять душ и переодеться в свой домашний серый халат. Распущенные волосы крупными кольцами ложились на плечи, мягко обрамляя встревоженное лицо юноши. Демонстрируемая парнем забота была Конару очень приятна, и если бы ему не было все еще больно, он бы довольно улыбался.

— Может вам массаж сделать? — Предложил Най, и, нарвавшись на удивленный взгляд, добавил: — Я умею.

На пару секунд задумавшись, Дегре согласился. В конце концов, хуже ему парень не сделает. В этом мужчина был полностью уверен, потому он безбоязненно, хоть и очень аккуратно, лег на живот и, убрав подушку и уткнувшись носом в покрывало, выжидательно замер.

Не тратя времени даром, Най тут же уселся на Конара верхом. Не успел мужчина выразить свое недоумение подобным маневром, как теплые ладошки пробежались по обнаженной спине от шеи до поясницы и назад, примериваясь и исследуя поле предстоящей деятельности. Плюнув на все и постаравшись как можно быстрее расслабиться, Дегре закрыл глаза, отдаваясь на волю, как оказалось, весьма умелых рук. Даже отсутствие массажного масла не мешало ловить кайф и наслаждаться расходящимся по мышцам жаром. Иногда сильные и весьма болезненные, но чаще мягкие и очень приятные прикосновения расслабляли, заставляя чуть постанывать от удовольствия. Конар и не заметил, как умудрился задремать, все дальше уплывая на волнах блаженства. Однако сон разом слетел, стоило только Наю остановиться и перебраться с бедер мужчины на кровать.

Сообразив, что сеанс массажа окончен, посол расслаблено приподнялся на локтях и на пробу покрутил головой. Не ощутив дискомфорта, он с довольной улыбкой повернулся на бок, подтягивая к себе отброшенную ранее подушку и с удобством устраиваясь на широкой кровати. Смерив Ная, сидящего на коленях в углу постели, задумчивым взглядом, мужчина приглашающе похлопал ладонью по покрывалу рядом с собой.

— Ты у меня просто клад какой-то — мастер на все руки, — задумчиво изрек Дегре, сквозь ресницы внимательно рассматривая с готовностью устраивающегося напротив парня.

Блондин смущенно улыбнулся и, подсунув ладони под щеку, замер. Конар так увлекся разглядыванием парня, что только через пару минут понял, что в комнате повисла несколько неловкая тишина и Най, судя по чуть нахмуренным бровям, начинает нервничать. Вздохнув, посол усилием воли заставил себя заняться поисками темы для разговора. Причем, желательно нейтральной, так как на всякие двусмысленности сил не было, после массажа немилосердно клонило в сон.

— Слушай, я тут подумал, тебе ведь наверняка нужно следить за своей формой, да? Может, стоит организовать домашний тренажерный зал?

Судя по тому, каким азартом разгорелись серебристо-серые глаза, Конар сделал вывод, что более чем угадал.

— Это было бы просто замечательно! — Широко улыбнувшись, Най пододвинулся к мужчине чуть ближе.

Не обращая на это внимания, Дегре глубокомысленно промычал:

— Угу… Да и самому мне не помешало бы позаниматься поплотнее.

Посол, конечно, уделял внимание своему физическому развитию, но не заблуждался, прекрасно понимая, что двух часов раз в неделю в частном спортивном клубе совершенно не достаточно.

Так как больше в голову связных мыслей не забредало, Дегре решил поступить по-умному и, раз уж пошел такой разговор, поинтересоваться у Ная напрямик, в чем тот нуждается.

— Коли уж зашла об этом речь, может тебе еще чего надо?

Улыбка юноши приобрела несколько угрожающий вид, становясь откровенно хищной. Кивнув, блондин с готовностью заявил:

— Оружие.

От неожиданность, Конар даже почти проснулся.

— Оружие? Но…

Включившаяся логика подсказала, что при обыске личных вещей парня, Дегре действительно не находил ничего подходящего под привычное ему описание оружия. И ведь не поспоришь с тем утверждением, что телохранителю такие приспособления действительно необходимы. Нахмурившись, Конар вопросительно посмотрел на юношу, который, пользуясь растерянностью мужчины, подобрался еще ближе.

— А разве тебя не должны были обеспечить этим там, где ты воспитывался? — Упоминать, что парень вырос на рабозаводческой ферме не хотелось категорически. Об этом даже думать не хотелось!

— Нет, это обязанность хозяев, — с готовностью пояснил Най. — Мало ли, какие могут быть традиции и законы в стране будущего господина. Воспитатели обеспечивают нас только базовыми предметами первой необходимости, а все остальное подбирается уже на месте.

Повертев эту мысль так и эдак, Дегре был вынужден согласиться с логичностью подобной позиции. Тяжело вздохнув, он кивнул.

— Хорошо, подумай, что тебе необходимо в первую очередь, покопайся в местных информ-сетях… там наверняка должно быть что-то заслуживающее внимания… Как выберешь, мы это найдем… и купим…

Лишь на секундочку прикрыв слипающиеся глаза, Конар мгновенно отключился, уже не услышав разочарованного вздоха Ная, подобравшегося к хозяину вплотную — теперь их разделяли какие-то пара сантиметров. Поджав губы и чуть слышно фыркнув, юноша притих, не желая побеспокоить мужчину.

Дождавшись, когда дыхание человека станет глубоким и равномерным, Най аккуратно, внимательно следя за тем, чтобы не потревожить хозяина, поднялся с постели. Окинув мужчину внимательным взглядом и решив, что того стоит все же укрыть, блондин по-деловому забрался в шкаф. Он помнил, что именно оттуда господин доставал теплые вещи и справедливо рассудил, что и одеяло там тоже может найтись. Расчет себя оправдал и уже через минуту юноша заботливо укутывал хозяина в легкую, но теплую ткань.

Отступив от кровати на шаг и критически оценив получившуюся композицию, парень удовлетворенно кивнул, после чего бесшумно прокрался к прикроватной тумбочке и заглянул в хозяйский коммуникатор, весело подмигивающий значком установленного на нем будильника. Должен же Най был знать, сколько у него времени в запасе и когда его господин планирует просыпаться? Выяснив все необходимое, юноша покинул спальню и, плотно прикрыв за собой дверь, на секунду замер, обдумывая план своих дальнейших действий. По всему выходило, что надо все же приготовить еду. Пусть хозяин так и не дал соответствующих указаний, но логика подсказывала, что после пробуждения он наверняка будет голоден. Да и сам Най нормально покушать не отказался бы. Кивнув своим мыслям, блондин направился на кухню, проводить ревизию оставшихся продуктов и придумывать меню — сильно мудрить не хотелось.

Выкладывая на разделочный стол замороженное мясо и овощи в вакуумной упаковке, Най с некоторым сожалением рассуждал на тему того, что люди — совершенно невыносливые и изнеженные существа. Ну, вот почему хозяин так быстро уснул? Ведь должен же был ночью отдохнуть, ему же никто не мешал! А получилось, что нет. В итоге, ни тебе пообниматься, ни поцеловаться. Обидно.

Печально вздохнув, юноша почти сразу расплылся в довольной улыбке. Зато ему пообещали подобрать оружие и обустроить тренажерный зал! Хорошо, что господин самостоятельно вспомнил про эти чрезвычайно важные вещи. Наю напоминать про них не хотелось, да и не правильно это. Пусть хозяину и нравиться, когда его раб проявляет независимости и высказывает свое собственное мнение, но сам юноша поднимать такие темы по собственной инициативе еще готов не был. Он и так чувствовал, что уже несколько обнаглел и порой ведет себя чересчур вольно, по-хорошему заслуживая сурового наказания. Будь здесь кто-то из наставников, оно непременно последовало бы. Успокаивало только то, что поступает он так только с молчаливого одобрения господина, ведь тот еще ни разу своего раба не одернул. Погоняв несколько раз по кругу эту мысль, Най успокоился и, отставив в сторону пиалу с готовым острым соусом, занялся дальнейшей готовкой.

Споро шинкуя овощи и поглядывая на размороженное и замаринованное в специях и вине мясо, блондин уже большей частью сознания погрузился в размышления на тему того, какое оборудование стоит приобрести в первую очередь, а что можно будет докупить и попозже. Список получался внушительный и мог бы быть еще длиннее, но юноша мужественно себя одергивал, каждый раз, когда в голову приходило чего-то совсем уж соблазнительное, самому себе напоминая, что все и сразу получить вряд ли получится. Лучше действовать постепенно. Быстренько выложив все приготовленные продукты на противень и, засунув тот в предварительно разогретую духовку, Най установил таймер и с чувством хорошо выполненного долга отряхнул руки. Он хотел было уже двинуться в хозяйский кабинет, дабы покопаться в консоли на предмет наличия в местных магазинах самого-самого необходимого, как вспомнил про оставленную в коридоре сумку с вещами. Пришлось сначала заняться ей, а уже потом все остальное.

Инспекция представленных в местных магазинах в свободном доступе товаров парня приятно порадовала. А уж если учесть, что можно было приобрести под заказ… Все-таки, не зря Лан-Тиит был столицей и космопортом. Фантазия разыгралась не на шутку, и даже появление в дверях кабинета хозяина не сильно помогло протрезвлению, Най в этот момент как раз разглядывал коллекцию разнообразных военных ножей с лазерной кромкой…

Конар же, проснувшись по зову будильника и обнаружив себя под уютным одеялом, не смог сдержать теплой улыбки — все-таки как приятно, когда о тебе заботятся! Чувствовал себя Дегре превосходно и потому, сладко потянувшись и выбравшись из кровати, весело насвистывая, накинул на плечи домашний халат и отправился разведывать обстановку, а заодно и Ная искать. Первым делом мужчина заглянул в комнату парня и, не обнаружив его там, понимающе хмыкнул. Как-то он даже и не ожидал, что блондин будет мирно спать. Следующим пунктом исследовательской программы стояла кухня. Даже на втором этаже чувствовалось, что оттуда весьма завлекательно пахнет чем-то вкусным, проснувшийся вместе с хозяином желудок заинтересованно заурчал. Не найдя пропажу и там, зато ведомый запахом, обнаружив в духовке целый противень с запеченным мясом, которое, стоит отметить, сильно поколебало желание мужчины двигаться дальше, Дегре мужественно захлопнул дверцу и отвернулся. Он, собрав всю свою волю в кулак и презрев вопли желудка, возмущенного вопиющим к себе невниманием, решил завершить сначала поисковую операцию. Хорошо, что пропажа нашлась быстро, сила воли уже трещала по швам.

Най обнаружился в кабинете. Забравшись с ногами в большое офисное кресло, блондин внимательно вглядывался в голографический монитор. Он был настолько поглощен процессом, что на появление мужчины никак не среагировал.

Заинтересовавшись тем, что же парня так увлекло, Конар подошел к креслу и, оперевшись на спинку, заглянул Наю через плечо. Увиденное заставило его понимающе хмыкнуть, он и сам был не равнодушен к холодному оружию и вполне мог понять интерес профессионала, разглядывающего разнообразные смертельные игрушки.

— Ну и как, нашел что-нибудь стоящее?

Парень тяжко вздохнул и повел плечами, из чего Дегре тут же сделал вывод, что нашел и много всего, да так много, что с выбором никак определиться не может. Догадка подтвердилась, когда Най, задрав голову, отчитался:

— Да, я почти подготовил предварительный список, правда, там много вариантов на выбор. Если хотите, можете прямо сейчас посмотреть.

Судя по просительному выражению лица, Конар решил, что парень очень-очень хочет, чтобы он одобрил его список. И желательно все, а не выборочно. Усмехнувшись, мужчина кивнул.

— Распечатывай, за обедом и посмотрю.

Най просиял широченной улыбкой и резво кинулся стучать по сенсорной панели консоли, выводя список заинтересовавших его товаров на печать. Дождавшись, когда бумаги попадут ему в руки, Конар повелительно скомандовал:

— А теперь пошли есть! — После чего добавил уже значительно миролюбивее: — А то кушать очень хочется.

Возражений со стороны блондина не последовало, и они дружно переместились на кухню.

Конар, как истинный глава семьи, уселся за стол и принялся деловито изучать сделанные Наем распечатки, а парень в это время быстренько накрывал на стол. Чем дальше Дегре читал, тем больше радовался, что является довольно-таки состоятельным человеком, теперь у него точно не возникнет проблемы с решением вопроса — куда же потратить честно заработанное? Выбранные товары Най предусмотрительно снабдил краткими характеристиками и приблизительной стоимостью. По отдельности вроде ничего сверх-смертельного, дорого, но терпимо, но вот если все сложить… Скосив глаза на парня, занявшего место напротив, тревожно хмурящегося и едва заметно нервно покусывающего нижнюю губу, Дегре внутренне понимающе усмехнулся. Продолжив изучать список, он не глядя, нанизал на вилку кусочек чего-то из поставленной ему под нос тарелки и отстраненно отправил это в рот. Дальше делать вид, что пристально изучает бумаги, у Конара уже не получилось. Восхищенно промычав нечто нечленораздельное, он одобрительно показал Ная большой палец и, отложив распечатки, полностью сосредоточился на еде. Довольно улыбнувшись, блондин опустил глаза и тоже начал кушать.

Когда голод был утолен, и они сыто попивали свежесваренный кофе, Конар резюмировал:

— В общем, я ничего против твоего списка не имею. Определяйся окончательно и можно будет заняться покупками. Только выбирай действительно нужные вещи, хорошо?

Най, счастливо блестя глазами, согласно закивал.

Глава 15

За чашечкой кофе обсуждение обустройства будущего спортзала и предстоящих покупок шло весьма живо и было интересно обоим собеседникам, однако время вечернего мероприятия неумолимо приближалось, и потому, как бы ни хотелось обратного, пришлось прервать уютные посиделки на кухне и идти собираться.

Отправив Ная в его комнату с наказом одеться нарядно, но не вызывающе, Конар зашагал к себе. Стоило поторопиться, время уже поджимало. Придирчиво осмотрев свой обширный гардероб, мужчина ненадолго задумался. Заявленная торжественность мероприятия подразумевала праздничное облачение, но выглядеть броско не хотелось — Дегре вообще не любил привлекать излишнее внимание. Потому, для порядка посомневавшись, он остановил свой выбор на неувядающей классике: прямых черных брюках, легкой приталенной тунике насыщенного бордового оттенка с неброской абстрактной черной вышивкой по воротнику и подолу, поверх всего накинув черную мантию посла. Критически оценив свое отражение в зеркале, он удовлетворенно кивнул. Теперь надо было посмотреть, как там дела у Ная.

С непонятным волнением в груди Конар пару секунд нерешительно потоптался на пороге спальни блондина, а потом, собравшись с духом и пару раз стукнув костяшками пальцев о деревянную поверхность закрытой двери, надавил на ручку, делая шаг внутрь. Юноша как раз заканчивал одеваться. Стоя рядом с кроватью, он завязывал черной с серебристой вышивкой лентой волосы в хвост на затылке. Пройдясь взглядом по фигуре блондина сверху вниз, Дегре остался осмотром более чем доволен. Для сегодняшнего мероприятия Най выбрал наряд, чем-то похожий на свое красное облачение, только теперь верхний халат был темно-синий, с тонким серебристым узором по подолу и кромке, а нижний, также как и штаны и пояс, был черным. Все вместе смотрелось очень серьезно, но, тем не менее, до чертиков экзотично, подчеркивая изящную красоту и кажущуюся хрупкость юноши.

— Готов? — уточнил Конар.

Най согласно кивнул и, поправляя на ходу волосы, шагнул к мужчине. На запястьях юноши блеснули серебром широкие браслеты, однако Дегре не успел их как следует разглядеть, так как парень опустил руки и свободные рукава халатов все скрыли.

Дорога до дворца камаала пролетела незаметно. Взбудораженный обещанными покупками Най заразил своим искренним энтузиазмом и Конара, так что тот даже в профилактических целях не волновался, беззаботно болтая с сидящим напротив радостно улыбающимся парнем. Прерванное на самом интересном месте кухонное обсуждение было продолжено. Однако стоило им только покинуть повозку, как юноша мигом преобразился, разом превратившись из живого и веселого собеседника в невозмутимого телохранителя с цепким, холодным взглядом стальных глаз. Подивившись такой молниеносной перемене, Конар хмыкнул и тоже подобрался, внутренне приготовившись к любым неожиданностям. Такими они и появились на торжественном приеме организованном верховным камаалом: серьезный, неторопливо ступающий посол Конфедерации Свободных Республик и изящный молчаливый юноша, бесшумной незаметной тенью следующий в за своим господином на расстоянии в полтора шага.

По случаю, как значилось в приглашении, счастливого спасения сына верховного камаала от гибели во время морского круиза, во дворце собралось довольно таки много народу. Окинув зал торжественных приемов внимательным взглядом, Конар быстро просчитал, что сегодня здесь представлен практически весь свет Мон-Ваа. По-видимому, Отторон решил разом убить несколько зайцев, созвав под благовидным предлогом всех значимых персон государства. Внутренне подобравшись, Дегре плавно скользнул в гущу событий.

Здороваясь и перебрасываясь ничего не значащими или же наоборот, весьма многозначительными фразами с многочисленными знакомыми, мужчина, как рыба в воде, следовал подводным течениям политической жизни планеты, выясняя интересные для себя сведения и раздавая путанные комментарии по поводу своего участия в заявленной спасательной операции. Так как ее подробностей он не знал, точнее, не имел представления, какую версию событий решил изложить камаал, то он ограничивался лишь туманными намеками. Конар подозревал, что именно таким образом отец Орханга решил выразить ему свое недовольство его участием в проделке сына, потому старался отвечать максимально уклончиво, не желая попасть впросак. Подавив тяжелый вздох и изобразив на лице вежливую полуулыбку, сопровождающуюся легким кивком, Дегре, таким образом поприветствовав очередного знакомого, двинулся дальше. Най бесшумно скользил следом, не мешая хозяину и внимательно отслеживая происходящие вокруг передвижения.

Наконец, в ходе планомерного обхода зала, Конар заметил прячущегося в тени раскидистого цветка Нахона. Облаченный в темно-зеленую свободную тунику, перехваченную на талии пояском, и темно-коричневые штаны, тот удачно сливался с растением, избегая ненужного навязчивого внимания. После разговора с Оттороном они с монвааром больше не виделись, а пообщаться определенно стоило, потому посол целенаправленно зашагал в его сторону.

— Привет, — остановившись рядом с мужчиной и, следуя его примеру, уходя в тень растения, поздоровался Конар.

При виде посла с Наем монваар явно оживился и даже сумел искренне улыбнуться.

— И вам привет. Как вы? Выдерживаете все эти бесконечные расспросы?

Было очевидно, что конкретно Нахона повышенное внимание уже окончательно достало, потому он и прячется «в кустах». Пожав плечами, Дегре спокойно прокомментировал:

— Это моя работа, ничего особенного. Лучше скажи, ты-то хоть в курсе, как именно и от чего мы спасли Орханга, а то как-то неудобно получается. Такое ощущение, что собравшиеся знают больше меня, а должно быть вроде как наоборот.

На лице монваара, всем телом повернувшегося к послу, отразилось искреннее удивление.

— А вас разве Отторон не предупредил? — получив в ответ насмешливый взгляд, говорящий о том, что если бы Конар знал, то он бы не спрашивал, Нахон понимающе вздохнул. — Ясно. Ну, в общем, официальная версия такова — мы поплыли кататься, и моя яхта, по непонятным причинам, якобы вышла из строя. Орханг в этот момент был на палубе и из-за резкой остановки двигателей, не удержав равновесия, упал за борт, а рядом как раз в этот момент проплывал косяк хищных рыб. В общем, мы с вами чудом выловили его вовремя, иначе бы единственного сына верховного камаала сожрали.

— Оу… — задумчиво протянул Конар, поражаясь бурной фантазии правителя Мон-Ваа. — Ясно. Какие мы, оказывается, отважные.

Согласно угукнув, Нахон повернулся в сторону зала.

— А самого чудом спасенного ты еще не видел? — решил уточнить Дегре.

Мужчина не сомневался, что Орханг вряд ли отделался легким испугом, но мало ли, всякие чудеса случаются. Монваар предсказуемо отрицательно качнул головой.

— Думаю, на ближайшие пару недель его посадят под домашний арест, я знаю Отторона.

Конар согласно вздохнул. В этот момент стихла идущая фоном ненавязчивая музыка и в зале появилась небольшая делегация с верховным камаалом во главе. За спиной отца, облаченного традиционно в белое, маячила тоненькая фигурка Орханга.

— Мда, что-то он какой-то серый… — прокомментировал увиденное Конар.

Нахон тут же встрепенулся и впился в парня цепким взглядом, мысленно соглашаясь, что парень даже на фоне своей песочного цвета одежды выглядел несколько бледновато. Ну, или, с учетом черного цвета кожи, серовато.

— Может, он заболел? — высказал предположение встревоженный монваар.

Дегре только плечами пожал.

— Вряд ли. Пойдем-ка лучше поближе подойдем.

Из своего укрытия они выбрались как раз вовремя. Под бурные аплодисменты собравшихся Отторон, вытолкнув перед собой сына, разразился пространной речью на тему его чудесного спасения. Подошедшие Конар с Нахоном тоже оказались вовлечены в своеобразную пресс-конференцию и были вынуждены, сверкая улыбками, сказать по паре слов. Най благоразумно ушел в тень, спрятавшись за спины стоящих в первых рядах гостей, потому подобной экзекуции счастливо избежал.

В общем, прошло все довольно гладко и без эксцессов — приглашенные восприняли спасителей весьма благосклонно. Полученные же из рук верховного камаала небольшие коробочки-подарки послужили своеобразными бонусами, призванными подсластить невольным участникам устроенного шоу пилюли. Конар не знал, что получил Нахон, но, благодаря словам Отторона, сказанным полушепотом, с затаенной радостью понял, что наконец-то в его руках оказалась та самая злосчастная выжимка, ради которой его отправили на Мон-Ваа. Это предположение подтвердилось, когда официальная часть мероприятия была завершена и к собравшимся все под тем же «кустом» «спасителям» прокрался «спасенный». Дегре как раз пытался разобраться с хитрым замочком, которым была оснащена деревянная коробочка с подарком и добраться-таки до ее содержимого.

— Всем привет, — безрадостно поздоровался Орханг и, обращаясь к Конару, без паузы продолжив, — отец просил принести тебе извинения за то, что с Наем так получилось — он был не в курсе. Потому надеется, что сок дерева тха компенсирует причиненные неудобства.

Растерянно моргнув, посол переспросил:

— Ты о чем?

С тяжелым вздохом, парень пояснил:

— Ну, я ему рассказал, что из-за длительного нахождения в криокамере Най чуть не помер. Вот отец и решил, что стоит принести извинения.

— Ясно, — сообразив о чем речь, протянул Конар и широко улыбнулся, решив, что традиция монвааров дарить по поводу и без подарки ему очень даже нравится. — Сам-то как, уже наказали?

Орханг болезненно поморщился и демонстративно потер ягодицы.

— Наказали, — насупившись, парень добавил, — я теперь под домашним арестом. Собственно, меня только для того, чтобы я извинился, к вам и отпустили.

Не сказать, чтобы Дегре был против подобного решения Отторона, но друга ему стало жалко, да и Нахон, судя по всему, уже был готов простить парню все былые прегрешения. Проявив чудеса дипломатии и оставив парочку монвааров, явно жаждущих оказаться наедине, разбираться между собой, Конар решил вернуться в зал. Настроение было приподнятое, и хотелось как-то отметить успешное завершение своей миссии.

— Что скажешь, как тебе местное общество? — едва заметно улыбаясь, поинтересовался Дегре у замершего рядом Ная.

Блондин повел плечами и выразился весьма осторожно:

— Оно разное. Многие за нами пристально следят.

Довольно хмыкнув, Конар согласно кивнул.

— Неотъемлемая часть публичности.

Внимательно оглядевшись по сторонам, Дегре был вынужден с парнем полностью согласиться. Они привлекали внимание и причем гораздо больше, чем обычно, но это было и не удивительно, считай, одни из главных действующих лиц сегодняшнего вечера.

Первые желающие пообщаться в личном порядке подошли к послу уже в следующую минуту, и дабы развязать себе руки — в прямом смысле, — Конар охотно согласился на высказанное Наем полушепотом предложение отдать ему коробку с подарком. Небольшой предмет быстро исчез в недрах халатов юноши, не оставив после себя и следа.

Вечер продолжился. Однако уже скоро приподнятое настроение Дегре несколько подувяло. Мужчина с неприятной четкостью осознал, что не только и не столько он привлекает основное внимание собеседников. Большинство из них нет-нет, да и кидало через его плечо любопытные, восхищенные или же откровенно масляные взгляды на Ная! Стоило только Конару заметить один, как десятки аналогичных стали бросаться в глаза сами собой. Первым желанием Дегре в тот момент стало загородить парня собой и растопырить руки, пряча его от всех любопытствующих. А еще лучше громко, во всеуслышание запретить собравшимся пялиться на блондина! Но так как посол был человеком здравомыслящим, то прекрасно понимал, что ничего подобного он сделать не может. Потому ему оставалось только молча скрежетать зубами. Хорошо, что хотя бы никто пока не предпринимал прямых попыток с Наем познакомиться.

В течение следующих пары часов Дегре медленно закипал, и своего апогея бешенство достигло в тот момент, когда его бывшая пассия, каким-то образом оказавшаяся на приеме — не иначе как новый ухажер привел, — возбужденно блестя глазами с чего-то решила, что может без спросу Ная потискать. В первый момент, когда Лана внезапно вынырнула перед Конаром из пестрой толпы собравшихся, мужчина даже как-то обрадовался, решив, что наконец-то видит перед собой адекватную, понятную до последней запятой и не несущую в себе никаких неожиданностей стерву. Уж как разговаривать с агрессивно настроенными женщинами Дегре знал. Однако девушка его сильно удивила, можно даже сказать, шокировала. Начать с того, что на ее лице сияла поистине ангельская улыбка, которую Конар там увидеть ну никак не ожидал. Меньшее, на что мужчина рассчитывал — это затаенная обида. Дальше — больше, нежно воркуя, черноокая красотка вежливо извинилась за свое поведение, признала, что была не права и, когда удивленный Конар уже совсем было расслабился, возжелала познакомиться поближе с во-о-он тем очаровательным блондином, которого Дегре так усиленно загораживает собой. Пока опешивший посол переваривал информацию о том, что все эти расшаркивания были организованы исключительно ради знакомства с его телохранителем, Лана с внезапно проснувшейся прытью мужчину обогнула и предприняла попытку подцепить под локоть взирающего на все это с отстраненным любопытством парня.

Замешательство посла длилось недолго. Он развернулся к исчезнувшей из его поля зрения девушке как раз в тот момент, когда Най плавно скользнул в сторону, вновь оказываясь у него за спиной. Пальцы Ланы поймали лишь воздух, а сама она оказалась нос к носу с крайне агрессивно настроенным послом. Чуть прищурившись, Конар с невозмутимым лицом произнес:

— Дорогая, что же ты так. Теряешь хватку? Это ведь тот самый подарок от верховного камаала, достоинства которого ты сама мне подробно расписывала по переговорнику не далее как неделю назад. Неужели же ты еще и лично в них хочешь убедиться?

На лице девушки отразилось недоумение, а потом она видимо вспомнила содержание своей последней беседы с бывшим любовником. Натянуто рассмеявшись, Лана прикрыла рот ладошкой.

— Так это он? Никогда бы не подумала.

Глубокомысленно покивав, Конар постарался максимально вежливо завершить разговор:

— Да-да, он самый. Надеюсь, ты нас извинишь, мне еще нужно с Орхангом переговорить.

Не дожидаясь того момента, когда девушка придумает что ответить, Дегре развернулся и, подавив в себе желание вцепиться в Ная обеими руками, чтоб не смел отстать, целенаправленно зашагал сквозь толпу. Отойдя на достаточное расстояние, Конар, не оборачиваясь, рыкнул:

— Мы уходим.

Следующий за хозяином по пятам юноша чуть заметно кивнул. Господин этого, конечно, не видел, но те волны бешенства, что блондин ощущал, провоцировали его вести себя максимально послушно и незаметно, желания попадать под горячую руку чем-то разозленного человека парень не испытывал никакого. Что послужило причиной такого состояния хозяина, Най не знал, но старательно пытался понять.

Юноша помнил, что первые признаки беспокойства мужчина проявил уже после окончания церемонии чествования. Нотка какого-то странного недовольства пробилась сквозь общую радужную картину и с каждой минутой становилась все заметнее, пока настроение хозяина окончательно не испортилось. Последний час человек буквально полыхал раздражением, а встревоженный Най украдкой любовался им, ведь ни лицо, ни фигура мужчины никак не отражали испытываемой тем бури эмоций. Такой самоконтроль юношу искренне восхищал и заставлял господином гордится! Только вот из-за чего все это, он все еще не понимал. Никто из собравшихся не делал ничего такого, что могло бы хозяина так разозлить — всё было в пределах нормы. Разве что женщина, с которой господин общался последней… И что ей взбрело в голову, зачем она к нему полезла?

Чуть слышно вздохнув, Най нахмурился. А может это он сделал что-то не то? Может, в этом обществе телохранители должны вести себя как-то иначе? Тогда почему господин ему ничего не сказал, никак не предупредил? Считал, что он сам все знать должен?

Между тем, хозяин свернул в какой-то малоосвещенный пустынный коридор и остановился. Най с подозрением огляделся по сторонам и, не заметив никакой опасности, сосредоточил все свое внимание на стоящем к нему спиной мужчине.

— Господин? — тихонечко позвал юноша, боясь ненароком вызвать у человека новый всплеск бешенства.

Хозяин шумно выдохнул и резко развернулся. Под полыхнувшим яростью взглядом, блондин внутренне весь съежился, но, несмотря на то, что очень хотелось сделать хотя бы один шаг назад, мужественно остался стоять на месте. Если уж господин решил его за что-то наказать…

Додумать мысль Най не успел — мужчина стремительно преодолел разделяющее их небольшое расстояние и, сгребя в охапку, прижал парня к ближайшей стене, одновременно сминая губы жестким собственническим поцелуем. Пару раз ошарашено моргнув, юноша спешно вышел из ступора. Обняв мужчину за талию, Най прильнул к нему всем телом и, прикрыв глаза, ответил на поцелуй. Правда, получившееся у них расположение в пространстве его совершенно не устраивало, потому, дождавшись, когда человек немного расслабится, парень одним плавным движением повернулся вместе с хозяином на месте. В итоге уже он прижимал своим телом мужчину к стене. Теперь у Ная появилась хорошая возможность контролировать то, что происходит в коридоре и в случае чего он мог господина собой прикрыть, потому, успокоившись, юноша большей частью сознания отдался увлекательному занятию.

Удовольствие от рук мужчины, крепко прижимающих его к своему пышущему жаром телу и новизна ощущений от настойчивых губ, рождали совершенно незнакомые чувства, мешая сосредоточиться. Хотелось урчать и кусаться… А еще тереться всем телом о хозяина… А приходилось стоять более-менее смирно и следить за тем, не подкрадывается ли то-то со спины…

Резкое болезненное мычание со стороны господина вырвало Ная из пучины нелегких терзаний. А еще хозяин перестал целоваться. Приоткрыв один глаз, юноша с недоумением сфокусировал зрение на человеке. Тот замер и как-то подозрительно обижено пыхтел. Пришлось открывать второй глаз и, чуть отстранившись, пытаться сообразить, что не так.

Оказалось, мужчина решил запустить пятерню Наю в волосы и, неосторожно дернувшись, умудрился порезаться об удерживающую их ленту. Теперь поперек указательного и среднего пальцев человека красовался длинный, набухающий алыми капельками порез. Недолго думая, блондин поймал пострадавшую хозяйскую руку в захват и засунул поврежденные пальцы себе в рот, тщательно зализывая ранки. Особыми регенерирующими свойствами его слюна, конечно, не обладала, но помочь залечить простейший порез могла, да и продезинфицировать тоже была в состоянии.

Услышав, как хозяин шумно сглотнул, Най немного отвлекся от своего занятия и поднял глаза. Совершенно дикий взгляд мужчины идентификации не поддавался, единственное, что юноша мог сказать точно, так это то, что господин больше не злится. Продолжая посасывать пальцы, Най вопросительно выгнул бровь, надеясь, что хозяин сам догадается объяснить, что не так. Говорить человек ничего не стал, его только еще больше перекосило, но вот руку он отнять попытался, при этом второй прижимая юношу к себе все сильнее.

Выпустив пальцы мужчины изо рта и критически осмотрев едва заметные порезы, Най остался лечением вполне доволен, потому, на последок лизнув для профилактики пострадавший участок кожи, сосредоточил все свое внимание на пытающемся что-то сказать хозяине. Наконец тот набрал в легкие достаточное количество воздуха и сдавленно прохрипел:

— Поехали домой, а?

Удивленно моргнув, Най пожал плечами. Слово господина — закон. Как-то механически кивнув, мужчина отлип от стены и, предельно аккуратно отстранив от себя юношу, не оборачиваясь, зашагал по коридору. Еще раз пожав плечами, блондин поспешил следом. Какой-то его человек сегодня странный…

Глава 16

Как добрался до повозки, Конар помнил весьма смутно, шел исключительно на автопилоте, все мысли были совершенно о другом, и обращать внимание еще и на дорогу сил не оставалось. Единственное, что контролировалось практически на подсознательном уровне — это присутствие за спиной телохранителя. Вот уж кого Дегре не смог бы сейчас проигнорировать при всем своем желании. Знать, что блондин рядом, было жизненно необходимо!

Своя бурная реакция на парня посла до глубины души поразила и где-то даже шокировала. Все эти новоявленные хозяйские замашки и жгучее, плохо контролируемое желание громогласно, во всеуслышание заявить: «Он МОЙ! Не сметь трогать, смотреть и даже дышать в его сторону!». Все это было настолько дико и непривычно, что мужчина поначалу даже и не понял, что та удушливая ярость, которую он непрерывно ощущает и которая, ядовитым комом встав поперек горла, тисками сдавила грудь — это всего лишь банальная ревность. Прежде он никогда и ни к кому настолько острых собственнических чувств не испытывал. Осознание подоплеки терзавших его переживаний пришло совершенно внезапно — словно камень на голову упал, — вгоняя в состояние прострации. Да и момент прозрения, как и все великие открытия, был более чем примечателен. Заботливый блондин как раз всосал в свой рот случайно порезанные мужчиной пальцы, а мягкий влажный язык настойчиво прошелся по их подушечкам. Все связные мысли, что в тот момент по какому-то странному недоразумению еще оставались в голове Конара, вышибло напрочь. В висках набатом стучало только одно: «Увижу кого-то рядом с ним, убью». Вот тогда-то Дегре с пугающей четкостью и понял — это ревность.

Между тем, ощущения от горячих обволакивающих прикосновений казалось, поступали прямиком от пальцев руки в пах, походя короткими разрядами поджигая тело, которое и так уже буквально сводило судорогой от желания. А еще этот вопросительный, слегка расфокусированный, подернутый дымкой взгляд снизу вверх…

От переизбытка ощущений в глазах периодически темнело. Дегре тогда кое-как нашел в себе силы отстраниться от юноши, который, судя по всему, совершенно не понимал, что с ним делает, настолько у парня было бесхитростное выражение лица. Это сводило с ума. Хотелось если не взвыть в голос, то уж жалобно поскулить точно, в такой ситуации мужчина еще не оказывался ни разу в жизни: с настолько неопытными партнерами ему сталкиваться не доводилось.

Медленно выдохнув, Конар решил, что уже в достаточной мере успокоился, и потому отважился открыть глаза. Предмет его размышлений по ставшей уже привычной традиции сидел напротив и, сложив на коленях руки, с соединенными кончиками выглядывающих из широких рукавов пальцев, отрешенно смотрел в окно повозки. Взгляд мужчины сам собой зацепился за пухлые розовые губы юноши, и перед глазами тут же всплыла картинка того, как еще десяток минут назад эти самые губы плотно обхватывали его… Стало как-то резко нечем дышать. Сглотнув, Дегре поспешил отвернуться, с повышенным вниманием уставившись на проплывающий за окном пейзаж ночного города.

Атмосфера в салоне стала просто невыносимой, и Конар, как дитя, обрадовался, когда они наконец-то приехали. Выскочив из повозки первым, он с наслаждением полной грудью вдохнул прохладный, наполненный цветочными ароматами воздух, испытав ни с чем несравнимое облегчение.

— Ну, вот мы и дома, — радостно возвестил мужчина и, взмахнув руками, бодро зашагал по гравийной дорожке к крыльцу.

Тихое шуршание за спиной ясно говорило, что Най двигается следом.

Нахмурившись, Дегре подумал, что надо, наверное, с парнем об их отношениях подробно поговорить. Не дело это, оставлять все на самотек. Кто его знает, сколько он сам так еще продержится, ведь чем дальше, тем острее он на блондина реагирует. Открывая входную дверь, мужчина чуть слышно хмыкнул. И потом, они же вроде как встречаются, разве нет? Причем это была инициатива именно Ная, тот сам хотел! А парочки обычно не просто так по темным коридорам обжимаются да целуются. Предвкушающая улыбка сама собой выползла на лицо. Коли уж так получилось, что он сам нешуточно парнем увлекся, и если тот не будет возражать, то можно бы ведь и на качественно новый уровень общения выйти? Почему нет? В конце концов, они тут все люди взрослые собрались. О причинах, прежде побуждавших его противиться подобной связи, Конар предпочел на время позабыть.

— Господин?

Услышав, как его осторожно зовут, Дегре вынырнул из своих размышлений и обернулся. Оказалось, они уже вполне благополучно добрались до второго этажа и Най окликнул мужчину буквально на пороге его спальни.

— Да?

— Что мне делать с вашим подарком?

Задав вопрос, юноша жестом заправского фокусника вытащил из рукава презентованную послу деревянную коробочку. Конар мысленно чертыхнулся. Со всеми своими последними переживаниями про подарок-то он и забыл! А ведь это, вроде как, было его основным на Мон-Ваа заданием!

— Давай сюда, в сейф спрячу.

Най послушно шагнул вперед, одновременно задавая новый вопрос:

— Господин, а можно я сегодня с вами спать буду?

Не ожидавший от парня такой прыти, Дегре чуть не выронил коробку и, подавившись воздухом, закашлялся. Это спасло его от неминуемого позора, ибо вряд ли тер посол смог бы сейчас удержать подобающе-невозмутимое лицо. Продолжая надрывно кашлять, Конар судорожно кивнул терпеливо ожидающему ответа Наю и прохрипел:

— Можно, — сквозь выступившие на глаза слезы мужчина мог увидеть широкую довольную улыбку юноши. Многострадальная выжимка из дерева тха была вновь благополучно забыта, мгновенно проиграв лидирующую позицию в рейтинге самых важных вещей в жизни Конара Дегре.

Кивнув, блондин развернулся на месте и поспешил к себе, бросив напоследок:

— Тогда я пойду умоюсь, переоденусь и приду.

Пару секунд Дегре стоял посреди коридора с открытым ртом и тупо моргал, соображая, кто же тут из них двоих собирается первым переходить на новый уровень общения? Тряхнув головой, он молча толкнул дверь в свою спальню.

Водные процедуры несколько затянулись, Конар все никак не мог заставить себя выйти в комнату, предвкушение и азарт от осознания того, что должно сегодня ночью произойти, заставляли нервничать и волноваться, словно это у него было первое свидание! Наконец, кое-как успокоившись и убедив себя, что пошлая улыбка сейчас совершенно не к месту, мужчина прихватил припасенное по случаю увлажняющее масло для тела и, зачесав пятерней волосы назад, гордо вышел из ванной.

В спальне царили тишина и покой…

В скудном свете, пробивающемся сквозь полуприкрытую щель в двери ванной комнаты, Дегре смог разглядеть, что правая половина его кровати уже занята — гость прибыл на место. Неосознанно расправив плечи и выпятив обнаженную грудь (Конар решил, что для сегодняшней ночи он в своем гардеробе ограничится лишь пижамными штанами), мужчина выключил свет и продефилировал к своей половине постели. Демонстративно поставив бутылочку с маслом на прикроватную тумбочку, он забрался под одеяло и улегся на спину, сложив руки на груди поверх покрывала. Гость на это никак не отреагировал…

Подождав минуту и так и не дождавшись никакой реакции на свое пришествие, Дегре побарабанил сцепленными в замок пальцами и скосил глаза вправо. Стройное, лежащее на боку тело под одеялом вытянуто в струнку, ладони под щекой, веки опущены…

Уставившись в потолок, Конар нахмурился. Нет, он что, действительно спать сюда пришел?!

— Най?

— М?

Ага, значит, все-таки не спит. Уже хорошо.

— А что ты думаешь о сексе?

…

Краем глаза заметив что блондин больше не изображает спящего, а, разглядывая его, сосредоточенно хмурится, Конар и сам подобрался. Повернувшись на бок, мужчина уставился во внимательные серебристо-серые омуты напротив.

— Что именно вас в этом вопросе интересует? — медленно поинтересовался озадаченный парень.

Дегре почувствовал себя полным идиотом, но отступать было поздно.

— Эм… Ну, например, что ты об этом знаешь. Ты когда-нибудь этим вопросом интересовался?

Брови Ная взлетели вверх и встали домиком. Несколько раз моргнув, он все же решился на осторожный ответ:

— Наставники нам читали соответствующий теоретический курс, а потом было несколько практических занятий. Зачет я сдал.

Шестеренки в голове посла со скрипом провернулись, и он, сам себе не веря, выдал предположение:

— То есть, для тебя это не что-то непонятное и ты даже этим уже занимался?

От своей косноязычности Конару стало нехорошо, но выразиться яснее как-то не получалось, уж больно абсурдной казалась собственная догадка. Как бы то ни было, Най его понял. Кивнув, юноша спокойно признал:

— Да, три раза.

Видимо вытянувшаяся физиономия мужчины более чем красноречиво продемонстрировала его удивление и недоверие, так как блондин решил уточнить:

— Один раз с женщиной, два раза с мужчиной.

— Зачем два раза с мужчиной?! — не понял Дегре. В его голове никак не хотела укладываться полученная только что информация.

Най коротко вздохнул, видимо удивляясь недогадливости человека, но все же терпеливо пояснил:

— В активной и в пассивной позиции. Наставники считали, что нам следует знать все базовые варианты.

Сказать, что Конар был неприятно удивлен, значит ничего не сказать. Однако собравшись с мыслями, мужчина все же решил, что это все не так уж и плохо. Значит, Най не такой уж и невинный цветочек, каким казался на первый взгляд, и можно вести себя с ним более раскованно. Только вот, глядя во внимательные глаза напротив, план действий предстоящего разврата никак не складывался. Помолчав немного, Конар поинтересовался:

— Ну и как оно? Понравилось?

Най невозмутимо признал:

— В общем, было приятно.

— М.

Помолчав еще немного, Дегре, стараясь изобразить праздный интерес, равнодушно спросил:

— А со мной не хочешь попробовать?

Тут уж настала очередь Ная удивленно молчать. В конце концов, юноша неуверенно пожал плечами.

— Я не против.

Облегченно выдохнув, оказывается в ожидании ответа, он невольно затаил дыхание, Конар широко улыбнулся и решительно придвинулся к парню вплотную. Теперь, когда все спорные вопросы наконец-то разрешились, можно было переходить и к активным действиям!

Положив ладонь Наю на талию, Дегре наклонился вперед и коротко поцеловал чуть вздрогнувшего блондина. Рука мужчины сползла на поясницу и, круговыми движениями массируя напряженные мышцы, двинулась вверх, побуждая расслабиться, убеждая, что все в порядке. Резко выдохнув, юноша послушно прогнулся и откинулся на спину, предоставляя Конару большую свободу действия и, закинув руки за голову, закрыл глаза.

Мазнув губами по нежной коже щеки, мужчина лизнул мочку уха и, слегка сжав ее зубами, потянул на себя. Теплый запах парня сводил с ума и провоцировал на более решительные действия, потому Дегре не стал медлить. Оставив в покое аккуратное ушко, он, серией коротких поцелуев по выгнутой шее, двинулся вниз, старательно уделяя внимание ключицам, груди, подтянутому животу. Най вздрагивал и едва заметно выгибался. Откинув мешающее одеяло в сторону, Конар огладил стройные, обтянутые тонкой тканью белых пижамных штанов ноги и, уцепившись пальцами за кромку, потянул их вниз, полностью обнажая юношу.

Когда последняя преграда, отделяющая его от вожделенного тела, была устранена, Дегре окинул получившуюся соблазнительную картину лежащего на кровати юноши взглядом и удивленно замер, непонимающе устаившись на ту часть тела, которая характерно отличала мальчиков от девочек.

— Ты не возбужден, — обвиняющее заявил мужчина и, оторвав обиженный взгляд от паха парня, растерянно уселся на пятки.

Открыв глаза, Най оторвал голову от подушки и недоумевающе моргнул.

— Ну и что?

От подобной постановки вопроса Конар вначале совсем растерялся, а потом начал злиться, сам-то он уже был более чем готов, и то, что партнер, как оказалось, даже и не собирался к нему присоединяться, было просто ударом под дых!

— Что значит «ну и что»?! Тебе что, совсем неприятно то, что я делаю?

Тяжело вздохнув, блондин подобрался и, под пристальным взглядом мужчины приподнявшись на локтях, пожал плечами.

— Мне приятно. Но больше щекотно.

Несколько секунд Дегре ошарашено молчал, переваривая это заявление, но придумать ничего так и не успел, Най продолжал его шокировать.

— Да и потом, разве я должен быть возбужден? По-моему, в этом нет совершенно никакой необходимости, вам же все и так нравится.

Резко выдохнув, Конар зло выплюнул:

— Ты меня убиваешь. Каким образом ты зачет этот свой сдал, если элементарных вещей не знаешь?!

Скрестив руки на груди, мужчина раздраженно сверлил блондина взглядом. То, что парень на полном серьезе полагал, что он его сейчас тут насиловать будет, не лезло ни в какие ворота! Най же, поджав губы, резко заявил:

— Нормально сдал. С первого раза.

Откинувшись назад, парень обиженно отвернулся от Конара, повернувшись к нему спиной и подтянув колени к груди. Этот жест сразу мужчину как-то отрезвил и заставил почувствовать себя последней скотиной. В конце-то концов, в происходящем больше его вины, чем парня. Это он не смог добиться нужной реакции. Сев в изголовье кровати, Дегре примирительно произнес:

— Ладно, извини, был не прав. Просто ты меня сильно удивил. Вообще-то, подразумевается, что от процесса удовольствие должны получать оба партнера, иначе это уже черте-что получается.

Най приподнял и чуть повернул голову, через плечо скосив на мужчину глаза.

— Как вы вообще тогда эти свои зачеты сдавали?! — не выдержав, снова возмутился Конар. — Как можно заниматься сексом и не быть при этом возбужденным?

Тяжело вздохнув, Най перевернулся, устраиваясь на боку лицом к мужчине.

— Нам давали специальные таблетки, так что с этим проблем не было никаких.

Следующую минуту Конар переваривал это заявление.

— То есть, вас там всех кормили афродозиаками? А как же предварительные ласки и все такое? В чем тогда удовольствие-то? — не сдержав недоумения, озадачился Дегре.

Пожав плечами, Най философски заметил:

— Так не ради же удовольствия все это было. Это был исключительно учебный процесс, чтобы мы знали, что такое секс и в случае чего смогли правильно сориентироваться, — усмехнувшись, блондин добавил, — мы же не секс-рабы, мы телохранители. Для нас подобная функция совершенно не обязательна.

Округлив глаза, Дегре нервно хохотнул.

— Ну ни черта ж себе порядочки… Это ж надо…

Осознав, что толком Най все же о физическом взаимодействии полов ничего не знает, мужчина немного успокоился.

— Хорошо. И что мы с тобой теперь делать будем?

Блондин пожал плечами, снизу вверх разглядывая хозяина.

— Можем продолжить с того момента, как вы остановились, я ведь не против.

Хмыкнув, Конар задумался. Не смотря ни на что, продолжения ему хотелось, в паху все еще тянуло.

— А знаешь, как мы поступим, — в конце концов, заявил он. — Мы с тобой начнем все с самого начала.

Най заинтересованно приподнялся на локте.

— Тебе же нравится со мной целоваться? — хитро прищурившись, поинтересовался Дегре.

Ответ на этот вопрос был для него очевиден, но мужчина терпеливо ждал реакции блондина. Когда тот утвердительно кивнул, Конар широко улыбнулся.

— Значит, мы будем именно целоваться! Иди сюда.

Подтянув не сопротивляющегося парня наверх и усадив на себя верхом, Дегре обнял его за талию и не спеша, не отводя взгляда от встревоженных серебристо-серых глаз, наклонился вперед. В этот раз Конар решил никуда не спешить и уже наверняка удостовериться в том, что Наю происходящее действительно нравится. Если судить по тем двум разам, что были до сего момента, затея с поцелуями должна была сработать. Прежде парень неизменно бурно реагировал на подобное. Однако сначала губы юноши были плотно сомкнуты, он ни единым движением не отвечал на действия мужчины, пристально вглядываясь тому в глаза, но потом, видимо приняв какое-то решение, опустил ресницы и, приоткрыв рот, обвил шею посла руками, прижимаясь к нему всем телом. Облегченно выдохнув, Конар расслабился и сам целиком отдался действу, всецело наслаждаясь вкусом мягких податливых губ, ощущением бархатистой кожи под руками и шелком волос, в которых утонули пальцы.

Сколько они так целовались, Дегре сказать бы не решился, настолько он с головой ушел в происходящее, но в один прекрасный момент мужчина осознал, что юноша в его руках уже сам страстно его целует, ерзая и потираясь о него всеми доступными частями тела. И одна конкретная часть этого тела отличается заметной твердостью. Довольно рыкнув, Конар опрокинул парня на спину и, удобно устроившись между широко разведенных бедер, переключил свое внимание с губ на шею. Най был совсем не против, часто дыша и чуть слышно постанывая, он самозабвенно выгибался в руках мужчины. Глаза блондина были плотно закрыты, а на щеках играл яркий румянец. В общем, Дегре решил, что в этот раз все идет как надо, потому, не отвлекаясь ни на что, увлеченно облизывая и покусывая все, до чего мог дотянуться. Отчаянно хотелось зацеловать парня всего целиком, с ног до головы.

Спустившись к паху юноши и убедившись, что тот уже совершенно готов к дальнейшим экспериментам, Конар не сдержался и прошелся языком от основания до сочащейся смазкой головки прижатого к животу полностью эрегированного члена блондина, за что был вознагражден громким гортанным стоном и чувствительным рывком за волосы. Усмехнувшись, Дегре торопливо скинул с себя штаны и схватил с прикроватной тумбочки пузырек с маслом, мысленно радуясь, что имеет достаточно четкое представление о том, что надо делать дальше. Спасибо одной из бывших любовниц — любительнице нетрадиционных видов секса.

Одного взгляда, мельком брошенного на блондина, на его часто вздымающуюся грудью с четко проступающими полосками ребер, ярко-алые припухшие, влажно поблескивающие губы, подернутые дымкой желания глаза, хватило мужчине, чтоб у него задрожали руки. Как он не опрокинул флакон оставалось загадкой, но ему все же удалось справиться с нелегкой задачей, и уже совсем скоро Конар проталкивал смазанные маслом пальцы в извивающегося под ним юношу, пытаясь того подготовить к дальнейшему. Най поощрительно стонал и закидывал на мужчину ноги. В конце концов, у Дегре настолько снесло крышу, что он плюнул на все и, торопливо смазав свой болезненно пульсирующий орган, всем телом навалился на бесстыдно выгибающегося блондина. Тот будто только того и ждал, обвивая мужчину всеми конечностями и без посторонней помощи резко насаживаясь на его член. У Конара разве что искры из глаз не посыпались. Растеряв остатки самоконтроля, он отчаянно толкнулся вперед в обжигающе горячее, тесное тело. Нескольких неглубоких фрикций ему с лихвой хватило для того, чтобы в глазах полыхнуло, а все мышцы свело судорогой оргазма. Отчаянно вскрикнув, Дегре повалился на мелко вздрагивающего любовника.

Когда цветные круги перед глазами рассеялись, а сердце перестало биться пойманной птицей, Конар рискнул пошевелиться. Все-таки он был совсем не легким и вряд ли придавленному им парню было комфортно. Запоздало пришла мысль, что он как-то не успел проконтролировать, получил ли свою порцию удовольствия Най, но ощущение чего-то мокрого на животе и полностью расслабленное, довольное выражение лица юноши успокоило лучше всяких слов.

Скатившись с парня и устало потянувшись, Дегре не смог сдержать самодовольной улыбки, только вот глаза немилосердно слипались. Вздохнув, Конар все же нашел в себе силы предложить:

— В душ пойдем?

Отрицательное урчание было ему ответом. Философски кивнув, мужчина с этим высказыванием охотно согласился. Потому, кое-как ворочаясь и лениво пихаясь, они с Наем замотались в найденное на полу одеяло и на том угомонились. Прижавшись к спине довольно сопящего парня и уткнувшись носом ему в затылок, Конар со счастливым вздохом отключился.

Най же еще некоторое время лежал, вяло перебирая в своем сознании произошедшие только что события. Сейчас ему было уютно и спокойно (хотя, наверное, все же стоило сходить в душ… хотя это не принципиально), однако когда господин только завел речь о сексе, парень изрядно поволновался. Он никак не мог взять толк, зачем хозяину это? Полученный на ферме опыт четко говорил, что ничего особенно захватывающего в этом нет, несколько мгновений посредственного удовольствия, сопровождающегося затем ярко выраженным дискомфортом. Какой в том прок? Однако человеку удалось Ная переубедить. Пусть не сразу, но тем не менее. Мало того, что мужчина проявил изрядную долю терпения, юноша прекрасно чувствовал, что тот буквально на грани, так он еще и наглядно доказал недоверчивому блондину, что ничего тот в сексе не понимает, а наставники учили их чему-то не тому! Стоит признать, что ошибиться было более чем приятно. Если бы Най знал, что можно получить столько удовольствия разом, то, наверное, вел бы себя с хозяином более расковано, активно добиваясь внимания человека.

Вяло завозившись, юноша устроился в объятьях обнимающего его мужчины поудобнее. Интересно, а удастся ли господина убедить поменяться местами? Теперь Наю стало даже как-то любопытно, а как оно, когда ты ведешь, не находясь под действием пилюль? Хотя, с этим, наверное, стоит пока подождать. Не нужно на человека чересчур давить, пока все и так хорошо. Придя к такому выводу, юноша с тихим вздохом расслабился и нырнул в чуткий сон.

Глава 17

Утро нового дня встретило Конара в привычном рабочем режиме, без каких-либо неожиданностей. Прохладный воздух, обдувающий обнаженную кожу плеч, уютная сонная тишина и безмятежный покой. Сладко потянувшись, мужчина перевернулся с живота на спину и закинул руки за голову. В памяти неторопливо всплыли яркие картинки прошедшего вечера, тут же приятной тяжестью отозвавшиеся в паху. Поерзав на сбитых простынях и повертев видения так и эдак, Дегре решил, что совершенно не жалеет о том, что переступил через свои же собственные принципы, доведись ситуации повториться, он поступит точно так же! Умиротворяющее чувство правильности всего произошедшего вселяло надежду на, как бы это банально не звучало, светлое будущее. Широко улыбаясь, Конар открыл глаза и приподнялся на локтях, оглядываясь. В кровати да и вообще в спальне он был один.

Нахмурившись, Дегре недовольно поджал губы. Неожиданное отсутствие в непосредственной близости Ная, как основополагающего предмета его размышлений, мужчину заметно расстроило. Обычно Конар не очень любил просыпаться в одной постели со своими любовницами, но вот конкретно сейчас такая ситуация его в корне не устраивала, за время, прошедшее с появления в его жизни необычного «подарка», мужчина уже как-то привык к его неизменному утреннему присутствию у себя под боком. Так что, быстро выбравшись из-под одеяла, Дегре поторопился в душ. Чем скорее он приведет себя в порядок, тем быстрее сможет найти блудного блондина и выяснить, куда это тот с утра пораньше так внезапно из теплой кроватки слинять удумал!

По-быстрому завершив утренние водные процедуры и на ходу завязывая пояс темно-бордового домашнего халата, мужчина покинул спальню, бодро зашагав по коридору по направлению к лестнице, ведущей на первый этаж. По дороге, на всякий случай, заглянув в комнату блондина и убедившись, что парня там, естественно, нет, Дегре двинулся дальше. Первым делом он решил проверить кабинет и кухню, однако выполнить полный перечень задуманных мероприятий не успел, уже на середине лестничного пролета учуяв дурманящий запах свежесваренного кофе. Сделав логичный вывод, что пахнет, скорее всего, с кухни, Конар целенаправленно двинулся в ту же сторону и не ошибся. Най нашелся именно там — юноша деловито колдовал над плитой.

Повернувшись на шум шагов, парень одарил Дегре солнечной улыбкой, не ответить на которую тот не нашел в себе сил, и, прежде чем мужчина успел открыть рот, жизнерадостно возвестил:

— С добрым утром, господин! А я вам кофе сварил.

Проглотив заранее заготовленные и уже было готовые сорваться с губ претензии, Конар глупо улыбнулся: подобное нехитрое проявление заботы внезапно оказалось чертовски приятным.

— Спасибо, — садясь за стол и откидываясь на спинку стула, он не отводил пристального взгляда от снующего у плиты юноши.

После непродолжительной паузы Дегре все же поинтересовался:

— Чего ты так рано подорвался? Еще бы спать и спать.

Не отрываясь от своего занятия, Най пожал плечами.

— Я выспался — мне ведь для полноценного отдыха нужно не так уж и много времени. Лежать же просто так как-то глупо, потому я занялся делами, — оглянувшись через плечо, блондин открыто улыбнулся. — В доме подошли к концу некоторые продукты, я взял на себя смелость заказать еще. Вечером их должны доставить.

Что на это возразить Конар не нашел, и потому только хмыкнул, молча следя за тем, как хозяйственный юноша наполняет ароматным напитком его любимую фарфоровую чашечку и аккуратно, так, что жидкость даже не колыхнулась, ставит ее перед ним на стол. Выполнив свою задачу, Най сделал было шаг в сторону, но тут же оказался пойман расчувствовавшимся мужчиной за руку и притянут назад. Не задумываясь, Дегре обнял несколько удивленного парня за талию и усадил к себе на колени. Блондин при этом растерянно моргнул и чуть нахмурился, но противиться не стал.

— Как самочувствие после вчерашнего? — глядя Наю в глаза, заботливо поинтересовался мужчина.

Однако стоило только юноше, в попытке устроиться поудобнее, осторожно заерзать, как Конар чуть не опозорился, едва сдержав болезненную гримасу. До него резко дошло, что идея посадить Ная к себе на колени была мало того, что чересчур спонтанной, так еще и более чем глупой! Дегре как-то упустил из виду, что тот хоть и производит впечатление хрупкого создания, но вовсе не девушка, для которой подобное обращение было бы вполне приемлемо. Нормальному парню все это может совсем не понравиться. К тому же блондин, помимо того что далеко не пушинка, так еще и, как выясняется, его филейная часть отличается повышенной жесткостью и даже некоторой… угловатостью, что ли… По-крайней мере, у Конара сложилось именно такое впечатление, стоило юноше только пошевелиться. После привычных, в меру мягких прелестей многочисленных подружек, давление крепкого и ни разу не податливого тела было весьма непривычным и довольно болезненным. Но Дегре решил мужественно терпеть до конца, это ведь была его собственная инициатива, и спихивать Ная сейчас было бы, по меньшей мере, невежливо.

Между тем, юноша озадаченно переспросил:

— Самочувствие? Что вы имеете ввиду?

— Эм… Ну… — несколько растерявшемуся мужчине потребовалась пара секунд для того чтобы корректно сформулировать свою мысль. — Учитывая, что я сам прежде с парнями никогда близких отношений не имел, да и у тебя опыт хоть и оказался, но несколько странный, неполноценный, и явно это было давно, я мог сделать что-либо неправильно, чересчур поторопиться.

Наблюдая за тем, как по мере его монолога на лице Ная все больше расцветает недоумение, Конар нерешительно закончил:

— Может, я тебя повредил? Нигде ничего не болит?

Судя по тому, как на лице юноши мелькнула тень понимания, едва заметно дрогнули уголки губ и весело заискрились глаза, посол сделал вывод, что тот, наконец-то, сообразил о чем речь и теперь старательно сдерживает смех. Отрицательно помотав головой, Най поспешил заверить нахмурившегося и поджавшего губы мужчину, что все с ним в порядке.

— Господин, вы забываете, что я не человек: чтобы меня травмировать, надо сильно постараться. К тому же, я ведь уже упоминал, что порог моей болевой чувствительности существенно увеличен и регенерация выше стандартной. Вам не стоит ни о чем беспокоиться. Никакого дискомфорта я не испытал, все было здорово, гораздо лучше, чем я себе мог представить. Мне все очень понравилось.

Сконфуженно хмыкнув, весьма польщенный Конар вспомнил, что да, действительно Най говорил ему о своих физиологических особенностях, только вот данные факты как-то ускользнули из вида мужчины, пытающегося освоиться с непривычной для себя ролью. Но, в конце концов, внимание должно быть приятно кому угодно, так что Дегре отогнал от себя неуверенность и стеснение и, улыбнувшись, уточнил:

— Но если что-нибудь будет не так, ты ведь скажешь? Не будешь молчать, изображая партизана?

Утвердительно кивнув, Най задорно улыбнулся, и Конар, не выдержавши, крепко прижал парня к своей груди. Чтобы удержать равновесие, блондину пришлось обхватить его руками за шею.

— Господин? — через некоторое время нерешительно подал голос юноша.

— М?

Дегре сидел, уткнувшись носом в основание шеи юноши и, впав в чуть ли не медитативный транс, пребывал в полной гармонии с окружающим миром и собой.

— А можно я с вас слезу? Мне неудобно так сидеть, — между тем поделился наболевшим Най.

С тяжелым вздохом оторвавшись от своего занятия, Конар чуть отстранился и заглянул парню в лицо. Тот терпеливо ждал ответа. Забавно сморщив нос и печально поджав губы, юноша всем своим видом демонстрировал, что ему действительно очень-очень неудобно…

Устыдившись, Дегре расцепил руки и отстранился, предоставляя Наю свободу действия. Тот тут же этим воспользовался и шустро соскочил с колен мужчины, устраиваясь на соседнем стуле. Конар же в это время старательно пытался не морщиться и не шипеть, в успевшие онеметь ноги будто разом тысячи иголок вогнали. Мысленно чертыхаясь и строя трехэтажные матерные конструкции, посол клятвенно себе обещал, что впредь постарается не забывать, что он теперь встречается не с девушкой, слабой и беззащитной (хотя по отношению к современным женщинам это утверждение и было весьма спорным), а с парнем.

Следующие полчаса они провели в мирной беседе, по ходу которой Дегре пытался выяснить, чему же конкретно Ная обучали его наставники. Естественно, в свете последних открытий, прежде всего мужчину волновала сексуальная сторона образования блондина. Юноша ничего не скрывал, отвечая на вопросы прямо и достаточно подробно, ничуть не стесняясь произносить вслух довольно-таки интимные подробности. Конара же напротив, обуяло совершенно неуместное в его возрасте и при его работе смущение, которое тот, однако всячески подавлял и старался никак не демонстрировать, хотя некоторые из озвученных парнем фактов его откровенно шокировали.

Так, например, Най прекрасно разбирался во всевозможных внешних проявлениях разнообразных эмоций большинства основных, наиболее многочисленных рас, их традициях, культурных особенностях и прочем, но совершенно не представлял, как в проекции на него самого следует себя вести, если человек ему нравился, и он хотел бы привлечь к себе внимание. Нюансы флирта, ухаживаний, простейших ласк и прочих сопутствующих вещей для блондина, как бы парадоксально это не выглядело, были покрыты некоей дымкой неизвестности, являясь чем-то абстрактным. У Дегре вообще сложилось такое впечатление, что наставники Ная и не предполагали, что нечто подобное может случиться, что кому-то из их подопечных может захотеться близких отношений! Будто бы это нечто совершенно необязательное! Половозрелому и сексуально-активному мужчине такая позиция казалась, как минимум, абсурдной.

На недоуменный вопрос — а зачем тогда их заставляли сдавать, как парень сам же выразился, «базовые позиции», и вообще, зачем было уделять внимание непосредственно практике сексуальной составляющей их образования, ведь можно было вполне ограничиться только теорией? Най, пожав плечами, ответил, что план учебных мероприятий утвержден уже очень давно и с течением времени мало менялся. Разве что дополнялся. Так что раз такой пункт был, значит, раньше проблемы подобного рода возникали, оттого наставники и решили устранить этот пробел. По словам юноши, никто и не думал, что кому-то из телохранителей это может понадобиться, но, как говорится, «чтобы было».

Совершенно неожиданно Конар выяснил своеобразную подоплеку подобного парадокса. Най искренне считал, что испытывать физическое возбуждение, неспровоцированное приемом специальных препаратов, он способен исключительно с ним одним, то есть желание близких отношений ему действительно было чуждо.

Основания для такого заявления у парня были весьма веские. Оказалось, что за все свои сто восемьдесят два жизненных цикла подобные ощущения он испытывал впервые. Ни один тесный контакт с кем-либо из его прежних знакомых возбуждения или же каких-либо других приятных ощущений, пусть даже отдаленно напоминающих то, что юноша испытывает с Конаром, не вызывал. То, что Най способен получать удовольствие в объятиях хозяина, стало для него откровением.

— Так, подожди, — нервно выпалил Конар, подскакивая со стула и начиная расхаживать по комнате. — То есть ты хочешь сейчас сказать, что настоял на том, чтобы мы встречались, даже не испытывая ко мне никаких чувств? Ты меня не хотел?

Остановившись напротив внимательно за ним следящего парня, Дегре замер, напряженно ожидая ответа. Послу отчаянно не хотелось, чтобы оказалось правдивым только что возникшее у него подозрение о том, что на подобный шаг Най пошел только потому, что что-то там по своей ментальной связи почуял, исключительно дабы угодить хозяину, а сам при этом не испытывал никаких положительных эмоций, и полученное им вчера удовольствие стало пусть приятной, но все же неожиданностью.

На лице блондина отразилось искреннее недоумение и непонимание.

— Что значит «не испытывая никаких чувств»? — растерянно переспросил юноша. — Господин, я ведь вам еще на яхте говорил, что вы для меня дороже всего на свете и очень нравитесь. Сильнее чем кто-либо вообще… Я с радостью, не задумываясь выполню любое ваше желание… Разве этого не достаточно?

Глядя на расстроенного парня, сидевшего с опущенными плечами и смотрящего на него взглядом брошенного щенка, Конар мысленно застонал. Он не хотел Ная обидеть, просто не смог сдержаться и в духе их откровенной беседы высказал так поразившее его предположение вслух. Глупо конечно, но уж лучше сразу все выяснить.

— Конечно, достаточно, — поспешил исправить свою грубость мужчина. — Извини, я не хотел тебя расстроить.

Шагнув вперед, Дегре обнял парня за плечи и притянул к себе. Най тут же ожил. Обхватив руками талию, он прильнул к Конару всем телом и, крепко прижавшись щекой к животу, зарылся лицом в складки халата.

Запустив пятерню в мягкие волосы блондина, Дегре некоторое время перебирал волнистые прядки, обдумывая только что сказанное и постепенно приходя к выводу, что, в общем-то, все совсем даже неплохо! В поведении Ная многое стало понятно, а — по зрелому размышлению — ожидать от парня чего-то сверх того, что тот был в состоянии предложить, было глупо, как, в общем-то, и требовать то, чего сам пока не готов дать… Тихонько хмыкнув, Конар подумал, что Най изначально вообще вряд ли понимал, к чему в итоге могут привести его заявления и так понравившиеся поцелуи. В конце концов, мужчина, учитывая ранее озвученное блондином отсутствие каких-либо привязанностей, решил несколько сменить тему и с изрядной долей недоверия поинтересовался:

— И что ты даже ни по кому из друзей не скучаешь? Все ж таки ты там не один год провел.

Повернув голову и уткнувшись Конару в живот подбородком, Най поднял глаза.

— Нет, не скучаю. Не могу сказать, что у меня были там друзья. Наставники сразу всем нам внушали, что единственным значимым лицом в нашей жизни будет хозяин, все остальные не важны, а, следовательно, не стоит ни на что отвлекаться и все силы необходимо тратить на скорейшее завершение обучения.

Живо представив себе пару сотен лет без друзей, каких-либо привязанностей, развлечений и секса, Конар зябко поежился. Жалеть Ная он смысла особого не видел — раз тот сам не переживает по этому поводу, то какой смысл переживать ему? — но все равно на душе остался какой-то неприятный осадок. Непроизвольно Дегре крепче прижал к себе парня, а тот между тем продолжил:

— Я очень рад, что моим хозяином стали вы, господин.

Смущенно хмыкнув, Конар потрепал довольно жмурящегося юношу по волосам.

— Ладно, думаю, основные вопросы мы выяснили, пора и на работу собираться.

Согласно угукнув, Най потерся носом о живот хозяина, а потом расцепил обнимающие того руки, давая мужчине возможность отойти.

Поднимаясь следом за господином по лестнице и задумчиво разглядывая его спину, юноша оценивал итоги произошедшего разговора.

По началу, когда человек только пришел, то был чем-то сильно раздосадован, и Най постарался в кратчайшие сроки это исправить. Кто бы мог подумать, что чашка кофе способна творить такие чудеса! Сам юноша к горькому напитку относился равнодушно, но раз тот способен поднять хозяину настроение, то юноша был готов варить его хоть сутки напролет. Когда в благодарность мужчина затащил парня к себе на колени, Най немного растерялся. Подобное положение было весьма неустойчивым, ведь ступни пола не касались, да и удобством оно не отличалось. Единственный плюс, да и то сомнительный — то, что господин оказался в прямом доступе. Сомнительный, потому что человеку, похоже, эта идея тоже быстро разонравилась, но по какой-то причине он не желал это признавать. Пришлось Наю брать все в свои руки. После довольно забавного диалога о предполагаемых повреждениях, которые хозяин якобы мог Наю нанести, человек был так смущен, что совсем не возражал и легко позволил юноше занять более удобную позицию на соседнем стуле.

Дальнейший разговор протекал довольно мирно, господина интересовала программа обучения, которая практиковалась на ферме, где вырос блондин. Тот охотно делился информацией, которая, почему-то опять, так же как и в случае с разговором о мнимых повреждениях, хозяина смущала, но мужчина старался не подавать виду. По-крайней мере, внешне ему это удавалось на сто процентов, и потому Най тоже оставался предельно серьезен, не позволяя себе посторонних эмоций, а лишь внимательно наблюдая за человеком и пытаясь понять, что же именно того так нервирует?

По всему выходило, что тему секса господин считал довольно волнительной. Мысленно хмыкнув, Най сделал себе заметку на память, последить за реакциями мужчины при разговорах о подобном с кем-то еще. Согласно имеющимся у блондина данным, быть каким-то табу это не должно, так что это может оказаться индивидуальной особенностью восприятия именно его человека или же реакцией на самого Ная. А если это так, то блондин должен знать о том в первую очередь!

А потом господин завел речь о чувствах, которые Най к нему испытывает. Это оказалось несколько неожиданно, и в свете довольно резкого заявления хозяина о том, что он считает, что парню нисколько не симпатичен, а также эмоций, которые мужчина в тот момент испытывал… Най знал, что не должен обижаться или расстраиваться, хозяин имеет право говорить и делать что угодно, но все равно в груди что-то болезненно сжалось. Ведь кроме того, что Най уже предлагал, дать мужчине ему было просто нечего. Если этого оказалось недостаточно, и господин посчитал, что чувства юноши ничто… Хорошо, что хозяин быстро передумал и поспешил Ная успокоить. Юноша с облегчением постарался, как можно быстрее, забыть о тех неприятных мгновениях, которые успел пережить, представляя себе все последствия слов человека. Оставалось только порадоваться, что все обошлось!

Глава 18

Стоя перед раскрытым шкафом с одеждой, Най внимательнейшим образом рассматривал и критически оценивал пестрые ряды своих нарядов. Уж с чем, с чем, а с этим у блондина никаких проблем не было и в ближайшее время не предвиделось: наставники позаботились о соответствующей его положению экипировке, не рассчитывая на будущего господина. Ведь, в конце концов, броня не оружие, угрозы как таковой не несет, а, следовательно, снабжая ей своих подопечных, учителя никаких законов не нарушали, зато позволяли последним чувствовать себя на новом месте гораздо увереннее. Зачастую, до тех пор, пока не приходилось воспользоваться специальными свойствами, о боевом назначении большей части представленных костюмов хозяева и не подозревали. Однако сейчас Ная эта составляющая его одежды интересовала пусть и не в последнюю, но уж совершенно точно не в первую очередь.

Как бы юноша себя не уговаривал, забыть слова господина, сказанные тем в порыве откровенности, у него не получалось. Абсолютная память просто не позволяла этого сделать, да и ворочающееся внутри беспокойство сильно способствовало тому, что мысли, как магнитом, перетягивало с безопасных тем вроде: «Что можно приготовить сегодня на ужин?» на действительно тревожащие. С печальным вздохом Най сдался и позволил себе погрузиться в неприятные раздумья. Сразу же всплыли промелькнувшие ранее опасения о том, во что в итоге может вылиться недоверие господина. В лучшем случае Най мог ожидать, что его банально выставят за дверь спальни (в которой юноша, следует отметить, чувствовал себя уже более чем комфортно и рассчитывал там обосноваться на постоянной основе), лишив попутно доступа к хозяйскому телу да и вообще лишив хозяйской благосклонности, а в худшем — что господин от него все-таки откажется. Промежуточные варианты тоже рассматривались…

Не в природе Ная было врать самому себе, и потому он честно признался, что подобные перспективы пугают его до нервной дрожи и черных точек перед глазами! В итоге было решено предпринять попытку доказать хозяину свою искренность. Пораскинув мозгами и прикинув с чего бы начать, блондин постановил, что перво-наперво следует просто вызвать у мужчины положительные эмоции и банально понравиться. Глядишь, человек и отвлечется, и думать про всякую ерунду забудет. Именно эта мысль и заставила юношу замереть в глубокой задумчивости напротив шкафа с одеждой. Необходимо было подобрать такой наряд, чтобы он вызвал у господина одобрение и спровоцировал интерес к самому носителю.

В итоге, после тщательных раскопок, Най решил не экспериментировать, рискуя попасть впросак, и остановился на уже проверенном варианте, облачившись в наряд, являвшийся практически точной, отличающейся исключительно цветом, копией того, в котором он был на яхте. Помнится, тогда хозяин реагировал достаточно бурно, и потому юноша с довольной улыбкой достал голубой с серебристым рисунком облегающий халат и сопутствующие ему атрибуты в виде голубой же ленты для волос, белоснежных штанов, обуви и прочих мелочей.

Через несколько минут, уже переодевшись, Най, глядя в большое зеркало на дверце шкафа, критически оценивал получившийся результат. Разгладив ладонями мнимые складочки на бедрах, юноша остался собой вполне доволен, потому решительным шагом покинул комнату, направившись на поиски господина. Тот предсказуемо оказался в своей спальне и как раз заканчивал собираться, накидывая на плечи поверх белой сорочки длинную темно-коричневую мантию. Появление в комнате блондина заставило его отвлечься и на пару мгновений замереть, разглядывая гостя. Встав так, чтобы его было лучше видно, Най с тщательно скрываемым удовлетворением отметил, как одобрительно блеснули глаза хозяина, да и эмоции человека говорили, что открывшимся видом тот более чем впечатлен. В груди приятно потеплело, и тревога ослабила свои тиски, позволяя дышать спокойнее.

— Шикарно выглядишь, — поделился своим мыслями мужчина, а Най от неожиданности моргнул. Получить устное подтверждение своим наблюдениям было крайне неожиданно: обычно приходилось рассчитывать исключительно на собственную наблюдательность.

Улыбнувшись, юноша решил заявление хозяина никак не комментировать, к тому же, тот этого и не ждал. Отвернувшись, человек хлопал себя по карманам, проверяя, все ли взял:

— Все, я готов. Поехали.

С этими словами он шагнул к Наю, который стоял как раз рядом с выходом из комнаты. Склонив голову к плечу, юноша нахмурился.

— Господин? — дождавшись того, что человек остановится и вопросительно на него посмотрит, явно не понимая, чем вызвана задержка, блондин осторожно поинтересовался: — А вчерашний подарок вы с собой брать не будете? Я полагал, что он как раз для работы нужен.

Не то чтобы парень не понимал, что лезет в дела хозяина и тот может посчитать его слишком назойливым, но и промолчать было бы неверно.

Господин замер, всей своей позой выражая растерянность, а потом хлопнул себя раскрытой ладонью по лбу, со сконфуженной улыбкой заявив:

— Черт, точно. Совсем про него забыл!

С этими словами он развернулся и шагнул назад, а Най удовлетворенно кивнул, похвалив самого себя за настойчивость. Выдвинув верхний ящик прикроватной тумбочки, мужчина вытащил оттуда деревянную коробочку, после чего с беззаботной улыбкой на губах вновь направился к выходу. Юноша же смотрел на все это круглыми глазами.

— И это сейф?! — с нескрываемым возмущением уточнил он, прекрасно помня, куда вчера вечером хозяин обещал спрятать подарок. Несомненно, тот был весьма ценным, и подобная безалаберность Ная несколько шокировала. Да мало ли что могло случиться?!

Смущенно отведя глаза, мужчина развел руками:

— Ну, забыл, признаю, — юноша только скептически выгнул бровь и поджал губы.

Господин же, глянув на парня исподлобья, решительным шагом преодолел разделяющее их расстояние и, обняв за талию, прижал к себе.

— Не будь занудой, — выдохнув это Наю прямо в губы, хозяин незамедлительно заткнул юношу, открывшего было рот для ответной тирады, поцелуем.

Растеряно хлопнув ресницами, тот печально вздохнул и, сдаваясь, закрыл глаза, напоследок подумав, что кое-кто придумал отличный способ его отвлечь. Все нравоучения мгновенно вылетели из головы. Расслабившись и обхватив шею хозяина руками, Най с энтузиазмом ответил ласкающим его губам и языку, чувствуя, как уже знакомо нарастает приятный внутренний жар. Все-таки целоваться было невероятно приятно.

Прервал ласки господин сам, Най бы был совсем даже не против постоять так подольше. Однако явно более тренированный человек решительно отодвинулся и, глядя на так же, как и он, сам тяжело дышащего парня горящим взглядом, скомандовал:

— Все. Хватит. Поехали на работу, а то, если продолжим в том же духе, боюсь, мы рискуем сегодня в посольстве так и не появиться.

Глубоко вздохнув, приводя чувства в порядок, Най согласно улыбнулся, а затем, отлипнув от мужчины, повернулся к тому спиной, делая первый шаг в коридор. Непонятный эмоциональный посыл от хозяина, явно с трудом сдержавшего какое-то желание, заставил парня удивленно оглянуться. Правда, это ничего не дало — человек только рукой махнул, поторапливая блондина. Мысленно пожав плечами, тот зашагал вперед.

Когда они уже спускались с лестницы, хозяин деловито попросил:

— Слушай, захвати-ка с собой на всякий случай тот список с необходимым тебе оборудованием.

Ощутив прилив предвкушения, Най повернул голову к шагающему рядом хозяину и отчитался:

— Я все и так помню, но если хотите, могу взять распечатку.

Чуть заметно нахмурившись, мужчина задумался, а потом неопределенно качнул головой.

— Возьми, я еще раз гляну.

Без лишних слов блондин свернул в сторону кабинета. Список он оставил именно там, в ящике стола.

По дороге на работу господин, как и обещал, внимательнейшим образом просматривал распечатки и задавал кое-какие уточняющие вопросы. По некоторым пунктам у них даже завязался спор, но Наю удалось отстоять свою точку зрения и убедить мужчину в необходимости того или иного приобретения. Дискуссия продолжалась, даже когда они выбрались из повозки и шагали по коридорам здания посольства. В итоге, оказавшись в своем кабинете, хозяин решительно тряхнул головой.

— Значит, сейчас сделаем так: я останусь тут, разбираться с делами, а ты поедешь по магазинам. С тобой я отправлю Шуна, он в городе хорошо ориентируется, заодно и компанию составит.

Най хотел было возмутиться, но вовремя прикусил язык. В конце концов, то, что он сам подумал, что хозяин поедет за покупками вместе с ним, еще ничего не значит, у его человека вполне предсказуемо могли быть совершенно другие планы. Пережив первые мгновения после озвучивания новости и смирившись с решением господина, юноша нахмурился — в его голову пришла другая мысль, и она парню совсем не понравилась.

— Но вы тогда останетесь один, без охраны, — озвучил он свои опасения.

Господин в это время сел за свой стол и под пристальным взглядом Ная нажал кнопку интеркома:

— Шун, зайди ко мне и все текущие документы захвати, — вызвав помощника, мужчина вновь сосредоточил все свое внимание на недовольно сопящем юноше.

Весело улыбнувшись, хозяин возразил:

— Да брось ты, я здесь уже год работаю, и ничего плохого ни разу не произошло. Я даже кофе ни разу не обжегся! За еще один день ничего не случится.

Блондин, замерев в центре кабинета статуей, олицетворяющей немой укор, продолжал мрачно хмуриться и недовольно сопеть. Даже руки на груди для пущего эффекта скрестил. В поведении господина была своя логика, но это ведь не значит, что Наю она должна была нравиться, верно?

— Да и потом, — продолжил между тем человек, — сегодня здесь будет более чем суетно, и, чем тихо сидеть в уголочке, ты лучше свои вопросы порешай, это будет полезнее.

В этот момент дверь кабинета открылась, и в образовавшуюся щель просочился груженый кипой бумаг помощник посла. По разом потяжелевшему взгляду хозяина Най понял, что разговор окончен, решения своего тот не изменит, потому юноша без лишних слов отошел в сторону и занял свое место на диване. Было не то что обидно, но как-то неуютно — вроде бы все в порядке, но все же что-то не то. Оставлять хозяина одного не хотелось. Грустно вздохнув, Най прислушался к инструкциям, которые господин давал одетому в черный деловой костюм парню. Тот шефа внимательно слушал и кивал.

Решив все рабочие вопросы, хозяин с заметным чувством гордости продемонстрировал искренне обрадовавшемуся Шуну флакон с мутной коричневой жидкостью, а затем отрядил парня в помощь Наю. Мужчина предупредил, что тому необходимо сделать кое-какие покупки, но одного его в город отпускать он пока боится. Так что Шуну придется поработать сопровождением. Помощник не возражал, искоса бросая любопытные взгляды на блондина, сидевшего в углу дивана со скрещенными на груди руками и надевшего маску абсолютной невозмутимости.

Наконец, с инструктажем было покончено и помощник посла пошел собираться, а Най остался с хозяином наедине. Мужчина тут же оставил бумаги, которые заинтересованно проглядывал, и, встав из-за стола, решительным шагом направился к блондину. Приземлившись на сидение рядом с Наем, он обнял того рукой за плечи и прижал к себе, при этом чуть встряхнув.

— Прекращай дуться.

— Я не дуюсь, — буркнул юноша, тоном заявления опровергая свои же слова.

Быстро сообразив, что ведет себя совершенно некорректно, Най тяжело вздохнул. Пришлось в принудительном порядке расслабляться. Прижавшись к боку хозяина и, обхватив его талию руками, юноша положил голову тому на плечо.

— Мне спортивный инвентарь заказывать или пока рано?

Мужчина, довольный тем, что блондин перестал капризничать, задумчиво протянул:

— Даже не знаю. Наверное, стоит присмотреть, но пока не покупать. Надо еще определить, где мы будем тренажерный зал делать, да и бригаду строителей стоило бы подыскать.

Согласно угукнув, Най потерся щекой о плечо хозяина. Ничего больше сделать не успел: в дверь постучали, и, не дожидаясь разрешения, в кабинет заглянул Шун.

— Тер Дегре, я готов, — отрапортовал парень, поправляя на носу очки и старательно не обращая внимания на обнимающуюся парочку.

Хозяин тут же выпрямился, кивнув помощнику.

— Хорошо, — и уже обращаясь к вставшему Наю, добавил, — купи себе еще индивидуальный переговорник, ну, и ручную консоль.

Принимая из рук хозяина кредитную карточку, юноша утвердительно кивнул, после чего направился за успевшим удалиться Шуном.

Первое время в компании с помощником господина Най все больше отмалчивался или отвечал на вопросы односложно. Любопытный юноша стремился исподволь выяснить, что же их с послом связывает и какова вообще природа отношений. Блондин, естественно, на такие вопросы отвечать не собирался, но и совсем молчать было не вежливо — все-таки Шун был доверенным лицом хозяина. Когда же Наю окончательно надоело упражняться в софистике, он перехватил инициативу разговора. Тогда уже пришла очередь брюнету отмалчиваться и вилять. Отвечать на каверзные вопросы, касающиеся работы или же других сфер жизни непосредственного начальника, он так же не стремился.

В конце концов, на очередном витке вопросов, встретившись взглядом с хитро прищуренными серебристо-серыми глазами, парень сдался и, задорно рассмеявшись, признал, что у них ничья. Дальше дело пошло гораздо легче. Шун тоном заправского гида рассказывал оживившемуся и бодро вертящему головой Наю про Мон-Ваа вообще и Лан-Тиит в частности, цветисто комментируя то, что проплывало за окнами повозки.

В магазины парень с Наем принципиально не ходил, заявив, что не желает лезть в личную жизнь начальства и лучше он на улице посидит, воздухом свежим подышит — когда еще в разгар рабочего дня такое счастье перепадет? Блондин к такой постановке вопроса отнесся весьма благосклонно, и потому со спокойной совестью занимался своими делами, кочуя из лавки в лавку и выбирая то, что своим качеством удовлетворяло бы его требовательный вкус. С небольшим перерывом на обед всё это заняло большую часть дня, так что в посольство парочка вернулась уже под вечер.

Най, довольный тем, что удалось найти все, что он хотел, а что не нашлось, то будет доставлено в ближайшее время, был полностью умиротворен. Правда, радость его несколько угасла, стоило юноше увидеть напряженное лицо хозяина — в этом они с Шуном оказались солидарны. Хотя если помощник посла с места резво кинулся в бой, помогать шефу, то блондину пришлось удовлетвориться сидением на диване. Как господин и предупреждал, суета в посольстве стояла страшная. В общем, юноше ничего не оставалось, как обзавестись толстенной энциклопедией из запасов хозяина и спокойно углубиться в чтение. Он бы, конечно, с большим удовольствием поперебирал приобретенные сегодня «игрушки», но те должны были доставить в дом господина только к завтрашнему вечеру — на оформление всех разрешений требовалось время. Сразу забрать удалось только с десяток ножей, которые теперь надежно прятались на теле Ная.

Устало потерев ладонями лицо, Конар скосил глаза на с ногами забравшегося на свой диван блондина. Парень, ни на что не отвлекаясь, увлеченно читал. Глупо улыбнувшись, мужчина сам себе признался, что именно его ненавязчивого присутствия рядом ему весь день и не хватало. С Наем под боком было мало того, что как-то морально спокойнее, так еще и не приходилось каждые десять минут дергаться, переживая — а не случилось ли чего? Отчеты, которые он каждый час получал от Шуна, успокаивали, но ненадолго. Отвлекала от переживаний только работа, хорошо, что ее-то как раз навалилось действительно много.

Как Конар и предполагал, стоило только ему появиться в лаборатории посольства и демонстративно поставить на стол начальника исследовательского центра квадратный пузырек с выжимкой из корней дерева тха, как все завертелось. После первоначального замешательства на лице пожилого мужчины, щеголявшего благородной сединой в длинных, собранных в низкий хвост волосах, отразилась целая гамма разнообразных эмоций, закономерно завершившаяся плотоядным оскалом маньяка-исследователя. Белый рабочий халат, который являлся своеобразной униформой тера Фисана, дополнял картину сумасшедшего профессора как нельзя лучше.

В общем, с этого момента у Дегре не было практически ни одной свободной минуты. Суета, беготня, сообщения от вышестоящего начальства, подробные отчеты о том, когда, от кого, по какому поводу он получил вожделенную выжимку… Составление планов дальнейших мероприятий и так далее.

Вообще, Конар с самого начала подозревал, что руководство Конфедерации уже давным-давно санкционировало подпольное проведение всех необходимых исследований, касающихся выжимки (разведка, в конце-то концов, не дремлет), и в его, как посла, задачу входило лишь добиться официального получения препарата. Иначе стоило ли разводить вокруг этого всего такую бурную деятельность и ставить послу первоочередной задачу получения какой-то там выжимки, которая еще неизвестно является катализатором или нет? Разом поднявшийся вокруг пузырька с коричневой жидкостью шум только утвердил мужчину в мысли, что все было известно заранее. Оставалось только дождаться реакции начальства — наверняка ведь будут проведены дополнительные исследования, — и озвучения его новой задачи. Дегре предполагал, что это займет не больше двух-трех дней. А пока оставалось только заполнять бумаги и ждать. Можно будет даже заняться своими делами, если время останется…

Поставив локти на стол и уперевшись подбородком в сцепленные пальцы, Конар с улыбкой разглядывал Ная, представлявшего собой небольшой островок уютного спокойствия в бушующем вокруг море суеты. Парень как раз перелистнул очередную страницу книги, а Дегре мысленно подивился — неужели же ему интересно (пытливый взгляд на корешок книги сказал, что блондин изучает «Большой справочник современного биолога»)? Судя по той увлеченности, которую юноша демонстрировал, интересно ему действительно было.

— Ну и как, всё, что хотел, нашел? — подал голос посол, которому надоело сидеть в тишине, нарушаемой исключительно шорохом бумаг.

Най тут же отвлекся от своего талмуда и, подняв на мужчину глаза, солнечно улыбнулся:

— Да, тут хорошие магазины, — дождавшись одобрительного хмыка от Конара, парень деловито поинтересовался, — а у вас тут все в порядке?

Дегре неопределенно пожал плечами.

— Более или менее. Ничего сверх ожидаемого.

Как ни странно, повышенная опека и внимание со стороны блондина его нисколько не раздражали… Задумавшись над этим, Конар решил, что, наверное, это происходит из-за того, что все требования или капризы юноши так или иначе были связаны с его собственной безопасностью. По пустякам Най не волновался, без лишнего шума, пусть и с выражением ярого протеста и недовольства на симпатичной мордашке, соглашался с решениями Дегре. Стоило только мужчине обозначить свою конечную позицию, как парень разом прекращал все споры.

Конар не мог не улыбнуться, вспомнив устроенную Наем ему сегодня утром сцену, когда парень понял, что Дегре совершенно забыл спрятать ценный подарок в сейф, попросту запихав его в ближайший ящик. Нет, вообще-то у мужчины было более чем солидное оправдание! У него в тот момент все мысли были заняты кое-кем донельзя прямолинейным и блондинистым, о чем вообще могла еще идти речь, какой сейф?! Но Наю же об этом не скажешь. Парень и так заставлял его все утро чувствовать себя идиотом. В итоге пришлось блондина отвлекать, и, надо сказать, так удачно они оба отвлеклись… Дегре чудом удалось взять себя в руки, а потом еще и мысленно бить себя же самого по этим самым рукам. Желание шлепнуть Ная по аппетитной, обтянутой голубым шелком заднице было практически непреодолимо. Спасло только то, что Дегре, буквально вот только что, обещал самому себе вести себя с парнем посерьезнее. Опыт с сидением на его коленях более чем жесткой тушки был еще в памяти свеж. Да и не факт, что попробуй он парня все же шлепнуть, не остался бы с отбитой о тот зад рукой. В общем, от необдуманных действий посол кое-как, но удержался.

От приятных воспоминаний Дегре отвлек писк интеркома. Шун сообщал, что Конара вновь, который уже раз за день, по прямой связи вызывает начальство. Перерыв закончился, работа ждать не желала.

В посольстве пришлось просидеть до позднего вечера.

Глава 19

По дороге домой Конар сидел в повозке с закрытыми глазами и, откинувшись на спинку сидения и уперевшись гудящим затылком в стенку, мечтал только об одной вещи. Нет, о трех! Или даже четырех… Пожрать, сходить в душ и завалиться спать. Именно в такой последовательности. В промежутках между этими занятиями можно было бы еще слегка потискать Ная, но только слегка, на что-то большее у него сейчас сил бы просто не хватило: сегодняшняя беготня в посольстве утомила мужчину сверх меры. Радовало в этом только одно — похоже, руководство Конфедерации было действительно сильно заинтересовано в катализаторе, дела шли семимильными шагами. Если прежде посол полагал, что бумажная волокита и ритуальные расшаркивания затянутся дня на три-четыре, то теперь был уверен, что все решится уже завтра.

— У нас дома съедобное что-нибудь есть? — не открывая глаз, поинтересовался Конар. Заезжать в ресторан не хотелось, но и ждать, пока Най что-нибудь изобразит с нуля, тоже.

— Есть, — тут же отозвался юноша. — Я с утра все приготовил, надо будет только в духовку поставить и подождать двадцать пять минут.

Тяжело вздохнув, Дегре кивнул. Значит, порядок мероприятий менялся. Сначала в душ, а потом уже пожрать и все остальное. Тоже ничего так программа.

По приезде домой мужчина, действуя согласно утвержденному плану, первым делом побрел к себе, малодушно оставив Ная разбираться с ужином. Прохладные струи воды быстро смыли пот и притупили усталость, подарив телу ударный заряд бодрости. Так что выходил из ванной Конар уже совершенно другим человеком — жизнерадостным, но все еще до чертиков голодным. Глянув на часы и с удивлением поняв, что в ванной он пробыл всего десять минут, а не полчаса, как ему самому показалось, Дегре пожал плечами и все равно поторопился натянуть домашние штаны и халат, а потом поскорее спуститься вниз. Запах чего-то вкусного был пока не так уж и силен, но для оголодавшего организма взрослого мужчины вполне достаточен. Слюна выделилась моментально и разом заполнила рот. Ее приходилось все время сглатывать, иначе посол рисковал банально захлебнуться.

Поведя носом, Конар остановился на пороге кухни и, окинув помещение цепким орлиным взором, сосредоточил все свое внимание на стоящем у разделочного стола к нему спиной и что-то методично нарезающем блондине. По достоинству оценив ладную фигурку парня, выгодно подчеркнутую нежно голубым облегающим халатом, мужчина хищно улыбнулся. Один пункт своей вечерней программы он уже выполнил, два других пока не доступны, так что ничего не оставалось, как…

Стараясь ступать бесшумно, ну, или по крайней мере не топать, как слон, Дегре подошел к Наю и, заглянув тому через плечо, обнял за талию, прижимаясь к юноше всем телом.

— А что ты делаешь? — постаравшись изобразить чувственное мурлыканье, поинтересовался Конар, щекоча дыханием ушко своей якобы пойманной жертвы.

Замерший блондин пару мгновений недоуменно молчал, а потом, чуть повернув голову, скосил глаза на мужчину, ни с того ни с сего пристроившего свой подбородок у него на плече.

— Эм… Овощи на салат режу. Господин, что-то не так?

Вздохнув, Конар потерся носом о шею юноши и молча посокрушался, что его желания «пообщаться», похоже, совершенно не поняли. Хотя, чему тут удивляться — Дегре мысленно себя пнул, — ночью же уже выяснилось, что Наю надо все подробно объяснять, откуда тот может знать, чего он от него хочет? Придя к такому заключению, мужчина насмешливо хмыкнул.

— Да нет, все в порядке. Я вот тут просто решил к тебе немножко поприставать. Можно?

Из последовавшего за этим заявлением продолжительного молчания Дегре заключил, что блондин окончательно растерялся или же банально не знал, как отреагировать, боясь сделать что-то не то, и потому Конар решил показать наглядно, что имеет ввиду. Кто его знает, может парню про такие понятия как «приставания» тоже не рассказывали. Подув на притаившуюся на щеке юноши волнистую прядку, Дегре уткнулся носом Наю за ухо и великодушным шепотом разрешил:

— Ты не отвлекайся, я просто немножко тут постою.

При этом его ладони уже вовсю гуляли по торсу юноши, то крепко стискивая бока, а то ласково и невесомо поглаживая живот и грудь. Сглотнув, Най коротко кивнул и постарался вернуться к прерванному появлением мужчины занятию, правда, насколько Конар мог судить, нож теперь соприкасался с разделочной доской значительно реже, кое-кто явно не мог полностью сосредоточиться, отвлекаясь на посторонние раздражители.

Довольно усмехнувшись, Дегре удвоил свои усилия, начав старательно исследовать губами и языком аккуратное ушко и изящную шею. Как-то сразу вспомнилось, что именно эта самая шея не давала ему покоя на яхте, все время, словно магнит, притягивая взгляд. Внезапно дорвавшись до желаемого, мужчина проявил завидное старание, всецело посвятив себя исследованию и демонстрируя совершенно не соответствующий его якобы утомленному состоянию энтузиазм. Довольно скоро ситуация вышла далеко за границы того, что Дегре планировал изначально, температура на кухне явно повысилась. Най уже совсем забыл про свои овощи, которые вообще-то резал, и просто стоял, запрокинув голову и уперевшись затылком ласкающему его мужчине в плечо, руки юноши безвольно лежали на столешнице, а грудь часто вздымалась, ему очевидно нравилось то, что происходит. Да и сам Конар завелся не на шутку. Тело горело, а вставший член весьма удачно упирался в зад льнувшего к нему парня, бедра сами собой слегка покачивались, создавая восхитительное, но явно в этой ситуации не достаточное трение.

Оторвавшись на мгновение от вылизывания чувствительного участка за ушком блондина, прикосновения к которому заставляли того каждый раз сладко вздрагивать, Конар ухватил парня за плечи и резко развернул к себе лицом. Осоловело моргающий Най не возражал, а когда Конар впился в его губы голодным поцелуем, так и вообще довольно застонал, обнимая мужчину руками шею и зарываясь пальцами в его густые волосы.

Дегре же, сжав ладонями ягодицы юноши, еще ближе притянул того к себе, вжимаясь пахом в пах и отчетливо ощущая, что парень возбужден не меньше его самого. Это стало последней каплей, и уже в следующий момент Дегре с рыком скинул на пол все, что было на столе позади Ная, а самого парня одним резким рывком усадил на столешницу, удобно устраиваясь между широко разведенных коленей. Сдавленно хихикнув, блондин откинулся назад и уперевшись в столешницу руками, призывно запрокинул голову, одновременно с этим обхватывая талию мужчины ногами и притягивая к себе ближе. Большего поощрения Дегре было не нужно, и он начал судорожно искать застежки на халате Ная, попутно целуя того куда придется и плавно двигая бедрами, возбуждаясь возбуждая еще больше.

Когда вредный халат был побежден, Дегре, нетерпеливо сопя и порыкивая, распахнул полы и стянул скользкую ткань с плеч юноши, обнажая матовую кожу. Сил удержаться не было, и он с довольным стоном прильнул к часто вздымающейся груди, втягивая в рот напряженный сосок. Придушенный стон выгнувшегося дугой Ная стал ему наградой, а для самого парня послужил своеобразным спусковым крючком. Тот разом перестал быть пассивным участником происходящего.

Довольно агрессивно ухватив мужчину за волосы и оторвав его голову от своей груди, блондин бесцеремонно впился во влажные, приоткрытые губы поцелуем, кусая их и посасывая, проталкивая свой язык в рот ошалевшему от такого напора мужчине. Уверенные руки юноши в это время уже вовсю орудовали на плечах и спине Конара, споро освобождая того от лишней одежды, подчиняя и заставляя дрожать от нетерпения. Мужчина и сообразить ничего не успел, как они поменялись местами. Теперь уже Дегре оказался прижатым спиной к столешнице, а низко урчащий и явно вошедший во вкус Най вылизывал и покусывал его шею, плавно спускаясь вниз и шустро стягивая с мужчины штаны, совершенно определенно не собираясь останавливаться на полпути.

Когда Най опустился перед Дегре на колени и поднял на того черные из-за расширившихся зрачков глаза, при этом хищно улыбнувшись, Конар забыл, как дышать, чувствуя только, что воздух застрял где-то в горле, а вся кровь окончательно и бесповоротно ухнула вниз, создавая в паху непередаваемое, слегка болезненное, но все же восхитительное напряжение. В следующий момент мужчина был вынужден судорожно вцепиться пальцами в столешницу только ради того, чтобы позорно не упасть — ноги разом стали ватными и отказались держать. Никогда прежде он не испытывал таких феерических ощущений от банального минета, а ведь Най пока просто взял его член в рот и больше ничего. Если бы у Дегре в легких нашлась хоть капля кислорода, он бы заорал, а так тишину нарушил только похожий на предсмертный хрип.

Зажмурившись и не в силах сдерживаться, мужчина подался бедрами вперед, во влажное обволакивающее тепло, побуждая Ная сделать уже что-нибудь, чтобы прекратить это убийственную пытку бездействием. Блондин тут же понял, чего от него требуется и начал старательно сосать, скользя языком и губами по напряженному стволу и помогая себе руками. Дегре совершенно потерялся в ощущениях, наслаждаясь каждым мгновением происходящего. Ошалелыми глазами следя за все более уверенными действиями блондина, он никак не мог найти в себе силы чтобы что-то изменить, да и зачем? Когда так хорошо надо расслабиться и… Разрядка наступила совершенно неожиданно, все мышцы разом свело судорогой, а удовольствие прокатилось по телу сокрушительной волной, приглушая краски окружающего мира и вырубая все мыслительные процессы в голове (их, правда, и так практически не было).

Когда сознание немного прояснилось, и Конар смог адекватно воспринимать реальность, он первым делом вздернул продолжающего сидеть на полу у его ног и старательно его вылизывать Ная вверх. Благодарный поцелуй вызвал у парня довольное урчание и, судя по тому, как блондин льнул к нему всем телом, мужчина сделал вывод, что тот все еще возбужден.

Решение о том, что делать дальше пришло само собой. Скажи ему кто еще месяц назад, что он будет стоять посреди собственной кухни на коленях, полуголый, со спущенными штанами и старательно отсасывать у парня, он бы даже не высмеял того шутника, а просто сразу набил ему морду. Сейчас же, сосредоточенно лаская языком упругую плоть постанывающего блондина, Дегре вяло размышлял, что, в общем-то, это даже приятно. Най на вкус оказался пряный и чуть сладковатый. Весьма специфическое сочетание, к такому недолго и пристраститься. Легкая вибрация, порожденная смешком, который мужчина не смог сдержать, послужила той каплей, что увела блондина за грань — Конар от неожиданности чуть не подавился, судорожно глотая выплескивающуюся в рот вязкую жидкость.

Потом они еще долго сидели на полу и лениво целовались, совершенно позабыв про все на свете и без лишних слов наслаждаясь моментом. Уютную идиллию нарушила резкая трель дверного звонка.

Вздохнув, Най прокомментировал:

— Это, наверное, продукты привезли, пойду, заберу.

Следя за тем, как юноша плавным движением поднимается на ноги и быстро приводит свою одежду в порядок, Конар решил, что ему бы пора тоже собирать себя в кучу. Только получалось у него это на порядок хуже, чем у блондина. Откуда-то навалилась дикая усталость, и захотелось, плюнув на все, завалиться спать прямо тут, на полу. Дегре даже осмотрелся, прикидывая, где лучше прилечь, однако валяющийся неподалеку нож и кусочки чего-то белого заставили его, поморщившись, отказаться от данной идеи. Пришлось-таки вставать.

К тому моменту, когда ему это удалось, как раз вернулся Най с большой коробкой наперевес. Поставив свою ношу в угол, парень резво засуетился, споро накрывая на стол и доставая из духовки что-то явно съедобное и даже наверняка вкусное. Тяжело примостившийся на стуле, Конар следил за всеми этими приготовлениями как-то отстраненно, будто его это не касается.

Потом они все-таки поужинали, и Дегре на автопилоте добрался до своей спальни. Как заснул, он уже не помнил, зато внимательно следивший за состоянием хозяина Най все прекрасно контролировал и после того, как мужчина плюхнулся на кровать лицом вниз, потратил немало усилий на то, чтобы его аккуратно, опасаясь потревожить, раздеть и уложить нормально. После этого довольно улыбающийся юноша оставил человека одного, у него самого еще было полно дел.

Разбирая продукты и прикидывая, что бы на завтра приготовить, благо, он сегодня озаботился приобретением электронной книги с миллионном разнообразных рецептов, Най чуть ли не урчал. Сегодняшний вечер был богат на удивительные сюрпризы! Мало того, что он убедился, что в глазах хозяина явно занимает не последнее место и человек с удовольствием готов проводить с ним время, мало того, что господин весьма снисходительно, если не сказать больше, отнесся к явно непочтительному и даже грубому по отношению к себе поведению раба во время их неожиданных утех, так он после этого еще и об удовольствии этого самого раба позаботился! Это было что-то невероятное! Блондин был готов прыгать на месте и счастливо повизгивать, как щенок, которого он как-то видел в учебном видеофильме. Он господину был явно не безразличен!!! Что может быть замечательнее? Нет, блондин, конечно, не собирался злоупотреблять оказываемыми ему знаками доверия, но испытывать облегчения ему ведь никто не запретит, правильно? Это так приятно, когда не надо бояться, что от тебя вот-вот избавятся, а в том, что от него все же не избавятся, Най уверился твердо. Как же может быть иначе? Тех, кто дорог, не выбрасывают на улицу.

Довольно мурлыкая себе под нос что-то радостное, Най шустро раскладывал продукты по полкам, нарезал заготовки на завтра и убирал остатки сегодняшнего ужина. Еще он занимался давно планируемой диагностикой домашней системы безопасности, проверяя оптимальность ее работы, ну и так, по мелочи. Полазил по информ-сети, составил список строительных организаций, держа в уме обещанный хозяином тренажерный зал, но вообще, все это было не так важно! Най даже сам себе боялся признаться, что отчаянно торопится поскорее закончить все запланированные дела и нырнуть к хозяину под одеяло, прижавшись всем телом к его теплому боку. И пусть он еще долго не заснет, но даже просто слушать ровное спокойное дыхание спящего человека будет здорово.

Глава 20

Выныривая из сна, Конар сразу же отметил, что на этот раз Най никуда ни по каким делам не сбежал, а, уткнувшись носом ему в плечо, уютно сопит под боком. Удивительно, но это была самая первая мысль, посетившая его голову! Собственно, Дегре и засыпая тоже думал о блондине, так что, с легкостью посчитав такое положение вещей вполне естественным, не стал заморачиваться, а решил наслаждаться уютным, обволакивающим, словно мягкое одеяло, комфортом. Расплывшись в довольной улыбке, он повернулся на бок, перехватывая прижимающегося к нему юношу покрепче и зарываясь носом в пушистую разлохмаченную макушку.

Поцеловав мягкие прядки, Конар замер неподвижно, чутко следя за тем, как Най ответно завозился, устраиваясь удобнее: притираясь ближе, обнимая за талию и закидывая на его бедро ногу. Улыбка Дегре после этого стала на порядок шире и приобрела несколько идиотский вид, но так как оценить и осудить его за это было совершенно некому, он просто расслаблено прикрыл глаза. Совершенно нехарактерная для него дрема подкралась на мягких лапках и прицельным прыжком из-за угла накрыла с головой, да так качественно накрыла, что второй раз просыпаться пришлось уже с посторонней помощью.

— Господин, господи-и-ин, пора вставать.

Аккуратное тормошение и воркующий полушепот совершенно не способствовали быстрому возвращению сознания, настраивая на неторопливый лад и давая надежду на то, что можно поваляться еще немного, а потому, сонно буркнув что-то маловразумительное, Конар перевернулся на живот и отвернулся от источника беспокойства, пряча лицо в подушке. Источник на пару мгновений затих, видимо, обдумывая ситуацию, а потом начал действовать несколько по-другому. Дегре самым краешком дремлющего сознания отметил, как с него неторопливо сползает одеяло, и обнаженную кожу спины тут же начинает обдувать прохладный воздух. Поежившись, мужчина чуть заметно улыбнулся и вновь замер, но, как выяснилось, ненадолго — оставлять в покое его никто не собирался. Короткое влажное прикосновение к пояснице чего-то мягкого и на контрасте с окружающей свежестью обжигающе горячего заставило Конара испуганно распахнуть глаза и подпрыгнуть на месте — сердце забилось, как бешеное. Торопливо развернувшись, мужчина круглыми глазами уставился на довольно улыбающегося Ная. Тот сидел на коленях и хитро щурился, наблюдая за скачками прижавшегося спиной к изголовью кровати посла.

Постепенно приходя в себя, Дегре сообразил, что его банально лизнули и ничего более, но эффект неожиданности сыграл свою роль — ударная доза адреналина хлынула по венам и прогнала всякую сонливость. На смену шоку Конара затопила волна облегчения, и, чуть нервно рассмеявшись, он, не сдержав мальчишеского порыва, запустил в довольного собой блондина подушкой.

— Ах, ты ж! — вразумительные реплики куда-то потерялись, впрочем, как и умные вопросы. — Где только научился?!

Весело фыркнув, Най прижал к животу пойманную в полете спальную принадлежность и прокомментировал:

— Это экспромт, — после чего посерьезнев, добавил, — Уже правда пора вставать.

Тяжело вздохнув и закрыв глаза, Дегре согласно кивнул.

— Я понял.

— Вот и хорошо! — тут же оживился блондин, — Тогда я пойду вам кофе сварю.

Прежде чем Конар успел что-то возразить, Най уже выскользнул за дверь. Тяжело вздохнув и опустив руку, которую он было поднял в запоздавшей попытке парня остановить, мужчина печально сам себе пожаловался:

— Ну никакой тебе романтики…

После чего широко улыбнулся и, потянувшись всем телом, бодро спрыгнул с кровати. Настроение зашкаливало за отметку «отлично».

Утреннего заряда бодрости хватило надолго, дела буквально спорились в руках, и окунувшийся в рабочую суету с головой Конар практически не заметил, как день шустро перевалил за середину и стремительно приближался к вечеру.

Как мужчина и предполагал, все вопросы с катализатором решались практически на глазах, и уже к обеду на руках у него было новое задание от руководства — как можно скорее, во что бы то ни стало заключить с верховным камаалом Мон-Ваа договор на поставку ценного ингредиента. Причем желательно в промышленных масштабах. Дегре давали полный карт-бланш и разрешение ради получения желаемого обещать Отторону практически что угодно, естественно в разумных, но весьма щедрых пределах. А если удастся установить на выжимку еще и монополию Конфедерации, то послу вообще чуть ли не звезду с неба в качестве премии сулили! Звезда Конару была совершенно ни к чему, но перспектива солидного вознаграждения его, как и любого нормального человека, весьма ощутимо грела и побуждала шевелиться активнее, задействуя все наработанные за год связи.

Встреча с верховным камаалом была назначена на послезавтра. Если учесть, что обычно на официальный прием приходилось записываться чуть ли не за месяц — это был просто-таки шикарный результат! Дегре не знал, что тут сыграло главную роль — его дружба с Орхангом, то, что Отторон все еще ощущал за собой некоторую вину в связи с недоразумением с Наем или же что-то еще, он просто довольно потирал руки, решив, что это добрый знак: у него все должно получиться.

Ближе к концу рабочего дня, когда уставший, но довольный Дегре уже несколько лениво перебирал второстепенной важности корреспонденцию, то и дело поглядывая на увлеченно щелкающего кнопками своей новой карманной консоли Ная, в кабинет заглянул Шун. Помощник приволок очередную порцию бумаг, без которых в Конфедерации Свободных Республик не обходилось ни одно важное дело. Нынешнее высокое начальство отличалось махровым консерватизмом и трепетно любило бумажные документы, так что всем сотрудникам посольства приходилось мириться с тем, что вместо того, чтобы просматривать информацию в электронном виде, они вынуждены перелопачивать кипы макулатуры. Сгрузив свою ношу на край стола, помощник деловито отрапортовал:

— Тер Дегре, тут в обед на Мон-Ваа приземлился небольшой частный лайнер.

Откинувшись на спинку своего кресла, Конар вопросительно выгнул бровь, предлагая Шуну продолжить, но уже подозревая, что тот скажет дальше. Простые смертные на частных лайнерах не перемещались, а коли уж о подобном событии заикнулся его личный помощник, то из этого автоматически следовало, что у него скоро появится очередная головная боль.

— Владелица и главный пассажир — человек и довольно популярная актриса Мирна Уолш. Так как она проживает на территории Конфедерации, то должна у нас отметиться.

Вздохнув, Дегре закончил:

— И сделать она это желает не обычным путем, а лично. Попутно напросившись ко мне на прием с последующей экскурсией по местным достопримечательностям?

Шун согласно кивнул и развел руками, давая понять, что ничего не смог сделать и дамочка оказалась настойчива. Поморщившись и потерев лоб, Конар пригорюнился. Такие посетители захаживали к ним не часто, и если он откажется выгуливать скучающую барышню, то это мало того, что может обернуться скандалом (подобные люди чаще всего мнили себя не меньше чем центрами вселенной и настойчиво требовали соответствующего отношения), так еще и создаст очередной повод для сплетен, в конце концов, это было одной из его прямых обязанностей как посла — развлекать влиятельных гостей. Проще будет уделить этой Мирне Уолш немного времени, чем изыскивать приемлемые варианты ее игнорировать. Хоть и очень хотелось. Эту часть своей работы Дегре не очень любил.

— Ладно, куда деваться, — вынес он вердикт. — Основные дела на сегодня все равно вроде закончены, так что пару часов я выделить смогу. Она сейчас здесь?

Утвердительно кивнув, Шун уточнил:

— Да, ждет в приемной. Мне ее запускать?

Дождавшись разрешения, помощник удалился.

Посверлив взглядом закрывшуюся дверь, Конар отодвинул от себя все бумаги и повернулся к Наю, который во время всего разговора сидел напряженно выпрямившись. Юноша внимательно прислушивался к диалогу, но как-то его комментировать не спешил.

— Думаю, поужинать нам придется в каком-нибудь ресторане. Из своего опыта могу сказать, что эта встреча может затянуться допоздна. Обычно богатые праздношатающиеся туристы бывают весьма назойливы, так что наберись терпения.

Сосредоточенно кивнув, блондин подобрался. В следующее мгновение дверь в кабинет распахнулась, и Конар поспешил встать из-за стола, дабы направиться к вплывшей внутрь гостье. Галантно ее приветствуя, целуя ручку с аккуратными перламутровыми ноготками и предлагая удобное кресло перед своим столом, Дегре ненавязчиво разглядывал посетительницу. Первой мыслью, пришедшей в его голову, было — «Вау!», второй — «Вот это красотка!» и уже третьей — вечер, возможно, будет не так уж и скучен.

Мирна оказалась невысокой стройной брюнеткой с гривой пышных, падающих на плечи волос, крутыми бедрами, осиной талией и высокой грудью, как Конар прикинул, не меньше, чем третьего размера. По-летнему легкое темно-зеленое платье с глубоким декольте, широким черным поясом и пышной юбкой выгодно подчеркивало все достоинства вновь прибывшей, оттеняя глубокий цвет ее ярких изумрудных глаз. В общем, посол был впечатлен: именно такой тип женщин нравился ему больше всего.

— Леди Уолш, добро пожаловать на Мон-Ваа, — намерено используя в своей речи устаревшие обороты, Дегре внимательно следил за реакцией актрисы. Судя по тому, что улыбка алых губ стала на порядок шире, такое обращение ей нравилось. — Рад приветствовать столь яркую особу в нашей скромной обители. Что вас сюда привело?

Кокетливо взмахнув длинными густыми ресницами, девушка поправила шоколадный локон.

— Благодарю вас за приветствие и радушный прием, тер Дегре. Решила вот в пику своим подружкам-домоседкам попутешествовать по галактике, — рассмеявшись низким грудным смехом, Мирна, стрельнула на посла глазами. — Это ведь так захватывающе — космическое путешествие!

Неторопливый обмен любезностями набирал обороты. Поговорив некоторое время ни о чем и выполнив формальности с регистрацией, Конар, исполняя роль радушного хозяина, предложил очаровательной гостье небольшую экскурсию по городу, та, естественно, охотно согласилась.

Сопровождая даму до повозки, Конар изредка тревожно поглядывал на держащегося чуть позади Ная. Посол искренне надеялся, что тот не будет делать глупостей и не закатит ему при всех сцену ревности. Уж больно мрачные взгляды парень бросал на девушку. Судя по чуть поджатым губам и едва заметно нахмуренным бровям, блондин был близок к тому, чтобы высказать что-то не очень вежливое. Дегре оставалось полагаться только на благоразумие и выдержку юноши, ведь конкретно сейчас он предпринять ничего не мог. Ну не бросать же ему, в самом деле, гостью и не кидаться успокаивать любовника?! Хотя, если совсем уж честно, это сделать хотелось. В некоторой степени Конар чувствовал себя виноватым за то, что практически открыто флиртовал с Мирной на глазах у Ная, тому наверняка неприятно на это смотреть, мужчина еще помнил, как буквально позавчера сам психовал от любого косого взгляда в сторону блондина. Но, опять же, с другой стороны, он же не виноват, что Мирна оказалась совершенно очаровательной девушкой! Было бы весьма опрометчиво и подозрительно ее игнорировать и не оказывать элементарные знаки внимания. Да и общение их за рамки приличия не выходило, актриса вела себя более чем разумно и дружелюбно, Конар не мог этого не отметить. Даже когда девушка поняла, что на экскурсию они едут не вдвоем, а втроем, то выразила лишь легкую заинтересованность тем, кто такой Най. Не растерявшись, Дегре представил юношу как своего подопечного. Пожав на это плечами, Мирна вежливо поздоровалась и больше на молчаливого блондина внимания не обращала, сконцентрировавшись на Конаре.

Ситуация несколько изменилась после того, как накатавшись по городу, посол предложил отправиться в один из небольших ресторанчиков, располагавшийся под открытым небом и славившийся на весь Лан-Тиит изысками местной кухни — там появилась реальная возможность поговорить с Наем наедине, не привлекая лишнего внимания актрисы. Так что, оставив Мирну за столиком под сенью раскидистого дерева изучать меню, снабженное голографическими проекциями предлагаемых блюд, Конар увлек несопротивляющегося блондина в сторонку.

— Най, ну что такое? Прекрати изображать предгрозовую тучу.

Нахмурившись, юноша бросил мрачный взгляд через плечо посла. Они отошли от столика не так далеко, и сидящая к ним спиной девушка была прекрасно видна.

— Господин, она мне не нравится. Будьте осторожнее.

Тяжело вздохнув, Дегре прикрыл глаза и потер кончиками пальцев лоб. А чего он, собственно ожидал? Конечно, блондину Мирна не нравится. Конару бы тоже не понравилась, и это мягко сказано, какая-то посторонняя девица или парень (не будем исключать такой вариант), к которым его Най вдруг начал бы проявлять повышенное внимание. В конце концов, определенный повод ревновать у юноши действительно был.

— Я прекрасно понимаю, что тебе все это неприятно, но это часть моей работы, ничего личного. Постарайся держать себя в руках, это ненадолго.

— Неприятно? — блондин недоуменно моргнул, сосредоточив все свое внимание на хозяине.

Най бы не сказал, что ему неприятно, он испытывал вполне явное беспокойство и ощущал непонятную угрозу, исходящую от новой знакомой господина! Так что, неприятно — это совершенно определенно не то слово, которым можно было бы охарактеризовать его состояние, но так как внятно объяснить причины беспокойства он сейчас не смог бы, то пришлось промолчать.

Тем временем, господин приобнял его за плечи и легко поцеловал в висок.

— Я обещаю, выгуляем эту девицу и сразу поедем домой. Тебе не о чем беспокоиться.

Тяжело вздохнув, юноша согласно кивнул. Какой смысл хозяину что-то доказывать, если он сам пока не понимает, что происходит? Но новая знакомая Наю категорически не нравилась, и он не собирался выпускать ее из вида.

Весь оставшийся вечер в компании леди Уолш прошел под знаком дружелюбия и непринужденного веселья. Ну, по крайней мере, эта самая леди и хозяин веселились вовсю, Най же старался им не очень мешать, всячески сливаясь с интерьером и, если к нему не обращались напрямую, не открывая рта. В общем-то, это было вполне нормально и полностью блондина устраивало — сейчас он совершенно не хотел быть заметным.

Мирна очень скоро к этому привыкла (благо, Най с самого начала старался держаться в тени и на глаза девушке лишний раз не попадаться), перестав обращать на юношу какое-либо внимание вообще, хотя первое время нет-нет, да и поглядывала на него из-под ресниц. Если бы блондин сам не следил за актрисой так тщательно и не был бы специально обучен, то, наверное, и не заметил бы подобного интереса. Во взгляде девушки он видел лишь холодный оценивающий расчет и ни капли дружелюбия. Собственно, блондин отвечал ей тем же, только в его глазах читалось скорее безразличие. Свои интерес и неприязнь он скрывал как можно тщательнее, ведь хозяин велел держать себя в руках — и Най старался! Он даже пару раз этой Мирне улыбнулся! Что-то большее из себя выдавить не получилось, уж больно ему дамочка не нравилась. Было в ней что-то подозрительное. То как она его хозяину улыбалась, поправляла волосы, смеялась, чуть запрокидывая голову и прикрывая глаза, облизывала десертную ложечку… Все это казалось Наю более чем наигранным. Особенно расстраивало то, что господину девушка откровенно нравилась. Даже если бы мужчина не вел себя соответствующим образом, блондин это просто чувствовал.

Украдкой вздохнув, Най опустил глаза в свою тарелку и, делая вид, что всецело поглощен десертом, начал расковыривать расположившуюся там небольшую пирамидку из чего-то темно-оранжевого с вкраплением зеленого, окруженную красными шариками ягод… На самом же деле юноша внимательно прислушивался к разговору. Хозяин и леди Уолш уже успели распить на двоих бутылку вина, и теперь их общение приобрело еще более интимный характер, чем прежде. Девушка многозначительно поводила плечами и бросала томные взгляды из-под ресниц, господин ей вежливо улыбался… Поджав губы, Най как живого увидел наставника по поведенческим особенностям разумных. Пожилой раксар тогда обращал особое внимание своих воспитанников на то, что если охраняемый объект испытывает к какому-либо подозрительному индивиду повышенный интерес и расположение, то это автоматически делает объект уязвимым, так как, находясь под влиянием посторонних эмоций, тот может чересчур расслабиться и подпустить врага к себе слишком близко. В таких случаях телохранителям следует проявлять повышенное внимание. Вот Най и проявлял. Наставник мог бы им гордиться — ни одна сказанная за столом фраза, ни один жест не ускользнули от его внимания.

Как чуть позже выяснилось, сразу после ужина, к вящему неудовольствию блондина, они не отправились каждый по своим домам. Хозяин решил проявить галантность и вызвался проводить актрису до дома, та поселилась в небольшом частном особняке на окраине города. Всю довольно продолжительную дорогу Мирна откровенно льнула к мужчине, обхватив его руку и прижимаясь к ней грудью. Заливисто смеясь шуткам господина, она полностью завладела его вниманием. Най же сидел напротив и мрачно смотрел в окно. Проплывающий там пейзаж его, конечно, интересовал, но в гораздо меньшей степени, нежели отражение в стекле. Смотреть на парочку в открытую юноша не решался, а проследить за тем, чтобы подозрительная девица ненароком не навредила его хозяину, например, пырнув вытащенным из-под пышной юбки ножом, надо было. Да и вообще, за ней стоило пристально следить.

Когда они доехали, блондин едва сдержал вздох облегчения. Правда, как оказалось, радовался он опять рано. Выскочив из повозки вслед за актрисой, господин довольно долго с ней о чем-то шушукался. Най кусал губы от вставшего в горле комом переживания, но подобраться ближе не решался, девушка периодически бросала в его сторону внимательные взгляды. Наконец, хозяин с ней попрощался и, поцеловав подставленную руку, направился к Наю, а Мирна зашагала, цокая каблучками по выложенной плиткой тропинке, к двухэтажному домику. От внимательного взгляда блондина не укрылась гримаса разочарования и досады, которая появилась на лице девушки, бросившей прощальный взгляд в спину хозяина. Непонятно почему, но парень в этот момент испытал прилив злорадного удовлетворения, горячей волной растекшейся по венам. Мысль о том, что планы подозрительной актрисы не увенчались успехом, его неимоверно порадовала. Только вот хозяину он об этом говорить не собирался! Он с ним вообще решил пока не разговаривать. Мало ли, вдруг не сдержится и ляпнет что-нибудь не то. Наю не хотелось портить отношения, в конце концов, он только-только начал чувствовать себя более-менее уверено и свободно, а высказанные вслух беспочвенные подозрения и неподкрепленные фактами претензии человеку вряд ли понравятся. Кто его знает, как хозяин отреагирует. Так что, проследив за тем, чтобы мужчина забрался в повозку и они наконец-то тронулись в направлении дома, юноша повернулся к окну и замер неподвижно.

Конар же в это время с тревогой разглядывал расположившегося напротив парня. Тот сейчас, да и большую часть вечера, больше всего походил на искусно выполненную фарфоровую куклу — ни тени эмоций, никакого лишнего движения. Вздохнув, Дегре отвернулся и по примеру Ная уставился невидящим взором в окно. Мужчине было немного стыдно, но просить за свое поведение прощения он считал неразумным. Ну в самом деле, он ведь не повелся на заигрывания девушки! И даже отказался от весьма заманчивого предложения зайти к той на чашечку кофе с продолжением. Мирна крайне настойчиво предлагала послу отправить своего юного подопечного домой, спать, а ему самому провести незабываемый вечер в ее компании. Да если бы Конар уже не встречался с Наем, он бы обязательно согласился! Но он мужественно отказался! Так что, с точки зрения Дегре, все было нормально. Только вот даже после подобного внутреннего разбора полетов чувство вины все равно никуда не делось… Да и вид обиженного блондина спокойствия не добавлял.

Решив, что как только они окажутся дома, все само пройдет, по приезде Конар сразу же направился на второй этаж, бросив Наю на ходу, что собирается лечь спать. Блондин равнодушно угукнул и пошел на кухню. Замерев на первых ступеньках лестницы, Дегре немного подождал, надеясь получить более развернутую реакцию на свои действия, но так ничего и не дождался. Нахмурившись, он торопливо зашагал наверх.

Душ в этот раз Конар принимал долго и вдумчиво, подсознательно надеясь, что когда закончит плескаться, Най уже перестанет дуться и будет ждать в спальне. Естественно, никто его не ждал, блондина не было и в помине. Помрачнев еще больше, мужчина забрался в кровать и, тихо ругаясь себе под нос, со всего размаху плюхнулся на подушку, заматываясь в одеяло. Решительно зажмурившись, Дегре мужественно решил спать, ни о чем не задумываясь и не беспокоясь. Вообще, все мысли выкинув из головы! В итоге, провертевшись с два часа, он так и не сумел заснуть, зато добился того, что все постельное белье сбилось в нераспутываемый комок.

Взвинченный донельзя, Конар выругался уже не тихо и себе под нос, а громко и на всю комнату. С рыком выбравшись из постели, он схватил свой халат и, на ходу его натягивая, решительно пошел искать вредничающую причину своего беспокойства.

Парня не оказалось ни в его комнате, ни в зале. Скрипя зубами, Дегре залетел на кухню и так и замер в дверях, оторопело разглядывая открывшуюся его взору картину. Най преспокойно сидел за обеденным столом и, улыбаясь мечтательной улыбкой серийного маньяка-убийцы, любовно протирал небольшой серой тряпочкой какую-то металлическую штуковину, больше всего похожую на военный бластер. По всей поверхности столешницы была аккуратно разложена куча других штуковин… Причем, о назначении половины из них Конар даже и не догадывался, но смутно подозревал, что все, что он сейчас видит, было в списке затребованных блондином «игрушек». Похоже, посылка с заказанными парнем приспособами прибыла.

Осторожно подойдя к Наю со спины, Дегре положил ему руки на плечи и просительно шепнул в макушку:

— Пошли спать, а? Потом наиграешься.

Вообще-то, Конар собирался извиниться, но при виде убойного изобилия как-то растерялся и все забыл. Осталось только настойчивое желание затащить Ная в кровать и уже заснуть. Время было позднее, и посол чувствовал себя выжатым досуха.

Задрав голову, блондин широко улыбнулся и кивнул.

— Хорошо, сейчас пойду.

По тону поняв, что юноша уже не злится, Дегре испытал огромное облегчение. Как будто гора с плеч упала. Не сдержавшись, он выдохнул и расплылся в счастливой улыбке. Чмокнув парня в лоб и сделав шаг назад, позволяя Наю выбраться из-за стола, мужчина не поленился дождаться, когда тот закончит со своим бластером и присоединится к нему. Вот теперь, по мнению Конара, мир был окончательно установлен, можно было успокоиться. А подумает, что делать, чтобы не допустить повторения подобного конфликта, он завтра, на свежую голову.

Глава 21

Затаившись у хозяина под боком, Най терпеливо ждал, когда тот окончательно погрузится в сон. Поначалу, когда они только легли, мужчина крепко прижимал к себе блондина, будто бы боялся, что тот вздумает сбежать, но потом усталость взяла свое, человек расслабился и, перевернувшись на спину, задышал спокойно и размеренно. Юноша выждал после этого еще некоторое время и, убедившись, что господин уже точно не проснется, тихонько выскользнул из постели. Не то чтобы ему так уж хотелось расставаться с хозяином, особенно после того, как они оба пришли к молчаливому согласию и без лишних слов предпочли не акцентировать на произошедшем внимание, но на кухне остались незавершенные, не терпящие отлагательства дела, которые Най проигнорировать никак не мог.

Добравшись до цели, юноша довольно улыбнулся и продолжил прерванное появлением господина занятие. Любовно перебирая свое новое оружие, блондин тщательно все проверял: он совсем не хотел, чтобы в самый ответственный момент что-нибудь подвело. Когда инспектирование было завершено, Най с аккуратностью заботливой мамаши перенес многочисленные приспособления к себе в комнату, разложив часть по полкам вместительного платяного шкафа, а часть сразу же прикрепив к выбранному на завтра небесно-голубому халату с растительным орнаментом на кромке. Юноша решил, что стоит быть готовым ко всему. Что бы там хозяин не думал и не говорил, но ему все так же категорически не нравилась появившаяся ниоткуда актриса, и он на полном серьезе собирался встретить любые возможные неприятности во всеоружии!

Когда курьер только доставил посылку с его заказом, Най пребывал не в лучшем своем настроении и был готов метаться по дому загнанным зверем. Отошедшее было в на второй план чувство неуверенности вернулось с новыми силами, и настойчивая тревога глодала изнутри. Мало того, что он не мог внятно обосновать свои подозрения, так еще и хозяин был им явно недоволен… Юноша буквально разрывался на части, не зная, что предпринять и как донести до господина снедающее его ощущение опасности так, чтобы тот воспринял все всерьез. Наю было очевидно, что мужчина считал его поведение обычным капризом и не воспринимал с должной серьезностью. Однако лишь стоило в его руке оказаться привычной тяжести бластера, как все сразу встало на свои места, и юноша мгновенно успокоился. Что ему какие-то там незваные гости? В конце концов, он ведь элитный телохранитель! Неужели же он не сможет защитить любимого хозяина? Конечно, сможет! Какие могут быть сомнения?!

Появление в дверях кухни встревоженного господина только добавило Наю спокойствия. Судя по эмоциональному фону, тот уже в полной мере осознал, что к словам телохранителя стоит прислушаться и даже успел раскаяться в своем беспечном поведении. Ну, по крайней мере, блондин именно так интерпретировал обуревающие хозяина эмоции. Радости юноши не было предела — все разрешалось буквально на глазах, и потому он, не задумываясь, оставил невероятно ценные вещи без присмотра, последовав за человеком, настойчиво увлекающим его в сторону спальни. В конце концов, дела можно было завершить и чуть позже — перечить хозяину Най не собирался.

Закончив сортировать оборудование, юноша решил в профилактических целях (и для собственного успокоения) еще раз проверить внутреннюю охранную систему дома, на всякий случай переведя ту в режим повышенной опасности. Все про все у него заняло не так много времени, и уже через час после побега из спальни блондин бесшумно юркнул обратно, под бочок к хозяину, занимая свое, ставшее уже привычным, место. Немного повозившись и прижавшись к крепко спящему мужчине поплотнее, Най с широкой улыбкой полностью собой довольного существа закрыл глаза и с легким вздохом расслабился, погружаясь в чуткий сон.

Утро нового дня ознаменовалось уже привычными хлопотами, разве что только хозяин искоса с легкой тревогой поглядывал в сторону блондина. Тот же на это лишь внутренне пожимал плечами и продолжал заниматься делами, неторопливо перемещаясь по кухне и готовя зябко кутающемуся в халат хозяину кофе. Тему вчерашней размолвки не поднимали. Най в этом не видел никакого смысла — новых аргументов за ночь у него не появилось, и сам для себя он принял решение просто быть начеку, а почему господин предпочел молчать, юноша не интересовался. В конце концов, хозяин имел право вести себя, как ему хотелось, на то он и хозяин. Однако блондин не мог не признать, что бросаемые на него обеспокоенные взгляды и присутствующая в эмоциях господина тонкая нотка вины были приятны и заставляли удовлетворенно улыбаться.

Конар же никак не мог решить, как теперь себя вести. Проснувшись с утра в гордом одиночестве и посвятив пару минут расслабленному валянию в постели, он пришел к неутешительному выводу — за ночь успокоившаяся было накануне совесть вновь подняла голову и начала старательно точить об него свои зубы. Если честно, то спускаясь на кухню, Дегре был готов при первой же возможности перед Наем все таки извиниться и уже наконец успокоиться. Ему самому так было бы спокойнее. Только вот оказалось, что блондину как раз таки ничего подобного было не нужно. Тот вел себя как ни в чем не бывало, открыто улыбался и не демонстрировал и тени того недовольства, что было вчера. В общем, Конар проглотил заготовленные заранее слова, и только задумчиво следил за перемещениями юноши, гадая, что тот задумал. В то, что Най просто так вот взял и все забыл, он не поверил ни на секунду.

Так и не придя к какому-то конкретному выводу, Дегре молча пил свой кофе и искоса поглядывал на умиротворенного блондина. На работу он собирался в глубокой задумчивости. Похоже, благодаря Наю ему придется-таки пересмотреть свою систему приоритетов и скорректировать привычное поведение. Факт того, что он теперь не холостяк, а мужчина, имеющий постоянного, живущего с ним под одной крышей и спящего с ним в одной постели партнера, настойчиво постучался в двери сознания. До этого посол был склонен воспринимать все происходящее как некий чертовски увлекательный, но все же эксперимент. Продемонстрированная же Наем ревность и его собственные реакции расставили акценты несколько иначе… Самое интересное, что Дегре с удивлением осознал, что его сложившаяся ситуация вовсе не раздражает, а даже как-то обнадеживает что-ли! Насмешливо фыркнув, мужчина подумал, что, наверное, он наконец-то дозрел до серьезных отношений. Раньше его любое посягательство на свою свободу и личное пространство заставляло только скрежетать зубами, а теперь он всерьез рассматривал идею того, чтобы официально во всеуслышание объявить Ная своей парой и тем самым отсечь большую часть домогательств как в свою сторону, так и, что совсем не маловажно, в сторону блондина.

Совершив это открытие, Конар внезапно пришел в замечательное расположение духа. Мир вокруг заиграл яркими красками, и выходил из дома он уже в радужном настроении. Этому в немалой степени способствовало еще и то, что ему удалось зажать в коридоре не ожидающего подвоха Ная и возместить недополученную с утра пораньше порцию ласк. Парень хоть и растерялся поначалу, но увиливать не стал, охотно отзываясь на поцелуй, обнимая мужчину за шею и прижимаясь к нему всем телом. В общем, в служебную повозку Дегре чуть ли не влетел, такая в теле легкость ощущалась.

Все изменилось в один короткий миг. Стоило только им усесться и захлопнуть дверцу, как Най мгновенно переменился в лице и одновременно с первым толчком тронувшейся с места повозки рванул к Дегре, сдергивая его с сидения на пол. Конар и сообразить-то ничего не успел, как его голова уже была у парня за пазухой, плотно прикрытая полой халата, а сам он очутился в крепких объятиях. В ту же секунду по ушам ударил приглушенный взрыв, а широко распахнутые глаза слегка обожгло яркой вспышкой, просочившейся сквозь ткань. Все еще находящегося в замешательстве мужчину вновь дернуло, и в следующую секунду он уже стоял на улице, рядом с входной дверью в собственный дом, а потом и в самом здании. Дегре как-то так заторможено отметил, что Най совершенно бесцеремонно запихнул его внутрь и парой уверенных движений активировал с вмонтированного в стену коридора пульта систему безопасности. Теперь в резиденцию посла попасть можно было только с разрешения самого хозяина, ну или с использованием военной техники.

Заторможено моргнув, Конар перевел взгляд со слабо мерцающей защитным щитом двери на стоящего рядом Ная. Блондин напряженно хмурился и внимательно вглядывался в его лицо. Поймав ошарашенный взгляд хозяина, парень обеспокоенно спросил:

— Господин, с вами все в порядке?

Неуверенно кивнув, Дегре пожал плечами. Понимание произошедшего медленно, но верно просачивалось в шокированное сознание. Повозка взорвалась… Повозка, в которой находились они с Наем, взорвалась… Кто-то приложил массу усилий, чтобы они не уехали дальше собственного дома… Тряхнув головой и глубоко вдохнув, Конар решительно развернулся и зашагал в сторону кабинета. Нужно было вызвать представителей правопорядка и сообщить о случившемся в посольство. Най молча двинулся следом.

Спустя полчаса взявший себя в руки и демонстрирующий непоколебимое спокойствие Дегре сидел, откинувшись на спинку дивана, в собственной гостиной и терпеливо общался с приставленным к нему следователем, изредка украдкой обеспокоенно поглядывая в сторону расположившегося в соседнем кресле Ная. Парня также допрашивали, и если Конар совсем уж мало чем мог помочь беседовавшему с ним монваару, то блондин выдавал более развернутую, но все так же малополезную, на взгляд Конара, информацию. Так выяснилось, что парень почувствовал беспокойство еще на подходе к повозке, причину этого беспокойства он объяснить не мог, чувствовал и все, а в тот момент, когда они тронулись с места, услышал весьма характерный звук сработавшего детонатора. Ну и принял адекватные меры, как-то: обезопасил органы слуха и зрение посла от возможных повреждений и активировал свои браслеты-энергощиты. Потом вытащил хозяина из все еще полыхающей повозки и спрятал в доме. Все. Никого подозрительного он не видел и с чем связано данное нападение сказать затрудняется.

Естественно, Конару пришлось рассказать, что Най является профессиональным телохранителем, иначе объяснить его прыть бы не получилось, да и, если уж совсем честно, Дегре в тот момент не смог бы придумать адекватной лжи, мужчина все еще пребывал в шоке. Слыханное ли это дело, в мирное время, на мирной планете на совершенно мирного посла дружественной Мон-Ваа Конфедерации совершено покушение! Это было не просто политическим скандалом, это не лезло ни в какие ворота! Подобных эксцессов не случалось уже очень давно, и угрозу жизни, которая, в общем-то, сопутствовала любой высокопоставленной должности, никто не воспринимал серьезно. Прецедентов уж очень давно не случалось.

Вполне предсказуемо, что первой и основной версией следователей стало то, что данное происшествие связано с профессиональной деятельностью тера посла. Конар опровергать данное утверждение не стал, но и вдаваться в подробности не спешил. Он уже в достаточной степени оправился и выдавать секретную информацию не считал нужным, вряд ли местные следователи были в достаточной степени компетентны. Этим делом вплотную займется внутренняя служба безопасности посольства.

Бросив очередной короткий взгляд на Ная, Дегре убедился, что и тот не торопится делиться информацией сверх той, что касалась непосредственно покушения. Блондин четко фильтровал слова и лишнего не болтал. Конар, наверное, только сейчас до конца осознал, что парень все же действительно профессионал со всеми вытекающими… Зябко поежившись, мужчина вновь сосредоточил все свое внимание на допрашивающем его монвааре.

Спустя еще двадцать минут на смену местным следователям пришла троица мрачных типов из службы безопасности посольства. Коротко поприветствовав их начальника — невысокого щуплого мужчину с плохо запоминающейся, «серой» внешностью, — Конар в уже более развернутом виде изложил свою версию произошедших событий, не забыв упомянуть как полученный накануне катализатор, так и вызвавшую подозрение своим более чем своевременным появлением Мирну. Тер Йоль и его подчиненные на глазах мрачнели, хотя казалось, что больше некуда. Это было вполне объяснимо и понятно, ведь для всех собравшихся не являлось секретом, что произошедшее — прямая вина именно Йоля и сотрудников его отдела. Взорвавшаяся повозка-то была служебной и, следовательно, должна была быть тщательнейшим образом осмотрена и абсолютно безопасна! В свете того, что, скорее всего, в посольстве орудует если не вражеский шпион, то уж точно осведомитель неких неустановленных, враждебно настроенных лиц, было решено о деталях произошедшего не распространятся, а уж о том, что у тера посла имеется такой защитник, как Най (выяснив, что блондин за зверь, Йоль, а следом и его подчиненные, начали обращаться с парнем с подчеркнутым уважением, видно, знали о том, кто такие Тени, не понаслышке), так и вообще стоит молчать как партизанам. Такие козыри не стоило демонстрировать кому попало. Конар с подобным предложением полностью согласился, лишь уточнив, что опрашивающих их монваар стоит также предупредить, дабы не болтали лишнего.

От высказанного Йолем предложения отсидеться дома Дегре решительно отказался, он чувствовал, что запоздалая реакция на пережитый шок не за горами, а значит, стоит срочно отвлечься и заняться чем-то полезным. Повседневные рабочие обязанности как нельзя лучше отвечали его представлениям о необходимом. Так что, на службу Конар направился сразу же после окончания допроса, сопровождаемый не только молчаливым и сосредоточенным Наем, но еще и почетным эскортом из безопасников. Видя такое дело, шушукающиеся в холле посольства сотрудники, видимо уже как-то узнавшие о случившемся, подходить к Дегре не решились, и мужчине удалось беспрепятственно добраться до своей приемной.

Настроение общаться у Конара отсутствовало как факт, так что, коротко сообщив явно обеспокоенному, при их появлении сразу же привставшему из-за своего стола Шуну, что он в ближайшие пару часов будет очень занят и его ни для кого нет, мужчина решительно перешагнул через порог своего кабинета. Подождав, когда это же сделает Най, он захлопнул и сразу же закрыл на замок дверь. Прислонившись к ней спиной, Дегре мрачно уставился на блондина.

Най же всеми органами чувств ощущал, что хозяин на грани нервного срыва — утреннее происшествие повлияло на него гораздо сильнее, чем тот показывал. Волны напряжения, исходившие от человека, ощущались чуть ли не на физическом уровне, и, когда от господина поступил короткий приказ подойти, блондин сразу же шагнув вперед.

Обеспокоенно вглядываясь в почерневшие глаза мужчины, Най почти пропустил тот момент, когда тот схватил его за руку и резко дернул на себя, прижимая к груди и грубо целуя. Это было неожиданно, но, в любом случае, юноша даже и не думал сопротивляться, расслабляясь и полностью отдаваясь на волю хозяина, не мешая, но и не помогая тому выпутывать себя из одежды. Действия господина были какие-то судорожные и злые, он как будто пытался что-то доказать, и Най ни в коем разе не собирался этому мешать. Он только не до конца понимал, что происходит, потому, когда его развернули и впечатали полуголой спиной в дверь (послу все-таки удалось частично содрать с Ная халат, и теперь тот болтался на сгибах прижатых к двери рук), постарался полностью абстрагироваться от происходящего и настроиться на связывающий его с хозяином ментальный канал. За прошедшее с момента запечатления время тот полностью сформировался и окреп. Причем, как оказалось, окреп настолько, что сам того не желая, блондин с разгона провалился в испытываемые его человеком эмоции и ощущения.

Сознание будто бы раздвоилось. Большая его часть осталась при Нае, и юноша четко ощущал короткие укусы, которыми покрывали его шею и ключицы, но в то же время он воспринимал действия господина так, как будто сам их совершал. Дикий коктейль из нервного напряжения, неуверенности, возбуждения, желания всецело владеть, подчинить и утвердить свою власть кружил голову. Не сдержавшись, Най коротко всхлипнул и выгнулся, запрокидывая голову. Бешеная страсть хозяина стремительно разжигала желание и в нем. Если до этого момента Най просто спокойно терпел то, что господин делал, то теперь все эти укусы, мимолетные поцелуи и грубые прикосновения рук приносили жгучее удовольствие, которое с каждым мгновением становилось все ярче и нестерпимее. Довольно скоро разгоряченный юноша начал активно помогать хозяину их раздевать. Правда, до конца ни у одного ни у другого терпения не хватило, и они ограничились лишь тем, что Най остался без халатов, а белоснежные штаны оказались приспущены, Конар же обошелся и того меньшими потерями, расставшись лишь со своей мантией. В общем-то, им двоим этого оказалось вполне достаточно.

Прижимаясь щекой к теплому дереву двери и царапая ногтями ее поверхность, Най тихонько поскуливал, активно прогибаясь в пояснице и с упоением ощущая в себе мощные толчки. Руки хозяина на его бедрах крепко фиксировали блондина в нужном положении, не позволяя шевелиться, да Най этого и не хотел, его все и так устраивало. Противоречивые чувства принадлежности и владения дурманили разум, а жар в паху стремительно нарастал, медленно, но верно распространяясь по всему телу. С каждой секундой движения хозяина становились все резче и хаотичнее, пока они оба не замерли, сотрясаемые судорогами оргазма, а по помещению кабинета разнесся слитный стон.

Зажмурившись, Най медленно сполз на пол — ноги держать отказывались и предательски подрагивали. Рядом со вздохом опустился хозяин. Шевелиться не хотелось совершенно, и потому, когда господин его обнял и притянул к себе, прижимаясь щекой к макушке, Най только благодарно мурлыкнул, с удобством устраиваясь у человека на груди.

— Ты как, живой?

В голосе хозяина чувствовалось беспокойство, но убеждаться так ли это на самом деле и трогать ментальную связь Най не решился. После только что пережитого он чувствовал себя полностью опустошенным. Все-таки наставники были правы и настолько тесный эмоциональный контакт с хозяином сжирал уйму сил, злоупотреблять им однозначно не стоило… Хотя, опыт был, безусловно, крайне интересный. В общем, блондин решил пока полагаться на обычные органы чувств и принять слова хозяина на веру. Потому он утвердительно кивнул, одновременно с этим озвучивая свои мысли:

— Угу, — чуть поерзав, он с легкой ноткой недовольства добавил, — только мокро…

Облегченно рассмеявшись, Конар поцеловал парня в макушку и, аккуратно отстранившись, с кряхтением начал подниматься. Следивший из под ресниц за этими перемещениями, Най с довольной полуулыбкой решил, что не один он тут желе растекается! Мелочь, а приятно.

— Сейчас исправим. У меня тут где-то салфетки были…

Спустя еще десять минут, приведя себя в относительный порядок и даже частично одевшись (Най пока закутываться в свои халаты не захотел и так и остался полуголым), пара уютно расположилась на диванчике, где с осознанием полного своего на то права предалась медитативному ничегонеделанью.

Наю было лениво и спокойно, в голове царствовала пустота. Да и причин для волнения он не видел — хозяин успокоился, никаких новых угроз не ощущалось. По телу гуляла расслабленная нега… Лежи и наслаждайся. Собственно, именно с этой целью блондин практически целиком распластался на мужчине и блаженно жмурился, балдея под неторопливыми поглаживаниями хозяйских рук. Юноша решил, что пока господин сам не захочет его согнать, он никуда не пойдет.

Конар тоже не суетился. Он неторопливо перебирал мягкие прядки волос любовника и скользил кончиками пальцев по его спине, вяло размышляя обо всем случившемся. После того выплеска адреналина, что он пережил, мысли шевелились едва-едва. По поводу покушения стоило бы, конечно, самостоятельно что-то предпринять, быть мишенью непонятного агрессора ему не улыбалось, но вот что именно можно сделать, он не представлял. Как-то в роли детектива мужчина себя никогда не видел и сильно сомневался, что сможет разобраться во всем лучше профессионалов. Тер Йоль же уже был озадачен и снабжен всей доступной информацией. Так что, что тут еще можно было сделать, Дегре терялся. Еще, конечно, можно было бы поразмышлять на тему того, с какого это перепугу он так накинулся на Ная, но эти мысли были совсем грустными и неприятными. Мужчина прекрасно понимал, что повел себя не очень красиво, если не сказать больше. Так что, смалодушничав, посол, по примеру одной своей знаменитой соотечественницы решил, что подумает об этом завтра. Работать пока не хотелось… Вот так и получилось, что мысли бродили по кругу и постоянно возвращались к теме взрыва.

— Най?

— М?

— Есть идеи, кто бы мог нас подорвать?

Конар, конечно, понимал, что занимается словоблудием и парень вряд ли выдаст что-то новое, но думать в одиночку ему надоело. Хотелось поговорить.

Юноша вяло завозился и, потеревшись щекой о грудь посла, пожал плечами.

— Все идеи, что у меня были, мы уже озвучили раньше. Что-то добавить я не могу.

После непродолжительного молчания, парень буркнул:

— Но ваша новая знакомая мне все так же не нравится и кажется подозрительной.

Заливисто рассмеявшись, Конар окончательно расслабился. Кое-что в этом мире осталось без изменений и не могло не радовать.

Больше обсуждать утренний инцидент Дегре не захотел, и они просто отдыхали. Правда, долгого бездействия посол не выдержал и, в один не очень приятный для заворчавшего Ная момент, поднялся, отправив парня одеваться. Дождавшись того момента, когда не прекращающий недовольно бухтеть, блондин приведет себя в порядок, Конар с усмешкой на губах отпер дверь и сообщил напряженному помощнику, что, наконец, намеревается поработать.

Глава 22

Как ни странно, но позаниматься своими непосредственными обязанностями Конару в этот день вполне удалось. Даже не смотря на то, что большую часть рабочего времени они с Наем провели общаясь с разнообразными представителями правопорядка и восстанавливая «душевное равновесие» — его осталось достаточно. В значительной степени этому способствовало то, что Дегре в кои-то веки не доставали ни любопытствующие сотрудники, ни репортеры, желающие сунуть свои длинные носы во все, что хоть сколько-нибудь интересно, ни неожиданные посетители. Да и вообще, в приемной посла было на удивление спокойно. За это, скорее всего, следовало поблагодарить Шуна. Наверняка расторопный подчиненный, получив более чем четкие сигналы о том, что начальник сильно не в духе, отваживал всех потенциальных праздношатающихся. В сообразительности своего личного помощника Дегре не сомневался ни секунды. За весь остаток рабочего дня было лишь несколько вполне ожидаемых звонков от высшего руководства и из администрации Верховного Камаала. Причем интересовались и те, и другие одним и тем же — действительно ли цел тер посол и состоится ли запланированная на завтра встреча с Оттороном или же, в силу обстоятельств, ее лучше перенести на более позднее время? Получив на оба вопроса утвердительные ответы и горячие заверения, что ничто на свете не помешает Конару в кратчайшие сроки исполнить свой долг, все успокоились, и работа потекла в привычном режиме. Разве что Шун, принося корреспонденцию или согласовывая детали предстоящих мероприятий, периодически бросал на шефа встревоженные взгляды, но молчал. Это Дегре устраивало более чем. Он все еще чувствовал остатки нервозности и принципиально не желал с кем-либо на тему утреннего происшествия беседовать.

Так или иначе, но до самого вечера мужчина спокойно занимался документами и решал текущие вопросы, а Най тихонько сидел на своем диванчике и изучал для разнообразия не очередной талмуд из библиотеки посла, а что-то на ручной консоли. В один из перерывов Конар таки доконало любопытство и, присев рядышком, он заглянул юноше через плечо. Оказалось, что тот просматривает какие-то рецепты… Впечатленный стальными нервами юноши, способного после всего случившегося заниматься чем-то настолько отвлеченным, Дегре важно покивал и, чмокнув блондина висок, вернулся к своим занятиям. Так и пролетело время.

Возвращались домой они гораздо позже обычного. Конар подспудно тянул время, всячески стремясь отдалить тот момент, когда придется все же покинуть безопасное посольство. Унявшееся было за время работы беспокойство вновь вернулось, Конар ничего не мог с собой поделать. И хотя внешне это никак не отражалось, он профессионально «держал лицо», но вот внутри… Чем ближе они подъезжали к конечной точке, тем больше становилась ледяная глыба в желудке и тем отчаяннее она не хотела покидать облюбованное в организме посла место. Самое смешное, что поездка в служебной повозке, которая вроде бы, по логике вещей, и должна была вызывать наибольшее опасение, ничего подобного не сделала, однако стоило только этой самой повозке оказаться на улочке, где располагался особняк Конара…

С тяжелым вздохом мужчина решил, что ему не помешает принять какой-нибудь релаксант и отвлечься. Тряхнув головой, он выпрямился. Позволить сделать из себя дерганного неврастеника Дегре не собирался и потому, решительно наплевав на все неприятные ощущения, выбрался на улицу и, не оглядываясь, направился к дому. Тот встретил его привычной тишиной, которая сразу же успокоила бьющееся где-то в горле сердце.

— Я пошел в душ, — с тщательно скрываемым облегчением возвестил в пустоту Конар.

Най понятливо кивнул и, не дожидаясь команды, направился в сторону кухни. Он не собирался лишний раз раздражать хозяина. В конце концов, причин нервничать у того было полно. Юноша прекрасно понимал, что человека, выросшего в современном, защищенном от большинства преступлений и опасностей обществе, утреннее происшествие сильно ударило по нервам. Блондин полагал, что привычная обстановка должна была как нельзя лучше подействовать на хозяина и унять его нервозность. Сам же Най излишнего беспокойства не испытывал. Во-первых, люди и монваары, занявшиеся расследованием утреннего происшествия, показались ему вполне компетентными и знающими свое дело, так что в ход расследования вмешиваться он не собирался. Во-вторых, непосредственная безопасность хозяина была под его чутким контролем, в себе юноша был более чем уверен. Ну и потом, на данный момент у него были более важные задачи.

Не успел Най как следует закопаться в недра вместительного холодильного шкафа, как раздалась настойчивая трель дверного звонка. Нахмурившись, юноша замер. Насколько он знал, никаких гостей на сегодня хозяин не планировал, и блондин не был уверен в том, как ему следует поступить. Звонок все не унимался. Появилась реальная опасность того, что этот шум отвлечет господина от его занятия и окончательно испортит и без того нерадужное настроение мужчины. Поджав губы, юноша решительно закрыл дверцу и быстрым шагом направился в коридор. По здравому размышлению он предположил, что будет лучше, если он все же выяснит, кто пришел, нежели станет дожидаться появления раздраженного человека…

На пороге оказался нетерпеливо переминающийся с ноги на ногу и нервно оглядывающийся Орханг. Стоило только Наю открыть дверь достаточно широко, как монваар, не теряя времени даром, проскользнул мимо блондина, ловко юркнув в дом. Удивленно моргнув, Най убедился, что больше желающих зайти на огонек нет, и закрыл дверь. Гость в это время уже успел оглядеться и нарезать пару кругов по прихожей.

— Добрый вечер.

На слова блондина парень ответил взмахом руки и ответным нервным «привет», продолжая оглядываться, будто бы ожидал, что кто-то внезапно выскочит на него из-за угла. Не дождавшись каких-либо внятных комментариев, Най, пожав плечами, вернулся на кухню, где через минуту к нему присоединился монваар.

— А где Конар?

С первых секунд решив для себя, что друг господина опасности не представляет, юноша, не отрываясь от сортировки продуктов, спокойно ответил:

— Хозяин поднялся к себе, скоро подойдет. Вам придется немного подождать.

Тяжело вздохнув, Орханг кивнул и уселся за стол, однако долго молчать не смог:

— Расскажи, что у вас утром произошло? — было заметно, что парень всерьез обеспокоен.

В этот самый момент на пороге кухни появился Конар, так что Най был благополучно избавлен от необходимости придумывать ответ. Затягивая пояс темно-бордового домашнего халата, мужчина удивленно воззрился на подскочившего с места монваара. Отстраненно отметив, что, судя по тому, что волосы хозяина сухие, до душа тот так и не добрался, Най украдкой вздохнул и сосредоточился на овощах.

— Орханг? Ты что тут делаешь? Ты же вроде должен быть под домашним арестом?

Поджав губы, парень возмущенно всплеснул руками.

— Я, между прочим, волнуюсь, места себе не нахожу, а он мне: «Что ты тут делаешь!»

Дегре только скептически хмыкнул. Беспокойство друга было, конечно, приятно, но мужчина что-то сильно сомневался, что тот пришел в гости с ведома отца, а чем им всем грозила самодеятельность одного не в меру активного монваара они уже не так давно узнали на собственной шкуре. И не важно, что для самого посла все закончилось более чем удачно, рисковать, как и подставлять лишний раз, Орханга не хотелось.

— Мне это, конечно, льстит, но Отторон в курсе того, где ты?

Парень болезненно поморщился и виновато отвел глаза.

— Ясно…

Однако надолго раскаяния Орханга не хватило, не успел Конар как-то прокомментировать безалаберность некоторых товарищей, как монваар пошел в активное наступление:

— Между прочим, мог бы и позвонить, сказать, что все в порядке! Я там сижу в полной изоляции, от тоски на стенки лезу! И так настроение поганое, так еще и совершенно случайно узнаю о том, что на моего лучшего друга совершено покушение и ему чудом удалось выжить! — с каждой фразой юноша распалялся все больше, медленно, но верно наступая на оторопевшего от такого напора посла. — И хоть бы кто-то что-то путное рассказал, нет же, все молчат! У них режим повышенной секретности! Все заняты! Всем не до меня! А я что должен делать?! Я даже позвонить никому не могу, отец приказал заблокировать мой коммуникатор, проходят только входящие вызовы!!!

Возмущение Орханга было настолько искренним, а зеленые глаза сверкали столь обвиняющее, что Дегре невольно почувствовал себя неуютно. Тоненький голосок совести ехидно пропел, что парень-то в чем-то прав, про страдающего в «неволе» друга посол забыл напрочь, как-то не до того было. Вздохнув, Конар развел руками, признавая поражение.

— Извини, я совершенно об этом не подумал. Виноват.

Прежде чем монваар успел ответить, раздалась трель дверного звонка. Все находящиеся на кухне напряженно замерли, тревожно переглядываясь.

— Как думаете, кто это? — почему-то шепотом поинтересовался Дегре.

Сглотнув и боязливо покосившись в сторону коридора, Орханг так же тихо предположил:

— Надеюсь, это не спецслужбы отца… Я вроде не оставил следов… Хотя, конечно, вполне могли и проследить…

В установившейся после этих слов тишине спокойный голос Ная прозвучал громогласно:

— Мне открыть?

Во время всего бурного выяснения отношений юноша методично занимался подготовкой к приготовлению ужина, не забывая, впрочем, внимательно следить за происходящим, и вот теперь решил вмешаться. Ему показалось, что эти двое в состоянии думать, как поступить, очень долго, и гости, буде то действительно спецслужбы, могут попытаться взять дом штурмом. Неутешительный сценарий.

Две пары глаз моментально вперились в блондина.

— Ммм… Открой, — в конце концов, вынес свой вердикт Конар. — А мы тут постоим, подождем.

Едва заметно улыбнувшись, Най опустил ресницы и спокойно направился встречать новых посетителей, оставив переругивающуюся шепотом парочку за спиной.

Затаившимся на кухне друзьям повезло, их самые страшные опасения не оправдались — на пороге оказался вовсе не представитель спецслужб. (Хотя Орхангу повезло весьма относительно). Явно встревоженный и буквально испускающий волны раздражения Нахон одновременно давил на кнопку звонка и, хмурясь, набирал номер на своем коммуникатере. Весь его вид не предвещал беглецу ничего хорошего.

Как только дверь открылась, монваар вскинул голову и без предисловий поинтересовался:

— Орханг у вас?

Посторонившись, Най кивнул.

— На кухне.

Мужчина облегченно выдохнул и, шагнув внутрь дома, поднес коммуникатор к уху.

— Я его нашел, все в порядке.

Прислушавшись к ответу, он коротко произнес: «Да, сделаю» — после чего убрал переговорник и с решительным видом зашагал вперед.

Блондин последовал за монвааром.

К тому моменту как юноша появился на кухне, там уже успел разгореться нешуточный спор или даже можно сказать — выяснение отношений на повышенных тонах. Ругались предсказуемо Нахон и Орханг, причем ни тот, ни другой не желали отступать и признавать свою неправоту, так что процесс грозил затянуться. Конар, которого парочка пока не догадалась привлечь в качестве независимого арбитра, предпочел в перепалку по собственной инициативе не вмешиваться, а пока есть такая возможность, побыть сторонним наблюдателем (он не сомневался, что подобная ситуация долго не продлится). Для этой цели мужчина плавно, не привлекая внимания, переместился за барную стойку к занятому шинковкой овощей Наю. С увлечением следя за ходом дискуссии и таская кусочки у блондина из под ножа, Дегре чувствовал, как губы сами собой начинают расползаться в улыбке. Все это было так по-домашнему, что напряжение его окончательно оставило, и мужчина наконец-то полностью расслабился. Как оказалось, для полного счастья ему не хватало немногого — всего лишь маленького скандальчика в исполнении искренне любящей друг друга парочки. Конар был полностью уверен в том, что ребята уже в течение ближайшего часа помирятся, и воспринимал все происходящее как удачную возможность для обоих выпустить пар и скинуть нервное перенапряжение.

В тот самый момент, когда Орханг, наконец исчерпавший все свои аргументы, вспомнил-таки про притаившегося в уголке друга и громогласно потребовал у того поддержки, в доме в третий раз за вечер раздалась совершенно нежданная трель дверного звонка. Как и в прошлый раз на кухне мгновенно повисла тишина, а все собравшиеся недоуменно переглянулись.

— Забавно… У меня даже вариантов нет, кто на этот раз это мог бы быть… — поделился своими мыслями хозяин дома. Монваары, посмотрев друг на друга вопросительно, дружно пожали плечами.

— Это точно не наши, — прокомментировал их общую мысль Нахон.

После недолгого совещания встречать гостей опять отправили Ная, но тот и не возражал, только чуть заметно нахмурился. В первый раз за вечер его посетило нехорошее предчувствие.

Первым порывом блондина, когда он открыл дверь, было тут же ее захлопнуть, отключить звонок и врубить систему внутренней безопасности на полную. Вторым — угрожающе зашипеть и, если противник тут же благоразумно не ретируется, вырвать ему сердце, а потом опять же захлопнуть дверь, отключить звонок и врубить внутреннюю систему безопасности. На пороге оказалась вчерашняя, более чем подозрительная знакомая хозяина.

Облаченная в идеально сидящий светло-бежевый брючный костюм, Мирна Уолш о кровожадных мыслях блондина не подозревала и в ответ на безупречно-вежливую улыбку и сдержанное приветствие ответила не менее впечатляющим, и даже несколько более артистичным оскалом — сказывались годы актерской карьеры. Отточенным жестом откинув за спину пышную шевелюру, девица потребовала проводить ее к Конару. Най внутренне зарычал — прогнать надоедливую гостью он не имел права, хозяин наверняка был бы не рад подобному его самоуправству, так что надо было постараться и вести себя максимально корректно. В общем-то, это особой проблемы не составляло, с самоконтролем у юноши все было в порядке, но кто бы знал, как хотелось поступить по-своему! Жаль нельзя. С едва заметным вздохом, Най пригласил девушку войти и проследовать за ним.

Появление на кухне актрисы вызвало своеобразный фурор. Вот кого-кого, а ее там точно никто не ожидал увидеть. Оба монваара сразу же забыли о своих разногласиях и, встав плечом к плечу, недоуменно замерли, заинтересованно разглядывая гостью, лицо же Конара приобрело удивленное выражение.

— Леди Уолш? Какими судьбами?

— Ах, Конар, дорогой! — с тщательно выверенной долей истеричности выдохнула Мирна и, всплеснув руками, целенаправленно зацокала каблучками в сторону посла, в конце концов, прижимаясь к его груди и пристраивая голову на плече. — Я так за тебя испугалась! Этот ужасный взрыв! Чудовищно! Просто чудо, что ты не пострадал!

Испытывая некоторое замешательство от подобного напора, Дегре с трудом отодрал от себя начавшую уже всхлипывать девушку. Отстранившись и продолжая удерживать актрису на вытянутых руках, Конар постарался как-то весь этот балаган побыстрее свернуть. Душевные метания малознакомой кокетки были ему неприятны, он не помнил, чтобы давал повод для подобной фамильярности. Да и мрачный взгляд Ная, искоса поглядывающего на все это безобразие и с просто таки космической скоростью кромсающего овощи комфорта не добавлял.

— Ну-ну, не стоит так убиваться. К счастью, все закончилось хорошо, — с максимальной убедительностью произнес мужчина, постаравшись сменить тему. — Откуда вы узнали, где я живу?

Мирна сразу же успокоилась и, смахнув кончиками наманикюренных пальчиков с длинных ресниц слезинки, с улыбкой поведала:

— Ах, право слово, это было совершенно несложно! В нашем посольстве работают такие отзывчивые и заботливые люди!

Про себя скептически хмыкнув, Конар обворожительно улыбнулся.

— О, вы абсолютно правы. У нас на Мон-Ваа удивление сплоченный коллектив.

Большего поощрения девушке не потребовалось. Как будто только того и ожидая, она широко улыбнулась и начала с придыханием делиться своими впечатлениями от планеты. Орханг с Нахоном взирали на это представление с плохо скрываемым недоумением. Вряд ли они когда-либо раньше видели женщину, ведущую себя настолько свободно, если не сказать — развязно. Монваарки были совершенно другими, да и те представительницы инопланетянок, с которыми парням прежде приходилось сталкиваться, также наверняка были гораздо сдержаннее. Мирна же уже с комфортом расположилась на ближайшем стуле, изящно закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку. Накручивая на палец длинную прядку, девушка, не прекращая говорить, бросала на Конара томные взгляды. Тот же в свою очередь заученно улыбался и вовремя поддакивал, усиленно обдумывая сложившуюся ситуацию. Ему как-то вдруг поверилось, что вчерашние подозрения Ная насчет леди Уолш не были безосновательны. Появление актрисы в его доме выглядело весьма подозрительно. Да и то, что она вообще узнала о взрыве… О нем не должны были широко распространяться. Всему этому, конечно, могло найтись и вполне логичное объяснение, но мало ли…

Пока Конар думал, девушка уже успела познакомиться с парочкой монвааров, и те подсели к ней ближе, с удовольствием включаясь в беседу.

— Мирна, скажите, а вы хотите от Конара яйца снести? — с поистине детской непосредственностью звонко спросил Орханг. На кухне повисла гробовая тишина, даже Най замер.

— Э-э-э… Прости? — натянуто улыбнувшись, переспросила актриса, растерянно переводя взгляд с воодушевленно наклонившегося чуть вперед парня на ошарашенного Дегре.

— Ну, потомство завести? — разрушил всякую возможность понять свою фразу неправильно, уточнил Орханг.

Вообще-то, для любого монваара подобный вопрос заданный женщине не являлся чем-то предосудительным. К продолжению рода здесь отношение было довольно своеобразное и, видя явный интерес, проявляемый новой знакомой к Конару, парень вполне мог сделать некоторые выводы. Или же, что более вероятно, видя прохладное отношение друга к девушке, Орханг просто развлекался.

Мирна нервно рассмеялась и отвела глаза, как-то резко подскочив с места и не заметив, как парень победно сверкнул глазами и усмехнулся.

— О, я полагаю, об этом еще рано говорить, мы еще так мало знакомы! — прежде чем кто-то успел еще что-то у нее спросить, девушка внезапно заметила: — Най, а ты ужин готовишь, да? Давай я тебе помогу!

Попытка блондина вежливо отказаться заранее была обречена на провал. Гостья, брызжа энтузиазмом, истово возжелала поучаствовать, так что юноше пришлось выделить ей разделочную доску, вручить нож и кусок мяса. С пожеланием порезать тот на тонкие полосочки, Най отошел чуть в сторону, не прекращая, впрочем, незаметно следить за происходящим. На него совершенно не подействовала установившаяся расслабленная атмосфера, а некоторая суетливость в движениях девушки казалась совсем подозрительной. Хотя, это, конечно, могло быть вызвано и тем, что Мирна не умела готовить и первый раз в жизни держала в руках разделочный нож.

Общими усилиями, вместе с подключившимися монваарами и Конаром, еду удалось приготовить в рекордные сроки, и было вполне очевидно, что на ужин останутся все собравшиеся.

Дожидаясь окончательной готовности блюд, все разбрелись кто куда. Хозяин дома пошел доставать припасенное ранее вино, Орханг с Нахоном о чем-то увлеченно перешептывались, устроившись за столом и сдвинув стулья близко-близко друг к другу. Леди Уолш было попыталась незаметно последовать за Конаром, но следом тут же увязался Най. Его перспектива оставлять хозяина наедине с дамочкой совершенно не устраивала. Заметив компанию, Мирна остановилась и, сделав невинное лицо, кокетливо поинтересовалась, где тут можно найти дамскую комнату. Растерявшийся в первые мгновения, юноша довольно быстро сообразил, о чем столь иносказательно толкует гостья и проводил ее к ближайшему туалету, оставшись караулить под захлопнувшейся у него перед носом дверью. Девушка была явно раздражена таким к себе пристальным вниманием, но Наю на это было наплевать. Он спокойно прислонился спиной к стене рядом с дверью и приготовился ждать, внимательно прислушиваясь к происходящему в соседнем помещении, благо чуткому слуху такая тонкая преграда была не помехой.

Чем дольше Най слушал, тем больше хмурился. Его худшие подозрения подтверждались с пугающей скоростью. Включив воду, Мирна тут же взялась кому-то звонить. Девушка с нескрываемым раздражением зло посетовала неизвестному собеседнику на то, что все несколько осложнилось и в доме помимо посла и его подопечного находятся еще двое посторонних. Выслушав ответ, она коротко согласилась и тут же сбросила вызов, однако услышанного блондину вполне хватило. Что-то затевалось.

Уже сидя за столом и неторопливо поглощая салат, Най внимательнейшим образом отслеживал все движения сидевшей рядом девушки и обдумывал вероятность нападения на дом извне. По всему выходило, что без привлечения серьезной военной мощи это невозможно, охрана особняка и так была на уровне, да еще и сам Най успел ее несколько усовершенствовать. Так что если новое покушение на господина и планировалось, то только изнутри, а единственным подозрительным объектом была актриса. Сообщать хозяину о своих наблюдениях юноша не стал, опасаясь, что ему вновь не поверят или не примут всерьез, но, похоже, мужчина и сам чувствовал надвигающуюся опасность. Най ощущал исходящее от него напряжение и направленную на напропалую кокетничающую девушку подозрительность.

В тот момент, когда Мирна как бы невзначай запустила руку в карман своего пиджака, время для Ная практически остановилось. Совершенно не задумываясь, действуя на вбитых с младенчества инстинктах, он молниеносно вскочил со своего места и, оказавшись за спиной актрисы, пережал ее сонную артерию. Девушка обмякла, так ничего и не поняв и не успев раздавить флакон с ядовитым газом, который был в ее кармане.

Эпилог

Скандал и последующие разбирательства произошедших событий получились громкими и нежданно-негаданно приобрели широкую огласку. Шутка ли, покушение на единственного сына верховного камаала и уважаемого посла Конфедерации Свободных Республик! (Газ, которым собиралась воспользоваться Мирна, убивал мгновенно, единственным шансом выжить было заблаговременное принятие антидота). Мирное Мон-Ваа отродясь ничего подобного не знало! Благодаря расторопности журналистов новость молниеносно облетела всю планету и за ходом расследования следили чуть ли не все ее жители. Хотя они, естественно, получали весьма урезанную и отредактированную версию событий.

Все оказалось, как и все в этой жизни, до смешного банально. Несколько «про запас» подкупленных одной крупной межпланетной корпорацией работников лаборатории посольства, поставляющих информацию о новейших разработках в области топливных технологий, которые неожиданно принесли чрезвычайно ценные сведения; в срочном порядке оплаченные услуги привлекательной, но крайне «нечистоплотной», связанной с криминальным миром барышни (известность амбициозной красавицы-актрисы была щедро оплачена ее покровителями, но об этом простые обыватели, конечно же, не подозревали), на скорую руку придуманный план покушения… Сидящим «наверху» требовалось время на подготовку, а для этого представитель Конфедерации не должен был успеть встретиться с камаалом. Ну вот, собственно и все. До главных организаторов преступления добраться, естественно, не удалось, но солидная чистка все же имела место. Несколько посредников средней руки и толпа мелких сошек по всей вселенной понесла ответ перед законом.

А в тот памятный вечер срочно вызванные представители внутренних спецслужб быстренько упаковали и увезли пришедшую в себя и громко истерящую леди Уолш, реквизировали капсулу с ядом и без каких-либо объяснений были таковы. Шокированного осознанием того, чего им всем чудом удалось избежать Орханга в сопровождении не менее впечатленного, но в силу характера держащегося более сдержанно Нахона под конвоем отвезли во дворец камаала. Конару же, после корректного допроса, оставили только внешнюю охрану дома. На этом настоял Най, который был готов головой ручаться за безопасность хозяина. Ему как-то сразу все поверили, спорить с элитным телохранителем никто не решился, уж больно злобно тот поглядывал на окружающих незнакомцев. Даже сам изрядно побледневший посол предпочел промолчать и просто покорно проследовать за блондином в спальню, где тот его уложил, укутал и разве что только колыбельную не спел. Прежде чем заснуть, Конар успел не меньше сотни раз пожалеть о том, что сразу не воспринял подозрения юноши всерьез. Хоть все и обошлось, но нервов было потрачено изрядное количество, да и совестно было, он ведь на самом деле не принимал Ная всерьез.

На фоне всех этих событий встреча с Оттороном и последующее подписание эксклюзивного контракта на поставку выжимки из корней дерева Тха прошли на удивление гладко и безпроблемно. Верховный камаал был, конечно, серьезно удивлен и слегка озадачен тем, что бесполезная на его взгляд выжимка оказалась настолько ценным продуктом, что даже кому-то понадобилась. И не просто понадобилась, а назначенная цена за всего лишь унцию жидкости могла поспорить с недельным доходом от продажи растений со всей его планеты! (Конфедерация изначально не поскупилась, прописав хоть и изрядно заниженную, но все равно внушительную цену на катализатор. Монваары не должны были отказаться от сделки). Так что это дело разрешилось ко всеобщему удовольствию, и Конар с блеском выполнил порученное ему задание за что и был награжден благодарностью, солидной премией и… бессрочным назначением на Мон-Ваа. Руководство решило, что глупо отзывать столь хорошо зарекомендовавшего себя сотрудника.

Поначалу Дегре был несколько удручен: он с тоской представлял себе реакцию Ная, ведь про собственное обещание дать юноше свободу после окончания его службы послом на Мон-Ваа он прекрасно помнил. Однако увидев, что парень вовсе не расстроен, а скорее даже наоборот, Конар успокоился, малодушно предпочтя похоронить идею освобождения блондина из под гнета рабства в недрах собственного сознания. Най этому всячески способствовал, отвлекая хозяина от неправильных мыслей и порывов. Сложившаяся ситуация его более чем устраивала! Он справедливо решил, что уж теперь-то хозяин от него точно никуда не денется!

Content

Беседина Елена Как приручить хозяина

Елена Беседина Как приручить хозяина

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Эпилог